Зыков Виталий Валерьевич

Школа Пепла. Выбор

Виталий Зыков

Школа Пепла. Выбор

Глава первая, в которой успехи идут рука об руку с неудачами

Чем дольше Малк жил во внутренней фракции, тем больше осознавал, как же он ото всего устал. От манипуляций вцепившихся в него точно клещами Младших Магистров, от подыгрывающих чужим интригам соучеников, от чужой жестокости и беспринципности… Ну почему нельзя просто оставить его в покое и позволить развиваться, строить новую жизнь, делать карьеру? Зачем раз за разом макать по маковку в дерьмо?!

Увы, ответ был очевиден: потому что Малк слаб. Был бы силён и не было бы ни унижений от господина Жака, ни изощрённых угроз со стороны господина Тияза. Одна лишь личная сила — и не важно, завязана она на магии, богатстве, влиянии или всём вместе взятом — лишь она определяет пределы свободы. И у Малка эти самые пределы в настоящий момент оказались какими-то чересчур уж тесными.

Поэтому ничего удивительного в том, что осознание собственной ничтожности снова подстегнуло его активность. Получив от жизни очередной мотивирующий пинок Малк стряхнул сонную одурь размеренного ритма жизни, оценил перспективы скорого обретения вожделенного могущества, ужаснулся им и…. принялся готовиться к полному погружению в практику, без отвлечений на быт и прочую ерунду.

Всё-таки в чём господину Тиязу не откажешь, так это в умении смотреть на вещи под правильным углом. Если он сказал, что Малк расслабился в учёбе, значит так оно и есть. Пусть даже на первый взгляд кажется, что совсем наоборот. Малк действительно слишком поддался очарованию обучения в комфорте, забыв, что для бывшего «пустышки» этот путь закрыт. Там, где остальные обходятся минимумом усилий, он должен выворачиваться наизнанку. И пусть время для чего-то действительно радикального ещё не пришло — да Малк и не знал ничего такого, что могло продвинуть его магические способности ещё дальше — стоило начать хотя бы с полного погружения в занятия в подходящем месте и в правильной компании.

И первым шагом в данном направлении стало получение Малком Зеркала Друзала. Гарантийное письмо господина Жака оказало поистине магическое воздействие на работников Хранилища Артефактов и в казавшихся ранее непреложными правилах моментально появились исключения. Правда цена аренды с одной драхмы в день тотчас выросла до полутора в сутки, но это была такая мелочь, что Малк не счёл её даже достойной серьёзного внимания. Или это потому, что он успел накопить неплохую бюджетную подушку, покрывающую подобного рода траты? К Йорроху, в любом случае он получил в руки так необходимое ему магическое устройство и мог перейти к следующему этапу. Причём этапу настолько для Малка важному, что одна лишь мысль о нём вызывала крайнее волнение.

Ведь он собирался просить Мастера Тияза выдать ему заклинания для формирования второго Нимба.

— Зачем тебе учитель? — в лоб спросил Больдо, когда Малк, не найдя Младшего Магистра у него дома, пришёл в «настоящую» лабораторию и обнаружил там старшего соученика.

— Думал получить от него заклинания. Одно он мне назвал обязательным к изучению, а вот два других разрешил выбрать самому, — осторожно сказал Малк.

Не то, чтобы он особо скрывал направление своего развития от Голема, но разговор с человеком в заляпанном кровью кожаном фартуке на голое тело, который к тому же увлечённо расчленяет похожую на обезьяноподобного козла тварь, требовал взвешенного подхода.

— Дозрел, наконец. Наставник уже несколько дней как свиток с Призрачными Руками вон на ту полку положил, а тебя всё нет и нет, — усмехнулся Больдо, тыльной стороной руки смахивая со лба пот.

— Но мне не только Призрачные Руки нужны… — сообщил Малк, покосившись в указанную сторону.

Помимо означенного свитка там лежала стопка потёртых блокнотов и несколько тетрадок в кожаных обложках.

— Да не вопрос. Если вдруг что, Мастер всё равно с тебя спрашивать будет, — заухмылялся Больдо и кивнул на всё ту же полку: — Выбирай.

Малк вздохнул и, не дожидаясь повторного приглашения, направился к полке. Провёл пальцем по корешкам, вчитался в названия и… нахмурился. Все чары помимо Призрачных Рук относились к разделу защитной магии. Так что ему если и был предоставлен выбор, то в весьма узком диапазоне. И от того, что среди имеющихся заклинаний присутствовало нужное Малку, легче как-то не становилось.

— Вот это возьму, — Малк потряс тонким блокнотом. — Панцирь.

— Уверен? — поморщился Больдо. — Может лучше чистый Щит? Он проще в изучении, легче встраивается в Нимб и весьма универсален в бою…

— Уверен, уверен, — фыркнул Малк. — В плане сложности соединения с чарами из первого Нимба Панцирь ни чем не отличается от Щита, зато относится к первому кругу.

— У него и энергоёмкость выше, — Голем вздохнул и пожал плечами. — Честно говоря, я бы вообще на твоём месте с защитой не торопился. Раз уж на Адепте её не взял, мог бы и до Бакалавра подождать. А там на полноценный Доспех замахнулся, который на две головы лучше Панциря. Ну да тебе решать…

Малк, которому хорошо была понятна логика старшего соученика, не без раздражения дёрнул уголком рта. Можно подумать он сам не понимает той выгоды, что даёт Доспех в третьем кольце Нимба. Да только до следующего ранга ещё дожить надо. И пусть прежние враги остались в далёком Андалоре, здесь хватает своих опасностей. Нет уж, хватит ему чужие заклинания грудью встречать, пора и о защите подумать!

— А ты случайно не знаешь, почему Мастер для обучения больше не предлагает воспользоваться его… маской… — спросил Малк, пряча свиток с блокнотом в поясную сумку.

— Говори как все, «мордой»! Учитель ей название не дал, так что имеем полное право именовать как вздумается, — заулыбался Больдо. — Что до вопроса… Знать не знаю, но догадываюсь. Суть в том, что заклинания мы должны не получать готовыми, а пропустить через себя, взращивая их в своём Духе. Этим они отличаются от Тайных Искусств, которые предполагают обязательное следование некоторому шаблону. Отошёл от него — и получай отклонение в практике. Вот потому в прошлый раз господин Тияз тебе и помог…

На последних словам старший соученик снова склонился над расчленённым телом демона.

— Понятно, — протянул Малк. — Тогда ещё вопросы. Ты не знаешь, где Эйша? А то на время изучения заклинаний собираюсь уйти в затворничество и хотел бы уладить возникшие у нас с ней разногласия.

— Разногласия? — Больдо коротко хохотнул. — Говори уж прямо: Змея взъелась на тебя за какую-нибудь ерунду и теперь изображает обиду.

Малк замялся.

— Не совсем ерунду… И обиделась, как мне показалось, всерьёз, — сказал он, наконец.

Больдо покачал головой и покровительственно посмотрел на Малка.

— Запомни, когда Эйша действительно на кого-то обижается, то этот кто-то очень скоро попадает в руки наших лекарей с диагнозом отравление неизвестным магическим ядом. А если обида велика, то и на кладбище, — сообщил он доверительным тоном. — А то, что ты описал… это лёгкая форма недовольства. Поэтому наплюй!

Услышанное Малка несколько шокировало. Всё-таки у него уже сложились определённые представления об Эйше и теперь Больдо не оставлял на них и камня на камне. Или Голем преувеличивает? Да вроде не похоже. Если же вспомнить о том, что он до сих пор имеет лишь весьма приблизительное представление о жизни своих собратьев по Школе, то… всё может быть.

— Ну так где она? — повторил вопрос Малк.

— Немного занята. Тоже, как ты говоришь, ушла в затворничество. А зачем и почему… вернёшься и сам спросишь, — загадочно ухмыльнулся Больдо. — Кстати. Ты со своими тренировками надолго не пропадай. Через пару месяцев Стево с Кэйталин должны вернуться, что как подсказывает практика часто сопровождается раздачей особых заданий от Мастера. Поэтому лучше в такие моменты быть рядом.

Малк изобразил на лице полное понимание, мысленно же раздражённо помянул Девятерых. Опять какие-то тайны на пустом месте. Что в истории с Эйшей, что со старшими соучениками — везде одно и тоже. И если насчёт Змеи у него были определённые догадки, то с Крысом и Птицей была полнейшая неопределённость. Ну какого Йорроха, а?! Неужели сложно сказать открыто и прямо зачем это всё?!

К господину Тиязу после разговора с Больдо Малк не пошёл — не хотел лишний раз раздражать. Достаточно того, что хоть кто-то из команды Младшего Магистра знает, чем он планирует заниматься. А вот господину Жаку после некоторого размышления пришлось отправить с курьером письмо. Слишком сильно врезалась в память прошлая воспитательная беседа с превращением в марионетку, чтобы просто взять и пропасть из виду. Вот он и, стиснув зубы, извинялся за будущие пропущенные встречи…

Последним шагом в подготовке к затворничеству стала поездка в Лакон. Тренироваться он предполагал не только за пределами внутренней фракции, а вообще в достаточном удалении от человеческого жилья, и без целой кучи вещей было не обойтись. Палатка, одеяло, сухпайки, вода — ты можешь быть хоть десять раз магом, но будучи лишённым бытовых мелочей очень быстро забудешь о волшбе.

И тут всё снова упиралось в деньги… Деньги, которых как всегда не хватало! Те пятьдесят пять драхм, что он успел накопить, после аренды Зеркала превратились в жалкую десятку. И переданные намедни бородачу двенадцать «лечилок» — всё, что он успел сделать чуть ранее, — ситуацию почти не исправили. Двадцать одна драхма и шесть оболов на фоне всех трат Малка — грядущих и нынешних — смотрелись довольно жалко.

Проблему снова предстояло как-то решать, но… потом. Пока же Малка ждали магазины и лавки Лакона.

В городок он отправился на школьном экипаже. Большую часть пути, несмотря на тряску пытался, изучать содержимое блокнота, из-за чего его немного укачало. Так что по приезду Малк сначала минут десять отпаивал себя крепчайшим кофием, и лишь затем отправился в вояж по торговым рядам.

Как Малк ни торопился, но на следующую пару часов он буквально выпал из жизни. Несмотря на небольшие размеры Лакона в городке были представлены филиалы многих известных торговых компаний Борея, и Малк не смог отказать себе в желании обойти их все. «Колониальные товары Руза», «Абрикосов и сыновья», «Часовые механизмы Буре»… Цены в них, конечно, кусались, но и качество товаров было на высоте. Малк сам не заметил, как помимо палатки, одеяла, месячного запаса сухпайков и двух корчаг воды, разжился хорошим порохом, пулями, капсюлями, тремя «десятиэрговыми» банками заряженного кристаллического песка, зачем-то набрал дорогих ганзурских сластей и уже в последнем магазине, куда зашёл «просто поглазеть», приобрёл здоровенный будильник. Последний стоил почти драхму, и Малк в иных обстоятельствах счёл бы его покупку явно лишней, но тут неожиданно вспомнил слова Эйши об опасности чересчур длительных медитаций и… не смог пройти мимо.

В результате багажный отсек экипажа оказался забит доверху, а кошелёк Малка стал легче ещё на почти восемь драхм. Размеры трат несколько выходили за рамки ожиданий Малка, но у того была весьма веская причина — во всех лавках только и говорили о пропаже какого-то корабля с грузом авалонских товаров для купеческой гильдии острова Риммы. Вроде и два Бакалавра на борту были — кто-то вовсе про целого Младшего Магистра упоминал, — и самые опасные воды судно прошло, а всё равно. Сгинул корабль в море со всем экипажем и концов теперь не найти. А торговцам приходится цены повышать, чтобы хоть как-то потери компенсировать.

Ещё Малк заскочил наконец на мыслеграф и отправил послание домой и леди Марой. Столько думал, гадал, взвешивал за и против, а всё же махнул на жадность и расщедрился на ещё почти шесть с лишним драхм. И не потому, что очень соскучился, просто… устал от ощущения одиночества. Несмотря на общение с соучениками и студентами Школы, всерьёз он ни с кем не сблизился и жил один как анахорет. Тренировка, изучение теории, походы в столовую и снова возвращение к занятиям… Теперь вот в затворничество собрался… Йоррох, при таком времяпровождении даже те редкие задания, которые он выполнял вместе с Эйшей или Больдо, уже начинают восприниматься как способ отвлечения от унылой повседневности!

Нет уж, превращаться в полного мизантропа Малк не желал, и поэтому если есть возможность напомнить себе лишний раз, что он не огородившийся ото всего мира чудак, а человек, у которого есть родственники и близкие друзья, он ей обязательно воспользуется. Пусть и за такие, рог Йорроха ему в бок, деньжищи…

А ещё во время похода на мыслеграф у Малка произошла неожиданная встреча. В очереди в кассу он увидел того самого старика, с которым путешествовал несколько дней на «Яром демоноборце» и который со своим секретарём-телохранителем чудом выжил во время нападения илл-хотов. Помощник, правда, в этот раз отсутствовал, но Малк был уверен: старик именно тот самый. Желчное вытянутое лицо, застёгнутый на все пуговицы полувоенный камзол, сто лет как устаревшие башмаки с железными пряжками — такое сложно забыть. И ведь Малка этот недавний собрат-пассажир тоже узнал. Окинул таким взглядом, точно снимал мерку гроба, злобно что-то сказал одними губами и презрительно отвернулся. Ничего такого, что можно было бы счесть публичным оскорблением, но всё равно раздражало.

Можно подумать Малк сделал что-то лично ему неприятное!

Впрочем особо заморачиваться случившимся Малк не стал. Покинув защиту Школы, большую часть внимания он уделял поискам признаков появления «этого деда» Бонифация и отвлекаться на всякую ерунду считал опасным. Слишком много в Лаконе выставленных в витрины картин, изрисованных вывесок и просто открытых зеркал, чтобы терять бдительность. Чуть зазеваешься, и очередной лучник с какой-нибудь незамеченной афиши на рекламной тумбе пустит в спину стрелу. Разве Малку это надо?

Однако часы шли, а карлик всё не было. И если бы не то его появление во флактурме, Малк обязательно бы решил, что школьные запреты растянулись на весь остров. Но в чудеса он не верил, а значит… значит следовало сохранять настороженность.

Городок Малк покидал уже сильно после обеда. Вся публичная жизнь в Лаконе к тому моменту полностью засыпала, так что его экипаж выезжал через восточную жандармскую задаставу в гордом одиночестве. Да и по дороге к лесу на границе внешней фракции Школы они тоже почти никого не встретили. Несколько телег и паромобиль со знаками нимадской жандармерии не в счёт. Лишь на повороте к заброшенной лесной дороге, ведущей к памятному жальнику, они едва не сбили мужика с топором на плече. То ли пьяный, то ли полностью поглощённый мыслями о житейских неурядицах, новоявленный дровосек вывалился из кустов едва ли не под копыта лошадям. И только молниеносная реакция кучера позволила избежать смертоубийства.

Как же возница орал на этого несчастного, какими словами костерил… Малк аж заслушался. Что до мужика, когда он отошёл от шока — и надо сказать случилось это удивительно быстро, — то на все вопли лишь униженно кланялся и лепетал нечто бессвязное.

Интересно, кто он? Деревенский из местных? Так до ближайших населённых пунктов вроде далековато. Да и за дровами не с одним топором ходят, нужна ещё хотя бы лошадь. Тогда какие остаются варианты? Разбойник, идущий проверять тайник с награбленным, беглый преступник, решивший спрятаться под боком у магов, или просто браконьер, вышедший на промысел и взявший для маскировки топор… Малка так и подмывало затеять распросы, но он сдержался. Какое ему вобщем-то дело? Он не жандарм и не направленный Школой на подработку студент, он просто человек, едущий по своей надобности в лес. И его напрочь не волнуют чужие секреты!

Поэтому убедившись, что «дровосек» не имеет к нему претензий — хотя какие претензии, мужик до сих пор кланялся, — Малк приказал кучеру двигать дальше. И уже совсем скоро разминал ноги перед входом на заброшенное кладбище.

Увы, на помощь в транспортировке багажа непосредственно к Призрачному Древу рассчитывать не приходилось. Выглядевшее как обгорелый дуб магическое создание хоть и приветственно шумело Малку незримой листвой, к остальным относилось заметно иначе. И тот же возница, окажись он по ту сторону ограды, рисковал стать удобрением для хозяина жальника. Магия Древа и так уже задела его самым краем, заставляя нечеловечески зевать и словно бы прислушиваться к чему-то, доносящемуся из сердца кладбища.

Поэтому Малк сгрузил все вещи чуть в стороне от входа, наложил на кучера Рассеивание да и отправил его в Школу с наказом вернуться через месяц. Когда у Малка закончатся припасы и… желание практиковать в одиночестве. Сам же он, не тратя время впустую, принялся перетаскивать багаж под крону чёрного как уголь дуба.

— Привет, привет, — сказал он, испускающему волны довольства Призрачному Древу.

То ли сказывалось общее развитие Духа, то ли незаметно укрепилось понимание духовного резонанса, но эмоции хозяина кладбища были теперь для Малка как открытая книга. Более того, он даже начал ощущать с ним нечто вроде родства. Пусть не в буквальном смысле, а на уровне тонких вибраций, но ощущать!

— Не знаю насколько разумна вся эта затея, но попробовать стоит, — не столько для Древа, сколько для себя сказал Малк.

Мрачно посмотрел на уже касающееся верхушек деревьев солнце и со вздохом принялся устанавливать палатку под призрачной кроной. Потому как если где и имело смысл жить на лесном жальнике, то только под защитой призрачного «друга».

Вопреки собственным опасениям — навыков походной жизни несмотря на провинциальное детство у него практически не было — уложился до темноты. Оборудовал постель, подготовил место для небольшого костерка, аккуратно сложил остальные вещи. И сразу же взялся за магию.

Господин Тияз ведь говорил быть осторожнее… Что ж, он будет следовать заветам своего Мастера и выжмет максимум возможного из своих способностей.

— Не уверен, понимаешь ли ты меня, но знай — это необходимо, — обратился Малк к Призрачному Древу, обходя его по окружности.

Затем сверился с недавно приобретённым будильником, заглянул в небольшой походный астрологический справочник, прикинул уровень своей Власти, доступные резервы, подозрительно окинул взглядом практически сровнявшиеся с землёй могильные холмики… После чего выругался и в разы уменьшил аппетиты. Изначальная идея прикрыть Защитным Кругом и Древо, и палатку, теперь казалась откровенно непосильной.

Нет, простой базовый ритуал Малк выполнил бы без проблем — и руку уже набил, и знаний поднабрался, — но ему ведь надо нечто большее. Зря что ли в личных учениках у Мастера Тияза уже больше восьми месяцев ходит? Вот и приходилось выбирать между желаниями и возможностями.

Ну а дальше всё было ясно и понятно. Проклятым ножом с одновременным контролем Власти начертить вокруг палатки один за другим три окружности. Затем поверх слабо светящихся линий насыпать тоненькие дорожки из кристаллического песка — все три банки на это ушли, едва хватило. А под конец усилить связку из трёх Кругов стандартной рунной цепочкой, подсмотренной в одной из книг. Если описывать словами, то звучит как-то просто. Однако на деле Малк едва не запорол весь ритуал. На последнем знаке Руноглифа, призванном активировать всю конструкцию, его рука дрогнула, колдовской символ «поплыл» и потянул за собой остальные. Возникла опасность, что весь рисунок, уже успевший вобрать в себя из кристаллического песка все три десятка эргов, жахнет в одной мощной вспышке. Малку потребовалось приложить все силы и вплотную подобраться к пределам своей Власти, чтобы удержать магию под контролем и завершить ритуал.

Малк прошёл практически по грани, однако результат стоил риска. Новая вариация Защитного Круга теперь не только мешала проникать внутрь разного рода магическим недругам, но и была способна выдержать несколько атак на физическом уровне. Десять-двенадцать выстрелов из штатной армейской винтовки, пара десятков ударов мечом — вроде не особо много, но этого вполне достаточно, чтобы успеть озаботиться более серьёзной защитой или бежать.

На этом тот день для Малка и завершился…

А уже утром следующего дня он сидел, привалившись спиной к стволу Призрачного Древа, и изучал оставленные господином Тиязом документы.

— Итак, с чего начать? С Панциря или с Призрачных Рук? — вслух принялся рассуждать Малк.

Вопрос был чисто риторический. При всём уважении к желаниям господина Тияза, на первом месте у Малка была собственная безопасность. Поэтому и не было изучению Панциря никакой альтернативы. И пусть содержимое свитка с описанием Рук он всё же просмотрел, основное внимание Малк сразу сконцентрировал на защитном заклинании.

— Так… знаки Руноглифа либо общеизвестные, либо легко выводящиеся через базовый набор. Это легко. А вот с надстройками над ними придётся повозиться, — задумчиво протянул Малк. — Не математика, а чистая метафизика! Ощущения, трактовки, интерпретации… Даже намёки на резонанс есть! И вот как это всё увязывать с имеющимися уже заклинаниями из Нимба?

Малк открыл чистый блокнот, записал в него названия трёх заклинаний — «лечилка», Рассеивание и Искра, — обвёл каждое кружком, а чуть ниже добавил ещё один с надписью «Панцирь». В центре же схемы поставил большой знак вопроса.

— Ладно, что такое Панцирь? Это защитное заклинание, которое одинаково эффективно как против магических атак, так и против физических. Этакий барьер из уплотнённой Силы, в котором некоторые атаки попросту вязнут, а некоторые рассеиваются или отклоняются, — Малк усмехнулся и дважды подчеркнул «уплотнённой» и «рассеиваются».

С первой попытки и попадание в десятку. Даже слишком глубоко копать не пришлось, он сразу нашёл нужную подсказку. Ведь что такое уже имеющаяся Искра? Это сжатая энергия. А Рассеивание? Нечто обратное к сжатию, его антипод. Отсюда получается, что если выделить нужные фрагменты в заклинании Панциря и выразить их через ключевые блоки рун из Искры и Рассеивания, то Малк не только получит адаптированные к его Духу чары, но и увяжет их с уже имеющимися.

Догадка не то, чтобы была особо выдающейся, однако нащупать верное решение было приятно. Малк быстро дополнил схему необходимыми описаниями, провёл связи и, полюбовавшись мгновение результатом, с энтузиазмом засел за расчёты.

Первую формулу он получил уже через полчаса. Немного чистой математики, толика старания и цепочка из двадцати одного знака Руноглифа оригинального заклинания вырастает до тридцати. Получилось красиво, элегантно и… абсолютно нефункционально. Увлёкшись чистым расчётом Малк упустил из виду то, что отделяет чары первого круга от нулевого — стоящие за алгебраической конструкцией метафизические смыслы. То есть всё то понимание и ощущение магии, что позволяет универсальное заклинание превратить в нечто особенное и сделать частью Духа мага.

На получение второго варианта времени у Малка ушло уже гораздо больше — почти четыре часа. Тридцать знаков Руноглифа подросли ещё до сорока трёх, ментальная часть заклинания обогатилась набором сложных образов, а от Духа теперь требовалась подстройка под определённые вибрации. Конструкция даже на бумаге выглядела откровенно монструозной, едва ли не на порядок сложнее в освоении чем исходные чары. Так что Малк результатом был откровенно недоволен. Да вот беда, как всё исправить он попросту не понимал.

Чувствуя что ещё вот-вот, и он взорвётся от переполнявших эмоций, Малк отложил черновики в сторону и, закрыв глаза, погрузился во Дворец Духа. Ему сейчас срочно требовалось отвлечься, и ничего лучше медитации ему в голову не приходило. Впрочем даже практика техник второго слоя Трёх Пульсов помогала слабо. Йоррохова формула так и крутилась в голове, занимая все мысли.

Однако продолжалось это недолго. В какой-то момент рядом с сознанием Малка возникло нечто большое и дружелюбно настроенное, которое принялось передавать ему череду быстро сменяемых образов. Совершенно непонятных Малку, но в то же время вызывающих у его Духа некий отклик и наполняющих разум отголосками новых смыслов. На ход размышлений это никак не влияло. Зато чуточку сдвигало точку зрения, позволяя взглянуть на проблему немного с другого ракурса. В итоге переусложнённая конструкция Панциря дрогнула, начала разворачиваться совершенно необычным образом… и вот именно в этот самый миг в голове у Малка словно бы взорвалась бомба.

Кто знает, что тому послужило причиной — перенапряжение умственных сил или вмешательство Призрачного Древа, — но полузабытое Семя Духа внезапно пробудилось и отправило в сознание Малка пакет структурированных знаний. Нечто такое, что резко расширило его понимание законов преобразования заклятий и на одном вздохе позволило ещё раз трансформировать многострадальный Панцирь.

Малк, несмотря на нарастающую головную боль, торопливо открыл глаза и принялся записывать новую версию заклинания. Сорок три знака Руноглифа уменьшились в ней до тридцати пяти, ментальная составляющая исчезла вовсе, а Дух в процессе освоения чар теперь нуждался в дополнительной «подстройке». Результат всё равно смотрелся довольно тяжеловесно, но больше его менять Малк не собирался. Как он ни крутил получившуюся формулу в голове, а всякий раз ощущал одно и то же — некое внутреннее сродство, которое делает заклинание подходящим именно ему и никому другому.

— Это уже что-то… — пробурчал Малк.

О спровоцированном посторонней помощью озарении — то же Семя Духа своим он до сих пор не считал — Малк старался не думать. Да и какая разница, если в итоге всё обязательно упирается в тяжёлый труд. Хочешь чего-то добиться — работай так, чтобы устрашились шахтёры в забое! Вот он этим в ближайшие дни или даже седмицы и собирался заняться…

Потянулись рабочие будни. Утро, обед, вечер… Малк практиковал постоянно. Если не заклинание, то медитация на восполнение резерва, если не сбор энергии, то чтение полученного от господина Тияза блокнота. Он набрал столь хороший темп, что порой забывал обо всём. Пропускал приёмы пищи, не умывался — каждую свободную минуту тратил на занятия.

Вот только отдача от вложенных усилий была не слишком велика, и учёба давалась Малку непросто. Не помогали ни поддержка Призрачного Древа, ни активное использование Зеркала Друзала и детальная проработка структуры заклинания. Рунные цепочки рвались, энергетические связи запутывались, а требуемое состояние Духа при малейшей ошибке так и норовило ускользнуть. Нет, определённый результат всё же был, и через две, а то и три седмицы столь интенсивной учёбы Малк надеялся освоить-таки базовый уровень Панциря, но… после семи дней интенсивных занятий первоначальный запал успел иссякнуть. И чтобы продолжать дальше ему требовался перерыв.

Ещё в Андалорском Обществе магов учителя в таких случаях рекомендовали хорошенько расслабиться и озаботиться получением новым чувственных впечатлений. Прогуляться по городу, заглянуть в музеи или выставочные залы, посетить хорошую ресторацию, провести ночь с любимой женщиной — в общем заняться всем тем, что может как-то разгрузить голову и снять напряжение Духа.

Совет однозначно хорош, вот только какие развлечения могут быть на заброшенном лесном кладбище? Малк выспался, повалялся в постели, побаловал себя остатками сладостей — на этом культурная программа закончилась. Дальше начиналась такая скука, что любая работа была только в радость. Поэтому чтобы хоть как-то развеяться Малк отправился бродить по окрестностям. В лес особо углубиться, правда, не получилось — пространство между деревьями оказалось завалено непролазным буреломом, — но периметр жальника он обошёл… И в какой-то момент искренне пожалел, что не сделал этого раньше.

Потому что вокруг кладбища творилось нечто непонятное. На коре многих деревьев присутствовали бессмысленные узоры и знаки — причём не столько вырезанные, сколько вырубленные топором, в паре мест на траве и листьях темнели следы засохшей крови, а к стволам трёх самых высоких рябин неизвестный живодёр гвоздями прибил тушки крысы, дворового кота и лисы. Малк счёл бы это подготовкой к неизвестному для него ритуалу, но ни следов Власти, ни эманаций Силы он не нашёл. Всё выглядело так, словно здесь поработал сумасшедший, к тому же лишённый художественного таланта и чувства вкуса.

Разумеется Малк первым делом вспомнил про встреченного недавно лесоруба, но кроме подозрений никаких реальных улик у него не было. Не будешь же обвинять человека в йоррох знает чём только на основании того, что он гулял в лесу с топором? Правильно? Вот и Малк так думал. Тем не менее все имеющиеся проходы на кладбище на предмет чужих следов он проверил, а вернувшись в лагерь заново перезарядил револьвер и тщательно изучил целостность своего тройного Защитного Круга. Ничего не нашёл, но бережёного Святые берегут, ведь так?

— Будем надеяться, что твои мороки нас прикроют. И чужак, кто бы он ни был, просто не сунется в сердце кладбища, — сообщил Малк Призрачному Древу.

И тотчас получил в ответ одобрительное покачивание ветвями. Из хозяина жальника собеседник был так себе, но эмоции он ощущал и соотственно реагировал. Малк вообще всё больше и больше симпатизировал Древу. Никаких подвохов, никаких упрёков или условий — одна лишь помощь, причём в данный момент весьма уместная. Понятно, что это всё не просто так, но… тем не менее Малк полуразумному растению был искренне благодарен.

Историю с загадочными следами вокруг кладбища Малк уже на следующее утро выкинул из головы и снова сосредоточился на обучении. Разве что на этот раз не пытался освоить опостылевший до зубовного скрежета Панцирь, а взялся за Призрачные Руки. Без какой-то конкретной цели, из одного лишь желания ненадолго отвлечься и переключится на что-нибудь другое.

Быстро набросал формулу, затем вывел её через обратное к имеющемуся у него Рассеиванию уплотнение и… удивился полученному результату. Заклинание хоть и выросло до сорока пяти знаков Руноглифа, тем не менее совсем не казалось неказистым или переутяжелённым. Более того, наработанный контроль над Рассеиванием по выкладкам должен был не только сохраниться, но и достичь новых высот. А значит регулируя плотность Силы, Руки действительно можно было сделать «призрачными».

Несмотря на оставшееся у него недовольство — слишком уж не хотелось тратить одно из мест во втором Нимбе на «ненужное» заклинание — Малк принялся увлечённо проверять ход вычислений. А когда убедился, что всё верно, тотчас попытатлся сформировать нужное заклинание во Дворце Духа.

В отличие от плохо поддающегося усилиям Малка Панциря работа с Призрачными Руками далась ему гораздо легче. Руны хоть и дрожали, но всё же одна за другой занимали полагающиеся места, а духовные вибрации шаг за шагом подстраивались под нужный ритм. Малк даже растерялся от такой лёгкости, попутно начиная подозревать, что и требование господина Тияза обязательно изучить Руки видимо тоже возникло не на пустом месте.

А потом рядом снова появилось чужое присутствие. Заинтересованно прикоснулось духовным вниманием к тонкому телу Малка, дождалось разрешения и тут же с ним слилось, чтобы спустя считанные удары сердца подхватить и увлечь в какие-то неведомые глубины. Разум моментально затопили всевозможные образы, философские концепции и магические принципы, большую часть которых Малк попросту не успевал осознать или хотя бы даже уловить. Но и того, что ему удавалось выхватить из общего потока, хватало, чтобы изменить мозаику представлений Малка.

Призрачное Древо понимало изучаемые им чары совсем иначе, не так как он сам или даже господин Тияз. И это понимание отличалось трудноуловимой, но фундаментальной инаковостью, влияющей не только на восприятие Призрачных Рук, а и вообще на все чары Малка.

Во Дворце Духа поднялся страшный ураган изменений. Небо затянули белые облака, Кристаллическое Сердце принялось тревожно мерцать, а зелёные лужайки накрыло чем-то вроде лебяжьего пуха. Однако сильнее всего преобразилась рунная цепочка Призрачных Рук. Сохранив форму и количество знаков Руноглифа, она изменилась качественно. Стала чем-то большим, чем была раньше… и замерла в одном шаге от завершения. До полного освоения начального уровня заклинания не хватало какой-то капли, последнего толчка.

Малк напрягся, лихорадочно выискивая что-то такое, что могло бы продвинуть практику чуточку дальше. Успел расстроиться, когда понял, что у него нет на сей счёт ни малейшей идеи, а затем с опаской принялся наблюдать за уже вторым по счёту пробуждением Семени. На этот раз лёгким и ненавязчивым, но всё равно достаточно мощным, чтобы завершить начатые Призрачным Древом преобразования Рук.

— Святые Демоноборцы! — с чувством прохрипел Малк, разлепляя глаза.

Горло адски пересохло и жутко саднило, язык еле ворочался, руки ноги ощутимо затекли. Машинально запустив «лечилку», Малк сначала надолго припал к валяющейся рядом фляге с водой, а, утолив жажду, посмотрел на часы. Изделие компании Буре полностью оправдывало свою репутацию: судя по дате, он просидел в медитации чуть больше трёх дней, и будильник до сих пор продолжал работать. И теперь он испытывал двоякие ощущения. С одной стороны, забыв настроить звонок и опять зависнув в трансе, он едва не вляпался в неприятности, а с другой… с другой иначе он бы не смог совершить невозможное и освоить заклинание «на одном дыхании».

Криво усмехнувшись потрескавшимися губами, Малк медленно встал — подстёгнутая «лечилкой» жизненная энергия быстро вернула ему подвижность, — сосредоточился и принялся читать заклинание. Заняло это у него никак не меньше половины минуты, а резерв опустел на семь эргов. В финале же внутри возникло нечто похожее на щекотку и из центра его груди вылезла полупрозрачная длань. Ощущаемая как-то странно, однако вполне подчиняющаяся мысленным командам. Не живая рука, но нечто отдалённо похожее!

Развлекаясь, Малк наклонился и попробовал поднять лежащий на траве тесак. Призрачные пальцы послушно сжали рукоять и… проскользнули внутрь. Клинок даже не шевельнулся. Малк нахмурился и принялся перебирать остальные свои вещи. Пистолет, носовой платок, фляга с водой… свежесозданная рука не оказывала на них ровным счётом никакого воздействия. Проклятье, да она даже траву была не способна пошевелить!

Окончательно разозлённый Малк схватился за проклятый нож. И с теми же последствиями. Сердце Малка предательски дрогнуло. А он так надеялся, что хоть артефакты будут подчиняться новой магии, и она не окажется совсем уж бесполезной. Но увы, увы. Расстроенный, он бездумно подстроился под резонанс клинка, ощутил его духовную составляющую и попробовал взяться теперь уже за неё… Мгновенно ощутил какой-то отлик, и с довольной руганью принялся наблюдать за взмывшим в воздух ножом.

Получилось, всех Святых к нему в гости! Получилось!! Мало того, управление самой Рукой давалось ему всё легче и легче, и тот же клинок Малк с некоторым усилием смог заставить выписывать сложные кривые.

Ф-фух!!! Испытывая не столько восторг, сколько облегчение, Малк медленно побрёл к палатке. После такого следовало как минимум хорошенько отдохнуть. И, да, пожалуй, поесть.

Погружённый в свои мысли, он не заметил, что на кладбище больше не один. Так что внезапно раздавшийся голос едва не заставил его подпрыгнуть.

— Поздравляю. Для «пустышки» у тебя удивительно хорошее понимание данного заклинания, — каким-то совершенно безжизненным голосом сказал неизвестный.

Малк стремительно развернулся в сторону говорившего и увидел того самого дровосека. Больше не кланяясь, он стоял со всё тем же топором на плече на границе действия Власти Призрачного Древа и мерзко скалился.

— Ты хорошо придумал здесь заниматься. Но прятаться от этого деда за иллюзиями… это как-то уж чересчур смело! И глупо! — продолжил говорить гость.

До Малка с некоторым запозданием дошло, о каком деде идёт речь. Карлик? Здесь карлик?! Но как…

Последнее он видимо сказал вслух, потому как казавшийся ранее таким жалким мужик с прежним безжизненным лицом одной рукой развязал на рубахе завязки и открыл голый торс. Торс, на котором из линий старой татуировки складывалась мерзкая рожа Бонифация.

— Что тебе надо? — зло спросил Малк, медленно наклоняясь и поднимая с земли тесаки с револьвером.

— Ты ведь знаешь ответ, — захихикал карлик.

Зрелище получилось жуткое. Вроде мимика подвижная, губы шевелятся, а звук издаёт не уродец, а попавший в его когтистые лапы человек.

Стараясь не отвлекаться, Малк прислушался к излучаемым тандемом дровосека и карлика вибрациям. До последнего боялся узнать, что ранг «этого деда» достаточно высок, чтобы сделать бессмысленным любое сопротивление. И потому испытал облегчение, когда увидел в лучшем случае пиковый уровень Ученика. Даже не Бакалавра. Правда, если попробовать ощутить ранг непосредственно Властью, то ответ получался гораздо более расплывчатым — Бонифаций то казался страшно могучим, то вдруг наоборот жутко слабым.

Интересно, это издержки нынешнего состояния или последствия неких травм?

— Ты ведь когда-то был магом, да? — наугад спросил Малк и по непроизвольно вздрогнувшему карлику понял, что попал в точку. — Сильным, могучим. Возможно даже Младшим Магистром или кем-то постарше… Но что-то пошло не так… Что-то случилось: ты проиграл битву, заболел, заработал отклонение в практике, и это сделало тебя… ничтожным. Я прав?

Узнав о ранге недруга Малк несколько успокоился и, раз уж ему выпала такая возможность, захотел поговорить.

— О, мальчик поумнел, — расплылся в противной улыбке карлик.

И почему-то остался стоять на том же самом месте. Малк же, наоборот сделал осторожный шажок к палатке.

— Куда уж мне. Я всего лишь в твоё отсутствие… — Он презрительно усмехнулся и повторил: — В твоё вынужденное отсутствие… смог хорошенько подумать и сложить из имеющихся фактов максимально связную картинку… — Здесь он резко посерьёзнел и требовательно спросил: — Ты ведь не за мной, ты за Семенем Духа охотишься? Точнее, за твоим Семенем Духа, да?

Уродец мерзко оскалился.

— Думаешь, тебе это знание чем-то поможет?

— Кто знает, кто знает… — продолжая двигаться в сторону палатки, сказал Малк. — Теперь я хотя бы догадываюсь, почему ты меня сначала чужими руками убиться пытался, а потом личных встреч стал удостаивать.

— И почему же? — словно давая Малку выговориться, спросил «этот дед».

— Очевидно же. До обретения Дара Семя Духа просто хранилось в моём тонком теле и после моей смерти любой желающий мог наложить на него лапу. А вот затем… затем Семя начало сливаться с Духом, и убийство стало бесполезно. Так? — продолжил озвучивать свои предположения Малк.

— Может ещё скажешь, зачем мне это Семя нужно? — с нарастающей злобой в голосе поинтересовался «этот дед».

— Конечно скажу. Потому что ты огрызок кого-то более великого. И для скорейшего возрождения тебе нужно вернуть как можно больше частей своего Духа. — Малк остановился на границе своего Защитного Круга и немного подумав добавил: — Или сожрать части чужого… Такой вот паразит!

— Да как ты смеешь… — сорвался на шёпот карлик, однако в конец осмелевший Малк его перебил.

— Отчего нет? Ты всего лишь Ученик, оседлавший бесталанного смертного. Что ты мне сделаешь?

— Что я могу сделать? Что я могу? — особенно выделяя «я», вскипел карлик и тотчас вскричал: — Ничтожная креветка, да что ты вообще знаешь о мире и о магии?!

Оба начали действовать одновременно.

Яростно орущий голосом Бонифация дровосек замахнулся топором, Малк же стремительно отступил внутрь Защитного Круга. И не прогадал. Карлик так и не решился перешагнуть через некую незримую границу, отказавшись от рукопашной схватки. Вместо этого он со страшной силой швырнул своё оружие в Малка, и если бы не магический барьер, отклонивший топор в сторону, обязательно бы попал.

— Теперь мой черёд, — улыбнулся одними губами Малк, начиная стрелять из револьвера.

Голова, сердце… Малк сделал шесть выстрелов и всеми попал в цель. Вот только на носителя «этого деда» смертельные ранения не произвели никакого впечатления. Попадающие в тело пули лишь оставляли аккуратные отверстия, из которых даже не вытекала кровь.

В ответ карлик нечеловечески захохотал, после чего молниеносно растворился в облаке набежавшей неизвестно откуда молочно-белой мглы. Свободной от тумана остался лишь участок под кроной Призрачного Древа, но и то казалось, что под напором чужого колдовства граница будет прорвана и неизвестная субстанция ворвётся внутрь.

Йоррох!!! Малк до того напряжённо вглядывавшийся в мутные глубины чужой волшбы вздрогнул и отшатнулся. Во мгле он увидел двигающееся гигантское змееподобное тело, неотвратимо стягивающее кольца вокруг воздвигнутых хозяином кладбища барьеров. Однако прежде, чем он успел по-настоящему испугаться, чудовищный змей взорвался гигантским бордовым фонтаном, моментально заляпавшим всё вокруг отвратительными воняющими сгустками. Не помогла никакая защита. Кровавые потёки покрыли Призрачное Древо, палатку, самого Малка. А когда стало казаться, что это единственные последствия странного колдовства, вся эта грязь превратилась в мелких, шевелящихся червей. Каждый из которых так и норовил забраться под кожу.

Боль была сумасшедшая. Привычно активировав «лечилку» и сожалея о так и незавершённом Панцире, Малк принялся смахивать червей руками. Спустя секунду понял, что это у него не получается, а спустя ещё несколько, догадался воспользоваться Рассеиванием. По телу прокатилась волна колючей магии, и все до единого черви растворились в воздухе.

Так просто? Но почему тогда зашита не сработала?! Малк наморщил лоб, затем нарисовал в воздухе несколько рун, влив в них последние остатки Силы, и с удовлетворением принялся наблюдать, как перестраивается встроенная в тройной Круг рунная цепочка. Ещё два удара сердца, и изменилась вся структура магического барьера, отрезая все внешние влияния. Стоило же процессу завершиться, и пространство вокруг палатки полностью очистилось от колдовской дряни.

Малк вздохнул спокойнее. У него даже мелькнула предательская мыслишка, что теперь он вполне может отсидеться за защитой, но потом глянул на ползающих по стволу Призрачного Древа червей и мрачно покачал головой. Бросать в такой ситуации союзника последнее дело!

Туман тем временем немного поредел, сгущаясь в череду тонких вихрей, закручивающихся над могилами. И вращались они не просто так, а явно что-то из земли вытягивая, что-то незримое и трудно уловимое. Ну а добившись желаемого, тут же сливались вместе, образуя всё более и более крупные объекты.

Наконец осталось лишь три, слегка подсвеченных изнутри красным, вихря, которые принялись медленно вращаться, ожидая непонятно чего. Однако продолжалось это недолго — откуда-то из-за пределов кладбища в их сторону потёк тонкий ручеёк вполне живых тварей. Собранные чужой волей мыши — их было больше всего, — лисы и непонятно откуда взявшиеся в лесу кошки. Каждое животное подходило к одному из трёх вихрей, чтобы затем исчезнуть внутри длинным прыжком. Обратно они уже не появлялись, зато сами сгустки тумана приобретали всё больший объём, плотность и… форму. В какой-то миг Малк осознал, что наблюдает не за крутящимися столбами, а за вполне человекоподобными фигурами.

Которые почему-то с яростью кидаются на Призрачное Древо!

— Пошла жара, — прорычал Малк, подбадривая себя и перехватывая поудобнее тесаки.

Кажется кто-то хочет лишить его единственного союзника, а заодно редкой возможности срезать углы в развитии, да?! А не слишком ли много этот кто-то на себя берёт?!

К тому моменту, когда Малк выбрался за пределы Защитного Круга, фигуры из тумана уже были под кроной Призрачного Древа. Не обращая внимания на активное противодействие хозяина кладбища, две из них принялись дубасить неожиданно здоровыми кулачищами по стволу, а третья нацелилась на Малка.

— Ах ты ж сволочь!! — выдохнул он, принимая удар сразу обеих рук противника на скрещенные тесаки.

Догадываясь о природе творения чужой магии, он заранее укрепил оружие Властью. Поэтому обычная сталь и смогла составить конкуренцию наколдованной плоти. Однако это был единственный его успех.

Сила в руках творения карлика оказалась необычайной, как впрочем и ловкость. И следующие несколько минут Малк только и мог, что отбиваться под свирепым напором противника. Когда же попробовал сменить рисунок боя, то монстр моментально поймал его на ошибке и вцепился пальцами в запястья.

— Пусти, девять болячек тебе на задницу!!! — заорал Малк, бешено вырываясь.

Но чудовище держало крепко, к тому же постоянно наращивая давление. И в какую-то секунду Малк осознал, что ещё чуть-чуть, и его кости не выдержат. Он и так сопротивлялся слишком долго для человека, чурающегося пути закалки тела. Нужно было срочно что-то делать.

Внезапно пришло понимание, что внутри его груди до сих пор таится активированное заклинание Призрачных Рук. И если он очень постарается и дотянется до проклятого клинка… На этой мысли монстр сдавил конечность Малка как-то особенно сильно, и стало резко не до размышлений. Поэтому вместо того, чтобы нашаривать превратившийся в заготовку под артефакт клинок, Малк согнул пальцы на Призрачной Руке на манер кошачьей лапы, сконцентрировал Власть на подушечках, зажёг там духовное пламя и ударил ими противника сверху вниз.

То, что произошло дальше, стало для Малка полнейшей неожиданностью. Такой могучий и опасный враг вдруг лопнул точно мыльный пузырь, не оставив после себя ровным счётом ничего. Словно его никогда и не было.

Пока Малк растерянно пялился на место гибели монстра, Призрачное Древо тем временем исхитрилось и острыми как копья ветвями пронзило вторую фигуру из тумана. С точно таким же результатом. На поле боя остался третье чудовище, но именно оно и добилось наибольших успехов. Воспользовавшись тем, что и Малк, и Древо немного отвлеклись, оно вдруг выломало огромный кусок коры, сунуло руку в обнаружившуюся под ним трещины и с силой выдернуло оттуда что-то светящееся.

Энергетическое сердце?! Целью созданий карлика было получение энергетического сердца Призрачного Древа?!

Впрочем можно было и не спрашивать. Достаточно посмотреть на хозяина кладбища, который трясся мелкой дрожью и испускал вовне похожие вопли боли духовные импульсы.

Союзника срочно надо было спасать! Малк огляделся в поисках чересчур ловкого монстра и с некоторой оторопью понял, что тот точно пассажирский экспресс мчится к выходу с жальника. Когда ж он успел, рог Йорроха ему в бок?!

Мысль эту Малк обдумывал уже на бегу. Отбросив мешающие бежать тесаки, он рванул следом за беглецом. Пересёк всё так же затянутую туманом границу влияния Призрачного Древа и… едва не полетел кубарем, когда осознал, что никакой мглы вокруг нет. Мутное марево присутствовало на крайне узком участке вокруг центра кладбища, лишь создавая иллюзию масштабной атаки.

— Вот ведь лживая тварь, — не без восхищения прорычал Малк, прибавляя скорости.

И к собственной радости понял, что нагоняет. Казавшийся таким грозным монстр не просто замедлялся с каждым сделанным шагом, но и словно бы сдувался. Принимая облик измученного и измождённого человека. Человека, которому не посчастливилось стать носителем калеки.

