Еслер Андрей

Менталист. Революция [СИ]

Глава 1

В лаконично обставленном кабинете сидела одна из самых влиятельных женщин Москвы. По официальным данным, а по неофициальным Ольге Романовой и вовсе не было равных.

Она всегда презирала женщин за слабость. Иметь такую власть над мужчинами, но оставаться на вторых ролях! От одной мысли тело женщины содрогались от гнева и непонимания.

Больше всего главу одного из великих домов раздражало, что она сама была такой. Боялась взять ситуацию в руки, боялась произнести лишнее слово, боялась получить новую порцию унижений и издевательств от мужа.

Валера был сильным мужчиной, даже то, что он частенько мог ударить её, Ольга могла понять. Будь она на его месте, то не вынесла бы того ничтожества, кем когда-то являлась.

Но всему приходит конец, все течет, все меняется, изменилась и Ольга. У неё появились дети, так похожие на неё саму девочки. Они не должны были повторить судьбу матери, и Ольга сделала для этого всё, она изменилась.

Муж не был готов принять новую женщину рядом с тобой, особенно, когда понял, что он ей не нужен.

Ссоры стали учащаться, пока Ольга твердо не решила, что должна остаться одна.

На похоронах мужа, она искренне плакала, оставшись у надгробия в полном одиночестве. После этого, что-то перегорело в ней. Осталась одна установка, как у неисправного прибора, эта установка говорила стать сильнее и влиятельнее.

Вот и сейчас, женщина сидела в кабинете, откинувшись на широкую спинку кресла, наблюдая за тем, как заканчивается дожь и на небе появляется робкое солнышко. На столе лежал личный дневник, где собраны практически все мысли главы клана.

Последней записью была короткая фраза.

«Ананьев Пётр — третий этап?»

В дверь постучали, после чего не дождавшись ответа, в кабинет вошла Елена.

— Разве я сказала войти? — женщина не смогла сдержать язвительной натуры.

— Важная информация, — не смутилась Елена, протягивая матери планшет на котором была видеозапись, в данный момент на стоп-кадре.

— Надеюсь, — приняла гаджет Ольга, чуть дёрнув его из рук замешкавшейся Елены.

Женщина положила тонкое устройство перед собой, включая запись.

На несколько минут комнату заполнили звуки боя, доносившиеся из динамиков. Ольга то и дело поджимала губы, поднимала брови и задумчиво скользила по дисплею взглядом.

— Даже так? — шептала она под нос. — Никогда не видела такого большого прорыва! Может мы прогадали, и разлом действительно так опасен?

— Смотри дальше, — мягко ответила Елена.

Динамики заскрипели, не в силах передать звук грома, настолько чистый и мощный он был.

— Вот это сила! Кто это?

— А ты не догадываешься?

— Не может быть, аспект молний…

— Информатор подтверждает на сто процентов. Готов поставить голову.

— И поставит, если это окажется не так, — проворчала Ольга.

— Самое интересное впереди, — Елена сделала театральную паузу.

— Но видео закончилось.

— Владимир мёртв.

Ольга откинулась на кресло, прикрывая глаза. На несколько секунд повисла тишина, Елена старалась предугадать эмоции матери.

По лицу главы клана расползлась улыбка, она открыла глаза, довольно погладив край стола.

— Неужели, — тихо произнесла она. — Сумеречник мёртв. На такой подарок судьбы я и не рассчитывала.

— Что будем делать? — спросила Елена, чуть склонившись вперёд.

— Приступаем к следующему этапу, — задумчиво склонила голову на бок Ольга. — Ускорим свадьбу Светы, а затем покончим с этим.

— Вызвать гильдию?

— Да, а потом организуй маршрут Константина после бракосочетания, — женщина хищно улыбнулась. — Он не должен доехать до поместья. Хотя, детали обсудим позже, главное Владимира больше нет, а он был главной угрозой.

— Мы сможем контролировать Фёдора?

— Да, у нас есть его кровь, проведём ритуал подчинения в ближайшее время.

— Ей придётся переспать с ним, — нахмурилась Елена. — Ей настоящей, тут не обойтись полумерами.

— Такова судьба, — пожала плечами Ольга.

— Такова судьба, — повторила дочь.

P.S

Никто:

Абсолютно никто:

Читатель: Блин, автор же старается! Поставлю-ка я лайк:3

Глава 2

Может ли гнев быть рациональным?

Наверное, нет.

Рациональной бывает месть, но не сиюминутный порыв. Когда в глазах темнеет от злости, челюсти сводит до зубовного скрежета, напрягаются все мышцы, а крик рвётся из груди, такое попросту нельзя контролировать.

Даже у обычного человека срывает все замки, которые вешает он сам, общество, воспитание, что говорить об одарённых. В твоих руках заключена стихия, в ушах бьёт молот, повторяя удары сердца, один за одним.

Тук, тук, тук — кровь шумит в голове.

Обессиленный организм выжимает последнее, а поле зрения сужается до вполне себе конкретной цели.

Источник полыхает, обнажая дно резерва и жадно облизывая стенки, если бы они были, руки сводит судорогой. Сознание из последних сил удерживает щит, а в руках раскручивается грозовое облако, готовое покарать подошедшего слишком близко монстра.

На секунду почувствовал себя в центре реки, панцирь под которым скрылся огибали сотни блестящих от дождя тел. Центуриона обходили даже собственные сородичи, обегая на почтительном расстоянии.

Махина и правда выдающаяся, раза в два крупнее обычного командира легионеров. Обычный бы не достал гранда, а вот настолько древний образец… Костяные наросты у него выбелены временем, даже своеобразные веки над плошками глаз обросли бронёй. Из ноздрей валит пар, удары лапами соскальзывают с защиты, уходя в пустоту. Надолго ли меня хватит? Параллельно удерживая щит, пытаюсь совладать с диском молний.

Стихия на ладони нехотя набирает обороты, молнии уже бьют изнутри, расползаясь вокруг гигантской многоножкой.

На секунду, кажется, что уже нет силы для подпитки заклинания, но взгляд на тело деда даёт толчок. Диск срывается, поднимаясь выше, воронка торнадо раскручивается. Начинается дикий хоровод из комьев грязи и травы, мёртвое тело балахонщика взмывает в общую кучу. Встаю на колени, чтобы удержать дедушку.

Я не знал родственника достаточно долго, но это не отменяет моей привязанности. Он стал кем-то большим, отдельным членом семьи, тот — кто оберегал наш покой все эти годы.

Ангел хранитель, я посчитал своим долгом сохранить его.

Стихия бушует, уже не понимаю, сотрясают землю свинцовые тучи сверху, озаряемые вспышками ветвистых узоров или это моя магия.

Пора!

Щит лопается, исчезая, прямо как видимый только мне мыльный пузырь. Глаза центуриона разгораются в предвкушении, но ему не хватает скорости добраться до меня. Разряд молнии толщиной в мою руку попадает ему прямо промеж глаз, заставляя скрыться за валом, откуда раздаётся басовитое рычание, перекрывающее буйство стихии.

На разъярённый вой командира тут же бросаются десятки тварей, приближаясь со всех сторон. Надеюсь удары с неба не дадут ему быстро оправится и снова напасть.

Заклинание, более не сдерживаемое щитом раскручивается, поднимаясь в небо. Подскочивших монстров встречают удары тока, скручивая тела, оставляя дымящиеся проплешины на шкуре. Пространство заливает визг зверей, буквально вырывая из меня хохот, эмоции раскачиваются как метроном.

Это слёзы? Мои слёзы? Что происходит?

В источнике уже практически нет энергии, но удар готов, торнадо набирает обороты, мне остается лишь корректировать его.

Так глупо, потерять последний шанс на спасение, ради какой-то мести? Или же это и есть жизнь, такая какая есть, без прикрас и логики.

Я ждал, что меня прижмёт тяжестью доспеха, оставшегося без подпитки, но этого не произошло. Латы всё так же ощущались невесомыми, комфортными, лишь движения стали не такими быстрыми как обычно.

Несколько монстров прорвались, потом сменил направление, видимо получив команду на устранение главной по их мнению угрозы. Сил не осталось, это факт, но я смогу дать бой.

Из наручей выскакивают клиновидные кинжалы. Первый же легионер пробует их на вкус. Ловлю тварь в прыжке, железно-бетонным составом вбивая клинок прямо в раскрытую пасть.

Мы кубарем летим на землю, я ненадолго теряю обзор, ровно до того момента, пока не сбрасываю тушу с себя. На подходе уже второй, жаждет разорвать меня, в воздухе разлита животная ярость, но сегодня я не умру.

Только сейчас обращаю внимания на тревожно мигающие голографические отметки в шлеме. Сзади приближается красная точка, расстояние сокращается с дикой скоростью. Изгибаюсь, чтобы выйти из под удара, но доспех сковывает движения тела.

В итоге удалось только смазать, в плечо впиваются зубы пришельца, он дёргает меня и швыряет в сторону. Спасибо! Я не попал под удар второго, твари замешкались, столкнувшись мокрыми боками.

Основной поток успешно разносят удары молний, но на экране несколько отметок, всё же есть немало врагов, которые пробрались сквозь вихрь.

Вокруг тишина и гладь, мы находимся в центре, это называется глаз бури, замечаю совершенно отстранённо. Метроном эмоций, теперь меня кинуло в другую грань, ощущаю себя наблюдателем. Времени на размышления нет, сгруппировавшись парочка монстров атакует, а со всех сторон стягиваются ещё несколько побитых пришельцев.

Прыгаю вперёд, насаживая на клинок правого монстра, левый же получает плечом в грудь. Кажется, что эффекта нет, но всё таки туша дрогнула, а затем своё дело сделала мокрая земля. Тварь поскальзывается заваливаясь на бок, но успевает достать меня лапой.

Ребята в команде мэтра Колина поработали на славу. Гидроусилители функционируют как часы, давая мне вожделенную скорость движений.

Кручусь как юла, раздавая удары кинжалами. Из груди рвётся рычание, сейчас мы ничем не отличаемся, на пятачке в центре магического циклона сцепились настоящие звери.

Удары проходят в точности туда куда надо, гора трупов множится, сужая область в которой я могу свободно передвигаться. В ухе истерически пищит датчик движения, не успеваю среагировать, меня толкают, врезаясь в спину. Попадаю ровно в лапы очередного наседающего на меня монстра.

Пользуюсь размытой землёй, сигаю под ноги легионеру, чтобы добраться до мягкого брюха. Инерции хватает, чтобы рассечь его от шеи до хвоста, а сам я с ног до головы залит кровью и внутренностями.

Встать не дают, меня прижимает пара мощных лап. Ловлю монстра за шею, сдавливая изо всех сил. Противостояние чистой физической силы, челюсть клацает в каком-то десятке сантиметров от лица.

Облака в небе пришли в движение? Уже не вижу радиуса поражения диска молний, кажется он захватил всю воздушную массу, пущенный на самотёк, кружась в безумном танце. Но энергия иссекает, скоро не смогу контролировать заклинание, буквально через минуту.

В монстра кто-то врезается, такой знакомый рычащий силуэт.

Али! Малыш, ты пришёл мне на выручку. Он не может пошевелить монстра, но прокусывает заднюю лапу. Пришелец мотает головой, огрызаясь, чем я и пользуюсь, вгоняя клиновидный кинжал прямо под челюсть. Достал до мозга, тело заваливается прямо на меня, откидываю его прочь, вставая на ноги.

Рядом пристроился мой питомец, смотрит по сторонам, рыча на приближающихся тварей. Почему они не нападают? Рычание становиться ритмичным, будто идёт разговор.

Один из монстров трясёт лобастой башкой, а потом вгрызается в шею рядом стоящего соратника. Начинается вакханалия. Монстры сцепляются в один клубок, катаясь по земле.

За спиной та же ситуация, половина нападающих сцепилась со своими же.

Али стоит на месте, превратившись в каменную статую, лапы широко расставлены, ни одного движения.

Да он же их контролирует! Приходит неожиданная мысль.

Где-то за валом, куда скрылся вражеский центурион раздаётся рёв. Земля содрогается от скачков, похоже кому-то это не понравилось. Рёв усиливается, а я вижу, как количество молний увеличилось. Они бьют связкой, переплетаясь в причудливую косу, но это не останавливает его, рычание только становится громче, переходя в визг.

Энергия заканчивается, заклинание выпило все силы. Я остался один на один с противниками. Слава создателю, никто не проявляет к нам интереса, редких отколовшихся пришельцев встречают их же собратья. Около десятка зверей под контролем Али. Что ж дружок, теперь я тебя защищаю?

На вале появляется туша центуриона, гневно прищурившего огромные глаза. Как я могу его остановить? Это практически нереально, но вариантов нет. Если Али потеряет контроль, будет только хуже.

Похоже питомец решает так же, монстры прекращают драку, разом кинувшись на своего предводителя.

Легионеры будто стая волков обступают не понимающего центуриона, рыча и бросаясь снизу. Несколько монстров виснут на лапах, остальные пытаются добраться до горла. На какое-то время повис паритет, дающий возможность оглядеться.

Всё больше и больше тварей прорывались к нам, грозовое облако перестало работать, вяло выдавая редкие заряды. Источник полностью пуст, сейчас я не сильнее обычного парня. Единственная защита, это латы, дающие усиление и удерживающие ослабевшее тело на ногах.

Мэтр засунул несколько осколков сфер, они и питали не многочисленную электронику и усилители. А что если позаимствовать капельку силы оттуда?

Проверить не дали насевшие легионеры. Я колол и колол, протыкая толстые шкуры пришельцев. Клинки очень удобно входили между сочленениями, но это выматывало меня физически, будто сделал полную тренировку тела в тренажёрном зале.

Руки стали подрагивать, а в глазах потемнело, который за сегодня раз.

Медленно отступая, увидел, как в развеявшемся тумане, проступают сотни фигур монстров. Буря стихла, стали слышны пушки и пулемёты, но, кажется, меня убьют раньше.

Центурион стряхнул с себя сковывающих его монстров, некоторые из которых так и не встали. Парочку раздавили мощные лапы, ещё одного он просто разорвал на две половины.

Али на заплетающихся лапах подошёл ко мне, поворачиваясь к наступающим и слабо рыча. Мы попятились, не сводя глаз с идущего вперёд предводителя легиона.

Запинаюсь, падая на землю. Как назло под ноги попало тело деда, в горячке боя перевёрнутое на живот. Гнев робкой вспышкой озарил всё внутри, но не получил ответа от ядра, оно было абсолютно пустым.

По телу проходит судорога, оставаясь в районе желудка. Жалкая попытка применить магию, внутри всё переворачивается, ощущения сродни тем, когда тебя тошнит до желчи. Одни инстинктивные позывы, но ничего не выходит.

Будто пользуясь моментом, твари не спешат подходить. К нам направляется центурион, величественно шагая по телам монстров, буквально сминая их.

Голографический радар в шлеме пестрит от вражеских иконок, вокруг сплошное кольцо. Писк в ушах уже надоел, обязательно отключу звуковое оповещение, если выберусь… Когда выберусь!

Тянусь к пластинам сферы, вживлённым в доспех, чтобы вытянуть крупицы энергии и побарахтаться.

Контакта нет, слишком пусто в источнике, совсем не получается провести манипуляцию не касаясь предмета. Приходится тянутся к тому месту, где видел новообразования. Спина, чуть выше лопаток, как раз у шеи между ними. Рука с усилием отрывает пластину, выдавливая из экзоскелета максимум.

Где-то в районе локтевого сгиба начинается течь, течёт чернильно-чёрное масло. Вот и конец левому усилителю, теперь шансов ещё меньше. По какой бы причине не медлили твари, мне это на руку.

Али выходит вперёд, вставая между мной и махиной центуриона. Такой маленький, но такой похожий на свою взрослую копию, именно вот так, поставленный на сравнения. Сомневаюсь, что кто-то из ныне живущих проводил столько времени рядом с настоящим центурионом.

Монстры сгрудились плотной толпой, часть них продолжала наступление, слышались звуки боя, совсем близко. Мозг озарила надежда, может союзники прорвуться и спасут?

Овраг в котором мы были не видно, поэтому по нам ещё не ударили.

Центурион подходит к малышу, шумно обнюхивая его. Али замер, практически не двигаясь. По телу командира легионеров прошла волна, заставляя подвижные ороговевшие чешуйки приподняться, как вставшая у собаки на загривке шерсть.

Удаётся расковырять наспех поставленную заплатку, чтобы достать источник питания. В бою мне бы ничего не грозило, ребята и правда сделали работу хорошо, тут претензий нет. Прикрепи они сильнее, у меня могло не оказаться шанса.

Вдруг центурион заходится в рыке, поднимая голову, а затем придавливает лапой пискнувшего Али. Сейчас моего парламентёра будут убивать, стоит поторопиться.

Перчатка еле двигается, контакта нет.

Быстро снимаю её, расцепляя в ручную, доспех больше не функционирует, а сил на кинетику нет.

Отшлифованная пластина, изготовленная из сферы приятно ложится в ладонь. Кристалл начинает светится изнутри, пока не осыпается крошевом. Источник получает энергию, на всё про всё уходит не больше трёх секунд.

Это похоже на глоток воды, после долгого перехода, холодной и свежей как весеннее утро. В груди загорается ядро дара, пронизывая всё тело иголками, будто разом отлежал все конечности, включая голову.

Хрипение малыша приводит меня в чувство, выгоняя из головы эйфорию. Проверяю источник, наполнен на процентов десять, но этого должно хватить.

С сожалением бросаю взгляд на тело дедушки. Похоже мне не удастся тебя вытащить, прости меня, я просто обязан спасти друга.

Резко подпрыгиваю, разгоняясь в сторону главного врага.

Пришлось поумерить пыл, доспех стал вдруг каким-то тяжёлым, но часть силы отправленная на подпитку мышц дала минуту для манёвра. Набившиеся в овраг твари ринулись ко мне, все разом, будто получив команду. Или всё-таки правда получили? А этот центурион умён. На одних инстинктах дал команду, глазами он сейчас сверлит придавленного Али.

Но расстояние между нами не такое большое, успеваю преодолеть его за считанные мгновения. Удар сотрясает морду врага, по размерам не уступающую небольшому автомобилю. Приходится даже подпрыгнуть, чтобы достать.

Туша монстра дрогнула, он пошатнулся, сохраняя равновесие.

Али юрким ужом вывернулся, получив желанную свободу. Приземляюсь на землю, уходя кувырком назад, вовремя кстати, землю сотрясает удар лапы. Перехватываю Али за тело, чтобы наверняка захватить его.

Последнее, что вижу, это невероятно осмысленный взгляд старого центуриона, в котором пылает нечеловеческая злоба.

Последнее, что чувствую, это как сдавливается челюсть на многострадальном плече, это добрался один из легионеров.

Вспышка переноса и нашу троицу несёт прямиком в лагерь людей.

Что-то не так с координатами, но переместились мы выше на метра полтора. Это и помогло избавится от вцепившегося в меня монстра, он просто отвалился при падении.

Наше прибытие прошло бы практически незамеченным, если бы не по какой-то причине собравшиеся тут бойцы из Новгорода. Не вся команда, а только пятёрка тех опаздунов.

Русоволосый тут же схватился за автомат, направляя его на меня. Открылась стрельба, его поддержал здоровяк, а девушки тут же разошлись, чтобы покрыть как можно большее расстояние.

Но что такое один легионер против пятёрки бойцов?

Тварь быстро была нашпигована пулями, упав в паре метров от меня, судя по жирной точке на панели шлема. По мне попали несколько раз, но латы надёжно укрыли от автоматной очереди. Когда стрельба стихла, я откинул шлем, устало вытирая пот со лба, лезущий прямо в глаза.

— Али, малыш, — протянул я руку в пустоту.

Не дождавшись прильнувшего ко мне друга, я обернулся, шаря глазами. Предчувствия завыли одиноким волком, сковывая всё льдом, где-то в животе.

Маленький центуриончик лежал рядом с легионером, вцепившись в его лапу. Бока питомца быстро поднимались и опускались, на них красовалась россыпь ранений, видимо задело очередью из автомата, снова отстранённо отметил я.

Вот почему точка была такой жирной, он до последнего меня защищал. Прошёл целый прорыв, дрался с центурионом в две сотни раз превосходящим его по размерам. Для чего!? Чтобы сдохнуть среди своих?! Ко мне подошла Герда, осторожно заглядывая в глаза.

Свет будто выключили, еле услышал свои же слова.

— Если он погибнет, вы все умрёте.

Голос неестественный, спокойный и шелестящий, но даже мне стало жутко.

Глава 3

На посыпанной гравием площадке, напротив лесного особняка, стояла группа до зубов вооружённых людей. С первого взгляда их можно было принять за наёмников, именно они любили так разномастно одеваться. Кто на что заработал и скопил, а как иначе? Кто-то в полном латном доспехе, кто-то только с первыми своими наручами, а кто-то вообще в армейской разгрузке старого образца, спасающей от пули мелкого калибра. Хоть твари рвут бронежилеты, словно барсик обои в квартире.

Но тут собрались не новички.

Подобным образом был одет ещё один тип людей. Полные отморозки, ходящие по лезвию ножа. В каждом отряде был такой, возможно мужчина, а может и женщина, имеющий стальные шары в штанах и полную аппатию по жизни. У такого человека судьба забрала всё, дом, семью, друзей. Они живут от заката до заката, а если удаётся проснутся вновь, без сомнений идут в бой.

Оружие и снаряжение подобрано строго под свои слабые и сильные стороны, ничего лишнего, отсюда и странные обвесы. Те немногие, кто смог вылезти из бутылки, и не сложить голову на отражении очередной атаки, становятся очень полезными людьми, полезными для силовых структур.

Два десятка людей, опасных, разумных, в основном мужчины, но затесалась среди них и пара дам. Одна из девушек сейчас лениво перебрасывалась фразами с габаритным мужчиной, волосы которого были сплетены в косу.

— Герда, прости дурака, у него же первый выход, — увещевал звероватый мужчина с несвойственной его внешности уважением.

— Это может плохо кончится, — спокойно ответила девушка. — Особенно, если Граф узнает.

На фоне воина она отнюдь не проигрывала, скорее смотрелась на равных. Под два метра ростом, статная и мускулистая, для некоторых обывателей старого поколения чересчур мускулистая. Как отвечать таким поборникам женственности Герда знала с самого детства. Сначала злилась, когда после тренировок появились первые мышцы, да ещё и больше чем у самого спортивного мальчика в классе.

А затем, девушка просто стала предлагать надеть её доспех.

Чаще всего горячие парни, отстаивающие свою позицию, соглашались на эксперимент, полагая, что тут нет ничего необычного. Но стоило им влезть в стальную сбрую девушки, как воздух покидал их, только беззвучно открывался и закрывался рот. Рыбки, обычные рыбки, хотя это оскорбление для рыбок, называть их именем таких слизняков.

Вот и сейчас, Герда абсолютно спокойно объясняла своему коллеге, где тот ошибся. Тут не надо долго думать, ошибкой было взять своевольного бастарда, опаздывающего вот уже на полчаса, затянув завтрак. Благо одарённый, который должен переместить команду поддержки из Новгорода, ещё не появился.

— Не думаю, что простой одарённый разозлится на отсутствие Гриши, — пытался образумить Герду мужчина. — А этот сучёнок так и сказал, что пока не позавтракает, никуда не собирается идти.

— Ох сомневаюсь я, Свят, очень сомневаюсь, — цокнула несколько раз язычком девушка.

— Хочешь сама с ним поговорить? — спросил названный Святом.

— Сомневаюсь, что владеющий техникой перемещения одарённый окажется обычным.

— Кто ещё будет тянуть лямку в засекреченной ставке император? — недоумевающе поднял брови Свят.

В чём-то он был прав, не могла не признать Герда. Это бесило ещё больше чем тупорылый бастард, возможная неправота самой девушки.

Впрочем, через мгновение всё разрешилось. Вспышка портального перехода застала отряд врасплох, обычно сначала появляется окно, а затем оттуда идут люди. Но сейчас всё было по другому, одарённый появился мгновенно, вспыхнула фиолетовая марь магии, негромкий хлопок и перед готовым к бою отрядом стоит закованный в латы человек.

Стоило прибывшему сделать пару шагов, как Герда ехидно обратилась к Святославу.

— Обычный одарённый говоришь? — к девушке возвращалось настроение.

— Задержи его, — только нахмурился Свят, что-то отбивая в сефероне.

Герда направилась встречать гостя, по пути подмечая всё новые и новые детали. С первого взгляда стало понятно, что обычным воякой тут и не пахнет. Латы полные, подогнаны по фигуре идеально, это стало заметно по движениям. Более того, они имели усиления, но не светились, а значит не один из проклятых.

Слабому одарённому такую груду металла носить не с руки, даже среднему будет излишним, а значит тут кто-то из высшего эшелона. Аристократия Новой-Москвы пожаловала?

Рядом с прибывшим шёл зверь, больше метра в холке, достаёт почти до пояса хозяина. Чем-то отдалённо напоминает пришельцев, видимо изменённый эфиром. Шкура желтоватая, грязно песчанного цвета, по всему телу пластины, глаза блюдца, голубые как небо. Двигается как кот, на лапах спрятаны когти, но лапы мощнее кошачьих.

Герда глянула на небо, там собирался дождь, погода сегодня не радовала.

Когда девушка опустила глаза, то наткнулась на внимательный взгляд откинувшего забрало шлема гостя. Всё таки парень, зачем-то подумала Герда, присматриваясь к нему.

Какой бы не обладала внешностью девушка, она в первую очередь девушка. Вот и Герда не была исключением. Статная, с чуть гипертрофированными мышцами и коротко выбритыми висками. Уши смяты, а попробуй сохрани хрящи, когда тебе прилетает по шапке чем-то тяжёлым, даже в шлеме удар здорово потрясает.

Под доспехами она ожидала увидеть кого угодно, но не красивого красноволосого парня, с чуть ироничным взглядом. Такие просто не служат в армии! И уж точно не бегают по поручениям, перетаскивая кучку бойцов порталом.

Черты лица парня говорили о длинной родословной, а уверенный взгляд о внутреннем спокойствии.

— Все твари врат вместе взятые! Это что за цветочек?! — включила сорвиголову Герда.

— Не для тебя растили, — насмешливо ответил парень, сразу перейдя в атаку. — Долго вы ещё будете вошкаться?

Герда даже остолбенела от такой смеси превосходства, иронии и вызова в словах. Вот же высокородный засранец! Вошкаться, вы только подумайте. Сейчас она как никогда хотела, чтобы ублюдок Гриша, приставленный к отряду ел как можно дольше, или засел в туалете.

Но вместо сотни крутящихся в голове ответов, она сказала.

— А ты ничо такой, — «кретин» — добавила мысленно. Но вот в слух сказала обратное, это показалось правильным. — Я Герда, если что. Ждём ещё пятерых, потом будешь тащить.

Парень смерил её взглядом и протянул руку. Доспех будто живой раскрылся цветком, обнажая крепкую ладонь и часть красивого запястья… Белоручка, фыркнула мысленно воительница.

Этот выскочка хоть назовёт своё имя?! Где манеры?

— А это что за животное? — сменила тему Герда.

— Мой боевой товарищ, — в этот момент зверь посмотрел на девушку, будто понимал о чём речь. Точно кот! Только они могут с таким презрением смотреть на двуногих. — Его зовут Альюм, или Али.

Латынь, пронеслось в голове Герды. Иной или другой, вот дословный перевод имени. А что? Лаконично и с намёком.

— Не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка, — процитировала старинного поэта Герда, хмыкнув. Лови подачку, как тебе такое, не то что модная латынь. — Давай представлю тебя команде.

Предложила Герда, намекая на то, что он так и не представился.

— Незачем, я только перекину вас, не больше.

Будто кому-то надо твоё — «больше!», закипела девушка.

Отряд уже вовсю обсуждал пикировку Герды и новичка, не стесняясь самих обсуждаемых. Это жутко раздражало девушку, а портальщик просто игнорировал всё, осматриваясь вокруг. Будто первый раз увидел лес, подумала Герда.

Настроившись на долгое ожидание, девушка злорадно поглядывала на столичного сноба. Ну щас будет представление, не иначе. Но бастард появился через пять минут, как раз в тот момент, когда в глазах красноволосого стала мелькать скука.

Сукин сын, вовремя он, не зря при дворе имеет не самую лучшую репутацию. Умеет вовремя подставить щёку, выждал ровно столько времени, чтобы не потерять лицо перед нашими дуболомами, но и злить прибывшего аристократа не решился.

— Мы готовы, — лениво процедил Гриша. — Когда переместимся?

— Прямо сейчас.

Красноволосый будто-бы смотрел куда-то сквозь бастарда, расфокусировав взгляд. Но затем выдохнул, будто стряхивая оцепенение, даже не обращая внимания на злой взгляд Гриши. За одно это, курьера можно было простить, что-что, а доводить людей он умеет, признала девушка. Хотелось бы верить, что порталы он строит не хуже.

Не успела Герда моргнуть, как одоспешенный парень схватил парочку, бастарда и его прихлебника, а затем растворился в воздухе. По ушам ударил хлопок, всколыхнулся воздух, а парень уже появился снова.

Герда начала строить людей в походную колонну, сразу поняв, по какому принципу будет переброска.

Сам переход занял не много времени, буквально около получаса.

Интересное началось по прибытию. Видимо произошла какая-то атака, отряд Новгорода тут же отправили на передовую.

Сказано было немного, но даже этого хватило, чтобы понять, что тут крупные неприятности.

— Разлом активировался, сейчас мы сдерживаем тварей в поле! Новгород, готовьтесь принять оборону, нужен каждый человек.

Сержант обводит прибывших взглядом, опытным глазом подмечая, как подобрались воины.

— Фёдор Константинович, по поводу вас нет указаний, — вежливо сказал подошедший сержант.

Герда хоть и предполагала что-то подобное, но не смогла скрыть удивления. Она решила, что аристократ благородно кивнёт, а затем развернётся, попросту удалившись. Тем более у него была веская причина, переход дался не легко.

Но парень лишь посмотрел в сторону раздавшегося взрыва за искусственным валом и устало ответил.

— Помогу чем смогу.

Тут сержант обратился к отряду Герды, а точнее ублюдочного бастарда, которого поставили главным. Девушка лишь проводила глазами удаляющегося в сторону вала воина. Фигуру слегка покачивало, еле заметно, если бы не опыт Герды, она бы и не обратила внимания.

А ведь это с усилениями костюма, который играет роль экзоскелета! Пронеслось в голове. Что же сейчас происходит с парнем на самом дела, десяток переходов подряд, высушит даже очень сильный дар.

Новгородцы разбились на четыре команды, отправленные под командование парочки офицеров. Задача максимально проста, удержать оборону, чтобы твари не прорвались в посёлок.

До конца не понимая, что происходит, Герда с тремя бойцами отправилась на обозначенное сержантом место. Попутно ей снова попался столичный сноб, ему что-то говорил подобный скале старик, внимательно глядя в глаза.

Придя к согласию, парочка захлопнула забрала шлемов, чтобы тут же растворится в магическом прыжке. Причём инициировал переход старик, взяв парня за плечо. Даже сама магическая вспышка имела другой цветовой оттенок.

Когда воины исчезли, девушка обнаружила, что не она одна наблюдает за ними. Рядом стоящие солдаты из местных тоже смотрели в ту сторону.

— А кто это? — решила воспользоваться случаем Герда.

— Фонвизины, — пожал плечами бритый наголо солдат, надевая каску. — Владимир Сумеречник Фонвизин, и его внук.

— Фёдор… — догадалась Герда.

Вариантов больше не было, воительница чуть не ударила себя ладонью по лицу. Как же, не узнала самого обсуждаемого Московского наследника. Информация о похождениях последнего имела широкое хождение даже в Новгороде.

Красные волосы, высокомерен, обладает родовым даром, всё просто.

— Куда они? — попыталась поддержать беседу Герда.

Как поняла девушка, они ждут нападения, минутка другая на разговор был, но парень в каске только хмуро глянул на ней.

— Приготовьтесь, сейчас подойдёт волна.

— Волна тварей? Прорыв? — недоумённо покрутила головой Герда.

Парень в каске сел за монструозного вида пулемёт, заняв специальное кресло, больше не отвечая.

Герде пришлось подняться выше, чтобы выглянуть за пределы вала, оценить ситуацию. Насколько далеко открылся портал, что вообще происходит, вводить в курс дел никто по всему видимому не собирается, не до этого.

Открывшаяся картина заставила девушку грязно выругаться, даже парень за пулемётом ухмыльнулся, разом повеселев.

— Что, не встречали такого раньше? — весело прокричал он.

Рядом уже начали работать пушки, всё потонуло в шуме стрельбы, но ответа и не требовалось. Пулемётчик начал стрелять, по валу покатился град гильза, а сверкающая полоска улетела вперёд, куда-то в сторону широкого чёрного провала.

Сначала девушка подумала, что шевелится трава, поднимаясь волнообразно. Но потом различила отдельные силуэты пришельцев, они пёрли настоящим потоком, буквально выливаясь из пятна бывшего карьера, еле видимого с такого расстояния.

Задача рукопашников была в том, чтобы сдержать подход, если дело дойдёт до контакта. Герда оценивающе осмотрела ров с валом, прикидывая обороноспособность, снова помянув начальство гарнизона в разных позах.

Видно, что укрепления не готовы к такой атаке. Откуда бы не взялись твари, очевидно никто не ожидал такого количества нападающих. Вопросы, одни вопросы, но каждый из присутствующих понимал куда шёл.

Герда была готова к разному приёму, к конфликтам и прочим сопутствующим радостям знакомства, но не к крещению боем. Сейчас в вытянутой шеренге рукопашников и магов все были равны, из Новгорода ты или из Москвы, какая разница, главное выжить и отстоять штаб.

Прошло мгновение, а из арки портала позади девушки уже вываливается средних лет мужчина, буквально кубарем прокатившись по земле. К нему тут же поспешил кто-то из офицеров, спрашивая в чём дело. Ответ вывалившегося тут же заставил состав руководства собраться в кучку, они начали что-то обсуждать, показывая рукой в сторону тварей.

Какое-то время удавалось сдерживать поток тварей огнестрелом. Благо расстояние до дыры в земле большое, около двух километров. Нервно сжимая рукоять меча, натянув магию дара струной, Герда и не заметила, как пошёл дождь. Просто морось быстро сменилась каплями крупнее, пока не хлынуло как из ведра.

Земля тут же стала скользкой, что не добавляло оптимизма. Как бороться в такой ситуации? Спасали редкие дорожки из свежих белёсых досок, сколоченных в своеобразные мостки.

Начали работать маги. Лавина нападающих напоролась на боевые заклинания, маги воды так и вовсе разошлись, почувствовал себя в своей стихии. Но всё равно, каждый дар тонул в море из пришельцев.

Восемьсот метров, пятьсот метров, триста…

Герда напряглась, концентрируя силу, сейчас будет схватка.

Но тут твари сменили вектор, замешкавшись. Послышался отдалённый рёв, потрясший солдат. Центурион! Догадалась девушка.

Далеко впереди были видны вспышки магии, там шёл бой. Прямо посреди океана из врагов. Каким надо быть безумцем, чтобы драться там? Как они вообще туда попали…

Портальщики! Снова осенило девушку. Вот куда отправились Фонвизины. Но зачем? Это чистое самоубийство! Твари развернулись, так и дойдя до укреплений. Большая часть рванула назад, чтобы устроить бешеный хоровод вокруг светопреставления, ну, а оставшихся подавлял огонь артиллерии вкупе с магами.

А ведь это шанс! Пронеслось в голове воительницы. Может это такая тактика сражений, отвлечь внимание? Иначе мы бы не выдержали, однозначно.

Герда не считала себя новичком, бывалая воительница, не раз выходившая лицом к лицу с врагом, но даже её передёрнуло, стоило только представить, каково это быть в кольце тварей.

Видимо мужчина, который пришёл с порталом как раз оттуда.

Раздался первый удар грома, далеко на горизонте пузатые облака разрезал свет молнии, подсвечивая массу изнутри. Офицерский состав, так и не придя ни к чему, лишь скорректировал оборону, заставив пулемётные наряды взять курс на центр столпотворения пришельцев, как раз в то место, где тихо слабело сияние магии.

Они же умеют перемещаться в пространстве. Ободрила себя здравой мыслью Герда, поймавшая себя на том, что переживает за исход боя где-то далеко впереди.

Снова раздался рёв центуриона, от которого под доспехами пробежала толпа мурашек. Так и не разу не пустившая в ход меч или магию девушка лишь крепче сжала эфес клинка.

В центре нашествия, где собрались сотни монстров, безостановочно поливаемые пулями, появилось сияние. До этого момента робкое, гаснущее, оно будто набирало силу, с каждой секундой увеличиваясь.

Молнии! Из центра начали бить молнии. Разряды электричества поджаривали тварей, заставляя визжать, да так, что закладывало уши.

Поднялся ветер, разом сменив направление тугих струй. Девушка снова вздрогнула от того, что вода попала за шиворот.

От центра обороняющейся в чистом поле парочки магов поднимался белоснежный диск, орошая землю и стоящих на ней тварей ударами. Ветер усилился, закручиваясь вокруг битвы, которую видели уже все обороняющиеся, показывая пальцем. На мгновение заглохли пулемёты, но уже через секунду солдаты получили парочку толчков, заводясь снова.

На поле начало буйствовать торнадо, захватывающее всё большую площадь. Из туманного столба вылетали молнии, не подпуская никого. Магию такого уровня мог выдать только настоящий гранд, вот она сила Фонвизиных, её мощь поражала и заставляла трепетать.

Солдаты опасливо спрятались за вал, а подошедший офицер позвал Герду за собой. Часть Новгородцев собрали недалеко, снова на том самом месте, куда они прибыли. Все присутствующие были хорошо спаянной командой, занимающиеся в основном диверсионной деятельностью, а именно пятёрка Гриши. Но зачем позвали её, Герду?

Но не успел офицер поставить задачу, как раздался хлопок перехода, а из воздуха вылетел комок живых существ, распавшийся при ударе о землю.

Человек в доспехе тут же встал, остановив свой взгляд на группе. Парни из отряда тут же начали стрелять распознав в последующем легионера, впрочем, тварь быстро оказалась нашпигована пулями, замерев серой массой. Часть пуль отрикошетила от парня в доспехах в котором Герда с трудом узнала старого знакомого.

Только теперь столичный сноб не был похож на себя прежнего.

Доспех помят и покорёжен, плечо густо кровоточит, а металл в это месте смят как яичная скорлупа. Весь с ног до головы покрыт кровью и внутренностями, из каждого наруча торчит по клиновидному кинжалу.

Герда замерла, впечатлённая переменами, поэтому не сразу услышала.

— Али, малыш, — парень протянул вытянутую руку куда-то в сторону легионера.

Только теперь девушка с ужасом поняла, что произошло. Питомец Фонвизина лежал рядом с монстром, мёртвой хваткой вцепившись в заднюю лапу. Его бока тяжело поднимались и опускались, из пулевых отверстий шла кровь, толчками выходя из раны.

— Если он погибнет, вы все умрёте.

Раздавшийся голос был страшным.

Нет, не гневным или угрожающим, он был равнодушным.

Глава 4

После того, как я увидел, куда попали эти придурки, внутри всё заледенело. Каким чудом удалось не сорваться? Знает один создатель. Наверняка, все эмоции просто напросто перегорели в горниле минувшего боя.

Мелко моросящий дождь, миллионами капель падающий с неба, заставил меня расслабится, открывая лицо. Выждав пару секунд, я выдохнул, подходя к питомцу. Мне не хотелось смотреть в его полные боли и непонимания глаза, боялся увидеть в них упрёк.

Али беспомощно рычал, еле поднимая голову, когда к нему подошла Герда, осмотрев характер повреждений, девушка побежала за аптечкой, буквально вытряхивая искомое из пробегающих солдат.

Шум угасающей битвы становился тише. Откашлялись пушки, крики бойцов на линии защиты стали спокойнее, лишь задиристые пулемёты нет нет да трещали, выпуская десятки пуль в секунду, улетающих в сторону отступающего легиона.

Почему я был уверен в том, что они уходят? Не знаю, просто хотелось, чтобы атака кончилась, а подступающее безумие отошло. Слишком много сегодня было потеряно, даже очень.

Я упал на колени рядом с питомцем, поглаживая его по голове. Он успокоился, почти затих, вызвав во мне приступ ужаса. Но бока зверёныша стабильно поднимались и опускались, обнадёживая.

— Надо остановить кровь! — прибежавшая Герда начала распаковывать комплект быстрой помощи. — Целитель будет через минуту, я уже нашла его.

Из всего перечня аптечки понадобились только губка и пара бинтов. У девушки явно был опыт врачевания, она быстро промакнула раны, нанесла обеззараживающий гель. Тело Али слабо отреагировало, он только засучил лапками.

— Где бесов медик? — в сердцах выдохнул я. — Сейчас же нет раненых.

— Я уже не молод, — раздался позади спокойный мужской голос. — Пришёл так быстро, как смог.

Напротив нас на землю с кряхтением опустился седобородый мужчина, с большими мешками под глазами. Сами глаза были белёсыми и выцветшими. Он был одет в военную форму, на груди красовался красный крест, медицинский символ.

— Что, неважно выгляжу? — прочитал мои мысли целитель, подмигнув мне. — Вытащишь разом с того света человек пятнадцать, ещё не так будешь выглядеть.

— Давайте ускоримся, — вспыхнуло во мне раздражение, но быстро погасло, человек действительно не причём. — С ним всё будет в порядке?

— Сейчас посмотрим, — равнодушно ответил медик, положив руки на измазанные в крови бока Али.

Невольно проникнувшись уважением к доку, и стал наблюдать работу целителя вблизи. Мужчина не чурался крови, проводя ладонями по телу питомца. Али слабо вздыхал, не в силах пошевелится.

Док прикрыл глаза, а от ладоней начал исходить слабый свет.

К питомцу на глазах возвращалась жизнь, он заинтересованно закрутил головой, осматриваясь вокруг. Док же напротив только хмурился, а сияние под ладонями разгоралось всё сильнее и сильнее.

Раны неохотно начали затягиваться, уже через минуту от них остались только лёгкие рубцы, не восстановились только пластины защиты.

— Вот, а вы переживали. С ним всё будет в порядке, — целитель отнял руки, буднично вытирая окровавленные ладони горой бинтов. — Но силы пришлось затратить море. Будто пять человек разом полечил. Наверняка сказывается природа зверя.

Я облегчённо вздохнул, садясь прямо на землю.

— Спасибо.

Никогда не благодарил человека так искренне, как сегодня.

— Вы мне кажетесь знакомым, — тем временем присмотрелся ко мне док. — Прибыли этим утром с Владимиром?

— Да, — в горле образовался комок. — Я его внук.

— У вас нет ранений? — забеспокоился целитель, осматривая меня. — Побывали в бою?

— Это подождёт, — махаю рукой, той что не повреждена.

— Владимир не ранен? — снова спросил док. — Вы же участвовали в спасении группы наблюдения, рядом с разломом, если я не ошибаюсь.

— Да, мы были там, — слова давались с трудом. — Владимир не вернулся.

Повисло молчание.

Мужчина обескураженно покачал головой, отбрасывая использованные не по назначению бинты.

— Как он погиб? — тихо спросил он.

— Мы начали вытаскивать солдат, как появился центурион. Тварь очень старая и опытная, подошла с неприкрытой стороны…

— Мне жаль, — только и смог выдавить целитель. — Я давно знал твоего деда, он был сильным магом, одним из самых сильных в империи. Даже не верится, что его больше нет.

— От случайности никто не застрахован.

— Что правда, то правда, — снова покачал головой седобородый. — Хочешь выпить?

Я кивнул.

Мужчина поднялся, отдавая приказ замершим рядом Новгородцам.

— В том доме, есть носилки. Помогите поднять зверя, ему сейчас лучше не двигаться какое-то время.

Али ожил, издавая недовольный рык. Видимо на диагноз доктора у него было другое мнение, питомец попытался встать, с подозрением посматривая на принесённые носилки.

Русоволосый и громила развернули носилки, я придержал Али, пока его не поместили на них. Мы последовали за доком, пройдя почти весь посёлок.

Я крутил головой, осматривая ранее не замеченное.

Складывалось ощущение, что этот пост был предназначен не для отражения атак, особенно такой какая была сегодня. Простые домики, бывшие когда-то обыкновенным посёлком в несколько улиц. Не думаю, что вся эта бронетехника и вооружённые люди были предусмотрены планом. Об это и спросил в первую очередь, когда мы вошли в один из домов, пройдя на кухню.

Носилки с Али установили на полу, а сами Новгородцы быстро покинули нас. Осталась только Герда, незаметно пристроившись за столом. Целитель её не прогнал, а мне было всё равно.

— Разлом стабилен, но твари появлялись в небольшом количестве. Обычно не больше пары сотен, а главный так и вовсе не вылазил. Отрыжка бездны, какого хрена именно сейчас?

Я и сам задавал такой вопрос. Наверняка, я притягиваю неприятности не хуже магнита. Док выставил на стол посуду и бутылку с водой, доставая откуда-то из серванта вяленое мясо.

— Хватало и грандов, они подавляли своей магией редкие атаки, а люди и техника в основном для изучения и вылазок.

— Ещё, — сказал я, плеснувшему в кружку мужчине, он долил до половины под моим внимательным взглядом.

Выпив алкоголь разом, даже не поморщился, утолив небольшую жажду. Ощущения, будто проглотил лаву.

— Что…ххэто? — просипел я.

— Спирт, чистый, медицинский, — весело ответил мужчина. — Я же не только рукоприкладством занимаюсь, в самом хорошем смысле этого слова.

Центуриончик заинтересованно фыркнул, я дал ему понюхать пустую кружку, после чего зверь и вовсе чихнул.

— Нас не потеряют?

— Сейчас не до этого, хотя и устроили вы бой, — одобрительно хмыкнул мужчина. — Владимир безусловно был силён, выпьем за это.

Мы снова выпили, только теперь я запивал водой, чтобы не упасть на месте.

— Вы так и не представились, — напомнил я.

— Ох, старею, — снова завёл старую шарманку док. — А ты говоришь потеряют?! Тут такая бесовщина творится, даже в обычные дни, а сегодня так и вовсе раньше ночи не хватятся. Меня зовут Сергей, но можешь называть просто Док.

— Док, что тут происходит? Почему нет клановых? Из магов я видел только нескольких у вала, где гранды?

— Теперь будут, и клановые, и гранды, — покивал он. — Сегодня мы чудом спаслись, ценою нескольких жизней. Хотя, будь моя воля, я бы разменял всех штабистов на Володю. От такой потери мы ещё долго будет отходить. Клановым сюда дорога закрыта, император лично курирует этот проект, допуская только верных людей. Эти Новгородцы лишь пушечное мясо, диверсионная группа.

— Зачем скрывать такое?

— А никто и не скрывает, — пожал плечами Док, глаза его заблестели, но мужчина держался уверенно. — Просто кланы сюда не лезут, хотя и есть у них пара соглядатаев. Всё подсиживают Леонида Васильевича, пока соблюдается статус кво, все в плюсе. Кланы устраивают интриги внутри вольера, что зовётся Москвой, гранды при деле, приносят пользу ежедневно. Сегодня они хорошо поработали, иначе бы легион прошёлся по нам катком.

— Всё равно не понимаю… — чуть захмелев пробормотал я.

— А что непонятного? — сделал вид, что удивился Док. — Сколько кланы имеют с каждого прорыва? Я имею ввиду сферы. Защита строго поделена между родами, кто льёт кровь, тот забирает добычу.

— Ещё бы они лили свою кровь, а не горожан! — вспылил я. — Ты видел, как происходят бои в черте города?

— А теперь представь, если бы клановых вообще не было? — остудил меня медик.

— Справились бы без них, — я всё ещё злился, признавать пользу этих лицемеров не хотелось.

— Они вынужденное зло, статус кво, помнишь?

— А сферы добытые тут отходят императору? — свёл я дважды два.

— Да, всё что происходит тут, строго под его контролем, он имеет постоянный приток ресурсов. Это энергонакопители, это инициация «своих» одарённых, пополняющих гвардию. Кормушка, по другому.

— Но какой ценой, — смирился я, затихая.

— Всегда приходится платить, до сегодняшнего дня мы платили относительно не много. Просто твари выставили счёт. Да, были редкие группы, раз в пол года, которые добирались до линии обороны посёлка, но в основном справлялись тем что есть.

— А вы не боитесь рассказывать всё это при мне? — осторожно вклинилась Герда.

— Чего мне бояться девочка? — насмешливо спросил. — Или кого? Ты же не глупая, наверняка поняла, что живыми вы отсюда не вернётесь.

— Не слишком и оптимистично, знаете ли, — ядовито бросила Герда. — А если мы будем саботировать работу этого места, ведь по сути мы обречены.

— Вы не будете этого делать, — уверенно заявил мужчина. — Потому что таким образом вы навредите всем здесь присутствующим. А этого делать не нужно, ведь мы в одной лодке. Каждый в Рудном находится под горой всевозможных соглашений и обязательств, мы здесь с одной задачей, служить родине. А за вами, насколько я понимаю грешок, не правда ли?

— Да, в моей группе… — девушка сбилась. — В группе Григория Озаряна, находится четыре группы, каждый из них так или иначе виновен в мятеже против императора, два года назад.

— Лишь один человек, попал сюда совершенно случайно, — целитель внимательно посмотрел на меня. — Или же я ошибаюсь?

— Не знаю, — тихо ответил я.

Мы долго говорили, Сергей рассказывал про деда.

Я слушал, забывая дышать. Внутренне понимал, что мне не нужно было это знать, что каждый пазл дополняющий образ деда, был подобен кинжалу в сердце. Русский любят боль. Когда-то слышал, что это самый деструктивный народ в мире, имеющий гигантскую склонность к саморазрушению.

Сейчас мне удалось понять себя лучше, что-то ещё оставалось под тенью жизненного опыта, надо осветить это пространство, увидеть всё собственными глазами, но для этого необходимо идти дальше.

Герда ушла, кинув на нас с Доком задумчивый взгляд, мужчина только подмигнул мне, показывая своё отношение ко всей ситуации. А что? Он честно рассказал ровно столько, сколько можно получить в открытом доступе. Уверен, у него даже была такая задача, приоткрыть завесу перед новичками.

Узнай они все факторы по отдельности, могут отреагировать не так бурно, человек склонен ко всему привыкать. А сейчас, на новеньких вывалили гору информации, которая возможно станет решающей. Может они завяжут драку, пытаясь сбежать, а может быть станут жаловаться в свои рода, в любом случае можно будет понять, что это за люди.

Всё это было буквально написано на лице Сергея.

Ну, может не всё и не сразу, но вот эмоциональный фон, плюс мимика и внешнее напряжение говорило о том, что не всё так просто. Остальное я сложил сам.

Вышли на улицу глубокой ночью.

Сергей достал пачку сигарет, встряхнул её и поймал на лету тонкую палочку. Чиркнул кремень, а в кулаке целителя тревожно затанцевал язычёк пламени, явственно затрещал табак, в холодном ночном воздухе повисло облачко дыма, быстро растворяющееся на фоне темноты.

Протягиваю руку, сегодня хочется просто забыться, алкоголь сорвал внутреннюю планку. Док привычно вытаскивает сигарету, не задумываясь протягивает мне. Склоняю голову, чтобы прикурить.

Когда-то я пробовал курить, казалось это было давно.

Затяжка вызвала приступ кашля, но затем здорово успокоила, работая в паре с спиртом в крови.

Вот ровно с этого момента меня выключило.

Пришёл в сознание от подступающей тошноты. Ощущал себя в кровати, поэтому перевернулся к краю, чтобы не наблевать под себя. Меня вырвало, отрезвляя, следующий порыв я сдержал, на подгибающихся ногах забегая в ванную.

Целый час провёл в обнимку с унитазом, периодически прилипая к нему.

Через какое-то время удалось вернуться в комнату, постельное оказалось мокрым от пота, срываю его и кидаю в угол. Источник разгорелся, грея меня изнутри. За окном темнота, не понимаю ночь это или утро.

В штанах нашлась пачка сигарет, похожая была у Дока.

Вспомнилось, что этой ночью я курил.

Иду на кухню, зажигая газовую плиту, на неё падает чайник, прикуриваю сигарету прямо от пламени. Трезвеющий мозг под никотином подкидывает воспоминания о вчерашнем дне. Как жаль, что в квартире нет ничего выпить! Ганца будить не стал, просто заварил максимально крепкий чай, высыпая заварку прямо в чайник.

Сгребаю всё необходимое пошёл назад в комнату, чтобы упасть в единственное кресло.

Удивительно, что меня не перенесло к Шувалову. Алкогольное опьянение подействовало так? Или критически маленький уровень энергии в организме. С другой стороны десять процентов от общего объёма это не мало. Оставил мысли на потом.

По ощущениям провёл в кресле часов пять, гадая, когда-же наступит утро. Пару раз дремал, просыпаясь от обжигающего пальцы уголька сигареты или от дурноты. Бегал в туалет раз пять, чай тут же покидал меня, вырываясь потоком воды и желчи.

Есть ничего не хотелось, заходили только сигареты, не понимаю, как бы я пережил такое похмелье без них. Утро наступило неожиданно, вот я обессиленно уснул, не помешал даже гул в голове, а вот уже за окном серое небо. На часах шесть утра, а значит скоро вставать. Снова прикрываю глаза, засыпая, крепким утренним сном.

Проснулся от скрипа двери, это работал не хуже будильника.

Кресло стояло спинкой к двери, я же ловил рассвет, пялясь в окно, поэтому когда дверь в комнату открылась, я махнул рукой, показывая на кровать.

— Оставь там пожалуйста.

Не дождавшись ответа, повернулся. В дверях стояла Света, морща носик и осматривая бардак в моей комнате. Снова откидываюсь, вздыхая, вот почему всё так не вовремя?

— Даже не буду спрашивать, что тут произошло, — воскликнула девушка. — Фонвизин, как ты можешь тут находится.

— Пришла читать мне нотации? — вяло отбивался я.

— Нет, пришла поддержать тебя, — девушка прошла, вставая у окна и смотря мне в глаза. — Соболезную тебе, твой дедушка был исключительным человеком.

— Откуда ты узнала? — тупо переспросил я, мотая головой, от чего снова захотелось блевать.

— Так все уже знают, такое не проходит мимо, один из грандов погиб.

— Я не думал, что всё происходит так быстро, — пробормотал я.

— Какой сегодня день, — спросила Света.

— Среда, — уверенно сказал я, но привычно глянул на сеферон, там был четверг.

— Ты пил? — зачем-то спросила она.

— А по мне незаметно? — раздражённо отвечаю на это глупый вопрос.

— Заблевать свою комнату можно и под наркотой, — сморщила носик Света.

— Такого ты обо мне мнения? Будто и не знаешь меня? — голос насмешливый, провоцирующий.

— Не знаю! — воскликнула девушка. — Такого тебя я не знаю и не хочу знать. Близкие умирают! Но у тебя нет права так себя вести, совершенно не думая о других.

— Прости меня, — тихо отвечаю ей.

Я потянулся к девушке, аккуратно беря за ладошку.

Думает меня впечатлила её игра?

Я специально вывел разговор на повышенные тона, сканируя эмоциональный фон собеседницы. Для такого поведения нужна соответствующая реакция, хоть какие-то эмоции, а не холодное спокойствие. Ты сделала ошибку, когда сказала, что не знаешь меня. Я знаю себя, Света знает, а вот кто такая ты. Сейчас узнаем.

Глава 5

Света остановилась, не собираясь отнимать руку. Мне же хватило нескольких секунд плотного контакта, чтобы максимально незаметно прочитать её. Такой трюк был не новым, подобное произошло в той дуэли в академии, когда Ануфриев напал на мою старосту.

Слайды воспоминаний сменялись один за другим, а возникшие в сознании песочные часы отмеряли время. Надо сделать так, чтобы Света не заметила вторжения в свой разум, а значит долго находится в слиянии нельзя.

Я бродил по коридорам её сознания, перебирая воспоминания, возникающие обрывками, фразами, фрагментами, как смонтированные отрезки. В голове человека есть такая функция, как откладывать часть нехороших воспоминаний со временем затирая их. Так мозг борется со стрессом, это выработанная миллионами лет цепочка действий. Поэтому мы многого не помним, когда становимся старше, это не обязательно плохие воспоминания, когда они заканчиваются в ход идут и хорошие, чтобы освободить наш жёсткий диск.

Детство, вот первый всплеск энергии, воспоминание тёплое и сильное.

Поход в школу, первая плохая оценка, слёзы в туалете для девочек.

А я помню этот момент, она тогда пришла зарёванная, глаза красные, нос опух. Мне стало жалко девочку и я в первый раз вступился за неё. Вот только воспоминания с моим участием были какие-то серые и блеклые. В чём дело, Света?

Быстро перелистывать образы невозможно, если не хочешь повредить мозг, а я не хотел чтобы меня заметили. У меня была практика с чтением воспоминаний, отец обучал меня такому навыку, не оставляя надежды, в то, что я пройду испытание. Это было своеобразной игрой, мы продолжали заниматься и тренироваться, совершенно не обращая внимания на уходящее время.

Сейчас, знания вложенные в мою голову преподавателями дали свои плоды.

На уроках мы разбирали физические реакции в коре мозга, связь полушарий и реакцию на вторжение. Проще говоря, вся работа мозга человека построена на нейронных связях, а быструю передачу сигналов обеспечивают электрические разряды.

Для поиска нужной информации, мозг выступает в роли системного блока, а я лишь пользователь, который смотрит в монитор компьютера. Если перегрузить процессор, он просто выйдет из строя.

На своей первой практике, когда мне привели живого человека, я убил его. Эксперимент этим не закончился, но я навсегда запомнил произведённый эффект. Тело бывшего заключённого, приговоренного к смерти, выгнулось дугой. Рот застыл в беззвучном крике, а глаза за секунду превратились в два тёмных провала вытекая наружу.

Мой неполноценный дар не позволял находится в сознании человека долго, поэтому я просто вложил весь свой резерв, для того, чтобы быстро узнать, что ел на ужин этот человек, неделю назад. Такое было задание.

Не смотря на это, я очень признателен учителям, хоть и влияние тех уроков сильно изменило мою психику. Может быть, я ушёл в разнос после всего увиденного, становясь типичным прожигателем жизни на пороге смерти.

Иронично, мне не хватило воли, чтобы принять свою судьбу.

Время шло, а я неспешно смотрел воспоминания. В сознании человека скорость восприятия намного медленнее, поэтому в реальном времени прошло какое-то мгновение.

Добраться до первой нашей встречи в клубе было не просто, но когда я просмотрел всё глазами Светы, ситуация приняла новый оборот. Она специально пришла в тот вечер, чтобы спровоцировать меня на бой с Петром. Чёткий приказ главы рода, отказаться от моей кандидатуры и силовым методом склонить к разрыву помолвки.

Идём дальше.

Вот планы меняются, а Света получает новую установку.

Картинка на пороге дома бабули, вот наш разговор на втором этаже, девушка делает вид, что её раздражает моя реакция, но внутри она рада тому, что я постоянно пропадаю.

Времяпровождение с наследником Ананьевых.

Перед глазами пробегали картины их поцелуев, признаний в любви. Они смеялись надо мной, просто использовали! В сердце поселился огонь, но мне не следовало задерживаться, оставались секунды.

Максимально быстро, насколько это возможно пробегаю по разуму девушки, чтобы найти одни из последних событий. А именно, жизнь квартала, нападение на мой дом, её мнимая смерть.

Начинаю паниковать, информации так много, что мне не хватит и недели, чтобы разгрести всё. Но самое интересное в том, что я вижу Свету в поместье Романовых. Время года сменилось, вот прошло лето, а она даже ни разу не появилась у меня.

Что-то не так…

Отматываю назад, проверяя, что я мог упустить поторопившись.

Остаётся последняя секунда, дальше медлить нельзя, Света может заподозрить неладное. Назад, назад, ещё немного. Вот!

Вижу какой-то странный ритуал, проводимый в подвале поместья Романовых, его я уже неплохо знаю, благодаря увиденному.

Полностью обнажённая Света стоит в кругу, вокруг двенадцать фигур, у каждого накопитель, они перекачивают просто гигантский объём энергии.

Ритуал быстро заканчивается, картинка снова меняется, я иду вперёд, рискуя. Вот Света стоит у зеркала, что-то происходит с её энергетикой. Неожиданно сквозь неё проходит призрачный силуэт, он встаёт рядом, обретая плотность. За какие-то секунды, перед зеркалом появляются две совершенно одинаковые девушки, только одна имеет абсолютно пустой взгляд.

