Дэвлин Джейд

Ских Рина

Практикум по боевой кулинарии

Глава 1

Только этого мне не хватало. Только этого мне не хватало. Только этого мне не хватало!

Пока я лихорадочно приводила себя в порядок в своей комнате, мысли крутились в голове каруселью и скакали разрисованными фанерными лошадками, мелькая слишком быстро, чтобы можно было поймать и обдумать.

Чер-р-р-рт побери! Чего их принесло?

Уже натягивая перчатки и поправляя перед зеркалом безупречную — волосок к волоску — прическу, я более-менее успокоилась и попыталась выстроить в систему все, что свалилось мне на голову.

Итак. Родители Саяры. До этой минуты я, признаться, о них почти не вспоминала. Так, периодически всплывало что-то на периферии, какие-то отголоски воспоминаний, навеянные ассоциациями с самыми обычными вещами или действиями, но я гнала их подальше. Даже не пытаясь вычленить из этого эмоции, которыми они пропитаны. Все же это были Саярины родные, и именно с ними она поссорилась перед тем, как умерла. Ее обида и боль наложились на мою незаинтересованность.

Но сейчас вся память Саяры мне вполне доступна. Так что вроде бы ничего страшного, но… но. Я совсем недавно узнала о том, что в этом мире попаданцы были и до меня. И все они кончили плохо, поскольку их всегда считали пособниками этих, как их… инопланетян-захватчиков, тех, что устроили местным похохотать и Серые земли. Здесь считалось, что иномирный пришелец, захвативший тело местного, по умолчанию гад гадский, уничтожить сразу, вопросов не задавать.

Отличало гадских гадов одно: втиснувшись в тело неудачливого жителя этого мира, они получали его внешность и… и все. Память, навыки — они уходили вместе с настоящим хозяином. Даже самого умного и хитрого пришельца, сумевшего выжить и не спалиться на первых парах, можно было вычислить, устроив ему очную ставку с людьми из прошлого «тела».

Так вот, с этой стороны я в безопасности. Я никого силой не захватывала, меня не просто пригласили — можно сказать, притащили за шиворот. Зато оставили багаж, прежде чем бросить, как кутенка, в воду.

А с другой… я все равно не Саяра. Ее родители могут быть полными мудаками (нет, они ими не были), чурками деревянными и еще кем угодно, но они точно не идиоты. И свою дочь знают.

Так, ладно… все равно выхода нет. Ввяжемся в бой, а там видно будет.

Пока я степенно направлялась в сторону главного корпуса, подавляя в себе желание сорваться на бег, методично перелопачивала память Саяры на предмет сведений о ее родителях. И что самое удивительное на фоне их размолвки, послужившей толчком к тому самому ритуалу, особого негатива там не было. Да и не особого, в общем-то, тоже.

Девушку не ущемляли, не обижали, всего было в достатке… Но и свободы там с чайную ложку. Саяра вроде и не стремилась вырваться из-под родительского крылышка, но там толком и не порыпаешься, если едва ли не с детства к нему прикован.

Все в их семье было построено на «нельзя», «не стоит», «не подобает», «неприемлемо», «мы против» и моем самом, так сказать, любимом «как отнесутся в обществе?». Убила бы за последнее. Похоже, каким бы ни был мир, всегда найдутся те, для кого важнее всего «что скажут люди».

И тем не менее Саяра чувствовала себя в таких условиях вполне комфортно, воспринимая родительские советы, граничащие временами с приказами, как должное. Теперь уже сложно сказать — был у нее такой характер изначально или обстановка повлияла на его формирование. Вернее, я бы даже сказала, на деформирование.

И все же она была послушной девочкой, старательной и прилежной. Ей было проще плыть по течению, чем сопротивляться, поэтому и особенно несчастной она себя не чувствовала, любила родителей и брата, пока…

М-да.

И вот уже с этой стороны начинались проблемы. Пусть мне сотни раз будет доступна память Саяры, ее знания, сведения о ее обычных реакциях на тот или иной раздражитель… По характеру уж точно я — и близко не она. Ректор, преподаватели, даже Сайрен, который провел все лето, общаясь с ней, могут удивиться переменам в натуре спокойной и слегка наивной юной девчонки, но списать это на стресс, смену обстановки, даже на подавляемые раньше желания и стремления. Только не те, кто прожил с ней рядом больше двадцати лет.

Притвориться сейчас тихой мышкой я не смогу при всем моем желании — да и смысл? Будто Академия не успела узнать, какая я на самом деле, ага. Остается лишь встретить неприятности с гордо поднятой головой… И мысленно заготовить план действий для двух вероятных вариантов развития событий. Первый: мне с ходу заявят, что я не Саяра, и потребуют вернуть ее тело. М-м-м, маловероятно. Чтобы разобраться, где я, а где она, даже этим людям понадобится время. Второй: это будет больше в меру удивленное «как же ты изменилась». И вот от второго уже можно плясать. В конце концов, я ведь тоже не забитая перепуганная трусиха, пасующая перед первыми же трудностями.

Я хмыкнула и наконец толкнула дверь в учебную часть. Мой бой начинается здесь и сейчас, и я точно не стану стоять на пороге в нерешительности, опасаясь последствий.

Кстати, поединка пока вроде нет, никто не орет, не швыряется заклинаниями. Я вообще не вижу Валентайна. То ли ушел, то ли… не, прибить не должны были.

— Саяра!

— Дочь!

Да. Вот и они. Шайден и Ларэсса ай’Дельвир. И третий… о нем вспомню и подумаю потом. Он со своей невестой как раз толком знаком и не был.

Я на секунду остановилась, своими глазами увидев тех, кто до этого всплывал смутными образами в памяти моей предшественницы. В кабинете сейчас находились не только они, периферийным зрением отметила, что тут и вовсе как-то многовато народу, но главными для меня все равно были именно эти ключевые фигуры жизни Саяры.

Хм, а интересно… что это было там, в башне, когда я переодевалась и наводила марафет — память, интуиция или некий инстинкт? Это я сейчас о том, в каком виде я предстала перед этими людьми.

Саяра была милой девочкой, даже красивой, она умела хорошо выглядеть и правильно одеваться, подчеркивая свои достоинства, но не выпячивая их. И смотрелась именно собой: скромной ласковой домашней кошечкой, украшением любого приличного дома, будущей идеальной женой и хозяйкой.

А вот ее мать, Ларэсса ай’Дельвир — о-о-о-о-о!

Это была совсем другая женщина.

Воплощение светского лоска, прекрасной холодности и невыносимого совершенства. Каждый волосок, каждый шов на безукоризненно идеальном платье — эталон «настоящей леди» и истинной королевы.

Так вот, я к чему. Саяра такой не была, унаследовав черты материнской внешности, но не характера.

А вот я… хм.

Неудивительно, что двое мужчин, стоявших сейчас подле Ларэссы ай’Дельвир, буквально окаменели. Потому что в двери учебной части вошло живое отражение этой ледяной леди-совершенства.

Ах, черт возьми, не нарочно так получилось, но, кажется… очень, как говорится, в кассу!

Глава 2

— Саяра? — первой опомнилась матушка. Хм, вообще, по воспоминаниям ее настоящей дочери — неудивительно. И прохладца в голосе никуда не делась, несмотря на то, что я ясно видела, как побелели плотно сжатые губы и напряглись пальцы в белых перчатках, лежавшие на локте мужа. Но это было единственное, что на мгновение выдало чувства ледяной леди. Ах, простите, риссин ай’Дельвир. Леди на земле остались.

Так и подмывало в ответ ляпнуть: «Я за нее». Но в данном случае эта шутка получилась бы не то что неуместной, но скорее даже опасной.

— Приветствую, отец, матушка. — Я кивнула достаточно отстраненно. И продолжила вежливо, поддерживая светскую беседу: — Какими судьбами вы оказались в нашей Академии?

Меньше всего сейчас встреча напоминала нежданное объединение семьи. Родители, давно не видевшие свою единственную дочь, в моем разумении, должны были как минимум подскочить, обнять… Но, опять же в моем разумении, родители и не стали бы отказываться от нее. Что бы запутавшаяся девочка там ни натворила. Впрочем, о чем это я? Мы же здесь не одни.

Это ведь даже не кабинет ректора, в учебной части торчим. Вон из приемной выглядывает любопытная секретарша, да и дверь в преподавательскую широко открыта. Хотя что та дверь, если часть преподавателей уже здесь, заняли стратегически удобные позиции и готовы то ли защищать ректора (или меня?) от гостей, то ли просто пришли насладиться бесплатным зрелищем. Как бы там ни было, при посторонних проявлять какие-либо человеческие чувства? Право слово, я вас умоляю, это же так вульгарно! Насколько успела разобраться в памяти Саяры, именно мать всегда выступала за соблюдение этикета и требовала от своей дочери соответствующих манер, отец поддерживал. Саяра в основном слушалась, но…

Интересно, почему они так переглядываются? И смотрят на мои белоснежные перчатки, очень подходящие к строгому и элегантному костюму…

Воспоминание вспыхнуло в голове, стоило посмотреть на руки Саяриной матери. Один в один, даже декоративный шов на мизинце идентичен. В одной лавке куплены. Саяра, несмотря на послушание, терпеть не могла те платья, что выбирала ей мать, а еще больше не любила перчатки. Хотя они у нее были.

Это не значит, что она бегала как оборванка или предпочитала исключительно штаны, нет. Но все же многое из того, что было приобретено ею самой, выглядело как-то по-детски, что ли. Саяре шло, она выглядела в тех нарядах мило, непосредственно, такой себе нежный цветочек, чудом попавший за пределы теплицы. На мне же все эти платья выглядели нелепо. То ли дело в отсутствии внутренней наивности, которой Саяра едва ли не светилась, то ли банально уже в моем отношении к одежде, которая просто не нравилась. Но похоже, я неосознанно отобрала в свой постоянный гардероб именно то, что приобретала Саяре ее матушка, ориентируясь на свой вкус.

И вот теперь я стояла перед родителями несчастной убежавшей в смерть девчонки и выглядела так, словно та в одночасье из самой себя превратилась в собственную мать.

И вот это их напугало. Но не так, как я сама опасалась — «кто ты такая и что делаешь в теле нашей дочери», а в том смысле, что они не усомнились — я и есть Саяра, но со мной случилось что-то… Эм-м-м. Вот на такой эффект я все же не рассчитывала. И боюсь, придется что-то объяснять.

В свою очередь, это натолкнуло меня на следующую мысль. Я не раз задумывалась: почему ритуал притянул именно меня? Что в моей душе такого, что высшие силы посчитали ее пригодной? Вряд ли просто лотерея или только я умирала в тот миг. Логичнее было бы предположить, что ритуал выбрал мою особу потому, что я если не родственная душа Саяры из другого мира, ее двойник, то хотя бы похожа характером, стремлениями, чувствами… Но чем больше я копалась в памяти запутавшейся девочки, тем больше находила опровержений этого варианта. До сегодняшней встречи с ее родителями.

Могло ли быть так, что, если бы Саяру не долбали с самого детства, зажимая в жесткие рамки, не давая ни глотка свободы, она выросла бы совсем иной личностью? Или же, даже после ситуации с контрактом и Сайреном, имея поддержку за спиной, стала бы такой? Расправила крылья, гордо подняла голову и смело шагнула бы вперед… Вполне.

И тогда она поднимала бы Академию на уши, шокировала бы своими новаторскими идеями боевиков (пусть и в меньшей мере, не обладая земными знаниями, но и в ее арсенале нашлось бы немало интересных заклинаний и понимания, где и как их можно нестандартно использовать). Именно Саяра сейчас бы стояла перед пораженно-одобрительными взглядами родных… Которые и не дали ей этого шанса.

— Дочь, — на этот раз быстрее всех с собой справился отец. — Я не знаю… и это сейчас неважно, — он прервал собственную мысль на полуслове. — Мы приехали за тобой. Слухи о…

— Слухи о помолвке несколько преувеличены, — невозмутимо и холодновато дополнила я, воспользовавшись крохотной паузой в словах родителя. — Вам не о чем беспокоиться. В ближайшее время я не собираюсь замуж.

— И именно поэтому я могу подождать, — раздался вдруг за спиной еще один голос, и я почувствовала, как рядом со мной кто-то стоит.

Валентайн. Рано я обрадовалась, что его тут нет, нарисовался, герой-любовник. Да тьфу, блин же! Этот самоотверженный придурок с чего активизировался?! Только успела порадоваться, что Сайрен и Аррис еще не вернулись с практики, так у этого еще вдруг вся адекватность куда-то испарилась!

— Боюсь, мои претензии на брак с этой девушкой приоритетнее ваших, — вклинился незнакомый ленивый баритон.

Ох ты ж в корыте поперек Дерибасовской! Вот это… мужик.

Сама не знаю, как я не разглядела его за спинами родителей, может, маскировался. А может, просто стоял спиной и только теперь повернулся. И что я таки вам скажу… неправильно, когда мужчина настолько красив. В этом есть что-то противоестественное.

Брюнет с гладко зачесанными назад длинными волосами, лицо узкое, продолговатое и с острым подбородком, большие чуть раскосые глаза и безупречно вылепленный нос. Похож на какого-то китайского актера, тоже невероятной красоты. Из-за нее и кажется… ненастоящим.

А когда вот к такому облику прилагается голос — низкий, бархатный, аж мурашки по спине… я окончательно перестаю понимать эту, прости господи, дурочку. Если у нее в кармане был такой экземпляр, с какого перепугу она повелась на мальчишку ай’Сантеро?! Флер виноват или… она просто своего жениха живьем не видела? Да он этот дурацкий дар Сантеро только что сделал одной левой! В смысле, я-то держу себя в руках, все же не шестнадцатилетка, чтобы растекаться лужицей от вида красивого парня, как бы этого ни хотелось, но в самом деле!

Проведите его по Академии — да все редкие студентки, во главе с преподавательницами, точно будут его! Ну или я уже ничего не понимаю в мужской красоте. Вот к башне моей его не подпускайте, не то вектором Райко шарахнем — девчоночки мои сами разберутся, кто им нужен, а кто нет, нечего смущать их тут всякими… м-м-м… моими женихами. Что-то как-то этот список катастрофически быстро растет. Так, о чем я вообще думаю?

— Насколько мне известно, помолвка с вами расторгнута. — О, а теперь и мне любопытно, откуда такая осведомленность у рэсса Валентайна? И откуда столько яда в голосе?

И вообще, не пора ли брать ситуацию в свои руки? Оно мне таки надо, чтоб два красивых мужика передрались прямо тут, около моей элегантной юбки? Нет, лестно, конечно, ничего не скажешь, но жутко непрактично же!

— Я думаю, это теперь неважно. — Холодом в моем голосе можно было выморозить не только учебную часть, но и весь первый этаж административного корпуса. — В любом случае здесь не время и не место выяснять подробности.

— Ты права. — О, к папеньке голос вернулся. Но лучше бы не возвращался, потому что он выдал: — Мы немедленно забираем тебя и уезжаем. Неустойку Академии я распорядился выплатить еще сегодня утром. Не только за тебя, но и за остальных детей. Я не позволю использовать собственную дочь и других девочек как пушечное мясо в грядущей войне.

Глава 3

— Кхм. — Вот не было у меня желания вовлекать Валентайна в свои семейные проблемы, я как раз таки собиралась ему пистон с песочком вставить после разговора с родителями, чтобы больше никогда, и вот это все. Но тут все оборачивалось сложнее, чем я себе представляла, и сейчас любая поддержка пригодится. — Нет. Я никуда не еду.

И взяла «жениха» под локоток. Валентайн неожиданно для меня прижался ко мне плотнее, видать пытаясь показать, насколько мы близки, на что я едва не отреагировала как минимум прицельным тычком локтем под ребра. К счастью, сколь быстр в решениях мой «жених», особенно что касается импровизации, столь и проницателен. По крайней мере, отметив, как я напряглась, едва уловимо изменил положение, отодвинувшись буквально на пару сантиметров, более не вторгаясь в мое личное пространство, но тем не менее все еще создавая иллюзию состоявшейся пары.

Правда, через секунду меня догнал еще кусочек памяти и я опомнилась. Ну драсте, чего я так испугалась? Это же не средневековье и не Арабские Эмираты, где за женщину всегда решает мужчина. Даже если отец перевел деньги на счет академии, пока я лично не расторгну контракт, никто меня никуда забрать не может. И отец выдал это уверенное «мы тебя забираем» просто по привычке. Потому что до этого лета Саяра никогда не смела ему перечить и покорно выполняла родительскую волю.

Вот… чудак на букву «м». Ну, или просто тухес вместо головы. А вспомнить, что один раз доченька уже послала вас куда подальше и поступила по-своему?!

Или они решили так ее наказать, а теперь, мол, мятежное дитятко наверняка уже намучилось достаточно, все осознало, радостно раскается и вернется под родительское крылышко?

— Иди собирай вещи, я пока поговорю с рэссом ре… — по инерции продолжил отец и запнулся, осознав мой ответ.

— Что значит «нет»? Саяра, это уже не игрушки! — Он грозно повысил голос, нахмурив брови. Привыкнув, что его дочь после такой демонстрации обычно всегда тут же притихала, как мышка.

— Я буду вам благодарна, отец, если вы вспомните, где мы находимся, и будете вести себя соответственно, — прохладно и спокойно выдала я, мельком глянув и на бывшего жениха, и на нынешнего, и на маменьку, прямиком из ледяных королев собравшуюся, судя по всему, в обморок. Ага, я так точно скопировала из памяти Саяры именно ее интонацию, что мне бы «Оскара» дали безо всякого конкурса.

— Что-то меня гложут смутные сомнения, что мою невесту, «запутавшуюся наивную девочку», стоит спасать и срочным образом забирать домой. Никому больше не кажется, что в этих стенах она вполне себя вольготно чувствует, нет? — неожиданно хмыкнул… м-м-м… жених номер один? Как его зовут-то? То ли память вдруг подвела, то ли Саяра и вовсе не удосужилась разузнать о нем побольше, удовлетворившись маминым «выгодная партия». Ну или что там ей о нем сказали.

В данный момент мужчина рассматривал меня вполне себе таким заинтересованным взглядом, и с каждой секундой огонек азарта загорался в нем все сильнее. Вот еще одного «разгадывателя» моих секретов мне не хватало! И тем не менее я не могла не отметить, что рассматривали меня сейчас скорее не как симпатичную девушку, с которой была помолвка, а как… противника? Пожалуй, нет. Да и что мне с ним делить? Но была какая-то опасная искра в его глазах…

— Да вы рехнулись тут все! — вдруг взорвался отец, хватанув кулаком по столу, да с такой силой, что предмет интерьера аж крякнул. — Саяра! Что с тобой случилось?! А вы?! — это он на Валентайна попер буром. — Вы, мать вашу, жених, не в курсе о том, что со дня на день будет объявлена всеобщая мобилизация?! Первокурсников и вообще молодежь, скорее всего, не тронут, но вот преподаватели военной академии военнообязанные все! Поголовно! Без учета специализации и прочих мелочей! Да вы первым должны были ратовать за то, чтобы выпнуть ее отсюда побыстрее!

— И все же во мне есть капля самоуважения, позволяющая считаться с мнением моей нареченной, — отреагировал Валентайн, ободряюще чуть сжав мою руку.

Я же мысленно присвистнула, еще раз посмотрела в лица Саяриных папочки и мамочки и, что называется, прониклась.

Эта история выскочила из памяти, как разбойник из-под куста, огрев сразу бревном по голове. Без подробностей, но впечатляюще… Почему-то история любви родителей Саяре была известна в очень уж урезанной версии. Шайден ай’Дельвир с детства был знаком с Ларэссой ай’Арино. Их родители дружили семьями. А точнее, семьями боевиков, где дар не унаследовала лишь Ларэсса. Их дружба продолжалась до самого прорыва в одном из приграничных городов, где все они, кроме этих двоих, и погибли. Отца Саяры и самого едва не постигла та же судьба, повезло, что, в отличие от Шайдена, Ларэсса владела целительской магией. И именно она сумела вернуть своего будущего мужа едва ли не с того света, когда другие, более слабые целители уже махнули на него рукой. Неудивительно, что после этого он на ней женился. А впрочем, вероятнее всего, они были парой и до этого, не зря же юная Ларэсса так отчаянно боролась за его жизнь и выиграла эту схватку. Вот только дар отца выгорел на девять десятых от прежнего и боевиком он больше не был, обратившись к бытовой магии. Ключевое слово «больше». Интересно, почему Саяра в таком случае настолько пренебрежительно отзывалась о боевиках, не отсюда ли ножки растут?

М-да… С одной стороны, я все понимаю. И почему эту историю не любили вспоминать, и почему сейчас всполошились, услышав о мобилизации на место прорыва. Эти люди уже теряли своих родных. Причем всех и в одночасье.

С другой же — я не Саяра. И дочь свою эти двое угробили вполне успешно без помощи боевой магии и нежити из Серых земель. Если я не хочу сейчас уехать с ними, придется быть жестче, чем я думала сначала.

— Так вы в самом деле меня спасать приехали, дорогие родители? Потому что узнали о мобилизации? — Я вопросительно приподняла бровь и едва-едва позволила саркастической улыбке коснуться губ. — Что же раньше даже не соизволили поинтересоваться, как сложилась жизнь вашей дочери?.. От которой вы отказались. Впрочем, насколько я знаю, отречение действует по сей день, потому мне тем более непонятно, какое вам дело до мобилизации? Вас она не затронет.

На это мое спокойное, в общем-то, утверждение мать отозвалась негромким вскриком, мигом побледнев и даже покачнувшись. Да, не спорю, слова мои прозвучали достаточно жестоко, но, положа руку на сердце, заслуженно. Что военные сборы, если они собственноручно подтолкнули свою единственную дочь на самоубийственный поступок?

— И вам я невестой также не являюсь, но благодарю за заботу и визит, — все же добавила, обернувшись к слишком все же молодому на вид красавчику, встретившему мои слова благосклонным кивком. И тут уж не понять — то ли согласился, то ли так витиевато отметил, мол, это мы еще посмотрим.

В любом случае я недавно уже оставила слова одного такого «жениха» самопровозглашенного без внимания, тотализаторы до сих пор активно наживаются на ставках. По-хорошему и Валентайна бы сейчас приструнить, но тут уж лучше повременить немного.

— Что… с тобой случилось? — Кажется, отца проняло. Шайден ай’Дельвир был в принципе неплохим человеком. И не самым ужасным отцом. Скорее… никаким. Поскольку все его участие в жизни дочери ограничивалось редкими встречами, в основном на семейных праздниках, дорогими подарками и мимолетным поцелуем в лобик, которого вполне хватало «послушной девочке», не доставлявшей никаких проблем до недавнего времени. Нет, он любил дочь. Просто он ее не знал.

— То, что происходит со всеми птенцами, выпорхнувшими из гнезда и оставшимися без поддержки семьи: повзрослела, окрепла, — ограничилась пока лишь этими словами, хотя внутри все кипело и от своих впечатлений, и от все еще живущей во мне жгучей обиды Саяры, по которой больнее всего ударил как раз отказ от нее. Но не время сейчас рубить правду в глаза. Не здесь, по крайней мере, при куче свидетелей, которых меньше всего хотелось посвящать в личное.

— Что с тобой случилось? — В голосе матери вдруг просквозил самый настоящий ужас, и у меня холодок скользнул по позвоночнику. — Ты… Ты…

Елки-палки, а если она сейчас скажет: кто ты такая, ты не моя дочь?!

Глава 4

— Что с тобой произошло?!

Да елки. Сколько раз уже прозвучала эта фраза за сегодня? И что от меня ожидается в ответ? Насколько смогла обтекаемо и вежливо ответить — уже ответила, невзирая на все переполнявшие меня эмоции. А она все равно на меня смотрит так, словно на месте ее послушной доченьки… нет, не инопланетное чудище. Но нечто, не намного лучше. То есть доченька, только…

И тут снова выскочил кусочек памяти. Очень кстати. О том, что, по смутным рассказам папеньки и пары знакомых, моя мать до того рокового дня, когда погибли две семьи, была нежной фиалочкой, веселой, непосредственной, послушной девочкой. А вот после… превратилась в снежную королеву раз и навсегда.

Э-э-э… так. Кажется, до родителей дошло, что ребенок действительно пережил нечто очень тяжелое, а не просто с глупости пошел вразнос. Их желание приструнить и наказать вылилось в нечто, на что никто не рассчитывал.

Ну, собственно, да. Бедный влюбленный ребенок, нежный и экзальтированный, просто и незатейливо убил себя. А мне оставил все свои проблемы, включая шокированных родителей.

— Я думаю, вам следует вернуться в гостиницу, — уже мягче проговорила я, обращаясь к отцу. — Не время и не место выяснять отношения. Прошу меня извинить. У меня есть обязанности.

Наверное, у меня получилось достаточно уверенно и непреклонно озвучить свое решение, поскольку спорить родители не стали. А может, были слишком выбиты из колеи. Вот не было печали… не люблю я воспитывать взрослых людей. Но придется.

— Предлагаю компромисс, — я вздохнула. — Вечером поужинаем вместе в ресторане «Буйноцветущий фикус» и обо всем поговорим. В частности, о… том, как и почему я изменилась. И о том, как будут строиться наши отношения в дальнейшем. Потому что я совершеннолетняя женщина с образованием и работой, папа. И больше не обязана вам подчиняться, даже если вы передумали и примете меня обратно в семью.

Не сказать, что мне хотелось этого, но деваться особо некуда. Обсуждать личные темы при таком скоплении народа — точно не вариант. А пытаться сейчас окончательно перечеркнуть все и сжечь мосты, отправив родителей восвояси, даже не дав им… да и мне тоже, шанс… Заманчиво, конечно, и даже в чем-то удобно, насколько бы цинично ни звучало. Отличная возможность избавиться от присутствия тех, кто слишком хорошо знал прежнюю Саяру. Но именно в память о наивной послушной девочке я и постараюсь наладить отношения. Если, конечно, еще осталось, что налаживать.

— Саяра, ты переходишь все границы… — начал было отец угрожающим тоном, но неожиданно мать встряхнулась и ласково, но вместе с тем решительно положила свою хрупкую ладонь на его предплечье.

— Шайден… — только и сказала она негромко, но этого оказалось достаточно, чтобы ее муж запнулся на полуслове, стрельнув в ее сторону донельзя удивленным взглядом.

— Хорошо. — Отец скрипнул зубами, подхватил свою жену под руку и быстро направился к двери. — Ждем тебя в семь часов. Это будет серьезный разговор.

Уф-ф-ф… Ладно, время я выиграла. Сейчас надо заскочить в канцелярию, поговорить насчет средств на новых зомби для полигона и заодно лаборатории — я обещала Джоанне выбить фонды…

— Рисс ай’Дельвир, думаю, сейчас самое время обсудить случившееся. Ваши родители, безусловно, весьма милые люди, — на этих словах высунувшийся из своего кабинета, как дятел из дупла, ректор чуть поморщился. Синхронно с ним передернулись и остальные, присутствовавшие в учебной части.

Я лишь немного застенчиво улыбнулась и пожала плечами, возвращаясь к своим мыслям. Заверить программу на следующий семестр для третьего курса тоже нужно срочно. И мою пару у огневиков второкурсников никто не отменял. Короче говоря, прохлаждаться некогда, заморачиваться тоже, побежали.

Ну, я и побежала. Как и планировалось — в канцелярию, потом обратно к ректору на пару минут, вновь не дав ему ввернуть в разговор моих родителей, все сугубо по делу. Он, разумеется, был бы совсем не прочь обстоятельно так пройтись по этой теме, но мне потом еще в библиотеку надо было…

К тому же я не только Вайдера ай’Сантеро оставила без своего, безусловно, прекрасного общества, сбежав сразу после ухода родителей. С места понеслась так, что ни Валентайн, всю дорогу простоявший рядом верным столбом, ни замешкавшийся в учебной части «жених» ничего не успели предпринять. Валентайну, правда, достался мой многообещающий взгляд. Еще поговорим, голубчик, о твоих инициативах, дай только срок!

Жаль, что второй из перечисленных персонажей вовсе не собирался так просто сдаваться, и ровно через час, когда я и думать про него забыла, внезапно выступил мне навстречу из-за декоративной колонны в длинном, продуваемом всеми ветрами и обычно пустынном коридоре между библиотекой и старым корпусом.

Наученная горьким опытом внезапных столкновений со студентами, которые всегда несутся, не разбирая дороги и ничего не видя на своем пути, я ловко увильнула в сторону. Лишь слегка улыбнулась, отметив, как мужчина с готовностью чуть дернулся, явно готовясь меня ловить в случае падения. Но все же остановилась.

— Вы что-то еще тут забыли… м-м-м… простите, но я, откровенно говоря, успела забыть ваше имя… — уточнила, в последний момент почти ляпнув что-то вроде «красавчик», которое, казалось, вертелось на самом языке. Кстати, да, сама Саяра имя-фамилию жениха слышала всего раз мельком, на подписании документов о намерениях. Да, все было торжественно и официально, и глазами она нужные буковки тоже прочла. Но забыла! Да что там, если она его и не видела даже, чего там особо запоминать? Есть жених и есть. Остальное матушка с папенькой порешают…

— Да, я кое-что нужное там оставил, — усмехнулся он, проигнорировав мой прямой намек и так и не представившись.

— И? Вам подсказать, как пройти в учебную часть, где вы сможете найти свою пропажу? — поторопила его, немного раздраженно вскинув подбородок. Вот меньше всего мне сейчас хотелось стоять рядом с этим красавчиком и играть в шарады, словно клещами вытягивая из него слово за словом. Нет, в другое время, в иной обстановке почему бы и не поболтать с импозантным интересным мужчиной. Но во-первых, конкретно сейчас мне некогда, дел невпроворот, а там еще ужин с родителями маячит на горизонте. А во-вторых, что-то не нравились мне собственнические взгляды, которые этот кадр бросал на меня, будто я ему рыбу продала на пятьдесят копеек дороже.

— Я ее уже нашёл.

И с этими словами он вдруг шагнул ко мне с хищной грацией большого кота, чуть подтолкнул к стене, упершись в неё руками по обе стороны от меня, и резко приложился своими губами к моим…

Глава 5

Отлично целуется, гаденыш.

Не то чтобы у меня задрожали коленки там или еще какая часть родного тела «мне изменила», как часто пишут в любовных романах. Нет уж, со своими органами я всегда общий язык найду и воли не дам. Просто бывший жених Саяры, во-первых, красивый до умопомрачения мужик, а во-вторых, стервец, и правда хорошо умеет целоваться. Ну так и чего кочевряжиться, в конце концов? Могу себе позволить.

Так что я взяла да и разрешила себе насладиться парой секунд. Ну ладно, может, чуть больше, должна же я убедиться, насколько хорош жених у Саяры? Ну, скажем, ничего так. Зря она тогда не попыталась заранее узнать о нем побольше, там, глядишь, и дар Сантеровский был бы абсолютно побоку…

В общем, началось все за здравие, а потом свернуло не туда. Как говорится, я вас умоляю, за шо тут три рубля в кассу, если вас так и так обжулят?

Я слишком поздно вспомнила, что этот конкретный бывший — один из лучших целителей северо-запада, а посему владеет несколько нестандартными приемами. Например — временной парализацией. Ле-е-егонькой, но достаточной, чтобы я не рыпнулась, даже когда решила, что понаслаждалась — и хватит.

А вот это он зря. Очень зря…

Нет, все же поделом ему, что помолвку разорвали. Не люблю тех, кто играет нечестно, причем там, где это даже скорее подстраховка. Что-то компенсирует? Ну-ну.

Да вот только не на ту напал. Неужели еще не хватило мозгов сообразить, что я совсем не та наивная девчушка, что ему прочили в жены? Чего ж тогда стоял там в учебной части и глазами зыркал, изучая? Пропустил мимо ушей, в качестве кого нахожусь в этой Академии?

Я времени зря не теряла и эти два месяца после испытания на полигоне усиленно тренировалась не только в использовании доступной боевки, очень медленном наращивании потенциала и прыжках по пересеченной местности. Я упорно осваивала леворукую магию Райко. И очень скоро мы с ним обнаружили, что его наизнанку вывернутый вектор способен взломать почти любое направленное на «левшу» заклинание. Почти любое — потому что если в тебя кастанули что-то супермощное, то результат перекручивания непредсказуем. Заклинание не разрушается, как если бы оно было равным по силе или всего ненамного превосходило энергетическую емкость сопротивленца. Оно просто идет вразнос, как компьютерная программа, получившая вирус в пузо. И с равной вероятностью может сдуться безобидным пшиком или рвануть искаженной магией на пол-академии.

К счастью, в данный момент ничего сильного ко мне не применяли, целительский паралич — он легонький, просто чтобы раненый, например, не дергался и не навредил себе, находясь без сознания. Так что опасаться было нечего, и я без малейшего сомнения вкрутила обратный штопор прямо в ключевой блок чужого воздействия.

В последний момент этот поц, видимо, почувствовал воздействие и, оторвавшись от моих губ, позволил себе самодовольную ухмылку. Ну-ну, улыбашка, не на свой ли щит расчудесный рассчитывал? Который, как и большинство боевых заклинаний, состоял из прочных энергетических жгутов, тесно переплетенных в сеть. Вот только каждый знает, что каким бы прочным ни было плетение, а между ниточками все равно остаются микрозазоры. Разумеется, сквозь них ничего не пройдет. Почти ничего. Кто же будет размениваться на что-то совсем слабое и безобидное, буквально на один микромагель? Кроме разве что бытовиков. И уже я позволила себе победную улыбку, залюбовавшись удивлением, отразившимся в глазах несостоявшегося жениха, когда он осознал, что что-то идет не так.

— Сюрприз… — шепнула одними губами, щекоча своим дыханием.

— Что тут происходит? — раздался вдруг прямо над моей головой изумленный голос ректора. М-да, не раньше, не позже, точно как к теще на синенькие…

Ну ладно, будем считать, что Вайдер ай’Сантеро спас тут некоторых от близкого знакомства с бытовой магией. Все же выдавать свои секреты я не собиралась. Пусть ректор в последнее время и больше на моей стороне, раскрывать карты я не торопилась. Ну и ладно, в моем арсенале и без магии чисто женских уловок предостаточно.

— Да ничего особенного, — поскольку нахальный эскулап уже оторвался от моих губ, я смогла произнести эти слова приторно-ласковым тоном. — Господин целитель продемонстрировал мне свои способности… теперь моя очередь.

И со всего маху, не жалея, врезала коленом между ног этому инициативному образцу мужской неотразимости. Ничего, все равно юбки смягчат удар. А дальше пусть играется в «полечи себя сам», не зря же он один из лучших.

— Х-х-х-х-х-х… — сказал один из лучших, медленно сгибаясь почти пополам и сползая вдоль меня поближе к полу и пострадавшему органу.

— Попрыгайте, легче станет, — любезно посоветовала я ему, выскальзывая из ловушки, благо обе его руки теперь были заняты попытками удержать то, что почти разбилось от удара моего колена. — Думаю, мы квиты, вы же понимаете, о чем я. Теперь, если позволите, мы вас оставим, наверняка вам потребуется уединение, чтобы заняться самоисцелением. Рэсс ректор, вы что-то хотели?

— Эхм… м-да. Да, рисс ай’Дельвир. У меня к вам разговор… сугубо деловой.

Последнее он уточнил на всякий случай, одарив пострадавшего взглядом, в котором причудливо сочетались неодобрение и сочувствие. И я успела отметить, как рефлекторно дернулась его рука, явно желая прикрыть дорогую ему часть тела. Угу, мужская солидарность, она такая.

Но в следующий миг мужчина уже собрался и, учтиво склонив голову, подставил мне локоть.

— Не думаю, что деловой разговор это предполагает, — хмыкнула я, красноречиво взглянув на него. — Прямо здесь говорить будем?

Вайдер на это хмыкнул, опустил руку и, ничуть не смутившись, продолжил:

— Нет, зачем же? Уверен, в моем кабинете будет удобнее. Вы ведь не торопитесь? В любом случае я отниму у вас не очень много времени.

Мужчина аккуратно и корректно, без малейшего намека на неприличные поползновения, взял меня под руку, и мы спокойно пошли по коридору в сторону учебной части. Оставив за спиной так и не обретшего пока дар связной речи целителя.

Ректор говорил вроде как спокойно, даже со своей привычной легкой расслабленностью, что поначалу меня и ввело в заблуждение, заставив думать, что во главе Академии сидит недалекий тюфяк. Но что-то такое проскользнуло сейчас в его голосе, а может, взгляде, что заставило меня собраться, а по спине невольно пробежал холодок.

— Настало время обсудить, как будут проходить зачеты по моему предмету? — предприняла я попытку перевести все на шутливый тон. Но ректор, который в другое время поморщился бы или высказался на тему одной не в меру активной «боевой кулинарки», лишь медленно покачал головой с непроницаемым выражением лица.

— Увы, разговор серьезный. Боюсь, нас ждут трудные времена. В ближайшее время мы будем вынуждены оставить Академию на неопределенное время. Весь преподавательский состав подлежит срочной мобилизации.

Глава 6

Казалось, привычная обстановка, привычная компания, даже привычная уже вазочка с шоколадными конфетами на столе должны были мигом расслабить. Первый раз, что ли, сижу здесь? Страшно подумать, сколько раз мне приходилось тут что-то доказывать, отстаивать свое мнение, смотреть в глаза взбешенного моей очередной идеей ректора… Прошло всего ничего, а по ощущениям — будто долгие годы.

Мы больше не стоим по разные стороны баррикад, бодаясь при каждой встрече. Меня приняли как равную, как такого же преподавателя. Казалось, теперь все должно быть намного проще, но на деле лишь безумно усложнилось. Нет больше легкости в разговоре, показных ярких эмоций раздражения от ректора и моей легкой самоуверенности в том, что с любой проблемой я разберусь на раз-два.

Да что там, даже взять нашу последнюю беседу здесь недельной давности, когда мы вполне спокойно обсуждали план занятий на следующий семестр, когда нет-нет, но то от меня, то от Вайдера все же прилетала очередная колкость. Сейчас же шутки кончились. Ставки выросли. А вместо фишек в ход пошли правдивые факты. О том, что же на кону и против кого мы, собственно, играем, думать пока не хотелось.

— Я с самого начала не рассчитывал на быстрый успех. — Голос Вайдера был непривычно сух и сосредоточен. Хотя мы сидели все в том же знакомом мне кабинете и пили кофе все с теми же шоколадными конфетами, а рядом с чашкой у каждого стояла крохотная рюмочка с дорогой настойкой, от того «администратора» самодура, которого я тут видела в начале года, не осталось и следа. — Я прошу прощения. Понимаю, слышать это неприятно, но вы были пробным шаром. Первым экспериментом.

— Неприятно, но честно, — усмехнулась я. — Все равно лучше того цирка, что вы устроили в самом начале.

— Согласитесь, удобная маска. — Мой собеседник пригубил кофе и чуть кривовато усмехнулся, но глаза при этом оставались темными, без малейшей веселой искры. — Недалекий администратор и его столетнее лондрское. Даже вы купились, а ведь далеко не дура.

— Спасибо за комплимент. — Я легко рассмеялась, хотя мне тоже вовсе не было весело. Я все ждала, что вот-вот в кабинете прозвучат слова, ради которых меня позвали. И как бы ни было лестно, признание моих умственных способностей, как и откровение о неком эксперименте с моим участием, — лишь подводка.

— Мы отступаем, — резко сменил тему Вайдер. — Об этом не принято говорить вслух. Не пишут в новостях и не сплетничают в салонах, поскольку император очень хорошо понимает, к чему может привести паника и упаднические настроения. Но мы отступаем уже не первое десятилетие. Серые земли, еще три-четыре поколения назад сжимавшиеся под нашим натиском, выходят из-под контроля. Дикое поле предсероземья ширится. Твари меняются, старые обретают незнакомые свойства, новые появляются все чаще. А у нас… ничего не меняется.

От тоски, промелькнувшей в его глазах, и боли стало немного не по себе. Скольких он потерял там прежде, чем осесть в столичной академии? Сколько молодых парней, бившихся на Серых землях с ним плечом к плечу, так никогда и не покинули те гиблые территории? Сколько выпущенных им лично студентов значительно позже остались там же? И это если не брать во внимание, что его старший брат и его жена погибли, зачищая очередной прорыв. А после и младший брат стал ходить на такие же самоубийственные вылазки. Впрочем, он и сейчас там. Как и его единственный племянник.

В этом мире сложно найти того, у кого Серые земли не забрали родственника, друга, знакомого. Взять хотя бы моих девочек или саму Саяру, лишившуюся дедушек и бабушек еще до рождения. Но чужие воспоминания — это одно, оно не торкает так изнутри. Тень печали на лицах девочек, потерявших кого-то в прорывах, каждый раз больно била по нервам. Но сейчас я впервые заглянула в душу тому, кто терял кого-то постоянно и продолжает терять. Живет, зная, что выпускает из своей академии вчерашних детей, по сути, для того, чтобы часть из них погибла в первые же годы, сдерживая натиск нежити.

— И при чем тут бытовой факультет? — уточнила чуть дрогнувшим голосом, вынырнув из накативших тяжелых мыслей.

— При том, что магия утратила единство. Касты разошлись и перестали сотрудничать. Начались секреты, презрение к магам других направлений. Прекратились любые работы на стыке школ, а ведь когда-то они давали самые впечатляющие результаты.

Я кивнула, мысленно соглашаясь. Саяра в такие тонкости не вникала, но я уже достаточно прожила и в этом мире, и в своем, чтобы понять правдивость выводов.

— Мне нужен был артефактор. Или строитель. Или, на самый крайний случай, логистик-связист. Под него я начал восстанавливать идею бытового факультета.

— А пришла я… — задумчиво покивала головой. — Разочаровала?

— Не скрою, поначалу да. Но, как говорится, первый блин комом. Да и заготовить фундамент тоже не было бы лишним. Куда-то же я должен был потом привести специалиста? Вы и ваши девочки оправдали мои надежды и восстановили материальную базу факультета за кратчайшие сроки. — Ох, вот эту улыбку я ему припомню. — Причем имея ограниченный бюджет.

— А потом можно звать спеца на согретое мной местечко, откуда я бы сбежала, как вы считали, как только закончится срок моего контракта. То есть через год, — продолжила его мысль, задумчиво побарабанив ногтями по столу.

— Да, на это и был расчет. У меня выбора не было, — спокойно пожал плечами Вайдер. — Нужного специалиста найти не удалось, взял то, что подвернулось.

— Не думали, что я могла бы вас ославить при таком раскладе? Вернее, не совсем вас, а условия, которые Академия предоставляет, или, скорее, НЕ предоставляет, новым ценным кадрам? — поинтересовалась я с живым интересом. Ведь в самом деле проскальзывала эта мысль не раз, когда думала, а что было бы, если бы тут осталась Саяра?

Вайдер посмотрел мне прямо в глаза и снова улыбнулся так, что у меня холодок скользнул вдоль позвоночника.

— Домашняя тихая девочка, пусть и круглая отличница и мастер своего дела, но выпестованная с детства, выросшая едва ли не в тепличных условиях, не сумела привыкнуть к жизни в боевой академии? Простите, но не думаю, что кто-то особо удивился бы. Да, признаю, в чем-то я действительно перегнул палку, каюсь, — вновь улыбнулся он, примиряюще подняв ладони вверх. Но меня эта демонстрация не впечатлила. Я лишь поморщилась, не став развивать данную тему. Его мотивы я услышала, в чем-то понять могла, а принимать их или нет… Не думаю, что сейчас стоит делать на это упор.

— Но теперь вы предлагаете мне досрочно расторгнуть контракт. — Я положила руку на бумаги, которые в самом начале разговора старший ай’Сантеро вынул из сейфа и толкнул по столу в мою сторону. — Почему?

— Потому что мы не успели, — просто сказал он. — А тащить на войну гражданского специалиста — пусть умного и находчивого, но по факту неподготовленного — я не вижу смысла. Даже ваш неординарный ум не поможет в грядущей мясорубке. У вас есть выбор — перевод в Балору или просто отставка, я даже могу оформить все без всяких неустоек. В связи с резко изменившейся ситуацией и по закону военного времени.

— Вот отсюда подробнее. Что именно так резко изменилось за последние день-два, что сначала сюда словно попутным ветром принесло моих родителей и жениха, а потом и вы вдруг озаботились мой безопасностью?

Вайдер несколько секунд смотрел мне прямо в лицо, его прямые темные брови сошлись на переносице, подчеркивая утомленную бледность.

— Вчера в предсероземье пропал старший курс нашей Академии. Все, кто ушел в дежурное патрулирование, исчезли без следа. Остались только раненые и те, кто в эту ночь дежурил возле них. И это еще не все. Выпускники Академий Майхордо и Шардани, а также выпускники корпуса императорской стражи, разбросанные по разным направлениям Серых земель, тоже пропали. Именно в эту ночь империя осталась фактически без целого поколения молодых боевых магов.

Глава 7

— Уже отправили отряды боевых магов на поиски? — только и смогла я спросить дрогнувшим голосом.

Как ни гордилась своей выдержкой и умением держать себя в руках в любой самой говенной ситуации, к такому я оказалась не готова. Мысли путались, суть последней фразы ректора пробилась будто сквозь вату. Я же сама словно заледенела изнутри. Сделать лишний вдох и то было тяжело.

Ректор почему-то не торопился отвечать, избегая смотреть мне в глаза, и напоминал вытесанного из камня истукана. Я же только сейчас заметила то, что почему-то не бросилось мне в глаза сразу, когда сегодня впервые увиделись. За ночь мужчине кто-то будто накинул с десяток лет. В блондинистых волосах сложно заметить седину, но сейчас, присмотревшись, я увидела пару серебристых паутинок, которых, уверена, раньше не было.

Наконец он порывисто вздохнул, оживая, и насмешливо хмыкнул, на миг полыхнув бездной боли в глазах, когда наши взгляды пересеклись.

— Какие отряды, Саяра? — тихо произнес он с кривой улыбкой, исказившей идеальные черты его лица.

И от этих простых слов меня как морозом обдало. Переспрашивать я не решилась, но тут и так все понятно, стоит лишь немного задуматься. Мы несли колоссальные потери, опытные боевики гибли один за другим, не говоря уж о мирном населении. Кого смогли, эвакуировали в центральные области, но от этого гибнуть меньше людей не стало.

Куда уж тут организовывать поисковые группы на Серые земли, где пропали студенты, если магов банально не хватало не пускать Серые земли к нам?

— Но ведь «пропали» — не равно «погибли»? — полувопросительно заявила я и сама же поморщилась от того, как неуверенно и жалко прозвучал мой голос. Несмотря на все мои попытки собраться и не перечислять мысленно имена тех, кого я еще совсем недавно мягко подкалывала на занятиях, улыбаясь в ответ на их забавные комментарии и радуясь вместе с ними их успехам.

— Остается утешать себя этим, — кивнул Вайдер ай’Сантеро несколько замедленно и все же пригубил коньяк из своей рюмки.

— Вы же не будете сидеть сложа руки? — уточнила я с подозрением.

— Разумеется, нет. — Мужчина встрепенулся и уставился на меня с возмущением, поразившись абсурдности моих выводов. — Вы ведь слышали от своего отца о мобилизации. Это правда. Часть преподавательского состава отправляется на поиски пропавших выпускников. Не только из нашей Академии, разумеется. Ну и там на месте к нам присоединятся несколько лучших рейнджеров-следопытов.

— И вы вызвали меня затем, чтобы сообщить…

Ректор, отхлебнув еще раз, окончательно взял себя в руки и продолжил своим обычным строгим уверенным тоном:

— Под срочную мобилизацию вы все равно не попадете. Испытание испытанием, но идиотов в Академии нет. Во-первых, кто-то все равно должен остаться и поддерживать учебный процесс. Во-вторых, даже ваша изобретательность сейчас вряд ли поможет нам в поисках.

— Тогда к чему все эти разговоры о том, что я должна обязательно разорвать договор с Академией? — настала моя очередь непонимающе хмуриться и возмущенно смотреть мужчине в глаза.

— Никто не гарантирует, — тихо ответил ректор, — что за первой волной мобилизации не придет вторая. И третья. Положение уже сейчас серьезное, а может стать и хуже.

Глубоко вздохнув, я подалась вперед, не разрывая зрительного контакта, и положила обе ладони на стол.

— Не мне вам объяснять, что, если дойдет до этого, никто не отсидится в теплом домике, — и кривовато усмехнулась. — Даже бытовики. Так что оставим этот разговор.

— Хорошо. В таком случае я дам указание разморозить средства вашего отца на счету Академии и сделать возврат, — пожал плечами ректор, почти безразлично. Но я успела заметить, как на миг дернулся уголок губ, а в глазах отразилась искра одобрения.

— Подождите до вечера. Я ответила вам за себя, но, раз уж так сложилось… — тут пришлось подавить тяжелый вздох, — стоит спросить и остальных. Может, кто-то из девочек все же захочет вернуться домой. Насколько я помню, для разрыва договора мало перечисленной суммы, необходимо, чтобы каждая подписала документы о разрыве лично.

В этот момент я даже пожалела об этом условии, которое в моем случае сыграло мне на руку, а вот для девочек… Искренне надеюсь, что как раз они недрогнувшей рукой подпишут договоры и… А что «и»? И вернутся обратно в свои приграничные поселения, пусть сейчас и эвакуированные в центральные области? Да, они не будут считаться военнообязанными, как выпускницы Академии, но безопаснее жизнь для них от этого не станет. Сложный выбор. В любом случае я сама научила их не быть мышками, и теперь им самим предстоит делать этот выбор, никому другому.

— Все верно. Что ж, так и сделаем. Не смею вас больше задерживать, вы наверняка захотите переговорить со своими студентками прямо сейчас.

— Пожалуй. — Я отставила пустую чашку и встала. Бросила взгляд на ректора сверху вниз и не смогла промолчать. — А знаете… когда вы настоящий, без маски незадачливого администратора, с вами гораздо приятнее общаться и работать.

— Правда? Хм. Обычно бывает наоборот, — усмехнулся вдруг Вайдер. — Коллеги всегда предпочитали недалекого администратора. Они не очень любят… когда я показываю свое истинное лицо.

— Наверняка вы это делаете в комплекте с плохими новостями или знатными нахлобучками, — улыбнулась я. — Никто не любит дурные вести или выговоры.

Страх и горечь, которые поселились в моей груди, как только ректор сообщил о пропаже выпускников, никуда не делись. Но я была в состоянии не допускать того, чтобы эти чувства заполонили меня, взяли верх. Раньше смерти не умрем.

— Верно, пожалуй. Но вас, кажется, новости не особенно испугали, — заметил мужчина с полувопросительной интонацией, а меж его бровей залегла глубокая складка. Не только я выстроила внутренний барьер перед эмоциями.

— Да я бы так не сказала, — признаваться было легко. Я давно отвыкла строить из себя идеальную женщину. — И испугали, и огорчили. Только вы и ваши маски тут ни при чем. Все равно от тревожных событий никуда не скрыться. Что толку винить вас в том, что именно вы стали вестником?

— Хм… м-да.

Я уже была возле двери, когда Вайдер все же меня окликнул:

— Саяра… какие отношения связывают вас с Арэном ай’Грантом?

— С кем? — удивленно обернулась я. Имя, кажется, знакомое, но…

— М-м-м… с пострадавшим от вашего коленного темперамента целителем Арэном.

— А! Это мой жених. — Отвечая на его невысказанное изумление, я добавила: — Бывший. И пострадал он от своего темперамента, а не от моего.

— Понятно. Судя по тому, что я видел, этот жених уже очень… бывший, — хмыкнул ректор и впервые за время нашего разговора улыбнулся вполне искренне, отчего смешинки отразились в его глазах.

— Совершенно верно. А почему вы спросили?

— Да так… из чистого любопытства, — уклончиво ответил он и кивнул, давая понять, что разговор закончен.

— Понятно. Приятного дня, Вайдер. Увидимся вечером на педсовете.

Глава 8

М-да. Как говорится, улыбайтесь, мадам, завтра будет еще хуже.

С такими мыслями я вышла из кабинета ректора и не спеша двинулась через академический парк к своей башне. Сейчас будет-таки серьезный разговор, а мне еще есть за что подумать.

Когда я нервничаю, одесский говорок становится заметнее — знакомые фразы и конструкции сами выскакивают из глубин подсознания. Хорошо, что это по большей части внутренний монолог…

И о чем это я? Про войну думать не хочу. Пока не хочу — потом куда я денусь. Помочь здесь и сейчас не могу при любом раскладе, а стенать и рвать волосы на голове, проклиная инопланетяшек, некогда позарившихся на этот мир, и злую судьбу, не видела смысла. Я давно уже вышла из того возраста, когда идут на поводу у эмоций. И хоть молодое тело временами подбивало на весьма экспрессивные для меня поступки, сейчас я в состоянии держать себя в руках.

Так что лучше подумаю про неожиданный урожай женихов. Ибо, чтоб мне лопнуть, их вдруг стало как гаишников на жирном перекрестке. Оно мне надо?

Особенно учитывая последний обмен фразами с рэссом ректором. Ведь не обманула: когда не придуривается — прямо симпатичный мужик, заверните. И явно обозначил свой интерес. Весьма корректно и в меру. Жаль… обстановка не располагает. И даже не учитывая возможную мобилизацию, отставив в сторону то, что я вообще пока ощущаю себя замужней дамой и внутренне еще не смирилась с новым статусом… я все равно не завожу служебных романов, принципиально. Ибо это дурной тон.

А вот смазливый целитель — совсем другая песня. Что этому сладкому пирожочку от меня надо? Шоб я слиплась? Спасибо, не надо.

Про любовь с первого взгляда — это вы забивайте бейсы коту Семе, когда он их на солнце греет, а мне не надо расчесывать мозги. В пылкую страсть к прежней владелице этого тела тоже не верю. Она его имени-то не запомнила, машинально подмахнув соглашение о помолвке. Не встречались они. А в маньяка, увидевшего деву издалека и разом потерявшего последний ум, я верю еще меньше…

В какой-то момент даже мелькнула невольная мыслишка: а не срикошетил ли как-то леворукий вектор Райко да плюс дар троих Сантеро на мне так, что частичка флера прилипла к моей ауре? От этого предположения на миг стало дурно, но я тут же сама и развеяла нелепые домыслы: тогда бы вокруг уже крутилась половина академии, привороженная сантеровским дурацким магическим «магнитом». А в этом плане — тьфу-тьфу три раза и постучать кому-нибудь по кумполу — все тихо и спокойно. Так что точно не канает. Да и с чего бы такому вообще случиться? Магия магией, но не всемогущая она, да и я никакими вундервафлями не владею помимо умения вляпываться по самое не могу всеми Саяриными нижними девяноста.

Ладно, бой покажет. Вот и башня уже, настраиваемся на разговор.

— Поэтому у вас сейчас есть возможность покинуть Академию без труда и каких-либо последствий, — закончила я рассказ, глядя на девочек, по привычке рассевшихся в нашей уютной кухне вокруг стола. Над свежезаваренным чайником вился легкий пар, блюдо с булочками источало нежный аромат и намекало на то, что магичкам лишние килограммы не грозят. В общем, все как всегда на нашем факультете: война войной, а обед по расписанию.

Пару минут все молча смотрели в свои чашки. А потом Айрин подняла голову и посмотрела прямо на меня. И сказала ровно то, что я уже озвучивала Вайдеру в его кабинете часом ранее:

— А смысл? Куда нам возвращаться? В то же самое пограничье. Только уже без поддержки Академии, без нужных навыков и без денег. Ну поедем мы… и что? Учитывая серьезность положения, даже всеобщая эвакуация не спасет. Плюс сейчас силы боевиков растянуты и разбросаны, они могут просто не успеть на помощь очередному пограничному селению.

И признаться честно, мне не было особо что ей на это ответить. Заготовленную речь об эвакуации всего приграничного населения в центральные области? Я вас умоляю, а то никто не понимает, что эвакуация не может длиться вечно и туда все равно придется вернуться. И не факт, что после окончания войны. Да и подобной мощности прорыв может произойти снова в любой момент.

— Первый курс не мобилизуют, — задумчиво развила мысль Лианна, откладывая плюшку на край блюдца. — Так что сейчас мы в самом безопасном месте.

— Это сейчас. — Я вовсе не пыталась отговорить девочек, просто считала нужным обозначить все варианты и перспективы. — Но никто не знает, что будет дальше. Очередь может дойти и до сегодняшних первокурсников.

— А если оно перестанет быть безопасным, можно подумать, в других местах можно будет спокойно жить, — резонно заметил молчавший до этого непривычно серьезный Райко.

— Уж лучше тогда хоть что-то уметь, чтобы защититься, — поддержала Фиона и почему-то взяла за локоть сидящего рядом парня. Эти двое насмерть ссорились по двести раз на дню, девушка гоняла непутевого левшу по всей башне со сковородками и воплями, когда он в очередной раз взрывал какое-то ее рукоделье, но порознь они уже почти никогда и нигде не показывались.

— Так понимаю, разрывать свой контракт никто не собирается? Почему-то я так и думала, — констатировала я, подводя итог. А в ответ на меня уставились ставшие уже почти родными жутко удивленные мордашки. — Что?

— И вы не будете уговаривать нас, настаивать? — недоверчиво выразила общую мысль Айрин.

— Ты верно подметила: а смысл? Вы все совершеннолетние свободные граждане нашей империи, только вам решать, как распоряжаться своей судьбой.

— И что теперь будет? То есть… Пропавшие ребята… Они же не совсем пропали? Пропали — это значит, что они просто в другом месте, но живы. Иначе сказали бы прямо, а так есть надежда и их будут искать? — с нажимом вновь подала голос Айрин, напряженно стиснув губы в строгую нитку, ожидая ответа.

— Да, разумеется, их будут искать, — успокаивающе улыбнулась я, загоняя все сомнения и тревогу поглубже. — Значит, продолжаем учиться. Думаю, в ближайшее время ваше расписание поменяется, но заранее ничего предпринимать не надо, я все скажу, когда настанет нужный момент. А сейчас наведите порядок и отдыхайте. Мне нужно уйти в город, вернусь поздно. За старших — как обычно, Лианна и Айрин. Надеюсь на вас.

В целом это было мое обычное напутствие для студенток, и за прошедшие месяцы они ни разу меня не подвели. Так что отправляться в ресторан на встречу с родителями я могла с легким сердцем. Если это определение, конечно, вообще уместно в данной ситуации. Мне же с ними объясняться… и разговор будет не из простых. И если, отправляясь сегодня в учебную часть, я больше всего волновалась, не узнают ли во мне иномирянку, сейчас это отошло на второй план. Теперь я могла заявить с абсолютной уверенностью: уже не узнали и не узнают. Но проще от этого вот ни на копейку не стало.

Через час я уже вошла в один из самых милых и приличных ресторанчиков, не глядя скинула плащ на руки лакею, сообщила, что меня ждут, и огляделась. Да, точно ждут. Что примечательно, не одни родители.

Товарищ сладкий пирожок тоже здесь, хм. Встал мне навстречу, протянул руку и улыбается… так, словно мое колено никогда не встречалось с его медицинскими навыками. Так-так-та-а-а-ак. Мало было? Мальчик — мазохист? Или просто не умеет признавать поражения? Или… я слишком сильно ему нужна?

Но зачем?!

Глава 9

Достаточно прохладно поздоровавшись со всеми присутствующими за столом, я чинно уселась и пододвинула к себе написанное витиеватыми золотистыми буквами меню. Игнорировать напряженные взгляды родителей было тяжело, да и, как бы там ни было, с моей стороны безразличием тоже и не пахло. Но ситуацию необходимо разрулить здесь и сейчас. И ход сейчас далеко не за мной.

— Я тебя совсем не узнаю… Где моя тихая девочка? — первой не выдержала Ларэсса, приложив уголок белоснежного кружевного платочка к идеально накрашенным глазам.

— А на что вы рассчитывали, отрекаясь от меня? Да, я совершила ошибку, признаю. Вскоре сама же и поняла, насколько сильно заблуждалась и во что вляпалась. Но те, кто должен был вытащить меня из трясины последствий моего решения, лишь позаботились о том, чтобы рядом не было крепкой сухой ветки, при помощи которой я смогла бы выбраться. Так что же вы сейчас удивляетесь? Произошло ровно то, чего и следовало ожидать: да, я изменилась. Прежней Саяры больше нет, считайте, что она переродилась в стенах этой академии, начала новую жизнь, оставшись без поддержки самых близких людей…

Я говорила спокойно, размеренно, продолжая листать меню, словно пересказывала какую-то старую историю, услышанную на Привозе и перевранную триста раз. Могло сложиться впечатление, что меня в самом деле это все не волновало, но эмоции прежней Саяры, ее обида и тоска, оставшиеся со мной после смерти девочки, причудливо переплелись с моими собственными злостью и непониманием. Нельзя отказываться от своих детей! Что бы они ни натворили, во что бы ни вляпались, сколько бы лет им при этом ни было, но нельзя!

— Мы не отрекались… — прошелестело едва слышное от Ларэссы.

— Что?

В первый момент мне показалось, что я ослышалась. А в следующий миг прекрасная женщина, истинная аристократка, рисс до последней волосинки, вдруг сгорбилась и совсем некрасиво бурно разрыдалась. Чем, признаться, повергла меня в полнейший шок. Я еще успела перевести взгляд на словно осунувшегося отца, у которого тоже подозрительно заблестели глаза, а секунду спустя уже сама не поняла, как оказалась у стула матери. Ларэсса тут же вцепилась в меня, как не всякий утопающий хватается за спасательный круг.