Наконец, он окончательно упал, выпустив светящийся сгусток из рук. Затем сделал попытку встать, не смог и перевалился на спину, открыв подбегающему Малку высохший до состояния мумии торс. Однако жертва «этого деда» волновала сейчас Малка в последнюю очередь. Потому как вытатуированное изображение Бонифация вдруг поплыло, возвращаясь к прежнему виду, а сам карлик вдруг завис над телом дровосека невесомым призраком, который уже успел завладеть сердцем Древа.

— Да чтоб тебя!! — заорал Малк, надсаживаясь и пулей пролетая оставшиеся сажени.

Бонифаций только и успел сделать один укус, как взмах укреплённого Властью проклятого клинка отсёк ему руку, и энергетическое сердце упало на землю. Вот только карлика действия Малка не особенно-то огорчили. Сделав глотательное движение, «этот дед» буркнул что-то полупрезрительное, крутанулся на месте и… просто исчез.

Йоррох! Пожалуй сравнивая «этого деда» с Младшим Магистром, Малк как-то слишком уж занизил его способности. Познания карлика в магии ужасали. Слабый, потерянный, лишённый практически всех способностей, он и в таких условиях ухитрился создать настоящий колдовской шедевр. Малк даже отсюда ощущал клочья чужой магии, клубящиеся вокруг тех самых деревьев с бессмысленными знаками. Магии, с помощью которой Бонифаций смог создать удивительно грозную мистификацию и… получил шанс вернуть себе ещё кусочек могущества.

Малк ещё раз выругался, поднял Призрачной Рукой остатки сердца и зашагал обратно к Древу. Проклятье, сам того нежелая он навёл на своего единственного союзника весьма грозного врага. И кто знает, как такой поворот теперь скажется на их с хозяином кладбища взаимоотношениях.

Впрочем одно Малк знал совершенно точно. Когда он вернёт растительному монстру сосредоточие его мощи, то обязательно вернётся к телу дровосека и самым внимательным образом изучит его татуировку. Татуировку, которая изображает кого-то столь сильно смахивающего на Трёхголового.

Глава вторая, в которой героя учат жизни

После устроенного «этим дедом» побоища Малк провёл на кладбище ещё две седмицы. И, надо сказать, это были далеко не самые плодотворно проведённые седмицы в его жизни. То, что начиналось как качественное и глубокое погружение в тренировки, вдруг превратилось в бесконечные попытки реанимировать пострадавшее Призрачное Древо и редкие занятия на остатках Силы. Ни тебе больше прорывов, ни нарабатывания так необходимого опыта, ни накопления понимания нюансов практики или более полного освоения второго заклинания — за оставшееся время он не добился ровным счётом ничего.

Признаться честно, Малк не раз думал бросить раненого древесного монстра и убраться обратно во внутреннюю фракцию, но всякий раз его что-то останавливало. Может благодарность неожиданному союзнику за помощь в занятиях, а может и чувство вины — вполне вероятно, что без Малка хозяин кладбища просто не попался бы на глаза озабоченному восстановлением потерянной мощи карлику и ничего этого бы не произошло. В любом случае он не только вернул Древу остатки его энергетического сердца, но и приложил все силы, чтобы полуразумный дуб вернулся к жизни.

Впрочем надо быть честным, ничего особенного Малк и не делал. Поместил энергетический сгусток на полагающееся ему место, замазал глиной трещину, а дальше только вливал в Древо попеременно то жизненную силу, то энергию Смерти. То есть занимался всем тем, из-за чего хозяин кладбища изначально и воспылал к нему таким дружелюбием.

Малк, правда, опасался, что Древо в какой-то момент обвинит его в своём ранении и попробует отомстить, но растительный монстр приподнёс сюрприз. Вместо обиды или злости он проникся к Малку ещё большей любовью и принялся всячески демонстрировать своё доверие. Дошло до того, что колдовской дуб ухитрился передать Малку мысль о том, что главная его беда не рана, а… кладбище. Старое, и без того почти полностью опустошённое Призрачным Древом, после визита карлика оно лишилось последних остатков Силы Смерти. Теперь ему не откуда было брать нужную для лечения и развития энергию. И потому хозяин жальника очень рассчитывал на то, что Малк поможет ему вернуть былое изобилие.

На вопрос как именно, ясного ответа получить не удалось, но из той череды образов, которую Древо на него обрушило Малк ухватил главное — от него ждали жертвоприношений. Пусть не торжественной гекатомбы из пары сотен пленников, но от пары-тройки правильно умерщвлённых Адептов хозяин кладбища точно бы не отказался.

Ответ Малка был очевиден. И дело даже не в клятве Кетоту: он и раньше не стал бы устраивать ритуальные убийства, однако теперь данное Святому слово стало для него удобной отговоркой… Которую совершенно не понял Йоррохов дуб и который принялся донимать Малка своей просьбой при каждом удобном случае!

Стоить ли говорить что в таких условиях появление возницы Малк воспринял с неподдельным облегчением и к экипажу, нагруженный вещами, попросту бежал?

— По дому соскучились, господин Ученик? — разулыбался обычно молчащий кучер.

— Хуже, дружище. Много хуже! — отмахнулся Малк. — По людям!

Его собеседник на это что-то одобрительно крякнул, однако Малк его уже не слушал. Оглянувшись на шумящего кроной хозяина кладбища, он мысленно пожелал тому скорейшего восстановления и… как можно более долгого «переваривания» добытого карликом. Возвращение «этого деда» Древо точно не перенесёт.

Сердце опять кольнуло чувство вины, но Малк решительно отогнал неприятные мысли прочь. Какой смысл сожалеть о прошлом, если живёшь в настоящем? Чем тратить нервную энергию на эмоции, лучше направить её в более полезное русло. Например на то, чтобы исправить сделанные ошибки и помочь колдовскому дубу. Пусть сейчас Малк и не представлял как это сделать…

В Школе Малк был уже к обеду. Закинул вещи в пустой дом и, проигнорировав посещение столовой, заторопился на полигон. Именно там в это время обычно тренировался Больдо, так что если откуда и следовало начинать поиски старшего соученика, то именно оттуда.

— О, вернулся? — вместо приветствия сказал Голем при виде Малка и насмешливо сверкнул глазами: — И опять с каким-то вопросом, да?

Сам воин-маг видимо только что закончил тренировку и теперь, развалившись в кресле из ротанга и вытирая пот, лениво наблюдал за тем, как обслуга убирает изрубленные его алебардой тренировочные манекены.

— Что поделаешь: ты самый сведущий из тех, кто соглашается делиться со мной знаниями, — развёл руками Малк, присаживаясь в соседнее кресло.

— Самый сведующий или самый бескорыстный, не требующий с тебя за разговоры звонких драхм? — тем не менее польщённо засмеялся Больдо. — Ладно, давай. Излагай.

Темы успешности затворничества Малка он никак не касался. Складывалось ощущение, что в его понимании Малк вообще никуда не пропадал, и они теперь лишь продолжают начатый ранее разговор.

Малк же задумался. Столкновение с Бонифацием внесло некоторый диссонанс в уже сформировавшуюся у него в голове стройную картину мира — диссонанс, который он настолько остро хотел убрать, что это затмевало даже желание помочь Призрачному Древу! — но с чего начать рассказ было непонятно.

— Всё подряд можешь на меня не вываливать. Переходи сразу к сути, — проявил Больдо неожиданную для Малка проницательность.

И жестом поторопил младшего соученика.

— Как скажешь, — не без облегчения ответил Малк и, помедлив, выдал: — Тогда если коротко… Возможно ли проводить ритуалы без использования Силы?

Брови Больдо поползли вверх.

— Странный вопрос… А я уж думал что-то действительно интересное, — протянул он наконец. — И ещё мне казалось, что ты прекрасно знаешь, для чего все ритуалисты закупаются заряженным кристаллическим песком…

— Нет, ты не понял. Без песка, без вложений собственной Силы — вообще безо всего. Просто изобразить несколько закорючек, может парочку животных в жертву принести, а потом шарахнуть волшбой, которая Бакалавра попотеть заставит— поморщился Малк.

— Так значит… — Голем ожесточённо потёр лоб, затем искоса глянул на Малка и всё же продолжил: — Ну как сказать… Для кого-то вроде нас с тобой это невыполнимо. Заклинания без энергии не работают — слишком уж это фундаментально.

— Но… — поторопил его Малк.

— Но сильный Магистр, а ещё лучше Старший Магистр, такой фокус вполне потянет, — не стал слишком долго тянуть паузу Больдо. — Подкорректирует в нужном месте потоки Силы, потом Властью чуточку изменит локальные законы магии и… вуаля. На пустом месте пробуждается какое-нибудь неприятное для окружающих заклинание. Вряд ли высокоранговое и чересчур мудрёное, но против тех же Бакалавров вполне эффективное.

— Обалдеть, — выдохнул Малк, качая головой.

Мысль, что «этот дед» Бонифаций павший Магистр или кто похуже вдруг получила неожиданное подтверждение.

— А ты думал, — неправильно истолковал удивление младшего соученика Больдо. — Адепты и Ученики создают фундамент, Бакалавры изучают точечные воздействия, Младшие Магистры учатся работать по площадям, а все кто старше творят то, что принято называть высшей магией. И мы сейчас просто не способны осознать доступные им возможности.

Малк машинально покивал услышанному и тут же озвучил внезапно пришедшую в голову мысль.

— Погоди, но тогда так можно и с человеком или вообще живым существом. Внедрил в Дух нужную ментальную конструкцию и… прощай свобода, да здравствует рабство!

Голем фыркнул.

— Можно, конечно. И для этого не обязательно быть даже Магистром. Достаточно практиковать особые техники, иметь мощную Власть и разбираться в менталистике сильно лучше, чем жертва. — Старший соученик подмигнул Малку. — Теперь понимаешь, почему вся сфера ментала в Борее и находится под строгим контролем Триумвирата?

— Да. Чтобы только они могли промывать мозги недовольным, — немного невпопад ответил Малк, вызвав у Больдо приступ смеха.

Сам же он вдруг вспомнил Конта Два Зеркала. Младшего Магистра, про которого говорили, что он был изменён «демонолюбами» где-то на островах и ставшего причиной проникновения Трёхголового во флактурм. Значит, чисто теоретически, какой-нибудь умелец мог с ним сотворить такое и здесь, под носом у магов Школы, жандармов и Тёмной Канцелярии? И даже без привлечения внушительных затрат Силы?

Малк поднял глаза на Больдо и вдруг по его серьёзному лицу понял, что тот знает о чём он думает. И поднимать данную тему категорически не желает… Впрочем Малк его понимал, лезть в разборки влиятельных чародеев не желал и он.

— Слушай, а есть какие-нибудь ограничения на подобного рода воздействия? — вместо этого спросил Малк.

— Думаю да. Точно, конечно, не знаю. Но чисто теоретически, всё должно быть завязано на ту магию, которую человек практикует и связанные с тем изменения Власти, — сообщил Больдо. Однако поняв, что собеседник не очень понимает о чём речь, принялся объяснять: — Если ты не знаешь, то при развитии Власти она постепенно вбирает в себя некоторые аспекты Силы мага и приобретает что-то вроде окраса. Власть чистых огневиков — если они, конечно, правильно её развивают — наносит огненный урон даже без вложения Силы. Сила Духа практиков Молнии бьёт разрядами и может вызвать шок, водники же…

— Извини, но меня больше кукольники интересуют, — вставил свои пять оболов Малк. — Как их Власть преображается?

— А сам что думаешь? Тебе в любом случае виднее, — пожал плечами Голем.

Малк же воспомнил о духовном резонансе. Что если это и есть основной инструмент марионеточника? И он из-за собственной зашоренности неверно оценивает его потенциал?.. Девятеро, как всё сложно. И почему нет такой книги, где всё было бы разложено по полочкам и каждый мог подобрать себе развитие по душе.

— Тогда что насчёт… — Малк хотел сказать «насчёт тебя», но вовремя одумался и заменил его на нечто более нейтральное. — Насчёт магов с артефактом в Нимбе?

Больдо тактичность Малка оценил и, помедлив, материализовал своего Каменного Крушителя. Источающая смертельную угрозу алебарда зависла перед ним в воздухе, а сам воин-маг принялся задумчиво её изучать.

— Я всегда на работу с алебардой нацелен был, и Власть потому никогда особо не развивал. Даже когда стал специализироваться на закалке тела, и то отношение не поменял, — ответил наконец Больдо. — Однако быть магом и не колдовать невозможно, а значит и избежать приобретения некоего окраса Власти. Вот и в моём случае также: Каменный Крушитель улучшил контроль над Стихией Земли и развил во мне способность управлять другими артефактами. Что будет дальше… не знаю.

Больдо властным жестом заставил могущественный артефакт вновь исчезнуть. Малк же не без сомнения задумался о том, что старший соученик кажется чересчур преувеличивает свои способности в манипулировании заклятиями. Практически перед каждой их совместной тренировкой Голем создавал оружие с помощью Стихии Земли, и у Малка язык не поворачивался назвать не раз виденные навыки ну… хотя бы пристойными.

Проклятье, и это «улучшенный контроль»? Тогда страшно представить, каким он было раньше.

Впрочем чужие слабости Малка не трогали. Что гораздо важнее, разговор натолкнул его на одну интересную идею. У него ведь тоже есть артефакт — проклятый нож. Некогда казавшийся ему чем-то вроде последнего довода в боях с демонами, а теперь, после истории с тварями Запределья, вдруг потерявший способность поглощать Скверну и оттого утративший свою полезность. Однако что если зайти с другой стороны? Почему бы не попробовать поиграть с тем, что таится внутри оружия и откликается на попытки Малка нащупать резонанс? В конце концов с Призрачным Древом подобного рода эксперименты принесли немало полезного, что если и здесь удастся найти нечто подобное?

Вопрос требовал самого тщательного изучения, и Малк ненадолго выключился из беседы. Что не укрылось от внимания Больдо.

— Чего задумался? Прикидываешь, как артефакт подходящий достать и к тренировкам приспособить? — спросил он язвительно.

Малк открыл было рот для ответа, но был остановлен старшим соучеником.

— Только не говори, что собрался честно отвечать! — рявкнул он грозно и, насупившись, продолжил: — Серьёзно, ты собрался рассказать мне один из своих секретов?

От неожиданного поворота в беседе Малк аж растерялся.

— В смысле? Ты спросил, и я ответил. Что тут такого? — осторожно уточнил он. — Ты же мне помогаешь, даёшь советы, подсказываешь что-то и про себя всё рассказываешь. Разве это не подразумевает некоторую открытость с моей стороны?

Больдо поджал губы и с осуждением покачал головой.

— Эх, Малк-Малк… Вроде и Ученик уже, а правил взаимоотношений чародеев так и не понял. Запомни, о чём бы тебе ни говорили, какими «секретами» не делились, никто в здравом уме тайны своего пути в маги не раскроет. А значит и ты держи рот на замке, смекаешь?

— Погоди. Но ты же ничего не скрываешь… Алебарда, сложности с сотворением заклинаний, закалка тела… — нахмурился Малк.

— Да? И какие же чары тогда у меня в Нимбах помимо Каменного Крушителя? Что за ресурсы и какие методы я использовал, чтобы справиться с травмами от владения подобным артефактом и стать воином-магом в ранге Бакалавра, а? Чего молчишь? — обидно засмеялся Больдо. — А вот я про тебя как-то очень много знаю. Слишком много даже для собрата по Учителю.

Малк же ощутил, что начинает краснеть. Действительно, обрадовавшись возможности задавать любые вопросы он слишком увлёкся игрой в честность. И раз за разом делился с Големом всё более и более важными секретами. Про госпожу Леару и Тёмную Канцелярию пусть не проболтался, но вот о своих взаимоотношениях с храмом Кетота упоминал. Как и о проблемах с лоялистами и дворянскими семьями Андалора. А уж про то, что он постоянно обсуждал с Больдо свои магические экзерсисы, и упоминать не стоило.

— Хорошо, уяснил. Я глупый болтун, а ты хитрый жучила, — пожал плечами Малк. — Буду теперь держать рот на замке. Только… самому-то тебе не тошно от такой скрытности?

— Да ничего ты не уяснил, — поморщился Больдо. — Обиделся только. Я же тебе о чём толкую? Дело не во мне или в остальных соучениках — что надо мы друг о друге всегда узнаем. Дело в другом. Поменьше о себе надо рассказывать. Об освоенных заклинаниях, слабостях Техник или отклонениях в практике. Даже о том, какие эликсиры пил или пьёшь и то надо молчать. Потому как это всё — твои слабые места. И знание о них умному врагу поможет нанести максимальный урон.

— Но ты же не враг? — из чистого упрямства возразил Малк.

Потому как в принципе понимал, что сегодня друг, а кем будешь завтра неизвестно. В мире смертных и то чересчур распускать язык не рекомендуется, что уж говорить о мире магов с их культом личной силы.

— Малк, пора взрослеть, — словно не слыша вопроса сказал Больдо. — И вырабатывать правильные привычки. Держать рот на замке, показывать слабость там, где силён, и силу, где слаб… А ещё лучше вообще стать в глазах окружающих слабым, недальновидным и немного глуповатым. Чтобы пока ты копишь мощь ни у кого и мысли не возникло тебя всерьёз воспринимать.

— Ясно. Ты предлагаешь стать йорроховым Эттином, да? — фыркнул Малк.

Какой интересный у них разговор получился. С вопросов магии вдруг перескочили на тему большей закрытости, а потом и вовсе закончили обсуждением полноценной стратегии поведения в обществе помешанных на культе силы магов.

— Почему нет? — вскинул брови Голем и с намёком сказал: — Считай формулу «будь не тем, кем кажешься» руководством к действию для всех учеников Мастера.

— И для самого господина Тияза? — уточнил Малк.

— Особенно для господина Тияза! По такому принципу живёт он сам и учит других. Так что считай мои слова прямым руководством к действию, полученным от наставника, — важно кивнул Больдо.

Ну да Малк и не сомневался в ответе. В его понимании господин Тияз мастерски умел напустить тумана, скрывая как свои умения, так и конечные цели. Йоррох, да Малк до сих пор в точности не знает профессию своего Мастера! Слишком разносторонне развит, слишком многими знаниями и навыками обладает, чтобы делать какие-то выводы. Может кукольник, может чистый некромант или вовсе хозяин могучего артефакта. Даже слова Змеи об отсутствии у господина Тияза Родословной, и те он сейчас ставил под сомнение.

А может именно так и надо? Чтобы никто не мог подобрать команду убийц, чья специализация учитывает твои сильные и слабые стороны, чтобы стратегия противника не строилась на использовании заранее подготовленных контрзаклинаний, а все попытки предсказаний вероятных шагов изначально исходили из неверных предпосылок.

Хвост Йорроха, действительно очень интересная мысль…

Увы, как вот так сходу разобраться как можно реализовать подкинутую Больдо идею Малк не имел ни малейшего понятия. И хотя следующие после их разговора четыре седмицы он нет-нет, а и возвращался к поднятой теме, ничего стоящего в голову так и не пришло. Да, неплохо вводить всех вероятных недругов в заблуждение, однако когда все твои навыки либо на виду, либо легко просчитываются, это не более чем фантазия.

И потому он со спокойной душой сосредоточился на своей практике, тем более что с ней тоже скучать не приходилось.

Спешное изготовление одноразовых «лечилок» для пополнения опустевшего кошелька. Практика второго слоя Трёх Призрачных Пульсов — отсутствие денег и невозможность медитировать у Древа вновь вернули его к прежней схеме с ежедневным посещением Хранилища Артефактов во внешней фракции. Упорные попытки овладеть на базовом уровне проклятым Панцирем. Размышления о выборе третьего, входящего в Нимб, заклинания и поиски в трактатах соответствующей подсказки… Малк буквально тонул во всём этом, проклиная требовательность господина Тияза. Насколько бы легче было, будь у него возможность самому выбирать очерёдность занятий — например, сначала закончить освоение Панциря, потом заработать денег, а лишь затем взяться за остальное. Однако Мастер ставил жёсткие условия по срокам, и уже разработанные планы тренировок отправлялись демону под хвост.

Уже через седмицу после возвращения Малка с кладбища к нему от господина Тияза прибыл курьер. Довольно пожилой Адепт передал шесть флаконов эликсира Зов Ночи и письмо, в котором приводилась схема приёма препарата и настоятельно рекомендовалось не злоупотреблять благоросположением наставника. Намёк был прозрачен дальше некуда — Мастер не собирался бесконечно поддерживать Малка. И если он не справится с этим набором зелий, ещё один точно не получит…

Так что волей-неволей, но Малк старался изо всех сил, выкладываясь на полную и не радуясь промежуточным результатам. А они не заставили себя ждать. Сначала, где-то на восьмой или девятый день после начала приёма Зова Ночи, удалось полностью овладеть Панцирем. И одновременно сдвинулось с мёртвой точки изучение Тайного Искусства. Нужные структуры теперь удивительно бойко формировались во Дворце Духа и граница слоя зримо приближалась с каждой тренировкой. Малк успел даже расстроиться и в очередной раз проклясть свою сущность «пустышки» — без колдовской медицины нормально заниматься он был практически не в состоянии. Однако изменить что-либо было невозможно. И он, сцепив зубы, продолжал идти выбранной дорогой.

А ещё ему всё так же было решительно непонятно, зачем он такой бесталанный нужен господину Тиязу. Если уж родной отец отказался, сочтя требуемые для развития вложения чрезмерными, то откуда такая благосклонность от Младшего Магистра? Он уже вложил в Малка столько, что представить страшно. И выросший с тридцати девяти чёрных камней сразу до сотни долг это только подтверждал. Неужели всё лишь из желания изучить даруемые Тайным Искусством эффекты, как утверждает господин Жак? Что-то Малк сильно сомневался… Хотя факт существования не всегда положительных побочных явлений отвергать тоже глупо. То самое «залипание» в медитации, заставившее купить будильник, повторялось уже несколько раз. И если бы не совет Змеи, кто знает чем бы всё закончилось…

Постоянно работать в состоянии напряжения крайне сложно, поэтому когда всё тот же курьер доставил внезапный приказ явиться к господину Тиязу, Малк воспринял это как удачный повод отвлечься. И отправился в «настоящую» лабораторию едва ли не с облегчением. Плюс ему почему-то казалось, что срочный вызов связан с давно уже обещанным возвращением Стево Крыса и Кэйталин Птицы, и он не ждал тут никакого подвоха.

Однако Мастер смог преподнести сюрприз.

Пройдя все уровни безопасности и переступив порог главного зала, самых старших учеников господина Тияза Малк так и не встретил. Зато сходу обратил внимание на случившиеся здесь изменения: что, впрочем, и немудрено — незаметить такое было невозможно.

Вся мебель, большая часть шкафов и лабораторных столов, включая артефактный верстак, были сдвинуты в дальний конец комнаты. Исчезли чаны с гомункулусами и ряд малопонятных Малку техномагических приборов, ранее пылившихся на полках. Пропали книги и коллекция алхимических реактивов. На своих местах остались лишь те предметы обстановки, что были вмурованы в пол и стены, либо являлись частью постоянно активной артефактной сети лаборатории.

Но появилось и кое-что новое. Около левой стены теперь стояла медная колонна, увитая разного рода золотыми трубками, соплами и держателями магических кристаллов, и на вершине которой в гудящей, светящейся жёлтым сфере парила «морда». Малк понятия не имел для чего именно предназначался данный агрегат, однако он совершенно точно знал две вещи. Во-первых, от него жутко фонило Силой. И во-вторых… видимо именно о нём однажды распрашивал Малка господин Жак.

Йоррох, а вот это уже плохо. Влезать в тайны, интересные Младшим Магистрам, опасно для здоровья!

Однако данный факт Малк отметил лишь мельком, с его глаз вдруг словно бы спала незримая пелена, и он увидел самое важное из того, что было в лаборатории. Господина Тияза, нарисованный на полу колдовской рисунок и… сидящую в его центре Эйшу.

Малк мысленно помянул всех демонов Пекла. Да как он всего этого не заметил-то?! И ладно Мастера — тот вообще любитель прятаться от любопытных глаз. Но магический узор, все линии которого пылают белым пламенем Духа? Или абсолютно голую, даже без привычных браслетов, Змею, уставившуюся в пространство остановившимся взглядом?

— Сколько знаков Руноглифа узнаёшь? — требовательно спросил наставник, не здороваясь и даже не поворачиваясь к младшему ученику.

Всё его внимание целиком занимала Эйша. И именно с неё он не сводил пронзительного как укол шпаги взгляда, опираясь на свою верную трость.

Малка же вопрос заставил вздрогнуть.

— Не знаю… Может полсотни или около того, — ответил он, торопливо оглядев странно выглядевший узор.

В отличи от канонических фигур, где в основе всегда лежала вариация ритуального круга, этот представлял собой какую-то мешанину из красных и зелёных полос, пятен, в которой почти потерялись изображения разного рода пресмыкающихся и внешние никак не связанные рунные цепочки «слов». Хотя… нет, связь всё же имелась. Только не внешняя, в виде силовых линий, а невидимая, опирающаяся на духовный резонанс.

Малк так и подмывало спросить наставника, как он организовал подобного рода фокус, но вместо этого он осторожно поинтересовался:

— Мастер, а зачем я здесь?

Вопрос словно бы повис в воздухе. Сохраняя полнейшую невозмутимость, господин Тияз продолжил буравить Эйшу взглядом, никак не реагируя на Малка. Он будто погрузился в какой-то иной мир, недоступный понимаю простых смертных и позволяющий игнорировать любое беспокойство. Лишь спустя минуты две, Череп отмер и, ткнув в сторону Змеи тростью, проскрипел:

— Скоро она будет прорываться в Бакалавры. И я хочу, чтобы ты при этом присутствовал.

Малк нахмурился. Нет, то что событие это как минимум интересное, тут спору нет. Какой Ученик не хочет знать как стать Бакалавром? Однако ему ведь до границы между рангами ещё годы и годы упорной практики, а потому спешить откровенно некуда. К тому же есть у медали и вторая сторона — слишком разными путями идут они с Эйшей. Если Малк классический маг, то Змея маг Родословной. И опыт её прорыва очень даже может быть, что для него бесполезен. А значит отсюда всё тот же вопрос: зачем он здесь?

Однако спорить с Младшим Магистром, который в том числе подозревается как минимум в участии в массовых жертвоприношениях, это спорт для безумцев. Так что Малк покорно и со словами благодарности почтительно встал подле учителя и подобно ему повернулся ко всё также неподвижно сидящей в центре колдовского узора Эйше.

За прошедшие после их последней встречи время девушка сильно изменилась. Осунулась, похудела и несмотря на отсутствие одежды, напрочь не вызывала никаких неприличных желаний. Более того, не надо было иметь девять пядей во лбу, чтобы догадаться, что в данный момент Змея находилась в беде. Дыхание прерывистое, на лбу бисеринки пота, всё тело периодически сотрясают приступы сильнейшего тремора, а Дух испускает вовне разрушительные вибрации Власти.

О каком прорыве в подобном состоянии может идти речь непонятно, однако господин Тияз сохранял невозмутимость и никак не вмешивался в происходящее.

Прошли томительные десять минут, прежде чем Эйша пошевелилась, слепо нашарила слабой рукой стоящий неподалёку фиал и… осушила его одним решительным глотком.

— Зелье Очистки Родословной. Изготавливается из десяти, произрастающих только в потусторонних планах, трав. И хотя Великие Дома, некоторые четырёхзвёздочные Школы и ассоциации магов активно исследуют близкие к Мритлоку реальности, цена на него сохраняется стабильно высокой и спрос превышает предложение, — разразился неожиданной лекцией господин Тияз.

— А сколько зелье стоит по вашему курсу? — немного помедлив спросил Малк.

Череп явственно усмехнулся.

— Сорок камней, — сказал он и спустя секунду добавил, — но для магов, с обедневшей Родословной, его ценность не описать словами. Если у них нет возможности влить в свои жилы сущность крови предка-прародителя, то зелье Очистки — их единственный способ прорываться через ранги.

Малк удивлённо покачал головой. Ни о чём подобном он даже не слышал. И теперь несколько иначе смотрел на собственную историю. Получается, если род отца так резко оборвал все связи с ребёнком-«пустышкой», то дело вовсе не в ограничениях его Дара — недостатки которого всегда можно компенсировать правильно подобранной алхимией, а именно в слишком «жидкой» крови? В том наследии предков, что Дом изо всех сил пытался сохранить? Но что это может быть за Родословная, чтобы лишённых её безжалостно изгоняли из рода?

Пока Малк находился в тягостных раздумьях, принятое Эйшей зелье начало действовать. Над её головой закрутилась видимая только в духовном зрении энергетическая воронка, которая принялась не столько собирать разлитую вокруг Силу, сколько вытягивать из девушки нечто эфемерное и трудноуловимое. Один удар сердца, второй, третий… Взгляд не фиксировал никаких внешних изменений. И Малк впервые ощутил всплеск беспокойства со стороны господина Тияза.

Что-то шло не так?

И в тот же миг всё изменилось. В воронке неожиданно замелькали образы десятка самых разных змей. Они отличались цветом, размером, поведением, но всех роднило одно — им не хватало чёткости. Постоянно казалось, что они вот-вот и потеряют форму, расплывутся грязными кляксами, распадутся ворохом световых искр.

Внезапно со стороны колонны, над которой парила Морда, раздался грозный гул и в вихрь ударила розовая молния. Затем ещё одна и ещё, каждым разрядом уничтожая по иллюзорной змее… и одновременно с этим добавляя деталей остающимся. Пока наконец в воронке не осталась плавать одна единственная тёмно-зелёная тварь, внешне ничем не отличающаяся от настоящей. Шум стих. Некоторое время призрачная змея свободно крутилась над головой Эйши, пока внезапно вращение не ускорилось и проекцию Родословной не затянуло в точку Место ста встреч.

Всё? Малк, заворожённый раскрывающимся перед ним действом, покосился на учителя. Однако тот сохранял прежнюю позу и всё также сосредоточенно следил за Эйшей.

— Помоги ей стабилизировать Дух, — нетерпящим возражений тоном вдруг сказал господин Тияз.

Застигнутый врасплох Малк вздрогнул.

— Что? Но я не умею! — попробовал возразить он.

Только сейчас до него дошло, что с поглощением иллюзорной змеи должна была исчезнуть и воронка. А раз этого не произошло, то ничего хорошего ждать не стоило.

— В этом нет ничего сложного. Видишь как хвост гуляет? Держи его Властью и не позволяй сорваться, а дальше Эйша всё сама сделает, — проскрипел господин Тияз. — Она бы и сейчас справилась, но из-за особенностей Родословной Власть на текущем уровне не её сильная сторона… Так что помогай!

— Хорошо, но я никогда такого не делал! — предупредил Малк.

— Вот и попробуешь. Поторапливайся и не болтай! — оборвал дискуссию Череп и стукнул тростью по полу.

Откликаясь на его действие линии колдовского узора тут же погасли. И Малк получил возможность свободно подойти к девушке…

Несмотря на все свои возражения, предстоящего Малк ни капли не боялся. Властью, пусть и ни капли не выросшей за последний год, он владел на отлично, так что подобного рода задания его не смущали. Если для получения успешного результата достаточно его начального оранжевого ранга, то он точно справится. Главное, чтобы Эйша выдержала.

Поэтому особо тянуть с раздумьями и подготовкой он не стал, и едва оказавшись в шаге от Змеи, сформировал над Местом ста встреч нечто вроде трубы из двух эргов Силы и загнал в неё нижнюю часть воронки. Заранее был готов к тому, что придётся какое-то время потерпеть, пока Дух вернётся в тело, однако как скоро выяснилось он слишком пессимистично смотрел на вещи. Чтобы вихрь втянулся в энергетическую точку на макушке хватило одной секунды, и почти сразу пришёл отклик от Эйши. Впервые за всё время ритуала она вздрогнула, застонала и повалилась на пол.

— Не трогай её! — потребовал господин Тияз, едва Малк сделал попытку наклониться. — Всё, что ей сейчас надо, это покой. Закончит трансформацию и сама встанет.

Малк понятливо кивнул, сделал было шаг обратно и… вдруг осознал, что Череп как-то слишком внимательно на него смотрит. Словно чего-то ждёт. Он едва не спросил чего именно, как вдруг понял, что дрожит. Но не снаружи, а где-то внутри, там, где плоть соединяется с Духом. И в ответ на эти вибрации откликается парящее в небе Дворца Духа проекция незавершённого второго слоя Трёх Пульсов.

— Йоррох! — то ли сказал, то ли подумал Малк.

И опустился на колени. Голову прострелило болью, лицо вспыхнуло жаром, а под носом захлюпала кровь. Однако ни на что из этого он не обращал никакого внимания. Рядом с Кристаллическим Сердцем внезапно возник второй «диск», пару мгновений тревожно померцал, а затем исчез… чтобы спустя несколько секунд появиться снова! Всё это сопровождалось волнами Силы, что прокатывались по телу от макушки до пят, вымывая осевшие в органах непереваренные излишки зелья Зов Ночи, да нарастающим в Духе чувством пресыщения.

Возникла опасность, что большая часть внезапного всплеска будет потрачена впустую, чего категорически нельзя было допускать. Поэтому Малк достал проклятый нож, настроился на него и используя его духовную проекцию в качестве фильтра, принялся прогонять через него энергию. Не столько очищая, сколько преобразуя её в нечто близкое для всех призрачных созданий. Вокруг Малка вспыхнуло белое духовное пламя, многократно усилилась боль, однако он лишь терпеливо прикрыл глаза. Без страданий нет преображения, а он очень хотел измениться!

— Тебя можно поздравить с успехом? — явно насмешливо спросил господин Тияз, когда спустя полчаса Малк медленно поднялся с пола и, пошатываясь, подошёл к Мастеру.

— Да. Уже на границе второго слоя. Ощущения чёткие, ясные. Так что рано или поздно, но прорвусь! — прохрипел он.

Вот только то, что в глазах Малка было успехом, господин Тияз считал неудачей.

— Будь на твоём месте какой-нибудь талант из средней руки Семейства, то он не только границы бы достиг, но и третий слой бы завершил. Ты же… — презрительно бросил Череп.

Малк, у которого на языке вертелось много весьма резких ответов, сжал зубы и покладисто склонил голову. Проклятье, уверенность в прорыве в течение ближайших месяцев, это плохо? Да он ещё сегодня утром думал, что ему до перехода на третий слой никак не меньше полугода!

— Тебе требуется отдых? — внезапно спросил господин Тияз.

Малк растерянно заморгал. В смысле отдых?! Мастеру от него ещё что-то надо? Нет, за помощь в практике он учителю бесконечно благодарен, но… господин Тияз ведь не из-за обострения бескорыстия с ним возится. Во всём есть второе и третье дно, а значит, и для Малка безопаснее всего держаться от Черепа и его «поручений» как можно дальше.

Ну да кто его спрашивал…

— Нет. Резерв почти полон, а тело и само по себе очень быстро восстанавливается, так я ещё «лечилку» запустил, — сообщил Малк.

— Отлично. Тогда видишь эту леди? — Череп невежливо ткнул кончиком трости в сторону свернувшейся калачиком Эйши. — Ей снова нужна твоя помощь…

— Но вы же говорили, что… — нахмурился Малк.

— Говорил. Но видимо у меня сегодня день разочарований в учениках, — хмыкнул господин Тияз. — Родословная Эйши завязана на работу с ядами. И чем чище становится её Родословная, тем сильнее удар по телу. Вообще говоря она должна сейчас практиковать своё Искусство, устанавливая контроль над токсичной Силой, но как видишь… не практикует.

— Но почему? — удивился Малк.

— Потому что кое о чём забыла! — презрительно бросил господин Тияз и ожёг Малка взглядом. — Ты ведь выполнил задание и освоил Призрачные Руки, верно?

Малк в который уже раз за беседу вздрогнул. Святые демоноборцы, а что если бы нет?! Что если бы не повезло с вмешательством Призрачного Древа и пробуждением Семени Духа, и он сосредоточился на чём-нибудь другом?

— Освоил, на базовом уровне, — сухо сказал он.

— Хорошо, — удовлетворённо прошипел Череп. — Вот сейчас и покажешь что у тебя получилось… Удали из тела Эйши все посторонние магические включения, и я буду считать, что ты выполнил своё задание.

Господин Тияз замолчал, от чего Малк едва сдержал ругательства. А разве вводная не слишком короткая?! Можно хотя бы сказать, что и главное как искать?!

Впрочем злился он зря. На то, чтобы найти аномалию у Малка ушла минута. И не потому, что таинственный яд был как-то хитро запрятан — просто он долгое время не понимал, на что именно надо ориентироваться в поисках. Когда же перестал пытаться услышать вибрации тела, а сосредоточился на более тонких духовных колебаниях, то сразу же добился результата. Искомое обнаружилось в сердце девушки: на уровне ощущений инородный объект воспринимался как чёрный пульсирующий сгусток энергии и практически не имел под собой материальной основы. Удалить такой обычными средствами было невозможно и становилась понятна ценность заклинания Призрачные Руки.

Потратив ещё три минуты на активацию чар — волшба постоянно срывалась и приходилось начинать заново, — Малк всё же сотворил себе полупрозрачную конечность и, показав её внимательно наблюдающему Черепу, склонился над Эйшей. Сделал парочку энергичных вдохов-выдохов и… наконец пустил её в ход.

Вытянуть черноту из сердца девушки удалось где-то за полчаса. Призрачной Руке не хватало силы, и она не могла вырвать всю магическую гадость за раз, приходилось делать несколько заходов. Когда Малку начало казаться, что уже всё, незримые пальцы сжали сгусток структурированной энергии и вытянули его наружу. На обычное заклинание он был не похож, однако что-то смутно знакомое и весьма своеобразное всё же ощущалось.

— Учитель, что это? — Малк повернулся к господину Тиязу и показал добычу.

На что тот тут же отреагировал тихим смешком.

— Это проклятье, — господин Тияз протянул ладонью вверх руку и принялся создавать над ней «лечилку».

Затем сосредоточился, сжал пальцы в кулак, а когда раскрыл их, то привычное заклинание преобразовалось в нечто иное.

— Похожи, — пробормотал Малк, издалека изучив творение Мастера.

— Хуже, — фыркнул господин Тияз. — Точные копии. Потому что в сердце Эйши его поместил тоже я!

Череп повертел головой, зацепился взглядом за сидящего в одиноком аквариуме тритона и метнул в него свои чары. Тот даже пискнуть не успел, как магия начала работать и за считанные мгновения превратила несчастного в высушенную до предела мумию.

— Но зачем, учитель? — воскликнул Малк, не сводя взгляда со скрюченного тельца. Зажатый в Призрачной Руке сгусток Силы вдруг показался ему невозможно противным и опасным.

— Чтобы подавить её жизненную силу разумеется. Если растянуть действие проклятия по времени, то тело ненадолго потеряет способность бороться с заразой, станет уязвимым, и… укрепление Родословной с последующим прорывом будет протекать более гладко, — расщедрился на объяснения господин Тияз. — Ясно?

Малк согласился и примерился метнуть грозное проклятье в останки всё того же несчастного тритона, но тут вмешался господин Тияз. Прошипев короткий приказ, он словно бы вдохнул в заклинание жизнь, и прежде, чем Малк успел среагировать, как оно выскользнуло из Руки и ввинтилось к нему в тело в районе солнечного сплетения.

— Йоррох!!! — рявкнул Малк, лихорадочно пытаясь нашарить Рукой коварную волшбу внутри собственного живота.

Однако проклятье вдруг стало скользким точно угорь, и постоянно вырывалось из призрачных пальцев.

— Мастер, зачем?!! — наконец не выдержал Малк, с трудом подавляя накатившую панику.

— Считай это тренировкой и одновременно наказанием. Убить проклятье не убьёт — слишком в тебе много для этого жизненной силы, — но помучиться заставит. Так что чем более старательным ты будешь в использовании Призрачных Рук, тем скорее избавишься от моих чар, — ответил господин Тияз ледяным тоном. — А то что-то у меня появилось ощущение, что без мотивации ты недостаточно старателен…

Недостаточно старателен?! Это он-то недостаточно старателен?!! Да Малк себя уже не человеком, а безмозглым автоматоном ощущает, который только знай себе работает и работает!!

В сердце вскипела злость. Причём злость настолько сильная, что её никак не удавалось погасить. И Малк, не обращая на господина Тияза больше внимания, сел на пол и принялся вслушиваться в свой организм. Не искал духовный резонанс, нет, а банально пробегал вниманием по энергетическим каналам в поисках посторонних включений. И почти сразу обнаружил комок проклятия. Коварный конструкт переместился в точку между почками да там и застыл, постепенно присасываясь к этим резервуарам жизненной силы.

Уже неплохо навострившись манипулировать наполняющей тело энергией, Малк немедленно перекрыл все ведущие к проклятию каналы и активизировал Рассеивание. После череды недавних прорывов входящие в первый Нимб заклинания снова начали потихоньку изменяться, так что пластичность волшбы повысилась, и Малк теперь мог формировать из неё полноценный магический скальпель. И вот уже им он прошёлся по периметру «подарочка» Мастера, отсекая все его якоря.

Дальше можно было бы попробовать извлечь гадость с помощью Власти, но Малк от данной идеи отказался. Призрачные Руки даже в нынешнем состоянии обладали гораздо большей точностью движений и сильно экономили энергию. Так что полупрозрачная рука нырнула в живот, нащупала растерявший всю прыть комок силы и… медленно вытянула его наружу.

— Спасибо за задание, Мастер. Но я с ним уже справился, — прохрипел Малк, с трудом сглатывая слюну и поднимаясь на ноги. Проклятье лежало в его призрачной ладони точно ждущая своего часа бомба. И Малк не без вызова показал её господину Тиязу. — Могу ли я его забрать себе?

Несмотря на его усилия, внешне Мастер сохранил полнейшую невозмутимость. Однако Малк почему-то не сомневался: учитель удивлён и… угасший было к нему интерес вспыхнул с новой силой.

— Свободен, — вместо ответа вяло шевельнул кистью Мастер.

После чего пространство вокруг Малка по привычной схеме сдвинулось, мигнуло, и он оказался перед входом в лобораторию. Единственное отличие было в том, что на этот раз всё произошло отчего-то тягуче медленно. Так что в карусели мельтешащих образов Малк неожиданно для себя успел вычленить невзрачного вида шкаф с прозрачными дверцами, верхняя полка которого была завалена удивительно знакомыми каменными фигурками.

Интересно, это морок или где-то в недрах лаборатории реально хранятся «награды» от уже изрядно подзабытого Малком Зала Помнящих? Увы, узнать ответ здесь и сейчас не было никакой возможности. Да и не хотел он ни во что такое сейчас вникать. В данный момент на Малка снова накатила волна обиды и злости, и всё, чего он хотел, это хоть как-то спустить пар.

С ненавистью глянув на всё также сжимающую комок проклятья Призрачную Руку, он медленно втянул магическую конечность обратно в тело и осторожно прислушался к ощущениям. Ничего вроде бы не поменялось: пробудиться заклинание Мастера не пыталось, а незримые пальцы не стремились разжаться. Мысленно прикинув, что естественное поглощение энергии полностью покрывает расходы на поддержание активной Руки, Малк на этом и успокоился. После чего направился к стоянке экипажей. Его душа срочно требовала драки, а раз так, то почему бы не совместить приятное с полезным и не взять у Школы «боевое» задание?

В итоге договор о разовой помощи островной жандармерии он подписывал в Зале Задач внешней фракции уже через полтора часа. Подобного рода заданий оказалось необычно много, так что Малк смог подобрать такое, чтобы оно покрывало весь его месячный долг перед Школой. Всё-таки грушей для битья он работать больше не успевал и возможность закрыть задолженность по заслугам оказалась весьма кстати. Ну а ещё через полчаса Малк уже трясся на дороге в Толок, рассчитывая ночью прибыть в гостиницу, а с утра заглянуть к стражам правопорядка…

— Итак, вы утверждаете, что жестокое убийство двух стариков, произошедшее полторы седмицы назад было совершено учеником внешней фракции Школы? — злым и невыспавшимся голосом спросил Малк у расследователя, к которому его направили сразу после появления на пороге жандармского управления.

— Не учеником, а бывшим учеником. Он отучился примерно полгода, но потом что-то произошло, ему перестали присылать деньги, и парня быстро выпнули из студентов, — мрачно поправил его взлохмаченный поручик. — Несколько месяцев он мотался без дела, пропивая вещи, а потом…

Офицер замолчал. И Малк с раздражением уточнил:

— Потом что? Взялся за нож и отправился людей резать?.. Они хотя бы ростовщиками были?

Он снова закопался в разложенные перед ним бумаги, где сухим языком казённых отчётов описывались места преступлений и давались общие сведения по пострадавшим.

— А вижу, что не ростовщики… Обычные приказчики. Так, а что насчёт ран? — забормотал Малк, бегая взглядом по строчкам. — И там и там по две колотые раны, нанесённые трёхгранным штыком. Первый удар всегда наносился сначала со спины, в одну из почек, а потом в сердце. — Малк откинулся на спинку стула и пробарабанил пальцами по столу. — И что, никаких следов приминения магии?

— Нет. Не то, что магии, вообще ничего, что хоть как-то наводило бы на мысль о колдовстве, — покачал головой поручик. — Мы и к Школе-то обратились лишь потому, что это ваш бывший студент. Иначе своими силами бы его искали.

— Ну допустим, пока у вас это не очень-то получается. И если бы не случайный свидетель, до сих пор бы гадали, кто тут такой ловкий «резвится», — фыркнул Малк.

Он понимал, что ведёт себя сейчас не слишком-то вежливо, но ничего поделать с собой не мог. Злость, накатившая на него после «общения» с господином Тиязом, никак не желала отпускать и постоянно искала выхода. Слишком много раздражения в нём накопилось, чтобы вот так вот сразу успокоиться.

— Меня другое интересует. Почему никто не обратил внимание на неестественно сильное разложение тканей по краям ран? — Малк отчеркнул ногтем нужную строчку.

Расследователь пожал плечами.

— В мире полно артефактов. Преступник маг, к тому же член небольшого Семейства, поэтому вполне может владеть стилетом с вложенным заклинанием Смерти…

— Всё так, но наш герой маг Воды. И растрачивать заряд Силы в артефакте на простых смертных, зная, что он потом не сможет её самостоятельно восполнить… Это как-то слишком уж неразумно, вы не находите? — хмыкнул Малк.

— Почему простых смертных? Оба приказчика считались Одарёнными. За границы предела в восемь эргов так и не вышли, но для их образа жизни большего и не требовалось, — нахмурился поручик, которого доводы Малка явно заставили задуматься.

— Одарённые?! — перебил его Малк, вскакивая со своего места. — Так почему же в бумагах о том ни слова?!!

Плюхнувшись обратно на стул, он принялся лихорадочно размышлять. Странные раны с характерными следами то ли магии Смерти, то ли использования демонических сил, опять всплывшие убитые Одарённые, обиженный на всех Ученик-неудачник и… татуировка с Трёхголовым на груди у лжелесоруба, ставшего носителем для «этого деда». Все детали мозаики вдруг начали вставать на свои места и формировать новую картину происходящего на острове.

— Как понимаю, где искать убийцу вы не знаете? — уточнил Малк.

