Зиненко Сергей

Изнанка рая

Глава 1

— Так вот как живут те, в ком учитель не видит потенциала? — Евклид вошёл в запыленный дом Нико в Афинах. Тикали старые шварцвальдские часы, сам хозяин дома сидел в кресле и пил чай. Рядом стояла нетронутая бутылка джина, на которую маг то и дело облизывался, но сдерживал себя и не прикасался.

— Сказал тот, кто проводит почти всё время на корабле, охраняя морскую границу, — Нико отхлебнул глоток ароматного самодельного чая и зажмурился от удовольствия, делая вид, что не заметил, как Евклид недовольно сжал желваки.

— Слишком дерзко, как для отброса вроде тебя. Маг шестого ранга старше сорока — мусор, — он обнажил свою клыкастую улыбку, сверкнув желтизной вертикальных зрачков.

— Иди пацанов в парке пугай своими зенками… Хотя, тебе туда лучше не соваться, слишком подозрительно ты выглядишь, того и гляди местные полицию вызовут, увидев, как ты с детьми общаешься.

— И на всё у тебя есть ответ, тогда скажи мне на это, как так получилось, что о твоём ученике — обладателе дурного глаза, не знает учитель. Ты ведь прекрасно знаешь, что его интересуют все одарённые, необычные дети.

— Маг воды четвёртого ранга в семнадцать? Ох, самый одарённый на свете, подумаешь у парня мутация необычная, ты Камиллу вспомни, потом говори, — пускай Нико и не подавал виду, он напрягся. Ничего непоправимого не произошло, но то, что именно Евклид будет магом, который проверит Диармайда на границе — он не ожидал. Вот уж совпало так совпало…

У Евклида зазвонил телефон, тот отошёл поговорить, спустя несколько секунд у Нико и самого раздался звонок. Странно, чего это Трифон звонит в такую рань?

— Это точно, никто не выжил? — севшим голосом спросил Нико. — Спасибо, я… у меня гости, я перезвоню позже.

— Корабль на котором плыл тот парень…

— Я знаю! — не дав договорить прервал Евклида Нико, повысив голос. Он бросил чашку в стену и потянулся к бутылке. Евклид постоял несколько мгновений, но затем, презрительно фыркнув ушёл, не сказав ни слова. Нико закрыл глаза, и убедившись, что незваный гость удалился, отставил джин в сторону.

Вот ещё, чтобы маг воды погиб от атаки морского чудовища. Нико верил в Ди и ни капли не сомневался, что парень выжил. Но сложилось всё замечательно. В кои-то веки Диармайду повезло… что-ж, теперь будущее парня в его собственных руках. Посмотрим, как высоко он сможет взлететь…

Глава 2

Песок ожил и стал подниматься, обретая человеческие черты, деталей становилось всё больше и ожив, статуя обратилась в мужчину. Он был высоким, почти на голову выше Луиджи, в тканной синей одежде, развивающейся под порывами сильного ветра. Медное смуглое лицо было очень необычным, кожа мужчины походила на зернистую наждачную бумагу. Под глазами две татуировки — почти слитная вязь под правым, и ровная линия чего-то похожего на детские символические рисунки под левым глазом. Он сжимал в руке серповидную саблю, отдалённо похожую на топор.

Мужчина заговорил грубым, резким голосом на незнакомом языке.

— Вы говорите на греческом, — спросила Мелисса.

— Греки? — незнакомец заговорил на греческом, с отчётливой ноткой иностранного акцента, достаточной чтобы придать чужеземный колорит, но недостаточной, чтобы исковеркать слова до их полной неразличимости.

— Дня два назад на судно, плывущее из Афин в Александрию, напал изменённый монстр. Мы выжили потому, что прыгнули за борт и вплавь добрались до берега.

— Слёзы Ра! Ещё один морской гад… — в сердцах выругался мужчина.

— Скажи мне кто, что тройка недоучек из Европы сможет убежать от Рималь Альбакур Акмари, я бы ему в глотку песка натолкал по самые зубы.

— Это как я понимаю вот та штука? — Луиджи указал на надвигающуюся на них песчаную стену, иногда озаряемую красными всполохами молний.

Армия внизу бархана закрылась воздушным куполом, походившим на марево, приглядевшись его можно было отчётливо различить. Из надвигающейся песчаной стены выбежала свора шакалов, изменённых магией. Они разнились цветом светящихся глаз, шкуры и габаритами, но все были изменёнными. Когда шакалы добежали до области поражения магов, в воздушном щите появились бреши, пропускающие магические снаряды. Ледяные копья, огненные шары, всполохи молний градом осыпались на животных. Собачий скулёж и вой звоном отдавались в голове.

Мужчина стоял на вершине бархана, заложив руки за спину и смотрел куда-то в высоту песчаной бури, туда, где то и дело раздавались громом красные молнии. Битвы для него словно не существовало.

Он что-то тихо сказал на родном языке, размял пальцы левой руки в привычном, отработанном до автоматизма плавном жесте и провёл ладонью по воздуху, словно сметая крошки с невидимого стола. Вслед за его рукой по пустынной долине прокатилась песчаная лавина, погребающая под собой тварей.

На краю песчаной стены показался чей-то монструозный силуэт. Когда он приблизился к видимой границе, прозвучал клекот, заставивший Диармайда закрыть уши ладонями. Птица, вылетевшая из недр песчаных облаков, поражала своими размерами, казалось, что она способна закрыть собой солнце. Она походила на орла с яркими синими глазами, вокруг которых полыхали красные разряды, её жёлтые перья переливались, словно отлитые из золота, а клюв сверкал как отполированный оникс. Когда птица раскрыла его, вместе с клёкотом из неё вырвалась красная молния.

Маг привычным жестом хлопнул себя по бедрам, словно отряхивая ладони от пыли, и медленно стал поднимать руки к верху. С песка восстала их точная копия, песчаные руки не уступали размерами птице. Растопырив пальцы, они потянулись к монстру, но птица оказалась проворной и взмахнув своими колоссальными крыльями взлетела выше. Маг просчитал ход событий и в том месте, куда она отлетела, на неё обрушился град из игл, созданных из поднятого ветром в воздух песка. Прозвучал ещё один громкий клёкот, росчерк молнии оплавил песок вместе с шеренгой стоявших на нём воинов.

Диармайд сделал шаг вперёд. Он как заворожённый смотрел на невероятную силу мага. Это была она, мощь к которой парень неосознанно тянулся с тех пор, как был заперт в карцере на скотобойне. Такая разрушительная… такая прекрасная. Разве один человек способен обладать таким могуществом? Диармайд просто не мог поверить в количество маны, которой управлял маг. Просто находиться рядом с ним было тяжело, это напомнило тот день, когда Нико показал ему город в центре магической аномалии.

Птица превратилась в росчерк красной молнии и спикировала к армии, но не долетела, столкнувшись с ожившей песчаной стеной. Полыхнула красная вспышка, стена оплавилась, медленно остывая и превращаясь в стекло. Маг рывком поднял руку, словно художник нанёсший штрих на невидимой картине, и вслед из земли вырос шип, пронзивший птицу. Брызнула кровь, издающая характерный треск. Тварь закричала и захлопала крыльями, поднимаясь как можно выше в небо. Песок последовал за ней, но птица, пускай и раненая, передвигалась слишком быстро. Она улетела, растворившись в облаках.

Армия к этому времени уже добивала уцелевших после песчаной волны монстров. Маг что-то выкрикнул на родном языке, явно матерное. Он принялся снимать с руки оплавившийся браслет, инкрустированные кристаллы дымились и рассыпались в прах прямо на глазах, от них во все стороны разлетались коричневые искры. На руке блестел свежий ожог, но маг словно не замечал его. Он поднял двумя пальцами деформированный браслет.

— За мной, — бросил он, сорвавшись на бег, троица последовала за ним. Бежать было очень неудобно, босые ноги Диармайда утопали в зыбком песке, теряя опору.

Разговоры перемежались с криками и стонами раненых, повсюду царил хаос и сумятица. Все солдаты этой армии были магами, по крайней мере те, которых успел разглядеть Диармайд. От обилия областей контроля рябило в глазах. Парень посмотрел на небо, ожидая увидеть громадный купол мага земли, но не увидел ничего, совсем, только запыленное небо, наполненное крупицами не осевшего после бури песка.

Они остановились у летательного аппарата продолговатой формы, повисшего над землёй в нескольких сантиметрах. Корпус, сделанный из чёрного металла, покрывали светящиеся узоры, от него исходило непрерывное гудение, вызывающее вибрации. Когда кто-то говорил рядом с аппаратом, его голос искажался и казался вибрирующим, не человеческим.

Маг положил руку на борт, дверь ожила и отъехала в сторону, Диармайду изначально показалось, что на корпусе нет никаких швов и стыков, словно борт корабля сделан из монолитного куска металла. Сам аппарат был продолговатой формы, напоминающей пулю.

— Оденься, — маг бросил Диармайду лёгкие просторные штаны из синей ткани.

— Спасибо, — Диармайд поспешил привести себя в надлежащий вид. Любопытные взгляды окружающих доставляли дискомфорт…

— Свалились вы на мою голову… — вздохнул он и принялся дёргать себя за бороду.

— Вы не подумайте, он только по пустыне без штанов ходит, хобби у него такое… Так-то Ди вполне нормальный парень, иногда, временами…

Мужчина встрепенулся, посмотрев на Лу так, словно впервые его увидел.

— Амен, — протянул он руку.

— Луиджи, но лучше просто Лу.

— Ди, — ладонь Амена была грубой и шершавой на ощупь, словно это не человеческая кожа, а дублёная акулья шкура или наждачная бумага.

— Проблема в том, что попади вы в Александрию, как полагается, первым делом попали бы в отделение внешней разведки, где вам провели бы допрос. Это стандартная процедура, на случай если вы окажетесь диверсантами. Но я, как и армия, после сражения направляемся в столицу — Уасет. Вам придётся сначала поехать со мной и пройти допрос там и только после этого вы сможете отправиться в Александрию…

— Эм, нам в общем-то и не важно куда ехать, Уасет или Александрия, для меня не имеет никакого значения. Учитель вообще рекомендовал подумать о поступлении в Уасетскую Академию Магии.

— Сколько тебе лет? — стал присматриваться к Диармайду Амен.

— Этим летом исполнится восемнадцать.

— По возрасту проходишь. Ждите здесь, — он стоял на месте, хлоп, и тело Амана развеялась словно сдутая ветром песчаная горка.

— Ты бы видел своё лицо, когда Амен начал колдовать, — издал смешок Луиджи. — Я думал ты словишь оргазм прямо на месте.

— Лу! — шикнул на него Диармайд.

— Чего, разве ты впервые видишь сильного мага, вспомни как колдует Нико.

— А ты сравни их силы, думаешь Нико смог бы справиться с Аменом?

— Ну… нет, и так понятно, что этот мужик сильнее, — Луиджи глянул на Мелиссу.

— Чего хмуришься?

— Шовинист хренов! — выругалась девушка, — он даже имени моего не спросил, словно я мебель какая-то!

— Эм… — Диармайд и Луиджи переглянулись.

— Думаю из тебя получится очень симпатичный манекен, — Луиджи сделал вид, что оценивает её, он только чудом смог увернуться от размашистой пощёчины.

— А я думаю, что из тебя получится очень уродливое чучело, давай проверим? — огрызнулась девушка. Диармайд никак не мог её понять. То она ведёт себя как умная и рассудительная девушка, то ведётся на подколки Луиджи как ребёнок. Странное сочетание личности.

— Что с ним? — успокоив гнев спросила Мелисса, заметив, как Диармайд вертит головой стараясь рассмотреть всё и сразу.

— О, тут всё очевидно. Ди дал волю своему самому потаённому фетишу, видишь ли — этот парень настоящий магоманьяк. Его интересует всё связано с данной темой. Ди готов доводить свой организм до изнеможения, если на кону стоит хотя-бы крупица информации о магии. Полагаю сейчас, оказавшись в такой обстановке, он едва себя сдерживает.

— Всё настолько плохо?

— Как-то раз он провёл в библиотеке клана неделю, почти безвылазно. Отрубался над книгой, просыпался и тут же принимался читать. Если бы не я, он наверняка бы сдох с голоду, потому что потребности своего организма парню были тогда просто до одного места. Поверь, ты даже не представляешь каким фанатиком он является.

— Что бы ты понимал Лу, — Диармайд продолжал вертеть головой, пытаясь разглядеть как можно больше. Луиджи, конечно, был прав, парню и вправду сейчас сложно было взять под контроль своё любопытство. — Я только сейчас начал осознавать, насколько мелочны были масштабы, в которых я мыслил. Магия — это куда больше, чем я мог вообразить.

— Воображать ты можешь что угодно, я бы на твоём месте воображал деньги, на которые мы сейчас будем жить… Но я очень тебя прошу, помни что мы в чужой стране, о которой практически ничего не знаем, ни их законов, ни обычаев. Пожалуйста, прежде чем совершить какую-то глупость — думай.

— Это ты тут ведёшь себя как комик на сцене. Рано или поздно я найду в канаве твой осквернённый, поруганный труп и скажу что-то вроде: «Так и было» или «он сам к этому стремился». Твои идиотские попытки шутить наталкивают именно на такие выводы.

— Это я чтобы выглядеть глупее, чем есть на самом деле, не забивай себе голову, тебе об этом беспокоиться не стоит, у тебя прекрасные врождённые данные. Давай, колись, чего такого особенного ты успел рассмотреть?

— Все маги в армии не ниже четвёртого ранга, большинство представители основных стихий, среди них самые редкие — маги земли. Их выучка и тактика доведена до совершенства настолько, что даже маги противоположных стихий никак не мешают друг другу. Я не заметил никаких переговорных устройств или наушников, это значит, они или очень хорошо натренированы, или связываются как-то иначе, огнестрельного оружия в армии почти нет. Но любопытнее всего, пожалуй, то, что они приручили изменённых животных. Я о подобном не слышал в ни в Греции, ни где-либо ещё.

На самом деле Диармайда больше всего беспокоило то, что он не видел области контроля выше пятого ранга, совсем. А ведь он и области контроля Мелиссы не видел.

— Вы наблюдательны, — из земли вытянулась песчаная горка, превратившаяся в Амена.

— Залезайте в сутех, — указал на летательный аппарат Амен.

Внутри всё было очень странным. Металлический корпус изнутри издавал голубоватый свет, передняя часть кабины оказалась затемнённым стеклом, хотя снаружи казалась цельным металлическим корпусом. Само судно вмещало шесть человек, мягкие кресла, походившие на наискосок разрубленную яичную скорлупу, изнутри были оббиты мягким материалом. Когда Диармайд сел, ремни сами пристегнули его к креслу. Место пилота было перед покрытой позолотой пластиной. Как только Амен сел, над ней возникли белые голографические проекции, они были настолько чёткими, что казались осязаемыми.

Сутех, как назвал его Амен, завибрировал ещё сильнее, маг дотронулся до голограммы справа, и вибрация прекратилась, а аппарат взлетел над пустыней. Сутех очень быстро набирал высоту, не было ни тряски, ни каких-то других признаков движения, они словно левитировали в невесомости. Через окно можно было рассмотреть мелькающие песчаные дюны, слева, почти в самом углу окна, виднелись покатые волны, тянущиеся к суше.

Амен не утихал всю дорогу, он общался с кем-то на родном языке, голос доносился из динамиков, спрятанных где-то в недрах приборной пластины.

Чем ближе они подлетали к городу, тем более зелёной казалась местность. Появлялись деревья, кустарники и кактусы. Переход пустыни в обжитую местность был на удивление чётким. Щёлк, и песчаные дюны сменились каменистой жёлтой почвой с редкими скалами. Деревни были приземистыми, не высокими, без обильной многоэтажной застройки. Интересно чем крестьяне занимаются в этой бесплодной местности и как они спасаются от изменённых?

Уасет предстал перед Диармайдом в полдень, когда солнце поглощало все тени, оставляя только их крохотные огрызки. Стены, сделанные из жёлтого отполированного камня, возвышались над городом. Он казался нереальным, словно талантливый художник нарисовал на холсте идеальное воплощение города его мечты. Парящие над ним сутехи создавали некое подобие аэродорог над городом, они отличались также, как машины колесящие по улицам Европы разнились друг от друга. На самом деле их было немного, но непривыкшему к виду подобного транспорта Диармайду казалось, что ими занято всё небо. Перед городскими стенами растёкся квартал с небогатой, плотной застройкой, крохотные домики отчаянно жались друг к другу, город за стеной разительно отличался. Внизу, по обычным асфальтированным улицам, ехали вполне привычные машины, разве-что незнакомых марок.

Ничего подобного Диармайд не мог даже вообразить. Над городом парили животные и машины, на дорогах ехали автомобили. Улицы казались зелёным раем несмотря на то, что в нескольких часах лёта от города раскинулась каменистая пустынная местность с редкой растительностью. Обилием зелени могли похвастаться только территории, прилегающие к полноводной спокойной реке. На полях неустанно работали землепашцы, собирая богатый урожай. Парки и скверы пестрели яркими красками цветов и листьев южных растений.

Но по-настоящему поражала воображение архитектура — статуи и величественные храмы возвышались над городом словно колоссы. Исполины из отполированного чёрного камня покрывались позолотой и красками, шпили многочисленных башен как колосья высились над невысоким, по сравнению с европейскими аналогами, городом.

— Уасет — жемчужина нашей страны, — с отчётливым оттенком гордости сказал Амен. — Здесь же располагаются холлы большинства благородных семей и, разумеется, Уасетская Магическая Академия.

Амен показал на потонувший в густым тумане остров, расположившийся посреди реки, к нему тянулись два широких моста, соединяющие левобережную и правобережную части города. Правобережный Уасет казался более зажиточным, именно здесь располагался дворец и храмовая площадь.

Площадь, на которой приземлился Амен, встретила гулом неразличимых голосов. Люди в непривычных лёгких одеждах укрывались от полуденного солнца под тканевыми навесами. Население было в основном смуглым, реже темнокожим. Диармайд сразу обратил внимание на обилие людей, носящих головные уборы в виде звериных голов.

— Ты тут будешь выделяться, — толкнул локтем Диармайда Луиджи. Его белая, как лист бумаги, кожа и вправду выделялась на фоне смуглых и темнокожих местных жителей, словно альбинос в звериной стае.

Амен повёл их к непримечательному трёхэтажному зданию, на табличке, на крючковатом языке, похожем на кривую линию с множеством точек и чёрточек над ней, был выбит герб: перо скрещённое с пальмовым листом, а над ними находился жезл, с навершием в виде звериной морды с вытянутыми ушами.

— Прежде чем мы войдём, я дам вам совет: здешнее общество очень сильно отличается от того, к которому вы привыкли. И если вам доведётся столкнуться с благородным кланом или жрецами — лучше проглотить обиду, чем жалеть о совершённой ошибке всю оставшуюся жизнь.

Глава 3

Могут меняться континенты, страны и города — но человеческие страхи остаются неизменными, об этом кричала комната для допросов, в которой сейчас сидел Диармайд. Он не боялся. Заметив сходство с теорией допросов, которую он изучал, пришлось приложить усилия, чтобы сдержать смешок.

В комнате было всего три человека — Диармайд и пара дознавателей. Чернокожий мужчина постарше, то и дело поправлял рукава своего пиджака, бросая короткие взгляды на своего молодого коллегу. Его напарник — выжидал. Он держался уверенно и не сводил взгляда с допрашиваемого, изучая Диармайда, словно пытался прочесть его мысли, прежде чем приступать к допросу. Он был смуглым и худым как жердь, на которую зачем-то натянули человеческую кожу, дорогой костюм висел словно на манекене, подчёркивая острые плечи.

В подвале, куда его завели после того, как Амен передал парня — было значительно прохладнее чем наверху. Диармайд старался сильно не пялиться на мужчин, обстановка была очень напряжённой.

Прошло десять минут, пятнадцать… когда Диармайд на двадцатой минуте устал в уме считать время, открылась дверь допросной. Вошла девушка в сопровождении пары рослых мужчин. Она была очень приметной. Незнакомка, как ёлка была обвешана украшениями, свободное красное платье больше демонстрировало тело, чем скрывало его.

Они заговорили на родном языке. К девушке обращались с фальшивым уважением, Диармайд отметил пренебрежительный взгляд молодого мужчины, он смотрел на посетительницу с холодом и презрением.

— С какой целью вы приехали в Египет? — томным, приятным голосом спросила девушка, подошедшая близко к Диармайду. От неё пахло приторными духами с цветочным оттенком. Диармайд сморщил нос, сильный запах ему не понравился. Он не сразу обратил внимание на золотой браслет на её шее, больше походивший на красивый ошейник. Белый камень на её «ошейнике» засиял и Диармайд почувствовал неутолимое желание сказать правду. Оно было значительно сильнее, чем давление, испытанное при разговоре с Джакобэ Медичи.

Диармайд неосознанно начал сопротивляться, это был инстинктивный порыв, но, когда он осознал, что делает — было уже поздно. Девушка отскочила от него, как от чего-то опасного, её тут-же заслонили пришедшие с ней сопровождающие. Ситуация в комнате накалилась. Диармайд увидел перед глазами ледяной шип. Всё остановил выкрик молодого.

— Я не специально. Прошу прощения, я действовал инстинктивно! — нужно же было что-то сказать, пока ледяная игла рядом с лицом Ди не проделала лишнее отверстие в его голове.

— Дурной глаз, да? Этого я не ожидал… — молодой дознаватель заговорил на греческом, с отчётливым акцентом, почти как у Амена. Диармайд увидел, как его тонкие губы скривились в брезгливой улыбке.

— Принесите ожерелье, — повелел своему коллеге «жердь», как окрестил его Диармайд. Мужчина как по команде подскочил и выбежал с кабинета, едва не сбив девушку с ног. Диармайд остался наедине с дознавателем.

— Маг разума? Я думал их убивают, как только находят, — наверное лучше было сейчас молчать… но любопытство всегда было самой сильной чертой Диармайда, не редко подавляющей даже инстинкт самосохранения.

— Не совсем, — уголки губ Жерди дёрнулись, намечая мимолётную улыбку, — когда она перестанет быть полезной, или станет сильнее хотя бы на ранг — мы удалим кристалл и она станет обычным адептом.

Данная тема доставляла дознавателю удовольствие, его презрение к магу разума было слишком очевидным.

— Обратили внимание на охранников? Их первостепенная задача не охрана девушки — а её казнь, в случае если она применит магию без разрешения. Её ошейник не даст возможности скрыть факт применения сил, — блеснул голубым цветом глаз Жердь: он был мягким, светлым, выдавая в нём мага воздуха, значит магию воды применил его компаньон.

Коллега дознавателя, покрытый испариной, вернулся в допросную, он поспешил нацепить на Диармайда ожерелье из прямоугольных пластин, покрытых иероглифами. Слабое свечение говорило о том, что это был артефакт. Мужчина одел ожерелье на шею допрашиваемого, поправив его так, чтобы каждая пластина соприкасалась с кожей. Холодный металл прилип как магнит, озноб от соприкосновения расходился по телу и был неприятным.

— Использование «Ожерелья Правды» может иметь негативные последствия, но выбора у нас нет. Ваши глаза дают вам устойчивость ко всякому внушению.

Сознание помутилось, головная боль была просто невероятной, к горлу подступил комок, Диармайда вырвало на пол.

— Цель вашего визита в Египет…

Допрос был долгим, изнурительным и тяжёлым. Диармайд словно находился в бреду, короткими фразами отвечая на все вопросы Жерди. Он не спешил, говорил ровным тоном, уточнял детали, а когда Диармайд медлил допытывался до правды.

— Чего вы хотите добиться, приехав в Египет? — делая пометки в записной книжке спросил Жердь.

— Сила, я хочу стать сильнее, — слабым вялым голосом ответил парень. Его шатало из стороны в сторону, словно лист, движимый каждым дуновением ветра.

— Зачем вам эта сила?

— Я хочу уничтожить всех, кто причастен к моим страданиям. Я хочу уничтожить их самих, их семьи, близких и знакомых. Я хочу убить их всех.

— Граждане Египта как-либо причастны к этому?

— Нет.

Вопросы шли один за другим, как нескончаемая вереница пыточных приёмов. Диармайд уже начинал терять себя, словно саму его суть по крупицам вытягивали из него. Когда молчаливый, нервный коллега Жерди снял ожерелье — наступило желанное облегчение. Парень приходил в себя постепенно, неспешно.

— Допрос закончен, — Диармайд готов был поклясться — что Жердь сожалел об этом, — но, прежде чем я вас отпущу — хочу сделать предложение. Так вы не озвучили никаких вменяемых планов на будущее — я хочу предложить вам присоединиться к моему роду, в качестве слуги. Кароан — могущественный старинный род, служить нам — честь. Мы возьмём на себя оплату за обучение в академии и назначим достойное вашему потенциалу жалование.

— Благодарю, но я откажусь, — тяжело дыша ответил Диармайд. Жердь плотно сжал губы и нахмурился.

— Я настоятельно рекомендую подумать над моим предложением. Обучение в магической академии стоит дорого, а обучаться там как простолюдин, без покровителя — опрометчивое решение.

— Благодарю за ваше предложение, но я всё же откажусь. — Диармайд был непреклонен. Меньше всего он хотел служить кому-то.

— Вы можете идти, — сделал несколько пометок у себя в записной книжке Жердь, мужчина так и не представился.

Луиджи ждал в холле, картина лежала рядом с ним, на лавочке. Он выглядел значительно лучше Диармайда, с большим трудом переставляющего ноги. Лу подскочил к Ди и помог тому сесть.

— Что с тобой? — встревожено спросил он.

— Что-то такое я и подозревал… Мои глаза дают мне сопротивление внушению, потому для моего допроса использовали артефакт. Последствия его применения очень неприятные.

Диармайд потянулся к картине и со страдальческим лицом поднялся с лавочки.

— Ты куда, посиди, еле на ногах стоишь! — засуетился Луиджи.

— Я хочу на свежий воздух, пошли, — Луиджи помог Диармайду устоять на ногах и подставив плечо, вывел его на улицу. Далеко уйти не получилось, они прошли несколько метров и сели на ближайшей каменной лавочке, нагретой лучами заходящего солнца. Диармайду полегчало, солнце приятно грело кожу выгоняя из его тела болезненный холод, слабый ветер гонял тёплый воздух, колыша пальмовые листья над головой.

— Где Мелисса? — наконец заговорил Диармайд. Он только сейчас заметил отсутствие девушки.

— Она ушла, просила передать на прощание — что таких редкостных придурков как мы ещё не встречала и, если выпадет случай, предложила поужинать где-то…

— Она сказала куда ушла? — к ноге Диармайда подкрался кот и начал тереться об неё, он наклонился и почесал мурчащее чудо за ухом. На площади было очень много котов, они совсем не боялись людей.

— Нет… — ответил Луиджи.

* * *

Амен шёл по просторным коридорам дворца, полумрак помещений разгоняли вездесущие свечи, из-за них тут стоял отчётливый запах воска. Редкая прислуга, при виде сильнейшего из Меджаев — старалась побыстрее куда-то уйти.

— Мой Фараон, — склонился в поклоне Амен у ступенек пьедестала, на котором возвышался трон.

— Амен, — сказал мужчина. На вид ему было не больше тридцати, но мудрые глаза с ярко-жёлтой радужкой говорили совсем иное. Он был крепким, рослым, с медной, почти красной кожей, исполосованной золотыми линиями, словно по венам у него текла не кровь, а раскалённое золото. На бритой голове фараон носил парик, сделанный из его собственных чёрных волос, длинные пряди тянули вниз золотые украшения.

— Как всё прошло?

Амен вместо ответа достал изувеченный артефакт, на котором отдавали свои последние искры догорающие кристаллы земли.

— Почему вы меня не остановили? — в голосе Амена не было ни упрёка, ни претензий, только слепая покорность. Он не роптал, только хотел знать причину решений своего господина.

— Мне было любопытно узнать силу Сына Гора, только и всего, — фараон улыбнулся, показав ряд идеально ровных, белых зубов.

— Вы ведь можете его убить, я не понимаю, почему?

— Он очень удобен. Тварь приходит из пустыни регулярно, опустошит несколько деревень, пожрёт простолюдинов и исчезнет. Она напоминает людям кто истинные хозяева этого мира и нам не приходится беспокоиться из-за восстаний или революционеров, ну, из-за их большей части. Век людей так краток, очень удобно, когда их страх переходит от одного поколения другому, вместе с тем передавая и благодарность тем, кто их защищает от источника этого страха.

У одной из служанок заиграла мелодия звонка на мобильном телефоне. Фараон улыбнулся, поднял Скипетр Уас: выточенный из цельного куска бирюзы с вставками из золота. Глаза скипетра, сделанные из кристаллов, переливающихся всеми цветами радуги, загорелись, налившись светом и испустили луч. Он оставил от служанки только горку пепла и обугленные, дымящиеся ноги, стена за ней оплавилась. Прислуга засуетилась, кто-то побежал из зала, но их остановили Меджаи в традиционной, изготовленной по старинным образцам броне, с хопешами на поясах, приказывая вернуться к исполнению своих обязанностей.

— Новенькая? — кивнул на всё ещё дымящиеся ноги Амен.

— В наше время так трудно найти пристойную прислугу… — немного грустно сказал Фараон. — Разве так трудно соблюдать оговоренные условия?

— Сын Ра нужен как кнут, непрерывно напоминающий червям — где их место. Тебе удалось узнать причину возникновения песчаной бури?

— Нет, — отрицательно замахал головой Амен, до сих пор стоявший перед фараоном на коленях. — С уверенностью могу сказать — что это какой-то монстр, но ни его самого, ни следов его присутствия я не обнаружил. Сенсоры тоже молчат…

— Любопытно… — фараон по привычке принялся поглаживать шакалью голову на скипетре.

— Ты можешь быть свободен Амен.

* * *

— Эй принц, иди отнеси эти балки к фундаменту!

Диармайд вытер своё лицо от пыли и принялся за работу. Время едва перевалило за полдень, рекордная жара безжалостно издевалась над людьми, казалось, что при такой температуре даже асфальт начинает плавиться.

Парень без труда взял тяжёлые балки и аккуратно понёс их к указанному месту. Маги — высшие существа. Именно так принято считать в Египте. Ни для кого не секрет, что настоящими хозяевами жизни в Уасете, как и во всей стране — являются именно маги. Как вы думаете, какое отношение у обычных, честных рабочих будет к магу, который не зная языка, припёрся работать на стройку. В первый же день Диармайда окрестили «Принцем», и поручали самую тяжёлую и изнурительную работу. Он, конечно же, без труда с ней справлялся. Чего стоит магу четвертого ранга, способного пробивать ударом кулака кирпичную стену, поднять деревянный брус. Луиджи тоже тут подрабатывал, но основная доля неприязни рабочих была направлена именно на Диармайда. Не было никаких открытых оскорблений или угроз, но такие вещи чувствуются. Работяги были сотрудниками компании, принадлежащей дворянскому роду, потому они считали, что вредить им парень не станет. Они вымещали злобу и обиду на мага, по какой-то нелепой прихоти судьбы оказавшемуся рядом с ними.

Прозвучал гудок. Все прекратили работать.

— Парни, сегодня слишком жарко, заканчиваем. Ахмед вон едва на ногах стоит, — забрался на строительные блоки прораб. — Завтра чтоб были с самого утра, иначе рискуем не уложиться в сроки, а это чревато последствиями. Сами знаете — благородные ненавидят, когда что-то идёт не по плану.

— Эй, принц, закрой тут всё и доноси балки, тебе-то жара нипочём, — Диармайд продолжил работать. Честно зарабатывать деньги такая морока…

Он уже научился сносно говорить на арабском. Странно, почему в Египте все говорят на арабском? За пять месяцев выучить основы языка Диармайду было не сложно, он использовал для этого словари и самоучители приобретённые в книжном.

Парень пошёл домой не переодеваясь, в запыленной, покрытой разводами краски и грязи одежде. Улицы трущоб были необычно тихими, только редкие прохожие рисковали выходить на улицу в такую жару. Диармайд шёл по узким улочкам, читая надписи на вывесках магазинов. Все они были написаны на двух языках — арабском и древнеегипетском. Он как-то услышал на стройке, что это прописано в законодательстве, хотя на древнеегипетском могут читать только знатные маги, и то не все. Владельцы магазинов в трущобах, бунтовали по-своему, или специально делая ошибки в надписях, или делая их мелкими или почти не различимыми.

Он жил с Лу в маленькой хибаре, почти на самой окраине трущоб. Две маленьких комнаты, одна из которых была проходной, крохотная кухонька и туалет стоили двести утенов в месяц. На стройке Диармайд зарабатывать пятьсот, но большая часть уходила на книги. Лу тоже пытался учить язык, только у него это получалось значительно медленнее. Входную дверь они почти никогда не закрывали, хлипкая, почти сгнившая древесина никого бы не сдержала.

Луиджи навис над какой-то девушкой, она громко стонала, вцепившись в спинку кровати. Когда Диармайд проходил в свою комнату — Лу застыл.

— Не обращайте на меня внимания, — сказал Диармайд. Теперь понятно почему Лу решил сегодня не идти на работу…

* * *

— Скажи как ты, способный с трудом связать пару слов на арабском, смог затащить девушку в этот клоповник? — Диармайд отложил словарь, когда Лу вошёл в его комнату.

— Ну, я красавчик! Соблазнить любую девушку для меня — плёвое дело, — вздёрнул нос Луиджи.

— Она проститутка, да? — издал смешок Ди.

— Да…

— Слушай, я понимаю, что у нас мало денег, но у меня есть потребности. Я не монах, как ты, и не могу только работать и учиться. Чёрт, мы бы уже давно собрали нужную сумму на твоё обучение, если бы ты не заартачился и не настаивал на честной работе! — Лу поднимал эту тему как минимум раз в неделю, Диармайд так устал выслушивать его жалобы, но сегодня, уже не было причин спорить с ним.

— Лу, все делают ошибки, но только глупые люди делают одну и ту же ошибку снова и снова. Я уже однажды посчитал себя самым умным и какой итог? Если бы не Нико, я или бы был разобран на органы, или служил бы Адамиди.

— Да, да… ты снова скажешь, что мы живём долго и спешить некуда… Но ты не забыл, что маги могут поступить в университет только до двадцати лет. Двести тысяч утенов на стройке за год мы не заработаем!

— А я и не собираюсь. Прежде чем искать что-то стоящее, нужно было выучить язык и разузнать порядки этой страны.

— И долго ты ещё собираешься учиться? Какой это словарь ты зубришь по счёту — третий?

— Пятый, но это к делу не относится. Завтра нам уже не нужно будет возвращаться на стройку, с утра мы идём в Гильдию Свободных Охотников, денег для начального взноса нам хватает. Пришло время делать то, что я умею лучше всего — убивать.

Глава 4

Ключевым словом в Гильдии Свободных Охотников — было «Свободных». Все её члены вынуждены платить огромные налоги, но они имели право охотиться в диких землях и продавать добытое на аукционе. Когда Диармайд узнал, что охотники вынуждены отдавать семьдесят процентов заработанного, у него просто не было слов… Но раз маги продолжают рисковать своими жизнями и охотиться, наверное оно того стоит.

— И всё равно, меня это бесит! — упёрто заявил Луиджи, когда они шли по выметенным до идеальной чистоты улицах. Прогулки по центральному Уасету создавали чувство, что ты гуляешь по реконструированной тематической ярмарке размером с город. Диармайд собирался купить учебник по истории, но как-то руки до него просто не доходили. Сегодня он собирался это упущение исправить.

— Думаешь мне хочется платить такие налоги? Ты замечал за мной альтруистические начала? — благодаря общению с Луиджи, за последнее время, Диармайд укрепил свою невероятную устойчивость к жалобам и нытью. Если бы он прекратил отвечать на реплики Лу, разговор тут же затих бы, но парню нравились их перепалки.

— Слушай, раз мы скоро увеличим наши доходы, может сходим после гильдии в бар? — в его глазах было столько надежды, словно у ребёнка ждущего своего дня рождения.

— Мне нужно зайти в книжный магазин и купить учебник по истории.

Луиджи тяжело вздохнул, закатив глаза:

— Ну да, куда же нам ещё тратить деньги… Может ты, как все нормальные люди, на телефоне всё прочтёшь. Интернет тут есть, не понимаю зачем тратить столько денег на макулатуру…

— Не люблю читать в интернете, от обилия рекламы рябит в глазах. Реклама с предложениями рабов и зелий для увеличения пениса меня достала, — местный интернет и вправду бесил Диармайда, он заставлял его испытывать почти физическую боль. Едва парень кликал на какую-то статью, как сразу же открывалось множество страниц сторонних ресурсов.

— Так может это намёк! — выкрикнул Луиджи и хлопнул себя по лбу. — Так вот почему ты к девушкам никакого внимания не проявляешь! Не волнуйся Ди, мы заработаем много денег и обязательно купим то вожделенное зелье!

— Ты закончил обезьянничать? — Луиджи пожал плечами с самым невинным выражением лица.

— Чёрт, у меня снова сломался телефон… а продавец заверял, что он водонепроницаемый. Четыреста утенов в утиль.

— Трудно быть магом воды… — вздохнул Лу.

Они свернули с центральной пешеходной улицы, с широкими аллеями и обилием зелени, на дорогу к мосту, находившемуся чуть ниже по течению Нила чем мост, ведущий к академии магов. Жаль, но за несколько месяцев Диармайду так и не удалось её увидеть. Зайти на мост ведущий к ней могут только студенты или преподаватели.

Уасет был довольно компактным городом. Человек без труда мог пройти от одного конца до другого за час. Если верить информации, добытой из не самых проверенных источников — самым населённым городом страны считалась Александрия. Она же и являлась центральным портом, где находятся все основные компании и предприятия. Уасет столицей был только номинально.

— Как тебе удалось так быстро выучить язык? — спросил Лу, после того как Диармайд разузнал дорогу у стражника. Униформа у них была приметной: доспехи похожие на те, что носила стража в древности.

— Я может и не самый мудрый человек, мои ошибки это очень хорошо демонстрируют, но информацию я запоминаю очень хорошо. А может дело в том, что в отличие от тебя я действительно, — выделил это слово Диармайд, — учил арабский.

— Эй, вот не надо выпендриваться, я тоже, между прочим, неплохо научился говорить на арабском!

— Окей, — Диармайд остановился, — дай мне свой телефон, давай-давай, и иди спроси у прохожих, как добраться до гильдии охотников. Если справишься — я извинюсь и после регистрации мы сразу пойдём в бар.

— Ла-а-а-дно, — Лу с неохотой протянул своей телефон, — соврёшь, я найду как отомстить, ты меня знаешь.

Сначала Луиджи отвёл Диармайда к левобережным городским вратам, это даже не рядом с гильдией, потом случайно вывел на овощной рынок. Запах тут стоял очень приятный, южные фрукты и овощи имели очень сильный, аппетитный аромат. А когда Лу завёл Диармайда на рыбный рынок, он сдался. Вонь тут стояла такая, что человек со слабым желудком рисковал вывалить свой обед на мостовую.

— Сдаюсь, — поник Луиджи. Диармайд протянул ему телефон.

— Эй! — крикнул он, — телефон сломан. Ди, ты серьёзно, он пробыл у тебя всего-то минут сорок! Меня ничего не волнует, замену мы покупаем за твои деньги. Господи, я свою технику тебе больше не доверю, ни под каким предлогом. Ты уже мой третий телефон ломаешь!

Диармайд чувствовал себя виноватым, но что он мог поделать?!

— И мы после гильдии идём в бар, и только попробуй мне что-то сказать! — угрожающе сузил глаза Луиджи, видя, что Диармайд уже собирался ему возразить.

Диармайд без труда, благодаря подсказкам прохожих, нашёл нужное здание. От дороги его отделяла полоска пожухлого газона. Построенное из жёлтого камня здание, как и почти все постройки в городе, опёрлось о городскую стену, укрывающую длинной тенью улицу. В просторном холле, за столом, сидела привлекательная девушка. Стройная фигура, свободная блузка, расстёгнутая на три пуговицы, открывала вид на притягательную грудь. Её соломенные волосы были стянуты в неряшливый хвост. При виде девушки Луиджи тут-же выпрямил спину, расправив плечи. Он за долю секунды успел оценить все достоинства девушки, тут-же отметив её для себя как «интересует».

— Здравствуйте, — поздоровалась она на арабском. Смуглая девушка прекратила печатать, когда они подошли к ней.

— Добрый день, — ответил Диармайд. Его ломаную, запинающуюся речь можно было различить только приложив усилия, но этого было достаточно, чтобы наконец приступить к активным действиям.

— Я бы хотел зарегистрироваться как охотник, — Луиджи стоял в стороне усиленно стараясь смотреть куда угодно, только не на девушку.

— Начальный взнос — три тысячи утенов за человека. После оплаты взноса — вы будете вынуждены в течении месяца принести реагентов или кристаллов, на сумму не меньше пятидесяти тысяч. В случае невыполнения данного условия — взнос не возвращается. Продавать алхимические реагенты или кристаллы вы имеете право только после вступления в гильдию. Сумма, полученная за продажу реагентов, добытых до вступления, взымается на нужды Гильдии Свободных Охотников.

Диармайд положил на стол три красно-белых купюры с изображением бога Ра, человека с головой сокола, каждая номиналом в тысячу утенов. Следом на столе оказался его новенький египетский паспорт. Там Диармайд значился под своим настоящим именем. Как-то странно было читать его на бумаге. На обложке паспорта оттеснены вездесущий скипетр с шакальей головой и Анкх: похожий на крест символ, только вместо верхней черточки у него была петля.

— Испытательный срок назначен до полуночи семнадцатого мая. Если вы сдадите реагенты или кристаллы в хранилище гильдии, но не наберёте нужную сумму — они перейдут в собственность Гильдии Свободных Охотников.

— Как всё прошло? — спросил Луиджи, когда Диармайд забрал чек и потащил друга к выходу.

— В основном она рассказала — при каких условиях у нас будут отнимать деньги… Рад что тебя не потянуло в бар при гильдии.

— Эй, я не идиот! Никто не любит новичков, с порога считающих себя членами «закрытого клуба». Пускай это и дало бы мне возможность пофлиртовать с милашкой в приёмной… — Луиджи оглянулся, словно надеялся, что девушка будет смотреть им в спину, провожая взглядом.

— Угу, так уж ты ей и нужен…

— Эй Ди, ты куда? — Луиджи замер, заметив, что Диармайд направился к книжному магазину.

— Пойдём мы в бар, не ной. Просто я хочу купить что-то почитать, пока ты будешь надираться.

— Лучше бы ты со мной выпил, чего ты так нос от алкоголя воротишь?

— Мой первый учитель, тот который обучил меня греческому языку, умер от цирроза печени. Не хочу пить эту дрянь.

Луиджи фыркнул.

— Может у тебя ещё есть причины, почему ты не стрижёшься? — с сарказмом спросил он.

— В изоляционном лагере нас стригли почти наголо. Ненавижу короткие волосы, а у тебя какое оправдание? Белый цвет, кстати, я ненавижу по схожей причине…

Бар, в который Диармайда потянул Лу, встретил их табличкой у двери: «Людям вход воспрещён».

Так как сейчас только перевалило за полдень — бар естественно был пуст. Единственным его живым посетителем был великан с обрюзгшим лицом. По своим габаритам и массивности он имел поразительно большое сходство с медведем.

— Людям нельзя, даже если они в компании магов, — глухим грубым голосом сказал бармен.

— Он адепт, — ответил Диармайд, всё же войдя внутрь.

Мужчина протянул громадную волосатую лапу, исполосованную шрамами. Луиджи её пожал, немного сморщившись, когда бармен сильнее сдавил пальцы. Диармайд боялся, что кость Лу треснет, как сухая ветвь. Очень уж внушительный вид был у мужчины.

— О, добро пожаловать, — улыбнулся он. В этот раз радушно, из улыбки исчезла кровожадность и задор.

— Закажи мне пива… — шёпотом попросил Луиджи.

— Не нужно, я знаю греческий. Я помню его ещё со школы. Ух и лютая у нас была учительница, как вспомню — до сих пор вздрагиваю. Даже не знаю, что хуже: её внешность или характер.

— А тебе что? Магам в Египте позволено пить с шестнадцати.

— Сок или содовую.

— Чего так, на жреца Тота ты не похож.

— Личные причины, — Диармайд с предвкушением раскрыл учебник по истории Египта.

— Зря ты с такой надеждой смотришь на него. Правды там не будет, только версия победителей. Замир, — протянул лапу, рукой у Диармайда вот это вот язык не поворачивался назвать. Говорил он, к слову, на куда лучшем греческом, чем Диармайд на арабском.

— Д-диармайд, — Луиджи ухмыльнулся и похлопал парня по плечу.

— Лу, — с трудом оторвавшись от холодной кружки пива, ответил Луиджи.

— Может правды тут не будет, но хотя-бы будут обозначены события и их официальная трактовка. А это уже больше информации, чем у меня есть сейчас.

— Как заумно заговорил, сразу видно учёного человека.

— Я могу тебе и так, вкратце, ответить на некоторые вопросы. Только вот странно, вы, судя по твоему арабскому, уже не один месяц в стране. Не уж то не нашёлся кто, обрисовавший общую картину? — Они сидели за высокой барной стойкой. В помещении было прохладно, ловушки ветра, очень похожие на те, что Диармайд видел в Европе, отгоняли пустынную духоту. Сам бар выглядел ухоженным и опрятным, в старом, арабском стиле.

Луиджи сделал большой глоток пива и шумно выдохнув сказал:

— Вы сами на это напросились.

— Почему тут все говорят на Арабском, а не на египетском? — выпалил вопрос Диармайд, он уже долго его мучил, но из рабочих на стройке никто так и не дал ему чёткий вразумительный ответ.

— Чему вас там учили в вашей Греции? — улыбаясь осудительно покачал головой Замир.

— В учебниках по истории внешней территории уделялось только несколько разделов, — начал оправдываться Диармайд. — Почти все они сконцентрированы на истории центральной Европы.

— Ну, это лёгкий вопрос. Тебе на него тут любой школьник ответит, — почесал коротко остриженный затылок Замир. — Судя, по твоим словам, про древний Египет тебе кое-что известно? — дождавшись кивка от Диармайда он продолжил.

— Если ты думаешь, что эта страна ведёт свой отсчёт от первых пирамид до современности — то ты ошибаешься. Ещё триста лет назад про древний Египет напоминали только обветренные, полуразвалившиеся статуи да доживающие свой век храмы. Тогда на этих землях была другая страна — Мемлюкский Султанат. В той стране и была рождена реинкарнация древнего фараона Эхнатона. Это именно он, обладающий колоссальной магией света покорил страну. Начало его правления ещё называют: реставрацией Египта.

— Стоп, — прервал его Лу, — то есть фараон утверждает, что он реинкарнация парня, который жил чёрт его знает когда?

— Молчи! — гаркнул Замир. — Это опасная тема… — уже тише ответил он. Луиджи замолк, всем своим видом давая понять, что он всё понял.

— Один маг смог завоевать целую страну? — трудно описать какое благоговение перед силой фараона испытал Диармайд.

— Период тогда был очень удачным. Болезнь уничтожила большинство магов и те, кто мог ему сопротивляться были или мертвы, или прятались по норам. Султанат тогда не спасла даже поддержка Османской Империи, а они много помогали, потому что фараон признал религию древнего Египта единственно верной. Тогда и зародилась неприязнь между нами и Османами, она пускай и остыла, но напряжение в отношениях — чувствуется до сих пор. В общем-то, возвращаясь к твоему первоначальному вопросу — на египетском никто не говорит потому, что кроме фараона и нескольких приближённых никто его не знает.

— А как-же вывески? В Уасете же везде надписи на иероглифах. — спросил Диармайд.

— Ерунда, — махнул своей лапищей Замир, чёлка Луиджи колыхнулась как от взмаха опахалом, — в интернете уже давно можно всё найти. А раньше приходилось платить баснословные деньги за перевод. Мне ещё дедушка об этом рассказывал.

— Так вы парни что, приехали в университет поступать? Это правильно! В Уасете он лучший в стране. Я сам его выпускник, — горделиво ответил трактирщик.

— Нет, у нас пока-что нет таких денег. Мы вот устроились в гильдию охотников.

— А почему город выгладит таким старинным? — спросил Диармайд.

— Когда-то на его месте стоял Луксор. Город был уничтожен и на его руинах была построена столица. Эхнатон ненавидит всё современное, он словно насильно пытается затянуть нас в древность. Но время идёт и цивилизация проникает даже в этот, дышащий стариной город.

Замир оказался очень интересным собеседником. Они просидели в баре до вечера, и за всё время, Диармайд так и не открыл купленную книгу. Помещение понемногу стало заполняться, а амплитуда пошатывания головы Луиджи, становилась всё более размашистой. Он был мертвецки пьян.

Раздался грохот, дверь в бар открыли ударом ноги. Внутрь ввалилась группа подростков с золотыми значками на одежде. Вот есть моменты, когда ты сидишь, никого не трогаешь и тут бах, на тебя свалилась помойная куча. Диармайд сейчас, чувствовал примерно тоже самое.

Замир наклонился к Диармайду, так, чтобы его мог расслышать только он и сказал:

— Это руки фараона, будьте с ними поосторожнее.

Со слов Замира Диармайд уже знал, что знать в стране делится на два типа: уши фараона «Хабет», приближённые представители родов, которые лично слушают приказы Эхнатона и руки фараона «Айн», низшая знать, которая исполняет его волю.

— Пива мне! — заявил один из них, подошедший к стойке в опасной близости от Лу. Луиджи, конечно-же, сразу обратил внимание на привлекательных девчонок, в компании разодетых одногодок Диармайда.

— Чего пялишься, чернь! — оскалился на Луиджи один из них. Луиджи был пьян и выразил своё мнение блеванув тому прямо на его значок Айн, с изображением руки.

— Лу, мать твою, я понимаю, что ты уже дошёл до состояния, когда без слов можешь показать своё отношение к человеку, но всё же, — Диармайд, почему-то ожидал, что именно чем-то подобным всё и закончится.

Хохот трактирщика был похож на бухтение какого-то парового механизма. Весь зал притих, звучала только тихая восточная музыка.

Парень, на которого наблевал Луиджи, брезгливо сморщился и снял футболку. Высокий, почти на пол головы выше Диармайда, с развитой мускулатурой и татуировкой серпа, срезающего колосья пшеницы, он мотнул головой, закидывая длинные белые волосы назад. Тыкнув пальцем в Луиджи он сказал:

— Дуэль, — парень сузил глаза, возле которых заплясали молнии. — Тебя я буду убивать очень медленно.

Глава 5

— Я буду драться вместо него, — нарушил гробовую тишину в баре Диармайд.

— Ди, чего этот крендель от меня хочет? Чтобы я ему рубашку постирал, или что? Скажи ему что я не прачка… — Луиджи был настолько пьян, что едва мог членораздельно говорить. Его язык заплетался и вместо слов получалось какое-то мычание.

— А ты у нас кто? Его «дружок»? И с тобой мы тоже разберёмся. Вставайте в очередь, я вам всем укажу место поганые смерды. Приехали, и считаете что можете делать всё что захотите, да? — у беловолосого египтянина было такое выражение лица, словно ему под нос нестиранный носок подсунули. Он смотрел на Диармайда с нескрываемым презрением.

— Он попрал честь благородного, он и должен сдохнуть. Если хочешь, я и тебя прикончу, так даже лучше, на одного паскудного эмигранта меньше станет.

— Честь благородного? — фыркнул Диармайд. — В чём честь убить того, кто на ногах устоять не может? Я буду драться вместо него, — непреклонно заявил Диармайд. Маг молнии злился, от этого вокруг его глаз плясали нити разрядов.

— Абдул, убей его, потом добьешь парня. Может он протрезвеет, увидев, как его дружка прикончат, — сказал парень с золотым значком «Айн» на рубашке, его черты лица и бегающие глазки напомнили Диармайду крысу.

— Выметайтесь выяснять отношения на улицу, — пробхтел своим могучим голосом Замир. С улицы послышались удивлённые возгласы. Если бы кто выглянул на улицу, увидел бы быстро вращающуюся спираль воды, зависшую в воздухе. Диармайд готовился к битве заранее. К счастью, он, как маг воды, чувствовал родную стихию и мог управлять ею, даже через препятствия в виде стен. Парню вообще повезло, что рядом с зданием бара была бочка с дождевой водой. Эх, как же здорово быть магом, у которого есть неограниченный доступ к своей стихии — колдуй себе пока маны хватает… Иметь такое же кольцо как у Нико — было бы очень здорово.

Почти все посетители бара вышли на улицу понаблюдать за поединком, даже сам его владелец. Замир поддерживал начинавшего трезветь Луиджи, тот даже стоять ровно не мог, дрожа как осиновый лист на ветру.

Диармайд был спокоен. Он наблюдал за окружающими, тщательно изучил каждую кочку улицы перед баром, где они должны были сражаться, это то, чему его обучал Нико. Парню хватило всего несколько мгновений, чтобы подготовиться.

— Чёрт, Ди, я сам во всем виноват. Давай лучше я! — более-менее связно сказал Лу.

— Нет, я так хочу, не спорь. Я хочу проверить один фокус, которому меня обучил Нико, — из-за поворота появилась клякса воды и пролеветировала к Диармайду по воздуху. В воде отражался свет фонарей и экранов мобильных телефонов, которые записывали происходящее.

Абдул, так беловолосого мага называли друзья, потёр кольцо на пальце и в воздухе перед ним появился меч. Серповидный, с толстым лезвием он казался очень тяжёлым. Хищный изгиб клинка говорил о том, что клинок предназначен чтобы рубить, что говорить, и сам меч чем-то отдалённо напоминал топор. Блестящий серебристый металл клинка был покрыт вереницей петляющего узора. Красивое оружие.

— Сражение начинаем на счёт три. Валия будет вести отсчёт, — Абдул удобнее перехватил меч, по которому пробежали кривые линии разрядов, лезвие немного засияло сине-белым цветом.

Привлекательная девушка, из компании благородных, встала чуть в стороне от сражающихся. У нее была красноватая, как и у большинства египтян кожа, длинные черные волосы и чёткие, женственные черты лица. Только её красоту уродовало надменное выражение лица. Девушка несколько раз бросала взгляды на Диармайда, но быстро отворачивалась, словно боялась, что кто-то это заметит. Получив утвердительный кивок от Абдула, Валия начала отсчёт.

— Один, — толпа притихла. Тишина была такая, что можно было услышать скрип песка под подошвой кроссовок.

— Два, — Абдул довольно улыбался, поглядывая Диармайда.

— Три, — едва девушка успела сказать, как Абдул махнул рукой и с концов его пальцев вылетела белая молния. Она понеслась на Диармайда, но была поглощена прозрачной стеной, преобразовавшейся из водяной сферы, левитирующей рядом с парнем.

Стало ещё тише, сам маг молнии с недоумением смотрел на Диармайда. Как? Ведь его молния должна была с лёгкостью поразить чужака. Вода ведь проводит электричество, какого чёрта!?

Лицо Диармайда растянулось в жуткой улыбке, от её вида несколько зевак инстинктивно сделали шаг назад.

Абдул мотнул головой, отгоняя лишние мысли, он старался не смотреть на оскал противника, было в нем что-то нечеловеческое, совершенно непостижимое, но безусловно очень пугающее.

Диармайд не спешил. Он не знал реальных сил противника и не знал как действовать. Абдул согнул колени и побежал к Диармайду. Несмотря на то, что парни были одного ранга, скорость Абдула значительно превосходила возможности Диармайда. Вот она — подлинная сила молнии.

Сердцебиение Диармайда участилось, замедляя для него течение времени и ускоряя восприятие. Первые несколько метров, которые Абдул пробежал, сокращая расстояние между ними, Диармайд простоял в изумлении. И вот это навыки мага четвёртого ранга? Этому его обучили в Египетской Империи, о которой в Греции все говорят как о стране магов? Это же одна из основ, на которой Нико акцентировал своё внимание. Какого чёрта!?

Когда Абдул был уже совсем рядом, занося меч для удара, Диармайд отступил в сторону, уклоняясь от лезвия и выставил ногу так, чтобы противник об неё споткнулся. Абдул кубарём полетел на мостовую, меч сделал несколько порезов в каменной кладке и оставил глубокую кровоточащую рану на левом бедре. Он взревел и снова бросился на Диармайда, словно не чувствовал боль, только немного прихрамывая. В этот раз с куда медленнее. Парень без труда уклонялся от ударов, пускай он и был медленнее, но опыт сражений Диармайда значительно превосходил благородного.

Когда Абдул развернулся, чтобы усилить удар при помощи вращения, Диармайд не выдержал и издал смешок. Это вообще, что за чушь? Кто открывает спину в бою? У парня было чувство, словно перед ним стоит ребёнок с мечом в руках. Он не смог удержаться и нанес сильную хлёсткую пощёчину, от которой Абдул отлетел метра на три. Мгновенно поднявшись на ноги, маг метнул ещё одну молнию, щит из воды поглотил её, от жидкости поднялось немного белого пара и всё. Воздух наполнился запахом озона.

— Ты не собираешься ему помочь? — спросил Замир, когда увидел, как к Диармайду побежали друзья Абдула.

— Зачем? — изобразил удивление Луиджи.

— Ты разве не видишь, как он счастливо улыбается? Не стоит портить парню удовольствие, он так редко показывает свои эмоции.

Замир перевёл взгляд на кровожадный оскал Диармайда и подумал: вот «это», я бы точно улыбкой никогда не назвал.

Диармайд действовал плавно, уверенно, расслабленно, словно он и не сражался насмерть с противниками, жаждущими его смерти, а играл на музыкальном инструменте. Хорошо играл, профессионально.

Он подал корпус немного назад, уклоняясь от размашистого рубящего удара мечом Абдула, ударил крысоподобного дворянчика в солнечное сплетение, от чего тот завалился на землю и перехватив рукоять топора вырвал его из слабой хватки последнего благородного.

Жаль, если он убьёт эти ошибки природы — проблем потом точно не оберёшься… а так хочется. Чего стоит, занести топор, и вогнать его по обух в шею Абдулу. Вот он стоит открытый, готовенький к удару.

Диармайд хмыкнул и отпрыгнул в сторону, уклоняясь от тычка человека, полностью покрытого жирными разрядами молний. Они были куда опаснее чем те, которыми окружил себя дворянчик.

Новое действующее лицо имело похожие на Абдула черты. Дорогая, качественная одежда к которой был пришпилен значок Айн. Мужчина был немного старше, ровная осанка, жилистое телосложение, но в нём не было нарочитой распущенности Абдула. Суровое лицо было спокойным, внимательным.

— И что же тут происходит? — спросил новый благородный.

— Шамиль, — кинулся к нему Абдул, — это ерунда! Просто поединок, ничего серьёзного.

Любопытно, Абдул нервничал. Диармайд считал, что парень будет просить о помощи, а не оправдываться. Этот мог помочь, он силён. Если бы Диармайд не уклонился от удара, мог бы умереть.

— Просто поединок? — как-то через чур по-доброму сказал Шамиль.

— Просто поединок!? — закричал он, от удара Абдул свернулся на земле.

— Что здесь происходит? — появилась пара правоохранителей, по толпе наблюдателей прошёл ропот.

— Сражения в черте Уасета запрещены, кто нарушил закон? — лысый маг с татуировкой на подбородке говорил громко, но этого и не требовалось, его слышали абсолютно все присутствующие.

Шамиль вышел вперёд.

— Простолюдины спровоцировали моего брата и втянули его в драку. Хочу подать ходатайство о попрании чести благородного, вот этим магом, — благородный указал пальцем на застывшего в шоке от происходящего Диармайда.

— Погодите, это чушь. Этот маг, Абдул, вызвал моего пьяного друга на поединок. Я сражался вместо него, потому что тот был слишком пьян.

— Заткнись чернь, как ты смеешь оспаривать слова знати!? — Гаркнул Шамиль. В его выкрике не было злобы или гнева, только надменность и ликование.

Страж посмотрел на Шамиля, словно ожидая, когда тот продолжит говорить.

— Оглянитесь, сколько свидетелей! — обвёл рукой присутствующих Шамиль. — если бы я врал, вам бы об этом сейчас-же сказали.

Не заговорил никто. Все только смотрели и записывали происходящий фарс на камеры телефонов.

— Брат, — Абдул поднялся с мостовой, — ещё вон тот, — он указал на Луиджи, — его стошнило на меня! — Шамилю пришлось приложить усилия, чтобы сдержать смех.

— Положите топор на землю! — приказал появившийся с Диармайдом маг огня пятого ранга.

— Это мой топор! — подбежал прихвостень Абдула, ничем не примечательный маг земли с грубыми, не привлекательными чертами лица.

— Это улика. Вы сможете забрать своё оружие с участка, если докажете, что он принадлежит вам. Руки за спину, вы арестованы за нарушение общественного порядка и игнорирование указа фараона Эхнатона, о запрете сражений в черте города Уасет, — игнорируя возмущённого дворянина правоохранитель приступил к аресту Диармайда.

Диармайд повинуясь указанием стражника правопорядка заложил руки за спину, ему надели наручники. Мимо дворянчиков Диармайд прошёл не как преступник под конвоем, а словно монарх в государственных регалиях. Одно жаль… книга осталась в баре…

* * *

— Ты долго будешь молчать. Да это обычный простолюдин, чего ты так бесишься? — спросил Абдул, когда их везли на машине с гербом домой.

— Ты так и не понял? Этот «простолюдин», мог перебить вас всех как слепых котят. Ты видел, как он сражался? Это тебе не дуэли на экранированной арене в университете, где даже нос разбить не получится. Человек, которого ты сегодня встретил — убийца.

— Он бы не посмел! Он…

— Заткнись, придурок! — отвесил брату подзатыльник Шамиль. — он иностранец. У них там, знаешь ли, нет уже давно никакой монархии. Класть он хотел на твою кровь. Повезло что он был вменяемым и не стал убивать вас. А я видел, ему хотелось. Знаю я таких личностей…

— Как он блокировал мою молнию? — спросил Абдул, когда тишина в машине затянулась.

— Ты идиот? — Шамиль отвёл взгляд от тонированного окна и глянул на брата. — Бубенцы Сета, ты чем вообще в академии занимаешься? Я думал, что помимо жалоб преподавателей на устраиваемые в академии заплывы по Нилу, верхом на сокурсницах и тотализаторы на радужных вечеринках, ты хоть что-то учишь… Ну чего ты на меня так смотришь? Объясню-объясню, куда-ж я денусь. Маг воды, обладающий сильным контролем, способен очистить воду от минеральных примесей, тогда она становится диэлектриком и не проводит электричество…

— А я думал наши основные противники из элементалистов — маги земли.

— Балда! — выкрикнул Шамиль, больше для театрального эффекта чем от избытка чувств, — именно из-за этого я и разозлился. Очистить воду, до такого состояния, чтобы она не проводила электричество — могут очень не многие. Бенгур, к примеру, не может.

— Как! Он же шестой ранг! Он же может лёд использовать.

— А вот так! Теперь ты понимаешь на кого нарвался? Этот маг ужасающе талантлив не только в боевых навыках, но и во владении магией. Быть способным на контроль своей стихии такого уровня… мне даже не хочется думать каким опасным врагом он может стать. Абдул, не лезь к нему.

Шамиль протянул брату упаковку таблеток.

— Это что?

— Ты забыл дома, это то, из-за чего я тебя искал. Забыл, что говорил врач — принимать нужно каждый день, без исключения!

— Почему слуг не послал, — недовольно буркнул Абдул забирая у брата таблетки.

— У-у-у-у, мой маленький братишка недоволен тем, что я за ним присматриваю? Тогда повзрослей!

— Я вообще не об этом говорил…

* * *

Шамиль сидел в родовом поместье в Уасете. Ему тут не нравилось. Слишком всё отдавало пошлой стариной. Во всех помещениях поместья было очень много дерева. Когда-то считалось — чем больше в доме древесных изделий, тем зажиточнее и богаче его хозяин. Те времена давно прошли, Уасетское поместье словно застыло в древности, как и сам город.

Шамиль сидел в удобном кресле с закрытыми глазами и вертел на пальце кольцо-артефакт — аналог карманного компьютера, который могут использовать только маги. У артефакта был нейронный интерфейс, способный передавать образы напрямую в мозг и его голографический аналог. Дорогая, но очень полезная вещь, и самое главное, никакой рекламы в отличии от интернета для простолюдинов.

— Шамиль, — седой, жилистый, как и его сыновья мужчина сел рядом с парнем. Наверное, если собрать все стереотипы об аристократах и воплотить их в одном человеке — получится именно вот такой мужчина. Ему было немного за сорок, аккуратная причёска, короткая «эспаньолка» и лёгкий, двубортный костюм, с цепочкой карманных часов, пристёгнутых к ремню.

— Не часто тебя можно увидеть копающимся в сети. Что тебя так заинтересовало?

— Пап, — Шамиль поспешил раскрыть глаза и принялся оглядывать комнату, словно только-только отошёл ото сна.

— Да ничего, просто… мне показался интересным паренёк, с которым Абдул устроил поединок перед баром.

— Это как-то связанно с тем, что он вернулся полуголым домой? — стал поглаживать свою бороду глава рода.

— Какой-то придурок наблевал на него… А ты думал почему он вернулся домой в таком виде?

— Мало-ли, — пожал плечами Дави. Ты читал последние записи от ректора? Он натравил стаю накормленных слабительным голубей на своего одногруппника и те обгадили его с ног до головы.

— Чего!? — не сдержал выкрик Шамиль. Он заулыбался в ответ отцу. — И почему он не может просто спокойно учиться?

Дави улыбнулся в ответ сыну и махнул рукой:

— Это всё ерунда. Я в его возрасте был не лучше, похоже, что Абдул идёт по моим стопам. Пускай веселится пока есть время. Эх… хорошо, что ты характером пошёл в маму. Я бы ещё одного Абдула не выдержал. Так чем тебя тот паренёк так заинтересовал?

— Ну хотя-бы тем, что он смог очистить воду до состояния диэлектрика. Рангом он не выше Абдула, но смог такое провернуть…

Дави не сдержался и свистнул, многочисленные учителя по этикету так и не смогли полностью искоренить эту привычку, и она теперь проявлялась только тогда, когда мужчина по-настоящему удивлялся.

— Но не это меня беспокоит. Понимаешь пап, когда я бежал на него — то мог убить парня. Легко, просто взмахнуть рукой и всё, он труп. Он видел это, всё понимал, но я не заметил на его лице даже толики страха. Ни крохи испуга или беспокойства. Он отпрыгнул, идеально уходя от моего удара, а грёбанный кровожадный оскал с его лица так и не сошёл. Я впервые встречаю мага, который не боится смерти…

— Ну, будет тебе. Может он даже и не понял, что был на волосок от смерти. Маги разные бывают, может парень просто поверил своим инстинктам или предчувствие у него сработало. Ты скрыл свою область контроля?

— Конечно! Я её всегда сокрытой держу, ещё с тех пор, как достиг шестого ранга. Нет пап, я точно видел. Он понимал, что может умереть в любую секунду, — упрямо заявил Шамиль. — И ещё… я пытался раздобыть о нём информацию у знакомого и меня очень вежливо попросили не лезть. Попросили из администрации фараона, тот-же человек, что и три года назад попросил не лезть в то дело о дуэли в Каире, когда был убит последний представитель одной из самых влиятельных семей в городе.

Дави посерьёзнел.

— Значит не лезь. Если кто-то имеет достаточно влияния, чтобы использовать для доставки этого сообщения в канцелярию фараона, лучше отойти в сторону.

— А может это фараон парнем интересуется?

— Ха! — выкрикнул Дави. — когда этот старых хрыч поднимал свой золочёный зад с трона? Нет, это точно не он. Не лезь в это дело, сын. Тут наверняка замешан кто-то из Хабет, а это не наш уровень. Только чего им нужно от паренька простолюдина? А ну-ка скинь мне, что ты там узнал… ну не смотри ты на меня так! Интересно же!

