Михаил Игнатов

Гардар. Книга первая

Глава 1

– Прибыли! Ретрошен!

Да, именно с такого крика, извещавшего об окончании восьмичасовой поездки, и началось всё это. Тогда весть была приятная, не спорю. Вот только случилось это шесть часов назад. А что ждёт меня сейчас? Тьма, едва разгоняемая убывающей Селеной, кромка леса впереди, где от этого тусклого света и вовсе не будет толку, да десяток стражников за спиной, то и дело опускающих руки на мечи. Самое забавное, что это мой выбор.

В животе стало холодно, и всё там будто в комок сжалось. Это я за собой ещё с первой практики заметил. Как что-то серьёзное предстоит, так и дыхания не хватает, и внутри холодок поселяется. Даже привыкнув к экзаменам и сдаче нормативов, я всё равно перед ними чувствую, как начинает колотиться сердце. Но на дело это не влияет, как нам говорил сержант Ребен: «Не стесняйтесь своего страха, просто не давайте ему свободы. Не давайте ему шанса помешать вам. Его дело – напоминать вам об осторожности».

Что же, делаем всё, как на тренировках. Активированный Ночной глаз отодвинул границу зрения и снова раскрасил мир цветами, пусть и тусклыми. Видно не так далеко и ярко, как днём, но по сравнению с алхимическим аналогом заклинания – дар небес. Того выпьешь – и видишь лишь чуть дальше носа, да и мир чёрно-белый. А ещё и на свет зайти нельзя, пока действие не пройдёт. Знаю, о чём говорю. Пришлось полтора года его пить. А ведь на мне сейчас ещё и новая разработка плетения – только два месяца, как вошла в каталоги магов после испытаний. Теперь все живые, а значит – тёплые существа обозначены ярким красным контуром. Великолепно проработанное заклинание, настоящий прорыв в плетениях. Не зря я его выбрал, чтобы вложить себе в наградной артефакт выпускника. Самому мне такой ещё долго не сплести.

Для начала отослал стражу:

– Сержант. Вы свободны. Ждите моего сигнала.

– Слушаюсь, лэр, – кивнул стражник, имени которого я так и не узнал за тот час, что провёл с ним бок о бок.

Едва они развернулись прочь, как я направил струйку силы в плетение Сети. Почувствовал себя пауком, вокруг которого неслышно растёт призрачная серебряная паутина. А по его паутинкам скачет бодрой рысью двенадцать лошадок. Крайней гранью заклинания я скользил за стражей, растягивая Сеть сигнальных нитей. Хватит радиуса пятьдесят шагов. Дальше наращивать не стоит: чем она больше, тем затратнее выходит и тем сильнее устаёт разум.

Всё – ускакали, больше никто не тревожит мою Сеть. На полсотни шагов вокруг меня нет ничего живого крупнее мелкой собачонки.

Развернувшись, оценивающе взглянул на лес. Захламлён изрядно: устанешь продираться. Следующим впитало в себя силу плетение Хлыст. Будет сторожить мою тушку. Он полностью соответствует своему названию. Гибкий жгут из уплотнённого воздуха будет бить и хватать всё, что кинется на меня. Ну, заодно и ветки им отведу или отсеку – воздух можно по желанию спрессовывать до острейшей плоскости.

Жаль, что я был способен удерживать только три активных заклинания одновременно и потому не мог надеть сразу и Доспех. Но с этой бедой справятся только время и тренировки. Когда-то и просто создание основных рун было для меня невыполнимой задачей.

Почему я не надел обычный доспех, как у стражников? У нас, магов, есть плетение-аналог. Сколько силы твоё умение позволит вложить в узловые точки – настолько хорошо и защитишь свою жизнь. Ну, с ограничениями, что понятно любому, кто не прогуливал в школе уроки магических основ. Мое заклинание надёжно, как полный латный доспех обычного солдата. Но это плетение я смогу активировать только тогда, когда в мою Сеть попадут «мухи». В тот момент я сброшу питание маной плетения Сети, и моё тело окружат невидимые пластины силы.

Может показаться, что поиск в ночном лесу Тёмных тварей – дело безнадёжное. Мол, им достаточно затаиться и держаться дальше действия сигнальной сети, и всё: я буду блуждать до утра без толку. Но не всё так плохо, как кажется. Во-первых, низшие твари не видят столь тонких плетений, как Сеть, они чувствуют только полыхающие силой объекты. Например, немаскирующихся магов. А во-вторых, они терпеть не могут никого рядом с прорехой в свой мир. Тёмный рыцарь или, к примеру, Храбат – те могут затаиться возле самого портала. И сидеть тише воды, ниже травы: ждать, пока иномирный пробой наберёт сил для нового отправления тварей в наш мир. Надеюсь, что в ближайший год я с ними не столкнусь: для этого нужен полноценный прорыв.

А эти только почуют магию – и сами примчатся, чтобы убить меня и попировать. Силы в моём теле им хватит, чтобы стать раза в полтора крупнее. Только кто бы им моё тело дал? Точно не я. Зря, что ли, нам раз в месяц привозили Тёмных тварей из питомника? И волков били, и ту тушу, что называют кабаном. «Не пойму я эту классификацию», – подныривая под ветки, продолжил я разговор сам с собой.

Если Тёмные волки ещё на обычных лесных сородичей похожи (ну, пока до магии не доберутся, конечно), то кабан с самого начала на них не похож вовсе. Туша – метр в холке, шипы вместо щетины, копыта, выглядящие как зубчатые кастеты, огромные клыки на удлинённой морде. Страшный, живучий, ещё рычит вдобавок. Называют Тёмным кабаном. По мне, лучше бы назвали как-нибудь необычно, не как честное животное. С другой стороны, уже четвёртую армию вражеских существ называть приходится – поневоле фантазия выдохнется.

Стоп. Я замер на очередном шаге: вот они. Три сгустка полыхающего тёмного пламени коснулись крайних нитей паутины, заставив их задрожать. Двое спереди справа и один крадётся со спины. Я оценивающе огляделся. Место не очень удобное для меня – обзор плохой. Но что поделаешь? Буду считать, что сержант Ребен опять злобствует. Я, не спеша, сделал ещё несколько шагов, занимая позицию между деревьями для встречи врага. Струйка силы, идущая от меня на Сеть, истончается, и ажурная конструкция паутины принялась медленно размываться на магическом плане. Доспех на себя.

Ну, с нами Демиург!

Шаг. Ещё шаг вправо. Ещё. Вот!

Виски кольнуло острой мгновенной болью. Сигнал от защитного амулета об атаке на разум. Простой человек сейчас бы уже потерял сознание или замер в полной апатии, не способный ни о чём думать, либо побежал прочь, не помня себя от ужаса. С разных направлений, на секунду мелькая между деревьями, ко мне рванули два поджарых тёмных силуэта в красной обводке заклинания Глаза. Сах! Мир привычно замедлился и раскрасился потоками сил, мерцанием рун в моих плетениях. Медленное и неуклюжее тело осталось где-то далеко, разум мага вышел вперёд.

Начали!

Стену, сотканную из плотных струй воздуха – за спину. Нити плетения Сфер в моей ауре засветились голубым и исчезли, оставив вместо себя в реальном мире, перед бегущей справа тварью, полупрозрачные сферы с насыщенной маной границей. Вот только внутри них воздуха не было. Вообще.

Тысячи раз отработанные плетения исполнены безукоризненно, на радость строгим преподавателям. Спустя миг крохи маны, вложенные в них, закончились, и громовой удар обрушился на моё тело, рванув его за воздухом, устремившимся занять пустое место. Волку в эпицентре пришлось гораздо хуже: встречные потоки изломали его тело.

«Минус один», – промелькнула спокойная мысль.

Копья – две полутораметровые каменные сосульки, вырывавшиеся из земли одно за другим, сбили с ног второго волка и швырнули его назад в кусты, из которых он выскочил. Я не пожалел в трактире времени и поработал над участком плетения, отвечающим за скорость полёта, добавив туда руны.

«Минус два».

Мне показалось, что прошло непозволительно много времени, пока медленное тело поворачивалось к последней твари. Ей ещё несколько прыжков до меня.

Стену переносим назад, оставляя нижним концом борозду в земле. Тварь взмывает в последний прыжок, который должен закончиться на моём горле. Хлыст устремляется навстречу, пробив брюхо волка, обвивает его тушу и медленно, чтобы не разорвать надвое, тянет в сторону, подправляя прыжок…

Есть! Волк пролетает мимо, а хлыст воздуха прижимает его к земле, не позволяя двигаться. Секунда и, подав ману на входную руну, я отрубаю ему заднюю лапу магическим лезвием, ослепительно засиявшим на конце посоха.

Слово и жест. Транс Сах отменён. Разум и тело снова едины в своём беге; магический мир, потускнев, ушёл на задний план. Звуки опять похожи сами на себя. Дико выл Волк, истекающий кровью. Но мне было не до него.

Убрал Хлыст и быстро-быстро побежал прочь, одновременно снова растянув Сеть и пополняя арсенал. Позади, среди деревьев, исчезла Стена, исчерпавшая вложенную в плетение ману.

Сеть показывала только один трепещущий лепесток тёмного пламени – недобитого Волка. Значит, их и впрямь было трое. Других тварей нет: они бы в стороне ни за что не остались, тем более после такого воя подранка. Они – всегда стая.

Я пытался дышать ровно, чтобы привести нервы в порядок. Меня всего немного трясло. Это всё же не полигон и не практика, как себя ни убеждай. Там хоть не один был. Страшновато было сейчас без товарища рядом. Ну, да ничего: главное я сделал, твари мертвы. Первый мой экзамен жизнью.

Наконец, я отдышался, успокоился. Можно и подумать, даже не уходя в Сах – вой не мешает. Бой прошёл, как и планировался. Один волк живой, но покалечен, остальные уничтожены. Защитный амулет не выработал и процента вложенной маны. Солидную вещь нам выдали. До этого как-то не оценивал его мощность. Доспех был цел полностью. Шипы с рунами так и остались в резерве. Я недооценил себя и переоценил опасность противника. Кажется, тот Волк из питомника был быстрее и больше. Ну, так даже лучше. Теперь, как написано в наставлениях, недобиток поползёт к порталу. Только там он может быстро залечить раны, впитывая ману из повышенного фона. А здесь, скорее всего, сдохнет: вместо брюха – сплошная рана.

Я, стоя на месте, продолжал вглядываться в серебро паутинок в разуме. Да, пополз. Всё один в один, как в книгах по тёмным тварям. Доплёл по третьему Копью и Сфере на всякий случай и на этом остановился – всё равно моим плетениям жить осталось не дольше получаса. А пока Волк ползёт, можно начать сбор доказательств. И я пошёл по своим следам обратно.

Смотря на кучу останков под ногами, в который раз поразился, как такое несложное и незатратное заклинание, как Сфера, может обладать столь убойным эффектом? Впрочем, нас специально учили таким плетениям.

Вокруг было сплошное месиво из мяса с костями. Ну да ладно, всё равно мне ничего, кроме голов, и не было нужно. Да и их придётся в Сферу силы закатывать, чтобы кровью не капали. Где здесь второй? Я шагнул в кусты, отводя ветки в сторону. Далеко зашвырнуло его. Молодец я: ведь второе Копьё метал уже в улетающую за кусты тушу и попал. А некоторые ещё возмущались сложностью третьего упражнения на полигоне, идиоты. Теперь можно и за головой последнего Волка отправиться.

На мою удачу, далеко идти за недобитком не пришлось. Не прошёл и пятисот метров, ломая ноги на завалах сухих веток, как на краю Сети появилось ощущение провала. Прорыв. Путь в иное пространство, где сейчас очередная армия из далёкого чужого мира штурмует двери в наш. Нам достаются лишь отголоски этой страшной битвы. Мне сегодня довелось столкнуться с далёким и слабым отголоском: всего лишь несколько самых невзрачных солдат гигантской армии, которых окольным путём сумели забросить в наш мир. Но нельзя давать им ни шанса на победу.

В прах их!

Секира, вспыхнув вязью рун, обезглавила последнего Волка.

Я перешагнул его труп и встал перед односторонним порталом – чёрной кляксой, медленно вращающейся в воздухе. Сах. И снова мир магии заслонил собой настоящий. Здесь прорыв не только виден, но и «слышен». Он давил на разум, ощущаясь как спрут, свитый из мрака, сочащийся мерзкой тёмной энергией и тянущий из тебя ману, силы, эмоции, тепло души, воспоминания. Всё, что у тебя есть; всё, что можно превратить в энергию. И ни за что нельзя отдавать. Память о моей юношеской влюблённости, радость, захлестнувшую меня, когда я впервые магией поднял листок в воздух, покой прогулки в осеннем парке. Всё то, что делает нас людьми. Как же жутко было стоять здесь, перед ним! Никакие книги не могли описать это полной мерой. Словно по твоей коже, под ней скользят невидимые шершавые и холодные пальцы. Ну погоди, мерзость! Тебе ни за что не набрать сил, чтобы снова пропустить через себя врага.

Я возвёл вокруг портала рунный круг Отрицания и, зачерпнув в себе столько сил, сколько смог, выплеснул их одним сгустком на вязь рун. И они разом вспыхнули, закружились в хороводе и, ускоряя свой бег, стали сжиматься вокруг тёмного спрута. Плеснуть ещё силы, ещё, ещё!

Выбираю себя до дна, раздувая сияние рунной вязи, заставляя её пылать призрачным голубым огнём. Я отдаю Отрицанию всю ману, что у меня есть. Круг рун сжимается в точку и, ослепляя напоследок сиянием, исчезает, оставляя после себя ноту, звенящую в тишине ночного леса.

А может быть, она звучала только в моей душе. Я обессиленно опустился на землю. Отрицание – одно из немногих заклинаний, данных нам Демиургом. И, как все её дары, оно невероятно просто и невероятно могущественно. Опустошает заклинателя, как никакое другое: до самого дна за мгновения.

Через полчаса я пришёл в себя достаточно, чтобы на появившиеся капли маны создать Глаз и Хлыст. Снова окружил отрубленные головы Сферой силы и нашёл на поляне подарки, оставленные тёмным порталом. Куст, изменённый чуждой нашему миру силой, застывший мрачным изломанным силуэтом уродливого калеки под кронами старших братьев. Отломив ветку и замкнув её в отдельную Сферу силы, я вырвал его со всеми корнями и сжёг дотла, щедро отдавая ману чужой стихии, чтобы пламя простейшего заклинания не угасало. С ними только так. Дай несколько лет жизни этому уродцу – и в лес не войдёшь без опаски. Он отравит и переделает на свой лад всё вокруг.

А невдалеке лежало кое-что другое. Стазис. Здесь уже нет ничего опасного – светлая сторона тёмного портала. Хотя мне приятнее было думать, что это награда от одного из Стражей. И она станет изрядным подспорьем для меня. Камешек размером с яйцо, дающий мне возможность осуществить некоторые личные задумки. Ну и ценой, думаю, не меньше сотни золотых. Но продавать его я точно не буду. Мне самому надо, а купить раньше, чем через пару месяцев, не смог бы. Сомневаюсь, что у молодых лейтенантов такие большие зарплаты. Так что полученные трофеи грели душу и заставляли расплываться в невольной улыбке.

Ну, вот и всё: зачистка закончена. И не радоваться, не радоваться, пока не вернусь к де Таргану! Как там у Рагнидиса? «Вздохнуть свободно можно только в кругу друзей и под защитой стен, ибо никто не знает, что ждёт тебя на пути домой». Я повторил это ещё раз и развернулся, благо заклинание надёжно указывало направление. На полпути послал сигнал через выданный мне парный амулет, чтобы стража успела подъехать к месту расставания. Пригибаясь под очередной веткой, я напомнил себе: надо узнать имя сержанта, а то неудобно вышло. Да заодно погрузился в воспоминания о том, как вообще вышло так, что я, ещё не добравшись до места службы, уже вступил в схватку с тёмными тварями.

Глава 2

– Прибыли! Ретрошен!

Этого крика я ждал давно. Восемь часов в пассажирской карете – это чересчур долго. Нет, не подумайте ничего плохого про первое министерство. Карета очень хороша! Для второго класса – просто чудо. Два года назад дела обстояли хуже. Сейчас сидения в ней стали мягкими и даже откидывались назад. А сам экипаж оказался оборудован техническими новинками обоих направлений: свежей модификации рессорами и артефактами покоя. Потому мягкость и плавность хода кареты были выше всяких похвал. Но даже если вы будете ехать в карете первого класса, то на третьем или четвёртом часу пути ваши бока и хм… то, что в начале пути радовалось мягкости сиденья – заявят вам своё неудовольствие. Во всяком случае, мой личный, пусть и небольшой, опыт говорил мне сегодня именно об этом. В очередной раз.

Так что я был несказанно рад концу поездки. Тем более что провёл её не в праздности, а усердно тренируясь в создании простых заклинаний второго круга. Отрабатывал скорость и концентрацию магических манипуляций. Доводил до ума наложенное на выпускной посох заклинание своей разработки. И потому – голова тоже жаждала отдыха.

Своя разработка – звучит гордо. Я скептически ухмыльнулся своим мыслям. Скорее, это плетение, собранное из простых школярских заклинаний – не из сборника блоков, а просто из учебника. Придумано там только то, куда цепляем, и какая форма будет у этого ужаса. Но все с чего-то начинали, а путь к Искателю – это труд. За восемь часов умствований в карете я утомился, так что имел чёткий план действий: выгружаю багаж и иду в приютный дом. Сытный ужин, горячая вода, свежая постель, спокойный сон – вот что манило меня. Сегодня я собирался себя порадовать. Ведь впереди последний отрезок пути и место моей первой службы.

Разминаясь, внимательно огляделся по сторонам, привычно уходя в Сах – магический транс, замедляющий время, чтобы иметь возможность рассмотреть детали. Ничего нового и необычного не увидел. Все станции построены в рамках одного проекта и похожи, как братья и сёстры. Есть станции, гордо царапающие проплывающие над ними облака Сигнальными шпилями. Чаще встречаются толстячки, куда стекаются товары из многих окрестных посёлков.

А есть и такие середнячки, как Ретрошен. Невысокая защитная стена, небольшие башенки с полиболами по всей её длине. Мощные ворота пропускали гостя на просторный двор, и перед ним представали здания станции, гордо возносящие к небу свои изящные башенки. Все они были соединены крытыми переходами и очень красивы. И нельзя было сразу сказать, что вон то угловое здание с потрясающе красивым фризом – казарма стражи, хоть на этом фризе и изображены воины в доспехах. А вот это здание с множеством карнизов – склады. Может, его нужно было угадывать по некоторой пузатости? На приютном доме механические часы на фронтоне скоро должны были отбить шесть часов. Я надеялся, что это не намёк на «время – деньги», а просто украшение для удобства людей.

Вернулся взглядом, описав почти полный круг, к своей карете. Вокруг неё царила обычная суета. Конюхи распрягали лошадей, меняя их на свежих. Лэр-мастер с каретником проверяли, всё ли в порядке с подвеской и колёсами. Пассажиры тоже не теряли времени. Стоянка всего час, нужно успеть промочить горло и плотно закусить. Ну, мне уже можно было не спешить, но есть тоже хотелось. Я отдал багажные бирки и зацепил свои сундучки заранее сплетёнными Хлыстами. Мальчишество, конечно. Но мне удобнее было сделать это ими, чем бытовым Носильщиком, а уж тем более, чем звать носильщика живого. Вперёд! Нас ждала битва с куском хорошо прожаренного сочного мяса!

Почти сразу после дверей приютного дома на первом этаже-трактире меня перехватил уже слегка седой мужчина.

– Лэр? Доброго дня. Вы у нас надолго?

– Доброго, – я приветственно кивнул, не обратив поначалу внимания на то, что он знает о моей принадлежности к магам. – Только переночую. Мне, пожалуйста, принесите ужин, обязательно с мясом, а вещи пусть отнесут в комнату.

Невольно я обратил внимание, какой цепкий взгляд у хозяина – словно у наших сержантов на практике. Сах. Время, повинуясь мысленно произнесённому и представленному якорям, потянулось, как свежая смола, позволяя мне сосредоточиться на деталях и оценить собеседника.

Крепкий темноволосый мужчина, без шрамов на лице. Возраст определять я не умею, но седина, как я уже заметил, есть. Наверное, постарше моего отца. Одет просто, но вещи качественные. Меч с каким-то вложенным заклинанием, на шее амулет с большим накопителем. Мозолей практикующего мечника мне не видно, но они наверняка были, ведь сами руки тяжёлые, грубые, с широкими запястьями. На большом пальце правой руки боевое кольцо.

Вопросы: откуда привычка носить меч без формы, зачем отставнику продолжать часами махать мечом и носить кольцо, пригодное только против бездоспешных людей? Старый служака, который без меча как без рук, привыкший за годы к его тяжести на бедре? А кольцо, например, всегда носил, дабы произвести впечатление на новобранцев.

Я позволил себе услышать стук своего сердца и выскользнул из Сах.

– Ирвинг! К тебе ещё клиент! – н-да, глотка лужёная, командирская. Точно сержант из тренировочного лагеря. – Вы немного ошиблись, лэр. Я не хозяин дома, а управляющий станцией. И прошу вас уточнить причины, по которым вы здесь оказались. Это важно.

Я вытянулся и с предательским румянцем на щеках оттарабанил:

– Господин управляющий, прошу простить меня за ошибку! Я выпускник Таладорского магического училища. Направлен на двухгодичный срок в форт Дальний Рог крепостным магом, отбывать практику по контракту. Рассчитываю завтра получить у вас лошадь и убыть в крепость, – вытащил бумагу из внутреннего кармана. – Вот подорожная.

Так лопухнуться – это везение. Сержант! Лагерь! Меньше фантазий – больше внимания! Сколько раз тебе вдалбливали: сначала оцени ситуацию, затем действуй, не уверен – молчи и не фантазируй, Аор. Если в крепость приеду и там тоже спутаю старшину с комендантом, то скажу: «Судьба такая». Хреновая, надо признать, судьба для молодого офицера.

– Меня это радует, – как-то хитро усмехнулся мой собеседник. И это точно не фантазия! – Лэр, давайте, вы подкрепитесь после дороги. Потом принесу из своих запасов вина и латиса, уточню у вас несколько деталей во время их дегустации и, возможно, мы поговорим с вами об одном деле.

– Я к вашим услугам, господин управляющий.

Коротко кивнул, повторяя жест, подсмотренный у друга. Управляющий какой-то миг помедлил, затем улыбнулся так, что от уголков глаз побежали лучики-морщинки, повторил мой кивок и вышел наружу.

Проводив его взглядом, я крепко задумался. Управляющий станцией к первому управлению дорог относится лишь формально. Он больше назначенный специалист. Специалист из третьего управления. Станции – одна из тех вещей, что делают нашу страну сильнее соседей. Один из кирпичей нашего могущества, нашей независимости. Подобное пытаются повторить в Сетии, но получается плохо. Только у нас после восьми часов скачки по ровной и широкой дороге с имперским статусом вы попадёте к дорожной станции. На станции есть ремесленники, лэр-мастера; крестьяне обрабатывают поля вокруг, на стенах несёт службу небольшой гарнизон стражи. Более того, если есть излишки производимых продуктов, фуража или товаров, то они, принося ей доход, уходят в столицу провинции. Хотя бывает и наоборот. Суметь вырастить зерно в пустыне может только какой-нибудь магистр жизни.

Так вот, только у нас по стране можно путешествовать со скоростью восемьдесят километров за девять часов. А уж курьеры фельдъегерской службы доставляют приказы, преодолевая по пять сотен километров за сутки. Всё же не в каждый уголок нашей большой страны дотягиваются линии Сигнальных башен. Есть чем гордиться даже тому, кто просто пользуется работой этого отлаженного механизма. И потому каждой шестернёй-станцией управляет специалист третьего управления. Управления безопасности империи. И это назначение одновременно является его наградой за верную службу: часть доходов от станции по закону остаётся у него.

И вот такому управляющему что-то нужно от свежеиспечённого армейского мага. И важное во мне – не молодость, а принадлежность к армии. Обычных магов у него и своих хватает. Они в том числе обязаны быть по штату и в страже станции. И не только адепты.

Но серьёзно задумываться о сути дела я не стал. Напридумывать можно много, а угадать сложно, и может быть так же стыдно, как четверть минуты назад. А потому я вышел из вязкого времени транса Сах, в котором обдумывал происходящее, и отдал должное еде. Ароматной сытной похлёбке с сетийской крупой, бесследно проваливающейся в желудок. Жареной картошке с мясом, дразнящим обоняние ароматами специй, и салату из квашеной капусты с весенней зеленью. И всё это наслаждение дополнял потрясающе ароматный, свежий, ещё тёплый хлеб.

Улыбчивая темноволосая девица, немногим старше меня, убрала со стола, выдала мне мои десять медяков сдачи. Затем выставила из деревянной коробки дорогие бокалы, принесла тарелку с нарезкой из яблок и груш, долежавших до весны, и упорхнула за стойку. Там почти сразу запульсировала магическая сила, отчётливо мной просматриваемая. Всё верно: зал опустел, карета ушла, я готов к разговору – можно предупредить амулетом управляющего.

– Меня зовут Арс де Тарган, – начал разговор управляющий, открыв и выставив дышать бутыли. – Я – капитан Серой стражи и управляющий Ретрошеном.

– Я – Аор Ранид. Младший мастер Земли и Воздуха, выпускник первой ступени Таладорского магического училища.

– К моему стыду, – капитан чуть пожал плечами, – я не слышал раньше о вашем училище.

– Моему заведению всего четыре года, – начал пояснять я. – Оно создано в рамках нового проекта Повелителя Рагнидиса. Как показала жизнь, в войсках требуются маги более широкого профиля, чем существующие. И в гораздо большем числе, чем выпускают сейчас. Нас обучали как универсалов поддержки, мой армейский уровень по доступным плетениям – десяток-сотня.

Де Тарган покивал моим словам, затем разлил вино и латис по бокалам искусной тонкой работы из какого-то полупрозрачного камня. Сочетание тёмных прожилок тёплого оттенка в общей массе почти прозрачного камня создавало ощущение ажурности, узора, висящего в воздухе. Рубин вина и изумруд латиса только добавили им нереальности: словно напитки удерживались в плену узора прожилок лишь магией.

Любуясь ими, я твёрдо решил, что непременно сделаю себе подобные бокалы. С удовольствием вдохнул тонкий, дразнящий аромат латиса. Вино магам, конечно, можно, но в малых дозах, чтобы они не теряли над собой контроль. Мало ли что у пьяного на уме? А уж что может быть на уме у пьяного мага – лучше никому не узнавать. Пара студенческих пьянок, а главное, их результат оставили мне твёрдое убеждение, что пить магам больше пары бокалов вина не стоит. Иначе можно остаться без денег за месяц, возмещая ущерб. Но вот латис…

Латис – совсем другое. Алкоголя в нём нет ни капли. Это водная настойка редких трав, выдержанная не менее года в сильном природном источнике силы. Тонизирует тело, придаёт ясность мысли магу и прочее, и прочее. Дорогая вещь. До этого дня пробовал его только два раза. На дне рождения у Диниса ра Чалом и на выпускном балу в училище. Род, уже шесть поколений доказывавший сталью и магией свою верность стране, мог позволить своему отпрыску такие траты. А училище, пользующееся поддержкой первых лиц страны, тем более.

– За нашу встречу. Встречу ветерана и молодого воина, – управляющий слегка приподнял бокал, салютуя во время тоста.

– За нашу встречу, – я повторил жест.

Глоток – и словно поток морозной свежести заполняет меня до кончиков пальцев. Миг – и мир становится более чётким, рельефным, время замедляется без всяких жестозвуковых костылей. Кажется, что ещё мгновение – и шёпот потоков сил на краю разума облечётся в слова. Вдох – и наваждение уходит, шёпот утихает, оставляя после себя послевкусие мёда и яркий, словно омытый дождём после долгих дней засухи, мир.

Потрясающе…

Де Тарган кашлянул, привлекая моё внимание, поставил бокал и сцепил в странном жесте пальцы, начиная разговор:

– Аор, я понял, что ваше училище не ремесленное, раз вас готовили как универсала. Но насколько вы сильны в бою? Без этого вашего – «доступно по уровню плетения».

– Конечно, с боевиком Гарской армейской школы я не сравнюсь, – тоже поставил бокал: отвечать де Таргану, прихлёбывая из него, немыслимо. Кто он, а кто я? – Но с условным десятком сетийской армии бился в открытом бою на экзамене по боёвке и выстоял.

– Очень неплохо для непрофильного выпускника, насколько я могу судить по опыту своей службы.

Я чуть улыбнулся. Похвала человека, который заслужил приставку к родовому имени и место управляющего станцией, очень приятна. Зря хвалить не будет. Но следующие его слова меня и вовсе ошеломили:

– Аор, может быть, перейдём на ты?

– Это честь для меня, – ответил без задней мысли и снова раньше, чем успел обдумать ответ в трансе. Мысленно поморщился от своей несдержанности, стараясь, чтобы лицо не вспыхнуло румянцем стыда.

– Отлично. Ты не тушуйся, все мы были молоды, – угадывает мои метания капитан. Всё-таки он мне в отцы по возрасту годится, а уж служба в Серой страже – год за два идёт. – Взгляни сюда, – на скатерть легла его рука.

На этот раз я провалился в Сах, едва его пальцы разжались и, кажется, даже без использования якорей. Лицо удалось сохранить, и отхлынувшая от щёк кровь мне не грозит. Итак, что мы имеем. Портальный амулет – небольшой, как и следовало ожидать от обычной станции. И в нём, недалеко от центра, плавает в светлой глубине тёмно-красная искорка. Такая догадка была. Прямо как в мемуарах Повелителей об эпохе становления империи. Ещё до места службы не доехал, а уже первая возможность получить запись в личное дело. И она может быть и о моей смерти. Но это ничего не значит. Не зря над входом в училище есть девиз: «Боевые маги всегда первые принимают на себя удар и первые умирают». Это наш дух, огонь в крови, стержень, который в нас выковали. И то, что этот удар будет первый лично для меня, ничего не меняет.

– Четыре дня назад амулет подал сигнал.

Не заметив или сделав вид, что не заметил моих метаний из транса в транс, продолжал де Тарган. Так я в это и поверил! Серая стража – отдел, отвечающий за внутреннюю безопасность и контрразведку. Чтобы капитан такого отдела и не мог видеть скачки моих эмоций и подёргивание пальцев остаточной визуализации жеста Сах? Не верю. Но за то, что сделал такой вид, я ему был благодарен.

– Как видишь, пока ничего серьёзного. Поэтому я паники не поднимал и курьера не посылал. Вчера с почтовой каретой отправил сообщение в Райт. Команда оттуда прибудет только через три-четыре дня.

– А стражники? – озвучил я свои размышления.

– Гнать моих стражников смысла нет – ситуация не критична. Иначе я бы послал гонца в Ритош.

Обдумав эту фразу, но так и не поняв её смысла, я вскинул брови, и де Тарган мгновенно уточнил:

– Через Ритош проходит Сигнальная линия на восток страны, а значит можно было сэкономить время и сразу передать сообщение в канцелярию легата. По стражникам: в лесу они ничего толкового не сделают. Они сильны здесь, на стенах, под прикрытием их рун и в пределах Источника. Их маги против тварей в лесу тоже не играют. Вот найти людишек, польстившихся на обещания Тёмных пророков, и решивших на чужих страданиях свою жизнь построить – они смогут. А тут…

– И кто вылез? – я воспользовался паузой в разговоре, пока де Тарган в сожалении разводил руками.

– Крестьяне с дальних угодий говорят, что это Тёмные волки. Слышали и даже, мол, видели.

Капитан помолчал, ожидая ещё вопросов, но я уже задал единственный, мучивший меня с момента появления амулета на столе и, решив отдать инициативу, лишь снова поднял брови.

– Сегодня прибыл ты, – де Тарган наполнил бокалы и поднял на меня взгляд. – Тебе это интересно?

– Да, капитан, – я одним глотком выпил половину бокала и словно прыгнул в ледяную воду. – Мне это интересно.

Конечно, мне это интересно. То, что я зачищу портал в любом случае, де Тарган, видимо, не понимал. Что странно: вроде как девиз общий для всех боевых магов, а не только птенцов Рагнидиса. И пытался меня заинтересовать. Хотя… возможно, это была проверка. Серая стража… Интересная мысль, но пока я отложил её.

Мне предстоящее сражение действительно было интересно. И дело не только в том, что де Тарган составит отчёт о зачистке и в личное дело ляжет запись о моей инициативе. И не в том, что в зарплатной ведомости появится бонусная графа. Нет. Тёмные порталы – проклятье и благо моей страны. И мне – начинающему магу, благо, лежащее там, в лесу, очень пригодится.

Плох тот адепт, который не мечтает стать Повелителем. А трофей будет моим вполне законно, не из второго-третьего же списка артефактов там что-то окажется? Управляющий останется доволен тем, что проблема решится быстро, и бонус за её решение на месте пойдёт и ему тоже. Ребятам же из линейной части Райта придётся довольствоваться тем, что по приезде делать ничего не надо будет.

Трофеи им сдавать положено любые, так что на таковые они и не рассчитывают никогда. Это свободным от службы артефакты из первого списка идут в сумку по древним традициям ещё Тёмных времён, а группы зачистки формируют из служащих в армии и обеспечивают по высшему разряду. Боевых им не будет, как и бонусных, но за три дня, что портал их дожидался бы, его защитников могло и прибыть. Не должны сильно обижаться парни.

Так что попьют вина, меня крепким словом припомнят и – домой. И вообще – от самого себя можно и не скрывать, но ведь и правда, ситуация, как у древних героев в их мемуарах! От меня требуется только зачистить прорыв и выжить.

Так что думаем: Тёмный волк – это не очень серьёзно. Слабейшая тварь тёмных. Не сравнить с умными, в крепких доспехах воинами, с которыми я встретился на экзамене. Вот только не один он там, не один. Такого быть не может. Но и не больше четырёх, иначе искра тьмы в артефакте была бы больше. Увеличение прорыва раньше шестого дня очень маловероятно, только в двенадцати процентах случаев – это азы прорывов. Выдвигаюсь сейчас, чем раньше – тем лучше, ищу прорыв. Если Тёмных волков три и меньше – бьюсь на месте. Четырёх сразу могу не потянуть, и тогда отступлю после стычки, пока не сумею пополнить запас плетений.

Вернее, потяну четырёх, но зачем нам лишнее геройство? За такое сержанты угощали крепким пинком и неделей мытья полов. Всё должно быть сделано надёжно и без нервов. Если за время поисков портал ещё что-нибудь выплюнет, также повоюю и отступлю. В крайнем случае, если будут большие расходы маны, то зачищу новую тварь по светлому времени.

Теперь заклинания. Амулет комплексной защиты, выданный нам на выпускном, полный маны. Понадобится прикрыть от ментального давления и просто на всякий случай. Неизвестно, какая малая магическая тварь может там оказаться. Крестьянам, конечно, верю, но мало ли? В него же вложены два заклинания: Ночной глаз и Сеть. Они тоже сразу пойдут в дело. От себя сплёл Доспех, Хлыст. Но оставил их висеть ненаполненными.

Теперь то, чем буду воевать. Три воздушные Сферы, три Копья, Стена – всё, что есть в небогатом арсенале вчерашнего студента училища. Из штатного комплекта десяток простых шипов с нанесёнными на них рунами Проникновение, Разрыв. Ещё три серебряных, купленных за свои деньги. И мой посох с «разработкой». Он почти полный маны, я в него сливал резерв в дороге. Этого на обычный бой с тремя волками хватит за глаза с большим запасом, как нам и вдалбливали на тренировках. Развесил все заклинания в ауре и проверил баланс маны. Короткого взгляда в себя хватило, чтобы оценить его. Норма – уровень резерва медленно увеличивался. Это пока мой максимум готовых плетений. Повешу больше – резерв начнёт уменьшаться. Как только активирую что-то – также будет уменьшаться, отдавая ману на работу этого заклинания. Так что запас заклинаний на бой – это всего лишь планка, выше которой я пока прыгнуть не могу.

Пока я занимался плетением арсенала, пара ребят унесли мои вещи, а де Тарган принёс мне карту окрестностей и показал, где Волков видели крестьяне. Так что мне можно было выдвигаться, и я резко, словно подводя черту, встал из-за стола.

– Аор, – остановил меня капитан и вскинул над головой наполненный бокал. – Да растворятся Преступившие Заветы в Хаосе.

– Да превратятся в прах их творения и миры, – я до дна осушил латис и стряхнул оставшиеся капли на пол.

Глава 3

Вот так это и случилось. Почти как в мемуарах героев Тёмных веков. И, как у них, у меня всё вышло.

На станции меня встречали, несмотря на глухую ночь. Господин управляющий собственной персоной, врач, стража, трактирщик и множество народа. При виде меня лицо Арса просветлело. Видно, он всё же сомневался в способностях желторотика. Думал, что я приврал о своих способностях. И беспокоился, как бы чего не вышло. Например, как бы меня не погрызли или вовсе не съели. С одной стороны, он по закону не виноват, а с другой – есть ещё и совесть.

– Господин де Тарган, ваше поручение выполнено.

Я заставил всплыть Сферу с головами повыше, чтобы её содержимое было хорошо видно окружающим. А что? Можно и пофорсить теперь, я-то уже за стенами. Строго по мудрости героев прошлого.

– Отлично, давайте обсудим детали, лэр Ранид.

Арс сделал приглашающий жест в сторону таверны гостиного дома. Верно, устал я, как последняя собака, сил бродить по коридорам к его кабинету и обратно, где бы он ни был, нет совсем. Приятна такая забота.

Я с облегчением опустился на стул и вывалил головы на расстеленное стражником грубое полотно, предъявляя их к детальному осмотру. Две можно и на чучела пустить. Под старину отделать таверну, с головами и оружием на стенах. Ещё факелов на стены навешать с магической имитацией огня. Хм, что-то я увлёкся – перейдём к делу.

– Как видишь, это действительно были Тёмные Волки, – мы уже не на глазах толпы народа, можно снова на ты. – Было всего три твари. За последней, раненой я дошёл до портала, закрыл его по инструкции. В окрестностях портала, на сто метров вокруг, больше тёмных существ не обнаружил. Негативный откат открытия портала пришёлся на какой-то куст. Вот образец. Сам куст я вырвал и сжёг дотла с накачкой силы. Позитивный откат дал малый Стазис. Взгляни.

– Я рад, что всё прошло столь удачно, а ты рад своему призу, Аор? – пока я делал доклад, управляющий стремительно заполнял формуляр закрытия портала, а сейчас поднял на меня заинтересованный взгляд.

– Безусловно! Для меня любой природный артефакт – отличное подспорье. Всегда хорошо иметь в рукаве пару козырей. Особенно такой, – честно признаюсь я.

– Ну, что же. Прошу поставить свою подпись и отпечаток ауры вот здесь на рапорте, и закончим на этом с формальностями, – Арс указал пальцем, куда именно.

Я поставил свою закорючку и приложил руку к документу, позволяя зачарованной бумаге создать слепок моей ауры. Теперь он, вместе с веточкой, отправится в Райт, а дальше, возможно, и в какую-нибудь лабораторию пятого министерства. Любят они там изучить вот такие изменённые вещицы, даже если подобные уже попадали им в руки. Если у меня в голове крутятся идеи, то можно представить, что способны придумать исследователи.

– Аор, передаю тебя в руки Ирвингу. Тебя ждут горячая вода и ужин. Погоди, укажи на карте приблизительное место портала. Спасибо, теперь точно всё, – и Арс снова уткнулся в бумаги.

Наконец-то я исполню своё недавнее желание полностью: ужин, горячая вода, свежая постель, сон! Блаженство! В купальне меня встретила огромная каменная чаша, врезанная в пол комнаты и занимающая его почти весь, полная горячей, исходящей паром, воды. Уйма шампуней, бальзамов, кремов и прочих радостей чистюль на бортике дополняла картину. Я стянул с себя грязную, пропотевшую одежду и просто бросил её кучей в углу. Ирвинг обещал, что к утру её уже постирают. Медленно окунулся с головой в горячую воду, вынырнув, нашёл взглядом нужные мне пузырьки. Поднял их в воздух заклинанием, присоединил к ним мочалку и закрутил в хороводе вокруг себя.

⁂

Проснулся я только после обеда. Немного понежился под тёплым одеялом, вспоминая прошедшую ночь, а затем резко вскочил. Подошёл к окну, снял Стену и распахнул его. Начал делать привычный тренировочный комплекс, уже въевшийся в кровь и плоть. Первые его движения дают ещё в школе, и с каждым годом он становится всё сложнее и сложнее, постепенно совершенствуя тело. Ещё более тяжёлым он становится у того, в ком открылся дар мага. Тягучие медленные движения комплекса для тела теперь выполнялись одновременно с плетением заклинаний и полётом шипов по всей комнате. Это тренирует внимательность и контроль над собой и окружающим миром. Путь к ступени Искателя – это кропотливый труд, в первую очередь над собой. Я замер в последней стойке и попытался понять, что не так во мне самом. Дыхание не сбилось. Шипы висят строго на своих местах, образуя парящую в воздухе гексаграмму. Созданные плетения тихо гудят в моём восприятии, запитанные силой до предела. Активные заклинания! На мне их три, но я ощущаю в себе силы навесить в ауру ещё одно!

– Хвала Демиургу, что находит время взглянуть на детей своих и наградить их за успехи! – я преклонил колено и склонил голову, вознося благодарность создательнице.

То, к чему мне предстояло идти ещё долгие дни упорных тренировок, было сегодня даровано мне. Мой путь к могуществу стал немного короче. Иногда, отрываясь от битвы, кипящей на границе нашего мира, создательница вглядывается в дела своих детей, оставленных на страже своего дома. И видя отвагу, усердие и преданность в наших сердцах и поступках, она награждает нас дарами. Этим ещё больше укрепляет верность нашего служения.

Не в силах согнать с лица глупую, но счастливую улыбку, я решил немедленно найти Ирвинга, Арса и сообщить им новость. Они единственные, кого я здесь знаю, кроме вчерашнего сержанта Ларига… Но его ещё попробуй найди на станции, а желание поделиться радостью буквально распирает меня! Впрочем, нужно убедиться, что это действительно дар! Я быстро оделся и выскочил из комнаты. Огляделся и помчался по коридору к высоким стрельчатым окнам, выходящим на главный въезд. Прыгнул на карниз, помогая себе силой и цепляясь Хлыстами за выступы отделки. Окошки высоко над полом, так просто не выглянешь. Нашёл прозрачный кусочек витража и прильнул к нему. ДА! Над серединой площади в воздухе кружился сотканный из серебряных нитей символ Демиурга. Знак, что это место отмечено её вниманием и дарами. Где, где Арс?

Де Тарган сразу всё понял по моему виду. Его усталое лицо озарилось улыбкой, которая сразу стёрла морщинки и зажгла в глазах огонёк задора.

– Я так и знал. Твоё вчерашнее приключение не осталось без Её внимания. Ты получил Дар. Кто бы ещё привлёк взгляд создательницы в нашей тихой заводи. Верно, правду говорят, что Она любит награждать молодых, чтобы вера в их сердцах горела ярче и грела нас, стариков, вспоминающих былые дни.

Я честно попытался хоть что-то сделать с собой, но ни улыбку, ни румянец со щёк мне не удалось согнать. Первый дар! Первая похвала за дело!

– Мы сегодня празднуем Её визит. Ты останешься?

– Нет, – я недолго думал над ответом. В эйфории я как-то не задумался об этой стороне дела, спеша поделиться радостью хоть с кем-то. – Я не сделал чего-либо героического или невозможного. Простая работа, которую ветераны выполняют по несколько раз в месяц. Мне будет неудобно и неловко. Поэтому я просто сбегу, пока меня ещё никто не видел.

– Я тебя понимаю: мне тоже когда-то был дан дар, и я также считал, что сделал не так много. Рад, что ты не возгордился, и мудрость в тебе сильна, несмотря на молодость. Я подозревал подобное. Так что лошади уже готовы, перемётные сумки полны, сейчас закрепим твой багаж на заводной, и можешь бежать с нашего праздника. Но помни: тебе здесь всегда рады. Не забыл, надеюсь, что месту, где горит Её знак, сопутствует удача?

– Думаю, урожай ожидается отменный? – я понимающе усмехнулся.

– И не только. Так что заезжай в гости. Раз сегодня решил прогулять праздник, мы не забудем об этом и устроим его тебе позже, – улыбнулся в ответ капитан. – И вообще: приезжай на любой из праздников к нам, не пожалеешь. Только, разумеется, на светлые. День Крушения и Вторжения лучше пропустить.

Я постарался быстро и незаметно убраться из Ретрошена, пока большая часть народа на работе и службе. Попрощался с теми, кого всё-таки встретил на пути, выслушал поздравления, пожелал им счастья в ответ. Оставил Ирвингу золотой, чтобы за мой счёт выставил команде зачистки вина. Хотя теперь они точно злиться на меня не будут: внимание Демиурга – это не то, что можно получить просто так. Нити нашего мира – в её руках. И она оценила мою первую битву, как достойную! Но всё равно: проставиться бойцам надо. Иначе нехорошо выходит. Сержант Ребен плохому не научит.

Потихоньку удаляясь от станции, я задумался, что с четвёртым участком ауры, способным держать активное плетение, даже не стоит проблема, делать ли Орб из Стазиса. Как-то на первом году обучения к нам с проверкой приезжал какой-то архимаг. У него я и увидел этот артефакт, запавший в душу. Орб. Представьте, что вокруг вас кружится каменюка размером с вашу голову, вся покрытая драгоценными камнями и ажурной оправой из разных металлов. А в этом артефакте подвешены заклинания до худших времён. Вроде ничего особенного: в простой амулет можно при желании засунуть даже сложное плетение, как я это сделал с посохом. Любой материал в той или иной мере способен хранить в себе ману и заклинание. Амулеты, как правило, делают из особого дешёвого сплава. Дёшево и доступно всем. Вот только в посох я сам должен заливать ману, а если забуду, то после опустошения вложенной силы плетение исчезнет. А любое заклинание тратит ману и в ауре, и в амулете. Да и несколько сложных плетений вместе помещать в амулеты нежелательно. Иначе в гуще боя, когда потоки сил возмущены и вокруг плещется море используемой маны, они могут самопроизвольно напитаться силой и сработать.

Артефакты позволяют частично обойти эту проблему. Мой наградной хранит в себе заклинания Глаза и Сети, поместив их плетения в кусочек одного особого минерала. И стоит он гораздо больше. Зато и плетения вмещает сложные, устойчив к колебаниям потоков, а в покое тратит мало маны. Делаются специально для воинов, что бьются с Тёмными тварями. Орб же создают из Стазиса. А он не только позволяет вложить в себя на хранение плетения любой сложности, где те словно замирают вне времени и не потребляют ману. Но и, находясь в Стазисе, полностью игнорируют возмущение потоков. То есть в такой артефакт можно поместить сложные боевые заклинания и не тревожиться о них. Единственные минусы создания Орба – после ритуала он привязывается к участку ауры, отвечающему за активное плетение, и позволяет помещать в себя только те заклинания, что доступны носителю. Но это такая мелочь по сравнению с многократным увеличением носимого боевого запаса заклинаний, что я легко согласился на это, думая и мечтая об этом ещё в училище.

Я даже подумывал купить себе Стазис ещё в Таладоре, после того, как получу подъёмные. Но после размышлений потратил их на другое. А тут такая удача. Интересно. Можно ли получить от Неё два подарка вместе? Я о таком как-то не слышал. Впрочем, и на Капли, и на Родник, и на Накопитель – да я на всё имею планы, что чаще всего можно найти самому после прорывов или просто купить в нашей стране. Так что появление в моих руках будущего Орба – просто случай. Вот если бы что-то очень редкое появилось, то можно было задуматься.

⁂

Арс де Тарган, капитан серой стражи и управляющий Ретрошеном, спускался с дозорной башни и составлял в уме будущий рапорт. Он не знал, почему этот юноша так интересовал Третье управление и зачем приказывалось привлекать его к решению всех проблем в округе и нагружать задачами. Но лёгкость, с которой он, неоперившийся птенец, вступил в бой и выиграл его, а тем более внимание Демиурга к нему заставляли задуматься. К тому же имя, которое молодой маг мимоходом упомянул в разговоре – Рагнидис – тоже не давало покоя.

Глава 4

– Н-да, – именно такое глубокомысленное восклицание вырвалось у меня.

Наконец, я достиг места своей службы на ближайшие два года. И теперь с интересом взирал на форт Дальний Рог, запиравший долину. Конечно, я много раз представлял себе в мыслях это место, но действительность оказалась далека от моих самых скромных фантазий.

На бумагах значилось – форт. Разумеется, я и не ожидал увидеть здесь огромную мощную крепость. Но, тем не менее, на большее, чем застава, это не тянуло. Причём сооружена она была не из обработанных цельных глыб, а из булыжников, собранных в ближайшей округе и скреплённых раствором. Описания такого убожества я видел только в мемуарах Магнивара. Рва нет, палисада нет… Нет, я, конечно, понимаю, что это не граница, а захолустье почти в центре империи: тут многометровые стены не нужны, но так грубо и на одном цементе, к тому же без магии, давно не строят. Сколько же лет Дальнему Рогу?

С надвратной башни на меня с интересом глядели двое солдат. Я с не меньшим любопытством оглядел их в ответ. Бахтерцы, барбюты, наручи воронёные, но металл всё же блестит на солнышке свежей полировкой. Следят солдаты за снаряжением. Прорези шаровых бойниц направлены на меня, а значит – и полиболы тоже. Не доверяет стража странным путникам. Я пригляделся к форменным горжетам – вроде рядовые.

– Воины, пускать будете? – гляжу то на одного, то на другого.

– Ты сначала назовись и скажи, чего тебе надо у нас, а там решим. Мы вроде сегодня никого не ждём, – отвечает правый.

– Служить я к вам приехал. Буду у вас магом, – стараясь говорить спокойно и скрыв своё волнение, ответил я. – Зовите коменданта.

– Тогда милости просим, лэр, – солдаты переглянулись. – Заезжайте через калитку, тонму офицер. Только не обижайтесь: подождите перед решёткой, пока командир не подойдёт.

– Хорошо.

Я не стал возмущаться. Всё правильно, службу несут добросовестно. Мне же спокойнее в должности мага будет. А то рассказывали нам случай. Уж не знаю, сколько в нём правды, а сколько байки для острастки, однако впечатление он на меня произвёл и в память запал.

Несли в одном месте службу спустя рукава. Кто хотел, тот и ходил по крепости, как по проходному двору дешёвой гостиницы в порту. И всё было бы хорошо, да польстились одни людишки на казну того места. И кто-то из них зашёл на кухню да сыпанул в котлы отравы. А после ужина уже вся шайка навалилась и вырезала тех, кто на ногах оставался. Банда, конечно, долго не продержалась после того случая: всю провинцию перерыли, но нашли сволочей. Их даже свои за такое объявили прислужниками Тёмных пророков, но погибшим от этого легче не стало… Кто знает: может оказаться так, что это вовсе не байка.

Комендант оказался ненамного старше меня. Уроженец центральных провинций, широкоплечий красавец, с мышцами, рельефно проступающими под тонкой рубахой. С таким телосложением он явно носит положенные ему офицерские доспехи как вторую кожу, не замечая их тяжести.

– Слушаю вас.

Он также пробежался по мне взглядом. Было бы на что смотреть… Двадцатилетний худощавый парень с яркими чертами южанина. В помятой и пованивающей конским потом одежде – сказывается ночёвка в пещере. Я протянул сквозь решётку свои документы. Он внимательно просмотрел их, приложил печатку к печатям: те, все до одной, полыхнули в ответ радужным знаком.

– Всё верно. Поднимите решётку, тонму сержант. Добро пожаловать в наш скромный форт, Аор.

– Спасибо.

Я киваю в знак благодарности, а сам оглядываю форт изнутри. Качество внутренних построек ничем не отличается от внешних стен. Даже хуже выглядят. Кое-где есть крашеные и белёные поверхности – они облупились, усугубляя вид запущенности.

– Я Рино Сталад. Старший лэр-лейтенант, комендант Дальнего Рога. Думаю, вы хотите привести себя в порядок? Позвольте, провожу вас. Через час построение личного состава, и я представлю вас гарнизону. Вам хватит времени? – говорит и как-то странно на меня поглядывает, словно оценивает. – Сержант, примите коней у лэра.

– Вполне, благодарю вас, тонму старший лэр-лейтенант.

За час я вполне успею даже помыться от дорожной пыли и, конечно, переодеться. Хотя, проходя мимо общей кухни, я задумался: а вода в комнатах здесь есть?

Рино проводил меня в свободную комнату солдатского общежития, предупредив, что это только на сегодняшний вечер. Завтра, в крайнем случае через два дня, мой предшественник освободит заклинательную башню, и я стану полноправным крепостным магом со своими отдельными покоями. Это я знал и так: моё предписание приказывало сменить на должности бакалавра Редока. Сейчас это не столь важно, надо привести себя в порядок. Хочется произвести хорошее впечатление на своих будущих сослуживцев.

К счастью, вода в комнате была, хотя и только холодная, с надписью-памяткой над рукомойником о бережливости.

Перетащил в угол свои сундуки; быстро, пользуясь силой, разложил вещи так, как привык. Смыл с себя дорожную пыль у этого чудо-умывальника и надел парадный мундир. Второй раз после выпуска ношу его. Сшитый из дорогой чёрной ткани, с символами моих стихий и знаком младшего мастера на небольшом горжете. Он мне безумно нравился. Я два года шёл к нему. Муштра училища отсеяла больше трети нашего набора. Поэтому выпускники гордились своим значком Таладорского магического училища. Гордились, что встали на первую ступень обучения у легендарного Повелителя.

– Да? – отозвался я на короткий стук в дверь.

– Приветствую.

Вошедший старший лейтенант осмотрел меня с ног до головы. Я ограничился ладонью, приложенной к груди, и ответил тем же. Выглядел он приятно: под сорок лет, средние черты лица – так сразу и не скажешь, какой провинции уроженец, форма как влитая сидит на плотной фигуре, на бедре меч и ручной метатель, но не уставной, а под пули, и символ магии на горжете.

– Тонму старший лэр-лейтенант? – прервал я затянувшуюся паузу.

– Юноша, я интендант крепости и, как ваш старший товарищ, хотел бы дать вам совет. Принимая дела у своего предшественника, будьте очень внимательны к мелочам и бумагам. Очень.

Старший лейтенант развернулся и вышел из комнаты, оставив меня в полном недоумении. Что это было?

⁂

Во дворе, вымощенном плитами, ещё было пусто. Меня ждал Рино, также успевший надеть мундир, с ещё несколькими людьми в форме. Вот и остальные офицеры крепости. Мой новый знакомый был среди них.

– Тонму, позвольте представить вам нашего нового крепостного мага. Младший мастер Аор Ранид. Это его первое назначение после окончания учёбы. Прошу вас оказывать ему всестороннюю помощь советом и делом. Ну, и вообще: не обижать нашу магическую поддержку. Аор, представляю вам ваших сослуживцев. Ваш предшественник – бакалавр Дорк ра Редок. Лейтенант Арт Дорст, мой заместитель. Лэр-лейтенант Рам Маралат, наш канцелярист. Старший лэр-лейтенант – Динис Тарган, интендант крепости, – легко и непринуждённо, с весёлой улыбкой, Рино представил нас друг другу.

– Я очень рад нашему знакомству. С благодарностью приму ваши советы, – на этой фразе я споткнулся и покосился на улыбающегося интенданта. – Надеюсь, что и я смогу помочь как советом, так и своей силой, не стесняйтесь потревожить меня вопросом, – я попытался скопировать свободную манеру своего первого командира, но, конечно же, получилось жалкое подобие. Небрежное и лёгкое общение – не моя стихия, к сожалению.

Тем временем во дворе собирались солдаты, свободные от несения службы. Все в мундирах, без доспехов. Прикинул, что всего в форте, наверное, сотня солдат, причём, судя по возрасту стоящих передо мной, две трети из них – постоянной службы. Многие находят себя в служении Родине или в воинском деле. Это и хорошие деньги, и привилегии.

Я вышел вперёд, Рино представил меня им, но уже более серьёзно, без шуток. Почувствовал на себе оценивающий взгляд десятков глаз. Повторил, что рад служить с ними, и пока я в форте, они могут рассчитывать на все мои силы и умения мага. Как-то странно они стали на меня смотреть после этих слов. Сразу стало неуютно. Наконец, последовала команда разойтись, и я смог вздохнуть с облегчением.

Но подумать над странностями взглядов не успел. Ко мне тут же прицепился ра Редок. Спешил сдать дела и уже сегодня, на ночь глядя, отправиться в Райт на следующее место службы. Я пытался объяснить, что уже поздно, да и у нас с ним есть ещё два дня на приём-сдачу дел. Нет. Прицепился как репей. В конце концов я решил, что проще поддаться на его уговоры и затянуть процесс до темноты. А затем послать его. Уж очень он достал уговорами, да и устал я с дороги. Сил на вежливость уже почти не осталось, а в голове, раз за разом, звучал странный совет интенданта крепости.

И вот в процессе передачи дел и начались странности. Он потащил меня в башню и начал водить по этажам, показывая, какой везде порядок и объясняя, что и зачем здесь находится. Рассказывал, как влиятельна его семья, взахлёб поясняя, на какое важное место он получил назначение, и что это ему устроили родственники. Мне это скоро надоело, и я попросил переходить к делу, напомнив о реестре снаряжения, зелий и прочего. Специально после совета интенданта освежил в памяти всё, что связано с передачей дел. Он неожиданно начал юлить и заговаривать мне зубы, напирать, что так никто не делает, что мы должны доверять друг другу и если проверять весь реестр имущества крепостного мага, то нам и недели не хватит.

Я сначала препирался с ним, а затем молча, почти в бешенстве, полез по ящикам, а то он постоянно оттирает меня от них во время всего разговора. Открыл ящик с рунными дротиками, а отделение для серебряных пустое. Я растерялся, даже злость куда-то улетучилась. Только один вопрос в голове вертится: «Куда можно было столько потратить? Это на серьёзную тварь оснастка». А Дорк как-то мгновенно замолчал. И тут я кое-что начал понимать. Двинулся к шкафчику с зельями, сдвинув с места этого тёмного бакалавра. Точно! Пустые гнёзда сразу бросаются в глаза.

– Аор, – ожил этот урод, – я предлагаю тебе две сотни золотых, ты принимаешь дела и за два года легко сможешь списать недостающее. Даже можешь списать то, что понадобится именно тебе.

– Ты в своём уме? – растерянность моя ещё не прошла, а вот злость наращивает силы, собираясь вернуться.

– Три сотни – и я обещаю похлопотать за тебя в Райте. Я ведь сказал: у меня есть связи в штабе провинции. И тебе выбью место потеплее, – а глазки бегают: взглядом не хочет встречаться со мной.

– Ра Редок, вы забываетесь. Что сказали бы ваши предки? Так ли они служили Империи? – пытаюсь образумить его, сдерживая свою злость.

– Не строй из себя самого правильного! Думаешь, на один оклад сможешь достичь чего-то в жизни и Искусстве?! Так и будешь по захолустным дырам служить!

Я брезгливо отстранился. Он так кричит, что брызгает на меня слюной.

– Ра Редок! Заткнись! – ледяным тоном начал я, стараясь не сорваться на ругательства. – Завтра с утра я снова приду сюда. Если что-то не сойдётся, то я не только не приму дела, но и потребую служебного расследования. Посмотрим, сохранишь ли ты приставку к имени? И как к этому отнесутся твои родственники… Думай-думай! Ведь не за красивые глаза твои предки получили приставку ра?

В комнате раздался не голос, а, скорее, змеиное шипение:

– Тварь!

– Ещё звук – и я отволоку к коменданту твоё тело, – предупредил, скрипнув зубами.

Подействовало: Редок заткнулся и только сверлил меня ненавидящим взглядом. Ну, мне тоже не за что на него ласково глядеть. Нет, пара преподавателей нам рассказывали о своей службе в армии и о том, как можно делать приписки. Передавали опыт следующим поколениям, так сказать. Пару лишних зелий приписать на лечение ран у солдат или списать накопитель, как потерю в бою. Напишешь пару объяснительных, и всё. Сослуживцы прикроют глаза. Если отношения хорошие, то даже офицер из Третьего министерства не обратит внимания. Всё же не измена Родине – к тебе не приедут проверять такую мелочь. Это такие небольшие хитрости службы для её облегчения. И создания своего запаса на чёрный день. Но вот так?! С такой наглостью выгрести дорогущие дротики! Небось, и зелья не от насморка прихватил! А что там с остальным? И всё это попытаться свалить на меня!

За дверью послышался знакомый голос. Похоже, Дорст – зам коменданта.

– Аор, ты уже освободился?

– Да, вроде освободился, – уж до утра точно, и голова уже почти не болит.

– Тогда подходи в офицерский зал столовой. Вон в ту дверь и налево по залу. Только мундир сними, обычную одежду надень и подходи. Хорошо?

– Хорошо, – я понимающе улыбнулся.

Об этом нам в училище тоже рассказывали. Без мундиров – значит, будем пить. Офицер мундир не позорит. Я теперь на службе, и позорить мундир армейского мага мне не следует.

За столом всё никак не мог расслабиться и забыть о разговоре с «коллегой», чтоб его тёмные уволокли. Ни шикарное нежное мясо со специями, ни отличное вино не могли меня отвлечь. Тем более, больше бокала я себе не позволил. Отвечал на вопросы о себе, сам задал пару вопросов, смеялся над шутками и всё пытался решить: как мне поступить? Сказать Рино или нет? С одной стороны, он вроде теперь мой командир, пусть до приёма дел и формально. А с другой стороны, почему Редок так нагло действовал? С одной стороны, интендант дал мне совет, хороший совет, куда смотреть. А с другой, почему не комендант? И почему сейчас ни один, ни другой не встречаются со мной взглядом?

Так ничего и не решив для себя, уже в своей комнате подумал, что утром будет виднее. Если всё окажется на месте, то промолчу, но напишу рапорт о происшествии и через Маралата отправлю в Пятое и Третье министерства. Пусть на новом месте за ним приглядывают. Такое всё же нельзя спускать. Пусть кого другого пугает связями. А из-за таких сволочей могут многие пострадать.

С такими мыслями я и уснул.

Глава 5

Разбудил меня шум за окном. Оказалось, побудка уже прозвучала, а я её благополучно проспал, и теперь население крепости уже строилось во дворе на утреннюю тренировку. В компании веселее: вон, приткнусь с того края – там, похоже, собрались все, имеющие Дар. Прихватив чехол с шипами, выбежал во двор. Встать с краю успел как раз к началу комплекса.

Должен признаться: всегда, когда получалось посмотреть со стороны на массу людей, которые вместе выполняют тренировку, я застывал в восхищении. Синхронность действий, тягучие медленные движения, внезапно сменяющиеся стремительными, множество шипов, танцующих в воздухе, биение силы магии. Всё это меня завораживало. Но и находиться среди этого многолюдья ничуть не хуже. Вот и сейчас, ощущая себя единым целым с сотней людей, я наслаждался каждым мгновением тренировки, каждым движением единого многорукого, многоногого существа.

На этот раз финальным движением полтора десятка владеющих Силой объединили свои шипы в единый шар. А затем согласованно, в один миг, обрушили его вниз в чашу, лежащую на камнях двора, из сотканных мной струй воздуха. И единое существо замерло, раскрывшись навстречу миру и делая последний общий вздох.

Вернувшись в свою комнату, я убрал чехол с шипами на место и принялся умываться. Демиург, что за условия мелкой деревеньки! Вода просто ледяная. Мне пришлось слегка повозиться, нагревая её силой. Ещё и туалет тут общий – дворового типа. Мрак. Как в Тёмный век. Нужно подумать об улучшении жилищных условий. «Как только официально стану крепостным магом, так сразу», – пообещал я себе. Канализацию в комнаты, конечно, не подвести, но вот обеспечить горячую воду в них и повесить элементарные заклинания в общий туалет можно и нужно.

Сегодня офицеров я нашел в общем зале столовой. Солдат тут, как я и ожидал, десятка три – те, что здесь без семьи или по каким-то причинам сегодня оказались лишены домашнего стола. Когда проходил по коридору общежития, на кухне вовсю шла возня с завтраком. Да и из офицеров были только Рино, Рам и Тарган. Вот и понятно, кто у нас семейный. Заместитель коменданта. Надеюсь, мой коллега, чтоб его тёмные напугали, наводит порядок в башне. Но завидовать женатым я не стану – нас и тут хорошо накормят. Уж такие аппетитные ароматы не могут обманывать. Я привычно вывесил над столом плетение, проверяющее еду на яд. Рино, как и вчера, покосился, но промолчал. Уважаю.

А то был у меня случай. Нас привезли в столицу всем курсом на лекцию Повелителя Рагнидиса. А после распустили всех на четыре часа погулять по городу. Динис ра Чалом быстро, почти бегом, показал мне основные достопримечательности, которые можно было найти в округе. Потом мы зашли в какую-то забегаловку подкрепиться перед дорогой и наткнулись там на тройку студентов Академии. Они нас узнали сразу – наш приезд активно обсуждался. Ведь из какого-то училища специально доставили студентов на лекции одной из легенд нашей страны! Местные долго решали, с чего такая честь, и к нам с таким вопросом приставали. Да кто бы им признался после того, как они задирали нас на входе!

Ну, честно говоря, узнали они нас только по эмблемам, как и мы их, но, тем не менее, пригласили к себе за столик. А мы решили не отказываться – не злопамятные мы. Только на глаза нам лишний раз показываться не надо. А то мы можем забыть, что уже отомстили, и снова что-нибудь нехорошее сделать. Ну, если быть честным, то ра Чалом не забудет, а уж я поддержу любую его проделку. И вот: принесли наш заказ, а мы с Динисом точно так же вывешиваем над столиком проверяющее плетение, только каждый свою половину, сопрягаем точки – в общем, дело насквозь привычное и знакомое. Нам. А у столичных студентов глаза как блюдца.

– Это что? – и ткнули пальцем, как в деревне.

– Не узнаёте? – тоном, который я никогда повторить не смогу, отозвался Динис. – Это же вроде в общем разделе идёт, всем должны давать. Плетение, проверяющее еду на съедобность. Ну, в смысле на отраву.

– Узнаём. Ты скажи: на кой? Кому ты нужен здесь, чтобы тебя травили? – глаза ещё больше стали.

– Это привычка, нас учат проверять всё и всегда. Мы же будущие армейские маги, а кругом враги, злодеи. Хотя и кабинетным деятелям оно никогда не помешает. Я слышал, что у них бывает такая подковёрная борьба!

Язвлю, конечно, но пока мы делали заказ, они снова посмеивались над провинциальностью, а теперь настал наш черед.

– И вообще, мало ли – вдруг и здесь просто мясо испортилось, вот мы и спасаемся от поноса. Не то, что некоторые.

– Это ты к чему? – зло прищурился один из академиков.

– К осторожности, – делает удивлённые глаза Динис.

– Погоди ты. А почему плетение составное делали? Это же приём для усиления, в основном защитных чар? – осаживает товарища другой студент.

– Ты же вроде с кафедры боевиков? Запомни, академик, что тебе ребята из провинции говорят. Тренироваться никогда не вредно!

И Динис, чья мать получила в награду особняк в серебряном круге столицы, где он провёл всё детство и часть юности, жизнерадостно заржал. До драки, правда, академики не опустились. Или не снизошли?

Так что Рино, владеющий только первой ступенью силы, заслуживает уважения. Он, в отличие от тех студентов, эмоции ничем, кроме вскинутых бровей, не выдал. Как и интендант. Но тот уже в возрасте: небось и не таких мнительных, как я, видел. Так что даже и бровью не повёл. Надо потом поинтересоваться невзначай, почему ему за сорок уже, а из лейтенантов не вырос.

«Всё хорошее когда-нибудь кончается, – с грустью подумал я, глядя на пустые тарелки. – И начинается плохое», – добавил, поднимаясь из-за стола. Плохое ждало меня в башне, а именно гордый потомок родового имени ра Редок. Надеюсь, долго приставку к имени он не проносит и будет зарабатывать её лично, а это ой как тяжело оступившимся. Так вот, он тоже не лучился радостью при виде меня. Ну, ещё бы: выходец из простых работяг, за два года пробежавший галопом по основам магии, сорвал куш благородному ему, шесть лет изучавшему искусство магии. «Вот только, – злорадно подумал я, – у меня не за горами подчинение плетений мастера, а ты всё ещё бакалавр». А вообще, разительный контраст с Динисом ра Чалом. Может, его предки из тех, кого приставка делала дворянином, когда они все были пожизненные и титул не могли отобрать? Вот и воспитывали наследничка по своему пониманию?

Долго терпеть его общество было выше моих сил. И я на полную мощь пользовался доступной мне силой. Нырял в магический план в трансе Сах и, протянув щупальца силы, за секунды реального времени проверял содержимое шкафов. Возвращался и сверялся с реестром. Несколько раз Дорку пришлось писать мне рапорты о причинах списания того-то и того-то. Я их аккуратно вкладывал в папочку. Таким способом мы ещё до обеда прошерстили всю башню по реестру. Так как я дела принимал в первый раз, то решил, что на этом всё – если какие-то тонкости в этом процессе упустил, то уже ничего не сделаешь. Это мне наука на будущее. Но уж самые дорогие вещи точно вернулись на место.

Так что действия переместились в канцелярию. Я отдал реестр со всеми бумажками, мы понаставили своих росписей и отпечатков ауры, и я официально принял должность мага крепости Дальний Рог. Армейская жизнь началась.

– Мы ещё встретимся, – уже стоя у своих лошадей, бросает мне ра Редок.

А я, глядя ему в глаза, отчётливо понимаю, что он ничего не понял и, к сожалению, никогда не поменяется. Он действительно считает себя выше всех вокруг. И у многих, кто окружает его, возникнут проблемы. А у меня они появятся обязательно. Дорк не оценил, что я оградил его от серьёзных разбирательств со службой безопасности Империи. И что дал ему вчера шанс сохранить приставку, которую шесть поколений его предков добывали служением стране.

– Зачем откладывать на потом? – я слышу себя словно со стороны. – Все наши разногласия можно решить сейчас. Так будет лучше. Ты перестанешь позорить свою семью, а твои родные вздохнут с облегчением, что паршивая овца больше не портит честь рода.

Лейтенант Маралат за моей спиной давится очередным вздохом. А мы с ра Редоком смотрим глаза в глаза.

– Ты! – Дорк буквально шипит. Вот же, действительно, гадёныш. Но затем зло ухмыляется. – Повторяю: мы ещё встретимся.