— Пока да, но в городе усилены меры безопасности и до всех сотрудников жандармерии доведено описание разыскиваемого преступника. Так что рано или поздно найдём, — пожал плечами расследователь, а затем добавил: — Но если вы готовы помочь…

До Малка только теперь вдруг дошло, насколько скептически относится офицер к его появлению. Как же, заявился какой-то юнец-недоучка, всех достоинств которого это ранг Ученика да обучение у Мастера внутренней фракции, и отрывает людей от серьёзных дел. Небось будь он сам магом, давно бы уже послал Малка куда подальше!

Снова вспыхнуло раздражение. Кругом одно и тоже, сколько бы он ни старался, а всё равно считаться с ним никто не желает.

— Мне нужны личные вещи убитых, — решительно сказал Малк и твёрдо посмотрел в лицо поручику. — Прямо сейчас.

Несмотря на теперь уже плохо скрываемое недовольство жандарма, запрос Малка всё же выполнили. И уже через полчаса на столе перед ним лежали перламутровый медальон с изображением Архонта и потёртый монокль. Вещи, с которыми погибшие не расставались до самой смерти.

У поручика явно имелись вопросы, однако Малк удовлетворять его любопытство не спешил. Вместо этого он положил левую руку на доставленные предметы, в правой сжал стакан, куда пересыпал свои гадательные кости, после чего постарался поймать нужный для успешного прорицания настрой. Несмотря на переполнявшие сердце эмоции задуманное получилось у него практически сразу, так что следующим шагом он прошептал нужную формулу и… раскрутив костяшки в стакане, высыпал их на стол.

— В городе есть одноэтажные дома с флюгером в виде вставшего на дыбы рогатого демона? — спросил Малк, держа вниманием возникшую перед внутренним взором картинку. — Там ещё какой-то сквер рядом, с памятником в виде якоря.

— Про флюгер ничего не скажу, но сквер знаю, — кивнул офицер.

Недовольство было забыто, и теперь он смотрел на Малка с изрядной долей любопытства. Словно впервые наблюдал работу гадателя и теперь жаждал увидеть, чем всё это закончится.

— Тогда едем. Я хочу разобраться с ренегатом до обеда, — бросил Малк, вставая.

Окинул взглядом получившийся расклад, после чего удовлетворённо хмыкнул. На этот раз он никакой угрозы для себя не напророчил, что откровенно радовало. Ещё бы метка на внешние слои Духа не вернулась, и совсем было бы хорошо!..

Искомый домик они нашли спустя почти час. Могли бы и раньше, но поручик почему-то решил, что искать надо со стороны городской окраины, куда примыкал сквер. И лишь убедившись, что там ничего нет, они обратили внимание на ту часть, что располагалась рядом с оживлённой улицей.

— Может следовало подождать ребят из особого отряда? Всё-таки против магов лучше бойцов в механизированных доспехах выставлять! — вдруг забеспокоился поручик, когда они уже подходили к воротам дома из видения Малка.

Видимо до последнего считал, что Малк занимается ерундой и никакого дома со странным флюгером нет. И лишь собственным глазами убедившись в своей ошибке, начал сожалеть, что взял с собой лишь двух рядовых.

— С магами должны драться маги, — парировал Малк и сделал жандармам приглашающий жест в сторону ворот.

Сам же принялся начитывать заклинание Панциря, молча радуясь тому, что впервые пойдёт в бой под нормальной защитой.

На активацию ушло более сорока секунд. Так что когда вокруг его тела возникла невидимая силовая плёнка — более плотная в районе корпуса и заметно более тонкая в районе головы, — рядовые уже успели убедиться, что калитка закрыта изнутри, и один из них теперь лез через забор.

— Осторожней там… — прикрикнул на них поручик.

У Малка же ото всей этой картины возникло ощущение полнейшего непрофессионализма жандармов. То ли они слишком расслабились здесь, то ли просто ему так повезло попасть не на тех людей, но бойцы из них были так себе. И о том, как правильно штурмовать дома, не имели ни малейшего понятия.

Будто подтверждая его слова, из-за забора донёсся крик, свистнуло перелетевшее через весь двор заклятье — Малк даже смог на слух определить, что это Водяной Кулак. За время своих бесконечных «тренировочных» драк со студентами Школы Малк изучил их магические арсеналы вдоль и поперёк, а потому проблем с идентификацией не возникло. Затем в забор с грохотом впечаталось застонавшее тело жандарма. Чтобы пробить с одного удара служебный защитный амулет, требовалось быть Бакалавром или кем постарше. Поэтому за жизнь рядового Малк не беспокоился, но ставить на отсутствие ран не стал бы.

Пока второй рядовой вместе с поручиком снова кинулись к калитке, Малк разбежался, подпрыгнул и, зацепившись за верхний край забора, перемахнул на ту сторону. Перед глазами мелькнула голубая вспышка, и только-только приземлившийся на ног Малк словил в грудь второй Кулак. Вот только человека с его габаритами волшба коллеги-студента сбить с ног не смогла, и он, презрительно поморщившись, окинул имеющуюся диспозицию.

Водник обнаружился в дальнем конце двора. Видимо жандарм появился как раз в тот момент, когда бывший студент уже уложил в грубо намалёванный на земле круг спящую девушку и готовился к ритуалу, отбивая поклоны намалёванному на доске изображению Трёхголового.

И выглядело это всё настолько отвратительно и унизительно для достоинства чародея, что у Малка не находилось слов. Неужели именно за тем предки умирали на алтарях и в тайных лабораториях, нащупывая путь к могуществу, чтобы впоследствии их потомки кланялись никчёмным тварям Пекла, вымаливая блага?

— Как же ты мерзок, — процедил Малк, глядя в покрытое оспинами лицом своего коллеги.

Тот как раз примеривался бросить в Малка ещё один Водный Кулак, но сказанные с таким чувством слова испортили ему настрой и заклинание сорвалось. Демонопоклонник выругался, с ненавистью посмотрел на Малка, после чего вытащил из кобуры на поясе однозарядный пистолет и почти не целясь выстрелил. Несмотря на гадание, калибр оружия противника внушал уважение, так что Малк не стал надеяться на Панцирь и резко отшатнулся влево. Однакоо спустя секунду понял, что мог бы и не стараться — продавшийся Пеклу маг дико промазал. Пуля свистнула сильно выше головы Малка.

Однако подобная наглость требовала соответствующего ответа. Малк достал собственного шестиствольного монстра и бахнул из одного ствола. Рукоять упруго ударила в ладонь, и «демонолюб» с криком повалился на землю, зажимая ладонью плечо.

— Мерзок и жалок, — продолжил Малк, кривя губы.

Покосился на девушку — судя по серому цвету кожи она была отравлена и долго могла не выдержать, — после чего отправил в её сторону «лечилку». Брать на душу ответственность за гибель жертвы, только потому что он не дал ей хоть какой-то шанс, Малк категорически не желал.

Вот только в бою, пусть даже со столь слабым противником, отвлекаться было нельзя. Сочтя ранение «демонолюба» достаточно серьёзным, Малк перестал воспринимать его как кого-то опасного. И совершенно зря!

Охочий до лёгкого могущества ублюдок дрожащей рукой достал из-за пазухи трёхгранный стилет и, тоскливо завыв, вонзил его себе в сердце. Малк решил было, что противник собрался покончить жизнь самоубийством, и даже несколько растерялся, но тут камень в рукояти оружия «демонолюба» сыто моргнул красным и мотивы поступка стали ясны. Почуяв, что победы ему не видать, недавний студент воспользовался последним средством…

Капли крови из его раны не успели упасть на землю, как «демонолюба» выгнуло дугой, и он, почему-то совершенно беззвучно, забился точно в припадке. И чем дольше его корёжило, тем сильнее менялось его тело. Стремительно чернела и покрывалась чешуёй кожа, черты лица расплывались, теряя всё человеческое, а конечности превращались в пугающие лапы. Однако до полноценного демона студенту было всё так же далеко. И вместо оригинала из Пекла, он превращался в нечто промежуточное. Этакую заготовку, из которой как могло вырасти всё что угодно.

Инстинкт требовал разрядить во врага оставшиеся пять стволов, а потом для надёжности проклятым ножом отделить голову и вырезать сердце, но Малк сохранял неподвижность. Он хотел увидеть, что за тварь получится из «демонолюба», на кого он станет похож. На просто абстрактного демона или… на кого-то весьма известного? Малк покосился на изображение Трёхголового, затем на перерождающегося врага, и сравнил. Однозначного ответа не было, и он раздражённо скривился. Йоррох, догадка пока оставалась только догадкой…

К внезапному прыжку на него из положения лёжа, который совершил убийца, Малк оказался готов. Но вместо того, чтобы встретить ублюдка ударом ноги в грудь или срубить с плеч башку взмахом тесака, он нехорошо оскалился и призрачной Рукой швырнул ему навстречу «подарочек» от господина Тияза. Не забыв сорвать все ограничения и убрать барьеры.

Уже приготовился наблюдать за тем, какой эффект окажет на мерзавца заклинание Смерти, и… оказался совершенно не готов к тому, что последовало дальше. Полудемон вдруг принялся истошно, заполошно орать и, бухнувшись на спину, начал раздирать когтями себе грудь. Потекла чёрная кровь, завоняло серой, но не это беспокоило попавшего под проклятье противника. Существо, пережившее удар в сердце, стремительно теряло жизненную силу. Её из него буквально высасывало, последовательно «убивая» внутренние органы и высушивая энергоканалы, причём процесс даже не думал останавливаться.

Выглядело всё это откровенно жутко, но Малк старательно сохранял невозмутимый вид. Лишь раздумывая, стоит ли ему прибить тварь проклятым ножом, или же всё-таки позволить проклятию закончить начатое. О жандармах он фактически забыл… а зря. Потому как происходящее во дворе вызвало у наконец перебравшегося через забор поручика совсем не ту реакцию, что он мог ожидать.

— Уважаемый! Господин Тияз же обещал, что никогда более ни он, ни его ученики не будут устраивать на острове свои фокусы! Почему вы нарушаете слово своего учителя?! — яростно вращая глазами и тыча оголённым кортиком в подыхающего полудемона, зашипел жандарм. — Обещал!!!

Малк же, смущённый напором, мог на это лишь обалдело моргать. Фокусы, какие к Йорроху фокусы?! Он предавшую человечество тварь убил, что не так-то?!!

_______

Место ста встреч — знатокам традиционной китайской медицины данная точка больше известна под названием «бай хуэй»

–

В качестве лирического отступления. Как уже говорил в комментах, в ходе работы над оставшимися теперь уже пятью главами возможны срывы сроков выкладки текста. Слишком много материала, который накопился за время написания остальной части книги и который теперь надо втиснуть в сюжет. Заранее предсказать как всё пойдёт — невозможно. Поэтому камрадов и предупреждаю…

Срывы. Сроков. Вполне. Вероятны!

Глава третья, в которой жадность не доводит до добра

Очередная встреча с господином Жаком вопреки обыкновению произошла не у него в кабинете и не в учебных корпусах внешней фракции, а на свежем воздухе. На небольшой пасеке на границе школьной территории. Туда Малка направил секретарь кафедры магии призыва, где преподавал толстый любитель золота, и именно там он нашёл своего куратора. Жак Улей, полностью оправдывая своё прозвище, возился с несколькими переносными ульями и не оторвался от своего занятия даже после появления гостя.

— Знаешь почему я люблю моих пчёлок? — спросил он вместо приветствия, с прищуром изучая сидящее на ладони необычайно крупное насекомое.

Малк, уже заготовивший оправдание по поводу очередной своей задержки с докладом, недоуменно покачал головой. Однако господин Жак в его ответе кажется не нуждался.

— Потому что с ними мало мороки, — с какой-то хищной задумчивостью продолжил он и, ещё раз полюбовавшись пчелой, принялся нашёптывать над ней необычно длинное заклинание.

Едва отзвучали последние «слова», как вокруг вполне обычного насекомого вспыхнула аура Силы, оно странным образом раздулось и с заметной глазу скоростью начало расти дальше. Через минуту, достигнув размеров крупной виноградины, пчела расправила крылья, тяжело взлетела и принялась неторопливо нарезать над господином Жаком круги.

— Магии хорошо подчиняются, приказов слушаются… Чудесные твари, иначе не скажешь! — захихикал Младший Магистр, потом вдруг замолчал, как-то набычился, и одним щелчком пальцев заставил заколдованное насекомое взорваться ворохом брызг. — И с ними всегда можно поступить вот так!

Малк, который моментально уловил суть данной демонстрации, судорожно сглотнул и, тщательно подбирая слова, заговорил:

— Понимаю ваше раздражение, господин Жак, но… и вы поймите. Я не в том положении, чтобы посещать вас так часто, как вам этого хочется. Тренировки, обязательства перед Школой и господином Тиязом… Да банальная осторожность, в конце концов! Моё поведение и так уже немало вопросов вызывает, если частить с визитами начну, то это точно ничем хорошим не закончится!

Осознавая, что сейчас он ступает по очень тонкому льду, Малк облизал губы и добавил:

— Может быть мне лучше свои доклады в письменном виде оформлять и передавать их вам каким-то менее наглядным способом?

Честно говоря, вся эта ситуация со службой двум Мастерам, пусть и в столь странном виде, ему порядком остодемонела. И он с радостью перевёл бы её в какие-то более разумные формы, но… но как эту мысль донести до своего куратора?

— «Много тренировок», «менее наглядный способ»… — опустив уголки губ, повторил господин Жак и, обращаясь к ближайшему улью, пожаловался: — Ну что я говорил? Разве милые пчёлки такое скажут?

Возникла неприятная пауза, от которой Малка моментально прошибла испарина. Разговор шёл именно по тому сценарию, которого он больше всего боялся.

— Мастер, я… — начал было он, но тут же был прерван каким-то утробным рыком толстяка.

— Гадёныш, ты кем себя возомнил, чтобы советы мне давать, а?! Младшим Магистром?! — Господин Жак наконец посмотрел Малку в глаза, и заставил вздрогнуть от плещущейся в них ярости. — Забыл, зачем в Школу приехал?! Так я напомню. Ты не студент и не наёмный работник, ты мой подчинённый. Твоя обязанность — выполнение моих приказов! Любых приказов! И если я говорю, что ты должен на виду у всех бегать ко мне с доносами на своего ублюдка-учителя, ты берёшь под козырёк и бегаешь… Попутно можешь радоваться, что служишь на благо Борея, но это уже по желанию.

Последнюю фразу господин Жак произнёс с нескрываемой издёвкой. Словно сам факт службы государству вызывал у него насмешку.

— Тогда прошу простить за мою самонадеянность, — опустив голову, пробормотал Малк.

Причём сделал это он не из показной покорности, а просто чтобы скрыть исказившую лицо злость и играющие от ярости на скулах желваки. Необходимость терпеть самодурство человека, который способен его убить точно таким же щелчком пальцев как и до этого несчастную пчелу, дико угнетала. Но… какой у него выход? Терпеть, копить силы и ждать своего часа — вот всё, что он мог. И Малк терпел.

— И что же заставляет тебя думать, будто мне интересны просьбы о прощении? — процедил Улей, который никак не желал успокаиваться.

Одновременно с этими словами Малк ощутил как его словно бы накрыло невесомое облачко и всю кожу начало слабо-слабо покалывать. В случайные совпадения он не верил, а значит винить в происходящем следовало одного конкретного человека.

Опять пытается взять под контроль?! Но ведь в прошлый раз ничего подобного не было… Или было, просто Дух Малка на тот момент не достиг нужного уровня чувствительности?.. А Йоррох его знает! Но одно ясно совершенно точно: если он не сможет дать господину Жаку нечто достаточно интересное, ничем хорошим их беседа не закончится!

— Недавно я видел ту самую колонну, про которую вы спрашивали меня раньше, — с трудом сказал он, чувствуя как вдруг начинают холодеть ноги.

И в тот же миг все неприятные ощущения пропали, будто их никогда и не было!

— Колонну? Рассказывай!

Всё, больше нет рассвирепевшего Младшего Магистра — ему на смену снова пришёл привычный толстяк. В меру чванливый, чуточку самовлюблённый и безмерно любопытный.

Малк на подобную метаморфозу лишь дёрнул щекой, после чего с максимально невозмутимым лицом принялся рассказывать господину Жаку о прорыве Эйши в Бакалавры и той роли, что сыграла в нём указанная колонна.

— Всё-таки вывел Тияз эту стерву в люди, да… — протянул толстяк, едва дослушав Малка. Чувствовалось, что от истории с колонной он ждал чего-то большего. И то, что его надежды не оправдались, его сильно разочаровало. — Не понимаю, зачем Черепу возиться с неудачниками? То таланта нет, то тело разрушается, то Родословная один Рзавиан скажет во что выродилась… Столько мороки, и всё ради чего? Ради шлифовки лично тебе не нужного Тайного Искусства?! Или из расчёта на будущую верность?

Господин Жак издевательски захохотал, показывая своё отношение к человеческой памяти и способности платить добром за добро. После чего снова повернулся к ульям.

— А что с колонной-то? Зачем она вообще нужна? — спросил Малк, в принципе догадываясь об ответе.

Но сейчас он не столько хотел узнать нечто новое, сколько принизить свою значимость в глазах Младшего Магистра. Люди ведь любят считать себя выше других, особенно такие как господин Жак, так почему бы не дать ему возможность насладиться данным чувством… Тем более что это вполне укладывается в совет Больдо не показывать себя настоящего.

— Колонна… — Господин Жан остро глянул на Малка, задумался, но видимо всё же решил снизойти до ответа. — А колонна эта считается довольно сложным и дорогим алхимическим инструментом, помогающим очистить Родословную от примесей. У Эйши твоей в крови было столько всего намешано, что сам Рзавиан не разберёт. Тияз же с помощью колонны всю эту мешанину убрал и оставил именно то, что нужно. Пусть слабое и едва заметное, но теперь способное расти и укрепляться. И, как ты мог сам убедиться, этих крох чистой Родословной хватило, чтобы Змея стала Бакалавром.

Ответ был достаточно исчерпывающим, и Малк поблагодарил Младшего Магистра коротким поклоном. На языке, правда, так и вертелся вопрос о причинах столь пристального внимания господина Жака к чужому инструменту для работы с Родословной, но озвучивать его было опасно. Терпение куратора не беспредельно.

— А ещё… не уверен, что вам это интересно, но… я видел в лаборатории у господина Тияза шкаф со странными статуэтками, — сменил тему Малк. — Из тех, что Зал Помнящих особо отличившимся магам дарит. И их там много.

Поначалу касаться таинственного Зала в разговоре с толстяком он не собирался, но настрой Младшего Магистра заставил переменить мнение. Кажется пришло время доказывать свою полезность.

— Что? — переспросил задумавшийся господин Жак, — а, статуэтки…

Младший Магистр помотал головой.

— Для старших магов Школы — не важно, из внешней они фракции или внутренней — тут никакого секрета нет. Все Мастера знают о том, что в своё время Череп из кожи вон лез, чтобы перед эмиссарами Зала выслужиться. Угодные им задания выполнял, правильным людям средства жертвовал… Всё надеялся они его к своим архивам допустят и помогут потерянные силы восстановить, — Жак Улей криво усмехнулся. — Да вот только всё зря. Фигурки свои, идиотские, они ему присылать присылали, а к себе так и не позвали. Удивлён, что он до сих пор их хранит. Думал выкинет….

— А чем этот Зал занимается? Я слышал слухи про противодействие демоническим влияниям и защиту человечества, но как-то это слишком уж… громко звучит, — осторожно заметил Малк.

— Вот этим самым и занимается, — насмешливо сказал толстяк. — А ещё собирает всякого рода тайные знания, отбивается ото всех тех, кто жаждет подмять их под себя, и интригует, интригует, интригует… — Увидев вскинутые в удивлении брови Малка, господин Жак тут же добавил: — Я кстати, слава Рзавиану, к Залу Помнящих никак боком не отношусь. И тебе стремиться туда не советую. Либо выжмут как тряпку, а потом выбросят… Во славу человечества, понятное дело… либо попросту сожрут, пока по ступенькам их иерархии подниматься начнёшь.

— То есть это что-то вроде общества, про которое не говорят, но о котором все знают? — уточнил Малк.

Господин Жак изобразил рукой нечто неопределённое.

— Вроде того. Обычные смертные и маги, вышедшие из смертных, о них обычно даже не слышали. А вот члены влиятельных Домов, отдельные студенты мощных Школ и личные ученики старших магов — вот они в курсе дела, — толстяк неожиданно нахмурился и посмотрел на Малка из-под нахмуренных бровей. — Погоди, а ты откуда знаешь? Для Тияза это тема запретная, попусту болтать о ней он точно не станет, так что… госпожа Леара просветила, да?

Малк кивнул. Говорить, что он сам уже получил подобную статуэтку, ему от чего-то не хотелось.

— Вот ведь… — Последнее слово Жак Улей проглотил, из-за чего понять, как именно он назвал завербовавшую Малка даму — то ли шлюхой, то ли ведьмой — было решительно невозможно. — Вечно она лезет куда не просят.

— А есть что-то плохое в том, что я теперь знаю о Зале Помнящих? — насторожился Малк.

Чем вызвал у господина Жака неприязненную улыбку.

— Это смотря с какой стороны посмотреть. Если в башке ветер, то слова о защищающей человечество тайной организации ложатся на благодатную почву и Зал за просто так получает ещё одного сторонника. Собственно все эти их ничего не стоящие фигурки на то и нацелены. Люди горы сворачивают, а в награду лишь никчёмные игрушки получают! И все довольны. До поры до времени, — толстяк с обличающим видом ткнул в Малка пальцем. — Ты вот сам, честно скажи, при мысли о том внимании, что тебе может уделить древний орден, щемит сердце-то, а? А?! Вот то-то и оно! На таких вот сопляков всё и рассчитано. А госпожа Леара эту игру поддерживает!

Малк, который в словах куратора определённую логику всё же увидел, медленно кивнул. С этой стороны на фигурки Зала он не смотрел.

— Ладно, считай, простил я тебя, — вдруг вернулся к началу их беседы господин Жак и, похлопав Малка по плечу, принялся снимать с улья крышу. — Вроде и не за что, но… отходчивый я. И сердце у меня большое. Цени!

Звучало это всё откровенно издевательски, но толстяк вёл себя таким образом, словно именно так и надо. С непринуждённым видом он склонился над пчелиным жилищем, что-то там некоторое время изучал, потом потянулся за дымарём и… отложив его в сторону, снова повернулся к Малку.

— Впрочем кое в чём ты и вправду реабилитировался. И доказал, что можешь держать глаза открытыми…

Тут господин Жак недовольно поморщился, принялся озираться, словно что-то разыскивая, затем непринуждённо хлопнул себя по лбу и показал на прислонённую к улью плоскую крышу.

— Увидишь где вот такой прибор, сразу ко мне. Бегом! Понял? Бего-ом!! — с нажимом сказал он и одновременно с его словами на выбеленной солнцем доске возникло изображение странного инструмента.

Больше всего он походил на нечто вроде здоровенного металлического шприца без поршня, к которому сначала безумный механик зачем-то приделал прозрачный блок со множеством шестерёнок, а затем не менее безумный артефактор прикрепил пластину с рунным кругом и десяток мелких зачарованных кристаллов. Понять зачем нужна подобная монструозная конструкция было решительно невозможно… Но ведь нужна же!

— Так, вижу, что понял, — одобрительно продолжил толстяк, некоторое время понаблюдав за тем, как Малк пытается запечатлеть в памяти странное устройство. — Даже наградить тебя как-то захотелось…

Слова про награду в устах жадного Младшего Магистра звучали откровенно странно. И поэтому когда толстяк торопливо пояснил, что призом становится ответ на любой вопрос его «агента», Малк испытал что-то вроде облегчения. Мир не ухнул в Пекло, и хоть какие-то вещи в нём остаются неизменными!

Вообще ответ на вопрос, пусть даже всего на один, и вправду был немалой наградой. Можно ведь попробовать узнать про что угодно — про необходимость открыто ходить на беседы к господину Жаку, про взаимоотношения Шести Столпов с Залом Помнящих, или хотя бы напроситься на консультацию по проблемным местам в изучении магической теории. Но ничего из этого Малк делать не стал. Что бы там Младший Магистр ни говорил, но свои желания надо соразмерять с тем, что действительно можно и чего ни в коем случае нельзя.

Поэтому подумав пару секунд, Малк принялся пересказывать свой недавний разговор с жандармским поручиком о «фокусах» Тияза Черепа…

— Ты смог найти в Толоке демонопоклонника? — едва дослушав, спросил господин Жак. — Но каким образом?

Малку почему-то показалось, что в голосе толстяка звучит не столько удивление, сколько… возмущение и недовольство?

— Гаданием. У меня иногда получается… — пожал плечами Малк, у которого всё больше крепло ощущение, что он снова рассказал нечто такое, о чём говорить не стоило.

— О как… Я не знал, — протянул Младший Магистр и как-то странно прищурившись принялся изучать Малка.

Выглядело это откровенно подозрительно и даже несколько пугающе. Возникло ощущение, что старший маг вдруг увидел в своём подчинённом нечто новое, и теперь думал, как это новое использовать в своих планах.

— Так что насчёт «фокусов» Мастера Тияза? Вы можете рассказать поподробнее, а то как-то непонятно… — подчёркнуто спокойным голосом спросил Малк.

Чем вывел толстяка из задумчивого оцепенения.

— А, да… — Господин Жак потёр лицо и уже обычным тоном сказал: — Считай это приветом из относительно недавнего прошлого. Лет десять тому назад Тиязу в его опытах потребовался некий ингредиент. Какая-то сущая ерундовина, продающаяся в любой алхимической лавке. И он отправил за ней своего тогдашнего ученика… По-моему это был первый и последний Адепт, взятый им в обучение. Беглец откуда-то из Содружества Гонзур: то ли бывший раб, то ли последний выживший из разгромленного клана… Не важно. На мой вкус как маг он был с абсолютно никакущим талантом, но Тиязу глянулся. Работать с ним начал, ресурсы вкладывать. А потом взял и отправил никчёмыша в Толок…

Господин Жак усмехнулся каким-то своим мыслям. После чего не без удовольствия продолжил:

— Да вот беда… Слабосилок этот с местными бандитами столкнулся. И то ли не поделил с ними чего-то, то ли оскорбление нанёс, но… грохнули они его, не сходя с места. Даже пискнуть не успел!

— И что дальше? — заинтересовался Малк.

— А дальше история дошла до Тияза и сильно его огорчила, — скривился господин Жак. — Не думаю, что его именно смерть ученика расстроила, скорее о каких-то далеко идущих планах надо говорить, но… Факт остаётся фактом, Череп прибыл в Толок, быстро вышел на банду, в которой состояли убийцы и не разбираясь кто там виноват, а кто просто мимо проходил, вывернул всех её членов наизнанку. Буквально. Говорят, зрелище получилось такое, что видавших виды гробовщиков потом полчаса полоскало…

— То есть просто взял и… убил? — удивился Малк. — В городе, где действуют законы Триумвирата?

— А чего ему будет-то? Мы ж не Метрополия, — неподдельно удивился господин Жак. — Заплатил штраф, дай Рзавиан памяти, то ли в три сотни драхм, то ли в пять… Хотя нет, пять за ту шваль слишком много… И пообещал больше в городе не безобразничать, вот и всё. — Тут толстяк вдруг весело усмехнулся и подмигнул Малку. — Твой же поручик решил, что Тияз договор обойти вздумал и вместо того, чтобы лично кровушку лить, ученичка отправил… Хотя будь я на его месте, так же бы подумал. Репутация у Черепа ещё та… С иным демоном рядом безопаснее находиться, чем с ним.

Малк моментально вспомнил камень, заряженный жертвенной Силой, и зябко повёл плечами. Да уж, образцом гуманности Мастер не выглядел. И было бы неплохо, чтобы история с «нарушением слова» до него так и не дошла. Какие меры применит к невольно проштрафившемуся ученику суровый маг он не хотел даже думать…

Решив вопрос с недовольством господина Жака, Малк получил возможность вновь сосредоточиться на воплощении в жизнь уже собственных планов. Так что следующие две седмицы он снова штурмовал верхние границы второго слоя Трёх Призрачных Пульсов, периодически практиковал оба изученных на базовом уровне заклинания первого круга и… занимался изготовлением проклятых одноразовых «лечилок». Деньги утекали из его карманов, точно вода через решето. И создание примитивных артефактов занимало всё больше его времени, отнимая его даже у столь необходимых тренировок. Причём ладно бы это было хотя бы интересно или полезно для развития, однако для мага его уровня подобная деятельность давно уже превратилась в монотонную, навевающую скуку работу. С каждым разом всё более и более ненавистную.

Йоррох, а ведь когда-то он радовался, что практикуется в магии и одновременно получает за это огромные деньжищи!

Огромные… То, что казалось немыслимым богатством для простого интернатского паренька, Ученик воспринимал как нечто незначительное, едва-едва покрывающее затраты. И ведь Малк с радостью занялся бы чем-то другим, но альтернативы мелкому ремесленичеству не было. Потому приходилось, сцепив зубы, продолжать возиться с «лечилками» и… молча завидовать господину Тиязу, зарабатывающему поистине фантастические средства на побочных продуктах своих исследований. Сотни драхм за гомункулусов! Просто с ума сойти!! Хотя… кто знает, может он тоже не удовлетворён своими доходами и периодически завидует каким-нибудь Магистрам или вовсе Архимагам. И, надо сказать, эта простая мысль Малка пусть немного, но грела.

Ещё одной причиной для недовольства Малка стали подведённые им итоги своего развития — после отъезда из Андалора прошло уже больше года, и было самое время оценить полученные результаты. И как выяснилось похвастаться ему было практически нечем. Если в первый год своей магической карьеры Малк ухитрился обрести Силу, изучить Тайное Искусство, развить до двух десятков единиц резерв, сформировать Нимб и перевести Власть в оранжевый ранг, то во второй достижения получились гораздо более скромными. Заклинаний изучено всего два, да и то на самом примитивном уровне, Тайное Искусство до сих пор не завершено, а резерв, скорость поглощения энергии и Власть вовсе остались без изменений.

Девятеро, а ведь при таких темпах десять лет на достижение звания Бакалавра уже не выглядят таким уж большим сроком! И если развитие первых двух характеристик должно было начаться сразу после завершения освоения Тайного Искусства, то с Властью всё гораздо печальнее. Решение прорываться через ранг по методу милес Драго поставило крест на традиционных способах тренировок через практику чар или изучение какого-нибудь подходящего Малого Тайного Искусства. Чтобы двигаться дальше Малк нуждался в Наследии Кетота… Наследии, которое ему просто неоткуда получить. Действующих храмов Четвёртого Святого на острове нет, а даже и были бы, кто сказал, что тамошний жрец переступит через ограничения Триумвирата и поделится знанием с заявившимся к нему на порог Учеником?

Нет, нужно было искать другой вариант. И слава Демоноборцам, кажется Малк его нашёл!

— В смысле ты хочешь получить любое задание, требующее для выполнения поездку на Левый Брат? Забыл, что было в последний раз? — несколько растерянно спросила Эйша, когда к ней впервые после её прорыва в Бакалавры зашёл Малк и попросил показать список поручений Мастера.

— Вся проблема была в метках на моём Духе. И я её решил! — пожал плечами Малк.

Он и вправду разобрался с тем, чтобы его тонкое тело больше «не светилось как гирлянда». Рецепт оказался прост: никакой работы с частями тел демонов, две седмицы перерыва после последнего гадания, ведро выпитого отвара шуйсю и активное использование заклинания Призрачных Рук для удаления самых стойких отметин. Впрочем будь его изучение духовного резонанса чуть менее успешным, столь бодро рапортовать о своих результатах он бы точно не смог. Ну так зря тренируется что ли?!

— Решил, да? — протянула Эйша, не сводя с Малка взгляда. — А что если нет, что если ты ошибаешься? И тебе присущи какие-то такие особые черты, привлекающие тварей Запределья, избавиться от которых просто невозможно?

— Я всё же рискну, — усмехнулся уголком рта Малк.

Его так и подмывало сказать, что есть у него козырь и на столь крайний случай, но… что там Больдо говорил про чересчур открытых магов?

— Так дашь задание или к мне к Мастеру идти? — снова спросил он.

— А, к Йорроху! Твоя жизнь, и тебе решать — поостеречься или в Пекло её спустись по глупости, — раздражённо фыркнула Змея и сунула в руки Малка листок с изображением странно выглядящего подсолнуха. — Держи, привезёшь хотя бы один — четыре чёрных камня заработаешь. И радуйся, что «Римма» сейчас у причала стоит. Если погода позволит, то завтра с утра уже сможешь отправиться на свой трахнутый всеми демонами Пекла остров! Ясно?

Девушка не без раздражения выслушала слова благодарности Малка, после чего добавила:

— И да, если ты вдруг питаешь такие иллюзии… Отправишься туда один. Ни я, ни Больдо ни на один из Братьев по собственной воле не поплывём, а Стево и Кэйталин до сих пор где-то пропадают. Поэтому выкручивайся сам!

Заверениям Малка, что у него и в мыслях не было ничего подобного, она кажется не поверила. Впрочем, Малк особо и не старался её в чём-либо убеждать. Своей цели он добился — повод и способ попасть на остров, где как он знал располагались развалины храма Кетота — получил, а всё остальное уже не важно. Беседа, правда, немного заставила заинтересоваться чересчур длительным отсутствием старших соучеников, чьё возвращение ему уже неоднократно обещали, но не более того. Задержало ли их срочное дело или именно они были теми Бакалаврами, что пропали вместе торговым судном как гласила народная молва, для него дело десятое. Лично он с ними не знаком, так что и не ему переживать об их судьбе!

На следующее утро никаких сложностей с отбытием у Малка не возникло. Судно уже было готово к плаванию, поэтому всё, что от него требовалось, это подняться на борт, показать медальон Ученика и… отправиться в каюту, чтобы не путаться под ногами у команды и не мешать её членам выполнять свои обязанности. Впрочем Малк на этот раз на палубу особо и не рвался. Перед тем как корабль войдёт в бухту Левого Брата ему предстояло ещё раз проверить тот единственный козырь, без которого соваться на остров было откровенно глупо. И отвлекаться на что-то постороннее он не хотел!

Заперев дверь каюты, Малк сел по-стиксонски на пол и воткнул перед собой в щель между досками проклятый нож. Лезвие, ранее и без того покрытое мерзкого вида плёнкой, после поглощения десятков бестелесных тварей приобрело странным образом вызывающий тошноту масляный блеск. И теперь даже смотреть в его сторону лишний раз не хотелось. С другой стороны, сохрани он прежнюю способность поглощать Скверну — то есть всю ту мешанину из стихиальных Сил, которая царила во многих потусторонних планах реальности — и Малку было бы плевать на подобные мелочи. Но клинок изменился, возможно что безвозвратно, и слава Святым Демоноборцам вместе с невольно подкинувшим эту идею Больдо, что ему нашлось не самое плохое применение.

Прикрыв глаза, Малк мысленно настроился на таящуюся в ноже Силу убитых Голодных Мороков, ощутил нужные вибрации, поймал резонанс и… сцепив зубы отпустил контроль над собственным Духом. На деле он уже пробовал несколько подходов к работе с испорченной потусторонними энергиями сталью, однако данный способ, к слову вычитанный в одном из учебников, был среди них самым лучшим. Вот только слишком уж болезненным…

Лишённое диктата воли и влекомое резонансом тонкое тело ещё на один крохотный шажок приблизилось к заданному ножом стандарту. Но так как оно не было чем-то монолитным, у какой-то части это получилось в большей степени, у какой-то в меньшей. Возник конфликт, и за считанные мгновения весь Дух Малка оказался охвачен призрачным пламенем. Пламенем, в котором отвергающие близость к энергии Смерти и всему тому, что призрака делает призраком, части сначала сгорали дотла, а потом возрождались из пепла уже в новом качестве.

Ощущения при этом были незабываемые, но результат стоил мучений. Всего несколько тренировок, и вот уже Призрачные Руки лучше подчиняются приказам Малка — собственно если бы не это, отметки после гадания он бы вряд ли снял так быстро, — а сродство между тонким телом и Тремя Призрачными Пульсами поднимается ещё на одну пусть крохотную, но ступеньку.

К сожалению на Семя Духа метаморфозы никак не влияли. И повторения того удачного момента, когда чужое Наследие вдруг на что-то среагировало и помогло продвинуться в изучении заклятия Рук, ни разу не случилось. Однако Малк всё равно был доволен. Когда же до него дошло, что в подобном состоянии он по идее становился малозаметен для «живых» Голодных Мороков, то и вовсе счёл свою находку подарком Святых. Имея возможность при нужде спрятаться от тварей Запределья, отказ от поездки к разрушенному храму Кетота было сродни преступлению. Вот он гневить удачу и не стал…

На проклятый берег Малк высадился в полдень. Убедился, что вокруг тихо и под прикрытием иллюзии его не ждут орды бестелесных тварей, после чего отправил заметно нервничающих матросов обратно на шхуну, а сам, скрыв нижнюю половину лица под платком с колдовским чертежом и низко надвинув на глаза цилиндр, двинул в восточном направлении. Туда, где со слов Эйши располагались развалины храма Кетота.

К сожалению на лёгкую и быструю прогулку рассчитывать не приходилось. Жара, сухой обжигающий ветер, разлитая в воздухе ядовитая горечь, противный мелкий песок под ногами — всё это страшно усложняло жизнь и вносило коррективы в уже готовые планы. К примеру на дорогу к храму по задумке Малка следовало потратить всего полчаса, затем несколько часов провести за поисками Наследия Кетота и потом до темноты вернуться обратно на корабль. Однако на деле всё вышло совсем иначе. И только на то, чтобы дойти до развалин храма, у него уже ушло почти в три раза больше времени, чем предполагалось. Что его ожидало дальше Малк даже не хотел думать…

— Какое там одно из самых важных правил выживания на острове? Не лезть в тёмные места и не оставаться на ночь, да? — с мрачным видом пробормотал Малк, окинув внимательным взглядом храм Четвёртого Святого. — Так это прям как для меня сказано! До ночи времени всего ничего, а нужный мне храм видимо и есть то самое тёмное место в округе. Лучше не придумаешь!

Когда Эйша говорила о развалинах, Малк почему-то представлял полуобвалившиеся стены, отсутствующую крышу, провалы на месте окон. И потому совсем не ожидал увидеть практически полностью сохранившееся здание. О том, что оно брошено, говорили лишь заколоченные досками окна, кое-где обвалившаяся штукарка и висящая на одной петле створка входной двери. В остальном здание было целёхонько… и это откровенно настораживало.

— И что же внутри тебя такое сидит, что Эйшу напугало? — задумчиво протянул Малк.

Он впервые с момента принятия решения о поездке на Левый Брат пожалел, что у него нет чего-то вроде Гром-колокола Змеи. Пусть в прошлый раз артефакт им и не помог, но с ним Малк чувствовал бы себя спокойнее… Хотя с другой стороны, кто бы ему его дал? Ни один маг по доброй воле делиться своими колдовскими инструментами не станет — собственно поэтому он у Эйши ничего и не просил, — а обращение за помощью к господину Тиязу чревато самыми неожиданными поворотами. Кто знает, что Черепу в голову придёт? Возьмёт и запретит показываться на острове или того хуже потребует отказаться от изучения жреческого Наследия. Как тогда быть? О том, что выданный артефакт банально увеличит долг перед Мастером, Малк вообще вгонял в уныние… Нет уж, он как-нибудь сам.

Прикинув положение солнца на небосводе, Малк решительно подошёл к ближайшему окну храма и принялся отдирать доски. Причём логика его действий была простая: раз уж оговориваются такие правила насчёт темноты, то почему бы для начала не добавить света, верно? Хуже ведь всё равно уже не будет! Вот он и решил проверить данную идею, благо силы позволяли.

На то, чтобы убрать преграды со всех шести окон, у Малка ушло двадцать минут. Ещё пять на то, чтобы своротить замок на двери, и десять… на банальное ожидание. Здание почти сотню лет оставалось закрытым, а значит его как минимум следовало хорошенько проветрить. И лишь убедившись, что в храме безопасно — хотя бы внешне, — лишь тогда Малк рискнул переступить порог храма. Замер ненадолго в дверях, давая незримому врагу возможность себя проявить, затем осторожно принялся обходить внутренние залы по периметру. Внимательно осматриваясь и выискивая любые возможные опасности.

Однако ничего угрожающего так и не встретил. Если внутри когда-то и пряталось нечто плохое, то те времена давно прошли. Сейчас храм был пуст, благодать Четвёртого Святого его покинула, а демоническая Скверна ей на смену так и не пришла. И обитель одного из Девятерых превратилась в обычное брошенное здание с разгромленным внутренним убранством.

— И кто же, интересно, во время Гражданской войны тут так порезвился? Кому Кетот не угодил? — протянул Малк, сначала изучив словно бы изрубленный топором алтарь, а потом переведя взгляд на валяющуюся у стены треснувшую статую Покровителя малефиков.

Малк не был истовым верующим — и это несмотря на все его особые взаимоотношения с храмом! — хотя понимал значимость религии и следовал определённым канонам Девятерых. Но даже у него вид осквернённых атрибутов Кетота вызвал сильнейший дискомфорт. И он, не выдержав, принялся наводить порядок. Очистил от грязи алтарь, вернул на место статую, вытащил из кучи мусора обрядовую жаровню, расставил по нужным местам уцелевшие свечи. И пусть на фоне царящей внутри разрухи его усилия были практически незаметны, Малк всё равно чувствовал какое-то внутренне удовлетворение от хорошо выполненной работы. Да, храм мёртв, в нём больше нет того ощущения, что дарит благословение одного из Святых, но он при этом не забыт. И это показалось Малку крайне важным!

Тем не менее время шло, и риски столкнуться с кем-то вроде Голодных Мороков только увеличивались. Так что если в планах Малка всё-таки значилось получение Наследия Кетота, ему следовало поторопиться. И он с не меньшим рвением, чем при наведении порядка в храме, принялся обшаривать все подходящие под организацию тайника места. Простукивал стены, переворачивал вверх дном полуразвалившиеся шкафы, с головой закапывался в кучи мусора.

Увы, угробив целый час, найти он так ничего и не смог. Одно из главных сокровищ любого храма — страницы Наследия Святого, — как в воду кануло. Малк решил бы, что местный жрец увёз его с острова, когда на Левом Брате ещё только начиналась заварушка с участием высших магов, но затем нашёл останки человека в характерной робе и от этой мысли отказался. Судя по рубленным ранам на рёбрах случившуюся здесь драку местный смотритель если и пережил, то ненадолго.

А значит Наследие было где-то здесь. Но где?!

Малк ещё раз пробежался взглядом по убранству храма, чтобы в конце концов остановиться на только-только приведённом в порядок алтаре. Алтаре, выполненном в виде здоровенной, в полтора обхвата мраморной тумбы и внутри которого в принципе можно было спрятать много всего интересного, начиная с Наследия и заканчивая коллекцией артефактов. Вопрос в том, как это всё оттуда достать. Причём желательно не превращаясь в вандалов…

Идея пришла почти сразу. Учитывая уже имеющийся опыт работы с храмовым артефактом, достучаться до жреческих «игрушек» можно лишь обладая определённым уровнем Власти и имея зримое подтверждение своей приверженности делу борьбы с Пеклом. То есть нужно нечто вроде магического ключа… на роль которого вполне может претендовать хорошо изученный Малком экзорцизм. Не глобальный ритуал, затрагивающий демонов и тварей Запределья, а нечто гораздо более локальное и малозаметное. Способное лишь пробудить глубоко спрятанную магию Кетота.

Не откладывая дело в долгий ящик, Малк шагнул к алтарю, сложил перед собой ладони и принялся нашёптывать нужные формулы, попутно приводя Дух в требуемое для ритуала состояние. Потянулись томительные мгновения, прежде чем между руками Малка вдруг вспыхнуло маленькое солнце, которое он с удовольствием и припечатал о поверхность алтаря.

Пол ощутимо дрогнул. Где-то внизу загудели незримые механизмы, зазвенели цепи, а когда через десяток ударов сердца всё стихло, раздался крайне неприятный, словно иглой по стеклу, скрип, и на поверхности алтаря проявилась прямоугольная рамка в пару пядей длинной и в одну шириной.

— И это всё? — настороженно спросил Малк.

Подождав ещё немного и убедившись, что скрытые механизмы закончили свою работу, он медленно приблизился к тумбе. Остановился, бросил обеспокоенный взгляд в окно — появление Голодных Мороков сейчас было бы совсем некстати, — после чего положил на прямоугольник ладонь и сначала чуточку, а потом с заметным усилием надавил. В ответ раздался всё тот же противный скрип, и над поверхностью алтаря на высоту локтя выдвинулся небольшой блок с полостью у самого основания.

Внутри что-то лежало. Малк протянул подрагивающую от волнения руку и достал книгу карманного формата, почти блокнот. Ни названия, ни автора на потёртой обложке из дешёвой кожи не было, но Малк и без того знал, что это за вещь. Слишком уж характерные покалывания в ладонях вызывала находка, чтобы заподозрить обычный предмет Силы. Такая насыщенность Власти была характерна только для предметов культа Святых, а значит… Решительно выдохнув, Малк раскрыл томик и пролистал несколько страниц. Взгляд тут же начал цепляться за знакомые по прошлому изучению Наследия обороты, названия характерных упражнений и славословия Кетоту.

Ну-ка, последняя проверка… Малк пролистал до самого конца, вчитался в финальные строчки и потрясённо помянул Девятерых. Сказать, что ему повезло, это ничего не сказать! Он держал не просто копию некоторых выдержек из Наследия Кетота, а ту его часть, что позволяла искателю могущества шаг за шагом подняться аж до зелёного ранга Власти. И это означало, что теперь Малку по крайней мере пару уровней можно будет не задумываться о поиске руководств для развития…

— Ф-фуух! С ума сойти! — не смог сдержать радости Малк и отсалютовал томиком статуе Кетота.

Цель всей его поездки на Левый Брат была достигнута, так что теперь он мог смело возвращаться назад.

— Если ещё и на обратном пути Голодных Мороков не встречу, то клянусь, полсотни драхм первому же действующему храму пожертвую! — на волне энтузиазма пообещал Малк, после чего двинулся на выход.

Однако не успел он сделать пары шагов, как блок, где до того хранилось Наследие, с громким стуком вдруг задвинулся обратно в тумбу. Внутри раздался металлический лязг: но не такой, как при работе нормально функционирующего механизма, а такой, который бывает, если этот самый механизм кто-то начинает активно ломать. Затем послышалось омерзительное шипение, треск и… весь алтарь рывком сдвинулся в сторону.

Там, где раньше стояла каменная тумба, открылся тёмный зев колодца. И из его мрачных глубин тотчас потянуло холодом, серой и застарелым запахом крови. Уже понимая, что избежать неприятностей не получилось, Малк сунул томик Наследия за отворот жилета и, теперь уже боком двигаясь к выходу, потянулся за тесаками.

