Камер-паж Её высочества. Книга вторая. Часть вторая

Пролог

Ричард, герцог Ренка, работал в своем кабинете. Он как раз закончил читать отчет своего казначея по тратам в текущем месяце, когда дверь его кабинета распахнулась.

Даже не глядя, он мог сказать, кто вторгся в его святая святых. Так врываться нему мог только один человек — его дочь Энария. Но чисто машинально он все-токи поднял голову и посмотрел на вошедшего. И понял, что и в этот раз не ошибся — это действительно была его дочь.

Герцог с любовью посмотрел на эту очаровательную непоседу, но, добавив строгости в голос, пробурчал:

— Я сколько раз тебя просил не врываться ко мне, а? А если бы у меня сейчас проходили какие переговоры, или проходило совещание?

— Да, ладно тебе, папка! — легкомысленно всплеснула руками дочь. — Я же знаю, что у тебя сейчас никого нет!

— Откуда? — заинтересовался герцог.

— Так, Дэвид в приемной сидит абсолютно спокойный, а когда у тебя что-то проходит, он носится по своей приемной, как заполошенная курица!

— Ну, уж прямо, как курица! — не поверил ей отец.

— Ну, может, и не курица, но суетится сильно! — заметила Энария.

— Понятно! — кивнул головой герцог.

— Ну, и, кроме того, — скромно потупясь, призналась ему дочь, — я у него спросила, есть ли кто-нибудь у тебя в кабинете, прежде чем войти.

Наверное, целую секунду герцог изумленно смотрел на дочь, а потом весело расхохотался.

— Нет, ну, надо же! — сквозь смех заметил он, — Моя дочь становится вежливой и предупредительной! Кто бы мог подумать!

— Ну, хватит уже! — возмущенно топнув ножкой, воскликнула Энария. — Что за манера все время насмешничать надо мной?!

— И в мыслях не было! — разведя руками, признался герцог.

— Пап, — дочка решила сменить тему, — а куда ты услал де Гризов?

— Так, никуда не усылал, — удивился ее отец. — А что случилось?

— Да вот, хотела у Волана принять Клятву верного служения, а он куда-то запропастился! Начала узнавать — оказалось, что и его отец тоже куда-то пропал! Вот я и подумала, что это ты их куда-то услал.

— А! Нет, дочка, я никуда их не отсылал. Ты слышала, что я возвел их в баронское достоинство? — поинтересовался он.

Энария согласно кивнула.

— Во-о-от! — протянул герцог. — А еще я, к титулу, пожаловал им лен. Вот они и уехали знакомиться с тем, что им от меня досталось.

— Ну вот! — недовольно надула губы герцогская дочь. — Когда они теперь вернутся…

— Да скоро! — утешил ее герцог. — Я дал старшему де Гризу две недели на обустройство. Неделя уже прошла, даже больше — восемь дней, так что, скоро увидишь ты своего ненаглядного! — пошутил герцог.

— И ничего он не мой! — вспыхнула Энария. — Это Магда мне все уши… Ой! — спохватилась герцогская дочь, зажав себе ладошкой рот.

Поводив глазами влево-вправо, она отняла ото рта ладошку и шепотом спросила:

— Ты ведь никому не скажешь?

И, не услышав ответа, заканючила:

— Ну, папочка, ну, миленький! Не говори никому, ну, пожалуйста!

— Хорошо, хорошо, егоза! — улыбаясь, пообещал ей герцог.

— Отлично! — тут же преобразилась Энария, перестав канючить. — Значит, скоро я обзаведусь своим рыцарем! — она мечтательно заулыбалась.

«Хорошо, что не она заинтересовалась этим де Гризом! — с неким облегчением подумал он. — А то мне тут шепнули, что король Унаи просто жаждет породниться со мной, и даже собирал целое свадебное посольство. Ломать ее и навязывать ей свою волю в этом вопросе я не хочу, а так, возможны варианты!»

— Энария, — он оторвал дочь от каких-то ее мечтаний, — если у тебя все, то тогда иди, не мешай мне, а то, понимаешь, работы много!

— и он кивнул на целую стопку бумаг, аккуратно лежащую на углу его стола.

— Ой! — лицо Энарии приняло виноватое выражение. — Прости, я помешала!

— Да, ладно, чего уж там! — добродушно пробурчал ее отец, исподволь подталкивая ее к выходу.

Энария заметила этот отцовский маневр и уже открыла рот, чтобы высказать свое возмущение его поведением, когда дверь в кабинет распахнулась, и на пороге возник Дэвид Ковердэйл — бессменный секретарь герцога.

— Срочное послание от Хорта Иствика, Ваша светлость! — четко доложил он. — Только что доставлено. Гонец, на всякий случай, ждет в приемной!

— Что еще там произошло? — недовольно пробурчал герцог, потом посмотрел на дочь. — Энария, милая… — начал он.

— Все поняла! — кивнула та, даже не дослушав его до конца. — исчезаю, не мешаюсь!

И, показав напоследок Дэвиду язык, исчезла из кабинета.

Герцог взял уже раскрытый его секретарем пакет, достал оттуда послание и, хмуро глянув на Дэвида, спросил:

— Читал?

— Да, — честно признался он.

— Хорошо! — бросил герцог и углубился в чтение.

Послание было не длинным, всего-то один лист, правда, написанный убористым почерком капитана замковой стражи, поэтому много времени на чтение герцог не потратил.

— Что ты об этом думаешь? — взмахнув рукой с зажатым в ней посланием, осведомился он у своего секретаря.

— Ну-у-у, — протянул он, — раньше Хорт в рассказывании сказок и небылиц замечен не был, а потому, я склонен поверить во все, что он написал, вот только… — Дэвид сделал паузу.

— Вот только… что? — поторопил его герцог.

— Вот только, все может быть не так однозначно! — закончил секретарь.

Герцог задумался.

— Понимаешь, — наконец, он пришел к какому-то решению, — эта Ария де Гриз показалась мне немного странной с самого начала, а, выяснив, что она знакома с Луиджи Фоска, упорно именуя того Кочерыжкой, невзирая на его положение, я озаботился и поговорил с нашим магом-лекарем о ней. Так вот, он однозначно сказал, что она не просто слаба, как маги ня, а очень слаба! Ее дара еле-еле хватало на ведовство! А тут она спокойно вылечивает Гаральда, а теперь вот, еще и так отличилась в замке… Ты не находишь это странным, а Дэвид?

Секретарь в задумчивости подвигал нижней челюстью, а потом возразил:

— Ты знаешь, Ричард, в жизни столько всего странного бывает… Ты уясни для себя главное — она на твоей стороне или на стороне твоих врагов? Плюс, ты не обратил внимания — а твой младшенький опять попытался захватить этот замок! А я когда еще тебе говорил, что в этом замке что-то есть, раз твой братик так упорно пытается захватить именно его! А ты так ничего и не выяснил! — он укоризненно посмотрел на своего сюзерена.

— Дэвид, ты же знаешь, времени катастрофически не хватает! — оправдывался герцог. — К тому же, я привозил туда наших архимагов, так они там ничего не нашли, кроме двух закрытых дверей, которые так и не смогли открыть!

— Ладно! — махнул рукой Дэвид, — чего теперь оправдываться? Ты лучше думай, что теперь будешь делать? Хорт подозревает, что на твоих новоиспеченных баронов, по дороге в Ренк твой братец нападет, желая отомстить!

— Обязательно нападет! — усмехнувшись, согласился с ним герцог. — Ты, вот что, Дэвид, вызови-ка ко мне Рональда Ван Хайма, я ему расскажу, что нужно будет сделать…

В резиденции посланника Империи, в его кабинете, шел напряженный разговор. Посланник, граф Эштон Дрейфус и его начальник, маркиз Эмил Синглетон обсуждали текущие дела.

Оба вельможи удобно расположились в креслах перед горящим камином, между ними стоял небольшой столик, на котором легкая закуска соседствовала с глиняной бутылкой вина. Бутылка явно выглядела старой, местами глина даже изменила свой первоначальный цвет, а прозрачное вино, рубиново-красного цвета, налитое в бокалы, явно было очень хорошим, судя по ароматам, витающим по кабинету.

— Так, все же, граф, — небрежно развалясь в кресле и попыхивая ароматной сигарой, поинтересовался его начальник, — расскажите, в

каком состоянии сейчас находятся наши дела по бескровному завоеванию Ренка.

«Ага! — со злостью подумал посланник. — Дела уже «наши»! Интересно, если мне эта операция все-таки удастся, несмотря на временные трудности, маркиз, при докладе Императору вообще мое имя назовет, или это будет уже полностью его успех?!»

Его начальник сидел, попыхивая сигарой и лениво глядя на горящий в камине огонь, ожидая ответа. Нужно было что-то говорить.

— Не очень, маркиз! — признался граф. — Возникли временные трудности, но я сейчас работаю над их устранением. Так что, волноваться не о чем.

— Отлично! — маркиз вытащил сигару изо рта. — Но, может, вы поподробней расскажете, в чем проблема? Вполне возможно, что я смогу вам чем-нибудь помочь!

«Да чем ты поможешь?» — с тоской подумал хозяин кабинета и начал обрисовывать ситуацию своему начальству.

— Наш человек в окружении наследника герцога куда-то пропал. После того, как он не пришел на оговоренную встречу, мы начали его поиски. В результате аккуратных расспросов, удалось выяснить, что из дворца он тоже исчез, во всяком случае, когда он понадобился

герцогу, его найти не смогли. Мы следим, в меру своих возможностей, но во дворце он пока не появлялся.

— А это, случайно, не семейный маг-лекарь герцога, некто Луиджи Фоска? — чуть насмешливо задал вопрос маркиз.

Граф расстроено кивнул, но потом до него дошел смысл вопроса и он с удивлением, густо перемешанным с подозрением, уставился на своего собеседника. Тот коротко хохотнул.

— Не смотрите так на меня, граф, я за вами не следил и вас не контролировал! Просто, будучи на приеме у герцога, краем уха услышал разговор, в котором посетовали на то, что его семейного мага-лекаря никак не могут сыскать, а он зачем-то срочно понадобился! Да, и еще про какую-то ведунью говорили, дескать ее нет в городе, придется ждать… Кстати, граф, а что за ведунья?

— Понятия не имею! — пожал плечами граф, почувствовавший облегчение от слов начальника. Попасть ему под подозрение… Ой, не надо! — Я не очень следил за событиями в герцогском окружении, которые не касались нашего плана, поэтому…

И граф демонстративно развел руками.

— Ну, хорошо! — кивнул головой его собеседник. — Так что там с нашим планом, и какие изменения в нем теперь произойдут? Если вы

сказали, что работаете над этим, значит, сама идея еще жива, и вы только вносите коррективы в процесс… — он прервался, подбирая слово и помахивая в воздухе кистью руки, — …вот! — он удовлетворенно кивнул головой своим мыслям, — в процесс исполнения! Это так?

Граф кивнул.

— Отлично! — радостно оскалился его начальник. — Познакомьте же, Аштон, меня с ними, а то я уже умираю от любопытства!

Аштон внешне безразлично пожал плечами, внутренне же сильно напря гея.

«Вот сейчас и решится, в каком качестве видит меня маркиз — как партнера или как удобного человека, таскающего для него каштаны из огня!» — мелькнула у него тревожная мысль.

— Вы, маркиз, уже, наверное, знаете, что Гаральд, наследник герцога Ренка, внезапно излечился. Совсем. Как произошло это прискорбное для нас событие, поломавшее нам весь план, мы до сих пор достоверно не знаем. У семейного мага-лекаря герцога узнать не удалось — он не пришел на инициированную нами встречу, и с тех пор вообще во дворце его никто не видел. Я попытался, под предлогом вручения наследнику герцога Гаральда именного императорского приглашения на посещение Империи, встретиться с бароном Ардуном,

но у меня ничего не получилось! Барон не явился на вечер, устроенный герцогом в этой связи!

— Ну, надо же! — восхитился маркиз. — У вас было даже личное приглашение, подписанное Императором! Вот это да! Аштон, вы меня восхищаете такой предусмотрительностью!

— А! — небрежно махнул рукой его подчиненный. — Джонни за час сделает вам таких дюжину, да еще и за Императора распишется!

— Ого! А вот это уже коронное преступление! — сквозь смех заметил маркиз. — Вы не боитесь, Аштон? А вдруг Император узнает об этом? Как он отнесется к факту подделки его подписи?!

Вопрос был задан шутливым тоном, показывающим графу, что маркиз вполне доволен полетом его фантазии.

— Так, дикари и не достойны подписи Императора! — с усмешкой воскликнул он. — Пусть радуются подписи Джонни! Это все, на что они могут рассчитывать!

— А вдруг они с этой бумагой действительно соберутся в Империю? — все еще смеясь, предположил маркиз.

— Я вас умоляю, Эмил! — граф состроил потешную мордочку. — Мы же с вами знаем, как много трудностей возникает на пути в

Империю! Бывает, что и люди гибнут, а уж какие-то бумаги… — с лукавой улыбкой закончил он.

— Граф, вы непревзойденный интриган! — с улыбкой похвалил своего подчиненного маркиз. — Но вам так-таки вообще ничего не удалось узнать по поводу чудесного излечения Гаральда? — решил уточнить маркиз.

— Достоверно — ничего! — виновато вздохнул граф. — Но вот кое-какие догадки у меня имеются!

— Интересно послушать! — поощрительно улыбнулся Эмиль Синглетон.

— В тот день, когда предположительно вылечился Гаральд, во дворце была замечена ведунья. Она точно какое-то время провела в апартаментах наследника герцога, причем, была не одна, а в сопровождении какого-то юноши, примерно лет шестнадцати. Что они там делали, выяснить не удалось, но эти совпадения кажутся мне странными. Я считаю, что с очень большой вероятностью, именно ведунья вылечила Гаральда.

Маркиз, услышав вывод графа, недовольно поморщился, но, оказывается, это было еще не все!

— Если это так, — не обращая внимания на недовольную гримасу начальника, продолжил имперский посланник, — то вполне вероятно, что она вылечит и барона Ардуна, которого, если вы помните… — он прервался и продолжил, только получив подтверждающий кивок маркиза, — … мы прочили на роль убийцы своего отца, герцога Ренка.

— И что вы, в связи со всем сказанным, собираетесь теперь делать? — с задумчивым видом осведомился маркиз.

От всего услышанного он впал в дурное расположение духа и уже не верил, что из их плана что-нибудь получится.

«Хотя, — подумал он, — а почему этот план наш? Придумал его — граф, работал над ним тоже он… Я — да, я просто не уследил, доверился не тому… В общем, есть небольшая ошибка, которую я и готов признать!»

От этой мысли настроение его улучшилось, он даже улыбнулся графу, после чего пригубил бокал вина и изящным жестом забросил в рот виноградинку.

— Ну, так что, граф? — поторопил он с ответом своего подчиненного, который тоже приложился к бокалу, по примеру своего начальника. — Что вы намерены предпринять для осуществления вашего плана?

«Ух, ты! — промелькнула у графа неприязненная мысль. — А план-то уже «мой»! Это значит, что маркиз не верит, что его можно реализовать! Интересно, чем мне это грозит? И что он будет делать, если план увенчается успехом?! Так! — одернул он сам себя. — Сейчас рано думать об этом! Сейчас нужно доложить, что я думаю предпринять. Вот только… кто сказал, что начальство должно знать все?!»

Он уже открыл рот, чтобы наврать начальству с три короба, когда в дверь кабинета робко, но настойчиво постучали.

— Да! — быстро среагировал граф.

Дверь открылась, и он увидел своего мажордома, застывшего на пороге.

— Генри, что случилось? — удивился посланник Империи.

— Сэр, к вам барон Ардун! Требует немедленной встречи, сэр!

Имперцы переглянулись…

Луиджи Фоска, теперь уже точно бывший семейный маг-лекарь герцога Ренка, стоял перед входом в алтарный зал. Наконец-то! Свершилось! Он не зря потратил столько времени на изучение древних рукописей, рассказывающих о способе открытия портала, ведущего в Инферно и о способах контроля тамошних тварей!

Ему осталось сделать всего несколько шагов, лишь простой проем в стене отделяет его от будущего могущества!

Он еще раз тронул сумку, висящую через плечо, в которой лежали бесценные труды древних магов, убедился, что она все еще с ним и сделал шаг вперед, к господству над миром!

На его лицо вдруг легли какие-то тонкие нити, как от паутинки, а потом его сознание взорвалось!

Когда он пришел в себя, то понял, что что-то изменилось, вот только сразу не смог сообразить, что. А понял, когда вдруг в его сознании отчетливо прозвучало:

— Вы — призрачный страж! В ваши обязанности входит…

Не веря, он прослушал это объявление три раза, а потом завыл! Завыл от злости и безысходности, вложив всю ненависть, которую он испытывал к тому, кто сотворил с ним такое!

Ребятня, играющая в развалинах старинного замка, замерла, услышав этот вой, задрожала от охватившего ее ужаса, и… испачкала штаны.

«Так как же поступить? — сидя с закрытыми глазами, в кабинете, в одиночестве, думал граф. — С одной стороны, прощать такое нельзя, а с другой — Бриан прав, если у меня не получится, то она просто всех поубивает, с таким-то могуществом, а если получится убить ее и всех, с кем она приехала, то герцог, поняв, кто это сделал, может

отыграться на сыновьях! Да, вопрос! Вопрос, по сути, один — как поступить правильно?»

Скрипнула открывающаяся дверь, Реджинальд открыл глаза и увидел входящую в кабинет супругу.

— Итак, — подходя к столу и занимая оставленный Брианом стул, процедила его супруга, — скажи мне, дорогой, чего это ты вернулся из своей секретной поездки… — тут она усмехнулась, давая понять, что для нее цель этой поездки секретом не являлась, — …в столь дурном расположении духа, без доспехов и на чужом коне?

К концу вопроса в ее голосе сквозило неприкрытое ехидство.

— Знаешь, Алисия, я, на твоем месте, так не радовался бы! — желчно заметил граф.

— Почему? — с лучезарной улыбкой спросила графиня.

— А потому, душа моя, что в замке Вудрон новые хозяева! Я столкнулся с дамочкой, так она, наплевав на все артефакты, что были у меня, Бриана и моих охранников, просто одним движением обездвижила нас и лишила возможности дышать! — при этом воспоминании по телу графа пробежала судорога. — Все бы ничего, но задохнуться…

Граф передернул плечами и посмотрел на супругу. Та опустила глаза, вдруг став предельно серьезной, от игривого и ехидного настроения не осталось и следа.

— Вот, значит, как! — пробормотала она, глядя на поверхность стола, на которой, кроме бутылки и двух бокалов, ничего не было. — Одной рукой, значит, всех сразу! Ну-ну!

Она подняла глаза на графа и встретилась с его взглядом.

— Дорогой, — очень серьезным тоном спросила она, — и что ты собираешься теперь делать?

— Да вот, — честно признался он, — когда ты пришла, сидел и размышлял, как раз над этим вопросом.

— И каков результат? — она посмотрела на него с неприкрытым любопытством.

— А нет результата! — сварливо заметил он. — Сказал же, что думал над этим! Так что, пока в процессе.

— Так, а в чем, собственно, загвоздка? — недоумевала графиня. — Эти новые хозяева остаются в замке или поедут домой?

— Поедут домой, — сообщил граф, а потом, не давая ей вставить и слова, спросил с кривой усмешкой: — Что, хочешь предложить

напасть на них по дороге, да?

Графиня молча кивнула. Граф невесело усмехнулся в ответ.

— А то все вокруг идиоты! — саркастически заметил он. — Это было первое, что пришло мне в голову, но вот Бриан был категорически против этого!

И, увидев издевательскую ухмылку на лице жены, вспылил:

— И нечего так ухмыляться, ты прекрасно знаешь, что он не трус! И он, кстати, объяснил, почему он против этого замысла!

— Вот как? — притворно удивилась Алисия. — Тогда, может, ты озвучишь их мне?

— Запросто! — прорычал, начавший свирипеть от непонятных подозрений жены, граф. — Вот, смотри, — он сложил руки перед собой и положил их на столешницу, — она — магичка неизвестной нам, но при этом, немалой силы, которая запросто, одним движением справилась с десятком воинов, обвешанных артефактами! Точно также она, может быть, справится и с сотней и двумя сотнями! Мы не знаем ее силу!

— Дорогой, — прервала его супруга, — а когда она применила магию, вы все были в замке?

— Да! — кивнул граф, немного удивленный этим вопросом. — Мы все были в замковом дворе, а что?

— А с теми, кто остался за воротами замка что-нибудь подобное случилось? — не ответила она на вопрос мужа.

— Нет! — он пожал плечами. — Только они никак не могли войти в ворота, их что-то не пускало! Впрочем, как и мы выйти, — добавил он, припомнив разбитое лицо бедняги Энтони. — Это что-то значит? — повторил он свой вопрос, слегка его перефразировав.

Его супруга молча кивнула головой. Граф задумался на секунду, а потом осторожно задал вопрос:

— Ты хочешь сказать, что ее магия работает только в замке?

Графиня опять молча кивнула.

— Это точно? — недоверие сквозило в словах графа столь отчетливо, что леди Алисия понимающе усмехнулась и односложно сказала:

— Очень вероятно, что это так и есть!

— А откуда такие сведения? — поинтересовался ее супруг.

Графиня несколько минут молчала, рассматривая графа и решая, стоит ли посвящать его в это, но потом, решив, что хуже не будет.

задала встречный вопрос:

— Дорогой, что ты знаешь о магических крепостях Первой Империи?

— О чем? — граф не стал скрывать свое удивление.

— Да-да, — подтвердила леди Алисия, — ты не ослышался, именно магических крепостях и именно Первой Империи!

Граф пожал плечами и кратко ответил:

— Ничего. — А потом решил добавить подробностей. — Ни о магических крепостях, ни о Первой Империи!

Его супруга поморщилась, услышав ответ мужа, и осуждающе качнула головой.

— Ну, что же, этого следовало ожидать. Даже у нас, в Империи, и то об этом мало кто знает!

Она сделала небольшую паузу, во время которой граф встал, достал из шкафа чистый бокал, поставил его перед графиней и налил вина из бутылки, все еще стоящей на столе. О себе, при этом, он тоже не забыл.

Жена поблагодарила его кивком, пригубила бокал и восхищенно раскрыла глаза.

— Реджинальд, где ты взял эту прелесть?! — воскликнула она. — И почему я раньше не пробовала этот божественный напиток?!

— Эм-м, — замялся граф. — Понимаешь, этого вина осталась одна бутылка, которая стояла здесь, в шкафу, и я про нее совсем забыл! А вот сегодня полез в шкаф и увидел! Ну, и решил ее распить.

— Ага — ага! — съехидничала леди Алисия, впрочем, при этом она улыбалась, давая понять, что не сердится. — А распить ее ты, конечно, собирался с Брианом, так? Не отрицай, слуги слышали ваш коронный тост про толстеньких! Кстати, ты не расскажешь мне, отчего такой странный тост, а дорогой?

Граф поджал губы и, упрямо наклонив голову и глядя исподлобья на графиню, промолчал.

Леди Алисия, поняв, что перегнула палку, тут же перестала изображать недалекую восторженную дурочку.

— Итак, — став абсолютно серьезной вернулась она к прерванному разговору. — Магические крепости Империя начала возводить на своих границах для их защиты и контроля. Всего, насколько мы знаем, их успели возвести три штуки, когда Империю захлестнула волна вторжения тварей Инферно.

Она поднесла бокал к губам и сделала небольшой глоток.

— На наших землях располагается бывшая крепость, носящая название «Шедарис». Мой отец, в свое время, очень заинтересовался историей этой крепости, они там с какими-то учеными что-то копали, что-то искали и… нашли. То, что они нашли и смогли прочитать, потому как написано было на незнакомом языке, оказалось своеобразным дневником коменданта этой крепости.

Она прервалась и посмотрела на мужа. Граф сидел в кресле в расслабленной позе, откинувшись на спинку, и слушал ее очень внимательно.

— Так вот, — продолжила леди Алисия, — все я тебе сейчас рассказывать не буду, оно не так интересно, но кое-что ты должен знать.

Она опять сделала паузу, чтобы пригубить вина.

— Например? — поторопил ее граф.

— Ну, например то, что давным-давно, замок Вудрон назывался «крепость Редарис», которая была построена следующей после Шедариса.

— Это точно? — прервал ее хриплый от волнения голос графа.

— Это очень вероятно, — последовал уклончивый ответ супруги, — во всяком случае, очень многое в описании сходится, а теперь еще и

это…

Она опять задумчиво уставилась на поверхность стола. Граф не стал ее торопить, а, в свою очередь, задумался.

«Теперь становится понятным такое настойчивое желание Алисии завладеть этим замком! — размышлял он. — Только вот непонятно, она хотела этот замок лично для себя или все же для нас? Вот, казалось бы, живу с ней уже больше четверти века, а так и не могу понять, как она ко мне относится, и кому, на самом деле, она служит — нашей семье или Императору ихней долбаной Империи?! Ладно, нужно дослушать до конца, ведь она пока, по сути, ничего такого не сказала. Потом уже буду решать, что и как делать.»

Он посмотрел на жену. Она сидела, все также в раздумьях, уставившись на крышку стола.

— Если это все, — решил поторопить он ее, — то я, конечно, потрясен, но особого смысла в твоих знаниях не вижу!

Он смотрел на нее, откровенно насмехаясь.

— Да нет! — леди Алисия встрепенулась. — Это не все! Точнее, это только начало, — поправилась она, — чтобы ты понимал, о чем вообще речь.

Граф изобразил на лице вежливое любопытство.

Теперь уже пришла очередь его супруги насмешливо хмыкнуть, показывая, что его игра раскрыта.

— Так вот, — графиня не стала тянуть кота за подробности, — эти крепости настолько пронизаны магией, что создается впечатление, что они живые! Внутри абсолютно все работает с помощью магии, начиная от плит на кухне и заканчивая смывом водой в туалете! Мощь задействованных заклинаний ты можешь себе представить хотя бы по тому, в каком виде находится крепость Редарис! А ведь ей уже несколько десятков тысяч лет!

— Сколько-сколько?! — недоверчиво переспросил граф.

— Несколько десятков тысяч, — подтвердив, что он не ослышался, а она не оговорилась, произнесла очень уверенным голосом графиня.

Граф только пораженно покрутил головой.

— Вот поэтому я и хотела, чтобы этот замок принадлежал нам. Взять его приступом — невозможно. Там заложены такие защитные заклинания, которые нынешним магам не по зубам. Вообще. То есть, этот замок, в прямом смысле этого слова, неприступен. Владея им, ты можешь творить все, что захочешь, никто не сможет тебя пленить.

— Угу… — как-то задумчиво отреагировал на ее последнее замечание граф. — Ну, мне — понятно, я хочу власти и не хочу

мириться, что эта власть не у меня, а у моего старшенького. Но вот я не могу понять — тебе то это зачем? Что такого ты хочешь сотворить, что в случае неудачи нам придется отсиживаться в замке?

— Ну, во-первых, дорогой, — графиня открыто улыбнулась мужу, я тоже не лишена тщеславия, и быть женой графа и женой герцога — это две большие разницы. А, во-вторых, — она перестала улыбаться и перешла на шепот, — если Редарис и Шедарис однотипны, а есть все основания это полагать, то там есть телепорт! Поэтому взаперти нам сидеть не придется!

Граф замер, пораженный услышанным, потом быстро, но тихо встал из-за стола, пересек кабинет и резко распахнул дверь в коридор. Выглянув и посмотрев в оба конца пустого коридора, граф удовлетворенно кивнул своим мыслям и, закрыв дверь, вернулся за стол, в свое любимое кресло.

— Послушай, — так же шепотом начал он, — а куда ведет этот телепорт?

Графиня легкомысленно пожала плечами.

— Не знаю! — но, увидев нахмурившееся лицо супруга, поспешила пояснить. — Понимаешь, Реджи, это не так и важно, потому что его можно перестроить так, как нужно нам! Ну, во всяком случае, я так думаю. Не может быть, чтобы нельзя было изменить настройки, ведь

И тогда получится, что он поймет, что она соврала. В этом случае, правду сказать все равно придется, вот только попытка обмана… В какой-то другой момент, когда ей будет очень нужно, он может об этом вспомнить и ей не поверить…

— Дорогая, — наконец-то граф задал вопрос, который она ждала, — а как с твоим рассказом соотносится мощь этой магички и мое желание ей отомстить?!

Леди Алисия облегченно выдохнула — ожидание закончилось. Все! Решено! Только правду!

— Понимаешь, Реджи, — начала она свои объяснения, — эти крепости создали настолько магически могущественными, что побоялись, что они каким-то образом смогут обрести зачатки разума и выйти из повиновения своим создателям. Для того, чтобы этого не произошло, создатели все магические потоки подчинили человеку, сделав его магическим хозяином крепости, а точнее, хозяйкой. Ибо по их представлению, женщины меньше склонны к агрессии и насилию.

— То есть, — перебил ее граф, — ты хочешь сказать, что эта магиня стала хозяйкой замка?

— Да, дорогой, именно это я и хочу тебе сказать! — подтвердила она его предположение. — И потому, в замке ее никто победить не сможет!

— Ну, это мы еще посмотрим! — немного насмешливо произнес граф.

— Никто и никогда! — уверенным тоном сказала графиня. — Не трать своих людей попусту, они ничего не смогут ей сделать!

Граф пренебрежительно махнул рукой.

— Сейчас не об этом! — досадливо бросил он. — То есть, ты хочешь сказать, что эта магиня, вне крепости не так сильна, правильно?

Он посмотрел на жену, ожидая подтверждения.

— В точку! — обрадовалась графиня. — Скажу даже больше! Чтобы хозяйка крепости не заимела просто беспредельное могущество, ими могли становиться только очень слабые магини, так что, эта твоя магиня вне стен крепости вообще ничто! Даже еще меньше, чем ничто!

— А вот это — хорошая новость! — обрадовался граф, потирая руки. — Значит, если мы нападем на них по дороге, упорного сопротивления мы не получим — просто не от кого! Да это прямо праздник какой-то!

Граф развеселился, как маленький ребенок. Внезапно его радостный взгляд, доселе блуждающий по кабинету, наткнулся на супругу, все еще сидящую на стуле и смакующую вино.

— Дорогая, — он спрятал свое нетерпение под слащавой улыбкой. — Это все, что ты мне можешь рассказать, или еще что-то осталось недосказанным?

— Да, все! — пожала плечами графиня. — Больше ничего, что могло бы нам помочь, мне не известно.

— Отлично! — воскликнул ее муж, — тогда извини, но мне срочно нужно увидеться с Брианом! Забирай вино, — он нетерпеливо схватил бутылку и сунул ей в руки, — увидимся за ужином, дорогая!

Он почти насильно поднял ее со стула и выпроводил из кабинета.

— Отлично! — радовался он, потирая руки. — Я все-таки тебя достану. Ария де Гриз! И тогда мы посмотрим, чьи артефакты лучше!

Глава 1.1

Я опять сидел в пыточном кресле, по недоразумению некоторыми называемым седлом лошади, и с тоской предвкушал все те радости жизни, которые вскорости придется испытать моему организму.

Наше пребывание в замке подошло к концу, сегодня, наконец, мы увиделись с управляющим замком и баронством, герром Людвигом Ван Дейком. Какой он управляющий — я не знал, при их разговоре с родителями я не присутствовал — своих забот хватало, но, судя по тому, что после разговора с ним у родителей было хорошее настроение, в его хозяйстве больших огрехов не нашли.

Наш управляющий имел весьма располагающую к себе внешность. Невысокого роста, плотный, может, чуть полноватый, но не толстый, смешливый брюнет с длинными, до плеч, вьющимися волосами, и круглым, улыбчивым лицом человека, любящего хорошо

поесть и всегда готового посмеяться. Искрящийся весельем взгляд карих глаз, казалось, предлагал собеседнику посмеяться вместе с ним.

Мне хватило ритуала знакомства, когда Хорт Иствик представлял нас друг другу, чтобы, глядя на просто искрящееся смехом и весельем лицо управляющего, тоже начать улыбаться, подняв себе настроение и сложив об управляющем самое приятное впечатление.

А вот наш мажордом все утро ходил злой и угрюмый, видимо, матушка была недовольна качеством его службы и, как она может, в соответствующих выражениях дала ему это понять. Судя по всему, досталось ему неслабо, так, что он даже не вышел нас проводить, а мои родители не обратили на это никакого внимания! Нужно будет потом поспрашивать матушку, что случилось.

О! Батя закончил давать последние указания капитану замковой стражи, выслушал от него пожелания доброго пути и еще что-то, что капитан, можно сказать, пошептал ему на ухо, кивнул ему головой, вскочил на коня и дал команду двигаться.

С одной стороны, я был рад — наконец-то, мы возвращаемся домой! Все-таки, даже с учетом всего, что здесь произошло, домом я его не считал, как-то не отложилось еще в душе понятие «дом», связанное с этим замком. С другой стороны, мне предстоял целый

день пыток скачкой на лошади, а потом, по возвращению, еще и непонятки с герцогской дочерью и ее желанием видеть меня в качестве камер-пажа.

И если дорогу я еще потерплю, то вот общение с герцогской дочкой меня очень сильно заботит. Она ведь так и не сказала, зачем ей нужен именно я, хотя во дворце полно знатных и молодых. Что же она от меня хочет, а то, что я ей нужен для чего-то конкретного, я не сомневался.

Так что, дорога к дому носила этакий радостно-горьковатый оттенок.

За размышлениями я не заметил, как мы выехали из замка и ворота закрылись за нашей спиной. Кони побежали быстрее, и я тут же вспомнил все те «приятные» ощущения, которые испытывал по дороге сюда.

Чтобы хоть как-то отвлечься от испытываемых неудобств, я начал вспоминать все, что случилось за предыдущие дни, после попытки захвата замка сэром Реджинальдом, графом Дерским.

После того, как матушка, все-таки проглотившая Камень Душ, очнулась я, переключившись на магическое зрение, стал изучать изменения, которые произошли с ней. Судя по всему, Гранур Гон Дель Реввик занимался тем же, и у него это получилось намного быстрее и.

подозреваю, лучше. Во всяком случае, то, что я услышал, говорило о том, что увидел он больше меня, и понял из увиденного намного больше.

Я увидел, что дар у мамы сильно подрос и стал почему-то двухцветным — зелено-красным, причем, некоторые энергетические потоки были красными в центре и зелеными по бокам, а некоторые, наоборот — в центре зелеными, а вот по бокам — красными.

Что это означает, я догадывался, но в точности не знал. По моим догадкам, мама сохранила возможность пользоваться магией Жизни, только ее возможности в этом направлении заметно возросли, и, плюс к этому, приобрела еще возможность использовать магию Огненной стихии.

Но, как оказалось, это было не все, меня ожидал сюрприз, да какой!

— Ария, — услышал я голос Гранура, — а скажите, пожалуйста, как вы себя чувствуете?

Меня поразил тон Гранура, он был каким-то… любопытствующим, что ли? У меня создалось такое впечатление, что спрашивал он совсем о другом. Но мамин ответ ничего не прояснил.

— Хорошо себя чувствую, спасибо, Гранур! — ответила она, но у меня осталось ощущение какой-то недосказанности.

— Какое-нибудь неудобство, дискомфорт ощущаете? — продолжил свой опрос Дель Реввик.

Мама пожала плечами.

— Да, вроде, нет, все, как обычно!

— Ага, ага! — закивал головой последний защитник крепости Редарис. — Ну а с головой у вас все в порядке? Жара нет? Внутри ничего не чешется? — почему-то на полном серьезе он задавал какие-то глупые, на мой взгляд, вопросы. Ну, как, скажите на милость, внутри черепа может что-то чесаться?

Однако, мама восприняла эти вопросы вполне нормально.

— Нет, в этом плане все в порядке, — немного помолчав, видимо, прислушиваясь к себе, сказала она. — Вот только…

Она замолчала и задумалась. Мы тоже молчали, ожидая продолжения.

— Мне как-то тяжело думать, мысли как будто разбегаются! — закончила она.

— Угу! — почему-то этому сильно обрадовался Гранур.

Он сразу заулыбался и, сжав правую руку в кулак, резко вскинул ее над головой.

— Да! — ликовал он. — Да! Да! Да! Я знал! Я чувствовал, что это случится!

Мы непонимающе смотрели на него. Дель Реввик заметил озадаченное выражение наших лиц и поспешил пояснить причину своей радости.

— Я, конечно, уверен не был, но предполагал, что так получится! Дело в том, что то, что вы называете Камнем Душ, на самом деле является самым обычным поглотителем магической энергии. Принцип действия у него очень прост — он будет поглощать магическую энергию, но только ту, на которую он настроен. Как только он заполнится энергией под завязку, ее можно использовать. До этого, он энергию не отдает, только забирает. Как только его полностью опустошат — он снова переходит в режим набора энергии!

— Так вот почему так много смертельных случаев при глотании этих Камней Душ! — воскликнула мама пораженно. — А все ведь думали, что магическое хранилище просто не справляется с получаемым объемом энергии!

— И это тоже! — не стал скрывать Гранур. — Если камень заполнен до отказа, то, проглотив его и разрушив в желудке его оболочку.

организм получает одномоментно огромное количество энергии, с которой зачастую не может справиться!

— Погоди! — остановила его матушка. — Он чуть не убил моего младшего сына! — гневно вскричала она. — Он чуть не высосал из него жизнь!

— У вас есть еще ребенок? — спросил Гранур.

— Да! — мама кивнула.

— Если с камнем начнет играться ребенок до восьми лет, с магическими задатками, то камень начнет сосать из него те крохи, что у него есть, а так как у детей до восьми лет магические каналы не отделены от жизненных, то… сами понимаете! — и, сделав небольшую паузу, провозгласил. — Поздравляю! У вашего младшего сына предрасположенность к магии Огня!

— Погодите! — прервала его матушка. — Я просто хочу понять! В чем отличие глотания Камня от того, что сделала я?

— О! — воскликнул Дель Реввик, подняв указательный палец. — Отличие, можно сказать, кардинальное! Дело в том, что стенки желудка не могут держать магическую энергию и она начинает свободно перемещаться по телу, вмешиваясь в работу внутренних органов, отчего организм человека частенько перестает, скажем так.

правильно работать, а то и просто работать. Что сделали вы? Вы, поместив накопитель в кровь, которая постепенно растворяла его оболочку, дали возможность энергии, постепенно освобождаемой из накопителя, по мере истончания его стенок, попасть в кровь, которая и призвана удерживать энергию в организме человека. По кровеносным сосудам эта энергия попадает в средоточие дара, где и накапливается. Но накопление происходит постепенно и в организм посторонняя энергия не проникает, пока не окажется собранной в, как вы называете, магическом хранилище!

Он сделал паузу и посмотрел, насколько нам понятно то, о чем он сейчас рассказал. Видимо, удовлетворившись увиденным, он продолжил:

— Далее, эта энергия, постепенно накапливаясь, расширяет стенки магического хранилища, или по-простому — увеличивает дар. Но это происходит постепенно, поэтому разрыв дара от перенасыщения практически невозможен, а вот в случае глотания…

Он осуждающе покачал головой.

— Ладно! — кивнула головой маман. — С этим мы более-менее разобрались. А чему ты так радовался? И почему мне трудно думать, хотя сейчас уже стало получше?

— Еще несколько минут, ну, может, полчаса, и у вас. Ария, все нормализуется. Дело в том, что предыдущий владелец, каким-то непонятным мне образом смог закачать ментальную энергию! Или просто так совпало, но факт налицо — в этом камне, кроме энергии стихии Огня, была еще и ментальная энергия, которую ваш дар, судя по всему, успешно усваивает!

— Ты хочешь сказать, — перебила его матушка, — что…

— Да, да, и еще раз да! — у вас просыпается ментальное направление дара! Теперь вы — магиня Жизни, магиня стихии Огня и магиня школы Разума! Поздравляю!

Но матушка, после его слов, обескуражено опустилась на плиту, на которой недавно лежала.

— Вот же! — как-то растерянно и совсем нерадостно вырвалось у нее. — И где же мне теперь всему этому учиться? Когда? Как?

Видимо не ожидавший такой реакции, наш собеседник озадаченно крякнул и по-простецки почесал себе затылок.

— М-да, — пробормотал он, — кажется, я чего-то не учел!

— Так! — мама прекратила себя изводить и взяла в руки. — Гранур, а ты можешь меня научить этим видам магии?

— Увы! — покачал головой Дель Реввик. — Здесь я вам помочь не смогу. Вам придется придумывать самим, как пройти обучение.

Мама опять поникла, но не пала духом. Насколько я ее знаю, она сейчас лихорадочно искала возможность своего обучения. А я вспомнил о Живом учебнике, что мне оставил Дартон, а ведь он был адептом школы Разума, как он говорил, то есть, практически менталистом!

— Мам! — потормошил я задумавшуюся маму. — По поводу школы Разума, у меня есть кое-какие мысли, давай попозже их обсудим, ладно?

Я просто не знал, как аккуратно рассказать матушке о Живом учебнике, чтобы не посвящать ее в историю с Дартоном и порталом в Инфенно, именно поэтому я взял время на размышления.

Все замолчали и о чем-то задумались.

— Ну, раз мы все выяснили, — прервал я всеобщее молчание, — то расскажи нам, Гранур Гон Дель Реввик, как неприступная крепость Редарис оказалась захвачена тварями Инферно.

Гранур поморщился, очевидно, эта тема была ему неприятна, но, как и обещал, рассказывать начал.

— Я уже рассказывал Волану, что эта крепость, носившая раньше имя Редарис, создавалась специально для защиты границ Империи и считалась неприступной. И так оно и было до тех пор, пока кто-то не открыл портал в Инферно. Из портала потоком хлынули твари, на которых наша магия действовала очень избирательно.

— Как-как? — услышал я рядом с собой голос Рыка, который вел себя настолько тихо и спокойно, что временами я забывал о его присутствии.

— Избирательно, — спокойно повторил наш собеседник, и пояснил: — это значит, что на них действовали не все заклинания и не на всех они действовали.

— А-а-а! — протянул Рык.

— Но, нужно отдать должное, их заклинания тоже действовали не всегда и не на всех. Я тут поразмышлял, время у меня было, — попытался он пошутить, но никто даже не улыбнулся, — м-да! — он явно огорчился отсутствием реакции. — Ну, так вот, я тут подумал и пришел к выводу, что у наших миров разные физические законы, именно поэтому так работали и наши и их заклинания.

Он опять прервался, а потом продолжил:

— Да, о захвате крепости…

Он качнул головой.

— Крепость была захвачена изнутри! — огорошил он нас, и, видя наши непонимающие лица, объяснил: — Никто из вас так и не поинтересовался, что находится за второй закрытой дверью! Так вот, там находится телепорт, который в мое время был связан с различными местами в Империи. Работает ли он теперь, и с какими местами есть соединение, я не знаю.

Он опять замолчал, давая нам возможность осмыслить услышанное.

— Когда был открыт телепорт в Инферно, его открыли не классическим способом, а потому, работал он странно, но эта странность сыграла с нами злую шутку. Каким-то образом, наш телепорт оказался подключенным напрямую с тем телепортом, ведущим в Инферно, поэтому твари хлынули и туда, а судя по докладам, тот телепорт был открыт в замке Рен к, расположенном недалеко отсюда, и в эту крепость. Прорыв тварей застал меня недалеко от телепорта, я держался, сколько мог, но, к счастью, мне на помощь подошли другие защитники. Я, к тому времени, уже был сильно ранен, но меня не бросили и вытащили с нижнего этажа при отступлении и заблокировали дверь наверх. Но все понимали, что это всего лишь отсрочка и готовились к бою.

Гранур опять прервался. Было видно, что ему тяжело вспоминать об этом, но он пересилил себя.

— Уйти тоже не было возможности. Покинуть крепость так, чтобы за нами не было погони, было невозможно, а в поле нас быстро догонят, и отбиться мы не сможем. Понимая, что я только уменьшу шансы ребят на то, чтобы уйти, раны были слишком тяжелыми и очень плохо поддавались лечению, я предложил оставить меня в крепости, около ворот, чтобы я мог прикрыть их отход, ну, сколько смогу. И вот тогда, комендант крепости, архимаг Брансом Ван Дель Рееворд рассказал, что есть возможность задержать тварей на довольно продолжительное время, но для этого мне придется стать временным Хозяином замка. Я, конечно, согласился, не раздумывая. По сути, выбора у меня и не было.

— То есть, — прозвучал возмущенный голос мамы, — вы — Хозяин этой крепости, а я ее хозяйка, так?

— Нет! — покачал головой наш собеседник. — Я был временным Хозяином этой крепости.

— А отчего не захотели стать постоянным? — ехидно поинтересовалась матушка.

— Хлопотно это! — чуть усмехнувшись, ответил Гранур. — Да и надоело уже порядком, за столько-то лет!

— Понятно! — произнесла матушка. — Продолжайте.

— Ну, осталось рассказать совсем немного. Комендант подготовил и провел какой-то ритуал, в результате которого я стал тем, кого вы сейчас видите перед собой, но зато в этой крепости от меня нет тайн, да и управлять я могу всем, что находится в этой крепости. Так что, я прикрывал ребят, пока они готовились к выходу, а после их ухода, на всякий случай, двое суток продержал тварей Инферно внутри крепости, не давая им вырваться на свободу, при этом практически исчерпав весь запас магической энергии. Поэтому следующие несколько тысяч лет я помню только урывками, как будто я спал, просыпался и опять засыпал. Так что, что здесь происходило, я толком и не знаю.

— А как давно ты опять, ну, проснулся, что ли? — спросила матушка.

— Примерно сто лет назад, — как-то печально сказал наш собеседник.

— Ага! — чему-то обрадовалась матушка. — А ты в курсе, что три предыдущих владельца этого замка были убиты?

— Конечно! — удивился Гранур. — Я знаю обо всем, происходящем в замке и окрестностях. Не на все могу повлиять…

— Ага! — ехидно заметила матушка. — На что-то не можешь, на что-то не хочешь, не так ли?

Магистр-маг безразлично пожал плечами.

— Ну, — воодушевилась матушка, — тогда ты должен знать, кто убил трех предыдущих владельцев, ведь убийца все еще здесь, в замке.

— Конечно, я знаю! — признался Гранур. — Я же сказал, что в этом замке от меня нет тайн!

— И что, убийца действительно все еще здесь? — напряженным голосом задала вопрос маман.

Дель Реввик просто молча кивнул.

— И кто он? — в голосе матушки чувствовалась тревога.

Глава 1.2

Последний защитник крепости Редарис укоризненно на нее посмотрел.

— Ария, вы теперь Хозяйка замка, вам и разбираться со своим хозяйством!

— Кстати, насчет Хозяйки, — вдруг встрепенулась матушка.

— А что непонятно? — удивился наш собеседник.

— Да с Хозяйкой все понятно, — матушка недобро прищурила глаза, — непонятно с Хозяином. Кто он, мой муж?

Гранур, молча, отрицательно покачал головой.

— Вот как? — матушка в притворном удивлении приподняла брови. — А кто? Неужели вы?!

Наш собеседник тяжело вздохнул и качнул головой.

— Ария, вы невнимательно меня слушали! — Дель Реввик развел руками. — Я же вам уже сказал, что складываю с себя полномочия временного Хозяина, так какого рожна вы ко мне прицепились с этим Хозяином? Что вы от меня хотите?

— А можно сделать Хозяином этого замка моего мужа? — мамин вопрос был ожидаем.

— Нет, — покачал головой Гранур, — и если бы вы дали себе труд задуматься, то и вопрос бы этот не задавали! Все очевидно!

— Это из-за магии? — влез в разговор, внимательно слушающий Рык.

Наш собеседник кивнул.

— Естественно! Чтобы управлять магическими потоками, нужно иметь дар! Как неодаренный сможет это делать?!

— А сделать его одаренным? — это уже маман.

— Вы за кого меня держите? — возмутился наш собеседник. — Я просто маг! Не бог! Понимаете?! Вот ты. Ария, сможешь неодаренного сделать одаренным?

— Ну-у-у, — задумчиво протянула мама, — я даже и не знаю! Если верить тому, что ты тут говорил, то в пределах замка…

Гранур страдальчески закатил глаза.

— Я не говорил, что ты — богиня! Я говорил, что по своим возможностям ты будешь почти… — он поднял указательный палец, -

заметь, именно почти, как бог. Поэтому, вкладывать божественную искру магии в неодаренного ты не сможешь!

Он помолчал, а потом неожиданно продолжил:

— Впрочем, можешь попытаться! Мне даже интересно, что из этого выйдет!

— Хорошо! — очевидно, матушка была не расположена к дискуссиям. — Вопрос с Хозяином замка пока оставим открытым, хотя… — она пристально посмотрела на Гранура, — … я так понимаю, что Волька, — она качнула подбородком в мою сторону, — вполне может им быть!

— Может! — пожав плечами, не стал отрицать наш собеседник.

— Ну, я так и думала, — пробормотала матушка, а потом вернулась к оставленной теме. — Так, что там с убийцей, Гранур?

— Да, ничего! — опять пожал плечами наш собеседник. — Он есть, он в замке и разбираться с ним придется тебе. — Он ехидно усмехнулся. — Если ты его найдешь.

— Ладно! — согласилась матушка и пошла к выходу из зала.

Мы втроем удивлено смотрели ей вслед.

У самого выхода она обернулась и посмотрела на нас, стоящих с удивленным выражением на лицах.

— Ну чего? — она удивленно подняла бровь. — Все же осудили? А теперь я хочу отдохнуть, а то что-то я сегодня умаялась!

Она замолчала и, так и не дождавшись от нас в ответ ни единого звука, вышла из зал, предварительно бросив через плечо:

— Мальчики, заканчивайте! Вам тоже пора отдыхать!

— Да, мама! — предусмотрительно крикнул я ей вслед. А то еще вернется, чтобы проверить, как мы услышали!

Я повернулся к Грануру.

— Слушай, мы, наверное, пойдем, а то уже действительно поздно, а день был суматошным… Мы завтра придем, ладно?

— Приходите! — кивнул головой Гранур.

Когда мы были уже рядом с выходом из зала. Дель Реввик меня окликнул.

— Волан!

Я повернулся и вопросительно посмотрел на него.

— Тут такое дело… — он как-то замялся. — Короче, если тебе будут сниться необычные сны — ты не пугайся, ладно?

Я остановился и полностью развернулся к Грануру.

— Что за сны? — я услышал, что, ушедший было вперед Рык, остановился и возвращается.

— Да я-то почем знаю?! — искренне удивился мой собеседник.

— А как я пойму, что они не обычные? — не отставал я.

— А-а-а-а! — раненым зверем заревел Гранур. — Отстань, противный! Когда приснится — тогда поймешь! Все, иди, отдыхай! — продолжал реветь наш собеседник.

Я, схватив Рыка за руку, счел разумным побыстрее покинуть этот зал с алтарем и таким нервным магом-магистром.

После бессонной ночи, после суматошного, полного событиями дня, я уже настолько устал и хотел спать, что, отослав Рыка на ужин в трапезную, сам кое-как доплелся до нашей комнаты и, быстро раздевшись, завалился спать.

И именно в эту ночь я понял, что имел в виду Гранур, когда предупреждал меня о необычных снах!

М-да! Необычные — это очень мягко сказано!

Нет, поначалу все было очень даже мило. Мне снилось, что я сижу без одежды, только в очень маленьких, плотно облегающих трусах, сделанных из какого-то неизвестного мне, растягивающегося материала, в очень удобном кресле-качалке, на какой-то террасе. На голубом, без единого облачка небе, вовсю сияет солнце, но его лучи, попадая на кожу, не обжигают, а мягко согревают ее. С террасы открывается вид на какой-то водоем, правда очень солидных размеров, так как противоположного берега видно не было, а сколько хватает глаз — только голубая вода, своим цветом соперничающая с голубизной неба, с которым и сливалась где-то там, где заканчивалась моя способность видеть.

Рядом с креслом располагался небольшой столик, на котором стояло несколько бутылок с разноцветными бумагами, наклеенными прямо на них. На этих наклейках было что-то нарисовано и написано, но что — я не мог прочитать, так как язык был незнакомым. Так же, рядом с бутылками стояло большое блюдо с наваленными на него различными фруктами. Ну, я так предполагаю, потому что ни одного знакомого я не увидел!

Только я потянулся к бутылке, чтобы рассмотреть поближе, что изображено на этикетке, как услышал из-за спины чей-то хриплый голос:

— Отставить, кадет!

Обернувшись, я увидел того здорового мужика в кожаных доспехах, который снился мне в прошлую ночь.

— Ага! — радостно ощерился он. — Вижу, что ты меня узнал, кадет! Да, прошлый раз мне до тебя достучаться не удалось, но вот теперь… — он как-то недобро усмехнулся, — теперь ты — мой!

Я удивленно выслушал его тираду и, улучив в его речи паузу, небрежно бросил:

— Это всего лишь сон, так что я ваш, не знаю, как вас звать, только на ночь, до утра!

— Угу-угу! — опять недобро усмехнулся мой собеседник. — На ночь! Только готовься, кадет, что эта ночь для тебя будет о-о-очень длинной и крайне тяжелой! Но сначала — теория. Советую послушать внимательно и сделать правильные выводы, глядишь, и ночь побыстрее закончится.

— Э-м-м, до сих пор не знаю, как вас зовут… — я сделал паузу и мужик в кожаных доспехах понял ее правильно.

— Кави! Зови меня учитель Кави или мастер Кави. Сразу поясню, Кави — это сокращенно от Кавендиш, но мне мое имя не нравится, поэтому будешь звать Кави. Еще вопросы есть, кадет?

— Кто такой кадет? — раз есть разрешение задавать вопросы, то почему бы им не воспользоваться?!

— Кадет — это ты! — расхохотался Кави. — Тот, кого я буду обучать!

— Обучать чему? — с каждой его фразой вопросов у меня становилось все больше и больше.

— Ну-у-у… — протянул мой собеседник, — ты же получил Призрачный меч?

Я кивнул.

— Во-о-от! — радостно оскалился мастер Кави, а у меня в мозгу забрезжила догадка. — А как ты им собираешься пользоваться, если ничего не знаешь и не умеешь?