Я смотрел ему вслед и ругал себя последними словами. Нужно было вчера брать его за шкирку и волочь к Маралату. Факты должностного преступления налицо, и даже если сам Рам как-то в этом замешан, то игнорировать меня он бы не смог. Куда ж деваться, если дело закрутилось. Но я вчера пожалел коллегу, дал шанс подумать над своим поступком. Вот он и думал всю ночь. Судя по ненависти в глазах, он решил, что я его личный враг, личный Отступник. Их имена, правда, история не сохранила, а вот ра Редок моё не забудет. И на провокацию он не поддался, не вызвал меня за оскорбление. Я хотел решить всё здесь и сейчас, но он сдержался, проглотил мои слова. Не хватает мне опыта, чтобы парой фраз смертельно обидеть, я не ра Чалом. А мне вызывать его нет повода и смысла. Вчера он меня оскорблял, но свидетелей нет. Даже если он примет вызов по надуманному предлогу, то в ответ выберет условие до крови и всё останется на своих местах.

– Рам, мне нужна гербовая бумага и чернила, – спокойно, скрывая бурю в душе, говорю я.

Это всё, что мне остаётся. Опишу события беспристрастно – может, поверят… Хотя бы пусть в Райте за ним проследят. Надеюсь, он не станет осторожнее и на чём-нибудь попадётся. Так для всех будет лучше.

– Что между вами случилось, Аор? Вы знакомы едва день, а ты искал возможность его убить.

Рам внимательно на меня смотрит, но вот выражение его лица мне непонятно. Опасается чего-то?

– А ты лучше скажи мне, лейтенант, как служилось вам тут с бакалавром ра Редоком? – чернила тонкой нитью потянулись из чернильницы к листу бумаги, ложась на него ровными строчками.

– Ну… Не очень, если честно. Ни хрена он тут не делал. Заметил, что у нас в крепости даже шаров освещения кот наплакал? Да и они древние – держатся на честном слове. Его из башни вытащить невозможно было. Как ещё Источник работает?

– А какого тёмного ты тут сидишь? На тебе же не только канцелярия, ты же ещё и представитель Третьего министерства в этой крепости, – я удивлен: он же имеет немалую власть как раз в подобных вопросах.

– Умник, – дёрнул щекой Рам. – Я писал рапорт о его халатном отношении. Мне из Райта, из канцелярии наместника, пришел ответ, что нечего влезать в дела магов. Мол, не в моей компетенции оценивать его действия. Там его кто-то прикрывает, и мой рапорт завернули в пределах провинции.

– Ясно; ну теперь я, как маг, принимавший у него дела, напишу бумажку, – бравирую, а самому немного тоскливо. И впрямь, связи. Как же обоих этих змеёнышей приструнить? – Пусть мою компетентность оценят. Говоришь, в крепости всё магическое еле дышит?

– Да. И что? Не стыдно писать? Вы же как про нас, безопасников, шепчетесь: доносы, доносы, – Рам даже подался вперед от нетерпения услышать ответ.

– Я лично так никогда не считал. Каждый делает своё дело. Вы боретесь с внутренними врагами. Я бегаю по магической части. Нам ещё одного мятежа не хватало. И свои рапорты не считаю доносами. Вчера в хранилищах самых дорогих вещей недосчитались. Сейчас, конечно, ничего не докажешь – сглупил я вчера.

Я был необычайно многословен для себя и старался максимально точно описать свою позицию и не опускал глаз.

– Но вот если бы всё пошло так, как он хотел, то я сейчас остался бы без кучи нужных вещей. И какой-нибудь солдат мог погибнуть, потому что у меня заживляющего зелья не оказалось в запасе. Это как пример. А он сейчас уехал с повышением и, как ты понял, голосу разума в моем лице не внял. Там из-за него могут пострадать ещё больше людей. Пусть за ним глядят и остановят вовремя, пока он себе на рудники делов не наделал. То, что на меня злобу затаил – это, конечно, неприятно, но если он дурак, то нужно убрать его от дела подальше.

Рам кивнул:

– Ясно. А почему два рапорта пишешь?

– И в свой Пятый департамент отправлю. Пусть приглядят за ним. А то начнёт с пузырька зелья, а закончит Отступником.

«Да и так больше шансов, что не завернут письмо, как у Рама. Надеюсь, в нашем департаменте у него родственника не окажется».

– Типун тебе! – ругнулся Рам на мои слова об Отступнике.

– Ну-ну, ты меня, дипломированного мага, ещё сглазом напугай. А считаю я, что из таких и вырастают враги нашей страны, – убеждённо привёл я главный свой довод.

Глава 6

После канцелярии я направился на склад – вотчину старшего лэр-лейтенанта Таргана. Пора радовать мою хозяйственную жилку. То есть получить всё, что мне положено, и ещё что-нибудь… А вдруг пригодится?

Сначала Динис опешил от наглости и даже бумаги, которые я прихватил из канцелярии, его не убедили. А как стал орать, требуя объяснить, зачем магу в крепости доспехи и оружие… Я терпеливо растолковал, что вечно сидеть за стенами не собираюсь, что учили меня многому, а не только стоять на стене и кидать во врагов каменюки. Потому и побегать по лесу в патруле когда-нибудь придётся. А если в одоспешенном отряде будет человек в мундире, да ещё и при посохе, то кто поймает первые стрелы? А я не архимаг, чтобы выжить с таким довеском.

Он покряхтел, вздохнул жалостливо, возвёл глаза к небу, обозвал психом и сдался. Но проделал это с такой странной улыбкой на лице и всего после пяти минут уговоров, что это меня, в училище дольше выбивавшего себе запасное снаряжение, просто не могло не навести на подозрительные мысли. Это всё неспроста. С чего такая благотворительность и попрание всех известных мне основ поведения человека, отвечающего за материальные блага? А они, как известно, из воздуха не берутся.

Так что я стал обладателем повседневной формы, крепкой горной обуви, бахтерца, бармицы, кольчужных штанов, шлема, двух мечей разной длины, алебарды, стилета, ножей, двух щитов. Элементов дополнительного бронирования – на случай обороны крепости и стояния на стенах – в виде наручей, наплечников, набедренников, наколенников, перчаток. С ними шли средний и малый метатели, обоймы к ним, кучи болтов (Динис сказал, что раньше, чем через три месяца боевых действий, он больше мне не даст), комплект шипов (положен всем владеющим силой). Служебного офицерского амулета-артефакта защиты от магических и ментальных атак (мой выпускной лучше, как и офицерский – третью ступень он легко держит и способен удержать четвёртую, но запас энергии больше). Наборов для ухода за доспехами и оружием, накидки под цвет зелени, плаща от дождя, рюкзака, фляги и прочего, и прочего… Забрал даже зажигательный амулет и походный фильтр, хотя ни с добычей огня, ни с очисткой воды у меня проблем возникнуть не могло. Старший лейтенант молча выдавал всё, что мне положено, но в конце концов сказал, что людей столь жадных до каждой мелочи он ещё не видел. Это он зря клевещет. Я не жадный. Просто мне это действительно пригодится.

Дело в том, что все подъёмные после выпуска я потратил на малый артефакторный стол и множество не самых дешёвых расходников для работы. Так что всё, что мне выдали, будет подвергнуто жестоким опытам. Начну, конечно, с мелочёвки, на которой буду тренироваться. Её-то не жалко. Артефакторика – самый простой и распространённый способ увеличить свои возможности для мага. Правда, ещё проще тем магам, что владеют Эфиром или Жизнью. Ведь они могут напрямую работать со своим телом и аурой, улучшая их. Им и расходников никаких не нужно. А вот алхимия, наоборот – самый сложный способ увеличения возможностей. Я о нём даже думать не хочу, ещё в училище понял – это не моё. И тесты перед выпуском это полностью подтвердили. Так что мне подробно описали путь дальнейшей работы над собой на эти два года практики.

Сидеть сутками над склянками, плошками, змеевиками, добавляя энергию в отвары и настойки, а в конце получить пшик, потому как на каком-то шаге допущена ошибка? Нет, это не моё. Да и Высшие зелья, способные дать постоянный прирост способностей, могут делать только опытные магистры. Хотя, конечно, это денежное занятие, но очень долгое. Потому-то даже архимагистры артефакторикой не пренебрегают, сам видел. Ну, если честно, то видел архимага, но это не очень большая разница. Лично я посчитал, что потраченное на освоение этой специальности время себя оправдает. Тем более, что собственноручно созданные артефакты приносят магу больше пользы, чем чужие.

Едва я, обдумывая все эти тонкости, приволок в башню всю гору своего барахла, как в дверях появился Рино:

– Мне нужно с тобой поговорить.

А сам хмурый-хмурый. Ну конечно, ему уже доложили про сцену прощания.

– Я внимательно слушаю.

А сам, не теряя времени, пользуясь силой, раскладывал вещи по комнате. Доспехи и оружие на специальный стеллаж, вещи по полкам. В общем, делаю вид, что ужасно занят и пытаюсь избежать серьёзного разговора. Не люблю я их. Рино, видимо, тоже, раз начал разговор без чинов.

– Аор, ты едва успел начать служить здесь, а уже провоцируешь человека на дуэль. Как это понимать? – входить он не стал, прислонился к косяку и стоит, сверлит меня взглядом.

– Ну, думаю, что лейтенант Маралат тебе уже сообщил подробности моих отношений с предшественником? Разве эта причина недостаточна? – я удивлён.

– Да, сообщил, но ты же знаешь, что дуэли не одобряются? – настаивает на объяснении Рино.

– Но и не запрещаются, – я тоже упорный.

– И, тем не менее, это всё можно и даже нужно было решать официальным путём – например, так, как ты уже сделал. И незачем действовать через мою голову. Объяснись. Не хочу неясностей, нам с тобой ещё служить здесь долго, – а сам внимательно смотрит мне в глаза.

– Я разозлился. Наверное. Я хотел, как лучше, и судил его поступок по себе. А на прощание он так поглядел на меня… Знаешь, как на мелкую тварь, которую он непременно уничтожит. Тут меня зло и взяло. Думал решить всё сразу, – пытаюсь ответить честно на вопросы, но получается как-то сумбурно. Что-то в разговоре с Рамом я отвечал более понятно.

– Интересно. И часто ты так злишься? – не поверил. И ладно. Я ответил честно и прямо.

– Не волнуйся. Я не буду прыгать на людей из-за угла, – я всё же обиделся на Рино за его недоверие. Вот так стараешься ответить честно, а тут тебе такое.

– Шутник, – он помолчал, а затем кивнул на железо. – Значит, как написано в твоём деле – маг поддержки? Будешь бегать с патрулями?

– Буду. Тебе же спокойнее. Если кого найдём, на тех и буду прыгать с молнией в руке. Пар спускать. А что вообще вы тут защищаете? Кого патрули ловят-то? – я был рад смене темы – хочется простых понятных тем, далёких от меня и моего поведения.

– Долины мы защищаем. Там за нами, чуть выше, в горах несколько долин разного размера. В них посёлки рудодобытчиков. В окрестных горах есть серебро, металлы, драгоценные камни добывают, ритон и рагнидий здесь тоже есть, – похоже, и Рино не прочь забыть о предыдущем разговоре. Вон как охотно подхватил тему.

– Ого! – это надо взять на заметку и узнать подробности.

– Да. Вот мы и перегораживаем путь в долину. А патрули проверяют окрестности, чтобы тварь какая не завелась, или по тропам лихие люди не прошли. Опять же, граница с Зелоном, считай, там – за горами. Большой отряд мимо пограничников не пройдёт, а вот опытный человек или ловкая тварь проскользнёт. В долине, конечно, народу служившего много, но полагаться только на это не следует: стража там больше для вида.

– Отлично! – Рино глянул на меня, как на больного человека: мол, не плохо ли ему стало. Но я радуюсь не тому, что зелонцы по горам бродят и на посёлки нападают. – Значит, смогу опыта схваток набраться.

– Сразу видно вчерашнего выпускника. Жажда подвигов и боёв горит в глазах, – печально улыбается Рино. – Но тебе всё же лучше сидеть в крепости. Наконец-то у нас появился маг, и тот хочет навернуться с обрыва, оставив крепость без основной силы.

– Не смеши меня. Не на границе стоим. Чтобы взять вас – нужно сотни три при машинах. Здесь им взяться неоткуда, разве что совсем конченый идиот-генерал в Зелоне пошлёт их проверять прочность тропинок в горах. И что значит – наконец-то появился? А Чедар? – действительно непонятно.

– Ну, он был первый, до него вообще без магов служили. Но он, бездельник, не в счёт. А ты бегать по горам удумал, – Рино недовольно покрутил головой.

– Хочется мне! Может, из Зелона пара зверушек забежит ко мне на огонёк, хоть развею скуку, – я пытаюсь сделать кровожадное лицо.

– Ну-ну, страх зелонской армии, – Рино добродушно усмехается. – Я тебе приказать сидеть здесь не могу. Побей ноги – быстро хотелка закончится. Можно даже побиться об заклад, как скоро тебе это опротивеет. Но всё равно, в ближайшее время ты этим заниматься не будешь. Тут и по твоей прямой специальности работы море.

– Вот это да! – меня эти его слова возмутили до глубины души. – То есть ра Редока ты не хотел заставить работать. А тут появился только выпустившийся маг, и ты рад загрузить его делами?

– Устраивайся, громовержец. – хмыкнул Рино, улыбаясь до ушей. – Глянул – чуть взглядом не убил. Наши отношения идут с чистого листа. Ты молодец, что не спустил Чедару, и я поддержу тебя своим рапортом.

– Спасибо.

– Не за что. И ты, и я, и Рам делаем, что должны. Ты подумай о завтрашнем дне и как придётся бегать по форту. Ведь не думаешь же ты, что будешь заниматься только тем, чем хочешь? А я пойду, гляну: интендант наш там живой? А то после демонстрации таких взглядов есть у меня сомнение… Вещей больно много ты получил, – вот же, всё равно последнее слово за собой оставил, язва. А я только хотел об интенданте подробнее узнать.

Устраиваться действительно нужно. Поспешил я разложиться. Без приборки здесь жить как-то противно. Не сказать, что было очень уж пыльно, а тем более грязно, но тем не менее… Хотелось очистить башню от следов предыдущего хозяина. Начать с чистого листа, как сказал Рино.

Башня обшита изнутри деревом, на первом и третьем этажах камины. Приятно будет посидеть зимой перед ними с бокалом вина. Убирал я просто: приносил шар воды с первого этажа, распылял его мелким туманом в комнате, разгонял потоком воздуха по углам и с помощью силы собирал воду обратно. При этом снимая с деревянных поверхностей тончайший слой стружки. В результате передо мной снова висел шар, но уже грязно-серый, а комнаты одна за другой начинали блистать чистотой. Стеклянные поверхности сияли, деревянные ласкали взгляд обновлённым покрытием. Для этого пришлось, правда, снова сходить на поклон к Динису и выпросить ещё и бутыль полировочного состава. На этот раз просто в хорошие руки.

Только доспехи, книги, да и одежду пришлось выносить перед такой радикальной уборкой. Вымотался изрядно: такое площадное и тонкое применение своих сил, почти без использования специализированных заклинаний, даётся трудно. Зато и тренирует изрядно. То что надо, в общем. Больше ничего сделать в этот день не успел.

⁂

Знакомство с магическим хозяйством начал с раннего утра, сразу после тренировки. Рино сказал, что все магические структуры в форте должны работать так, как это и задумывалось. И что он на меня надеется. Я вздохнул, услышав этот начальственный спич, но промолчал – ведь и сам хотел этим заняться. Первым делом нашёл Источник. На первом этаже цитадели в отдельном зале мерцала гексаграмма, тянущая силу из потоков элементов нашего мира: Воды, Земли, Эфира, Огня, Воздуха и Жизни. Источник был в полном порядке – зря Рам наговаривал, его испортить можно только намеренно. А до этого Редок, надеюсь, никогда не дойдёт.

Гексаграмма, создаваемая только магом не ниже магистра, питает все построенные по особому принципу заклинания в зоне своего действия. Всяческие шары света, руны огнестойкости, прочности (шикарная штука этот рунный алфавит Демиурга), плетения нагрева печей на кухне, очистки, доставки воды, канализация – всё здесь наверняка на магической основе. Амулеты солдат также наполняются энергией именно Источника, а не силами тех, кто имеет магический дар. Представляю, какой рабский каждодневный труд был у магов раньше, до разработки плетения подпитки амулетов. Даже я, если вспомнить одну тетрадь, частично смогу использовать собираемую Источником энергию для запитки своих заклинаний. Хотя это очень опасно. Слишком большая разница в его силе и силе, собранной ядром мага. Над этой проблемой бьются уже давно и, судя по статьям в том же «Магическом вестнике», в последнее время достигнуты значительные успехи. Так что ещё десяток лет и, возможно, маг, защищающий крепость, будет поддержан всей мощью Источника за своей спиной.

А вот со всем тем, что питалось от Источника, дела обстояли плохо. Как Рам и рассказывал, всего было мало, будто в Тёмный век, на заре становления современной магии. А то, что присутствовало – уже оказалось серьёзно размыто потоками силы, пронизывающими наш мир.

Три дня потратил на обход всей крепости. Поправлял плетения, начавшие барахлить. Везде создавал освещение, разгоняя полумрак коридоров, переходов, подвалов… Слава Демиургу, что хоть в жилых помещениях источники света работали. Да и то только потому, что люди покупали их за свои деньги. Там лестницу нужно укрепить, очень уж древняя. Там заклинание повесил, чтобы воздух лучше вытягивало наружу. Перезнакомился со всем населением крепости. Женщины как увидели, чем я занимаюсь, начали подходить с просьбами. Эта заклинание от мух попросит, та плетение Ледника поправить, все просят горячую воду обеспечить… Хорошо, что плетения простые, моих практически не существующих связей с другими стихиями хватило на их создание. А то бы я долго извращался, одним Воздухом комаров гоняя.

Там и мужья их потянулись. Ну, у них-то, в основном, просьбы, со службой связанные – моя непосредственная работа. У одного простенький служебный амулет в дальнем патруле сел насухо и нужно заново плетение запустить. Тут особых знаний не требуется. Потом сразу группа подошла с просьбой. Просили, чтобы наводчики полибол в темноте видели. Обещал подумать над проблемой. Ночной Глаз – заклинание тяжёлое, просто так, без носителя, не повесишь: потоки сил размывают такие заклинания на порядки сильнее, чем примитивные. Так что это только после того, как в артефакторике поднаторею.

В общем, за эти дни вспомнил многое из бытовой магии, а уж практику прошёл какую! Разбуди меня посреди ночи, спроси описание сопряжения нитей плетений магической части канализационной системы. Без учебника и лекций всё расскажу да покажу. Она тут дышала едва-едва, пришлось из сострадания её развеять и творить заново. А эта работёнка – тёмным не пожелаю. Половину пришлось самому придумать: с водой, как со стихией, у меня ведь сложности. И ещё одна задумка о серьёзном артефакте появилась. Плетений я нигде не жалел, вешал через каждый шаг. А теперь задумался.

Вот так каждый месяц-два снова обходить форт и проверять такую кучу плетений – и я на себе испытаю тяготы древнего мага, о котором недавно вспоминал. Так что нужен Управляющий. Такая хорошая артефактная штука, что сама будет содержать всё в пределах Источника в порядке. Вот только это мне не по силам. Может, поговорить с Рино? Он, как комендант, должен получать деньги на содержание крепости. Ту же воду сюда не за просто так привозят. Пусть выделит немного средств. Думаю, где-то в пределах половины солида можно уложиться.

Глава 7

– Денег нет.

– Как нет? Совсем нет? – я растерялся от такого ответа.

– Совсем нет, – а голос скучающий-скучающий.

Вот это я служить попал. Сначала мой предшественник выгребает запасы перед отъездом, теперь комендант деньги присвоил… Или потратил? Только на что? Я, конечно, не знаю, сколько ему там легат провинции выделяет, но по слухам сумма вполне приличная – ее командиры на местах должны тратить на нужды своих подчиненных и усиление боеготовности. А по итогам года определяется хозяйственность и предприимчивость командиров. Но я здесь не вижу ни заботы, ни усиления. Тут, я смотрю, никто не боится, что приедут с проверкой из Рино. Мутно здесь.

– Я думаю, что за последние три дня ты заметил, в каком запущенном состоянии наш форт? – видно, Рино что-то увидел в моих глазах. Например, жажду крови. И спешит объясниться.

– Да, это видно в первые же минуты. Пора его молодости давно миновала. Он, верно, видел Тёмный век? – отвечаю с издевкой – чего стесняться-то?

– Почти угадал, – Рино усмехается в ответ. – Я тут уже четыре года. Год прослужил помощником у предыдущего коменданта. Он пытался поддержать состояние форта и по мере сил улучшить. Проводил ремонт стен, двор плитами выложил, хотел колодец копать… Заняв место предшественника, я продолжал его усилия. Хотя смысла не видел. Латай старье, не латай – всё равно оно не помолодеет. Но спустя год прекратил все работы: произошло одно важное событие.

– И?

Это уже интересно. А то, что я бегал и совал в каждый закоулок свой нос и свои заклинания – его не заинтересовало? Никому ничего не нужно, и уже давно, а я за всех должен работать? Неужели сложно было предупредить, чтобы я не усердствовал?

– В бюджете провинции на очередные пять лет запланированы траты на постройку пяти новых малых крепостей вместо старых фортов. По одной стройке в год. И Дальний Рог в этом списке. Я подумал, посоветовался с гарнизоном, и решили мы не делать вообще ничего, пока крыша на головы падать не начнёт. Деньги же пустили на экипировку и вооружение. Если ты заглянешь в нашу кузню, то увидишь, почему к нам не только из Изумрудного с заказами приходят, но и из Ретрошена ценители наведываются. Мастерская оборудована по высшему разряду всеми возможными новинками. Наш лэр-кузнец теперь процент с заработка вносит в казну форта. Он вольнонаёмный.

– А крепость когда будет построена? – перебил я Рино.

– Тут загвоздка. Всё уже готово. В километре позади нас уже подготовлена площадка, там убрали всё до скального основания, даже выбрали в породе сухие рвы. В долине специально для нас начали разработку небольшой каменоломни. Оплатили и добычу, и доставку. Почти все блоки перевезли. Уже и строили бы, срок подошёл в начале весны… Да вот пришло письмо.

Рино протянул мне бумагу.

В ней сухим канцелярским языком сообщалось, что приезд строительной бригады в оговоренные сроки невозможен. В связи с наводнениями в провинции Милор, все наличные силы брошены туда на помощь. Раньше середины осени строительство крепости Дальний Рог невозможно. Ясно, но не всё.

– А денег вообще в казне нет? Сам же сказал, что кузнец за оборудование кузни процент отдаёт, – всё пытаюсь вызнать важные для меня детали.

– Есть, но мало, – вот упрямец.

– Значит, ты запустил форт полностью. Редок тут ни одной нити не сплел, оправдываясь грядущей постройкой и посмеиваясь над вашими письмами в Райт. Потому он и обнаглел до крайности. И всё было хорошо: все радовались безделью. Но тут ты получил письмо и загрустил, а затем приехал я – и ты радостно смотрел, как я заклинания развешиваю. Ой, как хорошо! Теперь точно до осени ничего не сломается! – обрушиваю я на Рино язвительную проповедь. Он смущённо отвёл взгляд. Попал не в бровь, а в глаз. То-то прячет теперь.

Я задумчиво качал трехгранный стилет, висящий в коллекции оружия позади Рино. Хорошо, он не видит, что я творю за его спиной. Что-то мне подсказывает, что дал бы он мне по рукам. В общем и целом, ситуация ясна. Новая крепость современной планировки – великолепно. Там наверняка предусмотрена канализация не только на кухне, но и для жилых помещений, будут крытые переходы, центральное отопление, Источник сделают новый. Все заклинания, конечно, придётся вешать заново, в том числе и на стенах. Но ведь и деньги есть у коменданта.

– А сколько выделено в бюджете провинции на оплату строителей? Интересно просто, – теперь скучающий голос у меня.

– Около семи тысяч золотых, – не поднимая глаз, отвечает Рино.

– Так, – надо подумать. – А дай-ка мне посмотреть проект крепости. Вечером объясню, зачем просил.

Проект был великолепен. Крепостица раза в четыре побольше сегодняшнего форта, полностью перегораживающая проход в горы. Склоны ущелья предполагалось превратить в неприступные щитовые стены крепости с площадками под метательные машины. Треть внутреннего пространства занимала мощная цитадель. Хорошей планировки и со всеми теми удобствами, о которых я у коменданта рассуждал. Даже предусмотрен потайной деривационный тоннель, длиною несколько километров, отводящий к крепости горный источник. По оставшемуся пространству внутри стен разбросаны склады, конюшня, кузня и множество других помещений. На общем плане есть даже места, обозначенные как зимний сад, магический полигон и, что меня особенно удивило, школа.

Чертежи мне нужны были, чтобы оценить общую сложность задачи. Какое-никакое строительство военных инженерных сооружений нам преподавали… Но факультативно. В общем-то, любой лэр, даже не поднявшийся выше адепта, может многое сделать с помощью своей силы. Но одно дело – соорудить из подручных материалов временное укрытие или сложить кирпичную кладку на временном укреплении, а другое – сооружение, где будут жить сотни людей и которое должно быть способно выдержать штурм небольшого войска.

Но, на мое счастье, в чертежах все описано очень подробно, с указанием размеров необходимых блоков и порядком их возведения. Если на каменоломне выполнили заказ строго по заявке, то процесс будет напоминать игру с кубиками. Вот только кубики огромные… Ну и, конечно, нужны заклинания, причем стихии Огня.

Весь день я провел, роясь в своих справочниках и плетя на пробу отдельные структуры из них. Нужно было проверить, смогу ли я осилить необходимые заклинания. Выходило, что смогу. Так что после ужина я излагал Рино свою идею.

– Мне не хочется ждать больше полугода, живя в этом форте, когда есть другая возможность.

Рино состроил вопросительно-удивленную гримасу. Я отмахнулся:

– Выслушай, не перебивая. В общих чертах: бригада строителей – это двенадцать адептов и лэр-инженер не ниже младшего мастера, владеющий специфическими заклинаниями. Я как раз младший мастер, а в форте есть полтора десятка лэров. Описание создания Печати Созидания у меня есть. Все заклинания, необходимые в процессе строительства крепости, я знаю, они мне все по силам. Ну, с некоторыми оговорками… Чертежи крепости подробнее некуда. Предлагаю сделку.

Рино хмыкнул, скорчив гримасу, но меня уже было не остановить.

– Мы своими силами, не дожидаясь осени, строим крепость. Ты оформляешь это как подряд строителей со стороны. С Рамом или лучше Динисом посоветуешься, как это называется. Деньги, что переведут на оплату от легата провинции, мы делим – мне часть побольше, остальное другим участвующим лэрам форта. Выйдет им по пятьсот золотых на брата. По-моему, вполне нормальный приработок. И на Управляющего мне как раз хватит.

– Ты в своем уме? Лэр-инженеры пять лет учатся! – мой командир в шоке от моих мыслей.

– Они учатся делать все с нуля. Например, проводить изучение местности, снятие измерений, разработку проекта. Самое сложное и ответственное они уже сделали. А тут осталось только сложить стены. Неужели никогда не видел, как даже не лэры, а простые люди без дара сами строят себе дома? Без всяких лэр-инженеров? – я напираю, чувствуя слабину в командире.

– Это ведь не сельский домик! – Рино уже почти кричит.

– Так и я не простой крестьянин! – я умею не хуже и не тише.

– А если не получится? – всё: он уже почти сдался, осталось немного.

– Сразу будет видно – получится или нет, – аргумент, конечно, слабый, но главное – продолжать убеждение.

– А то, что будет построено, оно насколько прочное окажется? Приедет магистр Источник ставить, а с ним проверка из Райта. Они будут рады найти любую оплошность, чтобы некоторые умники не брали на себя слишком много. Слетишь, не прослужив и пары месяцев. И я с тобой за компанию. Зато какую команду строителей нашел за казенные деньги, – на лице Рино маска страдания.

– Не думаю, что такое произойдет, – я ответил, а сам вспомнил училище. Нашего директора.

«Вам даётся уникальный шанс. Вы – новое поколение магов, которые не должны бояться брать на себя ответственность. Пусть вас упрекают в малом сроке обучения, пусть пытаются обвинить в некомпетентности. Помните о другом: вы два года были под прессом жесточайшего обучения. Вам дали такое количество знаний, которого за глаза хватит на ближайшие годы. Выпускники академии могут позавидовать багажу ваших практических умений.

Первый выпуск нашего заведения проторил вам дорогу. Они не боялись взяться за дело, которое было им ново. И никто из них не посрамил диплома нашего училища. Воспитанники всегда проявляли себя в любом деле с лучшей стороны. Помните о них и не бойтесь сделать шаг. Но идите твёрдо и не оступайтесь. Любое дело вы должны делать безукоризненно.

Вы идёте в армию с задачей сделать её сильнее и стать сильнее самим. Если для этого нужно здесь и сейчас стать алхимиком, вы должны стать им. Если для этого нужно отстоять свое мнение, вы его защитите. Если вы совершите ошибку, то, используя все свои знания, найдёте её и исправите. Если нужно будет уничтожить врага ценой собственной жизни, то вы не остановитесь в сомнении.

Вам доступны все новинки магической науки, но вы не должны останавливаться на своем пути к могуществу. Демиург просила нас охранять Чертоги Сердца нашего мира. Но однажды враг уже ворвался в них, и лишь безграничная отвага, сила духа гвардии и самого Императора позволила нам спасти Сердце. И никто не знает, что несёт нам завтрашний день. Вы должны стать настолько сильными, чтобы суметь справиться с любой угрозой и не допустить нового Тёмного Века. Вершиной ваших устремлений должно стать желание достигнуть могущества Повелителей и совершить то, чего Демиург не могла и просить у своих детей. Шагнуть выше».

– Не думаю, что такое произойдёт, – повторил я, выныривая из воспоминаний. – Ты не поверишь, чему нас учили. Для твоего успокоения я напишу бумагу, что, как специалист с дипломом Таладорского училища, заявил, будто это сфера моих умений и взял на себя ответственность за строительство.

– Да ты сумасшедший, – вдруг замотал головой Рино. – Почему я тебя вообще слушаю? На месяц отдать всех офицеров крепости на посторонние работы, оторвав от службы… Поручить боевику строительство целой крепости. Отдать своим офицерам деньги по надуманному поводу. Своими руками подвести себя под трибунал? Уйди, уйди с моих глаз!

– Рино, но пос…. – попытался я продолжить уговоры, но командир уже сорвался на крик.

– Вон! Вали с моих глаз!

Раздраженный, я выскочил из кабинета, едва не сбив с ног Диниса Таргана.

– Разрешите? – услышал я за спиной.

⁂

К моему недоумению и даже изумлению, через две недели уже сам Рино вызвал меня к себе на разговор.

– Нашу прошлую беседу… – начал комендант, страдальчески морщась.

– Вернее, её бурное окончание, – вставил Динис с улыбкой.

– …застал наш уважаемый комендант, – продолжил Рино. – И очень заинтересовался идеей. Настолько, что сам принялся меня уговаривать поддержать твоё безумие.

Мне осталось только в ошеломлении посмотреть на Таргана, что продолжал молча улыбаться.

– Почему вы мне постоянно помогаете? – я первый прервал повисшее молчание.

– Я вижу, что твоё начинание вполне возможно, хотя и действительно несколько безумно, – ответил мне Динис, а Рам только снова поморщился на эти слова. – Так почему бы не помочь, если мне это ничего не стоит?

– Что-то я не вполне верю в такую благотворительность, – я покачал головой, сомневаясь в реальности происходящего. За эти дни даже у меня появились сомнения в успехе задумки.

– Тем не менее, мы с уважаемым Рино Сталадом составили целую кипу прошений и рапортов во множество инстанций, чтобы узнать: возможно ли вообще осуществить твою идею и получить на неё разрешение, – развел руками Динис. – Ты молод и не знаешь, что существенную часть всей жизни армии регулируют именно бумаги с подписями и печатями.

– Я не совсем понимаю, каким чудом, но и от наместника провинции, и от командующего лучом, пришли разрешения, – кисло продолжил Рино. Ему явно было не по душе происходящее.

– Я не могу говорить за всех, но вот в канцелярии наместника у нашего мага явно есть доброжелатель, – Динис явно выделил голосом последнее слово, внимательно на меня смотря.

– Редок, – предположил я, обдумав слова интенданта.

– Оттуда очень-очень быстро ответили согласием, даже без уточнения деталей, – покачал пальцем Динис. – Так что да: другого объяснения у меня нет.

– Выходит, строим? – недоверчиво уточнил я.

– Да, – мрачно подтвердил бедный командир. – Наше начальство прислало распоряжение, что мы можем бросить всю службу и месить раствор. Начинаем это безумие…

Глава 8

Стройка длилась почти два месяца. Она двинулась с надрывом, скрипом, хрустом и криками. Мы провозились в два раза дольше, чем я рассчитывал, и почти в четыре раза дольше, чем профессиональные строители. Это было очень тяжелое, но поучительное время. Аврал стройки напомнил мне время учебы. Те же выматывающие нагрузки на ауру. И так же выжатый досуха, и не один раз за день, резерв сил. Головные боли от перенапряжения и долгой непрерывной работы с потоками сил. Каждый день приносил с собой новые проблемы, требующие от меня решения. Приходилось узнавать много нового в магии, заглядывать в те разделы, о которых раньше и не слышал, выучить огромное количество специализированных заклинаний.

Даже во сне мне не было покоя: я заново плел в сновидениях заклинания, искал в метели рун ошибки, затем просыпался разбитым. А ведь случались ещё и кошмары! В них я видел, как падали башни, вспыхивал Литос, не справившийся с нагрузкой, рушилась дозорная башня при установке флага на ней. Хорошо, что я помнил утром только смутные тени снов. Не знаю, что бы я делал, если бы просыпался от кошмаров. Думаю, вряд ли отступил бы и бросил стройку. Может быть, действительно допустил бы ошибку, которая хорошо, если бы обошлась без жертв, и которую можно просто исправить. Как бы то ни было, это строительство – замечательный опыт, он наверняка пригодится в будущем.

⁂

Началось всё с осмотра места будущей крепости. Она впечатляла уже сейчас. Огромная площадка чуть ли не в двести метров длиной, где тонкий слой грунта и рыхлые верхние породы были сняты до монолита скального основания. Срезанные пласты лежали несколькими кучами в стороне, и в скором будущем заполнят пространство между внутренней и внешней кладкой крепостных стен. Это старая хитрость. Так и снаряды осадных орудий, и простые разрушающие заклинания приносят меньше ущерба.

Затем скальный монолит был выровнен по горизонту. Получилась ровная площадь, ограниченная с двух сторон склонами ущелья высотой более двадцати метров, а с двух других – выбранными в монолите рвами со скарпами. Строители, работавшие здесь прошлой осенью, оказались аккуратными и предусмотрительными ребятами: порода по возможности выбиралась блоками, пригодными для укладки в стены крепости. Везде на площадке зияли прямоугольники всевозможных размеров, будто прорезанные в гигантском куске масла таким же огромным горячим ножом. На самом деле, это посадочные места будущих стен построек. То тут, то там виднелись ямы и ямищи. Это будущие подвалы, резервуары для хранения воды, накопители системы канализации.

Тем же днём я приступил к кропотливому вычерчиванию сложной Печати Созидания. Громадная фигура, составленная из наложенных друг на друга многолучевых звёзд нескольких размеров, почти вся заполненная рунными надписями. Я ведь говорил, что этот алфавит – многогранная штука? В нём старшие роды рун позволяют осуществить очень сложные действия. Печать должна связать меня с моими помощниками, позволив, кроме всего прочего, ведущему брать взаймы силу у товарищей и дать нам возможность слышать друг друга ментально. Поверьте, это огромное подспорье в работе, когда не нужно надсаживать горло, объясняя, как повернуть блок и куда его положить.

На лучах, отвечающих за связь со стихиями, в хитросплетениях рун были оставлены незаполненные места для людей, четко ощущающих связь с данной стихией. К счастью, с этим особых сложностей не ожидалось. В форте оказался полный набор. Я – Земля, кузнец Литос – Огонь, комендант – Воздух, интендант – Вода, жена одного солдата – Эфир. Как и положено, по штату в роте гарнизона состоял медик, владеющий Жизнью, основной потребитель всех алхимических зелий. Мои запасы – мелочь на его фоне, кстати. И хотя в этом Рисунке Жизнь и не нужна, решили, что пусть будет. Гораздо больше хлопот, чем черчение, мне принесла сама вязка рунных плетений, относящихся к специализированным разделам магии. Связь с источниками, Эфир, баланс Печати под конкретных людей, доводка плетений так, чтобы они не конфликтовали друг с другом. Чем только не пришлось заниматься, пока я не стал уверен, что всё сделал верно и всё будет работать.

Почти неделю мы тренировались в слаженной работе. Каждый стоял в своей точке Печати. Руны полыхали голубым огнем, щедро сжигая мой резерв в своих пульсациях. А мы дружно протягивали лучи силы к одному из блоков и переносили его на законное место в основании крепостной стены. Трудно было всем. Мне оказалось тяжело научиться верно направлять общие усилия, остальным понимать и выполнять мои указания точно и быстро. Поначалу мне это напоминало возню муравьев с добычей. Вроде все работают дружно, никто не отлынивает. Вот только у каждого свое мнение, как и куда тянуть эту жирную гусеницу. Потому она и движется в муравейник еле-еле и только тогда, когда большая часть мнений совпадает в выборе направления.

Едва мы сработались и установили первые блоки, как появились новые сложности. Выверка положения будущей стены. Я учился применять заклинания, проверяющие уровни поверхностей. Народ помогал огромным количеством советов. Интендант даже охрип. Оказалось, что спорщик он заядлый, да ещё и убедить его в неправоте – дело почти невозможное. Огромным трудом поначалу добивались строгих горизонтальных и вертикальных линий у построек, без которых немыслимо возвести высокие башни цитадели и дозора. Но справились и с этим. Справились даже с переубеждением Таргана. Но новая проблема была уже на подходе.

Кузнец, как и все остальные лэры Дальнего Рога, являлся всего лишь адептом и свою силу мог применять по большей степени инстинктивно, выплескивая её сырой. Ему были доступны только несколько простейших плетений. В работе с металлом этого вполне хватало. Но здесь не его знакомая до мелочей кузня с новым современным оборудованием, а заклинания сплавки блоков отнюдь не простейшие. Мне же Огонь неподвластен в той мере, что требовалась. К счастью, маги, разработавшие Печать Создания, об этом подумали и предусмотрели. Оставалось только научить Литоса вливать силу, взятую у нас всех, в плетение, которым он без костылей Печати не может управлять, и чётко ограничить место её применения. Задача, уничтожившая несколько килограммов нервов у нас обоих. Как будто сорвавшиеся у нас заклинания Огненной Длани попадали нам же по головам, а не плавили блоки, уничтожая труд нескольких часов.

Обрушивались стены ущелья под нашими слаженными ударами, раскалываясь по намеченным линиям, принимая форму, задуманную человеческим разумом. Вырисовывались в своём будущем мрачном великолепии лестницы, ведущие на вершины. Появлялись выступы, на которые встанут метательные машины, надёжно прикроющие подходы к крепости. Сами вершины выравнивались, становясь ровными, как стол. Только теперь я понял, какая это адская работа – создание ровных поверхностей своей силой в неоднородных горных породах. Когда проверочное заклинание показывает отклонения, и ты раз за разом снимаешь с камня тонкую хрупкую пластинку в несколько волосков толщиной, это забирает сил даже больше, чем вырубка блока. Да, приходилось заниматься и этим, несмотря на уже подготовленный материал.

Но постепенно дело наладилось. Мы набирались опыта и становились всё увереннее, брались за более сложные задачи. Повезло и в том, что моей стихией, стихией ведущего, оказалась Земля. Это позволяло мне гораздо свободнее управляться с работой, экономило мои силы. И мы смогли относительно легко подвести воду к стройке. А вода нам очень нужна для заклинаний, которыми мы обрушивали стены ущелья.

Каждый день мы работали до тех пор, пока держались на ногах самые сильные из нас. Именно мы питали силой все плетения Рисунка, и как только отдавали всё досуха, то работа останавливалась. Впрочем, и остальные к этому времени держались лишь на гордости и упрямстве. Поначалу, когда у нас не ладилось, людей приходилось упрашивать продолжать, особенно женщину и Рино, который был очень скептически настроен по отношению к происходящему. Теперь же, когда всё спорилось, все оказались увлечены нашей целью. И работали, отдавая все силы делу, бросив все дела в форте на помощников.

Мы буквально доползали до столовой, ужинали и отправлялись спать. Утренней тренировки у нас не было. Какая тренировка, если ни тело, ни разум не успели полностью отдохнуть, а каждое движение приходилось делать через силу? Плотный завтрак – и снова вокруг огонь Печати. Ты буквально ощущаешь шершавую поверхность очередного блока, нагретую солнцем, на своих плечах. Странно как-то, если вдуматься: вроде блок несут по воздуху шесть человек, несут силой своего разума… А тяжесть ощущают все и своими плечами.

Уже к концу месяца из форта можно было любоваться потрясающим видом танцующих в воздухе каменных блоков, которые безостановочно и бесшумно создавали на глазах зрителей крепость. Через секунду после приземления блок озарялся багровой вспышкой огненных заклинаний. Такими вспышками Литос, временно становящийся ведущим, превращал его в ещё одну частичку монолита крепости. Впечатывались в блоки навечно всевозможные руны низкого рода, крепко спящие в ожидании, когда их коснется сила Источника, и они придадут камню крепости ещё больше прочности и несокрушимости.

Поднимались к небу мощные треугольные клыки башен, защищающих ворота, росла грозная цитадель, которая будет служить гарнизону жильём и последним убежищем, множились постройки во дворе нашей крепости. На природных боковых стенах появились невысокие поперечные стены на случай, если враг заберётся на склоны ущелья. Тут же стояли башни с огромными крытыми галереями для лучников и метателей. Возвышаясь на пятнадцать метров над башнями нижней стены и будучи выдвинуты за её линию, они должны не позволить врагу взять её штурмом. Стрелы, выпущенные с высоты более двадцати пяти метров, сметут с пространства перед крепостью всё, что не обладает магической защитой.

Но если стены всё же были бы взяты врагом, то оставалась цитадель, куда могли отступить защитники и получить ещё один шанс. Мы вознесли её стены выше площадок ущелья, а башни возведены вровень с башнями стрелков. На плоской крыше расположены площадки, пригодные для установки небольших метательных машин. А дозорная башня возвышалась над крепостью на сорок метров, позволяя обозревать окрестности на много километров округ. Ну и пусть горы – даже в такой местности многое будет открываться взору.

Я лежал во дворе цитадели и смотрел на падающую в небо дозорную башню из серого прочного гранита, блистающую в солнечных лучах рисунком, вьющимся вокруг неё лозой, созданной вставками из светлого мрамора. Красота! Приятно глядеть вот на эту махину, царапающую флагштоком небо, и знать: это построил ты!

– Вставай. Прибыли.

«Нет покоя магу», – мрачно подумал я. И так, под руководством Диниса Таргана, неделю не вылезал из-за стола, постигая под его руководством науку бумажной волокиты.

Глава 9

Прибыла долгожданная комиссия из Райта. Несколько гражданских, один в военном мундире, один в мундире стражи, но оба с синими горжетами. Маг без мундира и без горжета, но с посохом искателя у седла. И с ними десятка два сопровождающих. Ну, вояки – это понятно. Дорога дальняя, а после Ретрошена вообще сельская. Ночевать в пещере на перевале, палатки ставить да костры разводить – для комиссии не по чину. Вот и прихватили с собой солдат, чтобы было на кого бытовые мелочи скинуть. Но вот зачем с ними ещё и десяток синегоржетной стражи?

Нет, снова понятно, что комиссия ехала сюда, ожидая худшего. К примеру, ждали увидеть криво слепленные стены, башни, не падающие лишь потому, что приплавлены к фундаменту, и меня посреди всего этого безобразия. Преступника, который угробил кучу ресурсов и пытается нагло украсть из казны деньги. Но стража-то зачем? Они ожидают, что я стану сопротивляться аресту? И им нужны будут громилы, чтобы меня скрутить? Достаточно приказать командиру гарнизона взять меня под стражу, и дело сделано. Или и его хотят арестовать со мной за компанию?

Я пригляделся к стражникам внимательнее, и результаты осмотра мне совсем не понравились. Все – крепкие ребята ближе к тридцати, у одного здоровый шрам на щеке. Что же это была за рана, если такой грубый шрам оставила? И они все просто обвешаны артефактами! Медальоны защиты, похоже, ничуть не хуже моего, браслеты с вложенными заклинаниями. Этого я, конечно, не вижу, но если они фонят маной из своих накопителей, то по-другому и быть не может, ведь не для красоты их залили ею под завязку.

Получается, что скорее всего эти ребята из какого-то спецотдела безопасности – к примеру, Серебряной стражи, и взяли их с собой только по одной причине. Чтобы они меня успокоили, если я начну буянить. А иначе они вообще не нужны в дороге. Ох, чувствую, к этому делу приложил руку Редок. Больше у меня знакомых в Райте нет. И по душу вполне добропорядочного младшего мастера, решившего, что он без пяти минут Повелитель и может всё, хватило бы и простого чиновника из третьего министерства с бумагой. Не иначе, мой предшественничек нашептал на меня. Да и на Рино тоже, раз ему не доверяют, хотя на руках приказ с разрешением от командующего провинцией.

А вот ещё задачка. Зачем здесь маг в ранге искателя? Это не та фигура, что катается ради развлечения, и тем более не та, которую можно куда-то послать поставить Источник. Маги, достигшие этого этапа развития, замкнуты на себе, на поиске своего пути к следующей ступени. Ведь стать искателем может почти любой упорный бакалавр, работающий над собой. А вот чтобы стать архимагом, может и жизни не хватить.

Прибывшие представились. Гражданскими оказались: заместитель главного архитектора Райта с помощниками. Представились и мы, соблюдая вежливость.

– Тонму офицеры, цель нашего приезда – осмотр построенной крепости на предмет соответствия нормам и стандартам строительства и выяснения всех обстоятельств этого дела, уже ставшего громким, – заявил, даже не запнувшись, старший от третьего министерства. – Ознакомьтесь с предписанием прелата провинции.

– Конечно, мы рады оказать вам всю необходимую помощь, чтобы как можно скорее покончить со всеми неясностями, – вежливо ответил Рино, не забывший проверить каждую печать на бумаге.

– Ну, насколько я могу оценить визуально, всё сделано по проекту без грубых ошибок. Мне только интересно: кто автор вот этой лозы, вьющейся вокруг дозорной башни, отделки мрамором хозяйственных построек во дворе и вот этого двора цитадели? – вмешался в разговор архитектор.

Рино повернулся в мою сторону, намекая, что отвечать мне.

– Это идея всей команды – к концу строительства мы достаточно осмелели и уверились в своих силах. Поэтому решили придать нашему творению немного жизни и красок. Сделали заказ материала в Изумрудном, и вот что получилось, – я взглянул вверх, ещё раз любуясь лозой.

– Просто превосходно! Жаль, что обычно авторы проектов крепостей не придают значения их индивидуальности и эстетичности. Но вы должны понимать: мне необходимо провести подробный осмотр и измерения по всей крепости, – уважаемый мастер начинает крутить головой по сторонам.

– Конечно. Я думаю, что старший лейтенант Сталад выделит вам в помощь несколько подчиненных, – любезно возвращаю внимание комиссии на Рино. – Должен предупредить, что существует и ещё одно отступление от проекта. В толще стен ущелья нами вырублены дополнительные складские и жилые помещения. Вот чертежи и расчёты прочности.

– Замечательно. С расчётов и начнем. Господа, я вас покидаю, – архитектор начал раздавать команды своим помощникам, те принялись снимать с лошади странные меченые палки и ещё более странный аппарат, немного похожий на Дальний глаз на треноге.

– Это теодолит – инструмент для определения направлений и измерения горизонтальных и вертикальных углов, – мое любопытство заметили и удовлетворили.

Мгновенно мое недоумение сменилось пониманием. Когда представляли зама архитектора Райта, то не звучало приставки «лэр». Значит, он обычный человек, не владеющий силой, и заклинания ему недоступны. Что же, вспоминая отца, я с большим уважением отношусь к людям, которые, не владея таким мощным инструментом, как магия, являются профессионалами в своей области. Он у меня тоже не имеет дара и многому меня научил. А потом в день совершеннолетия у меня проснулся дар, и я помню, сколько гордости и радости было в глазах родителей. Но от воспоминаний меня отвлекли.

– Лэр Аор, пусть всё и будет так безоблачно, как поведал уважаемый мастер Арнид, однако нам, представителям безопасности империи, хотелось бы узнать причину, по которой вы так смело взяли на себя дело, которым не имели права заниматься, – хмурясь, на меня глядел капитан безопасности.

– Господа, вы несколько ошибаетесь. Хотя странно слышать такое от вас, лэр Диодр. Ведь вам, как одному из той трети населения империи, что в той или иной мере владеет магией, должно быть известно, что магия не имеет границ, – мое притворное удивление тоже не знает границ. Эту неделю я провел под руководством Диниса, изучая массу законов и постановлений, так что такой легкой атакой меня не взять.

– О чем вы, Аор? – по-настоящему удивлён лэр Диодр.

– Магия – это дар, данный нам Демиургом, – с улыбкой начал свою продуманную речь, но был перебит.

– Несомненно, но к чему вы вспомнили это сейчас? – мой собеседник хмурится ещё сильнее.

– Этот дар мы свободны применять так, как хотим сами, – но меня не сбить с отрепетированной речи. – Кто-то идет по пути боевого мага, уничтожая врага в прямом бою, кто-то наоборот: всю свою силу отдаёт в мирном труде, помогая расти урожаю, убирая его с полей.

– Но вы-то не строитель, чтобы заниматься возведением таких ответственных сооружений. У вас нет опыта! – а вот голос повышать на меня не надо. Я этого не люблю.

– Но если я не врач, это ведь не значит, что я брошу раненого без помощи, даже если у меня и мало опыта в оказании помощи! Знания-то у меня есть!

– Лэр Аор, это казуистика и подгонка фактов! Есть экстремальные случаи, когда вообще ничего не имеет значения. Но сейчас не тот случай. Для серьезной работы в любой сфере деятельности нужно разрешение, данное государством, – капитан пытается перевести разговор на дорогу законов. Что мне и нужно.

– Но у меня оно есть, – я широко улыбнулся.

– Что-что? – растерялся мой собеседник.

– Внимательно вчитайтесь в мой диплом. Там написано: маг-универсал.

– Маг огневой поддержки!

– Нет. Мой диплом гласит: специальность – маг-универсал. А вот в назначении указано: маг-универсал, направлен на службу с текущей специализацией – крепостной маг огневой поддержки. Что, как понимаете, само по себе две совершенно разные специализации, требующие, как вы утверждаете, двух разных разрешений. Крепостной и огневой. И это ещё одно подтверждение универсальности моего образования.

– Это какой-то обман!

Бедняга капитан буквально кипит от ярости. А вот его старший коллега спокоен и всю беседу поглядывает на меня с интересом, будто ждёт, что же я ещё скажу. И довольно кивает в ответ на мои аргументы. Странное поведение.

– Вы можете так считать. Но пятое министерство, которое назначит своего консультанта в случае суда, считает иначе. Уважаемый лэр, прибывший с вами, может подтвердить мои слова, – я обращаюсь за помощью к коллеге по искусству.

– Да, господа, я могу подтвердить его слова. Согласно поправкам к своду законов, регулирующих деятельность владеющих силой, сфера его магической деятельности, как универсала, действительно ничем, кроме его желания, не ограничена, – поддерживает меня искатель, только подливая энергии в пламя.

Это была долгая неделя, за время которой из меня просто выпили все соки. Капитан перерыл все, что только имело хоть малейшее отношение к стройке. От зарплатных ведомостей, что были оформлены на всех участвовавших, до квитанций о доставке воды на нужды форта. Очень часто на помощь мне приходил наш интендант. Он всё же гораздо опытнее меня в подобных проверках.

К счастью, конец жарким спорам положил мастер Арнид, окончивший свою работу. И под запись в протоколе заявил, что в крепости не выявлено ни одного серьёзного нарушения стандартов и норм. Чем зарубил на корню саму возможность дальнейшего разбирательства, поскольку разрешения и гражданской, и военной власти провинции у нас были изначально. Капитан безопасности рычал от ярости, но перед аргументами двух членов комиссии сдался.

– Аор, мой помощник сейчас составит список мелких недочетов в крепости и отдаст его вам. Учтите мои пожелания, – мастер-архитектор сама вежливость.

– Нужно что-то переделать? – я слегка растерян, ведь только что он сказал, что нарушений нет.

– Нет-нет. Что вы! Просто в следующий раз учтите эти моменты, – с улыбкой отвечает он мне.

– Какой следующий раз? Я больше крепостей строить не буду!

Это единственное, что я ошарашенно выдавил из себя. Но мастер оказался непреклонен. Мало ли что я говорю, но в следующий раз при строительстве должен учесть его замечания. По мне, опыт строительства неоценим, но повторять его в ближайшие годы я не намерен.

А затем искатель поставил нам Источник в специальном зале цитадели. Невероятное зрелище. У меня захватывало дух, когда я наблюдал за его работой. Огромные по своей сложности и наполненности плетения, казалось, кружились вокруг его фигуры в танце. Мне они казались хрупкой, сплетенной из тончайших паутинок, ажурной объёмной фигурой из волшебного сна. Когда ранним утром выпадает роса и садится на сеть паучка, она превращает её из тонкой невидимки в мохнатого толстячка. Так и эта ажурная основа невесомой конструкции то в одном, то в другом месте превращалась из тонкой ниточки силы в канат плывущих в хороводе рун. После этого всё плетение окрасилось в цвета стихий и, полыхая ими всеё сильнее, начало медленно погружаться в светлый мрамор пола, превращаясь в гексаграмму Источника. Ещё миг – и сердце цитадели сделало свой первый удар, вбирая в себя силу стихий, чтобы через мгновение отдать её нам пока ещё тонким ручейком.

Глава 10

– Вит, объясни. Почему ты уже месяц, как носишься сломя голову по всей провинции? А не сидишь, как обычно, в своей башне и не пытаешься снести её до основания во время очередного эксперимента? – порядочно удалившись от Дальнего Рога, подполковник третьего министерства провинции решил, что подходящий момент для вопросов всё-таки настал.

– Этот юноша, что остался за нашей спиной, один из первых птенцов повелителя Рагнидиса. И я езжу смотреть именно на них. Возможно, что они – первые вестники новой эпохи, – задумчиво объяснил ему лэр Вит.

– Эпохи? – на лице синегоржетника искреннее недоумение.

– Да. Уже сейчас, на своих первых шагах, выпускники его училища наглядно демонстрируют правдивость скандальных идей основателя училища. И кто знает, что может ещё оказаться правдой из его идей, которым так старательно не дают ходу старики из Совета, – Вит тихо, шёпотом, продолжает свою мысль. – А ведь некоторые из них – его бывшие ученики. Интересно…

– И что же это за идеи? – полковник – само внимание: шепот мага он прекрасно слышит.

– Для начала – как правильно развивать свою силу, – пускается в объяснения лэр Вит. – Например, этот Аор всего полгода назад был бакалавром, а сейчас плотность его ауры соответствует твёрдому младшему мастеру. Если так пойдёт и дальше, то за два года он станет мастером. Это очень быстро. Я гораздо дольше преодолевал эти ступени, хотя, не без основания, не отношу себя к бездарностям или лентяям.

– А другие идеи? – если бы лэр Вит смотрел на собеседника, а не задумчиво смотрел в никуда, то он бы заметил, как хищно блеснули глаза подполковника.

– Как называется моя ступень силы? – задал встречный вопрос маг.

– Старший магистр.

– Верно. По классификации, принятой Советом архимагистров…

Маг покачал головой и продолжил, немного отклоняясь от темы:

– Кстати, меня всегда воротит от их званий. Вот уж нужно было додуматься ввести «старший магистр» и «архимагистр»! Косноязычные старики! Так, последние годы громко стали называть себя Советом Владык. Вот уж… Но Повелитель Рагнидис в своих трудах называет мою ступень Искатель, – маг снова ненадолго замолчал. – Да, искатель. И что-то в этом есть. Знаешь, почему так называет?

– Нет, но думаю, сейчас узнаю, – язвит полковник.

– Если по-простому, – маг, кажется, даже бровью не повёл на шпильку. – Потому что магу на этой ступени силы нужно искать.

– Издеваешься? – а вот собеседнику вроде бы выдержка изменяет, но только если не видеть его колючих глаз и собранности фигуры.

– И да, и нет, – довольно улыбается Вит и, наконец, обращает взгляд на собеседника. – Чтобы ты понял, мне нужно тебе многое рассказать.

– Ну, путь долгий, я внимательно слушаю. Только давай, я не буду тянуть все из тебя, словно клещами.

«И из твоего рассказа кое-что начну понимать из неизвестного тебе», – подумал подполковник.

Глава 11

Постройка крепости – работа, выматывающая до предела, много дала всем участникам. Для адептов это проявилось в увеличении доступного им резерва и уровня контроля силы. А для меня – ещё и в возможности контроля дополнительных двух активных заклинаний. Но я понял это лишь спустя неделю после отъезда комиссии. Эта неделя была заполнена суетой переезда из форта в крепость, созданием заново массы бытовых заклинаний, чтобы обеспечить уют и комфорт в нашем новом доме. Вот на первой тренировке после двухмесячного перерыва это и выяснилось. Я доволен. Как и все остальные.

Интендант даже пошутил, что теперь можно раз в год устраиваться в какую-нибудь строй-бригаду и не мучиться с ежедневной тренировкой. Тут он, конечно, не прав, что ему и пришлось объяснить. Главное – это смена деятельности. Если заниматься одним монотонным делом, то прирост будет небольшим и стабильным. А вот если на время с головой уйти во что-то новое, то можно получить скачок в способностях. Но, опять же, далеко не всегда. И каждодневные тренировки бросать по этой причине не следует. Комплекс выверен уже десятки лет, отлично держит мага в тонусе и даёт тот самый небольшой, но стабильный прирост способностей. Так что просто нужно иногда с головой бросаться в какое-нибудь новое для себя дело. А вот строительство уже не поможет. Звучит, конечно, бредово, но учили нас именно так, и результат на ауре виден отчётливо.

Наш старенький форт начали разбирать солдаты с помощью каменотесов, нанятых в Изумрудном. Камни стен обрабатывали, превращая в снаряды, и складировали в крепости на площадках. Совсем разберут – погашу Источник, а пока ещё он им нужен. Рино ждал прибытия метательных машин, все уши мне прожужжал о них. Впрочем, остальные офицеры оказались не лучше, хоть обедать в столовую не выходи. Только и разговоров о мощностях, силе натяжения плечей, калибровке весов снарядов. Ждали и пополнения в солдатах. Статус Дальнего Рога повысился: всё-таки уже не форт, а малая крепость, гарнизон увеличивали до двух сотен мечей, что означало и ещё один бонус для офицеров. Всех ждало в будущем повышение в звании. Планки должностей повысились, появились новые. Нам теперь положены отдельные учителя-инструкторы боя, стрельбы, машин. Конечно, никого, кроме только выпустившихся молодых Мастеров меча, нам не пришлют, но и я, к слову, не ветеран. Да и офицеры, наконец, перестанут изображать из себя их всех в одном лице. Думаю, и сама постройка крепости, и увеличение гарнизона означает, что в долинах будут увеличивать добычу. Или что здесь просто огромные запасы ритона и рагнидия.

Наконец-то, спустя почти три месяца после прибытия в Дальний Рог, я разложил свой артефакторный набор. Смешно: потратил все подъёмные деньги на него, а впервые открыл только сейчас. Уезжая из Ретрошена, помню, рассуждал, что денег на покупку Стазиса нет, и радовался находке. Но с тех пор деньги появились, а к своей добыче я даже не прикасался. Так и пылилось всё в вещах. И, обдумав возможности, я решился на некоторые покупки. Сейчас я ждал, когда привезут артефакт Управляющего из Рино, на него я потратил все заработанные на стройке деньги. А всё потому, что оплату из бюджета не подписали в столице провинции – привет, Редок. А Рино из крепостных денег не дал: всё ещё обижается за втягивание его в эту аферу. Но эти дни мы считались в командировке, а канцелярия прелата одобрила всем бонусы, так что по этой графе денег вышло немало. Вот на зарплату за три месяца я заказал Накопитель и Ручеек. Они, конечно, небольшие: уж больно цены кусаются. Но гулять, так гулять, а на своей безопасности экономить не следует. Вот сделаю Орб, и можно начать выходить с патрулями: бегать на природе, вспоминать практику. Хоть долины увижу, а то на одном месте сижу, скоро совсем мхом зарасту.

А пока заказ, который я сделал торговцу из обоза, не прибыл, я, наконец, всерьёз занялся артефакторикой. Корпел над справочниками, свежими номерами Вестника, зубрил плетения и десятками создавал однотипные артефакты, набивая руку. Все то, что я получил со склада, закончилось быстро, а просто затирать уже готовые артефакты и заново забивать их мне не позволяли ни совесть, ни жадность. И казалось, что моё обучение встало. Вот тут я и вспомнил, что в Изумрудном добывают рагнидий и ритон. Обдумал возникшую идею, покрутил её в голове и пошел к Рино.

– Разрешите? – стукнул я в косяк открытой двери.

– Разрешаю, – улыбнулся Рино, откладывая в сторону открытую папку.

– Рино, – зашёл я издалека. – Вот Рог теперь выше классом стал, вооружения нам подкинут, солдат… Денег больше выделять станут…

– Это к чему опять клонишь? – с подозрением спросил мой командир.

– Деньги-то пускать в ход нужно. На что тратить будешь? – не раскрываю своих идей.

– На школу, – улыбается мне Рино.

– Слушай, ты меня удивляешь. В тот раз хотел с тебя денег выбить – не получилось, в этот раз тоже что-то не получается, – развел я руками, присаживаясь напротив командира. – Что за школа?

– Семейных много, жены-то тут устроены, но тоже далеко не все. Остальные в Изумрудном живут и работают, а дети вообще все там. Учиться-то им нужно. Там в школу и ходят. Не будешь же каждый день их за три десятка километров отправлять. Мы сразу, как новость о строительстве крепости пришла, сообразили, что можно разрешение выбить на школу здесь. Ну, посидели с остальными офицерами, прошение составили к легату. Потом ещё писали, обосновывая идею. Писали, что и гарнизон станет больше, много гражданских должностей добавится по штату. Тут ведь даже небольшой госпиталь положен. Убеждали, что детей и жен служащие тогда сразу бы сюда перевезли. Мало того, что теперь не придется видеться раз в неделю, так и безопаснее здесь. Много чего напридумывали и выбили. Сам знаешь: помещение школы в цитадели по плану есть. Вот деньги и пойдут на хороших учителей, чтобы образование детишки получили не сельское. Им ещё поступать куда-нибудь придется. Армейские льготы – это хорошо. Но если с ними идут ещё и знания – гораздо лучше.

– Мысль понятна, хотя лично мое мнение: лучше бы дети по-прежнему оставались в Изумрудном: там и людей побольше, и детей, и природа вокруг, а не голые камни, – обдумав новость, высказал я свое мнение.

– И такое мы обговаривали, – нахмурился Рино. – Тут столько копий было сломано, ты бы только знал. Всё уже решено большинством в голосовании.

– Ясно, ясно, – я выставил руки в шуточной защите. – Семейным видней. Не нужно меня стараться сжечь взглядом.

– Да столько нервов потрачено, что я уже не рад всей этой затее, – начал оправдываться Рино.

– Ладно, ладно, – рассмеялся я, потешаясь над поведением Сталада. – Ну, а солдат ты экипировать думаешь?

Конечно, думаешь, я об этом разговоры в крепости слышал. И что странно, о школе я ни слова не помню.

– Что ты предлагаешь?

В голосе ни малейшей заинтересованности, на лице снова маска безграничной скуки, но я тебя расшевелю.

– В Изумрудном добывают ритон и рагнидий – природные компоненты артефакторики. Дешевые заменители природных артефактов, – выкопаем червячка для наживки.

– Ну, эти минералы добывают не в самом Изумрудном. Изумрудное – просто ближайший поселок шахтеров, а там, дальше, ещё три поселка есть. Это мы так обобщаем для удобства, – решил педантично уточнить Рино. Есть у него такая черта.

– Неважно, – а теперь – червячка на крючок и к рыбке. – Я предлагаю тебе обратиться к воинскому уставу, точнее, его третьей части.

– Конкретнее? – прищурился Рино.

– Кто у нас педант? Это меня Динис заставлял учить все перед комиссией. А ты, небось, просто для души раз в два месяца уставы перечитываешь? – продолжил я издеваться над своим командиром.

– Вот же ты язва, – покачал головой в возмущении Рино. – Ты о правах и обязанностях, как я подозреваю.

– Верно, – я сцепил перед собой пальцы в замок. – Как у коменданта крепости – претензий у тебя быть не может. Я выполняю все от и до.

– Спокойно, спокойно! – замахал руками этот самый комендант. – После того, что ты учудил со стройкой, тут больше мнений, что выполняешь слишком много!

– Да, прости, – покаялся я, сам смущенный своей вспышкой. – Никак не могу перестать сравнивать себя с Редоком. Моё предложение заключается в возможности покупать у меня артефакты для гарнизона, как у третьего лица. Берём ассортимент средней артефакторной лавки Райта и смотрим, что и почём продают. Выбираешь то, что тебе нравится и что в моих силах – я ведь всего двумя стихиями владею – и делаем так… Оформляешь контракт поднайма. Закупаешь у старателей минералы и камни, передаёшь материалы мне. А я делаю тебе те артефакты, что ты требуешь, за полцены лавки, – ну вот, глаза уже загорелись.

– Например? – Рино даже вперёд подался, ко мне ближе, навалившись на стол.

– Ну, ты спросил. Я вчерашний выпускник и вообще – в деревне вырос. Нужно смотреть, что для вояк есть. Хочешь всем солдатам офицерские амулеты защиты? Или чтобы расчеты стрелометов в темноте видели? Или одноразовые артефакты, на время закрывающие раны? – начал соблазнять его вариантами.

– Я понял тебя, – мне буквально видно, как в голове у него что-то крутится, считая и предлагая варианты. – Но нужно прикинуть, насколько с закупкой камней это будет выгоднее цены в лавке, а то мы не договоримся, иначе я бы и так в лавке покупал потихоньку.

⁂

Мы договорились. Компоненты дешёвые, ведь продавались-то в пяти минутах ходьбы от шахты, где их добывают, а я своё возьму количеством. Гарнизон на двести человек – не шутка. Всем хорошо. И солдаты увереннее себя чувствуют, и у меня деньги появились, и легату идут красивые отчеты. А то они вечно экономят на тыловых частях. Нет, понятно, что мы не на границе и всем поголовно за счет казны обеспечивать артефакторное обмундирование не положено. Но десяток-два могли бы обеспечить со складов. Этакий штурмовой отряд.

Вот так я потихоньку и руку набивал в почти промышленных масштабах, и деньги зарабатывал на покупку вещей уже для себя. С амулетами вышло легче всего, несмотря на то, что Эфир – не моя стихия. Просто брал старый солдатский, добавлял в него горошинку рагнидия для большей ёмкости и кропотливо вплетал в уже вложенное заклинание руну за руной, улучшая его. И вот уже на столе новый амулет. С остальным справиться оказалось посложнее. Там пришлось многое придумывать на ходу – стандартные схемы зачаровывания из справочников подходили не всегда. Я брался за все более сложные артефакты. Выполнил и давнюю просьбу солдат: собрал и зачаровал пятнадцать комплектов Ночного глаза для расчетов метательных машин. А вот компактных для патрулей не вышло. Быстро садились вне действия источника. Из дешевых заменителей артефакт Ночного глаза для дальних выходов не сделать. А тот же Рино сказал, что пора дорогих амулетов пока не пришла.

Заодно я осуществил свою мечту о бокалах. Те ребята, у которых мы (да-да, я тоже не удержался и приобрёл кое-что для себя) покупали минералы для артефакторики, привезли мне по заказу десяток разных красивых поделочных камней. Несколько дней я изображал из себя магического бобра. Под моим взглядом стулья, лавки, полки, кровать в моей башне стройнели, на них появлялись рисунки, фигурные вырезы. Один небольшой столик настолько изукрасил тончайшей ажурной резьбой, что класть на него хоть что-то было страшно. Уж очень он стал воздушный: казалось, вот-вот сломается просто под своим весом. Пришлось превратить его в артефакт. Весь исписать мельчайшими рунами прочности, в столешницу спрятать горошинки ритона и рагнидия, чтобы он смог в будущем уцелеть при попадании за пределы источника. Уж очень он мне понравился, а если его без этого вытащить за пределы Источника, то все: столик разломался бы. Да, всё это происходило и в служебное время, будем честны, но без ущерба для крепости.

И вот после этого столика я почувствовал в себе силу взяться за бокалы. Так у меня появились десять совершенно разных, но одинаково красивых полупрозрачных бокалов-артефактов. Я не пожалел на них дорогих крупинок стазиса и накопителя. И теперь они сохраняли температуру жидкости, налитой в них, и проверяли её на ядовитость. Особенно мне нравились два бокала. Их мы с Рино и прибрали себе на всех посиделках без формы. У меня – вырезанный из сердолика, мне нравился его тёплый солнечный оттенок. У Рино он из голубоватого агата с шикарными темными слоями-включениями. К моему удивлению, никто из владеющих силой не применял её для преображения вещей вокруг себя. Но, с моей лёгкой руки, в крепости начался бум. Все, кто имел приставку лэр и мог, творили что-нибудь для себя на свой вкус. Те, кто не мог, приставали к ним с просьбами. И постепенно крепость меняла свой суровый армейский стиль на уютный, домашний, всё больше начиная походить на произведение искусства. Не высокого и достойного музеев, но всё же жить в ней становилось все приятнее.

⁂

Время летело незаметно, прибыли и мои покупки. Хранитель оказался хрустальным яйцом с богатой инкрустацией драгоценными камнями и магическими минералами. Видно, что мастер старался создать красоту. Бережно освободив его от упаковки, я сделал пару шагов и аккуратно опустил его в центр гексаграммы Источника. Освободил из его глубины хвостики связующих плетений и бережно, руна к руне, соединил их с участками Источника, указанными в описании. Хранитель замерцал тёплым жёлтым светом и всплыл на уровень моей груди. Медленно, по мере охвата контрольными заклинаниями территории действия Источника, цвет хранителя сменялся с жёлтого на зелёный. Наконец, зелёное мерцание залило весь артефакт. Всё в порядке: вся область действия Источника под контролем, все заклинания на территории крепости в рабочем состоянии. И теперь такими и будут, невзирая на колебания потоков силы.