Глава 6

Арест прошёл как-то очень обыденно и быстро. Диармайда и Луиджи быстро оформили и предупредили: если они не будут создавать проблем — отделаются записью в личное дело и несколькими днями заключения.

— И это всё? — спросил Диармайд охранника, сопровождающего их в камеру, непримечательного египтянина, с дешёвым чёрным париком. Его волосы торчали во все стороны, словно это и не парик, а веник какой-то.

— Всё. Так как ты маг, мы обязаны идти на уступки.

— Значит, если бы дрался я, то последствия были бы другими?

— Так как ты обычный адепт, без защиты клана, скорее всего тебя ждало бы минимум три года тюрьмы, — страж сдвинул парик и протёр блестящую лысину.

— То есть магу пара дней, а всем остальным — тюремный срок? — возмутился Луиджи.

— Почему же? Будь ты человеком — тебя бы ждала казнь, — страж открыл двери камеры, — проходите внутрь, просуньте руки между прутьев, чтобы я снял наручники. — Диармайд подчинился, он почувствовал, как в онемевших руках восстановилось кровообращение, когда прочные наручники отстегнули со щёлком.

— Ведите себя тихо и не создавайте проблем и выйдете на свободу через несколько дней. О, — поправил свой криво сидящий парик страж, — чуть не забыл, вам просили передать. — Он протянул Диармайду книгу, которую он забыл на барной стойке.

— Чё, молодёжь, первый раз? — с дальней койки поднялся дурно пахнущий бородатый мужчина, неприятной наружности, он провёл рукой по серо-белым засаленным волосам и уверенной медленной походкой двинулся к ним.

— Чего уставились на меня как на бабу с панели, новичкам нужно кликухи свои назвать! — Диармайд был взбешён, его глаза загорелись огнём, и мужчина тут же отскочил и зажался в угол заскулив.

— Я не знал, что ты маг! Прошу, не убивай, — обхватив ноги закричал он в истерике, — мимо их решётки прошёл тюремный охранник.

— Эй, мы ничего не делали. Мужик сам попытался на нас наехать!? — быстро заговорил Луиджи, пока их ни в чём не обвинили.

Парень, немного старше Лу, в самой обычной чёрной спецовке издал смешок:

— Мне то что? Присмотрись, на тыльной стороне правой руки клановой татуировки нет, если и убьете — ничего страшного, заплатите небольшой штраф, оплатите кремацию и всё. Меня предупредили на ваш счёт парни, не волнуйтесь. Несколько дней отсидите, чтобы мы могли оправдаться перед благородными и свободны.

— Странный дед. Моих глаз испугался, а на бледную кожу не обратил никакого внимания? — Диармайд посмотрел на пытавшегося вжаться в угол камеры деда. Паническая атака его до сих пор не отпустила.

— Тебе ведь было сложно доставать информацию о магии Ди, а у тебя ведь был не один учитель… Представь, как сложно что-то подобное узнать обычному человеку, — Луиджи всё ещё неважно себя чувствовал и решил прилечь на пластмассовой койке.

— Лу, тут много информации о магии есть в свободном доступе в интернете. Я успел глянуть, пока мой мобильник не сгорел, — Диармайд последовал его примеру.

— Ага! — победно выкрикнул Луиджи. — Значит ты всё же лазил по местной сети.

— А я никогда этого и не отрицал… — вздохнул Диармайд.

Диармайда ни капли не беспокоило окружение, когда он провалился в сон. Он проснулся упавшего на лицо солнечного луча, пробравшегося в камеру через закрытое решёткой окно. Тут было сыро и прохладно, пахло отвратительно, но скорее всего это были ароматы их сокамерника.

Луиджи, проснувшийся раньше, делал зарядку.

— Доброе утро, — потянулся на жёсткой пластиковой лежанке Диармайд.

— Угу, — вяло, тихо ответил Лу. Он выглядел ужасно уставшим. Их сокамерник, Ахмед, выглядел не лучше. Он бросил боязливый взгляд на Диармайда и повернулся к стене, стараясь издавать как можно меньше звуков.

— Ди, я так и не извинился за вчерашнее… — с виноватым лицом заговорил Луиджи. — Сам не знаю какого чёрта я себя так вёл… Может перенервничал, вот и захотелось мне выпить, а остановиться как-то не получилось.

Диармайд шумно вздохнул.

— Что теперь поделаешь… Тут главное выбраться побыстрее, иначе будет беда. — Диармайд взял в руки книгу, которую использовал как подушку.

— Да ладно, одна запись сильно не навредит, ты сам слышал, что нам вчера сказали, — простодушно махнул рукой Лу.

Вот сейчас Диармайд разозлился, о чём красноречиво говорили его наполняющиеся синим светом глаза.

— А ты ничего не забыл, — вкрадчивым тоном спросил он, — нам, как-бы, надо в гильдию охотников принести взнос. Я не хочу ещё полгода на стройке пахать, чтобы наскрести на ещё один взнос новичка! — гаркнул Диармайд.

— Ладно-ладно, прости. Не кипятись, признаю — был не прав.

— Чего это ты такой сонный? — спросил Диармайд не отрывая взгляда от страниц книги.

— Да так… не спится мне в тюрьме.

Луиджи не хотел говорить о том, что во сне Диармайд кричал и дёргался. Даже охранник прибегал и спрашивал, что случилось. Лу с трудом смог убедить его просто уйти, после чего утром очень настойчиво поговорил с их сокамерником Ахмедом о том, что о случившемся ночью нужно молчать. Луиджи больно было видеть, как во сне Диармайд до крови раздирал свою руку, точно в том месте, где была татуировка. Поразительно, парень во сне напитал маной ногти, чтобы они могли причинить вред его прочной, усиленной магическими мутациями коже… Похоже одарённость — это не всегда благо и в этот раз способность инстинктивно напитывать тело маной сыграла против Диармайда.

Диармайд ещё раз громко вздохнул и приступил к чтению. Нужно будет потом поблагодарить Замира за то, что он принёс книгу. Правда обидно было из-за того, что он и слова не сказал, когда их арестовывали… С другой стороны, Диармайд поступил бы точно также, окажись он на его месте.

Их продержали в камере пять дней, предупредили — если подобное повторится последствия будут куда серьёзнее, и отпустили.

— Эх, я уже успел соскучиться по мягкой кровати в клоповнике. Даже странно, как мало человеку нужно для счастья. Давай пойдём поедим чего-то вкусного и спать?

— Лу, сейчас раннее утро. Мы до обеда собираем всё необходимое, и уходим на охоту. — Диармайд смотрел на обрезок солнечного диска, выглянувшую из-за городской стены. Час был очень ранний, улицы Уасета были практически безлюдны.

— И никакого отдыха? — обречённо спросил Луиджи, уже зная ответ.

— Не-а, — Диармайд был непреклонен. Каждый день в тюрьме был невероятно изнуряющим. Перспектива вновь вернуться на стройку, чтобы заработать на ещё один взнос, Дамокловым мечом повисла над головой.

По приходу в клоповник, который их арендодатель по какой-то нелепой причине называл домом, их ждал неприятный сюрприз. Хлипкие двери были выломаны, а всё внутри перевёрнуто вверх дном. Дом и раньше был очень неопрятным, но сейчас он больше напоминал свалку чем жилище.

Диармайд побежал в свою дальнюю комнату, уже догадываясь, чего он там не найдёт. На стене, над кроватью, точно по центру, висел сиротливый гвоздь… картину украли. От злости он ударил по стене, из кладки вылетел кирпич, через дыру в комнату проник солнечный луч, отчётливо видимый в поднявшемся облаке пыли.

— А я говорил тебе, спрячь, раз она тебе так важна… — появился в дверном проёме Луиджи. — Хорошие новости — мои тайники с деньгами не нашли.

— Ди, мы найдём её, сейчас местную шпану погоняем и быстро выясним, кто украл картину. Сам видел, какое тут отношение у власти к жизни людей…

— Нет, — горько вздохнул Диармайд, ему очень хотелось поступить так как говорит Луиджи, но разум диктовал совсем иные действия. — Я бы с радостью пошёл и выпотрошил сейчас несколько человек, но мы и так уже пять дней потратили впустую. Возьми деньги, подыщи себе сносное оружие. Ты говорил, что приглядел пару дешёвых кинжалов, а я займусь провиантом и водой. Встречаемся здесь, около полудня.

Когда Диармайд и Луиджи выходили из клоповника, им на встречу шёл владелец здания — ушлый невысокий мужичок с блестящей от пота проплешиной.

— Вернулись, очень вовремя, пришло время платить за аренду, — он деловито потирал свои пухлые ладони. Мужчина вообще боялся Диармайда, и говорил в основном с Лу на ломаном греческом, стараясь не смотреть на мага. Он вообще старался не видеться со своими арендаторами, но плату забирал с завидной пунктуальностью, почти день в день, похоже, когда дело доходило до денег, его страх уступал жадности.

Когда он уже собирался что-то сказать, глаза Диармайда блеснули синим, арендатор подался назад, икнув от страха.

— Не обращайте внимания, у него сегодня очень плохое настроение, — добродушно улыбаясь, подошёл к нему Луиджи. — У нас тут такое дело, пока мы отсутствовали, дом ограбили. Вы знаете, кто мог это сделать?

— Н-н-нет, — очень энергично затряс головой мужчина. Диармайд не громко хмыкнул, они снимают этот дом уже почти полгода, а он так и не удосужился узнать имя арендатора.

— Аким, я тебя ни в чём не обвиняю. Подумай хорошо, ты знаешь кто это мог сделать? Они забрали одну вещь, очень важную для моего друга. Она сама большой ценности не имеет… но для Ди очень важна.

Несмотря на то, что они спешили, Диармайд не стал прерывать допрос. Он стоял немного в стороне, словно какой-то жутко выглядящий пыточный инструмент, и каждый раз, когда арендатор тянул с ответом или темнил, Луиджи невзначай показывал на Диармайда, из-за чего мужичек начинал нервничать и охотнее делиться информацией.

— Ну вот, — заговорил Луиджи, когда арендатор поспешил прочь. Он так сильно нервничал, что забыл взять плату за этот месяц, — теперь мы примерно знаем, кто это может быть.

— И что мы сделаем, убьем их? — фыркнул Диармайд, — тогда уж нужно было уехать в Александрию и карманными кражами нужную сумму собирать, а не вкалывать на стройке. Нет Лу, пока что мы ничего делать не будем. Картину очень жаль, но оттягивать охоту нельзя. Придётся ею пожертвовать… Если что, мы знаем откуда начинать поиски. Иди за кинжалами, а я, как и собирался, соберу припасы. Постарайся всё же успеть до полудня. Встречаемся здесь.

Денег осталось совсем мало, их едва хватило на провиант — вяленое мясо, засушенное почти до каменной консистенции, вода тоже была довольно дорогой. Диармайд потратил почти все оставшиеся деньги. Десять жалких утенов едва хватит, чтобы поесть в какой-нибудь забегаловке.

Часть воды Диармайд распределил в пару рваных походных рюкзаков, а часть, левитировала в след за ним, в виде постоянно меняющей свою форму сферы. Эту воду Диармайд очистил от примесей, сделав диэлектриком, просто так, на всякий случай. Пить эту воду было нельзя, но для боя она подходила идеально, пропитанная маной мага она почти без задержек повиновалась любым его прихотям.

Солнце уже прошло зенит. Жара стояла просто невероятная. Этой весной погода в пустыне била все температурные рекорды, но синоптики обещали затяжной и влажный сезон дождей.

— Ты уже всё!? — по своему обыкновению бодрый Луиджи подбежал к Диармайду.

— Зацени, как тебе? — протянул он пару кинжалов.

Обмотанная бичевой рукоять, никудышный баланс, делающий кинжалы почти непригодными для метания и ломкий негнущийся металл.

— Они сломаются на первом же монстре Лу. Такое впечатление, что их из чугуна отлили… — Диармайд вернул это сомнительное достижение кузнечного искусства владельцу.

— На что-то лучше, денег у нас нет. А сломаются или нет, от владельца зависит, я в обращении с кинжалами великолепен, не парься! — заявил Луиджи.

— Как скажешь…

— Слушай Ди, я тут подумал — может не будем переться в пустыню? Ты маг воды, пройдёмся вдоль Нила, чтобы у тебя всегда была родная стихия под рукой, поищем монстров там? — Луиджи взял свой рюкзак с масляными разводами на грубой ткани и надёжно зафиксировал его застёжками и ремнями.

— Вдоль всего Нила развёрнуты посты магов, охраняющих реку, нет там изменённых. Разве что в дельте Белого Нила, но соваться туда очень настойчиво не рекомендовали. Так что мы идём в пустыню, — асфальт под ногами был мягким, пустынное солнце его не щадило. На охоту парней провожали безлюдные улицы трущоб.

— А в пустыне безопаснее? — Луиджи проверял, как ему вставлять и вытаскивать кинжалы из ножен на поясе, демонстрируя завидную сноровку в обращении даже с таким некачественным оружием.

— Если верить расспросам, сейчас едва-ли не самая выгодная пора, чтобы новички выходили на охоту. После зимних песчаных бурь именно в конце весны слабых изменённых выгоняют на край пустыни, ближе к обитаемым землям. Плохо то, что мы практически не готовы к охоте. Контейнеров для органов нет, можем брать только кристаллы и нескоропортящиеся растения.

— Я бы с растениями не спешил. Я понимаю только в охоте на животных, — парни уже успели дойти до окраины города, тут начиналась каменистая пустыня с редким колючим кустарником. Отсюда ещё можно было увидеть далёкую зелёную полосу вдоль побережья Нила, но она казалась не реальным миражом.

— Я и не собираюсь рисковать. Я ещё помню урок с льдистой полынью, который мне преподал Оскар. Растения берём только те, в которых уверенны. На египетских рынках на них очень большой спрос. Алхимия тут плохо развита, но ценность магических растений здешние торговцы прекрасно знают.

Дорогу выбирал Диармайд. Он сразу взял курс вглубь пустыни. Последний оплот цивилизации им встретился под вечер. Приземистая деревенька с погружёнными в песок домами, для экономии прохлады. Это охотничье поселение какого-то клана, о чём говорили флаги с головой шакала над скрещенными топорами. Охрана поселения проводила их внимательным взглядом, но никаких действий от них не последовало. Диармайд заметив их, начал предполагать, что охранники на них или нападут, или заявят, что это собственность какого-то дворянчика и потребуют уплатить штраф. Хоть так случиться и не должно, парень не мало времени провёл на улицах, опрашивая прохожих. Сколько раз он услышал: «прочитай в сети»… если бы эти люди понимали его боль. Будь проклята электроника, неустойчивая к влаге.

— Это же пустыня, почему тут так холодно? — спросил Луиджи, когда солнце уже скрылось за горизонтом и стало стремительно холодать.

— Песок не сохраняет тепло, потому ночью температура очень быстро падает.

Каменистые каньоны сменились песчаными барханами, вздымающимися к горизонту словно застывшие морские волны. Диармайд и Луиджи шли по гребню насыпи, ноги то и дело проваливались в зыбкий песок, в свете луны кажущимся синевато-белым.

— Лучше прохлада ночи, чем дневной зной. Лу, ты как, сможешь идти до утра?

— Смогу, куда я денусь, — видишь вон те каменные выступы? Может поищем изменённых там? От цивилизации мы отошли уже далеко, пора бы и начинать охотиться.

Диармайд посмотрел на группу скал, из жёлтого камня, отбрасывавших длинные лунные тени. Лу прав, если живность где-то и будет, то там.

— Пошли, — коротко бросил Диармайд и заскользил с крутого склона бархана, поднимая в воздух песчаные облака.

По пустыне передвигаться на прямик было очень трудно, подъёмы и спуски по зыбким песчаным холмам сомнительное удовольствие, куда проще лавировать между ними зигзагами, избегая самых крутых подъёмов. Во время таких метаний намеченные скалы то и дело исчезали из виду и ориентироваться приходилось по звёздам. Диармайд уже успел изучить самые приметные созвездия и без труда ориентировался в такую прекрасную погоду.

Когда наступили сумерки, Диармайд снял свои линзы. Луиджи было непривычно видеть его узкие змеиные зрачки, он ёжился всякий раз, когда всматривался в них. Чувство страха приходило как-то неосознанно, инстинктивно.

Диармайд принюхался и остановился. Они были уже в тени скал, закрывавших собой луну. Резкий, сильный запах гниения говорил о том, что парни пришли в нужное место. Луиджи выхватил свои кинжалы, сбросив со спины рюкзак, Диармайд последовал его примеру, он разделил водяную сферу на две части.

Дальше они не проронили ни слова, общаясь исключительно при помощи жестов. Передвигались медленно, не спеша. Ситуация становилась напряжённой, была не малая вероятность того, что монстр, обитающий здесь, может оказаться слишком сильным, но это риск, на который охотники обязаны идти.

Диармайд выглянул из-за валуна. Долину, растянувшуюся между двух каменистых скал, полностью проглотила ночь и разглядеть что-то в таком мраке мог только маг. Луиджи, будучи адептом, ночного зрения не имел.

Продолговатый шип, размером с палец, полетел в Ди на большой скорости. Он без труда пробил водяной щит и сделал бы дыру в голове парня, если бы он не спрятался за камнем. Вот и противник, жаль, Диармайд не успел его разглядеть…

Глава 7

Диармайд закрыл глаза и попытался почувствовать изменённого, ничего… противник наверняка находился за областью контроля мага. Как только он выглянул из-за камня, в породу, совсем рядом с его головой, вонзилось несколько игл, выбивших из прессованного песчаника осколки.

Лу жестами спросил что это, Диармайд не стал скрючивать пальцы и просто пожал плечами, за несколько секунд он не сумел заметить тварь, стреляющую в них иглами. Диармайд отошёл назад, всё ещё оставаясь в укрытии и создал вокруг себя купол быстро вращающейся воды. Пускай обычный водяной щит и не сможет заблокировать удар, но он перенаправит выстрел в сторону, позволив избежать ранения, правда есть риск того, что игла попадёт в поток воды и ускорится, нанеся тем самым ещё больший урон магу… чёрт, тогда придётся очень скверно.

— Ди, стой, давай лучше я. У меня шансов защититься больше и тело у меня крепче, — Тут, конечно, Луиджи прав, он адепт шестого ранга и по чисто физическим параметрам превосходит Диармайда.

— Иди, только будь осторожен.

— О-о-о, ты за меня волнуешься? — сделал вид что засмущался Луиджи, на миг блеснув ехидной улыбкой.

— Просто не хочу тащить твой труп до города… — Диармайд не мог признать того, что он волнуется за друга, это было очевидно для Лу, он с трудом сдержал смех. Он поудобнее перехватил кинжалы и выпрыгнул из-за камня. Диармайд может и сильнее благодаря магии, но сейчас, когда его защиту так легко пробили, лучше будет если с монстром справится сам Луиджи. В конце концов он здесь именно для защиты Диармайда.

Выпрыгнув из укрытия, Луиджи попытался найти противника — безуспешно, в него полетело несколько длинных острых игл, от большинства он увернулся, несколько отбил своими кинжалами. Град снарядов не прекращался, а найти врага никак не получалось. Залитая ночью долина оставалась мертвецки безжизненной.

Адепт рванул к валуну, чтобы передохнуть от продолжительной бомбардировки снарядами.

— Лу, — выкрикнул Диармайд, — это кактус! На семь часов от тебя.

— Кактус?! Это что, изменённое растение?

— Да, ты сможешь его найти в темноте, или лучше мне попробовать разрезать его водой?

— Чёрт, Ди, давай ты, только осторожно! Иглы слишком глубоко входят в камень, они точно наполненные маной под завязку.

— Принял, — Наполненные маной природы иглы кактуса без труда пронзают водяной щит, почти не меняя своего направления, напади на него Диармайд, как собирался, скорее всего получил бы множество ранений, или вообще умер.

Сейчас самым эффективным будет использовать что-то вроде водяного серпа — струи из жидкости, движимой к цели на большой скорости благодаря магическим манипуляциям. В нынешних обстоятельствах воду стоило очень сильно экономить, потому Диармайд отмерил оптимальное количество бесценной влаги, наполнил её до пределов своей энергией, задал направление и пожелал атаковать. Полоска воды, выгнутая дугой, понеслась к цели, срезав на пути иссохший куст. Кактус был за пределами области контроля Диармайда. Чтобы атака не растеряла свою эффективность, маны потребовалось значительно больше — почти половина энергии, которой обладал маг.

— Стой там! Я проверю попал ты или нет, — Луиджи выпрыгнул из укрытия, атаки не возобновились.

— Чисто! — дойдя до срезанного растения крикнул Луиджи.

Диармайд мгновенно оказался рядом. Его атака была идеальной. Водяной серп срезал ствол кактуса почти под корень. Округлый бочковидный ствол, утыканный иглами, лежал на земле. Вершина растения была покрыта лепестками белых цветов, источающих блеклый зелёный свет.

— Скажи мне кто, что на охоте в пустыне моим первым противником окажется грёбанный кактус… — сказал Луиджи изучая растение.

— Как поступим?

— Его жидкость может быть ядовитой, потому трогать её будет очень опасно. Так как это магическое растение, значительная часть его маны сосредоточена в цветах или плодах. Срежем их, закроем в герметическом контейнере. Чего-то они будут стоить.

— Жаль, кактус только цветёт, — вздохнул Луиджи, — обычно за плоды магических растений дают больше денег. А судя по тому, что кактус нас атаковал, он уже довольно старый, а значит ценный.

— Не обязательно, вполне возможно, что это особенность мутации растения, — Диармайд взял у Луиджи нож и напитал его небольшим количеством своей маны, опасаясь повредить оружие. Цветки один за другим отправились в жестяную коробку.

— Думаешь эти цветки дорого стоят?

— Маны в них много, эффект я не знаю, но он сильный. Скорее всего твоё предположение о том, что растение старое верно, так что да, думаю они не мало стоят.

— Лу, скоро утро, думаю лучше будет если спать мы будем днём, а передвигаться ночью, пока жара ещё не такая сильная. — Диармайд обрезал цветы очень аккуратно и бережно, не позволяя им касаться его кожи, так, чтобы они падали сразу в коробку. Едкий сок кактуса оставлял заметные следы на металле кинжала.

— Я только за. Мы даже сможем развести костёр и приготовить еду. Смотри сколько тут кустарников, не думаю, что в пустыне у нас будет много топлива для костра, не стоит упускать такой шанс. — Диармайд был с ним полностью согласен, у него тоже не было никакого желания грызть засушенное мясо.

— Только Ди, давай уйдём подальше от долины. Я не смогу заснуть в такой вонищи, — сморщился Луиджи. Долина между двух скал была усыпана множеством трупов зверей.

Перед тем как уйти из Долины устраивать ночлег, Диармайд проверил её на наличие изменённых. К счастью или нет, но ничего опасного он не нашёл.

— Безопасно, никого из изменённых не обнаружил, — крикнул Диармайд.

Они с Луиджи быстро стащили засохший кустарник на намеченное место стоянки поодаль от долины, там, где не чувствовалась вонь.

— Утром нужно будет проверить местность, может кактус убил изменённых, которые пытались сюда сунуться. Их тела может и сгнили, но кристаллы могли сохраниться, — сказал Диармайд выливая воду из пластиковой бутылки, он собрал воду в большую сферу и заставил её зависнуть над огнём. Топлива насобирали много, но тоненькие веточки кустарника очень быстро сгорали, на долго их точно не хватит. В жидкость, повисшую над огнём, отправились ломтики засоленного, высушенного на солнце мяса и немного крупы. Пускай это и не очень вкусно, но ничего больше из еды у них нет…

— Удобно, — хмыкнул Луиджи, — и не надо таскать с собой никаких походных казанков…

— Раньше я бы такой фокус проворачивать не стал, ещё на третьем ранге на подобные фокусы уходило слишком много сил.

— Ты давно перешёл на четвёртый ранг?

— Хм, — Диармайд задумался, — где-то в начале прошлой осени. Я тогда выехал за город и случайно столкнулся со змеёй с элементом крови, прорвался во время боя. Чёрт, уже так много времени прошло, а я до сих пор застрял на четвёртом…

— Ди, ты чего, совсем охренел? Ты знаешь, что я считаюсь гением именно потому, что перешёл на шестой ранг до двадцати пяти. А ведь я адепт, мне легче прогрессировать. Ты за год добился большего, чем некоторые маги достигают за всю свою жизнь. Более того, будучи магом воды ты пробился на четвёртый ранг, от вечной молодости тебя отделяет каких-то две ступени. Не спеши, не рискуй зря.

— Да знаю я. Нико мне тоже что-то похожее говорил. Это он тебя проинструктировал, какие мне лекции читать?

Луиджи фыркнул, поправив угли в костре веткой.

— Нет, просто у меня с учителем похожий склад ума. Наверное, потому и наши лекции звучат одинаково. Такое бывает, когда пытаешься во всём подражать кому-то, но он прав, куда ты постоянно рвёшься?

— Я хочу получить силу Лу, достаточную, чтобы никто не мог мне указывать. Тот старик на корабле, Амен, рассказ об Эхнатоне — их достижения толкают меня вперёд и словно шепчут мне, что я иду правильным путём, что мои желания достижимы.

— Ну да, только не сдохни, пытаясь добиться своей мечты. Знаешь, ведь даже у самого крутого мага есть враги, соответствующие его уровню.

— Лу, в этом и есть моя самая главная проблема: сейчас мои враги, куда сильнее меня.

* * *

Диармайду не спалось. Луиджи глупо ухмылялся во сне, крепко обнимая свой походный рюкзак. Любопытно, что ему приснилось?

Солнце только начало подниматься над пустыней, а у подножья скал клубился туман, Диармайд сел в их тени и приступил к медитации, собирая утреннюю влагу вокруг себя. Так маг мог восполнить потраченную воду, в пустыне нужно было беречь каждую каплю.

Утро и вечер в пустыне, пожалуй, самое приятное время суток, жаль оно очень скоротечно. Диармайд сел в тени и погрузился в себя, чувствуя каждую каплю влаги в области подконтрольной ему территории. Вода тянулась к нему, собираясь в виде капель над головой. Он просидел так до тех пор, пока тень не отступила и лицо не начало греть пустынное солнце.

Спать совершенно не хотелось. Диармайд решил пройтись по округе и проверить вчерашнюю догадку. Для начала он направился к срубленному кактусу. Сок, вытекший из растения, разъел песок образовав в земле рыхлую, покрытую зелёной пеной яму.

Диармайд оглядел округу с помощью своих глаз, всё было спокойно. Тогда начал обыскивать местность, запах гнили был резким и неприятным. В радиусе поражения кактуса валялось много останков: мелкие ящерицы, птицы, несколько больших черепов гиен и верблюдов, что-то с длинными острыми рогами, напоминающее лошадь. Останки были как свежие, с ещё заметными кусками гниющего мяса, так и старые — белёсые гладкие кости, отшлифованные песком и ветром. Похоже, что растение получило зачатки интеллекта и убивало животных, чтобы наполнить почву питательными веществами.

Песок под ногой захрустел, словно Диармайд наступил не на песок, а на битое стекло. Парень поднял бесформенный слипшийся серо-жёлтый ком и швырнул его в камень, он разлетелся на куски со звуком бьющегося стекла. Сердцевиной оказался кристалл огня, размером походящий на семечко подсолнуха.

Кристалл третьего ранга. Диармайд знал только его приблизительную цену в драхмах. Ни цены на Египетском рынке, ни каков курс обмена драхм на утены парень не знал. Было около трёх часов, когда Диармайд заканчивал осмотр местности в поисках спрятанных в костях сокровищ. К этому времени он нашёл три кристаллика воды первого ранга и ещё одно огненное зёрнышко только второго ранга. За один день — потрясающий результат, особенно если учесть, какой малой кровью он им достался.

Удивительно, но здесь был только один человеческий скелет. Судя по тазовым костям мужской, довольно старый. Ткань и одежда давно превратилась в пыль, остались только металлические детали гардероба и оружие. Поломанный, не пригодный пистолет неизвестной марки ятаган и кривой, арабский кинжал.

Ятаган — красавец, хищный обратный полумесяц лезвия отливал красным, почти возле гарды было клеймо, скрещённые топоры над головой шакала, в навершие рукояти вмонтирован кристалл огня. Диармайд попробовал влить свою ману в клинок… но ничего не получилось. Меч просто не поглощал направленную в него ману. Жаль… такое замечательное оружие, а Диармайд им полноценно воспользоваться не может. Кинжал, с другой стороны, послушно принял ману мага, только вот это не его тип оружия.

— Ты чего не спишь? — потирая глаза спросил Луиджи.

— Нужно было утром влагу собрать из тумана, — Диармайд бросил ему ятаган и кинжал, — смотри что нашёл.

Луиджи первым делом принялся осматривать кинжал — несколько раз подбросил в воздух, без труда ловя его за рукоять, потом метнул в камень, лезвие наполовину врезалось в песчаник.

— Супер, нож не отдам! — упрямо заявил Луиджи, Диармайд прыснул, — а как тебе ятаган? — Луиджи вернул его Диармайду.

— Он очень качественный, но, к сожалению, мне не подходит. В нём кристалл огня, ятаган вообще не принимает мою ману, она рассеивается быстрее чем поступает.

— То есть ты можешь использовать меч, только как обычный меч? — сказал Луиджи с сарказмом.

— Ятаган скорее сабля, чем меч, — мгновенно поправил его Диармайд. Луиджи громко вздохнул, закатив глаза:

— Как скажешь… показывай, что ты ещё нашёл.

* * *

Столько месяцев поисков и вот наконец у Мелиссы получилось добыть необходимую информацию, сложно же ей пришлось… Ей было страшно. От волнения руки постоянно потели, а в животе бурлило неприятное чувство тревоги.

Девушка дёрнула головой, отгоняя неприятные мысли, она поправила белые как снег волосы и хлопнула себя по щекам, чтобы прийти в чувства. «Ну же, возьми себя в руки! Ты справлялась с ситуациями куда хуже этой!»

В магазин брендовых вещей вошла женщина с охраной. Обычные громилы в чёрно-белых костюмах, адепты, не сильные. При желании Мелисса могла убить их за несколько секунд, даже не обращаясь в волка.

Косметики на лице женщины, хватило бы чтобы замазать дыру в стене. Привлекательная, неопределённого возраста, яко-зелёные глаза; она казалась радостной и приветливой.

Охранники разместились на сидениях у входа, их хозяйка принялась осматривать стенды с самой дорогой одеждой. Продавцы здоровались с ней как с завсегдатаем.

Мелисса притворилась, что разглядывает юбку, когда мимо неё прошла женщина. За ней следовал приятный запах весенних трав, девушка зажмурилась вдыхая его. Она старалась не попадаться женщине на глаза, дождалась, когда она исчезнет в направлении примерочных кабинок и последовала за ней.

Отдёрнулась штора, женщина только начала расстёгивать пуговицы блузки, когда в кабинку ворвалась Мелисса.

— Что вы себе позволяете! — на арабском возмущённо выкрикнула женщина.

— Привет, мама, — после этих слов Мелиссы выкрик женщины, собиравшейся позвать охрану, застрял у неё в горле. Мередит протянула руку и коснулась щеки Мелиссы подушечками пальцев, словно боялась, что она растает как мираж, если она к ней прикоснётся. Слёзы наполнили её глаза, она крепко обняла дочку, изо всех сил прижимая её к себе. Мередит сразу её узнала, в ту же секунду, как услышала жалобное: «Мама». Она подавляла всхлипы, стараясь не издавать громких звуков.

Мелисса остолбенела, она просто не представляла, что всё пройдёт вот так. Она ожидала услышать оправдания, извинения, проклятия или банальную просьбу уйти, но не этого. Она стояла как каменное изваяние, пока её мать очень крепко прижимала её к себе.

— Мы не можем говорить здесь, охрану ко мне приставил Вацлав, встретимся сегодня вечером в кафе «Сон Исиды», около шести. Я могу опоздать или не прийти, тогда встреча переносится на следующий день или на последующий, думаю ты меня поняла.

Сказав это, Мередит вытолкнула дочь из раздевалки, на прощание прикоснувшись к её щеке. Она не могла отвести взгляда от Мелиссы, стараясь отчеканить в своей памяти каждую чёрточку лица дочери. Она так подросла…

Мелисса стояла в комнате с кабинками для примерки, в абсолютном шоке от произошедшего. Она на негнущихся ногах вышла из магазина, не обратив внимания на улыбчивую продавщицу, попрощавшуюся с ней.

Улицы Каира очень отличались от Уасета. Шумные, людные они были очень похожи на Афины, только население тут было более краснокожим и не редко встречались чернокожие люди, которых в Европе было чрезвычайно мало. Их всех маркировали как прислужников магов, сторонились и угнетали.

Дома из стекла и металла, с просторными окнами, небоскрёбы, закрывающие небо, всё это было отличительными чертами мегаполиса, коих была лишена номинальная столица Египта.

Мелисса зашла за угол, прислонившись спиной к стене и закрыла руками лицо. «Что только что произошло? Что у мамы была за реакция?» Она ничего не понимала, сбитая с толку и сконфуженная, девушка простояла так очень долго.

Глава 8

— Знать бы, на какую сумму ты насобирал кристаллов, — Луиджи вертел кинжал в руках, пытаясь найти как бы его приладить к поясу, ножен рядом с трупом не нашлось.

— Утены, Лу, местная валюта называется утены. Сколько раз мне напоминать? — Диармайд пристроил ятаган к поясу джинсов. Он довольно странно смотрелся со стороны, покрытые дорожной пылью джинсы с пристёгнутыми к поясу ножнами, кроссовки и белая футболка. Он совсем не был похож на опытного покорителя пустыни. Луиджи от него почти не отличался, разве что выглядел в отличии от Диармайда как обычный человек.

— Ой, да какая разница… хватит постоянно читать мне лекции Ди. Меня это бесит! — Луиджи постоянно жаловался, когда Диармайд его поправлял или читал нотации, но на самом деле уже давно к этому привык и ворчал просто по привычке.

— Пойдём на юго-запад, в самое сердце пустыни сейчас идти опасно, там как-раз во всю сезон спаривания идёт и самые сильные монстры очень агрессивны, — Диармайд остановился и глянул на не слушающего его Луиджи, он до сих пор возился с кинжалом, — прямо как ты, когда долго с девушками не видишься.

— Чего? — мотнул головой Лу, уловив что нравоучительный тон Диармайда изменился.

— Ничего, пошли, хватит вертеть этот треклятый кинжал постоянно в руках. Носишься с ним, как ребёнок с новой игрушкой, — вздохнул от бессилия Диармайд.

— Но он же такой классный! Только посмотри, какая острота и прочность! — свалял дурака он.

Ужинать супом из сушёного мяса не хотелось, потому Диармайд наловил ящериц. Свежее подсоленное мясо оказалось куда вкуснее подобия пищи, которое у них было с собой. Когда они уходили от скал, как крепость возвышавшихся над пустыней, солнце уже начало клониться к закату, заливая песчаные дюны красными лучами, казалось, что на горизонте тлеют угли гигантской жаровни.

— Мы не плохо справились, всего второй день и такой улов. Может наконец насобираем на что-то больше похожее на нормальный дом, или выкупим твою картину, когда вернёмся, — Луиджи не придумал ничего лучше, чем заткнуть клинок за пояс, он ему так понравился, что даже тогда он не отнимал руки от рукояти.

— Повезло. Как думаешь, может нам лучше будет разделиться. Ты не слабак и я чего-то стою.

— Не-а, — сразу замахал головой Луиджи, — это скверная идея. По крайней мере сейчас, я о пустыне знаю очень мало, да и ты ненамного больше. Лучше будет в этот раз держаться вместе.

— Ты, конечно, прав… — Лу ответил серьёзно, уверенно. Он так часто нёс бред и балагурил, что Диармайд иногда забывал о поразительной проницательности и смекалке друга.

— Назад! — Диармайд отпрыгнул назад, большим трёхметровым прыжком. Ноги увязли в песке, и он получился не таким высоким, как парень изначально рассчитывал. Луиджи последовал за ним.

В том месте, где они только что стояли, из-под земли появились зелёные лозы. Ребята со всех ног побежали назад. На песчаной равнине, откуда они только-что сбежали, появилась длинная трещина. Оттуда вытянулось ещё больше зелёных лоз с покрытыми слизью шипами.

— Что это за хрень!? — выкрикнул Луиджи. Лозы тянулись к ним, но парни были вне зоны их досягаемости.

— Пожиратель караванов. Это тоже высокоранговое магическое растение. Я почувствовал его, только когда оно оказалось в моей области контроля…

— А-а-а! Ну почему, сатир его подери, нам так везёт на эти грёбаные растения, — выкрикнул Луиджи.

— Лучше оно, чем монстр, который нам не по зубам. Это растение, по крайней мере, не может пуститься за нами в погоню, и мы без труда сможем его обойти.

Луиджи пригладил волосы, он всегда так делал, когда о чём-то серьёзно думал.

— Я бы предложил попробовать его убить, но оно явно нам не по силам. Так ведь?

— Ещё спрашиваешь, — фыркнул Диармайд.

Обходили Пожирателя Караванов по большой дуге, пасть растения с щупальцами закрылась снова, превратившись в углубление между двух высоких барханов.

* * *

— Стой! — признаки изменённого удалось отыскать только под утро. Диармайд присел возле дорожки из когтистых следов, песок слипся, и они были отчётливо видны.

— Или вода, или какая-то жидкость. Раз есть внешнее проявление — значит зверь минимум четвёртого ранга, — Диармайд пристально разглядывал следы размером с его руку, четыре лапы тянули продолговатое тело, оставляющее одну изгибающуюся кривую на песке.

— Скажи, — устало вздохнул Луиджи, — вот кому ты сейчас это всё объясняешь? Я ведь тоже неплохой охотник, знаешь ли.

— Не ной. Я просто думал вслух, — не признаваться же ему, что у Диармайда и вправду вылетело это из головы, и он объяснял всё на полном серьёзе.

Влага из следов успела испариться и точно узнать, какой именно жидкостью управляет зверь было невозможно. Отметины очень чёткие, значит, скорее всего, они были сегодняшними.

— Маги воды в пустыне слабые. Или изменённый сам по себе очень опасен, или у него есть какая-то особенность.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Луиджи.

— Что это или очень удобный противник, или очень опасный. Не угадаешь. Рискнём?

— А у нас разве есть выбор? — вздохнул Луиджи. — Мы ведь пришли в пустыню, чтобы охотиться, а не смотреть пейзажи и хавать твою стряпню.

— Нормально я готовлю! — буркнул Диармайд, — сам попробуй что-то получше сделать из наших припасов!

Погоню не прекратили даже днём. Солнце быстро прогрело землю, заставив Луиджи обливаться потом.

— Лу, ты потеешь.

— Да ладно? — закатил глаза Луиджи.

— Это был не вопрос. Я говорю это потому, что твоё тело начало обильно потеть, значит в нём не осталось маны и ему больше неоткуда брать энергию для терморегуляции. Без маны в бою ты будешь слабее.

— Чёрт, я как-то не обратил внимания на это. Как я умудрился потратить почти всю ману за сутки? Ещё и чувствую себя уставшим…

Под гребнем бархана послышалось протяжное, громкое шипение. Ящерица, метра три в длину с синей, блестящей под лучами утреннего солнца кожей, ползла к парням вверх по крутому склону.

— Твою мать… — выхватил оружие Луиджи

Варан, подбежав почти вплотную к целям, встретился взглядом с Диармайдом и застыл. Они с Луиджи в один миг пришли в движение, пользуясь замешательством добычи, почти добровольно шедшей к ним в руки.

Луиджи был сейчас значительно медленнее чем обычно, но он всё равно был быстрее синекожей ящерицы. Он пробежал мимо зверя, почти не замедляя скорости, оставив у того на боку длинный, глубокий кровоточащий порез. Монстр попытался ударить его хвостом, но он, заметив это движение, отпрыгнул в сторону, уклоняясь от атаки.

Пришла очередь атаковать Диармайду. Ятаган запел сталью, когда парень выдернул его из ножен. Серебристое лезвие поблескивало в солнечных лучах, отбивая свет. Диармайд направил блик в глаза повернувшегося к нему мордой монстра, но тот никак на это не отреагировал, раскрыв свою пасть и демонстрируя свои клыки, похожие на загнутые кинжалы. Монстр был проворным и быстрым. Преодолев мимолётный приступ страха, он рывком метнулся к Диармайду. Ящерица-переросток чувствовала в нём самую большую угрозу.

Парень увернулся от его стремительного наскока, отпрыгнув в сторону и оставил на шее неглубокую рану. Ятаган, конечно, хорош, но без вливания в него маны он очень неохотно прорезал уплотнённую магией шкуру.

Диармайд махнул рукой и пара капель, отсоединившихся от следовавшего за ним водяного пузыря, на большой скорости понеслись к зверю. Когда они вонзились в глаза, зверь громко зашипел, брызнула кровь, монстр ослеп, но оставался всё ещё жив. Перед ним появился Луиджи и вогнал кинжал ему в шею. Он отскочил, на землю брызнула струя крови.

Ящер умирал. С каждым толчком крови он слабел, с каждым стуком сердца жизнь покидала его быстрее и быстрее. Диармайд и Луиджи не спешили добивать животное. Не зачем лишний раз зря рисковать. Рана и так смертельная, нужно только подождать.

— Совсем молодая особь, — упал на песок Диармайд видя, как ноги ящерицы подкосились, не в силах больше выдерживать вес собственного туловища. — Скорее всего совсем недавно прорвалась на новый ранг.

— За такие кристаллы обычно платят меньше, но тоже не плохо. Видел его клыки? Вот тебе и особенность магического зверя.

— Особенность — это запах из пасти, я его сразу узнал — это нейропаралитический яд.

— Узнал по запаху? Кто тебя заставлял такую херь нюхать? — упал на песок рядом с Диармайдом Луиджи.

— Орсино, кто-ж ещё? — хмыкнул Диармайд.

Несмотря на то, что песок вокруг ящерицы был окрашен кровью в красный цвет, она была ещё жива. Мана заставляла монстра, потерявшего большую часть крови, оставаться в живых.

Диармайд немного отошёл в сторону, избегая вялого отчаянного удара, занёс ятаган и рубанул по шее. Клинок перерубил плотное мясо только на одну треть. Парень с трудом выдернул его, отпрыгивая назад, чтобы избежать удара хвостом.

— Живучий, — коротко бросил Диармайд. Ещё один удар почти в то же место перерубил большинство сухожилий, скользнув по шейным позвонкам. Кость не поддавалась острому клинку, издавая громкий скрежет.

Этих увечий достаточно, чтобы ускорить смерть изменённого. Продолжать Диармайд не стал, ятаган без подпитки маной слишком сильно ввяз в плоти, а кости, так вообще был не способен перерубить, не с нынешней силой парня.

Сдыхал варан почти до полудня, когда последние конвульсии прекратились, Диармайд приступил к копошению в туше. Он взял у Луиджи старый нож и наполнил его маной, лезвие без труда прорезало плоть, по плотности напоминавшую свинец.

— Ностальгия, — сказал покрытый кровью Диармайд, просунув руку глубоко в разрез брюшной полости.

— Вспомнил охоту в Карпатах? — Луиджи распластался на песке, прикрывая глаза от полуденного солнца.

— Угу, тогда было весело…

— Только ты, наверное, можешь сказать такое, засунув руку по локоть в чьё-то тело.

— Хм, — нахмурился Диармайд, не найдя кристалл в его обычном месте, он опустил руку немного ниже и нашёл искомое. У ящерицы было отклонение, солнечный нервный узел был смещён немного вниз.

Кристалл, вынутый из трупа, был покрыт кровью, он притягивал Диармайда. Было так приятно касаться его, пальцы, в точке соприкосновения кристалла с кожей, холодила приятная энергия по ощущениям напоминавшая воду. Тёмно-синее свечение было ещё светлее, чем Диармайд рассчитывал, что только подтверждало догадки о недавнем прорыве монстра на четвёртый ранг.

— Теперь осталось только выковырять зубы из пасти и удалить слюнные железы.

— У тебя есть контейнер для хранения жидкости? — спросил Луиджи приподнявшись с песка.

— Мензурка из калёного стекла с раствором формальдегида, изменённые слюнные железы не должны разрушиться под его воздействием, а нейротоксин сам по себе не едкая субстанция, так что колбу он точно не разъест.

— Всё-то ты предусмотрел… — рухнул обратно на землю Луиджи, пока Диармайд продолжал ковыряться во время от времени вздрагивающем трупе.

* * *

— Извините, мы закрываемся, — подошла к Мелиссе молодая официантка. Девушка смотрела на неё жалостливым взглядом. Наверняка думала, что Мелисса ждала в кафе своего парня, или что-то в этом роде.

— Сколько с меня? — допив остатки кофе спросила она.

— Вот чек, мы сделали вам скидку, — ободряюще улыбнулась девушка, — приходите ещё, надеюсь вам у нас понравилось.

Уютное кафе «Сон Исиды» располагалось на площади Амона, центральной площади Каира, не самое дорогое, в проулке, неприметное с площади.

Мелисса вышла наружу, вечерняя прохлада вызвала у неё озноб, девушка поёжилась. Она была в летнем синем платье, сшитом на египетский манер, а оно ни капли не защищало от холода, максимально демонстрируя подтянутую фигуру хозяйки.

Все маги чувствуют температурные скачки, но пока у них есть мана, они не могут навредить, жаль только от дискомфорта трудно избавиться, трудно, но не невозможно.

Площадь Амона была оживлённой. Почти полночь, а количество туристов на ней было не меньше, чем днём.

На плечо Мелиссы легла рука, девушка оставалась расслабленной и спокойной, не выдавая свою готовность убить потревожившего её в любой момент.

— Привет мам, опаздываешь, я уже третий день тебя тут жду, — не поворачиваясь сказала она.

— Извини Мел, у меня просто не получалось освободиться раньше, — виновато сказала Мередит, правда особой вины за женщиной Мелисса не замечала, умелая театральная игра, не более.

— Пойдём, тут рядом есть ночной кальянный бар, там можно спокойно поговорить.

Подвальное помещение с тяжёлой дверью, покрытой чётким резным орнаментами цветов, в арабском стиле, поприветствовало посетителей сладким липким воздухом и едва заметным покровом белого кальянного дыма.

— Асис, мне сегодня нужна отдельная комната, — обратилась к подбежавшему официанту Мередит. Она была уверенной, гордой и говорила требовательным тоном, не терпящим возражений. Мелисса видела, что вся её уверенность напускная и на самом деле её мама сильно нервничала. Её выдержка заслуживала уважения.

Они сидели в тесной коморке, с круглым низким столиком в центре, по полу разбросаны вышитые подушки, на стенах висели бархатные тяжёлые занавески, с фигурным орнаментом.

Женщины просидели некоторое время молча, изучая друг друга. Никто не решался заговорить первым.

— Какой же красивой ты стала, — сдалась Мередит, не выдержав тяжёлого взгляда дочери. Мелисса промолчала, продолжая буравить мать ледяным взглядом. За эти несколько дней она очень много думала о ней, так и не решив, как же она на самом деле к ней относится.

Мередит поудобнее устроилась на подушке, оттягивая время до следующей реплики.

— Как ты жила?

Наступившая тишина казалась очень тяжёлой, почти ощутимой физически.

— А ты как думаешь? — фыркнув бросила Мелисса, не мигая смотря в глаза матери.

— Ты оставила меня в клане преступников, чего ты ожидала? Что я обзавелась мужем и выводком карапузов, и теперь нереально счастлива? — её лицо исказила ядовитая улыбка, Мелисса с трудом убрала её, плотно сжав губы.

Мередит виновато опустила глаза, неосознанно сжимая пальцы.

— Ты должна понять, я сделала так потому, что там тебе было бы лучше. Поверь, доченька, я сделала это для твоего блага. Мне было очень больно оставлять тебя, но по-другому поступить я не могла.

— Ты бросила меня! — выкрик Мелиссы был полным боли и злости.

— Бросила и уехала на другой материк, вместе со своим новым мужем! Оставив меня как ненужную вещь в клане, где убийство — это норма. Ты хоть представляешь, каково мне было расти меж психов и садистов, а?

Мередит горько усмехнулась, сказав:

— Я тоже другой жизни не знала, ведь и сама была с самого рождения членом преступного клана…

— И это оправдывает твой поступок? Это оправдывает то, что ты поступила так со мной? Что ты бросила меня?

Мередит ударила кулаком по столу, лак пошёл трещинами, а древесина немного промялась.

— Я не могла поступить по-другому, понимаешь! Вацлав уже собирался покидать Грецию, и я не могла его оставить. Не потому, что не хотела, он сам бы меня не отпустил! А я не хотела, чтобы ты была рядом с этим человеком. Уж лучше расти среди преступников, чем жить с этим ублюдком.

— Тогда почему ты с ним поехала? — ничего не понимая спросила Мелисса.

— Потому что по-другому не могла, я была беременна и, к сожалению, он знал об этом. Вацлав меня бы не отпустил, его сын был для него очень важен, а на тебя ему всегда было наплевать. Потому я решила рискнуть, ты ведь всегда была очень сильной девочкой. Ты бы справилась и сама, без такой бесполезной дуры как я. Зачем ты здесь Мел, зачем ты приехала?

— И это ты у меня спрашиваешь после стольких лет? Это всё что хочешь узнать? — Разозлилась она.

— Уезжай, уходи, оставь всё как есть и исчезни из моей жизни… — охрипшим голосом сказала Мередит.

Мелисса поднялась и прикоснулась к скуле матери, стирая пальцем толстый слой косметики, скрывающий гематому.

— Уходи, я не могу оставить своего сына. Забудь обо мне, я уже давно сделала выбор, что для меня важнее и мне жаль, но это не ты. Просто исчезни из моей жизни и живи так, как жила. Я уже давно могла узнать, как ты и появиться в твоей жизни, но предпочла этого не делать. Уходи Мелисса.

Ей было больно. Обычно проницательная Мелисса, не видела настоящую Мередит, всё что она сейчас слышала — горькие слова, луной звучали у неё в голове. Каждое слово, как булавка втыкались в её сердце, наполняя глаза слезами. Мелисса молча смотрела на холодное, бесстрастное лицо матери полное решимости. Она поднялась и ушла, не в состоянии больше видеть её лицо.

* * *

Диармайд всегда очень чутко спал, не редко это доставляло множество неудобств. Даже самый слабый шорох или шум заставлял его просыпаться. Сейчас, он перекатился в бок, в то место, где он только что лежал, вонзился кинжал.

— Не сопротивляйся Ди, пришло время тебе наконец сдохнуть! Пока не стало слишком поздно, — выкрикнул Луиджи, набрасываясь на него с безумным выражением на лице.

Глава 9

Диармайд ничего не понимал. Луиджи не промедлил и секунды, направив кинжалы на него. Лёжа на земле очень трудно уклониться от стремительной атаки хорошо обученного специалиста, тут на помощь пришла вода. Висящая над магом даже во сне водяная сфера, выпустила три стрелы со свистом понесшихся к Луиджи на большой скорости. Он, разумеется, уклонился от них, но это дало время Диармайду встать на ноги и выхватить ятаган из ножен. Как раз вовремя, ему удалось заблокировать удар одного кинжала, другой пришлось оттолкнуть в сторону левой рукой.

Диармайд почувствовал, как в его туловище, немного ниже рёбер, вошло длинное лезвие. Луиджи пропустил ятаган над головой и нанёс удар, упавшим с воздуха третьим клинком. Спросонья Диармайд забыл про его излюбленную технику жонглирования кинжалами. Луиджи слишком опасный противник, чтобы экономить силы, нужно выкладываться на полную.

— Лу, какого чёрта! Что с тобой? Опомнись! — Диармайд направил импульс маны в сердце, ускоряя свою реакцию.

— Заткнись, — закричал он, перехватывая своё оружие обратным хватом, — сдохни, сдохни, сдохни! — истерично закричал он.

Невзирая на ускорение, приходилось очень трудно. Пускай сейчас Диармайд и мог заметить его стремительные и точные атаки, направленные в жизненно важные органы, но скорости отразить их ему не хватало.

Что случилось? Из-за чего Лу так внезапно напал. Ещё и его взгляд, пустой, потерянный, полный ярости и жажды крови. Диармайд никогда его таким не видел, даже после смерти Оскара и остальных ребят. К сожалению, он не был рядом с ним, когда умерла Каллисто…

Луиджи был быстр, слишком быстр, казалось, зыбкий песок его совсем не замедляет, словно Лу бежит по твёрдой поверхности. Диармайд с трудом увернулся от удара в горло, но расплатился за это глубоким порезом на правой руке, он использовал водяной выстрел и нанёс неглубокую рану в левое плечо оппонента.

Луиджи даже не дёрнулся, продолжая осыпать Диармайда градом быстрых и точных атак. Он был вёртким и без труда уклонялся от водяных пуль, сводя урон к минимуму тогда, когда уклониться было невозможно.

— Лу, очнись! Остановить! Приди в себя! — Диармайд махнул рукой, из сферы воды вытянулся длинный хлыст, нанёсший громкий, сильный удар в его солнечное сплетение. Луиджи только на секунду пригнулся, быстро восстановив дыхание.

— Закрой рот, я должен, нет, обязан убить тебя! — он сорвался в атаку.

— Назови хотя бы причину, — ответа не последовало. Он слишком силён, Диармайд не может себе позволить щадить Лу. Ещё и воды осталось очень мало, совсем скоро придётся использовать ту, которая хранится в пластиковых бутылках.

Диармайд отбросил ножны в сторону, освобождая руку для управления оставшейся водой, это было не обязательно, но использовать жесты было как-то естественно, привычно.

Вокруг Диармайда завертелся щит из остатков влаги, создавая вокруг мага сферу быстро вращающейся воды.

Бросок кинжала ранил Диармайда в бедро, совсем рядом с артерией. Его спас щит, немного сместивший траекторию полёта клинка вправо.

Из щита появились водяные иглы, Диармайд постарался пронзить его руки и ноги, но нанёс только поверхностные ранения.

Рука!? Диармайд только сейчас заметил правую руку, которой он крепко сжимал найденный недавно кинжал. Вены руки, очень крепко сжимающей рукоять, были угольно-чёрного цвета, светлея по мере отдаления от ладони. Это, его безумный взгляд и неадекватное поведение, как мозаика сложились в картинку — артефакт. Этот кинжал оказался артефактом, влияющим на разум. Навыки и рефлексы Лу не замедлились и жив Диармайд только потому, что он сейчас почти без маны в организме. Получается, что артефакт поглощает энергию владельца… так вот почему Луиджи днём слабел и потел. Выбить его из руки не получится, слишком крепко он сжимает его, вон, аж ладонь побелела. Придётся отрезать руку.

Диармайд взмахнул левой рукой — серп воды отделился от щита и на большой скорости понёсся к Луиджи. Он без труда увернулся, но так как они находились в области контроля Диармайда, и он управлял всей водой в этой зоне, полоска воды, подчиняясь его воле, развернулась в воздухе и вновь атаковала Лу. К сожалению, этого было недостаточно, тело адепта было слишком крепким, чтобы такая атака нанесла значительный урон. Диармайд оставил только неглубокий порез на запястье. Чёрт! Пускай Лу и адепт, разница в два ранга — это слишком много…

Диармайд использовал глаза, Луиджи замер на миг. Приблизившись, он попытался нанести рубящий удар ятаганом в то же место, что и удар водяным серпом, но Луиджи заблокировал атаку кинжалом, попытавшись оставить глубокий порез на животе Диармайда. Парень был к такому готов и ушёл от его контратаки небольшим прыжком назад.

Чтобы победить — придётся использовать всю оставшуюся ману за раз, до предела усилив своё тело. Противная вязкая мысль терзала его нутро, как червь копошась в душе: что делать если не получится, если, лишившись руки, Луиджи всё равно продолжить нападать? Лу умрёт? Человек, которому Диармайд ни капли не сомневаясь доверит собственную жизнь исчезнет? Нет! Лучше рискнуть собственной жизнью, чем позволить другу умереть! Смерть — это не то, чего он боится, может так будет даже лучше… Диармайд словно отпустил поводья собак, тянущих его в пучину отчаяния. Он успокоился и расслабился, приводя мысли в порядок.

Для усиления Диармайд использовал всю доступную энергию за раз, наполняя ею своё тело. Волна прохлады словно вода растеклась по его организму: придавая сил, снимая усталость, притупляя боль.

Диармайд в быстром рывке оказался совсем рядом с Луиджи, он схватил его за запястья блокируя руки. Глаза Диармайда горели синим огнём, его кожа подсвечивалась бледным светом изнутри. Луиджи застыл, даже в его одурманенный разум пробралось чувство страха. Смерть — единственное что крутилось в его мыслях, словно перед ним был не человек — жнец, пришедший за тем, что принадлежит ему по праву.

Луиджи с трудом поборол страх, всё ещё находясь в хватке безумия, он попытался ударить ногами, но они были заблокированы Диармайдом, парни, потеряв устойчивость повалились на землю, не удержавшись на ногах.

Диармайд не отпускал его запястья. Ему не хватало силы, чтобы сломать кости Луиджи. Его разум был холоден и расчётлив. Мана уходила как вода сквозь сито. Парень держался только на силе воли и ярости, беспрерывно циркулирующей в его голове. Она была там всегда, с самого первого дня знакомства с паладинами. Она всегда придавала ему сил и была самым верным спутником по жизни. Безграничная, уже даже беспричинная злоба — вот вся его суть, именно это источник его истинной силы. Опасный зверь, которого постоянно нужно держать под контролем, выпуская на свободу только в нужный момент. И этот момент настал…

Рюкзаки взорвались, раздираемые изнутри брызгами воды, они потянулись к магу, слившись в вихре над его головой. Диармайд почувствовал, словно в его груди раздался треск бьющегося стекла. Ему потребовались усилия, чтобы остаться в сознании чувствуя, как от эйфории мутится рассудок. Сила, которой ему сейчас так не хватало, рванула в тело из окружающей среды, словно жидкость в сжатую резиновую полость, опущенную в воду.

Правая рука Луиджи треснула немного выше запястья и поломалась как сухая ветка. Кость пробила кожу, окропив лицо Диармайда кровью. Маг закричал, он тянул поломанную руку Луиджи на себя, волокна плоти, сухожилия и вены медленно растягивались до предела, а потом рвались одна за другой, как перетянутые струны скрипки.

Луиджи громко закричал, бросив кинжал из левой руки. Его глаза стали медленно проясняться. Он перестал сопротивляться, Диармайд отпустил его, медленно отползая, с опаской косясь на Луиджи. Парень всё ещё был настороже, о чём свидетельствовали водяные иглы, направленные в противника. Сейчас у него хватит силы, чтобы ускорить водяные пули и пронзить Лу насквозь. Больше крепость тела адепта не спасёт.

— Моя рука! — закричал Лу, — что тут мать твою вообще происходит? А-а-а-а Ди, какого хера?

— Заткнись, — тяжело дыша сказал Диармайд, — это я тут должен жаловаться. Ты меня едва не убил, пока я спал!

— Ты блядь вообще о чём? Зачем мне на тебя нападать!? — растерянно спросил Луиджи, прижимая к себе кровоточащую культю.

— Посмотри на свою оторванную руку, видишь, как она крепко сжимает кинжал? — Луиджи перевел взгляд на руку, она вся была покрыта чёрными венами и крепко сжимая неприметный кривой кинжал, чем-то напоминавший клык. Он казался совсем обычным, ничем не выделяющимся.

— Лу, что ты помнишь? — спросил Диармайд разглядывая ещё немного двигающуюся конечность.

— Эм, смутно всё… перед тем, как лечь спать, меня бросило в жар. Я испугался что заболел… в себя пришёл, когда ты блядь оторвал мне руку! — вновь вспылил Луиджи, постепенно срываясь на крик.

— Что мне было делать? Ты на меня напал во сне, я вообще ничего не понял. Пришлось действовать по ситуации, я вообще думал, что придётся тебя убить.

— Ну спасибо…

— Лу, — повернулся к нему Диармайд.

— Чего, меня пугает твой взгляд. Ди, я был не в себе! — опасливо насторожился Луиджи.

— Твою культю нужно почистить, рваную рану нужно поправить иначе — кровотечение не остановится и есть риск появления гангрены раньше, чем сработает твоя регенерация.

Диармайд поднял ятаган и скомандовал воде промыть лезвие.

— Лу, вытяни культю и держи её ровно, — махнул клинком маг, поудобнее устроив ладонь на рукояти. Луиджи послушно вытянул культю, с которой свисали лоскуты плоти, он смотрел куда-то в сторону. Диармайд махнул рукой, сделав тонкий срез рваной ткани.

— И что мне теперь делать? — обречённо вздохнул Луиджи.

— Не ной, восстановим мы тебе руку. Я только не знаю сколько это будет стоить…Ты как, на следующий ранг прорываться не собираешься? — Диармайд пошёл к руке с кинжалом.

Луиджи задумался, прислушиваясь к себе.

— Уже близко, но время ещё есть. Эй Ди, ты что собираешься делать!? — выкрикнул он.

Диармайд махнул ятаганом срубив пальцы, сжимающие рукоять. Он поднял покрытый кровью кинжал. Ничего не почувствовал… а нет, вот его мана понемногу поглощается оружием. Если бы не знал, что нужно прислушиваться к ощущениям — скорее всего не заметил бы. Диармайд положил кинжал на песок, прислушиваясь к себе, он держал ятаган наготове и собирался отрубить себе левую руку, пойди что-то не так.

— Мог бы хотя бы для приличия поколебаться, прежде чем рубить мои пальцы! — возмущённо, без злости сказал Лу. Ворча как обычно, для проформы.

— Её все равно пришить бы не удалось… придётся целителю стимулировать твою регенерацию, чтобы восстановить конечность. Лу, ты ведь понимаешь — тебе придётся прекратить медитации до тех пор, пока рука не будет восстановлена.

— Да знаю я… — проворчал он, — только не говори, что ты собираешься взять кинжал.

— Ты шутишь, да? — Диармайд посмотрел на Луиджи как на умалишённого. — Ты хоть представляешь его ценность? Этот артефакт способен делать из человека безумного берсерка, бездумно бросающегося на всех, кто находится поблизости. Да чёрт с ней с ценой, сколько применений у этой вещи! И ты говоришь о том, чтобы оставить его здесь? Он стоит миллионы, если не десятки миллионов.

Диармайд достал из промокшего насквозь рюкзака футболку и вытянул из неё воду, высушив. Он намотал ткань вокруг оружия толстым слоем и прислушался, поглощает ли артефакт ману — нет. Для воздействия артефакту нужен контакт с кожей.

Артефакт — предмет, через который пропустили огромное количество маны, наделив его магическими свойствами. Они бывают двух видов: те, которые сделали маги, специально наделив предмет определёнными свойствами, или те, которые получаются случайно, более опасные, но и зачастую более мощные предметы. Так получаются и изменённые руды, — это сырьё, добытое в месте с высокой концентраций магической энергии. Только когда дикая мана проходит через сырьё, он просто приобретает необычные особенности, а когда такое происходит при помощи маны мага, предмет вбирает в себя эмоции и желания этого мага.

— Поздравляю Ди, теперь ты настоящий, мать твою, монстр. Пятый ранг в девятнадцать… это просто жесть.

— Что в этом странного? Я, по сути, пользуюсь советом Нико — прогрессирую в сражениях. Кто-ж знал, что трамплином для моего прорыва послужишь ты.

— Что странного? А ты вспомни тот факт, что Нико смог прорваться на шестой только когда ему перевалило за семьдесят! Ты обрёл вечную молодость в девятнадцать! Девятнадцать Ди!

— Надеюсь, моё взросление не остановится… — тихо сказал Диармайд.

— А что так? — с ехидной улыбкой спросил Лу, уже зная ответ.

— Просто… хорошо, я скажу это вслух. У меня слишком юношеское лицо, что нормально для подростка, но я хочу получить более мужественные, брутальные черты! — немного смущаясь, потому чуть громче чем нужно сказал Диармайд.

Луиджи заулыбался.

— Ты не знаешь? Не волнуйся, до тридцати твоё тело не перестанет взрослеть. Организм мага прекращает стареть в своей пиковой форме, а это около тридцати лет.

Диармайду полегчало… это была одна из тех ерундовых деталей, которые не имеют значения, но всё равно беспокоят.

— Лу, у меня появилась отличная идея, но она тебе не понравится, — сказал Диармайд, вытягивая воду из их походных рюкзаков. Воды осталось совсем мало, хорошо, что ему удалось сохранить питьевую воду из рюкзаков отдельно от той, которую он использует для боя. Иначе пришлось бы совсем туго.

— Ты собрался отрезать мне ещё одну руку?

— Нет, должен же ты себя как-то развлекать, пока рядом нет легкодоступных женщин…

— Эй! — улыбаясь выкрикнул Луиджи. Прошло уже так много времени, а он всё никак не мог привыкнуть к тому, что Диармайд иногда шутит. Плохо шутит, но всё же…

— Думаю нам стоит углубиться в пустыню, где обитают монстры покрупнее. Хочу проверить свои новые способности.

— Ну вот… а я уже начал думать, что хуже быть не может… Ди, а это не продиктовано твоим помутнённым рассудком? Я-то, конечно, пойду с тобой, но принимать жизненно-важные решения, опираясь на одурманенный ум — плохая идея.

Диармайд говорил так, словно он уже собирался сорваться в путь, но он не мог. Луиджи был ранен, мелкие царапины быстро затянутся, чтобы восстановиться адепту шестого ранга не нужно много времени, но вот руке — нужна пара дней. Диармайд и сам был не в лучшем состоянии, только вред его организму больше нанёс он сам, чем Луиджи. Рана в животе — ерунда. Кинжал, каким-то чудом, почти не задел органы. Больше всего пострадали мышцы и сухожилия — усиленные энергией до предела, они превысили свои возможности растянулись и порвались. Желая спасти друга, Диармайд чуть не убил себя. Боль сейчас была просто невероятной, спасала только муть в голове от прорыва. Диармайд перестал сдерживать себя, перетянув культю Луиджи он рухнул на землю, перестав сдерживаться. Волна тепла затопила всё его сознание, унося в иные плоскости. Разум словно расплылся, растворился, лишившись присущих человеческим мыслям формы.

Луиджи стоял над потерявшим рассудок другом. Глаза Диармайда были расширенными пустыми, зрачки метались во все стороны независимо друг от друга. Тело вздрагивало и иногда напрягалось.

— Идиот, — вздохнул Лу, — нужно было просто убить меня… мне и так незачем жить, разве что присматривать за тобой, придурком. Зачем ты довёл себя до такого состояния?

Несмотря на свою слабость, Луиджи просидел возле Диармайда почти сутки без сна и ушёл отдыхать только тогда, когда он начал приходить в норму. Он уснул, как только его тело коснулось теряющего тепло вечернего песка.

На небосводе показались яркие звёзды. Рядом с уже начавшим гнить трупом ящерицы валялись два человеческих тела. Только бы на них сейчас не набрёл какой-то зверь…

Глава 10

Диармайд бежал вверх по гребню бархана с поразительной скоростью. Быстрота восприятия, реакция — всё увеличилось в несколько раз после перехода на новый ранг, как и объём маны с областью контроля. Сейчас Диармайд мог влиять на воду в радиусе пятидесяти трёх метров двенадцати сантиметров.

Змея напряглась, готовясь к броску. Синие угли глаз были зеркалом его собственных. Диармайд махнул ятаганом, и зверь лишился головы быстрее, чем сумел осознать конец собственной жизни. Зернышко кристалла второго ранга отправилось в карман. Решение углубиться в пустыню многократно увеличило количество трофеев.

Диармайд потянулся, хрустя позвонками. Тело всё ещё чувствовало дискомфорт, сильный зуд никуда не ушёл. После сражения почти все его мышцы и связки были растянуты или разорваны, три дня парень провалялся на песке в бреду, под присмотром Лу. Казалось, что всё его тело — это одна сплошная гематома. Вот что случается, когда усиливаешь мышцы больше, чем они способны выдержать.

— Ты всё равно медленнее Нико, — Луиджи только сейчас взбежал на верх, сжимая в уцелевшей руке старый кинжал.

— Нико — маг молнии. С его скоростью не всегда смогут справиться маги на ранг выше него, а в быстроте перемещения могут посоперничать только маги света.