— Ха! — я чуть было не покрутил пальцем у виска. — Вы собираетесь обучить меня всему за одну ночь? Ну-ну!

К моему удивлению, он радостно осклабился и уверенно кивнул головой, а потом вопросительно посмотрел на меня.

— Все? Вопросы кончились? — предвкушающе спросил он.

Я кивнул.

— Отлично! — он обрадовано заухал. — Приступим!

И я тут же осознал себя, лежащим на полу. Удобное кресло, в котором я сидел, исчезло.

«Какой-то сон, уж больно натуральный!» — подумал я, поднимаясь и потирая ушибленное полузадие.

— Вставай, вставай, кадет! — проревел надо мной мой, судя по всему, учитель. — теорию будешь слушать стоя! Так лучше запоминается!

Он прошелся вдоль террасы, повернулся и пошел обратно.

— Для начала, немного истории. Итак! — начал он. — Призрачный меч. — Он сделал паузу, остановившись прямо напротив меня. Нас разделяло где-то шага четыре, наверное. Он постоял, покачиваясь с пятки на мысок, не отводя от меня своего какого-то пронзительного взгляда, потом повернулся на каблуках сапог, и опять начал расхаживать туда-сюда по террасе, продолжая свой рассказ.

— Призрачный меч — боевое умение, закрепленное в крови носителя, разработанное в Первой Империи, существовавшей около трехсот тысяч лет назад. Кем и как было создано — рассказывать не буду, тебе не нужно. А вот создавался он, в том числе, для уничтожения тварей Инферно, когда прорывы начали происходить

уже не только на границах Империи, но и центральной ее части. Использоваться может только одаренными, имеющими дар всех стихий, или, как их еще у нас называли — радужниками. Хотели разработать нечто подобное и для магов с меньшим диапазоном стихий, а потом и для неодаренных, но не успели. М-да! — он опять стоял передо мной, покачиваясь с пятки на мысок.

— Короче, выжившим после нашествия тварей Инферно было уже не до разработки магических умений и артефактного оружия, да и специалистов уже не осталось, как не осталось той Империи. В общем, за все то время, что я обучаю владению магическими умениями и артефактным оружием высшей категории, твой меч — второй.

— Э-э-э, простите, — я, как прилежный ученик, поднял руку вверх, сигнализируя, что хочу задать вопрос.

— Давай, кадет! — кивнул Кави.

— То есть, где-то есть еще, как минимум, один такой же меч?! — обеспокоился я.

— Есть! — подтвердил он. — Вот поэтому, чем лучше ты выучишься, тем больше шансов у тебя будет на то, что ты выживешь, если столкнешься с владельцем того меча, хотя… — он призадумался.

— Это было почти шесть тысяч лет назад, так что, он вряд ли еще жив, но вот что он успел передать потомкам…

Задумчивая речь учителя меня не обманула. Он хоть и определился по времени, но возможность столкновения не отрицал, а это означало только то, что взять от него мне необходимо по максимуму из того, чему он меня собирается научить.

— Учитель, — я решил его еще попытать, пока он не продолжил свой исторический экскурс. — Вот вы сказали, что учите владению магическими умениями и артефактным оружием…

— Ну?! — он вопросительно посмотрел на меня.

— Получается, что если я всего лишь второй владелец меча, то… — я многозначительно замолчал.

Ну, действительно, не намекать же ему, что он тысячелетиями фигней страдает, ничего не делая!

— А почему ты решил, что я обучаю только владению мечом? Я же сказал — любыми магическими умениями и артефактным оружием! — Кави смотрел на меня, не понимая сути вопроса.

Судя по всему, я тоже что-то явно не понимаю.

— И много у нас владеющих умениями и другим артефактным оружием? — с иронией спросил я, так как считаю, что хотя бы слухи о применении этих умений или оружия обязательно сохранились бы, если бы кто-то его применял.

— У вас, это где? — попытался уточнить мой учитель.

— Ну, у нас! — я не понял вопроса. — Ну, в нашем мире, где же еще?! — я стал слегка раздражаться его непонятливостью.

— А-а-а! Ты вон о чем! — радостно осклабился он. — А я сразу-то и не понял!

Он правда обрадовался, а я гордо выпятил грудь, мол, знай наших! Это вам не фигли-мигли, это масштабное мышление, вот! Ну, так, во всяком случае, в коллеже говорит мастер Шильд.

— Понимаешь, кадет, — как-то очень осторожно начал Кави, — таких миров, в котором живешь ты — их много. И среди них есть миры, как ваш, где тоже есть магия, и, соответственно, разумные, используя ее, разрабатывают боевые умения и изготавливают артефактное оружие. А я обучаю их ими пользоваться. Понял?

У меня от удивления реально отвисла челюсть. Вот это сон! Приснится же такое!

— Рот закрой! — прикрикнул на меня учитель.

Я захлопнул рот так быстро, что зубы клацнули друг об друга.

— То есть, — я, наконец, обрел дар речи, — ты хочешь сказать, что я сейчас…

Он покачал головой.

— Нет, физически, ты сейчас в своей постельке, спокойно спишь, а вот эмпирически — ты находишься у меня в гостях!

Потом, посмотрев на мою вытянувшуюся физиономию, он усмехнулся:

— Ты правильно понял, мы не на твоей планете, ты сейчас в мире, который носит название — Полигон!

Кто бы знал, сколько мне понадобилось сил, чтобы не заорать, не начать ругаться, а просто принять этот факт! Спасло меня только то, что я вспомнил, что я сплю, и, хоть ночи зимой длинные, но не настолько, чтобы пребывание здесь как-то отразилось на мне.

— И что дальше? — поинтересовался я.

— А дальше, — внимательно рассматривая меня, произнес Кави, — мы начнем учебу!

Я согласно кивнул. Давно пора, а то история — это, конечно, здорово, но времени мало, а я решил выучить максимально много из

того, что он мне будет показывать.

— Итак! — начал мой учитель. — Призрачный меч, являясь магическим умением, материализуется у его хозяина его осознанным желанием, то есть, тебе нужно именно захотеть, чтобы Призрачный меч появился.

Он помолчал, а потом скомандовал:

— Давай, пожелай, чтобы он появился!

Я пожал плечами и пожелал, чтобы Призрачный меч появился.

И тут же взвыл, потому что появившийся меч упал на пол, пребольно ударив меня по ноге и позвенев по полу. Но, как и в прошлый раз, когда Дартон только передал мне это умение, остался невидим.

— Это тебе еще повезло, кадет! — осклабился учитель. — Некоторые остаются кто без руки, кто без ноги! Нет, руки-ноги мы, конечно, отращиваем, но ты только подумай, как тебе будет больно! Поэтому, повнимательней и советую отнестись к учебе со всей серьезностью!

Он опять помолчал, а потом приказал:

— Так! Меч — убрал! Убрал меч, я кому сказал?! — взревел он, видя, что я не спешу выполнять его приказ.

Я убрал меч, просто пожелав, чтобы он исчез.

— Отлично! А теперь — достал меч! — распорядился Кави.

Я учел свой печальный опыт и представил, что меч лежит в моей руке, и через мгновение ощутил, что рука сжимает что-то шершавое и довольно тяжелое.

— Угу! — услышал я одобрительное бурчание. — Уже хорошо, но нужно закрепить!

— Убрать меч! — вдруг рявкнул он.

От неожиданности я вздрогнул и непроизвольно махнул мечом. Учитель, не спеша, с какой-то ленцой, увернулся от меча и, укоризненно покачав головой, сказал:

— Ты что, так на меня зол, что хочешь убить сразу? А как же учеба? Ты учти, таких как я больше нет, зарежешь — останешься неучем!

То, что он просто смеется надо мной, я понял сразу, и уже не обращал внимания на его слова. Пока он говорил, я попытался

проанализировать его действия и понять, что меня в них насторожило.

Я разбирал по памяти все его движения. Вот он рявкнул, вот я дернулся, вот меч взлетел, а вот он… Ха! Он уклонился от меча так, как будто он его видел! Видел! Как такое может быть, если он невидим даже для меня?

— Учитель, — я дождался, когда он закончит подшучивать надо мной, — скажите, мне показалось или вы видели мой меч?

Кави сразу прекратил улыбаться, сразу став серьезным и пару раз приложил одну ладонь к другой.

— Браво! — похвалил он. — В наблюдательности тебе не откажешь!

— Но как? Даже я его не вижу! — я реально был потрясен.

— Как — я не знаю, я просто его вижу! И да, хочу уточнить. То, что сейчас находится у тебя в руках — это не меч, это металлическая дубинка!

— Как так? — удивился я.

— А ты какой меч себе представлял, когда пожелал его получить?

Я пожал плечами.

— Да, никакой, просто меч!

— О! — поднял указательный палец мой учитель. — Ну, вот ты и получил не пойми что!

— Но я же все равно его не вижу! — возмутился я.

— Так, кадет! — посуровел голосом и видом Кави. — Я тебе приказал убрать меч! Ну?!

Я быстренько убрал то, что сжимала моя правая рука.

— Продолжим урок! — учитель опять принялся расхаживать по террасе.

— Пока Призрачный меч невидим, он может рубить любой материал, хоть природный, хоть созданный разумными. Здесь, конечно, тоже есть ограничения, но выяснять их тебе придется самому, потому как уж больно это все индивидуально для каждого экземпляра. Чтобы сделать его видимым, ты должен, при его вызове, определить это сразу, как и его форму. Призрачный меч может принимать любую форму клинкового оружия, тебе нужно только четко представлять его.

Он прервался и, стоя прямо напротив меня, насмешливо посмотрел на меня.

— Я понимаю, что с этим у тебя пока плохо, но мы это исправим! Так вот, пока твой меч видим, он имеет свойства простого меча, ну, может только качеством лучше, и тебе не нужно опасаться, что он может сломаться. А так, он будет рубить только то, что сможет перерубить обычный меч. Это понятно?

Я согласно кивнул. Конечно, понятно! Что тут может быть непонятным?!

— Отлично! — как-то хитро улыбнулся мой учитель. — А теперь пойдем, будем ликвидировать твое незнание типов и видов клинкового оружия. Не хочу, чтобы ты отбивался металлической оглоблей!

Он хлопнул меня по плечу и, махнув рукой, куда-то пошел. Я поспешил за ним, снедаемый любопытством.

Глава 2.1

Кави спустился с крыльца и прошел через мощеный плиткой двор к другому зданию, сложенному из каких-то гигантских, не то камней, не то плит темно-красного цвета, и подошел к металлической двери. Я следовал за ним. Двор был небольшим, метров десять на десять и абсолютно пустым. Где-нибудь в городе это место назвали бы площадью.

Подойдя поближе, я увидел рядом со входной дверью, выдавленный в камне силуэт ладони, к которому мой учитель без промедления приложил свою руку. Внутри что-то щелкнуло и входная дверь, к моему удивлению, поехала вбок, открывая темное пространство коридора, расположенного за ней.

Кави, подождав, пока дверь остановится, смело шагнул в темный зев коридора, в котором сразу же вспыхнул свет. Обернувшись ко мне с недовольной миной на лице, он проворчал:

— И долго ты там собираешься стоять, кадет?

Я очнулся от разглядывания чудных осветителей, больше похожих на какие-то светящиеся палки, и тоже зашел в этот коридор. В коридоре, длиной метров пять, кроме висящих на стене светильников тоже ничего не было. Заканчивался коридор еще одной металлической дверью, слева от которой я опять увидел выдавленный силуэт ладони.

Вот только, в этот раз, после того, как Кави приложил свою ладонь, дверь не стала никуда отъезжать, а просто растворилась. Я от неожиданности протер глаза, но двери не было! Вот, только что она была, Кави прикладывает ладонь… хоп! — и вместо двери пустой проем, через который виден какой-то освещенный зал.

— Заходи! — требовательно произнес мой учитель и первым прошел в открывшееся помещение. Я последовал за ним и оказался в большом зале.

Странно, но мне показалось, что снаружи, по размерам, сооружение выглядело гораздо скромнее, чем внутри. Этот зал… М-да! Наверное, метров сто, не меньше, в длину и, наверное, столько же в ширину! Да у нас площадь всего замка, внутри замковых стен, примерно сопоставима с площадью этого зала!

По периметру зала, вдоль его стен, стояли стойки с оружием, и их было много, навскидку, не меньше сотни! И большинство видов оружия было мне абсолютно незнакомо, и даже его внешний вид казался странным и несуразным.

Кави веселым взглядом наблюдал за тем, как я разглядываю стойки с оружием, а потом, видимо, это ему надоело, он как-то странно щелкнул пальцами и между нами возник небольшой столик со стоящей на нем кружкой с какой-то жидкостью.

— Пей! — приказал Кави. — Все объяснения — потом.

Я сделал шаг к столику, взял кружку с неизвестной жидкостью какого-то странного зеленовато-голубоватого цвета, и поднес ее к лицу, но пить не стал, а сначала понюхал. Пахло… странно, но я отчетливо различил запах нескольких трав, которые иногда использовала матушка.

Увидев мои действия, мой наставник широко улыбнулся.

— Не боись, не отравлю! Пей смело!

Я посмотрел на него и подумал, что если бы он хотел меня убить, то мог бы это проделать уже давно, без таких ухищрений. Согласившись с этой мыслью, я большими глотками выхлебал содержимое кружки. Так учила делать моя мама, когда я хочу

поменьше чувствовать вкус напитка. К моему удивлению, вкус оказался… тоже странным, но не противным, а потом, послевкусием, я, наконец-то, понял, что означает это слово, я ощутил во рту вкус свежей земляники. От неожиданности я пошлепал губами, пытаясь продлить это ощущение вкуса.

Кави одобрительно кивнул и как только я поставил пустую кружку на столик, тот исчез.

Наставник вновь начал расхаживать передо мной взад-вперед, и я понял, что сейчас мне все объяснят. И оказался прав.

— То, что ты сейчас выпил, называется эликсиром памяти. Он даст тебе возможность полностью запоминать все, что я тебе покажу и расскажу. Потом останется только наработать правильные реакции тела — и все!

— Эм, учитель, — я опять поднял руку и, увидев его поощрительный кивок, продолжил: — А отрабатывать правильные реакции я буду сам, или под вашим присмотром?

— Сам! — остановившись, быстро ответил он, а потом усмехнулся. — Но под моим присмотром!

Он сделал паузу, подождав, не возникнут ли у меня еще вопросы, а потом возобновил свое движение передо мной.

— Я обещал тебя научить владеть любым клинковым оружием. Так вот, расскажи мне, какое клинковое оружие ты знаешь?

И он выжидательно уставился на меня, перестав ходить и остановившись напротив.

— Меч! — тут же выдал я, а потом задумался.

«Хм, а что еще можно назвать клинковым оружием? Вот меч, как бы, это было понятно сразу, а что еще? Ну, наверное, нож, о! — кинжал, еще, что еще? А! Как-то видел морского офицера, у нег на боку тоже кинжал висел, только не помню, как его называли. Ладно, скажу описательно! Что еще? Да, вроде все! А! А еще есть такое копье, у которого наконечник, как меч, только я не знаю, как оно называется. Ладно, тоже опишу, глядишь, мой учитель в курсе. Что еще? Вот теперь точно все, больше на ум ничего не приходит!»

— Э-э-э, нож, кинжал, потом, кинжал у морских офицеров…

— Кортик, — подсказал учитель.

— … да, кортик, — продолжил я, — потом, такое копье, у которого наконечник, как меч… — я вопросительно посмотрел на Кави.

— Протазан или пальма, — пояснил учитель, но это не клинковое оружие. — Смотри, — он опять двинулся вперед-назад. — Все оружие подразделяют на клинковое, древковое и метательное. Я тебе

расскажу о клинковом оружии, так как учить тебя буду именно обращению с ним. Итак.

Клинковое оружие — это холодное оружие, имеющее боевую часть в виде клинка (клинков), прочно и неподвижно соединенного с рукоятью. Клинковое оружие характеризуется тем, что поражающий элемент — клинок проникает в тело человека или животного. Мечи, топоры, ножи, копья, алебарды, шпаги и так далее. По длине различают клинки короткие — до 30 см, средние — от 30 до 50 см, длинные — свыше 50 см.

Он остановился напротив меня, внимательно посмотрел, потом кивнул каким-то своим мыслям и продолжил:

Боевой нож — древнейшее клинковое оружие колюще-режущего действия. Древнейшие ножи были каменными и преимущественно режущими. Позднее появились металлические — медные, бронзовые, железные и, наконец, стальные ножи, получившие колющее остриё. Ножи использовали и применяют до сих пор практически все народы

Кинжал — является колюще-режущим и рубяще-режущим оружием с коротким или средним двухлезвийным клинком. Форма клинка может быть как прямой, так и изогнутой. Таким образом, от ножа кинжал отличает не только рубящие свойства, но и исключительно боевое назначение. Изредка встречаются двухклинковые кинжалы

Стилет — колющее оружие с коротким или средним клинком, гранённым или круглого сечения. Подобное оружие применялось у разных народов и имело разное происхождение. Однако за счёт небольшого размера оно отличалось возможностью скрытого ношения, например, в виде заколки для волос.

Кортик — колющее оружие с коротким или средним узким клинком ромбического сечения. К данному типу относятся только кортики в прямом значении этого слова.

Меч — колющее и рубящее оружие с прямым средним или длинным двухлезвийным клинком. Древнейшие мечи были бронзовыми, однако в некоторых культурах известны костяные и деревянные мечи с каменными лезвиями, возможно, бывшие предшественниками металлических. Такое оружие совмещало свойства ножа и топора. В течение веков у некоторых мечей становились основными колющие функции, у других — рубящие. Это приводило к появлению новых типов мечей и другого клинкового оружия.

В свою очередь мечи подразделяются на следующие виды:

Двуручные мечи — это мечи, которые имеют длинный клинок, порядком полутора метров, и длинную рукоять. Воин сражался таким мечом, держа его двумя руками, поражая противника на дальней

дистанции. Применялись такие мечи в основном против конников и копейщиков. Перед основной большой крестовиной (со стороны лезвия), часть клинка не заточена и имеет небольшую гарду, которая отделяла ее от лезвия. Это делалось для того, чтобы при выполнении боевых приемов с двуручным мечом, воин мог делать широкий хват руками, если того требовала ситуация в сражении.

Полутораручные мечи — это мечи, которые считались наиболее универсальными представителями своего вида. То есть, при довольно приличной длине клинка (700 — 1000 мм) и рукоятью, величина которой составляла две, три ширины ладони, этим мечом можно было сражаться, как одной рукой, так и двумя. Полутораручные мечи являлись золотой серединой между длинными «полевыми монстрами» и слишком уж короткими мечами.

Одноручные мечи — это мечи, имеющие небольшую рукоять. Ладонь воина плотно ложилась между крестовиной и навершием. Длина такого меча обычно не превышала 700 миллиметров. Одноручные мечи были довольно маневренны и предназначались в основном для ближнего боя на узких улицах городов.

И наконец, короткие мечи, которые чаще всего служили вспомогательным оружием, когда нанесение ударов длинным мечом, могло стать лишь помехой в бою. В помещениях, такие мечи были незаменимы. Их общая длина с рукоятью не превышала 600

миллиметров. Вначале мечи делались именно такими, так как большую длину, ковать из бронзы, по понятным причинам, не имело смысла

Палаш — колющее и рубящее оружие с длинным прямым клинком, отличающееся от меча однолезвийностью. Это оружие первоначально получило распространение в коннице, для увеличения эффективности рукоять иногда была расположена под углом к оси клинка. Однако исторически палашом называли оружие, которое иногда было обоюдоострым или изогнутым, что, согласно современной типологии, неправильно.

Сабля — рубяще-режущее и колюще-режущее оружие с длинным изогнутым клинком с лезвием на «выпуклой» стороне. Появилась в результате модификации палаша — изгиб клинка придавал оружию режущие свойства, что увеличивало его эффективность.

Шашка — рубяще-режущее оружие с длинным слабоизогнутым однолезвийным клинком. С шашкой схожи по форме клинка, в частности, леппа, сикин, катана.

Шпага — колющее или колющее и рубящее оружие с длинным прямым однолезвийным или двухлезвийным трёх- или четырёх

гранным клинком и развитым эфесом. Появилась в результате увеличения колющих свойств меча. Кончар также является шпагой.

Рапира — колющее оружие с длинным прямым упругим клинком и, как правило, чашевидной гардой. В свою очередь, происходит от шпаги.

Тесак — рубяще-режущее и колюще-режущее оружие с широким средним однолезвийным клинком. Как правило, предназначен для нанесения преимущественно рубящих ударов, причём тесаки могут отличаться весьма разнообразной формой клинка. Тесак появился как производное от палаша или сабли: сломанный длинный клинок перековывали в более короткий толстый. Изначально тесак возник как нож крупных размеров, заменяющий топор. В частности, к тесакам можно отнести следующие виды оружия: фальшион, мачете, копие, махайра, фальката, паранг, кхукри, голок.

Ятаган — колющее и рубяще-режущее оружие с клинком, имеющим прямой, реже двойной изгиб, и заточку на внутренней стороне. Ширина клинка обычно была неизменной. Редко встречались ятаганы с расширением клинка к острию. Такая форма обеспечивала рубяще-режущее действие с «загребающим» эффектом. Как в случае с шашкой и кортиком, данный тип эквивалентен конкретному оружию.

Штык — колющее или колюще-режущее оружие, которое отличается тем, что крепится к дульной части ствола ручного огнестрельного оружия. Штыки могли быть различных форм, которые классифицируются так же, как остальное клинковое оружие.

— Все пока понятно? — закончив рассказ, обратился он ко мне. Я кивнул. А что там может быть непонятным?

Рассказывая об очередном виде клинкового оружия, он подходил к стойке с эти видом, доставал несколько штук и давал мне, чтобы я получше их разглядел и примерил к своей руке.

Неприятность случилась только когда он демонстрировал мне двуручник… Ну, как неприятность… Да и не неприятность это вовсе была! Так, фигня! Упал я, короче. Но не сам! В общем, я чего-то замешкался и не успел подойти к стойке с двуручниками. Мой учитель ждать не стал и, достав двуручник, несильно бросил его, рукоятью вперед, в мою сторону.

Я легко поймал его рукой за рукоять, и уже хотел было гордо выпятить грудь, гордясь своей ловкостью, вот только… меня унесло вслед за летящим мечом. Я успел сделать, наверное, шага четыре, прежде чем тело, вцепившееся в меч, обогнало безнадежно отставшие ноги, и я грохнулся на пол, но, что показательно, меч из руки я так и не выпустил.

— Понятно! — услышал я откуда-то сверху веселый голос учителя. — Сильный, но легкий! И еще пока глупый. Н-да, похоже, все будет несколько сложнее, чем я себе представлял!

Я лежал на полу, единственное, что я сделал, это перевернулся на спину, и тут же увидел улыбающееся, нет, даже скорее, щерящееся в улыбке лицо Кави.

— Ну, и долго ты лежать собрался?! Давай, поднимайся, — он сделал характерный жест рукой, — у нас еще много дел!

— Каких? — я недовольно скривился, поднимаясь и потирая бок, на который грохнулся.

— Ну, так будем с тобой учиться владеть клинковым оружием! — с доброжелательной улыбкой сообщил мне то, что я и так уже знал, Кави. Мне даже показалось, что это он так тонко надо мной издевается! Сделав вид, что ничего не понял, я нагнулся и поднял меч. Ну, как поднял… Приподнял за рукоять над полом и поставил на кончик. Тяжел, зараза!

Кави подошел ко мне, безо всякого усилия, одной рукой поднял меч и, подойдя к стойке, аккуратно вернул его на место.

— Значит так, — заявил он, оглядывая меня в который раз, — двуручник — это не твое! Пока, во всяком случае! Однако! — он поднял

указательный палец, — учиться им владеть ты все равно будешь!

И все! После этого он просто продолжил свой рассказ о клинковом оружии, а я старался не отставать от него, чтобы опять не попасть в неловкую ситуацию.

И вот, наконец, его рассказ окончен. Прозвучал завершающий логичный вопрос, и я вдруг осознал, что запомнил абсолютно все, что он говорил и могу повторить это вообще слово в слово! Да уж, вот это эликсир!

— Отлично! — радостно потер руки Кави. — А теперь давай посмотрим, что и кА ты усвоил, ну и к чему у тебя душа легла!

Я удивленно посмотрел на него.

«Интересно, это он, вообще, о чем сейчас?» — посетила меня мысль. Мой учитель, видимо, что-то разглядел в моем лице, потому что пояснил:

— Так как у тебя оружие уже есть, тебе только нужно научиться вызывать его в необходимой тебе форме, то именно этим мы и займемся! Да, прежде чем мы начнем, хочу кое на что обратить твое внимание. Итак, хотя твой Призрачный меч, пребывая в невидимом состоянии, способен рубить любой материал, это не всегда удобно. Например, если ты участвуешь в дуэли, или вокруг много народа…

Вообще, чем меньше ты будешь использовать свое оружие именно в невидимом состоянии, тем лучше!

— Почему? — я был поражен таким подходом.

— Дело в том, что человеческую зависть еще никто не отменил, да и иметь лишнюю возможность удивить своего противника — тоже лишним не будет! — пояснил он свою точку зрения. Немного подумав, я с ним согласился, кивнув.

— В таком случае, — опять пустился в объяснения он, — тебе сразу, при вызове, нужно определять, что твое оружие будет видимым. Это понятно?

Я опять кивнул.

— Ну, что ж, тогда приступим! — сказал он. — Я буду тебе называть, что я хочу видеть у тебя в руках, а ты будешь это вызывать, понятно?

Я кивнул еще раз.

— Нож! — сказал Кави.

Я представил себе один из показанных мне ножей, который удобней всех лежал в руке, и тут же ощутил тяжесть в правой руке.

— Где нож? — грозно сдвинув брови, задал вопрос учитель.

Глава 2.2

— А? — не понял я и машинально посмотрел на свою руку. В ней ничего не было, хотя вес ощущался.

«Вот же! — посетовал я. — А ведь Кави специально предупреждал, что нужно вызывать оружие именно видимым! М-да, косяк!»

Я представил, что вижу нож в своей руке, и он тут же появился.

Кави укоризненно покачал головой.

— Один совет, — прогудел он, — пока не спеши. Не нужно вызывать оружие быстро — нужно это делать правильно. Потом, когда потренируешься, скорость придет сама. Все ясно?

Я кивнул.

— Сабля! — отрывисто бросил мне учитель.

Я напрягся, зачем-то закрыв глаза, вспомнил, как она выглядит, отметил, что должна быть видимой… и призвал. Почувствовав в руке тяжесть, открыл глаза и увидел в руке саблю! Именно такую, как я и представлял себе.

«Интересно, — на фоне внутреннего ликования от успешного действия, меня посетила мысль, — а оружие всегда будет появляться в руке? Можно ли сделать так, чтобы оно появлялось, например, на поясе? И еще, после того, как я его вызвал, как долго оно будет здесь, со мной?»

Этот вопрос и задал своему учителю.

— Вопрос правильный, — он одобрительно посмотрел на меня. — Оружие будет появляться там, где ты его захочешь видеть, но… — он поднял руку с раскрытой ладонью, видимо, заметив вспыхнувшие от радости глаза, — здесь тоже не все так просто! — он превратил раскрытую ладонь в поднятый указательный палец. — Если ты сейчас пожелаешь, чтобы меч появился на твоем поясе, то… — и он демонстративно уставился на мой пояс.

— Что? — не понял я его взгляда.

— На что он будет крепиться, когда появится? — учитель выразительно поднял брови. Я опустил глаза и кроме штанов не увидел ничего.

— И что случится? — я решил уточнить этот вопрос, хотя кое-какие подозрения у меня имелись.

— Он упадет, — пожав плечами, подтвердил мои подозрения Кави.

— То есть, ты хочешь сказать, что мне нужно быть экипированным соответствующим образом?

— Конечно! — он опять пожал плечами. — Это же очевидно!

— Ладно! — согласился я. — А что со второй частью моего вопроса?

— Ну, тут все просто! — он махнул рукой. — Это оружие будет с тобой до тех пор, пока ты его не отзовешь или не развеешь, что суть одно и то же. А пока ты его не развеял, это оружие будет вести себя так же, как и любое другое простое оружие, единственное исключение — взять его в руки другой разумный сможет только с твоего позволения. А так — никаких отличий!

Я покивал в знак того, что понял и вдруг услышал:

— Меч!

Уже поняв, что и как нужно, не спеша повторил все действия, вызвав на этот раз меч. Удовлетворенный результатом учитель, радостно покивал головой и…

— Кортик!..

Тренировка продолжалась долго, до тех пор, пока я не стал призывать нужный вид оружия быстро и без ошибок. Наконец, Кави

произнес:

— Все, закончили!

Я облегченно вздохнул Не то, чтобы я устал, просто надоело уже. Одно и то же! Меч! Сабля! Кинжал! Штык! Рапира! Тьфу, ну сколько можно?! И ведь занимались мы этим довольно долго, но вот, к моему удивлению, усталости я совсем не чувствовал! Состояние было такое, как будто только-только встал после крепкого продолжительного сна! Это наблюдение меня несколько взволновало, и я поспешил поделиться своими наблюдениями с наставником.

— Ну так, ты же сейчас спишь? — неподдельно удивился он. — Если ты и во сне уставать будешь, то когда же тогда отдыхать? И, главное, ка к?

Я, честно говоря, не очень разобрался, о чем это он сейчас, и как я могу одновременно спать в своей кровати и вот здесь, на какой-то планете, под названием Полигон, отрабатывать вызов оружия, но решил пока не вдаваться в подробности, а пока есть время, побольше выучить, ведь время моего сна ограничено!

— Хорошо, — согласился я, но потом признался:

— Я не все понял, но меня сейчас интересует вопрос — когда ты начнешь обучать меня драться на мечах?!

— О, как! — по-моему, мой учитель был неприятно поражен. — Во-первых, я тебя буду учить сражаться, а драться пусть тебя пьянь и хулиганье из подворотни учит, а, во-вторых, не мечом, а любым клинковым оружием! Уяснил?!

Он был настолько зол и страшен в своей злости, что я не нашел сил, чтобы ему ответить, а просто кивнул.

— Ладно! — бросил он, успокаиваясь. — Сейчас и начнем.

Он сделал несколько шагов, оказавшись у меня за спиной, причем, так близко, что я слышал его дыхание. Он положил мне руки на плечи и внезапно вокруг нас появился молочно-белый купол, отрезавший нас от остального зала.

— Спокойно! — рыкнул Кави, видимо почувствовав, как я напрягся.

— Это мой купол духа!

— Чего? — не удержался я от вопроса.

— Купол духа! — повторил, непонятное мне словосочетание, Кави.

— Ай, не думай! Тебе это не нужно! Главное для тебя заключается в том, что с ним твое обучение пойдет быстрее!

Он помолчал и, не дождавшись новых вопросов, бросил:

— Итак, начали!

И вдруг, к моему великому изумлению, в моей руке появился меч, а мое тело начало двигаться, помимо моей воли, как будто им управлял кто-то, помимо меня! Хотя, почему как будто?! Им и управляли, правда, делал это мой учитель! Я напрягся, пытаясь вернуть себе контроль над телом, но тут же все прекратилось, меч из руки исчез, и я услышал над своим ухом недовольный голос Кави:

— Я не понял, ты хочешь чему-нибудь научиться?!

Я, молча, кивнул головой.

— Ну, тогда не мешай мне учить твое тело двигаться! Расслабься и дай своему телу возможность двигаться без подключения к этому действию твоего мозга, а то, пока ты будешь раздумывать, тебя уже несколько раз убьют! Понятно?

Я опять кивнул головой.

— Отлично! — рыкнул у меня над ухом мой наставник, а потом, сменив гнев на милость, пояснил: — Потом, когда твое тело научится правильно реагировать на угрозу, ты начнешь подключать и свои мозги. Не спеши, все у тебя будет.

И мое тело снова начало двигаться без моего участия. Правда, нужно сказать, что все свои действия Кави пояснял, то есть, вставая в какую-то стойку, он пояснял, что это за стойка, и, хотя я мог видеть.

что сжимаю в руке, для какого она оружия и против чего она нацелена. Так же он поступал и с различными движениями и даже с сериями движений, которые называл связками.

Он повторял их моим телом по несколько раз каждый элемент, каждый раз повторяя свои объяснения.

Через некоторое время купол, окружающий нас, исчез.

— Все? — я был немного разочарован быстротой обучения.

— Ну, что ты! — усмехнулся Кави. — Мы только-только начали, просто я хочу посмотреть, что и как ты усвоил. После мы продолжим, но, возможно, в процесс обучения придется вносить коррективы.

— Почему? — заинтересовался я.

— Чтобы улучшить процесс учебы! — отрезал он. — Меч!

Уже чисто машинально, услышав приказ, я призвал меч, который через мгновение и оказался в моей руке. Я посмотрел, что же у меня лежало в руке. А призвал я, оказывается, одноручный меч, с длиной клинка сантиметров шестьдесят — семьдесят и шириной сантиметров пять, прямой, узкий, на конце очень тонкий и острый, которым можно не только рубить, хотя заточена была только одна сторона, но и

колоть.

Мне меч понравился! Во всяком случае, внешний вид, так точно! Плюс ко всему, он был не тяжелым, и я вполне мог им орудовать.

— Ну что, налюбовался мечом, кадет? — мой учитель смотрел на меня с явной усмешкой, — А теперь… — он сделал паузу, а потом повелительно рявкнул:

— В позицию!

Я от удивления открыл рот, а вот мое тело начало двигаться самостоятельно и приняло какую-то стойку. Я с удивлением оглядел положение, которое заняло мое тело. А удивляться было чему — меч оказался внизу и сзади, левая нога далеко выставлена вперед, корпус и голова были полностью открыты.

Я вопросительно посмотрел на учителя. Тот одобрительно покивал головой.

— Отлично! — похвалил он… мое тело, которое двигалось отдельно от мозга. — А теперь…

А дальше, какое-то время я слушал его команды, которые отдавались, вроде бы, на понятном мне языке, вот только я ни фига не понимал, что это обозначает, А вот мое тело, оказывается, отлично понимало, о чем это мой учитель толкует! Поэтому, я бросил задумываться над его командами и сосредоточился на том, что

пытался запомнить стойки, движения и их последовательность уже подключив к этому процессу свой разум.

Через некоторое время я стал замечать, что у меня получается уже осмысливать то, как и куда двигается мое тело и понимать, для чего нужно то или иное движение.

И только я начал входить во вкус, как Кави скомандовал:

— Все! Меч — убрать!

Я опять, чисто машинально, не успев задуматься «а на фига, собственно?» отозвал меч и только после этого, осознав свои действия, вопросительно уставился на наставника.

— Ну, что я могу сказать, кадет? — учитель глядел на меня с одобрением. — Пока все даже лучше, чем я ожидал! Никаких изменений вносить не будем! Продолжаем!

Он вновь переместился мне за спину, положил руки мне на плечи, и нас снова отрезал от зала молочно-белый купол.

В этот раз я, не вмешиваясь в процесс обучения, пытался наблюдать, что и как делает мое тело, запомнить последовательность его движений и понять их логику, то есть, зачем и почему. Я даже не заметил, когда у меня худо-бедно это стало получаться, так был увлечен этим занятием.

Вернула обратно в действительность, резкая команда:

— Шпагу убрать!

И опять я выполнил эту команду раньше, чем смог ее осмыслить.

— Ну, что, кадет, — радостно осклабился Кави, — сейчас посмотрим, чему ты смог научиться в этот раз!

И вновь началось! Какие-то, правда, теперь уже отдаленно знакомые команды и в ответ на них, движение тела. Я опять пытался запоминать и анализировать.

— Закончили! Оружие — убрать! — проревел мой наставник, я развеял оружие и вопросительно посмотрел на него.

— Кадет! — обрадовал меня учитель. — Если так пойдет и дальше, то скоро мы закончим!

— И что? — поинтересовался я саркастическим тоном. — После этого я проснусь в своей постельке?

— Конечно! — ухмыльнулся Кави. — Но не сразу!

— Это как? — а вот теперь я действительно удивился.

— Не забивай себе голову, кадет! — услышал я в ответ. — Придет время, и ты все узнаешь!

— Узнаю, что? — я упрямо хотел получить ответ прямо сейчас.

— Все, что тебе нужно будет знать, ты узнаешь в свое время! — отрезал наставник и опять оказался у меня за спиной.

Вот, как у него так получается? Вроде бы не спешит, делает несколько шагов, но вот все это происходит настолько быстро, что я даже не успеваю ему вслед повернуть голову! Все, опять его руки на моих плечах, опять молочно-белый купол и странные и непривычные движения тела.

После завершения обучения — опять проверка, которую я, судя по всему, благополучно прошел

— Ну что, кадет, — с довольным выражением лица проговорил мой наставник, — теперь ты знаешь о владении клинковым оружием столько же, сколько и я! Я научил тебя всему, что знал.

Я молча смотрел на него, хотя в душе я ликовал!

«Ну, наконец-то! Я теперь все знаю и проснусь мастером! Да, что там мастером — великим мастером! Потому что уровень знаний моего учителя явно превосходил уровень знаний учителей в моем мире! Да мне не будет равных! Ну, все, кто меня обижал… Ну, держитесь!»

Видимо, я все-таки не удержался и улыбнулся, потому что вдруг услышал:

— Ты улыбаешься — это хорошо! Только вот, не расскажешь своему учителю, чему ты так радуешься?

— Э-э-э… — я отвлекся от мечтаний и попытался быстро придумать какой-нибудь удобоваримый ответ. — Ну, я радуюсь, что проснусь в своей кровати и притом, уже мастером! — решил я озвучить этакую полуправду. — А, кстати, — я решил сменить тему, — мы же закончили обучение? — я подозрительно посмотрел на Кави.

Он кивнул, чему-то улыбаясь и разглядывая меня с непонятным интересом.

— А почему я тогда все еще здесь, а не в своей кроватке? — я решил прояснить ситуацию.

К моему удивлению, Кави, вместо ответа, просто захохотал. Он хохотал, да нет, он ржал настолько заразительно, что я, против воли, тоже начал подхихикивать.

— М-да, — отсмеявшись и утирая выступившие от смеха слезы, покачал головой наставник. — А ты, как я посмотрю, быстрый!

Но почему-то это прозвучало не как похвала, а как-то укоризненно, что ли. Как будто я, как говорится, бегу впереди лошади!

«Ладно, чего гадать, — решил я, — все равно скоро узнаю! Кави не преминет ткнуть меня моськой, поэтому нужно просто набраться терпения!»

И, как выяснилось, это была здравая мысль!

Не дождавшись от меня никакого возражения, он решил пояснить ситуацию.

— Понимаешь, кадет, — каким-то приторно-благожелательным тоном начал свои разъяснения учитель. Тон был настолько неестественен для него, что я невольно заподозрил какой-то подвох. — То, что я тебе показал, ты сейчас знаешь, но не умеешь! А вот для того, чтобы ты начал и уметь, для этого тебе необходимо будет кое-что сделать!

«Вот так и знал! — взвыло во мне шестое чувство. — А я ведь предполагал, что будет не все так просто! Вот теперь придется соглашаться сделать это «кое-что», а то, чувствую, домой я не попаду! А я уже начал скучать по маме с папой!»

— Ну, и что теперь я должен сделать? — осторожно задал я вопрос.

Кави внимательно и очень серьезно посмотрел на меня, потом махнул рукой и сказал:

— Пойдем!

Мы с ним вышли из здания, в котором располагался этот тренировочный зал, на площадь. Дойдя примерно до середины, мой наставник остановился и, подозвав меня, указал мне на виднеющуюся вдалеке башню.

— Видишь? — спросил он.

— Башню? — уточнил я.

— Ну, вот, — учитель явно почувствовал облегчение. — Тебе туда.

— Куда? — опять не понял я.

— В башню! — пояснил Кави.

— Зачем? — не, вы не подумайте, я не тупой, просто я люблю ясность, а тут сплошные непонятки!

Мой учитель тяжело вздохнул и пробормотал, как бы про себя, но я услышал.

— И чего ж ты такой дотошный то?!

А потом добавил уже громко:

— Пошли, покажу, а то ты меня своими вопросами замучаешь!

И пошел опять в сторону здания с залом. Я последовал за ним.

Вот только мы не пошли ко входной двери, а обогнули здание слева и вышли к его обратной стороне. Там тоже была дверь, но сделанная из непонятного материала желтого цвета, и она вся была расписана какими-то значками, отдаленно похожими на руны. Но, сколько я их ни разглядывал, ничего знакомого я не нашел.

— Все, налюбовался? — полюбопытствовал он, заметив, что я оторвал взгляд от двери и начал осматривать здание. — Готов слушать дальше?

Я кивнул.

— Так вот, — с абсолютно серьезной миной начал свои объяснения Кави. — Чтобы тебе вернуться домой, тебе необходимо войти вот в эту дверь! — учитель замолчал и махнул рукой в сторону желтой дверки.

— В чем подвох? — осведомился я.

— Чтобы в нее войти, тебе нужен ключ, — пояснил он.

— Дай-ка догадаюсь! — я усмехнулся и посмотрел на него. — А ключ лежит в башне, я прав?

— Да! — не стал отрицать очевидное мой наставник.

— В чем подвох? — подозрения, что все не так просто, вспыхнули во мне с новой силой.

— Да, нет подвоха, кадет! Тебе нужно дойти до башни и взять ключ. Потом вернуться, открыть этим ключом дверь и… проснуться в своей постельке!

— Что, вот так просто? — не поверил ему я.

Он посмотрел на меня и слегка качнул головой.

— Не просто, — возразил он, — но по-другому ты домой не попадешь.

— Это как? Ведь ночь когда-нибудь закончится! — возразил ему я.

— Понимаешь, кадет, в этом месте время, по отношению ко всем известным мирам, течет, как бы, перпендикулярно и для тебя, спящего, пока ты здесь учишься, оно не двигается. А начнет свое движение только тогда, когда ты покинешь это пространство. Так что, ты можешь здесь находиться тысячи лет, а там, для тебя, все еще будет эта ночь.

Когда эти слова дошли до моего сознания, я чуть было не впал в отчаяние. Помогло только знание, что взяв ключ, я все-таки вернусь домой!

— Хорошо! — после продолжительного молчания согласился я с неизбежным. — Показывай, где там эта башня и расскажи, хотя бы вкратце, что меня там ждет.

Глава 3.1

Мой наставник молчал долго. Так долго, что я уже начал склоняться к мысли, что он мне не ответит, но он, тяжело вздохнув, махнул рукой.

— А! Все равно, ты все увидишь! Короче, тебе нужно дойти до башни. Как ты сам понимаешь, простой прогулки у тебя не получится, а потому, готовься применять все, чему я тебя учил. В башне ты должен найти ключ. Ключом здесь служит кристалл, примерно, вот такого размера, — он развел пальцы руки сантиметров на десять, — насыщенного темно-синего цвета. Тебе нужно его взять и вернуться сюда.

Он замолчал, а я просто кивнул в знак того, что понял.

— Да, и еще, — он вдруг наклонился к самому моему уху и тихонько прошептал: — Совет тебе дам, кадет! — он воровато

огляделся по сторонам. — Первое — безопасных мест там не будет, от слова вообще. Во всяком случае, пока не возьмешь кристалл. И второе — никому и ничему не верь, прислушивайся к своей интуиции. Запомни, даже твои глаза могут тебя подвести — там не все обстоит так, как выглядит!

— То есть, — так же шепотом решил уточнить я, — когда я возьму кристалл…

— Вот тогда можешь возвращаться прогулочным шагом! — подхватил мой наставник уже нормальным голосом.

— Слушай, — меня съедало любопытство, — а чего ты шептал-то?

— Ну как же? — возмутился он моей непонятливостью. — Я же давал тебе советы, так?

Я кивнул.

— А чтобы ты к ним прислушался, а не пропустил мимо ушей, как случилось бы, если бы я тебе их просто сказал, я и подпустил немного таинственности! — Кави залихватски подмигнул мне и осклабился. — Пойдем, я тебя отведу туда, откуда ты начнешь свое занимательное путешествие!

И, приобняв меня за плечо, он буквально поволок меня к краю двора, больше похожего на маленькую площадь.

— Вот! — гордо произнес он, остановившись на последнем ряду плиток, которыми был выложен двор и кивнул на тропинку, которая начиналась прямо у его ног и убегала в сторону виднеющейся башни. — Отсюда ты и начнешь, кадет! Ну, пожелаю тебе успеха, хотя… А, ну ладно! — он махнул рукой. — Короче, я тебя здесь подожду!

Он чуть отошел в сторону, как-то по-особому щелкнул пальцами, и рядом с ним возникло кресло, на мой взгляд, очень удобное, и небольшой столик с нехилым количеством бутылок различных форм и размеров, с яркими рисунками на них.

Плюхнувшись в кресло и вытянув ноги, с видом безмерно уставшего человека, он потянулся к бутылке, но вдруг оглянулся, увидел, что я стою там, где он меня оставил, и смотрю на него, нахмурился и прорычал:

— Кадет, тебе не завидовать мне надо, а идти и добывать кристалл, если ты, конечно, желаешь вернуться домой! Если нет, то давай, присоединяйся! Я, по младости твоих лет, угощу тебя соком каким-нибудь, или еще чем, что у нас там бывает безалкагольным?

Я перестал пялиться на столик с разноцветными бутылками и, шагнув на тропинку, посмотрел вперед, чтобы понять, что меня ждет.

Нет, так-то я и раньше видел, куда ведет тропинка, но подробно не рассматривал, а вот сейчас решил, что уже пора.

Итак, тропинка шла не по прямой, а петляла из стороны в сторону, как пьяный подмастерье. Видна она была метров на двести, а потом скрывалась в лесу. До леса от нее отходили по разные стороны еще с десяток тропинок, но все они вели в лес, только в разные его места.

А вот лес был каким-то странным. В чем заключалась эта странность я пока не понял, поэтому сделал десятка полтора шагов, решив подойти поближе, чтобы получше рассмотреть детали и понять, что с ним не так.

Я стоял и рассматривал лес, когда услышал за спиной немного насмешливый голос.

— Эй, кадет! — я обернулся и увидел ухмыляющегося Кави с бокалом в руках. В бокале была какая-то жидкость темно-красного цвета. Он отсалютовал мне своим бокалом, жидкость плеснула по стенкам. — Если ты будешь так стоять, то очень скоро сдохнешь!

— Что? — не понял я, но, увидев изменившееся лицо наставника, быстро обернулся.

Все, что я успел — это услышать свист разрезаемого воздуха и почувствовать дикую боль в области шеи.

Если вам говорят, что отрубать голову — это не больно, не верьте! Либо вам просто нагло врут, либо это говорит тот, кому голову никогда не отрубали!

Я открыл глаза и обнаружил, что лежу на плитах, очень похожих на те, которыми был вымощен двор моего учителя. Шея если и болела, то не сильно.

— Эй, кадет! — услышал я недовольный голос Кави. — И долго ты еще отдыхать собрался? Или тебе домой не нужно?

Я поднялся, оглядел двор. Тут ничего не изменилось, даже учитель сидел на том же месте с тем же бокалом с темно-красной жидкостью. Я схватился рукой за горло, даже покрутил для верности шеей — вроде, все на месте. Но как? Судя по всему, меня ведь убили?! Я помню, что мне было очень больно…

— Ну, чего застыл? — наставник смотрел на меня с ехидной улыбкой. — Ты даже десяток метров не прошел, как уже сдох! Не подводи меня! А то я могу подумать, что плохо тебя учил! Давай, давай, вперед! Марш, марш!

И он так энергично махнул рукой с бокалом, что часть жидкости даже выплеснулась из него.

Я, увидев его раздраженное состояние, плюнул на свои вопросы и вновь шагнул на тропинку. Призвав в руку меч, я осторожно двинулсяк лесу, внимательно оглядывая всю местность впереди меня. Мне удалось пройти, наверное, пол пути до леса, когда я вдруг услышал сзади тихое поскрипывание, как будто твердая кожа трется о такую же твердую кожу.

Я, резко развернувшись, увидел абсолютно черные глаза, услышал свист разрезаемого воздуха и почувствовал дикую боль в области шеи.

* * *

— Ты долго там валяться будешь?!

Я еще не успел открыть глаза, как услышал недовольный голос наставника.

— Ты даже до леса дойти не можешь! Кадет, вот скажи, нафига я тебя учил и тратил свое время, если ты ничем из того, что я тебе преподал, пользоваться не желаешь?

Я рывком поднялся, пощупал горло, покрутил туда-сюда головой, убедился, что там у меня все нормально и, стиснув зубы, чтобы не брякнуть что-нибудь обидное, опять двинулся по тропе.

В этот раз я прошел всего метров двадцать, как земля около тропинки зашевелилась и поползла, обнажая вырытое и накрытое слоем земли небольшое убежище, рассчитанное на одного человека, и оттуда буквально выскочил какой-то, по-видимому, воин с кривой саблей и молча бросился на меня.

Доспехов на нем не было, как и на мне, но это могло означать лишь то, что они ему не нужны, поэтому расслабляться не стоило.

Я машинально, как учил Кави, принял стойку, которую он называл «небенхуд», мечом назад и далеко выставив левую ногу. Видимо, нападавший решил, что это отличная цель, поэтому махнул своей саблей именно в направлении моей выставленной ноги.

Я, движением своего меча снизу вверх, поймал его клинок, дал ему опуститься до гарды моего меча и потом резким движением вперед, уколом, пробил напавшему на меня горло. Он остановился, меч выпал из его руки, он поднял свои руки к горлу, как будто хотел руками закрыть рану от моего меча, но тут кровь хлынула из раны на горле и почему-то изо рта, и он просто рухнул поперек тропинки.

Я потоптался перед ним, решая, что же мне делать дальше. Я первый раз убил человека, но почему-то вообще ничего не чувствовал, как будто комара прихлопнул. Мне казалось это неправильным, ведь я слышал рассказы, как людей, даже воинов, корежило после первого убийства, а у меня — ничего! То есть, вообще ничего! Типа, ну, убил и убил, делов то!

Постояв и поняв, что никакой реакции от своего организма я не дождусь, я решил двигаться дальше, ведь необходимость дойти до башни и забрать кристалл никто не отменял!

Я занес ногу, чтобы перешагнуть через тело неудачника, напавшего на меня, когда услышал сзади тихое поскрипывание. Я даже не успел повернуть голову, как опять услышал свист разрезаемого воздуха и уже привычно ощутил очень сильную боль в шее.

«Как же так?» — только и успел подумать я.

* * *

— Ты меня разочаровываешь, кадет! — услышал я голос Кави, который потихоньку уже начал ненавидеть. — Конечно, в этот раз у тебя кое-что получилось, но, кадет, я же тебя предупреждал, чтобы ты прислушивался к своей интуиции! А что делаешь ты? Ты прешь вперед, как разъяренный бык, ни на что не обращая внимания! Я тебя огорчу, кадет, — так ты, пожалуй, домой не попадешь никогда!

Я молча поднялся, традиционно проверил целостность горла и не только покрутил головой, но и понаклонял ее то к левому, то к правому плечу, зло зыркнул на Кави, налившего в свой бокал жидкость другого цвета, и, максимально собравшись, опять ступил на тропинку…

В этот раз передо мной оказались два противника, тоже без доспехов, тоже с мечами, как и я, только с полуторниками. Они вышли

из леса и как-то очень быстро сократили расстояние. Я встретил их в стойке, которую наставник называл стойкой Виллардита, когда ноги стоят практически параллельно, одна нога чуть отставлена назад и приподнята в пятке. Правая рука с мечом поднята и согнута в локте.

Прелесть этой стойки, как утверждал учитель, в том, что она позволяет и нападать и защищаться, поэтому противнику сложно будет понять, что я собираюсь сделать.

Эти воины подошли почти одновременно. Один из них, он был в каком-то зеленом жакете и, по-моему, был чуть повыше своего товарища, чуть вырвался вперед, одновременно занося свой меч для мощного удара сверху.

Я сделал небольшой шаг вперед и в сторону, сокращая дистанцию и сбивая его удар, одновременно проводя свой удар мечом наискось от его левой ключицы до живота.

Его меч свистнул рядом, чуть правее меня, и воткнулся в землю, а сам он заорал и схватился руками за живот. Я увидел, как алая полоса на его животе, прочерченная моим мечом, как бы нехотя расходится, превращаясь в косой разрез из которого хлынула кровь и полезло что-то на вид сизое, склизкое и неприглядное.

«Наверное, кишки,» — предположил я, но рассматривать времени не было, потому что второй напавший уже с криком опускал свой меч

на мою голову.

М-да! Прав был Кави, очень хорошая стойка, удобная! Из нее очень легко двигаться! Вот я и сделал шаг в сторону и шаг назад, вернул меч чуть вперед и вверх, согнув руку в локте, но не стал атаковать промахнувшегося врага, посчитав, что это может быть ловушкой. Возможно я зря перестраховывался, но опыта у меня пока маловато, поэтому я решил с атакой повременить.

Кстати, возможно, это было правильно, потому что мой враг не провалился за мечом, после промаха, а быстро и технично вернул его в исходную позицию. Теперь он стоял напротив меня в атакующей стойке — его правая нога была выставлена вперед, меч, в согнутой в локте правой руке, приподнят и острием направлен мне в голову.

Практически сразу последовала атака мечом сверху. Я сделал длинный шаг влево, пропуская его меч рядом с собой и оказавшись напротив его выставленной ноги, в, так называемой, мертвой зоне, и попытался в свою очередь атаковать, но он, увидев мой маневр, быстро сменил позицию, сделав шаг назад, и моя атака тоже не достигла цели.

Мы оба вернулись к исходным позициям, он — к атакующей, а я к этакой универсальной, из которой с одинаковым успехом можно и атаковать, и защищаться.

Пауза была недолгой, я только успел бросить один быстрый взгляд на своего противника и подивиться его ушам, расположенным почему-то сверху головы, как он вновь атаковал. Я опять сделал шаг вправо, и вновь попытался его атаковать, и все повторилось — мы опять замерли друг против друга в исходных стойках.