— Доченька… Прости… Мы не отрекались, мы просто думали, что ты испугаешься и опомнишься! Отсюда те резкие слова. Но мы все время ждали, когда ты вернешься. Ты себя не видела, не слышала со стороны. Тебе же тогда невозможно было что-то объяснить! Думали, пусть хоть так, жестко, но приведем тебя в чувство. Затем решили — что поделать, дадим тебе набить свои шишки, не вечно же под нашим крылом сидеть, а потом…

Что «потом», Ларэсса не договорила, скривившись от подкативших слез. Я совсем растерянно перевела взгляд на отца, понимая: все, что произошло у Саяры, на самом деле чудовищная ошибка и результат глупого, но такого частого недопонимания. Нарубили дров сгоряча, потом уперлись в дурное упрямство… что они, что сама девчонка.

Постепенно Ларэсса успокоилась и ненадолго вышла в дамскую комнату привести себя в порядок. Все время, пока ее не было, я просто молчала, бездумно водя взглядом по посетителям, избегая смотреть на отца и уж тем более на несостоявшегося жениха. Размышляла, что делать дальше, но в голову ничего не лезло. Слишком много потрясений для одного дня.

Вскоре мать вернулась, как всегда изысканно прекрасная, с безупречным макияжем и легкой полуулыбкой на губах, будто ничего и не было. Вот только я так и не придумала ничего. Вся выстроенная мной мысленно линия поведения наткнулась сейчас на неожиданное препятствие и рассыпалась, как карточный домик. Но Шайден воспринял мое молчание по-своему.

— Теперь ты будешь говорить, что знать нас не желаешь и отрекаешься? — произнес он с затаенной горечью.

— Нет, папа. Я пришла не за этим. И давай закончим разговор на данную тему.

Я говорила мягко, хотя и решительно. Более того, вспомнила еще кусочек из детства Саяры и мимолетно удивилась сходству: когда-то в детстве я тоже, желая подлизаться к моему собственному отцу или привлечь его внимание, вот так клала руку ему на запястье, чуть сжимая пальцами вытатуированный на тыльной стороне якорь. У Саяриного отца якоря не было, но я глазам не поверила: на том же месте имелась другая татуировка — более сложная и непонятная. Однако на миг меня буквально накрыло дежавю…

И от этого желание резко оборвать чужие претензии и вообще свести отношения к холодной отчужденности окончательно сошло на нет.

Может, они не самые лучшие родители. Но они уже потеряли дочь, хотя об этом и не знают. На мой взгляд, это достаточное наказание за нечуткость и желание настоять на своем.

— Ни я, ни мои студентки не покинем Академию. Думаю, не надо объяснять почему.

— Саяра. — Из голоса отца исчезла властность, остались лишь усталость и какая-то безнадежность. — Ты понимаешь, каково нам думать, что мы можем тебя потерять? Ты же знаешь историю нашей семьи, ты…

— Папа, послушай. — Я чувствовала, что, несмотря на мое нежелание, все же надо расставить все точки над «и». — Мне неприятно вам это говорить, но вы меня прежнюю уже потеряли. В тот день, когда я решила, что даже вы отказались от меня.

— Саяра! Ты… ты поверила… — Ларэсса снова побледнела, но в этот раз удержалась от слез.

— Да, мама. Да, я поверила. Я не умею читать мысли, тем более на расстоянии, но я вполне могу прочесть буквы. Ваше письмо пришло очень вовремя. Ровно в тот момент, когда мужчина, которого, как мне казалось, я полюбила, сказал мне, что это все было игрой. Наверное, в другое время я бы поверила во что-то другое. А в ту минуту…

Вот тут я ступаю на тонкий лед. Объясниться надо, но главное — не пережать и не внушить подозрений.

— А в ту минуту мне хотелось умереть, — закончила я достаточно жестко. — И я почти это сделала. Почти. Тебе, надеюсь, не надо объяснять, что после этого я не могла быть прежней? Я осталась жива, но та Саяра все же умерла.

— Я. Его. Убью, — медленно сказал отец, и я с некоторой оторопью увидела, как вычурный серебряный бокал с каким-то соком, который отец пил, чтобы успокоиться, смялся в его руке, словно пластилиновый. — Сейчас.

Он начал вставать из-за стола, и я впервые поняла, осознала, насколько Шайден ай’Дельвир огромный. Особенно рядом с хрупкой матерью, повисшей на его руке:

— Шайден!

— Кого, пап? — Понятно было, что нужно менять тему, сбивать это ледяное бешенство и направлять его в другое русло. — Придурочного мальчишку, в которого я влюбилась только из-за собственной глупости? А толку? Тем более, — добавила безжалостно, — что вы сами внесли неплохой вклад в мое сумасшествие. Да и я сама… не очень хорошо и умно повела себя в этой ситуации. Так что теперь мы имеем, что имеем. Все ошиблись. Надо иметь смелость принять последствия.

— Для этого вовсе не обязательно рисковать жизнью! — попытался возразить отец, но я его перебила:

— Па, давай откровенно. Академия сейчас — одно из самых безопасных мест в империи. Никто не собирается посылать бытовичку на передний край сражения с нежитью просто так. А если… — тут я предостерегающе подняла руку, удерживая готовые сорваться с его губ слова, — если до этого докатится… дома мы все равно не отсидимся. Серые земли сами придут к нашему порогу. Поэтому давайте перестанем спорить и просто поужинаем как семья. Я выросла, ну как получилось — внезапно, криво, косо и бестолково. Я уже не вернусь под ваше крыло, но это не значит, что я перестану считать вас родными людьми.

И правда, черт побери. Я теперь чувствую за них ответственность. Саяра оставила мне не только свое тело, свою магию и свои проблемы. Их она тоже оставила мне, и нечестно будет просто взять и отбросить прочь чужие чувства.

— Кхм, — пока мы с родителями на секунду задумались каждый о своем, о себе напомнил сладкий пирожок. Тьфу ты, вот привязалась дурацкая кличка, но ничего не могу с собой поделать, само выскакивает, когда я смотрю на товарища самого бывшего.

— Кхм, — повторил он. — Прошу прощения. Все это очень трогательно. Но я вынужден напомнить еще кое о чем.

Глава 10

Не знаю, как родители, но я взглянула на несостоявшегося жениха с плохо скрываемым раздражением. И на кой хрен он вообще сюда приперся на родственную встречу? Еще и смотрит так, будто у меня пятно на платье, так и подмывает невольно осмотреть себя… Или показать кукиш. Второе, признаюсь, сильнее.

— Да-да? Мы вас внимательно слушаем, — тем не менее нашла в себе силы вежливо уточнить я.

Что мне совсем не понравилось при этом, так это реакция родителей. Вернее, отсутствие таковой, будто все в порядке вещей и никакой поц не сидит тут с нами за одним столиком и не вещает сладкоречиво.

— Я, конечно, весьма впечатлен вашими успехами, — улыбнулся этот… какой он, к черту, пирожок?! Он же змей натуральный. — Но вынужден напомнить вам один нюанс. А именно — наш договор о помолвке.

— Он расторгнут в одностороннем порядке, — пожала я плечами, припомнив действия Саяры.

— Вот именно, «в одностороннем», — покивал этот гад все с той же бесящей улыбкой. Ладно, может, сама улыбка была обычной, но на данный момент меня уже начало бесить в нем абсолютно все! Истинной причиной было, пожалуй, то, что я никак не могла взять в толк, к чему он ведет, что раздражало неимоверно.

— Не соблаговолите ли вы как-то конкретизировать, не вдаваясь более в туманные намеки?

Аж сама загордилась тем, как спокойно и вежливо прозвучал мой голос. Да и улыбка получилась вполне ему под стать: легкая, естественная, светская, даже я бы сказала. А всего лишь стоило вспомнить, чем закончился наш поцелуй. Повторить бы, для закрепления приятных воспоминаний, так сказать… А еще лучше довести начатое до конца и таки использовать то заклинание, от которого недожениха так не вовремя спас ректор. Ну да не все коту масленица, послушаем, какую тут лапшу нам на уши сейчас попытаются навешать.

— Для вас, моя дорогая невеста, — он выделил обращение голосом, улыбнувшись еще шире, — любой каприз. Помолвка не может быть расторгнута без согласия обеих сторон. А я своего так и не дал.

На стол лег лист плотной чуть голубоватой бумаги с водяными знаками — выглядел он весьма официально. Даже голограмма имперской канцелярии внизу имелась. Родители смотрели на этот лист с легким недоумением — кажется, этот пункт ускользнул не только от Саяриного внимания. Ну да, если бы они знали, то еще летом вернули бы доченьку в стойло, как строптивую козу за рога. И не играли бы в дурацкие инфантильно-педагогические игры.

Я спокойно взяла договор в руки и принялась внимательно читать.

Так. Хм. Так. Так-так-так. Все верно. Вот только есть один нюанс.

— И что теперь? — Я положила соглашение о помолвке обратно на стол и улыбнулась. Не скрою, с ле-е-егкой ехидинкой. Не все пирожку со змеятиной из себя интригана изображать.

— Если вы попытаетесь настаивать на расторжении помолвки, я отправлюсь с этим документом в имперскую канцелярию и, боюсь, у вас будут серьезные неприятности, — протянул он с легким сожалением, которое ну вот совсем никак не вязалось с налетом ненавязчивого превосходства на его лице и триумфальным блеском в глазах.

— Арэн?! — шокированно уставился на него Шайден. — Что ты несешь?! Да как ты…

— Па, спокойно. — Я сжала отцовскую кисть одной рукой, другую ладонь положила на дрожащую перчатку Ларэссы. Вот мне только не хватало, чтобы мои подопечные устроили скандал прямо здесь (хоть тресни, несмотря на обращение «па» и «ма», я никаким боком не могла принять этих людей за родителей. За немного бестолковых близких родственников, которых надо защищать, — пожалуйста, но не более).

— Пойдете в суд, и что?

— Да ничего особенного, — хмыкнул пирожок со змеятиной. — Вас всего лишь заставят соблюдать обязательства. Соглашение не просто подписано, оно еще и заверено в имперской канцелярии. На этом, кстати, вы, Шайден, — он кивнул родителю, — настояли сами. А я всего лишь составил договор так, как испокон веков принято было в моем роду. Если вы не прочли его внимательно — это не моя вина.

— Хорошо, меня заставят признать, что мы все еще помолвлены. — Я не зря, в отличие от Саяры и ее родителей, прочла все пункты и мелкий шрифт. — Дальше что?

— Дальше свадьба, разве не так принято? — обрадовался Арэн.

— А вот тут вы ошибаетесь, любезный. В этом соглашении ни слова не сказано о том, когда и в какие сроки я должна выйти за вас замуж. Я всего лишь подтверждаю намерение сделать это когда-нибудь… в будущем.

Моей улыбке, должно быть, мог бы позавидовать крокодил, судя по тому, как шокированно на меня уставились даже собственные родители. А потом мама вдруг сжала мою руку и тоже улыбнулась. Хм… приятно осознавать, что твоя внезапная родственница все же не дура, а еще она на твоей стороне. Кажется, им разонравился мой жених. Какая жалость…

— И? Саяра, вы ведь понимаете, что в таком случае замуж выйдете либо за меня, либо ни за кого и никогда? — чуть нахмурился Арэн. — Все ваши так называемые помолвки не более чем слова, и, даже если вы заключите брак, я легко признаю его недействительным. Более того, в этом случае вас ждет еще и обвинение в мошенничестве. Так что… точно понимаете?

— Я не только понимаю, но радуюсь этому! — улыбнулась вполне искренне, с трудом сдержав так и рвущееся с языка «спаситель вы мой». Но совсем уж удержаться от ехидной подколки не смогла: — Отпразднуем день, с которого начинается наша двойная холостая жизнь?

— В смысле? — оторопел Арэн. Он явно рассчитывал на какой-то другой эффект.

— Ну как же. Я никогда не выйду замуж, вы же никогда не женитесь. Соглашение ведь касается обоих. И у нас теперь есть официальная причина, по которой мы не можем связать себя узами брака, — кивнула я на договор. — Да сотни молодых повес мечтают о столь удобной отмазке!

— Я вас не понимаю, — сухо отрезал Арэн под сдавленный кашель Шайдена.

Вот же заладил! Не понимает он, ага, как же! А то я не вижу, что это просто единственное нематерное, что он сумел выдавить из себя, пытаясь сохранить невозмутимость, а сам аж побелел от ярости.

— Господин целитель, все просто. Вы не представляете, как я устала от желающих на мне жениться. Даже в Академии покоя нет. Точнее, именно там его и не было никогда… уже и не знала, каким заклинанием отмахиваться. А теперь я смело могу посылать всех настырных ухажеров прямиком к вам, вы будете им демонстрировать соглашение, они будут пугаться суда, все довольны, и я больше всех. Кстати! Своих особо настырных почитательниц можете тоже присылать ко мне, прикрою. Как говорится, услуга за услугу, — ласково кивнула ему, искренне наслаждаясь ситуацией. И что самое главное, даже ведь ни словом не соврала. В самом деле, как же удобно все складывается! Да и если так подумать, в случае чего передо мной как перед невестой глубокоуважаемого кем-то целителя открывается немало перспектив. Не факт, что когда-то в самом деле воспользуюсь своим статусом, но осознавать, что такая возможность имеется, в любом случае приятно.

— Саяра! — буквально прохрипел отец. Кажется, для него это было слишком… и в то же время, внимательно вглядевшись в лицо Шайдена, я поняла: хрипит он по большей части из-за того, что отчаянно сдерживает неприличный ржач. Кажется… кое-кому не понравилось давление на доченьку, а также махинации с договором. И теперь Шайден ай’Дельвир, с одной стороны, ужасался происходящему, а с другой, не мог не признать: пирожка я сделала всухую!

Ларэсса же снова приняла свой величественный вид снежной королевы. Я на нее покосилась и скопировала выражение лица. Ибо нефиг.

— Думаю, на этом разговор можно закончить, — самым светским и вежливым тоном. — Было очень приятно повидаться с вами, Арэн, все же не чужие люди, как выяснилось. Когда надоест ходить в женихах — сообщите, мы решим этот вопрос.

— Посмотрим, — змей окончательно вылез из пирожка и откровенно шипел, — кому надоест раньше!

— Согласна!

Глава 11

Следующие две недели выдались тревожными и трудными. Настолько, что я даже об уехавших домой родителях почти не вспоминала, пришлось потом извиняться в ответном письме. Ларэсса прислала паническое сообщение, и меня совесть заела.

Про пирожок со змеятиной я, разумеется, забыла напрочь. По крайней мере, были предпосылки к этому. А вот он, как выяснилось, обо мне помнил.

Так что сюрприз вышел знатный, когда однажды утром мы в башне получили вестник об обязательном общем медицинском осмотре по случаю прибытия в Академию нового главного целителя. Ну, то есть я на самом деле ни о чем не догадалась. Как по мне, все вполне логично, даже порадовалась, что все как в моем родном мире. Помнится, еще в самом начале удивлялась, почему для студентов и преподавательского состава не введены медосмотры в обязаловку, то, что болезней здесь значительно меньше, роли не играло. В тех же военных училищах курсантов регулярно проверяли на годность, а тут… Медпункт имеется, конечно, но обращались в него в случае происшествий уже, для профилактики же по крайней мере я не застала. В общем, молодцы, что наконец-то побеспокоились об этом!

Чутье всколыхнулось слегка, но я не придала ему особого значения, посмотрела расписание и пошла провожать девчонок в медицинское крыло. А вот там уже случился сюрприз.

Для начала чуть взъерошенная младшая целительница встретила нас в приемной и с ходу заявила, что я иду на медосмотр первой.

— Здрасте, — не удержалась я. — Это тут при чем?

— При том, — раздался у меня за спиной сладкий, как абрикосовое варенье, и ядовитый, как змеиные зубы, голос, — что я, как новый главный лекарь Академии, требую полного соответствия стандартам целительского дела. И настаиваю на контроле за здоровьем не только студентов, но и преподавателей. Поэтому, рисс ай’Дельвир, с вас и начнем. Проходите в кабинет и раздевайтесь.

Глаза у меня, наверное, стали очень большие, когда я обернулась. Не зря же у Арэна было такое чертовски довольное лицо. Или мне показалось?

— С каких пор у нас новый главный лекарь? — прошипела я недовольно на ухо уже знакомой медичке, подцепив ее под локоток, когда она послушно двинулась провожать меня куда надо.

— Со вчера, — удрученно вздохнула девушка. — Рисс, он тут уже всех на уши поставил. Конечно, большая честь работать под началом целителя ай’Гранта, это гарантия, что ты многому научишься и тебя потом примут в любую лечебницу с распростертыми объятиями. Но он такой…

— Сволочь придирчивая? — угадала я.

— Еще какая! Ой… в смысле, очень строгий и дотошный. Но… зато навык…

— Как он вообще сюда попал и куда делся рэсс ай’Монк?

— Никто не в курсе… Приказ пришел из канцелярии его величества. Магистра ай’Монка срочно перевели куда-то на запад, а на его место…

— Понятненько. Ладно, разберемся.

Эта коротенькая беседа дала мне много пищи для размышления. Вот как, значит… Отец Саяры упоминал, что Арэн обладает не только выдающимися способностями, но и весьма обширными связями при дворе. Пустил, значит, в ход… но зачем?!

Ну не для того же, чтобы пощупать меня на медосмотре? Это глупо. Он взрослый мужик, несмотря на то что благодаря своей сладкой внешности выглядит почти мальчишкой. А еще он реально крутой целитель, профессионал. Пускать коту под хвост годами наработанную репутацию ради того, чтобы подержаться за Саярины неоткормленные прелести? Не смешите моих тараканов, у них есть за что похохотать.

Так что раздевалась я за ширмой без особого трепета. Во-первых, не догола же, здешний аналог лифчика и облегающих штанишек до середины бедра снимать не требовалось. Во-вторых, Саяра, может быть, и смутилась бы, а я таки взрослая женщина и не в таком мини-бикини успела покрасоваться.

Так что в магический зеленый круг, вычерченный посреди смотровой, я встала спокойно, не сутулилась, не краснела, не опускала глаз. Наоборот, с искренним интересом следила за тем, что будет делать Арэн.

Надо отдать ему должное. Он ни на йоту не отступил от своих профессиональных обязанностей и не позволил себе ни одного лишнего движения или взгляда. Его прикосновения были легкими и почти безличными. Разве что… у меня было ощущение, что воздух между нами слегка искрит. А там, где его прохладные пальцы по необходимости касались моей кожи, искрило вовсе не слегка. Но кто его знает, может, так и надо? В целительской магии я не тетя Циля с Малой Арнаутской. Это только она знает за все на свете.

Арэн быстро провел общую диагностику, потом еще несколько углубленных. Скопировал похожую на голограмму моего тела медкарту в специальный кристалл и сухо велел:

— Одевайтесь. Все в порядке. Точные результаты я озвучу по каждому пациенту отдельно в личном сообщении. Будьте добры проследить, чтобы все учащиеся вашего факультета прошли осмотр, и заведите в главном хранилище Академии отдельную папку для моих отчетов по состоянию их здоровья. До свидания.

И уткнулся в какие-то свои записи. Сделал вид, что меня тут уже нет.

Хм. И шо это было? А и хай с ним, мне какое дело? Своих забот хватает.

К тому же голова все равно была с момента памятного разговора с ректором занята совсем другим.

Дни шли за днями, часть преподавателей уже давно отправилась в предсероземье, где последний раз видели наших выпускников, но новостей все не было. Ни официальных, ни каких-то писем от ректора. То есть они регулярно давали знать, что живы, все еще в поиске, но на этом все.

С одной стороны, больше всего я боялась услышать, что нашли тела. Или, учитывая населявшую Серые земли плотоядную нежить, следы того, что еще недавно тела там были. Пока нет конкретики, априори можно было верить, что все живы в полном составе, насколько бы глупо ни было убеждать себя в этом. Мне ли не знать, что опытные боевики на фронте гибли десятками, сдерживая натиск и обороняя мирные поселения? А тут пусть и довольно сильные обученные маги, но для меня они все еще дети, даже не сдавшие свои выпускные экзамены. Каковы шансы на то, что они сумеют продержаться все, пока их найдут? И в очередной раз для себя поняла непреложную истину: нет ничего хуже тревожного ожидания.

Я понимала, что, какими бы ни были результаты этой вылазки, сведения в общий доступ не попадут, но тем не менее, как и все остальные в Академии, ловила крохи информации, пусть даже приходилось выскабливать ее из раздутых слухов.

Мои подопечные усиленно хорохорились, продолжая жить привычной жизнью. Посещали занятия вместе с боевиками-первокурсниками, тренировались на полигоне, продолжали заниматься благоустройством уже не только нашей башни, в которой, пожалуй, на данный момент идеально все, но и других помещений Академии, устраивали все те же вечерние посиделки за сладким шоколадом со сдобными булками.

Но я видела, что и их ни на миг не покидает беспокойство. Нельзя спрятаться от всего мира за крепкими стенами и верить, что везде все хорошо. Тень тревоги то и дело пробегала по их лицам, во взглядах причудливо сочетались искры надежды с вкраплениями страха, все как один ловили малейшие новости с фронта…

Что уж говорить о прочих студентах, у которых туда ушли в лучшем случае старшие товарищи, в худшем — родные. Братья, сестры, двоюродные, троюродные… Недаром боевиков считают именно кастой. Давно уже не слышно веселого гомона во дворе Академии, да и в коридорах непривычно тихо, редкая улыбка осветит хмурый день. Все неистово ждали хоть каких-то вестей.

Так что ничего удивительного, что однажды днем я только-только закончила пару, а в аудиторию уже ворвался взмыленный Райко, явно покинувший свою лекцию досрочно. И выдохнул, сверкая отчаянной надеждой в глазах:

— Преподаватели вернулись!

Боевики, которые не успели еще покинуть нашу башню, тут же загудели, переговариваясь между собой. В другое время я, пожалуй, мягко сделала бы им замечание, умело свернув разговор в другую сторону. Только не сейчас, когда последние дни была как натянутая струна. Меня только и хватило на то, чтобы сдержанно кивнуть и дождаться, пока боевики покинут аудиторию. Тут же скороговоркой попросила Райко и выглядывавших из-за его спины девчонок, примчавшихся вместе с ним, привести класс в порядок. Сама же поспешила к ректору, пытаясь унять стремительно бившееся сердце. Но выдержка трещала по швам, а в голове билась заполошная мысль: «Лишь бы были живы или… все еще числились пропавшими». Принимать жестокую действительность я пока была не готова…

Глава 12

Я, плюнув на собственную репутацию и на то, что уже успела прославиться своей невозмутимостью и безграничным спокойствием, сейчас пребывала в настолько взвинченном состоянии, что неслась по коридорам центрального корпуса как дикий мустанг на водопой, не замечая препятствий. В частности, вывернувшего из-за угла мужчину. Чудо, что не зашибла или просто не сбила его с ног. Буркнула слова извинения на ходу, даже не рассмотрев его толком, и собралась было продолжить свой путь в ректорский кабинет, но краем глаза все же уловила блеснувшую потертую пуговицу дорожного плаща. Тут же на автомате остановилась, на мгновение опередив немного растерянный окрик моей несостоявшейся жертвы ДТП.

— Саяра? Вы все еще в Академии, не перевелись? — услышала я голос Валентайна.

Выглядел мужчина донельзя уставшим. Покрасневшие от недосыпа глаза, залегшие под ними темные круги, бледная кожа, сухие обветренные губы, свежая длинная царапина на скуле, на которую, видимо, у штатного целителя не было уже сил. Или же, что более вероятно, на фоне всего происходящего уж точно не до царапины. Пропыленная одежда с подозрительными бурыми пятнами в некоторых местах лишь подтверждала: преподаватели действительно только-только вернулись из вылазки.

— Вайдер разве не предложил вам альтернативу? Отправиться в Балору, где вас возьмут с распростертыми объятиями? — продолжил мужчина и тут же сам себе ответил: — Ну конечно, вы не оставите своих девочек… Послушайте, у меня есть там связи, я могу похлопотать об их переводе туда же, без дополнительных вступительных экзаменов, по программе обмена студентами. Многие академии практикуют это…

В другое время я, может, и послушала бы его предложение, обрисовала его девочкам, посоветовалась, ведь для них Балора — не меньший шанс хорошо устроиться в жизни, чем наша боевая Академия, и даже лучше, ведь в таком случае они не будут считаться военнообязанными. Но к этому всегда можно будет вернуться позже. В данный момент все мои мысли занимало лишь одно.

— А где остальные? Студенты? — тут же выдохнула я, за доли секунды осмотрев мужчину, оценивая его общую потрепанность, и замерла, с безумной надеждой ожидая ответа. Они бы не вернулись просто так. Ведь так?

Валентайн на миг прикрыл глаза, болезненно поморщившись, и едва заметно мотнул головой.

— Никого не нашли, — помертвевшими губами ответила за него я. Вариант, что нашли, но было уже поздно, мелькнул в мыслях, но я не решилась его озвучить.

Он даже не кивнул — по глазам было видно, что я угадала. Вдруг резко закружилась голова и зашумело в ушах, я протянула руку, чтобы схватиться за стену, но не успела, потому что меня поймали первой.

— Саяра?!

— Все в порядке, отпустите. Со мной все хорошо. — Что-что, а брать под контроль всяческие нездоровые проявления собственного организма я умею. — Валентайн, отпустите. Спасибо за помощь, но я вполне способна держаться на ногах.

Но Валентайн не торопился меня отпускать, с беспокойством всматриваясь в мое лицо, явно не поверив моим словам. И только было собрался что-то сказать, как нас бесцеремонным образом прервали.

— Что происходит? — раздалось у меня за спиной ледяное змеиное шипение. Твою мать, только его тут не хватало!

— Рисс ай’Дельвир стало дурно, — не менее холодно ответил Валентайн, поглядев поверх моей головы прямо на возникшего неизвестно откуда Арэна. — Дурные вести. А что вы тут делаете? Я не советовал бы вам докучать ей в такой момент. Думаю, вам хватит такта добиваться ее внимания в другое время.

— Если рисс ай’Дельвир дурно, то это как раз моя прямая обязанность добиваться ее внимания и выяснить, что с ней! — Злость в голосе настырного целителя крошилась как стекло под прессом, острыми осколками разлетаясь в стороны и раня всех, кто подвернется. — Я все же главный лекарь этого заведения, так что я настаиваю…

И его рука так же твердо опустилась мне на плечо, попытавшись оттолкнуть руку другого мужчины.

Ерша им в глотку, а если они подерутся, выдирая меня друг у друга, как плюшевого мишку?! Бр-р-р-р.

— С каких пор? — А, кажется, Валентайн уехал до нового назначения… Черт, о чем я думаю?! Дети!

— Хватит спорить. — Я развернулась, выученным пируэтом уходя чуть в сторону, чем легко сняла руки Валентайна со своих плеч, мельком глянула на Арэна — его рука тоже оказалась сброшена, а потом твердо отрезала: — Со мной все в порядке. Прошу прощения, но я спешу. Надеюсь, вы закончите свой разговор без меня.

Развернулась и быстрым шагом отправилась туда, куда изначально и бежала: в кабинет ректора. Мне вслед еще донеслось слаженное восклицание мужчин, не ожидавших от меня такой прыти, но мне явно сейчас не до петушиных боев.

К счастью никого больше по пути не встретив, за считаные минуты я добралась до нужного кабинета. На миг застопорилась на пороге, призывая на помощь все свое хладнокровие, и вошла в приемную. Бегло кивнув секретарю, вихрем промчалась и без стука ввалилась в кабинет ректора, уверенная, что знаю, что увижу. Усталый, измученный поездкой ректор с привычным бокалом коньяка, и его бы никто не осудил, но…

Вайдер стоял у окна, отстраненно, я бы даже сказала, безразлично глядя куда-то в сторону боевого полигона, где сейчас как раз шла тренировка второкурсников. Вопреки всему, в кабинете и не пахло коньяком, виски или каким-либо другим алкоголем. Лишь витал легкий аромат гари да стены украшали местами подпалины, будто кто-то всего несколько минут назад, не в силах сдерживать переполнявшие эмоции, просто выпускал файерболы один за другим, не беспокоясь, куда они попадут.

Под ногами тихо хрустнули осколки вазочки из-под конфет, когда я все же сделала шаг. Взгляд отметил и какие-то скомканные документы, валявшиеся в беспорядке на полу, испачканные чернилами. Словно кто-то, не заботясь о последствиях, попросту смахнул все одним быстрым порывистым движением…

Внутри все скрутилось в тугой клубок боли. Я сама, наплевав на субординацию и любые приличия, обошла ректорский стол и одним точным посылом «обратного буравчика» взломала замок на ящике, тем более что он и не был так уж надежно заперт. Вынула ту самую бутылку — за время отсутствия Вайдера она успела покрыться легким налетом пыли. Машинально легким щелчком пальцев убрала это безобразие и пролевитировала с полки два бокала.

Звук отвинчивающейся крышки и легкий звон горлышка бутылки о бокал наконец заставил ректора вздрогнуть и отмереть. Вайдер медленно повернулся, и я сжала зубы — его лицо… не то чтобы постарело. Нет. Оно просто словно стерлось, потеряв все краски.

— Рисс ай’Дельвир… — протянул он, чуть поморщившись, будто вспоминая. Его голос звучал глухо, чуждо, безлико.

Я молча подошла и буквально насильно всунула бокал ему в руку. Просто вот взяла за рукав, потянула, вложила в вялую ладонь стеклянный сосуд и сама же сжала его пальцы вокруг него.

— За упокой пьют из серебряной посуды, — медленно произнес он совершенно мертвым голосом, глядя на стакан со спиртным в своей руке.

— Типун тебе на язык! — рявкнула я, мгновенно разъяряясь. — Не смей! Не смей хоронить детей раньше времени!

Глава 13

— Знаете, Саяра, я раньше как-то не задумывался, каково это — терять кого-то близкого. Даже когда раз за разом отправлялся на зачистку прорывов вместе с моими товарищами… — разглагольствовал ректор, немного оттаяв и вернув краски лица. Но по-прежнему смотрел все на тот же полигон, где то тут, то там даже можно было заметить вспышки боевых заклинаний тренирующихся. — Мы знали, что можем не вернуться. Но тогда это воспринималось совсем иначе. Я знал, что, возможно, мой лучший друг сегодня улыбается, щурясь на солнце, в последний раз, как и то, что и для меня этот заказ может стать последним. Мы рисковали, но вместе, понимаете?

— Угу. — Я оперативно поменяла пустой ректорский стакан на полный — проще было, чем доливать. А в другую его руку чуть ли не силком впихнула наскоро сляпанный секретаршей бутерброд — вредная женщина, едва я чуть ли не за шиворот втащила ее в кабинет, оценила состояние начальства и стала очень милой, покладистой, беспрекословно выполняющей мои команды.

Мужчина немного растерянно посмотрел на кусок хлеба с колбасой, словно пытаясь понять, каким образом тот появился в его руке. Но послушно впился в него крепкими зубами. Я же вдруг поняла, что ректор вымотан даже больше, чем может показаться на первый взгляд. Когда он последний раз ел? А спал? Спал ли вообще толком, зная, что каждая минута, проведенная в Серых землях, может оказаться для его младшего брата и племянника последней? И не только для них. Даже я — без году неделя в Академии, но уже считаю этих детей своими. А Вайдер учил их с первого курса…

— Вам Шайден рассказывал? — спросил он вдруг.

Я недоуменно приподняла бровь.

— Мы когда-то учились вместе… с вашим отцом и даже были на практике у одного рейнджера. Вот тогда и узнали, как лучше всего привести в чувство и не дать сойти с ума…

Уф. Ну, сам нашел объяснение — и хорошо. Не признаваться же ему в собственном грустном опыте из другого мира — не поймет.

— Я запрещаю вам говорить о потере. Сколько времени прошло с их исчезновения — всего ничего! И какого… вы все руки опускаете? Это не мальчишки и девчонки с улицы, это лучшие, вашу мать, боевики на потоке.

— Которых в одночасье не стало. Вы представляете, какой колоссальной силой обладает противник, что сумел провернуть такое? — В его отстраненном голосе прорезалась сталь. — Я не опускаю руки, но, по правде, и держаться больше не за что. И зачем? Зачем пытаться все исправить, улучшать учебную программу для вот них, — он кивнул в сторону полигона, — добавлять новые предметы, пытаться что-то…

Меньше всего на свете мне хотелось видеть, как ломается некогда сильный и нерушимый человек, за которым шли сотни, чье имя наверняка было на слуху, кто по праву занимал свое место… Нет, Вайдер не сломался, его стержень и огонь в крови все еще при нем. Но он в самом деле подошел к этой грани чрезвычайно близко.

— Это значит всего лишь, что надо лучше искать, — отрезала я категорично, прервав его на полуслове. — Если нет тел и следов… их смерти, значит, они нужны были живыми. Они в плену, — произнесла я с нажимом и, лишь когда ректор перевел на меня недоуменный взгляд, продолжила: — И я, чтоб вас всех перевернуло и пришлепнуло, тоже успела их хоть чему-то научить. Я не верю, что они так легко сдались! Они еще где-то там и ждут помощи!

— Чего вы от меня хотите? — Вайдер поставил пустой стакан на стол и сжал голову руками на пару секунд. Потом вскочил, схватил меня за руку и дернул в сторону дальней стены, одновременно делая активирующий какое-то заклинание жест.

Я не сопротивлялась, только вздрогнула от неожиданности, когда на белой пустой стене вдруг развернулась огромная и очень подробная карта империи и окружающих ее Серых земель.

— Взгляните сюда. Видите? — Он указал вначале на обширные темные территории, смотревшиеся на карте как чернильные кляксы. — Это Серые земли. Вы ведь наверняка помните со школы историю их образования. На месте одного из городов захватчиков образовалась пустошь… Города, Саяра! Но Серые земли наступают с юга, севера, теперь появились очаги мертвой земли на западе, где отродясь ничего не было! — Его голос полыхнул на миг едва ли не отчаянием, но Вайдер быстро взял себя в руки. — С каждым годом боевых магов выпускается все меньше. Многие родители, как только узнают, что у их детей сильный дар, заставляют тех выпускать заклинание за заклинанием, добиваясь перегорания дара. Они считают, что лучше быть слабым магом, чем… мертвым боевиком. Такова правда жизни. И я не могу их за это винить…

Я сжала зубы и старательно пропустила мимо себя его отчаяние. Сейчас — неконструктивно. Надо думать, а не отдаваться во власть эмоций.

— А это что за точки? — нахмурилась я, заметив красные пометки, выделявшиеся на фоне серых и зеленых клякс территорий.

— Места прорыва… Вернее, те места, где в последний раз видели выпускников. В этих двух точках наши, тут Стархарская академия лишилась своих, вон там… — устало перечислял ректор, я же пыталась ухватить за хвост возникшую в голове дурацкую, в общем-то, мысль, но… Что нам терять? Какая-то идея лучше никакой. Я подошла к карте еще ближе, до боли в глазах всматриваясь в красные отметины.

— А насколько правдоподобен рельеф и… м-м-м… пропорции?

— Карта снималась магически, соответствие полное, — немного недоуменно пояснил ректор, которого явно сбил с настроя мой спокойный вопрос.

— Ага, спасибо… — машинально поблагодарила я.

Так. Вот здесь пропали мои… наши дети. Вот здесь — последний курс академии Каррары. Вот здесь и здесь… ага, все отмечено точками. Сразу в голове всплывают кадры из десятков фильмов или сериалов о полиции. Там тоже любили ставить точки на карте, а потом смотреть, что получилось, и делать выводы. Вряд ли, конечно, я сейчас обнаружу нечто гениальное на этой карте, но… Угу, россыпь красных точек на первый взгляд хаотичная и ровно ничего не означающая. Но вот если я отступлю на пару шагов, начинает казаться, что все они складываются в какой-то узор или знак… Нет, все равно непонятно. То ли фантазия уже шалит, цепляясь за любой шанс, то ли и вправду что-то есть, но может быть чем угодно…

А если соединить их линиями? В каком порядке? Хм. Так, в том, в котором группы пропадали, это было в один день, но в разное время, и это время кто-то любезно написал на карте возле каждого красного кружочка. Не откладывая на потом, вытащила из поясного мешочка магический грифель и соединила точки. Так? Что получилось?

Я взяла со стола свой недопитый коньяк и прищурилась, отойдя еще на полшага. Ну? Все это мне смутно что-то напоминало, но не покидала мысль, что узор не завершен, и я никак не могла сообразить, что же вижу. Рядом вдруг цветисто выругался ректор, до того момента молчаливо наблюдавший за моими художествами.

— Позволите?

С этими словами Вайдер взял у меня из рук грифелек и несколькими быстрыми росчерками добавил еще несколько точек, также соединив их линиями.

— Здесь и здесь должны были проверять поступивший сигнал о необычной активности группы практикантов с юга. Это прошлогодние выпускники из тех, кто не успел сдать экзамен и отложил на год. Но их задержали, совершенно случайно, и они прибыли на место с большим опозданием. Ничего не нашли и вернулись…

И уже настала моя очередь забыть о том, что я не ругаюсь матом вслух, особенно при иномирных посторонних мужчинах.

У меня глюки уже, что ли? Или как?! Коньяка перебрала?! Это же…

Глава 14

Больше всего эта странная геометрическая фигура напоминала надкусанную снизу корону. Или перевернутую летучую мышь Бэтмена. Или схематичную зубастую пасть, приоткрытую перед укусом. Но удивительнее и, пожалуй, страшнее всего было не это. Просто этот чертов рисунок без сомнения узнал бы каждый житель этого мира, от пятилетки до глубокого старика.

— Это же знак… — начала я, еще не до конца уверенная, что правильно расшифровала эту отметину, ориентируясь на совсем давние воспоминания Саяры. Если верить учебникам по истории, именно его изображали на всех сооружениях захватчиков. У нее даже был свой понятный, хотя и извращенно невеселый смысл: это действительно пасть, готовая поглотить вселенные во славу перевернутого солнца изначального мира. И думаю, если копнуть глубже, такой же знак наверняка был изображен и на их кораблях, или на чем они там прибыли в этот мир.

— Только опрокинутого солнца не хватает, — так же медленно кивнул Вайдер, и мы оба снова замерли, как парализованные. Наши взгляды устремились на ту точку на карте, где над центральным зубцом верхнего ряда на строго определенном расстоянии должна была находиться недостающая часть эмблемы захватчиков, некогда поработивших эти земли и превративших большую часть их в безжизненную серую пустошь.

— Что находится здесь? — первая все же озвучила я, ткнув пальцем в часть карты над зубцами за секунду до того, как ректор открыл рот, собираясь что-то сказать. — Это ведь даже не Серые земли, да и предсероземьем не назвать…

Криво усмехнувшись, ректор кивнул, зачем-то пальцем обрисовав невидимый контур нехватающей части эмблемы.

— Там почти никто не живет. И соответственно, нет патрулей. И никто никогда не стал бы искать пропавших там…

— Да ладно, не стал бы, — отмахнулась я. — Не затопленная же там территория, на дне которой частично сохранился какой-нибудь храм захватчиков или их артефакт? Кто-то наверняка оказался бы вот так перед картой, а соединить точки линиями — много ума не надо. Нам просто повезло заметить это первыми. Так что же там? Пустошь? Лес? Заброшенный поселок?

Я всматривалась в эту часть карты, невольно сравнивая с такими же участками вокруг, но особой разницы так и не разглядела. Холмистая местность, если верить отметкам, растут редкие деревья, но дремучим лесом не назвать, болот вроде нет. Самая обычная территория, нежилая, и только… А кстати, вопрос: почему там даже близко нет никаких поселений?

Серые земли с каждым годом метр за метром отнимают все больше плодородных пашен, города и села постепенно, насколько получается, отступают в центральные области — это понятно. Вокруг этого островка почти все уже тоже окрашено серым цветом, что особого удивления не вызывает. Но насколько поняла, там никто никогда и не пытался жить. На это тоже должна быть причина.

— Точно не знаю, — медленно выговорил Вайдер. — Просто нежилая территория, коих немало в нашей империи. Но…

— Узнаешь, — кивнула я. — Сейчас распоряжусь принести тебе запас укрепляющего и восстанавливающего из лекарского крыла. Я же правильно поняла, задерживаться для отдыха ты не собираешься?

Сама не заметила, как перешла на «ты». Но сейчас это не имело особого значения, тем более что мужчина кивнул. В его движениях и следа не осталось от былой разбитости и отчаяния, он стал резким, точным и быстрым. Буквально полминуты, пока я бегала к секретарше, а с ректорского стола уже сорвалась стая магических вестников. А следом и вторая растворилась зеленоватыми птичками за окном.

— Опрокинутое солнце по карте ближе всего именно к нам. Так что я созываю все отряды, отсюда и отправимся, — деловито выдал Вайдер. Поморщился, когда я молча сунула в ответ большой бокал с укрепляющим. Зелье сие было весьма вонючим и противным на вкус, но действовало феноменально. Особенно если заесть его шоколадкой, которую я нашла во взломанном ящике стола и быстро сунула мужчине прямо в рот, едва он с перекошенной от отвращения физиономией оторвался от кубка.

— Вот так-то лучше. Чем я еще могу помочь?

Вайдер сфокусировал на мне слегка отрешенный взгляд, и я увидела в его глазах целый калейдоскоп очень разных выражений. Мысль, еще мысль, сомнение, горечь, снова сомнение и, наконец…

— Иду собирать вещи. — Я забрала пустой бокал. — Программа на месяц вперед у меня расписана, девушки смогут позаниматься с остальными факультетами, а заодно и свой уровень подтянут. Справятся.

Дожидаться, пока этот вопрос-просьба прозвучит вслух, не видела смысла. Для себя я все равно уже все решила. Возможно, тогда, когда услышала о пропаже студентов, которых по праву уже называла своими. А может, позже, когда не могла уснуть, раз за разом прокручивая в голове имена всех тех, кто ушел, и гадая, сколько из них вернутся обратно. Но уже точно знала, чем все закончится, когда шла сюда.

— Я… — Вайдер запустил пальцы в густую шевелюру и посмотрел на меня с несвойственной ему нерешительной беспомощностью. — Я понимаю, что тебе там не место. С нами будут лучшие следопыты и рейнджеры предсероземья. И среди них тебе никто не обрадуется, сочтут блажью и обузой. Но… пусть это звучит безумно, ты действительно умеешь смотреть на привычные вещи другим взглядом и замечать то, что ускользает от остальных. Пусть шанс, что это поможет в поисках, мизерный, я не могу его игнорировать. Я не имею права просить тебя об этом…

Вайдер судорожно вздохнул, переводя дыхание. Вряд ли этому мужчине в принципе приходилось кого-то о чем-то просить, тем более по столь важному поводу. Но я и не собиралась его заставлять это делать.

— Обещаешь от рейнджерского состава столь же горячую и ласковую встречу, как и в первые дни в Академии? — хмыкнула я, прервав его, и, оценив некоторое смущение, отразившееся на лице ректора, подмигнула, разряжая обстановку шутливым настроем. — Ну как я могу это пропустить? Все, увидимся через час, ты же на это время назначил общий сбор? Мне надо собрать вещи и еще кое-какие необходимые… припасы.

— Ты слишком хорошо успела меня изучить за такое короткое время, — фыркнул Вайдер, даже, кажется, помолодев на несколько лет от этой улыбки. — И как только умудрилась?

— Хорошо смотрю, внимательно слушаю, правильно думаю, — хмыкнула я, обернувшись в дверях. А потом не глядя шагнула за порог, врезалась в неожиданное препятствие и вскрикнула:

— Твою… пирожковую душу! Главный лекарь ай’Грант, вы не могли бы топать погромче, что ли? Кто научил вас так незаметно подкрадываться?

Глава 15

— Мне больше интересно, кто учил вас выскакивать в дверь спиной вперед, — достаточно ехидно прищурился пирож… так, оставим эту порочную практику прозвищ. Иначе я сама себе буду напоминать классических попаданок из книг. Арэн.

— Рэсс ай’Грант, вы ко мне? — вклинился ректор, выглянув на шум, и посторонился. — Проходите.

О том, что у этого уверенного в себе мужчины совсем недавно был нервный срыв и едва не опустились руки, уже совершенно ничего не напоминало. Гордо расправленные плечи, живой взгляд, твердость в каждом жесте. За таким командиром и идут в бой. Ну, вот пусть мой незадачливый женишок с ним и обсуждает, что там ему нужно, а мне пора. И я предприняла попытку обойти его с фланга, мысленно прикидывая уже, что и как скажу своим девочкам.

— Нет, я к рисс ай’Дельвир, — совершенно спокойно кивнул целитель, чуть сдвигаясь в сторону и снова загораживая мне дорогу. — К вам у меня тоже есть дело, но оно касается моей работы и может подождать. А вот семейные вопросы нужно решать вовремя. Тем более когда они касаются здоровья.

— А рисс ай’Дельвир здесь не принимает, увы, — съязвила я, не имея абсолютно никакого желания тратить время впустую, и все же покинула учебную часть, ловко поднырнув под локоть настырного лекаря. И бросив напоследок: — К тому же у нее совершенно нет времени на ваши семейные вопросы, рэсс ай’Грант.

Я всерьез рассчитывала, что после этого мужчина от меня отстанет? Ладно, себе стоит признаться: таких иллюзий не питала, хотя и мелькнула надежда. Самая кроха.

— Ну что же вы всегда так торопитесь, Саяра? — практически пропел он, пристроившись рядом шаг в шаг и, кажется, даже впервые назвав меня по имени. — Не хотите обсуждать «наши» вопросы — обсудим конкретно твои.

В его голосе не было ни грамма угрозы или чего-то подобного, более того, он звучал спокойно, даже в чем-то расслабленно, как при общении с близким другом, и тем не менее что-то заставило меня насторожиться.

— Слушай, чего ты ко мне прицепился, как репей к кошачьему хвосту? — прямо спросила я, раз уж он первый перешел на «ты». — Или знаешь, не отвечай. Мне сейчас некогда. Давай ты придешь с обсуждениями, когда мы вернемся из Серых земель.

— Даже не найдется минутки обсудить твое нездешнее происхождение? — выдал он нарочито невинным тоном, а я себя почувствовала так, словно на меня ушат воды вылили. Так! Ни в коем случае не показываем вида, что его слова меня задели. И вообще. Мало ли что имелось в виду? Имею право не понять.

Но тут настырный лекарь, не дождавшийся моей реакции, сам вдруг поперхнулся и ошеломленно переспросил:

— Откуда ты вернешься?!

— Мое что?! — в свою очередь поинтересовалась я, приняв самый удивленный вид, какой могла. Впрочем, даже сильно притворяться не пришлось.

— Хм… Уверена, что стоит обсуждать это здесь? — Он кивнул в сторону группки студентов, о чем-то споривших у стенда с информацией в холле, куда мы успели спуститься.

— Да мне нигде ничего с тобой обсуждать не хочется, — честно призналась я. — Но ты же не отстанешь?

Не то чтобы я всерьез на это рассчитывала, но хотя бы попыталась. Черт, еще эти намеки…

— А что подсказывает твоя хваленая интуиция? — Нет, точно змеятина натуральная, как он умудряется даже улыбаться так ядовито? — Тут уже многие о ней наслышаны.

— Моя интуиция в голос кричит, что стоит держаться от тебя подальше. — Я прищурилась. — Как тебе такой аргумент?

— М-м-м… Сколько ярких эмоций я, оказывается, в тебе вызываю. И ведь только недавно познакомились. — Его улыбка стала лишь шире и наглее. А моя жажда съездить по нему чем-нибудь тяжелым стала и вовсе непреодолимой. Даже пальцы закололо от стойкого желания хотя бы искорку какую в него бросить, желательно в район штанов прицельно так, и хорошо, если сзади.

— Пригласи меня на чай. — Как ни в чем не бывало этот шлимазл… нет, шлимазл у нас был другой, и я бы сейчас с удовольствием поменяла один пирог со змеятиной на десяток невинных, милых и безобидных Сайренов… как ни в чем не бывало этот гад подхватил меня под руку и буквально потащил в сторону башни бытового факультета. — О ваших чаепитиях я тоже наслышан. Люблю совмещать приятное с полезным.

— Арэн, — я не стала упираться, потому что это выглядело бы глупо, пошла с ним рядом. Но попробовала договориться по-хорошему, как с человеком, а не со змеей, — послушай. Мне действительно некогда. Большой транспортный портал для поисковой экспедиции откроется через час с небольшим, а мне еще нужно собраться.

А мысленно добавила, что в любом случае мне нужно время. Его осведомленность мне совсем не на руку, мягко говоря. Да, может, это был какой-то нелепый блеф, но на чем-то же он был построен. Следовательно, если такие мысли посетили голову одного человека, то могут наведаться в гости и к другому, третьему, а там и до священных костров инквизиции недалеко, или какая там участь уготована иномирянам? Как бы там ни было, стоило быть осторожнее и озаботиться путями отступления, а точнее, вескими контраргументами в ответ на любое обвинение. Кстати… не виной ли всему тот чертов медосмотр? И что такого он мог там заметить?

— Куда? — Арэн резко остановился и развернул меня лицом к себе. — Поисковая экспедиция только что вернулась, насколько мне известно. Куда ты собралась?

— Вернулась и уходит вновь по причине открывшихся обстоятельств, — шутить на тему пропавших детей мне не хотелось совершенно. — И я иду с ними.

— Какого демона?! — он не орал, скорее опять шипел. Я уже поняла, что состояние крайнего бешенства у рэсса целителя выглядит вот так: маска ледяного спокойствия на лице и тихий шипящий голос. — При чем здесь ты?

— А тебе не все ли равно? — выдохнула я, но все же добавила через паузу: — Это мои дети. Как преподаватель, я за них отвечаю. Хотя бы перед своей совестью, и не могу остаться в стороне.

— Нет, — отрезал он. — Мне не все равно. Глупости про совесть преподавателя меня не интересуют, я хочу знать, какого демона бытовичка сможет сделать в Серых землях, с чем не справились опытные рейнджеры и поисковики.

— О-о-о, ты удивишься, — настала моя очередь самодовольно ухмыльнуться. Не то чтобы я действительно чувствовала себя настолько крутой, но мне внезапно захотелось еще больше его взбесить. — У меня боевая квалификация, неужто эта информация ускользнула от тебя? Нужно ответственнее подходить к процессу сбора слухов, так и чего важное можно упустить.

— Ерунда. Так. Чаепитие откладывается. — Он выпустил мой локоть. — Иди к себе. Я поговорю с ректором. Ты никуда не едешь.

Вот тут во мне взыграло противоречие. Первым порывом захотелось уже самой вцепиться в его локоть и таки потащить в мою башню на чаепитие. Ишь ты, приказывать он тут вздумал! А еще лучше, как в древние времена, оглушить прицельным ударом по кумполу и за ногу потащить в мою «пещеру», весело бумкая головой о ступеньки. Нарисованная мысленно картинка оказалась на диво приятной и помогла немного успокоиться.

— Не старайся зря. — Я все же взяла под контроль свои эмоции. — Ты здесь без году неделя и чужак. А я преподаватель Академии и имею авторитет, уже не говоря о некоторых обстоятельствах личного знакомства с рэссом ай’Сантеро. Перестань, пожалуйста, лезть не в свое дело. Этим ты подрываешь только свою репутацию.

— И какие такие личные обстоятельства у тебя вдруг? Ты все еще девственница, — прищурился он, взглядом не выражая ничего хорошего.

— А вот это тебя не касается. — Теперь и у меня по губам скользнула змеиная улыбка. — До свидания, целитель ай’Грант. Желаю вам дождаться моего возвращения, если уж так хотите со мной поговорить. И на всякий случай напоминаю: я взрослая, дееспособная и дипломированная специалистка, на жизнь которой никак не повлияет ваша помолвка, даже если она будет заверена в имперской канцелярии дважды. У вас нет никаких прав на меня и мою жизнь.

— Посмотрим… Саяра. Или мне называть тебя как-то иначе?

Глава 16

— Ну, я вас мысленно уже давно называю змеей в сиропе, — мне пришлось приложить усилие, чтобы голос звучал спокойно и ехидно. — Так что и вам не могу запретить придумать что-нибудь… симметричное.

По праву могла собой гордиться: даже ладони не вспотели, да и улыбка получилась вполне естественной. Впрочем, несмотря на ситуацию, я действительно не испытывала страха разоблачения. Даже если эта рыба-прилипала в курсе, что я не совсем Саяра, он явно узнал это не пять минут назад. И тем не менее не только не донес куда следует, но и со мной заговорил лишь сейчас. Либо ему от меня что-то нужно, либо мое разоблачение ему невыгодно… Ибо ему определенно что-то от меня нужно! Хм… Это ж когда я ему уже задолжать успела?

— Как мило. Но вы прекрасно знаете, о чем я, — чуть прищурился Арэн. И мне показалось, что в его глазах мелькнуло какое-то странное неуместное выражение. Вроде… веселое? Нет, неверно. Скорее… хм.

— Понятия не имею и уж точно не собираюсь играть в нелепые угадайки. Это все? Всего доброго, — ласково улыбнулась я и пошла дальше, даже не потрудившись обернуться. Подспудно ожидала, что ядовитый тип снова увяжется за мной, но, видимо, он решил пока сменить стратегию, и до башни я добралась без происшествий.

Да и флаг ему в лапы, барабан на грудь и паровоз на хвост. У меня и так забот хватает. Я не шутила, когда говорила и ректору, и Арэну, что мне нужно собрать кое-какие специфические пожитки.

И вообще. Подумать надо, а лучше всего у меня это получается на ходу или когда руки заняты осмысленной деятельностью. Так, что мы имеем? Подозрения главного целителя и по совместительству змея помолвочного. К тете Песе на Большую Арнаутскую не ходи — во всем виноват медосмотр. Я спросила потом девочек — кроме меня, никого больше от диагностических заклинаний током не било. Но это не может быть признаком моей инопланетности, потому что при дальнейших расспросах выяснилось: это просто были заклинания более глубокой диагностики и… Короче, тут я проиграла в игры с помолвкой: посторонних пациентов целители так обследовать без разрешения не могут. А вот родственников… даже чисто с формальной точки зрения… А тут и причина вполне официальная: желал убедиться, что его невеста все еще невинна. М-да уж, еще б понять, на кой черт мне восстановленная девственность сдалась. Впрочем, не мешает, и слава богу.

Ладно. Причину, будем считать, установили. Разберемся с последствиями. Еще раз: если бы у Арэна были четкие и ясные доказательства, никакая личная выгода не перевесила бы вопросы выживания империи. Он бы меня сдал. Просто потому, что его магическая клятва не позволила бы ему поступить иначе. А вот догадки к делу не пришьешь, и тут уж на его усмотрение, пытаться кричать на каждом углу о своих мыслях на этот счет или нет.

Значит, доказательств нет, более того, коварный змей точно знает, что я не имею никакого отношения к насильственному захвату тела. Но при этом не гнушается надавить на меня и посмотреть, каким будет результат.

Хм… а он будет таким.

Собираем вещи и валим. С Арэном разберусь после того, как мы найдем пропавших студентов. Я не могу позволить себе отвлекаться на интриги целителя, пока у меня есть более важная цель. А после… как-нибудь разберусь.

С девочками, на удивление, разговор прошел вполне спокойно и относительно быстро. Не потребовалось долго размусоливать, объяснять свои мотивы или доказывать необходимость моего решения. Мои умнички поняли меня с полуслова. Просто потому, что они в самом деле по-своему уже давно стали мне совсем родными и во многом рассуждали, как я. Понимали, что иначе я не могу. Как и то, что сами они, даже если эта мысль и возникла в их светлых головушках, пока на Серых землях будут лишь помехой и намного нужнее здесь. Что не помешало им наперебой начать советовать и что с собой взять, и на какие мелочи обращать внимание в предсероземье, щедро делясь своими какими-то местными секретиками выживания, и даже как себя вести с наглыми рейнджерами.

Один только Райко попытался устроить… ну не скандал, но почти настоящую акцию протеста.

— Тогда я еду с вами!

— Вот только тебя мне там и не хватало. Фиона! Забери от меня своего котика-обормотика, пожалуйста. — Я не глядя отмахнулась от мальчишки, напряженно размышляя, брать ли с собой малый сантехнический набор зелий или лучше сразу рассчитывать на худшее.

— Вот именно! Мой обратный вектор может во многом помочь! — не отступал он, выпятив острый подбородок и решительно сверкая своими голубыми глазами, даже потемневшими от обуревавших его эмоций.

— Как раз твой обратный вектор я с собой беру, а вот тебя — нет. Райко… — вздохнула я. — Да и чем конкретно ты можешь помочь? Я ведь не воевать иду, в мои планы не входит грудью встать перед ордой нежити, не пуская ее дальше. Поверь, ты в самом деле нужнее здесь. Да и кто боевикам еще расскажет, как его использовать, научит студентов? На тебе крайне ответственная миссия.

Но на парня лесть не подействовала, пусть я и говорила вполне искренне. Райко подался вперед, всматриваясь в мои глаза едва ли не с отчаянием, явно приняв слишком близко к сердцу мое предстоящее путешествие.

— А вдруг?!

— А если случится «вдруг», там и без тебя найдется кому меня защитить. Это не игрушки и не тренировочный полигон. Для того чтобы приносить пользу, надо сначала научиться контролировать свои способности, — говорила я это несколько жестче, чем обычно, но при этом почти не отвлекаясь от вдумчивых сборов. — А ты пока никакой не защитник и даже не секретное оружие. Ты котик со взрывным устройством между ушей, а не помощник в Серых землях. У тебя через раз вектор мотает по направляющим. Все, разговор окончен. Принеси мне лучше зелье из анальных желез волколака и пару пакетов заарканки пальчиковой, они там как раз на соседней полке. Бегом!

Парень, может, и хотел еще что-то сказать, поспорить, но тут с кухни действительно подоспела его парочка-неразлучница Фиона и без лишних разговоров ущипнула свое долговязое сокровище за куда достала. И подтолкнула в сторону кладовки.

С ней спорить наш левша не решился, уныло побрел куда послали.

Короче говоря, натиск Райко был отбит. Остальные девочки живо помогли мне не только собрать все нужное, но и компактно, удобно разместить мой бытово-боевой арсенал в экспериментальный образец ковровой сумки-рюкзака. Я припомнила опыт земных сказок, взяла за пример Гермиону и Мери Поппинс, заполировала все это дело отечественной скатертью-самобранкой и получила весьма сносный результат. Вот заодно и протестирую в полевых условиях. Очень надеюсь, что мое запасное нижнее белье не вступит в пространственный конфликт с ядовитыми зельями, по расчетам — не должно…

Учебные планы, задания, фронт работ — все это я озвучивала группе уже на бегу, распределяя, кто какие занятия будет вести у других курсов. Так что, пока бежала к центральному корпусу вместе с провожающими меня девушками, успела сказать все, что было необходимо. И до точки сбора долетела почти спокойная и даже почти не запыхавшись.

Только для того, чтобы обнаружить там очередной сюрприз.

Глава 17

— Вы покидаете Академию? — Я с некоторой оторопью уставилась на здоровенный сундук с колесиками и выдвижной ручкой, который легко, будто этот монстр размером с небольшой фургон почти ничего не весил, держал Арэн. — Ну что же, приятно было познакомиться.

— Разумеется. Как иначе попасть в Серые земли? Не говоря уж о возможности продолжить наше с вами приятное знакомство, — ухмыльнулся он и нагло подмигнул. Причем умудрился провернуть это так быстро, вновь приняв невозмутимое выражение лица, что, так понимаю, успела заметить лишь я. Да и голос этого гада звучал спокойно и бесстрастно, в то время как внутри меня эмоции вскипели буквально за секунду. Только и я умею владеть собой, ничем не выдавая собственного смятения и недовольства.

— Во-о-от как. — Я посмотрела поверх его головы на стоящего чуть поодаль ректора. М-да. Ну спасибо, Вайдер.

— Можете не прожигать рэсса ай’Сантеро таким взглядом, Саяра, наш руководитель ровно ни в чем не виноват, — раззмеился-разулыбался главный целитель. — Я получил назначение прямиком из императорской канцелярии. Раз есть надежда найти студентов в ближайшее время, им, несомненно, понадобится квалифицированная медицинская помощь, и как можно скорее.

— Тем лучше, — не стала я спорить и как-то комментировать его заявление, потеряв к нему интерес. По крайней мере, внешне. Да и рядом с Вайдером заметила Валентайна, что-то яростно тому доказывавшего. Судя по дорожной сумке у его ног, он тоже отправлялся с нами, так что в случае чего всю необходимую информацию узнаю у них, а с некоторыми пирожково-змеиными мне и вовсе не обязательно поддерживать разговор или реагировать на него. Как и на его чемодан. Он туда походный дом упаковал, что ли?

— И да, в этот медицинский модуль влезло немного моих вещей, — слишком проницательно оценил мой взгляд змей. — А вовсе не весь мой гардероб, как вы подумали. Кстати, ваших вещей я как раз не наблюдаю. Вы передумали?

— А вы всерьез ожидаете, что я планирую организовать светский раут для нежити, посему просто обязана прихватить как можно больше бальных платьев, шляпок, сумочек и туфелек? — Я испытала некоторую досаду на саму себя за глупость и неумение думать, поэтому ответила немного резковато. Могла бы и сообразить, что Арэн — серьезный целитель и, естественно, возьмет с собой как минимум аптечку. Радоваться надо, что она у него такая объемная, а не ехидничать.

— Нет, но кое-какие необходимые в походе вещи все же следовало взять, — ответил он непривычно серьезно. — Вам и так придется нелегко. Ладно, не беспокойтесь. Я позаботился о том, чтобы вам не пришлось спать на голой земле. Идемте, уже зажегся индикатор скорого открытия транспортного портала.