Успеваю зафиксировать разницу энергоструктур, время года, а затем убираюсь из сознания.

Это как раз то время, когда Света впервые появилась в квартале.

Игра окончена, теперь мне стало понятно если не всё, то многое.

— Прости, — повторяю снова.

— Ты невыносим, Фонвизин, — шипит девушка, но стоит на месте. — Я пришла тебе сказать о свадьбе, твоей отец посвятит тебя подробнее. Пора уже узаконить наши отношения.

— Как скажешь милая, — подставляю губы поднимая голову, Света быстро целует меня.

— Я наверное пойду, у меня ещё много дел.

— Конечно, иди. Скоро увидимся! — прощаюсь с ней.

Хитрая лисица, но она не заметила ничего, по крайней мере сделала вид, что не заметила. Мне хватило одного поцелуя, чтобы отследить ту неприязнь, которая возникла в глазах девушки.

Вот так, считаешь что-то своим, доверяешь до самого конца, а судьба подкидывает новый урок.

Погрузится в неприятные мысли не дала зудящее на фоне чувство. Будто чего-то не хватало, или кого-то… Точно! Где мой питомец! Как я и раньше не вспомнил о нём, так сосредоточился на своих ощущениях, что забыл о друге.

— Али! — закричал я, как резанный, вставая на ноги.

В голове застучали сотни молоточков, заставляя пожалеть о необдуманном поступке. Устало падаю назад в кресло, мне срочно нужен целитель или обезболивающее. Мгновенная карма, что тут скажешь, буду знать, как забывать про близких мне… хм, зверей.

Дверь снова скрипнула, а в комнату вошёл центуриончик, медленно переставляя лапы.

Я взял питомца за морду, чуть не поцеловав в нос, благо зверь вырвался, сделав пару шагов назад и сел на пол. Али забавно чихнул, выказывая всё отношения к моему поступку.

— Так ты не любишь запах алкоголя, — додумал я.

Наверняка питомец был в другой комнате. В спальне явственно чувствовался запах перегара, плюс к нему добавилась синеватая завеса сигаретного дыма. Не квартира, а притон алкоголиков!

Шторы разъехались в стороны, чуть не ослепив меня.

Благо за окном стояла дождливая погода, небо затянуто тучами.

Открыл окно, чтобы проветрить помещение. На теле тут же встала колом гусиная кожа, а по спине пробежал холодок.

Все твари врат! У меня сегодня занятие в академии!

Глянул на часы, до выхода оставался час с небольшим. Вполне хватает привести себя в порядок, если ты в обычном режиме. Но очень мало для человека, который собирает себя по кусочкам после чрезмерных вливаний алкоголя в неокрепший организм.

Хотя, какой к бесам неокрепший организм? Того количества выпитого хватит чтобы сжечь дом, тут любой организм сдастся.

Отправляю Ганцу сообщение, чтобы ко мне прислали горничную.

Если парень спит, ладно, справлюсь сам, если пришлёт помощницу — это ещё лучше. Собираю вещи, по очереди кидая на кровать водолазку, штаны, носки. Если я не ошибаюсь, кто-то побывал в моём шкафу, теперь вещи аккуратно сложены и… выглажены?! Хотя, чему я удивляюсь, совсем отвык от былой роскоши. Одно дело, когда ты платишь за это, а другое когда это делают люди, которые не обязаны.

Кто-то вошёл, на этот раз это была сонно моргающая девушка с соломенными волосами, уже привычная мне.

— Я в ванну, мне крепкого чаю, обезболивающее и один тост с мясом и яйцом.

Взял пачку сигарет с подлокотника, отправляясь в ванну.

Час провёл за водными процедурами, приходя в себя, заодно отбивая сообщение отцу, нам следовало обговорить всё произошедшее, а конкретно, когда свадьба.

Из всего увиденного в сознании Светы, плюс добавленные выводы из общения с Ольгой, надо полагать Романовы задумали существенно возвысится за наш счёт. Объективно говоря, сейчас самое удобное время, дед умер, род теперь только под патронажем императора, но и тут есть лазейки. Вот зачем понадобилась свадьба, хотят официально войти в нашу ветвь, чтобы иметь право собственника на наследство.

А какая роль отведена мне? Очень любопытно.

На выходе из комнаты, когда я уже был причёсан, аккуратно одет и пах свежестью, мои ноздри затрепетали от запаха жареного мяса и хлеба. Свои силы я оценил здраво, поэтому заказал всего один бутерброд в котором будет присутствовать всё и сразу, больше в меня не влезет.

Не смотря на то, что еда пахла обворожительно, когда я проглотил первый кусочек, он тут же стал просится назад. Еле добежал до раковины, где меня и скрутило. Замершая на входе на кухню горничная с жалостью посмотрела на меня, удалось поймать этот взгляд всего на мгновение, но мне хватило.

Прополоскав рот, выпил кружку чая и пошёл на улицу, пора было выезжать в академию.

Али остаётся дома, на больничном, зверь ещё слаб. Ставлю заметку, нужно просканировать его сознание, если у пришельца есть возможность контролировать тварей, значит есть разум. Сомнений в разумности питомца не было, но сейчас стало интересно. Новая информация давала больший пул возможностей, не стоит такое упускать.

Отправил Ганцу сообщение кормить Али мясом, ему сейчас нужна энергия, чтобы побыстрее восстановится, думаю в ближайшее время нам подкинут работы.

Машина как по расписанию ждала у входа, домчав меня до обители магических знаний менее чем за полчаса..

Место на парковке уже заняла Анна Александровна, припарковав свою машину. Покружив рядом и найдя другое пустое пятно, ставлю автомобиль, глуша мотор.

Желудок намекает, что ещё не всё кончено, чуточку тошнит, голова кружится. Чтобы я ещё раз в здравом уме пил медицинский спирт! Упаси создатель от такой участи.

Коридоры академии привели к нужной аудитории, где меня уже ожидали студенты. Дверь непривычно легко открылась от толчка. Стоило мне войти, как в глаза тут же бросилось несоответствие, а ощущения взвыли тревожной сиреной.

Передо мной стоял монстр врат, готовый прыгнуть вперёд. Пасть раскрыта, тело напряжено.

Источник разгорелся, пуская энергию по каналам. Монстра расплющило за доли секунды, реакция опередила поток размышлений, я прыгнул на пару метров в сторону, уходя от атаки.

У меня даже не успела возникнуть мысль, откуда тут может взяться чудовище, тело отреагировало на автомате, уничтожая угрозу.

Послышались робкие смешки, какие-то сдавленные.

Аудитория была заполнена студентами, которые даже не успели понять, что произошло.

— Какого беса?! — раздражённо спросил я. — Что это было?

— Наш учебный образец… — ответила сидящая за первой партой девушка с ультрамариновыми волосами. Как её там, Воронова, если не ошибаюсь.

Расположившаяся за первой партой Строганова лишь укоризненно посмотрела на неё, всем видом показывая своё отношение к глупой выходке.

Сердце бешено стучало в груди, я медленно подошёл к столу и взгромоздился на него, по пути обходя смятое чучело.

— Кто придумал? — Строганову спрашивать не стал, ей в группе ещё учится, либо не ответит, либо что хуже, ответит, наживая врагов.

В аудитории стояла тишина, все будто-бы языки проглотили. Достаю пачку сигарет, но она оказывается пустой. Мятая упаковка летит куда-то в угол, а я стараюсь сдерживать порывы тошноты.

— Кто достанет учителю сигарету, получит зачёт автоматом, — закидываю удочку.

От такого подхода аристократы в шоке, глаза круглые как монеты, думают что сейчас я скажу, что это шутка.

С разных концов третьего ряда встают два парня, глядя друг на друга. Секунда, другая, и вот они как молодые олени несутся вниз, прямо ко мне. На всякий случай готовлюсь поставить щит, чтобы меня не снесли.

Парень слева уже на финишной, но девушка с первого ряда, неприметная серая мышка, ставит ему подножку. Правый успешно достигает учительского стола, протягивая мне приоткрытую пачку сигарет. Забираю всю пачку, не смотря на протестующее выражение лица Правого.

— А что, думал зачёты нынче дёшево идут?

— Можно поделить зачёт? — простонал с пола Левый, да именно так я решил назвать парочку, левый и правый.

Что-то было в парнях похожее, они брали какой-то бесшабашностью, оба в джемперах, рубашка торчит из снизу, причёски лохматые, давно пора к парикмахеру.

— Какой зачёт? — сделал я удивлённое лицо, с наслаждением прикуривая от зажигалки Правого, зажигалка так же осталась у меня. — Вы же освобождены от зачёта, или забыли? Все, кто едет на практику не сдают зачёты этой зимой.

— Оххххх… — в голос завыли парни.

— Идите на места, позже обсудите.

Проходя мимо первого ряда, правый поцеловал неприметную девушку, вызвав небольшое гудение среди знати. Девушка расцвела, хитро хлопнув глазками. Невысокая, аккуратная, волосы тёмные, простая белая рубаха и юбка, и как её не холодно?

Взглядом отметив цель, вопросительно посмотрел на Строганову.

— Изергина, Катя, — одними губами прошептала она.

Удовлетворив своё любопытство, стал сканировать ряды учеников, время-то идёт, а вот виновные ещё не наказаны.

— Признаваться по хорошему никто не желает? — усмехаюсь.

— Не желает, — бодро подтвердила Воронова.

— Жаль, видимо случай с Ануфриевым вас ничему не научил, — качаю головой. — Кстати, а где студент Ануфриев?

— У него больничный, — ответила Марина. — А у вас сегодня разговор с его родителями, после пар, просили передать.

— Как интересно, — пробормотал я.

— Нам тоже интересно, — съязвила Воронова. — Кто будет обучать наш курс после вас.

— Так уверена, что меня уволят? — спросил я, переводя внимание на аристократку. — А мне вот интересно посмотреть в глаза родителям, которые держат детей в чулане. Или вас всех тут держали в чулане? Может поэтому вы такие?

— Это ненормально, — заверещала похожая на куклу девушка с идеальной фигурой и длинными белыми волосами. — Мы соберём родительский совет!

— Да на здоровье, — сигарета кончилась, я взял новую, от криков куклы голова начала болеть. — У меня для вас новости, есть плохие, а есть хорошие. С каких начать?

— Наверное с хороших, — видя, что никто не заинтересован поддержала меня Строганова.

— Хорошая новость в том, что мы начинаем тренироваться. Плохая новость в том, что с сегодняшнего дня. Соответственно после того, как изучим строение легионера.

— Но как мы его будем изучать? — заулыбалась Воронова. — Если вы его сломали?

— Ничего страшного.

Вперив взгляд в ряды студентов стал искать шутника.

В эмоциональном плане всё было ровно, каждый светился по своему, но в основном отношение ко мне было настороженным и презрительным. В край обезумевший профессор, вот кто я для них, по крайней мере мне так хотелось думать.

Вторая ипостась высокомерный аристократик, покупающий всё и вся. Вот и должность в академии купил. Ну, правда, не думают же они так? Должность здесь нельзя купить.

А если было бы можно, то за сколько? Интересно.

Так, хватит отвлекаться.

Один из парней в четвёртом ряду слишком сильно нервничает. Если бы можно было описать эмоциональный накал, то я бы сказал так, он грызёт ногти у себя в голове. Но вид старается держать независимый и спокойный.

— Ты, — указываю пальцем на него. — Подойди?

— Зачем? Запаниковал парень.

— Я знаю, что это сделал ты, поэтому сейчас ты поможешь мне с уроком.

— Но я не хочу.

— А мне плевать, по хорошему пойдёшь или по плохому?

— По хорошему, — выдохнул парень спускаясь.

Когда он подошёл, я похлопал по столу.

— Залезай, вставай на четвереньки.

— Я не буду этого делать.

— Поспорим? — улыбаюсь я ему, голова болит сильнее и сильнее.

Парень забирается на кафедру, вставая на четвереньки и краснея как помидор. Кусочки разломанного чучела поднимаются в воздух, подлетая к фигуре студента и под неторопливое дирижирование начинают облеплять его.

В итоге у нас получается несуразное и кривое чучело пришельца, отчего класс впал в истерику, падая от смеха. Были забыты прошлые разговоры и конфликты, всё было забыто на короткие несколько минут. Я улыбнулся, смотря на парней и девушек.

Стоит ли их винить, они просто так воспитаны. Так может ты покажешь им другой мир? Заставишь думать не только о себе. Вырастишь достойную смену.

Глава 6

Неделю после того случая с шуткой студентов я провёл как белка в колесе. Занятие провёл, разобрали слабые и сильные стороны обыкновенного легионера, взаимодействие с центурионом, основные массовые прорывы за последние пять лет.

Урок прошёл крайне познавательно, наверное, впервые за мою преподавательскую карьеру. Студенты вышли из аудитории обсуждая прошедший урок, а не очередную выходку молодого учителя.

После занятий поехал к отцу, чтобы подробнее узнать о требованиях Романовых. Как и ожидалось, свадьба готовилась космическими темпами. Отец что-то подозревал, но пока судить было рано. Ольга преподнесла все приготовления и скорое бракосочетание как надо, в общем ничего удивительного, если не принимать во внимание то, что мы имеем дело с коварнейшей женщиной.

Просвещать отца касательно планов Романовых не стал, слишком много переменных в уравнении только усложняют его.

В голове потихоньку зрел план, как выпутаться из всего свалившегося дерьма с наименьшими потерями.

В связи с ближайшей нестандартной практикой, преподаватели всё время проводили со своими группами, не стал исключением и я. Дела квартала перетекли в руки Ганца, который на данный момент мог решить девяносто процентов задач.

Я поделил студентов на несколько звёзд, как стали называть их сами ученики. Отряды по пять человек, максимально разношёрстных в плане дара, чтобы покрыть наибольшее количество целей. Конечно же остались и не пригодившиеся, а точнее Алиса и её спутники. Таких высокопоставленных личностей не отпустят в чистое поле, где недолго и голову сложить, как я здраво полагал, но немного ошибся.

Разделение стало следующим: Ярополк, Воронова, брат и сестра Радищевы, младший наследник Левковских. Группа собралась одна из первых, вижу сама Влада решила заранее, кого хочет видеть в своей команде. Вопросы вызывал субтильный паренёк от Левковских, но как оказалось он отлично контролировал воздух, ставя просто монолитные щиты.

Вторый отрядом стали совершенно противоположные личности. Вернувшийся после моего разговора с родителями Ануфриев, о самом разговоре чуть позже. Строганова, умница, староста, да и просто отличная девчонка. Оказавшиеся братьями Левый и Правый, оба носили фамилию Новиковы, пятьдесят четвёртое место в списке семей, девушка одного из них Изергина.

Настало время познакомится со студентами поближе, не скажу что запомнил всех, но вот третью команду знал хорошо. Плеханов Степан, картавый парень в очках, всегда одетый по последнему слову городской моды и в целом очень дружелюбный парень. Чернобуров Костя, сын одного из преподавателей, мрачный парень с взглядом из под бровей и медвежьей комплекцией. Не обошлось и ещё одним ставленником учительской, им оказался брат Анны Александровны, Николай Евстратов. Что можно сказать о нём? Задумчивый парень, слабо идущий на контакт с окружающими. Я его понимал, сложно найти общий язык с другими студентами, когда каждый из них спит и видит как залезть под юбку сестры. В комплект попали близняшки Тира и Лира, что изрядно меня удивило. Видимо не такие большие фигуры, раз император зная, что происходит возле прорыва решил отправить туда детей лидеров альянса.

С другой стороны, есть задача, есть ресурс на её выполнение, другой жизни уже давно нет и не будет, надо подстраиваться под текущее положение.

Последняя группа состояла из Лисиной, Лобанова, Астафьева, Чижиковой. Не комплект, который мне нужно упаковать с помощью не пригодившихся, а значит вытащить кого-то из компании Алисы. Тут надо подумать, за кого мне меньше всего прилетит по шапке.

К разговору с четой Ануфриевых, наш диалог вышел коротким но крайне любопытным.

Меня выловили на выходе из аудитории, взгляд сразу упёрся в хмурящегося мужчину в дорогой одежде, позади него у окна стояла скрестившая руки на груди женщина, повернувшаяся при моём появлении.

— Фёдор? — непонятно толи спросил, толи утвердил мужчина.

— Нет, он уже ушёл.

Попытался пройти мимо, но Ануфриев старший преградил путь.

— Нам надо поговорить о инциденте с нашим сыном, — начал он.

— Внимательно слушаю, — остановился я.

— Ваше поведение неприемлемо, мы ждём официальных извинений.

— От всего рода Фонвизиных, — добавила женщина. — Ситуация личностного характера.

— На личности перешёл именно ваш сын, или я ошибаюсь? — пошёл в атаку я, внутренне закипая от абсурдности требований.

— Я понимаю, — по отечески опустил руку мне на плечо мужчина. — Вы молодой… кхм… преподаватель, многого не знаете, но то, что вы сделали, непедагогично.

— Видимо грубость это семейное, — тихо пробормотал я, но так, чтобы это услышала парочка аристократов. — Вы даже не представились.

— Полагал, что вы знаете нас, — тень снова налетела на лицо Ануфриева старшего.

— Почему же вы так полагали? — спрашиваю нарочито заинтересованно.

— Геральдика родов, воспитания в конце концов, пусть не все носят герб, но банально знать рода из первой полусотни…

— Наш сын знает все основы, — снова влезла женщина, поджав губы.

Это такой намёк на моё воспитание? Что ж, вы сами это начали.

— Вашему сыну это знание ничуть не помогает заводить друзей, — отрубил я. — А вот врагов, пожалуйста. Он может вернутся на занятия, но если такой инцидент произойдёт ещё раз, я не буду сдерживаться.

— Вытряхнуть память мальчика, это вы называете сдержаться? — завелась женщина, в её голосе начала проступать истерика.

— Я же не сказал никому, что он делал в чулане, и за что его там закрыли, — приблизившись к мужчине, тихо, так чтобы слышал только он, прошептал я. — Пожалуй свои представления о воспитании можете засунуть себе в задницу. А можете пойти на суд императора, уверен, мы многое там узнаем. Вопрос решён?

Оставив позади побледневшего мужчину и яростно кричащую о карах небесных женщину, я ушёл. Краем глаза увидел, скрываясь за поворотом, как он обнял жену и они пошли прочь. Вот и ещё один недоброжелатель появился на горизонте.

То, что я видел в памяти парня, это настоящий ужас, но если они захотят обострить конфликт, всегда пожалуйста.

С памятного разговора прошло много времени, судя по тому, что мне не пришло уведомление из имперской канцелярии, в суд на меня никто не подал. А позже, появился и сам виновник торжества, робко входя в аудиторию очередным утром.

Увидев меня, парень побледнел, как и его отец немногим ранее. Но я лишь равнодушно указал на место за партой, продолжая лекцию. Даже уловил благодарность в ответном взгляде, но мне было всё равно, главное, что теперь смутьян вёл себя тише воды и ниже травы.

Занятие в академии перешли в практическое русло.

Я присматривался к студентам, заставляя их спарринговать на арене.

Сама арена представляла собой овальное строение с невысокими стенками. Тут всегда дежурили несколько человек, маги воздуха ставили купол, совместными усилиями, а целитель заживлял повреждения.

Земля не успевала остыть от огня, вздымающаяся сотнями раз за день, превратившись практически в песок. Мне стал привычен запах огня, а удары по куполу были роднее ударов сердца, столько времени мы проводили в тренировках.

Отношение студентов так же изменилось, теперь у них не хватало времени на обсуждение меня. Вычурная и дорогая одежда сменилась практичной и однотонной, всё чаще на теле учеников можно было заметить латы. Кто-то носил наручи, принимая на них удар слабых водяных лезвий, кто-то шлем, боясь получить по лицу.

Мои подопечные с тоской смотрели на тренировки других отрядов, которые до посинения отрабатывали одни и те же удары и уделяли сотни часов практике. Первое время я натыкался на непонимание, усталость, но когда делал всё то же вместе с будущими магами, перестал видеть эти взгляды.

Единственная, кто ничего не говорила, это Влада. Девчонка с самого детства привыкла к тренировкам и теперь на фоне клановых доходяг смотрелась как лиса в курятнике. Для неё всё придуманное мною было не больше чем разминка.

Мы получили доступ к общей тренировочной площадке, где началось самое весёлое. Студенты бегали, прыгали, лазили по канатам, ходили по раскачивающимся брёвнам, в общем делали всё, что пришло мне в голову. Зачем? Для начала надо было сбить спесь с аристократов, чтобы они воспринимали меня максимально серьёзно, ну, и никто не отменял обще физическую подготовку. Важность выносливости я ощутил в бою у разлома, когда руки дрожали и отнимались, грозя пропустить очередную атаку.

Каждый из аристократов имел хороший уровень подготовки, в том числе и я. Парни могли постоять за себя на дуэлях, девочки стойко переносили многочасовые танцы на каблуках. Но в прямом столкновении этого мало.

Императора можно было понять и на то было несколько причин. Знать сильно отдалилась от основного мира, ставя себя превыше проблем простых людей. Уже представляю кучу жалоб и скандалов, когда все поймут, что за практику устроил правитель.

После первой недели занятий ко мне каждый день наведывалась Анна Александровна, которую совет преподавателей направил следить за мной. Слишком страшные для благородного сословия разговоры велись вечерами в кругу различных семей из первой сотни.

Что? Нашего сына заставляют ползать в грязи по несколько часов?

Что? Дочь покрыта синяками как какая-то кухарка, скоро род пойдёт по миру, разорившись на услугах по маникюру.

Что? Устраивают спарринги с минимальной подстраховкой?

Подобного рода толоки только набирали оборот, грозя скоро вывалится на мою голову ведром помоев. Но в тактике обучения я был непререкаем, это было настолько важнее всех неудобств для детишек, что совсем не трогало меня.

Встряска должна отсеять слишком слабых, непокорных, откровенно глупых. До стадии, когда им в руки попадёт настоящее оружие в виде глифов, должны дойти только самые адекватные. Люди готовые сражаться за будущее человечества, будущие учителя и командующие.

Мобилизация тварей заставила задуматься, что-то нехорошее собирается по ту сторону, буквально надуваясь гнойником.

Не хотелось себе признаваться, что погрязнув в делах, я таким образом искал успокоения. Смерть деда висела где-то внутри, тянущим грузом напоминая о себе, особенно в те моменты, когда я оставался один и был не занят.

Свету видел всего несколько раз, и то по нелепому стечению обстоятельств. Она согласовывала со мной костюм жениха. Ни я ни тем более она не хотели растягивать эту встречу, поэтому я выбрал первый попавшийся, ткнув в интерактивный каталог, а девушка облегчённо отправилась домой.

Наконец-то, впервые с момента, когда мои силы стали значительно больше, я добрался до собственного разума. Мозг кипел от потоков информации, да и просто по человечески сдавал перед сложными задачами. Необходимость провести реструктуризацию и навести банальный порядок назрела сама собой.

Долгими вечерами перед сном я копался в голове, расставляя всё по полочкам.

Возросшие способности позволяли проводить очень много времени внутри сознания, растягивая такие короткие минуты на часы. Итогом самокопания стало изменение некоторых базовых вещей, расстановка приоритетов.

Воспоминания пришлось чуточку придавить запрятав в несколько ментальных щитов. В частности, это касалось воспоминаний о деде и той битве возле карьера. Сейчас не то время, когда можно предаваться горю, смакуя его за бокальчиком бренди.

Вторым изменением стало чёткое понимание целей, инструментов, временных рамок. Если раньше меня кидало от ситуации к ситуации, заставляя решать проблемы по мере их возникновения, сейчас есть точное понимание, что я не один. Квартал — это многорукий и многоголовый механизм, которым я управляю неправильно. Тем более клан, который сейчас доступен мне, с его ресурсами и возможностями.

У любого решения есть последствия, круги на воде, но оставлять события без контроля глупо. Я собирался направлять их в нужное мне русло, устроив настоящее цунами.

Долгие годы я закрывал ядро дара, не используя ментальные техники, до перемещения в другой мир по причине того, что не видел смысла развивать направление, а потом банально не было времени.

План Романовых вырисовывался всё явственнее и явственнее, сначала было недоумевание аппетитам и амбициозности, но затем всё прояснилось.

После свадьбы, Света становится официально моей женой, она имеет влияние на род. Род Романовых усиливается в два раза, учитывая неплохую инфраструктуру которую я выстроил, да плюс сам великий род.

Воспоминание о чувствах Петра и Светы ещё больше открывали общую картину. Получается рядом со мной всегда был клон, доппельгангер, тайное оружие Романовых. А значит отношения наследника Ананьевых и моей невесты не надо сбрасывать со счетов.

Единственным логичным вариантом является устранение меня как личности, либо же… Устранение отца и его семьи, что ещё выгоднее в перспективе. А затем овдовевшая Света и Пётр бракосочетаются, таким образом род Романовых становится равным по влиянию императору, если не сильнее. Но уверен, с таким подходом Ананьевы тоже останутся с носом, они же должны это понимать. Хотя, всё будет выглядеть максимально безобидно, ведь кроме меня никто не знает о допельгангерах.

Пир во время чумы, не иначе, а Романовы настоящие стервятники, вернее стервы.

Перед свадьбой надо просканировать Светлану, чтобы примерно знать, когда ждать удара. С другой стороны, Ольга понимает, что я владею ментальной техникой, а значит ограничит дочь в информации.

Воздействовать через Елену? Она наверняка будет присутствовать на церемонии.

До свадьбы оставалась примерно неделя, которую я планировал провести с толком. До начала практики около месяца, после свадьбы начну давать студентам глифы, первая в очереди стоит Влада. Не знаю чем, но мне нравится девушка, явно себе на уме, амбициозная, но если найти рычаг и склонить её к взаимовыгодному сотрудничеству, будет замечательно. Она имеет вес в группе, к ней будут прислушиваться, именно с неё стоит начать формировать вертикаль власти.

Шувалов всё это время пропадал, поэтому я был предоставлен самому себе, отрабатывая диск молний.

На меня вышли люди императора, вежливо попросив помощи.

Им был нужен мой навык телепортации, так как смерть деда поставила их в затруднительное положение и трафик между государством и форпостом сократился.

Поинтересовались, как идут дела с подготовкой новых магов с глифами. Ответил, что есть трудности, не могу подготовить сразу большое количество, но подсластил пилюлю, сказав, что готовая группа будет учителями для большего числа людей.

Император остался доволен. Мы договорились о проигрыше на арене, чтобы сохранить обученных людей.

Надеюсь к тому времени, когда будут готовы первые группы, они будут лояльны мне, а не государству. Против политики правителя я не имел ничего против, но мне не нравились меры. Слишком большая вольница для кланов, которые служат в данный момент только своим интересам.

Леонид Васильевич старается, но при такой политике мы долго будем ждать плодов.

От отца я узнал о планировании торжества, попросив его скидывать мне все правки ну и естественно конечный результат. Пока, всё выглядело безобидно, вот церемония в храме создателя, делегации с двух кланов приезжают поочерёдно, затем все едут в поместье Фонвизиных, где и проходит основная часть праздника.

Я тут же отдал план на изучение мэтру Колину, подкинув ему задачку. Пусть старик думает, в какой момент удобнее всего устранить моего отца или допустим меня. В технической части я доверял Колину беспрекословно, он уже не раз доказал свою компетентность, занимаясь всем в квартале.

Паула получила задачу подготовить мобильный отряд ко дню бракосочетания.

Ганц получил распоряжения на этот же день усилить охрану по всему периметру.

Работа кипела и спорилась, но были и факторы, которые оказалось сложно просчитать, а в частности, появление ослепительной красотки у ворот квартала.

Когда пара машин въехала внутрь, я удивился, опознав в одном из внедорожников тот самый, на котором когда-то уехал в Калининское княжество.

Но вот больше поразила красавица, вихрем вылетевшая из машины и подбежавшая ко мне, чтобы прыгнуть на шею. Долгие секунды я стоял в надо сказать приятных объятиях, пока из машины не появился одноглазый мужчина, неодобрительно зыркнувший на меня.

— Лара? — с сомнением осмотрел я девушку, с трудом оторвав от себя.

— Да, — весело улыбнулась цветущая девушка, более не напоминающая скелет, и с игривыми нотками покрутилась, вызвав у меня слюноотделение. — Ну, как я тебе?

— Здорово выглядишь, — только и смог проблеять я.

— Хватит уже миловаться, — прокряхтел подошедший трактирщик. — Рассказывай, где тут у вас можно остановиться.

2.500 лайков и в следующий раз будет две главы:3

Глава 7

За окном вовсю кружил снег. Да, время безудержно наступает на пятки, но я его обгоню, обещаю.

Обещание было дано городу за окном, а точнее небольшому и такому родному кварталу. Люди маленькими фигурками копошились во внутреннем дворе наших многоэтажек. Кто-то с метлой механично смахивал лёгкие хлопья снега, прочищая дорожки.

Обрадованные погодой дети вовсю играли в снежки, сминая в тёплых ладошках грязноватый снег с вкраплениями земли и песка.

Так и не договорившись с Генри, я остался абсолютно без тёплой одежды. Привычное пальто, водолазка, кожаные ботинки и брюки. В таком сетапе уже достаточно холодно, но жить можно, короткими перебежками до машины и обратно.

Ещё можно прогнать энергию ядра через тела, усиливая себя таким образом, холод как рукой снимало, поэтому я раз в несколько минут легонько баловал себя допингом.

Правда были и минусы, сломал две кружки и ручку в ванную комнату. Когда тело насыщено энергией, оно становится значительно сильнее прежнего. Можно мять металл машин, дробить кулаком бетонные стены, прыгать на уровень третьего этажа, дальше не пробовал.

Кружки страдали ровно до того момента, пока я не наткнулся на укоризненный взгляд горничной, убирающей весь мусор. На следующее утро на завтрак мне всё подали в металлической посуде.

Али выздоровел, кружа во дворе с детьми, порою целыми сутками.

Я смело отпускал зверя, без внимания любой разумный чахнет, а сам я постоянно занят. Вышедший на улице центуриончик впервые увидел снег, долго пытаясь понять, что это за субстанция и прыгая в стороны, чтобы уклонится.

От питомца постоянно исходил жар, даже в такую минусовую погоду, неудобств он не ощущал.

Зато безусловно подрос, сейчас напоминая среднего такого телёнка. Я не понимал причину такого бурного роста, пока не поинтересовался, сколько раз кормят моего зверя.

Оказалось он ел как пол квартала. Ему постоянно требовалась белковая пища для роста, а мясо было дефицитом, особенно в зимнее время, когда охота становилось труднее и труднее с каждый днём.

Проблема решилась сама собой. В Али влюбился один человек, буквально сдувая пылинки с пришельца. Кто бы это мог быть? Конечно же любитель знать как всё устроено, а именно мэтр Колин.

Старик заинтересовался пришельцем, когда тот вымахал в два раза на недельной мясной диете после ранения. Бешенный рост организма поставил профа в тупик, тот начал искать варианты, но тут лавочку прикрыли, отрезая от ресурсов.

Колин нашёл вариант, используя не слишком востребованный но производимый в городе сывороточный протеин, брал на кухне творог, дробил в еду зверёныша яичную скорлупу, мел, редкие доступные витамины и сушёные травы.

Маг аргументировал это тем, что питомцу необходимы материалы для правильного роста костяных пластин на теле, которые заменяли ему шерсть, прикрывая мягкую шкуру.

Теперь стало понятно, почему Али так отличается от своих сородичей. Из-за нехватки ресурсов в организме, костяная броня была в разы тоньше, напоминая больше эластичную шёрстку, нежели те монструозные щиты у более взрослых особей.

Проф был не уверен, но подозревал, что детёнышу центуриона чего-то не хватает. А я, прекрасно знал чего, но молчал. О центурионах известно не много, но одно понятно, их либо кормят на той стороне, либо они получают ресурс питаясь людьми. Ни один из вариантов не был доступен, поэтому Али обходился на заменителях, щедро пихаемых ему фанатичным стариком.

Во дворе вместе с детьми носилась знакомая фигурка Лары. Она сама как ребёнок возилась в снегу, заливаясь смехом. Девушка стала в разы общительнее и дружелюбнее, если сравнивать с нашей последней встречей.

Неожиданное прибытие гостей с границы стало настоящим событием. Они прибыли под предлогом возврата мне машины, но по всему видимому не только за этим. Герман сразу же после приезда пропал, буркнув Ларе: «Дорвалась? Развлекайся…», а сам поехал в город по делам.

Одна из британок проследила за одноглазым, отчитавшись тем же вечером. Оказалось, что он ищет помещение под таверну, обходя всех потенциальных арендодателей.

С прибытием в город людей из европейского анклава, места осталось ничтожно мало. Всё чаще в коридорах академии можно было слышать английскую речь, она в союзе была самой ходовой. Хотя, встречались и немцы, мои ребята тому пример, выходцы из средней азии и ещё много кто, но все в основном говорили на английском. Изредка, в кружках по интересам можно было услышать более экзотичные звуки, но говорить на своём считалось дурным тоном, особенно среди студентов, там девяносто процентов учащихся были благородными.

Изо двора снова раздался смех, а мои мысли сместились на прибывшую в гости Лару.

Девушка повергала меня в ступор, глуша бьющими фонтаном эмоциями. Тело исцелилось, когда ядро дара начало работать, наполнилось соком, расцвело подобно цветку. Теперь я мог с уверенностью сказать, что это самая прекрасная девушка, которую я когда-либо встречал.

Британки самолично сопровождали её в город, без всякого приказа или просьбы. В редких вылазках в основную часть Москвы, девушка непрестанно вызывала настоящий шквал разнообразных эмоций. Её предлагали забрать, взять в невесты, выкупить. Все предложения Лара без раздумий отвергала, по непонятной причине, ведь среди претендентов была парочка очень видных аристократов.

Наверное, одна из целей Германа, сосватать дочь, вот же старый хитрюга, решил пустить ростки среди местной знати. Вот и помещение под трактир думает арендовать, чтобы убить двух зайцев одним махом.

У меня же старая знакомая вызывала противоречивые эмоции. Честно сказать, я робел перед ней. Никогда такого не было, лет с пятнадцати, на приёмах меня окружали красивые девушки, а положение обязывало танцевать ночи напролёт. Стоит отметить, ради справедливости, ни одна не была так красива.

Но не это было основополагающим, а её непредсказуемое поведение, не скованное правилами приличия, что усложняли и без того сложную жизнь столичных аристократов. Она спокойно могла обнять меня в порыве радости, тесно прившись. В такие моменты меня бросало в жар, а в сердце глухо билось сердце, набирая скорость.

Девушка жила в моей квартире, быстро вычеркнув предложенные Ганцем варианты. Говорила, что со мной спокойнее, я на инстинктивном уровне вызывал у неё чувство безопасности, а это к слову было очень важно.

Пару раз, в толпе людей к Ларе приставали несколько считающих, что им нельзя отказать. Охрана оцепила двигающуюся девушку, преграждая путь. Следящая за представлением британка хотела было вызвать подмогу, как всё решилось само собой.

Стоило кавалеру коснутся локтя девушки, как вокруг неё разлилась волна силы, откидывая всех прочь. Земля пошла трещинами, все щиты и артефакты людей в радиусе ста метров попросту сгорели, а сама Лара лишь испуганно хлопала глазами.

После того, как дар девицы начал развиваться, получив необходимую порцию силы, она стала невероятно одарена. Сила плескалась в ней, там были настоящие океаны энергии. Она могла управлять материей одной только силой мысли, не разделяя свой источник по направлениям. Не повезёт её жениху, ой как не повезёт, если ему удасться пережить первую брачную ночь.

С таким уровнем силы девушка всё ещё была вне зоны моего доступа, только теперь вместо образа космической чёрной дыры, сияло солнце, слепя меня. Все попытки пройти дальше эмоционального слоя заканчивались плохо, меня просто сметало волной.

Свадьба приближалась, готовился я, готовились Романовы, аристократам из ближнего круга стали приходить приглашения.

На улице в свете фонарей вальсировали снежинки, а мы с компанией помощников мэтра Колина ставили новую полосу препятствий. При этом я злодейски хохотал, представляя реакцию студентов на утро следующего дня.

Идея усложнить жизнь боевым группа будущих практикантов пришла спонтанно. Прежняя полоса уже не справлялась, быстро меняя в судьбах учеников цвет с чёрной на белую.

Мне не давали покоя мысли о моём бессилии в борьбе, поэтому было дикое желание приготовить ребят ко всему. Жутко раздражало и то, что ещё никто не отказался от участия, не было криков, соплей и слёз. Да, ребята выматывались, еле ворочая языками в раздевалке, но увы, слабаков тут не было.

Значит надо поднимать нагрузки, логично заключил я и начал разрабатывать препятствия.

Али сопел в углу, примостившись прямо на полу. Служанка первое время приносила плет, но после того, как неблагодарное животное порвало два экземпляра, плюнула на это.

Спящий зверь даже и не подозревал, что тоже будет участвовать в моей задумке. Пора было отрабатывать всё вложенное хозяином. Развития среди дворовой мелкотни питомец не получит, а вот опыт спаррингов с реальными людьми… Одни только плюсы, студенты привыкнут к необычной внешности врага, ведь в образе зверя уже появились пугающие детали, начиная с пяти сантиметровых клыков, заканчивая подросшей за несколько недель костяной бронёй.

Реакция студентов мне не понравилась, они осмотрели новую полосу препятствий, а затем деловито отправились в раздевалку, обсуждая нововведение. Лучшее меня ждало на десерт, когда перед учениками появился Али, вальяжно вышедший на арену.

Все тут же обнажили оружие, отступая на пару шагов назад. А нахал только повёл ухом, рассматривая аристократов, будто они какие-то насекомые, уж не знаю, как он это делает.

Питомец подошёл ко мне, ткнувшись в плечо лобастой башкой, так он просил погладить его между услужливо раздвинутыми сочленениями брони на загривке.

— Ф-ф-фёдор К-к-константинович, что это? — первой опомнилась Строганова.

— Не что, а кто, — наставительно поправил я. — Это мой коллега, он тоже учитель, будет помогать в тренировках. Как вы все заметили, он изменённый энергией Врат, поэтому быстрее, сильнее, даже умнее некоторых из вас. Вреда не причинять, опытным путём выясним порог возможного, а пока первая группа разминается, тридцать кругов вокруг площадки в полной боевой выкладке, вторая на полосу, время я засёк, а третья группа готовится к тестовому бою с Али.

— Что будет если мы его убьём? — нагло ухмыльнулся Лобанов.

— Лучше тебе этого не знать, — ответил я. — Последний раз, когда с Али произошла неприятность, целый отряд подготовленных диверсантов чуть не отправился на тот свет. Так что, будьте поаккуратнее с ним.

— Не хотела бы я там оказаться, — передёрнула плечами Лисина, натягивая кирасу.

— Не окажетесь, — успокоил я, уже тише пробубнил. — Надеюсь.

Самым сложным в моём плане было объяснить зверю, что от него требуется. Али не раз доказывал, что обладает интеллектом, вот и сейчас я не ошибся.

Я схватил зверя за голову, уставившись ему в глаза.

Голубые плошки, подобные маленьким озёрцам оказались прямо напротив, для чего пришлось чуть нагнуться. Тихо и членораздельно проговорил питомцу, что хочу получить от него, а затем ещё и открыл разум, стараясь транслировать что-то похожее.

В голову ударила волна чужих эмоций, ощущений, но она была настолько сильной и первобытной, что напугала меня. Разум зверя словно пытался влится в меня, забив всё своими чувствами, такого позволить я не мог, перекрывая доступ.

Оставалось только надеяться, что Али правильно понял посыл.

Меня ещё потряхивало от эксперимента, когда вышли уже готовые к бою ученики. Поединок начался, арена покрылась прозрачным куполом, проснулся целитель, а группа пошла в атаку на стоящего скраю Али, который подобрался, припав на передние лапы.

Четвёрку аутсайдеров сегодня укомплектовал Дастин, тут же отбежавший за спины команды.

Лисина достала зажигалку, на её руке появился быстро крутящийся шар огня. Лобанов воздел руки, так как будто хотел обнять кого-то близкого. Справа и слева от Али взметнулась земля, два вала существенно сократили манёвренность, а стена позади так и вовсе не оставляла варианта.

Огнешар полетел прямо в центр, грозя в считанные секунды оставить на месте зверя полыхающий факел.

Но питомец просто сделал рывок, разбивая заклинание своим телом. Пришельца окатило жидким пламенем, но оно быстро угасло, без подпитки. Сам зверь только раздражённо фыркнул облачком дыма, и стал прыгать из стороны в сторону, быстро сокращая расстояние между ним и пятёркой замерших остолопов.

Вот тут ключевой момент, только бы он не убил никого.

Из-за спин команды выпрыгнуло настоящее чудовище, высокий человекоподобный силуэт с вытянутым лицом, весь поросший шерстью. Дастин воспользовался заминкой и провёл трансформацию. Зверь встретил зверя, но Али не остановился, попросту поднырнув под крюковатый замах Дастина, уступающего в скорости и снёс его ударом лапы.

Иностранец изломанной куклой отлетел на стенку купола, хорошо приложившись об неё и затих, лишь грудь тяжело вздымалась, а центуриончик уже летел дальше.

В Али летели лезвия воздуха, водянные плети, огненные шары, несколько раз земля перед ним расступалась, а на дне появлялись каменные шипы. В конце концов Лобанов плюнул на ямы, стараясь достать бегущего зверя каменными шипами, но он то и дело угадывал направление атаки, уходя в сторону.

Когда центуриончик добежал до команды, им не оставалось ничего кроме, как прикрыться щитом Чижиковой.

Вокруг скучковавшейся четвёрки из земли выстрелили корни, быстро извиваясь на манер змей, опутывая отряд подобно сфере.

Глупые, даже не оставили себе зазор для ответного огня, поторопились. Теперь Али ходил по кругу, показушно рыча и нагоняя ужаса на замерших в клетке. Периодически его пытался достать Лобанов, а очнувшийся Дастин подходил со спины.

Всё решилось быстро. Вот нападает трансформированный оборотень, промахивается и летит прямо на вставший колом каменный шип. Я забеспокоился, желая закончить схватку как можно быстрее, Дастину явно нужна помощь. Минута ступора за щитом, а в это время Али разносит сферу из корней, работая своими лапами как взбесившийся вентилятор.

Студенты были размётаны лёгкими ударами по корпусу, охая и ахая на земле. Того, кто хотел подняться, зверь придавливал лапой, издавая рык прямо в лицо. К оборотню уже спешил целитель, Лобанов развеял заклинание. С сущностью зверя умереть от ран не просто, ой как не просто, но перегибать тут не надо.

Потрепав зверям по услужливо подставленной холке, отправился проверять, как идут дела на полосе.

Группа на полосе стояла с ног до головы залепленная грязью. Снег быстро таял, а экзаменуемые раз за разом падали, чертыхаясь и снова отправляясь в самое начало.

Пока всё шло по плану, единственное исключение сейчас сидело на скамейке неподалёку, лениво проводя взглядом очередную попытку пройти полосу.

Ярополк, ну конечно, кто ещё мог так быстро закончить с заданием.

Вздохнув, я отправил Владу ещё на тридцать кругов к радости плетущейся вереницы её группы. И как заставить их работать сообща?

Свадебная церемония была готова в субботу.

Я пол утра вертелся перед зеркалом, удивляясь тому, как в здравом уме выбрал этот костюм. Рядом в кресле сидела Лара, держась за живот и периодически всхлипывая от смеха.

Хорошо, что нет Али, вот он бы сейчас оценил наряд. Зверь был в академии, система, что мы отработали хорошо себя показала, тренировки продолжались даже в моё отсутствие.

Паула и Ко были готовы, а на мне закреплён маленький микрофон. Общая волна изредка разрывалась от последних приказов и правок.

Бросив попытки собрать комплект во что-то разумное, просто с корнями оторвал аляпистое жабо и успокоился.

До последнего опасаясь вводить отца в курс дела, решил всё провернуть без его участия. Вдруг у Романовых ещё какие козыри припасены? Всё могло накрыться медным тазом.

Да и не будут же они нападать прямо после церемонии? Чувство самосохранения должно присутствовать. Единственное что сделал, так это прошептал отцу, чтобы он был осторожен сегодня и не ходил без охраны. На что папа нахмурился и попросил объяснений, которые естественно не получил.

Под куполом храма создателя собрались три великих рода. Фонвизины, Романовы, Алфёровы. Последние пришли по приглашению отца, ведь у него с главой рода были общие дела, а именно управление и подготовка войск императора.

Сам правитель тоже присутствовал, поэтому я не опасался неожиданностей, тут мы застрахованы.

Всю церемонию меня не покидало лёгкое чувство волнения. Окружение казалось каким-то странным, будто покрыто лёгкой дымкой. Да и охраны у Ольги Романовой как-то мало, всего пара здоровенных телохранителей. Вон она сама, улыбается и машет из первого ряда, смотря с какой-то материнской улыбкой.

Сама процедура никак не была закреплена на магическом уровне, обычное бракосочетание.

Света была восхитительна в белом объёмном платье с небольшим венцом в волосах, говорящем, что она относится к великому дому. Гости встали и взорвались авациями, когда девушка появилась в конце дорожки, ведомая под руку сестрой.

Я стоял у чаши создателя, где мы должны будем омыть руки, а затем закрепить наш союз, взявшись и поцеловав друг друга. С другой стороны каменной чаши расположился настоятель, глаза которого искрились добротой и пониманием.

Первый ряд собрал ближнее окружение, радуя меня такой расстановкой. Чувство вопило об опасности, но головой я понимал, что ничего страшного произойти не может. Отец сидял рядом с Натальей и детьми, Паула оцепила здание, проверяя технику и строя маршрут до поместья.

— Под сенью света и во тьме, милостью создателя, сегодня станут парой два невинных отрока…

Настоятель говорил и говорил, а во мне кипело предчувствие беды, которое я старался поместить поглубже.

Даже не заметил, как нам предложили омыть руки, просто механически макнул свои ладони в холодную речную воду, а затем по телу прошёл жар, когда почувствовал горячие пальцы светы в своих руках.

Поцелуй мне запомнился, Света снова попыталась меня укусить, скрывая происходящее за фатой. Дёргаться было бы подозрительно, поэтому я тут же почувствовал солоноватый привкус крови на языке.

Настоятель взял нас за руки, вздымая их вверх.

Звук будто отключили, я лишь лихорадочно смотрел на отца и Наталью, переводя взгляд, от чего папа снова нахмурился и украдкой оглянулся.

Ольга всё так же была безмятежна, как младенец.

Народ гурьбой стал выходить из храма, рассаживаясь в подъезжающие автомобили. Спокойствия добавляли монотонные фразы в наушнике, Паула контролировала ситуацию.

В толпе потерялся отец с Натальей, я механически шёл к машине, длинному лимузину, заказанному в честь праздника.

Пауле был отдан приказ сопровождать кортеж отца, а я сам выдохнул чуточку успокоившись. Если мне что-то и будет угрожать, я выберусь, уверенность в своих силах была.

Мы медленной процессией двинулись к поместью Фонвизиных, где нас уже должен ждать отец. Я введу Свету в дом, как полагается традиционно, мы сядем за стол, начнём праздновать.

Главное добраться до стен родного поместья, а остальное не так важно.

Машина плавно катилась вперёд, пока я смотрел в окно, изображая из себя самого счастливого человека в мире.

Мерные переговоры по радиосвязи убаюкивали, а давящее чувство в груди начало отпускать.

Но не всё сегодня играло на руку, даже чётко спланированная схема может дать сбой, в один момент я вдруг почувствовал странное онемение в теле, а голова не хотела поворачиваться, становясь тяжёлой, будто залитой свинцом. Единственное, что я чувствовал, так это горячие пальчики Светы на своей руке.

С шумом открылось окошко, разделяющее пассажиров лимузина и водителя. Голос Ольги я узнал сразу, стоило только ей начать говорить, даже не видя её лица, можно было услышать, как она торжествует.

— Он под контролем?

— Да, — раздражённо отвечает Света.

— Можем начинать, — отдала приказ Ольга. — Держи его, он ещё нужен.

Я попытался сбросить оковы с разума, но не вышло.

Тем временем началось то, чего я так боялся.

— Фёдор! Фёдор! На кортеж напали, мы держимся, но их много… — звук радиопомех, стрельба и взрывы. — Кортеж взорвали! Повторяю, кортеж взорвали! Работают сильные одарённые…

Хотелось кричать, рвать всё вокруг и заливать пламенем, но источник не отзывался. Простые одарённые отцу не соперники, да и взрыв машины не большая проблема, но это знал не только я, но и ухмыляющаяся Ольга.

Если я выживу, по какой-то нелепой случайности, клянусь эта сука не переживёт сегодняшний день!

Глава 8

Мысли путаются в голове, как тараканы, разбегаются при свете лампы, натыкаются друг на друга, падают и барахтаются.

— Повернись! — в тоне Светы был чистый и незамутнённый приказ, такого в её голосе я ещё никогда не слышал.

— Привет, Федечка, — мило улыбнулась с переднего сиденья Ольга, мелькая в окошке. — Не дёргайся, вижу ты уже понял, что происходит.

— Дальше по плану? — спросила Света, переводя взгляд с меня на мать.

В глазах девушки я видел презрение и… Разочарование?! Чем я разочаровал тебя?! Ответь мне! В моём взгляде были такие вопросы.

— Да, продолжаем. Банкет надо быстро закончить, ты забираешь своего муженька наверх, я займусь остальным. Легенда такая, он не вынес потери отца и не хочет праздновать, все поймут.

— Начнутся разбирательства, — нахмурилась Света. — Они не выйдут на нас?

— Нет, не думаю, — пожевала губы Ольга. — Прости, что не посвятили тебя в план, но у него высокие способности в менталистике, мог прочитать. Старшим Фонвизиным занимается наследник Игнатьевых…

— Вот оно что, — сама себе кивнула Света.

Теперь понятно, как эти мрази решили слепить себе алиби. Месть Игнатьева, который является мужем Елены. Никто и не подумает, что это намеренная операция, по крайней мере первое время, а когда император докопается до истины, Романовы станут недосягаемы.

Столько власти и ресурсов, под их управлением останется два великих рода, род Игнатьевых, мой квартал, а финишной чертой помолвка с Ананьевыми.

На глазах проступили слёзы бессилия, быстро высохшие от гнева, лицо раскраснелось, но пошевелится я не мог. Моя реакция вызвала смешок Ольги, а затем она закрыла окошко.

Капкан захлопнулся, как бы я не готовился к этому, всё разыграно чисто.

Сдаваться рано, я пытался вырваться, напрягая источник, но не чувствовал и ниточки слияние, ничего, будто был простым человеком без дара. Машина скользила по улицам, наполненным горожанами, которые скандировали и радовались за нас, но во мне радости не было.

Мимо проносились восторженные лица людей, пока пейзаж не сменился дорогой к поместью. Радиосвязь молчала, пугающей и давящей на сознание тишиной. Первые минуты это давило на меня, но затем стало источником неиссякаемой злобы.

Когда мы вышли из машины, Света взяла меня за локоток, на ухо шепча команды. Безмятежные аристократы вливались в двери поместья полноводной рекой, до них пока не дошла информация о нападении и убийстве главы рода.

Я марионеткой вышагивал рядом с невестой, уже женой, будто пёс на привязи.

Даже для того, чтобы справить нужду нужна команда, горько подумал я.

Но лицо улыбалось, сокращая мышцы, повинуясь приказу ослепительно красивой но такой ненавистной девушки.

Из толпы вылетела Лара, бросаясь мне на шею. Руки безвольно висели плетьми, от чего тело девушки заключившей меня в объятия напряглось. Она отошла на шаг, смотря мне в глаза, её лицо всё больше и больше мрачнело.

— Кто это, дорогой? — пропела Света, уничтожающе осматривая Лару.

— Лара, дочь Германа, встреченная в Калининском княжестве, одарённая с…

— Да неважно, — отрубила Света, а я порадовался, что не выболтал всего. — Пойдём, гости ждут.

Мы прошли мимо вставшей в ступоре Лары, которую озадачил мой механический тон. Девушка порывалась что-то сказать, догнать нас, но была поглощена потоком людей, отрезавшим нас.

Разместившись за столом, я наблюдал за гостями.

К каждому из аристократов быстро подбегала охрана, что-то передавая, после чего их лица каменели. Начались перешёптывания и кивки в мою сторону, женщины прикрывали рот ладошками, их глаза наполнялись влагой, а глаза мужчин полыхали гневом. Вот и ещё один ход Ольги, теперь моя безэмоциональность даже не вызовет вопросов, ведь все сейчас будут знать, что отец убит недоброжелателями.

Слева от меня встал глава рода Алфёровых в полной тишине поднимая бокал. Его по обыкновению колючий взгляд сменился на сочувствующий.

— Наверняка, вы уже знаете, что произошло, — начал он, осматривая кивающих аристократов и их домашних. — Я не буду больше ничего говорить, слова сейчас лишние.

Он опрокинул бокал, выпивая его до дна, также поступили и все остальные. Повисла гнетущая тишина в которой мне следовало что-то сказать.

Света быстро сориентировалась, нашёптывая мне приказ.

Со стороны это выглядело так.

Поражённый случившимся наследник огромного рода, сидит за столом с красавицей женой, смотрит в одну точку стеклянным взглядом, а супруга его поддерживает и шепчет слова любви в уши, чтобы у того хватило сил на речь.

Я встал, отвечая всем присутствующим.

— Я…я. я, это тяжёлая утрата, у меня нет слов, чтобы описать мою боль. Отец всегда был для меня безусловным примером. Вы все его знали, он…

Последние слова потонули во всхлипе.

Было приказано всплакнуть, но выглядело это натуральнее некуда, ведь меня душили реальные слёзы, горячими дорожками собирающиеся на подбородке.

Света взяла меня за руку, выводя из-за стола, мы пошли прочь, провожаемые гостями, для которых праздник вмиг потерял все краски.

На выходе из зала, нас снова перехватила Лара, уверенно шагающая ко мне. Света не успела остановить девушку, когда та взяла меня за руку, утешая.

— Федя, соболезную твоей утрате, просто знай это, — волна силы прокатилась по организму, очищая сознание и давая прилив бодрости. Но Лара на этом не остановилась, продолжая вливать в меня всё больше и больше энергии, а я молился всем известным богам, чтобы такой отчаянный шаг по перекачке не отразился в реальном слое, свечением рук например. — Мы всегда будем рядом, ты можешь положится на нас.

При этом девушка смотрела прямо в глаза, продолжая накачивать меня. Каналы горели от объёма, буквально разрываясь, но стало легче. Вдруг почувствовал, что могу шевелить пальцами рук, которые тут же стало колоть иголками.

Лару оттеснили, достаточно грубо, что только вызвало у девушки понимающую улыбку, быстро скользнувшую по лицу, но тут же пропавшую. Она развернулась и ушла, а я почувствовал её удовлетворение и злобу, перемешанную с надеждой и предвкушением.

Я снова чувствую эмоции! Лара в очередной раз спасла меня, только теперь намеренно, почуяв неладное. От нахлынувших нежных чувств чуть было не повёл рукой без приказа, собираясь скинуть цепкие пальчики Светы, но быстро собрался.

Шоу должно продолжаться.

Мы поднялись на второй этаж, где располагались спальни, зайдя в покои отца, я увидел Ольгу, сидящую на краю двуспальной кровати. Злоба полыхнула взрывом, стоило собрать всю силу воли, чтобы не выдать себя.

— Ты присаживайся, — кивнула Ольга, но не дождавшись реакции, попросила продублировать команду Свету. Я послушно сел в одно из двух кресел, второе заняла Света. — Сейчас мы якобы утешаем тебя, собирая сопли, пока все не разъедутся.

Я молчал, ведь приказа говорить не было.

Тем временем инспектировал свой дар, разгоняя силу и отбивая участок за участком, еле сдерживая порыв почесаться, каждый раз тело покалывало тысячами игл, что означало, что контроль возвращается.

— Долго нам тут сидеть? — не выдержала Света, смотря, как Ольга достаёт из мини бара в столе понравившуюся бутылку.

— Думаю не больше получаса, — ответила мать.

— А что потом?

— Потом я уйду, решать дела и наказывать виновныз, — Ольга довольно улыбнулась. — А ты продолжишь оставаться рядом, без якоря его не удержать, а он ещё нужен. Будет слишком подозрительно, если он умрёт прямо сейчас.

— Но не буду же я тут торчать вечно! — недовольно надула губы Света.

— Не больше суток, потом он умрёт, а ты станешь хозяйкой своего рода, хорошего надо сказать рода.

— Но как? — Света сама того не понимая, помогала мне.

— Игнатьев, люди его рода убрали Константина, но его самого там нет, он придёт сюда, утром. Ты его убьёшь, — Ольга сделала эффектную паузу, наслаждаясь реакцией дочери. — Но, упс, в скоротечной схватке умрёт и единственный наследник Фонвизиных… А ты станешь полноправной хозяйкой.

— Хитро, — лицо Светы разгладилось, она откинулось в кресле. — Теперь понимаю, почему меня не посвятили, хорошая работа мам.

— Спасибо дочь, — церемонно поклонилась Ольга, довольная собой.

Контроль вернулся почти полностью, теперь главной проблемой было сидеть в одном положении. Тело начало неметь, нельзя было даже пошевелить мышцами, чтобы разогнать кровь.

План в голове начал оформляться, я сгорал от нетерпения, но всё следовало сделать правильно. Чему меня и научила вся эта ситуация, так тому, что нельзя идти на поводу эмоций.

Спасибо Ольга, ты была отличной учительницей. Скоро ты примешь последний экзамен!

А может закончить всё прямо сейчас? Они обе тут, убив их, можно обезглавить эту гидру, останется одна Елена, но долго она не протянет, найду и закопаю.

Поток сладостных размышлений о мести прервала очередная фраза разглагольствующей Ольги, которая сейчас походу пребывала в эйфории. Фригидная сука! Да ей же это приносит кайф, наверняка даже больше чем секс!

Но её слова заставили меня прислушаться.

— Когда-то Ксения пришла ко мне, попросила помощи, — при имени матери я замер ещё больше, буквально переставая дышать. — Знал ли ты Феденька, что мы с твоей мамой были подругами? Удивлён?! Наверняка удивлён. Только вот она всегда была странной, возилась в этими порталами и вратами, собирала информацию, а потом и вовсе решила исчезнуть. К кому она могла прийти за помощью, конечно ко мне! Я организовала её смерть, глупость несусветная, но получилось.

— Так она жива!? — удивлённо воскликнула Света.

— Конечно же нет, — уверенно ответила Ольга. — Я же говорила, теперь хозяйкой станешь ты. Я отправила Ксению туда, куда она хотела, в Калининское княжество, но по дороге, случилась беда…

Ольга глотнула из стакана, хохотнув.

— Они не доехали, её убрали мои люди. Правда и сами они не вернулись, нарвались на каких-то охотников в местном пабе, отмечая дело, вот их и порешили. Идеально! Никто никогда не догадается, события легли на руку.

— Ты мне никогда не рассказывала об этом, — задумчиво сказала Света, по новому оглядев мать.

— Ты слишком юна, твоя роль другая, я не хочу такого будущего для тебя.

— Можно было спросить меня!

— Тут и спрашивать нечего, слишком много я сделала для того, чтобы тебе не пришлось столкнутся с реальным миром. Ты и Лена, вы другие, вы рождены править. Ещё успеете влипнуть в это дерьмо, но позже, а пока наслаждайтесь жизнью и её поворотами. Так, мне пожалуй пора, сиди тут, скоро приедут наши люди с Игнатьевым. Он на поводке, они устроят всё как надо, слушай их.

— А как же дружина и прислуга Фонвизиных?

— Дружина вне поместья, а прислуга… Они тоже сегодня не выживут, разве проходит вражеский налёт без последствий?

— Верно, — кивнула Света. — Я всё сделаю, не переживай.

— Я знаю, дочь, знаю.

Моё тело онемело, будто я снова был под контролем Светы.

Услышанное повергло меня в шок, одновременно радуя и печаля. Чему радоваться? Наверное тому, что я знаю, где моя мама.

По щекам текли слёзы от осознания, я не мог сдержать их. Капли беззвучно собирались и срывались на колени, пропитывая ткань штанов.

Милослава, та целительница из Калининграда, которую я якобы спутал. Она хорошо замаскировалась, прячась все эти годы. Совпадения не случайны, кто ещё, если не она.