М-да, нужно было срочно менять стиль боя, а то опыта у меня, можно сказать, что и нет, и в длительном противостоянии он меня точно ухайдакает. Видимо, моего противника тоже посещали подобные мысли, потому что он в этот раз ударил мечом не вертикально, а горизонтально, примерно на уровне груди.

Я просто отпрыгнул, разрывая дистанцию и уходя от удара. М-да! Прыгать от таких ударов, конечно, можно, но бой так мне не выиграть. Нужно что-то придумать.

Между тем, мой противник снова приблизился и опять махнул мечом горизонтально. Я, так пока ничего и не придумав, опять отскочил назад. Подставлять под его удар свой меч я не рискнул. А вот следующий удар он нанес по-другому. Я бы даже сказал, что это был не удар, а выпад! Он попытался нанизать меня на острие своего полуторника!

Я сделал шаг вправо, одновременно с его выпадом, и сделал ответный выпад со своей стороны. Мой противник явно не успевал

вернуть свой меч, чтобы защитится, хотя и попытался это сделать.

Он не успел совсем чуть-чуть, можно сказать, ему не хватило какого-то мгновения! Но он не успел! Мой меч, видимо, попутно ломая ему ребра, с противным хрустом вошел в грудину. Меч выпал из его руки и он обеими руками схватился за клинок моего меча, торчащий из его груди. Что он хотел сделать, я не понял, но глаза его закатились, в уголке рта появилась тонкая кровавая дорожка, его колени подогнулись и он опустился сначала на них, а потом вообще завалился набок.

Я нагнулся, чтобы вытащить меч из его тела, когда услышал за спиной знакомое негромкое поскрипывание.

Я даже не успел что-либо сообразить, а тело начало двигаться само. Я, не разгибаясь, кувырком ушел вперед, а потом, сразу же откатился в сторону, и только после этого рывком поднялся на ноги.

Что характерно, во время этих акробатических трюков, меча у меня в руке не было! Как впрочем, и в трупе того незадачливого мечника. Судя по всему, я его успел развеять, и вот теперь, стоя, наконец, лицом клицу с тем, что меня все время резал со спины…

О! Поправочка! Не резал, а резали — их, оказывается, было двое! Так вот, я уже даже не задумываясь, призвал свой меч. Ощутив в руке

привычную тяжесть, я пару раз взмахнул им и опять встал в стойку «небенхут», поджидая очередных врагов.

Вообще, приближающиеся ко мне ребята, любители нападать со спины, были странными. Одеты они были в длинные, красные, расшитые золотыми, ну, или под золото, нитями, халаты из-под которых виднелись какие-то черные штаны, заправленные в сапоги, у которых мыски были загнуты вверх.

На головах у них были какие-то не то шапочки, не то повязки, лица закрыты повязками, оставляя открытыми только глаза, кстати, черные, сейчас я это разглядел уже отчетливо. В руках у обоих были не мечи, а какие-то странные шпаги, судя по внешнему виду и по тому, как они их держали, довольно тяжелые и длинные, где-то на треть длиннее моего меча.

Они не спеша приблизились, расходясь по сторонам, очевидно, желая напасть сразу с двух сторон, что, можно сказать, гарантировало им победу. Допустить это я не мог, поэтому, выбрав одного из них, провел против него быструю атаку, простым прямым выпадом.

Моя атака не вызвала у него затруднений и он легко, я бы даже сказал элегантно, увел своей шпагой мой меч в сторону, после чего

сразу же атаковал тоже прямым выпадом, целя мне в грудь, в надежде, что я не успею вернуть назад меч, чтобы защититься.

Ну, я и не успел, вот только подозревая, что он может предпринять нечто подобное, был готов и, резко повернувшись боком, пропустил его клинок рядом с грудью. М-да! Он был близок, очень близок! Его клинок вспорол ткань моей куртки, а я, в ответ, ухитрился воткнуть ему свой меч между ребер.

Я успел заметить, как его глаза стали стекленеть, но в этот раз я не услышал знакомый свист рассекаемого воздуха, а почувствовал сильнейшую боль в груди. Ее как будто рвало на части! Скосив глаза, я увидел кончик шпаги, торчащий из моей груди.

«Я совсем забыл про второго!» — успела мелькнуть запоздалая мысль, прежде чем я опять, в очередной раз, умер.

Глава 3.2

* * *

— Кадет, я вот не пойму, ты — дебил?! — услышал я возмущенный голос наставника, еще до того, как открыл глаза. — Ты что, не видел, что эти два придурка со шпагами?!

Я лежал молча, даже не собираясь ему отвечать, да и, по-моему, мой ответ был ему не нужен.

— Давай, давай, поднимайся! — Кави устал ждать моей реакции на свои слова и решил показать, что он в курсе, что я уже пришел в себя.

Я понял, что в этот раз мне от нравоучений не отвертеться, поэтому быстро поднялся на ноги и посмотрел на учителя. Он все еще сидел за столиком, только цвет жидкости в бокале поменялся на синий.

«Интересно, он выбирает цветовую гамму напитков по какому-то принципу, или пьет так, как придется?» — мелькнула у меня мысль. Мелькнула и тут же пропала, задавленная здравым смыслом. Не хватало еще задать ему этот вопрос!

— Давай, подходи, не бойся, уходи — не плачь! — он энергично махнул мне рукой.

Я подошел к нему, терзаемый мрачными предчувствиями, и не ошибся. Кави явно был не в духе.

— Я так и не услышал, ты видел, что твои оппоненты были вооружены тяжелыми шпагами, или ты в это время витал в своих эротических фантазиях? — он с любопытством смотрел на меня.

— Где витал? — решил уточнить я.

Вообще-то, его речь я понял, так сказать, по наитию, потому что несколько слов были мне неизвестны, и пришлось просто догадываться об их значении просто по общему смыслу.

— А! — махнул он рукой. — Не о том думаешь! — потом отпил синей жидкости из бокала и посмотрел на меня.

— Ну? — поторопил он. — Я все же надеюсь услышать ответ!

— Ну, видел! — коротко ответил я.

— А скажи мне, кадет, ты для чего призвал именно меч? Чтобы легче было самоубиться? — как бы удивился мой наставник.

— И ничего я не призывал, он у меня остался еще после первой пары! — пояснил я.

— Трындишь, кадет! Меня не обманешь, смотри! — и наставник кивнул подбородком куда-то вперед.

Недоумевая про себя, я перевел взгляд туда, куда указал учитель и…

М-да! Хорошо, что Кави в этот момент на меня не смотрел, потому как подозреваю, что, с выпученными глазами и отвисшей челюстью, видок у меня был еще тот! А все потому, что прямо в воздухе развернулась картина моего недавнего боя, причем даже со звуком.

Вот я сражаюсь с первой парой, вот я протыкаю второго, он заваливается набок, утаскивая за собой мой меч, вот я нагибаюсь, чтобы его вытащить, и тут у меня за спиной появляются эти двое… со шпагами.

Вот я, так и не вытащив свой меч из тела поверженного врага, срываюсь в кувырок, вот откатываюсь в сторону… Хлоп! Картинка замерла.

Я, уже не обращая внимания на некую сказочность представившейся возможности, вовсю следил за своими действиями, отмечая удачные действия и не оставляя без внимания допущенные ошибки. Должен признаться, очень наглядно получилось, в плане разбора собственных ошибок.

— Ты чего замер? — учитель удивленно смотрел на меня, а я, невидящим взглядом, пялился на замершую картинку и пытался понять, можно ли было убить второго раньше, уже после его второй атаки сверху?

Я перестал раздумывать над этим вопросом и посмотрел на Кави. Тот, уловив мой взгляд, ухмыльнулся и ехидным голосом сказал:

— А теперь, кадет, задача на сто миллионов! — он сделал небольшую паузу, явно наслаждаясь моментом. — Найди на этой картинке свой меч!

Мне не нужно было его искать, я и так знал, что его нет, что я его развеял, а потом снова призвал, поэтому я, на всякий случай, еще раз поглядел на недавно убитого мной человека, так и лежащего, скрючившись, на боку, а потом перевел взгляд на наставника.

— Ну, и что дальше? — угрюмо задал я ему вопрос, понимая, что ничего хорошего в ответ не услышу!

— Кадет, или ты во время этого боя вообще мало что соображал, поэтому не запомнил этот момент, либо ты сознательно пытался меня обмануть! Если это так, то советую больше так не делать, а то результат может очень сильно тебе не понравиться, понял?

Я принял к сведению и кивнул головой.

«Я еще не идиот, пытаться тебя обмануть, когда у тебя такие возможности! Я-то думал, что ты вообще не смотришь за тем, что происходит, а тут, оказывается, есть такое… такое… Ну, ва-аще!»

Наставник опять глотнул из бокала и осведомился:

— Ну, может, ты уже, наконец, расскажешь мне, почему ты, видя, что сражаться тебе придется против вооруженных тяжелой шпагой, призвал именно меч? Чем ты руководствовался?

И он с любопытством уставился на меня.

Я пожал плечами.

«А действительно, почему? Я ведь даже не подумал, что можно призвать не меч, а, допустим, тоже шпагу… Привычка, что ли?»

— Не знаю, — честно признался я. — Наверное, по привычке.

Учитель усмехнулся, но как-то грустно, а не зло.

— Я заметил, — сказал он уже обычным тоном, — что из всего клинкового оружия больше всего тебе понравилось работать именно с мечом, но это не всегда оправдано. Вот в данном случае, например, — он как-то затейливо махнул рукой, и остановившаяся картинка вновь задвигалась.

Я смотрел, как начал свою атаку, как противник ловко парировал мой выпад…

— Обрати внимание, — услышал я голос наставника. Он уже поднялся с кресла и, остановив картинку, подошел к ней. — Ты явно не успеваешь за ним! Он быстрее! Вот, — учитель рукой указал на положение моего меча, а потом на положение шпаги моего врага. — Тебе просто повезло, что у этого персонажа не хватило мастерства, а то он убил бы тебя уже первым выпадом! И уклониться ты бы не смог! Если бы он развернул шпагу вот так, — учитель прямо на картинке, обеими руками начал показывать необходимые действия, и картинка начала меняться, согласно его движениям! Вот это да! Я восхищенно наблюдал за сменой действий на картинке. — Эй, ты чему восторгаешься, кадет?! — прервал мое восхищение от увиденного недовольный голос Кави.

— Здорово! — не удержался я.

— А то! — польщено усмехнулся мой наставник. — Ладно, не отвлекайся!

И он продолжил свои объяснения с манипуляциями, в результате которых я оказался буквально насажен на шпагу моего противника.

— Вот так! — закончил разбор этого боя Кави. — Ну, а про то, что ты совершенно забыл про второго нападавшего, я даже говорить не

буду, ты все последствия ощутил на собственной шкурке. Запомни, чем легче клинок, тем он быстрее! В этой ситуации ты, в принципе, действовал правильно и отставание своего оружия пытался компенсировать увеличением своей скорости, но тебе не хватило опыта и мастерства. И то и другое ты и будешь приобретать по дороге к башне.

Он помолчал, потом убрал картинку и вернулся к своему креслу, но сразу садиться в него не стал, а посмотрел в сторону башни, почему-то покачал головой и тяжело вздохнул.

— Давай, кадет, дерзай! Я верю, что, в конце концов, у тебя все получится!

Я тоже вздохнул и опять шагнул на тропу…

* * *

Я уже не знал, сколько времени я нахожусь на этой планете, под названием Полигон, где никогда не наступала ночь, ну, во всяком случае, для меня. Все, что я делал, это убивал и умирал, потом воскресал и снова убивал… Никаких перерывов. Убил, умер, воскрес, выслушал наставника, и снова — убил и снова — умер…

Сколько попыток мне понадобилось, чтобы добраться до леса, я не знаю. В какой-то момент я принялся их считать, но на шестой сотне я сбился, да и надоело уже! Как только меня ни убивали! Меня рубили мечом и саблей, кололи шпагой, резали ножами, пару раз даже душили, как-то ухитрились проломить мне голову эфесом короткого меча…

В общем, умирал я часто, и смерть моя была весьма разнообразна. Но были и плюсы!

Теперь каждый мой бой тщательно разбирался, опять прокручиваясь в виде движущихся в воздухе картинок, которые Кави называл непонятным словом «кино», а просмотр боя, его разбор и замечания, называл почему-то «разбор полетов». Почему так, я не знаю, а на мой вопрос, почему полетов, ведь никто не летал, все ходили по земле, усмехнулся и ответил:

— Вот это-то и плохо, что никто не летал! Пойми, кадет, чтобы достигнуть башни, нужен полет фантазии на крыльях вдохновения!

— Чего? — я прямо оторопел, услышав подобное от моего наставника.

— Так, ничего! — тут же посерьезнел он. — Продолжаем!

Так что, в результате этих разборов полетов, я понимал все, допущенные мной ошибки, и в будущем старался их не делать.

В какой-то момент я решил, что можно попробовать достичь леса не по главной тропинке, а по одному из ее ответвлений…

У меня ничего не получилось, меня убили и там, но учитель, снисходительно ухмыльнувшись, заметил:

— Ну, наконец, ты начал подключать мозги!

Впрочем, от ехидных замечаний в свой адрес, по результатам разборов, это меня не уберегло.

Я стал замечать, что мое мастерство все-таки потихонечку растет, потому что с противниками в начале тропы я уже разбирался довольно легко. Вот только стоило мне разобраться с одним, как ему на смену выходили двое. Убив двоих, я был вынужден, в следующий раз, сражаться с тремя, потом с четырьмя!

Правда, должен признаться, больше четырех противников у меня пока не было, и я вполне успешно мог им противостоять, но зато менялось их оружие, и они могли появиться отовсюду, с любой стороны, даже сзади, и это невзирая на то, что я только что там проходил и точно помнил, что в этом месте никого не было!

Кроме того, часто испытывая боль, оттого, что убивали меня с завидной регулярностью, я стал легче ее переносить, что ли, то есть, на легкие раны я теперь вообще не обращал внимания, как будто их нет.

Попутно я выяснил, что двигаться к лесу нужно только по тропинкам! Как-то, решив срезать, я сошел с тропинки, но шаге на пятнадцатом я услышал громкое «пух-х-х!» и открыл глаза во дворе учителя, который прямым текстом заявил, что больше так делать не надо, ни к чему хорошему это не приведет!

Я уже довольно успешно сражался не только против обладателей клинкового оружия. Я научился убивать сражающихся пиками-рансор, копьями, Моргенштернами, алебардами, просто дубинками, булавами, и даже с такими редкими видами оружия, как пернач, чекан и глефа. Я научился менять вид своего оружия по ходу боя, молниеносно развеивая старое и вызывая новое. Я выяснил, против какого оружия каким сражаться удобнее всего.

Единственное, что было мне недоступно — это бой обеими руками. На мой вопрос, нельзя ли поучиться работать двумя руками, Кави покачал головой.

— Понимаешь, кадет, для того чтобы научиться сражаться двумя руками, нужен талант и определенное строение организма. У тебя

этого нет. Я могу, конечно, показать тебе технику, но у тебя ничего не получится с ней, да плюс, ты собьешь свою технику владения клинковым оружием. Так что успокойся и прими это как данность — обоеруким бойцом тебе не стать!

И вот, наконец, я ступил под своды леса, радуясь, что первый этап преодолен. Правда, радость моя была недолгой. Откуда-то появилась целая стая каких-то существ, размером с кошку, очень похожих на крыс-переростков. Прежде чем я успел что-либо предпринять, они сходу вцепились мне в ноги!

Боль была очень сильной, даже не смотря на то, что я стал менее чувствительным к боли, я не выдержал и заорал, а потом призвал боевой нож и начал кромсать этих тварей, но не успел убить всех, кровь вытекала из меня слишком быстро, и я потерял сознание.

Проходить этих крыс я научился, наверное, смертей после пятидесяти, но на смену им пришли какие-то животные, чем-то похожие на белок.

Они были небольшими, в длину сантиметров двадцать пять-тридцать, но имели кинжально острые когти, которыми, судя по всему, цеплялись за деревья и острейшие зубы, которыми рвали мое тело, несмотря на одежду. Они прыгали сверху, с ветвей деревьев.

стараясь попасть на спину, чтобы вцепиться в шею! Если им это удавалось, то шансов остаться живым у меня не было!

Я опять умирал, воскресал, выслушивал ехидные замечания учителя, входил в лес…

Еще во время моих попыток дойти до леса, у меня время от времени появлялось такое чувство, которое предупреждало, что что-то делать не нужно, хотя, вроде бы, предпосылок к этому не было никаких. Я называл это чувство предупреждал кой, а Кави, когда я ему о нем рассказал, назвал интуицией.

Так вот, я заметил, что эта интуиция никогда не предупреждает напрасно, а потому начал следовать ее подсказкам. Вот только возникало это чувство не так уж и часто.

Еще во время нападений крыс-переростков я заметил, что это чувство начало проявляться чаще и более четко, что ли. А когда я столкнулся с этими агрессивными белками, после того, как они меня убили, наверное, в тысячный раз, это чувство вдруг резко включилось и начало работать.

Только благодаря ему я смог пройти через этот лес. Это чувство предупреждало меня о подступающей опасности волной страха, указывая, с какой стороны этот страх должен прийти. Поэтому прыгающих с ветвей белок я убивал еще в полете.

Потом были какие-то змейки, которые выползали из-под корней деревьев и норовили укусить за ноги, потом еще какие-то жуки, которые выползали прямо из коры деревьев и укус которых приводил к почти мгновенной смерти. Кроме этого были и другие обитатели леса, которые норовили ужалить, укусить, ударить или просто одурманить, как тот лиловый цветок, увиденный мной на одной полянке.

К тому моменту, когда я все-таки смог пройти через лес, я научился ходить так, что не колыхнется ни травинка, ни веточка. Я всегда чувствовал направление ветра и шел только против него, я научился слушать и слышать, и уже худо-бедно мог контролировать окружающее меня пространство.

Мне казалось, что прошли даже не годы, а десятилетия, прежде чем я смог пройти через лес и, наконец, увидеть заветную башню на расстоянии метров пятидесяти. Из леса я пока не выхожу, стою, наблюдая за округой.

Интуиция молчит, поэтому внимательно рассматриваю саму башню, пытаясь понять, какие еще сюрпризы меня могут ждать. Вход в башню открыт — гигантские двери или не очень большие ворота, которые служат входом — нараспашку. Вроде бы, все просто — нужно войти в башню, найти кристалл и его забрать.

Но как только я подумал об этом, интуиция просто заревела и окатила меня такой волной, даже не страха, а ужаса, что я невольно поежился!

М-да, напрямую идти нельзя — там явно что-то очень нехорошее.

Я начал, не выходя из леса, смещаться в сторону, пытаясь рассмотреть подходы к башне с других сторон. Даже на мой непритязательный взгляд неопытного подростка, башня видала лучшие времена. Стена, во всяком случае, с той стороны, которая была мне видна, вся в щербинах, а кое-где даже и не достает камней, из которых она сложена.

Сама по себе она невысока, всего три этажа, если считать по пустым оконным проемам.

Я внимательно присмотрелся к стене, потом подумал и решил, что у меня получится. Сделав несколько шагов и выйдя из леса, я замер, попытавшись слиться с окружающим меня пространством. Не знаю, получилось у меня или нет, но вокруг было тихо, и интуиция молчала.

Вот так, замирая после нескольких шагов, я и добрался до башни, для разнообразия, в этот раз без приключений. Замерев, я внимательно осмотрел стену и наметил свой будущий путь.

Оказалось, что лазить по деревьям и карабкаться по стене, это совсем разные вещи, хоть и выглядят похожими. Короче, первые несколько раз я не смог долезть даже до второго этажа, срываясь и падая где-то на полпути, благо, падать было не высоко и боль после падений была вполне себе терпимой. И, наконец-то, упорство было вознаграждено и я, подтянувшись на руках, залез в оконный проем второго этажа.

Внутри башня была невелика — один большой и абсолютно пустой зал, и лестница, ведущая наверх и вниз. Я аккуратно двинулся к лестнице, решив сначала осмотреть третий этаж и, если там кристалла нет, то тогда уже спускаться на первый, против чего восставала моя интуиция.

Эх, а как хорошо все начиналось! Я уже почти поднялся на третий этаж, когда ступенька под моей ногой предательски скрипнула. Я замер, надеясь, что те, кто ждал меня внизу, не обратят на этот скрип внимания, но тщетно! Практически сразу я услышал не то визг, не то рык какой-то явно разъяренной твари, а потом тяжелый топот по лестнице.

Таиться уже не было смысла, поэтому я припустил по лестнице вверх. Поднявшись на третий этаж, я призвал Призрачный меч, но в виде тяжелой шпаги, остановился около последних ступенек лестницы и стал ждать того, кто так спешил со мной встретиться.

Пока у меня было несколько мгновений, я окинул взглядом помещения третьего этажа и, к моему удивлению, увидел стоящий прямо посередине стол и лежащий на нем кристалл темно-синего цвета.

Вспомнив, что Кави обещал, что как только я возьму кристалл в руки, то сразу окажусь в безопасности, я, не выпуская из руки шпагу, рванулся к столу и схватил кристалл.

Краем глаза я заметил что-то белое, очень меховое и просто огромных размеров, что рванулось ко мне, перепрыгнув через перила, но кристалл был уже у меня в руке, все пространство заволокла молочно-белая пелена, и когда она разошлась, я увидел, что стою на плитах двора обиталища Кави, а сам он все еще сидит за столиком с бокалом очередного цветного напитка в руке.

— Ну что, кадет, — заулыбался он при виде меня, стоящего с кристаллом в одной руке и обнаженной шпагой в другой, — тебя можно поздравить?! Ты, наконец-то, отвоевал свой путь домой! — и он радостно захохотал. А я стоял, смотрел на этот кристалл и не мог найти в себе силы, чтобы радоваться.

Мой учитель вылез из-за стола и подошел ко мне.

— Ну что, кадет, будем прощаться? — и он протянул мне свою правую руку.

Я посмотрел на нее, а потом перевел удивленный взгляд на него.

— Эх! — он сокрушенно покачал головой. — И все тебя учить надо! Протягивай правую руку!

Я развеял Призрачный меч и протянул ему правую руку, так же, как и он, раскрыв ладонь. Он аккуратно взял мою ладонь своей и легонько ее пожал.

— Вот так у нас принято здороваться и прощаться, — сказал он, а потом хлопнул меня по плечу.

— Пойдем, провожу тебя до двери! — предложил он. Я ничего против этого не имел, поэтому пожал плечами и согласился:

— Пойдем.

— Да, кстати, — вдруг встрепенулся мой уже бывший наставник. — Если вдруг захочешь еще чему-нибудь научиться, — он протянул мне перстенек с синим камнем, — поверни камень вниз, и мы с тобой опять встретимся. Но, предупреждаю сразу, это будет наша с тобой последняя встреча, так что выбирай с умом. Тебе все ясно? — он посмотрел на меня.

Мы уже стояли перед заветной дверью. Я кивнул и поставил кристалл в углубление, расположенное слева от двери…

* * *

— …Вольна! — вернул меня из воспоминаний какой-то заполошенный голос Рыка. — Ты там уснул что ли?!

Я открыл глаза и непонимающе посмотрел на своего товарища.

— Ты посмотри, что происходит! — воскликнул он и бросил взгляд вперед. Я тоже посмотрел вперед, только-только осознав, что мы уже никуда не едем, а стоим, сгрудившись, а прямо поперек дороги, с двух сторон зажатой лесом, растянувшись так, чтобы исключить для нас любую возможность проехать, стоят с полсотни всадников.

Шагах в двадцати перед ними на могучих боевых конях восседали двое, и одного из них я точно узнал. Это был сэр Реджинальд, граф Дерский.

Глава 4.1

Две группы людей, стоящих метрах в пятидесяти-семидесяти друг от друга, на какое-то время замерли, как бы разглядывая друг друга. На лицах воинов, стоящих напротив нас, сосредоточенность соседствовала с насмешливыми улыбками.

И если лица графа и его спутника были серьезными и даже, по-моему, хмурыми, как у людей, готовящихся выполнять нелюбимую, но необходимую работу, то вот у их бойцов настроение было, ну-у-у, игривым, что ли. Они то и дело о чем-то друг с другом переговаривались, весело поглядывая на нас, кое-кто при этом даже тыкал в нашу сторону пальцем, при этом делая какие-то замечания, отчего стоящие рядом с ним улыбались.

Их реакция мне была понятна — нас, можно сказать, немного — папа, мама, Крис, сидящий на повозке, в которую родители загрузили что-то по хозяйству, и которой правит старенький кучер, служащий в

замке уже незнамо сколько лет. Рык, я и пяток стражников замка, приданных нам их капитаном, Хортом Иствиком, чтобы мы могли добраться до дома без возможных неприятностей. Добрались, блин! Вот и понятно, чему радуются бойцы графа.

Ну-ну! Я вас, весельчаков, запомнил, может, конечно, не всех, но четверых — точно! Так что, если ваш граф все-таки решит на нас напасть, то я постараюсь вас найти и вот тогда мы повеселимся вместе, правда, в связи с моей недавней ночью, я думаю, что недолго!

Внимательно разглядывая стоящих перед нами бойцов, я, абсолютно бессознательно, положил руку на рукоять меча. Стоп! На рукоять меча?! У меня не было меча! Я, что же, уже абсолютно бессознательно, при любой угрозе призываю меч?! М-да!

С одной стороны, это хорошо, но с другой — это может вызвать ненужные мне вопросы, типа: «А откуда меч, если его только что не было?» И что тогда говорить? Рассказывать всем глазастым и любознательным о Призрачном мече? Хрен вам, а не пассатижи!

Но, вообще-то, с этим нужно что-то делать! Вон как Рык на меня косится и старается, чтобы между нами было какое-то пространство! А еще он подозрительно посматривает на рукоять Призрачного меча, которую ему с его места видно. Он точно знает, что когда мы тронулись в путь, никакого меча у меня не было!

Да, видимо, тогда, при моем пробуждении, напугал я его знатно! Я улыбнулся, вспомнив лицо Рыка, после того, какой меня разбудил, но тут же одернул сам себя. Не время! А, кстати! Я посмотрел на призванный мной меч, рукоять которого оглаживала моя правая рука.

Хм, да! Полуторник, или, как его некоторые называют — бастард. Ну, кто бы сомневался! Уроки Кавендиша все-таки даром пройти не могли! Я выбрал самое практичное оружие, для меня, во всяком случае, если придется драться верхом. Двуручник мне пока не по силам, а короткий меч, он на то и короткий, чтобы быть грозным оружием в умелых руках на малых дистанциях!

Да, а с Рыком нужно вопрос как-то решать, а то не дело, что мой товарищ меня так… не, он не боится, у меня сложилось впечатление, что он вообще ничего не боится, кроме как потерять кого-то из близких, а вот меня он теперь… опасается. Да, точно! Именно опасается!

И это неправильно. Не знаю, может, рассказать ему о мече? Или нет? Ладно, над этим вопросом я подумаю после того, как закончится это приключение, просто нужно об этом помнить и не откладывать наш разговор надолго, а то мало ли…

От Рыка, мой взгляд скользнул дальше, по нашим, собравшимся компактной группой. Крис, сидел на повозке с раскрытым ртом и

выпученными глазами, но страха на его лице не было, скорее удивление и неудовольствие. Всем своим видом он показывал, что все происходящее его удивляет и нервирует. Ну да, он же не знает о попытке захвата замка графом, поэтому и не понимает всей опасности этой ситуации.

Кучер, правящий повозкой, сидел, сгорбившись, закрыв глаза, и что-то тихонько шептал, я видел, как шевелятся его губы. Взывает к богам он, что ли?

Воины, приданные нам Хортом Иствиком, угрюмо смотрели на развернутый строй, стоящий напротив и не ждали для себя ничего хорошего, однако, судя по коротким фразам, которыми они перебрасывались между собой, сдаваться они не собирались и готовились к бою, скорее всего, последнему.

Отец тоже смотрел на стоящих перед ним воинов безо всякого страха, только явно решая, как лучше будет биться. И вообще, весь его вид говорил о том, что он, как будто, не решает, как лучше провести этот бой, чтобы по возможности не пострадала его семья, а с изумлением прикидывает, где он такую прорву народа хоронить будет?!

Мама… М-да. Мама смотрела на стоящих перед ней воинов, зло прищурив глаза и изогнув губы в презрительной улыбке. Да уж! Я

поежился. Может, такое настроение отца, оно не просто так, и он знает о маме что-то, чего не знаю я? Интересно! И если это так, то, действительно, где мы их всех будем хоронить? Хотя… зачем? Бросим тут, кому надо — тот подберет!

Ну а Рык… Как я уже сказал, по-моему. Рык опасался больше меня, чем тех, кто стоял перед нами.

Мои мысли текли неторопливо, я бы даже сказал — лениво. Граф со своими воинами ничего не предпринимал, мы, естественно, тоже. Так вот стояли и смотрели друг на друга.

— Граф, — вдруг раздался громкий мамин голос, — если вы такой тупой, то специально для вас я повторю — даже не пытайтесь!

Только тут я обратил внимание на то, что граф ведет себя странно, точнее, он никак не ведет себя, а вот его внешний вид — меняется. Он почему-то покраснел, его глаза начали увеличиваться и, по-моему, просто далековато и мне плохо видно такие подробности, даже вылезать из орбит.

Его спутник, застывший на своем коне, являл собою наглядный символ вопроса, настолько изумленным он выглядел.

Я посмотрел дальше и увидел, что воины, сопровождающие графа, перестали шутить и смеяться, а, приготовившись к бою,

напряглись и замерли.

— Ну? — как-то нетерпеливо подогнала графа матушка, слегка повысив голос. Ничего себе! Это новоиспеченная баронесса, и так с графом?!

«Мне кажется, я явно что-то упускаю, или просто не вижу! — подумал я, наблюдая за происходящим. — Мама просто так себя вести не будет! Что-то происходит, что-то явно происходит! Только вот, еще бы понять, что!»

На всякий случай, или еще почему, я так и не понял, но зачем-то переключился на магическое зрение и от удивления даже присвистнул.

Теперь-то я понял, чему изумлялся спутник графа, и почему у его хозяина или начальника, не знаю их взаимоотношений, такой вид! Они оба, вместе с их конями, были настолько плотно упакованы в магические потоки красного цвета, исходящие от мамы, что я удивился, что они вообще еще могут хоть чем-то двигать, как граф. Да они и дышать-то должны через раз и то с разрешения матушки!

Заинтересовавшись еще одним потоком, но уже какого-то светлосерого цвета, я взглядом проследил его направление. М-да! Воины графа замерли не потому, что изготовились к бою, а потому что им просто приказали замереть и не двигаться! Вот это у мамы сила!

Полсотни обученных мордоворотов превратить в деревянных истуканов — это, я вам скажу, что-то с чем-то!

Я мысленно погладил себя по голове. Какой я все же молодец, что напросился в ученики к бывшему последнему защитнику крепости Редарис. Да, Гранур Гон Дель Реввик много мне дать не смог — заклинаний общей магии он знал не так уж и много, но зато он научил меня различать и разбираться в заклинаниях, творимых другими!

Только благодаря этому я смог разобрать, что и как делает матушка. Но мама то какова, а?! Да с ее теперешней силой, мне кажется, она в споре может и архимага уделать! Не зря же она, время от времени, смеясь, говорила, что «труп оппонента — самая убедительная победа в интеллектуальной дискуссии»!

Наблюдая за происходящим и пытаясь проанализировать свои наблюдения, я в какой-то момент перестал следить за происходящим, и вернулся в действительность, услышав громкий мамин голос:

— Граф, у меня такое ощущение, что вы хотите что-то сказать! Уж не прощения ли попросить, а?

И она сделала кистью руки какой-то замысловатый жест.

Граф как-то сразу сгорбился, потом зачем-то потер себе горло рукой, покрутил головой туда-сюда и мрачно уставился на нашу

группу.

— Ну? — мамин голос сменил издевательские нотки на угрожающие.

— Баронесса! — а вот в голосе графа преобладал осуждающий тон. — Ну, зачем вы так? Мы не желали вам ничего плохого, клянусь честью!

— Вот как? — в голосе мамы было целое море недоверия. — Именно поэтому вы привели с собой столько нежелальщиков? Чтобы уж не желать наверняка?!

— Баронесса, я же поклялся своей честью, что мы не желаем вам ничего плохого, как вы можете так говорить?! — негодующе воскликнул граф. — А я никогда не нарушаю своих клятв, это вам может подтвердить любой!

— Ну, хорошо! — мама явно была с этим утверждением не согласна, но решила сейчас по этому вопросу не спорить, а послушать, что будет дальше. — Так зачем вы, граф, перекрыли нам дорогу, да еще такой толпой?

— Простите, баронесса, — голос графа, нужно отдать ему должное, звучал довольно миролюбиво, — а вы не могли бы освободить от вашего заклятия и моих людей, а тоя все-таки, как их сюзерен.

отвечаю за их жизнь и здоровье! Вы можете продолжать не давать им двигать ногами и руками, но все остальные возможности верните, пожалуйста.

Мама, чуть подумав, согласно кивнула и сделала рукой еще один жест. От перегородивших нам дорогу воинов раздался слитный вздох облегчения. Услышав такую реакцию на свое действие, матушка хмыкнула и вернулась к разговору.

— И что теперь? — она выжидательно смотрела на графа, но было видно, что она готова, в случае, если ей что-то не понравится, вернуть все, как было совсем недавно.

— Баронесса, — как ни в чем не бывало, сказал граф, — вы разрешите нам с моим другом подъехать поближе, а то не хочется кричать. Тем более, что тема, ну, не то, чтобы щекотливая, просто не хотелось, чтобы о ней знало слишком много народа!

Мама задумалась ненадолго, а потом кивнула. Как хорошо, что я вовремя включил свое магическое зрение! Я увидел, у графа и его спутника исчезает магический поток, который сковывал их и их коней. Этот магический поток, он как будто бы растаял в воздухе!

Кони графа и его спутника, получив свободу, стояли и обалдело мотали головами, и двигаться вперед не спешили. Впрочем, граф и

его спутник их и не торопили, очевидно, понимая, что животинкам тоже нужно прийти в себя.

Наконец, через какое-то время, когда кони успокоились, граф с сопровождающим, пустив их шагом, медленно и как-то торжественно приблизились к нашей группе. Когда до нас оставалось всего несколько шагов, матушка коротко бросила:

— Стойте!

И выехала чуть вперед, встав как бы во главе нашей компании.

И только тут я обратил внимание, что пока я был занят разглядыванием графа и его спутника, мама успела поставить мощный щит, прикрыв им всю нашу компанию!

Граф послушно остановился, а потом, усмехнувшись, сказал:

— Баронесса, позвольте представить вам моего друга детства Бриана.

— Бриана… — матушка тоном дала понять, что хочет услышать полное титулование друга детства графа.

— Просто Бриан, миледи! — вклинился в разговор, доселе молчавший спутник графа. — Я не благородный, миледи! — пояснил он, склоняя голову в изящном поклоне.

— Вот как?! — мамины брови взлетели, что свидетельствовало о крайнем изумлении, и она с удивлением и интересом посмотрела на графа.

Я ее прекрасно понимал! Оказывается, гордый и напыщенный граф не чурался общения с простыми людьми, да и не стеснялся его, судя по тому, что его друг, по-видимому, сопровождает его повсюду.

Кстати, удивлены были почти все в нашей компании, и я в том числе! По поведению графа во время предыдущего визита невозможно было предположить, что он вполне спокойно может общаться с простолюдинами.

— Бриан, — матушка, в ответ, тоже вежливо склонила голову, — меня зовут Ария де Гриз, баронесса Вудрон, это, — она указала на батю, — мой муж — Эрик де Гриз, барон Вудрон, а это наши дети, — она рукой указала в нашу с Рыком сторону, — Волан и Рык.

Я слегка обалдел. Вот это да! Матушка прилюдно причислила Рыка к своим детям! Да нет, я не слегка, я сильно обалдел! Судя по пришибленному виду полуорка. Рык тоже пребывал в таком же состоянии.

— Барон! — вежливо поклонился отцу Бриан. — Волан, Рык, — так же вежливо кивнул он нам.

— Бриан! — почти одновременно произнесли мы с Рыком и склонили головы в вежливом поклоне.

— Ну, а я представляться не буду, — со смешком заметил граф, — вы меня и так все знаете! — он поморщился. — Да, уж!

Когда представление друг другу закончилось, граф предложил:

— Баронесса, а нельзя ли нам побеседовать с вами, так сказать, без лишних свидетелей?

Матушка буквально на мгновение задумалась, а потом весело тряхнула головой, — Ну, а почему бы и нет, вот только я хочу, чтобы члены моей семьи тоже присутствовали при разговоре. Это возможно?

Граф безразлично пожал плечами.

— Ну, если вы так хотите, то почему бы и нет, вот только стоит ли им знать?

— О чем? — взгляд матушки построжел, а сама она напряглась.

— Нет, нет! — граф замахал руками. — Ничего такого! Просто, баронесса, речь пойдет о том, что хранится за закрытыми дверями… — он сделал паузу и посмотрел на матушку, — … если это вам о чем-то говорит!

Мама, в ответ, усмехнулась и кивнула.

— И вы все равно настаиваете на их присутствии? — переспросил граф.

— Настаиваю! — матушка не колебалась ни мгновения!

— Хорошо! — ответил граф и шагом направил своего коня в сторону. Отъехав шагов на двадцать, граф остановился и посмотрел на нас.

— Так, Волан, Рык, вы — со мной! Остальные остаются на месте! Эрик, — она посмотрела на отца. Тот наблюдал за ее действиями, но на его лице была улыбка взрослого, наблюдающего за своим неразумным дитем, когда оно, это дите, пытается сделать что-то, что кажется ему очень значимым, а для родителя — это всего лишь мелочь, не стоящая внимания. Мама, встретив взгляд отца, смутилась и как-то неуверенно произнесла: — Поехали, послушаем, а?

— Конечно, поехали, дорогая, — все еще улыбаясь, согласился отец, наклонился и поцеловал ее. — Командир ты мой!

Мама покраснела, непонятно от чего — то ли от смущения, то ли от удовольствия, но я подозреваю, что и от того, и от другого, и тоже пустила свою лошадь шагом.

Как только мы подъехали, первым разговор начал Бриан.

— Госпожа баронесса, — с легким поклоном начал спутник графа,

— пару дней назад вы захватили несколько наших коней… Нет, нет! — он замахал руками, увидев, как матушка вскинулась, нахмурив брови.

— Мы не оспариваем этот момент, просто… — он замялся. — Я очень привязан к своему Боливару…

— К кому? — невежливо перебила его матушка.

— К коню, — пояснил Бриан. — Боливар — это мой конь! Я его взял еще несмышленым жеребенком, вырастил, выдрессировал. Он мне как друг, понимаете?

По лицу мамы было ясно, что она совершенно ничего не понимает, но она все равно согласно кивнула.

— Так вот, — продолжил после маминого кивка Бриан, — нельзя ли, госпожа Ария, выкупить у вас моего Боливара? Я готов хорошо заплатить за него!

— А… — начала матушка.

— Среди ваших коней его нет, — поспешил сообщить друг графа, — судя по всему, вы оставили его в замке…

— Да, — подтвердила его догадку матушка, — мы взяли с собой не всех коней. Кое-каких мы так и не смогли приручить и оседлать!

— Вот! — неизвестно чему обрадовался Бриан. — Наверняка, Боливар вам тоже не дался, он очень гордый!

Он с такой гордостью и любовью говорил о своем коне, что я невольно проникся к нему симпатией, хоть так и не полюбил этот вид передвижения. Но раньше, чем Бриан продолжил расхваливать своего четвероногого друга, моя матушка вдруг нахмурилась и резко подняла руку с раскрытой ладонью, прерывая Бриана.

— Скажите, граф, — напряженным тоном произнесла она, — а та сотня воинов, в лесу, которые сейчас нас окружают, это тоже ваши люди?

Глава 4.2

— Что? — не понял сразу сэр Реджинальд. — Какая сотня? Какие люди? Все мои люди — вон, со мной!

Потом до него, видимо, дошло.

— Что-о-о?! — взревел он раненым быком. — Где?!

— В лесу, — терпеливо пояснила ему матушка, одновременно пальцами правой руки делая какой-то хитрый жест, как будто что-то рисуя. — Пытаются нас окружить.

— Баронесса, — быстро зататраторил граф, — я и мои люди готовы вас защищать…

— Полноте, граф, — усмехнулась матушка, — эти люди не пытаются окружить именно нашу группу — они пытаются окружить вас! Поэтому, мне кажется, что вам стоит подумать о собственной защите!

— Бриан! — резко бросил Реджинальд.

— Уже в пути! — весело козырнул его друг и умчался к строю графских воинов, на скаку выкрикивая какие-то приказы. Воины графа зашевелились, их строй дрогнул и начал изменять положение,

выстраиваясь двумя параллельными линиями, развернутыми лицом к лесу.

Поняв, что они обнаружены, неизвестные воины стали появляться из леса. Какое-то время и граф, и мы с тревогой наблюдали за появляющимся отрядом, а потом граф вдруг ругнулся вполголоса и с удивлением произнес:

— Что, братец все же решился избавиться от меня?

В ответ на эту тираду, отец задумчиво посмотрел на сэра Реджинальда, а матушка удивленно изогнула правую бровь. Я не отреагировал никак, все эти семейные разборки были для меня далеки, пока не задевали нашу семью.

От вышедших из леса, с двух сторон от дороги, воинов, отделился всадник и поскакал к нашей группе, стоящей отдельно ото всех. На всаднике был добротный доспех, но какой-то странный — он не сверкал в солнечных лучах, а отливал какой-то матовой белизной, как будто серебро, но только матовое. На голове его был закрытый шлем с личиной, а у седла приторочен двуручник.

Подскакав к нашей группе, в которой все смотрели на него насторожено, а отец, демонстративным движением, при его приближении, поправил свой бастард, тоже притороченный у седла.

Видимо, этот жест не остался незамеченным неизвестным всадником, потому что первое, что он сделал, подскакав к нам, это показал пустые руки, как бы демонстрируя, что пришел с миром. Но наша компания продолжала смотреть на него с настороженностью.

— Сэр Эрик де Гриз, барон Вудрон? — безошибочно выбрав взглядом отца, обратился к нему вновь прибывший.

— Это я! — кивком подтвердил его догадку отец, а я, на всякий случай, положил руку на рукоять меча, а то мало ли… Кто знает, что у этого неизвестного на уме.

— Я — Эмери Ван Воском, барон Блэквуд, — произнес воин, снимая шлем с личиной. — Послан Его светлостью герцогом Ренка для защиты вас и вашей семьи от нападения сэра Реджинальда, графа Дере ко го.

— Эмери… — укоризненно качая головой, произнес граф. — Ты меня разочаровываешь! Я уже не говорю о том, что слышать от тебя такое очень обидно! А еще друг детства, называется.

Барон Блэквуд действительно выглядел смущенным. Его широкое лицо с крупным носом и широким ртом с большими пухлыми губами, обзавелось румянцем, судя по всему, стыдливым, а карие глаза глянули на графа с откровенной обидой.

— Реджи, ты прекрасно знаешь, что я не мог не исполнить приказ! — с укоризной в голосе воскликнул барон. — А убедить графа Рональда, что ты на такое не способен, мне не удалось!

— Угу! — задумчиво произнес сэр Реджинальд. — Значит, старина Рональд! Хм, странно все это!

— Да, нет же, Реджи, — тряхнув черными, как смоль волосами, возразил сэр Эмери, — после твоих покушений на брата, граф Ван Хайм тебе не верит! Вот и все1

— Ага… — все еще задумчиво подтвердил граф Дерский. Потом встряхнулся и лукаво глянул на друга детства.

— А ты, Эмери, несмотря ни на что, продолжаешь мне верить!

— Да, Реджи! — твердым голосом произнес барон Блэквуд. — Несмотря на то, что ты старше меня на три года и тебе всегда удавалось настолько заморочить мне голову, что я с трудом мог отличить, где правда, а где только твоя фантазия, я тебе верю! Да и с покушениями этими… — начал было барон, но потом осекся и виновато посмотрел на графа. — Прости…

— А! — безучастно махнул рукой граф. — Брось! Давай, закрыли тему!

Барон согласно кивнул.

Мы с родителями очень внимательно слушали диалог двух друзей. По ходу их разговора, лицо бати меняло свое выражение с хмурого на озадаченное, а брови матушки ползли вверх все выше и выше.

Не знаю, какие выводы из их разговора сделали родители, а мне, честно говоря, не все было понятно из их разговора, но, сопоставив, услышанное сейчас с тем, что рассказывал о графе капитан замковой стражи Хорт Иствик, подумал, что в его рассказе было не все так однозначно, как мне показалось вначале.

— Ну, что, Эмери, — после непродолжительного молчания вновь заговорил граф, — теперь, когда ты убедился, что на семью барона Вудрон никто не нападает, ты дашь нам с ними просто поговорить? Поверь, я приехал просто поговорить, клянусь!

В ответ на это барон просто кивнул, и собирался было отъехать, когда вмешалась матушка.

— И что, барон, вы вот так взяли и поверили слову графа? — с недоверчивой миной на лице осведомилось она.

— Конечно, миледи! — спокойно ответил ей барон Блэквуд. — Граф ведь поклялся, а все в герцогстве знают, что граф никогда не нарушает своих клятв!

С этими словами, барон пришпорил своего коня и двинулся к своему отряду, не дожидаясь матушкиного ответа.

— Очевидно, не всем в герцогстве это известно, — тихо пробормотала матушка, но все, стоящие рядом, ее услышали.

Я перевел взгляд с мамы на графа, который смотрел вслед отъехавшему барону, и на губах которого играла грустная улыбка.

— Граф, я приношу вам свои извинения, — услышал я твердый мамин голос, — но я обязана была проверить!

Сэр Реджинальд, не переставая грустно улыбаться, только качнул головой.

— А! Пустое, баронесса. Я понимаю, что обстоятельства подвигли вас на эту необдуманную проверку, но впредь советую быть осторожней и деликатней! Все-таки, благородные, в связи со своим, несколько отличным от остальных воспитанием, люди очень щепетильные, когда дело касается их чести. В другое время, я бы счел эту вашу проверку оскорблением, но, учитывая обстоятельства нашей с вами первой встречи…

И граф развел руками.

Матушка побледнела, но нашла в себе силы признать, что была неправа.

— Простите еще раз, граф, — начала она, но была остановлена решительным жестом графа.

— Я же сказал, баронесса, пустое это! Вам не за что извиняться! — в голосе графа явно звучало раздражение. — Лучше, давайте перестанем терять время и, наконец, поговорим о том, ради чего я и остановил вас!

— Давайте! — коротко обозначила мама свое согласие.

— Скажите, баронесса, — осторожно начал граф, — а вы знаете, что находится в замке за теми закрытыми дверями, которые пока никому не удалось открыть?

— Да, известно, — матушка спокойно смотрела на графа Реджинальда, в ожидании следующего вопроса.

— И, раз вам известно, что находится за этими дверями, вы понимаете, насколько важно будет для всех, если мы сумеем их открыть?

Мама просто кивнула головой, пока никак не комментируя слова графа.

— Мы с моей супругой готовы оказать вам помощь в открытии этих дверей… — предложил граф и, замолчав, посмотрел на матушку.

— И что вы хотите взамен? — мама с любопытством смотрела на графа.

— Доступ к телепорту! — быстро сказал наш собеседник.

— К телепорту? — удивилась мама.

— Так! — сэру Реджинальду что-то не понравилось в мамином вопросе. — Так вы знаете, что находится в замке за закрытыми дверями, или вы меня обманули, чтобы вытянуть из меня эти сведения?! — взревел он.

— Знаем, знаем, — матушка продолжала смотреть на него с улыбкой превосходства. — Кстати, те двери, о которых вы говорите, они, конечно, закрыты, чтобы туда не шастали все, кому не лень… — матушка продолжала улыбаться. — Но вот насчет того, что их никому не удалось открыть — это вы погорячились!

— Что?! — на лице графа было написано просто безмерное удивление. — Не может быть! Я знаю, что брат привозил сильнейших архимагов герцогства, и у них ничего не получилось! Вообще ничего! А вы утверждаете, что вам удалось?

— Ну, если вы дадите мне свою клятву, которую никогда не нарушаете, то я вас, пожалуй, удивлю, — улыбаясь, предложила мама.

— То есть, вы хотите сказать, что вам каким-то образом удалось открыть эти двери? — неверяще повторил свой вопрос граф.

Мама молчала и, улыбаясь, смотрела на графа.

— Хорошо! — раздраженный маминым упрямством воскликнул граф. — Я клянусь своей честью, что то, что вы мне сейчас расскажете о том, как вам удалось открыть эти двери, от меня не узнает никто!

— Не мне удалось, — покачала головой матушка. — Ему!

И она указала на меня! Вот же! Сэр Реджинальд удивился, да еще как! Граф недоверчиво смерил взглядом мою тушку и чуть насмешливо усмехнулся.

— А не будет ли столь любезен баронет Волан де Гриз, — граф посмотрел на меня с веселым недоумением. У меня вообще создалось впечатление, что он матушке не поверил, — рассказать, как ему удалось открыть двери, которые оказались не под силу архимагам?

Я пожал плечами и ответил максимально кратко:

— Просто.

Граф молча смотрел на меня, ожидая продолжения. Мне развивать эту тему не хотелось от слова «вообще», но матушка не оставила мне выбора.

— Волан, расскажи господину графу, как ты открыл дверь, — попросила она.

— Но мам! — возразил я ей. — Я же сам не знаю, как это получилось! Мы с Рыком только подошли к двери, как меня как будто осенило, что и как нужно делать! Как будто кто-то нашептывал — поучал и подсказывал! А так-то, я не знаю!

Я врал, врал нагло, но рассказывать правду я не хотел, да и что бы она изменила в данном вопросе? Только отношение графа ко мне, а если он хоть как-то поддерживает отношения со своим старшим братом, что, в свете их разговора с бароном Блэквудом, вполне возможно, то о моих способностях узнает и герцог Ренка!

А в связи с тем, что его дочь хочет видеть меня своим камер-пажом, и жить мне придется в герцогском дворце, это увеличит риск обнаружения посторонними людьми у меня проснувшегося дара, со всеми вытекающими отсюда неприятностями, о которых мне рассказывала матушка.

— Вот, значит, как, — задумчиво произнес граф. Потом перевел взгляд на матушку и задал вопрос:

— Госпожа Ария, я, конечно, понимаю, что в свете всего, вами озвученного, вы в нашей помощи не нуждаетесь, но мне очень хотелось бы получить доступ к телепорту. Скажите, это возможно? И если это возможно, то, что потребуется от меня, чтобы это осуществилось?

А вот теперь уже матушка задумалась и задумалась очень серьезно. Все молча ожидали ее решения, а я, пока, от нечего делать, наблюдал за графом. Видимо, ему тоже не все нравилось в возникшей ситуации, так как его лицо то и дело хмурилось. Граф о чем-то напряженно размышлял, и мысли его были совсем не веселы!

«Эх, вот бы еще овладеть умением читать чужие мысли! — подумалось мне. — Это было бы большое подспорье в жизни!»

Правда, я не знал, есть ли вообще такое умение, и, если да, то знает хоть кто-нибудь, как это делать?! Хотя, начав размышлять на эту тему, я пришел к выводу, что если такие люди и есть, то на свободе они не живут. Скорее всего, такие таланты на кого-нибудь работают, а точнее, на тех, у кого есть власть, кто может их контролировать и держать в страхе.

Мои размышления были прерваны матушкой, которая поведала графу о своем решении:

— Вы знаете, граф, — спокойным голосом сказала она, — я сейчас не могу решить этот вопрос. Мне нужно время на размышления, нужно посоветоваться с мужем, и только после этого я смогу дать вам ответ.

Граф нахмурился.

— Граф, — поспешила добавить матушка, — я, правда, не могу дать вам сейчас ответ! Этот вопрос слишком сложен для меня. И, кстати, — матушка с любопытством посмотрела на сэра Реджинальда, — не подскажете, зачем вам телепорт и как вы о нем узнали?

Граф ненадолго задумался.

— Вы, наверное, знаете. Ария, что моя жена имперка? — начал граф с вопроса.

Мы все кивнули.

— О как! — неприятно удивился он, но рассказ продолжил. — В Империи в свое время, была построена такая же крепость, как и ваш замок.

Он замолчал, дождался матушкиного кивка, потом продолжил:

— Моя жена, волею случая, смогла прочесть найденный дневник коменданта той крепости, а потом, по описаниям из этого дневника.

вычислила, что вторая крепость, о которой рассказывает комендант — это ваш замок. К сожалению, крепость, стоящая на территории Империи не сохранилась, во всяком случае то крыло, где находился телепорт, упало в расщелину, образовавшуюся в результате произошедшего катаклизма, поэтому изучить возможности телепорта не представляется возможным.

Он сделал паузу.

— Граф, откуда вам известно о телепорте, я поняла, — матушка решила воспользоваться паузой в рассказе. — Я пока не пойму, зачем это вам?

— Все просто! — пояснил граф. — Во-первых, телепорт, это средство мгновенного перемещения на любые расстояния, и, во-вторых, если его изучить и попробовать построить… Вы представляете, если у нас получится создать свой телепорт?!

— Хм, — выражения матушкиного лица, иначе как скептическим назвать было трудно. — Хорошо, граф, я поняла. Обещаю вам подумать и максимально быстро сообщить вам ответ. Вот только нужно придумать, как это сделать.

— О! Нет ничего проще! — махнул рукой сэр Реджинальд. — Вы же, наверняка, вхожи к герцогу, а в его замке живут мои сыновья. Мы с ними поддерживаем постоянную связь, и, как только вы что-то

решите, сообщите им об этом, или напишите мне и вручите послание им. Ручаюсь, оно будет у меня меньше чем через сутки!

— Хорошо! — согласилась матушка. — Тогда, граф, мы с вами прощаемся, так как, я так понимаю, что до Ренка нас будут провожать воины, присланные герцогом…

— Э-э-э, Ария, — перебил маму граф, — я еще хотел бы напомнить вам о вопросе, который затронул Бриан. Честно говоря, я тоже привязался к своему коню и с удовольствием получил бы его назад, если вы не возражаете.

Матушка опять задумалась.