Я сдержанно кивнула, не став продолжать обмен ехидными подколками, к тому же последнюю фразу Арэн произнес уже нормальным тоном. Да и Вайдер с Валентайном уже как раз подошли к нам. Не знаю, о чем шел спор, но сейчас оба мужчины были предельно собранными и серьезными. Больше никого из преподавателей не было, видимо, на этот раз ректор решил оставить их в Академии.

— Готовы? Все в порядке? Тогда проходите в транспортный зал, сейчас активируется сеть, — уронил Вайдер чуть настороженно, стрельнув в сторону целителя недовольным взглядом, на который тот и ухом не повел. Вспомнил ту самую сцену в коридоре? Вряд ли, с тех пор уже немало воды утекло. Больше смахивало на то, что у мужчин уже какие-то свои шероховатости образовались в общении. Или же я на фоне всеобщего беспокойства уже вижу то, чего нет, цепляясь за любую мелочь, лишь бы не думать о самом главном и при этом самом страшном? Одно другого не исключает.

Транспортный портал открылся ровно через полторы минуты, и я с некоторым трепетом ступила на высветившиеся зеленоватые квадраты. По всему видно, Вайдер подключил тяжелую артиллерию. Санкционировать настолько энергоемкий способ сбора разных групп и перемещение их в заданную точку — это можно было организовать только по личному разрешению императора. Однако…

Невольно вспомнилось, что в прошлый раз отряд из преподавателей добирался своим ходом, обычным наземным транспортом. И не думаю, что тогда они торопились меньше, чем сейчас. Так что либо император все же вошел в положение, либо Вайдер использовал какой-то козырь из рукава, который не мог достать раньше, либо… Мой взгляд перекочевал на нежданного члена нашей группы. А ведь связь с императором есть не только у ректора. Хм…

Поскольку мы были ближе всех к намеченной точке, сначала все группы из других мест прибыли к нам — их квадраты засветились в сложном рисунке на каменном полу, показывая, как группы одна за другой вошли в систему. Когда своеобразный круг из сложных рун замкнулся, включив в себя и тот знак, на котором стояли мы, вся система пришла в движение, взметнувшись вокруг пентаграммы спиралью светящихся дорожек и на несколько секунд закрыв от взгляда стены транспортного зала.

— Какого демона, Вайдер? Я даже штаны сменить на чистые не успел, не говоря уже о том, чтобы нормально выспаться! — Бархатная темнота восточной провинции за опавшими светлячками перехода принесла новые запахи, новые звуки и новых… персонажей.

— Новые обстоятельства, Рик, — коротко пояснил ректор, выходя из круга и делая нам знак следовать за ним. Я поспешно проморгалась и стала вглядываться туда, куда иду. Вроде здесь еще не настолько стемнело, просто резкий переход не дал глазам времени привыкнуть. Всего лишь сумерки, а не тьма — мы пересекли несколько часовых поясов и из яркого послеобеденного света Академии попали в пахнущий полынью вечер.

И не мы одни. Кроме заговорившего первым я слышала и другие голоса.

— А это еще кто? — недовольно воскликнул рыжеволосый плечистый мужчина с суровым взглядом и тремя рваными шрамами, наискось пересекавшими его лицо. В данный момент он смотрел прямо на меня. Или, я даже сказала бы, сквозь меня. — С каких это пор ты берешь с собой гражданских? И не пытайся меня уверить, что она боевой маг, я за версту чую тех, кто бывал в бою.

— Что за блажь, Вайдер? — поддержали откуда-то слева, и из-за чахлого деревца выступил высокий тонкий блондин, похожий на эльфа, только без заостренных ушей.

— Или ты притащил еще одного менталиста? Сильно они помогли, прибыв на точки первыми? — вклинился еще один голос, на этот раз он принадлежал женщине, одетой в штаны и куртку из дубленой прочной кожи гырха и увешанной защитными амулетами и боевыми артефактами, как и остальные. На ее обветренном смуглом лице яркими изумрудами выделялись зеленые глаза, и сейчас они выражали лишь неодобрение, переходящее в раздражение. — Отправь ее обратно.

— Спокойно, рэссы, это со мной, — вклинился вдруг в разговор Арэн, легко перетаскивая свой сундук через какую-то кочку. — Приветствую всех, кстати.

Я сначала слегка прищурилась на него, потом оглянулась на промолчавшего Вайдера. Интересно как… но я не буду никого ни в чем разубеждать сейчас. Не до того, во-первых, сначала надо осмотреться, во-вторых. А в-третьих — хоть синеньким назови, главное, за кастрюлю не начинай. Какая разница, кем меня будут считать эти люди, главное, чтобы я имела возможность осмотреться и подумать, чем могу помочь.

А все равно интересно, откуда у гражданского целителя такой авторитет среди пограничных рейнджеров и следопытов? И среди представителей всех пяти академий империи?

Они же все разом замолчали и дружно сделали вид, словно никакой тети Сары на Привозе в упор не родилось.

Глава 18

Уютно потрескивает костер, где-то вдалеке едва слышно хрустнула веточка, а следом из куста выпорхнула потревоженная птица. В слабом отсвете огня я успела заметить, как там же испуганно метнулся в сторону заяц. В воздухе сладко пахло какими-то лесными цветами, немного дымом и ни с чем не сравнимой ночной свежестью. Тихо шумела листва деревьев, обступивших поляну, выбранную нами для временного пристанища, откуда-то ветер донес уханье филина. Красота… Правда, лес полнился не только этими звуками.

— Я в душе не е… Тьфу! Не понимаю, какого демона мы должны терять время и ресурсы, чтобы приспособить нормальный лагерь под гражданского! — злобно бурчал рыжий, управляясь с костром.

Судя по недовольному бухтению где-то в темноте, не он один так думал.

Я, не слушая эти пересуды, деловито перебирала свои ресурсы в моей зачарованной безразмерной сумке, с удобством устроившись на поваленном бревне у самого охранного контура.

— Эй, рисс, — тем временем окликнул меня один из рейнджеров. — Вы бы не возились там одна. От нежити мы периметр поставили, а вот более мелкие местные обитатели о нем и не догадываются, поскольку живые. Это лес, а не центральный магазин в столице. Жуки тут всякие, гусеницы. Червяки.

Вся компания крутых мужиков дружно сделала вид, что это они так кашляют, а не хихикают. Как дети, ей пряник.

— Спасибо за напоминание, рэсс… к сожалению, не знаю вашего имени, — усмехнулась я, прицельно выуживая из седьмого отделения справа плоский диск разработанного Фионой магофумигатора. Его надо будет положить под палатку. К сожалению, даже большой грузовой портал не умеет отматывать время назад, и, пока мы добрались из точки, где его можно было открыть, до расчетного места базового лагеря, наступила самая настоящая ночь. Оставалось только переждать ее, чтобы с рассветом отправиться на поиски. Уже радовало, что в этой части материка в это время года было тепло днем. Что, правда, не мешало ночам быть весьма холодными. Так до утра и озябнуть можно. Если, конечно, рассчитывать на один лишь походный костер.

Бегло оглядев разбитый лагерь, едва удержалась от удивленного присвистывания. Я, конечно, понимаю, что походные условия жизни не предполагают абсолютного комфорта, но об элементарных удобствах позаботиться для боевиков совсем зазорно? И я сейчас не о магии или артефактах говорю.

Да у меня малявки-второклассники были лучше упакованы и снабжены всем необходимым, когда мы отправлялись в поход с ночевкой. И это даже если не учитывать кое-какие приборы на батарейках для облегчения жизни. Уверена, они бы и без них тут некоторым фору дали. Например, тому угрюмому бородачу, что рубил себе сейчас лапник и явно намеревался сверху накрыть его своей курткой, и все — спальное место готово. Ну в цивилизованном обществе же все живем, ну ешки-матрешки! Маги вы или где? Или это принципиальная позиция — об елку задницу морозить?

От костра отделилась знакомая фигура и подошла ко мне. Помедлив, присела рядом на мое бревно. Да ладно, скоро и вовсе уступлю его, если кому надо, как только обустроюсь.

— Саяра, вижу, вы не успели подготовиться как следует к походным условиям, — начал Валентайн осторожно, явно не желая меня обидеть. Угу, оценил размеры дамской сумочки и сделал неправильный вывод. Но нарвался на мой удивленный взгляд. Это я-то не подготовлена? И в чем, интересно, это выражается? Не пру на горбу шкуру убитого медведя, а в зубах медный котелок не держу за длинную ручку?

— С чего вы взяли? — Вообще-то, могли бы и привыкнуть, что я не дура. И не отправилась бы в лес с пустыми руками.

— Моей невесте и нет нужды тащить все с собой. Я располагаю комфортабельным двухместным спальным мешком… — тут же вклинился Арэн, как-то незаметно оказавшийся рядом с нами. От неожиданности я едва не выронила свою поклажу. Ишь ты, подкрался тут, как тать ночной! Даже сундук поближе подтащил бесшумно. Право слово, скоро к нему ревновать начну. Уж больно ласковые взгляды он бросает на свой чемодан. Но, кстати, действительно интересно, чего такого он туда напер, помимо походного госпиталя?

— Спасибо, рэссы, за беспокойство, но будьте уверены: подготовлена я в меру и практически для любых условий, — все же ответила нейтральным тоном, продолжив последовательно распаковывать поклажу.

Сейчас не хватало только ректора со схожей песней. На всякий случай даже бросила взгляд в сторону костра, где и обнаружила мужчину, что-то обсуждавшего с Риком. Хотя, думаю, Вайдер как раз и не сомневался в том, что я устроюсь лучше всех, и вряд ли бы вовсе завел этот странный разговор. Скорее попросил бы озаботиться комфортом и для остальных.

— Рисс, видимо, еще не совсем понимает, куда попала, Арэн. — К нам приблизилась та самая магичка, с которой я уже столкнулась на выходе из портала. — Оставь ее самостоятельно познакомиться с местной флорой и фауной. А вот я не откажусь от твоего двойного спальника, дружище. — Она хлопнула целителя по плечу и изобразила невинность на лице.

Я даже вглядываться не стала, что там в ответ отразилось на физиономии самого Арэна. Я была занята. И при любом раскладе к сундуку ревновала больше, если предположить, что такое чувство в принципе во мне вдруг могло проснуться.

— Валентайн, будьте добры, подскажите, не привлечет ли свет к нам нежелательное внимание здешних обитателей?

— Ну только если насекомых, остальных не пустит установленный полог. — Валентайн заинтересованно склонил голову к плечу. — Костры мы всегда разводим и не особо прячем. Хотя сейчас, конечно, особый случай, поэтому я поставил затемнение по периметру полога. Снаружи нас не видно.

— Отлично. — Над моим правым плечом взмыл и разгорелся пушистый желтоватый светлячок. Сразу стало удобнее ориентироваться в круге диаметром метра четыре — а мне больше и не надо.

Не слишком далеко от костра, но так, чтобы не мешать пройти к запасу дров, провизии и ручью. Трава густая, почва под ней почти ровная — идеально. Диск фумигатора лег в нужную точку, короткий импульс активации — и комариный писк над ухом моментально прекратился. Теперь палатка — я достала из четвертого отделения еще один плоский диск, отстегнула застежку, и одноместный походный ночлег со щелчком встал на траву, упершись острыми концами гибких стоек в грунт. Чуть нажала, вгоняя поглубже, — и нормально.

И почти никакой магии. Всего лишь память прежнего мира — такие складные палатки я еще детям покупала, всего-то понадобилось повозиться с выкройкой (а это не так сложно, если точно знаешь, какой нужен результат), зачаровать шелк на водонепроницаемость и раскрасить его в веселый камуфляж, ну и подправить магией структуру местных бамбуковых трубочек, сделав их достаточно гибкими и упругими.

Второй светлячок, повинуясь команде, влетел внутрь и устроился под потолком. На пол легла сначала туристическая пенка — воспроизвести с помощью магии этот материал оказалось до смешного просто. А поверх — самонадувающийся на глазах матрас из того же шелка, только еще и воздухонепроницаемого, сразу снабженный простыней, подушкой и одеялом.

Спальное место готово, рядом с ним прекрасно уместился раскладной стол и стул. Тоже по типу тех, что я видела и использовала в своем мире: из гнутых специальным способом бамбуковых труб, плотно натянутого шелка и той же пенки с увеличенной прочностью, но почти несущественным весом. На стул я и повесила свою сумку. Отлично, дом есть, пора заняться ужином. И хорошо бы на всех, а то, пока товарищи рейнджеры вредничают, у меня не будет шанса убедить их прислушаться к моим словам. Будем подбираться к их сердцу проверенной тропой — через желудок!

Глава 19

— Оттого, что вы нормально поужинаете нормальной едой из нормальной посуды, ваша квалификация как рейнджера ничуть не пострадает. — Я, не обращая внимания на злобный

рык, решительно впихнула в руки рыжему магу миску из специального походного набора, который мы с девочками разработали еще в прошлом месяце. Уже, кстати, запатентовали и ждали предложений от какой-нибудь артели, что возьмется за производство. Один опытный набор остался в башне, второй я упаковала с собой, тем более что рассчитан он был на тридцать человек, а места занимал, благодаря особой конструкции и материалу, — как три миски. Все же магия — великая вещь… Миски с эффектом термоса, походные термокружки вроде тех, что стали продаваться у нас в магазинах для туристов и экстремалов… складные ножи и вилки. И правильно все упаковать — вот секрет хорошей походной сервировки.

— Это все ненужное баловство! — Мне попытались вернуть миску, но в этот момент запах каши с копченостями наконец достиг носа рыжего мага, и он на секунду завис. А то! Уметь надо.

— Диарея и заворот кишок, конечно, очень помогают в поисках, но, может быть, мы на этот раз обойдемся? — заговорщически подмигнула я мужику. — Чай будете? Отлично.

Не обращая внимания на сидящего возле своего сундука насупленного Арэна и улыбнувшись явно заинтересованному моей палаткой Валентайну, я вернулась к костру. Вообще, конечно, товарищи рейнджеры свое дело знали — вовсе они не были дикими неумехами, которым и камень за хлеб сойдет.

Костер был устроен очень аккуратно и по-умному, так, чтобы давать направленное в сторону спальных мешков тепло и чтобы одновременно на нем было удобно готовить. Даже регулировать пламя без магии и то получилось.

Первое впечатление оказалось обманчивым, видно, что ребята не раз разбивали именно такой лагерь в стиле минимализма, практически не тратя усилий на обустройство, но все рассчитывая до мелочей. И в общем-то, я не могла их винить в этом: после боя с толпой нежити сил явно остается на донышке, вот и привыкли перебиваться малым, закалившись в походной жизни. Правда, почему они решили, что таким образом следует разбивать лагерь всегда, — непонятно. Дело привычки или мозг настолько зашорен иными проблемами, что даже не возникло мысли чуть добавить себе удобств при том же минимуме сил? В чужой монастырь со своим уставом, конечно же, не лезут, но что я, в самом деле, вообще знаю о монастырях, право слово? Да и не заставляю никого менять закостенелые устои, использую то, что уже есть. База-то как раз что надо, добавить лишь пару штрихов — и вообще конфетку сделаем!

Все это весьма облегчило задачу, особенно после того, как удалось отогнать самих рейнджеров от костра и завладеть им единолично. Для этого пришлось брать мужиков на слабо.

Конечно, они поддались исключительно потому, что до наступления рассвета им все равно нечем было заняться. Ну почему бы не развлечься за счет какой-то тыловой дурочки, которую зачем-то притащили в боевой рейд? А, ну и еще свою роль сыграл их тщательно скрываемый интерес к моей экипировке. Прямо вот так сразу показать, насколько они впечатлились — ну нет. А втихаря рассмотреть-пощупать-попробовать — это можно.

Один Вайдер сидел в сторонке и тихо посмеивался — он меня знал лучше. И предчувствовал развлечение. А я, пока готовила простенький ужин и заваривала специально составленный девушками из пограничья сбор трав, успевала внимательно осмотреться и прислушаться.

Память на лица и имена у меня профессиональная. Уже через час я прекрасно знала, кто есть кто у этого костра. Конечно, от каждой академии тут было минимум трое, я пока занесла в свой «компьютер» всех, а некоторых пометила галочками как особо интересных персонажей.

Рыжий друг ректора — Эрик ай’Нодд, очень сильный огненный, по совместительству — лучший следопыт северного предсероземья. Здоровый, как медведь, угрюмый, ворчливый и очень добрый. Бывают такие мужики, похожие на сумрачных леших, но внутри у них нежная пушистая душа, и она чувствуется на расстоянии, если знаешь, куда смотреть. Я — знаю. Поэтому на его ворчание перестала обижаться почти сразу.

Рика ай’Сафир — это та гибкая и смуглая зеленоглазая блондинка, что претендовала на спальник Арэна, а в самом начале отпустила пару ядовитых шуточек в мою сторону. Хорошая тетка, веселая. А глаза внимательные-внимательные, совершенно не соответствуют слегка развязному поведению. Интересная личность, надо будет присмотреться. Угу, тоже ректор, на этот раз — академия Сарагон.

Тонкокостного гибкого парня, напоминавшего эльфа, звали Тристан ай’Терли, весьма талантливый воздушник, имеющий зачатки земельной магии и не чурающийся комбинировать две стихии, вплетая в одно заклинание. О нем даже Саяра слышала в свое время как о боевике-уникуме, который нарвался на гуля на практике на третьем курсе.

Нашумевший случай, никого опаснее кикиморы на их участке быть не должно было, но… Нескольких его товарищей тварь разорвала почти сразу. Тристан же перед лицом смерти каким-то образом сумел использовать две стихии сразу, что и дало ему возможность продержаться до прихода помощи. Неудивительно, что это дало толчок к дальнейшему развитию этого дара и стало его коронной фишкой в многочисленных рейдах.

Сам парень выглядел неожиданно молодо, что странно, учитывая славу, бежавшую впереди него. Случай с гулем произошел… м-м-м… лет шесть назад? Да, точно. Тогда во всех академиях только это и обсуждали. Сколько тогда парень в рейнджерах? Как талантливый гений, мог закончить академию экстерном на год-два раньше. Выходит, года три всего в рейнджерах? Меньше, больше? В любом случае сложно сказать, много это или мало. Вот вылазок на его счету с сотню точно.

В таких случаях всегда рассчитываешь увидеть кого-то опытного, мощного, закаленного в боях, а не обычного парня, визуально всего на пару лет старше Сайрена. Правда, стоило мне заглянуть в его глаза, как все сомнения тут же отпали. Взгляд выдавал все, что ему удалось повидать в жизни.

Из всех рейнджеров он был самым молчаливым, что не мешало ему рассеянно улыбаться, глядя на костер, и перебирать четки из голубоватых гладких бусин разного размера. Да и сам он источал небывалое спокойствие и уверенность. И за предложенную мной кашу искренне поблагодарил, даже не пытаясь хмуриться или делать вид, что обойдется и без стряпни некоторых.

И все же не покидало чувство, что пусть он сидел вместе со всеми и даже изредка кивал в ответ на какую-то реплику кого-то из рейнджеров, но душой он был не здесь. Об этом свидетельствовала и тоска, тенью набегавшая на его лицо, когда он изредка смотрел поверх костра куда-то вдаль, в просвет меж редких деревьев.

— Он всегда такой, себе на уме. Но видела бы ты его в бою, м-м-м… Песня просто! — выдохнул неожиданно Дайрен, хлопнув меня по плечу и присаживаясь рядом. — Кстати, безумно вкусно! Не слушай тут никого и не вздумай возвращаться обратно, фифа не фифа, а я даже в столичных харчевнях такой вкуснотищи не ел. Не знаю, на кой хрен Вайдер притащил тебя с собой, но после этого ужина меня подробности волнуют меньше всего. Во время боя отсидишься за нашими спинами, уж одну гражданскую защитим на раз плюнуть…

Я едва слышно хмыкнула, улыбнувшись, в то время как широкоплечий русоволосый рейнджер расписывал, как именно он самолично будет защищать и меня, и котелок с приготовленной мной кашей. Тоже весьма колоритная личность.

Послушать его треп — и можно решить, что Дайрен ай’Крэсс — обычный простак из предсероземья. Вот только Валентайн уже успел мне шепнуть, что именно этот балагур, нахваливавший кашу и упиравший на то, что ему вот совсем нет никакого дела, за какие заслуги меня взяли с собой, действующий ректор Стархарской академии. А также еще была свежа в памяти маска туповатого администратора, которую любил примерять Вайдер. На такие должности никого не ставят просто так. Да и успела я заметить, как мгновенно преобразилось его лицо, когда Эрик что-то обсуждал с ним, склонившись над картой.

— Не волнуйся, свою невесту я сумею сам защитить, потому и пошел в эту вылазку, — прозвучал знакомый бархатный баритон, а в следующий миг на мои плечи опустилась пропахшая полевыми травами и самую чуточку змеепирожком куртка, еще сохранившая его тепло. И не успела я возразить или возмутиться, как этот гад добил, добавив преисполненным нежности и заботы голосом: — Ночи нынче холодные, дорогая, еще не хватало, чтобы ты простудилась.

После чего сел вплотную и собственническим жестом чуть приобнял за плечи. Да ёк-макарёк! Чтоб ты был здоров, желательно подальше отсюда…

Глава 20

Сытный вкусный ужин и напиток из косточек одного местного плода, весьма напоминающий мне по вкусу кофе, но успокаивающий и в то же время бодрящий, — все, что нужно, чтобы обстановка у костра слегка разрядилась. Вообще, по-хорошему надо было идти спать, чтобы набраться сил перед завтрашними поисками. Едва рассветет, отдыхать станет некогда.

Но все медлили, сидели у костра, размышляли о чем-то своем и негромко беседовали. Понятное дело, скоро разговор сполз на одну, самую актуальную тему.

— Не одну меня ведь удивляет, что из точек пропажи получился этот знак? Я имею в виду, это само по себе странно, подозрительно и все в таком духе… И сама почти одновременная пропажа, и отсутствие следов, и получившаяся эмблема… — произнесла я задумчиво то, что билось на подкорке все время с момента, как мы с Вайдером соединили точки на карте. Но почему-то только сейчас мысли одолели скопом, и чем больше я об этом думала, тем страшнее становилось.

— Да. Кто-то знал наверняка, где будут выпускники, и намеренно… — кивнул Валентайн, процедив сквозь зубы, и неосознанно сжал руки в кулаки, словно представляя, как сожмет их на чьей-то шее.

— В том-то и дело! Не просто знал! — мотнула я головой, поморщившись. — Иначе никакого знака не было бы, ведь не простое же совпадение. Кто-то спланировал это все…

— Кто-то, у кого была возможность непосредственно влиять на решение отправить выпускников академий в конкретные места? — продолжил мою мысль Эрик, бросив в мою сторону заинтересованный взгляд.

— Именно! Я же правильно понимаю, это не статичные точки, где каждый год на одном и том же месте устраивают практику выпускным курсам?

— Нет, конечно, какой в этом смысл? Существуют критерии опасности, по которым определяют, кто отправится: отряд рейнджеров или выпускной курс. Время практики и то варьируется. Когда помощь нужнее всего, тогда академии и высылают выпускников.

Я собралась было дальше продвигать идею, что этот некто, организовавший похищение наших детей (я предпочла все же закрепиться в этой мысли, автоматически доказывавшей, что все они живы), засел в верхах и имеет влияние на академии, координируя место практики, но в последний момент запнулась. Саяре было известно это все наверняка, просто она, не собираясь изначально работать в боевой академии, мало вникала в такие нюансы, так что нужный отрезок памяти всплыл не сразу.

— Практика в академии начинается тогда, когда на ближних территориях наплыв не особо опасной нежити… — медленно произнесла я, не обращаясь ни к кому по отдельности. — Потому у каждой академии это своя дата. И предсказать, где именно это произойдет, заранее тоже невозможно, а следовательно, и повлиять изнутри, отправляя студентов на конкретные точки.

— Именно. Но в этом году из-за прорыва ее провели значительно раньше, — поморщился Вайдер. — Всплески активности возникали то тут, то там, пришлось даже разбить некоторых выпускников на два отряда. Особой опасности не ожидалось…

— Знакомая история… — едва слышно обронил молчавший прежде Тристан.

Но что больше всего напрягало, так это спокойствие рейнджеров. Похоже, я не открыла тут Америку своими догадками и рассуждениями, все это, возможно, в каком-то роде обсуждалось заранее, до обнаружения знака. И сейчас мне просто давали высказаться, что подтверждали едва заметные переглядывания, в которых, впрочем, явно отслеживалось одобрение вкупе с удивлением. У меня же вдруг перехватило дыхание от следующей догадки, которая посетила меня только сейчас, когда начала проговаривать мысли вслух.

— Нежить невозможно подчинить, ведь так? — выдала я общеизвестный факт полувопросительным тоном. И едва сдержала ругательство, отметив, как вновь переглянулись рейнджеры. Похоже, я двигалась в верном направлении, но лучше себя от этого не чувствовала.

— По официальной версии — нет, — согласно кивнул Дайрен, сбросив маску простака.

— А по неофициальной?

— А по неофициальной — после исчезновения студентов она отступила, а новый прорыв произошел практически на другом конце империи…

— Будто отвлекали внимание, переключая на необходимость спасать людей, не давая возможности организовать поисковую операцию… — пробормотала я, холодея от ужаса.

— Именно. И это не первый случай, когда нежить ведет себя странно. Возможно, существует какой-то артефакт, — вздохнула Рика, но в ее голосе звучало сомнение. — По крайней мере, думать, что кто-то использует артефакт, подчинив с его помощью нежить, проще, чем что кто-то владеет извращенной магией, влияя на тварей напрямую.

— И зачем в таком случае этому кому-то целое поколение боевых магов?

— У него есть армия монстров. Теперь ему, похоже, нужны приспешники…

— Или жертвы.

Все разом замолчали. А у меня по спине пополз очередной ледяной ручеек страха. Господи, только бы живые были…

— Самое главное — никаких следов призыва о помощи. А ведь у каждого студента заклинание от зубов отскакивает, ночью разбуди — выпалят не раздумывая, — вступил в разговор у костра Валентайн. — И оно простейшее, даже с самым малым запасом сил работает. Почему же нет даже намека? А кроме того, всех учили оставлять магические метки. Чтобы спасатели могли прийти по следам. Но их тоже нет.

— Значит, там, где их держат, нет возможности использовать магию, — нахмурился Арэн. Я вздрогнула. Он все время молчал, я пригрелась в его куртке и забыла о нем, несмотря на слабый травяной запах, что шел от воротника и приятно успокаивал. Хороший парфюм у целителя, качественный. И мысль умная.

И тут меня догнала собственная мысль. Точнее, воспоминание. Об одном занятии почти перед самой практикой, мы еще здорово поспорили с группой студентов, и дискуссия переросла размер одной лекции, втянув в себя весь выпускной курс и даже тех, кому до этого уровня еще учиться и учиться.

А спорили мы как раз о том, что даже без магии боевик должен оставаться боевиком. Да, аномальные зоны, блокирующие потоки силы в теле мага, очень редки, и попасть в них обычно смерти подобно. Они как пространственные ловушки: угодишь — и все, как муха в мухоловке с мыльной водой, чем больше бьешься, тем скорее убьешься. А снаружи тебя никто не увидит и не услышит… Потому и выбраться самостоятельно очень сложно, а позвать на помощь тоже не получится — разом выходят из строя не только заклинания, но и все артефакты.

— А что, если… — Я прикусила губу и постаралась восстановить в памяти тот спор как можно подробнее.

— Аномалии?! — мгновенно подхватил мою мысль Вайдер, и глаза его расширились. — Тогда понятно, почему не осталось ни малейшего следа… Но как такое возможно? Зоны без магии очень редки, а еще реже они блуждают, обычно эти проклятые места четко привязаны к каким-то элементам местности. За столько лет в предсероземье эти точки всем стали известны, туда никто не сунется. Новые не появлялись уже несколько веков… Как могло случиться, что эти ловушки возникли именно там, где были наши студенты?!

— Примерно так же, как созданные обстоятельства, чтобы заманить их в ловушку, — мрачно констатировал рыжий Эрик и покосился на меня — в темноте не разобрать было, то ли с уважением, то ли с раздражением. — А еще непонятнее, как их оттуда вызволить. И где искать — там, где на карте должно быть опрокинутое солнце, или все же там, где они исчезли. Вдруг аномалии все еще там?

— Вряд ли, мы обшарили те места, чуть ли не песок сквозь мелкое сито просеяли, — покачал головой Вайдер. — Если аномалии возникли там не сами по себе, а потом так же исчезли, не могли ли они перенести ребят в одно определенное место?

— Даже в этом месте — как их искать? Мы в шаге пройдем и не заметим, они же не могут подать знак магией! — закусила губу Рика.

— А что, если… — Я подняла голову и внимательно посмотрела на собравшихся вокруг магов. — Вот если забыть о магии… ничего странного не замечали там, где искали?

Глава 21

— Что ты имеешь в виду? — после несколько озадаченного молчания спросил Вайдер.

Взгляды остальных рейнджеров были направлены теперь только на меня. Но мне не впервые выступать с просветительской миссией.

— Звуки странные. Стук, например? Или крошки хлеба? — тут я сама же поморщилась, понимая, насколько глупо могло быть использование в качестве знака еды, даже в сказке птицы в первую очередь склевали крошки, по которым можно было вернуться домой. И я поспешно добавила, не желая акцентировать на этом внимание: — Камни, сложенные кучкой, которой в природе не бывает? Ну не знаю, что еще, хвосты от нежити букетиками? — Я напряженно нахмурилась. — Просто мы с ребятами все это обсуждали на занятии. Я специально отвела на это аж по три академических часа на каждом курсе и устроила потом общий семинар, где они делились идеями.

— Зачем боевикам сигналки без магии? — Никто вроде не морщился уже моим странным идеям, рейнджеры вокруг костра скорее заинтересовались и насторожились. — Вы что-то знали об опасности предстоящей практики? — это спросила Рика, и глаза ее слегка похолодели.

— Нет, не знала. — Я покачала головой и посмотрела на своего ректора. — Просто мы меняем программу в сторону универсальности. Уже был опыт. Убедились, что можно совмещать разные направления магии и получить весьма интересные результаты. В частности, был разработан комплекс элементарной защиты на случай истощения, когда у тебя в резерве осталось два-три микромагеля, а нежить еще не кончилась.

— А, это те самые безумные проекты Вайдера с бытовым факультетом? — переспросил рыжий Эрик. Но без особого сарказма в голосе.

— Они самые, — кивнула я. — Ну как? Не припоминаете?

— Нет, ничего такого, — поскреб щетину рыжий. — Впрочем, неудивительно. Если эти новые аномалии работают еще и как транспортные порталы, мальцов сразу перебрасывало с точки захвата в нужное похитителю место. С магией, без магии, сигнал послать они просто не успели. А вот здесь… стоит смотреть по сторонам внимательно.

— Все спать, — распорядилась Рика, поднимаясь с бревна. — Я дежурю первая. С рассветом выдвигаемся. Мы все вымотались, даже несколько часов сна — и то хлеб.

Я немедленно поднялась, сбросила куртку на руки Арэну и пошла в палатку. Она мягко, уютно светилась чуть в стороне от скопления спальников и буквально манила в свои теплые недра. Потому как заметно похолодало. А у меня там обогреватель на три микромагеля с вихревым разгоном частиц. Проще говоря, тепла до рассвета точно хватит.

— Спокойной ночи, рэссы, — пожелала я, оглянувшись уже на пороге палатки. Оценила слегка хмурые, старательно незаинтересованные лица некоторых персонажей. Улыбнулась змеиной улыбкой мрачному целителю, расстилавшему свой двуспальный мешок рядом с сундуком. Глянула на Валентайна, поймала в его взгляде легкое усталое одобрение вперемешку со смешинками. И застегнула молнию на пологе. Ага-ага, нам с девочками удалось соорудить даже такую диковинку, правда, работы было… пока форму под каждое звено разрабатывали и просчитывали температуру плавления, состав сплава и оптимальное время литья. Зато потом магия форева — дело удалось поставить на поток, и все мои девчонки щеголяли в куртках на молнии. Последней партии даже на палатку хватило.

Уснула я почти мгновенно, едва коснувшись головой подушки. Все же усталость и волнение и меня могут с ног свалить. Правда, когда в палатку поскреблись и я открыла глаза, уставившись в просвечивающий сквозь тонкий зачарованный шелк серый рассвет, мне показалось, что прошло не больше минуты. Но увы, снаружи действительно светало.

Я быстренько привела себя в порядок, натянула тот самый костюм, в котором скакала по полигону во время аттестации, и вынырнула из уютного мирка своей магии во внешний мир.

Первое, что я обнаружила, — упс, а наступить-то некуда. Кажется… хм.

Как так вышло, что аккуратно разложенные по своим местам спальники магов за ночь мигрировали мне буквально под ноги? Да они обложили мою палатку по периметру в три ряда!

— Доброе утро, — хмуро кивнул мне Эрик от догоревшего костра, копаясь там в своей сумке. Чертыхнувшись, вдруг звонко шлепнул себя по шее и в ответ на мой удивленный взгляд пояснил: — Комары.

— А-а-а… — протянула я глубокомысленно, уже по-другому взглянув на просыпавшихся боевиков, на которых, видимо, все же распространялся мой магический фумигатор, то-то они так облепили палатку — спасались от кровососущих насекомых.

Ближе всех, практически вжавшись в тонкую шелковую ткань со стороны входа, лежал Арэн в своем двуспальном мешке. К слову сказать, разместился он в нем один. Пока я раздумывала, насколько этично будет переступить через целителя, он уже сам проснулся.

Просто открыл глаза и рывком сел. И что самое возмутительное, не имея никаких элементарных артефактов бытовой направленности, пусть и спал столько же, сколько и остальные, выглядел он вполне свежим и выспавшимся. Даже одежда не измялась.

— Доброе утро, вижу, в мешке оказалось не настолько комфортно, как ожидалось, раз я имею удовольствие лицезреть вас здесь? — не удержалась я от легкой подколки, выбравшись из палатки полностью.

— Прекрасное утро. Да и каким оно может быть еще, если только проснулся, а уже доставил удовольствие своей невесте одним только видом? Не говоря уж о том, какой вид открылся мне с этого ракурса, — не остался в долгу он, расплывшись в довольной улыбке.

Фыркнув, я уже даже не испытала возмущения, почти привыкнув к ехидному змею. Какой там еще вид ему мог открыться, что снизу, что сверху, если я упакована в свой удобный и уже проверенный костюм? Поэтому лишь покачала головой и прошествовала мимо него к костру, попутно поздоровавшись с остальными членами отряда.

Быстрый утренний перекус вчерашними холодными припасами под бодрящий напиток, который я все же убедила огневого мага подогреть, помог окончательно проснуться. Сами сборы заняли совсем немного времени, и вскоре мы уже убрали защитный контур и двинулись вперед.

Вот только сколько бы мы ни рыскали по вполне обычной местности, двигаясь по спирали, чтобы прочесать как можно большую территорию за краткий промежуток времени и не пропустить возможный знак, все тщетно.

Разговоры между собой почти не велись, все были заняты высматриванием хоть каких-то следов. Пару раз даже казалось, что вот оно, увидели! Сломанная под особым углом ветка, оказавшаяся на деле подточенной какими-то жуками. Или скорлупа орехов, накиданная горкой… прямо аккурат под обнаруженным чуть позже беличьим дуплом.

Никто даже не подумал произнести вслух, что мы прибыли сюда зря, бросившись по ложному следу. Но уверена, эта мысль успела посетить каждого из нас. Невольно подумалось даже, что нас нарочно заманили. Ну кто в здравом уме будет прилагать столько сил, явно продумывая все не единожды, для похищения выпускников, чтобы вот так просто, походя, указать, где мы можем их забрать? Но сколько бы мы ни бродили, не обнаружили даже никакую ловушку, рассчитанную уже на нас. Просто до отвращения обычная редкая лесистая местность.

Когда солнце уже давно перевалило за половину неба, мы остановились ненадолго на привал, чтобы перекусить по-быстрому и справиться с естественными надобностями по принципу «мальчики налево, девочки направо». На Вайдера было больно смотреть. Пусть он никоим образом не показывал, что чувствует, о чем думает, но мне прекрасно было видно, как надежда медленно тает в его глазах. Когда я уже собралась подойти к нему и сказать что-то ободряющее, в ближайших кустах выругался Дайрен.

— Да муравьи, будь они неладны! Специально же высматривал, чтобы подальше от вон того муравейника справить нужду. А этими тварями и тут кишмя кишит! — выдал он в ответ на наши встревоженные взгляды.

— Дайрен, да определись уже с кустами, в конце концов, или не успокоишься, пока каждый листик в округе не оросишь? — не выдержал Эрик.

— А что, я виноват, что… — тут же завелся тот, но я уже не прислушивалась, поймав за хвост возникшую вдруг в голове мысль.

Даже не мысль, а так, неясное беспокойство или укол интуиции, среагировавшей на муравьев, почему-то оказавшихся в самых обычных, даже не ягодных кустах вдали от муравейника.

Не давая себе передумать, направилась к кустам, откуда выскочил Дайрен.

— Саяра? Вы куда? Что-то увидели? — среагировал Валентайн. Но я лишь неопределенно помотала головой, осторожно раздвинув ветки кустов. Мужчина заглянул в открывшийся проем вслед за мной.

— И где он увидел муравьев? Парочка несчастных насекомых, чего так орать? — пробормотал Валентайн, осматривая и ветки кустов, и траву между зарослями кустов и стволом какого-то дерева-исполина.

— Думаю, он имел в виду этих, — произнесла я отстраненно, чувствуя, как пересохло в горле, а сердце бешено забилось в груди, посылая волны надежды и слабые проблески радости.

Валентайн недоуменно вскинулся, но, проследив за моим взглядом, издал невнятный возглас.

— Что там у вас? Судьба Дайрена покоя не дает? — к нам присоединились Арэн и Рика, но тут же осеклись от увиденного.

— Каковы шансы на то, что муравьи в природе вдруг облепят самый обычный участок коры на дереве таким образом, чтобы получилась стрелка? — все же озвучила вслух женщина.

— Если не ошибаюсь, муравьи так и вовсе не делают, — прокомментировал тихо подошедший Вайдер чуть дрогнувшим голосом.

— Только если кто-то, желающий подать нам знак, не измажет древесной смолой или, так понимаю, какой-то едой эту кору, — проговорил молчавший до этого Тристан.

— Что это? Масло? Мед? Что у них там было в сухпайке?

— А не все ли равно, если это означает главное — мы их нашли? — почти прошептала я и, лишь услышав свой голос будто со стороны, окончательно поверила в то, что это правда.

Что я там говорила, по хлебным крошкам невозможно никого найти и глупо пытаться оставить след из еды в лесу? Похоже, я ошиблась. И какое счастье, что в этом мире никто не читал сказку «Гензель и Гретель»…

Глава 22

Сайрен:

— Тихо, потерпи, — онемевшими губами прошептал я в ухо Джастина. Друг сжал зубы и мучительно зашипел, пытаясь сдержать стон. Муравей на его плече щелкнул ненормально большими жвалами. Мутант сероземный, чтоб ему… Если бы у нас была наша магия, ни одна нежитеголовая тварь даже не приблизилась бы! Но магии нет, а злобных чудищ с садистскими наклонностями по десять штук на каждого. Скрутят, разденут, сделают что хотят, как ни сопротивляйся. За сопротивление еще и отдельно добавят.

Проклятущие насекомые жалили так, что в глазах темнело. Мы лежали голые и связанные возле муравейника уже несколько часов, и мне оставалось только надеяться, что наказание закончится, как нам и объявили — на закате.

Остальные парни и девчонки из нашей группы сидели и «работали над заданием» совсем рядом. Поначалу это доставляло мне особое неудобство — не очень мужественно, знаете ли, светить выпоротым голым задом на публику, да еще когда тебя распяли в таком виде на земле возле муравейника. Но через несколько часов мне стало все равно, тем более что никто и не думал смеяться или злорадствовать. Оно, конечно, и от их сочувствия было кисло… Ладно. За прошедшее время на моем месте так или иначе побывал каждый из парней. Хорошо, девчонок пока не тронули…

Радовало одно. Кажется, в этот раз у нас получилось. Нас наказали за украденное масло и то, что мы «пытались бежать», вместо того чтобы послушно выполнять «задание» лича. Эта дохлая морда даже в голову свою пустую не взяла, что мы не пытались сбежать и масло воровали не для того, чтобы сожрать по дороге. Мертвый садист вообще, по-моему, сдох слишком давно и плохо помнил, как там у живых людей все устроено с физиологией и мотивацией поступков. А про остальную живую природу вообще понятия не имел.

Шанс слабенький… но он есть. Благодаря одной слишком умной девчонке, заставившей нас задуматься над глупыми, как нам тогда казалось, вещами. Кто бы мог знать, как скоро пригодятся те глупости? Только бы… только бы они догадались хоть примерно, где нас искать!

По крайней мере, мы сделали все, чтобы оставить хоть какой-то след, несколько дней продумывая, что можно сделать за от силы пятнадцать минут. Иллюзий мы не питали: сбежать невероятно сложно, а остаться непойманными просто нереально. Не с теми, кто может выследить нас просто по запаху и способен передвигаться с нереальной скоростью, используя подчиняющихся им сероземных тварей. У нас могла быть лишь одна попытка и всего несколько минут на реализацию задуманного.

По некоторым признакам мы с ребятами уже намозговали, что нас держат в плену вовсе не в той аномалии, в которую мы влипли изначально. Местность другая — раз, нас тут, в лагере, огороженном колючими нежитевидными кустами, много. И все из разных групп — два.

Времени и возможности пообщаться с собратьями по несчастью почти не было. Но мы все равно пытались, несколько раз нарвавшись на «наказание». Дурацкий лич, который руководил командой загонщиков, а потом и надсмотрщиков, не нуждался ни во сне, ни в еде. А потому мог бдить круглые сутки, подлюка. Одна радость — раз в трое суток ему требовалась подзарядка от некроартефакта, и эти три часа были единственным временем, когда и остальная нежить ослабляла контроль за пленниками.

Мозги пришлось включать на полную мощность. Уж больно пугали неясные перспективы — зачем нас вообще поймали и держат здесь? С какого перебеса заставляют учить странные заклинания, практического применения которых не требуют? Да мне и представить странно, как такую чушь можно магичить вживую. А ведь если не учить — наказывают, как… как… неприятно, короче. И очень унизительно. Вот как сейчас.

Зачем берут кровь из вены каждый день? И чем все это кончится в конце концов? Не жертвенным ли камнем?

Короче, так себе будущее. И мы изо всех сил пытались от него отвертеться. По обрывкам разговоров охранников можно было бы сделать выводы о том, кто нас похитил и с какой целью… Если бы они были живыми. Но надсмотрщики могли часами стоять на одном месте, не шевелясь, уставившись мертвым взглядом в одну точку, реагируя лишь на какое-то нарушение. Приказы, видимо, они получали сразу напрямую в мозг.

Так что нам оставались лишь догадки. Коротких разговоров шепотом все же хватило на то, чтобы сопоставить впечатления. Кто-то всем этим руководил, кто-то живой. И похоже, сфера его влияния распространялась далеко за группу личей. Холодок проходил в душе от мысли, что абсолютно вся нежить могла быть в его подчинении. Если это так — лишь вопрос времени, когда он пошлет ее всю на нашу империю.

Вслух это никто не проговаривал, но по взглядам ребят и так было понятно, что не меня единственного посещают такие мысли. А еще у нас отобрали не все вещи, и мы попробовали сориентироваться по карте, выдранной из учебника по географии. Начали делиться, кто где влип, Кларку пришло в голову отмечать эти места точками, мы попробовали, и…

Главное, один парень из Сарагона сказал, что знает о других группах, которые должны были уйти в рейд после него. Народу из них среди нас не было, но пара точек на карте все равно прибавилась. Аррис, слушавший наш бред молча, тоже ткнул еще в одно место на карте. Мы оценили результат… и нам дружно поплохело.

Характер окружающей среды безошибочно подсказывал, что самое абсурдное и страшное положение верно. Эта местность на карте располагалась точно по центру опрокинутого солнца в древней эмблеме захватчиков. Мы ее сами дорисовали поверх схемы из точек.

И испугались всерьез. А потом… потом вспомнили уроки Саяры.

Прекрасно понимали, чем это грозит. За любое малейшее нарушение заведенного тут порядка мигом следовала жестокая расплата. Но между тем, как бы это смешно ни звучало, эти сдохляки следили, чтобы мы оставались живыми и относительно здоровыми. По крайней мере кормили и следили за состоянием тех, кого подвергли наказанию.

Правда, я не ожидал, что вместо обычного часа-двух мы окажемся связанными на весь день. Кровь, выступившая из ран, приманила немало гадких насекомых. Хорошо еще, что они не ядовитые. Просто больно чертовски, когда кусают, а еще щиплет потом… но у нас уже была возможность убедиться, что этот странный и неприятный эффект от выделяемой насекомыми жидкости не вредит, а, наоборот, заживляет раны. В этот раз нас с Джастином высекли гораздо сильнее, чем кого-либо до этого. Из-за этого каждый укус яркой вспышкой боли прокатывался по всему телу, поначалу выбивая предательские слезы. Но ближе к вечеру то ли концентрация муравьиного сока в теле повысилась, затуманивая разум и притупляя боль, то ли удалось притерпеться.

Хоть бы не зря! Если нас с Джастином просто и без затей высекли кнутом и бросили у муравейника, как всегда, то о судьбе дяди Арриса, отвлекавшего надсмотрщиков, чтобы дать нам шанс улизнуть, пока ничего не было известно. Он был единственным из преподов, кого оставили с нами, остальных угнали в другое место сразу. Подозреваю, виной тому его возмутительно моложавая морда — если не присматриваться, можно принять за моего ровесника.

Из моего положения было ничего толком не рассмотреть, да и один из муравьев ужалил очень близко к веку, из-за чего правый глаз все-таки заплыл, превратившись в щелочку. М-да, на лице заживляющий эффект как-то не так работает… но вроде опухоль спадает довольно быстро.

Так вот, когда нас только притащили обратно в их лагерь, я успел окинуть беглым взглядом территорию: Арриса не было. В душе брезжила надежда, что он просто в другом лагере — для преподов — или для него придумали другое наказание, да хоть бы муравейник побольше вне пределов моей видимости!

А вот подсознание гаденько нашептывало, что недаром были похищены именно выпускники, другие им не нужны. Никто из преподавателей и сопровождавших некоторые группы опытных рейнджеров с нами не попал. Кроме Арриса, с которым в момент, когда все случилось, мы выясняли отношения, по-дружески, по-родственному, сцепившись в небольшой потасовке по поводу… в сочетании с его мордой сработало.

А впрочем, какая, на хрен, разница, из-за чего мы цапались? Сейчас это такие мелочи! Лишь бы был жив и здоров, а там я согласен даже просто спокойно постоять, пока он меня мутузит, отрабатывая навыки рукопашного боя… Гадство! Аррис, зараза такая, выживи, а?

Глава 23

Сайрен:

Раздавшиеся рядом шаги тяжелых ботинок заставили меня насторожиться. С трудом повернув затекшую шею, я скривился, увидев лича, смотревшего на нас с Джасом с исследовательским интересом в мертвых глазах. А впрочем, может, это просто отблеск закатного солнца отразился, какие могут быть эмоции у трупа? Или же от боли у меня совсем уже помутилось в голове.

Подчиняясь его знаку или мысленному приказу (импульсу?), несколько надсмотрщиков рывком поставили нас с Джастином на ноги, вырвав сдавленный стон из груди. Я не сдержал ругательства, когда веревки сняли и к затекшим конечностям прилила кровь. Стоять все еще удавалось с трудом, приходилось цепляться за ненавистных сдохляков. Джас же и вовсе выглядел совсем нехорошо, едва ли не теряя сознание. Как-то так получилось, что он лежал ближе к муравейнику и ему досталось больше укусов. К беспокойству за Арриса добавилось волнение за друга, слишком тяжело перенесшего это наказание. Я искренне надеялся, что муравьиный сок выводится из крови естественным путем и не имеет никаких последствий даже в случае передозировки. А то ведь любое лекарство может стать смертельным, если его ввести слишком много…

— Надеюсь, урок вы усвоили, — обронил лич пустым голосом. — Присоединяйтесь к остальным.

И отвернулся, собираясь уйти к своему обычному посту под дальним деревом. Надсмотрщики, убедившись, что мы с Джасом в состоянии стоять на ногах, бросили на землю нашу одежду и отступили. Джастин тут же чуть было не свалился, чудом сумев удержать равновесие, я едва успел придержать его.

Дайяна, не выдержав, бросилась к нему и, подобрав его одежду, подставила парню плечо. Следом за ней тут же подскочил Сиэн, помогая придержать его с другой стороны и отвести к остальным. Краем глаза я отметил, как кто-то дернулся уже в мою сторону. К счастью, надсмотрщики никак не отреагировали на это, видимо, имели соответствующий приказ по поводу помощи своим же после приведения наказания в исполнение.

Я же, успев снова пробежаться взглядом по всем нашим, напряженно отслеживающим каждое наше движение и слово, практически с отчаянием осознал, что Арриса среди них нет. И, судя по тревоге и страху во взглядах, с момента нашего побега и не было. Отмахнувшись от помощи подбежавшего ко мне Каспера, я шагнул вперед за личем.

— Что с Аррисом?

Один из сдохляков, не успевших отойти, грубо влепил мне затрещину за то, что заговорил без разрешения. Еще один предостерегающе ухватил за предплечье. От силы удара я невольно прикусил губу, по подбородку потекла теплая струйка крови. Но меня это не остановило, лишь раззадорило. Зло сплюнув кровь, я вывернулся из хватки сдохляка и, рванувшись вперед, успел дойти до лича и даже тронуть его за рукав прежде, чем меня схватили и скрутили уже так, что не дернуться, вырвав невольный вскрик из груди от боли в выпоротой спине и заднице.

— Где Аррис? Что вы с ним сделали? — упорствовал я, крикнув уже громче, сморгнув невольно выступившие слезы.

— Сай, остановись! Не надо, Сай! — донеслось испуганное негромкое со стороны наших, но я просто не мог молча отступить и тихо сидеть, ничего не зная о судьбе родного человека! Даже не попытавшись узнать!

Лич остановился и медленно обернулся, уставившись на меня ничего не выражающим взглядом. Я же получил еще несколько сильных затрещин и тычок под ребра. В глазах на миг потемнело от слишком сильного удара. Слабость после наказания еще давала о себе знать, да и боль никуда не делась, но я лишь стиснул зубы крепче, пережидая очередную вспышку, прострелившую тело.

— Студентам время учиться, — произнес лич отстраненно заученную фразу, которую мы слышали от него каждый день.

— Но Арриса здесь нет! Вы же не убиваете нас, мы вам нужны живыми! — задергался я в руках этих тварей, безуспешно пытаясь вырваться, во что бы то ни было намереваясь узнать о судьбе дяди.

— Он — не студент. Нарушителей ждет наказание, — прозвучало между тем безразличное в ответ.

И я совсем не удивился, когда после этой фразы меня потащили обратно ко вбитому посреди поляны столбу, к которому привязывали «нарушителей» для порки. Не сдерживая эмоций, разразился потоком брани, используя всевозможные ругательства, когда-либо услышанные мной. Я понимал, что повторная порка по свежим ранам надолго выведет меня из строя, но сейчас это волновало меньше всего.

— Да чтоб тебя, дохлая морда, скажи хотя бы, жив он или нет! — крикнул я, прибавив под конец словцо покрепче, уже особо ни на что не рассчитывая.

Но неожиданно в личе что-то неуловимо изменилось. От его изучающего взгляда стало немного не по себе, а надсмотрщики вдруг остановились, больше не пытаясь тащить меня к столбу, но и не ослабляя хватку.

— Хочешь увидеться со своим другом? Ты на него похож, — задумчиво произнес он, приблизившись.

Я же вдруг четко осознал, что именно изменилось. Взгляд, тон, давно высохшие прилипшие к деснам губы, изогнувшиеся в несвойственной личу усмешке… Эмоции, которые мертвая плоть не способна испытывать, сколько бы магии в нее ни влили. А вот тот, кто управляет всеми этими тварями, — вполне. И именно он сейчас смотрел на меня через глаза лича и использовал его речевой аппарат.

— Это может быть даже интересным… Одевайся, тебя проводят, — приказал он в итоге и, похоже, покинул пока тело лича. По крайней мере, тот снова застыл, уставившись в одну точку безразличным пустым взглядом, как и надсмотрщики рядом, бездействующие все то время, что я, с трудом сдерживая стоны, с шипением натягивал штаны и рубашку. Как только очередь дошла до обуви, лич снова отмер.

— Идем, хозяин ждет. Охранять, — кивнул он сдохлякам, окружавшим напряженных боевиков, с волнением наблюдавших за моими действиями. Лич тут же повернулся к моим друзьям и отдал команду уже им: — Учить!

И, не оглядываясь, пошел куда-то прочь с поляны, мимо некроартефакта. Два надсмотрщика подхватили меня с обеих сторон под руки и потащили следом. Пожалуй, произошло то, на что мы даже не надеялись: лич впервые и вовсе покинул поляну, оставив лишь сдохляков на охране. Но вот какую цену за это доведется заплатить уже мне, не говоря уж об Аррисе? Вот-вот мне предстоит это узнать, наконец-то воочию увидев того, кто затеял это все. Познакомиться с нынешним хозяином Серых земель…

Глава 24

— Это что, направление на аномалию? — озадаченно нахмурил лоб Дайрен, рассматривая шевелящуюся на стволе дерева черную метку. — Странно…

Я первым делом бросила взгляд в сторону, куда указывала стрелка, да и не только я. Но куда ни посмотри, все те же деревья и холмистая местность, ничто не выбивалось из картинки, нигде не видать легкого искажения воздуха, как должно быть в опасной близости от аномалии. Или это что-то иное, что не подчиняется уже общеизвестным правилам? Тот, кто в состоянии создавать аномалии искусственно, вполне может уметь и изменять их границы и способность влиять на окружающую среду, разве нет? Надеюсь, что я ошибаюсь и все же переоцениваю врага.

— Если это так, то каким образом кто-то из них сумел выйти за ее пределы, чтобы оставить след? Я уж молчу о том, куда они дальше делись. Следов драки тоже вокруг нет, — усомнился Валентайн.

— И почему он просто не сбежал, — кивнула я. — Скорее всего…

— Не мог, — хмуро поддержал меня Вайдер. — Что-то не пустило. И наверняка даже далеко за границу он высунуться не сумел. А это значит…

— Всем стоять на месте и смотреть по сторонам! — вдруг рявкнул в амулет связи Эрик. — Аномалия буквально в нескольких шагах, кто влипнет — можем не успеть выдернуть!

— Но как-то же этот муравьиный художник из нее высунулся? И я искренне надеюсь, что вернулся он самостоятельно, как только подал знак, а не его вернули и… — через несколько минут все же решила поделиться своими сомнениями Рика, но фразу не договорила, поморщившись. Тут же продолжила уже другим тоном, послав легкий импульс вперед: — Возле самого дерева и на десять шагов вокруг него все стабильно, магический фон даже не колышется.

— Мне кажется, — я потерла нос и моргнула, — или вон там еще одна стрелка? И она показывает на…

— Стоять на месте! — снова рявкнул рыжий великан, а меня, видимо для надежности, еще и ухватили сзади за пояс, не давая сделать ни шагу. Обернувшись через плечо, я увидела серые и непривычно хмурые глаза Валентайна.

— Спокойно, я и так никуда не бегу. Зато вижу вон там подозрительное дупло.

— Саяра права, стрелка не одна. Могут быть еще, постарайтесь со своих мест внимательно осмотреть ближайшие деревья. Уверен, где-то еще должен быть знак. И потом, если кто-то из ребят сумел оставить этот знак, может, он указывает не на аномалию, а на что-то, где выцарапаны ее координаты? — неожиданно встал на мою сторону Арэн. Он был как-то по-особенному собран и серьезен сегодня, а еще даже не подумал устраивать скандал по поводу рук Валентайна на моей талии. То есть его целительство умеет задвинуть свою дурь ради дела? Похвально…

— Если этот некто мог выцарапать координаты, зачем ему тогда заморачиваться с маслом и муравьями, рисовать стрелку? Скорее всего, он на побег не рассчитывал, у него было лишь несколько минут, чтобы оставить такой знак, который похитители не заметят сразу, явившись за ним. Стрелка должна указывать на что-то иное, — не согласился молчавший до этого Тристан. И его слова звучали более чем резонно.

— Предлагаю активировать один из простейших артефактов и бросить как раз в сторону того дерева с дуплом, показавшимся Саяре подозрительным. Если аномалия там, артефакт просто тут же затухнет, — предложил Дайрен.

— Хорошая идея, — одобрил Вайдер. — Рика, будь добра, наклепай нам своих боевых кузнечиков и отправь прочесывать подлесок. Поставь срабатывание взрывателя на резкое прекращение потоков, тогда мы вовремя услышим и увидим опасность.

Пока рейнджеры активировали артефакты, вбивая нужные параметры, я честно осматривала ближайшие деревья в пределах видимости. Невольно подумалось: если некто сумел оставить стрелку маслом, то что ему мешало тем же маслом на другом дереве написать конкретные координаты? Правда, чем больше я всматривалась в кору, тем больше понимала бессмысленность этой затеи. Стрелка узнаваема, даже если бы мы пришли значительно позже и часть муравьев успела бы убраться. Числа в таком случае превратились бы в мешанину, просто невнятное пятно муравьев. Нас бы даже это не привлекло, скорее всего. Не говоря уж о затраченном времени на эти художества. Тристан прав, у «художника» явно было всего несколько минут. Тем больше поднималась тревога внутри от мыслей, какие последствия ожидали того, кто сумел это все провернуть. Вряд ли похититель погладил по головке и укоризненно погрозил пальчиком за побег.

— У дупла точно чисто, — наконец отозвалась Рика, сверяясь с управляющим артефактом, куда поступали данные по каждому из «кузнечиков».

— Не суйтесь, — кивнул Тристан и исчез в подлеске. И ведь я знала наверняка, куда он идет, прямо сейчас смотрела на то самое дупло, прекрасно просматриваемое с моего места, а поди ж ты — Тристан, что всамделишный эльф, натуральным образом растворился в окружающей среде. Я только по едва заметному шевелению листьев могла теперь догадываться, где он там крадется. Хотя казалось бы, от кого тут прятаться? Но никому в голову не пришло сделать нашему «эльфу» замечание. Осторожность в таких делах лишней не бывает.

Я даже вздрогнула, когда этот лесной дух вновь возник на открытом пространстве, так неожиданно это случилось. А в следующую секунду взгляд прилип к его руке, одетой в тонкую кожаную перчатку. Он держал в ней лист бумаги… точнее, это была страница, вырванная из учебника по географии, — я рассмотрела заголовок, выделенный жирным шрифтом, на одной стороне и довольно схематичную карту империи на другой.

А между строчками печатного текста кто-то торопливо и не очень аккуратно, хотя и мелко вписал свое сообщение.

Вайдер тут же, не скрывая охватившего его волнения, выхватил этот лист.

— Это почерк Сая! — воскликнул он дрогнувшим голосом, подняв на нас сияющие надеждой глаза. — Точно он. Значит, он жив!

— А ты сомневался, — укорила я, смягчив упрек улыбкой. Где-то внутри со звоном ослабла натянутая до отказа струна. И хоть это еще ничего не доказывало, в частности, о судьбе других ребят не рассказывало, откуда-то пришла уверенность, что и они живы, просто от одного взгляда на эти косые неровные строчки. Накорябанные, видимо, втихаря под полой на коленке. Об этом свидетельствовала и прорванная в паре мест от слишком сильного нажатия пером бумага.

— И остальные, стало быть, тоже, — кивнул Эрик, и по его глазам я поняла, что вот те самые перетянутые нервные струны сейчас стонут от облегчения не только в моей душе. — Отставить сантименты. Читай.

— Вы читать собираетесь? — одновременно с ним рявкнула Рика, которая, вообще не скрываясь, вытерла слезы рукавом. — Что там?

Вайдер быстро пробежал записку глазами.

— Все живы, это точно. И мы не ошиблись с выводами: аномалии действительно двигаются. По периметру некоей территории, с определенными промежутками и по определенному графику. Сай смог указать его только примерно. Там, внутри охраняемой зоны, устроено что-то вроде учебно-исправительного лагеря. И дети не могут оттуда уйти — их магию связали печатью. Она же не дает отойти от границы больше чем на пару десятков шагов.

— Учебно… что? На кой хрен и кому это сдалось? Ладно, не суть важно. Координаты есть? Хоть что-то, где их искать? — перешел сразу к делу Эрик.

— Есть, — кивнул Вайдер. — Предлагаю…

Серия резких негромких хлопков перебила его, доносясь откуда-то справа. Я только успела обернуться, как меня схватили за шиворот и за пояс одновременно, дергая в сторону. Уже в полете я сообразила, что это взрываются кузнечики Рики — маленькие артефакты, рассеянные по траве и успевшие ускакать во все стороны на довольно большое расстояние. Если они начали взрываться, значит…

Глава 25

— Да что ж за тварья напасть, — шипела Рика, за руку волоча меня за собой. Мы метались по кустам уже с полчаса, и я, признаться, слегка выдохлась, поэтому меня довольно бесцеремонно взяли на буксир. Несмотря на предупреждение Сайрена, что-то было очень непросто с этими пограничными аномалиями — может, они и патрулировали периметр по некоему графику до нашего появления, но сейчас явно с него сбились, среагировав на враждебно настроенную магию. Точнее, так понимаю, как раз и были запрограммированы действовать по определенному алгоритму, как только рядом фиксировалось использование боевой магии.