От осознания того, что у меня есть ещё один родной человек, которому я могу помочь, на душе стало тепло. Жажда мести притупилась, отступая под доводами рациональности.

Тем временем Света встала из кресла, переходя комнату и падая на край кровати, где минутой ранее сидела Ольга. Покачавшись, она повернула голову ко мне.

— А ты чего плачешь? — насторожилась она, внимательно смотря на меня.

— Оплакиваю безвременно покинувшую этот мир жену, — чётко и членораздельно выговорил я.

Света попыталась позвать на помощь, но замерла разинув рот в беззвучном крике. Ты не можешь говорить!

Я вторгся в её сознание, как ледокол. Ярость выжигала разум девушки, найдя выход. Твоё тело больше не принадлежит тебе! Ты животное, не человек, одни инстинкты, ничего большего.

Справившись с всепоглощающим гневом, увидел, как сидящая девушка раскачивается из стороны в сторону. Из её рта стекала ниточка слюны, взгляд стеклянный, как у меня, когда я был под контролем.

Время собирать камни.

Глава 9

Чувство удовлетворения прошло по телу подобно оргазму. Небольшой груз сожаления, поселившийся в груди после того как я вломился в разум Светы был перевешен всеми фактами её лицемерия.

Девушка продолжала раскачиваться, глупо уставившись вперёд, а я услышал шаги в коридоре. Охрана? Ольга? Кто бы не вошёл в эту дверь, его тут не ждёт ничего хорошего.

Створки распахнулись от удара.

Жгуты силы, видимые в реальности, бросились вперёд сковывая незваных гостей. Всё произошло настолько быстро, что я едва успел погасить источник, узнав болтающихся в воздухе британок.

Позади них стояла Лара, с любопытством рассматривая обвившую её плеть заклинания. Энергия слившаяся в монументальный поток, чистая кинетика, способная дробить камень, просто бессильно скользила вокруг девушки отчаянно пытаясь пройти какой-то невидимый барьер.

— Х-р-р… — прохрипела парочка.

Засмотревшись на странно ведущую себя магию, совершенно забыл, что удерживаю британок. Хорошо, что источник работал не на пределе, поэтому развеять посыл было секундным делом.

Два затянутых в спец-одежду тела, уже начавшими синеть лицами упали на пол, глухо ударившись при этом, благо ворс ковра приглушил звук.

— Что вы здесь делаете? — нахмурился я.

— Пришли вас… кха-кха… Спасать… — Паула быстро приходила в себя, разминая шею, но встать не решалась.

— Спасибо, — сбавил тон я. — Отдельная благодарность, Ларе. Ты дала мне шанс, не знаю, как бы выбрался без этого.

— Что с ней? — в свою очередь спросила Лара, пройдя в комнату и наклонившись возле Светы.

Пару раз помахав перед невидящим взглядом рукой, она повернулась ко мне, присвистнув и осмотрев меня с ног до головы.

— Она заслужила, — не знаю зачем пояснил я.

— Не сомневаюсь, — кивнула Лара.

— Что с отцом..

— Понимаешь, тут такая ситуация, — замялась Паула.

— Я не виню тебя, — перебил я. — Просто расскажи, что случилось.

— Вот это я и пытаюсь сделать, — раздражённо буркнула Паула, осторожно вставая. — Константин Владимирович жив, с ним всё в порядке…

— Как?! — я был в ступоре.

— Уже можно говорить? — иронично выгнула бровь британка. Её подруга прокашлялась и встала, выходя в коридор и осматривая его на предмет посторонних.

— Да, пожалуйста говори.

— Спасибо, — снова доза иронии, но дальше тон стал виноватым. — Нападающие не ожидали такого отпора, мы вовремя смогли переломить ход драки. Сильно помог ваш отец, но когда взорвалась машина, его оглушило, отбросив в сторону. Мы в спешке ушли, захватив его, сейчас он без сознания в машине с другой стороны поместья.

— С ним всё в порядке? — меня мучил вопрос, я боялся услышать ответ, но всё же спросил. — Радищевы, они выжили?

— Нет, Наталья, Андрей и Дарья не выжили, — помрачнела Паула. — Касательно вашего отца, мой боец удерживает его без сознания, мы не могли спрогнозировать ситуацию. Было очевидно, что у вас есть план, поэтому мы решили подождать. Вся аппаратура вышла из строя, остались только сефероны, которые были выключены на время операции. Только когда приехали сюда, Лара объяснила, что произошло с вами.

— План не сработал, меня взяли под контроль родовым умением. — досадливо разминаю руки, с дрожью вспоминая ощущение безнадёги.

— Люди Романовых нейтрализованы, поместья под полным контролем— продолжила отчёт Паула. — Мы сразу поспешили к вам на помощь.

— Отлично, вы вовремя, — пришло время прикинуть план действий. — Работаем дальше, скоро придёт новая группа во главе с наследником Игнатьевых, чтобы убить меня. Мы встретим их, затем… Нейтрализуем, как вы там говорите.

— Что дальше? — вмешалась Лара. — Ольга отправилась в поместье Романовых, её будет трудно достать.

— Она сама приедет сюда, когда хватится одного из пазлов. Самая большая проблема сейчас — это вторая её дочь.

— Елена, — кивнула Лара, на секунду задумываясь. — Мы должны справится.

— Справимся, — подтвердил я. — Сложнее будет сделать это как можно незаметнее. Вокруг наверняка полно соглядатаев от Романовых, надо действовать аккуратно.

— Сколько у нас времени? — деловито осведомилась Паула.

— Они придут утром. Отсутствие охраны их не должно смутить, но нам надо локализовать всю связь, отрубить её. Паула связывается с мэтром, задачка как раз для него, на обратном пути привези мои латы.

— Когда приедет Ольга? — Лара села в кресло, вытянув ноги и взяв недопитый стакан Ольги.

Принюхавшись, девушка поставила его на место, внимательно смотря на меня. Поразившись её спокойствию, стал излагать свои мысли дальше.

— Ольга должна явится после Игнатьевых, ей нужно алиби, затем она якобы вызванная дочерьми прибудет сюда.

— Как её вызвать?

— Проще простого, — проговорила Света, механически повернувшись к Ларе, которая тут же подобралась, как готовая к прыжку кошка.

— Я немного перестарался, но свою роль жёнушка выполнит. Паула выполняй задачу, Лара, отведи меня к отцу.

— Есть, — по армейски ответила Паула и вышла, прихватив с собой вторую британку.

Мы с Ларой пошли через дом, выходя в его заднюю часть.

Оставлять Свету я не боялся, она сейчас безобиднее морковки.

Во дворе был припаркован грузовичок, ранее использованный как передвижной холодильник, собственность квартала, переоборудованная под транспорт спец-группы.

Возле машины стояла одна из британок, вытянувшись при моём появлении. Дверь в кузове была открыта, внутри рядом с лежащим на полу отцом сидела ещё одна девушка, держа руки на его груди.

Одежда главы рода была изорвана, будто он побывал в мясорубке. Через прорехи виднелись свежие шрамы, покрытые тонкой плёнкой кожи, целительница поработала на славу.

Отметил, что кто-то заботливо положил под тело папы откуда-то взявшийся плед грубой работы. Ещё бы, подумали что глава великого рода придёт в бешенство, если узнает, как его транспортировали.

Эта забавная мысль пробилась через щит энергии, окутывающий сознания и приглушающий яркие эмоции, заставив улыбнуться. Целительница только странно посмотрела на меня, ожидая указаний.

— Приведи его в сознание, — приказал я.

— Секунду, — покорно ответила девушка, проводя какие-то манипуляции над телом.

Фигуру отца окутало бледное белое сияние, а сам он неожиданно глубоко вздохнул, будто вырвался из под водной толщи на последнем издыхании.

— Что произошло? — с кряхтением спросил он принимая сидячее положение. — Помню как на нас напали…

— Да, было нападение, — как попугай продублировал, эмоции слабо отзывались, хотелось обнять отца, но порыв погас подавленный ядром.

— Наталья? — с надеждой спросил отец, потирая виски.

— Не выжила, — мой голос был твёрд, как приговор в суде, обжалованию не подлежит.

Отец как-то разом постарел на несколько лет, его лицо закаменело, а взгляд наполнился болью.

— Дети? — еле слышно последовал вопрос.

— Не выжили, — мой голос прозвучал громом среди ясного неба, на фоне тихого отцовского.

— Позвать мне старшего охраны, — отец поднялся на ноги, покачиваясь из стороны в сторону, а целительница выпорхнула из машины, будто испуганная пичуга. — Выяснить кто причастен к нападению, отправить сообщение императору…

— Мы знаем, кто виноват, — оборвал я его.

— Кто? — наполнился сталью голос отца.

— Романовы, они спланировали нападение. Мы обязательно отомстим, но надо следовать плану, чтобы выжать максимум из ситуации.

— Максимум?! — прогремел отец. — Это война, я сотру из род с земли!

Отец на слабых ногах вышел из машины, мы спрыгнули на землю, где диалог продолжился.

— Мы вместе это сделаем, — подошёл я вплотную, опустив руку на плечо папы. Как-то отстранённо заметил, что мы одного роста, как же быстро летит время. — Но по моему.

— Откуда у тебя информация? — тихо спросил он, но в голосе явственно чувствовалась зарождающаяся буря.

— Я… — щит дрогнул, пропуская волну боли, на секунду я растерялся, подбирая слова. — Мне известно про их план, я контролирую ситуацию.

— Как давно ты знаешь? — с надеждой спросил отец, а затем на его лице промелькнуло озарение. — В храме! Ты предупреждал меня быть настороже!

— Да, я знал с самого начала, но не ожидал, что они ударят так рано.

— Щенок! — последовал хлёсткий удар по щеке. — Это из-за тебя, Наташа и дети погибли!

Я отступил на шаг назад, тряся головой.

В глазах отца разгоралось безумие, настоящий гнев, а гнев огненного мага это не то, что сейчас нужно.

Меня окутала волна белого света, выветривая звон в ушах, а взгляд стал более сфокусирован. Позади встала целительница, быстро определившая сторону.

— Успокойся! — наполняю голос силой, он разносит звук, волной ударяя в отца. — Я виноват, но сейчас ничего не исправить! Их не вернуть…

— Почему ты мне не сказал… Ничего не сказал… Я бы отправил их в другое место.

Папа вновь и вновь твердил это, вокруг него накалился воздух, волосы на моей голове начали скручиваться, запахло палёным. Неожиданно между нами встала Лара, про которую я уже успел позабыть.

Самонадеянная девчонка, только-только почувствовала силу, а уже сделала такую ошибку. Но то, с какой отвагой люди один за одним встают на мою сторону, воодушевляло.

— С дороги девочка, — прорычал отец.

— Нет, — твёрдо ответила она. — Рекомендую послушать Фёдора и спокойно всё обсудить.

— Мне не чего с ним обсуждать! Моя жена… Мои дети. Они погибли…

— Но, он тоже ваш сын, — пыталась образумить мага Лара, но он нанёс удар, сметая самонадеянную магичку с пути, как сухой листик.

— У меня больше нет сына.

Роковые слова прозвучали, но мне было всё равно.

Щупальца кинетической энергии сыто раздулись, десятками срываясь с рук. Вокруг отца свился кокон, заключивший в себя беснующегося мага и начавший его сдавливать.

Полыхнул круг огненного щита, врезаясь в землю, из воздуха сложилась сфера, препятствующая моему давлению. Но этого я и добивался, добавляя энергии.

Огненный щит просел, мигая и бледнее на глазах.

После боя у отца не было сил, не было шансов против меня. По лицу отца струились капли пота, а взгляд помутнел

Глава великого рода пал на колени из последних сил сдерживая натиск, пока я резко не ослабил его. Целительница, услышавшая в своей голове приказ обошла его, подходя со спины.

Отозвав импульс силы, перед этим хорошенько выжав щит я наблюдал за тем, как на отца вводят в сон, одним лёгким касанием к голове, девушка будто погладила его. Лицо родителя враз успокоилось, разгладилось, а я стал думать, что делать дальше.

Целительница, погрузив в сон отца, подошла к поднимающейся Ларе.

Отец бил наотмашь, чтобы просто убрать препятствие с пути, но не желал навредить. Лара быстро пришла в себя, а мне тем временем в голову стукнула отличная как мне показалось идея.

— Лара, ты знаешь, где живёт Милослава?

— Да, — удивлённая сменой темы ответила девушка.

— Хочу переместить тебя в Калинское, чтобы ты передала отца в её руки, ему явно нужна помощь.

— Целителя поближе нет? — недовольно пробурчала она.

— Нужна именно она. Сделаешь?

— Да, — вздохнула Лара. — А куда я денусь?

— Полагаю вопрос риторический, — улыбаюсь.

До утра осталось пару часов, когда я вернулся назад в поместье.

Паула и группа молчали, ничего не нарушало предрассветного спокойствия. Даже хмурое по обыкновению небо очистилось, обещая хороший и солнечный день.

Отец перекочевал в руки Лары и её друзей, которые вызвались помочь в транспортировке. За девушку я не переживал, она конечно не опытный маг, но пожалуй самый сильный из всех виденных ранее. Да и красивый… то есть, красивая. Какого беса я об этом задумался?

Про мои подозрения о настоящей личности Милославы я ничего не сказал. Там всё должно решиться, а перед девушкой извинюсь потом.

Условились с Ларой, что заберу я её в обед, если не приду на встречу в трактир Германа, значит что-то случилось и девушка сама вернётся. Перенести прямо к Милославе не мог, ибо не знал места, добираться до её дома тоже времени не было, поэтому поступили проще. Всё равно получилось дольше чем планировал, скоро уже придёт Елена и Александр.

Найти своих оказалось не трудно, они все были в покоях отца.

Появление мстителей засекли расставленные секреты Паулы.

Мы сгрудились в комнату, заняв каждый свою позицию, минуты ожидания потекли. Только сейчас понял, что не хватает Лары, она могла существенно помочь своей силой.

Спальня отца смежна с ванной комнатой, куда вела неприметная дверь в углу. Там сейчас встала Паула и целительница, готовые в любой момент выйти.

Я и Света остались на своих местах, я прикрыл глаза, чтобы взять под контроль тело жены. Напротив, через коридор устроились ещё пять британок, в моей бывшей спальне. Все были готовы, остальная группа сейчас в секретах с каждой стороны поместья, координирует о движении противников.

Когда нападающие войдут в дом, все остальные последуют за ними, сохраняя дистанцию и вмешаются в крайнем случае, если нам не удастся провернуть всё тихо.

— Елена без доспеха! — отчиталась вошедшая в помещение британка из отряда Паулы.

Вот значит как, думает, что сестра контролирует меня, расслабилась.

Это идёт нам на пользу, в голове тут же сформировался план по обезвреживанию второй дочери Романовых. Разрушать её сознание не буду, она должна быть сама собой, когда приедет Ольга.

Романовы разрушили мою жизнь, такое не прощают.

Когда в коридоре послышался звук шагов, мы приготовились. Прикрываю глаза, вхожу в транс, чтобы Светлана хотябы внешне не казалась такой отрешённой.

Дверь открывается и в комнату входит ничего не подозревающая Елена. Я в теле Светы поворачиваюсь к ней, натягивая на лицо улыбку.

— А вот и мы, — бросает старшая сестра.

Молчу, в комнату тем спальню тем временем заходит живой доспех, за ним наследник Игнатьевых, крутящий головой, группа поддержки в качестве трёх клановых бойцов.

— Светик, ты чего? — Елену напрягает молчание сестры, воздух перед ней сгущается, а доспех позади начинает быстрое движение вперёд, чтобы прикрыть хозяйку.

Щупальца силы отбрасывают тройку солдат, а двуединую стискивает в смертельных объятиях не давая пошевелится. Одна проблема, доспех так и двигается вперёд, игнорируя сопротивления моей силы.

Их моей спальни и ванны отца выбегают островитянки, беря на прицел парочку поднимающихся бойцов и Александра, третий так и не встал приложившись о стену.

На разговоры времени нет, увидев как я встаю, доспех направляется в мою стороны, замахиваясь появившимся из-за спины мечом. Отпрыгиваю в сторону перед этим отбросив тело Елены, надеюсь Паула её придержит.

Уйти от удара удалось, кресло возле которого я стоял разрублено на две половины, на полу длинная царапина, а латы уже снова атакуют загоняя меня в угол.

Краем глаза вижу, как одна из британок отлетает в сторону, загораясь факелом. Паула не долго думая бьёт Елену по голове прикладом автомата, девушка теряет сознание, но доспех выполняет последний приказ.

— Я справлюсь, — говорю британкам, чтобы не вмешивались, уходя от очередного удара.

Если доспех обладает сознанием, значит можно использовать это!

Собираю энергию и бью импульсом способным стереть личность обычного человека. Доспех останавливается с занесённым над головой мечом, но тут же приходит в себя, продолжая наступать.

Ухожу перекатом через кровать, разрывая дистанцию.

Кинетический щуп вырывает автомат из рук растерявшейся Паулы. Мне сейчас нужна хорошая бита, оружие набирает скорость и сносит голову проклятому доспеху. Шлем летит прочь, но создание князя не останавливается.

Снова начинаю родео по комнате, стараясь прорваться к углу в который улетел шлем.

Как только мне это удаётся, одеваю шлем на себя.

Доспех прыжком сокращает расстояние, снова пытаясь порубить моё драгоценное тело в капусту. Время замедляется, а на мой разум обрушивается настоящая лавина образов. Вижу битвы в которых участвовала Елена, слышу звон стали и рёв тварей.

Жажда крови течёт по жилам, сводит с ума.

Фрагменты битв врезаются в память раскалёнными ножами, голова взрывается от боли. Начинается дикий отток силы, но латы останавливаются, борьба переходит в энергетический план.

Стараюсь собрать своё сознание по крупицам, игнорируя боль, удаётся с трудом, чувствую неистребимое желание, желание выполнить приказ и убить меня.

Давление на разум усиливается.

Собираю всю свою волю, противопоставляя её сущности внутри самого металла лат. Понимаю, что контроля мало, та частичка, что находится в шлеме подавлена, но основная его часть намного сильнее, это как айсберг, удалось разрушить только его вершину.

Решаюсь на самоубийственную атаку делая шаг навстречу изделию сумасшедшего кузнеца. Руки плотно обхватывают доспех, а битва начинается снова.

Порядком замедленное время становится ещё медленнее, практически замирает. Сколько мы боремся? Час, два? А может целую вечность?! Доспех выпивает энергию, она уходит словно вода в горячий песок. Использую глиф концентрации в одном из перстней, бросаясь в последнюю атаку.

Вспышка боли в районе плеча, давление стихает.

Прихожу в себя стоящим на коленях.

Напротив стоит доспех, а из моего плеча торчит длинный меч по которому стекает кровь. Больше не чувствую внутри металла жажды, он пластичен и податлив как пластилин.

С трудом отодвигаюсь, чувствуя, как острая полоска металла выходит из тела. Главное не истечь кровью, мелькает вялая мысль, но тут меня окатывает волна белого света, вымывая усталость и стягивая края раны. На плечи ложатся женские руки, целительница делает свою работу.

После того, как кровь перестаёт идти, устало сажусь на пол.

— Это было потрясающе, — слова Паулы разрывают тишину. — Я кое что слышала о двуединых, но не представляла, насколько сложно совладать с таким монстром.

— Я и сам не представлял, — прикрываю глаза.

Через окна спальни пробивается первый луч утреннего солнца, приятно лаская лицо. Поднимаюсь, принимая протянутую руку целительницы и подхожу к Елене. Она в отключке, но это не мешает мне задвинуть её сознание прочь, беря под контроль тело двуединой.

Британки покидают комнату, вынимаю из ножен Елены кинжал, его забирает Светлана, помещая его за спиной, для этого отлично подошёл поясок, придерживающий пышную юбку свадебного платья.

В комнате остаётся парочка британок, охраняя солдат Романовых и Игнатьева.

Две сестры синхронно шагают за мной, мы выходим в коридор.

— Доспех? — тревожно поглядывая мне за спину спрашивает Паула.

Девушка переживает, она потеряла ещё одну боевую подругу, если сейчас латы оживут, оставшимся не справиться.

— Думаю он не представляет опасности.

Собираемся в фойе, прямо у главного входа в поместье, ожидая прибытия Ольги. Она не приведёт никого, приедет сама, чтобы приготовить всё для СМИ и канцелярии императора, я в этом уверен.

Необычно пустой дом вызывает грустную улыбку. Вытаскиваю один из диванчиков в центр холла, с удовольствием присаживаясь на него. Британки рассредотачиваются по сторонам, слева и справа от меня встают сёстры Романовы.

В такой компании и дожидаемся приезда главного виновника торжества.

Спустя час одна из британок отходит от окна, кивая мне.

Клонит в сон, прогоняю по телу крохи собравшейся энергии, довольно щурясь от прилива бодрости.

Глава рода Романовых входит в поместье, тут же замирая в дверях. Сунувшиеся было за ней охранники получают по носу дверьми, а с улицы доносится серия выстрелов, шум драки, тишина, британки сработали быстро.

Взгляд растерянный, но женщина быстро приходит в себя, на лице появляется маска властительницы.

— Игра закончена, — беру слово. — Ты проиграла.

— Если с моими детьми что-то случится, я сотру тебя в порошок, — угрожает женщина, но во взгляде проскакивает тревога.

— Ты напала на мой дом, на моих близких, ты всерьёз полагаешь, что я оставлю всё как есть? — мне любопытно, эмоции уже не надо укутывать щитом, они выгорели.

— В мире нет ничего, что бы нельзя было купить, — старается выбрать деловой тон Ольга. — Что ты хочешь? Просто скажи и это у тебя будет.

— А что, если я хочу чтобы ты умерла.

— Ты зарываешься, — презрительно отвечает Ольга. — Хочешь денег? Заводы? Сферы?

— Хочу справедливости.

— Справедливости нет мальчик, ты живёшь в сказке!

— Значит тебе нечего мне предложить. Если в твоём мире нет справедливости, это не значит, что в моём её тоже нет.

— Разве что во сне, — напряжённо хмыкает Ольга. — Ты ещё совсем юн, веришь в мифы.

— В моих снах её тоже нет, — первый раз за диалог во мне просыпаются эмоции, это грусть. — Ты можешь выбрать, какую дочь спасти, но одна умрёт.

— Так не пойдёт, — поднимает руки Ольга. — Мы ещё можем договорится. Сюда едут люди императора, но я могу им рассказать любую версию. Расходимся?

— Не получится, — кидаю взгляд на часы висящие на стене. — Выбирай, время идёт.

— Ты умрёшь! — заводится женщина, но тут же попадает в перекрестия прицелов моих бойцов, разом бледнея.

— Выбирай.

— Нет!

— Выбирай.

— Будь ты проклят!

— У тебя минута.

Холл погружается в тишину.

Не ожидавшие такого островитянки во главе с Паулой смотрят на меня как-то иначе, со страхом. Материнский инстинкт, девушки такие девушки, что может быть страшнее чем смерть ребёнка, особенно если тебе надо собственноручно убить его.

На лице Ольги проступают лихорадочные размышления, уверен в голове она рассматривает сотни вариантов, возможно ждёт подкрепления в виде людей императора. Секундные стрелки на циферблате делают оборот, возвращаясь на места.

— Время вышло.

— Мы можем договорится! Постой!

— Я убью обеих, — пожимаю плечами, заставляя сделать их тела шаг вперёд.

— Стой! Стой… — по щекам Ольги бегут слёзы, а сама она как-то разом теряет всю свою стать. — Какие гарантии, что мы уйдём живыми?

— Только моё слово, — снова пожимаю плечами. — В отличии от тебя, я ни разу не обманывал.

— Хорошо, — на Ольгу было жалко смотреть, она отвела глаза. — Света, я выбираю Свету, оставь её в живых.

— Выбор сделан.

Елена подходит к одной из британок, выхватывая из кобуры пистолет, затем отходит на пару шагов и подносит его к виску. Ольга отворачивается, но я чувствую её гнев.

Выстрел… Тело двуединой падает на пол, возле головы собирается лужица крови. Ольга находит в себе силы повернуться, со слезами смотря на дочь. Переводит взгляд на меня, он колючий и яростный, но мне всё равно, правосудие свершилось.

Светлана механически шагает на встречу матери, ускоряя шаг и бросаясь в объятия.

— Ты пожалеешь об этом, — шипит Ольга не в силах совладать с яростью.

— Возможно. — неожиданно соглашаюсь я, чем удивляю Ольгу, распахнувшую глаза.

Беру полный контроль над телом Светы.

Одно быстрое движение и последняя дочь Ольги выхватывает кинжал, отводит руку и втыкает его в сердце начавшей отстранятся матери. Тело женщины медленно падает вниз, цепляясь за платье Светы, а она вынимает кинжал и снова бьёт в то же место, снова и снова.

Так вот она какая, эта справедливость… Почему же я не рад?

Глава 10

— Привести Игнатьева и людей Романовых.

— Будет исполнено, — отчеканила Паула и пропала на несколько минут.

Группа, которая должна была меня ликвидировать осторожно спустилась по лестнице со второго этажа. Шаги их были сопровождены десятком готовых к бою британок, поэтому они не делали резких движений. Игнатьев с застывшей гримасой ужаса смотрел на мёртвую Елену, Ольгу, стоящую в белом платье с огромным расползающимся пятном крови Свету.

Бойцы из дружины Романовых выглядели в разы спокойнее, видимо привыкли к убийствам или попросту ненавидели хозяев. Три бойца, каждому не больше тридцати пяти, оружия нет, оставили только защитную экипировку.

— На колени.

Мой спокойный голос подкашивает ноги людей, они принимают позу полной покорности. Игнатьев крутит головой, ничего не понимая, а вот силовики рода быстро сложили два и два, лица темнее тучи, глаза в полу, плечи поникшие.

— За попытку убийство члена великого рода, за сговор с противниками, нарушение закона Империи, — решил я поиграть в обвинителя, буквально разбивая в прах все надежды. — Да и просто потому, что ты не правильно выбрал сторону Александр, вы все будете казнены. Паула, исполни приговор.

Девушка стиснула зубы, от чего желваки заходили ходуном.

— Какие-то проблемы солдат?! — добавляю в тон металла.

Сейчас все измотаны, морально и физически, не надо давать слабину.

— Нет сэр.

— Так в чём дело?

По обращению Паулы понимаю, что она сейчас максимально напряжена. Сэр — надо же, так говорят в Англии, где данный отряд был клинком одного из баронов. Они привыкли исполнять приказы, привыкли видеть кровь и смерти, но видимо я неправильно интерпретировал им их обязанности тут. Дал надежду на то, что прошлое позади, а сейчас использовал, заставляя снова окунутся в те времена.

Но по другому нельзя, период юношеских выходок должен подойти к концу, иначе следующая может стоить жизни, не мне так кому-то из родных.

А подчинённые… Если хотят спокойной жизни, пусть завоюют её.

Четыре выстрела, четыре лежащих на полу тела. Четыре медленно расплывающихся пятна крови. Вытягиваю ноги, откидываюсь на диванчик, осталось только дождаться властей.

Никто не посмел и пошевелится без приказа, все вокруг сохраняли молчание. Я прокручивал в голове варианты своих действий, следующие шаги, приказы.

— Версия для тайной стражи такова, — от моего голоса парочка девушек вздрогнула, остальные превратились в слух. — Я, Светлана, Ольга, Елена были в комнате наверху, новоявленные родственники меня утешали в связи с кончиной отца. В холл ворвались люди Игнатьева, я вышел на встречу, мне помогали Романовы. В результате потасовки все кроме Светланы погибли. Её люди умерли не просто так, я не мог им доверять, надеюсь вам могу, никто не должен узнать правду, слишком многое на кону, убивают и за меньшее, особенно в нашем мире.

— Будет исполнено! — отозвалась Паула. — Бойцы, как поняли?

Девушки дружно рявкнули, показывая, что слова пали на плодородную почву. Все были безумно уставшими после ночных событий, но дела нельзя было перенести.

После короткого приказа британки нейтрализующие охрану Романовых на улице пошли проверить казармы охраны, которая так и не появилась.

Бойцы выжили, просто валялись вповалку, сладко посапывая. Даже не представляю каким образом Ольга их обработала.

Пока весь личный состав охраны поместья приходил в себя с помощью целительницы, мы продолжили ждать городовых. В какой-то момент подумалось, что Ольга никого не вызывала, а мы зря теряем драгоценное время.

Очень скоро я услышал звук машин, все они остановились у поместья, а в дверь аккуратно постучали. Света отправилась наверх получив мысленный импульс, надо привести её в порядок.

— Войдите! — громко произнёс я, а затем начал играть, как только вошедшие зафиксировали ситуацию. — Слава создателю, что вы тут! Произошло страшное.

— Поступил анонимный звонок, по нашим данным тут произошло убийство.

Несколько людей в костюмах и с револьверами обступили меня, главный из них вёл диалог. На входе топтались ещё человек пять, все в халатах и гражданской одежде, за ними в маячил спецназ. Не входят без разрешения, боятся, а костюмчики и вовсе сбледнули, рассматривая почти десяток убитых, несмотря на приказ императора понимают, что злить рода не следует.

Револьверы использовались только тайной канцелярией, каждый ствол удлинён, особо мощные, могут разорвать голову одним выстрелом. Такая у них работа, оружие применяют редко, но когда дело доходит до огнестрела, лучше не вставать на пути.

— Кто-то из представителей Романовых есть, — главный костюм замялся, скребя щетину. — В живых…

— Да, моя жена, Светлана, но она сейчас шокирована произошедшим, лучше её не трогать. Говорить могу я, так как представляю оба рода в этой ситуации.

— Отлично, — пришёл в себя костюмчик, выходя на понятную для себя плоскость. — Пройдёмте в ваш кабинет.

Паула и её подчинённые остались для дачи показаний, а мы с главным костюмом уединились, чтобы побеседовать более плотно.

На допрос одного меня ушёл целый час, следователь три раза прогнал по версии, записывая все детали, а затем всё начиналось с конца к началу. Это давалось легко, главное чтобы подопечные на подобных допросах чего лишнего не сказали.

Мне оставили повестку на аудиенцию с императором, проще говоря суд, только теперь отвечать придётся перед правителем. Ну, хоть распятия и перебирания грязного белья перед остальными главами не будет. Порадовался скорому визиту, приём на сегодняшний день, после обеда, ещё успею погонять студентов.

СБ императора убрались только через полтора часа, существенно понервировав меня. Составили детальный отчёт с места трагедии, выслушали наши версии, даже попытались забрать тела, но я этого не допустил.

Дружину удалось откачать, целительница справилась с задачей, в короткие сроки подняв на ноги пять десятков человек с больной головой. Все они накануне выпили за здоровье Фёдора Константиновича, а затем вырубились, кто где. Не обошлось и без жертв, капитан стражи и два его помощника, помедлившие с возлиянием, были убиты. Видимо бойцы заметили что-то странное, но предупредить остальных им не дали, нарисовав каждому улыбку чуть ниже подбородка.

Рядом с поместьем расположилась часть города, полностью принадлежавшая роду Фонвизиных, там жила основная когорта солдат и ремесленников. Были ещё магазины, мастерские, бутики в основном городе, но все они носили характер масс маркета, ничего серьёзного, но ручеёк поступлений стабильно шёл.

Один из солдат был отправлен за подмогой, исчезнув быстрее чем я отдал приказ. Паула выделила человека, а точнее одного из своих бойцов, который займётся охраной поместья.

Поднявшая было вопрос о сохранности моего тела девушка была перебита, я пока был не готов обсуждать тему охраны, но понимал, что времена другие, теперь это необходимость.

Пустующее поместье наполнили люди. Повара и прочая прислуга были разогнаны Романовыми заранее, когда они начали воплощать план, но сейчас все вернулись, в том числе и Генри.

Я встретил старого немца у главного входа, встречая поток входящей прислуги. Старался ментально сканировать людей на предмет злобы или внутренней гнили, такое не скроешь, если намерения плохие — это как сигнал маяка.

Старик управляющий имел вид побитой собаки, буквально и переносно. Под глазом красовался здоровенный фингал, от самого дворецкого разило спиртным, глаза направлены в пол, плечи опущены, какой знакомый образ.

— Я должен был… — выдохнул Генри, окатив меня запахами алкоголя.

По щеке старика прокатилась слезинка, затем вторая, скрываясь аккуратной бородке.

— Даже не буду спрашивать, что произошло, — отпечатал я. — Полагаю тебя каким-то образом вывели из строя. Твоей вины тут нет.

— Я должен был… догадаться. Романовские змеи! Что теперь будет, Фёдор Константинович, как мы без отца? Надо мстить! Но как, кто?! И Владимир то сгинул…

— Пойди в холл Генри, что ты стоишь как неродной, — почти ласково отправил я его. Тела ещё не убрали, может это приведёт старика в порядок, сейчас мне нужен человек, обладающий таким спектром знаний.

Пожалуй никто не знал столько, сколько мог поведать Генри. О поместье, о нашем роде, о всех внутренних моментах. Старик наизусть знал имена, фамилии, адреса каждого из работников дома. Если управляющего поднять ночью и спросить, какой штат и в какой последовательности должен содержаться на территории поместья, он без запинки оттарабанит от начала до конца.

Войдя следом за прибывшим Генри, налетел на его спину, чуть не сбив с ног. Дворецкий замер недалеко от порога, провожая глазами уносящих тела Романовых людей. В его глазах застыл огромный знак вопроса, казалось глаза сейчас выпадут из орбит, настолько широко те были раскрыты.

— Чт..ч..что? — только и смог выдать Генри, поборов эмоции.

— Справедливость, — хлопаю старика по плечу и иду дальше. — Начинай исполнять свои обязанности Генри, а я буду исполнять свои.

Покончив со всеми делами дома, поехал в академию. Тренировку будущего костяка империи никто не отменял, особенно ввиду скорой практики.

На улице стоял не по осеннему хваткий мороз, сковывающий дыхание, но так хорошо бодрящий после бессонной ночи. Машины не было, поехал на казённом транспорте, воспользовавшись широким ассортиментом отцовского гаража. Вести самому не хотелось, поэтому выбрав длинный премиальный автомобиль быстро отыскал и водителя.

Водителя выделили с подвохом, им оказался мой бывший телохранитель Александр. Проделки Генри, который уже летал по дому как наскипидаренный, быстро возвращаясь в ритм. Видимо решил подстраховаться на случай мести со стороны возможных недобитков.

Всю дорогу до академии Александр искоса поглядывал на меня в зеркало заднего вида, пока я задумчиво рассматривал проносящиеся пейзажи.

Свету оставил в комнате, отдав приказ приглядывать за ней. Лишний раз видеть девушку не хотел, одно дело отомстить, убив человека, а в данном случае и семь человек, а другое видеть её пустые глаза. Это постоянное напоминание о том, каким я жестоким могу быть.

Я не считал себя жестоким человеком, справедливым — да, но не жестоким.

В Свету была вложена команда на стандартное взаимодействие с миром. Есть, гадить, мыться. После того, как кукла стала исполнять приказ, Паула вылетела прочь, настолько зрелище было омерзительным и искусственным, что у меня самого к горлу подкатил ком.

В коридоре академии нос к носу столкнулся со спешащим куда-то Дмитрием Андреевичем, он был в компании Анны Александровны, не самая приятная встреча сейчас.

— Фёдор? — формально и как-то по отечески обратил директор. — Мы не ждали вас сегодня. Анна Александровна может провести занятие, если вам необходимо отлучиться.

— Всё в порядке, справлюсь.

— Мне пора, если будут вопросы я у себя.

Директор удалился, скрываясь за поворотом, оставляя меня и молодую преподавательницу наедине.

— Можете положиться на меня, — с сочувствием заглядывая в глаза сказала Анна. — Я понимаю примерный план, думаю будет не сложно.

— Вы слишком добры, мой метод обучения кажется странным, но это поможет им выжить.

— Понимаю, — кивает девушка. — После смерти вашего деда вы боитесь, это нормально…

— Советую вам тоже боятся, как можно сильнее.

— Не забывайте, я аттестованный маг металла и тоже многое могу! — вспыхнула Анна Александровна, но тут же покраснела, видимо понимая, насколько сейчас неуместно ребячество.

— Даже не сомневаюсь, пожалуй я найду вам применение, так понимаю это теперь наша общая проблема?

— Да, директор отдал распоряжение помогать вам, ввиду сложных семейных обстоятельств.

Оставалось только пожать плечами. Мы вместе пошли дальше, выходя во внутренний двор академии, чтобы застать там прелюбопытнейшую картину. Студенты, всем составом упорно тренировались, половина штурмовала полосу, вторая сидела кружком в центре арены, споря о чём-то.

Честно говоря такая картина меня растрогала.

Али примостился на скамейке, вытянув лапы и лениво обводя взглядом подконтрольных двуногих. При виде меня зверь резко пришёл в движение, одним плавным прыжком оказавшись на земле и поскакал на встречу.

Приблизившись, он стал принюхиваться, порыкивая с какой-то человеческой интонацией.

— У вас нет другого питомца? — с огоньком в глазах поинтересовалась Анна Александровна, видимо уже знакомая с ним. — Я думаю это ревность.

— Да ты ж мой дорогой, — я встал на колено держа центуриончика за морду. — Прости меня пожалуйста! Забыл совсем про тебя…

— Просить прощения надо как можно развёрнутее, иначе складывается впечатление, что вы говорите это ради проформы, — наставительно вмешалась девушка, видимо вспоминая курсы преподавания.

Покосившись на учительницу, решил исправится, мозг еле соображал, требовался сон, поэтому говорил без задней мысли.

— Начнём с того, что их было не много! — зверь склонил голову, как бы слушая. — Всего семь человек, я даже никого не убивал, представляешь? Вот обижаться на меня не надо, ты делал важную работу.

— Простите, что вы сказали? — девушка сделала вид, что ослышалась.

— Как вы и рекомендовали, признаю вину, — как ни в чём не бывало отвечаю я.

— Я не это имела ввиду!

— А он это, а что ещё, уже второй раз веселье пропускает.

— Потом поговорим.

Хмуро заключает преподавательница, видя, как к нам трусцой бежит моя староста.

— Мы не думали, что вы придёте, поэтому решили сами провести тренировку, — отрапортовала Строганова, снимая шапку.

На лбу девушки от пота слиплись локоны волос, сразу видно, кто не симулирует на уроке.

— А эти в кружочке что делают? Медитируют?

— Они разрабатывают тактику против Али, — улыбнулась девушка. — Он пока лидирует, ни одного поражения, вот ребята и призадумались.

— Ясно, — кивнул я. — Марина, Анну Александровну ты знаешь, она будет работать с нами.

— Рада вас видеть, — вежливо поздоровалась Марина.

— Приступим к одной из последних тренировок подобного рода, — вздохнул я. — Скоро режим сменится, пора начинать что-то более серьёзное.

Строганова лишь кивнула, будто само собой разумеющееся возвращаясь к своей группе.

До самого обеда студенты продолжали тренироваться под наблюдением. Я ходил вокруг, задумчиво осматривая каждого из будущих бойцов. До практики осталось не больше месяца, что будет потом?

В голове встали образы будущей локации. Заснеженная степь с грязными вкраплениями стоящего коваля, промозглый ветер, большая дыра в земле, бывшая ранее единственной живой жилкой для поселения, карьер.

Укрытые шапками снега одноэтажные домики, составленные из брёвен и дикого камня. Суетящиеся люди, выдыхающие клубы пара в морозный день, висящие по периметру газовые фонари, кипящие на кострах котлы с водой.

Картинка сменилась, вот степь стала вытоптанной, по ней несутся тяжеленные тела тварей в них отражается блеск огней поселения, рык и визг, вой центуриона, автоматные очереди, крики раненых, взрывы.

Нападение будет, этого не миновать, но как его воспримут бывшие студенты столичной академии, выращенные в тепличных условиях мальчики и девочки, ставшие сосудами для сил, что выше самой природы.

Сейчас в моём распоряжении три рода и квартал, император ни за что не отберёт этих ресурсов, они мне жизненно необходимы для выполнения миссии. Пора дать отпор пришельцам, жёсткий и бесповоротный, хватит робко волочится на вторых ролях, нужно загнать отродий бездны назад в их мир.

Полагаться на Шувалова? Нет, это слишком оптимистично.

Полагаться на императора? Нет, он уже показал себя.

Императору важны ресурсы, не меньше чем другим кланам, аристократы желают власти на политической арене, император в свою очередь хочет власти над аристократами. В любом случае эти игры не приведут ни к чему хорошему.

Пользуясь ситуацией надо начинать полномасштабную подготовку дружин всех подвластных родов, изготовить оружие, приготовится к нападению. Создать побольше ресурсов, которые понадобятся в долгосрочном конфликте, особенно зимой. Еда, одежда, снаряды, усилить магов рода, чтобы они могли сражаться более эффективно.

Всё это невозможно, если играть в тёмную.

Я не Ольга, не умею работать за спиной.

Нужно договорится с императором, чтобы он не ставил палки в колёса, пытаясь разыграть меня без моего ведома. А если договорится не удастся? Что ж, видит бог, я хотя бы попытаюсь.

Глава 11

Опомнился только к обеду, понимая, что уже на полчаса опаздываю на встречу с Ларой. Проклиная свою забывчивость, подорвался, оставляя группу студентов приводить себя в порядок.

— Строганова, завтрашнее занятие будет, начнём с этого, — поймав обеспокоенный взгляд Марины, дал ценные указания. — Сбор в поместье Фонвизиных, время получишь позже, предупреди всех.

— Хорошо, Фёдор Константивич, — девушка замялась, пытаясь сказать что-то ещё, но я исчез растворяясь в воздухе, только успел заметить взметнувшиеся волосы старосты курса.

В княжестве было холоднее чем в городе, однозначно. Холодный воздух на секунду сковал грудь, сразу после перехода, защипал щёки, пролетел под одежду.

Лары на месте не было.

Трактир Германа, как и раньше жил своей жизнью, из за двери доносились хмельные голоса на повышенных тонах, приглушённые музыкой. Звуки казались какими-то живыми, будто там выступали настоящие музыканты. Определённо так, ну, им же хуже, перекричать такую ораву пьяных людей сложно.

Всегда удивлялся людям, день которых начинается с выпивки.

Что такого может произойти с человеком, чтобы он сменил свою сознательную жизнь на алкогольный приход. Это же не контролируемое падение, особенно быстро оно происходит по социальной лестницу, немногим дольше просаживается здоровье.

Наверняка, эти люди потеряли абсолютно всё, от чего перестали ценить себя. Снова попытался представить, что бы было, если бы я потерял так много. В голову ничего не шло, слишком разные положения у меня и примерного пьянчуги из кабака.

Для кого-то его мир — это целая страна, общество, влияние.

А для кого-то мир — это всего один человек, потеряв которого, теряешь ориентир в целом. Как выкинутый в открытом океане бумажный кораблик.

Так, стоп! Выключаем лирику, что-то меня понесло не в ту сторону.

Продолжаю ждать, оглядываясь по сторонам. Пустая улица, рядом вход во дворик перед двухэтажным зданием таверны, даже машин нет. Что за дневная сиеста?

Лара появляется через минут пять, идёт сопровождаемая двумя воинами. Только когда группа приблизилась, минуя почти всю улицу, узнаю старых знакомых.

Лара пожимает плечами, кивая на них.

— Не хотели шевелить ногами, а я говорила, — наябедничала девушка, с независимым видом вставая рядом со мной.

— Мама хочет тебя видеть, — сняв шлем лениво произнёс рыжеволосый парень.

— Сейчас не могу, вот через несколько дней…

— Завтра! — припечатывает девушка не удосужившись снять свой котелок, отчего голос звучит как из бочки.

Беру Лару за руку, перемещаясь в поместье Фонвизиных. Разговаривать с рыжеволосой парочкой нет смысла, надо делать ноги.

Нас встречает пустой холл, пол сверкает, в воздухе пахнет хлоркой. Кому-то пришлось постараться, чтобы отмыть тут всё. Не успеваю сделать и шага, как меня останавливает чужой голос.

— Не так быстро, — рядом стоит рыжеволосый.

— Какого беса?!

Как рыжий появился тут? Может быть это иллюзия?

Парень находится рядом, вполне себе реальный, отчаянно жаждущий продолжения разговора.

— А тут мило, — спокойно замечает он. — Если что, я зафиксировал это место. Не явишься на встречу, притащу тебя силой.

— Понятно, — обескураженно произнёс я.

Конфликтовать с ним не стал, всё более и более очевидно, что Милослава моя пропавшая мать. А вот этот родовой навык, который использовал парень вбил последний гвоздь в крышку гроба, где я похоронил все свои планы на завтра.

Очевидно по прибытию ждёт непростой разговор с отцом, если не драка. Единственная надежда на то, что они с Милославой найдут общий язык.

Внезапно поймал себя на мысли, что мне удобнее называть её по имени, нежели чем «мама». Материнский образ никак не ложился на ту женщину, что я встретил в Калининском. Отчасти это из-за внешности, явно каким-то образом изменённой, отчасти из-за того, что я чувствовал себя преданным.

Как же так, всё это время она была жива и никак не давала о себе знать!

В голове будто-бы появилось два человека, окутанный флёром лёгкой грусти и любви образ мамы которую я помню. И совершенно неизвестный мне человек, встреченный не так давно.

Ольга перед смертью говорила о том, что мама всегда преследовала интересы, которые не разделял отец. Не стало ли это причиной по которой он так не лестно отзывался о ней?

Есть ещё один член семьи, который может рассказать больше — это конечно же бабушка.

Все эти мысли пронеслись в голове подобно сквозняку, осталась заметка для разговора.

Наглый и рыжий парень исчез во вспышке портала, напоследок издевательски пригрозив мне пальцем, будто нашкодившему малышу. Ну-ну, празднуй, скоро тебе придётся ответить на пару вопросов. Первый из них, как он попал сюда следом за мной, это пожалуй интересовало меня больше всего.

— Я хотела бы поговорить с тобой, — Лара не может подобрать слов. — Сегодняшней ночью, когда я видела смерть людей…

— Как ты могла это видеть? — я огляделся, может где осталось пятно крови, которое заметила девушка.

— Паула убила несколько человек возле поместья, — отмахнулась она. — В общем, в момент, когда они умерли из тела вылетела какая-то дымка. Я подошла ближе и она вошла в меня. Чувство такое, будто кто-то поделился энергией. Но это не обычная энергия, если сравнить силу в теле с костром, в него будто-бы плеснули бензина.

— Интересно. Это явно какая-то энергия, позже проведём опыт, но сейчас у меня дела.

— Это не всё! Мой резерв, он вырос, стал немного больше после этого.

Вот тут мне стало не хорошо. Я примерно представлял уровень Лары, а если она говорит, что сила возросла… Проверить это никак не получится, но не доверять нет повода. Если взять её слова за точку отсчёта, получается странная и неизвестная мне картина.

— Мы проверим это позднее.

— Хорошо.

Лару оставил в поместье, определив на плечи появившегося Генри. Синяк под глазом сменил цвет с лилового на жёлтый, сам мужчина гладко выбрит и свеж, будто выглаженный фрак.

Так же отправил Генри в бой, а точнее на захват владений Романовых. Кроме всего прочего скоро похороны, а оставлять род без пригляда не то что нужно сейчас.

Старому немцу однозначно нужен будет помощник, на эту роль идеально подходил Ганц, но вот кого оставить в квартале. Из потока размышлений вырвал голос секретаря, приглашающего в кабинет Леонида Васильевича.

Внутри кабинет можно было описать одним словом, деревянный. Всё так и дышало деревом, столы, стулья, книжные полки, натёртый до блеска пол с жилистыми досками покрытыми лаком. На столе все предметы так же были выполнены из одного материала, органайзер для бумаг, шкатулка, рамка с фотографией.

Напротив стола два кресла, одно из которых предназначено мне, стоит ли ждать приглашения? Я молча присел, закинув ногу на ногу под пристальным взглядом правителя.

— Что скажешь? — спросил мужчина, пронизывающе глядя в глаза.

— Добрый день.

— Не такой он и добрый, здравствуй, Фёдор. Теперь к моему вопросу, что произошло в твоём доме?

— Вы читали отчёт ваших людей? — снова выбиваю его из колеи.

Роль которую я выбрал, не подразумевает идти на поводу, это роль ведущего, а не ведомого.

— Да, я всё прочёл. — император откидывается на спинку роскошного кресла обтянутого замшей.

Он понял мою игру, но ещё не понял, почему я так себя веду. Да, теперь де факто я правитель целого рода, но де юре — не дорос до конфронтации с государственным механизмом.

Сам Леонид же не привык спешить, торопливые люди не управляют страной. Он размышляет и прикидывает, что за козыри у меня есть, сейчас последует ответ.

— По какой причине я был вызван?

— Мне не до конца понятно, что произошло.

— И поэтому вы решили вызвать человека, который сейчас больше всего подвержен эмоциям, а не доверились отчётам?

— Произошло убийство, убийство моих людей в моём городе. А ты не выглядишь «подверженным эмоциям».

— Я контролирую своё поведение с помощью магии, — отвертелся я.

— Поэтому я тебя и вызвал. — император загнал меня в ловушку, очень грамотно.

— Больше чем в отчётах я не скажу.

— Хорошо, — подозрительно легко согласился император. — Вот бумаги, подпиши.

Мужчина подтолкнул ко мне папку с документами.

— Что это?

— Отказ от рода Игнатьевых. Ты сейчас единственный представитель Романовых, а род под их контролем. Юридически решение за тобой, поэтому мы и разговариваем.

— Почему я должен это делать? — поднимаю бровь, происходящее мне нравится меньше и меньше.

— Ты же уже догадался, не так ли?

— С паршивой овцы?

— Именно, а в силу наших договорённостей, ты должен понять.

— Я этого не сделаю, — медленно сказал я.

— Государственный аппарат не может допустить такого усиления, даже если я закрою глаза на всё. Есть большая вероятность, что тебя просто съедят остальные. Это большой кусок, его надо переварить, а с моей поддержкой…

— Постараюсь сам справится, — отодвигаю бумаги назад.

— Думаешь получится?

— Ничего не мешает попробовать, — пожимаю плечами, заставляя Леонида Васильевича задуматься.

— Что ж, попробуй, буду всегда рад помочь.

Не верится, что император не станет вмешиваться.

— Группа с глифами готова? Наше сотрудничество пока не даёт плодов. — намекнул на должок он.

— Отправлять мои группы на убой рано, они не успеют подготовится.

— Сколько тебе нужно времени?

— До весны.

— Почему так долго?

— Иначе нельзя, с силой надо уметь обращаться.

— Наш разговор не должен выйти за рамки этого кабинета. Владимир верил в твоё начинание, поэтому я готов по старой памяти подождать.

— Надеюсь не разочарую вас.

— Твои слова, да создателю в уши. — он постучал пальцами по столу. — Ты же понимаешь, что сейчас рода будут пробовать откусить свой кусочек пирога.

— Пусть пробуют.

— Чем больше пирог, тем крупнее крошки.

Разговор с императором дал много пищи для размышлений.

Стало ясно, что он такой же заложник ситуации как и я, только гораздо опытнее. У государя есть ресурс, он чётко балансирует между родовыми интригами много лет, да его поддержка может много дать. Может отдать этот род?

Прогоняю слабость, так продолжаться не может. Надо набирать вес на политической арене, чтобы выиграть, а для этого необходимо много. Как много я потеряю? Род усилен практически в два раза с помощью Романовых, сделка выглядит очень уместной, но только с одной стороны.

Так и не придя ни к какому выводу, покидаю резиденцию.

Появилось затишье, которым надо пользоваться. Даже император не стал продавливать, решив, что столкнувшись с проблемами я сам приду на диалог.

День закончился тем, что я вернулся в поместье, собираясь сегодня хорошо выспаться. Возможно разговор с Шуваловым даст больше.

Особняк поместья горел огнями окон, снаружи падал снег подхватываемый пронизывающим ветром. Света расположилась в моей бывшей спальне, безэмоционально пялясь перед собой. Али вытянулся на мягком ковре перед кроватью, прикрыв глаза и сложив голову на лапы. Закрыв шторы спальни, погружаюсь в сон, чтобы очутится с другой стороны, на изнанке гибнущего мира.

Всю сессию мы прорабатывали примерную экипировку и размещение на ней глифов, чтобы сделать всё максимально защищённым. Да, студенты академии — это в первую очередь воины, но разбрасываться первыми обученными людьми глупо.

Решено было сделать доспех для общей защиты, без излишеств. Он не тяжёлый и не громоздкий, в нём можно двигаться и быть максимально мобильным.

Встала проблема с вектором энергии, я мог использовать нанесённый на наруч глиф, но он не соответствовал направлению, от чего возникала временная заминка. Глифы в перстнях работали куда лучше, поэтому решено было изменить подход.

Магические символы будут расположены на фалангах пальцев латной перчатки и на её ладони. Рассеивание — способно дестабилизировать любой магический импульс, концентрация — помогает собрать энергию и направить её, точечно усиливая действие атаки, сбор энергии — буквально вытягивает энергию в радиусе двадцати-тридцати метров вытягивая её отовсюду.

Ну и на сладкое, глиф укрепления — это по сути новый уровень в манипулировании магией, пропущенная через него сила способна укрепить любой материал, даже созданную магом земли стену.

Гениальный создатель глифов наконец-то порадовал новой разработкой. Последний созданный знак укрепления натолкнул его на новые мысли, он решил не усиливать бесформенные сгустки магических ударов, а попробовать создавать новые формы. Так на свет появился глиф памяти.

На этот раз знак имел не просто закорючку напоминающую букву или даже иероглиф к нему добавился внешний круг, содержащий сразу несколько неизвестных мне глифов.

Теперь рисунок напоминал больше всего печать, имел круглую форму и невероятный потенциал. Заключённый в печать магический посыл, будь то огненный шар или водяная плеть, можно было активировать простым вливанием силы.

На моих глазах Метелица сконцентрировался, от его рук пошла изморозь, тонкой дорожкой проносясь ровно до нарисованной на листе металла печати, где и скрылась, как юркнувшая в норку мышь.

— Тут главное не давать ориентира, как мы обычно это делаем нанося удар, а оставить импульс внутри структуры ядра, пробуя сорвать его, как цветок, а уже потом толкнуть внутрь заготовки. — пояснил старик.

— Я рисовал глиф на земле, вы пробовали нанести печать на бумагу к примеру? — прикинул я перспективы.

— Да, конечно, сейчас взяли железный лист только для эффективности, его можно использовать много раз, а вот с другими материалами не так. Тут всё зависит от физической крепости.

— Задумка исключительная, но я хочу ещё попробовать поставить источник питания, чтобы печать была автономной и не зависящей от наполняющего силой мага. Сейчас удар ограничен мощью одарённого, да и вообще его присутствием в целом. Но представь, какие открываются возможности, если бы каждый человек мог иметь готовую к работе печать. — глаза Шувалова загорелись. — Стоит вопрос с направлением атаки для бесталанных юзеров, но это решаемо.

— А как направляют одарённые?

— Как и обычный удар, волевое усилие плюс визуальный контакт.

Метелица взял железяку с выгравированным символом, схватив лист двумя руками, вытянул его вперёд будто руль автомобиля, а затем влил силу.

Печать сверкнула, с её центра сорвалась огромная ледяная глыба, имеющая конусовидную форму. Вокруг тут же похолодало, дыхание спёрло, воздух стал сухим и невероятно жгучим.

— Забыл добавить, кха. кха… — Шувалов держался за горло, открывая дверь на парковку, которая служила нам полигоном. — Я добавил глиф концентрации, мы как раз это тестировали, он позволит даже слабому энергетически одарённому максимально больно бить.

— А вы времени даром не теряете, — хмыкнул я, приходя в себя.

— Чем же нам ещё заниматься? Гонять местных мутантов?

— Неплохое занятие, — прокряхтел Метелица.

— Завтра же пущу в работу всё увиденное, — воодушевился я.

— Ну-ну, мы даже ещё не потренировались! — решительно возмутился маг льда.

Мой протяжный вздох полный печали был ответом, но тренировать новый глиф и правда надо.

Проснулся в хорошем расположении духа, несколько минут лежа в кровати и прогоняя все воспоминания. Сегодня предстоит много поработать, чтобы приблизить нас к победе.

Неспешно принимая душ накидал примерный план действий, покривлялся перед зеркалом, играя подросшей мускулатурой и вышел из ванны, чтобы нарваться на сидящих в креслах костюмов.

Предчувствие забилось в панике, я уже стал придумывать, куда деть тела, когда они синхронно поднялись.

Один из гостей улыбнулся и выдавая мне бескомпромиссное послание.

— Фёдор Константинович, нам приказано сопроводить вас в резиденцию императора. Нас ждёт машина.

— Чего ради? — кидаю полотенце на кровать.

— Дело срочное, его превосходительство расскажет при личной встрече.

Больше информации получить не удалось, да и не думаю, что они владели ею. Пришлось в спешке одеться, а затем я просто перенёсся в резиденцию, оставляя костюмов трястись по дорогам.

Секретарша была на месте, более того ей помогал зализанный парень с белозубой улыбкой. Оба работника невидимого фронта в мыле, разгребают кипу бумаг, поглядывая в монитор.

На меня уставилось две пары удивлённых глаз, а девушка сместила гарнитуру с головы на шею, отгибая микрофон на тонкой пластичной ножке.

— Он уже тут, отбой, — шепнула он кому-то на том проводе, я даже догадался кому. — Пройдёмте.

Несколько десятков метров до кабинета императора я прокручивал в голове множество вариантов развития событий. От самого страшного, а именно взятия под стражу до торгов за ресурсы оказавшиеся у меня, но реальность в который раз удивила.

В отделанном деревом кабинете собрались восемь человек, все имеют военную выправку, двое в дорожной одежде, остальные в офицерских фраках с знаками отличий. Рядом два рюкзака, видимо той парочки в штатском, каждый одет в пуховик, держат шапки в руках.

— Фёдор, — устало обратился правитель, сидящий во главе т-образного стола совмещённого из двух. — У нас ЧП, я решил, что ты должен быть в курсе. Сегодня ночью на форпост возле разлома снова напали.

— Они удержали посёлок? — с волнением спросил я, проклиная тварей.

— Да, даже больше, потери минимальны, — император потёр виски, видно, что он не спал сегодня в отличии от меня.

— Тогда к чему такая спешка? — недоумённо кручу головой от чего офицеры поджимают губы, для них это долг не подлежащий обсуждению.

— Появилась новая разновидность врагов. Солдаты форпоста взяли пленного, сейчас идёт допрос…

— Какой допрос? — затормозил я, пытаясь переварить услышанное. — То есть вы хотите сказать, что оно говорит?!

— Ещё как, — хохотнул в усы один из офицеров. — Я даже скажу больше — это он, и у него есть ноги и руки.

Глава 12

Портал хлопнул, видимая в реальности магия ленточками истаяла в воздухе. Сам переход никогда не запоминался, мгновение и всё, не более. В этот раз мне пришлось тащить тех двоих, что были одеты в походные одежды.

Нас уже встречал знакомый мне сержант и доктор Вишневский.

Сергей протянул мне крепкую сухую ладонь, удивляя сильным рукопожатием. Лицо же его несло следы многодневных возлияний алкоголем, немного заплывшее, глаза красные от лопнувших капиляров. Да и сам белок начал желтеть, печень даёт о себе знать, хоть мужчина и является лекарем.

— Что там произошло? — тихо шепчу ему, когда мы перестраиваемся в хвост процессии из сержанта и двух прибывших со мной штабистов.

— Ничего не знаю, я только вылез из госпиталя, — качает головой Вишневский.

— Лечите в таком состоянии? — удивился я.

— Когда будешь видеть перед собой оторванные руки и ноги, внутренности, загноившиеся раны, чувствовать их запах на протяжении двенадцати часов, день изо дня…

— Понял, не продолжайте, — от представленного к горлу подкатил ком.

— То-то и оно, — довольно оскалился док, крупными желтоватыми зубами. — Слышал только, что тварюшку поймали какую-то, говорящая говорят, вот такой каламбур.

— Я слышал то же самое. — киваю в ответ.

— Слушай, парень! — хмурится док. — Мы вроде договаривались не выкать, считай не чужие люди.

— Понял, исправлюсь. — снова согласился я, смутно припоминаю ночь нашего пьянства.

Пока разговаривал с чуть ли не единственным знакомым тут человеком, мы подошли к двухэтажному дому из дикого камня. Высокий забор венчали остроконечные пики, сами ворота сняты с петель, во дворе стоит бронетранспортёр, всюду снуют люди, а на крыше развевается флаг империи.

Ставка командования значит, вот где держат пленного.