— Я готов за наших с Брианом коней заплатить, ну-у-у… — теперь задумался и граф, но быстро принял решение. — … скажем, сто золотых! Мне кажется, это очень достойная цена!

Матушка немного помедлила, раздумывая, а потом кивнула головой.

— Хорошо, договорились! — согласилась она. — Я так понимаю, что с собой у вас таких денег нет, поэтому, я сейчас напишу об этом капитану замковой стражи, вы отдадите деньги ему, а он вернет вам коней, хорошо?

— Спасибо, миледи! — граф благодарно поклонился моей матушке. — Ну, что же, тогда, раз все вопросы решены, мы с вами здесь расстанемся, но я буду ждать вашего ответа. Миледи! Сэр Эрик! Волан! Рык! — он коротко всем поклонился, дождался ответных поклонов и, пришпорив коня, легкой трусцой направился к своим воинам, которых все так же окружали солдаты герцога, но это окружение было чисто формальным.

Бриан и барон Блэквуд стояли между графскими и герцогскими воинами и о чем-то разговаривали, время от времени над чем-то смеясь. Их солдаты тоже перекрикивались, но как-то беззлобно, во всяком случае, злости в их голосах не было.

— Уходим! — крикнул граф своим воинам и те, резко прекратив все переговоры, начали перестраиваться в походную колонну.

Барон Блэквуд переговорил о чем-то с графом, потом учтиво попрощался с ним и Брианом и подскакал к нам.

— Сэр Эрик, миледи Ария, все в порядке? — осведомился он, останавливаясь рядом с нами.

— Да, спасибо, — поблагодарил его отец. — Скажите, вы будете нас сопровождать в Ренк, или у вас другое задание? — поинтересовался он.

— Нет, барон, мы сопроводим вас до города, такова была воля герцога, — ответил сэр Эмери.

— Простите, сэр, — вылез с вопросом Рык, — а как вы сможете нас сопровождать, если мы на конях, а ваши воины — пешие?

И отец, и барон Блэквуд улыбнулись, и барон пояснил:

— Мы оставили своих лошадей неподалеку, ведь в лесу на них передвигаться трудно, а сражаться — это вообще беда! Так что мы от вас не отстанем!

— Хорошо! — отозвалась матушка. — Я сейчас отпущу воинов, которых нам отрядил капитан замковых стражников и мы поедем. А вы тогда, барон, догоняйте!

Барон Блэквуд поклонился и поскакал к своим воинам, матушка, закончив что-то писать, вручила это послание воинам замка и что-то им сказав, махнула рукой. Они поклонились, развернули коней и двинулись в сторону замка.

— Ну, что, теперь домой? — произнесла матушка. — И я надеюсь, без приключений!

— Это точно! — поддержал ее отец.

Отступление 1.1

Герцог работал у себя в кабинете. Он не любил заниматься с бумагами, но признавал, что это необходимое, хоть и весьма утомительное занятие. Черкнув несколько слов на той, что лежала перед ним, он отложил ее в тоненькую стопку уже решенных, лежащих на левом углу его рабочего стола, и с тяжелым вздохом взял очередную, лежащую верхней в кипе справа.

«М-да, бюрократия, конечно, — тоскливо подумал он, косясь на кипу бумаг, что еще ожидала его решения, — но, увы, без нее — никуда!»

Накопившиеся за предыдущий день бумаги ему с утра приносил в кабинет Дэвид Ковердейл — его бессменный секретарь, а также товарищ еще по детским проказам.

Очередная бумага оказалась письмом из столицы королевства Унаи, причем, не простым и чем дальше герцог читал его, тем больше хмурился. Сведения, содержащиеся в письме, его не радовали и заставляли серьезно задуматься.

Его настораживал тот факт, что если сведения, сообщающиеся в письме верны, а отправителю его он верил, то его уже должны были поставить в известность официальные представители королевства. Но они пока молчали. Значит, или его человек ошибается, что тоже может быть, или его хотят загнать в цейтнот, когда ему придется принимать важное решение при дефиците времени.

Герцог хмурился и, скрутив письмо в трубочку, постукивал им по ладони левой руки. Потом, видимо приняв решение, он тронул рукой шнур колокольчика, слева от его стола. Буквально через мгновение дверь открылась, и на пороге возник его секретарь.

— Ваша светлость? — приподняв левую бровь и чуть склонив голову, он приготовился слушать.

— Дэвид, мне нужен Рональд Ван Хайм, найди его и пригласи! — коротко приказал герцог.

Секретарь коротко поклонился, повернулся кругом, потом, не поворачиваясь, только слегка повернув голову, уточнил:

— Срочно?

Герцог усмехнулся.

— Еще вчера!

Дэвид исчез из его кабинета.

«Да, может это, конечно, и обманка, — опять постукивая свернутым письмом по ладони, размышлял герцог, — но начальник разведки должен об этом знать! Интересно послушать его мнение — что он об этом думает!» — хозяин кабинета улыбнулся, представив многоэтажные конструкции, которыми начнет общаться его глава Дворцовой стражи, если он еще не в курсе событий!

Да, граф слыл очень обходительным и вежливым человеком, любимцем дам, который не уставал расточать им изысканные комплименты. Герцог иногда просто поражался, куда что пропадало, стоило им остаться в чисто мужской компании! Выражения, которые употреблял граф, даже записывали и пытались повторить, но… чего-то не хватало! В исполнении графа Рональда они звучали естественнее и экспрессивнее, а потому производили на слушателей воистину неизгладимое впечатление!

Хотя, нужно честно признать, граф употреблял эти конструкции далеко не при всех и далеко не всегда, хотя при герцоге — довольно часто, особенно, когда обсуждали какое-нибудь неприятное для герцогства событие. Тут уж граф в выражениях не стеснялся! А чего стесняться — кругом все свои, вот он и блистал своим красноречием!

Еще немного поразмышляв, герцог отложил письмо в сторону и взял следующую бумагу. Но тут в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, на пороге опять возник его секретарь.

— Послал? — недовольно буркнул герцог, не отрывая глаз от бумаги, которую так и держал в руке.

— Послал, Ваша светлость, — подтвердил Дэвид.

— Тогда чего тебе? — герцог поднял глаза на своего секретаря.

— Так, Ваша светлость, тут к вам барон Блэквуд рвется, кричит, что срочно и важно! Своим криком мне все барабанные перепонки порвал! — скорчив дурашливую физиономию, доложил секретарь.

— Зови! — с явным облегчением вернув бумагу обратно в кипу, приказал герцог. — А то, вдруг и правда оглохнешь? А глухой секретарь мне не нужен! Придется барона казнить, за, так сказать, порчу государственного… — герцог вдруг осекся и как-то виновато посмотрел на секретаря. — Гм… Ну, короче, за порчу! — он на мгновение замолк, а потом махнул рукой. — Ну, чего встал, уже оглох?

И герцог вопросительно приподнял брови.

Дэвид, в ответ, усмехнулся и опять исчез. Уж как и что он делал, как передал барону его распоряжение, герцог не слышал, хотя дверь оставалась открытой, только через несколько мгновений барон Блэквуд переступил порог его кабинета и не спеша, но тщательно закрыл за собой дверь и даже проверил насколько плотно она закрыта.

Такие манипуляции с дверью вызвали у герцога приступ любопытства, но он продолжал молча ожидать доклада.

Барон Блэквуд командовал отрядом, который он послал для сопровождения барона и баронессы Вудрон в столицу, город Ренк, поскольку подозревал, что его младший брат Реджинальд может попробовать напасть на них, чтобы убить. Братишка давно мечтал попасть в замок Вудрон, правда, не говорил зачем.

Подозревая, что с этим желанием младшенького не все просто, герцог всячески ему препятствовал и пока довольно успешно, хотя, конечно, последовательная смерть трех, один за другим назначенных баронов Вудрон…

«М-да, неприятно! — поморщился герцог, опять вспомнив покойных. — Ну, хоть на этот раз все обошлось! — мелькнула радостная мысль, — … или нет?»

Герцог почувствовал пробежавший по спине холодок.

«Да нет, не может быть! — он всмотрелся в лицо барона. — С таким лицом о провале не докладывают, а значит, они живы! А вот тогда интересно, что он такого хочет мне сообщить, что настолько тщательно закрывает дверь?»

Хозяин кабинета посмотрел на молчащего посетителя.

— Барон, вы пришли ко мне, чтобы многозначительно помолчать и отнять мое время? — сварливо поинтересовался герцог.

— Простите, Ваша светлость, — откашлялся барон, — мне показалось, что вы о чем-то задумались, я просто ждал, когда вы… — он запнулся.

— …закончу думать? — с иронией в голосе закончил его предложение герцог.

— Э-э-э… — с явным желанием возразить, написанном на его лице, барон Блэквуд отчаянно пытался подобрать нужные слова.

— Оставьте, барон, — пустое! — небрежно махнул рукой герцог. — Докладывайте, что с моим приказом?

После слов герцога барон аж преобразился, выпятил грудь и плюмкнул губами.

— Ваша светлость, докладываю, что барон Вудрон со слугами и домочадцами благополучно сопровожден до его дома, коего он достиг без потерь!

Герцог про себя поморщился. Ох уж, эти речевые штампы! А вслух сказал:

— Отлично, барон! Я доволен вашей службой!

Барон вытянулся еще больше и еще дальше выпятил грудь.

— Так, — не выдержал герцог. Все-таки он привык ценить свое время, которого катастрофически не хватало на все его задумки и приходилось постоянно чем-то жертвовать. Так как государством он пожертвовать не мог — судьба очень многих людей зависела от его решений, жертвовать приходилось общением с детьми и своей личной жизнью. И хотя барон все это прекрасно знал, напомнить ему об этом герцог посчитал не лишним! — Барон, сжато и четко доложите, что и как происходило? Был ли бой с людьми моего брата? Сколько раненых, сколько погибших? Как держался барон Вудрон и его семья? Давайте, барон! — подбодрил он своего вассала. — Быстро и четко!

Барон на некоторое, очень непродолжительное время задумался, видимо подбирая слова.

— А не было никакого нападения, Ваша светлость! — начал он, как ему казалось с самого главного.

— Как не было? — неподдельно удивился герцог. — Неужели, я ошибся?!

— Ваша светлость… — барон потупил взор и склонил голову, как бы в смущении от неприятного для его суверена известия.

— А, ладно! — махнул рукой герцог. — Рассказывай!

— Все, значит… — опять задумался герцог. — Интересно… Ведунья, очень слабая магиня жизни, всего лишь серебряный перстень и изумруд четвертого класса, как выяснил в Магической гильдии граф Ван Хайм, вылечила Гаральда… Хорошо, допустим, это было по ее части, все-таки порча — это ближе к ведовству, чем к магии… Хотя, есть там несколько непонятных моментов, о чем и верещал Фоска, — герцог коротко улыбнулся, вспомнив прозвище, которым наградила его ведунья. — Ну, надо же, — Кочерыжка! Так вот, Фоска чего-то там бросил по поводу того, что с лечением сына не все так однозначно, как кажется, и вообще, сильно подозрительно… Но тогда герцога интересовали совсем другие вопросы, да, к тому же, осмотревший сына, в тайне от Фоски, срочно «приглашенный» в замок лучший лекарь города подтвердил, что Гаральд здоров, как бык, поэтому на вопли семейного мага-лекаря он внимания не обратил, посчитав обычным наговором и завистью, но вот теперь…

Герцог, размышляя, стал постукивать пальцами одной руки по столу.

«Эх, как же все не вовремя! — досадовал он. — Теперь у Ван Хайма работы резко прибавится, в связи со всем, что рассказал сейчас Эмери. А может, Бриан просто, ну, пошутил, допустим?»

Герцог коротко мотнул головой.

«Нет, на Бриана это совсем не похоже. Друг моего младшенького никогда такими вещами не шутил, а значит… Значит, Ван Хайму срочно придется выяснять, как слабая магиня жизни увеличила свою силу и что за этим кроется — просто желание стать сильней или что-то иное, и есть ли в этом усилении угроза лично ему, Ричарду?»

Его размышления прервала распахнувшаяся дверь.

— Заходи! — кивнул герцог, застывшему на пороге, графу Рональду Ван Хайму, главе Дворцовой стражи герцога, ну и, в придачу, главе разведки и контрразведки герцогства.

Граф, не чинясь, прошел и сел в кресло, стоящее у герцогского стола. Устроившись поудобнее, граф небрежно ткнул пальцем в сторону стоящего барона.

— А это шо за статуй? — осведомился он.

Герцог усмехнулся. Граф не мог не узнать барона, поэтому, правильно поняв эскападу графа, хозяин кабинета кивнул Эмери на свободное кресло около стола.

— Присаживайся, Эмери! Судя по всему, разговор будет долгим.

Барон присел на указанное кресло и, выпрямив спину, уставился на герцога, ожидая вопросов.

— Эмери, расскажите нам с графом о том, что вам поведал друг моего братца Бриан, — не обманул его ожиданий герцог.

Барон на секунду задумался, решая, с чего начать, а потом честно и без утайки рассказал все, что услышал от Бриана, в ходе их непродолжительного разговора. По мере того, как он рассказывал, что узнал от друга младшего брата герцога, барон обратил внимание, что лица его слушателей становились все задумчивей и задумчивей.

— Это все? — уточнил герцог, когда рассказчик замолчал.

Эмери развел руками.

— Да, Ваша светлость! Больше Бриан мне ничего не рассказывал!

— Барон! — граф, чуть склонив голову к плечу, смотрел на докладывающего. — А как бы вы оценили поведение барона и баронессы Вудрон, а так же членов их семьи, во время возвращения? Я ни за что не поверю, что после рассказа Бриана вы за ними не вели самое пристальное наблюдение!

Эмери немного виновато развел руками.

— Конечно, вел! А вы, на моем месте, что, поступили бы иначе? — и он с возмущением уставился на графа.

— Полноте, барон! — замахал руками граф. — Я вас ни в чем не обвиняю, наоборот, я хочу, чтобы вы поделились с нами результатом ваших наблюдений!

Эмери Ван Боском, барон Блэквуд задумался. Его собеседники терпеливо ждали, только герцог начал пальцами выбивать по столешнице дробь. Наконец, барон, тяжело вздохнув и тщательно подбирая слова, начал говорить.

Из-за того, что он тщательно взвешивал каждое слово, его речь изобиловала паузами, но они не меняли ее сути.

— Барон… вел себя, как обычный… барон, а вот баронесса… Да! Баронесса… ну, так-то, ничего такого… вот только… она ни разу ни на кого не повысила голос… м-да! Даже, если было видно, что ей что-то не нравится, она… как бы это сказать… она все равно оставалась спокойной и… а, вот! — доброжелательной!

Быстро рассказав о дороге, засаде и ожидании нападения воинов графа Дерского на барона Выдрона и его семью, барон Блэквуд подробней остановился на той картине, которую он застал, когда его воины вышли из леса, где, собственно, и организовывали засаду, которая не сработала в силу обстоятельств.

— То есть, — перебил барона герцог, — ты хочешь сказать, что граф и баронесса стояли и спокойно разговаривали?

— Так и есть, Ваша светлость! — подтвердил тот. — Только при их разговоре присутствовал и сам барон с двумя детьми.

Герцог безразлично махнул рукой.

— Это все? — напряженным голосом осведомился он.

«Эмери не будет тщательно закрывать двери, чтобы рассказать то, что он рассказал только что! — размышлял хозяин кабинета. — Значит, есть еще что-то, что он мне пока не рассказал, и это что-то точно не для всех, хотя угрозы, как я понял, это знание не несет, а то бы он с этого начал!»

— Э, Ваша светлость! — обратил на себя внимание барон. — Тут еще такое дело…

Он замялся.

— Эмери! — герцог решил слегка поторопить своего вассала. — Не тяни кота за подробности! Ты же знаешь, что у меня мало времени!

— Да, Ваша светлость! — вытянулся барон.

Герцог тяжело вздохнул, но промолчал, только требовательно посмотрел барону в глаза.

— Так что, Ваша светлость, пока ваш брат заканчивал свой разговор, я переговорил с Брианом… — барон запнулся, а потом продолжил: — Это…

— Я знаю Бриана! — нетерпеливо перебил его герцог. — И что же такого рассказал тебе Бриан, что ты так тщательно закрывал дверь?

— Ну… — неуверенно начал барон, — Я не знаю, известно ли это Вашей светлости…

— Эмери! — недовольно рявкнул герцог. — Говори, как есть! Что ты мнешься, как будто тебя понос пробил в общественном месте!

— Бриан предупредил меня, что баронесса Ария невероятно сильна в магическом плане, чтобы я был осмотрительнее и не вздумал ей перечить! — вытянувшись, четко доложил барон.

— Угу… — как-то враз задумался герцог. — Значит, невероятно сильна… — повторил он слова барона. — А скажи мне, он тебе еще что-нибудь рассказывал? — герцог откинулся на спинку кресла и с нескрываемым интересом уставился на своего вассала. — Ну, какие-нибудь примеры этой ее «невероятной силы» — он выделил голосом это словосочетание — приводил, или просто предупредил?

— О! Так я и говорю! — непонятно чему обрадовался барон. — Я Бриана, этак аккуратненько спрашиваю, значит, зачем, мол, барона на дороге с такими силами встретили? Мол, что, пограбить хотели? А он мне и отвечает:

— Эмери, друг мой, ты не поверишь — мы хотим вернуть своих коней! Я, конечно, очень удивился, как это баронесса ухитрилась прибрать их коников… Вот тогда Бриан и поведал мне эту историю.

— Так, стоп! — вдруг резко перебил заказчика герцог. — Это расскажешь чуть позже, а потом еще и напишешь, понял?

— Конечно, Ваша светлость! — поклонился барон.

— Что еще интересного, кроме потери коней, рассказал тебе Бриан? — герцог снова сел прямо, положив руки на стол.

— А еще он рассказал, как баронесса остановила их на тракте… — Эмери на секунду задумался, а потом продолжил: — Так-то, граф колебался, как сказал Бриан, никак не мог решить, отобрать коней силой или решить дело миром, так, после ее очередной демонстрации, он о силовом решении даже и думать забыл!

— Вон, оно как! — заинтересованно воскликнул герцог. — Это тоже расскажешь чуть позже, когда к нам присоединится граф Ван Хайм. Ему тоже будет не лишним это послушать!

— Хорошо, Ваша светлость! — склонил голову барон.

— Что еще интересного? — полюбопытствовал хозяин кабинета.

— Так, больше ничего, Ваша светлость, — пожал плечами вассал, — добрались нормально, спокойно, без происшествий.

— А как вела себя баронесса в пути? — герцог не сводил глаз со своего вассала.

— Да, нормально вела! — непонимающе пожал плечами барон. — Всю дорогу что-то обсуждала с мужем, да и одного из детей о чем-то выспрашивала. Вот и все, — развел руками докладчик.

Отступление 1.2

— И чего в этом странного? — не понял граф Ван Хайм. — У баронессы «железные нервы», не зря она столько прослужила в пограничье! Так что, держать себя в руках она умеет!

— Нет, это не то! — с жаром возразил ему барон. — Я прямо, ну не знаю чем, чувствовал, что она не сдерживается, а именно доброжелательно относится к собеседнику!

— Опять-таки, не вижу в этом ничего странного, — встрял граф, — вокруг члены ее семьи!

— Нет, — покачал головой барон, — это не то! Я не знаю, как это объяснить, но она со всеми разговаривала так, что создавалось впечатление… — он задумался, подбирая слова, даже начал прищелкивать пальцами, в попытке подобрать более походящий вариант, — … ну, будто бы это все настолько мелкие проблемы, что решить их ничего не стоит! Вот! Это, как взрослый, с улыбкой, выслушивает проблемы маленького ребенка, которые кажутся тому неразрешимыми!

— Понятно! — кивнул головой граф. — Что еще?

— А еще… — опять на мгновение задумался барон. — А еще, у меня создалось впечатление, что она знала абсолютно точно, что по дороге на нас никто не нападет, что нет засад, и нам ничего не угрожает!

— Предвиденье? — возбужденным тоном воскликнул граф.

Герцог осторожно покачал головой.

— Вряд ли! Скорее, она каким-то образом просматривала все вокруг.

— Ну, и это тоже очень полезное умение! — оживился граф. — Но, все равно, нужно будет уточнить!

— Ну, уточни! — кивнул головой герцог, а потом посмотрел на барона. — Это все?

— Да, Ваша светлость! — слегка склонил голову вассал. — Вот только…

— Что? — вопросительно посмотрел на него хозяин кабинета.

— Не знаю, Ваша светлость, важно это или нет, вот только старший сын барона… — рассказчик замялся, — того…

— Чего? — опешил от такого откровения герцог. — Скорбный умом?

— Чего? — не понял барон, а потом до него дошло. — А, нет! Точнее, как у него с умом я не знаю, не общался, а вот то, что с ним что-то не так — это точно!

— С чего ты так решил? — напрягся герцог.

Ну, еще бы, ведь дочка очень хочет заполучить де Гриза-младшего себе в камер-пажи, а тут такое!

— У него очень точные, акцентированные движения! — пояснил барон. Потом помолчал и уточнил: — Все движения!

— И? — герцог пока ничего не понял. Граф, кстати, тоже. — Причем здесь акцентированные движения?

Барон поджал губы, задумался, а потом вдруг ударился в воспоминания.

— Помните, герцог, во время свадьбы вашего брата, один из гостей со стороны его жены, проводил показательные бои?

— Отож! — закатил глаза герцог. — Первый меч Империи! Он один, против пяти — и разделался с ними, как с детьми! Вот это класс! Жаль, отказался остаться в замке преподавателем боя на мечах! — герцог, закончив вспоминать, удивленно посмотрел на барона. — А причем здесь это?

— Так, движения у них очень похожи! Только у мальца они еще точнее! — пояснил барон.

— То есть, Эмери, ты хочешь сказать, что сын де Гриза является мастером меча? — моментально сориентировался герцог.

Барон покачал головой.

— Я не берусь утверждать, но, если судить по четкости движений, то младший де Гриз разделал бы давешнего гостя из Империи, слывущего там первым мечом, как ребенка!

— Хм, — задумался герцог, — интересно…

Потом, встрепенувшись, посмотрел на барона.

— Эмери, есть, что еще рассказать?

— Нет, Ваша светлость! — отрицательно качнул головой тот.

— Хорошо! — герцог опять откинулся на спинку кресла. — Благодарю за службу, ты свободен!

Барон вскочил, ударил себя ладонью в грудь, отдавая честь и, развернувшись, вышел из кабинета.

— Да, барон! — крикнул ему вдогон герцог. Барон вернулся и застыл на пороге. — Не забудьте все, что вы рассказали мне и графу Ван Хайм, записать и передать моему секретарю! Даю вам на это, ну, скажем, — герцог на секунду задумался, — скажем, три дня!

Барон опять стукнул ладонью по груди и, развернувшись, покинул кабинет своего сюзерена.

— Ну, что скажешь? — герцог посмотрел на графа.

— Смотря о чем! — хмыкнул граф.

— Я пока про рассказ барона Блэквуда, — пояснил хозяин кабинета.

— М-да, забавная семейка! — качнул головой граф. — Так, что ты хочешь услышать?

Герцог нахмурился, недовольный таким нарочитым непониманием, но граф сделал вид, что его это не касается и продолжал сидеть с абсолютно безмятежным выражением лица.

— Я тебя просил разузнать про баронессу и барона… И что? — герцог требовательно посмотрел на графа.

— Ну, так, все, что тебя интересовало, я тебе доложил, — пожал плечами граф, — чего еще?

— Рональд, — герцог тяжело вздохнул, — я собираюсь предложить баронессе Арии Вудрон место семейного мага-лекаря, поэтому мне хотелось бы знать, насколько это безопасно!

— Ричард, — граф укоризненно взглянул на собеседника, — не надо быть таким мнительным! С чего вдруг такие мысли?

Он смотрел на своего сюзерена с чуть насмешливой улыбкой.

— Да, что ты?! — саркастическим тоном воскликнул герцог. — Судя по тем сведениям, что ты предоставил — она слабая магиня жизни, так?

— Так, — подтвердил граф, пока не понимая, куда клонит его сюзерен и друг.

— И вот, — не меняя тона, продолжил герцог, — слабая магиня уезжает в подаренный мной замок, и через неделю возвращается, ну, просто офигительно сильная магиня, не пойми какого аспекта! — герцог зло посмотрел на графа. — А теперь скажи мне, Рональд, что это нормально и для волнений совсем нет повода!

— Так! — резко бросил граф, даже слегка хлопнул ладонью по столешнице. — Де Гризы всегда были тебе верны, и я не вижу смысла подозревать их в измене! Да, баронесса явно усилилась, ну так что? Пригласи их у себе, поговори, а потом уже и решай! Сейчас ты судишь с чужих слов, Ричард, а это неправильно! Вспомни, ты и сам прекрасно разбираешься в людях, так что есть смысл составить собственное мнение, и если ты решишь, что она тебе подходит, то и предложишь ей должность, а если нет — то нет!

— Рональд, ты же понимаешь, что став семейным лекарем-магом…

Граф в отчаянии махнул рукой, прервав своего сюзерена.

— Рич, ты опять за свое! Я же не настаиваю на этом, я предлагаю тебе самому решить, годится она на эту должность или нет! Кстати, я так и не понял, что тебя смущает?!

— Э-э-э… — герцог задумался. — Действительно! — наконец, хмыкнул он. — До ее поездки я был уверен, что лучшей кандидатуры не найти! К тому же, — герцог понизил голос и слегка наклонился, приблизив свое лицо к лицу графа, — она очень красивая женщина! Понимаешь, о чем я?

Герцог откинулся на спинку кресла и вопросительно посмотрел на своего вассала. Тот, вопреки его ожиданиям, неодобрительно покачал головой.

— Забудь! — твердо, очень жестко ответил ему граф. — На этом поле тебе никогда не победить!

И, увидев вопросительный взгляд, пояснил:

— Представляешь, они до сих пор искренне любят друг друга! Так что, попытавшись крутить интрижку с баронессой, ты получишь отказ с ее стороны и неприязнь к себе со стороны ее мужа. А если будешь слишком настойчив, то отказ с ее стороны может быть высказан в жесткой форме!

Герцог удивленно посмотрел на графа.

— Да-да! — усмехнулся тот. — За примером далеко ходить не надо — вспомни Кочерыжку!

— О, как! — крякнул от досады герцог. — А что, Кочерыжка…

— О, нет! — рассмеялся граф. — В этом случае, он бы так легко не отделался! Зная характер баронессы, готов предположить, что Кочерыжка, как минимум, лишился бы своих бубенчиков, ну, а максимум… — граф многозначительно развел руками.

— И все же… — герцогу не хотелось сдаваться.

— Забудь! — еще раз повторил граф, потом задумался, внезапно замолчав. Герцог терпеливо ждал, пока его друг обдумает посетившую его мысль.

— Но если она тебе так сильно понравилась, то могу подсказать вариант… — и, видя загоревшиеся предвкушением глаза герцога, он предостерегающе поднял руку. — Только отделаться легкой интрижкой, скорее всего, в данном случае, не получится.

— Ну? — герцог в нетерпении выбивал по столешнице пальцами дробь.

— Вообще-то, у семьи де Гризов, кроме старшего Волана, есть еще один ребенок — старшая дочь Нелия, которую вы, Ваше высочество, собираетесь отправить в Империю, на учебу. — И, видя непонимающий взгляд сюзерена, пояснил: — Я по ней сведения не собирал. Вообще не собирал, так как вы не планировали вводить ее в хоть какой-то близкий круг, наоборот, вы отсылаете ее в Империю. Вот только, краем уха слышал, что она уже сейчас в красоте превзошла свою матушку, а представляете, что будет, когда этот цветок распустится?

Герцог задумался.

— Вот только, — не дождавшись от герцога никаких слов, продолжил граф, — не уверен, что баронесса, мать девочки, одобрит легкую интрижку с твоей стороны… Но решать тебе, Ричард, герцог у нас — ты!

Герцог молчал довольно долго, но граф ему не мешал, тоже задумавшись о чем-то.

— Знаешь, Рональд, — наконец, пришел к какому-то решению хозяин кабинета, — я хочу, для начала, с ней познакомиться, ну, а дальше — посмотрим. Может, она мне не понравится!

— Да нет ничего проще! — пожал плечами граф. — Перед тем, как направить ее в Империю, вам необходимо с ней встретиться и пообщаться, чтобы удостовериться, что не зря посылаете именно ее. Ну, как тебе?

Герцог секунду подумал.

— Годится, — одобрительно кивнул он.

— Ну, что, все? — граф встал с кресла. — Тогда пойду, а то очень много дел.

— Сидеть! — негромко скомандовал герцог.

Пораженный жестким тоном сюзерена, граф рухнул в кресло и вопросительно уставился на хозяина кабинета.

— А скажи мне, Рональд, есть какие-нибудь новости из королевства? — нейтральным тоном поинтересовался герцог.

Граф напрягся. Новостей из королевства не было, но раз герцог спрашивает, значит, либо там что-то случилось, либо ему стало известно что-то важное, и это важное пока ему, Рональду, неведомо!

— Я пока не видел вчерашнюю почту, все никак не дойду до кабинета, — осторожно, словно ступая по тонкому льду, ответил граф, — но вчера ничего не было, — он помолчал, глядя на герцога, — а что?

Герцог ничего не ответил. Вместо ответа он взял с края стола злосчастное письмо, которое он читал перед визитом барона, и легким движением переправил его графу. Граф взял его в руку и вопросительно посмотрел на герцога.

— Читай! — кивнул тот.

По мере чтения письма, лицо графа становилось все мрачнее и мрачнее, и, к тому моменту, как он закончил чтение, он только что зубами от злости не скрежетал.

— Что скажешь? — герцог, молчавший все время, пока граф знакомился с содержанием письма, смотрел на графа с некоей надеждой.

Отвечать граф не спешил. Он выдохнул и потер руками лицо.

— Не высыпаюсь! — пояснил он удивленному герцогу. — Времени вообще ни на что не хватает!

— Так, я тебе давно говорил — возьми помощника! — попенял герцог. — Ты все обещаешь, а воз и ныне там! — он помолчал, выстукивая по столешнице пальцами правой руки какой-то ритм. — Понимаешь, Рональд, ты, в одиночку, не справляешься! Не справляешься, не справляешься! — хлопнул ладонью по столу хозяин кабинета, увидев, как его вассал вскинулся, чтобы возразить. — И, в конечном счете, от этого страдаю я и герцогство! — он помолчал. — Вот, ты сам сказал, что не высыпаешься, на сон просто не хватает времени! Скажи мне, через сколько дней такого постоянного недосыпа ты начнешь совершать ошибки? — тон герцога был резок.

— Да, я… — попытался возразить граф.

— Ты упускаешь ситуацию! — перебил его сюзерен. — Наверняка, по твоей линии этих сведений еще нет, а это жизненно важные для герцогства сведения!

Герцог замолчал, молчал и граф.

— Так что, Рональд, возьми помощника! — каждое слово герцог акцентировал несильным хлопком ладони по столу.

— Да, я не против, — как-то не очень уверенно начал оправдываться граф, — но, Ричард, где ж его взять? Ты же сам понимаешь, абы кто сюда не подойдет, нужен человек, обладающий специфическими наклонностями и навыками!

— Ну, — согласно кивнул герцог, — так, в чем же дело, ищи! Я, со своей стороны, тебе, чем могу — помогу!

— А! — с какой-то безнадежностью махнул граф рукой. — Да, чем ты поможешь? Среди моих кадров такого человека нет, а брать со стороны…

— Ну, а почему бы и нет? — герцог, прищурившись, с некой смешинкой посмотрел на своего собеседника.

— То есть? — удивленно посмотрел на него граф. — Ты предлагаешь взять в помощники человека со стороны? — в голосе графа сквозило неприкрытое возмущение.

— А что? — уже откровенно улыбался герцог. — Вон, смотри какой наблюдательный барон Блэквуд. Все примечает, плюс, голову подключает к мыслительному процессу! Ну, чем не помощник?

Граф ненадолго задумался, но потом покачал головой.

— Нет, Блэквуд не пойдет! Да, он внимательный, он не дурак и с мозгами у него все в порядке, — пояснил граф, — но он слишком мягкий, он не потянет. Ему не хватит характера принять жесткое решение! Нет, это не его! Его — рыцарские турниры и прочие благородные соревнования. Вот там — да, там он будет хорош, а в моем ведомстве… — и граф медленно отрицательно помотал головой.

Герцог, выслушав графа, вдруг подался вперед, навалясь грудью на столешницу и мгновенно становясь абсолютно серьезным, и тихим голосом произнес:

— Рональд, а как тебе кандидатура де Гриза-старшего? Уж его мягкотелым, ну никак не назовешь! И с головой у него все в порядке, это я точно могу сказать! Вон, как быстро и ловко раскрыл ограбление этого клоуна Аби аль Салаха, а? Что скажешь?

— Значит, де Гриз… — задумчиво протянул граф. Герцог, видя, что его вассал в глубоких раздумьях, сидел молча, чему-то радуясь. Поймав себя на этом чувстве, герцог удивился и попытался понять, чему он так рад, но у него не получилось. Отчего-то ему было просто радостно.

«Возможно, — подумал он, — я рад за Рональда, ведь кандидатуру де Гриза он не отверг, а такой помощник будет ему очень полезен! Мало того, что де Гриз умен, он еще и достаточно жесткий, чтобы настоять на нужном ему варианте решения. Плюс, что тоже немаловажно — он, абсолютно точно, верен семье герцога.»

Наконец, граф закончил размышлять и кивнул головой.

— Да, пожалуй, де Гриз-старший — это хорошая кандидатура, Ричард, спасибо за совет, но только, ты не обижайся, — граф твердым взглядом посмотрел на хозяина кабинета, — но я сначала сам с ним поговорю и только после этого решу, подходит он мне или нет!

— Да сколько угодно! — откинувшись в кресле, замахал руками его сюзерен. — В конце концов, это тебе с ним работать, а результат его работы я буду спрашивать, в том числе, и с тебя, поэтому… — и он сделал многозначительную паузу, разведя руками. — И, кстати, — продолжил герцог, — я тебе предлагаю рассмотреть вариант, когда ты, если тебе де Гриз подойдет, свалишь на него все дела контрразведки, а себе оставишь Дворцовую стражу и разведку! Я думаю, он потянет. Подумай над этим!

Граф показательно скривился.

— Нет, ну, естественно не сразу — вначале ты его поучишь, несколько дел проведешь вместе с ним, заодно и посмотришь, чем он дышит, а потом уже… — герцог вопросительно посмотрел на своего собеседника.

Тот на мгновение задумался, а потом энергично кивнул.

— Ну, вот и отлично! — обрадовался герцог. — С этим вопросом — все! Теперь нужно подумать, что делать с этим письмом!

— А это точные сведения? — осторожно поинтересовался граф. — Потому что, если это правда, то молчание представителей королевства навевает на очень неприятные мысли!

— Да, это надежный источник, — тяжело вздохнув, подтвердил хозяин кабинета.

— М-да! — теперь уже пальцами по столешнице барабанил граф. — Приезд младшего сына короля, со свитой и несколькими видными людьми королевства, включая вице-канцлера… И, предположительно, что это свадебное посольство к твоей дочери… И никто не спешит поставить тебя об этом в известность…

Глава 5.1

С утра, плотно позавтракав и поцеловав на прощание жену, Эрик де Гриз вышел из дома. Все, отпуск, дарованный ему герцогом, закончился, а потому он шел на работу, в сторону Восточных ворот, где в здании караульной стражи находился его кабинет.

Он шел по заснеженной улице и улыбался, вспоминая вчерашний день.

Они вернулись из баронства позавчера, и у них оставался еще целый день на то, чтобы отойти от путешествия и приготовиться к начинающимся будням, а так же, решить накопившиеся внутрисемейные проблемы.

Ну, проблемы — это громко сказано. Нелия вполне себе присмотрела за Микой, да и по хозяйству нормально управлялась, хотя все равно появились вопросы, которые могли решить только родители.

Вот он вчера, пока Ария ушла мешать свои «колдовские зелья», как он в шутку называл ее настойки и микстуры, Эрик отложил свой меч в сторону и, вооружившись различным столярным инструментом, позвав в помощь Рыка и Вольку, пошел «починять красоту и наводить марафет» в доме.

Так, в мелких заботах и ремонте, вчерашний день и прошел. А вот вечером, когда дети уже заснули, у них с Арией и состоялся очень важный разговор, который и определил линию их поведения на ближайшее будущее. Ну, во всяком случае, именно так считал Эрик де Гриз.

Он сидел в полутемной гостиной, потягивал свое любимое пиво, наливая в кружку из небольшого, литров на пять бочонка, и закусывая острыми и очень солеными кусками вяленого мяса, когда на пороге появилась Ария, неся в руках бутылку своего любимого красного сладкого вина, бокал и небольшую тарелочку с фруктами.

— Милый, — тоном, не предполагающим отказа, произнесла она, пока Эрик помогал ей сгрузить на стол ее ношу и поудобнее устроиться на стуле, — нам нужно поговорить… — она налила себе в бокал вина, пригубила, кивнула головой, то ли одобряя вкус напитка, то ли хваля себя за правильный выбор, — … и это важно!

Эрик согласно качнул головой, шумно отхлебнул из кружки, бросил в рот кусочек мяса и, активно работая челюстями, проворчал:

— Давно пора!

— И вообще, — после короткой паузы, продолжил он возмущенным тоном, — у тебя в последнее время появились какие-то странные и подозрительные секреты! — он посмотрел на жену. — Ну, что, Ария, расскажешь, что ты так тщательно скрывала от меня последние дни?

Ария кивнула.

— И еще, — с довольной улыбкой продолжил Эрик, — мне показалось, или твоя магическая сила действительно выросла?

— Об этом мы с тобой обязательно поговорим! — снова пригубив вина, улыбнулась мужу Ария. — Собственно, весь разговор и будет крутиться вокруг этого! Ты действительно прав, муж, моя сила выросла… — она опять пригубила вино, как бы собираясь с мыслями. — Очень сильно выросла.

Эрик вопросительно посмотрел не нее.

— И это, с одной стороны здорово! — печально улыбнулась она мужу. — А вот с другой стороны — не очень!

— Почему?

Голос Эрика был спокоен. Он знал, что жена ему все расскажет, нужно только набраться терпения и позволить ей рассказывать так, как она захочет.

— Понимаешь, милый, — она смотрела на мужа и улыбалась, но улыбка выходила какой-то жалкой, — дело в том, что я не смогу объяснить причину, по которой моя сила так резко увеличилась!

— Хм! — как-то насмешливо отреагировал на ее слова муж. — А мне вот интересно посмотреть на того, кто будет требовать это объяснение от моей жены! — в конце он уже просто рычал от негодования.

— Тихо, ты! Детей разбудишь! — громким шепотом зашипела на него Ария, но в ее улыбке появилась какая-то уверенность, а во взгляде на мужа — гордость и счастье.

— Ну, например, — улыбка так и не покинула лицо Арии, — представителям Магической Гильдии, а точнее, Коллегии Магических дел.

И, видя, что ее муж явно не понимает, в чем тут дело, пояснила:

— Коллегия занимается регистрацией магов и фиксирует любое изменение статуса. У меня был, так называемый, «серебряный ранг»… и, если любой маг вдруг увидит, как я магичу, а тем более, результат моих усилий, он сразу поймет, что свой серебряный ранг я переросла давным-давно!

— Погоди! — перебил ее муж. — Ну, а как он узнает, что у тебя серебряный ранг? Может, у тебя золотой, а то и вообще… ну, я не знаю, бриллиантовый? У тебя на лбу же не написано, какой у тебя ранг!

— На лбу не написано, — с нежностью глядя на мужа, сказала Ария, — да оно и не нужно! Достаточно взглянуть на кольцо!

— Какое кольцо? — снова отхлебнув из кружки пива, удивился муж.

Ария, молча, вытянула в его сторону руку.

— И чего? — продолжал недоумевать Эрик, потому как никакого серебряного кольца он не увидел.

— Смотри! — голос жены отчего-то прозвучал ненормально звонко. Он уже хотел было перевести свой взгляд с ее руки, его обеспокоил тембр ее голоса, когда вдруг, на пустом до этого мгновения пальце, появилось серебряное колечко с небольшим темным камнем, возможно, изумрудом. В гостиной было темновато и определить, что за камень в кольце у его супруги, было затруднительно.

«Да, в принципе, какая мне разница, какой у нее в кольце камень?! Во-первых, это кольцо — явно не украшение, а, во-вторых, если там, паче чаяния, не изумруд, я что, буду меньше ее любить?!»

Он даже фыркнул, от пришедших в его голову мыслей. Однако, женщина поняла издаваемые им звуки неправильно.

— Да! Вот такая у тебя жена — слабосильная неумеха! — усмехнулась она.

Эрик схватил рукой кружку и сжал так, что, казалось, он ее сейчас просто раздавит.

— Я убью любого, кто посмеет сказать что-либо подобное! — шепотом прорычал он.

Поглядев на его побелевшие от напряжения пальцы, сжимающие ручку кружки с пивом, Ария вдруг встала со стула, придвинула бутылку с вином, полупустой бокал и тарелку с фруктами поближе к Эрику.

Тот непонимающе следил за ее действиями и молчал. А вот когда она подошла к нему и боком уселась ему на колени, проворчал что-то одобрительным тоном и ухватил ее левой рукой за талию и поплотнее прижал к себе.

— Так, что там с кольцами? — напомнил он жене, подавая ей бокал с вином.

— Эх, ты, убивец мой любимый! — она ласково провела ладошкой по его щеке. — Короче, любой маг, в отличие от неодаренного, мое кольцо увидит не напрягаясь! А сравнив уровень моих магических конструктов и цвет кольца на пальце… Понимаешь?

— А если кольцо снять? — вид у Эрика был озабоченный.

Ария улыбнулась.

— А снять кольцо невозможно. Оно, в некоторой степени, не материально!

— В какой степени? — уточнил муж.

— Совсем. Оно просто не материально! Поэтому нельзя просто пойти, купить другое и поменять. Кольцо меняют специально обученные маги в Коллегии Магических дел!

— Угу… — пробубнил Эрик, отхлебнул пива и растерянно погладил свою бритую голову. — И что тебе грозит?

— Да, кто ж его знает? — пожала плечами Ария. — Я ни о чем подобном не слышала.

— Вообще-то, — как-то задумался ее муж, — насколько я знаю, все эти Магические Коллегии — это порождение королевства и Империи, а герцог как бы не является их ярым приверженцем… — он замолчал, а потом, еще крепче прижав ее к себе, дотянувшись губами до ее ушка, еле слышно, буквально выдохнул: — Слушай, а если ты сейчас такая сильная магиня, может, ты просто уберешь кольцо? — жена с удивлением посмотрела на него. — Ну, я не знаю, — продолжил он виновато, уловив ее взгляд, — раз это кольцо нематериально, то, может, его можно просто как-то убрать… ну, стереть, там… или вообще сделать невидимым для всех… а?

Ария задумалась. В предложении ее любимого было рациональное зерно — ведь, если маг не увидит перстня, то это совсем не значит, что его нет! Или попробовать создать иллюзию, допустим, золотого перстня на пальце, поверх серебряного? Да, над этим стоит подумать!

— А чего ты не хочешь пойти в ту же Коллегию и перерегистрировать свой ранг? — вдруг задал очевидный вопрос ее муж.

— Ты знаешь, любимый, я слишком вас всех люблю, чтобы вот так увеличить срок своей кабалы! — в голосе Арии звучало неприкрытое негодование.

— Понял! — качнул головой Эрик. — Так, что будем делать, любимая?

И он нежно ткнулся лбом ей куда-то в районе груди.

— Расслабься, дорогой, — Ария нежно поглаживала его ладонью по щеке, — я что-нибудь обязательно придумаю, тем более, что ты подал мне интересную идею! Нужно только подумать, покрутить ее… Магию, пока я применять не собираюсь, так что время, чтобы что-нибудь придумать, у меня есть.

— Это хорошо! — Эрик потянулся к столу, взял бутылку вина и долил жене в бокал, потом, убрав руку с ее талии, налил себе из бочонка пива, подхватил кружку правой рукой, а левую опять вернул на талию своей любимой. — Ну, — он чуть приподнял свою кружку, — за тебя, радость моя! За самую сильную, самую грозную, и самую прекрасную и нежную магиню всех стран и народов!

Он, задрав подбородок, с любовью смотрел на нее и глаза его смеялись. Она чуть нагнулась и шутливо чмокнула его прямо в тщательно выбритую черепушку.

— Спасибо, дорогой! Я тоже тебя сильно люблю!

Она так же, как и ее муж, чуть приподняла бокал и поднесла его к губам.

— М-м-м, — закатил глаза Эрик, ставя кружку на стол, — а доказательства?

— Обязательно! — продолжала улыбаться Ария. — И посмей только отказаться их принимать! — она шутливо постучала кулачком его по плечу, а потом вздохнула. — Но это позже. Мы еще не все обсудили.

— Кстати, — вдруг встрепенулся ее муж, — а там, в замке, когда ты захватила этого графа с его людьми, ты же уже стала такой сильной, да?

Его любимая задумалась, а потом начала медленно говорить, обдумывая каждое слово. Ей очень хотелось, чтобы ее муж понял ее правильно.

— Нет, тогда я только-только стала Хозяйкой замка!

Увидев нахмурившего брови, в попытке понять ее слова, мужа, она тихонько рассмеялась.

— Понимаешь, дорогой, оказывается, этот замок построили несколько десятков тысяч лет назад и у него был свой хранитель. Все я тебе сейчас рассказывать не буду, но, короче, он, этот хранитель, по каким-то, только ему известным причинам, решил уйти на покой и передал мне, так сказать, свои полномочия. Так что теперь я полновластная Хозяйка замка.

— И что это значит? — он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.

Она пожала плечами.

— Да, ничего… — пауза, — … и все! Понимаешь, все, происходящее в замке, отныне, тайной для меня не является, я в курсе всех событий. Абсолютно всех, понимаешь?

— Что, и даже в курсе, кто убил моих предшественников? — шутливо подначил он ее.

— И в курсе кто убил… и в курсе как убил, и зачем! — кивнула она с абсолютно серьезным выражением лица.

— Что, правда? — он смотрел на нее недоверчиво. — Ты знаешь, кто является человеком графа Дерского?

— Ну, — немного задумчиво протянула Ария, — я бы сказала, что он является не столько человеком графа, сколько графини… А вот зачем она так рвется попасть в наш замок… — она в задумчивости начала рисовать пальчиком на плече мужа замысловатые вензеля. — Нет, граф, конечно, сказал, и сам он в свои слова, безусловно, верит, но вот насколько они соответствуют действительности — это вопрос!

— Во как! — Эрик был поражен. Оказывается, даже в таком простом деле и то не все так очевидно, как кажется. — То есть, ты хочешь сказать, что графиня использует своего мужа, что называется, втемную?

— Да, — качнула головой его любимая, — такая мысль меня посещала!

— И что? — Эрик опять приложился к кружке.

— Да ничего! — очаровательно пожала плечиками Ария. — У меня не хватает данных, и не хватает знаний, так что эту тему я пока оставила.

— Хорошо! — Эрик не видел смысла продолжать эту тему, вопреки желанию своей женщины, а потому вернулся к предыдущей. — Ну, раз во время встречи с графом ты еще не обрела нынешнюю силу, то, что случилось потом? Откуда у тебя эта чародейская мощь? Ведь из ничего — ничего не возникает!

И он вопросительно посмотрел в лицо жене. К его удивлению, Ария виновато потупила глазки и еще отчаяннее начала рисовать пальчиком на его плече.

— Я… поглотила Камень Душ! — еле слышно, наконец, призналась она.

— Что? — в первое мгновение Эрик подумал, что ослышался, но в душе уже пробежал холодок безотчетного страха, убеждая его, что это правда.

«Да что она творит! — возмущение затопило его душу. — Она что, не понимает, что мы могли ее потерять! Там процент успешных поглощений — вообще ни о чем! А как же мы без нее? Как мне-то без нее…»

Но, прежде чем он начал ее ругать, а что он собирался это сделать, она отчетливо видела по его лицу, Ария успела вставить:

— Дорогой, это было абсолютно безопасно! Я это делала под присмотром хранителя, и он гарантировал мне, что все пройдет успешно! Да и Волька тоже следил, а ты знаешь, какой он сильный маг?

Эрик кивнул.

— Во-о-от! — протянула Ария. — Так что, я подстраховалась! И знаешь, что самое смешное во всем этом? — несмело улыбнулась она мужу.

— А в этом было что-то смешное? — иронично подняв бровь, поинтересовался он. — Извини, не понял! Ты хоть намекни, где там мне нужно было смеяться?!

— Ну, дорогой, — чуть капризно замурлыкала Ария, — ну, оставь свой сарказм! Ты сам офигеешь, когда я тебе скажу!

Эрик молча ждал продолжения, не сводя с жены глаз.

— Оказывается, поглощение Камня Душ так часто заканчивалось трагически оттого, что его категорически нельзя глотать!

И она, весело прищурив глаза, посмотрела на мужа.

— А все наши магистры и архимагистры и кто там над ними еще есть… Короче, они все уверены, что Камень Душ нужно именно глотать!

— О, как! — непритворно удивился Эрик. — А тогда через какое отверстие его вводить в организм? — в его взгляде появилась подозрительность. — А клизму перед этим делать нужно, или так сойдет?

— Фу! — брезгливо скривила личико Ария. — Дорогой, ну нельзя же быть таким прямолинейным!

— Ну, вот я такой! — развел правой рукой Эрик, заодно ухватив ей кружку с пивом. Левую руку с талии жены он так и не снял. — И, кстати, когда мы с тобой, наконец, начнем говорить о том, о чем ты хотела, а то мне уже не терпится посмотреть на твои доказательства!

— Да, вообще-то, — немного замялась его женщина, — я хотела тебе сказать, что поглотила Камень Душ, просто не знала, как лучше это сделать!

— Чего это? — игриво поинтересовался муж, в то время, как его левая рука начала опускаться ниже, с талии.

— А вдруг, ты меня разлюбишь? — каким-то жалобным тоном произнесла Ария, попутно пытаясь вернуть его руку обратно на талию.

— Глупая женщина! — нежно пробурчал Эрик, ставя кружку с пивом на стол и подключая к объятиям правую руку. — Я же тебя люблю не за величину твоего магического дара! Просто я испугался, что мог тебя потерять!

— Эрик, ты что делаешь?! — прошипела Ария, пытаясь отбиться уже от двух мужских рук. — Прекрати сейчас же! А вдруг кто-нибудь войдет?!

— Насчет того, что я делаю, отвечаю — получаю доказательства твоей любви! А по поводу того, что сюда кто-нибудь войдет — скажи, а ты что, кого-нибудь ждешь?

— Эрик, ты — сумасшедший! — уже тихо прошептала женщина, потихоньку сдаваясь.

— Зато, я твой сумасшедший! — прошептал в ответ он, поднимая лицо. Ария, наклоняясь, впилась в его губы…

И хоть ему не удалось выспаться этой ночью, потому как одной гостиной они не обошлись и продолжали предоставлять все новые и новые доказательства, сначала в ванной, а потом и в спальне, но чувствовал он себя просто прекрасно! Оттого и шел, улыбаясь, вспоминая вчерашний разговор…

— Эрик! — кто-то довольно сильно ткнул его в плечо, вырывая из сладостных воспоминаний. — Ты чего? Никого не замечаешь, улыбаешься, как блаженный, случилось чего?

Перед ним стоял его старый товарищ Бьорн и с тревогой заглядывал ему в лицо.

Глава 5.2

— Фух, Бьорн! — Эрик сделал большие глаза. — Ну, нельзя же так людей пугать!

— Чего?! — изумился Бьорн. — Это кто из нас людей пугает?! Идет, понимаешь ли, с идиотской улыбочкой, ни на что не реагирует, с друзьями не здоровается! И при этом утверждает, что его пугают! Совесть есть?!

— Не рычи, старый! — усмехнулся Эрик. — Ну, здорово, что ли! — и он обнял своего подчиненного и друга, неосмотрительно подошедшего к нему так близко.

— Э-э-э! — тут же захрипел тот возмущенно. — Раздавишь, медведь!

Эрик рассмеялся и разжал свои объятия. Бьорн тут же отскочил в сторону, потирая плечи.

— Вот, блин, — сокрушался он, — вроде, столько лет тебя знаю, а до сих пор не пойму, когда ты здороваешься, как человек, а когда как дикий медведь! И ведь сколько раз уже попадал!

Он сокрушенно покачал головой.

— Да ладно тебе, Бьорн, — махнул рукой его командир, — не притворяйся, уж не так тебе и больно было!

— А тебе-то откуда знать? — огрызнулся Бьорн. — Чай, не тебе организм давили!

— Ладно, извини, — добродушно произнес Эрик. — Это я от чувств-вс-вс!

— От чувств-вс-вс он! — продолжал ворчать Бьорн. — А, ладно! — махнул он рукой. — Рассказывай, о чем таком хорошем думал?!

И мужчины, разговаривая, не спеша двинулись в сторону здания городской управы, где оба несли службу.

— Да, так… — Эрик неопределенно пожал плечами.

Рассказывать, о чем только что вспоминал, он не хотел, а чем отговориться — пока не придумал.

— Давай-давай, выкладывай! — настаивал Бьорн. — А то идет, улыбается, как будто наследство получил!

— О! — Эрик остановился так резко, что его собеседник сделал еще пару шагов, прежде чем понял, что его друг остался где-то сзади.

— Ты чего? — Бьорн, остановившись, обернулся и с удивлением уставился на командира.

— А чего ты там про наследство говорил? — поинтересовался Эрик.

Его собеседник сначала непонимающе смотрел на него, потом в его взгляде появилось недоверие, а потом какое-то непонятное веселье.

— Да, ладно! Неужто угадал?! — заулыбался Бьорн. — И много…?

— Хм, — отчего-то нахмурился его друг. — Так что, ты ничего не знаешь?

— Что я должен знать? — враз стал серьезным его собеседник.

— А! — небрежно махнул рукой Эрик. — Герцог пожаловал мне титул барона…

И он посмотрел на своего друга. Тот заметил в его взгляде лукавство, но не мог понять, к чему оно относится.