Кузнечики Рики им не понравились, такое впечатление, что участки пространства, зараженные «немагией», нарочно гонялись за юркими артефактами, как дети за мыльными пузырями, стараясь лопнуть их все. Это было нам на руку в том смысле, что отвлекало чертовы ловушки от нас самих. Как только заканчивалась очередная партия кузнечиков, чуть дрожащие столбы воздуха начинали гоняться за магами. И этой хрени было абсолютно плевать, что мы уже не использовали силу: учуяв, что мы являемся ее источниками, оно находило нас снова.

Мы не сразу это сообразили, пришлось побегать. И банально не успевали отбежать достаточно далеко от очередного такого хлопка, как очередной взрывался как раз на траектории нашего движения. Казалось, они щелкали сразу со всех сторон, хорошо хоть, через небольшие промежутки времени.

— Смещаемся на северо-запад! — проорал Вайдер между негромкими хлопками. — Это в сторону координат, указанных в письме! Сай говорит, что надо миновать полосу глубиной в несколько километров, и тогда эта дрянь от нас отстанет!

— Да чтоб тебя! — Я споткнулась и чуть не улетела в какую-то рытвину, но меня на лету поймал Валентайн и тут же перебросил бегущему рядом Арэну. Тот умудрялся мчать по пересеченной местности со скоростью мустанга, запряженного в тарантас. В прямом смысле слова запряженного, потому что свой чертов медицинский сундук он так и волок за собой. Эта габаритная хрень резво скакала по кочкам на своих внезапно выросших колесах и даже не скрипела. И не крякнула, когда меня рывком закинули прямо на нее, усадив на крышку.

— Держись крепче! — Под ладонями вдруг обнаружился поручень, и я поняла, что не первая так еду на целителе, раз все так удобно предусмотрено. Для раненых, наверное.

И дальше погнал… Елки, в каком месте этих целителей учат на ломовых лошадок? Сколько ж сил надо иметь, чтобы так носиться в упряжке по рытвинам и колдобинам?!

Еще минут пять мы развлекались гонками по редколесью, а потом…

— Вроде все, — настороженно отозвалась Рика, прислушиваясь к наступившей тишине. Где-то вдали еще слышны были приглушенные редкие хлопки оставшихся кузнечиков. Но вот я сама видела в паре метров от нас в траве поблескивавший бок одного из уцелевших. Аномалия отступила? Мы наконец-то прорвались сквозь пограничную полосу, упорно мча в нужном направлении?

— Похоже на то. Если верить письму Сая — мы почти на месте. Но учитывайте, что та самая аномалия могла чуть исказить пространство, может быть небольшая погрешность, — заметил Вайдер, сверяясь с артефактом, показывающим наши координаты. — Внимательно смотрите по сторонам. Любое несоответствие. Слабое мерцание воздуха, искажение звуков, может, странное поведение насекомых…

— Вайдер, мы все прекрасно знаем, как это может выглядеть. Найдем, — прервал его Эрик. И добавил привычно то, что каждый из нас и так прекрасно знал и понимал: — Не отходим друг от друга, держимся вместе.

Но никто не нахмурился в ответ и не закатил глаза, хоть эта фраза всем нам уже оскомину набила, все понимали, насколько важно сейчас в самом деле соблюдать все меры предосторожности.

— Лагерь охраняют? — спросила я, осторожно сползая с медицинского тарантаса и с тщательно скрываемым восхищением косясь на даже не вспотевшего ездового целителя. Обалдеть!

— Что?

— Сай написал, что там учебный лагерь, из которого сложно сбежать. Кто его охраняет, там не сказано? Мы изрядно нашумели, мне кажется… Как бы эти охранники не пришли проверить, кто тут кузнечиками балуется.

— Кар!

Раздавшееся оглушительное карканье прямо над головой заставило меня вздрогнуть, а Дайрена ругнуться сквозь зубы. Захлопав крыльями, птица перелетела чуть ниже, вновь издав противный звук. Вайдер тоже передернул плечами и ответил мне:

— Оживленцы. И, если парень не ошибается, лич. Я почти на сто процентов уверен, что он все же перепутал, — этих тварей не видели лет пятьсот, не меньше. Но лучше не исключать такую возможность…

— КАР!

К уже замеченной птице прилетела еще одна, сев чуть левее и уставившись на нас черными глазками-бусинками. Никогда не любила ворон, но сейчас было как-то вдвойне не по себе. А еще настораживало, что в лесу наступила относительная тишина: кузнечики перестали взрываться. Скорее всего, их просто больше не осталось, но также это означало, что тот, кто запустил аномалии, запрограммировав на определенный алгоритм, вот-вот получит отчет о последней операции.

По крайней мере, если бы я умела нечто подобное — сделала бы именно так. Встречаться с тем, кто все это затеял, до того, как мы спасем и отведем детей в безопасное место, хотелось меньше всего. А в идеале конкретно я предпочла бы и вовсе никогда с этой гнидой не сталкиваться. Как бы там ни было, до Терминатора в юбке мне ой как далеко.

— Оживленцы тупы, действуют на одних инстинктах, реагируя на запах и тепло жертвы. Если бы они были совсем рядом с нами, пока мы тут бегаем, уже бы среагировали. Для них нет особой разницы, что за звук исходит — карканье вороны, хруст ветки или крик человека, — если он не подкреплен запахом, — не согласился Тристан.

— Вон та птица каркает не так, как эта, — заявил вдруг Валентайн, мотнув подбородком в сторону второй, дальней вороны. — Звук искажается. Кажется, там что-то типа полога, какой мы вокруг стоянки ставим, но зачарованного на маскировку, а не на пропускной режим.

— Точно. — Эрик прошел несколько шагов и осторожно вытянул руку, потрогав пальцами воздух. — Так… Боевое построение, целителя и гражданских в хвост и в коробочку. Скорее всего, как только минуем полог, нас засекут. Задача — ликвидировать противника до того, как твари успеют поднять тревогу и вызвать подкрепление. Детей отсекают Трис и Рика. Вал, на тебе полезный груз. Остальные сами знают, что делать. Пошли!

Следующие несколько минут для меня отложились в памяти почему-то покадрово, как в замедленной съемке. Вот мы, держа наготове боевые заклинания, пересекаем невидимую черту. Вот воздух начинает звенеть и дрожать от кастуемых ударов. Вот нам наперерез метнулось нечто… тьфу ты, гадость какая. Дохлая. И много ее… но это вам не дети с заблокированной магией.

Ярко отметилось удивление, радость и безумная надежда на осунувшихся лицах студентов. Следующий кадр — в нашу сторону бегут новые твари, которых я раньше видела лишь на картинках в старых учебниках, внешне очень отдаленно напоминающие людей, которыми они, кажется, когда-то были.

Вспышка огненной магии слева от меня — и воздух наполняется ни с чем не сравнимым запахом горящей гнилой плоти. Еще один сдохляк рядом рассыпается на зловонные куски, изрубленный уже заклинанием воздушного тесака.

Я сцепила зубы и приготовила парочку особо зверских кулинарных заклятий. Если пакость подойдет поближе… я, к сожалению, не дальнобойная, но защититься смогу.

Не пришлось. Все же боевики не даром едят свой хлеб. То, с какой элегантной легкостью опытные маги расправились с охраной лагеря, стоило бы заснять на видео. Может, потом как-то по памяти восстановлю?

Зараза, о чем я думаю?! Дети!

Убедившись, что последняя тварь осела серой пылью, я кинулась к загону, огороженному, чтоб мне лопнуть, колючей проволокой! И с ходу закоротила поток чего-то больше всего похожего на электричество, бегущего по шипастым проводам. Сама не поняла, как я это сделала, но точно — с помощью обратного вектора. Однако…

Глава 26

Первые несколько секунд в лагере царила тишина. Недоверие и шок в глазах студентов сменялись облегчением. Но не успел никто из нас что-то сказать или спросить, как с ребят словно разом слетело оцепенение, они бросились к нам, на ходу сумбурно пытаясь как можно быстрее и точнее пересказать, что здесь произошло. Правда, из-за этого стало и вовсе невозможным разобрать хоть слово.

Растрепанные, исцарапанные, кое-кто щеголял уже пожелтевшими синяками, у кого-то же ссадины выглядели свежими. Растерянные, бледные, перепуганные, а стояли хорохорились, сверкая решительностью в глазах вперемешку с пережитым страхом. Вкупе с чуть подрагивающими губами у некоторых это смотрелось… В этот момент они меньше всего напоминали боевой курс. Выпускной боевой курс.

Сердце невольно сжалось, а ведь всего несколько месяцев отделяет их от того, чтобы влиться в ряды опытных рейнджеров и отправиться на фронт на общих основаниях. Не думаю, что за этот период они резко вдруг все возмужают. Вайдер прав: в самом деле кидают в мясорубку детей, не имея иного выхода. И самое ужасное — это их взгляды. В них уже мелькало то же выражение, что и в глазах Тристана. Именно так всегда всё происходит? Не уверена, что мне хочется знать в подробностях, что поспособствовало этим изменениям, но надо.

— Ша! — гаркнул Эрик, несколько растерявшись от такого напора. — По одному! Раненые есть? Свен, отчет!

Но до того, как незнакомый светловолосый парень, так понимаю, из его академии, ответил, я уже и сама поняла, что раненые есть. Это было видно и по залегшим теням на лицах тех студентов, что стояли перед нами, и по беспокойным взглядам, которые они кидали куда-то за спину, и по тому, как некоторые парни морщились, будто каждое движение доставляло им боль… И главным делом, по тому, что я, сколько ни пробегалась взглядом по толпе студентов, не могла найти еще одну светловолосую макушку. Где же еще ему быть, если не лежать раненым, ведь так?

Не став ждать, пока все тот же студент отчитается Эрику, я скользнула в сторону какого-то навеса, сколоченного наспех и, так понимаю, заменявшего ребятам жилую часть лагеря. Именно в том направлении с тревогой оглядывалось несколько выпускников.

Понятно, я и близко не лекарь, хоть азы первой помощи и знаю, но мне просто нужно было убедиться… Как и Вайдеру, который метнулся туда несколькими секундами ранее. И тем больше я была удивлена, увидев там уже Арэна, спешно распаковывавшего свой сундук. Вроде только что же был рядом с Валентайном…

Под навесом в самом деле обнаружилось несколько парней, то ли без сознания, то ли просто обессиленные.

— Это последствия «наказания» за нарушения, — тут же пояснила подбежавшая Дайяна.

Не скрывая тревоги, она между тем четко и по существу пересказала подробности зверств, совершаемых тут над теми, кто не желал следовать правилам, пока Арэн запускал диагностирующие заклинания, проверяя состояние каждого лежавшего здесь студента.

— Саяра, мне понадобится твоя помощь, — сосредоточенно кивнул он под конец рассказа боевички, пока я с трудом сдерживалась, чтобы не разразиться вслух трехэтажными ругательствами. Но, поймав мой взгляд, Арэн смягчился. — Ничего особо страшного. Поверхностные неглубокие ранения плюс естественная реакция организма на муравьиный яд. Я лишь ускорю немного их естественную регенерацию, чтобы поднять на ноги, в остальном само пройдет. С твоей помощью это будет быстрее.

Спрашивать, почему выбор пал на меня, не стала. Простейшие целительские заклинания вполне доступны всем бытовым магам как раз за счет более тонкой работы с потоками.

— Да, конечно, — спохватилась я, присаживаясь возле парня, выглядящего хуже всего.

Им при ближайшем рассмотрении оказался Джастин, друг Сайрена. В то время как другие раненые уже отреагировали на наше появление, приподнявшись на локтях или дополнив рассказ Дайяны, он так и не смог даже толком открыть глаза, лишь слабо простонал что-то сквозь зубы. На его лице вздувшимися шишками выделялись свежие укусы.

Арэн объяснил, что и как делать, и процесс в самом деле пошел быстрее. Он проводил основную работу с жизненными потоками парней, я же подхватывала после него, завершая, а заодно находила пару ласковых ободряющих слов для каждого. Страшно подумать, что они пережили и насколько сильно плен сказался на них. О судьбе тех, кого мы так и не увидели ни среди раненых, ни среди тех, кто крепко стоял на ногах, пока старалась не думать.

Вскоре под навес заглянул Вайдер и сообщил, что среди студентов, бросившихся к нам, тоже есть пострадавшие.

— Насколько сильно пострадали? Каждой царапиной заниматься некогда, — поморщился Арэн, вливая силы уже в другого студента.

Безусловно, я тоже это понимала, как и то, что, судя по взглядам парней, стоявших за спиной ректора, они сейчас как один заявят, что и вовсе в полном порядке, несмотря на искусанные явно от боли губы и скованность движений.

— С чем попроще и я справлюсь, к тому же, если целитель Арэн не возражает, воспользуюсь его снадобьями, — отозвалась я, бегло оценив содержимое сундука и опознав практически все мази.

В первый миг мужчина хотел было возразить, но, скривившись, указал на один из флаконов.

— Самые сильные укусы можно смазать этим. Но все же я рекомендовал бы заняться всем этим позже, — проворчал он. Чтобы некоторое время спустя, наблюдая за тем, как я вожусь с немного смущающимися парнями, заявить достаточно громко:

— Раз уж мы все равно пока здесь, ко мне тоже можете подойти, кому нужна помощь.

И тишина. Отвлекшись от смазывания укусов Джастина, уже немного оклемавшегося и даже самостоятельно стоявшего на ногах, я подняла голову. Оценила, что на призыв дипломированного целителя никто и не дернулся, и, спрятав улыбку, вернулась к прерванному занятию.

— А ты как хотел, чтобы парни именно к тебе в очередь выстроились? — ехидно хмыкнула Рика, присаживаясь рядом с лечебным сундуком Арэна.

— Вообще-то да, — сухо поджал губы лекарь, неодобрительно покосившись на меня и моих птенчиков. — Саяра, хватит их тискать. Если уж так приспичило лично проверить, не отвалились ли у студентов стратегически важные части тела, тащите их ко мне, я проведу диагностику.

— Займитесь пока девочками, — предложила я, тщательно размазывая травяной бальзам по распухшему лицу Джастина. — Вы же сказали, что не будете лечить такую ерунду, само пройдет через пару часов. А у меня как раз есть подходящее средство.

— Девочки не ранены, — буркнул Арэн чуть ли не с обидой. Правда, наткнувшись на офонаревшие взгляды боевичек и мой в том числе, выругался. — Я не в том смысле. Имею в виду, всем этим можно заняться позже.

— Ну вот и займетесь позже… Все, ползи в сторону начальства, оно тебе или уши открутит, или орден даст, за инициативу и спасение однокурсников. — Я накинула на слишком довольного на вид Джастина походное одеяло из своих запасов и посмотрела в сторону костра, вокруг которого ректоры наших академий сосредоточенно сортировали останки нежити и вполголоса переговаривались о чем-то явно важном. — Кого-то еще муравьи покусали?

— Кого еще покусали, тот место укуса не покажет, — елейным голоском проговорил кто-то из девчонок. — Штаны снимать придется.

Я внутренне выдохнула, глядя на захихикавших студентов и студенток. Кажется, ребят немного отпустило… если даже могут шутить на такие темы. А то в первые мгновения некоторые из девчонок могли только рыдать от облегчения, выпуская вместе со слезами пережитый ужас…

Да и нам, несмотря на радость, было не сильно легче. Потому что в загоне были далеко не все пропавшие студенты. Я понимаю, что беспокоиться следует о каждом, но я в первую очередь заметила, что нет ни Арриса, ни Сайрена. Оглянулась, встретилась глазами со старшим ай’Сантеро и молча выдохнула.

— Нет никаких сведений о том, куда их могли увести, — сухо резюмировал через полчаса Вайдер. — Поэтому мы продолжим поиски по следам, а вы вместе с ребятами будете эвакуированы обратно в Академию. Поскольку волочь такую ораву через границу с блуждающими аномалиями почти нереально, я под свою ответственность отправлю вызов и запрос на перенос координат большого портала. Не прямо сюда, но до пограничной полосы. Вас отправим в безопасное место, а сюда прибудут войска.

— Хорошо, — вздохнула я. Глупо было спорить и рваться дальше вглубь неизведанной территории, не имея за спиной нормального боевого опыта. Все, что я могла, я уже сделала. Сердце все равно щемит, но…

— Странно, кузнечики совсем замолкли, — сказала вдруг Рика, положив ладонь мне на плечо и вглядываясь куда-то в пустоши. — Я послала их в сторону полосы аномалий, и они снова начали щелкать, отвлекая внимание от лагеря. А сейчас новая партия ушла — и тишина.

— Ускоряемся, — тут же среагировал Арэн, начиная быстро паковать свой сундук. — Как бы чего не вышло.

— Ну, как минимум сюда аномалии не лезут. — Валентайн тоже подошел к импровизированному медпункту.

— Сверху! — заорал вдруг кто-то. — Осторожно, воздух!

Глава 27

Сайрен:

— Придурок, редкостный… — прохрипел Аррис, с трудом поворачивая голову в сторону соседнего столба, на котором висел я. — Какого хрена ты попался…

Выглядел парень не очень, мягко говоря. Все тело покрыто синяками и ссадинами, бледность пробивается даже сквозь его постоянный загар, волосы слиплись от пота и напоминают воронье гнездо, а туда же — все нудит и нудит. Правда, чувствую, я и сам сейчас выглядел не краше.

— Сам такой. — Яростные препирательства со Стрелой помогали хоть как-то держаться на плаву и не скатываться в позорную слезливую истерику от боли и отчаяния. — Я не попался!

— Какого гырха ты тогда здесь?! Захотелось острых ощущений и сам попросился, что ли? — Аррис чуть подтянулся на руках и слабо застонал, ослабляя давление мелкого гравия на исцарапанные и распухшие колени. Какой садюга придумал это зверство — распятие у столба, на коленях на острых мелких камнях, мне даже задумываться не хотелось.

И не поспоришь же — и вправду сам напросился. Зато хоть узнал, что Аррис вполне себе жив. Впрочем, как и другие преподаватели. Сам я не имел радости убедиться в этом наверняка, сразу отправившись на места для «избранных», зато дядюшка, костеря меня на чем свет стоит, все же оговорился, что и там все живы. По крайней мере, пока.

Больше беспокоило в данный момент, что висели мы сейчас здесь не зря. То есть не в виде какого-то наказания. То, что нас отмутузили попутно, приковывая к столбам, или, если точнее, мраморным колоннам, к делу не относилось. Да и мелкие камешки под коленями были таким себе бонусом — это скорее был даже не гравий, а осыпавшаяся мраморная крошка от этих же колонн некогда величественного просторного помещения, где мы и находились.

Всюду царило запустение, было видно, что данное здание не использовали уже очень давно. Мозаика на стенах местами осыпалась, по полу змеились глубокие трещины, в витражном окне, частично переходившем в потолок, отсутствовало несколько стеклышек. Краем глаза я даже отметил зиявший проем в следующее помещение, где явно не хватало двери.

Но меня больше привлекали какие-то странного вида металлические конструкции с вкраплениями непонятного белого материала, выстроенные вдоль стен и смотревшиеся чуждо в этом доживающем свои последние дни каком-то заброшенном храме. Я бы сказал, что это пыточные устройства, но сколько бы ни всматривался из своего положения, так и не сумел придумать, как именно это возможно использовать, слишком чуждо оно смотрелось. Да и в остальном, если присмотреться, можно заметить, что этому помещению постепенно пытались вернуть жилой вид. Даже пыли и паутины не было… Только мраморные осколки вокруг колонн, словно кто-то периодически вымещал на них свою злость… Или предыдущие жертвы, коих приковывали тут же, очень уж дергались в своих цепях, выбивая мраморную крошку… И тем меньше хотелось встретиться с хозяином этого места.

Только вот мои хотелки никого не волновали. Потому что понятно было, что от личного знакомства не отвертеться. Этот сексуально озабоченный псих тут устроил выставку обнаженного мужского тела по краю какого-то дурацкого возвышения с ровной площадкой наверху. И его мертвые слуги уже притащили что-то вроде позолоченного пафосного трона, который и установили за нашими спинами ровно так, чтобы извращенцу было удобнее любоваться нашими задницами. Тьфу, гадость какая. С души воротит так, что даже боль и страх ненадолго отступают.

Очень хотелось и дальше ругаться с Аррисом, это помогало. Но не вышло — пакостная нежить снова засуетилась, большой горевший упырино-зеленым светом артефакт на другой стороне площадки (я успел его разглядеть, пока меня тащили и привязывали рядом с дядюшкой) зловеще затрещал, а позади нас у трона послышались шаги.

— Итак… что у нас тут? Интересно. Непослушные студенты?

От слегка скучающего колкого голоса, похожего на шорох льдинок в в старом замерзшем колодце, меня самого почти приморозило к месту. Я мог повернуть голову и посмотреть на его обладателя, но… но не мог. Никогда в жизни мне еще не было так страшно и одновременно отчего-то мерзко.

— Точнее, один и не студент вовсе, попавший в лагерь по ошибке, но не оценивший этого. А второй очень уж жаждал повидаться с… братом? Похож. Ну что же, радуйся, пока в состоянии — твое желание выполнено, — продолжил он тем временем вкрадчиво.

— Это ты по заднице оценил нашу схожесть? Сай у нас с детства отбитый на голову, роняли часто. Но доходит быстро. Повисел вот немного и осознал, что ученье — свет. Может, вернешь его обратно? — не смог промолчать Аррис, отчаянно хорохорясь. Но, несмотря на кажущуюся веселость и беззаботность, я отчетливо уловил нотки искусно скрываемого страха. Похоже, хозяин нежити навевал жуть не только на меня.

В ответ эта гнида негромко рассмеялась, заставив невольно нервно сглотнуть, а в следующий момент обладатель голоса оказался перед нами, проигнорировав свой золотой трон. Я во все глаза уставился на стоявшего перед нами… абсолютно обычного довольно молодого мужчину, может лет на пять старше Арриса. Даже одет в обычные штаны и рубашку, пусть и из весьма дорогой ткани. Если не акцентировать внимание на том, с каким подобострастием на него смотрят сдохляки, которые априори не способны на эмоции, а те же волколаки едва ли не с умилением отслеживают каждое его движение, устроившись чуть поодаль от нас, словно игривые щенки, дождавшиеся возвращения любимого хозяина, никогда бы не подумал, что этот парень может быть связан с чем-то подобным.

— Очень жаль… не люблю зря расходовать такой добротный материал, — продолжил он между тем с ленцой и без капли сожаления, заложив большие пальцы рук за пояс штанов. — Но с другой стороны, можно использовать вас в качестве наглядного пособия для других. Тем более что печать опрокинутого солнца все равно перекрыла старую магию навсегда, а новую учить вы не захотели.

Вот не знаю, от чего меня больше затошнило — в смысле, от какого страха. Наглядное пособие для других — звучало ну очень неприятно. Вряд ли предполагалось показательно награждать нас сладостями. Или другие слова чокнутого садиста — про то, что дурацкий знак на лбу, который нам нарисовали в первый же день плена, чтобы мы не могли пользоваться силой и сбежать дальше границы владений психа, это клеймо, навсегда убившее мою магию…

Может, врет, тварина? Да, у нас не получилось стереть со лба эту гадость, но попробуй сделать это под присмотром нежити, не имея даже достаточно воды для умывания? Не говорю уже о нормальных магических и алхимических растворителях. Нет, ерунда! Главное — выбраться, а там опытные маги что-нибудь придумают, обязательно!

И вообще… Мы оставили знак. Дядя Вайдер не может не догадаться о точках на карте. Значит, нас спасут. Нужно только дождаться…

Вот только времени не было совсем, судя по тому, как эта тварь шагнула к Аррису, а ладонь гада засветилась какой-то магической пакостью.

— Видать, с общением совсем беда, раз считаешь своим долгом поболтать с пленниками перед их убийством? Что, лич не обладает необходимой степенью харизмы? Или ты на них и отрабатывал свою речь? — выпалил я, готовый нести любую ахинею, лишь бы отвлечь его от Арриса. Пусть и ненадолго, но кто знает, когда и какая лишняя выигранная секунда станет решающей?

На губах мужчины зазмеилась неприятная усмешка, когда он обернулся ко мне. М-да, сейчас я очень пожалею, что не родился немым, я уверен. Но прежде, чем гад что-то сделал или сказал, на его лицо набежала тень, а глаза на несколько секунд остекленели.

— Похоже, ты даже эту извращенную тварь умудрился довести, нанес непоправимый вред его психике… — пробормотал Аррис, которому, похоже, чувство юмора не отказывало даже в этой ситуации.

Однако еще через несколько секунд хозяин этого гнилого места отмер, немного растерянно мотнув головой. Его недобрый взгляд вновь остановился на мне, но смертного приговора я в нем не прочитал.

— Пытались позвать на помощь? — протянул он тоном, не обещавшим ничего хорошего. — Пожалуй, вы протянете еще немного. Как раз достаточно времени для того, чтобы увидеть, как умрут те, кто пришел на ваш зов. Не скучайте…

И с этими словами покинул нас.

Глава 28

Сара:

Не зря кузнечики Рики смолкли. И не зря это ее так насторожило. После громкого крика мы все подняли головы к небу и поняли, что волосы медленно, но верно встают дыбом.

Облака на ясном прежде небосводе закрутились в жутковатую воронку, и темный туманный рукав новорожденного смерча медленно и величественно опускался прямо на лагерь. И что-то мне подсказывало — это отнюдь не природное явление.

— Все в стороны! — грамотно и громко скомандовал Вайдер, срывая с шеи медальон и активируя, судя по всему, самый-пресамый аварийный вариант телепорта. — Разбегаемся и вон к тому дереву, там произойдет активация портала!

— Артефакт! Дети не могут далеко от него отойти. — Рыжий Эрик рванул поперек нужного направления в центр лагеря и одним медвежьим движением свернул с подставки зеленый светящийся шар, который студенты обозвали «зарядкой для лича».

Собственно, из-за него мы и продолжали находиться в этом лагере, не в силах решить, как «отвязать» студентов от гадской некрохрени.

Дальше все смешалось в организованный хаос. Студентов, как овечек, впереди себя погнали преподаватели — прямиком к телепорту. Зеленый артефакт туда же утащил Эрик, хотя еще пять минут назад я слышала, как они с кем-то обсуждали, насколько это нехорошо — тащить в обитаемые земли неведомую хрень. А я чуть задержалась, помогая Арэну складывать обратно в сундук множество его лечебных приспособлений и инструментов.

— Брось их, уходим! — крикнула ему Рика, с беспокойством пытающаяся на ходу что-то сделать с воронкой каким-то своим очередным артефактом, но непонятная хрень отказывалась как-либо реагировать на любые посторонние магические вмешательства.

— Не могу! Это безумно дорогое и редкое оборудование, а большинство снадобий готовятся месяцами! — крикнул Арэн, отчаянно мотнув головой. — Время еще есть, идите, я следом!

Самое неудобное в этих его склянках было то, что их даже магией не подхватить. Об этом он еще вчера рассказывал у костра, когда я все же поинтересовалась, что конкретно хранится в его чудо-ларце. Большая часть снадобий при приготовлении потребовала прорву целительской магии, и, если их сейчас подхватить даже универсальным заклинанием, магия может войти в резонанс. В лучшем случае какие-то зелья испортятся, в худшем — безопаснее бросить зажженную спичку в бочку с порохом.

В оправдание задержавшегося Арэна я могла сказать, что у нас в самом деле вроде бы было еще время, потому что облачный рукав пока крутился довольно высоко в небе и выглядел не слишком шустрым. Вдвоем у нас были шансы успеть собрать все и уйти вместе с остальными.

Арэн всю дорогу косился на меня немного недоверчиво — словно все никак не мог свыкнуться с мыслью, что я добровольно к нему приблизилась и помогаю.

— Саяра, иди, здесь опасно, — все же не сумел он совсем промолчать, бросив на меня очередной обеспокоенный взгляд.

На что я лишь пожала плечами и красноречиво подняла глаза к небу, ничего не ответив. Вот точно сейчас не время выяснять отношения.

Мы успели собрать все что нужно и вполне организованно двинуть к аварийному порталу, слабо мерцавшему на краю поляны. К этому моменту эвакуация почти закончилась, и все шло достаточно спокойно, даже учитывая то, что облачный смерч уже крутился всего метрах в тридцати над землей. Кстати, крутился он беззвучно и даже ветра не поднял. Но поторапливаться заставил.

На полпути к порталу нас перехватил Валентайн. Вроде бы Арэн и сам неплохо справлялся со своим чемоданом на колесиках, но, когда подключился еще один грузовой преподаватель, мы ускорились в разы и поскакали к выходу в нормальный мир очень бодро.

И даже почти доскакали. Вайдер и Эрик ждали нас у самого портала, и нам оставалось до них буквально шагов двадцать, когда внезапный порыв ветра, налетевший со спины, сбил меня с ног.

— Осторожно! — заорали оба ректора и едва не рванули нам навстречу, что стало бы катастрофой: оба едва удержали стабилизацию вдруг замерцавшего портала. — Быстрее!

Я закашлялась от поднятой ветром пыли и едва смогла протереть глаза, с ужасом ощутив, что сама подняться не в силах, слишком большое давление. Более того, меня медленно, но верно потащило назад, когда вдруг кто-то чуть ли не за шиворот вздернул меня на ноги. Как оказалось, это был Арэн, и он мало того, что поднял меня с земли, бросив к чертям свой сундук, так еще и из последних сил удерживал, борясь с ветром, вдруг превратившимся в ураган.

Но неведомая сила продолжала тянуть, и, что хуже всего, я заметила, как Арэн сдвинулся, пробуксировав несколько сантиметров по земле, не в силах противостоять взбесившейся стихии.

— Что у вас? Арэн, Саяра, быстрее! — крикнул кто-то со стороны портала, но у нас не было времени даже смотреть в ту сторону.

— Помоги, вместе вытолкнем! — проорал целитель кому-то, едва перекрывая рев урагана. В то же мгновение в меня с другой стороны вцепилась еще одна пара мужских рук — Валентайн.

Думать было некогда, но это не помешало мне зарычать от злости — эти два придурка… не сговариваясь, швырнули меня в сторону едва мерцающего среди облаков пыли портала. А сами, повинуясь инерции, вместе полетели в обратную сторону — прямо в зев внезапно рывком спустившегося облачного смерча.

Упав на покрытую серой пылью высохшую, будто мертвую землю, я почувствовала, что тут давления практически нет. Достаточно для того, чтобы вскочить и пробежать оставшиеся пару метров туда, где из последних сил удерживали портал Вайдер и Эрик. Они что-то кричали то ли мне, то ли двум идиотам, решившим пожертвовать собой, давая мне шанс. Но я уже не слышала, с отчаянием всматриваясь в двигавшийся в нашу сторону воздушный «рукав».

В голове стремительно замелькали воспоминания о том, как легко среагировала колючая проволока на магию с обратным вектором. И если обычную магию эта воздушная хрень сбрасывала, то, может…

Не давая себе передумать, я извернулась со своего места и послала настолько мощный импульс с обратным вектором, насколько только была способна, цепляясь за края чужеродной магии.

Томительную секунду спустя услышала едва уловимый стук, будто от лопнувшей струны, а в следующий миг неуловимая сила потащила меня в свою воронку, не оставляя надежды на спасение. Впрочем, я и не пыталась освободиться, уже уверившись, что, в отлив от тех же Валентайна и Арэна, куда бы ни попала, вряд ли буду совсем уж безоружна. И в темноту, окутавшую мое сознание, нырнула без капли страха…

Глава 29

Сайрен:

Да тварья ж сила через колено три раза задом кверху! Какого демона?!

Кроме ругательств, в голове ничего не осталось, даже страх пропал, а боль в коленях и спине больше не ощущалась. Потому что… потому что, гадство такое, прямо возле наших с Аррисом столбов вдруг началось такое!

Нежить, подчиняясь мысленному приказу, вдруг засуетилась, рассредоточившись по периметру зала. Кто-то из сдохляков, судя по характерному бряцанию, подтащил еще цепей. Ожидают пленников? Да чтоб вас всех пустынный гырх поимел, да во все места сразу! Я безнадежно дернулся в который раз в своих путах. В голове стремительно заскакали мысли, от которых было тошно: кого эта мразота сейчас приведет? Дядю, бросившегося нам на помощь? Преподавателей, не оставшихся в стороне? Рейнджеров? Да чтоб вас!

По залу прошелся сквозняк, лизнув холодом наши обнаженные тела, и всего лишь за несколько мгновений усилился до такой степени, что меня буквально вжало в колонну от его мощи! А посреди зала принялся закручиваться в воронку… смерч? Без выхода наружу?! Даже потолок и окна оказались не тронуты, что за на хрен?!

От концентрации чужеродной магии, которую я хоть и не мог использовать, но, благодаря «урокам» лича, уже способен был почувствовать, все волоски на теле встали дыбом и перехватило дыхание. От усилившегося ветра и уплотнившегося тумана было тяжело держать слезящиеся глаза открытыми. В первый миг я подумал, что это какая-то новая изощренная пытка для нас с Аррисом, но секунды падали одна за одной, а напор постепенно начал стихать, давая возможность уже спокойнее выдохнуть и отлипнуть от колонны, насколько, конечно, позволяли цепи.

Возникшая посреди зала воронка, напоминавшая смерч, внезапно растаяла, выплюнув на шершавые каменные плиты три тела. Одного взгляда хватило, чтобы понять: дело плохо, хуже некуда… Кажется, это была спасательная операция. Ключевое слово — была…

Я мрачно уставился на лежащих без сознания. Угу, мой декан, какой-то незнакомый парень и… твою мать, а! Саяра! Она-то как тут оказалась?!

У соседнего столба матерно выругались. Я понимающе прохрипел что-то невнятное в ответ. Но не успели мы с дядей даже переброситься парой более приличных слов или попытаться как-то докричаться до вновь появившихся, как в зал вернулась та гнида, которая все это затеяла.

Не обращая на нас никакого внимания, паршивый хмырь прошел вперед и уставился на истончившуюся магическую дымку с мрачным ожиданием. Пусть он ничего при этом не говорил, но даже с моего места было понятно, что он в крайней степени ярости. Что-то у него явно пошло не так.

— Где остальные студенты?! — взревела эта мразота, отчего-то обращаясь в потолок. Словно истаявший смерч должен был прежде перед ним отчитаться. — Где, я спрашиваю?! Почему только трое?!

Гадский гад склонился над бессознательными людьми и внимательно их осмотрел. Даже носом пошевелил, словно принюхиваясь. Потом снова яростно взревел и, не сдержавшись, пнул так и не пришедшего в себя незнакомца по ребрам. — Старые! Слишком старые, каналы уже закрепились! Откуда они вообще взялись, сволочи?! Где мои ученики?!

Конечно, именно этот момент выбрала Саяра, чтобы очнуться. Она слабо застонала и села, держась за голову. И пробормотала, обращаясь к источнику воплей:

— И незачем так орать… Расписание вывешено возле столовой, пойдите проверьте, на какой паре сейчас ваш поток…

— Ах вот оно что. — Шизанутый вдруг успокоился и сухо поджал губы. — Коллеги, значит… опять пришли и забрали всех детей… Опять вам мои методы не нравятся? Опять будете орать, что я калечу магию и подрастающее поколение? Вы… да вы хоть понимаете! — Он снова сорвался на крик.

— Не-а, — преувеличенно спокойно перебила его Саяра, которая уже успела более-менее проморгаться. — Вообще ни в зуб ногой. Но сочувствую. Очень, видимо, вас плющит.

— Что делает? — вдруг растерялся главгад.

— Волнует и обижает… Вы не поможете мне встать? Я все же дама, а к вашим разногласиям с коллегами непричастна. Если расскажете подробнее, что не поделили, я, быть может, даже посочувствую.

— Правда? — Гад прищурился, но руку ей протянул. — Интересная попытка увильнуть от неизбежного. Ваша магия ослаблена почти до нуля, вот вы и заговариваете мне зубы?

— Естественно. — Саяра встала и отряхнулась. — А вы бы на моем месте поступили иначе?

— О, я в свое время много как поступал, в результате чего и достиг всего… — протянул он задумчиво с затаенной гордостью. Саяра чуть нахмурилась, стрельнув взглядом по сторонам, явно не понимая, чем тут можно гордиться, но на всякий случай покивала. Ее зрачки лишь немного расширились, когда она заметила нас с Аррисом в столь плачевном положении, а в глазах мелькнуло сочувствие, от которого стало вдвойне неуютно. Особенно от осознания, в каком виде мы тут висим у колонн.

— Как интересно… — протянула она тем временем и кивнула в сторону какой-то конструкции. — Забавная, кстати, штучка, что это? У вас, случаем, не найдется пары свободных минуток провести экскурсию, похвастаться, может, чем? Я, знаете ли, с детства жутко любопытная, обожаю узнавать что-то новое, расширять горизонты сознания… Ну вы понимаете.

И даже легко улыбнулась, подмигнув этому… этой… Уф! Чем больше ее узнаю, тем больше поражаюсь выдержке и умению держать себя в руках в любой ситуации. Вот и сейчас легко поверить, что она в самом деле сама заглянула на минутку к старому другу и, мило поболтав и все осмотрев, так же спокойно убежит дальше по своим делам.

— Вы подозрительно быстро восстанавливаетесь, — протянул мужчина, покосившись в сторону рэсса Валентайна и того, другого, что по-прежнему лежали без сознания.

— О, не стоит видеть скрытый смысл там, где его нет, просто повезло свалиться последней, сверху. Мягкая посадка, все дела. Да и бонусы в виде молодости никто не отменял, — легко отреагировала она, махнув рукой.

— Верно… Молодость… В отличие от этого балласта. — В его голосе вновь прозвучала ярость, граничащая с отвращением. — Только как материал для создания новых личей и годятся со своими закостенелыми потоками!

От этой его фразы у меня душа ушла в пятки, а Аррис вновь шепотом разразился матерной тирадой. Саяра на несколько мгновений тоже побледнела, видимо подумав о том же, что и я: а какая судьба уготована другим преподавателям? Но я, по крайней мере, знал, что они пока живы и никакую мерзость с ними сделать не успели, изначально отобрав для какой-то иной цели. И тем не менее, не зная, что думать, Саяра вдруг встряхнулась, быстро облизнув нижнюю губу, и продолжила в своем обычном тоне, ничем не выдавая охватившую ее нервозность:

— Эй-эй, я бы попросила! Весьма полезный балласт, между прочим. Тьфу! Между прочим, это уважаемые целители, лучшие из лучших. Один из наших краев, второй прибыл издалека. И вообще, что за юношеский максимализм и оценивание людей по внешнему виду? — тут же добавила она укоризненно.

— Продолжаешь тянуть время, рассчитывая, что твоя магия вернется? — хмыкнул он внезапно почти весело. — Зря.

И, продолжая улыбаться, шагнул к ней и потянулся к ее лбу засветившейся ладонью…

Глава 30

Сара:

— Старый таракан, — раздраженно прошипела я, пропуская связанные руки под попой и под коленками. — За спиной-то зачем стянул, козлина?.. Но хорошо, что только руки связал, после того как узнал, какой предмет я преподаю, и проржался. Недооценивают тут бытовиков, недооценивают.

— Бесполезно. — Аррис где-то в полутьме тихонько зашипел сквозь зубы и принялся ворочаться, хрустя соломой. — Это вервие бессмертных, оно блокирует магические силы. Ты все равно не сможешь его снять, даже используя свои хитрые бытовые трюки. Которые он тебе все равно заблокировал и без веревки.

— Эо мы иш-шо пом-мор-рим! — промычала я в ответ. — Тьфу… в чем он это вервие вымачивал, в касторке, что ли? Гадость. Мальчики, вы где? Арриса еще не нащупала, так что кукарекните чего-нибудь, я к вам доползу на звук.

— Зачем? — вздохнул из темноты Сайрен, с самого начала настроенный весьма пессимистично. — Чем ты поможешь со связанными руками? Что…

И удивленно заткнулся, когда я положила руку ему на лоб, проверяя, нет ли температуры. Этот урод чокнутый неизвестно сколько парней голыми на улице продержал, а сейчас, маму его не уважать во веки веков, вообще не июль.

— Как… как ты… у тебя же нет магии?

— Ну зубы-то он мне не заблокировал. — Я полезла в потайной карман и выудила оттуда бутылочку. — Открой рот. Вот так, у-у-умница.

— Кха! Что это за гадость?! — раскашлялся младший шлимазл, а я на ощупь двинулась поить старшего. К сожалению, Валентайна и Арэна этот псих запер отдельно, и мне только предстояло еще подумать, как именно их найти и что делать дальше.

— Тонизирующий и укрепляющий настой, тебе надо, заодно и простуду подлечит. — В темноте примериться и впихнуть горлышко бутылки точно в рот Арриса было не так просто. Хорошо, что еще связан оставался: судя по протестующему мычанию и попыткам крутить головой и плеваться, он заранее знал, что за вкус будет у этого напитка. Ну да… известный состав на крайний случай — вкус и запах как у протухшего баклажана, только еще горький, вяжущий и жгучий одновременно.

— А ну, не капризничать! — Арриса пришлось ловить за волосы и придерживать, чтобы не отворачивался. — Два глотка. Живо!

— Ар-рк-кх-х-х-х… Да ты садистка похуже этого предводителя личей, чтоб тебя! — прохрипел рейнджер, когда отдышался. — Что ты делаешь?

Я как раз нашла у него чуть ниже солнечного сплетения узел, которым были стянуты путы, и наклонилась, чтобы помочь себе зубами. Учитывая, что старший шлимазл так и остался голым, выглядело, должно быть, крайне неприлично. Да вот только мне на то катить по Дерибасовской аж до самого синего моря. Подумаешь, голый связанный мужик, что я, такого чуда не видела в жизни? Ой, да я вас умоляю!

— Развязываю тебя. Не прыгай, тогда не откушу ничего важного. И веревку не рви, потом сделаем как было, чтобы псих не догадался. Все, сам дальше распутаешься или помочь?

— Так меня еще ни разу в жизни не опускали, — фыркнул Аррис, но без особой злости.

— Все когда-то бывает в первый раз… На. — Я выудила из потайного кармана то, что в моем мире называлось «одеяло спасателей», — тончайшую зеркальную пленку размером три на три метра. В свернутом состоянии оно занимает место не больше пачки сигарет, но за счет отражающих свойств и того, что не пропускает воздух, здорово выручает, когда надо согреться. С помощью магии, такой-то матери и всего бытового факультета сие чудо удалось воспроизвести буквально на днях. Получилось даже лучше, чем на Земле, — мягче, прочнее и компактнее.

Поскольку Сай в это время уже откашлялся и притих, а об Аррисе больше нечего было беспокоиться, я вернулась к своему студенту и тоже сначала развязала, укрыла вторым зеркальным одеялом, а потом полезла в бездонный карман поясной сумочки за шоколадом. Благо она выглядела такой мелкой и безобидной, что у меня ее не отобрали. Обычную конфисковали, гады, так что палатка и прочие удобства помахали ручкой. Но я не первый раз замужем, у меня всегда есть запасной вариант.

— Ты полна сюрпризов, — выдохнул Сай, когда я достала из недр походной сокровищницы маленькую стеклянную баночку со светящимся грибом. Эта штука переваривала все, что попадало в ее компост, и выделяла средней яркости желтое свечение — как маленький диодный фонарик. Вот теперь можно и осмотреться.

— Тоже мне новость. Уф-ф-ф… Ладно, братцы-кролики. Рассказывайте, как мы дошли до жизни такой. В смысле — как нам от нее уйти обратно. А пока рассказываете, поворачивайтесь тылами вверх, надо обработать. Заражения крови нам только не хватало для полного счастья.

— Нормально все!

— Не надо ничего!

Отозвались они с завидной слаженностью, будто всю жизнь тренировались орать хором. Еще и под моим испытующим, самую малость удивленным взглядом оба синхронно сложили руки лодочкой и прикрыли спереди самое дорогое. Не удержавшись, я закатила глаза.

— Во-первых, света гриба недостаточно, чтобы рассмотреть все в подробностях. Например, я не смогу сказать, Аррис, сколько точно у тебя веснушек на заднице, — протянула я, почти не ехидничая, разве что самую малость.

— Откуда ты вообще про них знаешь? — опешил рейнджер, будто сейчас это было вопросом просто первостатейной важности.

— А во-вторых, я все рассмотрела, еще пока вы были прикованы к тем колоннам, толку сейчас смущаться? — заметила резонно.

В ответ мне досталось лишь сердито-смущенное пыхтение. Детский сад…

— Правда, Саяра, хорошо же сидели. Давай мы расскажем все, что успели узнать, пока были у этой мразоты, а ты поделишься тем, как сюда попала, за каким хреном не осталась в Академии, что с остальными и кто провалился вместе с тобой и деканом в воронку. Доверия он как-то особо не вызывает. Он точно с вами? — довольно миролюбиво предложил Сай, профессионально попытавшись увлечь разговор в сторону.

— Обязательно расскажете, и я поделюсь сведениями… Как раз после того, как вы сможете сидеть, не морщась от малейшего движения. Ладно, шутки в сторону. Сай, давай. — Я мотнула головой, подзывая его к себе, приметив у стены чахлую кушетку с остатками ветхого матраса. Жуть, конечно, но на колючей соломе вряд ли будет удобнее. Застелю третьим, последним, зеркальным одеялом — и порядок.

— А почему сразу я? Аррис вон дольше у столба пробыл! — тут же среагировал блондинчик, попытавшись первым бросить дядю на амбразуры. — И вообще, старших принято пропускать.

— Над моей задницей не трудились так тщательно, как над твоей, меня решили почти сразу превратить в лича, а тебя воспитывали, — тут же отбрил Аррис, кажется сильнее вжавшись в грязную стену камеры, в которой мы сидели.

— Вы издеваетесь? Кстати, вам вообще известно такое слово, как «сепсис»? Так я сейчас расскажу, — пообещала им ласково, вспоминая все, что знаю о заражении крови. Что не вспомнила — на ходу выдумала, не скупясь на подробности. Надолго парней не хватило.

— Ладно-ладно, мы поняли, штука крайне неприятная и нежелательная. Давай снадобье, я обработаю раны Сайрена, а он обработает мои, пока ты отвернешься, — предложил Аррис, искренне считая, что я сейчас с радостью ухвачусь за этот вариант.

— Во-первых, снадобья у меня мало, его нужно рассчитать до капли, точными выверенными движениями, а у вас после цепей и веревок еще руки дрожат. А во-вторых, должна же мне быть хоть какая-то компенсация за мои мытарства? Может, это мой фетиш — жалеть и лечить голых выпоротых мальчиков? — хмыкнула я, не удержавшись от подколки, забавляясь выражениями их лиц, вспыхнувших возмущением.

— Страшная ты женщина, — проворчал Сай, сверкнув голубыми глазами из-под светлой челки.

— Более чем. Ну так что? Кто готов получить порцию ласки от меня? Первого решившегося даже обещаю поцеловать в лобик. Потом, когда-нибудь, под настроение, — бросила уже практически игриво, стрельнув глазами в сторону рейнджера.

Тем удивительнее было услышать тихое и искреннее от Сая:

— Меня жалеть и целовать, раненого и лишившегося магии. К тому же я соскучился. — Он умудрился еще и улыбнуться, совсем как в прежние времена в Академии, когда вызывал в большей мере желание треснуть его чем-нибудь, да посильнее. Но, несмотря на кажущуюся веселость и браваду, я видела, как в его взгляде плещется отчаяние, перемешанное с тоской и безнадегой.

Эх, выбраться бы, прищучить местную садистскую дрянь, одержимую преподаванием, забрать еще двух обормотов… и остальных преподавателей. А там уже будем посмотреть, что делать.

Глава 31

— Так нечестно, — продолжал канючить Сайрен, тихо шелестя своим зеркальным одеялом. — Вообще нечестно! Ты любовалась моей задницей, женщина, ты ее даже трогала. Теперь ты обязана на мне жениться! А ты даже не поцеловала, как обещала!

— Не, вот честно скажу: именно жениться я точно не готова. Может быть, когда-нибудь и решусь выйти замуж, но не жениться. Так что прости, выпад мимо, — произнесла я как можно серьезнее.

— Тьфу! Имею в виду, я теперь обязан на тебе жениться, — тут же попытался он реабилитироваться.

Я тихо хрюкнула, стараясь не ржать вслух. Это мешало сосредоточиться на замке, который я ощупывала, просунув руку через решетку. Тем более что в камере было кому ответить на претензии мелкого шлимазла.

— А меня-то за что? — только и выдавила, поддерживая шутливую перепалку. Но прежде, чем Сай нашел, что ввернуть в ответ, вклинился третий участник беседы.

— Молчи, несчастный! — Из полутьмы сверкнули синие глаза Арриса. — Мою задницу она тоже видела и трогала. И не только задницу. Если кто и должен жениться, то это я.

— Ты свою очередь упустил, Стрела, надо было первым соглашаться на лечение. — Сай снова завозился в своем углу. — Так что иди лесом. Тебе даже поцелуя не положено.

— Один хочет замуж, второй согласен жениться. — Я наконец выяснила об устройстве замка все, что хотела, и полезла в свою волшебную напузную сумочку. — Собственно, не вижу препятствий, можете помочь друг другу.

— Чего?! — возмущенно взревели оба.

— А ну, тихо! — шикнула я. — Не орать! Уф… а то не посмотрю, что вы двое и так пострадали от педагогического психа. Сама добавлю.

— Шуточки у тебя, — пробурчал Аррис, — ужасные!

— Какие есть. Ползи сюда и помоги мне. Подержи замок, чтобы он не двигался. И светильник подержи.

— Что ты собираешься с ним делать? — Зеркальное одеяло зашуршало совсем рядом. — Это магический навесной замок, он открывается артефактом. Мы ничего не сможем с ним сделать.

— Это мы еще посмотрим. — Я вынула из поясной сумки миниатюрную ручную дрель. Моя прелес-с-сть! Ни капли магии, а такая хорошенькая штучка, удобная, компактная, сверла с алмазным напылением. Стоила половину моего бонуса от ремонта башни бытового факультета. И то пришлось поторговаться с мастером, производившим инструменты для ювелиров-артефакторов. Именно для них иногда требовались девайсы, не содержащие в себе ни капли силового воздействия.

— Боги, у тебя там в этом кармане что, весь факультет артефакторов?! — Аррис, несмотря на усталое удивление в голосе, все же просунул руки через решетку и перехватил замок так, как я показала. — И что ты хочешь просверлить?

— Бороздчатый механизм там замкнут на магию, — пояснила я, тщательно примериваясь. — А заклепки, на которых держится вся эта конструкция, — обычные, медные. Если их рассверлить, запорный механизм можно открыть пальцами. Ну, или не пальцами, а хорошим пинком по решетке.

— Откуда у тебя такие способности к взлому? — не унимался Аррис под тихое жужжание и скрип дрели, рукоятку которой я быстро крутила. — Приличная девушка из приличной семьи…

— Должна уметь выжить в этом сложном мире, — пропыхтела я, обратным движением сверла выковыривая первую заклепку из замка. — Держи ровнее… ага, вот так.

— Я тоже хочу такую штуку, — задумчиво констатировал Сайрен, который, оказывается, незаметно подполз из своего угла к самой решетке. — Полезная вещь. Особенно без магии. — В последних словах мелькнула и растаяла нотка безнадежной горечи.

— Не слушай всяких гадов, придумаем мы, как разблокировать каналы. — Я на секунду отвлеклась, машинально облизнула пересохшие губы, а потом обняла парня за плечи и легонько поцеловала чуть выше переносицы, успокаивая… — Не кисни. Лучше помоги. Придержи с этой стороны.

Сайрен шумно выдохнул и вцепился в замок так, что пальцы побелели.

Спустя полчаса мучений и стараний на решетке остался только сам механизм замка, соединенный с дужкой. Защитный короб, придающий конструкции прочность, мы успешно содрали.

— Рвануть как следует — и наверняка треснет, — констатировала я.

Но не успели мы перехватить поудобнее дверную ручку, как в коридоре раздались шаги. Характерные шаркающие шаги оживленцев, или, как их называет Сай, сдохляков.

— Шухер! — прошипела я, от волнения забыв нужные слова.

— Что? — закономерно наткнулась на удивленное от обоих Сантеро. Впрочем, удивлялись незнакомому слову они уже на ходу, и так сообразив, что следует прятать следы нашего усовершенствования камеры.

Одно одеяло исчезло под ветхим матрасом, второе благополучно закопалось в солому. Сами парни вполне успешно накинули обратно на себя веревки, создавая иллюзию того, что по-прежнему связаны.

Я, кое-как приладив короб от замка обратно, прикрывая наш вандализм, также вернулась на свое место. Вернее, не совсем на свое. Впрочем, как и парни, разместившиеся так, чтобы через решетчатую дверь можно было увидеть кусок коридора. Жальче всего было тушить мой светильник, вновь погружая камеру во тьму.

Впрочем, нельзя сказать, что тьма была абсолютной. Оживленцы плохо видели в темноте, так что коридоры худо-бедно освещались.

Мы притихли, ожидая наших тюремщиков. Пока я смазывала пострадавшие спины и филеи парней, мы все же сумели обменяться информацией. Я рассказала, каким образом мы всех нашли и как попали сюда. Заодно успокоила, что других студентов вывести успели.

Ребята же подробно пересказали все то, что им сообщил этот сбрендивший… гадство, не хочется произносить это слово, но таки гений, судя по тому, что ему в самом деле удалось подчинить нежить и, если мои догадки верны, разобраться с некоторыми технологиями иномирцев, некогда напавших на этот мир.

Несказанно нервировало, что какой-то особый магический знак мне таки успели налепить на лоб. На мгновение ощутила какое-то покалывание, и все исчезло, но не давала покоя мысль: надолго ли я осталась без магии? Те же студенты, да и Сай с Аррисом подтвердили, что они и вовсе не чувствовали теперь даже ее присутствия. С другой стороны, я и до того, как эту хрень мне нарисовали, толком не могла ничего прочувствовать в этом дурацком месте. Так что не думаю, что дело в магической бубуйне на коже. Максимум — усилитель какой-нибудь, выберемся отсюда — вернется наша магия, куда она денется.

Я еще ладно, всю жизнь прожила без магии и не страдала, а вот на Сая было больно смотреть. Да и Аррис, сколько бы ни хорохорился, видно, что только о потере сил и думал…

Пока эти мысли блуждали в моей голове, шаги тем временем звучали все ближе. Терминатором в юбке я никогда себя не считала, и, что там скрывать, сейчас мной понемногу овладевал страх. Вновь сталкиваться сейчас с личем, шизоидным маньяком или даже оживленцами абсолютно не хотелось. В пределах моей видимости как раз показался первый, но он же встал в коридоре так, что мне за его спиной практически не было видно, чего там вошкаются другие.

Раздавшийся оглушительный скрежет открывшейся явно давно не смазанной двери камеры напротив заставил вздрогнуть. Чуть сдвинувшись, я осторожно вытянула шею, пытаясь рассмотреть в неполной темноте, что там происходит.

Аррис, изначально занявший более верное положение, похоже, как раз уже увидел все, судя по приглушенным ругательствам, донесшимся от него. Почти одновременно с ним так же шепотом выругался и Сайрен. И лишь томительную секунду спустя я сумела рассмотреть причину их бурной реакции, когда оживленцы посторонились, втолкнув кого-то в камеру. Или, судя по звукам падения, скорее закинув.

Сдержать родной матерный, который, кажется, даже не адаптировала на местный язык, я уже не смогла. И мысль, что мы теперь знали, где находятся Валентайн и Арэн, ничуть не радовала, учитывая, в каком состоянии они были…

Глава 32

С трудом дождавшись, когда шаги сдохляков стихнут, я тут же бросилась к двери, отчаянно всматриваясь в темноту коридора. Потом спохватилась, пощекотала баночный гриб и пропихнула его сквозь прутья как можно ближе к середине коридора.

— Арэн! Арэн! Валентайн! Черт! — Ни один из свежедоставленных узников не отзывался. Мало того, рядом с решеткой прямо напротив нашей камеры темнели подозрительные пятна. Как раз там, где лежали два бессознательных тела, прежде чем их забросили в узкую и низкую каменную дыру. Как бы не кровь.

Похоже, моим спутникам досталось гораздо сильнее, чем Стреле или Саю. Зар-раза же! В крысу превращу и заставлю колесо с шипами крутить! Жаль, не умею…

— Оживленцы ушли, — констатировал Аррис, прислушавшись.

— Отлично. Подержите меня, я выбью ногами нашу дверь, — распорядилась я. Вновь снимать короб с замка и дергать, как и планировали, не было времени. Требовалось действовать немедленно и кардинальными методами.

— Почему ты?! — тут же возмутился Сайрен. — Тут мужчины есть.

— Угу, зато сапог у них нет. — Я примерилась и удовлетворенно кивнула. — Босыми ногами по железу бить, да еще перед побегом, не самая здоровая идея. Ну, к кому я на ручки?

К удивлению, оба Сантеро не стали спорить и задавать дурацких вопросов, более того, вдвоем подхватили меня с обеих сторон под руки. Именно так, как нужно, чтобы я смогла оттолкнуться и ударить ногами с достаточной силой, несмотря на мою совсем не гренадерскую комплекцию тела. С другой стороны, а что еще оставалось? Моя обувка все равно ни на кого из них не налезет.

— Раз-два… взяли!

Оба каблука впечатались в железо ровно над уже оставшимся без кожуха замком. Удар вышел довольно громкий, поэтому треска сломанного замка мы не услышали. Но этого и не потребовалось, чтобы удостовериться, что попытка удачная: дверь с тем же жутким скрежетом отворилась, треснув не менее громко о стену.

На несколько мгновений мы притихли, прислушиваясь, не раздастся ли топот из коридора или не сработает ли какая магическая сигналка, оповещая всех вокруг о возмутительном нестандартном поведении узников. Учитывая шум, который мы создали, нас должно было быть слышно на весь подземный этаж. К счастью, понадеявшись на зачарованные веревки, плачевное состояние Валентайна и Арэна, а также нашу полную обезмагиченность, дополнительной охраны к нам приставить не додумались. Что не могло не радовать, учитывая наше желание как можно скорее покинуть сие негостеприимное место.

Больше пугало и настораживало другое: на наши ни разу не тихие манипуляции не отреагировали и Валентайн с Арэном. Из их камеры по-прежнему не долетало ни звука.

Поспешно подхватив с пола гриб-фонарик, я тут же выбежала в коридор и пропихнула источник света сквозь решетку уже в соседнюю камеру. Лучи неясного света высветили поблескивавшие на припорошенном пылью каменном полу лужи. Уже опускаясь рядом и касаясь одной пальцами, я знала ответ. И не ошиблась. М-да, дело совсем плохо. Это действительно кровь. И на Арэне ее подозрительно много…

— Здесь замок побольше, смотри, — озабоченно указал шелестящий тогой из зеркального одеяла Аррис.

— Ничего, принцип тот же, рассверлим.

— Твоя чудо-штука справится? — нахмурился Сайрен, ощупывая заклепки, которые в самом деле даже на вид были крепче и массивнее наших.

— Куда она денется. Только времени уйдет больше. Сай, попробуй дотянуться до Валентайна через решетку, он ближе. Если получится подтащить, зальем в него укрепляющий бальзам. Может, придет в себя… — Я прикусила губу. Арэн лежал в самой глубине камеры, и до него было не дотянуться. Значит, сейчас я не буду страдать по поводу не оказанной ему срочной помощи, а займусь тем, как ее побыстрее оказать.

Как хорошо, что ни одна дохлая зараза не ходила по тюрьме дозором. Хотя все равно отправили Сайрена проверить коридор и дежурить у лестницы, чтобы раньше услышать шаги и предупредить. Проклятущий навесной замок мы с Аррисом сверлили больше часа.

За это время Арэн в темноте начал стонать, а влитый в Валентайна через решетку бальзам наконец подействовал. Декан водников закашлялся и хриплым голосом выдал такой загиб, что я уважительно присвистнула, чем мгновенно ввела мужика в мучительное смущение.

— О боги… Саяра, простите! Простите, я не сообразил, что вы здесь!

— Самое время вспомнить об этикете, да, — хмыкнула я, старательно рассверливая последнюю заклепку. — Прощу, если обещаете по возвращении продиктовать мне все с самого начала, я запишу. А то с одного раза не запомнила.

Валентайн хрюкнул что-то неразборчивое, Аррис возле моего плеча отчетливо хихикнул. Отлично, по крайней мере поддерживать боевой дух на уровне у меня получается. Хуже нет уныния на пути к побегу.

— Вы ползать можете или лучше не надо? — спросила я Валентайна чуть погодя.

— М-м-м… немного.

— Тогда проверьте нашего целителя. Не нравится мне, как он притих.

— А у вас не осталось той целебной дряни, которой вы меня напоили? — уточнил боевик, с шипением пытаясь принять сидячее положение. Я, закусив губу, наблюдала, как он дотянулся до целителя, от которого уже некоторое время снова не было слышно абсолютно никаких звуков.

— Жив, — бросил отрывисто Валентайн, проверив пульс.

— Осталось. Дотащите? Руки не трясутся? Бутылка одна, если разобьем…

— Справлюсь, — сквозь зубы заверил водник и зашуршал обратно вглубь камеры, унося бутыль с бальзамом.

От Арэна по-прежнему не доносилось никаких звуков, но кое-как Валентайн все же умудрился влить в него положенную дозу зелья. По идее, вряд ли наш сероземный маньяк кому-то из мужчин отдавал предпочтение, так что досталось им обоим примерно одинаково. Рассмотреть получше в тусклом свете затухающего гриба я не могла, но логично же? Следовательно, если Валентайн после снадобья худо-бедно способен двигаться и уже в сознании, то и Арэн должен вскоре очнуться. По крайней мере, я очень на это надеялась.

