Катасонов Валентин Юрьевич

Предисловие к книге Герберт Джордж Уэллс

Валентин Катасонов. Предисловие

Уважаемые читатели! Вашему вниманию предлагается ранее не издававшаяся на русском языке работа «Открытый Заговор», принадлежащая перу известного во всем мире писателя, мыслителя и публициста Герберта Уэллса (1866–1946). Западные политологи, социологи, философы и футурологи довольно часто вспоминали и ссылались на это неоднократно издававшееся за рубежом произведение Уэллса. Российские знатоки творчества английского писателя, конечно же, слышали о работе, которая называется The Open Conspiracy. Вместе с тем, в нашей стране представление о ней в лучшем случае можно было получить из нескольких строчек энциклопедий и справочников. В открытом доступе в интернете на английском языке она появилась несколько лет назад. И вот, спустя более девяти десятков лет с момента написания Уэллсом первого варианта работы, мы наконец имеем русскоязычную версию «Открытого Заговора».

Впервые работа увидела свет в 1928 году под названием «Открытый Заговор: чертежи мировой революции» (The Open Conspiracy: Blue Prints for a World Revolution). После этого произведение дорабатывалось и последовательно выходило в новых редакциях и с новыми названиями. В 1931 году работа «Открытый Заговор» вышла с подзаголовком «Вторая версия веры современного человека в более ясном и простом изложении» (A Second Version of This Faith of a Modern Man Made More Explicit and Plain). В 1931 году книга была издана под названием «Что нам делать с нашей жизнью?» (What Are We to Do with Our Lives?). Окончательная версия книги вышла в 1933 году с лаконичным названием «Открытый Заговор» (The Open Conspiracy).

Работа была замечена, прежде всего, британскими интеллектуалами, с которыми Герберту Уэллсу приходилось постоянно общаться. Позитивно и даже восторженно книгу воспринял английский философ-атеист Бертран Рассел (Bertrand Russell). На книгу ссылались такие британские политики, как Ллойд Джордж (Lloyd George), Гарольд Макмиллан (Harold Macmillan), Гарольд Николсон (Harold Nicolson). Примечателен следующий факт: в начале 30-х годов английским писателем и философом Джеральдом Хардом (Gerald Heard) было создано Общество Герберта Уэллса (The H. G. Wells Society) для пропаганды идей великого английского писателя. Под влиянием рассматриваемого нами произведения Общество в 1935 году было переименовано и получило название Общества Открытого Заговора (The Open Conspiracy Society). Правда, позднее ему было возвращено прежнее название.

Были, конечно, и критики работы. Например, известный английский драматург и писатель Бернард Шоу (Bernard Shaw), а также английский писатель и верующий философ Гилберт Честертон (Gilbert Chesterton). Первый, будучи ярым фабианцем[1], был недоволен крайне резким отношением Герберта Уэллса к Карлу Марксу и его учению. А второй, будучи христианским писателем, критиковал религиозные идеи автора «Открытого Заговора», которые были антихристианскими и по сути атеистическими. Особенно его возмущала безумная идея Г. Уэллса создать (придумать) новую религию, которая должна была стать единой для всего человечества.

Большинство наших соотечественников знают Герберта Уэллса, прежде всего, как писателя-фантаста по его романам «Машина времени», «Человек-невидимка», «Война миров», «Остров доктора Моро», «Первые люди на Луне» и др., написанных им в молодые годы. Автор этих романов был человеком близким к науке. Он получил образование в области биологии (незадолго до смерти был даже удостоен звания доктора биологии). Первые свои шаги в жизни Герберт делал под руководством Томаса Гексли (или Хаксли) – английского зоолога, популяризатора науки и защитника эволюционной теории Чарлза Дарвина (за что даже заслужил кличку «Бульдог Дарвина»). Гексли некоторое время был президентом Лондонского королевского общества (что-то наподобие академии наук), и через него будущий великий писатель познакомился со многими знаменитыми английскими учеными. В дальнейшем Уэллс постоянно соприкасался с известными учеными из разных сфер: биологии (Джулиан Хаксли, внук упомянутого выше Томаса Гексли), истории (Арнольд Тойнби), математики и философии (Бертран Рассел), экономики (Джон Мейнард Кейнс). Джордж Филипп Уэллс, сын Герберта Уэллса, уже в молодости стал известным зоологом и был соавтором некоторых работ своего отца.

Отношение Герберта Уэллса к научно-техническому прогрессу в тот период его творчества, когда там преобладала фантастика (до 1920-х годов), было двойственным, смешанным. Такой прогресс, по мнению молодого писателя, мог и помогать в решении социально-экономических проблем и проблем отдельного человека, а мог и усугублять их. Но, пережив Первую мировую войну, Уэллс стал задумываться о несовершенстве общества и современного ему человека. И невольно стал приходить к выводу, что без радикальной перестройки общества и изменения природы человека научно-технический прогресс может нести лишь разрушения и смерть. Напомню, что известность Герберту Уэллсу принес его роман «Машина времени», опубликованный в 1895 году. Роман страшный, но ведь он относится к жанру фантастики. Мол, плод свободного воображения писателя. Герой романа оказался в далеком 8028 веке, где столкнулся с обществом звероподобных людей, разделенных на две части: элоев и морлоков. Как мне кажется, сам писатель поначалу не очень верил в то, что изобразил в своем романе. Но Первая мировая война проявила звериную сущность человека и человечества, и Герберту Уэллсу стало казаться, что мир очень скоро может оказаться населенным этими самыми элоями и морлоками. И что нужно срочно что-то делать, чтобы не допустить такого одичания.