— И… что? — отчего-то вдруг хриплым голосом поинтересовался Бьорн. — Мне теперь тебе кланяться и называть «ваша милость»?

В его ответном взгляде сквозила настороженность.

— А в морду?! — полюбопытствовал Эрик.

— Ну, дык… — сбился на простонародный язык его подчиненный. — Вам можно! Вы ж таперя барон! Эх, — он опустил глаза, в которых плескалось веселье. — Ваше право, канешно, нам и морду заехать… А мы чо… мы потерпим… Все же барон…!

Эрик, не заметивший смешинки в глазах своего друга, был неприятно поражен его словами и все сильнее хмурился и расстраивался, пока его собеседник не дошел до конца своего панегирика.

Бьорн, бросив быстрый лукавый взгляд на своего командира, увидев выражение его лица, не выдержал и, засмеявшись, закончил:

— … но если ты мне в морду, то я тебе в глаз точно нарисую!

И расхохотался, глядя в удивленно-растерянное лицо своего командира.

— Если ты помнишь, — сквозь смех, сообщил он, — большинство наших дружеских потасовок заканчивались, конечно, твоей победой, но после них Ария латала нас обоих! Так что, ты смотри — за мной не заржавеет!

— Да, ладно! — улыбнулся в ответ Эрик. — Ты же знаешь, я стараюсь особо властью не пользоваться, только в меру необходимости!

— Да знаю я! — все еще смеясь, махнул рукой Бьорн. — Пошли, что ли, а то опоздаем, и нам здорово влетит!

— Вот, кстати, — Эрик догнал своего друга и они пошли рядом, — а кто у вас сейчас за командира, а то герцог меня так быстро дернул, что я даже на службу зайти не смог!

— Да, граф и командует! — пожал плечами Бьорн.

— И как? — скептически улыбнулся Эрик.

Глава Караульной стражи славился своей занятостью. Он был настолько занят, что на службе не появлялся, от слова «совсем». Где он пропадает и чем занимается, Эрик даже знать не хотел — это было не его дело, вот только он представил, до чего мог докомандоваться человек, до этого не утруждающий себя рутиной службы, но зато весьма рьяно выполняющий «нелегкие представительские обязанности».

И он был поражен, когда услышал ответ:

— Да, нормально!

И, увидев потрясенный взгляд Эрика, Бьорн пояснил:

— А чего такого? За то время, пока тебя не было, ничего такого, необычного, не случилось — рутина! Службу ты поставил, поэтому, если не рушить заведенный тобой порядок, то все работает! А графу хватило ума не лезть во все и не давать всем «умные советы», так что, твое отсутствие на работу не повлияло. Гордись!

— Это мы завсегда! — усмехнулся Эрик.

— Угу! — кивнул ему Бьорн. — Вот только вчера днем к нему прислали герцогского курьера…

Эрик повернул голову и увидел озабоченное выражение на лице друга.

— И? — поторопил он его.

Тот тяжело вздохнул.

— Я не знаю, что ты натворил, судя по твоему настроению — ничего серьезного, но вот после ухода курьера, наш «графин» орал так, что я думал, что повылетают не только стекла, но и рамы! И цензурными в его речи были только предлоги и местоимения! Уж, на что я в этом виде речи человек подкованный, но и то три новых выражения услышал!

И он улыбнулся, явно этим гордясь.

— А почему ты решил, что это я? — Эрик был неприятно удивлен.

— А потому что он весь вечер ревел, что как только ты появишься в управе, чтобы срочно — к нему в кабинет! Так что, Эрик, что-то ты такое сделал, что герцог расстроил нашего «графина».

— Ну-у-у… — протянул Эрик, изогнув губы и пожав плечами, — если и сделал, то пока даже не представляю что!

— Слушай, — вдруг встрепенулся Бьорн, — а ты где, вообще-то, был, раз тебя столько времени на службе не было?!

— Да, понимаешь, — замялся Эрик, — Ария тут, как бы… э-э-э…

— Ну, чего? — не вытерпел его подчиненный. — Неужто, убила кого не того?

— Чего? — удивился новоиспеченный барон. — Кого убила?! Ты чего несешь, старый?! — возмутился он. — Никого она не убивала… — потом, вспомнив довольно сомнительный эпизод, слегка убрал градус возмущения. — Так, помяла немного… Но все поправимо! — он вздохнул. — Короче, сына герцога она немножко помяла.

— Их, ты! — не то восхитился, не то ужаснулся Бьорн. — За что она его, ведь болеет человек!

— А? — сначала не понял Эрик. — А! Да нет, не того! Гаральда она, наоборот, вылечила! Это младшенького, который прижитый!

И, увидев восхищенную физиономию друга, пояснил:

— Герцог нас баронством за это и наградил!

— Да ты чо…?! — и Бьорн выразил свое восхищение кратко, выразительно и крайне нецензурно. Очевидно, это были те перлы словесности, которые он подслушал у графа, так как раньше Эрик их в его исполнении не слышал. — Как тебя теперь называть, а?

— Да, Эрик де Гриз, барон Вудрон, — пожал плечами его собеседник.

— Угу, угу! — оскалился Бьорн. — Ладно, — он бросил взгляд на входную дверь управы, — удачи тебе с графом, я с тобой, извини, не пойду! — он хлопнул новоиспеченного барона по плечу. — И не забудь — с тебя причитается! Баронский титул необходимо обмыть, а то плохо баро́нить будешь, понял?!

— Понял, обмоем! — кивнул головой Эрик.

Бьерн, шутовски поклонившись, широко распахнул перед Эриком входную дверь.

— Пожалте, Ваша милость! — на его лице сияла широкая улыбка.

Эрик, усмехаясь на этакую подначку, качнул головой и вошел.

— Господин Эрик! — вытянулся дежурный. — Господин граф срочно требует вас в свой кабинет!

— А что, он уже на службе? — удивился Эрик.

— На службе! — тяжело вздохнул дежурный.

— Хорошо, спасибо, Энгер! — вежливо поблагодарил его Эрик, потом залихватски подмигнул и направился прямиком к кабинету графа Рануила, Главе Караульной службы.

— Разрешите? — предварительно постучав, он распахнул дверь кабинета главы Караульной стражи.

Тот недовольно сморщился, но, увидев, кто пришел, побагровел, глаза его налились кровью и, дождавшись, когда посетитель закроет дверь, гневно зашипел:

— Ага! Кого я вижу! Нас решил посетить сам Эрик де Гриз, барон Вудрон! Я не ошибся? — в его шипении было столько яда, что Эрику на мгновение показалось, что перед ним не человек, а огромная ядовитая змея. Но он пораженно сморгнул и морок исчез. Перед ним был его командир, граф Рануил.

— Не ошиблись, граф, — спокойным тоном подтвердил Эрик и замолчал, ожидая новых вопросов, но граф тоже молчал, разглядывая своего подчиненного.

— И чего молчите, барон?

«Граф, видимо, заскучал, — пришла шальная мысль Эрику в голову, — а значит, он рассчитывает повеселиться за мой счет. А вот дудки ему!»

— Не слышал вопрос, Ваше сиятельство, — пояснил Эрик.

— Скажите, барон, — голос графа вдруг стал сладким, словно мед. От неожиданности Эрик слегка вздрогнул и поморщился — обычно таким голосом задаются самые неприятные вопросы. — Вы совсем недавно стали бароном, Его светлость, герцог Ренка оказал вам такую честь… — он прервался и с осуждением и какой-то брезгливостью посмотрел на Эрика. — И как же вы отплатили ему за его безмерное участие?

Граф опять замолчал и выжидательно уставился на Эрика.

«Это он, вообще, о чем лопочет?» — удивился Эрик.

— И как же? — поинтересовался новоиспеченный барон, ничем не выдав своих эмоций.

— А это вы мне расскажите! — напыщенно потребовал граф. — Расскажите, почему Его светлость присылает курьера с требованием прибыть вам во дворец завтра в три пополудни?!

— И что? — Эрик был сильно удивлен.

Ему было совершенно непонятно, на основании чего граф сделал столь неоднозначный вывод насчет какой-то его, Эрика вины.

— А то! — граф не выдержал и повысил голос. Нос Эрика уловил довольно сильный запах спиртного. Не перегар, а свежий запах!

«Странно! — размышлял он. — Вроде как, граф в злоупотреблении спиртным замечен не был, хотя… Он настолько часто посещал свою службу, что Эрик видел его, ну, может, раз пять за все время службы в качестве помощника Главы Караульной службы. Так что, что мне известно о его пристрастиях… А если этот свежак лег на «вчерашние дрожжи»… М-да, тогда сейчас с ним разговаривать бесполезно. Нужно как-то отговориться и свинтить от него. А завтра еще к герцогу… Интересно, что от меня понадобилось Его светлости?»

— Чтобы ты знал, — между тем разорялся граф, — в своем послании Его светлость прямо намекал мне, что эту аудиенцию ты можешь и не пережить, а потому мне следует присматривать на твое место человека! Понял, чем пахнет?

И он уставился на Эрика с явным неодобрением.

— Он так и намекнул, что могу не пережить? — с каменным лицом уточнил Эрик.

Кто бы знал, чего ему стоило удерживать на лице это непроницаемое, безразличное выражение! Последняя фраза графа его здорово напугала и озадачила, и он с неким трепетом ожидал ответ.

— Нет, — поразмыслив некоторое время, вздохнув, признался хозяин кабинета. — Он просто предупредил, чтобы я присматривал на ваше место другого человека.

Эрик облегченно выдохнул.

«Ну, напугал, придурок!» — подумал он.

Очевидно, облегчение отразилось на его лице, потому что граф, встрепенувшись, ткнул пальцем в его сторону.

— Ну, теперь то вы осознали? — обвиняющим тоном вопросил он.

— Осознал что? — Эрик начинал злиться, а это было плохо.

В запале он мог ляпнуть графу что-нибудь не то и сделать только хуже. Ему нужно было быстренько закончить этот, ему совсем ненужный разговор и идти смотреть, что произошло, пока его не было.

— Его светлость почти прямым текстом говорит, что вас ждет серьезнейшее дознание, в результате которого, даже если вас оправдают, то такой ответственный пост уже не доверят! — граф явно гордился своими логическими заключениями.

— Да? — де Гризу надоело выслушивать весь этот пьяный бред, и он сорвался. — А вам в вашу хитромудрую голову не приходило, что Его светлость просто хочет предложить мне другое место службы и считает, что я его предложение приму? — саркастическим тоном поинтересовался он.

— Э-э-э… — хозяин кабинета пребывал в растрепанных чувствах. Он явно не рассматривал вариант, только что озвученный его подчиненным.

— Но… как же так? — неуверенно начал мямлить он. — Как же, не известив меня и, вообще, почему вам, ведь есть я?

Он в удивлении воззрился на своего подчиненного. Тот стоял с абсолютно спокойным непроницаемым лицом и молча смотрел на своего командира. Тот еще немного помялся, а потом просто, с каким-то выражением полной безнадеги, махнул рукой.

— Идите, барон! И не забудьте завтра в три пополудни быть у Его светлости! — граф плюхнулся в кресло и уставился в окно.

Эрик четко отсалютовал командиру и поспешил покинуть его кабинет.

— Ну, что? — Бьорн оглянулся по сторонам, не заметил ли кто его вольного обращения с высоким начальством, но в коридоре было пусто. Оказывается, он в одиночку отирался неподалеку от кабинета графа, поджидая друга.

— А! — раздраженно махнул рукой Эрик. — Ну, его! Балбес, да еще и подшофе! Прикинь, решил, что меня граф вызывает к себе, чтобы за что-то наказать! Ему, видите ли, намекнули, чтобы он подыскивал на мое место человека, так как я, скорее всего, сюда не вернусь!

— А ты… вернешься? — со странным выражением в голосе спросил его друг.

— Вряд ли, — качнул головой де Гриз.

— Слушай, — лицо Бьорна загорелось надеждой, — так, может, ты порекомендуешь меня на твое место, а?

Эрик задумался на мгновение, а потом отрицательно качнул головой. Бьорн как-то сразу поскучнел.

— Знаешь, давай немного пождем, — рассудительным тоном начал Эрик. Бьорн поднял на него печальный взгляд. — Если у герцога все пройдет так, как я думаю, то у меня к тебе будет предложение… — он засмеялся и несильно хлопнул Бьорна по плечу, — … от которого ты точно не сможешь отказаться!

— Правда? — повеселел его друг.

— Правда, правда! — подтвердил Эрик и, увидев, что его друг повеселел, предложил:

— Ну что, пойдем ко мне в кабинет, доложишь поподробнее, что вы тут натворили в мое отсутствие!

* * *

Ария шла вместе с дочерью к себе в лабораторию и улыбалась. Настроение было превосходное! Вчера она проверила сделанное Нелией в ее отсутствие и нашла всего пять мелких ошибок! Да, даже не ошибок, а так… Ей просто не хватало опыта, и в некоторых настойках можно было бы заменить пару видов трав на другие. Нет, и эти тоже помогали, но просто менее эффективно, а так, по воздействию на организм получалось именно то, что и было заказано.

Объяснив дочери эти нюансы, она проверила, как та усвоила новый материал, предложив ей приготовить пару настоек. Дочь откровенно порадовала, приготовив нужные препараты без единой ошибки!

— Молодец! — искренне похвалила ее Ария. — Будучи в Империи не опозоришь имя семьи!

— Э-э-э, мам, — глаза у Нелии широко распахнулись, и она удивленно уставилась на родительницу.

— Чего? — с задорной улыбкой поощрила дочь на дальнейшие расспросы Ария.

— Я не поняла! Насчет Империи, можно поподробнее? — она стояла руки в боки и подозрительно смотрела на матушку.

— А чего подробнее-то? — сделала непонимающий вид Ария. — Ты же знаешь, что я вылечила наследника герцога?

Нелия кинула, но позу не поменяла.

— Так вот, — Ария с гордым видом посмотрела на дочь, — в благодарность, Его светлость, за счет казны отправляет тебя на учебу в Империю!

К удивлению магини, ее дочь никак не выразила свое отношение к этому факту, только поза ее стала менее воинственной.

— Ты что, дочка, — обеспокоилась Ария, — не рада? Ну, если не хочешь, давай откажемся!

— Погоди, мам, — оборвала ее Нелия. — Не так быстро! Мне нужно сжиться с этой мыслью, привыкнуть к ней… А давай я тебе завтра скажу, как я отношусь к такой перспективе. — И, видя озабоченное и расстроенное лицо матушки, быстро добавила: — Нет, мам, никаких особых возражений нет, просто неожиданно все… Я думаю, что это будет здорово, ты же знаешь, мне всегда нравилось учиться, да и отказывать герцогу… — это знаешь ли… — и она покрутила в воздухе рукой.

А потом, вечером, был разговор с Эриком, который так здорово закончился…

При воспоминании о том, чем и как закончился вчерашний разговор с мужем, на щеках зацвел румянец, а на губах расцвела улыбка. Да и дочка сегодня порадовала, подтвердив, что очень даже «за» поучиться в Империи, тем более, за счет казны!

Зайдя в лабораторию, она привычным взглядом окинула помещение и кивнула себе. Все было в порядке. Не то, чтобы она опасалась воров, но эта привычка осталась у нее еще с тех пор, как она служила лекарем в Пограничной страже.

— Так, дочь, сегодня нам с тобой нужно…

Но закончить ей не удалось.

Входная дверь в лабораторию приоткрылась, и в образовавшуюся щель протиснулся Мика.

— Мама! — размахивая руками, закричал он. — Скоей! Посли!

— Мика! — строгим голосом прервала его Ария. — Почему ты здесь и где Рык, который должен был за тобой присматривать?

— Мама! — Мика схватил Арию за руку и потянул к выходу. — Посли сколей! Там дяди! А Лычек не пуссяет их в дом! Посли сколей!

Обеспокоенная Ария, схватив только что снятое пальто, бросилась из лаборатории.

Уже подбегая к дому, она увидела на крыльце Рыка, который стоял перед двумя мужчинами, преграждая им путь к двери.

— … а я вам говорю, что ее нет! — услышала она его твердый голос.

— Парень, ты не понимаешь, — начал тот, что стоял чуть впереди.

— Что здесь происходит? — чуть запыхавшимся голосом вмешалась в разговор Ария и только тут она обратила внимание, что оба мужчины были вооружены и оба они были в ливреях цветов герцогского дома.

— Госпожа Ария де Гриз, баронесса Вудрон? — поклонившись, спросил тот, что стоял впереди.

— Да, это я! — закусив губу, подтвердила Ария. Ей все меньше и меньше нравился этот визит герцогских слуг.

— Его светлость, герцог Ренка, велел передать, что ожидает вас с мужем во дворце завтра в три часа пополудни!

И, еще раз поклонившись, протянул ей свиток, украшенный несколькими печатями на витых шнурах.

Отступление 2.1

— Его светлость готов вас принять! — бессменный секретарь герцога, улыбнувшись чему-то, распахнул дверь герцогского кабинета.

Эрик де Гриз, барон Вудрон, кинул на него подозрительный взгляд, но ничего не сказал, а, протянув руку, помог подняться из кресла жене и, дождавшись, когда она возьмет его под руку, шагнул в рабочий кабинет герцога.

— Барон, баронесса, — приветливо кивает герцог, не вставая из-за стола.

— Ваша светлость! — вежливо склоняет голову Эрик де Гриз.

— Ваша светлость! — отстав от мужа на мгновение, повторяет его жест Ария.

Герцог, приподняв бровь, удивленный таким демонстративным нарушением этикета со стороны женщины, просто хмыкает и, небрежно махнув рукой в сторону стульев, стоящих около стола, небрежно бросает:

— Присаживайтесь, разговор у нас с вами будет долгим.

Ария бросила тревожный взгляд на мужа, но он только слегка пожал плечами, как бы говоря, что он даже не догадывается о теме предстоящего разговора, а потом ободряюще улыбнулся ей и чуть отодвинул стул, помогая ей присесть, после чего, занял стул рядом с ней.

Герцог какое-то время сидел молча, бездумно постукивая пером по чистому листу бумаги, лежащему перед ним и размышлял.

Он собирался предложить Арии де Гриз место своего семейного мага-лекаря, и теперь пытался понять, почему она пошла на такое явное нарушение этикета при приветствии своего сюзерена — вместо принятого у женщин книксена, она поприветствовала его чисто по-мужски.

Вот он и пытался разобраться — это что-то значит, или просто она так привыкла. Тут же припомнив, что и все предыдущие разы она никогда не делала книксен, он решил не обращать на это внимания, тем более, что он знал о ее службе в пограничной страже, а резкость и решительность характера, точнее, жизненное воплощение этих черт, видел собственными глазами.

— Как съездили в баронство? — определившись с баронессой, герцог решил не спешить и начать издалека. — Каковы ваши первые впечатления?

— Все хорошо, спасибо, Ваша светлость! — на лице новоиспеченного барона Вудрон не дрогнул ни один мускул.

Герцог приподнял бровь и перевел свой вопросительный взгляд на баронессу. Она смотрела на барона спокойным, безмятежным взглядом, и молчала.

— А вы, баронесса, что скажете? — герцог решил продемонстрировать легкое нетерпение, так и не дождавшись от нее ни слова.

— Я присоединюсь к мнению моего супруга, Ваша светлость, — и она опять замолчала.

«Чего-то они опасаются, — глядя на их поведение, решил герцог, — интересно, чего?»

Потом, решив, что в течении разговора все прояснится, он перестал обращать на это внимание.

— А подробнее можно? — хозяин кабинета настойчиво пытался разговорить своих посетителей.

— Насчет хозяйства вам, Ваша светлость, лучше расскажет Ария, — вздохнув, Эрик де Гриз пустился в объяснения. — Я вам могу лишь рассказать о самом замке и его обороноспособности… — он бросил короткий взгляд на герцога, — но, думаю, вы об этом знаете намного больше меня.

И он развел руками.

Герцог досадливо поморщился. М-да, вот тут он явно промахнулся. На этой теме их разговорить не получится — он, действительно, о замке и баронстве знает намного больше, чем они.

— Я слышал, что у вас там возникли разногласия с моим младшим братом… — решил он зайти с другой стороны и, не закончив предложения, выжидательно уставился на чету баронов.

— Да, ничего такого, — растерянно пожал плечами Эрик де Гриз, — вроде, все разногласия уже устранены… — и он, в свою очередь, посмотрел на жену.

Та энергично кивнула головой.

— Да, Ваша светлость, случилось небольшое недопонимание, — чуть усмехнулась она, — которое было устранено в результате разговора между Его сиятельством, графом Реджинальдом и нами.

И она лучезарно улыбнулась. Помимо воли, губы герцога тоже растянулись в улыбке.

«Что за женщина! — восхищался хозяин кабинета. — Эх, и досталась какому-то дворянину даже без титула! Эх, нет справедливости в этом мире!»

Но потом вспомнил свою супругу, подарившую ему двух таких замечательных детей, и устыдился своих мыслей. Его любимая Рита…

Он непроизвольно вздохнул. Как же рано она оставила и его, и их детей!

Его тяжелый вздох не укрылся от баронской четы и, взглянув на них, он встретил два вопросительных внимательных взгляда. Эти взгляды и выражения лиц были настолько одинаковыми, что герцог не выдержал и коротко хохотнул.

«Не-е-е! Прав был Рональд! Они до сих пор любят друг друга и у меня шансов закрутить роман с Арией — твердый ноль! Но если их дочь хотя бы вполовину похожа на мать, я еще смогу быть счастлив!»

И его лицо расплылось в улыбке, но, увидев теперь уже удивленные лица де Гризов, он согнал улыбку с лица и как-то смущенно кашлянул.

— Э-э-э, — протянул он, — точно все улажено? А то, сами понимаете, кое-какое влияние на младшего брата у меня все-таки есть, и если что… — он выразительно посмотрел на барона.

— Спасибо, Ваша светлость, но в этом нет необходимости! — твердый, уверенный ответ последовал со стороны баронессы, а барон просто согласно кивнул ей.

Герцог рассчитывал, что баронская чета в разговоре будет более многословна, а потому никак не мог понять, как же ему узнать, что произошло в замке, что слабенькая магиня Жизни вдруг обрела какую-то, прямо-таки, мифическую силу! Чуть покрутив перо в пальцах он решился задать аккуратный вопрос:

— Скажите, а пока вы были в баронстве, никаких странных происшествий не было?

Он внимательно наблюдал за лицом барона, но тот продолжал удерживать абсолютно безмятежное выражение на своем лице.

— Да, нет, — его лицо на мгновение нахмурилось, как у человека, силящегося что-то припомнить. — Вроде как, Ваша светлость, ничего такого не случалось… — он пожал плечами. — Но, вы понимаете, мы из замка-то никуда не выезжали… А так, ни управляющий, ни капитан замковой стражи нам ни о чем таком не сообщали! А что?

Герцог перевел свой взгляд на баронессу, но ее лицо было также спокойно и безмятежно, как и у ее супруга.

— А в замке ничего странного не случалось? — настаивал хозяин кабинета.

Де Гриз опять пожал плечами.

— Да, вроде, тоже ничего! — он опять пожал плечами. — Во всяком случае, чего-либо такого, о чем стоило рассказать… — он вдруг запнулся и бросил вопросительный взгляд на жену. Она слегка прикрыла глаза, как бы соглашаясь с мужем.

Все это не укрылось от внимательного взгляда герцога и он вопросительно приподнял брови.

— Ну-у-у, — протянул барон, — ну, вот только Ария, — он опять бросил взгляд на жену, — поняла, как погибли наши предшественники…

И он выжидательно замолчал.

— Ну, как погибли ваши предшественники, я и так знал! — небрежно махнул рукой герцог. — Расследовавшие эти происшествия дали вполне однозначные ответы!

— Э-э-э, нет, — замотал головой де Гриз, — простите, Ваша светлость, я не так выразился! — он скорчил виноватую рожицу. — Я хотел сказать, что она знает кто убийца!

— Вот как! — на лице герцога проступило нешуточное волнение, напополам с неподдельным интересом. — И кто же?

— Простите Ваша светлость, — вдруг раздался голос баронессы, — а зачем вам это знание?

— Как это? — непонимающе глядя на нее, изумился герцог. — Он убил трех моих подданных, баронов, между прочим!

Ария де Гриз, выслушав герцога, безразлично пожала плечами.

— Гораздо больше! — уточнила она. — Это баронов только трех!

— Вот видите! — с ликующей интонацией всплеснул руками хозяин кабинета. — Он должен быть наказан!

— А… зачем? — с очень заинтересованным выражением лица поинтересовалась баронесса.

— Как это «зачем»? — не понял герцог.

— Да, вот так, зачем? — пожав плечами, повторила баронесса и, видя, что герцог не понимает сути вопроса, пояснила: — Чего вы хотите добиться?

— Как чего?! — возмутился ее сюзерен. — Я хочу, чтобы виновный был наказан, неужели не понятно?!

— Да, это, как раз, понятно, — соглашается баронесса, — но, нам с Эриком кажется, что будет намного интереснее его использовать.

— Что значит «использовать»? — герцог подозрительно посмотрел на Арию.

Она на мгновение задумалась, подбирая правильные слова, чтобы сюзерен понял их позицию.

— Понимаете, Ваша светлость, дело в том, что вы не в курсе, на кого работает убийца! Вы ведь не думали, что он убивает просто так, от нечего делать, правда? — она выжидающе посмотрела на герцога. Дождавшись его кивка, продолжила:

— Так вот, убийца работает на графиню Дерскую, — Ария чуть качнула головой, — кстати, граф об этом не знает, он считает, что это все было трагическое стечение обстоятельств! Так вот… — Ария вздохнула, — графиня у нас — имперка, а Империя сейчас, насколько я знаю, подтягивает свои войска к границам королевства и грозится войной. Правильно?

— Ну, пока — да! — подтвердил герцог. — Только непонятно, откуда у вас сведения про имперские войска?

— Так, это, вроде, не секрет? Империя из-за убийства своего посла грозит королевству войной. А раз так, то войска должны сосредотачиваться у границы, разве нет?

— Ну, да, ну, да! — опять покивал герцог.

— А графиня, как мне кажется, — как ни в чем не бывало, продолжила баронесса, — осталась преданна Императору, а значит, через убийцу мы сможем передать ей те сведения, что считаем нужными!

Она замолчала, а герцог задумался.

— И какие сведения вы собираетесь ей передавать? — наконец, после непродолжительных раздумий спросил он у Арии.

Та, в ответ, пожала плечами.

— Да, мы об этом еще и не думали, да и, в любом случае, это уже не наш уровень! Мы вам нашли способ, а уж что передавать, об этом думать не нам, это у вас должна болеть голова!

— А вот тут вы не правы! — усмехнулся герцог.

Увидев, как удивились де Гризы, он, все еще продолжая улыбаться, пояснил:

— Я вас, собственно затем и вызвал сегодня!

— Чтобы мы придумали, что передать графине?! — с каким-то веселым изумлением ужаснулась Ария.

— Да нет! — хохотнул герцог. — Я решил подкинуть забот вашей семье!

И он весело посмотрел на баронскую чету. Увидев их, вытянувшиеся от удивления лица, герцог от души захохотал.

Отсмеявшись, он вытер выступившие на глазах слезы и пояснил все еще удивленным и ничего не понимающим вассалам:

— У вас были такие забавные лица, что не смог удержаться!

Он опять хохотнул, но потом вернул своему лицу серьезное выражение.

— Барон, баронесса, я хочу предложить вам службу моему дому! — твердо и жестко произнес он.

— Так, мы, вроде как… — забормотал, не понимая, о чем это говорит его сюзерен.

— Нет! — прервал его герцог. — Да, вы и так мне служите, но я считаю, что не там и не так!

Увидев, что Эрик хочет что-то возразить, он поднял руку в запрещающем жесте.

— Да! Не там и не так! — подчеркивая интонацией свои слова, повторил он.

Эрик послушно промолчал, ожидая, что еще скажет сюзерен.

— Ну, что, — вдруг улыбнувшись, продолжил герцог. — Как говорят у нас на границе — женщин и детей вперед!

— Ага! — пробурчал Эрик де Гриз. — Эти слова говорят только тогда, когда отдают врагу свою землю! Это приказ для беженцев! Обычно, мужчины остаются в прикрытии. Не хотел бы я услышать эти слова! — Ария согласно кивнула, она тоже знала горькую правду этих слов.

Герцог, расслышав бурчание де Гриза, энергично кивнул головой.

— Вот, чтобы не слышать этих слов, вы и будете работать! — он перевел свой взгляд с Эрика на Арию. — Но об этом чуть позже! Сначала — дама! — он чуть замялся, но потом посмотрел ей в глаза.

— Ария де Гриз, баронесса Вудрон, я — Ричард, герцог Ренка, предлагаю вам службу в качестве моего семейного мага-лекаря.

Увидев, как в изумлении расширились глаза Арии, он усмехнулся про себя.

«Все-таки, такого они явно не ожидали!» — с удовлетворением подумал он.

— Что скажете, баронесса? — с усмешкой полюбопытствовал герцог.

Ария бросила взгляд на растерянного таким поворотом мужа, потом, усмехнувшись в ответ, склонила голову.

— Это честь для меня, Ваша светлость!

— Ну, и отлично! — кивнул герцог. — Я прикажу, вам отведут покои во дворце. К службе приступите завтра, и завтра же, при прибытии во дворец вам покажут ваши покои. Завтра жду вас в восемь часов. Мой секретарь расскажет вам ваши обязанности, и, вообще, со всеми вопросами можете смело обращаться к нему. Это ясно?

— Предельно, Ваша светлость! — кивнула Ария. — Позвольте вопрос?

— Угу, — разрешающе кивнул герцог.

— А почему завтра? — и не давая вставить герцогу ни слова, поспешила пояснить. — Я имею в виду, что мешает вашему секретарю рассказать мне о моих обязанностях сегодня?

— Да, в общем-то, ничего, — пожал плечами герцог. — Только у меня есть к вам просьба!

И увидев ожидающее выражение лица баронессы, продолжил:

— Я бы хотел, чтобы вы осмотрели моего младшего сына, Ардуна. — И, увидев, как начинает кривиться лицо Арии, поспешил пояснить:

— Он считает, что неконтролируемая агрессия и перепады в настроении происходят не просто так, а потому что он находится под заклятием, навроде того, что было у Гаральда.

— У Гаральда было не заклятие! — поправила его баронесса. — Хорошо, я его посмотрю! — не очень охотно, но она все-таки согласилась.

— Отлично! — обрадовался герцог, дергая шнурок сбоку своего стола.

— Вызывали, Ваша светлость? — привычно бросил его секретарь, открыв дверь и останавливаясь на пороге.

— Да! — кивнул герцог. — Дэвид, проводи леди Арию к Ардуну, чтобы она его осмотрела и возвращайся, ты мне будешь нужен здесь!

— Леди, — склонил голову Дэвид, ожидая, когда дама поднимется и покинет кабинет.

— Да, Дэвид, — вдруг вспомнил герцог, — на обратном пути найди мне графа Ван Хайма и скажи, что он мне нужен срочно! Я его предупреждал, чтобы он сегодня из дворца не уходил, так что он должен быть где-то поблизости!

— Понятно! — склонил голову Дэвид.

— И еще! — добавил герцог. — Оставь человека, чтобы, когда леди закончит, ее проводили сюда и расскажешь леди ее обязанности!

Поймав недоумевающий взгляд секретаря, пояснил:

— А! Да! С завтрашнего дня леди служит семейным магом-лекарем! Так что… — он не договорил и многозначительно посмотрел на секретаря.

— Угу, понял! — кивнул Дэвид, пропуская Арию. — А, может, мне остаться у Ардуна, а то… — он многозначительно замолчал, но, не дождавшись от своего сюзерена никакой реакции, продолжил уже не так уверенно. — Ну… вдруг у него опять настроение сменится… а тут дама…

— Эта дама, — усмехнулся герцог, — сломала моему сыну челюсть в трех местах!

— Угу! — судя по расширившимся глазам, его секретарю автор этой травмы барона, так гордившимся своим лицом, был неизвестен.

Дождавшись, когда баронесса и секретарь покинут его кабинет, герцог посмотрел на Эрика.

Он смотрел на барона и молчал, очевидно, размышляя над чем-то, но Эрик, даже понимая это, все равно почувствовал себя неуютно от пронзительного взгляда сюзерена, который, казалось, вообще смотрел сквозь него. Невольно, он поерзал на стуле, ища более удобную позу, что не укрылось от его собеседника.

— Теперь с вами, барон, — герцог отчего-то тяжело вздохнул и покрутил в пальцах перо, которое он так и не выпускал из рук. — Я предлагаю вам принять пост помощника Его сиятельства, графа Рональда Ван Хайма. Подождите! — герцог повысил голос, видя, что его собеседник уже набрал в грудь воздух, чтобы что-то сказать. — Он сейчас должен сюда подойти, он и будет принимать окончательное решение. Не скрою, разговор с ним по поводу вас у нас был и предлагал вашу кандидатуру именно я, поэтому…

Герцог многозначительно замолчал, давая барону самому додумать невысказанное. Барон молча кивнул головой, потом как-то нервно сглотнул и вдруг спросил:

— Ваша светлость, а чем я должен буду заниматься, как его помощник?

Отступление 2.2

— Я думаю, что этот вопрос вы решите с графом, работать-то вам с ним, а не со мной, так что последнее слово за ним, — герцог развел руками, а потом, видимо, что-то решив для себя, хитро улыбнулся и спросил:

— А, может, у вас, барон, есть какие-нибудь пожелания, или мысли насчет вашей будущей службы?

Теперь уже пришел черед Эрика разводить руками.

— Я не так хорошо знаю, чем занимается Его сиятельство. Нет, обязанности Дворцовой стражи я примерно представляю, конечно, но без нюансов.

Барон увидел, как на лице герцога отразилось разочарование.

«А, чего уж там, — решил он, — буду говорить, как есть, а там — что будет, то и будет! А то еще герцог решит, что я умом недалек!»

— Но это же не все, чем он занимается? — осторожно продолжил Эрик де Гриз, внимательно следя за сменой выражения лица герцога.

«Все правильно говорю! — решил он, увидев на лице сюзерена легкую заинтересованность. — Значит, надо продолжать!»

Герцог молчал и смотрел на Эрика, как бы поощряя того продолжать. И он, понимая, что сейчас ступает по очень тонкому льду, что любое, неосторожно сказанное слово, может быть истолковано не в его пользу, аккуратно подбирая слова, произнес:

— Я думаю, что граф, кроме Дворцовой стражи, заведует либо разведкой герцогства, а, скорее, противодействием чужим разведкам, окопавшимся в нашем герцогстве.

— Браво! — герцог несколько раз приложил одну ладонь к другой, изображая аплодисменты. — А позвольте узнать, барон, с чего такие выводы?

— Так, Ваша светлость, — подал плечами Эрик, — работа в страже и подразумевает поиск и поимку всяких преступников! — он примолк, а потом поправился. — Ну, кроме всего прочего!

Увидев поощрительный кивок герцога, он продолжил:

— А главе Дворцовой стражи, и подавно! А так как у него в страже чин самый высокий, то заниматься простыми преступниками ему, вроде как, не с руки, а значит что? — он посмотрел на герцога. Тот изобразил выражением лица вопрос. — А значит, он занимается преступлениями верхушки благородных, ну и тех, кто умышляет против герцогства! — и де Гриз, довольный собой, откинулся на спинку стула.

Но герцог ничего по поводу его речи сказать не успел.

— Ваша светлость, — на пороге возник его секретарь.

Герцог поднял на него глаза.

— А?

— Ваша светлость, там к вам виконт Дерский рвется, говорит очень важно и очень срочно! — сухо доложил Дэвид Ковердэйл.

— О, как! — удивился хозяин кабинета. — Этвард, стало быть?

— Он! — подтвердил секретарь.

— Хорошо, я с ним поговорю, пусть ждет! — быстро решил герцог. — И, кстати, ты нашел графа Ван Хайм?

— Да, Ваша светлость, — склонил голову секретарь.

— И? — поторопил того с ответом герцог.

— Должен быть с минуты на минуту! — пояснил Дэвид.

— Это ты про кого? — раздался из-за двери веселый голос.

— А вот и он! — качнув головой, не растерялся секретарь.

— Отлично! — обрадовался герцог. — И да, Дэвид, найди, пожалуйста, моего казначея, Сирила Ван Герштофа и скажи ему, что он мне будет нужен, — герцог, подняв глаза к потолку, попытался прикинуть, через какое время ему будет нужен казначей, — минут через сорок! — наконец, сориентировался он.

— Хорошо, Ваша светлость! — кивнул секретарь и вышел, давая дорогу пришедшему графу.

— Ваша светлость! — почтительно поклонился граф, приветствуя своего товарища и сюзерена, — барон! — он вежливо склонил голову.

— Привет, Рональд! — герцог улыбнулся вновь вошедшему, и небрежно махнул рукой. — Присаживайся!

— Господин граф! — Эрик де Гриз встал и почтительным поклоном приветствовал, возможно, своего будущего командира.

Граф плюхнулся на тот же стул, на котором ранее сидела Ария и закинул ногу на ногу.

— Ну, что, Ричард, — он вопросительно посмотрел на герцога, — что скажешь?

Эрик не удивился — дружеские отношения между герцогом и графом не были тайной, как и свободная форма общения между ними, да и не только между ними! Барон слышал о нескольких дворянах, которым было позволено общаться с Его светлостью, не обращая внимания на этикет. Правда, только в неформальной обстановке.

«Раз они так общаются, значит, я для них уже свой! — облегченно подумал де Гриз. — Теперь нужно не испортить этого отношения!»

— Да, все то же, Рональд! — усмехнулся герцог. — Впрочем, — он дернул бровями, — последнее слово останется за тобой!

— Угу! — вся веселость графа улетучилась. Он посмотрел на барона.

— Господин барон, — сухим, казенным тоном начал он. От такой неожиданной смены интонаций и манеры разговора, Эрик де Гриз напрягся.

«А ничего еще не кончилось! — констатировал он. — Точнее, как я понимаю, все только еще начинается! Так, собрался, мать твою!» — скомандовал он себе.

— Господин граф, — и он, в ответ, уставился на графа.

— Ну, кто я вы, наверняка знаете, поэтому представляться не буду, — заметил Ван Хайм и, дождавшись кивка от де Гриза, продолжил:

— Его светлость, господин герцог озвучил вам суть нашего предложения?

— Его светлость предложил мне принять пост вашего помощника… — Эрик немного замялся. — И это все.

— Хм-хм, — граф аккуратно пальцем потер щеку. — Не густо… Впрочем, а что думаете вы, барон?

И граф посмотрел на Эрика с неподдельным интересом, а герцог непонятно чему усмехнулся.

«Ну, и чего говорить? — пришла тоскливая мысль. — А! Будь, что будет! — вдруг решил он. — Буду говорить, что чувствую! Если здесь какая-то придворная интрига, я все равно не угадаю, да и даже если угадаю сейчас… Не, лучше вернусь к Восточным воротам! Подумаешь, не буду служить во дворце! И раньше не служил, и ничего — живы-здоровы, а тут, еще не известно, останешься ли жив в этом гадючнике?!»

— Да, ничего я не думаю пока, — честно определил он свою позицию. — Мало данных. — Он замолчал и посмотрел на графа, но тот молчал и ждал продолжения. Бросив взгляд на герцога, увидел такое же, как и у графа, выражение ожидания на лице. — Вы же со мной будете разговаривать, господин граф, ну, и расскажете, чем я буду заниматься и каковы будут мои обязанности и права, чтобы эти обязанности исполнять в должной мере. Так?

Теперь уже барон в ожидании смотрел на графа, изредка косясь на герцога. Он успел заметить высоко поднятые брови и усмешку на лице герцога. А вот граф, откинувшись на спинку стула, с интересом разглядывал барона.

И молчал. Граф продолжал молчать, рассматривая барона, наклоняя голову то к одному плечу, то к другому.

Когда уже, чувствующий себя не в своей тарелке барон решил как-то прервать это молчание, граф вдруг произнес, вроде как, ни к кому не обращаясь:

— М-да, а мы все время кричим, что нам не хватает грамотных работников… — он качнул головой. — Оказывается, не там ищем!

И после еще одного движения головой, он вдруг предложил:

— А вот что, барон, расскажите-ка о себе!

Эрик кивнул и собрался начать рассказ, но его прервал герцог.

— Господа! — он встал из-за стола. — Знакомство состоялось, беседа идет в деловом ключе, пока мое присутствие не обязательно. Вы продолжайте, а я ненадолго отойду, меня ждут дела!

И он быстро вышел из кабинета.

Дэвид Ковердэйл был на своем рабочем месте. Окинув взглядом помещение, герцог, махнув рукой вскочившему со стула юноше, чтобы тот не дергался, подошел к секретарю.

— Ну, что? — он вопросительно двинул подбородком.

— Да, ничего, — пожал плечами секретарь. Потом посмотрел на сюзерена и, поколебавшись секунду, все же спросил, понизив голос:

— Вы чего-то ждете, Ваша светлость?

— Скорее, ожидаю! — с нервным смешком признался герцог. — Знать бы еще чего!

Пояснил он, в ответ на вопросительный взгляд Дэвида.

— Ладно, — подытожил он, после непродолжительного молчания. Пойду, послушаю, чего Этвард так рвался ко мне. А ты, Дэвид, если вдруг…

— Сразу же доложу, Ваша светлость, даже не беспокойтесь! — уверенно кивнул секретарь.

Герцог кивнул и, отойдя от секретаря, подошел к опять вскочившему со своего места юноше.

— Здравствуй, Этвард! — как-то просто, по-домашнему, поздоровался герцог.

— Здравствуйте, Ваша светлость! — вытянувшись, четко произнес юноша.

— Я смотрю, ты все так и ходишь холостым, — усмехнувшись и осуждающе качнув головой, начал герцог. — Ох, распустил вас отец! Судя по сплетням, гуляющим по дворцу, тебя уже лет пять-шесть назад женить нужно было, глядишь, и пострадавших обманутых мужей после твоих дуэлей, было бы поменьше!

Уловив несколько игривый настрой сюзерена и, поняв, что сейчас он не герцог, а скорее дядюшка, каковым он, собственно, и являлся, Этвард усмехнулся в ответ и качнул головой.

— Это вряд ли!

— Ладно, — примиряюще махнул рукой герцог. — Но должен признаться, твой отец, мой брат, тебя хорошо научил владеть мечом.

Молодой человек молча поклонился, признавая правоту старшего родственника.

— Так, что ты хотел мне сказать, такое срочное и секретное? — внезапно, герцог стал совершенно серьезен и буквально впился взглядом в лицо племянника.

Этвард тоже отбросил всякую веселость и, согнав с лица улыбку, понизив голос, произнес:

— Отец настаивал, что это нужно передать лично вам, срочно и без посторонних…

Этвард украдкой бросил взгляд на секретаря.

— Не обращай на него внимания, я ему полностью доверяю! — нетерпеливо поторопил его герцог. — Ну?!

— Отец просил передать вам, дословно — «третий вариант».

— Хм-м! — герцог ухватился рукой за подбородок. Недолго поразмышляв, он уточнил:

— Этвард, а скажи, пожалуйста, твой отец сказал «третий вариант» или «вариант номер три»?

Юноша на секунду задумался, припоминая разговор с отцом, потом тряхнул головой:

— Нет, Ваша светлость, он абсолютно точно сказал именно «третий вариант»!

— Угу-угу! — задумался герцог, терзая рукой подбородок.

— Ладно! — после нескольких минут размышлений, отмер герцог. — Спасибо, Этвард, это было действительно важно!

— Рад был оказаться полезным! — хлопнул себя по груди юноша.

— Все, можешь быть свободен, Этвард, ответа не будет! — и когда молодой человек уже уходил, бросил ему вдогонку:

— А насчет женитьбы ты все-таки подумай!

Юноша, не сбавляя шага, повернулся и слегка наклонил корпус в коротком поклоне, как бы сообщая, что пожелание услышал, но остается при своем мнении.

— Ты смотри, каков наглец! — с долей восхищения качнул головой герцог. — Да, повезло, что он так хорошо владеет мечом, а то бы у моего брата было бы на одного сына меньше!

— На трех, Ричард, на трех! — усмехнулся его секретарь. — Его младшие братья тянутся за старшим! Успехи, конечно, пока не столь впечатляющие, но, судя по всему, они над этим работают!

— Что, и эти? — герцог расширил глаза в притворном ужасе.

— Угу! — кивнул головой Дэвид.

— И что, мечом орудуют так же здорово? — поинтересовался герцог.

— Ну, я, конечно, сам не видел, но слышал оценку Сирила, — пожал плечами Дэвид и поспешил добавить:

— Он, рассказывая мне о дуэли Среднего сына графа, Конрада, сказал что-то вроде «очень достойно», ну, или что-то в этом роде. Короче, ему понравилось, как средненький владеет мечом.

— Вот как? — нейтрально воскликнул герцог, а сам в это время подумал:

«Нужно чем-то занять, хотя бы старшего, а то он у меня во дворце всех дам перетрахает!»

— Причем, — похохатывая, продолжал Дэвид, — дрался он с оскорбленным мужем мадам Ван Брейст, представляешь?!

— Что, и этого незадачливый муж обнаружил в кровати своей благоверной?! — улыбнувшись, поинтересовался герцог.

— Ага! — продолжал веселиться секретарь.

— Блин! — сокрушенно покачал головой герцог. — Не дворец, а прямо вертеп какой-то! Ладно, — подойдя к двери в свой кабинет, напомнил герцог, — Дэвид, если что…

— Я помню, Ричард, доложу сразу же! — попытался его успокоить секретарь.

Герцог кивнул и, распахнув дверь, вошел в кабинет.

— …вот, вроде, и все, Ваше сиятельство! — пожал плечами Эрик де Гриз, оглянулся на звук открывающейся двери и тут же вскочил, увидев входящего герцога.

— Ваша светлость…

Граф даже не шелохнулся, размышляя над чем-то.

— Садитесь, барон! — поморщился герцог и махнул рукой, подкрепляя распоряжение. — Ну, что? — он глянул на графа и вопросительно дернул подбородком, усаживаясь в кресло за своим рабочим столом.

— Нормально! — отозвался граф. — Ну, что, ты или я? — тут же вернул он вопрос герцогу.

Эрик де Гриз переводил взгляд с одного на другого, пока не понимая сути их беседы, но догадываясь, что это связано именно с ним.

— Конечно, ты! — фыркнул герцог.

Граф вздохнул и качнул головой.

— Эрик, — начал он, — мы сейчас в неофициальной обстановке, поэтому, можно я буду вас звать просто Эрик?

— Конечно, Ваше сиятельство! — поспешил согласиться с ним Эрик де Гриз.

— Рональд! — подсказал ему граф.

— Что, Ваше сиятельство? — не понял Эрик.

— Я говорю, что, раз я буду звать вас просто Эрик, то вы можете обращаться ко мне просто по имени — Рональд. Мне кажется, что это будет правильно, так? — и граф посмотрел на барона.

— Да, Ва…, простите, Рональд, — быстро поправился Эрик.

Граф удовлетворенно кивнул.

— Так вот, Эрик, — продолжил он, — мы с герцогом предлагаем вам занять пост моего помощника и заняться противодействием разведкам иностранных государств и иных образований, пытающихся причинить вред нашему герцогству.

Граф замолчал, бросил взгляд на герцога, а потом опять вернул его на Эрика.

Тот сидел, задумавшись, но вид имел больше потрясенный. Граф и герцог сидели молча, давая барону возможность спокойно подумать.

— Э-э-э, Ваше си…, ой! Рональд, я, — начал Эрик как-то неуверенно.

— Да, да, да! — замахал на него руками граф. — Сейчас я услышу, что это великая ответственность, что у вас не получится, что вы не вправе… и прочую чушь! Эрик, — граф подал тело вперед, как бы чуть пригнувшись, — прекратите вести себя, как юная леди на первом балу, когда, вроде, и хочется, и матушка здесь!

— Но это действительно серьезная ответственность, Рональд, и я хочу быть уверен, что я справлюсь, потому что, в противном случае, могут пострадать многие! — начал горячиться Эрик.

— А пока не попробуешь — не узнаешь! — обрезал граф. — Чисто умозрительно нет ответа на этот вопрос. Только пробовать! Ну, барон, — он сделал короткую паузу и, видимо увидев что-то на лице Эрика, веселым голосом закончил: — Так каким будет ваш положительный ответ?

— Рональд, я совсем не знаю тонкостей работы против иностранных разведок! Ну, Ваша светлость, — в отчаянии он посмотрел на герцога. — Ну, хоть вы ему скажите! Я же всех подведу! Я даже не знаю, с чего начинать!

— Ах, вы об этом?! — улыбаясь, влез граф. — Об этом можете не беспокоиться! Естественно, я вам все расскажу, покажу, помогу, даже поделюсь кое-какими знаниями и прикормленными людьми… Нет! Губу особо не раскатывайте! — тут же одернул его граф. — Не всеми! Далеко не всеми, самому нужны будут, но кое с кем познакомлю!

— А зачем вам прикормленные люди, если вам останется только Дворцовая стража? — удивился Эрик.

— Ха! — грустно усмехнулся граф. — Такой большой, а все в сказки веришь! — он укоризненно качнул головой. — А кто, по-твоему, внешней разведкой будет заниматься?!

— Ох! — Эрик обалдело посмотрел на графа. — Еще и внешняя разведка на вас?!

— А ты как думал? — усмехнулся граф. — И, заметь, тяну и не канючу! Вот только детей своих редко вижу… — сокрушался он.

— Я понял! — кивнул ему Эрик. — Если вы на первых порах мне поможете, то я согласен!

В этот момент дверь в кабинет герцога распахнулась и вошла Ария.

— Ваша светлость! — она опять коротко склонила голову, потом обратила внимание на присутствующего графа. — Ваше сиятельство! — и, взглянув на герцога, доложила: — Я закончила!

— Проходите, леди, присаживайтесь! — герцог сделал изящный жест в сторону незанятых стульев.

Эрик вскочил и помог жене присесть.

Отступление 2.3

— Ну, раз вы согласны, тогда завтра, в восемь часов утра я вас жду у себя. Подойдете к секретарю Его светлости, и Дэвид вам расскажет, где меня можно будет найти! — граф встал. — Вроде, все решили, а потому…

— Рональд, сядь и послушай эту прекрасную леди! — жестко заявил герцог, и когда граф плюхнулся обратно, кивнул Арии.

— Госпожа баронесса, расскажите нам, как дела у моего сына?

— С вашим сыном, герцог…

* * *

— Добрый день, барон! — Ария, в сопровождении Дэвида Ковердэйла, зашла в покои младшего, незаконнорожденного сына герцога.

— Баронесса, шевалье! — Ардун вскочил с кресла, на котором, удобно устроившись, читал какую-то книгу.

— Господин барон, — Дэвид склонил голову, ну вот совсем чуть-чуть, и выглядело это как-то пренебрежительно, хотя и придраться было не к чему. — Мой сюзерен, ваш отец, попросил госпожу баронессу осмотреть вас, поскольку с завтрашнего дня она займет пост семейного мага-лекаря, вместо пропавшего Луиджи Фоска.

Окончив вступительную речь, секретарь герцога повернулся к Арии.

— Баронесса?

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Спасибо, шевалье, — поблагодарила его Арии, тепло ему улыбнувшись, — дальше я сама!

— Точно? — чуть улыбнулся в ответ Дэвид. — Справитесь?

— Запросто, Дэвид, но… спасибо за заботу! — Ария продолжала улыбаться.

— Тогда, я вас оставляю, всего хорошего! — он вежливо поклонился баронессе и, выпрямляясь, весело подмигнул.

— Барон! — холодно и чопорно кивнув головой младшему сыну герцога, холодным тоном как бы предостерегая того от свершения различных глупостей, после чего развернулся и покинул его покои.

Ария, проводив взглядом уходящего Дэвида, повернулась к Ардуну.

— Сядьте, барон! — сухо распорядилась она.

— Леди, как можно?! — с видом оскорбленного достоинства воскликнул Ардун. — Если леди стоит, то джентльмену…

— Барон! — не дослушав, перебила его Ария. — Не надо патетики! И уберите из своего голоса негодование, ведь мы же оба знаем, что вам вообще плевать на все правила, если они каким-то образом мешают вам жить! Так что, просто сядьте, замолчите и не мешайте мне, а то я просто уйду и скажу герцогу, что осмотреть вас не получилось в связи с вашим неадекватным поведением, — потом, видимо что-то придумав, продолжила. — А могу и не уходить! Я смотрю, Кочерыжка вас вылечил, но это легко поправить, и… Кочерыжки теперь нет! Представляете, как вам будет весело выздоравливать?!

Ардун, который открыл рот, чтобы возразить баронессе, дослушав ее гневную отповедь, захлопнул рот и молча уселся в кресло, позволяя будущему семейному магу-лекарю выполнять свою работу.

«Ишь ты, «мы оба знаем!» — возмущенно думал он. — Да что ты можешь знать, шлюха медицинская?! Ладно, пока потерплю, но не прощу! Нет, точно не прощу! Ладно, придет мое время…»

Ария, дождавшись, когда герцогское чадо усядется обратно в кресло, перешла на магическое зрение.

— Ого! — Ария чуть было не присвистнула.

Картинка, которую она наблюдала, была странной. Вроде как, и магическое хранилище, или дар, как называл его последний защитник крепости Редарис, было, но почему-то было это хранилище сверху укрыто, как скорлупой белого цвета, и в такой же скорлупе были все энергетические каналы барона.

Сама Ария такого не видела, но вспомнила, что о чем-то подобном им рассказывал один из преподавателей. Теперь бы еще вспомнить, что конкретно он рассказывал! Ария закусила губу, но память никак не хотела вытаскивать это воспоминание из своих глубин.

Оставив пока попытки вспомнить, баронесса продолжила осмотр. Результат ее не обрадовал.

Когда она, минут через пятнадцать, закончила с осмотром и, вернувшись к нормальному зрению, устало опустилась в стоящее напротив барона кресло, то поймала вопрошающий взгляд Ардуна, держащего в руке полупустой бокал с вином, а на коленях открытую книгу.