Последняя клепка сдалась нашему напору, и короб с грохотом рухнул на пол, Аррис едва успел отскочить, чтобы ему не прилетело по босым ногам. Хуже, что дверь открывалась наружу и уже проверенный метод выбивания мной в качестве тарана не подходил. Но тем удобнее было дернуть на себя.

Тут я уже с чистой совестью отступила в сторону, давая мужчинам проявить себя. Благо дверная ручка была достаточно широкой, цельной металлической, впаянной в такую же дверь. Что давало возможность Саю и Аррису ухватиться за нее вдвоем и одновременно дернуть.

Ровно через минуту оба пленника оказались извлечены из клетки, и я склонилась над более пострадавшим Арэном. Ах ты ж зараза, ему что, звезду с припевом на коже груди вырезали?! И на спине… и ниже… черт, да он весь изрезан в странные узоры. А еще на нем единственном ошейник с подозрительной серебряной блямбой, которая светится тухлым зеленым светом. Что еще за гадость?

— А вот это без магии точно не снять, — скрипнул зубами Аррис. — Сторожок, и он не позволит этому невезучему отойти далеко от места заключения. Мы его не сможем даже унести, задушим.

Глава 33

На несколько секунд мы все замерли, в полной мере осознавая, с какой мерзостью нам не повезло столкнуться. В наступившей тишине очень громко раздавалось редкое дыхание Арэна. Очень мне не нравились едва уловимые хрипы в нем. Не думая даже, что делаю, машинально шагнула к нему. С дверью же я справилась, что мне какая-то жалкая полоска металла на шее пирожка, верно? Пусть он и змейский, но это уже немножко моя змея, я не собираюсь делиться прикарманенными целителями со всякими поцами.

— Не трогай! — рявкнул Сай, хватая меня за руку, в которой была дрель. — Это ТОЛЬКО магией снимать надо. Если попробуешь повредить физически, дрянь его тут же задушит.

Я закусила губу, глядя на то, что осталось от самоуверенного, гордого и местами противного целителя. Нет, здесь я его все равно не оставлю…

— Видишь, ему каналы вскрыли, — мрачно начал рассказывать Валентайн, объясняя эту жуть с изрезанной кожей. — Меня сволочь сразу раскусила, не прошла твоя ложь про двух целителей. А его гад по расположению каналов опознал — у лекарей они близко к поверхности — и возбудился, скот, так, что аж ручонки затряслись. Все бормотал, мол, если повредить плоть над каналами, магия начнет просачиваться в тело, размягчая оболочки меридианов, и тогда через пару недель, постоянно обновляя раны, можно будет поменять ее природу. Как он со студентами сделать собирался, с теми, у кого каналы сами по себе еще эластичные. Очень ему хотелось темного целителя. На опыты.

От представленной картины меня замутило. Судя по побледневшим лицам обоих Сантеро, не одну меня. Стараясь дышать глубоко и размеренно, прогоняя дурноту, я попыталась собрать ускользающие мысли. Да не может быть такого, чтобы мы не нашли выхода. Кто ищет, тот всегда найдет! Просто не там ищем, что-то упускаем, мыслим слишком стандартно.

— На какое расстояние распространяется эта дрянь? Я имею в виду, на чем-то же зациклено, от какого-то артефакта или еще чего? — спросила, покусывая ноготь большого пальца. Если попробовать найти этот артефакт и забрать с собой, как сделали со студентами…

— Не выйдет, он его на себя привязал, а не на артефакт. Он и остальных теперь придумал на себя завязывать, чтобы опять «не украли детей». — Валентайн едва не плевался от злости. Впервые видела его таким открытым и таким беспомощным одновременно. Хорошо еще, что Сай и Аррис догадались поделить мои одеялки пополам — по сгибу ткань легко поддалась маленькому ножу из волшебного карманчика, так что теперь и Арэн не лежал на голом полу без ничего, и Валентайн радостно соорудил себе зеркальный килт, прикрыв самые стратегические запчасти. Впрочем, на фоне всего происходящего что от их смущения практически не осталось следа, что я меньше всего обращала внимание на обнаженку. Совсем не до того.

— С собой гада не потащим… Разве что по частям, — пробормотал Аррис кровожадно, имея, как и мы все, немалые счеты к этому маньяку.

— Ну почему же… — Я задумчиво сунула руку в свой секретный поясной карман и пощупала — на месте мешочек с пылью против насильников? Это мы с девчонками так обозвали изобретение Фионы. Тушканчики — звери безобидные, их тело слишком маленькое, чтобы удерживать собственную магию, они даже не кусаются, если сразу в наморднике. А порошок гарантированно превращал любого мага или просто мужчину, посягнувшего на честь бытовички, в тушканчика на двенадцать часов. Главное — метко бросить в лицо и чтоб вдохнул. Правда, требовалось не просто швырнуть, но еще и обратным вектором Райко подкрутить… а у меня печать на лбу. Какая досада. Кажется, я очень хочу себе сувенирного тушканчика. Чучелко на полочку.

— А если отрубить ему руку и забрать с собой? — подключился второй юный потрошитель прежде, чем я закончила свою мысль. — Или что-то другое? На нем сохранится аура…

Валентайн от неожиданности закашлялся, бросив опасливый взгляд на обоих Сантеро.

— Не скажу, что я совсем против этой мысли, но у меня есть идея получше, — все же произнесла я. — Вряд ли козли… эм… вряд ли наш враг так просто позволит рубить себе конечности. В любом случае следует покинуть как можно быстрее хотя бы эти коридоры. Подумать можно и на ходу.

Не нравилось мне, что нас поскидывали так и оставили в покое. Если с Валентайном и Арэном на время разобрались и бросили восстанавливаться (ну или отложили на время, по крайней мере), то мне, кроме закорючки на лбу, пока ничего не досталось от главгада. И вряд ли это сыграли роль его джентльменские манеры или обо мне забыли, как и о Сайрене с Аррисом. Просто бытовиков многие за магов вообще не считают. А бытовичек — тем более. Не то чтобы я жаловалась или обижалась по этому поводу, но закономерно, что скоро придут за нами. И поскольку мы все трое находились в одной камере явно не зря, наши каналы посчитали в достаточной степени молодыми, следовательно, вспомнят о нас весьма скоро. Особенно учитывая, что других студентов-подопытных у психа нет и, надеюсь, не появится.

— Там дальше по коридору идет ответвление, довольно узкое, но, судя по всему, длинное, тупиком оканчиваться не должно. К тому же пыльное, туда явно никто особо не ходит, — заметил Сайрен, успевший немного обследовать ближайшую местность, пока стоял на стреме.

— По следам в пыли нас быстро и обнаружат. А с Арэном на руках скорость нашего передвижения оставляет желать лучшего, — досадливо поморщился Валентайн, забраковав это предложение.

— Отсидеться в одной из пустых камер? Сай, их там много, ты видел? — подключился Аррис.

— Немало, но что нам это даст? Выиграем пару лишних минут, не больше… В принципе, можем сейчас перенести этого парня туда, пусть кто-то с ним останется, Саяра например, а остальные попробуют разведать обстановку, пробраться дальше, — продолжил рассуждать Сайрен, покосившись на меня, словно ожидая возражений против моей возможной отсидки. Но я толком не слушала, лихорадочно перебирая в голове и земные знания, и те, что мне достались от Саяры, пытаясь выковырять хоть что-то полезное, что нам сейчас может пригодиться.

— Разделяться не лучший вариант. Но идея с разведкой хорошая. Кто-то один может пройти немного вперед, у одного и больше шансов остаться незамеченным… — продолжили они спор.

Я же снова досадливо уставилась на зеленую пряжку целительского ошейника. Вот же гадость-то! Если не ошибаюсь, она его не просто сторожит, но еще и не дает прийти в сознание. То ли чтоб не рыпался, то ли у личевладельца такие понятия об анестезии, не знаю.

Главное, я б ее вскрыла, если бы у меня была хоть капля магии, кодовое заклинание мне не нужно, я ясно вижу, что леворукий вектор Райко подошел бы наверняка — что-то было такое в переплетении силовых линий… то ли знакомое, то ли поддающееся интуиции.

— Значит, решено… Берем его вдвоем и… — донесся до меня обрывок разговора, но я уже решилась на действие, все же до одной мысли додумавшись. И она либо выгорит, либо…

Машинально протянув руку, я почти коснулась пряжки.

— Саяра! — чуть ли не хором вскрикнули мужики. — Нет!

Глава 34

Даже если бы я хотела остановиться, я бы уже не успела. К тому же сработал рефлекс: побыстрее завершить начатое, пока не помешали. Возможно, это и не совсем правильно, а точнее, в каких-то случаях вообще ни разу не правильно, но я привыкла доверять своей интуиции.

Сначала парни круглыми глазами уставились на отвалившуюся от ошейника пряжку, упавшую на грязные камни с едва слышным звоном и там же медленно и потухшую. Сам ошейник сейчас больше ничем не отличался от обычной, не очень качественной полоски кожи. Его тронь — он и упадет туда же в пыль, а то и сам рассыплется.

Но немедленно проверять, так ли это, мы не стали, ибо все трое не менее удивленно вытаращились на Сайрена. Он почти успел схватить меня за руку, среагировав раньше всех, похоже тоже больше интуитивно уловив, что я внезапно собираюсь совершить. Но чуть-чуть не дотянулся и, видимо инстинктивно, попытался цапнуть меня магией. Все же он с ней всю жизнь прожил, пользоваться силой у парня выходило на уровне рефлекса.

Так вот, полноценно зацепить меня ловчей петлей воздуха не вышло, но слабое свечение от его ладони ме-е-едленно сворачивалось в длинную узкую ленточку, плывущую к моему запястью.

— Как это?! — первым обрел голос Аррис. — Как… печать?! У тебя же печать!

Ошеломленный Сай все так же медленно поднял к лицу светящуюся ладонь, уставившись на нее шокированным недоверчивым взглядом, и воздушная ленточка нежно колыхнулась, коснувшись переносицы. Невидимая печать засветилась, сделав его похожим на кошку по имени Луна из одного популярного японского мультфильма про девочек в матросках. Такие же удивленные широко распахнутые глаза на совершенно обескураженной мордашке.

Вот только этот знак, который здесь назывался «опрокинутое солнце», был словно… смазан? И слегка поплыл. Будто какая-то мамаша, намочив носовой платочек, попыталась стереть с лица своего чада след помады или фломастера, но толком не преуспела в этом, оставив на потом, когда доберутся до умывальника.

— Да быть не может! — Аррис дернул племянника за руку к себе и чуть ли носом не уткнулся ему в ту печать, изучая ее под всеми возможными ракурсами. — Как?! Чем ты ее?! А у меня?

И, не давая себе времени на раздумья, тут же попытался выпустить из ладони воздушный щуп или нечто похожее. Но результата в любом случае не было. Ничто не всколыхнулось в темном коридоре, куда не проникал ни малейший сквозняк. Аррис еще несколько раз попытался призвать свою силу, как и все мы, вознадеявшись, что печать сумасшедшего гада носила лишь временный эффект. Но тщетно. Магия рейнджера была надежно запечатана.

— Может, ему другую поставили? Или меньше силы влили? Или она у него дольше? Сай, что-нибудь, что отличает процесс запечатывания от того, как его провели Аррису? — вклинился Валентайн.

Но парень покачал головой, на его лице медленно проступала радость от осознания, что он все же не стал «лишенцем», облегчение и все то же недоумение.

— Понятия не имею, — растерянно произнес Сай, гася ленточку магии и щупая собственный лоб. — В одно время всем ставили, ничего особенного. И потом мы все были вместе почти все время. Да и что я мог такого сделать, чтобы ее разрушить? Ничем я ее не… если только Саярой. Она ж меня в это место целовала. — Он нервно хихикнул, явно давая понять, что последнее высказывание было шуткой, попыткой разрядить атмосферу, чтобы не сойти с ума. То ли от офигения, то ли от радости, что хоть часть нормальной магии к нему вернулась.

— А ты, Саяра? Ты пряжки просто коснулась или магией потянулась? Может…

— М-м-мн-н-н… — Все дружно подпрыгнули и обернулись на стон. Оказалось, что пряжка от Арэнова ошейника погасла окончательно, ошейник с его шеи свалился, а сам целитель с трудом пытается сесть, держась обеими руками за голову. — Ох… Какая пряжка? Кого целовали? А меня поцеловать?

— Это все, что вас сейчас волнует?! — Я не знала, плакать или смеяться. Бить его мне совесть не позволяла — места же живого злыдень не оставил. — Арэн, вы неисправимы. Не дождетесь.

Сама не знаю, почему вдруг вновь перескочила на официальное «вы». То ли слишком перенервничала из-за этой змеятины, то ли из-за нервов же включился никому не нужный официоз, то ли еще что…

— А зря. — Покоцанный пирожок сел наконец ровно, отнял руки от лица и осмотрелся. Потом повел носом и выдал: — Это у тебя не шадасский бальзам в сумке так пахнет? Дай!

— Да на здоровье. — Бутылка с остатками непередаваемо вонючей бодрящей мерзости перекочевала в дрожащие руки. Арэн зажмурился и залпом выпил все, что там оставалось. Его аж приподняло и передернуло от омерзения, зато, когда мужчина открыл глаза, они были абсолютно ясные и без следа недавней дымки забытья. — Саяра, еще раз выкинешь такой трюк с прыжком в опасность — и я тебя запру в подвал на правах официального жениха. Поняла?

— Чего?! — хором сказали Аррис и Сай. Валентайн молча ухмыльнулся, глядя на меня. А я пожала плечами:

— Нашел время угрожать. Сначала надо отсюда выбраться. А потом разберемся, кто, кого, куда и за какое место запрет.

— Его сепсисом не будешь запугивать? — Интересно, зачем Сай это спросил, если так насупился? Хочет, чтобы я целителя за интимные места пощупала? Или не хочет как раз?

— Этого лопатой не убьешь. — Я кивнула на голую Арэнову грудь, где порезы уже были замазаны моим фирменным средством — целитель справился самостоятельно, забрав у меня пузырек сразу, как пришел в себя. Я не протестовала — профессионалу виднее. — Сам кого хочешь отсепсит. Ну, раз главная проблема решена, может, пойдем и добудем мне тушканчика? Домой хочу.

— Саяра, с вами все в порядке? — после долгой паузы осторожно поинтересовался Валентайн. Остальные не менее настороженно сверкали глазами в полутьме, подтверждая его вопрос.

— Абсолютно. — Я кивнула и кратко пересказала собратьям по плену особенности противонасильственного порошка. — Магия при мне, значит, осталось только подкараулить гада и не попасться личам.

— Страшная женщина… — в который раз констатировал Аррис.

— Ничего, меня устраивает, я смелый, — по-крокодильи усмехнулся почти целенький пирожок, вставая на ноги и поправляя зеркальный килт. Он как-то возмутительно быстро пришел в себя и в силу, даже обидно… Может, его мне тоже хотелось потискать и полечить? Тьфу…

— Да мы тоже не робкого десятка, — отозвался Сайрен, косясь на целителя как на врага народа. Тот хмыкнул и снова обратился ко мне:

— Вы запатентовали эту гадость? Нет? А на ком тестировали? Я хочу все материалы по разработкам. Это может быть небезопасно пускать в широкое применение. Плюс я вообще с трудом представляю, как это возможно. Порошок, превращающий мага в тушканчика… звучит как бред. По каким законам происходит трансформация? Куда вы деваете избыточную магию и массу? Откуда она появляется и при обратном превращении?

— Вы прямо сейчас хотите ответы на все эти вопросы? — вздохнула я. — Или сначала выберемся отсюда? На многие из них я сама точно не знаю ответа, проект в стадии разработки. Честно говоря, этот порошок — побочное действие от другого эксперимента. И первое превращение проверил на себе один очень «везучий» студент… после чего пришлось вплотную заняться этим вопросом. И взяла я его с собой исключительно на крайний случай. Мы его не собираемся патентовать и вообще кому-то давать в руки, там еще исследовать и исследовать. Мало ли какие побочки. И прочие вопросы…

— Я не пойму одного: у вас нет опрокинутого солнца? — спросил вдруг Валентайн, обращаясь ко мне. — Этот идиот вас не запечатал?

— Эм… — На пару секунд все зависли, вспомнив, что вообще-то не только Сай у нас творил чудеса.

Я сосредоточилась и попыталась применить простейшее очищающее заклинание на участке пола. И поняла, что не работает. Как так? А что… а-а-а-а-а!

— Магии с обычным направлением вектора у меня по-прежнему нет.

На какое-то мгновенье я и сама растерялась, пытаясь понять, а в самом деле, что это было? Подумала и осторожно выпустила то же самое заклинание, но с обратным вектором. Едва не подскочила от удивления, почувствовав отклик. И уже сама воззрилась на остальных, должно быть с тем же ошарашенно-удивленным выражением лица, что и Сай до этого.

— Что ты сделала?

— Закрутила потоки в обратном направлении. Как Райко.

Все, кроме Арэна, понимающе переглянулись и попытались повторить мой трюк. Но увы…

— Саяра, дорогая, — после третьей бесплодной попытки выдохнул Сайрен. — Поцелуй меня еще раз, пожалуйста. Увы, пока не в губы. А в это демоново солнце. Хочу кое-что проверить…

Глава 35

Я, кажется, уловила его мысль, потому что даже на секунду не задержалась, прежде чем шагнула вплотную, положила руки парню на плечи и сердито велела под недовольное пыхтение Арэна:

— Наклонись! Вымахал…

— Пока никто не жаловался, — мило улыбнулся шлимазл, но послушно нагнул голову, подставляя переносицу. И даже зажмурился, как при настоящем поцелуе, паяц. Так и хотелось дать щелбан по лобешнику. Но ладно уж, свое.

Я подумала секунду и не просто поцеловала, а взяла и лизнула это чертово опрокинутое солнце. А потом потерла это место пальцем. За спиной кто-то закашлялся, прошипев что-то невнятное, но явно не очень одобрительное. Причем я не берусь утверждать, был это Арэн, обычно открыто выражавший свое недовольство, или Валентайн, находившийся в той же стороне.

— А мне нравится твоя инициативность, — тут же просиял шлимазл-младший, но на всякий случай отступил на шаг, закономерно опасаясь, что прилетит по шее. М-дя, чтоб я так радовалась, что кто-то меня послюнявил. Но в любом случае с этим надо заканчивать. Здорово, конечно, что помогает, но лизать всех подряд все же моветон.

— Охренеть… — прошептал буквально за плечом Аррис. Я оглянулась и едва не боднула его — старший шлимазл подобрался вплотную, но с чисто исследовательскими целями: он тоже таращился на Сая и его переносицу, даже не пытаясь распускать руки. И было на что посмотреть. Кажется, Сайреново опрокинутое солнце теперь у меня внутри. В смысле, я его немного съела. Слизнула. Хм… Интересно, а на меня это как-то повлияет? Я о том, не заблокирует ли теперь мой обратный вектор, оказавшись внутри вместе со слюной, или как оно тут передается? Осторожно потянулась к источнику моей магии и едва заметно перевела дыхание, ощутив его, как и прежде. Угу, то есть я сейчас такой себе ходячий флакон растворителя печатей местного маньяка. Лестно, ничего не скажешь.

— А меня так же? — почти мгновенно опомнился и перехватил инициативу сообразительный рейнджер.

— В него можно просто плюнуть, — съехидничал Сай, прямо на глазах обретая и былую уверенность в своих силах, и боевой настрой. И тут же добавил невинным тоном: — Торопимся же.

Фыркнув, я достала из сумочки самый обыкновенный носовой платок и, лизнув его, уже им потерла лоб сначала себе, а потом разочарованно вздохнувшему Аррису. Который тут же замер, с недоверчивой радостью прислушиваясь к чему-то внутри, видимо вновь начав слабо ощущать свой магический источник.

— Кхм. — Кажется, Арэну надоело пассивно наблюдать за этими интимными играми в леденцы для его невесты. Во всяком случае, килт его зашуршал решительно и бодро. И я, слегка улыбнувшись, была уверена, что услышу теперь от него просьбу поделиться слюнями, но в ответ получила совсем непонятное: — Ожидаемо…

— Что ожидаемо? — резво обернулась к нему и смерила подозрительным взглядом. Из нас всех он единственный не выказывал сейчас никакого особого удивления от того, как я расправлялась с печатями, хоть и не видел, как Сай впервые тут задействовал свою магию. А учитывая его намеки тогда, в Академии…

— Нет, ничего. Некогда сейчас гадать, чем обусловлен данный феномен. — Арэн подхватил меня под руку и аккуратно изъял обслюнявленный платок. И… передал его Валентайну. А сам настолько недвусмысленно склонился надо мной, что я едва не рассмеялась: очень уж товарищ змеиный пирожок в этот момент напомнил мне упрямо набычившегося мальчишку.

Осспаде, да мне жалко, что ли? Слюней у тети Сары на всех хватит. Не целиком же облизывать.

— Саяра, вы принимали какие-то настойки или снадобья перед тем, как попали сюда? Или, может, разбилось что и пролилось на вас, что несколько изменило свойства слюны и/или крови? Вы с Арэном ведь как раз собирали его чемодан, может, тогда… — начал высказывать вполне логичное предположение Валентайн. Я и сама на миг задумалась, пытаясь вспомнить. Кажется, такого не было, но…

— Потом! — резко оборвал дискуссию Арэн. — Сейчас надо выбираться отсюда.

Этот окрик подействовал отрезвляюще. В конце концов, какая разница, что и как подействовало на меня. Подействовало — и отлично, обдумать можно позже. По крайней мере, убравшись подальше от наших камер, куда вот-вот должен вернуться либо сам главгад, либо его приспешники.

— Так понимаю, необходимости оттяпать кусок от этого маньяка, чтобы убраться отсюда, у нас нет, если не считать моего острого желания. Но в любом случае мы не единственные, кто попал к нему в лапы, — озвучил общую мысль Сай.

— Да, другие преподаватели. Их держат на другом этаже. По крайней мере, в их камере есть окно, сквозь которое проникал дневной свет, — кивнул Аррис и, отвечая на невысказанный вопрос, добавил: — После того как Саю и Джасу удалось покинуть «лагерь», лич привел меня к другим пленникам. Пробыл я там недолго, с час может, не больше. Но переброситься парой слов успел и направление запомнил. И они все с ошейниками.

— Ошейники сломаем. — Я деловито кивнула. — С личами вы справитесь. Но! Как мы выберемся? Я имею в виду, пешком, что ли, через пустоши и границу? Никто не помешает этому извращенцу снова натравить на нас тот смерч. И где мы, кстати? Ты в окно выглянул? Что там?

Аррис скривился, мгновенно посмурнев.

— А какие могут быть варианты? Я сказал «дневной свет», но не «солнечные лучи». Да и дневным его можно назвать тут с натяжкой. Так, зеленые всполохи, пробивавшиеся сквозь гущу черных туч.

В ответ даже никто не выругался. А толку? Не дети ведь, и сами поняли сразу, где может сохраниться храм захватчиков вместе с полубезумным гением, научившимся управлять нежитью. Да и где бы еще ему проводить свои жуткие противоестественные эксперименты?

— И что ты предлагаешь? — Сай первым сообразил, что я не просто праздно размышляю вслух, озвучивая очевидное.

— Мне все еще нужно чучело тушканчика на полочку, — довольно злобненько ухмыльнулась я. — Если нам не будут мешать разные смерчи с небес, дорогу домой осилим. Магия у нас есть. Сайрен присутствовал у меня на семинаре по возможным диверсиям в вентиляционной системе с помощью воздуха и водяного пара.

— Ты точно бытовую магию преподаешь?! — В который раз, интересно, мне задали этот вопрос? На этот раз отличился Арэн. Как самый новенький. Остальные уже не удивляются, похоже…

— Надо только сообразить, где именно засел этот сумасшедший, — деловито кивнул Сайрен, разминая пальцы. — А диверсию я ему устрою… по самую вентиляцию, мать его!

— Язык придержи, — одернул парня родной дядя. — Все это сложно и опасно. Пока будем искать…

— Не надо искать. Надо просто убедиться, что этот безумный преподаватель в здании, — вздохнула я. — Порошка хватит, чтобы опылить все помещения в трех таких домах. А если наши коллеги временно превратятся в тушканчиков, нам даже проще будет — унесем их в моей сумке.

Глава 36

Когда у тебя есть магия, жизнь значительно упрощается. Я сама не ожидала, как быстро привыкну к этому ощущению силы. Плевать, что по сравнению с другими магами у меня ее было совсем немного, главное — я научилась с умом ею пользоваться. Именно поэтому то короткое время, когда я считала, что магию мне запечатали, на самом деле было ужасно неприятным. Да, разумеется, я убеждала себя, что мне эта магия вообще не сдалась, лишь бы была здорова да котелок варил, а все же, глядя на таких же преувеличенно уверенных в себе Арриса и Сая, находила отклик в душе. Сопереживала им не только потому, что понимала, как им, должно быть, плохо сейчас морально. Нет, я знала наверняка, ощущала эту тоску внутри и старалась не проводить мысленно аналогии с ампутацией. Что, по сути, было бы верно: практически для всех магов их дар — такая же часть тела, как рука, нога, глаза… Впрочем, не будем о грустном!

Зато теперь… у нас еще будет время разобраться, что за слюни у меня такие интересные и что знает об этом Арэн, который строит из себя ходячий помолвленный секрет. А пока…

Операция «Тушканчик» в полном разгаре. В двух словах рассказав остальным, что за чудодейственный порошок у меня в сумке, нарвалась на очередной вердикт «страшная женщина», но тут же получила одобрение сразу со всех сторон.

Правда, от некоторых блондинистых личностей затем прозвучало задумчивое предположение, что из тушканчика может получиться вполне неплохой супчик. А учитывая, что других припасов, пока мы будем пробираться Серыми землями, у нас нет, остальная банда живодеров радостно подтвердила под урчание живота Арриса. И все мужики тут же уставились на меня голодными взглядами.

Пока они не начали строить домыслы, что практичнее было бы превратить врага в таком случае в хрюшку или хотя бы достаточно жирненького бройлера, поспешила им напомнить, что супостат нужен живым. Иначе как нам потом из него добывать инфу, полезную и не очень. Что именно он хотел сделать со студентами, положим, и зачем ему личи — мне бы не очень хотелось слышать. Но вот как управлять нежитью, откуда эти его знания, возможно ли превратить Серые земли во что-то относительно обитаемое или хотя бы остановить их распространение… Мало ли какие секреты он скрывает?

Правда, некстати в голове начали возникать рецепты приготовления тушканчиков в собственном соку… Тьфу ты! Ладно, в качестве запугивания после поимки будет совсем нелишним.

Радовало, что, пока я обмазывала ребят слюнями и мы разрабатывали план действий, вниз никто так и не спустился. Терять время, ожидая, когда удача все же отвернется от нас, мы не стали, поспешив покинуть этот коридор. Заодно убедились, что, кроме нас, на подземном этаже никого больше не было. По крайней мере, из живых. За одной из дверей мы услышали приглушенное рычание рватня и почуяли характерную для него вонь. Валентайн, осторожно заглянувший в камеру через зарешеченное окошечко, молча кивнул, подтверждая наши догадки.

Поначалу мы передвигались медленно, ожидая всевозможных магических ловушек или маячков, но вскоре осознали, что ничего подобного в подвалах точно нет. Да и, если уж так подумать, зачем это делать посреди Серых земель? Нежить главгада и так слушалась, а случайно со стороны никто уж незамеченным не забредет.

Личевладелец местный всех магов обезвреживал еще на подходе, поэтому не особенно страховался от них внутри своего дома. Или замка, или храма — больше всего это странное сооружение напоминало мне почему-то изрядно обветшавший дом культуры в каких-нибудь Новых Васюках. Неуклюжая претензия на стиль и пыльные остатки былой роскоши. И скелеты по углам, анимированные. С которыми мои боевики справлялись совершенно бесшумно и на раз-два-три. Не удивлюсь, если это даже не защита, а так, неудачные эксперименты, которые маньяку лень было убирать или которые он оставил тут прохлаждаться, да и забыл, увлекшись очередной безумной идеей.

Когда мы наконец-то поднялись из подвалов, пробираться вперед все же стало сложнее. Помимо скелетошек теперь попадались и другие твари. К счастью, мы их подмечали задолго до того, как они улавливали наше присутствие, и нам удавалось избегать их. Нет, проблем с тем, чтобы справиться с ними, быть точно не могло. Но эту нежить уже можно было перевести в разряд условно живых или по крайней мере тех, кто имел прямую связь со своим хозяином. А зачем нам портить ему сюрприз, раньше времени сообщая, что нам удалось выбраться, да еще и в полном составе? Так что вскоре было принято решение все же где-то устроить штаб, немного отдохнуть, упорядочить полученные сведения и доработать план.

— Я насчитал уже пятерых личей, — деловито поведал обретший былую уверенность Аррис, укладывая очередную окончательно мертвую мумию полежать под коврик. И главное же, минут десять прикидывалась ветошью, пока Арэн не подошел к ней ближе. — А рэсс ай’Норд, с которым я успел перемолвиться несколькими словами в тюрьме для остальных преподавателей, сказал, что, когда хозяин куда-то уходит, на страже остается не больше четырех, остальные уходят с ним. Значит, эта сволочь точно здесь. Сай, вы собрали свои разведсквозняки?

Это они так обозвали систему шустрых маленьких вихрей, которые были запущены по коридорам совместными усилиями Валентайна и Сайрена. Воздушная магия не была профильной ни для одного, ни для другого, но с основами они были знакомы, а процент влажности есть в любом воздухе, и основную функцию они прикрутили именно к родному элементу, используя воздух только как «лошадку». Очень удобно — студент-выпускник в онлайн-режиме управлял сразу двумя десятками этих сквозняков на виртуальной светящейся карте, которую выстраивал и поддерживал Валентайн. Она прямо на наших глазах расширялась и дополнялась по мере того, как вихрики приносили новые сведения.

Мы устроились в одной из дальних комнат на втором этаже, в которой, судя по слою пыли, уже лет триста никто не появлялся. И отсюда уже планировали дальнейшую диверсию.

— Нашел! — обрадовался Сай. — Нашел камеру преподавателей. В смысле — комнату, рядом с которой один из личей в карауле, и внутри нее эманации семи живых! Вот только, судя по карте и тому, что передают сквозняки, кабинет этого гада прямо напротив. Или даже нет… там анфилада комнат, перед которыми стоит караул, в одной из них решетка, за которой наши, а все остальные довольно роскошно обставлены и чисто убраны. Значит, здешний хозяин там и обитает, а пленников держит поблизости… Дальше заводить разведчика я не рискнул, гад может почуять. В остальном здании его нет, стало быть, сидит в своих покоях под охраной.

— Их, похоже, перевели из того помещения, где держали изначально, — поделился Аррис. — Возле камеры, в которой я сидел, никакой анфилады не было.

— Досадно, но куда деваться. — Я достала пакет с порошком. — Вот туда, значит, и запускай газовую атаку. Не будем тратить весь запас, полностью здание опылять не нужно, только эту анфиладу. Увы, придется рискнуть опылить всех.

— И как мы тогда определим, какой из сусликов наш? — нахмурился Валентайн.

— И нашей проблемой все равно останутся личи, на которых порошок не подействует по той простой причине, что у них нет необходимости дышать, — добавил Арэн.

— Во-первых, тушканчик, во-вторых, личей двое, а нас пятеро, а в-третьих… Мне кажется, идентификация личности тушканчика все же не проблема. Наши будут за решеткой, а вражина где-нибудь снаружи, вот и все. — Я пожала плечами. — Ну что, полный вперед? — улыбнулась я несколько шальной улыбкой, затолкав поглубже мысли о возможной неудаче. И по знаку Валентайна начала активировать обратным вектором Райко одну порцию за другой.

— Порошок пошел в вентиляцию… вместе с сонным. Начинаем охоту? — кровожадно ухмыльнулся Аррис в унисон со вновь заурчавшим животом. Ну пусть будет охота. Лишь бы не увлекся и никого не сожрал под шумок, Арэн замается ему несварение лечить…

Глава 37

Сайрен:

В нужный нам коридор мы ворвались слаженной боевой командой. Мгновенно оценив силы противника в виде одного лича и около десятка оживленцев, как нам и донесли наши разведсквозняки, мы тут же ринулись в бой.

Как договорились заранее, рэсс Валентайн взял на себя скелетошек, мы же с Аррисом набросились на некрохрень, оказавшуюся именно той самой, что охраняла наш лагерь! Тут уже было дело принципа завалить его именно нам двоим, пока Саяра с целителем мирно ожидали, когда мы им расчистим путь…

Ладно-ладно, погорячился и выдал желаемое за действительное — парень этот непонятный расправлялся с оживленцами, довольно сноровисто используя ножку от стула, решив поберечь свою магию, а Саяра крушила оставшихся противников чем-то убойным. Я краем уха лишь услышал заклинание для создания костной муки, боюсь представить, что она использовала еще.

— Ну что, скотина, готов увидеть, чему студенты научились? — мстительно прошипел Аррис, оттачивая на ходячей сдохлятине свои боевые навыки. — Доволен? А так? И еще!

Я от него не отставал, пытаясь наконец-то завалить эту падаль, к которой у нас конкретно личные счеты. Правда, обошелся без комментирования своих действий, берег дыхание.

Неприятным сюрпризом стало, что личу оказалась подвластна кое-какая магия, которую он тут же попытался использовать против нас. То ли создатель наделил, то ли артефакт какой, то ли… Гадство, тема «Исчезнувшие виды нежити» была у нас еще на втором курсе, да и я особо не уделял ей внимания: как бы исчезли — и слава всему святому. Может, что-то и упустил. Тем не менее это всего лишь очередной ходячий труп, в меру заторможенный по сравнению с живыми опытными боевиками.

Правда, что отрубленная конечность так же уверенно поползет ко мне и схватит за ногу, я ожидал меньше всего. Зато узнал еще одно отличие лича от оживленца: их части тел сохраняют некроэнергию и после отсечения. И, судя по тому, что тело продолжило пускать в нас какую-то зеленую магическую дрянь после того, как ему размозжили череп ледяной кувалдой, повреждение мозга для тварей также не являлось критическим.

Только против ледяных лезвий мало какая нежить устоит, будь она трижды вымершей и доисторической! И мы с Аррисом с удовольствием покрошили остатки лича как можно мельче, чтобы оно даже ползать не могло!

В какой-то момент я, поддавшись азарту, даже использовал одно из кулинарных заклинаний Саяры, выученных в свое время на паре, и порубил некоторые части тела лича на мелкие аккуратные кубики со стороной не больше двух сантиметров. В жаркое, конечно, не пойдет, но все же.

Даже невольно оглянулся, чтобы проверить, оценила ли она. Но увы. В коридоре оставались лишь мы с Аррисом, добивающие то, что осталось от лича. Валентайн и этот, как его там, уже вломились в кабинет сероземной скотины и обшаривали там все, а Саяра курировала поиски. Угу, ожидаемо. Ну да ладно.

— Давай совместно заклинание ледяной корки, — бросил отрывисто Аррис, озабоченно оглядывая месиво, оставшееся от лича.

Я удивленно приподнял бровь, не понимая, зачем в принципе использовать заморозку, да еще и двойную. То есть да, что отрубленная кисть в состоянии поползти, можно было догадаться. Но этот фарш? Ну серьезно, за счет чего он может двигаться и что сделать?

Тем не менее спорить или даже высказывать свои сомнения не стал, усвоив главное правило боевиков еще на первых курсах: получив на поле боя указание более опытного мага, пусть самое дурацкое, сначала делаешь, потом спрашиваешь зачем. Твое секундное промедление может стоить кому-то жизни.

Но Аррис сам ответил на невысказанный вопрос, когда куча фарша напоминала уже едва ли не сплошную глыбу льда.

— Перестраховка. Недаром пять веков назад личи считались высшей нежитью, — хмуро пояснил он, кривя губы. И пусть произнес он это со своей привычной уверенностью, я его знал не первый год и уловил, что крылось за этими словами.

— Кто-то не столь прилежно учился на первых курсах и прозевал тему «Исчезнувшие виды нежити»? — съехидничал я и самодовольно ухмыльнулся, когда Аррис скорчил гримасу, совсем как в детстве.

Вместо ответа он подошел к решетчатой двери временного пристанища преподавателей, нежданно обретших иную ипостась. И больше всех этим возмущался тушканчик, прижавшийся к прутьям и голосивший во все горло, пока остальные его товарищи то пытались забиться по углам, то куда-то карабкались, а парочка шаталась, как пьяные, посреди комнаты. Сонное заклинание понемногу начинало действовать, но конкретно этот преподаватель, похоже, держался за счет переполнявших его эмоций.

— Рэсс ай’Тассард, ну право слово, не навсегда же. Вызволим вас всех и вернем вам облик, — скривился Аррис после особо громкого писка.

— Ты их различаешь, что ли? — опешил я, пытаясь отличить одного тушканчика от точно такого же другого. Не говоря уж о том, что пищали они все как… ну как тушканчики и пищали. Определить, что именно этим писком выражают, в любом случае нереально. Кроме эмоций, естественно.

— Ну, конкретно этот во всех ипостасях самый крикливый и психованный, я как-то с ним в рейд ходил… — проворчал Аррис едва слышно, но тушканчик все равно услышал и разразился уже новой возмущенной трелью.

— Да не хотел я вас обидеть, и, клянусь, идея с порошком вообще не мне принадлежала, имейте терпение!

Оставив Арриса в коридоре разбираться с обидчивым преподавателем, я обвел глазами сам кабинет, намереваясь вдоволь насладиться видом супостата в тушканьем виде. Но, судя по озабоченным лицам Саяры и целителя, что-то шло не по плану.

— Он же мелкий, забиться мог в какую-то щель… — досадливо поморщился Валентайн, перехватив мой взгляд.

— По крайней мере, в коридор точно не выбегал, — согласно кивнул я, чувствуя, как меня обдало морозом от нехорошего предчувствия. Если этой скотины в кабинете нет, то и порошок на него не подействовал. А значит, мы его использовали зря! И где-то бродит абсолютно невредимая сероземная гнида, которой подчиняется вся нежитью.

Я в коридоре постою, прослежу, чтобы никто не подкрался незамеченным, заодно запущу разведсквозняки, — пробормотал я, оценив, что в кабинете от меня помощи все равно не очень много. Там и так уже трое человек все переворачивали вверх дном.

Хорошая мысль, — отстранённо кивнула Саяра, даже не взглянув в мою сторону.

Но запоздалая, я уже запустил, — падал я голос Ариса у меня за спиной. — Нежить пока далеко, но те же личи всего лишь этажом ниже и скоро могут заглянуть к нам на огонёк. А вот мразоты, затащившей нас сюда, нигде нет. Либо его в принципе не было на момент активации порошка, либо…

Глава 38

Сара:

Я краем глаза следила за тем, как мужчины переворачивают вверх дном покои супостата, а сама между тем размышляла. Если мы ошиблись и падлюки не было дома, он вернется, и… ничего хорошего. Неужели везение кончилось?

Нет, не будем отчаиваться. Может, просто зверек забился под какой-нибудь диван и теперь изображает мышь в обмороке. Найдем.

Я уже внимательнее принялась осматриваться по сторонам. Потом перевела взгляд на клетку с остальными тушканчиками. Благо решетка на бывшей тюрьме для преподавателей была не как в темнице — из редких толстых прутьев, а скорее похожа на мелкую ажурную сетку. Грызуны больше не метались по полу, как обезумевшие мухи под фонарем, а забились по углам и сонно шевелили носами. А потом падали лапками кверху. Усыпляющее заклинание, прицепленное Арэном к порошку, начало действовать. Кажется, эффект оказался немного сильнее, чем мы с девочками рассчитывали, — сознание в этом облике не совсем трезвое, скорее спутанное, как минимум в первый момент, а потом еще на него глушилка от целителя наложилась, вот зверюшки и поплыли.

Машинально я пересчитала живность. Семь хвостов, ага. В сумку поместятся, а через двенадцать часов действие порошка закончится, пойдут своими ногами. Думаю, претензий от настрадавшихся преподавателей я не услышу — они тут с самого начала с детьми и наверняка намучились. Хорошо, никто не потерялся, я точно знаю, что пропало семь человек преподавателей и сопровождающих.

Стоп. Сто-о-оп…

— Отбой поискам. Я знаю, где эта сволочь. — Деловито кромсая сдернутые с окон шторы на широкие ленты бинтов, я хищно улыбнулась. — Сай, бери воздушной петлей по одному и тащи сюда, будем пеленать и проверять.

— Ты думаешь, он там?! — моментально понял Арэн, присаживаясь рядом.

— Пропавших преподавателей семь человек. За решеткой семь тушканчиков.

— М-м-м?

Я хмыкнула и кивнула на появившегося в дверях Стрелу:

— Один из этих семи здесь. Значит, кое-кто лишний там.

Парни переглянулись, и в их глазах медленно загорелся огонек кровожадного интереса. Так, кажется, тушканчиков ждет тщательный досмотр и вдумчивый допрос. Когда проснутся.

— Вы только остальных преподавателей не передушите от усердия, — посоветовала я, ловко пеленая зверьков одного за другим и выкладывая рядком вдоль решетки. И на всякий случай отпихнула особо заинтересованного Арриса. Кажется, тому очень уж хотелось припомнить нашему «гостеприимному» хозяину и замеченные мной веснушки на Аррисовой заднице, и стойку на коленях у столба, и прочие приятные мелочи.

— И как же мы вычислим гада? — скептически поджал губы Сайрен, а Арэн так выразительно размял длинные изящные пальцы, что я поспешила отогнать подальше и этих двоих — от греха.

— Я нашел нашу одежду. — В дверях появился Валентайн с аккуратно свернутым тряпичным тюком. — И вашу сумку, Саяра.

Он протянул мне найденное имущество и вдруг на крошечную секунду улыбнулся уголком рта… У меня неожиданно заломило в висках — острое чувство чего-то знакомого накрыло с головой. Но еще через миг это наваждение исчезло, как его и не было.

— О-о-о-о! — Тушканчики и личевладелец на несколько минут оказались забыты. Я кинулась к своей сумке, как к давно потерянному родственнику, ну а парни радостно воссоединились со своими штанами и прочей обувью. Зеркальные одеялки они аккуратно сложили и сдали мне. Я как раз закончила ревизию собственных пожитков и удовлетворенно вздохнула: живем.

А потом кое-что заметила и вдруг поймала за хвост одну интересную мысль. Снова полезла в счастливо обретенную сумку, пощупала застежку. Прищурилась… и ловко цапнула за шкирку одного из уже спеленутых зверьков.

— Ага! Ну что, могу вас обрадовать: злодей найден. Вот он, ирод! — И я торжествующе потрясла сонного тушканчика.

— Как вы узнали?

— В сумку ко мне полез, нехороший человек. А она чужих не любит.

— Кусается? — пошутил Сай и тут же вылупил глаза, когда я невозмутимо кивнула. — Правда?! Хочу такую же!

— Палец она ему отхватила начисто, — вздохнула я, с отвращением вытряхивая из подпространства «трофей». — А у этого конкретного грызуна на лапе недостача.

— Ну что же, — предложил Валентайн после того, как невинные тушканчики были аккуратно упакованы в один из карманов моей сумки, а вражий враг превращен в плотный кокон и запечатан отдельно, — если главная проблема решена, стоит разобраться с оставшейся нечистью. Там у запертой двери их уже целая толпа собралась, во главе с оставшимися личами. Со всей округи сбежались. Но поскольку команд не получают, особо в двери не ломятся. Стоят и ждут.

— Ну и славно, самое время прихлопнуть всю дрянь одним ударом, — потер руки Стрела, повернувшись к племяннику и его декану. — Парни, соорудим на троих? Вам, рэсс целитель, не предлагаю, у вас ориентация… неподходящая.

— Мне есть чем заняться, — сухо отрезал Арэн, который добрался до письменного стола, стоявшего в той же комнате, что была разделена решеткой на тюрьму и, судя по всему, лабораторию. — Мелочи оставляю тем, у кого, кроме грубой силы, ничего нет.

— Спорим, не подеретесь? — съехидничала я, на корню гася конфликт. Взрослые люди, здоровенные мужики, вокруг северный пушной зверек со спецэффектами, а они туда же. — Арэн, некогда рассматривать каждую запись, складывайте все сюда, — с этими словами я расстегнула молнию, пришитую вдоль донышка моей сумки, и расправила скрытое под ней дополнительное пространство. У меня в молодости на Земле такая сумка с молнией на дне была, вроде дамская, а расстегнешь — и верблюда с Привоза домой принести можно, не то что пять кило болгарского перца и ведро синеньких. И это без магии. А здесь-то моя хозяйственная одесская душенька оторвалась по полной: стадо верблюдов при желании упакую.

Целитель покосился на меня непонятно, но послушно начал складывать гадскую документацию аккуратными стопками и передавать мне для дальнейшего контейнирования.

— Да как тебя убить, мать твою так?! — донёсся удивленный растерянный возглас из двери, куда устремились наши боевики. И вот это мне совсем не понравилось, особенно в купе с раздавшимся угрожающим рычанием и холодком, пробежавшим по моей спине…

Глава 39

Сайрен:

Единственное, что меня сейчас радовало в данной ситуации, это что одна неугомонная бытовичка занята делом и не лезет в бой.

Вот только, открыв дверь, собираясь ворваться в толпу нежити, рассредоточившейся по всему коридору, мы с Аррисом на несколько мгновений удивленно замерли, дружно уткнувшись взглядами в абсолютно невредимого лича, изрубленного нами в состояние фарша совсем недавно. Кажется, теперь я понимаю, почему их несколько столетий назад так опасались…

— А вы думали, что, мелко изрубив его, уничтожите? Это лич, а не оживленцы, неучи! — рявкнул Валентайн, выдергивая нас из кратковременного ступора, и первым бросился в толпу нежити, осыпая ее убойными заклинаниями из своего арсенала.

Пять, мать их так, личей! Да твою ж..!

Следующие несколько секунд, минут, час?.. совершенно смазались для восприятия. Понятие времени как-то утратило смысл, пока мы усиленно пытались выжить сами, не пустить тварей к Саяре и целителю и наконец-то покончить со всей этой некропакостью.

Немало помогали сухие команды нашего декана, взявшего на себя сразу двух личей и каким-то чудом сумевшего на некоторое время обезвредить третьего. Для этого ему пришлось спустить едва ли не четверть резерва, заковав противника в ледяной панцирь, от которого тот хоть и избавлялся, но фора в десять-пятнадцать минут у нас имелась.

Мы с Аррисом в первый раз одолели лича вдвоем, сейчас по личу на каждого — наш потолок. Рэсс Валентайн справится с двумя, но еще и третий… Я, конечно, верил в его мощь и непобедимость как моего наставника, но лучше не испытывать судьбу. Да и не стоило забывать о банальных оживленцах, которых по касательной, мимоходом, приходилось как-то умудряться размазать между нападениями личей.

Тело действовало на рефлексах, уклоняясь от ударов и нанося свои, пока мозг просчитывал, какое заклинание в какой момент использовать целесообразнее, сколько маны стоит задействовать, сколько осталось и сколько необходимо оставить в резерве. Меня переполнял азарт, все внутри пело, отдаваясь бою сполна. Удар, еще, уклон, смена заклинания, серия сразу с двух рук, еще уворот… Готов!

Ставший уже привычным фоновый шум в виде глухих взрывов, свиста воздушных лезвий, завывания нежити, азартных воплей увлекшегося Арриса и четких отрывистых ценных советов по убиению личей рэсса Валентайна в какой-то момент стих. Щелчком пальцев отправив в полет ошметок лича с плеча, я огляделся, оценивая устроенный погром. Да уж, развлеклись что надо.

— Что теперь? — Аррис брезгливо отодвинул носком сапога горку искромсанного практически в фарш лича… или двух. В таком виде хрен поймешь, что это и сколько его там. — Оставим так — оно снова соберется воедино и отправится за нами?

— Разумеется. Или думаешь, лежать будет, тебя дожидаться? Как ты вообще умудрился с таким пробелом в знаниях получить диплом нашей академии? — холодновато спросил рэсс Валентайн, распекая Арриса, напомнив мне разгоны, которые он устраивал нашей группе после каждого практического занятия.

— Быть одним из лучших рейнджеров и выживать в Серых землях мне это не мешало, — кисло отозвался Аррис, но это лишь заставило декана слегка приподнять правую бровь и едва заметно усмехнуться. Уй, дело плохо. На экзамене такое выражение лица означает верный неуд.

— Так как их все-таки уничтожить так, чтобы не встали? За счет чего-то же они восстанавливаются, — подал я голос, отвлекая. И тут же, пока не переключились на меня, вспомнив, что я-то еще академию не закончил, а пробел в знаниях точно такой же, продолжил: — Артефакт, от которого они подпитывались в лагере! Что-то подобное, да?

Рэсс Валентайн смерил меня страдальческим взглядом, будто тяжелобольного, у которого шансов на поправку нет. Но все же ответил уже спокойнее.

— Тот артефакт нес конкретную функцию подпитки и мешал студентам покинуть лагерь, потому пришлось забрать его с собой. А личи восстанавливаются за счет филактерии, — пояснил он, но, не увидев на наших лицах желаемого эффекта, тяжело вздохнул. — Ее еще называют «сосуд жизни» — это любой предмет, в который помещается душа лича. Вот пока она существует, лич обладает ретроактивным бессмертием — восстановление тела начинается лишь после фактической смерти. В нашем случае после того, как искромсали в фарш. Пройдет некоторое время, и они снова соберутся воедино.

— Хреновые новости. И где нам искать эти филактерии? Судя по первому убитому, счет идет на минуты, — выразил общую мысль Аррис.

— Вероятнее всего, в кабинете хозяина этого места, — пожал плечами рэсс Валентайн.

— Зачистка местности проведена! — первым делом сообщил я, вернувшись к Саяре и целителю.

— Но не полная и временная, — добавил Аррис.

— Шикарно. Еще хорошие новости будут? — поморщилась Саяра, отвлекшись от укладывания в свою безразмерную сумочку содержимого всех ящиков письменного стола и полок в двух шкафах. Правда, брали они только записи, поскольку хрен его знает, что у личевладельца в пробирках, мешочках и ящичках для артефактов. Может, и ценное, но вдруг рванет?

Аррис в двух словах описал суть проблемы, пока рэсс Валентайн уже обыскивал как раз те самые подозрительные артефакты.

— А смерть моя, Иванушка, в яйце… — пробормотала Саяра себе под нос непонятную фразу. Но прежде, чем я переспросил, что она имеет в виду, ее лицо вдруг просияло. — Слушайте, так эта хрень должна же источать какие-то эманации, я права? — И, дождавшись нашего кивка, продолжила: — А в том самом лагере как раз занимались тем, чтобы обучить студентов всей этой некроерунде. По факту, если Сай с Аррисом постараются, они смогут прочувствовать фон и смогут определить местонахождение этих филактерий.

Мы переглянулись с дядей с одинаково скептическим выражением лица. Во-первых, меньше всего хотелось обращаться к той противоестественной магии, от которой буквально выворачивало наизнанку, а во рту селился стойкий привкус тухлятины. Во-вторых, нас хоть и гоняли в том «лагере», заставляя зубрить все как можно усерднее, практических занятий была всего пара штук от лича, основные, так понимаю, этот четырехпалый и должен был проводить, объясняя нагляднее — что, как и куда. А в-третьих…

А в-третьих, послышались едва уловимый шорох из коридора и сдавленное ругательство стоявшего рядом Валентайна, ясно давшие понять, что тут не до раздумий. И, не сговариваясь, мы с Аррисом потянулись к той дряни, что невольно все же засела на подкорке.

В первые несколько секунд я вообще ничего не чувствовал, кроме трупной вони, исходившей, казалось, от меня, хоть я и понимал, что это внутреннее ощущение и на самом деле этого запаха нет и никто, кроме меня, его и не чует. А в следующий миг меня едва не вывернуло, когда это ощущение лишь усилилось, будто справа от меня находится нечто склизкое, давно прогнившее, усеянное мерзкими шевелящимися личинками, но все еще живое и… злое.

Открыв глаза, не сдержавшись, я закашлялся, чувствуя, как невольно проступили слезы, пытаясь отдышаться, но все же вытянул руку в сторону одной из крайних полок шкафа.

— Там… кха-кха… эта мерзость… — выдавил я, не в силах сбросить с себя ощущение, что и сам весь в этих личинках и гнили.

— А я не смог толком прочувствовать… Только что оно где-то тут, в кабинете. Видать, не врала эта гнида, «молодые потоки» и все такое в самом деле имеют значение, — протянул Аррис, бросив на меня уважительный взгляд.

— Так понимаю, это оно. Фиалы выглядят достаточно старыми, чтобы им могло быть несколько веков, и если не ошибаюсь, то они из аккендиила, — вскоре отозвался целитель, извлекая несколько небольших сосудов как из-под зелий, но из самого дорогого материала в нашем мире. — Именно он имеет наивысшую магическую проводимость, но вместе с тем данные сосуды магически не прощупываются. Валентайн, как их уничтожить? Нужен какой-то особый ритуал или?..

— Зачем усложнять? — перебил его наш декан. — Давай их сюда.

Невольная мысль, что не только мы тут с Аррисом неучи в плане личей, померкла от осознания, что я меряюсь на целителя, никогда и не учившегося в боевой академии. А в следующий миг стало не до того, когда рэсс Валентайн вдруг подбросил филактерии в воздух и просто расстрелял серией боевых заклинаний, превратив в пыль.

Одновременно с этим из коридора послышался жуткий вой, а затем характерный звук шлепающегося на пол сырого мяса… ну или фарша, если быть точнее. Саяра, выглянувшая в коридор, тут же вернулась, чуть бледнее обычного. Но быстро взяла себя в руки, так что я даже не уверен, не показалось ли мне.

— Личей больше нет. И из кабинета мы забрали все, что нам было нужно, — резюмировала она.

— Тогда уходим, — решил за всех рэсс Валентайн. — Это место я пока запечатаю. Позже вернемся с экспедицией и как следует все изучим.

— Только припасами бы разжиться, — снова влезла Саяра, выдав фразу в своем репертуаре. — Наверняка здесь есть кладовая. Вы, когда разведку проводили, ничего похожего не заметили?

Глава 40

Сара:

Я устало присела на сухое дерево и вытерла платком вспотевший лоб. Сейчас минуточку передохну и займусь лагерем. Это моя обязанность… и отдушина. Это то, что я умею лучше всего, то, что внушает мне внутреннюю уверенность. Как говорится, улыбайтесь, мадам, завтра будет еще хуже.

Все же я не боевик и не рейнджер, это стало особенно заметно на третий день пути. Поскольку нам было необходимо как можно быстрее достигнуть обитаемых и более-менее чистых земель, а путешествовали мы по не самой безопасной местности, темп приходилось держать высокий. Соблюдая при этом все меры предосторожности и беспрекословно повинуясь указаниям Стрелы — он-то в Серых землях был почти как дома.

Конечно, мужчины старались облегчить мне дорогу и защитить от неудобств и опасностей. Конечно, я молодая здоровая женщина с неплохой физической подготовкой и на Привозе после Союза торговала, а там приходилось и побегать, и потаскать. А шо делать, если зарплату учителям тогда выдавали только мелом и учениками?

Но это не значит, что я могу сравняться в силе и выносливости с мужчинами, которых специально натаскивали на подобные приключения.

Именно поэтому я всю дорогу беспрекословно слушаюсь команд, не кипешу, стараюсь не доставлять проблем и выкладываться по полной. Не лезу поперек батьки в кусты, в которых может сидеть волколак, не скачу козой, не треплю языком и не задаю дурацких вопросов тому, кто несет дозор.

Вместо этого я жду вечера и отрываюсь в том, что умею лучше всего: создаю условия для полноценного отдыха и готовлю еду, которая поможет восстановить силы. И оказываю моральную поддержку тем, кто взял на себя ответственность за мою жизнь.

— Контур поставил. — К разведенному мною костерку, над которым я уже пристроила треногу с котелком, вернулся усталый Аррис и тоже присел на поваленное дерево. — Хорошо, сейчас тихий сезон, ни гона у волколаков, ни гнездования у прочей нечисти. Можно сказать, курорт, а не Серые земли.

Я вздохнула и поежилась. Учитывая, что в течение сегодняшнего дня на нас напали трижды, а еще от двух здоровенных монстров мы сами вовремя сделали вежливый променад… тот еще курорт.

С другой стороны от меня у костра пристроился пасмурный целитель. Он вообще был не в настроении эти дни. Ко мне не подходил и первый не заговаривал, на привале занимался тем, что читал какие-то заметки хозяина нечисти. Слава богу, от порезов, которыми разукрасил Арэна личевладетельный тушканчик, не осталось и следов. Как только к целителю вернулась магия, он на первом же привале навел в своем организме образцовый порядок. И стал оказывать помощь остальным потерпевшим.

Отушканенные преподаватели пришли в себя в срок — ровно через двенадцать часов после применения порошка с обратным вектором. Надо сказать, товарищи были сильно не в восторге от способа спасения и на меня смотрели первое время как капитан подводной лодки на гаишника. Но вскоре здравый смысл взял верх. Все мы взрослые люди и понимаем, что такое безвыходная ситуация. Лучше спастись тушканчиком, чем остаться в логове психа и стать личем.

Тем не менее посиделки со мной вечером у костра все равно не привлекали слишком уж много публики. Может, и к лучшему — я не доллар, чтобы всем нравиться, мне Сайрена с Аррисом хватало. Они продолжали дурачиться и демонстративно соревноваться, ухаживая за мной, но во всем этом не чувствовалось чего-то серьезного. Кажется, мы все трое негласно приняли правила игры и были не прочь сбросить усталость дня, подкалывая друг друга и делая вид, что флиртуем. В конце концов, слишком уж невеселым было это путешествие. Требовалось психологически разгрузиться.

Арэн эти игры демонстративно не одобрял. За что получил свою порцию насмешек и подколок от семьи Сантеро. Правда, дурачилась эта парочка исключительно вечерами на привале, внутри безопасного контура. Днем, когда мы шли через опасные участки, всю их дурашливость как рукой снимало. А у костра… вот как сегодня.

— Невеликого ума ты, целитель. Вот кто тебя заставлял все-все раны без следа залечивать? А мог бы воспользоваться моментом и ощутить на себе нежные женские пальчики… — высказался Сай после того, как я сдалась перед уговорами и таки смазала антисептиком свежую царапину у него на лбу. Это он перед самым привалом какую-то очередную зубастую дрянь в кустах задавил, вернулся довольный и поцарапанный.

— Гм, — это было все, что ответил Арэн.

— Ну ладно-ладно, перед побегом основное можно было залечить, но парочку в стратегических местах оставить на будущее, — не унимался шлимазл. За что тут же схлопотал подзатыльник сначала от меня, а потом и от Стрелы.

— Вот и нечего хорошими идеями разбрасываться, — заявил в ответ на его обиженный взгляд старший ай’Сантеро. — В женском вопросе каждый сам за себя, запомни, племянничек.

— Пф-ф-ф! Саяра, а можно я сегодня буду ночевать рядом с твоей палаткой? Внутрь не прошусь, видишь, какой я благородный?

— Вижу, — хмыкнула я. — В палатке сегодня ночуют рэсс ай’Галан, рэсс ай’Нидейра и рэсс ай’Тассард, их очередь. Если ты устроишься рядом, чтобы охранять их сон, рэссы преподаватели будут тебе благодарны. Ну или не очень. Я бы с огненными магами шутить не стала.

— Ну вот так всегда!

— Увы, мой юный друг, мир несправедлив. Зови всех, ужин готов.

Кажется, мои кулинарные способности постепенно перевешивали-таки неприязнь коллег из других академий, сегодня мне уже открыто улыбались, получив в руки миску горячего рагу с копченой свининой. А то! Тетя Сара плохого не приготовит! Хорошо, что личевладелец сам не умел питаться одной темной магией, как его слуги, да и пленных «учеников» надо было кормить, так что припасы в дорогу нашлись в одной из пыльных кладовых его логова. Часть мы упаковали в мою сумку, часть тащили на себе все путешественники. Главное — особенно экономить на еде не было нужды. Оставалось только приготовить.

Чем я и занималась, медленно, но верно возвращая себе позицию самой очаровательной мадам с того конца поварешки.

Когда все разошлись и стали устраиваться спать, а я осталась у костра, навести порядок, помыть посуду и подготовить продукты на завтра, из темноты вынырнул Валентайн. Я услышала его шаги и оглянулась, почувствовав секундное разочарование: честно говоря, ждала Арэна. Мне весь вечер казалось, что он дозрел до серьезного разговора. Я и побаивалась этого, и в то же время хотела бы прояснить многие вопросы.

Но уже в следующий миг разочарование исчезло. Валентайн молча мне улыбнулся, набросил мне на плечи свою куртку, забрал из рук ведро с недомытой посудой и поставил его к огню, явно намереваясь домыть позже самостоятельно — он часто так делал, давая мне отдохнуть.

Через минуту в моих руках оказалась кружка с горячим чаем, а мужчина, все так же молча улыбаясь, сел напротив, тоже пригубив из своей чашки парящий напиток. Он по-прежнему не сказал ни слова, но было в его молчании что-то невероятно уютное… а еще — знакомое. До боли знакомое, но я никак не могла понять — откуда? Словно фрагмент пазла в давно изученной картинке все ворочался и никак не мог встать на место, но это точно был нужный фрагмент.

— Я приготовил вам спальное место, Саяра, идите отдыхать, — сказал наконец Валентайн. — Завтра рано вставать. Здесь я все закончу сам, не беспокойтесь.