До дверей оставалась всего пара саженей, когда из колодца внезапно выпрыгнула чёрная тень и жёстко приземлилась перед Малком. Замерла, развела руки и торжествующе зашипела. Только тогда он смог разглядеть воняющего серой гостя, а точнее гостью. Из заточения под алтарём вырвалась самая настоящая суккуба — чернокожая, красноглазая, с двумя рядами больших и малых рогов на голове, когтистыми конечностями и длинным, хлещущим по бокам драконьим хвостом. И судя по тому, как она ощущалась Властью, ранг у неё был никак не меньше Охотника за плотью.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо!!! — зарычал Малк, принявшись мысленно активировать цепочку рун в заклинании Панциря и одновременно делая угрожающие движения тесаками.

Последнее, чего он сейчас хотел, это драться один на один с представительницей разумной жизни Пекла. Тем более, когда та выше его на целый ранг, а то и полтора. И пусть суккуба в данный момент вряд ли находилась в своей лучшей форме — Малк успел разглядеть и чересчур бледную кожу, и следы незалеченных ожогов, и заметный тремор конечностей, — но… Йоррох побери!! Охотник за плотью есть Охотник за плотью, а начинающий Ученик есть начинающий Ученик.

Силовое поле вокруг него только-только успело сформироваться, когда гостья из ада обратила наконец на него своё внимание. Прекратив изображать радость, она вдруг сфокусировала взгляд налитых кровью глаз на Малке, зачем-то принюхалась и медленно растянула чёрные губы в совершенно акульей улыбке.

— Ч-человек! — протянула она с жутким акцентом. — Вкусная душа и сладкая плоть… И главное какая ирония. Жрец поймал меня, чтобы возвыситься, а служитель освободил, чтобы возвысилась уже я сама!! Сегодня определённо мой самый лучший день…

Пока тварь говорила, на Малка одна за другой начали накатывать волны возбуждения. Не то мягкое, будоражащее чувства волнение, которое вызывала в нём Терри, и не туманящая разум страсть как у леди Леары, а тяжёлое, давящее животное безумие, так и норовящее полностью растворить в себе личность Малка. И полностью активированный Панцирь совершенно не был тому помехой!

Впрочем было у Малка решение и на этот случай. Посвятив пару седмиц изучению системы энергетических каналов человека и обретя через значительно усложнившуюся «лечилку» контроль над своей жизненной силой, теперь подобного рода воздействия не слишком-то его пугали. Едва осознав, что барьеры воли вот-вот падут под натиском наведённого желания, Малк принялся спешно корректировать схему циркуляции энергии, попутно запустив внутрь нужных узлов особым образом свёрнутое Рассеивание.

Конечно полностью подавить воздействие ауры суккубы у него не получилось — демоница была для того слишком сильна, — но этого и не требовалось. Достаточно того, что оно не выходило за определённые рамки и не мешало разумно мыслить. Ну а дальше… дальше всё равно всё должна решить честная схватка.

И Малк рубанул демоницу сразу обоими тесаками, вложив в движение всю мощь мышц.

Видимо гостья из Пекла слишком рассчитывала на силу своего тёмного «обаяния», потому как атаку эту она пропустила. Клинки прочертили через всё её тело две кровавые полосы, а сама она оказалась отброшена почти на две сажени назад. Вот только смертельным ранение для неё не стало. Может быть чуть ослабило, но не более того. Зато совершенно точно, оно её запредельно разозлило.

— Я высосу мозг из твоих костей, ч-человечек!!! — завизжала суккуба и, сгруппировавшись, прыгнула с места на Малка.

Он собрался было повторить успех предыдущего удара, но одновременно с прыжком демоница атаковала и на ментальном плане. На Дух Малка обрушилась сжатая в таран Власть обитательницы Пекла. И хотя благодаря практике Кристаллического Сердца он имел определённую устойчивость к данному виду воздействий, нужного эффекта тварь всё же добилась. Мышление Малка замедлилось, реакция резко притупилась, а мышцы стали реагировать на приказы со значительным запозданием. В результате выполнить задуманный приём он так и не успел. Суккуба врезалась в него всем своим телом и, одним махом пробив Панцирь, сшибла с ног.

Боль от удара на мгновение вернула Малку контроль над конечностями, и он попробовал рывком освободиться. Но куда там… Тварь вцепилась в его руки когтями — что сразу же навеяло воспоминания о ранах погибшего жреца, — а хвостом обхватила за колени, да так крепко, что быстро освободиться было решительно невозможно.

— А душу, твою душу я оставлю на потом!!! — Тем временем уже в лицо Малку торжествующе прошипела суккуба.

И потянулась к нему губами.

Чем именно ему грозил поцелуй демоницы Малк не знал и знать не хотел. Поэтому подстёгиваемый ужасом, он немедленно сконцентрировал собственную Власть на одном единственном желании. Напрягся один раз, второй, третий, пока наконец не прорвал наложенные на него ограничения и не смог сосредоточиться на контроле одного из своих заклинаний — Искры. Вроде бы слабое и неэффективное, по некоторым позициям оно в чистую выигрывало у других чар. Вот одну из таких особенностей Малк и собирался сейчас использовать.

Надув щёки, он незаметно создал на кончике языка Искру, вложил в неё половину резерва, сжал до предела и… выплюнул прямо в лицо суккубы.

Удар получился что надо. Будь на месте твари Пекла человек, то ему попросту снесло бы голову, но гадина отличалась значительно более крепким телосложением. Так что внезапная атака лишь разбила в кровь зубастую физиономию и до хруста в шее заставила демонессу запрокинуть рогатую башку. Малк даже успел пожалеть, что не мог вложить в чары больше эргов. Вдруг бы получилось убить противницу с одного маха?

Впрочем делать ставку на Искру, как на смертельное оружие, он всё равно бы не рискнул. Всё, ради чего он затевал свою атаку, это отвлечение внимания суукубы и получение ещё толики контроля. Хотя бы над одной рукой. И своего он таки добился!

Пока демоница что-то возмущённо вопила, Малк вытянул из-за пазухи Наследие Кетота и прижал его к груди противницы. Та моментально вздрогнула, попробовала рефлекторно освободиться, но Малк ей такой возможности не оставил. Едва обложка книги коснулась чужой кожи, как он обхватил томик вниманием, сконцентрировал всю доступную ему Власть и попутно мысленно потянулся к тому образу Кетота, с которым удалось познакомиться в храме милес Драго.

— Во славу… Кетота!! — прошипел Малк.

И с огромным наслаждением принялся наблюдать за тем как меняется выражение лица суккубы. Торжество и какое-то извращённое наслаждений вдруг трансформировалось сначала в недоумение и опаску, а затем стремительно переросло в страх и самый настоящий ужас.

— Нет, нет!!! — завопила она, но было уже слишком поздно.

Книга в руке Малка начала испускать золотистое свечение мощного экзорцизма, которое быстро перекинулось на тело суккубы, накрыло её плотным пологом и сдавило в удушающих объятиях. Минута, и бездыханное тело гадины рухнуло на пол рядом с Малком.

— Всех Святых ко мне в гости, чуть не сдох, — простонал он, тяжело поднимаясь.

В голове была совершеннейшая каша. В момент смерти демоницы она оказалась ментально связана с Малком, поэтому часть пережитого ею досталось и ему. А заодно и куча посторонних мыслей, воспринимаемых как только-только прочитанная история. Что за секреты там таились, ещё предстояло разбираться, но в данный момент перед ним стояли гораздо более насущные задачи.

Поэтому едва встав, Малк первым делом склонился над демоницей и принялся тесаком вырубать у неё из груди всё ещё испускающее эманации Скверны сердце. Согласно прочитанному в библиотеке Школы бестиарию, оно считалось сосредоточением Силы суккуб и весьма ценилось на рынке магических ингредиентов. Главная сложность здесь была в правильном его хранении: сразу после гибели твари сердце следовало как можно быстрее поместить в нефритовый контейнер. Запоздаешь хотя бы на минуту, и драгоценная добыча превратится в кусок бесполезной гнили. А уж чего-чего, но этого Малк точно не желал. Так что едва чёрный уродливый комок пульсирующей плоти оказался вырезан из тела демонической гостьи, как он тут же отправился в заготовленный для адского подсолнуха контейнер.

К выпавшему в момент гибели суккубы Наследию Малк вернулся лишь закончив прятать трофей в рюкзак и тщательно оттерев руки от демонической крови. Никакого подвоха он не ожидал, так что когда от его касания крепкий даже на вид томик вдруг взорвался облачком пыли, он испытал самый настоящий шок.

— Нет, нет, нет!!! — завопил Малк, падая на колени и вороша оставшийся после книги ворох мусора.

Нащупал несколько вроде бы целых листков, поднёс их к глазам и через секунду разразился площадной бранью. От руководства, способного помочь развить Власть до весьма немаленьких высот, сохранилась лишь та часть, что касалась тренировок на оранжевом ранге. Остальное безвозвратно пропало. И день, казавшийся невообразимо удачливым, тут же окрасился в серые тона.

— Да как так-то?!! — прорычал Малк и, злобно посмотрев на тело убитой суккубы, с яростью её пнул: — Всё из-за тебя, адская сука!!

Сердце щемило от душевной боли, однако идти на поводу у эмоций Малк не стал. Выплеснув наряжение, он торопливо убрал уцелевшие листы Наследия в карман и, закинув рюкзак на плечо, покинул храм. Пришла пора возвращаться обратно…

Но видимо чёрная полоса в его жизни ещё не закончилась. Не успев удалиться от обители Четвёртого Святого и на пару десятков шагов, он стремительно развернулся и кинулся обратно. С того направления, где находилась бухта, накатывала волна Голодных Мороков. И на этот раз убежать от неё не было никакой возможности.

Малк даже ругаться не стал. Счёт шёл на минуты, если не на секунды, и тратить время на бессмысленную болтовню было даже не глупо, а смертельно опасно. Заскочив в храм, он метнулся к телу суккубы и, переодически макая в её кровь ладонь, принялся выводить на полу Защитный Круг. Ровно такой, чтобы можно было сесть по-стиксонски, не боясь задеть линии чертежа одеждой. Не больше и не меньше. Затем добавил несколько рунных надписей — не только укрепляющих физическую защиту, но и препятствующих проникновению бестелесных созданий, — а под конец капнул уже собственной кровью.

Десятки прочитанных в Школе Пепла книг серьёзно обогатили его знания в области магии, а общение с господином Тиязом научило в трудные моменты проявлять решимость. Поэтому если раньше Малк в подобной ситуации даже не подумал бы воспользоваться в защитном ритуале кровью демона Пекла, то теперь он лишь жалел, что та недостаточно свежая.

Голодные Мороки появились внутри храма, когда Малк уже вливал в Круг остатки резерва. Немного повертевшись у входа, бестелесные твари одна за другой устремлялись к колдовскому барьеру и с налёту пытались его преодолеть. Когда же это у них не получалось, то несколько обескураженные они отступали… чтобы затем с новыми силами повторить попытку.

Ритуальная защита, на которую Малк делал большую ставку, стремительно теряла энергию. Не помогало ни использование демонических сил, ни компактные размеры. Оборону Малка попросту истощали бесконечной чередой атак, ставя крест на его планах пересидеть всплеск активности Мороков. Так что если он хотел жить, пора было выкладывать единственный козырь. Козырь, позволяющий стать для порождений Запределья невидимкой и тем самым уйти из тупика прямого противоборства.

Уняв бешено бьющееся сердце и старательно игнорируя пляшущих в безумном хороводе на расстоянии вытянутой руки бестелесных монстров, Малк закрыл глаза и мысленно настроился на проклятый нож. Что-то ему подсказывало, что на этот раз обычной работой с духовным резонансом ограничиться не получится. И он, окончательно и бесповоротно сделав ставку на придуманную маскировку, принялся один за другим отключать свои органы чувств. Когда же его сознание оказалось заперто в тюрьме тела и происходящие в нём процессы стали как никогда ясны, он взялся за работу с энергетическими каналами. Ведь мало сделать свой Дух незримым для Голодных Мороков, надо скрыть от них и тело! Вот он и скрывал, заставляя саму жизненную силу вибрировать в одном ритме с тонким телом.

Финальным же аккордом превращения в «невидимку» стало погружение сознания Малка в глубины Дворца Духа. Туда, где не было ни чувств, ни времени, ни мыслей. И где он мог бесконечно ждать спасения или… смерти.

–

Не успели вы дочитать последние строчки главы, как перед вашим внутренним взором возникло лицо красивой женщины с рогами на голове. Благородное, с тонкими чертами и выразительными глазами… глазами, столь манящими, что вы не можете отвести от них взгляда. Мгновение, и мир перестаёт для вас существовать. Вы медленно, медленно погружаетесь в тёмные бездонные глубины. Но вам не страшно. Наоборот, вы чувствуете необъяснимый комфорт, ваши члены расслаблены, мысли текут неторопливо, ваш Дух входит в состояние созерцания… В сердце потихоньку зарождается некое желание… Оно зреет, зреет и вот вы уже не можете его сдерживать в себе. Вы протягиваете руки к клавиатуре с мышкой и переводите на счёт книги «Школа Пепла» подарок. «Муа-ха-ха!» — слышите вы отдалённый смех, после чего засыпаете. Через минуту вы очнётесь отдохнувшие, в прекрасном настроении и с чувством выполненного долга.

Глава четвертая, в которой кое-кого бьют тростью

В мир Малк вернулся максимально неприятным для себя образом. Вместо плавного обретения ясности сознания его сначала выдернули из тьмы беспамятства, затем словно бы ударом кувалды вогнали обратно в тело, которое в свою очередь «гостеприимно» встретило его приступами спазматической боли и прокатывающимися от макушки до пят волнами нестерпимого жжения.

— Ы-ыыы!!! — зарычал Малк, лишь каким-то чудом сдерживаясь, чтобы не заорать в голос. — К-какого флура…

Он, конечно, ждал, что выход из столь глубокого транса, к тому же завязанного на работу с весьма непростыми вибрациями, будет как минимум сложным, но не настолько же!! Да и если верить его внутренним часам после начала медитации прошло слишком мало времени. А значит что-то его вытянуло наружу… Что-то или кто-то.

— Малк, живо приходи в себя и будем уматывать отсюда! — сквозь застилающую все его чувства пелену донёсся до Малка нервный голос Эйши.

И это стало последним штрихом, что окончательно вернул Малку некоторую ясность восприятия.

— Змея? Ты-то как здесь оказалась? — с трудом шевеля сведёнными судорогой губами, спросил Малк и попробовал встать.

Через секунду с проклятьями упал обратно и не раздумывая активировал «лечилку». Запоздало вспомнил об опустошённом резерве, дёрнулся было развеять чары, но тут же осознал, что никаких проблем с использованием магии нет и быть не может. Нимб потихоньку собрал так необходимую для Малка Силу даже без его непосредственного участия.

— Как-как… Тебя спасать прибыли! — прошипела Эйша и снова принялась тормошить Малка.

Стало понятно, что время на то, чтобы неспеша прийти в себя ему не дадут, и Малк в очередной раз попробовал подняться. Вторая попытка оказалась удачной. Он смог утвердиться на ногах, и лишь тогда до него вдруг дошёл смысл слов Змеи. Прибыли? Больдо же вроде с бестелесными тварями драться не умеет… Или соученица имеет ввиду вовсе не здоровяка с колдовской алебардой?!

То ли сказывалась запущенная «лечилкой» ускоренная циркуляция жизненной энергии, то ли уже начали отступать постэффекты от самодельной медитации, но ещё недавно страдающий от дикой слабости Малк вдруг ощутил прилив сил и принялся торопливо озираться.

Отметив мимоходом следы полностью выгоревшего Защитного Круга, зафиксировав пропажу останков суккубы и подивившись покрывающему пол слою бледно-розовой пыли, он наконец перевёл взгляд на проход в храм и криво усмехнулся. В дверях прямо на пороге, скрестив по-стиксонски ноги и глядя наружу, сидел незнакомый маг в дорожном костюме, без головного убора и маски. Он был молод, однако между бровями у него пролегли несколько глубоких вертикальных морщин. Зрачки в чуть запавших глазах светились красным, мочки ушей оттягивали тяжёлые костяные кольца, на шее же из-под стоячего воротника виднелась татуировка крыльев. А ещё несмотря на молодой вид, к возрасту незнакомца от чего-то очень хотелось накинуть сверху пару десятков лет, так же как и поднять слишком явственно ощущаемый ранг Адепта на две-три ступени сразу.

Отвлекшись на странного мага, Малк едва не пропустил странную пелену из пепла, затянувшую окна. И очень зря, потому что сотворить такое не мог ни один из знакомых ему Бакалавров. Как там господина Тияза до ранения называли? Любимец Пепла? Что ж, похоже сегодня он познакомится с тем, кто способен оспорить данный титул.

— Приветствую брата по учителю, — с трудом проталкивая слова через пересохшее горло, прохрипел Малк. — Как я понимаю Стево Крыс?

— Для тебя, господин Стево Крыс, — ледяным тоном отрезал сильнейший ученик Черепа.

И на этих словах повеяло от него чем-то таким, что пропало всякое желание спорить. Как и вообще общаться.

— Малк, быстро приводи себя в порядок и будем убираться отсюда. Наш старший брат, конечно, хорошенько здесь всё подчистил: ни одного Голодного Морока не осталось. Но надолго этого не хватит. Ещё минут десять-пятнадцать, и всё — их здесь будет столько, что и Мастер не справится, — горячо зашептала Эйша, принявшись совать Малку в руку здоровенную лечебную пилюлю.

Не размениваясь на споры, Малк взял лекарство, прикончил его в пару укусов и, забросив на плечо рюкзак, решительно кивнул:

— Готов.

Ничем не обоснованную резкость Стево он решил проигнорировать. Да и не в том Малк был положении, чтобы изображать обиду: в конце концов соученики были здесь из-за него, а значит терпимость к чужим манерам это самое малое из того, что он может сделать в качестве ответной благодарности.

— Ну так выходим тогда, выходим!! — нервно прошипела Эйша.

К слову Крыс, пока они шептались, покинул облюбованное место и теперь торчал посреди остатков улицы, сосредоточенно шепча колдовские формулы и совершая загадочные пассы руками. Малку волшба его была незнакома, однако догадаться в чём она заключалась было не трудно. Стево убирал закрывающие окна пологи из Пепла.

— Так, Малк, двигаемся сейчас очень быстро. Слышишь? Очень быстро! — принялась командовать Эйша, едва они с Малком оказались снаружи. — Я бы сказала побежали, но тогда не получится отслеживать перемещения Мороков. А без этого до берега не добраться!

— Почему? — нахмурился Малк. — В прошлый же раз ведь получилось.

— Да потому что ты со своими экспериментами с духовной маскировкой — или как там ты её назывешь — довёл Мороков едва ли не до безумия. Все шаблоны поведения им поломал. Забрался в самое сердце их владений, хорошенько покрасовался перед «зрителями», а потом сгинул неизвестно куда. И найти тебя ни у одной твари не вышло! — На ходу принялась объяснять Эйша, между делом наколдовав вокруг своего тела нечто вроде светящегося зелёным ореола. — Когда мы сюда прибыли и в спину им ударили, они нас даже заметили не сразу. До последнего всё пытались тебя своими чувствами нащупать.

Малк, заметив что находится чересчур близко к границе магической ауры Змеи, сделал торопливый шаг в сторону. Если он правильно всё понимал, то Эйша активировала что-то из арсеналов магии Яда.

— Странно. Был уверен, что если транс продлится несколько дней, то к моменту, когда очнусь, Мороки про меня забудут и расползутся по своим щелям… — протянул он, пусть с некоторым запозданием, но всё же накладывая на себя Панцирь. Затем подозрительно уточнил: — А долго я так… прятался?

— Сутки или чуть больше, — фыркнула Эйша. — Ты как к вечеру на борт «Риммы» не вернулся, так капитан сразу же в Школу направился и господина Тияза искать начал. И слава Святым, что Мастер на тот момент не погряз в очередном витке своих экспериментов. Иначе несмотря на очевидные успехи, до выхода из транса ты бы не дожил — твари все силы бы истратили, но тебя нашли.

Насчёт последнего Малк бы поспорил, но… какая разница, если команда спасения уже прибыла, и он спешит на корабль?

Они уже довольно далеко удалились от храма, когда их догнал Стево и мрачно бросил Эйше:

— Будь готова, они возвращаются.

Малка он отчего-то игнорировал. То ли имел на него по какой-то причине зуб, то ли считал неподходящим на роль равного собеседника. Ну да и Йоррох с ним! Что гораздо важнее, Малк не понимал, к чему Эйша может сейчас готовиться. До прорыва в Бакалавры способностью бить бестелесных она точно не блистала. Или в том-то всё и дело? Что ж, сам Малк как и в прошлый раз делал ставку на быстрые ноги и знание экзорцизма. Благо в примитивной форме даруемую данным ритуалом способность он уже повторять давно научился — уж на это его уровня владения Властью вполне хватало…

Несмотря на предупреждение Стево, некоторое время их троица двигалась совершенно спокойно, без каких-то помех. Впереди, светясь от странной магии, точно витрина лавки в канун празднования Нового года, шла напряжённая до предела Эйша. Следом шагал несколько ошарашенный сменой декораций Малк, а завершал процессию завернувшийся в кокон из Пепла Крыс.

И лишь когда вдали показались мачты корабля, лишь тогда Голодные Мороки сделали свой ход.

Песчаный холм, мимо которого проходили соученики, вдруг содрогнулся и, точно Йоррохов вулкан, принялся извергать из себя настоящие потоки Голодных Мороков. Бесформенные, лишённые материальных тел твари, едва оказавшись в новой для себя реальности, не тратили ни секунды на адаптацию и, словно повинуясь внутреннему компасу, сразу же брали курс на троицу магов. Точнее, ни у кого в том не было никаких сомнений, на одного конкретного мага.

— Что-то с твоей маскировкой явно пошло не так, — едко процедила Эйша, покосившись на Малка. — Кажется порождения Запределья не очень любят, когда кто-то пытается открыть их секреты.

Малк на это лишь сдавленно выругался. Кажется он и вправду несколько переборщил с тем, что попробовал изменить вибрации не только Духа, но и тела. В тот момент это решение казалось абсолютно правильным — и то, что он жив, прекрасно это доказывает, — но теперь пришла пора расхлёбывать последствия.

— Видимо обратная метаморфоза прошла не так гладко как хотелось бы, вот их и тянет на аномалию, — хмуро сообщил Малк, стискивая тесаки.

Собственные навыки должны позволить какое-то время продержаться перед натиском бестелесных, но… но слишком уж тварей много!

— Так врубай свою маскировку обратно!! Видишь что творится?! — взвизгнула Эйша, которую уже заметно трясло.

У девушки определённо имелись какие-то скрытые фобии насчёт Голодных Мороков. Не зря же так реагирует.

Малк уже собрался было огрызнуться, что так просто такие вещи не делаются, как Змея вдруг грязно выругалась и сама рванула навстречу валу Мороков. На какой-то миг показалось, что она сделала это будучи в дикой панике, но затем Малк увидел как молниеносно разъедает ядовитой Силой всех тех призрачных монстров, что соприкоснулись с аурой девушки, и успокоился. Переход в Бакалавры и вправду серьёзно усилил ученицу Черепа. А значит, несмотря на все свои страхи, она точно знала, что делает.

И вторя его мыслям под грохот грома от Змеи во все стороны побежали кольца Силы, разрывающие Мороков в клочья. Девушка активировала свой любимый Гром-колокол.

— Ну и стоило ли так выпендриваться? — донёсся недовольный голос Стево.

Сам он так и остался на прежнем месте, лишь натравив на десяток ускользнувших из-под удара Эйши тварей сотворённую тут же колдовскую крысу с почему-то птичьими или даже ангельскими крыльями. Которая сделала над его головой круг, а потом спикировала на врага, самостоятельно наводясь на цели и пронзая их точно бронебойный снаряд. Вжух, и вот уже грозные Мороки развеиваются розовой пылью, а изрядно уменьшившийся в размерах вредитель возвращается к Стево.

— Йоррох побери, это было до обидного быстро! — пробормотал себе под нос Малк и, наложив на клинок сначала Рассеивание, а затем впустив в честную сталь свет экзорцизма, крест-накрест рубанул единственную добравшуюся до него гадину. Удар несчастная разумеется не пережила, но свои успехи Малка от чего-то больше не радовали.

Подобного рода «вулканов» на пути к кораблю они встретили ещё четыре, и это было чистой воды везение. Будь их хотя бы на один больше, и все трое так и остались бы на острове. Просто не хватило бы сил на сопротивление. И так если в борьбе с последствиями второго извержения Эйша ещё участвовала — её ядовитая аура вкупе с Гром-колоколом косили тварей точно траву, — то далее Стево сражался фактически в одиночку. Орудуя уже не одной крылатой крысой, а сразу шестью. Что очевидно не способствовало сохранению его сил.

Малк по мере возможности тоже помогал, но тут уже всё упиралось в пределы его способностей. Младшие Магистры борются с отрядами врагов, основная масса Бакалавров специализируется на схватках один на один, а Ученики с Адептами… да кто, поимей их Святые, вообще рассматривает Учеников с Адептами в качестве серьёзных бойцов?! Хорошо уже то, что Малка не надо было прикрывать от одиночных тварей.

Конечно, дай ему гору заряженного кристаллического песка, пару часов времени на расчёты и подготовку ритуала, и он бы что-нибудь придумал. Но… так и Эйша со Стево в таких условиях способны на большее. Только кто же им такие условия даст?

Когда они измученные и опустошённые всё же поднялись на борт корабля, то сами поначалу в это даже не поверили. Во всяком случае первые десять или пятнадцать минут они просто валялись на палубе и бессмысленно таращились в сторону берега, где с каждой секундой появлялось всё больше и больше Голодных Мороков. Мороков, которые снова упустили своих жертв.

— Это была последняя моя поездка к Левому Брату, — объявила, отдышавшись, Эйша. — Пускай Мастер навешивает какие хочет долги, но я сюда больше ни ногой. — И уже персонально Малку бросила: — И тебе не советую.

После чего, не обращая ни на кого внимание, скрылась в палубной надстройке. Ну а так как в её привычках вряд ли что-то поменялось, то можно было не сомневаться — ближайшее время девушка проведёт в обнимку с бутылкой.

Не стал задерживаться и Стево Крыс. Не удостоив Малка и взгляда, лучший ученик господина Тияза удалился вслед за Эйшей. И судя по тому, как спустя несколько минут в сторону пассажирских кают потянулись потоки Силы, там он занялся пополнением растраченных резервов.

И лишь сам Малк никуда уходить не спешил. Как и в прошлый раз нашёл себе спокойный уголок, уселся поудобнее и… занялся тем, что кладовщики любят называть инвентаризацией. Принялся проверять своё состояние и оценивать прибыль с убытками. Тем более что там и вправду было над чем подумать.

На первом месте разумеется стояло телесное и духовное здоровье. Глубокий транс с одновременной подстройкой под содержимое проклятого ножа запустил цепочку сложнейших преобразований, смысл которых ещё только предстояло понять. Чтобы убедиться в этом Малку не надо было даже особо сильно напрягать духовное внимание. Всё было видно буквально невооружённым «взглядом». И пусть некоторые вещи были достаточно очевидны — как например рост сродства Духа со Смертью и появление у тонкого тела близости к некоторым призрачным созданиям, — кое-что оказалось неожиданностью.

Столь долго сражаясь с последствиями отравления Жизнью, Малк как-то привык, что его тело способно выдержать любое давление. Собственно на это он и рассчитывал, маскируясь под Голодного Морока. Однако чего он точно не ждал, так это появления в потоках его жизненной силы пусть едва заметных, но всё же, нитей некротической энергии. Мешать они никак не мешали, но определённые избытки телесной мощи на себя всё же оттягивали. И что самое странное, никак не поддавались попыткам Малка очиститься от магической грязи. Словно они не были чем-то посторонним, а являлись его неотъемлемой частью.

Раньше Малк этого бы и не заметил, но сейчас… сейчас его контроль на внутренней энергией ещё немного вырос. И многие вещи стали гораздо более наглядными. Проклятье, а ведь помещая в центр своего Нимба «лечилку», он ведь даже не думал, какие возможности данный шаг перед ним откроет! Считал необходимость принятия подобного решения своим невезением. Теперь же всё стало с ног на голову.

Произошли изменения и во Дворце Духа. На просторах его внутренних лугов внезапно появилось странного вида растение. Ржаво-коричневое, с колючими разлапистыми стеблями и фиолетовыми цветками. Оно было настолько чуждо всей внутренней обстановке, что Малк сразу понял, от кого ему достался подобный подарочек. Это был ментальный след суккубы, попытавшейся мысленным усилием поджарить ему мозги. И чтобы разобраться, что он собой представляет, требовалось время. Единственное, что понятно было уже сейчас, это наличие в полученном подарочке некоторых знаний по основному языку демонов. Но вот насколько они были полными, этого он не знал.

На вкус Малка это было не самое полезное приобретение на свете, но и не полностью же бесполезное! Вдруг когда-нибудь пригодится?! Хотя в данный момент он предпочёл бы какой-нибудь более материальный трофей. Например запасы того же адского подсолнуха, под предлогом поисков которого он и отправился на Левый Брат. За всей этой историей колдовскую траву он так и не собрал, а значит не просто задание Мастера не выполнил, но ещё и так ситуацию повернул, что к нему подмогу пришлось отправлять. И теперь можно было смело ждать серьёзного увеличения задолженности перед господином Тиязом.

Последнее соображение было особенно неприятно, так что Малк быстро завязал с самокопанием и переключился на медитацию по восполнению резерва, в которой и провёл всё оставшееся до прибытия в порт время.

Ну а там его уже ждал сюрприз.

— Эттин, ты со мной! — объявил Стево Крыс, когда матросы уже скидывали на причал громыхающие сходни. — Учитель ждёт!

После чего первым быстро сбежал на берег и, не оглядываясь, заторопился куда-то в сторону нагромождения скал, находящегося за источником Школы. Туда, где находились продуктовые склады и где им двоим попросту нечего было делать. Увы, послать старшего соученика куда подальше он не мог. Поэтому Малку ничего не оставалось, кроме как молча позавидовать всё также пропадающей где-то в каюте Эйше и постараться не отставать.

В итоге большую часть территории внутренней фракции они пересекли едва ли не бегом. Миновали несколько постов охраны, обогнули по широкой дуге скалу с высеченным на ней черепом, долго петляли между нагромождениями гранитных валунов, пока наконец не добрались до теряющегося на фоне камня прохода в пещеру.

Стево сунулся было внутрь, но тотчас сдал назад и торопливо согнулся в вежливом поклоне. Как впрочем и Малк отставший от старшего товарища всего на несколько секунд. Из зева пещеры неожиданно появился Эрик Красивый, и ни у одного из них не хватило смелости вызвать на себя гнев этого безумца, спровоцированный нарушением этикета. Впрочем он их вряд ли даже заметил. Младший Магистр был погружён в какие-то мысли и, судя по гримасам, ничего хорошего окружающим они не обещали.

— Куда мы пришли… господин Стево? — спросил Малк подчёркнуто ровно, однако не забыв паузой выделить «господина», когда фигура Эрика скрылась за частоколом камней.

— Сейчас поймёшь, — ответил Крыс прежним высокомерным тоном.

И поманил в глубь пещеры.

Далее они миновали что-то вроде прихожей, затем по каменной лестнице спустились саженей на десять вниз, недолго пропетляли по коридорам, спустились ещё немного, пока наконец не оказались на пороге хорошо освещённого, но очень холодного зала. Зала, вдоль стен которого тянулись десятки полок и где лежали тела самых настоящих демонов. Знакомых и не знакомых, имеющих человеческие черты и вообще ни на что не похожих.

В самом же центре стояли четыре каменных саркофага, один из которых был почему-то перевёрнут, а его крышка расколота. Тут же рядом обнаружился и демонический «жилец». Чёрное татуированное тело, раскинув когтистые лапы, лежало на спине, а его почему-то отрубленная голова валялась у противоположной стены.

Однако самое примечательное здесь было вовсе не это. Около изуродованного тела демона стояли двое — господин Тияз и Больдо. И Мастер самозабвенно лупил артефактной тростью своего ученика. Причём получалось это у него настолько ловко, что воин-маг — по определению способный принимать на закалённое тело даже боевые заклинания — болезненно морщился и прикрывал лицо руками.

Картина выглядела настолько сюрреалистичной, что Малк даже растерялся. А когда всё же заставил себя собраться, тут же заподозрил, что именно он и станет следующим кандидатом на избиение. Никакой вины он, правда, за собой не чуял, но… кто сказал, что Тиязу Черепу нужен повод?

— Приехали? — бросил через плечо господин Тияз, обнаружив посторонних.

Стево кивнул и, почтительно приблизившись к Мастеру, что-то зашептал на ухо. До Малка доносились только отдельные обрывки. Что-то про «следы демона», «взломанный алтарь», «Власть», «опасные медитативные практики» и «недовольство тварей». Ни про то, как его искали, ни о том как прорывались обратно, Крыс не сказал ни слова. Словно это была ничего не значащая ерунда. Не задавал дополнительных вопросов и господин Тияз. Внимательно выслушав Стево, он одобрительно похлопал его по плечу, а затем что-то приказал вполголоса. Крыс кажется удивился, но спорить не стал. И с поклоном тут же удалился.

Через несколько секунд следом за старшим учеником Черепа отправился и Больдо. Правда, чтобы отправить прочь здоровяка, всё это время угрюмо разглядывавшего тело безголового демона, хватило одного холодного: «Свободен». После чего он с сочувствием посмотрел на Малка и не без облегчения покинул зал.

Малк и господин Тияз оказались одни.

— Ты помнишь в каком качестве я тебя к себе брал? — властно спросил Младший Магистр.

— Разумеется, студента и помощника, — вежливо ответил Малк, предпочтя не напоминать про насильственный характер вербовки.

Череп кивнул.

— Помощника… Только что ж ты за помощник такой, если для твоего спасения приходится товарищей от серьёзных дел отвлекать, а?! — с нажимом потребовал ответа господин Тияз.

Малк пожал плечами и, постаравшись, чтобы в голосе не звучал вызов, сообщил:

— Видимо просто очень слабый… Но я исправлюсь!

— Слабый? — если бы у Черепа сохранилось нормальное лицо, на этих словах он наверняка бы хищно ухмыльнулся. — Нет, твоя проблема не в слабости. Твоя проблема другого характера… Ты слишком много думаешь там, где следует не думать, а принимать жёсткие решения и идти к цели.

Малк недоумённо уставился на наставника.

— Простите, учитель, но я не понимаю. Что я сделал не так? Мне нужно было попасть в храм на острове, и я сделал всё, чтобы поездка прошла гладко. Даже козырь на случай проблем с Запредельем подготовил. И, собственно, благодаря ему выжил… Да, собратьям по Школе пришлось меня выручать, но так никто от неудач не застрахован. Я сделал максимум возможного.

— Максимум возможного ты бы сделал, если бы не встал в своё время на путь Кетота! — повысив голос, перебил Малка господин Тияз. — Теперь же ты просто пожинаешь плоды своей ошибки. Имеешь проблемы с развитием, лезешь туда, куда смертельно опасно соваться с твоим рангом и твоими возможностями, наконец отказываешься идти проверенными путями…

То, что Череп всё о нём знал, Малк даже не удивился. Но что за проверенные пути?!

— Я всё равно убеждён, что сделал максимум возможного в моих условиях! — упрямо наклонив голову сказал Малк. — Что ещё-то можно было сделать? И причём здесь жёсткие решения?!

— Например, в том, что ты мог бы не злоупотреблять непроверенными практиками, а обеспечить себе защиту более традиционным способом. Договорился бы с жандармами, выкупил у них убийцу или насильника, привёз на остров, да и принёс бы в жертву тварям Зарпеделья. Уж поверь, отказываться они бы не стали… А там и своими делами бы занялся!

— Жертву? — переспросил Малк. — Но… нет, я не приемлю жертвоприношений. Категорически.

Господин Тияз издал противный смешок.

— Говорю же, чистоплюй. Жертвенная энергия тебе не нравится. Но что в ней плохого? Убив парочку-другую головорезов врагом рода человеческого не становишься, хвост и рога не отращиваешь. А раз так, то зачем отказываться?

— Потому что путь в Пекло именно так и начинается, — мрачно ответил Малк, не к месту опять вспомнивший о том, как Череп предлагал ему шарик с жертвенной силой.

Чем окончательно развеселил господина Тияза. Оперевшись на трость, Мастер запрокинул голову и принялся громко хохотать. И было не понятно, то ли он радуется наивности студента, то ли так выражает своё отношение к пути в Пекло…

Рассерженный издевательствами Черепа, Малк зло отвернулся. Зацепился взглядом за тело демона, посмотрел ниже, на разлившуюся по полу лужу крови и тотчас вздрогнул. Там, точно в зеркале, отражался этот дед Бонифаций.

Йоррох! Он-то как здесь оказался?! Неужели съеденное пошло-таки в прок, и уродец достаточно окреп, чтобы подобрать ключик к защите Школы?! Тогда это плохо, очень плохо!

Тем временем до карлика дошло, что Малк его заметил. Он широко заулыбался, показал большой палец, а затем изобразил, как губами что-то втягивает через невидимую трубочку. Тварь!!!

Малк забыл, где и с кем находится, и всё своё внимание сконцентрировал на «этом деде». Что как скоро выяснилось, делать совершенно не стоило. Потому как если чего господин Тияз и не терпел, так это пренебрежительного к себе отношения.

— Я так понимаю, кто-то решил, что на меня можно смотреть свысока? — прошипел он, моментально приведя Малка в чувство.

Словно точно зная, куда именно надо смотреть, повернулся к луже крови, вперил в неё взгляд и… одним махом превратил в пятно быстро разлагающейся слизи. Отражение в тот же миг пропало, а на грани слышимости раздался затихающий гневный крик карлика.

Малк не успел порадоваться неудаче Бонифация, как пришёл его черёд получать наказание.

— Разве я разрешал отвлекаться?! — процедил господин Тияз.

Однако вместо ожидаемых ударов тростью, он обрушился на Малка со всей своей Властью. Не столько пытаясь раздавить, сколько принуждая к покорности.

По всему телу Малка моментально разлилась режущая боль, а Дух ощутил чудовищное и ни с чем не сравнимое давление. От которого так и хотелось склонить голову и опуститься на колени. Вот только Малк уступать не собирался, и мобилизовав собственную Власть принялся бороться.

Увы, с Черепом он находился в разных лигах. Поэтому совсем скоро бунт был подавлен, он упал на одно колено… и господин Тияз вдруг обратился к нему с неожиданными словами.

— Неплохо для рядового студента, но для моего ученика… отвратительно. Слишком всё предсказуемо и гладенько, нет нужной для боя безжалостности к себе и к врагам. Впрочем, — господин Тияз хищно сверкнул глазами, — последнее ещё можно исправить! Верно, ученик?

Малк, которого только-только выпустили из тисков чужой Власти, даже не знал, что на это сказать и лишь молча кивнул. Чем видимо окончательно вернул своему учителю душевное спокойствие. Напрочь игнорируя причины недавней вспышки — и прежде всего в плане изгнания Бонифация — господин Тияз как ни в чём ни бывало подошёл к одному из саркофагов, сдвинул крышку и требовательно поманил к себе Малка.

— Подойди.

Малк тяжело поднялся и, вытерев со лба испарину, осторожно приблизился. Заглянул внутрь и… вздрогнул, встретившись с горящим взглядом скованного параличом гостя из Пекла. Тело обезьяны, голова пса — уж кем-кем, а красавчиком демон точно не был. Впрочем красота ему и не требовалась. Малк ни капли не сомневался: дай они твари волю, и та из кожи вон выпрыгнет, чтобы залить всё вокруг кровью невинных жертв.

— Это Демонический воин. В меру слабый, чтобы его легко было поймать, и достаточно могущественный, чтобы соответствовать нашим целям… — хорошо поставленным голосом лектора начал господин Тияз.

Однако Малк его перебил.

— Но откуда здесь демоны?! Вроде же Ночь уже закончилась!

— Здесь закончилась, а где-то ещё не начиналась, — недовольно скривился Мастер. — Стево и Кэйталин хорошо на этот раз поработали, можешь потом поблагодарить их за качественный лабораторный материал. Пока же… — Череп с прищуром покосился на Малка. — Ты ведь помнишь те материалы по демонической анатомии, которые я заставлял тебя учить примерно год назад? Ничего не забыл?

— Нет, — медленно покачал головой Малк.

Кажется он начал догадываться, каким образом господин Тияз планировал развивать в нём безжалостность. Раз уж насчёт людей у Малка по мнению Черепа пунктик, то теперь он задумал зайти с другой стороны. С демонической. И надо сказать Малк против такого не возражал.

— Тогда держи документ и начинай искать в теле твари вибрации описанных там энергоузлов. А как найдёшь, делай проекцию на кожу и рисуй руны из списка, — принялся объяснять господин Тияз.

Малк тотчас глянул в бумагу и с облегчением понял, что все нарисованные там знаки Руноглифа ему известны.

— Рисовать чем? — уточнил он, чем снова развесилил господина Тияза.

— Ножом, Малк, ножом! А как закончишь и последовательно активируешь, колдуй Призрачную Руку и извлекай из сердечной мышцы твари имеющуюся там кровь. Достаточно одной капли, но её ты обязан достать! Понял? — сказал Мастер, непререкаемым тоном.

Однако у Малка всё равно нашлось, что возразить.

— Но ведь кровь материальна, а Призрачная Рука…

— Для получения этой крови именно что Призрачная Рука и нужна! — оборвал все возражения господин Тияз и, повысив голос, приказал: — Начинай!

Малк покосился на Мастера, затем глянул в данную ему бумагу, поиграл желваками и… полез за проклятым клинком. Резать живого демона ему, конечно, не хотелось, но и причин отказываться он тоже не видел. Демоны — исконные враги человечества. Мир между ними невозможен, как невозможен мир между львом и стадом овец. Рано или поздно останется кто-то один. А значит и относиться к тварям следовало соответственно!

И он с решительным видом принялся кончиком ножа выцарапывать на коже гостя из Пекла требуемые знаки, благо энергоузлы у него получалось найти на удивление быстро. Рычание и утробный вой демона Малк подчёркнуто старался игнорировать…

Увлёкшись работой Малк сам не заметил, как прошёл почти час, и наступила пора финала. Окинув напоследок взглядом получившийся результат, он влил в созданную цепочку рун почти десяток эргов и последовательно их активировал. Жизненная сила демона моментально пришла в движение, от чего тварь утробно завыла и даже на мгновение разорвала оковы колдовского паралича, дёрнув руками. Однако силы её быстро иссякли, и она снова замерла. Малк же смог воочию наблюдать за тем, как то здесь, то там в жилах демона вспыхивают Силой энергетические сгустки, как их становится всё больше и больше, пока они не соединяются в единый поток, который точно в воронку вливается в сердце, да там и оседает.

— Последний шаг! — напомнил о себе господин Тияз.

Малк кивнул и одним решительным взмахом клинка рассёк тело гостя из Пекла в районе груди. Заранее активированной Призрачной Рукой залез внутрь раны, попробовал найти там что-нибудь интересное и к собственному удивлению через секунду вытянул наружу бордово-чёрную упругую горошину. Уже не кровь, но пока ещё и не сгусток чистой энергии. Нечто среднее…

— Надо же, с первого раза получилось, — нарушил тишину Череп. — Молодец, не ожидал.

— Что это? — спросил Малк, перенося каплю в протянутый господином Тиязом нефритовый флакончик.

— Сущность Родословной, — неожиданно честно ответил Младший Магистр. — Та самая субстанция, в которой собраны все секреты могущества демонических рас! Представляешь?

Малк покачал головой, отвлечённому теоретизированию предпочтя более практичные вопросы.

— То есть этой капли хватит, чтобы пересадить демоническую Родословную человеку? — удивился он.

— Вообще говоря этого маловато. Да и сложно представить себе идиота, которому понадобится родословная слабенького Демонического воина, но… при некотором везении, да, — что-то мысленно прикинув ответил господин Тияз.

— И это всегда так сложно? — продолжил интересоваться Малк.

— Нет, конечно. Так добывали Сущность Родословной первые маги. Теперь же полно других способов, — с этими словами Череп подошёл к одной из полок и достал оттуда странного вида агрегат, выглядевший почти как полная копия того, что показывал Малку господин Жак.

— И да, если ты ещё не догадался, извлечение Родословной абсолютно запрещено что в Борее, что во многих других странах. За хранение и использование данного инструмента дают пять лет каторги, а за проведённую тобой операцию — все семь. Так что считай себя каторжанином. Потенциальным, — и на этом господин Тияз в очередной уже раз за этот день засмеялся.

Малк же с холодком понял, в какую дрянь в очередной раз вляпался. Потому как теперь у Черепа — если он вдруг озаботился записью происходящего в полном живых и мёртвых демонов зале — было доказательство участия Малка в серьёзном преступлении. И это ещё одной ниточкой привязывало его к Мастеру.

Впрочем по настоящему случившееся его не напугало. С ним за последние два года столько всего произошло, что проблемы перед законом не так уж и страшили. Когда во сне и наяву тебя постоянно хочет убить древний маг, а в обыденной жизни ты мечешься между двумя Младшими Магистрами, способными превратить тебя в лужу слизи по щелчку пальцев, всё остальное кажется не таким уж и жутким…

Однако на получении Сущности Родословной участие Малка в делах господина Тияза не закончилось. Добив и без того едва дышащего демона, Малк в сопровождении Мастера вернулся на поверхность к входу в пещерный комплекс. Где, как оказалось, его ждало ещё одно задание.

Уже вечерело, поэтому Малк далеко не сразу разглядел приличных размеров сундук, прячущийся в небольшой тёмной нише пещеры-«прихожей». Чего не скажешь про господина Тияза, который, едва оказавшись наверху, сразу же направился к указанному месту и загремел замками.

— Подойди сюда, — требовательно позвал он, поднимая крышку.

Малк приблизился и с некоторой оторопью увидел, что в сундуке лежит здоровенная, похожая на волка, собака. Мускулистая, короткошёрстая, с вытянутой мордой и странными, похожими на руки, лапами. Глаза у зверь были закрыты, однако он не спал. Дыхание отсутствовало, и единственным признаком жизни можно было считать пробегающую по коже мелкую дрожь.

— Это… гомункул? — вдруг догадался Малк.

Господин Тияз оставил его вопрос без ответа. Вместо этого достал флакон с Сущностью Родословной, встряхнул, зачем-то посмотрел на свет и требовательно протянул его Малку.

— Капни сюда своей кровью. Быстро! — проскрипел он.

И Малк, даром, что при словах о крови у него поднялись на коже все до единого волоски, молча прокусил большой палец и уронил в сосуд несколько капель. В любом случае, если господин Тияз захочет ему навредить, то восприпятствовать Малк ему точно не сможет. Тогда какой смысл упорствовать и отказываться?

Однако Череп его терзаний не заметил. Или не захотел заметить. Забрав флакончик, он добавил в него жидкость ещё из двух пузырьков, хорошенько перемешал и, прошептав короткое заклинание, вылил полученную смесь в точку между ушами гомункулуса. В воздухе тотчас раздалось шипение, завоняло кровью и какими-то травами, а загадочная жидкость принялась стремительно впитываться в кожу рукотворного монстра. Минута, другая, третья… и вот уже мелкая дрожь, бьющая мышцы гомункулуса, сменяется самыми настоящими судорогами, он беззвучно разевает пасть и тяжело натужно дышит.