— Ну, что? — первым не выдержал отпрыск герцога.

— Да, ничего! — пожала плечами Ария. — Жить будете, барон!

— И все? — разочарованным тоном поинтересовался он. — А подробнее можно?

— Подробнее — можно, — согласилась Ария, — но, увы, не вам. Не вы являетесь моим нанимателем и сюзереном, кому я обязана все доложить. А уж он сам решит, что вам рассказать, а что утаить!

— Ну, может быть, хоть какие-то рекомендации… — решил зайти с другой стороны барон.

«Не дурак!» — хмыкнула про себя Ария.

— Кое-какие дам, — усмехнулась семейный маг-лекарь. — В вашем состоянии, я бы посоветовала употреблять меньше спиртного, — она кивнула на бокал с вином, который барон так и держал в руках, — а лучше совсем отказаться от его употребления.

Ардун, услышав это, пренебрежительно фыркнул.

— А что пить-то тогда? — он все же не смог удержаться от саркастического тона.

— Пейте молоко, барон, — абсолютно серьезным голосом посоветовала Ария.

— Я вам что, телок что ли? — вспылил младший сын герцога.

— Зря вы так, барон, — продолжала улыбаться баронесса. — Молоко вообще мужчинам полезно, ну а в вашем случае…

Она, не договорив, покачала головой и направилась к выходу.

— Кстати, — небрежно бросила она через плечо, распахивая дверь, — побольше положительных эмоций, барон! — потом повернулась к нему лицом. — Больше смеха и меньше ругани! — она, с застывшей на ее губах улыбкой, что, по мнению барона, смотрелось жутковато, неожиданно подмигнула ему, отчего он неожиданно икнул. — Хотя… кому я это советую?!

И дверь закрылась, оставив барона в одиночестве анализировать прошедший разговор.

* * *

— С вашем сыном, герцог, все очень непросто, — удобно устроившись на стуле, Ария, не торопясь, принялась посвящать герцога в результаты осмотра его сына, делая между предложениями паузы, чтобы хозяин кабинета смог задать свои вопросы, а то, что они возникнут, она не сомневалась.

— Заклятие на нем было однозначно, — она решила начать с главного, — но какое-то странное.

— Что это значит? — поинтересовался герцог.

— Объясню. Кто-то очень умело обошел его ментальный щит… Кстати, — она вдруг что-то вспомнила, — а щит ему, случайно, не Кочерыжка ставил, а то очень уж знакомая конструкция?

— Он, — кивнул головой хозяин кабинета.

— Ага! — баронесса явно чему-то обрадовалась. — А вам и Гаральду тоже он?

— И мне, и Гаральду и Энарии, и много еще кому! Вон, и Рональду, по-моему, тоже, да, Рональд? — кивнул графу герцог.

— Ну, да! — пожал плечами граф. — А что?

— М-да! — поджала губы Ария. — Ох, чувствую, у меня с завтрашнего дня будет много веселой работы!

Но по ее невеселому тону присутствующие поняли, что все обстояло с точностью наоборот.

— В чем дело? — графа озадачил озабоченный тон баронессы.

— А дело, герцог, в том, что этот… — баронесса помялась, подбирая слово повежливее, но потом плюнула на это и выразилась, как чувствовала, — долбодятел, поставив ментальную защиту, оставил для себя возможность ее обойти. Причем, я не знаю, схалтурил он или просто плохо знал тему, но этой возможностью воспользовались, причем, это точно был не он.

Герцог слушал ее, не перебивая. Ария, не услышав от герцога вопросов, кивнула своим мыслям и продолжила:

— Так вот, кто-то, изящно обойдя ментальный блок барона, посадил на него заклятие подчинения, но какое-то кривое! Хотя… — она задумалась. Все сидели молча и ждали.

— Да! — вновь Ария кивнула своим мыслям. — Просто, сейчас невозможно сказать что-то точно, потому что заклятие распалось, и я вижу только его порванные остатки, по которым очень сложно что-либо определить. Я могу судить только по воздействию на организм барона, ну и по тем крохам, что еще остались от заклятия.

Она сделала паузу. Все молчали. Ария вздохнула.

— В общем, картина очень похожа на имперское заклятие подчинения, но там есть что-то еще! Что-то, связанное с его психикой.

— Ага! — оживился герцог. — Значит, он был прав и его поведение — это результат заклятия!

Ария качнула головой.

— Вопрос спорный, Ваша светлость! — она смотрела на герцога усталым и немного встревоженным взглядом. — Понимаете, картина такова, что заклятие распалось уже давно. Это значит, что тот, кто его ставил проявил небрежность, но это вряд ли! Если судить по тому, как изящно он обошел защиту Кочерыжки, цеплял это заклятие большой мастер.

— И что это значит? — поинтересовался со своего места граф, слушающий мага-лекаря очень внимательно.

— А это значит, что тот, кто его ставил, уже мертв, причем мертв давно! — хмыкнула Ария. — И мне кажется, что его хозяева даже не подозревают, что он поставил заклятие, связав его со своим здоровьем, а потому…

И она многозначительно замолчала, а мужчины, находящиеся в этом кабинете, начали многозначительно переглядываться.

Именно в этот момент дверь в кабинет герцога распахнулась, и на пороге возник его секретарь.

— Ваша светлость, — озабоченно доложил он, — только что прискакал гонец…

И он выжидательно замолчал, ожидая команды сюзерена — разрешит ли он докладывать при присутствующих. Герцог махнул рукой и нетерпеливо бросил:

— Ну?!

— Посольство короля Унаи в двух часах езды от Ренка! — четко доложил он.

— Твою ж! — не сдержался герцог. — Они же должны были быть позже?!

Дэвид только пожал плечами.

— А состав посольства есть? — проскрежетал хозяин кабинета.

— Да! — секретарь заглянул в бумагу, что держал в руках. — Помимо принца Георга и его малой свиты, а это около двух десятков младших сыновей самых значимых дворян королевства, с ними его тезка, вице-канцлер Георг Рендор и его сопровождает секретарь шевалье Бертин Осборн и два барона, входящих в Малый Совет королевства.

— Хорошо! Спасибо, Дэвид! — почти прорычал герцог. Секретарь молча кивнул и исчез за дверью.

В кабинете повисло молчание. Наконец, герцог, набрав в легкие воздуха, долго-долго выдохнул.

— Ладно! — прервал он общее молчание. — Перед тем, как мы вернемся к моему сыну, хочу сразу вам сказать. Барон, баронесса, мне нужно, чтобы ваш сын Волан приступил к своей службе с завтрашнего дня!

— Но… герцог… — начал Эрик де Гриз.

— Барон, я помню о наших договоренностях и о неделе, за которую ваш сын должен был закончить все коллежные дела и акклиматизироваться на новом рабочем месте во дворце, но, как вы слышали, обстоятельства изменились! Посольство… — герцог замолчал, а потом продолжил:

— Короче, барон, мне нужно, чтобы ваш сын начал свою службу завтра!

— Э-э-э… — попытался возразить ему Эрик.

— Он начнет! — не дала мужу высказаться Ария. — Он придет с нами, завтра к восьми утра.

— Хорошо, — кивнул ей герцог. — Теперь, дальше. Так что там с сыном?

— Если кратко, то заклятие, наложенное на него, распалось, поэтому его поведение должно стать более адекватным, — четко доложила Ария, — но…

— Но, что? — поторопил ее герцог.

— Два момента, Ваша светлость! — Ария растопырила два пальца. — Меня тревожат два момента!

Дверь в кабинет герцога опять распахнулась, и на пороге опять возник секретарь.

— Ну, кто там опять приехал, Дэвид? — недовольно пробурчал герцог.

— К вам пришел Сирил Ван Герштоф, которого вы звали, но если нужно, чтобы он приехал… — многозначительно протянул Дэвид.

— А! — махнул рукой герцог. — Зови, пусть заходит!

— Так, я уже здесь! — раздался голос из-за спины секретаря. — А ну-ка, Дэвид, подвинься, дай пройти великому человеку!

Дэвид отступил от двери, давая пройти казначею. Тот, проходя мимо секретаря, легонько хлопнул его ладонью по животу.

— А разожрался-то как, а! Вот живот наел — весь дверной проем перегородил, пройти невозможно! Приходится просить, чтобы подвинулся! Срамота, Дэвид! Ты бы ел поменьше сладкого, что ли?!

И, обозрев присутствующих в кабинете, практически без паузы выпалил:

— Ваша светлость, Ваше сиятельство, милорд, леди… — он поприветствовал кивком всех одновременно.

Абсолютно обалдевший Дэвид, не ожидавший от казначея такой эскапады, открывал и закрывал рот, но пока не произнес ни звука.

— Спасибо, Дэвид! — поблагодарил его герцог, отчаянными усилиями пытающийся сохранить на лице невозмутимое выражение.

Секретарь кивнул и, закрывая дверь, бупкнул так, что все услышали:

— Ну, Сирил…

— Итак, — продолжил герцог, не обращая внимания на мельтешение, устраивающегося поудобнее Сирила. — Два момента, которые вас тревожат во всей этой истории.

— Да, — кивнула Ария. — Первое. Магическое хранилище вашего сына перестало расти, как и каналы — расширяться. Предупреждая ваши вопросы, я сразу скажу, навсегда это или временно, я не помню, мне нужно посмотреть свои записи. Случай очень редкий, но жизни вашего сына не угрожает. Просто, в худшем случае, как маг он достиг своего потолка.

— Но, возможно, что это все временно? — решил уточнить герцог.

— Возможно, — не стала спорить Ария, — мне нужно за ним понаблюдать и почитать свои записи, тогда, возможно, что-то прояснится!

— Хорошо! — согласился герцог. — А второй момент?

— А второй момент, — подхватила его вопрос баронесса, — это то, что ментальную защиту вам всем ставил Кочерыжка! И если он ее поставил так же, как и вашему сыну…

Она замолчала, не договорив. А чего говорить — и так всем все понятно!

Оказалось, не всем!

— А что не так с нашей защитой? — удивился вновь пришедший казначей.

— Потом, Сирил! — резко одернул его герцог и, обращаясь к Арии, уточнил:

— Леди, можно как-либо это исправить?

— Да! — кивнула головой Ария. — Но работа — ой-ой-ой! Мне сначала нужно будет проверить каждого на предмет внешнего вторжения в ваш организм, предварительно уничтожив блок Кочерыжки, и если все в порядке, то потом ставить новый блок, без таких явных дыр.

Баронесса замолчала, и в кабинете установилась тишина. Все молча обдумывали услышанное.

— Насчет безопасности даже не спрашиваю, — нарушил молчание герцог. — Я спрошу, сколько времени это все займет?

— Не знаю, — призналась Ария. — Все зависит от многих факторов, но, предположительно, если все гладко, то от трех до пяти человек в день. Но это предположительно! — еще раз повторила она, видя, как вскинулся герцог.

— Хорошо! — герцог кивнул, признавая ее прогноз. — Сейчас вы пойдете с Сирилом, — герцог кивнул в направлении последнего пришедшего. — Это — Сирил Ван Герштоф, мой казначей. Сирил, это барон Эрик де Гриз, с завтрашнего дня помощник графа Рональда Ван Хайма, и баронесса Ария де Гриз, семейный маг-лекарь, и тоже с завтрашнего дня.

— О, как! — вставил казначей. — Завтра, прямо, день перемен!

— Ага! Но ты даже не догадываешься пока, насколько ты прав! — мрачно заметил граф Ван Хайм, вставая.

— Рональд, ты — остаешься! — жестко одернул его герцог. — А ты, Сирил, подбери барону и баронессе жилье в Верхнем городе, понял?

— Хорошо! — склонил голову казначей.

Он знал, что не нужно спорить с герцогом, когда он начинает общаться таким тоном.

Барон и баронесса встали и попрощались с герцогом.

— Эрик, Ария, — кивнул им герцог. — Завтра жду вас вместе с сыном к восьми утра! А тебя Сирил, — он перевел взгляд на казначея, — как закончишь с домом баронов, возвращайся. Ты мне нужен будешь здесь!

Когда все вышли из кабинета, граф поинтересовался:

— Ричард, а я-то тебе зачем сейчас нужен? Вроде, пока все решили же?!

— Рональд, — вкрадчивым тоном осведомился герцог, — ты же слышал, что посольство короля Унаи скоро въедет в Ренк.

— Ну, конечно слышал! — пожал плечами граф. — И что?

— А как ты думаешь, — тем же тоном продолжил его суверен, — что они будут делать, когда въедут в Ренк.

— Да, хрен ли думать? — опять пожал плечами граф. — Георг Рендор и Бертин Осборн приедут сюда, к тебе, вручить верительные грамоты, обговорить прием в честь принца и обсудить вопросы, по которым их сюда прислали, ну, если не все, то хотя бы основные. Остальные поедут в их представительство. Охрана, скорее всего, разделится. — Он замолчал. — И на хрена тебе здесь нужен я? — повторил он свой вопрос.

— Да, вот, на обсуждении вопросов, по которым они сюда заявились, вы с Сирилом мне и будете нужны!

Глава 6.1

Стою вместе с фрейлиной Энарии, за спиной госпожи. Интересно, кому в голову пришла такая светлая мысль, вместе с фрейлиной, выпихнуть на этот прием и меня? Хотя, да, интересно.

Все происходит в очень большом зале, размерами, наверное, метров двадцать на метров пятьдесят! С колоннами, двумя рядами, метрах в полутора от боковых стен, делящих этот зал, как бы на три секции. Средняя — самая большая, где и происходит сам прием, и две боковые — я так понял, вспомогательные — ну, там, пройти или пронести что-нибудь…

И вот это все великолепие называется Малым залом приемов! Обалдеть! Нужно будет потом взглянуть на Большой и сравнить размеры! Хотя… Ну, ладно, как-нибудь — обязательно.

А вот что я здесь делаю? На хрена я здесь? И ведь, как быстро все закрутилось! Еще вчера днем я думал, что у меня в запасе целая неделя! Заглянул в коллеж, поболтал с ребятами, поговорил с мастером Шильдом.

Оказывается, он уже знал, что я теперь буду служить во дворце, и обучение заканчивать там же. Обещал подготовить материалы по изученным мной предметам, с указанием тем до которых я добрался в изучении, а так же характеристику и свои рекомендации. Очень хотелось глянуть в свою характеристику, хотя бы одним глазком, но мастер просил подойти через два дня.

Я уже настроился потерпеть пару дней, а тут такое!

Пришедшие вечером родители, после разговора с герцогом, были сильно возбуждены, но и при этом чем-то озадачены. Сообщив нам всем за ужином, что планы меняются, огорошили лично меня тем, что моя служба начнется не через неделю, а уже завтра, причем, с самого утра.

Из хороших новостей было то, что папу повысили в должности, а маму приняли на работу. И еще… У нас теперь был собственный дом в Верхнем городе! Представляете?! Ух!

М-да! Я бы радовался еще больше, если бы завтра не нужно было ча́пать во дворец! Вот же! Все планы порушили! А я хотел столько всего сделать!

— Мам, пап, а, может, послезавтра начну? — решил я хоть немного оттянуть неизбежное. Ну, не лежала у меня душа к будущей службе, и все тут! Блин, целую неделю зажали! — Да и мастер Шильд обещал документы по учебе только к послезавтрому сделать!

— Волан! — голос матушки звучал резко. — Ты. Завтра. Идешь. С нами!

Она паузами отделяла слово от слова, как бы подчеркивая их значимость.

— Лучше, чем стонать, пойди и приготовь, что оденешь и что возьмешь с собой во дворец.

— Ладно, — я кивнул, — но попробовать все равно стоило!

И пошел в комнату.

— Рыка тоже берем с собой! — крикнула вдогонку мама. — Так что собери и его тоже!

— Угу-угу, — пробурчал я себе под нос. — Вот она взрослая жизнь, Волька! Ты хотел побыстрее стать взрослым? Гордись — у тебя получилось!

— Мам! — меня вдруг кольнула неприятная мысль. — А во дворце меч носить можно?

Одновременно с вопросом я вернулся в гостиную, где все еще оставались родители.

— Ты хочешь взять во дворец свой меч? — удивилась мама. — Зачем?

— А чего? — удивился я. — Сами с папой говорили, что гадючник. К тому же, я буду служить камер-пажом и, если я правильно понимаю, выполнять всякие деликатные поручения дочери герцога, да и братец ее, барон, как его там… Короче, которому я ногу сломал… Он же, наверняка, мне попытается припомнить, так что меч, как мне кажется, это объективная необходимость!

— Бери! — после короткой паузы разрешил отец. — В крайнем случае, с герцогом я договорюсь!

«Ого! — я мысленно поднял бровь. — Интересно, в какой же должности ты теперь будешь служить, что родным детям не сказал, но с герцогом сможешь договориться?!»

Я для себя сделал пометочку, а пока пошел собираться.

Особо собирать было нечего. У меня и у Рыка было совсем немного приличной одежды, которую можно одеть во дворец, поэтому сборы много времени не заняли, и я еще успел встретиться с Крисом, точнее, мы с Рыком, потому что он «приклеился» ко мне так, что просто отвязаться не получилось, а обижать парня не хотелось.

Кстати, спал я эту ночь неважно — сначала долго не мог уснуть, все ворочался с боку на бок, раздумывая, как там, во дворце у нас все сложится, а когда, наконец, провалился в сон, меня уже будил Рык.

— Волька! — он, стоя в районе моей головы, вытянутой рукой аккуратно тряс меня за плечо. Кстати, этот способ моей побудки он стал практиковать после того, как в замке я со сна его чуть было не убил. Он этот момент запомнил и больше старался не рисковать. — Волька, вставай! Уже утро! Родители уже встали!

Я, кстати, тоже перестал чуть что, сразу вскакивать. Теперь я предпочитаю, проснувшись, полежать немного с закрытыми глазами, имитируя сон, а сам в это время стараюсь разобраться в обстановке и, если не чувствую угрозы, только тогда «просыпаюсь».

Так что сегодня я проснулся не выспавшимся, а потому настроение было паршивым и грозило остаться таковым на весь грядущий день! Позавтракал я безо всякого удовольствия, и даже после вкусного завтрака я не подобрел и всю дорогу до замка хмуро взирал на окружающее.

Во дворце нас с Рыком быстренько взяли в оборот. Вызванный секретарем герцога слуга, показал нам покои, в которых мы с Рыком будем обитать, после чего меня, оставив моего новоиспеченного братца их обживать, слуга отвел к воспитательнице дочери герцога.

Эту женщину я уже видел, когда последний раз разговаривал с Энарией и ее подругой фрейлиной, как ее там… э-э-э… А! Магда! Да, ее подругу звали Магда, а вот как звали эту женщину я, честно говоря, уже и не припомню! Ой, как неудобно-то!

Мне повезло, женщина, перед тем, как начать мне быстро объяснять правила поведения во дворце и очерчивать примерный круг моих обязанностей, представилась. Офигеть! Оказывается, она аж целая графиня!

«Интересно, если воспитательница у дочери герцога — графиня, то простые слуги кто — бароны?»

Я постарался отогнать так не вовремя посетившую меня безумную мысль, но решил при случае уточнить.

Обязанностей было не так уж, чтобы много, но, как я понял, свободного времени у меня будет не так уж чтобы много, особенно попервости. И это мы еще ничего не решили по обучению, так как никаких документов я, естественно, предоставить не мог. Ну, ничего — пока терпит. Кстати, насчет обучения Рыка будем решать одновременно со мной, когда у нее появятся мои документы.

Пока она мне все это рассказывала, дочь герцога уже завершила свой утренний туалет и готова была меня принять.

Я удивился, но ничего не сказал, а просто поплелся в покои Энарии, которые, вот же засада, находились рядом — через дверь! И ведь не заблудишься по дороге!

Энария встретила меня неприветливо.

— Миледи! — я вежливо поклонился. — Доброго утра!

— А, Волан! — она окинула меня раздраженным взглядом и поджала губы. — М-да… Слушай, Волан, — она двинула подбородком в мою сторону, — я, надеюсь, у тебя есть что-нибудь более торжественное, чем то, что сейчас на тебе?

А ее подруга, которая тоже находилась в покоях Энарии, тихонько захихикала, прикрыв рот ладошкой.

Очень разозленный таким отношением к моей самой лучшей одежде, которую я напялил на себя, чтобы выглядеть во дворце соответствующим образом, я бросил яростный взгляд на подругу дочери герцога, чье имя я недавно вспомнил, скрежетнул от злости зубами и, наконец, слегка справившись с собой, спросил:

— А чего не так-то? Вполне нормальная одежда, миледи!

— Ну, во-первых, Волан, мы же договаривались, что в неофициальной обстановке обращаемся друг к другу по имени, так?

Я с унылым видом кивнул головой.

«Вот же, зараза, все помнит! — пришла досадливая мысль. — Ох, нужно быть аккуратней, а то при такой памяти она и все огрехи помнить будет!»

— А, во-вторых, ты, может быть и не знаешь, потому как во дворце, можно сказать, и не был… Твоя одежда не плоха, — она говорила спокойным тоном человека, убежденного в своей правоте. И потом, я не улавливал в ее тоне ни капли насмешки, поэтому решил, что было бы неплохо прислушаться к ее мнению. — Просто это одежда, как бы это сказать, — она пощелкала пальцами.

— На каждый день! — подсказала ей подруга, подходя и вставая рядом с ней.

— Да! — обрадовалась маркиза. — На каждый день! А сегодня у нас прием… — она сморщилась, словно съела что-то кислое.

— Какой прием? — ошалело спросил я.

— А, ну, да, ты же не в курсе! — продолжала морщиться маркиза. — Вчера от короля Унаи приехало посольство, и сегодня у нас в честь этого прием!

— Ну, а я-то здесь причем? Где я, а где королевское посольство? — я был удивлен, ну просто до глубины души.

Маркиза скривилась и бросила взгляд на подругу. Судя по всему, что-либо объяснять ей не хотелось.

— Дело в том, что это посольство принца Георга, младшего сына короля…

Она замолчала, давая мне возможность самому сделать выводы.

«Чо за хрень? — я явно чего-то не понимал, вот только — что? — Ну, приехал королевский сынок к герцогу? Маркиза-то чего морщится? Или он уже успел ее достать? Хотя, когда, если они приехали только вчера вечером? Или она боится, что он ее может достать, все-таки принц, ядрена вошь! Или… а уж не свататься ли он приехал?!» — вдруг осенило меня. Я покрутил эту мысль и так, и эдак, получалось очень похоже на то!

— Это что, он свататься, что ли приехал? — выпалил я девчонкам, которые уже, видимо, устали ждать, когда я что-либо скажу и начали переглядываться между собой.

— Ага! — заулыбалась Магда. — Вот она и не в духе со вчерашнего вечера, как ее батюшка ее обрадовал этой новостью!

— Ага! — вскинулась Энария. — Тебя бы так обрадовали! Вот, я бы посмотрела, как ты сейчас улыбалась бы!

— Да чего ты бесишься? — возразила ей подруга. — Ты подумай, это же принц!

— Раз тебе это так нравится, то вот и выходи за него! — вдруг предложила Энария.

— Не! — засмеялась Магда. — Во-первых, он сватается не ко мне, а, во-вторых, я его на дух не переношу!

— Ага! — возмутилась Энария. — А мне, значит, нормально?! А еще подруга, называется!

— Дамы, уймитесь! — не выдержал я. — Так, что не так с моей одеждой и как это исправить? — вернул я разговор в нужное русло.

— А! — раздраженно махнула рукой Энария. — Не для приема твоя одежда! — пояснила она. — Нет, конечно, попозже мы тебе одежду пошьем, всю, какую надо, но вот сегодня…

Она задумалась, постукивая себя пальчиком по губам.

— Так, может, — начал я вкрадчиво, — я тогда сегодня пропущу мероприятие? — предложил я выход, полностью меня устраивающий.

— Ха, разбежался! — встрепенулась Энария. Потом вздохнула. — Пойдешь в этом! — решила она. — И плевать, кто что подумает! В конце концов, мне это сватовство даром не нужно!

— Что, — попытался съязвить я, — вот прямо так и пойду?

И я развел руки, демонстрируя свой вид.

— Так и пойдешь! — кивнула Энария, потом непонимающе нахмурилась. — А что не так?

— Так, с мечом я! — я коснулся рукой рукояти своего меча.

— Ну, так, ты же дворянин? — она по-прежнему не понимала о чем это я. — Тебе положено с мечом!

— Что, и во дворце? — удивился я.

— И во дворце! — кивнула она.

Я промолчал, не зная, что еще на это можно сказать.

— Ладно, — как-то усталым голосом произнесла Энария. — Волан, пойдем завтракать!

— Так, я, вроде как, дома поел! — попытался я уклониться от совместной трапезы.

— Ничего, поешь еще раз! — отмела мои возражения маркиза. — И, вообще, привыкай, завтракаешь ты всегда со мной! — она бросила взгляд на подругу. — С нами! — поправилась она.

Честно говоря, я опасался за свои манеры, ну не принято у нас в семье кушать семью вилками и четырьмя разными ложками! На все про все — одна ложка и одна вилка, а здесь…

Но, вопреки моим опасениям, никаких таких «излишеств» сервировки не было. Завтрак протекал очень спокойно в какой-то домашней обстановке, в небольшой зале, в покоях Энарии. Правда, к нам присоединилась ее воспитательница, графиня Розалинда де Брюнье.

Она внимательно наблюдала за мной, что и как я ем, как пользуюсь столовыми приборами, что очень сильно нервировало меня — я боялся что-то сделать не так. Поэтому никакого удовольствия от завтрака я опять, так же, как и в родительском доме, не получил.

Настроение, чуть приподнявшееся во время разговора с Энарией и Магдой, опять начало стремительно опускаться.

К концу завтрака я уже просто ковырялся в своей тарелке, поддавшись своим невеселым мыслям

— И чего мне делать на этом приеме? — хмуро поинтересовался я, поймав вопросительный взгляд Энарии.

Вообще, положа правую руку на левое сердце, вся эта затея мне сильно не нравилась, и чем больше я размышлял, тем больше не нравилась! Вот, чувствовала моя задница, что просто так это мероприятие не закончится!

— Да, ничего! — пожала плечами Энария. — Будешь с Магдой стоять у меня за спиной, и все.

Ну, вот я и стою вместе с Магдой за ее спиной. Я — чуть левее, а Магда — чуть правее.

Стоим мы на небольшом возвышении. Небольшом — сантиметров пятнадцать-двадцать, но этого хватает, чтобы смотреть на тех, кто в зале, немного свысока. Энария расположилась слева от герцога и чуть сзади, а справа от него стояли его сыновья — Гаральд и Ардун.

Интересно, что Ардун, увидев меня, сопровождающего Энарию, нечего не сказал, только сверкнул глазами и криво усмехнулся.

Я, в ответ, постарался изобразить самую мерзкую ухмылку, на какую был способен. Не знаю, как получилось, но младший сынок герцога особо счастливым не выглядел.

Мы вошли в зал через небольшую дверь в торце зала, и я увидел, что в самом зале уже было достаточно много народа. Пока мы занимали отведенные нам места, я успел оглядеться. Среди присутствующих было много женщин и мужчин в возрасте, а вот молодых лиц, почитай что, и не было. Люди перемещались по залу, заговаривая друг с другом, оттого в зале стоял этакий негромкий гул. Сверкали украшения, блистали ордена и какие-то украшения, позвякивали мечи, явно парадные.

У какого-то старичка в навершии меча был такой большой камень, что я с трудом мог представить, как таким мечом можно сражаться, поскольку правильного баланса там быть просто не могло! А без этого, что этим мечом, что заточенной кочергой — все едино!

Кстати, обратил я внимание и на одежду. Ну, похожа на мою, просто побогаче, с вышивкой, украшениями, да и ткань, конечно, получше, а так, ничего особенного.

Как только мы заняли свои места, какой-то старичок, с большой палкой в правой руке, громким голосом произнес:

— Его светлость, герцог Ренка!

Все прекратили ходить и разговаривать и склонились в приветствии, Мужчины просто склонили головы, а дамы склонили головы, сделав реверанс. В зале вдруг стало очень тихо. Герцог окинул взглядом склонившихся подданных и, видимо, подал какой-то знак, потому что мужчины и женщины, находящиеся в зале выпрямились.

И тут же этот же старичок сильно ударил своей полкой о пол и громко возвестил:

— Представители Его королевского величества, короля Унаи Альфреда Третьего! — при этом двери зала в торце, напротив нас, распахнулись и в них начали заходить прибывшие. Первыми шла пара из довольно пожилого мужчины в строгой черной одежде и черном берете с желто-зеленым пером какой-то птицы в нем. На его груди, на тяжелой цепи желтого цвета, наверное, золотой, болтался какой-то знак в виде птичьей лапки в круге, похоже, тоже из золота.

Рядом с ним шел пацан, примерно моего возраста. Увидев его, я почувствовал, что моя челюсть начинает движение вниз. Огромным усилием воли я вернул свою челюсть на место.

— Это что? — не понял я. — Он что, в трусах и чулках?! Это что, у них теперь так дамы одеваются?!

Я был просто в шоке! Я не знал, что и думать — на первый взгляд, это был пацан, вон, и меч у бедра болтается! Да и лицо, вроде как, ни разу не женское, но вот какие-то раздутые штаны, очень смахивающие на трусы, надетые поверх костюма и белые чулки…

Как по мне, так это уже был перебор!

Глава 6.2

— Его высочество Георг, младший принц королевства Унаи! — между тем продолжал кричать старичок. — Его сиятельство Георг Рендор, Вице-канцлер королевства Унаи! — и, выдержав очень короткую паузу, закончил:

— И сопровождающие их лица!

Из сопровождающих лиц, только двое были в возрасте и одеты нормально — то есть в нормальных штанах и туфлях или мягких сапожках, а вот остальные, наверное, полтора десятка, примерно возраста принца, были одеты так же, как и принц.

— Офигеть! — уже не сдерживаясь, громко зашептал я, переполняемый возмущением. — Они что, на прием пришли в трусах и чулках?! Обалдели что ли?!

Со стороны дочери герцога донесся какой-то подозрительный звук, очень похожий на хрюканье. Я подозрительно покосился на нее, но она сохраняла полную серьезность, только зачем-то надула щеки и слегка порозовела.

— Ну, — не унимался я, — с такими прическами и лицами, как теперь понять, скажите на милость, кто из них парень, а кто девчонка?!

От Энарии донесся очередной хрюк, а потом я услышал ее сдавленный шепот, пару раз прерываемый уже чем-то больше похожим на всхлип.

— Волан, прекрати! Мне сейчас смеяться нельзя, а ты меня смешишь!

— Я?! — я неподдельно удивился. — Это я что ли в трусах и чулках приперся?! Они бы еще пеньюары натянули! Рыцари, блин!

Энария вдруг закашлялась, прикрыв рот рукой, а Магда, тоже закрывая рот рукой, чуть наклонилась ко мне.

— Волан, эти, как ты говоришь «трусы» — называются плундры, а чулки, что одеваются с ними — шоссы! Это такая молодежная мода сейчас! Пошла, говорят из Эльфийских княжеств. Так что, что бы ты ни думал, одеты они очень модно!

— Это модно?! — не поверил я. — Да их в этой одежде от женщин не отличить! Ну ладно эльфы, я, правда, не видел, но отец говорит, что со спины различить кто перед тобой — парень или девушка, практически невозможно! Так что им вполне и трусы с чулками носить можно… Но… — и тут моя спина вдруг похолодела от пришедшей в голову мысли. — Энария, госпожа маркиза, — я вытянул шею, чтобы приблизиться к ее уху, — Если вы мне хотите сшить нечто подобное, то я сразу отказываюсь это вот… — я дернул рукой в направлении принца и его компании, — я не буду это носить! — твердым шепотом закончил я свой протест.

Дочь герцога поднесла руку к лицу и, прикрыв рот, быстро прошептала:

— Мне и самой не нравится, так что успокойся, одежда будет нормальная.

— Ф-у-ух! — я выдохнул с таким облегчением, что герцог оглянулся и бросил на меня недовольный взгляд. Но мне было все равно! От осознания того, что я избежал вот такого позора, моя душа буквально пела!

Однако, отвлекшись на разглядывание посланников королевства и свои переживания, я совсем перестал слушать, что говорят высокие стороны, и вернулся в действительность только после того, как кулачок Магды врезался в мои ребра.

— Ой! — прошипел я.

Было не больно, это я просто от неожиданности.

— Не спи! — зло зашептала Магда. — А то замерзнешь!

— Да не сплю я! — негодующе зашептал я в ответ и посмотрел по сторонам.

Опа! А герцога-то с сыновьями уже нет! И Энария уже спустилась и стоит в зале, только мы с Магдой остались на возвышении. Вот это я задумался! Даже не заметил, как все ушли! Ну, что же, пора и нам. Я быстро спрыгнул в зал и, галантно подав руку, помог спуститься Магде.

Народ в зале расслабился, все опять ходили по залу, переговаривались. А, нет! Я заметил герцога. Он разговаривал с вице-канцлером, окруженный заинтересованными слушателями. Мне отчего-то показалось, что остальные в этой беседе не участвуют.

Мы с Магдой следовали за Энарией, куда бы она ни направилась. Должен признаться, что общалась она со многими, в основном, конечно, с женщинами, но бывало, что и мужчины подходили к ней разными вопросами.

Я в их беседы не вслушивался, а просто стоял неподалеку и спокойно разглядывал людей в зале. Занятие, скажу я вам, преинтереснейшее! Ага, было! Пока мой взгляд не наткнулся на Ардуна, о чем-то беседующего с принцем, и время от времени бросающего на меня торжествующие взгляды. Причем, он говорил, а принц кивал головой и тоже время от времени поглядывал в мою сторону.

«Ох, это не к добру!» — тут же моя задница, чувствительная к разного рода неприятностям, начала посылать тревожные сигналы в мозг.

Сигналы-то я принял, а вот сделать ничего не успел. Энария как раз беседовала с какой-то женщиной, и они обе получали удовольствие от общения, судя по частым взрывам смеха, Магда тоже рядом щебетала с каким-то мужчиной, который, похоже, приходился ей дальним родственником, а я пытался придумать, как мне быстро покинуть этот зал.

— Посмотри, Энджи, тебе не кажется, что этот селянин здесь случайно? — услышал я голос за спиной.

— Мне кажется, что он просто заблудился! Смотри, как он крутит головой, наверное, ищет выход! — гаденько подхватил второй.

М-да! Они что, рассчитывают, что я сейчас, оскорбленный до глубины души, воспылаю негодованием и вызову их на дуэль? Ха, мечтатели! Кавендиш, мой учитель во сне, меня довольно быстро отучил делать что-либо не думая! А уж злиться во время боя…

Я, не оборачиваясь, ухмыльнулся и продолжил разглядывать зал.

— Нет, Энджи, эта деревенщина считает, что он в сказку попал, что ли?! — голос из-за спины прозвучал зло и довольно громко.

Стоящие рядом стали оборачиваться, здесь явно затевалась ссора, а это было каким-никаким развлечением! Магда тоже прекратила разговор и подошла ко мне с весьма обеспокоенным лицом.

— Волан, — начала она, но, стоящие у меня за спиной, не дали ей договорить.

— Ты посмотри, Энджи, еще селянка! Он, оказывается не один! Интересно, сколько еще селян бродит здесь по залу?! — голос за спиной звучал уже громко и зло.

— А, может, просто поможем им найти выход? — поддержал его второй.

Да, а вот это он уже зря! Зачем в наши разногласия впутывать посторонних, да, к тому же, молодую девчонку?

Я резко развернулся и увидел двух молодых дворян, судя по одежде, прибывших с принцем.

— А-а-а! — я, в притворном ужасе, замахал руками. — Сгинь! Сгинь! Опять девки мерещатся! — громко запричитал я.

Магда, помня мое недавнее выступление по поводу одежды молодежи из королевства, сориентировалась довольно быстро.

— Волан, это мужчины! — и она укоризненно покачала головой.

— Какие мужчины?! — возмутился я. — Ты посмотри, во что они одеты — трусы и чулки! А если запазухой пошерудить, то, глядишь, и бюстгальтер найдется и грудь, чтобы детей кормить!

Народ вокруг стал потихонечку посмеиваться. Два оболтуса покраснели и хватали воздух открытыми ртами, но пока ничего не говорили.

— Фу, дамы, — глядя прямо в их раскрасневшиеся от гнева лица, продолжил я, — как вам не стыдно приставать к незнакомому дворянину, да еще и с таким предложением!

На шум разгорающейся ссоры подтянулась маркиза с крайне недовольным выражением лица, подошел принц, герцог, видимо, заинтересовавшийся тем, что здесь происходит, подошел с вице-премьером и еще каким-то мужчиной, лет сорока, в богатой одежде, с круглым, румяным и каким-то улыбчивым лицом.

В нем привлекли мое внимание глаза — веселые, с какой-то сумасшедшинкой, что ли. Вот, если судить по глазам, то я охарактеризовал его, как оторву-весельчака! Я задержал на нем свой взгляд. Чем-то он мне импонировал. Он, заметив мое пристальное внимание, улыбнулся мне и, лихо подмигнув, украдкой показал большой палец.

— Дуэль! — взревел тот, который и начал всю эту ссору.

Все посмотрели на меня.

— Да вы что?! — несказанно удивился я. — Я не могу!

И увидев, как начинает кривиться рот в презрительной усмешке у вызвавшего меня, продолжил:

— Ну, нельзя же меня так оскорблять! Я не дерусь с женщинами, особенно на дуэли! Хоть вы и не в моем вкусе, леди, — я окинул их взглядом, — м-да, простите, обе не в моем вкусе, леди. Поэтому, совет — походите по залу, посмотрите повнимательней, глядишь, и найдется мужчина, которому вы понравитесь!

Все вокруг уже просто смеялись, только, о! И принц тоже здесь! А чего это он не смеется? И Ардун! Ну, кто бы сомневался! Ни на секунду не сомневался, чьих рук это дело!

Парень, услышав мои слова, бросился на меня, но его перехватили и удержали.

— Дуэль! — кричал он. — Сейчас же! До смерти!

— Да? — я с видом деревенского олуха почесал затылок. — Вот прямо сейчас, и прямо до смерти?

— Да! — он уже не кричал, но во взгляде было столько ненависти…

А за что? Не я это начал.

— Ваша светлость? — я посмотрел на герцога, вопросительно подняв бровь.

В присутствии герцога, только он может либо разрешить, либо запретить дуэль.

— Прежде чем я приму решение, я хочу сказать следующее: Ваш человек, принц, оскорбил камер-пажа моей дочери, а так же ее фрейлину и подругу, нанеся тем самым оскорбление и ей, и, соответственно, мне. Этот юноша сегодня на службе первый день, поэтому, чтобы понять будет ли он отстаивать честь моей дочери или это будет кто-то другой, его заменяющий, мне необходимо буквально пару минут, чтобы с ним переговорить.

Во время речи герцога лицо принца хмурилось все больше и больше, а вице-канцлер, который подойдя, встал рядом с ним, очень сильно побледнел.

Все, собравшиеся в зале уже столпились вокруг нас, а я и не заметил! Обратил внимание только тогда, когда герцог кивнул мне и пошел к дверям зала. Народ расступился перед ним. Я шел за ним по людскому коридору и пытался угадать, о чем герцог собрался со мной говорить?

Герцог быстрым шагом покинул зал, я вышел за ним и, оказывается, за нами увязался тот мужчина с румяным, веселым лицом. Выйдя вслед за нами, он закрыл двери и остался там, прислонившись к ним спиной.

— Волан, — начал герцог очень тихим голосом, отойдя от двери буквально на десяток шагов. — Так получилось, что на этой дуэли ты будешь защищать честь и достоинство мое и моей дочери. Проигрывать ее нельзя, понимаешь? — я кивнул. — Того, кто тебя вызвал на дуэль, я знаю — это младший сын герцога Валентайна, первого министра Его величества Альфреда Третьего. Парня начали учить обращаться с оружием раньше, чем со столовыми приборами!

Он замолчал и посмотрел на меня.

— Я не проиграю! — понял я его взгляд.

— Точно? Может, лучше замену? Вон, Сирил готов тебя заменить! Готов, Сирил? — герцог посмотрел на стоящего у дверей.

— Готов! — подтвердил тот. — Ты же знаешь, Ричард, я — всегда готов!

И он гордо задрал подбородок.

— Я справлюсь, — сообщил я. — Только…

Во взгляде герцога появилась тревога.

— … мне как, сразу с ними двоими драться, или по очереди?

— Ха-ха-ха! — громко заржал стоящий у дверей Сирил, услышав мой вопрос. — Хороший вопрос, парень! Обязательно про него расскажу!

Герцог же был серьезен.

— Никаких двоих! — резко ответил он. — Тебе вызов бросил один — и драться ты будешь с ним одним!

— Ага! — снова засмеялся Сирил. — Это, чтобы не нарушать отчетности!

— Какой отчетности? — удивился я, но герцог только махнул рукой и пошел к дверям, которые Сирил предусмотрительно перед ним распахнул.

Как только герцог вошел в зал, разговоры тут же прекратились и все посмотрели на него.

— Волан де Гриз принимает вызов! — громко объявил хозяин дворца. — Так как дуэль состоится немедленно, в этом зале, то условие — только сталь! Никакой магии!

В зале опять начался гул. Все принялись обсуждать условия дуэли и, как я услышал краем уха, пока шел через толпу, кое-кто уже обсуждал, сколько и на кого поставить! Это что такое, интересно? Нужно будет потом разузнать.

Герцог стоял перед парнем, вызвавшим меня на дуэль. Рядом стояли принц, вице-канцлер, Энария, с обеспокоенным выражением лица, и Магда. Что странно, лицо у Магды было неестественно бледным.

— Магда, — я подошел к девушке. — Вам нехорошо?

Мне было неловко, что ее втянули в наши разборки.

— Все нормально, Волан! — она слабо улыбнулась. — Просто волнуюсь!

— А-а-а! — протянул я. — Все будет хорошо!

Но она схватила меня за руку.

— Волан, ты же не дашь себя убить? — она пристально посмотрела мне в глаза.

— Что за мысли, леди? — немного возмутился я. — Конечно же, нет!

Она отпустила мою руку, и я присоединился к мужчинам, обсуждающим условия дуэли.

— До смерти! — уверенно произнес принц.

— А вы уверены, Ваше высочество, что смерть украсит сегодняшний вечер? — подняв бровь, иронично спросил герцог.

— Вы были бы правы, Ваша светлость, если бы не тяжесть оскорбления, — возразил принц. — Поэтому я настаиваю на дуэли до смерти одного из участников.

Герцог оглянулся, нашел глазами меня и вопросительно поднял бровь. Я, в ответ, безразлично пожал плечами.

— Хорошо! — неохотно, но все же согласно кивнул герцог.

Все организационные вопросы заняли еще, наверное, с полчаса, и вот — мы стоим посередине зала, друг напротив друга, между нами шагов пятнадцать-двадцать. Зрители разместились между колонн помещения. Принц, вице-канцлер и герцог с детьми и приближенными, стоят на линии между колонн, точно сбоку от нас.

Старик с большой палкой ударяет ею в пол и громко вещает:

— Дуэль до смерти! Маркиз Роджер Валентайн против барона Волана де Гриза! Условия поединка — чистая сталь!

Прокричав, он отходит туда, где стоит герцог с семьей.

Пауза, затишье перед боем. Ждем сигнал.

— Бой! — слышу я громкий звонкий голос. Ага, значит, командует принц.

Роджер, выхватив меч, приближается ко мне осторожными, короткими шагами. Я неторопливо достаю свой мечуган и при этом чуть его не роняю. Чудом подхватываю его уже почти у пола. По толпе зрителей проносится вздох. Интересно, сожаления или разочарования?

Выставив меч перед собой, как палку, на вытянутой руке, неуверенно оглядываюсь.

На румяном лице Сирила застыла саркастическая усмешка, а стоящий рядом с ним герцог был хмур и явно озабочен. Стоящие рядом с ним, вцепившись друг в друга, Энария и Магда были бледны и смотрели на происходящее широко раскрытыми глазами. О! А вот и матушка! Смотрит с беспокойством, но, поймав мой взгляд, ободряюще улыбнулась.

А вот на лицо принца растягивает нехорошая ухмылка. Ну-ну! А, давай-ка, мы подбросим дровишек в топку!

Размашисто махаю мечом, скорчив свирепое лицо, сначала слева направо, а потом справа налево. И опять выставляю его перед собой.

М-да! Роджер остановился и неверящим взглядом посмотрел на меня. Он был так озадачен, что на какое-то мгновение даже опустил руку с мечом. Потом, неодобрительно покачав головой, пошел ко мне уже простыми шагами и быстрее.

Я опять махнул мечом туда-сюда. Понятно, что не достану, но так, для острастки.

Мой противник приблизился ко мне и незатейливо рубанул меня сверху вниз, целясь куда-то в район плеча.

«М-да, а не переборщил ли я?» — закралась неприятная мысль.

Каким-то судорожным, дерганым движением я повел меч в сторону и смог, зацепив его меч, увести его в сторону. В результате тот просвистел совсем рядом, даже, по-моему, чиркнул по рукаву.

По толпе пронесся еще один вздох. Я, с испуганным видом, отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. Много времени мне выиграть не удалось. Противник в два широких шага ее восстановил и теперь уже его меч двигался параллельно полу.

Я, беспорядочно задергав руками, начал перебирать ногами, чтобы сменить позицию, в результате, запутался в них, они у меня как-то разъехались и я, неожиданно для всех, сел на шпагат, почувствовав, как ветер, от пролетающего над головой клинка, колышет волосы.

Со стороны зрителей донесся чей-то вскрик, а потом раздался гул. Судя по всему, началось активное обсуждение хода поединка.

Но мне обращать на это внимание было некогда. Я быстро упал на спину и, кувырком через голову, не выпуская меча, поднялся на ноги, опять немного разорвав расстояние.

Мой противник досадливо морщится и готовит мне кое-что посложнее. Судя по стойке, которую он принял, это будет несложная двухходовка. Я ее знаю и знаю, как правильно от нее защищаться.

О! Вот он — первый удар наносится в корпус, на уровне груди. По идее, я должен отбивать либо вправо, либо влево, он как бы продолжит движение, но переведет направление удара в горизонтальное! И все! Я нахожусь в таком положении, что не успею переместить меч!

Ну-ну! Я не стал парировать его удар своим мечом, а, сделав вид, что испугался, резво скакнул влево. Теперь его бок был полностью для меня открыт, но я настолько этого не ожидал, что остановился и, вроде как, от изумления открыл рот.

— Бей! — донесся до меня чей-то тонкий, полный отчаяния голосок.

Я бросил взгляд на Энарию с Магдой, все еще не расцепившихся друг с другом и смотрящим на меня широко раскрытыми глазами, и быстро улыбнувшись, подмигнул им!

Я еще успел заметить, как на их лицах начало проступать удивление, как уже вновь пришла пора защищать свою любимую тушку от острозаточенного железа. Теперь Роджер выбрал еще более сложный удар, но я-то его знал!

Причем, Кавендиш называл этот удар простым, даже не так — простеньким! Он и действительно был не сложным, по сравнению с тем, чему он меня, в результате, обучил, но вот только знания мои всем демонстрировать мне очень не хотелось!

Я, беспорядочно двигая руками, казалось, чудом отбил первый удар, запнулся, пропуская второй, и, падая, уклонился от третьего. Только, уже совсем падая и беспорядочно махая руками, я, выбрав точку на его теле, всадил туда свой меч! Меч хорошо вошел чуть ниже ключицы и до тех пор, пока я его не выпустил из рук, распахал ему тело ах до грудины.

Громко грохнувшись на пол, я тут же вскочил, и сделав испуганное лицо, поглядел сначала на лежащего маркиза, а потом перевел взгляд на герцога.

— Мне нужно его убить? — ура! Мой голос дрожал очень натурально.

— Не надо! — громко выкрикнул принц. Зрители зашумели.

Дуэль закончилась!

Глава 7.1

— Вот же! — герцог, в расстройстве, стукнул кулаком по ладони. — Чуть было не было!

Они с Сирилом Ван Герштоф возвращались после дуэли в кабинет правителя герцогства. У них еще были кое-какие дела.

— Ты это о чем? — удивился Сирил его экспрессивному жесту.

— Да о дуэли, о чем же еще?! — герцог был явно чем-то недоволен, но Сирил пока не мог понять причину этого недовольства.

— Парню здорово повезло! — продолжал раздраженный герцог. — Он чуть было не поставил нас в неловкое положение своим проигрышем!

— Чем? — Сирил остановился и непонимающе посмотрел на герцога.

— Да, проигрышем! — герцог продолжал накручивать себя. — Размахивал мечом, как кочергой! Вот только повезло, что вовремя споткнулся! А, если бы нет?

— О, да! — восторженно отозвался Сирил. — Сыграно было великолепно! Я чуть было не поверил!

Герцог недоуменно посмотрел на своего казначея. Тот усмехнулся.

— Скажи мне, Ричард, — улыбка, появившаяся на лице казначея герцога в начале дуэли, так и не покинула его. — Мы с тобой сейчас говорим о дуэли, с участием камер-пажа твоей дочери, что закончилась только что?

— Ну, конечно! — бросил герцог, потом повернулся спиной к собеседнику и, призывно махнув рукой, пошел дальше.

Сирил быстро его догнал и какое-то время они шли молча, а потом казначей спросил:

— Так, я так и не понял, Ричард, что тебе не понравилось в прошедшей дуэли? Парень — победил, королевские — проиграли! Что еще?

— Да я чуть не поседел, пока он, наконец-то, выиграл! — опять вскинулся герцог.

— Эх! — укоризненно покачал головой казначей. — Все, что ты увидел — это неловкое размахивание мечом? И чему только вас учителя по бою на мечах учили? Или ты нагло прогуливал его уроки, пользуясь своим титулом и положением?

И он насмешливо уставился на герцога.

— Ты же прекрасно знаешь, что нет! — вспылил герцог, потом сложил в уме реплики собеседника и осторожно спросил:

— Ты хочешь сказать, что все было не так, как виделось?

— Ага! — откровенно расхохотался Сирил. — Парень провел бой безупречно! — все еще смеясь, заявил казначей. — Ошибся он только один раз, в самом начале!

— Ага! — недовольно буркнул герцог. — Когда принял вызов!

— Нет! — все еще веселясь, Сирил хлопнул своего сюзерена по плечу. — Гораздо позже этого момента, Ричард! Гораздо позже!

Он вдруг стал абсолютно серьезен.

— Он ошибся, когда доставал меч!

— А что с этим было не так? — удивился герцог.

— Ричард, а ты помнишь, как он доставал свой меч? — не ответив, задал встречный вопрос казначей.

Герцог промолчал, просто пожав плечами.

— Вот! — Сирил выглядел очень довольным. Даже помахал указательным пальцем перед собой. — И никто не обратил на это внимания!

— Ну, не обратили! — признался герцог, а потом не выдержал и вспылил:

— Да, что такого может быть в доставании меча?! Ну, достал — и достал!

— Э-э-э, не скажи! — качнул головой его собеседник. — Вот ты, достань сейчас свой меч!

Герцог остановился и резким движением выхватил меч из ножен и вопросительно посмотрел на своего казначея.

— Ну?

— Вот! — тоже остановившись, непонятно чему обрадовался казначей и сделал знак герцогу, чтобы он меч убрал.

Едва только герцог убрал свой меч, как Сирил выхватил свой, подержал мгновение, а потом тоже вернул в ножны и посмотрел на своего сюзерена.

— И? — герцог пока никак не мог понять, куда гнет его казначей.

— Ну, Ричард! — скривился от такого непонимания его собеседник. — Ну, ты слышал, как ты доставал меч?

Тот, подумав, кивнул.

— А как я доставал, ты слышал? — продолжал объяснения Сирил.

Герцог опять кивнул и вдруг, видимо сопоставив все, что сказал его вассал, он, приоткрыв от удивления рот, каким-то сдавленным голосом произнес:

— Ты хочешь сказать, что он доставал свой меч из ножен очень тихо?

— Нет! — Сирил отрицательно качнул головой. — Он доставал его абсолютно бесшумно! Представляешь, Ричард, я не услышал вообще ни звука! Это значит, что он постоянно контролировал движение своего меча!

— Ну, — как-то нервно усмехнулся герцог и пошел дальше, — немудрено, что ты ничего не услышал — там было довольно шумно!

— Э, нет! — догнавший его казначей, возразил ему с усмешкой. — Орать начали позже, когда бой уже начался, а вот до этого было довольно тихо!

— Ну, хорошо, — махнул рукой герцог, — научился парень тихо извлекать меч из ножен — молодец! Я не понимаю, почему ты в таком восторге от этого боя? Ведь, честно говоря, на мой взгляд, парень действовал довольно неуклюже!

— Или хотел, чтобы так выглядело со стороны! — жестким тоном возразил Сирил.

— Да, зачем ему это? — все никак не сдавался герцог. — Наоборот! Там столько благородных… принц, опять же! На его глазах, показать себя… дамы… Нет, я считаю, ты придумываешь, Сирил! Все-таки, ему просто повезло! Ну, и нам вместе с ним!

— А если у парня нет желания, как ты сказал, «показывать себя», особенно на глазах принца? — возразил казначей.

— Ну-у-у, — задумчиво протянул герцог, — это только твои предположения, которые маловероятны! Чтобы молодой парень не стремился показать себя? — герцог на мгновение умолк, потом покачал головой. — Нет, не верю!

— А вот давай, когда он к тебе придет, — казначей как-то хитро сощурился, — ты ведь его вызвал и через полчаса он уже должен быть у тебя! Так вот, когда он к тебе придет, давай у него самого спросим, а?

— Ну, давай! — усмехнувшись, согласился герцог. — Только, чур, спрашивать будешь ты!

Они как раз подошли к кабинету герцога. Сирил Ван Герштоф огляделся, но Дэвида Ковердэйла на месте не было, видимо герцог его отправил с каким-то поручением. Герцог на отсутствие секретаря не обратил никакого внимания и потянулся к ручке, чтобы открыть дверь в свой кабинет, но казначей заступил ему дорогу. Герцог удивленно взглянул на него.

— И, Ричард, — вдохнув поглубже, как будто набираясь решимости, — я хочу, чтобы он меня поучил! — выпалил он.