Я благодарно улыбнулась. Усталость действительно давала о себе знать. А на Валентайна можно было положиться, он мало говорил, но много делал, причем удивительно… к месту.

— До завтра, рэсс Валентайн.

— До завтра, Саяра. Кстати, вы можете обращаться ко мне по имени. Меня зовут Ги.

Глава 41

— Как?! — поразилась я, но тут же мне стало сначала не по себе, а потом стыдно. — Простите, я…

— Да все в порядке, — мягко рассмеялся мужчина. — Все так реагируют. Родовое имя, очень древнее, всех первенцев в нашей семье испокон веков так называли. Традиция. Я почти привык. Валентайн — это фамилия, как вы, наверное, догадались.

— И вы поэтому пользуетесь только ею? — догадалась я.

— Именно. — Он кивнул. — Но мне будет приятно, если наедине вы станете называть меня по имени и на «ты». Спокойной ночи, Саяра. Приятных снов.

— Приятных снов… Ги.

И я ушла спать. Благо, хоть в палатке мы по-честному спали в порядке очереди, надувной матрас и спальник у меня никто не отбирал.

С утра я опять встала раньше всех, нашла у костра полный порядок и замоченную с вечера фасоль, тихо улыбнулась себе под нос и закрутилась в привычном хороводе бытовых хлопот. Как говорила тетя Песя, хороший мужик не тот, шо с вечера серенаду выл, а тот, шо утром тапочки принес.

После завтрака мы собрали лагерь и двинулись в сторону обжитых земель. По расчетам Арриса, идти нам оставалось всего чуть больше суток.

— Кто сегодня эту сволочь несет? — поинтересовался Сайрен, пристраивая за спиной импровизированный вещмешок с остатками фасоли и окорока.

— Парочка из Сантарской академии, — хмыкнул Аррис и добавил с намеком: — Разумные взрослые люди. Бить пленником обо все попадающиеся скалы и тащить через колючие кусты не станут.

— Пф-ф-ф-ф, мало ему, — непримиримо вздернул подбородок Сай.

Я только вздохнула. После того как через двенадцать часов действие тушканьего порошка закончилось и все попавшие под его воздействие люди обрели свой первоначальный облик, экспериментировать мы больше не решались даже на главгаде. Его еще тушканчиком ввели в медицинскую кому — Арэн постарался — и транспортировали в виде аккуратно спеленутого свертка на воздушных носилках. Потому что доставить его надо было живым и желательно в своем уме. А бесконечное отушканивание… С одной стороны, интересно провести несколько бесчеловечное тестирование на ком точно не жалко, а с другой — я не могла дать гарантий, что после десятой порции порошка наш властелин Серых земель не превратится в тушканчика навсегда. Ну, или мозги у него не отушканятся.

Мне ужасно хотелось домой. Все же я не боевик, высокое вдохновение битвы мне незнакомо, романтики променада по местности, полной неудобств и опасных тварей, я тоже не понимаю. Могу справиться и организовать быт. Сумею худо-бедно защититься от не самых крутых тварей. Но удовольствия, как тот же Аррис, точно не получу.

Сантеро вон откровенно кайфовали от приключений, организованные мной дополнительные удобства ценили, но особенно на них не зацикливались. Их больше интересовали волколаки в кустах.

Сайрен:

Умом я понимал, что эта гнида сероземная нам нужна, а по факту больше всего хотелось оставить его где-то под кустом его же «зверюшкам» на поживу. Или опылить тем убойным тушканьим порошком Саяры, и будь что будет с его разумом и сознанием.

Да, безусловно, не раз уже обсуждали за время нашего пути домой, насколько ценны знания этого гада. Кто знает, какие еще исследования он проводил в том храме? Если сумел каким-то образом подчинить себе противоестественную магию и обрести власть над нежитью, то вполне мог в своих экспериментах пойти дальше, затронув сами Серые земли.

А там уже, когда найденная им информация будет передана нашим ученым, возможно, будет найден способ и вовсе уничтожить эту гниль с поверхности нашего мира. Звучит слишком утопично, из разряда сказок или просто слепой веры в «лучшее будущее», но глупо упускать шанс сдвинуться с мертвой точки. В конце концов, даже просто обрести власть над нежитью, чтобы она не трогала больше жителей предсероземья, уже многого стоит…

Но вместе с тем я не забыл, сколько погибших на счету этой твари! Пусть нежить движима инстинктами, но во время этого прорыва она убивала именно по его приказу! Да, нас, выпускников, не тронули, как и преподавателей. Вот только прорыв на то и прорыв, что под удар попали приграничные села и боевые маги, бросившиеся на их защиту в первых рядах. Сотни загубленных душ на счету этой дряни, а нам его сейчас тащить и следить, чтобы доставить в целости и сохранности!

— Не надоело еще коситься в его сторону с такой ненавистью? — фыркнул Аррис во время одного из привалов, перехватив мой взгляд. — Ему от этого все равно ни холодно ни жарко — Арэн утром обновил сонное заклинание, ублюдок даже не осознает, скорее всего, что его куда-то перемещают, а он сам не спит мирно в своих развалинах.

— После того как его превратили в тушканчика и он успел созвать к своему кабинету всех личей и оживленцев? Счастье, что не дотянулся тогда до рватней, волколаков и прочего зверинца с нижних этажей, — поморщился я и пнул серую сухую ветку, с готовностью рассыпавшуюся трухой от этого толчка. Такая же мертвая, как и все вокруг…

Зябко передернувшись от могильного холода, не покидавшего меня ни на миг даже у магического костра, я перевел взгляд на Саяру, как раз в этот момент рассмеявшуюся в ответ на какую-то тихую фразу рэсса Валентайна, сидевшего подле нее. Невольно хмыкнул, отметив легкую рассеянную полуулыбку на губах нашего декана. Даже сложно сказать, когда последний раз видел его улыбающимся вот так спокойно, умиротворенно. Впрочем, рядом с Саярой все уже казалось совсем не таким, какое есть на самом деле. Удивительная способность приносить тепло даже туда, где его, казалось, и быть не может.

Я еще раз зябко передернулся и встал на ноги, пока окончательно не продрог. Покосился на Арриса, поднявшего ворот куртки повыше, хотя на этих территориях никогда и не было ветра.

— Не хочешь обойти лагерь, убедиться, что ни одна падаль не подкралась близко? Кажется, мой разведсквозняк обнаружил вон там, ближе к осколку скалы, нору. Отсюда сложно сказать, пустая она или нет. Заодно развлечемся, согреемся, — предложил я, ухмыльнувшись и чувствуя, как откуда-то изнутри поднимается азарт и предвкушение. По отзеркалившейся улыбке дяди понял, что и он испытывает нечто подобное. Но прежде, чем он ответил, со стороны сероземного гада раздался удивленный крик.

Арэн, он не спит!

Твою мать! — ругнулся целитель, стрелой метнувшись к зашевелившемуся гаду, на ходу формируя сонное заклинание. — Ещё час должно было действовать, чтоб тебя!

Но кажется, это уже мало чем могло помочь. Где-то недалеко раздался вой сайхары. И тут же эхом откликнулось ещё с двух сторон, но уже гораздо ближе. Вместе с рычанием каких-то иных тварей, отозвавшихся на зов своего повелителя…

Глава 42

Сара:

Я ничего не успела. Даже выставить щит с обратным вектором. Не знаю, то ли уши этот вражина клеил всю дорогу, то ли незабываемые впечатления тушканчика так повлияли на его отношение ко мне.

Только этот поц выбрал меня главным врагом. Не успел стихнуть крик кого-то из преподавателей «Арэн, он не спит», как из всех ближайших кустов и любых естественных укрытий на меня рванула лавина нечисти.

Я еще успела подумать, что это хорошо — значит, у парней будет шанс, пока все силы погани направлены на меня. И даже вполне осознанно отскочила на несколько шагов в сторону, чтобы увеличить дистанцию и не подставить под ураган зубов и когтей кого-то из своих спутников.

А потом… потом все. Здоровенный волколак прыгнул мне на спину и впился истекающими зеленой смрадной слюной клыками в плечо. У меня от боли потемнело в глазах, и я не смогла сдержать крик, но из последних сил ударила в огромную тушу заклинанием для шинковки рубца. Только он попал в метнувшуюся откуда-то сбоку другую тварь, а выпустить новое заклинание я не успевала, да уже и не могла.

— Саяра! — Я не поняла, кто это кричал, может, несколько голосов сразу. Волколак с рычанием и воем вгрызался в мое плечо, а сверху на нас обрушилось еще что-то большое и тяжелое. Удар выбил воздух из легких, и я наконец потеряла сознание. Успела только подумать, что оно и к лучшему… слишком больно умирать наяву.

Сайрен:

Они хлынули, казалось, отовсюду сразу. Просто сплошная дурно пахнущая черная волна нежити захлестнула нашу стоянку. Эта гнида успела созвать всех в радиусе нескольких сотен метров, от рватней до крыкроликов. Кажется, я даже успел заметить в этой шевелящейся массе взметнувшийся шипастый щуп-стебель какого-то мутировавшего растения. Но огненный шар одного из преподавателей выжег и волколака вместе с какой-то другой зубастой дрянью, которую я не успел рассмотреть, и эту растительную мерзость.

Все это я отмечал на ходу, сражаясь сразу с двумя сайхарами, избравшими меня своей целью, и попутно пытаясь подбивать прочих тварей, оказавшихся в опасной близости от меня. Заклинание за заклинанием срывались с моих рук, уничтожая тварей, но их было слишком много. Со всех сторон раздавалось рычание, визг погибающей нежити, звук боевых заклинаний, поражающих свою цель.

Нас с Аррисом почти сразу отсекло от остальных. В основном как раз потому, что изначально мы с дядей находились чуть в стороне от костра. И сейчас никак не могли пробиться к нашим, сдерживая натиск нежити, наступавшей с тыла. И все же даже с нашего места было видно, что основной удар пришелся на противоположную сторону нашей стоянки. Как раз туда, где сидели и мирно болтали…

Додумать свою мысль я не успел. Полный боли крик Саяры прорвался сквозь какофонию звуков, заставив меня вздрогнуть и едва не попасть под удар мощной лапы рватня, прыгнувшего откуда-то сбоку. И следом раздался крик нашего декана, зовущего девушку по имени.

Меня словно холодом обдало, когда я тут же принялся искать ее взглядом среди творившегося хаоса, но не находил. То тут, то там среди мечущихся тварей мелькали всполохи заклинаний, я видел знакомые фигуры преподавателей, но только не Саяру.

Страх за ее жизнь и дурное предчувствие буквально заполонили меня. Она же была с рэссом Валентайном! Нападение случилось внезапно, толком сгруппироваться и поместить ее в центр сформированного круга не успели, но ведь она все равно была не одна! Охранять гражданских — первоочередная цель любого боевика, ей достаточно не отходить от них, и ее защитят. Так что это был просто крик испугавшейся девушки, верно же?

Но, отскакивая от щелкавшей зубастой пасти рватня и кидая в него вперемешку и боевые, и бытовые заклинания, подходящие случаю, я понимал, что как раз Саяра никогда не закричит от ужаса. Тем страшнее было осознавать, что среди воя, рычания, визгов, взрывов и отрывистых возгласов сражающихся больше не слышно ни ее, ни рэсса Валентайна.

Моя попытка прорваться в ту сторону провалилась, толком и не начавшись, когда на смену уничтоженному рватню с осколка скалы спрыгнул точно такой же, только крупнее, взметнув облачко серой могильной пыли у мощных когтистых лап.

Мне не хватило доли секунды, чтобы сформировать боевой пульсар необходимой мощности взамен только что потраченного. Но страх, бившийся внутри меня, относился лишь к все той же бытовичке — за себя перестаешь бояться еще на первой практике… А может, и задолго до нее, когда четко решаешь для себя, что твоя судьба — поле боя, на котором рано или поздно она же и оборвется…

Оглушительный взрыв чужого заклинания заставил рватня взреветь от боли и отвлечься от меня на несколько мгновений, которых мне хватило, чтобы отскочить в сторону и сформировать серию боевых заклинаний.

— Не спи, придурок! Там еще… Твою мать! — услышал я крик Арриса. Краем глаза отметил, что к нему метнулось несколько тварей, сам же принял бой со все еще живым раззадоренным рватнем и сайхарой, о которой пытался предупредить дядя…

Едкий пот заливал глаза, заклинания приходилось использовать уже с оглядкой, экономя силы, где заменяя подходящим бытовым, а где, создав меч изо льда, сражаясь вручную. Неприятно пощипывало левое предплечье, ниже локтя рука онемела совсем — туда пришелся удар сайхары, который я не успел блокировать, добивая рватня серией ледяных игл с двух рук. Благо, что эта тварь хоть не ядовитая.

Поток нежити уменьшился, в основной части лагеря их также стало гораздо меньше, по крайней мере, уже можно было рассмотреть нашу разгромленную стоянку и некоторых преподавателей. Но все еще не было возможности метнуться туда, чтобы удостовериться, все ли целы. В особенности одна конкретная бытовичка.

— Аррис! Что с Саярой? — крикнул я, приканчивая возникшего словно из-под земли гырха, в последний момент успев выставить щит, чтобы не забрызгало ядовитой слизью, разъедающей даже металл.

Дядя, виртуозно управляясь с ледяным копьем, умело сдерживал натиск троих волколаков.

— Не знаю, я слышал, как рэсс Валентайн ее звал. Не спи!

Я и не спал. Беда только в том, что мой резерв, еще наполовину заполненный, все же имел конец. А нежити только прибывало. Если не решить проблему кардинально, конец нам всем.

— Где эта гнида? — сквозь зубы спросил я Стрелу, отбрасывая и кроша очередного волколака в мелкий фарш фирменным заклинанием нашей бытовички. Вот и резерв побережем… — Почему его не отключили? Он же призывает их дальше! Где Арэн, мать его так?!

— Не видел его, может, к Саяре бросился на крик, или нежить сразу отсекла. Кто-то из ребят успел тварь сероземную накрыть куполом приморозки, так что сбежать он не может. Пока, — понятливо кивнул Аррис. — Прорываемся туда. У меня есть мысль…

До искрящегося голубоватого куска льда, в который превратились носилки с хозяином пустошей, мы добрались довольно быстро. Вот только, почувствовав наше присутствие, гад из-под ледяной корки отдал приказ, и вся нежить, побросав свои прежние жертвы, устремилась к нам.

— Сай, держи их! — заорал Стрела, быстро опускаясь на колени возле ледяного гроба. — Минуту продержись!

— Я… постараюсь…

Глава 43

Сайрен:

Минуту… Для меня она растянулась в бесконечность, когда решающей может оказаться даже не секунда, а доля секунды. Но, к счастью, и я не был один. Несколько преподавателей, от которых сбежала их нежить, избрав более желанную жертву в моем лице, не стали мирно расходиться по своим делам, а бросились нам с Аррисом на помощь, выкраивая драгоценное время.

— Как они прорвались? Почему защитный купол не остановил их, не задержал?.. — услышал я возглас ай’Тассарда. Хотелось бы и мне узнать ответ на этот вопрос. Но не думаю, что сейчас лучший момент обсуждать внезапный сбой защиты.

По скопищу тварей на какой-то миг будто прошлась волна, когда они внезапно вздрогнули, несколько растеряв свою ярость, словно не понимая, что и зачем тут делают. Впрочем, почти сразу продолжили нападать, а рядом выругался побледневший до синевы дядя, у которого из носа потекла кровь.

Пока я прикрывал его спину, отбивая нападение тварей пустошей, у меня не было времени даже задуматься, что он делал и чего пытался добиться. Одно из заклинаний срикошетило от хитинового панциря пустынного полоза и попало в скованного льдом повелителя Серых земель. Ледяная корка растрескалась и опала, открывая нашим взглядам безмятежно спящую гниду.

Какого хрена?! Я был уверен, что целитель не сумел усыпить его, вот он и призывает все новые и новые волны нежити. Сейчас же я и вовсе ничего не понимал.

— Похоже, он успел подключиться к сознанию этих монстров. Не нежить нападает на нас, а он в каждом из них! — воскликнул находившийся к нам ближе всех рэсс ай’Нидейра.

Я бы сказал, что это полный бред и такое вообще невозможно, но тут же вспомнилось, как этот гад уже смотрел на меня глазами лича. И если он способен проникнуть в сознание разумной нежити, то завладеть более примитивной, отдавая им приказы напрямую… Кто знает, на что эта гнида вообще способна и чего достигла в своих экспериментах?!

Прыгнувший прямо на меня рватень едва не впился в мое плечо, но я вовремя выставил щит. А в следующий миг тварь вдруг остановилась, словно потеряла ко мне интерес, и затрясла головой… Которую тут же срубил подбежавший рэсс ай’Тассард.

— Аррис, что ты делал только что? Не останавливайся, они теряют ориентацию на несколько секунд. Продолжай, это даст нам шанс! — крикнул он.

Но на лице дяди уже не было ни кровинки, если не считать струившуюся по подбородку кровь.

— Подстрахуйте! — крикнул я отрывисто и упал на колени рядом с ним и спящим гадом. Не было нужды спрашивать, что именно делал Аррис и что нужно было делать мне, чтобы помочь.

Напрягшись, вспоминая все те же мерзкие уроки от личей, я почувствовал толстый канат силы, тянущийся от тела гада, разбившись на сотни тоненьких ниточек, к нежити. И скорее ощутил, чем увидел, как Аррис пытается если не перерубить его, то хотя бы перебросить на себя. И у него даже несколько раз получилось это сделать на доли секунды, вот только, похоже, цена за это слишком высока.

Но что мешает разделить эту цену на двоих, объединив усилия? Только и нужно собрать всю ненависть и ярость, что плещется внутри, переступить через себя и коснуться этой мерзости…

Тошнотворная вонь ворвалась, казалось, в сам мозг, а вместе с ней и едкая всепоглощающая жажда рвать, грызть, убивать. Но при этом я каким-то образом ощущал теплое присутствие Арриса, практически родную магию, даром что в обычной жизни мы только и делаем, что собачимся. Вдвоем сделать рывок, задавливая совсем не наши эмоции, оказалось вполне реально.

Вот только, коснувшись сгустка мерзопакостной энергии, я ощутил себя так, будто кто-то макнул меня с головой в болото гнили, из которого не выбраться, и она проникает внутрь, забиваясь в нос и в рот… Практически теряя сознание, чувствуя поддержку Арриса, я вновь потянулся к канату силы этой гниды и что есть сил дернул, почти наяву слыша сухой треск, будто от лопнувшей веревки. Хлынувшая наружу магическая гниль — то самое «болото» — захлестнула мое сознание до краев, принося невыносимую боль, и оно милосердно покинуло меня.

Приходил в себя тяжело, не в силах избавиться от лап кошмара. Вся та мерзость, что вылилась на меня от соприкосновения с сознанием повелителя Серых земель, казалось, так и осталась на коже, под кожей, в голове…

Слабо застонав, я попытался открыть мигом заслезившиеся глаза. Кто-то тут же подсунул к губам какое-то мерзко пахнущее пойло, вынуждая сделать глоток.

— Саяра, ну ты опять… — прохрипел я, закашлявшись, и осекся, наконец-то проморгавшись и увидев рядом с собой непривычно серьезного Арриса.

— Ты как? — спросил он первым делом, с тревогой всматриваясь в мое лицо.

Все тело дико болело, зверски тошнило, левая рука, на которую пришелся удар сайхары, по-прежнему не слушалась, мысли никак не могли утрястись, но я был жив. А это уже хорошо.

— Нормально. А ты? Давно пришел в себя? Кто-то из наших пострадал? Где Саяра? Все в порядке? — тут же забросал я его вопросами.

Доносившиеся откуда-то справа голоса преподавателей проникали словно сквозь вату, мешая сосредоточиться на них, на слух определить, все ли на месте. Я попытался сесть, чтобы удостовериться в этом наверняка, но поморщился от пронзившей голову кошмарной боли. На несколько секунд пришлось крепко зажмуриться, пережидая приступ и часто сглатывая, чтобы не блевануть.

— Я не терял сознание. Мои каналы все же частично отторгают эту энергию, так что основной поток пришелся на тебя. Нежить зачистили, — отчитался Аррис все тем же преувеличенно серьезным голосом, который редко от него услышишь… Да я в принципе никогда от него такого не слышал! И тем подозрительнее было, что на прочие мои вопросы он так и не ответил. Меня пронзило нехорошим предчувствием. Но прежде, чем я успел повторить их, мне сунули под нос какое-то другое пойло. — Выпей еще общеукрепляющее.

Понимая, что сейчас не тот момент, чтобы спорить, я проглотил эту дрянь, кажется даже не заметив мерзкого вкуса, охваченный всепоглощающим беспокойством. Зато уже смог немного осмотреться. Мы все еще находились на Серых землях (конечно, где же еще-то?), но место стоянки чуть передвинули ближе к скалам, чтобы обезопасить себе тыл — все равно уже знали наверняка, что в норах никого не осталось.

— Порядок? Отлично, сиди, не вставай. Моя помощь еще нужна рэссу ай‘Нидейре… — обронил Стрела с толикой участия и поднялся, чтобы уйти, но я успел схватить его за рукав.

— Аррис, где Саяра? И Арэн… Рэсс Валентайн? — спросил я, глядя ему прямо в глаза. — Они ранены?

Аррис, который в другой момент возмутился бы или попросту сбросил мою ладонь, особенно учитывая, что во мне сейчас сил как у котенка, послушно остановился.

— Нет. Из тяжелораненых лишь гад, призвавший нежить, которая после обрыва их связи успела его немного потрепать, — все же ответил он, помедлив. У меня же от сердца отлегло. Не ранены. Ну или, по крайней мере, не сильно ранены. Может, что-то сломано, как у меня, или истощили сильно резерв, или… да мало ли неопасных травм можно получить в бою?

— И они сейчас с гадом? Поэтому врачебной помощью занимаешься ты? Я думал, Саяра возьмет на себя эту задачу. Насколько помню по ситуации в подвалах этой гниды, ей определенно понравилось играть в доктора, — фыркнул я насмешливо, покачав головой. Но Аррис внезапно отвел взгляд. И прежде, чем он ответил, я уже понял, какие слова сейчас выбьют почву из-под моих ног.

— Саяра не пережила это нападение…

Глава 44

Сайрен:

В первый миг я думал, что мне послышалось. Ну то есть как так? Это же наша Саяра, у которой для каждого найдется ободряющая улыбка и доброе слово. Или же резкое и меткое, побуждающее к действиям. И разрушенная башня для нее мелочи, и студенты боевой академии, считающие ее предмет пустяком, лишь очередной вызов судьбы, и недовольство коллег ничего не значащая ерунда, и Серые земли — так, прогулка для экстремалов, да даже с гадом она умудрилась с первого же слова завести обычный светский разговор… Да, умом я понимал, что это все уж точно не может обезопасить от нежити, но как с такой, как она, может что-то случиться? Ну бред же! Кто угодно, только не Саяра!

Но секунды тягучими каплями падали одна за одной, Аррис все так же молчал, глядя куда-то поверх моей головы с застывшим на лице мучительным выражением, голоса у костра усилились… И среди них не было того самого, который мне сейчас до боли хотелось услышать!

— Это не может быть правдой… — пробормотал я пересохшими губами то, что вертелось в голове. С усилием мотнув головой, уже более осмысленно взглянул на Арриса, вцепившись еще крепче в его рукав.

— Моя помощь нужна остальным, — повторил он сухим, словно потерявшим краски голосом и одним рывком освободился из моей хватки, отступив на шаг.

— Стой!

Откуда только и взялись силы, но я сумел встать сначала на колени, а после, преодолевая головокружение и возобновившуюся тошноту, поднялся полностью, в последний момент ухватившись за плечо Стрелы, все же шагнувшего ко мне обратно.

— Сай, от твоих нервов никому не станет легче. Все мы кого-то теряли в этом проклятом месте. У каждого из нас тут лежат родные, друзья, соратники. Мне тоже тяжело, поверь… — тихо произнес он с горечью без тени привычного ехидства.

— То, что ее нет среди выживших, не значит, что она не выжила! — зло перебил его я. — Сам знаешь, чего только не случается, небось, и нас причислили к умершим, но…

— Мы нашли ее тело.

Эти простые слова заставили меня прерваться на полуслове, уставившись на него неверящим взглядом. Слова прозвучали отчетливо, тут же сплетаясь в полноценную фразу, достигая моих ушей, раскаленным гвоздем ввинчиваясь в мозг, а больно почему-то стало в груди. И воздух вдруг стал таким плотным, что не вдохнуть…

— Я знаю, о чем ты подумал. Ее нет у костра, значит, просто не нашли, — продолжил Аррис все так же тихо и участливо, глядя куда-то в сторону, избегая пересекаться со мной взглядом. — Просто смысла сдвигать ее не было, да и Арэн сразу бросился к ней, накрыл малым защитным куполом, никого не подпуская…

— Но если он там, значит, не все так плохо? — тут же ухватился я за эту фразу.

— Сай… Я не знаю, что и зачем он делает, но… — Он судорожно перевел дыхание. — Именно я нашел их. Волна нежити отбросила их на несколько метров от нашей стоянки. Рэсс Валентайн, видимо, до последнего ее прикрывал, а может, бросился на помощь слишком поздно и просто защищал, надеясь на целителя. Его потрепали знатно, но он все еще держался, сидел возле нее. Только Саяра уже не дышала. И там столько крови… Похоже, волколак задел артерию. С такими ранами не выживают. Вот и она…

Кажется, Аррис говорил что-то еще, но я уже не слушал, по-новому взглянув на лагерь, подмечая уставших преподавателей, испачканных в крови, грязи и еще какой-то дряни, что многим тварям Серых земель заменяла внутренности. А чуть дальше увидел тот самый малый защитный купол, слабо мерцавший в царившей здесь вечной полумгле.

Пошатнувшись, я твердо шагнул вперед, намереваясь подойти и увидеть все своими глазами, убедиться, что Аррис ошибся, указать ему на это… Или же наконец-то принять действительность. Но мое тело подвело, меня тут же повело в сторону. И я наверняка упал бы, но Аррис, ругнувшись сквозь зубы, и тут меня поддержал.

— Стой, придурок. Не успокоишься ведь… — прошипел он, но с каким-то усталым сочувствием. — Пойдем, доведу тебя.

Сквозь прозрачные стенки купола отчетливо было видно Арэна, с рук которого срывались какие-то зеленоватые искры, которые гасли, как только соприкасались с телом Саяры. Судя по хмурому лицу и мучительно закушенной губе целителя, нужного эффекта не происходило, что бы он там ни делал. Об этом свидетельствовали и резкие порывистые движения, и ругательства, несколько раз сорвавшиеся с его уст, и… лежащая без движения Саяра, у которой даже грудная клетка не двигалась, как у живого дышащего человека. Да и разодранная окровавленная одежда вкупе с чуть залеченными ужасными ранами, на полноценное лечение которых пока не было времени, лишь подтверждала слова Арриса — надеяться больше не на что.

Сидевший у самой границы купола рэсс Валентайн также не сводил с девушки взгляда и что-то шептал одними губами, кажется даже не заметив, что мы подошли. Или, скорее, просто проигнорировав наше присутствие. Может, возносил молитвы каким-то божествам, а может, обращался к Саяре, произнося вслух то, что так и не успел ей сказать лично. Мне тоже было что сказать этой несносной бытовичке. Как минимум извиниться. Как максимум…

— Нам нельзя задерживаться. Еще одну волну, даже вполовину меньшую, чем была, мы не выдержим в нынешнем состоянии, — хмуро заметил подошедший ближе рэсс ай’Галан, у которого ребра были стянуты льняными полотнами, где местами проступила кровь.

Я тут же вскинулся на голос. Понимал, что он прав, но принять это вот так сразу не получалось. Что-то зло заворочалось внутри, вынуждая испытывать злость, практически ярость, в ответ на его слова…

— Этой гниде сероземной стало хуже. Нужен целитель, — процедил рэсс ай’Калхар, с ненавистью глядя на лежавшего рядом окровавленного, покрытого укусами и глубокими царапинами повелителя Серых земель. Остальные преподаватели тоже потихоньку стянулись к куполу.

— Нужно выходить в ближайшее время, иначе мы его просто не доставим живым. Жаль Саяру… Не надо было ей идти сюда. Гражданским нечего делать в этом гиблом месте, — добавил кто-то еще с горечью.

За время нашего вынужденного путешествия по этой проклятой земле к Саяре все привязались, каждый успел прикоснуться к ее теплу. И сейчас на каждом лице была написана скорбь и вина. Вкупе с пониманием, что это не конец и время принять тяжелое решение.

Вот только от этого понимания легче не стало. Наоборот, хотелось глухо зарычать, а после выплеснуть все то, что копилось внутри, отчего уже было практически физически больно дышать.

— Арэн еще не закончил с Саярой, — глухо отозвался Аррис, несмотря на все его же слова о бесполезности действий целителя. Взглянув на него, на какой-то миг я уловил ту же ярость, что испытывал сейчас сам.

— Арэн занимается ерундой. Саяра умерла, ее не вернуть, спасать нужно живых… — зло сплюнул относительно уцелевший рэсс ай’Нидейра и, шагнув вперед, поднял руку, явно намереваясь убрать защитный купол Арэна.

Эти простые и, в общем-то, логичные слова отозвались болью в груди и вместе с тем всколыхнули что-то темное, мерзкое, что-то, что засело внутри с момента, как я очнулся, и затихло, но так и не ушло. Но прежде, чем оно выплеснулось наружу, не реагировавший ранее на разговор рэсс Валентайн вдруг схватился и, молниеносно преодолев разделявшее их расстояние, подлетел к мужчине и, не сдерживаясь, вмазал ему по-простому, без магии, кулаком в челюсть.

— Пока он там — у нее есть шанс! И я не позволю его отобрать у нее, — отчеканил он твердо и непримиримо, всем своим видом показывая, что никого не подпустит к куполу и сам не уйдет.

Глава 45

Сайрен:

— Да нет у нее этого шанса! Валентайн, очнись, все, ей уже не помочь! Никто не в состоянии вернуть умершего, тебе ли не знать?! — вскричал ай’Нидейра, зло сплюнув кровь, но отвечать на удар не стал. Слишком неожиданной была подобная реакция от обычно невозмутимого водника.

— Нам всем тяжело, все мы виновны, что не уберегли, но нельзя терять время, нужно двигаться вперед. И гаду нужен Арэн, иначе он может не дотянуть до жилых земель, — обронил кто-то еще.

— То есть вы хотите сказать, что сейчас жизнь этой гниды предпочтительнее жизни Саяры? — будто со стороны услышал я уже свой голос с искрившей в нем глухой ненавистью. — Той, что спасла всех, пришла за вами, не побоявшись, нашла способ пленить эту тварь, в конце концов? Таково ваше понятие о справедливости и награде?

От переполнявшей меня ярости было тяжело дышать, что-то словно рвалось наружу, причиняя практически физическую боль, мешая уже адекватно воспринимать реальность, багровой пеленой опускаясь на глаза.

— Ты слишком молод и импульсивен, еще не способен правильно расставлять приоритеты. Информация, которую может дать он, слишком ценна, чтобы тратить драгоценные минуты впустую…

Я уже даже не успел заметить, кто именно произнес эту фразу, ставшую для меня спусковым крючком.

— Он ценнее, чем она? Он?! — взревел я, и что-то темное, склизкое, мерзкое хлынуло из меня сплошным незримым потоком.

Мне это напомнило по ощущениям, как когда я коснулся потоков силы повелителя Серых земель. Только в этот раз я сам был источником этой дряни и сознание уже не терял, осознавая в полной мере, что происходит, но не в силах как-то остановить.

Поток чужеродной магии врезался в скалу, вышибая из нее крошки, заставив преподавателей, находившихся в опасной близости, отшатнуться. Но не это было основной бедой. Рядом со мной вдруг зашевелилась отрубленная лапа рватня, чуть дальше заскребло когтями измочаленное тело волколака. Словно этого было мало, из мелкого отнорка выскочил один из уцелевших крыкроликов.

С руганью маги обстреляли их боевыми заклинаниями, но откуда-то из-за скалы донесся пока еще далекий вой хищника покрупнее.

— Сай, остановись! — крикнул Аррис.

Но та мерзость, что пульсировала у меня в груди, продолжала исторгать потоки силы, призывать других тварей, реагируя на мою ярость, отчаяние, ненависть… Которые лишь усиливались с каждым мгновеньем.

— Сайрен! — воскликнул Стрела уже громче, встряхнув меня за грудки. — Возьми себя в руки! Ну же!

Не знаю, повлияли ли его слова, встряска, а может, просто силы закончились, но темное нечто внутри меня ненадолго притихло. В отличие от преподавателей, которых уже Арэн с Саярой волновали несколько меньше.

— Кто знает, что с ним успели сделать. Мы все были на виду все время, а вот Сантеро недаром забрали, намереваясь провести показательное наказание… — первым общую мысль озвучил рэсс ай’Галан, пока я пытался отдышаться и унять так никуда и не девшуюся ярость.

— Вы сейчас серьезно? Я был с ним рядом! Ничего нам… — начал было Аррис запальчиво, но его перебили.

— А речь не только о нем. Вас двоих забрали и держали отдельно. Защитный купол, судя по всему, отключили изнутри, нежить хлынула на нас разом, не задерживаясь на его границах. Да и действие парализующего заклинания истекло подозрительно быстро, будто кто-то помог гаду очнуться раньше. Не потому ли вы сейчас настаиваете на задержке, давая время своему хозяину собрать силы для нового нападения? — высказался рэсс ай’Нидейра.

Еще одна вспышка извращенной магии озарила наш лагерь, поток силы врезался в ту же скалу, но шел уже не от меня. И уже я повис на плечах Арриса, черты лица которого заострились, а в глазах замерцали зеленые огни.

— Я, по-твоему, предатель? Я?! — рычал Аррис, вырываясь из моих рук, заражая своей яростью и ненавистью снова и меня. И в какой-то момент я был готов отпустить его и стать рядом, снова выплескивая всю ту мерзость, что вновь плескалась в жилах, вымораживая диким холодом изнутри. Но нас прервали.

— Купол, похоже, действительно кто-то разрушил не извне. Но не время сейчас препираться и искать причину. И вы правы… — прозвучал уверенный, хоть и усталый голос Валентайна, вынудив всех удивленно вскинуться. — Вам следует как можно скорее покинуть Серые земли и доставить эту тварь в надежное место. Судя по всему, скоро здесь вновь будет уйма нежити. До мирных земель всего день пути. Столько он продержится и без помощи целителя. Я же остаюсь, охранять Арэна и Саяру.

— Это безумие, Валентайн! Мы все едва выстояли против волны нежити! А новую призвали они! — Нам с Аррисом достался злой взгляд рэсса ай’Тассарда, в котором плескались и искры едва уловимого страха. — Ты веришь, что продержишься один снаружи? А потом что? Купол рухнет, Арэн попадет под удар. Так нельзя!

— Это мой выбор, — так же спокойно отозвался декан, но, бросив взгляд в сторону целителя, все еще продолжавшего вливать в Саяру магию, помедлив, добавил: — И его. Каждый из нас имеет право распоряжаться своей жизнью так, как пожелает.

— Я тоже остаюсь, — добавил я.

Аррис промолчал, но по крайней мере обуздал свою магию. И когда преподаватели принялись спешно собирать лагерь и просчитывать очередность транспортировки гада, даже не дернулся в их сторону. Просто устало опустился на сухую землю, опершись спиной о какой-то камень. Валентайн устроился у самой границы купола с Саярой и Арэном, будто и не сдвигался.

Я же, пнув чью-то кость, рассыпавшуюся пеплом от соприкосновения с моим сапогом, некоторое время еще стоял, наблюдая за сборами лагеря. И старался не зацикливаться на подозрительных взглядах, которые кидали на меня и Арриса. Учитывая ситуацию с Саярой и то, что только что произошло с моей подачи, чужое осуждение — это меньшее, что меня волновало в данный момент.

— Выглядишь хреново, но получше, чем сразу по пробуждении. Силы вернулись так быстро? — прозвучал хрипловатый голос рэсса Валентайна некоторое время спустя, когда преподаватели уже покинули нашу временную стоянку.

— Что? — вскинулся я, не ожидая такого вопроса от него, но затем пожал плечами, зябко передернувшись. — Да, слабость ушла. Наверное, злость придала сил.

Но моя неловкая попытка пошутить осталась незамеченной. Лишь Аррис перевел на меня задумчивый взгляд.

— У меня, наоборот, забрала… — поделился он, скривившись, словно от боли. Одновременно с этим откуда-то донесся вой, но уже ближе, заставив насторожиться. Похоже, вот-вот нас найдут другие твари Серых земель. Я судорожно выдохнул, проверяя свой резерв, и невольно нахмурился, оценив его заполненность практически до краев. Он не должен был восстановиться так быстро. Только вот сама магия какая-то не такая, будто с примесью, как соль, в которую добавили щепотку песка.

— Ты не подпитался, в отличие от него, — выдал декан совсем непонятную фразу, но, столкнувшись с нашими непонимающими взглядами, кивнул на останки нежити, повторно упокоенной преподавателями. — Обычно нежить после смерти не обращается в пепел. Только если из нее вытянуть всю некроэнергию.

— И ты совершенно прав, мой друг, — раздался тихий совершенно вымотанный голос Арэна, развеявшего уже свой купол. — Внутренний источник этой дряни следует подпитывать, иначе ничем хорошим не закончится ни для вас, ни для окружающих.

Но эта фраза произвела на нас гораздо меньше впечатления, чем должна была. Я бы даже сказал, что и вовсе пролетела мимо ушей, ведь мой взгляд устремился ему за спину, где лежала Саяра. Сорвавшись с места, я тут же бросился к ней вслед за уже оказавшимся там рэссом Валентайном и, упав на колени, облегченно выдохнул: она дышала…

Глава 46

Сара:

В темноте что-то капало прямо мне на лицо. Теплое и немного липкое, как кровь. Так, что-то это безобразие перестает мне нравится. Я померла или где? Откуда в этом деле сырость?

— Саяра! Ну же! Ты не можешь умереть. Кровь единения тебе просто не даст. Быстро открывай глаза и приходи в себя!

Здрасте, приехали. Я уже и на тот свет не могу нормально выйти проветриться, как обычный человек? Что за дискриминация?

— Отстань, — губы чуть шевельнулись, на большее сил у меня не было.

— Слава всем богам, — рассмеялся Арэн. — Раз прогоняешь, значит, точно жива.

— Идите в пень, рэсс целитель. — Липкое и противное, что теперь капало мне не просто на лицо, а в приоткрытые губы, странным образом освежало и придавало сил ругаться.

— Откуда ты знаешь, что это я? Даже глаз не открыла.

— Твой противный голос я ни с кем не перепутаю… Перестань цедить в час по чайной ложке и дай мне просто выпить эту дрянь.

— Нормальный у меня голос. — Уязвленный целитель вовсе отобрал волшебное питье и принялся вытирать мне лицо чем-то мокрым и холодным. — Открывай глаза. Ну!

— Арэн, ваша помощь нужна рэссу Виордану. Идите, о даме я способен позаботиться сам.

Воздух в горле встал колом, и несколько секунд я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Да чтоб его! Это Валентайн. Валентайн, а не Паскаль. Просто голос на секунду показался похожим из-за того, что он сказал фразу, которую Паскаль произносил чаще всего: «О даме я способен позаботиться сам».

Фраза и фраза. Ничего такого в ней нет, а у меня уже глюки от потери крови и от покуса волколаками. Руку мне, кстати, не отгрызли?!

— М-м-м-м…

— Не дергайтесь, Саяра, ваша рука на месте, но ключица сломана, и вообще ранение довольно серьезное. Все, что надо, рэсс целитель уже сделал, теперь только покой и укрепляющие настои. Я все сделаю.

Ресницы таки удалось разлепить, хотя и с трудом.

— Спасибо… Ги.

— Я смотрю, тут действительно и без меня все хорошо, — сухо и недовольно констатировал Арэн. — Вернусь через полчаса. Нам надо поговорить.

Это угроза, что ли? Самый подходящий момент выбрал… С другой стороны, по морде не дам, коленом в пах не врежу и не убегу. Но с чего он взял, что я так просто соглашусь беседовать? Может, притвориться спящей?

— Идите уже, Арэн. Выполняйте свой долг и не мешайте женщине отдыхать. — Мне кажется или в голосе Ги проскальзывают очень недовольные интонации?

Целитель фыркнул и исчез. А я наконец нормально осмотрелась. Хм, это уже не пустоши…

— Сколько я была без сознания?

— Почти три дня, — внешне спокойно ответил Валентайн, аккуратно поправляя подушку и помогая мне чуть приподняться. Я сначала не поняла, что меня встревожило в этом простом жесте, а потом до меня дошло: его руки чуть заметно тряслись. А в глазах, где-то в самой глубине, медленно гасли угли отгоревшего страха.

— Ги? Все так серьезно? Я вроде бы не так плохо себя чувствую.

— Я не знаю, как он тебя вытянул. — Валентайн склонил голову и чуть отвернулся. — Когда мы смогли добраться до того, что осталось от волколака, и вытащить тебя из груды крови и мяса… ты была мертвой. Я… мы чуть с ума не сошли. А потом Арэн начал орать на всех и прогнал нас прочь за второй защитный контур, который наспех поставили преподаватели. Сам остался внутри с тобой. И…

Я облизнула снова пересохшие губы и попробовала пошевелить той рукой, которую никто не грыз. С трудом, но получилось подтянуть ее к груди и поймать в ладонь его холодные пальцы.

— Ну, главное, я жива. Арэн — лучший целитель империи, так что это не удивительно, верно?

— Верно, — машинально повторил за мной Валентайн. А потом взял мою здоровую руку и прижался губами к пальцам, прикрыв глаза. Но только на пару секунд, я даже отреагировать толком не успела, как он отпустил руку и устроил ее поверх одеяла.

— Прости. Поправляйся скорее.

Я все еще почти не чувствовала собственного тела, но там, где к моим пальцам прикоснулись его теплые губы, ощущения были… неоднозначными. Да и вообще я слегка растерялась от того, как резко он форсировал события. Одно дело — ненавязчивая забота и вполне сдержанные знаки внимания, а другое — когда вот так сразу все понятно.

Я не готова к такому. Я… я вообще еще не уверена, что по-настоящему выжила. Поэтому, раз уж у Ги Валентайна хватило такта и разума замять эту неловкую ситуацию, сделаю так же.

— Аррис и Сай? С ними все в порядке? — этот вопрос меня действительно волновал.

— Были ранены, но не серьезно, — тут же откликнулся Валентайн. И как-то слишком торопливо добавил: — Мы прибыли в Академию все вместе, не волнуйся. Они здоровы.

— Ги? — Я почувствовала смутную тревогу.

— Саяра, поправляйся. Ничего страшного точно не происходит. Тебе ни к чему волноваться.

— Именно поэтому, — я поморщилась от смутно заворочавшейся в плече боли — кажется, анестезирующее заклинание подошло к концу, — я хочу знать все, а не мучиться теперь предположениями. В таком состоянии можно напридумывать себе боги знают чего и разволноваться гораздо сильнее. Рассказывай. А то будет только хуже.

Валентайн поджал губы и с минуту смотрел в стену над моей головой. Потом явно на что-то решился и перевел взгляд на мое лицо.

— Ничего серьезного. Но для того, чтобы справиться с нашествием нежити на наш караван, Аррису и Сайрену пришлось использовать те навыки, которые вбивал в них этот безумный маг. Им удалось перехватить контроль, ненадолго, но этого хватило, чтобы твари напали на самого кукловода и он окончательно выпустил все нити из рук. После чего и сам серьезно пострадал от кровожадности своих подопечных.

— Ну, о нем я точно сожалеть не буду, — кивнула я. — Не съели, и ладно. В смысле, если голову не отгрызли, на вопросы магов из имперской службы отвечать он сможет.

— Сможет, — кивнул Валентайн и снова замолчал.

— Договаривай уже! — Я начала раздражаться, и из-за этого боль в плече усилилась. Невольно поморщившись, я попыталась принять более удобное положение. Зря я это сделала: резкая боль когтями вцепилась в плечо, и я от неожиданности вскрикнула.

— Саяра!

— Все-все, просто дернулась слишком сильно.

Я закусила губу и откинулась обратно на подушку. — Ги, перестань тянуть кота за хвост. Только попробуй сейчас сбежать, не сказав мне, что случилось с парнями! Я с тобой больше вообще разговаривать не стану.

Валентайн вздохнул и посмотрел на меня с укоризной. Я ответила непреклонным взглядом. Он опять вздохнул и все же решился:

— Небольшая проблема действительно есть.

Глава 47

— И это ты называешь небольшой проблемой?! — Я неверяще смотрела на Валентайна и мысленно фильтровала сто миллионов самых грязных ругательств, чтобы выловить среди них хотя бы отдаленно приличные слова. — Твою… мать!!! Это ты называешь небольшой проблемой?! Да вашу душу за ноги, все с глузду посъезжали?!

— Саяра, — укоризненно покачал головой Ги. — Ты обещала. Ты дала слово, что не будешь волноваться и вести себя безрассудно.

— Когда я такое обещала? — Первый всплеск изумления и ярости чуть схлынул, и я вспомнила, что лучше не пугать народ идиоматическими выражениями из прошлого мира, даже если они все равно звучат в переводе на местный. Но спишем на мое душевное состояние. Ибо оно такое… пусть спасибо скажут, что не убила никого. — Вы вообще в своем уме? С какой стати Арриса и Сайрена заперли в той же башне, что и этого сероземного гада?! И что вообще это значит?

— Чтобы остановить нашествие нежити и перехватить контроль над ней, они использовали знания, которые им давал Серый властелин. — Ги, как обычно, говорил коротко и четко, сразу выделяя главное. — Из-за этого характер их собственной магии изменился. Она стала… словно грязной. А самое главное, стоит им потерять контроль над эмоциями, этой «грязи» становится больше, и это провоцирует не совсем адекватное поведение.

— И это повод запирать их вместе с преступником?!

— Не вместе. Хозяин нежити заключен в отдельную камеру, оснащенную поглотителями магии.

— А парни?!

— Этажом ниже.

— Не нравится мне твоя краткость. Этажом ниже чего? Это тюремная башня, у нее на всех этажах камеры. — Я прищурилась и трижды прокляла ту кусачую дохлую псину, которая чуть не отгрызла мне плечо.

— Да. — Мужчина отвел глаза. — Но это другие камеры, более… удобные.

— Но все равно с блокировкой магических потоков? Так. Помоги мне встать.

— Не смей! — Вернувшийся Арэн так глянул на Валентайна, словно готов был убить его на месте. — Я не зря не хотел тебя сюда пускать. Пошел вон!

— Прекрати, — в свою очередь поморщилась я. — Нечего строить из меня умирающую дурочку. Я…

— Ты и есть умирающая дура! — уже в полный голос рявкнул целитель. — Вон! — это уже было Валентайну, и Арэн, не стесняясь, схватил Ги за рубашку, вздергивая с моей кровати, на краю которой тот сидел. — Ты что мне обещал?! Пошел отсюда! И больше чтобы я тебя близко не видел!

— Да перестань ты орать наконец. — У меня снова закружилась голова и во рту появился солоноватый привкус крови. — Пока ты не пришел и не поднял тут ки… скандал, я вполне неплохо себя чувствовала. А от твоих воплей голова заболела сразу.

— Я загляну позже, — очень виновато сказал мне Валентайн. — Прости…

А потом он посмотрел на Арэна, и я увидела, как сжались его кулаки. Так, что костяшки побелели. Но Ги ничего не сказал, вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь. Ой-ой-ой, однако. Как все сложно с этими мужчинами.

— Арэн, нам надо поговорить. — Проводив ушедшего взглядом, я повернулась к целителю.

— Надо. Но сначала я тебя осмотрю.

Спорить было бесполезно, тем более что я с каждой секундой чувствовала себя все хуже. Кажется, у меня начали болеть даже те части тела, о которых я раньше не подозревала, что они у меня есть.

Пирожок, вернувший себе змеиное выражение лица, поправил мне подушку и какое-то время сосредоточенно водил ладонями над моим одеялом. Потом поджал губы и принес мне со стола что-то типа детского поильника с буро-зеленым содержимым.

— Выпей. Уснешь на несколько суток, за это время твое тело более-менее восстановится, и тебе уже не будет так больно.

Я уже потянулась губами к фигурному носику поилки, но, услышав про сон на несколько дней, резко отстранилась.

— Нет.

— Не веди себя как дура, — взорвался вдруг Арэн. — Ты хоть знаешь, чего мне стоило тебя вытащить?! Думаешь, оттого, что ты лежишь тут корчишься от боли, выпытывая новости, быстрее встанешь с постели? Как бы не так. Сделаешь только хуже, и выздоровление затянется на недели вместо дней. Поняла?

— Поняла. — Я все равно отвернулась, не давая приблизить поильник ко рту. — Но полчаса погоды не сделают. Я хочу знать, что произошло. И о чем таком ты сам хотел со мной поговорить.

— Обязательно выпытывать это сейчас? — Голос змея сочился ядовитым сарказмом. — Мне казалось, ты умнее. Зачем мучиться от боли, объясни? Чтобы потом все равно уснуть, не успев осмыслить новости?

— Кто-то, может, и не успеет, а у меня со скоростью мышления все в порядке. Не тяни кота за бейцы, чем дольше мы ругаемся, тем позже я выпью твою сонную бурду.

— За что не тяни? — Арэн поставил поильник на тумбочку возле кровати и сел на край постели. — Опять одно из твоих интересных иномирных слов?

Я устало вздохнула и посмотрела на него, чуть прищурившись. Часть сил уходила на контроль боли, чтобы она не затмевала мозги. Сил спорить еще и по этому поводу не было. К тому же он сто раз мог меня выдать или просто не спасать.

— Когда ты узнал? И по каким признакам?

— То есть новости уже не интересуют? Важнее ответить на этот вопрос?

— Не тяни. Кота за половые признаки. Так понятнее? — Я была чего-то прямо очень не в настроении. И почему бы, интересно? Сарказм такой сарказм…

— Я знал это сразу. Мать Саяры ай’Дельвир происходит из рода потомков спасителей. Тех, кто смешал кровь с захватчиками и успел сделать детей прежде, чем ушел через портал в их мир, чтобы разом покончить с угрозой. Эта кровь чужого мира время от времени рождает «сосуд». Человек почти без ярких черт, обычно девочка. Средненькая во всем, послушная и никакая. Если обстоятельства сложатся так, что в жизни сосуда произойдет трагедия, которая разрушит базовую личность, на ее место может прийти душа чужого мира.

Я от потрясения на пару секунд даже перестала чувствовать боль в изгрызенном нежитью теле. Остановите поезд, это не та Одесса, я вам скажу!

— Ты поэтому хотел на ней жениться? — Из огромной кучи вопросов в голове пришлось срочно выбирать тот, что был короче и умнее.

— Да. В нашем роду тоже есть кровь спасителей. Но это выражается в том, что мы можем чувствовать «сосуды» и тех, кто их наполнил. Душа чужого мира может нести равно как добро, так и зло. Но всегда приносит новые знания и возможности.

— Понятно, и вы хотите эти знания и возможности себе. — Я тихо хмыкнула, приходя в себя. Вот тебе, тетя Сара, и романтика. Замуж по расчету, я вас умоляю, считайте правильно, мадам! А то ваша таблица умножения за каким-то поцем из одного минуса.

— Да, — не стал отпираться Арэн. Но взгляд у него был в этот момент какой-то странный. — Это на пользу всем, всему нашему миру и империи.

— А тебе не приходило в голову, что эту пользу можно получить честным путем, без всех этих брачных танцев? Я никогда не отказывалась передавать знания. Должность у меня такая, если ты не заметил.

— Брак надежнее. Всегда был. Но сейчас другие обстоятельства.

— И какие же?

— Я хочу не только твои знания. Я хочу тебя.

Глава 48

Приехали. От неожиданности я даже немного нервно икнула.

— Вы таки делаете мне недоумение за ваше странное желание, — пробормотала я себе под нос, просто чтобы хоть что-то сказать. — С какой стати, Арэн?

— Не притворяйся идиоткой. Ты — красивая женщина, и… — тут же пошел в разгон этот доморощенный мачо. Вот же гадство! А пока по подземельям бегал без одежды, такой хороший умный мальчик был, я прямо почти умилялась. Каждый раз, что ли, теперь с него шмотье стаскивать, чтобы мозги обнажились и заработали? Боюсь, не так поймут. Заявят, что скомпрометировала, теперь вдвойне обязана жени… Тьфу!

— Слушайте, что вы морочите мне голову за непонятные претензии. — Когда я волнуюсь через пару незаметных пустяков, а не за чью-то жизнь, ничего не могу с собой поделать, кровное вылезает на поверхность. Да и чего уже скрывать и сдерживаться, если змеятина в курсе? — Магички таки не бывают некрасивые, Арэн. Любые магички. Почему именно я?

— Ты очень забавно выражаешь свои мысли, — хмыкнул он, с удобством устроившись на краю моей, между прочим, кровати! Что в рамках нашего разговора мне тут и вовсе уже не нравилось. Вот так потихоньку-помаленьку подбирается поближе, на постель почти девичью позарился, ишь какой! Что он сказал-то? А!

— И это та причина, за которую мне надо делать мозги неземной любовью и срочным замужем?! — поразилась я, с трудом сдерживая-таки непреодолимое желание попросту спихнуть его на пол одним ловким движением. Можно, правда, и не одним, если заартачится. Упереться бы спиной в стену, а в него ногами и… Ладно, выдыхаем, Сара, выдыхаем. — Так, погоди. Я сейчас возьму себя в руки, и мы поговорим как нормальные люди.

— Да мне и так нравится, — совершенно по-змейски ухмыльнулся пирожок. Нет, если бы не слабость и боль в плече, лететь бы ему уже на пол.

— А мне нет. Арэн, я не люблю тебя и не хочу за тебя замуж, — заявила со всей серьезностью. Понимаю, что в местном обществе это не всегда достаточно веская причина, но и я не вчерашняя малолетка, для меня главное сейчас было донести до него свою мысль, раз уж за время нашего знакомства сам не дотумкал. — Мне неприятна твоя настойчивость. Я согласна сотрудничать в вопросах новых знаний и технологий, мне это самой интересно. Но не более.

Тут он мгновенно снова стал серьезным и наклонился надо мной, глядя прямо в глаза. Очень хотелось вжаться в подушки, чтобы отодвинуться подальше, но я усилием воли сдержалась и просто смотрела на него снизу вверх спокойно и внимательно.

— Ну? — спросила после минутного молчания. — В насилие с твоей стороны я не поверю, уж прости. Я тебя не люблю, но это не значит, что не уважаю и не успела узнать за это время.

Про себя же подумала: надо быть совсем на голову отбитым, чтобы всерьез ссориться с бытовым магом, затащив его под венец. Да я даже на нежить управу нашла, что уж бояться неугодного гипотетического мужа? В конце концов, заклинание сушки и глажки, которое замечательно воспроизводится на нижнем белье вне зависимости от того, надето оно на объект или нет, никто не отменял. И это только то, что первым приходит на ум. А там и на статическое электричество не так много магии требуется…

— Думаешь, хорошо меня узнала? — Его зрачки были так близко, что я видела, как они то расширяются, то сужаются, словно дышат.

— Достаточно. — Голос даже не дрогнул. — Если это все — давай поговорим о более срочном деле. А потом я выпью лекарство, потому что мне на самом деле больно и плохо. И все хуже становится с каждой минутой.

Надо отдать ему должное: целитель в Арэне всегда перевешивал мужчину. Он мгновенно отстранился, и его рука оказалась у меня на сонной артерии, чуткие пальцы нащупали пульс, с которого здесь умели считывать массу информации о состоянии здоровья.

— Ты упрямая дура. Я сразу сказал тебе пить!

— Я помню.

— С Аррисом и Сайреном пока все в порядке, и за время твоего сна ничего не изменится, — сухо выдал мужчина, словно смирившись с моей настороженностью. — Ты сейчас ничего не можешь сделать, и думать нормально тоже не можешь, как бы ни храбрилась. Пей — и будешь решать все проблемы, когда сможешь встать и заняться этим по-настоящему!

Ну… нельзя было не признать, что в его словах большая доля правды. Так сложно было сразу сказать и не делать мне нервы?

Я перестала сопротивляться, покорно выхлебав всю горькую зеленую жижу из поильника.

Ровно через тридцать секунд боль исчезла, вместе со всеми проблемами обоих миров. Тело стало теплым и легким, как перышко, я тихо, с облегчением выдохнула и закрыла глаза.

Как выяснилось, не на три дня, как обещал один змеиный поц, а почти на три недели…

Я бы, главное, еще долго не узнала, что так много времени прошло, мне-то откуда, во сне суток не считают. Но, проснувшись, во-первых, почувствовала себя удивительно здоровой — на мне больше не было тугих повязок, и руки-ноги шевелились нормально. Просто еще слабенько. А во-вторых, Арэн не учел, что навещать меня захочется не только Валентайну, который, если надо, умел держать язык за зубами.

К тому же его можно было попробовать не пускать. А вот выдержать коллективное нападение факультета бытовой магии не сможет даже пирожок со змеятиной.

— Рисс ай’Дельвир, рисс ай’Дельвир! — загалдели они все разом с порога, вваливаясь полным составом ко мне в палату.

Кажется, Арэн все же пытался их снова остановить и даже начал что-то сердито высказывать, но не учел, что мои горячо любимые бытовики в качестве тарана выставили вперед Райко. А уж он-то, моя заенька и умочка, безо всякого волшебства умудрился обезвредить вредного целителя, банально споткнувшись о порожек палаты и завалившись куда-то вбок, локтем зацепив громоздкую конструкцию из проволочек и магических кристаллов. На кого, вы думаете, этот местный набор первой помощи упал? Правильно.

На моего недожениха. А я еще в первое свое пробуждение обратила на дверь внимание, все думала, как недальновидно — человек после ранения и так ходит еле-еле, а тут лишнее препятствие, быть беде…

Но уже через несколько секунд, не успела я толком порадоваться от вида родных мордашек, как все мои мысли о несчастном порожке канули в небытие.

— Нас к вам не пускали, даже не говорили, что с вами! Мы за эти три недели что только не думали! — затараторила Фиона на одном дыхании.

— Целых три недели! — тут же подхватила Айрин под тихие ругательства Арэна и непрекращающиеся извинения Райко, честно пытавшегося выпутать целителя из прибора.

— По-по-по! Постойте, к-какие три недели?! — только и смогла выдохнуть я. А в следующий миг и это стало глубоко неважным, когда Лианна выдала главную новость, из-за которой мой бытовой факультет все же решился прорвать оборону.

Глава 49

— С тобой я позже поговорю. — Выпутавшийся из прибора целитель поджал губы в ответ на мою приподнятую бровь и независимо отвел взгляд, отказываясь признавать вину. — Лианна, еще раз, коротко и внятно, по пунктам.

— Ректор ай’Сантеро отстранен от руководства академией. — Умничка-девочка действительно умела передать самую суть новостей. — За то, что пытался вызволить Сая и рэсса Арриса. И вообще выступал против того, чтобы на них ставили эксперименты и приравнивали к преступнику из Серых земель. Сами дядя и племянник ай’Сантеро все еще в башне. Ходят слухи, что они больше не могут быть нормальными магами и лучше бы их уничтожить вместе с главным гадом. Решаться их судьба должна на большом императорском совете через три дня. Хорошо, что вы очнулись! Мы боялись уже… что вы не успеете ничего сделать.

Я молчала минуты три, переваривая новости, даже не акцентируя внимание на такой святой вере в меня, что теперь-то я точно смогу что-то изменить. Потом посмотрела на Арэна еще раз, и, клянусь, рубашка на его груди слегка задымилась под моим прожигающим насквозь взглядом. Сам он чуть вздрогнул и тут же снова упрямо поджал губы, отрывисто бросив:

— Благодари волколака, который почти вырвал тебе ключицу и переломал ребра. Я сделал все что мог, чтобы ты не умерла и смогла встать на ноги.

— Врать о трех днях сна для этого было не нужно, — коротко ответила я и снова посмотрела на Лианну:

— Это еще не все, верно?

— Мы испытывали одну такую штучку… — высунулась из-за спины Райко Фиона и посмотрела на меня одновременно виновато и решительно. — Сначала это был векторный модуль для проветривания закрытых помещений. Освежитель воздуха и пылеуловитель. Но потом кое-кто…

Райко ойкнул и дернулся, кажется, его чувствительно ущипнули примерно ниже талии.

— Кое-кто влез в схему без спросу и, как обычно, перекрутил все к лысым упырям, — продолжила Фиона. — Модуль перестал работать по назначению и стал транслировать на кристалл управления все, что происходило в том коридоре, в котором мы его первый раз испытывали. Из-за того, что обратный вектор компенсировал нормальное течение магии, эта штука получилась совершенно нейтральной, не тревожила общий фон и никак на нем не отражалась, в отличие от любого другого следящего заклинания. Райко мы немного воспитали…

— Отлупили, — педантично и обиженно поправил наш мальчик — ходячее недоразумение, потирая затылок.

— Воспитали. А потом решили — не пропадать же разработке. Освежитель воздуха мы потом доделаем, а сейчас как раз такое время, когда вокруг много чего происходит, но при этом нам никто ничего толком не рассказывает.

— Так, — подбодрила я. — Описание никому не показывали и вообще промолчали о новой разработке, верно?

— Вы сами говорили, что дураку… в смысле, начальству полработы не показывают, — пробухтел Райко после серии виноватых переглядываний с девочками. Арэн на заднем фоне фыркнул, то ли презрительно, то ли одобрительно.