— Ди, мы уже добыли достаточное количество кристаллов, когда будем возвращаться?

— Я же тебе говорил: ещё несколько дней, хочу посмотреть, что таят в себе недра пустыни. Пока удавалось найти только низко ранговых изменённых. Нам необходимо разведать места охоты на будущее, восстановление твоей руки потребует много денег, которых у нас сейчас нет.

— Говори что хочешь, я устал, у нас заканчивается еда, а вода уже и подавно, спасает только твоя способность собирать туман и восполнять её запас.

Пустыня — невероятно трудная для путешествий территория, но даже к ней парни довольно быстро приспособились.

— Как же я хочу помыться, — простонал Луиджи, зажмурив глаза. Закатное солнце залило пустыню красным цветом, покрывая гребни песчаных волн ржавчиной.

— И не говори, — Диармайд пригляделся. Он заметил что-то странное на горизонте. Сейчас было не так жарко как днём и марева сейчас быть не должно, но парень увидел, как далеко, почти на границе различимого глазом расстояния, преломлялся и дрожал воздух.

— Там что-то странное, Лу, не отставай, — парень сорвался с места. Он одним высоким прыжком спустился с самой высокой точки песчаной насыпи. Луиджи был медленнее, но отставал он не сильно, да и Диармайд не усиливал своё тело магией целенаправленно, чтобы друг за ним поспевал.

Диармайд замер, прислушиваясь к своим ощущениям, впереди было что-то странное.

— Что такое? — Луиджи догнал и заметил обеспокоенность на лице друга.

— Там что-то странное, я чувствую множество организмов с маной, не сильных.

Парни застыли вглядываясь вперёд.

— Давай пойдём посмотрим, но, — подчеркнул, повысив тон Луиджи, — если там что-то опасное и мы не сможем с этим справиться — сразу бежим обратно. Согласен, Ди?

Диармайд кивнул, не отводя взгляда от горизонта. В этот раз он не побежал вперёд, а держался Луиджи. Странности продолжались, он почувствовал влагу в воздухе. Его организм, тут же потянул её к себе, почти неосознанно, инстинктивно. Множество капель зависло над Диармайдом, словно дождь, внезапно прекративший подчиняться силе тяготения и застывший в воздухе.

Взобравшись на песчаный гребень, парни застыли. Перед ними открылся неестественный для пустыни пейзаж. Между барханов притаилась зелёная долина, тонкие перья изумрудной травы казались чем-то нереальным, украденным из другого мира, чуждого этому. Кактусы как деревья высились над ней, их верхушки покрывали яркие цветы и притягивали уставший от пустынных пейзажей взор. Стая попугаев взлетела с насиженных мест, чириканьем прорезав привыкшие к тишине уши. Но больше всего притягивало облако пара в центре этого оазиса. Диармайд не мог разглядеть что там было, гребень бархана, покрытый травой, закрывал обзор.

— Ну и вид, — заворожённо сказал Луиджи.

— Нужно быть очень осторожными, такое место должно привлекать сильных чудовищ.

— Серьёзно, это ты мне говоришь об осторожности? Ди, а не пошёл бы ты нахер? — раздражённо нахмурился Лу. Диармайд ничего не ответил, он в один прыжок оказался вначале долины, чувствуя, как множество изменённых магией организмов рвануло к нему. Странно, обычно слабые звери убегают, когда чувствуют сильного противника.

Хоть под ногами был зелёный ковёр, ноги всё равно погружались в зыбкий песок. Трава росла на этой неблагодарной почве, каким-то чудом приспособившись к пустыне. Наверное, доступ к воде помогал выживать в этом тяжёлом для растений климате. Чем дальше Диармайд уходил в глубь зелёной территории, тем оживлённее и прекраснее она ставала. Именно про такие завораживающие оазисы думаешь в первую очередь, когда читаешь про островки жизни в пустыне, но реальность, как это часто бывает, оказалась куда краше воображения.

— Ди, там в траве движение! — выкрикнул Луиджи, но Диармайд уже был к этому готов. Он согнул колени и отпрыгнул назад, к другу. В то место, где он только что стоял, бросилось несколько змей. Они с противным шипением без капли страха последовали за магом, значительно превосходящим их по силе. Мелкие змейки были первого-второго ранга, не более.

Диармайд направил ману в глаза, они загорелись синим огнём, зрачок расширился, змейки замерли. Глаза хищника взывали к их эволюционному защитному механизму — страху, они зашипели и понеслись прочь.

— Удобно! — хлопнул Диармайда по плечу Луиджи, — вот всегда бы ты решал проблемы просто посветив глазами.

— Это работает как надо только на тех, кто ниже меня рангом и имеет слабую волю. На магов влияет слабо, только на краткий миг сбивая их с толку.

— На меня же сработало, а я в тот момент был сильнее тебя. И даже не смей намекать на то, что у меня слабая воля! — опасливо сощурился Луиджи, видя, что губы Диармайда уже немного согнулись в уголках, как он всегда делал, когда собирался съязвить.

— Эх, Ди, какое же это замечательное место. Только меня беспокоит отсутствие следов человеческого присутствия. Обычно такие островки растительности служат перевалочным пунктом у охотников, — Луиджи насторожено всматривался в местность, словно ожидал, что на них вот-вот выпрыгнет какое-то чудо.

— Лу, ты и сам понимаешь почему здесь нет следов человека. Тут обитает кто-то недостаточно ценный, чтобы сюда пришла высококлассная команда охотников, но достаточно опасный, чтобы спровадить отсюда слабые отряды.

— Что скажешь про оазис? — Луиджи придержал Диармайда за руку, помахав головой — дальше идти было опасно. Он был здесь в первую очередь, чтобы сдержать друга, когда его любопытство возьмёт верх над здравым смыслом.

— Дальше мы не пойдём. Ди, неужели ты сам не понимаешь, что хозяин этого места нам точно не по зубам, во всяком случае пока-что, — Диармайд обречённо вздохнул, неохотно внимая доводам друга. Он понимал его правоту, но так сильно хотелось хотя-бы узнать, кто именно хозяин этого великолепия.

— Странно, — Диармайд застыл, уже собираясь разворачиваться.

— Что?

— Под землёй очень много воды, целый водоём! Вот откуда пар, мы находимся над подземным источником. Отсюда и зелень.

— Бред, как под песчаной массой может оказаться настолько близкий к поверхности источник воды, она должна просочиться глубже в недра.

Диармайд взмахнул рукой, вспоров изумрудный ковёр. Из земли пробилась струя воды, завертевшаяся змеей над головой мага.

— Это нарушает закон физики, вода должна была просочиться глубже! — упрямо заявил Лу.

— Чтобы пробиться наверх, вода проломила какою-то оболочку. Под песком есть твёрдый, но хрупкий материал. Думаю, это какая-то каменная порода типа кварца или вулканического стекла.

— И ты вот это определил, опираясь на ощущения того, как вода проделала себе путь наружу? — скептически вздёрнув бровь спросил Луиджи.

— Ещё я почувствовал колоссальные объёмы воды под нами. Поэтому могу предположить: или тут есть выход на подземные реки, или растение высокого ранга, способное производить большие объёмы жидкости. Вода чистейшая, не в каждом горном роднике такая.

На горизонте показалась змеиная голова, по-настоящему исполинских размеров. Что-то похожее на кобру, только со светящимися жёлтым светом глазами и гребнем шипов на спине. Она закрывала своим капюшоном заходящее солнце, из-за чего создавалось некое подобие огненно-красного ареола, вокруг её головы. Раздалось душераздирающее шипение, и из глаз монстра вылетели лучи света. Парни рванули в тот-же миг, когда змей повернул свою голову в их сторону. К счастью, парни были достаточно проворны чтобы избежать атаки. На том месте, где они только что стояли, оказался кратер из раскалённого песка. Когда он остынет — превратится в стекло.

Они бежали со всех сил, точнее так бежал Луиджи, Диармайд придерживался его темпа. Направь он энергию в нижнюю часть тела, с лёгкостью смог бы ускориться, но за это пришлось бы снова платить разрывами мышц и сухожилий.

Парни остановились только убедившись, что монстр за ними не последовал.

— Всё, ну нафиг, больше мы никуда не идём. От давления, издаваемого этой змеёй, я едва не впал в ступор, — поборов одышку проворчал Луиджи.

— Хм, я смог это преодолеть, наверное потому, что маны в моём организме значительно больше…

— Ди, я и так знаю о сопротивляемости магов к чужой энергии, незачем говорить очевидные вещи. Не считай меня глупее себя, — недовольно сказал Луиджи.

— Кристаллов мы набрали даже больше необходимого. Можем возвращаться, — всё ещё всматриваясь в горизонт ответил Ди.

* * *

На песке потрескивал костёр. Парни набрели на засохший оазис, тут хватало топлива для костра — редкое удовольствие в этой местности.

— Не понимаю, как тебе удаётся так быстро прогрессировать. Это не нормально, — Луиджи жарил на прутьях жирных больших ящериц первого ранга, которых им удалось словить под вечер. Мяса в них было не меньше, чем в раскормленной курице. — Чтобы прорваться на следующий ранг, необходимо накопить достаточное количество энергии, чтобы твой кристалл смог разрастись и ещё не мало маны потребуется для мутации тела. Как у тебя получается её так быстро собирать? Богатенькие маги используют для этого эликсиры, но искусственная стимуляция не редко ограничивает прогресс и использующие её застревают и имеют риск замедлить свой рост.

— Не знаю, я руководствуюсь советами Нико. Не останавливаю медитацию и расту в сражениях. Три последних ранга я преодолел именно в бою.

— Думаешь в этом всё дело?

— Или так, или это последствие того, что кристалл мне достался от другого мага.

Лу фыркнул и принялся переворачивать мясо, опасаясь, что прутья, на которых они жарили еду, сгорят и мясо упадёт в огонь.

— До сих пор не могу поверить в то, каким образом Нико тебе помог. Случаи, когда маги теряют свои кристаллы — редкость, но они считаются неизлечимыми. Это знание стоит очень дорого…

— Жаль у тебя нет солнечного узла, быть магом… я не могу описать это словами. Власть над стихией даёт просто невероятную гамму эмоций — радость, восторг, удовлетворение, почти граничащее с эйфорией, — Диармайд лёжа смотрел на звёзды. Они сияли настолько ярко, что можно было разглядеть горизонт не хуже, чем днём.

— А я не жалею. Вы маги все какие-то жестокие, почти одержимые силой. Ой, только не корчись! Неужели ты не замечал, что почти все маги одержимые силой мясники, за редким исключением.

— Думаешь в этом всё дело? — не стал спорить Диармайд, он и сам это подметил, пускай ему и не приятно было признавать сей факт.

— Думаю, что вседозволенность и сила, способная без труда стирать чужие жизни, меняет характер в худшую сторону. Я ведь знаю, ни ты, ни Нико себя и людьми вовсе не считаете. Словно маги вообще отдельный вид.

— Может так оно и есть, не хочу с тобой об этом спорить.

— Ха! — выкрикнул Луиджи. — Потому что у тебя нет аргументов?

— Нет, потому что мои аргументы ты легко опровергнешь, а я этого не желаю.

* * *

В Уасет вернулись под утро, до конца испытательного срока оставалось ещё шесть дней. Город по утрам был очень активным, пока солнце ещё не начало жарить.

— Куда первым делом? — Луиджи потянулся сладко зевнув.

— Денег у нас нет, так что сначала идём в гильдию, посмотрим, какая сумма у нас будет на руках после того, как всё сдадим.

Утром в гильдии охотников было малолюдно. В приёмной их встретила та же прелестница с неряшливым хвостом соломенных волос. Девушка приветливо улыбнулась, когда парни вошли в здание. От них жутко разило потом, вся одежда была покрыта грязными разводами и местами порванная. Диармайду было любопытно — это искренняя улыбка, или она стоила ей больших трудов. У парня так и не получалось научиться разгадывать настоящие намерения людей, они до сих пор оставались для него слишком сложным пазлом, который ему очень хотелось сложить.

— Я пришёл чтобы пройти испытание, — Диармайд положил на стол свой паспорт.

— Минутку, — девушка начала набирать код на компьютере, — у вас есть ещё шесть дней, но, если желаете, можете пройти аттестацию раньше. Только оценщика ещё нет, но вы можете подождать в баре, — девушка указала рукой на помещение, расположенное в цокольном крыле здания.

— Мы подождём в холле, — дёрнул Луиджи за плечо Диармайд, — забыл уже, денег у нас нет.

Они просидели там почти до полудня, пока не появился сухой старичок египтянин с крючковатым носом и очками в круглой золотой оправе. Седые короткие волосы были в беспорядке, а на смуглом лице белела густая щетина.

— Зиёда, милая, эти молодые люди ко мне? — спросил старик, кивнув на парней.

— Да господин Васим, — поклонилась ему блондинка.

— Идите за мной молодые люди, оценим ваши находки. Зиёда, что у них со сроком?

— Осталось ещё шесть дней, — сказала вдогонку девушка. Парни направились за стариком на второй этаж. Единственная комната была очень просторной, заставленной множеством деревянных ящиков. Рядом стояли громадные холодильники с алхимическими реагентами и растениями в ёмкостях, заполненных жидкостью.

— Такие молодые и уже подались в охотники, — добродушно улыбнулся старик. — Меня зовут Имад, — протянул он худощавую руку с крючковатыми длинными пальцами, — мы часто будем с вами встречаться, — рукопожатие было уверенным, цепким.

— Показывайте, что вы мне из пустыни принесли, — старик молча изучал кристаллы, внимательно осматривая их под ювелирным увеличительным стеклом, аккуратно ворочая пинцетом. Он оказался слабым магом огня, не сильнее второго ранга.

— Неплохо, очень даже неплохо! — бодро ответил он, устало потирая глаза отодвинув очки себе на лоб. — Вместе с цветами стрельцового кактуса сумма набежала весьма приличная — семьдесят три тысячи утенов. По уставу гильдии я забираю добычи на пятьдесят тысяч, остальное после вычета налогов ваше.

— Ставка налога семьдесят процентов… — задумался Диармайд, — получается, что после их вычета вы выплатите нам шесть тысяч девятьсот утенов?

Старик достал из кармана телефон и посчитал сумму на калькуляторе.

— Всё верно! — одобрительно кивнул он. — У вас все кристаллы низко ранговые, потому смысла продавать их на аукционе нет. Их оптом скупают артефакторы, но вот цветы стрельцового кактуса мы попробуем продать на аукционе — это редкое растение. Если получится заработать больше, Зиёда отдаст вам деньги, когда вы вернётесь в гильдию. Зиёда — имя моей рабыни в приёмной, — пояснил старик.

— Рабыни? — хмыкнул Диармайд. Он ни за что не подумал бы, что эта улыбчивая девушка чья-то собственность.

— Вы не знали? В Египте разрешено рабство, но продавать и покупать можно только людей.

— Знал, просто… неважно, — махнул рукой Диармайд. Подобное отношение вызвало спорные чувства. Он вспомнил времена, когда его самого считали чей-то собственностью.

Они распрощались со стариком и двинулись наружу. Проходя мимо девушки, Диармайд не удержался и бросил на неё сочувствующий взгляд. Странно, неужели ему жаль эту женщину?

— Ты чего приуныл?

— Просто старик назвал девушку в приёмной своей рабыней. Это напомнило мне… ну ты сам знаешь.

— Она? — Луиджи повернулся, разглядывая блондинку, — ни за что бы не подумал. Девушка как девушка, ни клейма на лбу, ни страдальческого взгляда.

— И я об этом подумал. Я слышал раньше про рабов, но до этого их не видел. А может и видел, просто не понимал кто они такие.

— Страна магов, созданная для магов? — хмыкнул Луиджи.

— А вот и мои любимые отморозки. Как поживаете? — окликнула парней Мелисса, вставая из-за столика уличного кафе.

Глава 11

Их встреча оказалась тёплой, приятельской. Девушка внимательно выслушала рассказ Луиджи о их буднях, Диармайд только несколько раз поправлял его и уточнял важные, по его мнению, детали.

— А что ты делала всё это время? — Мелисса как-то странно отреагировала на этот вопрос, сморщилась, как от глотка уксуса и отвела взгляд в сторону.

— Да так… встретилась с тем, кого искала, но, к сожалению, встреча оказалась не такой как я рассчитывала.

— Что собираешься делать дальше? — поинтересовался Диармайд.

— Ничего, планов на будущее у меня нет. Вам в команду маг природы не нужен? Бесполезной я точно не буду.

— Нужен! — Луиджи выкрикнул так быстро, что, наверное, сделал это в инстинктивном порыве. Мелисса не смогла сдержать улыбки.

— Сейчас наша цель насобирать двести тысяч утенов на мой первый год обучения в академии и восстановить руку Лу. Если тебя это устраивает — я не против. На проживание мы заработаем легко, если ты не собираешься тратить тысячи утенов на платья и побрякушки… — Диармайд конечно не против был заполучить сильного мага в команду, но и опасался капризов девушки. Несмотря на то, что они уже довольно давно знакомы, Диармайд её почти не знал.

— Может ты не заметил, но я не гонюсь за блестяшками как большинство ворон. Меня вполне устроит средний уровень достатка, пока мы не соберём нужную сумму. Я просто не знаю что делать, — призналась девушка, — потому я пока побуду с вами.

— Ди, в тот клоповник я не вернусь! — упрямо заявил Луиджи.

— Я и не собираюсь туда возвращаться. Мы снимем гостиницу, не дорогую. Отдохнём и снова отправимся в пустыню. Нужно будет узнать, сколько стоит восстановить тебе руку. Ты говорил, что до прорыва на следующий ранг не много осталось. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы с проводимостью энергии в руке…

* * *

Мелисса очень гармонично влилась в коллектив. Девушка держалась особняком, не упуская возможности словесно уколоть кого-то из парней, но всегда помогала в охоте, когда того требовала ситуация. Она была сильным магом. В волка, к слову, она обращалась очень редко, предпочитая для атаки использовать лозы и траву.

В сравнении со стройкой, охота приносила просто колоссальный доход, но приходилось большую часть времени проводить в жаркой пустыне. Это было возможно только благодаря магии Диармайда. Найти еду в пустыне не трудно, особенно магам, но вот с водой была совсем другая ситуация.

Было раннее утро. Далёкий горизонт небосвода только-только начал светлеть, предвещая день. Диармайд спал, крепко прижимая к себе книгу, он как обычно ворочался во сне, но криков и безумных метаний уже давно не было.

— Не понимаю, почему ты остаёшься с нами? Ни за что не поверю, что бывший капо с навыками к шпионажу не может сладко устроиться, — тихо сказал Луиджи, сидя опёршись спиной о свой походный рюкзак.

— Сама не знаю… — так же тихо ответила ему Мелисса. — Я была потерянной, когда встретилась с вами, у меня случилась очень неприятная ситуация и в голове всплыла наша договорённость встретиться, когда появится возможность. Потом как-то привыкла к вам, — она засмеялась, прикрывая рот ладошкой, — смешно признать, но ваша компания мне и вправду нравится. Меня забавляют ваши перепалки и постоянные споры. Я могу устроить себе жизнь получше, но стоит ли что-то менять, если мне и здесь хорошо? А может меня просто интересует Диармайд. Ты хотя-бы представляешь, насколько он исключительный?

— Пятый ранг в девятнадцать — это не такая уж и редкость, — посмотрел на спящего друга Лу, он знал подлинную уникальность парня, но это не его секрет и не ему его рассказывать.

— Бог с ним, с рангом. Его глаза — вот настоящее чудо. У магов воды просто не бывает таких глаз! Не бывает и всё! У магов основных четырёх стихий дурного глаза никогда не было.

Луиджи не смог сдержать смех, Диармайд заворочался во сне, делая вид что спит. «Знала бы Мелисса все его тайны…», подумал Лу.

— Знаешь, когда мой учитель только взялся его тренировать, он мне казал: этот парень сможет изменить мир, а если не изменить, по пошатнуть устоявшийся мировой порядок. Тогда я подумал — это алкогольный бред, а сейчас и сам без колебаний отдам за парня жизнь.

Мелисса пристально смотрела на лицо Луиджи во время его откровения.

— Руку за него ты уже отдал…

Девушка замолчала, разглядывая Диармайда. Он показался ей странным ещё в Спарте. Целеустремлённый, смелый, бесстрашный. Иногда умный, иногда глупый.

— А он красивый… — тихо сказала она, — но такой холодный.

— Когда я его впервые встретил — он казался очень умным и проницательным парнем. Постоянно молчал и учился. Ещё у него был взгляд мёртвой рыбы и почти полностью отсутствовали эмоции. Потом, когда он отжил и начал вести себя более человечно, я понял — его напускная хмурость и была причиной этого ареола мудрости и загадочности. Ты не подумай, Ди смышлёный парень и он поразительно быстро учится. Но не стоит путать знания с мудростью, ошибки он творит не реже остальных. Пожалуй, больше всего заслуживает уважения его упорство и целеустремлённость. Я ещё не встречал таких волевых людей.

— Хм… — только и смогла ответить Мелисса.

* * *

Наступило тринадцатое июня. Это был один из тех редких дней, который ребята проводили в цивилизации. Луиджи и Мелисса заявили, что они устали и решили отдохнуть в городе. Диармайд был не против, он и сам устал от монотонного истребления низко рангового зверья. На добычу посерьёзнее они пока не решались, там нужно дорогостоящее оружие и оборудование для сбора полезных материалов.

Луиджи ворвался в комнату пребывая в хорошем расположении духа.

— Мы сегодня идём в бар! — уверенно заявил он.

— Что, снова? — страдальчески застонал Диармайд. — Забыл уже, как всё в последний раз закончилось? Ты до погоста меня довести хочешь?

— Хватит говорить как старикан из книжной лавки! Готовься, сегодня вечером мы отдыхаем! — прокричал он, уходя из номера. Дверь за собой гад так и не закрыл!

Уют заведения Замира был притягательным и успокаивающим, к запаху алкоголя примешивался вязкий аромат кальяна. Атмосфера умиротворения и неспешного, весёлого досуга тут была особенно приятной.

— Лу сказал, что у тебя сегодня день рождения — поздравляю, — Мелисса коснулась губами щеки Диармайда и положила перед ним книгу, перевязанную лентой.

— Лу много болтает, — парень вздохнул и потянулся к книге не в силах сопротивляться соблазну, — спасибо.

Мелисса улыбнулась, обменявшись с Луиджи весёлыми взглядами.

— Сегодня всё за твой счёт! — поставил в известность именинника Лу.

— У нас и так общие деньги…

— Ничего не знаю Замир, пива мне и этой обворожительной леди! — потребовал балагур у медведеподобного бармена. Мелисса была обворожительной. Её хищная красота слепила, привлекая взгляды — чёрное шёлковое платье подчёркивало стройную фигуру, через прорези на платье были видны линии татуировок. Ожерелье из черных рубинов элегантно лежало на ключице, акцентируя внимание на притягательном декольте.

— Твои вещи ведь потонули как и наши, вместе с кораблём. Когда ты уже успела обзавестись такими побрякушками? — спросил Луиджи.

— Такая прелесть — жаль, что это не моё, я одолжила у одного знакомого. Не привыкла появляться на празднике в повседневной одежде.

— Ну да, вечернее платье — именно то, что стоит одевать в пивной бар, — хохотнул Лу. — Твоё здоровье Ди, с днём побега.

— Спасибо, — нехотя оторвался от книги Диармайд. Магическая флора и фауна Сахары — невероятно увлекательное чтиво.

— День побега? — заинтересовалась девушка.

— Я сбежал с колонии в этот день, пять лет назад. Именно этого числа я и решил праздновать день рождения.

Лу как обычно не сдерживался, отрываясь во всю. Уже через час он в обнимку со студентами первокурсниками пел арабскую песню. Удивительно, как это у него получалось, почти не понимая язык, пел он не плохо, к слову.

— Скажи, ты ведь сильная. Почему будучи членом Адамиди, ты отвечала именно за разведку?

— Силой далеко не всегда можно добиться желаемого, — Мелисса перестала с улыбкой наблюдать за развязным поведением Луиджи. — Если у тебя не хватает сил сделать что-то самому, заставь других сделать это.

— Я никогда не был хорош в манипуляциях людьми. Это полезный навык, жаль мне он не даётся также легко, как магия…

— Ничего сложного тут нет. Главное никогда не забывать о том, что каждый человек чего-то хочет. Если научишься этим управлять, научишься заставлять людей делать всё за тебя. Тут, как и в любом навыке — важна сноровка и упорство. Мастерство не постигается благодаря генам, его тренируют на протяжении всей жизни.

— Звучит проще, чем есть на самом деле, — Диармайд понимал очевидные вещи, но вот как их реализовать?

— Тут фокус в том, что звучит это просто и кажется очевидным, но на самом деле, это намного труднее чем кажется.

— Могу я пригласить тебя на танец? — к Мелиссе подошёл долговязый студент с брошью Айн на груди.

— Извини, сегодня я танцую только с этим парнем, — указала на Диармайда она. Парень смерил его колючим взглядом, прежде чем уйти, но ввязываться в конфликт не стал.

— Одна фраза и он ненавидит меня и обвиняет во всех сегодняшних несчастьях.

Мелисса рассмеялась.

— Такова сила коварных и опасных женщин, мы заставляем баранов бодаться на потеху толпе. Мне скучно, пошли потанцуем, а то ты так и просидишь за стойкой пока Лу не приползёт, требуя отнести его домой.

Ритмичная музыка пьянила, Мелисса изгибалась с лукавой улыбкой наблюдая за Диармайдом. Он был спокоен и расслаблен с наслаждением наблюдая за гибкостью и красотой её тела. Мелисса не просто умела танцевать, она завораживала. Резкий цветочный аромат, исходящий от девушки в его руках — дурманил. Когда танец закончился и началась следующая песня, в заведении было необычайно тихо, замолчали пьяные студенты с Луиджи, стихли досужие разговоры завсегдатаев.

— Сила красоты, да? — спросил Диармайд, не в силах сдержать довольной улыбки.

— Красота — это ещё не всё, нужно уметь представить себя. С первой же секунды показать, кто ты есть на самом деле. Ты научишься, уж это я тебе обещаю.

В отель возвращались поздно ночью. Луиджи был пьян, но не сильно, в этот раз он не стал переходить границу разумного. Он шёл пошатываясь, и Диармайд время от времени поправлял направление его движения, опасаясь, как бы он не угодил в колючие кусты на обочине. Адепт адептом, а глупости делать не стоит.

— Самоконтроля ему точно не хватает, — осуждающе покачала головой Мелисса. — Иди спать, я уложу этого олуха сама.

— Спасибо за сегодняшний вечер, и ещё раз спасибо за прекрасный подарок.

Мелисса тепло улыбнулась.

— Пожалуйста, я знала — тебе понравится.

Диармайд сидел на крохотном балконе своего номера. Вид из него открывался просто потрясающий. Чёрные воды медленно текучего Нила отзеркаливали звёздное небо, делая его похожим на засыпанную драгоценностями простыню из тёмно-синего бархата. Очертания пальм колыхались от слабого ветра. Пели ночные насекомые.

— Если не можешь сделать что-то сам — заставь других сделать это за себя, да? — Диармайд улыбнулся своим мыслям. У него начал зарождаться план, интересно, к чему он его приведёт?

Уже пять лет…

* * *

— Ты спрашивал про магию у Гарри, так? — охранник надвигался на него как ожившая скала. Он был громадным в сравнении с тощим мальчиком, отчаянно пытавшимся вжаться в стену. Мужчина не замедлил шаг, он нанёс сильный удар прикладом ему в челюсть, боль была невероятной, голова закружилась, Диармайд не смог устоять на ногах.

— Эй ты, новенький, отнеси это в карцер. Пускай подумает над своим поведением, меня уже затрахало делать ему постоянные замечания, — гаркнул надзиратель.

Новоприбывший охранник ещё сохранял остатки человечности, он понёс неспособного стоять на ногах паренька на руках. Диармайд видел жалость в его глазах, но он уже хорошо знал — она быстро оттуда исчезает, сначала сменяясь безразличием, потом злобой.

Когда его проносили по коридору он увидел, как в «комнату удовольствий» заталкивали девочку, Анну. Она брыкалась и рыдала, а тройка извергов насмехаясь толкали её внутрь, приговаривая:

— Чем быстрее ты перестанешь брыкаться, тем быстрее тебе начнёт нравится, — из комнаты послышались ещё несколько мужских голосов.

* * *

Диармайд сидел в карцере уже четвёртые сутки. Охранники принесли ему миску с костями, на которых почти не оставалось мяса. На поверхности были видны следы собачьих зубов.

* * *

— На, — бросил ему тарелку в камеру надзиратель, с довольной улыбкой смотрящий на изнеможённое лицо паренька. — Будешь знать, как устраивать драки.

* * *

Сегодня Диармайд сломал нос Саймону Шефилду, когда тот попытался украсть у него кусок хлеба. Виновником сразу определили главного возмутителя колонии. У главного надзирателя Витольда закончилось терпение. Его приковали наручниками к колену трубы, оставив висеть в нескольких сантиметрах над землёй, мальчик мог дотронуться до неё только носочками.

— Ну всё, ты меня зае… Сейчас я тебе наглядно покажу, где твоё место, — разминая широкие плечи сказал бритый гасконец. Он разорвал белый халат на спине Диармайда и отошёл на несколько шагов назад.

— Клац, — раздался громкий хлопок нагайки, спину обожгло болью, но мальчик не издал ни звука. Клац, клац, клац, боль въедалась ему в спину, как кислота которой заставляли их очищать руду. Он плакал беззвучно, до крови закусив губу, а на спине чеканились шрамы, которые останутся с ним на всю жизнь.

Диармайд опомнился, отгоняя неприятные воспоминания и посмотрел на кружку с остывшим кофе, сливки отбелили его поверхность.

— Ненавижу белый, — парень бросил кружку в ствол дерева и ушёл с балкона. Он пошёл на кухню, взял нож, напитал его маной и стал делать надрезы на татуировке. Плавно, спокойно, одна линия за другой скрывала ненавистный штрихкод закрашивая его кровью. Боль была привычной, почти приятной, ведь она отвлекала от отвратительных воспоминаний, а по его щекам текли немые слёзы, такие же, как и тогда.

* * *

— Какой-то ты угрюмый, — оценил хмурое лицо Диармайда Луиджи за завтраком. Они уже давно облюбовали неприметную забегаловку, где подавали одни из вкуснейших кебабов в городе.

— Зато ты слишком весёлый, где твоё честно заработанное похмелье? — проворчал Диармайд.

— Серьёзно, вы начинаете спорить с самого утра? Вам это когда-нибудь надоедает? — опустила газету Мелисса.

— Нет! — в один голос ответили парни и заулыбались.

Луиджи внезапно поморщился и принялся массировать округлившуюся культю.

— Ди, открой пожалуйста содовую.

— Фантомные боли? — обеспокоенно спросил Диармайд.

— Ерунда. Ты решил, когда мы отправляемся в пустыню?

— Я думал отдохнуть ещё несколько дней, мы пробыли там почти две недели, нужно отдохнуть и снова за работу. В этот раз у нас будет сосуд из стекла ковенье, так что сможем хранить очень едкие субстанции, а они неплохо продаются.

— Какой сосуд? — переспросила Мелисса.

— Из алхимического стекла, — использовал его распространённое название Диармайд.

— Вот скажи, почему сразу так не ответить, а?

— Хватит! — вспылила Мелисса, видя, что Диармайд уже собирался огрызаться в ответ. — Вы меня уже достали, оба! Можно хотя-бы раз спокойно поесть, не собачась по каждому поводу?

— Чего ты такая нервная с самого утра? Я думал ты уже привыкла, — удивился Лу.

— Пришлось ночью одного пьяного идиота спать укладывать. Радуйся, что я пожалела тебя и не сломала последнюю уцелевшую руку, и не делай вид, что не понимаешь за что!

— Понял-понял, прости, я был пьян, ничего не соображал.

— Ты вообще по жизни похоже ничего не соображаешь! — заявила Мелисса, гордо вздёрнув подбородок.

— Ди, я знаю, ты собираешься первым делом восстановить мою руку, но подумай, может не стоит рисковать — сначала устроим тебя в академию. Если напряжёмся, думаю успеем собрать нужную сумму.

— А с твоей рукой мы сможем эффективнее охотиться. Лу, я не собираюсь рисковать и оставить тебя инвалидом с дефективной рукой.

— Так, хватит. Не нужно никому ничем жертвовать. У вас есть ещё целых два месяца на то, чтобы подать документы, а у нас в отряде два мага высокого ранга. Я уже нашла решение всех проблем.

— Какое!? — в один голос выкрикнули парни.

— И как это у вас получается? — спросила Мелисса. — Так, короче, мы отправляемся на охоту в дельту Нила!

К ребятам за столик сел невысокий тощий мужчина средних лет. Его лицо покрывала многодневная щетина, а на голове криво сидела покрытая масляными разводами кепка. Он не сказал ни слова, положив подрагивающие руки на стол.

— Прости парень, но за этим столиком занято. Поищи себе другое место, — сказал ему Луиджи.

Незнакомец не пошевелился. Он сделал глубокий вдох, прежде чем заговорить.

— Я люблю розовых единорогов, — дрожащим голосом сказал он. Мелисса прыснула, прижав кулачок ко рту, а Диармайд и Луиджи наоборот напряглись и собрались, внимательно смотря на мужчину.

— Не пытайтесь со мной связаться. Это может поставить вас под удар. Я найду вас, если в этом будет нужда. Успехов, — сказал он и немного поколебавшись поднялся с пластикового стула.

— Что за чёрт? — спросила у парней Мелисса, но те ничего не ответили ей.

Мужчина отошёл на двести метров, достал из кармана пистолет и выстрелил себе в голову. На улице все засуетились, зеваки подбежали к трупу. Прохожие начали толпиться вокруг тела.

— Что за чёрт!? — повысив голос спросила Мелисса.

— Это сообщение от Нико, — ответил ей Диармайд, — думаешь у нас проблемы? — повернулся он к Луиджи.

— Не знаю, но стоит быть на стороже. Он бы не стал с нами связываться таким образом, если бы всё было нормально.

Глава 12

— Слушай Мелисса, ты же такой крутой специалист по сплетням, может поможешь Ди найти картину? — троица сидела на террасе кафе на сваях, нависшего над поросшим камышами берегом Нила на окраине города, за городской стеной.

— До сих пор не могу поверить, что вас ограбили, — не сдержала улыбки Мелисса, — только у меня, пока что, очень мало информаторов и связей, чтобы эффективно работать. И ещё я её не видела. Ди, ты ведь с чехла картину даже не вынимал. Назови художника и что на ней было изображено, — Девушка обратилась к Диармайду, смотрящего на реку расфокусированным взглядом.

— Имя художницы я не знаю, я купил картину в афинской галерее, за восемьдесят тысяч драхм.

— Сколько!? — выкрикнул Луиджи. — Эта хрень стоила восемьдесят штук?

— На ней изображён собор в Кёнигсберге, осенью. Картина нарисована в стиле фавизма, — Диармайд проигнорировал выкрик Лу.

— Как вас вообще умудрились обокрасть? Маг и адепт…

— Я… оставил картину в съёмной квартире, в трущобах, когда мы вернулись после тюремного заключения — дом был перевёрнут вверх дном, а картины уже не было.

— Я думал это какая-то дешёвка, восемьдесят штук! — схватился за голову Луиджи.

— А ну цыц, — шикнула на него Мелисса, — готова поспорить, ты просто не понимаешь её красоты.

Диармайд ухмыльнулся, прекратив таращиться на реку.

— Я тоже считаю, что картина ужасна. Она имеет для меня только символическое значение. Сам не понимаю, почему так к ней прикипел. Мелис, если удастся найти — хорошо, нет — переживу. Не стоит из-за эмоций лишний раз рисковать или идти на жертвы — оно того не стоит. Подготовка к охоте должна стоять на первом месте, на кону наши жизни.

— Я подготовила примерный список припасов и раздобыла информацию у охотников, побывавших там. Нас ждёт трудное, но прибыльное путешествие. Только придётся потратиться на контейнеры для хранения органов и сосуды из алхимического стекла. Одного будет недостаточно, — с лица Мелиссы исчезла лёгкая улыбка. Она всегда серьёзнела, когда дело касалось работы, отбрасывая в сторону шутки, язвительный тон или ненужные замечания, словно её место занимал совсем другой человек. Цепкая, внимательная, проницательная девушка, с суровым, тяжёлым взглядом. Диармайду очень нравилась эта её черта, его завораживал контраст между ней на досуге и во время работы. Он ещё не полностью доверял девушке, но её компания была очень приятна, только Диармайд не понимал — это её актёрская игра, или естественное обаяние. Но не стоит заблуждаться, он был на стороже и следил за каждым словом, каждым своим жестом в её присутствии.

— Не спешите. Нам ещё нужно найти человека, который будет вырезать ценные органы и железы. Я в этом ничего не понимаю, но не думаю, что умений Диармайда будет достаточно, — продолжала Мелисса.

— Не нужно, — прервал её Диармайд, — я довольно умело разделываю туши, меня научили всему что нужно, — Мелисса с недоверием посмотрела на Диармайда.

— Просто раньше нам не попадалось ничего ценного, да и дорогие контейнеры, для хранения органов, мы не могли себе позволить, — ответил на её незаданный вопрос Диармайд. — За всё время охоты, мы не нашли ни одного изменённого высокого ранга, с которым могли бы справиться. Мелисса, попрошу тебя узнать самые ценные органы и реагенты, и их градации. Я знаю только греческий рынок, и то примерно.

— Сделаю, — кивнула Мелисса и сделала пометку в блокноте. — Если верить рассказам — там точно будут изменённые пятого ранга а то и выше. Про моторную лодку я договорюсь сама, если пойдёт кто-то из вас, наверняка подсунут какую-то дрянь.

— Вот не надо преувеличивать, ты ещё долго будешь вспоминать тот электронный компас?

— Лу!? Если бы не Диармайд, каким-то чудом умудрился найти нас после песчаной бури, мы бы, возможно, до сих пор бродили по пустыне, — снисходительно начала читать нотацию девушка. — Если твоя жизнь зависит от какой-то вещи — убедись, что она качественная и исправная!

— Он нормально работал! Просто компас повредился, когда я упал на землю. Я, видишь ли, не привык ещё быть одноруким!

Диармайд отстранился от их перепалки. Если Мелисса начала спорить — значит деловая часть разговора была позади.

— Ди, что с тобой в последнее время, — потерпев сокрушительное поражение в их сердитых гляделках спросил Луиджи.

— У меня не получается превратить воду в лёд, — громко вздохнул Диармайд.

— Тут я тебе не смогу помочь. У каждой школы магии индивидуальный подход, я вот знаю только слабости магов воды и как им противостоять. Думаю, тебе в академии всё объяснят… если поступишь.

— Я всё хотел у тебя спросить — Мелисса, как у тебя получается прятать свою область контроля? — Диармайд наконец не выдержал и поддался своему любопытству. Он всё не решался задать этот вопрос, опасаясь отказа.

— Ты и этого не знаешь? — удивилась девушка, из-за этого Диармайд почувствовал прилив стыда. Её искреннее удивление было ударом ниже пояса.

— Учитель не говорил об этом. Он, наверное, не рассчитывал, что я буду прогрессировать так быстро, или просто не успел мне рассказать. Он только месяц учил меня магии и больше всего времени уходило на практическую часть обучения… — начал оправдываться Диармайд.

— Всё просто, — буднично ответила Мелисса, сделав вид что не заметила смущения Диармайда. — После шестого ранга маг сильнее сродняется с кристаллом, его контроль над собственными силами претерпевает кардинальных изменений. Именно на этом ранге маги, в основном, обретают возможность значительно изменять свои стихии. До шестого ранга от моих растений едва ли была какая-то польза. Я в основном сражалась, превращаясь в волка. Так вот, на этом уровне сил, маг получает возможность спрятать свою область контроля, чтобы другим было труднее их обнаружить. Но сделав это он почти лишается возможности колдовать, так как нет пространства, в котором он может влиять на свой элемент. Маги крови, в данном случае, одни из немногих исключений.

— Хм… — В голове Диармайда сразу начали роиться мысли. Это были очень познавательные сведения. Жаль, что он так мало времени провёл с Нико, обучаясь магии.

* * *

Подготовка шла своим ходом, их денежные запасы таяли на глазах. Артефакты в Египте были значительно дешевле, чем в Европе, но они тоже стоили больших денег. Мелисса занялась подготовкой и Диармайд, доверив всё ей, старательно пытался найти путь для своего развития.

У него был хороший контроль стихии. Скорее всего, в превращении воды в лёд, заложен какой-то очевидный трюк, как было в самом начале, когда он не мог управлять водой — потому что она не была в пределах его области контроля.

Безрезультатно. Просидев целый день над миской с водой Диармайд вышел из дешёвого номера на улицу, как обычно спрыгнув с балкона. Была ночь, источниками света служили только редкие уличные фонари. Тучи плотно закрывали небо, пряча звёзды.

Диармайд направил ману в глаза, разгоняя мрак. Он не часто пользовался ночным зрением, предпочитая смотреть на изменчивую игру силуэтов и теней ночью, жаль, что всю их полноту он больше не мог лицезреть. Теперь, даже не направляя энергию в глаза, он видел всё куда лучше, чем до превращения в мага.

Диармайд направился в район богатых поместий, тут обитали аристократы и самые успешные египтяне. Бродя по ухоженным улочкам с красивыми садами, он чувствовал себя лучше.

В мыслях парня уже долгое время рождался план, долгий, требующий множества усилий и ресурсов, он с каждым днём обрастал деталями и нюансами. Так, шаг за шагом, он обретёт силу. Сначала, благодаря магической силе, он узнает необходимую информацию, как о магии, так и об обществе. Ядовитые змеи, клубящиеся в его душе, становились опаснее с каждым днём, ставя под угрозу даже тёплые чувства, которые парень питает к своим компаньонам. Иногда мысли и планы, всплывавшие у него в голове, пугали и вызывали отвращение к самому себе. Вопрос, на что он готов пойти ради достижения своих целей — слишком часто возникал в блуждающем сознании.

Диармайд шёл мимо поместий, выстроенных в роскошном арабском стиле. Насыщенные цветочные ароматы дразнили нюх. Время от времени он замечал охрану, патрулирующую вверенную ей территорию. Он шёл, любуясь архитектурой отличной от европейской, но даже здесь Диармайд замечал схожие элементы. Красота позволяла отвлечься от неприятных мыслей.

Эх, ещё и потеря картины… после её утраты он словно лишился вещи, помогавшей отвлекаться. Её потеря — ещё одна оборванная струна, позволявшая цепляться за остатки своей человечности.

Скучная размеренная жизнь охотника казалась блажью. Но если планы, которые Диармайд строил воплотятся — его ждёт очень насыщенное и полное опасностей будущее. Сейчас наступал поворотный момент, как и тогда, когда он выбирал между Софией и рискованной операцией, сделавшей из него мага.

Диармайд и не заметил, как дошёл до набережной. Он очнулся от размышлений только когда вода проникла в его область контроля. Родная стихия, как всегда, принесла покой и умиротворение.

Набережная реки была пустой. Сушу от воды отделяли столбы, соединённые друг с другом толстой металлической цепью. Диармайд перегнулся через один из них, нависнув над ровной поверхностью реки.

— Не думала, что встречу здесь кого-то, в такой поздний час, — Диармайд услышал позади приятный женский голос.

— Я и сам не планировал сюда приходить, — ответил Диармайд не разгибаясь, — очнулся, только когда пришёл сюда.

— Со мной тоже такое бывает, — в голосе девушки проскользнула весёлость, — брожу, копаюсь в мыслях, а когда прихожу в себя — теряюсь, не понимая, где нахожусь. Сестра говорит, что я склонна к меланхолии, — арабский девушки был хорош, но Диармайд уловил в нём акцент, очень похожий на его собственный. — Из-за чего ты грустишь, почти засунув голову в Нил? Я сначала подумала, что ты собираешься в него прыгнуть.

Диармайд не заговорил о своих настоящих тревогах, вместо этого он сказал:

— Я недавно прорвался на пятый ранг, учитель говорил — что начиная именно с этого ранга, маги воды получают возможность превращать воду в лёд. Но у меня никак не получается это сделать.

— Ты так молод, а уже пятый ранг, прямо как я, только я кажется старше, — Девушка задумалась. Диармайд расправил спину, отстранившись от столбика и повернулся, впервые посмотрев на девушку: хрупкая, немного ниже Диармайда, она казалась болезненно ходой, даже в сравнении с парнем, хотя он и сам не был образцового телосложения. Её непослушные золотистые волосы падали на плечи, насыщенные голубые глаза горели, освещая лицо. Женственная фигура с плавными, не смотря на аномальную худобу, привлекательными изгибами — казалась нереальной. Лёгкое белое платье трепетало от порывов ветра. Девушка разглядывала Диармайда в ответ, с её лица сошла улыбка.

— А мы раньше не встречались? — спросил Диармайд, её лицо казалось знакомым, но у него никак не получалось вспомнить, где он мог её видеть.

Блондинка улыбнулась, поправив выбившуюся прядь непослушных волос.

— Нет, я бы тебя точно запомнила…

Девушка прокашлялась, её щеки покрыл румянец, с которым она быстро справилась.

— Касательно твоей проблемы… — заговорила она, найдя в себе силы вновь посмотреть на Диармайда, до сих пор пристально наблюдающего за ней, — Лёд — это недвижимая субстанция, цена твёрдости — невозможность изменить форму застывшей жидкости, до тех пор, пока она не оттает. Скажи, ты пытался заморозить воду и одновременно задавать ей другие команды?

Диармайд не ответил, вместо этого он махнул рукой и из реки к нему потянулась струя воды. Она повисла перед ним неподвижно, он не пытался ею как-то управлять, но вода всё равно не замерзала.

— Вот, ты снова повторяешь свою ошибку. Приказав воде подняться из реки, ты уже задал ей вектор действий. Ты только перешёл на пятый ранг, и такие сложные манипуляции тебе, пока что, не по плечу. Сейчас ты можешь указать только одно действие за раз.

Диармайд прекратил воздействовать на воду, тонкая струйка рухнула на покрытую мелким песком набережную, в Уасете везде был песок… Когда вода застыла, почти полностью впитавшись в песок, он приказал ей замёрзнуть, вода подчинилась. Почти вмиг тонкая полоса влаги превратилась в ледяную дорожку, ведущую к реке.

— Странно, раньше я медитировал над миской воды и у меня ничего не получалось, — не отводя взгляда от своего долгожданного успеха сказал Диармайд.

— С первого раза, потрясающе! — девушка казалась такой радостной, словно это не Диармайд а она заморозила воду.

— Всё просто. Скорее всего ты неосознанно пытался указывать ещё какие-то действия. Самым талантливым с этим трюком труднее всего. Они настолько привыкают к тому, что вода повинуется каждой ихней прихоти, что даже неосознанно задают ей множество команд одновременно.

— А как тогда управлять льдом? Какой смысл от воды, которой я не могу управлять, — Диармайд сжал пальцы, и ледяная дорожка поднялась с земли, разламываясь на крохотные осколки.

— Практика, — улыбнулась блондинка, — придётся потратить много времени и усилий, прежде чем ты к этому придёшь и в один момент ты просто сможешь. Не знаю как это работает, я вообще довольно мало знаю про воду.

Зазвонил телефон, девушка спешно подняла трубку.

— Да знаю, не капризничай, уже иду. Я просто хотела пройтись. Ладно-ладно.

— Была рада встрече, — незнакомка улыбнулась Диармайду на прощание, — думаю, мы встретимся в академии. Может ты тогда согласишься попозировать для портрета? — Девушка подпрыгнула, порыв ветра подхватил её и она, придерживая полы платья, улетела.

Парень ещё долго смотрел ей вслед, даже когда крохотный силуэт девушки в белом платье исчез где-то в квартале аристократов. Какая необычная девушка… Чёрт, а он так и не спросил у неё имя…

Диармайд снова поднял с реки немного воды, на песке она быстро превращалась в заледеневшие лужи. Заморозить реку не получилось, когда парень пожелал этого — мана начала вытекать из него в бешенных количествах, а на поверхности воды не появилось даже маленькой корки льда. Обидно. Но у него наконец получилось! Диармайд наконец смог добиться желаемого, Нико говорил: маги воды, способные изменять её агрегатное состояния — это совсем другой уровень, и теперь он один из них.

Замороженные льдинки образовали вокруг него хоровод ловя блики от света фонаря. Диармайд направил их в пальму и те с глухим стуком начали врезаться в ствол. Сил он потратил не много, а на коре дерева уже образовались заметные повреждения. Так мало сил и такой результат… Только весь эффект сводило на нет время подготовки, сначала заморозить воду, потом поддерживать её в таком состоянии, что тоже требует сил. И вся эффективность улетучивалась. От льда, пока что, никакого толку, нужно тренироваться.

* * *

Тучный лысый европеец с очень тёмным загаром, прекратил крутить кольцо на указательном пальце. Его округлый свисающий подбородок задрожал как желе, когда он откинулся на спинку, жалобно заскрипевшего кресла.

— Дядя, что-то случилось? — подняла взгляд от телефона обворожительная рыжая красавица с лёгким загаром. Присцылла Дюбуа говорила на чистейшем арабском. Только её внешность помнила давно утерянные французские корни, тонкие губы, чёткие привлекательные черты лица, оранжевые яркие глаза в которых всегда горел озорной огонёк и яркие, почти красные волосы.

— Нам приказали дальше следить за парнем и отвадить от него все неприятности до тех пор, пока мы не получим иное распоряжение. Понятия не имею кто он, но мне разрешили использовать экстренные ресурсы, — толстяк провёл рукой по взмокшей от нервов лысине.

— Я не понимаю, кто может отдавать вам такие приказы? Вы говорили, что эти приказы не от администрации фараона и не от знати. Кто это?

— Ох, моя милая Жозефина. Ты даже не представляешь, насколько много в мире людей могущественнее нашего фараона, — Франц снисходительно посмотрел на свою племянницу.

— Когда он поступит в академию, я полагаюсь на твоё содействие. Возьмёшь его под своё крылышко? Ты ведь справишься?

— Разве я вас когда-то подводила, дядя? — озорно улыбнулась девушка.

Глава 13

— Это что? — спросил Луиджи когда утром вся компания причащалась кофе, Диармайд с шумом поставил фарфоровую миску на стол, до краёв заполненную замёрзшим льдом.

— У тебя получилось!? Поздравляю! — выкрикнула Мелисса, она подошла и крепко прижала Диармайда к себе. — Умница!

— Да что случилось!? — отбросив остатки сна выкрикнул Луиджи. Он посмотрел на миску, перевёл взгляд на друга, потом снова на миску.

— Поздравляю! — прекратил дурачиться Лу. — Признавайся, как у тебя получилось?

— Я сегодня ночью вышел прогуляться и встретил красивую незнакомку, указавшую мне на ошибки.

Мелисса прислонила ладонь к его лбу.

— Температуры вроде нет, — задумчиво сказала она.

* * *

Как-то всё быстро происходило. Диармайд целыми днями безвылазно просидел в комнате — то замораживая, то размораживая воду в миске. Прогресс дело медленное… Момент начала их «великого», как это подчеркнул Луиджи, похода пришёлся на понедельник. Август в Уасете это невероятная жара и зелёные финики на деревьях. Кропотливые крестьяне уже собирали второй урожай, а студиозы дурели от полученной свободы. А ещё в это время проходил праздник Баст, когда все участники надевали маски котов и в сумерках начинали гулянья, продолжающиеся целую ночь.

— Мы отправляемся, — Луиджи, как всегда, по-хозяйски ворвался в номер Диармайда.

— Ди, мать твою, ты ещё не собрался!? Ты какого хрена сидишь над этой долбаной миской? Нам отплывать через пол часа. Собери хотя-бы вещи!

— Лу, не кричи с самого утра, на нас и так все соседи косо смотрят, — вошедшая в комнату сонная Мелисса потирала запухшие глаза.

— Он до сих пор не собрался! — выкрикнул Луиджи, он потянул Диармайда за воротник, потому что парень так и не сдвинулся с места, продолжая медитировать над миской.

— Лу! — выкрикнул пришедший в себя Диармайд. — У меня почти получилось заставить воду замёрзнуть пока я командовал ей подняться в воздух, какого чёрта ты мне мешаешь!?

— Потому что сейчас самое время отправляться в дорогу, магоманьяк ты недоделанный. Я тебе вчера раз пять про это говорил! Давай собирайся… — Луиджи устало вздохнул и повернулся к Мелиссе.

— Вот теперь ты понимаешь о чём я говорил, посмотри на его лицо. Спорим это чудовище не спало уже несколько дней, взгляни на него, он со своими синяками под глазами и бледной кожей похож на китайского медведя.

— На панду что ли? — Мелисса внимательно присмотрелась к бросившемуся заталкивать комки одежды в походный рюкзак Диармайду.

— Есть в нём что-то такое — милашное… — задумалась девушка.

— Всё ты ему с рук спускаешь! — раздражённо высказался Луиджи, сердито скрестив руки на груди.

— Я просто не придаю этому значения… расслабься и радуйся жизни Лу, — сладко зевнула Мелисса.

Много времени на сборы Диармайду не потребовалось. Всё что нужно он сбросил в одну кучу, когда Луиджи сказал о скором начале похода. К своему стыду точную дату Диармайд прослушал, сосредоточившись на тренировке. Он так, хм, загорелся, использованием льда в бою, что был просто не в силах отстраниться от тренировок, впервые за долгое время почувствовав прилив энтузиазма.

Вещей было столько, что до речного причала пришлось нанимать грузовой автомобиль. Маги-то достаточно сильные чтобы поднять этот вес, но объём вещей был слишком уж большой…

Тучный грузчик с пышными «тараканьими» усами бросил окурок в урну и поспешил открыть задние дверки грузового автомобиля. Их вещи едва влезли в машину, дверь закрывалась с трудом.

— Эм, будем вызывать такси, все мы в машину не влезем… — Луиджи уже сидел на переднем пассажирском сидении.

— Зачем? — потянулся Диармайд, разминая затёкшие кости. — Ты сиди, а мы с Мелиссой просто побежим за машиной… — таксист скосил странный взгляд на Диармайда.

— Как успехи? — спросила Мелисса, пока заводился мотор машины.

— У меня почти получилось заморозить воду в Движении. Если бы не Лу…

— Сам виноват, нужно было следить за временем. Ты как-то слишком уж увлекаешься. Мне казалось, что ты более благоразумный.

Диармайд пожал плечами и сорвался с места нагнав поехавшую машину. Мелисса в миг оказалась рядом с ним.

Арендованная моторная лодка была весьма непрезентабельного вида. Местами покрытая ржавчиной, с облезающей краской, она не вызывала доверия. Но Диармайд уже достаточно хорошо изучил Мелиссу, и без опаски доверял её педантичности в такого рода приготовлениях.

Пара минут погрузки и заработал мотор, лодка отчалила от речного причала. В Уасете он был одним из ключевых транспортах узлов, по Нилу перевозились как люди, так и товар. Рыбаки с утра отплывали на рыбалку и тут было довольно оживлённо. Длинные пирсы на металлических сваях были полны сонного люда, готовящегося к трудовому дню.

Лодкой управляла Мелисса, Луиджи осматривал местность, развалившись в кресле с вываливающейся обивкой. Диармайд поднял каплю с реки и пытался её заморозить в полёте.

Сложность была не в объёме магии, её парню хватало. Тут скорее проблема мышления, заморозить каплю в полёте всё равно что писать разный текст одновременно правой и левой рукой. Это возможно, но очень уж трудно. Но Диармайд был упорным, или как любил уточнять Луиджи, «упоротым», когда дело касалось магии. Потому он не сдастся, не важно сколько времени на это уйдёт.

Возле Нила кишела жизнь. Злаковые поля разливались по обеим берегам реки, в прибрежном иле росли папирус и камыш. Закрыв глаза Диармайд чувствовал рыбу, плавающую в толще реки, змей, ползающих в прибережном тростнике, даже птиц, черкающих водную поверхность своими когтями в попытке поймать всплывающую за вздохом рыбу. Ревущий мотор тревожил живность, заставляя её реагировать на вторженцев.

Время от времени попадались причалы с дежурными постами магов на сваях. Их обязанность — безопасность реки. Любой изменённый, даже самого низкого ранга, тут же устранялся патрулём.

Поначалу необычная, очень контрастная по сравнению с опостылевшей пустыней местность — завораживала, но этот восторг быстро сменился скукой. Однотипный пейзаж быстро приедался. Диармайд уснул, поняв бесплодность своих тренировок, постоянные споры Мелиссы и Луиджи очень отвлекали.

Перед сном он, как всегда, продумывал своё будущее. Сначала нужно детальнее всё разузнать в академии, слишком мало данных, чтобы принимать окончательное решение. К тому-же нужно как-то выбраться в высший свет и университет точно может этому помочь. Не просто же так больше половины его выпускников аристократы.

* * *

Уасет, или ещё триста лет назад Луксор, располагался далеко от моря. Размеры Нила впечатляли, эта река была по-настоящему огромных размеров. За всё время путешествия, Диармайд и Луиджи так и не встретили никаких изменённых, патрули магов делали свою работу на совесть, позволяя крестьянам почти без опаски заниматься земледелием. Ключевое слово — почти, Мелисса рассказывала, что время от времени монстры пробираются в эту местность, по халатности магов, или из-за своих каких-то особенностей и тогда случалось, что уничтожались небольшие сельскохозяйственные деревеньки. Чаще всего страдают деревни в глубине континента, обилие зверья там было гораздо больше.

Впереди путь преградил громадный город — Асуан, последняя обитель цивилизации, как его называли местные жители. Город разросся на левом берегу реки, захватив также острова и часть правого берега. На острове, посреди реки, высился форт из жёлтого камня, окружённый пёстрыми садами — резиденция клана Садики, владеющего этим городом. Большую часть своих богатств клан заработал побором налогов с охотников. По закону все, кто отправляется из Асуана на охоту — обязан был платить повышенный налог в восемьдесят процентов.

Мелисса повернула руль вправо, направившись к пристани на острове. Канцелярия регистрации охотников была именно там. На их кораблике царила устоявшаяся тишина. За сутки путешествия в тесном пространстве, не имея возможности куда-то отойти, ребята устали друг от друга.

Диармайд с наслаждением сошёл на берег и потянулся. Он почти всё время путешествия сидел неподвижно, стараясь сосредоточиться на тренировке. Вокруг, на покатом склоне берега реки, раскинулся город. Контраст по сравнению с Уасетом был просто колоссальным. Вполне современные дома чередовались старинными постройками, радовало взгляд обилие парков и садов. Жители пустыни вообще очень бережно относились к растительности.

— Ребята не отставайте, — сказала Мелисса, не отводя взгляда от телефона, — нам кажется сюда… — у входа в замок их встретили стражи. Вполне обычные адепты в современной лёгкой одежде очень сильно контрастировали со стражами Уасета в их броне.

Канцелярия располагалась во дворе замка. Высокие стены отбрасывали длинные тени, но в самом замке и так было прохладнее чем снаружи, из-за чего от него поднимались целые клубы пара, похожего на дым.

— Приятно… — сощурился от удовольствия Луиджи.

— И красиво, — добавил Диармайд оценив богатое обустройство внутреннего двора. — Не понимаю, зачем владеющему этой землёй роду устраивать канцелярию в своём дворе. Обычно богатые люди стремятся отделиться от остального мира.

— Это что-то типа традиции, — пояснила Мелисса, ещё читающая информацию о процессе регистрации в телефоне, — пустынное гостеприимство, обязующее хозяев встречать путников в своём доме.

— Ага, — прыснул Луиджи, — встречать в своём доме и сдирать безбожные налоги… очень гостеприимно.

Когда ребята вошли во двор к ним тут-же подбежали девушки в традиционных восточных одеждах, с метками клана на правой руке — полумесяц над замком.

— Примите воду путники, — с ритуальным поклоном девушки протянули золотые кубки с водой.

— Очень даже вовремя, — одобрительно кивнул Луиджи, залпом осушив кубок. Прохладная, почти ледяная вода с каплей лимона приятно бодрила.

Диармайд чувствовал себя неуютно, обилие сильных магов вокруг делало пребывание в замке напряжённым и некомфортным, хоть ни одного из них он и не видел.

— Клан Садики, кстати, в основном маги воды, чуть ли не сильнейшие в стране, — сказала Малисса, девушка видела, что Диармайд был на стороже, он внимательно изучал окружение, словно готовился к бою.

— О, коллеги, — девушки отвели их к канцелярии, небольшому помещению с тяжёлой деревянной дверью, покрытой геометрическим орнаментом. Рядом уже стояли маги, сильные.

— Мурат, — протянул руку Луиджи щуплый египтянин с жидкой щетиной. Оранжевые глаза и красные волосы выдавали в нём мага огня.

— Лу.

— Тоже решили рискнуть в дельте? — оглядел бегающим взглядом новоприбывших Мурат, — на вид магу было немного за двадцать.

— Сегодня замечательная погода, — на ломаном арабском ответил Луиджи. Диармайд с громким шлепком ударил себя по лбу, горько вздохнув. Мелисса вздохнула, опалив Луиджи осуждающим взглядом.

— Извините, — вмешался Ди в разговор, — он ещё плохо говорит на арабском, — разношёрстная компания охотников заулыбалась.

Мурат повернулся к Диармайду, мазнув по Мелиссе заинтересованным взглядом.

— На кого решили поохотиться? — поинтересовался он, познакомившись с Диармайдом.

— Кто встретится, на того и будем охотиться, — решил скрыть информацию Диармайд.

— Глупо, — осуждающе покачал головой Мурат, — так и с Анубисом встретиться недолго. Уже прикинули — ваше сердце тяжелее пера?

— В Дуат мы не спешим, просто ещё не решили кто станет нашей добычей, — решил развеять сложившийся образ необразованных эмигрантов Диармайд.

— Лу, что у тебя за дурацкая привычка строить из себя идиота перед незнакомцами? — спросил Диармайд, когда Мурат и компания ушли регистрироваться.

— Не нуди! — бросил Лу.

Регистрация прошла быстро и буднично. Заполнили документы, указав паспорта и место регистрации охотника. Оказалось, что в дельту Нила войти могли только члены кланов, или свободные охотники.

Уже через час они плыли по Нилу мимо огромного храмового комплекса, отбрасывающего длинную тень на реку. Лодка остановилась у КПП, где у них проверили документы и пропустили.

Дальше местность была дикой, не обжитой. Нависавшие над рекой высокие скалистые берега закрывали солнце. Плыть приходилось медленно, так как река петляла в скалах и разогнаться тут было невозможно.

Привал на ночлег устроили на берегу, когда река вывела их из скал. Зелёная местность полнилась звуками дикой природы Африки.

— Обязательно было плыть дальше? — пожаловался Луиджи, — могли бы переночевать в городе.

— Я займусь дровами, — проигнорировал его Диармайд. Африканская прибрежная саванна завораживала. Любуясь красотой пейзажа, он против воли успел поймать приступ ностальгии. Заглядевшись на очередной пёстрый южный цветок, Диармайд вспомнил родину. Нет, не так, не он вспомнил, а всплыли образы из памяти предка. В это время там бушевало летнее разнотравье. Парень закрыл глаза и как наяву услышал шум клёнов и дубов, запах луговых цветов и жужжания насекомых. Он открыл глаза и почувствовал, как сердце поразил укол сожаления, словно он ожидал что в самом деле когда откроет глаза — увидит дубы и клёны, оплетённые трилистником. Странно было это — скучать по родине, которую парень почти не видел собственными глазами.

Мучится сбором валежника Диармайд не стал, просто сломал толстое деревцо не сильным ударом.

— Ди, как думаешь, что лучше — использовать припасы или найти съестное самим? — спросила Мелисса.

— Я добуду рыбу, — Диармайду даже не пришлось спускаться к реке. Он просто взмахнул рукой и из толщи воды вылетела сфера с заключённым в ней карпом не малых размеров. Рыба была изменённой второго ранга и имела просто невероятные размеры.

— Пустой, — с сожалением сказал парень, вырезав белое зёрнышко кристалла.

— Зато вкусный! — у Луиджи была очень притягательная черта — он умел везде видеть позитив. Иногда это раздражало конечно, но Диармайд уже давно привык к его образу мышления.

— И откуда в тебе столько позитива? — не сводила взгляда с Лу Мелисса.

— Маме и папе спасибо!

— Ни разу от тебя о родителях не слышал, — прокомментировал реплику Диармайд, потроша рыбу в стороне от лагеря.

— Да? — погрустнел Лу, — ну… у меня действительно были классные родители. Я просто обожал отца, — горько усмехнулся он, давя подступивший ком к горлу, — он был одним из первых убитых, когда у Фальконе начались тёрки с Каморрой в Сорренто. Мама после смерти таяла на глазах, а через полгода умерла и она. До сих пор помню, как она бледнела с каждым днём. Я тогда отказывался отходить от её постели, забросил тренировки и всё остальное, но её тоже не стало и меня забрали в клан. Артуро воспитывал меня как солдата, на которого возлагали большие надежды, так как я быстро набирал ранги. До сих пор помню, как большую часть клана пустили под нож и нам пришлось бежать в Грецию. Поверь Ди, те огрызи Фальконе что ты видел и близко не сравнимы с величием клана в прошлом. Они брали своё начало от лордов, владеющих большими землями на юге Италии, в тогда ещё Неаполитанском королевстве.

Этот откровение было неожиданным. Наступила тишина и было слышно только как Диармайд счищал чешую с рыбы.

— Диармайд… а ты? — осторожно спросила Мелисса. Её уже очень долгое время интересовало прошлое парня, но она опасалась разбередить старую рану, потому не рисковала задавать вопросы. Сейчас девушка решила воспользоваться моментом и атмосферой.

— Я? — издал горький смешок Ди, — моё прошлое — это сплошной мрак и отчаяние, Мелисса. Поверь, то, что творилось в скотобойне, очень трудно передать словами. То место словно выпивает всё светлое из твоей жизни. Иногда мне кажется, что я уцелел только благодаря памяти предка. Эпизоды из его жизни были отрадой в том царстве мрака и отчаяния.

— Диармайд О’Дуйвне, да? Это же он был прообразом легенды о «Тристане и Изольде»?

— Никакой неземной любви у предка не было, это я тебе говорю точно, — уверенно заявил Диармайд, помня, как Грайне воспользовалась его древним родственником. — Даже не представляю как то, что я видел превратилось в историю о любви.

Мелисса была немного разочарована тем, что не удалось разузнать ничего интересного. Но она видела, что ничего больше из парня не вытянуть.

Время «Великой» охоты приближалось. Отужинав все пошли спать. Завтра они должны были добраться до охотничьих угодий, богатством которых славится дельта Нила.

Берега реки, поросшие густыми джунглями, выглядели какими-то агрессивными, пугающими. Иногда густые заросли чередовались проплешинами из краснозёма, демонстрируя жирную глинистую почву. Высокие деревья вдалеке стояли особняком, как монументы нависая над джунглями. Вся местность изобиловала живностью, мошки постоянно норовили залезть в рот, глаза или уши, от клёкота птиц болела голова. Диармайд был зол, и никто из его компаньонов не рисковал заговорить с магом, чьи глаза горели синим потусторонним светом.

Парень читал книгу под названием «Шестерёнки — инструкция», но ни о какой механике там не шло речи. Эта… писанина, вызывала у парня отторжение с первых строчек, и он даже не представлял зачем продолжает это читать.

— Ди, может не надо читать книгу, раз она тебя так бесит? — осторожно спросил Луиджи. Диармайд неосознанно выплёскивал своё негодование наружу и ребята подрагивали от страха из-за набирающих силу глаз. Сейчас Луиджи в полной мере осознал силу, которая в них скрыта. После прорыва Диармайда на пятый ранг он не имел сомнительного удовольствия почувствовать их эффект на себе, до этого дня. И сейчас он не находил себе места из-за костлявой руки страха, сжимающей его душу.