Замечательно, теперь можно снова вернуться в лабораторию. Там меня ждут остальные гостинцы.

⁂

Я решил добавить на свой будущий Орб Накопитель, чтобы он смог быть резервом и поддерживать активное заклинание, как в том же амулете, а не просто хранить. И Родник. Родник вырабатывает ману, поэтому мой орб сможет не только восстановить потраченное на заклинание, но и подпитывать меня, если накопитель полный. А сам накопитель здоровый! Он в сто раз больше той частички, что лежит в моем амулете и вмещает в себя больше двух моих резервов. Так что если я повешу с Орба на себя доспех, то пробивать его будут долго. И применить одномоментно я смогу в три раза больше заклинаний, чем обычно. Вот это я и имел в виду, когда говорил, что артефакторика – один из путей быстрого наращивания своих сил.

Выложил на артефакторный столик яйцо Стазиса, орехи Накопителя и Родника. Аккуратно выбрал из яйца гнёзда под его будущих соратников по моей защите. Выбранные кусочки пойдут в запас компонентов. Орешки накопителя и родника плотно встали на подготовленные места. Небольшое воздействие силы. Это не огненное заклинание, плавящее всё и вся. Это действие намного тоньше. И намного тяжелее. Артефакты начали проникать друг в друга совсем немного, всего на несколько молекул, но уже через полчаса острожных усилий их уже не оторвать друг от друга – они почти одно целое. Теперь из нескольких серебряных монет нужно пополнить запас материалов для артефакторики. Вылепливаем на моем Орбе узорчатую рубашку, сверкающую полированными гранями. Это только для красоты и души. И вносим в ждущую пустоту заклинания. Первым идет левитация, и Орб послушно занимает определенное рунами место возле меня. Затем Доспех для пробы, и я ощущаю на своих плечах невесомую монолитность защиты. Замечательно. А теперь можно вдумчиво и неторопливо заполнить мой Орб плетениями. Но этим можно заниматься и лежа в кровати. До завтра успею выполнить намеченное.

Мои труды прервал раздавшийся за дверью крик:

– Аор, сколько можно ждать! Ты идёшь или мы сами начнём?

Глава 12

У нас сегодня по плану проверка навыков команд метательных машин. На башни нам привезли полиболы-единички, на щитовую стену стали по две шестилоговые фрондиболы и по две полиболы-двойки в каждую сторону. Крепость ведь держит защиту не только богатства долины от внешнего мира, но и внешнего мира от долины. Это на тот случай, если в долинах случится большой прорыв, и тогда мы не должны позволить выйти тёмным тварям на простор империи. Только пока площадки и башни цитадели стоят пустыми, хотя расчёты на них есть. Что-то напутали в Райте.

Я с интересом оглядывал фрондиболу – до этого я их вблизи не видел, не до того было. Так что теперь можно оценить то, о чём мне все уши прожужжали остальные офицеры в столовой, после тренировок, за бокалом, на обходах. Везде и всегда! Полиболы-то ничем, кроме размера, не отличаются от тех, что были в форте. Огромный ручной метатель старой системы. Старой – это той конструкции, что была раньше, пока пластину не заменили пружиной. Так они гораздо меньше стали, лишь немного потеряв в убойности. Конечно, спорное решение. Тот же Тарган чуть ли не хрипит, доказывая, что можно ещё сильнее уменьшить мощность, а вот скорость перезарядки увеличить. Здесь, на площадке, компактность не нужна, а мощность, напротив, приветствуется. Так что никаких пружин, а старые добрые металлические пластины. Ну и прицельное устройство – артефакт, попробуй-ка на глаз прицелиться на расстояние в пару сотен метров.

А вот фрондибола – это уже интересней. Да и бандура ещё та. Тут опорные стойки почти в четыре моих роста. Её расчёт больше, целых семь человек. В расчёте обязательно два адепта. Они нужны для ускорения перезарядки метательной машины. Вот сейчас воздели руки вверх – и поднимают телекинезом шестилоговый ящик противовеса. Сразу видно: не ветераны, новички, маловато тренировались ещё. Мы на стройке первые две недели тоже руки поднимали. Ребята здесь дольше, но и стрельбы ведь не с рассвета до заката. Это рефлекс – бесполезная попытка телом помочь мысли. Потом проходит. Ещё два человека бешено крутят рукояти натяжного механизма, сейчас от противовеса на тросы приходится лишь малая часть его веса. Два человека стоят в готовности у зарядов. Тут вокруг кучи разного размера зарядов для фрондиболы – остатки бедного старого форта.

Вся площадка для машин исчерчена цветными рисунками. Ну, что перед самими машинами, понятно – схема местности перед крепостью. То, куда они стрелять должны. А вот что это за разноцветные линии на ней? И почему одни ведут по сходящимся векторам к фрондиболе, а другие идут к разным кучам снарядов? Тоже лежащим, я только сейчас обратил внимание, в разноцветных кругах. И цифры на линиях присутствуют.

– Это что?

Хорошо, что ходячий справочник по метательным машинам стоит рядом и с хозяйским видом обозревает окрестности. Впрочем, ему такой вид позволен. Все-таки комендант малой крепости Дальний Рог.

– Не помнишь? Чем только слушаешь? Такое ощущение, что когда мы соловьями разливаемся тебе в клубе, то ты уплываешь мыслью в неизведанные дали, кивая на манер механического болванчика, – скривился Рино. – Повторяю. На разные расстояния нужны снаряды разного веса. Всё уже пристреляно по ориентирам и размечено на схеме направлениями стрельбы. Расчет по этим линиям будет нацеливать машину и отсчитывать по ним угловое отклонение.

– Ясно, – что-то такое я припоминанию из посиделок, но слабо. В чём-то мой командир прав насчёт далей. Только они у меня магические, а не неизведанные.

Рино поднес к глазам артефакт Дальнее око, я же вывесил перед собой его плетение. С поля перед крепостью уходили последние солдаты, оставляя после себя множество чучел, плетенных из соломы. Одна группа мишеней расположена в полста метрах от стены, другая в полутора сотнях, и там же расположились несколько просто огромных. А вот на трёх сотнях метров стоял макет фрондиболы, ещё какого-то агрегата и снова чучела вокруг.

– А вон то что?

– У тёмных бывают и другие типы машин, – продолжает лекцию Рино. – Но среди них пока ничего хорошего не попадалось – сложные они в изготовлении, и износ при стрельбах большой. Наши фрондиболы одновременно и проще в изготовлении, и совершеннее.

– Недаром они сюда всех натравливают, – хмыкнул я.

– Это точно. Флажковый! Сигнал. Башни, все, залп по ближней пехоте. Дождём. По команде, – пауза секунд в тридцать.

– Залп! – флажковый резко опускает флаги.

За эти тридцать секунд расчёты единичек в башнях должны заменить обычные ложа на специальные и заложить в них пучки болтов. Команда, и пластины полибол вытолкнули тяжелых посланцев в воздух. Залп с нижних вратовых башен за короткий миг полета практически не успел рассеяться и врезался в чучела плотными снопами болтов. В Око ясно видно, что манекены, попавшие под этот залп, получили по три-четыре болта. А вот болты с верхних башен летели почти в два раза дольше и успели широко разойтись, засеяв смертью большой участок. Заметно, что мало чучел избежало попадания под этот дождь тяжелых и смертельных капель.

– Флажковый! Сигнал. Фрондиболы, все, залп по средней дистанции. Градом. По готовности.

– Заряжающие, град сотку! Поворот на отметку два и три, – весовые снова воздели руки, облегчая машину, командир расчета вместе с крутящими навалились на рычаги катков. – Ещё, ещё. Стоп! Крепим! – и заряжающие как раз успели выложить заряд в подвес.

– Залп! – снова орёт командир расчёта и дёргает рычаг. Заряд срывается с пращи машины и в момент отрыва теряет форму шара, рассыпаясь на составляющие его крупные камни неправильной формы. Всё, как мне и описывали. Простейшие чары и их серьёзное разрушение. Когда находишься на быстром магическом плане, этот момент четко виден. Я проследил взглядом за камнями, увеличивая приближение на заклинании.

Обе фрондиболы метнули заряды почти одновременно. Двести килограммов камней со скоростью пятьдесят метров в секунду устремились к чучелам в двухстах метрах впереди и сорока метрах ниже нас. Облако черных точек замерло на миг и рухнуло вниз. Хорошо накрыли: уцелели только чучела с краю и всего две огромных фигуры остались стоять. Остальные мишени вбило в землю в окружении фонтанчиков пыли.

– Флажковый! Фрондиболы, все, залп по машинам противника. Один град, затем ядрами. По готовности. Башни, все, залп по уцелевшей пехоте на средней дистанции. Одиночными. По готовности. Полиболы, все, залп по ограм. По готовности.

Расчет фрондиболы уже давно бешено вращает рукояти натяжного устройства, заряжающие притащили тридцатикилограммовый снаряд, затребованный командиром расчёта для поставленной задачи. Полибола нашей площадки выцелила чучело огра. Банг! Воздух дрогнул – болт весом почти килограмм и длиной в метр ушел с ложа. Я перевел взгляд на поле. Наш расчет промахнулся, а вот с другой площадки попали. Оглянулся на Рино – тот страдальчески морщился. Понять его можно: ведь промазали в стоящую мишень. Если бы это был бой, то огр, та ещё тёмная зверушка, бежал бы со всех ног к стене. Небось, земля бы подрагивала. А там он может успеть натворить бед. Единички – машины послабее и могут не справиться, если тот будет в доспехе. Сейчас-то отчетливо видно, как чучело прошило насквозь, и болт, больше похожий на небольшое копьё, сломался уже в земле. Но солома – не доспех в полпальца толщиной, тот насквозь не пробивается.

– Залп!

О, это наша фрондибола успела зарядиться. Камней мало и рассеялись сильно. Упала всего пара чучел. Но и это хорошо: волнение в расчетах машин противника посеяно. Теперь только нужно пристреляться. Мне это тоже описывали, размахивая руками и двигая посуду по столу для наглядности. Фрондибола как таковая к прицельной стрельбе не приспособлена. Видишь попадание – делаешь поправку на дальность и боковой угол, двигаешь какую-то штуку на самой фрондиболе и снова стреляешь. В конце концов, накроешь машину противника. Слава демиургу, они не маленькие.

Банг! Второго огра верно выцелили оба расчета полибол. Чучело, и так побитое градом, просто разорвало надвое. Башни уже молчали – видимо, решили, что все чучела получили по болту. Последнюю мишень метательной машины накрыли окончательно с шестого залпа. Рино глянул на меня и хитро прищурился.

– Крепостной маг, вы не желаете показать гарнизону, для чего вы находитесь в крепости?

– Желаю, – я улыбнулся.

Площадные заклинания доступны только со ступени мастера. Лишь тогда приходит умение работать с большими объемами стихии и высокосложными плетениями, что, в общем-то, и является показателем достижения этой ступени. А я пока только младший мастер. Можно, конечно, сплести хитрые слоеные заклинания, чтобы воздухом с огромной скоростью разметало в стороны куски камня. А ещё, когда у тебя сбоку висит такая штука, как Орб, набитая за два дня заготовками заклинаний до предела, со своим резервом маны, можно сделать хитрый финт. Выйти на магический план и быстро-быстро запитать огромное количество обычных плетений и активировать их все в один миг. Расточительно, но проблема решена, и удар накроет солидную площадь. Вот только сделать это нужно немного театрально. Простым Зовом земли не обойдешься. Никто и не поймет, что чучела, то есть враги, уничтожены. Пусть для начала будут Зубы земли – для зрелищности.

Я картинно взмахнул руками, и все уцелевшие чучела на средней дистанции нанизало на огромные каменные копья, поднявшиеся из-под земли. Ещё взмах – и обломки макетов метательных машин и вовсе разметало на мелкие части несколькими огромными Секирами. Этот трюк съел больше половины моего общего запаса сил. Уж больно далеко стояли мишени, пришлось модифицированные заклинания реализовывать в реальном мире на середине дистанции, на пределе моей дальности работы с ними, и вливать в них огромное количество энергии, чтобы обеспечить попадание. Но зато какой зрелищный эффект! Теперь осталось принять стрельбы на площадках другого направления и там показать, для поднятия боевого духа, что может сделать маг для защиты крепости.

Глава 13

Сержант Дорг изучающее оглядел меня, в последний раз проверяя экипировку. Предыдущий час я, под его присмотром, снаряжался в свой первый патруль. Всё же смог вырваться из рутины будней крепостного мага. Не без словесного боя с Рино, но всё же. Когда я рано-рано утром, еле заставив себя встать, вышел во двор, то сразу понял, что с моим видом что-то не то. Уж больно кислая рожа стала у моего временного командира. Смешно, конечно: лейтенант под началом сержанта. Но тут уж ничего не поделаешь, если этот лейтенант в предстоящей прогулке ни тёмного не смыслит. Конечно, практика у нас была, и по леску мы бегали, но всего-то две недели и на равнинах, так что я свои навыки оценивал трезво.

А поэтому просто поинтересовался у него, в чем дело. Оказалось, во многом. Для начала, его не устраивал мой меч – слишком длинный: «Таким вы, тонму лейтенант, в наших лесах первое же дерево подрубите… И хорошо, если оно упадёт на врага и задавит его. А вот если мимо или вообще не срубите, а завязнете в нём мечом, то худо вам придётся. Щит тоже нужно сменить – и кто вам только сказал, что именно такой нужен? Учитель из стражи, что ль?» И таких замечаний набралось на пять минут речей… Заставил взять, помимо основного, ещё двойной запас болтов. Если уж сам не буду пользоваться, то с другими, мол, поделюсь. Затем он устроил осмотр моего рюкзака и там тоже нашёл, к чему придраться. Я краснел, бледнел, слушая его едкие замечания, но терпел, причем молча. А вот Рино, наоборот, с удовольствием похохатывал и комментировал происходящее.

Но, во-первых, я сам вчера просил сержанта отнестись ко мне как к обычному солдату-новичку, а во-вторых, нечего обижаться за науку, надо терпеть. Ну и пусть меч я взял средний и считал, что в здешнем довольно редком лесу он будет к месту или что я вообще не буду махать этой железкой, потому как с моим школьным навыком только позориться среди вояк. Все эти мелочи и тонкости надо знать, чтобы не быть обузой и посмешищем в будущем, чтобы самому приглядеть за своими подчинёнными. Офицер я или нет? Но и свою точку зрения пришлось отстоять. Он хотел, чтобы я выкинул из рюкзака Орб! Принял его за безделушку. Неужели ни разу в столовой не видел, как эта штука вокруг меня летает? Или же в очередной раз издевался?

Уходили мы на несколько дней, сухпайка с собой брали на пять. Столько, сколько вообще влезло в мешки. Как долго продлится наш выход, точно не известно. Это уже как сложится патруль – бывает, что и пару дней приходится поголодать. Хотя маршрут не новый и сама его протяженность известна, но, как Рино мне растолковывал, отклоняться от него все равно придётся. Ведь никогда ничего гладко не бывает. А по горным тропкам бегать – то ещё удовольствие. Всякого на них можно ожидать. У старшего патруля на боку висел сигнальный амулет, такой же, каким я пользовался в Ретрошене, чтобы любой из группы мог его легко взять после гибели сержанта. В случае появления неприятностей его, по уставу, нужно активировать, и в крепости станет известно, что с нами что-то случилось.

⁂

Шли, растянувшись змейкой. Как комментировал сержант, идущий рядом, впереди головной дозор, позади тыловой, а мы – ядро группы. Дистанция прямой видимости между группами. У двоих вместо метателей композитные луки, они были нашей основной метательной силой. Случись что – и мы все успеем сделать лишь один-два выстрела. Всё-таки крутить ручку метателя гораздо дольше, чем выхватить стрелу из колчана и натянуть лук. В бою они располагались за нашими спинами. Кроме меня, молодых в группе шло ещё трое. Молодых относительно других бойцов. Всё-таки двое только год отслужили, зарабатывая себе привилегии полного гражданина, а третий два. Но опыта патрулей у них уже достаточно.

Шагали мы в пятнистых накидках, чтобы быть малозаметными. Под шатром деревьев сохранилась прохлада. Хотя лето в самом разгаре, идти оказалось не жарко, несмотря на поддоспешник. Землю покрывал густой ковер каких-то плетущихся растений. Они храбро пытались заплести и деревья, чтобы подняться по ним ближе к солнцу. И часто им это удавалось. Тогда они сразу становились толще, а в одном месте я заметил, что стебли выросли почти в мою руку. Деревья стояли не густо, подлесок почти отсутствовал, но часто его заплетало, вдобавок ко всему прочему, ещё и чем-то колючим. Такие преграды обходили: пробраться сквозь них почти невозможно. Густыми шапками кое-где на земле рос мох. Упавшие деревья ему нравились ещё больше.

Тропинка, по которой мы пробирались, страшно петляла, и даже общее направление выдерживалось с трудом. Попадались участки, покрытые камнями, и нужно было внимательно смотреть, куда и как ставишь ногу. Вывихнуть её здесь – легче легкого. Иногда путь преграждали промоины или даже провалы, и приходилось перебираться через них по сложенным стволам деревьев. Один раз даже пришлось карабкаться вверх по склону с помощью протянутых там веревок – настолько крут он оказался.

Меня старательно наставляли, как правильно ходить в горах, лесу. Как держать направление и не сбиваться с прямой линии, устроиться на отдых с комфортом и не замёрзнуть ночью, где можно найти воду на наших маршрутах, уметь устроить укрытие от дождя. Как обнаружить следы засады и как самому её правильно устроить. Куда смотреть и к чему прислушиваться. Учили основным сигналам-жестам. Рассказывали, как себя правильно вести в первый момент обнаружения врага; где моё место в других боевых порядках. И задавали вопросы. Некая неловкость в общении со мной пропала к этому времени даже у молодых парней, которые сразу после получения базовых гражданских прав ринулись в армию получить повышение статуса.

⁂

– Тонму лейтенант, разрешите вопрос? – а в глазах парня горит не только отражение пламени костра, но и любопытство.

– Разрешаю, – стараясь сохранить серьезное лицо, отвечаю я бойцу.

Всё повторяется уже который раз. Именно он всегда начинает расспросы у ночного костра. Это его обязанности в группе? При этой мысли едва удерживаюсь от смешка. Походный кашевар – это понятно, но походный расспрашиватель?

– Ведь правда, что у нас, в Гардаре, больше всего Повелителей?

– Правда, – без капли сомнения даю утвердительный ответ.

– А почему они вообще есть не только в Гардаре? Ведь только мы храним верность… Да и другие страны по своему уровню не сильно развились после Тёмного века?

– Отвечу вопросом, – что-то у нас сегодня серьёзные темы стали затрагиваться. – Тиломат, а что ты расскажешь мне про Отступников?

– Э-э-э, – парень растерялся и стал озираться в поисках помощи, но все усердно делали вид, что заняты. Так что пришлось ему, сглотнув комок и прокашлявшись, показать окружающим уровень своих знаний по истории. – Их было шесть.

– Смелее, – я сделал жест рукой, ободряя бедолагу. – И подробнее. Вспомни школу.

– У Демиурга было шесть помощников, что следовали за ней ещё до сотворения нашей планетной системы, – нерешительно продолжил боец. – Но в тысяча семьсот четвертом году от сотворения, во время дружеского визита, другие Демиурги, называемые теперь Тёмными, пробили защиту нашего мира и провели на материк свои армии. Им нужен был этот мир, богатство питающих его потоков. Они рассчитывали застать врасплох и пленить нашу Создательницу и уничтожить всех людей, населяющих Артилис. Ни то, ни другое им не удалось. От края до края материка кипели бои с захватчиками. Наши предки показали, что не зря враги опасались нашего мира. Мастерство и мощь наших предков, тысячу лет изучавших дар Демиурга, были невероятно велики.

– Лэр! – перебил Тила сержант. – А верно ли говорят, что сегодня мы не достигли и четверти от могущества предков?

– К сожалению, это так, – я медленно кивнул и обвел взглядом лица вокруг. – Каждый житель Артилиса был магом, магия струилась в каждом предмете, каждом существе того мира. И нам не представить сейчас всю красоту нашего мира до прихода Тёемных.

По пещере поплыли иллюзии летающих студенческих кварталов Артелидии, больше похожих на фантастические облака, получившие каменную плоть. Миражи воздушных рек Арты, текущих красками радуги над домами горожан. Бушующих жизнью садов Сарталы, затмевающих небеса своими деревьями-великанами.

– Как красиво, совсем не так, как на иллюстрациях, – прошептал кто-то.

– Продолжай, Тил, – я прекратил подачу маны на артефакт с мемуарами, и иллюзии погасли.

– Несмотря на огромное численное превосходство, – медленно начал тот – видимо, ещё под впечатлением, – захватчики были уничтожены почти поголовно. В течение этих двух лет битв ничего не было известно о Демиурге. Храм создательницы оказался недоступен. Но в тысяча семьсот седьмом году произошло событие, названное после «Крушение мира». Все магические потоки мира изменились. Изменились, слились, некоторые даже исчезли.

– И Артилис рухнул в агонии, – теперь я продолжил историю бойца. – Это сейчас многие вещи сделаны лишь с помощью магии, а некоторые и вовсе по тёмной старинке, совсем без неё. А тогда… Я ведь сказал, что магия была во всём. Всё, что вы видели сейчас, создано только с помощью магии. И вдруг она исчезла, а затем снова появилась, но уже в извращённом для старого мира виде. Взгляните на те страшные картины. Рушились здания, падали города, вещи рассыпались пылью, заклинания сходили с ума. Люди внезапно оказались на руинах империи практически беспомощными.

– Демиург появилась в Артелидии, – продолжил по моему жесту Тил, когда иллюзии потухли. – Её помощники оказались предателями. Именно они дали возможность Тёмным провести армии. И когда в битве с другими Демиургами Она начала одерживать верх, то они ударили в спину. Их сила была ничтожна по сравнению с Демиургом, но именно этот удар уничтожил магию Артилиса. Вели…

– Тил! – вырвался дружный вскрик у всех в пещерке.

– Прошу прощения, – залился краской провинившийся парень. – Демиург объявила, что это лишь первая попытка захватить наш мир. Но сам штурм не прекращается ни на мгновение. А силы её не бесконечны. Добровольцы приняли из её рук перерождение и стали Стражей на границе мира. Она же сотворила артефакт, позже названный Сердцем мира. Начался Тёмный век. Цивилизация Артилиса рухнула. Все знания, все умения старого мира оказались бесполезными. Связь исчезла, расстояния снова стали огромными, библиотеки обратились в бесполезный груз. Артилис с течением времени распался на части. Мы, сохранившие верность, поставили свои границы там, где указала Демиург. Встали на страже этих земель от порталов и назвали новую страну «Гардар». Все.

– А что с Отступниками? – напомнил я ему.

– А что с ними?

Такой ответ был ожидаем. Мало кто интересуется деталями минувших столетий. Вон, все учили, что цивилизация рухнула, а как мрачнели лица, когда я показал часть воспоминаний видевших закат старого мира.

– Об этом не говорят в простых школах или на каждом углу, но, заглянув в исторические труды, можно узнать многие подробности Тёмного века. Это не секретно. О Пришедших, Повелителях, об Отступниках, Пророках… – я замолчал, специально затягивая паузу.

– Не томите, тонму лейтенант, – не выдержал сержант Дорг.

– Два Отступника погибли, меняя потоки. Четверо лишены сил и выброшены Демиургом в окрестностях старой столицы. К сожалению… К моему сожалению, они были отпущены.

– Это значит… – недоверчиво прошептал кто-то за спиной.

– Демиург приказала отпустить их. Они выжили, сумели достичь могущества Повелителей и подмять, не без помощи Пророков, под себя многие земли. Сегодня и Сетия, и Зелон имеют двоих Повелителей. Трое из них точно Отступники. Четвёртый приложил все силы для организации нападения на Чертоги Сердца. Его убил Император. Демиург ни одному своему ребёнку не закрывает путь к вершинам Силы. После Крушения мир изменился – и у Создательницы не было возможности сразу изменить нас, но и так с каждым годом рождается всё больше владеющих её даром.

– Но ведь у нас целых семь Повелителей? Почему до сих пор не стёрты с лица планеты эти земли предателей?! Пусть не только их имена, но и прах сгинет навсегда! – вскочил на ноги потрясенный Тиломат.

– Ведь Повелители – это огромная мощь и сила, ведь они в боевой магии, говорят, превзошли даже магов Артилиса! – поддержал его еще какой-то боец.

– Вы плохо слышали? Она приказала отпустить их. Кто мы такие, чтобы оспаривать её приказы? Жители Артилиса, пусть даже познавшие горе страшной войны и смерти родных и близких, повиновались безоговорочно. Они лишь стёрли их имена из памяти. А кто ты, чтобы пойти против Её решения? – я обвел взглядом окружающих меня бойцов. Это тоже правда – та, которой не изменить никакому легату. – Мы можем лишь сожалеть об этом. И помнить, что мир – это Она, Она – это мир. И крушение потоков выжгло половину души Создательницы.

– Всё, на сегодня вопросы закончены, – припечатал сержант.

⁂

Конечно же, я не полагался на одни дозоры, а растянул Сеть на добрые двести метров. На себе держал активным Доспех и старательно прятал свою ауру, притворяясь обычным человеком. Так спокойнее будет. Даже надел оба амулета. Тут есть несколько опасностей, из-за которых и нужны патрули. Разбойники, приходящие сюда в надежде грабануть шахтеров и сорвать куш золотишка или того же рагнидия – это здесь дело редкое. Да и с вояками при встрече не связываются, а стараются бежать. Если не получается, то сдаются. Кровь на руках им не нужна… Бывают ещё контрабандисты. Эти тоже не сильно опасные. Получить пару лет каторги для них гораздо лучше, чем сгореть в пламени. Это если докажут, что они сюда пришли незаконно купить что-нибудь, а не просто гуляли и заблудились.

Проблему и опасность представляли твари и люди Зелона. Наши горы тянутся далеко на северо-запад и примыкают к кряжам северной границы. Там мощные крепости оседлали хребты, там легендарный Пеленор – северные врата Гардара. Но все тропы и тропинки не перекроешь. Вот и пробираются оттуда диверсанты. Им нужна наша кровь. Монстрам, которых поднимают их маги, просто нужно убить кого-то, чтобы утолить жажду. Людям же нужно убить так, чтобы принести больше ущерба империи. Патруль вырезать – это хорошо. Поселок старателей сжечь? Замечательно. Шахту завалить – вообще великолепно! Фанатики по своему выбору или по принуждению. У них и маги Эфира сильны. Промоют мозги быстро и качественно, готовя мясо под наши мечи. Вот и ходят патрули из крепости, проверяют знаки и ловушки у всех известных переходов, ищут новые тропы. Бродят по окрестностям поселков, следят, нет ли признаков чужаков. И ведёт нас только долг: ни один эфирник Гардара не посмеет лезть в разум человека.

⁂

Ох! Красота какая! Сегодня повернули к Изумрудному, и вот он, наконец, стал виден во всей своей красе. Мы вышли из леса на дорогу и долго любовались открывшимся видом. Посмотреть было на что. Перед нами красовался огромный, убелёный сединой возраста, кряж в зелёном плаще, наброшенном на плечи. На его склоне блестела серебром застёжка водопада. А у ног начиналось голубое полотно реки. И на её берегу вольготно раскинулся большой посёлок, застроенный ровными рядами уютных небольших домиков. Сбоку от посёлка притягивали взгляд сочные полоски маленьких полей. Но хватит любоваться: нужно спуститься к реке, осмотреть берег на предмет следов, визуально оглядеть посёлок с более близкого расстояния. И, если все в порядке, то двигаться дальше, к следующему посёлку.

Вот возле него – второго селения я, в третьем по счёту патруле, и получил порцию новых для себя ощущений. В Сети заметил два огонька и показал сержанту, где эти люди спрятались. Сидели они на краю обрыва метров в десять высотой, в зарослях какого-то кустарника. Укрылись они хорошо: если бы не мои поисковые нити, то мы могли бы пройти мимо. На это нарушители, видимо, и рассчитывали. Мы их окружили, укрылись сами, и сержант предложил спрятавшимся выйти и сказать, кто они такие есть. Всё последующее произошло мгновенно. Из их укрытия свистнули стрелы, и кто-то слева от меня захрипел. Все тут же разрядили метатели в ответ. Я не отстал от других и сплел возле – теперь это уже ясно – врага маленькую Сферу воздуха. Чтобы только от близкого взрыва они оглохли и потеряли сознание. Как потом выяснилось, один получил несколько болтов, а другой от моего заклинания (слабовато оказалось) лишь потерял ориентацию и рванул в сторону обрыва. Для меня же это выглядело, как угасающие огоньки в сети. Я крикнул, что все там готовы, и рванул смотреть, что с нашим раненым.

Стрела попала ему в нащёчник шлема и скользнула в прорезь. И, не пробив скулу, вошла в глаз. Глаз выбила, но, потеряв почти всю силу, вошла неглубоко, и парень остался жив. Чудом, можно сказать. Вот тут и пригодились, в очередной раз, те зелья, что пытался присвоить Редок. Медики гарнизона выдавали похожие патрулям в обязательном порядке. И теперь я видел, на что эти пузырьки тратятся каждый выход. Так что уже через пять минут рана была залита серым густым зельем, остановившим кровь и закрывшим глазницу, а солдат, принявший внутрь другое снадобье, уснул.

Обыск трупов результата не дал. Уроженцы империи. На сетийцев, к примеру, а тем более на зелонцев не похожи вовсе. Те за Тёмный век стали заметно отличаться от нас. Карманы пустые, в мешках только еда да припасы путешественника. Тоже, кстати, имперского производства. По одежде – обычные охотники, не из богатых, однако луки не охотничьи, а боевые. Да и выучка отменная. Попали бойцу в голову, несмотря на то, что тот находился в укрытии. В общем, кто и что тут делали – непонятно. И поведение их совсем не похоже на то, что описывал сержант все эти дни.

Забрали их луки, трупы бросили и, дав сигнал по амулету, двинулись в крепость. Бойцу в дороге хуже не стало, последнюю часть пути он даже сам шёл. Крепостной медик после осмотра отправил его в нашей мед-карете в Райт, в госпиталь провинции. Оказалось, что наш лазарет не пустеет никогда. Я слегка удивился, ведь раньше эти дела не касались меня…

Есть и еще пара бойцов с боевыми ранениями. Но у моего солдата самая неприятная рана. Теперь раньше, чем через месяц, его не ждать. Глаз восстанавливать – дело долгое. Я же после этого случая задумался: как бы сделать прорези на наших шлемах защищёнными? Конечно, есть всевозможные закрытые шлемы, но там эти щелочки для глаз вообще весь обзор перекрывают. Тут есть над чем подумать.

Глава 14

Я проснулся от берущего за душу воя сигнального горна. Какого тёмного демона! Кто сигнал Тревоги трубит? На сегодня ничего не планировалось. Я ведь все эффекты обеспечиваю на учениях, и мне Рино ни полслова… Что?! До меня дошло: это не учения. Вскочил с кровати и развернул Сеть так широко, как только смог, стремясь захватить как можно больше территории за стенами крепости. Закрыл глаза, сосредотачиваясь на картинке от Сети и своих ощущениях паука. В округе не было ничего необычного, в обе стороны на дороге не ощущалось живых и движущихся существ. В самой крепости на постах положенное число бойцов, а вот в цитадели бурлил муравейник огоньков.

Я раскрыл глаза и бросился одеваться. Суета в цитадели понятна. После сигнала «Тревога» на месте никто не останется: все бегут, стремясь добраться до своих постов по боевому расписанию. Но в чем причина сигнала? Нужно к остальным офицерам, узнать подробности. Мне видно, что врага поблизости не наблюдается. Значит, можно бежать не на свое место на нижней площадке дозорной башни, а найти Рино.

– В чём дело?

Рино, да и остальных троих офицеров, я нашёл в холле цитадели.

– Сработал сигнальный амулет Изумрудного.

– …….!!! – вырвалось у меня.

– Точно, – кивнул, соглашаясь со мной, Дорст. – Я почти так же выразился.

– И? Что делаем? – ух, как меня пробило дрожью – это тебе не за себя бояться, там полно беззащитных людей.

– Здесь остаётся вторая рота в полной боевой, а первая, как более опытная, и ты с ней, скорым маршем выдвигаетесь туда. Вам десять минут на сборы, – припечатал командир.

– Ясно, я к себе.

– Время пошло, – крикнул мне в спину Рино. Да понял я, понял.

Я привычно экипировался почти так же, как и в обычный патруль. Бахтерец, барбют, теперь средний меч, метатель и так далее по списку. В бою мне, как и в патруле, не нужно выделяться. Паёк на день пожевать, а флягу и Орб – на пояс. Бегом вниз. Встал рядом с Дорстом перед строем солдат. Рино вышел к нам.

– Тонму солдаты, сработал сигнальный амулет шахтёрского поселка Изумрудный. Ваша задача: ускоренным маршем выдвинуться к посёлку, обследовать его и выяснить причину сигнала. В случае обнаружения врага вы должны выполнить свой долг и вступить в бой, спасая жителей посёлка. Тонму лейтенант, прошу вас, – Рино приглашающе повёл рукой.

– Бойцы, возможно, в эту секунду мужчины и женщины, дети и старики Изумрудного с надеждой ждут нашей помощи. И мы оправдаем их надежду. С нами Демиург! Кругом! Походной змейкой бего-о-ом, марш! – закончил свою краткую речь Арт.

Мы добежали до посёлка почти за три часа. Очень быстро, даже несмотря на то, что сделали большой крюк, обходя Изумрудный, и переправлялись через реку. Но мы бежали изо всех сил. Зато теперь оказались с обратной стороны поселка. Откуда нас меньше ожидали бы.

– Кто-нибудь видит хоть что-нибудь? – Арт нервно кусает губы.

– Нет. Да и рано – все в любом случае спят ещё.

– Нет. Всё спокойно.

– Нет. Ни души.

– Аор? Твое слово?

– Сеть я кинул слабенькую-слабенькую, чтобы не засекли, в случае чего. Но могу сказать, что в ближайших домах точно никого нет, а вот в середине посёлка ощущается много живых, – честно ответил я.

– Там у них большой трактир – не трактир, клуб – не клуб. В общем, там они по праздникам собираются почти всем посёлком. Но ночью-то что за тёмные их туда потащили? – недоумённо протянул Арт.

– Ну, тёмных тварей я не чую. Слабых, в смысле. А сильная тварь может прикрываться, как и я, – обнадёжил его.

– Тонму лейтенант, гляньте во двор вон того дома – третья улица, с синей крышей, – отвлёк его один из бойцов.

– И? – похоже, он ничего необычного в Оке не видит.

– Будку ищите.

– Вижу – думаешь, собака дохлая?

– Не шевельнулась ещё ни разу, да и поза, – хмыкнул сержант.

– Согласен, но вот крови не видно. Аор, есть мысли? Ты лучше в этом разбираешься.

– У Храбата схожие повадки. Любит взять под контроль людей и согнать в одно место, кормушку устроить. Страх он любит. Но от того собаки сами в ужасе убегают, ему их и трогать не надо – цепи порвут и убегут. Но где ты видишь отметку на Портальном амулете?

– Не вижу, а твари Зелона? Я что-то вообще ничего такого про них не читал и даже не слышал.

– И я не читал в справочниках. Сам знаешь, они обычно мозгами не отличаются. Лишь бы убить кого, недостаток жизни кровью утолить. Там сильная тварь, слабая – без разницы, особо ею не покомандуешь.

– Простые люди этого тоже сделать не могли. В посёлке много отслуживших – хоть где, но сцепились бы в бою, полторы сотни человек в одно место согнать непросто.

– Может, там маг? – подал идею молодой сержант.

– Не слышал, чтобы зелонцы магов так засылали. Там с ними гораздо хуже, чем у нас, дела обстоят. Взялись за евгенику ещё в Тёмный век, вот их Демиург и наказала, видно. А уж если он смог столько людей под контроль взять, то мне против него почти нереально потянуть. Это уровень магистра. Но! Кто из зелонцев сюда за столько километров будет целого магистра посылать? – не принимаю я его идею.

– Ну и что делать будем, тонму лейтенант?

– А что тут сделаешь? Попробуем боем проверить, сейчас….

– Люди! Идут по улице!

Действительно: из центра посёлка потекли людские ручейки. Люди расходились по домам. Вот только шли они молча, друг с другом не разговаривали, будто погружённые в свои тяжёлые думы. Это взрослые, а вот дети – те, что маленькие – плачут, что-то кричат… Но и родители, и их старшие братья и сёстры безучастно тянут их за собой, не обращая внимания на сопротивление. Как куклы – тем тоже разговаривать не положено, положено только играть роль, дергаясь на ниточках кукловода.

– Я ни демона не понимаю, – признался я.

– Вон в то окошко гляньте.

– В какое? Ага, вижу. Мужик в доспехах. Сколько, говоришь, служило?

– Много, человек тридцать. Своих убивать, что ли? Вот гадство!

– Их там полторы сотни, и три десятка теперь в доспехах и с боевым оружием – просто оглушить всех не получится, массой завалят, – сокрушенно вздыхает Арт.

– Как бы нас самих под контроль не взяли! – снова молодой сержант.

– Выходят! – все снова приникли к хрусталю Дальнего ока. Люди действительно снова вышли ненадолго на улицу, но быстро попрятались, только теперь уже набились всего в несколько домов в середине поселка.

– Нет, не возьмут: на всех амулеты моего улучшения. Проломить или обойти их защиту нельзя, пока я рядом, – я как якорь для них. Только истощить ударами, но я почувствую, если они начнут сдавать и предупрежу, – успокаиваю окружающих, ну или подпитаю до кого дотянусь.

– Думайте, все думайте! Аор, ну найди эту тварь! – Арт рычит от злости.

– Да она, скорее всего, там, где все сидели.

– А если перепряталась?! А мы даже не знаем кто или что это!

– Да если мог бы, нашёл и убил уже! Не смотрите на меня так! – не выдерживаю я всех этих взглядов.

– Дети!

– В смысле, тонму сержант?

– Они не под контролем, нужно выцепить одного постарше и расспросить. Будем знать хоть, что за тварь, – подал он замечательную идею.

⁂

Рота рассредоточилась на окраине поселка в зарослях, готовая к штурму. На пригорке в двухстах метрах спрятался наблюдатель. Если дело будет плохо, он увидит и помчится в крепость с описанием всего, что мы узнали и что увидит сам. А я с тремя ловкими ребятами крался дворами к выбранному дому. Повезло, что все ушли из крайних. По ощущениям, две трети людей сосредоточились кольцом в средней части поселка – видно, в засаде. А остальные были все в том же центральном здании. Наконец, мы добрались к цели.

– Родненькая Велиримид, помоги, пожалуйста, моей маме и папе! Помоги, пожалуйста, всем нам. Спаси нас, пожалуйста, от этой страшной тёмной твари. Мама говорила, что ты тоже была когда-то человеком. Приди к нам на помощь! Пусть сюда солдаты придут и убьют эту гадину! Только пусть мамочка и папочка станут прежними! Демиург, родненькая, убей эту тварь, что Барика убила!

Я осторожно приник глазом к щели: во дворе у конуры сидела девочка лет шести и гладила по голове мёртвую собаку. Аккуратно, стараясь, чтобы ничего не было слышно и видно, вырезал доску и отвёл её в сторону, пользуясь крохами силы. Приложил палец к губам и легонько толкнул чистой силой девочку. Она резко вскинула голову и сразу замолчала. Потом бросила испуганный взгляд на окна дома и кинулась ко мне. Я вытащил её на свою сторону забора и вернул доску на место.

– Дяденька солдат, дяденька солдат, – шёпотом принялась тараторить она, – там, в клубе, тварь страшная, она всех взрослых заколдовала! Убейте её, дяденьки солдаты!

– Ты скажи, что за тварь, как она выглядит.

– Высокая, как дядька Минар, в каком-то балахоне грязном, вонючем, ни рук, ни лица не видно. Ночью родители встали, меня схватили и в клуб увели. А там он! Все взрослые стояли молча, стояли и качались. Так страшно мне было, что я даже ничего не помню. Помню, что все мы плакали, а потом все взрослые по домам пошли.

– А эта тёмная тварь там осталась? Ты видела? – уточнил я эту важную деталь.

– Да, там, в зале, – закивала девочка.

– Ясно, ты теперь тихонечко сиди здесь.

Глава 15

Я сидел и думал, осмысливая ситуацию со всех сторон. Выходило, что нужно добраться до этого клуба и как можно быстрее убить эту тварь. Иначе подчиненные ей бросятся на солдат и вцепятся насмерть, защищая. Но вот что это за гадина? Немного похожа на Храбата, а после него часть людей гибнет от разрыва связи. Но зато погибнут не от мечей и болтов своих, куклами на верёвочках, а свободными людьми. Вот только нужно продумать, как я буду прорываться к твари. Только я смогу сделать это быстро и не позволить втянуть себя в схватку с поселковыми.

Я объяснил придуманный план бойцу и отправил его назад, к своим. Остальным поручил следить пока за девочкой, и они уползли в кусты сирени. А я лихорадочно видоизменял плетения и создавал новые, готовя арсенал к предстоящей схватке. Мне нужны не смертельные, а просто травмирующие и останавливающие. Все тщательно проверил и осторожно, стараясь сильно не шуметь, снял доспехи и, сложив сверху оружие, пополз к углу забора. Выглянул – пусто. Ну! С нами Демиург!

Я надел на себя Доспех с Орба и рванул со всей возможной скоростью к центру посёлка. Сам себя облегчил и подталкивал телекинезом, как будто какой-то каменный блок, и с каждым толчком взмывал в воздух на добрый метр. В спину ударило, сбивая очередной мой прыжок-полёт. Болт! Ничего, пусть попробуют пробить! Я едва вписался в очередной поворот, и передо мной открылся последний отрезок моего забега. Тут меня уже ждали: успела тварь вывести пешки на перехват.

Всё вокруг почти замерло, я окончательно бросил скрываться и нырнул на магический план. Выстроил под преградившими мне путь дорожку из ограничительных контуров плетений Зова земли и из Орба же их запитал. Даже здесь, где разуму движения тела кажутся неторопливыми, люди рухнули почти мгновенно. Им сейчас несладко. Когда ты за доли секунды начинаешь весить в пять раз больше, сломанные кости, как минимум ног, обеспечены. Надеюсь, ничего смертельного, специально заклинание ослабил.

Пока я добежал до клуба, успел вывесить Сеть на весь поселок и оценить обстановку. Задумка удалась. Тварь купилась на мой забег по улочкам и сначала бросила все свои куклы за мной. И тут в спину им ударили бойцы Дорста. Среди язычков пламени, слаженно отступающих к лесу, появилось добрых три десятка еле тлеющих, в нашем случае оглушённых людей. Удачно. Я на большее, чем десяток, не рассчитывал.

Во время очередного прыжка я оценил расстановку людей в клубе. Двери держит крепко, десятка два людей там. Против такого количества болтов в одном залпе и Доспех может не спасти. А вот у окон никого не было, остальные подчиненные собраны в центре здания. Но вот никакого тёмного пламени не сияло на паутинках моей Сети. Плохо, очень плохо. Придётся нервировать тварь дальше.

Метрах в десяти от дверей я прикрепил к стене между окнами полусферу без воздуха и сверху накрыл её чуть большей обычной. Хлопок! Почти все окна влетели внутрь здания, а моя вторая полусфера оказалась набита кирпичным крошевом, в которое превратилась стена, выбитая воздухом. На ногах в клубе вряд ли кто остался стоять. К моему удивлению, сквозь осыпающиеся обломки было видно, что дыру я сделал между двух комнат. И теперь могу выбирать, куда врываться.

Конечно, в левую, подальше от толпы у дверей. Теперь главное – прорваться к залу. Ныряю в дыру, дверь далековато от меня, четыре Секиры и удар телекинезом сотворили новый проход. Здесь большой коридор. Похоже, что впереди, если ориентироваться по Сети, как раз зал. Останавливаюсь на те мгновения, что нужны мне на закладку заклинаний по коридору направо, для встречи толпы от дверей и за стену в зал. И срываюсь влево, прекратив облегчать себя – и так еле-еле вписался в проём при прыжке в коридор. Бегу до его конца, продолжая вслепую, как получается, активировать заклинания за стеной.

В спину снова ударил болт, но я к этому готов, по Сети я контролирую обстановку, и дыра на второй этаж уже готова. Теперь без помех: все люди на первом этаже, пересекаю клуб наискось, проламывая стены (только с несущей пришлось повозиться) и всё так же активируя заклинания под собой в пределах слепой досягаемости. Всё, мой резерв пуст, забираю один из Орба, два болта почти не повлияли на его запас. Ещё чуть подождём и поглядим на сеть. Действует. Зелёненькие огоньки на ней начали терять яркость и замирать на одном месте. Много ли побегаешь, если из-за моих плетений, что я так щедро разбрасывал, кислорода в воздухе на первом этаже почти нет. Там осталось на то, чтобы люди не погибли, но сознание уже не сохранишь в таком воздухе. Только те счастливчики, что вблизи окон, ещё не упали.

Но тварь все равно себя не проявила. Я рассчитывал, что она либо начнёт разрушать мои заклинания, чтобы не потерять кукол, и я её обнаружу, либо ударит по мне – не зря же я свечусь открытой аурой? Но она затаилась. Непонятно, на что рассчитывает – заклинания воздуха лежат густо. Пространство не открытое, выбитые окна не помогут, и все, кто шагнет внутрь, упадут через десяток секунд. Если они, конечно, дышат. Но тварь всё сообразила и бросила всех кукол в погоню за солдатами. Ничего хорошего для меня в этом нет. Какая-то чересчур осторожная и сообразительная тварь. Теперь мне нужно спешить. Арт с людьми, конечно, отступит в лес, но долго он убегать, бросив меня и поселковых, не будет.

Я развеял заклинания в том самом центральном зале. Мне-то тоже дышать там чем-то придётся. Люди без сознания, и поднять их у твари не получится: это не сон, нужно время, чтобы они сами пришли в себя. Проломил пол, делая дыру в зал под собой. Тишина. Сделал безнаказанно еще три пролома. Вдохнул, ощущая комок в животе, и прыгнул в пролом, который сделал у предполагаемой стены зала. За секунду перед этим, в дальнюю от себя дыру, я скинул какую-то тумбочку, а в другую потоком воздуха вдул поток пыли и кирпичной крошки.

Не сработало. Страшный удар в грудь я получил, едва провалившись в зал. Меня пронесло в воздухе оставшиеся метры до стены и буквально вбило в нее. Уцелело всё – и Доспех, и я, и стена. Но всем пришлось несладко. Доспех разом забрал половину оставшегося в накопителе, а я чувствовал себя так, будто от удара у меня внутри что-то оторвалось и лопнуло. В глазах потемнело, стена ощутимо прогнулась от удара. Я сползал вниз в окружении кусков штукатурки. Ужас. Отстранённо, в тягучем времени транса, пролетели мысли. Налицо нарушение половины известных мне правил. Заклинание этой твари встретило на своём пути целых две защиты амулетов от магического воздействия и все равно проломило их, теряя вложенную силу и части плетения. Оставшейся же мощности хватило, чтобы почти убить меня простым ударом, а пляшущие на груди обрывки заклинания вдруг соединились в одно целое. На магическом плане это больше всего походило на змею, беспрепятственно, находясь уже внутри защиты амулетов, принявшуюся вгрызаться в Доспех.

Не важно. Сейчас это не важно. Я не могу отвлекаться на борьбу с этим заклинанием. Взгляд прояснился и вновь обрел глубину, позволяя видеть не только на шаг перед собой. Всё-таки с каждой ступенью маг становится всё крепче и живучей. А я, наконец, увидел своего противника. Всё, как описала девочка. Почти в центре зала, в окружении лежащих людей, стояла высокая фигура в черном от грязи балахоне. Стояла спиной ко мне! Как же эта тварь смогла меня зацепить вслепую? Моя очередь! Хлысты не достанут – далеко. Я ударил Зовом. Но тварь, неуклюже и медленно, на первый взгляд, шагнув в сторону, ушла из зоны поражения, как бывалый поединщик, и начала разворачиваться. Я выставил перед собой Стену воздуха и снова ударил, с максимальной скоростью напитывая свои заготовки. Выложил под ноги твари пять зон Зова. Та на этот раз не увернулась, но зато вокруг неё вспух сияющий кокон. Какой-то вид защиты, мне неизвестной, дающей красноватые разводы при отражении.

Я ударил двумя Секирами, рассыпавшимися голубыми искорками рун на её щите, и шагнул в сторону, пытаясь сам уйти с линии удара. Тварь всё-таки повернулась и ударила чем-то, что больше всего напоминало серый комок щупалец, одновременно обрушила приказ на повиновение. С приказом амулеты справились отлично – в нём ничего необычного, кроме силы, не было. Так что я лишь почувствовал, как на голове сжался обруч, и пока ещё не сильно. А вот комок миновал Стену и пробил защиту моих амулетов – даже, кажется, не заметив ни того, ни другого. Но в меня не попал, безвредно уйдя в многострадальную стену. У меня оказалась сломана нога, и вместо шага в сторону я просто завалился набок, пропуская удар над собой. Нельзя давать ей время на заклинания, они совершенно нестандартные, защита на такие плетения просто не рассчитана!

Я одновременно ударил Зовом и Секирой, поднял в воздух и метнул в тварь все куски штукатурки, лежащие вокруг, разгоняя их до максимально возможной скорости. Хлыстом потянул к себе шкаф, прикрываясь им от врага. Как мне показалось, его предыдущее заклинание развеялось сразу после контакта со стеной. Ещё сдвоенный удар по твари, её щит уже почти невидим, осталось совсем немного. Ответный удар твари. Такое ощущение, что у неё щит запитан от амулета: никакой потери ориентации от моих ударов, снова запустила этот комок. Сработало! Действительно, он не проник сквозь шкаф, что я подставил под заклинание. Ещё один удар Секирой по твари, подкреплённый всеми рунными шипами, и свет для меня снова померк. Даже не понял, потерял я сознание или нет. Мне показалось, что просто перед глазами стало на секунду темно, а затем все снова прояснилось.

Я лежал у подножия стены, засыпанный какими-то обломками. Орб пуст, до дна отдав всё Доспеху. Лихорадочно запитал его заново со своего резерва, ожидая каждую секунду нового удара. Но ничего не происходило. Столкнул с себя обломки шкафа и нашёл взглядом тварь. Мертва. Я достал её надежно. Секирой и половиной шипов точно. Лежат себе две половинки твари и руны шипов внутри сияют. Хорошо. Это она, видимо, одновременно со мной ударила простым телекинезом, но вложив просто море силы. Дурак, зачем я убрал Стену… Нужно было подпереть ею шкаф, и эта тварь им бы меня не ударила.

Повезло, подумал я, глядя на здоровые щепки, больше похожие на кинжалы, торчащие из меня. Больно. Даже на магическом плане пробиваются очень неприятные ощущения. Стоп! Доспех погас, а где та змея, что вгрызалась в него? Я в ужасе обратил взгляд внутрь себя. Змея была тут: лёгкое вокруг этого плетения превращалось в кашу. Я вгляделся в заклинание, вычленяя ключевые структуры и давя в себе нарастающую панику. Есть, нашёл! Гасим одновременно вот эти узлы и рвем вот эти линии! Змея распалась потоком бледнеющих рун. Замкнул Родник Орба на свой резерв и влил всю оставшуюся силу в своё тело с посылом «Лечение». Последним усилием, уже точно теряя сознание, я развеял, где смог дотянуться, оставшиеся поглощающие заклинания в коридорах клуба. «А то и зайти не смогут», – пронеслась в голове угасающая мысль.

Глава 16

Стон. Меня вернул к жизни чей-то стон. Не мой, это я точно знаю. Прислушался к себе. Боли не ощущаю, в теле странная легкость. А ведь последнее, что помню – щепки-кинжалы в теле и борьбу с заклинанием. Выйти на магический план удалось легко. Осмотр тела порадовал. Всё же владеющий магической силой – не совсем простой человек, он более живуч и вынослив. Кровотечений не обнаружил, все органы, в том числе и пострадавшее лёгкое, работают без сбоев. Энергия, бурлящая в магах, на краткое время может с успехом заменить и кровь, и плоть, пока не подоспеет помощь. Ко мне она успела вовремя. Думаю, лёгкость и эйфория, которые я ощущаю, объясняются алхимическими зельями. Надо бы открыть глаза и осмотреться визуально: наблюдение потоков силы в теле – это замечательно, но возможность своими глазами увидеть, что в теле нет самых обычных дырок, успокаивает ещё сильнее. Так и сделал. Дырок я не увидел, потому как оказался укрыт простынёй. Руки лежат поверх, но здесь ничего не видно: всё в бинтах. Будем считать для утешения, что дырки есть, но неглубокие. От остального мира меня отделяют белоснежные занавески. Однако хотелось бы хоть кого-нибудь увидеть.

– Люди! Ау! – хриплым голосом воззвал я к миру. И сразу пожалел об этом. В лёгком, будто подарок от огневика-садиста, запылал жаром и болью комок. Я закашлялся, ещё сильнее бередя легкое.

Результат моих мучений не заставил себя долго ждать. Занавесь в ногах раздвинулась и пропустила ко мне женщину в возрасте, а следом за ней медика второй роты. Кажется, его зовут Сарк.

– Молчите! – категорично заявила женщина, и они вместе с Сарком замерли по сторонам от меня, зажав в одной руке амулеты Лекаря, легко узнаваемые по своеобразной форме, а другие положив мне на грудь. Я почувствовал, как жар в лёгком опадает, подавляемый их волей.

– Теперь можно, тонму лейтенант, – Сарк открыл глаза и выпустил из рук цепочку амулета.

– Пить дайте, – мой голос был хриплым из-за пересохшего горла.

Женщина тут же дополнила коллегу:

– Но только негромко и недолго.

Суровая дама. Но напоила каким-то отваром, взбодрившим меня лучше латиса. Сил прибавлялось с каждым глотком. Я сразу почувствовал, что могу и долго поговорить.

– Я вижу, всё удалось? Много пострадавших? Только без чинов, – не хватало, чтобы сержант по уставу докладывал. Я, вообще, ко всему этому отношусь наплевательски, за что не раз выслушивал поучения остальных офицеров.

– Да, народ даже до окраины посёлка не добежал, все попадали… Наверное, как только вы тварь убили. От контроля пострадавших нет – как ни странно, все очнулись без последствий. Здесь только те, которых вы поломали перед клубом.

– А с ними что? Серьёзно? – я забеспокоился: тогда в горячке было не до этого, а теперь чувствую себя виноватым. Забил Орб боевыми заклинаниями, а из нелетальных – ни одного не подумал вложить. Великий боевой маг!

– В основном, кости поломало. Двое только серьёзно ранены. Одному при падении ребром лёгкое проткнуло, а второй позвоночник сломал, – ответила медичка.

– Вот тёмные твари!

– Тише! – женщина нахмурилась. – Это, конечно, серьёзные раны, но все мы очнулись быстро, и помощь им была оказана оперативно.

– Завидую вашей невозмутимости, – перебил я. – Очнуться непонятно где, в окружении солдат, и так быстро сориентироваться в обстановке, – действительно, завидую. У неё нервы алхимически закалены?

– О, не стоит преувеличивать нашу выдержку, – женщина сделала странный жест, проведя ладонью перед собой. – При контроле мы не могли управлять своими действиями, но всё понимали, и смерть кукловода лишь ошеломила нас, не стерев ничего из нашей памяти.

– Все необычнее и необычнее. Подробности произошедшего боя нужно как можно быстрее отправить в Райт. Уникальный, совершенно новый способ массового контроля, – заволновался я. – Ничего общего с Храбатом.

– Вам виднее, лэр-лейтенант, – моя собеседница склонила голову в небольшом поклоне, с улыбкой на лице, которая ей удивительно шла.

– Прошу простить меня, я перебил – так что с ранеными? – я постарался скрыть смущение за словами.

– У нас в шахтах часты серьёзные травмы, и в посёлке на этот случай есть и алхимические составы, и артефакты, позволяющие нам справиться с такими травмами на месте. Процесс долгий, но поверьте: вас никто ни в чём не винит. Все жители понимают, что только благодаря вам мы отделались так легко. Не смущайтесь от похвалы, – женщина покачала перед моим носом тонким пальчиком. – Она вами заслужена.

– Это был мой долг, – кажется, я начал краснеть. – Найти такой выход, чтобы пострадало как можно меньше гражданских.

– Зато вы пострадали сверх меры. Когда солдаты принесли вас ко мне в больницу, то с трудом верилось, что выживете. Это ужасное повреждение легкого, обширные внутренние кровоизлияния, лопнувшие мышцы… – женщина поморщилась. – Месиво вместо печени. Такие обширные повреждения мне редко встречались. Я глядела на стену в клубе. Жуткое зрелище. Как после удара тарана, только с вмятиной в форме вашего тела. Затем ещё и колотые раны по всему телу. Обычный человек умер бы до того, как его вынесли из клуба.

– Я всё же маг, и перед тем, как потерять сознание, успел направить всю доступную энергию на помощь телу, – справедливо заметил я. – Первое действие мага для своего спасения.

– И вам это удалось, – она мягко и ободряюще улыбнулась мне. – Несмотря на ваш юный возраст как мага, вы оказались на удивление стабильны. И применение регенерирующих зелий вместе с Дланью Риолы произвело великолепный эффект.

– Простите, как вы, возможно, знаете, я Аор, а как вас зовут? – неудобно общаться с человеком, не зная даже, как его зовут.

– Велира, – она снова тепло улыбнулась мне.

– Велира, раз вы помните всё, что происходило, то, может, проясните один момент?

– Если это в моих силах, – согласно кивнула Велира.

– Почему Поводырь не взял под контроль маленьких детей? И родители повсюду водили их с собой.

– Поводырь? Подходит для этой твари. Я не скажу ничего о контроле над ними. Но двигая нас, как кукол, он не посмел бы причинить им вред. Есть древняя притча, – лицо Велиры посуровело, глаза выцвели. – Она гласит, что во всех мирах есть то, перед чем отступает даже воля богов. Это родительская любовь. Наш мир свободен от богов, но я твердо знаю: если бы с детьми что-нибудь случилось, мы бы сорвались с поводков и сами убили тварь, завалив её своими телами, – за занавесями зазвучали тяжёлые шаги, и женщина сменила тему. – Это, вероятно, лейтенант Дорст. Я оставлю вас. Не напрягайтесь, почувствуете слабость – гоните посетителей. Иначе это сделаю я.

– Очнулся? Ну, ты и напугал нас. Прибегает ко мне боец и говорит, что тонму лейтенант мёртвый лежит в луже крови. У меня всё внутри как оборвалось. Как же так, думаю, всё ведь чисто сделано. Гражданские все целы, только ты в клуб влетел – и все попадали. Уже даже встали и бегают, ругаются, а он мёртвый. Я сразу к тебе побежал. Смотрю, несут: белый весь, кровь капает, сам истыкан, как подушечка для игл. Но ведь дышишь! Думаю, если дышит, то уж не умрёт. Как так, тварь завалил и умрёт? Не выйдет!

Я со слабой улыбкой слушал этот фонтан красноречия обычно молчаливого и сдержанного Арта. И размышлял о минувшей схватке. Действительно, было бы обидно умереть, завалив такую тварь. Силой владела на уровне мастера. Пусть и заклинаний знала мало, но их сила, но сами заклинания! У меня теперь есть победа над противником ступенью выше. Хотя уцелел действительно заботой Демиурга – не иначе. Тварь владела Эфиром и Жизнью, плетения оказались выполнены в какой-то извращённой манере. Амулеты не справились, хотя по сути должны рассекать атакующие заклинания на вполне безвредные куски плетения или, в крайнем случае, при невозможности это сделать, тупо вставать непроницаемой стеной в противостоянии сила против силы! Нужно указать подробности в рапорте, что уйдет с останками твари в Райт. Пусть ищут слабые места в наших защитных плетениях. И самому не мешало бы этим заняться, не дожидаясь рекомендаций пятого управления. Кстати.

– Арт, вы останки твари льдом засыпьте и достаньте у местных пару амулетов Ледника. Нужно в как можно большей сохранности доставить её в Райт.

– Да что там сохранять, – Арт поморщился. – Там под балахоном, считай, мумия. Причём с камнями в черепе.

– Амулеты? – понятно, откуда тварь. Зелон! Это они Жизнь извратили до крайности и пробуют наши границы на прочность мертвыми тварями.

– Да, говорят, амулеты.

Если это так, то возможно и такое объяснение небогатого арсенала. Заклинания, созданные мастером, вложили в амулеты, а она только и могла, что питать их силой. Это уже чуть легче. Пусть созданные твари имеют резерв мастера, но в таком случае они не смогут применять ничего, кроме заклинаний, вложенных в артефакты, а их хранилища не бесконечные. Никто не будет пускать на такую расходную тварь природные артефакты. За пределами империи они стоят сумасшедших денег. Вот только пугает лёгкость, с какой она подчинила поселок. Если в Зелоне научились создавать таких тварей, то впору снабжать всё население поголовно амулетами от ментального воздействия. Одно дело, когда тварь могут убить стражники или даже простые жители. И другое, когда стоит ей дойти до людей – и она становится командиром небольшой армии.

Глава 17

– Что читаешь?

– Отчеты о своих питомцах.

Сидящий за огромным деревянным столом крепкий седовласый мужчина в строгом чёрном мундире поднял глаза на гостя, вошедшего без стука.

– Ну, похвались успехами. Латис? – предложил ему круглолицый полноватый посетитель, уже роясь в баре, скрытом в стене.

Говорившие, на первый взгляд, не выделялись бы чем-то особенным в толпе. Но только на первый… Любой вошедший в комнату почувствовал бы, что перед ним не простые люди. Впрочем, в этом здании не было никого, кто не знал их в лицо и смог бы принять их за простых людей. И всё же. Если бы кто-то посторонний вошёл в кабинет, то почувствовал бы то, что невозможно увидеть. Ауру этих людей. Он бы почувствовал на своих плечах годы находящихся здесь, дыхание сотен битв и сражений. Отчаяние схваток один против сотни. Горечь поражений и потерь. Радость побед. Слава, во всем своем величии, стояла за их спинами.

– Наливай. Шустрые ребята выросли. Почти все уже в боях побывали, один умудрился три пиратских корабля разнести в щепки, другой ухитрился зайти по тропам в герцогство и навести там страху, пока не понял, куда попал. Потом вообще чудить начал, ещё один в строители записался. Красней за всех в совете.

– Ну, за нас тоже краснели, – на стол опустились бокалы. – Вспомни.

– Да я и не забывал. Никогда. Сейчас особенно приятно посидеть с бокалом и окунуться в воспоминания, – седовласый отхлебнул из хрустального бокала, столь тонкого, что латис казался налитым в пустоту. – Вот как сейчас. И вспомнить уордские болота. Ведь страшное дело было. И сырость, и холод, и смерть на каждом шагу.

– А сейчас на душе тепло. Ведь это уже прошло, – закончил круглолицый.

– Верно. Ты ещё помнишь? Всё, что нас не убивает, делает сильнее. А мы лишь не прячем наших учеников в теплицу.

– И гордимся их успехами, – напомнил посетитель.

– Горжусь, горжусь. Вот сейчас дам тебе почитать про юного Чалома, и ты начнёшь, – с ехидством ответил хозяин кабинета.

– Да? – удивился собеседник.

– Обгордишься, – улыбнулся седой, но улыбка вскоре погасла. – Но ведь не только о них пишут. Пишут и они. Нам с тобой. А в их письмах догадываешься, что?

– Догадываюсь, – помрачнел круглолицый, и аура славы уступила место холодному дыханию страха. – И продолжаю повторять, что твой план слишком долгий. Нужно действовать жёстче! Мне не нравятся шевеления на границе с Зелоном. Мы можем не успеть.

– Убивать своих старых товарищей и учеников? Думаешь, он поймёт нас? – впился взглядом в собеседника седовласый.

– А ты думаешь, он поймёт, что из-за своей сентиментальности и личных увлечений мы так запустили страну? – ответил гость не менее тяжёлым взглядом.

– Личные увлечения – это как раз то, что он поймет.

– Ну да, учитывая, почему его сейчас здесь нет… – круглолицый снова вернул улыбку на лицо.

– А главное, сколько времени! – стукнул кулаком по столу хозяин кабинета, не поддержав веселье собеседника.

– Верно. Время уходит. Мы должны как можно быстрее вернуть ушедшие из-под контроля посты! Они блокируют наши решения, масса достижений наших учеников просто лежит под замком!

– И всё же, я повторюсь. Нет, – слова человека в мундире падали, как гранитные плиты.

Глава 18

Выздоравливал я тяжело, не радовал меня даже очередной скачок способностей. Толку с них, если магия почти недоступна? Уже месяц прошел после схватки – всё никак слабость не переборю. Спустишься из своих комнат в столовую, ещё даже не дошёл, а уже нужно постоять подышать. Воздуха не хватает. И кому! Магу Воздуха! Надышаться не могу, сердце стучит так, будто хочет выпрыгнуть из груди. И не двигаться нельзя…

Мы в Райт отправили ящик с трупом Поводыря и рапортами, а оттуда приехала специальная комиссия разобраться в подробностях на месте. И в её составе были мастера Жизни и Эфира. Они всех в поселке осмотрели, проверяя, как на людях отразилось подчинение. Жизнюк проверил тяжелораненых, наложил на них кучу заклинаний. Оглядел и меня. Сказал, что видна опытная рука Велиры, и он ничего для меня сделать больше не может, только наложить общеукрепляющие и тонизирующие плетения и подстегнуть обмен веществ. Момент, когда мне можно было радикально помочь и в разы ускорить моё выздоровление, упущен, как и с остальными в долине. Уж больно долго ему ехать в наш горный край. А теперь остаётся лишь ждать, когда организм сам справится. Он и дал рекомендации: больше двигаться, потихоньку работать с потоками силы, но при первых признаках усталости делать небольшие перерывы.

Поэтому я упорно отказываюсь от поблажек и хожу питаться в офицерскую столовую. Но нет худа без добра. Долго сидеть на неудобной скамье я не мог. И все наши посиделки без мундира переехали сначала ко мне, а затем в соседние покои. Так у нас появился официальный офицерский клуб. Рино с Динисом постарались, применяя свои способности магов, и обстановка в комнате стала выше всяких похвал. Помогла им в этом и телега поделочного камня из долины – подарок жителей Изумрудного. Солдатам на казармы тоже хватило. Теперь каждый вечер мне достаточно пройти лишь несколько шагов, и я мог наслаждаться теплом настоящего камина и беседами за бокалом вина обо всём на свете. Я вглядывался в языки танцующего пламени и вставлял свои ехидные реплики в разговор.

– Тёмные демоны! Видели вот эту статью?

– Да, похоже, работа такой же твари, как наш Поводырь.

– Ужас! Чего мы смогли избежать. Три сотни погибших гражданских, почти три десятка солдат… А формулировки-то какие! Усилена бдительность на границе, высланы дополнительные патрули, предприняты все меры для недопущения подобного.

– Этого нельзя так спустить! Какие меры?! – злобно цедил сквозь зубы Дорст. – Так бы отправить к ним пару рот, стереть с лица земли пару городков, пропахших смертью – сразу бы хвост поджали.

– Кто бы тебе дал это сделать? – вставил свое мнение Тарган. – Чем красивее погоны, тем сильнее хитрожопость. Или наоборот?

– Отец рассказывал, как служил на сетийской границе, – продолжал наш замкоменданта. – Так в его время легат Тонман спуску не давал. Как у нас кого-то одного с той стороны прижмут – так он к ним десяток посылал.

– Это когда было! А теперь есть Совет. И где тот легат? Попал в отставку, а служить бы ему ещё и служить… – заявил Тарган с какой-то тоской в голосе.

– Да, нет, не попал. Так же, как и все, следует указаниям Совета, – быстро ответил Рино. Кто бы ещё знал наизусть список легатов страны. – Думаешь, наш или вот этот легат провинции Ретро не был бравым воякой? Стоило Императору решить развеяться, как всякая дрянь начала голову поднимать. На пустом месте себя шишкой считают.

– Хорошо Флоту, у них есть адмирал ра Чалом. И совет его сплавить не может. Пираты в наши воды даже не заходят, он-то на Владык не оглядывается.

– Хм, я слышал разговоры, будто у них на кораблях из-за качки хитрожопые за борт падают и тонут так быстро, что круг бросить им не успевают, – весело заметил Арт.

– Давно не случалось двух вещей. Первого – крупной войны, а второго – Император из дворца не «пропадал». Вот всякое, что не к столу будет упомянуто, и поднакопилось, – наконец, подал голос Рам.

– Типун тебе на язык! Нечего войну звать, – повернулся к нему Тарган.

– Думаешь, если по совету Арта раз в месяц стирать городок, пропахший смертью, – мрачно ответил ра Тенус, – то Зелон испугается и наступит тишь?

– Так! Хватит! Сменили тему! – вклинился Рино в начинающийся спор. – Лучше слушайте: в «Вестнике» пишут, что в Риольском герцогстве набирает вес партия, склоняющаяся к смягчению отношений с Гардаром. Звучат даже предложения о рассмотрении нашей страны в качестве сеньора. Что скажете?

– Чушь. Там эти партии думают лишь о том, как бы карман набить при дворе. В стране бардак, во многих ленствах голод. Ещё немного, и дворяне юга на замках вывесят флаги мятежа, – помолчав, ответил Тарган.

– Задавят. Армия верна трону, всё-таки набрана в основном с восточных, – подал голос молчун Релада. Это на тренировочной площадке, под свист клинка, он красноречив. Но не на наших посиделках.

– А кто спорит? Вот и на кой нам нужны такие вассалы, что грызутся между собой? Лишняя головная боль.

– Нам они вообще не нужны, – снова горячится Дорст. – Там уже мало кто помнит, как их предки поднимали кубки, приветствуя приход Тёмных пророков в свои земли. А мы?

– Ты о чём? – непонимающе нахмурился Рам. – Ещё недели не прошло, как поднимали кубки в день Вторжения за павших.

– Вот я и говорю вам, что статья вредительская, – продолжал развивать свою точку зрения Арт. – Мы всё помним! Мы верны! У Гардара не может быть партнеров, вассалов. Хорошо. Мы не стираем их с лица земли. Пусть. Границы на замке, порталы у них не появятся, и плевать на них. Мы должны просто дождаться, а там пусть со всеми ими Демиург разбирается. Хорошо бы, чтобы она совсем вышвырнула их с нашего материка.

– За грядущее, тонму офицеры! За возвращение Императора! За возвращение Демиурга!