— Ладно, ближе к делу. Что вы подслушали? — Ребят надо было ускорить, поскольку вся группа запросто могла скатиться в академические обсуждения новинки.

Но ответом мне было молчание и только выразительно скошенные на целителя глаза. Точнее, кто-то на Арэна косился, а кто-то на меня укоризненно моргал — мол, зачем при посторонних так прямо вопросы задавать?

— Вы уже про прослушку проболтались, — хмыкнула я. — Зме… Арэн — взрослый мальчик и сильно не дурак, за что ему мои глубокие сожаления. Да, и нечего хмуриться, лучше бы был поглупее и посговорчивее! Так вот, сказали при нем «а» — говорите уже и «б».

Не то чтобы я была прямо-таки всеми лапками за посвящение Арэна в курс дела, какое бы оно там ни было, но деваться уже все равно некуда. Не скажешь же ему подождать за дверью. Во-первых, глупо, попахивает детским садом, во-вторых, все равно не уйдет.

Девочки неуверенно переглянулись и, несмотря на недавнее возмущение в сторону Райко, дружно уставились на единственного парня в своей компании, негласно давая ему добить меня. То бишь вывалить еще одну новость.

— Может, мы не так поняли или и вовсе все перепутали, — начал он медленно, бросив еще один настороженный взгляд в сторону скептически ухмыляющегося целителя. Поморщившись, Райко на миг зажмурился, мотнул головой, будто стряхивая налипшую паутинку, и выдал одним махом: — У Сантеро практически нет шансов дожить до имперского суда.

— Что за бред вы несете? Так, все, время посещения закончено, вы тревожите больную какими-то дурацкими сплетнями, еще не хватало, чтобы она поверила в эту ересь и… — тут же завелся Арэн, мигом посерьезнев и шагнув к моим ребятам, намереваясь выставить их за дверь.

— Это правда! Мы сами слышали! — воскликнула Айрин, находившаяся ближе всего к целителю, и даже отскочила на пару шагов, отдернув руку, будто опасалась, что ее сейчас схватят за предплечье и так выволокут отсюда.

— Постой, Арэн. Что именно вы слышали? — поспешно переспросила я помертвевшими губами, почему-то сразу, даже не услышав никакой конкретики, поверив в сказанное. Может, виной тому отчаяние, прозвучавшее в голосе моей студентки, может, мое предчувствие, а может, тень тревоги, залегшая на лице Валентайна в прошлое его посещение — он если и не знал наверняка, то явно о чем-то догадывался.

— Знания, которыми обладает Даран ай’Кортего… это тот гад, просто феноменальные. Овладев ими, можно не только сделать немало полезных открытий, но и захватить империю. Серые земли, наполненные нежитью, это армия, которой практически нереально сопротивляться, если они рванут все разом в бой. И если эти знания попадут не в те руки… — протараторила Фиона и осеклась, судорожно вздохнув. А я неожиданно впервые услышала, как же зовут нашего похитителя.

— Многие считают, что лучше уничтожить источник этих знаний, чем допустить подобный исход, — добавила Ларика.

— И это совсем не новость. Такова суть человечества — в первую очередь уничтожить то, чего боишься. Но в этих стенах все здравомыслящие люди, дальше досужих разговоров дело не пойдет. И тем более непонятно, при чем тут ваши Сантеро! — сурово сдвинул брови змеятина. — Вот уж у них этих знаний толком и нет. То, что они вместе с другими студентами почитали специфическую литературу, пока были в плену, не делает их какими-то просвещенными. В конце концов, никто из других ребят даже не сумел призвать эту магию, когда от них это потребовали люди императора на прошлой неделе. Все, я уже сказал, время посещения закончено. На выход — или я буду вынужден прибегнуть к крайним мерам.

- Но если Сай и Аррис уже использовали эту магию, перехватив контроль на поле боя, им и не нужны дополнительные знания. Они уже могут случайно причинить другим вред, соответственно, тоже являются частью того, чего бояться… — медленно пробормотала я.

— И рэсс ай’Тассард предложил инсценировать побег заключённого, в результате которого произойдет взрыв, который убьёт его. А под обломками заодно похоронит и тех, кто находится этажом ниже… — тихо добавила Фиона.

Глава 50

— Это еще что за всемирный судья? — растерянно переспросила я. Преподаватель из академии Шардани шел с нами всю дорогу от логова главгада и казался мне одним из самых вменяемых тушканчиков. С чего вдруг мужик озверел до убийственных заговоров?!

— Они там… — начала Фиона, но ее перебил суровый голос Арэна:

— Что за чушь? Вы совсем с ума тут все посходили? Так, посещение больной окончено. Все вон!

И сам развернулся, явно намереваясь выйти из палаты. Не знаю, что он дальше сделал бы — пошел бы жаловаться, скандалить или проверять версию ребят. В любом случае ему не позволили.

— Мама дорогая! — только и ахнула я, когда стоявшие ближе всего к двери самые мои тихие девочки Анни и Алиша, самые добрые и милые, они еще всегда специализировались на детско-уходовой магии, резко шагнули ему наперерез и…

Я таки скажу вам большой секрет: магическая няня — это страшная сила. Без шуток. Я вас умоляю, шо там за боевиков, Серых властелинов и всякую босоту. Квалифицированного целителя вырубить — это таки надо постараться, даже главгад не за так справился. А тот же Стрела шепотом ругался, что эту сволочь заклинанием лопаты не убьешь.

А тут две девочки. Хрупкие, нежные и перепуганные.

— Что вы с ним сделали?! — шокированно уточнила я, спуская ноги на коврик у кровати, куда мне как трофей уложили спеленутого чем-то прозрачным змея. — Что у него… с ногами? А во рту?!

Бог ты мой, я очень надеюсь, сам Арэн никогда не узнает, что его заткнули гигантской пустышкой…

— Дети иногда убегают в опасные места, — вздохнула белокурая няня. — И могут пораниться. Надо суметь поймать малыша так, чтобы было полностью безопасно и ни в коем случае его не напугало. Чтобы он вообще ничего не понял. Это заклинание невозможно засечь на подлете, потому что дети бывают очень чувствительны к магическим проявлениям. Оно настолько тонко устроено, что его нельзя отразить, потому что стихийная детская магия способна отбить очень многое, и тогда ребенок побежит дальше в сторону опасности. Оно очень-очень быстро кастуется и достигает цели. Поэтому у рэсса лекаря не было шансов.

— П-понятно. — Я набросила на плечи покрывало с кровати. — А пустышка зачем?

— Все же пеленание рассчитано на детский уровень сил, — это уже вступила вторая защитница малолетних. — Рэсс Арэн порвал бы его очень быстро. Зелье сладких снов ему не навредит… зато у нас есть полчаса, если соску не вынимать.

— Можно и вынуть, сейчас я его просто поверх пеленок кое-чем перемотаю и рот заклею, — деловито предложила Алиша, переступая через обездвиженную жертву.

— А я для гарантии накрою его заклинанием хранения продуктов, мы пробовали, из-под него даже рэсс ректор не сразу вылез! — воспылала энтузиазмом Лианна.

— Господи ты боже мой. — Я переводила взгляд с одной решительной девицы на другую и не узнавала их. — Меня не было всего месяц с хвостиком, кто вы такие и куда дели моих милых козочек?! Я оставила в башне маленьких веселых хулиганок, почему теперь вы больше похожи на слаженную диверсионную группу в тылу врага?!

Преступный коллектив делано потупился, но им почти сразу надоело изображать виноватых паенек.

— Потому что иначе сожрут, — мрачно констатировал очевидное Райко. — Тут такое творилось… особенно в последние три недели. Но это все ерунда. Мы пришли спросить, надо спасать Сайрена и Стрелу или они действительно превратились в серых тварей?

Я парней видела в последний раз до нападения волны нежити на наш лагерь и не могла утверждать наверняка, что они так и остались теми же ехидными жизнерадостными засранцами. И тем не менее это не помешало мне заявить категорично с полной уверенностью в своей правоте:

— Твари как раз те, кто не сумел вовремя помочь им и, так понимаю, даже не попытался. Мигом забыв, что именно они спасли нас всех такой ценой. — Я не скрывала презрения и злости к тем, кто так обошелся с ними.

— Мы так и подумали, — спокойно кивнула Лианна, ничуть не сомневаясь в моих словах. — Но вы сами учили нас проверять воду кончиками пальцев прежде, чем сигать в реку с головой, — перефразировала она как-то сказанную мной вскользь фразу «не зная броду, не суйся в воду». — Что будем делать?

— Для начала было бы неплохо все же привести в чувство рэсса Арэна и узнать, что ему известно, — вздохнула я, покосившись на такого мирного, пока спит, целителя. Мои девочки, действуя на диво слаженно, тем временем уже усадили его на стул, к которому сейчас деловито приматывали бинтами. И меня настораживало, с какой точностью и уверенностью они это проворачивали, прямо чувствовался опыт! Нет, я таки узнáю сегодня, что, тетю Глашу им всем в соседки, тут произошло, пока меня не было!

Но громкое чмоканье несколько поумерило мой пыл. А с пустышкой во рту Арэн ну просто прелесть! Кстати, надо бы взять на вооружение: милый не только когда без одежды, но и когда спит. Какое, должно быть, комбо, если сначала раздеть, а после усыпить… Так, не о том думаю! Хотя… котики, когда спят, тоже милые. Это же не значит, что я хочу замуж за каждого встречного ушастого. Думать и умиляться — не запрещено.

— Так, преступная гвардия, прекратите превращать рэсса целителя в кокон, бабочка из него не вылупится, это работает не так. И уберите уже пустышку у него изо рта. И лучше спрячьте подальше, чтобы он ее и не видел, — скомандовала я.

— А может, не надо? Мало ли куда он бежал?

— Ну сейчас он явно уже никуда не побежит, — заметила я резонно, нашаривая под кроватью свою обувь. Больничные тонкие туфли типа балеток не лучшая замена моим удобным ботинкам, в которых прошла сероземье, но все лучше, чем босиком.

— Ругаться будет сильно, — вздохнула Алиша, но все же послушно вынула изо рта Арэна пустышку, передав ее Айрин, и заботливо поправила слюнявчик у него на груди. Поймав мой офонаревший взгляд, мило смутилась и пояснила: — Это уже случайно вышло, машинально дополнила набор заклинаний.

Вздохнув, я покачала головой и, подойдя к целителю, осторожно похлопала его по щекам.

— Арэн, давай просыпайся, разговор есть, — позвала негромко, но ничего этим не добилась.

— Рисс ай’Дельвир, ну время поджимает, давайте просто его оставим тут и сами со всем справимся, — не выдержал Райко минут десять спустя. Я только собралась одернуть его, заметив нравоучительно, что в первую очередь нужно разжиться информацией и только потом действовать, как меня опередила Фиона.

— А я согласна, сначала узнаем, куда он собирался бежать, что ему известно о планах насчет Сантеро, и пусть выдаст ключ от защитного заклинания вокруг тюремной башни, — перечислила она и, призвав магию в сложенную лодочкой ладошку, выпалила с энтузиазмом: — Предлагаю использовать косметическую магию: от заклинания быстрой эпиляции должен быстро очнуться.

— Да на вашей я стороне, на вашей! — вскричал мигом очнувшийся целитель, похоже несколько секунд всерьез рассчитывавший притвориться спящим.

— Ну вот теперь и поговорим, — улыбнулась я удовлетворенно.

Глава 51

Правда, сразу диалога двух взрослых и адекватных людей не получилось. Может, причина в том, что один из них был все еще привязан к стулу, а может, врожденная вредность этого же индивида помешала. Как бы там ни было, первые несколько минут нам пытались доказать, что мы вкрай не правы.

— Да развяжите меня, в конце концов! Саяра, науськивать студентов на тех, кто тебе чем-то не угодил, — крайне непедагогично! — возмущался Арэн. — И вы всерьез ожидаете, что после такого я вам вообще что-то расскажу?!

Айрин, стоявшая за его плечом, приподняла пустышку повыше, жестом спрашивая у меня, не пора ли ее пустить по назначению, раз все равно толку никакого. Но я едва заметно мотнула головой. Успеется еще. Десять-пятнадцать минут роли не играют, а простым обстоятельным разговором за это время можно немало добиться. Даже если половину потратить на пустые возмущения. Пусть уж выговорится, выдохнется, и можно переходить к серьезному.

Но Арэн, похоже, уловил колебания воздуха или же насторожился от моего отрицательного жеста и беспокойно завозился, пытаясь увидеть, что у него там происходит за спиной. Айрин не успела отступить или хотя бы спрятать пустышку за спиной, а может, и не подумала об этом. В любом случае целитель на несколько секунд натуральным образом завис. После чего перевел на меня шокированный взгляд и спросил на удивление спокойным голосом:

— Это было у меня во рту?

Я-то промолчала, но Алиша, стоявшая рядом, машинально неуверенно кивнула, чуть пожав плечами.

— Вы меня вырубили сонным заклинанием для детей? — вскричал он, а степень охренения на его лице лишь повысилась. — И впихнули в рот пустышку?!

— Помогло же… — пробормотал Райко, отчего Арэн и вовсе поперхнулся воздухом.

— Так кричишь, будто мы клизму впихнули, — проворчала я, не дожидаясь следующего витка истерики.

— Поискать? — тут же с готовностью отозвалась Фиона. Кажется, у змеятины задергался глаз. По крайней мере, это неожиданно заставило его успокоиться.

— В общем, я готов сотрудничать. Только прошу, убери своих извергов подальше, — тут же сменил тактику Арэн и добавил едва слышно: — Чтоб я еще раз связался с бытовиками…

— Ладно, шутки в сторону. Что ты знаешь о запланированном устранении Кортего и Сантеро? — посерьезнела я, не торопясь развязывать его.

— Ты серьезно считаешь, что я с этим связан? Сама подумай: мне было бы проще убить его еще там, на Серых землях, накладывая зелье временной парализации, но чуть переборщив с дозой. Аккурат достаточно для того, чтобы парализовать дыхательную систему. И тогда бы проблемы Сантеро и вовсе не возникло, ибо им и не пришлось бы влезать в его дрянные магические потоки, — заметил он резонно.

— А бежали вы куда? — вклинилась воинственно настроенная Фиона.

Арэн демонстративно закатил глаза и скептически скривился, продолжая смотреть на меня.

— К временному декану бытового факультета, чтобы приструнил своих студентов и вывел из целительского крыла, пока вконец не перебаламутили мою пациентку, — все же ответил он нехотя, видя, что его гримаса не произвела абсолютно никакого эффекта.

— Вот гад! — выдохнул кто-то из моих девчонок едва слышно.

— И зря бежали, нет его, уехал еще утром, — добавила Лианна погромче с вызовом в голосе и явным презрением к какому-то декану.

Я же и вовсе опешила. Да что тут происходит, в конце концов?! Какой еще новый ректор, временный декан моего, на минуточку, факультета, что тут делают преподаватели из других академий?

— Значит, к рэссу Валентайну наведался бы, вечно покрывать вас он все равно не будет, особенно в тех вопросах, что касаются здоровья рисс ай’Дельвир, — парировал Арэн с едва заметной ехидцей. Они что, еще и между собой поцапаться тут успели? Час от часу не легче!

— Об этом мы тоже обязательно поговорим, но чуть позже. То, о чем говорят девочки, возможно? Подорвать этаж тюремной башни так, чтобы у людей императора не возникло подозрений? У кого вообще есть доступ туда?

Арэн задумчиво пожевал нижнюю губу и, больше не строя из себя жертву произвола, наконец-таки включился в работу.

— Чисто теоретически нет ничего невозможного. Охранный контур зациклен, прорвать его изнутри практически нереально, особенно учитывая безмагическое пространство в тюрьме. Но никто не может сказать наверняка, на что способна извращенная магия Кортего. Допустим, он все же вырвался из камеры и пробивается на выход. Активируется защитная мембрана, отражающая атаки, и если предположить, что Кортего все равно попробует кинуть нечто совсем убойное, то оно сдетонирует, произойдет взрыв. Но еще на моменте попыток убрать охранный контур передастся сигнал на пункт управления, и группа боевых магов, состоящая из преподавателей Академии и рейнджеров, тут же бросится туда. От пункта управления до башни бежать пару минут от силы. Я уж молчу о том, что кто-то постоянно дежурит в самой башне. Так что ни сам Кортего не вырвется, ни кто другой не сможет объяснить, каким образом он вырвался, а боевики все прошляпили, — все же выдал он.

Я покосилась на своих студентов, надеясь, что они сейчас что-то добавят из подслушанного в качестве контраргумента, но они молчали, растерянно переглядываясь между собой и бросая взгляды, полные надежды, на меня.

— Ладно. Допустим. Какова официальная причина взрыва может быть — мы все же узнали. Из-за чего все подорвется не официально — не столь важно. И знаешь, учитывая человеческий фактор, в остальном тоже нет ничего невозможного. Кто-то отошел в туалет, кто-то отвлекся на упавший бутерброд, кто-то споткнулся по пути в башню, а где-то провисла линия силы, и сигнал пришел с минутным опозданием. Все эти мелочи по отдельности несущественны, даже на халатность толком не потянут, но вот сработанные вместе, да в определенной последовательности… — Я со вздохом покачала головой. Чем больше сейчас об этом думала, тем больше понимала, что тревогу мои козлятки подняли не зря. Серый волк действительно есть, и угроза от него нешуточная. Вот только разбираться, кто именно этот волк, будем позже, как только спасем парней. Для Арэна, недоверчиво взирающего на меня, я все же добавила: — Везде, где присутствует человеческий фактор, есть место «случайности», «недосмотру» и «совпадению». И да, не смотри на меня так: я так же искренне надеюсь, что ребятам показалось, где-то что-то недослышали, не так поняли… И все же лучше перестраховаться и потом посмеяться над своим паникерством, чем жалеть годами, понимая, что мог предотвратить катастрофу, но засомневался, не поверил, отмахнулся.

— Рисс ай’Дельвир, ну тратим же время, все равно не верит, — не выдержала Айрин, перехватив пустышку покрепче, будто намереваясь как минимум шандарахнуть ею целителя по голове.

— Я, может, и поверю, что такая вероятность действительно существует, но при всем моем уважении как целитель не могу допустить, чтобы моя пациентка рванула вдруг в бой! — язвительно процедил Арэн, повысив голос на последних словах и смерив уничижительным взглядом моих ребят. — Вы забываете, что она только вчера вышла из целебного сна. Готовы рискнуть ее здоровьем? Или все же включите мозг и развяжете меня, чтобы я мог, в конце концов, проверить, насколько вы правы в своих догадках и попытках подслушать то, что уж явно не для ваших ушей?

И надо отдать должное, одной этой фразой ему удалось озадачить моих бытовиков. Да и к формулировке не прикопаешься. Вот же змей!

Глава 52

— Значит, так, — решила я. — Это все очень серьезно, детки и не детки. Играть в игры не получится. Поэтому вот что: сейчас Арэн, который во мне уже дыру просверлил своим целительским взглядом, проведет быструю диагностику, чтобы убедиться — я не рассыплюсь на куски, просто выйдя из палаты. Потом я оденусь и пойду к себе в башню. И буду ждать там ваших докладов.

— Каких докладов? — тут же заинтересовался Райко.

— Сейчас раздам задания, и вы побежите собирать разведданные. Только умоляю, никаких конфликтов по дороге, даже если эти новые студенты и преподаватели начнут вам вслед рожи корчить и языки показывать. Придурков игнорировать, понятно? Месть откладывается до того момента, как мы разберемся с проблемами.

Дружные горестные вздохи деточек с какой-то радости подняли настроение Арэну, который наконец дорвался сквозь плотный строй защитников до моего бренного тела и сразу же устроил обе ладони напротив моей груди — начал медицинское сканирование.

— И нечего так вздыхать, вы взрослые бытовые маги, а не глупые боевики, — отмахнулась я, сделав взгляд построже. — Фиона и Райко идут в башню, проверить, не вернулся ли исполняющий обязанности декана. Очень удачно он отчалил по своим делам. Алиша найдет рэсса Валентайна и приведет к нам. Да-да. Я ему доверяю. Тем более вы сами сказали, что он за вас все время заступался и вообще вел себя как нормальный человек. Айрин и Лианна делают себе лица щебечущих дурочек и идут гулять вокруг тюремной башни. Заклинание пылесборника вам в помощь, запускаете самые мелкие конструкты по всему периметру и снимаете объемную схему помещения. Сейчас покажу как… Да, Арэн, это почти то же самое, что Валентайн и Сайрен делали в логове владыки Серых земель, только более тонкое и оттого менее заметное… Что еще? Дети, не галдите, тетя Са…яра думать будет. А, на всякий случай надо узнать, где сейчас наш отстраненный ректор. Анни, займись. Остальные — на контроль этих ваших прослушек. Я ведь правильно догадалась и вы навесили их на каждого, кто показался вам подозрительным за прошедшие три недели? Да? Какие умные и инициативные шлимазлы, даже страшно немного…

Шлимазлы аж чуть ли не залоснились от гордости, а целителя с какой-то радости перекривило.

Через пятнадцать минут вся диверсионная группа бытовиков разбежалась в разные стороны по Академии, как стайка деловых муравьев. Поскольку даже дотошный целитель был вынужден признать, что я в полном порядке с точки зрения здоровья и единственное, чего мне пока нельзя, — бегать, магичить на пределе и драться с нежитью, у него не осталось аргументов, и я запросто выставила его из палаты, объявив, что буду переодеваться.

Понятно, что «чего он там не видел» я тоже приняла во внимание, но это не повод продолжать стриптиз без медицинских показаний.

Оставшись одна, я наконец смогла выдохнуть, слегка поистерить, умыться холодной водой, рассмотреть шрамы на плече в маленьком зеркале над умывальником, ужаснуться, хмыкнуть и одеться уже.

Ну что, тетя Сара, санаторий таки закончен? Да.

Правда, сразу отправиться в свою башню у меня не вышло. Только я выбралась из палаты, как поджидавший у двери целитель активизировался. Арэн преградил мне путь, упершись рукой в стену прямо передо мной, и заявил:

— Надо поговорить.

— Прямо сейчас?

— Да. Зачем ты решила позвать Валентайна? Только ради помощи или по личным причинам?

— Арэн, ты ведешь себя сейчас как ревнивый мальчишка. — Я демонстративно поморщилась. — Я не буду отвечать на этот вопрос и вообще разговаривать в таком тоне.

— Ты можешь сказать, почему нет? Почему не я? Зачем тебе еще кто-то? — Он сдвинул брови, отчего скуластое лицо с острым подбородком стало казаться даже моложе. — Почему, Саяра? Физически я тебе не противен, я чувствую. Тебя даже тянет ко мне в этом плане.

— Это ничего не значит. — Я пожала плечами. — Ты красивый мужчина, Арэн, естественно, в этом плане ты не можешь не нравиться женщинам. Но мне этого мало.

— Что же еще тебе нужно?

— Любовь? — Я улыбнулась, но вышло как-то грустно. — Что, банально? Зато честно. А еще — доверие?

— Хорошо, любовь — понятие слишком абстрактное. Здесь не может быть никаких критериев. — Арэн закусил губу. — А доверие? Почему? Что не так со мной?

— Ты точно хочешь услышать ответ? Он может тебе не понравиться.

— Да, хочу.

— Хорошо. Тогда скажи. Если бы с Саярой ничего не случилось до свадьбы. Она вышла бы за тебя, оставаясь «сосудом» и, как ты выразился, пустышкой. Как бы ты поступил дальше, Арэн? — Я сама сделала полшага, приблизившись почти вплотную к нему, и посмотрела магу в глаза. — Поспособствовал бы? Или что?

— Не знаю, почему у тебя такое плохое мнение обо мне. — Целитель сжал побелевшие губы. — Но нет. Ничему бы я не способствовал. Она принесла бы моим детям еще каплю крови спасителей и прожила бы спокойную счастливую жизнь моей жены. Да, осталась бы никем и пустышкой, но…

Я почувствовала, как меня захлестывает злость.

— Но она не была никем, Арэн. Она не была пустышкой, тенью, нужной только затем, чтобы вырастить вокруг нее «сосуд». Она была живой, очень умной, доброй и нежной девочкой. Мне можешь поверить, я это знаю точно, потому что вся ее жизнь — она здесь, — тут я коснулась пальцем своего лба. — Возможно, Саяра не выросла такой яркой и необычной, какой кажусь я. Но она была личностью. Дочерью своих родителей. Со своими мечтами, стремлениями, мыслями. Со своей способностью любить и желанием быть счастливой. У нее хватило характера настоять на своем, освоить не самую простую профессию, бороться за то, что она считала любовью. И ее жизнь вот так просто разменяли на глупое мальчишеское самолюбие и знания из чужого мира.

Арэн убрал руку, которой перегораживал мне дорогу, и резко отвернулся. Я не успела распознать мелькнувшую в его глазах неясную тень.

— Я… не несу ответственности за то, что с ней произошло по вине какого-то мальчишки.

— Не несешь. Но ты знал, что такое возможно. Знал и ждал. Не рассказал родителям Саяры, не попросил их поберечь родного ребенка, которого они потеряли, хотя сами этого еще не осознают. Ты знал и ждал, Арэн, как стервятник на скале ждет, пока под ним на песке умирает путник.

Ух, как он побледнел. Впился в меня глазами, зрачки расширились, пару мгновений казалось, что либо закричит, либо… в обморок упадет?

Может, я была не права, добивая его. Но он взрослый мужик, который знал, на что идет.

— Нельзя платить детьми за чужие знания, Арэн. Даже если от них будут зависеть жизни других детей — нельзя. Знаешь… возможно, именно поэтому в вашем мире еще существуют Серые земли. Там, где приносят человеческие жертвы, всегда будут боль, грязь и смерть. И не будет доверия. И еще вот что. Вы веками искали кровь сосудов и вливали ее в свой род. Вы, целители, никогда не задумывались, что количество рано или поздно всегда переходит в качество? Как бы ты себя чувствовал, Арэн, если бы у тебя родился ребенок-«сосуд»? Это ведь вполне могло случиться именно с тобой. Что бы ты делал? Сразу отрекся бы, не признавая за новорожденным права быть собой, и растил бы вместилище для пришельца? Или полюбил бы именно его, а потом смотрел, как другие стервятники кружат над ним, ожидая поживы?

Глава 53

— Вайдера отстранили после того, как он попытался забрать Сайрена и Арриса из-под ареста силой. — Валентайн устроился в нашей гостиной за столом с чашкой горячего шоколада и коротко, емко, по делу докладывал ситуацию. — Ай’Тассард довольно близкий родственник заместителя министра внутренней безопасности империи. У него связи, и он их задействовал все. Мгновенно Академия оказалась наводнена его людьми, а потом пошли кадровые перестановки. Старший Сантеро пока не снят с поста, это временное отстранение в связи с «проблемами здоровья». Проще говоря, его объявили сумасшедшим и упекли под присмотр. Под домашний арест.

— Мило. — Я переложила треугольные печеньки на салфетке так, чтобы составить из них песочные часы. — Попасть к нему и узнать подробности о деле его младших родственников невозможно, я правильно поняла?

— Да. Но, судя по задумчиво-кровожадному выражению твоего лица, это не очень нужно. Что ты хочешь сделать?

— Естественно, выцарапать парней. — Я пожала плечами. — И я знаю, как это сделать. Но понадобится твоя помощь и некоторое участие Арэна.

— Он согласился? — Ги несколько скептически звякнул опустевшей чашкой о маленькое фигурное блюдце.

— Куда он денется с… летящего дирижабля без воздушной магии, — по-людоедски хмыкнула я, старательно отгоняя воспоминания о выражении лица целителя после нашей беседы. — На нем «случайное» расстройство желудка одного стража и легкий укол ревматизма в колено другого. Лианна прямо сейчас перенимает опыт и тренируется под его руководством. Нам нужно будет меньше минуты.

— Пропажу сразу заметят. Особенно если вы предотвратите взрыв, и… Подожди. Лианна?

— Да. Сам Арэн с нами не пойдет, будет делать алиби себе и мне.

— Понятно. Но пропажу все равно заметят.

— Не-а. Не заметят. Потому что мы не собираемся ничего предотвращать. Пусть взрывают.

— То есть… — У Валентайна стало такое лицо, словно он прочел мои мысли, слегка ужаснулся и тут же одобрил их.

— Именно. Мы вытащим парней раньше. И гада сероземного тоже вытащим, заодно. Надо же узнать у него, как избавить обоих Сантеро от заразы, которую они от него подхватили. А заговорщики пусть взрывают. Наша задача — сделать так, чтобы после взрыва они далеко не убежали и были пойманы с поличным.

— Масштабно, — оценил задумку декан водного факультета.

— Угу. Это сейчас наше первое и главное дело. С пришельцами и узурпаторами, набежавшими на Академию с подачи недобитого тушканчика, мы разберемся позже. Думаю, после того, как взрыв-компанию возьмут за мягкое место, будет проще устроить его ставленникам похохотать.

— Это да. Только, Саяра… ты понимаешь, насколько опасна твоя задумка и против каких сил ты собираешься воевать? Это не студенты-выпускники, это боевые маги со стажем и реальным опытом, преподаватели. Ты уверена, что сможешь?..

— Ты просто не прислушивался к их разговорам у костра. А я женщина любопытная. Меня и мою магию в походе не принимали всерьез, даже не особенно это скрывали, максимум из вежливости не говорили в лицо. И здесь, в родной Академии, свеженазначенный и.о. ректора за три недели успел продемонстрировать, насколько низко ставит все, что мы тут делаем. Знаешь, нет ничего опаснее, чем недооценивать рассерженную женщину, вооруженную домашним хозяйством.

— Знаю, — улыбнулся Ги, хотя я понимала, что ему совсем не весело. — Времени осталось совсем мало. Ты успеешь подготовиться?

— Я — не успею. Но мои зверские студенты-диверсанты уже все продумали и почти сделали, им нужна была только последняя проверка и отмашка. Значит, так… поступим следующим образом… Кстати, ты с нами не пойдешь.

— Что?!

Шоб я так жил, господа и товарищи. Фантазия домохозяек с магией — убойная вещь, скажу я вам, а фантазия молоденьких девочек — это еще хуже. Особенно когда они вносят коррективы в план побега в самый последний момент, да еще такие, от которых может пострадать не только тюремная башня, нарочно расположенная на отшибе, в самом дальнем углу территории, но и половина Академии… Это деточки так перестраховывались: если среди обломков не обнаружат трупы пленников, никто не поверит в их смерть. Значит, что? Правильно, деточки решили: не должно остаться даже обломков, все надо разнести в микроскопическую пыль, а сверху сжечь для верности, чтобы даже следов ДНК не осталось.

— Да вы с ума сошли! — орала я шепотом, лихорадочно выкручивая усилитель из заклинания, внедренного в чужой контур, уже потихоньку начавший впитывать силу. — О чем вы только думали?! Нам нужны живые исполнители, чтобы были свидетелями против главарей, а не кратер от ядерной бомбы на всю территорию Академии! Считать разучились?! Кто приписал лишний ноль перед запятой в коэффициенте упреждения, признавайтесь! Иначе будет всем, поганки, внеплановая контрольная по магоматике! Там же охранники!

Поганки стыдились и переглядывались, но не признавались. А я мысленно материлась на всю Дерибасовскую, чтобы не сглазить: все прошло по плану, воздушные вихри донесли тушканосозидательный порошок через вентиляцию до нужных камер, они же, получив усиление обратным вектором Райко, выцепили трех брыкающихся и верещащих грызунов и эвакуировали их тем же путем прочь из опасных камер. Магослежка, установленная в камерах, именно в этот момент осталась без присмотра операторов — Лианна, от волнения вслух вспоминавшая самые крепкие ругательства из арсенала рыбаков, сработала на пять: один охранник задержался в сортире, второй споткнулся на лестнице из-за вступившей боли в колене. Буквально полминуты, но нам хватило. Один из вихриков со своим не в ту сторону закрученным вектором лихо прошелся по «глазкам» следящих заклинаний и стер картинку того, как пленники становятся тушканчиками и вылетают в трубу. Он же организовал на тюремных койках сбитые комом одеяла, которые могли ненадолго обмануть охранников, имитируя заснувших пленников.

А дальше заговорщики — точнее, два мага-исполнителя, которых я не видела среди тушканчиков в Серых землях, — активировали заклинание-«бомбу» и аккуратно перегнали ее из ближайших зарослей прямо на крышу тюремной башни. Расчет был верный: гарантированно снесет два последних этажа и не тронет тот, где сидят перед магоэкранами охранники. Точнее, это они верно рассчитали без учета творческой мысли студенток бытового факультета, успевших подкрутить чужую взрывалку. Чудом я заметила неладное и успела все исправить, чудом!

Интересно, что эти гады тоже планировали отвлечь операторов, чтобы подменить запись, оставив доказательства того, что заключенные пытались бежать. Для этого один из исполнителей, применив неизвестный артефакт, проник в башню и уже собирался что-то сделать с охранниками, но без затей получил от Алиши сонное заклинание и отрубился.

— Вот пусть там и лежит. — Я потерла руки. Слава богу, взрыв удалось отрегулировать. Теперь реально распылит и выжжет только два верхних этажа. — Жаль, нельзя забрать у него артефакт, я хотела бы изучить его действие. Но это улика. И может привести к главарям заговора… Второго ирода спеленали?

— Пустышка со снотворным эффектом сама исчезнет через пятнадцать минут, — доложила одна из наших «нянь». — Как и пеленальное заклинание. Оба преступника будут лежать на лестнице, как если бы они просто не рассчитали время до взрыва и их самих контузило. Следов нашего воздействия не останется.

— Тушканчики наши где? А, в мешке. В двух мешках? Правильно, паразита надо упаковывать отдельно. Все?

— Обратный отсчет до взрыва пошел, — напряженным голосом доложила Айрин.

— Девять… восемь… семь…

— Рисс Саяра, вы уверены, что коэффициенты и количество нулей до запятой теперь правильное? — влез бледный и слегка помятый Райко, с решительным видом подхватывая меня под руку и отводя подальше от кустов, в которых у нас была промежуточная база рядом с тюремной башней. — Я тут еще раз посчитал, вроде все верно, только…

— Уверена, не каркай.

— Три… два… один…

Глава 54

— Сумасшедшая! Полностью, бесповоротно, на всю голову! И студентов своих такими сделала. Уверен, до встречи с тобой были тихие спокойные ласковые девочки… — бубнил Арэн на одной ноте, сидя поздно вечером у нас в башне в кухне, обеими ладонями обхватив чашку, и глядел несколько шальным взглядом на плавающие там чаинки.

Я лишь тяжело вздохнула и пододвинула к нему поближе вазочку с ванильными сушками, после чего отпила из своей чашечки какао, стараясь не стучать зубами о фарфоровый край. Нет, в чем-то целитель был прав. Более того, в некоторых местах я бы даже нашла, что добавить, не стесняясь в выражениях. Меня до сих пор потряхивало после произошедшего.

Взрыв вышел что надо. Ударная волна вышибла все стекла в тюремной башне, снесла напрочь все защитные заклинания на здании и даже долетела до купола вокруг полигона, к счастью, он же и поглотил остатки опасной магии. Само здание устояло чудом. Да и охранники… Слава всем богам, что боевые маги, особенно те, что находятся на службе, ни на миг не снимают защитные заклинания, от физического воздействия в том числе.

А вот я чуть инфаркт не получила, думая, что взрыв вышел слишком сильным и их все же могло покалечить. О защите я вспомнила лишь спустя томительные секунды уже после взрыва. И, представляя, что могло случиться с ни в чем не повинными людьми по нашей вине, едва не поседела.

Что там говорить, если даже нас, находившихся на безопасном расстоянии, сшибло с ног. Райко, бедняга, и вовсе носом встретился со стволом дерева, на которое его оттолкнуло.

Когда мы кустами, кустами и дальними дорожками добежали до своей башни, уже поджидавший там Арэн, ругаясь на чем свет стоит, залечил ему раненую часть тела и, подхватив меня под локоток, спешно поволок в сторонку — проверять, все ли запчасти на своих местах. Продиагностировал и только после этого выдохнул.

Далее было размещение спасенных пока еще спящих отушканенных Сантеро в швейной мастерской, где когда-то уже выделили часть помещения под спальню Райко и куда заранее успели за станками поставить еще две кровати. Гада расположили в огороженной части бывшей артефакторской лаборатории, где еще до нас артефакторы испытывали свои творения, а посему имелось полностью обезмагиченное пространство, «идеальные условия» для новых изобретений, скажем так. А также идеальная тюрьма для мага, ведь заклинания наложены практически идентичные тем, что и на тюремной башне. Но на всякий случай спеленутого тушканчика Кортего накрыли тремя слоями заклинаний: одно для хранения живой птицы, парализующее, второе — то самое сонное с пустышки для младенцев, а поверху еще целитель свою врачебную кому наложил. И все равно рядом с властелином Серых земель решено было устроить дежурство из студентов, чтобы не пропустить момент, когда он опять станет человеком.

После этого мы с Арэном эвакуировались обратно в лазарет, где во время взрыва целитель делал нам обоим алиби, якобы заперевшись со мной в процедурной для каких-то медицинских манипуляций. Это могли подтвердить его помощницы, слышавшие своими ушами, как он там на меня ругался и даже как я вроде бы отвечала.

Ги все это время провел в административном корпусе, мозоля глаза вражеской временной администрации, так что к нему вопросов вообще быть не должно, а моих бытовичек и так ни в чем бы не заподозрили, поскольку не принимают всерьез.

Разбежались мы ненадолго, уже через полчаса встретившись в толпе других обитателей Академии, вместе с остальными громко вопрошая, что случилось, ужасаясь новостям и подкрепляя свое алиби. Кто-то вызвал людей императора, и они оцепили тюремную башню, что-то проверяя там, исследуя, опрашивая в первую очередь охранников и преподавателей, имевших туда доступ.

Арэна отпустили почти сразу, задав лишь пару дежурных вопросов. А вот за Ги взялись более тщательно, но тут было не подкопаться — его видели совсем в другом месте.

Вайдера как главного подозреваемого, выдернутого из-под домашнего ареста, и вовсе куда-то увели сразу же. Я даже не успела не то что переброситься с ним парой слов и предупредить, но и переглянуться. Но, как бы жестоко ни было, может, даже хорошо, что он пока не знает. Ведь заговорщики пытались инсценировать попытку побега, а пока их выведут еще на чистую воду, логично предположить, что ближайший родственник заключенных по уши в этих делах.

А то ведь кто самый заинтересованный в этом? Тот, кто уже пытался провернуть нечто подобное, спасая брата и племянника. Страшно представить, что Вайдер чувствует, но вместе с тем такое горе никак не подделать, не сыграть.

Уф-ф-ф, это было утомительно, как физически, так и морально. Но я по крайней мере своими глазами видела, что охранники живы, а тела двоих бесчувственных диверсантов из башни вынесли не люди и.о. ректора, а стражи императорской гвардии. У этих не забалуешь, живо выбьют из подозреваемых всю правду.

Прошло почти три часа, пока все более-менее улеглось и студентов разогнали по общежитиям. Мои девочки ушли в свою спальню, прихватив с собой Райко, дежурные у постели тушканчиков сменились, а я осталась слушать Арэна, принесшего последние вести о том, какова официальная версия взрыва в башне, и меня начало потихоньку накрывать. Нет, не настолько, чтобы скатиться в истерику, особенно учитывая, что пока все шло по плану, но какао налила в чашку все же не до краев, боясь расплескать дрожащими руками.

— Безумие — это разве заразно? Может, и я уже того, раз допустил тебя с твоими гениально-сумасшедшими разработками к взрывному артефакту? — все не унимался Арэн, которого, похоже, накрывало сейчас не меньше меня.

— Так все же гениальными или сумасшедшими? — хмыкнула я, не выдержав, чуть улыбнувшись одними уголками губ. Арэн, не ожидавший, что я отвечу на его очередную тираду, осекся, задумчиво пожевал губами и кинул на меня недовольный взгляд.

— Одно другому не мешает, — буркнул он и, сердито сопя, наконец-то замолчал, с громким хрустом откусил от сушки, сыпля крошками на стол и свои брюки.

Лениво шевельнув пальцами, я тут же убрала это свинство крохой магии и подперла ладонью подбородок.

— Думаешь, мы поступили неправильно?

Я ни капли не сомневалась в содеянном и при любом другом раскладе все равно поступила бы так же, хотя бы попыталась, даже не имея поддержки со стороны Арэна или Ги, да даже моих студентов. Но хотелось узнать его мнение на этот счет.

Мужчина удивленно вскинулся, подняв на меня взгляд. Несколько томительных секунд всматривался в мое лицо, будто искал следы насмешки, но находил лишь спокойное ожидание.

Выдохнув, он неожиданно едва заметно улыбнулся, покачав головой.

— Мы? Ты по-другому просто не могла, разве нет? Да и студенты твои… Будь они изначально другими, они бы так слепо не верили в тебя. Пусть именно благодаря тебе они стали такими, но ничто не берется из ниоткуда. Этот стержень с самого начала был в каждом из них, ты лишь откопала его и укрепила. Нет, как раз для вас это было самым правильным, если я хоть на каплю успел тебя узнать…

— А что насчет тебя? О себе и своих детях я и так знаю. Но ты не ответил. Арэн, ты поступил правильно?

Не знаю почему, но для меня сейчас это было безумно важно. Возможно, хотелось до конца раскрыть его личность для себя, а может, таким нехитрым способом я просто переключала свое внимание, не позволяя раз за разом прокручивать в голове: а что, если бы я ошиблась еще на десятую коэффициента, или мы засели хотя бы на два метра ближе, или кто-то из охранников снял бы защиту — ну просто банально обновить ее или еще зачем-то. Да, усилили взрывной артефакт мои студенты, но именно я несу ответственность не только за них, но и за их поступки.

Арэн помолчал, побарабанил длинными тонкими пальцами по краю стола, все так же рассеянно чуть улыбаясь какой-то своей мысли и не торопясь с ответом.

— Я не всегда поступаю правильно. Но кто вообще решает, что правильно, а что нет? Раньше как-то не задумывался… — начал он медленно и снова усмехнулся, прервавшись на полуслове. — Неважно о чем. Скажем так, для меня сегодня было правильно поддержать тебя, остаться рядом, проследить, что с тобой и теми, за кого ты взяла на себя ответственность, ничего не случится.

Он не произнес это вслух, я же не стала акцентировать на этом внимание. Но мы оба понимали, о чем он умолчал: своего рода это были почти извинения Арэна за то, что когда-то не оказал поддержку другой девушке, которая по незнанию взвалила на себя ответственность, доверившись не тому, но не справилась.

Глава 55

— Ты сказала «моих детей». Странно слышать это от девушки, которая всего на три-четыре года старше их самих. А потом я внезапно понял, что понятия не имею, сколько тебе было в той прошлой жизни. У тебя там кто-то остался? Родители? Возлюбленный? Может, даже дети? Серьезно, у тебя есть дети? — С каждым новым вопросом огонек любопытства в глазах Арэна разгорался все ярче. — Как вообще происходит этот переход душ? Ты там провела какой-то ритуал? Какова цена перехода? Черт возьми, я даже имени твоего настоящего не знаю!

— А оно тебе надо? Сейчас я Саяра, Саярой и останусь, какое имеет значение, что и кто у меня остался в прошлом? Что касается цены… Взрослый мальчик, Арэн, ну какая еще цена может быть в столь мощных ритуалах? — хмыкнула я, отпив еще какао, с удивлением отмечая, что действительно немного успокоилась.

— Жизнь? Жертвоприношение, что ли? Хотя о чем это я. Нет, ради этого ты бы не убила… Твоя жизнь? Ты умерла, я прав? Ну не молчи, расскажи. Я о тебе практически ничего не знаю, — не унимался он.

— А зачем? Ты мне тоже всей правды не раскрываешь. Ги сказал, что я умерла в Серых землях, да я и сама это знаю — не в первый раз жизнь утекает из моего тела. Но вот она я, сижу рядом с тобой, разговариваю… Как ты меня вернул?

Мне тоже было о чем спросить. Улыбнувшись в ответ на невольно промелькнувшую на его лице недовольную гримасу, пожала плечами. Тем неожиданнее было получить ответ.

— Была бы на твоем месте Саяра — я бы не смог вернуть ее к жизни. Но твоя душа уже один раз пришла в ее бездыханное тело. Почему бы ей не проделать это во второй раз? «Сосуд» ведь тот же, я его излечил.

— Не знала, что это работает и в данном случае…

— Я тоже. Но не попытаться не мог, — широко улыбнулся он. — Так что насчет твоего прошлого? Я ответил на твой вопрос. Кто у тебя остался там? Кем ты была в той жизни, о чем мечтала, чего желала?

— Разве я обещала рассказать? — я делано задумалась, сокрушенно поцокав языком. — Увы, не припомню такого. — И, вдоволь полюбовавшись удивленно-возмущенным выражением лица целителя, сработала на опережение, предложив: — Пойдем лучше проверим наших спасенных. Я отпущу Лианну, которая дежурит у парней, и посижу с ними сама. У паразита дежурные через два часа сменятся.

— Порошок будет действовать до утра, — напомнил Арэн, но послушно поднялся и пошел вслед за мной.

Первым делом мы заглянули к отушканенным парням. Они мирно дрыхли, чуть подергивая лапками во сне. В таком виде уж точно не скажешь, что с ними что-то не так. Выглядели вполне себе здоровыми тушканами. Разве что один из них явно побольше, чем другой. Но может, так и должно быть. Аррис ведь старше и чуть шире в плечах, кажется…

Постояв немного возле них, я вздохнула и попыталась отправить Лианну спать, но та уперлась и отказалась оставить пост. Я не стала настаивать, и мы с Арэном зашли в лабораторию артефакторов, в который раз проверив надежность защитных заклинаний. Мне по-прежнему не нравилась мысль, что мы привели эту сволочь в свой дом, но выбора не было. С Сантеро определенно что-то не то, раз их до сих пор держали в башне рядом с ним. И я знала лишь одну особь, кто мог сказать наверняка, что с ними и как им помочь.

Но что-то в этом тушканчике мне казалось неправильным. Не пытаясь зайти за прозрачную, но плотную пленку, пробуждавшую у меня ассоциации с пуленепробиваемым стеклом, подошла к ней вплотную, рассматривая зверька.

— Арэн, это не он! У этого все пальцы на лапках! — выдохнула я пару минут спустя, чувствуя, как на голове зашевелились мелкие волоски от ужаса.

— Ну естественно, не он. То есть это Кортего, но тушканчик другой, — ответил он невозмутимо.

— В смысле?!

— Я еще на Серых землях все никак не мог понять, каким образом какой-то порошок может разом нарушить все законы магии и физики. И уже когда мы вернулись, большую часть свободного времени потратил на то, чтобы решить эту задачку. И она оказалась не такой уж сложной. Решение настолько простое, насколько гениальное.

— Ну не тяни!

— Никакого превращения не происходит. Сочетание ингредиентов и магических воздействий выталкивает тело в давно известное и широко используемое магами подпространство, где обычно хранят свернутые боевые заклинания-заготовки. Людей там хранить пытались когда-то, но они все сошли с ума и умерли.

— Но как тогда?!

— Очень просто. В подпространство уходит тело. А разум и душа помещаются в несчастное животное, на свою беду оказавшееся поблизости во время самого первого эксперимента. Его параметры прописались в заклинание, и вы их зафиксировали. Теперь оно так и призывает именно тушканчиков, выдергивая их через то же подпространство в точку фиксации. Душа и разум плюс тело живого существа — это якорь, который через двенадцать часов выдергивает тело человека обратно. Тушканчик, увы, гибнет: его тело служит как бы зарядом энергии при обратном переносе.

— Тушканчика жалко… Погоди, а почему тогда в первый раз у него не было пальца?! Я ведь именно так и опознала эту сволочь.

— Я тоже не мог понять. А потом дошло — это просто совпадение. Невероятное и глупое совпадение, которое бывает раз в тысячу лет. Вспомни, пальца у зверька не было, но не было ни раны, ни крови. Словно он потерял эту часть тела давно.

— С ума сойти… — только и смогла выдохнуть я, отступив на шаг, и покачнулась. Арэн тут же придержал за локоть, молниеносно оказавшись рядом, и с беспокойством заглянул в мои глаза, одновременно с этим пуская диагностирующее заклинание. Но я лишь качнула головой, чуть улыбнувшись. Кроме усталости, никакого особого дискомфорта я не испытывала. Просто, пожалуй, для одного дня потрясений выдалось больше чем достаточно.

— Тебе бы лечь сейчас, выспаться, — все же вставил он свою вескую целительскую рекомендацию.

— Угу, сама знаю. Сейчас уже пойду. Кстати, я так и не спросила. Пока парни были в башне, ты их обследовал? — зацепилась я за мелькнувшую в голове мысль.

От этого простого вопроса Арэн почему-то нахмурился, посерьезнев, но все же кивнул.

— В самом начале пару раз. Больше меня туда не вызывали, к Кортего тоже не пускали.

— К Кортего не пускали… А к Сантеро ты сам не приходил, — медленно проговорила я, не скрывая осуждения, сделав правильные выводы.

— Я никогда и не считал себя альтруистом, Саяра. Да и герой из меня, мягко скажем, так себе, — вздохнул он, едва заметно пожав плечами. Я лишь кивнула, принимая его по крайней мере честный ответ.

— Ладно. Завтра разберемся уже, обследуешь парней полностью, и будем решать, что делать с этим гадом… Ты с утра придешь?

— Не понял. Ты меня разве не оставишь на ночь в своей башне? — искренне удивился Арэн, обиженно заморгав длинными ресницами.

— А с какого вдруг перепугу я должна тебя оставлять в своей башне, а? И попробуй только вякнуть что-то о жениховстве, — насупилась уже я, уперев руки в боки. Очень не хватало сейчас сковородки для пущего эффекта. Но мужчина, видимо вспомнив о немалом арсенале бытового мага, тут же попытался реабилитироваться.

— Я не только жених, но и твой лечащий врач, который беспокоится о своей пациентке, — выкрутился он.

— Вот с утра и придешь проведать свою пациентку. До утра сонно-тушканий порошок в любом случае продержится.

— Ладно, я понял, не буду настаивать. Отдыхай, — усмехнулся он, словно ничего не произошло. Но на пороге все же обернулся и, чуть сощурившись, прежде чем покинуть нашу башню, выдал своим коронным низким голосом с бархатными нотками: — Но ты же не рассчитываешь, что, когда разберемся со всеми проблемами, я о тебе забуду и так просто отступлю? Спокойной ночи, драгоценная моя…

Глава 56

— Ушел? — Тихий шорох дождя за моей спиной заглушал мягкие шаги, но я не удивилась.

— Ага, — кивнула, не оборачиваясь. И почувствовала, как плечи укутывают теплым и мягким — Ги принес большой плед из шерсти тонкорунов. Почти кашемир, только мягче и легче. — Ты тоже будешь говорить, что я драгоценная и все такое?

— А надо? — Его голос звучал приглушенно-спокойно. — Ты же сама знаешь.

— Знаю, — согласилась я. — Но…

— Никаких но. Я ничего от тебя не требую и не жду. Ты взрослая женщина, Саяра, и сама можешь решать, нужен ли тебе я, и нужен ли вообще кто-то. Я просто всегда буду рядом. Иди, пожалуйста, отдыхать, день был длинный.

— Хорошо. — Я улыбнулась, все еще не оглядываясь. Мне было тепло в пледе и очень спокойно. Даже уютно. — Только расскажи, что там с заговорщиками? Тебя ведь сразу вызвали в штаб имперской гвардии, верно?

— Пока полной определенности нет ни в чем, — начал делиться новостями декан водников. — Но кое-что тем не менее ясно как день. Это был заговор, и он был направлен не столько на молодых Сантеро, сколько на самого повелителя сероземья. Кое-кто очень не хочет, чтобы это… существо начало давать показания. Прости, мне пришлось выдать разработку твоих девочек за изыскания моего факультета и мои личные, как я и предупреждал. Когда все закончится, мы раскроем имена настоящих авторов и оформим все как полагается. А пока мое слово весит дороже, и разработка вызывает меньше подозрений. Благодаря записям в кристаллах удалось взять всех заговорщиков — самого ай’Тассарда и троих его помощников. А также дернуть за связи наверх — замминистра внутренней безопасности отстранен от должности до выяснения, все его рычаги давления нейтрализованы. Теперь есть надежда на нормальное расследование.

— Уже хорошо. — Я поправила плед на плечах и все же обернулась. — Ну здрасте. Почему ты мокрый?

— Дождь, — пожал плечами Ги. — Не обращай внимания, я все же декан водного факультета, простудиться от нескольких капель мне не грозит. И нет, я не зайду на чай — уже поздно и ты устала. Увидимся завтра, Саяра.

— Увидимся завтра, — машинально проговорила я в шорох дождя. Постояла еще пару секунд и пошла к себе в башню. Проверить еще раз дежурных и прилечь ненадолго. За час до окончания действия порошка девочки меня разбудят.

Утро и конец эры тушканчиков настали как-то уж очень быстро: вот только я смежила веки — и уже Айрин осторожно трясет меня за плечо, приговаривая, что уже скоро, я сама просила разбудить.

— Да-да. — Плед, который принес Ги, а я так и затащила с собой на кушетку в общей гостиной — сил уйти к себе в спальню не было, — соскользнул на пол, и я села, растирая лицо ладонями. — Спасибо. Пять минут — и я приду.

Честно говоря, вчера я не подумала, что не сумею разорваться, присматривая одновременно за черным гадом и за парнями. Да чтоб он провалился, в самом деле! Не помрет, если побудет зверьком еще один срок. Даже лишний тушканчик не пострадает — тот, которого притянуло в качестве якоря, им и останется.

Умывшись, причесавшись и относительно проснувшись, я поднялась в артефакторскую, прошла сквозь установленные барьеры, кивнула Райко, чья очередь была сторожить супостата, всмотрелась в мирно сопящего грызуна и улыбнулась. Видимо, улыбка вышла та еще, потому что Райко уронил стакан с чаем, которым его снабдили девочки.

— С этим подежурите до вечера. — Пакетик сухо шелестел, пока я щедро посыпала дергающего лапками во сне тушканчика порошком. Теперь обратного вектора… Отлично. У нас есть еще двенадцать часов до возвращения человеческого облика этой собаке страшной.

А теперь к мальчишкам. Их самочувствие волновало меня гораздо больше. И я совсем не удивилась, столкнувшись у лестницы с Арэном, успевшим проникнуть в нашу башню.

— Я снова использовала тушканий порошок, — сразу сообщила ему вместо приветствия даже с некоторым вызовом.

Целитель, едва заметно поморщившись в ответ на мое самоуправство, явно собрался было сказать что-то неодобрительное, но все же сдержался.

— Может, ты и права, полдня погоду не сделают, а Сантеро не мешало бы осмотреть, — выдал он неожиданно покладисто и первый направился в сторону комнаты, где находились парни, которые по нашим прикидкам как раз только-только должны были прийти в себя.

Честно говоря, хоть я и понимала, что там все явно не в порядке, ожидала, что, очнувшись, они тут же начнут задавать вопросы, удивляться тому, как оказались в нашей башне, радоваться, в конце концов, не знаю… Будут теми Саем и Аррисом, которых я знала.

Тем страшнее было увидеть полнейшее безразличие в их глазах. Можно, конечно, списать на остаточное действие сонного порошка, обеспечивающего некоторую вялость, слабость, но что-то мне подсказывало, что дело не в этом.

Да и их внешний вид говорил о многом. Бледная до синевы кожа, залегшие темные круги под глазами, бескровные искусанные губы, заострившиеся черты лица… Да чтоб вам давно стухших бичков продали как еще живых, их там хоть кормили все это время?!

Арэн, моментально собравшись, даже толком ничего не сказав, каким-то образом мягко и аккуратно, но все же выставил нас с девчонками за дверь. Причем так виртуозно, что мы только на кухне, ставя чайник, сообразили, что изначально как минимум я не собиралась отходить от парней. Да и Анни с Маликой не планировали покидать дежурство. Но целитель был настолько убедителен, что даже не закралось мысли оспорить его решение, причем не только там, но и сейчас. Как бы там ни было, а Арэну я в самом деле верила.

Что не помешало мне, подхватив чашку с кофе, все же вернуться к двери. На подоконнике тоже можно с удобством сидеть и ожидать. Гуськом подтянулся и мой бытовой факультет. Обычно не умолкавшие девчонки вели себя непривычно тихо, переговариваясь полушепотом.

И как только за дверью раздались хоть и слабые, но вполне живые голоса парней с наконец-то проснувшейся эмоцией удивления, по коридору практически ветер прогулялся от нашего всеобщего облегченного вздоха. Не дожидаясь, пока Арэн выглянет в коридор и запустит нас, я осторожно приоткрыла дверь, чувствуя, как девчонки буквально дышат мне в затылок. Благо, что Райко на страже супостата, иначе наверняка либо навалился бы сильнее, затолкнув нас всех в комнату, либо, неловко повернувшись, ткнул бы кого-то острым локтем.

— Но почему тушканчики-то?! — услышала я голос Арриса. И, не выдержав, рассмеялась, ощущая, как внутри расслабляется тугая пружина. Их три недели держали в тюрьме, никого не пускали, пытались убить, с ними невесть что творилось и творится, судя по тому, какими они были до вмешательства Арэна, а Арриса возмущает способ их спасения.

— О, Саяра! Рад тебя видеть, ты как? — тут же встрепенулся Сай, и на его лице слабой тенью мелькнула улыбка, делая хоть немного похожим на человека.

— Подозреваю, получше, чем вы… Все хорошо? — уточнила осторожно, обращаясь в первую очередь к Арэну, но ответил Аррис.

— Если не учитывать, что нас превратили в грызунов, то вроде ничего. Вот он говорит, что будем жить. Если повезет — даже долго, — хмыкнул Стрела. — Хотя смотря какое «долго» имеется в виду. Для тушканчиков нормально дожить до двух лет…

— Да не превращали вас в тушканчиков, — не выдержал целитель и вкратце повторил для них все то, что и мне, объясняя принцип действия порошка.

— Тушканчиков жалко, — тихонько вздохнула Алиша, вместе с остальными внимательно прослушавшая лекцию.

— К тому же, когда преподавателей посыпали этим порошком, вы первые убеждали их, что ничего страшного, — напомнила я с улыбкой, что не мешало мне цепко отмечать малейшие мелочи в поведении парней, каждое мимолетное движение, каждую эмоцию.

— Это мы еще не знали, что среди них водятся такие гниды. Надо было зажарить и сожрать этих террористов еще в Серых землях, — выдал Аррис весьма кровожадно.

— Как ты можешь говорить такое после того, как сам почти побывал тушканчиком?! — возмутился Сай, аж подпрыгнув на койке, уже больше напоминая себя прежнего, несмотря на то что выглядел все так же хреново.

— Ты прав… Тебя бы жрать не стал, больно костлявый тушканчик тебе достался, — не унимался Аррис.

— Кто бы говорил! Ты вообще был беременной самкой, ты в курсе? — фыркнул Сай, ехидно ухмыльнувшись.

— Сая-а-ара, скажи, что он пошутил! Ты не могла со мной так поступить! — панически возопил Аррис под веселое фырканье девчонок, рассевшихся вокруг наших двух спасенных героев, и красноречивое закатывание глаз Арэна. Но ни он, ни я не торопились прерывать пререкания родственников. Немножко фарса не повредит, всяко лучше того жуткого безразличия, что было у них изначально.

— Даже и не думал. Я-то был самцом и твой запах не мог не опознать, — продолжил вдохновенно врать Сай, поудобнее умостившись на подушке. Лишь на миг скривился, словно от пронзившей его боли, и подтянул одеяло повыше, зябко передернувшись.

— А ты чего это меня там обнюхивал, а?! Требую койку подальше от этого извращенца!..

И все же… Все же… Не знаю, что Арэн сделал, но эффект, похоже, был временным. Это видно хотя бы по тому, что бесшабашная веселость из голосов мальчишек вновь сходила на нет. И что с этим делать, судя по обеспокоенному и несколько растерянному взгляду нашего целителя, не знала не только я…

Глава 57

А вскоре им стало хуже. Чем-то это напоминало наркоманью ломку. Бледная до синевы кожа, покрытая испариной, постоянный озноб с невозможностью согреться, расширенные зрачки, не реагирующие на свет, учащенный пульс… А после начались судороги, явно приносившие парням немалую боль.

Девочек я выставила за дверь почти сразу же, особенно учитывая, что у них сегодня еще занятия в Академии. Одно дело — отсутствие двух студенток (дежуривших у сероземной гниды), мало ли по какой причине не пришедших на урок, другое — всего бытового факультета. Сама же осталась с Арэном, быстро совершавшим необходимые манипуляции, призванные облегчить состояние парней хоть ненадолго.

Хуже всего была беспомощность, с которой я только и могла, что смотреть на их мучения и ходить туда-сюда по комнате, не в силах оставаться на месте. Заодно проклиная свое глупое решение усыпить Кортего еще на двенадцать часов. Посчитала себя самой умной, не терпелось встретиться с парнями, поболтать с ними? Вот тебе за твою самоуверенность! Вот только страдала как раз и не я…

— Это так и было? Все время, что они в башне, вот такое их состояние? Не сейчас же оно ухудшилось, — выдохнула я, покусывая ноготь большого пальца, когда судороги наконец-то прошли и парни задышали ровнее, провалившись то ли в сон, то ли в полузабытье.

— Вероятнее всего… — не стал отпираться Арэн, вытерев вспотевший лоб.