— Не понимаю, чем она тебя так бесит. Книга как книга, по-моему, в ней вполне здравые идеи, — Луиджи имел не осторожность высказать свое мнение, за что тут-же поплатился, Диармайд отвёл глаза от книги и посмотрел на него.

— Мелисса, вот скажи мне, на кой чёрт ты дала ему эту книгу? — Повернулся к девушке Луиджи, не в силах вынести тяжёлый взгляд друга.

— Откуда я могла знать, а? — виновато спросила девушка.

Диармайд дочитал книгу и отложил её в сторону. Он откинулся на сидении с силой массируя глаза, его товарищи с облегчением выдохнули, когда стал улетучиваться дурманящий эффект страха.

— Сам не знаю из-за чего разозлился, — унимая раздражение заговорил парень. — Но меня бесит эта ода света и добра. Люди и маги должны жить в мире и поддерживать друг друга, как слаженный механизм. Бесит!

— Движение шестерёнок набирает силу в Европе, — заговорила Мелисса. — К этой группе с каждым годом присоединяется всё больше и больше единомышленников. Среди них есть как влиятельные люди, так и маги.

— Странно что Ватикан не реагирует на это, ведь они, по сути, бросают вызов и ставят под сомнение его доктрины о величии человеческой расы, — Диармайд провёл рукой по тесьму золотой шестерёнки на обложке книги.

— А они и реагируют, просто сейчас есть множество проблем куда большего масштаба. Насколько я знаю — Испания чуть ли не полностью подлежит истреблению, из-за поднявшейся там революции.

Диармайд не смог сдержать ухмылки.

— Из-за глупого короля расплачивается вся страна. Зато теперь всем видно истинное лицо паладинов, — довольно сказал парень.

— Я бы на твоём месте не был так в этом уверен, — высказал своё мнение Луиджи. — Не стоит недооценивать силы пропаганды, — серьёзно сказал он.

— Думаешь?

— Ди, если бы власть паладинов так легко было пошатнуть, они бы давно лишились своего влияния. Они сотрут все очаги сопротивления и поставят на место правительства своих марионеток. Несколько месяцев вливания помоев в уши общей массы и про Испанию все начнут забывать. Это всё дело времени и у магов его предостаточно.

— Дерево! — Мелисса указала на свалившийся в реку ствол. Диармайд поднял руки ладонями к верху, и их лодка поднялась над рекой, оседлав образовавшуюся волну. Они без труда преодолели препятствие.

Расположить лагерь решили на возвышенности не далеко от берега, под ветвями раскидистого дерева с широкими глянцевыми листьями. Лодку затащили в кусты и прикрыли пальмовыми ветвями.

— Ну вот и всё. Теперь осталось только охотиться. Эх… давно это было, — блаженно расправил спину Луиджи подставляя лицо последним солнечным лучам.

— Лу, не отлынивай. Сначала нужно убедиться в том, что рядом нет никаких опасных хищников, — Диармайд проверял своё снаряжение готовясь к ночной вылазке.

* * *

Год спустя, храмовая больница в Уасете. Жрец Ра готовился принять последнего на сегодня пациента. К нему вошёл весёлый парень с яркой улыбкой, одетый в щегольскую одежду. В его взгляде проглядывалась огромная усталость. Он бросил на стол завязанный тесёмками кожаный мешочек.

— Чем могу помочь? — спросил он насторожено. Мужчина перед ним был опасным, сильным. Пускай он и был только адептом, Халид чувствовал исходящую от него опасность.

— Мне нужно восстановить руку. Вас рекомендовали, как лучшего целителя в городе. Сможете восстановить руку адепту, который потерял её ранг назад с восстановлением манопроводимости конечности?

Ранг назад? Ха! Да одни травы и зелья, которые требуются для этого стоят столько, что не каждый клан Айн может себе такое позволить. Этот идиот-простолюдин вообще понимает о чём он просит?

Вместо дерзкого ответа Халид нацепил вежливую улыбку, поудобнее устроившись в кресле.

— Я могу восстановить всё, но лечение будет очень дорого стоить. Я боюсь вы не понимаете, насколько сложна данная процедура.

— Посмотри, — отрезал парень, с его лица сошла беззаботная улыбка, а сам он посерьёзнел.

— Что? — не понимая, чего от него хотят спросил Халид.

— В кошель посмотри, — устало вздохнул парень, его натянутое как струна тело расслабилось.

Халид развязал тесёмки кожаного мешка и застыл. Он, не веря своим глазам, уставился на кристаллы, переливающиеся всеми цветами радуги. Ни одного кристалла ниже пятого ранга! Лекарь потерял дар речи и опустевшим взглядом смотрел на невероятное богатство, попавшее к нему в руки. Талантливый только в лечении простолюдин, отказавшийся прислуживать кланам о таком состоянии, не мог даже мечтать.

— Этого хватит, чтобы восстановить руку? — вывел лекаря из прострации пациент.

— Д-да, — запинаясь ответил Халид.

Глава 14

— Ты хотел поговорить, — Мелисса зашла в открытые двери съёмной квартиры Диармайда. Голые белые стены, полное отсутствие мебели и каких-либо других предметов обстановки. В просторной гостиной посреди комнаты валялся матрас, свет из окна закрывали стопки книг, громоздившихся друг на друге. Диармайд лежал навзничь, пытаясь разглядеть тайну мироздания на белом потолке.

— Ты узнала, почему клан Дюбуа следит за мной? — не шелохнувшись спросил парень.

— Нет, знаю только что их наблюдателям приказано тебя не трогать. Несколько кланов тобой интересовались, в частности Кароан, но их вежливо попросили убраться. Следили обычные люди, даже не адепты. Вроде-бы приказ исходил из канцелярии фараона, но там слишком много непонятного. Всё это, конечно, сплетни, к доверенным источникам информации доступа у меня, пока что, нет, — развела руками Мелисса.

— Сейчас ситуация, конечно же, изменилась, — уверенно сказал Диармайд.

— А кто бы сомневался, мы привезли с охоты кристаллов на двадцать три миллиона утенов. Сейчас осведомлённые кланы спят и видят, как бы захомутать перспективных кадров, вылезших из ниоткуда.

— Мы знали, что подобное произойдёт, — Диармайд в миг оказался рядом с Мелиссой, девушка даже не успела перевести на него взгляд.

— Кофе будешь?

— Да, — Мелисса никак не могла привыкнуть к скорости Диармайда, он и раньше не был слабаком, но темп роста его силы пугал девушку.

Кухня — единственная комната в квартире, где была мебель и техника: холодильник, плита и тумбы для хранения посуды. Диармайд не посещал рестораны и кафе, предпочитая всё время проводить дома. После того, как они вернулись с охоты, они виделись редко. Мелисса вообще подозревала — что он выходит из дома только за продуктами.

— Не хочешь пройтись сегодня со мной к Лу? — спросил Диармайд, ставя кофеварку на плиту, — сегодня он должен выписаться.

— Я и так собиралась идти, думала ты как обычно дома отсидишься, — Диармайд вопросительно посмотрел на неё. — Вот не надо на меня так глазеть, ты когда с нами в последний раз выходил на улицу?

— Мелисса, — вздохнул Диармайд, — и погладил плечи девушки обеими руками, — мне нужно чтобы ты собрала для меня всю информацию о клане Техути.

— Горняки, ярые, почти фанатичные, сторонники фараона. Очень старый, но далеко не самый сильный клан. Берут свою родословную ещё со времен древнего Египта. Их предок участвовал в «реставрации Египта», на стороне Эхнатона и был один из первых, кто присоединился к нему, — сразу начала выдавать поток информации Мелисса.

— Нет, — улыбнулся Диармайд, — ты меня не поняла. Мне не нужна их история или род занятий. Я хочу знать их сильные и слабые стороны, врагов, союзников, кто глава клана и какой глаз он закрывает, когда чихает.

— Сделаю, а теперь может отступишь от меня, Ди, ты слишком близко. Кофе уже кипит…

* * *

Храмовый комплекс — прямоугольные высокие постройки, сужающиеся к верху, с высеченными барельефами богов и сцен из их жизни.

Диармайд купил в фургончике жирную свинину и орехи в меду. Возле храмов всё было по невероятно высоким ценам, но в Египте за поклонение богам было принято много платить. Все что было вокруг храма, разумеется, принадлежало жречеству.

Войдя на внутреннюю площадь, окружённую храмовыми зданиями, Диармайд поставил мясо под громадной золотой статуей Ра, а орехи под статуей Исиды. Поклонившись, как это делали все молящиеся, он не стал задерживаться для просьб богам, а сразу направился к дальней стороне двора, где располагалась лечебница. Мелисса шла за ним.

Толстые жрецы бросали жадные взгляды на откровенно одетую девушку с белыми волосами.

Когда они подходили ко входу в лечебницу, из-за чёрного обелиска выпрыгнул Луиджи.

— Я исцелён! — выкрикнул он. Несколько лысых жрецов в белых лёгких одеждах, осуждающе посмотрели на него, но Луиджи было плевать. Он просто светился от счастья, любовно поглаживая свою новенькую правую руку.

— Вы даже не представляете, как я по ней скучал! — объяснил находящимся в недоумении друзьям Луиджи.

— Ладно, пошли отсюда.

— Ты уже подал документы в академию? — спросил Луиджи. Они не виделись почти неделю, за всё время лечения Диармайд так ни разу его и не навестил.

— Нет, сначала нужно найти покровителя. Мы привлекли слишком много внимания. В покое нас не оставят.

— Ну да, ты главный приз, а нас возьмут как придаток, — вздохнул Луиджи. — Сильные маги на дороге не валяются, хотя… — Луиджи внезапно исчез, и появившись рядом с Диармайдом попытался ударить его по ногам, но тот подпрыгнул высоко в воздух, избегая удара.

— И не будут валяться, — ухмыльнулся Диармайд.

— Раз моя рука восстановилась, может к Замиру? Отпразднуем.

* * *

— Добро пожаловать! — поприветствовал грудным басом владелец заведения.

— Лу, ты с рукой!? — выкрикнул Замир, он хлопнул своей лапищей по стойке, от чего спрятанные под ней бутылки зазвенели в один такт. Огромный, медведеподобный мужчина выпрямился во весь свой могучий рост и достал запыленную бутылку, с верхней полки позади него.

— Это нужно отметить, — сказал он, срезая запёкшийся воск с корка, закрывающего горлышко бутылки. Он наполнил три стакана и достал свежевыжатый гранатовый сок, специально для Диармайда. Большая редкость, в июле плодоносили только гранаты выращенные при помощи магов природы и некоторые изменённые магией сорта.

В полупустом заведении раздался звон стаканов. Диармайд глотнул кислого сока, от которого сводило скулы. Именно такой, как он любил.

— Диармайд, — обратилась к нему Мелисса, когда Лу оживлённо жестикулируя рассказывал, как ему восстанавливали руку, — я всё хотела тебя спросить, почему ты выбрал именно эту квартиру. Ты ведь ненавидишь белый цвет, зачем тогда выбирал эти апартаменты?

— Да, ненавижу, — кивнул Диармайд, отставив стакан с соком в строну, — потому и выбрал.

Мелисса получила ответ, но ничего не поняла. Иногда решения, которые принимает этот парень заводили её в тупик. Через какое-то время Луиджи отошёл к привлекательным посетительницам, только вошедшим в бар.

— Скажи ему, — Диармайд проследил за взглядом Мелиссы.

— Не лезь не в своё дело, и вообще, это я тебя научила читать эмоции, так что не смей использовать свои навыки против меня! — девушка повернулась к Диармайду. — Если бы я была ему интересна — он бы не стал клеиться к первой попавшейся девушке, которая ему хоть немного понравилась, — тихо пробурчала она, пряча губы за стаканом.

Диармайд фыркнул.

— И как настолько проницательная девушка, может быть настолько слепой? — покачал головой парень. — Ваше влечение взаимно, просто твоё сходство с его погибшей возлюбленной пугает Лу, вот он и прячется за юбками других девушек. Она тоже, как и ты, была капо, отвечающим за разведку. Каллисто: временами грубая, самоуверенная, обворожительно прекрасная и опасная, как клинок. Я видел её только несколько раз и узнал про их отношения с Лу уже после её смерти.

— Угу, класс, если ты хотел окончательно испортить мне настроение сегодня вечером — поздравляю, у тебя получилось! — раздражённо сказала девушка.

— Ты услышала только то, что хотела. Мелисса, если он тебе и вправду нравится — тебе нужно только проявить немного настойчивости, и Лу попадёт в твои цепкие руки. Уточню — не услышала того, о чём я говорил. Он не влюбился в тебя, потому что ты похожа на Каллисто, он боится своего влечения к тебе, потому что ты похожа на неё. Ты поняла о чём я говорю?

Мелисса не ответила, она тайком наблюдала за Луиджи, а она умела это делать, и слова Диармайда не выходили у неё из головы. Может и вправду попробовать?

Выходили из бара поздно, как обычно. Диармайд не любил их ночные кутежи, потому что общению препятствовала громкая музыка и незнакомые люди. Мелисса с Лу пошли по домам, они снимали отдельные квартиры совсем рядом с апартаментами Диармайда. Они и не заметили, как парень исчез в тенях, а когда обратили внимание — продолжили идти как ни в чём не бывало, не желая испортить эффект неожиданности.

— Кто тебя послал? — спросил Диармайд. Мужчина не примечательной наружности подпрыгнул от страха, подпрыгнул метра на два, едва не задев головой невысокий балкон.

Он попытался убежать, но перед ним, словно из воздуха, появился маг с горящими синими глазами: они казались обычными, но линзы уже не могли полностью подавить силу его глаз. По телу мужчины пробежал озноб, словно на него подул холодный норвежский ветер.

— Я ещё раз спрашиваю — кто тебя послал? — Улыбаясь своим фирменным звериным оскалом спросил Диармайд.

— Я-я не понимаю о чём вы, — запинаясь выпалил он. Застигнутый врасплох наблюдатель был совсем плох. Ужасный непрофессионализм.

Диармайд сдавил горло мужчины, почувствовав, как ладонь кольнула щетина, его карие глаза, казалось, вылезут от страха из орбит. Египтянин, адепт третьего ранга, не более, отчаянно вырывался, он пытался убрать руку Диармайда с шеи, царапал её ногтями, пинался, но парень как нерушимый механизм всё сильнее и сильнее сдавливал его горло.

Что ему может сделать адепт третьего ранга? Так — один не сильный удар, и всё. Диармайд упивался чувством превосходства над противником, оно пьянило его.

— Кто тебя послал, я в последний раз спрашиваю.

— И-и-ибрагим Кароан, — сипло, одними губами, прошептала эта насмешка над шпионами. Диармайд почувствовал некоторое профессиональное отвращение. Пускай тенью он так и не стал, но его навыки были в разы лучше.

— Кароан значит, — протянул Диармайд, немного ослабив хватку.

Спрашивать зачем вот это вот следит за ним он даже не стал. Оперативнику вроде него точно не станут раскрывать цели слежки. Но всё же кое-что из него вытянуть можно.

— Как часто, куда и как ты отправляешь данные? — наблюдатель не спешил отвечать, тогда Диармайд не сильно ударил его по рёбрам, чувствуя, как под кулаком захрустели кости. Диармайд закрыл мужчине рот ладонью, чтобы крик не привлёк ненужного внимания.

— Говори! — рыкнул парень, убирая ладонь.

— Раз в день я отправляю данные о ваших перемещениях и встречах и отправляю письмо на электронный адрес. Это всё, что я знаю, — жалобно простонал он.

— Как долго тебе приказали следить за мной? — не мигая смотрел в глаза жертве маг.

— Сроки не оговаривались. Меня отправили следить за вами три дня назад и…

— Знаю, — прервал его Диармайд. Его руки стали сильнее сжимать горло адепта, он отчаянно пытался сделать вдох, но руки неумолимо сжимали его шею сильнее и сильнее. Под пальцами Диармайда захрустели кости, шея удлинилась продавленная на месте адамового яблока.

— Не сдержался… — вздохнул Диармайд, хищно облизнувшись. Он не заметил, как тень за его спиной ожила и ушла.

* * *

— Может нужно вернуться? — спросила Мелисса.

— Не, если бы Ди нужна была помощь, он бы дал об этом знать. Больше веры в нашего неадекватного друга, — неловкая тишина казалась пыткой.

Лу никак не мог пристроить руку: то он совал её в карман, то ощупывал, словно не веря, что конечность снова на месте. Мелисса казалась невозмутимой, но это была умелая актёрская игра, только и всего. На самом деле она прилагала огромные усилия, чтобы дышать спокойно и не выдавать волнения.

— Сегодня… было весело, — первым не выдержал тишины Луиджи.

— Да… — разговор снова затих, в этот раз пришла очередь Мелиссы выдать реплику:

— Диармайд дал мне задание, он попросил собрать данные о клане Техути. Похоже он собирается вступить в него, только зачем — он так и не объяснил.

— Лу.

— М?

— А почему ты называешь Диармайда: «Ди»? — Мелисса в уме стала крыть себя всеми известными ей матерными словами, у них что, темы другой нет? Ди то, Ди сё. Она и сама не заметила, как паренёк стал важной частью её жизни, едва ли не самой важной. И как так получилось?

— Ди и Ди, он так представился, когда вступил в Фальконе. Я привык так его называть, а что? — удивился вопросу Луиджи.

— Ну, неужели ты не замечаешь, как ему нравится слышать своё имя из чужих уст. Я думала это очевидно…

Давай Мелисса соберись, ты за год столько пережила, неужели ты не можешь сказать, что на самом деле чувствуешь к этому идиоту. Идиоту?

Мелисса начала смеяться, не в силах сдержать эмоции.

— Ме-мелисса, да что с тобой? — поведение девушки выбило его из колеи.

— Всё в порядке, — совладав с собой Мелисса выпрямилась.

— Неужели ты не видишь? — улыбаясь спросила она, подойдя к Луиджи. Мелисса провела рукой по его щеке, едва касаясь кожи кончиками пальцев.

— Люблю я тебя, дурачок.

Когда надо — маги могут перемещаться очень быстро. Они ворвались в квартиру Мелиссы. Современная, уютная, полная светлых красок и живых, ухоженных растений. Они так спешили оказаться в этой квартире, но придя, застыли, словно не знали, что делать дальше.

— Да ну, к чёрту! — отмер Луиджи. Он подошёл к девушке и разорвал её платье, вместе с ним порвалось ожерелье и жемчуг дождём посыпался на кафель. Луиджи смотрел на её полные груди так, словно это было самое заворожительное зрелище в его жизни, он коснулся их, молодая кожа на левой руке смогла передать всю нежность тела женщины. Луиджи провёл руку вниз, мышцы, покрытого татуировками пресса напрягались от прикосновений. Их самоконтроль треснул и пара слилась в поцелуе, всецело отдавшись страсти.

Мелисса лежала на груди Луиджи и водила по ней пальцем.

— Как ты думаешь, почему именно этот клан? — спросил Луиджи, поцеловав её в макушку. Вряд ли найдутся слова, способные передать всю нежность чувств, которые он сейчас испытывал к Мелиссе.

— Какой клан?

— Ну, почему Ди попросил тебя разузнать именно об этом клане.

— А… — разочарованно вздохнула Мелисса. — Я для тебя всегда буду на втором месте, да?

— Ты о чём?

— Не-а, в этот раз у тебя не получится уйти от ответа.

Луиджи вздохнул и повернул Мелиссу к себе, нежно ухватившись пальцами за подбородок.

— Это ведь и наша судьба. Его я не могу оставить, а тебя не хочу.

Мелисса закатила глаза размышляя и кивнула:

— Прокатит, — она улыбнулась и поцеловала Луиджи, улёгшись на нём сверху.

— Почему… не знаю, — я прокручивала известную о них информацию в голове, но так и не нашла причины. Не самый сильный клан из Хабет, древний. Может Диармайд восхищается фараоном и хочет к нему приблизиться.

— Сомневаюсь. Он ненавидит прислуживать кому-то, а судя по тому, что я слышал о Эхнатоне — ему можно только прислуживать.

— У-у-у-у, — застонала Мелисса, уткнувшись носом в ключицу Луиджи. — Завтра так много работы…

* * *

Диармайд перечитывал манифест шестерёнок, снова и снова. Пока их слова намертво не отчеканились в его памяти. Когда-то ради такого мира он бы отдал жизнь, а сейчас, когда Диармайд сам обрёл силу, он был готов держаться за неё до последнего вздоха. Идеи равенства и взаимопомощи казались сейчас чуждыми, нереальными.

Мелисса и Луиджи вошли в его гостиную. Диармайд отставил книгу в сторону, переведя сонные глаза на друзей.

— Вы чего такие счастливые? — спросил он сладко зевая. — Оу… — сразу же нашёл ответ на свой вопрос Диармайд. — Поздравляю, что ли.

Мелисса протянула Диармайду папку:

— Тут всё что мне удалось собрать. Сплетни, разговоры некоторых Айн, статьи из интернета. У главы рода сын поступает в академию в этом году. Ты поэтому выбрал Техути?

— Нет, я даже не знал, что у главы клана есть сын, — Диармайд сразу же принялся листать данные. — Всего второй ранг!? — выкрикнул он, — в девятнадцать!

— Паренёк не блещет, но не ровняй его с собой, — пожала плечами Мелисса. — Если не из-за этого, тогда почему?

— Это древний род, обладающий обширными связями и информацией, активно участвующий в политической жизни страны. Они входят в число ответственных за соблюдения законов и традиций, и мы можем это использовать.

— И что теперь? — спросил Луиджи, в его тоне и взгляде читались сомнения по отношению к планам Диармайда.

— Теперь я пойду и прокрадусь в жильё мага, способного уничтожить меня щелчком пальцев, — улыбнулся Диармайд и ничего хорошего эта улыбка не предвещала.

Глава 15

Поместье Техути: трёхэтажное здание, имевшее странную помесь европейской и восточной архитектуры, показалось Диармайду подозрительно тихим. Охрана, патрулирующая обширную территорию сада, обходила её с педантичной регулярностью, поэтому подобрать момент для проникновения было проще некуда.

Диармайд залез на финиковую пальму, чтобы посмотреть во двор, потому что высокая живая изгородь закрывала обзор. Он спрятался за огромными гроздьями жёлтых плодов, готовясь к проникновению. Парень достал из кармана пустышку: овал из изменённой меди с вмонтированным кристаллом второго ранга, наполнил его маной и швырнул на территорию поместья. Послышался электрический хруст, в куполе, над садом, образовалась брешь, в которою прыгнул Диармайд. Магический купол быстро восстановился, едва не задев его, почти сразу же подул сильный порыв ветра, всколыхнувший все растения в саду. Деревья клонились к земле, некоторые цветы взмыли в воздух. Поднялась тревога. Окна в левом крыле здания загорелись и спустя всего несколько минут к месту пролома купола мчались охранники: вооруженные до зубов профессиональные военные, маги и адепты не ниже четвёртого ранга.

Диармайд немного нервничал, видя, как на него, прячущегося в кустах, надвигался купол мага воздуха. Голубая прозрачная плёнка сферы области контроля проглотила его, но тревоги и шума не последовало. Затаивший дыхание Диармайд с облегчением выдохнул. Он тренировался раньше на Мелиссе и был уверен в результате, но тренировки, это одно дело, а практика — совсем другое.

Перебегая быстрыми рывками от одного укрытия к другому, Диармайд приближался к главному зданию. Он спрятался в галерее колоннады, присматриваясь к окнам. Благо пустынного климата для воров — в жаркую погоду, легко можно найти открытое окно, особенно ночью. Дорогие поместья — не исключение.

Диармайд оказался на огромной, профессиональной кухне, к счастью пустой. Здесь не было нарочитого лоска и помпезности присущей этому дому, простая функциональность говорила о том, что хозяева здания редко здесь появляются, если вообще наведываются.

Скрипнула дверь. Диармайд мысленно выругался и спрятался за плитой. В кухню прокрался парень, примерно его возраста: спортивный, с благородными чертами лица и чёрными короткими волосами. Он казался беспечным, если его и беспокоила поднявшаяся тревога — виду он не подал. Парень воровато огляделся и убедившись, что в комнате никого нет — полез в холодильник. Диармайд лёг на полу ожидая, пока нежелательный посетитель набьёт своё брюхо. Как в него вообще столько влезает? Парень уверенно уплетал бутерброды один за другим и останавливаться не собирался. Ждать дальше было глупо, сосредоточенный на поглощении пищи полуночный обжора не заметил бы Диармайда, даже если бы тот встал у него за плечом.

Оказавшись в коридоре, Диармайд прикрыл за собой скрипнувшую дверь. Парень у холодильника застыл, не донеся бутерброд до рта, но, когда никого не появилось — вернулся к своим делам. Легче лёгкого. По коридорам поместья гулял странный сквозняк. Это точно были не ловушки ветра, а что-то особенное, с чем Диармайд ещё не сталкивался.

Подобную роскошь внутреннего убранства, Диармайд видел всего несколько раз в жизни. Красивые стенды с восточными доспехами, картины, изменённые цветы — он словно снова оказался в поместье Фальконе. Только вот семья Техути могла похвастаться куда лучшим материальным положением, что отражалось на их резиденции в номинальной столице. Страшно представить, что из себя представляет их главное поместье в Александрии.

Несколько раз Диармайд прятался за доспехами или прикрывался портьерами, избегая встречи с многочисленной прислугой и охраной поместья. Поднявшись на второй этаж по просторной мраморной лестнице, водопадом ниспадающей с балкона второго этажа, парень принялся искать господские покои. Красный бархат дорожки приглушал и так почти бесшумные шаги. Скрыв область контроля, Диармайд лишился возможности управлять водой и ему приходилось полагаться только на свои навыки и физическое превосходство.

Трудно ориентироваться в чужом доме, особенно впервые в нём оказавшись. Диармайду пришлось искать нужную комнату положившись на свои инстинкты.

Диармайд почувствовал давление маны, когда приблизился к цели. Существо, почивавшее за дверью, было просто невероятно сильным. Пожалуй, мага такой силы Диармайд ещё не встречал, а ведь он виделся с Трифоном, Аменом и тем дедом на корабле. Блестящая латунная ручка послушно провернулась, щёлкнул замок, дверь открылась… наступил момент истины.

* * *

— Ты или очень смелый, или очень глупый, — прозвучал ещё ломающийся голос подростка, едва Диармайд вошёл в комнату.

— Мне говорили, что я многогранная и неординарная личность, — ответил парень, перешагнув порог спальни. На вид всё было по меньшей мере на сотню лет старше Диармайда: кровать с балдахином, тканевые обои, выцветший ковёр, с едва различимым орнаментом.

— Если выживешь — знай, незаметно подкрасться к сильному магу дыма — невозможно. Я почувствовал тебя, едва ты ступил на территорию поместья, — бугор под шёлковым одеялом зашевелился и из-под него появилась голова подростка. Казалось, парню не больше четырнадцати, пепельно-серые волосы, тощее подростковое тело, свет из его глаз казался приглушённым, а из их уголков поднимались струи дыма, словно от затушенного водой угля.

— Почему вы не повзрослели? Маги ведь растут до тех пор, пока их тело не достигнет пиковой формы: а это точно не четырнадцать лет, — не сдержал себя Диармайд, впрочем, как и всегда, когда дело касалось магии.

Парень застыл, ошеломлённо глядя на незваного гостя. Он издал смешок, потом ещё один и залился нарастающим хохотом. Вихри дымных облаков заполнили комнату, лёгкие Диармайда обожгло, во рту появился кислый привкус.

— Прости, прервался парень, заметив, что Диармайд кашлял, задыхаясь.

— Это не тот вопрос, который ожидаешь услышать от вломившегося в твою комнату посреди ночи. Должен отдать тебе должное — охрану ты обошёл мастерски. Камеры тебя, конечно, засняли, но люди не заметили.

Парень был очень похож на полуночного обжору, встреченного ранее. Но его надменность и уверенность казались естественными и заслуженными. Этот имел право смотреть на других сверху вниз, и то, что Диармайд едва мог дышать в его присутствии — подтверждало это.

— Если бы мне не была любопытна, цель твоего визита — ты бы уже умер. Похоже, моё любопытство не уступает твоему — будь благодарен, — резюмировал глава рода Техути — Арбет Техути. Довольно известная в египетской аристократии личность, не в последнюю очередь благодаря своим выходкам.

— Я пришёл к вам, — склонил голову Диармайд. — Вы ведь наверняка слышали о свободных охотниках, зарегистрировавших добычу на двадцать три миллиона утенов. Нам нужен покровитель, способный защитить от интереса остальных аристократов, и дающий относительную свободу действий.

— Долго ты ещё собираешься продолжать этот спектакль? — послышался старческий голос. Воздух за его спиной зарябил и превратился в сгорбленный силуэт. Старушка едва доставала Диармайду до пупка, морщинистое усталое лицо казалось раздражённым, а полные жизни тёмно-синие глаза, почти как у мага воды, смотрели на Диармайда с пренебрежением. Женщина была одета в ночную робу и казалась уставшей и сонной.

— Арбет, почему этот червяк ещё жив? Разве я не учила тебя избавляться от всех, кто ставит под сомнение твой авторитет! — она пролеветировала к кровати главы рода и отвесила тому подзатыльник, сердито покачав головой.

— Но Гуюм, разве он не доказал свои навыки таким появлением? Не руби с горяча, с возрастом ты становишься очень ворчливой, — Арбет не выдал своего раздражения, казалось, что ворчание старушки ему совсем не в тягость.

— Не тебе говорить про возраст! — проворчала своим скрипучим голосом Гуюм, — ты всего на семь лет младше меня, а ведешь себя как ребёнок! Избавься от вот этого, его наглость и надменность принесёт клану только проблемы!

Старушка выпрямила спину, от давления маны, исходившего от неё, Диармайд не смог устоять на ногах и упал на колени, упершись руками в пол. Каждая мышца его тело болела, казалось, что глаза вот-вот выскочат из орбит, а кровь изнутри разорвёт вены, по которым бежит. Он не мог сказать ни слова, из глаз, ушей и рта потекла кровь. Воздуха не хватало, он пытался сделать вдох, но то, что он вдыхал точно не было воздухом. Каждая новая попытка приносила агонию, заставляя лёгкие гореть изнутри.

— Эй, — беспечно сказал Арбет, — не заливай кровью мой ковёр, это одно из последних творений Гассана Акифа Алакурта, сотканный из шерсти лунного тигра. Ты хоть представляешь, сколько он стоит?

Давление на Диармайда не прекратилось, парню казалось, что он сейчас начнёт выплёвывать свои внутренние органы.

— Сестра, прекращай! — резко, грубо, приказал старушке Арбет. Диармайд мгновенно почувствовал облегчение. Несмотря на испытываемое давление, на землю он так и не рухнул окончательно.

— Ничего себе! — выкрикнул Арбет, когда Диармайд поднял голову. — Вот это сюрприз! А ты хотела его убить…

Старушка подлетела к Диармайду и силой повернула к себе его голову, скрюченные покрытые пятнами пальцы, были необычайно сильными.

— Прекрати скрывать свою область контроля, — приказала она. Диармайд послушно подчинился.

— Он маг воды, — повернулась она к Арбету.

— Тогда как? — растерялся глава клана.

— Это точно не импланты и они, скорее всего, родные. Необычная мутация.

— Ты хочешь от меня покровительства? — подошёл к Диармайду Арбет. Он смотрел на Диармайда сверху вниз, парень так и не набрался сил подняться с колен.

— Да, — выпустив струйку крови изо рта ответил Диармайд.

Арбет сжал запястье Диармайда и тот почувствовал, как в его организм неуправляемым потоком хлынула чужая мана. Очень болезненные и мучительные ощущения, словно у него по венам начала течь кислота.

— Сколько тебе лет? — спросил глава рода, не обращая внимания на мучения парня.

— Д-двадцать, — едва сдерживая крик ответил Диармайд.

— Очень неплохо, я бы даже сказал — потрясающе! — он одобрительно хлопнул Диармайда по плечу, от чего парень едва не поцеловался с полом, с трудом удержавшись на коленях.

— Только тебе нужно будет пройти допрос при помощи артефакта, — чего-то подобного Диармайд и ожидал. Он не рассчитывал, что их возьмут в древний клан поверив на слово.

— Есть ещё маг природы шестого ранга и адепт седьмого. Мы идём в комплекте.

Арбет кивнул не сразу, долгое время всматриваясь в вертикальные зрачки Диармайда, потёкшая из глаз кровь, вымыла линзы. Получив кивок, парень рухнул на пол, не в силах больше оттягивать обморок.

— Что думаешь? — спросил Арбет, толкнув несколько раз тело парня ногой.

— Вроде живой, — резюмировала старушка.

— Да не об этом я, Гуюм, что ты думаешь о парне? — закатил глаза Арбет.

— Я уже всё сказала — убей его. Может он и сильный маг, и как свита придаст твоему сыну больше значимости. Но его поведение опасно, оно не принесёт Техути ничего хорошего.

— Думаешь? — повернулся к старушке Арбет. — А мне кажется, он неплохо себя зарекомендовал.

Гуюм сильнее нахмурилась, из-за чего морщины на её лбу стали видны ещё чётче.

— Своим поступком он только доказал, что у него нет сдержанности и он склонен к опрометчивым, глупым поступкам. А второй ты нам в клане не нужен, или ты уже забыл к чему привели твои выходки?

— То, что ты называешь глупостью — я называю смелостью. А Техути уже давно испытывает недостаток в сильных, смелых магах. Пускай стражи за дверью отнесут его в подвал, завтра я лично проведу допрос паренька, — проигнорировал все упрёки в свой адрес Арбет.

— Будь Ясмин жива, она бы ни за что не…

— Закрой рот! — выкрикнул Арбет, Гуюм фыркнула, демонстрируя своё пренебрежение.

— Интересно, ты бы успел защитить Мурада, набивающего желудок на кухне, если бы парень пришёл убить его.

— Из-за чего мне было переживать? Ты ведь следила за парнем с того момента, как он проломил купол над поместьем.

Арбет взмахнул рукой, дверь открылась, в комнату вошли охранники в боевой готовности.

— Отнесите вот это вот недоразумение в подвал и приставьте охрану, — Али нагнулся, пристальнее приглядываясь к лицу Диармайда, — впервые за сто тридцать семь лет встречаю такого жуткого монстра.

* * *

Когда Диармайд очнулся, он долгое время не мог понять, где очутился. Более того, он не мог понять, где пол, а где потолок. Всё жутко болело, ныла каждая частица его тела, особенно сильно досталось лёгким.

— Доброе утро, спящая красавица, — поздоровался с ним Арбет.

— Здравствуйте, — Диармайд попытался помассировать свои виски, но его руки были прикованы к чему-то деревянному. Арбет подошёл к нему по потолку и улыбаясь отхлебнул что-то из дымящейся кружки. Он взялся за ручку колесо, к которому был прикован Диармайд и крутнул его: комната завертелась. Арбет остановил это чудовищное порождение больного ума, но комната от этого вращаться не перестала. Когда Диармайд наконец разобрался, где пол, а где потолок смог оглядеться: комната без окон, облицованная кирпичом, он была полна старинных пыточных приспособлений, больше годящихся для выставки в музее, чем для реальных пыток. Уж Диармайд то, точно это знал.

— И так, пришло время твоего допроса. Так как у тебя «глаза хищника», — так, наверное, на арабском назывался «дурной глаз», предположил Диармайд, — я не могу воспользоваться услугами магов разума, потому придётся прибегнуть к проверке артефактом.

— Ожерелье правды? — борясь с тошнотой спросил Диармайд.

— Его вариацию, вижу, ты уже сталкивался с ним. Значит объяснять ничего не нужно.

Арбет одел на голову Диармайда дамский венец из золота, инкрустированный белыми бледно-светящимися кристаллами. Диармайд почувствовал, как в месте соприкосновения металла с его головой заледенела кожа, холод волной распространился по телу. Ещё большая слабость и истощение навалились на Диармайда. Эффект был в разы сильнее, чем от «ожерелья правды», которое он когда-то испытал.

— Это более мощная вариация ожерелья правды, тебя ждёт ад, но если ты хочешь вступить в мой клан — тебе придётся пройти допрос, как и твоим друзьям.

— Я готов, — одними губами ответил Диармайд, пришло время проверить его гипотезу, рискуя при этом жизнью. Он не выдержал и его вырвало себе на рубашку.

— Великий Ра, парень, где твои манеры? Ты же сейчас говоришь со своим будущим хозяином.

— И так, приступим. Ты собираешься как-либо вредить членам моего клана? — спросил Арбет, начав расхаживать взад-вперёд перед колесом, к которому был прикован парень.

— Нет, — сморщившись ответил Диармайд.

— Какова причина твоего желания вступить именно в мой клан?

— У вас внушительное влияние в Египте, но вы уже давно не участвуете в новых конфликтах, предпочитая держаться особняком. Вы поддерживаете Фараона и нынешнюю вертикаль власти, а также служите гарантом законов Египта.

— Почему тебя так интересует фараон и наша роль гаранта законов? — Арбет остановился, пристально вглядываясь в обильно потеющее, полное боли лицо Диармайда.

— Я восхищаюсь силой Фараона. А роль клана в обществе обеспечит мне лучшие позиции, если я совершу какую-то глупость, — кривясь от боли, еле слышно прохрипел Диармайд.

— Какую глупость ты собираешься совершить? — посчитал, что добрался до самого интересного Арбет.

— Я хочу достичь вершин, — ни секунды не колеблясь ответил Диармайд.

Допрос не прекращался. Арбет не щадил парня, время от времени повторяя вопросы и меняя их формулировку. Всё закончилось только когда Диармайд потерял сознание.

* * *

— Наконец-то! — выкрикнул Луиджи, бросившись к кровати Диармайда. Он не узнавал обстановку вокруг, но судя по богатству убранства, он до сих пор находился в поместье Техути.

— Ну и напугал же ты нас, Ди, ты проспал почти неделю, — Мелисса заботливо стёрла мокрой тряпкой пот с его лба. — Как ты себя чувствуешь?

— Вы уже прошли допрос? — Диармайду едва хватило сил, чтобы повернуть голову на бок.

— Да, прошли, как и ты. Теперь нам осталось получить татуировку клана на руку и принести присягу на банкете. По решению Арбета — мы войдём в свиту его сына, а ты ещё и будешь сопровождать его в академии.

Диармайд расслабился, облегчённо выдохнув. Его ложь и лукавство во время допроса не раскрыли.

— Ди, какого чёрта ты ворвался к этим магам ночью? Ещё и нам ничего не сказав. Представь, как мы удивились, обнаружив записку у тебя в комнате! — Луиджи не на шутку разозлился, он через слово вставлял маты и сердито прожигал Диармайда взглядом.

— Как ты думаешь, что сильнее оценит эксцентричный глава рода, склонный к неожиданным и эпатажным поступкам: ночное наглое проникновение, с целью показать себя или стук в двери от малоизвестного мага?

Мелисса одобрительно улыбнулась объяснению Диармайда.

— И что мы будем делать дальше? Куда подевалась твоя жажда свободы?

— Просто исполняй приказы Арбета и ни о чём не беспокойся. Всё идёт по плану.

Глава 16

Почему все артефакты, вытягивающие правду, так сильно вредят организму? У Диармайда было много времени, чтобы подумать над этим и множеством других вопросов. К нему заходили врачи, пичкали зельями и натирали повреждённые участки тела мазями — приятного было мало.

За неделю, которую парень провалялся на кровати, его навещали только Лу и Мелисса: оба счастливые, как обожравшиеся орехов белки. Позитив из них так и пёр наружу, хоть они и пытались это скрыть, не понятно зачем. Луиджи казался дёрганым и нервным, несколько раз у него было такое лицо, словно он собирался разродиться откровением, но не решался, одёргивая себя в самый последний момент. Диармайд знал, его впереди ещё ждёт этот разговор. Знать бы ещё о чём Лу так не терпится поговорить?

— Вы уже можете передвигаться, — вынесла вердикт обхаживающая Диармайда медсестра. Девушка проверила зрачки, поставила таблетки на тумбу, рядом с кроватью, и ушла.

Диармайд лежал в чужом доме, не имея ни малейшего представления о своих дальнейших действиях, краткосрочной перспективе. Его метания нарушил Арбет.

— А ты быстро восстановился, — он подтащил к кровати стульчик, его ножки мерзко скрипели, скользя по паркетному полу.

— Моему организму не привыкать восстанавливаться после тяжелых повреждений.

— Знаю, мне скинули твои медицинские данные. Ну и странное же у тебя тело парень, — четырнадцатилетний, на вид, парень с нахальным лицом, стал выжидающе смотреть на Диармайда.

— Как идеально всё выходит, — наконец заговорил он, — мне нужен сильный маг, чтобы защитить сына в академии и вот он — ты. Не думаю, что я сам смог бы найти более подходящего кандидата. Я, знаешь ли, не привык к подаркам, падающим мне на голову. Слишком уж это всё кажется мне подозрительным.

— Вы провели допрос, — пожал плечами Диармайд, от такого действия голова закружилась и затылок пронзила острая нарастающая боль, парень терпел, стараясь не подавать виду.

— Я провёл допрос… и понял, что ничего не понял. Глаза сделали тебя не восприимчивым даже к артефактам, потому я не знаю, что ты скрыл. Но, я уверен, ты от меня что-то утаил. Скажи мне, что же тебе нужно?

— Влияние вашей семьи, — ничуть не кривя душой ответил Диармайд. — Благодаря ему, я смогу добиться желаемого…

— Да, да, — замахал рукой Арбет, — слышал я уже про твою жажду силы, и не раз. Расскажи что-то новое. Тебе хватило ума держать всё в тайне от своих друзей, это похвально… — Арбет задумался, переведя взгляд на окно, за которым бесновался полуденный зной.

— У меня дилемма: с одной стороны ты мне очень подходишь — ты сильный и опытный убийца, защитить авторитет моего… не самого активного сына у тебя получится без проблем, но с другой стороны, я не могу полностью тебе всё доверить, не понимая твоих мотивов. Сила — слишком туманное определение. Самая большая загвоздка в том, что не важно скажешь ты мне всю правду, или нет, из-за особенностей твоего организма я никогда не смогу тебе поверить. Вот такие вот дела, — резюмировал Арбет.

— Ладно, чёрт с тобой, — махнул он рукой, на которой Диармайд разглядел перстень, очень похожий на тот, что носил Нико. — Посмотрим, как ты себя проявишь. Молодых сильных магов у нас в клане и вправду нет. А ты слишком талантлив, чтобы выбросить тебя не испытав. Но учти — если с моим сыном что-то случится, пока он будет под твоим присмотром, — тебе конец, и уйти от возмездия тебе не удастся, это я обещаю, — Его серые глаза засветились приглушённым светом, а с их уголков начал исходить дым, от давления маны Диармайд почувствовал, как на всём теле волосы встали дыбом.

— Ах да, чуть не забыл, — сказал Арбет уже собиравшийся встать со стула. — Надо же, самое важное и вылетело из головы… — Арбет повернул руку ладонью к верху и скрючил пальцы, над ними появилась плотная серая дымка, трепещущая словно живое существо.

— Последнее условие твоего вступления. Я помещу этот дым в твоё тело, и благодаря ему, смогу убить тебя в любой момент, только пожелав. Если согласишься: тебе откроется дорога в клан Техути — один из сильнейших кланов Египта. Нет — проваливай ко всем чертям.

Диармайд не знал, что подобная магия существует. Он не отводил взгляда от дымки кажущейся настолько плотной, что прикоснувшись к ней, он ожидал ощутить что-то твёрдое, склизкое и липкое. Парень кивнул, горький дым проник в его ноздри, обжигая дыхательные пути. Он закашлялся, но дым не выходил наружу. В конце концов раздражение унялось, но ощущение чужой маны в своём теле было очень уж неприятным.

— До конца недели ты свободен: долечись, закончи свои дела. С понедельника начнётся твой испытательный срок и все твои поступки, в той или иной степени, будут влиять на репутацию клана — не опозорь меня. Это тебе очень дорого обойдётся. В выходные на банкете ты получишь татуировку слуги клана, если проработаешь год без крупных провалов — сможешь сложить вассальскую присягу. Не разочаруй меня мальчик. Ах да, пускай твои друзья тоже придут, я помещу дым и в их тела.

* * *

Кабинет на самом верхнем этаже, в башне, был очень просторным. Он, как и большинство комнат в особняке, помимо помещений рабочего персонала, был обставлен антикварными вещами. Даже светильники на стенах тут были старые, латунные, в виде свечей. Арбет сидел на подушках за невысоким столом. Позади него красовался гигантский портрет: на котором был изображён он сам и привлекательная египтянка, крепко обнимающая мальчика, унаследовавшего надменный взгляд отца, по крайней мере так его изобразил художник.

— И ты вот так вот просто позволишь человеку с улицы стать нашим слугой? — Гуюм была сердита и недовольна, она сверлила брата глазами, на что тот, как обычно, не обращал никакого внимания.

— Да что с тобой такое, сестрёнка? — вздохнул Арбет. — Обычно ты куда более радушно принимаешь талантливых людей в наших стенах. Чем тебя так разозлил этот мальчик?

— Ничем! — скрестила руки старушка, — Мне не нравится, что мелкая сошка, едва оказавшись на пороге, сразу же попадает в свиту Мурада. Очнись, старый ты маразматик, в этот раз фигурой в этой игре выступает твой сын! Или у тебя уже получилось забыть о прошлом?

— Не ворчи, не собираюсь я его без защиты оставлять, — Арбет положил на стол самое обычное золотое кольцо, — Я всё равно собирался вручить Мураду кольцо, когда он поступит в академию. Он будет в безопасность несмотря ни на что.

* * *

Луиджи расхаживал по комнате взад-вперёд, время от времени поглядывая на входную дверь. Диармайд собирался сегодня перевозить вещи в особняк Техути, и они договорились встретиться у него в квартире.

— Может ты прекратишь уже? — Мелисса громко вздохнула, прекратив читать что-то в телефоне. Луиджи в последнее время был сам не свой, очень дёрганый и напряжённый. Сейчас, когда они с Мелиссой начали жить вместе, она заметила, насколько образ импульсивного и беспечного балагура далёк от настоящего Луиджи.

— План у него есть! — выкрикнул Луиджи, — он хотя бы попытался рассказать, что это за план такой. Сколько времени прошло, а Ди даже намёка не оставил.

— Ты бы на допросе всё выболтал, мы же с тобой всё обговорили, — Мелисса уже не раз слышала этот разговор и устала повторять одно и тоже. В конце концов Лу всё равно проигнорирует все её доводы и будет злиться и беспокоиться.

— Да, но допрос-то уже закончили. Я блядь уже все нервы себе извёл, пытаясь понять, что Ди хочет от этого клана. Что у него за план, и какого чёрта он выбрал именно этот род. Ты ведь изучила всё, может нашла хотя-бы подсказку?

— Со вчерашнего вечера ничего не изменилось, — устало пропела девушка. — Понятия не имею чего Диармайд от них хочет, может артефакт какой-то или зелье. А может у них есть доступ в место, о котором нет в общем доступе, только если это так — понятия не имею откуда он достал информацию. Может ему ваш учитель что-то рассказал? Я много слухов разных о великом Нико слышала… — задумалась Мелисса. Н-да, слухов то она слышала много, но в большую часть верить просто отказывалась, слишком уж они невозможными звучали: чтобы маг молний победил противника, на три ранга выше него? Ха! Ну бред же.

— Может быть. У учителя с Ди были очень доверительные отношения. Всех очень удивляла отзывчивость Нико к этому парню. Я вначале даже завидовал ему…

— Я волнуюсь, — призналась Мелисса, — что бы Диармайд не задумал, он попал в поле интересов очень многих.

В комнату вошёл Диармайд, он был очень вялым и уставшим, последствия допроса ещё очень отчётливо отражались на нём.

— Ди, колись, что ты задумал!? — с порога потребовал объяснений Луиджи, уже потерявший все остатки своего терпения. Диармайда позабавила его реакция.

— Давно не виделись Лу, как жизнь?

— Оставь своё: «Давно не виделись», — Луиджи перекривил выражение лица Диармайда, — и потрудись, мать твою, объяснить, что происходит?

— Мы вступаем в клан Техути, — развёл руки в стороны Диармайд.

— И? — такое заявление только сильнее разозлило Луиджи. — Это всё что ты можешь сказать? Может расскажешь о своих целях, или какого беса ты хочешь от них получить. Или, хотя бы, почему именно этот грёбаный клан!? — повысил голос Луиджи.

— Нет Лу, в этом случае тебе придётся мне довериться, — Диармайд был непреклонен, если раньше он разговаривал с лёгкой полуулыбкой на губах то, когда от него потребовали конкретного ответа — посерьёзнел.

— Ты мне не доверяешь, или что!? — выкрикнул Луиджи. Он выглядел злым и растерянным, словно земля у него под ногами пошатнулась.

Диармайд вздохнул, провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад.

— Лу, Мелисса, на самом деле поговорить об этом нужно было ещё раньше, до того, как я вломился в особняк Техути. Но я так спешил заручиться поддержкой клана, чтобы избавиться от части заинтересованных в нас, что не сделал этого. Простите.

Диармайд пошатнулся, Луиджи вмиг оказался рядом и отвёл его к матрасу, поддерживая под руку. Диармайд сел, с благодарностью кивнув и продолжил:

— Для себя точку невозврата я уже прошёл: окончательно определившись с выбранным путём. Дальше события может и не будут развиваться слишком уж стремительно, но их последствия будут очень далеко идущими и вполне возможно фатальными, как для меня, так и для тех, кто последует за мной. Потому, прежде чем маг дыма поместит в вас свою ману, подумайте, стоит ли вам идти за мной, — Луиджи уже набрал воздуха для выкрика, но Диармайд остановил его жестом, Мелисса всё время молча изучала лицо Ди.

— Ты так плохо меня знаешь, что у тебя ещё есть необходимость задавать подобные вопросы!? Иди ка ты на оргию сатиров! — разозлённый Луиджи пошёл прочь из комнаты, бросив напоследок:

— Увидимся в особняке.

Диармайд вздохнул, нечто подобное он и ожидал, но сколько бы не прокручивал этот разговор в голове — мирно и тихо он не проходил никогда. Ему было страшно, и страшно не за собственную жизнь, а за то, что он потянет своих друзей за собой. Особенно сильно это чувство обострилось сейчас, когда лучики их счастья казались такими тёплыми и яркими. Но он сделал выбор, и теперь ему осталось только идти до конца. А там, скорее всего, его будет ждать погост.

Мелисса не сдвинулась с места.

— Ты должен его понять, он беспокоится о тебе. Ты ведь для него как младший брат, а ты держишь от него секреты и Лу это злит.

— Ты не рассказал о своих планах, потому что думал, что мы не сможем утаить нужную информацию на допросе? Нет, не перебивай, — Мелисса остановила уже собравшегося ей возразить Диармайда.

— Ты прав. Из нас вытянули бы всё, и единственный, кто смог бы хоть что-то скрыть — ты. Умоляю, не считай Арбета глупее себя. Глупые маги не доживают до сотни лет, не важно, насколько они сильны. Думаю, он, скорее всего, знает о том, что ты что-то утаил, но, раз он всё равно принял тебя в клан и даже приставил к свите сына — у него есть планы на твой счёт. И я очень сомневаюсь, что их итог принесёт тебе благо. Храни свои секреты при себе, но помни, наши жизни сплетены и теперь твои решения отражаются как на мне, так и на Лу.

Диармайд горько вздохнул, он поднялся и подошёл к Мелиссе.

— Я должен был сказать это раньше, — вздохнул Диармайд, он взял Мелиссу за руку и посмотрел в её глаза.

— Вступив в клан — я выбрал месть. Это решение принесёт очень много боли и страдания в мир, если мне всё удастся. И счастливо моя жизнь точно не закончится. Если я преуспею — высеку свое имя на страницах истории, но вспоминать его будут всегда с отвращением. Поэтому пообещай мне одно: если настанет момент, когда ты поймёшь, что нам не по пути — ты уйдёшь, и заберёшь с собой Лу. Насильно, если потребуется.

— Диармайд, я не могу я…

Диармайд сжал её ладонь обеими руками и улыбнулся, такой тёплой улыбкой, которой Мелисса не видела на его лице никогда.

— Из всех возможных путей — я выбрал этот, и выбрал осознанно. Но это мой путь, не ваш. Пообещай.

— Я обещаю, — чётко, уверенно произнесла Мелисса, ей было очень грустно, глаза наполнились влагой, которую она с трудом сдержала. Ей привиделись руки скелета, обхватившие Диармайда за плечи, словно сама смерть обнимала его.

* * *

Грохот выстрелов почти не прекращался. Тир в поместье располагался в подвале, совсем рядом с винным погребом. Единственным украшением старых стен из кирпича была паутина. А Диармайд думал, что ему во всём особняке соринки не сыскать. Недолгое затишье снова сменилось грохотом выстрелов. А когда-то их шум оглушал, Диармайд с улыбкой вспомнил те времена, когда от выстрелов у него закладывало уши, тогда он ещё тренировался с Сандро на стрельбище Фальконе.

Само стрельбище было крошечным, длинная полоса подвального помещения, метров пятнадцать в длину, освещенная жёлтыми, покрытыми пылью лампочками.

Мурад стоял в образцовой стойке, выверенной едва ли не до миллиметра, в жёлтых очках и шумозащитных наушниках. Парень выдохнул и произвел быструю серию выстрелов, опустошив ещё одну обойму.

Диармайд встал рядом с ним. Парень не заметил его, слишком уж сильно он был сосредоточен. Или так, или он просто был жутко не внимательным. Серая, плотная область контроля, выступала от его тела на расстояние не больше десяти сантиметров. Парень снял наушники и очки, устало протерев глаза и подпрыгнул, когда повернувшись обнаружил прислонившегося к стенке Диармайда. Парень выглядел растерянным и испуганным.

— Привет, — буднично поздоровался с ним Диармайд. Реакция паренька позабавила его. Чёрт, у них же разница всего в один год, а он в Мураде видит едва ли не ребёнка, интересно, почему?

— П-привет, — заикаясь ответил наследник одного из могущественнейших кланов в Египте. Ещё один шаблон треснул: Диармайд считал, что все наследники кланов надменные зазнавшиеся мажоры, а видел перед собой довольно забитого паренька, не знающего куда пристроить очки и наушники, которые он крутил в руках. Парень старался не смотреть в глаза и казался очень неуверенным.

— Твой отец сказал мне, где тебя найти. Я решил, что стоит познакомиться, раз уж я теперь в твоей свите. Совсем скоро начнётся обучение в академии, ты взволнован? — попытался найти общий язык с ним Диармайд. Разве может быть что-то более волнительное, чем разговор о скором начале учёбы в самой престижной академии магии в стране?

— Не очень, — тихо ответил ему Мурад. Диармайд застыл, этот гад только и делает, что рушит стереотипы. Правда в данный момент это было просто обычное заблуждение Диармайда, считающего что в мире нет ничего интереснее магии.

Наступила неловкая пауза, Диармайд внимательно изучал Мурада, а тот не знал куда деть глаза, старательно избегая встречи с его взглядом.

— Любишь стрелять? — заметил характерные мозоли на руках у парня Диармайд.

— Угу, — тихо, как обычно, ответил ему Мурад.

— Я и сам неплохо стреляю, меня обучали этому ещё до инициации. — Мурад оживился, зацепившись за знакомую тему.

— Это один из моих любимых пистолетов. Мне тётя его на прошлый день рождения подарила, у него… — и в Диармайда полился поток характеристик оружия. Чёрт, он умел стрелять и знал с чего состоит пистолет, но настолько подробно его он не изучил. А этот вот персонаж — настоящий знаток огнестрела, по его горящим глазам и уверенному тону было понятно, что это очень важное для него увлечение.

— Может посоревнуемся? — спросил Диармайд. Он, грешным делом, подумал, что лучше бы пришлось служить кому-то вроде Паоло, но быстро себя одёрнул. Тот точно искал бы проблем на каждом углу, а Диармайду пришлось бы их все разгребать… нет, этот парень куда лучше. Да и манипулировать им, если Диармайд не ошибся с оценкой личности, куда проще. Но спешить нельзя. Нужно действовать деликатно и неспешно, дьявол ведь тоже наверняка не сразу начинал действовать, оказавшись в райском саду.

— Я думал стрелок из тебя получше!? — оживлённо комментировал их любительское состязание Мурад.

— Ну… я давно не практиковался. С тех пор как магии стало достаточно, чтобы охотиться на изменённых, я всё чаще стал использовать именно её. А оказавшись без гроша в Египте, я и вовсе не мог себе позволить такой роскоши как оружие. Ты видел их цены? — На самом деле Диармайд лукавил, он специально немного промахивался, позволяя Мураду выиграть.

— М-м-м… насколько я помню минимальная цена качественного пистолета начинается от пяти тысяч утенов, разве это много? — удивлённо спросило это тепличное дитя.

— Попав в страну я начинал работу как обычный человек, потому для меня это было очень много. На взнос в Гильдию Свободных Охотников мы с Лу копили пять месяцев.

— Отец говорил, что ко мне в подчинение попадут два мага и один адепт, Лу один из них, да?

— Лу адепт седьмого ранга, он не сможет попасть в академию вместе с нами, но да, Арбет сказал, что все мы будем служить тебе. — Что может быть увлекательнее, чем служение парню, которого Диармайд может убить, не пошевелив и пальцем? Диармайду это казалось насмешкой над его крепнущим эго.

— Расскажи, как ты охотился на изменённых. Я читал в книге историю о…

Найти общий язык с Мурадом оказалось легче, чем Диармайд предполагал. Парень, как и он, любил читать, только он почти всё время поглощал приключенческую литературу, а Диармайд техническую и философскую, поэтому тема книг быстро изжила сама себя. Они проводили довольно много времени вместе. Диармайд рассказывал об охоте, и некоторые эпизоды из своей жизни, которые паренёк слушал как заворожённый.

— Это Луиджи и Мелисса, — представил своих друзей Диармайд. Они сидели в парке позади дома. Южные растения колыхались от не сильного тёплого ветра, запахи цветов приносили удовольствие. Прислуга выставила на столе блюда с нарезанными фруктами и графины с соком.

При виде Мелиссы Мурад растерялся. Парень не знал куда деть глаза, а его щёки загорелись румянцем. Мелисса, как обычно, одевалась довольно откровенно, но такой реакции она не ожидала. Заметив, как Мурад зарделся, она не удержалась и засмеялась, как обычно прикрывая улыбку ладонью.

Лу и Мелисса прекратили ухмыляться и поклонились.

— Вверяем наши жизни вам господин, — в один голос произнесли они.

— С-служите мне верно и вам воздастся, — немного растерявшись из-за резкой смены темы, произнёс традиционный ответ Мурад.

— Арбет поместил в вас дым? — спросил Диармайд.

— Угу, ну и мерзкое же чувство, — Луиджи потёр всё ещё красное горло.

— Тогда завтра мы получим татуировку и официально станем частью свиты Мурада.

— Кстати, — повернулся к нему Диармайд, — я всё хотел спросить, а кто ещё в ней состоит?

— Никто, — отвёл взгляд в сторону парень, ему было некомфортно в окружении стольких незнакомых людей. — Вы мои первые слуги…

Странный он какой-то, но у такого поведения наверняка есть причина, подумал Диармайд.

Глава 17

Жизнь слуги оказалась какой-то скучной. За несколько дней они так и не вышли за территорию особняка, пока на их головы не свалилось одно чудо… иначе у Диармайда это никак назвать не получалось.

— Привет жирный! — Диармайд услышал крик издалека. Они сидели в саду, Мурад играл во что-то на приставке, старательно игнорируя своих слуг, а Лу с Мелиссой оживлённо обсуждали какой-то фильм. Шёл небольшой дождь и в воздухе был стойкий запах влаги и земли.

Диармайд был готов к действиям, увидев несшуюся на них фурию и когда он уже был готов наброситься на нарушителя, Лу и Мелисса отреагировали первыми придержав Диармайд, в мгновение ока оказавшись рядом с ним. Обескураженная незнакомка застыла, сбитая с толку, она, как и Мурад, уставилась на эту пантомиму.

— Эм… привет, — неуверенно поздоровалась она со всеми, — а вы кто такие? — Девчонке немного за двадцать, красная, как и у большинства египтян кожа, идеальное каре ровных тонких чёрных волос, обилие косметики с превалирующим золотым цветом и длинный ухоженный маникюр, под ярко-красными губами была заметная черная родинка, дополняющая её и без того не малую красоту. Её статус подчёркивало обилие украшений, созданных в одном стиле.

— Это моя свита… — подал голос Мурад.

— Чего!? — выкрикнула девчонка, ещё внимательнее приглядевшись к так и не сменившим позу ребятам. Диармайд расслабился, когда понял, что угрозы нет.

— Ну и где же ваше приветствие, я не поняла? — ожила девчонка, она наполнила руки магией, её глаза загорелись синим светом, подул сильный порыв ветра. Диармайд действовал неосознанно, капли воды сомкнулись вокруг девчонки, превратившись в ледяные копья, направленные в её горло. Она застыла, так ничего и не предприняв.

— Стой! — выкрикнул Мурад.

— Это моя кузина, она внучка Гуюм, не вреди ей! — Хм… Диармайд впервые видел такого активного Мурада. Обычно он и говорил-то едва слышно, а тут вон как раскричался…

— Ты чего себе позволяешь!? — с опаской поглядывая на сосульки, не громко сказала девушка.

Диармайд услышал смех рядом с собой, к их веселью присоединились Гуюм и Арбет. Старушка, как обычно, одетая в строгий деловой костюм, а вот Арбет нацепил на себя яро-красный халат, поверх одежды, с вышитыми золотом узорами.

— Вот и нашлась управа на наш ураган, — от всей души потешаясь над попавшей в западню племянницей, сказал Арбет.

Гуюм едва заметно кивнула, сосульки сдуло вместе с Диармайдом. Лишённый опоры парень полетел вместе с диваном, на котором сидел, Лу и Мелисса чудом успели уклониться от удара. Он взлетел так высоко, что панорама города раскрылась перед ним, как на ладони, а потоки воздуха всё выше и выше поднимали его. Порыв ветра, несущий его вверх, ослабевал, взлёт замедлялся, пока и вовсе не пошёл вспять. Когда Диармайд падал, едва не задел всадника на иглохвосте, услышав череду матов в свой адрес, от наездника на песчаном скате. Падение казалось вечностью, Диармайд наслаждался новыми ощущениями, до этого момента он как-то не успел такое попробовать, прыжки с высоких скал не в счёт.

Вода в декоративном пруду ожила, она, вместе с серебристыми карпами, собралась в большой пузырь, в который плюхнулся Диармайд. Несмотря на затормозившую падение воду, он всё равно проделал вмятину в земле, громко плюхнувшись, к счастью, его тело окрепло настолько, что он ничего себе не сломал. Диармайд подошёл ко всем абсолютно сухим, и очень раздражённым. Свою ошибку он понимал, но менее раздосадованным от произошедшего не становился. Вот почему, сколь сильным бы он не становился, легко находились способные убить его без каких-либо затруднений?

— Я Назира, — представилась девушка, наслаждавшаяся угрюмым выражением на лице Диармайда, — запомни имя той, кому ты должен прислуживать. Я прощу тебе эту ошибку, но в первый и в последний раз.

— Эй! — выкрикнул Мурад, — они из моей свиты. Никто из них прислуживать тебе не обязан.

— О-о-о, — протянула Назира, — у свина появился голос?

— Назира! — выкрикнула Гуюм, — следи за своими словами. Ох милостивая Исида, где твои манеры.

— Ба… — закатила глаза девушка.

— Не думай, что если ты обзавёлся слугами, то уже стал крутым и сильным… Ты как был слабаком, так им и остался. А ты! — повернулась к Диармайду она, — не считай себя неприкасаемым, из-за того, что достиг пятого ранга. Пускай я и недавно прорвалась, но я тоже пятый!

Диармайд засмеялся, чем вызвал недоумение у Назиры. Как же хорошо он сейчас себя почувствовал.

— Как скажешь, — ответил он, переглянувшись с ухмыляющимся Лу.

— Диармайд, — заговорил Арбет. — Назира, конечно, оторва, но вредить ей не смей. Она самая яркая звезда из молодого поколения нашего клана. Навредишь ей — умрёшь.

— Понял, — не стал спорить Диармайд. Предвкушающее выражение на лице девушки не сулило ему ничего хорошего.

— Готовы к завтрашней церемонии? — спросил Арбет у ребят, поняв, что возражать ему никто не собирается.

— Не совсем, вы сказали только: что на церемонии нам нанесут татуировку клана на руку и всё, — Диармайд сел рядом с Лу и Мелиссой.

— А… ничего особенного. Вам нанесут татуировку с гербом и ничего больше. Никаких серьёзных гостей не будет, разве что глава безопасности приедет из Александрии. Вот если вы будете вступать во внутренний круг клана, тогда всё будет совсем по-другому, но об этом рано говорить. Хотя шансы у вас на это не плохие.

Арбет и Гуюм увели девушку куда-то с собой.

— Эм… простите за неё, — Мурад виновато склонил голову.

— Ерунда…

— Мурад, как так получилось, что девчонка ведёт себя, словно это она наследница клана, а не ты, — спросила Мелисса.

— Это всё тётя, она позволяет Назире делать всё что хочет. Её обожаемая внучка ни разу не отвечала за свои выходки… А когда я жаловался ей, говорила, что у наследника клана должно быть больше гордости, — Мурад по привычке вертел в руках приставку, как делал всегда, когда нервничал.

— Представь, какие могут быть выходки у мага, достигшего пятого ранга в двадцать два.

— Не волнуйся, — ободряюще улыбнулась ему Мелисса, из-за чего на щеках Мурада снова появился румянец, — мы не дадим тебя в обиду.

— Да, — оживился парень, посмотрев на Диармайда. — Это было очень круто! Я впервые вижу, чтобы Назиру так ставили на место. Я понимаю, что она моя кузина, и радоваться её проигрышу мне нельзя, но спасибо!

Диармайд ухмыльнулся, Мурад поёжился.

— В радости от проигрыша вредящего тебе человека нет ничего дурного. Я не дам тебя в обиду Мурад, такова моя работа, — щенячье восхищение в глазах парня невозможно было подделать, Диармайд такое видел впервые.

* * *

— Занят? — спросила Мелисса, войдя в комнату к Диармайду, ту самую, в которой он провалялся пока приходил в себя после допроса.

— Ты уже вошла, — Диармайд раскрыл глаза, медитация делала его спокойным и собранным, но в последнее время он начал ею пренебрегать. Результаты своих тренировок в последнее время не радовали, нужно будет поискать новые, более эффективные способы самоусовершенствования.

— Я хотела поговорить с тобой о сведениях, которые мне удалось собрать за это короткое время. Слуги, знаешь ли, очень болтливые существа, — я узнала много интересного.

— О как, ну рассказывай, чего такого интересного тебе удалось узнать, — Они сели за журнальный столик из красного дерева, с вырезанной на нём шахматной доской.

— Ну, во-первых, Арбет вернулся к обязанностям главы рода совсем недавно. До этого времени, на протяжении почти восемнадцати лет, кланом управляла его сестра: Гуюм. Сейчас к главе рода относятся без особой любви, ведь он почти восемнадцать лет провёл в алкогольном и наркотическом угаре, скорбя по погибшей во время родов жене.

— То есть сына воспитывал не он? — сделал вывод Диармайд. Очень интересные сведения. — Это из-за тётки он такой запуганный?

— Ну-у-у, и да и нет, слуги говорят, что она хорошо относилась к парню, но из-за его слабости почти всю работу наследника передавали Назире. Можешь представить, как на него смотрели. Ещё и отец в пьяном бреду на весь дом однажды орал, что из-за Мурада погибла его мать. Он потом очень долго молил у сына прощения, но ребёнок не может легко оправиться от подобного. В конце концов его решили не трогать, предоставив самому себе. Всё поменялось совсем недавно, почти год назад, когда Арбет прекратил сливать свою жизнь в помойку и взялся за ум.

— Ты объяснила, почему Мурад такой запуганный, но я не услышал объяснения, почему клан теряет свои позиции на политической арене.