— Быстро настройся на него и поймай резонанс! Только очень быстро!! — вдруг рявкнул господин Тияз, до того не сводивший со своего «питомца» взгляда.

Малк покладисто кивнул, встал поудобнее, сосредоточился и… вдруг понял, что не нуждается в привычных формулах и способах настройки Духа. Всё получалось словно бы само собой. Более того, испускаемые творением господина Тияза вибрации казались необычайно отчётливыми, хорошо ощутимыми. И для вхождения с ними в резонанс требовалось всего ничего: пробить неведомо откуда возникшую в глубинах Дворца Духа пелену и… и что дальше Малк пока не знал. Но планировал выяснить. Он сосредоточился, надавил Властью, чтобы спустя миг осознать, что для прорыва совершенно не требовалось столько усилий. Кажущаяся крепкой стена оказалась не толще стенок мыльного пузыря. Который лопнул от единственного касания.

— Х-ха! — вырвался у Малка потрясённый вздох, и ему вторил точно такой же вздох гомункулуса.

Сам не понимая как он это делает, Малк заставил монстра выпрыгнуть из сундука, сделать вокруг них с господином Тиязом небольшой круг, а затем по-собачьи сесть рядом.

— Ну и как ощущения на третьем слое? — непонятно спросил господин Тияз, снисходительно наблюдая за движениями рукотворного пса.

— В смысле… — начал было Малк, но затем прислушался к себе и потрясённо помянул флурово семя.

Он прорвался?! Столько месяцев старался, из кожи вон лез, в долгах погряз, а потом вдруг раз и вот так вот незаметно прорвался на третий слой своего Тайного Искусства?! Это было настолько неожиданно, что Малк даже не испытывал радости. Просто удовольствие от хорошо сделанного дела.

— Дальше будет легче. У третьего слоя нет пределов, через которые следует прорываться. Достаточно седмицы за три-четыре закрепить обретённые навыки и можно считать, что Три Призрачных Пульса полностью освоены. И можно будет приниматься за тренировку поглощения Силы и развитие резерва, — принялся объяснять господин Тияз. — Что до работы с резонансом, то он теперь будет даваться всё легче и легче, пока не станет обыденностью. Всего-то и надо, что тренироваться. Но как понимаешь, с этим у тебя больше проблем не будет.

На этих словах Мастер, прощаясь, приподнял шляпу и неторопливо зашагал в сторону жилой части внутренней фракции. Оставляя Малка наедине с рукотворным монстром.

— Господин Тияз, а с гомункулусом-то что дальше делать? — крикнул Малк, не выдержав.

— Попробуй приспособить по хозяйству. Вдруг получится, — закхекал из темноты Череп, впрочем этим и ограничившись.

Стоит ли говорить, что до дома Малк добирался в полном обалдении. Управлять марионеткой с каждым мгновением становилось всё легче и легче, это отнимало всё меньше и меньше внимания, так что в какой-то миг он вдруг сам себе стал напоминать прогуливающегося с домашним питомцем горожанина. Всех отличий, что его подопечный гораздо более послушный и… неживой. Точнее гомункулус был одновременно и жив, и мёртв. Но чтобы хорошенько в этом разобраться, следовало обладать знаниями господина Тияза, поэтому Малк пока решил подобными вещами себе голову не забивать. Впрочем как и ценой йорроховой игрушки!

— Какой насыщенный сегодня день вышел, — пробормотал Малк, усаживаясь на стул перед лежащим на полу гомункулусом. — И событий полно, и подарков…

Последнее его особенно взволновало. Причём речь шла разумеется не о марионетке господина Тияза. Гораздо больше Малка потряс прорыв на третий слой Тайного Искусства. Прорыв, весь последний час вновь и вновь заставляющий его напрягать духовные чувства и вслушиваться в окружающие вибрации.

Повинуясь какому-то наитию, он обратил внимание на себя. Вошёл в нужное состояние, попробовал ощутить правильнуюю волну и… резко открыл глаза. Через голову стянул с себя рубаху, внимательно изучил левое плечо — сначала руками, потом духовным вниманием и лишь затем снова вслушался в испускаемые телом вибрации. Как и в первый раз в едином хоре голосов кто-то натужно фальшивил. И он очень хотел выяснить кто!

Не раздумывая сотворил Призрачную Руку и погрузил её в плечо. Настроился на долгие поиски, но колдовские пальцы моментально нащупали нечто такое, чего внутри тела Малка просто не могло быть. Крепко сжал находку и с осторожностью принялся вытягивать её наружу. Получалось сложно, проклятый паразит так и норовил спрятаться обратно, но Малк был настойчив и через десять минут напряжённой борьбы с ненавистью уставился на извивающегося червя. Полностью живого и в отличие от собственного тела Малка, лишённого даже крох Смерти. А ещё сохраняющего остатки чужой Власти. Причём Власти столь серьёзной, что ею не могли обладать ни Ученики, ни обычные Бакалавры.

— Твою мать! — пробормотал Малк, враз пересохшими губами. Немного подумал и ещё раз глубокомысленно добавил: — Твою мать!!

Глава пятая, в которой совершаются шаги с далеко идущими последствиями

Вопреки опасениям Малка никаких серьёзных изменений с Призрачным Древом за время его отсутствия на лесном жальнике не произошло. Колдовской дуб всё так же одиноко торчал среди могил, на его коре по прежнему темнела незарастающая трещина, а поникшая крона как и в прошлый раз с трудом собирала разлитую вокруг Силу Смерти.

Была, конечно, у Малка надежда, что Древо если не исцелится полностью, то хотя бы встанет на путь выздоровления, но и так тоже было неплохо. По крайней мере Бонифаций визитов сюда точно больше не наносил.

— Да-да, я тоже рад тебя видеть! — сообщил он приветственно зашелестевшему Древу и, скинув у ствола рюкзак, полез за рулеткой.

Возни сегодня предстояло много, так что он был совершенно не в настроении тратить время на пустые расшаркивания. Хозяин кладбища, правда, пытался транслировать какие-то образы, но когда стало понятно, что это опять неизменное «жертвы, нужны жертвы!», Малк лишь отмахнулся и занялся делом.

Неподалёку от внешнего кольца охраны Древа, он отмерил окружность с радиусом в сажень и сразу же принялся очищать отмеченный участок от травы. Причём не стесняясь использовать для этого проклятый нож — не потому, что тут требовался именно магический инструмент, а просто потому что им было удобнее работать. И пока в земле не осталось ни одного корня, к следующему шагу он не приступал.

Затем пришёл черёд собственно магической фигуры. Тут Малк решил изменить своим привычкам и вместо неизменного клинка использовал специально подготовленный рябиновый колышек. Побоялся, что испорченный силой Запределья нож может исказить колдовские потоки. Отметил центр, провёл линию окружности, внутрь вписал квадрат, да так, чтобы вершины оказались сориентированы по сторонам света. Когда же основа была готова, принялся дорабатывать чертёж в соответствии со своими заметками. Выпуклые и вогнутые фигуры, пересекающиеся под всевозможными углами хорды, кривые с тщательно рассчитанной кривизной и, самое важное, правильно подобранные цепочки знаков Руноглифа — всё это головоломным узором принялось заполнять внутренности получившегося круга.

Пару раз Малк сбивался и принимался всё заново перепроверять. Один раз обнаружил серьёзную ошибку в расчётах, не учитывающую понизившуюся напряжённость магического поля, из-за чего был вынужден спешно уравновешивать большой чертёж парочкой мелких пентаграмм. И, наконец, трижды переделывал отдельные фрагменты по причине получившихся чересчур грубыми линий.

Выматывала такая работа страшно, и оставалось лишь удивляться насколько ему везло при организации всевозможных ритуалов в Андалоре. Ведь знал и умел тогда в разы меньше, а энергию впустую не растрачивал и магических взрывов не устраивал. Даже когда листы с «домашними заготовками» использовал, и то ни разу не попал в ситуацию, когда заранее рассчитанные параметры не соответствуют требованиями реальности. Впрочем, работай он не с примитивными вариациями Защитного Круга, а с чем-то более сложным, то не спасла бы никакая удача.

Подправив последнюю завитушку, Малк полюбовался результатом и, отбросив своё новоявленное стило, отправился за рюкзаком. Недолго в нём покопался, после чего уже с нефритовой коробкой в руках вернулся обратно к чертежу. Настал черёд поместить в точку фокуса колдовского рисунка главный «ингредиент» задуманного ритуала. Сердце суккубы — вот то, ради чего он всё затеял. Если Малк всё верно рассчитал, то этот донельзя уродливый и до сих пор сохраняющий подобие жизни демонический орган станет для Призрачного Древа идеальным источником жизненной силы и Скверны. Причём энергию эту даже не потребуется откуда-то добывать — благодаря ритуалу она сразу же будет преобразована в наиболее подходящую для хозяина кладбища форму. Другой вопрос, что в любом деле возможны ошибки, но тут уж ничего не поделаешь. Малк и так делал максимум возможного.

Медленно достав всё ещё ритмично сокращающееся сердце из коробки, Малк в последний раз окинул его хмурым взглядом и тяжело вздохнул. Как же жалко тратить такой трофей на Древо! Какой соблазн взять и отдать его тому же господину Тиязу в счёт списания долга — благо такая позиция присутствует в списке заданий — или банально продать алхимикам… Йоррох, да даже сейчас, взвесив все за и против, Малк не был уверен в правильности сделанного выбора! Понятно, что подкармливая колдовской дуб, помогая ему исцелиться, Малк по сути «ремонтирует» собственную тренировочную площадку. Возвращает в свои руки персональный очаг, заменяющий ему отсутствующий на Римме источник Силы нужного «окраса» и стимулирующий развитие нужных ему заклинаний. Но ведь и в статусе должника Младшего Магистра тоже радости мало!

Малк невольно покосился на статуей замершего в кустах гомункулуса. Подаренная господином Тиязом марионетка очень быстро стала для него одновременно и инструментом самосовершенствования, и мощным оружием, терпеливо ждущим своего часа. Однозначно полезная вещь! Вот только никак не утихали сомнения: а не потянет ли она его на долговое дно и не превратит ли обязательства перед Мастером в нечто неподъёмное?

А, к Йорроху всё! Малк помотал головой и торжественно водрузил комок чёрной плоти на полагающееся ему место внутри колдовского чертежа. Сколько можно голову ломать?! Решил, значит решил!

Чтобы вернуть Духу прежнюю безмятежность, крайне рекомендуемую при проведении разного рода обрядов, Малк отошёл от места ритуала чуть в сторону и лёг на траву. Положил руки под затылок, устремил взор в небо и попробовал освободить голову от любого негатива. Поначалу получилось так себе, но затем мысли перескочили на тему недавних успехов в практике, и кривая настроения снова поползла вверх.

Проклятье, Малк ведь практически полностью освоил самую важную на уровне ученика часть Искусства Трёх Призрачных Пульсов! До последнего в себя не верил, но всё-таки освоил. И теперь буквально физически ощущал как с каждым днём занятий — в том числе с подаренным гомункулусом — растёт его понимание духовного резонанса и приближается момент завершения третьего слоя. Ну а дальше… дальше останется только определиться с третьим заклинанием, и можно будет потихоньку браться за развитие таких характеристик как резерв, скорость поглощения энергии и Власть. А это уже далеко не столь обременительно, как изучение высокорангового Тайного Искусства.

Ф-фух! Столько дней уже после прорыва прошло, а Малк до сих пор себя чувствовал так, словно с его плеч упала гора. Ни тебе давления скрытых страхов, ни неуверенности из-за чересчур сложных практик, ни прочих больших и мелких проблем. Только облегчение и радость от полученного результата.

Заодно пришло осознание, что зря он сетовал на слишком медленный рост — особенно в сравнении с прогрессом на уровне Адепта. Наоборот, при поддержке господина Тияза и в силу удачно сложившихся обстоятельств Малк развивался как-то даже чересчур быстро. Практически на уровне какого-нибудь таланта из крупной Школы или Дома. Ведь что заклинания, что Тайное Искусство, что иные знания — всё то, что Малк практиковал будучи Учеником, всё было минимум на ступеньку выше того, что он изучал в Обществе. Однако он справился и справился неплохо!

Хотя, положа руку на сердце, это он сейчас так радуется. Уже достигнув каких-то результатов. А прогрессируя в том темпе, что соответствовал уровню его таланта, можно не сомневаться — ничего кроме уныния он бы не испытывал и ближашее будущее видел бы только в мрачных тонах.

Да, всё-таки люди сильно зависят от пусть маленьких, но побед. Очень сильно…

Малк со вздохом поднялся и вернулся к ритуальной фигуре. Ещё раз удовлетворённо её осмотрел, после чего достал блокнот и принялся освежать в памяти следующий этап. Вот вроде бы подобными делами уже занимался — выкачивание из демонических тел энергии и преобразование её в определённую форму не настолько уж сложная задача в сравнении с очисткой заготовок для Очага или гадательных костей, но везде свои нюансы. Суккуба после заключения в алтаре большую часть силы уже растеряла, а значит её реальный ранг мог как достигать пика Охотника за плотью, так и соответствовать полноценному Сборщику душ. И работа с сосредоточением Силы такого монстра уже далеко выходила за рамки компетенции обычного Ученика.

Вот Малку и приходилось стараться, выворачивая мозги наизнанку, в поисках способов усилить мощь ритуала и заступить за границу недоступных для него пока сфер. Ради такого всё в ход пустил. Знание Руноглифа и возможность инвертирования отдельных его знаков, понимание духовного резонанса, малоизвестные метафизические принципы и философские концепции. Чего уж там, он даже до полученного от той же суккубы языкового пакета добрался.

Последнее оказалось особенно интересно. Ведь язык существует не сам по себе, не в виде слов и правил. Нет, язык это ещё и некий набор смыслов, плотно увязанных как с кругозором его носителя, так и со способом мышления. И вот именно это было самым важным! Знакомство с новым взглядом на вещи позволило Малку чуточку расширить видение известных ему символов Руноглифа и изученных заклинаний. Не то, чтобы это были какие-то фундаментальные изменения, но капля камень точит. И кто знает, быть может когда-нибудь его понимание станет достаточно глубоким, чтобы трансформаци входящих в Нимб чар продвинулась ещё дальше. И он стал чуточку сильнее!

Сильнее, мда…

Малк помрачнел и, спрятав блокнот, вытащил из внутреннего кармана флакончик с пойманным паразитом. Последнее время у него выработалась привычка смотреть на него всякий раз, когда ему казалось, что жизнь складывается как-то очень уж для него хорошо. Растут навыки, знания, нет нерешаемых проблем с деньгами, отсутствуют конфликты с дворянами, снижается до приемлемого уровня давление со стороны карлика… Стоило его эмоциям подняться на волне энтузиазма как-то слишком уж высоко, Малк доставал йоррохового червя и это сразу же с треском возвращало его на землю. Потому как сильному такое бы не подсадили, сильного просто побоялись бы трогать! А раз он слаб, то какого-то флура он в эмпиреях витает?! Работать надо, работать!

Малк криво усмехнулся и встряхнул плавающую в консервирующей жидкости гадину — после извлечения из тела паразит благополучно издох.

А вообще хотелось бы понять, что это? Средство контроля, инструмент наблюдения, способ отстроченного убийства?! Одни только догадки и никакого понимания. И спросить некого. Дошло до того, что он плюнул на перспективу получения метки на Духе и устроил сеанс гадания. Однако ничего, кроме малоинформативного «червь опасен» узнать не смог. Можно подумать он и сам этого не знал! Кто его подсадил и зачем, вот что Малка волновало прежде всего. Но тут прорицание оказалось бессильно. И теперь Малк отказывался верить вообще всем знакомым.

Нет, наибольшие подозрения понятное дело вызывал господин Жак — Малк даже мог вспомнить момент, когда тот похлопал его по тому самому плечу. Но… но и господина Тияза с учениками тоже со счетов сбрасывать не стоило. Череп вообще не походил на человека, ограниченного какими-то нормами или правилами. Так что если сочтёт нужным подсадить в ученика некую тварь, то обязательно это сделает.

И как в такой ситуации поступать Малку? С кем сотрудничать? На кого опереться?

Йоррох, вот угораздило же вляпаться! Ну почему, почему госпожа Леара не оставила ему канал для связи? Где обещанная «работа на Тёмную Канцелярию»?! Почему всё больше и больше крепнет уверенность, что Малка просто отдали, а то и вовсе подарили Жаку Улью?! Будь всё иначе, может и не пришлось бы ему метаться между двумя Младшими Магистрами, болтаясь точно тряпка на ветру. Которые между прочим вообще непонятно во что «играют» и на чьей стороне находятся.

Взять, к примеру, Жака Улья. Толстяк высокомерен, чванлив и страшно не любит всех тех, кто сильнее, богаче или влиятельнее его. Ну а учитывая прошлое господина Тияза и его многочисленные победы над несостоявшимся Мастером Малка, становится понятно почему он — идеальный кандидат в персональные враги Улья. И ограничься господин Жак шпионажем, мелким вредительством или поиском слабых мест, всё было бы нормально. Житейская, можно сказать, ситуация! Вот только в схему категорически не желает укладываться показное сотрудничество с Малком. Хочешь навредить — делай тайно. К чему эта театральщина?

Конечно Малк допускал мысль, что господин Жак таким образом пытается сохранить лицо. Мол, хочет доказать всем и каждому, что даже проиграв поединок Улей всё равно сохранил власть над своим ассистентом, но… но каким боком это относится к целям Тёмной Канцелярии? Малк не мальчик с улицы, его в Школу Пепла для неких целей направили. И теперь получается, что ресурсы всемогущей особой службы были задействованы для утоления чувства собственной важности одного Младшего Магистра?

Даже звучит смешно.

С господином Тиязом тоже не всё слава Святым. Легендарный Мастер внутренней фракции сначала тратит усилия на получение контроля над Малком, затем продавливает его развитие именно в нужном ему направлении, тратит кучу ресурсов и… после всего этого вдруг заявляет о том, что ему плевать на «сотрудничество» нового Ученика с открытым недругом и конкурентом. Серьёзно? А может было бы проще просто закрыть этот вопрос раз и навсегда, благо он для этого достаточно силён и победить Жака Улья для него не проблема?

Но нет, господин Тияз почему-то игру Улья поддерживает. И в свою очередь постоянно подталкивает Малка во вполне конкретном направлении. То через Больдо посылает именно в то Убежище, где появляется Трёхголовый, то уже при посредничестве Эйши затаскивает на холм, где в источнике восстанавливается демон… В объяснения Змеи Малк ни тогда, ни сейчас не верил… Потом появляется секретная лаборатория, гомункулусы, теперь вот пришёл черёд Родословной. И пусть Малк допускал возможность, что именно для работы с силой крови его и готовили — слишком уж специфический набор навыков у него получается, но ощущение постановочности происходящего никак не уходило.

Чего уж далеко ходить, вот за что господин Тияз лупил тростью Больдо?! За то, что он убил какого-то демона, да? Родословную не дал добыть, ценный ресурс истратил… Всё вроде понятно и логично, да вот только не слишком ли много шума из-за обычного низкорангового Демонического Воина?! А раз так, значит и сделано это было специально. Кое-кто очевидно желал, чтобы Малк обратил на происходящее внимание и… рассказал своему «другу».

Мысли Малка неожиданно нарушил треск и шум со стороны Призрачного Древа. Колдовской дуб, ощущая близость такой нужной для него жертвы, негодующе тряс ветками. Он категорически не понимал, почему двуногий союзник тянет и не начинает ритуал…

— Да подожди, немного осталось! Не шелести, — нахмурился Малк.

И принялся размещать в нужных местах магического чертежа заранее отмерянные мешочки с кристаллическим песком. Работа это была простая, не требующая концентрации, и он вернулся к прежним мыслям.

Так что там было такого особенного в убитом Больдо демоне, о чём стоило бы рассказать заклятому другу Жаку? Ведь что-то точно было, не могло не быть.

Малк сосредоточился, представил открывшуюся тогда перед ним сцену и тотчас удовлетворённо кивнул. Вот оно. Татуировки! У демона было очень много специфических татуировок на теле. Сначала он не обратил на это внимание, а теперь понимает, что все узоры на коже гостя из Пекла были на птичий мотив. Перья, крылья, снова крылья… Вот только что в этом особенного. Или, если спросить иначе, зачем господин Тияз желает, чтобы данная деталь обязательно дошла до Жака? А ведь ещё есть возня с Родословной и инструмент для её получения, а перед тем была колонна для очистки сущности крови…

Глупо думать, что это просто способ поддразнить господина Жака! Скорее речь идёт о целенаправленной провокации. Но зачем, в чём смысл?! И почему Улей на них не поддаётся? Вопрос… Особенно когда понимаешь, что подобную выдержку демонстрирует человек, отличающийся мелочной мстительностью, жадностью и глуповатой тягой «ко всему блестящему». Не срастается что-то… Такое возможно только при условии, что всё вышеперечисленное для Жака не более чем ширма. Ширма, за которой прячутся его реальные интересы и занятия.

Йоррох, как же сложно! И до сих пор непонятно: стоит ли во всё это влезать Малку. Не слишком ли он мелок для разборок Младших Магистров?!

На этой мысли Малк криво усмехнулся, похлопал ладонью по карману, куда он спрятал флакон с червём и помотал головой. Да кто его вообще спрашивал, хочет он куда-то влезать или нет. Он с первых дней на острове в самом центре всего этого дерьма и нет тому конца и края!

Малк вытер от чего-то вспотевший лоб и продолжил рассуждать далее.

Если господин Жак действительно что-то скрывает, то что? Какие это такие секреты, что для их сокрытия приходится сооружать подобного рода ширму?! На ум ничего не приходило, вопрос повис в воздухе. Интуиция в голос кричала, что всё это как-то связано с демонолюбами и жертвоприношениями по всему острову Римма. Однако как это всё увязать…

Впрочем если подумать, то намёки на это были и было их уже немало. То господин Тияз предлагает Малку жертвенную силу почти сразу после резни во флактурме. То господин Жак куда-то пропадает на момент нападения Трёхголового и при том совершенно случайно оказывается именно тем, кто что-то знает про погибшего Конта Два Зеркала.

Нет, оба мага определённо замешаны здесь по уши. А значит и копать надо именно в этом направлении. Вот только ещё бы понять как именно «копать»…

Малк встряхнулся, сбрасывая напряжение, после чего сосредоточился на том, чтобы очистить разум от посторонних мыслей и утихомирить эмоции в сердце. Сделал восемь вдохов-выдохов, а на девятый достиг требуемого состояния покоя и перешёл собственно к обряду. Для чего сконцентрировал Власть на первом слове заклинательной цепочки, «зажёг» его Силой и начал двигаться далее, тщательно соблюдая очерёдность магических элементов. Первое, второе, третье… Не прошло и пяти минут, как графическое заклинание оказалось полностью активно и для его завершения потребовался лишь последний штрих. Малк создал между ладонями самое сильное своё Рассеивание и метнул его в сердце суккубы.

Затрещали магические разряды, слабо запахло грозой. Над всей фигурой, по линиям которой теперь ручьями текли вереницы голубых искр, возникла прозрачная полусфера. Раздался тихий гул — правда очень быстро смолкший! — и сосредоточение жизненной силы демонессы принялось истекать чёрной жижей. Крупные капли непонятной субстанции стекали по бокам невообразимо уродливого органа и мгновенно впитывались в землю, заставляя замершее на заднем фоне Призрачное Древо едва ли не сладострастно содрогаться.

Однако хотя процесс явно протекал сообразно выведенным формулам, Малк начал хмуриться. С такой скоростью извлечения жизненной силы и Скверны, заряд в кристаллическом песке закончится раньше, чем исчерпаются резервы в сердце суккубы. И ритуал придётся повторять, причём хорошо, если один раз. Увы, но магия Малка пока ещё была слишком слаба для таких задач, и он понятия не имел, что в подобной ситуации можно сделать…

Помощь пришла совершенно с неожиданной стороны. В кроне жадно наблюдающего за происходящим Древа вдруг вспыхнул Силой небольшой листок, затрепетал на несуществующем ветру, а потом стремительно слетел вниз. Аккурат туда, где располагалось сердце суккубы. Малк и сделать ничего не успел, как полыхающий жёлтым «подарок» колдовского дуба лёг поверх демонического органа, чтобы через секунду рассыпаться облачком невысокой пыли.

Ответная реакция появилась почти сразу. Вялотекущий процесс извлечения жизненной силы и Скверны повёл себя точно пришпоренная лошадь. Что-то зашипело, затрещало, на поверхности сердца вздулись кровавые пузыри, после чего на смену редким каплям магической субстанции пришёл настоящий поток, а сам демонический орган принялся на глазах опадать будто пустеющий мешок. Практически одновременно с этим начали происходить изменения и с Древом. Испуская во все стороны волны одобрения оно на глазах перешло в призрачную форму и стало видно как по слабо светящимся линиям то ли меридианов и коллатералей, то ли древесных аналогов вен и иных сосудов бежит тёмно-красная энергия. Часть уходит в крону, часть собирается вокруг незарастающей трещины в коре, а самая большая часть втягивается внутрь серого вихря на месте сосредоточения Силы дерева.

Процесс исцеления пошёл полным ходом, однако мысли Малка были сейчас совершенно в другом месте.

— Катализатор. Точно, мне нужен катализатор! Если я хочу вылезти из болота, куда меня затянули добрые господа Младшие Магистры, ситуацию надо хорошенько подстегнуть. А потом выбрать правильную сторону, — медленно роняя слова сказал он, немного подумал и добавил: — Ну или хотя бы попытаться это сделать!

* * *

Это только половина главы (половина!). Она меня полностью устраивает и меняться больше не будет. Обычно я не практикую выкладку по частям, но раз обещал, что уж тут сделаешь…

Что касается второй части, собственно «катализатора», то она требует очередной переработки. Точнее не так. Помните, как в прошлой главе Малк нашёл в себе паразита? Так и здесь. В общей «мелодии» текста моё ментальное «ухо» постоянно ловит диссонанс. И пока я его не устраню — не успокоюсь. Так что, камрады, запасайтесь терпением. Вторая часть главы 15 появится либо во вторник, либо в среду (либо ночью в понедельник, но слишком сильно я бы на это не рассчитывал).

PS: Да, все те камрады, что так радостно поливают меня фекальными массами в комментариях. Ну да-да, вы, с вашими «гори в аду», «автор божился, но не смог», «я не для того на поглавную выкладку черновика подписывался, чтобы ждать пока главы писаться будут», «автор врёт» и прочее. После выкладки второй части главы не поленюсь и пробегусь по комментам. У кого что-то подобное увижу — всех отправлю в бан. Комментарии нужны для обсуждения сюжета, а не для стравливания вашего плохого настроения. Если вы используете их для чего-то другого, значит доступ к комментам вам не нужен.

* * *

— Катализатор. Точно, мне нужен катализатор! Если я хочу вылезти из болота, куда меня затянули добрые господа Младшие Магистры, ситуацию надо хорошенько подстегнуть. А потом выбрать правильную сторону, — медленно роняя слова сказал он, немного подумал и добавил: — Ну или хотя бы попытаться это сделать!

К сожалению планы далеко не всегда совпадают с реальностью, и принятое решение хоть и побуждало Малка к действию, взяться за его претворение в жизнь он смог только через три седмицы после завершения «кормления» Призрачного Древа. Сначала занимался изготовлением очередной партии «лечилок» — данному занятию он в последние месяцы уделял совсем мало времени, так что кошелёк снова начал пустеть. Потом о нём вдруг вспомнил господин Тияз, и полторы седмицы Малк разрывался между работой в прозекторской в компании с Больдо и извлечением демонической Родословной под присмотром самого Мастера. Когда же показалось, что его наконец оставили в покое, на порог заявилась Змея и напомнила о не выполненных ученических заданиях. И Малк несколько дней мотался по острову, собирая нужные травы, коренья, минералы и образцы древесины. Ничего действительно трудновыполнимого на этот раз ему не поручили, однако времени на поиски всё равно ушло немало.

Стоит ли говорить, что в какой-то момент Малк попросту растерял весь свой запал и у него пропало всякое желание «вылезать из болота»? Мотивация ведь штука такая — сегодня она есть, и ты горы готов свернуть, а завтра пропала и… ты либо возвращаешься киснуть обратно в свою нору, либо дальше действуешь на одной лишь силе воли. Превозмогая лень, косность и банальную трусость.

Вполне вероятно, что Малк так и отказался бы от опасной идеи — возможные риски он вполне себе представлял, — если бы во время поездки в соседний Лакон ему не показалось, что на одной из увиденных им афиш ожил рисунок. Как тут же выяснилось то была лишь случайная игра теней, но Малк уже успел вспомнить об «этом деде» Бонифации. Вспомнил, представил как в игру Младших Магистров включается изрядно окрепший карлик, и… по возвращении домой с проклятиями засел за проработку своей дальнейшей стратегии.

Правда стратегия — это слишком громко сказано, потому как на ум ему пришли лишь два возможных шага. Отправка с курьером письма господину Жаку, в котором будет чуточку подправленное описание истории с извлечением Родословной — не зря ведь толстяк так интересовался тем монструозным инструментом? И более активное участие в расследовании преступлений «демонолюбов». Во втором случае Малк не то чтобы сильно надеялся на успех, но по крайней мере рассчитывал найти какие-то зацепки на тему связей отдельных Мастеров Школы и череды убийств. Главное в обоих случаях слишком уж сильно не увлекаться — иначе можно добиться обратного результата. И вместо прояснения ситуации получить двух разгневанных Младших Магистров.

Так что отправив послание Жаку Улью, Малк собрал вещи и поехал в Толок. Туда, где произошёл самый кровавый эпизод в истории с жертвоприношениями, и где у него уже были знакомые среди жандармов…

— Господин Эттин, после того, как я сегодня утром увидел, как жена чинит перья моей любимой опасной бритвой, я думал уже ничего хуже не произойдёт. Однако вот я вижу вас, и понимаю, что для плохих вестей в жизни всегда найдётся место, — вместо приветствия сообщил поручик Ламврош, едва увидев Малка на пороге своего кабинета.

О том, что поручик, вместе с которым они охотились на продавшегося демонам студента внешней фракции Школы, носит такую фамилию Малк к своему стыду узнал только сейчас, прочитав табличку на двери. И потому испытывал некоторое смущение. Чего нельзя было сказать о самом хозяине кабинета.

— Ну вот скажите, зачем вы сюда пришли? Почему именно ко мне, а не к любому другому из моих коллег? — страдальчески морщась спросил поручик. — Почему, а?

Судя по тому, как изменилось его обращение к Малку, он до сих пор находился под впечатлением от той надуманной истории с убийством подозреваемого. И явно не собирался менять своё мнение.

— Меня интересуют подробности расследования всех дел, связанных с появлением на Римме Трёхголового, — максимально нейтральным тоном сказал Малк. — Из прошлого нашего разговора у меня сложилось впечатление, что вы достаточно сведущи в данном вопросе. Поэтому и ехал я сюда не просто в жандармерию, а именно к вам! Я ведь не ошибся?

— Не ошиблись, — скривился господин Ламврош. — Я действительно вхожу в следственную группу, занимающуюся поисками убийц-демонопоклонников, но… с чего вы решили, что сможете через меня что-то узнать? Вся информация закрыта и для посторонних недоступна. Даже для учеников господина Тияза Черепа! — Поручику видимо пришла в голову какая-то мысль, потому как он вдруг прищурился и не без подвоха спросил: — А вообще причём здесь вы, господин Малк? Какое дело вам, магу и студенту, до забот жандармерии? Или… понравилось убивать и теперь хотите прикрываясь благим делом повторить имеющийся опыт?

Последняя фраза заставила Малка поморщиться. Ну вот какого Йорроха, а?! В прошлый раз ведь уже объяснял, что в основе случившегося лежит обычное недопонимание. Однако жандарм продолжал упорствовать и оттого ситуация лишь усугублялась.

— Поручик, что вы несёте?! Какие убийства?! Школа несколько раз поручала мне дела, связанные с проблемой «демонолюбов» и поклонением Трёхголовому, и не более того. Всё, чего я хочу, это закончить начатое, — вопреки желанию послать дурака в болото сказал Малк и выжидательно уставился на собеседника.

Тот угрюмо засопел. Как понимал Малк, будь на его место кто-нибудь другой, то этот кто-то уже отправился бы далеко и надолго, но личность господина Тияза в качестве учителя взывала к осторожности.

— Никаких важных подробностей не будет! — огрызнулся поручик, сдавая позиции.

— Отлично. Что можно рассказывать, а что нет, решать вам, — покладисто согласился Малк. — Повторюсь, меня секреты не интересуют. Всё, что надо, это ответы на простые вопросы. Например, когда вся эта эпопея с жертвоприношениями вообще началась. Кто-нибудь пытался разобраться?

Поручик посмотрел на Малка как на идиота и презрительно фыркнул.

— Разумеется, — он немного помедлил, но видимо всё же решил ответить. — Убийства начались в этом году. К слову спустя некоторое время после вашего приезда на остров… И да, список людей, осевших на Римме как минимум за полгода до появления первой жертвы в деле присутствует. Таких почти три сотни человек, считая вас и ваших коллег из внешней фракции Школы.

— И что с ними? — оживился Малк.

Вспоминая, как на него насели после окончательного убийства Трёхголового, всех тех, кому не повезло оказаться в данном списке, просто обязаны были проверить вдоль и поперёк.

— А ничего! — скривился поручик, раскурил сигарету и, выпуская дым в потолок, продолжил: — Никакой связи с демонами. На время пока Трёхголовый со своими миньонами охотился за Одарёнными и устраивал резню во флактурме, у всех фигурантов есть гарантированное прикрытие. Кто в кабаке зависал, кто у любовницы был, кто слугам глаза мозолил… Вон, некоторые вроде вас, вообще в центре событий присутствовали… Тупиковая версия.

— Ладно, — Малк потёр лоб. — Тут ничего не нашли. А что насчёт связи кого-то из этих трёх сотен с теми убийствами, что начались уже после уничтожения Трёхголового? Помнится в Зале Задач Школы было полно предложений принять участие в расследовании и поисках преступников…

Ламврош выдохнул облако дыма и с интересом посмотрел на Малка.

— В правильном направлении смотрите, уважаемый Ученик. Из вас получился бы неплохой следователь…

Малк равнодушно выслушал похвалу и тут же поторопил поручика:

— Ну так что с этим?

— Здесь уже интереснее, одно пересечение точно есть. — Беседа очевидно увлекла жандарма, и он уже не вспоминал про своё нежелание раскрывать материалы дела. — Некий господин Фьердаллен, прибывший на Римму с целью дальнейшего проживания, по словам свидетеля пару раз угощал хорошо знакомого вам изгнанника из Школы обедом в нашем местном трактире.

— И? — прищурился Малк.

— И опять ничего. Старик, если верить его объяснению, случайно познакомился с парнем на улице. Счёл его положение достаточно отчаянным и решил поддержать. О том, что ублюдок спустя несколько дней отправится убивать людей, он и подумать не мог… Такое вот совпадение, — развёл руками поручик. — Кстати, доброхот этот с вами тоже неким образом связан…

— В смысле? — сделал стойку Малк.

— Господин Фьердаллен прибыл на остров на том же самом корабле, что и вы, — пожал плечами поручик. — Так что готов поклясться — вы с ним как минимум виделись.

— Погодите, погодите… — нахмурился Малк. — Но из пассажиров были только студенты вроде меня и… Старик, Йоррох побери, это тот старик!! — Он задумчиво покачал головой, потом вдруг вспомнил их случайную встречу в Лаконе и остро глянул на поручика. — Погодите. Вы говорите, этот Фьердаллен — единственный, кто сталкивался с «демонолюбами»-убийцами. Но с ним ведь ещё телохранитель должен быть! Его вы проверяли?

Господин Ламврош медленно потушил сигарету в пепельнице и, глубоко задумавшись, принялся барабанить пальцами по столу.

— С охранником всё сложно. Как утверждает господин Фьердаллен, он отбыл обратно в метрополию. Уже полгода или около того. Вроде бы какие-то семейные дела… — наконец произнёс поручик.

Чем вызвал у Малка неопределённый смешок.

— Серьёзно? Богатый старик отправляется к Йорроху на рога, где режут людей во флактурмах, убивают Одарённых и призывают демонов при практически полном бессилии властей, и соглашается остаться без охраны? У него вообще нет чувства самосохранения, что ли?

— Согласен, нестыковка. Но кто сказал, что он не может нанять наших местных охранников? Пара компаний, которые предоставляют подобного рода услуги, у нас есть, — возразил поручик. — А значит…

— А значит ему всё равно нужен телохранитель. Потому как «кто будет сторожить сторожей»? — парировал Малк. — И раз уж зашёл разговор… Вы проверяли, кого он нанял?

Господин Ламврош отрицательно покачал головой, на что Малк тут же изобразил пару вялых хлопков в ладони.

— Великолепно! Нет, я не настаиваю, и старик вполне может быть ни в чём не виноват, но… вам самому не кажется, что подход «команды следователей» к проверке подозреваемых явно оставляет желать лучшего?

Критика поручику сильно не понравилась. Он помрачнел, сдвинул брови и нехотя сказал:

— Возможно, что и так. Но с другой стороны нас оправдывает, что разыскиваемые демонопоклонники очевидно маги, чего нельзя сказать о господине Фьердаллене. Вот под него никто всерьёз и не копал…

— А про то, что он Неодарённый так в его паспорте написано? Или ваши специалисты его проверяли? — продолжил добивать поручика Малк. Уж сколько у него претензий к столичной жандармерии, но столь халатного отношения к делу они себе не позволяли. — Скажу больше, вот сейчас, вспоминая наше совместное со стариком путешествие, я бы не был столь категоричен в оценках… Один простой факт. Когда мы сюда плыли, на наш корабль напали илл-хоты. Если не знаете, то это такие морские монстры, весьма охочие до жизненной силы человеческих магов. И вот они, вместо того, чтобы атаковать каюты всяких Адептов и Учеников, первым делом попробовали вломиться в каюту, которую занимали уже знакомый вам господин Фьердаллен и его телохранитель. Потом, конечно, твари полезли к остальным, но первыми они атаковали именно «неодарённого» старика.

— Действительно, важное наблюдение, — протянул поручик, задумчиво облизав губы. — И как же они уцелели?

— Сбежали, — пожал плечами Малк. — И я не удивлюсь, если они это сделали до того, как к ним в каюту начали ломиться илл-хоты… — Тут он не выдержал и рассмеялся. — Ну так что, по прежнему будете говорить, что вы всё проверили и у вас нет никаких зацепок?

— Нет, пожалуй что не буду, — медленно протянул поручик, очевидно что-то лихорадочно обдумывая.

Затем вдруг вскочил, попросил немного подождать и выбежал из кабинета. Малк, который не ждал от визита к жандарму ничего серьёзного и считал его лишь отправной точкой в собственном расследовании, на это лишь мысленно помянул Девятерых. Уж чего-чего, а с первой попытки наткнуться на столь очевидную недоработку властей он даже и не помышлял. В силу чего задумался: а не влезает ли он опять туда, куда не следовало бы?

Поручик вернулся через полчаса и, не садясь за стол, сходу выложил перед Малком уже заполненный бланк типового контракта.

— Что это? — подозрительно спросил Малк, уже догадываясь об ответе.

— Документ, согласно которому жандармерия города Толока нанимает студента Школы Пепла Малка Эттина для участия в операции второго класса опасности, — сообщил Ламврош, отдуваясь. — Я изложил ваши доводы насчёт господина Фьердаллена начальству, и их сочли настолько убедительными, что было принято решение срочно организовать проверку. Во избежание вероятных утечек. По этой же причине предлагают и вас задействовать: искать кого-то ещё — пустая трата времени.

Малк от такого напора аж растерялся.

— Оплата по стандартным расценкам, плюс официальное письмо руководству Школы об оказанной жандармерии помощи, — не дал ему вставить ни слова поручик. — Согласны?

Малк сдавленно фыркнул, собираясь отказаться, но потом вспомнил о ещё восьми «белых грамотах», необходимых для снятия «чёрной звезды» в паспорте, и все его возражения умерли, так и не родившись. От такой возможности «подружиться» с жандармерией отказываться было как минимум глупо.

— Хорошо, но почему только второй класс опасности? — всё же спросил он.

Поручик пожал плечами.

— А какой ещё? Трёхголового больше нет, а после его гибели никто старше Ученика или Адепта нам не попадался. Вот и получается, что второй класс — это максимум… Так вы согласны?

Малк, чувствуя, что жадность доведёт-таки его до беды, молча кивнул и приложил к документу свой медальон. Последовала слабая вспышка, и вот уже на бумаге проявился характерный только для его паспорта узор. Пути назад больше не было…

В Лакон, где по сведениям жандармерии и жил господин Фьердаллен, спешно собранная боевая группа отправилась аж на трёх больших паромобилях. Второй класс вторым классом, но на случай внезапных эксцессов руководство всё же подстраховалось. Помимо Малка с поручиком на проверку старика отправилось отделение городских стражников, два Адепта в механизированных доспехах и специализирующийся на сражениях Бакалавр. Причём последний отчего-то крайне нервно реагировал на сопровождающего Малка гомункулуса и даже отказался ехать с ним в одной экипаже. И тут либо он чего-то знал о марионетке такого, чего не знал её хозяин, либо принимал её за что-то другое. Спросить Малк не успел…

Хотя ему было особо и не до разговоров. Как только стали понятны реальные масштабы задействованных сил, на Малка вдруг навалились сомнения. Легко рассуждать, когда от твоего мнения ничего не зависит. А ну как он ошибается? Как тогда в глазах участников операции выглядеть будет?

Свой вопрос Малк не удержался и озвучил поручику. На что тот неопределённо развёл руками:

— А если не ошибаетесь? Маги старика ведь действительно не проверяли. Посчитали неодарённым да и отпустили на все четыре стороны. А теперь, когда возникли серьёзные сомнения в его невиновности, любой контакт с ним чреват непредсказуемыми последствиями. Йоррох, да у него дома вообще может твориться что угодно… Все это понимают, и, если честно, очень надеются, что вы, господин Эттин, и вправду ошибаетесь.

Возразить на это Малку было попросту нечего…

Прибыв в Лакону и пообщавшись в жандармском отделении с местными знатоками округи, члены сводного отряда неожиданно выяснили, что принадлежащий Фьердаллену дом расположен не в самом городе, а в пяти верстах восточнее. В ныне обезлюдевшей деревне, на опушке небольшого леска. Что моментально добавило очков версии Малка. Для одинокого старика этот господин как-то слишком уж далеко забрался.

Проклятье, туда даже дороги нормальной не было: в какой-то момент паромобили просто завязли в грязи, и к затерянной в глуши усадьбе отряду пришлось добираться пешком. И надо отметить, чем ближе был дом Фьердаллена, тем нервознее выглядел командующий операцией поручик и тем сильнее мрачнел самый сильный в команде маг. Всё выглядело так, что если они даже ничего не найдут и старик снова окажется вне подозрений, то поверить ему уже никто не поверит. И признание из него будут буквально выбивать.

Однако вопреки общим ожиданиям по пути к усадьбе ничего подозрительного или странного они так и не встретили. Ни тебе признаков присутствия демонов, ни магических эманаций, ни даже следов деятельности человека — всё было настолько спокойно и обыденно, что уже одно это преумножало общие подозрения. В какой-то момент Малк уже начал прикидывать, а не махнуть ли ему на имеющиеся на Духе демонические отметины и не попробовать ли силы в гадании, как события наконец сдвинулись с мёртвой точки. От гомункулуса, который сопровождал его в этой операции и который находился с ним в постоянной связи, к Малку вдруг пришло непонятное ощущение. Не мысль, не желание и уж точно не отклик на управляющую команду — чувство. Малк не сразу понял, что марионетка — может в силу заложенных господином Тиязом управляющих блоков, а может благодаря поглощённой сущности Родословной — совершенно по-собачьи чуяла запах крови.

И было это настолько очевидно, что Малк сразу же сообщил остальным.

— Но всё чисто — неприязненно ответил так и не представившийся Бакалавр, поколдовав над сжимающим его левое предплечье артефактным браслетом. Во всех шести циферблатах стрелки стояли на нуле. — Рядом нет никакой активной магии.

— Магии может и нет, но судя по той вони, что я ощущаю, неподалёку как минимум скотобойня, — сказал Малк, решив не объяснять причины своей уверенности. — И смердит аккурат с той стороны, где находится дом Фьердаллена.

Кстати сам дом они уже видели. Двухэтажное бревенчатое здание с дворовыми постройками, окружённое самым настоящим частоколом, было перед ними как на ладони — до ворот оставалось пройти саженей пятьдесят. И ничего необычного, кроме загадочной безлюдности, в нём не было.

Тем не менее, игнорировать слова Малка никто не стал. Поручик кивнул одному из Адептов в механизированных доспехах и тот, перейдя на бег, быстро преодолел отделяющее их от усадьбы расстояние. Встал перед воротами и заколотил по ним бронированным кулаком, да так сильно, что створки при каждом ударе принялись прогибаться внутрь. Одновременно с этим он через встроенный в шлем магический рупор принялся раз за разом повторять требование впустить «особый жандармский отряд» во двор.

— Ох и не нравится мне всё это… — услышал Малк бормотание поручика Ламвроша. — Жутко не нравится… — И уже остальным бросил: — Рассыпаться цепью и продолжать движение. Оружие держим наготове, но без команды не стреляем!

Впрочем приказы его в основном касались солдат, каждый маг готовился к бою по-своему. Малк принялся наколдовывать Панцирь, оставшийся с отрядом Адепт начал что-то увлечённо переключать в управляющем доспехом браслете, а Бакалавр… один лишь Бакалавр оказался выше этой мышиной возни. За долю секунды сотворив Щит, он тут же с щегольской небрежностью растянул его на всё тело и завернулся как в кокон. Причём плотность магического барьера у него получилась такая, что заклинание, которое изначально относилось к нулевому кругу, теперь вполне могло претендовать на повышение минимум в две ступени. Чувствовалось, что развитие Бакалавра проходило в правильном направлении и заклинания в Нимбах у него трансформировались как надо…

— Господин поручик, тут черепок какой-то странный! — внезапно крикнул один из жандармов, когда они уже прошли половину оставшегося пути до усадьбы.

Малк и его нелюдимый коллега моментально кинулись на крик. И спустя несколько ударов сердца, стояли перед частично вросшим в землю странного вида бараньим черепом.

— Что это за каракули? — хмуро спросил Бакалавр, ткнув пальцем в покрывающие кость резные письмена.

Чем крайне удивил Малка. Потому как в его глазах означенные «каракули» пусть не без некоторых оговорок, но узнаваемо складывались в написанное на демонском наречии число восемнадцать. Как бы намекая, что там где восемнадцать, есть как семнадцать, так и возможно девятнадцать.

Однако показывать своё знакомство с языком Пекла он не стал и вместо этого крикнул:

— Ну-ка, гляньте, чуть дальше ещё такого черепа нет?

Один из жандармов, дождавшись одобрительного кивка поручика, тут же кинулся проверять… Чтобы спустя пару минут должить о новой находке.

— Господин Малк вы знаете что это такое, да? — настороженно спросил Ламврош.

Остальные же, включая Бакалавра, выжидательно уставились на Малка.