Постепенно Уэллс стал отходить от жанра фантастики, начал писать на темы социального и политического устройства мира, религии, психологии человека и тому подобные «гуманитарные» темы. Т. е. искать причины прогрессирующей деградации человечества и вырабатывать план противостояния этому энтропийному процессу.

Герберта Уэллса нередко причисляют к фабианцам. Он еще в начале века (в 1903 году) стал членом Фабианского общества. А уже спустя три года он выступил на заседании общества с ярким, страстным докладом «Ошибки фабианца», где предложил перестроить работу и идеологию организации. Он хотел превратить общество из аморфного, интеллигентского кружка в боевую политическую партию. А что касается идеологии, то он предлагал бороться с «предрассудками марксизма», которые довлели над фабианцами. В частности, предлагал отказаться от привычного классового подхода к анализу общества. Так называемые классовые антагонизмы, которые занимают центральное место в марксизме, – явление минувших веков. А если где-то еще пролетариат подвергается эксплуатации, то ее можно быстро ликвидировать с помощью науки и техники. Вот образчик рассуждений Герберта Уэллса на эту тему из «Открытого Заговора»:

«Огромная масса моральной силы была потрачена впустую за последние сто лет из-за антагонизма „труда“ и „капитала“, как если бы это было главной проблемой в человеческих делах. На самом деле этот антагонизм никогда не был главной проблемой и продолжает неуклонно терять свое былое значение. Древние цивилизации действительно широко опирались на рабский и невольнический труд. Человеческие мышцы были основным источником энергии, наряду с энергией солнца, ветра и воды. Но изобретения и открытия настолько изменили условия производства, передачи и использования энергии, что мышечная сила становится экономически второстепенной и несущественной. Нам больше не нужны дровосеки, водоносы, носильщики и землекопы. Мы больше не хотим иметь этой расплодившейся массы дюжих потных тел, без которых прежние цивилизации не смогли бы выжить».

Уэллс считал, что даже те, кого по привычке называли «капиталистами», должны быть заинтересованы в переустройстве современного общества на социалистических началах. Многим представителям капиталистической элиты встать на позиции обновленного фабианства мешают «предрассудки», с коими настоящие фабианцы и должны бороться. Развернуть политический и идеологический вектор общества Герберту Уэллсу не удалось. В 1908 году он покинул Фабианское общество, но те горячие идеи, которые он озвучивал на его заседаниях, позднее воплотились в «Открытом Заговоре». Биографы Герберта Уэллса, описывая его пребывание в Фабианском обществе, характеризовали писателя как «бунтаря» и «радикала». А кое-кто даже называл его «революционером». Этот революционный дух, радикализм просматриваются во многих произведениях Уэллса второй половины его жизни. В том числе и в «Открытом Заговоре».

«Открытый Заговор» Герберта Уэллса – произведение не художественное и не научное. По своему замыслу и стилю оно напоминает программный документ, манифест, обращенный, в первую очередь, к британской элите; во вторую очередь – ко всему английскому народу; в третью очередь – ко всему человечеству. Видимо поэтому в его названии присутствует слово «открытый». Писатель понимает, что «заговор», или план переустройства мира, сработает только тогда, когда манифест дойдет до каждого. И, по крайней мере, каждый второй, ознакомившийся с манифестом, позитивно на него отзовется и будет так или иначе участвовать в реализации плана.

Исследователи творчества Герберта Уэллса полагают, что «Открытый Заговор» родился из романа писателя «Мир Вильяма Клиссольда» (The World of William Clissold), увидевшего свет в 1926 году. Это самый большой из всех романов, написанных Уэллсом. Он представляет собой автобиографию человека, объединяющего в своем лице ученого и капиталиста. Клиссольд недоволен современным миром и мечтает перестроить его на разумных основаниях, руководствуясь выводами науки и здравого смысла. Подтверждение своим теориям он видит в накоплении знаний о мире и человеке, в распространении новых взглядов и новых отношений между людьми. Когда-нибудь, думает Клиссольд, неизбежно произойдет «созидательная революция». Передовые люди из разных классов общества, объединившись, возьмут в свои руки управление хозяйством, отстранив людей отсталых и вредных, мешающих ходу прогресса. Для того чтобы сделать это, лучшие люди должны сначала осознать единство своих целей. Стремясь помочь этому, Клиссольд и пишет свой труд. В романе уже просматривается концепция Уэллса по переустройству мира. Ориентиры для движения к более совершенному миру может дать не религия, как это считалось в Европе на протяжении многих веков, а наука. А кто будет выступать в качестве двигателя? Карл Маркс, его последователи и даже некоторые фабианцы ошибочно полагают, что это будут пролетарии. Нет, с точки зрения Герберта Уэллса, это умирающий, исчезающий класс. По крайней мере, пролетариат не креативен, играет пассивную роль в общественной жизни. Если не пролетарии, так, может быть, крестьяне? – Ну, так их уже в начале ХХ века в Англии почти не осталось.