– За грядущее!

⁂

Какие темы волнуют мужчин? Политика и женщины. С женщинами в гарнизоне туго. Как говорит Динис: «Волк там, где живет, не охотится». Хотя я знаю, что некоторые, не буду показывать пальцем, частенько отлучаются в Изумрудный, но молчат. А потому политика по вечерам была популярна. Я же нашёл себе ещё одно занятие. Стал больше писать домой, родителям. До этого я часто забывал за заботами написать очередное письмо, теперь же раз в неделю я отправлял толстое письмо, страниц на десять. Подробно рассказывал о своей службе, описывал саму крепость, наши посиделки в клубе…

Писал о молчуне Арте, разительно меняющемся в споре, который трепетно любит свою жену и души не чает в маленьком сыне. О тезке моего друга, Динисе, что любит порассуждать о красоте женщин и превратностях жизни. О красавце Рино, по которому вздыхают, пока матери не видят, все девушки крепости. О балагуре и, как ни странно, скептике Раме. О наших новичках. О светлом и совсем незаносчивом ра Тенусе, к которому я до сих пор отношусь с настороженностью. О молчуне Реладе, который, кажется, увлечен только своими железками и неплохо на этой теме сошелся с Рино.

Но вот свое ранение от родных скрыл. Незачем им волноваться зря. Меньше знают – крепче спят. Написал, что дел никаких для меня в крепости почти не осталось, свободного времени целый обоз.

Писал бы и своим ребятам: поведал о своей службе, поспорил о заклинаниях. Да вот мест их службы не знал. Предписания нам выдавали без указаний почтовых кодов. Хотя… Будем честны с собой. Можно было бы поехать в Ретрошен или заказать у торговцев прямо здесь каталог кодов. Почему-то не хочу напрягаться и решать этот вопрос, хотя способы есть. Пусть будет так, как есть. Не так уж долго продлится моя разлука с однокашниками – рассказать все подробности службы успеем. У нас будет целый год вместе. Ещё надоесть успеем друг другу.

А есть мне и что рассказать, и что спросить. Уж больно интересные вопросы возникают у меня. Даже кроме политики. Вот, например, через три недели после боя прибегает ко мне посыльный. Командир зовет во двор тонму лейтенанта. Меня то есть. Прибыла почтовая карета, а в ней, кроме писем и посылок, амулеты от ментальной защиты. Несколько ящиков.

– Твое мнение?

– Упасть не встать, тонму старший лэр-лейтенант! – честно и в кои-то веки по уставу ответил я.

– Э-э-ээ, в смысле? – круглыми глазами смотрит на меня Рино.

– Я только подумал, что придётся всех жителей амулетами снабжать, а их уже привезли. А ещё ты погляди на эту маркировку, – потыкал я пальцем в значки. – Означает она, что сделаны амулеты в столичных мастерских две недели назад, – начинаю объяснять по пунктам то, что увидел и понял.

– Значит, свежий выпуск не на склады в Райте пошел, а сразу к нам, – делает предположение командир.

– А вот эта маркировка означает, что модификация заклинания разработана в день, совпадающий с выпуском, и внесена в каталог под кодом, ну это уже не так важно, – прервал я сам себя.

– Не понимаю тебя, – сдаётся Рино.

– Примерно через день после того, как Поводыря привезли в Райт, в столице модифицируют защитный артефакт, делают их просто огромную кучу и за две недели доставляют сюда, – объясняю свой вывод.

– А ты не подумал, что курьера я послал не прямиком в Райт, а в Ритош? А уже оттуда по цепочке Сигнальных башен донесение пошло и в Райт, и в Гар одновременно. А вот доставка… Действительно, как-то быстро доставили. Две недели только до столицы от Райта добираться, а ещё до нас, – хоть в чем-то соглашается со мной Рино.

– Да тут всё странно. Ты думаешь, их на всю провинцию привезли в почтовой карете? Такое ощущение, будто в пятом управлении напекли амулетов, как пирожков, и сюда телепортировали, – развел я руками в недоумении.

– Ты не волнуйся, тебе нельзя. Лучше иди отдохни, раз амулеты рабочие. Я тебя для этого позвал, а то к вечеру к тебе в гости народ из Изумрудного придёт, а завтра ещё и День Создания праздновать. Набирайся сил, – не верит мне Рино.

⁂

Гости приехали из Изумрудного целой делегацией. Управитель с дочкой, которая как раз и послала сигнал в крепость. Когда подчинённые родители подняли её посреди ночи, она не растерялась и сумела незаметно ухватить амулет. Рино даже представление на неё отослал в Райт на «За спасение жизней». Велира и самые уважаемые жители поселка. И тридцать человек – те, что являлись в зале охраной Поводыря. И очнулись в разгромленном помещении, засыпанные всяческим мусором, но живые. И вся эта делегация в лице управителя Миргара преподнесла мне подарок. Да какой!

– Уважаемый лэр Ранид. Позвольте нам выразить свою признательность за вашу роль в освобождении поселка от Поводыря. Примите на память о спасенных вами, – из-за его спины вынесли что-то длинное, прикрытое черным шелком. Управитель преклонил колено, и с его рук сдернули покрывало. В лучах солнца сверкал огромный двуручный меч.

– Уважаемые жители Изумрудного, почту за честь принять этот дар от отважных и стойких людей, – в ступоре от увиденного, я не сразу сообразил, что же им ответить.

Принял меч. Если поставить кончиком на землю, то рукоятка торчит выше моей головы. Тяжелый – добрых три кило, может даже чуть больше. Никаких украшений. Строгая красота оружия. Гарда, слегка опускающаяся к лезвию, небольшая контргарда, скорее даже клыки. Рукоять обтянута черной кожей. По рикассо струится вязь узора. На доле темным выделяются символы старого шрифта, сплетающиеся в надпись – «Этот меч дала доблесть». Мужской взгляд от меча отрывался с трудом. Огляделся по сторонам: народ доволен, все улыбаются, разговаривают, многие уже потянулись в столовую к праздничным столам отметить это событие. Отозвал Миргара в сторону.

– Господин Миргар, не обижайтесь на мой вопрос. А чем вызван столь странный подарок? Ведь я всё же маг, а это оружие профессионального мечника.

Я в школе на фехтовании не блистал. А таким эспадоном орудовать могут только особоодаренные ростом и силой мечники. Я, конечно, выносливей не владеющих силой, но мне проще этот меч крутить с помощью магии. А заклинание Хлыст воздуха так ещё и форы даст в соревновании с мечом в убойности.

– Хм, хм. Хотелось, чтобы вам осталась добрая память о нас. Но делать магу подарок, связанный с магическими науками, сложно и… – он замялся. – Обыденно? Тут сложно угодить и сделать так, чтобы дар пришёлся к месту, стал полезен. А Велира сказала, что вот эта штука возле вас тянет на пару сотен золотых, и ей сложно придумать, что может вам ещё понадобиться. Можно поехать в Райт и там в лавках найти хороший артефакт, но неизвестно, не перерастете ли вы его, раз сами занимаетесь их изготовлением. Мы ей поверили – она человек опытный, много повидавший. Вот мы посовещались и решили. Раз так, то сделаем подарок, с магией не связанный вообще никак. Но который не стыдно показать гостям и рассказать его историю.

– Понимаю вас. И… – теперь замялся я. – Действительно благодарен за этот дар. Я с удовольствием буду сидеть с бокалом вина у камина и, глядя на этот меч, вспоминать тот бой и тех, за кого бился. Пойдемте к остальным?

Глава 19

К счастью, к середине осени я достаточно поправился, чтобы заняться магией. Благо, времени подумать было достаточно. Все плетения, быстрые в наполнении маной и годные для скоротечного боя, на бумаге разработаны, вот на площадке метателей и буду проверять теорию практикой. Основных мыслей было две – защита и атака. В схватке с Поводырем мне просто не хватало пробивной силы заклинаний. Его щит за счёт высокой мощности банально принимал на себя всю силу удара и благодаря коэффициенту выигрывал. Мои броски штукатуркой в него были больше жестом отчаяния, чем попыткой перегрузить возможности щита. И во время прогулок в столовую вспомнилось мне плетение Водников. Игла воды. Заклинание, на близком расстоянии, имеющее огромный коэффициент перегрузки щитов за счет малой зоны воздействия. Там пара капель воды прессуется силой в тончайшую иглу и со всей возможной скоростью летит во врага. Щиты проламывает на раз. Во всяком случае, количество ударов требуется гораздо меньше, чем моим заклинаниям. Мне, как воздушнику, доступно Копье и Секира воздуха, но вода гораздо плотнее, с ней не поспоришь.

В процессе изучения справочников и возникли идеи. Делаем Сферу воздуха, небольшую – с мою голову, и с максимально возможным давлением внутри. Такой я бы снес Проводника мгновенно, но и людей убил бы, и себя заодно. Подносим сферу к врагу и делаем на секунду маленькую дырочку в ограничивающей её поверхности. Да! Большое каменное ядро полиболы, играющее роль врага, которое десятью минутами ранее я не смог и на треть разрубить Секирой, просто разлетелось на куски. Сработало! В своих записях назвал заклинание Пробой, хотя по испытаниям тут больше подошло бы «Вдрызг» или «В клочья», но зная, как от моих названий ухахатываются в клубе, не рискнул.

Затем я изменил Зов земли. Идею взял из осадного заклинания. Сделал Зов гораздо сложнее. Так что теперь зона действия чётко поделена на две части. В одной половине сила тяжести в десять раз больше, а в другой во столько же раз меньше, да к тому же вектора приложения сил были чуть-чуть, но не соосны. Я напряг память, выуживая из неё термин, заученный в училище. Неколлинеарны. Попавшего под удар должно просто разрывать на две части и швырять в сторону, по умолчанию назад. Главное – точно выставить плетение. Проверка на офицерском амулете показала, что больше двух воздействий этой модификации он не выдерживает. И при этом за счет обмена зон плетения энергией тратим и туда, и сюда, конечно и там есть тонкости. Заклинание стало более экономичным, а значит, в него можно закачать больше маны и сделать воздействие мощнее. Это, в отличие от массивности плетения, радовало. Назвал его Конфликтом.

Ещё мне не давали покоя те куски стены, что я швырял в Поводыря. Они не совсем относятся к моей стихии, но на них можно влиять опосредованно. Всё тем же Зовом земли, правда, теперь измененным почти до неузнаваемости. А еще видоизменил заклинание вентиляции. Идея такая: уж больно мало толку было от бросков, а потому придумал плетение, пролетая через которое все предметы в разы увеличивают свою скорость и массу. Рабочее название Касание. Конечно, два заклинания, которые нужно постоянно поддерживать – большая нагрузка на ауру и резерв, но теперь это не так важно для меня, как полгода назад.

Опробовал на близлежащих скалах. Осколки от них летели хорошо – далеко и быстро. Нет, всё-таки не зря магам не стоит попадать под выстрел полиболы. Кинетическую энергию ещё нужно суметь погасить. Хотя я на тренировках и содрал идею угловых щитов с воротных башен, но тоже не панацея: под прямым углом болт пробивает мой щит. Доспех, конечно, многое может, в том числе и распределить удар на всю площадь тела, но и у него есть предел прочности. На этом заклинании и закончил с улучшениями арсенала. На все случаи жизни соломки не напасёшься, да и доступные мне схемы заклинаний стали показывать дно. Придётся терпеть до новой ступени обучения и оттачивать эффективность уже имеющихся. Может, и что-то ещё смогу придумать на стыке доступного арсенала.

А вот с защитой пришлось поступить до невозможности тупо. Я разобрался, почему плетения Поводыря проходили сквозь защиту. Теория построения заклинаний уровня мастера у всех выпускников первой ступени есть в полном объёме для изучения. Но вот первый доступный мне способ борьбы с этим требовал уйму энергии.

Просто сжигаем плетения, что касаются сферы щита. Пара заклинаний, и всё – амулет пуст. Причем заставить его разбирать, что это самое обычное заклинание, а не извращённое творение зелонских магов, мы не можем. Вернее, может, но пока сработает блок опознания, заклинание уже влетит в меня. Вот потому и пришлось офицерский амулет серьезно испортить. Теперь он создает меньший защитный объем и не пропускает с внешней стороны никаких плетений. А первой линией обороны остался нетронутый выпускной амулет.

Второй способ ничуть не лучше. Заклинание проходило Стену воздуха, но исчезало в кирпичной кладке – срабатывало ограничение. Можно поднять Стену, кинуть в нее множество мелких песчинок и закрыться таким образом. Но долговато выходило, хотя если припрёт к стене, то способ пригодится.

Пока я портил казённые ядра, проверяя, не был ли первый громкий успех Пробоя случайностью, и на сколько убойных использований хватает давления в сфере, к воротам подъехал курьер и я, не дожидаясь посыльного, поспешил вниз. Курьеры – это серьезно. Я угадал. Это оказалось более чем серьезно. Настолько, что сейчас я стоял в общем строю гарнизона Дальний Рог и слушал коменданта крепости.

– Тонму солдаты. Это оповещение из канцелярии Императора. Слушайте.

«Двенадцатого числа месяца октября в свои личные покои Сердца мира спустилась Демиург. Командиру гвардии она повелела передать воинам своего народа такие слова: Армия, пытавшаяся прорваться в наш мир последние годы, почти уничтожена. Первого декабря Демиург и храбрая Стража начнут наступление на её остатки с целью выдавить из прохода в мир и занять оборону в более удобном месте. План сражения предполагает окончательный разгром противника в течение двух месяцев. Ей в этом бою понадобятся все доступные силы и Стражи. Контроль над пространством будет ослаблен. Вплоть до полного уничтожения этой армии вторжения её воины будут проникать в наш мир более свободно. Демиург сообщила, что ожидаются прорывы двух типов: либо множество несильных тварей, либо отдельные сильные. Она просит нас приготовиться к прорывам и храбро встретить врага».

Рино сделал паузу и оглядел строй.

– В стране именем императора объявлено Чёрное время. Подписано Советом Владык. Солдаты! Не посрамим ее надежд. С нами Демиург!

– С нами Демиург!

– Гарнизон – вольно! Офицеров прошу подойти ко мне. Ваши предложения, тонму офицеры?

– Я не очень верю сообщению, которое прошло редакцию Совета, – Рам в своем стиле, но тут я его склонен поддержать.

– И что – думаешь, там было что-то вырезано? – Рино вопросительно поднял бровь.

– Нас учили, что всю опасность следуют умножать вдвое, втрое. А все успехи уменьшать во столько же раз. Если написано «более свободно», читай «беспрепятственно». Множество – масса, отдельные – группы. Два месяца – готовься ко всем пяти, – высказал я своё мнение, не став уточнять, что этот совет учителя касался именно сообщений Совета.

– Предлагаешь подготовиться к худшему? – потер лоб Рино.

– Да, – я коротко кивнул. – Тогда мы не будем винить себя, что могли, но не сделали.

– Тогда так, – Рино начал методично перечислять: – Пользуясь властью объявленного в стране чрезвычайного положения, числа с двадцатого запретить шахтёрам вылезать из своих поселков. В каждый поселок по два десятка на усиление. На все возможные крики об экономическом ущербе простоя шахт – тыкать горластым Чёрным временем. С натяжкой, но такие меры им можно оправдать.

– Считаю, этого мало. У нас ведь теперь не крошечный форт, а малая крепость. Но это по бумагам она малая. Мы тут столько помещений в склонах выдолбили, что в большой тесноте, но разместим всех. Урожай в третьей долине убран давно, можно бросать дома – ничего не случится с ними.

Это предложение Диниса больше походит на паранойю, но думаю, несогласных он не найдет. Плохое предчувствие, видимо, у всех на душе.

– А на такое число людей провианта и воды у нас хватит? Тем более, если пять месяцев сидеть здесь? – морщит лоб Рам, видимо, вспоминая нормы снабжения.

– Склады заполнены по нормам на пять месяцев гарнизону. Время еще есть. Отправим людей в Ретрошен и Ритош. Есть ещё накладные на три месяца обеспечения. Пусть пустят их в дело. Что-то ещё купим за живые деньги. Свезём все запасы из посёлков, забьём доверху склады, благо места нам хватит. И запас будет просто неприличный по своим размерам. С сегодняшнего дня прекратим перекрывать родник и начнем наполнять большой резервуар. Нужно только послать людей осмотреть его визуально.

– Отлично. Динис, бери с собой полсотни и отправляйся в Быстрый. Там останешься до двадцатого. Подгоняй работяг. К этому числу они должны всё перевезти и сами быть здесь.

– Лучше мне в Ритош отправиться – нужно будет ещё уговорить выдать припасы с их складов. Накладные-то для главных складов в Райте, – предложил свой вариант Динис.

– Ясно, тогда в поселки отправляем Арта: ты там многих знаешь, пропишешь им пинков, если начнут упрямиться.

– Патрули? – напомнил отсылаемый заместитель.

Действительно. Людей распыляем понемногу, а ещё и по горам бродить надо.

– С того же двадцатого к тёмным патрули, – решительно рубанул Рино ладонью перед собой. – Пусть гости с тёмными повстречаются – горевать не буду. Будут три десятка с амулетом порталов ездить на лошадях до третьего посёлка. Еще столько же до Ретрошена. Сигналы разработаем, будем давать пяток амулетов, чтобы знать точную ситуацию.

– Лошадей у шахтёров возьмём? – уточнил тот же Арт.

– Да, нечего им тут без дела стоять. Пусть на воле бегают, пользу приносят.

– А Ретрошен? – это уже Рам.

– Пусть им Ритош занимается, у них сил намного больше.

– Да они либо опять никого не пошлют туда – мол, не наша зона ответственности, либо пришлют жалкий десяток. А там две сотни людей и всего два десятка стражи.

– Не два, а три, но мысль я понял. Калас, из своей роты выдели три десятка. Поедут в Ретрошен. Если из Ритоша никого не будет до двадцать седьмого, то там и остаются на усиление. Если будут солдаты, но мало – меньше чем вас, то тоже остаются.

– Есть! – в волнении тот срывается на уставной стиль, из-за чего заставил меня прятать улыбку.

– В общем, Арт в посёлки. Брик, ты отвечаешь за организацию усиленных патрулей, учись. Аор, на тебе магическая поддержка. Мне кто-то обещал некие артефакты? До двадцатого чтобы всё было. За дело! Сегодня выделяете людей, инструктируете их, снаряжаете. Завтра с утра мне на стол списки личного состава и довольствия, маршруты патрулей, и выдвигаетесь. Все свободны.

Слабость – не слабость, не до неё сейчас. С Динисом узнали у курьера, когда он в обратный путь. Оказалось, завтра и сразу в Райт. Ожидаемо. Хотя мы надеялись, что он из Ритоша – прихватил бы тогда и наши бумаги. До Райта далековато для наших задумок, ну да это и к лучшему. Свернули в канцелярию. Я с помощью Рехлона составил письма в Изумрудное, Быстрое, Дальнее к местным медикам. Они должны составить прошения на имя начальника Ритошского луча, к которому они и принадлежали, о выделении двойных запасов алхимических медицинских зелий и наборов амулетов. Динис составил подобные, только по своей линии, к старостам, и мы послали с этими письмами солдата верхом в поселки. К вечеру должен привезти нам нужные бумаги.

Подумав, я всё же отписался в канцелярию провинции. Требовал пополнение магических запасов крепости по нормам боевых действий. В наглости своей списал половину имеющихся запасов зелий по тут же выдуманным причинам. Я посчитал, что обоз с продовольствием не успеет до декабря добраться из Райта, а вот почтовая карета с сундуком зелий – вполне. Подумал и догнал интенданта. Крепко наорали друг на друга… Но я победил, убедив его, что еще один лог сетийской крупы нужен меньше, чем полсотни зелий. Теперь почти все деньги, что оставались в казне, пойдут на медицинские алхимические наборы. Завтра с Динисом в Ритош поедет медик второй роты. Пусть скупает всё, что посчитает нужным. Отдал курьеру бумаги для канцелярии Райта. Ещё же артефакты: нужно что-то с ними придумать. Но не сегодня. Пусть Динис даже с бумагами из посёлков разбирается сам. Все завтра… Завтра…

Глава 20

Две недели, заполненные суетой, промелькнули в один миг. Но, как и намечали, к двадцатому числу жизнь в крепости вошла в спокойную, хотя и новую, колею. Все жители поселков разместились в помещениях, вырубленных внутри скал. Вышло что-то вроде гарнизонных общежитий. Места хватило всем, правда вышло тесновато. Но народ, ворчавший первые дни, потихоньку успокаивался. Немалая заслуга здесь была нашего интенданта. Опытный и мудрый человек, едва вернувшись из поездки, он поговорил со старостами. Уж не знаю, что Динис им рассказывал и чем убеждал… Вечером они с Рино выступили с речью перед жителями своих посёлков, так что теперь все считали себя в отпуске и пытались предаваться безделью.

Конечно, условия тут для отдыха не ахти – развлечений мало. Вернее, их нет вообще, и всем поначалу было скучно. Но затем народ взялся за инструмент и начал приводить в порядок свои жилища. Всё-таки сделаны они были грубовато. Зато теперь наши недочёты при строительстве не давали работящим мужикам маяться дурью. Поработают киркой или резцами пару часов, а затем собираются в кружки по интересам и налегают на пиво. Интендант, видя такое дело, приказал срочно поставить его ещё бродить и объявил ячмень стратегическим продуктом. Женщинам было и проще, и сложнее одновременно: заботы о семье на новом месте не давали им скучать.

Динис, вообще, золотой человек. Мало того, что он вечно поддерживает меня опытом и советом, так и связями обладает невероятными. Не знаю, каких усилий это стоило, но из Ритоша он привёл огромный обоз продовольствия. Явно больше, чем было положено по нормам на три месяца. Одно дело – получить то, что полагается, а другое – убедить выдать лишнее. Он и с медикаментами помог ротному лекарю… Начальник медслужбы луча не хотел выдавать ему медикаменты. Уже в который раз задумываюсь: почему он до сих пор в лейтенантах ходит и в Роге служит? Но, несмотря на все эти вечера, когда он делится опытом, всё не решаюсь спросить у него лично, а у других как-то неправильно.

Вся эта суета с переселением прошла мимо меня, почти не потревожив. Даже нагрянувший праздник основания Гардара не затронул меня своими тревогами подготовки и радостями застолья. Присутствовал на торжественной части, поднимал бокал вместе со всеми, даже что-то говорил сам… Но мыслями был в это время далеко. Я целиком ушел в заклинание, висящее над моим артефакторным столом. Очень уж хитрое плетение я пытался освоить. Полное тонких нитей, сложных переходов, с необходимостью вносить его в заготовку полностью, единым неразрывным заклинанием. Сначала его линии мне снились, потому что не мог в них разобраться. Не представляю, как раньше маги по плоским схемам работали? А когда плетение, наконец, далось мне, то из снов всё равно не ушло. Если вы за пять дней сделаете почти семь сотен артефактов с одним и тем же заклинанием, то в краткие часы отдыха и во сне вам не будет от них покоя. Невероятный объём работы: скажи раньше, что это реально для меня – не поверил бы. Ни за какие деньги я бы столько не сделал, но кто говорит о деньгах в такое тревожное время? Долг может заставить совершить невозможное.

Все мечи и алебарды гарнизона в момент удара на секунду увеличивали свой вес в четыре раза, окутываясь тёмным сиянием псевдоматерии. Пробы на манекенах в броне показали, что этого вполне достаточно для серьёзного увеличения пробивной силы. Теперь и рубящие удары, даже по сильным местам доспеха, стали грозным приёмом, позволяя прорубать броню или выбивать оружие из рук противника. Нужно только немного привыкнуть отдавать команду в нужный момент. К тому же необходимо приловчиться к поведению меча во время действия заклинания, когда на секунду псевдоматерия окутывает лезвие, а затем исчезает из нашего мира. И даже вне зоны Источника их накопителей хватало на десяток ударов. Для этого пришлось в рукояти оружия поместить солидный шарик рагнидия. Повезло, что мечи изначально делались с небольшой полостью в ней – все же кузнецу меньше работы. К моему восторгу, такой огромный объем работы дал мне новый скачок способностей. Мелькнула даже мысль, что мастером я могу стать ещё до истечения двухлетнего срока. Но я её тут же поймал и безжалостно порвал на мелкие клочки. Я, конечно, маг, и сглаз – это смешно. Но лучше перестраховаться.

А вот от лёгкой эйфории никуда деться я не сумел. Впрочем, возможно, она и позволила мне осуществить задумку с барбютами, которую просто скопировал с гвардейцев Покоев Сердца. Проще, конечно. Теперь прорезь для глаз и дыхания прикрывала пластина от магического Доспеха. Стрелы уже можно не опасаться. Болтом метателя с близкого расстояния и под прямым углом можно пробить, но тут уже шлем в любом месте не выдержит. Шлемы, к счастью, уже не снились. Привык?

Рагнидий закончился до крошки, все дела в крепости завершены. Патрули до конца системы долин ходят строго по графику: утром уходят, вечером возвращаются. Каждый берёт два комплекта из пяти сигнальных амулетов. Они пронумерованы. Активация первого означает, что патруль достиг контрольной точки, в нашем случае второго посёлка. Второй – обнаружена опасность. Третий – обнаружен портал. Четвёртый – под атакой людей. Пятый – под атакой тёмных. Ещё пять из второго комплекта будут означать силу портала или количество напавших. Кажется, мы сделали все, что могли… И теперь можно предаться безделью в компании остальных офицеров. Сегодня у нас Арт – дежурный офицер, только его нет в большом зале цитадели.

– О, Аор. А твоя тезка, Аори, о тебе спрашивала, – Рам глядел на меня и лукаво улыбался.

– А это кто? – не понял я.

– О-о-о-о-о! Как все запущено! – воскликнул Брик, пытаясь стукнуть меня по плечу. И попадая. Не так просто увернуться от мастера меча.

– Это одна из красивейших девушек Изумрудного. Учительница общего в школе, – Динис, вот от кого не ожидал. Тоже улыбается.

– Не может быть – что же она хотела от меня? – я почувствовал, как краснею. Тёмные! Тело, что же ты меня подводишь?

– О том, что она что-то хотела от тебя, пока говорить рано, но ты произвёл впечатление почти на всё женское население Изумрудного. Многие горят желанием свести с тобой знакомство, – улыбаясь, пояснил Рино. – Но твоя занятость…

– Занятость! – возопил Рам, возмущённо вскакивая со скамьи. – Скорее, его стеснительность и ретирады, доведённые почти до совершенства, ставили крест на всех их попытках знакомства!

– Ну-у-у-у, – с усмешкой протянул Рино. – Можно и так сказать. Тогда выражусь так, чтобы нашему любителю мемуаров было понятнее. Аори решилась на стремительный обходной маневр и спланировала яростную атаку.

– Э-э-э… – это всё, что я смог из себя выдавить.

– Разузнала, что ты вчера закончил с последними артефактами, и начала наводить мосты, – снисходительно добавил Рам.

– Мосты? – я, наконец, взял себя в руки. Стыдно немного, но что поделать? Ведь действительно избегал всех этих восхищённых девиц из Изумрудного.

– Она с подружками хотела бы присоединиться к нашей вечерней беседе в клубе.

Рам улыбается от уха до уха, подлец. Я под их взглядами, как на сковородке.

– Там ещё и подружки?

– Э, нет! Твоё дело заниматься своей тезкой. А на наших девочек не отвлекайся. А то я смотрю, ты бросаешься из крайности в крайность, – Рино грозит мне пальцем.

– С каких пор у вас есть девочки? – я огрызаюсь. – Тоже со вчерашнего дня?

– Ну, в отличие от некоторых магов, отдающих все силы своему искусству, мы не забывали и о реальном мире.

И это говорит человек, заставивший меня сделать почти тысячу артефактов за две недели! Превратившего меня в человека-артель. Ну, погоди! Я тебе это припомню.

– Так что с её подружками мы знакомы уже давно. Знаешь, иногда приятно провести вечер не в клубе с вами и «Вестником» в руках, а под звёздами с девушкой, – подсмеивается Рам.

– Эй, молодой, ты имеешь что-то против нашей компании? – грозно вопрошает Динис.

– Нет. Ты что, старший товарищ! Просто я за разнообразие досуга, – ехидно отвечает Рам на притворный дружеский гнев.

– То-то, а-то будешь пить по вечерам кислятину в наказание.

– Ты что! Не опускайся до столь мелочной мести! – испугался Рам, который был ценителем вина и вместе с Бриком пытался нас научить в нем разбираться.

– Так я и знал! – обвиняющим жестом ткнул ему в грудь Динис. – Он терпит нашу компанию только из-за вина. Вот так и всплывает правда!

– Бей его! – командует Рино. И на пару с комендантом наваливается на Рама, шутливо пытаясь задушить его.

Вот так меня поставили перед фактом, что вечером в нашем клубе появятся девушки. Сидя в своём любимом кресле у камина, я пытался подавить волнение. Всё же мой опыт общения с прекрасной половиной человечества был невелик, да и давно устарел. Ещё со времён школьной скамьи. Так что я лихорадочно обдумывал подходящие темы для беседы.

– Привет, мальчики, к вам можно? – оборвал мои метания нежный голос.

– Конечно, конечно, – мы встали, приветствуя очаровательных гостий.

– Мы уже заждались. И почему вы захотели прийти сами? – стал возмущаться Рино.

– Ой, тогда мы не смогли бы спокойно собраться, ты бы постоянно нас поторапливал, – одна из девушек покачала перед его носом пальчиком и решительно опустилась к нему на колени.

– Или ехидничал, – засмеялась другая.

– Девушки, познакомьтесь. Это наш герой, маг Воздуха и Земли, лейтенант, младший мастер Ранид. Но для вас просто Аор.

– А это Ланис, Риола и Аори. Самые красивые девушки Ритошского луча.

– Очень рад с вами познакомиться.

Я постарался изобразить лучшую свою улыбку. Надеюсь, я не выгляжу как счастливый идиот.

– И нам, – заулыбались девушки в ответ. Улыбались они гораздо лучше меня – просто обворожительно.

– Аор, а почему вы не тренируетесь утром с мечом? Вот остальные выполняют комплекс с мечом, а вы нет, – Аори подняла на меня взгляд из-под чёлки.

– Давайте на ты, я ещё не дожил до седин, – соберись, Аор, не нужно блеять!

– Легко.

– Но не уходи от вопроса, ведь посёлок подарил вам, ой… тебе красивый меч, – поддержала подругу Риола.

– Девушки, но я ведь маг, – нельзя идти на поводу: нужно атаковать в ответ. Это я помню точно.

– Ну и что? – округлила глазки Ланис. – Мужчина с мечом выглядит гораздо, гораздо… мужественнее, вот.

– Согласен, но какой меч мне подарили? – так просто меня не возьмёшь, а девушка сама подставилась.

– Э…

– Большой! – помог я с ответом. – Посмотри, например, на Рино. Он здоровый, мускулистый. Если он махнет таким мечом, сразу видно – воин!

Риола довольно заулыбалась, Рам хотел, видно, вставить что-то язвительное, но получил в бок локтем и благоразумно промолчал.

– А ты?

– А что я? – я демонстративно пощупал бицепс. – Лучше я каменюку в пару сотен килограммов вокруг себя кружить заставлю. Каждому своё. Сильным воинам – большие мечи, а хилым магам – маленькие камни.

Я, конечно, изрядно прихвастнул. Даже у магии есть свои ограничения. И вес для левитации – одно из них. Но своего я добился. Девушки заулыбались. Впрочем, даже без улыбок они были обворожительно красивы. Ничуть не похожи друг на друга и каждая по-своему прекрасна. Риола – высокая, стройная, с длинной гривой волос пшеничного цвета и голубыми глазами. Не знаю почему, но меня всегда пугали люди с такими глазами. Мне тяжело встречаться с ними взглядом, что-то в них есть пугающее и холодное. Но, конечно, девушка эффектная – под стать Рино, приятно глянуть на них вместе. Как говорят, идеальная пара. Ланис – пышная маленькая зеленоглазая хохотушка с густой копной рыжих кудряшек. И Аори: кареглазая, с тонкой талией и тяжелым водопадом каштановых волос до лопаток. Мне всегда нравились женские имена, начинающиеся с гласных: Орио, Улия и Аори. Признаться честно, девушка мне очень понравилась, и я провел прекрасный вечер, наслаждаясь беседой и её красотой.

Глава 21

Мне казалось, что за моей спиной появились крылья. Наверное, так оно и было на самом деле, ведь влюбленные – уже не совсем обычные люди, а в чём-то волшебные существа. Для них мир меняется, а они меняются для мира.

Я влюблен. Окончательно и бесповоротно. Так, как никогда ещё в своей жизни. И, мчась вечером на свидание, я пользовался крыльями во всю их мощь. Не удивлюсь, если мне сказали бы, что вокруг меня действительно видны огромные полотнища крыльев. Я летел над землей, казалось, даже не касаясь её, ощущая бурлящую в венах силу стихий, и думал только о ней. Об Аори…

– Расскажи о себе.

Попросила девушка, удобнее укладывая голову у меня на коленях. Я прихватил с собой небольшой коврик, сплетённый из грубо выделанного льна, и мы уютно на нём устроились под, пока ещё, небольшим деревцем в зимнем саду. Чтобы нам не мешали, я выставил вокруг нас туманные Стены воздуха. Ровно настолько, чтобы не отвлекали взглядами и не подумали чего дурного.

– А что ты хочешь знать? – утонул я в глубине её тёплого взгляда.

– Всё.

– Ответ за ответ. Мне тоже интересно узнать о тебе больше.

– Хорошо, – взмахнула ресницами моя Аори.

– Я из провинции Уорд. Из небольшого, ничем не примечательного, поселка, – я немного помолчал и, не дождавшись ответа, принялся её щекотать.

– Хватит! – воскликнула девушка. – Я из самого Милора.

– Сюрприз. Приятно познакомиться с такой очаровательной соседкой, – я дотянулся до её губ, срывая поцелуй.

– Приятно, когда тебя целует такой сосед, – вздохнула Аори. – Но и ты не забывай рассказывать.

– Родители у меня силой не владеют. Отец строитель – пилит, а мама работает в управе нашего луча, – продолжил я после ещё одного поцелуя. – Её зовут Ирис.

– Хм, редкое имя.

– И красивое, – добавил я своё замечание.

– А у меня? – надула губки Аори.

– А у тебя, – я снова склонился к её губам и тихо выдохнул за мгновение до поцелуя: – Прекрасное!

– Убедил.

Она завозилась, заново устраиваясь на моих коленях. Я же, не дождавшись ответа, возмутился:

– Аори! Я так не буду ничего рассказывать! Договаривались: ответ за ответ!

– Хорошо-хорошо! – девушка шутливо подняла руки в символической сдаче. – У меня папу зовут Рам, он адепт четырёх стихий, работает на верфи, строит корабли. А мама – я пошла по её стопам – учительница. Она – Улия.

– А это разве не редкое имя? – удивился я.

– Нет, – Аори глянула на меня из-под чёлки. – У нас в то время много девочек получили это имя.

– А у нас оно даже более редкое, чем Ирис, – пояснил я ей своё удивление. Она в ответ только пожала плечами, что лёжа смотрелось очень смешно и забавно. – Интересная работа у твоего отца. Это, наверное, здорово: строить такие замечательные штуки, как корабли. У меня отец всегда сожалел, что не владеет силой и многое в своём деле не может сделать сам.

– Наверное, ты прав, он всегда с радостью рассказывает о работе. В детстве брал меня на верфь. Эти остовы казались такими загадочными, будто это заснувшие живые гиганты. Но потом я выросла, и очарование пропало… – сморщила носик Аори.

– Жаль – грустно, когда сказка уходит. А сюда ты попала по распределению? – я вёл пальцем по её шее, прослеживая изящность изгиба и нежность чуть смуглой кожи.

– Да, сюда на три года. Следующей весной заканчивается срок. Потом, наверное, в Ритош. Прекрати, так мне тоже щекотно!

– Жаль, – я стал перебирать пряди её волос, любуясь их блеском в лучах светильников. Полтора года, это так далеко… – Тебе здесь не надоело? Может, поднимемся наверх?

– Давай, – Аори с хитринкой сверкнула глазами из-под чёлки. – Покажешь что-нибудь интересное из магических штучек…

Я подхватил её на руки, развеял Стены, и, осторожно покружившись с ней, понёс мимо остальных отдыхающих в саду к лестнице на верхние этажи. Это правильно: нести девушку, не пользуясь магией, ощущать вес её тела и наслаждаться ощущением счастья на своих руках. Я шёл, не замечая улыбок и взглядов окружающих, утопая в её глазах, качаясь на волнах счастья и чувствуя, как с каждой ступенью я поднимаюсь в небеса. А в спину нам летела старая баллада.

Подбирала слова для любви, а нашла для молитвы.

Смысл двух этих таинств, наверно, не слишком различен.

Если заняты руки и губы, а сердце раскрыто,

Получается песня. Особая песня. На птичьем.

И впервые ликуя – сегодня не надо прощаться…

(Словно дети, в блаженстве земном и небесном утонем…)

Я люблю тебя. Создатель, цельно и частно…

Счастье – вот оно счастье, лежит у меня на ладони.[1]

⁂

– Расскажи, как ты создаешь новые заклинания, – прижалась к моей спине Аори.

Это невероятно приятно, ощущать её горячее тело сквозь тонкую одежду.

– Вообще, новые заклинания создают только маги уровня архимага или, в крайнем случае, старшего магистра.

– Но Рино, например, говорил… – хмурясь, начала Аори.

– Я знаю, – перебил её, – сам не раз говорил ему, что придумал новое заклинание. Хочу, чтобы ты знала, как это на самом деле. Я просто работаю со стандартными блоками плетений. Нам подробно объясняли в своё время законы и правила их сотворения. Обеспечили материалами для дальнейшего развития. И чётко зная, что к чему, меняя отдельные элементы в блоках, я могу добиться нужного мне результата. Или сплести новый блок с нужными мне свойствами. Видишь вон тот справочник?

– Ещё бы я не заметила такой здоровый талмуд.

– В нём описываются все стандартные блоки и приводятся примеры того, как их можно применять. Если бы там приводились всевозможные варианты, то он бы оказался раз в сорок толще.

– Кошмар.

Она куснула меня за ухо, заставив поёжиться, но не прервать объяснение:

– Потому каждый маг легко меняет доступные ему заклинания под себя. А вот сотворить действительно новое и необычное заклинание могут только исследователи, хорошо разбирающиеся в законах магии. Они и выводят новые правила плетения, совершенствуя имеющиеся до предела. Мне до этого ещё далеко…

– Скучно всё это, долго ты ещё будешь сидеть за этим столом? Пошли лучше к Ланис в гости.

– Хорошо, если ты так хочешь, я закончу потом, – покладисто согласился я, стараясь угодить девушке.

Чтобы сделать приятное Аори, я даже втайне потренировался с эспадоном и однажды вышел с ним на утреннюю тренировку. Впрочем, я держал его не в руке… Переделал структуру Хлыста и вложил в него меч. К удивлению, моя уверенность в превосходстве плетения перед мечом оказалась ложной. Да, оно имело такие же острые рабочие грани, но вот массы ему не хватало. Чучело, облаченное в доспех, буквально распадалось надвое после удара эспадона, ставшего весить при соприкосновении с ним больше двенадцати килограммов. Но Хлыст был гибким, хотя на него мое плетение веса не ложилось. В общем, я потренировался в одновременном их применении и остался доволен. Да и столь нужный мне эффект оказался достигнут. Восхищенная Аори, растерянный Рино, с улыбкой вставший против меня в круг.

Теперь он не знает, как меня достать, даже несмотря на то, что артефактной составляющей мечей мы не пользовались. Во-первых, мой двуручник летал в метре от меня, а во-вторых, я подло уходил на магический план и там, пользуясь растянувшимся временем, планировал атаки и защиту, не давая приблизиться к себе. На место меня поставил только Брик ра Тенус. Вот против кого мои хитрости не помогли. Он с улыбкой выскользнул из толпы, окружающей площадку.

– Ну, – подойдя вплотную и понизив голос, поинтересовался он. – Полагаю, что восхищение девушки ты получил?

– Думаю, да, – я невольно покосился на сияющую Аори.

– Тогда пора вступиться за честь простых воинов, – с пафосом произнес новый командир первой роты.

– Это ты-то простой?

Я в сомнении покачал головой… Мастер меча, приставка ра, а в голове ещё всплыли его рассказы о начале тренировок с отцом и дядей в восемь лет.

– Конечно, простой, даже не сомневайся: я каждого, кто захочет, научу так махать мечом, – засмеялся Брик. – И я тоже хочу восхищенных вздохов какой-нибудь девушки. Нападай!

Я тут же ушел в Сах, чтобы успеть среагировать на его движения. Но все это оказалось бесполезно. Он просто расслабленно стоял передо мной, сжимая обеими руками обычный средний меч в позиции вперед-вверх. А каждую мою атаку он встречал плавным неторопливым движением лезвия. Его меч, казалось, выписывал круги, касаясь которых, мой длинный и тяжелый двуручник терял направление и мощь, уходя в сторону от цели. Мне ничуть не помогала скорость мышления. Каждая моя атака была для него как открытая книга. Лишь проводя длинный выпад с использованием всей возможности Хлыста, я смог заставить его сделать короткий шаг в сторону. Но и сам я оказался в опасности, оставшись полностью беззащитным перед ним. Я вышел из Сах и развел руки, признавая поражение.

– Хорошо, – подал голос мой противник, не переставая улыбаться. – Теперь я.

Я стиснул зубы – что-то эта улыбка начала меня раздражать – снова ускорился. План, нужен план. Меч горизонтально, быстрые короткие уколы должны мне помочь. Тщетно. Быстрый взмах его клинка, словно щелкнувший по кончику моего оружия. И Брик прошёл сквозь удары моего меча, словно и не замечая их, преодолел пустое пространство за один шаг и обозначил удар в горло.

– Эй, ты нормально? – Брик заглянул мне в глаза.

– Да.

Я вздохнул и постарался успокоиться. Что это я? Меч – не моё. Да и не важен этот проигрыш. А важно то, как смотрела на меня Аори.

– Просто не хочу, чтобы у тебя были ложные надежды. Всё же мы солдаты, и в бою это может для тебя плохо кончиться, – уже без своей раздражающей меня улыбки продолжил Брик.

– Хорошо, хорошо! Я всё понял.

Как ни странно, слова моего недавнего противника развеяли мучившую меня досаду и злость, не оставив от неё и следа. Я протянул руку, и ра Тенус тут же её пожал. Что хорошо – Аори уже ждала меня.

⁂

К сожалению, в крепости, что находится почти на осадном положении и вместила в себя четыре нормы населения, мест, где можно уединиться влюбленным или развлечься, почти не оставалось. Зимний сад, прогулки по тыловой зоне щитовых стен и обзорная площадка чуть ниже поста на дозорной башне. Здесь мы встречали закат, любуясь, как красный шар солнца уходит за горизонт, окрашивая в нежные оттенки облака, и нежно целовались, не стесняясь остальных на площадке. Впрочем, большая их часть занималась тем же. Уж очень романтичное место…

⁂

Я сделал Аори магическую бабочку, которая должна сидеть на её плече и иногда облетать хозяйку. Подарок я приготовил ещё с вечера, а утром, сжимая крохотный артефакт, любуясь спящим ликом девушки, я прошептал всплывшие в памяти строки:

Ты вся – загадка, вплоть до ноготков,

Очарованье глаз, что рождены росою,

И смех – на целом свете только ты порою

Смеешься так, и всё же нет, мне не хватает слов…[2]

– Доброе утро, – я поцеловал тёплые губы, наслаждаясь их сладостью, осторожно пробуждая спящую красавицу.

Аори потянулась и, раскрыв свои прекрасные глаза, ещё подернутые пеленой сна, увидела перед собой полупрозрачную бабочку, сотканную из мерцающих слоев уплотненного воздуха, осторожно качающую крылышками.

– Ох, какое чудо! Это что? – сон в глазах быстро сменился детским восторгом.

– Это мой тебе подарок. Вот эта брошка-артефакт создает бабочку. Нажимаешь и держишь вот этот камушек, чтобы она появилась или исчезла. Сюда, чтобы она взлетела и сделала вокруг тебя круг.

– И сколько она будет летать? – Аори осторожно приняла в ладошку украшение.

– В пределах Источника – постоянно.

– Спасибо! Ты не замерз?

– Нет.

– Глупый, ты замерз! Иди ко мне.

⁂

Но быть с любимой постоянно не получалось: всё же и у меня, и у неё были свои заботы. И я, неожиданно даже для себя, оказался на площадке, где наши командиры рот, мастера меча гоняли троих рядовых и сержанта. Их они выбрали, прогнав через спарринги всех солдат нашей крепости, как стоящих их усилий. Сержант знаком мне по десятку выходов. Имена солдат смутно помню. Они пару раз звучали по вечерам.

– Лэр лейтенант, – кивнул мне Брик. – Чем обязаны?

– Есть ли у меня шанс присоединиться к вашим ученикам, тонму офицеры? – озвучил я неожиданную идею, что родилась при виде их компании.

Брик и Калас переглянулись.

– И зачем вам это? Будем откровенны, – Брик бросил короткий взгляд на замерших учеников. – Не спим! Продолжаем! Будем откровенны, я оценил ваш уровень в прошлый раз. Вы оставались последним офицером крепости, с которым я не скрещивал клинки. И вы оказались самым бесталанным из них.

– Я вполне это осознаю, – криво усмехнулся на эту правду. – Но у меня есть огромное преимущество перед любым из них.

– Сах. Верно. Но зачем меч магу? Зачем использовать боевой транс мага для столь обыденной вещи? – Калас решил поддержать товарища.

– Вы изрядно удивились бы, узнав, для сколь обыденных вещей используют Сах по нужде и без неё, – отмёл я возражение.

– Допустим, – коротко кивнул ра Тенус, напомнив мне этим жестом другого ра, которого я считал другом – Ра Чалома. – Остаётся вопрос – зачем?

– Вы уже должны были слышать, что я весьма странный маг, который делает массу вещей, магам не положенных, – я замолчал, но, не дождавшись вопроса со стороны мастеров, продолжил: – Мне случается быть и в патруле, и в строю. Однажды, когда мне придётся экономить ману, это может стать моим козырем. А вы пообещали научить любого желающего.

– Снова допустим. Но это также означает, что учить мы будем и строю в том числе, – Брик прищурился, ожидая моей реакции.

– Поверьте, я буду только рад, – улыбнулся на эту простую проверку.

– Так, что тут у нас? – раздался жизнерадостный возглас из-за моей спины. – Ай-яй-яй. Раз только опоздал и пропустил такой интересный момент!

– Тонму старший лэр-лейтенант? – моему удивлению не было предела.

– Аор, будь проще, – разбил мой официоз старший товарищ. – Ты же сам это любишь. Поверь, здесь все простые ребята. А если наши молодые начнут позволять себе лишнего, то Дорг мигом вправит им мозги. Да, Дорг? Тебе хорошо слышно?

– Да, – нехотя отозвался с площадки названный сержант.

– Да хватит смотреть на меня с таким детским изумлением, – Динис ткнул меня в плечо. – Ты что, думал, будто я и впрямь старая перечница, которая только и может нудеть тебе над ухом, поучая жизни и уставам? Я не хотел тебя обижать тогда перед твоей девицей.

Тут я привычно поморщился: единственное, что вечно портило мне настроение в эти дни – пренебрежительное отношение Диниса к Аори. Хотя я прекрасно помню, как в день знакомства он был приветлив с ней. Но что изменилось, он мне так и не сказал. Да и вообще. На что он сейчас намекает?

– Чего? – протянул я недоверчиво.

– В круг! – радостно завопил Тарган, неожиданно открывая мне себя еще с одной стороны. – Сейчас я задам тебе жару!

И он действительно задал. Мне снова не помогли Сах и длина Хлыста. Хотя, конечно, произошло это не так ультимативно, как с Бриком. А все свободное время вне компании Аори, я стал пропадать за тренировками под присмотром Брика.

⁂

– Поднимаемся, – мне в бок прилетел легкий пинок, который я уже привычно сбил локтем. – Что-то ты сегодня быстро устал.

– Кто-то сегодня сильно на меня наседал, – огрызнулся я, не торопясь вставать.

– Так! – протянул мой мучитель. – Ученик, что за выкрутасы. Я сказал тебе: встать!

– Всё, всё. Уже! – я с кряхтением, преодолевая сопротивление натруженных мышц, поднялся с приятно прохладных камней площадки.

– Отлично. Берём легкую колотушку и демонстрируем мне пять позиций.

Я, пользуясь Сах, постарался максимально точно изобразить требуемое.

– Плохо запомнил, – вынес вердикт Брик. – Отрабатываем ещё раз.

– Раз!

Я замер, демонстрируя первую позицию. Дождался, пока Брик выправит небольшие ошибки в отведении рук от корпуса, и ушёл в Сах, внимательно запоминая верное положение.

– Давно хотел спросить, а что у тебя так странно заклинания названы?

– Два! Это какие? – уточнил я.

– Хотя бы твой Пробой. По мне, Жало, Осиный улей или Смертельное шило гораздо круче!

– Чё? – я от изумления опустил руки. – Смертельное шило? Ты, вообще, нормальный?

– Что сразу – ненормальный? – обиделся Брик. – Осиный улей круче звучит, чем твой Пробой. И вообще, в позицию встал, немочь магическая!

⁂

Неделя пролетела как один день, в волшебном тумане, в ощущении сказки… Но жизнь поспешила напомнить о себе сначала так и не вернувшимся отрядом из Ретрошена, а затем и ночным заполошным стуком в дверь.

– Тонму лейтенант! Вас требует комендант: у нас сигнал на Амулете порталов.

– Что такое? – испуганно вскинулась Аори.

– Служба зовет, не бойся, всё будет хорошо, спи, – я снова накинул на неё одеяло.

– Тонму лейтенант! – снова позвали меня.

– Иду!

Глава 22

– Что у нас тут? – я ворвался в дежурку сигнальщиков.

– Гляди сам, – Рино кивнул на постамент в центре комнаты.

На нём, в гнезде, лежал Амулет Порталов. Я растолкал остальных офицеров, пробиваясь к нему, и увидел в глубине мерцающий тёмный огонек. А чего ещё я ожидал? Посыльный сказал всё в первой фразе. Но человек всегда желает удостовериться сам. Я прищурился, вглядываясь в амулет. Хорошо в горах определять, где прорыв: ему нужно открытое место, не скальный выступ и не пещера. Выбор у нас: предгорья у Ретрошена и долины. В нашем случае – явно долины, уж точность сто двадцать градусов Амулет обеспечить может. И недалеко. Амулет добьёт чувствительностью только до середины второй, а огонёк не у края.

– Надо выдвигаться, сигнал не очень силён. Думаю, если мерить в Волках, то голов двадцать.

Рино выжидающе смотрит на Каласа: он сегодняшней ночью дежурный по гарнизону, должен принимать решение. Ему, молодому лейтенанту только из училища, полезно. Так, видимо, считает командир.

– Значит, дежурная группа, Арт и Брик – выдвигаетесь на поиск. Я поднимаю резервную группу на случай неожиданностей, старший Рам.

Это по двадцать человек там и там. Вполне нормально. Я волков могу, наверное, и сам уничтожить – как и оба мастера меча, впрочем.

– Хорошо, – наш комендант кивает и разворачивается ко мне. – Аор, мы после того, как ты клуб превратил в кусок ортовского сыра, в твоих силах уверены. Брик, то же самое. Но прошу вас вступать в бой только в крайнем случае. Лучше страхуйте бойцов и дайте им самим уничтожить тварей.

– Хочешь, чтобы они опыта набирались, – понимающе хмыкнул я.

– Пока нет ничего серьёзного, нужно их натаскать.

– Так ведь последних тварей, считай, добиваем, опыт сражений с ними не пригодится уже, – скептически хмыкнул Рам.

– Их ещё добить нужно, а боевой опыт никогда не бывает лишним, даже если твари другие, – жестко ответил командир.

– Понял, понял. Не прав. Всё сделаю, – шутливо вжал голову в плечи провинившийся Рам.

– Тогда закончим. С вами Демиург!

Мы с Бриком буквально скатились по ступенькам. Он в комнату дежурной смены, а я дальше по коридору, к своим комнатам. В спину ударил его рёв.

– Боевой выход в долины! В ранцы суточный паёк. Оружие бе…

⁂

Я быстро собрался, без всяких доспехов на этот раз. Только тёплая одежда под цвет мрачного леса, ожидающего первого снега, тревожный рюкзак с бытовыми мелочами, посох, амулеты. Мельком глянул на эспадон, но промчался мимо. Как я им буду в лесу орудовать?

Выскочил во двор; мой отряд уже выбегал из цитадели – пришлось догонять и пристраиваться в середину. Сперва растянул Сеть на добрых две сотни метров. Затем напитал энергией Доспех, Хлыст, Ночной глаз, вывесил в десяти метрах две сферы Пробойника. Всё – участков ауры, способных поддерживать активные заклинания, не осталось. Зато я в полной готовности встретить врага. Проверил посох и поморщился: полупустой, выговор мне – давно пора переделать накопитель. Наполнил посох маной до предела и накинул на свою ауру ниточку силы из Родника Орба.

– Бойцы, принять зелье номер три для ночного зрения, – скомандовал Брик.

На бегу, не останавливаясь, все полезли в кармашки на поясах. Я же внимательно осматривался по сторонам, позволяя умному плетению Глаза показать мне живых в окружающих зарослях. Брик же продолжал раздавать указания, назначая людей в дозоры. Боковым придётся хуже всех – они будут бежать по лесу. Но мы спешим, будем ориентироваться по ним. Моя Сеть – это хорошо, но порядок прежде всего.

⁂

Я каждые тридцать секунд расширял сеть до полукилометра, и с седловины, между первой и второй долиной, поймал огоньки тёмных тварей, беснующихся вокруг провала в моих нитях. Почти три десятка Волков.

– Три десятка Волков в полукилометре отсюда, – сообщил Брику.

– Так, там дальше широкий пологий спуск и деревья. А тут не меньше шестидесяти метров до прохода. Залп – и успеем мечи, щиты поднять. Приманивай сюда, – Брик забегал, расставляя людей.

Я развернул ауру, напитал силой, заставляя её светиться от переполняемой энергии. Тварюшки, видите – еда! Ко мне бегите. И принялся активировать сигнальные амулеты, сообщая о вступлении в контакт с тёмными и их численности… И тут в своем отдельном кармане запульсировал амулет вызова. Я выхватил его, не веря своим ощущениям. Сигнал из крепости!

– Что? – Брик увидел, что я превратился в статую, и подбежал ко мне.

– Сигнал из крепости. Что-то случилось там, – я ответил с недоумением и некоторым испугом.

– Эти далеко? – мотнул головой Брик в темноту.

– Чуть больше двух сотен метров.

– Хорошо, быстро расстреливаем их, зачищаешь портал, и мчимся обратно, – вижу, что и Брику неспокойно. – Отряд! Лучники – по возможности. Остальные ждут моей команды на общий залп.

– … и пророков их!

На мою сеть вползли пять яростных огней. Вползли с тыла – оттуда, откуда мы пришли. И это были явно не Волки. Я погасил Хлыст и напитал силой Дальнее око. Темные рыцари!

– Брик, сзади пять Рыцарей, две сотни метров! – заорал я.

– Спокойно! С нами маг! – лейтенант подскочил ко мне и яростно зашептал. – Задержи рыцарей. Пока не расстреляем Волков, не дай ударить нам в спину.

– Э-э-э, – я впал в ступор.

Нет, Брик! Это ошибка! Рыцари для магов особенно опасны, они владеют особой школой Эфира, и заклинания в области вокруг них не приносят им вреда. Их убивают косвенным действием, но не с моими возможностями. Взрывная волна моих Сфер, активированных на краю защитной ауры Рыцарей, не сможет даже оглушить. А где тут скалы, которыми можно их завалить? Здесь открытая площадка метров сто шириной, да и не себе же на головы камни швырять? И деревьями этими я их не завалю. Рыцаря обычно выносит десяток солдат при поддержке пары человек с метателями. И даже без магов. Вот только нас всего двадцать два человека. Пусть даже Брик прыгнет выше головы и заменит собой еще два десятка, остается еще один! Как мне прыгнуть выше головы?

– Сарк! Видишь их? Попробуй достать! – выдал указание наш командир лучшему лучнику отряда. Бесполезное, в общем-то. Но не стоять же.

– Есть, тонму лейтенант!

Остальные, продолжающие выцеливать Волков, даже не повернулись: вот что значит дисциплина и доверие товарищам, прикрывающим твою спину. Но видно, что некоторые втягивают голову в плечи при каждом хлопке тетивы.

– Брик, не смогу сдержать, – решился я. – Меняемся: разворачивай всех, я на Волков!

– Тонму лейтенант, отбивают стрелы, гады, – Сарк скрипел зубами.

– Жди, пока не подойдут! Отряд! Кругом! Разбились на две группы, выбираем цели по удалённости! Огонь по команде! Всем принять четвертое зелье, боевое.

Есть шанс, что двоих Рыцарей шестнадцать мечников и четыре лучника смогут убить быстро, тогда силы станут равны, и мы ещё поборемся. Как ни поступи, лучшего выхода нет. Я против Рыцарей совсем бессилен, Брика и солдат тоже мало для уверенной победы, я с мечом против Рыцаря не выстою. Будем надеяться, что бойцы смогут двоих поразить массовым залпом болтами и стрелами. Все же по десять стрел и болтов будет на каждого. Если выйдет, то у Брика есть хороший шанс. У меня тоже ситуация не сахар… Три десятка быстрых целей, которые выскочат из-за поворота всего в пятидесяти метрах от меня. Сложная задача: всех могу не достать. Хотя. Главное – не дать им бежать дальше, к спинам солдат. Надо стать лакомым куском, лезущим прямо в пасть. Почему я не взял свой двуручник! Почему я вообще не взял меч!

Я кинулся к повороту, разрывая дистанцию между собой и солдатами. Вовремя. Появилась первая тварь. Мы мчались навстречу друг другу. Прыжок! Я упал, прокатившись у неё под брюхом, пропуская за свою спину тушу, располовиненную Хлыстом. Прокатился по земле с расчетом уйти левее, чтобы мне открылся поворот. Выплеснулась основная волна тварей, и я, ещё не встав с земли, выложил им под лапы цепочкой сразу три Сферы воздуха. Толчок! Большую часть волков смяло в единый кровавый комок. Тиски, сжимающие мою голову, сразу ослабли. Но передние и задние враги уцелели.

Под первых трёх еще Сферу, пока расстояние позволяет не бояться её действия самому. Я надеялся, что все уцелевшие Волки будут стремиться убить меня, пылающего такой вкусной для них силой, а не кинуться за мою спину… Так и случилось. За секунды они сократили расстояние. На пробу я метнул Копье. Волк, заметив сгусток проявляющейся материи, прыгнул, уходя с линии разгона заклинания. Ожидаемо: реакция у них хорошая. Ни провернуть трюк, который я бойцам показывал на стенах, ни швырнуть много Копий, не давая увернуться, уже не успею… Что же, пора потанцевать со смертью. Впереди меня висели Пробои. Их Волки не видели, и я стал сметать набегающих Волков уколами воздушных игл. Все. Финишировавших в данном забеге победителей не оказалось. Зря опасался. Это оказалось гораздо легче, чем ожидал.

Быстрее обратно! В Сети видно, что общим залпом одного Рыцаря нашпиговали железом до смерти. Но оставшиеся втянули людей в кровавую мясорубку, не позволяя натянуть метатели и повторить успех. Стрелы лучников они либо отбивали, либо те бессильно соскальзывали со щитов и доспехов. Вот тебе, Динис, жизнь и показала, кто прав в споре с метателями. Если бы пружины оказались слабее, то болты ждала бы такая же участь. Рыцари вживую – умелые рубаки. И сила их оказалась равной Брику… Мои надежды, что он сможет победить двоих, были разбиты. Он еле держится под градом ударов, отступая и не давая атаковать себя с разных сторон. Тёмные доспехи всех Рыцарей зияли лишь небольшими прорубами, а вот несколько наших ребят уже лежало на земле. Но лучники не растерялись. Без команды бросились в стороны, разнося линии стрельбы. Попытаются достать слабые места доспеха или щель забрала. Но вот один из бойцов бросился поднять метатель. Куда!

– Одис, назад! – орет Брик, всё же успевающий контролировать окружающее.

Поздно – срубил Рыцарь беднягу. Заметил угрозу. Хорошо, что бойцы, не сумев придержать его рывок, хоть не дали ему добить парня.

Я добрался до дистанции уверенного плетения и выложил под ноги одному рыцарю Конфликт, вложив в него половину запаса Орба. Тщетно. Как и описывалось, заклинание не сработало, дав время Рыцарю уйти из зоны действия. Я даже не смог забрать обратно энергию из плетения, она потянулась шлейфом за аурой Рыцаря. Копьё, еще одно. Рыцарь принял под углом на щит первое, а от следующего увернулся и стал прикрываться от меня бойцами.

Ну ладно, тварь! Есть еще способ! Наши солдаты тоже не дурные, окно обеспечат. Я добежал до ближайшего лучника (им оказался тот самый Сарк) и начал вывешивать перед ним свое зубодробительное Касание. Конечно, оно уже готовое, но пока напитаешь маной два таких сложных плетения, в реальном мире пройдет секунд семь. Сделал светящуюся окантовку рабочей зоны.

– Сарк! Стреляй через кольцо!

Есть! Не успел урод отбить ускоренную стрелу и получил её в плечо. Стрела разлетелась в мелкие щепки, но наконечник доспех пробил точно: рука-то повисла! Ну, держись! Я, наконец, расстегнул кармашек с шипами, и следующая стрела Сарка оказалась не одинока. Она ушла в сопровождении всех моих шипов, превратив доспех Рыцаря в решето. Запнувшийся тёмный тут же получил меч в горло. Повторить успех не вышло. Не успел я переместить плоскость заклинания, как ближайший Рыцарь разметал окруживших его и бросился на нас с Сарком. Походя отбил выпущенную в него стрелу и прикрылся щитом. Понимал, тёмная тварь, что его смерть – дело времени, и решил взять хорошую цену за свою жизнь. Копьё? Вряд ли. Я начал менять набор заклинаний.

– Назад! За спину! – я швырнул Сарка Хлыстом, уточняя, куда ему нужно убраться.

Ну, давай, урод! Если ты меня и убьешь, то больше никого не сможешь! Уж Доспех и Хлыст тебе не развеять! Эх, зря, зря я не прихватил эспадон. Точно! Развернувшись к валяющемуся лучнику, я телекинезом утащил у него меч. Поборемся еще!

– Вечность Ауридису! – пророкотал Рыцарь перед столкновением.

– Барр-а-а-а!

Всё-таки поймал он меня на движении, как и с Бриком или Динисом, не помогло мое ускоренное мышление. И всё же победа за мной. Не зря я пошел на размен ударами. Я живой, хоть и с дыркой, а вот он, с мечом в шее, уже точно не начнет шевелиться.

– Сарк! Да помоги же спихнуть эту тушу!

Глава 23

Сарк прислонил меня к какому-то камню и принялся дергать застежки куртки и рубахи, добираясь до раны. Я же колупал ремешок на всунутой мне коробке личной аптечки. Справились одновременно. Он открыл разрубленный бок, а я достал нужные средства и отдал их ему. Лучник хрустнул одноразовым светильником, осветив бледным голубым светом рану, и решительно откупорил первое зелье. Сначала – затворяющее кровь средство, заставившее взвыть от ощущений во вскипевшей на вид ране. Затем регенерирующее зелье. Теперь на рану подушечку, пропитанную каким-то средством от загнивания, и крепко бинтуем. Ну, Сарк пусть бинтует – дальше я смотреть не буду. Лучше на крохах появившейся энергии вывешу Сеть. На сто метров никого. Уже неплохо: завалили оставшихся двух. А то крутишь бестолково головой по сторонам на раздающиеся тут и там крики и команды: Глаз-то слетел от ауры Рыцаря, ничего не видно. Темнота и неизвестность давит. Теперь можно и новое ночное зрение активировать. Тьма послушно раздалась в стороны, озаряясь красками.

Огляделся вокруг, особенно туда, где до этого ворочались неясные тени. Там хлопотали над ранеными. Хорошо: вон медик наш целый, суетится вокруг порубленных – значит, больше шансов будет у бойцов. Ага, вот и Брик ко мне ковыляет. Что это с ним? Кровь, конечно, на нем есть, но сам целый, почему хромает?

– Ты цел? – внимательно оглядел его вблизи.

– Цел, цел. Ногу отсушили пинком, да и сил просто никаких не осталось. Вроде и пяти минут не бились, а руки и ноги еле поднимаются, – отмахнулся лейтенант. – Сарк, иди к остальным.

– Есть.

– Ты был просто невероятен. Один против двоих.

– Да какой там! – зло мотнул головой Брик. – Если бы не амулет отца…

– Как там? – помолчав, я мотнул головой в сторону медика.

– Плохо. Четверо мёртвых, ещё столько же раненых. Один тяжёлый, – мы помолчали. – Объясни лучше, что происходит.

– Дурак я, – опустил глаза и пояснил: – Сказано же в послании: Стражей снимут с границ мира. Время, проходящее между пробоями в близких зонах, изменилось. Вот отсюда и ещё портал.

– Разве оно не постоянно? – устало поинтересовался Брик, встряхивая руки, приводя их в порядок после жёсткой работы на блоки.

– Нет. На обыденном уровне так и считается. А на самом деле все, что связано с порталами, считается по формулам, где участвует и число Стражей. Я об этом забыл, сопляк. Опыта ни на палец: по коням и за славой.

– Ладно, мы тоже хороши. Написано в уставе: выдвинуть боевую группу для зачистки портала, мы и рады стараться. Нет, чтобы до утра подождать: ни один тёмный пророк их не вывел бы из долин. Куда бы они от порталов делись, – тоже с болью в голосе ответил Брик.

– Ну.

– Да и я лично хорош, – перебил меня ра Тенус. – Вместо того, чтобы с метателями поставить во вторую линию ещё пару человек, я лучников там одних держал. Прописано же в уставе: сковывая ближним боем, уничтожать из метателей. Важное, когда нужно, не вспомнил. И Крата не взял, а ведь он просил у ворот!

– Спокойно, спокойно.

– Спокойно? Вон, четверо остывают! Одис, который головой подумал, в отличие от командира, тоже ещё неизвестно, выживет или нет, – Брик ударил по земле.

– Не ори, – шепотом вызверился я на него. – Ты ра или кто? Вон, бойцы уже оглядываются. Тебе их надо ещё до крепости довести. Возьми себя в руки. Если бы ты снял ещё бойцов с ближнего боя на метатели, то они могли бы их вообще всех порубить. Еле выстояли. Кто кому здесь ещё должен ума давать?

– Прости, ты прав. Я старший.

Брик помолчал, собираясь с мыслями.

– Просто в жизни всё оказалось не так, как… Ладно, неважно, – оборвал он себя. – В крепость дай сигнал об окончании боя.

Я расширил Сеть до двух сотен метров. Пусто. Это радует, а то так и ждёшь ещё одного Рыцаря. Ведь не полудикие Волки, а вполне разумные разумные. Нда, вот это я завернул. В общем, они обычные, мало отличимые от человека, существа и могли многое придумать. Например, оставить одного в охрану портала.

– А что ты там орал, когда с Рыцарем сшибся? – вспомнил Брик.

– Ну, – я почувствовал, что краснею; хорошо, зелье Брику не дает видеть цвета, – что-то в голове переклинило. Это, видно, я мемуаров Повелителей и исторических хроник Тёмного века перечитал.

– И кто так орал в Тёмные века? – заинтересовался Брик.

– Ну, вообще-то наш будущий император, – осторожно сказал я.

– Что-то не верится. Нет, я помню, что он тоже из Пришедших. Просто почему тогда в армии нет такого общего клича? Мы вот орали «Раиду Опила», это…

– Рунная надпись на постаменте с Сердцем, – перебил я Арта, а то сейчас начнет зачитывать десяток переводов клича.

– Так почему?

– А вот этого не знаю! Я тебе что, военный историк? – огрызнулся я на этот поток вопросов. – Я просто поклонник мемуаров великих магов. Откуда я знаю, почему так сложилось, что Император этот клич не ввёл? Это к Рино вопрос.

Брик замолчал, я же просигналил в крепость об уничтожении тёмных. Жаль, комбинаций амулетов мало. Затем заново напитал силой все сигналки – не зря же я Орб перед сшибкой отправил вслед за Сарком, так что энергия есть. Крепостной амулет тут же запульсировал. В животе снова все скрутило в комок от плохого предчувствия.

– Ой, как мне это не нравится, – рывком, так резко, что даже голова закружилась, расширил сеть почти до километра. Пусто, нет огоньков тёмного пламени. Уже легче.

– Что?! – страшным шепотом хрипит Брик.

– Снова сигнал из крепости. Как думаешь, почему? – я криво улыбнулся. – Снова дурак! Почему я не взял Амулет порталов?

– Ещё пробои? – Брик зашарил рукой, нащупывая снятый шлем.

– Сейчас узнаем.

Я знал заклинание основы Амулета порталов. Нужно только его чуть изменить, выплетая, чтобы и Брик увидел результаты. В воздухе повисли шесть, ШЕСТЬ светлячков! Я по памяти, ориентируясь на дальность работы заклинания, дорисовал вокруг них, сгущая воздух, очертания долин. Покрутил свои горы-стены, добиваясь, чтобы точки лежали на открытом месте. Как-то так это в действительности выглядит.

– Два спереди, четыре сзади. Нужно постараться проскочить мимо, с нашими силами тут делать нечего, – оценивает обстановку Брик.

– Не пойдет, – мрачно ответил я.

– Ты о чем?

– Если настолько уменьшилось время пробоев, то наверняка и время роста уменьшилось. Там от Стражей нет сильной зависимости, но все же. Мы уже здесь.

– Я понял, – Брик скрипнул зубами, темнея лицом. – Пока доберёмся до крепости, соберём большой отряд, может стать уже хуже.

– Надо, сколько сможем, зачистить сейчас, пока они гарантированно слабые.

– Мы всё же солдаты, и это наш долг. Но как ты себе это представляешь с нашими силами? – Брик с печалью оглядел суетящихся вокруг раненых бойцов.

– Смотри, – принялся я тыкать в огоньки. – Вот два ближайших – точно те, защитников которых зачистили. Порталы я чувствую, а вот вокруг них – никого. Следующие дальше, чем в километре. Я на столько вытянул сеть – в этих пределах никого и ничего нет. Зверушки не в счет. К следующему впереди не пойдем. Сейчас я с одним бойцом бегом к порталу Волков. Закроем его и обратно. Идти настороже. По одному чистить порталы. Если бы сейчас нас не разорвали на два фронта, фактически заманив в засаду, то мы бы их уничтожили гораздо легче.