— Одни только догадки, но если я прав, то вы сейчас сами всё поймёте, — и с хэканьем рубанул первый череп тесаком, прежде чем кто-либо успел его остановить.

Малк до последнего боялся, что благодаря магии бараньи кости приобрели какую-то удивительную крепость. И потому был приятно удивлён, когда череп с первого удара раскололся на десяток-другой частей. После чего затрещал, покрылся чёрной, быстро испаряющейся росой, и… выплеснул вовне таящуюся внутри Силу.

Не было ни взрыва, ни вспышки, ни чего-то столь же разрушительного. Просто с окружающего пространства словно бы сдёрнули незримую пелену, и… на всех присутствующих обрушилось то тягостное ощущение, что возникает у разумных от контакта с Пеклом в Ночи Йорроха.

— Скверна!!! — первым отреагировал Бакалавр, доказав, что всё же не зря представляется как «специалист по боевой магии».

Словно имея глаза на затылке, он стремительно развернулся к усадьбе и почти не целясь метнул в её сторону нечто вроде каменного ядра. Один удар сердца, и вот уже снаряд сшибает с платформы за частоколом человекоподобного демона. Тварь слишком рассчитывала на морок и не успела вовремя отреагировать на его исчезновение.

Однако Бакалавру одной удачливой атаки показалось мало, поэтому он тут же создал Каменный Меч и с неотвратимостью парового локомотива ломанулся вперёд. Все прочим ничего не оставалась, кроме как последовать за ним.

— А ведь кто-то говорил, что зря сюда едем, а?! — заорал на бегу поручик. — Как минимум один демонический воин!

Малк хотел было посоветовать не говорить «Гоп!» раньше времени, но тут всё стало ясно и без его реплик. На «скучающего» у ворот Адепта прямо через гребень частокола набросились сразу три похожих на обезьян твари. Здоровенные, волосатые, может быть и лишённые неких талантов, но достаточно могучие, чтобы связать боем воина в механизированном доспехе. Словно же этого было недостаточно, следом появился десяток или около того удивительно крупных летучих мышей. Стая адски пищащих тварей сделала круг над головой Адепта, однако затем, вместо того, чтобы помочь своим союзникам, предпочла выбрать для себя другую цель… И разумеется ею стал Малк.

Может на фоне закованного в механизированных доспех второго Адепта и размахивающего клинком Бакалавра он показался им самым безобидным, а может причина нападения крылась в демонических метках — в данный момент это было не важно. Главное, Малк подвергся атаке, и от него теперь требовалось сделать всё, чтобы мерзкие твари жестоко пожалели о своём выборе.

Револьвер словно сам прыгнул в руку Малка, и шесть пуль мгновенно проредили пищащую стаю. Дальше пришлось взяться за тесаки, лишь изредка вспоминая про Искры. В завертевшейся мясорубке от клинков толку было явно больше, чем от всё ещё недостаточно мощного заклинания. Пару раз Малку удалось удачно применить гомункулуса, но он не слишком-то обольщался по поводу своих успехов. Резонанс резонансом, но командовать марионеткой в спокойной обстановке и управлять ею в бою — тем более в бою, где ты сам рубишься в рукопашную — это две разные вещи.

Наконец, последняя летучая мышь, разрубленная надвое тесаком, упала на землю, и Малк получил возможность перевести дух и оценить обстановку…

Как выяснилось в данный момент он находился в тылу отряда. Остальные успели далеко его опередить, и теперь либо рубились неподалёку от входа, как этот делал второй владелец механизированного доспеха в компании с жандармами — в противники им досталась адская гусеница, некогда «подарившая» Малку его первый Очаг, — либо сражались непосредственно на стене, как это делал Бакалавр. Причём если Малк правильно понимал ход битвы, «боевик» драку постепенно проигрывал. Выступив одновременно против пугающего человека с щупальцами вместо ног и ещё одной гусеницы он очевидно сильно переоценил собственные способности.

И лишь тот воин в доспехе, что первым начал сражение, был сейчас в относительно выигрышном положении. Вырвавшись из окружения, он смог прижаться спиной к стене и теперь удачно отстреливался от наседающих тварей из пневматического метателя.

— Ну хотя бы не стоит вопрос, кому помогать… Тут всё очевидно, — пробормотал Малк и, тяжело вздохнув, порысил в сторону окончательно ушедшего в глухую оборону «боевика».

Наблюдая за его трепыханиями, Малк откровенно говоря испытывал что-то вроде стыда. Слишком уж он привык за время общения со своими соучениками-Бакалаврами, что маги данного уровня хорошо умеют драться и крайне редко нуждаются в чужой помощи. И тут вдруг такой поворот! И, главное, не от какого-нибудь книжника, а от боевика-практика!

Или быть может он слишком многого хочет от обычного выпускника какой-нибудь рядовой Школы, а то и вовсе обладателя «домашнего» образования? Да Святые его знают. Но то, что в будущем он постарается избегать любых заданий, где будет задействованг данный персонаж, это совершенно точно.

С таким настроем Малк добежал до частокола и пулей взлетел на самый верх. Плечом сшиб зазевавшегося человека-осьминога, и одновременно внезапным ударом снёс пару щупалец на голове гусеницы. Когда же та знакомо сгорбилась, намереваясь плюнуть ядом, подгадал момент и сам выплюнул ей в морду сжатую до предела Искру.

Тварь мгновенно растеряла весь свой задор и принялась беспорядочно мотать башкой.

— Я сам!!! — донёсся до Малка обиженный крик Бакалавра, однако он никак на него не прореагировал.

И, не теряя темп, снова заработал тесаками по гусенице, попутно подгоняя волевыми импульсами карабкающуюся на частокол марионетку. Выждал момент, когда тварь сосредоточила на нём всё своё внимание, после чего заставил «пса» прыгнуть ей на загривок.

Увы, несмотря на то, что идея с атакой из засады была действительно неплоха, сильно подкачала реализация. Драться и одновременно управлять гомункулусом оказалось для Малка чересчур сложно. В итоге он слишком много внимания уделил контролю над «псом», перестал следить за боем и немедленно получил в грудь мощнейший удар. И пусть серьёзного ранения удалось избежать, Панцирь он всё же потерял.

Но что самое обидно, не добилась поставленной цели и марионетка…

— Я сказал, что справлюсь сам!!! — заорал вошедший в раж Бакалавр и, едва ли не оттолкнув Малка, вколотил в башку твари каменный меч.

Малк на это лишь равнодушно дёрнул плечом, Искрой сбил попробовавшего подняться обратно на помост человека-осьминога и, сделав в его сторону приглашающий жест, принялся спешно перезаряжать не иначе как чудом оказавший в кобуре револьвер. За тем как жутко ругающийся Бакалавр добивает мерзкую химеру Каменными Кулаками, он наблюдать уже не стал…

Тем временем по всему полю битвы постепенно затихали и остальные схватки. Отбился от демонических обезьян Адепт у ворот, расправился с «гусеницей» его заметно менее опытный коллега, и члены отряда потянулись к воротам.

— Тупиковая версия, говорите? — не без издёвки крикнул Малк баюкающему прокушенную руку поручику.

На что тот лишь болезненно скривился и здоровой конечностью изобразил нечто неопределённое. Мол, с кем не бывает. Чем сильно поднял Малку настроение. Потому как это была его собственная инициатива сунуть нос в расследование деятельности «демонолюбов», и он понятия не имел, что она приведёт к столь блистательному результату!

— Чего расслабились?! Ничего ещё не закончилось! — вдруг подал голос Бакалавр, снова прикипев взглядом к шкалам приборов на своём левом предплечье.

И Малк со своего места видел, как скачут на них стрелки. Сам он, правда, ничего не ощущал, ну так это же не повод опускать руки, правильно? Поэтому привалился спиной к частоколу, прикрыл глаза и, скользнув во Дворец Духа, попробовал воспринять разлитые вокруг вибрации. В настоящий момент его чувствительности хватало саженей на десять, поэтому особо ни на что он не рассчитывал. И оттого вдвойне удивительнее, что его духовное внимание смогло вычленить источник тяжёлого низкого гула, находящийся заметно дальше данной границы.

— Нашёл? Это за домом. И видят Святые, я понятия не имею, что это такое! — отбросив всю свою спесь и недовольство, вдруг сказал Бакалавр.

— Пока сами не посмотрим — не узнаем, — равнодушно сказал Малк, на что «боевик» тут же рассмеялся злым смехом.

— Тоже верно… Ну а на тот случай, если проблемка окажется нам не по зубам, Ламврош в Лаконе депешу в Школу Пепла отправил. И теперь если вдруг что, то окончательно пропасть мы уже не пропадём. Рано или поздно прибудет кто-нибудь из Мастеров и покажет местным почём пуд лиха!

Чувствовалось, что Бакалавр верит в то, что говорит. И Малк впервые с момента знакомства ощутил к нему нечто вроде жалости. В отличие от него у Малка уже сложилось некоторое представление о школьной бюрократии, а потому на прямую помощь он даже не рассчитывал…

Пока отряд шёл по направлению ко внутреннему двору, Малк попробовал оценить собственную готовность к новой схватке и не без раздражения понял, что к бою практически не готов. Резерв опустел, даже на новый Панцирь не хватит, заклинания недостаточно мощные, а значит всё, на что Малк теперь должен был опираться, это рассованный по карманам запас одноразовых Искр, пара тесаков и… да, ещё марионетка.

За этими мыслями Малк сам не заметил, как в компании жандармов оказался на заднем дворе усадьбы Фьердаллена. И как их общее внимание приковала к себе чернеющая в центре участка огромная, заваленная костями яма. Яма, вокруг которой валялись четыре истекающих кровью тела и которая теперь с демонической жадностью вытягивала из них Силу.

— Это ещё что такое?! — выдохнул Малк, уже догадываясь, что видит перед собой источник того самого таинственного гула.

— Да кто бы знал, — огрызнулся Бакалавр. — Но одно можно сказать точно: подыхать эти четверо точно не собирались!

Малк кивнул. Судя по всему, демонолюбы проводили какой-то ритуал, когда у них на пороге вдруг появились члены жандармского отряда и сначала разрушили маскирующее заклинание, а затем принялись колотить в двери бронированными кулаками. Вот они внешнего давления и не выдержали…

Внезапно тишину заднего двора нарушил похожий на гром утробный вздох. В яме началось какое-то непонятное шевеление, появились треск и шорох. Которые усиливались и усиливались, пока, наконец, во тьме рукотворного провала не начало ворочаться нечто непонятное. Бесформенное, грязно-серое, сплошь состоящее из соединённых вместе частей тел людей и монстров. Оно было настолько отвратительно, что одна лишь мысль о мирном сосуществовании с ним переворачивала всё нутро.

В тот же миг все собравшиеся, не сговариваясь, принялись дружно разряжать в обитателя ямы оружие и метать заклятия. Вряд ли это как-то по-настоящему ему мешало, но то, что злило, это совершенно точно. С каждым выстрелом, с каждыми выпущенными на свободу чарами, в голосе монстра слышалась всё более и более нарастающая ярость. Пока, наконец, земля не содрогнулась и не исторгла из себя проклятую тварь.

Во дворе моментально воцарился хаос. Большая часть неодарённых побросала оружие и в ужасе кинулась прочь, маги же приняли бой. Причём если оба Адепта и Бакалавр схватились с тварью лоб в лоб, то Малк выбрал иную тактику и атаковал монстра только со спины.

Удар — отскок, удар — отскок! Сражаться с порождением ямы было крайне сложно. И в одиночку Малк точно бы не справился. Однако против безымянного демона работала полноценная команда, а значит он был точно обречён.

Сначала один из Адептов как-то удивительно ловко смог нанести удар молотом, знатно ошеломив монстра. А там уже своё слово сказал и Малк. Вложив всю силу в удар, он рубанул гадину сверху вниз, и его укреплённые Властью тесаки буквально распахали чудовищную тушу надвое. Тварь дико завыла, впустую молотя воздух конечностями, однако достать Малка так и не смогла. Он же продолжил тенью скользить вокруг чудовища и при каждом удобном случае наносить всё новые и новые удары.

Наконец рана оказалась достаточно глубока, чтобы нутро твари раскрылось и в разрезе стал виден пульсирующий чёрный шар. Шар, который был сосредоточением силы гадины и без которого она просто не могла существовать.

Ощущая смертельную угрозу, порождение ямы стремительно развернулось мордой — или тем, что у неё заменяло — к Малку и попробовало провести контратаку. Вот только маг именно на это и рассчитывал. И оттянув на себя внимание монстра, Малк тем самым открыл дорогу для своей марионетки. Следуя уже один раз опробованной схеме, творение господина Тияза прыжком взлетело на спину твари, вгрызлось в рану и рывком выдёрнуло шар. Затем сделало прыжок назад, уже из-под падающей туши, и… рефлекторно, совершенно выходя за рамки приказов Малка, попыталось проглотить трофей.

— Стой!! — завопил Малк, забыв на мгновение, что это не зверь, а его собственная марионетка.

— Действительно, стой! — поддержал его знакомый голос.

В тот же миг неведомая сила разжала гомункулусу пасть, извлекла чёрную сферу… и перенесла трофей в протянутую ладонь господина Жака Улья. Словно бы появившийся из ниоткуда Младший Магистр со странным выражением лица повертел добычу в руках, затем небрежно сунул её в сумку на поясе и медленно, почему-то не сводя с Малка внимательного взгляда, произнёс:

— А у вас тут весело!

Глава шестая, в которой есть лишь видимость выбора

Появление господина Жака вызвало у участников «зачистки» усадьбы далеко не однозначную реакцию. Если жандармы воспринимали его не иначе как неожиданно быстро прибывшую помощь из Школы, то Малка терзали вполне определённые сомнения. Он как не верил в способность школьной бюрократии быстро работать, так и сильно сомневался в том, что Зал Задач отправит помогать каким-то жандармам аж целого Мастера внешней фракции. В конце концов на момент подачи запроса о помощи никто не имел ни малейшего представления, что за жуть творится во владениях старика Фьердаллена.

Ещё эти его странные взгляды, непонятные интонации… Ладно, допустим он так себя ведёт из-за письма Малка, но тогда как толстый любитель золота смог найти своего строптивого «помощника»? Адреса ему никто не оставлял!

Или дело в другом, и Младший Магистр нашёл Малка иным способом? На ум сразу же приходили самые разные методики. Гадание, незримые метки, призрачные спутники, паразитарные организмы со всевозможными способностями — Малк, набравшийся за последний год некоторых знаний, уже мог составить общее представление о ситуации. Вспоминая же про лежащего в кармане паразита, идея о том, что господин Жак действительно явился за Малком, и вовсе не казалась такой уж фантастичной. При условии, конечно, что именно Улей подсадил йоррохову тварь…

А ещё Младший Магистр как-то слишком много внимания уделил гомункулусу Малка. Чем-то марионетка сильно ему не понравилась, настолько сильно, что на какой-то миг при её виде лицо господина Жака исказила гримаса сильнейшей злобы. И чтобы спрятать её обратно под маску брезгливого равнодушия толстяку потребовалось некоторое усилие.

Голова Малка пухла от подозрений, однако внешне он старался никак этого не показывать, искренне надеясь, что любые огрехи в его поведении будут списаны на общую нервозность обстановки. Благо ни членам сводного отряда, ни господину Жаку было не до изучения чужих реакций — убедившись, что демоны уничтожены, все принялись переворачивать усадьбу вверх дном. Правда, как очень скоро выяснилось, там, где жандармы искали господина Фьердаллена, заявившийся к шапочному разбору Младший Магистр интересовался совсем иными вещами. Точнее вещью. Когда обыск завершился и никого не обнаружившие участники штурма покинули дом, господин Жак вышел на крыльцо держа подмышкой сложенный треножник.

— Опасный демонический артефакт. Ни на минуту нельзя оставлять без присмотра, — туманно объяснил он в ответ на озадаченные взгляды Малка и Ламвроша, а для вескости добавил: — Клянусь Рзавианом!

И если командира сводного отряда подобное объяснение полностью удовлетворило, то Малка лишь укрепило в его подозрениях. Сначала Младший Магистр забрал чёрное сосредоточие Силы — даже не поинтересовался, кто владелец трофея, — теперь вот захватил загадочную треногу. Интересно, это проявление общего характера Улья или тут кроется нечто большее? Вот только похоже что поиски ответа на данный вопрос заботили только Малка.

— Ещё раз к яме сходил и на гнусь ту посмотрел. Туша уже разлагается вовсю! — сходу объявил появившийся со стороны заднего двора Бакалавр. — Впервые такое вижу…

Последнее он произнёс с явно вопросительной интонацией, и господин Жак не стал отмалчиваться.

— Обычное дело. Что химеры, что Големы Плоти — в том числе стихийно возникающие — все они есть насилие над природой, противоестественный сплав Стихий! Нарушь хрупкое магическое равновесие и некогда грозный монстр моментально превратится в кучу смердящего мяса, — сообщил Улей, с важностью кивая собственным словам.

Все присутствующие как один брезгливо поморщились. Сравнение получилось удивительно метким.

— И охота на эту мерзость лишний раз глядеть… — пробурчал господин Ламврош. — Как по мне, так мага-анатома из Толока надо ждать. Ему по должности во всякой гнуси положено копаться!

— Так-то оно так, но сколько тел погибших ушло формирование порождения ямы можно и без всякого анатома сказать, — возразил Бакалавр. — И то что я увидел, мне совсем не нравится.

— Около десятка? — вставил свои пять оболов Малк.

— Может даже чуть больше, — кивнул Бакалавр, старательно не глядя на Ученика. Кажется решающая роль Малка в победе над Големом Плоти вызвала у него если не ревность, то раздражение. — И это точно не простые смертные. Что подводит к мысли: а откуда «демонолюбы» вообще взяли столько Одарённых. Во всяком случае в сводках пропавших без вести они не появлялись.

Малк покосился сначала на Бакалавра, потом на поручика и незаметно ухмыльнулся. Сводки… К Йорроху ваши сводки! Вы и Фьердаллена из-под подозрений вывели, какие уж тут пропавшие.

Тем не менее вслух он сказал совершенно иное.

— Если не пропадали здесь, значит пропадали где-то ещё. Возможно на соседних островах или вообще в море. Думаю, доставить одурманенного пленника на Римму не такая уж и большая сложность…

Тут же на ум пришли слухи о пропавшем торговом судне с парой Бакалавров на борту. Кто знает, может быть из тел этих несчастных и вырос Голем Плоти! А если подумать, то в принципе в яме мог оказаться и сам Малк. Не зря ведь со стариком на одном корабле путешествовал.

От этой мысли Малку стало как-то особенно неуютно.

— Думаю, идея насчёт привозных пленников вполне здравая, — поддержал его поручик. — Торговые суда в порту, конечно, шерстят, но… но при некотором усилии любые меры можно обойти.

— Угу, например используя не торгашей, а корабли дипломатов, — кивнул Малк.

И тут же замер. Потому как если он прав, то пусть кровавый и смертельно опасный, но всё же внутриборейский конфликт мгновенно перерастёт в нечто большее. В нечто такое, что увяжет в один клубок «демонолюбов», хеймдаркских тварей и… и кого ещё? Кто не побоится запачкаться сотрудничеством с Пеклом и с готовностью сунет нос в грязное бельё чужой страны?

Ошеломлённый открывающейся бездной Малк невольно посмотрел на господина Жака и не без удивления понял, что тот показывает ему большой палец. То ли одобряя ход рассуждений, то ли вообще поддерживая его активность на ниве сотрудничества с органами безопасности. Ну ни дать, ни взять мудрый отец на успешном выступлении любимого чада!

— А с Фьердалленом что? В розыск объявлять будем? — нарушил повисшее молчание Бакалавр.

Господин Ламврош явно собрался что-то ответить, но его перебил Младший Магистр.

— Зачем розыск? Дом пропитан ароматом ауры хозяина. Так что если вы здесь закончили, то я в любой момент готов провести вас по следу мерзавца!

С момента появления господина Жака в усадьбе это было первое проявление какой-то инициативы с его стороны. До настоящего момента он занимал странно выжидательную позицию, противоречащую всему тому, что доселе о нём узнал Малк. Не ругань, не обвинение всех и вся, не раздача порой бессмысленных указаний и не повторение пронизанных самолюбованием историй, а… молчаливое наблюдение. Складывалось ощущение, что Улью вдруг стало тесно в пределах своего привычного образа, и он теперь изо всех сил сдерживался, чтобы невольно не проявить себя настоящего.

Вполне возможно, что это впечатление было неправильным, однако избавиться от него Малк не мог, а потому принялся готовиться к самому непредсказуемому развитию ситуции. И начал с того, что активировал формулу сбора Силы. Исчерпанные в бою резервы следовало восстанавить как можно скорее.

Тем временем господин Жак, дождавшись горячего одобрения не верящего своему счастью поручика — тот, кажется, мысленно уже представил как они ловят старого «демонолюба», и начальство осыпает его наградами за успешную операцию, — достал из фляги на поясе одинокую пчелу, что-то над ней пошептал и выпустил на волю. Полосатое насекомое, деловито гудя, принялось нарезать над головой хозяина широкие круги, пока наконец не определилось с направлением и не полетело на восток.

— Не отставайте! — с прежним высокомерием бросил господин Жак и затрусил за питомцем.

Ждать он явно никого не планировал, так что остальным пришлось потарапливаться. Ламврош спешно назначил среди солдат старшего, приказал организовать охрану усадьбы, после чего лично повёл поредевший отряд из мага-боевика, двух Адептов и одного не в меру подозрительного Ученика в компании с жутковатым гомункулусом по следам уже скрывшегося среди деревьев толстяка. Поручик не скрывал охватившего его азарта, как впрочем и остальные: что боевик-Бакалавр, что оба облачённых в механизированные доспехи Адепта — все вели себя так, будто они охотники за редкой дичью, которым для получения вожделенного трофея осталось сделать последний рывок и которые обязательно его совершат. Малк и сам едва не поддался общему настрою, а когда это осознал, мгновенно насторожился. Потому как это были не его чувства и не его эмоции, а нечто такое, что пришло извне. А раз так, то и ничего хорошего ждать не стоило.

Впрочем ни через час, ни через два, ничего особенного так и не произошло. Ведомая Младшим Магистром группа успела пересечь пару небольших лесков, перебралась через глубокую балку — члены отряда мимоходом порадовались, что не стали возвращаться к паромобилям, — затем некоторое время двигалась по тракту, пока, наконец, не свернула к побережью. И ни тебе засад, ни внезапных встреч — ничего такого, что оправдывало бы наведённое магией возбуждение. А раз так, то может Малку и вовсе… показалось? Он, правда, всё же попробовал по дороге намекнуть сначала поручику, а потом магу-боевику о том, что надо сохранять спокойствие и быть осторожными, но понимания не нашёл и развивать тему дальше не стал. Как не стал и тратить драгоценные эрги на Рассеивание — разрушить волшбу Младшего Магистра, если таковая есть, ему в любом случае не по силам.

Они уже приближались к гряде невысоких холмов, когда господин Ламврош неожиданно догнал идущего впереди Улья и взволнованно сказал:

— Господин Младший Магистр, я вот тут подумал… По некоторым сведениям ранее Фьердаллена всегда сопровождал охранник, однако позже он пропал. То ли отбыл домой, то ли просто уволился… А что если этот человек никуда не уезжал и всё это не более чем ширма для прикрытия каких-то тёмных дел? И мы в данным момент не преследуем беглеца, а полным ходом двигаемся в уже давным-давно подготовленную ловушку? Этим охранником подготовленную!

Малк, которому подобная мысль уже приходила в голову, машинально кивнул. И с облегчением понял, что несмотря на сложившееся ранее впечатление мозги поручик всё же сохранил.

Вот только господин Жак рассуждения жандарма не оценил.

— Вряд ли, — снисходительно бросил толстяк. — Если этот ваш Фьердаллен, поцелуй его Рзавиан, действительно стоит за большей частью демонической активности на острове, как вы говорили в усадьбе, то бояться охранника не стоит. Он давно мёртв.

— Почему?! — удивился Ламврош.

Как впрочем и все остальные члены отряда, незаметно подтянувшиеся поближе к беседующим лидерам.

— Да потому что в таком случае охранник и есть ныне покойный Трёхголовый. Данный демон ведь не из тех, что лишены тела. Он вполне материален и не способен долго существовать сразу в трёх ипостасях, а значит и на Римму он мог прибыть только в своём естественном, так сказать, состоянии, — расщедрился на пояснения господин Жак. — Замаскируйте, придайте облик человека, и вот уже тварь хеймдарка ходит среди людей, а никто и в ус не дует.

— Но разве так… — выдавил из себя поручик.

— Можно? — со смешком продолжил толстяк. — А почему нет? Не владей Хеймдарк подобного рода «фокусами», то он не считался бы одной из трёх главных язв на теле Мритлока, а его хозяева сотню лет назад не расправились бы с последним императором Борея. — Тут Улей рассмеялся и издевательски развёл руками. — Демоны сильны, а хеймдаркские демоны ещё и коварны! Рзавиан не даст соврать!

— То есть раз Трёхголовый мёртв, значит мёртв и спутник господина Фьердаллена, — осторожно сказал Бакалавр, — но ведь могут быть и другие… союзники. Тех же магов, чьи силы Голем Плоти высосал, старик как-то ведь на свою сторону привлёк.

— Этих недоделков? — презрительно фыркнул толстяк, разом став похожим на себя прежнего. — Да кто их вообще всерьёз рассматривает? Талантливый маг в подмастерья к демонопоклонникам не пойдёт, а чтобы разогнать всех этих изгнанных из Школы бездарностей да неизвестно зачем пробудивших в себе Дар болванов — всех тех, кого потенциально способен привлечь ваш Фьердаллен, — хватит одного подготовленного Адепта в механизированном доспехе!

На этом господин Жак ещё раз фыркнул, зачем-то покосился на Малка и с решительным видом принялся карабкаться по склону перегородившего их путь холма. Так что некоторое время группа двигалась в полном молчании, прерываемом лишь натужным сопением вымотанного марш-броском поручика и жужжанием алхимических движителей механизированных доспехов. И лишь когда они забрались на вершину и перед ними открылся прекрасный вид на бухту внутренней фракции Школы, лишь тогда Малк не выдержал и заговорил.

— Господин Жак, а это ведь не простой холм у нас под ногами? Это ведь курган? — спросил он, чем вызвал на лице у Младшего Магистра неприятную улыбку.

— Один из самых старых на острове! — сообщил он с непонятной гордостью.

— И где-то здесь наверняка есть источник Силы? — продолжил допытываться Малк, с каждым вопросом чувствуя, как по всей коже дыбом встают волосы.

— Есть, как не быть. Слабенький, загрязнённый дикой смесью Смерти и Земли, но есть, — рассмеялся толстяк и ткнул рукой в каменистый холм с плоской как тарелка вершиной, почти на десяток саженей возвышающийся над всей остальной грядой. — Вон там.

Все члены отряда посмотрели в указанном направлении и не без удивления обнаружили находящегося там человека. Человека, который при виде них сделал приветственный жест и начал спускаться вниз.

— Это ведь старик Фьердаллен? — осторожно спросил поручик, ещё не понимая, что происходит, но уже ощущая некую неправильность.

Малк кивнул и боком двинулся прочь, стараясь убраться от Младшего Магистра как можно дальше. Перед внутренним же взором у него с дикой скоростью складываласься мозаика тех событий, в которые он невольно был вовлечён сразу после прибытия на остров. Факты, догадки, новые интерпретации старых событий — всё складывалось в понятную и логически выверенную картину. И надо сказать полученный результат, не просто ему не нравился — он его пугал.

Не выдержав Малк быстро глянул на толстяка и… встретился с ним взглядом. Господин Жак, от которого не укрылись действия «помощника», наблюдал за его действиями и не скрываясь усмехался.

— Господин Жак, почему этот демонопоклонник так странно себя ведёт?! — уже иным, гораздо более грозным тоном, спросил Ламврош, вытягивая из кобуры на поясе штатный искромёт.

Не оставила от него и остальные. Прикрылся Щитом Бакалавр, потянулись за пневматическими метателями Адепты. Будь у них в противниках кто-нибудь рангом пониже, и этих действий было бы вполне достаточно. Однако опасные вопросы они задавали Мастеру внешней фракции не самой простой Школы и агенту Тёмной Канцелярии. Так что и ответная реакция пришла незамедлительно.

Вздохнув, господин Жак картинно щёлкнул пальцами и забытая всеми пчела камнем упала на шею поручика. Тот вскрикнул от явно сильной боли, хлопнул ладонью по месту укуса, однако гибель жужжащей гадины ничего изменить уже не могла. Колдовской яд попал в кровь, и, спустя пару мгновений, странно посиневший Ламврош со всхлипом кулем повалился на землю.

Гибель жандарма и дальнейшее развитие схватки стали прекрасной иллюстрацией сильных сторон опытного мага-призывателя. Отправляя пчелу в атаку, Улей тем самым серьёзно снижал затраты внимания на бой с одним конкретным противником и получал возможность быстро ударить по следующему. Что выгодно отличало его от классических магов, чьи боевые заклинания требовали гораздо большей сосредоточенности на применении боевых чар.

Так произошло и на этот раз. Поручик был ещё жив, когда из фляги на поясе господина Жака вылетел увенчанный огненной аурой небольшой рой пчёл. Сжался в плотный ком, и уже через секунду кувалдой врезался в Щит боевика. Тот даже ничего атакующего создать не успел, как в его магическом барьере образовалась дыра, и несколько уцелевших насекомых зачарованными пулями навылет прошили его грудь.

Однако не один господин Жак умел быстро действовать. Пока толстяк расправлялся с жандармами, Малк не только успел создать из имеющихся крох энергии средненький Панцирь, но и натравить на ставшего врагом Мастера внешней фракции так раздражающую того марионетку. Увы, в отличие от вполне живых орудий Улья, гомункулусом управляли интеллектуальные блоки, и их едва хватало для выполнения самых примитивных действий. Самостоятельно вести полноценный бой творение Тияза Черепа было просто не способно — требовался постоянный контроль через духовный резонанс. Что очевидно серьёзно замедляло скорость реакции Малка и сильно снижало его меткость при стрельбе из револьвера. Из шести сделанных выстрелов в цель попали всего три, да и они исчезли в появившемся на их пути огненном Щите. Чуть большего удалось достичь с помощью марионетки. Во всяком случае гомункулус всё-таки смог преодолеть колдовской барьер, поднырнув под его нижнюю границу, и даже попробовал вцепиться в икру толстяка, но на этом всё и закончилось. Тут же последовало возмездие, и удар сконцентрированной Силой сшиб магическую куклу с вершины холма. Возникло даже ощущение, что сделано это было с какой-то непонятной мстительностью…

При всём при этом самого Малка Жак Улей атаковать даже не пытался, предпочтя сконцентрировать свои усилия на атаке обладателей механизированных доспехов. Выпустив из всё той же фляги ещё один рой пчёл и передав ему огненную ауру, Младший Магистр натравил его сразу на обоих Адептов. Со стороны такой поступок выглядел несколько самонадеянно — зачарованная броня с активированным артефактным Щитом поднимала оборонительные способности своего владельца до уровня Бакалавра, — и сперва даже показалось, что атака господина Жака провалилась. Пробить магические барьеры пчёлы не смогли, из-за чего они попросту облепили фигуры жандармов с ног до головы. И те приобрели несколько пугающие очертания. Тем не менее на жизни, здоровье и способности сражаться это никак не сказалось, и бойцы принялись обстреливать толстяка из пневматических метателей.

Перед глазами замелькали вспышки от сгорающих в магическом барьере пуль, появилась надежда, что хоть так удастся продавить защиту Младшего Магистра, но… тщетно. Толстяк презрительно захохотал, протянул в сторону Адептов руки и демонстративно медленно сжал кулаки. Его противники вздрогнули, явно сопротивляясь какому-то воздействию — они даже стрелять прекратили. Но против Мастера внешней фракции подобного рода вещи не помогали. Полюбовавшись чужими трепыханиями, господин Жак наконец сделал вращательное движение кистями, словно бы открывая ключами сразу два замка и… аура пчёл будто перетекла на Адептов, охватив их головы и шеи. Тут же возникла странного рода вибрация — уровня освоения Малком духовного резонанса не хватило, чтобы разобрать детали, — после чего жандармы повернулись друг к другу, погасили артефактные Щиты и снова открыли огонь.

Через минуту всё закончилось.

— О, даже бежать пытаться не будешь? — спросил господин Жак, вдруг обнаружив, что Малк больше не стреляет, не бросается заклинаниями и не лезет в рукопашную, а только стоит и с мрачным видом смотрит на своего куратора.

— А есть смысл? Далеко я от ваших пчёлок убегу? — хмуро ответил Малк, которому подобная выдержка стоила немалых усилий. — Тем более… вы же не просто так меня не тронули!

— Тоже верно, — хохотнул толстяк. — Вот бездарен ты до изумления, а головой работать умеешь. Иногда.

На этих словах Младший Магистр подошёл к уже затихшим Адептам и сначала у одного, а потом у другого, набрал какую-то комбинацию на управляющих блоках их доспехов. Постоял над ними некоторое время, но так и не дождавшись никакой реакции — видимо механизмы брони получили слишком серьёзные повреждения — с проклятиями вернулся обратно.

— Столько стараний, а всё зря. С таким же успехом можно было их в усадьбе оставить! — несколько издевательски пожаловался он Малку и неторопливо повернулся на раздавшийся неподалёку шорох.

Сердце Малка дало было сбой — ему вдруг показалось, что это пришла подмога, — но тут же преисполнилось разочарования. Это были никакие не маги Школы, а старик с «Ярого демоноборца». Тот самый господин Фьердаллен, за которым они так безрассудно охотились.

— Всё готово? — спросил у новоприбывшего господин Жак на неприятном, царапающем слух наречии, в котором Малк с удивлением узнал язык Пекла.

Причём вёл себя толстяк так, словно с демонопоклонником они давние знакомые и не нуждаются в особых приветствиях. Старик, впрочем, тоже не злоупотреблял вежливостью. Буркнув в ответ нечто неопределённое и многообещающе посмотрев на Малка, он приблизился к телу Бакалавра, одним мощным магическим импульсом вскрыл ему грудную клетку и вырвал сердце. Затем небрежно спрятал его в сумку и лишь тогда бросил Улью на всё том же языке:

— Принёс?

Толстяк кивнул и сначала передал ему тот самый треножник, который он тащил всю дорогу от усадьбы, а потом нагло захваченное сосредоточие Силы твари из ямы. И сразу стало понятно, зачем он вообще появился в доме Фьердаллена. Видимо слишком важное место занимали оба предмета в затеянном стариком действе — а в том, что он не просто так «скучает» на холме с источником, можно не сомневаться, — раз для их транспортировки понадобилось прикрытие аж целого Младшего Магистра.

— Тогда я начинаю! — снова проскрипел Фьердаллен и с молодой прытью порысил обратно к каменистому холму.

— Какой у него ранг? — неожиданно для себя спросил Малк.

И к собственному удивлению услышал ответ.

— Невысокий. На наш пересчёт — средненький бакалавр, — хмыкнул, покосившись, Младший Магистр.

— На наш? — уточни Малк.

— Ну Фьердаллен же с Хеймдарка, его сложно считать нашим. — засмеялся толстяк. — Он, кстати, на тебя очень обижен. Трёхголовый был его фамильяром, в развитие которого он вложил немаленькие средства. А ты пришёл, когда тот в источнике восстановивался, и все его многолетние усилия испортил. Так что большого врага ты себе нажил, очень большого. Мстительного, изощрённого. Ты бы слышал, как он утром просил разрешить забрать себе твою душу… У-уу, чуть не поддался!

— А что так? — дёрнул уголком рта Малк.

— Потому что добрый я, — снова развеселился господин Жак, затем вдруг посерьёзнел и проронил: — Хотя кто сказал, что ещё нельзя всё отыграть обратно? Так что всё теперь от нашего с тобой разговора зависит…

— О чём? — спросил Малк, впрочем зная ответ.

— Да о всяком разном. Например о том, куда ты дел моего червя — его между прочим выращивать тоже было непросто, — что за странного содержания письмо ты прислал, и… да, почему ты после всего увиденного такой спокойный… Пока вроде всё. А там может ещё что на ум придёт. — Тут господин Жак как-то по-птичьи наклонил голову набок и с прищуром спросил: — Так что скажешь?

Малк, с трудом уняв внутреннюю дрожь, пожал плечами.

— Червя? Никуда не девал. Нашёл и просто убил. Если надо, могу вернуть его останки. — На этих словах он невесело усмехнулся. — Хотя, если често, вы меня удивили. Я до последнего считал, что это не вы, а господин Тияз мне его «подарил»…

Договорить толстяк ему не дал и требовательно протянул ладонь. Малк понятливо кивнул и, достав из кармана флакончик с телом паразита, передал Улью. Тот так же молча спрятал его в поясную сумку и повелительно помахал кистью: мол, продолжай, продолжай.

— Относительно же письма… — Малк посмотрел на разбросанные по траве тела и тяжело вздохнул. — Вы же сами хотели, чтобы я для вас шпионил. Так почему тогда спрашиваете? Я узнал нечто действительно важное, а так как вопреки всем стараниям лично прибыть не смог, отправил письмо… Про правила общения, которые надо соблюдать, помню, но тут решил, что речь идёт о слишком серьёзном деле!

— О! Так может тебя ещё наградить? — развеселился толстяк. Потом испытующе глянул на Малка и кивнул: — А, понимаю. Так вот почему ты спокоен. Надеешься, что я по старой памяти и за верную службу тебя под крыло возьму? Хм, молодец, быстро перестроился. А чего тогда по мне стрелял, а не по жандармам?

— Потому что растерялся, — максимально проникновенным тоном и стараясь не думать о данной однажды клятве именем Кетота сказал Малк. — А как смог подумать, то тут же принял верное решение…

— И ты думаешь, что я поверю в твою внезапно вспыхнувшую преданность? — с каким-то даже восторгом спросил господин Жак.

Малк в который уже раз за их беседу пожал плечами.

— Почему нет? Жить-то мне хочется. Тем более что претензий к службе у вас быть не должно… Особенно, если вспомнить, что мне изначально совсем другая роль отводилась.

— Догадался-таки? — удивился господин Жак и как-то даже совсем по-другому на него посмотрел.

— Было бы странно не догадаться, — фыркнул Малк. — Даже не обладая нужными навыками и знаниями, я понимаю, что внедрение шпиона в ряды внутренней фракции происходит несколько иначе. Для этого не берут простого парня «с улицы» и уж точно его не отправляют сначала в качестве помощника к оппозиционному руководству Школы Мастеру. Я ведь был нужен лично вам, да? Для какого-то ерундового дела, и лишь сложившиеся обстоятельства постепенно вынудили относиться ко мне всерьёз…

Последнее предложение господина Жака заметно развеселило.

— Всерьёз? Ой, парень, не обманывай себя. Всерьёз я тебя никогда не рассматривал. Просто в какой-то момент твои рассказы стали чуточку любопытны. Но не более того… — сообщил он небрежно.

— Но всё же, зачем я вам был нужен? — спросил Малк, чутко уловив изменения в тоне беседы.

Изменения, которые могли хоть немного, но отодвинуть его вполне вероятную гибель.

— В качестве ширмы, разумеется, — презрительно бросил Младший Магистр. — Госпожа Леара, эта грязная шлюха, таким образом получила от «трусливого и лишённого вкуса толстяка» подтверждение в том, что он работает. Так трудится ради родной Канцелярии, что аж помощник потребовался! Скажу больше, я для закрепления легенды ей потом про тебя даже в отчётах писал. О том как ты под моим руководством с демонами воюешь! Такой герой, такой герой получился… Думаю, тебе даже медальку дадут. Или две. Возможно посмертно. — Толстяк залился смехом. — Что до местных… Из-за жадности Тияза, укравшего у меня ассистента, они были убеждены, что я окончательно поехал на почве ненависти. Пытаюсь через тебя узнавать секреты, строю планы мести и даже не догадываюсь, что все в курсе этого моего интереса. То есть в их глазах я стал предсказуем, а значит управляем и не опасен… И так это всё удачно сложилось, что я до сих пор нарадоваться не могу.

Малк вдруг заметил, как преобразился во время их беседы господин Жак. Куда делся недалёкий, чванливый и жадный любитель всего блестящего, к месту и не к месту поминающий Рзавиана? Сейчас перед ним стоял совсем другой человек. Целеустремлённый, осознающий свою силу и от того совершенно иначе смотрящий на мир вокруг.

В этот момент от холма, куда ушёл старик, неожиданно сильно потянуло энергией Смерти и Земли. Будто имеющийся там источник вдруг стал в два или три раза мощнее. Не на уровне полноценного первого ранга, но всё равно мощнее! Причём ни Скверной, ни чистой Смертью, как можно было бы ожидать, в воздухе «не пахло». Что означало одно — либо Малк чего-то не понимал, либо возросший отток магии маскировал реальную деятельность Фьердаллена.

— О! Время-то идёт, — сказал господин Жак, оглянувшись на холм. — А я тут с тобой заболтался… — И вдруг резко и требовательно рявкнул, параллельно зажав Дух Малка в тиски своей Власти: — Рассказывай про письмо! В подробностях, быстро!!!

Несколько расслабившийся Малк дёрнулся, попробовал освободиться, но бесполезно. Тягаться с Младшим Магистром ему было не по плечу. И почти сразу ощутил, как из мыслей начала уходить ясность. Возможно не так быстро, как хотелось бы Жаку Улью — не зря ведь первое Тайное Искусство Малка славилось повышением устойчивости перед ментальными техниками, — но всё равно уходила. И чтобы сохранять хоть какой-то контроль над разумом приходилось прикладывать осознанные старания.

— Вы про извлечение Родословных и обезглавленного демона в «крылатых» татуировках? — наконец выдавил Малк, лишь чудом не падая на колени от вдруг накатившей слабости.

Чтобы спустя удар сердца осознать, что всё-таки проиграл битву умов.

— Демона?!! — прорычал господин Жак, и так надавил Силой, что Дворец Духа Малка затрещал, грозя рассыпаться.

— Да, демона, — понимая, что дальше скрывать бесполезно, выдохнул Малк. — Изначально был демон. А я вам написал про молодую девушку… Хотел так внимание привлечь. И видимо… был прав. — Несмотря на боль и очевидную угрозу гибели, он всё же растянул губы в усмешке. — Значит Череп вам интересен не из-за его экспериментов с демонами, а охотой за какой-то особой Родословной, да?

Вопрос не успел отзвучать, как подлетевший к Малку господин Жак так врезал ему в грудь кулаком, что не помог ни Панцирь, ни мощное тело. Казавшийся чистым магом толстяк бил, словно он специализировался на укреплении организма. Рёбра ощутимо хрустнули, стрельнув сильнейшей болью, а сердце дало предательский сбой. На какое-то мгновение сознание Малка выключилось и обрушившийся на него град новых ударов он уже не заметил. Когда же очнулся, то осознал себя лежащим у ног Улья и лишь чудом продолжающим дышать.

— Служить, говоришь, мне хочешь? Ну так я тебя научу правильной службе! — прорычал господин Жак, пнув, правда уже без прежней силы, Малка под рёбра.

— П-почему? — несмотря ни на что продолжил играть взятую на себя роль Малк.

Всё, что ему сейчас оставалось, это тянуть время, прикидываться дураком и ждать, надеясь на удачу…. и на те элементы общей картины, которые ему, как казалось, ранее удалось разглядеть.

— Потому что ты меня расстроил. Поманил красивой и, главное, такой ожидаемой сказочкой, а потом обманул, — протянул Улей, несколько нервно прохаживаясь перед Малком. — Йоррох, а ведь нечто такое предполагал! Для того и червя подсадил. Думал смогу так контролировать, сколько в твоей болтовне правды, а сколько вранья. И так опростоволосился! Письму твоему поверил… Сволочь!!!

Вспыхнув от злости толстяк принялся яростно пинать Малка ногами. А когда устал, тут же остановился и отвернувшись к морю, медленно сказал:

— Из-за тебя получается я такого человека обманул, такого человека…

— Ч-человека? Может демона Х-хеймдарка? — удивляясь собственной живучести простонал Малк.

Вопреки опасениям реплика новой вспышки гнева не вызвала. Улей вроде бы даже задумался. И пока он опять не вспомнил о «помощнике», Малк перевернулся на живот и незаметно раздавил сразу три извлечённых из кармана «лечилки». Правда, в то, что удастся скрыть творимую волшбу под носом у господина Жака, он всерьёз не верил, но… чем Йоррох не шутит?

— Нет, всё же человека. Они там хоть и увязли в Пекле так, что дальше некуда, но всё же от людской природы не отказались… — вдруг поделился своими мыслями Улей и тут же спросил: — Догадался всё-таки?

Малк, чувствуя как живительная сила затягивает самые тяжёлые из ран, растянул губы в неприятной усмешке и медленно кивнул.

— Согласен. Много ума тут не требуется, — хмыкнул господин Жак, затем посерьёзнел и, покосившись на то место, куда Малк несколькими минутами ранее отбросил осколки сосудов с «лечилками», произнёс: — Возвращаясь к прежней теме. Получается исследования Черепа всё так же топчутся на месте, и Стево никого, кроме некоторых демонов-неудачников, так ему и не нашёл… Плохо. Но что ещё хуже, непонятно, как это ты так метко «выстрелил» со своей фантазией насчёт «девчонки». Слишком уж удачное для простой случайности совпадение. Тем более для ни йорроха не понимающего бездаря… Подсказал кто?!

Малк внутренне содрогнулся. Затевая игру с Младшими Магистрами ему как-то и в голову не приходило, что всё повернётся именно вот так, а его заподозрят в игре за другую сторону. Проклятье, да сам он за себя, сам за себя!! Вот только как об этом убедительно соврать, если при мысли пусть даже о невольной службе демонам его передёргивает, а смерть кажется вполне нормальной альтернативой принятию над собой власти Пекла?

От ответа на неприятный вопрос его избавило вспыхнувшее на холме с источником багровое пламя. Возникший из ниоткуда столб огня сначала вырос никак не меньше, чем на высоту в шесть-семь саженей, затем опал… снова вырос и снова опал… Пока наконец не достиг необходимого равновесия и не уменьшился до совсем небольшого магического костреца. Костреца, от которого жутко, невыносимо смердело Скверной!

— Это ведь что-то вроде маяка, да? — догадался Малк, с трудом сдерживая приступ паники и обшаривая взглядом окрестности.

Потому как если согласно его предположениям когда-нибудь и должна прийти помощь, то лучше чем сейчас момента не найти.

— Вроде того. Метка для портала и одновременно ключик, открывающий брешь в защите острова. И теперь в эту брешь пройдёт кое-кто очень настойчивый! — с явно слышимым облегчением сказал господин Жак.

Который, кажется, до настоящего момента боялся, что всё сорвётся. И только теперь, когда точка невозврата была пройдена, избавился от давящего на плечи груза.

— Но зачем? Вам, Младшему Магистру и Мастеру Школы это зачем?! — демонстрируя крайнее волнение, повысил голос Малк.

Сам он при этом впился взглядом в небольшой, практически лишённый травы участок на склоне каменистого холма, над которым едва заметно подрагивал воздух. Это была единственная замеченная им аномалия, и он очень хотел верить, что правильно понимает её происхождение.