Герцог в изумлении вытаращился на Сирила, как будто у того сзади вырос хвост, а на голове — рога!

— Чего? — герцог был настолько ошарашен, что ему показалось, будто бы он ослышался!

— Ну, — отчего-то засмущался казначей. — Его ведь все равно будут обучать, верно?

— Ну, да, — осторожно согласился хозяин герцогства, не зная, чего еще можно ждать от его, казалось бы, изученного вдоль и поперек вассала и друга.

— Вот! — обрадовался тот. — И, наверняка, мечевому бою тоже учить будете?

— Ну, — усмехнулся герцог, — тебя послушать, так не мы его, а он нас обучать должен! — не удержался он от шпильки.

Сирил поморщился, но возмущаться не стал.

— Хорошо! — он покладисто кивнул. — Я хочу быть его преподавателем мечевого боя!

Герцог, подумав мгновение, отстранил Сирила, распахнул дверь и вошел в свой кабинет. Сирил вошел за ним.

— Посмотрим! — ответил герцог, махнув рукой на стулья, стоящие около его стола, приглашая его занять один из них. — После разговора с ним и решим, хорошо?

* * *

Я стоял и глупо улыбался. Улыбался, потому что бой окончен, я победил, и сейчас, с двух сторон от меня, стояли красивые молодые леди и держали меня каждая за «свою» руку. Энария и Магда подбежали ко мне первыми!

Ну, не считая матушки, конечно! Матушка, вообще-то, успела первой, но просто подошла, окинула меня взглядом, я даже почувствовал, как она включила магический взгляд, поняла, что со мной все в порядке, кивнула и поспешила к моему противнику по состоявшемуся поединку, так и лежащего в нескольких шагах от меня.

Они подскочили ко мне с сияющими лицами с разных боков, схватили меня за руки, и, улыбаясь, начали высказывать мне свои претензии. Я даже сначала не понял, о чем это они, вообще? Потом — дошло! Оказывается, они волновались, а я, такой черствый тип, все тянул и тянул, и никак своего противника не убивал!

— А Магда от страха, вообще чуть в обморок не упала! — с милой улыбкой заложила свою подругу Энария.

— И ничего не от страха! — возмутилась ее фрейлина. — Просто вы так быстро перемещались по залу, что у меня закружилась голова!

Вот так, под щебет дочери герцога и ее подруги, глупо улыбаясь, я и принимал поздравления с первым моим реальным боем со смертельным исходом.

Первым подошел герцог в бессменной компании Сирила.

— Э-э-э, Волан, — он покровительственно похлопал меня по плечу, кинул недовольный взгляд на дочь. Энария этот взгляд, по-моему, даже не заметила, потому что глядела исключительно на меня. — Ну, поздравляю! Молодец!

И уже начал отходить, когда вдруг вспомнил:

— Да! Жду тебя через полчаса у себя в кабинете! Нам нужно поговорить!

Я склонил голову.

— Я буду, Ваша светлость!

Герцог вновь кинул на дочь недовольный взгляд и ушел. Дочь опять этот взгляд проигнорировала. Сопровождающий его Сирил ничего не сказал. Просто улыбнулся, подмигнул и украдкой показал мне большой палец.

Не знаю почему, но от такой похвалы на душе стало как-то теплее, что ли!

После герцога придворные пошли просто нескончаемым потоком. Мужчины и женщины, все мне абсолютно незнакомые, хлопали по плечам, трепали по щеке, а одна, примерно лет двадцати, на мой взгляд, даже поцеловала в щеку, чем заслужила два гневных взгляда! Отгадайте от кого! А нет, вру!

Когда основная толпа желающих меня поздравить схлынула, ко мне, как-то неуверенно улыбаясь, подошел Стэн Киллпатрик — сержант, с которым я познакомился в самое первое свое посещение дворца.

— Сержант Киллпатрик! — я радостно ему кивнул. Ну, наконец-то, хоть одно знакомое лицо! — И вы тоже тут?!

— Да! — кивнул он. — Мне сегодня выпало дежурить в зале. — Пояснил он, слегка поморщившись. Судя по всему, сегодняшняя служба ему не понравилась. Потом, видимо вспомнив, зачем подошел, он тоже хлопнул меня по плечу, но не сильно, только имитируя хлопок. — Молодец! Ты его уделал!

Я улыбнулся и кивнул ему.

— Давай, так держать! — он улыбнулся мне и поклонился моим «стражам». — Леди!

Те благосклонно ему кивнули.

Я уже посчитал, что все закончилось, когда, криво улыбаясь, к нашей компании подошел Ардун. Я напрягся, но девчонки, видимо почувствовав мое напряжение, покрепче ухватили меня за руки.

— Поздравляю! — Ардун все так же криво улыбался. Не знаю почему, но эта его улыбка меня просто бесила! Так и хотелось ее стереть, желательно вместе с зубами. — Тебе опять повезло!

— Повезло? — удивилась маркиза.

— Опять? — в унисон ей вторила Магда.

— А! — небрежно махнул рукой Ардун. — Мы тут как-то с ним кое-что не поделили, вы, наверное, слышали! — если судить по его лицу, то прямо сущую мелочь, о которой и упоминать не стоит! — так ему тогда тоже повезло! — он картинно развел руками. — Я поскользнулся и сломал ногу!

И он сокрушенно покачал головой.

— Поскользнулся! — фыркнула Энария.

— Бедняга! — вторила ей Магда. — Ногу сломал!

И девчонки, совсем не по-благородному, прыснули в кулачки.

Ардун просто кивнул и, не прощаясь, развернулся и пошел из зала.

Я медленно выдохнул сквозь зубы.

— Волан! — вдруг услышал я голос матушки. — Подойди, пожалуйста, нужна твоя помощь!

Я быстро, но осторожно, высвободил свои руки из мягких девичьих ладошек.

— Леди! — я сделал виноватое лицо.

— Иди, Волан, — кивнула мне Энария. — Но после разговора с моим отцом, мы тебя будем ждать у меня! Приходи!

Я кивнул и, несколько недоумевая, поспешил на помощь матушке.

«Интересно, что там такого могло случиться, с чем она не может справиться без меня? — удивился я. — Ну, понятно, если бы это было до за́мка, тогда дар у нее был совсем небольшим, но сейчас-то что не так?»

Матушка сидела рядом с раненым, опустившись на одно колено и за ее спиной мне не было видно, в каком сейчас состоянии парень. Остальные, во главе с принцем Георгом и вице-канцлером Георгом, столпились с другой стороны, возле головы лежащего.

Они о чем-то тихо переговаривались, а когда я подошел к маме, затихли и принц, непонятно почему, посмотрел на меня с неприкрытой ненавистью.

«Интересно, а ему-то я чего сделал?» — удивился я. Потом посмотрел на беднягу, которому матушка оказывала помощь. Рядом с ней лежал ее любимый ножик, длиной полметра.

«Любопытно, где она в платье его смогла спрятать, потому что, на первый взгляд, ножен я нигде не увидел!» — мелькнула мысль и тут же угасла.

Курточка и рубашка парня были разрезаны, а точнее, я бы сказал, что правой стороны курточки и рубахи просто не было. Как и не было уже той раны, что я ему нанес — остался только широкий, чуть воспаленный с незакрывшимися краями, явно свежий рубец.

— Мам, чего? — удивленно посмотрел я на нее.

— Ничего, — спокойно ответила она, — придержи вот здесь!

Я сделал, как она просила, потом еще, еще и, наконец, она, закончив, оперлась о мою руку и тяжело поднялась.

— Ваше высочество, — она склонила голову, а принц, оборвав свой разговор с вице-канцлером, вопросительно взглянул на нее. — Вашему другу более ничего не угрожает. Неделю — никаких нагрузок! Ничего тяжелее ложки поднимать нельзя! — она многозначительно посмотрела на принца. — И никакой выпивки! — она перевела взгляд на вице-канцлера. — Я могу надеяться, что вы не пустите по ветру мои труды? — не отрывая своего взгляда от него, поинтересовалась матушка.

— Будьте спокойны! — уверенно кивнул вице-канцлер. — Я лично прослежу за этим! — твердо пообещал он. — И, спасибо вам, баронесса!

— Спасибо! — эхом вторил ему принц и остальные присоединились к ним нестройным хором.

Матушка кивнула им и, взяв меня под руку, вышла из зала.

— Волька, — едва мы оказались в коридоре, начала матушка, — нам нужно поговорить!

Я согласно кивнул.

— О чем?

— Да, много о чем! — матушка раздосадовано махнула рукой, а я вдруг обратил внимание, что ее рука пуста! Ее любимый ножик куда-то исчез! Во всяком случае, я не заметил, что бы она его убирала! Но отметил я это так, краем сознания, сразу переключившись на разговор с матушкой. — Вот, например, кто-то мне обещал придумать что-нибудь с моим обучением, помнишь?

И матушка пристально посмотрела на меня. Я пожал плечами.

— Да, помню, мам, — не стал я отрицать очевидное, — просто все так закрутилось… Совсем не было времени этим заняться!

— Угу! — согласно кивнула матушка. — Только ты, давай, не тяни с этим, а то сил у меня много, а вот как правильно их применить, я не знаю! Угу?

— Угу! — опять согласился я.

— И еще! — начала тараторить мама, так как мы уже подходили к кабинету герцога и, видимо, она хотела мне еще успеть что-то сказать, до моей встречи с герцогом. Я приостановился, показывая, что, в общем, никуда не спешу. Ничего, несколько минут опоздания мне герцог простит, а ставить матушку в неудобное положение я не хотел.

— Ты чего? — удивилась она моей внезапной остановке. — Тебя же Его светлость ждет!

— Ничего! — я махнул рукой. — Он ждет меня позже! — соврал я, не желая попусту препираться с родительницей. — Так, что ты хотела мне сказать?

— Точно? — не успокаивалась моя родительница. — Если что, то мы сможем поговорить и позже, а опаздывать к сюзерену — это неправильно!

— Мам! — укоризненно вскричал я. — Не тяни время, а то я действительно опоздаю!

— Ладно! — наконец-то, согласилась маман. — Слушай, только, никому! Ладно?

Я, недовольно поджав губы, кивнул.

— Понимаешь, — оглянувшись по сторонам и перейдя на шепот, она решила, что момент подходящий. — Кочерыжка поставил ментальные блоки герцогу, его детям и еще много кому… — она опять оглянулась.

— И что? — не понижая голоса, поинтересовался я.

— Тс! — шикнула на меня маман. — А то, что поставил неправильно и этот блок очень легко обойти!

— Вот, бли-и-ин! — я осознал всю глубину задницы в которой, возможно, мы уже оказались, а если нет, то можем оказаться в любой момент!

Глава 7.2

— Вот тебе и «бли-ин»! — передразнила меня матушка.

— Так, чего теперь делать? — я вопросительно уставился на нее.

— Что делать, что делать? — опять передразнила она меня, а потом как-то устало махнула рукой. — Нужно убирать старые блоки и ставить новые!

И она, посмотрела мне в глаза.

— Теперь ты понимаешь, Волька, всю глубину за… — она быстро поправилась, — проблемы?

— Ага! — я согласно кивнул. — А ты сумеешь?

— Волька! — резко зашипела маман. — Голову включи, не будь балбесом! Откуда у меня такие знания?! Кое-кто говорил про обучение…

И она укоризненно посмотрела на меня.

— Я все понял! — я в ответ выставил раскрытые ладони. — Мам, я, правда, постараюсь решить этот вопрос побыстрее! Просто… — я замялся.

«Говорить — не говорить?» — никак не мог решить я. Дело в том, что бывший временный хозяин замка Вудрон Гранур Гон Дель Реввик не совсем отошел от дел. То есть, он, вроде как, перенастроил управление замком на матушку и теперь, как он выразился — «заслуженно отдыхал», но мы с ним договорились, что в отсутствии хозяйки замка, он присмотрит за делами.

Ну и я, втихаря, выпросил у него специальный кристалл, для связи с ним. Мало ли, какие вопросы могут у меня возникнуть, а он, все же, обещал передать мне свои знания по общей магии! Так что, я питал очень большие надежды на то, что Дель Реввик мне поможет, потому что, если нет, то я даже не особо и представлял пока, что делать.

Очень уж неожиданно было то, что мне сообщила матушка!

— Просто, что? — неправильно поняв мою заминку, насторожилась мама.

— Просто мне нужно немного времени, чтобы сообразить, как лучше это сделать! — я решил пока не говорить ей про Дель Реввика.

— Давай, Волька! — мама погладила меня ладонью по щеке. У меня в душе поднялась теплая волна. — Не тяни, дорогой, хорошо?

— Хорошо, мам, — я, как в детстве, прижался щекой к ее руке. — Я все сделаю, не волнуйся!

— Я верю! — она взлохматила мне волосы. — Ой! — она, в смущении, прижала ладошку к губам. — Тебе же сейчас к герцогу идти!

В ее голосе послышались панические нотки, а руки принялись приглаживать мою шевелюру. Как будто, это могло помочь!

— Ну, мам! — я возмущенно тряхнул головой. — Я же к герцогу иду, а не на свидание с девушкой!

— Это, да! — Мама усмехнулась и прекратила издеваться над моими волосами. — А вы с маркизой смотрелись хорошо! — она улыбалась, а я нахмурился. — А, кстати, что это за девочка была вместе с вами?

Я пожал плечами. Разговор явно свернул не на ту тему, на которую я готов был общаться.

— Это — Магда. Ее фрейлина, подруга детства и дочь графа Рональда. — Я решил сразу все рассказать и закончить на этом тему. Но не тут-то было!

— Ее подруга — Магда Ван Хайм? — тут же уцепила главное в моих словах мама.

— Да! — мне уже не терпелось закончить этот разговор. — Мам, давай, я пойду, мне к герцогу пора! — я использовал просто убойную отговорку.

— Иди, дорогой! — мама окинула меня напоследок изучающим взглядом, проверяя мой внешний вид, потом развернулась и пошла в обратную сторону. Я облегченно вздохнул.

— А эта Магда тоже очень ничего! — обернувшись, заключила мама. — Ты к ней приглядись!

И, рассмеявшись, она свернула в другой коридор.

Я выругался про себя и поспешил к герцогу. Начинать свою службу с опоздания к сюзерену — дурной знак!

* * *

— Заходи, Волан! — едва, после доклада секретаря, я оказался на пороге кабинета, герцог махнул мне рукой в направлении стульев, стоящих возле его стола. — Давай, присаживайся!

Я подошел к столу.

— Ваша светлость! — я все-таки счел уместным поприветствовать его еще раз, а потому, поклонился. Немного замявшись, поскольку не знал титула второго, присутствующего в кабинете вместе с герцогом, но решил, что лучше переборщить…

— Ваше сиятельство! — я повернулся в его сторону и склонил голову.

— Смотри, какой вежливый! — рассмеялся герцог. — Ладно, пока ты не сел, нужно вас познакомить, а то да, признаю, это мое упущение, виделись вы уже не раз, но все как-то знакомить не к месту было!

Он посмотрел на Сирила, потом перевел взгляд на меня.

— Сирил, перед тобой Волан де Гриз, барон Вудрон, сын небезызвестного тебе Эрика де Гриза и победитель Роджера Валентайна!

Я поклонился. Герцог бросил хитрый взгляд на своего собеседника.

— Волан, перед тобой барон Сирил Ван Герштоф, мой друг, отчаянный рубака и дамский угодник! Ну и, в перерывах между этими занятиями — мой казначей!

Вначале, по лицу казначея скользнула тень неудовольствия, он даже начал хмуриться, но потом его румяное лицо расплылось в широкой улыбке и, мгновение спустя, в кабинете раздался его хохот.

— Ну, уел! — закатываясь, веселился Сирил. — Как есть, уел!

Он хохотал так заразительно, что вскоре я поймал себя на том, что широко улыбаюсь ему в ответ, а герцог, так даже тоже похохатывает!

Повеяло чем-то родным, семейным. Атмосфера в кабинете, как-то сразу, из официальной превратилась в домашнюю. На душе потеплело.

Когда герцог с казначеем отсмеялись, хозяин кабинета, со смешинкой в глазах, вдруг сообщил:

— Да, кстати, кроме всего прочего, о чем я тебе уже сказал, он еще будет и твоим учителем!

Я удивленно воззрился на герцога.

— Э-э-э, Ваша светлость, вы считаете, что меня нужно учить казночейству? — я был ошеломлен и даже растерян.

— Нет! — рассмеялся герцог, а Сирил опять захохотал. — Он будет учить тебя правильно обращаться с мечом, а то, то, что я увидел во время дуэли — ну, никуда не годится!

Герцог вдруг перестал улыбаться и буквально впился взглядом в мое лицо.

— Правда, вот, барон утверждает, что с мечом ты управляешься довольно ловко, и этот поединок — сплошное притворство с твоей стороны!

Вот этого я не ожидал! Я не думал, что кто-то сможет по моим неловким движениям проследить систему! М-да, сюрприз! Причем, сюрприз неприятный! Рано мне еще всем подряд показывать мое мастерство, ох, рано!

Хорошо, что я, приготовившись слушать герцога, вошел в состояние полного восприятия, как учил меня Кавендиш, бывший моим наставником в мире, который назывался Полигон. Как он утверждал, это состояние способствует быстрейшему усвоению и аналитической обработке сказанного.

Наверное, именно поэтому я даже глазом не моргнул, когда герцог высказал свое предположение. Вернее, не свое, но это не важно!

Я продолжал спокойно смотреть на хозяина кабинета, ожидая продолжения, хотя внутри у меня все сжалось от нехорошего предчувствия.

Герцог еще какое-то время не отрывал взгляд от моего лица, а потом, вдруг как-то поник, и я увидел перед собой уже немолодого, уставшего мужчину. Но длилось это какое-то мгновение, и уловил я эту смену облика только из-за моего состояния.

— Ладно! — спокойным голосом и ровным тоном продолжил герцог. — Время обучения и ваши взаимоотношения с бароном вы обсудите потом, без меня. Я сейчас хочу у тебя спросить вот что:

— Как ты относишься к приезду принца Георга?

Я офигел! Это к чему он мне, можно сказать, пятнадцатилетнему пацану, задает такой вопрос? Что он хочет услышать? Мои рассуждения по политическому и экономическому положению в мире?! Фигня какая-то!

Я просто пожал плечами, так и не поняв, какого ответа от меня ждут. И герцог, и барон продолжали молчать. Очевидно, что пожатием плеч я не отделаюсь. Ну, хорошо.

— Мне не нравится! — я постарался быть максимально кратким. Услышав сбоку от себя какой-то всхлип, я, повернувшись, увидел, как Сирил скрывает улыбку, заслонив рот рукой! Но глаза-то у него смеялись! Не понял?! Это у них тут что, развлечение такое?!

Но, переведя взгляд на герцога, я столкнулся с абсолютно серьезным, холодным взглядом.

— И чем тебе не нравится его визит? — тоном, созвучным взгляду, спросил герцог.

— Ну-у-у… — я задумался. — Вот так, пожалуй, даже не могу сказать. Нужно подумать. Так-то, вроде, ничего такого нет, но вот какие-то мелочи… — я вновь пожал плечами.

— Какие мелочи? — раздался вопрос сбоку. Я повернул голову и увидел абсолютно серьезное лицо казначея, рассматривающего меня с каким-то непонятным мне интересом.

— Ну, например, — подняв глаза к потолку, попытался я припомнить и озвучить те мелочи, что мне не понравились. — Принц же приехал сюда не просто так, верно?

Мои собеседники кивнули. Ну, это было и так понятно! Будет принц неделю тащиться сюда! У него и в столице есть, где развлечься!

— А раз он приехал сюда, то, наверняка, на «смотрины» невесты, а невестой, стало быть, будет Энария, так?

И опять мужчины кивнули.

— И вот тут возникает, во всяком случае, у меня, несколько вопросов. Первый — почему сын младший? Судя по всему, положение у королевства — так себе, если король предлагает породниться своему же герцогу. Или это ваша инициатива? — я вопросительно посмотрел на герцога.

Тот просто отрицательно покачал головой.

— Во-от! — приободренный тем, что мои мысли текут в правильном направлении, я продолжил:

— Второй вопрос — почему все это делалось в тайне? Как мне рассказывал отец, когда вы обручались со своей будущей супругой, весь Ренк праздновал неделю! А об этом событии кричали на всех углах, даже глухие — и то об этом знали! А тут — тишина! Если выйти в город и поспрашивать людей, то, я думаю, что в Главном городе еще можно найти тех, кто о его приезде знает, а вот Среднем — уже вряд ли, а в Нижнем — точно никто ничего даже не слышал! Почему?

Герцог с бароном продолжали молчать.

— Э-э-э, Ваша светлость, — не выдержал я. — А попить можно, а то горло пересохло?!

— Можно! — герцог усмехнулся. — Тебе вина?

— Только не это! — поспешно отказался я. — А можно воды?

— Сирил! — кивнул подбородком куда-то вбок герцог.

— Угу! — понятливо буркнул казночей. Я услышал звук открываемых дверей или ящиков, я не понял, а повернуться и посмотреть не позволяла… да я даже не знаю, что не позволяло, но я сидел и смотрел в одну точку, ожидая, когда мне дадут промочить горло.

И я дождался. Сирил подал мне высокую кружку с каким-то напитком. Я понюхал.

— Пей, не отравим! — раздался сбоку голос Сирила, сдобренный смешком.

Я, не спеша, мелкими глотками, выпил поданный напиток.

— Спасибо! — поблагодарил я. — Было очень вкусно! А что это?

— Так, — перебил меня герцог. — Все кулинарные дебаты — потом! Сейчас продолжаем. Итак… — и он посмотрел на меня.

— Ну, я не знаю, может я, конечно, не прав, но вот выбор одежды, в которой принц и компания появились на… — я замялся, не зная, как правильно назвать то действо, происходившее недавно в зале, но герцог просто кивнул и махнул рукой, мол, я понял, давай дальше! — Так вот. Мне кажется, что принц не зря оделся именно так. Я, например, ни за что бы так не оделся, особенно на какое-то официальное событие! Вот у меня такое ощущение, что он кому-то что-то пытался доказать, только я не знаю — кому и что! Ну, или кого-то оскорбить…

Я замолчал и посмотрел на герцога.

— Все? — спросил он.

Я пожал плечами и кивнул.

— Почему приехал именно младший, — начал герцог, — тут все просто — старшие уже пристроены. У всех уже есть семьи. Свободен только младший. Насчет того, что все происходило тайно — они боялись, что, узнав о путешествии младшего принца, имперцы пойдут на все, чтобы помешать ему сюда добраться. — Он помолчал. Я тоже молчал — ждал продолжения.

— Ну, а насчет их костюмов, — я дождался продолжения. — Признаюсь, я об этом не думал, поэтому мне нужно поразмышлять на эту тему! Но это будет потом, а сейчас я хочу тебе кое-что рассказать.

Он замолчал и посмотрел на меня. Я спокойно встретил его взгляд. Он кивнул каким-то своим мыслям.

— В общем, ты все сказал правильно, исходя из того, что тебе известно. Теперь о том, что тебе неизвестно. — Герцог переглянулся с Сирилом. Я заметил, как тот чуть качнул головой, но хозяин кабинета упрямо сжал губы. — Положение вокруг королевства сейчас таково, что оно балансирует на гране тотальной войны. С севера — Империя подтягивает свои легионы к границе, под предлогом убийства посла в столице Унаи. С запада — Вольные баронства. Королевские полки не так давно усмиряли очередное выступление баронов, но, насколько мне известно, барон Рагерсон и виконт Эмерсон — отказались от перемирия с королевством и вновь собирают войска.

Он замолчал, но я сидел с непроницаемым лицом, пытаясь анализировать полученные сведения.

— Если ударит Империя, то эти двое тут же развернут боевые действия. А с юга навалятся орки, пользуясь тем, что часть полков с границы придется забрать. И что получается? — он, грустно усмехнувшись, посмотрел на меня.

Я настолько был неприятно поражен открывающейся картиной, что сказал правду:

— Жопа! — я был краток и только потом понял, что и кому сказал!

Я, по-моему, покраснел, вместе с осознанием того, что сейчас ляпнул, но герцог усмехнулся чуть веселее, чем мгновение назад и кивнул головой, а Сирил просто хохотнул.

— Так вот, — продолжил наш сюзерен, — в этой ситуации у нас два выхода. Первый — всеми силами поддерживать короля и королевство. Второй — поддержать его формально, прислав ровно столько воинов, сколько оговорено в договоре.

Герцог пытливо посмотрел на меня.

— Что бы выбрал ты?

Я задумался. Вопрос был сложным, с одной стороны, и простым — с другой.

— Ну, давайте разберем ситуацию, как ее вижу я. — Мои собеседники согласно кивнули. — Вариант один. Если помогать королевству изо всех сил, то, как я понял, у него есть надежда устоять против агрессии, так?

— Да, — герцог был краток.

— Но нам это почему-то невыгодно? — я вопросительно взглянул на герцога.

— Ну, не то, чтобы… — нехотя признался он, — но меня не устраивают некоторые пункты нашего договора.

— Отлично! — мне показалось, что я нашел решение, поэтому, в предвкушении потер руки. Герцог удивленно посмотрел на меня, но промолчал. Я тоже не стал ничего объяснять. — Рассмотрим второй вариант. Мы, практически, не участвуем в войне. Королевство проигрывает, и победители разрывают его на несколько частей. Начнем с того, что Империя, склонная к расширению своих границ, скорее всего, попробует и Вольные баронства, и нас присоединить к себе. Вопрос — насколько мирным путем? И вот тут мы можем потерять гораздо больше, чем приобрести.

Я опять замолчал. Герцог с бароном переглянулись, но не сказали ни слова.

— Я не буду расписывать возможные неприятности, в случае, если вдруг Империя решит нас не завоевывать. Окружение с трех сторон тремя различными государствами, одно из которых — Оркания, а другое — Вольные баронства, с их вечной жаждой расширения своих земель — это гарантированная головная боль и потери в пограничных стычках и при отражении орочьих набегов.

Я взглянул на своих собеседников. Лица у них были задумчивые.

— Тогда как, допустим, помочь королю и королевству, но под эту всемерную помощь пересмотреть кое-какие пункты договора… — я, подняв брови, посмотрел на герцога. — Может, не все, но кое-какие, самые неприятные… Я думаю, король на это пойдет с радостью, ведь лучше поступиться малым…

Я замолчал, давая возможность взрослым самим додумать мою мысль.

— Угу! — герцог как-то вяло кивнул мне, видимо, мысли его были где-то далеко. Но вот он ожил.

— Волан, если честно признаться, я поражен твоим анализом ситуации и выводами…, но сейчас не об этом. — Он как-то встревожено посмотрел на меня. — Я не понимаю поведение принца Георга, не понимаю, чего он добивается! У меня есть подозрение, что он не хочет успешного завершения своей поездки. Во всяком случае, он не спешит просить меня о помолвке с моей дочерью… И, в связи с напряженной обстановкой, когда его отец рассчитывает на нашу помощь…

Герцог пристально посмотрел на меня, как будто хотел убедиться, что я слежу за его мыслью. Я — следил.

— Так, вот, — хозяин кабинета тяжело вздохнул. — Он сможет привезти своему отцу нашу помощь, если как-то сможет скомпрометировать нас и шантажом выбить эту помощь!

— Это ненадежно! — я усмехнулся. — Вы приложите все силы, чтобы вырваться из этого положения! И, в результате, будет только хуже!

— Рад, что ты это понимаешь, Волан! — он опять вздохнул. — Я боюсь за Энарию! — признался герцог. — Боюсь, что она может пострадать и, вообще, стать участником какой-нибудь провокации!

Я жестко усмехнулся.

— Не волнуйтесь, Ваша светлость! Пока я рядом, я этого не допущу!

Герцог досадливо качнул головой.

— Вот то-то и оно, пока ты рядом! — подчеркнул он. — Волан, — он смотрел на меня очень серьезно. — Будь очень осторожен!

Я просто поклонился, но счел его совет правильным и дал себе слово ему последовать.

— Ну, ладно! — уже более спокойно закончил герцог. — Тогда у меня — все! Волан, ты свободен!

Я поклонился и уже собрался уходить, когда услышал:

— Береги себя и девчонок, Волан!

Глава 8.1

Вопреки прогнозам герцога, несколько дней ничего не происходило. Учителя Энарии на следующий день, после приема, устроенного в честь принца Георга, устроили мне целый экзамен по различным предметам. Отсутствовал только Сирил Ван Герштоф, поэтому притворяться неумехой во владении мечом мне не пришлось.

По уровню знаний я, оказывается, практически не отставал от маркизы и ее фрейлины Магды, поэтому учителя, посовещавшись, решили разрешить мне проходить обучение вместе с ними. Да! Вот еще! После проверки архимагом Кредом, наставником Энарии, к моему огромному удивлению, выяснилось, что у меня вообще даже предрасположенности к магическому дару нет!

Я был настолько ошарашен, что даже рот открыл от удивления!

— А что вы хотели, юноша? — архимаг заметил мой открытый рот. — Наличие магического хранилища — это еще не знак того, что вы можете стать магом! Это хранилище надо наполнить, а у вас, увы! — оно пусто! Да и магических каналов в организме не наблюдается! — он сочувственно покачал головой. — Но не надо расстраиваться, Волан, правильно? — он уточнил мое имя.

Я кивнул.

— Так вот, Волан, — с улыбкой доброго дедушки, продолжил он, — на свете есть очень много других, не менее интересных занятий! Поверьте старику, юноша, на магии свет клином не сошелся!

Я закрыл рот и согласно кивнул.

«Чо за хрень? — продолжал удивляться я уже про себя. — Уж если даже архимаг не видит мой дар и мои каналы… А Гранур, между прочим, распознавал их наличие просто «на раз-два», хотя при этом архимагом не был! Это насколько же сейчас ослабла магия?! — от этой мысли стало неуютно. — Или просто это какой-нибудь архимаг-недоучка? — я скривился. — Да, нет, вряд ли.»

Вот таким образом, мы с Энарией и Магдой обучались вместе, ну, кроме занятий по магии. Я, было, попросил у их учителя разрешения просто поприсутствовать на занятиях, но получил категорический, хотя и вежливый отказ. Так что, пока они занимались магией — я был свободен.

И, да, за это время я ни разу не увидел своего учителя по владению мечом — Сирила. Но у меня было чем заняться в это время.

Когда я, в тот памятный вечер, после разговора с герцогом пришел в покои Энарии, они как раз собирались ужинать. Уговорив меня потрапезничать с ними, девчонки усадили меня за стол и кивнули слугам. Оказывается, они предусмотрительно рассчитывали на мое присутствие, поэтому столовые приборы передо мной появились моментально.

Поначалу Энария попыталась втянуть меня в какой-то светский разговор, но я так устал за этот день, что никак не мог на нем сосредоточиться и Магда, заметив мое состояние, быстро обратила на него внимание маркизы и девчонки, сжалясь надо мной, от меня отстали, а после того, как мы закончили есть, вообще отпустили отдыхать, за что я был им безмерно благодарен.

— Волан, — на прощание, когда я был уже около двери, окликнула меня маркиза. Я повернулся. — Волан, не забудь, завтра в девять мы тебя ждем здесь! — напомнила мне Энария.

Я согласно кивнул и вышел.

До своих покоев я еле дошел. Да и, может, не дошел бы, но хватило ума попросить какого-то, проходящего мимо слугу, показать мне, где мои покои. Слуга, правда, не знал, но очень быстро нашел того, кто знал. Он меня и довел, а так я, наверное, еще долго плутал бы по незнакомым коридорам дворца, пугая встречных своим уставшим видом и, через некоторое время, крепкими, но нецензурными выражениями.

Вернувшись, хотел было сразу завалиться спать, да не тут-то было! Рык, видимо соскучившийся за целый день, пристал ко мне с расспросами. Пришлось вкратце рассказать о приеме в честь принца, ну и о дуэли тоже. Сожаление от того, что он не присутствовал и не видел это все своими глазами, было написано на его лице крупными буквами.

— Да, кстати, — вспомнил я, — ты во дворце как, ориентируешься или пока еще так себе?

— Ну, за сегодня я кое-что, конечно, разведал, но пока еще ориентируюсь слабо, а что? — он посмотрел на меня с интересом.

— Понимаешь, Рык, мне нужно продолжать свои тренировки с мечом, а где это делать? Не здесь же! — я демонстративно обвел глазами комнату, в которой мы сейчас находились. Это было что-то вроде гостиной.

Рык согласно кивнул. Действительно, это комната для тренировок подходила слабо, а вот, чтобы принять гостей — в самый раз.

— Вот! — я поднял указательный палец. — А поэтому я хочу, чтобы ты, как освоишься более-менее в замке, поискал мне какой-нибудь зальчик или комнатку, где можно было бы позаниматься.

Судя по удивленной физиономии Рыка, он вообще слабо представлял, как это можно сделать.

— Рык, — я попытался ему объяснить, как я вижу это место. — Дворец большой, и в подвале, наверняка, есть помещения, которые не используются! Понимаешь, мне не хочется, чтобы узнали, что я тренируюсь владеть мечом, поэтому я и хочу все это делать втихаря, подальше от чужих глаз. Понял?

Рык кивнул головой. Я вздохнул с облегчением. Ну, наконец-то, можно бухнуться в койку и поспать!

О! Я вспомнил обещание, которое дал матушке и скривился. М-да! В койку, конечно, бухнуться я могу, а вот со сном придется погодить! Сначала нужно связаться с Грануром Гон Дель Реввиком, чтоб его! Но обещал…

— Рык, — не стал скрывать от него правду — все-таки брат, хоть и названный. — Я за сегодня устал, как не знаю кто!

— Ну, — тут же влез Рык, — если не знаешь, то и не говори!

— Остряк! — я показал жестами, как отвешиваю ему щелбан. Он, в притворном ужасе, начал тереть свой лоб.

— Короче, я — спать, но сначала мне нужно будет кое-что обдумать! — я двинулся в направлении своей спальни. — Так что, меня не отвлекать! В случае пожара — выносить в первую очередь!

И, усмехнувшись растерянному лицу братишки, быстро исчез в спальне. И только когда я уже лежал в кровати, до меня дошло, что я мог бы так не мучиться от усталости, а качнуть себе немного энергии из деревянного кулона-накопителя, который постоянно висел у меня на груди. Просто я уже настолько к нему привык, что уже не замечал. Вот и не подумал.

С другой стороны, хоть мой дальний предок и увеличил его объем, но он честно меня предупредил, что после того, как накопитель займет его сущность, объем, доступный мне, резко уменьшится, хотя все равно будет несколько больше, чем изначально.

Немного подумав, я решил, что все-таки правильно, что не стал им пользоваться. Чтобы заполнить накопитель нужно целенаправленно сливать в него манну или магическую энергию, как ее называет Гранур. А, неважно!

А важно то, что, если верить словам герцога, а не верить им, сами понимаете, у меня причин нет, то эта манна может понадобиться мне в ближайшее время, причем, вся. Без остатка!

Ладно, я решил, что все сделано правильно, а потому успокоился, зажал в руке кристалл, который дал мне Гранур, для связи с ним и переключился на магическое зрение. Нить или канал, который уходил от кристалла, судя по всему, к замку, я обнаружил очень быстро, а вот запустить поверх него свой у меня долго не получалось. То канал разрушался, то уходил куда-то в сторону.

Я вспотел и почти обессилел, пока, наконец, у меня получилось! Причем, я решил уже, что сделаю еще одну попытку, если эта не получится — и все! На сегодня мои силенки закончатся!

Но у меня получилось и я услышал спокойный, доброжелательный голос последнего защитника крепости Редарис.

— Волан! Волан, это ты?

— Ага! — его голос звучал у меня в голове, но я по привычке начал говорить вслух.

То, что так делать не надо, я понял, когда дверь приоткрылась и в щели показалась любопытная мордашка Рыка.

— Звал, Волька? — поинтересовался он.

— Нет! — немного резче, чем мне хотелось бы, ответил я. — Дверь закрой!

Полуорк обиженно засопел, но дверь закрыл. Ничего, потом извинюсь, если что!

— Волан, — раздался в моей голове голос Гранура, изрядно сдобренный смешком. — Вслух говорить не обязательно. Просто формируй мысль, которую хочешь до меня донести и направляй ко мне!

— Привет Гранур! — подумал я и толкнул эту мысль от себя.

— О, получилось! — обрадовался мой собеседник. — Как там у тебя дела? Я так понимаю, у тебя какие-то проблемы? — участливо поинтересовался он. — Я тебе могу чем-нибудь помочь?

— Да, даже не знаю! — тяжело вздохнул я. — Но если ты не сможешь мне помочь, то я, честно говоря, даже не знаю, что тогда делать!

— Рассказывай! — предложил мой собеседник.

Я опять вздохнул и рассказал ему все то, что услышал от матушки.

— М-да! — задумался магистр-маг, адепт стихии Воды. — Так сразу, я даже и не знаю, что тебе сказать. Какие-то знания по магии Разума нам, конечно, давали, вот только, боюсь, что ментальных блоков там не было, очень уж специфичная тема… Хотя, — он решил меня сразу не разочаровывать, — нужно сначала повспоминать, а вдруг?

— Понимаешь, Гранур, — я немного замялся, а потом, все же, решился. — У меня в голове есть учебник полного курса Академии Магии, который принадлежит моему далекому предку, и который его туда, то есть в мою голову, его и поместил.

— Ну-ка, ну-ка! — внезапно оживился мой собеседник. — А поподробнее можно?

Я пожал плечами и рассказал ему о своих приключениях в подземелье, под развалинами старого замка. Не все, а только то, что касалось моего предка, его попадания в подземелье и его даров.

— Я понял! — помолчав, после того, как я закончил свой рассказ, задумчиво произнес Гранур. — Да, как-то все это неожиданно! — он опять помолчал. — Но интересно! — опять пауза. — Ну, а чего ты от меня хочешь?

— Гранур, а можно как-нибудь эту книгу из моей головы вытащить и куда-нибудь поместить, в кристалл-накопитель, например? — я с надеждой замер, но мой собеседник тоже молчал. — Тогда матушка смогла бы тоже получить эти знания, да и посмотреть, ведь мой предок в Академии изучал именно школу Разума, так, может, там и по ментальным блокам что-то есть, а? Да, я даже думаю, что, наверняка, что-то есть!

Дель Реввик какое-то время молчал, а я ждал, боялся и надеялся.

— Интересно! — наконец, донеслось до меня.

Я молча ждал проолжения.

— Интересная задачка! — задумчиво протянул Гранур. — Нужно подумать!

— Как долго? — спросил я. — Понимаешь, время у нас очень ограничено, — пояснил ему я свою дотошность.

— А? — не сразу понял он, о чем это я. — Нет! Ты меня неправильно понял! — мне показалось, что он улыбается. — Книгу твою мы из твоей головы достанем, вот только мне нужно придумать, как это лучше сделать.

Он опять замолчал, видимо задумался. Я тоже молчал, боясь его отвлечь.

— Знаешь, — сказал он, наконец, — дай мне два дня, я что-нибудь придумаю! Только, потом тебе, скорее всего, придется еще денек подождать, пока этот кристалл с гонцом доставят тебе. Ты же сейчас в герцогском замке?

— Да-а-а, — удивленно подтвердил я. — А откуда ты знаешь, я ведь тебе об этом не говорил!

— Да! — он произнес это как-то небрежно. — Тоже мне великая загадка! Да ты мне сам все рассказал! Если вспомнишь свои слова и проанализируешь их, то поймешь, что другого вывода быть просто не могло!

Я не стал спорить, мне, если честно, было не до того. Мне хотелось спать, а потому глаза мои уже слипались, и мне было все труднее держать их открытыми. А если я их закрою, то просто усну!

— Ладно! — я не удержался и зевнул. — Тогда я свяжусь с тобой послезавтра вечером, хорошо?

— Хорошо! — усмехнулся Гранур. — Спокойной ночи, Волан!

— Спокойной ночи! — в ответ пожелал я, обрезал канал, убрал кристалл под подушку, потому что вставать было лень, и уснул.

* * *

За следующие пару дней мы определились с распорядком дня. Утром, я приходил в покои маркизы к девяти, мы завтракали в компании ее фрейлины и подруги Магды и наставницы, графини Розалинды де Брюнье. Потом приходили остальные фрейлины и начинались занятия, которые заканчивались ближе к обеду.

У меня они заканчивались раньше, поскольку присутствовать на занятиях по магии мне не разрешили. Это время у меня было свободным. Пока Рык не нашел мне помещения, где я смог бы продолжить свои тренировки, как и советовал Кавендиш, я, от нечего делать, садился в небольшом уютном зале, недалеко от покоев Энарии и просматривал книгу по магии, оставленную в моей голове моим предком Дартоном.

Я ничего не учил, просто листал все подряд, страница за страницей, отмечая те моменты, которые меня могут заинтересовать. Но пока я надеялся наткнуться на раздел магии, изучающий ментальные блоки, правда, безуспешно.

Вчера вечером я связался с Грануром и тот меня порадовал, сказав, что ему удалось собрать какое-то устройство, с помощью которого можно записать, имеющуюся в моей голове книгу, на кристалл. Правда, без моей помощи это сделать не получится, да и прочитать то, что запишется на этот кристалл, можно будет не больше трех раз. Потом он разрушится!

— А как же мне учиться? — возмутился я.

— А ты-то здесь причем? — удивился Дель Реввик. — Книга же останется в твоей голове, и учи себе спокойно!

— А! — я облегченно вздохнул.

— Не вздыхай! — неправильно понял он. — Мы еще даже не начали!

— В смысле? — насторожился я.

Ну, он и объяснил мне, буквально в нескольких словах. А вот я ругался намного дольше, хотя совсем уж нецензурных выражений не употреблял, все-таки Гранур меня слышал, а как сделать мою ругань неслышной для него, я не знал.

Похихикав над моими изысками, мой собеседник напомнил, что чем дольше я ругаюсь, тем короче будет мой сон! Да, офигеть!

Оказалось, что мне придется перелистывать эту книгу — страницу за страницей, а его устройство через мой энергетический канал будет все это копировать на специальный кристалл! Причем, захват будет производиться через канал Дель Реввика, вдоль которого я кинул свой, а вот выводиться будет через мой!

М-да, ну, кто бы знал!

В общем, почти всю сегодняшнюю ночь я листал эту, с позволения сказать, книгу! Да там, наверное, было несколько тысяч страниц! Если бы она была на пергаменте или бумаге, я бы себе мозоли на пальцах натер, листая ее страницы!

Хотя, интересно, листая ее в мозгу, я там нигде мозоли не натер? А то отсюда не видно! Так-то, голова, конечно, побаливает, но, надеюсь, что это от недосыпа, а не от мозолей в мозгу?!

В общем, сегодня к вечеру, край — завтра утром жду кристалл! Нужно будет его постараться сразу матушке передать, пусть смотрит, что ей нужно!

Я сидел на вполне себе мягком диванчике и листал книгу, постоянно наблюдая за тем, что происходит вокруг. Так то, вроде, все было спокойно, но вот что-то ощущалось… в воздухе, что ли? Как-то тревожно мне было, как будто вот-вот произойдет что-то нехорошее…

И это напряжение не давало мне расслабиться, заставляя постоянно быть настороже.

Ладно, сейчас они закончат, потом около получаса свободного времени, когда мы все занимаемся, кто чем хочет, потом — обед. После обеда Энария с фрейлинами обычно выходит в сад и около часа гуляет по дорожкам. Сейчас это не очень интересно — зима. Кругом снег и сугробы. Ходим только по дорожкам, которые каждый день расчищают, подметают и облагораживают дворники.

Беседки и различные укромные уголки, в виде гротов и небольших пещер, разбросанные по всему, надо признать, немаленькому саду, сейчас не популярны — холодно. А вот летом, как, лукаво подхихикивая, сообщила мне Энария, особенно по вечерам, они пользуются просто бешеной популярностью!

Хотя, у маркизы была одна беседка, в которой она любила посидеть и зимой. Дорожку, ведущую к этой беседке, тоже чистили каждый день, а в самой беседке всегда стояло несколько раскочегаренных жаровен, а на креслах и лавках лежали какие-то подстилки, видимо, обработанные магией, которые, стоит только на них присесть, начинали греть.

Глава 8.2

Обо всем об этом мне тихонько поведала Магда, еще во время нашей первой прогулки по саду. Вот только тогда мы просто гуляли и в эту беседку маркиза не заглянула.

Они с Магдой шли слева и справа от меня, и слушали мои рассказы про мою, и не только мою, жизнь. Я им рассказывал и про Мику и про Нелию, про разные забавные случаи, которые с нами случались. Девчонки смеялись. Идущие по сторонам от нас ее фрейлины тоже смеялись. В общем, мы весело провели время!

Я улыбнулся, вспомнив веселый смех девчонок и шутливую игру в снежки. Правда, было не очень честно — они все меня чуть не закопали в снегу — с такой скоростью метали снежки в меня! Да и было их намного больше! Но я не в обиде — мы здорово повеселились!

Вернулись в замок все в снегу! Я хоть и был в меньшинстве, но понемногу досталось всем девчонкам!

О! А вот и занятия окончились! — отметил про себя я, увидев, как из покоев маркизы выходит архимаг Кред, наставник Энарии. Я вежливо поприветствовал его, склонив голову, он вежливо ответил мне небрежным кивком, и тут я вдруг понял, что меня тревожило в последние несколько мгновений.

Это был голос. Голос был мужской, и я его узнал, хотя слышал всего один раз! Этот голос принадлежал принцу Георгу!

«Началось!» — окатила холодом, неизвестно откуда появившаяся мысль. Архимаг, наверное, очень сильно удивился, когда я пронесся мимо него, вместо того, чтобы степенно пройти, как надлежит придворному.

Я, со всей возможной скоростью, скользнул в покои маркизы. Девчонки еще не разошлись и стояли небольшой толпой, что-то обсуждая. Графиня Розалинда де Брюнье, наставница Энарии, сидела в кресле у окна и чему-то улыбалась, прислушиваясь к их гомону.

— Госпожа маркиза! — при посторонних мы соблюдали правила общения. — К вам идет принц Георг! Я слышал его голос в коридоре!

Графиня де Брюнье нахмурилась, а девчонки замолчали, как по команде, и в комнате повисла тревожная тишина.

— Это точно? — раздался какой-то спокойный и холодный голос Магды. — Вы ничего не путаете, Волан?

Ее вопрос как будто оборвал веревку, и события понеслись вскачь. Я успел пожать плечами, девчонки-фрейлины только-только начали что-то говорить, как дверь, ведущая в покои маркизы распахнулась.

— Тук-тук! — принц Георг, продолжающий с завидным постоянством носить женские чулки, хотя Магда и утверждала, что мужские, застыл на пороге покоев Энарии. Три человека, тоже в женских чулках и пышных трусах поверх них, застыли за его спиной. — Миледи! — принц отвесил Энарии элегантный поклон.

— Ваше сиятельство! — не менее элегантный поклон графине Розалинде де Брюнье, так и не покинувшей кресла у окна.

— Леди! — учтивый кивок фрейлинам Энарии.

Он успевает сделать несколько шагов внутрь, прежде чем раздается нестройное:

— Ваше высочество!

Я вежливо склоняю голову, но… молча, при этом отмечая, что его люди остались за порогом! Не буду я его приветствовать, ибо нефиг! Он меня точно видел, но замечать не спешил, так что, не буду высовываться!

Подойдя к креслам, на которых восседали дамы, он, наконец, сделал вид, что заметил меня.

— И этот здесь? — возмутился он и, вопросительно подняв бровь, посмотрел на Энарию.

— Ваше высочество, «этот» — это вы про кого?! — склонив голову к плечу, поинтересовалась маркиза, а леди Розалинда подчеркнуто поморщилась.

— Маркиза, — начал принц проникновенным голосом, — вы — высокородная леди, и я не понимаю, почему вы терпите в своем обществе этого низкородного?!

И принц вызывающе посмотрел на меня. Я встретил его взгляд и постарался улыбнуться ему самой мерзкой улыбкой, какую смог изобразить. Принца передернуло. Я порадовался.

— Во-первых, — Энария довольно улыбалась, а ее тон был покладисто-доброжелательным. — Этот молодой человек — дворянин, а, во-вторых, принц, вы пришли, чтобы обсудить со мной людей, составляющих мой двор? — она перестала улыбаться.

Ее лицо сменило выражение на удивленное, а тон при этом стал предельно холодным.

— Э-э-э, — замялся принц, видимо, не ожидая такого поворота в разговоре. — Нет, миледи, конечно же, нет! — поспешил отыграть назад Георг. — Но если вы вдруг решите поменять своего камер-пажа, — он покосился на меня, — то я могу предложить вам достойных молодых людей!

Я, от удивления, приподнял бровь. Он что, совсем скорбен на голову? Я украдкой огляделся по сторонам, проверяя, не сказал ли я это вслух. Фу-ух! Кажись, пронесло!

— А вообще, — как ни в чем не бывало, продолжал, между тем, принц, не обращая внимания на совсем офиге… удивленное лицо маркизы. — Я пришел попросить вас, маркиза, показать мне ваш сад! Я слышал о нем много восторженных слов, вот, захотелось посмотреть самому!

Энария смотрела на принца и молчала. Принц тоже помолчал какое-то время, а потом не выдержал:

— Что скажете, маркиза? Я могу надеяться?

— Принц, — Энария пожала плечами. — Сейчас зима, и я не думаю, что сугробы в Ренке сильно отличаются от сугробов Унаи.

— И все же? — продолжал настаивать принц.

— Хорошо! — решилась маркиза. — Принц, я буду ждать вас, — она бросила взгляд на три фигуры, застывшие около порога, — и сопровождающих вас людей, у входа в сад через два часа!

— Спасибо, маркиза! — расплылся в довольной улыбке Георг. — Тогда, до встречи!

Он повернулся и пошел к двери. У выхода он опять обернулся.

— Энария, я буду ждать это время с нетерпением! — он улыбнулся на прощание и, наконец-то, ушел.

— Фу-ух! — выдохнула Энария и, подойдя к ближайшему креслу, буквально рухнула в него без сил. — Какой же утомительный молодой человек! — констатировала она.

— Это да! — поддержала свою подругу Магда.

— Девочки! — вдруг встрепенулась маркиза. — Идите, приводите себя в порядок, кушайте, и через два часа я жду вас всех у входа в сад!

Девчонки-фрейлины, делясь друг с другом впечатлениями о визите принца, веселой стайкой упорхнули. Но не успела еще дверь в покои маркизы закрыться, как она опять распахнулась, и в комнату зашел барон Ардун, зашел просто, без каких-либо формальностей.

— Миледи! — Ардун вошел в покои Энарии, не обращая внимания на злой взгляд хозяйки. — Очень хорошо, что вы все в сборе! — он криво улыбнулся. — Особенно, я рад видеть здесь барона!

— Так вы, барон, пришли сюда в поисках моего камер-пажа? — удивилась Энария.

Магда ничего не сказала, просто сделала несколько шагов и встала слева от кресла, на котором сидела Энария. Я решил, что это неплохая мысль и тоже подошел к креслу маркизы, но встал справа от него.

— Ну, вообще-то я пришел именно к тебе, — заметив наши перемещения, Ардун, барон Элскот, только усмехнулся и демонстративно убрал руки за спину. Но я все равно не спускал с него глаз — на поясе, за спиной, могли размещаться швырковые ножи! Я же его не проверял, да и пока не понял, зачем он пришел.

— Ну, вот, ты пришел, вот она я, говори, чего хотел! — нетерпеливым голосом прервала паузу, повисшую в комнате, пока Ардун убирал за спину руки и проверял нашу реакцию на это.

— Я хочу тебя предупредить, что принц Георг что-то задумал, правда, я не знаю, что именно! — он выглядел слегка встревоженным.

— Почему я должна тебе верить? — вызывающим тоном осведомилась Энария.

— Да, не хочешь — не верь! — безразлично пожал плечами Ардун. — Просто камер-паж у тебя только один!

После чего посмотрел на меня и, слабо улыбнувшись, предупредил:

— Так что, ты смотри по сторонам и ходи с оглядкой!

— А с чего это он? — возмущенно фыркнула Энария. — Принц не может ему простить поражения?

Ардун как-то жалостливо на нее посмотрел.

— Сестричка, ну, ты же не дура, попробуй подумать! — саркастически заметил он, направляясь к выходу. — И, кстати, — бросил он, не оборачиваясь, уже у самой двери. — Младший Валентайн на него зла за проигрыш не держит!

После его ухода в комнате несколько минут все молчали. Наконец, маркиза озвучила вопрос, который, наверное, крутился в голове у всех присутствующих.

— Ну, кто мне скажет, а что это, собственно, было?

Но ей никто не ответил.

Обед прошел в нервной обстановке. Нет, так то, внешне, все было пристойно, только все так многозначительно молчали… Молчание было прервано только один раз, когда маркиза, раздраженно отодвинув от себя тарелку с недоеденным салатом из свежих огурцов и помидоров, ни к кому не обращаясь, сказала:

— Все равно, не понимаю! Причем здесь Волан?

Магда, поспешно прожевав, пояснила:

— Ардун же сказал — камер-паж у тебя только один!

— И что? — не поняла маркиза.

И вот после этого вопроса, графиня де Брюнье, сославшись на какое-то срочное дело, встала из-за стола и быстро покинула покои маркизы.

— А! — махнула рукой Магда. — Твой братец же сказал — голову включи!

А я лениво следил за дечонками и себе особо голову не забивал. Вот когда встретимся с людьми принца у входа в сад, посмотрю на их количество и расстановку, тогда и буду думать. В себе я не сомневался — Кави выучил меня, что называется, на совесть! Один на один я одолею здесь любого!

Правда, если навалятся всей толпой, могу не сдюжить, но это вряд ли. В чужом дворце, в присутствии маркизы и фрейлин… Плюс, они же все благородные, поэтому нападать скопом им претит… А! Даже думать об этом не хочу! Все, что меня сейчас волновало — это нежелание открывать кому-либо мой реальный класс владения мечом. Чувствую, что рано еще!