Ставку, по мнению Уэллса, следует делать на ученых и предпринимателей. Герой романа «Мир Уильяма Клиссольда» являет собой пример идеального строителя будущего, сочетающего в себе ученого и предпринимателя. Построить единое Мировое государство может только человек науки и капитала! И не только человек из Англии. Такие люди есть во многих странах мира. Но, конечно, среди англосаксонской элиты, по мнению Герберта Уэллса, их больше всего. Нет, он не расист. Он просто объективно оценивает, что двигателем в светлое будущее станут, прежде всего, интеллектуалы и капиталисты англосаксонского мира (Англия, ее главные доминионы, Соединенные Штаты Америки).

Красной нитью через всю работу проходит мысль Уэллса о том, что многие социально-экономические проблемы порождаются такой причиной, как неконтролируемый рост населения на планете. Писатель выступает как рьяный мальтузианец[2], призывающий к сдерживанию демографического роста и даже сокращению численности населения планеты. Неконтролируемая рождаемость, по его мнению, есть признак варварства. И бороться с этим «варварством» Уэллс призывает, прежде всего, путем «просвещения» народа. Впрочем, Уэллс разделял взгляды многих сторонников евгеники, которых было много среди британских интеллектуалов, и считал вполне нормальным проведение насильственной стерилизации мужчин и женщин. Вот, например, в восьмом разделе работы («Общие характеристики научного мирового содружества») Уэллс неоднократно говорит о необходимости контролировать демографический рост:

«Умный контроль над ростом населения – это возможность, которая ставит человека вне конкурентных процессов, до сих пор управлявших изменением видов, и человек не может быть освобожден от этих процессов никаким другим путем. Существует явная надежда на то, что с течением времени директивное размножение войдет в сферу компетенции человека…»

«…организованное мировое сообщество, осуществляющее и обеспечивающее собственный прогресс, желает и требует планируемого коллективного контроля над численностью населения в качестве основного условия».

«В женской природе нет сильного инстинктивного стремления к многочисленному потомству как таковому. Репродуктивные импульсы действуют косвенно. Природа обеспечивает зов к деторождению через страсти и инстинкты, которые, при наличии достаточных знаний, интеллекта и свободы со стороны женщин, могут быть вполне удовлетворены и погашены, если это необходимо, без рождения многочисленных детей. В мире ясного доступного знания и честной и откровенной практики в этих вопросах даже самые незначительные изменения в социальных и экономических механизмах обеспечат достаточную мотивацию, или демотивацию, которая будет влиять на общую рождаемость, или на специфическую рождаемость, регуляцию которой общество может счесть желательным. До тех пор, пока большинство человеческих существ зачинается случайно, в похоти и неведении, человек продолжает оставаться, как и любое другое животное, под игом борьбы за существование. Социальные и политические процессы полностью меняют свой характер, когда мы осознаем возможность и осуществимость этой фундаментальной революции в биологии человека…»

«…при эффективном сдерживании роста населения перед человечеством открываются совершенно новые возможности».

Подобные мальтузианские (точнее неомальтузианские) «мантры» Герберта Уэллса звучат почти во всех девятнадцати разделах книги.

В «Открытом Заговоре» Уэллс использует термин «новый мировой порядок» (НМП). Сегодня это словосочетание очень популярно среди политиков, журналистов, публицистов. У меня есть предположение, что термин родился именно в 1928 году и его авторство принадлежит Герберту Уэллсу. Примечательно, что в 1940 году у Уэллса вышла книга, которая так и называлась: «Новый мировой порядок» (The New World Order), в ней продолжилось обсуждение вопросов, поднятых в «Открытом Заговоре».

В книге «Открытый Заговор» Уэллс откровенно призывает к созданию НМП. Это мировой порядок, который отличается от того, какой существовал на момент написания книги и которым писатель был явно недоволен. А существовал тогда мир капитализма с экономическими кризисами и постоянной социальной напряженностью, в любой момент грозящей перерасти в социалистическую революцию. Это мир капитализма, который в ХХ веке, как писал В. Ленин, достиг своей высшей, монополистической стадии. А это неизбежно порождает империалистические войны за передел мира. Первая мировая война была чисто империалистической. На момент написания книги уже чувствовалось, что может произойти и вторая империалистическая война (Версальский договор, подписанный в 1919 году на Парижской мирной конференции, уже программировал подготовку такой войны).

Главная идея Уэллса: на планете должно существовать Единое, Всемирное государство в форме республики. Национальные государства должны добровольно отказываться от своих суверенитетов, передавая их Мировому правительству. Создание Всемирного государства с Мировым правительством будет залогом того, что на планете не будет больше войн, не будет изматывающей конкуренции, исчезнет национальная и конфессиональная неприязнь. Более того, все порядки в мире будут унифицированы, что резко повысит эффективность управления людьми. На совершенно иной уровень поднимется эффективность экономической деятельности: «Очевидно, что главнейшие направления комплекса экономической деятельности человечества в таком мире должны сосредоточиться в информационно-консультативном бюро, которое будет учитывать все ресурсы планеты, оценивать текущие потребности, распределять производственную деятельность и контролировать распределение. Топографические и геологические исследования современных цивилизованных сообществ, карты их государств, периодические выпуски их сельскохозяйственной и промышленной статистики – это первые грубые и несогласованные начала такой мировой экономической разведки…»