Но в дом не вошли, обошли его с другой стороны, входя в гараж. Внутри был вход в подвал, который по ощущениям вёл куда-то в сторону дома. Коридор широкий, смело могут разойтись два человека, стены из красного кирпича, клейма не видно, делали тут в посёлке, а не привозили. На удивительно гладких боках кирпичей поселилась испарина, температура минусовая, но ходящие люди и тепло освещения не дают влаге замёрзнуть превращаясь в иней.

На протяжении всего тоннеля висят обычные лампы накаливания, защищённые фонарными плафонами из толстого стекла, обдавая лицо теплом, когда проходишь мимо.

Коридор привёл к массивной железной двери, металл тускло блестел отражая свет, но были видны пятна рыжиков.

Войдя внутрь, я ожидал увидеть что угодно, но не типичный деревенский погреб. Это настолько выбило из колеи, что какое-то время ушло просто на то, чтобы рассмотреть интерьер.

Соленья, варенья, парочка окороков. Среди всего этого висящий в свете тусклой лампы силуэт не сразу бросается в глаза, особенно если он закрыт спинами сгрудившихся офицеров.

Привлёк хлёсткий удар и болезненный выдох-рык.

Пришлось пройти левее, чтобы миновать стоящих спинами людей. От увиденного я даже не нашёлся что сказать, такой же ступор напал и на двоих сопровождающих. Мы все просто пялились на висящее существо, собираясь с мыслями.

Из бетонного потолка торчал загнутый вопросительным знаком прут арматуры на котором раскачивалось тело пленника, позвякивая цепями. Опуская взгляд ниже и ниже осматриваю новый вид пришельца.

Массивный, перевитый мышцами, телосложение гуманоидное, руки-ноги… хвост!? На голове два витых рога, кожа начинает роговеть чуть выше бровей, превращаясь в кость. Лицо покрыто жёсткой шерстью, назвать это волосами не поворачивается язык. Челюсть выдаётся вперёд, неровный ряд акульих зубов выпирает из под губы.

Руки и ноги босые, ступни затвердевшие, не думаю, что он когда-то носил обувь. Всё тело покрывает короткая шерсть, глаза жёлтые, зрачки вертикальные.

Волосы до лопаток, на теле какое-то рубище и что-то напоминающее шорты, ткань грубая, настолько, что сразу становится понятно, сделано не на земле.

Офицеры что-то обсуждают, периодически здоровенный детина из солдат бьёт демона по телу куском трубы.

— Отвечай! Откуда ты?! — ревёт пузатый усач в форме генерала.

Сканирую эмоции субъекта, дикое желание похвалы, надежда, немного страха и нетерпения, отличный микс.

Демон что-то говорит, звуки гортанные и грубые, но язык неизвестный. В ответ на это генерал исходится визгом, а здоровяк палач снова и снова наносит удары.

— Да он же нихрена не понимает! — не выдерживаю я.

Мордующий пришельца солдат останавливается и вопросительно смотрит на пузана. В статике оцениваю разницу в росте между тварью и крупным бойцом. По прикидкам демон достигает в высоту около двух с половиной метров, потолки в подвале высокие, но иномирянин касается пола ногами.

— Кто давал слово, боец! — шипит усатый отодвигая какого-то офицера рангом пониже, чтобы рассмотреть меня.

Когда ему это удаётся, лицо усача становится кислее лимона. Видимо узнал по цвету волос, понимает, что надо поумерить гонор. К моему удивлению, замешательство генерала было временным. Он смерил меня брезгливым взглядом с ног до головы, будто облил помоями, а затем ехидно спросил.

— Может у вас будет дельное предложение наследник Фонвизиных?

Не назвал Фёдором Константиновичем, просто Фёдором, а именно наследник Фонвизиных, давая понять, что я в первую очередь лишь пешка.

— Фёдор Константинович, — поправил я с каменным лицом.

— Что? — не сразу врубился тот, но кто-то из офицеров шепнул ему на ухо о моём новом статусе. — Соболезную, виноват. Так о чём мы?

В сочувствие пузана не поверил ни на йоту.

— Я попробую считать его, — дал пояснение я. — Может таким образом станет что-то понятно.

— Наверняка, император именно за этим вас и прислал, — просиял усатый, но вид его был недовольным, снова укусил, показывая моё место. Да, не думал, что будет так трудно без протекции деда, но делать нечего, придётся искать компромисс.

Приблизившись к пленнику, осторожно положил руки ему на виски. От моего прикосновения тяжело дышащий демон дёрнулся, глаза расширились, я даже отступил на шаг, чем вызвал смех собравшихся.

— Он не кусается, — подколол генерал. — Хотя и пытался, но парни быстро научили манером это отродье.

Кто бы вас манерам научил, подумалось мне. Я был на стороне пришельца, но показательно хамское поведение генерала задевало. Сосредоточившись, попытался пролезть в голову подопечного.

Время привычно замедлилось, звуки слились в одно сплошное гудение, а я почувствовал сопротивление. Стена была настолько крепкой, что было глупо полагать, что её установил сам пришелец. Скорее всего какая-то природная особенность монстра, не его рук дело.

Само тело в цепях было истощено, похоже его два дня держали в цепях без воды и еды, на его месте любой бы ослаб. Магии не чувствовалось, такое ощущение, что тварь бесталанна, что большая редкость для людей, а вот для существ с той стороны видимо норма. Я не мог представить, что существуют разумные иномиряне не владеющие даром.

Но если подумать, что мы вообще знаем о той стороне?

Сейчас возможно произошёл исторический прецедент, когда удалось взять под контроль такого пленника. То, что тварь разумно было понятно сразу, речь незнакомая, но она есть, взгляд осознанный в нём поселилась безнадёжность, гнев и никакого страха.

Я ментально бродил у стены, пытаясь заглянуть внутрь, напоминая себе тех мальчишек, которых поймали британки у квартала. Наверняка, сорванцы долго искали способ пробраться в сад к Акиро, строили планы, ходили вокруг да около. Вот и мне сейчас требовалось найти вход в разум инопланетянина.

Минуты утекали сквозь пальцы, а я не приблизился к решению задачи.

Невидимая преграда полностью скрывала сознание пленного, окружала со всех сторон и никак не пускала внутрь. Кружа вокруг, как голодная ворона ожидающая, когда добыча испустит дух, я задумался, ибо времени в обрез, а проблема не спешит решаться.

После бесплодных попыток прочитать пленного, был вынужден прекратить. Сил уходила прорва, результат не впечатлял, а генерал всё больше расплывался в улыбке.

Когда я отошёл, пожав плечами и расписавшись в своём бессилии, демона снова начали мордовать стальной дубиной. Лучше от этого не стало никому, но видимо для усатого — это единственный способ выбить данные.

Ему не понять, что заключённый в цепи пришелец даже не владеет языком. При таких стараниях его угробят раньше чем я найду выход.

— Сергей…

— Игоревич, — подсказал Вишневский, снизив голос до хриплого шёпота. — Я так понимаю, ты что-то придумал? Чем могу?

— Да, мысли есть. Ты тоже не видишь в нём дара?

— В рогатом? — уточнил док. — Или в этой жертве аборта в погонах? Ни в том, ни в том нет ничего особенного.

— Вот и я не вижу, но у пришельца заблокирована память, не могу залезть в голову. Появилась мысль, в лагере есть пиявки?

— Нераскрывшиеся есть, даже парочка, работают на трибунал, провинившихся выгуливают до мест не столь далёких.

— Надо срочно одного из них… — договаривать было не надо, всё-таки док дипломированный целитель.

— Если блокировка на энергетическом плане то мы её расшатаем, — прошептал док и тут же пошёл назад.

Я же остался наблюдать, надеясь, что до прихода Вишневского демона не превратят в котлету. Прибывшие со мной офицеры стояли тут же, переговариваясь между собой. Они следили за нашим диалогом с целителем, а когда тот пошёл назад, дали сигнал сержанту пропустить Сергея наружу.

Кажется ситуация полностью понятна. Усатый каток тут работает на новенький шеврон, офицеры прибыли координировать всё происходящее, я же призван поковырять в голове у демона. Плюсом ко всему император показал мне, что мой отказ делится не принят всерьёз, настаивать не будет, станет ждать, а пока вот тебе жест дружбы и доверия.

Парочка из штаба императора тем временем не терялась, они подошли к генералу и шепнули ему пару слов, после чего избиение прекратилось. Пузан стал тише воды, медленно закипая, судя по цвету лица.

Собрание в комнате растворилось, все вышли, оставляя нас вчетвером, не считая отродия бездны.

Док появился через пять минут, следом за ним вошёл невысокий мужчинка с блеклыми глазами и напоминающим крысу вытянутым лицом. Он осторожно осмотрелся и пугливо подошёл к демону. Я встал рядом, погружаясь в транс, чтобы проверить свою теорию.

Какое-то время ничего не происходило, но я точно знал, что всё работает. Энергия и без того не успевшая восстановится уходила из меня достаточно быстро, несмотря на расстояние. Ядро сопротивлялось с успехом льдинки на горячей конфорке, но я не обращал внимания, ожидая, когда защита падёт.

Прошло не мало времени, в трансе оно растянулось настолько, что я даже не стал подсчитывать.

Когда резерв источника ополовинился, тревожно взывая к носителю, невидимый барьер окутывающий сознание инопланетянина пал. Защита стала рваной, можно было просмотреть некоторые детали, ждать дальше не было смысла, источник уже изрядно потрепало.

Хорошие мысли приходят в последнюю очередь, все мы это знаем. Вот что мешало дождаться на безопасном расстоянии, пока пиявка не продавит блок? Выругавшись в сердцах, стал вырывать плавающие эпизоды из памяти пришельца, стараясь делать это аккуратно, чтобы не повредить ценный экземпляр.

Отметил, как инопланетянин дёрнулся, вытянувшись в струну, стоило мне вырвать один из слайдов.

Темнота, слышу вокруг только голоса, ракурс один оглядеться не удасться. Язык мне не известен, поэтому понять ничего не могу, чтобы не терять времени зря бросаю бесполезное воспоминание и перехожу к следующему.

Выборку делаю из краткосрочной памяти, так проще ориентироваться.

Следующий отрывок перебрасывает меня уже в более светлую локацию. Обыкновенное небо, разве что слишком яркое, вокруг каменные столбы. Мы в каком-то каменном мешке похожем на арену для гладиаторов. Стою в центре пентаграммы, вокруг светятся знаки выбитые прямо в камне. За пределами круга неподвижно стоит легион тварей. Чарующий бархатный голос позади меня что-то говорит, спокойно и не громко, но я уверен, что каждый в радиусе километра услышал это.

Перевести фразу не могу, но краем глаза вижу, как владелец приятного голоса появляется справа. Могу разглядеть всего лишь часть ступни обутой в вполне себе хороший по исполнению ботинок и сверкающий клинок, всматриваюсь в странную вязь на его лезвии.

Голос снова что-то гортанно говорит, знаки вокруг разгораются, из пентаграммы вверх уходит луч силы, похожий на пуповину. Видимость сужается, вспышка и вот мой подопечный стоит посреди потока тварей несущихся в сторону форпоста.

Слышу эмоции пришельца, его удивляет снег, но он идёт следом за легионом. Когда монстры кругом начинают падать замертво, он остается на месте даже не пытаясь атаковать или сбежать, просто укрывается в воронке оставленной взрывом, прячась за тело одной из тварей.

Что-то не даёт покоя, заставляя вынырнуть из транса.

Вокруг обеспокоенно разговаривают офицеры, генерал исходится пеной.

— Если эта тварь умрёт, я вас под суд пущу! Слышали?! — надрываеться пузан, будто сам не пытался умертвить демона пятью минутами ранее.

Причину такой эмоциональности долго искать не приходится. Демона колотит в цепях, выгибая дугой, будто через него проходит разряд в несколько сотен вольт.

Глаза пришельца закрыты, под веками перекатываются белки, создавая неприятное зрелище.

Иномирянин светится, от него расходятся волны силы заставляющие шевелится волосы на моей голове от концентрации. Из тела подопечного ударяет уже знакомый луч силы, уходя в потолок подвала. Уверен на улице сейчас то ещё светопреставление.

— Мне нужна взрывчатка! Срочно! Как можно больше с детонатором…

Предчувствие воют сиреной, я начинаю понимать, что происходит.

Вишневский пулей выбегает наружу, скрываясь за дверью, даже не думал, что старый целитель может бегать с такой скоростью.

— Что вы выяснили? — спрашивает один из прибывших со мной.

— Скорее всего это маячок, указатель для чего-то. И вряд ли нас ждёт что-то хорошее.

— Надо изолировать его! — порывается пузан, обеспокоенно бегая глазами.

Пиявка стоит в отдалении, его пугает происходящее.

Не знаю сколько у нас времени, но надо попытаться утащить демона подальше от посёлка. В голове строится образ того оврага, где я оборонялся от легиона, это самое отдалённое от всего живого место.

В голове всплывает новый образ, остановка возле Калининского княжества, где из леса вышел центурион. А ведь может сработать!

— Ты был прав! — влетает в подвал док. — Ветка силы бьёт в небо, там, снаружи!

Док вываливает мне связку гранат, штук двадцать навскидку. В комплекте с гранатами солдатская разгрузка из карманов которой торчат пластины взрывчатки скрепленные проводами.

— Сначала закинь С-4, затем гранаты, только в такой последовательности, взрыватель не нашёл, но могу достать. Сколько времени?!

— Уже кончилось. — прикидываю по ощущениям, чувствую как концентрация магии повышается. — Снимайте его, живо!

Демон тяжело падает на бетонный пол, хватаю его за здоровенную руку, вытаскивая из памяти образ лесной обочины.

Мы растворяемся во вспышке портала, оставляя посёлок позади.

В этот раз переход проходит не стандартно, будто я тяну целую группу людей. От перегрузки по подбородку начинает течь что-то тёплое, кровь из носа. Такое ощущение, будто меня привязали за огромную резинку, которая натягивается и тянет назад.

Переход проходит скомкано, появляемся на месте в нескольких метрах над землёй. Сетую, что не взял доспех, даже не думал, что придётся ввязаться в бой. В который раз обещаю себе, что буду спать в латах, но не допущу такого впредь.

Демон без сознания, даже не подаёт признаком жизни. Как только нас выбрасывает на заснеженную обочину дороги, столб света снова устремляется в небо.

Вижу, как недалеко у самой кромки леса начинает формироваться диск портала. Бесовщина! Сейчас будет жарко. Проверяю резерв, чтобы хватило на прыжок обратно, оставаться наедине с легионом не хочется.

Взрывчатки мало, но этого должно хватить, чтобы испортить жизнь паре десятков монстров в потоке.

Не успеваю прицелится, чтобы отправить взрывчатку в полёт, как справа и слева открывается ещё по одному окну перехода. Кажется это конечная, просьба на выход или оплачивайте проезд снова, кровью.

Глава 13

От увиденного волосы на голове пришли в движение. Проверил на всякий случай энергетический запас, немного успокоившись, силы на прыжок хватит, а значит всё под контролем.

Кто бы мог подумать, что будет такое вторжение. Твари в таком количестве могут дойти и до княжества!

Разгрузка с пластинами взрывчатки полетела ровно в середину между первой и второй аркой портала. Всего открылось три окна, из другого мира уже выпрыгивали первые легионеры, крутя здоровенными мордами и скалясь. В тишине отчётливо был слышен хруст сминаемого снега под десятками лап.

Что-то изменилось в тактике тварей, вполне вероятно, что в будущем прорывы будут носить локальный характер. Посёлок бы не выдержал нападение, тут и гадать нечего.

Я стоял и ждал, пока из портала появится достаточно монстров, чтобы одним ударом забрать как можно больше. Рука покоилась на кольцах гранат, готовая рывком привести в действие все взрыватели.

Тем временем первые ступившие на землю пришельцы заметили меня, взревев на всю округу. Нас разделяло не более ста метров, когда звери кинулись вперёд.

Ждать больше не было времени, вытащив пять колец и понадеявшись на взрывную силу, раскрутил связку гранат и отправил в полёт, чуть скорректировав в сторону торчащей из снега разгрузки.

Самых ретивых монстров встретил кинетический удар, размазывая тела по белоснежному покрову, обагряя его кровью. Пока была возможность и позволял запас, я бил и бил, убивая вторгающихся тварей.

Нарываясь на невидимую стену туши врагов падали, замедляя свой бег. Хрустели костяные пластины, звери яростно визжали и рычали, а я продолжал геноцид ожидая взрыва.

Мои действия вызвали небольшой затор, как раз возле оставленного подарочка. Взрыв не заставил себя ждать, через несколько секунд уши заложило от грохота. В небо взвился столб огня, снег вокруг растаял, лицо окатило порывом горячего воздуха вперемешку с комьями земли и снежной взвеси.

Прикрываясь рукой от летящего мусора, напоследок окидываю поле боя взглядом.

В суматохе мечутся горящие факелом фигуры легионеров, из снега торчат части тел пришельцев. Появляется запах гари и сладковатый аромат подгоревшего мяса.

Рассчитав силу, последний раз прикладываю вырвавшихся из свалки десяток монстров. Придавленные огромным молотом враги так и остаются на земле, не двигаясь, замирая в ломанных позах.

Вихрь переноса окутывает тело, в следующий момент я уже появляюсь в холле родного поместья, пугая застывшего в каменной позе новенького дворецкого.

Генри молодец, оставил помощника, сам уже наверняка занимается внедрением в структуру управления Романовых. Кивнув остолбеневшему пареньку, пошёл прямо в свою комнату.

Представляю удивление стажёра, когда твой работодатель появляется из воздуха грязный, в земле, местами в крови, а взгляд такой задумчивый и отрешённый, словно это с ним происходит каждый день, исключительно до обеда.

— У нас проблемы? — Генри застал меня в моей комнате.

— Я думал ты уехал к Романовым.

— Только собирался, но мне доложили о вас.

— Где мои вещи?! — раздражённо спрашиваю управляющего, натыкаясь на пустоту в шкафах.

— Один момент.

Генри исчез, чтобы тут же появится, будто держал саквояж с шмотками прямо в коридоре. Оперативность слуги приятно поражала, даже раздражение куда-то испарилось.

Помыв голову и лицо, облачился в термобельё.

Сам же себе обещал, что без лат больше никуда, а обещания надо выполнять. Если в повседневности ещё можно обойтись гражданской одеждой, то на встречу с отцом в смокинге я не пойду.

— Мой господин, в поместье прибыла некая Анна Александровна Евстратова, что прикажете делать?

Хмыкнув от изменившегося обращения, задумался. Про прибытие студентов совсем забыл, а ведь ещё ждёт встреча с отцом. Придётся прибегнуть к помощи молодой преподавательницы.

— Позови её.

Пока Генри не привёл мою невольную коллегу, влезаю в холодный доспех. Шлем повесил на плечо, стараниями мэтра там расположилось удобное крепление.

Едва видимые в реальности щупальца кинетического импульса быстро справляются с застёжками, надёжно фиксируя доспех на теле. Делаю тестовый шаг, направляясь к окну, чтобы выглянуть наружу.

В глаза бьёт искрящийся снег, над городом яркое полуденное солнце.

Клинки послушно выходят из наручей, всё работает штатно, гидроусилители мерно пыхтят при поворотах, ничего не брякает и не скрипит. Профу удалось сделать отличный комплект, низкий поклон старику за проделанную работу.

— Кхм… — вежливо обозначает своё присутствие Генри.

Оборачиваюсь, благодарно кивая управляющему, после чего тот степенно удаляется, кинув заинтересованный взгляд на гостью.

— Рад вас видеть, — приветствую девушку.

Сегодня Анна одета в городской манере, синие джинсы, пуховик, невысокие кожаные ботинки, на голове шапка крупной вязки. Щёки красавицы зарумянились, глаза блестят, мороз только красит коллегу.

— А у вас тут мило, — девушка расстёгивает куртку, под которой находится толстый свитер, делая несколько шагов вперёд, внимательно рассматривает латы на мне.

— Все так говорят, — фраза напомнила мне прыгнувшего следом рыжего.

— Что это? — она подходит вплотную, проводя рукой по огромной зазубрине на грудной пластине.

Я возвышаюсь над хрупкой фигуркой преподавательницы более чем на голову, ей приходится чуть отойти, чтобы поймать мой взгляд.

— Не знаю, где-то зацепили, — просто отвечаю я.

— А это? — она указывает на руку, которую как-то прожевал монстр.

Теперь мало что говорило о произошедшем, вышедшие из строя сочленения заменили, основной элемент выправили, слегка зашлифовали и оставили так. Но если присмотреться, можно отчётливо увидеть отпечаток гигантской пасти.

— Повздорили с товарищем, он был голоден.

— Вы смеётесь надо мной? — возмущается девушка, приходя в себя.

— Нет, не в коем случае! Как можно?

— Надели родительский доспех и решили покрасоваться! Ой… — видимо она поняла, что сказала лишнего. — Простите пожалуйста, я такая дура!

— Ничего страшного, — внутренне я смеялся, но сейчас был хороший повод воспользоваться ситуацией. — Собственно, давайте о деле. Я позвал вас, чтобы сообщить, что у меня сложные обстоятельства требующие моего внимания. Вы как-то предложили свою помощь, кажется пришло время воспользоваться столь щедрым предложением.

— Всё что угодно! — жарко заверила учительница.

— Проведите пожалуйста сегодняшнее занятие. Я принял решение обучать ребят тут, чтобы они скорее перешли на следующую стадию. Здесь есть полигон, тренировочная площадка, все условия.

— Но зачем? — закономерно спросила девушка. — В академии то же самое, кроме всего прочего есть дипломированный целитель, да и аудитория для теоретических лекций. Я уже не говорю о сотнях учебников, макетов и прочего вспомогательного оборудования.

— Так надо, я объясню когда вернусь, — пообещал я.

— Вы уж постарайтесь.

Когда Евстратова вышла из комнаты, я облегчённо вздохнул. Наконец-то можно заняться своими делами, на кого спихнуть студентов нашёл, думаю Али и Анна Александровна справятся, оставался ещё один момент, а точнее Света и её участие в делах Рода. Нам необходимо появится у Романовых, прошло уже больше суток с момента смерти её матери, многочисленные вассалы могут что-то заподозрить.

Прошёл в соседнюю комнату, чтобы взглянуть, как там Света.

Девушка сидела на краю кровати, бессмысленно уставившись перед собой. На передвижном столике стоял завтрак, каша была нетронутой и покрылась плёнкой, чай давно остыл.

Просканировал состояние тела, небольшое обезвоживание и голод. Дал приказ съесть принесённое, затем спать до моего прихода. Тело механически начало выполнять действия, а мне показалось, будто где-то глубоко на дне глаз девушки проскользнул гнев.

Наверное, так отразился свет из окон.

Больше находится в комнате не хотел, каждая секунда давалась с трудом, напоминая о случившемся. Пришло время прыгнуть в Калининское, но сначала надо найти Лару, она точно знала, где живёт Милослава, да и к тому же — это отличный союзник, если что-то пойдёт не так.

Где-то…

Алиса мерила кабинет короткими шагами, постоянно посматривая на часы. Отец задерживался, но дождаться его необходимо. Полчаса назад он попросил её зайти, а сам куда-то пропал.

В очередной раз пройдясь от стены до стены кабинета, девушка устало села в кресло, замирая в одной позе.

Сегодняшний день обещал быть интересным, по крайней мере тем, что они будут заниматься на территории рода Фонвизиных. Возможность побывать в поместье великого рода может быть интересной даже принцессе.

Алиса сморщилась от негодования, насколько мало у неё времени и способов развлечения, что она радуется одной мысли побывать где-то вне академии или резиденции императора.

Да и сами занятия, что скрывать, становились всё интереснее и интереснее. Уже и не вспомнишь уроков с бесполезным просиживанием штанов, последние недели выдались крайне трудными для всей группы, включая и наследницу престола.

После трагического известия о том, что один из величайших магов, гранд-мастер Владимир Фонвизин умер, Фёдор будто и сам стал мёртвым. Да, он ежедневно посещал занятия, грамотно проводил их, ставил новые задачи, но всё это было настолько натянутым, что все ждали, когда нить лопнет.

Но парень держался.

Казалось ничего не может остановить его, он будто вознамерился отомстить всем тварям бездны, подготовив максимально способную группу.

К списку обязательных предметов в сумке студента теперь появились, мази от ожогов, обеззараживающее, несколько бинтов, сменная сухая одежда, плотные кожаные перчатки и пара кусков мела…

Зачем мел? Ну, уж точно не для того, чтобы обводить им тела умерших от бешеных нагрузок учеников.

Мел полюбился Али, который благосклонно принимал дары своих подопечных. А сами студенты провели интересную параллель, зверь был более лоялен к тем, кто его подкармливал.

Удары тяжеленного, более двухсот килограмм существа становились мягче, плавнее, порою даже приземление проходило без переломов.

Спарринги с питомцем Фонвизина, постоянная полоса препятствий и снова спарринги. Алиса не стала отлынивать и занималась на уровне со всеми. С самого начала девушка полагала, что у неё будет преимущество по отношению к другим, но потом вдруг стало не до этого.

Каждый из наследников был не на много хуже по подготовке чем сама Алиса, но даже это не спасало. Когда тела начинали адаптироваться к нагрузкам, они неожиданно увеличивались. Дни без боли в каждой клеточке тела можно было посчитать по пальцам.

Если на полосе препятствий стало просто, на ней появился Али, серой тенью сбивая зазевавшихся учеников. На спарринги с участием группы собирались посмотреть все незанятые в академии студенты. Делались ставки, появлялись фавориты, даже преподаватели приходили на шоу.

Группа стала отличным развлечением для окружающих. Многие смеялись над ними, еще большему числу это было просто интересно, самые здравомыслящие сочувствовали — но равнодушных не осталось.

Не было ни одного раза, когда студентам удавалось выиграть у странного изменённого зверя — это заставляло их опустить руки. Если бы кто-то спросил, что стало главным изменением в группе? Алиса бы ответила так.

Это точно не более плотный подход к обучению.

Это точно не добрячка Анна Александровна, всхлипывающая на особо ярких моментах боя.

Этим фактором, который сплотил группу, стал питомец Фёдора.

Сначала его ненавидели, даже пытались как-то закрыть в аудитории, кормить котлетами начинёнными наркотиками, напоить, да что только не пробовали студенты. Но зверь не принял ни одной подачки с сюрпризом, вынес дверь в аудиторию, которую восстановили за счёт группы, только фыркнул перед миской с водой, обведя всех презрительным взглядом. Но потом отомстил на тренировке, от чего после окончания боя на полигоне понадобилась помощь ещё одного лекаря.

Когда даже до самых тупых дошло, что так ситуацию не исправить, все начали относится к занятиям всерьёз. Тренировки стали проходить с большим энтузиазмом, команды начали общаться между собой, строя разнообразные тактики противостояния.

Кто-то дажа заметил, что все упражнения на полосе имеют свой смысл. Рывки, уклонения, перекаты, в общем весь набор, чтобы выжить на арене с Али.

Группа впервые начала работать как единый механизм. Прошёл этап каких-то глупых споров и конфликтов, больше никто не делал различия между одногруппником из рода в конце сотни и её начале. Оценивались только практические навыки, это здорово упрощало жизнь.

В столовой уже не обсуждались последние сплетни или новости с отдыха, всё чаще еду сметали за десяток минут, а остальное время стол занимали стратегические выкладки, голограммы с сеферонов и исписанные листы бумаги. Студенты разделились по своим отрядам, вытесняя из-за столов всех чужаков.

Алиса улыбалась, вспоминая все эти моменты.

Наблюдать со стороны оказалось самым интересным, она никогда не подвергалась нападкам, не ссорилась, не жила такой полной жизнью обыкновенной девушки, а поэтому сейчас получала настоящее удовольствие.

Дверь в кабинет открылась, зашёл отец.

— Прости пожалуйста, — начал он, устраиваясь за столом. — Но нам было важно встретится до твоего ухода. Это касается новой задачи.

— Какой задачи? — собралась Алиса, прогоняя скуку.

— Фёдор не хочет, чтобы ваша группа попала на практику этой зимой, но это не входит в мои планы. Обстановка сменилась. Я не могу больше идти на поводу у мальчишки, нужны результаты. Нажать можно многими способами, я выбрал следующий — ты должна будешь сделать так, чтобы выиграли именно вы.

— Но как? Это не зависит от меня!

— Поверь, он даст группе формулу усиливающую магические импульсы, глифы, как называл их Владимир. Наши гранды успели опробовать знаки, это действительно дало эффект. Я уверен, что вы выиграете, просто скорее всего он убедит вас не делать этого.

— Но почему?

— Сумасбродный парень так решил, — дёрнул щекой отец. — Что студенты не будут готовы к практике. Якобы мало времени и пустая трата ресурса.

— Может он прав? — логично спросила Алиса.

— Да пусть он будет трижды прав, мне плевать. У нас есть задача, есть ресурс, надо использовать это. Не придавай большому значению сказанное тут, просто сделай как я говорю.

— Хорошо, хорошо, — тихо сказала девушка, успокаивающим тоном. Отца в гневе она видела редко, не самое приятное зрелище. — Я могу идти?

— Да, иди.

Девушка в смятении покинула кабинет, переваривая услышанное. Что же задумал отец? И что самое главное, она снова стала пешкой. Это уже порядком надоело ей.

В тот момент, когда Алиса начала жить полноценной жизнью, её снова хотят запереть в клетку. Вокруг только начали появляться друзья, открылся целый мир за пределами дворца, а его уже предлагают разрушить.

Но что ей ещё остаётся? Только выполнить приказ.

Глава 14

— Я думал она живёт на окраине, — удивлённо произнёс я, когда мы с Ларой миновали въезд в город.

Зимний день заканчивается рано, вот уже солнце плавно заходило за горизонт, когда мы выдвинулись в сторону дома Милославы. Я мог подождать прихода рыжеволосого, чтобы он нас перенёс, но по себе помнил, что не могу открывать арку портала, возможно, он тоже не может.

В прошлый раз я не засёк самого перехода, но арки точно не было. Полагаю он перемещается, таким же образом что и я. А может просто успокаиваю себя, не желая признавать глупость поспешного решения?

Переместившись в княжество, мы с Ларой быстро нашли машину, которую ей одолжили друзья. Старая колымага давно прогнила до последнего болтика, неся на себе следы небрежного ремонта. Те части, что начинали сыпаться от ржи, просто заваривали куском металла.

Транспорт издавал звуки огромного издыхающего животного, безбожно чадя дымом из выхлопной трубы. Я расположился на переднем сидении, милостиво разрешая даме вести.

Слава богу в грузовичке были сидения, а то я сперва подумал, что мы поедем на деревянной лавке или табуретках. Окна только спереди, весь кузов сзади обварен, в целях экономии такого полезного ресурса, как стекло.

Сквозь мутное лобовое с трудом проглядывалась колея дороги, сливаясь на фоне снежной пустыни. Доспех я снимать не стал, поэтому автомобиль кренился в мою сторону. И нет, это не от веса доспеха, просто пружины рессоров по состоянию были немногим лучше чем всё остальное.

В общем и целом, я сидел и считал секунды до того момента, когда мы наконец-то доберёмся, согласившись на поездку только потому, что полагал, что Милослава живёт в черте города.

Ранее было сказано — женщина чуть ли не отшельник, но жить за городом! Это крайне безрассудно, тем более в непосредственной близости леса. Если не схарчат выходцы из другого мира, дело могут завершить земные, изменённые эфиром звери.

— Ты думал я шутила, когда рассказывала про неё? — напомнила мне Лара. — Местные боготворят Милославу, целители в такие места не особо лезут, каждый из них ценен. Ты бы знал, сколько раз местные своры пытались перевезти её в город, и самим легче и ей безопаснее. Но нет, Милослава упрямая, живёт у леса, который год…

— А который собственно год? — спрашиваю мимоходом, затаив дыхание.

— Вроде бы четвёртый, точно не знаю, вообще про неё мало что известно. Местные когда оказываются тут, быстро спиваются, алкоголь развязывает языки, каждый знает про каждого. Кто бежал от приговора, кто от безработицы, кто-то задолжал нечистым на руку людям, вариантов много, но попавших сюда не преследуют. Государству это не нужно. Зачем? Если придурок сам загнал себя в тюрьму, отсюда только на тот свет. Даже криминальные воротилы большого города не имеют тут власти, все стоят горой за своих, иначе не выжить.

— А как ты тут оказалась? — решил я разузнать побольше, пока представилась такая возможность.

— Это долгая история. — отмахнулась она.

— До кромки леса ещё ехать и ехать, особенно на этом дерьме. Рассказывай! — я мысленно потёр ручки, просканировать эмоции Лары не было возможности, поэтому она легко могла рассказать мне любую версию.

Трудно жить, когда ты одарён.

Любого одарённого так или иначе используют в своих целях, кланы, государство, простые люди. Кроме обычных людей существует ещё несколько уровней жизни.

Например криминал, который с каждым годом только растёт. Ходят слухи, что некоторые группировки уже оседлали большинство родов за пятьдесят, и это я про места, а не возраст. Хотя… С таким бурным ростом не исключена и возрастная градация.

Если это правда, плохо придётся императору, пока он мечтает о полной власти над родами, на арену выбирается ещё один весомый противник, быстро набирая массу.

Так же на одарённых имеют виды сами пресловутые рода, алчность и жажда наживы которых порою превосходят все человеческие рамки.

Не стоит исключать государственный аппарат, вечно бьющийся против всего, что не служит его интересам.

На каждом уровне нужны маги. Как ресурс для изготовления артефактов, охоты, защиты, атаки. Магия упрощает жизнь уже сейчас, а как она станет популярна, когда массово начнут изучать глифы.

Общаясь с девушкой, я радовался тому, что не могу использовать силу. Мне придётся поверить на слово. Это как первый секс, новые и будоражащие ощущения.

Лара какое-то время молчала, хмурила брови, на красивом лице поселилась задумчивость. Не став давить, я уже потерял надежду услышать её историю, когда она заговорила.

— В детстве, я не интересовалась у отца, почему мы тут. Хоть и помнила нашу жизнь в городе.

— Москве?

— Нет, отец говорил, что мы приехали с Новгорода.

Неожиданная информация. Всегда почему-то думал, что Герман перебрался в это место из Москвы. Это ближайший к княжеству город, чего не скажешь о Новгороде.

Какого должны быть масштаба проблемы, если он так глубоко забрался с ребёнком на руках.

— Большие, — стрельнула глазами в мою сторону девушка, на секунду оторвавшись от дороги.

— Читаешь мысли? — с подозрением посмотрел я, чем вызвал мелодичный смех.

— Всё написано на твоём лице. На самом деле всё просто, отец один из тех, кто стоял во главе движения против императора.

Видимо на моём лице отразился весь шок от услышанного, потому что девушка снова рассмеялась, кинув мимолётный взгляд.

— Я думал заговоры и интриги начались намного позже, император переехал в Москву не так давно.

— Они были всегда, просто в Новгороде все не так просто. Аристократы там помешаны на власти ещё сильнее чем где либо.

— Не думал, что наш правитель особо против усиления родов.

— Он давал им свободу, — утвердительно кивнула Лара. — Но затем рода раскололись, самые амбициозные создали альянс, начались убийства. Обезглавив верхушку мятежников, император уехал в Москву, оставив верных людей подавить остатки бунтовщиков.

— Интересно насколько успешно.

— Не знаю, никогда не интересовалась политикой, — поморщилась девушка. — Отца это не привело ни к чему хорошему. Это опасное дело.

— Любое дело опасно, но оружие служит во вред только в руках плохого человека, а власть — это оружие.

— Ты идеалист, знаешь об этом?

— Догадываюсь.

— Почти приехали, вот в том закутке стоит дом Милославы.

Мы приближались к лесной полосе, но здания видно не было. Повернув вправо, проехали вдоль растущих великовозрастных деревьев, порядком изменённых энергетикой развернувшихся неподалёку порталов в другое измерение.

Вскоре стал виден двор, а затем из леса показался и сам дом.

Постройки расположились в своеобразном кармане. В прямой видимости от добротного двухэтажного дома яркими пятнами в наступающей темноте виднелись Врата.

В окнах дома горел свет, хоть нигде и не виделось линий электропередач. Может генератор?

Выйдя из машины с хрустом примял снег, всем весом своего тела в броне.

Вокруг стояла тишина.

Небольшой дворик был огорожен двухметровым забором, за которым просматривался только второй этаж сложенного из брёвен домика и его крыша.

В глаза бросились громадные следы лап вокруг, они опоясывали расходились влево и вправо от ворот, скорее всего опоясывают всю усадьбу. Каждая из отметин в длину сантиметров тридцать, след увенчан отверстиями от когтей, но забор цел.

На всякий случай скользнул внутрь ядра, проверяя энергетическую наполненность. Могут объявиться владельцы следов, не хотелось встретить их с пустыми руками.

Лара не вышла из машины, дождавшись пока ворота со скрипом откроются. Не удивительно, в такой тишине наше передвижение было слышно от самого города. Движок грузовика взвизгнул, будто в последний раз, толкнув машину внутрь, где спокойно замер мигнув фарами.

— Что-то вы поздновато, — с укором протянул рыжеволосый парень закрывая назад створки.

Теперь я мог рассмотреть его более внимательно.

Высокий, моего роста, атлетичное телосложение под простым вязаным свитером и джинсами. Глаза серо-голубые, волосы на тон светлее моих, черты лица правильные, нос с небольшой горбинкой, явно перебит.

Глянув вокруг и ничего не ответив, увидел как с деревянного крыльца спускается его сестра. Одеты они были одинаково, разве что парень выше на голову. На лицо ничего особенного, красивая, картину портит настороженный взгляд.

— Разве тебя не учили называть своё имя, перед тем, как начинать разговор? — спросил я, смотря на реакцию парня.

— Что тебе с моего имени? — с вызовом спросил он.

— Банальная вежливость, — поднимаю руки. — Ты меня знаешь, а я нет.

Эмоции парочки рыжеволосых били фонтаном, несмотря на кажущееся спокойствие девушки. От такого потока меня чуть не захлестнуло. В парне преимущественно гнев и презрение в девушке тревога.

— Не ругайтесь, прошу вас, — из дома вышла Милослава. — Мирослав, Кира, мы всегда рады гостям.

На плечах женщины покоился платок, сама в платье, тканый верх и кожаная юбка, на ногах тёплые чулки и ботинки. Волосы убраны в корзинку, жёстко закреплены на голове, пара прядей обрамляют лицо. Волосы тёмно рыжие, прямо как у меня, но лицо абсолютно чуждое. В эмоциональном плане глухо, серая стена из шумов, как на не ловящем сеть телевизоре.

— Тебе не рады! — буркнул Мирослав, толкнув меня плечом, но сделал это так, чтобы не слышала мать.

Что за детский сад? На что он злится? Я вижу его максимум в четвёртый раз, а говорил и того меньше.

— Идёмте в дом, — пригласила целительница.

Мы с Ларой вошли внутрь, следом за детьми Милославы. Сама женщина зашла следом, закрыв дверь.

В доме нас встретила прихожая, на стене висела пара доспехов, верхняя одежда и скреплённая шнурками обувь. Доски и брёвна внутри обработаны наспех, никакого покрытия, от чего в воздухе витает аромат леса. Этому в большей мере способствует мох, забитый в стыки между брёвнами из которых построен дом.

Если само дерево уже давно высохло и село, стены конопатили совсем недавно, от чего и появился запах.

Я переминался с ноги на ногу, стряхивая налипший на ноги снег. Пара движений и небольшое кинетическое усилие убирает лишнее. Лара поступила проще, от неё понесло теплом, а снег на ботинках моментально обратился в воду. Отметил про себя, как хорошо Лара оперирует магической энергией. Разуваться никто из нас не стал, не понятно чего ждать, а бегать от моего разгневанного отца босиком не лучшая идея.

Сами жители дома порядочно сняли обувь, выставив её на небольшой подставке из ветвей сосны.

— Разве тебя не учили разуваться? — подколол Мирослав, ехидно добавляя. — Банальная вежливость.

— Так, вы оба идёте за дровами! — сверкнула глазами мать, отчего дети понурили головы.

— Но у нас достаточно…

— Это не обсуждается!

Рыжих как ветром сдуло, только и увидел, что они взяли куртки и вышли.

— Тебе тоже придётся погулять, девочка, — обратилась к Ларе.

Спутница вопросительно посмотрела на меня, утвердительно кивнув, я подтвердил приватность разговора. Лара нехотя вышла следом за исчезнувшими детьми Милославы.

Следуя за хозяйкой, попал на кухню.

По пути увидел приоткрытую дверь в спальню и лестницу на второй этаж. Освящение было магическим, под потолком висели шары света, небольшие, всего с мой кулак.

— Где отец? — настороженно спросил я, когда сел за небольшой стол.

Кухня не поражала роскошью, очаг был рукотворным, никакими электроплитами или бензиновыми горелками не пахло. Металлическая посуда, засушенные травы, ягоды, грибы. Если в коридоре пахло просто лесом, тут пахло летним лесом. Дверь на кухню была прикрыта, вот почему мы не почувствовали запах ягод на входе.

От очага тянуло теплом, в щель дверцы можно было видеть крупные угли. Милослава пододвинула вычищенный до блеска алюминиевый чайник с края плиты на середину, после чего села напротив.

Какое-то время женщина просто смотрела на меня, немного нервируя, особенно в свете заданного минутой ранее вопроса. Из раздумий её вывел засопевший чайник, хозяйка встала, чтобы достать пару кружек. В посуду что-то полетело, какие-то травы, затем всё было залито кипятком. Передо мною опустилась одна из кружек, вторую Милослава взяла в руки, грея ладони, хоть в комнате и было очень тепло.

— Твой отец сейчас спит, — начала она. Было видно, что каждое слово даётся не просто, поэтому я не торопил. Главное было выяснено, обострения конфликта с отцом сейчас не будет, значит время поговорить у нас есть. — Я не стала его выводить из лечебного сна, хотя он давно здоров. Хотела сначала послушать, что же произошло. Характер ран дал многое, но не всю картину.

Пожав плечами, начал рассказ. Скрывать ничего не стал, как бы то ни было — это моя родная мать. Единственное, опустил некоторые детали. Таким образом Романовы оказались «наказаны», а не «полностью уничтожены», отец не вынес горя, а не «я его приложил».

Собираясь исповедаться с удивлением заметил, что рассказал только то, что мне было выгодно сейчас. Напряжение последних суток не отпускало, мозг работал в разогнанном режиме.

— Ольга не отступит, я это точно знаю, — покачала головой Милослава, как только я закончил. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Дам тебе один совет, ни в коем случае не думай, что понимаешь её, она непредсказуема.

— Спасибо, я учту.

Что за игры в молчанку?

Я не мог сейчас рассказать Милославе всего. Состояние отца напрямую зависит от этой женщины, и я сейчас не про тело.

Что сказать матери, увидев её через долгие годы? Мама, я всех убил!? И такая безумная улыбка в стиле особо опасных преступников. Только она сейчас сможет заполнить пустоту в сердце отца.

Мы неловко замолчали, смотря каждый в свою сторону.

— Но, ты же не для этого выставила мою подругу? — подтолкнул я.

Да, можно и самому начать разговор. Но я чувствовал какую-то детскую обиду, за то что она исчезла. Вести в этом диалоге? Нет.

— Прости.

Снова минутная пауза, я переваривал такое простое слово, а Милослава смотрела куда угодно, только не на меня.

— Кто эти дети? — спросил я.

Плечи женщины опустились. Она правильно всё поняла, я не могу её простить.

— Это твои брат и сестра, — удивила она. — Когда всё случилось… Это долгая история, там присутствовала Ольга Романова. Но это не важно, в общем когда я якобы умерла, то была беременна.

Мои эмоции были написаны на лице, как бы заметила Лара. А точнее одна эмоция — скепсис. Даже пятилетний ребёнок мог посчитать, что такое невозможно. Слишком взрослые дети, если не мои ровесники то немногим младше.

— Я же говорю, всё не просто, — попыталась сформулировать Милослава, а затем неожиданно спросила. — Ты знаешь, что я была пиявкой? Это такие люди…

— Можешь не объяснять, я знаю.

— Боюсь ты не понимаешь, я обладала даром, но во мне зрела чернота. Так я назвала данный феномен. Это как дыра в груди, постоянное чувство голода в энергетическом плане. Но самое главное в том, что болезнь начала прогрессировать. С каждым днём силы утекали, я слабела.

— Поэтому ты повернулась на изучении Врат? — догадался я.

— Не буду спрашивать, откуда ты знаешь. Но в целом верно. Я нашла несколько способов, попробовав каждый из них практически отчаялась найти выход. Пока не поговорила с Владимиром.

— Дедушкой? — а вечер перестаёт быть томным.

— Да, — кивнула она. — Он дал мне несколько советов, он очень внимательный.

— Был.

— Что? — сбилась Милослава.

— Я говорю был, Владимир погиб, уже достаточно давно. До вас эти новости должны были дойти. Мои похождения помню тут пользовались спросом доставка не страдала.

— Не понимаю, — нахмурилась женщина. — Должно быть это потому, что я была занята последнее время. Никто тут не знает, что между мной и Фонвизиными есть какая-то связь, поэтому и сообщить некому. Со вчерашнего дня вообще не была в городе, после того, как Костю принесли.

— Отец тебе потом всё расскажет, даже более того, — вздохнул я.

Тут дверь в прихожую открылась, из коридора послышался взволнованный голос Мирослава.

— Мама! Дружок пришёл!

Милослава посмотрела на сеферон, видимо сверяя время.

— Но ещё рано…

— Он ранен! — открыл дверь на кухню рыжий.

За спиной маячила его сестра и Лара, если оба подростка были взволнованы, то Лара смотрела на меня дикими глазами, словно увидела центуриона во плоти.

Женщина тут же встала, следуя за подростками, я собирался остаться, но меня подхватила за локоть дочь трактирщика, со словами.

— Ты должен это увидеть.

Глава 15

Непонимающе провожая спину Лары, последовал за ней. Дружок? Это какой-то пёс? Или может быть кот? Что за домашнее животное может быть хоть и не у простой, но достаточно рядовой семьи, живущей у леса.

Когда я появился на крыльце, ворота были открыты, одну из створок уже запирали назад. Спустившись по лестнице, я стал искать причину переполоха. Женщины устремились в сторону нашего грузовичка, туда-же отправилась и Кира.

Пришлось идти за ними к этому моменту у меня просто зашкаливало любопытство.

Но не успел я сделать и пары шагов, как остановился.

Милослава зажгла магический светильник, ведь на улице уже давно наступила темнота. Поэтому я не сразу заметил питомца родственников. Удивительным образом сначала показалось, что грузовик сам по себе начал двигаться. Только потом пришло осознание, что это нечто другое. Из-за кузова автомобиля медленно вышел громадный монстр.

Изменённый олень, с огромными ветвистыми рогами, напоминающими узор молний. Рога как и многое в организме подверглись изменениям, несколько увеличившись, появились дополнительные ответвления, острые как ножи.

— Вот срань! — выругался я.

Тем временем подобный скале монстр вышел полностью. Бока его вздымались, шкура была пробита в нескольким местах, на спине красовались росчерки когтей. На притоптанный снег двора стекала алая кровь, добавляя красок.

Шкура изменённого каким-то образом отражала свет зажжёного шара, каждый шаг сопровождал не громкий металлический перезвон… Заметив меня, монстр наклонил голову, глаза зажглись потусторонним светом, а по шкуре начали бегать разряды тока.

Освещения сразу добавилось, я наконец-то смог понять, что издавало звон. Шерсть зверя была полностью металлической, каждая ворсинка. Они качались в такт шагам, подчиняясь общему закону тяготения.

— Дружок! Нет! — строго топнула ногой Кира, бесстрашно преграждая громадине путь.

Но зверь и не думал останавливаться, он чуть сменил вектор, начиная движение по кругу. Видимо попробовал выцелить меня, но у него не получалось, ведь каждый раз путь был закрыт хрупкой девичьей фигуркой.

— Я его сейчас вырублю, — спокойно сказала Милослава, на руках её загорелся свет целительской магии, холодный и белый, как снег. — Кира отойди.

— Чего это он? — подозрительно спросил я.

— Он тебя не знает, испугался, — покосился на меня Мирослав, но ответил.

— Ути маленький, испугался говоришь?! — меня потряхивало.

Тем временем олень так и не мог найти точку старта, перемещаясь по дуге. Таким образом он потихоньку приблизился к Милославе, которая плавным шагом приблизилась к нему и положила руку на лобастую башку. Я напрягся, тело матери было в каких-то сантиметрах от опасных рогов, одно движение гиганта и женщина будет очень долго истекать кровью.

Но ничего страшного не произошло, олень медленно завалился на снег, сначала упав на колени, а затем и полностью осел на землю хрустя снежным настом.

Ноздри его продолжали раздуваться, выдавая небольшие облачка пара. Глаза медленно затухали, подобно уголькам костра. Молнии спрятались в металлической шкуре, всё вокруг успокоилось.

Мирослав закрыл вторую створку ворот, а его мать склонилась над чудовищем, залечивая раны на боку.

— Что произошло? — спросила Кира, расположившись рядом с матерью.

— Не знаю, может встретил другого такого же зверя.

— Но он самый сильный тут, а других таких быть не должно, ты сама говорила.

— А теперь говорю, что не знаю, — раздражённо ответила женщина, сдувая упавшую на глаза прядь. — Может дашь мне подлатать его?

— Вот это поворот, — подошедшая Лара сделала большие глаза, кивая в сторону покоящейся туши.

— Да, неожиданно, — согласился я. — Хотя, я думал о чём-то подобном, когда увидел следы вокруг дома. Но там явно отметки хищников, а у этого копыта.

— А ты думаешь почему на нас никто не нападает? — хмыкнул появившийся рядом Мирослав.

Видя наши непонимающие лица, парень посчитал должным объяснится.

— Мы были маленькими, когда мама поселилась тут. Она рассказывала, что раз в пару месяцев приходилось менять забор. Нападения из леса случались постоянно, звери портили забор, но дальше пройти не могли. Крупняка тут не было, охотники из Калининграда почти всех перебили.

— Крупняк обходит стороной одарённых, нападает только на знакомкой территории, — поправила подошедшая Милослава.

Мы переместились на кухню, оставляя оленя.

Кира, как ни странно осталась с монстром. На мой обеспокоенный взгляд целительница рассказала историю знакомства с «Дружком».

— Он не причинит ей вреда, — уверенно заявила женщина, когда мы расселись за столом. Чайник снова отправился на плиту, чтобы через несколько минут засвистеть. — В тот день, когда мы нашли Дружка, я потеряла Киру. Она играла в окрестностях, постоянно таская из наших запасов морковку. Я замечала и раньше, что овощи пропадают, вслед за морковкой пошли яблоки, топинамбур, капуста. Так продолжалось около месяца, пока не пропала сама Кира.

— Ох, как мама её потом отругала, — влез Мирослав.

— И это тоже, — кивнула Милослава. — Но главное было в том, что она нашла Дружка. Неподалёку есть поляна, там и застрял бедолага. Эфир поменял его страшным образом, превратив шерсть в металл. Но в нескольких местах были сплошные куски железа, шёрстка там не проросла, не смогла пробиться, видимо животное испугалось изменений и убежало от места силы. Корка металла покрыла почти тридцать процентов тела, задние ноги не шевелились, он обволакивал их за собой. Вся поляна где он оказался была изъедена, несмотря на изменения питался зверь так же, травой и корнями. Так вот Кира нашла его, а потом стала кормить.

— Вы ему помогли? — с восторгом спросила Лара, а я заметил, что Мирослав не сводит с неё взгляда.

Только увидев со стороны, я понял, что он совсем мальчишка. Ершистый и самоуверенный ребёнок, не более. Но как так получилось? В ответ на мой взгляд Милослава утвердительно опустила веки. Разговор который прервало вторжение изменённого будет продолжен, чуть позже.

— Да, — кивнула женщина. — Конечно, когда я увидела поляну и стоящую на ней Киру, а перед ней это нечто, сердце чуть не остановилось. А малявка кинулась его защищать, встала и в слёзы, не убивай, пощади. Дружок тоже набычился, на передних ползёт, сам пытается дочку защитить, от меня, вы представляете?! Вот так эта парочка дружит до сих пор. Вот уже почти три года.

В моей голове появлялось всё больше вопросов. Если мама исчезла около четырёх-пяти лет назад, дружок появился после родов, через год-два, Кира уже могла ходить и говорить? Бес подери эти тайны!

— В общем, мы долго потом выхаживали Дружка, — продолжила Милослава. — Вблизи затвердевшие участки шкуры оказались каким-то образом слипшимися кусками шерсти. Мы буквально сделали ему часть шкуры, по одному вырезая волосы. А потом он ушёл.

— Неожиданный конец, — улыбнулась Лара.

— Через несколько месяцев на нас напали три ледяных волка. Забор они быстро застудили, проломили отверстие, пытались забраться. Голодная зима была, даже присутствие одарённого их не остановило. В общем я уже думала, всё, конец. А тут Дружок прискакал, забор перемахнул, волки и прыснули в разные стороны. Нет по силе ему тут ровни, в редкие месяцы, когда охота полномасштабная идёт, это в основном осенью и весной, мы его к себе берём, чтобы не забили охотники. В остальное время за ним не угонишься, странно, что кто-то смог его сейчас потрепать.

— Легионеры потрепали, — пожал я плечами

— Не могли, — прикинула что-то в голове Милослава. — Он уйти мог от прорыва, да и не часто они вне нашего княжества есть.

— Прорыв был не один, а сразу несколько, я три видел, — начал я, а Милослава впилась в меня взглядом. — Я привёл их к Княжеству. Мы были в одном поселении, в общем больше рассказать не могу. Так получилось, что твари закинули маячок на нашу сторону, по которому хотели навестить и снести форпост империи. Пришлось взять маяк и перенестись в глушь, одна из остановок по дороге в княжество первой пришла в голову.

— Никогда не слышала о таком, — испытующе посмотрела на меня женщина. — Маяки?! Что ещё за новости?

— Просто конфликт вышел на новую стадию, — снова пожимаю плечами. — Не беспокойся, много ты не пропустила.

— Ты обязан мне рассказать всё, — нахмурилась женщина.

— Ты тоже, — равнодушно отвечаю я.

— Мир, проверь, нет ли недобитков в окрестностях. Обычно твари возвращаются в свой мир, но могут быть те кто ушёл на вольные хлеба.

— Лара помоги юноше, — посмотрел я в глаза девушке, намекая оставить нас.

Мир был совсем не против компании красивой девушки, поэтому не стал даже спорить с матерью. Дождавшись, когда парочка удалится, мы продолжили разговор.

— Почему ты не вернулась? Могла просто предупредить, что жива. Этого достаточно. — спокойно спросил я.

— Прости, столько всего намешалось. Первые успехи в изучении своего дара, понимание работы Врат, дети, новая жизнь. Есть вещи которые больше меня, больше тебя, больше всех нас.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ты поверишь, если я скажу, что есть способ завершить всё это. Я не просто так передумала возвращаться, есть веская причина. Она там, — женщина указала рукой куда-то в сторону порталов, видимых через окно. — Ты был внутри, это место должно чему-то служить, долгое время я искала выход из лабиринта.

— Нашла? — я напрягся, Шувалов имел в виду что-то подобное, но я скептически относился к поиску выхода из лабиринта.

Чем поможет данное действие? Не закроется же портал после того, как ты придёшь в центр всего.

— Когда я обосновалась в городе, то была на четвёртом месяце беременности. Твой отец не знал, я не стала ему говорить. Ты не знаешь, но пиявки не могут иметь детей, плод умирает. Чернота во мне росла, ты стал слабее чем мог быть по моей вине. Я не хотела убить малыша, а когда узнала, что будет двойня, точно решила действовать.

— Я знаю про энергетическое насыщение, как запустить ядро дара с помощью накачки энергией. — решил я облегчить рассказ.

— Понимаю, — кивнула Милослава. — Когда ты ушёл внутрь портала с Ларой, меня вытащил Герман, просил посмотреть дочь. Но я была уверена, что всё будет хорошо. Когда я сама приехала, то долгое время изучала арки Врат. Смотрела почву, воду, разделывала псов с той стороны. В зверях не было сфер, они существовали только внутри, концентрация магии там намного выше, думаю жизнь этих монстров обеспечивает сфера, поэтому псы никогда не покидают портала. Есть исключения, имеющие сферы, но их роль это координаторство, как правило они сильнее остальных. Они просто безмолвные стражи, но для чего-то же они там есть?

— Безусловно, — подтвердил я.

— Я стала придерживаться этой теории, она тут не популярна, но ходит среди люда. Многие пытались взять штурмом лабиринт, уходили и не возвращались, пропали без вести. Местных устраивает относительное спокойствие этих мест, нет нападений, есть источник пропитания в виде тварей, заработка.

Милослава встала, выходя из кухни.

Мы поднялись на второй этаж, проходя по тихо скрипнувшей лестнице. Тут висело ещё больше трав, ещё две комнаты, инструменты и кладовка с запасами. Одна из комнат привлекла моё внимание, она имела навесной замок на крупных металлических скобах. Именно к ней мы и направились.

Милослава достала ключ из небольшого кармана на поясе, быстро справившись с замком. Зайдя внутрь, мы оказались в кабинете. Стол, стул, несколько ящиком. Всё говорило о том, что этим кабинетом часто пользовались.

На столе стояла металлическая кружка и небольшой глиняный чайник, письменные принадлежности, пара книг. Но самое интересное расположилось на стене напротив стола. Куча рисунков, тут и псы из Врат, город со стороны, расположение порталов, зарисовка каждого из них.

С фотографической детализацией были нарисованы корни изменённых деревьев, животные, несколько крупных рисунков Дружка. В центре же находилась целая картина из маленьких пазлов-листов. Это план всего лабиринта, увидев который я потерял дар речи.

Рядом с планом лабиринта был ещё один, а за ним следующий.

— Это все три? — неверяще спросил я.

— Да, — коротко ответила женщина, смотря на меня и отслеживая реакцию.

— Они разные! — шокировано отметил я.

— Да, — снова подтвердила Милослава.

Что-то знакомое проскользнуло в начертанных схемах. Если смотреть на каждую, можно не заметить, но когда они собраны целиком, можно увидеть общую картину.

— Надо перенести все схемы на одну стену! — приказал я, даже не заметив, как перешёл на безапелляционный тон.

Милослава не стала задавать вопросов, я отодвинул стол и начал снимать листы, чтобы переставить их левее и ниже. Работа закипела.

Через несколько минут к нам в кабинет постучали — это вернулась Кира. Не найдя нас на кухне, девушка поднялась, чтобы проверить всё ли в порядке.

— Мам, а что вы делаете? — недоуменно спросила рыжая.

— Ты будешь помогать! — озадачил я её.

Милослава только кивнула, подтверждая мои слова. Мы начали собирать пазл, работа пошла веселее.

— Что мы делаем? — закономерно спросила Кира не сдержав любопытства.

— Пытаемся найти связь, — прошептал я, вставляя последние элементы.

Перед нами встала пирамида, один рисунок сверху, два снизу. Милослава и Кира ничего не понимали, выжидающе смотря на меня. Если девушка делала это с любопытством, женщина смотрела с надеждой.

Картина не вырисовывалась, никаким образом. Я даже на секунду подумал, что мне показалось, но отступать так рано не стоит. Отойдя на несколько шагов, упёрся спиной в стену, это и вывело меня из задумчивости. А что, если посмотреть на картину с другой стороны?!

Сначала я лёг, вызвав озадаченные взгляды помощниц.

Затем пришлось поменять позу, укладываясь головой не к двери, а к окну, чтобы сменить ракурс. Когда и это не помогло, я предпринял дикую попытку, вставая на руки.

Энергия тут же хлынула в руки, прошла по каналам доспеха. Уже через секунду я стоял на руках, рассматривая получившуюся картину.

Всё сошлось, будто по нотам. От осознания я даже перестал контролировать тело, просто упав вниз, чуть не свернув себе шею. Дом сотрясло от падения, а по лестнице застучали шаги Мирослава и Лары.

— Ма-а-а-м? — промычал пацан.

— Фёдор Константинович! — в противовес ему позвала Лара.

— Всё в порядке, просто Федя упал, — ответила Милослава, когда появились оставшиеся члены нашей небольшой компании. А затем женщина обратилась ко мне. — Ну, что? Получилось?

— Да, я многое понял, но пока не готов говорить, утро вечера мудренее.

— Так не пойдёт! Если ты что-то понял, скажи сейчас! — упёрла руки в бока хозяйка дома.