— А невменяемого вечно пьяного главы тебе недостаточно? Тогда лови ещё информации: у Техути очень древние враждебные отношения с кланом Бакари, они, по сути, занимаются одним и тем же, но до недавнего времени Техути безжалостно их подавляли. Однажды они напали на конвой Техути, возвращавшихся после выполнения какого-то задания и в той заварушке погиб первенец Арбета.

— Стоп! — Диармайд принялся массировать виски, — получается Мурад не первенец? Теперь понятно, почему он такой слабый. Арбет ведь до жути силён, у него не мог родиться такой слабый сын, второй ранг в девятнадцать, это даже не смешно.

— Не только это, ещё и его погибшая жена была слабым магом. Арбет женился на ней, пойдя против воли всего клана. Ты сам знаешь, чем сильнее родители, тем больший потенциал у их ребёнка. А Арбет наплевал на все законы и женился на своей любимой. Несчастье их поначалу обошло стороной — первенец, не знаю его имени, родился сильным и здоровым, но Бакари убили его, а потом, во время родов Мурада, погибла его мать.

— Он не только второе дитя, но ещё и пара была не равноценна в магической силе, и как такое могли допустить?

— Диармайд, ты не веришь в силу любви? — состроила поражённую моську Мелисса.

— Сама смотри, что твоя любовь сделала с кланом. А как звали его жену? — Любопытства ради спросил Диармайд, её имени за весь разговор он так и не услышал.

— Не знаю, её имя, как и имя первенца, никто не знает.

— Это всё?

— А тебе мало? — фыркнула Мелисса. — Мы переехали в особняк всего день назад, не нравится — сам собирай информацию.

— Не сердись. Мел, собери пожалуйста больше сведений. Мы должны знать, где очутились и какие возможности у нас есть.

Мелисса встала и подошла к окну, с которого открывался вид на сад, ограждённый высокой живой изгородью. Единственными его посетителями, на данный момент, были охранники, патрулирующие территорию. Насколько Диармайд знал: после его проникновения им сделали не слабую такую взбучку.

— А тебе не кажется, что это нужно было узнавать до того, как мы вступили в этот клан? — ехидно спросила девушка.

— Нет не кажется, — громко вздохнул Диармайд, — Техути подходят для моих целей лучше всего, если клан, конечно же, не развалится до того, как у меня получится их достичь.

— Лу ещё бесится? — спросил Диармайд. Луиджи в последнее время старался избегать встречи с ним. Он улыбался и шутил, когда рядом был Мурад, но как только он запирался в своей комнате, Лу тут же уходил, показательно игнорируя все слова Диармайда. Это ребяческое поведение очень бесило, но ничего поделать с этим парень не мог.

— Ему нужно время, чтобы остыть. Лу последовал за тобой, чтобы присматривать, и пускай решения он в основном давал принимать тебе, он считал, что вы равны, а сейчас ты берёшь на себя главенство и ждёшь подчинения. Ему нужно время, чтобы привыкнуть к своей новой роли. Сейчас тебе ведь нужны подчинённые, а не друзья, так?

— Ты поразительно умная женщина, Лу повезло, — Диармайд сделал вид, что задумался, — хотя это с какой стороны посмотреть, — улыбнулся он. — Я не вижу причин, чтобы вы не были и теми и другими.

— Так не бывает, — повернулась к нему Мелисса, — со временем ты поймёшь. Увидимся завтра, когда нас будут помечать, как какой-то скот…

* * *

— Бабушка, ты хотела меня видеть? — Назира на носочках вошла в кабинет Гуюм. Девушка вела себя так, словно на неё в любой момент могли напасть. Она нервничала, как и каждый раз, когда Гуюм вызывала её к себе. Назара позволяла себе многое, так как была самым талантливым магом из молодого поколения Техути, но, когда дело касалось Гуюм — она была кроткой и покорной. Даже у Арбета не было над ней такой власти. Сейчас вообще в клане были очень смешанные отношения к происходящему. Арбет вернулся и Техути разделились на два лагеря: те, кому больше нравилось размеренное и мудрое управление Гуюм, и традиционалисты, предпочитающие взбалмошное, но тем не менее выгодное управление Арбета. Его сумасбродные выходки принесли не мало выгоды и ущерба клану, сейчас уже даже не разберёшь, чего больше.

Бабушка готовила Назиру как наследницу, было время, когда она собиралась женить её на Мураде, но, к счастью девушки, она передумала, когда у Мурада начались проблемы с прогрессом. Сейчас, когда Арбет вновь пытается стать полноценным главой, всё стало таким запутанным и сложным…

— Что ты думаешь о Диармайде, парне, который приставил к твоему горлу ледяные сосульки.

— Ну-у-у, он странный. Не колебался ни секунды, прежде чем на меня напасть. И я заметила кое-что ещё позже, когда я всё обдумала, он отреагировал уже после того, как я наполнила руки маной, но в западню попала я. Как так может быть, чтобы магия воды оказалась быстрее магии ветра?

— Всё дело в силе и в контроле, а у него очень много и того, и другого, — улыбнулась Гуюм, радуясь тому, что внучка сделала правильные выводы из битвы. Её строгое покрытое морщинами лицо расплылось в улыбке, но тёплой она не была. — Если верить Арбету, у мальчика маны раз в семь больше, чем у тебя, и почти идеальный контроль.

— В семь!? — выкрикнула Назира, — не верю! Не может быть такого! — упрямо заявила она. Слова бабушки очень сильно ударили по самолюбию Назиры, ведь девушка причисляла себя к сильнейшим магам из своего поколения в стране.

— И у него ещё не было детей, — проигнорировала выкрик внучки Гуюм. — Арбет считает, что на допросе узнал правду об этом, у мальчика был только один половой партнёр.

— Бабуль, ты чего? — опасливо спросила Назира, сев наконец на оббитый бархатом диван рядом с бабушкой, пружины на нём противно скрипнули.

— Он ведь простолюдин, ещё и беженец, с чего это вдруг я должна спать с этим отбросом? Да и вообще, неужели Арбет думает, что свинка подходит на роль лидера клана? Он же слабак! — упрямо заявила Назира, вспомнив самую болезненную и неприятную для себя тему. С тех пор как чёртов старик начал приходить в себя, Назира серьёзно забеспокоилась о положении, которое она занимает в клане. Очистив голову Арбет начал заботится о сыне, и подталкивать его в нужном направлении и Назире это не нравилось. Столько усилий, столько зелий, чтобы этот отброс оставался на своём месте и вот они уже теряют лидирующую роль в клане за какой-то год. А теперь бабушка ещё и захотела отдать её в лапы к простолюдину, — Назира была вне себя от ярости.

Гуюм протянула свою морщинистую руку и погладила красную от злости внучку, осудительно покачав головой.

— Ты бы подумала о том, как ведешь себя по отношению к Мураду в присутствии его отца. Он сегодня сделал мне замечание. Я почти не лезла в твои дела, ведь сама учила действовать тебя в собственных интересах, за всё время я только несколько раз меняла зелья, которыми ты пичкала Мурада, чтобы изменения остались незамеченными, но не заигрывайся. Арбет кажется тебе добрым дядечкой, наивным и глупым — это не так. И если он прознает про то, что это мы искалечили его сына, гнев его будет неудержимым, даже я не уверена, что справлюсь с ним.

Назира побледнела, бабушка погладила её по щеке.

— Не волнуйся, я же сказала: изменения в теле Мурада почти невозможно обнаружить, я позаботилась об этом, главное, чтобы ты больше ничего не предпринимала. А что касается Диармайда, с чего ты взяла, что он равен тебе? — ухмыльнулась старушка.

— Ну вот и я так думаю! Вообще не понимаю почему ты тогда заговорила об этом.

— Как бы не было мне неприятно это говорить, но с фактами не поспоришь: мальчик в разы сильнее тебя и ценнее. Кто тебе сказал, что он маг пятого ранга? Диармайд маг шестого ранга, Арбет лично это подтвердил, когда проверял своей маной его тело.

Глаза Назиры расширились от страха. Маг простолюдин шестого ранга в двадцать лет, ох Сет, тьму приносящий, да как такое вообще возможно?

Глава 18

Проснувшись Диармайд долго не хотел открывать глаза, продолжая нежиться в постели. Вверять свою жизнь в чужие руки — всегда не легко, даже если делаешь это из собственного расчёта. Погода за окном отражала его настроение: пасмурные небеса, затянутые тёмными неприветливыми тучами. Обычно Диармайду нравилось подобное, но не сегодня.

Диармайд завтракал в служебной столовой, где работала целая смена профессиональных поваров. Так, идя по коридору на кухню, он и встретил Мурада, выходящего из банкетного зала.

— Привет, — поздоровался Мурад. Его отец считал обязательным ужин в кругу семьи, к счастью, слуг это правило не касалось, потому он с чистым сердцем избегал этих неловких встреч. Поприсутствовав на одной, Диармайд больше не желал смотреть на жалкие попытки отца найти общий язык с сыном. Тот просто не понимал Мурада, из-за чего в их разговорах то и дело возникало неловкое молчание. Ничего полезного на этих встречах Диармайд, скорее всего, узнать не сможет. А если что и случится — наследник сам всё расскажет. Мальчик поразительно быстро проникся доверием к своим слугам, как же опрометчиво…

— Доброе утро, — изобразил лёгкий поклон Диармайд, только немного кивнув головой.

— Нервничаешь? Церемония состоится вечером, насколько я знаю на кухне уже начали приготовление, — с каким-то одухотворённым выражением сказал Мурад.

— Немного, всё же для меня это весьма необычное событие, — соврал Диармайд и не желая больше говорить на данную тему сказал:

— Мурад, может удовлетворишь моё любопытство — скажи, почему Назира называет тебя свиньёй или толстым? — это и в правду было странным, Мурад выглядел как неплохо сложённый молодой человек, даже немного худощавый, для его роста.

— Ну… — замялся парень, — понимаешь, я ем, когда нервничаю, а до недавнего времени, нервничал я часто и набрал лишний вес… Проблему помог решить папа, он дал мне зелье, которое помогло похудеть, но Назира всё равно не прекратила меня обзывать. Ей, как всегда, всё сходит с рук.

— Вот как, — девчонка чувствовала себя в клане более чем вольготно с уверенностью занимая лидирующую позицию в любом разговоре. Она вела себя как настоящая наследница, в то время как Мурад только и делал что избегал взглядов и мямлил. За всё время знакомства Диармайд так ни разу и не видел, чтобы парень тренировался. Похоже он уже давно забросил все попытки стать сильнее.

— Мурад, — нарушил тишину Диармайд, — ты когда в последний раз медитировал?

— Вчера, отец настаивает на том, чтобы я тренировался минимум пол часа перед сном… Я делаю это ради него, тренировки уже долгое время не приносят никаких результатов…

— Протяни свою правую руку, — Диармайд и не заметил, как его тон стал требовательным, словно это он, а не Мурад, был сыном главы клана.

Он не колебался ни секунды. Диармайд сдавил пальцами запястье нащупав вену и направил ману в тело парня.

— Будет больно, потерпи, — Мурад закусил губу, но не издал ни звука, несмотря на сильную боль, которую испытывает любой маг, когда чужая мана оказывается в его теле. Парень всё же не так безнадёжен, как считал Диармайд.

Странно… обычно медленный рост сопровождается плохой проводимостью маны телом, но Диармайд ощущал как его энергия почти без помех продвигается к солнечному узлу. Подавив желание оставить хотя-бы часть силы в Мураде, Диармайд вернул энергию обратно в своё тело. Может у него проблемы с кристаллом, или с самим нервным узлом?

— Когда медитируешь, чувствуешь тепло в груди? — спросил Диармайд убрав руку.

— Да и прилив сил, отец уже спрашивал об этом… Я вообще не понимаю, зачем мне поступать в академию, если у меня не получается прогрессировать!? — внезапно ожил наследник. — Какой толк от обучения и тренировок, если я как был слабаком, так им и останусь?

— Академия существует не только для обучения магии, большая её часть — наследники кланов и сильные маги. Связи установленные там останутся с тобой на долгие годы и возможно будут очень полезны для тебя, как для главы.

Мурад кисло улыбнулся, посмотрев на Диармайда с нескрываемым скепсисом, — большой прыжок от постоянных заиканий и избегания взглядов. Похоже с людьми, с которыми ему комфортно, он ведёт себя как обычный подросток… Так, стоп! Диармайд едва не хлопнул себя по лбу от избытка эмоций, мальчишке же девятнадцать, он всего на год младше, не стоит так свысока смотреть на него. Он уже видел способности Мурада и недооценивать его ум будет ошибкой…

— Ты говоришь как отец. Знаешь, до недавнего времени я боялся осени… и сильно переживал, когда папа сказал, что мне пора найти себе свиту. Но познакомившись с вами ребята, я понял, как ошибался и начало учебного года уже не кажется мне таким кошмаром.

Мурад посмотрел на часы, нахмурился и крикнул, убегая:

— Я опаздываю! Увидимся вечером!

Столовая для обслуживающего персонала располагалась совсем рядом с кухней. Пускай она и не была обвешана картинами стоимостью в поместье и мебелью прошедших столетий, её размеры не уступали обеденному залу господ.

— Доброе утро! — потянулась Мелисса, улыбаясь, похоже угрюмое настроение сегодня было только у Диармайда.

— Утро, — кивнул всё же снизошедший до приветствия Лу, и тут же получил тычок локтем от Мелиссы.

— Готов к церемонии? — спросил он, ковыряясь в рисе.

— Насколько это возможно, — столовая понемногу начала заполняться охранниками с ночной смены и слугами. Перед Диармайдом поставили его порцию риса с мясом. Всё было таким обыденным, что Диармайд только сейчас сообразил, что всё вокруг ему напоминает столовую в общежитии Фальконе. Он улыбнулся, вспомнив прошлое. Всё казалось таким привычным, что того и гляди через дверь ворвётся молодой парнишка, очень похожий на Адама. Ничего подобного, конечно же, не произошло.

— Ты чего ухмыляешься? — пробурчал Лу.

— Вспомнил столовую Фальконе в общежитии.

— А… — Луиджи осмотрелся вокруг, — я был там только несколько раз, когда мутил с девушками из солдат… Атмосфера и вправду похожая, только обилие магов и адептов поражает…

Лу был прав, будь у Фальконе такое количество сильных бойцов, их бы не ожидал такой грустный финал. Но разве ему жаль? Просто ещё одна ступенька, через которую Диармайду пришлось перешагнуть. И эту он тоже перешагнёт, если не оступится. Чувство ностальгии развеялось как дым, лица знакомых солдат растворились, сменившись краснокожими египтянами, а на плечи Диармайда вновь навалился вес его решений.

— Как же хорошо, что мы не можем узнать своё будущее, — пробубнил под нос себе парень.

* * *

Люстра из хрусталя заливала жёлтым светом банкетный зал высотой в два этажа. С больших картин на посетителей смотрели боги со звериными головами и главы клана, давно минувших лет. В высоких вазах из китайского фарфора благоухали магические цветы, придавая комнате блики почти всех цветов радуги. Играла восточная оживляющая музыка. Слуги заставили край громадного стола яствами.

Это помещение было создано для больших пиршеств, а не для ужинов вроде этого, иначе у Диармайда назвать подобное никак не получалось. Во главе стола сидел Арбет, глава клана казался весёлым, он то и дело наклонялся и говорил что-то Мураду. Поначалу данная сцена показалась Диармайду комичной: сын, выглядящий старше своего отца — то ещё зрелище. Гуюм сидела по его левую руку, то и дело поглядывая на дверь. Назира должна была уже давно появиться, но отсутствовала, как и гости из Александрии. Холодных закусок за столом становилось всё больше, а горячие блюда ещё не несли, без гостей этот шуточный банкет не начнётся. Диармайд ожидал от церемонии какого-то большего размаха.

Дверь открылась, в зал вошла Назира, а вслед за ней тройка незнакомых Диармайду ребят. Они смеялись и перешучивались на ходу, но поймав суровый взгляд Арбета, тут же прекратили все, кроме Назиры. Она вела себя как ни в чём не бывало и ей это позволяли.

Назира села рядом с бабушкой, а троица остановилась и поклонилась Арбету, они сделали это так синхронно и обыденно, словно репетировали подобное не один год, затем повернулись к Мураду и поклонились ему.

— Свита Назиры, — шепнул Мурад.

Диармайд внимательнее их осмотрел, все маги, сильные. Угрюмый парень с тёмными глазами был невероятно высоким, его тень неестественно изгибалась, не повторяя движение хозяина. Диармайд впервые видел мага тени помимо Орсино. Его кожа была бледной, несмотря на египетские черты, но не настолько как у Диармайда, а хмурые кустистые брови словно специально делали его более серьёзным и угрюмым на вид, сходясь почти в цельную линию, когда тот морщил лоб. Следом смуглая египтянка с ярко рыжими волосами, их цвет был настолько неестественным, что казалось — девушка надела парик. И последняя девушка, весьма примечательной красоты: её внешность была сравнима с Назирой, но не такой агрессивной. Добрые голубые глаза, пухлые алые губы и спокойное лицо, словно созданное чтобы носить тёплую улыбку, обрамлённое в волнистые каштановые волосы.

— А когда дядя Халид приедет, я хотела отдохнуть в городе. В этой дыре и так скучно до невозможного, так ещё и выйти из особняка нельзя… — Назира первой нарушила негласное правило и потянулась к салату, наплевав на обычаи. Её примеру никто не последовал.

— Он уже в черте города, — отвлёкся от рассказа Арбет, Мурад при этом делал отчаянные попытки не засмеяться, получалось у него плохо.

— Мурад, может ты с нами? У тебя же уже есть свита, уж тебя-то она сможет защитить, — лукаво улыбнулась Назира, пытаясь наколоть на вилку, убегающую от неё половинку помидоры.

— Неплохая мысль, — заговорил Арбет. — Сын — развейся, отметите это знаменательное событие. Чего у вас лица такие, словно это не праздник, а поминки.

Мурад посмотрел на Диармайда, словно ожидая от него одобрения, тот едва унял желание закатить от раздражения глаза. Скверная привычка, от которой трудно избавиться. За столом, со стороны Назиры и её компании, послышались смешки.

— Рядом со мной вы в безопасности, — покорно склонил голову Диармайд.

— Ну… может и сходим…

— Халид, друг мой, наконец-то ты приехал! — встал из-за стола Арбет, он в миг оказался рядом с вошедшим в комнату мужчиной. Не высокий мужчина за сорок, ростом почти в Арбета, с небольшим животом и невероятно длинной острой козлиной бородой. Хитрое лицо выделялось за счёт обильного количества золотых серёг в ушах, а глаза казались тлеющими углями. Температура в комнате поднялась на несколько градусов.

— Александрия не отпускала, — обнял главу рода Халид, — после того как ты сбежал в Уасет, приходится лично заниматься некоторыми делами. Когда ты вернёшься?

— Вместе с тобой, мы с сестрой и так уже достаточно отдохнули с детьми. Пришла пора браться за работу, скоро Фараон будет вещать, после и вернёмся.

Мурад поднялся и последовал примеру отца обняв гостя. Все это время за ним семенила миниатюрная девушка, с ног до головы покрытая узорами из хны.

— Поздравляю, тебе удалось заполучить себе в свиту сильных слуг, — похвалил парня Халид, крепко сжав ему плечо.

— Я их проверил, они чисты, — сказал Мураду глава безопасности, но Диармайд предполагал, что эта фраза адресовалась Арбету.

Ужин проходил в мирной и спокойной обстановке. Слуги подали горячие блюда от ароматов которых захватывало дух.

— В железорудных шахтах возле Абу-Галки снова проблемы, — заговорил о делах Халид, когда трапеза уже начала подходить к концу. — Часть работников погибла, поднялся нежелательный общественный резонанс.

Арбет слишком сильно нажал на нож и тот скрипнул по фарфору.

— Снова изменённые из пустыни? — заворчал глава клана. — В тех шахтах сырья осталось — ерунда, на кой чёрт мы вообще тратим такие ресурсы на них. Объем добыч ещё при моем отце сократился в три раза, а изменённые как нападали на них, так и продолжают нападать.

— Не я отвечаю за экономику клана, за этим нужно к Руяде обращаться, но насколько я знаю — там нашли глубинные залежи и благодаря современным технологиям их очень выгодно разрабатывать. Не зря же мы технику из Китайской Империи заказывали. Помнишь, сколько пришлось потратится на конвой для её охраны?

— Халид, — устало вздохнул Арбет, понимая, что легко от этого разговора не уйдёт, — давай в кабинете продолжим. Сейчас нужно поставить татуировки слугам и пускай дети пойдут веселиться в город.

— Как там тебя, — задумался Арбет, — а не важно, приступай, — махнул он девушке, тихо сидящей за Халидом, на протяжении всего вечера.

Она подпрыгнула, когда к ней обратились и оживилась, доставая из дипломата инструменты для татуажа. Несмотря на волнение, длинные пальцы девушки действовали уверенно и плавно. Первым татуировку рисовали Лу: скрещённая кирка и хопеш под скипетром Уас. Потом Мелиссе, всё происходило очень быстро и, к удивлению Диармайда, очень красиво. Художественными талантами татуировщица не была обделена.

Мелисса поднялась и Диармайд занял её место рядом с девушкой, за весь вечер так и не проронившей ни одной фразы. Его рука легла на прохладную столешницу, покрытую лаком. Игла коснулась кожи, девушка нарисовала меч и промокнула оставшуюся краску салфеткой, и вся краска осталась на ней.

— Я… я не могу сделать татуировку, — впервые заговорила неожиданно грубым голосом девушка. — Извините, мне не хватает маны, чтобы напитать иглу.

— С тобой всегда что-то идёт не так, да? — отстранился от разговора Арбет. Он появился рядом с ними и протянул вздрогнувшей девушке крохотный фиал с синей жидкостью. Она поморщилась, но осушила её в один глоток. Татуировщица ещё два раза пробовала нанести герб, но у неё так и не получилось пробить кожу Диармайда.

— Мда… — прокомментировал происходящее Арбет. Это событие уже привлекло внимание всех присутствующих, до этого момента не обращавших на эту «церемонию» никакого внимания, исключением был разве-что сидящий рядом Мурад.

— Ану-ка подвинься, — Арбет взял инструмент, заработал моторчик, игла начала тыкать в тыльную сторону левой руки Диармайда. Поначалу он ничего не ощущал, но, когда глава клана направил ману в иглу, почувствовал несильное покалывание.

— Ну и прочная же у тебя кожа, поразительно, — изумлённо сказал он, направив в инструмент ещё больше энергии. Диармайд почувствовал покалывание, татуировка обретала надлежащий облик. Одна мелкая деталь за другой: сначала хопеш, кривой египетский меч с широким лезвием, потом обоюдоострая кирка, всё это символы, приведшие клан к величию, потом скипетр Уас над ними, символ Фараона, который стоит над всеми в Египте. Арбет промокнул татуировку салфеткой, убирая лишние чернила. Всё это время в зале стояла абсолютная тишина, а Диармайд и глава клана стали сердцем этой тишины.

Мурад поднялся со стула. Луиджи, Мелисса и Диармайд поклонились в унисон произнеся традиционную для этой церемонии фразу:

— Мы вверяем свои жизни главе. Если вам понадобится клинок — я стану ним, если вам понадобится щит — я обращусь в него. Отныне моя жизнь и жизни моих детей принадлежат вам, владыка.

Мурад говорил уверенно и чётко, его лицо было полно решимости и уверенности:

— Я буду заботиться о вас, как всякому воину надлежит заботиться о своём клинке. Я буду чтить и уважать ваши жизни и, если вы падёте, исполняя мою волю — я буду заботиться о вашей крови и крови их крови. Отныне вы часть рода Техути, из клана Техути.

Диармайд, Мелисса и Луиджи по очереди поцеловали перстень с клановым гербом — церемония завершилась.

— Ну наконец-то, — раздался голос Назиры, ножки стульев заскребли пол, она со своей свитой двинулась из залы.

Диармайд и ребята последовали за Мурадом, тоже направившегося наружу. Они уже собирались разойтись по комнатам, чтобы переодеться, когда Диармайд вспомнил кое-что важное.

— Мурад, я должен спросить у твоего отца оду вещь, подождёшь меня?

— А? Да, конечно, — немного растерялся парень.

Диармайд побежал обратно в банкетный зал, но никого там уже не было. Он со всех ног помчался к его кабинету, на самом верхнем этаже поместья, портьеры трепетали из-за поднятого парнем порыва ветра. Он остановился у дверей, которые охраняла пара магов четвертого ранга.

— Господин занят, — ответил ему охранник.

— Я только на пару слов… — обречённо сказал Диармайд, понимающий всю нелепость подобной фразы. Вопреки его ожиданиям, дверь открылась и оттуда выглянула голова Арбета.

— Ты и часа ещё не пробыл в клане, а уже хочешь о чем-то меня просить? — ухмыляясь спросил он. — Проходи в кабинет, — картинно вздохнул Арбет.

В просторном округлом кабинете, располагавшимся в центральной башне поместья, был только Халид. Он внимательно осмотрел Диармайда с ног до головы. Халид, наверное, впервые за весь вечер проявил внимание к нему.

— Что? — прервал размышления Диармайда Арбет, когда заметил, как тот разглядывает картину за его столом с изображением Арбета и его семьи.

— Понимаете… — начал парень, он так стремительно бежал, что даже не подумал о формулировке вопроса. Не может же он просто спросить: «Можно мне уничтожить вот этих людей, потому что они украли у меня картину. Ах да, сущая мелочь, они неофициально служат клану, с которым вы враждуете…»

— Я хотел спросить…

— Да говори ты уже, — прервал его метания Арбет, — я думал ты умеешь чётко выражать свои мысли.

— У меня украли одну вещь… это картина, — наконец заговорил Диармайд, видя, что насмехаться над ним никто не начинает продолжил: — она очень важна для меня.

— Да-да, не забывай, это я проводил допрос при помощи Венца Правды, я знаю про картину, и про тех, кому воры служат, — дверь, к которой прислонился Арбет скрипнула, кто-то попытался её открыть, но хозяин кабинета так и стоял, не впуская посетителя внутрь.

— Теперь ты слуга клана Техути, ты можешь действовать открыто. Фараон не одобряет незаконную деятельность, если у Секани, управляющих, по сути, преступной деятельностью Уасете, будут к тебе претензии — я прикрою, — дверь снова попытались открыть, но Арбет так и не отошёл.

— Ты можешь быть свободен Диармайд. Как видишь у меня накопились дела… Только у меня будет к тебе просьба: возьми с собой Мурада, я хочу, чтобы он посмотрел, как ты решаешь свои проблемы.

— Да, — кивнул Диармайд и поклонился, — благодарю.

— Только помни, если Мурад погибнет, вы умрёте следом, — Арбет отошёл в сторону, впуская Гуюм в кабинет. Диармайд не проронив ни слова умчался к себе в комнату.

— Что это было? — недовольно спросила Гуюм.

— Да так, маленькая пакость клану Бакари, — ухмыльнулся Арбет. — Ох и жалко мне бедных воров…

Глава 19

— Свинка всё же решила выползти наружу? — глумливо скривилась Назира, когда Мурад в сопровождении свиты вошёл в гараж возле центральных ворот поместья. Уши парня покраснели, он сделал вид, что не слышит её слов.

— Вот этот внедорожник мой, — указал на чёрную махину Мурад. Диармайд немного разочаровался, как-то банально, чёрный внедорожник с тонированными стёклами, хотя он и сам не знал, чего ожидал увидеть. Не сутех же, в самом деле.

— Назира, мы так давно не виделись, прекрати кривляться и поехали, — приобняла её за талию девушка с добрыми глазами. Диармайд так и не смог понять, какая у неё школа магии, вроде вода, но какая-то у неё область контроля светлая, в сравнении с его собственной. Может воздух, как у Назиры?

Мурад застыл у машины. Диармайд едва сдержал выкрик, ну что за ерунда. С таким темпом, вскоре он, как и Лу, начнёт материться направо и налево, а Диармайд очень гордился чистотой своей речи.

— Лу, ты за руль, — не выдержал Диармайд и придержал уже направившегося к водительскому сидению друга, шепнув ему:

— Куда бы мы не поехали — не вздумай пить, и воздержись от критики, понял? — выжидающе посмотрел в глаза друга Диармайд. Он отпустил его локоть, только когда дождался кивка.

— Куда едем, босс? — весело спросил Лу заводя мотор.

— Не знаю. Наверное, в какой-то клуб, — машина Назиры: точно такой-же внедорожник, только белого цвета, притормозил рядом, опустилось стекло задней дверцы.

— Свинка, езжай за нами, — не терпящим возражений тоном скомандовала Назира.

Мурад громко вздохнул, смирившись действительностью.

— Луиджи, езжай за ней, — пробурчал Мурад.

— Знаешь, — заговорила Мелисса с переднего сидения, — ты ведь не обязан её слушать, если что — мы тебя защитим.

— Нет, не спорьте с ней, — настоял «хозяин», — следуй за ней.

— Как скажешь, босс, — весело сказал Лу. Диармайд видел, как у него дёрнулись уголки рта от раздражения. Луиджи не уважал безвольных людей. Ты можешь быть слабым, или вообще беспомощным, но, если у тебя есть характер — Лу это оценит. Диармайд словно наяву видел, как мнение Луиджи об их новоиспечённом боссе падало всё ниже и ниже.

Летний Уасет напоминал открытый днём ночной клуб: из постояльцев здесь были редкие посетители, основную же массу людей на улицах составлял обслуживающий персонал. И ведь так было на самом деле, почти все коренные жители обслуживали потребности магов в той или иной сфере, лучше сего это демонстрировала правобережная часть города. Их путь лежал из кварталов с богатыми особняками в обжитую простыми людьми часть, где располагались молодёжные клубы и бары. Пятиэтажные здания из тёсаного камня стали для Диармайда уже привычными, он с улыбкой вспоминал как восхищался ими поначалу.

Название клуба было на древнеегипетском, непереводимые надписи иероглифов дублировались ниже на человеческом арабском: «Поля Иалу». Несмотря на позднее время, самое подходящее для посещения ночного клуба, парковка была полупустой. Основной прирост населения в Уасете, особенно в отношении клубной живности, приходился на начало сентября, когда в город съезжалась золотая молодёжь со всей страны. Коренные жители не любили студентов, потому что в подавляющем большинстве они лишались родительского контроля и давали волю своим желаниям, из-за чего не редко страдали обычные люди.

— А Назира тоже студентка академии? — спросил Диармайд, когда Луиджи филигранно припарковал машину.

— Она на втором курсе. Отец оттягивал момент её поступления до последнего, очень уж он хотел, чтобы мы учились в одно время, но в конце концов ему пришлось выбирать: или я поступаю вторым рангом, или пробую ещё один год прорваться на третий. Так как Назира старше на три года, она была вынуждена поступить раньше, в академию не зачисляют тех, кто старше двадцати лет, — Мурад то открывал, то закрывал дверь, смотря в пол при разговоре.

Новость была замечательной, лучше, конечно, чтобы Назиры вообще в академии не было. Но имеем то, что имеем. То, что девушка и так будет только фоновой декорацией — уже большое благо. Девчонка за несколько дней успела очень сильно испортить нервы Диармайду. Он вообще не понимал: как Мурад ещё не сорвался и не сделал с ней что-то.

На парковке их уже ждала Назира со своей свитой. На лице вечно угрюмого парня появилась высокомерная ухмылка, которой Диармайд раньше не видел. Словно он был не слугой, а гордым обладателем гарема из трёх красавиц. Его надменный взгляд в первую очередь был устремлён на Диармайда… м-да, такую откровенную и топорную провокацию Ди видел разве что в детстве и то, в исполнении уличных карманников, она выглядела куда лучше. Они что, считают Диармайда неуравновешенным идиотом, который бросается на всякого, кто ему не понравится? Неужели он кажется таким простаком?

— Ты права так и не получил? — Назира смерила Мурада привычным надменным взглядом, весьма профессиональным и очень раздражающим, её компаньону нужно ещё очень долго тренироваться, чтобы дойти до её уровня.

— Не-а, зачем они мне? Меня всё равно постоянно возят шофёры или слуги клана, — тихо ответил Мурад, как всегда, когда он был вне зоны своего комфорта.

— Пропащая ты душонка, — закачала головой Назира. — Так, слушать мою команду, чтобы никого в клубе не вздумали и пальцем тронуть, ясно?

А вот это интересно. Диармайд не смог удержать ухмылки, похоже Назира пытается показать, кто тут главный. Подобное терпеть парень был не намерен.

— Командовать будешь своей свитой, — спокойно ответил он. Назира вскинула бровь, если бы не вырвавшийся из неё победный хмык, Диармайд бы с готовностью поверил в её наигранное удивление. А так выражение: «Да как ты посмел мне возразить», выглядело очень натурально, можно даже сказать естественно.

Великан за спиной Назиры, угрожающе размял плечи, да и девушки насторожились, хотя и не подавали виду.

— Мальчик, ты зарываешься. Ты только сегодня дал клятву верности, не смей лезть туда, куда не просят. Сиди себе тихо и помалкивай, ты и так должен радоваться, что бабушка не убила тебя за то, что ты посмел напасть на меня. Думаешь дядя бы ей хоть слово сказал? Твоё место у моих ног, заруби себе это на носу, низшее создание. Думаешь сила в этом мире что-то решает? Только происхождение определяет твое будущее, как ты вообще смеешь смотреть на меня, как на равную.

Диармайд стал центром всеобщего внимания. Какая неожиданность… Мурад боязливо отвёл взгляд в сторону, не решаясь возразить. Но, о чём-то подобном Мелисса и предупреждала: эта «госпожа» не станет терпеть вызов её авторитету и попытается при первой же возможности показать: какое положение в семье она занимает.

— С чего это я должен слушаться твоих приказов? — Диармайд нагло ухмыльнулся, от злости Назира сжала кулаки и сморщила носик. — Я клялся в верности Мураду, не тебе. Думаешь мне не наплевать на тебя и твои прихоти? — Как же Диармайду хотелось воплотить в реальность мысли, всплывшие в его фантазии в этот момент. Ему пришлось приложить усилия, чтобы сдержаться.

— В-о-о-от как? — протянула Назира скрестив руки под грудью. Она самодовольно улыбнулась и подошла к Мураду, тот отвёл взгляд в сторону, но девушка, заложив руки за спину, обошла его так, чтобы он смотрел ей прямо в глаза. Мурад с трудом выдержал её пристальный взгляд, то и дело косясь куда-то в сторону.

— Так я и думала… — засмеялась Назира, — в глаза мне смотри, сколько раз мне говорить, чтобы ты не отводил взгляд, пока я не разрешу? Думаешь твой папочка тебя защитит? Ему всегда было плевать на тебя, с чего это должно сейчас измениться? Даже Арбет понимает, какой ты позор для нашего клана. Как такое отребье вообще может быть наследником, а? Ну чего ты молчишь Мурад, думал, что что-то поменяется, после того как тебе всучили в свиту сильных магов? Сколько я блядь раз говорила, чтобы ты не отводил взгляд? — Назира закричала, отвесила Мураду пощёчину и пнула его коленом в пах. Парень свернулся на асфальте и застонал.

— Стой! — крикнул Диармайду Мурад, когда заметил, как тот оказался рядом с Назирой. Девушка даже не успела сообразить, как тот оказался рядом с ней, готовый к атаке. Шок на её лице сменился мерзкой ухмылкой.

— Правильно, — довольно сощурилась она, — не двигайся. Мурад, — надавила каблуком на пах парня Назира, — прикажи ему не двигаться, что бы с ним сейчас не произошло.

— Ничего не предпринимай, — сквозь боль сказал Мурад.

— Сафар, — Назира обратилась к угрюмому парню, с кустистыми бровями, — развлекайся.

Уговаривать его не пришлось, он нанёс удар Диармайду в челюсть, от чего тот пролетел несколько метров, прежде чем упасть. Он мог бы с лёгкостью уклониться, такой удар был не способен нанести ему какой-либо вред. Сафар не остановился, он появился рядом с упавшим навзничь Диармайдом и принялся охаживать его рёбра носками острых ботинок. Даже не больно… Диармайд лежал и не двигался, позволяя незнакомцу спокойно его избивать.

— Назира, хватит! Что ты творишь? — обеспокоенно заговорила шатенка с добрыми глазами.

— Не лезь Фарида, — бросила ей «госпожа», продолжая топтаться на достоинстве Мурада, в прямом и переносном смысле.

Удары Сафара становились сильнее, но он всё равно не мог оставить на его коже ничего, кроме грязи. От его ударов туфли разлезлись, словно раскрывшие пасти зверьки и показалась одетая в носок нога. Удары стали ещё сильнее, но результата не возымели. Его большой палец громко хрустнул, Сафар закричал, похоже ребро Диармайда оказалось прочнее, чем он думал.

— Ну что ты за недоразумение? — разочарованно сказала Назира.

— Поднимись, — приказала она Диармайду, отойдя от Мурада, но парень и не думал ей подчиняться, с ехидной улыбкой смотря на Назиру. Та разозлилась ещё больше, скомандовав Мураду:

— Прикажи ему подняться! — зло бросила она кузену.

— Поднимись, — тихо сказал Мурад.

Диармайд подчинился, тут же оказавшись перед Назирой, девушка была ниже его на голову и могла смотреть только снизу вверх, это разозлило её ещё больше. И вот это ничтожество сильнее её? Бабушка хочет, чтобы эта безродная тварь стала отцом её детей? Назира напитала руку маной и ударила со всей силы. Будь Диармайд обычным магом, этот удар убил бы его, несмотря на разницу в рангах.

Он выплюнул кровь, но надменная улыбка никуда не делась. Назира была в ярости. Она ударила ещё раз и пошла в клуб сказав:

— Ану-ка пошли все за мной.

— Ты как? — подбежал Луиджи. Он помог Диармайду подняться на ноги и с тревогой посматривал на друга.

— Мелисса, — Диармайд выплюнул ещё порцию крови и сказал негромко:

— Мы идём в клуб, а ты потеряйся. Тебя тут быть не должно, понятно?

— Тоже думаешь, что сейчас что-то будет? — обеспокоенно спросила Мелисса.

— Если всё зайдёт слишком далеко — мы начнём действовать, но пока-что всё идёт своим чередом, — сказал Диармайд так, чтобы услышать могла только она. Девушка кивнула и растворилась во мраке. Мурад так и лежал на земле.

— Какого Анубиса вы тут валяетесь, я же приказала вам идти за мной, — вышла из чёрного входа в клуб Назира. — Так, я не поняла, а где эта белобрысая сука? Куда она подевалась!?

— Она убежала, — со стоном поднялся Мурад.

— Блядь, — сощурила глаза Назира, — все за мной.

Мурад не выдавил из себя и слова, только обречённо махнул рукой и понурив голову отправился вслед за кузиной. Диармайд и Лу последовали за ним.

Клубы, они везде одинаковые. Первое о чём подумал Диармайд, оказавшись внутри: просторный танцпол, немного столиков для избранных, и отдельная от общего зала ВИП-зона повыше, кислотные цвета освещения и ритмичная музыка. В полупустом зале были в основном местные жители, всего несколько магов с активной областью контроля, но ни одного значка благородных Диармайд не заметил. Они или не надевали их как Назира, или были простолюдинами.

Назира повела их в ВИП-зону, где уже сидела троица её свиты попивая коктейли ярких цветов. Мурад с парнями сел напротив Назиры.

— Ясира представь, — обратилась к рыжей компаньонке Назира, — белобрысая куда-то убежала. А я хотела, чтобы ребятам Юсуфа было с кем повеселиться.

Диармайд услышал, как захрустели кулаки Луиджи, хотя в лице тот не изменился.

— Похоже своё благосостояние она ценит выше клятвы, — хихикнула маг огня. — Хотя я её не виню, я бы ни за что не стала унижаться ради такого ничтожества, как Мурад.

— Ты чего такой тихий, Мурад, — отхлебнув коктейля спросила Назира, — может не нравится что-то? Ты в последнее время вообще какой-то слишком радостный. Место своё начинаешь забывать. Вот я и решила сегодня напомнить: кто ты на самом деле. Ну чего ты молчишь, уже забыл, как ты должен отвечать?

— Хрю-хрю, — издал подобие поросячьего визга Мурад, залившись краской.

— В-о-о-от, как у тебя натурально получается. Прямо врождённый талант, — улыбнулась Назира и её компаньоны. Только Фарида вначале не засмеялась, но поймав взгляд госпожи изобразила пару смешков.

— О! — выкрикнула Назира, — ты наконец-то пришёл.

В комнату вошёл просто типичный щёголь. По-другому его описать Диармайд просто не мог: смазливое лицо, с не сползающей улыбкой, яркая кричащая одежда, необычно худощавое лицо, показавшееся знакомым, и, конечно же, его образ завершал значок Хабет, приколотый к карману белого пиджака. Всё в нём говорило о том, что легче от его присутствия Диармайду не станет. Парень пришёл в сопровождении четырёх амбалов спортивной наружности, три обычных мага, не старше четвертого ранга, а вот четвёртый выделялся. Лысая голова, покрытая шрамами и ожогами, и суровый голодный взгляд, в мгновение ока прошедшийся по всем присутствующим. Мужчина со шрамами был магом, но он скрывал свою область контроля, из чего Диармайд сделал вывод, что тот старше шестого ранга.

— О! Свинка! Не уж то ты из дома вылез! — гнусавым хриплым голосом выкрикнул благородный.

Назира выпорхнула из-за стола, повиснув на парне, они слились в страстном поцелуе. Парень не отказывал себе в удовольствии, давая волю рукам, заскользившим по её соблазнительной фигуре.

— Я скучала по тебе, Юсуф, — промурлыкала Назира. Диармайд был удивлён, он ещё ни разу не слышал, чтобы она говорила с кем-то так ласково и тепло.

— Я тоже, солнышко, — прижался носом к щеке девушки парень.

— Это Юсуф Кароан, — представила своего друга Назира, — он Хабет, как и я.

— А это свита свинки, мы сегодня празднуем их клятву, — Назира ткнула пальчиком в Диармайда и Луиджи.

— О-о-о, — потирая руки сказал Юсуф, он подтолкнул Назиру за ягодицу к диванам. — А чего вы такие хмурые, праздник же!

— Али, — обратился он к своему охраннику, — принеси нам чего-то выпить. Будем праздновать!

— Ты чего такой грязный Мурад, решил соответствовать кличке? Вижу, и охранника подобрал так, чтобы он подходил к твоему образу. — Диармайд и Мурад были чумазые со следами подошвы на одежде.

Засмеялись все за исключением самих объектов насмешки, Лу, Фариды и покрытого шрамами лысого душегуба, из свиты Юсуфа.

— Ну, за знакомство! — выкрикнул Юсуф, подняв высоко стопки. Диармайд и Луиджи к ним даже не прикоснулись.

— Так, я не понял, вы что, брезгуете с нами пить? — спросил Юсуф, не донеся алкоголь до рта. — Или вы на арабском не говорите?

— Я не пью на работе, — ответил Луиджи, заговорив впервые с тех пор, как они вошли в клуб.

— А я просто не пью алкоголь, — ответил Диармайд.

— Уважаю людей с принципами, — опрокинул стопку Юсуф. — Но так не пойдёт, пей. — улыбка сошла с лица Юсуфа, тот смотрел на Диармайда не мигая.

— Это про него твоя бабушка говорила, да?

— Угу, — ответила прижавшаяся к его плечу Назира.

— Чего вылупился, пей давай.

— Нет, — Диармайд даже и не думал идти на уступки.

— Что-то твой слуга вообще нас не уважает, — Юсуф посмотрел на затаившегося Мурада.

— Диармайд, просто выпей, — с мольбой прошептал Мурад.

— Нет.

Обстановка в комнате в миг накалилась, стали отчётливо слышны приглушённые басы из клубной комнаты.

Юсуф взял стакан для сока, вылил его на землю и до краёв наполнил алкоголем. Он встал, обошёл стол и поставил стакан перед Диармайдом.

— Пей, — подсунул он его поближе к парню.

— Нет, — исходивший от Юсуфа запах сигарет, со сладковатой примесью, показался Диармайду тошнотворным.

Юсуф поднял стакан и вылил содержимое Диармайду на голову, тот не двинулся, наблюдая как все сильнее и сильнее Мурад сутулится, старательно отводя взгляд в сторону.

Юсуф снова наполнил стакан и ещё раз поставил его перед Диармайдом.

— Я сказал пей, — Юсуф сел на стол и достал из кармана светящийся нож, приставив его к лицу парня.

Диармайд не смотрел на нож, он смотрел прямо в полные злости глаза Юсуфа. Все притихли и наблюдали за этой сценой, Луиджи напрягся, но Диармайд пнул его ногу под столом. Назира казалась обеспокоенной.

— Нет, — отчеканил Диармайд.

Юсуф махнул кривым ножом с узором на лезвии, на щеке Диармайда, совсем рядом с глазом, появился длинный порез.

— Я всё равно не буду пить, — спокойно ответил Диармайд.

Юсуф был магом пятого ранга, как и Назира. Пускай его потомственная магия тени и считалась довольно слабой в прямом столкновении, себя он привык вести как сильнейший. Его древний род, ответственный за внутреннюю разведку, находившийся под прямым покровительством Эхнатона, только поощрял такое поведение. Когда Назира рассказала о разговоре с бабушкой, у его злости не было предела. А теперь, эта побитая собака, служащая Мураду, ещё и позволяла себе отказывать ему, Юсуфу Кароану?

— Мурад, прикажи-ка своему пёсику замереть! — скомандовал Юсуф.

— Диармайд, просто выпей, — жалобно застонал Мурад.

— Ты слышал, что я тебе сказал!? — закричал Юсуф, — скомандуй своей шавке замереть!

— Диармайд — не сопротивляйся, — подрагивающим голосом сказал Мурад.

Юсуф схватил Диармайда за горло и поднял со стула, тот не прекращал смотреть на него с вызовом. Тогда Юсуф окончательно потерял над собой контроль и всадил нож ему в живот. Потом ещё и ещё раз, внимательно смотря в неизменившееся лицо Диармайда. Он провёл кривым лезвием от солнечного сплетения до паха, оставляя длинный порез, а парень все равно даже не вздрогнул.

— Юсуф прекрати! — закричала Назира, её испуганный голос прозвучал как колокол. Девушка была испугана. Похоже в этот раз её выходка зашла дальше, чем она рассчитывала.

Юсуф не прекратил. Кинжал полосовал грудь Диармайда, оставляя на бледной коже длинные глубокие раны. Тишину нарушил хохот, безумный громкий хохот исполосованного ножом парня. Юсуф от шока отпустил его горло и растерянно уставился на Диармайда, не в силе оторваться от его пылающих синим светом глаз. Безумный хохот не утихал, в комнате начала снижаться температура, пол рядом с Диармайдом покрылась изморозью.

— Пошли отсюда, — Назира подбежала к Юсуфу, схватила того за окровавленную руку и потащила прочь из комнаты. Хохот Диармайда не утихал.

Свита благородных поспешила удалиться вслед за хозяевами, стараясь не смотреть на безумно хохочущего израненного мага. Только покрытый шрамами мужик из свиты Юсуфа с опаской смотрел на парня. Все кроме Мурада и Лу ушли. Хохот утих. Наступила тишина.

Диармайд услышал всхлипы, перешедшие в рыдание. Мурад сидел на диване, обняв свои колени. Парень громко вздохнул и поднялся с пола, кровь водопадом лилась с заживающих ран. Он вёл себя так, словно порезов и вовсе не было. Присел перед Мурадом, встряхнув того за плечо.

— Не плачь, — у Диармайде было такое выражение, словно он говорил с каким-то продрогшим щенком.

— Это моя ошибка, — сказал рыдающему Мураду он, — ведь я не показал тебе, насколько остёр клинок, попавший к тебе в руки. Вот ты и не знаешь его силы. Всё хорошо, не расстраивайся, позволь мне показать тебе, насколько я силён.

— Лу, звони Мелиссе. Мы наведаемся к клану Секани сегодня ночью.

Диармайд поднялся и отошёл в сторону так, чтобы никто не мог рассмотреть его, в миг лицо парня исказилось кровожадной гримасой, а в помещении стало ещё холоднее.

Глава 20

Когда Мурад ушёл из зала, чтобы заплатить за Назиру и всю её компанию, Диармайд разлёгся на диване. Раны болели, но разве для человека, который сам себе наносит увечья, это проблема?

— Ты какого чёрта учудил? — спросил на греческом Луиджи, завершив звонок Мелиссе.

— Мог хотя бы глаза использовать, мелочь бы от этого в штаны наделала. Ты видел, как у того парня глаза на лоб полезли, когда он понял, что натворил.

Диармайд прикрыл рот рукой и сказал:

— Так было нужно, ты видел, как Мурад рыдал? Оно определённо того стоило.

— Он и так тебя едва-ли не боготворит. Ди, нужно было тебе так унижаться?

Диармайд засмеялся, чем вызвал у Луиджи ещё один приступ раздражения.

— Знал бы ты, что меня заставлял терпеть Орсино. Поверь, злой близнец умел уколоть побольнее.

— Если ты «такое» перенёс, какого чёрта у тебя глаза загораются каждый раз, когда тебя кто-то унижает, а?

— То, что я могу проигнорировать пренебрежение и унижения от других, и то, что это меня злит — совершенно не противоречащие друг другу факторы. Они все своё получат, рано или поздно и прикрой свой рот ладонью, когда что-то говоришь.

Луиджи не понимал зачем, но закрыл рот ладонью, он уже давно знал, что в такие моменты с Диармайдом лучше не спорить.

— Я не понимаю, — притих Луиджи поглядывая на входную дверь ВИП комнаты.

— Чего? — спросил Диармайд, когда понял, что Лу свою мысль продолжать не собирается.

— Какого чёрта его отец позволяет вытворять подобное со своим сыном. Со стороны кажется, что они плохо ладят, но Арбет пытается найти с мальчиком общий язык. Он не похож на настолько безразличного родителя. Или ему что, есть дело до парнишки, только пока он рядом?

— Он точно всё знает, — Луиджи вздёрнул правую бровь, похоже его отношение с Мелиссой уже оставляют на нём свой отпечаток. Это один из её фирменных жестов, иногда красноречивее слов показывающих её желания, конкретно в этом случае — любопытство и пускай Лу повторил его немного топорно, Диармайд всё понял.

— Ты не заметил? — хмыкнул парень, — за нами следят три мага, и как минимум один из них значительно сильнее меня.

— Не, — нахмурился Лу, — я заметил только одного.

— Того, который в собачий помёт вступил, да? — Диармайд не смог сдержать победного оскала. Его глаза до сих пор горели, заставляя Луиджи чувствовать себя неловко. Пускай агрессия Диармайда и не была направлена на него, руки того и гляди непроизвольно подрагивали.

— Чего он тогда не вмешается в эту ситуацию?

— Наверно, по той же причине, по которой он и позволяет Назире вести себя так вызывающе. Думаю, он хочет, чтобы Мурад сам дал ей отпор и указал место.

Луиджи поднялся и пошёл к бару, заметив, что Диармайд уже собирается ему что-то сказать, опередил его:

— И даже не думай что-то вякнуть, я только что видел, как моего друга исполосовали ножом. Если я сейчас не выпью, кто-то сегодня очень сильно пострадает.

— Алкоголик.

— Слушай, вот помолчи, а?

— То есть ты на меня уже не в обиде? — приподнялся на локтях Диармайд, из-за чего из его ран полились струйки крови. Одежда парня была испорчена, льняная рубашка больше напоминала какую-то странную дизайнерскую поделку, которую можно увидеть только на экспериментальном показе мод.

— Да не обижался я, полом не вышел, чтобы обижаться. Просто меня бесит, когда ты творишь первое, что взбредёт в голову. А говорил, что учишься на своих ошибках, и что сделал ты? Вломился в дом к знатной семье, которой покровительствует царь страны.

— Лу, тут ты просто должен мне довериться. Я сказал, или вы идёте дальше за мной, слепо доверяя, или мы расходимся.

— Вот! — выкрикнул Лу, в один глоток осушив стакан скотча, — ещё одна блядь тема, которая меня жутко бесит! С какого, сатирова ты подстилка, решил вот так взять и избавиться от меня. Ладно Мелисса, ты её знаешь то всего чуть больше пары лет, но я, Ди, я же блин…

— Лу, — прервал его Диармайд, — дальше будет только хуже, и опасность будет только возрастать. Потому не стоит сильно рассчитывать на мою адекватность, ты знаешь — её у меня нет.

— Да уж, знаю…

В двери постучали, Мурад неспешно открыл дверь и медленно, со скрипом.

— Эм… я заплатил, мы можем идти.

— Когда Мелисса будет? — зуд от заживающих ран злил Диармайда ещё больше, послужив триггером для мыслей о недавно произошедшем.

— Она ждёт возле машины.

— А, а мы куда? — Мурад стоял посреди комнаты, как ученик, не подготовившийся к уроку, покорно опустив взгляд.

— Когда мы с Луиджи отправились на нашу первую охоту, местные воры украли кое-что у меня. Я не мог вернуть это, пока у меня не было покровителя, но сейчас, с разрешения твоего отца, я наконец смогу вернуть утраченное, заодно и покажу вам свою силу, — склонил голову Диармайд, словно преданный, покорный слуга. Луиджи не смог удержать насмешливого фырка.

Из-за своего внешнего вида Диармайд привлекал внимание, тусовщики нет-нет да и косились на его порезы и окровавленную рубашку, но встретившись с ним взглядом, быстро вспоминали про какие-то срочные дела. Тех, кого не пугал взгляд Диармайда, пугал значок Хабет, приколотый к карману пиджака Мурада. Слежка, приставленная Арбетом, следовала за ними.

— Диармайд! — выкрикнула Мелисса, подбежав к парню, — что произошло?

— У Мурада и Назиры произошли некоторые разногласия со мной, и её друг решил выразить их в физической форме.

— Ты какого чёрта ничего не сделал? — сразу нашла виноватого Мелисса, с упрёком обратившись к Лу.

— Ну вот, почему сразу я? Его спроси, это он у нас сторонник темы про щёку. Даже не знал, что Ди у нас такой религиозный, — Диармайд видел, как Луиджи лукаво улыбался, прекрасно зная, как болезненно его друг относится к данной теме.

— Ты как? — спросила девушка, рассматривая глубокие порезы. За сепсис или заражение будучи магом Диармайду переживать не нужно было, если, конечно, клинок не был отравлен или не обладал какими-то необычными свойствами.

— Просто замечательно, лучше всех, сама-то как думаешь?

Мелисса принюхалась и сморщила носик:

— Почему от тебя так разит алкоголем, — Луиджи подошёл к ней, обнял, положив голову на плечо. Мурад старался вести себя как можно тише, Диармайд видел, что мальчика снедает чувство вины и он не собирался облегчать тому жизнь.

— Я потом тебе всё расскажу, — поцеловал он её в шею. — Садись за руль, я выпил.

— Секани? — повернулась к Диармайду Мелисса.

— Секани, — вздохнул и кивнул парень.

Мелисса остановилась, не дойдя до машины.

— Диармайд, а ты уверен, что стоит ехать к ним с такими ранами. Может подождём, пока ты восстановишься?

— Садись за руль Мелисса. Я слишком долго этого ждал.

На самом деле Диармайд торопился не из-за того, что ему не терпелось забрать картину. Его распирало от злобы и нужно было на кого-то её выплеснуть. Если он этого не сделает, за свою адекватность ручаться парень не стал бы.

* * *

— Где мы? — спросил Мурад разглядывая маленькие домишки, пугливо жмущиеся друг к другу. Несмотря на тотальную чистоту Уасета и суровую кару за загрязнение, тут было грязно. Запах чего-то кислого и разлагающегося чувствовался даже через закрытое окно. На улицах было оживлённо, люди с презрением косились на внедорожник с клановым гербом на капоте, иногда сплевывая ему в след, когда думали, что этого никто не увидит.

— Трущобы, — коротко ответил Луиджи упиравшись лбом в стекло на переднем сидении, дорога была почти без кочек, но он иногда всё же стучался головой о стекло, когда колесо подпрыгивало на пивной банке или колдобине.

— Не тревожься, мы не дадим тебя в обиду, — успокоил парня Диармайд. Он снял рваную рубашку и сидел в одних штанах, на которых были видны следы крови, пятна казались чёрными на тёмно-синей ткани.

Напряжение в машине было сильным. Мелисса вела себя профессионально, но парень замечал иногда колкий взгляд в зеркале заднего вида. Её злость была приятна Диармайду, отрадно знать, что есть люди, которые будут злится, когда тебе навредят. Очень тёплое чувство.

Выйдя из машины Диармайд заметил тех же трёх магов, следовавших за ними от самого особняка Техути. В самом особняке он видел их только несколько раз, мельком. Маги тени, похоже в Египте они не редкость, или так, или их услуги востребованы сильными мира сего, и потому он так часто с ними сталкивается в последнее время. А в Греции он с ними не встречался, потому что занимал низкое положение в социальной иерархии магов.

Машина очень контрастировала с окружением, побитые стёкла маленьких домов почти на самой окраине трущоб, облепленные потрескавшейся глиной дома, с плоскими крышами. Диармайд улыбнулся, даже трущобы в Уасете выдержаны в псевдоисторическом стиле. Они пошли к самому большому зданию, с горящими жёлтым цветом окнами.

— Солнышко, а ты ничего не напутала, непохоже это на место сбора одной из сильнейших банд в Уасете, — оглядел округу Луиджи.

— Нелегальными делами в Египте занимаются в большей мере от безвыходности. Маги и так творят, что хотят, а в преступники идут слабые или отвергнутые обществом маги, не способные по какой-либо причине занять высокое место в обществе.

Луиджи громко вздохнул обняв Мелиссу:

— Иногда ты говоришь совсем как Диармайд… Ты хочешь сказать, что в преступники идут слабаки?

— Или слабаки или изгои, — кивнула Мелисса.

Диармайд прекратил прятать область контроля, за доли секунды она восстановила свой объём, накрыв квартал невидимым, для чужих глаз, тёмно-синим куполом. Магов тут было немного. Мелисса была права, сильных среди них не было.

— Лу, Мелисса, защищайте Мурада, всё остальное я сделаю сам.

— Ди, вот не надо выделываться, — закатил глаза Лу, — может ты и силён, но не считай себя всесильным.

— Помолчи Лу, я буду использовать глаза. Просто охраняй господина и следуйте за мной.

Диармайд достал из кармана футляр для линз, привычным движением он положил линзы на бархатную подушку. Парень испытал сильное облегчение, когда снял их. Он потянулся, встав на носки, его кости громко захрустели. Мурад не сводил взгляда с Диармайда, а когда тот оглянулся, застыл. Он не мог отвести глаза в сторону, от страха сердце сжалось и забилось в неистовом темпе. Вертикальные зеницы казались пропастью в ад, подсвеченной ореолом синего цвета. Когда Диармайд отвернулся, сердце Мурада словно перестала сдавливать невидимая рука. Он тяжело дышал и не мог выдавить из себя ни звука. Мелисса положила руку на его плечо и немного встряхнула, приводя в чувство.

— Я знаю Диармайда уже больше года, и всё равно никак не могу привыкнуть к его глазам. Такое чувство, словно твоя душа покидает тело, пальцы леденеют, а кровь в жилах замерзает. Это нормально, не бойся его, он делает это не намеренно.

В последнем Мелисса, если честно, не была до конца уверенна. Она заметила, какое чувство удовольствия приносит Диармайду страх в чужих глазах и чем сильнее он становился, тем сильнее становился эффект от них.

— Просто идите за мной. Защита Мурада прежде всего.

* * *

Мурад молчал, он вообще не понимал, что сейчас происходит. Ему было до жути страшно. Люди, с которыми он проводил много времени в последние дни, показались ему сейчас очень пугающими и не надёжными. Он чувствовал себя зверьком, попавшим в ловушку. Руки Мурада дрожали, каждый его шаг казался шагом в пустоту. Сейчас его свита пугала его, как никогда прежде. Это были самые страшные мгновение в его жизни, а потом, начался настоящий ад. Мурад видел, как из ближайшего здания вышла пара мужчин. Они курили и смеялись. Диармайд направился к ним. Они застыли, смотря на полуголого жилистого парня. Мурад видел только его спину, покрытую полосками шрамов, и он молился, чтобы Диармайд не обернулся. Он не желал видеть его глаза, с трудом выдерживая тяжесть взгляда. Даже его отец не вызывал подобных чувств несмотря на то, что он был значительно сильнее Диармайда.

* * *

Тишина. Только спокойные, не спешные шаги Диармайда нарушали гробовой покой. Вспышка синего света осветила округу. Мужчины закричали, они схватились за сердце и упали на землю извиваясь в конвульсиях. Когда Диармайд дошёл до дверей, на земле уже валялась пара трупов с белой пеной у рта. От давления маны, исходившей от мага, треснул подоконник из старой, потрескавшейся древесины, стёкла домов задребезжали и покрылись изморозью.

* * *

Диармайд, убедившись, что Мурад с ребятами следуют за ним, положил руку на старую пластиковую дверь. Когда он немного надавил, язычок замка сломался, дверь открылась.

Приглушённый свет был не ярким. Сладкий опиумный запах ударил в нос, воздух был полон густого дыма. На полу притона валялись люди, кто-то уже потеряв последнюю нить с реальностью лежал на грязном линолеуме, с блаженной улыбкой смотря в потолок, кто-то отдавшись похоти выплёскивали её на на всё согласных официантках, набранными из этих же трущоб.

— Ты какого хера тут забыл. Парень, ты хоть представляешь, куда ты зашёл!? — к Диармайду подбежал маг огня третьего ранга. Толстый, покрытый трехдневной щетиной боров. Он не видел его глаз, так как смотрел со стороны. Но когда он оказался рядом с Диармайдом, тот повернул голову и боров замер, застыв. Мурад вошёл в комнату, Диармайд махнул рукой, отделив голову борова от тела. Кровь под напором брызнула на покрытые плесенью стены. Те, кто был ещё в состоянии соображать, закричали. Диармайд направил ману в глаза усилив их мощность, обычные люди посмотрев в них хватались за сердце и в конвульсиях умирали.

Через минуту в зале в живых остался только один адепт первого ранга. Тот каким-то чудом смог выдержать взгляд незваного гостя. Диармайд проделал дыру у него в груди, проломав рёбра и вытащив сердце. Мурада стошнило себе под ноги. Покрытый холодным потом он едва был в состоянии следовать за своим подчинённым.

Диармайд убивал всех: мужчин, женщин, подростков, обычных людей и магов. Он не щадил никого, почти не встречая сопротивления на своём пути. Обычные люди умирали от силы его глаз, маги, оцепенев от ужаса погибали всего от одного удара. За Диармайдом оставались только залитые кровью стены и тишина.

Когда он дошёл до кабинета, остановился. Он был закрыт на ключ. Диармайд ещё раз дёрнув за ручку оскалился. Тот факт, что его хотят остановить, закрывшись за хлипкой дверью позабавил парня. Он снова надел линзы и надавил на дверь, замок затрещал, поддаваясь и продавливаясь внутрь. Едва дверь распахнулась, раздались выстрелы. Диармайд не сделал ничего, пули, столкнувшись с его кожей смялись и посыпались на землю.

Раздался хруст молнии, пуля с сердечником из кристалла молнии вылетела из пистолета. Диармайд поймал её двумя пальцами, кожу сильно обожгло, обуглив её в месте соприкосновения с металлом.

Прозвучали ещё выстрелы, но ни одна из изменённых пуль второго ранга не смогла достичь цели. Диармайд снова пошёл, лысый египтянин с толстой шеей, крючковатым носом и перепуганными глазами принялся менять магазин, но его руки настолько сильно дрожали, что у него никак не получалось его вставить в пистолет. Диармайд услышал тихий писк, он посмотрел на голую девушку, прикрывающую свои достоинства руками. Парень взмахнул рукой, и она отлетела в стену, столкнувшись с ней, переломанная, она грохнулась на пол. Послышался хрип, рёбра пробили лёгкие и те начали заполняться кровью.

— К-какого Анубиса тебе надо. Ты хотя бы представляешь, на кого посмел поднять руку!? — закричал египтянин с толстой шеей, от холода из его рта пошёл пар. Его звали Али Заррук: местный авторитет, напрямую отвечающий перед кланом Секани из «Айн», или низшей знати, по сути, владеющим этим притоном.

Комната главы была в куда лучшем состоянии, обвешанная картинами, словно плакатами она всё равно пахла плесенью и гашишем, маслянистый налёт был на всём; стул, на который сел Диармайд, был немного липким от этого.

— Год назад вы ограбили дом, в котором я жил со своим другом. Я хочу, чтобы вы вернули украденную картину.

Али замер. Ушлый маг воды второго ранга, родившийся в этих трущобах, совсем рядом с притоном, в котором он работал — не нашёл слов. Он делал много жестокого: шантажировал, насиловал, убивал, но от увиденного на камерах наблюдения его пробирал озноб. Таких зверств он ещё никогда в жизни не видел. Спокойный изучающий взгляд паренька, ещё почти подросток, пугал его. Картина? Понимание сказанного дошло до Али не сразу.

— Я… я…, — не смог выдавить из себя ничего вразумительного Али.

— На картине изображён Кёльнский собор осенью. В стиле фавизма, манера письма картин, которая использует простоту, как манеру передачи эмоций.

— Чего? — выкрикнул Али.

Диармайд вздохнул.

— Картина осеннего собора из Европы, словно нарисованная ребёнком.

— Там, — Али указал на коморку, где лежало всё краденное, которое не получалось продать, но думал, что в нём ещё есть какая-то ценность. Диармайд поднялся, и направился к указанному месту. Он застыл, когда услышал хрип со стороны девушки, из уголков её рта стекали струйки крови. Из аквариума с рыбками поднялась вода, превратившаяся в сосульку, и пронзила голову страдалице.

В коморке была куча никому не нужного барахла: пустые рамы, старая техника, печатная машинка и прочий никому не нужный мусор. Диармайд принялся перебирать картины в дальней части комнаты: разноцветные кляксы, фотопортреты, дешёвые рисунки уличных художников. Парень уже готовился к неудаче, когда обнаружил знакомый холст, без рамы, покрытый пылью и налётом от гашиша.

— Всё это из-за этой ёбаной мазни? Всё это из-за рисунка, за который скупщики краденого не дали и сотни утенов? — прорычал Али.

— Ты думаешь, что Секани просто спустят всё на тормозах? Думаешь, что сможешь перебить пускай и не официальных, но слуг благородного клана? — начинал злиться Али.

— Мне дали разрешение, — коротко сказал Диармайд и водяные пули, поднявшиеся из аквариума, изрешетили хозяина притона.

Мурад, Луиджи и Мелисса стояли возле дверей и молчали, никто так и не проронил ни слова.

Из тени вышла египтянка в чёрных одеждах, стройная, с чёрными вьющимися волосами.

— Арбет приказал возвращаться в особняк. Он хочет с тобой поговорить.

Глава 21

Диармайд стоял перед закрытыми дверьми кабинета Арбета. Маги, охраняющие их, то и дело бросали на него подозрительные взгляды. Оттуда вышел Халид. Не проронив ни слова, он сделал вид, что Диармайда и вовсе нет в коридоре. Когда Халид проходил мимо, левую щёку обдало сухим горячим воздухом. Парень почувствовал дискомфорт, по спине пробежал озноб. Впрочем, так всегда случалось, когда Диармайд встречал кого-то сильнее него. Парень ощущал, как чужая энергия облизывает его изучая, но никак остановить это не мог.

— Войди, — послышалось из-за приоткрытой двери.

Арбет сидел на подушках и курил кальян. Угли в чаше разгорались каждый раз, когда он делал глубокий вдох, наполняя свои лёгкие сладким дымом. Пахло фруктами. Диармайд сразу вспомнил недавно разгромленный притон. Смешно сказать, контраст того убогого заведения и особняка был разительным, а запахи все равно были схожи с теми, которые он чувствовал в этом дорогущем особняке.

— Садись, — указал на подушки напротив себя Арбет.

Неужели Диармайд перестарался, или сделал что-то не так? Но ведь Арбет сам приказал ему взять Мурада на зачистку. Может он поспешил, или переусердствовал? М-м-м-м, ну вот почему все могущественные маги так сильно любят тянуть время перед разговором!?