«Открытый Заговор» не враждебен правительствам, парламентам и монархам, согласным считать себя временными институтами, которые будут еще функционировать в переходный период:

«Открытый Заговор не обязательно антагонистичен любому существующему правительству. Открытый Заговор – это не анархическое, но творческое и организующее движение. Он стремится не разрушать существующие средства контроля и формы человеческих ассоциаций, но лишь вытеснять их или объединять их под единым мировым управлением. Если с конституциями, парламентами и королями можно иметь дело, как с временными институтами, „попечителями“ до достижения совершеннолетия мирового содружества, то, при условии, что они ведут дела именно в таком духе, Открытый Заговор не нападает на них».

Надо полагать, что в отношении тех правительств и монархов, которые не готовы на добровольную сдачу своих полномочий, придется применять силу. Итак, английским писателем выдвинута идея добиваться всеобщего и вечного мира через войны. Уэллс почему-то уверен, что эти войны будут последними в истории человечества. Думаю, что и до Уэллса в истории человечества были сотни (а, может быть, тысячи) политиков, философов, императоров и полководцев, которые рассуждали примерно так же: мол, предлагаемая (или начатая) ими война будет последней на Земле. Мол, она призвана положить конец войнам и стать началом «мира во всем мире».

Но как соединять разные народы с очень разными культурами в рамках Единого государства? – Важную роль в стирании национально-культурных различий отдельных народов призвана будет сыграть единая Мировая религия. Необходимость таковой Уэллс разъясняет читателю подробно в пятом разделе работы «Религия нового мира» и шестом разделе «Цель – современная религия». Вот образчик «богословских» рассуждений писателя из пятого раздела:

«Пришло время очистить религию от всего наносного для решения стоящих перед нею задач – задач более важных, чем когда-либо прежде. Истории и символы, которые служили нашим отцам, обременяют и разделяют нас. Различия в таинствах и ритуалах порождают разногласия и впустую растрачивают ограниченный запас наших эмоций. Объяснение того, как и почему возник мир, является ненужным усилием в религии. Существенным фактом в религии является само стремление к ней, а не объяснение ею окружающего нас мира».

Герберт Уэллс, претендующий на роль интеллектуала и делающий ставку на ученых в будущем «дивном новом мире», желает лишить верующих христиан права на осмысление своей жизни и мира, в котором они живут! Кстати, к христианству Уэллс не демонстрировал никаких симпатий и очень одобрял политику агрессивного атеизма, проводившуюся в советской России. Его в этом поддерживали и некоторые другие британские интеллектуалы, например писатель Бернард Шоу и философ Бертран Рассел. Кстати, последний, наверное, переплюнул Герберта Уэллса в своем атеизме, написав в 1927 году вызывающее эссе «Почему я не христианин».

Я выше уже отметил, что Уэллс был знаком с британским интеллектуалом Арнольдом Тойнби (1889–1975), написавшим многотомный труд под названием «Постижение истории». В нем он изложил свои представления о существовавших и существующих в мире цивилизациях. Уэллс соглашается с тем, что многообразие цивилизаций существует, но, по его мнению, от него надо постепенно избавляться, выстраивать единую цивилизацию. Даже не путем конвергенции (сближения), а уничтожения «отсталых» цивилизаций. В таковые он записывает и Россию («русскую цивилизацию»). По мнению Уэллса, «Индия, Китай, Россия, Африка представляют собой смесь социальных систем, в большей или меньшей степени отставших, перенапряженных, расшатанных, оккупированных, эксплуатируемых и порабощенных финансовой зависимостью, механизацией и политической агрессией атлантической, балтийской и средиземноморской цивилизаций. Во многих отношениях они как будто ассимилируются с этой (капиталистической. – В. К.) цивилизацией, эволюционируют в современные типы и классы и отказываются от большей части своих отличительных традиций».

Наиболее «перспективной» цивилизацией Уэллс, естественно, считает англосаксонский мир («атлантическая цивилизация»). Его-то интересы он и представляет, и озвучивает. Ни для кого не секрет, что Уэллс был членом разных тайных обществ. По данным автора книги «Комитет 300» Джона Колемана, Уэллс был членом указанного комитета, который считается высшей инстанцией мировой закулисы[3].

Что касается других народов и государств, то они, по мнению Уэллса, могут оказывать сопротивление реализации планов Открытого Заговора. Этому вопросу в работе посвящен двенадцатый раздел («Сопротивление менее индустриально развитых народов продвижению Открытого Заговора»). Вместе с тем, Герберт Уэллс уверен, что рано или поздно «атлантической цивилизации» удастся перетянуть на сторону Открытого Заговора элиту таких «неперспективных» народов. Для этого им надо дать надежду войти в состав мировой элиты:

«Умам более тонким и энергичным среди этих темных народов, все еще в той или иной степени отставших от материальных достижений, которые обеспечили нынешнее господство Западной Европе и Америке, Открытый Заговор может сулить небывалые перспективы. Одним махом они могут перепрыгнуть с тонущего корабля их устаревшего порядка, через голову своих нынешних завоевателей, прямиком в объятия братства мировых правителей. Они могут посвятить себя задаче сохранения и адаптации всего лучшего и отличительного из их богатого культурного наследия для общих целей человеческой расы. Но менее живым умам этого отставшего мира новый проект Открытого Заговора покажется не лучше, чем новая форма западной оккупации, и они будут бороться за освобождение, как если бы этот проект был частью дальнейшего порабощения европейской традицией».