— Ты ждала столько лет, подожди ещё сутки, — осадил я её.

Прекрасно понимаю эмоции Милославы, судя только по этому кабинету, она провела просто гигантский объём работы. Неожиданная разгадка так близко, даже если мой ответ не откроет для неё новую вселенную, он может значительно приоткрыть старую, такую понятную и родную.

— Сейчас уже нет времени что-то обсуждать, нам надо вернуться к себе. Ты сможешь ещё сутки продержать отца в состоянии сна? — обратился я к Милославе.

— Да, — она кусала губы, прикидывая свои шансы развязать мне язык, но видимо сочла их крайне низкими. — Что-то ещё?

— Не ходи внутрь портала, пока вообще снизь активность. Сейчас мне важно обсудить то что я увидел с ещё одним человеком. Наш разговор на этом не кончится, мы всё обсудим в следующий раз, сейчас я не могу больше оставаться. Лара, мы уходим.

— До встречи, — кивнула Милослава, её глаза заволокло пеленой, она ушла в себя.

Я взял Лару за руку, почувствовав её тёплую ладошку в своей, после чего прыгнул в поместье. Сам переход в очередной раз прошёл штатно. В голове роились самые разные предположения, даже не представляю, как в таком состоянии уснуть.

— Фёдор Константинович! — подбежал Генри, видимо поджидавший меня в холле.

— Потом! — махнул я рукой, даже не давая шанса рассказать, что же произошло.

Влетев на второй этаж, выхватил из стола бумагу и начал рисовать по памяти то что увидел сегодня. Линии сами складывались в дорожки, периодически я вглядывался в изображение с сеферона, чтобы ничего не упустить.

Через полчаса передо мной была кривовато выполненная схема.

Обводя интуитивно понятные мне линии, разделённые коридорами лабиринта так, чтобы исключить прикосновения друг у другу, я получил отдалённо похожий на глиф.

Но на этом сюрпризы не кончились, к центральному и самому крупному глифу прижимались ещё с десяток. Они образовывали кольцо, будто играли роль поддержки, может быть расширяли функции одного знака.

Так быстро спать я не укладывался никогда.

Даже в детстве, когда ты засыпаешь перед рождеством, чтобы получить на утро подарки.

* * *

— Что бы ты сделала, если бы хотела добиться симпатии от человека, которого не интересуешь.

Разговор проходил в кафе «Гранит», на первом этаже академии. Айза сидела обложившись учебниками, проходя все те темы, которых не было на родине. История государства Российского, несколько конспектов на тему столкновений кланов, рисунок родовой ветви, геральдика.

От спектра предметов кружилась голова, поэтому иностранка привлекла в помощницы свою новую, а по совместительству и единственную подругу, Алису.

Пока, Алиса выполняла только роль морального помощника, что уже было не мало. Девушка сидела в инфосети, пролистывая новостные сайты на маленьком экране сеферона.

— Почему тобой не интересуются? Ты не нравишься парню? — отстранёно задала вопрос принцесса.

— Нет! Мы даже не общались, просто не было времени…

— Так сделай так, чтобы оно было, — посоветовала принцесса. — Так, стоп! Мы же не о Фонвизине?

— Не исключено, — хищно улыбнулась Айза.

— Завязывай, вот о ком о ком, так о нём тебе думать не надо.

— А я хочу! — надула губы иностранка.

— Как знаешь, — не стала спорить Алиса. — Ты ещё долго?

— Почти всё, на сегодня хватит, у меня голова пухнет.

На самом деле голова у Айзы была в порядке, просто в ней появился план. Девушка быстро собрала вещи и чмокнула свою подругу в щёку, чтобы тут же растворится.

Алиса и глазом моргнуть не успела, а её подруга уже выезжала с парковки.

Айза направилась к себе домой, попутно отдавая приказ доверенному человеку прислать набор информации о жизни Фёдора. Запрос был сделан неделю назад, ответственный говорил, что информации не так много, но время не ждёт.

Если парень не идёт на контакт, значит надо чем-то привлечь его внимание. А что может в этом случае такая иностранка как Айза? У неё нет связей, положения, только титул.

Фёдор источал силу, напор, безумство, которое сводило с ума и манило к себе. Девушка не собиралась останавливаться, если она поставила цель, она добьётся.

Когда на сеферон пришли файла, Айза тут же пролистала ряд фото. Большинство из них были сделаны в квартале, собственности молодого педагога, но была и парочка в поместье.

Самое интересное бросилось в глаза с первых фото. Девушки, а точнее девушки в форме. Они были в Англии, откуда и прибыла Айза, а точнее такие были на службе у одного очень знакомого девушке человека. От открывающихся перспектив у неё перехватило дыхание.

Она сделает так, что Фёдор сам будет нуждаться в её помощи.

Аккуратные ноготки, покрашенные в красный цвет стали набивать сообщение.

«Дорогой барон. Я сейчас нахожусь в Москве, это сердце Российской империи. По дикой случайности мне в руки попали вот эти фотографии. Я помню у вас были вопросы по поводу нападения на вас, устроенного в прошлом году. Мои источники уверены, что именно эта группа девушек виновна в данном конкретном случае. Более подробно готова обсудить в любой момент.»

Улыбнувшись, Айза отправила сообщение.

Девушка ещё не доехала до дома, когда пришёл ответ.

«Буду завтра ночью. А.С»

Глава 16

— Это невероятно!

Именно такими словами я был прерван спустя десяток минут рассказа.

Алексей зарылся в бумаги, что-то перебирая у небольшого стеллажа в кабинете. Я же расслабился, буквально растекаясь по стулу. Почему-то важно было донести эту информацию до учёного. Возможно таким образом я переложил ответственность? Не исключено.

Шувалов достал несколько листов, дал мне в руку карандаш и посадил заниматься рисованием.

Ещё около часа ушло на то, чтобы перенести все линии на бумагу, после чего мы с парнем уставились на хитросплетения. Хорошо, что удалось управиться парочкой листов, просто уменьшив масштаб.

Параллельно я рассказывал о встрече с матерью, её исследованиях. Коснулись темы изменённого зверя, которая совсем не заинтересовала Шувалова, а вот описание детей Милославы заставило отстранится, взгляд парня помутнел, было видно, что он глубоко задумался.

Также рассказал, что произошло с засланцем демонов, заставив лицо парня помрачнеть.

— Это, очевидно, глифы, — Алексей нахмурился и перешёл к своему рабочему месту, садясь напротив меня. — Очень любопытно…

— Ещё бы, это говорит о том, что глифы известны не только нам.

— Я изначально предполагал, что глифы не совсем стихийное явление. Первые отпечатки мы нашли в месте, где ты оказался. Обычная с виду железяка, оказалась клинком меча. На ней был всего один знак, его то я и взял в работу. Сейчас мы имеем почти шесть знаков — компьютер работает круглосуточно, подбирая разные вариации. Потом мы пробуем всё в деле.

— Какой процент?

— Даже не считал, — задумался Алексей. — Один к девяносто девяти… тысячам, если не к миллиону. Разброс колоссальный

— Что будем делать? — главный вопрос прозвучал как-то тихо и неуверенно.

— По рисунку видно, что все три червоточины имеют один и тот же лабиринт, просто есть три входа.

— Я не заметил, думал, разные.

— Так могло показаться, — кивнул учёный, а затем указал на пустое пространство в центре между листами. — Где-то тут есть центр, если приглядеться, лабиринт спиральный, просто некоторые из коридоров переплетены, образуя глифы. Получается, я был прав, да и твоя мама тоже, решение может быть в центре.

— Придётся забраться туда, — пожимаю плечами.

— Дай мне день, может, мы выясним что-то ещё. Уверен, у тебя пока есть чем заняться.

— Последнее нападение не даёт покоя, а тут такое! Карта лабиринта, я даже разговор с Милославой перенёс, чтобы попасть к тебе!

— Почему ты не называешь её мамой? — как можно мягче спросил Алексей.

— Не знаю, просто не хочу.

— Думаю, ты боишься, что она снова исчезнет, как только ты поверишь в её возвращение.

— Она не возвращалась, — больше для вида спорил я. — У неё другая семья, дети, одни вопросы…

— Ты упоминал, что дети её. Она так сказала?

— Да, говорит, что исчезла, будучи беременной от отца. Но как такое возможно?

— Пока не знаю, — протянул Шувалов. — Приходи после разговора с ней, мне интересен данный феномен. Что касается разумного демона, это закономерный итог, говорящий, что у нас почти не осталось времени. Что-то изменилось, события ускоряются. Готовься, лучше быть готовым к вторжению.

— Всё так серьёзно? — взволнованно спрашиваю Шувалова.

Мозг снова и снова рисует картину открывающихся порталов, сразу трёх. Мощь, перед которой может не устоять и целый город, не говоря о форпосте. Видимо, тварям необходимо убрать с дороги неудобный посёлок.

— Да, Федя, всё не просто серьёзно, всё грозит накрыться тазом.

В этот раз меня никто не заставлял тренироваться. Метелицу я вообще не видел, Шувалов после разговора зарылся в расчёты, созвав помощников. Все были заняты делом, кроме меня.

Я бродил по полигону неприкаянной тенью, раз в несколько минут сбрасывая небольшой диск молний. Пробовал разные вариации удара, гонял силу по телу, в общем, старался мобилизовать весь ресурс. Когда я проснусь, тело снова будет полно сил, а значит, надо использовать дополнительный запас.

Пришёл в себя незаметно, снова моментальный переход и открывшиеся глаза натыкаются на потолок балдахина, пробегаясь по узорчатой вышивке.

Неспешно встал и умылся, долго рассматривая себя в зеркало.

Лицо загрубело, где-то обветрилось от мороза, где-то стало взрослее. Детская угловатость пропала, линии стали плавными, а в некоторых местах и вовсе заострились.

Шкаф был заполнен одеждой, Генри уже вернул весь гардероб на место. Но мне сейчас был нужен костюм под доспех.

Навестил Свету, чтобы осмотреть. Она была в порядке, если не брать в расчёт полное отсутствие разума в глазах. Порою мне чудилось, что внутри она жива, смотрит на меня и исходится бешенством, закручиваясь в кольца, как огромная змея. Наверное это просто блики света отражаются в зрачках.

В дверь постучали.

— Входите. — разрешил я, поворачиваясь к гостю. Им оказался Генри, учтиво поклонившись, он осмотрел меня с ног до головы.

— Вы пойдёте в этом? — скептически спросил слуга.

— О чём ты? — не понял я.

— Я должен был догадаться, — поджал губы Генри. — Я о похоронах вашего отца и семьи Радищевых, конечно же.

— Вот срань! — выругался я. — Совсем забыл, точнее даже не знал.

— Тем не менее, ваше присутствие было бы уместным. — иронично бросил Генри, а я почувствовал себя неудобно.

— Уже переодеваюсь.

Вздохнув, снял костюм, слава создателю на успел напялить доспех.

Нашёл в шкафу старый смокинг, быстро влезая в него.

Ткань пиджака натужно заскрипела в плечах, грозясь разойтись по швам. Бёдра тоже чувствовали себя не очень, как и руки. Насколько я стал крупнее и массивнее? Только в сравнении можно отметить такие вещи.

Помолившись создателю, чтобы смокинг не разошёлся раньше времени, спустился в столовую, чтобы позавтракать. За столом меня встретила Лара, одетая в чёрное.

— Я решила пойти с тобой, ты не против? — спросила девушка достаточно робко.

— Да, не против.

— Советую взять с собой госпожу Светлану, — появился Генри. Он был в курсе обстоятельств, Лара посвятила его. — Даже в условиях текущего её состояния, это не будет лишним. Думаю, у нас найдётся вуаль.

— Слишком большой риск, — отмахнулся я. — Будто ты не понимаешь, какой будет скандал.

— Скандала не миновать, — начал спорить Генри. — Меня уже штурмуют домашние Романовых, пытаясь узнать, как себя чувствует единственная наследница. Только заключение имперской канцелярии останавливает их.

— Ты уже был у них? — в ответ спросил я.

— Да, дела рода Романовых под моим контролем, пока там работает их прошлый управляющий, я смотрю за процессом, вникаю.

— Делай это быстрее, нам нужен полный контроль. А где твой отец, Лара?

— Он сейчас занят ремонтом, взял помещение в аренду.

— В основном городе, Дмитровский переулок, дом пять, — отрапортовал Генри.

— Не думал, что он так мне доверяет, оставляя дочь, — иронично произнёс я, осматривая красавицу. — В прошлый раз он был зол, когда мы вышли из портала.

— У него нет выбора, сам он не сдержит поток женихов, а в твоей компании я буду под защитой, да и купцы посолиднее.

— А ты, значит, товар?

— К сожалению, да, — вздохнула девушка. — Жду выгодной партии.

— Меньше чем на первую десятку семей не соглашайся, — сказал я, оценивающе осмотрев её. Лара даже выгнулась в нужных местах, краснея, будто я не смотрел, а прикасался.

— Я и не собираюсь, — уверенно ответила она.

— В первую пятёрку метишь? — мои глаза смеялись, но девушка ответила серьёзно.

— Выше.

— Удачи.

После завтрака Лара ушла помогать одеваться Свете.

У девушки по сути сейчас появилась большая кукла, за которой приходилось заботиться. Через час обе спутницы были готовы, меня позвали в комнату, чтобы я взял под контроль тело супруги. Девушка была одета в белую шубку, небольшую фетровую шляпку такого же цвета, лицо укрывала кружевная вуаль.

Самое интересное в том, что Лара оделась так же. На мой немой взгляд, брошенный Генри в холле, он лишь указал на надпись над главными дверями. Я расшифровал его ужимки, он намекает на то, что надо соответствовать своему статусу. Сколько не бросай пыль в глаза знати, ей всегда будет мало.

Самому мне на плечи накинули шубу тотально чёрного цвета, настолько, что казалось, мех поглощает свет. Редкое богатство эти шубы, сейчас на зверях больше щитки да иголки, а самые дружелюбные лесные обитатели могут съесть тебя быстрее, чем ты думаешь.

Генри ввёл в курс дел. У Радищевых не было родственников, у нас же была трагедия с кончиной моего собственного отца, поэтому никаких собраний не проводили. Смерть в нашем мире достаточно рядовое событие, единственное, что отличает смерть аристо от смерти простого человека — это размах.

На похороны непосредственно в черте города съезжаются все те, кто хочет выказать уважение.

Так как места в Москве было немного, простой люд хоронили за пределами города, но вот знать имела собственные склепы, куда и помещались тела.

Мы проехали совсем немного, буквально пару километров, остановившись у небольшого сквера перед основной чертой города, на пересечении наших владений и городских.

Снежное полотно перед голыми деревьями пестрило одетыми в тёмное людьми. Чуть поодаль встал целый автопарк: автомобили не отличались друг от друга, все премиального класса, чёрные и длинные, отражающие натертыми боками вставшее солнце.

Я сразу заметил несоответствие. Слишком много машин, много людей. Столько народа решило сегодня приехать на похороны? Невероятно!

— Генри, почему так много людей? — не замедлил спросить я.

— Фёдор Константинович, а сколько должно быть?

— Как минимум в два раза меньше! — выходить не торопился, слушая управляющего.

— Это если брать в рассчёт род Фонвизиных, но вы, наверное, запамятовали, что за последнее время ваше благосостояние увеличилось.

— Поэтому они тут? Я и не думал, что это произведёт такой эффект.

Генри устало потёр виски, а затем кинул взгляд на разделяющую нас и водителя стенку, убедившись, что та закрыта.

— Вы ещё не поняли?! — искренне воскликнул он, разом теряя напускное спокойствие. — Фёдор Константинович, вы теперь второе лицо в Империи. Если не первое! По влиянию в городе Москва вам нет равных, а вот на других территориях лидирует Император. Вам принадлежит тридцать процентов всех предприятий в городе, на вас работают тысячи людей, даже сейчас нас сопровождают шесть десятков охранников, когда выйдете, вы увидите часть из них. Я поражаюсь, как вы упрощаете мировосприятие, но не вмешиваюсь, понимаю, что вам это нужно. Слишком многое навалилось! А все эти люди знают, чем вы обладаете даже лучше вас, поэтому они сегодня здесь.

— Считай, что я проникся. Кстати, Генри, у меня снова вылетело из головы! Бабушка, она здесь?

— Да, конечно, сейчас мы её встретим.

— Спасибо, Генри.

— Это моя работа, Фёдор Константинович, — грустно вздохнул старик. — Хотя, при вашем отце её было значительно меньше, он любил всё контролировать сам.

— Идём? — тронула меня за руку Лара.

Я встрепенулся. Генри постучал в перегородку, через несколько секунд водитель открыл нам дверь. Мы вышли из салона автомобиля, тут же окунаясь в морозный воздух открытого пространства.

Девушки вокруг сияли, я же смотрелся огромным вороном, как мне казалось.

Частичка сознания постоянно контролировала Свету. Та совсем не походила на куклу, напротив, двигалась очень плавно и реалистично, даже кивнула водителю по моему приказу.

Мы подобно ледоколу прошли сквозь собравшихся, получился клин, совсем не осознанно. Я шёл впереди, позади меня девушки, замыкали процессию пара охранников и Генри.

Из толпы разодетых дворян появилась бабушка. Её глаза были красными, веки припухли, мы взглянули друг на друга и обнялись.

— Как ты, Федя? — с дрожью в голосе прошептала бабушка.

— Держусь, — делаю лицо каменным, сейчас особенно актуально. Когда не знаешь, как реагировать, вариант один — никак.

Моя безэмоциональность вызвала перешептывания, расходящиеся как круги на воде, а бабушка заплакала, прильнув к моему плечу. Мы пошли дальше, уже на порядок медленнее.

— Что теперь будет, Феденька?! — сдерживая слёзы тихо говорила бабушка. — Я слышала, что было с Романовыми, была у тебя, Генри сказал, что ты уехал. Решила, что тебе надо побыть одному.

Бабушка что-то говорила, а я погрузился в себя.

Понятно, что все эти разговоры нужны самой женщине. Она сейчас льёт слёзы не по моему отцу, а по мне. Представляет себе, какого мне, накручивает себя и плачет.

Может сказать, что отец жив? Пожалуй, слишком рискованно и не совсем практично.

Почти у самого спуска в склеп нам преградили путь три типа в костюмах, сразу стало понятно, что это люди императора.

— Император приносит глубочайшие соболезнования, — вышел вперёд один из мужчин, стандартная внешность, короткая стрижка, чуть полноватый, глаза умные и живые. — К сожалению, у его императорского величества много обязанностей, он не смог выделить время, чтобы лично отдать дань уважение вашему почившему отцу.

— Передайте его императорскому превосходительству, что я в любом случае благодарен, — степенно кивнул я, продолжая движение.

Видимо люди императора открыли очередь, перед ними никто не смел подойти, но после того, как костюмы удалились, очередь паломников потекла полноводной рекой.

— Скорбим вместе с вами, Константин был прекрасным человеком.

— Большая потеря для всей страны, наши соболезнования.

— Верим и надеемся, что вы продолжите дело вашего отца. Он был прекрасным человеком и выдающимся одарённым.

Всё проходило гладко, до тех пор, пока к нам не подошла чета Ананьевых. Геннадий Ананьев в сопровождении супруги и сына.

Статная женщина в плотном сером пальто и распущенными волосами, смотрит приспустив веки, позади меня разгорается диск солнца, бьющий прямо в глаза. Сам глава клана на фоне жены не производил должного впечатление, будто поставленная на попа бочка. Короткие руки и ноги, коренастое тело и объёмный живот.

Пётр смотрит не на меня, а на Свету, испытующе и долго. Если бы его взгляд имел силу, уверен, вуаль на лице девушки бы задымилась.

— Я буду не первым, кто скажет хорошие слова о Константине, — необычно начал Геннадий. — Но я всё же скажу, как того требует долг. Он был верноподданным империи, показательный и честолюбивый, таких людей мало, жаль, что его больше нет с нами.

— Спасибо, — только и смог выдавить я.

Вся эта церемония начала здорово действовать на нервы. Хотелось прыгнуть к отцу, проверить его состояние, освободить ото сна. Все события происходили в реальности, заставляя думать, что его действительно уже нет.

Моя заминка была интерпретирована по своему.

Чета Ананьевых развернулась, чтобы дать нам пройти, но Пётр остался на месте. Мы замерли, его отец обернулся, видимо, почувствовав, что сына не пошёл вместе с ними.

— Пётр? — позвал он.

— Сейчас, — даже не поворачиваясь, бросил Ананьев. — Света, мы можем поговорить?

— Не сейчас. — тихо ответила девушка, отвечая на мысленный приказ.

Лара почувствовала неладное, беря под локоток тело Светы, чтобы продолжить движение.

— Это важно! — настаивал Пётр, так и не двинувшись с места.

Я поймал взгляд Ананьева старшего, кивая в сторону сына.

— Пётр! Немедленно прекрати! — не удержался Геннадий, чуть повысив голос, чем вызвал волну разговоров среди стоящих близко людей.

— Нам надо поговорить, — не унимался Пётр.

— Уйди с дороги, — буквально прорычал я.

Меня бросает в жар от злости. Как он смеет устраивать такое в день похорон моего отца?! Вся процедура ложная, но это не отменяет факта.

— Света…

— Ананьев, не сейчас. — повторяет сказанное мною мысленно Света.

Плечи Петра опускаются, он вяло сходит с своеобразной тропы, давая нам место для прохода. Но я чувствую внутри него гнев, но гнев мешается с надеждой, а затем… происходит озарение.

Ананьев торжествует внутри, но одновременно с этим ему больно.

Я не успеваю среагировать, когда мы проходим мимо — этот придурок хватает Свету за руку, рывком разворачивая к себе. Тело девушки совершает несколько шагов по инерции. Ананьев срывает вуаль, смотря в глаза.

— Что с ней? — его голос срывается на крик. — Что ты с ней сделал?!

— Остановись! — к сыну идёт отец.

Ситуация набирает обороты, до людей несколько шагов, они непонимающе бурлят. Геннадий медленно приближается. Стоп! Медленно? Время растягивается, я перехожу в боевой режим.

Надо выходить из конфликта.

План образовался сам собой. В несколько шагов приближаюсь к Петру, тихо говоря ему прямо в лицо.

— Я сделал то, что ты не смог, — улыбку как можно самодовольнее. — Сделал своей женой.

Беру Свету за руку, чтобы уйти. Весь расчёт на не сдерживающего себя наследника. Я хорошо помню тот момент у клуба, когда началась вся история, сейчас надо положить ей конец.

Рыбка клюёт, когда нас разделяет уже десяток метров.

Отец что-то втолковывает сыну, но тот не сводит взгляда с наших спин, я это чувствую. Эмоции в нём пенятся и выходят из берегов, магия вырывается горячей волной. Он снова не сдержался, формируя водяную плеть из снега и отправляя в полёт.

Отдаю приказ послушному телу девушки рядом, она отталкивает Лару, делая шаг назад.

Наперерез летящему завихрению устремляется тело Светы, принимая на себя удар магии. Толпа раздаётся в стороны, пара девушек начинают истошно визжать.

Последняя наследница Романовых падает позади меня, рассечённая практически надвое. Меня задевает остатками воздействия, распарывая шубу и оставляя на теле кровоточащую борозду.

Глава 17

История циклична, огромный уроборос под названием человечество, жадно вгрызается в уже пережитое. Это гиперболизированная картина, но всё по сути и проще и сложнее одновременно.

Людей толкают на те или иные поступки их эмоции.

Люди развязывают войны, стирая всё, что успели построить. Наверное — это такая карма, шаг вперёд — два назад. Как иначе объяснить тягу к саморазрушению?

Наверное, я слишком глубоко ушёл в себя, совсем забыв про окружающий мир. А мир тем временем сужался, пока не превратился в точку. По краям отверстия в которое я разглядывал голубое небо, частокол человеческих голов. Они перешёптывались, мужчины поджимали губы, женщины прикрывали рот ладошками.

Повернув голову, вижу застывшее восковой куклой лицо Светы.

Нет, ей не было больно, она ничего не чувствовала. Я надеюсь.

Ты играла со мной, спровоцировала когда-то Ананьева прийти в клуб. Целый вечер сцеживала ему в уши яд, возможно ласково гладила по руке. Нет, ты не говорила прямо, но твои намёки были подобны стреле, точно в цель, без промаха.

Я видел всё это в твоей голове.

Меня интересует одно, в какой момент вы начали спать?

Уже позже всё встало на свои места, после первого посещения этой светлой с виду головки, но такой тёмной внутри. И нежелание близости со мной, эти вечные вопросы, ты дразнила меня, не более.

Ты действительно мне нравилась, жаль, что всё так вышло.

Я резко поднялся, принимая вертикальное положение. Рука нащупывает рану, та щиплется и болит. Приходится отсечь часть эмоций, чтобы боль не забивала голову.

Люди отошли, поглядывая с опаской. Кто-то выкрикивал оскорбления в сторону Ананьевых, аристократы осуждающе качали головами, сверлили взглядами, казалось ещё чуть чуть и они порвут виноватых.

Но великий род — это великий род.

Вокруг стояли слуги императора, костюмы. Сейчас каждый из мужчин вооружён, двое уже взяли на прицел Ананьева, его жену, стоящего на коленях Петра.

Глаза парня заволокло пеленой слёз, они сверкают, вот вот хлынет.

Меня передёрнуло от отвращения к этому ничтожеству. Ну, раз ты затеял эту игру Фёдя, играй до конца.

— Я убью тебя.

Мой голос невероятно спокойный, будто я не угрожаю, а сообщаю прохожему сколько сейчас времени.

— Фёдор Константинович, во избежание недоразумений мы сопроводим вас домой! — начал главный костюм.

— Каких недоразумений? — щека дёргается, такой странный жест, он происходит непроизвольно. — Вы же тут не просто так?! А чтобы до всего прочего проконтролировать НЕДОРАЗУМЕНИЯ! Я правильно понял? Так вот ни хрена у вас не вышло!

— Я прошу вас успокоится, пожалуйста пройдите к машине, — костюм отодвинул полы пальто, чтобы положить руку на рукоять револьвера.

Жест был явно машинальным, годы выучки, реакция на стресс. А стресс есть, перед ним бушует один из самых непредсказуемых богатеев города, молод, горяч, одарён.

Костюм понимает несуразность жеста, даже немного смущается, одёрнув руку. Улыбкой на лице пытается вернуть уверенность, но не находит во мне отклика.

Главное не переигрывать.

— Ананьев, я не стану убивать тебя сейчас, опускаться на твой уровень, — кричу сквозь разделяющее нас пространство. — Но ты не переживёшь сегодняшнего дня. В восемь вечера, на арене, дуэль!

Старшие Ананьевы напряженные до предела, напоминают породистых гончих. Несколько амбалов в чёрном пробиваются сквозь толпу, ещё один стоит рядом. Поздновато охрана подоспела, не ожидали от наследника такого фортеля?

— Я проведу церемонию, — цежу сквозь зубы, глядя на костюма. — Потом вы сможете сопроводить меня домой.

Вот они магические реалии. Только что произошло убийство, а аристократия остаётся на месте. Их охрана плотным кольцом окружила периметр, организовано сплотившись в одну группу. Мы оказались оцеплены, отрезаны от внешнего мира, хотя вокруг на сотни метра снежный наст, под которым лежат давно умершие люди.

Главная опасность внутри, само общество родовитых семей. Мы как запертые в одной банке змеи или пауки, я ненавижу оба вида мрази, ненавижу аристократов, но сам являюсь одним из них.

Встаю на колени рядом с телом Светы, беря её за руку. Ткани одежды вымочены в крови, снег пропитался, от земли идёт пар. Она рассечена от плеча до пояса, сам не замечаю, как с меня капает кровь, смешиваясь с чужой.

Генри стоит рядом. Старый слуга держит в руках какую-то тёмную ткань, через несколько секунд тупого созерцания, до меня доходит её предназначение. Даю согласие кивком, подоспевшие от машины охранники помогают управляющему уложить тело жены на своеобразный саван, плотно оборачивая.

— Ты в порядке? — когда мы начинаем движение ко мне подходит Лара, крепко сжимая пальцы на руке чуть выше локтя, будто я мог в любой момент улететь.

Она не понимает, что произошло. Знает, что тело под моим контролем, но такое стечение обстоятельств и неожиданный удар Петра выходят за грань. Это невозможно предугадать, если бы не способность разгонять сознание, даже не знаю, смог бы я среагировать.

Молчу в ответ, мне нечего сказать.

В порядке ли я? Определённо нет.

Обряд прощания проходит в молчании. Тупо смотрю на зияющие отверстия в стене куда должны будут войти четыре каменных саркофага, будто патроны в патронник.

Нафаршировав землю человечиной, заканчиваем собрание. В других обстоятельствах требуется сказать речь, но сейчас всё снова идёт не по плану. Уже второе собрание заканчивающееся трагедией, скоро все приглашения разосланные родам будут приходить с отказами.

Улыбаюсь последней мысли.

Пора домой.

* * *

В домике на опушке леса жизнь будто бы замерла.

Зима заморозила всякое движение, лишь скрип сосен под порывами небольшого ветра, да шелест позёмки.

Милослава посмотрела в окно, предаваясь своим мыслям. Ожидание было невыносимым, так и не законченный разговор с сыном не давал покоя. Видимо именно это побудило женщину совершить поступок о котором она пожалела.

— Сегодня похороны твоей… — сказала она.

— Моей жены, — ответил лежащий на кровати мужчина богатырской комплекции. — Называй вещи своими именами.

— Там проходят и твои похороны, — заметила лекарка.

— Вот и славно, значит я могу спокойно поспать, — намекнул женщине Константин Фонвизин, а это был именно он.

— Ты невыносим, — фыркнула целительница. — Как был упрямцем, так и остался.

— А ещё я был женат, — напомнил он.

— Не начинай, я всё тебе объяснила, прости если не могу сказать большего, — вспылила женщина. — По крайней мере не сейчас.

— Снова твои тайны, — пробурчал мужчина и отвернулся к стене.

Милослава вздохнула.

Константин вот уже целые сутки не вставал с кровати. Сначала, когда женщина пробудила его, сразу после ухода сына, он смотрел стеклянными глазами в потолок. Лишь тонкая ниточка сорвавшейся с глаза слезинки говорила, что он в сознании.

Он рассказал, что произошло, а в добавок и то, что наговорил в порыве гнева. По сути мужчина отказался от сына, о чём сейчас жалел.

Впрочем, жалеть себя Константин был не приучен.

Все стадии потери близкого человека прошли в нём за несколько часов, после чего она решила поговорить с ним. Но диалог не клеился, мужчина просто впал в апатию, не желая ничего слушать.

Лестница заскрипела, послышались шаги, в комнату вошёл Мирослав.

— У меня новости, — тяжело дыша выдохнул он. — Лови файл.

Милослава услышала писк уведомления на сефероне, после чего открыла присланный сыном документ. Это была новостная сводка, экстренный репортаж, но её интересовала только первая полоса.

— Хм, — не выдержала целительница, читая написанное.

После того, как материал был прочитан, она тяжело села в кресло напротив кровати, закинув ногу на ногу. Пальцы стучали по подлокотнику, а сама женщина погрузилась в своим мысли.

— Костя, — позвала она через несколько минут и не услышав ответа продолжила. — У нашего сына проблемы, нападение прямо на церемонии.

Глава рода не отреагировал, продолжая спокойно лежать.

— Тебе совсем наплевать?! — разъярилась она.

— Да, — ответил бывший супруг.

— Как ты можешь? — обескураженно выдохнула Милослава.

— А почему я должен переживать?

— На твоего сына напали!

— Дай угадаю, — повернулся мужчина. — Кто-то явно пострадал, только не Федя. Я прав?

— Свету убили.

— Ожидаемо, — Константин сел на кровать, пожимая плечами. — Насколько я понял сына, лёжа тут, мы все его недооценивали.

— Ольга не оставит это так! — заволновалась женщина. — Надо прыгнуть туда, эта женщина опасна, я говорила тебе.

— А ещё ты говорила, что Федя знал о твоём даре, не удивился когда ты рассказала про подставу. Как думаешь, почему?

Целительница задумалась, даже встала на ноги и несколько раз смерила комнату шагами.

— Он знал? — логично предположила она.

— Да, судя по всему, — кивнул мужчина. Что-что, а мозг Константина работал подобно компьютеру, отмечая важные детали. — Ты говорила, что оторвана от новостей…

— Это так, только сейчас я специально отправила Мира в город, чтобы он собирал информацию. Сеть для сеферона только там, у меня старая модель.

— Посмотри новости с фильтром «Романовы», — посоветовал Константин.

— Сейчас, одну минуту, — не понимая в чём подвох залезла в поисковик Милослава.

На какое-то время между говорящими повисла тишина.

Глаза целительницы стремительно бегали слева направо, она читала ленту, зрачки были расширены, дыхание участилось. В один момент женщина даже выругалась, словами, которые не должна знать порядочная аристократка.

— Ты знал, но ничего не сказал?! — обвинительно ткнула пальчиком в бывшего мужа лекарка.

— Не понимаю о чём ты, — снова пожал плечами Константин. — Я предполагал, но ничего не знал, а что собственно ты нашла?

Милослава снова упала в кресло, какое-то время глядя в потолок.

— Ольга Романова мертва, — сказала она придя в себя и жадно смотря в лицо главы рода, пытаясь уличить во лжи.

Но мужчина был удивлён не меньше её самой.

— Я ожидал чего-то подобного, — кивнул Константин. — Что произошло?

— Тела Ольги Романовой, Елены Романовой, нескольких телохранителей, а так же Александра Игнатьева были найдены в поместье Фонвизиных, — чем больше говорила Милослава, тем больше менялся в лице Константин. Женщина стала читать. — «По словам наследника, а ныне и главы рода Фонвизиных, Александр Игнатьев вломился в дом, чтобы отомстить за своих родных лично Фёдору. По итогам скоротечной схватки погибли оказавшиеся не в том месте и не в то время Ольга и Елена. Светлана к счастью выжила. Это стало настоящей сенсацией, так получилось, что во главе двух великих родов остались молодые наследники в руках которых сконцентрировалась огромная власть и влияние. Служба безопасности императора должна в скором времени прокомментировать данное трагическое событие, ведь именно под их контролем ход дела.»

— Вот значит как, — покачал головой Константин.

— Что за Игнатьевы? Что произошло? — в свою очередь зацепилась за неизвестное ей Милослава.

— Фёдор управлял своим кварталом, это ты знаешь? — дождавшись кивка он продолжил. — К нему под руку перешли несколько дельцов, это не понравилось криминалу, они решили намекнуть нашему сыну.

— Какая-то шпана? — возмутилась целительница.

— Крупная группировка, под крылом у клана из первой десятки, Игнатьевых, — укоризненно посмотрел на бывшую жену Константин. — Когда Фёдор не послушал их, они решили напасть. В ходе нападения было убито несколько людей сына, а Светлана похищена.

— Беспредел, — снова перебила Милослава, но тут же повинилась — Продолжай пожалуйста Костя, что было дальше?

— А ничего, наш сын напал на их род, — закончил глава.

— Так просто? — с подозрением спросила Милослава.

— Он с группой вошёл в их поместье. Те успели вызвать подмогу. К месту прибыла парочка двуединых, конфликт вышел за все рамки.

— Фёдор сильно пострадал? — сочувствующе сморщилась Милослава.

— Нет, он не пострадал вовсе, — усмехнулся Константин. — Сравнял особняк с землёй, меньше чем за минуту, а прибывших двуединых раскидал как котят, одного и вовсе вбил в землю по самую макушку.

Целительница не знала что и сказать, в кои то веке просто замолчав, даже не пытаясь перебить.

— Твой сын изменился, — мягко начал Константин. — Он больше не тот мальчик, которого ты знала.

— Я не могу поверить, это какой-то сон. — прошептала она.

— Поняла, почему я не хочу сейчас возвращаться? — горько спросил глава рода Фонвизиных. — Я может и смогу простить Фёдора за смерть Натальи и детей, но идти туда сейчас, всё равно что лезть под каток. Сметёт и не заметит.

— И это говорит один из сильнейших магов империи? — настроение возвращалось к Милославе, она иронично изогнула бровь.

— Чего стоит одна девчонка рядом с ним, невероятная сила, — пробормотал Константин. — Возможностей Фёдора я даже не представляю. Но в одном уверен, сейчас у него всё под контролем.

— Он же ещё ребёнок, — по матерински улыбнулась лекарка.

— Ребёнок, который сейчас управляет родом. По сути, если отбросить не стереотипные действия, в итоге мы имеем: состояние рода увеличено в три раза, под контролем почти половина города. Главные враги рода уничтожены, да так, что теперь любой подумает, стоит ли лезть к нам.

— Всё это не имеет значения, конец будет один, — непонятно высказалась Милослава. — Но к более реальному, сегодня у него дуэль, я пойду туда. Если с Фёдором что-то случится, моя помощь будет нужна. А ты?

— А что я? Я всё сказал.

— Понятно, значит жди нас, вернусь с вестями. А пока вставай, обед почти готов. Или ты не будешь?

— Буду, — вздохнул Константин поднимаясь.

* * *

В одной из квартир в центре Москвы происходил не менее важный разговор. Грузный, но достаточно энергичный когда-то мужчина сейчас был пасмурнее тучи. Он задумчиво смотрел через стол, на расположившегося напротив сына, непроизвольно потирая подбородок, что говорило о крайней степени волнения.

Рядом с Геннадием Ананьевым сидела его жена, Регина. Женщина переводила взгляд с сына на мужа и обратно, с каждой секундой в ней нарастала паника.

— Что вы молчите? — взорвалась она. — Гена, что ты собрался делать?!

— Мам…

— Молчать! — взвизгнула женщина. — Лучше молчи! Ты даже не представляешь, какие проблемы устроил.

— Не такие большие, — произнёс Ананьев старший. — Кажется, я нашёл выход. Мы выставим замену, бретера, лучшего которого сможем найти.

— Отлично, — осмелился подать голос Пётр, под уничижительным взглядом матери. — Это отличное решение папа.

— Щенок, — устало выдохнула Регина. — Ты понимаешь, какой урон по репутации? Понимаешь, как пострадает бизнес твоего отца? Да нас на порог любого известного дома ближайший год даже не пустят, сколько не заплати.

— Ты верно подметила, — прервал жену Геннадий. — Это мой бизнес, мой род, мой сын.

— То есть ты одобряешь такое поведение? — опасно сузила глаза Регина.

— Не одобряю, — сдал назад муж. — Но это случилось, теперь надо решить проблему. К тому же этот сопляк стал слишком опасен, пора было закончить это. Я свяжусь с гильдией, вечером на арене будет убийца.

— А если он победит? — спросила Регина. — Тогда Пете придётся выйти самому, иначе его казнят.

— Выйдет. — сжал зубы Геннадий. — Но пока рано опускать руки.

— Какого беса ты вообще это устроил? — обратилась женщина к сыну.

— Если бы я ударил по нему, проблем бы не было, — начал оправдываться Пётр, но как-то без огонька, было понятно, что за последние часы он не один раз это говорил. — Света и я любили друг друга, а сегодня она была сама не своя. Она не должна была защищать его! Не должна!

— Всё будет в порядке, — успокоил сына отец. — А сейчас мне пора.

Геннадий устало потёр виски и встал, чтобы выйти из комнаты, оставляя жену и сына. Он не знал, что делать, но не мог позволить потерять контроль над ситуацией, потерять сына.

Сегодня вечером нанятый им человек покончит с Фёдором, чего бы главе рода Ананьевых это не стоило.

Глава 18

До поместья добирались в компании одного из служащих императора. Два других следовали на своей машине чуть позади. Мы с Ларой сидели напротив начинающего нервничать мужчины и молчали.

Вот так происходит сопровождение до дома, вопрос ещё кто кого сопровождает. Когда мужчине из канцелярии пришло уведомление, он с облегчением уткнулся в экран сеферона.

— Император извещает, что вы можете оставить нашу тройку у себя в распоряжении, если желаете. — сообщил он спустя несколько секунд не слишком довольным тоном.

— Нет, спасибо, — отвечаю с сарказмом. — Впрочем, вы можете сопроводить меня до резиденции.

Надо согласовать с императором предстоящую дуэль, думал я, но планам не суждено было сбыться.

— К сожалению, это невозможно, — вежливо возразил костюм. — Его превосходительство сейчас в Новгороде. Петра взяли под домашний арест, всю ответственность за его дальнейшие действия будет нести отец.

— Как вовремя, — хмыкнул я. — В Новгороде снова мятеж?

— Что-то вроде того. — не стал продолжать диалог костюм. Видимо он итак сказал лишнего.

— Присутствие императора что-то бы изменило? — тихо спросила Лара.

— Нет, по сути он ничего бы не смог сделать, — не понижая голоса ответил я, мне было всё равно на навострившего уши служащего. — Максимум, что сделали бы его люди, развели нас по разным углам. Леонид Васильевич не вмешивается в дела великих родов.

— Я слышала, что тебя судили после инцидента с Игнатьевыми. — возразила Лара.

— Тогда я напал на род из первой десятки, они объективно слабее, — стал объяснять я. — Да и к тому же юридически я был эмансипирован, а значит не принадлежал к великому роду.

— Поэтому тебе пришлось вернутся в род. — догадалась девушка.

— И поэтому тоже, было несколько причин.

Слуга императора напротив затих. Он переваривал сказанное мною, а я смотрел в окно, дожидаясь, когда мы приедем.

— Ты уверен, что победишь? — нарушила молчание девушка.

— Нет. — отвечаю коротко, чем вызываю новый вопрос.

— Почему? Он же слабее тебя, намного.

— Всё не так просто, я вызвал его. Он может выставить замену, не думаю, что это будет кто-то слабый. В обычной обстановке это норма, когда тебя вызывает на дуэль кто-то из светских, особенно если ты слабее, а он провокатор.

— Думаешь он сделает так?

— Ему некуда деваться, если он сам не пойдёт на это, отец его продавит. Никто не хочет умирать.

— Это подло, сделать такое, а потом избежать наказания.

— Это аристократы, они способны и не на такое, — вздохнув сказал я, а в глазах служащего промелькнуло одобрение. — Десятки лет безнаказанности, жизнь в роскоши, власть, это изменит любого.

— Тебя не изменило. — заметила Лара, лишь сильнее прижавшись и положив голову на плечо.

— Ты меня не знаешь. — я замер, стараясь растянуть мгновение.

Лара промолчала, а костюм неловко завертелся, стараясь не смотреть на нас.

Всё хорошее рано или поздно заканчивается, закончилась и наша поездка. Девушка отстранилась, вызвав во мне волну сожаления. Мы вышли из машины, прохрустели несколько метров по снегу и скрылись за дверьми холла, ворвавшись внутрь с потоком ледяного воздуха.

На ковролине таяли кусочки снега, некоторые в форме протектора от обуви, а некоторые уже темнели влажными пятнами. Пройдя по таким явным следам очутился глубоко в поместье, проделав путь до самого тренировочного зала, откуда доносились голоса.

Дверь открылась, выпуская Анну Александровну. Девушка улыбалась, но стоило ей увидеть меня, лицо её превратилось в каменную маску, разом потеряв все эмоции.

— Фёдор Константинович, — прищурилась она. Меня передёрнуло от холодного тона, как будто я всё ещё был на улице. — Вы снова пренебрегаете обязанностями по обучению студентов. Ведёте себя, как ребёнок, вы уж извините.

— Каюсь, виноват. — не стал спорить я.

— Реабилитируйтесь, я скоро вернусь.

Девушка прошла мимо, а я решительно вошёл внутрь.

И правда, чего это я стал забывать про главную задачу? По сути на носу конец света, который я могу предотвратить, но в одиночку этого не выйдет.

Тренировочный зал в поместье представлял собой огромное помещение с десятиметровыми потолками, площадь тоже поражала, тут умещалось три баскетбольные площадки, или две для мини-футбола. Ученики в основном сидели на длинной скамье вдоль стены, кто-то стоял, подпирая стену.

— Добрый день, господа. Скучали? — нарочито беззаботно начал я.

Али тут же шмыгнул ко мне под бок, подставляя голову для поглаживания. Пришло время показать будущим адептам настоящую силу.

* * *

Анна прошла по коридору, заворачивая за угол и буквально закипая от раздражения. Кровь прилила к лицу, маска равнодушия треснула, девушка залилась румянцем, будто была большим градусником и сейчас красная полоска ртути дошла до конца.

— Бесов наглец! — выдохнула учительница.

Пусть идёт и устраивает занятие! Лицо Анны озарилось злорадством. Ей было совершенно наплевать на зазнавшегося наследника, но она очень любила своего брата, который по воле случая попал в группу к Фёдору.

Перед практикой пройдут небольшие состязания, турнир, там определят сильнейшие команды. Судя по турнирной таблице отсев будет серьёзный, это обусловлено тем, что практика боевая, а значит будут потери.

Наверняка, многие из аристократов начнут симулировать, биться не в полную силу. Обучая группу Фонвизина, Анна уже слышала разговоры об этом. Проигрыш на турнире, вот чего хотела добиться молодая учительница.

Естественно люди императора проследят за боями, а для пущей мотивации ещё и выкатят какой-то безумный приз по началу турнира, в этом девушка не сомневалась. Иначе, какой толк от всего, выиграть заявленные деньги? Жизнь дороже. Получить реальный опыт боевой практики? Кому он нужен? Детям родившимся с золотой ложкой во рту?

В итоге император выбрал для практики самую немотивированную публику во всём городе. Что за план в голове Леонида? Анна даже не могла представить.

Преподавательница вспомнила произошедший не так давно разговор.

В очередной раз девушка просила Дмитрия Андреевича о переводе брата, на что директор никак не соглашался.

— Поймите, голубушка, всё не так просто. Группы сформированы, многие и многие не восторге от того, как ведёт себя юный Фонвизин. Если мы переведём одного, возникнет прецедент, меня просто съедят на родительском собрании.

— Я сомневаюсь, что он сможет подготовить группу к практике. — поделилась Евстратова.

— Думаете я не сомневаюсь, — поднял бровь директор. — Поймите, тут мы бессильны.

— Что же делать? — тихо прошептала Анна, больше для самой себя, нежели для начальника.

— А вы не можете сами подготовить группу? — спросил Дмитрий Андреевич. — Насколько я знаю, сейчас этим занимаетесь вы.

— Делаю что могу, — пожала плечами Анна Александровна. — Но студенты настолько вымотаны его тренировками, что мне не удаётся заинтересовать их магией. Не понимаю, о чём думал Леонид Васильевич, когда прислал «это» к нам.

— Мне тоже интересно, — задумался директор. — А знаете, есть один вариант.

— Какой же? — затаила дыхание Анна.

— Если вдруг Фёдор Константинович, — при произношении имени парня, директор скривился. — Сделает что-то противоречащее… Причинит вред студенту…

— Он уже сделал! Вам напомнить про ту трансляцию?

— Никто не пострадал, — отмахнулся мужчина. — А я говорю о жертвах.

— Как вы можете? Это же по сути дети! — сделала огромные глаза Анна Александровна.

— Не обязателен летальный исход. Возможно жалобы самих студентов. В общем все средства хороши.

— Думаю я вас поняла, — кивнула девушка.

Ей предлагалось провести некую диверсию внутри коллектива. Отчасти это претило внутренним устоям, но с другой стороны благополучие брата да и всех ребят из их группы.

— Это хорошо, — одобрительно кивнул директор. — Думаете справитесь?

— Тут и думать нечего, — фыркнула Анна. — Его окружают несчастные случаи, достаточно ненадолго оставить Фёдора наедине с группой и уверена материала хватит даже для его казни.

— А вы страшный противник, — сделал вид, что испугался Дмитрий Андреевич. — Желаю вам удачи голубушка.

Сейчас слова директора снова встали в полный рост.

Сердце девушки затрепетала, именно в этот конкретный момент она начала действовать. Если Фёдор узнает, ничего хорошего из этого не выйдет.

Анна тряхнула головой, решительно разворачиваясь. Она не должна оправдывать свои действия! Своим поступком, будь то дискредитация Фонвизина или провал на состязаниях, она может спасти множество жизней.

Вернувшись в зал для тренировок, аккуратно приоткрыла дверь, чтобы пройти как можно более незаметнее. Но, это было невозможно, Фёдор увидел её, как только та вошла.

— Анна Александровна, не будете вы так любезны присоединиться, — начал парень. — Я как раз ждал вашего возвращения, чтобы ввести в курс дела.

— Я вся ваша, — чуть не сморщившись произнесла Анна Александровна, но смогла сдержаться и даже вежливо улыбнуться. — Что вы хотели сообщить? План занятий?

— Да, что-то вроде того. — не ответил прямо он.

— Тогда мы все слушаем. — обвела взглядом наседки притихших аристократов Анна.

— Спасибо, — иронично козырнул двумя пальцами Фонвизин, сосредотачивая всё внимание на студентах. — Итак, начнём пожалуй издалека. Вы наверняка точно знаете, сколько земель принадлежит вашим родителям, хотя бы в процентном соотношении. Знаете расценки в модных бутиках и стоимость автомобилей друг друга. Родители любят вас, заботятся, дают самое лучшее. В вас заложено много знаний, как родителями, так и преподавателями. Это история, биология, знания языков и математики, этикет и экономика, много не правда ли? И это даже не половина.

— К чему столь пространный диалог? — не выдержала Анна Александровна, чем вызвала недовольный взгляд выступающего.

— Потерпите немного, скоро вы всё узнаете, — задумчиво произнёс парень. — Возвращаясь к теме, скажите, что общего в том, что я перечислил?

— Это можно купить? — предположила Чижикова.

— Купи себе родителей. — язвительно посоветовал Ануфриев.

— Спасибо, но, кажется тебе это нужно больше. — парировала девушка.

— Ребята, прекратите! — остановила спор Анна, когда поняла, что Фёдор не собирается этого делать.

— Всё вышесказанное можно описать двумя словами, жизнь… — парень сделал паузу, собираясь с мыслями.

— А второе слово? — спросил кто-то из студентов.

— Ваша, — ответил Фонвизин. — Ваша жизнь, именно этими словами можно описать всё, что я сказал. Подавляющее большинство из вас наследники своего рода, будущие главы. В вас много вкладывают, но ещё больше ждут. Подавляющее большинство людей, там за пределами этих стен, никогда не смогут иметь столько же привилегий и благ, сколько есть у вас, они не могут этого даже представить.

— Поэтому мы костяк империи! — горделиво воскликнул Лобанов.

Анна поняла о чём идёт речь, прикрыв глаза от стыда. Естество девушки разрывалось, с одной стороны она как никто другой понимала Фёдора, но не могла ему верить. Вышедшая из угасающего рода, вынужденная работать в академии, чтобы брат смог получить образование, о да, она всё понимала. Но вот имеет ли право Фонвизин говорить о таком?

— Вложи столько же сил в образования обычного уличного бродягу и он станет не хуже тебя. Насколько я знаю, здесь только один человек хоть как-то себя зарекомендовал и это не ты, — облил помоями аристократа Фёдор, а что самое удивительное, никто не сказал ничего против, включая самого Лобанова. — Без подданных, вы просто зажиточные горожане, сколько бы у вас не было земель, денег, производств. Но мы немного отдалились от темы, я хочу донести до вас следующее. Совсем скоро грядёт война, но не подковерные интриги между аристократией, хотя и это будет, а настоящая мясорубка способная изменить весь ваш привычный уклад.

Видно было, что парень сомневается. Кивнув самому себе, он продолжил.

— Место куда вы отправитесь очень опасно, недавно там возник прорыв. Сразу три арки портала, — студенты неверяще зашептались, а Фонвизин продолжил. — Но перед этим военные взяли, как им казалось в плен, разумного пришельца с той стороны. Эти сведения так или иначе бы просочились, возможно ваши родители уже знают об этом. Демон, назовём его так, был маяком для портального перехода. Удалось переместить его далеко в лес, возле Калининского княжества, там же и открылись порталы.

— Если мы этого не знаем, — весомо заявила Лисина. — Откуда вам это известно? Наши родители бы сообщили.

— Вы многого не знаете, но это не значит, что этого не существует. — кратко ответил парень. — Мне плевать, верите вы или нет. А что касается вашей информированности, это не мои проблемы. Я лично переместил маяк в лес, где и появились окна перехода.

Студенты качали головами, поведение Лисиной никто не одобрял.

Анна и сама была в шоке от услышанного, он даже не удосужился сообщить ей, чтобы они более мягко преподнесли данные.

— Я дам вам знания, которые помогут выжить

— Каждый получит по питомцу? — под общий смех спросил Лобанов.

— Анна Александровна, подойдите.

Девушка выполнила требуемое, всем телом чувствуя, как на ней скрестились взгляды. Фёдор отдал пару команд и несколько студентов поставили линзу воздушного щита, уменьшенная копия того, который покрывал дуэльную арену.

— Теперь вы!

Фёдор попросил ещё одну пару поставить водяной щит, сразу за первым. Анна была уверена, будь в группе ещё воздушники или водники, двумя щитами это бы не ограничилось.

— А теперь Анна Александровна ударит.

Девушка примерно поняла, что от неё требуется, поэтому только молча кивнула. Что происходит? Непонятно, но где-то было написано, что надо подыгрывать психически больным, пока не приедет помощь. Или не представится возможность для побега.

— Вода? — коротко спросила Анна.

— Да, будьте так добры.

На улице в это время года не было проблем с водой, она была повсюду, хоть и в кристаллообразном состоянии. Но в помещении приходилось прибегнуть к бутылке, которую и достала девушка.

Аккуратно свинтив крышку, она стала выливать содержимое прямо на пол. Но ни одна из капель так и не достигла бетонного пола, посыпанного песком.

Влага зависла, будто потеряв земное притяжение. Но на самом деле она сейчас была целиком и полностью под контролем Анны. Вода одной большой струёй облетела вокруг, буквально на расстоянии нескольких сантиметров, а затем молниеносно полетела в сторону выставленных щитов.

По дороге удар принял форму, вытягиваясь своеобразной стрелой. Раздался звук рассекаемого воздуха, а затем и сам удар. Невероятной силы хлопок разорвал тишину, именно с таким эффектом происходит столкновение разогнанной до космической скорости воды с твёрдым препятствием.

Все присутствующие ощутили то, как увлажняется воздух. Зал наполнился мелкой моросью, но не успела она осесть, как Анна снова собрала доступные ресурсы, формируя стрелу намного меньше прежней.

Девушка и не надеялась с первого раза пробить щит, но вот сейчас она должна показать Фонвизину, на что способна.

Второй удар прошёл лучше, воздушный диск, принявший на себя удар, перестал сиять. Видимо парням поддерживающим его силу было не просто, но уже через несколько секунд они пришли в себя и щит снова стабилизировался.

— Замечательно, — похлопал Фёдор. — Отличный результат против спаренного щита воздуха. А теперь, внимание, мы попробуем ещё раз.

Парень сделал несколько шагов в сторону студентов, забирая чью-то стоящую на скамье бутылку.

— Вот, — он снял с пальца перстень с каким-то знаком, взял правую руку и быстро поместил его на указательный палец, при этом пояснив. — Так вам будет комфортнее, вектор прилагаемых усилий намного прямее.

Анна замерла, как выбежавший на дорогу заяц, когда он опустил её ладонь. Парень тем временем переместился за спину и она открытой шеей почувствовала его дыхание. Несколько студентов сдержанно засмеялись, а молодая учительница пошла красными пятнами.

— Спокойнее Анна Александровна. Сейчас на вашей руке расположился… — он замолчал, подбирая слово. — Скажем так, это проводник. Как в электричестве, вы можете передать импульс сквозь пространство, результат мы уже видели, а теперь постарайтесь сделать то же самое, только ощутив перстень. Будто хотите как в воронку сцедить силу сначала туда, а уже затем направить на мишени.

Анна и сама не заметила, как кивнула.

Сначала ничего не поменялось, перстень холодил палец, чувствовался не более чем куском металла, обычной к слову стали. От бессилия и неловкости она начала злится.

Какого беса тут вообще происходит? Мысли девушки начали бегать вокруг материала, возник вопрос, почему он не золотой или платиновый, не по статусу получается.

Такого рода размышления помогли успокоиться. Решив завязывать с экспериментом, Анна начала действовать. Энергия привычно потекла, готовая сорваться с руки каплей. Но в последний момент она почувствовала, что кольцо чуть нагрелось и стало засасывать в себя силу.

Весь импульс ухнул внутрь странного перстня, будто в яму.

Ничего не понимающая преподавательница хотела было спросить, что происходит, когда висящая в воздухе вода закрутилась, а затем исчезла. Разнеслось короткое «фььюююютььььь…», затем два негромких хлопка, будто кто-то хлопнул в ладоши и звук падающих камней.

Девушка поражённо уставилась на исчезнувшие щиты студентов, но самое интересное было сразу за ними. Анна покраснела, раскуроченная стена явно не входила в её планы. На плечо опустилась рука, Фонвизин успокаивающе произнёс.

— Всё в порядке Анна Александровна, всё в порядке.

Студенты молчали, смотря то на девушку, то на провал в стене, куда уже задувал ветер со снегом.

— Анна Александровна, вы в первый раз били в пол силы? — первой спросила Закатная.

— Н..нет, — пробормотала та. — Как обычно, полная выкладка.

— Может быть тогда Фёдор Константинович пояснит? — в свою очередь задала вопрос Влада, под одобрительный гул со стороны остальных.

— Да, поясню, — просто ответил наследник. — Этот механизм называется «глиф», его действие вы видели прямо сейчас. Конкретно этот концентрирует силу удара, по простому усиливает, придавая удару точечность.

— А есть другие? — зацепилась за оговорку Влада.

— Да, конечно. — кивнул парень.

— Я первая на тренировку! — быстро спохватилась Влада.

— И я, — Лисина. — Всмысле вторая я.

— Меня запишите! — пискнула Строганова.

— Ээээ, а я?! — Лобанов.

Студенты с горящими глазами начали составлять список, кто первый попробует на себе перстень. У Анны голова пошла кругом, эмоции которые она испытывала были не похожи ни на что другое. Это даже круче чем секс, которого в жизни девушки итак было мало. Чистая и незамутнённая сила, как в огнестрельном оружии. Небольшая отдача, убойная энергия, звуковое сопровождение.

Спохватившись, она вынырнула из самоанализа и спешно потянулась к кольцу, но её руку уже накрыла мужская ладонь.

— Оставьте себе, — улыбнулся Фёдор. — Надеюсь вам понравилась демонстрация? Вот мы и пришли к обещанному, мы с вами воспитаем новых магов, гораздо сильнее.

— Мы? — смутилась Анна, кляня себя за излишнюю эмоциональность.

— Да, мы. — утвердительно кивнул Фёдор. — Вы со мной?

Анна не знала, с ним она или нет, но одно она знала точно, она не хочет быть против.

Глава 19

В назначенное время Милослава крепко сжала ладонь сына, после чего их окутала тьма перехода, меняя привычный вид на усадьбу.

В доме осталась Кира, чтобы приглядеть за Константином в случае чего. Девочка почти сутки просидела рядом с раненным оленем, совсем немного вздремнула, получила ценные указания и осталась на кухне, баюкая кружку с чаем.

Сердце женщины сжалось, так она боялась снова возвращаться в Москву. Если верить новостным сводкам, главная проблема исключена, подруга оказавшая когда-то медвежью услугу мертва.

Переход прошёл без сюрпризов, но на выходе парочку ждали неприятности. Дело в том, что единственной знакомой локацией для переноса в голове Мирослава было поместье рода Фонвизиных.

Как только затухли последние завихрения, напоминающее северное сияние Милослава ощутила лопнувшие струны энергии, что пронизывала дом.

Собравшись было уйти, мать с сыном повернулись к входной двери, но были остановлены командным голосом.

— Стоять! Поднять руки, медленно развернулись!

Стараясь не провоцировать конфликт, прибывшие развернулись, чтобы рассмотреть говорившего. Им оказался ранее неизвестный мужчина лет сорока. Выправка и стойка говорили о том, что это военный, скорее всего имеет какой-то слабый дар, в основном полагается на оружие, пистолет, ствол которого смотрел на её сына. Видимо именно парня вояка посчитал самым опасным.

Милослава знала поместье как свои пять пальцев, но вот персонал сменился. Она была удивлена, почему никого больше нет.

В сегодняшнем состоянии, пройдя столько тренировок и впитав безумное количество энергии, противников для неё не было. Это и стало причиной, по которой когда-то был выбран путь целительства. Женщина слабо представляла, что может случиться, получи она силу разрушения, а не созидания.

Ее тонкие губы дрогнули, изогнувшись в улыбке.