– Ясно. Справедливо. Мы за то время, пока бегать будете, закончим с ранеными, спрячем погибших. Да и помощь должны выдвинуть из крепости. Скажу об этом бойцам, дам приказ идти на соединение, уничтожая врага, подбодрю, похвалю за доблесть – всё же пять Рыцарей завалили, – дополнил меня Брик. – Только чтобы бегом – туда и сюда. Километр можно пробежать за четыре минуты. Не хотелось бы, чтобы через пять минут ты вернулся, а мы без магической поддержки полегли все.

– Это если знать, куда бежать. Рыцари просто появились чуть ли не в прямой видимости. Похоже, увидели нас, может, даже Волков почуяли. Про них-то мало что известно, – разъяснил я Брику.

– Этим ты меня не успокоил. Мрокт! – подбежавшему солдату Брик поставил задачу. – С магом закрывать портал. Бегом!

– Есть!

– С моим-то боком, какой бегом, – пробурчал я под нос.

Снова раздвинул Сеть до максимума, до боли в висках. Пусто. Но Брик прав. Это ничего не значит. То, что у нас в Эфире пока не воссозданы заклинания постоянной связи – не означает, что их, адаптированных под наш мир, нет у магов других Демиургов. Может, сюда сейчас мчатся от остальных порталов. Так что зубы сцепим и будем как можно быстрее ногами перебирать.

Вот и портал. И так на душе плохо, а тут еще эта гадость давит… Сейчас я тебя накормлю так, что лопнешь! Силы во мне после Рыцаря и так мало, не страшно на Отрицание потерять будет. Если бы не спешка, можно было бы и сэкономить, ведь даже без адепта можно портал запечатать. Всего-то выписать руны вручную и не меньше трех человек вокруг, если никто силой не владеет. Но откуда время в нашей ситуации? Так что вливаем силу, вливаем щедрым потоком свои крохи. Всё.

– Глаза закрой!

Я тоже прикрыл глаза от вспышки и присел на упавший ствол, пережидая слабость. Огляделся по сторонам. Дежавю. Стазис и изменившийся орешник.

– Мрокт, вон тот камень давай сюда, – ткнул я пальцем в темноту.

– Вот этот? – солдат уточнил, сделав пару шагов в нужную сторону.

– Этот, этот. Вот под этот куст бросай склянку с горючкой.

Это как раз средство, используемое при безмажье. Полыхнуло оно знатно. Но вот следить за тщательностью процесса не будем. Живы будем – проверим леса по весне. А пока что – скорее обратно. Выпить зелье номер один, а то бок вспыхивает такой болью, что ноги подламываются, и в пот бросает. Подхватить на бегу Орб и запитать из его резерва Сеть. На километр никого тёмного и ни одного нового портала. От сердца отлегло.

– Ходу, ходу!

Глава 24

И снова дежавю. Это уже было. Я, Брик и десятник лежим, прячемся в кустах. Только теперь делать это сложно. Уже светать начинает, а кусты давно облетевшие. Зато и нам видно хорошо и далеко – нет худа без добра. И виден нам третий портал. Ощущения от него приятного в наше лежание не добавляют. А рядом бродят два Рыцаря и три Монаха. Судя по знакам веры на шее, один владеет Огнем, остальные Холодом. Да-да, они разделяют их в разные школы, что бредово вообще-то. Ну да тёмные с этими Монахами. Щитов ставить они не умеют, амулетами не пользуются. Убить их магу – дело нескольких секунд. Лучнику тоже. Что снова делать с этими Рыцарями, чтобы не полагаться на случай и рубку?

– Огонь, – шепнул приползший к нам солдат.

А эти волноваться не начали. Отлично, значит они не чувствуют, что с другими порталами происходит. Во всяком случае с теми, что дальше полутора километров. А там сейчас три оставленных бойца уже запечатали и швырнули горючку на пятно изменённого мха. Как только они доберутся до нас, нужно атаковать этих. Становится всё светлее, всё больше риск быть обнаруженными.

– Вы – Монахи. Я – Рыцари. Перезарядка на вас, моё – заграждение, – показал знаками Брику.

– Хорошо, – ответил он и принялся раздавать команды бойцам.

Мне это уже не интересно, потому даже не смотрел, что он там конкретно сигналит. У меня сейчас своих дел по горло. Нужно тихо-тихо, незаметно сплести два Касания и два же Копья подготовить. Прошлая стычка показала эффективность разгонного заклинания со стрелами, а что такое мое Копьё? Это здоровый полуторакилограммовый гвоздь из земли, спрессованной до каменной твердости. Обычному заклинанию не хватит силы пробить щит или серьезно ранить через хороший доспех, а вот так, в комбинации может и выйти. Плохо то, что я не додумался, как хорошо окажется Касание, и у меня нет готовых заготовок в Орбе. Приходится исправляться на ходу. Монахи в плане магии тупы, но всё же колебания потоков чувствуют, по описанию бестиария. Так что всё делаем медленно, осторожно и с минимумом паразитных колебаний силы. Когда закончил – с меня пот лил градом, а ведь остальные вон, ёжатся, лёжа на стылой земле. Разгонные заклинания повесил на ауру так, чтобы непрерывно контролировать их положения относительно целей. И управился вовремя: буквально через пару минут приползли бойцы, оставленные нами позади.

Момент удачный: Монахи встали треугольником и то ли плетут что-то, то ли обсуждают. Я показываю Арту: «Готовность, Атака». Он кивает, и уже по его сигналу все атакуют. Свист болтов. Вскакивают лучники, откинув накидки, и тоже посылают стрелы в Монахов. Хруст попадания моих заклинаний в цель. Все лихорадочно крутят ручки разряженных метателей. Но всё вышло отлично. Среди фигур в балахонах нет движения – полегли, как колосья перед лэр-мастером на уборке. Один рыцарь не успел среагировать и уже не шевелится, поймав в бок Копьё. Второй, стоявший чуть дальше, успел вскинуть щит, но и его это не спасло. Копье разрушилось, пробивая железо. При этом удар оказался так силён, что тёмный не удержал руку и получил своим же щитом в лицо. Лежит, слабо шевелясь.

Один десяток рванул к Монахам, другой со мной – добивать латника. Рыцарь оказался не жилец и без нашей помощи: низ забрала смят. Видимо, и по шее удар пришёлся: скребёт по ней пальцами и хрипит. Мечи оборвали мучения всех тёмных. Даже если они и не мучились уже.

– Сарк, к порталу! – начал раздавать указания Брик. У лучника опыт – это он закрывал предыдущий.

– Есть! Бегом сюда! – тот скомандовал уже своей маленькой команде ликвидации прорывов.

– Аор, что вокруг?

Я замер, проверяя.

– Чисто!

– Что тут где?

Я завертел головой, осматриваясь. Какой-то росток в треугольнике серых балахонов – чувствую, что он пробужден от предзимнего сна и жадно сосёт корешками кровь, пролитую на него. Мразь какая! Ничего больше не вижу. Придется искать на телах – всё же маги были. Не смогли пройти мимо артефакта. Поворошил складки посохом. Не видно ничего. Пришлось пересилить тошноту и лезть в карманы. Там тоже пусто, только зря в кровь вымазался. Наконец, у огненного в кулаке нашел странный камушек, полупрозрачный и странно притягательный. Даже не хотелось самому выпускать его из ладони, как будто что-то родное бьётся в нём. Не могу вспомнить, что это. Видно, редкая штука. Потерпит до крепости в рюкзаке. Тут управились, сигналим в крепость и двигаемся дальше.

Ещё шаг к возвращению сделан.

⁂

До самого Изумрудного двигались спокойно: уже стало совсем светло, новых порталов не появлялось. Я специально дважды плёл заклинание Поиска. И вот проблема: на берегу реки, у въезда в поселок, есть портал, а тёмные твари только далеко впереди, на дороге к крепости, и то немного. Мы тут уже полчаса по берегу прячемся, и всё никак не могу понять, в чём дело. Где хоть одна тёмная тварь?

– Может, убежала? – спрашивает Брик.

– Не верю. Так никто из них не делает, – с сомнением качаю головой.

– Но не сидеть же нам целый день в двух часах хода от крепости? Рыцари-то бросили свой портал и атаковали нас, – размышляет лейтенант.

– Ну, там впереди пять слабых тварей, вроде Волков, и одна сильная. До этого нам попадались только схожие по силе группы. Можно предположить, что они в одном месте собрались. Но только предположить! Может, там Вожак у них.

– Всё равно двигаться надо. Первый десяток осторожно к мосту, второй прикрывает.

Мда-а-а. Одно название от десятков: в одном восемь человек, в другом семь, и то только потому, что двое, с самыми легкими ранами, в строю.

Произошедшее дальше поразило меня настолько, что я почти секунду стоял в ступоре. А ведь я был на магическом плане, ожидая неприятностей, и потому мое непростительное удивление длилось, длилось и длилось. Едва солдаты оказались у кромки воды, как её спокойная гладь взметнулась вверх, и на берег выскочила здоровая серо-зелёная туша какого-то чудища. В бешеном рывке оно с рёвом разметало растерявшихся солдат первой группы и ринулось ко второй. Те, внешне спокойно, как на тренировках, в едином залпе разрядили метатели. Болты впустую скользнули по чешуе монстра. Оно победно взревело, однако через миг его ноги заплелись и, обезглавленное взрывом моей Сферы, чудище покатилось кубарем в сторону, но быстро остановилось, и стрелкам не пришлось расступаться, пропуская его тушу.

– Да что же это такое! Какого……. ты его не увидел и не предупредил нас?! – заорал в сердцах Брик, бросаясь к лежащим на земле.

Ну, это Драк. Теперь, когда туша лежит без движения, её можно легко опознать и понять причину общего секундного ступора. Это его особенность. Правда, я нигде не читал, что они могут под водой прятаться. А моя Сеть под водой не работает. Её нити, вообще, идут над поверхностью. Но всё же в произошедшем моя вина действительно есть. Маг я или нет? Бросился за Бриком, но в отличие от него не остановился возле раненых, а добежал до среза воды и, выставив Стены, принялся обшаривать дно реки линиями силы. Если что-то крупное там будет – я пойму. В одном месте пришлось проверить дно десятком Кольев. Но это оказался обычный большой валун. Только проверив дно дважды, я немного успокоился. Но решил все же перестраховаться. И запитал силой на глубине, вдоль русла, десяток Сфер. Но всплыла лишь обычная рыба. И только после этого я повернулся к остальным бойцам. Всё оказалось не так плохо. Сломанная рука, нога и ключица, по перелому на человека. Повезло, что Драк был молодой и без шипастой брони, а на ребят еще действует принятое боевое зелье. Теперь три лежачих и четыре условно боепригодных.

– Всё, неполный десяток бойцов. И портал прямо по дороге, – скрипя зубами, сообщил свои опасения Брик.

– Моя Сеть не видит под поверхностью воды… Я даже не подумал, что кто-то может полчаса на дне сидеть, не слышал о таком, – поспешил объяснить происшествие.

– Я сам не слышал такого ни в одной байке, хотя сейчас думаю, что тут ничего сложного нет. Холодно только в воде сейчас, – Брик не стал меня винить, и мы с ним склонились к туше чудища.

– А она, может, и так холодная, как ящерица?

– А почему тогда двигается? И вообще, тут не место и не время классифицировать тёмных тварей. Ты лучше скажи: как последний заслон проходить будем?

– Хочешь, порадую? – хитро предложил я.

– Попробуй, – на лице Брика не видно даже следа надежды на радость – к самому плохому готовится.

– С той стороны помощь идёт, твари как раз посередине между нами сейчас.

– Это точно наши? – и всё же лейтенант расплывается в улыбке.

– Точно-точно. Уж тёмных существ и детей нашего Демиурга спутать невозможно.

– Тогда поспешим, мне всё это уже… – Брик замолчал, позволяя оценить глубину его усталости.

⁂

Здесь портал превратил часть земли в расползающуюся склизкую проплешину. Выжигая эту заразу, одной бутылкой горючки мы не обошлись. А вот плюсовым откатом оказался средних размеров Родник. Ух, сколько я амулетов наделаю! И пусть только канцелярия легата Райта заикнется о сдаче трофеев. В стране особое положение – командиры гарнизонов, частей и соединений могут делать многое, лишь бы сохранить людей.

Так, что-то я слишком размечтался. Сначала нужно добраться до крепости, зайти в свои комнаты, поставить Стены на окно и дверь. И лишь после предаваться мечтаниям. А ведь меня там ждет Аори, вдруг подумал. Как я мог забыть о ней? Мысли заполошно заметались в голове, и лишь усилием воли мне удалось заставить себя отодвинуть лишние на задний план, сосредоточившись на достижении крепости.

Огоньки тёмного пламени заметались между нашим отрядом и идущим нам на помощь, а затем пропали. Я подал знак остановки и начал опускать раненых, которых нёс на воздушных струях, изображающих носилки. Ко мне подтянулся Брик и поинтересовался:

– Что случилось?

– Там впереди пещера была? – он тоже новичок в нашей крепости, но на такие детали должен обращать внимания больше, чем один маг, хватающийся за всё на свете.

– Не пещера, а вход в старую выработку, – оправдал он мои надежды. – В чём дело?

– Да, похоже, Волки туда полезли, – объясняю лейтенанту причину исчезновения огоньков из Сети. Вернее, причину остановки. Сеть – мои ощущения.

– Значит, более сильная тварь – это Вожак или Пастух, – морщится Брик.

– Да, самим бы им мозгов не хватило, – соглашаюсь с ним.

– Умучимся в этих ходах ловить, – вот почему он морщится – ведь даже Вожак ему не соперник… Ну, я его легко успокою.

– Ты ведь сказал, что выработана шахта?

– Да, лет двадцать, наверное, уже, – кивнул товарищ.

Да, теперь, после таких испытаний, когда мы вместе совершали и исправляли ошибки, я могу смело его так называть.

– Ну и отлично. Тогда проблем никаких, – головной дозор замахал руками. Да и я видел по Сети. Указал Брику пальцем. – Вон наши.

⁂

Объединившись, большая часть солдат ушла к крепости. А меньшая, в лице свежего десятка, держащего под прицелом вход в выработку, меня, занятого заклинаниями, и Брика, за мной наблюдающего, ещё не двигалась с места. Ну, и тройка Сарка закрывает очередной портал набитой рукой. Ишь, как быстро руны вычерчивают – уже и в образец почти не смотрят, а то, что их слегка мутит в ожидании очередного осушения всех сил – ничего страшного, переживут.

– Что творишь? – присаживаясь возле меня, интересуется Брик.

– Ты в курсе, что в воздухе есть горючий газ?

Спросил я в ответ, пересыпая в ладонях горсть Капель. Можно считать, что уже весь спектр плюсовых откатов порталов в моем мешке. Я даже смутно вспомнил, что это за камень странный.

– Да, в курсе. Не тупой, – хмурится Брик.

– Ну а я, как владеющий Воздухом, сплел заклинание, которое выделяет его из воздуха и отправляет в пещеру. Глянь на вход.

Лейтенант послушно принимается разглядывать темный зев старой выработки.

– Марево дрожит.

– Это чтобы он снова из пещеры не улетучивался. Сейчас доведу концентрации смеси до табличных и отправлю внутрь огонек. Если кто и выживет на глубине, то вход все равно завалит.

– Мощно, – Брик довольно улыбается. – Но долго.

– А то! – я гордо подбоченился. – Если магу не мешать, он много гадостей может придумать. Такую же ловушку я и на первом этаже донжона соорудил. Все. Отходим.

– Бегом! Бегом!

Рвануло красиво. Тряхнуло немного, из зева входа сначала вырвался огромный язык голубого пламени, упершегося в скалы, затем его будто обрезало сомкнувшимися челюстями входа, а нас снова по ногам ударила земля. Своды не выдержали и обвалились. Мы с Бриком не поленились осмотреть завал в Дальнее око. Ни щёлки не видно.

– Догоняем.

– Ага, и пытаем Рама, какой тёмный пророк их заставил так с выходом тянуть, – предлагаю я Брику.

– Согласен! И… – он помолчал и продолжил, сжав мне плечо, – спасибо за поддержку тогда, после Рыцарей. Я действительно дал слабину.

– Для чего же нужны товарищи? – успокаивающе улыбнулся ему в ответ.

Глава 25

Как мы ни пытали Рама о причинах задержки, нам он не признался. Хмуро буркнул, что увидим сами. Увидели. Ни я, ни Брик не удержались от крепкого словца, войдя в цитадель. Два ряда тел. Около двадцати тёмных Воинов, два Рыцаря. И наших ребят ничуть не меньше. У меня сразу похолодело сердце. Аори! Нет, нет… Тут только в доспехах. Ни одного гражданского.

– Как раз построился резерв, после появления новых порталов, – глухо начал рассказывать Рам, глядя, как наших убитых освобождают от доспехов и начинают уносить со двора. – Уже выдвигаться командую, а тут снова тревога. Ну, мы все и остановились. Смотрим на ворота в донжон, ждём дежурного… И тут эти в спину из-за угла выскакивают. Десяток сразу срубили, потом мы в упор метатели разрядили и за мечи схватились. Повезло, что одного Рыцаря сразу свалили, а вот потом они на нас навалились. Выучка-то у нас получше, чем у тёмной пехоты, их иначе как мясом для рубки и не назвать, но зато их почти по два на каждого нашего пришлось. Да этот их Мастер меча, Рыцарь который… В общем, пока Калас прибежал со всеми, кого поднял в казарме, пока караульный на башне полиболу развернул для стрельбы по внутреннему двору и Рыцаря свалил – почти все полегли, кто сначала во дворе оказался. Я да ещё двое уцелели.

– Жуть, – Брик рвет пальцами душащий его горжет.

– Никогда не слышал, чтобы в зоне действия источника порталы пробивали. Они же дестабилизируют внешние потоки, – как будто оправдываясь, тихо говорю я.

– Нам от этого не легче.

Молчу, мне нечего сказать. Это не все погибшие этой ночью – наши вообще завалены камнями на седловине.

– Аор, как быстро нам нужно закрыть оставшийся портал и проверить дальние долины? – это Рино. Как хорошо, что он появился и разорвал эту страшную тишину.

– Пару часов точно терпит. Мне нужно к себе, посчитать кое-что. Как появлялись порталы?

– Сначала один, к которому вы и ушли. Затем ещё пять. Позже ещё три.

– Ясно. Пусть мне обязательно занесут схему отметок. Тронемся когда?

– Не раньше полудня. Нужно много вопросов решить. Только теперь на лошадях, как и планировали раньше для патруля. День, все отлично видно, да и ты Сеть постоянно держишь. Дойдёте до последней долины, всё проверите. Пусть у нас и тяжелые потери, но чистить порталы надо, – глухо перечислял Рино, не сводя глаз с тел.

– Ретрошен?

– Подали сигналы о двух боях с тёмными и ещё одном портале, – Арт говорит и смотрит на Рино.

– Похоже, и его зачистили. Был сигнал о бое. Все твари слабые, и их мало. Все три раза сигнал двойка, – добавил тот свежие новости.

Дальше я уже не слушал – все что надо я узнал, для тонкостей время ещё будет.

Взбежал наверх, к себе, почти не чувствуя усталость, ворвался в комнату. Аори была там. Ждала. Ждала! Стремительно вскочила навстречу мне, бросаясь в объятья.

– Ты жив! Слава Демиургу, ты жив! – вжималась она в меня, причитая.

– Тише, тише, родная. Все хорошо, – я гладил её по волосам, впитывал её тепло, чувствуя, как из души уходит холод, незаметно обосновавшийся в ней.

– Я так боялась за тебя, так боялась, – всхлипывала Аори у меня на груди.

– Ну что ты! Что со мной могло случиться? – попробовал я её успокоить.

– То же, что случилось ночью в крепости! От удара в спину никто не застрахован! – она, наконец, подняла взгляд, полный гнева, даже слёзы стремительно исчезли.

– Мне обычно положено быть впереди, за моей спиной товарищи по оружию.

– Ты меня понял! – Аори вырвалась из моих объятий и шагнула назад, к креслу, в котором ждала меня, и вдруг резко побледнела, наконец рассмотрев меня. – Что с твоей одеждой? Кровь… Дыра… Ты ранен!

– Тише, тише, – перехватил я руки, когда она попыталась посмотреть бок. – Там ничего страшного, иначе я был бы у медика.

– Ты мог погибнуть! Как ты мог!

– Но ведь нельзя изменить жизнь. У каждого из нас свой долг. И своя честь, – напомнил я ей.

– Но мне страшно за тебя, – гнев стих, а глаза снова подозрительно заблестели.

– А мне за тебя. Но я знаю, что здесь безопаснее, чем где-либо в долинах.

– Ещё безопаснее в нормальном гарнизоне, а не в этой дыре. В Райте, к примеру, – что-то мне не нравится, куда заходит разговор.

– В конце концов мы там окажемся, – делаю попытку её успокоить.

– Обещаешь?

– Обещаю! – твердо говорю я.

– И как это произойдет? – продолжает хмуриться Аори.

– Любимая, разве так важен способ?! – сделал ещё одну попытку успокоить её.

– Как ты меня назвал? – тихо-тихо спросила девушка.

– Любимая, – растерянно повторил я.

– Раньше ты так меня не называл, – Аори снова шагнула ко мне и внимательно всмотрелась мне в глаза.

– Раньше я не боялся так за тебя. Боялся этих слов. Я был так глуп, прости меня, – я смотрел в ответ и чувствовал, что тону в её взгляде. Невероятные ощущения.

– Прощаю… Я тебя тоже люблю…

Тихо выдохнула моя любимая, и мир словно замер, когда наши губы встретились. Время потеряло свое значение, всё стало неважно, остались только прикосновения наших рук, наших губ, дурманящий водоворот ощущений, бешеный стук сердец.

– Аори, прости, но мне нужно кое-что сделать, – с трудом, но мне всё же удалось заставить себя вспомнить о реальности, и я разорвал наш поцелуй.

– Как? Ты же только что вернулся?! – девушка недовольно завозилась в моих объятьях.

– Я ведь не вольная беспечная птица. Я на службе. И я обязан…

– Ты снова уйдешь? – какой странный у неё голос.

– Да.

– Хорошо. Как скажешь…

Аори отвернулась и стремительно, не поднимая голову, выскочила из комнаты. Я сначала шагнул за ней, но остановился, сердце сдавило. «Ничего, это просто нервы после страшной бессонной ночи, она поймет меня и успокоится, вспомни о деле», – уговорил я сам себя и сосредоточился, выкидывая посторонние мысли из головы.

Открыл глаза и шагнул к полкам – меня ждали формулы и тестовые заклинания. Нам не давали глубокой теории защиты нашего мира, отложив этот раздел на будущее, но основы дали, да и справочники никто не запрещал. Через час усилий кое-что можно было уже предположить и рассказать коменданту.

– Рино! Отвлекись, – тронул я его за плечо, прерывая беседу со старостами поселков.

– Да?

– В общем, приблизительно выходит, что это максимум пробоев. Если допускать, что до полуночи новых не будет. Где-то треть Стражей на посту, и я думаю, что периодичность будет больше суток, но меньше трёх, – сообщил я ему результаты своих усилий.

– Гарантии? – Рино начал что-то прикидывать в уме. По нему это видно сразу.

– Какие гарантии в первый день? Через неделю гарантии дам. А пока это только ориентировочно, по сегодняшним порталам и результатам тестовых заклинаний. Есть такие заклинания-пробники, для проверки условий пробоев. Но они для полевого использования. Точность плюс-минус много. Будут новые порталы в эти сутки – значит, допущения были неверны, – пожал я плечами.

– Негусто.

Мне оставалось только руками развести. Что смог, то и посчитал.

– А что с ростом порталов?

– Опять же, при допущенных условиях, вероятность увеличения в первые двое-трое суток не выше двадцати процентов.

– Много, – помрачнел Рино, Миргар и ещё какой-то староста согласно кивнули.

– Гораздо лучше, чем я боялся ночью, когда было ничего не понятно. Лучше перестраховаться с этим. Посчитал по верхнему пределу. Это худший вариант, – пояснил я.

– Так, ладно, – Рино вынырнул из своих думок. – Ты почему не сказал, что ранен? Бегом в лазарет. Заодно оценят, можно ли тебе боевое зелье. Всю ночь на ногах.

– Это то, которое силы поддерживает?

– Да, – Рино внимательно оглядывает мою скривившуюся физиономию.

– Не надо мне этой гадости. Я и так справлюсь.

– Ты мне ещё поговори! Медик решит. Бегом! – скомандовал Рино и сразу отвернулся.

Не допускает, что ослушаюсь? Ну и правильно, не ослушаюсь – повязку не самому же менять. Так что к медику я пойду.

Медик, в отличие от коменданта, спорить с магом не решился. Осмотр показывает, что рана не опасна и уже начала заживать? Замечательно. Состояние организма удовлетворительное? Великолепно. Тогда меняйте повязку, и я пошел отсюда, меня ждут.

Все шло замечательно, пока в приёмную не вошла Велира. Её авторитетом мага, лучше знающего состояние своего тела, задавить не получилось. Казалось, что она заранее знает все мои доводы и отговорки. Пришлось мне пить какие-то зелья – видно, очень лечебные, потому что на вкус они оказались просто жуткие. Хорошо, что хоть на боевом составе она не настаивала. А то уж собирался до хрипоты объяснять, почему многие маги его никогда без серьёзных причин в рот не берут. И как только я осушил последнюю склянку, отпустила меня собираться. У неё виден большой опыт общения с ранеными магами.

⁂

Крепость оголили почти до неприличия. На зачистку долин отправлялось шесть десятков. Я так понял, что всех служивших из поселков поставили в строй, отмобилизовав. И даже больше. Приставив к службе всех более или менее годных. Видимо, об этом и говорил со старостами Рино, когда я его отвлёк. Теперь получается, что оставшийся в крепости гарнизон состоит на треть из опытных солдат, на треть из ранее служивших и на треть из молодняка. Хотя, какой молодняк? Просто не служившие раньше – не нужны были им воинские привилегии. Вон тому мужику, похоже, пятый десяток пошел. Ничего, справятся – теперь даже портал в крепости не страшен. Нормальных опытных солдат в крепости после всех потерь осталось восемь десятков – костяк солидный. Никто по двору не слоняется без дела, все на запорах, караульные на всех башнях и посматривают не только наружу. А я только что добавил ещё один сигнал в дежурку. Теперь внешняя и внутренняя тревоги – отдельные сигналы. Каждый будет знать, где врага искать. Всё будет хорошо.

Глава 26

Как приятно чистить порталы днем, когда врагу и спрятаться некуда от шквала болтов и стрел, когда он не может появиться словно из ниоткуда. Передовой отряд впереди. Я в ядре всё обыскиваю с помощью Сети. Затем отряд готовится и лихим наскоком вылетает на дистанцию залпа. С двумя порталами в третьей долине получилось удачно – тут ведь холмики везде. Подкрались незаметно и попросили передать приветы своим тёмным генералам. Заодно и указание Рино о натаскивании бойцов выполнили.

В первый портал на окраине посёлка пришли Воины и Монахи. В домах они не пытались укрыться, но и так за полдня успели сделать немало. Воины навязали из заборов щитов, соорудив себе укрепления. Монахи сплели два неких подобия наших Источников. Жалких и убогих. Я и то лучше могу, если говорить о большой Печати Силы. Даже толком распорядиться их энергией не смогли – кинули её на портал. Но это бессмысленно. Ускорением роста порталов от подобных слабых источников можно смело пренебрегать. Они бы Источник посёлка подключили лучше, больше пользы было бы. Или пустили энергию на свою защиту, раз сами не способны на такие заклинания. Непуганые идиоты. Так что я смёл все деревянные щиты, затем наш отряд сделал залп по Монахам. А уж потом все солдаты попробовали себя в настоящем, не учебном, бою. Особенно полезно это бойцам из нового пополнения.

Мы не звери: предложили сдаться. Но лишь для видимости. Мозги у всех тёмных промыты изрядно, и они никогда не сдаются. Я проконтролировал все схватки: нужды в помощи не возникло. Действительно бездарно рубятся, ничуть не лучше меня, если не брать в расчёт Сах. Пока в строю нет Сковывателя – бездари, а не воины. Так что физически никто из наших бойцов не пострадал. А вот молодым поплохело изрядно. Была одна практика, когда меня с Динисом ра Чалом направили уничтожить банду дорожных грабителей. Помню я эти непередаваемые ощущения. Пройдёт. Да и не мне положено заботиться о душевном состоянии бойцов, а Раму. Он по штату не только канцелярист, представитель третьего управления, но и заместитель коменданта по воспитательной работе. Тяжко в фортах и небольших крепостях с офицерами, тяжко. Все сидят сразу на нескольких стульях.

– Это что? – Рам как раз стоял у края одной пентаграммы и изучал её горящие линии, а не следил за бойцами, как я ожидал.

– Что-то вроде Источника, только слабого и без использования Эфира – аналог полевых Печатей или Начертаний.

– Занятно.

– И не говори. Столько лет долбали этих фанатиков и, наконец-то, когда от их армии остались крохи, они отошли от своих догматов. Даже что-то придумывать начали, – усмехнулся я. – Поздно только. Ты, чем у меня под ногами мешаться, лучше глянь на бойцов. Там молодое пополнение мутит.

– Не учи бабушку пирожки печь. Сейчас отойдут немного, и пойду, побеседую о жизни. Ты-то сам чего смурной? Рана?

– Нет. Как подумаю, что враг скоро станет другой… Брр…

– Научимся и его бить – нам не впервой, ты к чему это? – недоуменно пожал плечами Рам.

– Это понятно, но пока к нему приспособишься… Про этих есть в наставлениях – как магов огня от магов воды отличить, как твари себя ведут.

– Ты это брось! – перебил меня Рам. – Лучше думай, что он к нам будет приспосабливаться.

– Утешитель.

– Ну, так мне положено дурь из головы выбивать. Так что обращайся, я с удовольствием помогу и тебе, – и Рам для наглядности постучал кулаком в ладонь.

– Нет, спасибо, я лучше сам, – улыбнулся подначке.

– И я считаю, что по возможности самому нужно справляться. Так что, тонму лейтенант, выше нос и подавайте пример окружающим. Если народ видит, что наша фрондибола и тяжелая конница в одной персоне сохраняет безмятежность, то и ему спокойнее. Наказ ясен?

– Так точно, – я шутливо вытянулся, разве что приветствие не отдал.

– Вот и отлично. Что с этим делать будешь? – Рам швырнул ногой комья земли на линии.

– Вы разбегайтесь, а я попробую погасить заклинания. Нечего им тут силой фонтанировать.

А ведь действительно: источники, как им и положено по определению, выделяют энергию. В том числе и тот, в посёлке. А ведь должен быть в спящем состоянии. Что-то в этом есть.

– Тут у них всё примитивно, вроде никакого двойного дна.

– Хорошо. Там, где тела сложены, нормально, безопасно?

– Вполне.

– Тогда мы пока железо снимем.

Рам отправился присмотреть, как будут снимать трофеи – у нас для них повозка есть. Было две, но первая уже давно с тушей Драка в крепости. Медики там вырежут из него что-то для своих исследований, а большая часть на мясо уйдет. Наш повар клянётся: по вкусу ничем не хуже говядины. Я-то не сомневаюсь в этом. У нас ни один Кабан, убитый на тренировочной площадке, не пропадал. А что? Мясо нежное, не старое, хоть на свинину и не похоже. И выращено в питомнике Тёмных тварей. Ну, это ведь для голодных молодых парней и девушек мелочь. А тут офицеры и солдаты деликатесами балованные, привередливые. На раздаточной стойке стоит сделанный мной артефакт Ядолов. Так что, если хоть что-то вредное в еде будет, все увидят. Но все равно кричат, возмущаются, не верят.

Я, посмеиваясь, принялся за творения тёмных магов. Как и думал – ничего сложного. Оставь их на пару дней без присмотра – и сами вразнос пойдут. Но нам нужно сейчас, чтобы и без последствий. Их рунный алфавит я, конечно, не знаю, но можно уничтожать не опорные символы, а опорные линии: законы построения везде общие. А тут никто и не пытался замаскировать структуры, наложить ложные, тупиковые или обманные. Вот и готово: любуемся, как линии пентаграмм гаснут.

Второй портал на склонах долины трофеями не порадовал. Порадовал продуктами. Головной дозор по моим указаниям сделал разведку и сообщил, что там Кабаны. Целых пять штук. Рам тут же загорелся идеей новой тренировки. Захотел поставить стену щитов и проверить, как бойцы выдержат атаку Кабанов. Это с небольшими пехотными щитами-то! Поглядел на мое вытянувшееся лицо, затем на косящихся солдат и расхохотался.

– Да шучу, я, шучу. Успокойтесь все. Просто расстреляем их, и все дела.

– Шутник нашёлся, – пробормотал я себе под нос и уже громче добавил: – Ну и правильно, а то если их рубить, то мясо попортим.

– Шутишь? – теперь у Рама лицо вытянулось.

– Как можно о еде шутить? – притворно удивился я. – Давайте быстрее – стреляем их и на телегу.

– Да вы с поваром сговорились, что ли?! – ого, у Рама и кричащий шепот прорезался, и испуганные глаза. Талант!

– Я проверил на собственном опыте – есть можно. Так, чуть тухлятиной отдает. Зато крепит. Бывает, добавку съедят сгоряча и рады бы потом избавиться от мяска, да не лезет оно обратно. Так и благоухают, пока не переварят.

– Я, в отличие от некоторых, всякую дрянь есть не приучен. Костьми лягу, но мясо на повозке не окажется.

Сейчас нашего балагура и скептика Рама позировать для иллюстрации бравого вояки не пригласили бы. Потому что прошедшие огонь и воду ветераны не бывают зеленоватого оттенка.

– Спокойно, Рам, спокойно. Дыши глубже. Пошутил я о вкусе кабанятины. Обычное мясо, свинина, честно. Я тебе первому положу отбивную.

Сержант Дорг показал мне знак «Цель поражена» и, приложив руку к груди, чуть поклонился. Повторил знак, чувствуя, что тоже удовлетворен местью: наш Рам насчет еды мнительный. А то нашёл время и повод для шуток, когда три десятка ребят ушли к Демиургу в чертоги.

⁂

Я же до тех пор, пока в Сети не появился огонёк портала на седловине между второй и четвертой долиной и тварей вокруг него, крутил в голове мысль, что пришла ко мне в посёлке возле Источников, грубо слепленных Монахами. Последними были пробиты три портала: в крепости, возле третьего посёлка и тот, к которому мы движемся сейчас. В крепости есть работающий Источник, в третьем посёлке тоже оказался Источник, дающий крохи энергии, но всё же не спящий. В отличие от Изумрудного и второго поселка. Тёмные! Столько уже тут служу и до сих пор не знаю, как посёлки называются. Или они так и есть – второй, третий? Вроде ещё Дальний? Неважно.

Сначала осуществили пробный пробой. Затем основная волна порталов. Открытых, как обычно, куда придётся. А потом они поняли, что могут навести порталы к Источникам. Так? Не так. Впереди-то источника нет.

– Сержант Дорг! – окликнул я: вот, кто мне может помочь.

– Здесь, тонму лейтенант!

Сержант поравнял свою лошадку с моей. Причём приблизился с правой стороны. Я его понимаю. Здесь у меня посох в специальном креплении седла. А с другой стороны эспадон, который я на этот раз не оставил в крепости. Без всякого крепления на седле – просто летит в воздухе, зажатый Хлыстом. От всего этого общаться неуютно, хотя сержант неделю уже сталкивается в поединках с моим мечом.

– А вот впереди переход в следующую долину. Что там добывают? Я про магические минералы спрашиваю, – уточняю свой интерес.

– Так и получается, тонму лейтенант. Их и добывают. Там оба в одной шахте. Уникальное место – гордятся наши шахтеры. Пласты там чередуются.

– Ясно. Спасибо. Больше вопросов нет.

Как я и думал, сержант в курсе таких тонкостей. Значит, моя идея имеет пока право на жизнь. Жаль, практической пользы от неё нет.

– Аор! – заорал Рам из головы отряда.

– Здесь. Что?

– Дальше открытая местность. Что по тварям сказать можешь?

– Ничего нового. Десятка три мелких тварей.

– Тогда пошли смотреть глазами, – махнул Рам рукой на склон.

– Ошибся, – смущенно признался я десятью минутами позже.

– Не слепой. Три десятка Волков. Ага, щаз! Плюгавые, да еще и с Монахом. Работа для тебя.

– Ещё чего, – решил я отыграться за его «ага, щаз». – Нет, я, конечно, тоже поработаю, только как ходячий Источник. Зря, что ли, мучился с вашими амулетами? Не зря. И деньги за них Рино мне не зря проводил по ведомостям. Так что пехота – работай. Сам ведь говорил о тренировке.

– То есть? – не понял Рам, как я и думал. А ещё заведует нашими личными делами. С такой-то памятью.

– Я ведь говорил: у всех солдат теперь офицерские амулеты. Или по-другому: вы экипированы по нормам пограничных частей, а не тылового гарнизона. С некоторыми оговорками, но всё же.

– Понял. Амулеты выдержат три попадания. Меняя людей и доберёмся. Щитов тоже никто не отменял, – начал прикидывать Рино.

– Тонму офицеры, что-то мне это недавнее предложение с кабанами напоминает. Зачем рисковать? – попытался остудить нас сержант.

– Подряд три попадания, – начал я уточнять. – Тут же буду подпитывать. Я же создатель амулетов, всё будет под контролем. В случае чего, прикрою бойцов. Дорг, поверь, почти как на тренировке. Почти никакого риска.

– Зато неоценимый опыт. Вообще, нужно тебя, Аор, привлекать не только для иллюзий на тренировках. Я подам идею Рино и мастерам меча, – обрадовал меня Рам.

– Всё, бойцы. Слышали? Теперь ещё и я вас буду мордовать пару раз в неделю.

Так я подначил лежащих рядом солдат из передового дозора. Похоже, что мрачное веселье Рама заразно.

– Ползём обратно, – прервал Рам наши обсуждения, как я буду мучить солдат на тренировках. – Аор, мне тут в голову мысль пришла, и холодный пот прошиб.

– Уже интересно, – я сполз пониже, чтобы лучше видеть собеседника.

– Плюгавые тоже на мясо пойдут? – Рам с надеждой вглядывается мне в лицо.

– Не пойдут, расслабься, – я пытаюсь сдержать смех. – Их на это дело пускать не принято. Всё же – почти разумные создания.

– Слава Демиургу! – дружно выдыхают окружающие.

⁂

– Тыловой дозор остаётся в резерве. Остальные – выстраиваем коробочку. Впереди Плюгавые и один Монах. Напоминаю тем, кто спал на занятиях по тёмным тварям: плюгавые – небольшие уродцы, полуразумные такие зверушки. Обладают даром Огня. Могут с десятисекундным интервалом швырнуть в вас небольшим шариком огня. Ваши амулеты выдержат три таких шарика подряд даже здесь, вне стен крепости.

Рам замолчал, обводя взглядом слушающих его бойцов.

– Почти стандартный маневр по сближению с врагом на дистанцию эффективного залпа из метателей. Легким бегом наступаем на врага. По моей команде все, кроме первого ряда, падают на землю. Первый ряд прикрывает товарищей. Старайтесь принять заклинание на щит: сбережёте заряд амулета себе и товарищам. По команде идёт смена рядов. Лэр-лейтенант будет заряжать севшие амулеты, страхуя самых криворуких, которых затем ожидают наряды к коровкам. Чего кривимся, мужички? Ваши же коровки. Задача ясна?

– Так точно, тонму лейтенант, – слаженно ухнули все бойцы.

– В коробочку становись! Бегом марш!

– Лечь! Щиты!

Огонь дружного залпа мелких магических тёмных тварюшек расплескался багровыми струями перед нашим строем. Поднимаясь с земли, я показал Раму сигнал «Держим позицию». Амулеты полны. Но смена щитоносцев всё равно будет. Парни наверняка щиты еле держат, потому что раскалились. Да и тренировать нужно всех. – Бегом! Смена!

Я, кроме присмотра за солдатами, занимался и другими полезными вещами. Под Монахом (похоже, впавшим в панику, потому как не отреагировал на мои действия) я выложил наготове Зов земли – большего он не стоит. А в стае зверушек выложил Сферу воздуха. Перед нами был готов поднять огромные полотнища Стены. Это наша страховка на всякий случай.

– Лечь! Щиты!

В этот раз несколько шаров, летевших понизу, встретить щитами не успели. Но амулеты сработали как надо. Сигнал «Перезарядка».

– Бегом! Смена!

– Лечь! Щиты! Бегом! Смена!

Сглупил Монах. Зря заставляет своих зверушек кидать огонь залпами. Нам же так удобнее бежать и менять прикрывающие ряды. Кидали бы они заклинания кто во что горазд, и мы бы не смогли так легко преодолеть сотню метров подъёма. Да и от него я ожидал большего в магическом плане, а он даже заклинание такое же, как у Плюгавых, использует. А теперь у нас полное преимущество. Мы на ровной площадке. Нужды бойцам в задних рядах падать больше нет. Дистанция прямой стрельбы.

– Щиты! Второй ряд – залп! Третий – залп! Четвертый – залп! Пятый – залп! Смена! Бегом! Второй ряд контролирует тела!

Я в Сети тоже проконтролировал. Монах мёртв, несколько уродливых Плюгавых ещё светятся тёмными огоньками, но ничего сделать уже не могут. Можно считать, что предпоследняя долина почищена. Осталась совсем небольшая долинка с одним порталом.

Глава 27

– И долго мы лежать и смотреть будем, тонму офицеры? – не выдержал сержант Дорг.

– Столько, сколько маг скажет, – буркнул Рам.

– Тонму лэр-лейтенант, мы его уже до дыр засмотрели, – Дорг перекатился на спину и воздел руки к небу.

– Тогда скажи, сержант, что за знак у него на груди? – поинтересовался я, не отрываясь от Дальнего ока.

– Не знаю, но видно же, что балахон на нем вполне обычный, монашеский. Чего тут думать?

– Думать, что на плечах что угодно может быть, а вот на шее только…

– Какого пророка? – непонимающе прошептал Дорг, а затем странно, шепотом, заорал. – Стоять!

Я рывком развернулся, снимая заклинание и скрываясь за гребнем, из-за которого мы осматривали последний портал. Открывшееся мне зрелище вогнало меня в ступор. Один из лучников выскочил из-за вечнозелёных кустарников и молодой поросли деревьев, скрывавших бойцов, и, оттянув тетиву, выцеливал кого-то. И кого здесь можно найти, кроме нашего монаха неизвестной специализации? Время замедлилось, и я бросился на гребень, откуда успел сползти за секунды ступора. Идиот! Лишь бы это оказался простой Монах! Лишь бы он не повернулся! Тут больше сотни метров: и ребёнок увернётся, если увидит стреляющего лучника.

Я выпрыгнул на гребень небольшого вытянутого холмика – вдоль него мы и приползли от языка леса, спустившегося с горы почти к самому порталу. И успел увидеть, что тёмный всё же повернулся к нам лицом. Впервые за полчаса, что мы сверлили его взглядами. А вот уворачиваться от стрелы не стал. Вокруг него на мгновение мигнула стальным цветом сфера, а меня словно окатило ледяным потоком. Это не Монах. Это Инквизитор! Вот почему на нём простой грубый балахон.

– Инквизитор!

Кричал я, чтобы остальные офицеры поняли что к чему – они ещё не выскочили вслед за мной и не видят всей сложности ситуации. От него в нашу сторону полетел огненный шар размером больше моей головы. Наверняка, в лучника. Но времени ставить тому защиту не было. Если выживет, то своими руками убью гада!

Я уже мчался к тёмному магу, сокращая дистанцию и навешивая на себя заклинания.

Я все же отправил в полет Секиры, щедро напитав их энергией, но в данном магическом поединке я понимал: слишком большое расстояние для атаки. Тщетно. За спиной грохот, по ногам ударила земля. Заклинание Инквизитора нашло цель. Мои плетения тоже. Снова сияние защиты – невредимый враг перенес внимание на меня. И хорошо. Я выдержу больше ударов, чем ребята за моей спиной.

Так вышло, что мы втроем ближе всех к тёмному магу. Аккуратно подползли поближе для наблюдения. Треть отряда осталась с повозками у входа в долину. Треть в леске за нашими спинами. А остальные, с ещё одним сержантом, отправлены в обход. Тренироваться. Ведь цель в любом случае была бы поражена. И вот все планы спутаны.

– Какого… замерли?! Сержант! Атака мага! – орёт за спиной Рам.

Если бы всё шло по плану, то поняв, кто перед нами, Рам отдал бы такой же приказ, и обе группы, перегруппировавшись, вышли из-под прикрытия леса и принялись обстреливать тёмного. Растаскивать внимание на множество источников угрозы, истощать защиту. И я бы в забаве поучаствовал. Стал бы сюрпризом для врага. Смертельным.

А теперь неожиданности не получилось, одна группа ещё крадется по лесу, наша пряталась в кустах. Эти кусты сейчас, наверное, весело полыхают после попадания шара огня. При разрушении внешней оболочки раскалённый газ заклинания сметает всё на приличной площади. Начнем отступать, и Инквизитор почти всех положит. Это ещё тот противник. Его нужно убивать здесь и сейчас. И оттягивать всё внимание на себя.

Конец тебе! Ну, тварь тёмная, теперь поборемся! Я тебе покажу, что такое настоящий маг в бою! Повешу твой кругляш на стену к эспадону! Тебя самого развею по ветру!

Инквизитор выпустил множество мелких сгустков огня веером – видимо, по солдатам. Но амулеты выдержат. А вот в меня по взмаху руки летело его любимое заклинание – тот самый огромный шар огня. Мгновением позже он сплёл второе любимое заклинание Инквизиторов, за которое их так ненавидят. Враг сжал кулак, и голову словно зажали в тиски: хотелось упасть и в страхе забиться в какую-нибудь нору. И это при том, что на мне амулет, и я сам себя распаляю ненавистью и яростью. Если от Инквизитора бежишь, и в душе есть хоть тень страха и сомнения, то от этого страха ни один амулет не спасёт. Это, строго говоря, даже не магия. Потому и убегать от них нельзя. Только биться.

Шар я принял на заранее выставленную под углом Стену воздуха. Взрыв потряс меня, но задержать не смог. Ещё два прыжка по пылающей земле, и я достиг оптимальной для себя дистанции.

Секиры, Копья, Сферы – все парами в него! Секиры снова заставили его защиту вспыхнуть, а вот с остальным он разобрался сам. Вскинул руки – их школа жёстко привязывает активацию к жестам – и Копья развеялись песком. Сферы почернели и просто пролетели мимо, активировавшись с огромным запозданием, далеко за его спиной. Ладони Инквизитора развернулись ко мне, и меня охватил огонь. Не успел я ни блокировать запитывание плетения под ногами, ни уйти из зоны поражения. Быстрый, опытный тип. Но и я не сильно хуже: отстал от него всего на мгновение. Вырвавшись из пламени, увидел, как тёмного плющит моим Конфликтом – его он тоже не смог блокировать. Выстоял, но защита явно села, посильнее моей даже. Уж больно бледно полыхнула, отражая стрелы.

«Давить, давить, давить!»

Несколько секунд мы обменивались заклинаниями. Но на одно его я отвечал пятью – мне их не нужно плести. И второй Конфликт ударил Инквизитора полной мерой, оставив его живым и почти целым, но откинув назад. А через мгновение точку в бое поставили мечи добежавших Рама и Дорга. В последний миг он ударил их слабым огнём, но тщетно: они успели пробить сердце и отрубить голову тёмному магу. Я, разом опустошённый, прошёл оставшиеся до него шаги. Поглядел на застывшее в предсмертном крике лицо врага, на мантию, пробитую серебряными шипами Рама. Поднял с земли символ ранга, что так старательно пытался разглядеть ещё недавно. Обещал ведь повесить на стене? Значит, повешу. Огляделся вокруг и заметил начертанные простые Печати. Навскидку могу сказать, что это должно было стать основой защитной системы, на которую тёмный повесил бы заклинания. Так мы тоже можем, и даже лучше: тут простенько всё, как и в предыдущей долине.

– Чудом, в общем. Чуть дальше были бы – и хана нам всем. Могли не добежать, – высказал я своё мнение, затирая линии. – Ну, или если мы бы ещё полчаса медлили.

– А теперь, если тот глупец выжил, то он об этом пожалеет, – высказал наши мысли Рам.

Выжил. Амулет доказал свою надежность, да и прямого попадания не получил. Многие получили ожоги, попав под струи раскаленного газа или вырываясь из горящих кустов. Но и только. Виновнику даже успели начистить морду лица, пока мы возвращались. Это, как мы и ожидали, оказался мальчишка, отслуживший всего несколько месяцев.

– Боец! Какого… ты творишь?! Что, язык проглотил?! Какого проклятого ты выскочил? Отвечать! – орал Рам на всю округу.

– Тонму лейтенант.

– Я не слышу!

– Тонму лейтенант, таких же убили ночью стрелами… Я же видел там, на поляне… Ну, решил, что всё равно он не поворачивается, сниму его в спину…

– А какая была последняя команда, рядовой? – Рам уже не кричит: голос тихий, вкрадчивый.

– Скрываться в зарослях и ждать команды, тонму лейтенант, – опустил взгляд провинившийся.

– Боец, ты команду слышал? – ласково поинтересовался теперь уже Дорг.

– Нет, – шепнул этот гад себе под нос. Хочется его приложить чем-нибудь тяжёлым, невзирая на устав.

– Рядовой, ты как отвечаешь? – озверел Рам.

– Никак нет, тонму лейтенант, команды не слышал, – вытянулся и рявкнул боец.

– Пилит Рауст, так? – уточнил Рам.

– Так точно, тонму лейтенант!

– Рядовой Рауст, ты понимаешь, что в боевой обстановке нарушил приказ? – Рам снова вкрадчивый.

– Так точно! – помялся, но ответил тот.

– А то, что только чудом нет погибших среди твоих товарищей по оружию?

– Так точно, понимаю, тонму лейтенант, – после тяжелого молчания выдавил из себя Пилит.

– Лэр-лейтенант, сколько энергии у вас осталось? – поинтересовался у меня Рам.

– На пару заклинаний, ещё один огненный удар я бы не перенес, – немного сгустил я краски для пущего эффекта.

– Рядовой, ты подверг опасности своих товарищей, вынудил мага и офицера ринуться в глупую лобовую атаку, что только чудом удалась. Ты это осознаешь?

– Так точно! – видно, что незадачливому лучнику становится все хуже и хуже.

– Сержант!

– Здесь, тонму лейтенант, – мгновенно ответил Дорг.

– Рядовой Рауст окончил курс по тёмным магам?

– Так точно, тонму лейтенант! С оценкой хорошо.

– Значит, боец, ты знал, чем нашему отряду может грозить неподготовленный бой с Инквизитором. Выходит, ты из секты Тёмных пророков? Решил использовать выпавший шанс послужить им? Да я тебе сейчас на месте прикажу болт в голову пустить!

– Тонму лейтенант, да вы что! Тонму лейтенант, да я, да вы… – на бойца было жалко смотреть. Наконец, он сообразил: – Тонму лейтенант, да ведь не знал я, что это Инквизитор! Я думал – простой Монах! Тонму лейтенант! Тонму сержант, да хоть вы им скажите! Я же не видел, у нас же нет Ока ни у кого!

– Не знал, говоришь? И чист сердцем перед Демиургом?

Мы все внимательно оглядели солдата с ног до головы. Никто его, конечно, серьёзно в этом не обвиняет. Ужас в его глазах и набитая морда лично меня вполне удовлетворили. Остальных, наверняка, тоже. Будь погибшие, все происходило бы, конечно, по-другому, а так… Испугает его Рам пару раз, чтобы до конца дней запомнил, да на губу.

– Клянусь! Тонму лейтенант, – опомнившись, дополнил жутко испуганный боец.

– Ладно, допустим, верю, – задумчиво протянул Рам через пару минут, за которые Пилит потерял, наверное, пару килограммов нервов. – Но ты в боевой обстановке нарушил приказ. Подверг опасности жизни товарищей. В чём ты клялся на присяге? Не слышу!

– Торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным бойцом, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров, – хрипло прошептал рядовой.

– Если же по злому умыслу… Продолжай.

– Если же по злому умыслу я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара закона, всеобщая ненависть и презрение граждан империи, и недостоин я буду взгляда Создательницы, – еле слышно прошептал осунувшийся боец. – Тонму лейтенант, но ведь не было у меня злого умысла! Не было!

– Только это тебя и спасает. Потому… Месяц карцера по возвращении! Занесение в личное дело этого случая и зарплата за три последующих месяца пойдет в фонд воинской помощи, – припечатал Рам. – Свободен, рядовой.

– Тонму лейтенант!

– Исчезни пока с глаз моих, не доводи до греха. Я сказал – свободен! – зарычал Рам.

– Тонму лейтенант, не уйду! – уперся Пилит, весь напрягся, окаменел. Видно было, что его хоть убивай, а с места не сдвинется. – Хоть что со мной делайте. Как так выходит! Я в карцере буду сидеть отдыхать, а остальные в патрули ходить и с тварями биться?!

– Боец, ты совсем обнаглел? – поразился Рам. – Ну, и что ты от меня хочешь?

– Тонму лейтенант, отложите наказание! – взмолился солдат. – Ради Демиурга, отложите! Вдвое больше назначьте, только потом, когда тёмные лезть перестанут!

– Ишь, какой ты, – Рам помолчал, давя взглядом на Пилита. – Молодец, боец. Всё правильно понимаешь. Действительно, стыдно было бы тебе после такого в глаза братьям по оружию смотреть. Рад, что ты понял, в чём основное твоё наказание. Отложим карцер до спокойных времен. К своим иди, извинись, и вообще поговори с ними. Свободен. Сержант!

– Здесь, тонму лейтенант, – отошедший было в сторону сержант снова подскочил к нам.

– Теперь с тобой. За то, что не уследил за бойцом – тебе неделя карцера после окончания чёрной тревоги и замечание без занесения. Возражения есть?

– Никак нет, тонму лейтенант, – отчеканил тот.

– Также свободен.

– Нормально так последний портал зачистили, – хмыкнул я, растирая лицо.

– Давайте здесь заканчивать, до серьёзной темноты нужно обернуться в крепость, – напомнил Рам. Кто бы спорил.

Пока Рам наблюдал, как молодые бойцы учатся закрывать портал, я пытался найти подтверждение своей теории о последней волне порталов. Два открыты в пределах Источников, крепостного и третьего посёлка, почему-то не погашенного. Ещё один возле уникальной шахты магических минералов. А вот этот, последний, почему тут открыли? Ничего особенного здесь я не вижу. Ни в обычном плане, ни в плане магии. А если глянуть глубже? Я скользнул на магический план и стал уплотнять Сеть до предела своих возможностей. Нити заплели пространство сплошным ковром. А теперь внимательно всматриваемся в них. Вот и странность: в одном месте Сети нити как будто толще и прогибаются под чем-то невидимым. Я вернулся в обычный мир и сделал пару шагов. Дела! Море идей, мыслей и переживаний тут же захлестнуло меня с головой.

– Ты чего по кругу топчешься, и вид такой, будто тебя по голове ударили? – отвлёк меня от раздумий Рам.

– Понимаешь, тут такое дело… В общем… – попытался я объяснить. Но не сумел. – Иди сюда, сам поймешь.

– Ух, ты! Природный источник! – Рам забегал кругами, как я недавно, определяя границы потока силы. – Шагов семь! Ну, повезло! Поздравляю! Так… Если будешь нам с ребятами меньше чем две бутылки в год присылать с этой винокурни, то мы обидимся.

– Ты о чем? – растерялся я.

– Как о чём? Природный источник! – Рам посмотрел на меня, как на глупого ребёнка. – Тут латис можно делать! Тебе нужно с Миргаром обсудить это. Он будет тебе отличным партнером.

– Рам, ну что ты! Я же не один его нашёл!

– А-а-а-а. Вон ты чего растерянный, – Рам даже прекратил наматывать круги в Источнике. – Нет. Ты источник нашёл, и тебе пользоваться выгодой от него.

– Ну что ты такое говоришь?

Я совсем расстроился. Или это после амулетов у меня такая репутация? Да и эти ночной Стазис и Родник я выкуплю по закупочному листу!

– Аор. Ты в курсе, сколько зарплата твоя и моя?

– Сорок золотых, – буркнул я. Точно за скрягу считают.

– Твоя. А моя больше. И не в два раза. И это не считая льгот всяких. Нам страна, за нашу службу и готовность жизнь отдать, платит щедро, чтобы мы мало в чём нуждались.

– А я жизнь не готов отдать, что ли? – обиделся я.

– Не об этом речь, – Рам успокаивающе поднял руки. – С этим никто не спорит. Зато тебе официально разрешено зарабатывать своим искусством. Или ты думаешь, что любой может прийти в крепость и, к примеру, продавать амулеты?

– Нет, – чуть унял я возмущение. – Любой не может – в уставе все чётко прописано. А ты?

– А я не маг, – усмехнулся Рам. – Да и пока ты не появился, доступными адепту возможностями особо не пользовался. Или, ты думаешь, мы в стройке участвовали только из-за денег? Нет. Сначала нас Динис уговорил, а потом…. Просто мы поняли, что даже с помощью своих слабых возможностей можем многое сделать. Ты нас буквально зажёг своим энтузиазмом. Помнишь, как мы кинулись отделкой заниматься? До этого мы только кузнеца перед глазами и видели, а тут… Но не об этом речь. Мы говорим о правах на этот природный Источник.

– Вот и не пойму, с каких делов он мой личный?

Я что, сам тут, в одиночку, тёмного мага убивал и, вообще, наверное, больше гуляю на свежем воздухе, а не на службе состою. Уж об этом в уставах ни слова. Я хоть и не держу их на столе как настольные книги, но под присмотром Диниса выучил от и до. Особенно всё, что связано с магами.

– С тех, что мы обеспечены государством полностью, а ты нет, – Рам поднял взгляд в небо. Страдалец нашёлся. – И так задумано специально.

– И поэтому могу хапать всё, что плохо лежит? – я всё никак не мог понять и злился, особенно на гримасы Рама и этот взгляд в небеса. – Так я развернусь, покажу свою натуру.

– Ох, – Рам поморщился. – Тяжело с тобой разговаривать. Просто поверь: источник твой по закону. Можешь спросить у Диниса, уж ему-то ты веришь? Но насчет бутылок я тебя предупредил.

И он развернулся и ушёл, оставив меня думать над ситуацией. Не задумывался раньше, а выходит, что я меньше всех лейтенантов зарплату получаю. Обидно? Да нет, не обидно. Я неплохо зарабатывал на амулетах до чёрной тревоги. Правда, всё тратил на свои же занятия магией. Вот и получается, что ни в чём я не испытывал нужды даже без своих доходов. Столовая бесплатная, на деликатесы и вино для вечеров в офицерском клубе я скидывался и даже не задумывался об этом, потому как пять-шесть золотых на это не жалко. Так что обделённым я себя не чувствую. Хм, но вот почему так сделано?

– Аор! – отвлек меня от раздумий подошедший Дорг. – Погляди, всё зачистили?

– Да всё, – внимательно оглядев окрестности закрытого портала, успокоил я его.

– Хорошо. Ладонь подставляй, – скомандовал сержант.

Он убежал, а у меня осталась в ладони горсточка нежно-голубых капелек. В общем, так они и значатся в каталоге – Капли. Хорошая штука для начинающих магов и неплохое качество. Я положил их в кармашек и задумался, вспоминая училище. Неужели нам ни разу не упоминали о разнице в доходах? Но единственное, что вспомнилось, под мерное покачивание в седле, это фраза на лекции Повелителя Рагнидиса: «Мы постараемся, чтобы у вас был лишний стимул в развитии своих способностей». Но это как-то натянуто. Не все же занялись артефакторикой. Тому же Динису просто не будет времени на это. Ему и со своей аурой забот хватит. Странно.

Глава 28

В крепость мы вернулись уже в темноте, под падающим с неба первым снегом. В седле я держался только на силе воли, стиснув зубы. Какое счастье, что ничего не случилось на обратном пути – ни тварей, ни порталов. Потому как от меня сейчас толку нет: вторые сутки почти без сна, с раной и активно работая с силой. Я был о себе лучшего мнения и, вспоминая учёбу и полигоны, вроде не безосновательно. Но постоянная работа с Сетью, оказывается, жутко выматывает. Я себе нашёл объяснение – это как с тяжёлым камнем. Вроде поднимешь его раз, другой – легко. Но если поднимать и поднимать его безостановочно, то к вечеру он начнет выскальзывать из онемевших пальцев и весить в десятки раз больше, чем утром. Плохо, что нас о подобном не предупреждали. Когда во дворе цитадели слез с лошади, захотелось упасть ей под копыта и там же, на тонком одеяле первого снега, завалиться спать. Но оставалось ещё одно очень важное дело. Аори. Вряд ли девушка будет в моих комнатах – нужно идти сразу в её покои. Но меня перехватила Ланис.

– Стой, Аор.

Она решительно заступила мне дорогу и даже упёрлась для верности ладошкой мне в грудь, что со стороны, наверно, смотрелось очень смешно. Маленькая пышечка останавливает здоровяка в доспехах. Я всё же немного раздался в плечах, несмотря на рану, даже наплечники пришлось переставлять.

– Почему? – сил на эмоции не осталось, только на душе становилось темно.

– Тебе пока не стоит с ней говорить и вообще показываться на глаза, – Ланис ладошку опустила и принялась теребить платочек.

– Мне нужно с ней поговорить.

– Аор, я не знаю, что у вас произошло, но она проплакала полдня, и не стоит снова её волновать.

– И ей даже не интересно, что со мной? Может, меня там твари сожрали или Инквизитор сжёг? – безразличие отступало. От всей абсурдности ситуации я начал злиться.

– Аор, ты что! – Ланис воскликнула с негодованием. – Все в крепости переживали. И я как пересчитала вас и увидела, что с тобой всё хорошо, сразу побежала к ней и сказала.

– Все в крепости? А она? Почему со стен считала нас ты, а не она? – я впился взглядом в глаза Ланис.

– Не говори так о ней! По-твоему, из-за чего она плакала? – в глазах девушки загорелись огоньки злости.

– Не знаю, Ланис, не знаю.

Меня снова охватила волна безразличия. Гнев исчез. Прямо на вопрос она мне не ответила, но сил надавить на неё и выяснить все окончательно уже не было.

– Я устал и мало что понимаю сейчас. Какая-то безумная ситуация. Не волнуйся, оставь платок в покое, я ухожу. Передай ей, что я очень надеялся поговорить с ней.

– Аор, – окликнула она меня в спину. – Не думай о ней плохо. Просто она не привыкла к нашей жизни. Ей тяжело здесь. Она надеялась на тебя.

– Надеялась? – я обернулся, окончательно запутавшись в этих намёках. – Ланис, ты о чем?

– Как? – зелёные глаза, казалось, заняли половину лица. – Ты ведь обещал!

– Безумие. Кто-то сошёл с ума.

Я отвернулся, обрывая разговор. Не было желания что-то дальше выяснять в этом абсурде непонимания. Так и ушёл. Молча, не оборачиваясь. Что я мог ей сказать, а сделать? Выудить из разламывающейся головы, что же я наобещал Аори за эти недели? Объяснить причину нашей размолвки? Да я сам её плохо понимаю. Ведь всё почти на пустом месте произошло! Знаю точно, что ей не нравится захолустье нашей долины. В чём-то могу её понять. Сам я в Милоре не был, да и вообще, до начала учёбы нигде не был. Но о Милоре много читал, так что об этом месте знаю достаточно. До Крушения – большой курортный город на берегу тёплого южного моря. А сейчас – южная столица Гардара. Крупнейший порт империи, стянувший к себе все самые значимые морские пути. Вернее, создавший их все заново. Последние годы развивается торговля с Сетией, принося огромные прибыли рискнувшим купцам. Но благосостояние города основано на караванах в дальние провинции запада и востока и торговле с Шиалдом – огромным островом-государством на юг от нашего материка. Они, из-за какой-то прихоти судьбы, не подпали под влияние тёмных пророков, и после возникновения у нас Флота и установления с ними контакта, отчасти могут считаться нашими союзниками. Во всяком случае, их вера Создательнице сильна, даже их вооружённые отряды в нашей стране есть, в качестве наемников. Не стоит забывать, что именно Милор стал колыбелью Флота.

Через южную столицу идут огромные денежные и людские потоки, на улицах можно встретить даже контрабандистов из Зелона. Ну, у нас это честные торговцы, а вот у себя – контрабандисты и даже предатели, рискующие попасть на жертвенный алтарь. Так вот, как пишут, Милор так же прекрасен, как хрупкие сияющие кристаллы призрачного хрусталя из Шиалда. Так же многолик, как сетийские игрушки-оборотни. И так же загадочен, как зелонские головоломки.

Поэтому я понимаю, как тяжело красивой девушке, привыкшей к большому шумному городу и к его возможностям, попасть в эти горы. Да, здесь нет ни балов, ни карнавалов, ни театров и музыкантов, ни красочных ночных гуляний по праздникам. Но жизнь не исчерпывается лишь одними развлечениями, есть ещё и работа, служба стране и Создательнице. И мы должны приложить все силы и старания там, где мы сейчас находимся. А не копить их до того момента, когда окажемся в столице.

Прежде всего – служение стране, тем более сейчас, в такой сложный период. Да и у простой тихой жизни есть свои прелести. Мы не навечно заперты здесь, в конце концов!

После стандартного гражданского контракта она может подать прошение, и её переведут в главный город какого-нибудь луча. Я в этом твёрдо уверен – ведь она умная девушка, не бестолочь и бездарность. А значит, приложив старание, может за какие-то шесть-восемь лет дойти и до столицы провинции. Как, впрочем, и я. И мы бы оказались в том же самом Райте. Вместе. А что такое для нас восемь лет? Мы ведь ещё так молоды! А она обо мне даже не спрашивала, не интересовалась, вернулся отряд или нет. Как так?

А как я? Я же ночью о ней тоже не вспоминал. Но я был в бою и в ожидании схватки. А она просто сидела здесь! Но ведь из-за чего-то Аори плакала?

Так, споря сам с собой, и заснул. К счастью, ночью сигнал тревоги не прозвучал, и утро я встретил отдохнувший. Сразу после утренней тренировки подошел к Рино.

– Что у нас с новостями за ночь? В Ретрошене как? – поинтересовался я у него после приветствий.

– Все спокойно. Порталов нет, – обрадовал он в ответ.

– Отлично. Уже больше суток период покоя, – я начал прикидывать, что и как в моих выкладках о порталах.

– Аор, хотел поговорить об артефактах, – сбил меня с мыслей Рино.

– Ну, слушаю, – удивился я – вроде как никаких нареканий по ним не было.

– Я вчера поговорил с Дорстом, а сегодня еще с Рамом.

– Когда успел? – теперь я перебил товарища.

– Поднял их за час до побудки, всё же нам много нужно было обсудить, так что мы решили пожертвовать сном, – объяснил он и продолжил: – И они мне рассказали подробности схваток. Меня заинтересовало то заклинание, что ты использовал вместе с лучником Сарком.

– Оно называется Касание и ускоряет все предметы, пролетевшие сквозь него, – уточнил я.

– Хорошо, я так и понял, что все, – не дурак, – кивнул Рино. – У меня вопрос. А можно ли создать артефакты с ним и раздать лучникам? С такой экипировкой они станут действительно мощной и грозной силой против любых тёмных солдат.

– Большинства, – вредно уточнил я. Обиделся, видишь ли. А у меня настроение тоскливое с утра, вернее с вечера. – Уже думал об этом. Это возможно, и я даже сегодня намеревался сделать несколько амулетов.

– Замечательно, – сверкнул улыбкой Рино, не обращая внимания на мою колкость. – В будущем хотелось бы увидеть подобные артефакты и на всех полиболах крепости. Ведь их можно будет запитать от Источника?

– Да, – пожал я плечами. – Не вижу большой проблемы в этом. Разве что в наличии свободного времени.

– Ну, – развел руками Рино. – Тут я ничем помочь не могу.

– А по моим вопросам? – напомнил я.

– Я знаю. Уточняю сразу, что и слышал, и даже нашёл такие позиции в том каталоге, что ты заказывал из лавки в Райте, – Рино обезопасил себя от очередной моей подколки. – Знаю, делают атакующие артефакты, которые могут использовать даже не имеющие дара.

– И ты хочешь, чтобы я сделал такие? Зачем?

Я изрядно удивлен. Маг под рукой имеется, но всего один. А сил на их создание я потрачу гораздо больше, чем они смогут задействовать. Лучше соорудить себе ещё накопитель силы и забить его под завязку.

– Чтобы хоть у офицеров и командиров отрядов были дополнительные козыри в схватке.

– Понятно. Решил полностью экипировку пограничных частей повторить, – задумчиво протянул я, обдумывая вопрос. – Можно, но пока в ограниченных количествах. У меня просто мало необходимых компонентов. Природные заменители не пойдут, слишком много их нужно. А ведь ещё нужно и лучников не забыть.

– Я буду очень тебе благодарен, Аор, – Рино прижал ладонь к сердцу.

– Ты это брось, – толкнул я его в плечо. Тоска немного рассеялась. – Обижусь.

Сложность и дороговизна артефактов, о которых говорил Рино, заключается в особенностях ауры человека. У мага она в десятки раз плотнее и больше по размерам, что легко подтверждается анализирующими заклинаниями или визуально с помощью специального плетения, позволяющего увидеть ауру. Именно развитая аура позволяет магу эффективно использовать заклинания, и сильнее всего это заметно по боевым. Амулеты защиты, работающие непосредственно в ауре человека или на её границе, почти одинаково работают и у простого человека, и у владеющего силой. Артефакт, который будет создавать Касание, в моих руках (вернее, в пределах моей ауры) отработает на сто процентов. А вот Сарк с его помощью выпустит не более десятка стрел. Переделаем артефакт под боевое заклинание, и Сарк выдавит из него лишь одно полноценное заклинание, в то время как я вложил туда маны на десяток для себя.

На пальцах дело обстоит именно так. В общем, Рино и так прекрасно это понимал – всё же вместе со мной строил крепость и знал, откуда такая эффективность наших действий, но мои объяснения и на этот раз выслушал внимательно, не перебивая. И согласился, что по возможности артефакты нужно выдавать адептам. Тогда эффективность повысится вдвое-втрое. Конечно, пока их мало. Но с такими темпами появления порталов недостатка в материалах у меня не будет. Завершить работу спокойно мне не дал сигнал «Внимание», накрывший своими тягучими басовитыми нотами крепость. Я, уже привыкая к постоянным опасностям, схватил в одну руку посох, в другую эспадон и рванул на лестницу, ведущую к служебным помещениям. Орб сам следовал за мной.