Примечательно, что Герберт Уэллс очень рассчитывает на Советскую Россию в реализации «Открытого Заговора»: «…советское правительство продержалось уже более двенадцати лет, и кажется, что оно скорее будет эволюционировать, чем сохраняться в прежних формах. Вполне возможно, что оно будет развиваться в сторону концепций Открытого Заговора, и тогда Россия сможет снова стать свидетелем конфликта между сторонниками новых идей и „староверами“. До сих пор Российская Коммунистическая партия вела обширную пропаганду своих идей во всем остальном мире, и особенно на своих западных границах. Многие из этих идей сейчас банальны и устарели. Возможно, не за горами то время, когда волна пропаганды потечет в обратном направлении. Коммунистическая партия льстит своему тщеславию, воображая, что ведет пропаганду мировой революции. Может быть, ее судьба – это развитие по тем направлениям, которые позволят ее наиболее разумному элементу легко ассимилироваться с Открытым Заговором для достижения мировой революции. По мере распространения и роста Открытого Заговора ему понадобится полигон для обкатки экономических идей, заложенных в его концепциях, и, возможно, именно в России, в Сибири это удастся осуществить с гораздо меньшими препятствиями, чем где-либо еще в мире».

Уэллс самим названием своей книги позиционирует себя как революционер. Ему, вероятно, очень импонирует то, что большевики – также революционеры, причем не «местечковые», а «международные». Лев Троцкий сразу же после октября 1917 года выдвинул лозунг превращения «русской» революции в «мировую». Правда, на момент написания Уэллсом книги «Открытый Заговор» Сталин уже разобрался с Троцким. Более того, даже выдвинул теоретическое положение о возможности построения социализма в отдельно взятой стране (для того, чтобы идеологически обосновать начинающуюся в стране индустриализацию). Но, видимо, до Уэллса эти новации в жизни СССР еще не дошли или же он их воспринимал как «тактические маневры».

В рассматриваемой работе и в других произведениях Уэллс осторожно затрагивает вопрос о социально-экономической модели желаемого им общества. Если не вдаваться в подробности, то это модель, в которой доминируют монополии и банки, при этом экономика находится под контролем со стороны государства. Уэллс был знаком с известным английским экономистом Джоном Мейнардом Кейнсом, идеологом вмешательства государства в экономическую жизнь. Видимо, Уэллс смотрел на будущий мир как на кейнсианский капитализм. Также чувствуется влияние на Уэллса австрийско-немецкого экономиста Рудольфа Гильфердинга, известного своим фундаментальным трудом «Финансовый капитал» (1910). После Первой мировой войны Гильфердинг, будучи приверженцем марксизма, стал двигаться в сторону социал-реформизма и создал теорию «организованного капитализма». Это, по мнению Гильфердинга, наиболее идеальная форма общества, она основана на доминировании в экономике банковского капитала, который вносит порядок в экономику и социальную жизнь (исключаются кризисы, организуется планирование). Это и не стихийный капитализм, и не социализм. Такая модель весьма импонировала Уэллсу, который был одним из наиболее видных фабианцев своего времени.

Несмотря на некоторую размытость взглядов Уэллса на социально-экономическое устройство общества при НМП, кое в чем его позиция была очень определенной. Он, в частности, считал, что социальная структура будущего общества должна быть предельно простой. Вверху – элита, внизу – все остальные, коих можно называть «плебсом», «пролетариями», «трудящимися массами» и т. п. Никаких «прослоек» и «средних классов» в модели Уэллса не предусмотрено. А что касается элиты, то она должна состоять из интеллектуалов и капиталистов. Подобно тому как, например, у большевиков основой социалистического строя был провозглашен союз рабочего класса и крестьянства, так у Герберта Уэллса основой общества НМП должен стать союз интеллектуалов и крупного капитала.

Вот рассуждения Уэллса по поводу того, что сторонников НМП следует искать, прежде всего, среди промышленных и банковских капиталистов: «И, наконец, у нас остаются основные функциональные классы землевладельцев, промышленных организаторов, банкиров и так далее, контролирующие нынешнюю систему такой, какая она есть. И нам вполне очевидно, что руководящие силы нового порядка должны появиться преимущественно из рядов этих классов, обладающих накопленным опытом, наработанными методами и традициями. Открытый Заговор не может иметь ничего общего с ересью, утверждающей, что путь человеческого прогресса пролегает через обширную классовую войну».