— Эта картина так много значила для тебя? Ты даже дня не прождал, прежде чем броситься за ней. Что в ней такого особенного?

— Да… ничего, — Диармайд отказался от протянутой ему трубки кальяна. — Она мне даже не нравится, — издал смешок парень, — просто у меня о ней тёплые воспоминания. Когда я увидел её в первый раз — жизнь казалась куда проще, а цели чётче. Тогда я думал, что для решения всех моих проблем достаточно просто научиться магии, — Диармайд не смог сдержать улыбки, вспоминая тот день. Перед походом в галерею, он несколько часов гулял по Афинам с Софией, те ощущения казались необычными и очень приятными. Внимание такой красивой девушки очень льстило.

— Я спрашивал у тебя не о её цене, а о ценности. Не стоит, — прервал уже собравшегося ответить ему парня Арбет, — я уже всё понял.

— Ты влез туда, куда не нужно, — Арбет нахмурил брови, давление маны росло и Диармайду пришлось опереться о стол, чтобы не дрогнуть, в комнате похолодало. — Но это ерунда, — улыбнулся глава клана и беззаботно махнул рукой, всё давление исчезло в тот же миг, бесследно, словно его и вовсе не было.

— Может это я медлил и позволил Назире слишком многое. Может мне нужно было вмешаться раньше. Я получил отчёт о случившемся. Ты проявил мудрость, не навредив Юсуфу и сдержав свои порывы. Напади ты на него, мы бы уже не разговаривали. Ну и твоя смерть, разумеется, осталась бы ненаказанной. Клан Кароан слишком влиятелен, чтобы ссориться с ним из-за смерти слуги, даже такого перспективного как ты.

«Так и знал, старик следил за Мурадом. Значит пацан постоянно находится под присмотром, вполне возможно, что я не заметил всех наблюдателей. Не стоит переоценивать свои способности, особенно по отношению к одному из самых древних кланов в Египте.» Диармайд размышлял быстро, пристально наблюдая за каждым, даже самым незначительным, движением Арбета, словно травоядное животное, оказавшееся в поле зрения хищника.

— Вы хотите, чтобы Мурад проявил характер и самостоятельно дал отпор Назире? — Диармайд решил высказать свои догадки вслух, желая направить разговор у нужное ему русло. Он должен знать границы отведённых ему действий, если он перейдёт черту, Арбет медлить не станет.

— Браво Шерлок! — зааплодировал Арбет. А в голове Диармайда всплыл хриплый, мужественный голос. Он сказал ту же фразу: «Браво Шерлок». Мужская рука с длинными тонкими пальцами потрепала мальчика по голове. Разбилась ваза. Диармайд услышал женский крик. К глазам подступили слёзы, он услышал споры и выкрики. Мальчик побежал вверх по старой каменной лестнице. На холодных стенах, вытесанных из старого камня и отполированных до зеркального блеска, висели многочисленные портреты. Двери с орнаментом из гэльских символов отрылись без скрипа. Мальчик прыгнул на кровать дрожа и рыдая. Мальчик — сам Диармайд. Его маленькие ручки казались совсем крохотными.

— Диармайд, ты меня слышал? — спросил Арбет. В чаше кальяна заалели угли, грудная клетка главы клана вздымалась по мере того, как его лёгкие наполнялись дымом.

— Д-да, — запнувшись ответил парень.

«Что это был за замок? Я раньше не помнил, чтобы жил с родителями в замке. Всё мое детство прошло в коттедже, в глубоком лесу. Помню клёны и дубы, рыжеющие осенью, помню запах луговых цветов, песню мамы. Откуда взялся этот замок?»

* * *

— Ты считаешь, что моего сына нужно подтолкнуть? — спросил Арбет, он точно заметил, как остекленели глаза Диармайда, когда тот погрузился в воспоминания, но решил не поднимать эту тему. — Что сильнее всего повлияло на тебя, помимо детства в изоляционном лагере. Какой момент в твоей жизни был переломным? Первое убийство?

— Первое убийство, — переспросил Диармайд, — нет. Я тогда почти ничего не соображал. О нём я помню ярче всего чувство страха. Я боялся, что меня вернут обратно на скотобойню.

— Сколько тебе было тогда? Семнадцать? — Арбету было любопытно, он ещё очень многого не знал об этом парне. Всего благодаря ожерелью правды не узнаешь. А главе клана нужно было знать, подходит ли Диармайд для той роли, которую он ему уготовил. Роль свиты, это не то, ради чего он позвал незнакомца с улицы. Чтобы в свиту брали не принятого в клан слугу? Ха! Будь это его роль, Арбету не пришлось бы приставлять к ним одну из лучших разведчиц в клане.

Арбет сделал глубокий вдох и потянул из кальяна ещё одну большую порцию дыма, чувствуя, как сладкий дым блаженно течёт по его гортани в лёгкие. «Размышления потом, сначала нужно провести с парнем беседу. Пока что он не плохо справляется с ролью свиты, особенно если учитывать пассивность Мурада.»

— Мне было четырнадцать, — Диармайд говорил спокойно, неспешно. Тщательно подбирая каждое слово. — Я тогда забил камнем солдата с автоматом.

— Камнем? Ты тогда ещё не был инициированным?

— Нет, — как-то слишком быстро ответил Диармайд, — меня инициировали в шестнадцать.

«Ах да, его белобрысый друг что-то упоминал на допросе. Он изначально считал Диармайда адептом, но потом его учитель провёл над ним какую-то операцию и тот стал магом. Очень любопытно. Не подходи мальчишка так идеально, давно разобрал бы его на органы. Эти замечательные глазки слишком дорого стоят… Ямина показала их силу, слишком уж она велика, чтобы оставлять её у простолюдина. Может, когда он сделает то, что мене нужно, я и заберу их себе? Но спешить не стоит, пока меня считают слишком эксцентричным и слуги в свите сына ни у кого не вызовут вопросов, а значит сотвори он что-то и претензии к клану будут незначительные. Раз скрытное убийство не получится, нужно сделать его максимально глупым и громким, и желательно, чтобы инициатива исходила не от Техути. Даже жаль парнишку — Фараон скорее всего велит его казнить, а мне он только начинает нравится…»

— Сильнее всего на меня повлияло убийство предателя. Тогда один из моих учителей вручил мне… — Диармайд застыл, нахмурив брови, — я не знаю, как будет этот инструмент на арабском, на греческом его называют: «скальпель».

Арбет хмыкнул, ответив:

— А я иногда забываю, что ты только недавно попал в Египет, слишком уж хорош у тебя выговор. Я тебя понял, продолжай.

— Именно после этого убийства я изменился сильнее всего. Оно дало мне необходимый толчок.

Арбет чувствовал, как через линзы просачивается сила из глаз парня. Слишком смехотворная, чтобы возыметь на него хоть какой-то эффект, но вот на молодое поколение, это бы произвело оглушительный результат.

«Сила ума мальчика поражает, может он и не принимает самые разумные решения, но в скорости восприятия информации и её запоминания, он просто удивителен. Будь он благоразумнее, и в своём уме, из парня получился бы не плохой аналитик, из тех, которых посылают вырезать целые кланы, на манер турецких хашишинов. Жаль, что его нестабильность отвергает такие варианты. Пока что он ценен только как стихийное бедствие, которым я, к счастью, могу воспользоваться себе на пользу.»

— Я в твоём возрасте тоже уже убивал по требованию клана, тогда как раз шёл второй египетско-турецкий конфликт, развязанный имамами из Стамбула. Эх, молодость., — погрузился в воспоминания Арбет. Он вспомнил времена, когда ещё вся ноша лежала на плечах отца, а он был беззаботным подростком, творящим всё, что взбредёт ему в голову. Если подумать, тогда он был больше похож характером на Назиру, чем на своего сына, это его сестра всегда была тихоней. Тихоней, которая пожертвовала своим будущим, ради благополучия своего младшего брата.

— Я подыщу предателя, — встрепенувшись заговорил Арбет, — которого можно пустить под нож. Первое убийство Мурада должно быть на пользу клана. Он должен понять, что сделал это ради блага Техути. Может это поможет ему повзрослеть. Ты можешь идти Диармайд, — махнул рукой Арбет.

Диармайд расслабился и поднялся с подушек, разговор прошёл значительно лучше, чем он ожидал.

— И ещё кое-что, — остановил парня у самых дверей глава клана, — будь осторожнее в своих действиях по отношению к Мураду. Пока всё будет в пределах нормы, я и слова тебе не скажу, но как только ты перейдёшь черту — умрёшь. Я не буду ни предупреждать тебя, ни делать выговор, просто порешу и всё. Мы поняли друг друга?

— Да, — с поклоном ответил Диармайд, а когда развернулся, чтобы открыть дверь, до скрежета стиснул челюсть. Как же он ненавидит тех, кто ему угрожает…

* * *

На небосводе с востока уже показалась зарница, когда через центральные врата поместья проехал белый внедорожник. В дорогом кожаном салоне машины громко играла музыка с дерзким оглушительным речитативом на китайском языке. Сафар качал головой в такт музыке, время от времени поглядывая на заднее сидение, где спала троица красавиц. Припарковав машину в гараже, Сафар выключил музыку, от наступившей тишины проснулась шатенка с добрым, женственным лицом.

— Уже приехали? — потянувшись спросила девушка.

— Да, буди Назиру.

Фарида посмотрела на хозяйку, хмурящуюся во сне, и покачала головой.

— Не-а, она так пьяна, что лучше её не будить. Сафар, отнеси Назиру на руках. Я знаю, как сильно тебе этого хочется, — подмигнула ему девушка и начала трусить за плечо рыжеволосую смуглянку, крепко обнимавшую Назиру.

— Фарида, чего ты от меня хочешь? Отстань, у меня похмелье, — скривилась от головной боли Ясира.

— Мы уже дома, ты и дальше собираешься спать в машине?

— Какого чёрта нас вообще потянуло вернуться в поместье под утро? Ну вот чего тебе у Юсуфа не сиделось? — недовольно пробурчала девушка.

— Потому что после того, что вчера случилось, лучше не провоцировать Гуюм ещё сильнее. Иначе Назиру строго накажут, а вместе с ней и нас.

Ясира перестала морщить лоб и закатила глаза.

— Выруби свой нравоучительный режим, а? Рядом никого из старших нет, незачем выпендриваться.

— По-твоему вчера ничего такого не случилось? Или ты допилась до такого состояния, что успела всё позабыть? — фыркнула Фарида.

— Девочки, хватит спорить из-за того придурка, он же просто телохранитель свина, да что нам за это будет? — влез в разговор Сафар.

Фарида театрально громко вздохнула, смерив бровастого великана уничижительным взглядом.

— Сафар, лучше помалкивай, так ты кажешься умнее. То, что Назира может себе позволить пренебрегать Мурадом, не значит, что такое себе можем позволить и мы. Не забывай — он сын Арбета. Или ты и его за пустое место считаешь? — и когда он уже собирался ей огрызнуться в ответ, Фарида перебила, не дав вставить и слово: — подумай, прежде чем ответить на мой вопрос.

Было немного прохладно, туман поднимался от густой зелёной лужайки, птицы просыпались, крича с ветвей фруктовых деревьев. Сафар нёс Назиру на руках так, чтобы время от времени поправлять сползающую девушку и «случайно» касаться её груди или ягодиц. На протяжении всего пути от гаража до особняка, он делал вид, что не замечает насмешливых взглядов от всё ещё хмельных девушек. Охранники, патрулировавшие обширный двор, провожали золотую молодёжь любопытными взглядами. Эти детишки жили в другой вселенной, и они смогли смотреть на этот цвет клана только издалека.

Слуги в особняке кланялись при виде свиты «Урагана Техути», и старались убраться подальше, зная нрав госпожи, вдруг оно проснётся. Как в клане уже давно всем известно: хуже стервозной Назиры — может быть только пьяная стервозная Назира.

Огромный холл поместья освещала хрустальная люстра. Белый мрамор полукруглых лестниц отражал жёлтый свет. Красная дорожка приглушала шаги ребят. Сафар шёл неспеша, наслаждаясь моментом, а девушки были просто не способны идти быстро, они едва могли устоять на ногах, им приходилось опираться на латунные поручни лестницы, чтобы сохранить равновесие. И вот, когда до их комнат оставалось всего несколько минут ходу, ребята столкнулись с Диармайдом. Парень выглядел жутко: голый по пояс в окровавленных штанах, которые теперь можно было только выбросить, по всему телу были видны засохшие брызги крови, даже на лице и слипшихся волосах.

Встретившись с ним взглядом, Сафар вздрогнул. Заметив их, Диармайд оскалился, показав белые зубы, его глаза загорелись синим огнём. Никто из присутствующих не нашёл в себе сил, чтобы выдержать его взгляд, волосы встали дыбом, а в животе забурлило чувство опасности. На секунду у Сафара проскользнула мысль: бросить Назиру и убежать. Это разозлило его, и он с неприязнью посмотрел на ноги Диармайда, взглянуть на его лицо он не нашёл сил. Не проронив ни слова, Диармайд пошёл спать, оставляя за собой шлейф запаха крови.

— Что мать вашу с ним произошло? Когда мы уходили, у него были только порезы на груди, — спросила Ясира, когда увидела, как парень скрылся за поворотом галереи на первом этаже.

— Раны, — сказала Фарида.

— Что? — хлопнула ресницами Ясира.

— Его раны уже затянулись.

Троица посмотрела в то место, где исчез Диармайд.

— Да что он вообще такое? — спросила Ясира.

* * *

Гуюм вошла в оббитую красными обоями комнату, через тяжелые бархатные шторы не просвечивал свет, поэтому чтобы видеть ей пришлось направить ману в глаза. Старушка неспеша пошла к большой двуспальной кровати с кружевным балдахином. Назира спала, свернувшись в клубок, обнимая во сне подушку. Гуюм сморщилась, почувствовав стойкий запах перегара от внучки.

— А-а-а-а-а! — закричала Назира, когда старушка вылила на неё ведро ледяной воды. Девушка ничего не понимая оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что только что произошло. Она заметила пластиковое ведро в руках бабушки, её хмурое, серьезное лицо и пожалела о том, что сообразила, что сейчас происходит.

— Алкоголичка малолетняя, — с отвращением сказала Гуюм. Она не смогла сдержать раздражение и отвесила внучке громкую пощёчину, от удара голова девушки мотнулась в сторону.

— Бабушка… — в голове Назиры не укладывалось произошедшее. Только что её любимая бабушка, впервые в жизни, ударила её. Девушка сидела на кровати с широко раскрытыми глазами.

— Я всё знаю… — отрезала старуха и отвесила девушке ещё одну пощечину. — Теперь уже Юсуф Кароан наказывает слуг Техути, да? Ты хотя бы представляешь, что мне только что пришлось выслушать от Арбета? Ты хоть представляешь, как мне было стыдно!? — закричала старуха. — Я понимаю, ты привыкла проявлять характер, но позволять такое магу из другого клана? Где твоя гордость?! — закричала Гуюм и схватила Назиру за волосы, дернув за них так, чтобы девушка смотрела ей в глаза и не могла отвести взгляд.

— Бабушка, откуда я могла знать, что он сделает такое? — давясь слезами спросила Назира.

— Я знаю, это был мой самый большой проступок в жизни, но такого больше не повторится!

— Самый большой проступок в жизни? — улыбнулась старушка и отпустила волосы Назиры. — Нет милая, я тебе сейчас покажу самую большую ошибку в жизни.

Над кольцом Гуюм появилась голограмма, на ней Диармайд вошёл в притон и вырезал всех, кто попадался ему на глаза. К большинству людей он даже не притрагивался, они просто падали на землю и давясь пеной умирали, хватаясь за сердце. Перед ним застыв стоял маг пятого ранга, миг, и он рухнул на землю, а в руке Диармайда билось его ещё живое сердце. Движение руки было настолько быстрым, что Назира не могла рассмотреть его. В сердце девушки прокрался страх. На лице, мага которого она видела, не было ничего человеческого: холодное, полное ненависти и жажды крови оно вселяло ужас. Такое же лицо она мельком разглядела в тот миг, когда он сорвался на истерических хохот, валяясь на полу в луже собственной крови. Несмотря на уверенность в силе клана и бабушки, Назире стало страшно…

* * *

Поздняя ночь, дверь в комнату Назиры беззвучно открылась. Диармайд спрятал проволоку, которой открыл замок. Он был в особняке достаточно времени, чтобы изучить место расположения всех камер видеонаблюдения. О его визите в эту комнату никто не узнает.

Назира спала, крепко обнимая подушку во сне, на её белой ткани было видно пятно от слюны. Девушка, в полупрозрачном пеньюаре, была невероятно соблазнительна, но её вид не пробудил никаких похотливых желаний у Диармайда. Он рассматривал её не как мужчина, а как мясник, рассматривающий тушу, которую ему предстоит разделать. Злость прежде всего.

Диармайд подошёл ещё ближе, закрыв своим телом свет луны, его длинная тень проглотила хозяйку комнаты. Он наклонился над ней и убрал локон волос, упавших на лицо.

— Прежде чем вернуть долг, я обязательно покажу тебе цвет твоих внутренностей, — ласково прошептал парень.

Ему очень хотелось свернуть её тонкую шею, или пробить грудную клетку, вынув ещё бьющееся сердце, у магов оно отделённое от тела бьётся ещё минимум минуту, может конечно и больше, но это зависит от силы мага… Диармайд замахал головой, отгоняя навязчивые размышления, сейчас было не время и не место для них. Его волосы защекотали девушке нос, и она заворочалась во сне.

Назира проснулась, потянулась и чихнула. Она сонно осмотрела комнату, но ничего странного в ней не было, всё как обычно. Ей просто приснился очень дурной сон…

Глава 22

Одна мысль уже очень давно мучила Диармайда, но он никак не брался за реализацию этой задумки. Постоянно находились более важные вещи. Во время охоты он пытался экспериментировать, но последствия были столь серьёзными, что он отложил подобные испытания до лучших времён.

Маленькая канарейка в клетке звонко запела, маг смотрел на неё глазами хищника, в них не было сострадания или жалости, только холодный расчет. Диармайд зажмурился и направил руку на птицу.

— Ди, может не надо? — сказал Луиджи, ещё раз прервав эксперимент. — Вспомни, как тебе было хреново в прошлый раз.

— Лу, я должен проверить свои догадки, результат этого эксперимента слишком важен, чтобы откладывать его в долгий ящик, — Диармайд скосил на друга раздражённый взгляд, он снова зажмурился, пытаясь сосредоточиться.

— Просто я помню, как тебе было плохо в прошлый раз… — Луиджи заговорил, едва Диармайд направил руку в сторону птички, парень от раздражения сделал глубокий вдох.

— Лу, или ты сидишь тихо и не мешаешь, или уходишь из комнаты. Выбирай.

Луиджи фыркнул, но не сдвинулся с места, продолжая наблюдать за происходящим. Он помнил, в каком состоянии был Диармайд, когда он проводил подобное испытание в прошлый раз. Тогда он чуть не умер, доведя себя до магического истощения.

Диармайд направил свою энергию в тело птички, пытаясь заморозить каплю крови в её организме. Ничего не получалось. Кровь сливалась в общую массу, сопротивляясь давлению его силы как одно целое. Парень постепенно увеличивал количество маны, но результата не было никакого. Птичка жалобно крикнула в последний раз и изо всех её отверстий хлынула кровь, а жёлтый трупик птицы свалился с жёрдочки на пол клетки. От сиюминутно увеличившегося давления, кровь разорвала тельце изнутри, превратив его в месиво из жёлтых перьев и плоти. Диармайд упал в обморок.

Луиджи громко вздохнул:

— Ну я же говорил, лучше не надо. Но, блядь, когда же ты прислушивался к моим словам? Магоманьяк чёртов…

* * *

Диармайд проснулся от жуткой головной боли. Из-за того, что вся его кожа была невероятно бледной, единственным индикатором служили губы, побелевшие до предела. Парень сильно дрожал, а во рту чувствовался привкус рвоты.

— Ты как? — спросила Мелисса, отставив телефон в сторону.

— Мне плохо, — признался Диармайд, он дрожащей рукой потянулся к стакану воды, разлив большую часть жидкости, вода не упала на пол, зависнув в воздухе и повинуясь воле мага отправилась в его раскрытый рот, жидкость из графина вытянувшись в тонкую струйку повторила её путь.

— Я давно не слышала, чтобы Лу так матерился. Он сказал: что ему лучше не присутствовать при твоём пробуждении, во избежание фатальных последствий. Это я, разумеется, отсеяла обилие матов и нареканий. Я, к слову, полностью с ним согласна. Думаю, тебе лучше подождать до университета, уверенна там подробно объяснят, почему управлять чужой кровью невозможно.

— Почему ты думаешь, что это невозможно? — прохрипел Диармайд, подтянув простынь под горло.

— Если бы ты мог видеть себя со стороны, не задавал бы таких глупых вопросов… — нахмурилась девушка, смерив Диармайда сердитым взглядом. Её беспокойство было ему очень приятным.

— Спи, только вот выпей это зелье, магическое истощение быстро не проходит. Мурад заходил и пожелал, чтобы ты поправлялся как можно быстрее.

Прежде чем презрительно хмыкнуть, Диармайд осмотрел комнату, убедившись, что здесь нет лишних свидетелей.

* * *

Неделя. Диармайду потребовалась неделя, чтобы нивелировать последствия управления всего каплей крови канарейки. А ведь у него огромный запас маны, в сравнении с другими магами шестого ранга. Иногда магия — это очень нелогическая энергия. Почему у него не получается управлять кровью несмотря на то, что она в большей мере состоит из воды? Он так и не смог найти ответ на этот вопрос. На всех форумах посвящённых этой теме велись жаркие споры, но теории одна за другой опровергались и вменяемого ответа никто дать так и не мог. Камнем преткновения становились маги крови, способные управлять собственной кровью и при этом, неспособные управлять и каплей крови противника. Алая жидкость словно обладала собственной волей и отказывалась подчиняться врагу.

Ох, сколько же нравоучительных лекций за эту неделю Диармайд услышал от Луиджи… От вида его заботливого выражения лица у парня уже начиналась мигрень.

Мурад заходил проведать его только два раза. Мальчик, почти всё время смотрел в пол, не решаясь поднять взгляд. Инцидент случившийся с Назирой надолго поселил в его сердце чувство вины перед Диармайдом.

— О-о-о, очнулся? — спросил Арбет, войдя в комнату к парню.

— А я уже было начал переживать, как бы ты не умер, — с ехидной улыбкой сказал глава клана.

— Это не первый раз, когда я довожу себя до магического истощения. Недели достаточно, чтобы я привёл себя в норму, — ответил Диармайд застёгивая рубашку.

— Ты знаешь, что делать это очень опасно? Иногда маги, доведя себя до истощения, теряли большую часть силы. Упорство — это хорошо, до тех пор, пока оно не приносит вред, — подняв указательный палец вверх вещал Арбет.

— Я просто не понимаю: почему я не могу управлять кровью, ведь она в основном состоит из воды… — упрямо заявил Диармайд.

— Не можешь и всё, прими это за аксиому и живи дальше. Других магов воды это не беспокоит, почему это тебя так сильно мучит? В любом случае, я приказываю тебе прекратить подобные эксперименты, вдруг ты понадобишься Мураду. Так, парень, я не твоя подружка, я глава твоего клана, как ты должен мне ответить? — посерьёзнел Арбет, раздражённо глянув на Диармайда. Все нотки веселья и ехидства ушли из него, остался только хмурый глава клана, который не терпел отказов.

— Прошу прощения, господин, — склонил голову Диармайд, — подобное больше не повторится.

— В-о-о-т, так уже лучше. И не забывай своё место.

Диармайд снова покорно склонил голову, безжалостно подавляя свои бунтарские порывы.

— Я почему зашёл… предатель, которого должен убить Мурад, уже три дня как готов к употреблению. Он только тебя и дожидался. Я хочу, чтобы ты подтолкнул Мурада к его убийству.

— А зачем вам я? Разве не вы должны объяснять ему подобные вещи?

— Парень! — выкрикнул Арбет, — не тебе говорить, что я должен делать, и что не должен. Я сказал, что ты это сделаешь.

— Да господин…

— Мурад играет в игры у себя в комнате, — отрезал Арбет и ушёл, не закрыв за собой дверь. Диармайд раздражённо дёрнул носом.

Особняк был настолько огромным, что даже Диармайду, с его скоростью, требовалось несколько минут, чтобы добраться от крыла слуг до господских спален.

— Войдите, — услышал Диармайд, постучав в дверь.

Комната Мурада словно боролась сама с собой. Антикварная мебель контрастировала с плакатами игр, расклеенных по всех стенах. Здесь было всё: от глянцевых красоток, до брутальных солдат и нереальных адских машин. Казалось, что Мурад старался заклеить ими каждый сантиметр комнаты. По мнению Диармайда, это всё выглядело весьма безвкусно…

— Тебе уже лучше! — радостно выкрикнул Мурад, глянув себе через плечо. Он быстро вернулся к монитору, на котором бегал маленький человечек.

— Да, извини за это, — непонятно зачем оправдался Диармайд. Неудача раздражала парня, и он старался думать об этом как можно меньше. Он сел рядом с Мурадом, наблюдая как фигурка девушки с забавными вскриками убивала зелёных антропоморфных существ с одного удара.

— Ерунда, я рад, что ты поправился, — не отвлекаясь от игры ответил Мурад.

— Мурад, ты можешь поставить на паузу?

— Не-а, извини, мне нужно телепортнуться в город, подожди.

Диармайд терпеливо ждал.

— Ты хотел поговорить? — уже не так уверенно спросил Мурад, повернувшись к Диармайду.

— Иди за мной, — бескомпромиссно заявил Диармайд, поднимаясь со стула.

— Подожди, там сейчас проходит ивент, я не могу отходить на долго, — борясь с самим собой сказал Мурад.

— Мурад, пошли, это важно. — Диармайд было собирался сказать, что это воля Арбета, но решил не приплетать его. Раз уж он хочет, чтобы Диармайд послужил неким триггером, он покорно сыграет эту роль.

— Мы куда идём-то? — спросил мальчик, семеня за Диармайдом.

«Снова это мальчик… Откуда у меня вообще такое отношение к Мураду? Он ведь всего на год младше меня» Диармайд повернулся, бросив взгляд на растерянного «господина», смотрящего ему в спину. «Как не посмотри, не тянет парень на наследника могущественного клана. Нет в нём уверенности, достоинства, и присущего золотой молодёжи презрения к окружающим»

Оказавшись в подвальном уровне поместья Мурад, по привычке, свернул к стрельбищу.

— Мурад, не туда, — окликнул его Диармайд, свернув в сторону комнаты для пыток, где ещё совсем недавно он сам висел вниз головой. Господин, погрузившись в свои мысли, пошёл по привычному ему маршруту.

В комнате для пыток пахло моющими средствами. Стерильный, свежий запах перебивал все другие. Старинные пыточные устройства, бережно расставленные на многочисленных полках, блестели в свете ярких ламп.

— М-м-м-м, — застонал мужчина, привязанный к специализированному стулу, стоящему рядом с «железной девой».

— Диармайд, зачем ты меня сюда привёл? — встревоженно спросил Мурад, не в силах отвести взгляд от покрытого синяками мужчины.

— Эта ситуация очень напоминает ту, которая приключилась со мной, — начал издалека Диармайд. — Правда со мной тогда поступили куда менее вежливо, — вспомнил он, как Орсино тащил его за волосы к машине. — Мурад, ты главное знай, это тебе во благо.

На тумбе лежал пистолет «Голден Буллет», весьма известная фирма в Европе, разрабатывающая оружие для любящих элитные вещи людей. Надёжный, но главная его суть в ценных металлах, из которых сделано это оружие. Ненужная, для обычного убийцы, роскошь, служащая больше для подчёркивания статуса, чем для убийства.

— Возьми, — указал на пистолет Диармайд.

Мурад дрожащей рукой потянулся к оружию. Он не решался произнести ни звука. Глупым мальчик не был, он понимал зачем его сюда привели.

— Я, я не хочу, — пискнул он.

— Так нужно Мурад, он предал твой клан. Ты должен убить этого человека. Этот мужчина выдавал информацию, которая могла навредить Техути. Ты, как наследник клана, обязан устранить предателя. Ты должен это сделать, — надавил на парня Диармайд, его глаза полыхнули, он почувствовал резь под линзами, несколько слёз покатились по щекам.

В последнее время глаза очень сильно болели, когда Диармайд надевал линзы. Это вызывало беспокойство, парень уже был готов плюнуть на конспирацию и ходить без них. Нужно будет обговорить этот момент с Арбетом.

Мурад навёл пистолет на мужчину, ствол так сильно водило из стороны в сторону, что большую часть времени жертвенный агнец был не на мушке.

— Я не буду этого делать! — опустил пистолет Мурад, тут же испытав облегчение от принятого решения.

— Сними пистолет с предохранителя Мурад и наведи его на предателя. Ты обязан это сделать. Просто выстрели в него и всё, тут же нет ничего сложного.

Диармайд сделал глубокий вдох успокаивая раздражение, но когда парень его не послушал он прокричал:

— Я сказал сними пистолет с предохранителя!

От крика парень издал что-то среднее между вскриком и визгом, наведя оружие на предателя. Щёлкнул предохранитель, оружие было готово к стрельбе.

— Слушай, с помощью пистолета сделать это проще всего. Просто нажми на курок и всё закончится, — устало сказал Диармайд. — Мурад, я ещё не полностью восстановился, мне надоело. Выстрели и покончим с этим, я хочу пойти ещё поспать… отправь одну пулю в лоб и всё закончится.

— Я не хочу! — Диармайд даже удивился: наследник клана проявлял не свойственную ему упрямость. Вот почему он такой рохля в важных вещах, а когда всё дошло до дела, у Мурада внезапно проснулся характер. Бесит!

— Слушай Диармайд, ты думаешь, что можешь творить всё что тебе взбредёт в голову? Мой отец тебя…

— Мурад, ты считаешь меня идиотом? — прервал его Диармайд, с каждым новым словом уверенность в парнишке крепла всё сильнее. — Ты думаешь я решился бы сделать что-то подобное без ведома твоего отца? — про то, что это вообще его идея Диармайд решил благоразумно промолчать. Похоже Арбет решил перестраховаться, и переложить самую неприятную часть работы на него. Собственно, а зачем ещё нужны слуги?

Всю прорезавшуюся уверенность у Мурада, как ветром сдуло.

— Мурад, это всего лишь человек, жалкий предатель, чья жизнь и так уже давно закончена. Какая разница, ты её заберёшь или это сделает кто-то другой. Он мертвец, по какой-то нелепой случайности задержавшийся на этом свете дольше, чем ему было отведено изначально. Или ты думаешь, что у того, кто продаёт данные клана на сторону, есть хоть какое-то будущее?

Мурад молчал, он смотрел в полные отчаяния глаза человека, прикованного к стулу.

— Тебе ведь нравится стрельба из пистолета, не так ли? В этом суть оружия — убивать. Нажми на курок, и всё закончится. Именно этого от тебя ждут, того, что ты исполнишь свой долг как наследник клана.

На мгновение взгляд Мурада прояснился, а выражение лица стало не таким обречённым. Диармайд тут-же понял, что нащупал необходимый рычаг.

— Это и есть долг наследника, правда? — повернулся и спросил у Диармайда мальчишка, его пустые лишённые всякого здравого смысла глаза были как у полоумного. Мальчик был не в себе, он остатками сознания хватался за свои пацифистские принципы, почти сломавшись.

— Стреляй Мурад, это твой долг, — припечатал его Диармайд.

Тишина. Выстрел. Оглушительная луна отбивалась от стен и казалось, что грохот звучит отовсюду. Мурад стоял с вытянутой рукой, сжимая «Голден Буллет» направленный в сторону трупа так сильно, что его пальцы побелели. Он не опускал пистолет, просто стоял и смотрел. Тело от выстрела извернулось и было хорошо видно выходное отверстие, пуля проделала в затылке большую дыру, фрагменты мозга и черепа оросили стену позади.

— Голден Буллет последней модели ведь весит всего около килограмма, почему сейчас он кажется мне таким тяжёлым? — отрешённо спросил Мурад, не сводя взгляда с трупа.

— Это вес оружия, предназначенного для убийства. Это вес ноши, которую ты на себя взвалил, — Диармайд решил, что сейчас самое время, чтобы вставить пафосную фразу, правда он уже даже и не помнил название книги, где её вычитал.

Мурад слов не оценил. Его губы побелели, пистолет с грохотом упал на пол, а мальчика вывернуло себе под ноги, забрызгав домашние тапочки рвотой.

На пути в комнату Мурада им повстречалась Назира.

— Ты чего такой бледный?

Мурад ничего не ответил, он погружённый в собственные мысли шёл к себе в комнату, если бы не Диармайд, он давно бы разбил себе нос поднимаясь по лестнице.

— Свин, ты что, меня игнорируешь? Совсем оборзел, мелкий!? — дёрнула его за рукав Назира. Мурад не поднимая взгляда с пола огрызнулся:

— Отвали, — дёрнул он рукой. Но хватка мага пятого ранга была не тем, от чего можно было просто избавится.

Диармайд в миг оказался рядом, схватив Назиру за руку, девушка попыталась вырваться, но физически Диармайд превосходил её в разы.

— Тебе же сказали, отвали, — улыбнулся Диармайд, показав свой фирменный звериный оскал. Назира переводила непонимающий взгляд с Мурада на довольного Диармайда. Сейчас весь её мир перевернулся с ног на голову. Мелкий свин посмел ей дерзить, так ещё и этот назойливый слуга посмел схватить её за руку. Но Анубис, какая же сильная у этого простолюдина хватка.

— Отпусти!

Диармайд ухмыльнулся ещё шире, сузив от удовольствия глаза, но подчинился, закрыв спиной Мурада, так, на всякий случай. Он не тешил себя надеждами, в «господине» не проснулась внезапная дерзость, он ответил так Назире неосознанно, пребывая в омуте собственных мыслей. Но чёрт, как же приятно было видеть шок на лице этой нахалки…

Назира смерила Мурада сердитым взглядом, а когда тот полностью его проигнорировал, исчезла.

Мурад вернулся к себе в комнату, закрыв дверь прямо перед лицом Диармайда. Он сел за компьютер. Игровой чат был полон непрочитанных сообщений о том, что он опаздывает на ивент. Мурад собирался было отписать друзьям, с которыми играл, но его одеревенелые пальцы отказывались слушаться. Вот ведь, а он же обещал «чёрному-марту» пройти финального босса, в подземелье Вавилонской башни…

Вся его жизнь была заключена в рамки монитора, и сейчас, когда вмешалась реальность, до игры ему не было никакого дела. Мурад лёг на кровать, его бил озноб. Лицо мужчины никак не выходило из головы. Обречённое, бледное, в нём не было никакой надежды. Больше всего он помнил тот миг, когда кровь вперемешку с мозгом начала медленно стекать со стены. Ему стало дурно, рвотный рефлекс снова сработал, но, к счастью, желудок был уже пуст. Сегодня он впервые увидел смерть, сегодня он стал её причиной… какой же отвратительный это был день.

Мурад впервые пожалел о том, что Диармайд стал его слугой.

Глава 23

Сила, как много смысла и желаний таится в этом слове; богатство, счастье и даже любовь меркнут по сравнению с ним. Так, по крайней мере, считал Диармайд. Он наблюдал за тем, как Мурад смелел и менялся прямо на его глазах, превращаясь из мямлящего тихони в более уверенного и смелого юношу. Мальчиком, про себя, конечно, Диармайд называл его реже с каждым днём. Первой треснувший кокон заметила Назира, она словно предчувствовала, как из куколки начинает вылупляться тот, кого Арбет всегда хотел видеть в своем сыне — настоящий наследник могущественного клана.

Полтора месяца для Диармайда прошли очень спокойно. Но одно событие, всё же, стоило отметить отдельно. Это был ничем не примечательный четверг, Диармайд, как обычно, сидел в библиотеке. Пока Мурад его не вызывал, он почти всё свободное время проводил именно здесь. Камнем, обрушившим лавину, послужила книга. Именно в ней парню удалось найти то, ради чего он вступил в Техути.

— Ты чего такой радостный? — спросил Лу, войдя в библиотеку с пирожками на тарелке. — Поешь, ты уже вторые сутки отсюда не выходишь.

— Я нашёл! — радостно выкрикнул Диармайд, не в силах сдержать фонтан радости, бьющий из него.

— Чего ты там нашёл? — нахмурился Луиджи. Они уже так давно были знакомы с Диармайдом, что он пятой точкой чувствовал, когда у друга появляются опасные мысли.

— Мы не зря вступили именно в Техути, — Диармайд бросил книгу на стол и умчался прочь, даже не обратив внимания на еду, несмотря на изнывающее чувство голода.

— Ди, постой, так что ты там такого вычитал? — крикнул вдогонку Луиджи, но никто ему не ответил. Он поднял со стола книгу с названием: «Привилегии и обязанности Хабет»

* * *

Мелисса наносила крем на лицо перед сном и увидела в отражении редкую картину: Луиджи лежал на кровати поглощённый чтением толстой старой книги с ветхой, потрепанной обложкой. Он то и дело хмурил брови и дёргал себя за стянутые в хвост волосы, как часто делал, когда о чём-то натужно размышлял.

— Читаешь? А я уже боялась, что ты забыл, как это делается — когда Луиджи не отреагировал на провокацию, Мелиссе стало интересно, что так сильно заинтересовало его.

— Что за книга? — Она подошла и наклонилась, присматриваясь к мудрёному тексту на арабском.

— Фу, ты специально? Сколько ещё раз мне просить не мазаться этой херней? — сморщил нос Луиджи.

— Отвечай давай, а то я не смою его перед сном…

— Диармайд читал эту книгу, когда выкрикнул, что нашёл причину, из-за которой мы вступили в клан.

— Что конкретно он так и не сказал, — видя обеспокоенное лицо Луиджи, Мелисса не смогла сдержать улыбки и поцеловала его в щёку, но тот только дёрнул бровью и перелистнул страницу.

— Он быстро умчался к себе в комнату. Когда я пришёл, тот уже спал. Я попробовал разбудить его и потребовать ответа, но Ди только отмахнулся от меня во сне, впечатав в стену. Он иногда забывает, насколько сильным он является. Ему повезло, что это был я, кто-то слабее третьего ранга такой удар превратил бы в месиво…

— О-о-о, неужели ты заботишься о нашем Господине? — хихикнула Мелисса.

— Я забочусь о нас, а наши жизни неотрывно связаны с Мурадом, нравится мне это или нет.

— Что интересного ты там вычитал? — Мелисса легла на свою половину кровати, включив светильник.

— Не понимаю, что полезного он вообще тут смог вычитать. Тут нет ничего важного, вот, к примеру, на кой чёрт мне знать, что клан Техути обязан поставлять в храм Маат тридцать быков на праздник весеннего равноденствия?

— Ты не нашёл, а Диармайд нашёл, когда придёт время он нам расскажет, или нет, тут уже от него зависит. Мы вольны выбирать только следовать за ним или нет.

Луиджи скосил на неё какой-то странный, хмурый взгляд, раздражённо цыкнул и вернулся к чтению. Ему очень хотелось знать, чего же такого Ди смог вычитать в этой бесполезной книжонке.

* * *

Первое сентября удивительная пора времени. Для большинства школьников этот день настоящая трагедия, служащая эпилогом их бесконечного летнего кутежа. Для меньшего количества — это праздник, начало приключений с друзьями и любимыми. Для Диармайда этот день был подобен событию, кардинально меняющему всю его жизнь. Впервые в жизни в этот день он, как и все нормальные люди, пойдёт в учебное заведение. И сделает он это с большим удовольствием. Даже обуза в виде Мурада, которого ему нужно сопровождать, не отяготит это знаменательное событие.

Диармайд проснулся так рано, что застал ещё яркие звёзды на небосводе. Он приступил к сбору учебных принадлежностей, купленных с вечно хихикающими Мелиссой и Луиджи, Мурад настоял на том, что он хочет провести последние дни в своей комнате, пока у него еще есть такая возможность. Минусом того, что мальчик осмелел — стали его прихоти, поначалу безвредные они становились всё более и более неудобными для Диармайда. Иногда он жалел, что у этого огрызка от мага проявляется характер.

Обучение в Университете, клан Техути взял на себя, как и некоторые иные потребности, ради которых Диармайд стал охотником, по сути, обесценивая все их труды. Ведь ребята и так были вынуждены вступить в клан, чтобы избавиться от назойливого внимания других сильных мира сего, а значит за себя им платить теперь было не нужно, теперь это было заботой Техути.

Диармайд взял золотое кольцо с тумбы и нацепил его себе на палец. Потрясающая вещь — кольцо-артефакт, по функционалу превосходящее любой компьютер. Поиск любой информации, стоило тебе лишь подумать об этом, изображения напрямую поступали в мозг и Диармайд мог видеть желаемое, словно это были его собственные воспоминания. Кольцо могло передать всё: осязания, тактильные ощущения, запахи и вкусы. Некоторые поисковые запросы требовали особого доступа — когда маг, не имеющий доступа к определённым сведеньям, пытался разузнать о них, появлялась головная боль и в сообщения приходило предупреждение от отдела внутренней разведки Египта. Похоже, они активно отслеживали открытую сеть колец-артефактов, а значит искать провокационные вопросы было чревато неприятностями. Это сильно ограничивало информацию, которую Диармайд хотел разузнать. Данных о магии в отрытом доступе было тоже не много, многие интересующие темы требовали доступа «мага-студента второй категории и выше». Но сегодняшний день должен изменить многое.

Погружённый в поиски информации, при помощи кольца-артефакта Диармайд не заметил, как пришло время отправляться в академию. Его поиски прервал будильник, установленный в кольце. Мерзкий визжащий звук эхом отдавался в голове, а всплывшее слово: «АКАДЕМИЯ», то и дело мелькало перед его закрытыми глазами.

* * *

— Ох, он уже такой взрослый. А ещё вчера он был маленьким душегубом, тычущим людям спицы в уши, — умилившись сказал Луиджи, обняв Мелиссу за талию. Девушка не выдержала и рассмеялась.

— Это было всего один раз… — нахмурился Диармайд.

Они стояли на парковке полной дорогущих машины и сутехов, в академию можно было попасть только пешком.

Диармайд стоял в форме академии: брючном костюме из лёгких тканей высокого качества, со встроенными функциями охлаждения и защиты от магии, что было очень кстати, так как первое сентябрьское утро выдалось просто невероятно жарким. Главным его изменением было отсутствие линз, вертикальные зрачки смотрели на мир с естественной для них злобой. Случайные прохожие и студенты иногда задерживали свои взгляды на лице Диармайда. Дурной глаз — редкое зрелище, а его глаза ещё и были необычного тёмно-синего цвета.

Хоть это и было первое сентября, Диармайду и Мураду предстояло пройти медкомиссию перед занятиями, одна из услуг, которые академия оказала клану Техути. Причиной столь запоздалого обследования стал Мурад. Мальчик наконец смог прорваться на третий ранг. После этого, Назира начала подозрительно часто крутиться рядом с ним, из-за этого Диармайд стал ещё пристальнее к ней присматриваться. Главной причиной подозрений послужила оговорка, на которую никто не обратил внимания, помимо Диармайда: «твой прогресс — это просто ошибка», бросила она ему тогда. И всё бы ничего, если бы Диармайд не заметил, как она заволновалась, произнеся эту фразу. Назира была опытной аристократкой и прекрасной актрисой, она быстро справилась с собой, но этого было достаточно, чтобы сильнее взрастить ростки недоверия к себе.

Обследование проходило в офисе, рядом с мостом, накрытым куполом плотного тумана. Тут, в изысканной, рассчитанной на знатную публику приёмной, Мурада осматривал врач. Крючконосый коротышка за сорок на спех возился с аппаратурой, ворча что из-за них он может опоздать на приветствие учеников.

— У вас, господин, организм свеж после прорыва и полон магии, ваше тело не привыкло к такому количеству энергии, поэтому у вас могут случаться приступы зуда и боли, из-за клеток тела, меняющих свою структуру. Однако у вас странные показатели, потому прошу навестить меня, или лечащего врача вашего рода, через один-два месяца. Причин для беспокойства нет, но лучше не рисковать здоровьем, особенно учитывая ваши показатели.

Мурад до сих пор был на седьмом небе от счастья после прорыва, и казалось вовсе не обратил внимания на реакцию доктора, а Диармайд сделал у себя в мыслях ещё одну зарубку.

— Теперь вы, молодой человек, — повернулся к Диармайду коротышка. Доктор старался смотреть парню в глаза как можно меньше, но Диармайд разглядел любопытство в его взгляде.

— Очень интересные результаты, — доктор озвучил свои мысли вслух, — у вашего кристалла слишком большой объем и довольно необычная форма. Аномалии иногда случаются, но такую я вижу впервые. Хотя, это не удивительно, если учесть тот факт, что у вас маны раз в семь больше, чем у обычного мага воды шестого ранга. Ещё раз хочу отметить — ваш кристалл очень странной, не однородной формы.

Доктор посмотрел на Диармайда, словно ожидая объяснений, но парень только пожал плечами и был таков. Он знал самую вероятную причину странностей его кристалла, точнее причина была в том, что кристалл изначально был не его.

— Вот ваши документы. Вручите их стражам у входа, вы можете идти.

Диармайд уже давно не вспоминал мальчика, которого ему пришлось убить, чтобы стать магом. Его лицо, которое раньше часто приходило в кошмарах растворилось и потеряло свои черты, превратившись в одно неприятное воспоминание.

Диармайд и Мурад застыли у моста, залюбовавшись плотным куполом тумана. На узком мосту была очень цивилизованная очередь, спокойная и тихая она очень редко нарушалась вскриками откуда-то с конца толпы, почти у самой границы тумана. Тут была очень разномастная толпа людей, большинство одетые в брендовую, очень дорогую одежу, но встречались люди и попроще, как на вид, так и по гардеробу. Возраст тоже очень колебался, от четырнадцатилетних подростков, до молодых людей за двадцать, уже утративших свои последние юношеские черты.

— Сейчас мои глаза источают страх? — Диармайд сделал шаг вперёд вслед за девушками перед ним, те ненадолго поворачивались назад и взвизгнув тихо хихикали, что-то оживлённо обсуждая.

— Нет, — вздохнул Мурад, он уже устал от этого вопроса, но Диармайду, почти не использовавшему свои глаза на людях, было трудно по началу их контролировать. Он не хотел, чтобы они сейчас принесли ему свежую порцию проблем. Слишком уж этот день был для него важен.

Сама информация понемногу начала терять для него свою ценность. Несмотря на ограничение информации в сети для общего пользования, библиотеки Техути были очень обширны, они позволили бы ему и так получить необходимые знания, но вот символ, которым для Диармайда всегда являлись учебные учреждения для магов, ни на чуточку не поблекли до сих пор. Они были неким храмом, чем-то схожим с религией, которой он поклонялся ещё с самых малых лет.

Несмотря на толпу незнакомых людей Мурад выглядел спокойным и уверенным, из его глаз исчезло обожание, с которым он не редко смотрел на Диармайда.

«Как же ловко Арбет нивелировал моё влияние на пацана. Одним поступком он убрал его из головы парня, одновременно с этим придав пацану какой-то иной мрачности и уверенности.» Краем глаза глянул на озиравшегося по сторонам «господина». «Хотя мне ли не знать, что он испытывает. Я ведь и сам прошёл нечто подобное под присмотром Орсино. Правда моё обучение было пожёстче, но может оно и к лучшему?»

Каждый новый шаг ускорял сердцебиение Диармайда. Смешно сказать, его руки вспотели от нервов, впервые за долгое время, уши заложило, затылок пронзила боль. Диармайд едва сдержал выплеск маны. Ему пришлось ненадолго закрыть глаза, чтобы случайно не напугать людей вокруг себя. «Дьявол! Нужно было раньше приступить к тренировке дурного глаза, сейчас, в окружении незнакомцев, он слишком опасен. Я должен сдержаться, я не могу испортить себе этот день!»

Диармайд очнулся от шелковистого прохладного прикосновения к его руке. Он повернулся и увидел ту самую хрупкую блондинку, которая дала ему совет на счёт магии льда на набережной Нила. Она тепло улыбнулась.

— Привет, затянул ты с поступлением. Если я правильно помню, ты хотел поступать ещё в прошлом году.

— Тогда у меня не получилось. Нужно было насобирать денег на лечение друга…

— Пригодился мой совет?

— Очень, я неплохо освоил магию льда.

Диармайд услышал, как Мурад фыркнул.

— Мой господин, Мурад Техути, — Диармайд представил тихо идущего рядом с ним парня.

— Господин… я знала, что ты не просто так ошивался тогда рядом с кварталами благородных, правда думала, что ты один из них…

Мурад издал ещё один громкий фыркающий звук, взгляды Диармайда и девушки скрестились на нём, парень зарделся и покраснел, а потом как-то на показ выпрямил спину, словно ему вместо хребта вставили палку от швабры и начал идти, смотря только вперёд. Диармайд заметил, как его уши забавно подёргивались, стараясь уловить каждое слово беседы.

— Судя по реакции твоего господина, ты или очень хорош в управлении льдом, или соврал мне, чтобы похвастаться, — девушка с улыбкой наблюдала за Диармайдом. Но к её разочарованию тот не проявил никаких видимых эмоций.

— Ты указала мне на проблему, всё что осталось мне — найти путь к её решению. Это оказалось не так уж сложно… — И Диармайд ни разу не солгал, он ведь и вправду довольно быстро освоил лёд и даже более того, он смог овладеть неким подобием подвижного льда, что по словам девушки, в ту ночь, было невозможно.

— Знаешь, когда-то у меня был питон, корчащий точно такую же морду, когда объедался мышей. У вас с ним на удивление похожие черты.

— Я напоминаю тебе змею? — улыбнулся Диармайд.

— Не смейся! Он был очень милым, и я его любила, так что это комплимент! — заявила девушка. Она вздохнула и успокоилась, словно сняв с себя маску напускного веселья. Диармайд заметил трещину в её образе, всего на миг, но она запала ему в память, перекроив сложившееся мнение о незнакомке. А ведь и правда, сейчас она казалась куда энергичнее чем при их первой встрече и Диармайду это казалось неестественным. Это поведение ей не подходило, или что-то вроде того…

Вдруг, ни с того ни с сего в голове Диармайда всплыл образ Луиджи: «у меня тоже есть змея, которую я очень люблю». «Похоже я слишком долго общаюсь с Лу, вот его чувство юмора уже начинает сказываться на моём здравомыслии» Диармайд услышал его слова как наяву, и он не смог сдержать короткий приступ смеха. Девушка рассмеялась вместе с ним.

— А ты студентка?

— Я? Неплохая попытка, но мне делали комплименты и получше, — улыбнулась она, скрестив руки. — Нет, я уже год как закончила обучение, сейчас прохожу практику аспирантки на факультете сенсоров.

Пока они говорили, почти вплотную приблизились к призрачной завесе из тумана. Прежде чем войти в неё Диармайд протянул руку, почувствовав приятный, немного прохладный, шёлк тумана. Он сделал шаг — белая дымка поглотила его, отрезав от остального мира, вокруг всё заполнил непроницаемый белый туман.

Глава 24

Диармайд не видел ничего. Все что было вокруг — исчезло, превратившись в пространство, заполненное белым туманом, даже земля под ногами обратилась в клубящиеся облака бесплотного пара.

Пространство контроля, которое в областях повышенной влажности было значительно эффективнее, говорило Диармайду, что вокруг него толпа магов, но он их не видел и не слышал. Он почувствовал, как кто-то схватил его за руку и потянул, все исчезло, туман превратился в прозрачный купол из энергии воды, накрывавший собой весь остров.

Вот и она — академия. Ничего подобного Диармайд прежде не видел никогда. Высокие шпили с острыми наконечниками вздымались высоко в небо, почти касаясь громоотводами синего прозрачного купола, это была не вода, а некая текучая энергия. Многочисленные мосты вели от одной башни к другой, отбрасывая длинные прямые тени. Центральный корпус напоминал арабский дворец с куполообразной крышей, покрытой позолотой, просторные галереи с колоннадами служили пристанищем для студентов. Сады с диковинными изменёнными растениями поражали взор, многие из них Диармайд не видел ни в одном справочнике. Уасет прекрасно просматривался изнутри, можно было без труда разглядеть обе набережные.

Студентов первокурсников можно было безошибочно распознать: они стояли с открытыми ртами, рассматривая это чудное великолепие.

— А вы очень быстро пришли в себя, — подошёл к Диармайду старичок с кучерявой седой бородой. — Ваши документы пожалуйста, — протянул он руку.

— Что это было? — Диармайд протянул папку с бумагами незнакомцу в строгом сером костюме с красным галстуком.

— Обычная проверка, на случай если маг разума попытается проникнуть в академию, или кто-то, кого он подчинил себе. Вы быстро привыкнете к проверке разума, первый раз самый сложный, без посторонней помощи из купола не выйти.

— Шестой ранг, — поднял глаза от документов старик, — весьма впечатляющее достижение в вашем возрасте. К нам поступает много талантов, но такие как вы — очень большая редкость даже среди них. Надеюсь, жажда силы не притупила вашу тягу к знаниям, — сделал какие-то пометки в блокноте мужчина.

Диармайд обернулся, Мурад ещё стоял со стеклянными глазами, он сейчас был очень похож на умалишённого, казалось, что у него вот-вот потечёт слюна изо рта. Незнакомка была в сознании, она наблюдала за Диармайдом со стороны, не вмешиваясь.

— Ненавижу эту проверку, — проворчала она. — Силён, очень быстро пришёл в себя.

— Учитель Мирт, — поздоровалась она, тепло улыбнувшись старику.

— С возвращением моя дорогая, — лицо старика смягчилось, когда он обратился к девушке. — Хасур уже ждёт вас в главном корпусе, лучше поспеши.

Прежде чем уйти девушка обернулась:

— Увидимся позже, пока, — подул сильный порыв ветра, поднявший девушку в воздух.

Учитель Мирт подошёл к куполу энергии и потянул следующих первокурсников за руку, они подчинились словно марионетки, послушно сделав шаг вперёд. Мурад до сих пор был одурманен.

— А, вы каждого вот так вытаскиваете из купола? — спросил Диармайд, подойдя почти вплотную к куполу. Энергия казалась живой, это была не вода, а некая энергия синего цвета, с которой Диармайд чувствовал родство. Она не была материальной и казалась живой, циркулирующие потоки постоянно извивались и двигались.

— Нет, это случается только с теми, кто впервые проходит через защитный купол. Вот, смотри, — Мирт указал на человека, вступившего в поток энергии, он застыл ненадолго, а потом сам пришёл в себя и сделал шаг вперёд, войдя внутрь.

— Учитель, — вежливо поздоровался студент и поспешил по своим делам.

— Где я? — Мурад вертел головой во все стороны, пытаясь сообразить, где же он очутился. Он сфокусировал свой взгляд на иве, чьи ветви, казалось, просто колышет ветерок, но, когда на неё попытался сесть попугай, ветка ожила и отмахнулась от птицы. Переломанное зелёное тельце упало на землю, приглядевшись Диармайд увидел белеющие птичьи кости у корней, опутанные тоненькими корешками. Тельце попугая тут же оплели ожившие корни дерева.

— Ваши документы, молодой человек, — обратился к Мураду учитель.

— А, что?

Старик глубоко вздохнул и повторил, протянув руку:

— Ваши документы.

Мурад долго не мог прийти в себя, все слова Мирта он пропустил мимо ушей, во всю вертя головой. Диармайд мог его понять. Это было самое волшебное место из всех, где ему довелось побывать. С ним мог сравниться разве что таинственный город в карпатских горах, который показал ему Нико.

— Учитель Мирт, — вспомнив как к старику обратилась незнакомка, сказал Диармайд, — а вы не подскажите, как зовут ту блондинку, с которой мы прошли через купол? Мы уже виделись несколько раз, но её имя я почему-то так и не узнал…

Мирт хмыкнул, вернув документы Мураду.

— Поздравляю с прорывом, господин Техути, — поклонился старик.

— Предназначение академии — обучение, а не сводничество, — посерьёзнел он, обратившись к Диармайду. — Я дам вам совет, не стоит прыгать выше своей головы, девушка о которой вы говорите — уже замужем, но она и без того не обделена мужским вниманием. Не ищите себе лишних проблем, — Мирт смотрел в глаза Диармайда не отводя взгляда.

— Вам нужно идти в южную башню, — Мирт указал на высокий шпиль, отбрасывающий длинную тень на водную гладь Нила. — Так как куратор первокурсников в этом году ректор, я очень не рекомендую вам опаздывать на вступительную лекцию.

— Куда ты смотрел, раз не заметил кольца у неё на пальце? И вообще, откуда ты её знаешь? — спросил Мурад.

«Какое старому хрычу вообще дело до того, с кем я общаюсь, трудно было ответить на мой вопрос?» Диармайд разозлился, он шёл за Мурадом заложив руки за спину. «А с чего это меня вообще волнует её имя? И как так получилось, что я до сих пор его не узнал?»

— Так, случайно встретились. Она дала мне очень хороший совет год назад, благодаря которому я стал значительно сильнее.

— Диармайд, — не оборачиваясь сказал Мурад, — твои глаза пугают, пожалуйста, прекрати.

Диармайд моргнул, убирая ману из глаз, он снова инстинктивно направил её в них. Чёрт, насильно убирать ману из глаз, во время приступа гнева — очень неприятно, словно хочешь чихнуть, но тебе нужно насильно себя остановить.

В высокой, тонкой башне помещалось только три аудитории на одном этаже. На одной из них висела табличка: «первокурсники». Высокие потолки скрывал синий туман, иногда сверкающий разрядами электричества. Диармайд чувствовал, как воздух вокруг рябит от маны. Её было не настолько много, как в покинутом древнем городе; но достаточно, чтобы навредить обычному человеку. Маги же в такой среде чувствовали себя более чем прекрасно.

Всё вокруг было не в традиционных псевдоегипетских мотивах, а в арабских. Никаких иероглифов или вездесущих изображений богов. Только изменённые растения и непонятные приборы, явно какого-то магического предназначения. Буквально всё вокруг источало энергию, включая стены, пол и тем более потолок.

— Нихера себе, наследник Техути, я думал тебе не хватит яиц поступить в Уасетскую Академию Магии, — громко выкрикнули, как только Мурад вошёл в аудиторию.

Просторное помещение с высоким потолком, как и в холле сокрытым синим туманом, прекрасный вид из окна на реку и два десятка лакированных парт, выстроенных в четыре ряда. Студенты разбились на группы по пять человек и общались. Большинству было около двадцати, похоже академия всё же разбивала первокурсников по примерно одинаковой возрастной группе.

Мурада окликнул парень очень примечательной внешности: высокий африканец с большими губами и кучерявой причёской в стиле «афро» выделялся цветом кожи, она была как и у Диармайда идеально белого цвета, выдавая в нём мага воды.

— Заткнись Бекеле, тебя это не касается, — отрезал Мурад.

— О-о-о-о, — послышалось с разных концов аудитории.

— «Большой прогресс», — подумал Диармайд. — «Раньше Мурад даже головы поднять не посмел бы, судя по изменению пигментации кожи этот Бекеле не ниже пятого ранга. Нужно быть с ним осторожным, кольца на правой руке выглядят очень опасными, ничуть не хуже тех, которые носит Мурад.»

— На приёме у Кёбов Назира говорила, что ты прорвался на третий ранг, думаешь, из-за этого хоть что-то изменится? — Бекеле ухмыльнулся широкой белозубой улыбкой. — Ты как был ничтожеством и неудачником, так им и остался, и прорыв на один ранг, и даже на два, это не изменят. Ну чего ты на меня так таращишься, язык проглотил. Жалкое ничтожество.

Похоже в высшем обществе у Мурада уже сложился определённый образ. Но Диармайд не мог понять, почему человек из другой семьи так поносит его. Неужели он не боится последствий от могущественного клана, за оскорбление его наследника?

— Если что-то не нравится — пошли на арену, я наглядно продемонстрирую, кто ты и где твоё место, — довольно улыбаясь ответил белокожий африканец.

— Ему незачем марать руки о мусор вроде тебя, — выступил вперёд Диармайд, закрыв Мурада своей спиной. Он высвободил магию и воздух в аудитории похолодел, из ртов студентов пошёл пар, а окна покрылись изморозью.

— Я прихлопну тебя на арене за несколько мгновений, — глаза Диармайда загорелись, превращая его в воплощение ужаса, студенты послабее оцепенели от ужаса, не в силах пошевелиться, а те что были посильнее напряглись, готовые в любой миг сорваться в бой.

— Что, во имя Кришны, тут происходит? — двери с грохотом закрылись, Диармайд услышал хриплый, грубый голос за спиной.

— Немедленно прекратите! Это Уасетская Магическая Академия, а не спартанская клоака. Группа, займите свои места, мы начинаем занятие.

Ректором был худой старый индус с бритой головой, из волос он оставил только перевязанный тканью седой пучок, как антенна торчащий на его макушке, кустистые длинные брови свисали с боков а длинная навощённая бородка полумесяцем торчала с подбородка.

Ректор встал у пюпитра, на платформе для преподавателя, перед доской.

— Маги, как известно, изначально идут рука об руку со смертью. Считается, что именно в те полторы секунды, на которые сердце младенца останавливается, сразу после того, как он сделает первый вдох — формируется кристалл из энергии, которую плод впитал в чреве матери. Магический дар развивается долгие годы, изменяя и укрепляя тело, и принято считать, что в отличии от животных — люди не повержены влиянию этой таинственной энергии, но это не так, — ректор замолчал, в аудитории наступила абсолютная тишина, только треск разрядов у потолка нарушал её. — Чем сильнее становится маг, тем более ярко проявляется его жестокость. Он убивает без сожалений, так естественно, словно это пустяк.

— У нас собралась необычайно сильная группа, где не мало магов подверженных пагубному влиянию энергии. И вы обязаны держать себя в руках, — повысил голос старик, — докажите мне, что вы разумные, цивилизованные, сильные маги. Я не хочу видеть склок и ссор между одногруппниками. Здесь, в Уасетской Магической Академии вы все равны, что подтверждает указ Фараона 1918 года.

Ректор сошёл с трибуны и приблизился к первому ряду парт.

— Докажите мне, что вы маги, а не звери. Если станет совсем уж невтерпёж — используйте арену. Не приведи Кришна я узнаю, что были какие-либо потасовки вне арены, вас исключат и от этого не спасут ни род, ни указ самого Фараона.

— Меня зовут Арджун Капур, вы можете обращаться ко мне учитель Арджун. С этого дня я буду вашим куратором, если у кого-либо возникнут вопросы, нужда в наставлении или проблемы, немедленно обращайтесь ко мне. Начнём занятие.

Лекция оказалась очень обычной, но иногда всплывали общеизвестные для египтян факторы, о которых Диармайд раньше не знал. Рассказывая о том, что после первого курса студенты распределяются на факультеты согласно их стихийной направленности, он вскользь упомянул о магах смерти:

— Маги смерти, — скривился Арджун, — хотя правильнее было бы называть их магами времени…

— Почему? — вырвалось у девчонки-тихони, притаившейся на второй парте. Она старательно инспектировала каждое слово индуса и это был первый раз за лекцию, когда она подала голос, хотя переговариваться и даже иногда шутить ректор не возбранял и даже сам иногда подыгрывал.

Ректор перевёл взгляд на девчонку, которую не понятно из-за чего начало потряхивать.

— Амина, если я не ошибаюсь, — египтянка энергично закивала, растрепав волосы, послышались шепотки и очень тихие насмешки на которые ректор никак не отреагировал, — всё очень просто: потому что маги, которых все называют властелинами смерти, на самом деле никакой смертью не управляют. Они ускоряют течение времени для живых и не живых объектов, тем самым убивая их. И даже сильнейшие из них могут делать это только в одностороннем порядке, то есть только старить органику или не живую материю. Так что корректнее было бы назвать их магами времени, хотя я понимаю почему их именуют иначе — люди начинают гнить заживо, распадаясь в прах на глазах, особенно эффективно это демонстрируют сильные маги, почти в одночасье превращая живых в горстку пыли.

Был ещё один интересный момент, касающийся уже непосредственно Диармайда.

— Как известно вам всем — магия, это волевоплощение ваших желаний. Применение магии зависит от воображения и знания окружающего вас мира. Для многих эта информация прописная истина, но есть и те, кто вырос вне заботливых рук магических кланов. Так вот, от вашего воображения и характера также будет зависеть, какой облик примет магия, к примеру, — повернулся к Диармайду старый индус.

— Вы маг воды шестого ранга, правильно?

— Да.

Всякий шум в аудитории стих, класс сосредоточил свои взгляды на Диармайде, потом все, словно по команде — зашептались.

— Тишина, — впервые за урок призвал к ней учитель, — у магов пятого ранга и выше — проявляются особенности, к примеру у тех, кто управляет водой они одни из самых явных и чётко выраженных. Кому-то легче управлять разбитыми на многочисленные капли дождя вихрями, кому-то легче обратить воду в туман, кому-то проще использовать кипяток, а есть те, кто мастерски управляет льдом. Вы, молодой человек, феномен. Проявление вашей магии настолько ярко выражено, что даже будучи на шестом ранге ваша сила влияет на окружающую среду, — Арджун опёрся рукой о парту Диармайда и тот заметил, как под кожей у старика что-то задвигалось, словно это была змея, накрытая тканью. Довольно мерзкое зрелище.

— А какое у вас проявление, господин Бекеле? — подошёл к бледнокожему африканцу учитель.

— Кипяток, — ответил тот, взмахнул рукой и из его кольца вытянулась струйка воды, щедро исходящая паром.

— Разница сил колоссальна, не говоря уже о практичности применения льда. Всё же твёрдая материя может нанести больше разрушений, чем жидкая.

— Всё зависит от мага, — заупрямился африканец нахмурившись.

— В плане резерва маны господин Диармайд тоже идёт далеко впереди вас, более того, его объём сравним с магами восьмого ранга.

Дальнейшие занятия прошли спокойно. Казалось, что ректор просто рассказывает случайные факты о магии, пока Диармайд не заметил, как Арджун внимательно следит за тем, как ученики реагируют на информацию. Учитель собирал данные об осведомлённости его подопечных, об их предпочтениях и взглядах, об их поведении в группе и установившейся в первый же день иерархии, где Диармайд, вопреки законам общества, занял лидирующую позицию и Арджун сыграл в этом не последнюю роль.

Переход через защитный купол во внешний мир был немного волнительным, но сделав шаг Диармайд очнулся уже на другой стороне, а за его спиной клубился непроницаемый туман.

— Мурад, как прошёл первый день? — подошла Назира с её свитой.

— Не твоё дело, — огрызнулся Мурад, он смерил кузину хмурым взглядом и пошёл к машине, жестом приказывая Диармайду идти за ним.

— Многое себе позволяешь! Думаешь Диармайд будет решать за тебя всё проблемы? — обозлилась девушка, хотя к ним она подошла в весьма приподнятом настроении.

— Закройся, если тебя что-то не устраивает — мне плевать.

Диармайд ухмыльнулся девушке и последовал за «господином». «Как же быстро он меняется. Скажи мне кто об этом месяц назад — никогда бы не поверил. Но после того как Назира начала с опаской относится ко мне, Мурад очень быстро распробовал вкус власти.»

* * *

Был вечер, когда Диармайд ворвался в комнату Мелиссы и Луиджи, впрочем сейчас здесь была только девушка.

— Привет, — Мелисса отложила ноутбук в сторону, поставив какой-то сериал на паузу, — как прошёл первый день?

— М-м-м, неплохо, я бы даже сказал хорошо. Мелисса, — не стал медлить Диармайд, — я хочу, чтобы ты раздобыла для меня информацию о всех скандалах в высшем обществе, и хочу, чтобы ты придала особое внимание случаям с большим количеством жертв, чем больше, тем лучше.

Девушка задумалась, наклонив голову на бок.

— Найду. А ты скажешь зачем она тебе, или это снова тайна?