Глаза охранника широко распахнулись, на лбу отчетливо появилась испарина.

— Мы сейчас просто уйдём, иначе твоя кровь закипит, выбирай.

Мужчина какое-то время пытается сохранить самообладание, но потом отворачивает оружие в пол, показывая свою покорность.

Милослава победно глянула на сына и с удовлетворённой улыбкой повернулась к двери, чтобы продолжить движение. Но перед глазами вырос силуэт весьма миловидной девушки с кудрявыми волосами медового цвета и полными губами, кожа бронзовая, глаза кошачьи, облачена в форму, говорящую о принадлежности к службе безопасности. В данный момент лицо незнакомки было скептичным и немного злым.

— Ты ещё кто такая? — бросила она, посмотрев куда-то за спину целительнице.

Почувствовав неладное, женщина раскинула щупальца силы, чтобы поверить пространство. Магия показала, что позади всего один объект.

Чуть выдохнув, Милослава попыталась сделать шаг назад, но наткнулась на препятствие, между ее лопаток больно укололось что-то острое.

Позади стояли ещё три девушки, все одеты в форму подобно первой.

Окружённая воительницами, Милослава вынуждена была сместиться в центр холла. Она давно могла начать сопротивление, но ей было интересно, что происходит и кто все эти люди.

Главные двери открылись, зашли ещё две девушки.

— Периметр осмотрен, больше никого нет.

— Свободны.

Девушки козырнули злючке с медовыми волосами, возвращаясь как полагала целительница на посты.

— Повторю вопрос, вы ещё кто такие? — снова спросила девушка.

Две ее напарницы сохраняли каменные выражения лиц. Охранник с пистолетом куда-то исчез.

— Вышло небольшое недоразумение, — дипломатично начала лекарка. — Мы переместились случайно. Вам лучше сообщить Феде, он скажет, как поступить.

— Фёдору Константиновичу, — мрачно поправила девушка. — Сейчас это невозможно, он отбыл на дуэль, я не буду беспокоить его по пустякам.

В холл спустился управляющий, удивлённо оглядывая собравшихся. Милослава сразу узнала Генри, старик вызвал в ней щемящее чувство ностальгии.

— Паула, что тут происходит? — в свою очередь спросил он достаточно приказным тоном, девушка поморщилась, но ответила.

— Засекли неизвестных, попали портальным прыжком, говорить отказываются, просят господина.

Выслушав Паулу, старик медленно обошёл прибывших, оставаясь за спинами охранниц. Его мысли не долго оставались загадкой.

— Ты должна знать, Паула, что не так много людей имеют такой цвет волос, да ещё и прыгают в пространстве.

— Рыжих полно. — фыркнула она.

— Но такого оттенка среди них нет, можно посчитать по пальцам одной руки. — старик пожевал губы.

— Выходит у нас очень редкие гости, — саркастично подметила валькирия. — Праздник какой-то!

— Это я и пытаюсь тебе сказать. — невозмутимости Генри можно было позавидовать.

Старый немец пристально посмотрел на внимательно следующую за диалогом Милославу. Девушку бросило в жар, хоть Генри и не имел магических способностей. Когда-то он не раз выручал советом, заменил отца, был практически другом.

Этот подозрительный взгляд целительница хорошо помнила, вот и сейчас не удержавшись, нервно поправила прядь выбившихся волос, которые в кое то веке распустила.

— Ксюша…?? — голос старика не выдержал чуть дрогнув и упав.

Милослава не знала, что и сказать.

— Как? — тихо спросила она.

— Ты когда поправляешь волосы, делаешь это мизинцем, особый жест, я всегда замечал.

— Отпусти меня, мне надо к нему. — попросила целительница.

— Да, конечно. — будто очнулся от гипноза старик.

— Может меня кто-то введёт в курс дела? — вмешалась Паула.

— Меня бы тоже не помешало. — добавил стоящий рядом Мирослав.

— Этих людей необходимо отпустить, это… — Генри сделал паузу, заметив лёгкое покачивание головой от Милославы. — Очень близкие родственники.

— К сожалению у нас нет таких полномочий, которые позволят оторвать Фёдора Константиновича от дуэли, — ухмыльнулась Паула. — Поэтому придётся вам подождать возвращения господина в соответствующем месте.

— Паула прекрати, вся ответственность на мне, — Генри виновато обратился к Милославе. — Простите, у нас слияние двух структур, пока нет согласия, как видите.

— Вижу, — кивнула женщина. — Очень жаль.

Целительница обвела взглядом собравшихся девушек из службы безопасности, широко улыбнувшись, отчего одна даже передёрнулась, такой многообещающей была улыбка.

— Мир, мальчик мой, мы торопимся.

— Давно пора, мам. — укоризненно покачал головой тот.

Милослава почувствовала прикосновение сына, затем резкий рывок. На группу была накинута лёгкая вуаль оцепенения, целительская техника. Одно небольшое вмешательство в передачу сигналов по нервным волокнам и девушки валятся на пол, как подломленные.

Не страшно, уже через пять минут смогут встать, будет неприятно колоть, да и общая слабость, как раз то, что нужно.

Целительница отметила, что сын отправился к окну. На секунду он замер, осматривая область доступную для визуального контакта, а затем они снова прыгнули.

Отчасти из-за этого Милослава беседовала с охраной, чтобы сын точно составил план бегства. На секунду ей стало дурно от одной только мысли о бегстве из собственного дома.

Глупо отрицать, что у неё не было фантазий на тему возвращения домой. Но ни одна не могла предсказать такого финала.

Когда девушки смогли подняться, парочка гостей была достаточно далеко. Где будет происходить бой женщина не знала, но здраво предположила, что только одно место может вместить такое большое количество зрителей. А то, что будет много людей она не сомневалась, дуэль между двумя великими родами, дуэль между наследниками, дуэль насмерть.

Даже одна из вышеперечисленных причин способна здорово всколыхнуть общество, а уж когда идёт такой набор, лакомый кусочек для любого.

На то, чтобы добраться до академии, ушло непозволительно много времени. С каждой минутой Милослава нервничала больше и больше, размышляя, правильно ли поступила, решив не прыгать микро порталами.

Время уходило сквозь пальцы, а такси будто бы ехало медленнее и медленнее. Когда мать с сыном добрались до места, часы показывали шесть сорок восемь, до конца дуэли должно было остаться около двенадцати минут, а скорее всего она завершилась.

Зимняя арена для проведения спаррингов и дуэлей располагалась под крышей, в большом помещении, некогда служившем спортивным залом.

Войдя внутрь и оказавшись меж рядов посадочных мест, Милослава не сразу поняла, что не так. Стояла тишина, но люди оставались на местах. Может уже поздно? Её сын проиграл? Тогда где тело?

От волнения руки целительницы зажглись холодным белым светом. Мирослав взял мать за руку, баюкая её ладонь в своей, пока та не пришла в себя.

— Спасибо, — прошептала она, с грустной улыбкой потрепав сына по шевелюре. — Похоже мы опоздали.

— А кто стоит на арене? — задал вопрос сын.

Женщина удивлённо закрутила головой, и только потом смогла рассмотреть стоящего в центре ристалища молодого парня.

— Не знаю. — протянула она растерянно.

— Это юный наследник Ананьевых, — пояснил сидящий на трибуне и слышавший разговор мужчина. Он обладал шикарными белыми усами и такой же шевелюрой, на вид лет шестьдесят. Его спутница же напротив, моложе раза в два, закатывает глаза и кутается в сверкающую антрацитово чёрную шубу. — Фонвизина ещё нет, видимо сегодня мы не увидим ничего.

— Как нет? — удивлённо подняла брови Милослава.

— Пока второго оппонента мы не видели, — пояснил мужчина. — А дуэльный час подходит к концу. Если молодые люди не решают проблемы за час, они решают их в суде.

— То есть, когда пройдёт время, а Фёдор так и не придёт, дело перейдёт в суд? — догадалась Милослава.

— Да, — просто ответил мужчина. — Очень разумный ход, тонко весьма тонко.

— Что вы имеете ввиду? — подал голос нахмурившийся Мирослав.

— Кто-то сообщил Фёдору, что Ананьевы поставят замену. Хотя, скорее всего он и сам догадался. Если бы я узнал, что за бретера пригласят, не пришёл бы, как собственно и сделал Фёдор Константинович.

— Кто выйдет за Ананьевых? — Милослава провела взглядом по трибунам, а точнее по первому ряду.

— Шаман! — сделав большие глаза выдохнул мужчина. — Настоящий, сибирский, а не те шарлатаны из наёмников. Слышал его изгнали из племени, чтобы искупить свою вину, ему нужно победить в ста дуэлях.

— И что, поэтому он опасен? — спросил сын, а Милослава в голове повторила его вопрос.

— Юноша, упаси создатель столкнуться с таким противником, на его счету уже больше семидесяти побед! — снова воскликнул он, а затем глянул на браслет сеферона. — Кажется, мы зря пришли сегодня, как я и говорил, ничего не будет. Идёмте дорогая.

Он галантно подал руку своей спутнице и они двинулись прочь.

Как раз в этот момент толпа сидящих всколыхнулась, а на арене появился второй дуэлянт. У Милославы отлегло от средца, когда она увидела живого и здорового сына.

Как можно описать её ощущения?

Намного проще не думать о ребёнке, до тех пор, пока ты не знаешь, что происходит. Сейчас женщина отдавала себе полный отчёт в том, что испытывает нестандартную смесь эмоций. Тревога, волнение, желание защитить. Всего этого не было столько лет, но сейчас появилось с новой силой. Пресловутый материнский инстинкт?

Места в первом ряду были заняты. Поэтому женщина осталась в середине, рядом с быстро вернувшимися аристократами. Мужчина, так лихо разгадавший планы её сына присел назад, а на лице его спутницы наконец-то пропало скучающее выражение лица.

Милослава присела на парочку освободившихся мест рядом. Тем временем на арене происходил разговор между Фёдором и Петром.

Целительница усилила слух, чтобы понять, о чём говорят дуэлянты. Сначала звук получился слишком сильным, в ушах захрустел песок с громкостью рушащегося камнепада. Поиграв с «настройками», она смогла выставить нужный диапазон.

— Опаздываешь, — начал Пётр, когда к нему приблизился её сын. В голосе Ананьева слышалось плохо скрываемое торжество и небольшая тревога, натянутая звонкой струной. — До конца дуэльного часа осталось несколько минут.

— Мне хватит и одной. — от тихого голоса Фёдора, целительницу проняло. Будто в открытый ворот шубы залетел зимний ветер, разом выдувая тепло, а вместе с ним и душу.

— Как всегда чересчур уверен! — прошипел Ананьев. — Ты думаешь я не понял, что ты сделал со Светой?

— Поделись же, не бойся. — проникновенно парировал сын.

— Ты убил её! — горечь и зло чувствовалось в голосе Петра, настолько явственно, что Милослава в какой-то момент пожалела юношу. — А я любил её, такие созвучные слова, но такие разные.

Снова и снова Милослава смотрела на стоящих на арене парней, спрашивая себя, что она тут делает. Защищает сына? Ему не нужна защита. Он вырос, стал самостоятельной личностью, он прожил целых пять лет, прожил этот отрезок без неё.

Целительница прекрасно понимала, что не знает своего сына.

Это осознание царапало сердце сильнее бешеной кошки, а душа выла, каясь во всех грехах, только вот поздно.

— Хватит лирики, пора умирать. — как-то устало произнёс Фёдор.

— Я могу себе это позволить, много слов, а вот ты нет. Ты сегодня отсюда не уйдёшь. — подытожил Ананьев.

На песок арены вышел судья, который зафиксировал время.

— Вот это поворот! — прокомментировал седовласый мужчина рядом. — Теперь на всю дуэль остаётся не больше двух минут, а это значит, что Ананьеву удалось! Вон, как сияет Геннадий.

Возбуждение толпы спало, сейчас гул стал разочарованным.

Они так долго ждали зрелища, а сейчас их этого практически лишили. Кое-кто поумнее наоборот восхищённо качал головой, в их глазах шоу только набирало интригу, одним из таких был усатый комментатор.

— Фёдор не потерял лицо, а Ананьев жизнь, идеальная партия, теперь всё решит независимый суд в лице императора! — восторженно говорил он. — Сейчас Фёдор скажет, что времени мало, дуэль отменят, гениально!

Ананьев удалился с арены, провожаемый задумчивым взглядом сына, а Милослава вдруг почувствовала, что так как сказал седовласый, не будет. В голове лекарки собирался пазл, сейчас эмоциональный ураган заставлял детали летать и кружится, но стоит ему утихнуть, как вырисовывается портрет.

Учитывая всё то, что сделал Фёдор, ясно одно, он не сдаётся.

Уничтожение Игнатьевых, красивый ход с Романовыми, квартал и его структура — это по отдельности вызывает уважение, а в целом поражает. Милослава видела огонь в глазах сына, такие как он горят внутри, обжигают, они не тлеют, они сгорают.

Всё или ничего.

Шаман появился на арене, неторопливо двигаясь к цетру. Лицо скрыто, видна только нижняя часть, а точнее наглая ухмылка. На голове своеобразный шлем сделанный из головы медведя, на плечах шкура, что опускается до самых пят. Крупный хищник, Милослава знала как никто, жизнь возле леса расширила её кругозор.

Фёдор ждал приближения противника, полностью замерев, будто тело забронзовело, подвергаясь какому-то проклятию. Над ареной зажёгся огромный циферблат, сделанный из продолговатых ламп накаливания, пронизанных раскалённой угольной нитью.

По кругу арены стояли шесть человек, они одновременно закружили потоки воздуха. Дуэлянтов накрыл светящийся голубой купол, отделяя от людей. Сейчас стихия воздуха была нейтральна, даже пропускала звуки, но стоило какому-то инородному предмету приблизится к какой-то части полусферы, как это место уплотнялось, начиная сверкать.

Когда защита была установлена, все увидели, что шаман уже подошёл к Фёдору. На его бедре тихонько позвякивал бубен, с другой стороны висела колотушка, а шею опоясывало ожерелье с птичьими черепами.

Фёдор был одет в полный латный доспех, больше походящий на костюм двуединых. Шлем закреплён на плече, латы идеально подогнаны друг к другу, броня плотнее обычного, видно несколько усилителей, ни единого зазора или технически слабого места.

Зрители застыли, плеваться от возмущения никто не стал, иначе рисковал пропустить что-то. Время было ограничено, стоит судье ударить в гонг, как начнётся драка. Вторя мыслям целительницы, прокомментировал седовласый усач.

— Шаман силён, очень силён, семь десятков побед, ему может хватить и двух минут.

— Интересно, сколько он получит за убийство. — спросила спутница седовласова, ничуть не стесняясь.

Да и что ей стесняться, никто же не знал, что рядом сидела мать Фёдора в которой потихоньку закручивалась тугая спираль тревоги. Она уже не сочувствовала Ананьеву, она смотрела на сына и неосознанно сжала подлокотники до боли в пальцах.

— О, интересно сейчас будет его фирменное представление?! — с волнением, будто мальчишка вслух спросил усатый.

— Какое представление? — с интересом спросил Мирослав.

— Смотри! — воскликнул мужчина.

Замеревший шаман принял уверенную позу и прикоснулся к ожерелью. Пара касаний дала ему энергии и он будто стал выше и шире. За его спиной стала проявлятся тень медведя, будто пятно на мокрой бумаге, расширяясь во все стороны.

Когда тень достигла размера в несколько метров, видимо возвращая оригинальный пропорции, она внезапно отделилась от земли. В огромном силуэте чернильно чёрного медведя, что встал за спиной шамана загорелись глаза, красные угольки, как в потухшем костре. Мрак образовался на всей арене, стало темнее. Появилось чувство страха, и не у одной целительницы, многие на трибунах почувствовали это.

Милослава представляла, какое сейчас давление чувствует сын, но не могла ему помочь.

Внешне Фёдор оставался спокойным, даже не шелохнувшись.

Когда свет вернулся, а медведь пропал, он наклонил голову набок, с интересом смотря на шамана. Так продолжалось несколько секунд, пока парень не кивнули сам себе, а затем щёлкнул пальцами.

Только-только освободившийся от давления разум людей получил колоссальный удар, даже за пределами купола. Будто сама земля вздохнула, приняв на себя силу ментального удара, который плотным одеялом накрыл всё вокруг.

Казалось, что реальность стонала, а воздух исчез.

Это продолжалось ровно пять секунд, в три раза меньше чем представление противника, а затем всё кончилось. Милослава пришла в себя, жадно вглядываясь, чтобы увидеть шамана. Парень стоял на одном колене, по подбородку текла кровь из прокушенной губы.

Фёдор смотрел на противника снизу вверх, пока тот не поднялся.

Судья указал на дистанцию, заставив дуэлянтов разойтись, а затем дал сигнал к началу. Фёдор снял шлем с плеча и оглянув трибуны надел на голову.

Застывший циферблат пришёл в движение, начиная отсчёт до конца поединка.

Разделяющее поединщиков пространство было внушительным, но это не помешало шаману преодолеть его со скоростью молнии. Он двигался скачками, стелясь по земле, будто зверь… Зверь?! Милослава с дрожью поняла, что он действительно стал здоровенным чёрным медведем, несущимся на Фёдора, неумолимо, словно локомотив.

Никто не понял, что произошло, но раздался звук удара. Волна воздуха прокатилась по арене, вздымая пыль, плеснувшую вокруг волной, как круги на воде. Первый удар ещё не стих, как через миг раздался второй. Это Фёдор, отлетел к стене барьера пушечным ядром и сильно ударился, вызывая серию вспышек.

Сын тяжело поднялся на руках, а затем встал на одно колено.

Медведь, которым обратился шаман снова бежал на Фёдора. Скорость снизилась, возможно большая часть энергии была брошена на первый бросок. Достаточно глупо, учитывая, что есть куда более интересные способы прикончить человека, если ты одарённый.

А может ли он использовать что-то другое?

Когда пространство между человеком и зверем сократилось до нескольких метров, зверь прыгнул, намереваясь всем телом размазать противника. Но Фёдор не стал ждать удара, он уже поднялся и сейчас сделал пару шагов назад, упираясь спиной в барьер.

Сын выставил вперёд руки, трибуны ахнули, все подумали, что он собирается голыми руками остановить врага. Медведь тоже не заподозрил ничего опасного, туша почти влетела в стоящего парня, когда из каждого наруча доспехов вышли клинки.

Блеск металла и вой медведя, монстр врезался, нанизывая себя на клинки. Но Фёдор поставил себя в неловкое положение, теперь зверь смял его лапами, в такой схватке не выиграть, чистая сила на стороне шамана.

Но неожиданно тушу медведя откинуло, он несколько раз кувыркнулся в воздухе и приземлился в десятке метров от парня.

Фёдор оттолкнулся от барьера и медленно пошёл к хищнику. Медведь фыркнул и ударил лапой по земле, вызвав целую тучу пыли вперемешку с песком, которая и скрыла его силуэт.

Фёдор остановился. Милослава с удивлением заметила, как её собственная рука покоившаяся в ладони Мира сейчас была крепко сжата. Сам юноша не отрывал взгляда от арены, губы плотно поджаты, глаза же напротив сверкали.

Тем временем пыль быстро осела, являя зрителям три медведя.

На циферблате оставалась минута, когда хищники ринулись в атаку, заходя с разных сторон. Фёдор почему-то уверенно дёрнулся к одному из самых дальних противников, быстро сокращая дистанцию.

Его выбор был правильным, сократив расстояние, он вскинул руку и обрушил её вниз. Такой простой жест на большом расстоянии не помешал нанести урон, будто в руке парня был невидимый молот. Сила обрушилась на медведя, вбивая того в землю. Дезориентированный зверь мотал головой, а Фёдор уже обходил его и схватив за холку, начал разрывать.

Другие звери бежавшие на помощь замерли, падая на песок.

Публика визжала от восторга, этого стоило ждать. Такой красочный и быстрый бой, вместо нелепого хождения вокруг да около. Уже никто не обращался внимания на время, которое стремительно утекало. Все смотрели, как молодой глава великого рода расправляется с ходячим ужасом. А Фёдор был непоколебим, в парне будто проснулось второе дыхание, даже потрёпанный вид и мятый доспех не мешали восхищаться его статью.

Он дёрнул, вызвал вой боли, переходящий в хрипящий человеческий крик, сначала показалось, что он содрал шкуру с монстра, но затем стало видно, как из силуэта медведя был выкорчеван сам шаман. Другие медведи в этот момент упали замертво, медленно рассыпаясь, уже через несколько секунд от них остались только горки песка.

Шаман был в одной набедренной повязке, к которой оказалась приторочена колотушка и бубен. Человек нелепо отполз, а Фёдор откинул в сторону ставшую безвредной шкуру, направляясь к бретеру.

Теперь сын смотрелся гораздо массивнее на фоне своего практически голого оппонента. Народ ликовал, в воздух взлетали шапки, бутылки, салфетки. Среди аристократов были и простые одарённые, простые люди, вход на ристалище бесплатный.

Если родовитые поддерживали Фёдора потому что он был против чужого, простые одарённые восхищались боем, обычные люди с улиц поражались жестокостью.

Пытающийся уползти шаман остановился, Фёдор поднял руку, клинок сверкнул в свете ламп. Он собрался убить его без применения магии, на табло оставалось тридцать секунд, но уже никто не сомневался, что шаман труп.

Неожиданно шаман зацепил горсть песка метнув его в лицо наклонившемуся Фёдору. Песок превратился в дым, втягиваясь в прорези для глаз и рта. Парень остановился, а шаман тем временем встал на ноги, ничто в его образе не напоминало о том ужасе, что он пережил мгновением раньше, сейчас он контролировал ситуацию.

— Нет, нет, нет…

Фёдор озирался, будто был окружён врагами, шепча одно и тоже. Милослава от волнения привстала.

— Я могу попробовать его вытащить! — прошептал Мирослав.

— Не сможешь, купол не позволит. — не стала вдаваться в подробности мать, а Мир скрипнул зубами.

Шаман ходил кругами что-то заунывно напевая и стуча в бубен. Фёдор же махал руками и похоже с кем-то дрался. Ментальное воздействие, он не смог попасть в разум сразу, вот его сила кроме всего прочего. Дух зверя и ментал, как только Фёдор вдохнул яд, шаман проник в его сознание.

— Нет! Дед, не нет!

Горечь в голосе парня ранила Милославу, она поняла, что за воспоминание использовал шаман.

— Что это? — непонимающе спросил Мирослав, он не слышал голосов по ту сторону. — Какого беса? Он под контролем?

— Да, — тихо ответила мать. — Он вызвал воспоминание смерти дедушки, Федя сейчас там, где бы то ни было.

— Урод! — резюмировал Мирослав.

Трибуны молчали, все смотрели на финал боя, наблюдая, как парень делает какие-то жесты. Вот он будто прикрывает кого-то, вот дерётся, вот кричит. Всё это напоминало немое кино.

Шаман сосредоточенно продолжал пляски, на его губы вернулась самодовольная ухмылка.

Когда на табло осталось десять секунд, шаман прекратил ритуал и решил покончить с противником, он подошёл к шкуре, вытаскивая неизвестно как оказавшийся там клинок.

Но что-то изменилось.

Фёдор сел на землю, а Милослава прикрыла глаза, чтобы сдержать слёзы.

Девять…

Целительница услышала треск разрядов, если ты хоть раз слышал, какие звуки издаёт электричество, не перепутаешь.

Восемь…

Открыв глаза, женщина заметила, как возле груди у сидящего на земле сына начали проскакивать молнии, закручиваясь в диск. Он медленно встал, разведя руки в стороны.

Семь…

На арене поднялся ветер, сметая песок. Почувствовавший неладное шаман обернулся и с рычанием побежал к Фёдору, но был снесён порывом ветра к самому краю.

Шесть…

Из прорезей в шлеме засиял свет, будто молнии были и там, ноги Фёдора оторвались от земли. Поднявшаяся буря раскручивала ураган центром которого был сын.

Пять…

Молнии покрыли всё тело Фёдора, скользя по доспеху, но не причиняя вреда своему хозяину.

Четыре…

Диск молний расширяется, сияя всё сильнее.

Три…

Где-то высоко гремят раскаты грома. Милослава по реакции людей вокруг понимает, что это уже за пределами купола. Гром гремит над зимней Москвой, всё происходящее напоминает суд богов.

Два…

Шаман делает последнюю попытку кинутся на Фёдора, но тут всех глушит разряд. Широкая молния состоящая из тысяч молний поменьше летит сверху. Она пробивает крышу здания, а потом и купол, врезаясь в широко раскрывшего глаза шамана.

Один…

Бой заканчивается, на табло горит цифра «00.01».

Глава 20

Когда я пришёл в себя, вокруг слышались бурные разговоры людей, сознание буквально утонуло в волне тревоги и ожидания. Смотрю по сторонам, чтобы понять, что произошло. Последним, что помню, был поверженный шаман, а затем белое полотно.

Я лежу на песке арены, прямо над головой дыра в потолке, через неё видно кусочек неба. Сферы, которая накрывает арену нет. Поэтому я и слышу всех этих людей, звуки больше не приглушены.

Сажусь, вызывая новую бурю обсуждений. Чувствую приближение человека, воздух вокруг густеет, непонятно чего ожидать, может решат добить пока я слаб.

— Федя… — знакомый голос заставляет повернутся. — Федя! Ты в порядке?

Рядом опускается Милослава, заглядывая в глаза и пытаясь стащить шлем. Помогаю женщине, мне и правда не помешает целитель. Мир тоже тут, встал в некотором отделении, мониторит окружающую обстановку, молодец. Пока прохладная волна целительской магии делает своё дело, восстанавливаю события.

Такое ощущение, что внутри меня кто-то шарился, грязными пальцами перебирая белые листы моих архивов. Наследил этот некто, сильно. Но уже через минуту поплавок дёрнулся, я вытащил первое воспоминание.

Но как? Почему? Этого не может быть?

Может быть что-то перепутал? Вторая проверка даёт такой же результат, я вспоминаю бой у карьера, смерть деда. Из горла непроизвольно вырывается рычание.

— Где этот сучонок?! — порываюсь встать, но движения целительницы стают жёсткими как сталь, она останавливает порыв.

— Всё уже кончено, ты победил, — Милослава улыбается. — Успокойся.

— Мне надо с ним кое-что обсудить.

— Увы, но это невозможно, твой последний магический удар не оставил от него и следа.

— Как? — спрашиваю и торможу, пытаясь вытянуть из памяти этот момент.

— Мы должны были потом это обсудить… — начинает Милослава, но видя мой твёрдый взгляд решает рассказать. — В общем ты будто дрался с кем-то, а потом появился гром, молнии… Точнее одна молния.

— Понял. — благодарно киваю.

— А вот я не совсем поняла, вам не избежать разговора, юноша.

— И не надеялся, — бурчу себе под нос, одновременно качая головой на вопросительный взгляд со стороны судьи. Его медики мялись рядом, не зная, как и реагировать на вторжение неизвестной коллеги. — А теперь, мне надо закончить начатое.

— Что ты намерен делать? — хмурится Милослава. — Как доктор, советую тебе отдохнуть, минимум сутки. Не знаю, что это за техника с погодой, но она почти высушила тебя. В организме не осталось энергии.

— Если мне потребуется совет целителя, я спрошу. — намекаю, что её разглагольствования не имеют под собой почвы.

— А совет матери? — робко спрашивает она.

— То же самое, — отвечаю уже мягче, нет я не простил её, но когда-то у меня хватит сил это сделать. — А теперь не мешай.

Тихонечко встаю, чтобы подойти к судье.

Глаза отмечают, что на трибунах будто-бы появилось больше людей. Ещё бы, такое зрелище, а они даже ещё не представляют, что это не конец. На табло горит всё та же цифра, одна секунда до конца поединка.

У меня есть время, чтобы покончить с Ананьевым. Вопрос в том, надо ли мне это в данный момент. Если оставить кретина в живых, можно выиграть время, не знаю сколько, но явно больше нежели в случае его смерти.

Милослава устраивается рядом, чтобы помочь дойти, Мир держится с другой стороны, отодвигаю родственников. Это не обида, просто в порыве жалости она забыла, что мой доспех весит больше сотни килограмм.

Анализирую прошедшую дуэль. Она оказалась крайне интересной, во всех смыслах. Даже не мог представить, что какой-то шаман может составить мне конкуренцию, но как оказалось, всё просчитать никогда не удаётся.

Начал дуэль я достаточно ровно, делал максимум из того, что было в распоряжении. Хотелось дать наблюдателям пищу для размышлений, показать себя, но не всесильным. По сути, я играл с сибиряком, ровно до того момента, пока он не применил ментальную технику.

Его показательная техника с медведем, кого-то она может впечатлить, но я видел центуриона вблизи, с таким трудно конкурировать. Ужас, который источало заклинание был сильным, проняло даже людей за барьером. Мне следовало тоже немного поиграть на публику, что я и сделал.

В последний момент пришла идея отколоть что-то эдакое, там появился щелчок, добавив здоровую порцию пафоса. Подобно оплеухе выписанной ребёнку, удар снёс шамана с ног, но тот смог удержаться на колене. Следовало тут же сделать выводы, что парень балуется менталом, но в тот момент я был слишком беспечен.

Преображение, непонятная форма медведя, чего-то такого я и ждал.

Метаморфизм был встречен клинками, по прежнему не хотелось показывать актуальный уровень силы. Затем разделение на несколько ипостасей, тут я без труда нашёл нужного монстра, первый раз за всю дуэль применив что-то стоящее, кинетический молот, как сам обозвал подобный удар.

Но вот потом, когда мне надоело играть, шаман что-то почуял, решив применить самое сильное в его арсенале. Готов поспорить, что он несколько раз пробовал проникнуть ко мне в сознание и раньше, быстро сориентировавшись, что с наскоку эту крепость не взять.

Судья разговаривал с старшим Ананьевым, который похоже не был доволен беседой. Полный мужчина поджал губы, отчего щёки стали казаться ещё больше.

Мысли снова свернули к выбору, убить Петра сейчас, или построить комбинацию в которой его жизнь станет для меня ценнее смерти.

Геннадий будто понял о чём я думаю, оскалившись мне в лицо. Сдаваться этот человек не собирался.

— Чего ты хочешь? — жарко спросил он, вид развязный и спокойный, но в глазах застыл страх.

О нет, это не страх передо мною, а страх за жизнь ребёнка. Не смотря на внешность полного и весёлого дядечки, старший Ананьев один из тех, кто прошёл войны за власть в своё время. И победил, что очень важно.

Нужен ли мне такой противник?

— Справедливости. — не знаю почему, но это вырвалось у меня.

— Это бред, — поднял ладони Геннадий. Судья тактично отошёл, Милослава тоже. — Мальчик, просто назови цену.

— У тебя нет столько. — голосом змея искусителя я предложил ему выход. — Ты, выйдешь на бой вместо своего сына. Как тебе предложение?

— Урод, — только и прошипел мужчина, неожиданно плюнув мне в лицо. — Тебе не жить, если что-то случится с моим сыном, я найду способ отомстить.

— Жаль, что ты не согласен. А Ольга бы согласилась. Я всем предлагаю выбор, которого вы меня раз за разом лишаете, уже это делает меня честнее любого из вашей грязной кодлы.

Краем глаза вижу, как на этих словах вздрогнула стоящая чуть поодаль Милослава.

— А сейчас она мертва. — прищурился Геннадий.

— Все делают ошибки, а местная аристократия ещё и забыла, что за них надо платить.

— Мы сможем договорится? — чуть опустил вожжи Ананьев.

— Конечно, условия ты знаешь.

— Не договоримся значит. — пробормотал он.

Я мучительно рассчитывал, как поступить. Тут вариантов немного, это дело надо закончить. Убив или помиловав Петра, я сделаю только половину. В любом из этих случаем, Ананьев постарается меня убрать. Если не он сам, то его сын точно, а значит — это не приемлемо.

Хорошим вариантом было бы согласие Геннадия, после его смерти, клан будет долго оправляться, особенно если во главе него останется Пётр. Ещё можно связать род какими-то обязательствами, но сейчас, когда легализован по сути только я, а все остальные члены семьи в тени, это не сработает. Опасно, могут попытаться меня убить, а проблем и без этого не мало.

— Не договоримся. — повторил я следом за Геннадием.

Мужчина развернулся, идя на встречу к плачущей жене. Она сверлила его спину взглядом побитой собаки, но когда увидела лицо, разрыдалась сильнее прежнего. Милослава за спиной вздохнула, как-то осуждающе.

— Выходим, у нас ещё одна секунда. — киваю ждущему судье, всё начинается заново.

Люди успокаиваются, садясь на свои места.

Мы с Ананьевым снова в центре, друг напротив друга. Стоит отдать должное, он хорошо скрывает страх, только лицо напряжено больше обычного. Пару раз глянул через плечо на мать и отца, какая никакая но это семья, которую мне придётся уничтожить. Ради чего? В первую очередь ради себя и своих близких.

Я даже не стал надевать шлем, держа его в руке.

— Хочешь что-то сказать? — спрашиваю Ананьева.

Парень лишь мотает головой, кидая быстрый взгляд на табло.

Судья даёт отчёт, дуэль начинается. Дуэль заканчивается.

Я сразу же разворачиваюсь и иду в противоположном направлении. Купол распадается не сразу, а через несколько секунд, после того, как позади меня падает тело Петра. Именно тело, пустая оболочка с выгоревшая изнутри. Я не стал усложнять и устраивать шоу, а просто закончил как можно быстрее.

Стараюсь найти выход подальше от горюющих родителей парня, сцены сейчас не нужны.

Только выходя с арены, подставляя лицо морозному воздуху, понимаю, что пути назад нет. Выход один, поглотить род Ананьевых.

Милослава вышла из здания вместе со мной, но потом кивнула на прощание и растворилась в вихре перехода.

Вернувшись домой зашёл в кабинет отца, устало снял доспех и вытянулся в кожаном кресле. Слуги принесли ужин, подавая пышущие жаром блюда. Я механически пережёвывал пищу когда в дверь кабинета поскребли. Открыв, обнаружил Али, смотрящего на меня с удивительно беспокойным взглядом звериных глаз.

— Что случилось малыш?

Питомец уже выше пояса, скоро в холке станет достигать груди. Сейчас зверь нервно бил хвостом и быстро просочившись в кабинет стал ходить кругами.

— Ну, ну, хватит, что случилось? Тебя сегодня не покормили?

Он лишь неразборчиво прорычал, а затем бросился на меня, мягко повалив на устланный ковром пол. Не замечал ранее такой любви к играм, да и не то настроение. Собравшись было сбросить своевольного зверя с себя, был прижат мощными лапами к полу. Али обдал меня не свежим дыханием из пасти, поймав мой взгляд и впившись глазами.

Я почувствовал, как что-то стучится мне в сознание, будто просит разрешения, как минутой ранее у двери. Ощущения новые и непонятные, однозначно требующие внимания.

— Что ж, будь по твоему. Но сначала я встану.

Али почувствовал моё желание и отпрянул, усаживаясь напротив. Сейчас можно было смело сказать, что зверь теряет таким привычные кошачьи очертания, превращаясь в того центуриона, что я видел раньше. Грудь стала массивнее, хвост толще, морда расширилась, вокруг пасти появились пластины, которые могут принять автоматную очередь, надёжно прикрывая шею.

Пришлось скрестить ноги для удобства. С некоторым сожалением посмотрев на нетронутую еду, ворчливо уставился на центуриончика.

На то, чтобы войти в транс ушло много времени. Мысли были спутаны, в душе раздрай, море эмоций всколыхнули навалившиеся события. Взяв внутреннее состояние под контроль, открыл разум.

В голову ворвались горячие фрагменты, воспоминания, глазами Али. Они ложились раскалёнными углями, причиняя небольшой но терпимый дискомфорт.

Образы форпоста, нашего боя, снова образы посёлка.

Непонимающе помотав головой проворчал.

— Что? Что ты от меня хочешь? Я это помню.

Зверь как мне показалось раздосадованно прорычал и сделал вид, что уходит из комнаты, подойдя к двери. Затем снова вернулся на место и снова отошёл. Непонимающе покачав головой, вызвал новое рычание, а затем он схватил зубами за рукав и потянул.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл за тобой? — догадался я. — В посёлок? Но что нам там делать?

Утвердительное рычание.

Надо же, разговариваю с животным, хоть и родившимся в другом мире, но животным.

Перехватив несколько кусков мяса из тарелки под нетерпеливым взглядом друга, снова полез в доспех. Обещал же, что никуда без лат, обещание надо держать.

Переход оглушил на несколько секунд, после чего мы появились в центре форпоста, который не так давно защищали. Вокруг бегали люди, выла сирена тревоги, на нас никто не обращал внимания.

Я подобрался, как и стоящий рядом Али, тот вовсе припал передними лапами к земле.

— Прорыв? — спросил я, но ответа как и ожидалось не получил.

Тёмное небо озарилось вспышкой магического удара, в посёлок по кривой дуге залетел пущенный каким-то огневиком снаряд. А это уже интересно, не помню, чтобы монстры из порталов умели применять магию.

Али быстрыми прыжками скрылся из виду, я заметил только направление, он поскакал куда-то в сторону укреплений, которые смотрели своими стенами на карьер.

Суматоха нарастала, чтобы понять, что происходит, побежал к дому Вишневского, если кто и сможет прояснить ситуацию, так это Док.

Пока добирался до основательного домика целителя, в небе ещё несколько раз полыхнул огненный шар. Звук драки доносился совсем в противоположной стороне от разлома, значит кто-то напал на посёлок.

Сергея обнаружил выходящим из дома, лекарь поправлял перевязь с какими-то лекарствами, из-за спины торчит приклад автомата, а сам Док весьма взволнован.

— Что ты тут делаешь? — заметил меня мужчина.

— Я бы сам хотел это знать, — проворчал я, инстинктивно приседая, когда над головой пролетел огненный шар, расплескавшийся пламенем позади, охватывая и пожирая деревянный домик. Донёсся истошный крик заживо сгораемого человека, впрочем, быстро перешедший в хрип, а потом и вовсе настала тишина. Мы отошли за створку металлических ворот, чтобы со стороны нападающих не прилетело чего убойного. — Лучше скажи, какого беса тут творится? Кто напал на посёлок курируемый самим императором? И где его люди?

— Это Новгородцы! — прошипел Док. — Решили загрести ресурсы.

— Снова бунт?

— Хуже. — мрачно сплюнул Сергей. — Император мёртв. Это не бунт — это революция.

Меня будто пыльным мешком ударили, настолько неожиданной была новость. Императора убили? Но как? Вопросов в голове крутилось много, а времени мало.

— А как ты тут оказался? — задал логичный вопрос Вишневский.

— Меня привёл питомец, он какой-то нервным этим вечером.

— Не простой зверь. — согласно кивнул Сергей. — Где он?

— Я не знаю… Побежал в сторону окопов. — по спине побежали мурашки.

— Со стороны разлома?

— Да.

— Я займусь ранеными. Помоги чем сможешь, не думаю, что их много. Сейчас бьют дальнобойными, скоро пойдут в прямое столкновение.

Киваю целителю и мы расходимся. Сергей удалился в сторону атакующих, а я побежал искать своего питомца. Если мои предположения верны, Али не просто так меня выдернул сейчас. Не думаю, что пришельцу есть дело до дрязг людей, тем более на таком расстоянии. Нет дела ему и до прорывов, точнее обычных прорывов.

Но вот то, что привело нас сюда именно сейчас заставляет сердце сжаться. Что такого почувствовал пришелец?

Приблизившись к укреплениям, сначала подумал, что враги пробрались и с этой стороны. Причиной такому выводу стало сияние на полнеба, озаряющее низкие ночные облака.

Питомца нашёл стоящим на одном из помостов, он уставился в сторону поля, разделяющего нас и разлом. Костяные пластины, напоминающие перья птицы ходили ходуном, поднимаясь на холке практически перпендикулярно. Сам зверь низко рычал, как небольшой бензиновый генератор, высматривая что-то в темноте.

Мне предстала не самая приятная картина. Из глубины старого карьера в небо бил луч света, но не обычного тёплого или холодного, вызванного электричеством, а магического сияния, расходящегося волнами вокруг. Всё остальное пространство между нами поглотила темнота с низко висящими облаками, карьер сейчас напоминал прожектор, направленный в небо.

Звуки боя за спиной меня уже не трогали, гораздо интереснее было понять, что происходит с меж мировым разломом.

Ночь не позволяла многого рассмотреть, но я отчётливо различил тени, что стали мелькать на краю карьера. Не надо быть профессионалом в изучении порталов иномирян, чтобы догадаться, что это гибкие и смертоносные тела монстров.

Посёлок оказался зажат с двух сторон.

Но меня беспокоило не это, а изменившийся рык Али, теперь он напоминал скулёж, а сам зверь припал на все четыре лапы, прижав уши.

Глава 21

Опускающаяся ночь была тёмной, низкие облака заслонили луну грозно нависая над землёй. Казалось, что если бы не они, луч света бьющий в небо увидели в Москве.

По доносящемуся шуму баталии я понял, что никого не волнует непонятная иллюминация, они заняты резнёй друг друга.

Али лежал в ногах, уже даже не пытаясь рычать. Питомца била дрожь, он нервно крутил хвостом и неотрывно пялился в сторону нового прорыва. На краю карьера в свете магии мелькали силуэты, быстрее и быстрее, скорость намного выше чем я видел в прошлый раз, будто их что-то гнало.

Пока монстры не минули несколько километров степи, спрыгиваю с барьера. Али наконец-то отлип и последовал за мной, не отставая ни на шаг. Рука выхватила пробегающего мимо солдата, им оказался пожилой воин спокойно взглянувший на меня и открывший было рот для отповеди, но сказать ему я не дал.

— Боец, перед тобой глава великого рода Фонвизиных, случай мой приказ, это очень важно! — не сказать, что солдата это впечатлило. — Сейчас произойдёт прорыв, очень большой, найди главного в этом хаосе и передай, чтобы готовились к обороне.

— Какая к чертям оборона?! — проорал солдат. — Эти сукины дети сейчас нас всех сожгут, пикнуть не успеем.

— Если не сделаешь как я сказал, вас не сожгут, а сожрут. Передай, как прекратится огонь со стороны мятежников, вам тоже запрещено стрелять. — пробурчал я, выпуская его из рук. — Пошёл, выполнять приказ, боец.

Самому же мне предстояло подавить нападающих.

Как не вовремя умер император, даже не представляю, что сейчас начнётся в столице. Но, могло быть и хуже. К счастью, я проредил верхушку, отправив на тот свет клан самых властолюбивых сук в этой части России.

Сложно сказать, пойдёт ли сейчас ослабление великих родов на пользу. Этим могут воспользоваться выходящие из тени младшие. Геннадий сейчас убит горем, все его мысли только об одном, как поскорее убить меня. Остаётся только Алфёров, он командует армией, к тому же его сын Дмитрий хоть и затих на время, но остался фаворитом при дворе. Вот этими я и займусь в первую очередь.

Размышляя о новой политической обстановке, неспешно перемещался по горящему посёлку. Прыгая с места на место в пределах видимости, благо, зарево пожаров давало хорошее освещение.

К краю посёлка добрался в считанные минуты, оказавшись у уронившего от неожиданности бинокль солдата. Мы стояли с краю, в небольшом отдалении. Окоп шириною в пару метров и высотою мне по грудь, хорошо скрыл переход. Молодой парень, чуть старше меня, сейчас удивлённо таращился на громадину лат и утробно рычащего Али.

Я сложил пальцы пистолетиком и направил на него.

— Пиу, и ты труп, — парень побледнел, отступив на пару шагов. — Прибор ночного видения мне, живо.

— Н-е-е-е положено, — промычал парень. — Т-т-т-ревога!!

— Кочетков, твою мать, что там у тебя?! — выругался кто-то в траншее за углом.

— Товарищ сержант…

— Вижу, — вышел из-за угла подтянутый вояка. — Чем-то могу помочь, ваше высокоблагородие?

— Прибор ночного видения. — повторяю узнавшему меня мужчине.

— Кочетков, дай прибор его милости. — гаркнул воин, а затем обратился ко мне, перекрикивая заработавший рядом пулемёт. — Что вы намерены делать, ваша светлость?!

— Кончай уже с светлостями и милостями! — приказал я, увидев облегчение в глазах простого офицера, стало понятно, что ему неловко в моём обществе. — Я схожу в гости к ним, когда прекратят стрелять, вы тоже прекращайте.

— Понял, но не знаю, как отнесутся старшие по званию.

— Времени нет, сейчас идёт прорыв, — солдат побледнел, даже не смотря на возраст и опыт. — Я пошёл, держитесь.

Приняв у Кочеткова бинокль, чуть высунулся из траншеи, чтобы оглядеться. Видимость была отличная, подсветка со стороны разлома становилась только ярче, но времени ждать не было. Прибор был нужен для того, чтобы точно определить насколько растянуты силы противника и где самые главные засранцы.

Магов огня увидел сразу, они перемещались за небольшим холмом, огненные шары летели один за другим, но из разных мест. Логично, иначе пулемётчики и снайперы их давно бы вычислили.

Видимости для прыжка не хватало, останавливаться на середине поля под обстрелом с двух сторон не хотелось.

Прибор показывал, что нападающие вытянулись дугой, пересчитать их было невозможно, те часто скрывались в овраге. Поражало большое количество огневиков, удары то и дело сыпались на посёлок. Кроме атак огнём были выстрелы огнестрельного оружия, никакой водной магии или телекинеза.

Как я сразу не догадался! Они знали куда пришли, знали зачем, сферы не сгорают в огне, но их можно повредить сильным физическим воздействием. Новгородцы планомерно сжигали форт.

По всему увиденному получалось, что они и не будут нападать. Просто так и продолжат кидаться огненными шарами из-за холма, пока не выжгут всё и вся. Хороший план, не будь сегодня прорыва, он бы увенчался успехом.

В ночи были видны только огненные всполохи от вылетающих заклинаний, недостаточно для перехода.

Идея пришла неожиданно, посмотрев на пелену облаков, которая светилась на целый километр в диаметре, решился на прыжок в небо. Али брать опасно, пришлось приказать зверю оставаться в траншее, рядом с испуганным Кочетковым.

Приготовившись и вручив ставший ненужным визор в руки молодого солдата, исчез. Не видел, чтобы кто-то практиковал такое раньше, а когда оказался в небе, понял почему.

Шлем сужал видимость, пришлось изворачиваться как падающему коту, чтобы точно понять, куда прыгать снова. Не вовремя пришла мысль о свете магии, сопровождающем каждый прыжок. Сконцентрироваться не получалось, я чувствовал всем телом, как неотвратимо приближается земля.

Казалось, до нового прыжка прошла целая вечность. Пришлось выкручиваться уже походу, новый прыжок постарался сделать быстрее, на какое-то время стабилизировав себя с помощью телекинеза. Это не осталось незамеченным, по броне шоркнули первые пули выбивая сноп искр, что ещё больше демаскировало меня.

До окопавшихся врагов добрался в пять переходов, появившись прямо над головами суетящихся огневиков. Убивать никого не стал, сейчас важен каждый человек. Визор не мог показать, где ставка командования, а она должна была быть. Очутившись в воздухе над нападающими увидел небольшую группу людей в отдалении, трое, стоят плотно не нападают.

Один переход и я падаю с высоты в трёх метров вниз. Приземление вышло не самым крутым, соскальзываю с устланного снегом покатного бугра запнувшись на ходу. Это спасло от сразу нескольких выстрелов, парочка даже попала по броне, но отрикошетила, спасая от лишних отверстий в теле.

Ещё один прыжок за спину группы людей, вытаскиваю первое попавшееся тело, прикрываясь им от сбежавшихся в кучу людей.

— Не стрелять! — командный женский голос остановил направленные на нашу парочку и готовые к выстрелу стволы.

— Выкинешь что-то непонятное и ты труп, — дружелюбно посоветовал я дёргающемуся в захвате человеку. — Всем остановится, иначе оторву голову вашему другу, а потом и всем вам! Вы же не используете её по назначению, нападать на имперский форт, придурки!

На секунду появился шанс рассмотреть окружающих.

Лица обычных воинов скрыты шлемами, как и того, которого я держу. Но вот лица оставшихся двух главных открыты. Высокий мужчина с окладистой чёрной бородой и длинными до плеч волосами, рядом женщина, волосы такие же тёмные, черты лица правильные, рослая и сильная. Если мужчина смотрел с яростью, то в её взгляде был неприкрытый интерес.

— Отпусти её и мы позволим тебе уйти. — предложила женщина.

— Кого? — не понял я.

— Меня, придурок! — прошипел милый голосок совсем рядом.

— Это плохое предложение, у меня есть другое. Как насчёт спасти свои жизни и жизни множества людей?

— Ты можешь спасти свою жизнь, — сделала шаг вперёд темноволосая.

— Стоять! — с силой сжимаю попавшуюся в руки пленницу, латы на ней начинают деформироваться с жутким скрипом, а сама девушка натужно всхлипывает.

— Стоим. Твоё предложение? — наклоняет голову темноволосая всё так же с интересом рассматривая меня.

— Знаешь кого я вижу перед собой? — вмешался здоровяк похожий на викинга. — Трупа!

— Трупы тут все, так или иначе, — киваю в сторону разлома. — Там сейчас собирается весёлая компания, как думаешь, быстро они доберутся до нас? Я ставлю на то, что очень быстро.

— Артём, — в голосе темноволосой появилось напряжение. — Проверь.

Викинг достал бинокль и стал подниматься на холм, не спуская с нас глаз.

— Кто вы такие? — пользуясь случаем спросил я. — Вы убили императора?

— Мы, — чуть ли не промурлыкала темноволосая. — Меня зовут Ольга, Ольга Романова.

Я поморщился от знакомого имени. Моя запинка была воспринята иначе.

— Гарантирую, если сделаешь глупость тебе не будет места в этом мире. Земля загорится у тебя под ногами, достанем отовсюду.

— Только в том случае, если я буду прятаться. — возразил я.

— А ты не будешь? — хмыкнула темноволосая, делая жест своим людям, после которого они отпустили оружие.

Хочет показать, что контролирует ситуацию.

На время нашего диалога магические удары по форту прекратились, прекратилась и стрельба в ответ.

— Мне незачем прятаться. Меня зовут Фёдор, фамилия Фонвизин.

После моих слов лицо женщины стало напоминать каменную маску.

— Что тебе нужно?

— Вот, теперь конструктивный диалог. Мне нужно, чтобы вы помогли отбить нападение. Далеко вам не уйти, но предлагаю перемирие на время общих действий.

— У нас есть человечек, обладающий таким же навыком, как и у тебя. — к темноволосой возвращалось настроение. — Мы получим, что хотели, так или иначе.

— Какая разница, что вы получите, если это бессмысленно?! — воскликнул я в сердцах. — Вы не в курсе, что нападения в этом месте увеличились. Последнее и вовсе открыло трое врат, а люди в посёлке поймали разумного пришельца. А сейчас они и вовсе лезут из преисподней, будто им на пятки наступает сам дьявол.

По мере моих слов темноволосая всё больше уходила в себя. А когда с возвышенности вернулся Артём, она и вовсе обеспокоилась.

— Он прав, — со скрипом доложил викинг, слышащий последние слова. — Лезут будь здоров, сплошной поток.

— Мы получим своё… — начала было Романова.

— Как я устал от ваших тупых заскоков!

Отпускаю пленницу, толкая на вытоптанный снег. Прыжок перехода к ближайшему бойцу с автоматом и удар в ухо опускает его на землю. Второй прыжок и снова очередной нападающий валится подкошенный мощным апперкотом.

— Самодовольные кретины!

Прыжок и удар, сразу беру за нагрудник не успевшего повернутся солдата и швыряю в другого, гася автоматную очередь, оба тела кувыркаются по замёрзшей земле.

— Власть, вас беспокоит только одна власть! Да чтоб вам подавиться, бл***! Уе****ки недоношенные, три раза об асфальт, надо было вас в детстве в унитазе топить…

С каждым словом у меня будо срывало резьбу, слетали все гайки плотно держащие самообладание. Гасить эмоции я не успевал, да и не хотелось, просто пустил на самотёк, выбивая дурь из каждого попавшегося на моём пути.

Уже через минуту на снегу валялись два десятка тел, пара огневиков пыталась применить магию, но они были биты в считанные секунды. Когда я появился у стоящей в отдалении темноволосой, чтобы преподать урок, на меня с рычанием бросился викинг.

Пропустив его удар, пошатнувший меня, хватаю придурка за волосы превращая лицо в кровавую кашу парочкой ударов.

— Прекрати! Хватит! — взвизгнула Ольга.

Приблизившись к женщине, почувствовал движение слева, буквально на периферии зрения. Быстро разверзлось окно перехода, оттуда появилась рука хватающая Романову. План не удался, в свою очередь зацепившись за Ольгу, рванул на себя, вытаскивая из окна портальщика.

Магу досталось, один прямой удар в лоб поселил на шлеме вмятину, а в голове звон. Развернувшаяся как кошка Ольга быстро поднялась с земли, готовая ударить. Магия вокруг неё собирала снежный смерч, но она медлила, не решаясь.

— Мы поможем, — сказала она. — Прекрати, мы можем драться и дальше, но это и правда бессмысленно.

— Уверен, ты затеяла какую-то игру. Знаешь что? Если ударишь в спину, бей наверняка, иначе простыми синяками не отделаетесь.

— У нас другие цели, пока они совпадают. Твои предложения?

Подумав несколько секунд, принял решение.

— Вы смещаетесь к разлому, переть будут отовсюду, но спину вам никто не подставит. Будете правее и впереди, там есть несколько каменных домов, это станет для вас стеной. Только выждите несколько минут, я введу в курс остальных, по вам не станут бить, даю слово.

— Идёт. — быстро согласилась Ольга.

— Не дай создатель ты что-то задумала. — покачал я головой.

— Может хватит угрожать, займёмся делом? — проворчала Романова.

Я растворился в воздухе, перемещаясь в окоп рядом с Али. Питомец воспрял, стоило мне появится рядом. Кто-то шумно выдохнул, развернувшись заметил сжавшегося солдата.

— Ну и страшный у вас зверя ваша светлость, постоянно рычал, думал съест, испугался. — полились слова из парня.

— Он тоже боится. — мрачно проворчал я.

— Но кого?! — искренне удивился Кочетков.

— А вот это мы сейчас узнаем.

Поход по траншее вывел под растянутое полотно тента на пересечении двух линий окопа. Тут собрались несколько воинов постарше, все хмурые, под стоящим неподалёку чайником тлеют угли, солдаты сидят на ящиках из под боеприпасов. Среди прочих мелькает уже знакомый сержант, при моём появлении он один встаёт.

— Конфликт улажен, на время, — сразу начинаю я. — Переносите всё на основную стену, этот окоп и два дома рядом займут Новгородцы, которые вас потрепали.

— Какого беса они тут будут делать?! — начал самый старый воин, от его слов мой знакомый сержант ощутимо поморщился.

— Спасать наши общие задницы боец, — не делая различий в табелях и возрасте отрезал я. — Приказ ясен? Или может мне донести в другой форме, набив вам морды, так же как я это сделал гостям из Новгорода. Или может ты уполномочен здесь решать?

— Спокойнее Фёдор Константинович.

Из вскочившего было старика будто выпустили воздух, под тент пожаловал известный мне генерал из Москвы, ставленник императора и ещё один незнакомый мужчина. Держится уверенно и по хозяйски, подтянутый, высокий взгляд суровый, пронизывающий, именно он обратился ко мне.

На мой вопросительный взгляд вошедший представился, в то время как бочковатый генерал молча отвёл взгляд. Толстяк знает, что императора не стало, поддержки нет, под кого ложиться и где лизать непонятно.

— Ивнин Кирилл Павлович, подполковник запаса, местный комендант.

— Меня вы знаете, — кивнул я. — Ситуацию вам описали?

— Да, я в курсе. Сейчас все свободные солдаты у главного укрепления со стороны разлома. Говорите Новгородские мятежники будут с нами?

— Да, я с ними… — подбирая слова замялся. — Нашёл общий язык.

— Слышал я, как вы общаетесь.

— Под трибунал это отребье, какой прок от них? — влез толстяк.

— Сейчас важен каждый человек, иначе до утра мы не доживём. — злится сил не осталось, просто пожимаю плечами. — Я иду к солдатам, помогу чем смогу.

— Вы правы, — уничтожительно глянув на толстяка продолжил Ивнин. — Но ситуация не так страшна, у нас четыре гранда, отправлено сообщение в столицу, наш человек построит портал.

— Если я прослыву перестраховщиком сегодня, буду как никогда рад. — искренне заявил я полковнику и отправился к месту.

На стене было необычайно тихо. Солдаты стояли в напряжении, лишь мазнув меня взглядом. Я думал, что во время моего отсутствие монстры преодолеют разделяющее нас пространство, но видимо ошибся.

Легионы тварей роились у разлома, тёмной и бесформенной массой растекаясь по сторонам но оставаясь одним целым, как убежавшее из кастрюли тесто.

Заметил, что Новгородцы встали справа, выстраиваясь и занимая два крайних дома. Знакомый портальщик стоял у завалинки, что-то высматривая, на его лбу расплывался лиловый синяк. Я злорадно улыбнулся.

Все застыли в ожидании, смотря вперёд, когда ближайший ко мне солдат получил приказ по радиосвязи, при этом нахмурившись и перехватив автомат.

— Так точно. — ответил он, переводя затвор.

Не успел я удивится, как автомат навели в сторону домов с Новгородцами, а со стороны посёлка туда полетел рой ледяных стрел. Вспыхнула защита, солдаты начали стрелять по окнам. Портальщик попытался открыть окно перехода, но упал пронизанный метровой сосулькой.

— Б…..ть! — только и смог сказать я, прыгая к дому

Глава 22

То что отца убили Алиса узнала первой во всём городе. Сопровождающий императора человек, практически вхожий в семью, лично сообщил о трагедии. Марк Александрович просил быть сильной, сказал, что ещё не всё кончено, есть все шансы отомстить. Эти слова падали на благую почву, разжигая внутри девушки огонь, открывая второе дыхание.

Оставалось самое главное, дождаться Марка Александровича, который обязательно знает что делать. Поверенный семьи вернулся в течении нескольких часов, которые Алиса провела наедине с собой.

Принцесса, а теперь практически императрица, намеренно зашла в кабинет отца. На секунду замерев посреди вычурной мебели из дерева, посмотрела в окно, наблюдая за встающим солнцем.

Она пришла в кабинет с единственной целью, набраться уверенности и понять, как отцу удавалось контролировать так много. С небольшим волнением заняв кресло за письменным столом, куда никогда не было допуска, девушка расслабленно откинулась на спинку.

Казалось, что слегка потёртая кожа обивки хранила запах отца, а деревянный вставки на подлокотниках были тёплыми. Разумеется, это всего лишь игра воображения, не более. Тем не менее стало как-то тепло и уютно, слёзы выступили сами по себе. Алиса плакала, сжавшись в комок в большом кресле, которые будто обнимало её.

Эмоциональное потрясение в купе с истерикой так вымотали принцессу, что она уснула в тихом кабинете отца.

Разбудило Алису вежливое покашливание, девушка рывком открыла глаза и приняла более вертикально положение, выпрямив спину и накинув на лицо ледяную маску.

Все эти ухищрения вызвали лишь тень улыбки на лице Марка Александровича, стоящего перед столом.

— Ваше императорское величество, — начал Марк, заставив принцессу поморщиться от нового титула. Ещё не пришедшая в себя после сна, растрёпанная с потёкшей тушью, но на секунду забывшая о произошедшем. Слова как гранитные блоки весом в сотню тонн придавили Алису, лишая дыхания. — Предлагаю вам привести себя в порядок, у вас в приёмной уже есть люди, а точнее глава рода Алфёровых, он жаждет переговорить с вами.

Алиса вспомнила где находится и кем является, быстро скрывшись в смежной с кабинетом комнате. Тут расположилась небольшая спальня и уборная, порою отец подолгу работал, поэтому решил оборудовать для себя отдельный уголок. Девушка была уверена, что в кабинете каждого главы великого рода есть такое ответвление. Пожалуй, кроме Фонвизина, потому что его нынешний глава даже не знает такого слова.

Принцесса быстро привела свой внешний вид в порядок, кто бы что ни говорил, горе не повод выглядеть как простолюдинка, особенно если ты являешься первой леди империи.

Простые манипуляции с косметикой и умывания дали разительный эффект, приводя Алису в себя. К Марку Александровичу вышла уже другая девушка, нет, ещё не императрица, но и не та разбитая и жалкая девчонка, которую он увидел полу часом ранее.