После обеда я, отпросившись у маркизы, вернулся к себе. Рык был на занятиях — его определили в группу младших фрейлин, вот он теперь занимался с ними, поэтому я не спеша решал, что одеть и что из оружия взять с собой, потом решил, что Призрачный меч беру однозначно, а из верхней одежды — надену новую куртку. В принципе, выбор был невелик — новыми вещами я еще не обзавелся, а из старых — куртка выглядела приличней всего. И плевать, если кому-то что-то не понравится.

В результате, ко входу в сад я подошел первым. Маркиза с фрейлинами пришли минут через пять, а еще минут через пять появился принц Георг, которого сопровождали трое молодых людей, по-моему, те же, что были с ним во время его визита к маркизе.

— Маркиза! — подойдя поближе, поклонился принц. — Леди! — он склонил голову, приветствуя ее фрейлин.

Меня он демонстративно не заметил. Ну, и ладно, не больно то и хотелось! Тем более, что ничего хорошего от общения с принцем я не жду.

— Принц! — сделала короткий книксен маркиза.

— Сир! — сделали более глубокий книксен фрейлины.

Я просто стоял, делая вид, что принца не замечаю в упор. Георг бросил на меня злобный взгляд, но промолчал. Зато не промолчал один из его сопровождающих.

— Эй, деревенщина! — он явно обращался ко мне, во всяком случае, смотрел он в мою сторону. — А тебя что, вежливости не учили?! Могу преподать пару уроков!

И он бросил веселый взгляд на принца. Тот, вместо того, чтобы одернуть своего сопровождающего, наоборот, поощрительно ему улыбнулся.

Энария нахмурилась, а я сделал вид, что ничего не слышу, только успокаивающе подмигнул ей, поймав ее обеспокоенный взгляд.

— Слышь, ты! — повысил голос этот пацан, видя, что я вообще никак не реагирую на его слова. — Ты что, оглох, деревенщина?! К тебе ведь обращаюсь!

У меня прямо руки зачесались, так захотелось заставить его подавиться своими словами, вперемежку с зубами, но, неимоверным усилием, я себя удержал, понимая, что это будет, ну, совсем неправильно. Вместо этого я, даже не глянув в его сторону, подошел поближе к Энарии.

— Госпожа маркиза! — я посчитал неправильным понижать голос, поэтому получилось довольно громко. — Может, уже пора идти, а то дамы, вон, — я кивнул подбородком в сторону ее фрейлин, — замерзать начали! — я хотел добавить еще и про появившийся неприятный запах, но не успел.

— Барон! — перебил меня принц. — Вам не кажется, что вы ведете себя невежливо?

— Я?! — я сделал большие удивленные глаза. — Ваше высочество ошибается, этого просто не может быть, я — сама вежливость! Госпожа маркиза может подтвердить!

И я посмотрел на Энарию, которая досадливо покусывала губку, и, улыбнувшись, подмигнул ей.

— Принц, — маркиза поняла мой посыл. — Если вы пришли сюда, чтобы обсудить манеры моего камер-пажа, то можете продолжать в том же духе, не будем вам мешать, а мы, пожалуй, пойдем, оставив вас в одиночестве! — и, практически без паузы, скомандовала:

— Волан, вы сопровождаете нас! Пойдемте же! — и она сделала нетерпеливый жест рукой.

Принц явно не ожидал такого отпора, но, нужно отдать ему должное, сориентировался он быстро. Метнув в мою сторону злой взгляд, он расплылся в слащавой, насквозь фальшивой улыбке.

— Ну, что вы, маркиза, вы нас просто не так поняли! Конечно же, мы идем с вами! Вы же обещали показать мне свой очаровательный сад!

И он подошел к Энарии и красивым, отточенным жестом предложил ей руку. Следом за ним и его сопровождающие начали предлагать руку фрейлинам маркизы. Тот клоун, что пытался меня не то обидеть, не то оскорбить, предложил руку Магде. Она как-то беспомощно оглянулась на меня. Я скрипнул зубами, но ободряюще ей улыбнулся и подмигнул. Она состроила гримаску, но руку клоуна приняла. На всех фрейлин сопровождающих принца не хватило, я вздохнул и подошел к ним, стоящим кучкой, с разочарованными лицами.

— Так, милые девушки, — громко произнес я веселым голосом, попутно хватая под руки двоих, оказавшихся ближе всего ко мне. — Чего стоим, грустим? — я веселым взглядом обвел насупленные личики. — Что, кавалеров не хватило?

— Да! — согласилась одна из них.

— Так, вот он я! — я гордо выпятил грудь. — Я — один за всех!

Какая-то девчонка прыснула в кулачок и атмосфера от уныния качнулась в сторону веселья.

— Ну, что, догоняем? — я кивнул подбородком в сторону удаляющихся по расчищенной аллее парочек. — А то я один против вас в снежки опять не выстою! А там все-таки, как-никак, три идивида моего пола!

Девчонки, услышав про снежки, развеселились, вспомнив наше шутливое противостояние.

— Правда, — продолжил я, — нужно сначала убедиться, что трусы, одетые поверх женских чулок, не помешают им лепить снежки и точно их бросать!

Девчонки расхохотались и прибавили шаг, догоняя уже успевшие уйти довольно далеко парочки.

Так мы и ходили по саду — впереди принц под ручку с маркизой, за ними трое фрейлин, под ручку с сопровождающими принца, а за ними, буквально в паре шагов уже шли мы. Я всю дорогу шутил, рассказывал девчонкам забавные истории, так что, в отличие от впередиидущих, обменивающихся негромкими короткими фразами, в нашей группе то и дело слышались взрывы смеха.

Под конец девчонки уже совсем освоились в моем обществе и тоже стали рассказывать различные веселые случаи, так что я смог передохнуть.

Наконец, после часа бесцельного блуждания по саду, маркиза привела всех к своей любимой беседке. Девчонки веселой стайкой залетели внутрь, вслед за чинными парочками, и принялись рассаживаться. Я заметил, как Магда, бросив на меня быстрый взгляд, подошла к одной из девчонок, с которыми мы гуляли и что-то у нее спросила.

Та, быстро взглянув в мою сторону, начала что-то отвечать.

Я, решив не накалять обстановку, устроился около входа, так, на всякий случай, и, заодно, проверил, насколько удобно мне будет хвататься за меч. Все эти наскоки на меня мне совсем не нравились. Я чувствовал, что что-то должно произойти. И дождался!

— Эй, деревенщина! — я поднял голову. Надо мной возвышался тот клоун, который пытался задирать меня перед входом в сад. — Ноги убери с прохода — мешают!

Я выслушал его, опустил голову и сделал вид, что задремал, но сам внимательно следил за ним.

— Эй, ты! — он замахнулся и пнул ногой по моим ногам, которые я вытянул поперек входа в беседку. Ноги я убрал в тот момент, когда его правая нога пошла вперед, поэтому он, промахнувшись, невольно поставил ее на землю и начал подтаскивать к ней и левую ногу, но тут уже он меня разозлил.

Я легким движением, чуть-чуть изменил движение его левой ноги, толчком в пятку. Его левая нога задела за правую, которая сейчас была опорной, и клоун, издав какой-то нечленораздельный звук, рухнул на дорожку, не успев восстановить равновесие.

— Ох! — вскричал я, вскакивая и бросаясь к упавшему. — Не ушибся?!

Подбежав к нему, хватаю его сзади за воротник, так, что он его начинает придушивать, и пытаюсь поднять, но, делаю вид, что он очень тяжел и, чуть приподняв, опять роняю его на дорожку, но уже не боком, как он упал в первый раз, а лицом.

Он, правда, успел подставить руки, но, судя по очередному вскрику, это ему помогло мало.

Я, с горестными причитаниями, опять ухватил его за воротник сзади, и опять приподнял, но тут меня окликнула маркиза:

— Волан!

— Что? — повернулся я к ней, опять отпуская неудачливого сопровождающего принца. Слышу снизу смачное «шмяк» и придушенное ругательство. Маркиза прыскает в кулачок и машет рукой, мол, прости, продолжай!

Однако, продолжить мне не удалось. Этот клоун успел перевернуться на спину и, глядя на меня ненавидящим взглядом, довольно громко прохрипел:

— Дуэль! Сейчас! Немедленно! До смерти!

«Вот те, раз! — притворно удивился я. — Да что я ему такого сделал? Он что, обиделся?»

Глава 9.1

— Блин! — громко произнес я. — Какие же вы все в столице задиристые, чуть что — сразу дуэль! А просто поговорить?! Может, я его просто неправильно понял?! — во всю ерничал я, наблюдая за принцем с компанией, которые уже выбрались из кресел, в которых вольготно располагались, и спешили к нам.

Одновременно с ними я заметил в конце аллеи спешащих к нам людей — человек пять в форме Дворцовой стражи.

— Дуэль разрешаю! — громко позвестил принц, подойдя к нам. Кстати, этот клоун, что вызвал меня на дуэль, уже успел подняться.

«Может, его еще раз уронить? — лениво подумал я. — Ну, просто, для ровного счета?»

Потом решил, что все-таки это будет уже чересчур.

— Принц, — раздался ехидный голос маркизы, — вы не у себя дома, и разрешать и запрещать дуэли не в вашей власти!

— Маркиза! — возмущенный принц явно хотел что-то возразить, но тут он заметил подходящих к нам воинов Дворцовой стражи и, замолчав, вопросительно уставился на них. Он не понимал, что здесь забыли эти воины, а, судя по лицу Энарии, она тоже этого не понимала.

Между тем, приблизившиеся воины отсалютовали маркизе и, вежливо склонив голову, поприветствовали принца.

— Привет, Волан! — радостно улыбнулся мне их командир — сержант Дворцовой стражи Стэн Киллпатрик.

— Привет, сержант! — улыбнулся я ему в ответ, и бросил наугад, заглядывая ему за спину:

— А, я смотрю, ты со своей караульной командой?

— Ну, конечно! Мы всегда вместе! — ответил он, продолжая идти к беседке.

— Маркиза! — стукнул он себя рукой в грудь, подойдя к Энарии. — Его светлость, ваш батюшка, послал нас к вам, для оказания любой, потребной вам помощи!

— Отлично, сержант! — быстро сориентировалась Энария. — У нас тут намечается дуэль, поэтому я хочу, чтобы вы проследили, чтобы все было правильно и высказали свое мнение, можно разрешить ее проведение.

— Дуэль? — Стэн выглядел удивленным. — А кто кого вызвал?

— Маркиз Сэд Холстон вызвал барона, — почему-то мой титул герцог произнес каким-то пренебрежительным тоном.

Интересно, это из-за меня или ему просто ненавистен сам титул? Называется, отгадай с трех раз!

— … Волана, — тут принц прервался и вопросительно посмотрел на меня. Я, в свою очередь смотрел на него, сделав выражение лица, типа, «ну, чего надо?».

— Волан де Гриз! — укоризненным тоном просветил его Стэн. — Вы даже не знаете, кого вызываете на дуэль?! — сержант презрительно скривил губы и качнул головой. — Впрочем, ладно, это ваши проблемы! — он не стал заострять внимание на пустяках. — Причина?

— Тяжелейшее оскорбление, смываемое только кровью! — напыщенно произнес Георг.

Киллпатрик поднял бровь и вопросительно посмотрел на меня. Я пожал плечами.

— Да, этот крендель споткнулся и упал, я решил помочь ему подняться… — я весело смотрел на сержанта и говорил громко. — Ты представляешь, он такой неловкий! Даже с моей помощью он умудрился потом упасть еще три раза! — лицо Киллпатрика расплылось в улыбке, он все понял, а со стороны девчонок я услышал негромкие смешки. — А представляешь, если бы я ему не помогал? — я сделал короткую паузу. — Да он бы, наверное, разбился бы вдребезги пополам! В общем, ужас! — закончил я.

— И, что? — поинтересовался сержант. — Тебя вызвали на дуэль?

— Ага! — широко улыбаясь, согласился я.

— И? — поинтересовался Стэн.

— Да, не хотелось бы! — сказал я таким тоном, что всем стало понятно, что мне абсолютно все равно.

— Понятно! — покивал головой Киллпатрик. — Хорошо, дуэль состоится. Какие условия? — он смотрел на меня.

— Слушай, а ты согласен быть моим секундантом? — я вдруг вспомнил непреложное условие проведения поединков.

— Да! — коротко ответил мне Стэн.

— Ну, тогда, как договоришься! — отдал я ситуацию на его усмотрение.

К сержанту тут же подошел принц и они стали обсуждать, как я понимаю, условия будущего поединка. Я не прислушивался к тому, что они говорили, хотя, временами споры носили довольно ожесточенный характер.

Я раздумывал над тем, когда сегодня, примерно, ждать гонца из замка, с кристаллом. А потом еще и матушку нужно будет найти, а день сегодня, судя по всему, будет довольно утомительным.

«О! — пришла мне хорошая мысль. — А я пошлю Рыка матушку искать! Он моложе, а, стало быть, шустрее! Вот пусть и ищет!»

Ага, вот, кажется, они договорились! Надо подойти, послушать, чего можно, а чего нельзя! Понимаю, что, скорее всего, все будет, как и в прошлый раз, но все же…

Мы с Сэдом Холстоном, наконец-то я узнал имя этого клоуна, подошли поближе, встали недалеко от наших секундантов и ожидали, когда они закончат свои переговоры об условиях дуэли.

— … и команду к началу поединка буду давать я! — безапелляционно заявил принц.

— Почему вы? — поинтересовался сержант.

— Потому что я — принц, а ты — всего лишь, как и он, — принц дернул своим подбородком в мою сторону, — барон, да и звание у тебя — сержант! — напыщенно бросил Георг.

Стэн Киллпатрик безразлично пожал плечами. Было видно, что он не считал разницу в титулах и званиях убедительным аргументом, просто не хотел спорить по пустякам.

Принц, смешно оттопырив нижнюю губу, озвучил нам правило будущего поединка.

В принципе, ничего интересного, с моей точки зрения, он не сказал, все было ясно сразу. И чего было время тянуть?

Мы с клоуном заняли свои места на аллее, шагах в пятнадцати-двадцати друг от друга, а зрители — в беседке. Девчонки расселись по всей лицевой части беседки, там им было лучше видно. Слегка бледные Энария и Магда, естественно, заняли самые хорошие места.

Я посмотрел на них, улыбнулся и, как и во время предыдущего поединка, подмигнул им. Но, судя по тому, что их лица так и остались бледными, а глаза — расширенными, я их не особо успокоил.

Пока не прозвучала команда, я подошел к бортику из убранного с аллеи снега и, делая вид, что хочу почистить перчатки, проверил его жесткость.

М-да, уже не пушистый легкий и невесомый снег, но и пока не лед! Достаточно плотный, чтобы какое-то время выдержать вес не очень толстого человека.

«Почистив» снегом перчатки, я вернулся на свое место и на вопросительный взгляд принца просто кивнул головой.

— Бой! — тут же услышал я голос Георга.

Клоун по имени Сэд бросился ко мне, занося меч над головой, для, наверное, решающего удара. Эй, парень! Не, торопиться не надо!

Я, вытащив меч, машу им, как палкой. Совсем не эффективно, но со стороны выглядит страшно. Сэд притормаживает, несколько мгновений следит за моими беспорядочными движениями. Я вижу, как по его лицу расплывается ухмылка, а глаза, глядящие до этого с ненавистью, подергиваются пеленой предвкушения!

Ну, что же, добро пожаловать!

Холстон, теперь уже не торопясь, полностью уверенный в своей победе, сокращает дистанцию и бесхитростно бьет сверху вниз.

Ух, ё! Кто же учил его так обращаться с мечом?! Ну, кто так бьет?!

Я в ответ махнул мечом, но не рассчитал — промахнулся, и меч, по инерции, потянул меня за собой, развернув на девяносто градусов.

Услышал какой-то горестный вскрик. Интересно, это кто так за меня болеет? Не, переживать не надо!

Вот незадача! И Холстон тоже промазал — его меч просвистел в каких-то сантиметрах от моего лица и врубился в землю.

В принципе, на этом можно было бы заканчивать. А чего? Он стоит ко мне боком, и этот бок открыт, а подтянуть свой меч он не успеет. Так что, стоит мне сделать короткое движение своим мечом, и он будет просто насажен на него, как цыпленок на вертел!

Пока решил не бить — испугался, что такое быстрое окончание боя будет слишком подозрительным. Поэтому, просто бестолково махнул мечом туда-сюда, внимательно следя, чтобы случайно не задеть этого клоуна.

Интересно, что он сейчас будет делать…

А-а-а! Я чуть было не застонал от разочарования. Он что, считает, что я сегодня меч вижу второй раз в жизни?! Ну, нельзя же так бесхитростно и бездарно!

Да, ладно! Эй, парень, хватит махать своей железякой, я уже знаю, каким ударом ты будешь заканчивать свою связку… Ох, а ты еще и неправильно ее выполняешь! Двойка твоему учителю! Давай, пора! Да, вот он, горизонтальный удар!

А пока ты махал своей заточенной железкой, я, перемещаясь по аллейке, подошел к са́мому снежному бортику. Цени, клоун, — все для тебя! Одновременно с началом горизонтального движения его меча, я тоже начал свое движение — наткнулся на снежный бортик, находящийся за моей спиной, нелепо взмахнул руками, чуть меняя своим мечом траекторию его, и сел задницей прямо в снежный бортик. Снег немного просел, а меч этого чудика просвистел у меня над головой, и мой противник опять оказался повернут ко мне незащищенным боком! И как ему это не надоело?

Я быстро поднялся и сделал три шага в сторону, разрывая дистанцию. Интересно, что ты придумаешь в этот раз?

Оп, а вот эту связку я тоже знаю! Сейчас, после неширокого горизонтального удара, должен пойти прямой выпад. Ага! Горизонтальный удар… Ну кто же так бьет?! Нет, твоему учителю не двойка — кол! На большее он тебя не выучил! Я делаю неширокий шаг назад, выходя из зоны поражения. Так, сейчас горизонтальный удар должен перейти в выпад…

О! Перешел! Все, прямо как по учебнику! Ну, никакой фантазии у пацана! Ладно, а что ты будешь делать сейчас? Я поскальзываюсь и, в надежде восстановить равновесие, беспорядочно машу обеими руками. Ну, я надеюсь, что со стороны это выглядит именно так.

Я слышу тихий вскрик с того места, где расселись зрители, а сам тихонько ругаюсь. Этот клоун на мою хитрость не попался и успел сделать шаг назад до того, как мой меч начал состригать выступающие части с его организма.

Ладно, не прошла эта хитрость — придумаю другую! Да и заканчивать уже, наверное, пора. Так, что бы такое придумать? Главное, это чтобы никто не понял, что работать с мечом Кавендиш научил меня хорошо. Ну, пока, вроде, никто мою игру не раскусил, кроме казначея, но он куда-то пропал и после разговора в кабинете герцога я его ни разу не видел. Будет обидно раскрыться в самом конце, поэтому нужно постараться и все спланировать!

О, как прет вперед! Совсем ничего не боится этот Сэд! А если этим воспользоваться?

Я покрутил в голове возникшую идею. А что, может получиться! Во всяком случае, если все получится, как планирую, то никто ничего не заподозрит. Годится!

Я замахал своим мечом еще чаще и усердней. Ох! Кто бы знал, как тяжело изображать из себя полного неумеху, да так, чтобы при этом мою любимую нежную тушку не нашпиговали разным острым железом!

Вот! Кажется то, что нужно! Я отступаю, бестолково размахивая мечом, но каждый раз сбивая атаку моему противнику. Он видит, что мечом я владею слабо, ну, по его мнению. Ведь, за весь бой я не провел ни одной атаки, в основном, падаю, да кое-как, хотя и быстро машу мечом. Естественно, его посетила мысль, что если он ускорится и усилит натиск, то я не смогу ему противостоять!

Вот! Что мне и требовалось! Он начал повторять уже виденные мной связки, только быстрее и вкладывал в удары еще большую силу. Так, пора! Он сейчас опять будет делать выпад!

Я, как бы, не подозревая, что он будет делать дальше, делаю резкий шаг вперед, как раз в тот момент, когда его меч идет вперед. Моя опорная нога едет вперед, догоняя уже выставленную, и я просто рушусь на дорожку и скольжу дальше, ногами вперед.

Хорошо, что расстояние между нами невелико, да он еще делал шаг вперед. Правда, я еле успел чуть согнуть свои ноги в коленях а потом их резко выпрямить, одновременно переворачиваясь на бок, опираясь правой рукой с мечом, смотрящим вертикально вверх, о землю.

В общем, у меня все получилось! Этот клоун, получив снизу сразу по обеим ногам, кхекнул и плашмя плюхнулся на землю, рядом со мной. Он, конечно, выставил руки, чтобы своим лицом не встретиться с землей, но мой меч оказался длиннее, и он так и застыл, наколотый на мой меч, торчащий кончиком из его спины, как бабочка на булавку. Только проскулил что-то маловразумительное.

Я быстренько откатился в сторону, чтобы не испачкаться в его крови, а то мама говорила, что кровь плохо отстирывается, а куртка все-таки почти новая, да и другой у меня нет!

— Дуэль закончена! — услышал я какой-то заполошенный крик принца.

— Нет! — тут же прозвучал громкий голос сержанта. — Дуэль не окончена! Бой продолжается!

— Сержант! — в голосе принца появились злые нотки. — Не много ли вы себе позволяете в моем присутствии?

— А причем здесь ваше присутствие? — удивился Киллпатрик. — Вы сами настаивали на дуэли до смерти, а значит, пока оба дуэлянта живы, бой не закончен! А я даже отсюда вижу, что ваш человек еще жив! Так что, — он сделал паузу, а потом очень громко, приказным тоном, закончил:

— Волан, добей его!

Я пожал плечами и не спеша пошел к лежащему, под которым потихонечку расплывалось кровавое пятно. Посмотрел, как удобней к нему подойти, чтобы не испачкать сапоги в его крови. Еще не хватало во дворце оставлять после себя кровавые следы!

Я понимаю, что добить этого клоуна мне никто не даст, да и самому не хочется, но вот изобразить кровожадного изверга… может быть полезным — глядишь, меньше нарываться будут!

Сэд уже лежал на боку, прижав руки к тому месту, где мой меч вошел в его тушку, от боли его глаза побелели и он тихонько постанывал. Увидев меня, он бросил на меня ненавидящий взгляд и даже перестал стонать.

Ну, что сказать? — уважаю! Но уважал бы еще больше, если бы он мечом орудовал лучше и вел себя воспитанней.

Я сделал вид, что примеряюсь, как лучше выдернуть из тела меч, чтобы не изгваздаться в крови, а сам украдкой бросил взгляд на своего секунданта. Сержант, поймав мой взгляд, еле-еле, практически незаметно, отрицательно покачал головой.

Принц, видимо поняв, что после того, как я выдерну из тела его человека свой меч, его подданный не сможет дожить до визита мага-лекаря, громко крикнул:

— Нет!

Я повернулся и удивленно уставился на Георга.

— Не надо! — отчего-то заволновался принц. — Э-э-э, как тебя там… Волан! Правильно?

Я кивнул.

— Волан, не надо его добивать! — в голосе принца прорезались просящие нотки. Но меня это не устраивало.

— Один оскорбил, вызвал на дуэль до смерти… — ворчал я, но довольно громко, — добить не дали! И он так и не извинился!

Я сделал короткую паузу, но все молчали.

— Второй обидел, тоже вызвал на поединок до смерти! И тоже не извинился! И опять добить не дают! Да сколько можно-то?! — под конец моей короткой речи, мой голос приобрел возмущенные интонации.

— Он попросит! — быстро заявил принц. Я демонстративно приподнял бровь, придав своему лицу недоверчивое выражение. — Он поправится и обязательно принесет тебе свои извинения!

Я молчал и ждал, что еще он скажет.

— Ну, Волан, всем понятно, что ты уже победил, извинения тебе будут принесены, чего тебе еще? — а вот теперь в голосе принца зазвучало отчаяние. Интересно, с чего это он так беспокоится о маркизе? Как мне помнится, об отпрыске Валентайна он так не волновался! Нужно будет попытаться разузнать поподробнее.

Я посмотрел на сержанта. Стэн смотрел на меня и пытался что-то мне сказать, моргая глазами и, то расширяя их, то сужая. Я ничего не понял.

— Ну, поединком руководят секунданты! — я решил скинуть с себя ответственность. — Вот и решайте! Как скажете, так и будет!

Принц посмотрел на Стэна Киллпатрика и уже хотел что-то сказать, когда тот махнул рукой и громко заявил:

— Поединок окончен! Победил…

А вот кто победил — я уже не услышал. Нет, я подозревал, что он должен был назвать мое имя, но раздавшийся восторженный женский визг заглушил его голос.

Глава 9.2

Подозревая, что сейчас меня начнут активно поздравлять с победой, я, пока еще было немного времени, вытащил свой меч из тушки маркиза. Перейдя на магическое зрение, я аккуратно потащил меч из тела, попутно сращивая крупные энергетические каналы, поврежденные моим оружием. Полностью залечивать не стал, так, подлечил, чтобы он смог дотянуть до визита лекаря. Кстати!

— Сержант, а за лекарем послали? — немного поздно, но все-таки озаботился я.

— Да, барон, — усмехнулся тот. — Арчер давно убежал. По времени, уже скоро должны подойти!

Тут налетели девчонки, и мне пришлось прервать наш разговор, хотя я выяснил еще не все интересующие меня вопросы.

Энария и Магда опять завладели моими руками и опять наперебой высказывали мне свое видение прошедшего поединка и опять жаловались, что я, такой нехороший, опять заставил их нервничать!

Ха! Как будто я специально это делал! Нет, бой в таком ключе я вел специально, но я же им подмигивал в самом начале, давая понять, что волноваться не о чем!

Но остальные девчонки, встав стайкой напротив меня, отчаянно кивали, поддерживая свою госпожу и ее подругу.

— Я же вам подмигнул перед боем! — непонимающе возмутился я.

— Ну и что?! — в голосе Энарии звучало не меньшее возмущение.

Девчонки продолжали кивать.

— Это значит, что все будет хорошо! — разозлился я.

— А тебе-то откуда знать, если бой еще не состоялся?! — ехидно поинтересовалась Магда. — Или ты у нас провидец?!

— Э-э-э, — честно говоря, я даже не знал, что можно ответить.

Спасло меня появление в конце аллеи Арчера, сопровождающего лекаря. Точнее, мага-лекаря. А еще точнее, семейного мага-лекаря герцогской семьи, моей матушки Арии де Гриз.

Матушка быстро шагала по аллее, тревожно глядя на нашу группу. Я помахал ей рукой, привлекая внимание, и, увидев, что со мной все в порядке, и я нахожусь в компании маркизы и девушек-фрейлин, она облегченно вздохнула и немного сбавила шаг.

На магическое зрение она перешла еще за несколько шагов до нас, я как-то уловил тот момент, когда она это сделала. Быстро окинув меня магическим взглядом и не найдя в моем организме никаких повреждений, она укоризненно покачала головой и присела перед лежащим маркизом.

Маркиза и ее фрейлины, немного умолкшие при появлении матушки, после того, как она начала оказывать помощь моему противнику, снова оживились и начали меня теребить и тормошить.

Мне уже надоело это бесцельное нахождение в заснеженном саду. Действительно, чего здесь стоим, зачем?

— Леди! — внес я свое предложение. — Почему бы нам не пойти в помещение? Маркиза, нас здесь что-нибудь держит?

— Нет, барон! — весело тряхнула головой Энария, так и не отцепившаяся от моей руки, впрочем, как и ее подруга. — Действительно, пойдемте!

— Волан! — окликнула меня матушка, отвлекшись от лечения моего противника.

Я остановился и обернулся.

— Волан, — повторила матушка, поднимаясь и направляясь к нам. — Ты мне кое-что обещал, помнишь?

Я согласно кивнул.

— Мам, если ты сможешь зайти ко мне сегодня вечером…

— Во сколько? — не дала мне договорить матушка.

— Ну… — я поднял глаза к быстро темнеющему, серому зимнему небу, пытаясь определиться со временем. — Часиков в восемь, ты как?

— Хорошо! — кивнула мама.

— Как он? — поинтересовался я, кивнув в сторону раненого маркиза.

— А! — беспечно махнула рукой матушка. — Жить будет… — она криво усмехнулась, — если будет чаще думать головой. А вообще, за сегодня рану залечу, уже завтра может получать новые!

— Угу! — я кивнул маме и, сопровождаемый девчонками, которые с нескрываемым любопытством слушали наш с мамой разговор, двинулся ко дворцу.

— Волан, спасибо! — бросила мне в спину матушка. Интересно, это была благодарность за обещанную книгу или за то, что не дал маркизёнышу сдохнуть до ее прихода? Ладно, не важно, если не забуду, вечером спрошу. Ну, а забуду, тоже ничего страшного.

«Отлично! Сегодня можно будет свалить от девчонок пораньше! — порадовался я. — Скажем, сразу после ужина! Отличная идея!» — похвалил я сам себя.

Осталось фигня — пережить их восторги и дотянуть до ужина. К счастью, до ужина осталось не так много времени!

По дороге ко дворцу, я опять рассказывал разные смешные истории, и девчонки, вспомнив наш путь сюда, быстро перехватили инициативу, начав рассказывать свои истории, зачастую перебивая друг друга, и в помещение мы ввалились хохоча во все горло и отчаянно жестикулируя. Так мы и дошли до покоев маркизы, все, встреченные нами по пути, провожали нашу шумную, веселую компанию, удивленными взглядами, но мы не обращали на это внимания.

Честно говоря, я весь вечер напряженно ждал, что меня вызовут к Его светлости, по поводу состоявшейся дуэли и ее результата, но время шло, а никакого вызова не последовало. Не то, чтобы я чего-то опасался — виноватым себя я не чувствовал, да и противника не убил. Постепенно напряжение ушло, и за ужином мы с Энарией и Магдой говорили о каких-то пустяках.

После ужина я откланялся, мотивируя это тем, что мне необходимо подготовиться к встрече с матушкой. Девчонки жалостливо вздохнули, но маркиза без колебаний отпустила меня до утра следующего дня.

До своих покоев добирался бегом — времени было мало, скоро уже должна была прийти мама, а мне еще нужно было узнать, был ли курьер из замка. Ворвавшись в покои, первый, кого я увидел, был Рык. Он сидел в кресле и, о чем-то задумавшись, перекидывал из руки в руку кристалл голубого цвета.

— Рык, не знаешь, курьер из замка был? — выпалил я, быстро оглядывая помещение.

— Ага! — кивнул полуорк. — Был!

— Где то, что он привез? — поинтересовался я.

— А вот! — Рык опять перекинул кристалл из руки в руку, и я понял, что это за кристалл! Это книга, которую мой далекий предок Дартон запихал мне в голову! У Гранура получилось!

Когда братишка опять подбросил кристалл, я попытался перехватить его в полете, но Рык, предвидя это, подбросил его совсем невысоко, и толкнул рукой взлетевший кристалл в мою сторону.

Я этого совсем не ожидал, и сразу перехватить изменивший направление полета кристалл, у меня не получилось. Несколько раз я судорожными движениями пытался его поймать, но промахивался. Наконец, очередной мах рукой увенчался успехом, и кристалл оказался в моей руке.

И только после этого я испугался. Я испугался до такой степени, что на лбу выступила испарина, а по спине потекла прохладная струйка пота, стоило только мне представить, что этот кристалл мог упасть на пол и разбиться!

— Не! — махнул рукой полуорк, наблюдающий за моими судорожными попытками поймать кристалл. — Он не разобьется!

— Тебе-то откуда знать? — огрызнулся я.

— Так курьер передал кристалл и послание от Гранура! — Рык кивнул на стол, на котором, действительно, лежало какое-то письмо. — Там и прочитал!

Я подошел к столу и взял бумагу.

— Волька, а это, правда, книга? — полюбопытствовал братишка.

— Правда! — подтвердил я, читая послание.

— А о чем?

— Что? — закончив читать, я посмотрел на Рыка.

— Я говорю, о чем эта книга? — терпеливо повторил полуорк.

— Эта книга для мамы, — пояснил я.

— Где книга для мамы? — раздался голос из-за открывшейся двери и матушка, собственной персоной, ворвалась в наши с Рыком покои.

— Привет, Рык! — мама стремительно подошла и одним плавным, но быстрым движением взлохматила ему волосы. — Как ты, малыш?

— Хорошо! — кратко ответил полуорк.

Было видно, что такая забота ему еще не очень привычна.

Мама немного отстранилась и внимательно его оглядела, перейдя на магическое зрение. Видимо, осмотр ее успокоил.

— Хорошо! — она кивнула каким-то своим мыслям. — Ладно, сейчас со временем совсем плохо, но я немного разгребу дела, которые тут наворотил Кочерыжка и мы с вами, мальчики, поговорим обо всем подробней! Волька, где книга, о которой ты говорил?

И она протянула руку, готовясь ее взять. Я, усмехаясь, вложил в ее руку кристалл.

— Это что? — удивленно спросила мама, глядя на кристалл.

— Книга, — не стал скрывать я. — А вот описание, как ей пользоваться! — и я протянул ей послание Гранура.

— Ага! — протянула она, быстро пробежав послание глазами. — Понятно! Ладно! — она положила кристалл в поясную сумку.

Уже выходя из покоев, она вдруг остановилась.

— Да, кстати, Волька, твоего маркиза, как там его… Холстон… — я вопросительно посмотрел на нее. — Ну, я его полностью вылечила, конечно, но хочу тебя предупредить — он тебя просто ненавидит! Будь с ним осторожней, хорошо?

— Я тебе обещаю! — а что еще я мог сказать, чтобы успокоить матушку?

М-да, вылечила. Жаль. Судя по тому взгляду, которым он меня наградил, когда я вытаскивал из него свой меч, он ничего не забудет и отыграется при первой возможности! Неприятно! Придется, действительно, быть внимательным и стараться близко к себе его не подпускать.

Я, прямо, как в воду глядел! На следующий день, пока девчонки занимались с архимагом, я решил походить по замку, чтобы лучше в нем ориентироваться, но далеко от покоев маркизы отойти не успел.

— О, барон, вас-то я и искал! — услышал я голос сбоку и повернулся. Из бокового коридора вышел маркиз Сэд Холстон.

«Ну, надо же! — подумал я, — все-таки, быстро его матушка залечила!» И чуть не усмехнулся двусмысленности этой фразы.

— Маркиз, вам вчера не хватило? — любезным тоном осведомился я. — Вернулись за добавкой?

— О, нет-нет! — замахал руками Холстон. — Я вас искал совсем не за этим!

Ох, что-то не нравятся мне его бегающие глазки! Явно замыслил какую-то каверзу!

Я стоял и молча ждал продолжения, попутно разглядывая интерьер безлюдного коридора. А ниче так, вон, даже зеркало зачем-то повесили!

— Барон, Его высочество вчера пообещал, что когда я поправлюсь, я принесу вам свои извинения!

— Пообещал, — подтвердил я.

— Ну, так, я вам их приношу! — лениво процедил сквозь зубы Холстон.

Я усмехнулся.

— Нет, маркиз, извинения так не приносят, не таким тоном, во всяком случае! Идите, потренируйтесь, а потом возвращайтесь, я вас послушаю еще раз!

Не желая больше терять время, я развернулся и пошел дальше. Точнее, хотел пойти, потому что, в этот момент, произошло одновременно несколько событий.

Я повернулся, чтобы идти дальше, но услышал звук, с которым обычно клинок покидает ножны и громкий ожесточенный шепот:

— Вот тебе извинения, сволочь!

И, одновременно с этим, я услышал еще один голос, звучащий довольно весело и дружелюбно:

— А-а-а, вот вы… маркиз, что вы делаете?!

Я ждал какой-нибудь пакости, уж больно Сэд был напряжен. Поэтому, при первых звуках клинка, покидающего ножны, я не стал оборачиваться, потому что был твердо уверен, что не успею это сделать. Вместо этого, я сделал два быстрых длинных шага, разрывая дистанцию, и только потом обернулся, одновременно выхватывая меч и поднимая его в вертикальное положение.

Я совсем упустил из виду, что маркиз, чтобы я ничего не заподозрил, оставив свой меч, пришел просить извинения только с кинжалом. Вот его-то он и выхватил, пытаясь ударить меня в спину!

Когда я, вместо того, чтобы обернуться и словить сантиметров тридцать стали в грудь, резко шагнул вперед, маркиз, вытянув руку с кинжалом, ринулся за мной, пытаясь все-таки меня достать.

Я успел заметить его движение, отразившееся в зеркале, зачем-то повешенным в коридоре, поэтому знал, что небольшой запас времени, чтобы выхватить меч и встать в стойку, у меня будет.

Но я просчитался — маркиз бежал неожиданно быстрее, чем я думал и выхваченный меч, при движении, пересекся с вытянутой вперед рукой маркиза, держащей кинжал. После этого они уже двигались порознь — маркиз и его рука.

Капли крови с моего меча разлетелись веером, забрызгивая стены коридора. Глаза Сэда Холстона расширились, рот открылся, я думаю, чтобы что-то крикнуть, но я не оставил ему такой возможности.

Мой меч свистнул еще раз и голова маркиза, с широко открытыми глазами и ртом, шмякнулась на пол коридора. Тело, сделав по инерции еще пару шагов, остановилось, покачиваясь. Из перерубленной шеи толчками вытекала кровь — видимо, сердце еще работало. Постояв несколько секунд, оно плашмя рухнуло на пол, заливая его кровью.

Я поднял голову и, наконец, посмотрел на того, кто нарушил наше с маркизом уединение. К своему удивлению, во вновь подошедшем я узнал Роджера Валентайна, с которым не так давно сражался на дуэли.

Он был бледен и широко раскрытыми глазами смотрел на труп маркиза.

Я вытер меч об одежду покойного и, вбросив его в ножны, внимательно глядя себе под ноги, чтобы не испачкать обувь в крови, которая залила коридор, двинулся навстречу второму сопровождающему принца.

— Роджер, — я начал говорить, еще когда нас разделял десяток шагов. Честно говоря, я был несколько разочарован, потому что младший Валентайн, почему-то показался мне человеком чести. — Вы тоже пришли принести мне свои извинения?

Мой тон был полон сарказма. Видимо, Роджер его уловил, но когда он поднял глаза на меня, взгляд его был прям и тверд.

— Да, барон! — он даже качнул головой. — Я был неправ, признаю это, и вы имели право на месть! Простите!

М-да! А вот такого я не ожидал. Я, в изумлении от столь откровенных речей, молчал, и Роджер понял это по-своему.

— Поверьте, — вдруг опять заговорил он, — если бы не досадные обстоятельства, я никогда на это не пошел бы, но, увы! — я слышал в его голосе раскаяние. — Но вот убивать вас я бы не стал! — я удивленно поднял бровь.

Младший Валентайн это заметил.

— Вы мне не верите, барон, но, тем не менее, это так! — говорил он очень убежденно.

— Да, с чего бы? — я озвучил глубину своего недоверия.

— Я, конечно, за ваши слова, барон, сильно разозлился, но когда увидел, как вы машете мечом, словно бабка кочергой, решил, что только раню вас в ногу или руку, чтобы бой продолжать не могли, и все! Ну, нет чести в победе над столь слабым соперником!

Я усмехнулся и удивленно качнул головой. Ну, надо же, и в свите принца есть нормальные люди! А вслух возразил:

— Так, дуэль была до смерти, тебя бы обязали меня добить!

— Не обязательно! — начал горячиться мой собеседник. — Во-первых, герцог, как хозяин, мог запретить тебя добивать! А, судя по тому, что он перед дуэлью довольно долго с тобой беседовал, он бы так и поступил!

— Ну, а если нет? — полюбопытствовал я.

Этот парень мне нравился все больше и больше.

— А это, во-вторых! — он, тяжело вздохнув, упер свой взгляд в пол. — Во-вторых, я отказался бы это делать! — он помолчал. — Но тебе повезло…

Я пожал плечами.

— Да… — мой собеседник стал задумчив. — … и сегодня, опять вам повезло…

Он продолжал задумчиво смотреть в пол.

— Ну, если для вас это важно, Роджер, то я могу поклясться, что не хотел его убивать. Все произошло не по моей вине!

— Да, — медленно кивнул головой Валентайн-младший. — Я видел! Он решил ударить вас в спину, а это подло! По существу, он сам виноват в своей смерти, так как не оставил вам выбора! Барон, если будет нужно, а я уверен, что это будет нужно, я готов свидетельствовать о том, что и как здесь произошло! Вот только…

Он посмотрел на меня. Я приподнял подбородок, как бы спрашивая — что?

— Маркиз, конечно, был сволочью, да вот только поговаривали, что он сводный брат принцу, потому тот за ним так присматривал.

— О, как! — вырвалось у меня. — И я так понимаю, что они братья отнюдь не по матери…

Роджер кивнул головой и продолжил:

— И если это так, то принц сильно расстроится, а что может выкинуть расстроенный Георг, я даже боюсь предположить!

— Понятно! — я щелкнул пальцами. — Нам нужен герцог!

— Герцог? — удивленно переспросил Роджер.

— Да! — я кивнул. — Нужно срочно поставить его в известность. Вы все еще готовы свидетельствовать, что маркиз первым напал на меня, причем со спины?

— Барон, вы сомневаетесь в моей порядочности? — голос Роджера начал наливаться негодованием и гневом.

— Не-не-не! — я выставил руки в защитном жесте. — Даже в мыслях не было! Спросил, не подумав! — и, дождавшись кивка младшего Валентайна, предложил: — Роджер, предлагаю перейти на дружеское «ты» с чопорного «вы». Ты как?

Тот опять кивнул:

— С радостью!

И протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. Он хороший парень — прямой и честный.

В комнате, предшествующей кабинету герцога, называемой им словом «приемная», нас с маркизом Роджером остановили. Дэвид Ковердэйл был на месте, восседая за своим столом.

— Лорд Валентайн, милорд де Гриз? — он вопросительно глядел на нашу парочку.

— Э-э-э, — я замялся.

— Сэр Дэвид, — выручил меня младший Валентайн, — нам нужно увидеть герцога.

Я подтверждающе кивнул.

— Желательно, срочно! — добавил мой спутник.

Секретарь герцога разглядывал нас и молчал.

— Скажите, барон, — он перевел взгляд на меня и после непродолжительного изучения, вдруг задал неожиданный вопрос. — Вы что, кого-то убили?

Я непроизвольно вздрогнул. Чего-чего, а такого вопроса я не ожидал.

— Э-э-э… — я не знал, что отвечать и, главное, нужно ли это делать.

Выручил меня опять Роджер.

— Сэр Дэвид, — упрямо продолжил он гнуть свое. — Нам необходимо срочно увидеться с герцогом!

Дэвид Ковердэйл еще какое-то время молча рассматривал нас, потом вздохнул, встал из-за стола и, бросив: «Ждите, доложу», исчез за дверью, ведущей в кабинет герцога.

* * *

Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг бесплатно в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Эпилог

В кабинете имперского посланника в герцогстве Ренк, графа Эштона Дрейфуса, расположившись в удобных креслах перед камином, неспешно потягивая из бокалов теплое вино со специями, двое подданных Императора вели неспешный разговор.

Кто-нибудь со стороны, по неспешности и некой небрежности в построении фраз, мог бы подумать, что они ведут разговор ни о чем, но это впечатление было ошибочным. Разговор был очень серьезным и чрезвычайно важным.

Посланника опять посетил его начальник маркиз Эмил Синглетон, в этот раз весьма обеспокоенный состоянием дел в герцогстве и не скрывающий своего беспокойства.

— … Император готов отдать приказ своим легионам и обрушить их мощь на Королевство, — маркиз задумчиво качнул бокал, заставляя вино омыть его стенки.

— Когда? — обдумав только что услышанное, поинтересовался посланник.

Его собеседник пожал плечами.

— Скоро. Точная дата пока неизвестна.

Посланник кивнул, показывая, что ответ услышан.

Помолчали, думая каждый о своем и лениво потягивая теплое вино.

— Скажите, Эштон, мы можем как-либо повлиять на герцога, чтобы ограничить его помощь королю Унаи? — прервал молчание маркиз.

Граф, Дрейфус задумался, покачивая в руке бокал, а потом решительно тряхнул головой.

— Боюсь, что нет, милорд. В данный момент мы бессильны что-либо предпринять.

— Вот как? — гость имперского посланника выглядел разочарованным. — А как же люди в окружении герцога, которые работали на вас? Я помню, вы тонко намекали, что семейный маг-лекарь герцога чуть ли не у вас на содержании, или я вас неправильно понял?

Хозяин резиденции тяжело вздохнул.

— Вы поняли все абсолютно правильно, Эмил, но… — он многозначительно замолчал и демонстративно поднес бокал к губам.

Его собеседник правильно понял, что продолжения он не услышит, во всяком случае, если не будет на этом настаивать. Он хмыкнул, качнул головой и, откинувшись в кресле, отсалютовал графу своим бокалом.

— Граф, меня не было не так уж и долго, прошло меньше двух месяцев, а у вас такие изменения! Что произошло?

Граф поморщился. Ему не нравилось в какую сторону развивается разговор, но, увы, выбирать тему беседы было не в его власти.

— У герцога новый семейный маг-лекарь, — спокойным, ровным голосом сообщил он.

— О, как! — маркиз подался вперед. — А что стало со старым? Герцог узнал, кто ему платит и на кого он, по существу, работает?

— Вряд ли! — пожал в ответ плечами граф. — Дело в том, что прежний семейный маг-лекарь просто пропал.

— Это как? — маркиз удивленно приподнял бровь.

— А не знаю! — опять пожал плечами граф. — Никаких следов! Он просто исчез! Причем, насколько мне известно, все его вещи остались в его покоях!

— Ну, — Эмил расслабленно откинулся в кресле. — Все правильно! Герцог узнал, на кого он работает, и его люди где-нибудь, по-тихому, прикопали неудачливого мага.

— Не-а! — Аштон покачал указательным пальцем влево-вправо. — Они сами его искали, но… безрезультатно!

— Ну, для отвода глаз! — предположил его собеседник. — Чтобы не подумали на них!

— А зачем? — удивился граф. — Кому они должны были отводить глаза? Мне? Зачем? Что я им могу сделать? Они у себя дома и в своем праве!

Он вопросительно посмотрел на маркиза.

— М-да, погорячился, прошу прощения! — признал собеседник и тоже отпил из бокала.

— Ну, хорошо, — после непродолжительного молчания, Синглетон опять вернулся к разговору. — Ладно, у герцога сменился семейный маг-лекарь, но я не понимаю, как эти события связаны?

— Я тоже не очень понимаю, — признался граф, — но дело в том, что я не могу попасть во дворец, точнее, во дворец попасть могу, несколько раз наносил визит по пустяковым предлогам, но, Во-первых, теперь это сделать непросто — приходится каждый раз заранее предупреждать о визите, согласовывая его с каким-то конкретным человеком, и, во-вторых, с младшим сыном герцога встретиться не удалось. Только обратил внимание, что все ведут себя очень странно, — и, увидев, как оживился его собеседник, пояснил: — Скрытные они какие-то стали! Если раньше, что слуги, что их хозяева с охотой рассказывали различные новости, слухи и сплетни, то, в последнее время, они стали сильно молчаливее!

— Интересно! — маркиз опять подался вперед. — И ты, Аштон, считаешь, что это дело рук нового семейного мага-лекаря?

— Есть у меня такие подозрения, — сознался граф.

— А с чего бы? — полюбопытствовал его собеседник.

— Слишком сильно изменилось поведение людей! — попытался объяснить свою позицию посланник. — Такое ощущение, что все, сколь-нибудь значимые в герцогстве персонажи, с которыми мне удалось перемолвиться словом, стали очень… — граф пощелкал пальцами, подбирая верное слово, — … вот — сдержаны! Да! — он кивнул себе головой, подтверждая, что ему удалось найти верное слово. — С тобой будут говорить охотно, но только по тому вопросу, с которым ты пришел, и, представляешь, Эмил, никаких слухов и сплетен! Как только разговор заходит на отвлеченные темы, прямо, как отрезало! Нет, кое-что рассказывают, конечно, но ничего существенного! А слуги вообще, кроме как «налево, сэр!», «направо, сэр!», «сэр, мы пришли — вам сюда!», по-моему других слов теперь не знают!

— Х-м! — задумавшись, маркиз опять откинулся в кресле. — Есть какие-нибудь идеи? Как это можно было проделать со всеми? Я не верю, что благородные позволили кому бы то ни было копаться в своей голове, хотя…

И маркиз впал в задумчивость. Граф некоторое время подождал, чтобы не сбивать с мысли своего гостя и начальника, но потом негромко кашлянул. Маркиз поднял на него глаза.

— Это могло произойти по приказу герцога, — аккуратно предложил он свою версию событий. — Или я вообще не понимаю, что произошло, а сведений из дворца у меня нет, есть только некоторые слухи!

— И? — заинтересовался маркиз. — Что у нас есть в слухах?

— А, нет! — мотнул головой Аштон. — Точно известно, что к герцогу приехал принц Георг. Это точные сведения.

— Ха! — развеселился маркиз. — И как долго он надоедает герцогу?

— Да, уже больше недели, — улыбнулся в ответ хозяин резиденции. — Кстати, — встрепенулся он, — герцог устраивает бал, в честь принца — мне прислали приглашение…

— Аштон! — оживился маркиз. — Вы должны достать мне приглашение на этот бал, это может быть очень важно!

— Хорошо! — согласился граф, пожав плечами. — Я думаю, это будет несложно! Вот только, зачем это вам, Эмил? Если младший принц побудет в герцогстве еще неделю, то нам и делать ничего не придется — он, своим поведением и привычкой к вседозволенности, сам рассорит герцога с королем!

— Нет, Аштон, — улыбнувшись, качнул головой Эмил, — Георг, конечно, гнусный тип, что довольно странно, зная его отца, но он не идиот и, наверняка, получил от Его величества довольно жесткие наставления! Так что, я бы не надеялся на то, что он сможет поссорить герцога с королем. Нет, я был бы рад, случись такое, но… — маркиз дернул щекой, — … маловероятно. Потому, надеяться на это мы не будем.

— И вы хотите на этом балу их как-то рассорить? — предположил граф.

— Это вряд ли, — усмехнулся его гость. — Хотя, если представится возможность… А вообще-то, у меня есть несколько предложений нашего Императора герцогу. Мне все равно нужно будет с ним встретиться, так, почему бы не там? Заодно посмотрю на дворян, пообщаюсь с ними, глядишь, как посланник Императора смогу кого-нибудь разговорить, да еще посмотрю на нового семейного мага-лекаря, побеседую с ним, попробую выяснить, чем он дышит!

— Она, — задумавшись, машинально поправил своего гостя граф.

— Что «она»? — сразу даже не понял маркиз.

— Она — это новый семейный маг-лекарь герцога, — меланхолично заметил Аштон. — Леди Ария де Гриз, баронесса Вудрон.

— Ага! — оживился маркиз. — Что еще известно, кроме ее имени и титула? Насколько она сильный маг? Что она любит, чего не любит, есть ли дети и кто они? Ну, Аштон, говорите!

— Эмил, помилосердствуйте! Времени прошло совсем чуть-чуть, из дворца сведений вообще никаких! Я и о новом маге-лекаре узнал до того, как начались все эти непонятки! — граф, судя по тону, обиделся на своего гостя и начальника. — Все, что вы хотите, за такое короткое время выяснить абсолютно невозможно!

— Ну, что-то узнать вам уже удалось? — извиняющимся тоном, вскинув руки в защитном жесте, раскрытыми ладонями к собеседнику, сказал маркиз.

— Кое-что узнали, — подтвердил граф, — но, честно говоря, эти сведения, меня лично, запутали еще больше!

— Да вы что? — маркиз возбужденно потер ладони. — Говорите, Аштон! Вы меня прямо заинтриговали! Ну, же, граф!

И маркиз, отставив в сторону полупустой бокал, поблескивая глазами в предвкушении, подался вперед.

Граф, не спеша, сделав еще один глоток из бокала, поморщился и, подняв глаза к потолку, вспоминая собранные сведения, ровным, безэмоциональным голосом начал доклад.

— Ария де Гриз, баронесса Вудрон, возраст — тридцать восемь лет. Кстати, ее фамилию в девичестве установить пока не удалось, но есть у меня подозрение, что выросла она в аристократической семье. Нет! — увидев жест маркиза, пояснил граф. — Никаких зацепок, просто личные ощущения!

— На чем основываются? — поинтересовался маркиз. Он уже давно знал графа, они даже, модно сказать, были друзьями и его ощущениям и суждениям он доверял. Просто спросил, чтобы, услышав, проанализировать и сделать свои выводы, попутно, если вдруг заметит что-то не замеченное графом, указать ему на это, а потом вместе подумать, что это знание может изменить в нарисованной картине.

— Да, трудно сказать… — задумчиво качнул головой граф. — Все какие-то мелочи! Я ее даже ни разу в глаза не видел, не то, чтобы с ней о чем-то поговорить!

— Тогда, что? — настаивал маркиз.

— У нее трое детей, — не отвечая на вопрос, продолжил граф. — Старшая дочь — восемнадцать лет, сын — пятнадцать лет и младший сын — пять лет…

Посланник Империи опять замолчал, о чем-то задумавшись.

— И? — поторопил его маркиз. — Трое детей, на мой взгляд, не говорят об аристократическом воспитании!

— Это, да! — согласился с ним граф. — Но вот имена… — он посмотрел на маркиза. — Нелия, Волан и Мика…

Маркиз, без звука, откинулся на спинку кресла.

— Не может быть! — выдохнул он. — Этого просто не может быть! — повторил он и, взяв в руку бокал, выпил его содержимое одним махом. — Это что же, мы наткнулись на «забытую ветвь» ушастых?

Конец второй части второй книги

11 февраля 2021 года Москва-Владивосток

Content

Камер-паж Её высочества. Книга вторая. Часть вторая

Пролог

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 2.1

Глава 2.2

Глава 3.1

Глава 3.2

Глава 4.1

Глава 4.2

Отступление 1.1

Отступление 1.2

Глава 5.1

Глава 5.2

Отступление 2.1

Отступление 2.2

Отступление 2.3

Глава 6.1

Глава 6.2

Глава 7.1

Глава 7.2

Глава 8.1

Глава 8.2

Глава 9.1

Глава 9.2

Эпилог