Среди предпринимателей Уэллс выделяет банкиров, которые, наверное, лучше других капиталистов понимают, как управлять миром. Уэллс рассчитывает на «оригинальных и умных людей в банковском деле, или связанных с ним, или интересующихся им. Они должны понимать, что банковское дело играет очень важную и интересную роль в мировых процессах, проявлять любознательность к своей собственной сложной функции и склонность к научному исследованию происхождения, условий и его будущих возможностей. Такие типы естественно движутся навстречу Открытому Заговору. Их запросы неизбежно выводят их за пределы привычного поля банковского дела, к изучению природы, направления и судьбы всего экономического процесса…»

Что касается тогдашней России, то, несмотря на ее «цивилизационную отсталость», у нее, по мнению Уэллса, были большие шансы быстрее других вписаться в НМП по той причине, что у нее была «интеллигенция». «Открытый Заговор» очень и очень рассчитывал на эту интеллектуальную элиту: «Только эти несколько десятков тысяч человек доступны для идей построения нового мира, и в деле привлечения русской системы к активному участию в мировом заговоре можно рассчитывать только на это небольшое меньшинство и на его влияние через соответствующее образование на мириады стоящих ниже индивидов».

Вместе с тем, по отношению к общей численности населения такие «продвинутые» люди в России составляют ничтожно малую долю, и они могут просто «раствориться» в «океане российского варварства»:

«По мере того как мы движемся на восток от европейской части России, доля здравомыслящих интеллектуалов, к которым мы можем обратиться за пониманием и участием, уменьшается до мизера. Уберите эту мизерную долю, и вы останетесь один на один с варварством, неспособным к социальной и политической организации выше уровня военного командира или атамана разбойников. Россия сама по себе (без большевицкого режима. – В. К.) по-прежнему отнюдь не застрахована от дегенеративного процесса в этом направлении».

Тем не менее Г. Уэллс в своей работе несколько раз выражал надежду на то, что Советская Россия поддержит «Открытый Заговор». Однако СССР пошел своим путем и даже спутал карты тем британским заговорщикам, позицию которых английский писатель озвучивал в своей работе. Окончательно это стало понятно Уэллсу в 1934 году, когда он посетил Советский Союз и встретился с И. В. Сталиным.

Вместе с тем идея Открытого Заговора на протяжении более 90 лет сохраняла свою актуальность. Правда, заговор перестал быть явным. Мировая закулиса, которая выстраивала и продолжает выстраивать новый мировой порядок, понимает, что эффективность ее усилий напрямую зависит от того, насколько заговор будет скрытым.

Герберт Уэллс проповедовал идею «Открытого Заговора». Но если задуматься: «открытый заговор» – нонсенс. Все равно что «сухая вода» или «красивый урод». Еще раз напомню: в названии книги Уэллса стоит слово conspiracy, что означает «секретность». «Открытый Заговор» означает «секреты, известные всем». Может быть, английский писатель шутил? Многое из того, что Герберт Уэллс озвучил публично в своей работе, действительно реализовывалось и реализуется. Но при строжайшем соблюдении секретности. Действительно, можно говорить о заговоре мировой закулисы против человечества. Полной секретности ей обеспечить, конечно же, не удалось и не удается. Об этом я, в частности, пишу в своей новой книге «Антиутопии: заговор против человечества без грифа „секретно“»[4].

Пользуясь случаем, хотел бы обратить внимание на ошибочное представление о том, что Герберт Уэллс хорошо известен российскому читателю. Да, действительно, этого английского писателя очень активно издавали в нашей стране еще до революции. В начале прошлого века на книжном рынке России появилось даже несколько собраний сочинений Герберта Уэллса. Назову их: четырехтомник произведений Уэллса издательства П. Ф. Пантелеева (СПб., 1901); собрание сочинений в 12 томах издательства И. Д. Сытина (М., 1909); собрание сочинений в 13 томах издательства «Шиповник» (СПб., 1909–1917; вышло только 9 томов); четырехтомник издательства Сойкина (Петроград, 1918). Лучшим считается издание И. Д. Сытина, которое представляло собой приложение к журналу «Вокруг света» (переводы А. Анненской, Т. Богданович, В. Тана, К. Чуковского и др.).

Не обделен был вниманием Герберт Уэллс и в советское время, особенно после Великой Отечественной войны. Помимо миллионных изданий его фантастики в виде отдельных книг в первой половине 1960-х годов было издано собрание его сочинений в 15 томах под общей редакцией Ю. Кагарлицкого с прекрасными иллюстрациями Ильи Глазунова.

В постсоветское время Герберт Уэллс продолжал издаваться и «в розницу» (отдельными книгами), и «оптом» (в виде собраний сочинений). Так, в первом десятилетии нынешнего века было выпущено собрание сочинений в 12 томах в издательстве «Терра». И это, не считая специальных (подарочных, под заказ) изданий собраний сочинений в семи, восьми и десяти томах.

Примечательно, что львиная доля всех тиражей приходилась на фантастику, прежде всего на такие романы, как «Машина времени», «Человек-невидимка», «Война миров», «Первые люди на Луне», «Остров доктора Моро» и еще несколько произведений данного жанра. А вот другие жанры (реалистические, бытовые романы и повести; философские произведения; произведения для детей и научно-популярные; автобиографические; киносценарии; публицистика) представлены намного хуже. Некоторые работы издавались на русском языке лишь единожды, причем по большей части еще до войны. Например, уже упоминавшийся роман «Мир Уильяма Клиссольда», который может быть отнесен к жанру реалистических (бытовых) произведений, а отчасти, наверное, и к философскому жанру. Он был издан лишь один раз – в 1928 году в Государственном издательстве тиражом всего 7000 экземпляров (перевод С. Займовского, В. Барбашевой, Н. Вельмина). Еще один пример – киноповесть (киносценарий) «Облик грядущего» (Things to Come). На основании этого произведения Герберта Уэллса в Англии в 1936 году был снят полнометражный одноименный художественный фильм (режиссер Уильям Кэмерон Мензиес), который собирал миллионные аудитории во многих странах англоязычного мира. В 1937 году у нас это произведение было опубликовано в издательстве «Журнально-газетное объединение» в переводе С. Г. Займовского. По моим данным, с тех пор «Облик грядущего» в нашей стране не переиздавался.