— Марк Александрович, какого состояние дел на данный момент? Чем нам грозит бунт Новгорода? Какие движения среди благородного сословия? Надеюсь они не решили, что сейчас самый удобный момент для удара?

— Кхм, — сбился от количества вопросов поверенный и стал потихоньку подбирать слова. — Новгород практически не уступает по размерам и боевой мощи Москве, плюс мятежники готовились дольше, сейчас важно узнать, к кому под крыло пойдёт Питер. Если раскол достигнет должного масштаба естественно. Но я прогнозирую именно такой исход, они показали серьёзность своих намерений убив вашего отца.

— Что по родам? — сейчас это было самой важной информацией.

— Тут всё сложнее, — пожевал губы пожилой мужчина тщательно прячущий седину в волосах, а затем с неохотой сказал. — Анатолий сейчас в приёмной, ждёт. Думаю они намерены предложить вам сделку.

— Дмитрия? — не удивившись спросила она.

— Да, его самого. Вы выделили парня, теперь он официально фаворит, но не это главное. Главное то, что Анатолий управляет всеми вооружёнными силами города, начиная от гвардии, кончая регулярными подразделениями для защиты города.

— Они помогут мне удержаться?

— Помогут, но вот что попросят взамен… — задумчиво произнёс Марк. — Мы недостаточно подготовились.

— К этому не подготовится в полной мере. Ваш отец намеренно не стал заводить детей, он считал, что надо усилить положение династическим браком.

— А эти стервятники ждали момента, заключив шаткое перемирие. — брезгливо наморщила носик Алиса. — Что же сейчас будет, Марк Александрович? Мне нравится Дима…

— Нравится? — ехидно переспросил поверенный.

— Нравился. — поправилась уже более твёрдо принцесса.

— Что изменилось? — полюбопытствовал Марк, внутренне радуясь, что тема разговора сменилась.

— Не хочу сейчас об этом говорить.

Алиса постаралась не погружаться в воспоминания. Разлад с наследником Алфёровых не самая приятная тема, оказалась парень практически не имел своего мнения. С одной стороны это не удивительно, с таким-то отцом, но девушке это не понравилось.

Когда она была младше, Дмитрий казался принцем, настоящим героем. Идеальная внешность, хорошие манеры, уверенное общение. Теперь Алиса понимала, что внешность типичная, манеры всего лишь ширма, а уверенное общение попахивает самовлюблённостью.

Марк ушёл только через час, когда был готов примерный план разговора с Анатолием. Это время также показывало, кто является главным, ожидание даже немного разозлило Алфёрова, диалог с ним вышел коротким, но весьма познавательным.

Анатолий всегда был прям, как и полагалась людям оружия, но сейчас перешёл все рамки. Алисе было выставлено условие, династический брак с отказом от главенствующего положения, по сути передачи всех полномочий по управлению государством будущему мужу.

Алфёров самозабвенно рассказывал о будущих перспективах, даже не смотря на реакцию принцессы. Во многом он был прав, сейчас положение девушки как нельзя шатко. Если она породнится с великим кланом, такая спайка может послужить фундаментом для доминации над всеми остальными родами.

— Дядя Марк, что мы будем делать? — отчаянно спросила она поверенного, стоило только Анатолию уйти.

— У нас не много вариантов, он это прекрасно знает. Ранее на место вашего супруга мог претендовать Ананьев, это бы уравновесило положение, но сейчас наследника у них нет.

— Всё из-за этого бесова отродья, Фонвизина. Не понимаю, что отец в нём нашёл!

— Мне действия Фёдора сейчас кажутся очень разумными. Есть даже некий вариант с его участием.

— Нет! Замуж за него я не пойду!

— Не обязательно, мы можем заключить союз. Он будет именно тем консортом, роль которого ваш отец отводил Дмитрию.

— Это всё ещё остаётся браком, ни за что.

— Сейчас на политической арене только этот род может что-то противопоставить Алфёровым.

— А как же войска? Разорвав помолвку, мы дадим козырь в руки Алфёровым.

— Не обязательно… — протянул Марк.

— Что вы имеете ввиду?

— Можно попытаться разыграть их в тёмную. Проявить благосклонность по отношению к Фонвизину, а потом ждать действий Анатолия.

— Думаете он нападёт?

— Слишком велик куш.

— Если он убьёт Фёдора, мы проиграем. — с ужасом констатировала Алиса, ей было не по себе от такого решения, как бы ей не нравился Фонвизин, подставлять его казалось подлым.

— Не так прост этот молодой человек, как хочет казаться. Мы уже могли убедится в том, что любой кто переходит ему дорогу оказывается мёртв.

— Это может сработать.

— Это должно сработать, другого выхода я не вижу.

— Я как раз скоро поеду к нему, он остается куратором по подготовке к практике. Хотя, какая к бесам практика, всё рушится на глазах.

* * *

Жидкий огонь расплескался по еле заметному на фоне дома щиту, туда же угодили несколько ледяных стрел. Наконец-то они смогли поставить защиту.

Несколько Новгородцев распластались у завалинки, один почти успел забежать в дом, ещё десяток спрятался за само здание. Сейчас именно этот десяток стоял между посёлком и волной медленно наступающих монстров.

Неизвестный, поставивший щит пока держался, но с каждой секундой барьер бледнел.

Действовать приходилось в спешке, но одно было известно абсолютно точно, я не могу позволить умереть людям которым дал обещание. Жители форпоста в своём праве, винить их сложно. Совершено нападение, посёлок чуть не сожгли, есть пострадавшие и даже убитые.

— Оставайся тут малыш! — приказываю Али, а сам перемещаюсь в сторону.

Заняв такое положение при котором было видно спрятавшихся Новгородцев, вышел за пределы стены, на секунду бросив взгляд на тёмную массу монстров. Прыгнуть к ставшим дичью охотникам не составило труда, но среди них не было Власовых.

Отреагировали на меня быстро, но трогать не стали, половина из присутствующих слышала мои слова, сопоставить дважды два не составило труда. Да и помнили огневики с какой лёгкостью я раскидал их за холмом, понимают, что против меня шансов мало.

Ольга пряталась в доме, слава создателю рядом с тем местом куда я переместился было окно. Стекло кто-то уже предусмотрительно разбил, крестовина рамы сломана, через пролом видно пятёрку прячущихся бойцов, один из них сидит в центре комнаты, держит щит.

Ещё один прыжок внутрь здания, Ольга как раз стоит спиной ко мне, что-то говоря дочери. Викинг успел заметить меня, отреагировав быстрее всех, но я уже был рядом и схватив обеих Власовых растворился в прыжке.

На моё появление в холле паренёк дворецкий отреагировал уже гораздо спокойнее, склонился в поклоне и отрапортовал.

— В поместье всё в порядке, госпожа Лара в своих покоях, господин Генри занят и не вернётся сегодня, работает с бухгалтерией.

— Спасибо…

— Альберт, мой повелитель.

— Кхм… Повелитель… Спасибо Альберт.

Только сейчас заметил, как фанатично он пожирает меня глазами. По телу пробежал табун мурашек, что-что, а поклонение не входит в мои планы, ну, по крайней мере не сейчас.

— Где мы? — довольно спокойно спросила Ольга.

— Представишь меня своей дочери? — вопросом на вопрос ответил я.

— Не буду спрашивать, как ты узнал, — вздохнула женщина. — Это Анастасия.

— Рад познакомится, сейчас вы в моём доме. Ваши люди остались у разлома…

— Вытащи их! — толи спросила, толи приказала Анастасия.

— С чего бы это?

Видимо поняв, что не в её положении требовать что-то девушка замолчала. А может сказался чувственный щипок за руку от матери. Но девчонка продолжала сверлить во мне дыры.

Темноволосая, красивая как большинство аристократок. Наверное она ближе всех приблизилась к Ларе по красоте. Заметив мой взгляд Ольга сдержала ухмылку, отвернув голову, якобы рассматривая интерьер.

— Альберт, проводи их в мои покои. Приказ Пауле, попытаются бежать, убить. — Ольга прищурилась. — Я буду… Не знаю через сколько, после разговора решу, что делать с вами.

— Ты всерьёз собрался вернуться туда? — Ольгу передёрнуло от воспоминаний. — Там сейчас настоящий ад.

— Тогда мне там самое место.

Иронично, но за всё мною сделанное я действительно не рассчитываю на прощение создателя. Вихрь перехода и декорации меняются, перенося на поле боя.

Глава 23

Посёлок встретил тишиной и слепо шарящими по полю лучами прожекторов. Световое представление закончилось, но тварей видно не было. Солдаты стояли на земляном вале во всеоружие, следя за пятном света выискивающим противника.

Дом где прятались нижегородцы снесли подчистую, оголяя с этой стороны форпост, но видимо им было всё равно. Руины каменного особняка тлели в ночной темноте, камень был настолько раскалён, что местами видны потёки. Поджигателям — смерть от огня, достаточно логично, охотник стал дичью.

Я приблизился к стене, с неё в длинном прыжке соскочил Али мягко приземляясь на мощные лапы. Доспех издал металлический скрежет, когда питомец потёрся боком. Он уже не был так испуган, я посчитал это хорошим знаком.

Али зарычал, смотря мне за спину.

— Хорошо, что вы прибыли. — услышал я голос колобковатого генерала.

— Тут я соглашусь.

Я не стал оборачиваться, подождал пока меня обойдут. Толстяку составлял компанию Ивнин. Как всегда прямой, будто проглотил черенок от лопаты, лицо спокойное, даже безмятежное.

— Кто отдал приказ убить Новгородцев? — поинтересовался я.

Никто не посчитал нужным мне ответить, но по поджатым губам Ивнина и его эмоциональному взрыву я всё понял. В эмоциях полковника был гнев и сочувствие, человек отдавший приказ уничтожить два десятка союзников так себя не чувствует.

А вот со стороны толстяка сквозило тревогой, быстро перерастающей в срах, по мере того, как молчаливая пауза затягивалась.

Ивнин по долгу службы не считал себя обязанным разглашать, а уж тем более оправдывать решения командования перед гражданским, хоть и благородным. А вот толстяк банально боялся, и надо сказать обоснованно.

— Вы знали, что я пообещал, что этих людей не тронут, пока мы сражаемся на одной стороне? — спрашиваю абсолютно спокойно, всё это представление только для того, чтобы обрисовать ситуацию Ивнину.

— Нет, не знал, — кинув быстрый взгляд на Кирилла Павловича и не найдя поддержки окрысился толстяк. — Это ничего не меняет, они предатели и мятежники, мы не можем оставить это так.

— Мы? — Ивнин только кривится. — Полагаю, мятежник здесь только вы.

— Чт..? — только успевает выкрикнуть генерал.

Удар в доспехе, заставляет челюсть разлететься словно фарфор. Толстяка несколько раз разворачивает, прежде чем он падает. От удара латной перчаткой с применением силы щека рвётся, кровь хлещет вперемешку с зубами.

Странно, но генерал не потерял сознание, а стал отползать в сторону, оставляя на снегу ярко-красную полосу крови.

— Какого беса, Фонвизин?! — взрывается Ивнин. — Он не самый лучший представитель человечества, но наказывать здесь имею право только я.

— Бесспорно, Кирилл Павлович, но сейчас это дело чести. Этот человек не должен был вставать на моём пути.

— Лекаря! — приказывает Ивнин, не обращая на меня внимания.

— Не нужно. Это не лечится.

— Что? Челюсть?

— Смерть.

Беру удалившегося на несколько метров генерала за ногу и тащу на вал.

— Остановите его! — командует полковник.

Сначала я не понимаю, кому были адресованы слова. Но через несколько секунд всё встаёт на места. Пространство начинает гудеть от силы. У меня на пути открывается арка портала из которой выходит парочка магов.

Такой силы я не чувствовал давно. Примерно со смерти дедушки.

Неожиданно приходит понимание, кто передо мной.

Женщина и мужчина, оба высокие, одеты в пластинчатую броню, я знал что это по рассказам деда, но видел впервые. Смесь технологий, кевларовые вставки, весь каркас пронизан особо прочными нитями из сплава более чем десяти видов крайне редких металлов. Даже если легионер вцепится в руку, прокусить её он врятли сможет. Шлемов на голове нет, держат их в руках, уверен они обладают даже большим функционалом чем мой.

Отпускаю ногу затихшего генерала. Он так и так не жилец, если в течении нескольких минут не вмешается Вишневский. Но что-то мне подсказывало, что Сергея будут искать добрый час.

— Его надо обездвижить, первым же рейсом отправим в город. — распоряжается Ивнин.

— Не сопротивляйся малыш. — мягко проворковала женщина, ей уже немало лет, морщины вокруг глаз дают это понять.

Мужчина молчит, лишь смотрит на меня оценивающе. Мне этот взгляд не нравится, этот взгляд говорит о том, что меня воспринимают всерьёз. Всё что я узнал за свою не столь длинную жизнь — это то, что противника надо удивлять, желательно до смерти. Легче всего это сделать, если он недооценивает тебя, пока это прокатывало, ровно до сегодняшнего дня.

— Мы не желаем тебе зла. — решил вставить свои пять копеек маг. — Сдайся добровольно.

Я знал, что за убийство или его попытку меня не погладят по голове, но после сообщения о смерти императора всё изменилось. Сейчас никому не будет дела до какого-то генерала подхалима, который только всё портит. Если и есть идеальный момент, то это он.

Солдаты с тревогой наблюдали за разворачивающимся конфликтом. Их можно было понять, если начнётся драка, пострадают многие. Мне этого не хотелось. Ситуацию спас выкрик одного из дозорных с прожектором.

— Атака!

Вот и началось. Снова беру толстяка за ногу и салютую грандам. Али после ментальной команды прижимается к ноге, мы переносимся за стену, где я с отвращением оставляю кровоточащее тело бывшего генерала. Он на секунду приходит в себя, что-то невнятно говоря, но слышно одно клокотание из разбитой челюсти.

Я приготовился идти до конца, пути назад нет. Сейчас в стране не осталось людей, которым можно доверить власть, а значит оптимальным вариантом будет взять всё в свои руки.

Главным минусом было то, что командует всеми войсками Алфёров. Мне нужно как можно скорее набрать очки репутации перед простыми солдатами, чтобы в будущем свести потери к минимуму.

План не самый хороший, но пока всё в пределах допустимого. Генерал сделал необдуманное решение, за месяц проведённый тут он многим насолил, плакать от такой потери никто не станет. А вот понять, что я не шучу и готов пойти на конфронтацию можно.

Арка портала разгорелась за спиной, выпуская уже знакомую парочку магов. Не обращая на них внимания смотрю в даль, кромешная темнота и похожий на солнечный зайчик диск прожектора.

Вот луч света ловит в сети сначала одно гладкое бронированное тело, вот второе, а затем счёт монстров идёт на десятки и сотни.

— Бля. ство! — выругался за спиной маг.

— Готовы к бою? — не особо надеясь на адекватный ответ спросил я.

— Нам приказано взять тебя под стражу. — дипломатично напоминает женщина.

— Вам это нужно? — поворачиваюсь к ней. — Верхушка Москвы обескровлена, власть будет сейчас переходить от одного к другому, начнётся неразбериха.

— Причём здесь это? — возражает маг, в свете появившейся луны я вижу как он хмурится. — У нас есть чёткий приказ.

— Это к тому, что вы можете перейти под мою руку уже сегодня. — раскрываю карты особо не надеясь на понимание. — В Москве сейчас всего два конкурентоспособных рода. Один из них мой.

— Мы знали твоего отца, — снова говорит женщина, в её голосе я чувствую странное дружелюбие и кажется понятно почему. — Он был одним и командующих вместе с Алфёровым. Но идти за тобой, мы не готовы. Нам известно, как ты получил власть и как продолжаешь укреплять её…

— Ты как бешеный пёс! — выплёвывает мужчина, готовясь к бою. — Таких как ты убивают, но управляя людьми ты потащишь на тот свет многих.

— Мы все мертвецы, плохо, что вы ещё не поняли этого.

Я уже слышал, как с хрустом сминается снег под сотнями лап пришельцев. Покрытые бронёй тела неслись по полю, быстро сокращая расстояние.

— Удобнее будет сражаться за стеной. — подытоживает маг, надевая шлем.

— Сражайтесь. — пожимаю плечами, смотря, как парочка грандов уходит в портал.

Они всё делают правильно, попытайся кто-то спеленать меня тут, ничего бы не вышло. Да и по всему видимому они знают о моих боевых качествах, поэтому рассчитывают на поддержку.

Мне же удобнее всего будет сражаться в самой гуще, да, есть большая вероятность попасть под огонь своих, надо быть аккуратным. Преимущество моего способа телепортации очевидны, я не привязан к месту, а значит могу помогать там, где оборона будет просаживаться. Плюс все мои заклинания носят объёмный характер, куда больше и мощнее чем чей либо из магов. Разве что гранды по той же схеме с глифами способны выдать что-то похожее.

Последнее время мне всё лучше удаётся передать настроение питомцу, он воспринимает посылы и выполняет необходимое. Вот и сейчас, приказав держаться рядом, прыгаю под самую стену, оставляя тело толстяка на пути орды.

Привычно помогая жестикуляцией строю заклинание.

Луна полностью выбралась из пелены облаков, отражая свет от снега. Сейчас всё поле видно как на ладони. Даже отсюда слышу, как испуганно переговариваются солдаты. Офицеры что-то зло выговаривают, стараются всеми силами поднять боевой дух. Для многих эта ночь станет последней, особенно если запоздает подкрепление из столицы.

Слева и справа в небо взметнулись несколько огненных полос, уходя прямо в скопище монстров. Объятые пламенем фигуры заверещали, на поле боя резко добавилось освещение.

От картины выхваченной из темноты мне поплохело, на спинах почти половины тварей сидели гуманоидные фигуры уже знакомых демоном. Рослые силуэты с витыми бараньими рогами, костяной лоб, глубоко посаженные глаза. Нет, я не мог рассмотреть их с такого расстояния, но перед глазами уже встал образ засланца из прошлого.

Не просто так Али сегодня волновался, произошедший прорыв не имеет аналогов, а это страшно, как и всё неизвестное. Солдаты зароптали, начиная поливать огнём с удвоенной силой.

Затрещали пулемёты, заставляя бегущих тварей с кувырками падать на снег, но многие из них игнорируя простые пули бежали дальше. Очевидно монстры развивались, у молодняка была не такая крепкая броня как у матёрых легионеров.

В сплошном ковре нападающих выделялись фигуры детей центуриона. Они держались в некотором отдалении, на их спинах тоже виднелись всадники. Слава создателю самого центуриона пока не было.

Поток монстров выплескивается из карьера как нефть, растекаясь повсюду пятнами. От размера орды перехватывало дух, солдаты с высоты вала видели всё гораздо лучше. В ход пошла артиллерия, раз за разом в небо уходили крылатые ракеты, зарываясь в снег и оставляя после себя гигантские воронки.

В городе производство оружия было поставлено на поток, но тем не менее его не хватало. Появление порталов подстегнуло оружейную гонку, дав людям небывалую мотивацию. Но ресурсы ограничены, особенно когда происходят постоянные нападения и вооружённые конфликты.

Взрывчатка особенно хорошо помогала в войне за землю, но её было мало. Основным видом взрывчатки был тротил, только его можно было производить внутри города за счёт его свойств. Были случаи, на стадии производства пороха, когда взрывались целые фабрики, затем пожар перекидывался на другие сооружения, вызывая массовые пожары.

Тротил в этом плане был более безопасным, да и эффективным, но всё упиралось в ресурсы.

Я медлил, не вступая в бой. Даже на какой-то момент подвергся размышлениям чуть не прозевав первых приблизившихся к стене врагов. Добрались твари без наездников, как-то с разочарованием отметилось в сознании.

Пара кинетических ударов оставила на снегу кровавые лепёшки, заставив меня контролировать силу. Сейчас не время попусту тратить внутренний резерв, это только начало.

Гранды вступили в бой эффектно, ничего не скажешь. Стало понятно, на чём держалась власть императора в присутствии родов. Это настоящие машины смерти и без поддержки глифов, а символы сделали из них настоящих жнецов.

Обычные маги выглядели на их фоне будто комары, жужжа, производя много телодвижений, они били точечно и в лучшем случае выводили из строя по несколько тварей за раз, более сильные по несколько десятков. Гранды работали как стихийные бедствия, площадями. Можно было легко догадаться с какой стороны они выступали.

В этих местах земля под ногами тварей вспучивалась и вставала колом, появлялись розы из каменных шипов длиною в десятки метров. Загорались огненные удары, подобно маленькому солнцу. Снег шипел и таял, достигая температур кипятка, но не успевал испариться, собираясь в водяные лезвия, со свистом улетающие в толпу и оставляющие после себя целые просеки.

Магия достаточно пластична, она идеальный инструмент, но использовали её по разному. Как и любое ремесло, магия развивалась с опытом носителя, интуитивно строились уникальный цепочки последовательностей, одарённые экспериментировали с состоянием и силой, готовили свои наброски, комбинации и удары.

Пока я выполнял роль добивающего, из тысяч монстров до меня добирались десятки, где и оставались лежать переломанными телами. Тем временем поле боя мерцало всеми цветами радуги, но монстров не становилось меньше, они наступали настоящей стеной.

Я оказался зажат между двумя огнями, нанося всё больше и больше урона.

Али оставался рядом, он замер будто восковая фигура. Я отмечал, как некоторые опасно приблизившиеся монстры начинают мотать головами и набрасываться на своих.

В один из таких моментов к нам прорвался всадник. Вблизи он выглядел именно так как и первый найденный диверсант, разве что имел отвратительного качества металлические доспехи. Монстр под его телом взбрыкнул, скидывая демона, а затем было уже собирался набросится на него, но я дал команду отставить.

Со стороны Али донеслось недовольное рычание, но он выполнил приказ. Легионер развернулся и в несколько прыжков добрался до следующего монстра кинувшись наперерез. Пока ситуация была под контролем я подбежал в упавшему демону. В прошлый раз мне удалось забраться в его голову, надеюсь сейчас будет так же.

Это был отличный шанс узнать, какую цель преследуют разумные пришельцы. Нет худа без добра, но и добра без худа тоже. Временная передышка была обусловлена тем, что твари обтекали не маленький по размерам посёлок и нападали с других сторон.

Если раньше обезумевший от ярости и жажды крови звери всегда шли в лоб, сейчас их было слишком много. А может их кто-то и координирует, не стану этого исключать.

Воин в куцем доспехе вскочил, возвысившись надо мной на пару голов. Перехватив копьё демон уставился на меня жёлтыми звериными глазами. Пар вырывался из его ноздрей, как у быка.

Как можно быстрее сократив расстояние, пустил волну ментала, от чего тело монстра содрогнулось и он упал на колени. Моля создателя, чтобы мозги пришельца остались целыми ударил по голове, подхватывая обмякшее тело. Видимо сегодняшней изюминкой будет перетаскивание бессознательных придурков.

Прихватив Али, прыгнул внутрь посёлка к уже знакомому дому Дока. Бросив тело прямо на расчищенную от снега дорожку, навис над ним, приводя в сознание.

Стоило демону открыть глаза, как я сломал всякое сопротивление, вторгаясь в разум. Тут царила настоящая каша из образов. Выхватив самое яркое воспоминание из тысяч кусочков, стал его считывать.

Снова каменный круг и колонны кругом, вокруг коленопреклонные демоны. Все до единого мужчины, огромные, мускулистые. Вижу свои, точнее руки сломленного демона, он держит копьё.

Перед строем из сотен будущих наездников идёт кто-то в плаще, капюшон скрывает лицо. Мне любопытно, точнее телу из воспоминания, украдкой он подсматривает поднимая голову. Вот слева на него шипит сосед, качая головой и сверля взглядом звериных глаз.

Тело на секунду теряет обзор, а когда решается снова посмотреть, перед ним стоит фигура в капюшоне. Демон сознанием которого я завладел цепенеет от ужаса.

Мановение руки фигуры в плаще и он поднимается.

Только встав на один уровень, вижу лицо демона в капюшоне, точнее демонессы. Удивительная смесь, лиловая кожа, раскосые глаза. Кроваво красные губы из под которых выпирают маленькие клыки, волосы убраны назад, по цвету чистая платина, но глаза не звериные, они имеют золотую радужку, зрачок круглый.

Я даже залюбовался этой чертовкой, пока не вспомнил где нахожусь. Видимо сказываются ощущения тела демона, он даже перестал трястись от страха. Но затем незнакомка что-то шипит на своём языке, а потом протягивает руку окутанную тьмой.

Не простой магический эффект, ой не простой. Тьма на её руке будто живая, она перетекает подобно воде и мерцает, словно ночное небо полное звёзд.

Тьма упругой змеёй бросается мне прямо в лицо. Мне? Демону? Машинально отпрыгиваю в сторону. Чувствую, как запнулся обо что-то. С ужасом понимаю, что выбрался, разорвал контакт но выбрался из головы пленного демона.

Быстро встаю, чтобы одним ударом ноги размозжить голову пришельца. Не знаю чем руководствуюсь, но слишком реальные ощущения. Будто меня бросили нагим в прорубь, а затем облили кипятком.

Отвлекает рычание позади, Али что-то хочет сказать.

Повернувшись к питомцу, сталкиваюсь с ним взглядом.

В разумных глазах центуриончика панический страх, он скалится роняя слюну на снег, низко опустив голову. Тянусь чтобы погладить его, но тот отпрыгивает, разрывая дистанцию.

Что вообще происходит?

Глава 24

Собираясь сделать шаг к питомцу, почувствовал какие-то изменения в себе. Ноги начали заплетаться, в глазах появились круги. На голову обрушилось давление, будто кто-то со всей силы сжимал череп с двух сторон. Али шипел, как большой рассерженный кот, ходя вокруг но не рискуя приближаться.

Видно было, что центуриончику мои страдания причиняют боль, видимо эффект слияния с его разумом. Мозг разрывался на тысячу кусочков, в нём поселился огонь, стало жарко и душно.

Вкруг в отблесках пламени метались дикие тени, люди кричали и бегали. Звуки взрывов и стрельбы доносились слабо, словно через слой воды. Новым эффектом стал звон в ушах, нарастающий и настолько противный, что от него в ушном канале появлялась боль.

Тело само собой поднялось, встав в боевую стойку. Али испуганно отпрянул и растаял в ночи, резвыми прыжками скрываясь за домом. До меня наконец дошёл весь ужас ситуации, я не контролировал тело. Тоскливо проводил взглядом вовремя свалившего питомца, уверен на сто процентов, он понимает, что происходит.

Давление на сознание не прекратилось, но я держался.

Тело более не принадлежащее мне чуть согнулось сжимаясь будто пружина. Расстояние до ближайшего края поселения я пролетел за секунду, отмечая, что даже в лучшей своей форме не способен на прыжок.

Монстры обошедшие форпост со всех сторон нашли слабое место, маленьким ручейком затекая внутрь через похожий на цветок пролом в металлической стене. Ситуация была под контролем, несколько воинов боролись врукопашную, недалеко стоял маг пытающийся препятствовать вторжению. Пока солдаты орудовали клинками и стреляли, одарённый старался выдавить монстров линзой воздушного щита, перекрывая большую часть отверстия.

Для крупнокалиберного удара нет места, есть риск разнести стену к бесам, поэтому сложился паритет.

Неясный хор в голове оформился в ревущий ураганом и одновременно кристально чистый голос.

— Убить… Убить…

Тело тем временем двигалось само по себе, сблизившись с двумя парнями атакующими с разных сторон зажатого в закутке легионера. Рука выдернула из ближайшего забора металлический столб, от лёгкости движения мне стало дурно.

Столб представлял собой полую металлическую трубу, такие были вкопаны каждые три метра, удерживая на себе деревянный частокол. Но самое интересное в том, что он вбит в промёрзшую землю на добрый метр…

Бегу дальше, приближаясь к парочке воинов со спины. Только в последний момент понимаю, что на пути к монстру стоит солдат. Привычно проигнорировал союзника, решив, что сущность контролирующая меня будет лояльной. Труба с сочным чавканьем опускается на неприкрытую голову одного из бойцов, ровняя её с плечами.

— Убить… — громче ревёт голос.

Второй парнишка растерянно поворачивается ко мне, в его глазах непонимание и страх. Легионер пользуясь заминкой прыгает на солдата вгрызаясь в плечо, оба тела падают на снег.

Чувствую в себе разочарование и нарастающий гнев, когда волна злобы поднимается, глаза застилает красной пеленой. Перехватываю трубу и втыкаю в спину пирующего монстра, протыкая насквозь вместе с агонизирующим бойцом.

На короткое мгновение мой взгляд наткнулся на лицо убитого парня. Стало тошно до невозможности, наверное виной тому были снег и земля, которые крупным крошевом покрывали широко распахнутые глаза. Появилось желание поморгать, но этого не удалось сделать, зато пришло отрезвление.

На периферии замечаю ещё одного противника, загибаю трубу, оставляя легионера трепыхаться в агонии приколотым к земле как бабочка.

Слева подбегает ещё одна тварь. Этот уже рангом повыше, из детей, самый ближний круг центуриона. Тварь останавливается на месте, осторожно принюхиваясь. Медленно на тупой морде пришельца вырисовываеться оскал, он начинает вибрировать костяным загривком, пластины ходят ходуном, а сам роет лапой от гнева оставляя на земле рытвины.

Моё тело по прежнему мне не принадлежит, я — человек чувствую страх внутри, но то, что меня пленило не знает такого слова. Чувствую как губы расходятся в не менее грозном оскале, сущность точно знает, как пользоваться доспехом. Клинки втягиваются назад в поручни.

Встречаю растянувшегося в прыжке монстра апперкотом. Удар вышел на славу. Пришелец как подрубленный упал у моих ног, ошарашенно мотая головой.

Опускаю на башку иномирянина кулак, затем другой. Рычу от злобы подобно зверю. В спину что-то толкает, заставляя оторваться от избиение трупа.

Тело резко разворачивается, а моё сердце пропускает удар. Позади стоит Али, прижав отростки заменяющие уши к голове, он смотрит на меня внимательным взглядом, медленно отступая и шипя.

Тело обуревает гнев, собираюсь прыгнуть и наказать существо посмевшее напасть. В последний момент делаю волевое усилие и пытаюсь пошевелить ногой. Прыжок в сторону центуриончика смазывается, а рука ловит воздух.

Медленно поднимаюсь и снова собираюсь прыгнуть.

Новый прыжок сбит, но не знаю насколько меня хватит. Али дразнит монстра внутри меня, отступая и оглядываясь по сторонам. Люди не замечают нас, тут неразбериха, все в кучу, всё больше тварей минуют стену и нападают внутри.

Замечаю, что мне доступная энергия, часть запаса пластична и послушна. Но сделать ничего не могу, ведь не контролирую тело. Мысли проносятся в голове со скоростью света, одна меняет другую.

Делаю отчаянную попытку прогнать энергию сквозь себя. Существо, магия, заклинание, что бы это ни было ещё не использовало мой резерв хоть часть его заблокирована.

Очищающие волны силы проходят через тело, которое начинает светится под доспехом, даже сквозь ткань костюма. Само тело падает на колени, на одних инстинктах подползая к стене какого-то дома. Али стоит на почтительном расстояние, питомец уже более спокоен, не подпускает снующих поблизости легионеров. Но в бой не вступает, стоит только одному из них посмотреть в нашу сторону, как центуриончик берёт его под контроль и перенаправляет, заставляя нападать на подобных себе.

Противостояние продолжается, борьба с сущностью занявшей моё тело идёт не на жизнь уж точно. Гнев внутри стихает, начинаю видеть остальную часть источника, она оплетена тёмными нитями, выглядит как прожилки в мраморе.

Чем больше тратится доступной энергии, тем лучше я себя чувствую.

Через минуту добираюсь до основной части источника, быстро опустошая его, как только появляется такая возможность. Энергия полноводной рекой течёт в землю, а ко мне приходит контроль, по крупицам возвращаю своё тело.

Как же приятно ощущать организм своим. Переворачиваюсь на спину и устало растягиваясь на снегу, выжатый словно лимон. Али осторожно подходит, принимаясь облизывать моё лицо. Совсем как домашний пёс, не иначе.

Это приводит в чувства, нападение никто не отменял, каждую минуту кто-то в этом посёлке погибает. От понимания, что в теле нет ни капли энергии лучше не становится.

Горько отмечаю, что в данный момент не могу защитить даже себя.

Поднятся с оказалось легко, даже удивительно. Ощущения говорили о какой-то нереальной силе в руках и ногах, будто пустил половину резерва на усиление тела. Ничего не болело и не саднило, что снова меня поразило, после таких кульбитов должны быть разорваны почти все связки на ногах.

Оценив обстановку пришёл к неутешительному выводу. Люди сдают позиции и схватка будет проиграна, это вопрос времени.

Источник пуст, остаётся только отступить. Встаю с земли, оглядываясь по сторонам. На улице где я нахожусь развернулось с десяток мелких битв, люди стараются не допустить монстров в спину защитников на стене. Гранды появляются тут и там, открывая настоящий филиал ада на земле.

Лавируя между сражающимися, осторожно иду к центру посёлка.

Неожиданно кто-то хватает меня за плечо. Резко поворачиваюсь выкидывая клинки.

— Спокойнее! — поднимает руки незнакомый мне парень. — Мне приказано переправить вас в город.

— Где подкрепление? — в свою очередь спрашиваю я.

Парень одарённый, владеет порталами, из группы грандов.

— Они уже в пути, сюда отправлены все доступные войска.

— Тащи. — соглашаюсь с ним. — Питомец со мной.

Делать тут больше нечего, в таком состоянии здесь только искать смерть. Перед нами открывается арка перехода, будто вырванный кусок другой реальности. Мы вваливаемся в имперский холл для ожидания с клубами холодного воздуха.

Мой спутник объясняет что-то подскочившим гвардейцам, смотрящим на нас из под забрала. А меня обуревает апатия, в который раз удивляюсь, как гармонично вписались архаичные доспехи в наш быт.

Устало встаю и иду в сторону выхода, отчитываться сейчас не стану, вся столица поднята на уши не до меня. Сопровождающая меня усталость не физическая, а моральная. Тело свежее и готово хоть сейчас отмахать несколько десятков километров, а вот зияющая пустота источника с каплями энергии угнетает.

Выйдя из здания с досадой понял, что обычным такси дело не обойдётся. Зло выдохнув облачко пара глянул на индикацию сеферона, городская сеть уже поймана, а значит надо звонить Пауле.

Девушка не спала, ответила быстро, через пол часа ко мне приехал чёрный грузовик, куда я и запрыгнул. Машина взревев двигателем двинулась назад, очертив полудугу на свежевыпавшем снегу.

Войдя в холл поместья Фонвизиных первым делом поинтересовался.

— Как наши гостьи, Альберт?

— Долго ждали вас, пока не уснули. — позволил себе улыбку приемник Генри.

— Отлично, поговорю с ними завтра.

— Вижу вас потрепало, — буднично заметил Альберт. — Нужна помощь?

— Нет, доспехом займётся мэтр Колин, а в остальном я цел.

— Как скажете мой господин.

Уже господин, как быстро мельчаю в глазах Альберта. Улыбнувшись такой мысли пошёл наверх, стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить кого не следует.

Каково же было моё удивление, когда у себя в покоях я обнаружил необычную парочку. Лара и Анастасия Власова, вот так неожиданность, обе девицы расположились на моей кровати по разные её стороны, рядом стоял столик с едой и бутылкой из под вина.

Всё ясно! Разговорились, выпили, задремали.

Стараясь не шуметь прошёл в угол комнаты к стеллажу. Доспех пришлось снимать вручную, энергии на манипуляции не было. Ушло много времени на отстёгивание и откручивание элементов, я даже забыл, что в комнате кроме меня ещё кто-то есть ругаясь крепкими словечками.

Освободившись из плена стали, прошёл в душ. Тёплые и упругие струи воды приятно массировали тело, вызывая снотворный эффект.

Когда накинул халат и вернулся в спальню, встал вопрос, где спать. Присев на кровать, решил разбудить девушек, но отвлёкся на холодные закуски на столике. Тарталетки с какой-то безумно вкусной начинкой, несколько пирожных, полупустая тарелка нарезки.

Набив живот, откинулся, здраво полагая, что не избегу вопросов когда Лара придёт в себя. Хотелось минуту тишины, чтобы подумать и прикинуть все факты.

Странная сущность захватила тело, сейчас где-то у разлома идёт бой. Прорыв просто колоссальный, а я ничего не могу сделать. Отправить людей на помощь? Глупость, таким образом ослаблю свои позиции в городе, может ударить какой-то из родов. По правде говоря не думаю, что там можно чем-то помочь, если армия императора потерпит поражение.

В любом случае сейчас надо как можно скорее разобраться в ситуации с непонятной заразой.

Незаметно для себя самого я уснул.

Мне снились сны, такое бывало крайне редко, особенно такие яркие и живые. В этих снах была Анастасия, а ещё Лара. Проснувшись утром, я долго смаковал приятные картинки, смотря в потолок и стараясь не двигаться.

В моём сне мы переплетались телами, девушки скользили вокруг будто змеи. Они обе были пластичны как пластилин, позволяя делать с собой всё что только можно пожелать.

Я даже прикрыл глаза, чтобы снова почувствовать хоть немного из увиденного. В голове так и крутился образ стонущей Лары, обвивающей мои плечи руками Анастасии, бисеринки пота на их коже, шарящие по моей груди губы и жар девичьих тел.

Из размышлений меня вырвал приглушённый смех, стук в дверь, а затем она открылась. Я ожидал увидеть кого угодно, но не Алису. Девушка быстрым шагов вошла в комнату, оставляя за дверью сунувшихся было телохранителей.

— Чем обязан, ваше императорское величество? — натягиваю простыню на голое тело.

Голое? Стоп. Точно помню, что ложился в халате.

— Я по очень важному делу. — девушка чуть смущена, но мне наплевать, я наконец-то осмотрелся вокруг.

Смятые простыни, подушки на полу, но самое главное, на стуле напротив груда женской одежды, а слева от меня чей-то лифчик. Внутри собирается нехорошее предчувствие.

Снова слышу приглушённый смех, из смежного со спальней сан узла выходят Лара и Анастасия. Обе девушки завёрнуты в полотенца, если Власовой досталось длинное, полотенце Лары еле прикрывает аппетитные формы, заканчиваясь где-то на середине ягодиц.

— А это ещё кто? — с наездом спрашивает Анастасия, включая аристократку с белокаменным лицом.

Ну нет дорогая, тут тебе не потягаться. Лара пытается подать сигнал подруге, но получается не очень.

— Я бы вас спросила о том же. — отбривает Алиса, смотря то на девушек то на меня. — Попрошу вас представиться!

— Рудницкая Анастасия. — вклиниваюсь я.

— С кем имею честь? — быстро ориентируется Анастасия.

— Алиса Леонидовна, ваша императрица. — злорадно представляется дочь императора.

— Что же ваше превосходительство делает тут? Видимо манерам вас не учили? — Анастасия побледнела, но не сдалась.

— Вас я вижу тоже, но ничего страшного, для простолюдинки это простительно. Фёдор Константинович, жду вас у себя в резиденции через час.

Алиса быстро уходит, хлопая дверью. Я остаюсь наедине с девушками.

Через секунду понимаю, что от меня ждут объяснений. Вместо этого потягиваюсь, поднимая с пола подушку, двигаюсь поближе к изголовью и устроившись поудобнее смотрю на принцессу.

— Рассказывайте, милые барышни.

— Что рассказывать? — спрашивает Лара, не отошедшая от хождения по лезвия Анастасия молчит.

— Зачем соблазнили меня?

— Соблазнили? — хором выдыхают девчонки.

— А как это иначе назвать?

Тут в моей голове всплывает новое воспоминание.

Я лежу на кровати, меня начинает бить дрожь, затем подключается жар, халат почти полностью вымок. Начинаю сгребать простыни, просыпается Власова, сначала растерянно смотрит на меня, а затем наклоняется.

— Что с тобой?

Вопрос гуляет эхом в голове.

Чувствую дикое желание, оно сжигает меня. Подавляю эмоции, сильнее накручивая простыни на руки. Лара тоже проснулась, она смекнула быстрее побежав за водой в ванную комнату.

Желание нарастает, огонь чуть ниже живота сводит с ума.

Ловлю обеспокоенно наклонившуюся Настю жадным поцелуем, затем ещё одним и ещё. Она сперва отстраняется, но затем сама тянется ко мне. Мы сливаемся в экстазе, но мне этого мало, руки начинают срывать с неё одежду.

Вернувшаяся с графином Лара застывает в шоке. Последнее, что я помню, это как она снимает одежду складывая на стул. Глаза неотрывно следят за каждым нашим движением.

Покончив с одеждой Лара садится рядом, моя рука завлекает её в треугольник страсти. На этом всё, но этого более чем достаточно.

— Я всё вспомнил. — голос враз охрип.

Кроме всего прочего я чувствовал, что не всё там просто. Это как-то связано с сущностью. Мысли перекидываются на вчерашнюю битву, рывком встаю с кровати, может принцесса не просто так приходила. Вот осёл, устроили тут сцену, а я даже не подумал о главном.

Пустой источник заставляет запнуться на пути к доспеху. Не может быть, за ночь он даже не восстановился, что за бесовщина? Одеваюсь в обычную одежду, собираясь в гараж. В коридоре уже одевшись меня догоняет Лара.

— Куда ты? — на её лице тревога.

— Надо срочно поговорить с Алисой, возможно она не просто так приходила.

— Удачи.

Вместе с пожеланием девушка ловит меня за руку и одаривает долгим поцелуем от которого волосы на теле встают дыбом. Да и не только они.

Глава 25

В резиденцию я вошёл раздражённым. Источник так и не пополнился, это создавало ряд неудобств. Чувствовал себя крайне беззащитным, отчего настроение стремительно ухудшалось.

В противовес этому шёл я удивительно легко, шаг был пружинистый и полный энергии. Никогда не чувствовал себя настолько хорошо физически.

По бокам длинного коридора, ведущего к императорскому кабинету, стояли шесть гвардейцев, по три с каждой стороны. Они молча проводили меня взглядами, щёлкнув каблуками при появлении.

Тут же в коридоре у окна располагался стол, секретарша, сидевшая за ним, при моём появлении покачала головой. Это была седовласая женщина с очками-половинками и, непонятно почему, сочувствующим взглядом.

— Вас ждут в тронном зале.

Меня здорово удивил архаизм выбранного для беседы места. Тронный зал давно не использовался, он предназначался для официальных церемоний. По всем признакам Алиса решила попросту показать, кто здесь является хозяином, поэтому секретарша смотрела на меня так сострадательно.

Новая прогулка по коридорам заняла добрых десять минут. Я остановился у высокой двустворчатой двери. Дряхлый мажордом с трудом открыл мне одну створку, я уже было думал позвать кого-то посильнее. Видимо, старик давненько не исполнял своих обязанностей.

В зале меня встретила длинная ковровая дорожка алого цвета, через несколько десятком метров она сломалась на трех широких ступенях, поднимаясь выше и выше и заканчиваясь ровно у стоящего на пьедестале трона.

На троне сидела спокойная Алиса, видимо, она долго репетировала эту сцену. Нога на ноге, не хватает короны на голове. Но престолонаследие — непростая процедура, есть какие-то проблемы. Если бы атрибут власти был у девушки, она бы незамедлительно воспользовалась им.

По бокам от дорожки стояли скульптуры самых величайших магов страны. Они будто завязли в стене, выступая из нее до пояса. На лице каждой застыло спокойное выражение, а руки были скрещены на груди. Они будто смотрели с какой-то непоколебимой уверенностью и знанием.

Я почти приблизился к трону и собрался было преклонить колено, когда взгляд зацепился за знакомое лицо.

Дед, именно его фигура была предпоследней на правой стороне, буквально у самого трона. С другой стороны, тоже у трона, на стене расположилась статуя отца.

Сердце кольнул кинжал сожаления, а затем гнева на все те обстоятельства, которые забрали у меня самых близких. Внутри заворочалось что-то огромное, я чувствовал это каждой клеточкой тела. Посмотрел на источник, он всё так же был опустошён, я постарался заткнуть неприятное ощущение, и попытки с третьей мне это даже удалось.

Нечто утихло, погружаясь в ожидание. Мне показалось, что оно не ушло, а просто затаилось, а ещё я точно знал, что для него ожидание — это норма.

Содрогнувшись всем телом, я встал на одно колено. В этот момент позади послышались приглушённые дорожкой шаги, меня обошёл Дмитрий Алфёров. Мы давно не виделись, но парень ни на йоту не изменился. Всё такой же самодовольный и напыщенный, только теперь это усилилось десятикратно.

— Время рассудило, — хмыкнул он, посмотрев сверху вниз. — Мне такой суд нравится.

Я ничего не ответил, смотря перед собой.

Алиса скривилась, это заметил только я.

— Ты правильно решила проучить его! — воскликнул тем временем Алфёров, встав рядом с троном и погладив Алису по плечу.

Девушка оттолкнула его руку, а затем холодно процедила.

— Я не собираюсь кого-то проучивать, я назначила Фёдору встречу.

— Ну, можно это и так назвать, — крякнул Алфёров.

— Тебя я на это мероприятие не звала, — с нажимом продолжила принцесса.

— С каких пор жених должен спрашивать разрешения увидеться с будущей супругой? — с прищуром спросил Дмитрий.

— У нас ещё нет даже договорённости, — веско бросила Алиса, после чего парень нахмурился. — А сейчас ты мне мешаешь, будь добр, оставь нас.

— Оставить вас?

Видимо, он услышал только это.

— Да.

— Отец будет недоволен, — применил последний аргумент Дмитрий, сказав это настолько тихо, что я еле расслышал. — Ты же не хочешь, чтобы мы изменили своё отношение к наследнице престола?

— С твоим отцом я поговорю сама.

Алфёров какое-то время сверлил девушку взглядом, а затем спустился ко мне, решив вызвериться тут.

— Не думай, что это конец, урод!

Он собирался уйти, но что-то во мне воспротивилось такому простому исходу.

— Отличная надпись будет на твоём могильном камне.

Я даже забыл, как дышать, прикусив язык. Надо было промолчать, особенно сейчас, в здании императорского дворца без капли силы. Дмитрий остановился, как громом поражённый. Его взгляд метался от меня к Алисе и обратно, он будто не мог поверить в то, что я сказал в присутствии принцессы.

— У тебя острый язык, Фонвизин, — попытался он сохранить лицо. — Но болтать может каждый.

— Ага. А ещё у меня отличный опыт в дуэлях, — напомнил я, заметив, как побледнел Дмитрий.

Алфёров пулей вылетел из зала, оставляя нас с Алисой наедине. Девушка устало поднесла руку ко лбу, после чего произнесла:

— Не стоило тебе его злить.

Я просто пожал плечами, отвечать тут было не нужно.

— У них и так на тебя большой зуб.

Снова пожал плечами.

— Да что ты за человек такой? — удивилась Алиса. — Тебе что, всё равно?!

— Да, — тут ответить было нужно.

— Ты невыносим. Но мы сейчас должны поговорить о другом. Ты же знаешь, что каждый из великих родов приносит присягу, я позвала тебя, чтобы ты выполнил свой долг.

— Я присягну только после коронации, не иначе, — твёрдо ответил я принцессе.

— Спорно, но я не буду заострять на этом внимание. Ещё мне нужно сообщить тебе, что я перестану заниматься в группе, у меня сейчас много других дел. Дети-делегаты тоже перестают, Айза и Дастин будут помогать мне, Тира и Лира всё так же заниматься.

— Есть новости с форпоста? — проигнорировав всё вышесказанное, спросил я, очевидно, что причина для разговора была вымышленная.

— Да, новости есть, — лицо Алисы стало грустным. — Форпост разрушен, полностью стёрт с лица земли. Четыре из семи грандов мертвы, сейчас я собираю все силы. Нас разрывают на две части, мятеж в Новгороде и новый неизвестный прорыв. Тебе на почту придёт приказ собрать необходимое количество солдат обеспечения и передать короне.

— Будет исполнено. — А вот это уже более вероятная тема для диалога. Подана мягко в числе прочих новостей.

— Можешь быть свободен, — кивнула Алиса.

Последний раз я бросил взгляд на фигуры отца и деда, затем на задумчивую девушку и покинул тронный зал, пора было решить одну из текущих проблем империи, а именно, вопрос с мятежниками. Сейчас парочка из них находилась у меня.

Я доехал до поместья, по пути передавая Генри требования из письма от имперской канцелярии. У нас не будет трудностей с выставлением нужного количества воинов, обеспечение само собой появится. Но меня беспокоило такое ослабление в свете предстоящего конфликта с Алфёровыми. А он будет.

Я на какое-то время потерял способность к магии, но точно чувствовал некоторые эмоции принцессы. Наш спор с Дмитрием не вызвал у неё стандартного набора чувств, наоборот, она ощутила удовлетворение и небольшую искру радости.

Кто ведёт себя так, когда другие ссорятся. Только тот, кому это нужно.

В поместье стояла тишина, в комнате было пусто, спальня идеально убрана.

Девушек я нашёл в компании старшей Власовой, они сидели в малой столовой и обедали. Также в столовой присутствовала парочка британок, солдатки не спускали глаз с подопечных.

При моём появлении на стол выставили ещё один набор посуды и быстро наполнили тарелки. Стоило мне присесть, как поступил вопрос.

— Что ты собираешься с нами делать? — проговорила Ольга.

— Пока не придумал, — честно ответил я.

Взглядом наткнулся на Анастасию, которая смотрела в стол. Лара, сидящая напротив, ехидно смотрела на подругу, видимо, её совершенно не беспокоило произошедшее между нами, но не поиздеваться над подругой она не могла.

— Мне интересно узнать, какие у тебя планы, — продолжила Ольга.

— Ты и твоя дочь последние в очереди, кому я расскажу о них. Но могу приоткрыть завесу информационной вуали, ведь сейчас вы отрезаны. Пост, который ваша группа хотела захватить, уничтожен, погибло много хороших людей. Много сильных людей. Я не знаю, что будет дальше, но знаю одно, я накажу вас за содеянное, так или иначе. Никому не позволено играть с властью в то время, когда каждый человек на счету, и идёт война на уничтожение.

— Как ты сделал с местной аристократией? — провокационно спросила Ольга.

— Да, — просто ответил я, а в глазах женщины увидел торжество.

— Отвези нас в Новгород, — откинулась на спинку стула Ольга. — Нам есть, что тебе предложить.

К этому разговору я решил вернуться позже, пока следовало решить несколько более актуальных проблем. А именно, что, бес подери, происходит с моей энергетикой?

Итогом стало то, что я просидел в кабинете отца до самого вечера, пытаясь разобраться в произошедшем. Очень не понравилось ощущение чего-то большого и неповоротливого внутри грудной клетки.

Будто там за прутьями сидел настоящий монстр, неизвестно как настроенный. Логические выводы привели к тому, что причинять вред он мне не намерен, разумом скорее всего не обладает, но по какой-то причине питается силой источника.

К догадке относительно того, куда пропадает вся энергия, я пришёл не сразу. Только когда до рези в глазах стал приглядываться к нитям, опутавшим ядро, заметил небольшое действие. Энергия будто куда-то уходила мимо, не хотела задерживаться, как в ванне, когда поступление воды и её слив примерно одинаковы.

В организме по-прежнему ощущалась некая наполненность. Это сподвигло меня на ещё один эксперимент.

Переместившись в тренировочный зал, я стал вспоминать последовательность движений в тренировке с мечом. Безрадостно заметил, что это особо актуально сейчас, при всей моей беззащитности осталось полагаться только на себя.

Но сколько бы я ни махал полуторакилограммовой полоской стали, почувствовать усталость не удалось. Более того, стало понятно, что это не предел. Я могу гораздо быстрее.

Руки перемещали клинок с бешеной скоростью, не уставая, воздух раздражённо шипел, разрезаемый на части. Плюнув, я кинул меч на стойку с оружием и вышел из зала. Снова тупик, осталось самое последнее и непредсказуемое, что можно вытворить. А именно, постараться с помощью глифа насоса закачать в себя дополнительную энергию извне. Можно легко потерять контроль, как это было в посёлке.

Мозг тут же вытащил из памяти беспокойные сцены, когда тело двигалось без всякой команды, а я остался наблюдателем. Поломавшись несколько минут, с содроганием понял, что не могу этого сделать. Банально пока не готов выпустить зверя из клетки, могут пострадать невинные люди.

Али чувствовал себя прекрасно, но я видел, как питомец обходил меня стороной. Он следовал бесшумной тенью, но его редко можно было увидеть, будто центуриончик решил приглядывать за мной.

Отправляться в Новгород, пока не решу проблемы с силой, нет смысла, убили императора, что им помешает сделать это со мной. Ольге я до конца не верил, Анастасии тоже.

О ситуации с посёлком узнал этим же вечером. Альберт аккуратно постучал в дверь и сказал, что у меня гость.

Гостем оказался чудом уцелевший Вишневский. Мужчина стоял в холле, озираясь вокруг. Мы крепко пожали друг другу руки, после чего он криво усмехнулся и спросил:

— Нужен в распоряжение бывший военный целитель?

Я минуту думал, прикидывая в уме, что сподвигло его прийти сюда. Сам док принял паузу на свой счёт, начав заметно нервничать.

Глупость с его стороны. Целителя я возьму в любом случае. Такие кадры на дороге не валяются, тем более с таким опытом.

— Конечно, какие проблемы, — дружелюбно улыбнулся я в ответ. — Альберт, размести вещи нашего нового целителя и подбери ему достойную комнату. Места, Серёжа, у нас много, найдётся быстро.

Когда мы вернулись в кабинет, я стал расспрашивать дока.

Как оказалось, твари продолжали переть всю ночь, не останавливаясь. Под утро в живых осталось совсем немного. Сам целитель, ещё один парень-портальщик, переносивший меня в Москву, женщина-гранд и всё.

— А подкрепление?! Какого беса?

— Самого настоящего беса, из самого настоящего ада, — скривился пуще прежнего док, на его лице отражался гнев. — Никто не пришёл, эти сукины дети прислали разведчика, а сами не сунулись, увидев всё наяву. А мы, как дураки, держались до последнего, ведь приказа отступать не было.

— Алфёров?

— Он, сукин сын. Кто ж ещё? С его подачки нас оставили подыхать. Слава богу, под трибунал не подвели, после того как мы вернулись, тут было бы очень топорно и шумно, поэтому засранец не решился портить имя в рядах армии.

— Не ожидал от него, честное слово. — Сказать, что я был удивлён, ничего не сказать. — Он же сам из военного сословия.

— Военного не военного, но он благородный, родовитый, как ни крути. Никогда не поймёт нас.

— Думал, в армии все равны.

— Все равны, — кивнул док. — Но некоторые ровнее.

— Ну, так и Алфёрова мы подравняем, — задумчиво кивнул я.

— Такого ответа я и ожидал, — разом повеселел док. — Я, как прибыл, сразу написал увольнительную. Пробовали отговорить, но у меня этих заслуг перед армией больше, чем у них пальцев у всех вместе взятых. Ведьма, кстати, тоже ушла.

— Какая ведьма? — не понял я.

— Та, что из грандов. — Я вспомнил женщину, задумавшись. — В армейке вообще такая морока началась, скоро самим клановым придётся расхлёбывать недостаток кадров, особенно когда об этом узнает больше народа.

— Узнает, — снова утвердительно ответил я.

Вишневский отправился отдыхать, а я решил заняться делами рода. Мне совершенно не хотелось спать, я чувствовал себя бодрым и свежим. Вызвав к себе Генри, начал вникать в процессы и работу кланов.

Вот тут меня ждал не совсем приятный сюрприз.

* * *

Высокий и крепко сложенный мужчина чистил снег в небольшом круге двора на опушке леса. Он был одет в растянутую вязаную кофту и высокие валенки, больше ничего не сковывало движения гиганта.

При взгляде на мужчину даже нельзя было подумать, что ему холодно. Он так и кипел здоровьем и теплом, будто бык в самом расцвете сил. Но по лицу было видно, что ему немало лет, здоровье осталось крепким костяком, а вот кожа начала деформироваться под гнётом времени. Кое-где появились морщинки, солнце щедро обожгло лицо за годы под открытым небом. В месячной щетине, переходящей в небольшую бороду, были отчётливо видны седые волосы, будто застуженные на морозе.

Позади мужчины стоял ухоженный домик, на крыльце которого после хлопка двери появилась закутанная в платок женщина средних лет.

— Костя, я приготовила обед.

— Сейчас приду, — не оборачиваясь, прогудел Константин.

Он сделал ещё несколько массивных гребков, перед тем как собрать снег в кучу в небольшой низине у забора. Отставив в сторону лопату, князь вытянул руку, и от сухой жилистой ладони потянуло нестерпимым жаром. Снег тут же начал таясь, собираясь в углублении и чуть ли не закипая. Вода быстро разогрела землю, часть её впиталась, часть осталась на морозе. К утру тут будет небольшой каток, полтора на два метра.

Константин ещё какое-то время понаблюдал за парящей лужей, а затем зашёл в дом. За столом сидела Милослава, перед ней стояла нетронутая тарелка супа, напротив ещё одна.

Усевшись за стол, князь принялся за еду.

Милослава на миг залюбовалась мужем.

Когда с едой было покончено, она начала разговор. Какой по счёту? Да кто его знает, но не пятый, это точно. Много больше.

— Зачем ты чистишь снег? Бесполезное занятие. Переколол дрова, весь дровник занят, крышу очистил, двор.

— Не могу я без дела сидеть, — хмуро ответил князь.

— Так займись им, ты сам знаешь, что надо делать, — в который раз стала уговаривать она. — Ему сейчас нужна помощь, как никогда.

— Ты уверена в этом? — иронично спросил мужчина.

— Будто ты не знаешь.

— Я думал, на дуэли ты чётко поняла, кто у нас вырос.

— Он твой сын.

— Да, он мой сын. Твой сын. Но я сейчас не готов возвращаться.

— А род? — закинула удочку Милослава.

— Пока всё в порядке, — пожевал усы Константин. — Надеюсь, так и будет продолжаться.

— Император мёртв, сейчас начнётся война за власть и земли.

— Тем более нам там делать нечего.

— Я не понимаю тебя! — в сердцах повысила голос целительница.

— Что тут непонятного? — спокойно произнёс мужчина. — Я просто хочу отдохнуть. Сейчас я не готов снова окунаться в правление.

— Ты напуган, — чётко выделила лекарка.

— Да, я в ужасе. Близкие мне люди погибли в один момент, только потому что сын мне ничего не рассказал, устраивая игры за спиной. Я не представляю, как взглянуть ему в глаза, и что я сделаю, если увижу его. Ты думаешь, я боюсь происходящего в городе? По сравнению с войнами, в которых я побывал, это щенячий лепет. Я боюсь себя и того, что наговорил, мне надо больше времени. Не вынуждай меня.

Тут земля затряслась, тарелке на столе зазвенели. Милослава кинулась на второй этаж, за ней последовал Константин. Через минуту раздались хлопки переходов, пришли Мирослав с Кирой.

Со второго этажа было отчётливо видно, как вокруг порталов стали подниматься стены. Прямо из земли, пробивая грунт. Каменные, толстые, высокие. Зрелище потрясало и шокировало, но оторваться было невозможно.

— Они защищают порталы, — прокомментировала женщина, прикусив губу. — Но зачем?

— Потому что считают, что им что-то угрожает.

— Если ты не идёшь на войну, война идёт к тебе, — выдохнула целительница. — Здесь небезопасно, нам надо возвращаться в город.

Константин молчал, смотря на то, как заканчивала формироваться вокруг пятёрки порталов огромная каменная стена.

Глава 26

С того дня, как я потерял способности к магии в нашем привычном понимании, мне ничего не оставалось, кроме как заниматься своими прямыми обязанностями. А именно, управлять той махиной разрозненных предприятий, которые теперь имел в своём активе род.

В первый же день подняв всю документацию, погрузился в чтение на добрые сутки. Даже пришедшие студенты, тушующийся рядом Али и укоризненно смотрящая на меня Анна Александровна не могли помешать.

Учеников скинул на Анну, поставил в помощники вырванную из забытья Адель. Стоит ли упоминать, что было безумно стыдно просить её о чём либо. Я так закрутился с делами, что даже забыл про товарищей, а точнее их остатки. Команда давно распалась, Адель активно помогала британкам. К моему удивлению девушка начала встречаться с Тихоном, этим волком в овечьей шерсти. Видимо карма у него такая, постоянно удивлять и делать практически невозможное.