— Ты всё узнаешь, когда придёт время, — Диармайд не любил выдавать информацию, касающуюся цели их пребывания в Техути. Слишком многое он поставил на карту, и любая оплошность могла послужить причиной провала, а если ему не удастся — скорее всего это будет стоить Диармайду жизни.

— Снова секрет значит. Не волнуйся, я всё разузнаю, у меня уже прикормлена неплохая сеть сплетников. Ты только смотри не заиграйся, если твоя задумка приведёт к провалу, помимо себя винить будет некого. Диармайд, подумай, может всё же есть что-то, что ты можешь нам рассказать, мы ведь желаем тебе успеха.

Глаза Диармайда на миг загорелись синим.

— Просто добудь информацию, я расскажу всё, когда придёт время.

Миг, и Диармайд исчез.

— Ну вот, а мне ведь любопытно, как прошёл твой день… — сказала пустоте Мелисса.

Глава 25

«Замок… что это был за замок?» — Диармайд распахнул глаза, холодные каменные стены никак не выходили из головы. Воспоминания из раннего детства были блеклыми и мутными. «Это точно не прошлое предка, там был мой отец, мой…»

Его собственные воспоминания так сильно путались с памятью предка, что иногда Диармайд не мог различить, где заканчивалось воспоминание из средневековья и начиналось его собственное прошлое. Лица, имена, окружающая среда, всё смешалось и, казалось, лишило его самоидентичности, превратив в сгусток злобы и ненависти.

«Спокойно, дыши… В последнее время мне всё труднее сохранять самообладание. Вчера я едва не набросился на Лу из-за простого спора. Он, конечно, умеет доводить до белого каления, но это не повод убивать лучшего друга, по крайней мере, пока он трезв. Так нельзя, я должен взять себя в руки. Я маг, а не зверь!»

Диармайд поднялся с кровати и посмотрел на свои бледные дрожащие руки. Он потёр штрихкод большим пальцем, словно пытаясь стереть чернила, ничего, разумеется, у него не получилось. Парень взял с тумбочки нож и принялся покрывать татуировку неглубокими порезами, пряча её под полосками ран.

«Дела продвигаются вперёд, понемногу, шаг за шагом, а когда я соберу нужную информацию — настанет время действовать. Лу, похоже, смирился с безвестностью, но так будет лучше, так никто не сможет раскрыть их раньше положенного строка. Я могу доверять только себе… и то не всегда.»

Несмотря на жаркую погоду, окна Диармайда были покрыты изморозью. Парень поднялся и роняя капли крови на пол посмотрел на утренний сад. Он долго ещё не увидит его, ведь Мурад решил переехать в общежитие академии, подальше от Назиры. Ему настолько некомфортно находиться рядом с ней, что он решил сбежать из собственного дома.

Диармайд повернулся к картине. Такая невзрачная и нескладная она имела для него некий сакральный смысл. Парень так много о ней заботился, что картина, против его воли, стала объектом постоянного внимания. Глядя на неё, он легко вспоминал тот день, когда впервые её увидел. Парень подошёл и провёл рукой по шершавой засохшей масляной краске. Он уже давно вспомнил тот момент, когда лицезрел собор в Кёнигсберге: тогда они с Орсино только сошли с поезда, наставник ушёл по делам, оставив Диармайда одного на центральной площади. Парень принялся бродить по старым улочкам. Случайно выйдя на большую площадь, он сел в кафе, как раз напротив центрального входа в собор. То было прекрасное октябрьское утро, яркое солнце просвечивало через ещё не опавшие листья бука, не по-осеннему тёплый ветер приятно бодрил.

Диармайд открыл глаза и ещё раз, нежно, провёл рукой по картине. «Может я сделал не правильный выбор? Может нужно было остаться с Софией?», он улыбнулся и замахал головой, «Не-е-т, гиблый номер, вместе с ней меня ничего хорошего бы не ждало. Всё идет так как должно, как и говорил когда-то Нико: сила и месть, прежде всего.»

Душевные терзания часто навещали Диармайда, особенно в последнее время. Всё ли он правильно делает, не ошибся ли где, не ведёт ли он Лу и Мелиссу на смерть вместе с собой? Как же легко было в бою, когда ты чётко знал, кого нужно убить. Никаких лишних мыслей, только ты и враги, и больше ничего. Мир замирал, оставляя важным только момент схватки, а боевой азарт гнал вперёд, к кровавой расправе.

Диармайд вздохнул, отступил от картины и ускорившись оделся, всего несколько секунд и он уже был готов. Вздохнув, парень направился на второй этаж, к спальне «господина». Каждый раз называя Мурада, даже про себя, у Диармайда загорался огонь, и ничто не могло его потушить. Недовольство копилось, а выплеснуть его было не на что.

Спёртый воздух и обилие пыли ударили в нос, как только Диармайд открыл двери в комнату Мурада. На столе, рядом с компьютером, валялись горы упаковок от чипсов и прочей дряни. В последнее время он снова начал набирать вес, того и гляди, вернётся к прежнему состоянию. Назира как-то показывала его фото, Мурад был в ширь не меньше, чем в высь. Диармайд вообще не понимал, как такое существо могло самостоятельно передвигаться.

Он подошёл к кровати, лавируя между разбросанной на полу одеждой и затрусил Мурада за плечо, от будильника «господин» никак не хотел просыпаться. Жаль эту часть забот нельзя переложить на чьи-то плечи, Лу может не выдержать и сделать что-то глупое, а когда приходит Мелисса, то Мурад тупо пялится на её грудь. Диармайд думал что однажды Лу его просто пришибет. Не то чтобы у него самого не возникало таких мыслей…

— Не сейчас, я хочу ещё поспать… — заворчал Мурад, сильнее завернувшись в одеяло.

— Ты сам просил меня разбудить пораньше, мы с Лу идём на пустырь, попрактиковаться.

— Не хочу, я передумал, мне в рейд идти в полдень, дай отоспаться.

— Какой ещё рейд?

— Это в игре, Диармайд отстань, я хочу спать, пошёл прочь, это приказ!

Веко Диармайда задёргалось, рука неосознанно потянулась раскрошить его пустую голову, но он сдержался, как обычно. Пожалуй, если он останется рядом с Мурадом и не пришибёт его то, рано или поздно обретёт такое спокойствие, что никакие приступы ярости ему будут не страшны.

* * *

— Где наш хозяин, — выделил «хозяин» Луиджи.

— Спит, у него рейд какой-то. Мы сами по себе.

— Ох, — прислонил руки к лицу Лу, — какая жалость…

— Нам же лучше, готов?

— Поехали уже, такое чувство, что я с тобой наедине несколько лет не общался…

Во время поездки Диармайд подробно рассказывал о том, что нового узнал в академии, ехали на пустырь они на внедорожнике Мурада, ему он всё равно не понадобится…

— Не понимаю, чего ты так этим заинтересован?

— А ты не понимаешь? Эти исторические заметки противоречат сами себе: один источник указывает на то, что в древности маги были значительно сильнее, другие, что значительно слабее. И у обоих утверждений множество источников с самых разных концов мира!

— Тебе то оно нафига? Ну какая, к чёрту, разница сильными или слабыми были когда-то маги, ты лучше расскажи, как у вас в группе, есть красотки? — Лу глянул на отражение Диармайда в зеркале заднего вида, тот сидел рядом с ним на переднем сидении, но отвлекаться от дороги, во время вождения, он не любил.

— Ты видел местных аристократов? Они все как на подбор… думаю можешь представить как выглядят мои одногруппницы.

Они приехали к заброшенному алхимическому заводу, он находился на отшибе от Уасета и вдали от основных дорог. Обветренные кирпичи и дырявая крыша — все что осталось от клана, предавшего доверие фараона.

— Ну что, погнали? — спросил Луиджи, разминая спину.

— Подожди, проверю есть ли кто, — Диармайд растянул область контроля, но, к счастью, никого так и не обнаружил.

— Чисто.

Луиджи достал из багажника автомат, Диармайд отпрыгнул метров на пятнадцать и хрустнул пальцами.

— Готов?

— Стреляй.

Луиджи прицелился, выдохнул и нажал на курок. Прогрохотали короткие автоматные очереди, по два-три патрона длиной.

Руки Диармайда невозможно было разглядеть, когда Луиджи начал стрелять, они превратились в размытую кляксу и только изредка можно было заметить их очертания, но они исчезали быстрее, чем мозг мог обработать полученную информацию.

Пока Луиджи стрелял, Диармайд стоял ровно, не двигался и не пытался уклониться от пуль.

— Ну как? — положил оружие на капот Лу.

Диармайд вместо ответа показал руки, между пальцев были зажаты конусы патронов.

— Ни одного не пропустил.

— Не верю…

Диармайд появился рядом с ним и по одному стал бросать на землю патроны.

— Ну ла-а-а-дно.

— Слушай, а ты точно уверен, что хочешь продолжить? Может нужно было врача там с собой взять, или ещё кого.

— Лу, ты достал зелье стимулирующее регенерацию, как я просил?

— Ну достал… — заворчал он, — но рисковать всё равно не хочу.

— Бери пистолет, начнем с пуль первого ранга.

Луиджи упрямо посмотрел на друга, но его выражение чётко говорило: с ним спорить бесполезно. Так что пускай и не соглашаясь, Лу всё же достал из бардачка чёрный матовый пистолет и проверил обойму. Так и было, пули молнии, первого ранга.

— Стреляешь когда я дам команду, и делаешь только один выстрел.

— Может не надо? Как-то мне не хочется рассказывать Мелиссе о том, как я тебя подстрелил, она меня потом убьёт… — взмолился Лу.

— Слушай, она моя девушка или твоя? Какого чёрта ты вообще о ней вспомнил?

— Слышал бы ты, как она мне мозги выносила, когда я с тобой не разговаривал… Готов?

— Кстати, как у вас всё с ней складывается?

— Как? — Луиджи опустил пистолет, снова поставив его на предохранитель.

— Ну, что тебе сказать: мы ссоримся, она меня подкалывает, называет идиотом и глумится. Короче, я её обожаю. Да, — улыбнулся Луиджи, смотря куда-то вдаль, словно не видя Диармайда, — я люблю её, наверное, даже сильнее, чем любил Каллисто.

— Стреляй.

Может Лу и ворчал, но услышав команду не медлил, отточенным движением он щёлкнул предохранителем, прогремел единичный выстрел, его звук затерялся в руинах завода.

— Ну как, — взволнованным голосом спросил Луиджи.

Диармайд поднял пулю, зажатую кончиками указательного и большого пальца.

— Даже не поцарапала, сердечник точно из молнии? — недоверчиво спросил Диармайд, присматриваясь к пуле.

— Это первый ранг, ты чего вообще ожидал?

Парню только и оставалось, что пожать плечами.

— Давай второй.

Всё повторилось, вновь выстрел, и пуля оказалась в тисках мага. Следующую пулю он ловить не стал, она оставила только небольшой синяк на коже и всё.

— Нужно было снять рубашку, перед тем как принимать выстрел…

— Думаешь? — с сарказмом спросил Диармайд, может он и пуленепробиваемый, но рубашка то нет… Жаль не сообразил.

Нормальную рану смогла оставить только пуля третьего ранга, и то не глубокую. Она упала на землю, рядом с Диармайдом, в ране ещё потрескивало электричество.

— Ну как? — Луиджи как заботливая наседка крутился вокруг, с тревогой поглядывая на рану.

— Успокойся, уже затягивается. Мы раньше и более безумные вещи творили, Лу, что с тобой происходит?

— Слушай я только что стрелял пулями с сердечником из кристалла в друга, мне в клане очень настоятельно говорили такого не делать!

— Тебе что, какой-то инструктаж проводили, пока я с Мурадом возился? — Диармайд потыкал пальцем в рану и немного сморщился. Регенерация стартовала быстро и благодаря пролитому на неё зелью буквально на глазах заживала.

— Не у Техути, а ещё в Греции, когда я был у Фальконе, до того, как ты присоединился к клану.

— А-а-а-а, — Диармайд сменил рубашку, взамен простеленной. Луиджи поник, улыбка на его лице стала фальшивой, а взгляд грустным.

— Только не делай глупостей Ди, прошу, — повернулся он к нему. — Ты мне как младший брат, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось… Делай что хочешь, только не сбрасывай меня со счетов, ладно?

— Угу, — только и смог выдавить из себя Диармайд, — Лу, что-то случилось?

— А? Нет, просто Оскара и ребят вспомнил… они мне недавно снились.

* * *

— Мы с Мелиссой переедем в съёмную квартиру пока ты будешь жить с Мурадом в общежитии. — После экспериментов ребята решили перекусить. К тому же Диармайд очень давно не ел кебабы в любимом невзрачном ресторанчике на набережной Нила.

— Что-то случилось? — Диармайд сразу насторожился.

— Да нет, просто мы хотим пожить вдвоём, пока есть возможность. К тому же Арбет вернулся в Александрию вместе с Гуюм, даже думать не хочу о том, какую херню может учудить Назира. Пока вы учитесь, безопаснее всего держаться подальше от неё.

— Ну, так-то мне без разницы, только если будут проблемы — говори сразу. Сделаю всё что смогу.

— Ой-ой, какой ты ответственный стал, прямо гордость берёт, — ехидно заухмылялся Луиджи.

— Заткнись Лу… — закатил глаза Диармайд.

— Подожди, мне нужно отойти на минуту.

Диармайд побежал к ресторанчику, с вынесенными на набережную круглыми столиками, затерявшимися в тени высоких магнолий. Там сидела та самая блондинка-незнакомка, имя которой у Диармайда никак не получалось узнать. Она была в окружении парней, явно магов, почти все носили или знак Хабет или Айн, за столом шла оживлённая беседа.

— Эм… ты что-то хотел? — прервался на полуслове рыжий египтянин, заметив, как Диармайд подбежал к их столу Девушка приветливо улыбнулась, всё взгляды скрестились на чудаке с бледной кожей и змеиными глазами.

— Скажи мне своё имя, — обратился к блондинке Диармайд. Луиджи позади него громко засмеялся, хватаясь за живот. Преодолев приступ хохота он подошёл и попытался увести Диармайда, подталкивая того за плечи, но парень не сдвинулся с места.

— Вы извините его, иногда он чудит, — извиняющимся тоном сказал Лу, заметив сколько благородных сидело за этим столиком.

— Хи-хи, — прикрыв рот ладошкой засмеялась девушка, — с чего этот внезапный приступ любопытства?

— Просто… ты мне так помогла с контролем льда, а я даже имени не узнал.

— Парень, иди-ка ты отсюда, пока можешь уйти на своих двоих, — заговорил долговязый представитель Хабет.

— Николь, — не обращая внимания на своего соседа представилась девушка. — Николь Виванни.

Луиджи и Диармайд замерли, беспардонно таращась на камешек, из-за которого на Фальконе обрушилась лавина. Высокая и худая, она обладала притягательной фигурой, а её ласковое, спокойное, женственное лицо казалось холодным и сдержанным, и то веселье, которое она демонстрировала, казалось чуждым её внешности.

* * *

Испания, Арагон. Нико смотрел в бинокль лёжа на траве, отправляя в рот один бутерброд за другим.

— Может хватит уже жрать, у нас с таким темпом скоро еды совсем не останется, — проворчал Ричард, толкнув того локтем в бок.

— Помолчи, смотри, новый кортеж подъехал.

— А? Снова папская паства? — Ричард вытянул золочёную подзорную трубу и покрутил линзу увеличивая чёткость.

— Не, в этот раз делегация из Франции, может машины у них без крестов, но зато на одежде символику никуда не убрали, идиоты…

— Нам же легче.

— Чего легче!? — тихо, чётко пробурчал Нико. — Мы до сих пор не можем найти браслет.

— Ты уже полтора года за ним гоняешься, неужели он настолько ценен?

— В сотый раз говорю, всё зависит от того, кто его наденет. Для парня он бесценным будет.

— Лучше бы подарил ему щенка или кота, на кой чёрт нам грабить паладинов? Тебе жить надоело?

Нико громко вздохнул и отставил бинокль устало потирая глаза.

— Если бы ты нашёл мне браслет в другом месте, нас бы здесь не было.

— Ну извините! Паладины первым делом все опасные артефакты гребут себе. Хотя, если честно, не понимаю, чего такого опасного в этом браслете…

— Дело не в опасности, а в защите. Этот браслет когда-то носил маг, панически боявшийся любой опасности, браслет вместе с магией впитал его желание быть незаметным и теперь, любого кто его оденет, будет невозможно обнаружить или почувствовать, пока владелец не пожелает обратного. Диармайду необходим именно этот браслет по причинам, которые я не хочу говорить.

— Не доверяешь?

— Доверяю, но это касается того, к чему ты по доброй воле ни за что не притронулся бы. Ричард, поверь, чем меньше ты знаешь, тем лучше.

Нико сдвинул котелок и почесал макушку, взъерошив свои розовые волосы.

— Слушай, Рич, а ты уверен, что браслет сделан из изменённой платины?

— Так же уверен, как и в том, что он спрятан в сокровищнице клана Торквемада.

— А драконью ярость ты сварить сможешь?

Красная медная кожа британца немного побледнела, тот посмотрел на беззаботного Нико, как на умалишённого.

— Ты хотя бы представляешь, насколько эта субстанция взрывоопасна? Нико, ты вообще задумался о последствиях своих действий?

— Сможешь или нет? — Нико даже не стал слушать его нотации.

— Смогу… но мне нужны редкие ингредиенты, поэтому зелье будет готово не скоро.

— Не страшно, раз браслет спрятали здесь, значит его никуда в ближайшее время перевозить не собираются. Думаю, времени у тебя предостаточно, ползём обратно, я увидел всё что хотел.

— Если бы тут была такая внимательная охрана, они бы уже давно заметили твой идиотский котелок, давай пойдём ногами, не хочу я ползать по земле, возраст уже не тот.

— Двигай локтями Ричард, не ной и двигай локтями, в твоём возрасте физические нагрузки полезны…

Глава 26

В это же воскресенье, едва солнечные лучи коснулись горизонта, Мурад проснулся. Он был воодушевлён как никогда, ведь наконец-то парень избавится от всякого нежелательного внимания со стороны родственников и слуг, переехав в общежитие. Он бы и раньше съехал куда-то, но отец наотрез отказался даже слушать об этом, а когда перед его отъездом Мурад попросил разрешения переехать в общежитие, он неожиданно согласился. Поначалу парень даже не поверил в услышанное, предполагая, что отец откажет, как всегда.

Слетев с кровати к компьютеру Мурад, первым делом, проверил состояние рынка в игре. Переезд-переездом, а меч на аукционе он пытается продать уже почти полторы недели. С большим облегчением Мурад обнаружил на почте письмо от аукциониста, с прикреплёнными к нему деньгами от продажи. День с каждой секундой становился всё лучше и лучше. Успех наследник клана отпраздновал содовой.

Теперь нужно было идти к Диармайду, чтобы приказать ему проследить за упаковкой вещей. Мурад вздохнул, почему это он должен что-либо указывать ему, вон свита Назиры предугадывает её желание. А помимо самого Диармайда у него ведь есть еще бесполезные Луиджи и Мелисса, Мелисса… — на мгновение Мурад подвис с мечтательным выражением на лице. Девушка не редко навещала его в снах, и ни один из них не был приличным.

— Входи, — услышал Мурад, как только поднёс кулак к двери, чтобы постучать.

В комнате Диармайда почти не было личных вещей, а то, что расставили ещё до его заселения — припадало пылью. Единственным исключением была картина, расположенная так, чтобы привлекать внимание с любой точки комнаты. Безвкусная мазня — думал про себя наследник, но Диармайду он никогда об этом не скажет, на любой комментарий о ней он слишком резко реагирует.

Мурад разозлился, с чего это он вообще должен бояться собственного слугу? Этот пришлый простолюдин и так слишком много себе позволяет. Он так думал, но озвучить свои претензии, естественно, ему не хватило никакой смелости.

— Ты чего-то хотел, — Диармайд лежал на полу и тупо пялился на свою обожаемую картину, с его левой руки на пол стекали капли крови. Он перевёл свой пустой взгляд на парня и тот вздрогнул, после того как Диармайд перестал носить линзы Мураду было очень некомфортно рядом с ним. Ему казалось, что рядом со слугой постоянно ходят духи смерти и дышат в затылки всем, кто дерзнет посмотреть ему в глаза.

— Я хочу, чтобы ты проследил за слугами, пока они будут собирать вещи для переезда, убедись, что они ничего не забудут. Это приказ, — заметив как на Диармайда магическим образом действуют эти слова, Мурад принялся их употреблять при любой удобной возможности. — У меня сегодня дела, мы идём в рейд в Малакай, — заметив, как глаза Диармайда налились синим огнём — он поёжился и поспешил уйти.

«Слуга должен привыкать повиноваться!», стукнул кулаком по стене Мурад. «А то ишь как отреагировал на поручение господина, я раньше был с ним слишком мягок, ещё и позволял многое. Но ничего, скоро я покажу ему, где его место, вот только наберу несколько рангов… Нужно будет ещё отдать распоряжения Луиджи и Мелиссе перед отъездом!»

* * *

— Этот мелкий сопляк приказал мне установить какую-то хрень на компьютере и дать ему отчёт о прогрессе в игре!? — прорычал Луиджи, — «Раз вы и так ничего не делаете, будет от вас хоть какая-то польза, — закривлялся он. Ещё и на Мел пялился, клянусь, рано или поздно я пришибу это недоразумение!

Диармайд не смог сдержать улыбки, Лу редко так сильно выходил из себя, видеть его в такой праведной ярости было… забавно.

— Просто делай то, чего он от тебя требует, всё остальное я возьму на себя. Я, знаешь ли, тоже не в восторге. Словно с ребёнком няньчусь, так он ещё и начал отдавать мне приказы: «чтобы я не сидел без дела». Но это роль свиты, и мы будем её играть до конца, ты меня понял?

Луиджи притих и успокоился.

— Да понял я, понял, только выключи свои фонарики, ты даже не представляешь, насколько это неприятно…

— Вы уже нашли квартиру? — После почти трёх часов наблюдения за сборами, Диармайд пришёл к Лу, но и тут он столкнулся с мельтешением из-за переезда.

— Не квартиру, дом, уютный сад, недалеко от квартала знати, даже вид на Нил присутствует. Ди, что ты делаешь?

Луиджи перестал заматывать скотчем коробку с одеждой Мелиссы и обратил внимание на то, как Диармайд чесал зубы. Тот не зразу понял о чём Лу спрашивает, только ещё раз проведя ногтем по зубу сообразил, что он творит.

— Эм, не знаю…

— С тобой всё нормально? Нет, стоп, не так, у тебя что-то случилось?

— Да нет, всё как обычно, — Диармайд причин для беспокойства не видел, а Лу долго не отводил взгляда, словно пытаясь разглядеть изъян.

— Ладно… пойду что ли тоже соберусь, хотя у меня не много вещей.

Луиджи не сводил с парня взгляда, пока тот не закрыл за собой дверь.

В коридоре Диармайд встретил Назиру. Та была необычно трезвой для такого раннего времени суток.

— Не убегай, мы ведь будем так редко видиться, я слышала вы с Мурадом убегаете в общежитие? — сверкнула своей белой улыбкой девушка, появившись перед Диармайдом, преградив ему путь.

— С чего такое внимание к персоне Мурада? — не остался в долгу Диармайд, он видел, как дыхание девушки непроизвольно сбилось.

— Не люблю, когда мои игрушки убегают от меня, кто теперь составит мне компанию за завтраком? — девушка приблизилась, Диармайд почувствовал резкий, приторный запах цветочных духов, он был настолько мощным, что едва не заставил его прослезиться. Парень отступил назад, желая хоть как-то защититься от этой газовой атаки.

— Не знал, что ты завтракаешь… если я не ошибаюсь, обычно ты просыпаешься только к обеду, да и вообще скорее возвращаешь еду обратно по утрам, чем принимаешь её.

— Чего ты нос морщишь? Не нравится что-то? — нахмурилась девушка.

— Твои духи, я понимаю, что ты хочешь перебить какой-то запах, но в этот раз ты перестаралась…

Назира разозлилась, в сторону Диармайда подул порыв ветра, но парень даже не шелохнулся.

— Забываешь своё место слуга, или ты считаешь, что раз Мурад может вести со мной более вызывающе, то и ты себе можешь такое позволить? Я тебе обещаю, прилив смелости у него ненадолго. Посмотрим, что ты скажешь, когда он снова превратится в бесхребетного свина, которым он и является.

— Это ты забываешься Назира, — ухмыльнулся Диармайд, Девушка готова была поклясться, что вместо человеческого лица ей привиделась морда ядовитой змеи, — думаешь, если Мурад отдаст мне приказ, я буду колебаться? Думаешь ты, или вся твоя свита смогут хоть что-то сделать мне? Я вижу твой страх малышка, я вижу, как каждая клеточка твоего тела хочет убраться отсюда подальше.

Диармайд приблизился почти вплотную, Назира напряглась, сильно сдавив браслет-артефакт на своём запястье.

— Ты воняешь страхом, но нужно отдать должное, ты смогла его обуздать. Я дам тебе совет: оставь Мурада в покое, времена, когда ты могла третировать его, остались позади.

Диармайд ушёл, оставив замершую посреди коридора Назиру, девушка не решалась двинуться до тех пор, пока он не исчез с поля её зрения.

* * *

Мелисса вбежала в его комнату как ураган. Беловолосый вихрь изнывал от одышки и был красным от бега, чего не просто добиться с их-то телами.

— Успела! — выкрикнула она, рухнув на голый матрас без постельного белья. Диармайд уже почти сложил все вещи, он дожидался только отмашки господина.

— Вот, — Мелисса протянула маленький пузырёк, размером с ноготок, заполненный вязкой зелёной жидкостью.

— Поверь, ты не захочешь знать сколько оно стоило. Но это самое эффективное снотворное, которое я смогла раздобыть. А это, — Мелисса протянула флэшку, — информация которую ты просил меня найти.

Диармайд уставился на дивайс с выражением: что это такое и как я должен его использовать.

— Эм, я побегу сейчас к Лу, распечатаю, как-то вылетело из головы то, что техника у тебя дольше пары дней не живёт… — растерялась девушка.

— Лу уже сложил все ваши вещи, просто скинь мне всё на кольцо.

— Ди, ну плохо у меня получается с ним обращаться, я вообще не понимаю, как ты так быстро с ним освоился. Я когда пытаюсь письмо-образ отправить, у меня куча лишнего в придачу отправляется.

— Поверь, я заметил… Это была явно не та информация, которую я ожидал от тебя получить.

— Это всё Лу виноват, он сидел нашёптывал мне… всякое, когда я тренировалась сообщения отправлять. Не думай, что я извращенка! — покраснела Мелисса. — А ты слышал, что Мурад от нас потребовал? — перевела тему девушка.

— Слышал-слышал, делайте что он говорит. Поверь, я мучаюсь с ним куда сильнее. Вы просто какие-то базовые функции прислуги выполняете, это мне приходится защищать этого… господина от неприятностей, в которые он будто специально влипает.

— Тут все скандалы, или только самые громкие? — кивнул на флэшку Диармайд.

— Самые громкие, я сосредоточилась на тех, которые пытались быстро замять. Только у тебя не получится давить на эти данные, это же общеизвестная информация.

— Мне нужны сами факты свершения скандалов и имена их виновников, не беспокойся Мелисса, я не буду лезть с этим к могущественным кланам. Оно мне ничего не даст, да и воспользоваться этим я, к сожалению, смогу очень нескоро.

Мелисса замолчала, продолжая внимательно следить за тем, как Диармайд проверяет упакованные вещи. Она покачивала ногами и что-то напевала, игнорируя вопрошающие взгляды.

— Какая она? — спросила Мелисса, поняв, что вопроса: «чего ты хочешь?», от Диармайда не дождётся. — И даже не думай спрашивать кто, я знаю, ты меня понял.

— Какое тебе дело, девушка как девушка, — максимально нейтрально ответил Диармайд, но Мелисса слишком хорошо читала людей, Диармайд вообще в плане эмоций был для неё как открытая книга.

— Судя по тому, как Лу её расхваливал — она красавица. А если учесть твою реакцию, то легко можно понять — тебе она не безразлична, иначе ты не стал бы так усердно прятать от меня свой взгляд.

— Девушка как девушка Мел, нет в ней ничего особенного. Просто она очень мне помогла, вот и всё.

Мелисса засмеялась.

— Если ты и в правду так думаешь — тогда ты врёшь, и в первую очередь самому себе, потому что я прекрасно вижу всю правду. Поговори с ней Диармайд, мне очень понравилось видеть на твоём лице человеческие эмоции. Приятно осознавать, что ты всё же живое существо, а не кусок льда, которым ты так отчаянно пытаешься казаться.

* * *

— Это ваша комната, — немного нервничая сказала миловидная девушка из прислуги университета, — господин Техути приказал подготовить для вас комнату для прислуги рядом с ним… — словно извиняясь сказала она.

— Всё нормально, можешь быть свободна, — девушка так быстро поклонилась, что её волосы словно хлыст щёлкнули в воздухе, только без характерного звука, услышь его Диармайд на самом деле — ни капли не удивился бы.

Маленькая коморка, кровать, тумба шкаф и узкое окно-бойница с видом на чудный академический сад. Почти тоже самое, что он имел, живя в общежитии Фальконе, только вид из окна тут получше.

Диармайд лёг на кровать, закрыл глаза и направил ману в кольцо, сообщение от Мелиссы пришло. Путанное, часто с перерывами на какие-то посторонние мысли или Лу, снующему по полупустому дому.

Скандалы с куртуазными выходками и ссорами Диармайд отсеял сразу, они его не интересовали, сосредоточившись на тщательно скрываемых событиях с большими количествами жертв. Вполне рядовые случаи, пьяные ДТП, драки магов в клубах, которые заканчивались смертями обычных людей, ничего из того, что интересовало парня. Пока он не натолкнулся на записи о семействе Дюбуа, род Хабет французского происхождения, который очень внимательно и тщательно прятал свои нелицеприятные грешки. Но это было именно то, что Диармайд искал. Множество смертей, все с особой жестокостью, он не понимал, как Мелисса вообще смогла раздобыть подобное. Теперь пришёл момент определиться с действующими лицами, только… это будет не скоро, сначала нужно будет разобраться с Техути.

Диармайд посмотрел на настенные часы, уже, наверное, пора…

Спальня Мурада была совсем рядом, дверь открыта. Просторная с изысканным интерьером она очень отличалась от коморки Диармайда, но ему ли привыкать спать в стеснённых условиях?

Мурад валялся на полу. Мелисса не соврала: снотворное и вправду оказалось очень действенным. Он поднял «господина» и положил его на кровать. Мурад хрюкнул во сне и перевернулся на бок.

«Мда… я понимаю почему Назира сравнивает его со свиньёй… есть у них кое-что общее, особенно если посмотреть на некоторые его привычки.»

Диармайд вытянул руку Мурада и воткнул иглу ему в вену, по тоненькой трубке потекла кровь. Одной мензурки будет вполне достаточно. Мурад заворочался во сне, когда игла вошла в его вену, но не проснулся. Снотворное было слишком сильным. Когда мензурка заполнилась — Диармайд закупорил её пробкой и спрятал в карман.

Он подошёл и положил руки парню на шею. Всего небольшое усилие и его позвоночник треснет как сухая ветка, нужно только чуть-чуть надавить. С большим усилием Диармайд отошёл. Если бы не дым Арбета в его теле, он может быть и не сдержался бы.

* * *

Арбет читал отчёт в своем кабинете на вершине небоскрёба, принадлежащего его роду. Подробная выписка всех действий некоего Джафара Бакари. Тут было всё: встречи, друзья, круг общения и интересы, в сносках ниже перечислена даже любимая еда.

Арбет достал телефон и набрал сына.

— Привет, как учёба? — не сводя взгляда с фотографии на отчёте спросил глава клана.

— Так себе, — услышал он сонный голос Мурада, — ничего нового для себя я не узнал.

— Потерпи, — по-отечески улыбнулся Арбет, — первые два месяца — это всегда повторение общеизвестных данных, на случай если кто-то чего-то не знает. Это больше для простолюдинов чем для тебя, академия наотрез отказывается создавать группы исключительно для благородных.

— Угу, — вяло промычали с трубки.

— Мурад, у меня для тебя задание: я хочу, чтобы ты сблизился с одной девушкой. Прояви к ней внимание, постарайся, можешь тратить столько денег, сколько потребуется. Я сейчас отправлю тебе её данные по кольцу. Оно с тобой?

— Да, я никогда его не снимаю, как и артефакт, который ты мне подарил.

— Молодец, — повернулся к окну Арбет.

— Мурад.

— Да пап?

— Постарайся, это необходимо сделать, ты меня понял? — голосом, не терпящим возражений, сказал Арбет. Сейчас говорил глава клана, а не отец.

— Я понял пап, — поникшим голосом ответил Мурад.

Арбет взял с досье листок и расправил его встряхнув. На картинке была изображена Николь, а под ней данные: 29 лет, замужем, клан Виванни, старшая дочь.

— Игра началась, — пробормотал себе под нос Арбет.

Он поднял телефон и позвонил Ямине:

— Привет, дело сдвинулось, следи за тем, чтобы Мурад был невредимым. Если под горячую руку попадёт Назира — не лезь, понятно?

— Да господин, — сказал прокуренный женский голос.

* * *

Гуюм прослушала запись из кабинета Арбета, снова и снова, запоминая каждое слово.

— Похоже, что всё случится совсем скоро: как только он сделает шаг, начнём действовать и мы. Все приготовления готовы? — спросила у Халида Гуюм. Глава безопасности клана сидел в кресле и смотря в никуда гладил клинышек своей длинной козлиной бороды.

— Насколько это возможно. Гуюм, ты уверенна что хочешь действовать именно сейчас? Он пришёл в себя, я больше даже сигареты у него в руках не вижу.

— Мы зашли слишком далеко, чтобы отступать. Арбет должен умереть, он слишком ненадёжен как глава клана, его жажда мести может погубить нас всех!

— А ты хочешь сказать, у него нет причин желать её? — глаза угольки заалели, влага в комнате испарилась.

— Ты слишком глубоко увяз, чтобы отступать Халид. Как только Арбет убьёт мальчишку — мы начинаем. И помни: если вздумаешь предать меня — я найду способ отомстить. Ну, ты меня знаешь…

Халид набрал полные лёгкие и выдохнул раскалённый воздух, он ничего не ответил, впрочем, Гуюм и не нужен был ответ. Всё было уже давно решено.

Глава 27

— Кровь чиста, — доктор, которого посоветовала Мелисса отложил бумагу с анализом крови. — Единственное что я смог обнаружить — наличие паразитов. У пациента повышенное количество антител в организме.

— У него глисты? — с насмешкой спросил Диармайд.

— Аскариды, если быть точным, — уточнил молодой доктор и привычным движением поправил очки. — Больше ничего необычного я обнаружить не смог, разве что у него необычно мало энергии для организма, недавно перешедшего на новый ранг. Обычно их показатели значительно выше нормы…

— Спасибо за информацию доктор, — мужчина довольно улыбнулся и ещё раз поправил очки, хотя в этом не было никакой надобности.

Диармайд уже собирался уйти из лаборатории, оборудованной по последнему слову техники, но не дойдя до двери остановился.

— Док, — повернулся парень, — дайте пожалуйста лекарство, или порекомендуйте, где его можно купить и какое именно.

Доктор подошёл к холодильнику-стеллажу, заставленному множеством зелий в прозрачных пробирках и достал один маленький флакончик, с фиолетовой жидкостью; просвечивая прозрачное стекло, свет лампы отбрасывал причудливые красные блики.

— Прошу, — протянул флакон доктор, — не нужно денег, вы заплатили мне достаточно, чтобы покрыть такой пустяк.

Ещё бы, Диармайду пришлось заплатить пятьдесят тысяч драхм за анализы у лучшего доктора в городе. Сумма покрывала не только быстроту и точность анализов, но и полную анонимность, как заказчика, так и пациента. Естественно Диармайд ему не доверял, но Мелисса строго на строго запретила убивать врача…

— Ещё один вопрос док, — спросил парень, пряча флакон в карман брюк, — каковы будут симптомы если пациент выпьет зелье, но паразитов у него не окажется?

Врач нахмурил брови и прокашлялся:

— Я абсолютно уверен в своём диагнозе, ошибки быть не может — у пациента аскариды! — немного громче обычного заявил доктор.

— И всё же, — Диармайд не смог сдержать лукавой улыбки, горделивость мужчины забавляла его.

Прежде чем ответить, доктор прочистил горло:

— У-у пациента повысится температура, покраснеют белки глаз, побелеют основания ногтей. Но я уверен…

— Я вас понял док, — поднял руку Диармайд, миг, и он испарился из кабинета. Мгновенный шаг, так про себя парень называл свои быстрые перемещения, возможные только благодаря его нечеловеческому телу. Одно жаль — обувь быстро изнашивается. Приходилось заказывать специальную одежду, сделанную из частей изменённых зверей, но и те долго не выдерживали варварского обращения.

* * *

— Привет, — преодолев стеснительность заговорил Мурад, — меня зовут Мурад Техути, я хотел бы познакомится с тобой.

— А ты популярна! — выкрикнул брюнет с кудрявым пучком длинных волос и выбритыми висками. Его глаза невозможно было рассмотреть из-за солнцезащитных очков с круглыми стёклами, а стрелочки идеально ровных усиков делали похожим на какого-то человекоподобного жука.

— Мы уже знакомы, твой друг представлял нас на мосте знаний первого сентября… — Николь не могла не заметить смущения парня, не свойственного людям его социального положения. Он старался не смотреть никому в глаза и постоянно шевелил руками, спрятанными в карманах пиджака.

— А-а, точно… Я, я хотел бы с тобой поговорить! — громче чем нужно сказал Мурад.

— Говори, — безжалостно припечатала его Николь. Парень с тараканьими усиками засмеялся.

— Эм, может сходим, пообедаем, я хотел бы поговорить наедине… — в этот раз голос Мурада был слишком тихим, почти не слышным.

— Шёл бы ты отсюда Мурад, пока я тебя не заставил.

— Ты кто вообще такой!? — разозлился Мурад. — Откуда ты меня знаешь?

— Я? — широко улыбнулся он, — Я Джафар Бакари. Иди отсюда, пока в мире не стало ещё на одного Техути меньше.

Мурад стиснул губы, он отступил на шаг назад, ему было страшно. На его плечо легла чья-то рука с длинными пальцами, от неожиданности он подпрыгнул. Но как только обернулся, сразу же успокоился заметив Диармайда, с его жуткой, змеиной ухмылкой.

— Развлекаешься без меня Мурад?

— Д-диармайд! — выкрикнул Мурад, — я тут просто… я просто…

— Уведи своего хозяина, пока я тебе позволяю это сделать, — Джафар выступил вперёд, закрыв спиной Николь, та прожгла его недовольным взглядом.

— Только Мурад может отдавать мне приказы, у тебя такого права нет тараканья морда, — Николь прыснула, она постаралась приглушить смех кулаком, но Джафар всё равно всё услышал.

Мурад пошевелился, он хотел было пойти прочь, но Диармайд сильно сдавил ему плечо, не позволяя двинуться с места.

— Сейчас я тебе…

— Хватит! — выкрикнула Николь. — Ведёте себя как самцы краснозадого бабуина. Того и гляди начнёте сравнивать у кого жопа краснее…

Улыбка исчезла с её лица, предав ему естественной строгости и холодности. Николь смерила Диармайда и Джафара пронзительным, холодным взглядом.

— У меня нет времени возиться с вами. Мне пора на полигон, если я опоздаю из-за вас на занятие с учителем Миртом — больше не заговорю ни с кем из вас. А ты Джафар, больше не смей принимать решения за меня. Ты мне никто, не муж и не друг. Представь себе, я могу говорить сама за себя, мы не в Османской империи живём и у меня есть права!

Джафар нахохлился, угрожающе глянув на Диармайда, тот отзеркалил ему куда более кровожадную ухмылку. Знатный Хабет поёжился, но постарался притвориться, что это его ни капли не проняло. Щёлки змеиных зрачков никак не уходили из подкорки его сознания.

— Чего лыбишься? — обратилась к Диармайду Николь, — думаешь ты чем-то лучше Джафара?

— Да, — ни капли не колеблясь ответил тот, — при виде меня люди не вспоминают жуков…

— Шутка, сказанная дважды перестаёт быть смешной… — приморозила хмурым взглядом девушка.

— А-а-а, да что с вами парни, вы кольца у меня на пальце не видите? — помахала левой рукой девушка, Диармайд обратил внимание на немного сверкающий белым пульсирующим светом бледный металл, с розовыми бриллиантами.

— Бриллианты тебе не подходят. Как и поведение беззаботной весёлой девушки, которой ты пытаешься казаться.

— Поговорил со мной несколько раз, и уже считаешь, что знаешь меня лучше всех? — насупилась Николь, уперев руки в бока.

— Нет, просто я уже давно притворяюсь тем, кем на самом деле не являюсь.

— И кто же ты тогда такой? — фыркнув спросила девушка.

Диармайд улыбнулся, его глаза загорелись холодным синим огнём.

— Отмороженный на всю голову маньяк, который любит убивать, — оскалившись ответил он.

— Пошли Мурад, — подтолкнул застывшего «господина» Диармайд.

— Нет, мне нужно… Диармайд, хватит меня толкать, я приказываю!

— Заткнись и иди, проблемный господин…

Николь снова фыркнула, но обернувшись с её лица не сходила еле заметная улыбка, так естественно выглядящая на ней.

* * *

По возвращению в комнату Мурада, тот закатил скандал, требуя чтобы Диармайд не смел влезать в его дела. Маленькая месть подоспела почти мгновенно — Диармайд подсыпал зелье от паразитов в бутылку газировки. Мурад, даже не заметив, что бутылка уже была открыта, выхлебал её до дна за один присест. Пара минут, и он рухнул на клавиатуру, его лицо покрылось гнойными язвами, а дыхание стало прерывистым и частым.

К счастью проснувшись он пришёл в норму, гнойники быстро прошли после того, как Диармайд вылил на него зелье очищения, но высокая температура никуда не делась, он с трудом оставался в сознании, уснув почти мгновенно после пяти минут бодрствования. Все упомянутые доктором признаки присутствовали, как и некоторые другие симптомы: поры на шее кровоточили, губы побледнели, а сердечный ритм был просто очень странным. Неритмичное сердцебиение было прерывистым и слабым, не помогали никакие медикаменты, всё исправило только зелье маны.

«Человек бы такое не пережил… Что мы имеем? Симптомы указывают на то, что паразитов нет, а анализы говорят, что они есть. Прибавить к этому недостаток маны в организме, вон обычное зелье, даже не самого высокого качества, так быстро исправило ситуацию. Думай Диармайд, думай, о чём это всё говорит?»

Ответ, к сожалению, в голову не пришёл, поэтому ему оставалась только одна дорога, в университетскую библиотеку…

— Диармайд, — окликнул его учитель Арджун в просторной белой хламиде, — нам не хватало вас сегодня на занятиях.

— Учитель? — Чёрт, вот только встречи с ректором сейчас не хватало, учитывая какую он строгую мину скорчил — просто так точно не отпустит.

— Я жду ответа, — его неестественно длинные мочки ушей с тяжёлыми золотыми серьгами колыхались в такт шагов.

— Господин заболел, мне пришлось ухаживать за ним… — решил притвориться образцовым слугой Диармайд.

— Хо-хо-хо, — засмеялся странным смехом старик, заметив недовольство Диармайда, — у каждого своё бремя… Надеюсь вы вернётесь к занятиям поскорее, мне приятно видеть такую тягу к знаниям как у вас, — вопреки ожиданиям ректор довольно легко принял это оправдание, когда он проходим мимо Диармайда, тот заметил как на шее у него вздулась кожа, словно под ней зашевелилось что-то тонкое и длинное. Уже второй раз он видел такое, наверняка не показалось! Ну и мерзость…

Размах и размеры библиотеки были подстать академии: высокие стеллажи, в три этажа высотой, длинные ненадёжные на вид лестницы тянулись к потолку, многочисленные ярусы балконов делали это помещение похожим на внутренность какого-то муравейника. Людей тут тоже хватало, сонма студентов сновали по библиотеке, не издавая почти никакого шума.

— Что вы ищите? — обратилась к Диармайду библиотекарша: полная женщина преклонных лет, с неестественно зелёными волосами и уставшим обрюзгшим лицом.

— Книги о человеческих паразитах, которые высасывают магию, — ну а что? Симптомы подходят, может доктор поставил правильный диагноз, просто ошибся с видом.

— Следуйте за бумажной птицей, — женщина написала на листе бумаги слово: «паразиты», и сложила её в фигурку бумажной птицы, справилась очень быстро и получилось потрясающе умело. Оригами ожило и взмахнуло своими крылышками.

Остановилось это необычное создание на балконе второго яруса, откуда открывался вид на книжные шкафы, словно дома создающие улицы внутри этого громадного здания. Фигурка из оригами сгорела, в миг превратившись в горстку пепла.

* * *

Избыток данных ничуть не лучше, чем их нехватка. Диармайда уже мутило от некоторых картинок, и это несмотря на то, что он сам делал и видел! После одной книги он наотрез отказался от свинины, и решил, что больше к этому мясу без защитных перчаток не притронется ни при каких обстоятельствах.

— Привет! — К Диармайду за стол села обворожительная девушка, огненно-красные волосы, лёгкий загар, тонкие благородные черты лица, её европейское происхождение было очевидным, или это Диармайд так соскучился по Европе, что сразу обратил на них внимание.

Ха! Сказал бы ему кто, что он с теплотой будет вспоминать о том аду, которым называют Европу — он бы непременно сломал бы ему челюсть, и, может быть, несколько ребер. Но он и вправду с толикой тоски вспоминал времена, когда на его плечах не было такого груза. Тут скорее была не ностальгия, а желание освободиться от опостылевшей ответственности.

— Ау, ты меня слышишь? — заметив отсутствующий взгляд Диармайда девушка помахала перед его лицом рукой.

— Прости, ты что-то хотела? — Диармайд представить не мог, что этой девице могло понадобиться от него, её он видел точно впервые.

— Да вот, шла мимо, увидела красавчика, решила познакомиться, что в этом странного? — с потрясающе невинным выражением спросила она.

— Я занят, — огрызнулся Диармайд и вернулся к чтению, он только-только дошёл до момента, в котором могла таиться разгадка.

— Эй! Не смей так со мной разговаривать, ты не заметил значка Айн или что? — Диармайд бросил взгляд на приколотую к груди брошь с символом Айн.

— Меня зовут Присцилла Дюбуа, — протянула руку девушка.

— Отвали, — отрезал Диармайд, его глаза загорелись огнём, девушка подскочила со скамьи и встала в боевую стойку. Почти в тот же миг рядом появилась взбешённая библиотекарша, окружённая вязкой зелёной жидкостью исходящую испарениями.

— Что здесь происходит!? — выкрикнула она, — применение магии в библиотеке запрещено!

— Ничего, — всё ещё смотря на Диармайда глазами-блюдцами ответила Присцилла, — я просто захотела познакомиться, а этот ненормальный начал мне грубить, вот я и…

— Библиотека служит для обучения, а не для знакомств, — припечатала девушку тяжёлым взглядом библиотекарша, — идите по своим делам, а если их нет, то попрошу покинуть библиотеку!

— Я как-раз шла в эту секцию, — Присцилла упрямо вздёрнула подбородок.

— Паразиты и вирусы? — с насмешкой переспросила библиотекарша.

— Именно! — Присцылла подошла к стеллажам и принялась выбирать книгу, женщина несколько секунд понаблюдала за ней и исчезла.

«Ну и скорость, я едва заметил, как она двигается. А с виду кажется неповоротливой. Вот уж правда — внешность обманчива.»

Присцилла выбрала случайную книгу и села напротив, время от времени посматривая на Диармайда исподлобья, тот просто игнорировал её, ведь он наконец нашёл то, что искал: калидонский червь — паразит обитающих в изменённых свиньях и вепрях, основной ареал обитания — средиземноморский бассейн. На картинке был изображён шнурок телесного цвета с округлым ртом утыканным множеством зубов-игл. Мерзкое зрелище. Под излишне детализированной картинкой сноска: чрезвычайно опасен для магов, поглощает магическую энергию, прикрепляясь к стенкам аорты до тех пор, пока жертва не умирает от истощения. Пробуждает постоянных голод и тягу к сладкому. Прорывы на новые ранги становятся очень трудными, и без вливания дополнительной энергии из вне — почти невозможны. Вылечить их невозможно до тех пор, пока в организме есть мана, так как она является источником их невероятной живучести, лишённые её они умирают почти мгновенно.

Это было просто гениально! Диармайд поразился элегантности задумки, ни следов, ни улик, если бы это обнаружили — Назиру и словом упрекнуть было бы нельзя. Хотя нет, скорее всего это идея её бабки, в этой идиотки точно мозгов на такой план не хватило бы. Лечение очевидно, но раз об этом ещё никто не знает, то данная болезнь не обнаружена. Осталось только решить, что Диармайд будет делать с этой информацией. С одной стороны, он заработает несколько очков перед Арбетом, если поможет вылечить его сына, с другой — набирающий силу наследник совсем никак не вписывается в его планы, по крайней мере пока что. Лучше придержать информацию до лучших времён, а Мурада можно будет излечить, когда ему совсем худо станет, или когда момент подвернётся подходящий.

Присцилла наблюдала за тем, как Диармайд начал посмеиваться, захлопнул книгу и испарился.

— Ну и скорость, — сказала она, смотря на то место, где только что был парень.

* * *

— Мурад, ты как? — спросил Диармайд, войдя в его комнату.

— Почему ты не позвал врача? — спросил порозовевший Мурад, похоже зелья маны, которыми его пичкал Диармайд, улучшили его самочувствие. Мальчик и так хлебал их постоянно, но в последнее время их было прямо-таки о-о-очень много. Если бы не его состояние, такое количество энергии наверняка могло бы навредить организму.

— Тебе с каждым днём становилось всё лучше, да и я посчитал, что тебе нужно просто отдохнуть. Похоже переезд дался тебе труднее чем казалось. — и бровью не повёл Диармайд, игнорируя укоризненный взгляд господина.

— Не тебе решать, как меня лечить! Ты слуга, ты обязан повиноваться моим приказам, или я скажу отцу чтобы он просто прикончил тебя! Я знаю про его дым в твоём теле! — закричал парнишка, Диармайду было плевать, он раскрыл шторы и открыл окно впуская в помещение хоть немного воздуха.

— Это из-за девицы да? Ты так себя ведёшь из-за того, что я с ней заговорил? Знай своё место! Не лезь в дела хозяина, ты моя свита!

Упоминание Николь взбесило Диармайда, его глаза загорелись от гнева, и он не стал сдерживать себя. Мурад взвизгнул и до подбородка натянул одеяло, словно пытаясь отгородиться им от своего слуги.

— Ты забываешь Мурад, если бы не я, тебя бы уже давно шпыняли все, кому не лень. Быстро же ты забыл о том, что я для тебя сделал. Или ты уже не помнишь, какой была твоя жизнь до того, как у тебя появился я с ребятами? — Диармайд был зол, Мурад, пожалуй, впервые после той злосчастной ночи в клубе увидел его настолько взбешённым. Обычно он проглатывал всё, что бы он не сказал. Похоже сегодня он был совсем не в духе и всё внутри парня кричало о том, что нужно быть осторожнее со словами.

— Я-я просто хотел сказать, чтобы ты не лез в мои дела. Ты не понимаешь, я не по собственной воле действую… мне отец приказал! — начал оправдываться он.

— Отец приказал тебе наладить отношения с девчонкой? — удивился Диармайд.

— Да, он приказал сделать это именно с Николь, вон, даже досье на неё прислал, сейчас я тебе покажу. — Мурад вытянул руку из-под одеяла и расправил ладонь, из кольца показался экран-голограмма с изображением документа. Очень подробного документа, с описанием всех её привычек, занятий, любимых заведений.

— Оставь меня, я хочу побыть один! — вжавшись в кровать потребовал Мурад.

Диармайд не стал спорить, он шутливо поклонился Мураду перед уходом и тихо закрыл за собой дверь.

Мурад прислушался и начал действовать только тогда, когда услышал, как соседняя дверь, ведущая в комнату Диармайда, захлопнулась. Он потянулся к телефону и поспешил набрать отца.

— Пап, ты должен мне помочь! — поспешил сказать Мурад, как только увидел, что на его звонок ответили.

— Что случилось? — Арбет издал усталый вздох.

— Это всё Диармайд, он… ну, понимаешь, я подошёл к Николь, чтобы познакомиться. Там Джафар Бакари, он потребовал, чтобы я свалил, потом появился Диармайд и начал с ним спорить, а когда всё закончилось, он насильно увёл меня, не дав поговорить с девушкой.

— Мурад, спокойнее, расскажи мне всё по порядку, — уже менее устало сказал Арбет.

— Ну, Диармайд уже знаком с Николь, она сама подошла к нам на мосту знаний первого сентября… Они говорили, как уже давно знакомые люди. Я думаю она нравится Диармайду, по крайней мере это была первая девушка, к которой он проявил внимание.

— Более того, я заболел, почти три дня только и делал, что спал, а он даже не потрудился вызвать ко мне доктора! Представляешь! Пап, я его боюсь…

Из телефонного динамика послышался громкий заливистый смех.

— Пап? — растерянно сказал Мурад.

— Это потрясающе! Наконец-то нам улыбнулась удача. Не смей им мешать! — посерьёзнел Арбет. — Не лезь в их взаимоотношения, намекни, что ты отступаешь в сторону, хотя я думаю Диармайду плевать на тебя.

— Но пап, я боюсь его, помоги! Он даже доктора не позвал, когда я болел, — Мурад сказал это громче чем хотел, его сердце вздрогнуло, а парень с испугом посмотрел на дверь, но вопреки его страхам через нее не ворвался взбешённый Диармайд.

— Заткнись и будь мужчиной! — раздражённо отрезал Арбет, — Как ты сейчас себя чувствуешь?

— Н-нормально… я сегодня пришёл в норму, только небольшая температура и слабость…

— Тогда терпи, — прервал его отец, — кольцо не даст тебе погибнуть, с ним ты в безопасности, особенно в университете. А что касается Диармайда, слушай, я расскажу тебе какие у меня на него планы, обещаю, финал тебе понравится.

Глава 28

Для Диармайда наступили студенческие будни. Всё казалось тихим и спокойным, словно затишье перед бурей. То, что беспокоило его сильнее обычного — неизвестность. Как-то слишком легко Арбет отдал в его руки своего единственного сына. Слишком всё гладко шло! А однажды, вернувшись с лекции по взаимодействию магических элементов, которые вёл учитель Мирт, Мурад сказал:

— Эм, Диармайд, — тихо, явно нервничая заговорил он, — я тут хотел сказать — я не против.

— Не против чего? — Парнишка опустил взгляд, заметив пристальное внимание к себе.

— Того, чтобы ты встречался с Николь. Более того, ты мой слуга, я буду рад, если ты будешь счастлив!

Диармайд громко вздохнул — снова она… Чего всем так хочется приплести к разговору эту женщину? Вон, даже Лу, при каждом удобном случае, спрашивает про неё.

— Что и с кем я делаю — тебя не касается. Я давал тебе клятву защищать и повиноваться, а не докладывать о каждом совершённом мной действии! — услышав свои собственные слова Диармайд понимал абсурдность своего утверждения, но отступать не собирался. Он направил ману в глаза, Мурад тут же ойкнув подпрыгнул. В последнее время контроль глаз вышел на новый уровень, теперь он был способен регулировать даже силу страха: от полнейшего ужаса, до лёгкого напряжения. Сила его глаз развращала… Сейчас он без капли колебаний пускал их вход, забыв о всякой осторожности. Потом, после того, как это случалось, Диармайд клял себя и бесился, но снова и снова совершал одну и ту же ошибку. Эта сила, она словно имела собственную волю и вне зависимости от намерений парня просилась наружу.

— Я понял, — понуро ответил Мурад, — просто знай: ни я, ни мой отец не против того, чтобы вы вступили в отношения.

«Вот она, самая важная часть этого бессмысленного разговора! Оговорка Мурада раскрыла намерения Арбета. Тот зачем-то хочет, чтобы я завёл отношения с этой женщиной. Сначала он скомандовал сделать это Мураду, так как знал, что со мной будут проблемы. А когда у него не получилось — он наверняка расспросил Мурада о наших взаимоотношениях и изменил свой план. Это опасно, я ещё слишком слаб, чтобы соперничать с кем-то вроде главы клана Техути. Нужно держаться от неё как можно дальше…»

— Я тебя понял Мурад, — как можно дружелюбнее улыбнулся Диармайд, — Спасибо, я буду иметь это ввиду.

Парень почти мгновенно взбодрился. Чёрт, как же легко им манипулировать… я иногда даже забываю, что он довольно умён.

— Пока, я пойду почитаю… — не дожидаясь разрешения Диармайд удалился. С каждым днём он всё вольготнее чувствовал себя рядом с Мурадом. Нужно прекращать, иначе скоро он сделает ошибку, за которую придётся дорого заплатить.

Войдя в свою коморку Диармайд лёг на кровать, — " Ну почему именно она…»

* * *

Луиджи не сдерживаясь засмеялся, искренне и заливисто. Он подошёл к Мелиссе, моющей посуду, и положил голову ей на плечо обняв.

— Что такое? — потёрлась о его щёку она.

— Ди… как только я упомянул Николь — тот взбеленился и начал мне угрожать. Давно у меня не получалось так умело играть у него на нервах! — Луиджи вздохнул, зарывшись в белые волосы, пахнущие едва уловимым ароматом фиалок. — Он попросил, чтобы ты разузнала о ней. Его беспокоит внимание Арбета к этой девушке. Мальчик оговорился и упомянул отца в разговоре. Ди посчитал это очень подозрительным, потому у тебя новая задача — подробный отчёт обо всём что может заинтересовать Арбета в жизни Николь.

— Это и вправду подозрительно, я разузнаю — но обещать ничего не смогу, это слишком расплывчатая просьба, которую с моими нынешними ресурсами исполнить непросто.

Мелисса закончила мыть посуду. Послышался громкий плеск, она обернулась и увидела чёрную ткань, плавающую в кастрюле со сливочно-грибным супом.

— Лу! — мгновенно взбесилась Мелисса, — сколько раз мне просить тебя не разбрасывать вещи по всему дому! Какого хрена этот носок делал на люстре!?

— Мел, солнышко, помнишь, мы же вчера с тобой…

Мелисса прожгла его суровым взглядом.

— У тебя был целый день чтобы убраться! Не хочу слышать никаких оправданий, уберись, или будешь сегодня ночью спать на полу.

Луиджи обречённо вздохнул, принимая свою судьбу.

— Понял-понял, моя долбанутая госпожа.

— Что ты сказал? — зелёные глаза Мелиссы налились изумрудным светом.

— Я сказал, что уже берусь за уборку дома, всё что ты услышала — галлюцинации.

— Так я и подумала…

* * *

— После смерти тело изменённого, не важно человек это или животное — происходит выплеск магической энергии, которая рассеивается в окружающей среде. Из-за губительного для магов поветрия, умертвившего больше девяноста процентов их популяции — состоялся самый большой в истории выплеск маны, стимулировавший рождение огромного количества изменённых, которые, кстати, считались редкостью до этого события. Автором данной теории считается испанский алхимик начала девятнадцатого века: Хосе Эмиль Эспиноза.

Старый алхимик с бледно-зелёной кожей ходил взад-вперёд по учительской трибуне, его чёрная кудрявая борода была настолько длинной, что он без труда мог заткнуть её за пояс. В аудитории царил тихий рабочий шум, кто спал, кто шуршал ручкой, стараясь не отставать от рассказа учителя. Диармайд никогда ничего не записывал, с лёгкостью запоминая каждое сказанное слово. Он заворожённо слушал лекцию, судя по реакции аудитории — это было далеко не откровение и мало кого оно заинтересовало так сильно, как Диармайда. Он просто не мог поверить — наконец-то ему удалось раскрыть тайну, мучившую его с самого детства.

— Учитель! — Диармайд поднял руку, студенты словно очнулись от сна, скрестив взгляды на возмутителе спокойствия.

— Опустите руку, — вздохнул зелёнокожий араб, казалось, отвлёкшись от своего монотонного монолога, он удивился, обнаружив студентов в своей аудитории. — Ну что вы хотите спросить, я сейчас рассказываю общеизвестную информацию, её разве что ребёнок не знает…

— Откуда тогда взялась магия? Вы рассказали, как она распространяется, но что стало её источником? — Диармайд не обратил никакого внимания на раздражение преподавателя, когда дело доходило до знаний — он мог стерпеть очень многое.

— А это, на самом деле, очень хороший вопрос, — удивлённо сказал учитель Гекберк, очевидно — он не высокого мнения о Диармайде, как и о всех студентах не благородного происхождения, — но, к сожалению, я не смогу на него ответить. На самом деле никто в мире, наверное, не сможет на него ответить. Источник магии на нашей планете не известен. Большинство учёных склоняется к мнению, что им является упавший на землю метеорит.

Гекберк обвёл взглядом учеников — вопрос Диармайда пробудил их и на преподавателя обратили значительно больше внимания чем обычно.

— Но, это не единственная теория возникновения магии. Некоторые считают, что её источником являются покинутые города-признаки, те, в которых невероятно огромный магический фон. А некоторые вообще считают, что их построила другая раса.

— А как же упомянутые в старинных трудах маги, значительно превосходившие своих современников по силе? — спросил Диармайд. — Может это и были строители этих самых городов, и они же являются изначальным источником магии.

— Чушь! — гаркнул профессор, — в те времена маги были редкостью, это просто сведения очевидцев, впервые видевших мага непривычно высокого для себя ранга! Вот вы, вы превосходите по силе всех в этой аудитории, даже меня, но это не делает вас кем-то особенным. Если бы такие были — археологи непременно бы нашли останки, не принадлежащие человеку.

— Вполне возможно, что структура их тел отличалась от человеческой и они подлежали полному разложению, — озвучил свои мысли вслух Диармайд, — если такие вообще были, конечно.

— А вы оказывается конспиролог, — ухмыльнулся Гекберк, — небось и во всемирный правительственный заговор верите?

По аудитории прокатилась волна шепотков и тихого хихиканья, Диармайду было плевать… он находил общепринятую теорию вполне логичной, но и не отрицал возможности её ошибочности.

* * *

— Тихо, — шикнула Назира, — Присцилла идёт, мы её уже третий день караулим, надоело!

— Присцилла, — громко сказала Назира, приветливо улыбаясь, экс-француженка села рядом.

Солнечные лучи, проходя через купол из энергии воды, преломлялись и усиливались, потому в перерывах между лекциями студенты отдыхали в тени многочисленных мраморных колоннад, опоясывающих центральный корпус.

— Рада, что ты меня окликнула, — доброжелательно улыбнулась Присцилла, — уже давно хотела с тобой поговорить.

— О-о-о, и о чём же? — похлопала своими большими ресницами Назира. — Расскажи мне о маге, который шляется везде вместе с Мурадом. Я видела татуировку слуги Техути на его руке. Как-так получилось, что человек не из клана стал свитой наследника? Его силы достаточно, чтобы стать одним из генералов Фараона, со временем, конечно, думаю и по требованиям клана он вполне подходит.

— Это всё глава, он не хотел просто так принимать его, но зачем-то назначил телохранителем Мурада. Он вместе с ним ещё пару человек принял, кстати, все они эмигранты, — словно между-прочим сказала Назира, заметив, как та нахмурилась, почувствовала удовлетворение. Она ведь и сама пришлая, это должно было её уколоть и поспособствовать распространению слухов. Гуюм отдала ей несколько указов, которые должны ускорить планы Арбета.

— Я тут недавно пыталась с ним познакомиться, и он мне нагрубил… — словно между-прочим сказала Присцилла.

— Он мужлан и простолюдин, чего ты вообще от такого ожидала? — фыркнула Назира. — Но я думаю, что причина его холодности не в этом, — выдержав паузу сказала египтянка, — слышала, что он спит с Ледяной Королевой…

— С ней? — удивлённо выкрикнула Присцилла, — эта дурнушка, за которой бегает пол университета, выбрала только-что поступившего малолетку?

— Мне кажется твои слова противоречат сами себе. Как она может быть дурнушкой, раз за ней пол университета бегает? — француженка промолчала, только недовольно сморщила свой аккуратный носик.

— А ты с ним не пыталась…

— Нет! — выкрикнула Назира, — я не позволю этому уроду даже прикоснуться к себе!

— Не такой он уж и урод… — осторожно сказала Присцилла.

— А ты спокойнее отреагировала. Я думала ты будешь ревновать, ни для кого не секрет, что ты пыталась подкатить к Николь.

Присцилла ушла ничего не ответив, Назира довольно улыбалась ей в спину.

* * *

Диармайд стоял на балконе самого последнего этажа башни-общежития. Отсюда открывался вид на город и скалы из песчаника далеко на горизонте. Две полоски обильной зелени тянулись вдоль берегов реки, прошитые отводными каналами, позволявшими живительной влаге поглубже проникать в изголодавшуюся по ней почву. Сейчас начался второй сезон сбора урожая, который в Египте считался самым главным. Дозревали финики и гранаты, именно сейчас собирался второй, самый обильный, урожай злаков.

Диармайд чувствовал, как в его теле бурлила мана, и это беспокоило его. Слишком быстро шёл его рост… неоправданно быстро. Если раньше он списывал свой прогресс на теорию Нико: чем больше ты сражаешься, тем быстрее прогрессируешь, то теперь, находясь почти в постоянном покое, он обратил внимание на неизменившийся рост силы. Он узнал, что большинство дворянчиков пьют зелья для ускорения мутаций, а ему они вообще были не нужны. Неужели чужой кристалл даёт такой удивительный результат? Если это так — тайна, которую хранит Диармайд, куда ценнее чем казалось на первый взгляд.

Зазвонил телефон, на экране появилась картинка приветливо улыбающейся Мелиссы.

— Привет Ромео, как дела? — весело спросила она.

— Привет, — тихо поздоровался Диармайд, его размышления до сих пор не отпускали, вцепившись в мозг своими крючковатыми когтистыми пальцами, — узнала что-то? Мурад уже три раза намекал мне на то, что он не против моего интереса к Николь…

— Нет, но судя по тому, что ты говоришь — твоя осторожность никак не задевает их планы. Слуги не знают, что должно произойти, но ходят в особняке на цыпочках. В Уасет приехало несколько подчинённых преданных непосредственно Гуюм. Может их планы не касаются девчонки? Может Мурад просто так выражает своё беспокойство о тебе?

— Нет, — замахал головой Диармайд, — бред, зачем тогда такое подробное досье на неё? Зачем Арбет приказывал Мураду сблизиться с ней?

— Ну не знаю… в любом случае — будь осторожен.

— Понял, — Диармайд кликнул на завершение звонка.

* * *

— Что Техути, развлекаешься? — Джафар подошёл к лавочкам, на которых отдыхали первокурсники после вечерней лекции по вступительной артефакторике. Его взгляд плыл, походка была неровной, а чтобы почувствовать запах алкоголя, даже принюхиваться сильно не нужно было. Он, разумеется, шёл в сопровождении своей свиты, пара девчонок исключительной красоты, одетые в откровенные шелковые платья.

— Джафар… — выругался Мурад, он произнёс его имя с такой ненавистью, что даже матерных слов не понадобилось, чтобы выразить его отношение к этому индивиду.

Диармайд собрался, он был готов в любой момент прикрыть своего незадачливого «хозяина», только вот произошедшее поставило его в тупик.

— Ну и ничтожество же ты, — заговорил Мурад с несвойственным ему надменным видом. Диармайд даже не знал, что это невинное детское лицо способно на такое. Или виной всему призма презрения и снисходительности, через которую он всегда смотрел на Мурада?

— Что ты сейчас сказал? — не веря услышанному переспросил Джафар.

— Ты уже два года таскаешься за той высокомерной гречанкой, а мой слуга, будучи в академии чуть больше месяца, уже трахнул её, — после этой фразы многочисленные свидетели загудели. — Каково это, когда простолюдин поимел твою любовь?