– Ты видишь то же, что и я? – недоумённо спросил меня Динис, пихая в бок локтем и не отнимая от глаз артефакт Ока.

– Наверняка, как и все на обзорной площадке. Одному тебе, седому, небесные воительницы из числа Стражей видятся, как во снах, – усмехнулся я, любуясь окружающим пейзажем.

Красота! Всё укрыл снег, сменив тёмные мрачные тона красотой девственного белоснежного покрова. Конечно, ему ещё рано становиться хозяином этих просторов, и скоро он растает, но пока красота первого снега хоть немного разгоняет черноту в моей душе.

– Не смешно, – обиделся интендант. – Я вижу здорового страшного монстра и на нём верхом эльфийку в фельдъегерской форме! И это не похоже на мои сны! Ни на один за мои пятьдесят два года!

– Сколько?!

Я никогда не уточнял его возраст, а на вид он выглядел под сорок. Да ладно, выглядел! Он меня, мага с усиливающей маной в жилах, делает в поединке на мечах! Если без Саха.

– Да, да! – покивал сокрушённо Динис. – Надеюсь, с этого момента ты ещё более внимательно будешь слушать этого умудрённого жизнью старика.

– Хм, ты! – растерялся я, но потом пошел в атаку. Ему спуску давать нельзя. – Вредный старик. Похоже, с этого дня мне предстоит ещё больше нравоучений.

– О молодёжь! О нравы! – возопил Тарган, воздевая к небу руки.

– Этот монстр – наверняка химера, – игнорируя его издевательства, я вернулся к причине начала разговора. – Их лет пять, как грозятся запустить в массовое размножение на смену лошадям, – пояснил я. – А эльфийка? Ты так поражён, как будто впервые видишь эту расу. Лучше объясни, что она сигналит.

– Вообще-то впервые, – обиженно буркнул Динис, ведя себя так, будто ему лет меньше, чем мне. – Сигналит пароль, подтверждая, что она по праву носит форму. Чёрное время в стране. Чтобы стрелой не угостили – всё по уставу должно быть. Сейчас отзыв отмашут, и она будет уверена, что в крепости не враг.

– Спускаемся, – скомандовал Рино. – Узнаем, что за вести.

– И посмотришь поближе на очередную красотку, – снова подколол я Диниса. – А то столько про женщин всем нам советуешь, а ни с одной эльфийкой не знаком. Непорядок! Наша вера в великого знатока женских сердец пошатнулась.

– А кто-то сейчас будет экстренно овладевать стихией воздуха на новой для себя ступени, – интендант поглядел на моё непонимающее лицо и уточнил: – Летать будешь учиться.

– Я уже умею ускоряться, – я несколькими большими прыжками достиг лестничного пролёта. – Мне хватает.

⁂

– Курьер старший лэр-лейтенант Алахара Муллин ал Кенур, – сняв шлем и повесив его на пояс, склонила голову эльфийка, приложив перед этим кулак к груди. – С пакетом и посылкой из Ритоша.

Я отвлёкся от разглядывания девушки и напряг память, вспоминая правила именования, по которым у нас случилась однажды лекция. Принадлежащая морю из семьи Изумрудного блеска, как-то так. Ну, а клан у нас один-единственный на всю планету – Присягнувшие. Могла и не говорить. В бойне Вторжения небольшой отряд эльфов оказался единственным сдавшимся из нечеловеческих рас. И единственным уцелевшим из многомиллионных армий иных рас. В наказание они были отлучены создавшим их тёмным Демиургом от магических потоков их мира и обречены на угасание от разрушающихся душ. Но чародеи Артилиса обладали непредставимой для нас мощью и провели ритуал, связывающий тысячи эльфов плоть к плоти, душа к душе уже нашего мира, совершив действо, посильное ранее только Демиургам, подарив им жизнь второй раз.

После этого все эльфы, ещё толком не окрепшие после возвращения с края смерти, объединились в один клан ал Кенур. Его новый глава, объявив об освобождении от прежних клятв, принес присягу Совету Архонтов Артилиса. Нет, они не предатели своего мира и его творца. Они были лучшими бойцами нескольких кланов своего мира, этакой их гвардией, нанятой за деньги и услуги для вторжения, и по кодексам наёмников имели право сдаться в безвыходной ситуации.

А затем ударило Крушение. Тёмный век не щадил никого, находились и среди эльфов предатели, но ни один изменник не остался в живых. Клан Присягнувших следил за чистотой своих рядов. Эльфов по-прежнему очень мало – с рождением у них плохо, но зато живут долго, даже по сравнению с гардарцами. И те, что покидали свой край, служить предпочитали в восточных лесных провинциях или на флоте.

Но фельдъегерская служба – это элита, могучие бойцы, получившие знак не ниже Магистра меча, обязательно владеющие силой хотя бы на уровне адепта. Они способны прорваться с пакетом из окружения сквозь строй врага, выстоять в бою один против десятка мастеров меча, найти путь сквозь леса и болота. Такие воины без колебаний готовы раз за разом принимать зелья, забирающие годы жизни, в обмен на невероятную силу и скорость, лишь бы только выполнить приказ и достигнуть адресата.

Так что нет ничего удивительного, что эльфийка несколько отступила от традиций и прошла жесткий отбор в эту службу, доказывая в очередной раз мощь и верность своего клана. Вот передо мной гордая дочь своего народа. Сероглазая, с безупречной красоты чертами лица, короткими, до плеч, светлыми волосами – чтобы легко помещались под шлемом. Полностью закованная в лёгкий латный доспех, покрытый изящной гравировкой. На плечах тяжёлые на вид форменные наплечники сложной формы, сразу делающие её стройную фигурку грозной. Впрочем, у эльфов другая физиология, не стоит обманываться: хрупкая Алахара в поединке силы выиграет даже у вдвое более тяжёлого Рино, которому достает только до плеча. На поясе короткий меч. На груди и поясе выделяются серебром тяжёлые форменные застёжки круглой формы.

– Подобные догадки о нацеленности тёмных порталов на источники сил пришли в голову и нам – вернее, крепостному магу. А вот за уточнение времени пробоя спасибо. Тонму старший лэр-лейтенант Алахара Муллин, благодарю за службу.

– Служу Гардару! – гордо вскинула подбородок эльфийка.

– Алахара, простите моё неверие, но пакет датирован сегодняшним числом. Неужели химера так быстра и вынослива? – дождавшийся, наконец, окончания уставной части, заговорил Рам. Всё же она старше его по званию. Да и фельдъегерская служба.

– Это что-то невероятное, лэр-лейтенант, – довольно улыбнулась она. – Нет никакой необходимости в эликсирах, которыми мы раньше гробили лошадей. Если вы не знаете, то скажу. Срок фельдъегерской службы у наших лошадей – два года в спокойное время. Затем они переводятся на пенсию в армейские части. А мой Шалун без зелий скачет в четыре раза быстрее, чем они. Я добралась до вас за восемь часов и при этом оставила пакет в Ретрошене, где мы даже поели!

– Мы? Было два курьера? – удивился Рам, как и мы.

– Да. Мой коллега отправился оттуда в Райт. Но говоря «мы», я имела в виду себя и Шалуна, – ехидно улыбнулась эльфийка.

Подтверждая её слова, химера в несколько скачков оказалась за её спиной, встав боком, словно красуясь. И было на что посмотреть. Потрясающее зрелище: над хрупкой невысокой эльфийкой, словно горой, возвышалась тёмная, почти черная, громада химеры более двух метров в холке. Огромные пласты мышц вздуваются под короткой густой шерстью. Можно принять химеру за огромную кошку, если бы не совсем другая форма черепа, густая грива, множество острых шипов и костяных наростов в самых разных местах. Ах, да. Ещё и хвост с копьеподобным костяным кончиком. Интересно, туда яда не додумались добавить? Сногсшибательную зверушку вывели химерологи. На таких не скакать надо, а в первых линиях боя использовать. Она, наверно, и Драка взрослого порвет.

– И чем же нам накормить Шалуна? – заинтересовался Рам меню химеры.

– О! Да чем угодно в случае крайней нужды, а сейчас – ведро ячменя, залитого пивом, ведро мяса и два ведра воды. Вёдра, конечно же, большие, – уточнила улыбающаяся Алахара. Шалун согласно рыкнул над её головой.

– Он разумен? – недоверчиво уточнил Рино.

– Не так, как мы с вами, но гораздо умнее и собаки, и лошади, – девушка запустила пальцы в густую шерсть химеры прямо под висящим на его боку длинным кавалерийским мечом. – Правда, Шалун?

– Ггрраафвв….

– С ума сойти! – Рам смотрит на происходящее круглыми глазами. – Я могу тебя погладить, Шалун?

Вместо ответа химера чуть развернулась и склонила голову к Раму. И мы в который раз за сегодня смогли наблюдать поразительную сцену. Наш бравый лейтенант третьего управления, с восторженной миной на лице, самозабвенно чесал и ласкал огромную химеру. Процесс явно нравился и второй стороне. Во всяком случае, Шалун иногда басовито то ли мурлыкал, то ли тихонько взрыкивал.

– Он у меня на ласку падкий, – снисходительно пояснила нам Алахара, заставляя собраться.

Вдруг снисхождение связано не со слабостью химеры, а с нашими отвисшими челюстями?

– Я думаю, мы оставим их вдвоём, а вас похитим в столовую. Вы не против, курьер Алахара?

– Ничуть, – пожала плечами та. – Поскольку моё задание имело статус Лир, то я дам Шалуну полноценный отдых, и в путь отправлюсь завтра в шесть.

– Тогда вас проводят в комнату, а через полчаса мы ждем вас в столовой, – предложил Рино. – Боец подождёт вас и проводит.

– Благодарю за заботу, – улыбнулась Алахара.

Глава 29

После обеда мы засиделись в столовой надолго – больно разговор оказался интересный. Но затем волевым усилием Рино беседу перенесли в наш клуб. Всё же, действительно, здесь гораздо приятнее вести беседу и, главное, солдаты не пытаются постоянно приоткрыть дверь, чтобы подслушать разговор. А тема действительно интересная.

Алахара поведала нам, что творится в Ритоше и Ретрошене. И по моему мнению, и по мнению магов Ритоша выходило, что тёмные, воспользовавшись уменьшением числа Стражей, после первой волны порталов, пробитых, как и прежде, наобум, нащупали источники силы. И сумели к ним привязаться. Поневоле позавидуешь этому – ведь подобные заклинания после небольшой доработки могли бы возродить древнюю транспортную систему порталов. Но наши маги Эфира так и не смогли пока нащупать систему координат, а вот тёмные извне мира сумели привязаться к Источникам.

А ведь в империи чем крупнее город, тем больше там источников, тем они мощнее. Это у нас один на крепость или посёлок. А в Таладаре, к примеру, многие маги и купцы ставили себе собственные источники. Первые – для своих экспериментов, а вторые – для надёжности охранных заклинаний и просто как показатель статуса. Так что сам Ритош заполучил двенадцать пробоев двумя волнами. Но всё обошлось малой кровью благодаря ночному времени проникновения, когда людей на улицах нет, и умелым действиям не растерявшихся стражи и солдат. Городская стража службу несла бдительно, и к месту прорывов иногда успевала даже раньше воинов гарнизона, связывая тёмных боем. Но, к сожалению, в одном месте прорыва твари сразу ворвались в ближайший дом, убив всех, кто в нём жил. А в другом дома пострадали во время магического боя, и тоже не обошлось без погибших.

Станции Ретрошен невероятно повезло – вернее, все там считали, что это была удача, дарованная напоследок знаком Демиурга. Первый портал открылся недалеко от стен, на расстоянии прямого выстрела. Так что его засекли мгновенно и без Портального амулета. Все твари были тут же уничтожены. Пока успокаивались и хвастались меткими выстрелами, пришла пора смены постов. И тут у одного из местных бойцов клинит натяжное устройство метателя. Он сообщает об этом старшему своего участка и, получив разрешение, летит в арсенал заменить оружие. На обратном пути пробегает мимо тренировочного зала и видит там открывающийся портал. К своей чести, в состоянии глубочайшего ступора он находится всего несколько секунд и, ещё не до конца веря своим глазам, дико орёт на всю станцию, захлопывает двери в зал и запирает их. Изнутри. К тому моменту, когда на его крик сбежалась половина народа на станции, всё уже закончилось.

Бравый стражник появляющихся тёмных тварей встречал по одной и уложил так десяток Волков. Его после качали на руках, подкидывая аж до часов гостиного дома. От эйфории у всех в Ретрошене, похоже, расплылись рамки реальности и, опьянённые редчайшей победой, выбрали десяток солдат и отправили на зачистку третьего портала. Хотя Рино, инструктировавший наших ребят, строго-настрого запретил им подобные выходки. Наверняка и командир бойцов из Ритоша давал сходные указания, приказав дожидаться за защитой стен линейной бригады, назначенной на прочесывание и зачистку Ритошского луча. Они вернулись с победой и без потерь, но, видя кипящего гневом Рино, я не сомневался: те бойцы и их командиры, что отправились в лес, будут завидовать нашему нарушителю с его месяцем карцера.

– Алахара, правильно ли я понимаю, что Ретрошен получил два слабых портала в своей округе и один слабый в пределах своего источника? – успокоившись, поинтересовался Рино.

– Верно, – тряхнула она волосами, аккуратно уложенными в незамысловатую причёску. Полчаса до обеда девушка провела с максимальной пользой.

– А Ритош – двенадцать порталов различной силы в пределах Источников города? – задал следующий вопрос командир.

Я, кажется, начал понимать, куда Рино клонит. Что-то он гораздо проницательнее меня на моем же поле.

– Я об этом вам и рассказала, – недоумённо вскинула брови эльфийка.

– Но у нас девять порталов! А здесь только один Источник.

Тут я сам поднял бровь, только скептически. Про источник у старосты третьего посёлка я так и не поинтересовался. Но Алахара моего лица не видела, и я не выдал Рино, с его сгущением красок нашего положения.

– Зато несколько долин, полных магическими минералами, и тёмные лезут на них, как пчёлы на мёд.

– И? – эльфийка наполнила комнату своим смехом, похожим на журчание ручейка. – Вы хотите привлечь меня как ударную силу? Чтобы я отвадила тёмных пчёл от вашей пасеки?

– Хочу, чтобы вы передали мой доклад, в котором указываю, что на наш небольшой гарнизон пришлось порталов лишь чуть меньше, чем на многотысячный Ритош. А магов из прорывов вышло даже больше. Нам нужно усиление, и один курьер, как бы ни был могуч, нашего положения не исправит. К сожалению, вторая волна порталов оказалась для нас полной неожиданностью, и два из них открылись буквально за спинами наших отрядов. Если в Ретрошене преимущество оказалось на стороне нашего бойца, то здесь всё произошло наоборот. Мы уже потеряли тридцать человек! – горько окончил Рино.

Все подавленно молчали. Улыбки, игравшие до этого момента на наших лицах, стёрло в один миг.

– Примите мои соболезнования, – эльфийка побледнела от волнения и резко встала из кресла. – И простите моё беспричинное веселье.

– Алахара, простите и вы меня, – Рино подошел к напряжённой девушке и положил руки ей на плечи. – Я чересчур резок с вами, на меня давит горечь потери подчиненных. Ведь они ушли на смерть по моему приказу. Через три часа церемония Прощания с павшими, и мы все будем рады, если вы примете в ней участие.

– Мы сами ещё теряемся между прошлой жизнью, которую можно считать мирной и тихой, и сегодняшней, когда потеря трёх десятков братьев – это первый день прорывов, – тихо, с болью в голосе, ответил за всех нас Дорст. – И потому шутим и улыбаемся, стараясь не думать о потерях.

– Я буду на церемонии. Это мой долг, как воина, – проводить в последний путь своих братьев. И передам ваш доклад не только в Райт. У меня есть знакомые в Сигнальной службе. Ваш доклад уйдет в Гар. Клянусь! Я сожалею, что доставленные мной артефакты запоздали. Возможно, именно их не хватило кому-то из погибших братьев.

– Алахара, что вы! Уже бумаги, что вы доставили, чётко говорят, кто виновен в задержке. Владыка из Ритоша не постеснялся лично отписать, что данные артефакты были задержаны по его распоряжению, ибо ему показалась чрезмерной забота пятого министерства о переоснащении столь малого гарнизона артефактами нового поколения. Но теперь, из-за объявленного и окончательно подтверждённого массового вторжения тёмных, он решил. Нет, вы только подумайте! – возмущённо повысил голос Рино. – Он решил! Что часть экипировки может нам отправить!

После этих слов воцарилось молчание, все погрузились в свои мысли. Я думал о статье в Магическом вестнике трёхмесячной давности. Там как раз была статья об этих артефактах нового поколения, в том числе и армейских, и об их приходе в части. Я тогда ждал, что они вот-вот окажутся у нас, поскольку смысл статьи заключался в том, что артефакты уже ушли в войска. Но не дождался. Выходит, что виноват в этом один из Владык, решивший, что раз крепость далеко от границы, и мы не ловим каждый месяц по десятку зелонских некротварей, то все эти новинки нам ни к чему! И лишь когда порталы тёмных стали раскрываться на улицах его города, решил прикрыть свою задницу и послать нам жалкую часть положенного. А то, что это жалкая часть – я был уверен на сто процентов. В статье приводилось подробное описание всех новинок. А те жалкие полсотни амулетов, что доставила Алахара, никак не тянули на штатный комплект для двухсот человек. Уж с этим в империи строго: почтовая карета, привезшая не так давно из Райта амулеты защиты сознания для всех солдат и жителей поселков в долинах – лучшее тому подтверждение.

Я почувствовал, что меня переполняют ярость и ненависть. Ненавидел и этого конкретного Владыку, и весь их Совет в целом. Понахапали себе власти при странном попустительстве Императора. Как нам рассказывали, каких-то шестьдесят лет назад это был всего лишь консультативный орган, а сейчас они имеют возможность блокировать решения отдельных министерств, влиять на действия и судьбу губернаторов и даже легатов провинций. Если бы это было в моих силах, то вызвал бы на дуэль и стёр в порошок в круге поединка. Наверное, дай время Редоку, и из него вырастет вот такой же Владыка. Тут никаких Отступников не надо, с такими архимагами в стране. Жаль, пока не в моих силах иметь хоть какие-то шансы на подобную дуэль. И знал бы кто, как ужасно жаль, что артефакты приехали только сейчас.

Я еще в начале службы обещал Рино сделать артефакты, останавливающие кровотечение, но погорячился: мне до такого уровня контроля Воздуха, а главное – Земли ещё далеко. Алахара же привезла полноценные артефакты, созданные не меньше, чем магистром Жизни. Они могут не только остановить кровь и помочь в заживлении небольших и средних ран, но и способны спасти смертельно раненого человека. Амулет, оформленный в виде крупной фибулы, защищает бойца от шока, укрывает его разум в беспамятстве; в зависимости от ситуации, запускает резервы организма или наоборот, тормозит все процессы в нём, но дает шанс довезти раненого до больницы. Эх, нам бы их вчера.

Так, погруженные в невесёлые мысли, мы и разошлись до Прощания из клуба. А я, на пороге своей башни, вдруг понял, что перескочил с мыслей об артефактах и Владыках на мысли об Аори. И мне её так не хватало! Моя решимость быть гордым, уверенность в том, что в разладе нет моей вины, решение не ходить больше к ней, таяли с каждой секундой раздумий. Я сам плохо разбираюсь в отношениях между женщиной и мужчиной. И похоже, что выбрал плохой путь. Мне плохо без неё. Ещё недавно мне казалось, что я без всякой магии могу летать, а сейчас вместо крыльев я ощущал лишь боль, холод и пустоту в груди. Перед глазами вставали её лицо, улыбка, водопад вьющихся волос, мерцающие в полумраке свечей плечи. Мне стало неважно, что она говорила. Я просто хотел, чтобы она снова была рядом. Но ведь как-то, в рассказах того же Диниса Таргана я услышал мудрую мысль: «Мужчина должен брать всё в свои руки и сам принимать решения». Кажется, мне и нужно сделать это сейчас. И, решившись, я так и сделал. Пошёл к ней. К счастью, на этот раз некому оказалось перехватить меня на пороге её комнаты и, дождавшись короткого: «Да», я вошел к Аори.

– Чего ты хочешь?

Выглядит измученной, под глазами тёмные круги, на лице ни следа косметики, волосы, за которыми она обычно так тщательно следит, небрежно стянуты в хвост и переплетены какой-то потрёпанной лентой. Сама она в своем любимом халатике лежит на неразобранной кровати, покрывало всё смято и перекручено. Я, чувствуя, как сердце заходится в бешеном ритме, подхожу к ней, опускаюсь на колени и касаюсь её ладоней:

– Аори, прости меня.

Какие у неё холодные пальцы.

– Простить за что? – медленно, но неотвратимо, освобождает она свои ладони.

Пожалуй, и здесь молодость воспользуется советами убеленных сединами:

– За всё. За то, что заставляю тебя беспокоиться. За молчание. Я мало говорил тебе, как люблю тебя. Что всегда занят магией и с головой ухожу в проблемы, забывая о нас. За то, что не выполняю обещания и не забочусь о тебе. Прости, что заставил тебя плакать. Прости меня, потому что я без тебя не могу… Ты уже часть меня, я люблю тебя, и без тебя жизнь пуста.

– Не обижай меня больше, пожалуйста, – Аори касается длинными пальчиками моей щеки.

– Никогда!

Сейчас я готов пообещать вызвать на дуэль весь Совет Владык в полном составе, сразиться с полной командой тёмного Повелителя, лишь бы её ласка продлилась ещё хоть немного. Не важно, что за мной нет и не было вины. Мне не трудно просить прощения. Главное – я не хочу её потерять. Странно, как могут её холодные пальчики согревать меня теплом? Не иначе, это снова магия. И пусть она длится, и длится, длится. Так же, как наш сладко-горький поцелуй.

Я не отходил от неё ни на шаг, пока она маскировала круги под глазами, расчёсывала сбившиеся волосы, выбирала платье. Аори ругалась, грозилась какими-то карами, но я всё равно не спускал с неё глаз и брал за руку каждую удобную секунду. Так, не разжимая рук, мы и стояли во время церемонии Прощания. И на душе у меня было и сладко и горько. Сладко от тепла любимого человека рядом, горько от пламени погребального костра.

Глава 30

Я услышал, как изменилось дыхание за моей спиной, и с улыбкой развернулся к кровати, на которой Аори выплывала из глубин сна.

– Доброе утро, любимая, – увидев, что она открыла глаза, тихо сказал я.

– Ммм… Доброе… – пролепетала девушка, щурясь на свет, льющийся из витражного окна в комнату.

– Что тебе снилось? – поинтересовался я.

– Ничего. А ты почему не спишь? – удивилась Аори. – Ты же любишь полежать подольше. Зачем тебе сегодня разминка? Отдохни, Аор.

– Дела, – тяжело вздохнул я.

– И что же у тебя за дела?

Девушка одним гибким движением выскальзывает из-под одеяла и оказывается за моей спиной.

Дел на сегодня было намечено много. Вскочил я рано, успев написать и отдать Алахаре письмо домой. Пусть отец и мама знают, что у меня всё хорошо. Неизвестно, как будут ходить почтовые кареты, но из Ритоша точно письмо быстрее дойдёт. Алахара обещала узнать, не будет ли в попутном направлении курьера. Тогда путь ещё ускорится. И я быстрее узнаю, как у них дела. А то что-то на душе нехорошо. Конечно, начальник стражи у нас в городке – серьёзный человек, в железных рукавицах державший и нас – ребятню, у которых шило в одном месте – и тех, кто таит надежду заработать без труда. Причём обиды на него почти никто не таил. Справедлив он. И до судьи дела почти никогда не доходили. А таившие… Ну, где без полных дураков? Такие к его советам и голосу разума не прислушивались и рано или поздно знакомились с судьёй. Да вот теперь терзают меня мысли: улыбнётся ли удача его стражникам, если портал откроется внутри стен? Я в очередной раз отогнал от себя эти черные думы. Всё будет хорошо: у них порталы хоть и открылись ближе к утру, но всё же это ещё ночь, когда улицы пустынны. Всё будет хорошо. Не хуже, чем в Ритоше.

Лучше поглядим, как Рам вьётся вокруг Шутника и Алахары. Ох, я не знаю, насколько ревнива Ланис, но чую: если она узнает, мало ему не покажется. Даже то, что он очарован не эльфийкой, а химерой, ему не поможет. Это ещё доказать нужно будет, кем он очарован. Посмеиваясь про себя, я вернулся к себе, но ложиться не стал, боясь разбудить Аори, и засел за артефактный столик. За три часа сделал три артефакта для лучников. Причём большую часть времени потратил на конструирование необходимого плетения и соединения кусочков от наших позавчерашних трофеев. Вышло удобно и продуманно, на мой взгляд. Выглядели они как правильная пирамидка с двумя чёрными гранями, общее ребро которых будет указывать на цель. На оставшихся двух серых гранях выпуклые руны. Слева активации, справа деактивации плетений. В ребро, обращённое к будущему стрелку, врезаны три бусинки из обрезков, оставшихся после бокалов. Верхний светится при полной зарядке артефакта, средний при половинной, нижний при запасе энергии на один разгон. Светятся голубым и, естественно, едва-едва, чтобы никто лишний не заметил.

– Это редкий артефакт, – поясняю Аори, которая всё-таки подкралась ко мне, что за камешек я кручу в руках. – Я его из рук тёмного мага взял. Он тоже понял, что это за вещь.

– Редкий? А полезный? – щекочет моё ухо дыханием любимая.

– И полезный, – соглашаюсь я с ней. – В чём-то он меня может подтянуть до мастера.

– Ой, как хорошо! Он тебе сил даст? – она перетекает из-за спины ко мне на колени и возмущается. – Ты меня сегодня поцелуешь или нет?

– Прости!

Я немедленно исправляю свою ошибку. И не раз.

– Хорошо, – довольно вздыхает Аори на моих коленях. – Так значит, он тебе силы добавит?

– Нет. Когда его касаешься, то, – помялся я, пытаясь упростить описание из справочника портальных артефактов, – повышается родство со стихиями. Легче обращаться к ним и плести заклинания.

– И ты думаешь над тем, как его носить? Он большой – лучше амулетом.

– Нет, носить постоянно нельзя – можно привыкнуть, а это плохо, – объясняю я девушке. – Я хочу его в посох вложить, в навершие. Если понадобится, то буду руку класть на него.

– Ясно, пошли в кровать, пол холодный.

– Аори, – началось, с тоской подумал я. Как бы помягче объяснить? – Не стоит работу бросать на середине. Ты иди под одеяло, не студи ножки, а я закончу. Сразу всё сделаю, и у нас будет больше времени потом.

– Ясно, – девушка помолчала. – Тебе много делать ещё?

– Да, – я снова мысленно вздохнул. – Много. Тут ещё задумки есть.

– Хорошо, – вдруг легко согласилась Аори. – Мне подруги намекнули, что я слишком своевольна. Пожалуй, нужно исправляться. Только учти, что с обеда у меня уроки.

– С обеда и до?

– До четырёх. И получится, что сначала ты будешь занят, а потом я.

Аори всё же обиженно надула губки. Но, похоже, больше играя, чем обижаясь на самом деле.

– Тогда давай так, – я подумал и продолжил: – Беги на разминку, она через полчаса, я пока закончу с посохом. А всё остальное оставлю на потом. Ты будешь учить, а я заказ Рино делать.

– Отлично, – просияла девушка и погрозила пальчиком. – Не опоздай!

Проводив взглядом её изящную фигурку, я облегчённо выдохнул. Боялся этого первого разговора, когда выяснится, что я опять занят. Но нет, всё прошло хорошо. Аори снова такая, какой я её полюбил. Это, наверно, всё нервы. Из нас эти нервы выбивали в училище, а зачем такая подготовка учительнице? Для этого и нужна армия, для этого и нужны маги. Просто она напугана событиями, неизвестностью. А ведь чем больше я сделаю для безопасности крепости и солдат, тем в большей безопасности будет и она. Надо об этом как-нибудь напомнить.

Я отбросил лишние мысли и вернулся к посоху. Решил не только вложить в него Средоточие, но и украсть идею у Инквизитора, которому не хватило времени дочертить Печать. Неизвестно, когда он начал свою работу, но не хватило. Меня тоже учили создавать полевые оборонительные магические фигуры, но ведь и я могу не успеть. Поэтому решил добавить в посох артефакт, который сможет создать такие Печати в десятки раз быстрее меня. Сказано – сделано. За основу взял заклинания земли и вложил в память артефакта три средних Печати из справочника. Печать Атаки, Защиты для себя и Восстановление отряда. И, хотя время ещё оставалось, отошёл от столика, чтобы не вводить себя в искушение. Могу увлечься и действительно опоздать.

Не опоздал, и день прошёл великолепно. Я, наконец, не думал, что ночью будут новые прорывы в наш мир, не вспоминал огонь Прощания прошлой ночи. Запрещал себе посторонние мысли и давил, давил их, не позволяя мрачному во мне коснуться любимой. Казалось, что все это далеко и неправда. Лишь уверившись, что Аори уснула у моего плеча, я позволил себе задуматься о завтрашнем дне.

Я подготовлен полностью. Посох готов. Опробованы и начертание Печатей, и возможности Средоточия. Орб снова набит заклинаниями под завязку. Рино получил три пирамидки для лучников и три браслета командирам отрядов. В браслеты я вложил заклинание Секиры. Оно из общей школы и оптимально для такого артефакта. Проверки провели немедленно. Там все просто: вытянул руку в сторону и нажал два камня на браслете, обхватив его второй рукой. И Секира летит в мишень. Рам и Рино, как адепты, смогли выпустить на волю по две. Вот им запас на чёрный день. Артефакты пока будут выдаваться тем, кто идёт на зачистку. Личный состав будет меняться, только я, к сожалению, бессменный. На зачистку выходим утром: пусть порталы появляются где угодно, никто ночью стен не покинет. Посты усилены и глядят не только наружу, но и внутрь крепостных стен. Что же, как кричат в армии, идя в атаку: Преодолевая Путь. Раиду Опилу!

Глава 31

– Они окончательно зарвались, потеряли чувство реальности! Они понимают, что творят?

– Власть вскружила им голову. А безнаказанность и наши уступки сняли последние ограничения. Каждый решил, что он маленький император.

– Я не верю своим глазам! Игнорировать сигнальные депеши о помощи со станции, – потряс бумагами седовласый. – Не удивительно, что Литос блокировал армейскими магами этого идиота Вариодая в его собственной резиденции. Слава Демиургу, что подмога успела, и твари не успели взять Заир.

– Раг, прекрати меня сдерживать! Иначе мы получим восстание верных империи солдат. Ты думаешь, только у этого старого медведя кончилось терпение? Или думаешь, ему легко далось решение запереть, а не стереть с лица города этого Влады-ы-ыку? – с презрением протянул титул его собеседник.

– Ты прав. Они сами подписали себе приговор. Объявили Тёмное время и опьянели от власти.

– Сколько сил потрачено на уговоры, а времени… Сколько уступок им сделано! Наши проекты стоят на одном месте только потому, что они были против. Зато разрушенный Заир прочистил тебе мозги. Красно-синий пакет?

– Действуем.

Глава 32

– Пять минут! Динис! Мне нужно пять минут!

– Будет! – он сорвал с себя тлеющий плащ. – Бойцы сержанта Пилита со мной направо! Сержант Ридок – налево! Мага все слышали? Умрите – но десять минут мы ему должны обеспечить! Рассыпаться цепью, подыскать укрытия, на месте не оставаться! Второго попадания амулеты без мага не выдержат! Двигайтесь, если…

Крики Диниса дальше я не слышал, отключив усилием воли все внешние раздражители. Как и не видел, что занявшие оборону бойцы пропустили за спины отступающий арьергард, как они принялись разряжать метатели во врага, после каждого выстрела пускаясь наперегонки со смертью, но выигрывая так нужное мне время. Не видел, как уцелевшие бойцы арьергарда ссыпались с обрывчика ко мне и останавливались, сбивая тесный строй, передо мной, готовясь задержать телами вражеское заклинание – умереть, но дать мне шанс победить. Я ничего не видел, весь уйдя в мир магических плетений, одновременно воплощая в реальность целых две средних Печати. На ходу за секунды, растянувшиеся для меня в наполненную почти непосильной работой вечность, я перестраивал строгие выверенные линии заготовленных в посохе Печатей, дополняя их рунные надписи так, чтобы из сухих академических схем они превратились в работающие здесь и сейчас конструкции. Знать бы заранее, на чем споткнёшься.

Когда я открыл глаза, то впереди, на своеобразной ступеньке, возникшей из-за рельефа, царил во всем своём ужасе филиал демонических миров худших из тёмных Демиургов. Быстро тающий снег, перемешанный с когда-то мёрзлой землей; кружащийся в клубах пара пепел от сгоревших кустов; раскалённые, расколотые невидимыми ударами, валуны и многоголосый крик-стон над всем этим кошмаром. Но я сумел сделать главное. Здесь, в низине, вне пределов видимости Магистра, я вместил в четыре минуты работу целого часа по изменению и сливанию в одно целое двух Печатей, вложенных в мой посох.

– Назад! Все назад! В круг Печатей! – заорал я, срывая голос. И снова закрыл глаза.

Во мне сейчас почти не осталось энергии – все оставшиеся крохи я слил в два созданных мной Начертания. Как показали предыдущие пятнадцать минут – в прямом поединке силы и умений мне ничего не светит. Как маг, враг превосходит меня на порядок. Я потратил всю оставшуюся ману на запитывание внешней части моих Печатей, отвечающих за щиты. Это бывшая средняя печать Защиты меня, теперь растянутая на весь отряд. На отражение первых ударов хватит. Начертание Печатей, конечно, требует времени, зато какой рычаг они дают даже слабому!

Товарищи выиграли мне эти пять минут своими жизнями, теперь моя очередь их прикрыть и выиграть время уже для их победы. В течение ближайших минут примитивные, разогнанные так, что едва держатся, малые печати Силы будут заливать злой энергией все линии своих средних братьев. И в эти мгновения в голой мощи, направленной на защиту нашего отряда и восстановление амулетов, я могу потягаться с тёмным магом. А сейчас я должен связать боем врага. Мои заклинания ему не опасны, а потому мне нужно ещё раз прыгнуть выше головы. В бою сделать то, к чему решался только прикоснуться на тренировках. На моей стороне то, что у меня есть Средоточие, которое забросит меня на ступень выше моих способностей. Против меня то, что уже нет маны. А значит, придётся рисковать ещё больше, предлагая то, что есть у меня кроме неё. Пора!

Я привычным движением уронил ладонь на навершие посоха. Но теперь потянулся гораздо дальше обычного – в глубину Средоточия. Ещё – туда, где тяжесть, ещё глубже, ещё. Вызываю! Вызываю! Приди на помощь, моя стихия! Чувствую, как исчезают вдали боль обожжённого плеча, хриплый вздох измученного тела, странная пустота, возникающая в маге, потратившем всю ману. Но взамен ощущая странное спокойствие и неодолимую мощь. Медленное, ощутимое лишь в веках, движение – дыхание странной жизни и быструю дрожь – тягу к чему-то далёкому. Растворяясь в нахлынувшем безразличии и желании покоя, я всё же сумел зацепиться за смутное воспоминание. Я… Я? Я кто?

– Я – маг! – раздался неуверенный голос. Мой голос?

– Нет, нет – зашептал вокруг и внутри меня какой-то другой, какой-то странный гулкий голос. – Ты лишь частица тверди, камень скал, блеск руды, кусок породы.

– Нет! Я – маг! – перебил уже уверенно, немного приходя в себя.

– Ты всего лишь проснувшаяся малая частица большого. Вернись ко мне и спи, спи.

– Нет! Я – маг! – закричал я, заглушая чужой голос. – Я вспомнил всё!

Но ответа уже не услышал. Что это было? Бред разума, впервые так сильно нырнувшего в глубину доступной ему стихии? Или что-то большее и реальное? Кто знает, как ощущают стихии Повелители? Я окончательно отделил себя от Земли и нашёл свое тело, замершее в середине Печати. Здесь его линии, созданные больше по вдохновению, чем по расчёту, но всё же чёткие и выверенные до последней чёрточки, приобрели неожиданный объём и цвет, играя передо мной переливами невыразимо прекрасной ажурной конструкции. Я перевёл взгляд на крошечный кусочек исковерканной Земли, где враг обрушил всю убийственную мощь своих заклинаний на бойцов отряда. Миг, и я создал себе из земли и камней новое тело, прикрывая собой еле тлеющую искорку жизни от потока тонких, но невероятно прочных ледяных игл. Они глубоко вошли в мою грудь, ещё не успевшую покрыться толстым слоем камня, и причинили неожиданно сильную боль.

Я обиженно взревел и с силой взмахнул рукой, отпуская в полет часть себя – небольшой валун. К сожалению, не прицельно, а просто в сторону тёмного мага. Он снова укрылся маскировочным заклинанием! Ну уж нет! Сделал большой шаг, наступая на обломки камней, светящихся малиновым, и вбирая их в себя. Взмах, и они отправляются в полёт с обеих рук по широкой дуге. Вот он! Воздух в одном месте странно заколебался, как марево над раскалёнными предметами в жару. Я шагнул к следующей груде камней, одновременно пытаясь комом земли сбить шар какого-то заклинания, летящего в меня. Неудачно. Оно даже не заметило помехи и врезалось мне в бок, расплескиваясь по нему, будто внезапно обрело реальность и стало состоять из воды. Мгновенно пришла боль. Чудовищная боль, заставившая мир на время померкнуть, а разум снова помутиться.

А затем я услышал гул щитов, не пускающих жадное пламя к моему главному хрупкому телу. Забыв обо всём, я рванулся к этому жалкому человечишке, сделавшему мне так больно. Растворив валуны в теле, я покрыл себя коркой гранита и, ощущая, как вражеское заклинание продолжает разъедать моё тело под броней, огромными шагами бросился к магу. Больше его жалкие заклинания не смогли причинить мне-большому вреда – безвредно разбивались шипы земли и льда, шары огня, голубые полупрозрачные лезвия, непонятные сферы и лучи. На последних шагах я почувствовал, что воздух стал густой, а страшный холод стал сковывать моё могучее тело, покрывая броню сетью трещин. Шаг, другой, и я почувствовал, что камень суставов не выдержал, рассыпаясь щебнем. Но это уже было не важно, я даже не почувствовал боли, и всей массой своего тела обрушился на ненавистного врага. Теряя сознание, с детской обидой подумал: не убил.

С этой мыслью я и очнулся. Не убил эту тёмную тварь! Но сам-то я живой? Живой. Хотя тела не чувствую совсем, но я точно в своём настоящем и лежу, похоже, в повозке. Значит, мы победили? Собрав крохи сил, я приподнял голову и увидел спину сидящего рядом бойца.

– Боец, – слабо позвал я.

Снятый доспех и бинты не позволяли понять, кто передо мной. Дождавшись, когда тот быстро, но явно оберегая раны, повернётся, я продолжил, пытаясь вспомнить, кто же он:

– Старшего позови.

– Тонму старший лейтенант! Лэр очнулся! – решил тот поставленную задачу простейшим способом.

– Ну, ты и горазд кричать, – отрешённо заметил я, наконец, выловив в мешанине своих воспоминаний его имя. – Карилис, а что же мне воздуха не хватает?

– Тонму лейтенат, – замялся солдат. – Давайте, вы с тонму старшим лейтенантом поговорите?

– Тогда хоть положи меня повыше – сам на себя гляну, и воды дай, – предложил я ему другой выход, разгоняя усилием воли безразличие, охватывающее меня.

– Конечно-конечно, лэр-лейтенант, – засуетился тот, отдавая мне фляжку.

– У меня что, позвоночник сломан? Ничего не чувствую.

Для порядка поинтересовался у солдата, не особо и переживая по этому поводу. Странное безразличие, если задуматься.

– Нет, слава Демиургу, хоть это у тебя цело, – успокоил меня Динис, подоспевший на крик.

– Охренеть.

Я оценил количество бинтов на себе и целых два артефакта Второй шанс на своей груди. Понятно, почему я ничего не чувствую – фибулы заблокировали всё, что можно. Если меня ещё и зельями напоили, то можно резать: ничего не почувствую. Хорошо, хоть безразличие отпускает, и в голове мешанина воспоминаний я-маг и я-голем понемногу упорядочивается.

– И что со мной случилось?

– А ты помнишь, что произошло? – осторожно поинтересовался Динис?

– Да, – поморщился я: неприятно вспоминать свои ошибки и поражения.

– Значит, помнишь заклинания, что кидал тёмный Магистр в твоего голема? – так же осторожно продолжил товарищ.

– Всё отразилось на мне? – понял и ужаснулся я.

– Похоже на то, – он кивнул. – В груди несколько сквозных дыр – к счастью, тонких и справа.

– Почему к счастью? – не понял его радости.

– Дырки не в сердце, и лёгкое сдуться не успело до прибывшей подмоги. Слева же будто кислотой плеснули, до костей…

– Это и было какое-то кислотное заклинание. Соединение Воздуха, Воды и Земли, – теперь пояснил я Динису.

– Ожоги и рублено-колотые раны, сломанную пару рёбер не считаем, как мелочи, – помолчал он и продолжил: – Самое хреновое и непонятное с локтями и коленями. Такое ощущение, что они у тебя раздроблены.

– Он заклинанием холода ударил и сил не пожалел. Камень голема стал хрупкий, а я двигался, вот и результат, – снова объяснил встревоженно смотрящему на меня интенданту. – Хорошо ещё, что тело проморозиться не успело.

– А какого пророка били голема, а раны у тебя?

– Скажи, как убили Магистра, – отмахнулся я.

– Взяли в стрелы, в Секиры амулетов. Голем как в него врезался, так проломил сначала щит, а затем уже ударил его самого. Голем в одну сторону, он в другую. Первый кучей земли расплылся, а Магистр встал и шатается. Я уже понял, что всё идёт не по плану. Договаривались ведь о другом, а тут голем не внимание тёмного забирает и щиты его снимает, а в рукопашку пошёл. Рисунки разгорелись, лучники свои Разгонники перезарядили, десятники браслеты с заклинанием – и мы залп дружно положили в его Доспех, или как там защита называется, и враг сдох. Мы с Бисто его мечами в клочья!

– Погибло сколько?

– Семеро. Ещё девятнадцать тяжёлых. Нацепили на всех по два амулета, влили все зелья и просим Демиурга о милости к бойцам. В этой повозке самые тяжёлые. С тобой пять.

– Ясно, – я скрипнул зубами.

– Теперь объясняй, что случилось, – требовательно сказал Динис.

– Големы – уровень мастера, мне до него ещё год шагать. Артефакт в посохе, конечно, может временно поднять меня на его уровень, но кроме силы нужны опыт и умение. Я не справился и не смог разделить себя и голема. И, вообще, по правилам его вызвать не мог – у меня столько маны не было. Её вообще не было. Не с Печатей же хлебать. Пришлось тратить свою жизненную энергию. Раны появились бы в любом случае, но таких я не ожидал.

– Значит, правильно я у тебя посох выдрал из руки, а то мог бы и в песок рассыпаться, как голем.

Я ничего не ответил Динису – внезапно накатила слабость. И тот ушёл, попытавшись приободрить напоследок:

– Всё могло быть гораздо хуже, не раскисай, Аор.

После его ухода я погрузился в полузабытье-полусон, заново переживая сегодняшний день. А ведь как хорошо всё шло! Подмогу, конечно, не прислали, ну да после письма-объяснения Владыки никто на него всерьёз не рассчитывал. Хотя и надеялись. Вместо усиления с обычным армейским курьером прибыла целая кипа рекомендаций по организации патрулирования за именем Владыки из Райта. Бред полный. Радовало только то, что Ретрошеном нам заниматься не было нужды. Всю территорию Ритошского луча легат поделил на зоны, которые прочёсывали линейные части, перемалывая всех тёмных. Среди всех пустых бумаг нашёлся и пакет от легата. Он писал, что выделить усиление нашей крепости не в силах. Что связан по рукам и ногам, и чтобы мы действовали по своему усмотрению и надеялись только на себя.

Мы так и делали. И не впустую. За эти одиннадцать выходов все бойцы хотя бы по три раза в них побывали и набрались бесценного опыта. Всё это время мы, офицеры крепости, зверствовали на тренировках, доводя солдат до изнеможения, отпаивая зельями и подвергая воздействиям целительских амулетов. Велира готовила какое-то многосоставное зелье, которое, по её уверениям, ускоряло наработку рефлексов. Глядя, как Бисто сократил число своих противников в тренировочных поединках со всех пятерых учеников до троих, в этом сомневаться не приходилось. Да, у зелья оказалась пара неприятных побочных эффектов, но жизнь дороже. И пили его только добровольно. Причём все до единого. Последние выходы я даже не пользовался магией! Только страховал бойцов. Они превосходно справлялись сами. До сегодняшнего дня.

Едва свистнули стрелы наших лучников, как я почувствовал резкую пульсацию силы впереди и, криком предупреждая об опасности, выскочил на открытое место. Скинул с себя маскировку ауры, привлекая внимание прячущегося тёмного мага. Тщетно. Первый удар он нанес по лучникам. Сразу по обеим группам, запустив что-то площадное из магии воды. Я облегчённо вздохнул, оценив плетение, пока оно летело. Построено по обычным правилам, непрямого действия. Такое заклинание амулеты отразят легко. Сначала я не понял, как в тех чахлых кустах, откуда прилетели заклинания, может прятаться вражеский маг. Затем в меня бросили что-то столь же простое, но уже из магии земли. И я просто накрыл все эти кусты несколькими Сферами. Жалкие прутики, торчавшие из снега, смело вместе с ним, и я, наконец, увидел тёмного мага. Вот только не мёртвое изломанное тело, а потерявшего маскировку Магистра в окружении сияния защитного заклинания.

В мгновение оценив опасность, я обрушил на него весь спектр своего арсенала. Тщетно: как маг он превосходил меня на голову, уничтожив все плетения, рассекая структуры в критических точках. Неопасным заклинаниям позволил сработать, лишь немного поколебав его защитный кокон. Я оценил скорость его анализа заклинаний, противник оценил качество амулетов, мгновенно уничтожавших его простые заклинания. И приняли одинаковое решение – перейти к голой силе. Я швырнул в него Секиру и три Копья – заклинания, которые он не стал уничтожать в прошлый раз. Защита противника снова равнодушно приняла их, не заметив даже, что я вложил в них всё, что мог. Его же ход был гораздо действеннее. Он ударил сгустками огня, а следом снова чем-то изощрённым. Даже с первым ударом амулеты не смогли справиться полностью. Я почувствовал, как с лёгким, слышным только мне, звоном они рассыпались пеплом, и страшно закричали загоревшиеся люди. Впрочем, тот жуткий крик длился всего секунду, пока горящих солдат не настигли вторые заклинания. А потом начался кошмар.

Поняв наш уровень, дальше он развлекался. Бил только грубыми простыми заклинаниями, не пробивая до конца защиту амулетов. И гнал, гнал нас сквозь зимний лес, издевательски игнорируя все наши стрелы и заклинания. В этом безумном забеге, огрызаясь заклинаниями и подпитывая амулеты бойцов, у меня и родился дикий план с Печатями и големом. Вот только моё состояние явно указывало на допущенные ошибки. Ведь можно было поступить и немного по-другому. В то время, когда все ученики сутками пропадали в библиотеке училища, готовясь к выпускным экзаменам, мы с Динисом ра Чалом обнаружили пометки на полях книг. Видимо, они были оставлены первым выпуском и намекали на существование закрытой секции, что совсем не удивительно для библиотеки Повелителя. А также говорили, где спрятана выжимка секретов, которые они хотят передать следующим поколениям учеников.

Мы с Динисом нашли эту тетрадь. В ней было много записей, которые по-другому заставляли смотреть на огромное количество вещей. В частности, там обнаружились записи о том, что не всегда энергия Печатей Силы ядовита, а энергия Источника смертельна. Были рекомендации, что если поглотить не более трети своего запаса маны из Печати Силы и потратить в течение десяти минут, смешивая в заклинаниях со своей маной один к одному, то можно будет обойтись даже без госпиталя. Можно было довериться тем записям. Остановиться чуть раньше, пока еще была мана. Слить вместе Печати Атаки и Защиты, полученную ману вложить в атакующее заклинание, многократно его усилив. И шанс убить Магистра был бы неплох. Ведь можно было…

Глава 33

– Заносим, заносим, заносим! С этой повозки – сюда, с той – туда. Аккуратнее, нежнее поднимайте.

– Сержант, я уважаю ваш профессионализм, но теперь я заново проведу сортировку раненых. Вы их довезли? Честь вам и хвала. А теперь мне их оперировать! И я сама буду определять очередность, – гремела в приёмном покое нашего маленького госпиталя Велира. – Ооо! Знакомая, хоть и редкая картина. Аор, ты в конец очереди.

– Принято, – я обозначил кивок, с проснувшимся интересом глядя на сложный артефакт в её руках.

– Велира! Я понимаю, что он не самый тяжёлый среди раненых, но всему же должен быть предел! – возмущённо заорал Динис. – Мы все живые только благодаря ему! Какого пророка в конец?!

– Лэрила, я бы тоже хотел услышать ответ, – не дождавшись объяснений, напомнил ей о своём присутствии Рино.

– Люди, спокойно. Сам бы не позволил отправить в числе первых, – решил поберечь нервы медицины. – Вас не удивляет, что из всех тяжёлых я один в сознании?

– И это повод ждать? – скептически выгнул бровь Рино.

– Да. Я, как говорится сухим медицинским языком, стабилен. И могу ждать своей очереди хоть до вечера.

– Бред! Тут с амулетами все стабильны, все могут помощи ждать! А ты – единственный маг! На тебе держатся все патрули и вся крепость! Твоя боеспособность – самое важное! И поэтому именно ты ждать месяц не можешь!

– Так! – выглянула из операционной Велира. – Старший лэр-сержант Рехлот!

– Я! – привычно отозвался тот, не сразу сообразив, что отвечает по-уставному гражданскому.

– Какого демона здесь делают посторонние? – скорее прошипела, чем спросила женщина.

– Эээ, Лэрила, это комендант крепости, – растерянно объяснил ей очевидное крепостной лекарь.

– Да хоть сам легат провинции! – взбешённо повысила голос Велира. – Целитель? Нет? Вон отсюда! Старший сержант, начата операция, всех в шею за дверь! Вам напомнить инструкции?

– Никак нет, – вытянулся в струнку Рехлот. – Тонму офицеры, сержанты и солдаты. Прошу всех не медиков покинуть территорию госпиталя. Вы мешаете проведению операции.

Глядя на ругающихся вполголоса, но покорно уходящих Диниса и Рино, я ошарашенно думал о власти, которой обладает Велира. Я ещё в момент знакомства с ней заметил странности, потом были слова Миргара о много видевшей и знающей. Теперь она использовала для диагностики артефакт, которому здесь просто не место, и увидела в моём состоянии что-то ей знакомое. Откуда такие знания у медика шахтёрского посёлка? И как гражданский человек сумел взять такую власть в военном госпитале, что наш штатный лекарь, отвечающий за него, находится у неё на побегушках и гонит в шею коменданта? А тот ропщет вполголоса, но слушается? В эту копилку странностей можно и ещё кое-что добавить. Кто же она такая?

Операции шли споро и без задержек. Велира занималась только тяжёлыми, лёгким раненым помощь оказывали наши штатные лекари. Так что буквально через два часа я оказался единственным в приёмном покое. Остальных развезли по палатам. Снимая с себя халат в пятнах крови, в дверях операционной показалась Велира.

– Итак, теперь с вами, – она снова достала артефакт-диагност и активировала. – Аор, у вас повреждения, перенесённые с голема. Верно?

– Да, – согласился я с ней.

– Хорошо, – её пальцы пробежали по управляющей поверхности диагноста. – Что вы знаете об опасностях вызова голема на жизненной силе и последствиях подобных травм?

– Мало, только в общих чертах, – ответил я и поспешил оправдаться: – Моя учёба всё ещё должна продолжиться, а вызов голема для меня не по силам, потому я только начал изучать этот раздел.

– Ясно, – Велира закончила возиться с артефактом. – Вызов неканонический, согласны?

– Абсолютно, – я не стал спорить с очевидным. Это я о вызовах знал. – Использовать канон с запитыванием вызывающей структуры маной оказалось невозможно. Я был пуст до дна. Потому отдал жизненную силу даже для начала ритуала.

– Как обычно говорят, отдал пару лет своей жизни, – усмехнулась уставшая лекарка и внезапно перешла на ты. – В твоём случае точно сказать не могу. Возможно, что и больше.

– Небольшая плата за жизни десятков людей.

В душе у меня ничего не дрогнуло. Тогда, в горячке боя, я был готов сжечь всю свою жизнь. Пока болтался на повозке, самое время оказалось подумать и над последствиями решения. И я был рад, что вообще очнулся. Три-пять лет жизни – не столь страшно для мага.

– Позиция украшенного старыми шрамами мужа, а не отрока, получившего лишь первые. Тем более, ты ведь надеешься стать архимагом? – лукаво улыбнулась Велира.

– Всего лишь? – поразился я, наигранно делая большие удивлённые глаза. – Велира, у нас в стране ужасающе мало Повелителей!

– Молодец, – расхохоталась женщина. – Точно далеко пойдешь, вера в свои силы – это тоже очень важно в нашем Искусстве.

– Эээ, Велира, не обижайся, но разве ты не адепт?

При чем здесь наше Искусство? Адепты никогда так не говорят о магии.

– Ты не в курсе, кто я? Приятна забота земляков о моем душевном равновесии, – Велира глянула на моё недоумевающее лицо и объяснила: – Пути Искателя сложны и запутанны. И иногда опасны. Я проводила эксперимент. Неудачный. И серьёзно пострадала. Меня, можно сказать, собрали заново мои коллеги. Но, придя в себя, я поняла, что отброшена на годы назад, потеряв уровни владения силой, запасы энергии, модификации тела и разума. Я стала всего лишь адептом.

– Сочувствую, – прошептал я, сгорая от стыда за свою грубость. Назвать мага, потерявшего всё, адептом, напомнив о его падении – большая ошибка.

– О, не стоит так бледнеть. Прошло уже четыре года с того провала. И три года, как я смирилась с этой неприятностью. Да-да, не делай большие глаза, именно неприятностью. Это не навсегда. Именно для того, чтобы обрести утраченное, я и приехала сюда, на свою родину. И здесь нашла покой и уют, о которых давно забыла. И мне это очень нравится.

– А сила? – робко уточнил я. – Она возвращается?

– Аор, я удивляюсь твоей невнимательности. Ты ведь очень хорошо подкован в теории, причём почти по всем разделам Искусства. Подумай хорошо и ответь, может ли адепт Жизни изготовить многосоставной эликсир, который сейчас пьют солдаты перед тренировками?

– Нет.

Теперь я почувствовал, что краснею. Ведь я даже не взглянул на те пузырьки магическим зрением. И принял их за обычные зелья, которые действуют только благодаря травам, а не магии.

– Я уже месяц, как бакалавр, – улыбнулась Велира. – Но хватит обо мне. Итак, ты провел неканонический вызов голема. В который раз?

– Велира, – нерешительно начал я. – Мне, наверно, нужно обращаться на «вы»? Простите за вопрос, но сколько вам лет, лэрила?

– Э, нет! Так дело не пойдет! Во-первых, задать такой вопрос женщине! Ты с ума сошёл? – она негодующе тряхнула копной волос. – А во-вторых, мне эти «вы» и почтительность надоели до полусмерти. И я стараюсь избавиться от всего этого при любой возможности. Так что никакого официоза!

– Хорошо, я постараюсь. – мне осталось только сдаться.

– Старайся и отвечай на вопрос.

– В первый. Нет. – повинился я, думая о том, кем была Велира четыре года назад и какую должность занимала. Уж Рино должен знать.

– Да-а-а, – помолчав, Велира вынесла своё решение. – На какое только безрассудство не идут люди для спасения других. Я удивлена, что ты пришел в себя после вызова. Мог бы и разум потерять.

– Да уж, – я даже передёрнулся, вспоминая свой бред. «Я – маг!». – Ощущения были не из лучших.

– Ну, раз уж ты сумел справиться с этой задачей и без канонических ступенчатых медитаций, то я промолчу об их пользе для молодого мастера. И об их двойной пользе для обладателя некоторых артефактов. Толку-то теперь.

– Лэрила, я не сумел найти на них свободного времени, и – почему чувствую себя, как на зачёте?

– Всё. Всё, – Велира подняла ладони в успокаивающем жесте. – Ты уже сделал этот шаг. Поздравляю с первой победой и первыми шишками.

– Спасибо, – что я ещё мог ответить на поздравление?

– Теперь рассмотрим их последствия. Ты когда-нибудь бывал на представлениях циркачей? Ну, всякие акробаты, канатоходцы?

– Однажды, – совладав с растерянностью от резкой смены темы, ответил я Велире.

– Великолепно. Есть такая быль. Значит, представь себе канатоходца, – она внимательно поглядела мне в глаза и продолжила. – И вот однажды с ним случается несчастье – он падает с каната. И разбивается. Тут прибегает целитель и ставит его на ноги. Что этот канатоходец делает первым делом?

– Не знаю, – ответил я, когда пауза затянулась.

– Первым делом он лезет снова на свой канат и делает программу от начала и до конца. И делает это для того, чтобы тело не запомнило страх и боль. Чтобы запомнилось не поражение, а победа.

– То есть, мне нужно снова создать голема? – пробую робко ответить на вопрос.

Это точно зачет. И по предмету, который я даже не учил! Угадал? Нет?

– Именно, – кивнула Велира. – Во-первых, такой срыв, как у тебя, очень опасен именно психологически. А тебе ведь не нужны проблемы в будущем? Не нужны. Во-вторых, раны на самом деле получал голем, а не ты. А у тебя лишь последствия, связанные с излишне близким отождествлением с порождением твоей магии. И если новый вызов пройдет, а главное, закончится, как и положено, то даже если часть ран не закроется, то они точно станут менее серьёзными, ведь жизненные силы я тебе сейчас верну.

– Ясно: мне нужно вызвать голема, провести разделение себя и его, и вернуть всё как было, – уже уверенно обобщил я ответ своему экзаменатору.

– Верно, твой случай не первый в моей практике, так что пей зелья, медитируй, набирай ману и вперёд.

Глава 34

Я чуть ли не с рычанием метался по кровати. Метался – это, конечно, громко сказано. Когда локти и колени в лубках, да ещё и сам весь примотан к кровати, то метаться не получится. А хочется! Темень, только в изголовье тлеет искра ночника, двинуться не можешь, а над крепостью рвёт душу сигнал Тревоги. Что, как, почему? Ещё немного, и моё терпение лопнет, как Сфера. Только пострадаю от этого я сам, а не враг. Но безвестность хуже. Да, сегодня ночь открытия порталов, а я прикован к кровати. Но после моего ранения оставшиеся пробои зачистили без меня и без потерь, так что эту ночь, сгущавшуюся за окном, я встречал почти спокойно. Но сколько таких ночей уже было за прошедшие полтора месяца! А Тревогу играли лишь впервые! Что же случилось? Я уже примерялся, как рассечь крохотными Секирами свои ремни и ползти отсюда, когда дверь в палату распахнулась, и из светлого коридора ко мне вломился массивный тёмный силуэт.

– Ну! – рыкнул я в нетерпении.

– Сейчас, – раздался голос Рама.

В палате вспыхнул свет. Переждав мгновения ослепления, я открыл глаза и требовательно уставился на Рама. Он уже успел присесть у кровати и тоже вглядывался в меня. Я отметил поддоспешник, в спешке надетый прямо на голое тело, меч и шлем на поясе, печать тревоги и решимости на лице.

– Ну!

– Отметка на Портальном Амулете. Одна, – Рам помолчал и рубанул. – Чуть ли не с мой кулак размером. И яркая-яркая.

– Где? – потрясённый, еле слышно прошептал я.

– За Изумрудным, ближе ко второй долине.

– Так, – помолчав, выдавил я из себя мысль. – Давай сюда бойцов. Тащите меня во двор. Ещё раз пробовать будем.

– Бегу, – кивнул мне Рам и, подхватив с пола отцепившийся шлем, убежал.

Или я, наконец, вызову голема по всем правилам и взойду на стены здоровым полноценным магом, или, имея в защитниках мага-калеку, не способного толком сражаться, крепость не выдержит штурма. В этом сомнения нет. Я почувствовал злость на себя, два дня безрезультатно пытавшегося повторить обращение к стихии, на Аори, которая заходила ко мне всего два раза, на Демиурга (как это ни святотатственно), ошибочно оценившую возможности прорывов. Огонь в кулак размером! Да если всех тварей, что раньше за сутки выходили из порталов, выкинуть в наш мир за один раз, и то – размер отметки был бы меньше! И всё равно так интенсивно она бы не горела! Там много тварей. Сильных тварей. С магическими способностями.

«Стоп, стоп, стоп! – осадил я сам себя. – Что это за мысли? Ты Её ещё в Крушении обвини, в предательстве помощников, которых она возвысила за труды так сильно, как только смогла. Тебе жизнь дана? Дана. Тебе дар дан? Дан. Тебя предупредили? Предупредили. У тебя время было? Было. У порога все миллионы воинов Тёмного Демиурга? Нет, их там и тысячи не будет. Так какого пророка ты тут сам себе напридумывал?! И винишь кого?»

– Велиримида, – шёпотом воззвал я к Демиургу, обращаясь по имени, которое не стоит произносить на людях, да и наедине с самим собой не стоит трепать по пустякам. – Прости своему ребёнку помутнение разума его. Прости, что в минуту испытания позволил слабость и страх свой оправдать хулой на тебя, создательница. Дай мне твёрдости духа преодолеть это испытание и доказать свою верность. Благослови на бой против врагов наших и дай сил выйти из него победителем.

Ответа я, конечно, не получил, да и не ожидал. Как не ожидал увидеть над внутренним двором цитадели, куда меня вытащили солдаты, сияющий знак создательницы, как в Ретрошене. Главное то, что я понял свою вину и перед Ней, и перед людьми за спиной. Два дня у меня не выходило вызвать голема и справиться со своими ранами. Теперь выйдет. Иначе просто не может быть. Кто там говорил, что боевые маги умирают первыми?

– Всё, опускайте носилки, – смысл идти дальше? Да и время дорого.

– Тонму лейтенант, прямо в снег?

– Да, тут и опускайте. Посох мне в руку, амулет снять и в сторону.

– Выполнять! – Рам прикрикнул на замешкавшихся солдат.

– Есть!

Сосредотачиваемся на ощущениях в правой ладони. Словно кусочек себя самого там, внутри посоха – такой родной, такой притягательный. Растворяюсь в своих чувствах, ныряя все глубже в странный мир своих ощущений Средоточия. Ищу ту часть, где царит тяжесть и спокойствие. Снова ощущаю странное спокойствие и неодолимую мощь, медленное, заметное лишь в столетиях, движение – дыхание странной жизни и быструю дрожь – тягу к чему-то далёкому. Всё, дальше нырнуть в стихию я за прошедшие дни не сумел, словно наткнувшись на барьер, который одолеть не в состоянии. Пришлось Велире латать мои раны до конца самой, не уповая на моё самолечение в стихии. Вот только с суставами излечения пришлось бы ждать несколько недель. Ещё три-четыре часа назад я думал, что у меня есть три дня на овладение големом. Я ошибался. Враг уже рядом. И от меня зависит, устоит крепость или нет. Препятствие на моём пути? Прочь! У меня нет эмоций, нет злости и ярости, я спокоен и невозмутим, но всю мощь, ощущаемую вокруг себя, сумел вложить в это короткое слово-приказ. И во второй раз растворился в полном безразличии и желании покоя, безостановочно повторяя про себя: «Я – маг. Я – маг. Я – маг».

В этот раз не было ни странного голоса, звучащего вокруг меня, ни потери памяти и своего «я». Я, словно пловец, вынырнул из глубины огромного озера к поверхности, снова обретая чувства, избавляясь от навязанного мне спокойствия стихии. И сразу накатило облегчение и радость. Получилось! С первой частью справился. Огляделся, выбирая место, где создам голема и едва не ослеп, взглянув на цитадель. На её месте пульсировал гигантский столб, сплетённый из разноцветных потоков. Источник! С одной пульсацией, от его основания до вершины, в потоках энергии пробегали более яркие искры, рассыпающиеся в вышине облаком серебряных пылинок, накрывающих крепость магическим снегом. Со следующей пульсацией процесс шёл в обратном порядке. Искорки бежали от вершины к основанию, и серебро теперь рассыпалось под ногами. И везде, куда я обращал взгляд, пульсации Источника вторили всевозможные плетения, которые на миг вспыхивали серебром.

Я едва заставил себя отвернуться от потрясающего зрелища и вернуться к своему голему. Вот ведь напасть! С одной проблемой разберёшься, другая спешит навалиться. Я обязательно ещё налюбуюсь этим потрясающим зрелищем, не зря ведь говорят: чем выше ступень силы, тем богаче и глубже магическое зрение мага. Открывшееся мне зрелище было завораживающим и похожим на картины погибшего Артилиса. Наконец, я решил, какими плитами двора пожертвую и сосредоточился, представляя себе создаваемого голема. Камень покрытия треснул, видимо, с оглушительным грохотом, заставив солдат пригнуться и схватиться за уши, и собрался в бесформенную кучу булыжников. Я ещё сильнее напрягся, обращаясь к стихии, и камень потёк, как вода.

⁂

– Да, должен признать, что ты изрядно всех напугал этим грохотом.

– Рино, да я сам не ожидал, что плиты лопнут так громко, – я поспешил оправдаться.

– Думать нужно, прежде чем делать, – был мне сердитый ответ. – Все и так на нервах, а тут вдруг стекла почти вылетели. Повезло тебе, что у поселковых почти не слышно, а тут все люди военные. Нет, не то: твои прошлые заслуги могли не спасти от битья лица.

– Да ладно тебе!

– Вижу, не веришь, – задумчиво протянул Рино.

– В рукоприкладство? Не верю. А в то, что Рам плешь проест по этому поводу или Динис свою глухоту припомнит – верю. Главное, что у меня получилось! – счастливо закончил свою речь.

– Ты не представляешь, как я этому рад, – очень серьёзно ответил мне Рино. – Теперь я с большим оптимизмом думаю о нашем будущем.

– Размер, и правда, с кулак? – моя радость от удачного вызова быстро улетучивалась.

– По каталогу – там пара сотен тварей и не меньше трёх Мастеров Тёмных Искусств с полными свитами. Ну, или маленькая армия. Или три десятка сильных магов – например, Магистров. Что выберешь?

– Рино, – мрачно произнёс я. – Поделись лучше оптимизмом.

– Легко. Ты на ногах, и теперь я твёрдо знаю, что большая часть обороны крепости проснётся. Гонец уже в пути, нам нужно лишь продержаться до прихода помощи.

– Ты прав, спасибо, – я мотнул головой, разгоняя мысли в привычный порядок. – Я уже бегу к Источнику: к рассвету защита крепости будет активированы и наполнена энергией.

– Аор, погоди! – окликнул меня в спину Рино.

– Да?

Я прервал свой хромающий забег – всё же последствия травм остались. В суставах словно песок вперемешку с гвоздями. Ходить можно, но и только. Да ещё и болью простреливает. Без Велиры не обойтись. В будущем.

– А вот Он.

Рино голосом выделил местоимение и пальцем для верности указал, кого он имеет в виду. Я проследил за пальцем. Красавец. Мне очень нравится. Мой настоящий, созданный по всем правилам, первенец. В этот раз голем вышел не такой расплывчатый, как в бою. Трёхметровая статуя гротескного угловатого, немного горбатого, человека, покрытого шипастой кожей-доспехами, с руками-булавами до колен стояла на страже у входа в цитадель.

– Так и будет здесь стоять?

– Пока да. Не ломать же в будущем новые плиты? Конечно, я буду рад, если он нам не понадобится. Но, – я помолчал и закончил: – Считай его резервом обороны цитадели. Оживить его быстрее, чем создать заново. И выгоднее.

Глава 35

Часто дыша, я наконец выбрался из левой воротной башни на галерею стены. Не успел даже чуть отдышаться, как на лестнице снова загрохотали башмаки, и следом за мной появилась пятерка бойцов в железе с ног до головы. Я, впрочем, ничем от них не отличался, напялив на себя все, что Динис в своё время мне выдал на складе. Все эти наручники, наголенники, рондели и прочее, что ранее лежало, пылилось в оружейном шкафу. Но меня заинтересовала не масса железа на их плечах, а личности самих бойцов.

– Сержант Дорг! – рявкнул я.

– Слушаю, тонму лейтенант!

– Вы здесь какого пророка делаете? – не верю в такое совпадение: пусть стены мы защищаем всего две, но лица уж больно знакомые по тренировкам. И в одном месте? И сразу за мной?

– Приказ коменданта, – улыбнулся Дорг. – Четыре лучших мечника гарнизона и ротный лекарь назначены вашей охраной. Приказ – защитить вас, даже своими телами.

– Ясно…

Я в раздражении скрипнул зубами, но промолчал. Не мне отменять приказ Рино и возмущённо его обсуждать с бойцами. И вообще, из-за чего так разозлился? Разговор с Рино об охране был, я согласился, тем более что следить одновременно за двумя мирами не смогу и честно в этом признался. Да и штурма стен ждать не долго. Это, наверно, нервы перед боем играют.

Я прикрыл глаза, сосредотачиваясь, и кинул взгляд вправо-влево, поверх голов солдат, оценивая состояние защитных плетений стены. Не зря же обещал наполнить защиту крепости энергией. Простое действие, доступное любому человеку, даже не магу, и Источник в цитадели послал волну силы, пробуждая руны, вложенные в блоки при строительстве, наполняя их энергией, позволяя им соединиться линиями силы в единое целое огромной Печати. Или нескольких больших – это уже мелочи теории. Под мерный рокот, неслышимый ухом, но ощущаемый всеми костями, ночью над крепостью разгорелась рунная защита Купола. Ещё одно заклинание Демиурга эпохи Тёмного времени. Основа, костяк защиты любого поселения. То, что, возможно, позволит нам выстоять до прихода подмоги. Если её приход будет по ожидаемому графику.

– Лэр, разрешите вопрос? – отвлёк меня от раздумий Дорг.

– Да, слушаю, – с облегчением я выбросил сомнения из головы. Но вопрос сержанта не дал им шанса на забвение. Он думал о том же.

– У нас есть надежда продержаться?

Прежде чем ответить ему, оглянулся на остальных солдат. Стрелки стояли у зубцов, вглядываясь в шевеление противника, бойцы охраны собрались у опорного столба навеса, и никто нашего разговора услышать не мог.