Но, оказывается, имеется немалое количество работ Г. Уэллса, которые вообще не были переведены на русский язык и нашему читателю совершенно неизвестны. Представленная вам работа «Открытый Заговор» – лишь один пример. Полной инвентаризации я не проводил. Но приведу несколько других примеров. Я уже отметил, что к «Открытому Заговору» тесно примыкает его работа 1940 года «Новый мировой порядок» (The New World Order). Она тоже не переведена на русский язык.

Биографы Г. Уэллса отмечают, что самым важным своим произведением писатель считал работу «Труд, богатство и счастье рода человеческого» (The Work, Wealth, and Happiness of Mankind). Этот фундаментальный труд объемом 924 страницы увидел свет в январе 1931 года в лондонском издательстве Doubleday, Doran & Co. Это последняя книга из трилогии, которая представляла собой составленную автором своеобразную энциклопедию науки, истории и социологии. Первая книга этой трилогии – «Очерки истории» (The Outline of History; 1919–1920); вторая – «Наука жизни» (The Science of Life; 1929)[5]. Первая книга трилогии была издана уже в наше время ограниченным тиражом в издательстве «Эксмо» (под названием «Очерки истории цивилизации»). Вторая не издавалась вообще.

Писатель очень ценил всю трилогию, но особенно упомянутую выше работу «Труд, богатство и счастье рода человеческого». Исследователи творчества Уэллса обычно относят ее к жанру философской литературы. Но это достаточно условно. В данном труде, между прочим, просматриваются претензии на новое слово в экономической науке. Герберт Уэллс продолжает в «Труде…» критику традиционной экономической мысли, которую он начал еще в «Открытом Заговоре» и «Мире Уильяма Клиссольда». Он здесь заявил в полный голос, что экономические теории только тогда смогут быть действительно «научными», когда экономисты будут опираться на биологию и психологию. Работу над книгой «Труд…» Уэллс заканчивал в то время, когда в мире уже бушевал экономический кризис. Писатель не преминул заметить, что этот кризис стал следствием неправильной экономической политики государств, а ее порочность проистекала из тех никчемных теорий, которыми экономисты забивали головы чиновникам. Уже в следующем, 1932 году книга Г. Уэллса «Труд…» была издана на немецком языке в Германии. Она позднее переводилась и на другие языки. Со времени публикации третьей книги – «Труд, богатство и счастье человеческое» – прошло уже девять десятков лет, а у нас не были переведены и изданы даже фрагменты этого самого ценимого Уэллсом труда.

Последнее значимое произведение писателя – «Разум на краю своей натянутой узды» (Mind at the End of Its Tether) – брошюра, увидевшая свет в 1945 году, незадолго до смерти Г. Уэллса. В ней он предсказал вымирание человечества. Увы, и эта работа не доступна до сих пор аудитории, читающей на русском языке.

Из неопубликованных на русском языке произведений Г. Уэллса хотел бы еще отметить сборник его эссе и статей под названием «Мировой мозг» (World Brain, 1938). На Западе идеи, «озвученные» в этой книге, оказались очень популярными и приобрели в последние три десятилетия практическую значимость. Герберт Уэллс был одержим идеей просвещения человечества в мировом масштабе, изменения его сознания в короткое время. Мировой мозг, как полагал писатель, поможет создать тот самый новый мировой порядок, контуры которого были описаны в «Открытом Заговоре». В восьмом разделе «Открытого Заговора» Уэллс пишет, что «мир создаст в качестве центрального органа мозг современного сообщества – великую энциклопедическую организацию, которая будет постоянно обновляться и давать примерные оценки и указания для всей материальной деятельности человечества».

Несколько подробнее остановлюсь на «Мировом мозге» именно потому, что он в определенном смысле стал продолжением «Открытого Заговора». Достаточно подробно идея «Мирового мозга» была публично озвучена писателем в его лекции в Королевском институте международных отношений 20 ноября 1936 года (она была включена в упомянутый сборник). Вот ее начало: «Моей конкретной целью всегда было обобщение, синтез. Я не люблю отдельные события и отдельные детали. Я ненавижу заявления, предрассудки, убеждения, которые кидаются на тебя из ниоткуда. Мне нравится мой мир как согласованный и последовательный, насколько это возможно. Это, во всяком случае, мой темперамент – как научного человека. Именно поэтому я потратил несколько сотен часов моего времени, создавая очертания коротких историй мира: общие итоги человеческих открытий, попытки подвести итоги экономической, финансовой и социальной жизни в одном конспекте и даже, еще более отчаянно, изо всех сил я пытался оценить возможные последствия тех или иных эксплуатационных причин на будущее человечества. Все эти попытки были моими глубокими и заметными недостатками и слабостями; даже мои друзья склонны упоминать о них с извиняющейся улыбкой. Я был самонадеян и нелеп, не спорю, но я оглядываюсь на свои записи совершенно беззастенчиво. Кто-то должен был сломать лед. Кто-то должен был опробовать такие сводки на благо общего разума. Мой ответ на критику всегда был… „Ну, черт с тобой, делай это лучше всех“».