Ну же! Ну?!

— А вот это уже не твоё дело, — словно сквозь туман, донёсся до него вдруг поскучневший голос Улья.

Младший Магистр начал ещё что-то говорить про встречу дорогого гостя и необходимость прощаться, однако Малк его не слушал. Всё его внимание было сосредоточено на том месте, где он подозревал наличие хитрого морока. И был он настолько выразителен, что странность его поведения заметил даже господин Жак.

Тихо хмыкнув, тем самым выказав своё отношение к столько дешёвым трюкам, он всё же скосил глаза в нужном направленнии. Правда, не забыв поднять собранные в заклинательном жесте пальцы и явно уже в следующую секунду планируя добить исчерпавшего полезность «помощника». У Малка на какой-то миг даже возникло ощущение, что у него это получится, но… тут со звуком разрывающегося полотна морок спал, и перед ними появилась готовая к бою группа учеников Тияза Черепа. Стево и Больдо впереди, Эйша и Кейталин — её Малк увидел вообще впервые — чуть позади.

— Вы?! — аж задохнулся от неожиданности Улей.

— Мы-мы, господин Жак, и уже изрядно устали ждать, когда вы наговоритесь, — слишком нагло для простого Бакалавра перед лицом враждебно настроенного Младшего Магистра ответил Стево.

И вот этого Жак Улей не стерпел. Заклинание, которое уже висело у него на кончиках пальцев и которым он планировал расправиться с Малком, моментально вобрало в себя кучу «лишних» эргов Силы, и вместо элегантной Иглы выстрелило в учеников господина Тияза самым настоящим Копьём.

Будь на их месте Малк, и подобный удар оставил бы от него хорошо если горсть золы. Однако для собратьев по Школе атака очевидно не стала сюрпризом, иначе они бы не действовали столь слаженно. Сначала на пути магии господина Жака развернулся сотканный из Пепла барьер — тут явно постарался Стево. А затем, благодаря выигранным секундам, в дело вступил Больдо. Обладатель артефактной алебарды без затей подставил её под удар Копья, и заклинание нулевого круга в исполнении Младшего Магистра поднявшееся в плане мощи почти сразу на две ступеньки, с грохотом взорвалось. Однако ни Голем, ни находящиеся за ним соученики от этого никак не пострадали.

На взгляд Малка это было прекрасный образчик боевой координации, вот только Улья впечатлить не получилось. Наоборот, господин Жак рассмеялся и крайне уничижительным тоном сказал:

— Серьёзно? Я бросил практически случайное заклинание, а вы чтобы отбить его тут целое представление устроили? И такими силами со мной драться собрались? Со мной?!

Господин Жак даже к Малку повернулся, словно ища сочувствия. После чего жёстко потребовал:

— Где ваш Мастер? Где этот ублюдок Тияз?! У нас с ним есть о чём поговорить…

В схватке, столь внезапно начавшейся, возникла пауза. И Стево, как лидер учеников господина Тияза, очевидно не хотел форсировать события.

— Мастер занят — готовится к встрече гостей. Точнее гостя, — Крыс кивнул в сторону костреца на месте источника Силы. — Вы ведь маячок для Зарраха Колосажателя зажгли, а? Ведь это он ваш дорогой друг, которому вы с такой готовностью продались? Вот его-то Мастер и ждёт. Давно-о уже! Настолько давно, что уже заждался весь. Как вдруг такой подарок…

Слова Стево прозвучали откровенно издевательски, но Улей воспринял их на удивление спокойно.

— Ждали, значит? — протянул он и уже у Малка спросил: — Получается с их подачи ты про девку с Родословной написал, да?!

Однако ответить Малк не успел. Вместо него снова подал голос Стево.

— Будете смеяться, но нет, — сообщил он доверительным тоном. — Мы столько усилий приложили, чтобы через Малка подтолкнуть вас в правильном направлении — не сосчитать! А всё равно получилось не так, как планировали. Только-только заготовили парочку постановок на горячую тему, как этот умник начал отсебятину нести. И вот результат — вы спешите, мы спешим…

— Действительно забавно, — несколько натужно засмеялся господин Жак. — И защиту над островом вы, как понимаю, тоже специально ослабили?

— Разумеется, — не без высокомерия улыбнулся Стево. — Мастер седмицу директора уламывал, чтобы тот согласился в пространственных барьерах над внешней фракцией щёлку оставить. Думали клюнет хеймдарец на приманку, да куда там. Полгода прошло, всякая нечисть к нам уже полезла, а дорогой гость всё не идёт и не идёт. — Тут Крыс вдруг замолчал, невольно давая Улью переварить услышанное, и повернулся к Малку. — А ты поднимайся, хватит разлёживаться. Отсидеться в стороне, как та обезьяна, ты точно не сможешь!

Реакция Стево Малку не слишком-то понравилась, но… кто сказал, что команда господина Тияза будет рукоплескать его попытке сыграть их втёмную? Хотя с другой стороны, вины Малк тоже не чувствовал. Он использовал их, они использовали его — всё по честному. Не так ли?

С таким настроем он осторожно поднялся на ноги и начал бочком отступать в сторону соучеников. Благо после трёх «лечилок» умирающим Малк больше себя не ощущал.

— Так значит дело не в наивной надежде на мою благосклонность, да? Ты из-за них такой спокойный был? Верил, что в беде не оставят? — спросил господин Жак, никак не пытаясь ему воспрепятствовать.

— Всё так, — развёл руками Малк. — Правда до последнего момента не понимал, кто из вас будет спасителем, а кто злодеем…

— Да? Интересно, а им тогда ты какую историю скормил? — со странной интонацией уточнил Улей.

— Не историю, — покачал головой Малк. — Я перед тем как письмо вам писать, решил комнату свою на предмет следящих артефактов проверить. Через духовный резонанс. И к собственному удивлению один такой нашёл. Не сразу, практически случайно, но ведь нашёл… И тогда же додумался использовать его для информирования о происходящем Мастера Тияза. Всего-то и дел — оставить на некоторое время письмо открытым, а с остальным владелец следящего устройства сам справится! Правда, — он помедлил, не зная говорить или нет, но всё же продолжил, — не думал, что мои собратья по Школе окажутся настолько медлительными!

Выпущенную шпильку Стево если и заметил, то высокомерно проигнорировал. А вот господин Жак молчать не стал.

— Это ты им насчёт убитых мною жандармов пеняешь? — Улей зло рассмеялся. — Тогда можешь не стараться. Череп тоже не на стороне закона играет. И если бы не я, то с ними бы расправились твои славные собратья. Потому как наши с ними разговоры не для посторонних. И прежде всего не для слуг Триумвирата. Больше скажу, они и тебя позволили бы грохнуть, да только уж больно специфический инструмент из тебя сделать можно… Тияз за такое по голове не погладит!

— Может быть хватит? — всё-таки вмешался в разговор Стево.

На что господин Жак лишь неопределённо дёрнул плечом.

— Да я уже сказал, что хотел, — немного помолчал и продолжил: — А вообще… признаю, с этими историями про демонические и не очень Родословные вы действительно меня переиграли. Я столь сильно хотел поверить в ваш успех, что принял всё на веру. И побежал открывать ту самую дверку, которая как оказывается и без меня была приоткрыта… Так что да, вашими стараниями меня ждёт ой какой непростой разговор с господином Колосажателем! Но с другой стороны, если он получит голову своего старого врага, его учеников и разрушит враждебную Хеймдарку Школу, ведь должен тогда сменить гнев на милость, а?

Вторя его словам соседний холм неожиданно содрогнулся, костерец вспыхнул маленьким солнцем и из него вверх ударил ярко-алый луч. Который не просто вонзился в ставший вдруг видимым магический купол у них над головой, но и с адским грохотом вышиб из него приличных размеров фрагмент.

— Дырявая защита, говорите? Так я это давно заметил. Вот только подбирать ключик не захотел, а вместо того нашёл слабое место и просто выбил замок… Руками специалиста из Хеймдарка, правда, но какая разница? — с плохо скрытым торжеством в голосе объявил Улей и уже откровенно глумясь сообщил: — А потом мне показалось, что этого недостаточно, и я подготовил ещё один сюрприз.

Со стороны бухты, на берегу которой располагалась внутренняя фракция, донёсся мощнейший взрыв. И Улей довольно осклабился.

— А вот и береговая батарея взорвалась. Вот что значит с людьми правильно работать!

— С людьми, это как с Контом Два Зеркала? — вдруг подал голос, доселе молчавший Больдо.

— Именно, дорогой друг. Именно! Правда, там пришлось Фьердаллена на помощь звать — уж больно крепким орешком Конт оказался, — а тут своими силами справился! — Господин Жак счастливо захохотал. — Впрочем чего это я… Настало время главного события этого дня. Коллеги, приготовьтесь: третий сюрприз!

Йоррох его знает, как у него получилось так подгадать, но тут в небе снова загрохотало. Над бухтой на высоте в пять-шесть саженей возникла чёрная точка, которая затем стремительно разрослась и превратилась в гигантское облако. Облако, из которого точно заяц из шляпы фокусника в воду опустился здоровенный, окутанный клубами дыма боевой крейсер авалонской постройки!

— Как видите, господин Заррах решил не мелочиться и выбрал для визита транспорт посовременней. Согласитесь, дорого, но весьма эффектно. Или вы думали он на традиционной галере с немёртвыми гребцами сюда прибудет?

Что там ему ответили, Малк не слышал. Добравшись до соучеников, он принялся перезаряжать револьвер и уделял этому максимум внимания. Да, против сильных магов подобного рода оружие помогало слабо, но без него он ведь вообще был беззащитен! Резерв пуст, марионетка не пойми где и её духовные колебания еле ощущаются, а одноразовых Искр хоть и рассован по карманам целый десяток, урон от них даже меньше, чем от пуль. Есть ещё, конечно, тесаки, но… к Младшему Магистру, который одним взмахом руки проломил ему Панцирь, Малк приближаться больше не хотел.

Он уже ставил последний пистон, когда со стороны магического маяка — ныне уже практически погасшего — вдруг раздался крик Фьердаллена. Старый «демонолюб» на наречии Пекла орал то ли «чисто!», то ли «пусто!». Малк недослышал, однако господин Жак своего напарника явно понял правильно. И сделал выводы.

— О, мне тут подсказывают, что кроме нас с вами здесь больше никого нет… И это прекрасно, а то я уже устал время тянуть. До последнего опасался, что кто-нибудь из старших коллег всё-таки решил подстраховать вашу задорную компанию. И вдруг такой сюрприз! — с очевидным облегчением сказал Улей и неприятно улыбнулся.

В тот же миг его лицо резко побагровело, вздулись мышцы, а сам он стал словно бы выше ростом. И не было бы в этом преображении ничего действительно пугающего, если бы вслед за телесными трансформациями, не начались трансформации энергетические. Присущая человеку аура пошла волнами — её будто распирало изнутри, — затем резко увеличилась, приняла форму огромного пса и, просуществовав в таком виде пару ударов сердца, снова изменилась. У адской гончей выросло две головы, добавились рожки и несколько пар глаз, а хвост стал чем-то напоминать драконий. Выглядело это достаточно угрожающе, и лишь некоторая бледность тонкого тела указывала на то, что явленная мощь так и не достигла своего пика.

— Так вот ради чего ты всё это заварил, да? Тебя купили Родословной Цербера? — презрительно поджав губы, бросил Стево.

Возникало ощущение, что действия Улья никак не беспокоят сильнейшего ученика господина Тияза. Ну а так как в глупости Крыса заподозрить было нельзя, это означало только одно — за пазухой у него определённо лежал какой-то козырь!

— Не всем же так везёт с предками. Кому-то они великий талант к магии передают, а кому-то только дерьмовую Родословную… да-да, я про своего Адского пса, по которому ваш ублюдок-учитель так любил проходиться! — откровенно нечеловеческим голосом прорычал-просипел господин Жак, без сомнения задетый за живое. И ожёг Малка взглядом. Будто он тоже был уличён в распространении тех самых «шуточек». — Так что моя вечная благодарность владыкам Хеймдарка за то, что помогли повысить её класс. И чуть меньшая благодарность уже вам за то, что я могу проверить то, насколько она теперь сильна!

Поставив в разговоре жирную точку, Улей развёл руки в стороны и, прикладывая хорошо заметное усилие, поднял их ладонями вверх. В воздухе тотчас раздался многоголосый гул, и из травы на одном из склонов вылетел огромный рой пчёл. Вряд ли толстяк смог вот так сразу зачаровать такое количество насекомых, а значит это была «домашняя» заготовка. Некая страховка, которая ждала своего часа и которую Младший Магистр теперь собирался пустить в ход. Так что можно было не сомневаться — сдерживаться он точно не станет.

Уже знакомая огненная аура вспыхнула вокруг пчёл едва ли не молниеносно. Ещё какие-то секунды назад это были обычные полосатые трудяги, как вот они уже охвачены колдовским пламенем и неотвратимым потоком мчатся на учеников Черепа. Так мало того, и сам господин Жак решил не оставаться в стороне — с минимальной задержкой пустил следом ещё и Огненную Стрелу второго круга…

Малк, который находился чуть в стороне и хорошо видел эту скрытую из-за роя насекомых атаку, тотчас выкрикнул предупреждение, однако похоже коллеги в его помощи не нуждались.

Первым свой ход сделал Стево, казавшийся до последнего рассеянным и абсолютно расслабленным. Набрав полную грудь воздуха, он вдруг сделал шаг вперёд и… выдохнул на пути крылатых убийц огромное облако Пепла. Вложил он туда эргов пятнадцать-двадцать Силы, так что уровень атаки был соответствующий. Хилые, несмотря на всю вложенную в них магию, пчёлы дождём посыпались на траву.

Правда на то, чтобы убить абсолютно всех подопечных Улья, облака не хватило — часть насекомых выжила, — однако с ними уже разобралась Кэйталин. Вечно пропадающая Йоррох знает где девушка-Бакалавр непонятным для Малка образом создала у себя под ногами колдовской чертёж из светящихся красным линий, активировала его и призвала на помощь кого-то вроде фамилиара. В центре рисунка из клубов алого дыма высунулась птичья голова и втянула в себя всех остающихся в воздухе пчёл. Р-раз, и готово!

Некоторую опасность представляла стрела, которую уже по ходу атаки попытался ускорить господин Жак, но её взял на себя Больдо. Встав на пути магического снаряда, он покрылся каменной коркой, разом напомнив статую, и грудью принял удар.

На вкус Малка, свои силы Голем всё же переоценил. Пробив каменную оболочку, волшба Улья оставила на закалённой плоти Больдо внушительных размеров рану и вышибла с вершины холма. И теперь прежде чем Голем вернётся в бой должно было пройти какое-то время.

Из четвёрки старших учеников в прямое противостояние не полезла только Эйша. Вместо этого кажущаяся необычайно тихой девушка завернулась в светящимся зелёным кокон, а уже от него к остальным членам отряда протянула мостики энергетических линий. Дотянулась одна такая и до Малка. Чтобы спустя секунду пропустить через себя порцию структурированной Силы, которая зажгла вокруг заряженного револьвера убийственную ауру смертельного яда.

— Да сдохните же!! — рассвирепел из-за первой неудачи господин Жак и теперь уже в открытую принялся выкрикивать скороговорку заклинания.

Ему вторил Стево. И Стево же оказался чуточку быстрее. Откуда-то из-за спины сильнейшего ученика Черепа выпорхнули шесть крылатых, окружённых аурой яда, крыс и устремились к толстяку. Улей же сосредоточился на создании из оставшихся во фляге пчёл чего-то вроде огненного бича, которым он и хлестнул спустя какие-то секунды по колдовскому рисунку Птицы. Одного удара хватило, чтобы рассыпалась искрами рассечённая надвое голова и с хлопком даже не взорвался, а лопнул контур ритуальной фигуры. Он попробовал возвратным движением достать и какого-нибудь из подопечных Стево, но те оказались слишком ловкими. Увернулись от контратаки и вцепились когтями в тело Улья.

Вот только если Крыс ждал от этого какого-то значимого результата, то зря.

— Да, да!!! Вот она сила!!! Оно стоило того, — завопил от нестерпимого восторга господин Жак, убедившись, что ни одна из тварей не нанесла ему даже малейшей царапины.

Тело, которое распирало от Силы Родословной, оказалось пепельным крысам не по зубам.

Видимо на волне энтузиазма, а может потеряв на секунду контроль над эмоциями, господин Жак упал на четвереньки и как есть помачался на Стево. Крыс он оставил на теле, и как видимо зря. Повинуясь воле создателя они мгновенно перебрались к нему на спину, слились в одну здоровенную гадину и уже та вцепилась господину Жаку в загривок.

— А если так, а??? — продолжил вопить Улей.

На его шее вдруг выросла призрачная собачья голова, и в свою очередь вцепилась в бок крысы. При том до Стево господину Жаку оставалось полсажени, которую толстяк преодолел одним прыжком. Даже показалось, что он вот сейчас собьёт лучшего ученика с ног, вырвет ему зубами горло и… однако опасения не оправдались. Стево вдруг обернулся столбом дыма, сквозь который пролетел разъярённый Больдо и на встречном движении вонзил алебарду в грудь Младшего Магистра.

— Ха-ааа! — заорал Улей, чья защита всё-таки была пробита.

Разбрызгивая кровь, он голыми руками вцепился в Каменный Крушитель и попытался отобрать его у Больдо. В помощь себе он отрастил ещё одну призрачную голову, которая попыталась вцепиться в лицо Голема. Однако того спасла Змея. Девушка попросту влепила в распахнутую пасть ядовитый магический шар, заставив голову Цербера поперхнуться. И тут же, как признак успеха, башка адской твари начала стремительно зеленеть…

Однако сдаваться господин Жак не намеревался. Как-то хитро извернувшись, он сбил таки Больдо с ног и попробовал добить упавшего. Но тут уже свою лепту внёс Малк. Все шесть отравленных пуль его револьвера вонзились в грудь бывшего куратора, заставив его отступить, вопя в ярости что-то нечленораздельное.

Впрочем спустя секунду господин Жак успокоился, в его руке появились одноразовые «лечилки», и он принялся их крошить в ладони, оглядываясь в поисках пропавшего Стево и попутно рыча:

— А ты Крыс молодец!! Утаил-таки что прорвался в Младшие Магистры, утаил! Никому не сказал…

Вдруг резко отбросив остатки сосудов с заклинаниями, Улей принялся водить перед собой руками, что-то лихорадочно колдуя. Через несколько секунд формула была завершена, и в противников покатилась волна бледно-розового цвета.

Что это такое пришло понимание лишь когда сдавило тисками череп, в мыслях появилась путаница и началось головокружение. Во всяком случае так было у Малка. Что почувствовали остальные, он не имел ни малейшего понятия. Достаточно того, что Эйша моментально хлопнулась в обморок, Больдо забился в странных судорогах, а Птица… Птица, пожалуй, была единственной — кроме исчезнувшего Стево, — кто внешне никак не проявил, что попал под воздействие ментальной волшбы. Хотя была ли в том именно её заслуга, Малк был не уверен. Уж больно странно пульсировали два техномагических браслета у неё на предплечьях.

И именно это момент общей слабости выбрал Фьердаллен для вмешательства в схватку. Пока они в своём большинстве отходили от ударившего по мозгам заклинания, «демонолюб» спустился с холма и сходу атаковал… Малка. Видимо Улей всё же не врал, и мерзавец имел-таки на убийцу Трёхголового большой зуб. Причём ладно бы он просто напал — с оружием или даже с заклинаниями, — нет, для драки старик сменил внешний облик. И выглядело это одновременно страшно и омерзительно. Чтобы описать его новую боевую форму, достаточно соединить вместе адскую гусеницу, саблезубого волка и человека. Потом перемешать, раскидать по телу кроваво-красные глаза, и вот тогда быть может удастся получить примерное представление о внешности хеймдаркца.

— Умри!!! — зашипела химера, то ли головой старика, то ли расположенной в середине волчьего туловища пастью, то ли «клювом» гусеницы. — Умри!!!

По бокам у монстра появились щупальца, из пасти вылезли истекающие ядом клыки, а сам он весь напружинился, как перед прыжком… И истошно заорал, когда Малк шарахнул по нему сразу всеми имеющимися у него одноразовыми Искрами. Мало того, пока ошеломлённая ударом тварь пытался прийти в себя, он метнулся к лежащему неподалёку телу поручика Ламвроша, завладел его Искромётом и снова открыл огонь.

Как же хеймдаркский выродок заорал! Как завыл! Как от него во все стороны полетели ошмётки плоти и брызги зелёной крови. Любо дорого посмотреть. Одна беда, заряд искромёта очень быстро закончился, и Малку ничего не оставалось, кроме как взяться за тесаки и приготовиться к рукопашной схватке.

— Умри, умри, умри!!! — самым безумным образом завыла химера и взбешённым быком ринулась на Малка.

Однако сделала два шага, потом перед глазами мелькнула алебарда и вот уже голова «гусеницы» летит в сторону, а основное тело кубарем катится под ноги Малка. Фьердаллен попробовал было хлестнуть его щупальцами, но не успел. Малк махнул тесаками, и вторая, теперь уже человеческая голова химеры улетела в траву, а Бакалавр-недоделок забился в смертельной агонии.

— Спасибо! — выдохнул Малк, на что Больдо, весьма удачно до того изображавший эпилептический припадок, лишь отмахнулся и ринулся к главному их противнику.

К господину Жаку.

Правда там его помощь особо не требовалась. Стево, как позже выяснилось весьма умело пользующийся маскирующими артефактами, выпав из поля зрения Улья успел подготовить новую атаку. Собрал магией оставшуюся от прошлых ударов и рассеянную вокруг Силу Пепла, сотворил из неё нечто вроде цепей и сковал ими господина Жака. Вряд ли этого хватило бы чтобы надолго удержать того на одном месте — слишком могучим было его изменённое Родословной тело и велика Власть, — но такую цель никто перед собой и не ставил. Всё чего Крыс хотел — это дать время Кэйталин для подготовки самого мощного её атакующего заклинания. И девушка не подкачала. Господин Жак уже освободил одну ногу, когда сверху на него спикировала сотканная из Пепла птица, вонзила в грудь когти и… взорвалась!

— Больдо, держи его! — скомандовал Стево, подлетая к окровавленному, но ещё шевелящемуся телу Улья.

В руке у него как по волшебству появился нож, и он начал наносить им удары по конечностям раненого Младшего Магистра, делая невозможной любую попытку пошевелиться. Появившийся чуть позже Больдо действовал иначе. Пятой материализовавшейся алебарды он коснулся точки между бровями господина Жака и, используя оружие как проводник, щупом Силы принялся раздражать энергетический узел, отвечающий за ясность мышления.

Зачем такое изуверство Малк поначалу даже не понял. И лишь когда Больдо крикнул, чтобы Птица дала Малку зелье второго ранга «Регенерация энергии», а сам он в свою очередь получил приказ собирать Силу, достаточную для активизации Призрачной Руки, лишь тогда до него дошло — всё дело в Родословной. В Йорроховой Родословной, которую в окружении Черепа никто не хотел упускать. А ещё в том, что извлекать её придётся из ещё живого Младшего Магистра Жака Улья. И если Малк на это согласится, дороги назад в мир свободы от власти Тияза Черепа для него уже не будет…

Вот только есть ли у него выбор?!

#1 Речь идёт об известной восточной мудрости: «В схватке дракона и тигра побеждает сидящая на дереве обезьяна».

Глава седьмая, в которой завершается игра

Восстанавливать энергию Малку пришлось в весьма сложных условиях. В небе грохотала непрекращающаяся артиллерийская канонада, земля под ногами содрогалась от мощных взрывов, а в душе нарастало ощущение огромного кризиса. Уж чего-чего, а оказаться в самом центре противостояния Школы с овеянным мрачными легендами Хеймдарком, он точно не планировал. И дело тут вовсе не в том, что Малк хотел избежать войны — свой долг как гражданина Борея и мага он знал хорошо. Просто до сих пор наивно надеялся, что исполнять его придётся хотя бы после достижения ранга Бакалавра. Ведь кто он сейчас? Обычный Ученик, который в способностях и навыках лишь самую малость возвышается над вступившими на путь Силы Адептами. Тогда как главные действующие лица разворачивающейся битвы – Магистры и Младшие Магистры. Да тут Бакалавру выжить проблема, что уж про Ученика говорить!

Тем не менее на глубине погружения в недра сознания и качестве работы с формулой сбора энергии переживания Малка никак не сказались. Сейчас перед ним стояла вполне конкретная цель, а значит для её достижения следовало собрать все свои силы. Вот он и собирал. Благо соученики не только сыпали приказами, но и не поскупились на помощь.

Помимо зелья «Регенерации энергии», которое как выяснилось увеличивало скорость пикового сбора энергии почти на полтора эрга в час, Стево также вручил ему небольшой накопитель с чистой Пневмой. С подобными «игрушками» Малк ранее не сталкивался, поэтому для него было некоторым сюрпризом узнать, что использование заряженных Силой кристаллов сродни медитации в источнике магии первого класса. Учитывая же даваемое Кристаллическим Сердцем удвоение скорости поглощения энергии, за час он смог вытянуть вместо одной целой и одной десятой эрга аж две целых и две десятых.

Не осталась в стороне и столь нелюбимая Эйшей спутница Крыса. Кэйталин оказалась специалистом по ритуалам и перед началом медитации Малка взмахом руки воздвигла вокруг него узор собирающей Силу магической формации. Большого эффекта это не принесло — на создание колдовского рисунка ушло гораздо больше Силы, чем удалось получить— но и половина эрга в ситуации Малка тоже имеет значение.

Добавляем сюда же эффект зелья, остававшийся про запас один эрг, и вот уже после часа работы резерв Малка достигает пяти целых двух десятых эрга. Чего вполне достаточно для тех задач, что поставил перед ним сильнейший ученик господина Тияза.

Правда, без ложки дёгтя тоже не обошлось. Совместное использование зелья и ритуала оказывало колоссальную нагрузку на организм. Всё тело ломило, во рту разливался металлический привкус, а перед глазами кружились чёрные «мушки». И это у Малка, который пережил подстёгнутую отравлением Жизнью трансформацию! А что насчёт магов с обычной конституцией? Или подобного рода средства рассчитаны только на тех, кто специализируется на закаливании тела?!

Впрочем возмущаться тем, что его вынудили использовать средства с неясными побочными эффектами, он не стал. Принцип «могущество имеет цену» Малк давно уже уяснил и смотрел на окружающий мир через призму этого знания. И пока цена не становилась чем-то непомерным, его всё устраивало…

На то, что происходит совсем рядом, Малк смог обратить внимание, лишь когда наполнение его магического резерва перевалило через планку в четверть от максимального объёма. Открыл глаза, огляделся и застал самый конец разговора между вернувшим себе часть разума господином Жаком и Стево Крысом.

Окровавленный, распластанный на земле Улей, ещё недавно казавшийся умирающим, не просто хрипел какую-то бессмыслицу, а зверски выпучив глаза сыпал вполне осмысленными угрозами:

— Заррах сравняет ваше гнилое гнездо с землёй… Слышишь, Крыс, с землёй! И ни ты, ни твой полумёртвый Мастер, и уж точно не вся эта свора живущих прошлым магов ничего не сделаете!! Понимаешь? Ничего!! А закончив с вами, Колосажатель косой смерти пройдётся по острову и соберёт столько жертвенной силы, что как на крыльях взлетит к следующему рангу!

– Возможно, однако ты этого уже не увидишь, – ничуть не впечатлённый словами пленника с ленцой сообщил Стево.

Чего уж там, он и не смотрел-то на него толком. Словно успев вычеркнуть господина Жака из списка живых.

– Кто знает, Стево, кто знает… Уж пару-тройку суток сохранить целостность Духа после смерти я смогу, а там может и Заррах вспомнит о том, кто двери Школы перед ним открыл. А вспомнив, поможет воскреснуть! – задыхаясь от ненависти процедил господин Жак.

– Очень даже может быть, – пожал плечами Стево и несколько рассеянно бросил: – Вот только сначала твоему хозяину надо не просто выжить, а победить. Насчёт чего у меня есть здоровые сомнения… – И уже обращаясь к своим соученикам, сказал: — Больдо, Эйша – мы уходим. Кэйталин — остаёшься с Эттином. Проследишь, чтобы он закончил с этой падалью, а затем отведёшь его в точку сбора.

И ни слова для Малка. Самого младшего ученика своего Мастера он опять подчёркнуто игнорировал, хоть и видел, что тот успел открыть глаза.

Через минуту троица соучеников спустилась с холма и быстрым шагом двинулась по направлению к Школе. Туда, где гремели взрывы и где могучие маги готовились сойтись в бескомпромиссной схватке. Не было никаких сомнений, что пленение господина Жака для них не более чем эпизод в большой и запутанной игре. Игре, которую Малк пока что не понимал.

-- Ты готов? – подала голос Птица, одновременно с этим подкручивая миниатюрные верньеры и щёлкая наборными кодовыми дисками на своих браслетах.

Прежде чем Малк ответил, девушка плавно развела руки в стороны, зажгла вокруг ладоней рунические круги и, прикрыв глаза, принялась в одном ей известном ритме шевелить пальцами. Отзываясь на её действия, вокруг тела Улья зажёгся светящийся красным круг, и уже в нём принялись всплывать группы значительно более мелких геометрических фигур и рунных цепочек. И никакой тебе возни с вычерчиванием знаков и линий на земле! На фоне подобной красоты попытки Малка оптимизировать свои ритуальные экзерсисы выглядели откровенно жалко.

Наконец, пространство вокруг господина Жака последний раз полыхнуло огнём, и на земле остался колдовской рисунок из слабо тлеющих красным линий. Кэйталин же встряхнула кистями рук, словно убирая усталость, и сделала Малку приглашающий жест.

– Прошу!

Малк вежливо кивнул и, упруго поднявшись с земли, приблизился к бывшему куратору от Тёмной Канцелярии.

– А, вот и до помощничка очередь дошла… Что, думаешь, продался великому Черепу и удачу оседлал, да? И теперь фениксом полетишь к вершинам могущества? – захрипел господин Жак. – А вот шиш тебе! Ты не Наследник магии Пепла вроде Стево и не гений ритуалов, как эта сучка, что меня сейчас в круг Силы заключила. Не-еет, ты – бездарность. Пшик. Пустое место. И удел твой – быть инструментом в руках Тияза. Слышишь? Инструментом! Вещью, которую он рано или поздно сломает и выбросит!

Последнюю фразу Улей откровенно орал. Святые знают, чего он хотел этим добиться – может внести смуту в разум бывшего подопечного, а может добиться от него какой-то помощи, – но желаемого не получил.

– Я знаю, – криво усмехнулся Малк, покосившись на стоящую со скучающим видом Кэйталин.

Он и вправду всё это знал. Однако ничего изменить пока не мог, а потому ему оставалось только ждать, копить силы и надеяться, что в нужный момент сможет вывернуться из любой ситуации, в которою его ввергнет Тияз Череп. Однако озвучивать эти его мысли не было никакого смысла.

Тем временем магия Птицы начала действовать, и господин Жак замолчал. По всему его телу точно змеи поползли цепочки из знаков Руноглифа, то здесь, то там начали загораться миниатюрные многолучевые звёзды, а следом принялись собираться энергетические потоки внутри тела.

Мысленно поблагодарив Кэйталин за то, что она взяла на себя весомую часть работы, Малк создал Призрачную Руку и погрузил её в середину грудной клетки Улья. Впереди его ждала утомительная процедура извлечения Родословной…

Как ни удивительно, но по началу особых проблем у него не возникло. Улей, даром что Младший Магистр, стараниями магии Кэйталин никак его действиям не мешал, Сущность крови выделялась с минимальным сопротивлением организма, а ответная реакция начинающего идти в разнос тонкого тела была столь незначительна, что ею можно было пренебречь. Малк даже успел порадоваться тому, насколько всё легко получается, как находящийся без сознания господин Жак вдруг захрипел, его лицо исказила судорога и он… умер. Тело же его принялось стремительно усыхать и сморщиваться, так что не прошло и десятка секунд, как от пышущего здоровьем толстяка осталась лишь мумифицированная оболочка.

Йоррох! Малк скривился как от зубной боли. Он, конечно, старался не думать о том, чем занимается, но мыслям-то не прикажешь. И пусть в самом факте смерти врага он не видел ничего предосудительного – наоборот, подобные вещи Малк всячески одобрял, – то как именно это произошло, его совсем не радовало. Всё-таки в использовании недруга в качестве источника Родословной было что-то извращённо-неправильное. Да, возможно корни подобного отношения крылись в его излишнем чистоплюйстве, но причин отказываться от своего мнения Малк всё равно не видел. Неправильно это, неправильно!

Малк медленно вытянул Руку из грудины господина Жака и посмотрел на зажатую между пальцами огненно-красную бусину. Внимательно её изучил, попробовал ощутить резонанс и резко помрачнел. Добыча оставляла странное чувство неполноты.

– Что-то не так! – пробормотал он и вздрогнул, когда в ход его мыслей вмешался немного недовольный голос Кэйталин.

– Конечно не так.

Девушка подошла ближе и, вставив в правый глаз монокль в латунном корпусе, принялась рассматривать через него содержащуюся в крохотном шарике Сущность Родословной. Наконец кивнула и убрала оптический прибор обратно в поясную сумочку.

– Как я и думала. Жак обладал Родословной, на десять процентов соответствующую Родословной истинного цербера, а то, что ты добыл, и один процент не обеспечит. Мало того, столь малый объём Сущности попросту потеряется в процессе пересадки, что низводит до нуля вообще все наши старания, – сказала она, с сожалением качая головой.

– Погодите, я думал Улей заполучил полную Родословную… – удивился Малк, вдруг выяснив, что знает по данной теме далеко не так много, как ему казалось ранее.

– Ага, конечно. Задавили бы мы его тогда, – засмеялась Кэйталин. – Полноценную Родословную нельзя привить одним махом – обязательно загнёшься в процессе. Можно лишь с помощью Сущности Крови запустить череду преобразований тела и Духа, достичь в них некоторого уровня соответствия оригиналу, а дальше… дальше через медленное развитие двинуться к цели. Чтобы Жак мог раскрыть мощь короля адских псов, требовались годы, если не десятилетия поэтапного раскрытия спрятанного в этих десяти процентах потенциала. А уж сколько это пожрало бы ресурсов… – Девушка снова с сожалением покачала головой. – Теперь представь, какие усилия придётся приложить, чтобы вырастить Родословную, имея на руках лишь добытую тобой «капельку». Жуть, да?

– Йоррох… – выдохнул Малк, с отвращением разглядывая «бусину».

– Ничего страшного, так бывает, – успокоила его Птица, – и чем выше уровень Родословной, тем чаще случается неудача. Повысить шансы на успех можно, но для этого нужен большой опыт, сильная Власть и высокий ранг. Чего у тебя, увы, нет. Если это порадует, то инструментальным способом мы бы и таких крох не извлекли!

– И что теперь делать? – спросил Малк.

Девушка ободряюще улыбнулась.

– Попробуй скормить своему гомункулусу, если он ещё цел. Вдруг что интересное получится…

Надо сказать за чередой событий Малк о своей марионетке как-то позабыл. И в настоящий момент понятия не имел, что с ней стало после того как господин Жак скинул её с вершины холма. Так что он незамедлительно «прислушался», попробовал ощутить резонанс и… с облегчением нашёл пусть слабое, но вполне узнаваемое «биение» тонкого тела создания господина Тияза.

– Вроде ещё барахтается, – буркнул он и бегом спустился по склону.

Гомункулус лежал в зарослях репейника, и будь это человек или иное живое существо, Малк решил бы, что это труп. Всё тело изломано, спина покрыта рваными ранами, а в боку и вовсе зияет дыра с кулак размером – в падении тварь на что-то крайне неудачно налетела. Однако духовные вибрации говорили об обратном, а значит ещё можно было попробовать всё исправить.

Покосившись на подошедшую Кэйталин, Малк вздохнул и уронил каплю Сущности прямо в самую большую рану. Подсознательно он ожидал, что сразу же последует какая-то реакция – раздастся шипение, на глазах начнут затягиваться раны, появится магическое свечение, – и потому был сильно разочарован, когда ничего подобного не произошло. Он даже заподозрил, что всё зря, как вдруг вмешалась Птица. Девушка сменила в браслетах заряженные стержни из прессованного кристаллического песка, протянула над марионеткой ладони и уже знакомым Малку способом начала создавать какую-то ритуальную фигуру. А как закончила, влила в неё четыре или пять эргов собственной Силы, и прошептала слово-активатор.

– Да всё бестолку… – начал было Малк, как вдруг откуда-то появилось облако густого тумана и полностью скрыло изуродованное тело.

Гомункулус пропал, и лишь смутное ощущение того, что внутри туманного кокона происходит некое движение, подсказывало: ничего ещё не закончилось.

– А всё-таки, что такое Родословная? – спросил Малк через пять или шесть минут молчаливого ожидания. – Раньше думал, что это просто естественным образом зародившаяся среди потомков одного рода способность или склонность к определённой магии. Потом узнал про демонов-прародителей некоторых старых Родословных. Теперь вот вы говорите, что её надо как-то развивать… Не слишком ли сложно?

– В самый раз, – развеселилась Кэйталин. – Родословная это всё то, что ты сказал и ещё немного больше. Она действительно может спонтанно зародиться в крови старой чародейской династии, но в то же время может быть насильственно захвачена и при некоторой удаче привита лишённому её человеку. Однако и в том, и в другом случае Родословная не более чем потенциал, с которым надо работать. Её надо сгущать, уплотнять, убирать лишнее, усиливать важное. Потом вскармливать. Так Эйша стала Бакалавром – Мастер очистил и укрепил её Родословную. А вот Жак пошёл по другому пути и с помощью хеймдаркцев переродил доставшееся от предков мусорное наследие в нечто более высокое… – Чародейка внезапно посерьёзнела и с предупреждением посмотрела на Малка. – Главное помнить, что именно в Родословной запрятаны корни могущества многих магов. И они очень не любят, когда посторонние не просто проявляют к теме раздражающее любопытство, а ещё и смотрят на вещи в… практической плоскости.

Намёк был более чем прозрачен. И Малк с серьёзным видом кивнул, подтверждая своё полное понимание вопроса.

Наступило неловкое молчание, которое спустя несколько секунд нарушила Кэйталин.

– Скажи… А зачем ты в том письме к Улью написал именно про девушку? Почему не парень или мужчина? – спросила она задумчиво.

Чем застала Малка врасплох.

– Девушку? Не понял, какую… А! Так вроде уже говорил, что случайно получилось. Решил сделать историю более контрастной, – далеко не сразу поняв суть вопроса, ответил он.

– Контрастной? – нахмурилась Птица.

Малк недовольно поморщился. Ничего объяснять ему совершенно не хотелось.

– Именно, – наконец заговорил он. – Возьмите полотно, в центре изобразите красивую даму с шикарным вырезом, а на заднем плане поместите шагающих механизированных воинов с коровами в кабинах. И можете не сомневаться – рогатых водителей если кто и заметит, то далеко не сразу. Или наденьте ярко-красный, вырви глаз камзол, аналогичную шляпу, ботинки, отправьтесь на самую многолюдную площадь и при всех совершите преступление. Как вы думаете, какую вашу самую броскую примету опишут свидетели жандармам? – Малк скривился и помотал головой. – Это и есть контрасты. В любом деле именно их мы цепляем вниманием, и крайне редко двигаемся дальше. Вот и я решил поступить аналогично. Ведь что может быть заметнее, чем несчастная белая девушка с мистическими татуировками, находящаяся в окружении чёрных-причёрных демонов? Так сразу и не придумаешь, да? А значит этим образом можно «прикрыть» разного рода натяжки и неточности…

– А можно поинтересоваться, где это ты таких премудростей нахватался? Неужели в своём Обществе? Если да, то пожалуй стоит туда заглянуть. Вдруг чего нового узнаю… – протянула Кэйталин, широко раскрыв глаза и уставившись остановившимся взглядом на кокон вокруг марионетки.

– Да при чём тут Андалорское Общество?! Я ещё в интернате книжку на эту тему прочитал. Там, правда, больше про картины разговор шёл, но принцип-то один, – сказал Малк, затем помедлил и всё же осторожно уточнил: – А что, с этой девушкой действительно связано какое-то серьёзное дело?

– Угу. Связано… – кивнула Кэйталин, прикусив нижнюю губу. – И ты в это связано своим «контрастом» от души вляпался. Причём ладно, если выдумка эта останется между нами и об истинной причине появления Зарраха у ворот Школы никто не узнает. Однако что будет, если про твою белую девушку узнают другие заинтересованные стороны… Даже думать не хочется!

Птица с мрачным видом замолчала, ясно показав, что других подробностей не будет. Не стал проявлять лишнее любопытство и Малк. Интерес к данной теме определённо плохо сказывался на здоровье.

Однако и отказать себе в возможности расспросить столь знающего человека он тоже не смог.

– Кэйталин, я тут вдруг подумал… А вы ничего не знаете про нападение на толокский флактурм? Меня особенно пропавшая жертвенная энергия волнует. За всем тем, что здесь происходило, мне так и не понятно, кто же собрал «урожай» Трёхголового. Это был господин Фьердаллен, Жак Улей или… наш с вами учитель, раз уж он подобного рода силами балуется?

Мысленно он был готов, что девушка его вопрос проигнорирует. Однако Птица искоса на него поглядела, иронично фыркнула и спросила:

– А сам что думаешь?

Малк пожал плечами.

– Не знаю…

– Вот и не знай дальше, – поставила точку в беседе Кэйталин и кивнула в сторону марионетки: – Тварь твоя, кстати, уже восстановилась. Так что забирай её и уходим. А то мы и так уже задержались.

На вкус Малка разговор завершился на какой-то чересчур неприятной ноте, однако кто он такой, чтобы спорить с Бакалавром. Тем более со столь опытным Бакалавром! Поэтому он покладисто обернулся, убедился, что кокон действительно пропал, а гомункулус совершенно целёхонек, и принялся восстанавливать контроль над своим подопечным…

На всё про всё у него ушло минуты три, после чего как и Стево с остальными соучениками до них, они спустились с холма и по неприметной тропинке поспешили по направлению к внутренней фракции. И хотя Малк не очень понимал, что они будут делать там, где до сих пор говорили орудия – канонада и не думала стихать, – своё мнение он держал при себе. Среди его соучеников идиотов не было, а значит есть какой-то план!

Вместо Малка заговорила Кэйталин.

– Если выживем, то кому-то точно не сносить головы. Прошляпить батарею… Ну это ж надо такое учудить! – с хорошо ощутимой досадой бросила на ходу девушка.

И у Малка возникло подозрение, что именно с переживаниями из-за нападения связана её чересчур резкая реакция на некоторые его слова. Если для него Школа всё ещё была лишь местом, где он получал знания, то для Птицы это был не только дом, но и семья. Семья, на которую напал враг.

– А если бы она уцелела, это что-то бы изменило? – не удержался Малк.

– Может и изменило! – огрызнулась Кэйталин, правда тут же поправилась: – Хотя да, пушки там старые были. Часть ещё со времён Восстания сохранилась. Сто раз Директору говорили, что надо провести модернизацию, но всё отказывался. Нет денег, нет денег… А их всегда нет! Зато теперь, когда фракцию с землёй сравняли, они у него точно будут!

К этому моменту они миновали гряду холмов и спустились к побережью, откуда как на ладони была видна и бухта, и большая часть внутренней фракции. Точнее её остатков. Потому как после двухчасовой артподготовки, от пусть мрачноватого, но всё же внешне симпатичного посёлка остались лишь дымящие развалины.

Малк собрался было спросить про явно отсутствующую магическую защиту, но затем вспомнил про деградацию источника Школы до второго класса и сдержался. Выглядеть идиотом в глазах Кэйталин не хотелось.

Тропинка свернула к лабиринту из огромных валунов и скал, так что на какое-то время картина сражения снова пропала из их поля зрения. А когда они наконец вышли на открытый участок, то стали свидетелями некоторого изменения в ходе боевых действий. С вершины той скалы, где был высечен гигантский череп и где находился источник Школы, в крейсер вонзился хорошо заметный на фоне клубов дыма алый луч света. И судя по тому, что вражеский корабль прекратил стрельбу и спрятался под многослойным панцирем из стихиальных Щитов, ответ защитников был достаточно зубастым даже для броненосца.

– Сильный бы нам источник, и никакие бы пушки не понадобились, – с горечью сказала Кэйталин, невольно подтвердив недавнюю догадку Малка, – а так… не то что сражаться толком не можем, едва-едва хватает мощности покрывать каждодневные потребности фракции. Чего уж там, Мастера в очереди стоят, чтобы разрешение на проведение экспериментов получить…

– Кэйталин, простите, но… а нам вообще будет кто-нибудь помогать? – перебил девушку Малк, внимательно оглядывая кажущийся абсолютно пустынным берег.

– Ты о чём? – немного растерянно спросила Птица.

– О союзниках. И о том армейском гарнизоне, что размещён на острове. Они нас поддержат или Триумвират в подобных вопросах не вмешивается? – пояснил Малк.

– А, эти. Они пока не знают – поддержат или нет. До той поры, пока не появится ясность, на чьей стороне сейчас перевес, что армейцы, что жандармы будут оставаться в местах размещения и «охранять вверенные им объекты». Ну сам подумай, вдруг в их отсутствие такой же крейсер в порту появится и десант высадит? Что тогда? Как они перед трибуналом оправдываться станут? – не без издёвки сказала Кэйталин.

– Но это же корабль Хеймдарка!!! Да, вы сами его сюда заманили, но… остальные ведь этого не знают! – возмутился Малк, чувствуя как поднимает голову прячущийся у него в душе колхаунец.

– А что Хеймдарк? – пожала плечами Птица. – Флаг его над кораблём не развивается, демонической магией не воняет, и даже мирных жителей пока никто не трогает. Считай обычный конфликт между Школами магов, влезать в который без особой на то надобности не будет даже Триумвират.

– О том, что когда перечисленное всё же начнётся, будет уже поздно, никто не думает? – возмутился Малк.

И заработал равнодушное:

– Таков реальным мир. Привыкай!

В точке сбора, куда их направил Стево, они оказались спустя десять или пятнадцать минут. Как раз, когда заклинание Школы, так и не пробив обороны крейсера, погасло и возобновился обстрел. Пробежали по узкой извилистой щели между двумя скалами, потом нырнули в небольшой, идущий под уклон ход, который уже вывел их к замаскированной под серый камень двери. Там немного задержались – из-за спешки Кэйталин ошиблась, когда рисовала на специально подготовленной пластине ключ-пароль, и пришлось повторять ввод, – но всё же попали внутрь, где и встретились, наконец, со своими соучениками.

– Где Стево? – с порога спросила Кэйталин у склонившейся над оружейным ящиком Эйши.

О том, что их встречает именно Змея, Малк понял с некоторым опозданием. Девушка впервые на его памяти была облачена в механизированный доспех, и даже без шлема выглядела как незнакомка.

– Больдо пошёл менять движитель – чего-то у него там барахлит, – в отсутствие сильнейшего ученика Тияза Черепа Эйша снова не стеснялась проявлять характер. И с очевидным наслаждением принялась поддразнивать Кэйталин. – Что до Крыса… – Она демонстративно сделала паузу. – То он у Мастера.