– Есть, – кратко ответил я сержанту, но под его требовательным взглядом продолжил: – Реального опыта защиты крепости нет ни у кого в гарнизоне. Мы уже знаем, кто наш враг. Это почти идеальный для нас случай, – слушатели недоверчиво покачали головами. – Там Мастера Тёмных Искусств. Ещё те твари, если честно. Но самое главное: вспоминайте наставления – они помешаны на культе силы и презрения к тем, кто слабее их. Так что штурмующие будут идти волнами. В начале слабые неопытные бойцы, вторым приступом более опытные и так далее по нарастающей. Это относится как к воинам, так и к магам. Мастера пойдут в последней волне, после всей элиты. До этого они будут считать нас чем-то вроде грязи на сапогах.

– Ммм, – замычал Дорг, стянул шлем и с силой потёр лоб. Перчатки на его руке не было, но, пожалуй, мозоли от меча по грубости ей не уступали. Так что кожа покраснела всего за пару секунд. – Лэр, не обижайтесь, но об этом я и сам знаю. Как-никак, по этим наставлениям уже двенадцать лет гоняю молодых бойцов.

– Тогда в чём вы сомневаетесь? В реальном поведении Мастеров? – я тоже снял шлем и внимательно оглядел собеседника, задержав взгляд на эфесе. Сержант взял на стену не простой, а наградной меч. Готовится к последнему бою?

– Сколько времени нам действительно нужно продержаться до прихода подмоги? – дождавшись, когда я снова взгляну ему в глаза, спросил Дорг.

– Среди прочих бумаг, прибывших с последним курьером, есть график зачисток Ритошского луча. Завтра, по плану, линейная бригада должна быть у Ретрошена. Сигнальный амулет активируют каждые десять минут, – я лишь промолчал, что это одновременно и сигнал жизни крепости. Если сигналы прекратятся, то в Ретрошене будут знать о нашей гибели. Гибели крепости.

– Значит, вот почему: «Нам нужно продержаться два дня».

Сержант мрачно повторил фразу из речи, что толкнул Рам пару часов назад, и я лишь коротко кивнул, подтверждая.

– Но тут, если завтра вечером они выйдут к Ретрошену, скорее, три дня выйдет. И есть шанс? Два Мастера и, возможно, Магистры?

– Есть, сержант, есть. Не сомневайтесь. И не готовьтесь к смерти, – я постарался вложить в голос всё убеждение, на которое был способен, и не вздрогнуть, вспоминая Магистра.

Дорг внимательно вгляделся мне в глаза и, что-то для себя решив, отдал приветствие и развернулся к своим бойцам, надевая шлем. Что же, я не обманул его и сам надеюсь выжить. Мы действительно можем выстоять. Я подошёл к ближайшему стрелку, хлопнул его по наплечнику, требуя место у бойницы. Выглянул наружу – туда, где, в трёх-четырёх сотнях метров от нас суетились крошечные фигурки тёмных. Плетение послушно увеличило их, позволив разглядеть всё в деталях. Около пяти сотен бойцов всех мастей, не считая тупых тварей, и, главное, два Мастера с пятёрками учеников. Вот их я и боялся больше всего. Если всё пойдет не так, как мы рассчитываем, и они пойдут в первой волне или даже просто пошлют всех учеников одновременно, то крепость падёт сразу.

Вот чего мы все боялись на предрассветном совете. Того, что они будут действовать не по своим глупым законам выживания сильнейших, а пытаясь уничтожить нас с наименьшими потерями. Но всё равно мы в любом случае будем цепляться здесь за каждый камень, нам нужна любая минута их задержки, которую мы можем выиграть. Перед рассветом из крепости ушла последняя группа женщин, детей, стариков. Сейчас здесь только те, кто умеют держать меч или могут принести хоть какую-то пользу при обороне. Я надеюсь, что Аори в крепости нет, что она не осталась в том же госпитале, например. Пусть это не очень достойно, но мне будет легче стоять здесь до последнего, зная, что я защищаю не только абстрактных людей, бегущих из крепости, но и конкретного, дорогого мне человека.

– Дзанг, дзанг, – будто лопнули гигантские струны у нас над головами. Полиболы воротных башен выпустили свою смерть на свободу.

А я думал, что далековато для стрельбы. Жаль, что я не на щитовой стене рядом с Рино и не вижу обстановки в целом. Но, к сожалению, с такого расстояния я не смог бы управлять отдельными участками Полога. Поспешно приникнув к бойнице, успел оценить результаты обстрела. Достали! Тёмные засуетились, забегали, вскидывая над головой щиты, несколько солдат упали и корчились на земле. А затем над позициями тёмных засияли защитные пологи. Жаль, мало зацепили, но хоть у Мастеров чуток энергии уменьшить удастся. Сомневаюсь, что даже у старших учеников хватит сил накрыть три сотни человек и тварей за раз. А тут как раз два полога. Пусть держат, пусть ещё до боя расходуют силы. А я их всю ночь экономил, где только мог, бегая по всей крепости и отключая от Источника все, что не нужно для боя. Плевать, что все плетения нужно будет создавать заново, выживем – сплетём. Главное, оставить больше энергии для защиты. Полностью нетронутым остался только госпиталь. И на стене я жду момента, когда смогу ещё сэкономить и усилить нашу защиту. Буду ждать момента атаки и перекидывать линии плетений в место удара.

Дождался. Ученики мастеров закончили что-то чертить, отступили за спины двух фигур в полных регалиях Мастеров, включая – мне несколько поплохело от этой детали – головы лучших врагов, и на крепость помчались два огромных сгустка огня. Я поспешно закрыл глаза, лихорадочно попытался сомкнуть соседние участки Купола под углом, согласно наставлениям. И… ничего не вышло… Я заскрипел зубами от злости. Вот так мучишься с фехтованием, работой в строю, с отработкой плетений на скорость, со всякой прочей мелочёвкой и ерундой. А то, что оказывается нужно – хотя бы раз потренировался делать!

Мои неуклюжие манипуляции с Куполом привели к тому, что нарушилась целостность, и появились зазоры между участками защиты. В них тут же устремилось жаркое пламя вражеского заклинания. Его языки почти дотянулись до бойниц, даже в трёх десятках метров от пробоя на меня повеяло жаром. Я открыл глаза и кинул взгляд налево, пытаясь понять – есть пострадавшие или нет. Нет, всё в порядке. Похоже, даже амулеты у бойцов не сработали. Я облегчённо вздохнул, радуясь, что моя ошибка обошлась без последствий. И тут стена, на которой мы стояли, подпрыгнула и будто ударила нас по ногам. Я снова выругал себя – на этот раз за то, что нашёл момент отвлечься и отдал всё внимание без остатка миру магии.

Следующие несколько часов слились для меня в череду непрерывной работы с Куполом крепости и отражении всевозможных атак Мастеров и их учеников. На крепость обрушивались всевозможные комбинации Огня, Воздуха, Земли и даже Воды. Не раз и не два особо хитрыми или совершенно невероятными по мощи заклинаниями Мастера пробивали защиту крепости, но я уже не смел отвлечься и проверить, что творится вокруг. Лишь почувствовав, как на позициях врага перестала пульсировать грозная сила, я вынырнул из мира магии и открыл глаза. Обычный мир встретил меня криками, крепкими словами, пылью и гарью. Я стянул тяжёлый шлем с гудящей головы и помотал ею, разгоняя мельтешащие перед глазами разноцветные линии. И с удивлением обнаружил, что сижу, прислонившись к внутреннему парапету, а надо мной высятся двое бойцов, накрывших меня щитами.

– Сержант? – попробовал угадать я.

– Вернулись! – щиты опустились, и из-за них с радостным возгласом вылез Дорг.

– Помогите подняться, оглядеться хочу, – попросил его, убедившись, что руки-ноги дрожат, и сам я не справлюсь.

– Да тут всё хорошо, мы уж ожидали худшего, когда они долбать начали. Вы молодец, лэр, – постарался успокоить меня сержант.

– Ага-ага, верю, – покивал я головой.

Ужас. Навес весь в дырах – редких с голову и множестве мелких, словно от болтов. Под ногами тут и там валяются здоровые обломки, везде лужи воды, чередующиеся с оплавленными пятнами на камне. И всё вокруг, включая солдат, покрыто слоем каменной пыли. Слева, ближе к боковой стене-ущелью суетятся солдаты, растаскивая обломки камня и навеса. Именно оттуда слышны крепкие слова. Там тёмным пророкам приходится туго. Наш интендант ругаться мастер, хотя этим опытом со мной не делится. Похоже, что там разрушило солидный кусок галереи.

– Что с правой стеной? – я стал искать флягу на поясе.

– То же самое, только снесли больший кусок галереи. Но в том же месте, – ответил сержант. Я и не сомневался, что он в курсе.

– Убитые, раненые? – вернув флягу на место, продолжил расспросы.

– Убитых нет, – радостно сообщил Дорг. – Как вы и говорили, все бежали прочь, если видели, что в них что-то летит. Раненых полтора десятка есть. Было бы больше, но амулеты отлично помогли. В основном, камнями побило, когда галереи разнесло.

– Ясно. Сейчас они на штурм пойдут. Пошли кого-нибудь, пусть основную массу бойцов сюда кидают.

– Тонму лейтенант? – вопросительно протянул сержант.

– Уверен. Они построят мосты.

Один предпочитает огонь, другой землю. Поднимать в воздух массу первой волны не будут точно – надорвутся. Даже они. А мост земли – классика штурма тёмных.

– Один я надо рвом смогу обрушить. Два – нет. Здесь пусть штурмуют.

– Есть, тонму лейтенант, – сержант развернулся, высматривая кого-то в проёме башни.

Глава 36

Старшина и здесь изрядно поработал с бойцами. Пока я пробрался к пролому в галерее, едва ноги не переломал на разбросанных ими обломках стены. Отличные завалы – правда, я надеюсь, что в этом месте они не пригодятся. Ну вот, отсюда уже можно и оценить, как дела у тёмных. Похоже, эти самые дела вот-вот начнутся. Потоки энергии вокруг Мастеров за прошедшие часы скручены уже до такой степени, что мне даже слышится гудение силы, загнанной в ловушки могучего плетения. Недолго осталось. Вот-вот. Есть! Началось. Ощущая нарастающий холод внутри, я открыл глаза.

Тонкий слой земли на всем пространстве между рвом и порядками тёмных пополз прочь от крепости, обнажая своё каменное ложе, словно одеяло вслед за могучей рукой. Но и камень ущелья недолго оставался в неподвижности. Сначала самые мелкие камни, затем всё крупнее и крупнее принялись ползти к началу возводимых Мастерами мостов. Стены, дно ущелья крошились и разрушались, поставляя материал заклинанию тёмных, увеличивая два холма земли и камня, которые по высоте уже и так превзошли наши стены.

Я поёжился от мысли, что подобную мощь можно загнать в разрушительное заклинание. Нам везёт в том, что для захватчиков потоки мира непривычны, и вот такие сложные преобразующие заклинания, которые можно отнести к творению, им здесь недоступны. Только боевая магия, только простые грубые заклинания, ограниченные по силе. Даже мост – это одноразовый свиток, куда они ещё в своем мире загнали заклинание, запечатав морем маны. Крепость продержалась бы считанные минуты, если бы подобную силу они могли применять как в родном им мире.

Тем временем заклинание Мастеров, набрав требуемую массу, принялось за возведение мостов. Холмы покачнулись, накренились в нашу сторону и словно выстрелили языками кипящего камня, что застывал в широкое полотно дороги-моста. Сверху по застывшему материалу продолжали катиться валы кипящего материала, который, обрушиваясь вниз с мостов, мгновенно застывал, удлиняя его или превращаясь в поддерживающие колонны. Со скоростью метров семь-десять в минуту от вражеских порядков к проломам в галереях стен росли каменные мосты. Падающие на него снаряды продолжающее работать заклинание считало не более чем новым материалом для постройки. Сейчас мосты неуязвимы, но стоит им исчерпать вложенную силу, нам можно будет разрушить сооружение врага.

Вот мосты достигли рва и границы Купола и… ничего не произошло. Я разочарованно скрипнул зубами, а ведь была надежда, что защита сработает. Ещё минута, и поток жидкого камня коснулся стены. Вот тут руны крепости, наконец, показали себя: голубое свечение окутало пролом в галерее, и вражеское заклинание моста так и не смогло соединиться с крепостной стеной в единое целое. Кипящий камень мгновенно застывал и щебнем падал с моста в ров. Я вскинул взгляд. Холмы из камня и земли исчезли, кипящего камня осталось совсем мало. Он обрушился вниз – в ров, заполняя его щебнем, не касаясь крепостной стены и принялся застывать, выращивая толстую опору. А я начал наполнять энергией две огромных Сферы воздуха. И вложил в них чуть меньше всех своих наличных сил, ставя всё на один удар. Должно хватить!

Заклинание тёмных исчерпало последние крохи, и огромный, потрясающий воображение, каменный мост тяжело вздохнул, передавая опорам свой гигантский вес. Его окончание качнулось в десятке сантиметров от моих ног и замерло. Но лишь на миг, который потребовался мне на активацию заклинаний. А затем две опоры и полотно моста между ними взорвались осколками камня, и пролёт метров тридцать длиной обрушился вниз. Я лишь несколько секунд любовался своим успехом, а затем помчался ко второму пролому. Ведь тёмные вступили на мосты сразу за кипящим камнем и уже преодолели половину расстояния до стен!

Быстрее, быстрее! Я, обогнав свою охрану, буквально вылетел на галерею, погрузившись в оглушающую какофонию криков и лязга металла. Принял ману из Орба, восполняя свой резерв, направил силу в боевые заклинания и, растолкав лихорадочно перезаряжающихся бойцов, кинул взгляд на сражение. Я успел вовремя. В первых рядах тёмных бежали Волки и, хотя почти все они были сметены залпами из метателей, один из них, даже нанизавшись на копьё, в прыжке чудовищной силы проломил собой стену щитов, выбив один из общей сцепки. В брешь тут же влетели несколько болтов из арбалетов тёмных, раня наших бойцов. И солдаты не успевали перестроиться, добить его дёргающуюся тушу и сомкнуть щиты перед набегающими воинами тёмных. А я успел. Выставив стену воздуха буквально в последнюю секунду, прикрыл солдат от новой порции болтов, дав им время на перестроение. Заодно смёл несколькими Секирами набегающих врагов. Это оказалось самым сложным, потому что пришлось пускать заклинания чуть ли не в прыжке, чтобы обеспечить себе свободную линию для заклинаний. На площадках, откуда работают луки и метатели, не протолкнуться.

Лучники, лихорадочно пускающие стрелы, не смогли помешать накоплению темных на галерее. Всё же их набежало слишком много. Враги, невзирая на падающих соседей, со стрелами в щелях доспехов, сумели выстроить свою стену щитов, прикрывая не только себя, но и выбегающих с моста. Путь-то у них только один – через нас. Здесь высота десять метров, а подняться можно только через привратные башни. Вот и приходится противникам силы копить, чтобы нас смять. Но нашим лучникам, до этого не использовавшим артефакты от меня, удалось преподнести сюрприз тёмным. Дождавшись перезарядки метателей, слитным залпом пробив щиты, они вынесли весь первый ряд щитоносцев, и тут же своё слово сказали перезаряженные метатели второй линии.

– Залп! Залп!

Строй тёмных превратился в исходящий криком хаос. Но лишь на секунды. Из задних рядов, в буквальном смысле перепрыгнув лежащие тела одним прыжком, выметнулись Рыцари. Лучники мгновенно сделали по ним залп. Тщетно. Их прикрыла от стрел стена воздуха, почти аналогичная моей. Вот и ученики Мастеров подоспели, а я не успел. Доэкономился.

Рыцари тараном вломились в наших щитоносцев, разрушая строй, разнося на кровавые ошмётки. Солдаты не успели даже расцепить щиты, расступаясь перед ними. Впрочем, им и уходить было некуда в тесноте галереи. Шесть человек в ряду надёжно перекрывали его по ширине своими щитами. Надёжно до тех пор, пока первый Рыцарь не обрубил своим двуручником копья и всем своим весом не ударил в щиты. Миг – и все три ряда проломлены, наши бойцы кто убит, кто ранен или оглушён. А Рыцари, почти не потеряв разгон, приближаются ко второй линии защиты.

К счастью, солдаты успели заново сжать метатели, да и Арт не растерялся. Не рассчитывая успеть согнать две трети своих людей с площадок и новой стеной остановить врага, он принял другое решение. Верное. Заряжающие не стали передавать метатели наверх, а сами сделали залп и по команде кинулись в мечи. Передний Рыцарь, уже не прикрытый своими магами, мгновенно превратился в ежа. Не знаю, был ли он жив, когда через пару секунд ему снесли голову. Вряд ли. Бойцы же закружились в танце вокруг уцелевших Рыцарей, которые получили всего по паре болтов в конечности. Но я уже не обращал внимания на детали, у меня была своя цель. Мои братья по оружию справятся, среди них Калас – Мастер мечник. Ещё чуть-чуть, и на Рыцарей навалится в два раза больше людей, да и сержант Дорг со своими подчинёнными поможет. Всё равно последовать за мной у них не получится. Здесь больно тесно.

А мне нужно туда, где слабо шевелятся окровавленные тела первой линии. Туда уже бегут очухавшиеся тёмные. Они добьют уцелевших солдат и ударят в спину тем, кто кружится в водовороте боя. То, что хорошо против двух Рыцарей, вряд ли поможет против нескольких десятков простых Воинов. Завалят телами в свалке, невзирая на уровень владения мечом. Мне нужно дать время бойцам, прикрыть их от тёмных. Хотел отсидеться за их спинами, экономя силы на будущее, а вот что из этого вышло. Моя вина, моя ошибка.

Все эти мысли промелькнули в голове почти мгновенно. И я уже делаю разбег по стрелковой площадке, рыком разогнав с пути лучников, оставшихся на ней. Крик Дорга, поминающего меня и тёмных пророков в весьма обидной форме, пробился сквозь вопли и грохот боя, но я уже прыгнул, казалось, в самую гущу схватки с Рыцарями. Им, пророчьим выкормышам, тоже так показалось. Один даже мечом попытался меня достать, вот только я уже уцепился за стропила навеса галереи и подтянулся повыше. Так что впустую махнул, лишь зря от схватки отвлёкся, а я, в пару движений, оказался за свалкой почти там, где и хотел. Вот и пригодилось моё мальчишество с Хлыстами. Сместил якорь заклинания и себя вместо сундуков пронёс.

Шаг, другой, старательно не глядя под ноги на окровавленные тела, не давая себе задуматься, сколько из них живы. Миг – и раненые, РАНЕНЫЕ ребята уже за моей спиной. Едва не застонав от напряжения, я за своей спиной растянул Стену воздуха во всю ширь галереи. Тяжело, но пассивным это заклинание ставить нельзя, могу не успеть пополнить резерв, а количество активных у меня не бесконечно. Пассивную Стену перед собой и Зов земли по центру прохода. Хорошо тёмные влетели в него, дружно. И рухнули, ломая ноги. А я уже послал над их телами Пробойники, точными уколами убивая набегающих врагов.

Потоки силы, сгустившиеся вокруг меня, запустили дремавшие с училища рефлексы, которые швырнули моё тело вбок. Спустя секунду там, где я стоял, бушевал столб огня. Как топорно. Я даже мысленно поморщился от презрения. Напоминает мне схватки с ра Чалом в первый год учёбы. Вот Инквизитор мгновенно активировал заклинания без потерь энергии. А этот ученичок. Я вслепую выложил в основной массе тёмных два Зова земли. Снова кувыркаясь по полу и пытаясь не свернуть шею среди лежащих тел, понял, что тоже промазал. Ещё одну Стену перед собой. Убегая из фокуса заклинаний тёмного мага, оказался уже далеко впереди и без защиты.

Выпрямившись, я с радостью понял, что нашёл любителя огня. Если среди мёртвых воинов стоит одинокая фигура с воздетыми руками, то никем другим, как магом, выдержавшим удар заклинания, она быть не может. Значит, я попал в первый раз – просто враг выстоял. Проверим его защиту от материи. Подхватил лежащий меч Хлыстом, и спустя секунду мага-недоучку уносит спиной вперёд с этой самой железкой в груди по рукоять. Я замираю, оценивая обстановку, оглядываясь по сторонам, ища других магов. Неужели он один на этом направлении атаки?

Да, хорошо я накрошил тут, Пробойники уже и доспех не пробивают, только бесполезно кружатся возле тёмных, зря отвлекая мое внимание на управление ими. Можно их вернуть ближе в пределы ауры и развеять, забрав остатки маны обратно. Зато имеем больше четырёх десятков тел вокруг. И, как я с изрядным недоумением понял, сильно опустошён запас маны у меня. Я активнее закрутил головой, пользуясь испугом и деморализованностью тёмных, которые закрылись щитами и в нерешительности столпились в начале своего моста, пытаясь разобраться, что случилось. Выходило, что я в горячке схватки пропустил несколько арбалетных залпов, вот активная Стена и потратила энергию. А две пассивных едва стоят, исчерпавшись почти в ноль. Весело. Впрочем, на мне ещё Доспех есть. А вот магов больше нет. Один оказался. Слабый-слабый ученичок.

– Лэр! Назад!

Добивать самому или нет? Крик Арта разом перевесил чашу выбора. Я развернулся и обнаружил в двух шагах строй бойцов. Едва они сомкнули щиты за моей спиной, как раздались команды.

– Уступами! Лучники – залп! Залп! Залп! Залп!

Оставшихся тёмных добили буквально за минуту. И я сразу же ринулся выяснять, что с ранеными. Чувство вины за своё промедление никуда не делось.

– Одиннадцать погибших, шесть тяжёлых, – ответ лекаря словно вынул из меня стержень.

Создательница! Что стоило мне сразу воспользоваться ударной магией, а не ограничиться малой помощью? Экономист! Я, ругая себя на все лады, присел у стены и стянул шлем. Так, собраться и выбросить всё из головы. Сейчас важно другое. Успеют ли фрондиболы разбить целый мост до того, как до нас доберутся тёмные с правого? Радостный рёв бойцов у пролома был ответом. Теперь точно всё. Первую волну мы отбили.

– Тонму сержант, разрешите обратиться?

Раздалось слева от меня, открыть глаза сил не было. Как и отрешиться от гомона вокруг. Короткая схватка, едва в пять минут длиной, выжала меня, как два часа тренировки против Брика.

– Разрешаю.

– Тонму сержант, вы говорили, что начнётся со слабых бойцов. А тут Рыцари! Это что нам дальше предстоит?

– Но согласись, Литос, Рыцарей вы разделали просто влёт!

– Ох, тонму сержант, даже испугаться вначале не успел, а потом смотрю: а я-то от него не отстаю! Первым же подплужным его чуть не зацепил! Он руку просто чудом увёл!

Продолжая вполуха слушать восторженный рассказ бойца, я погрузился в размышления. Сержант молодец, вмиг тему перевёл и бойца заставил забыть о страхе. Но вопрос правильный. Рыцарей раньше следующей волны быть не должно. Тогда кто будет дальше, если Рыцари проходили у Мастеров Тёмных Искусств по графе «слабаки»?

Глава 37

Я парил на волнах силы, отражая очередной магический штурм крепости, который начался, едва солнце встало в зените. Несмотря на то что мне, наконец, начали даваться уставные смыкания отдельных щитов-чешуек Купола, большей защиты крепости это не дало. Нет, бесспорно, грубая мощь заклинаний Мастеров рассеивалась гораздо эффективнее. Но толку! Мастера, опробовавшие вчера крепость на зуб, выяснили слабые места защиты и атаковали не голой мощью, а хитроумными заклинаниями, которые Купол с трудом уничтожал. Часто с сожалением видел, как щупальца враждебной энергии проникали сквозь щиты, врывались в зазоры, пробитые на краткий миг. Я мог только гадать, чем пролилось очередное такое заклинание на крепость и её защитников. Сил и времени анализировать сложноструктурированные заклинания не оставалось. Хотя в последнее время стало легче – заклинания начали бить реже. Не иначе, гадость какую задумали. Неожиданно что-то нарушило мой полёт на волнах силы. Именно так мне, оставившему тело и реальный мир, сейчас представлялось происходящее. Но мир магии стремительно терял краски и чёткость, в нём появилось множество звуков и голосов.

– Лэр! Лэр! Тонму лейтенант! Да что же?

– Пусти меня! Аор! Вернись!

Что это? Зачем возвращаться? Я должен быть тут! Я почувствовал, как сначала одну, затем другую щеку обожгло жгучей болью. Что такое? Это меня бьют? Я напрягся, выныривая в реальный мир, мотнул головой, разгоняя тени магического мира за веками, и чуть не закричал от вспышки боли. Тот, кто так энергично вытаскивал меня из мира магии, похоже, не заметил, что я уже ворочаюсь. И очередная пощёчина чуть не свернула мне нос. Теперь уже ругался я, а голоса надо мной резко замолкли. Наконец, открыл глаза и, пытаясь на ощупь понять, ровно ли стоит нос, злобно оглядел окружающих. Так. Это Рам! Он без перчаток – в них мне бы и голову свернули набок.

– Ты что творишь?! – зло зашипел я, убедившись в целостности носа.

– Извини! – перебил меня он. – Потом. Все потом. Сержант, поднимаем!

Рам с Доргом подхватили меня с пола и поволокли к башне. Я в полной растерянности перебирал ногами, пока, наконец, до меня не дошло, что надо бы узнать причины такого поведения. Да и куда меня волокут с моего боевого поста? Не знаю, какие сейчас разрушения в крепости, галерея впереди почти целая, но без моего контроля защиты от стен только щебень полетит. Да и вообще, всем будет несладко.

– Что случилось? Куда тащите? – робко подал голос, но, не получив ответа, заорал: – Да пустите вы! Я сам пойду!

– Сейчас увидишь, – пообещал Рам, отпуская мою руку. – Там в правой стене по низу пробили дыру час назад. Потом её штурмовали вчерашние недобитки со второго моста. Мало они от полибол вчера получили! Если коротко, то их прикрыл Мастер щитом до самой стены, подошли без потерь. Но мы их при штурме покрошили строго по уставу без вчерашнего промаха, тебя не отвлекали. Но тут… В общем, смотри.

Рам толкнул меня к амбразуре. По полю неспешным экономным бегом к крепости приближалась группа человек в сто. Падающие сверху стрелы, болты всевозможных размеров и даже камень из фрондиболы, точно положенный на них каким-то умельцем, не причиняли им вреда, ударяясь об искрящийся в местах попаданий щит. Я вывесил Дальнее око, приближая бегущего врага. И зло выругался. Ну…., вчерашний любопытный солдат, теперь… мы точно знаем, что нам припасли на сегодня. Полноценная штурмовая команда тёмных. Малая пехотная звезда. Сотня мечников-Воинов, десятники-Рыцари молами возвышаются над их тёмной волной. Но главное – не они. Главное – те, кто надёжно защищён их щитами и мечами.

Для начала – вон та фигура в ярких, серебристых доспехах. Самая большая головная боль нашей армии. Сковыватель. По своим способностям – близкий родственник Храбата, только человек, а не монстр. Элитный воин, десятки лет тренировавшийся с мечом в воинском ордене и затем посвящённый стихиям, близким нашим Эфиру и Жизни. Как результат обрядов – способен одним движением мысли превратить окружающих его солдат в единое многорукое, многоногое существо, не взирающее на потери, ничего не боящееся, не способное паниковать. Строй неумелых воинов превращается в сущий кошмар для противника. Единственный плюс, что он может делать это только со своими, прошедшими подготовительные обряды, воинами, которые являются новиками его ордена.

Рядом со Сковывателем, неразлучной парой, бежит Инквизитор, готовый разжечь малейшую искру смущения и паники в разуме наших солдат. На этот раз его легко определить. Он в полных регалиях, кроме нагрудного знака, включающих в себя нарукавники, кусок материи с гербом на бедре и небольшой посох. И напоследок – три мага. Явно не Монахи. В малой звезде положено быть атакующему, защищающему и лечащему магу. Это в лучшем случае. В худшем, все три – ученики Мастера и могут заменить друг друга.

Я растерялся от этой картины, замер в ступоре, не в силах придумать, как можно в одиночку, пусть даже и с поддержкой солдат, выбить ключевые фигуры звезды.

Удар, потрясший башню до основания и сбивший нас с ног, вернул моим мыслям потерянную скорость.

– Всех вон с галерей и башен! – заорал я, надеясь, что моей слабости никто не заметил. – Их сейчас сметёт до основания! Бегом вниз!

Я бежал, восхваляя Демиурга за мысль переместить голема к воротам на случай их штурма. И ругал последними словами этот безмозглый булыжник, который я никак не могу зацепить зовом.

– Шлем! Шлем возьмите, тонму лейтенант!

Отмахнулся от надоедливого сержанта. У меня, наконец, получилось слиться с големом. И я тут же едва не покатился вниз по ступеням. В последний момент меня за кольчужный ворот ухватил Рам. Шею под подбородком рассадило звеньями кольчуги, конечно, зато не упал из-за наложившихся картинок перед глазами. На секунду сместив баланс слияния к голему, я отправил его бегом к пролому в стене и, вознесённый на ноги твёрдой рукой Рама, сделал чёткой картинку своих человеческих глаз.

– Ага. Спасибо, – невнятно поблагодарил я за своё спасение, с содроганием отмечая, сколько мне пришлось бы катиться до площадки.

Догнавший меня сержант, бурча под нос что-то нелестное о торопыгах, храбрецах и их встрече с тёмным пророком, принялся надевать на меня хауберк и шлем.

Едва мы выбежали из левой привратной, как я, плюнув на то, как это будет выглядеть в глазах окружающих, скомандовал: «Тащите меня!» и принялся управлять големом. Едва-едва успел добежать им до обломков камня у стены возле пролома, изменить его внешний вид, маскируя под соседские булыжники, и полностью уйти из него, как пролом закрыло сиянием щита тёмного мага.

Под его прикрытием в крепость слаженным неостановимым потоком влились тёмные Воины. Первый десяток, едва миновав пролом, замер на долгие несколько секунд, но затем продолжил движение. Видя безразличие, с которым они шли, единым слитным шагом переступая тела предшественников, любому было ясно, что они уже скованы. Прикрытые магией спереди и сверху, Тёмные выстроили строй в три ряда, прикрылись щитами, выставили копья. Рыцари возвышались почти на голову над остальными, половина их стоит в первом ряду, накрывая всё построение своей аурой отрицания. Идеальная расстановка. Маги врага стоят вне пределов ауры Рыцарей и держат защиту строя солдат от материи. А за заклинаниями защиты ждёт марево безмагии.

Напротив стоял наш строй, в пять рядов, почти в два раза превышающий их числом. Все солдаты гарнизона сейчас здесь, даже едва вышедшие из рук Велиры. Более того, большая часть пятого ряда – это давно отслужившие мужчины и самые способные из поселковой молодёжи. Вот только все они идут в бой, полагаясь лишь на своё мастерство владения оружием и чувство локтя соседа. Не прикрытые ни щитами магов, ни аурой безмагии, надеясь в бою лишь на хрупкие амулеты. И над нами словно сгущались тучи, накрывая тенями лица солдат. Казалось, мир замер в шатком равновесии.

Я едва сдерживал себя, готовый в любой миг оживить голема. Вот только мне не нужен любой. Мне нужен тот единственный, когда у меня будет шанс нанести безупречный удар. Я видел, куда он будет направлен, – зря тёмные маги встали плотной группой, отдалившись от Рыцарей. Зря. И ждал, ждал…

Лишь в последнее мгновение, перед согласованным ударом тёмных, в миг, когда всё их внимание оказалось направлено на нас, мой голем атаковал. Превратившись из груды безжизненных булыжников в могучего бойца, пропитанного магией. Невероятный, почти невозможный, прыжок трёхметрового великана – и он, разметав жидкий тыловой заслон из десятка солдат, стоящий у него на пути, раскинул руки и, уже рассыпаясь на куски под атакующими заклинаниями, врезался в тёмных магов.

– Залп! – разнёсся над нашим строем дикий крик Рино.

По дрогнувшим тёмным, с которых спали цепи контроля, оставив бойцов в одиночестве перед нашими рядами, словно лэр-косарь прошёлся. Не прикрытых более защитным заклинанием своего мага, их не могли спасти простые щиты и доспехи от залпа лучников с моими разгонными амулетами. Первый ряд полёг, как зрелые колосья под незримым лезвием заклинания Жатвы. Ещё через мгновение центр вражеского строя перестал существовать, вбитый в землю упавшей с башен цитадели смертью. Пусть на тех полиболах стояли в большинстве бывшие шахтёры, но умения и сил защитить свой дом им хватило сполна. Растерянность тёмных обратилась в панику перед лицом почти мгновенной гибели половины отряда. Без цепей магии разума они – всего лишь люди, пусть и прошедшие годы тренировок. А мы, подчиняясь новой команде, уже бежали к уцелевшим, ощетинясь смертью на кончиках копий.

Бежал и я, потому как знал, что голем не смог убить всех магов. Двое, а то и трое, стоявших по краям группы, уцелели. Сбитые с ног, раненые, ошеломлённые, они дали нам возможность победить. Нельзя дать им ни шанса повернуть всё спять. «Добить! Добить!» – только эта мысль билась у меня в голове.

Я накрыл несколькими Конфликтами место гибели своего голема, гася слабые огоньки жизни, перемалывая хрупкую плоть тел и прочный камень его останков в единую кровавую кашу с кусками металла в ней. Но обрадоваться успеху не успел. На нашем правом фланге внезапно образовалась куча мала из упавших воинов. А один из тёмных огоньков на висящей в моем разуме Сети ярко вспыхнул. Мне потребовался лишь миг, чтобы повторить свою атаку по выжившему и оказавшемуся гораздо левее, чем ожидалось, Инквизитору. Я добил всех тёмных, оказавшихся вокруг него и вне защиты Рыцаря. Зря он начал с атаки – лучше бы сначала защитил себя. Парадные регалии плохо спасают от боевых заклинаний, если они не превращены в артефакты.

– Сомкнуться!

Наш строй чуть замедлил свой бег, растянулся уже в три линии, перестроился и закрыл брешь в стене щитов, готовясь к сшибке с построением противника. И тут ещё один огонёк ярко вспыхнул в Сети.

По нашему набегающему отряду словно тараном ударило. Страшный крик погибающих людей, грохот железа. В только что восстановленном строю появилась зияющая прореха. Шесть солдат сломанными куклами ещё катились по земле, а я уже почувствовал, что теперь вокруг меня сплетается накладываемое вражеское заклинание. «Медленно», – оценил я, разрушая связи. Похоже, маг ещё оглушён и не может сосредоточиться. Предыдущее заклинание, видимо, было заготовлено ранее, но прошло мимо, если он вообще целился в меня. Я выложил у края ауры Рыцаря, за спиной которого скрывался вражеский маг, Сферу. Удар расширяющего воздуха сбил с ног обычных воинов врага, разворотил базальтовые плиты, но главное – я заставил тёмного мага сосредоточиться на мне.

Новое накладываемое заклинание он сплёл быстро и качественно, ничуть не медленнее, чем я с помощью Орба. Ни уничтожить, ни уйти из зоны поражения я не успел, но выпускной амулет выдержал. По ощущениям – меня словно попытались раздавить в гигантских ладонях. Я помотал головой, прогоняя звон в ушах и собираясь перед ещё одним ударом. Но через миг расслабился. Вражеский маг чересчур увлёкся моим убийством и слишком понадеялся на выучку Рыцаря. Наши солдаты сомкнули строй, закрывая прореху, а перед стеной щитов и копий и мастерство, и безмагия, и магия тёмных оказались бессильны. Маг прожил лишь на пару секунд дольше Рыцаря. Теперь всё решали выучка и слаженность, а вражеский строй я сломал секундами раньше.

Я без сил опустился на плиты двора. Буквально пять минут боя, и я выжат до конца. Нужно бежать обратно на стену, но сил нет. Посижу здесь, дух переведу. Такое ощущение, будто только что из меня все соки вытянули. Все остальные суетятся, бегают вокруг. Ещё и пары минут не прошло с момента сшибки, а Рам уже кого-то распекает.

– Четвёртый раз. Четвёртый! – Рам замолчал, набирая воздуха, но продолжил уже тише: – И где хоть один пленный? Вы за что получаете полуторный оклад? Вы точно второй десяток? А, ну конечно! За кружкой пива вы второй, это всем видно, а как до дела доходит, то один пшик!

– Тонму лейтенант.

– Что? Тонму лейтенант, тонму лейтенант, – передразнил Рам. – Оправдываетесь, как дети малые, а не солдаты.

– Но ведь правда, тонму.

– То передовая группа слишком велика, то лейтенант Ранид всех поубивал, то первый десяток вам назло всех пошинковал. Да мы тёмных скоро просто всех перебьём и, посчитав трупы, узнаем, наконец, сколько их под нашими стенами. Вот для чего я твой десяток сейчас в первый ряд поставил?

– Тонму.

Я мог кое-что сказать по этому поводу, но сил и желания открывать рот не было. В странном отупении сидел на уцелевшем обломке голема и смотрел на дело своих рук – кровавый щебень у ног. И наслаждался тишиной – Мастера прекратили швырять заклинания в крепость. А заодно думал, что простых солдат и сержантов стал уважать теперь ещё больше. Вот сейчас чуток в четвёртом ряду побывал – и шкура дыбом. Одно дело идти в бой, надеясь на свои знания и силу мага, и совсем другое – полагаться лишь на крепость доспехов и защиту амулета. Даже не уверен, что мне хватило бы решимости вот так бежать на врага, ожидая каждую секунду смерти.

– Тонму лейтенант, нашли двух живых!

Вот. Я и не сомневался, что найдут. Зачем лишний раз языком ворочать? Без меня разобрались.

– Отлично! Но эта случайность вас не особо оправдывает. Наказания все равно не избежать. Сержант Лигвид!

– Я!

– Приказываю самостоятельно произвести допрос.

– Есть самостоятельно, – без грамма энтузиазма отозвался подчинённый Рама.

И в это мгновение за моей спиной словно разверзлись врата в вулканический мир огня и камня.

Глава 38

«И откуда только силы взялись?» – удивлялся я, оценивая свой путь от останков голема до стен цитадели.

А посмотреть было на что. Всё пространство до внешней стены крепости завалено обломками камня. Впрочем, это только начало. Помнится, не так давно я сам кричал, что стены снесёт до основания, но это я больше пугал на самом деле. Нет, я ожидал, что верх стены они снесут, сделают ещё пару проломов… Но чтобы действительно разрушить до основания? Словно в ответ на мои мысли, правая привратная башня в очередной раз вздрогнула и брызнула во все стороны обломками верхней галереи. И – я вгляделся через Око – треснула по всей высоте. Ещё раз-другой – и башня обрушится.

Да, когда я с некоторым самомнением думал, как хорошо научился держать удар тёмных Мастеров, то сильно заблуждался. Глядя на яростные магические стихии, вгрызающиеся сейчас в нашу крепость, невзирая на Купол, я, наконец, смог оценить уровень врага. Два дня крепость атаковали лишь ученики Мастеров. Пусть даже старшие, пусть с заёмной силой, но ученики. Я коротко зло рассмеялся и, заметив встревоженный взгляд Дорга, жестом успокоил его, показав, что всё хорошо.

Забавно получилось. Я обманул тёмных, за весь день не показав ни особых умений в манипуляциях с защитными структурами Купола, ни сложных заклинаний во время прошлого боя. Был только Пробой, но его и не отличишь от обычной Сферы воздуха. Вот сегодняшние убитые мной маги и не ожидали столкнуться с младшим мастером, да ещё и способным голема создать. Иначе были бы гораздо осторожнее и не обманулись маскировкой под булыжники. А они обманули меня, поставив учеников на разрушение стен. У меня даже возникла надежда, что в цитадель не придётся отступать. Видимо, убитые во время первого штурма маги не были дороги Мастерам. Иначе с чего бы лишь после гибели этих они взялись за крепость сами. Может, младшие ученики? Или это реакция на смерть Сковывателя? Всё же шишка немалая. Была. В наставлениях пишут, что из десятка тысяч новиков того ордена только один может пройти обряд.

Я вспомнил, как петляя, словно зайцы, мы спасались от падающих камней и снова удивился, что никого насмерть не зашибло. Ведь настоящий град из камней обрушился на крепостной двор после первого удара. Тут я заметил падающие снежинки и поднял взгляд. Оказывается, над нами действительно сгустились тяжёлые низкие тучи. Вот и гадай: те тени на лицах показала мне магия или они появились от туч?

– Метель будет. Небольшая, – прокомментировал мой взгляд сержант. – В этих числах всегда так.

– Плохо.

– Да кто ж спорит, лэр. В такую погоду врагу не пожелаешь на страже стоять. Ну, а я скажу так. Пусть, пусть под стенами мёрзнут, – с наслаждением проговорил сержант. – Ночью морозец-то покрепчает.

– Интересно, а Ночной глаз что покажет в такую погоду? – подумал вслух.

– Хм, а вы, лэр, не знаете? – от удивления Дорг даже поперхнулся.

– Нет, сержант. Я его прошлой зимой ещё не знал. По идее, всё же верхняя одежда должна быть теплее, чем воздух, – начал было размышлять, но сержант меня перебил.

– Тонму лейтенант?

– Да?

– Наши в цитадель стягиваются, надо бы и нам, – Дорг для наглядности ткнул пальцем в сворачивающих за угол солдат.

– Да, – я кивнул и подумал о большом бокале горячего вина – жаль, не вовремя. – Согласен.

⁂

Да где же хоть кто-нибудь? Ни Рино, ни Рама найти не могу. Я в раздражении двинулся в дежурку – может, там? Ага, на ловца…

– Аор! Где тебя носит? – успел первым Рам.

– Меня носит?! – от возмущения я даже захлебнулся всеми теми словами, что хотел бы высказать Раму. – Да это я вас ищу!

– Нас? А что нас искать? – Рам повернул налево и ускорил шаг. – Рино в лазарете.

– Как в лазарете? – я попытался ухватить его и развернуть к себе, да куда там! Рука соскользнула по кольчуге.

– Не беспокойся, – отмахнулся от меня Маралат. – Он был на правом фланге, когда Инквизитор накрыл их ужасом. И в куче командира малость потоптали. Ну, ты же знаешь, что чем старше по званию, тем крепче голова. Каждый год ношения шлема прибавляет сантиметр толщины костям черепа.

– Чего?

Я даже остановился, Рам тоже. Такого я ещё не слышал.

– Ха-ха-ха! Ты бы своё лицо видел! Да шутка это. Но голова у него и впрямь крепкая. Впрочем, – уже мрачно продолжил Рам, – если рана не смертельная, то бойцы помощи дождутся. А нет, так нет.

– Рам, а что с тёмными? – вспомнил я об услышанном разговоре у стены.

– Да всё, отдали силу своему Демиургу. Ну, правда, заслужили. Вот до Рино доберёмся, и все расскажу.

⁂

Оказалось, что этот отряд шёл в портал не наобум, а имея чёткую задачу и цель. Они ожидали обнаружить крепость, городок и должны были уничтожить его, обеспечивая плацдарм. Правда, кому должны обеспечить – не сумели объяснить. Вроде как другой армии, которая со дня на день прибудет. Потому что от их родной остались самые слабые части – их Демиург со Стражами добивает. Их отряд, вернее, отряды, отправившиеся к нам два дня назад, были последними более или менее сильными. Теперь же под нашими стенами остались два Мастера, два их ученика – единственных, кстати – звери и пять десятков воинов, что прошли посвящение из новиков в приоров. С одной стороны – плохо. Считай, только элитные мечники пойдут на штурм. С другой стороны – всё хорошо. Они ни разу не маги. Да, с амулетами, но и только. Мастера же скорее ещё три дня будут ровнять крепость с землёй, чем приблизятся к нам. Им задание выполнить надо, а этой ночью и помощь подоспеет. Пусть даже она будет из слабых бойцов, но их можно будет послать по наши души, а не опускаться самим до нападения. Так что мы ещё попляшем.

⁂

Плясать я решил начать с Печатей. Ещё вчера, когда всё только завертелось, появилась задумка со вторым десятком сходить к выходу в долины и приготовить пару сюрпризов. Да вот офицеры, мои товарищи боевые, упёрлись. Видите ли, вся надежда на меня, и нечего рисковать зря. Там и риска-то не было. Всё же разведчики, что бы ни говорил Рам, жалование у нас в гарнизоне не зря получают. Ну, нет так нет. Я сейчас и здесь развернусь. Нашпигую внешний двор Печатями, но с творческим подходом. Не могу же я стоять в каждой да ждать тёмных?

– Сержант Дорг! – рявкнул я в дверях казармы первой роты.

– Здесь!

– Вы с бойцами поесть успели? – спросил я, оглядывая сержанта, успевшего снять доспех и умыться от крови и пота.

– Так точно, тонму лейтенант! – Дорг особо не тянулся – знал, что я к этому не строг. Тем более, сейчас: после боя и сил на это нет ни у кого.

– Тогда я вас огорчу, – постарался улыбнуться сочувственно. – Ближайшее время мы проведём там, где и врагу тошно, по вашим словам. Под открытым небом.

– Есть, – без малейшего энтузиазма ответил сержант.

– А идём мы делать ловушки для утренней атаки тёмных, – подсластил я новость.

– А! Есть! – уже гораздо веселее повторил Дорг, да и подтянувшиеся телохранители заулыбались. – Вздеваем брони.

– Жду во дворе. Чтоб тебя пророки уговаривали! – я даже остановился, внезапно сообразив одну вещь. – Сержант, а посох я на галерее оставил?

– Как можно, тонму лейтенант? – сержант даже обиделся. – Присмотрели мы за ним. Его вон Воралат носит, как самый свободный из нас.

– Фу, а я уж испугался, что конец моему плану. Спасибо, сержант. За мной должок.

– Да вы уж как скажете, тонму лейтенант, – хмыкнул Дорг. – Мы тут в крепости вам уже и так по две-три жизни задолжали. Понимаем же, что к чему.

Бойцы в казарме загудели. Общий смысл был такой, что они все прекрасно видят, какой сильный враг под стенами. Да сколько у него магов, притом могучих. Так что все они понимают, что каждый день жизни им обеспечиваю я. Потому что, как бы храбро они не бились, без моей поддержки и защиты были бы мертвы. Я в смущении выскочил за дверь быстрее болта из метателя. Приятно, конечно, но ведь и они, и я – воины. И делаем свою тяжёлую работу. Вот и всё. Не надо об этом думать, лучше погрузиться в составление Печати. Дождёмся подмоги и будем отдавать друг другу долги.

⁂

Конечно, утром, когда я, сжимая Купол с границы внешних стен до донжона, запущу эти Печати, долго они не проработают. Ну, часа два, может, даже три. Я опять осуществил слияние малой Печати силы – теперь, правда, с Рисунком Атаки и моим Зовом земли. Кто попадёт в зону действия – на доли секунды станет весить в десятки раз больше. Не боец, в общем – переломы гарантированы.

– Лэр! Лэр! – дикий крик вырвал меня из очередного погружения в мир магии и сделал это вовремя.

Ещё не до конца очнувшись, я почувствовал движение за спиной и рухнул вниз, одновременно разворачиваясь. Надо мной пролетела туша Волка. Хорошо я пригнулся, вовремя. Не пытаясь подняться, весь отдался процессу навешивания на себя заклинаний.

Минимальный набор – Доспех с Орба, два Хлыста, Сеть. Готово.

Волка, ещё не успевшего развернуться, я порвал на две половины и лишь после этого вскочил на ноги и огляделся. На мою охрану наседает почти десяток сородичей убитого зверя, да и под ногами бьются в агонии туши. Как бойцы ещё сумели почти всех перехватить? Ближайших – Хлыстами! Один Волк жалобно заскулил, схваченный мёртвой хваткой за задние лапы, другой заскулить не сумел – клыкастая башка покатилась по снегу. Секунда, и Воралат воспользовался беспомощностью зверя, также срубив ему голову. Он бросился на помощь сержанту, которого слаженной атакой враги сумели завалить на землю, а мне нужно ещё пару секунд на завершение заклинания. Есть! Шар Пробоя устремился в гущу сражения. Укол, укол, ещё укол тонкими стрелами воздуха. Всё. Снег, залитый кровью. Хрипящие туши Волков. Но мои ребята все на ногах. Хотя сержант и ещё один боец покусаны. Что не удивительно: там в пастях зверюг такие зубы, что и кольчуга не спасает.

– Сержант, отходим!

Не ожидал я, что ударят ночью. До этого они действовали по своим глупым традициям. Не дай Демиург, Мастера не только зверей послали. Хотя стену доламывать не переставали ни на секунду, там такие завалы сейчас наверняка.

– В круг!

Сферу в темноту налево. Хлопок. Плохо, что снег и ветер Ночной глаз забивают – видно буквально на десяток шагов. Только по огонькам в Сети и кидаешь заклинания. Зов назад и влево. Вой, полный боли, показывает, что я не мажу. Сшиблись! Несколько Волков взметнулись в прыжке. Бойцы, за спиной которых стоял я, не могли позволить себе увернуться и приняли туши на щит. Вот только тут не оказалось второго и третьего ряда, что упёрлись бы им в спину и помогли выдержать удар. Сцепленные в смертельной схватке противники упали мне под ноги, едва не свалив. Двух Волков я вздёрнул Хлыстами, выкидывая за круг бойцов, с другим помощь не понадобилась. У Бисто оказался мой амулет с Секирой – тот, который как бы командирский и должен быть у лэров рот. Волка он вместе со своим щитом на два куска развалил. Я помог бойцам подняться, с остальными Волками покончили буквально за пару секунд.

– Бегом! Бегом!

Добежали спокойно, ни с кем больше не столкнувшись. Это уже хорошо. Ещё не хватало тратить силы на подобную мелочь. Пусть стрелы поработают. А то я с утра только и делаю, что трачу. Не много, конечно – Родник вместе с обычным восстановлением сил держат мой резерв и запас в Орбе почти полным, но сейчас большего и нельзя себе позволить. Ведь уже середина ночи, и скоро станет ясно, что нас ждёт с новыми порталами. До этого момента спать не ляжешь, даже если не получилось с ловушками, а ведь не мешало бы. Часа три-четыре бы так. А вот совместить отдых и медитацию мне ещё не по плечу. А ещё… тут заурчало в животе. А ещё бы поесть.

⁂

– Тонму лейтенант!

Перекрывая вой очередной твари, подстреленной в темноте, меня подёргали за плечо. Это ещё что за новости? Я в недоумении обернулся. А, ясно. Парень лет пятнадцати, в кое-как подогнанных доспехах – поселковый.

– Вас комендант в дежурку зовёт.

– Передай: десять минут, – надо хотя бы в казармы завернуть, смыть с себя кровищу Волков.

– Аор, в общем, есть мысль отправить часть бойцов в помещения левой стены. Нам лишний не то чтобы козырь, но хотя бы десятка, которую можно вытащить в тяжелую минуту, не помешает.

– Ох, – я потер лоб. – Без меня там без шансов. Толку не будет. Одни потери.

– Потому и прошу, – развел руками Рино.

– Но и потратить больше двух третей резерва я не могу себе позволить. Если уж выходить и проредить мясо вокруг цитадели, то стоит и мою задумку все же осуществить. Я ничего, кроме Сети, позволить себе не могу.

– Соберём вокруг тебя звезду из обоих Мастеров, лучших мечников и лучников. Главное – давай им вовремя команду.

– Хорошо, – я зло усмехнулся. – Займёмся тёмным мясом.

– Аор! – уже перед выходом ко мне подошел Брик. – Я тут подумал и решил, что с твоим жульничеством в Сах вот это вместо штатного тебе будет в самый раз. – и он сунул мне необычный метатель. На три болта, со сложной системой спуска и натяжения – видимо, позволяющей стрелять и заряжать каждый ствол отдельно. – Из отцовских запасов.

– Спасибо! – я благодарно пожал ему руку.

⁂

– На два часа! Три, пять…шесть тварей. Сейчас! На шесть часов – две твари!

Возле моего уха, улетая мне за спину, просвистела стрела. Если бы не потухшая метка в Сети, то решил, что в пустоту кромешной тьмы.

– На двенадцать, большой!

Час десятка моей охраны и два десятка, определённых в засаду, нарезали круги вокруг цитадели, перемалывая всевозможную мелочь, натравленную на нас Мастерами. Брик и Калас, знающие, благодаря моим крикам, в какую сторону направлять мечи, сами походили на волков в овчарне: они не тратили больше одного удара. Пару раз мы даже осмелились дойти до развалин стен. Если на ночной штурм сами тёмные маги никогда не пойдут, то вот выставить дозоры из своих элитных воинов вполне могли. Но шанса пустить им кровь нам так и не представилось.

К полуночи я, потративший на ловушки всю выделенную квоту маны, сидел в цитадели, через силу впихивая в себя кашу. Глядел на Портальный амулет. Ждал.

Наступившие сутки не порадовали. Только в первой долине шесть порталов. Неярких, но мяса, чтобы бросить его на наши мечи, у тёмных будет в избытке. Я зло скривился. Твари.

Глава 39

С первыми лучами солнца начался кромешный мрак. Странно звучит. Зато хорошо описывает ситуацию.

Первое заклинание Мастеров оказалось наполнено просто чудовищным количеством маны. Ярко-голубой луч толщиной, наверное, с четырёхсотлитровую бочку, пробил защиту цитадели и вонзился в дозорную башню. Миг – я успел лишь вскинуть голову – и он погас, а верхняя треть башни беззвучно отломилась и, рассыпаясь на сотни кусков, рухнула. Основная часть обломков упала на площадку машин, но и во дворе пришлось попрыгать.

– Надеюсь, там никого не поубивало.

Высказал я свои мысли. Тёмные их побери, да ведь там, на высоте, амулет! Теперь для Ретрошена мы погибли!

– Да, уж, надеюсь, лэр, наде… – договорить сержант не успел. И наверху, и вокруг раздались крики.

Увиденное заставило меня выругаться. Мастера пробили защиту, как бумажную, но не просто послав голую мощь, а сплетя сложное многосоставное заклинание. Они сейчас вообще не должны быть способны на такое! После моста для штурма я уверился, что у них больше не оставалось могущественных заклинаний на свитках. Но мои глаза говорили мне: всё совсем не так. Не было больше упавших камней. Они превратились в огромных, с хорошую собаку размером, големов – жуткие вариации на тему пауков, с немалыми хелицерами. И мечи, пусть и усиленные магией, камень их тел брали неохотно. Пока ни одного расколотого голема я не увидел. Плохо. Наши мечи – оружие против людей или хотя бы живых существ. Против камня нужны алебарды или даже булавы.

Бросившись к скоплению пауков, я раскатал большую их часть в щебень одним заклинанием, увеличивающим вес, и принялся по одному уничтожать оставшихся Секирами, стараясь формировать их как можно ближе к целям. Паучки показывали хорошую прыть. Иногда удавалось повторить успех и Зовом накрыть двойку-тройку каменных врагов.

Бойцы опомнились от неожиданности, сообразили, что к чему, сбились в тройки. Двое работали не мечами, а щитами, отбрасывая пауков в сторону, где третий бил мечом, стараясь наносить удар в одно место. Пусть и приходилось отшвыривать их раза три-четыре, пока голем не разлетался на куски, но дело пошло гораздо веселее. И тут что-то заставило меня взглянуть в сторону.

Там непонятно как ускользнувшая от моего взгляда стая пауков, штук двадцать, облепила моего голема и шустро так, что только лапы и челюсти мелькали, принялись разбирать его на части. Вот сволочи!

Пробой туда! Один, второй, третий паук разлетелись на куски. Увернулся!

Сам своему голему всё плечо разнёс! Так не пойдёт. Застыв статуей под присмотром охраны, я бросил разум на спасение своего творения. И буквально через секунду понял тщетность этих усилий. Да, пяток я расколол, размолотил в тисках каменных пальцев, но остальные показывали просто блошиную прыть, уворачиваясь от смерти и пользуясь тем, что рука с разбитым плечом почти не двигалась. С силой швырнул голема спиной об стену цитадели. Тщетно! Раздавил только одну тварь, самую медленную. Да что же это такое! Я почти час решался ночью – делать мне голема или нет! Потратил столько сил! А его сейчас на камни разберут какие-то блохи и не посмотрят, что враг сильнее их в десятки раз. Ярость накатилась на меня, затмевая разум, хотелось выплеснуть всю свою силу в одном могучем заклинании, стирающем пауков в пыль. С трудом, прикусив до крови губу, удалось разогнать туман в голове.

Нет, тратить ману нельзя. Вот-вот начнётся штурм. Ловушки, замаскированные Рисунками, никого серьёзного не остановят. А против учеников Мастеров без меня потери будут просто чудовищны. Голема терять также недопустимо, он может стать нашей соломинкой. Если я не успеваю самым быстрым заклинанием, значит, нужно положиться на мечи соратников и уйти в защиту, дожидаясь помощи.

Голема – спиной к стене, перестать управлять им, уйти в Сах. Меч, зажатый в Хлысте, – в защитную позицию, ещё один Хлыст наготове, как и Пробой. Танцуем, словно на тренировке!

Укол, отвод меча в защитную позицию, затем подплужный, взметая фонтан снега. Финт, переходящий в горизонтальный удар, уход разворотом с линии прыжка, Пробой вдогон. Завершить оборот лицом к набегающим паукам, кастетный левому так, что он рассыпается на обломки, сдёрнуть Хлыстом шустрого паука с голема и швырнуть его в бегущего по стене. Встретить летящего мне в голову жестким блоком, добить Пробоем, снова укол мечом на максимум длины Хлыста. Ещё двое в прыжке на меня. Сах позволяет принять решение защитить голема и пожертвовать частью своей защиты. Верхнему Пробой, второго встречаю скруткой тела, ослабляя удар в грудь и одновременно добавляя скорости своему мечу. Я лечу в одну сторону, половинки каменного паука в другую.

А затем все заканчивается. Вокруг меня сержант с бойцами.

– Тонму лейтенант!

Сержант Дорг одной рукой вздергивает меня на ноги из сугроба. Кому сейчас есть дело до чистоты площади?

– Стены!

Маралат кричит откуда-то справа, а я закрываю глаза и тянусь к управлению Куполом. Ещё вчера, после бегства от основных стен, я сжал его, увеличивая плотность защиты, но сейчас пришло время очередного усиления. Есть, крепостная защита уменьшилась до размера цитадели, её чешуйки перекрыли друг друга в несколько слоев. Вовремя. Новый синий луч заклинания упёрся в Полог. На этот раз защиту не пробило, но мощь удара была такова, что купол над цитаделью стал видимым даже не владеющим силой, а на наши уши обрушился удар грома. Я с опасением вглядывался в синие разводы на Куполе, опасаясь увидеть ещё одно замаскированное заклинание, но нет. К счастью, больше подобными подарками враги нас не печалили. Это просто голая мощь.

⁂

Через четыре часа уже никто не зажимал уши при очередном сиянии Купола, а разговаривали все с помощью громкого крика, поскольку изрядно оглохли. За это время мы пережили несколько штурмов, и мои ловушки, насторожившиеся, как только сила Источника отступила вслед сжимающемуся Куполу, сняли изрядную жатву, стиснув в своих смертельных объятьях несколько десятков зверей. А затем враг, убедившись, что вплоть до стен цитадели им опасаться нечего, принялся за нас всерьёз. Спокойным, прогулочным шагом к воротам, войдя в круг нашей защиты и развязав себе руки, подошёл отряд из двух десятков мечников, блистающих золочёными доспехами. Похоже, это и есть приоры, стремящиеся к Сковывателю. Вперёд вышел, вероятно, ученик Мастера. Обвёл взглядом наши головы, торчащие из-за стен, поднял над головой посох и с легко слышимым в голосе презрением обратился к нам.

– Ничтожные создания Дважды изгнанной! Сегодня вам даётся последний шанс вернуться в лоно истинных богов. Склоните голову перед моим великим учителем Верилисом, Смертью Великих Гробниц. Принесите в жертву единственному достойному господину Ауридису каждого четвёртого из вас, и тогда вы получите шанс на его прощение. Я даю ничтожествам на этих стенах двадцать вздохов на принятие самого важного решения в их никчёмной жизни. Мусор, падите на колени!

– Тварь! Ах, тварь! Аор, да долбани ты его чем-нибудь! – не выдержал Рам.

– Рано, – я криво усмехнулся. – Я буду ждать его здесь.

– Похоже, вы не осознали, как милостив мой учитель к вам. Рождённые в грязи в ней и умрут, не познав истины учения нашего господина. Так тому и быть. Ваш выбор – смерть. Это хорошо: я всегда считал, что большего, чем лечь на алтарь Владыки, плесень этого мира не достойна. Умрите под взглядом огненного ока Ауридиса!

Маг поднял руку, ладонь засияла ослепительным светом, а затем её и ворота соединил огненный столб.

– Будь проклят и ты, и твой учитель, и ваш вшивый повелитель, чтоб вам всем чесаться сотню лет!

Возмущенно вопил я, прикрываясь ладонью от нестерпимого жара гигантского костра, полыхающего вместо нашего воротного укрепления. Там уже не только ворота и решетка, но и сам камень стен превращался в лаву.

– Так, мимоходом, случайно угробить две ловушки и несколько часов труда!

– Ну, не дураки же они. Ясно же было – мы будем держаться за укрепление. Решили вопрос радикально, – спокойно, в отличие от меня, заметил Динис. – Меня больше интересует, что они будут делать дальше. Это пламя?

– Ну не ожидал я такого! – снова завопил, пытаясь оправдаться перед старшим товарищем. – Да и выгорел уже мой газ! Это не я!

– Кхе, кхе, – закашлялся интендант. – Пламя будут тушить?

– А! – я постарался взять себя в руки. – Конечно. Сейчас заморозку какую-нибудь наложу. Единственное, что радует, так это потеря их сил. Она гораздо больше предполагаемой. Я с големом к… – тут я замялся, – к пролому. Придётся нам перескочить несколько пунктов плана обороны.

Тут уж ничего не поделаешь: минус оборона ворот, минус огненная ловушка, минус завал, минус повторная оборона прохода. Мы считали, что помощь мага при штурме будет меньше и надеялись выбить воинов. Вышло наоборот. Они целы, а вот выкормыш потратился. Пора пустить голема в расход: второй раз его не спрячешь, в цитадель его не запихнёшь, там все дверные проходы такие, что некоторым голову пригибать нужно.

Вот тут, пожалуй, мы и встанем. И мне в самый раз, и моей бессменной команде охраны.

Мои мысли прервал невероятный силы взрыв за спиной, который кого оглушил, кого сбил на землю. Медленно, в Сахе, поднимаясь с колен, я неверяще глядел на огромный пролом в стене возле самого донжона. Как? Как они сумели подойти незамеченными не только наблюдателями на стенах, но и мной? Пока выкормыш Тёмных надрывал глотку, я тщательно раскидывал свою Сеть вокруг стен! Как? В клубах пыли видел лежащие без движения фигурки солдат. Из дверей донжона выскочил Тарган. И тут я впервые проклял Сах.

Его растянутое время позволило мне ощутить всё отчаяние и безнадёжность своего положения. На земле лежит очень много солдат, я даже угадываю знакомую фигуру Брика. Для атаки маг идеально выбрал время. Там, в проломе, я уже вижу тени набегающих врагов. А за своей спиной чувствую, как огонь умирает под заклинанием холода. Я тот, кто в короткой стычке может заменить десяток умелых мечников и заткнуть пролом в стене, став неприступной и шипастой пробкой на пути врага. Но только в одном месте. А голем уже здесь, и бежать им на ту сторону пусть небольшого, по сравнению с внешним, но крепостного двора… Мне ударят в спину бегущие по раскалённым камням… Вон из Саха!

– Тонму сержант! Приказываю! Бегом в пролом! Не дать ворваться тварям!

Пассивную Стену воздуха в пролом для защиты от стрел. Голем. Вставай, родной. Тебе придётся поработать за двоих! Жаль, до мастера я так и не дорос. Или голем, или маг. Иначе мы бы развернулись с ним! Жаль, но играть придётся теми костями, что лежат на столе. Хорошо, проход не стал больше. Голем отлично сыграл роль ходячих ворот, надёжно перекрыв дорогу бегущим мечникам.

Первый!

Пусть ты хоть трижды отличный мечник, но человеческая сила бесполезна, когда тебе в грудь прилетает удар каменного кулака размером в три твоих головы. Врага просто растерло ударом по стене, ещё мягкой от температуры. Ученик мастера не смог заготовленным заклинанием преодолеть добавочную температуру от моего горючего газа.

Второй! Эта нога с тебя размером! Получи пинок и порадуй меня своей смертью!

Третий! Меняемся: мои пальцы на твою жизнь!

Четвертый, пятый! Эх, удачно вышло – и колена не жаль.

И тут меня захлестнуло отчаяние. Провели! Один из врагов, не добегая до голема нескольких шагов, прыгнул на стену и, мгновенно вспыхнув, но оттолкнувшись от неё и оказавшись выше голема, метнул свой меч ему за спину. Не сумев прыгнуть с разбитой ногой и перехватить этот снаряд, я долгие две секунды ждал смерти: такое моя Стена вряд ли удержит. Но она всё не приходила. Отчаяние сменилось дикой радостью! Промазал! Радость сменилась ненавистью, и я мстительно обошел вниманием горящее и, несомненно, кричащее тело неудачника. Сдохни мучительно!

Шестой!

И тут груди голема коснулся красный луч. Миг – и он пропал. Но в груди моего защитника теперь зияла дыра. Моё время вышло, понял я. Ещё два-три таких заклинания, и голем рассыплется, исчерпав запас прочности. Либо одно такое в меня – и у крепости нет шансов. Нужно выжать максимум пользы из последних секунд жизни моего творения! Вперед!

Седьмой, восьмой, девятый!

Врагу просто некуда деться от огромных каменных ручищ в этом проходе.

Десятый! Ах, нет, ушел, проскользнул со стороны разбитой ноги.

А через секунду голем лишился и руки, и плеча. Ну! Ещё хоть кого-то! Я всё же заставил голема прыгнуть вперед, оттолкнувшись целой ногой, в надежде повторить вчерашний трюк и зацепить хоть кого-то его погибающим телом. И тут же разорвал связь. Время заклинаний.

Я – это снова я. Стену, на этот раз активную (без голема такое можно) в проход. Перекрыть его! Едва успел, как в неё впились три красных луча. Стена сама пополнилась из резерва, Пробой вперед. Перед собой Разгон и все пять Копий, что висели в ауре, на максимуме скорости через него. Держи и ты от меня подарок. Пробой удачно отработал по троим мечникам, а затем легкий дым, что до этого заполнял проход, мгновенно сгустился до молочной белизны и закрыл от меня вражеских солдат. Я развернул Сеть, потянул к себе Пробой, чтобы забрать ману и тут же в ярости вывалился из Саха.

– Сержант! Какой был приказ?!

– Лэр! Потом! – Дорг ткнул мечом перед собой в туман прохода, и я тут же вернулся в Сах. Не время для разбирательств.

Пусть я не вижу ничего, да и Сеть мою этот туман будто съедает, но ведь не всем моим заклинаниям нужно видеть, куда лететь. Забрать силу из Пробоя. Ещё разогнанных Копий в туман. Стена снова тянет силу. Всё. Мана на дне. Вобрать запас из Орба. Три Конфликта в туман, цепочкой всё дальше и дальше от себя. Есть! Последний Конфликт не сработал. Значит, он был в пределах ауры мага, и его развеяли на стадии формирования. Ещё одно Касание, подкорректировать направление очередной партии Копий, чтобы они ушли к обнаруженному мной месту. Еще Копий. А, чтоб вам, Отступникам, икалось вечность! Нет больше Копий. На Орбе у меня тяжёлые заклинания, а в ауре Хлысты, Копья и Секиры. Все. Копий нет. Хлысты и Секиры – ближний бой, нематериальную Секиру моё Касание не ускорит. Решение? Мне нужно отступить, вынудить врага выйти из тумана и задавить быстрыми и мощными сформированными заклинаниями. Но едва обдумав это, я понял, что ещё во время запуска последних Копий меня уже тащили к донжону. На пределе ауры я успел забрать силу из Касания, а вот Стена так и осталась стоять.

Глава 40

– Аор.

Рино помолчал, снял шлем и с силой провёл по лицу ладонью в грубой боевой перчатке, оставляя грязные разводы, прежде чем продолжил глухим голосом:

– Тарган погиб, Тенус погиб…

– Как?

Только и смог просипеть я, глядя на него снизу вверх. Ах, что же так саднит сердце и не хватает воздуха в груди? Заскрёб пальцами по груди, пытаясь смять доспех. Я знал, знал, что так и будет, когда увидел Брика там.

– Там был второй маг. Динис рванул в пролом, с ним десяток молодых мобилизованных, которых он только что загонял в донжон. Ра Тенус и Калас смогли встать. Они были среди оглушённых солдат, но амулеты, да и всё же Мастера. Первую волну бойцов они просто перемололи.

– Динис был хорош с боевой парой, – в пустоту напомнил больше себе, чем командиру.

– Да. Я знаю. После первого удара мага они поняли, что их шанс только в атаке.

– Не их, – я успел открыть фляжку и теперь пытался сделать глоток. – Не их шанс.

– Да, – кивнул Рино. – Наш шанс, шанс гарнизона, шанс всех тех, кто ещё только приходил в себя на земле. Мы с Рамом догнали их за стеной. Взяли в круг мага… Он был хорош. Как маг, сильнее и быстрее тебя, а наши уже приняли на себя один удар. Первыми погибли молодые. Не спасло даже то, что они стояли за нашими спинами. Успели сделать лишь два-три залпа, как их накрыло облаком яда. Затем он взялся за нас. Первым не выдержал амулет Таргана, затем Брика…

– Он был ра, точно знаю, что у него отличный семейный амулет, – я всё никак не мог поверить и цеплялся за невозможное.

– И получил гораздо больше ударов, чем мы. Не забывай, он ещё попал под взрыв стены. Та тварь прекрасно понимала, кто из нас сильнее с мечом. Добить остальных маг уже не успел. Его защита сдохла раньше.

– Он точно мертв? – с ненавистью уточнил я.

– Калас снес ему голову.

– Хорошо. Это хорошо. Хорошо, – я снова начал тереть грудь. – Иди, иди, Рино.

Ах, старик Брик. Как же так. Да, мы второй день умираем на клинках тёмных. Но вы…

Как же вы могли так – бросить меня одного? Мелькала мысль, что все мы здесь умрём, ведь там, за стенами – два Мастера. Пусть, но я думал, что это будет плечом к плечу. Вместе. Как же так? Мои друзья ушли в чертоги Создательницы в неравной битве, адепт и безмаг против ученика тёмного Мастера, а я не мог кинуть на их чашу весов даже соломинки помощи.