Далее в этой лекции и в других материалах сборника Уэллс конкретизирует свою мысль, говорит о необходимости аккумуляции стремительно растущего в мире объема знаний и информации, тщательной фильтрации и обработки информационных массивов, предельно возможного «отжима» знаний и информации и предоставления «твердого интеллектуального остатка» всему человечеству. Ключевым термином в рассуждениях Герберта Уэллса становится «Мировая (или Всемирная) энциклопедия». Постоянно расширяемая, верифицируемая наукой и практическим опытом, обновляемая и доступная для любого человека. Доступная как в физическом смысле, так и с точки зрения простоты изложения (и понимания) самых сложных процессов и явлений. Мировая энциклопедия будущего, по мнению писателя, не должна иметь ничего общего с архаичными энциклопедиями французских просветителей-энциклопедистов XVIII века и тяжеловесными и застывшими талмудами XIX века типа Britannica. Все такие энциклопедии – старые коллекции прошлых знаний, постоянно отстающие от ритма ускоряющейся жизни и научно-технического прогресса. «Наши современные энциклопедии еще едут в карете с лошадью, это их этап развития, а на самом деле они должны лететь на самолете», – утверждал Уэллс.

В составлении Мировой энциклопедии, по мнению Уэллса, должны участвовать интеллектуалы всего мира. Для консолидации и координации их деятельности он предлагал создать Международный комитет по интеллектуальному сотрудничеству как структурное подразделение Лиги Наций.

Размышляя о том, как сделать Мировую энциклопедию доступной для всего человечества, Уэллс предлагал, чтобы она издавалась на английском языке, который к 1938 году был уже самым распространенным на планете. А те страны, которые еще не перешли на массовое использование английского языка, должны наладить обучение ему в школах. С технической точки зрения, доступность можно было увеличить за счет микрофильмирования текстов и повсеместного применения проекторов.

Впрочем, Герберт Уэллс выражал уверенность, что научно-технический прогресс сумеет обеспечить человечество еще более простыми и быстрыми средствами доставки информации каждому человеку. И тут он действительно как в воду глядел. Английский ученый, писатель и футуролог Артур Кларк, обращаясь к идее Мирового мозга Г. Уэллса, в начале 1960-х годов высказал предположение, что доступ к такому мозгу можно будет получить через разбросанные по всему миру компьютеры, связанные с Мировым компьютером. Эта идея прозвучала в книге А. Кларка «Черты будущего» (Profiles of the Future, 1962), вышедшей на русском языке в 1966 году в переводе Я. Берлина и В. Колтового. Сегодня мир опутан паутиной интернета, который доставляет громадные массивы информации каждому человеку через персональные компьютеры, мобильные телефоны и другие устройства.

Современную систему Мировой паутины (World Wide Web) считают практическим воплощением проекта Герберта Уэллса по созданию Мирового мозга. Практически реализована и идея Мировой энциклопедии Герберта Уэллса – в виде Википедии, или «Свободной энциклопедии». В составлении статей для нее может участвовать любой человек на планете, но при соблюдении определенных правил и процедур. На начало ноября 2020 года в Википедии было размещено 1 672 тыс. статей на русском языке, 2 495 тыс. – на немецком, 2 262 тыс. – на французском, 1 645 тыс. – на итальянском, 1 637 тыс. – на испанском и т. д. Вне конкуренции оказался английский язык – 6 183 тыс. статей. Но Википедия – не такая уж «свободная» и «объективная» энциклопедия, как ее пытаются представить те, кто стоит за созданием этого мощного глобального информационного ресурса. У нее есть не очень хорошо видимые широкой публике администраторы, которые активно влияют на контент энциклопедии. Страсти вокруг Википедии накаляются, доверие к ней постепенно падает (впрочем, это тема отдельного большого разговора).

Пример с Мировым мозгом показывает, что Герберт Уэллс то ли предвидел контуры будущего, то ли озвучивал далеко идущие планы британской элиты по переустройству мира. Безусловно, нам об этих пророчествах (или планах) надо было знать еще вчера или позавчера. Но, как говорится, «лучше поздно, чем никогда». А для этого иметь на русском языке все книги английского писателя (не только многократно переиздаваемую фантастику). Рассчитываю, что перевод и публикация «Открытого Заговора» – лишь один, скромный шаг, за которым последуют дальнейшие шаги по переводу других интересных и актуальных произведений Герберта Уэллса на русский язык.

В заключение выражаю искреннюю благодарность (свою и моих коллег) Анастасии Крутько, которая сделала перевод книги Герберта Уэллса и безвозмездно передала его в редакцию издательства «Кислород».

В. Ю. Катасонов Председатель Русского экономического общества им. С. Ф. Шарапова, профессор, доктор экономических наук.

Content

Катасонов Валентин Юрьевич Предисловие к книге Герберт Джордж Уэллс