Тихон также был пристроен в СБ рода, что не могло не радовать. Видимо я в водовороте событий не совсем забыл про старых друзей.

Адель со стороны вообще никак не выказала удивления, когда я оказался на пороге её небольшой квартирки. Она улыбнулась и впустила меня внутрь, ставя чайник на плиту. Из спальни вышел только проснувшийся Тихон, мгновенно замерев и насторожившись, прямо как зверь.

Я пожал парню руку, после чего он не стал нам мешать.

Из всего разговора отчётливо запомнил только самое важное.

— Если ты откажешься, я пойму, найду кого-то другого. — я говорил спокойным голосом, но внутри понимал, что Адель самая главная кандидатура на обучение глифам.

— Почему я должна отказаться? — задумчиво спросила девушка грея руки над чашкой с чаем.

— Я повёл себя как засранец, совсем забыл вас. Поэтому ты вправе злиться.

— Ты повёл себя так, как тебе было нужно. Ты всего лишь человек, хоть и чертовски везучий, не бери в голову. Мне не в чем тебя упрекать, моя жизнь изменилась благодаря тебе, а теперь я могу менять жизни других людей. Когда начнём обучение?

Этот короткий момент из разговора показал мне, насколько я ошибался в своём суждении. Люди не обязаны поступать так, как ты думаешь.

Но самым большим удивлением стало возвращение отца. Я так и не рискнул сам его пробудить, а затем разумно предположил, что Милослава не станет тянуть.

Родители появились в холле поместья поздней ночью, отца еле пустили в его же дом. Конечно это не прибавило ему настроения, но ничего говорить он не стал. Милослава тем более вела себе тише воды и ниже травы. Поздние гости были оперативно взяты в кольцо и с любопытством наблюдали за бесплатным аттракционом.

Паула быстро сориентировалась, а ночующий в поместье Генри так вообще впал в блаженный экстаз. Но отец по прибытию не стал первым же делом проверять дела и прочее, казалось он просто решил ничего не делать, принять позицию наблюдателя.

Генри расселил полноправных хозяев поместья, всё утро за завтраком сверля меня укоризненным взглядом. Я лишь пожимал плечами и смеялся над стариком.

Энергия всё также оставалась на нуле. Способности не желали приходить в норму. Но были и положительные моменты, я вообще забыл, что такое сон. Телу, казалось, не требовался сон в привычном всем понимании. Мне хватало выключится на минут двадцать раз в пару дней, чтобы нормально функционировать.

Вести с полей в дни моей хвори приходили не самые хорошие. Прорыв начавшийся на том злосчастном форпосте стал началом чего-то большего. Твари не разбредались, они разделялись на кучки поменьше и уничтожали всё живое в пределах видимости.

Милослава и вовсе рассказывала невероятные вещи, после которых я сам проверил всё сказанное. Кира перенесла меня в дом на опушке леса, принадлежавший целительнице.

Представшее зрелище оказалось настолько шокирующим, что у меня зашевелились волосы на затылке. Арок порталов не было видно, они скрылись за высокими каменными стенами. Вокруг стояла тишина и спокойствие, никаких действий со стороны пришельцев не было.

Я расспросил жителей княжества, которые в спешке покидали город. Самые спокойные из них, а точнее парочка пьянчуг в трактире Германа дали небольшое интервью. Никто в образованную крепость не входил, никто не выходил, доклад окончен.

Если сначала я испугался, то сейчас был в замешательстве. Мне здорово надоели действия пришельцев, они были непонятны. Учитывая так и не вернувшиеся способности, зол я был как орда тварей.

Вернувшись в дом, стал вымещать злобу в работе, с новой силой погрузившись в макулатуру и таблицы.

Ольга и Анастасия стали моими заложниками на тот срок, пока я не разберусь с силой. Если Ольга была против, Анастасия наоборот стала какой-то тихой и задумчивой. Лара взяла над дочерью мятежницы шефство, они очень сблизились, я сблизился с ними.

После той ночи, я стал опустошать источник в ноль, чтобы снова не попасть под влияние. Абсолютно точно той ночью я попал под воздействие, иначе откуда такое сексуальное влечение.

Понятнее не стало, но появился прогресс. Очевидно, что пока резерв источника пуст, сущность внутри не имеет подпитки, а значит не может взять меня под контроль. Но она может влиять на моё поведение, а это не совсем хорошо, как показывает практика.

Выходом стало слить всю имеющуюся энергию источника, которая собиралась там каплями. При более детальном изучении я понял причину такого медленного пополнение, сам источник внутри меня противился вторженцу. Нити симбиота опутывали искру, а она в свою очередь перестала функционировать, прикинувшись мёртвым опоссумом.

Когда я понял механизм действия своего источника, то пришёл в восторг.

С меня будто упал груз огромной ответственности, я перестал ежесекундно бояться сам себя.

Наши отношения с Анастасией и Ларой были отдельной темой. Девушки на следующий же день после случившегося решили повторить. Но я был настолько занят мыслями, что просто ушёл в кабинет.

После этого они стали каждый день ночевать у меня. Я был не против, мне не было так одиноко и ко всему прочему создавался какой-то недоступный ранее уют от одного присутствия женщин.

Когда стал понятен механизм работы источника, настроение моё как никогда скакнуло. Девушки не могли этого не заметить. Той же ночью стены моей крепости пали, чертовки добились своего, после чего мы не спали до самого раннего утра.

Засыпал я со счастливой и усталой улыбкой.

Той же ночью случился второй прорыв в изучении моего недуга. Нет, я не сам дошёл до решения, отнюдь. Скорее это были последствия моих прошлых действий, а точнее, убийства наследника Ананьевых. Как и полагается, Геннадий не простил мне этого, он подослал убийц.

Сон уже почти забрал меня, окутывая приятной истомой и заволакивая сознание, когда я услышал звон разбитого стекла в кабинете. Донёсшийся звук сразу же заставил встрепенуться, после чего я тенью выскользнул из женских объятий.

Тихо ступая босыми ногами по полу, подошёл к двери ведущей в другую комнату. Больше никаких звуков не было слышно, появились даже мысли, что мне это показалось, но я быстро отмёл их. Шум разбитого стекла явно был.

Прижавшись к стене, затаился сразу за дверь, таким образом, чтобы входящий прикрыл меня одной из створок. Благо двери открывались внутрь спальни.

Потянулись мучительные минуты ожидания. В самый ответственный момент я чуть не задремал. Это был мой четвёртый день без сна, плюс хорошие такие физические упражнения в постели с двумя девушками. Собравшись с силами, простоял ещё пять минут, после чего решил проверить кабинет.

Решительно открыв дверь, нос к носу столкнулся с высокой тенью с горящими глазами. Антропоморфный силуэт, широкий плечевой пояс, стоящие клином уши и запах псины.

Монстр не стал медлить, а просто одним ударом лапы увенчанной когтями проткнул меня насквозь ломая кости и отбросил в сторону. Я вскрикнул от боли, девушки заворочались в кровати просыпаясь.

Лёжа на полу, чувствовал, как внутри меня зашевелился симбиот. Он ворочался и транслировал недовольство, похоже было на ворчание старого деда. Через секунду по моему телу прошлась волна какой-то чужеродной энергии, кости рёбер с еле заметным хрустом встали на места.

Лара тем временем встала, заметив лежащего меня и напрягшегося монстра. Волколак тоже не растерялся, он слитным движением пригнулся и прыгнул, распрямившись как дуга арбалета, смертоносно и быстро.

Но девушка была готова, туша монстра ударилась об упругий щит и с грохотом рухнула на пол. Анастасия давно прсонулась, она замерла за спиной Лары, на её руках разгоралась магия, освещая комнату. Я не остался сторонним наблюдателем.

Меня будто толкнули в спину, я встал и пошёл вперёд, ведомый одними инстинктами, среди которых преобладал голод. Волколак быстро поднялся, концентрируясь на девушках. Это его и погубило, когда я добрался до него со спины, он ничего не успел сделать.

Моё тело будто порвалось, настолько это было больно и неожиданно. Со всех сторон появились тёмные ленты дыма, они голодными змеями выстрелили в тушу морфа, буквально прошивая его. Я думал, что это не более чем дым, но когда ленты вошли в тело убийцы, он завыл от боли, наверняка разбудив весь дом.

Расправа закончилась быстро, монстр обессиленно упал на пол. Щупальца вышедшие из меня как пиявки выпивали его на глазах, пока на полу не остался только обтянутый кожей дымящийся скелет. Мне же с каждой секундой становилось всё лучше.

Девушки напротив замерли. Всё действие заняло не больше десяти секунд, после чего Анастасия осталась на месте, а Лара подбежала ко мне, опасливо смотря на не двигающегося морфа, будто он мог каким-то образом напасть.

— С тобой всё в порядке?! — она принялась ощупывать мой торс, размазывая по животу и груди ещё тёплую кровь. — Откуда кровь?

— Наверное зацепил его, когда наткнулся. — тут же отмазался я.

— Чт…что это было? — запинаясь спросила Анастасия.

— Убийца, скорее всего подосланный Ананьевыми.

— Я не про это… — упрямо покачала головой Власова.

— Это был метаморф, а может и волколак. Никогда не видела подобного?

— Да нет же, бес тебя побери! Я про тебя, что ты с ним сделал. — девушку трясло, она была напугана. — Мне стало холодно, страшно, будто открыли дверь в морозный день.

— Я тоже почувствовала нечто подобное. — подтвердила Лара, с любопытством осматривая меня. — Говоришь успел зацепить его? Чем?

От дальнейших расспросов меня спасли ворвавшиеся британки.

— Долго же вы шли. — покачал я головой смотря на Паулу.

— Нам мешали. — пояснила британка. — В поместье выявлено семь оборотней, пока мы к вам прорывались убили трёх.

— Кто-то пострадал?

— К счастью нет.

Если это дело рук Ананьева, то он явно сделал это зря.

До самого рассвета поместье напоминало гудящий улей, никто так и не уснул. Отец ходил сам не свой, постоянно кидая на меня странные взгляды. Я же снова обосновался в кабинете, анализируя произошедшее.

Выяснилось, что это были не морфы, а именно оборотни волколаки, такое тоже встречается, но чуть реже. Их вероятнее всего натравили, выпустив как свору гончих с единственной целью, нанести как можно больший ущерб.

Однозначно это организовал кто-то могущественный, способный протащить в город стаю одичалых тварей. Ни один из волков так и не вернулся в человеческий облик, а это значит они давно в таком образе.

А вот то, что сущность внутри меня пожелала защитить — не внушало доверия. Вероятнее всего она защищала на меня, как личность, а просто заботилась о своём носителе. Как хозяин автомобиля, обслуживает его и хранит.

Оторвавшись от невесёлых мыслей, стал разрабатывать план уничтожение рода Ананьевых.

В великом клане, практически каждом за исключением моего и императорского есть родственники. Меркантильные, жадные до богатств и не слишком умные. Мой план заключался в том, чтобы просто убить Ананьева, а род отдать на растерзание.

Пока родственники Ананьева решают чьи будут тапки, у меня будет время для реорганизации.

* * *

Константин ходил по запасному кабинету в поместье Фонвизиных, мужчина мерил значительно уменьшенную копию своего основного обиталища.

В кресле у письменного стола сидела его бывшая и ныне воскреснувшая жена, её нервировали эти метания, они были не свойственны мужчине, которого она когда-то встретила. Но за эти годы многое поменялось, стоит просто принять другую реальность и постараться в неё вписаться.

— Ты сам не свой с самого утра. — решила она начать разговор с тревогой поглядывая на мужа.

— Да? Ты заметила? — иронично спросил он через плечо.

— Я волнуюсь за твоё состояние…

— А ты заметила, как среди ночи по нашему дому бегала целая стая одичалых монстров? — перебил её Константин.

— Но ничего же не произошло. — вставила целительница.

— Ты права, но могло произойти… — князь замолчал.

— Ты снова нервничаешь от потерянного контроля. Но ты сам хотел оставаться в стороне, помнишь?

— Может это было ошибкой. — нехотя заметил Константин.

— Меня больше беспокоит его связь с теми девицами, — нахмурилась Милослава. — Это не кончится ничем хорошим.

— Это меньшая из проблем. — попытался выгородить сына ныне покойный глава рода.

— Ну, конечно, как я могу найти поддержку в такой вопросе. — с улыбкой закатила глаза лекарка, она была рада возможности смутить князя, чтобы он перестал думать о своём изменившемся положении.

— Надо отдать должное, охрана сработала быстро. — постарался переключиться Константин.

— Да, не поспоришь. — Милослава коварно улыбнулась. — Боевые дамы, не правда ли? Все как на подбор, красавицы…

— Да-а-а, — взгляд князя затуманился, но он быстро пришёл в себя. — Кхм, я бы никогда не подумал, что он разведёт бабье царство.

— Воспитание даёт о себе знать. — сказала Милослава, но тут же прикусила язычок.

— Да, — кивнул князь. — Мужское, что тут поделать. Но наша мама инсценировала свою смерть, а затем пропала на несколько лет, вы такое можете представить?

— Извини. — целительница постаралась свернуть разговор в конструктивное русло. — Что ты намерен делать?

— В первую очередь поговорить с сыном. Наверняка, у него есть план. Я не смогу действовать поперёк.

— Я помогу чем смогу. — согласилась Милослава.

— Как себя чувствую дети?

— Они растеряны, большой город их слегка пугает, но произошедшее на границе пугает ещё больше.

— Меня беспокоит другое. Я не чувствую силы у Фёдора.

— Я тоже, долго не могла понять причины. Он выглядит как пиявки, один сплошной тёмный сгусток. Но он другой, не спокойный и умиротворённый, а будто-бы голодный. — целительница содрогнулась, вспомнив попытки просканировать сына.

— Боюсь в попытке получить силу Фёдор ступил на опасный путь. — покачал головой Константин. — Как бы нам не пришлось всем вместе расхлёбывать последствия такого выбора.

За окном разгорался новый день, солнце неторопливо забиралось на небосклон пронизывая лучами морозный воздух. Разговор в кабинете сам собой затих. Каждый из магов смотрел куда-то вдаль, будто сквозь стены.

Через несколько минут князь молча вышел, отправляясь на поиски сына.

Поместье оживало, по коридорам ходили слуги приводя в порядок интерьер. Ночные гости были встречены огнём, никто не применял сильных заклинаний но весь путь монстров по хитросплетениям здания носил следы схватки.

Подойдя к некогда принадлежавшему главе рода кабинету, Константин остановился, собираясь с мыслями. Дверь была не до конца закрыта, до ушей мужчины донеслись голоса.

— Этой ночью? Атака на великий род может кинуть на нас подозрение. — говорившей была Паула. Видимо они с Фёдором обсуждают месть, но кому? Ананьевым?

— Никто не заподозрит. — спокойно ответил второй голос, принадлежавший сыну. — Мы не станем разглашаться о нашей ночной вечеринке.

— А если сами Ананьевы сделают заявление.

— Им придётся признать участие. — возразил Фёдор.

— Они могут на это пойти в попытке выжить.

— Не смогут. Мы убьём всех, мёртвые не разговаривают.

— Приказ ясен. — отрапортавала Паула, раздались звуки шагов.

Константин отошёл и сделал вид, что проходил мимо. Разговор князь решил перенести, а сейчас ему было о чём подумать.

Глава 27

Константин медленно шёл по коридорам поместья обдумывая новую для себя информацию. Только что князь услышал нечто, заставившее его переосмыслить отношение к сыну если не во всём, то во многом.

Одно дело, когда ты знаешь о происходящем из посторонних источников, совершенно другое, когда ты сам становишься свидетелем всех тех изменений, которые произошли с сыном.

То, насколько быстро было принято решение ликвидировать Ананьевых, не могло уложится в голове. Может быть у Фёдора была тысяча и одна причина так поступить, не стоит делать поспешных выводов, но слова сказаны и услышаны.

Некогда глава клана покачал головой в такт своим мыслям. Он был неприятно удивлён, как быстро человек меняется под воздействием внешних факторов. Вот, стоило на несколько недель оставить бразды правления, как уже стало казаться, что мозг всё забыл.

Князь вошёл во второй кабинет и сел за стол. Блокнот стал пополнятся новыми записями, планами, просто мыслями. Константин пытался найти вариант, который бы помог в нынешней ситуации.

Спустя час в кабинет вернулась Милослава. Выглядела женщина довольной. Она потянулась, а затем перетекла в уютное кресло напротив стола, будто большая кошка.

— Чего ты такой мрачный? — задала она вопрос.

— А чего ты такая весёлая?

— Просто позавтракала и приняла ванну, живя без таких привычных в быту вещей начинаешь ценить их наличие.

— Как мало тебе нужно для счастья. — хмыкнул мужчина.

— Богат не тот у кого много, а тот, кому достаточно. — парировала целительница.

— Тоже верно. — не мог не согласится он.

— А чего тебе не хватает? — в свою очередь направила разговор в интересующее русло Милослава.

— Решаю, как помочь сыну.

— Что-то уже придумал? — с интересом спросила лекарка.

— Да, есть кое какие мысли. Но действовать надо предельно быстро.

— Рассказывай.

— Если в кратце, я верну свой род и дам сыну новую игрушку.

— Какую игрушку?

— Я дам ему целую империю.

* * *

Паула стояла посреди оружейной в поместье Фонвизиных. Её мысли были заняты предстоящим налётом на великий род. Девушка снова была занята анализом всех изменений, что произошли с ней. Подобные размышления приходили в голову последнее время все чаще и чаще, вили там гнёздышко и оставались.

Ставки в игре не на жизнь, а на смерть повышались с каждым днём. Если раньше она была простой наёмницей и рисковала своей жизнью, сейчас за ней стояли люди доверяющие ей.

Обязанности с каждым днём увеличивались, сейчас под началом Паулы было около двух сотен солдат, огромная сила в пределах города. И это только небольшая часть того, чем владел род Фонвизиных.

Мануфактуры, кузни и оружейные, собственная служба безопасности частью которой стала девушка, огромные плантации и тысячи людей в подчинении. Британке нравилось ощущение принадлежности к чему-то большему, но это было не всё. Паула боялась, боялась изменений вокруг.

То, что она попала на работу к не самому простому человеку, Паула поняла быстро. Конечно, нужно было задуматься о перспективах в тот момент, когда обычный мальчишка оказался наследником великого рода. Ещё можно было свернуть с этой опасной дорожки, когда он первый раз вышел из себя, но все звоночки были успешно проигнорированы.

И вот итог, сейчас Фёдор замахнулся на прямое столкновение с великим родом. Если в конфронтации с Романовыми он поступил хитро, сейчас предлагалось без долгих реверансов наказать виновных в ночном нападении.

Из размышлений Паулу вырвал звук затвора.

Рядом стояла заместительница собравшая автомат.

— Полчаса до выхода. — напомнила она.

— Принято. — не в попад ответила Паула.

— Что с тобой подруга? — усмехнулась Кассандра. — Потряхивает, да? Иной раз я думаю, что это круче секса.

— Рисковать своей жизнью?

— Да. — просто кивнула заместительница. — Но наш риск оплачивается больше чем чей либо в этой холодной стране.

— Почему ты так считаешь? — с интересом спросила Паула.

— Сама посуди, — стала загибать пальцы и отвечать Кассандра, возможно она подумала, что это такая проверка от начальницы, ведь кто как не Паула должна понимать всю ценность их положения. — Мы работаем на один из самых влиятельных родов в одном из самых больших государств на планете. Перспективы и наш рост просто феноменальны, за какой-то год войти в ближний круг, получить дело, не бояться за будущее. Меня каждый раз бросает в дрожь от одной мысли, за что я бьюсь. Каждый грёбанный раз я иду на задание с улыбкой, ведь я защищаю своё будущее.

— Ты права. — быстро согласилась Паула, её даже немного испугал фанатичный настрой старой подруги. — А как ты относишься к решениям главы клана?

— Ты о его поступках? — спросила Кассандра. — Я знаю, многие не ожидали от него такой жестокости. Этим змеям, Романовым, туда им и дорога. Мне интересно, все те, кто считает Фёдора жестоким, как они представляют себе управление родом и реакцию на угрозы? Может ему следовало отпустить их? Они бы продолжили нападать, пока попытки не увенчались успехом и мы с тобой бы погибли, в том числе. Отдать на суд Императора? Не думай, что великий род не сможет себя защитить, у каждого из них есть влияние на императора, по сути он выполняет роль судьи. Убить только одну из сучек? Но тогда другие станут мстить.

— Я поняла тебя. — прервала Паула. — И согласна со всем сказанным.

— Это хорошо, — как-то не весело сказала Кассандра, а Паула заметила, как остальные девушки в оружейной замерли. — Не хотелось бы, чтобы ты потеряла веру.

— Не потеряю.

* * *

К нападению на Ананьевых готовились несколько дней. Главной причиной отсрочки были проблемы с даром. Ситуация не решилась, но я продвинулся далеко вперёд.

Тот порыв, которым напавший волколак был превращён в мумию, не что иное как вампиризм. Симбиот внутри меня просто выпил его, как стакан воды. Вот тут открылось поле для экспериментов, которое печально закончилось для нескольких свиней.

Воспоминания из ночного боя были обрывочными. Первое, что можно отнести к активаторам — это конечно же рана нанесённая телу. Далее уже идёт микроскопический разбор эмоций. Страх, боль, естественная реакция, но затем в игру вступает он. Гнев, презрение, желание уничтожить.

Постарался снова вызвать то ощущение, которое испытывал ночью. Это оказалось не просто, как бы я не ярился и не пытался раззадорить себя, всё было впустую. Оставался не самый приятный вариант, переглянувшись со стоящей в загоне хрюшкой, невесело улыбнулся. Пятачок что-то почувствовала, забившись в угол, а я приступил к делу.

Полоснув ножом по ладони, почувствовал вспышку боли. Постоянно прислушиваясь к себе, понял, что ничего не чувствую, кроме ноющей руки. Это даже раздражало, на секунду я подумал, что смогу развить эту эмоцию, но не смог.

Вздохнув и собравшись с мыслями, снова полоснул руку, совсем рядом с первым порезом. Вторая попытка оказалась совершенно другой, я перестарался разрезав плоть до самой кости. На секунду стало страшно, на полу загона быстро образовалась лужа из крови, быстро впитываясь в опилки щедро разбросанные по полу, всё вокруг стало каким-то бесцветным.

Я с ужасом смотрел на разрезанную плоть и уже было хотел позвать Милославу, но не успел. Что-то изменилось, там, внутри. В глазах потемнело. Словно кто-то большой и неповоротливый заглянул в щель шкафа в котором ты прячешься, перекрыв полоску света.

Боль в руке исчезла, я поднёс ладонь к глазам, наблюдая, как плоть быстро соединяется.

Сейчас, когда никто не мешал, я мог подробнее запечатлеть в памяти всё происходящее. Туманные жгуты не появились, да и хрюшка расслабилась. Порез исчез за считанные секунды, после чего я стал всё слабее чувствовать симбиота. Будто он уходил.

Подумав о бесполезности своей попытки и упущенном времени, разозлился. Собрав волю в кулак, стал мысленно кричать. Не знаю, поняла ли что-то сущность внутри, но она остановилась, я почувствовал интерес.

— Ты и я, мы оба взаперти. Не будет меня, не будет и тебя. — стараясь как можно проще формулировать мысль проговаривал я, полагаясь на те крохи информации и выводов которые сделал.

Очевидно, я зачем-то нужен сущности, скорее всего она не может существовать отдельно. А если и может, зачем менять коня на переправе, старый друг лучше новых двух, именно такой посыл я и старался донести.

Как ни странно, меня поняли.

Мы ещё какое-то время общались, если это можно назвать общением. Я старался понять его отношение к окружающему миру.

По итогам короткого и не очень быстрого диалога стало ясно следующее.

К образам людей и животных он не питает какой-то ненависти, но они его интересуют. Скорее всего в первую очередь как пища.

Но стоило мне представить монстров из порталов, как сущность внутри буквально вскипела. Гнев оказался настолько силён, что в глазах поплыли красные круги, появились мошки.

Вокруг меня стали появляется дымные жгуты, они выстреливали из спины, злобно извивались и разрушали всё, до чего могли дотянуться. От прикосновений щупалец доски загона рассыпались в прах, камни становились песком.

Заверещала хрюшка, безумно бегая по загону. Когда разрушилась дверца, поросёнок попытался убежать, но один из жгутов достал животное, вмиг высосав всю жизненную энергию.

Я почувствовал, что прихожу в себя, стало намного лучше.

Жгуты же потихоньку успокаивались.

Чувствовалось удовлетворение, но это были не мои ощущения. Переходя к следующему загону снова воззвал к тьме, как по простому стал именовать второго жителя в собственном теле.

Услышав предсмертный визг первого пяточка, вторая животинка от страха замерла в дальнем конце загона. Я попытался открыть дверь, но мысленная команда на уничтожение пришла много раньше действий тела.

С направленной в сторону дверцы руки сорвалась антрацитовая моления, быстро пронзив саму дверцу и умертвив животное. От свиньи не осталось и следа, только горка пепла. Странно, что не пострадала стена к которой та прижалась.

Меня неприятно удивила скорость с которой симбиот выполнил требуемое. Мысли перетекли в практичном русло, не хотелось бы в порыве эмоций убить кого-то из близкого окружения.

Тьма поворочалась, удобнее устраиваясь, а затем затихла. Я остался один, постороннее присутствие исчезло.

Мои губы тронула улыбка, усталая и вымученная. Теперь я не так беззащитен, а значит есть возможность побороться. В данный момент даже не возникало мысли о последствиях, до них надо дожить и именно сейчас появился ещё один шанс.

По возвращению в дом на меня обратил внимание каждый, кто встречался в коридорах поместья. Лицо стало более расслабленным, на нем даже появилась улыбка. Движения больше не были скованными, все тело буквально испускало опасность.

Той же ночью я решил покончить с Ананьевыми. План был прост, но одновременно мог претендовать на гениальность своей дерзостью.

Никто не мог наказывать представителей великого рода без суда императора. Но ввиду нестабильной ситуации в стране и отсутствия самого императора, можно было рискнуть.

После поглощения ещё одного рода, мы станем главной силой с которой придётся считаться.

Сам я принимать участия не собирался, не до конца представляя свои возможности. Откладывать уже нельзя, поэтому я остался сторонним наблюдателем.

Мои люди зачистили территорию вокруг поместья Ананьевых, нейтрализуя охрану и снимая довольно простоватую сигнализацию.

Нападения в черте города, вернее в самом его центре настолько редкое явление, что о защите никто и не позаботился.

Возглавляемые британками бойцы легко проникли внутрь, быстро беря поместье в кольцо.

Махина здания подсвечивалась редкими фонарями, большинство окон зияли чёрными провалами, все давно спали, шёл пятый час утра. Зимнее утро было поздним, никто из знати не вставал рано.

Солдаты внутри здания наткнулись только на поваров, которые с самого раннего утра готовили еду для господ.

Отрезав кухню от остального жилого сектора, мои люди прошлись по всем этажам, вырезая охрану и зачищая комнату за комнатой.

Я расположился на соседней улице, сидя в автомобиле и слушая доклады. Что-то не сходилось, все было очень просто, преступники так не поступают.

Может их насторожённость притупилась поздней реакцией, ведь после нападения прошло несколько дней. Но это слабый аргумент.

Если бы я совершил налёт, который закончился провалом, то места бы себе не находил денно и нощно ожидая ответной реакции.

Ананьевы же будто и вообще не ожидали нападения, охраны не больше чем обычно, она расслаблена. Сами владельцы рода но факту сейчас окружены и даже не подозревают о скорой смерти.

Напряжение нашло выход, когда все было уже готово. Я вышел из машины, подставляя разгоряченное лицо морозному ночному воздуху. Оставалась только спальня главы рода и его жены, все остальные люди пленены, либо убиты.

— Приступайте. — голос Паула дал отмашку.

Короткая задержка, буквально десять секунд.

— Здесь никого нет. — Паула была растеряна. — Повторяю! Здесь никого…

Я выругался.

— Ждите меня, никому не делать резких движений, оцепить периметр.

Забыв об авто, быстрыми шагами направляюсь к громадине поместья. На воротах встречают свои люди, закрывая створки следом за мной. Снаружи ничего не говорит о том, что дом захвачен.

Чтобы дойти до комнаты хозяев потребовалась минута. Я вбежал по лестнице усиленно думая, что делать дальше.

Может кто-то их предупредил? Это отличный ход, если Геннадий заявится с имперской гвардией.

В комнате была Паула и её заместительница. Остальные ждали снаружи. Сразу бросилась в глаза смятая постель.

Помощница Паулы показательно провела по простыням ладонью, после чего довольно произнесла.

— Совсем тёплая.

— Куда они девались? — риторически спросил я.

И действительно, где сейчас искать владельцев этого дома. Может быть Геннадий и его супруга уже на пути к резиденции императора, а это значит, что надо действовать быстро.

Вспоминаю, как симбиот реагирует на живых существ. Он забирает их энергию, ощущает присутствие, может быть сможет помочь найти?

Прикрываю глаза, взывая к тьме. Сущность пробуждается, чувствую небольшой голод, но он принадлежит не мне.

— Бес тебя раздери! — слышу как ругается заместительница Паулы.

Открываю глаза наблюдаю привычную картину. Вокруг парят жгуты чернильно чёрной субстанции, слепо щаря вокруг.

Одно из щупальцев тянется к замершей будто кролик Пауле. Британки ничего не делают, здраво полагая, что я не причиню вреда.

К слову их вера не оправданна, еле успеваю остановить симбиота. Жгут едва касается тела Паул, превращаю обмундирование в прах.

Осыпается на пол полуразрушенный пистолет, падает половинка ножа, из под бронежилета появляется бледная полоска кожи.

Направляю работу сущности, стараясь донести свой приказ. Получается не сразу, но жгуты повинуются, начиная двигаться более организованно.

Расстояние поражает, до кровати два метра, но тьма тянется дальше истончаясь. Щупальца будто змеи пробегают по смятым простыням, будто принюхиваются как пёс.

Что странно, ткань, да и сама постель остались целыми.

Через несколько мгновений стало понятно, что к поиску по запаху манипуляции не имеют никакого отношения. Симбиот резко приходит в движение, рассекая воздух на уровне изголовья широченной кровати.

Само изголовье падает, как подрубленное дерево. За ним открывается вид на небольшую дверцу, не более полутора метров в высоту, ровно так, что ложе перекрывает её пряча от посторонних глаз.

— Ты знаешь, что делать.

Слова адресованы Пауле, но девушка не может прийти в себя. Зато реагирует её помощница, кидая на меня взгляд полный фанатичного блеска, от которого честно говоря стало не по себе и начиная отдавать короткие приказы.

Глава 28

В найденный с помощью симбиота ход тут же устремились несколько бойцов. Задача была понять, куда ведёт тоннель, а затем разобраться, что вообще произошло.

Судя по всему, хозяева были не готовы к вторжению, как правильно заметила помощница Паулы, постель тёплая, они ушли несколько минут назад. В голове всё встало на свои места.

— Ни в коем случае не убивать их, взять живыми и отвезти в поместье. — Паула потихоньку стала приходить в себя, но я форсировал события, дав ей хорошую пощёчину. — Далее, убрать все следы нашего присутствия, трупы, кровь, сломанные предметы интерьера. Ничего не должно рассказать о сегодняшней ночи.

— П…почему? — отмерла наконец Паула.

— Потому что они не виноваты в нападении на нас. Это сделал кто-то другой.

И я найду этого проказника, после чего ему придётся объяснить мне всё. Добавил мысленно и вышел из комнаты.

Симбиот не подавал признаков жизни, но я чувствовал, что напряжение может вырваться в любой момент. Где-то глубоко внутри ощущалась сила и защищённость, но это может быть обманом.

Вернёмся к нашим баранам.

Ананьевы не нападали на поместье, это очевидно, а значит сейчас мы максимально уязвимы.

Я вернулся в автомобиль. Паула руководила группой в доме, были вызваны уборщики и простые рабочие, чтобы быстро восстановить весь нанесённый ущерб. Сейчас важно сделать так, чтобы на нас не упало подозрение в необоснованном нападении на Ананьевых.

Через несколько десятков минут в тишине услышал приглушённые ругательства с улицы. Дверь авто открылась, в салон насильно усадили Геннадия и его супругу.

Они сыпали карами в равнодушные лица бойцов. Оба хозяина поместья в ночных рубашках, на конечностях следы от захвата, ноги грязные, на лице мужчины расплывается свежий бланш.

— Я так и думал, что это твоих рук дело. — оскалился Геннадий, стоило ему меня заметить.

— Моих. — не стал отрицать я.

— Что тебе нужно?! — всхлипнула женщина. — Ты убил нашего сына, что ты ещё хочешь от нас?

— Вам ответить честно, или солгать? — наклоняю голову.

— Татьяна задала хороший вопрос, что ты будешь с нами сделать? — зацепился за слова жены Геннадий. — Императора сейчас нет, это развязывает тебе руки. Но наша смерть вызовет вопросы, на которые ты не сможешь ответить.

— Верно. — снова согласился я, ожидая предложения.

— Ты хочешь власти. — вглядываясь в моё лицо подытожил Геннадий, как-то опустошённо. — Я знаю, как её получить. Боюсь нам нечего тебе предложить в таком случае.

— Почему вы не напали? После того, как умер ваш сын. — задал я не дающий покоя вопрос.

— А зачем? — пожал плечами Геннадий, доставая из мини бара бутылку скотча. — Мы долго думали, как отомстить. Но потом поняли, что тебе так же необходимо обезопасить себя, а значит ты придёшь за нами. Дни шли, а тебя не было, мы поверили, что ты оставишь нас в покое. Тут ты меня переиграл, снова.

Я молчал, усиленно думая, что делать с четой Ананьевых.

Симбиот заинтересованно ворочался, он был голоден и мне в голову приходили мысли просто выпить ненужных людишек.

— На днях на моё поместье напали стая одичавших оборотней. — вставил своё откровение я.

— И ты подумал, что мы за этим стоим? — огонёк понимания в глазах Геннадия быстро превратился в костёр.

— Да, я так подумал. — киваю в ответ.

— Это ошибка! В таком случае мы легко все исправим! — горячо начал Ананьев.

— Думаю да, это можно будет исправить. Но пока вы отправитесь в моё поместье. Если вас кто-то хотел убрать моими руками, безопаснее будет полагать, что я сделал это. Будете моими гостями, пока я не найду зачинщика.

— Гостями… — усмехнулась Татьяна.

Геннадий же сжал коленку жены, после чего вымученно улыбнулся мне.

— Мы согласны.

Пытается выжать из ситуации максимум, но я тоже не прост. В голове уже выстроилась цепочка плана, в котором Ананьев должен будет сыграть отведённую роль.

Жаль, что я не могу гарантировать ему жизнь.

— Спасибо. — улыбаюсь в ответ и мы едем в поместье.

До самого утра не смог уснуть. Даже соблазнительная картина устроившихся в моей кровати девушек не смогла надолго отвлечь от мыслей. Спустя час, когда Анастасия и Лара были выжаты, я встал и ушёл в кабинет, где встретил рассвет.

Мысли витали не только вокруг нападения и нашего ответа, а также затронули изменения в организме. Я с трудом себе признался, что мне мало простого соития с девушками, они будто не справлялись. Это как тушить пожар керосином. Списал это на подросший ресурс организма и адаптацию к расширяющимся возможностей.

Утро застало меня с чашкой крепкого чая. Стоило солнце коснутся окон второго этажа, где был бывший кабинет отца, в дверь постучал дворецкий.

За дверью привычно ожидал Альберт, пока я не пригласил его войти. Как-то парень вошёл без приглашения, стараясь быстрее донести важные новости. Но парень был не готов встретить двух девушек в нижнем белье, сидевших в уютных креслах напротив письменного стола.

Лара и Анастасия как раз старались затащить меня спать. Они будто сговорились, не сразу привыкнув к тому, что мне не требуется много сна. Первые дни каждая считала своим долгом отвлечь меня и оттащить в спальню. И не за тем, о чём можно было логично подумать.

В девушках включился супружеский механизм, было нереально пропустить обед или не найти в гардеробе нужной вещи. Если Анастасие было откровенно нечем занятся, то вот Лару я не понимал.

Я отметил время, Альберт вошёл ровно в десять, ровно в десять к нам пришёл странный гость. Он говорил на английском и никогда не опаздывал. А ещё с ним была гостья, которая была хорошо мне знакома.

— Позови его. — приказал я Альберту. — Хочу ещё видеть Паулу и её заместительницу.

Нехорошее предчувствие пронизывало изнутри. Если гость с острова, значит британки его могут знать, тем более с ним Айза.

В кабинет вошла парочка гостей. Высокий и жилистый мужчина лет тридцати с аккуратной бородкой и в очках имеющих роговую оправу. Мужчина был одет не по погоде, кожаная куртка, рубашка, лакироване туфли и тёмно синие штаны.

Айза же куталась в большой полушубок, волосы языками тёмного пламени разметались по вороту, глаза блестят, красива, ничего не скажешь.

— Не скажу, что рада тебя видеть. Я буду переводить. — съязвила она.

— А я вот как ни странно рад.

— Это ничего не меняет. — смутилась, но постаралась не показывать виду англичанка.

— Что вы хотите?

В этот момент в кабинет вошла Паула и Кассандра, имя помощницы я узнал ещё ночью, очень уж быстро она реагирует, таких людей надо держать поближе.

Реакция вошедших британок была разной. Если Кассандра поджала губы, а на её щеках заходили желваки, реакция Паулы была другой. Глава моей охраны испугалась, на миг замерла, прямо как на вчерашней операции.

Мужчина тем временем уселся в кресло, игнорируя мой задумчивый взгляд и начал говорить.

— Рад очутится в вашей стране… — начала Айза, но я поднял руку и девушка замолчала.

Британец сказал ещё несколько слов, но не дождавшись перевода замолк, нахмурившись.

— Кто это? — вопрос был адресован моим валькириям.

— Самый верный слуга Барона, Уильям. — тут же отозвалась Кассандра. — Барон был нашим последним нанимателем, мы не очень хорошо разошлись.

— Понял, слушаем дальше.

Получившая команду Айза начала переводить.

— Я прибыл по поручению Барона, чтобы узнать, по какому праву вы приняли в род этих дезертиров? Они всецело принадлежат Барону. Вам предлагается принять условия, передать нам предательниц на суд его сиятельства, в таком случае мы не будем разжигать конфликт.

— Интересно. — стал барабанить пальцами по столу я. — Что скажете?

— История длинная и запутанная, но мы были правы…

Паула так и не произнесла ни слова, говорила Кассандра. Несколько секунд посмотрев в глаза девушке, я принял решение.

— Мне достаточно твоих слов.

Надо было видеть лицо Кассандры в этот момент. Если когда-то и существовал измеритель обожания, сейчас он бы явно зашкаливал. Полный фанатичной преданности и благодарности взгляд буквально прилип ко мне.

— Ваши требования не будут удовлетворены. На этом наш разговор закончен. — Айза перевела мои слова, в кабинете повисла тишина.

— Вы неправильно поняли, у нас есть рычаги давления. — с улыбкой сказал Уильям.

— У меня тоже.

Британец какое-то время смотрел на меня, но на конфликт не пошёл. Мужчина широко улыбнулся и встал, направляясь к выходу. Перед тем, как покинуть кабинет, он остановился.

— До встречи.

— Прощайте. — попрощался я.

Айза осталась, но не надолго.

Девушка изучающе осмотрела кабинет и задала интересующий её вопрос.

— Почему ты не отдал этих преступниц?

— Тебя это не должно касаться. Кажется твой друг заблудится, тебе бы его проводить.

— Он не мой друг, просто попросил об услуге…

Айза не договорила, в кабинет снова постучали. Раздался неуверенный голос Альберта.

— Господин, кхм, тут люди… Люди императора.

— Да отойди ты, болезный! — я услышал грубый мужской бас.

В кабинет ввалились несколько гвардов. И правда служащие императора.

— Фёдор Константинович, вы задержаны. Попрошу обойтись без применения силы. — немного нервно оттарабанил старый вояка.

— По какой причине? — я сделал удивлённое лицо.

— За нападение на род Ананьевых и убийство Геннадий Ананьева и его супруги Татьяны….

— Вздор! — натянул я гневную маску, внутри же всё ликовало. Вовремя я включил голову и пощадил парочку влиятельных господ. — Альберт, будь так добр пригласи наших гостей в кабинет.

— Каких гостей? — не сразу понял вояка.

— Чету Ананьевых конечно же. — гвард замер.

Я заметил как поморщилась Паула, а затем выражение её лица на секунду стало отчаянным. Девушка быстро пришла в себя, взяв под контроль эмоции. Мне эти метаморфозы стали ещё больше интересны, думаю у нас будет разговор, сразу после того, как мы закончим тут.

В кабинет вошёл Уильям, его лицо сияло в предвкушении.

— Но, наш источник говорил обратное, — с угрозой в голосе повернулся к Уильяму старый гвард. — Есть видеозаписи нападения на поместье…

Видимо Альберт заранее позвал Геннадий. Уильяму не дали договорить, в кабинет вошли новые действующие лица.

Когда глава великого рода уселся в свободные кресла вместе с супругой, гвард начал сверлить взглядом англичанина, который потерял весь свой настрой.

— Мистер Уильям, правильно я понимаю, — официально обратился старый воин. — Что вы донесли до нас неверную информацию?

— Но, это не так! — воскликнул побледневший мужчина.

— Пройдёмте с нами… — неожиданного гостя взяли под локти и вывели прочь. Напоследок гвард обернулся, также как парой минут ранее сам Уильям. — Мы вернёмся к этому вопросу чуть позже.

Я сидел и потирал виски, скорее машинально, а не по причине усталости. Цирк с каждым днём набирал обороты.

— Что дальше? — спросил изрядно успокоившийся после ночных событий Геннадий.

Я молчал, ответа на этот вопрос сейчас не было. Меня больше беспокоило поведение Паулы, которая осталась в кабинете вместе с Кассандрой. Все молчали, Татьяна читала выдернутую с полки книгу, Геннадий жевал губы, британки смотрели перед собой пустыми глазами.

Погода за окном будто насмехалась, вылезло из за облаков солнце, заливались птицы.

— Паула, тебе есть, что сказать? — от этого вопроса она вздрогнула.

— Нет…

— Точно? — стараюсь смотреть ей прямо в глаза.

— Да. — выдыхает она.

— Кассандра, расскажи об этом Бароне.

— Мы работали на него. Когда-то пришёл хороший контракт, Паула еле успела его вырвать. По сути лёгкие деньги, охранять одного самопровозглашённого аристократа. Мы быстро посчитали и навели справки, Барон персона не самая большая, серьезных проблем такому большому вооружённому отряду не доставит… — девушка замолчала, видимо собираясь с мыслями.

— Но? — поторопил я её.

— Но, он оказался не таким, каким мы его представляли. Если сказать коротко, абсолютный отморозок. Он нападал на всё что движется, постоянно захватывал земли соседей. В то время владения лордов были ограничены по территории и людям, но вот воевать не запрещали.

— А потом он стал нанимать ещё отряды, чтобы обойти запрет. Какой глупый закон, чем занимался ваш король?

— Король ждал когда рыбка станет покрупнее, а затем ловил её. По сути островом правили банды, а король был самым главным бандитом. — Кассандра вздохнула. — Поторопившись с выводами мы не нашли покоя, а снова попали в мясорубку. Слава богу контракт был всего на три месяца. После окончания контракта нас не смогли принудить для его продления, мы бежали, но все требования были выполнены. Спасибо, что не стали вести переговоров с его человеком.

— Интересно, чего теперь ждать от него?

— Всего, чего угодно. — тихо вставил Паула.

* * *

Алиса мерила кабинет шагами, слева направо, от окна до стола и до двери. Девушка заметно нервничала.

Утром пришли не самые лучшие новости, заставившие её отправить гвардов к злосчастному Фонвизину. Оказалось, он напал на Ананьевых. Алиса умела думать, отец хорошо подготовил девушку к самостоятельному правлению. Если у Фёдора получится подмять ещё один великий род, он пойдёт против короны.

По крайней мере сама бы Алиса именно так и сделала.

Но ещё больше беспокоил только что пришедший отчёт служащих канцелярии. Ананьев с супругой живы и здоровы, находятся в поместье Фонвизиных.

Сведения поступили от странного англичанина, который показал видеозапись, только это сподвигло Алису встретится с ним. Сейчас Уильям отдыхал на нижних уровнях резиденции быстро сливая всю имеющуюся информацию, стараясь сделать это раньше очередного удара или пореза, в зависимости от настроения палача.

Алиса получала отчёт ежеминутно, всё новые и новые данные шли в текстовом формате.

Уильям говорил, что организовал нападение оборотней на поместье Фонвизиных. У него была чёткая задача выполнить условия какого-то Барона, а точнее, вернуть отряд служащий Фонвизиным вот уже год. Речь шла о настоящих валькириях с острова, Фёдор называл их британками.

После провала, Уильяму ничего не оставалось, как продолжить слежку. Англичанин вышел на одну из британок, которая по какой-то причине поделилась информацией. Шпиону стало известно о нападении на Ананьевых, и это могло стать успехом, но он многого не учёл.

Первое, Ананьева не убили.

Второе, если бы Фёдор захватил род, Алиса ничего бы не смогла сделать. Не развязывать же гражданскую войну?

Третье, он не разгадал планов своего информатора. Британка намеренно слила ему не все расклады, заманила в ловушку, но это действие вызывает вопросы. Зачем её вообще сотрудничать с англичанином? Алиса остановилась и постучала по столу.

В кабинет вошёл Марк Андреевич. Престарелый поверенный улыбался, что было большой редкостью последние дни, учитывая сколько дерьма они разгребли.

— Алиса Леонидовна, кажется у меня хорошие новости, а у вас гость.

— Кто? — нахмурилась Алиса.

— Сейчас сами увидите. — ушёл от ответа Марк, снова не свойственное ему поведение.

В голове Алисы пронеслась сотня образов, но реальность удивила больше всего.

В кабинет вошёл князь Фонвизин. Некогда похороненный мужчина выглядел свежим, на нём был тёмный плащ с меховым воротом. Как только мужчина снял его, в свете ламп засияли многочисленные награды и регалии коим была увешана вся грудь.

— Здравствуйте, ваше императорское величество. — мужчина встал на одно колено и склонил голову.

— Ну, здравствуйте, Константин Владимирович.

* * *

Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг бесплатно в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Глава 29

Этот день я ещё долго буду перематывать в своей голове, чтобы понять, как такое могло произойти и где я упустил столько деталей.

Отец куда-то запропастился, Лары и Анастасии не оказалось рядом, все были заняты делами, кроме меня. Я разбирался в управлении симбиотом, сидя в широком отцовском кресле.

По моей команде симбиот выстреливал щупальцем тьмы, забирая за каждый заход по одному карандашу. На столе оставались полоски праха. Ещё с каждым новым «заклинанием» расходовалась капля силы, а в случае с ударом по чему-то живому она восстанавливалась.

Что-то не давало мне покоя, какое-то смутное предчувствие. Такое бывает, когда ты сделал что-то ужасное, о чём вскоре узнают другие.

Я попытался отвлечься от тревожных мыслей, вспоминая минувший разговор.

— Убьёшь? — Геннадий будто постарел на десяток лет, Татьяна смотрела в окно, я видел, как вздрагивали её плечи.

Жестокость этого мира была в крови каждого, особенно, если ты управляешь группой других людей. Ты обязан адекватно просчитывать угрозу. Угроза от Ананьева была колоссальной, но я всё ещё сомневался.

Может, это какой-то план? Призванный меня отвлечь.

В голове зудел вопрос. Что мешало им напасть первыми? Сотни вариантов появлялись в мыслях, но ни один меня не устраивал. Кто оставит такого мстительного ублюдка, как я, за спиной?

Симбиот понимал мой настрой, буквально оживая на глазах. Видимо, чувствовал скорый обед. Но человеческая сторона во мне всё ещё указывала на тот не дающий решиться момент.

Так, мыслим другими категориями, если бы у меня убили сына, единственного прямого наследника, что бы я сделал?

Убил бы всех, кто к этому причастен.

Но в данном случае этого не произошло. Почему?

Человек зависим от определённых стандартов. Если ты богат, тебе будет некомфортно с меньшим состоянием. Деньги — это ресурс, но далеко не единственный. Пётр не давал родителями денег, скорее, наоборот, но давал эмоции. Эмоции — это тоже ресурс. Если ты влюблён, а твоя возлюбленная погибает, ты горюешь, пока…. Мысль поразила внезапно, будто выстрел ружья.

Ты горюешь пока… не влюбишься снова.

Нет, Ананьев не влюбился, Татьяна тоже. Просто они готовились снова стать родителями, поэтому рискнули не продолжать войну.

— Мы можем договориться, — произнёс я спустя несколько минут.

— Каким образом? — Геннадий не хотел показать надежды, но я видел его глаза.

— Вы откажетесь от наследства в мою пользу. Вам останется двадцать процентов состояния, как движимого, так и недвижимого. — Мужчина нахмурился, но я был уверен, что он согласится. — Чуть позже вы поймёте, что ничего не потеряли.

— Ага, — ухмыльнулся разом повеселевший мужчина. — Кроме всего, что у меня было.

— Ну, я не забрал у вас ребёнка, а это много, не правда ли? — ткнул в его тайну я.

— Так ты знал… — выдохнул Геннадий. — Но тогда почему так? Ты мог забрать всё.

— А зачем? Вам надо как-то жить, и поверь, вы будете жить очень хорошо по меркам остальных. В новой империи не будет великих родов, богатств и земель, кланового рабства, власть сосредоточится у одного рода.

— У твоего? — задумчиво спросил он.

— У императорского.

Такой смышлёный управленец, как Геннадий, может пригодиться в будущем. Я не жалел о том, что не стал убивать эту семью. В этот же день Генри отправился на новое задание по приведению в порядок ещё одного рода.

Надо было видеть лицо управляющего, когда он только узнал о привалившей работе. Старик не далее как неделю назад завершил работу по отлаживанию системы Романовых, чтобы мы могли удвоить мощности рода. Попутно ему удалось выкупить часть старых предприятий вокруг квартала, таким образом и он рос.

Квартал на сегодняшний день стал цивилизованным центром окраины. В это место стекались все беженцы и просто невостребованные люди, свободные дельцы, незаклеймённые маги.

Каждый мог найти в квартале что-то своё. Вопросы с бандитами были решены в день моего возвращения в род, а уж когда я стал его главой и владельцем более чем пятидесяти процентов города, криминальные авторитеты и вовсе попрятались в своих норах.

Ганц хорошо трудился, чего нельзя было не отметить. Поэтому молодого главу немецкой артели, которую я когда-то нанял, стали уважать практически все на окраине.

Я лично приехал в свой второй дом, чем удивил большинство жителей. Они помнили меня ещё изгнанником, помнили, где я жил, а сейчас между нами будто встала пропасть. Торопиться с наведением мостов не стал, мне сейчас требовалось иное.

С каждым днём, проведённым с неизвестным существом в груди, я всё больше стал опасаться навредить близким. С самого рождения я был аристократом и не мог встать вровень с обычными людьми, всегда на каком-то своём островке, далеко от остального мира. По таланту не смог стать ровней сверстникам, не найдя друзей даже среди своих.

А теперь я даже не могу считать себя человеком.

Дверь резко открылась, стукнувшись о стену, в кабинет вошёл отец. Он был при параде, глаза горели ясным пламенем, грудь увенчана орденами, всё сверкает и бряцает, как люстра, даже не закрыл за собой.

— Сын, у меня хорошие новости! — воскликнул он.

— У меня тоже, — улыбнулся я.

Следом за отцом в кабинет зашёл престарелый мужчина, мне было известно его имя, Марк Андреевич. Но это еще не всё, сразу за поверенным показалась Алиса.

— Ваше превосходительство, — кивнул я, в голове заметались разные мысли, но я успокоил себя, снова усаживаясь в кресло, если отец в хорошем расположении духа, значит, о нём знают и ничем серьёзным нам это не грозит. — Рад вас видеть. Чем обязан?

— На самом деле обязаны. — Алиса бесцеремонно плюхнулась в одно из кресел, два других заняли мужчины.

— Не терпится услышать о своих обязательствах, — поддел принцессу я.

— Вы моя тёмная лошадка, Фёдор Константинович, — заявила девица, называть это взбалмошное чудо императрицей язык не поворачивался. — Мы имели разговор с вашим отцом, он предложил чудесную на первый взгляд идею.

— Слушаю.

— Он единолично возглавит войска, без Анатолия Алфёрова, а также уберёт его с политической арены. — Алиса выдержала театральную паузу, а меня перекосило. — Теперь я верю вам, Константин Владимирович, он действительно ничего не знает.

— Хм, очень интересно. Кому отойдёт род Алфёровых? — продолжил я беседу.

— Короне, — коротко ответила Алиса. — Надо соблюсти статус кво, это усилит моё положение, а, следовательно, и ваше. По сути, вы станете первым родом в империи.

— Очень интересно, продолжайте, пожалуйста.

— А затем мы вместе подавим мятеж в Новгороде, — распалялась Алиса, от этого воодушевления скривился даже Марк Андреевич, но девушка будто ничего и не замечала. — Восстановим порядок и настроим систему заново.

— А зачем это мне? Мы и так сейчас если не сильнейшие, то близки к этому.

— Со мной два великих рода, — откинулась в кресле Алиса. — Мы либо будем существовать в войне, либо станем союзниками.

— Я понял твою точку зрения. — Мы с отцом переглянулись, было видно, что он что-то задумал. — А как решим вопрос с Анатолием, он по своей воле не покинет пост, да и в стороне не останется.

— Дуэль, — коротко ответил отец.

Я снова задумался. Справится ли отец? Не хотелось бы рисковать его жизнью, но вариантов немного. Также он должен понимать, что Ананьевы уже у нас в кармане, а значит, у него появился какой-то план.

— Что ж, я согласен. Какой у нас план?

Мы долго обсуждали нюансы, перед тем как разойтись.

Начать было решено с утра. На улице стояла прекрасная морозная погода, январь заканчивался, начинался февраль. Скоро повсюду будет дуть холодный пронизывающий ветер.

Алиса пригласила Алфёрова на аудиенцию, где они встретятся с папой.

Ночью я переговорил с Ананьевыми, они были согласны на мои условия, но для страховки Татьяна осталась в поместье под охраной.

Всё это время я не переставал присматривать за Паулой. Она каким-то образом была замешана во всей ситуации с Бароном. Да и сам Барон скоро должен появиться. Описанный мне человек не оставит убийство своего помощника безнаказанным, а значит, предстоит небольшой конфликт.

С утра ко мне зашла Ольга. Женщина снова спрашивала о своём заточении, а точнее, о том, когда это прекратится. Она настаивала на разговоре с лидерами мятежа в Новгороде, утверждая, что мне понравится итог переговоров.

— Они недовольны, это так! — горячо говорила женщина. — Но ты не видишь всей ситуации. Долгие годы Леонид пренебрегал советам старейших родов Новгорода. Они голосовали за упразднение кланов, хотели оставить только несколько родов, а остальное население перевести под руку короны.

— Но почему убили его?

— А какой он оставил выбор? Когда был подавлен первый мятеж, — женщина усмехнулась. — Хотя какой там был мятеж, просто несколько молодых наследников устали молчать, не более. Так вот, когда император перешёл в Москву, большинство дворян лишили их власти и ресурсов, всюду были поставлены наместники короны, управляющие делами города. Несколько лет мы ждали, когда всё изменится, смотрели за ситуацией в Москве, но не видели никаких признаков преобразований. Леонид всё так же делал реверансы с местным клубком змей, даже их представительства и вся организационная ветвь не была тронута в Новгороде. Мы устали ждать, нападения тварей утихли, но ты же знаешь, что это не навсегда.

— Знаю, — подтвердил я.

— Мы решили взять власть в свои руки, чтобы что-то поменять. Для этого нужны были ресурсы, мы хотели отрубить ручеёк, тянущийся в Москву.

— Когда Новгородцы придут? — перебил я женщину.

— Они уже тут, — улыбнулась Ольга.

Разговор становился всё интереснее. Оказывается, мятежники уже давно присматривают за делами в Москве, их очень много среди жителей окраины, тут зреет бунт. Всё это Ольга рассказала мне в надежде получить союзника.

Сначала координаторы очень удивились изменениям, а затем увидели структуру квартала. Система, выстроенная мною для простых людей, поразила мятежников. Они даже решили лично пообщаться со мной, но не успели, я нашёл их первыми.

— Пойми! Магов твоего уровня много. А вот людей, думающих о будущем всего государства, а не только о своём кармане, совсем мало. За дни, проведённые тут, я многое поняла. Ты не ограничишься тем, что имеешь уже сейчас, ты пойдёшь дальше. Вчера тут

была дочь Леонида, — Ольга снова улыбнулась. — Дай угадаю, она не рада уготованной Алфёровым роли. Хочет поддержки. Но, судя по всему, ты не рассказал ей о твоей договорённости с Ананьевым.

— У нас есть договорённость? — заинтересовался я, стараясь понять, как много знает Ольга.

— Я в этом уверена. Ты захватил главу великого дома, осталось только забрать всё, что ему принадлежит. Но ты решил не поднимать шума, иначе бы вмешался Алфёров, уверена это бы повлекло распри и драки внутри города, чего ты не хочешь. Ты другой, уже одно это говорит о тебе больше, чем ты думаешь.

Ольга умная женщина, она многое поняла, находясь в поместье.

Я назначил встречу лидерам мятежников вечером следующего же дня.

Собираясь на приём, я не питал лишних иллюзий, жалко, нельзя было надеть доспех, не уверен, что некоторые элементы будут корректно работать.

Облачившись в удобные парадные штаны и куртку, я выехал из поместья. Отец добирался отдельно, в отличие от меня он был одет в родовой доспех, Мефистофель.

Сегодня будет интересная и зрелищная битва. Диагон против Мефистофеля. Это напомнило о том, что в моём распоряжении теперь есть Айрана, доспех рода Романовых.

Я даже знал, что сделаю с живыми латами. Есть одна претендентка, давно планирующая обновки в гардеробе. Ярополк отлично подойдёт на роль телохранителя и ещё одной боевой единицы для рода.

В тронный зал входил в хорошем настроении. Скульптуры, как и всегда, давили своим величием.

Отец был тут, стоял на возвышении и что-то обсуждал с Алисой. Когда я подошёл, он кивнул в сторону своей фигуры в стене.

— Непривычно видеть себя тут, — хохотнул он.

— Уберём попозже, — вставила Алиса.

— А мне нравится, — махнул он рукой.

— Анатолий будет с минуты на минуту, обсудим план… — начала Алиса, но была прервана.

Створки тронного зала распахнулись, будто под порывом урагана. Словно каждая из двух половин весила не пару сотен килограмм, а была легче пуха.

В зал медленно вошёл Анатолий.

Мужчина был облачён в доспех и нёс на плече монструозного размера меч. Следом за ним появилась хрупкая девичья фигурка, лицо её было закрыто вуалью.

Бившая в колокол со вчерашнего дня тревога усилилась.

Симбиот внутри будто сошёл с ума, он, подобно большому змею, сейчас скручивался в кольца, приводя в боевое состояние все ресурсы организма.

Я резко почувствовал всю глубину запахов, а глаза начали различать нити на ткани с расстояния в сотню шагов.

— Что с тобой?! — спросила Алиса.

— О чём ты?

— Твои глаза, они стали полностью чёрными.

Странная парочка приближалась. От них тянуло такой опасностью, что мне стало не по себе. Отец натянул шлем, лёгким движением взяв висящий на поясе молот.

— Алиса, девочка моя, — проскрипел Анатолий. — Ты решила меня переиграть? Решила воспользоваться моей добротой?

— Ты забываешься, — холодно произнесла Алиса.

— Это ты, похоже, забыла, кому обязана своей жизнью, — всё так же со сталью в голосе говорил Алфёров.

— Пора заканчивать с этим, — произнёс отец, делая шаг вперёд.

— Стой, — остановил я его. — Пока рано.

Я всматривался в фигуру Анатолия, стараясь понять, почему так остро реагирует симбиот.

— Послушай своего сына, если хочешь остаться в живых, — безумно рассмеялся Алфёров. — Но я пришёл не драться. Я пришёл с госпожой.

В этот момент девушка рядом с ним сделала маленький шажок и легко сняла вуаль, откидывая её за спину.

— Света… — не мог поверить своим глазам я.

Content

Еслер Андрей Менталист. Революция [СИ]

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29