– Лэр лейтенант.

– Дорг, – я захрипел, пытаясь взять себя в руки и не сорваться. – Молчи! Уйди. Уйди с моих глаз!

– Лэр лейтенант.

Сержант замолчал, а я вскинул ладонь в его сторону и, закрыв глаза, боролся с желанием бросить в него флягу.

Глаза я открыл, только услышав, как шаги сержанта стихли, удаляясь. Соломинка. Я пытался бросить её на чашу. Даже не соломинку, а полноценную гирьку. Четырёх твоих лучших учеников, Брик! Как бы к делу пришлись их мечи. Этот проклятый тёмный наверняка сдох бы раньше, чем мои друзья! Я же отдал прямой приказ!

– Аор! – крик Рино вырвал меня из плена яростных мыслей. – Ты не прав!

– Я отдал приказ!

– У них был мой приказ! Они отвечают за твою жизнь. У них один приказ: ты должен умереть только после них!

– Я справился бы сам! Я чётко оценивал степень опасности! Я! Справился! Бы! Сам!

– У тебя началась мания величия? Может, ты выйдешь за стены и быстро разгонишь всех тёмных? Время уже к обеду, – прошипел Рино.

– Там был только подмастерье!

– А ещё два десятка умелых солдат!

– Они не прошли даже голема! – заорал я, поднимаясь на локтях с лежака.

– Аор, выгляни из своих мечтаний и вернись в реальный мир! Нам ещё нужно взять с тёмных плату за свои жизни. А я начинаю сомневаться в твоей адекватности! Если бы не Дорг, то в тебе торчало бы три стрелы и меч. Ты бы там и остался, у ворот. Оставив нас одних против Мастеров!

Из меня словно выдернули стержень, и я опустился обратно на подушку. Меч. Значит, тот тёмный не промахнулся, и смерть действительно разминулась со мной только благодаря сержанту? Стрел я вообще не помню – похоже, Стена сдохла гораздо раньше, чем я думал. Хотя действительно. Если я вслепую швырял заклинания, то и они не дураки. Тёмные – твари, но не дураки.

– Хватило бы одного, на мне Доспех, – процедил я сквозь стиснутые зубы, не желая сдаваться.

– А если голем упустил бы кого-то? А если бы прилетело сразу две стрелы? Твоё заклинание – не панацея. А если артефакт-наконечник? Тебя закрывали телами. У них был приказ. Прими это и хватит истерить. И хватит лежать! Они уже у донжона!

Я произнес ключ-фразу – Сах! И, рассматривая измятую моими руками флягу, старался примириться с произошедшим и принять аргументы Рино. Да, верные, как мне стало понятно сейчас в тягучем времени транса, но яростно отрицаемые моим сердцем. Так хочется найти виноватого и быть правым. Жаль, что правда разная, а виноватых нет. Вернее, в их смерти есть и моя вина. Я мог расширить Купол за стены, чтобы их амулеты оказались в поле Источника, и тогда за ту минуту боя в них влилась бы хоть кроха маны – кроха, которая тоже могла стать гирькой. Если бы я знал. Если бы вырвал на это время. Сбросив Сах, я швырнул испорченную флягу в угол, вытер мокрые ладони о плащ и, встав, начал проверять снаряжение. Брик, ты не один раз смеялся над названиями моих заклинаний. Пусть теперь это будет памятью о тебе.

– Доклад, – потребовал Рино, едва мы вышли в зал первого этажа.

– Тридцать раненых на четвёртом этаже, – под грохот ударов в дверь донжона отчитывался Арт. – В строю восемь десятков. Трое пропали. Под обломками не обнаружены. Засада знак подтверждения вывесила.

– По местам! – скомандовал Рино, надевая шлем.

Я тоже затянул ремешок под подбородком, отшвырнул к стене тёплый плащ и зашагал к проходу. План действий, и не один, оговорен давно. Стены первого этажа донжона очень толстые, дверь в него небольшая, за ней проход шириной – двое в доспехах встанут плечом к плечу. Он тянется на половину этажа до небольшого зала, из которого идёт коридор к лестнице второго этажа и помещениям первого. Бойцы гарнизона сейчас и стояли в проходе по двое. Первый ряд с большими щитами перекрыл его от стены до стены, второй с мечами, третий и четвертый с копьями. Всё, как на тренировках. Пора поработать магом огневой поддержки. Я опустил ладонь на плечо впереди стоящего солдата.

– Замена! Раз, два.

Мы с бойцом развернулись боками и скользнули приставным шагом навстречу друг другу. Он назад, а я вперед. Добравшись до четвертого ряда, поколебался, но все же повторил действие.

– Замена. Раз, два.

Скользнув на место бойца третьего ряда, я перехватил его копьё, чётко фиксируя разученную позицию.

Отсюда я не только перекрываю своей аурой всех бойцов передних рядов, но и имею небольшой запас по расстоянию, чтобы бороться с накладываемыми заклинаниями, которые враг может выложить перед нашим строем. За те десять минут, что лежал в каморке, приходя в себя от скоротечного боя у ворот, ничего толком накопить не удалось. Из Орба забрал последний запас маны, Родник капает, конечно, но это действительно слёзы для так ускорившихся схваток. Итак.

Прочь холод из живота. Задача: максимальная экономия маны. Магия только в крайнем случае. Стою, изображаю обычного солдата, служу якорем и запасом энергии для амулетов бойцов и защищаю их от накладываемых заклинаний. Источник не способен перекрывать потери маны в защитных амулетах при напряжённом бое. Сах. Стену перед нашим строем. Ну что ж, Калас. Я буквально ощущал затылком его взгляд. Вы с Бриком хорошо меня учили. Вцепился рукой в ремень переднего бойца, толкая его в спину и напрягая руку с копьём, лежащим в выемке щита.

Дверь в донжон разнесло в клочья. Видимо, магу надоело ждать, пока солдаты разобьют его тараном. Но моё заклинание защитило нас от осколков. Теперь его можно убрать. А в клубах пыли на нас уже набегали враги. Первый, самый страшный, удар мы выдержали на отлично. Удар в щиты не смог сдвинуть наши ряды, подпирающие друг друга. Смельчака, что прыгнул и сумел найти брешь между копьями, встретили в воздухе мечи второго ряда. Он пытался разменять свою жизнь с пользой. Но вторыми шли ученики Брика. И не посрамили его уроки. Сах позволил мне в полной мере оценить отработанную командную работу. Крат отбил меч, которым враг целил в меня, а Бисто нанес жёсткий укол в горло, складывая скорость своего удара со скоростью летящего врага, вминая кольчугу в плоть и ломая шею тёмного мечника. Мне остаётся только скрутить руку и напрячь плечо, встречая удар уже безвольного тела, чтобы не быть сбитым с ног.

– Хэ!

Команда Дорга – и мы резко толкаем вперёд наши копья и мечи.

– Даур!

Оттягиваем копья назад и делаем шаг на врага, наступая на тело павшего. С наслаждением вбиваю каблук в лежащего врага.

– Хэ! Даур! Хэ! Даур!

Наши копья ударяют впустую, враг отходит назад, но долго так продолжаться не может. Мы напираем, а врагу мешают набегающие на помощь.

– Хэ!

Чувствую, как руку сотрясает ударом, когда моё копьё пробивает железо и входит в плоть.

– Да, – я дергаю копьё назад, сбрасывая с него тяжесть мёртвого тела.

– Ур! – делаю шаг вперед, оскаливая зубы в ухмылке. Ещё крови!

Последние шаги к выходу дались нам с трудом. Такое ожесточение боя никакие тренировки не могли повторить. Враги, успевшие вбежать в донжон, оказались буквально зажаты между нами и выходом. Я потерял копьё, сломавшееся под тяжестью убитого, принял запасное, которое держал под моей рукой боец четвертого ряда. Тёмные лежали под нашими ногами в два-три слоя. Мы едва смогли отойти назад, шагая спиной по этому кровавому ковру. Даже жажда крови и ненависть, которых я сам от себя не ожидал, притихли.

– Это мясо! – раздался крик Каласа из-за спин. – Все собрались! Ждём элиту!

Действительно. Я зло дёрнул щекой, ощущая новую волну ненависти. Слишком легко мы сложили их. Элита никак не могла быть хуже юных учеников наших мастеров.

Выглядывая из-за щитов, я оценил новую попытку штурма. Два мечника и два лучника. Я ухмыльнулся. Несерьёзно, что и показали следующие пять минут. Либо в щиты, либо Бисто демонстрировал трюк сбивания стрел. Так мы можем стоять долго. Время играет за нас. К тому же у нас есть сюрпризы. И Рино решил выложить один, когда лучников перед нами стало уже шестеро, и мы только и могли, что сжиматься за щитами. Над головой засвистело, и враги стали падать. Наши лучники, с моими пирамидками-амулетами, оказались смертоноснее, да и устройство коридора даёт преимущество именно нашим стрелкам.

Но едва вокруг меня прозвучал восторженный крик: «Раида Опилу!», как враг сделал свой ход. В донжон ворвались стремительные тени, за два вздоха преодолевшие расстояние до нашего строя. И им совершенно не помешали ни лежащие тела, ни просвистевшие стрелы, которые успели метнуть из-за наших спин. Первые же удары показали разницу с предыдущим мясом. Щитоносцы первого ряда погибли за считанные секунды. Крат и Бисто едва успевали защищаться, а враг даже находил возможность бросать в наши ряды франциски.

Сосредоточиться! Копьё за середину, уменьшая его длину. Выпад в ногу врага. Мало того, что он её убрал, так ответным пинком едва не лишил меня оружия. Укол над плечом Бисто. Падший! Я едва успел сместить удар. Он чуть не пришёлся в голову товарища, начавшего делать скрутку! Меня переигрывают! Как и говорил Брик – я самый слабый из его учеников. Хорошо. Тогда так!

Я бросил копьё под ноги и снял с пояса метатель. Попробуйте это! Но не успел поднять оружие на линию прицеливания, как к врагу подоспело подкрепление. Они провернули тот же трюк с прыжком, что и двадцать минут назад. Вот только уровень подготовки и количество исполнителей были совсем иными. Я успел выпустить болты в двоих, прежде чем наш бывший третий ряд сбили с ног. Мне повезло, что первые смертельные удары мой Доспех выдержал, а затем я сумел сбросить с себя труп и выпустить последний болт в пах своему противнику. Брик, я не смог тебе помочь, а ты, даже после смерти, продолжаешь меня спасать. Через секунду я поднялся на ноги и, подхватив Хлыстом меч с пола, покарал убийцу своего напарника. И бросил взгляд по сторонам.

Свалка над моим телом не позволила ударить в спину Крату с Бисто. Но бросившимся дальше приорам наши бойцы не смогли ничего противопоставить. Слишком большая разница в умениях, слишком неожиданно. Бойцы, державшие запасные копья, не успели даже бросить их, как были убиты. Остальные ряды под крики Дорга пытались сбить новый правильный строй со щитами и копьями, но безуспешно. Справа всего пять тёмных, но они убили уже не меньше двадцати человек. Но там сержанты, офицеры и лучники. Сейчас удача тварей кончится, Калас доберётся до первого ряда, и они умрут. А вот слева четверо тёмных и тоже лучники, но уже чужие. Без помощи мои соученики погибнут. Будь проклята эта экономия маны! Я подхватил с тел павших товарищей сумку с болтами.

Минута ожесточенного боя, который в Сах выпил из меня все моральные силы, четыре перезарядки опустошённого метателя, и мы начинаем пятиться по коридору. Крат с Бисто не раз ранены, но ещё находят в себе силы отбивать летящие в нас стрелы. А я решаюсь обернуться и с облегчением выдыхаю. Бойцы справились. Перед новой стеной щитов лежали все пять тёмных.

К строю мы вернулись не одни. Среди тел своих павших я нашел двоих, в которых амулеты ещё поддерживали жизнь. И дотянул их до своих.

Калас и Дорг, стоящие в первом ряду, шагнули вперёд, обдирая стены железом и включая нас в строй, а секунду спустя по их щитам защёлкали стрелы. Это несерьёзно. Но не прошло и минуты, как в руках вражеских лучников появились колчаны, буквально истекающие маной.

– Отходим, – произнес я с сожалением. Сейчас в дело пойдут стрелы-артефакты. Лишняя трата сил на защиту от них. Врагов не достать – приоры тоже умеют сбивать наши стрелы. Нужно менять правила игры.

– Отходим! – подтвердил мою команду Рино.

– Ур, ур, ур, ур.

Под команды Дорга наш строй быстро оказался в зале, успев принять на амулеты лишь две магические стрелы.

Теперь враг видит лишь стену поворота, а наш строй потерял глубину, развернувшись вширь. Пусть враг попробует выйти в зал.

– Тварь! – от сердца высказался я.

– Отступаем? – Рино требовательно глядел на меня, требуя решения.

– Стоим, – процедил, уходя в Сах и вывешивая Сеть.

«Тёмный выкормыш, чтобы тебя после смерти сотню лет грызли жуки, выбирая самые нежные места», – проклинал я мага, пытаясь сообразить, что могу противопоставить туману, который с огромной скоростью наползал из оставленного прохода. Но ничего не успел придумать. Поскольку через секунду уже судорожно сбивал вражеские заклинания, которые возникали среди наших бойцов. Причем появлялись они с такой скоростью, что я, даже в состоянии Сах, ощущал, как покрываюсь холодным потом.

Я не успевал! Сеть пуста! Ни в зале, ни в проходе никого нет! Конфликт на вход в зал. Сработал!

Секундная передышка, позволившая мне развеять все вражеские конструкции, окончилась десятком красных лучей, упёршихся в наших солдат. Я в ответ снова ударил Конфликтом в их предполагаемый источник. Моё заклинание опять сработало, но ещё один пучок лучей из тумана, причем из другого места, показал мне, что промазал – так же, как и лучники. Я позволил своей мане наполнить опустошенные амулеты тех солдат, что оказались целями мага. Очередной ход мы сделали одновременно. Из-под потолка зала упало моё измененное заклинание Стена, прижав весь туман полуметровым слоем густых, почти черных, клубов к полу. А от фигуры мага, стоящей у самого прохода, на нас покатился вал огня.

Обычно движения людей в Сах для меня плавные и неторопливые, но сейчас я смотрел на стремительные движения последнего нашего мастера-мечника, который проломил своим телом огонь и приближался к магу. Калас преодолевал предел человеческих сил, стремясь уничтожить врага. Я тоже выкладывался так, как никогда. Удар меча мастера, стрелы наших лучников, мое Копье и Конфликт должны достичь своей цели почти одновременно и уничтожить, передав ей всю нашу ненависть.

Тщетно! Вокруг мага возник пузырь, переливающийся красными разводами, и принял на себя наши удары. А в следующую секунду маг, даже для меня, превратился в размытую полосу, исчезнувшую в проходе, а вместо него в зал хлынула, казалось, нескончаемая масса тёмных тварей.

Они буквально захлестнули Каласа, едва не сбив его с ног. Я видел, каких усилий ему стоило устоять. Вздох, и он сбросил с себя Волка. Два вздоха, и мастер-мечник рассёк поток изменённых животных. Ещё два вздоха, и спина к спине с ним встали ученики. А я, наконец, смог выдохнуть. После огненной атаки амулеты просели у всех, а маны осталось буквально на донышке, и я готов был потратить её на помощь Каласу. Тёмный выкормыш снова переиграл меня. Мы дали ему возможность наносить удары в полную силу по площади на выбор. Он потратил гораздо меньше, чем я. Я пуст. Следующая стычка, и нам придётся, как Динису, заваливать его телами.

– К лестнице! – Рино всё понял сам. – Вывесить сигнал!

⁂

– Эй, черви! Ваш недомаг тут? Ты слышишь меня, ничтожество? Признаться, такого я не видел уже много лет. Ты с каких гор спустился, молокосос? Так бездарно подставиться нужно суметь. Скажу честно. Вот с големом ты хорош. Ты просто прирождённый погонщик. Это нельзя не признать. Эй! У меня есть совет для тебя. Не трать время зря. Пока ты молод, я советую тебе купить телегу, запрячь в неё свою каменюку и развозить воду. Это единственное, чем ты сможешь зарабатывать на жизнь. И как водовоз, ты будешь более известен, чем как маг. Думаю, ты сейчас пустой по мане, как твоя голова?

Я с трудом растянул сведённые гримасой ненависти губы в кривой усмешке. Слышу, хорошо слышу, даже сквозь слой камня, ведь ты не жалеешь горла. Да, я почти пуст, набежали жалкие крохи, нет и трети запаса. Но ты говори, говори. Пока можешь.

– Эй, тёмный! – услышал я насмешливый голос Рама. – Ты любишь воду?

В проходе к лестнице второго этажа раздался взрыв. Я тут же рванул рычаг, открывая потайную нишу, где провёл последний час, кусая губы и слушая звуки боя. Товарищам пришлось без моей поддержки отбиваться от врага. Да ещё постоянно опустошая до дна все артефакты, создавать видимость моего присутствия именно на втором этаже и постепенного истощения сил. И все их усилия и потери были не напрасны! Маг клюнул!

Как только Рам произнес слово «любишь», привели в действие ловушку, защищавшую второй этаж. Проход, ведущий к лестнице, теперь завален, и в этот каменный мешок хлынула вода из накопителя донжона. Надеюсь, огненный маг её очень любит!

Я, в облаке отбивающего запах порошка, снес голову крупному Волку, который так и не смог обнаружить меня в тайнике из особого камня, и замер на выходе из комнаты. Ну же! Маг, беги от воды! Ведь не может такая крыса, как ты, оставаться в ловушке!

Словно услышав меня, проход затопила волна огня. Враг снёс завал, который мешал ему бежать из затапливаемого мешка. А я сделал то, что строго запрещено: зачерпнул треть своего резерва напрямик из Источника, смешивая его силу со своим запасом. И чувствуя, как злая жгучая мана будто кипятит кровь в моих жилах, шагнул навстречу врагу.

– Н-н-а-а! – заорал я, отправляя в ненавистный силуэт Сферу воздуха и Разогнанные Копья.

Есть попадание! Не ожидал меня здесь увидеть? Взрыв заставил его поставить защиту, а куски камня снесли вместе с ней и отбросили назад и в воду, покрывающую пол. Похоже, всех мелких тварей между мной и собой он сам сжёг заклинанием: всё завалено обугленными трупами. Позади него я видел Каласа, бегущего буквально по стене, над головами строя вражеских мечников. Ещё глоток из Источника, и Конфликт приорам под ноги. Я едва-едва, но достаю.

Всё. Мои соученики по искусству меча, даже выпив боевой эликсир, не смогут ни развить такую невероятную скорость, ни повторить трюк учителя. Их противник – все уцелевшие тёмные. Маг на нас с мастером, который и так совершил невозможное, но выполнил своё обещание прийти на помощь.

Конфликт под мага! Развеян! Зубья земли за свою спину, перекрывая проход, откуда будет бежать подкрепление к магу. Сферу в него, пока Калас ещё не подошёл вплотную.

Что, не нравится?! Я растянул непослушные медленные губы в кровожадной улыбке, видя яркие сполохи защиты врага.

Осиный улей, ещё один, пусть кружат вокруг него, не переставая терзать защиту. Череда быстрых хлопков, пока мои заклинания сливали заложенные в них силы и давление воздуха. Мало. То, что хорошо против обычных врагов, слабо против него – понял я. Слишком мала нагрузка на его защиту. Глоток из Источника, смешать с последними оставшимися крохами родной энергии и влить в амулеты, защищающие Каласа. Семейный амулет Брика, снятый с его тела, тоже среди них.

В руках мастера боевая пара – меч и вдвое более короткий кинжал, которые он обрушивает на сверкающий красными разводами купол вокруг врага с методичностью механической мясорубки. Но тёмный маг отвечал красным лучом с ладони, буквально выжирая защиту мастера.

Три Конфликта в элитников тёмных, поднявшихся с ног. Они здесь лишние, ждите своих противников. Зубья земли до потолка, отгородить нашу схватку и с той стороны. Долить ману в свой амулет и…

Меня и тёмного выкидыша соединили сотни тонких синих лучей. Сила, вложенная в удар, была просто чудовищна. Выпускной амулет ушёл в ноль, офицерский разлетелся раскалённой крошкой, Доспех замерцал, добирая последние крохи маны из Орба, и исчез. А меня накрыло раскалённым облаком, вспухшим на месте столкновения атакующего заклинания и моей защиты. Это всё-таки не ученик тёмного Мастера!

⁂

– Это не ученик! – провожая взглядом уносимых раненых, сообщил я Рино.

– Поясни?

– Тёмные маги слишком эгоистичны. Так называемые ученики служат Мастерам Тёмных Искусств долгие десятки лет, получая в награду крохи знаний с их стола. Они знают лишь ограниченный круг заклинаний, могут иметь большой запас маны, но слабы в отношении применений магии.

– А этот?

– Слишком силён. Большой запас маны, множество сложных заклинаний маскировки и защиты, очень опытный в схватках. Это уже давно не ученик.

– Сам Мастер?

– Я не столь высокого мнения о себе, чтобы дважды столкнуться с Мастером в схватке и уцелеть. Но и тех, кого принято называть их учениками, я должен был уничтожить. Единственное, что приходит на ум, это ученик, которому за долгие годы службы или услугу дали больше знаний. Возможно, очень старый маг решил подготовить себе преемника – не бессмертные же они?

– И что нам делать?

– Я не могу справиться с ним лоб в лоб быстро. А при малейшей угрозе он сбегает. Нам нужно заманить его в ловушку.

– В ловушку коридора?

– Да, – кивнул я.

– Думаю, огонь будет ему только на руку?

– Я не уверен, что прямо на руку. Но, как обладающему склонностью к огню, это точно не доставит ему много проблем. Скорее, пламя будет мешать мне.

– Кто будет в тайнике? – Рино обвел нас взглядом. – Калас?

– Пусть будет маг, – отрицательно мотнул головой мечник. – У него больше шансов удержать врага и не дать ему сбежать.

– Тебе придется проломить строй врага, чтобы вступить в схватку, – напомнил я. – Маг не будет один.

– Не переживай, Аор, – Релада показал на ладони тёмный флакон. – На одну минуту для меня не будет препятствий и равных противников среди немагов. Останови его и дай мне несколько секунд. Я приду.

– Остальное на нас, – оглядел всех Рино. – Мы должны стать монолитом, разбить который сможет только маг.

⁂

Раскалённый воздух пробирался в каждую щёлочку доспехов, затекал под шлем и горжет, заставляя рычать от боли и ненависти.

Энергию в уцелевший выпускной амулет!

Защита, начав работать, сразу сбила огонь с моих доспехов, а главное, спасла мои глаза.

Сферу в сторону разлетевшихся на куски Зубьев земли, разрывая на куски голову огромного Кабана, бегущего на помощь своему хозяину.

Всё. Я совершенно пуст, и даже капли изначальной маны не осталось, чтобы разбавить силу источника, как рекомендовалось в той старой тетради. Я знал, что это случится, ещё тогда, когда прятался в нише. Враг слишком силён для меня.

Глоток, ещё глоток яростной грубой силы из ядовитого источника. Как больно! Сгоревшая кожа и опалённые разбавленной энергией Источника вены сразу стали такой мелочью! Кажется, что в груди появился шар расплавленного металла. Я упал на колени. Держаться, нельзя терять сознания.

Пополнить амулет. Новые Зубья земли, прикрыть спину. Три Касания друг за другом, выставить в направлении мага. Пополнить амулеты Каласа. Они мне кажутся просто дырявыми, с такой скоростью опустошаются под атаками врага. Сделать ещё глоток кипящей маны из Источника и выпустить самые быстрые Копья, какие я могу, в направляющие Касаний. Сквозь застилающий глаза туман я вижу, что третье заклинание Касания разогнало Копья настолько сильно, что я даже в Сах не успеваю увидеть их полёт. Но вижу результат.

После первого моего удара, когда врага отшвырнуло, он изменил работу заклинания, зафиксировав свое положение, и потому все последующие атаки его защита встречала как скала, не сдвигаясь даже на миллиметр. Но сейчас, с оглушительным звуком лопающегося камня, мага сдвинуло почти на полметра к Каласу. Пол под их ногами превратился в груду крупного щебня.

Да! Это то, что нужно! Динис, ты это видишь?

Я стиснул зубы и снова обратился к Источнику. Как больно, словно кипящее варево в груди помешали ложкой! Ещё раз!

Защита мага опять вспухла алым пузырем, а мастер-мечник извернулся, нанося очередной удар, огибая сдвинувшегося тёмного и оказываясь теперь сбоку.

Ещё раз! Не получается – сзади снова сломали каменную пробку, и набегают тёмные твари. Приходится потратить два глотка на Осиные улья, которые насмерть жалят всех врагов в проходе.

Брик, ты радуешься?

Энергию в наши амулеты и четыре Копья в мага.

Его снова сдвигает, и теперь на пути его побега уже не только я, но и Калас. На нас обрушиваются сотни синих лучей. Но если в прошлый раз они оказались сосредоточены только на мне и уничтожили все слои защиты, то теперь враг разделил удар на нас двоих. И ошибся! Да, ни защита мечника, ни моя ополовиненная не выдержали этого удара, и несколько лучей ударили в нас, прожигая доспехи и тела насквозь. Но атака не стала смертельной. Заклинания не попали ни в голову, ни в сердце. Мне, со сжигающим мои внутренности шаром расплавленного металла, лучи света, пробившие руки, плечо и грудь, показались не более чем булавочными уколами. Калас же, под своим боевым эликсиром, наверняка мог сражаться и со смертельными ранами. Враг ошибся и дал нам ещё время на ответные удары. И проиграл.

Следующий залп Копий пробил защиту и буквально разорвал его на куски.

А я, наконец, позволил себе потерять сознание от боли в груди.

Глава 41

Пробуждение вышло самым кошмарным за всю мою службу. Как-то уже привык терять сознание. Но даже после неудачного слияния с големом мне не было так больно. Болело всё, что могло и не могло. Ломило мышцы, кости, дергало болью лицо, но всё это проходило по разделу небольших неудобств, потому что в груди по-прежнему лежал шар расплавленного металла. Я застонал и, наконец, сделал то, что так хотел весь бой с магом. Обхватил себя руками, пытаясь сжать шар и унять боль. Ничего, конечно, не изменилось: шар пылал, вены охватывало пламя при каждом ударе сердца, но всё равно так, обнимая огонь в груди руками, гораздо легче. Вот только и руки тоже болят, а открыть глаза не получается. На лице лежит что-то холодное и мокрое.

– Есть кто? – прохрипел я, вслушиваясь в звуки вокруг.

– Лэр лейтенант! – моим ответом стал чей-то радостный возглас, который я, тем не менее, еле разобрал. А всё потому, что донжон оказался заполнен звуками оглушительных раскатов.

Я скользнул в мир магии, охватывая взглядом мерцание Источника и мир вокруг донжона. В Купол, который по-прежнему был размером с двор цитадели, прилетали чудовищной силы магические удары. Стен, ограждающих двор, не существовало, как и всех внутренних построек. Чешуйки Купола проломлены во множестве мест и почти не задерживают заклинания врага. Верхние этажи донжона окончательно разрушены, да и уцелевшие зияли дырами. Единственное, что я смог сделать, это уменьшить Купол до размеров уцелевших этажей и разместить уцелевшие чешуйки защиты плотнее. К сожалению, без управления повреждения защитного заклинания стали необратимы, и восстановить его в полном объёме может только погашение и переустановка заклинания из Источника. Невозможная вещь под таким обстрелом.

– Лэр, лэр! – услышал я панические крики, как только вернулся в обычный мир и стал способен ощущать звуки.

– Тихо. Кто это? – защита усилилась, и в комнате стало гораздо тише, но кто-то по-прежнему не жалеет горла.

– Тил это, Тил. Сейчас я, сейчас я!

– Стой, глаза мне открой. Что это на мне?

Ткнул пальцем в направлении лица. Кстати, и с руками что-то не то. Я их странно ощущаю.

– Не, не, не! Это ждите лэр-сержанта! Я сейчас!

Тил, Тиломат. Это не тот паренек, которого я про Отступников пытал? Живой. Это хорошо. Светлый простой парень. Как Брик. Да, как Брик. Я стиснул зубы, но тут же со стоном расслабил мышцы лица. Всё лицо начало просто невыносимо жечь, ещё и губы стали жутко болеть от нескольких слов. Даже сравнимо с шаром в груди – кажется, я не просто их прокусил, а изжевал.

– Аор!

А вот этот голос я узнаю. Рам.

– Глаза откройте, – снова попросил я.

– Рехлот? – а это уже Рино.

– Да, сейчас, – моей головы коснулись чужие руки и сняли ту тяжёлую холодную штуку с неё.

А я, проморгавшись от света, смог оглядеть себя. Руки на месте, это я и так знал, ноги на месте. Руки – я покрутил их перед собой по очереди, осматривая и не прекращая сжимать другой грудь. То, что мне мешало и казалось странным, оказалось странными тонкими перчатками.

– Состояние? – нарушил я молчание товарищей, столпившихся вокруг меня. Хватит на меня смотреть.

– Ожоги глаз почти исправили. Средние ожоги рук, шеи, лица, живота, левого бедра. Раны руки и плеча – лёгкие. Рана в груди серьёзней. Пробито лёгкое, наложены магические конструкты, рекомендации – избегать боя и вообще резких движений. Что-то странное с аурой, подробностей не могу сказать, но из того, что я нахватался у Велиры, вижу, как показатели то затихают, то зашкаливают за пределы нормы, и сердце вслед за аурой сбивается с ритма. В общем, если бы не эти скачки, то почти можно бегать.

– Про ауру я в курсе, – кивнул. – Нахлебался из Источника.

– Это же смертельно! – изменился в лице Рам. Да и остальные лэры не сильно отличались от него.

– Не сразу, не сразу.

Я хотел рассмеяться, но вышло какое-то утробное хрипение. Горло сухое и дерёт наждаком при каждом звуке.

– Ты что, сошёл с ума? Этого не было в планах!

Разъярённый Рино схватил меня за предплечье.

– А два Мастера под стенами были в планах? А смерть Диниса? Сколько, вообще, осталось живых после нашей атаки на этого мага?

Рино побледнел и, отпустив меня, отступил на шаг.

– В строю меньше четырёх десятков, – ответил мне Арт вместо молчавшего Сталада. А я не мог отвести взгляда от его забинтованной руки – вернее, короткой культи.

– Из хорошего – это по факту почти все сильнейшие бойцы гарнизона. Во дворе всех тёмных вырезали. Из плохого – засадный отряд почти весь погиб. Они действительно насмерть встали на входе в донжон, почти никого не пропустили к вашей схватке. Да и, вообще, погибли почти все молодые и те гражданские, что остались с нами защищать крепость. Выжили единицы. Там такая мясорубка случилась в конце, а они почти ничего не умеют. И у нас сейчас почти столько же беспомощных раненых, сколько и стоящих на ногах. Да и те. Взять того же Каласа с учениками. Они вроде как в строю, но на них живого места нет. Особенно Релада.

– Но маг мёртв, – внезапно закричал и ударил, высекая искры, шлемом по стене Рам. – И ещё почти сутки мы отыграли. Этот день спас всех женщин и детей, что убегают к Ретрошену!

– Да, – медленно кивнул Арт, глядя на Рама. – Мы выиграли и эти сутки. Теперь нам нужно ещё одно чудо, чтобы спасти сам Ретрошен. Если мы позволим тёмным Мастерам оказаться у его стен раньше армии, то станция обречена. Даже если Ретрошен будет пуст или они вовсе не пойдут к нему, главное, что тёмные окажутся на просторе.

– Аор, – Рам перестал бороться взглядом с замом коменданта и впился им в меня. – Насколько плохо твое состояние?

– Я не знаю, Рам. Не знаю, – честно ответил и попытался улыбнуться, но с обожжённым лицом это вышло плохо, Рино даже отвернулся. – Возможно, Велира могла бы сказать определённо. Я знаю лишь, что зашёл слишком далеко за черту. Да, Источник смертельно опасен для мага. Калека или гибель. Да, есть исключения и техника, позволяющая сделать несколько глотков запретного. Но этого оказалось мало для победы. И я взял в долг. Взял много. И теперь буду ждать кредитора.

– Хорошо. – Рино разорвал молчание, наступившее после моих слов. – Продолжаем действовать по плану. Сейчас мы по ретирадному тоннелю выносим раненых, затем будем отводить уцелевших и подготавливать первый завал ущелья. Рехлот, у тебя два часа. Затем мы эвакуируем Аора. Ты будешь с ним. Постарайся сделать всё возможное.

– Да что я, вообще, могу сде… – гарнизонного лекаря остановила поднятая ладонь коменданта.

– Постарайся.

Провожая взглядом спины уходящих товарищей, я ощущал горечь на сердце. Да, мне была отведена самая важная роль в плане отступления к Ретрошену. Всё вышло почти идеально. Мы смогли уничтожить всех воинов и тёмных тварей. То есть всех физически сильных и выносливых врагов. Остались лишь могучие маги, которым наверняка несколько сотен лет, и они точно не обременяли себя бегом по горным дорогам. Я лишь должен был устраивать завалы быстрее, чем тёмные Мастера их будут уничтожать. Да, задача почти нереальная, учитывая их мощь и запас сил, но шанс был. Со мной. Но теперь… Лишь силами нескольких десятков раненых солдат и нескольких адептов, которые будут нести раненых? Невозможно. Их надежда, надежда Ретрошена – я. Но я сам не знаю, буду ли ещё жив к ночи или – с опасением обратился взглядом мага к своей душе – способен ли я по-прежнему наполнять свой резерв маной мира? Половина резерва – это энергия Источника, что сжигает мои внутренности. Но я с облегчением ощутил, что в резерве плещется и моя обычная мана. Значит, восполнение всё ещё возможно. Тогда можно попробовать применить технику очищения от посторонней маны из той тетради.

Я отдышался, как будто впервые ныряя в холодную воду, ещё крепче обхватил грудь и ушёл в мир магии. Создаём Улей… я сорвался и выпал из Сах. Спокойнее, Аор, спокойнее. Брик уже отомщён. Пусть тело мага я и не пнул, но погиб он от моей руки. Пусть это заклинание приносит мне светлые воспоминания, а не горечь утраты. Ещё раз. Сах! Создаём Улей и напитываем его по минимуму маной Источника из моей груди и нормальной маной один к одному. Как же это долго без поддержки Орба! Теперь проявляем заклинание в реальном мире и смот…

– А-А-А-А-А-А!

Невозможная, невообразимая ранее боль вышвырнула меня из Сах, как пробку из бутылки. Минутой ранее я считал, будто боль в груди уже невероятно сильна, и даже немного гордился, что могу её выдержать без использования уловки в виде Сах. Но сейчас… Сейчас я понял, что мои познания о боли ничтожны. Она была непереносима. Мне показалось, что внутри меня не осталось плоти – всё мгновенно выгорело в пламени, которое выплеснулось из груди. Секундой позже мой крик оборвался, потому что кричать с горлом, полным крови, невозможно, какую боль ты бы ни испытывал. Боль длилась и длилась, заставляя меня выгибаться в судорогах и при этом лишая рассудка. Не знаю, каким чудом, но я, раз за разом выпадая из Сах, решил сделать глоток из Источника, равный потраченному на Улей. Боль уменьшилась! И я с облегчением провалился в темноту, в которой нет боли и страданий.

– Аор! Аор!

В себя меня привел повторяющийся крик Рехлота и какое-то заклинание, раз за разом окатывающее сознание звенящей свежестью. Словно после тяжёлого сна бросаешь в лицо пригоршню ледяной воды. Вода, да. Я почувствовал, что язык мой высох, словно сухарь. Вода! Хоть немного унять это пекло внутри!

– Здесь, здесь я, – еле смог прошептать. – Пить дай.

– Какой пить, у тебя горлом кровь шла! Не могу понять, где кровотечение!

– Пить! – я оторвал одну руку от груди и вслепую махнул ею, вцепившись кому-то в одежду. – Пить!

– Дай ему воды! Ты же сам сказал, что с телом всё нормально! Куда уж хуже!

С невероятной благодарностью я услышал голос Рама, а затем мне в рот полилась восхитительная вода. Такой вкусной воды я не пил никогда за свою жизнь, хотя подозреваю, что она – самая обычная, из накопителя донжона, уже разрушенного обстрелом Мастера. Пусть жар в груди унять не удалось, но насколько легче я стал себя чувствовать!

– Спасибо. Спасибо, – я отпустил чужой рукав и поводил рукой перед лицом. – Почему опять не вижу?

– Ты так кричал… В общем, обожжённая кожа полопалась.

– Ясно. Дайте видеть.

Я, наконец, смог поднять веки и осмотреть ту же компанию, что и десять минут назад. Странно, лица не ощущаю вообще.

– Нормально, все почти нормально.

– Нормально? – покрутил шеей Рино.

– Да я вообще не понимаю, что происходит! Так не бывает! – зло процедил наш медик.

– Ты бы себя слышал! Да даже Версус кричал не так страшно, – добавил Рам, наклоняясь надо мной.

– Это очень больно. Я и не знал, что бывает такая боль, – согласился я и глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. – Но нужно кое-что ещё проверить.

Я повторил создание заклинания, но на этот раз с наполнением той маной, что моё тело само восполнило из окружающего мира. Проявляем… Ничего. Улей висит, а та боль не пришла. Хорошо, это очень хорошо. Это даёт мне надежды. Но в той тетради сказано, что каждая минута нахождения энергии Источника в теле мага всё сильнее отравляет тело. А мне нужны ещё сутки. Нужно уменьшить порцию этой ядовитой силы и надеяться, что уменьшится и боль. Потому что я не выдержу даже десятка таких процедур и либо умру от болевого шока, либо не смогу заставить себя снова причинить себе эту боль. Я и сейчас буквально пинками заставляю себя создавать заклинание. Если бы не глаза товарищей, внимательно наблюдающих за мной, наверное, и не смог бы решиться.

А-А-А-А-а-а! Как же хорошо, что эта тёмная тварь уже мертва! Надеюсь, его душа никогда не вернется к его Демиургу, а попадет в Чистилище Велиримиды и будет сотни лет гореть в пламени! Да, боль от такой крохотной порции чужой силы, влитой в Улей, терпеть можно. Но с трудом. Шар в груди выжигает моё тело, и непонятно, как я ещё дышу, ведь кажется, что лёгкие уже давно исчезли в этом жаре. Я в двадцатый раз напоминаю себе, что это обман чувств, просто нагрузка на магические каналы и ауру так велика, что мозг мага начинает смешивать ощущения от обоих миров в одну картину. И я цел. Я не сгораю. И могу сражаться дальше. Но пламя внутри всё же лучше обхватить руками покрепче. Так легче.

– Хорошая новость состоит в том, что я могу колдовать, – выплёвывая слова в мгновения, пока боль утихала, указал подбородком на сгущение воздуха возле себя. – Плохая – в том, что я по-прежнему не знаю, сколько у меня времени.

– То есть с тобой всё так плохо, что ты даже сомневался в возможности создания заклинаний, – зло процедил Рино.

Но я промолчал, не отвечая ему, и скользнул в Сах. Здесь намного легче переносить боль, которая и не думала пока утихать. И это плохо. Я надеялся, как только она вернётся к прежнему состоянию, потратить ещё немного взятой взаймы силы и повторять этот цикл. Но, видимо, слишком многого ожидаю. Я взял слишком много. Но это того стоило. Окинул взглядом состояние Купола, уже привычно сдвинул часть чешуек на новые места, чтобы суметь протянуть ещё несколько минут, и при следующем ударе тёмного Мастера оценил эффективность изменений. И не поверил своим глазам! Дождался ещё одного удара и буквально выпрыгнул из мира магии в реальный мир. Потому что кричать от радости в состоянии Сах очень трудно!

– Да! Это того стоило! Стоило! – я вцепился пальцами в изгиб доспеха Рама, оказавшегося ближе всех ко мне, и притянул его ближе, торопясь поделиться восторгом, который захлестывал меня. – Сорок семь лет Велиримида со Стражами стирает в пыль легионы армии этого Демиурга, и за все эти годы лишь четыре раза могучие маги нашего проклятого врага решались подойти к целым Источникам, у которых ещё были живы защитники. Сегодня, спустя десятилетия, нашёлся пятый глупец! Я сотру его в порошок! Всё было не зря! Товарищи, всё это было не зря!

– Аор, спокойнее! – Рехлот пытался придавить меня обратно к кровати.

– И объясни нормально, а не своими цитатами великих! – потребовал Рино.

– Всех вон из донжона! Быстрее!

Я глядел в глаза Рино, и с каждым словом встряхивал Рама, не обращая внимания на порвавшуюся перчатку с мазью на своей обгорелой руке. Не знаю, как я выглядел сейчас со стороны – наверное, как безумец. Счастливый безумец.

– Один из Мастеров каждое новое заклинание создаёт все ближе. Когда он пересечёт линию бывших стен крепости, здесь должен остаться только я! У вас ещё полчаса, край – сорок минут. Как только он сделает хотя бы два десятка шагов внутрь стен, я уничтожу Источник, и всё, в чём есть хотя бы кроха маны, получит её столько, что просто сгорит! Все вон из крепости!

– А ты?! – канцелярист, наконец, отцепил мои пальцы.

– Я? – недоумённо переспросил, поразившись его странному вопросу. – В битве у Ралоса Источник перегрузил архимаг Задон Чирос, уничтожив пять тёмных Повелителей Боли с полными свитами. Архимаг! Обычный младший мастер, обменявший себя даже на одного Мастера Искусств, будет гордиться своим именем в истории!

– Ты сошел с ума!

Рино оттолкнул от меня Рама, сам вцепившись в мои плечи, и встряхнул, вызвав вспышку боли.

– Кому нужна твоя жертвенность?

– Ты что? Не понимаешь? – обвёл взглядом всех в комнате. – Я не знаю, сколько часов ещё буду жив. А так останется только один Мастер. На него должно хватить заготовленных завалов. У вас должны уже успеть зарядиться мои артефакты. Это лучший размен! Даже если бы я был цел и полон сил!

– Я оставлю бойцов. Они вытащат тебя, – упрямился Рино.

– Не нужно, лэр старший лейтенант, – я улыбнулся, счастливый, понимая, что он согласился. – Я основательно собью работу рун Источника, и даже тем, кто совсем не маг, будет несладко в нашей крепости. Тела наших павших в подвале?

– Да, – подтвердил зам коменданта, всё это время молчавший.

– Отлично. Брик, Динис, все остальные. Я полью вашу могилу кровью тёмного Мастера, – я показал зубы в оскале улыбки. – На пиру у Велиримиды вам будет чем похвалиться за кубком вина!

Глава 42

Как ни странно, но я всё ещё был жив. Это совершенно точно. Не может в чертогах нашей Создательницы быть боли. А она, боль, есть и очень знакома мне. Всё тот же огонь внутри моего тела. А меня словно качает на волнах, то поднимая вверх, когда я слышу вокруг голоса и ощущаю многострадальное тело, которое немилосердно трясут, то унося в глубину, где остаются только ленивые мысли, медленно возникающие в голове.

Почему я жив? Куда мы бежим? Где мы? Что из того, о чём я помню, правда, а что сон?

В очередной раз, услышав шум и ощутив тряску, я смог собрать расползающиеся мысли и обратить взгляд внутрь себя, словно толкнул ману по телу с командой «Лечение!». Не могу сказать, сколько прошло времени, прежде чем посыл-желание, отработанный тысячи раз за время учебы, подействовал. Но, наконец, голова прояснилась, а ощущение сна или бреда отступило, и я понял, что всё это реальность.

Меня действительно несли, сосредоточенно и тяжело дыша во время бега. А это значило, что Рино всё же не послушал меня и оставил людей, которые вернулись в цитадель после разрушения Источника. И это было не зря, потому что я каким-то чудом выжил. Хотя не должен был. И это очень странно: ни разу, нигде я не читал про выживших возле Источника. Даже обычные люди умирают во время выплеска. Я снова посмотрел вглубь себя, обращаясь на этот раз к магии. Весь резерв, всё ядро моей сущности мага сияет энергией Источника. Всё, как я и говорил командиру: выброс силы Источника был так силён, что наполнил моё тело до краёв, вытеснив всю обычную ману. Вот только это смертельно, потому как эта энергия должна была в прямом смысле сжечь всю ауру и манатоки в теле.

А у меня всё цело. По-прежнему средоточие магии кажется раскалённым шаром и при каждом ударе сердца обжигает вены огнем. И сейчас боль даже меньше, чем до разрушения Источника. У меня неожиданно замерло сердце от пришедшей в голову мысли. Если жив я, то что произошло с Мастером, чтобы его сотни лет любимые ученики топили в самом вонючем болоте? Это необходимо выяснить! И я попытался выплыть из своего полубреда ближе к реальному миру.

Ничего не получалось, сколько бы я ни старался и ни командовал себе: «Очнись». На помощь мне пришли бойцы, которые меня несли. Меня опустили на землю, потревожив какую-то рану на ноге. Именно эта дополнительная настоящая физическая боль и вернула мне сознание. Я, наконец, открыл глаза. Была ночь. Возле меня вповалку, прямо на снегу, лежали знакомые бойцы. Сержант Лигвид и второй десяток первой. Разведчики. Хотя нет, из десятка здесь всего восемь. Снаружи нашего круга света из темноты доносились голоса и шум, но что там происходило, было неясно.

– Сержант, – язык, наконец, начал шевелиться.

– О, очнулись, лэр-лейтенант? – поинтересовался тот, опуская флягу.

– Не похоже? – я сварливо, будто дед, поинтересовался и потребовал: – И мне дай!

– Да кто вас, магов, знает? Когда вы, например, големом управляли, так непонятно, вы с нами или как, – спокойно ответил сержант, пока один из бойцов поил меня.

– Командир где?

– Впереди где-то. Мы, в общем, неплохо бежим, даже ещё ноги не поломали на том, что называется дорогой. Может, через час-два догоним, – пожал плечами Лигвид.

– Ага, скажи-ка, сержант, – задал я самый важный для себя вопрос, сжимая кулак. – А тёмный сдох? Или, как и я, живой?

– Сдох, – кратко ответил сержант, но, заметив мой вопросительный взгляд, уточнил: – Уж получилось или нет у вас, не знаю точно. Но пока вас вытаскивали, я отправил Арта на контроль. Видел с минус первой, как он отрубил тому голову, а затем их накрыло заклинанием второго Мастера. Там всё размололо в песок. Так что он дважды, а то и трижды мёртв.

– Хорошо, – я с облегчением расслабил пальцы. – Жаль Арта.

– Он умирал. К лёжке мы его относили.

Лигвид сосредоточенно рассматривал свои руки, на секунду вскинув на меня взгляд.

– Выпросил у Релады его снадобье. Сильная штука. Хорошо ушёл, я считаю.

Я помолчал, в свою очередь опуская глаза и разглядывая себя. Меня что, из-под завала вытаскивали? Броня снята, я весь в белёсой пыли, которой навидался, пока строили крепость. Добавились окровавленные бинты на ногах. Интересно, а на этом снадобье я мог бы бежать с такими ногами? Впрочем, если бы впереди был шанс убить Мастера… Когда я замкнул рунную цепочку, разрушая Источник, я был абсолютно счастлив и без всякого зелья или транса не ощущал боли. Так же, наверняка, был счастлив и Арт, лица которого я почти не помню, опуская свой меч.

– Что там? – я ткнул рукой в темноту, нарушая молчание.

– Наверх поднимаются, сейчас вышибут стопоры. Сделают завал. До темноты та рожа, что ещё жива, успела снести два. Громко было. Потом затихла. И впрямь, в темноте не хочет ходить, – короткими фразами отчитался Лигвид.

– Ага, – я подумал и попросил: – Сержант, дай-ка мне ремень.

Тот удивлённо вскинул бровь, но вытащил из рукавного кармана ремень. А я, наученный опытом, сложил его несколько раз и сунул в рот. Не хватало ещё мне орать, пока кто-то лезет по отвесной скале.

Дано. В моём теле только ядовитая мана Источника. Вопрос. Будет ли боль так же сильна, как и в прошлый раз? И второй вопрос. Откуда мне теперь сделать глоток этого яда, если всё повторится? Стоп. Я вытащил ремень.

– Сержант, если вас оставил проверить меня старший лэр-лейтенант, то где мои вещи? С ним? – меня сейчас волновал Орб, который я оставил у Рино. Без него всё это будет медленнее.

– Посох, меч у него, а шар ваш с нами. – Лигвид кивнул подчинённому, и тот положил мне на грудь мой артефакт.

Я благодарно кивнул и снова закусил ремень. Начал с создания малой Печати силы. Полевой источник. Десяток рун в пересечениях линий простой фигуры. Ничего сложного. За полчаса, до момента исчезновения, выдаст десятую долю моего резерва, стянув к себе ману окружающего мира, которую можно направить на подпитку амулетов и других Печатей. И которую не рекомендуется вливать в заклинания и поглощать в резерв. Поскольку после ускоренного призыва маны и её концентрации Полевой источник хоть и не так ядовит, как его старший брат, но тоже не подарок. Но мне опасаться уже нечего. Наоборот, нужно надеяться, что жёсткости и отравы его энергии хватит, чтобы погасить мою боль. Теперь Осиный улей, Брик. Наполняем его крохой силы из своего резерва и проявляем в обычном мире. И сразу восполнить из Печати силы. Я выплюнул изжёванный ремень и попытался отдышаться и понять: это действительно стало не так больно или я начал привыкать?

– Ещё пить дайте.

Я не узнал своего голоса. Хриплое карканье – во рту снова пустыня. Словно я пылающую ману из груди в свое заклинание выплевывал.

Но схема работает. Ману, полученную из Источника, можно заменить на менее опасную из Печати. Осталось выяснить, можно ли ускорить этот процесс и совместить это странное самолечение, которое уже совсем не вписывается в советы из тетради, с помощью солдатам. И понять: это спасет меня, или уже слишком поздно? За следующие полчаса, пока меня тащили до очередного завала, я провёл ряд экспериментов и получил положительные ответы на свои вопросы. Кроме последнего. Пожалуй, если я выживу и вернусь в училище на новое тестирование и получение материалов, то вполне могу добавить новую страницу в тайную тетрадь – внести свой вклад в обучение молодёжи. Я допил уже вторую флягу и тихонько засмеялся.

– Нормально все, нормально, – успокоил я окружающих. – Тонму сержант, скажите бойцам, что лезть наверх не нужно. Тащите меня поближе к скале и ткните пальцем, где этот заготовленный завал.

Я снова засмеялся. Недавний выпускник первой ступени собрался чему-то учить и считает себя старичком. Хотя… Я задумался. Училищу только пять лет. Уже почти шесть. Те записи, как мы считали, оставлены легендарным первым выпуском. Но я раньше как-то не задумывался. А ведь получается, что они тогда были младше меня сегодняшнего. И получается, что у меня теперь действительно больше опыта.

– Лэр-лейтенант! Лэр-лейтенант! – меня потрясли за плечо.

– Да, сержант. Извините, я снова с вами, – очнулся я от накрывших, как туман, мыслей.

– Я говорю, нет здесь никакого завала. И завальной команды нет. Только мы. Остановились на отдышаться.

– Ага. А сделать можно?

– Да наверняка, это же горы, – пожал плечами сержант. – Дарон! Метнись, глянь, будем заваливать? Вернее, маг сможет завалить?

– Не, сразу скажу: тут не стоит. Ниже на двести метров отличное место есть. Наверх не залезть, а вот магу с дороги – без проблем, – отозвался один из бойцов.

– Тогда две минуты, и мчим туда, – сержант упал на землю, закидывая ноги на камень.

⁂

Солдаты мчались, сжимая лямки походных носилок. Если можно так сказать про наш неторопливый бег по ночной дороге, освещаемой только светильником и тусклой, почти убывшей, луной. Хорошо, что снег притоптан прошедшими до нас, намечая безопасные места.

А затем началась и моя работа. С некоторым трудом уяснив объяснения Дарона, который указывал мне, где здесь слабый камень и куда нужно обрушить завал, я принялся накачивать силой заклинания Сферы воздуха и Конфликт.

То, на что у меня ещё несколько часов назад, во время схватки в коридорах цитадели, уходила секунда, теперь заняло почти пять минут. И ещё одну флягу воды, которая исчезала во мне бесследно. Словно пылающая мана в груди испаряла её.

– Бойся, – прошептал и отправил в полет Сферу. А сейчас, сейчас – Конфликт.

Рвануло хорошо и почти идеально, засыпав каменным крошевом дорогу на высоту человеческого роста. Можно и выше, но слишком долго я наполняю заклинание, а место здесь довольно широкое. Лучше поберечь время и бежать дальше. Ещё будут удобные места.

Так оставшиеся до рассвета часы и слились для меня в череду боли, пока я наполнял заклинания, колыхаясь в тугих объятиях носилок; злобного сопения сначала Дарона, а затем незнакомого мне бойца из завального отряда, втолковывавшего мне, на какой камень я должен смотреть; довольных улыбок на лицах бойцов после удачного завала. Основной отряд мы догнали, когда уже стало светло. К этому времени я полностью избавился от маны Источника, а сейчас освободил крошку своего резерва и ждал естественного восстановления.

– Много погибших, – мрачно объяснил Рино такую высокую скорость. – Половина раненых погибла за первые часы бега. Все тяжёлые. И амулеты не спасли. Если бы ещё повозки были, а не на руках. Там тупик есть с крошечной пещерой в конце. Мы их там завалили. На оставшихся стали меняться чаще.

– Ясно.

Я сказал это, лишь бы разорвать тягостную тишину, так же прислонившись к камню, как и Рино.

– Ты как?

– Я жив, что невозможно. Могу плести заклинания, что невероятно. И я при этом не умираю, что вовсе науке непонятно, – ответил честно и расплывчато.

– Я решил, что раз в тебе уже есть мана Источника, и ты жив, то почему бы тебе не уцелеть и после, – криво улыбнулся Рино. – Как мы видим, оказался прав я, а не ты.

– Да, спасибо, – я поднял руку и стукнул его по целому наплечнику. – Рапиду Опилу!

– Ну, тогда – Барра! – улыбнулся мой командир и друг, поднимаясь на ноги.

А я глядел в его спину и кусал губы. Прошёл час. Мана не восстанавливается. Я закусил деревяшку, что мне нашёл Лигвид вместо перекушенного ремня, и перелил в себя чистой, идеально подходящей магу маны, накопленной в Орбе Родником. Выплюнув деревяшку, я констатировал факт: боль при замене ещё уменьшилась. Налицо прогресс. Рано отчаиваться. В конце концов, у меня сейчас и на костылях получается неплохо магичить. Продолжаем замену и надеемся.

⁂

К несчастью, нас не спасали ни скорость бегства, ни множество завалов, которые мы старательно сооружали. Тыловой дозор принес тягостную весть: тёмный Мастер оказался очень неприятного в нашем случае направления. Похоже, в крепости убили огневика. Мы стояли на дозорной скале, с которой открывался обзор дороги в обоих направлениях. А я с ненавистью глядел в артефакт, что послушно показывал мне, как вдали наш враг с лёгкостью преодолевал очередное препятствие на своем пути. Верхом на големе. Очередное паукообразное создание, на этот раз просто гигантских размеров. Пожалуй, в нём метров шесть в холке. Счастье, что при штурме стен на нас не спустили это творение.

– Нужно попробовать засыпать его камнями, обрушить завал прямо на него.

Мрачно предложил белый, как снег, Арт Дорст, баюкая покалеченную руку. Этот забег дался ему тяжело. А фибул, привезенных Алохарой, на всех не хватало. Мы предпочитали добавить вторую тяжелым.

– Безнадёжно. Я могу обнаружить засаду. Он – тем более, – я покачал головой, не отрываясь от артефакта.

– У пролома ты же смог спрятать голема и себя? – напомнил Рам.

– Мага в массе людей, а с големом повезло. Против гораздо более слабого, чем он, противника. Нет. Сколько ему ещё с такой скоростью до нас? – я обернулся к офицерам.

– Час, – коротко и чётко ответил Рино.

– Тогда мы соорудим ещё завал, и я попробую спрятаться. Но это безнадёжно. Не ждите чуда, – вздохнул я. – Бегите и тяните время. Оставляйте по человеку в засадах на завалах. Пусть он будет терять по пять-десять минут, чтобы их убить. Всё что-то.

– Аор! – гневно заорал Арт.

– Что Аор? – у меня внезапно закончились силы, и я не смог даже разозлиться на крик. – У меня нет второго Источника под боком. Я могу расписать большую Печать силы, но её невозможно перегрузить. И даже если можно, то её мощности не хватит, чтобы его убить.

– Хватит спорить и кричать. Вам больше ничего не нужно придумывать, – вмешался незнакомый голос из-за наших спин.

Мы все обернулись: Релада – опуская руку на эфес, Арт – на рукоять метателя, а я, со вспышкой боли, выбрасывая вокруг Сеть. И в ней не было никого, кроме нас. Этих пятерых, один из которых, несомненно, маг, моё заклинание не видело!

– В миг, когда пелена безнадёжности легла на наши плечи, а на лицах появилась печать смерти, из-за холмов явилась кавалерия, неся на своих знамёнах первые лучи солнца, – процитировал я, и меня начал разбирать неудержимый смех.

– И давно вы тут, – с потемневшим лицом задал вопрос Рино, – тонму лэр майор?

– Пару часов, – ответил стоящий впереди. – Лэр лейтенант, прекратите истерику. Вы спасены.

– Истерику? – я резко оборвал смех, наконец, почувствовав, что злюсь, и растянул губы в улыбке. – Я умер вчера вечером, вы опоздали со спасением. А смех мой – это из-за моей любви к мемуарам Повелителей. Меня за неё частенько высмеивали, да и сам я, бывало, скептически относился ко многим эпизодам. А гляди-ка: никому не чужда любовь к красивым сценам.

– Хватит. Оставьте своё мнение при себе, младший мастер, – сморщился лэр майор, глядя на мою улыбку на обгоревшем лице. – Старший лэр лейтенант, вернитесь к своим людям. Продвигайтесь ещё полчаса по дороге, там вас встретят. Далее следуйте до Ретрошена. Исполняйте.

– Есть исполнять, – процедил Рино и, не оглядываясь на нас, зашагал вниз по вырубленным ступеням.

Внизу, у подножия скалы, оказались ещё две пятёрки бойцов, которых я также не ощущал во всё ещё активной Сети. И, судя по снаряжению, половина из них – маги.

– Да успокойся ты, – догнал командира Релада и схватил за локоть.

– Я спокоен, – процедил сквозь зубы тот.

– Да, я вижу, – согласился поддерживавший меня и молчавший до этого Рам. – Я тоже так спокоен… Скотина!

– Вот именно! – снова выцедил Рино. – Можно же по-человечески. Два часа! Нет, чтобы сразу показаться, ободрить. Мы же думали, что ещё до вечера нужно протянуть! Чтобы наверняка!

– А мы два часа продолжали бегом тащить раненых, – добавил ещё одну претензию Арт.

– Вы слишком близко приняли это к сердцу, – хмыкнул я, стараясь меньше наваливаться на Рама. Но получалось плохо. Нога просто подламывалась, хотя на мне фибула висела.

– Он – как я. Магистр любит мемуары и даже, наверно, планирует сам писать. Вот и не удержался от красивой сцены.

– Магистр?

– Наверняка.

– Аор, – Рино даже остановился и возмущённо заявил: – Он же по тебе проехался сильнее всех.

– Да ладно? – делано удивился я. – А я думал, сильнее всех досталось «Исполняйте».

– Да…Ты…Он, – Рино открывал и закрывал рот, но не мог ничего сказать.

– Тонму офицеры, – я вдруг мгновенно обессилел и даже с поддержкой Рама сполз на землю. – Главное-то что?

– Да, – к командиру вернулся дар речи, и он успокоился. Рино провел рукой по лицу, стирая злость, и глаза его засияли. – Гражданские спасены, Ретрошен спасён. Гарнизон свою задачу выполнил полностью. Всё было не зря.

Эпилог

– Аор, мне про вас рассказали страшные вещи.

Велира сделала большие глаза, наконец, окончив бегать вокруг меня и присаживаясь на мою кровать.

– И что вы зачерпнули из Источника, и что перегрузили Источник и остались в эпицентре. Но вот я вижу вас живым и наблюдаю очень серьёзные травмы мана-каналов и средоточия. Очень серьёзные, но обратимые и не такие, какие бывают после Источника.

– Мне нечего добавить, – пожал я плечами в ответ на её требовательный взгляд. – Всё так и было. Я не могу ответить, почему жив.

– А зачем лично перегрузили Источник?

С другой стороны кровати раздался голос коллеги Рама. Вот только званием выше и отвечает за целую бригаду. Он уже минут сорок донимал меня вопросами.

– Я не знаю способа отсроченного разрушения Источника. В сопроводительной инструкции был только метод непосредственного, тонму майор, – повернулся я лицом к этому седому мужчине.

– А откуда взял способ последовательной замены маны? – приняла эстафету Велира.

– Придумал, когда понял, что расход маны источника невозможно вытерпеть, – чуть сократил я цепь событий. – От безнадёжности ухватился за единственный доступный вариант. Затем продолжил в надежде выжить.

– Хорошо, – хлопнул в ладоши представитель третьего министерства. – На этом сегодня закончим. Как медицина вас подлатает, так пробежимся подробнее по всем вопросам. Я вас покину.

– Фух! – выдохнул я с облегчением, как только за спиной седовласого закрылась дверь.

– Ха-ха-ха, – рассыпалась колокольчиками смеха Велира. – Какой ты нетерпеливый. Десяток вопросов, а ты уже готов бежать.

– Десяток? – недоумённо уточнил я у неё.

– Разбаловал вас Маралат в гарнизоне. Отчёты писать не умеете, от вопросов устаёте, после получасовой беседы готовы по потолку бегать.

– Вы издеваетесь, – простонал я в страшной догадке.

– Есть немного.

Снова засмеялась очаровательная медик, прибравшая к своим рукам власть и в развернутом госпитале Ретрошена.

– Так, а теперь серьёзно. Будем лечиться. Магия для вас под запретом. Мои амулеты не снимать нигде и никогда, пока я не разрешу.

– Может, не стоит так жестоко? – попробовал я выпросить смягчение режима. – Вы же сами сказали: не так всё страшно. Да и боль стала гораздо меньше. Ещё даже до ваших амулетов. Вот только нет восстановления маны.

– Кто из нас медик? – улыбнулась Велира.

– Тут я ничего возразить не могу, – согласился я с аргументом.

– Значит, так тому и быть, – Велира встряхнула головой и, помолчав секунду, продолжила: – Я предлагаю вам подумать о будущем. Вы, Аор, в уникальной ситуации. Выжили там, где это было невозможно, и у меня нет объяснения происшедшему. Это очень интересно для меня, но вы выздоровеете, и мы расстанемся. И только в ваших руках останутся ключи к этой тайне. Это очень интересный вопрос, который в случае изучения может открыть перед вами множество тайн магии. Может, даже стать именно вашей дорогой Искателя.

– Искателя? – с сомнением переспросил я.

– Как! – с притворным ужасом воскликнула женщина. – Не прошло и недели, как вы говорили, что в нашей стране ужасающе мало Повелителей. И вдруг такой отказ от поставленной цели?

– Нет, но…

Растерялся, не в состоянии что-либо ответить ей. Я, конечно, шутил, но у кого нет мечты?

– Поверьте. Вы очень способный юноша. Я в вас верю. Вы вырастете – и рано или поздно вам придётся сосредоточиться на какой-нибудь тайне магии. Так почему бы и не на этой, столь захватывающей и тесно с вами связанной?

Велира, лукаво блеснув глазами, вышла из палаты, оставив меня в сомнениях и раздумьях.

⁂

– Рино, да не хочу я ничего! – не сдержавшись, рявкаю я, заставив собеседника втянуть голову в плечи, а затем и вовсе отвернуться. – Хватит переводить тему. Я уже неделю всех вас спрашиваю: где Аори? Что с ней?

– Аор…

Рино помялся у окна, но, вздохнув, всё же повернулся ко мне. А я стиснул одеяло в кулаке, понимая чем-то во мне – возможно, даже пропустившим удар сердцем, что мне очень не понравится его ответ.

– Аори нет в Ретрошене. Два дня назад она уехала в Райт.

– В Райт, – недоумённо повторил я, ощущая, как что-то внутри меня словно обрывается, а сердце будто стискивает чужая холодная рука. – Почему она не зашла?

– К тебе мало кого пускают, – ответил Рино, не глядя мне в глаза, и даже я увидел его неуклюжее вранье.

– Она что-нибудь передавала? – попробовал я найти хоть какую-нибудь лазейку. – Письмо, на словах?

– Она просила сказать, – начал говорить, по-прежнему не поднимая глаз, Рино.

– Стой, стой, – прошептал я, отпуская одеяло и вцепляясь в руку Сталада. Мне нужна правда, – Рино. Посмотри на меня. Правду. Скажи правду!

– Нет, – твёрдо и кратко ответил Рино, глядя мне в глаза.

– Хорошо. Спасибо. Оставь меня одного.

Я отпустил его руку и закрыл глаза. Что случилось? В чём причина? Как же это больно. А перед закрытыми глазами проносились картины недавнего прошлого.

– Ещё безопаснее в нормальном гарнизоне, а не в этой дыре. В Райте, к примеру.

– Сколько ты ещё будешь здесь служить?

– В том же Ритоше, не говоря про Райт, гораздо больше возможностей для талантливого мага!

– И как это произойдет? Как мы переедем в Райт? Скажи! Скажи!

– Она не привыкла к нашей жизни. Ей тяжело здесь. Она надеялась на тебя.

– Ты ведь обещал ей!

– Рино, тебе Риола не говорила, почему Аори так занята в эти дни? Она почти не приходит ко мне в палату.

⁂

Я сидел и перечитывал сборник стихов, когда, наконец, дверь в мою палату открылась. С самого утра, когда созрела решимость начать этот разговор, я ждал её.

– Велира, – я решил сначала проверить некоторые догадки, что появились у меня после всех этих дней раздумий. – Как мои дела?

– Лицо мы уже поправили, – воодушевлённо начала перечислять женщина. – Руки, если бы некоторые пациенты соблюдали покой, тоже уже были бы как новенькие. Дырочки – вообще сплошная ерунда – не сравнить с тем, каким я вас увидела впервые. Ноги хорошо восстанавливаются. Упражнения вы делаете, эликсирчики глотаете. Всё идет отлично. Вы у меня, Аор, твёрдый середнячок среди всех раненых гарнизона.

– Отлично? Никаких проблем? – уточнил я, выделяя голосом каждое слово.

– Да. Восстановление идет по графику.

Велира говорила это, твёрдо глядя мне в глаза. В отличие от Рино, у неё гораздо больший опыт. Ведь я так и не знаю, сколько ей лет.

– Велира. Мне интересно, сколько чужих историй хранит ваша память. Хочется добавить ещё одну.

Я поднялся и, заложив книгу пальцем, подошёл к окну, глядя на быстро темнеющий заснеженный Ретрошен.

– Много думал и вспоминал в эти дни. Переосмысливал жизнь, можно сказать. А поделиться итогами не с кем. Облегчить душу.

– У вас всё ещё есть друзья, – мягко напомнили мне из-за спины.

– Да. Пусть Динис и Брик погибли, но остались Рино и Рам. И всё же… С вами проще. Вы ведь скоро покинете меня. Вы сами это сказали.

Я помолчал и, не дождавшись возражений, продолжил:

– Та девушка, Аори. Я понял, почему так заинтересовал её. Понял, почему Динис относился пренебрежительно к ней. Он опытен. Я тоже увидел из этой палаты множество намеков в её словах. Я был её шансом. Очень перспективный маг, местечковый герой, на минутной славе которого можно было сделать шаг выше. Из Изумрудного в Райт. Быстрый шаг, сократив годы жизни в так презираемой ею провинции и глуши. Но… Она покинула меня. Почему, Велира?

– Почему? – грустно повторила моя коллега по искусству. Бывшая коллега?

– Что на самом деле с моими повреждениями от Источника? – я сложил руки на груди, прижимая к себе книгу и с содроганием ожидая ответа.

– Очень тяжёлые. Постоянное уменьшение боли при использовании неочищенной телом маны было вызвано отмиранием тонких периферийных манатоков и уменьшением эффективного объёма ауры. Прогноз пока неутешительный. Большой объём сожжённых каналов, высокая степень повреждения уцелевших. Не можем стабилизировать состояние и остановить некроз манатоков. Но я борюсь и опробовала ещё не все методы терапии.

– Я потерял перспективность.

С горечью сделал я вывод, выталкивая слова через зубы, стиснувшиеся от ответа Велиры. Я сам уже понял это, но как страшно было услышать подтверждение.

– Это единственное верное объяснение произошедшего. Я должен был это понять ещё тогда, когда был ранен при создании голема… Почему вы меня обманули в первый день здесь, к чему был тот спектакль?

– Аор, состояние больного всегда лучше, когда у него позитивные ощущения. Когда он верит в выздоровление, – мягко, с нежностью в голосе, ответила мне Велира.

– Я понял, – я сжал книгу и с усилием выдавил из себя: – Спасибо. Я могу побыть один?

– Да, конечно, Аор. Поверь мне, я найду способ тебе помочь! – и дверь за моей спиной неслышно закрылась.

Не знаю, сколько прошло времени, когда я всё же смог разорвать хоровод воспоминаний об ушедшем счастье, каждое из которых щемило сердце, и открыть книгу. Перелистнув до нужного места, я прочитал:

Не жалейте меня, не надо,

Всё равно вам меня не понять.

Ведь любовь – это счастье, награда,

Вот поэтому больно терять.

Боль не смерить шагами, слезами,

Даже водкой нельзя унять.

Надо просто смириться с годами,

И как должное всё принимать.

Всё приходит, уходит, а значит,

Надо дальше стараться дышать.

Боль – она ведь когда-то проходит,

Надо только чуть-чуть подождать.[3]

Я поднял взгляд от книги к окну. Долго смотрел на своё отражение в стекле без единой мысли и вдруг подумал: «Неужели всё?»

А затем моё лицо озарило светом.

Ошеломлённый, я перевёл взгляд на сияющий серебром знак Демиурга над площадью, который раньше всегда появлялся только на восходе солнца.

Хорошо. Если это не знак надежды, то во что мне верить ещё? Я поверю тебе, моя Создательница.

Я поверю тебе, древний поэт. Да. Это было счастье. Это больно.

Я верю тебе, Велира. Я верю. Ведь в нашей стране так мало Повелителей.

Написано 2009-2018 год

Сноски

1

Лора Тасси.

2

Константин Симонов.

3

Фламинго.

Content

Михаил Игнатов
Гардар. Книга первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Эпилог

Сноски