Диармайд ослышался? Что за бред сейчас нёс Мурад? Какого хрена сейчас вообще происходит? Диармайд стоял как статуя, пытаясь собраться с мыслями, он чувствовал множество любопытных взглядов, облизывающих его.

— Мурад, что за бред ты несёшь? — выкрикнул Диармайд.

— Тебе незачем защищать репутацию этой шлюхи, — довольно улыбнулся Мурад, если бы не сильный тремор его рук, он бы на самом деле поверил в то, что это ничтожество его ни капли не боится.

— Не было ничего такого, хватит нести бред! — выкрикнул Диармайд.

— Мурад поднялся с мраморной лавки на львиных лапах и подошёл к Диармайду, сказав так, чтобы только он мог его услышать:

— Молчи и иди за мной, если причинишь мне вред — отец тут же убьёт тебя, не забыл про его ману в твоём теле? — натурально дрожащих голосом сказал Мурад.

— Эй, Техути, ты куда пошёл!? — крикнул Джафар. Мурад в ответ только помахал ему рукой ускоряя шаг. Девчонки из свиты Джафара придержали его, не позволяя догнать Мурада.

Диармайд шёл за Мурадом, и ему казалось, что все вокруг шепчутся или показывают в него пальцем. Он был так сильно погружен в учёбу, что не обращал внимания на повышенный интерес к себе в последние пару дней. Мурад труп, он его прикончит, плевать на последствия, только они дойдут до комнаты — конец. Растерянность сменилась гневом, глаза Дирмайда горели не слабее огней Александрийского Маяка.

— Вот ты где, подстилка сатиров, какого Аида в меня уже два дня тыкают пальцами и говорят, что я с тобой сплю, — Николь окликнула их в башне-общежитии, её яростный вид ничем не уступал изображениям фурий из греческих мифов.

— Не сейчас, — отрезал Диармайд.

— Нет, блядь, сейчас. Какого хуя половина академии считает, что я с тобой трахаюсь, а? Я сюда шла словно бургундская графиня по тропе позора! Отвечай нормально, не свети на меня своими фонариками, на мне они плохо работают.

— Не сейчас! — выкрикнул Диармайд, он припёр Николь к стенке и ударил кулаком рядом с её лицом, проделав выбоину в камне. — Я сейчас разберусь со слухами. — Диармайд поспешил за Мурадом, который только ускорился, заметив Николь.

— Сутки, — крикнула вдогонку Николь, — я даю тебе сутки на то, чтобы ты разобрался со слухами. И не смей больше ко мне подходить!

— А теперь ты мне всё объяснишь, — угрожающим тоном сказал Диармайд, как только вошёл в комнату. На окнах появилась изморозь, изо рта Мурада пошёл пар. Вопреки ожиданиям мальчишка не нервничал, он взял со стола склянку с прозрачной жидкостью и протянул Диармайду.

— Пей, — он расслабился, перестал дрожать, успокоился. Такой уверенности в Мураде как сегодня, Диармайд ещё не видел никогда.

Это был конец, переломная точка, после которой последние крохи самообладания исчезли, обнажив давно сдерживаемую злобу. Он рванул на парня используя мгновенный шаг, но повис в воздухе, опутанный щупальцами из чёрного непроницаемого тумана. Они были бесплотными, когда Диармайд пытался разорвать их — руки словно прошли сквозь густой прохладный бесплотный туман.

— Ну-ну, не стоит кусать руку, которая так милостиво предоставила тебе защиту, — из тени Мурада вышла женщина. На вид ей было за двадцать, одетая в обтягивающих костюм из мягкой чёрной ткани, плотно прилегавший к телу, бледное красивое лицо с ярко красной помадой, лукавая улыбка. Её чёрные, словно классический египетский парик волосы, были пострижены в идеальное каре, об кончики которого, казалось, можно уколоться. Диармайд видел эту женщину в поместье Техути несколько раз. Она… её силу ему так и не удалось прочесть.

— Пей! — ещё сильнее взбодрился Мурад, он поднёс ко рту скованного Диармайда склянку, но тот отвернулся. Он потянулся к воде, призывая её на помощь и замер, в шоке от того, что почувствовал. Вода не отзывалась на его команды. Она отказывалась повиноваться, словно парень вообще лишился всякого контроля.

— Ай! — выкрикнул Мурад, он начал кричать, кольцо на его пальце заалело, будто только вынутый из кузнечной печи металл.

— Терпи, не снимай кольцо! — скомандовала ему девица. — Дай сюда, — она отняла у Мурада склянку, и зафиксировала голову Диармайда щупальцами из чёрного тумана. Он воззвал ко всем своим силам, температура в комнате упала ещё ниже, несмотря на то, что вода до сих пор отказывалась подчиняться, от взгляда в его Глаза Мурад заскулил, но на девушку его действия не возымели никакого эффекта. Она шла спокойно, неспешно, словно палач, медленно затягивающий петлю у смертника на шее.

Диармайду принудительно открыли рот, удивительно, но эта хрупкая на вид женщина, превосходила его по силе. В глотку пролилась солоновато-горькая вязкая субстанция. Медленно стекая по пищеводу, она наполняла его тело маной. Каждый миг делал парня сильнее, вместе с тем туманя сознание. Красная пелена закрыла глаза, оставив только голую ярость и первобытные рефлексы. Больше он себя не осознавал.

Мурад подошёл к Диармайду глядя в его обезумевшие глаза, он сейчас мог переносить их влияние только благодаря недавно присланному отцом кольцу.

— Урод! Думал я не замечал, как ты на меня смотришь! Ты такой же, как и все они! — закричал Мурад, он отвесил Диармайду пощёчину, но как только его рука оказалась рядом с лицом парня, тот оскалил зубы и отхватил мизинец.

— А-а-а-а, — закричал наследник, хватаясь за свою окровавленную руку, вместе с пальцем Диармайд откусил и часть ладони. Выплюнув их рядом с визжащим Мурадом, последние проблески сознания окончательно покинули его, превратив в безумного берсерка.

— Вечно с тобой одни проблемы… — вздохнула Ямина, она спеленала понадёжнее Диармайда и потащила его за собой, в безопасном отдалении от себя. Мурад был вынужден следовать за ней, чтобы эффект от кольца не прекратился.

Обезумевший кричащий Диармайд привлекал внимание, но они и не думали скрываться, нарочно проходя через самые людные места обитания студентов.

— Куда это вы тащите моего студента? — появился рядом с Яминой Арджун.

— Этот слуга предал своего господина и напал на него, пытаясь убить. Клан Техути больше не нуждается в его услугах, и потому прекращает финансирование его обучения, — выдержала суровый взгляд Ямина.

Ректор внимательно осмотрел обезумевшего студента, исходящего пеной из рта.

— Поступайте как знаете, — уступил дорогу он, — академия не вправе вмешиваться во внутренние дела кланов.

Ямина пронесла Диармайда через мост знаний, выставив его как пойманный трофей и выбросила на улицу, прямо у входа в академию.

* * *

— Ваш отец приказал мне доставить вас в особняк, когда всё закончится, — сказала Ямина.

— Моя рука… — жалобно простонал Мурад.

— Вам её залечат в особняке, вы ведь знаете, у нас квалифицированные доктора.

— А Назира? Может ей тоже лучше вернуться в особняк?

— Не волнуйтесь, — широко улыбнулась Ямина, — ваша кузина ждёт вас уже там…

Глава 29

— Что, твои хозяева выбросили тебя как бездомную псину? — злорадно оскалился Джафар, нависая над бездумно смотрящим на небо Диармайдом. Ямина выбросила парня за пределами академии, словно мусор, и ушла.

— Отвечай, чего разлёгся! — Джафар попытался наступить на лицо парня, но тот схватил его за стопу, не позволяя это сделать.

— Пусти! — закричал Джафар. Диармайд только сильнее сжал руку, чувствуя, как захрустела кость. Раздался громкий крик. Девушки, из свиты Джафара, бросились к нему в миг оказавшись рядом, используя мгновенный шаг. Только Диармайда на земле уже не было. Они растерянно принялись озираться по сторонам в его поисках — ничего.

Всё вокруг заглушил шум воды, казалось, что где-то рядом прорвало не существующую плотину. Похолодало, у прохожих начал идти пар изо рта, а на окнах появилась изморозь. Спокойная гладь Нила забурлила, из его недр вырвались толстые продолговатые потоки из воды и льда, принявшие форму змей. Это была самая сильная техника Диармайда — подвижный лёд. Соединённые друг с другом льдинки при помощи воды могли двигаться, но имели куда больший разрушительный эффект, хотя и не были так быстры как обычная жидкая вода. Комбинируя эту способность и управление водой, Диармайд был способен наносить колоссальный ущерб. Его безумный, лишённый всякого рассудка взгляд, полный ярости, сфокусировался на Джафаре. От увиденного того проняла дрожь.

Джафар махнул рукой, из земли выросла стена, закрывшая его с девушками от опасности. В Диармайда полетели камни, выдранные из мостовой. Но тот только отмахнулся от летевшего в его лицо булыжника, хотя он и так не мог нанести никакого урона мигу.

Прохожие закричали. Те, кто был научен горьким опытом, постарались убежать как можно быстрее, но некоторые зеваки остались, отойдя на безопасное расстояние и принялись снимать происходящее на телефоны.

На каменную преграду налетела волна. Змеиные головы извернулись, попытавшись зайти с фронта, но и там быстро выросла преграда из почвы. Волна из водяных змей не остановилась, миновав каменную преграду Джафара, она двинулась дальше, обрушившись на неудачливых свидетелей и разрушив стены домов на набережной. Поднялись крики и гвалт.

Диармайд направил мощную струю на каменное убежище, наполнив её маной, он без труда снёс преграду, выковыряв оттуда Джафара. Первой телохранительнице парень ударом пробил грудную клетку повредив сердце, один из его самых излюбленных приёмов, а другая уже была мертва. Её тело покрывали вздувшиеся синие вены, иногда отдававшие чернотой.

— Остановись! Стой! Прекрати! — закричал Джафар, он тем временем достал из-за пояса кинжал и попытался всадить его Диармайду в шею, тот поймал лезвие зубами.

— Не подходи! — закричал Джафар. Эти глаза… он не мог видеть эти глаза, от одного их взгляда кровь превращалась в лёд без всякой магии. Диармайд был в плену безумия, с его рта выходила пена, а на лице была первозданная животная ярость.

Диармайд ударил Джафара по колену, вывернув ногу в другую сторону, он навис над ним и принялся бить его по лицу. Один удар за другим, пока голова не превратилась в мешанину из костей и мозга.

Это всё произошло очень быстро и обычные люди даже не успели сообразить, что случилось. Когда они пришли в себя после обрушившейся волны, всё уже случилось.

Диармайд пришёл в себя рывком. Он посмотрел на красные от крови руки, на чье-то тело, на котором он сидел. Вокруг была разруха и гвалт. В груди заболело. Его тело переполняла мана, чужая, неподконтрольная ему, она, казалось бы, принялась разрушать тело изнутри. Кристалл ощущался как орган, как часть его тела, такого ещё не случалось. Он почувствовал, как источник его магии треснул, словно нечто стеклянное, он покрывался сетью трещин причиняя хозяину нестерпимую боль. Диармайд закричал так, как никогда ещё до этого не кричал в своей жизни. Его крик луной прокатился над замершим Уасетом. Боль становилась сильнее. Собственное тело ощущалось как чужое. Бум! Всё стихло. С неба посыпался снег, а Нил промёрз до дна. Тела убитых Диармайдом магов, покрылись сетью сине-чёрных вен, кровь заледенела, став похожей на драгоценный минерал.

Этот прорыв не был похож ни на какой другой, Диармайд не мог толком понять, что было не так, подобных ощущений парень ещё не испытывал никогда в жизни. Это прорыв был неожиданным, не званным. Благодаря ему Диармайд смог почувствовать, как к нему приближалось множество магов. Оглядевшись, он заметил разрушения, причинённые водой. События минувшего времени волной накатились, проясняя случившееся. Скрыть это уже нельзя, поэтому нужно сбежать, а потом уже решить, что делать дальше. Миг, и возле трупов не осталось никого. Диармайд испарился, оставив после себя только порыв ветра.

За всем этим с крыши наблюдал ректор Арджун. Его заинтересовало как Диармайд отреагирует на провокацию Джафара. Впрочем, результат был очевиден: находясь не в своём уме мальчик набросился бы на любого, кто проявил бы к нему только признак агрессии. Это было всё было мастерски спланировано — очень хорошо разыгранная партия. Похоже Арбет не утратил мастерства за годы пьянства. Любопытно, каким будет эпилог этой истории. Арбет ведь не любит оставлять свидетелей в живых…

* * *

Арбет снова и снова смотрел на запись убийства Джафара. Пускай это и был не тот Бакари, который убил его первенца, содеянное принесло ему море удовлетворения. Он так давно жаждал мести за случившееся, и вот, это наконец произошло, пускай и не так, как он того хотел.

Повторить.

Глава клана смотрел, как обезумевший Диармайд сминает лицо мальчишки удар за ударом, превращая в труху даже камни под головой своей жертвы. Этот безумный взгляд… это стоило того, чтобы терпеть незнакомца в его клане. Устроенного представления достаточно, чтобы клан Техути не обвинили в произошедшем. Может кому-то из Айн этого бы не хватило, но их род один из древнейших в стране. Они Хабет, те, кому власть дарована лично Фараоном, ещё на заре восстановления их страны.

Повторить.

Арбет сидел в просторном кабинете. На стенах висели инкрустированные драгоценными металлами и камнями курильницы, из которых постоянно шёл густой дым. Портреты предков смотрели на него традиционными, для таких картин, строгими взглядами. В молодости Арбет ненавидел эту комнату, но унаследовав главенство от отца — переменил своё отношение. Разве что картину деда он приказал спрятать в подвал. Слишком сильно он его ненавидел… Его наука с розгами и постоянные нотации о том, что должен знать наследник, до сих пор не выходили из головы. А ведь с тех пор прошло уже больше сотни лет…

Единственным исключением, в череде портретов — была картина, висящая прямо напротив рабочего стола. Она была точной копией той, которая находилась в уасетском особняке: Арбет, его жена и погибший сын. Их утрата всё ещё была свежей раной в его сердце, невзирая на прошедшие года. Наверное, это недостаток долголетия… ты слишком долго помнишь такие вещи.

Арбет снова нажал на повтор.

В кабинет вошла Гуюм в сопровождении доброй половины глав младших родов, входящих в состав клана Техути. Именно они, под руководством Гуюм, взяли на себя заботу о клане, пока Арбет предавался скорби. Во всяком случае, так все считали…

— Наслаждаешься успехом? — заговорила Гуюм.

— Месть стоит того, чтобы её дождаться. Что привело почтенных советников ко мне в этот замечательный день? — Глаза Арбета загорелись приглушённым, блеклым светом, а курильницы выбросили густые клубы дыма, живым ковром, расстелившимся по полу.

Гуюм, как и некоторые другие советники, закашлялась.

— И вправду, это действительно прекрасный день… — наконец откашлявшись заговорила старуха. — Арбет, твои действия поставили под угрозу весь клан! Я рада сообщить — что по решению совета клана ты больше не являешься главой.

— Вот как? — оскалился улыбкой Арбет, — а как же преданность? Куда подевались наши родственные узы? Сестрёнка, я думал ты поддерживаешь меня, я думал, что могу доверять тебе! — Арбет закрыл руками лицо, смотря на посетителей через щели между пальцами.

— Вы это ожидали услышать? — Арбет расправил плечи и поднялся. — Ладно… хватит ломать комедию. Мне любопытно Гуюм, когда ты решила предать меня? Ты ведь поддерживала меня с самого детства.

Старушка исподлобья посмотрела на Арбета, его притворство уже давно сидело у неё в печёнках.

— Твои ошибки. Твоё поведение. Решения, которые ты принимал. Я не понимала насколько ты ужасен, пока не стала выполнять роль главы клана, в то время как ты отдавался трауру. Арбет, сдай пост, ты будешь старейшиной. Захочешь — сможешь участвовать в политике клана, не захочешь — сможешь проводить побольше времени с Мурадом. Ра свидетель, мальчику нужен отец. Ты убыл Джафара Бакари, Арбет! Ты подверг весь клан угрозе! И ради чего? Ради мести за случившееся семнадцать лет назад! — Гуюм играла на публику, видео этой встречи транслировалось в интернет. Она знала характер своего младшего брата и была уверенна — он никогда не согласится.

— И это всё, что ты придумала? Главное событие твоей жизни, и это всё? А как же речь о том, что я не достоин? Хотя нет… похоже её короткую версию ты сказала в самом начале. Как же жалобы на то, что ты изначально должна была стать главой? Что это ты старшая дочь, что отец должен был выбрать тебя? Где сетования на то, что ты никогда не должна была отдавать мне амброзию? Где все эти классические речи, которые так любят режиссёры в кино? Не удивляйся так, мы смотрели несколько фильмов вместе с Мурадом…

— Ну, — не дружелюбно улыбнулась Гуюм, — ты похоже решил сделать всё за меня. Арбет, ты складываешь свои полномочия добровольно?

Мгновенно дым окутал всех незваных посетителей, такой едкий, что одежда на не успевших вовремя себя защитить советниках, растворилась прямо на глазах. Кожа начала плавиться, покрываясь кислотными ожогами. После этой атаки из восьмерых человек в живых остались только Гуюм и Халид.

Они атаковали Арбета синхронно: Гуюм создала мощный порыв ветра, а Халид жаркое красное пламя. Слившись их атака превратилась в мощный поток огня, за считанные мгновения расплавивший стену. Гуюм не расслаблялась ни на мгновение, она достала лёгкий арбалет с поглощающим свет болтом из жёлтого металла, и выстрелила им в то место, где стоял Арбет.

— Зачем ты вообще взяла с собой старейшин? Хотела показать видео остальным, что вы пытались сделать всё мирно, да? — голос Арбета звучал из стены огня, его невозможно было разглядеть. — Напрасно ты понадеялась на собственные силы сестрёнка. Нужно было вести с собой сильнейших воинов, а не эти изнеженные тушки… Или ты думала, я не заметил отраву в утренней трапезе? Или то, как в клане начались брожения? Думаешь я не заметил твоих подковёрных игр?

Арбет использовал импульс маны, чтобы потушить огнь. По среди этажа зияла дыра, пол оплавился и провалился. Арбет левитировал в воздухе. Его одежда обгорела, но вместо ожогов с тела поднимались клубы густого, непроницаемого дыма.

— Знаешь, возможно раньше эта атака и сработала бы… Вы потратили на неё почти всю ману, но должен признать — это было достойно, — Арбет оглянулся, оценив нанесённый ущерб. Этот особняк стоял на окраине Александрии, в сердце ухоженного тропического леса. Задний двор был выжжен дотла на несколько километров, а от большого декоративного озера поднимались густые клубы пара.

— Воплощение стихии! — поражённо произнёс Халид.

— Воплощение стихи, аватар дыма, называй как хочешь — суть от этого не изменится. Что с тобой сестрёнка, ты думала я семнадцать лет только пил и горевал? Да… напади вы на меня на три года раньше, эта атака была бы успешной, — злорадно улыбнулся Арбет.

— Одиннадцатый ранг… — не веря собственным словам прошептала Гуюм.

Дым поглотил арбалетную стрелу, которую Арбет вертел в руке, а когда он рассеялся — её уже не было. Густой, непроницаемо-чёрный дым вошёл во все отверстия Халида, разъедая его изнутри, на глазах превращая тело могущественного мага в отполированный скелет. Арбет, из человеческого силуэта, состоящего из дыма, превратился в обычного себя: щуплого паренька четырнадцати лет, поразительно похожего на Мурада.

— Вот, почему отец назначил главой клана меня, а не тебя. Я просто сильнее, сестрёнка.

Гуюм начала смеяться, её злорадный старческий смех казался безумным.

— Ты не победишь… ты можешь убить меня, но не победишь. Мурад мёртв! — глядя на Арбета с отвращением сказала Гуюм.

— Откуда в тебе столько желчи? — вздохнул глава клана. — Это ведь ты настояла на том, чтобы амброзию съел я, ты учила и поддерживала меня, куда всё это подевалось?

— Никуда, просто растворилось во времени, — устало вздохнула Гуюм. — Твоё пренебрежение и надменность уничтожили всё…

— Но я ведь заботился о тебе…

— Может ты и убил меня, но ты проиграл… Мурад мёртв! — с ядом в голосе сказала Гуюм. — Ямина должна была убить его!

— О? И как же тебе удалось переманить её на свою сторону? — Арбету потребовалось очень много усилий, чтобы не выдать своё удивление или злость. Он не предоставит этой змее подобного наслаждения.

— Деньги и влияние, — закашлялась Гуюм, от давления маны в воздухе у нее начала идти кровь из глаз и ушей, сила аватара стихии ужасала её. Старуха держалась из последних сил, пока дым её брата, непонятно как проникший внутрь тела, терзал её изнутри. — А что, ты ожидал какого-то другого ответа? Ты верил в её преданность? Какой же ты наивный придурок, Арбет… Иногда достаточно просто денег, не нужно никакой идеологии или прочей ерунды.

— Ты отравила Мурада? Это из-за тебя он не может прогрессировать? Гуюм, светлые боги, ты же присматривала за мальчиком с самого его рождения! Ты ведь была подругой Ясмин!

Гуюм закашлялась кровью, она начала смеяться, смотря в глаза брата, последними крохами сил цепляясь за жизнь.

— Отравить его было приятно… — широко улыбнулась старуха, — это Назира должна была стать наследницей. Я так не хотела, чтобы она повторила мою судьбу…

* * *

Диармайд вышел из воды в нескольких километрах от Уасета. Он видел вечерние огни города вдалеке. Телефона при себе не было, кольца-артефакта тоже, потому связаться с Лу или Мелиссой не было никакой возможности.

Несколько минут назад Диармайд прорвался на седьмой ранг, и объёмы силы просто поражали, но радости он не испытывал никакой. Слишком много проблем случилось сегодня…

Что делать дальше? Как поступить? Мурад должен умереть! Эта тварь должна сдохнуть. Арбета нет в городе и возможности лучше может не представится. С его нынешними силами проникнуть в город не проблема, а потом можно и Лу с Мелиссой захватить, на обратном пути, конечно же. Если и рисковать, то только собственной жизнью, незачем подставлять ещё и их.

Мгновенный шаг с использованием новых объемов маны сделал Диармайда потрясающе быстрым. Правда сейчас требовалось не мало сил, чтобы поддерживать такую скорость перемещения, не говоря уже о том, что ни о какой манёвренности не могло быть и речи. Чтобы затормозить ему требовалось просто невероятно большое пространство. В бою, пожалуй, от такой скорости будет больше вреда чем пользы, разве что когда пытаешься удрать.

Диармайд в один прыжок перемахнул через городскую стену, приземлившись в дворике какого-то особняка. Следующие действия очень напоминали обучение у Орсино — прогулка в тенях, где главной целью было не дать себя заметить. Чтобы не дать себя обнаружить — пришлось спрятать область контроля, а значит использовать ману вне тела парень был не способен.

А вот и он — особняк Техути. Похоже пришло время припомнить все обиды, которые он держал на Мурада и его проклятую семейку. Пришло время мстить… Обидно только, что план, на который Диармайд возлагал такие надежды, провалился. Похоже придётся искать новые источники силы…

Глава 30

Пропускной пункт в особняке Техути. Али, маг четвёртого ранга, с особой внимательностью следил за выпуском местных новостей. В коем-то веке репортаж не вызвал желание тут же переключить канал.

Репортёрша в строгом костюме стояла на фоне разрушений, гигантские куски льда медленно таяли на заднем плане, по земле клубился холодный пар.

— Экстренный репортаж с места событий, где состоялось сражение между двумя студентами Уасетской Академии. Десять человек погибло, шестеро раненых. Пока что удалось установить только одну сторону-участника конфликта — это Джафар Бакари и его свита. Распознать представителя благородного рода из числа Хабет удалось только по видео записанного очевидцем, так как тело наследника было изувечено до неузнаваемости. Меджаи приведены в боевую готовность. Гвардия Фараона прикладывает все усилия, чтобы поймать виновника произошедшего. Эти эксклюзивные кадры поступили в распоряжение нашего канала от свидетеля этих ужасных событий. Следующие кадры содержат сцены насилия, просьба увести детей от экранов.

Али присвистнул, наблюдая за сражением. Он застыл, увидев лицо одного из сражавшихся магов крупным планом. Это же он, тот чокнутый маг, вошедший в свиту их ничтожного господина!

— Привет Али! Я бы меньше удивился, зайдя сюда и застав тебя за просмотром порно. Первый раз вижу, чтобы ты смотрел новости.

— Да иди-ты Юсуф… — махнул рукой Али, — смотри, этот псих попал в новости! Он прикончил младшего сына Бакари!

— Чего! — Юсуф уронил пакет с едой и вытаращился в телевизор. Они наблюдали за битвой в полнейшей тишине.

— Силён! — вырвалось у Юсуфа, когда тот смотрел, как Диармайд одним плавным ударом пробил грудную клетку девушки.

— Уже запустили репортаж? СМИ быстро работают…

— Госпожа Ямина! — Подскочил Юсуф, тут же выключив телевизор. — Господин Техути, — поклонились они Мураду.

— Сегодня будьте настороже. В городе бардак, вы сами видели репортаж. Диармайд предал наш клан, он напал на другой великий род без разрешения и попытался убить Мурада. Сегодня вводится полная изоляция поместья, без моего разрешения никого внутрь не пропускать.

— Есть! — тут же выпрямились парни, проводив взглядами Ямину и унылого Мурада.

— Дела… — почесал затылок Юсуф, — ты слышал, он попытался убить…

— Молчи! Это не наше дело. Мы простые привратники, а из-за этой ерунды пусть у господ голова болит. — Али перешёл на шепот, — ты ведь встречался с этим… существом, незачем этого монстра вспоминать… я как только подумаю о нём — вздрагиваю. У меня даже глава клана такой ужас не вызывал…

Али расслабился и уселся на диване.

— Юсуф, ты лучше расскажи, что там у вас за скандал с сестрёнкой случился? Из-за чего вы снова поссорились?

— Да так… ерунда: Мустафа из школы с синяками вернулся, Самида захотела, чтобы я пацану лекцию прочитал, типа драться плохо и всё в этом духе. Мы с ним поговорили, он объяснил мне ситуацию, а у меня язык не повернулся сказать, что он не должен защищать то, что ему дорого. Не мог я ругать сына за поступок, из-за которого ещё сильнее стал им гордиться.

Али засмеялся и похлопал шурина по плечу.

— Нормально всё, она женщина, ей трудно понять мужское сердце. Рад слышать, что мой племянник мужиком растёт! Я собирался к вам в эти выходные зайти, заценишь, какую классную игрушку Мустафе купил.

— Разбалуешь мне пацана! — притворно нахмурился Юсуф.

— Ерунда… дяди и нужны для того, чтобы баловать племянников, а иначе, какой от них толк?

В помещение вошёл Диармайд. Одежда на нём была не его размера, поведение отдавало скрытой угрозой. Но он всегда был странным парнем, увидь Али репортаж — даже не заметил бы ничего необычного…

— Привет ребята, — кивнул им Диармайд и прошёл как ни в чём не бывало. Али и Юсуф застыли, так и не притронувшись к исходившим паром лепёшкам с мясом.

Юсуф боялся пошевелится, он не решался произнести ни слова.

— Стоять! — выкрикнул Али.

— Дура-а-а-к, — застонал Юсуф, готовясь к бою. Али успел активировать тревогу на телефоне, беззвучная сигнализация предупредила основные силы безопасности поместья о вторжении.

Диармайд остановился почти у самих дверей и громко вздохнув обернулся.

— Не получилось, — раздражающе спокойным голосом сказал он.

Сила, вырвавшаяся из Диармайда, заставила привратников вздрогнуть. Стало холодно, слишком холодно, даже для магов четвёртого ранга. Этот монстр, он был слишком силён…

— Стой, не надо, не убивай нас! — закричал Юсуф, но было уже поздно. Али, стоявшего рядом с ним, окутали змеи из воды и льда, вырвавшиеся из кулера с водой. Они начали терзать его тело, а места укусов мгновенно замерзали.

Юсуф не мог соперничать с этой силой. А когда он поднял взгляд — застыл. Он не мог отвернуться, хотя отчаянно этого желал. Синие полоски зрачков поглощали всё живое из мира, оставляя ему только смерть. Холод, скользящий во взгляде этого мага, был в сотни раз холоднее чем укусы его змей.

— Не убивай, молю, у меня есть семья, — у Юсуфа наконец-то получилось выдавить из себя хоть что-то. Как же так? Он ведь маг четвертого ранга, он ведь был одним из самых лучших выпускников своего курса в каирском магическом училище. Его ведь даже взяли в клан Техути, один из самых влиятельных кланов в Египте. Почему, ну почему он не может сделать хоть что-то сейчас. Этот пацан, он ведь ещё вчерашний подросток, он ведь даже не благородный, откуда у него такая сила!?

Но это было бесполезно. Юсуф застыл от страха, он смотрел, как Диармайд не спеша направился к нему. Всё что он видел перед смертью — скучающее лицо мальчишки, жалевшего о времени, потраченного на ничтожных охранников. Один взмах рукой и голова Юсуфа отделилась от тела. Мозг ещё соображал, и он видел, как завращалась комната, пока голова падала на пол. А потом наступила темнота…

* * *

— Ямина, вызови доктора. Я буду у себя в комнате, — Мурад уже собирался уходить, когда женщина схватила его за запястье, не позволяя уйти.

— Иди за мной, — тоном, не терпящим возражений, сказала она.

— Ямина, я хочу отдохнуть! Отпусти, мне больно! Просто вызови доктора, и когда он меня подлатает, я сделаю всё о чём приказал отец.

— Заткнись и иди, — Ямина ещё сильнее сжала руку парня, не позволяя ему вырваться, приложи она больше усилий, его кость бы точно треснула. Мурад не понимал, что происходит. Почему доверенный отцу маг тени так сурово с ним обходится? Они ведь сделали всё, чего хотел отец…

Ямина привела Мурада в большую гостиную комнату, тут располагался камин, фортепиано; а места было достаточно, чтобы устроить настоящий бал. Тут уже была Назира со своей свитой.

— Привет свинка, как твой день?

Мурад разозлился.

— Закрой рот Назира! Ты не имеешь права оскорблять меня! Знай своё место!

Назира с улыбкой наблюдала за реакцией Мурада. Больше он не вызывал в ней такой злости, только снисходительную улыбку, ничего более. Ясира, рыжеволосая египтянка, начала откровенно ржать, не сдерживаясь. Сафар ухмыльнулся, предвкушая дальнейшие события. Только Фариде, казалось, не нравилось происходящее.

— Тяжелый день? — буднично спросила Назира.

— Ты даже не представляешь… — вздохнул Мурад и сел в кресло, напротив кузины, — отец, используя Диармайда, убил Джафара Бакари. Но это ещё ерунда, если бы не Ямина, это ничтожество убило бы и меня! Представляешь, он отказался повиноваться моим приказам, ещё и палец мене откусил! — Мурад помахал рукой с уже засохшей коркой крови в месте укуса.

— Я это уже знаю… — скучающим тоном сказала Назира, — я всё уже знаю. Думаешь у тебя бы получилось всё так просто, если бы я тебе не помогла? Это именно я распространила слухи о том, что Диармайд трахается с этой стервой.

— А… отец и тебя к этому подключил? — растерялся Мурад, — Я думал ты про этот план ничего не знаешь…

— Вообще-то он и мне приказал задействовать кое-какие источники, для распространения этих слухов, — встряла в разговор Ямина.

— И вообще, Ямина, зачем ты меня привела в гостиную? Мне нужен доктор, я устал и хочу отдохнуть!? Как ты вообще смеешь вести себя так с наследником клана? — вспомнил Мурад о том, что его привели сюда против воли.

— Ой-ой-ой, — наследник клана то, наследник клана сё… — передразнила его Назира. — Скажи, Мурад, неужели ты не заметил, что ни Диармайда, ни другой твоей свиты рядом нет, чтобы защитить тебя. Хотя, с чего бы им быть рядом с тобой? Ведь единственный, чьи приказы они исполняли был Диармайд. Ты был для них не больше чем шут… И где же сейчас твой доблестный защитник? Валяется в какой-то канаве с разрушенным кристаллом…

— Подумаешь, — Мурад понимал правдивость слов кузины, но слышать их было всё равно очень неприятно, — свиту легко заменить. Так, постой, а откуда ты знала о том, что зелье берсерка разрушит кристалл? Даже я узнал об этом от Ямины только сегодня, а она была всё время со мной.

— Очень просто, — развела руки в стороны Назира, — Ямина позвонила бабушке и всё ей рассказала, а она всё рассказала мне.

— Отец узнает о том, что ты посмела выдать конфиденциальные сведения, пускай это и была тётя Гуюм! — Мурад только сейчас стал замечать подозрительное поведение окружающих, он продолжил играть дурачка, тем временем направив ману в защитный артефакт, подаренный отцом. Его сердце начало бешено стучать, разве может такое случиться? Разве они могут предать отца?

— Зря ты это сделал, — покачала головой Ямина.

— Что случилось? — растерялась Назира.

— Он активировал артефакт…

— О, так ты всё же не такой идиот, каким кажешься, — притворно удивилась Назира.

Мурад попытался воспользоваться кольцом-артефактом, у него на пальце его не было.

— Надо же, ты только заметил, что кольца-артефакта нет? — улыбнулась Ямина, — я бы и другое у тебя украла, если бы не его защита. Теперь вот придётся мучиться и тебе и нам. А сидел бы тихо и сдох бы без мучений.

— Как вы можете предать клан! Как вы смеете! — закричал Мурад, он надеялся, что сюда хоть кто-то придёт, услышав его крик.

— А мы никого не предаём… — улыбнулась Назира. — Так будет лучше для клана, Арбет больше не годится на роль главы, моя бабушка для этого больше подходит. Ну а ты, ты вообще никогда не был наследником, только всеобщей насмешкой, ею же ты и сдохнешь… Я же займу место наследницы клана, которой мне и суждено было стать.

Поднялась тревога. Со двора послышались выстрелы, кто-то громко закричал.

— Ладно, похоже у нас ещё какие-то гости. Так что извини Мурад, я бы ещё поболтала, но придётся тебе сдохнуть прямо сейчас.

Назира махнула руками, в Мурада полетели потоки воздуха, наполненные маной Назиры. Она называла этот приём воздушными серпами. Столкнувшись со сферой жёлтого сета, которой был окружён Мурад, они не нанесли ему никакого урона, а вот кресло, на котором он сидел, разрезало пополам, как и стену, находящуюся за ним.

Назира ещё раз метнула в Мурада воздушные серпы, но столкнувшись с преградой, они вновь не нанесли парню никакого урона. Тогда она использовала вихрь лезвий, счесавший стену позади него в пыль, но так и не повредившись сферу из света.

— Ямина, что за фигня? — выкрикнула Назира.

— Дети… — маг тени громко вздохнула, закатив глаза.

— Это кольцо — реликвия клана Техути. Кольцо Атума — артефакт, обладающий невероятно огромной защитной силой. Оно создаёт вокруг владельца кокон из света, не позволяя нанести ему какой-либо вред. Кольцо невозможно украсть, его можно только передать добровольно.

— Как же тогда… — растерялась Назира.

— Кольцо не всесильно. Рано или поздно у него должен закончиться запас маны. Заряд у кольца может выдержать много атак, а вот маны Мурада хватит минут на пять максимум. Атакуйте, не нравятся мне звуки снаружи. Может на нас напал клан Бакари. Нужно поспешить!

* * *

Диармайд услышал крик Мурада, доносящийся из гостиной и поспешил туда. Дверь, расписанная позолотой, напоминала работы французских мебельщиков позапрошлого века, Диармайду было даже немного жаль портить такую красоту… Одним мощным ударом ноги он выбил преграду, слетевшая с петель дверь с грохотом рухнула на землю.

Такого он не ожидал увидеть. Ямина и Назира со свитой со всех сил атаковали сферу из света, в которой находился Мурад. Даже шипы из тени, созданные Яминой, не могли пробить защитный барьер.

— Как ты… — вырвалось у Ямины, когда обернувшись, она увидела Диармайда.

— Не ждала? — оскалился парень.

— Успокойся. Во-первых, я сильнее тебя, во-вторых, нам незачем сражаться. Я тогда исполняла волю Арбета, это он приказал напоить тебя зельем, чтобы ты в порыве безумия убил Джафара. Он уже давно придумал план, в котором ты должен был стать козлом отпущения, после того как сделал бы для него всю грязную работу. Именно ради этого он принял тебя в клан… Постой, — затихла Ямина, она прислушалась к своим ощущениям, — твой кристалл цел, как это возможно?

— О? Так кристалл должен был разрушиться? — зацепился за оговорку женщины Диармайд. — Наверняка вы хотели перегрузить мою нервную систему… Хм, если подумать, то такой большой прилив энергии и вправду должен был разрушить кристалл шестого ранга. На самом деле, я и сам не знаю, почему он уцелел, но не сказал бы, что я расстроен из-за этого, в отличии от тебя, например.

— Диармайд! — выкрикнула Назира, — ты ведь ненавидишь Мурада не меньше меня, я видела, как ты иногда смотрел на него. Помоги прикончить его и обещаю, мы с бабушкой с радостью примем тебя в основной состав клана!

— А, так это внутриклановый переворот? — улыбнулся Диармайд, — какое замечательное предложение… — оскалился он, — избавиться от предавшего меня ничтожества и заработать себе тёплое местечко в древнем клане…

Диармайд, использовав мгновенный шаг, оказался рядом с Сафаром. Одним ударом он раздробил его позвонки у основания шеи.

Больше эффекта неожиданности не было.

— Урод! Я убью тебя! — закричала рыжеволосая египтянка, Диармайд точно не помнил её имени… он не запоминал ненужную информацию.

Жаркий красный огонь прокатился по полу, сжигая дубовый паркет, Назира усилила его поток воздуха, делая атаку Ясиры ещё смертоноснее. Ничего не получилось, когда пламя немного рассеялось, Диармайда там уже не было. Он оказался рядом с Назирой, одним, точным ударом в голову, вырубив девушку.

— Сдохни, сдохни, сдохни! — закричала Ясира. Она начала посылать в Диармайда сгустки огня, поджигая всё вокруг. Парень бы с лёгкостью увернулся, если бы не щупальца из тени, возникшие под ногами. Пришлось ускориться ещё сильнее, чтобы избежать пут. Атаки Ямины, мага тени, очень опасны.

Они застыли друг напротив друга, готовясь к атаке.

— Пока у мага воды и мага огня равное количество маны — маг огня будет сильнее, если у его противника не будет доступа к большому количеству воды, конечно же. Беда в том… прости, я не помню, как тебя зовут, в общем, я сильнее тебя, рыжик.

Три мага… маг воды и огня — ерунда, с ними Диармайд справится без проблем, а вот Ямина — маг тени, и она всё ещё превосходит его по силе на целый ранг. Одна надежда — глаза. Они должны хотя-бы затормозить её, всего на секунду, этого будет достаточно.

Щупальца из тени выросли под Диармайдом, тот прыгнул поближе к противникам, нужно было как можно быстрее сократить расстояние. Только бы не переборщить со скоростью…

Чёрт! Маг воды создала у Диармайда под ногами лужу, та уменьшила трение и Диармайд заскользил по полу, въехав в стену. Щупальца тут же спеленали его.

Парень направил ману в глаза, заставив мага огня и воды застыть от ужаса. На Ямину, конечно-же, это не возымело никакого эффекта. Он позвал воду, та потянулась к Диармайду из ближайшей уборной, разорвав трубопровод. Теневые щупальца пытались проткнуть его, но у них получилось нанести ему только неглубокие раны.

— Чёрт! Из чего ты вообще сделан! — выкрикнула Ямина.

Струя воды создала вокруг Диармайда кокон и выплюнула его из себя. Повезло, это помогло избавиться от пут. Маги тени — очень проблемные противники. Может и не самые сильные, но способности у них очень специфические, как и у магов дыма.

Диармайд начал вести обстрел Ямины, используя водяные пули, та, скрывшись в тени, спряталась от него. Стена напротив Диармайда покрылась маленькими дырами от капель.

Ямина вылезла из тени, и начала атаковать Диармайда, тот отпрыгнул, как только заметил, что тень под ним начала странно двигаться. Ямина снова спряталась в тени. Тем временем от шока отошли девушки. Диармайд снова пустил ману в глаза парализовав их.

Хорошо! Ямина не может атаковать из укрытия! Если бы не это… у Диармайда были бы проблемы. Он, использовав мгновенный шаг, оказался рядом с парализованными от страха девушками и вырубил их ударом по голове. Теперь осталась только Ямина.

— Какой-то ты слишком сильный, — голос Ямины доносился отовсюду.

Диармайд, тем временем, накапливал воду вокруг себя. Жидкость, без его воли, начала принимать облик змей.

— Ты слишком опасен… Арбет принял тебя и использовал недооценив. Если бы ты просто сбежал, смог бы отомстить. Зачем ты вообще вернулся? Почему напал на нас?

Ямина появилась за спиной у Диармайда и попыталась атаковать его, но парень отреагировал мгновенно, постаравшись приблизиться к женщине. Ямина исчезла у тени, как только он приблизился к ней. Чёрт, она была слишком далеко…

— Ты поступил глупо! — Диармайд услышал её голос совсем рядом с собой и улыбнулся. Он не стал уворачиваться от этой атаки, щупальце из тени, в котором было больше всего маны, пробило его насквозь. Хорошо, атака не серьёзная, это повреждение можно без проблем залечить…

Димармайд обернулся и пустил всю имеющуюся у него ману в глаза — Ямина застыла, страх парализовал её всего на мгновение, но этого было достаточно. Большая остроконечная глыба льда выросла из водяного пузыря, парящего среди пылающей комнаты, пробив затылок Ямины. Та смотрела на Диармайда мёртвыми глазами. Хватка теней исчезла со смертью девушки. Её сердце ещё билось, а органы работали, но сосулька уничтожила большую часть мозга.

Диармайд выплюнул кровь, широко улыбнувшись наблюдавшему за всем этим Мураду.

— Ну что Мурад. Теперь остались только мы вдвоём…

* * *

Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг бесплатно в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Глава 31

— Мурад, убери защиту, я не собираюсь тебя убивать… — Диармайд постучал косточками пальцев по кокону из света.

— Т-ты думаешь я в это поверю? — дрожащим голосом сказал он.

— Стал бы я спасать тебя, если бы хотел убить? — искренне удивился Диармайд, разведя руки в стороны, только вот его кровожадная улыбка, противоречила словам. — Всё что мне нужно было для этого — развернуться и убежать. Думаю, к этому моменту, я бы уже был за пределами Уасета.

— Ты бы стал, если бы хотел убить меня своими руками, — ответил Мурад. Мальчик часто и прерывисто дышал, не сводя напуганного взгляда с лица своего бывшего подчинённого. Но был ли этот маг вообще его подчинённым? Или он просто использовал его, чтобы добиться своих целей.

— Резонно. Но, видишь ли, Мурад, я перебил кучу охранников, ещё и прикончил Джафара, так что скоро здесь будут Мержаи. А ты подумал, вдруг среди них будут люди, подкупленные Гуюм? — нёс откровенный бред Диармайд, надеясь, что Мурад проглотит это, оказавшись в такой стрессовой ситуации. — Мне нужно связаться с твоим отцом. Он должен знать, что ты выжил, а у меня нет при себе ни кольца, ни телефона. Твоя подружка всё у меня украла, — кивнул на труп Ямины Диармайд.

— Но у меня тоже ничего такого нет! — оживился Мурад. — Она и меня обворовала! — радостно закричал он, найдя причину не открывать купол.

— Чего ты радуешься придурок. Если мы не свяжемся с твоим отцом — у нас будут проблемы…

— Назира! У неё есть телефон! Разблокируешь его отпечатком пальца, — нашёл выход Мурад. Пока-что события разворачивались в благополучном для него направлении. Если Диармайд и вправду свяжется с его отцом — значит, скорее всего, он не станет его убивать.

Диармайд забрал телефон у лежавшей без сознания Назиры, одновременно направив воду на тушение пожара. Страшно было предположить, сколько бесценных образцов искусства сгорело во время этой драки… Диармайд ненавидел портить красивые вещи.

Парень сделал глубокий вдох, прежде чем нажать на номер, подписанный как: «дядя Арбет».

* * *

Арбет уже собирался добить Гуюм, когда зазвонил его телефон, чудом не пострадавший в недавнем сражении. Звонок был от Назиры. Секунды, пока он решался ответить, казались вечностью. Гуюм всё ещё цепляясь за свою жизнь, не сводя взгляда с брата.

— Слушаю, — не дрогнувшим голосом сказал глава клана. Он не поверил в услышанное. Арбет поддался интуиции, включив динамик на телефоне.

— А-а-а-а-ало, меня слышано? — Арбет не узнавал этот весёлый, жизнерадостный мужской голос. Он казался знакомым, но у Арбета никак не получалось вспомнить его владельца.

— Ты кто? Откуда у тебя телефон Назиры? — Арбет показал экран с изображением его племянницы Гуюм, её глаза округлились от удивления.

— Не узнаешь меня? — не теряя задора спросил мужчина, — как же так? Я ведь столько для тебя сделал… Неужели ты забыл голос человека, которого предал, накачал зельем и вышвырнул на улицу? Но судя по тому, что творилось в особняке, предательство — ваша семейная черта.

— Диармайд? — ошеломлённо прошептал Арбет, — но как?

— Угадал! — выкрикнул парень, — я и сам если честно пока не понял…

— Что с Мурадом!? — закричал Арбет, — он жив? Ответь, умоляю, не тяни, — глава клана позабыл обо всём на свете, о сестре, о мести, о том, что сотворил с Диармайдом. Сын, его выживший сын, последняя связь, соединяющая его с погибшей супругой, казались в этот момент ценнее целого мира. Вина за пренебрежение им тяжким грузом легла на него в этот момент, словно на слепца, прозревшего из-за какого-то потрясения. Совершённая месть, почему-то, не принесла столь желанного облегчения.

— Знаешь… — не спешил отвечать Диармайд, — я пришёл в твой дом, чтобы убить его. Стража тут же на меня набросилась, пришлось защищаться… а когда я добрался до большой гостиной, угадай, что я увидел? Хотя… зачем гадать, я расскажу: твоя племянница, вместе со своей свитой и поверенным магом тени, пытались пробить защиту Мурада и я не думаю что они желали ему добра. Когда я решил, что не хочу становиться на сторону Гуюм, мне пришлось убить тех, кто особо рьяно сопротивлялся, ты уж прости.

— Что с моим сыном!? — закричал Арбет, горящая балка, поддерживающая верхний этаж поместья, рухнула вместе с частью дома, но мужчина не дрогнул, затаив дыхание ожидал ответа на свой вопрос. Надежда в нём с каждым ударом сердца умирала, развеиваясь как дым.

— Пап, — Арбет услышал голос сына из телефона, — пап, со мной всё в порядке, Диармайд победил всех пытавшихся меня убить.

Огорошенный новостью Арбет едва устоял на ногах, чуть не выронив телефон из рук. Гуюм что-то забулькала, пуская кровавые пузыри.

— Назира, кстати, тоже жива, как и девчонки из её свиты. Без сознания, но живы.

Гуюм что-то прохрипела, в бессознательном жесте потянув руки к телефону.

— Мне её добить? — спокойно, равнодушно спросил Диармайд.

— Нет, если они не представляют угрозы для Мурада — оставь их в живых. А теперь скажи, чего ты хочешь? Ты ведь не из доброты душевной позвонил мне.

— Нет, таких бесполезных черт как жалось и прощение я за собой не замечал. Чего я хочу… — Диармайд замолчал, снова наступила напряжённая пауза.

Арбет был готов пообещать парню что угодно, лишь бы он не прикончил его сына. У кольца мощный защитный барьер, но, если этот монстр справился с Яминой и свитой Назиры — боги знают на что он вообще способен. Арбет клял свою беспечность. После этого случая, он больше никогда не будет недооценивать даже самую незначительную пешку, попавшую к нему в руки.

Из трубки донёсся глубокий вздох:

— Ты мне должен Арбет, и должен очень много, — интонация Диармайда изменилась, из неё исчезло притворное, а может быть и нет, веселье. Мужчина, которого он слышал говорил твёрдо, он был спокоен и сосредоточен. — Я убил того мальчишку, Джафара, как сделал это не помню, но девушек из его свиты узнал. Я спас твоего сына от смерти, и узнал, как Гуюм отравила его, и как его исцелить. Ты мне очень много должен Арбет. Пришла пора отдать долги. Я хочу, чтобы используя своё влияние — ты избавился от любых обвинений в мою сторону. Думаю, это будет честно. Никакого тюремного заключения, никаких гонений, или обвинений от других кланов, ничего.

— И, и это всё? — ошарашенно спросил патриарх Техути, после того, как очередные требования не последовали.

— Что? Всё? — Диармайд заливисто рассмеялся, — нет, это только самое первостепенное. Это даже не моя просьба, просто было бы справедливо, если бы меня не преследовали из-за того, что ты вынудил меня сделать. И ещё кое-что: развей свой дым из моего тела. Вздумаешь юлить, или как-то навредить мне — Мурад умрёт. Я не шучу и не угрожаю, это факт. Развей свою ману во мне и в Мелиссе с Луиджи, сейчас же. Раз ты мог убить меня на таком большом расстоянии, то и убрать «проклятие» сможешь.

— Сделаю.

Его козырь: дым с сильной концентрацией маны, способный убивать на больших расстояниях. Но рисковать сейчас не стоило, к тому же, Диармайд сказал, что знает, как вылечить Мурада.

Он сосредоточился, потянулся мысленно к отметкам, которые были привязаны к Диармайду и его цепным псам. Он направил желание своей мане: выйти, не навредив носителю. Он чувствовал, как дым, являвшийся частью его тела — рассеивается в воздухе. Его страховка исчезала, но рисковать Арбет не хотел. Только не сейчас, когда его сыну, каким-то чудом удалось уцелеть в этот нелепый вечер. Если будет нужно — он задействует все уцелевшие силы клана, чтобы отомстить. На Диармайда их точно хватит, наверное… Арбет услышал кашель Диармайда из динамика.

— Хорошо, помни, Лу и Мелисса тоже должны быть свободны. И ещё: если я увижу, что кто-то пытается штурмовать особняк — Мурад умрёт. Я буду ждать тебя здесь, потрудись сделать так, чтобы о моём помиловании объявили во всех новостях. Ответственность за случившееся ты можешь переложить, ну я не знаю, например, на Гуюм.

— Сделаю. Если Мурад будет цел — я всё сделаю.

— Остальные требования я выскажу при личной встрече. Обещаю, ничего невыполнимого или жертвенного я не попрошу.

— Скажи, почему ты не встал на сторону Гуюм? Ты ведь не знал, жив ли я в тот момент, когда начал спасать Мурада. Почему ты выбрал мою сторону?

Диармайд устало вздохнул.

— Забыл? Во мне ведь был твой дым. Такая концентрированная мана не развеивается, пока жив маг использовавший её. Поэтому я знал — ты точно жив. А что касается сторон, тут всё просто — я сделал то, ради чего ты хотел мной воспользоваться, ну и о других аргументах, которые я перечислил, забывать не стоит. Лучше знакомый враг, чем ненадёжный союзник.

Арбет впервые за разговор позволил себе улыбнуться, более того, он засмеялся так сильно, что на глазах проступили слёзы.

— Я всё сделаю, только сохрани жизнь сыну.

— Это уже от тебя зависит, — Диармайд прервал звонок.

«А этот мальчик, он и вправду интересный…», — подумал Арбет и испытал чувство дежавю, вспомнив их первую встречу. Он спрятал телефон в карман и закрыл глаза ладонями, повернувшись лицом к звёздному небу, виднеющемуся через разрушенный фасад поместья. Затем в его руке материализовался флакон с чёрно-красной жидкостью, он влил несколько капель в рот Гуюм.

— Зачем? — слабым голосом спросила старуха.

— Я хочу, чтобы ты видела — что я сделаю с Назирой. Я хочу, чтобы она видела — что я сделаю с тобой. Вы не заслуживаете жалости, вы больше не члены клана Техути.

— Чёрт, — Арбет посмотрел в свое отражение на уцелевшем куске зеркала, его лицо не было похоже на тело подростка, в чьём теле он прожил уже сто тридцать восемь лет, это была маска, натянутая на измученное лицо старика. — Нужно идти, мне предстоит решить очень много проблем…

* * *

Диармайд вернулся к Мураду. Когда Мурад подтвердил отцу, что жив, он отошёл, чтобы парень не мог слышать их разговор. Уже почти не господин, был до сих пор защищён куполом. Диармайд презрительно фыркнул, наслаждаясь отчаянным выражением неведенья на лице паренька. Он с молниеносной скоростью набрал номер Луиджи. Нужно было убедиться в том, что из них тоже убрали этот чёртов дым.

— Слушаю? — Диармайд услышал встревоженный, растерянный голос Лу, от которого ему сразу полегчало.

— Вы с Мелиссой в порядке?

— Ди? Ты где? Ты как? Почему ты ничего нам не сообщил!? — начал распаляться Луиджи.

Послышался шум и какая-то возня.

— Ало? — встревоженно спросила Мелисса, — Диармайд, ты как?

— Из вас вышел дым Арбета?

— Да, весь. Диармайд, объясни, что случилось!? В клане Техути произошёл переворот, я уже почти два часа пытаюсь с тобой связаться.

— Мел, бегите с Лу из города, сейчас же. Бросайте всё и бегите. Я вроде уладил приключившуюся со мной ситуацию, но не могу быть в этом уверен, потому хочу, чтобы вы сбежали и находились в пределах действия телефонной вышки. Если всё уладится — я позвоню в течении дня, если от меня ничего не будет слышно — считайте, что я мёртв. Не пытайтесь меня искать, иначе погибнуть можем мы все. Передай Лу трубку.

— Ди, какого хера? — заорал Луиджи. — Я всё слышал!

— Лу, это тот самый момент, когда я говорю, что делать, а ты делаешь. Пришло время положиться на чёртов случай. Если выживу — всё расскажу, но сейчас у меня нету времени. Знай: Арбет подставил меня, он накачал меня наркотиками и под их воздействием я убил одного из Хабет. За мной уже, скорее всего, ведётся охота. Я… я хочу сказать тебе, что был рад нашему знакомству. Лучше друга чем ты, уверен, у меня бы не получилось найти. Надеюсь у вас всё сложится. И на последок, если встретишь Нико скажи: я горд тем, что был его учеником. Если что, советую бежать в Османскую Империю, — Диармайд завершил звонок. Он подумал: почему не позвонил Лу и Мелиссе раньше? Он ведь без труда мог бы украсть телефон на улице. Похоже не важно насколько сильно он привяжется к человеку — личные цели для Диармайда всегда будут на первом месте. Ну хоть сейчас он сделал правильный выбор. Он ведь наверняка правильный, да? Случись что, по крайней мере у Лу и Мел будет шанс спастись.

— Ну что, Мурад. Теперь остались только мы вдвоём, — Диармайд подошёл к сфере света, окутавшей наследника. Он заметил, что её свет побледнел и был уже не таким ярким — похоже мана в артефакте заканчивалась, а Мурад этого ещё не понял.

Диармайд направил часть энергии, пучиной бурлящей по его телу после прорыва в руку. Один очень быстрый, сильный удар разломал сферу, превратившуюся во вспышку яркого света, наследник отлетел в стену.

— Ч-ч-что, что ты делаешь? — заикаясь дрожащим от страха голосом спросил Мурад.

Диармайд навис над ним, он попытался снять кольцо, но оно словно прилипло к коже, ни в какую не желая слезать с пальца. Тогда он приложил ещё больше усилий, кости опасно захрустели, Диармайд оторвал кольцо вместе с пальцем. Мурад закричал во весь голос. Тогда Диармайд попытался снять кольцо с оторванного пальца — ничего не получилось. Чёрт…

— Ты ещё жив, — помахал оторванным пальцем перед побледневшим Мурадом Диармайд. — Жив и будешь жить дальше, если отец исполнит своё обещание. Я не собираюсь тебя сейчас убивать, так что прекрати вопить. Фу, Мурад, это омерзительно, — с отвращением скривился Диармайд, — ты же знать. Для этого существует уборная.

— Я сейчас вернусь, — покраснев до кончиков ушей прошептал Мурад, но Диармайд схватил его за руку, снова бросив на пол.

— Не отходи от меня ни на шаг. Мы ждём твоего отца.

— Сидеть! — гаркнул Диармайд, — Хороший пёсик, — ехидно улыбаясь сказал он, увидев, что бывший господин тут же покорно исполнил его команду. Эх… как жаль, что сейчас было пока не время, он бы с радостью прикончил это недоразумение. Но ничего, в конце концов и до Мурада дойдёт очередь.

Диармайд увидел через лопнувшее из-за высокой температуры окно, как к границе поместья стягивались меджаи.

Ну вот, похоже скоро конец…

Диармайд открыл новостную ленту на телефоне и стал просматривать горячие новости, поглядывая время от времени на гвардию фараона, окружавшую поместье. Новостная лента обновилась, название ролике гласило: сенсация — Арбет Техути сделал заявление о попытке переворота в клане Техути.

Диармайд подрагивающий пальцем нажал на паузу, запустив видео.

— Я со всем прискорбием хочу заявить, — говорил Арбет на фоне какого-то панорамного окна с видом на тропический лес, — что сегодня в клане Техути случилась попытка переворота… — телефон заискрился и потух. Диармайд ошеломлённо смотрел на чёрный экран дымящегося телефона.

— Серьёзно!? — закричал он. — Сейчас? Именно сейчас!?

В этот момент во дворе начались шевеления, маги начали проникать на территорию поместья. Диармайд готов был в любой момент прикончить Мурада, как вдруг все маги в саду, заваленному трупами солдат Техути — застыли. Пара очень томительных секунд и они покинули территорию поместья с той же скоростью, с которой проникли в него. Диармайд отошёл на несколько шагов от смердящего Мурада. Похоже пацана хранит судьба, ещё бы миг и ничего исправить было бы нельзя.

Меджаи никуда не делись, плотно окружив всю территорию особняка. Эх… а Диармайду так хотелось узнать, какую именно речь хотел сказать на том видео Арбет. Но было нельзя, меджаи могли в любой момент продолжить штурм. Приходилось следить и за ними, и за забившимся в угол комнаты Мурадом. Похоже из-за Диармайда мальчик заработал психологическую травму…

* * *

— С прискорбием вынужден сообщить: что сегодня в клане Техути произошла попытка переворота. Моя сестра, Гуюм Техути, попыталась захватить управление кланом силовым путём, но потерпела поражение. С предателями клан Техути разберётся сам, как того требует кодекс чести благородных кланов Египта. К сожалению, в своём плане Гуюм использовала человека из свиты моего сына, Мурада. Опоив его она, при помощи манипуляций, вынудила Джафара Бакари напасть на Диармайда О’дуйвне. Находясь в плену инстинктов, лишённый рассудка, Диармайд убил Джафара и его свиту защищаясь. Тем не менее, придя в себя, Диармайд тут же отправился в поместье Техути, где приспешники Гуюм попытались убить моего сына, и спас его. Клан Техути берёт всю ответственность за случившееся на себя и возместит ущерб, нанесённый во время этой вероломной атаки.

— Ты даже не представляешь, как дорого мне обошлась твоя свобода, — пока Диармайд смотрел ролик из интернета, Арбет не сводил с него взгляда. — За один день мой политический капитал почти полностью сгорел.

— Это ты использовал меня, чтобы пришибить того парня. Незачем перекидывать ответственность на меня. Думаю, твой политический капитал куда больше пострадал из-за переворота, чем из-за меня.

— Я дал тебе свободу. Даже сам Фараон Эхнатон публично заявил, что к тебе не может быть претензий. Анализ крови подтвердит, что ты был не в своём уме убив Джафара, и в соответствии с законом не можешь быть осуждён за это. Так… о чём ты хотел меня попросить, — осторожно спросил Арбет, — как я понимаю, ты не скажешь, что Гуюм сделала с моим сыном до тех пор, пока я не исполню твою просьбу.

— Думаю у главы клана Бакари всё же останутся ко мне претензии, — широко ухмыльнулся Диармайд.

— Мальчик, куда подевалась твоя вежливость, — угрожающе засиял глазами Арбет.

Диармайд зажмурился, глубоко вздохнув.

— Я… я устал. Я просто устал… Мне всё жутко надоело. Знаешь, почему-то мне очень не везёт с начальством. Вечно они хотят что-то от меня получить, или как-то использовать. Как же я от этого устал…

Диармайд и Арбет находились в гостевом домике поместья. Он прилетел в Уасет на сутехе, летающей машине, через два часа после заявления.

В кабинет ворвался Лу и Мелисса, они собирались что-то прокричать, но застыли, с выпученными глазами смотря на Диармайда.

Луиджи не мог поверить, что это был его друг. От Диармайда веяло такой силой, что он даже не мог осознать её. Горящие зелёным глаза Мелиссы казались напуганными. Ей было физически трудно находиться в этой комнате.

— Простите, — виновато сказал Диармайд, — мне ещё сложно управлять маной после прорыва. Вы уж потерпите.

— Они здесь. Говори, чего ты от меня хочешь, — надавил Арбет.

— О, точно, совсем забыл об этом… — невинно, насколько мог, сказал Диармайд, — я хочу покинуть клан Техути и основать новый клан, и он должен принадлежать к высшему сословию знати — Хабет.

— Что? — Арбет услышав это остолбенел, а потом начал смеяться, искреннее и заливисто, как от какого-то невероятно смешного анекдота. — Ты хоть представляешь, о чём ты просишь? Ты хоть представляешь, что нужно сделать, чтобы основать такой клан?

— Нет, я знаю, что за последнюю сотню лет ни один клан Айн не смог возвыситься и сменить заветный значок руки на значок уха. Нелепые, кстати, по моему мнению, символы.

— Чтобы основать клан Хабет, высшей знати, нужно совершить легендарный поступок. Это прописано в кодексе чести, которым руководствуются кланы Египта. Это не законы, а… моральные установки, или что-то вроде того, не удивительно, что ты об этом не знал. Короче, мой предок, в одиночку сдерживал двухтысячную армию османов, пока не прибыл фараон со своими войсками на помощь. Основатель клана Бакари, например, одолел погонщика Сета, громадного носорога с элементом смерти, оставлявшего после себя безжизненную пустошь. Нужно совершить нечто такое, что увековечит твоё деяние на страницах истории.

Почти час Диармайд и Арбет спорили. Диармайд пытался найти лазейку, а Арбет отметал все предложенные варианты.

— Значит ни благотворительность, ни научные достижения не помогут? Судя, по твоим словам — поступок должен быть сугубо силовой, и как можно более громкий…

— Я до этого момента как-то не задумывался над этим, но да, основатели большинства кланов совершили именно их. У тебя не получится, а я ещё не учёл твою дурную репутацию, прогремевшую на всю страну. Обычные люди не имеют права голоса, но совет кланов тоже смотрит новости. А у тебя ведь нет подчинённых, извини, но адепт восьмого ранга и маг седьмого — ерунда. И денег у тебя нет. О каком основании клана идёт речь, тебе, с твоими силами, даже клан Айн основать невозможно. А это в разы легче.

— А что если… — запнулся Диармайд, — а если я убью ту гигантскую птицу?

— Какую птицу? — нахмурился Арбет.

— Ну ту, которая регулярно нападает на Египет, возвращаясь затем обратно в пустыню, её ещё аномальная песчаная буря сопровождает.

— Сын Гора? Нет, бред. Во-первых, Фараон не раз давал понять, что он не желает гибели птицы, она нужна ему как своеобразное стихийное бедствие, доказывающее, что маги необходимы для защиты простого народа. Бред… но мы вынуждены подчиняться и заметь, я молчу о религиозной стороне вопроса. Хотя… монстр принёс столько убытков, что многие вздохнут с облегчением после его гибели. Возможно этого было бы достаточно, чтобы получить герб от Эхнатона, но ты не сможешь её убить. Никто не сможет. Даже Амен — цепной пёс фараона, маг земли двенадцатого ранга — не смог убить её используя артефакты. Что сможешь сделать ты?

— Чёрт… — нахмурился Диармайд замолчав. Минута, пять, он просто смотрел в никуда, копаясь в своих мыслях. — Я знаю, как её можно убить. Только вот мне нужно будет вернуться в Грецию.

— Чего!? — выкрикнули Лу и Мелисса, молчаливо наблюдавшие за разговором до этого момента.

— Нужно будет забрать у Паоло одну вещь, которая решит большинство наших проблем… возможно, скорее всего, — Диармайд вздохнул. — Результат конечно не сто процентный, но другого варианта у меня нет.

— Арбет, — Диармайд уставился на сюрреалистично-невинное лицо патриарха Техути, — ты можешь помочь мне незаметно попасть в Грецию?

— И нам тоже! — в один голос заявили Луиджи и Мелисса.

* * *

Каир. Парк возле особняка клана Кейфл. Седой, жилистый старичок-египтянин гладил клинышек своей бороды и смотрел видео на котором Диармайд убивал Джафара.

— Отец, — кивнул отцу Шамиль, старший сын и наследник клана. Крепко сбитый высокий египтянин с белыми волосами, чья осанка буквально кричала: этот юноша — солдат.

— Ты слышал о перевороте в клане Техути?

— Слышал, слышал, — не отводя взгляда от экрана телефона сказал Дави. — На ка, полюбуйся. Арбет, несмотря на переворот и сопровождающие его огромные убытки — потратил просто невероятные усилия, чтобы оправдать парня и гарантировать его свободу.

— Это… пугает. Я помню его. Инстинкты убийцы у этого парня не хуже, чем у османских хашишинов. А ведь при нашей встрече он был не сильнее брата. Кажется, тогда у Абдула был четвёртый ранг…

— Больше всего, о способностях парня говорят действия Арбета. Не поддавайся на его дезинформацию, он далеко не такой безмозглый клоун, каким его считают. Сын, этот мальчишка должен умереть, тихо, без лишнего шума. Это будет твоё задание, как моего приемника. Не стесняйся использовать наши связи, я точно знаю, на этого парня обратили внимание не только мы. Я бы на твоём месте присмотрелся к кланам Дюбуа и Кароан.

— Понял Отец. Я всё сделаю, — Шамиль смотрел, как ледяные змеи Диармайда крушили дома.

— Как он вообще смог заставить лёд двигаться?

— Хотел бы я знать… — ответил Дави.

* * *

Наглость мальчика впечатляла. Вот так, нагло заявить ему в лицо, что он ему должен…

Арбет подошёл к кровати со спящим сыном и провёл рукой по его голове.

Какая загадочная личность… любопытно, что это за вещь, с помощью которой Диармайд сможет убить Сына Гора? Клан потерял слишком много сил… нужно будет посмотреть, как этот монстрик решит поставленную перед ним задачу. Он думал убить его, как только получит информацию об отравлении Мурада, но передумал, услышав его планы. Любопытно, что это за оружие, способное убить Сына Гора. Нужно будет только перестраховаться; этот Луиджи останется в Египте как залог того, что Диармайд и Мелисса вернутся.

Арбет ухмыльнулся, когда его сын заворочался во сне.

Диармайд — наивный идиот считает, что основать клан хабет так просто… ну, посмотрим, что у него получится.

Он даже не представлял, какую гигантскую ошибку совершал в этот момент.

Послесловие

https://author.today/u/reivenelendril/series#8653 — ссылка на четвёртую книгу будет здесь.

Дорогой читатель, спасибо за то, что обратил внимание на мою книгу, надеюсь она помогла скрасить досуг. Буду очень благодарен за лайки, подписки и комментарии, они очень важны для продвижения книги, а также я очень хочу услышать ваше мнение о произведении.

Хочу отдельно поблагодарить тех, кто подарил награды: ваша поддержка очень важна, огромнейшее спасибо!

Надеюсь мы встретимся в следующей книге. С уважением, Сергей.

Content

Зиненко Сергей Изнанка рая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31