– Уже? – обеспокоенно воскликнула Птица, игнорируя вызывающее поведение соученицы.

– Уже, – кивнула Эйша и, подмигнув Малку, рубанула кулаком воздух. – Скоро начнём!

Кэйталин вздохнула, приблизилась к одному из стоящих вдоль стен шкафов и принялась возиться с замком. О Малке она словно забыла.

Впрочем, достаточно было того, что о нём помнила Эйша.

– А ты чего стоишь? – удивилась Змея. – Через десять минут выдвигаемся на позицию, и без брони там делать нечего. Сдохнешь в момент!

С этими словами она выкатила из незамеченной ранее ниши тележку с механизированным доспехом и поставила перед Малком.

– Забирайся, – скомандовала она.

Он окинул предложенное ему творение техномагов скептическим взглядом. И, надо сказать, выглядело оно не слишком презентабельно. Много царапин, потёртостей, вмятин, имеются хорошо различимые следы ремонта. Вдобавок же ко всему это ещё была и старая, если не древняя модель, место которой в музее, а не на поле боя.

– А смысл? Сначала подогнать под мои габариты надо, а уже потом внутрь лезть! – угрюмо сказал он, ни на что особо не надеясь.

– Подогнали, не сомневайся. Уж чего-чего, а твои размеры нам известны, – захихикала Змея и подмигнула замершему в углу гомункулусу.

И Малк запоздало вспомнил про имеющийся у него в комнате наблюдательный артефакт. Действительно, глупо получилось.

Он торопливо снял ботинки, жилет, шляпу, отцепил пояс с оружием и, зайдя со спины, принялся протискиваться в открытое нутро механизированного доспеха. Между делом оглянулся на Кэйталин – хотел увидеть, какая броня досталась ей – и завистливо присвистнул. Пока он возился со своим старьём, девушка-Бакалавр успела войти в вызванный ею же столб жёлтого света и теперь терпеливо ждала, пока парящие в воздухе металлические детали соберутся вокруг неё в полноценный доспех. Ловко!

Неожиданно о себе напомнила Эйша. Видимо устав наблюдать за его барахтаньем, она самолично затолкала его внутрь, захлопнула крышку люка, закрыла замки и помогла надеть здоровенный короб с алхимическим преобразователем и набором заряженных кристаллических стержней. И она же произнесла заклинание, пробуждающее энергосистему доспеха.

В ответ на её действия тотчас загудели скрытые моторы, отчего сразу стало легче стоять и держать равновесие, а перед внутренним взором пробежала голубая рябь и появился ряд небольших значков – число шестьдесят, затем изображение щита и отдельно изображение молнии. И слава Святым, что тут не требовалось каких-то пояснений. Число обозначало ёмкость накопителей – ни много, ни мало, а резерв Бакалавра, – что до щита и меча, то они отвечали за управление оборонительными и атакующими возможностями доспеха.

– Видишь управляющие глифы? – Донёсся до Малка несколько приглушённый шлемом голос Эйши. – С ними всё просто. Фиксируешь внимание на щите, произносишь заклинание Панциря, однако Силу не вливаешь – это за тебя сделает генератор чар – и наслаждаешься колдовской бронёй. Аналогично с Искрой. Здорово?

– Здорово, – прогрохотал Малк. – Только как понимаю от моей Власти тут уже ничего не зависит? Раз чары генератор создаёт?

– Зато никакого расхода собственных резервов, – развела руками Эйша и со смешком добавила: – Да и вообще, бери, что дают. Привередничает он тут…

Убежище или тайную оружейную они покидали все вместе. Впереди – вернувшийся после замены движителя Больдо, за ним Кэйталин и Эйша, Малк как самый слабый замыкал процессию в компании со своей марионеткой. Причём он до последнего думал, что к выделенному им месту в рядах защитников Школы, они будут добираться под землёй. Так, чтобы избежать обстрела. Однако вопреки его ожиданиям, группа почти сразу поднялась по широкому проходу на поверхность и вышла неподалёку от скалы с источником.

– Артподготовка закончилась, – бухнул Больдо, предупреждая вопросы соучеников. – И если хотим успеть к началу десанта, то лучше поверху. Так быстрее.

Будто в насмешку над его утверждением о прекращении обстрела, в воздухе раздался истошный то ли вой, то ли рёв, столь похожий на звук летящего снаряда, что сердце само ухнуло в пятки. И лишь спустя какое-то время пришло понимание – этот жуткий звук издавало живое существо. Существо, заглянувшее к ним из таких глубин Пекла, про которых кто-нибудь вроде Малка мог узнать только из сказок.

– Слышали? Вот-вот высадку начнут! – бросил через плечо второй по силе ученик господина Тияза и с шага перешёл на лёгкий бег.

Вслед за ним ускорились и остальные.

Несмотря на спешку, Малк не забывал смотреть по сторонам. И увиденное его откровенно шокировало. Старшую ветвь Школы можно было считать окончательно разрушенной. Если при осмотре издали ещё оставалась какая-то надежда, что хоть что-то уцелело, то теперь она пропала окончательно. Ни одного целого дома, только развалины. Что не разрушено, то горит, что не горит, то дымится. Убитых, правда, не видно, но и это ни о чём не говорило. Под обломками вполне могли находиться и погибшие.

На фоне подобной разрухи неожиданно целёхонькой выглядела скала с источником. Ни тебе выщерблины, ни трещины… Череп и тот уцелел! Видимо совсем уж экономить Силу Директор не пожелал и защитил хотя бы главную ценность Школы.

Неподалёку от этого места под прикрытием каменной насыпи они встретили отряд из сотни немёртвых латников – родных братьев того рыцаря, что заглядывал к Малку «на огонёк» в первое его утро на территории внутренней фракции. Командовал же ими малознакомый Младший Магистр, использующий вместо механизированного доспеха тело созданного им из Пепла двухсаженного голема. Их группу он проводил внимательным взглядом, но ничего так и не сказал.

Дальше начинался район плотной застройки, где во всю полыхали пожары. Однако благодаря доспехам жара почти не ощущалась, и они смогли пройти напрямую, не отвлекаясь на поиски обходного пути. Малка немного беспокоила марионетка, но та высокую температуру словно и не заметила.

В той части кампуса, где находились дом и лаборатория господина Тияза, разрушения были особенно сильными. Чувствовалось, что именно сюда обрушился основной гнев хеймдаркских канониров. И тем удивительнее было встретить почти десяток студентов внутренней фракции в таких же как у них доспехах, аж двух Младших Магистров – Малк их раньше не видел – и Эрика Красивого. Сумасшедший маг что-то бессвязно кричал, корчил в сторону моря рожи, периодически начинал пускаться в пляс. Однако при этом испускал настолько удушающую ауру всесокрушающей мощи, что она оттеняла его эксцентричное поведение.

Здесь Больдо впервые ускорился по-настоящему, очевидно стремясь оставить между собой и Бешеным как можно большее расстояние. И Малк не мог его осуждать…

Конечная точка их маршрута лежала на окраине кампуса. Наверное, наименнее пострадавшей части фракции. Здесь даже уцелело несколько складских зданий и один из учебных корпусов, где Мастера иногда читали лекции. Вот только было непонятно – то ли хеймдаркцы не видели тут достойных целей, то ли постарались защитники.

К слову последних оказалось довольно много. Один слившийся с телом голема из Пепла Младший Магистр, десяток Бакалавров, три с половиной десятка студентов – все в старинных доспехах, – с ними почти полсотни откровенно древних автоматонов. Внушительная сила, если подумать. Но вот только хватит ли её против десанта хеймдаркцев?

– Вот и наше место! – объявил Больдо, салютуя кулаком Младшему Магистру.

Тот ответил точно таким же жестом.

– А Мастер и Стево где? – оглядываясь и чувствуя как его начинает охватывать предбоевой мандраж, спросил Малк.

– У них своя задача, – вместо Голема мягко ответила Кэйталин и, приблизившись к воину-магу что-то принялась с ним вполголоса обсуждать.

Не задержалась здесь и Эйша. Змея быстро смешалась со стоящими поодаль Бакалаврами, оставив Малка в одиночестве. Впрочем скучать ему не пришлось. Именно в этот момент со стороны уцелевшего склада пара автоматонов притащила несколько свёртков, из которых школьный инструктор за несколько минут собрал артефактный дальновизор. Ещё три-четыре минуты на подбор параметров, и вот уже на розовом экране появляется вражеский крейсер…

– К-красавец! – вырвалось у стоящего неподалёку студента.

Малк медленно кивнул. Внешний вид корабля и вправду впечатлял. Чёрный, весь расписаный мистическими знаками – Руноглиф и демонические письмена смешивались там в каком-то безумном коктейле, – с башнями и палубными надстройками, украшенными рогами и черепам, он одновременно пугал и притягивал взор. Но особо выделялась боевая рубка. Сквозь щели в бронеставнях, закрывающих обзорные иллюминаторы, нет-нет, а и виднелись всплески адского пламени, превращающие крейсер в нечто потустороннее.

– Палуба пустая. Кто ж так орал-то? – вполголоса спросил всё тот же студент.

Был ли это кто-то из его немногочисленных знакомых или недавно появившийся во фракции новичок Малк из-за скрывающего лицо шлема не знал.

– Чего тут думать? Демон это! У Зарраха как раз фамильяр то ли в ранге Сборщика Душ был, то ли Слушающего Бездну, точно не помню, – сообщила вернувшаяся к Малку Змея и уже гораздо тише добавила: – Главное чтобы он Повелителем Бедствий не оказался. Тогда все в Пекло экспрессом отправимся!

– А что, у хеймдаркских магов принято иметь демона в помощниках? – не сдержал любопытства Малк.

– Угу, особенность их Школы, – принялась объяснять Эйша. – Ещё на заре Второй Волны они обычным братством были, вроде нас. С демонами активно воевали, Святых чтили. А потом, ради благого дела, постепенно начали отходить от уже сложившихся правил. Сначала порабощали низших тварей Пекла и заставляли сражаться на своей стороне, потом додумались некоторых монстров нанимать, после чего недалеко уже было до поры компромиссов и появления особого взгляда на магию… Ну а чем всё закончилось, ты знаешь: достаточно вспомнить Фьердаллена. Когда сильный маг получает возможность принимать боевую форму – это может быть химера, элементаль, не важно что, – то он всё равно остаётся человеком. Потому что второй облик для него вторичен. У Фьердаллена же та химера – это его истинный облик, а человек – маскировка. Потеря человечности – вот выбор Хеймдарка.

За разговором они не заметили, как до сих пор остающийся в центре бухты корабль, вдруг окутался клубами дыма и, медленно набирая скорость, двинулся по направлению к берегу. Одновременно с этим вокруг него начала сгущаться ощутимая даже через артефакт аура. Плотная, текучая, на глазах принимающая узнаваемую форму. Минута, и вот уже не понять – то ли по волнам идёт корабль, то ли… то ли бредёт по пояс в воде одетый в медвежью шубу, огромный рогатый великан.

В шлеме у Малка внезапно запищало, а на глаза опустилась пластина фильтра. И только тогда он осознал, что у него по лицу текут слёзы, к горлу подкатил комок тошноты, а в висках стучат тамтамы крови. Ещё немного, и ему точно стало бы не до боя.

Девятеро! И ведь это не настоящая магия уровня Магистра, а лишь её отголоски. Отзвуки грома, который ещё только-только собирается бахнуть над головой, но уже пробирающие до самых печёнок.

– Как идёт, сволочь… – произнёс кто-то из студентов.

Возможно тот же самый, что восхищался красотой крейсера. А вот его товарища волновали более практичные вещи.

– Что это за волшба такая? Ни разу не слышал. Какое-то специфическое заклинание?

– Нет, конечно. Директор Клайд говорил, что так выглядят способности Магистра на пике формы и в паре шагов от прорыва на следующий ранг, – подал голос доселе молчавший Младший Магистр.

И сложно было сказать, что там было больше – опасений или зависти.

– Это называется «в паре шагов»??? Да ещё немного, и он полноценный домен развернёт! – тихо, так чтобы слышал только Малк, сообщила Эйша.

Новый термин моментально заставил Малка навострить уши, но никаких объяснений не последовало. И ему ничего не осталось кроме как сделать мысленную зарубку поискать ответы в библиотеке. Тем не менее одно было совершенно ясно: Йоррох знает, что такое «домен», но когда задействованы такие силы, обычным людям на поле боя точно делать нечего.

– Всем активировать защиту доспехов. Сейчас начнётся! – вдруг объявил Младший Магистр и сам подал пример, окончательно спрятавшись внутри голема.

И сделал он это весьма вовремя, потому что спустя секунду враг атаковал. В руке великана вдруг из клубов чёрного дыма возникла огромная сучковатая дубина. Он яростно рубанул ею воздух, и в центр кампуса устремилась волна пространственной ряби. Ряби, оставляющей после себя частокол костяных копий.

На первый взгляд ничего особенного – впечатлял только масштаб. И это даже не воспринималось бы магией, достойной Магистра, если бы выросшие из земли острия не обладали странной аурой. Такой, что, соприкасаясь с ней, крошились в пыль камни и обращалась в песок земля.

– Запомните это зрелище, ученики! Вот так выглядит магия Разрушения, – снова подал голос Младший Магистр, но он тут же растворился в адском грохоте.

Атаку Зарраха Колосажателя лоб в лоб встретил Эрик Красивый. Несмотря на то, что он считался Младшим Магистром, а противостоять пришлось противнику на ранг выше, при поддержке пары коллег он смог жёстко сфокусировать мощь своего Слова Пепла в одном направлениии… и вот уже оба заклинания исчезают во вспышке взаимного уничтожения.

Великан встретил первую неудачу громоподобным хохотом, от чего Малку сразу вспомнился момент покушения на Ярвока Неистового. Магистр Школы Железа и Крови тогда тоже смеялся над жалкими попытками террористов нанести ему вред, а потом бил так, что не оставалось выживших.

От пришедшей на ум аналогии по коже побежали мурашки, и Малку понадобилось некоторое усилие, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Раскисать ещё даже до начала настоящего боя было как минимум глупо.

Сотворённый же магией здоровяк тем временем двинулся дальше, занося дубину в новом замахе. И не похоже, что это стоило ему каких-то серьёзных усилий. Наоборот, в следующий удар он вложил ещё большую мощь. Ещё явственнее проявила себя в реальности порождённая им рябь, и ещё разрушительнее стало воздействие ауры частокола копий.

То, что ведомые господином Эриком Младшие Магистры смогли отразить и эту атаку, Малку показалось настоящим чудом. Слишком уж неравными были силы. Артефакт дальнозоркости хоть и зацепил троицу защитников лишь самым краем, Малк всё же успел заметить и неестественную бледность одного мага, и текущую по подбородку кровь другого. Не было никаких сомнений – Мастера бились так, что не щадили ни здоровья, ни сил.

Вот только смогут ли они и дальше противостоять магии Магистра на пике мощи? Малк что-то сильно сомневался… Хотя с другой стороны, а сможет ли сам Заррах Колосажатель выдержать заданный темп?

Видимо он произнёс свой вопрос вслух, потому как стоящая неподалёку Эйша вдруг начала объяснять:

– По слухам на авалонских крейсерах стоят самые мощные из ныне известных генераторов заклинаний. Если они настроены именно на поддержку любимого Заррахом Леса Копий, а оно к тому и идёт, плюс часть неизбежного отката от магии подобного порядка принимает на себя демонический фамильяр, то… до той поры, пока есть магия в накопителях корабля.

– А у нас есть подобные генераторы? – спросил Малк.

Эйша невесело засмеялась.

– Кто ж нам разрешит? Мы ж Школа, некогда выступившая против сторонников Восстания. Нам только по-старинке жить можно.

Однако эта её реплика понимания у Малка не нашла.

– Тогда, стесняюсь спросить, на что вы все рассчитывали, когда сюда Зарраха заманивали?! – наклонив шлем в сторону Эйши, прогудел Малк.

На что та лишь фыркнула и не без высокомерия бросила:

– Увидишь!

Разгорячённый ожиданием драки Малк наверняка не удержался бы и сказал Змее много чего лишнего, если бы в этот момент от великана в их сторону прямо по воде не протянулось нечто вроде серой тропы. А по ней, как по тракту, на берег устремились силы хеймдаркского десанта.

Всем как-то резко стало не до разговоров. Тем более, когда расплывчатые по-началу силуэты атакующих, вдруг приобрели чёткость, и защитники Школы увидели с кем им предстоит сражаться.

Улюлюкая и завывая на них неслись сотни уродов. Покрытые белой шерстью, кривые, косые, с лишними конечностями, изуродованные нарывами и вылезшими в неожиданных местах костяными шипами – они напоминали орду прокажённых. Однако несмотря на внешний вид, все они явно прекрасно себя чувствовали, энергично размахивали оружием, в том числе огнестрельным, и буквально рвались в бой.

Снова накатил мандраж. Несколько раз сжав и разжав пальцы, Малк взял в руки тесаки и сделал несколько энергичных взмахов. Движениям доспех вроде бы не мешал, так что немного успокоившись, он мысленно обратился к марионетке. С его нынешними навыками тащить её в грядущую свалку было бессмысленно, поэтому Малк отправил тварь прятаться в развалинах находящегося неподалёку дома.

К тому моменту первые ряды атакующих уже достигли кромки берега, и из укрытий застучали редкие картечницы. Несколько раз ухнули пушки, но как-то жалко, не впечатляюще. Чувствовалось, что с огневой поддержкой у Школы всё не слава Святым. Так что и особого влияния на наступающих это не оказало. Редкие снаряды и пули вязли во вспыхнувших индивидуальных Щитах.

– Приготовились!! – голосом Младшего Магистра проревел сотворённый магией Пепла голем.

И первым двинулся навстречу волне десанта…

Внезапно небо над ними вспыхнуло красно-белыми огнями, молниеносно сгустившимися в сотни похожих на ножи осколков. Которые уже затем со страшной скоростью устремились туда, где находился Малк и его группа защитников. Стало очевидно, что с крейсера их увидели и решили уделить внимание.

Однако не дремали и в руководстве Школы. На пути «дождя из ножей» появилась огромная, заполненная знаками Руноглифа пентаграмма, и все магические снаряды разбились о неё, точно стекло о каменную стену.

– А вот и господин Клайд! – с хорошо заметным восторгом крикнула Кэйталин, оглянувшись на Малка с Эйшей.

И махнула в сторону скалы с черепом. Там, на её вершине в луче серого цвета парил Директор Школы. Перед ним левитировала действительно огромная, в половину его роста книга – её давящую ауру Малк ощущал даже отсюда. А под ладонями горели два небольших заклинательных круга.

Кто именно так вовремя создал пентаграмму больше можно было не сомневаться. Правда, в данный момент Книжник стоял лицом к великану и что-то определённо делал с зависшим в воздухе фолиантом. Вот он полыхнул жёлтым, и тут же с обеих сторон от хеймдаркского гиганта возникли две многолучевых звезды. В центре каждой закрутилась воронка из похожей на пепел субстанции, а уже оттуда выстрелили пучки чудовищно больших щупалец. Они моментально опутали великана, сжали, начали тянуть на себя. Пленённое чудовище отозвалось на это жутким рёвом, начало бешено вырываться.

А дальше Малку стало не до наблюдений. До их группы добралась-таки толпа уродов, и всё его внимание поглотила закипевшая схватка.

Первым удар принял на себя Младший Магистр. Отказавшись от дальнобойных атак и головоломной волшбы, он целиком сосредоточился на развитии своего голема. И это дало результат. Двухсаженный магический монстр, внутри которого прятался маг, подобно неприступной крепости возвышался в море врагов, и стремительными взмахами конечностей один за другим крушил хеймдаркских тварей.

Не подкачали и остальные – Бакалавры с Учениками. Молнии, Стрелы, Искры, вполне материальные мечи, молоты и копья – в ход пошло всё, чем они умели пользоваться. Кто-то сжигал сразу по несколько врагов в облаках огня, кто-то сбивал их с ног Кулаками Воды, а добивал вручную. Были и те, кто во всю пользовался магией призыва, атакуя неприятеля одновременно со своими питомцами.

Накала схватки не выдерживали только автоматоны. Если прикрытые Щитами и механизированными доспехами маги позволяли себе разменивать удар на удар, то устаревших железных солдат воинство Хеймдарка громило едва ли не играючи.

Впрочем всё это Малк видел лишь урывками. На него сразу насело трое похожих на четырёх– и пятируких обезьян громил. И пусть первый, не иначе как по глупости, подставился под тесаки и сразу же лишился башки, второй и третий оказались умнее. Пока один связал Малка боем – монстр использовал двуручный меч, – другой раскрутил над головой шипастый шар на цепи и с одного маха пробил ему Панцирь. Так что если бы рядом не появился Больдо и в два движения не расправился с ублюдками, Малку наверняка пришлось бы туго.

– Будь внимательнее!!! – рявкнул старший соученик, и череда завязавшихся схваток снова унесла его куда-то в сторону.

Тем не менее полученной встряски Малку хватило, чтобы полностью включиться в сражение. Глупых ошибок он больше не совершал, и совсем скоро его персональный счёт подрос ещё на трёх убитых монстров.

Через какое-то время, отбиваясь от двух наседающих на него уродов, Малк столкнулся с Эйшей. Девушка рубилась с каким-то костяным, похожим на двуногого таракана, выродком, а вокруг неё со следами зелёной энергии на телах умирали в судорогах ещё четверо таких же. Своей магией яда девушка собирала здесь щедрую жатву…

Когда на поле боя появились три гигантских двухголовых монстра, Малк не заметил. К тому моменту, как он разделался со своими противниками, твари уже вовсю раскидывали защитников. И никто не мог их остановить. Ведь помимо собственной телесной мощи, здоровяки также опирались ещё и на разнообразные технические улучшения. На спине и боках своеобразными нарывами у них торчали пышущие паром клапаны, уязвимые места прикрывали блоки брони, а таинственно мерцающие кристаллы росли прямо на голове.

Что заставляло задуматься о происхождении чудовищ. Пошедший по нетехнологическому пути Хеймдарк создать их вряд ли мог.

– Знакомься, Малк, это эттины! – хрипло дыша прокричала язва Эйша.

Уже добивая противника она подставилась под выстрел кого-то из уродов. И теперь через всю её кирасу тянулась трещина, из которой медленно сочилась кровь. Змею шатало, голос из-под шлема звучал крайне слабо, но отказаться от своих выпадов она всё равно не могла. Удивительного характера девушка, да…

Мимо пронёсся Младший Магистр и тараном врезался в одного из эттинов. Тот с рёвом упал, а магический голем начал осыпать двух других тварей градом из Стрел Пепла. И вроде бы даже добился какого-то результата – тела громил покрылись множеством ран. Но на их боеспособность это никак не повлияло, чувствовался такой знакомый Малку излишек жизненной силы.

К сожалению возникшая пауза сыграла на руку ранее сбитому с ног эттину. И теперь уже он повторил манёвр Младшего Магистра, ударив в корпус всей своей массой. Однако магическому голему удалось как-то извернуться, сохранить равновесие, и между могучими гигантами завязалась борьба.

Малк уж было думал, что двое других не преминут воспользоваться шансом и тоже навалятся на Младшего Магистра, но те предпочли поступить иначе. Рыча и гукая эттины повернулись к сражающемуся собрату спиной и явно нацелились продолжить охоту за гораздо более слабыми защитникам Школы, за её Учениками.

И вот тут Младший Магистр показал настоящий класс. Несмотря на напряжённое противостояние, Мастер Школы нашёл возможность сотворить нечто вроде здоровенного ядра и выстрелить им в затылок одного из громил. Тот рухнул как подкошенный. И его товарищ на какое-то время остался в одиночестве.

Чем тотчас воспользовался Больдо. Коршуном налетев на эттина, он активно заработал светящимся от вложенной Силы Каменным Крушителем, и монстр не смог проигнорировать его атаку. Нанёс один ответный удар, другой, третий... И вдруг оказалось, что для победы над Больдо, даром что он Бакалавр, этого недостаточно. От одного выпада он увернулся, другой отвёл древком артефакта, что до третьего, то тот Голем без затей встретил грудью. Его механизированный доспех давно уже был покрыт каменной бронёй, так что всё, чего добился эттин, это лишь заставил отступить на один шаг.

Видимо первый успех вскружил Больдо голову, потому что когда шея громилы вдруг раздулась и из раскрытой пасти вырвался поток какой-то мерзости, он замешкался. И наверняка бы стал жертвой скрытой атаки твари, если бы не вмешалась появившаяся как демонёнок из табакерки Кэйталин. Вся покрытая светящимися колдовскими узорами, с аурным кольцом вокруг запястий, в котором плавали сотни знаков Руноглифа, она взмахом руки сотворила перед Больдо светящуюся вертикальную пентаграмму. И вся выплеснутая эттином гнусь бессильно растеклась по колдовской фигуре.

Тем временем на земле завозился ранее оглушённый Младшим Магистром здоровяк, и той ловкостью, с которой подруга Стево Крыса может создавать магические фигуры, Малку пришлось восхищаться уже на бегу. Позволить этой машине для убийств вернуться в бой было категорически нельзя.

Увы, но так уж легко до места схватки было не добраться: постоянно мешались алчущие крови уродцы. И в какой-то момент, чувствуя нарастающий кризис, Малк снова обратился к марионетке. Приготовился к тому, что как и раньше придётся уделять ей большую часть внимания и… в полном обалдении понял, что теперь управление даётся ему значительно проще. То ли сказалась та капля Сущности Родословной цербера, то ли так повлияло восстановление в коконе Кэйталин, но четвероногий гомункулус, подчиняясь воле Малка, стрелой вылетел из своего укрытия, прыгнул на спину эттину и вгрызся в загривок.

Монстр тут же рухнул обратно и завопил на два голоса. И, надо признаться, этим весьма помог Малку. До того вечно бросающиеся ему наперерез хеймдаркские солдаты, теперь рвались на помощь попавшему в переплёт двухголовому громиле. Всё что Малку теперь требовалось, это бежать следом и рубить, рубить проклятых сторонников Пекла. Во славу людей и Святого Кетота!!!

Последнее вырвалось у него как-то само собой, но пришлось настолько к месту, что дальше Малк уже специально выкрикивал этот призыв при каждом ударе. Пока не добрался до уже почти освободившегося от захвата эттина и не срубил ему обе головы.

Возникла небольшая пауза, во время которой Малк получил возможность перевести дух и оглядеться.

На их стороне стороне всё складовалось относительно неплохо. Кэйталин с Больдо добивали доставшегося им двухголового, Младший Магистр схватку уже закончил – с необъяснимой жестокостью своего эттина он попросту разорвал на две части – и теперь крошил последнюю группу десанта. Правда, жертв среди учеников было как-то многовато. На ногах осталась хорошо если треть, а остальные лежали то здесь, то там, погребённые под телами хеймдаркских уродов. И что-то подсказывало, что далеко не все из них были просто ранены.

Сам Малк с удивлением осознал, что он тоже прошёлся по грани. Броня во многих местах оказалась погнута, а некоторые фрагменты вовсе исчезли. От резерва доспеха, равного шестидесяти эргам, осталось ровно пять. И он поймал себя на том, что уже в который раз пытается эти остатки пустить на создание «лечилки». И уже в который раз безуспешно. Генератор с нацеленными на внутреннюю работу заклинаниями работать категорически отказывался.

Чтобы понять как дела на остальных участках линии обороны, потребовалось взобраться на завал из битого кирпича и хорошенько оглядеться.

В море куда-то пропал великан, и вместо него теперь вновь был крейсер. Правда далеко уже не столь красивый, как вначале сражения. Труба повреждена и у неё изо всех щелей идёт почему-то багровый дым. Одна башня из четырёх вырвана с корнем, а остальные напоминают сплющенные молотом болванки. Появилась вмятина в районе боевой рубки… Случившиеся изменения, конечно, радовали сердце Малка, но главное не изменилось: корабль был на плаву, и по-прежнему представлял угрозу.

Так же исчезли наколдованные Кладом щупальца, а скала с черепом, где он находился, теперь была окутана чёрным дымом. Изнутри нет-нет, а и прорывались голубые вспышки. Однако что там в действительности происходит и кто побеждает было решительно непонятно. Сложившейся неопределённостью пытались воспользоваться хеймдаркцы. К скале изо всех сил пробивалась маленькая копия великана, ведущая за собой пять или шесть эттинов. Но им противостояли немёртвые рыцари под предводительством Младшего Магистра и раз до скалы враги так и не добрались, видимо у них неплохо это получалось.

Самая жёсткая битва происходила в центре.

Неведомо откуда взявшаяся орава чёрных гиен крутилась в адском хороводе вокруг Эрика Красивого и подчинённых ему магов. Словно ведомые незримым кукловодом, монстры то наскакивали на защитников с неожиданного направления, то возвращались обратно… чтобы через мгновение напасть уже в другом месте!

О том, что жертв хватало, Малк видел даже со своей позиции. На ногах оставались всего трое израненных студентов и один помятый Младший Магистр. Сам Эрик, правда, был живее всех живых, но он проходил совсем по другой категории…

А где Мастер, Йоррох побери?! Почему нигде не видно Тияза Черепа?!

Будто отзываясь на его мысли вода в бухте внезапно почернела, пошла огромными, наполненными нестерпимой вонью – Малк учуял даже со своего места – пузырями. В ней начала массово всплывать дохлая рыба и непонятного вида твари с щупальцами… и, наконец, пик происходящего – из глубин вырвались две гигантские костяные руки, обхватили корабль и рывком затянули под воду.

Всё произошло настолько внезапно, что Малк вздрогнул.

Тут же стопы уловили упругий толчок, затем от того места, где пропал корабль, во все стороны побежали расходящиеся круги, а под конец на поверхности воды и вовсе появилось мазутное пятно.

Э-ээ, всё что ли?!

Малк не успел порадоваться перевернувшейся с ног на голову ситуации, как из воды вдруг вылетело чёрно-красное нечто. Бухнулось перед Эриком Красивым и наплевав на его попытку сопротивления, одним ударом оторвало голову. Тут же подставило под вытекающую из шеи кровь раскрытую пасть, сделало глоток и с торжеством замерло. Только теперь получилось по-настоящему разглядеть его облик. Две сажени роста, чёрная, с красными подпалинами кожа. Ног две, но обе узловатые с дополнительными суставами. Зато верхних конечностей четыре, и они лишь отдалённо напоминают человеческие руки. Ещё обращали на себя внимание растущие из спины костяные выросты. С некоторой натяжкой их можно было бы назвать крыльями – если допустить, что бывают крылья с костяными лезвиями вместо перьев. И последним, что разглядел Малк, была уродливая рогатая голова с аж тремя светящихся адским пламенем глазами.

Демон! И возможно тот самый, что так жутко орал перед началом высадки десанта…

Сделать из этого какие-то выводы Малк не успел, потому как новоприбывший гость из Пекла вдруг безумно захохотал – этот его смех болью отозвался в ушах всех защитников, – а потом заорал:

– Нашёл тебя, наконец-то!!!

И тут стало понятно, что он не просто так изображал пугало. Демон кого-то искал, и Малк теперь прекрасно понимал кого именно.

Раскаты демонического голоса ещё звучали в воздухе – неведомым образом он словно бы впечатался в реальность – как демон метнулся в сторону, и точно крот принялся зарываться в землю. Можно было не сомневаться – именно там находилась подземная лаборатория учителя.

Однако господин Тияз, видимо и ставший причиной столь впечатляющего уничтожения крейсера, пассивно ждать, пока до него доберётся враг, тоже не стал. Сначала из глубин земли ударил поток Силы, который отбросил тварь от уже вырытой ямы на два десятка саженей, а затем на поверхность поднялся закутанный в бесформенный балахон призрак с плавающим вокруг него пугающего вида лезвием. И хотя оружие выглядело сейчас несколько иначе, Малк не сомневался – это тот самый клинок, что обычно прятался в трости у Черепа.

Спустя пару ударов сердца к артефакту добавились ещё семь, сотканных из серого дыма, черепов. Они принялись кружиться вокруг создателя, а Малк вдруг ощутил к нему нечто вроде родства. Его преобразованный Тремя Призрачными Пульсами Дух ощущал проявление силы более продвинутого Искусства – Восьми Призрачных Пульсов. И то, как господин Тияз им владел – а в том, что призрак и есть Мастер, он уже не сомневался – находилось выше понимания Малка. Потому как черепа вдруг синхронно разлетелись в стороны и ударившими из глазниц лучами принялись жечь возвращающегося демона. И вложенная в это действо магия была столь могуча, что ставила Младшего Магистра Тияза в один ряд с Магистром Заррахом.

– Смотри, смотри во все глаза, как сражается наш учитель на пике мощи! – сказала Кэйталин, поднявшись к Малку и встав рядом.

– Он Магистр? – спросил он.

– В данную минуту да. Пока Стево питает его спрятанное в подземелье тело Силой и не даёт плоти превратиться в гниющую слизь, господин Тияз способен вернуть себе тот уровень могущества, что пристал магу его статуса, знаний и опыта. Жаль только очень ненадолго. Слишком велика нагрузка на раненый Дух и всегда есть риск, что всё закончится полным разрушением тонкого тела.

– Погодите, как ненадолго?! – выхватил главное Малк. – А если он за это время не успеет справиться с Заррахом?

– Значит мы все, скорее всего, умрём. И умрём очень мучительно, – развела руками Кэйталин и вернулась к наблюдению за схваткой двух могущественнейших магов.

Вот только Малк не мог последовать её примеру. Ждать и ничего не делать было выше его сил. Так что он спустился с завала, подцепил валяющуюся там картечницу и пусть с трудом, но затащил её наверх. Дальше было дело техники. Зафиксировать между двумя крупными обломкам, найти и установить новый зарядный ящик, прикинуть сектор ведения огня и предварительно прицелиться… Его возня не укрылась от Кэйталин. И пусть сначала она просто безучастно следила за ним в полглаза, однако в какой-то момент тоже не выдержала и принялась что-то нашептывать над стволами. Побежавшие же по металлу цепочки рыжих символов ясно показали, что делала она это не просто так.

Последним появился сильно хромающий и опирающийся на свою алебарду Больдо. Фыркнув при виде подготовленной к стрельбе картечницы, он тем не менее по хозяйски сел на место стрелка, как и Малк попробовал прицелиться, после чего коснулся зарядного ящика Каменным Крушителем и тоже принялся что-то нашёптывать.

– Ублюдку это всё равно, что слону дробина, но… Малк, ты прав. Там с нашей силой делать нечего, а так хоть попробуем при случае свою лепту внести!

Малк кивнул и посмотрел в ту сторону, куда махнул рукой старший собрат по Школе. За всей этой суетой у него как-то не было возможности следить за ходом поединка, и потому открывшийся ему вид стал весьма неожиданным.

Та часть кампуса, которую выбрали в качестве поля боя маги, теперь была затянута стелящимся по земле туманом. Каждую мало-мальски заметную возвышенность «украшали» торчащие колья, на которых почему-то корчились гиены – твари, доставившие защитникам центра так много беспокойства, – а ближе к морю находился сильно выделяющийся кол с насаженной на него головой Эрика Красивого.

От такого зрелища Малк было решил, что у Зарраха не всё в порядке с мозгами, но заметил нити Силы, тянущиеся от каждого кола к демону. Последний в данный момент стоял к Малку спиной и было хорошо видно, что каждая из этих линий свободным концом входит в точку в нижней части позвоночника, аккурат туда, где у человека находился один из важнейших энергетических центров.

– Видишь? Заррах не просто боевую форму принял, но ещё её и со своим фамильяром слил. И считай силы свои удвоил, – сообщил Больдо, видимо слышавший ранее его разговор с Эйшей.

Малк понятливо кивнул. Мысленно же добавил, что лучше бы ему ничего подобного не видеть и не встречать. Ну да опять же кто его спрашивал…

Сражение Тияза с Заррахом было в полном разгаре. Обмен ударами, обманные финты, ловушки, атаки и контратаки – они не жалели ни сил, ни средств, попутно разрушая всё, что попадалось им на пути. И если Магистр специально вёл себя как варвар, то Череп следовал определённой стратегии. Действуя точно настоящий призрак, он то бил Колосажателя магией Смерти, то вдруг начинал отступать, в последний миг подставляясь под удар. И когда разъярённый враг всё-таки его наносил, попросту пропускал чужую волшбу сквозь ставшее бесплотным тело и оглушал хеймдаркца вызывающим ступор воем.

Правда, говорить, что у него всё шло гладко, тоже не стоило. Заррах тоже кое-что умел, так что от семи черепов уже осталось всего три – причём два были уничтожены у Малка на глазах. В какой-то момент Колосажатель топнул ногой, из земли ударили два столба красного света и попавшие в них творения Мастера тотчас лопнули как мыльные пузыри.

С другой стороны три оставшихся черепка всё равно доставляли хеймдаркцу хлопот. Лучи, бьющие из их глазниц, теперь приобрели ещё более грозную мощь, так что каждое попадание оставляло на теле демона заметные раны. И они что-то не спешили затягиваться. Мало того, изредка Мастеру удавалось пустить в ходи и артефактное лезвие, что тоже не добавляло Зарраху здоровья – так он успел лишиться «крыла», а одна его рука стала вполовину короче.

Тем не менее хеймдаркский Магистр продолжал давить. И небезуспешно. В какое-то мгновение стоящий намертво Тияз Череп вдруг начал отступать. Появилось ощущение, что с каждой пропущенной через себя атакой он всё медленнее и медленнее реагирует на происходящее, а значит становится слабее и всё ближе подходит к той грани, после которой драку можно считать с треском проигранной.

Видимо прекрасно уловивший данный момент Заррах начал что-то орать на демонском наречии. Что-то про Родословные, тайны, про казнь Тияза и всех магов Школы, про вскрытие черепов, пленённые души и по крупицам собранные воспоминания. И пусть на словах это звучало весьма грозно, всё же болтовнёй драку было не выиграть.

Колосажатель, чересчур увлёкшийся фантазиями на тему победы, не заметил главного – отступающий Тияз незаметно вывел его к развалинам своего дома. Когда же до него оставалось пройти саженей двадцать-двадцать пять, то над вроде бы разрушенным зданием вдруг возникло серое марево, оттуда выстрелил крюк на цепи и вонзился в тело демона. Цепь тут же натянулась, последовал мощный рывок, затем короткий миг полёта, и вот уже могучий маг втянут в загадочное марево. И то, что Магистр начал сопротивляться, ничего не меняло. Внутри дымки что-то долго грохотало и рычало, затем она рассеялась, а изломанный Заррах упал на землю. Вместо ног обрубки, руки висят как плети, один рог отсутствует и во лбу теперь пустая глазница. Правда, он всё равно попытался встать, но… Тияз этого ему уже не позволил. Влив в артефактный клинок поистине огромную Силу – Малк мог ошибаться, но по ощущениями там было тридцать-сорок эргов, – Череп попросту разрубил демона на две части и замахнулся для следующего удара.

– А-ааа!!! – истошно завопил демон, и теперь этот его крик был просто криком, а не бьющей по мозгам магией.

И он же стал сигналом для Больдо, который тотчас приник к прицелу.

– По команде крути ручку. Дадим ублюдку прикурить, – с азартом сообщил он.

Малк, искренне убеждённый, что уже всё закончилось, помрачнел. Посмотрел на и не думающего опускать клинок Мастера, потом подозрительно покосился на останки демона… И застал как раз тот самый миг, когда обе половинки твари взорвались фонтаном крови, а уже оттуда спиной вперёд вылетел обнажённый старик со спутанными волосами.

Хотя стариком Малк назвал его только из-за человеческого лица. Остальное тело больше подходило гостю из Пекла – чешуйчатая кожа, странного рода наросты на суставах, маленькие рога на голове. И вот это существо, бешено изрыгая хулу на всё и вся, приземлилось прямо на линии огня их картечницы.

– Подарок Святых!!! – завопил Больдо, нажимая на спусковой рычаг. – Давай, Малк!!!

И Малк дал, принявшись с яростью раскручивать связку из шести стволов.

Магистр даже руками взмахнуть не успел, как словил в спину очередь из заряженных силой Каменного Крушителя пуль. Его сбило с ног, покатило по земле. Правда на этом успехи стрелков и закончились – картечница не выдержала одновременно воздействия магии Кэйталин, соприкосновения с силой артефактной алебарды и интенсивной стрельбы, и банально развалилась. Но и того, что они сделали, хватило господину Тиязу, чтобы поставить окончательную точку.

Ошеломлённый, потерявший темп Заррах ещё только начал подниматься на ноги, как рядом с ним из тени выплыл уже виденный Малком воин-скелет, навалился сверху, обхватил руками, вцепился зубами в глотку… И хотя судя по бешеному сопротивлению Колосажателя, а также по вспыхнувшей вокруг него ауре Разрушения, долго бы питомец господина Тияза всё равно не продержался, он добился главного. Позволил Черепу хорошенько прицелиться, подгадать наиболее удачный момент, а затем точечными ударами клинка пронзить Зарраху сердце, в трёх местах повредить позвоночник, а под конец вколотить остриё меча в точку между бровями.

– Ну теперь-то всё?! – прорычал Малк.

Однако ответа соучеников он не услышал. Из носа у него вдруг брызнула кровь, а где-то глубоко внутри черепной коробки раздалось пугающее шипение. И раздался узнаваемый шёпот Тияза Черепа:

– Живо ко мне!!!

Малк сам не понял, как едва ли не кубарем скатился с развалин, домчался до всё так же парящего над поверженным хеймдаркским Магистром Мастера и замер в почтительном отдалении. Возникла мысль, что теперь ему опять придётся добывать Родословную, но потом вспомнил, что в бою Заррах подобной магией не пользовался, и моментально оказался охвачен вспышкой страха. В голове замелькали всё более и более пугающие предположения, вроде того, что явно чувствующий себя не лучшим образом Тияз, желает забрать себе его тело. Или что ему предназначена участь жертвы, которая вернёт Мастеру потраченные силы.

Однако всё оказалось гораздо прозаичнее.

– Возьми Маску и наложи на лицо этого недоноска. Потом настройся на неё, но не через резонанс, а с помощью Власти, и отдай приказа на поглощение! – всё так же мысленно принялся объяснять господин Тияз.

Потом протянул призрачную ладонь, над которой парила бледно-розовая «морда», и властно показал на тело Магистра.

– Но у меня не осталось Силы… – несколько растерянно сказал Малк.

– Сила тебе не понадобится. Главное, чтобы Маска тебя знала, а с этим всё в порядке, – устало пояснил Череп.

На что Малк машинально кивнул. Если смотреть с этой стороны, то да. Тайное Искусство он действительно изучал с помощью «морды». Однако и ввязываться в дело, где замешана подобная магия, ему не хотелось.

– Но почему я? – осторожно спросил Малк.

– А кто ещё? Я ещё немного и просто развалюсь к Йорроховой матери! Стево, который обычно и занимается подобными вещами, сейчас точно не до того… Остаёшься ты, – сначала спокойно, а потом всё более и более раздражаясь прошипел господин Тияз. – Так что живо за дело!

Продолжать упрямиться было уже опасно. Так что дождавшись, когда Мастер уберёт клинок, Малк наложил Маску на искажённое гневом лицо хеймдаркца и прикоснулся к ней Властью. Череп не обманул, и вливать в отличие от прошлого раза пару эргов Силы не понадобилось. «Морда» сама пошла на контакт с Духом Малка, а получив приказ, отреагировала слабым всплеском самой настоящей радости…

В ту же секунду хрупкий контакт исчез, потерявший вдруг все свои силы Малк со стоном опустился на землю и уже оттуда с ужасом принялся наблюдать за тем, как тело Магистра накрывает облако Смерти, как шипит под Маской разъедаемая кожа и как ещё секунду назад кажущееся мёртвым тело кричит от нестерпимой боли.

– Я же говорил, что рано или поздно заберу твоё лицо, выродок! – с торжеством в голосе объявил Мастер.

Поманил пальцем, и через секунду «морда» самостоятельно вернулась к нему в руки.

Что до хеймдаркца, то его тело – теперь уже окончательно лишённое жизни – принялось стремительно разлагаться. Правда, сколь бы быстро это не происходило, то что осталось от лица Магистра Малк увидеть всё же успел. И теперь ни капли не сомневался в том, что за образ будет преследовать его в кошмарах.

Пока он пялился на убитого, Тияз успел куда-то скрыться. Так что предоставленный самому себе Малк поднялся и, с ужасом ощущая как всё тяжелее и тяжелее ему становится передвигать конечности – с исчерпанием резерва доспеха остановились и встроенные в него движители, – заковылял обратно к своим соученикам.

Битва закончилась, он жив и здоров. Казалось бы радуйся, но Малк ничего кроме опустошения не ощущал. Опустошения и некоего смутного предчувствия, что смерть Жака Улья и завершение большой интриги Тияза Черепа, лишь начало чего-то большего. Чего-то такого, в чём увяз настолько глубоко, что выбраться уже не было никакой возможности.

Тёмный, плохо освещённый подвал. Около стены на колченогом табурете сидит совершенно измученный Стево Крыс, а с пола медленно поднимается бледный как смерть Череп.

Неожиданно господин Тияз замирает, к чему-то прислушивается, потом резко поднимает голову и смотрит вверх.

– Это кто тут такой любопытный? – цедит он, обращаясь к невидимому наблюдателю.

Некоторое время Мастер вглядывается в одному ему известные Бездны, а затем с усмешкой, немного непонятно добавляет:

– Ну и как, долго ещё будешь просто смотреть на эти свои буковки, поимей их Йоррох? Ничего не делая? Неужели думаешь, что спрятался за разделяющим нас барьером, и твоя душа теперь в безопасности? Серьёзно?!

Господин Тияз начинает хрипло хохотать. Рядом встаёт крайне настороженный Стево Крыс и вкрадчиво спрашивает:

– Кто-то рискнул проявить неуважение к Мастеру?

Череп издаёт царапающий нервы смешок.

– Почти. Но этот кто-то уже всё осознал и теперь бежит исправляться – рассказывать остальным о только что прочитанной истории. Нашей истории.

– И как он это сделает? – проявляет интерес Стево.

– Понятия не имею, – пожимает плечами господин Тияз. – В этом их мире сам Йоррох ногу сломит. Может отсылки на неё где разместит или с высокой трибуны расскажет, а то и вовсе богатую жертву нам во славу принесёт… Вариантов много. Ведь так?! – последнюю фразу Череп опять произносит куда-то в сторону тёмного потолка и делает это настолько проникновенно, с такой внутренней Силой, что сердца всех находящихся в радиусе сотни саженей людей дают сбой.

Стево медленно кивает. Лучший ученик господина Тияза отлично знает – слов на ветер Мастер не бросает.

Content

Зыков Виталий Валерьевич Школа Пепла. Выбор

Виталий Зыков Школа Пепла. Выбор Глава первая, в которой успехи идут рука об руку с неудачами

Глава вторая, в которой героя учат жизни

Глава третья, в которой жадность не доводит до добра

Глава четвертая, в которой кое-кого бьют тростью

Глава пятая, в которой совершаются шаги с далеко идущими последствиями

Глава шестая, в которой есть лишь видимость выбора

Глава седьмая, в которой завершается игра