— Я не понимаю. Что такого он с ними сделал? Другие же студенты в порядке… Да, ты говорил, что Аррис и Сай коснулись этой магии напрямую, что послужило катализатором. Но все равно не понимаю, что происходит, почему оно их убивает изнутри? Ведь речь шла лишь об их собственной магии, ставшей «грязной», — покачала я головой, обхватив себя обеими руками. Почему-то именно сейчас мне остро не хватало Ги, чтобы если не обнял, то просто постоял рядом, источая спокойную уверенность в том, что все будет хорошо. Но у него по расписанию была первая пара, которую пропускать нельзя, не тогда, когда по территории Академии рыщут имперцы, а у нас в башне содержатся похищенные арестанты.

— Не думаю, что оно именно убивает. Скорее, не получая подпитки в виде некроэнергии, эта дрянь выжирает их магию. И да, судя по всему, это достаточно болезненный процесс.

Арэн говорил эти жестокие слова спокойным профессиональным лекарским тоном, но было видно, что он сам на грани того, чтобы грязно выругаться, показывая свое истинное отношение к ситуации.

— То есть как «пожирает»?! И что случится, когда их магия закончится? Арэн? — повторила я дрогнувшим голосом, посмотрев ему в глаза.

— Вероятнее всего, ему не будет нужды оставаться в их телах и оно либо само покинет их, либо растворится… Что, в общем-то, одно и то же.

— А их магия, которой это самое нечто сейчас питается?

— Ты сама знаешь ответ, — тихо ответил целитель и все же отвел взгляд. Отступив на шаг, открыл свой саквояж и принялся что-то искать в нем… Или делать вид, что ищет.

— Ты можешь им помочь? Остановить это, извлечь дрянь из них? — не унималась я, тронув его за рукав.

— Саяра, если бы это было возможно, думаешь, их держали бы в башне?! Не знаю я, что делать, не знаю! — вспылил он, резко обернувшись, но, оценив мое выражение лица, добавил уже мягче: — Но у нас есть тот, кто знает. И мы сделаем все возможное, чтобы он рассказал нам.

— А новости с каждым моим пробуждением все шикарнее… — прокомментировал вынырнувший из забытья Аррис.

Я тут же бросилась к нему, пока Арэн проверял все еще находившегося без сознания Сая.

— Саяра, можешь мне пообещать одну вещь? — неожиданно серьезно вдруг сказал Аррис, пытаясь сесть на кровати.

Я тут же поправила ему подушку, помогая, и кивнула, мигом собравшись.

— Это очень важно для меня. Прошу, подойди со всей ответственностью к моей просьбе, — продолжил он, уже пугая своей серьезностью, и, выдержав длинную паузу, выдал, ухмыльнувшись: — Увидишь эту сероземную тварь, пни его по яйцам, будь добра, ага?

— И от меня. И еще можно тех твоих искорок прибавить, которыми ты меня гоняла тогда у ресторана. Только тут силушки не жалей, — отозвался наконец пришедший в себя Сай.

Я, не выдержав, рассмеялась, покачав головой. Раз шутят — в самом деле чувствуют себя немного лучше, манипуляции Арэна какой-то положительный эффект для них все равно несут. Осталось лишь прижать Кортего и узнать, как спасти парней.

Сероземный главгад пришел в себя по расписанию и под четким контролем целителя. Моментально обшипел всех и вся, но, как ни дергался, увы ему: ни малейшего шанса на подлючесть гаду не оставили. Мы с девчонками полдня просидели над расчетами, но соорудили в камере блокиратор именно серых потоков, благо образцы от Сантеро у нас были в доступе.

Насмотревшись на едва уснувших после мучительного дня парней, я почувствовала, что еще немного — и изобрету лекарство «озверин». Точнее, оно само изобретется, достаточно будет сцедить яд в баночку. Серый извращенец, что он умудрился с ними сделать? Ги и Арэн говорят, что подлюка отказывается сотрудничать. Но что-то мне подсказывает, что его плохо спрашивали. Точнее, его спрашивали по правилам…

Так, спокойно, тетя Сара, спокойно. Что у нас там, вечер на дворе и гордый вид пленного молчуна? Отлично. Не делайте мне нервы, господин злодей, тетя Сара через такое поведение сделает из вас шмуль-клопс в луковом соусе. С подливкой.

— Девочки и мальчики, все свободны. Арэн, ты тоже. Я кое-чем займусь…

— Что ты собираешься делать? — вдруг почему-то занервничал целитель.

— Да ничего особенного, всего лишь поговорю с нашим ненаглядным повелителем Серых земель наедине, — отмахнулась я, мысленно делая ревизию своих знаний и умений. Что-нибудь из этого арсенала обязательно пригодится.

— Ты хочешь сунуться к нему туда одна?!

— Арэн, иди… в свой лазарет, пожалуйста. — Твердо перехватив целителя за плечи, я развернула его лицом к лестнице и легонько подтолкнула. — Там, куда я к нему «сунусь», антимагическое поле. Оно блокирует любое проявление, в том числе и его вывернутое извращение.

— И что ты собираешься… Я тебе не позволю!

— Арэн! Здесь, — я обвела столовую широким жестом, — мою магию ничего не блокирует. Намек понятен?

— Злая женщина. Я вернусь через полчаса, — прошипел змеиный пирожок. — Надеюсь, ты не успеешь ничего натворить.

— Вот и умничка, вот и молодец. — Я улыбнулась ему так, что он отступил на полшага. — Полчаса мне, пожалуй, хватит.

Интересно, почему все же он так легко сдался, я думала, придется пинками с лестницы спускать. И что значит — вернется через полчаса? Подмогу приведет? А кого? Ладно, неважно.

Быстренько заглянув на кухню за некоторыми необходимыми аксессуарами, я отправилась во временную тюрьму для темных лордов. По дороге мельком глянула в зеркало: угу, нормальненько. Волосы в пучок, чтобы не мешались, на кожаном костюме если следы и останутся, то можно будет тряпочкой стереть…

— Брысь, — велела я своим дежурным ведьмочкам. — Вы у меня еще маленькие, за таким наблюдать.

— Пытать будете? — то ли в шутку, то ли всерьез поинтересовался Райко.

— Воспитывать, — мило улыбнулась я. И после этой улыбки все почему-то неимоверно шустро убежали.

Я прошла в «камеру» и присела на край кровати. Товарищ властелин смотрел на меня снизу вверх настороженно, как бички на катамаран. Ему тоже досталось немного моей улыбки. А потом я проверила наручники, которыми эта сволочь была пристегнута к спинке кровати, проверила такие же браслеты на его ногах и деловито принялась стаскивать с супостата штаны.

Гордо молчавший всю дорогу Серый властелин вылупился на меня округлившимися глазами:

— Что ты делаешь?!

— Да вот, понимаешь, — я мысленно поморщилась, но прекращать издевательства даже не подумала, — мужчины-маги такие благородные. Особенно боевики. Они соблюдают правила честного поединка и обращаются с врагами так, как написано в законе. А я не боевик, я слабая женщина. И у меня очень мало времени. Я вот подумала… если тебе без всяких правил и магии вкрутить вот этот штопор… — я продемонстрировала блестящий стальной инструмент резко побледневшему ироду, — вот примерно… сюда. Не ори, пока не вкрутила же. Так вот, если воткнуть и повернуть… может быть, у тебя язык быстрее развяжется? А если нет — у меня еще есть садовый секатор. Намек ясен?

Глава 58

— Уйди от меня, ненормальная! — Серый властелин сначала запаниковал и задергался, тем более что я не только совершенно бесцеремонно стащила с него штаны до лодыжек, но и схватила за завязки нижнего белья. Но потом явно попытался взять себя в руки, и у него это почти получилось.

Кортего сглотнул, выдохнул и уже довольно холодно и насмешливо заявил:

— Ты еще и озабоченная? Замуж не терпится? Думаешь, я поверю, что женщина, которую учили украшать дом и придумывать красивые десерты, сумеет на самом деле причинить кому-то вред?

— Да что-о-о ты, — мило разулыбалась я. — Разве же ведение домашнего хозяйства ограничивается десертами? Ты никогда не задумывался, Даран Кортего, откуда у тебя на столе берутся, к примеру, ощипанные и выпотрошенные петухи? Или ты уверен, что свинина растет на деревьях, а вовсе не является продуктом осмысленного животноводства? Я открою тебе секрет: резать домашних животных иногда гораздо жальче, чем некоторых людей, ведь они, по сути, ни в чем не виноваты. А приходится, например, поросят сначала холостить, чтобы мясо не воняло, а потом и вовсе колоть после откорма. Колбаса, она, знаешь ли, сама собой в оболочку из кишок не набивается. Так что руки у меня по локоть в крови, без всяких шуток. И если уж на то пошло, ты не «кто-то», а вполне конкретная угроза тем, кто мне дорог, вредитель. А вредителей в хозяйстве принято безжалостно уничтожать… Или лишать возможности иметь потомство.

И я бесцеремонно дернула завязки на его белье так, что вырвала с мясом, сразу спустив все это безобразие поганцу аж почти по самое оно. Противно было — не передать, зато Кортего так забился в оковах и побледнел до синевы, что стоило немного потерпеть.

— До сих пор не вериш-ш-шь. — Я наклонилась к его лицу близко-близко, заглянула в расширившиеся глаза и слегка ткнула острым концом штопора туда, где многострадальные подштанники еще держали оборону из последних сил. — Я тебя даже не убью… останешься жить. Слегка уменьшишься, но это мелочи.

— Ты не посмеешь! — В голосе мужчины была нешуточная истерика. — Ты… даже сумасшедшие подчиняются законам империи! Тебя саму за такие пытки упекут пожизненно в сумасшедший дом!

— Законы империи вспомнил, надо же. — Штопор чуть повернулся в моей руке, слегка уколов сквозь ткань. Мужика натурально затрясло. — Какое отношение законы империи имеют к тебе, дорогуша? Ты даже не преступник, ты труп. Тебя разнесло в пыль, когда один из твоих помощников, тот, который передавал тебе сведения о передвижении студентов и помог организовать глупый фарс с точками на карте в виде знака пришельцев, решил убить тебя раньше, чем ты его выдашь!

Это был чистой воды блеф. Догадки, подозрения, логика. Но по тому, как еще сильнее позеленел Кортего, я поняла — йес-с, тетя Сара таки не зря имеет голову, она в нее не только ест.

— Официально тебя нет. Никто и никогда не станет искать тебя в моей башне, ведь здесь живут невинные девы, вся магия которых сосредоточена на сервировке стола и изысканных десертах. Я могу делать с тобой все, что захочу, столько, сколько захочу. Хоть вечно могу держать в секретной комнате башни бытовой магии и ставить на тебе опыты. А заодно и срывать злость… на разных частях твоего тела.

— Чего ты хочешь?! — Его всерьез трясло, смотреть вниз, туда, где моя рука задумчиво покачивала штопором, он откровенно трусил.

— А ты не догадался, зайчик мой сероземный? — Я почти мурлыкала. — Впрочем, да. Желаний у меня много, претензий к тебе тоже. Но для начала ты мне вдумчиво и правдиво расскажешь, что за дрянь намутил с магией моих студентов, и поможешь вернуть как было…

Ожидать, что он прям так сразу расколется, даже не попытавшись потрепыхаться, поверив на слово, было бы чересчур самонадеянно. Особенно на фоне того, что у него там в подкорке все еще билась мысль о моем блефе: небось, сложно поверить, что хрупкая миловидная юная блондиночка всерьез может навредить, несмотря на все ее заверения. Да и сдаваться совсем без боя тоже как-то не комильфо…

Наверное, примерно такие мысли роились в его голове до тех пор, пока я не перехватила свое с виду совсем не страшное оружие твердой рукой поудобнее. И ничего такого сделать я не успела, хоть и рассчитывала довести до конца хотя бы часть из задуманного — все же всепрощающей девочкой-цветочком я уже давно не была и уж точно не собиралась играть эту роль там, где замешаны судьбы дорогих мне людей.

Но супостат издал такой истошный визг, что меня едва не снесло с его койки звуковой волной, а к нам ворвались Арэн с Ги, им в затылки пыхтел полный решимости Райко, а за их спинами я успела заметить Фиону, сжимавшую в побелевших до синевы пальчиках ручку тяжелой чугунной сковородки. К счастью, девушку мой студент все же умудрился оттереть в коридор, где, судя по возмущенным вскрикам, толпились остальные студентки, и запереть дверь… Оставшись с нами внутри. Это явно не планировалось, но мужчины были настолько ошарашены зрелищем меня, вполне комфортно умостившейся на кровати, где дергался в путах практически лишившийся штанов повелитель Серых земель, что выставлять его за дверь не стали.

— Саяра, ты кричала, — тут же обеспокоенно выдал Арэн, беглым взглядом оценив обстановку.

— Не кричала, это он, — неохотно признала я, недовольно покосившись на бледного, тяжело дышавшего Кортего. — Я же просила полчаса. У меня тут больше десяти минут осталось. За них можно много чего успеть…

Последнюю фразу я протянула с несколько кровожадной многообещающей улыбкой, панибратски похлопав гада по щеке, отчего он бешено задергался, заизвивался в своих путах, безрезультатно пытаясь освободиться. А тут и голос прорезался.

— Не оставляйте меня с ней! — заорал он фальцетом, вынудив меня удивленно приподнять бровь и невольно покоситься на штопор, все так же зажатый в правой руке. Да ладно, ну честно ничего сделать толком не успела, дальше испуга и пары едва заметных царапин на коже дело не пошло. Тем не менее клиент почти готов.

— Ги, Арэн, как насчет совместно сходить на днях в ресторан поужинать? Посидим в неформальной обстановке, пообщаемся… Только погуляйте сейчас где-то еще полчасика, ага? — проворковала я, умильно похлопав ресницами.

И если целитель шокированно замер, не в силах выдавить и слова от такого предложения, то Ги быстро смекнул, что к чему. Пробежался оценивающим взглядом по перепуганному Кортего, задержался на штопоре, зловеще поблескивавшем в моей руке, и хмыкнул, пожав плечами.

— Полчаса хватит? Можем и подольше, Арэн потом подлечит, если перестараешься, и можно будет начать развлекаться с самого начала.

— Было бы совсем замечательно! Да, и у вас нет тряпки какой, что ли, на кляп? А еще лучше звуконепроницаемую мембрану поставьте на дверь, чтобы мои девочки не нервничали. А, и я забыла секатор, принеси, пожалуйста. Он в нижнем ящике слева от…

Но уточнить местоположение секатора мне было не суждено. Всех оглушил панический вопль Кортего.

— Я все расскажу! Только заберите эту ненормальную от меня-а-а!

В глазах Ги промелькнуло удивление на грани восхищения, а вот Арэн покосился с немалой опаской. О Райко, притихшем за их спинами, и говорить нечего.

— Хм… Ну ладно. Мальчики, он весь ваш. Будет упираться — я далеко не отхожу, зовите, — пожала я плечами, легко поднявшись с кровати. И только собралась кивнуть Райко, чтобы тоже вышел со мной, как он, шагнув к сероземной гниде чуть ближе, с подозрением осматривая его стянутые штаны, внезапно стремительно побледнел.

— Это что у него там? Кровь? — прошептал он еле слышно, указав чуть подрагивающей рукой на пах Кортего, где на светлой ткани нижнего белья в самом деле виднелось крохотное алое пятнышко.

— М-м-м… Возможно… — начала я, но не успела договорить, как в комнате раздался стук упавшего без сознания тела. М-дя… Прости, Райко, не для твоей изнеженной психики сие зрелище. Обернулась к подозрительно молчаливому Арэну, которого явно не меньше шокировала моя проявившаяся черта характера.

— Ты-то падать не собираешься? Вот и славно, помоги мне привести его в чувство.

Встрепенувшись, целитель отошел к самой двери, за границу безмагичного пространства, и сделал едва уловимый пасс рукой. Райко сонно заморгал, резко сев на полу. Пока он не успел еще чего рассмотреть, я подхватила его под локоток и, подняв, вывела за дверь.

Там прислонилась к стене и едва слышно хмыкнула, вспоминая пораженно-опасливый взгляд Арэна. Неужели замуж меня больше звать не будут? По крайней мере, не в ближайшее время?

Глава 59

Не знаю, стал ли тому причиной мой скромный визит к сероземному повелителю, или же Ги с Арэном, вдохновленные моим примером, продолжили натиск на гада, но нужные сведения потихоньку, капля за каплей, все же потекли. Не исключаю также варианта, что я послужила лишь своеобразной встряской, а мужчины уже разыграли партию доброго и злого полицейского, где Арэн, как тот, кто не понаслышке знаком с трудами Кортего, вел с ним разговоры, надавливая на нужные точки, акцентируя внимание на том, что важно именно для этого полусумасшедшего гения, а Ги не скупился на физические воздействия. По крайней мере, шумопоглощающую мембрану на дверь они все же поставили, а Арэн вскоре утащил туда часть своих медикаментов и иного целительского оборудования.

Как бы там ни было, гада мне ни капли не жаль. Главное, что нам удалось узнать самое важное: как «просеять» магию Арриса и Сая, избавляя от дряни, проникшей внутрь, не подвергая угрозе их дар.

Правда, поначалу Даран Кортего, опасливо косясь на мирную милую тетю Сару, которая устроилась в его «пыточной» с вязанием — ничего вообще не делала, сидела в кресле, которое принес Валентайн, у стеночки и мирно щелкала спицами, — выдал то ли пафосное, то ли испуганное:

— Я могу подсказать, как заблокировать потоки серой силы, но тогда эти двое вообще перестанут быть магами. Та печать, что я им поставил… ее нельзя снять.

— Ты слепой или дурак? — с интересом спросил его Валентайн.

Я даже удивилась, обычно в таком тоне и такими словами Ги не разговаривает. Но промолчала, ожидая продолжения.

— Ни то ни другое, — мрачно отозвался Кортего, снова косясь на меня и на вязание в моих руках. Что, спицы не нравятся? Да ладно, это же не штопор.

— Твоя печать меньше всего нас волнует, — поддержал беседу Арэн, который до этого был занят тем, что сосредоточенно «диагностировал» пленника, скрупулезно разбираясь, что у него и как «течет» в теле по каналам серой силы. Это было нужно для того, чтобы потом по этому образцу сразу купировать все проявления у наших парней. Даран Кортего свою магию за пределы тела выпустить не мог, наша разработка блокировала его надежнее печати. А вот для целителя мы совместными усилиями разработали «блок наоборот». То есть на Арена повесили массивный кулон, похожий на слегка помятую медную тарелку, и благодаря влиянию артефакта змей мог пользоваться своей магией внутри безмагичного пространства.

— Печать отступника нельзя снять, — заупрямился Серый повелитель. И что-то в его глазах мелькнуло такое странное, похожее на горечь.

— Разуй глаза. Как, по-твоему, мы все можем пользоваться магией? Ты же лично поставил нам эту свою дурацкую метку, — спустил его с небес на землю Валентайн. И улыбнулся, очень довольно и ехидно. Я вдруг подумала, что в последние дни мужчина выглядит редкостно расслабленным и довольным. Прямо как если бы его троюродная тетя Фира с Америки после двадцати лет молчания вдруг прислала открытку и номер перевода в долларах на погулять мальчику.

Пока я об этом размышляла, Серый властелин решил мутировать в сову. То есть натурально сделал такие большие и круглые глаза, что я забеспокоилась.

— Ги, если ты продолжишь в том же духе, у него глаза из черепа выпадут, — заметила я, впервые открыв рот за долгое время. — Ничего не имею против, но пока рано. Еще не все рассказал.

— Язык не выпадет, — пожал плечами Валентайн. — Если не отрезать.

Ой, шо-то мне кажется, мужчина открыл в себе способностей за черный юмор, это стало заметно еще в тот день, когда я пытала властелина штопором и рассказами о промышленном животноводстве. Очень уж охотно он тогда мою песню подхватил и до сих пор с удовольствием поет.

Не зря Кортего, наслушавшись нас двоих, чуть что косится на Арэна, словно ждет от него защиты. Тот как взял на себя роль «доброго полицейского», так и играет ее по сию пору. То есть демонстративно не одобряет нашу с Ги непосредственную кровожадность. Можно подумать! Вот уж в ком я не сомневаюсь — если надо будет, он Серого властелина препарирует в момент, даже не задумавшись о каких-то там моральных нормах.

— Печать с детей мы сняли, — спокойно и вроде как доброжелательно подтвердил он Дарану. — Это оказалось проще, чем мы думали.

— Да как?! — не выдержал Кортего. Он подскочил на кровати, звякнув кандалами, цепи на которых для его удобства мы удлинили, но снимать и не подумали. — Как?! Я пытался сотни раз, это невозможно! — И он непроизвольным жестом схватился за лоб, но тут же торопливо убрал руку. Сделал вид, что ничего такого не было.

— То есть, — я медленно отложила вязание. Вот это новости! — тебе ее тоже когда-то поставили против твоей воли? Кто?

— Его уже нет в живых, — зло буркнул владыка Серых земель и демонстративно повернулся ко мне спиной, улегшись носом к стенке и накрывшись одеялом. — Я устал. Если печать разрушена, дальше без меня справитесь. Могу я поспать?! Или пытки продолжаются, на этот раз бессонницей?

— Да спи, кто тебе не дает? — Я вернулась к вязанию. Уходить я не сочла нужным. Мне и тут неплохо сиделось, идти еще куда-то было лень, к тому же здесь неплохо думалось.

— Арэн… то есть печать стерли всем студентам, верно? — через пару минут на удивление уютного молчания в комнате уточнила я.

— Да, — коротко ответил целитель, не оборачиваясь и демонстративно сосредоточенно копаясь в потоках «спящего» Кортего.

— А чем? Я ведь была без сознания и… — Новая мысль заставила меня изумленно замолчать.

— Кхм. — Кажется, Валентайн прилагал немыслимые усилия, пытаясь не ржать. И шо у нас в последнее время всегда так хорошо с похохотать, а? Нет, я не против. Просто удивляюсь.

Тем более мне есть о чем подумать помимо нового поведения Ги.

Это что же получается? Меня привезли в Академию в виде полумертвого тела, я пришла в себя только пару дней спустя, если правильно помню. Но за это время всех остальных детей успели освободить от печати отступника. А ведь их было не три человека, несколько десятков — выпускники всех академий сразу. И ни одного я добровольно не облизывала. Это значит…

- Арэн! — я не знала, ржать или возмущаться. — Ты использовал мое бессознательные тело как генератор волшебных слюней?!

— Кхм…

— Постой, погоди… акак ты это делал? Клал мне в рот конфетку? Подносил к лицу

бараньи отбивные и ждал, пока сама выделиться? Как?

Глава 60

На мой вопрос целитель так и не ответил. Вывернулся, змей пирожковый, но только потому, что сопевший носом в стенку Даран Кортего опять взвился над кроватью, гремя своими кандалами.

— Вы стерли печать отступника с помощью чьей-то слюны?! — заорал он так, что я едва не уронила вязание, Арэн от неожиданности шарахнулся в сторону, а Валентайн на рефлексах дернул прыгучего повелителя за нижние цепи, роняя обратно на кровать, и почти мгновенно придушил… подушкой.

— Отпусти его, вдруг и правда задохнется, — попросила я через полминуты вялого повелительского трепыхания. — Шок у человека. Столько лет с печатью ходит, а всего-то надо было прийти к тете Саяре и попросить, чтобы она на него плюнула.

— Строго говоря, не обязательно к тебе. — Арэн, кажется, был рад тому, что вопрос о бараньих отбивных как-то сам собой замялся. — Я провел исследование. Точнее, не только я, а еще и команда моих ассистентов. Как я и думал. Все дело в твоей крови спасителей. В той ее части, которую ты назвала ДНК. Поэтому я не подсовывал тебе никаких отбивных, просто имперская служба мобилизовала всех, кто несет в себе наследие твоего типа, и мы справились с проблемой.

— Родителей тоже? — Я немного напряглась. Стыдно признаться, но с этой суматохой я о них забыла. А ведь они с ума должны были сходить, когда получили известие о том, что дочь мало того, что понеслась в Серые земли, как арба по Молдаванке, так еще и вернулась оттуда почти мертвая.

— Я… не сообщал им. — Арэн быстро отвернулся. — Написал только после того, как ты пришла в себя, и запретил приезжать, потому что у тебя долгий и сложный курс лечения.

— А они сами мне ничего не написали?

— А ты давно была в канцелярии и проверяла свой именной почтовый бокс?

Я устыдилась. И дала себе слово больше не забывать о родителях Саяры. Они неплохие люди, не нужно с ними так…

— Все так просто… — послышались вдруг стоны с кровати. — Так просто, мать вашу… Так просто!!!

— Не ори, иначе снова подушкой накрою, — хмуро сказал Ги свернувшемуся в калачик повелителю. Тот даже не обратил на его слова внимания, обнял себя руками за плечи и, такое впечатление, отключился.

— Хватит на сегодня с него, — решил Арэн. — Пойдемте. Я разобрался, с чего начать очищение Сантеро.

Конечно, Арэн старался сделать все осторожно и тонко, причиняя как можно меньше боли, я ассистировала как могла, но, к сожалению, сам процесс оказался довольно мучительный и совсем не быстрый.

Как парни ни крепились, пытаясь терпеть, стиснув зубы, но стоны и вскрики все же прорывались наружу. Несмотря на то что с Дараном все оказалось очень запутанно и я начала подозревать, что он не сам придумал стать Серым повелителем, мой личный счет к Кортего рос в геометрической прогрессии, и, видимо, что-то такое отражалось в моих глазах, поскольку штопор вдруг исчез из моей кухни. Причем что Ги, что Арэн при этом смотрели на меня как-то чересчур уж честно.

В перерывах между этими изуверскими манипуляциями мои девочки вместе с Райко старались подбодрить парней, рассказывая какие-то свои байки из пограничья, делясь способами использования тушек поверженной нежити и потчуя различными вкусностями. Причем хозяюшек не расстраивало, что измученные ослабевшие парни поначалу вовсе отказывались от еды. С каждым днем им хоть и медленно, но становилось лучше, да и запахи кулинарных шедевров были такие, что и Ги с Арэном как-то совсем не торопились покидать комнату парней. Так что уже через два дня, немного оклемавшись, те наворачивали вкусности за милую душу, не забывая восхищаться талантами довольных девчонок.

В какой-то момент я встрепенулась, вспомнив об их семейном проклятье, но, как только эта мысль мелькнула в голове, стала свидетельницей весьма любопытного разговора.

— Айри-ин, солнце, ну не будь букой, и так тошно, ну неужели нельзя принести мне хоть немного вина, а? — услышала я тихий голос Арриса с обволакивающими мурчащими нотками, как у мартовского кота.

Я как раз вернулась с кафедры, куда, пользуясь больничным, не была обязана постоянно бегать, но зайти поздороваться с коллегами, узнать последние новости из первых уст и в целом напомнить о себе — совсем не лишнее. Услышав эту наглость, я так и замерла в коридоре, положив руку на дверную ручку. Первым порывом было ворваться и накостылять засранцу, явно сейчас пытающемуся воздействовать на девушку своим даром-проклятьем, но что-то заставило меня задержаться, лишь слегка приоткрыв дверь, чтобы было видно, что происходит, и лучше слышно.

— Совсем оборзел? Ишь чего захотел! Вино ему подавай! А я прям вся такая взяла и побежала, ага! — возмутилась Айрин, уперев руки в боки.

На лице Арриса отразилось немалое удивление. Он явно рассчитывал все же на иной исход событий.

— Ну, как бы… Обычно девушки мне не отказывают… — только и смог пробормотать он растерянно.

— Да что ты? Прям ни одна? Ну так обломись и начинай вести счет тем, кто отказывает. С такой наглостью и любовью к горячительным напиткам я явно не последняя, — фыркнула она, перебросив крепкую смоляно-черную косу через плечо.

— Ага-а-а-а, конечно, я больше не бравый рейнджер, а беглый арестант… — тут же сменил тактику шлимазл, обиженно закатив глаза. — Кому я нужен, вот и вы брезгуете…

Возможно, он хотел добавить что-то еще, но Айрин, зашипев, как разъяренная кошка, не скупясь, огрела его полотенцем, которое как раз перекладывала со спинки кровати на стол. Бравый боевик испуганно ойкнул от неожиданности.

— Мы все рисковали вместе с рисс Саярой, чтобы вас, придурков, вытащить, а теперь будем вами брезговать? Много чести! — выпалила она, еще несколько раз шлепнув его не больно, но обидно все тем же полотенцем. — Просто сам по себе ты, парень, не герой моего романа, так что нечего нос задирать!

Из боковой двери, ведущей в санузел, показался Сай, удивленно замерший на последней фразе. Мотнув головой, словно проверяя, не послышалось ли ему, пошатываясь от слабости, по стеночке добрел до своей кровати.

— Тебе тоже винца подавай? — тут же накинулась на него все ещё сердито пыхтящая девушка.

— Эээ… А это обязательно? Я бы лучше чаю. Ты в прошлый раз вкусный какой то принесла, от него пахнет ещё как от тебя, — вспомнил Сай, слабо улыбнувшись, чем несколько смутил Айрин.

— Наверное, жасминовый, у меня мыло с похожим запахом… Ладно, принесу. Но не думайте, что я на побегушках у вас тут просто потому, что вы боевики, — проворчала она деланно сурово, но было видно, что уже успокоилась.

- Да какие из нас сейчас боевики, — скривился парень.

Глава 61

— В кои-то веки адекватные. Так, глядишь, постепенно совсем людьми станете, — фыркнула Айрин. — Ладно, сейчас принесу. Аррис, ты будешь? Фиона утром шарлотку пекла, хотите?

И оба здоровых лба тут же радостно закивали, как дети, ожидающие от вернувшихся с работы родителей гостинца. Невольно улыбнувшись, я осторожно прикрыла дверь и отступила к окну.

Айрин, выскочившая в коридор, пролетела мимо меня и не заметила, думая уже о чем-то своем. Я, конечно, рассмотреть толком не успела, но влюбленной по уши в двух шлимазлов или по крайней мере в одного она не выглядела. И тут же получила подтверждение этому, услышав негромкий разговор парней.

— Твой флер на нее все же подействовал? Мой, похоже, сбоит… — раздался задумчивый голос Арриса.

— Что? Делать мне больше нечего. Не использовал я ничего… — буркнул Сай и тут же добавил уже напряженным тоном: — Ты пытался воздействовать на Айрин? Какого хрена, Аррис?

И следом звук глухого удара, будто кому-то внезапно прилетело подушкой по хребту, или куда там сумел попасть ослабевший, но очень уж возмущенный боевик без магии.

— Тьфу на тебя, чего дерешься? Как будто сам никогда не использовал свой флер по мелочам. Или дело в девчонке? — проницательно протянул шлимазл-старший с легкой ехидцей, но был прерван очередным звуком удара. — Ай! Сколько у тебя там подушек? Целый склад, что ли, под кроватью хранишь?

— Не смей использовать свой флер против нее, понял? И вообще против других девчонок тут, — не на шутку завелся Сай, не собираясь поддерживать шутливое настроение Арриса.

— Да расслабься, чего ты? Будто я непонятно что тут творю. И послушай наконец, что я говорю: не работает мой флер, понимаешь?

— Сломался? В смысле, проклятье исчезло? Как давно? Ты его все же лучше чувствуешь, чем я.

— Думаешь, я прям статистику использования поминутно веду? До Серых земель действовал. На практике вроде тоже. В лагере было как-то не до того уже, сам понимаешь. А после освобождения Саярой… На Саяру не действует, а дальше мне против кого применять? Кортего соблазнять или рэсса Нидейру? В Академии нас сразу в башне тюремной заперли, ну и вот мы здесь… — принялся вспоминать Аррис, я тут же представила, как он загибает длинные пальцы, деловито перечисляя события.

На кухне хлопнула дверь, выпуская еще больше вкусных запахов выпечки и голоса девочек.

— Может, Саяра как-то обезопасила своих подопечных. Или на башне какой контур стоит. Или от общей слабости сбоит, или вместе с магией ушел… Да какая разница? Нет его, и слава всему святому.

— Так-то оно так. А может, Айрин такая же, как Саяра? Из избранных? — предположил Аррис задумчиво и тут же поспешно выпалил в своем стиле: — Чур, моя! У нас даже имена похожие!

Последовало несколько секунд шебуршания и негромкий вскрик Арриса, тут же разразившегося ругательствами.

— Да что ж ты буйный сегодня такой?! Ботинком бросаться зачем? Гадство, фингал будет теперь. Катапультист ты недоделанный, уж и пошутить нельзя…

Дальше слушать перепалку Сантеро я не стала, к тому же вскоре должна была вернуться Айрин с чаем и шарлоткой. А с ней, уверена, и остальные девочки, решившие составить компанию страдальцам. Да и главное я услышала.

Похоже, на Айрин действительно их дар не действовал. Как и на Фиону, вчера что-то сердито высказывавшую опять-таки Аррису, неудачно пошутившему. И, подозреваю, на остальных… Или вообще ни на кого. Как знать, может, мы с Арэном, подвергая их мучительной процедуре очистки магии от некродряни, заодно их семейное проклятье «вычесали»? Или же причина кроется в чем-то ином? А не в том ли случае, когда они пытались своим «даром проклятья» прощупать меня и угодили в Райко? Осталось выяснить — в безопасности только мои девочки или дар пропал с концами? А заодно применить нечто подобное потом и по отношению к Вайдеру.

Я решила подумать об этом позже, а пока просто любовалась на то, как, поверив, что им все же не грозит стать лишенцами, магами, утратившими дар, парни заметно приободрились. Немало этому способствовало живое общение с девчонками, Райко, да и Ги с Арэном охотно заходили хоть на пару минут поболтать между процедурами. Единственное, что их печалило, — осознание, что Вайдер поверил в их смерть и тянет эту тяжелую ношу изо дня в день.

Меня это беспокоило не меньше, только расследование взрыва в башне было в самом разгаре. Пусть Ги преподнес имперцам записи с «камер наблюдения», сделанные моими студентами, и ай’Тассарда вместе с его приспешниками признали виновными в теракте, с Вайдера обвинения снимать никто не торопился. Выступить сейчас, когда за ним идет практически открытая слежка, и привести его в башню к Сантеро, а заодно и Кортего — это перечеркнуть все сделанное, а может, и вовсе ухудшить положение парней.

— Сначала надо окончательно очистить и освободить их магию, — сказала я на импровизированном собрании в столовой, где в этот поздний час были только я, Арэн и Ги. В последнее время эти двое старательно следили, чтобы соперник не оставался наедине со мной дольше пяти минут. И уходили из башни исключительно вместе, игнорируя мои ехидные шуточки про то, что такая преданность друг другу наводит на интересные мысли.

— Я не представляю, сколько времени это займет. — Арэн отпил из чашки и устало потер лицо. — Серые потоки удалось отфильтровать и заблокировать. Но вычистить их можно, только применяя собственную нормальную магию. А у них не получается.

— Возможно… — сказал Валентайн, задумчиво возя чайной ложечкой по блюдцу. — Возможно…

— Что? — не утерпели мы с Арэном хором. А последний еще и фыркнул, как кот, которому нос сметаной намазали.

— Вспомнил тут, как ты снимала ошейник с одного неодетого целителя, — ухмыльнулся Валентайн.

— Можно подумать, ты был в лучшем положении!

— На мне было волшебное одеяло, — любезно напомнил Ги и опять улыбнулся. — Непрозрачное.

В последнее время мы с ним общались так часто, как никогда прежде, и я с удивлением обнаружила, что мужчина, неизменно галантный, спокойный и крайне уважительный, когда обращается ко мне, может быть настоящим троллем с мрачноватым чувством юмора со своими студентами или Арэном. Причем Сайрен, который проучился на кафедре под руководством декана водников, на мой вопрос поежился и сказал, что он всегда такой был. С парнями. А девочек всегда защищал, опекал и норовил на младших курсах уши оборвать каждому, кто по дурости лишнее слово скажет в сторону дамы.

Я в очередной раз удивилась сходству с… и запретила себе думать на эту тему. Просто запретила — слишком много других дел, более срочных.

— С моей фигурой нечего стесняться наготы, — нашелся, наконец, слегка уязвленный целитель и посмотрел на меня из-под длинных ресниц быстро и непонятно. — Говори по делу.

— Обратный вектор, Саяра. У них не получается закрутить потоки привычным образом. Возможно, если попробовать…

— О боги! — Я уронила чайную ложку в стакан. — Ты гений!

И не сдержалась, вскочила, обежала стол и с разбега поцеловала декана водников туда, куда достала. В подбородок. Почти в губы…

— Эй! — взвился над стулом целитель, но я уже не обращала внимания на обоих мужчин — со всех ног бежала на другой этаж, к парням. Спят? Ничего, у них будет время отдохнуть, сейчас надо срочно проверить мысль Валентайна. Почему я сама не додумалась до такого простого решения?!

Глава 62

— Большое спасибо, рэсс ай’Фаунберой, что согласились приглядывать за моими студентами и моей кафедрой, пока я болела, — сладким-сладким голосом сказала я прямо в недовольно скривившуюся физиономию здоровенного детины с красивым лицом греческого бога, которое изрядно портила брюзгливая складка у губ и холодные тусклые глаза. Впрочем, может быть, я субъективна и мужик вполне ничего. Но конкретно мне не нравится, как он рвется в мою башню, на мою территорию и претендует на мое место. — Но больше нет нужды занимать ваше время такими глупостями. Я полностью здорова и уже приступила к своим непосредственным обязанностям.

— Но… — Пришлому претенденту на звание декана бытовиков ничего не оставалось, как отступить на полшага, чтобы не столкнуться с моей воинственно выпяченной грудью. Эх, было бы что выпячивать… но это мелочи. Главное — уверенность. — Разве вы не должны взять отпуск до конца года, чтобы пройти курс реабилитации? И вообще, с вашим слабым здоровьем…

— Рэсс ай’Фаунберой, спасибо за участие, но о своем здоровье я способна позаботиться сама. — Резкая смена тона с карамельного на ледяной подействовала словно ведро холодной воды, выплеснутое в лицо. — Вы можете спокойно вернуться к своим прежним обязанностям. Не смею задерживать!

И сделала незаметный жест рукой, пальцами ловя чужое плетение, полетевшее в спину уходящему гостю.

— Лианна, незачет за мелкие пакости. Это что за топорная работа? Думаешь, он не догадается, что вся его одежда истлела в трех шагах от нашей башни не просто так?

Я вывернула пальцы в нужную фигуру, скрутив чужие потоки в более сложную конструкцию, и, гадко ухмыльнувшись, выпустила ее по адресу. Завязки, пуговицы, пряжки и ремни на штанах этого индивидуума, посмевшего через губу высказать, что «бытовая магия — это бабские рукоделки и глупые развлечения, с кафедрой любой маг средней направленности справится, всего и нужно следить, чтобы у глупых кур не кончался запас конфет и кружев», будут рваться, ломаться, расстегиваться и сползать в самый неподходящий момент следующие пять лет.

Уф-ф-ф… Странно, но это был последний из пришельцев, наводнивших башню с нелегкой руки сероземного приспешника ай’Тассарда. Вину поганца все же удалось доказать, точнее, он сам признался под тяжестью улик и после того, как за него принялись какие-то особые имперские следователи. Нам подробностей не сообщили, только результат.

Вайдеру ай’Сантеро вернули пост ректора и принесли соболезнования по поводу гибели родственников. Всем остальным пришлось довольствоваться скупыми строчками газетных сообщений о раскрытом заговоре и краткой речью императорского уполномоченного в главном зале на общем собрании студентов и преподавателей.

— И что дальше? — спросила я Валентайна, медленно идя по дорожке от главного корпуса академии к нашей башне. — Все хорошо, установлено, что ай’Тассард давно предал интересы империи и сотрудничал с Дараном, используя его силу в своих целях. Такими темпами ему ничего не стоило собрать армию нежити, рвануть сразу на столицу и завоевать империю в считаные дни. Император сам бы отдал ему трон, лишь бы обезопасить народ. Но что нам теперь делать с самим властелином? Жертвовать ради него своей слюной я все равно не хочу. Может быть, он стал таким не по своей воле, да и сама империя ему даром не сдалась, но упивался властью он самостоятельно. Особой жалости у меня к этому человеку нет. И желания возвращать ему нормальную магию тоже.

— Если он исчезнет, никто не станет его искать, — пожал плечами Ги и посмотрел на меня очень внимательно. — Вернуть его спокойно не получится, сама понимаешь. Как объяснить, как он у нас оказался?

— Нет, убивать его тоже не стоит. — Я покачала головой. — Да и все равно придется потом объяснять, откуда вдруг вынырнули парни, которые сидели с ним в одной башне. Знаешь что… чужаки покинули наш дом. И теперь, я считаю, нужно первым делом привести в башню Вайдера. Он сам на себя не похож, ходит черный, как ворон. Вот когда успокоится после таких новостей, с ним и посоветуемся, куда нам девать это сероземное сокровище и как без лишних вопросов презентовать спасение Сая и Арриса.

Но этим же днем пересечься с ректором без свидетелей не удалось. Такое чувство, что он нарочно заставлял себя быть постоянно среди народа. Будь то преподаватели, администрация или и вовсе лаборанты или студенты, к которым он раньше выходил крайне редко. Даже разбирая документы в кабинете, Вайдер не оставался наедине с собой. Кто-то тут же находился рядом, докладывая об изменениях в учебном плане в целом и в частности в какой-то определенной сфере, пока академия находилась в руках постороннего человека. Я несколько раз предпринимала попытки заглянуть, но натолкнулась лишь на безэмоциональное пожелание скорейшего выздоровления и предложение об отпуске.

Я думала, что он на грани, когда только сообщили, что все выпускники исчезли? Что вот-вот потеряет свой стержень, сдастся? Сейчас я могла удостовериться наверняка, что означает «перешагнуть грань». И нет, меньше всего это походило на то, что наш ректор сломался. Он был все тем же сильным и уверенным в себе мужчиной, все так же без колебаний раздавал приказы, решая возникшие проблемы буквально на ходу. Вот только жизни в нем не было. Он больше напоминал бездушную заводную куклу, которая выполняет определенный запрограммированный алгоритм, пусть и безумно сложный.

Поздно вечером я подошла к главному корпусу, где светилось единственное окошко на третьем этаже, где находилась учебная часть. Не было нужды гадать, кто не видел смысла возвращаться домой и пытался по максимуму загрузить себя работой, лишь бы не думать.

Честно говоря, я бы больше обрадовалась, если бы обнаружила его в запое, запершимся в своем кабинете с бутылкой коньяка. Но когда, осторожно постучав, я вошла, увидела его все таким же собранным, без грамма печали и отчаяния на лице… без крохи жизни в глазах. Словно кто-то повернул рубильник внутри души этого мужчины и попросту отключил все эмоции.

Я была готова вновь выслушать философские размышления о том, что все, кого он знал, учил, кто был ему родным, умерли, что он остался один, что… Да что угодно! Но не готова была к спокойному, без тени удивления:

— Вы что-то хотели? Надумали выйти в отпуск? Напишите заявление и оставьте на столе секретаря. Она заверит и принесет потом на подпись. Или же вы по поводу учебного плана, сформированного вами для первых курсов? Да, я просмотрел его вчера вечером. Если вы все равно сейчас не заняты, можем обсудить…

— Вайдер, с каких пор мы снова на «вы»? — только и смогла я тихо спросить.

Секундная заминка, будто ректор вспоминал меня, но, озадаченно кивнув, он чуть поморщился.

— Да, точно. Столько дел накопилось за мое отсутствие, привычка. Кстати, Саяра, хотел поговорить с тобой по поводу восстановления тюремной башни. Ваш бытовой факультет способен посодействовать? Можем составить смету, обсудить стоимость работ, — продолжил он как ни в чем не бывало.

— Вайдер, я как раз к тебе по поводу тюремной башни. Вернее, того, что там произошло… — начала я, но договорить мне не дали.

— Нет! Я уже все рассказал имперской службе и возвращаться к данной теме не намерен. Того, что случилось, уже не изменить, и, при всем моем уважении, в сочувствии я не нуждаюсь. Так что насчет башни? С чего лучше начать восстановление? — высказался он довольно резко, хлопнув раскрытой ладонью по столу. И пусть выглядел он все так же неприступно и в чем-то даже отрешенно, на его лице на миг отразилось выражение безмерного горя. Как бы он ни крепился, а океан боли все продолжал бушевать внутри, разрушая его.

Настала моя очередь выдержать небольшую паузу, лихорадочно прикидывая, как поступить и как лучше повернуть разговор, чтобы не спровоцировать Вайдера на всплеск негативных эмоций, от которых ему все равно легче не будет. По всему выходило, как бы я сейчас ни повела разговор, ничего хорошего из него не получится. А значит, оставалось лишь одно самое верное решение…

— Знаешь, здесь будет не совсем удобно вести расчеты, планировать, да и у некоторых моих девочек как раз необходимая специализация, они точнее могут сказать, чего и сколько понадобится. Будет лучше, если мы все обсудим с ними, согласен? И раз уж ты все равно еще здесь, да и они все в башне, давай сразу и пойдем к нам, на месте со всем разберемся? — предложила я преувеличенно бодрым голосом. И Вайдер, чуть расслабившись, что мы отошли от опасной темы, кивнул, соглашаясь.

Что ж, как говорится, «показывай, а не рассказывай». Это правило работало всегда. Думаю, сработает и здесь. По крайней мере, увидев живых и относительно здоровых брата и племянника, Вайдер уж точно и «оживет», и будет готов к любому разговору.

Глава 63

М-да, к тому, что он рухнет в обморок, да еще такой глубокий, я все же готова не была. Хотя чего удивляться? Мужик в последние дни выжимал себя досуха, наверняка все запасы нервов, выдержки и просто человеческого ресурса ушли на то, чтобы не сорваться и выдержать все, что на него свалилось.

— Дядя! — Подскочивший Сайрен успел первым. Он и помог мне, перехватывая ректора поперек туловища и оттаскивая к собственной кровати. А то я поймать-то поймала… Ну, как поймала — меня им к стене прижало, все же я сейчас далеко не та тетя Сара, которая и коня на скаку остановит… м-да. В любом случае нести куда-то здорового, хотя и порядком исхудавшего мужика не могу. А если б и могла, зачем?

— Арэна позовите, он там тушканчика нашего опять препарирует, — велела я девчонкам, которые с недавних пор все свои посиделки перенесли из столовой к парням, чтобы выздоравливающим не было скучно. — Боги, надо ж было так довести человека.

— Ну, свою лепту ты тоже внесла. — Возникший на пороге целитель узрел жертву и кинулся к ней, как коршун на цыпленка. — Надо было как-то его подготовить, я не знаю… поговорить. Намекнуть заранее!

— Чая с успокоительными травами я ему налила. — Вот еще, брать на себя вину за чужое упрямство не собираюсь. Привела в башню, усадила в столовой, налила горячего и попыталась намекнуть — так чуть не силком пришлось на месте удерживать, настолько он не хотел ничего слушать. — А разговаривать на эту тему он сам категорически отказался и вообще пытался сбежать. Пришлось волочь силой и хитростью. И то упирался до последнего. Пока я дверь не открыла и не втолкнула.

— Нервное истощение. На фоне дикого переутомления, — поставил наконец диагноз Арэн. — Я понимаю, что дальше тянуть было бы жестоко. Но все же сначала нужно было как-то подлечить. Укрепляющим попоить, успокоительным…

— Ну и что же ты ему не прописал все это? — влез Аррис, который нашего целителя отчего-то активно недолюбливал и все время норовил поязвить на его счет.

— Я прописал! — возмутился несправедливостью потрошитель тушканчиков. — Но я не нянька и не его родитель, чтобы ходить за пациентом, заставлять принимать лекарства и соблюдать режим. Он взрослый человек.

— Хватит спорить, — вздохнула я. — Что сейчас нам делать?

— Ничего. — Арэн убрал обратно в поясную сумочку (слямзил идею, ушлый товарищ) местный аналог шприца и отпустил руку Вайдера. — Я вкатил ему дозу укрепляющего и снотворного. Проспит до утра прямо здесь. Сайрен, будешь спать с Аррисом, кровать девушки тебе расширят, они умеют, я видел. А рэсс ректор должен отдохнуть. Будете делиться с ним новостями утром. Я думаю, тогда он гораздо лучше их воспримет, а также сможет сообразить, что делать дальше.

— Чего это я с ним в одной постели?! — хором возмутились оба младших Сантеро и уставились друг на друга недовольными глазами обиженных хомячков. Потом дружно повернулись к захихикавшим девчонкам и так комично очень похоже надулись, выпятив губы сковородником, что не выдержал никто — через секунду ржали в голос и я, и Арэн, и подоспевший ко всеобщему веселью Ги, появившийся в дверях несколькими секундами ранее, и все мои девчонки.

Айрин, не прекращая смеяться, вытерла слезы кружевным платочком и вдруг обняла Сайрена, звонко чмокнув его в щеку возле самых губ:

— Сделай так еще раз, моя прелесть, я не успела магофото настроить!

И блондинчик, местная гроза девичьих сердец, вдруг так очаровательно мило смутился, только что не покраснел, и искренне улыбнулся девушке в ответ. У-у-у… как все весело. Кажется, у одного шлимазла личная жизнь налаживается? Господи, хорошо-то как!

— Нет, серьезно, я лучше на полу посплю. А еще лучше — Сая туда спихну… — продолжал бухтеть Аррис.

— Вот еще мне не хватало потом лечить простуду или застуженные мышцы после твоей ночевки на полу! — не выдержал уже Арэн.

— А мою расшатанную нервную систему и сломанную психику после ночевки вот с ним на одной кровати лечить проще?!

— Я не понял, ты переживаешь, что я к тебе полезу или ты ко мне? — вклинился уже Сай, отчего по комнате вновь разнеслись смешки.

Махнув на них рукой и оставив самостоятельно решать, кто на какой половине будет спать и насколько сильно активничать при этом, я пожелала всем спокойной ночи и пошла к себе. Утро вечера мудренее, недаром это талдычилось почти в каждой сказке еще с детства.

А утром мы уже все, как приличные члены общества, сидели за нашим большим кухонным столом и прилежно пили чай с ореховым рулетом. Включая очнувшегося оклемавшегося Вайдера, который сначала едва не рехнулся, осознав, что это все же не сон. Увидел с утра растрепанных и недовольных со сна Сантеро, услышал их бодрую ругань и пришел в себя окончательно.

Правда, после того как он крепко обнял несколько смутившихся парней, он уже совсем неласково каждому выдал по подзатыльнику, после чего разразился таким потоком брани, что Арэн, стрельнув взглядом в сторону любопытных мордашек моих девчонок, был вынужден навесить поглощающий шум полог.

Основная суть его претензий заключалась в том, какого кхм… не будем повторять плохих слов… в общем, с чего вдруг им пришла в голову светлая мысль воспользоваться дерь… кхм… дурнопахнущей магией неизвестного происхождения, причем дважды? И аргумент в виде того, что другого выхода не было, не подействовал. Лишь повлек за собой еще один поток мыслей на тему, как плохо жить на свете двум на голову стукнутым боевикам, у которых думалка не включается, когда надо, а ручки загребущие всякую пакость магическую так и норовят подхватить…

Причем словами дело не ограничилось. Вайдер на эмоциях принялся щедро выдавать Аррису и Саю еще и пульсары, помимо подзатыльников. Пусть и безобидные, но оттого не менее болезненные.

Тут уже и мы с Ги бросились туда, в экстренных условиях скороговоркой пересказывая, как все дошли до жизни такой и что парни пока даже толком не могут отбивать нападение любящего дядюшки и брата, очень уж соскучившегося по ним и раздающего порции родственной любви направо и налево.

По ходу дела, глядя на озверевшего ректора, я еще успела подумать, как мне повезло, что первый пар он уже выпустил в дорогих родственников и мне самой ничем тяжелее огненного многообещающего взгляда не прилетело.

Когда эмоции поутихли, мы, во всем окончательно разобравшись, перебрались на кухню и за чаем устроили импровизированный совет. Несмотря на обиженные взоры, которые трое Сантеро активно бросали друг на друга, уселись они вместе, усадив Вайдера посередине.

Причем мой бытовой факультет в полном составе сидел тут как тут вместе с нами, упрямо сжав губы и решительно сверкая глазами, всем своим видом показывая, что никуда они не уйдут. Впрочем, никто и не подумал даже предложить им куда-то сходить погулять. Вайдер лишь бросил хмурый взгляд в их сторону, но, задумчиво пожевав губами, ничего не сказал.

— Итак, у нас остается открытым вопрос: что же делать, в конце концов, с Кортего и как легализовать ваше появление? — проговорила я, глядя, как устало жмурится ректор, на миг приобняв обеими руками Арриса и Сая.

Глава 64

— А в чем проблема? — вдруг усмехнулся Вайдер и отчего-то посмотрел прямо на Арэна. Я проследила за его взглядом и нахмурилась, потому что целитель как-то нездорово напрягся. — Хотите сказать, что власти не в курсе? У вас в башне с самого начала, как я понял, присутствует особо доверенный императорский уполномоченный, личный друг наследника, более того, один из кураторов секретной группы по изучению Серых земель. Тот самый, что возглавлял расследование по поводу природы серой магии, заразившей моих брата и племянника. И вы всерьез раздумываете, как бы легализовать их освобождение? Так он сам их в башню запер, сам и выпустил. Я вообще до сих пор думал, что это секретная операция особой группы… к которой у меня не было допуска. И только удивлялся, откуда он у вас всех. Впрочем, все закономерно. Если маг-целитель, тайный советник и манипулятор такого уровня не хотел, чтобы вы о чем-то кому-то рассказывали, у вас не было шансов. Сами не заметили, как сделали ровно то, что ему было нужно.

В столовой стало тихо-тихо. Я смотрела на целителя и думала: дура ты, тетя Сара. Пирожок со змеями, красивый парень, набивающийся тебе в женихи. Потому и помогать стал, ради твоих прекрасных глаз, да? Разве можно в твоем возрасте быть такой наивной? Да и с чего бы еще у него вдруг был допуск туда, столько сведений об устройстве охранной системы башни, о Кортего, в конце концов… Да и сама наша любительская операция прошла на удивление гладко. Меня даже на допросы не таскали. Это боевики бытовиков ни во что не ставят, но имперской службе уж точно не до стереотипов. Как той, кого и вовсе непонятно как вернули в мир живых, о чем наверняка успели доложить преподаватели, оставившие меня в Серых землях, мне уж точно должны были устроить допрос с пристрастием. Но хватило просто слова Арэна, чтобы меня не трогали… Могла бы и раньше об этом подумать. Без пинка со стороны. Но не подумала. И нечего на Арэна пенять, он мастерски отвлекал и занимал мою голову другим, исподволь приводя доводы в пользу строгой секретности. Но это не оправдание собственной глупости.

— Скажите, рэсс целитель, — после долгой-долгой паузы мне удалось с некоторым трудом разжать онемевшие губы, — а если бы нам не удалось разговорить Дарана. И очистить магию младших Сантеро от серой дряни. Что вы собирались делать дальше?

Он не ответил.

Но по его глазам я и так все поняла. Мои игры в спасение несчастных друзей закончились бы ровно в тот момент, когда Арэн решил бы, что они несут опасность империи. Он мог это определить с точностью, сам ведь… опыты ставил на парнях. Скорее всего, ради этого он нам и подыгрывал все это время.

У его группы ничего не получилось, время поджимало, решили запустить в эксперимент непредсказуемый фактор в виде иномирной бытовички. В целом-то решение правильное… и дало надежду нашим шлимазлам. А она недаром считается одним из самых сильных мотиваторов.

— Ясно… Что же. Может, все к лучшему. — Я сама не могла объяснить, почему так холодно и горько в груди. Нет, я не влюбилась. Но я ему доверяла. А он с самого начала хладнокровно пользовался этим. Нет, я понимаю! У него есть свой долг, и он старался помочь, насколько это было возможно, и все же помог. И я ему благодарна, правда! Просто… я больше не смогу ему верить. Наверное, никогда.

— Так это же к лучшему! Значит, одной проблемой у нас меньше, верно, рэсс целитель? — Запихнув свои дурацкие мысли и переживания как можно глубже, я повела плечами, сбрасывая напряжение, и улыбнулась застывшим студенткам, всем троим Сантеро, самому Арэну и Ги. Последний как-то особенно пристально в меня всматривался. — Хоть ты-то не имперский уполномоченный и не секретный агент? — зачем-то спросила я его, за улыбкой скрывая переполнявшую меня горечь.

— Нет, — серьезно ответил Валентайн. — Я просто декан факультета водников. Твой коллега.

— Слава богам… Арэн, что скажешь? Раз ты тут самый облеченный властью и вообще все курировал. Что нам делать дальше?

Он молча смотрел на меня пару секунд, чуть прикусив губу, а потом опустил ресницы, пряча непонятное выражение в глубине зрачков. И ответил так же спокойно, как я задала вопрос:

— Собственно, расследование закончено. Зато исследования только начинаются. Поскольку рэссы ай’Сантеро гарантированно не несут в себе скверны, держать их под стражей никто не будет. С обычной магией им предстоит разбираться самим. А Даран Кортего согласился работать в нашей группе в качестве…

— Подопытного тушканчика? — угадала я. Мне не было весело, но хотелось разрядить обстановку. — Ну, для него это лучший выход. Не оставлять же Серого властелина навсегда прикованным к моей кровати. Нам тут в башне такой питомец без надобности, да, девочки?

— Он останется под стражей, и его магия будет заблокирована, как серая, так и обычная, — медленно проговорил целитель. — Если будет себя хорошо вести и работать на благо империи… лет через двадцать, возможно, ему позволят снять печать пустоты. Он, кстати, просил, чтобы это сделала именно ты.

О как, неужто так штопор поразил, захотелось вновь острых ощущений? В любом случае за двадцать лет многое может измениться, вполне допускаю, что Кортего просто любопытно, чего я успею достигнуть за это время.

— Пф-ф-ф… мне не жалко. Кто вообще знает, что будет через двадцать лет. А до этого срока я, пожалуй, с удовольствием забуду и о Даране Кортего, и о серой магии, и о… — так и хотелось сказать «о тебе», но я не настолько наивна, — о прочих неприятностях. У нас, вообще-то, учебный год в разгаре.

— Нас, надеюсь, под стражу обратно не упекут? — нахмурился Аррис.

— Нет оснований. В попытках захватить власть и призвать нежить вы не были замечены, самой серой магии в вас практически нет. Несколько сеансов — и избавим уже полностью. Может, разве что отголоски останутся, — пожал плечами Арэн.

— Отголоски? Что это значит? — тут же насторожился Вайдер, подавшись вперед.

— Может, станут выносливее. Допускаю, останется небольшой иммунитет против тварей, владеющих некромагией. Ну и наверняка что-то вроде чутья к нежити. Где появится, куда ушла, если преследуют… Ничего опасного, зато полезное как для боевика.

— Да ладно, из этой ситуации у нас даже остались какие-то «плюшки»? Неожиданно, — выдохнул Сай. Судя по мечтательной улыбке Арриса, он подумал о том же.

Вайдер смерил их неодобрительным взглядом, но лишь покачал головой, вздохнув с некоторым облегчением, но задавать вопросы не перестал.

— А их магия? Я сейчас имею в виду нормальную здоровую силу.

— Только с обратным вектором. О привычном способе придется забыть. Но не думаю, что будет проблемой оставить их еще на год-другой обучаться в Академии, — обронил Арэн под сдвоенный возмущенный вопль Сантеро. Причем у Сайрена он прозвучал крайне неубедительно и с промелькнувшей на лице довольной улыбкой, когда он стрельнул взглядом в сторону тоже неожиданно довольной Айрин.

Пока они решали, сколько именно лет им теперь предстоит обучаться в Академии заново, овладевая обратным вектором, я окончательно пыталась прийти в себя, крепко, до побелевших костяшек, стиснув в руках чашку. Вроде бы все налаживалось, но горечь, засевшая внутри, так и не ушла. Нет, я справлюсь, конечно, справлюсь, как и всегда. Просто… Да нет, без «просто». Справлюсь…

Кто-то коснулся моего плеча, заставив вздрогнуть. Но, подняв голову, натолкнулась лишь на все тот же понимающий взгляд Ги. «Все будет хорошо», — шепнул он неслышно одними губами. И вроде бы вот простая фраза, я бы даже сказала, банальная и заезженная, но отчего-то от нее на душе потеплело. И я поняла главное: разумеется, будет! Теперь просто не может не быть. И светло улыбнулась мужчине в ответ.

Глава 65

— Что-что вы открываете? — переспросила я, чуть не споткнувшись о порог. Шла к девочкам в столовую и нечаянно услышала обрывок разговора. — Охоту на… рэсса ректора?!

Дамский коллектив бытовичек сначала виновато потупился, а потом Лианна вызывающе приподняла подбородок и выдала:

— Ну а что? Такой хороший мужик — и бесхозный. В смысле, неженатый. Непорядок. Проклятье их фамильное сгинуло, а, кроме нас, об этом еще никто не знает. Самое время прибрать к рукам, а то налетят всякие.

— Эм-м-м… — Я не знала, смеяться или бежать предупреждать Вайдера, чтобы рыл бункер. Противометеоритный, не меньше.

— Айрин себе уже застолбила одного ай’Сантеро, — как ни в чем не бывало пояснила Фиона. — Аррис… мелкий еще. Несерьезный. Рано ему жениться, пусть подрастет.

— А ничего, что Сайрен еще младше? — не выдержала и хмыкнула я.

— Годами младше, а мозгами старше, — серьезно ответила Айрин. — И мы не завтра жениться собрались. По результатам тестов ему еще года на три в Академии придется задержаться. Обратный вектор Райко дает много новых возможностей, но требует совершенно иного подхода. Пока учимся — будем встречаться. А дальше… видно будет, уговорит он меня замуж выйти или я еще подумаю.

— Хм. Правильный подход, — засмеялась я.

— Вот, — снова влезла Фиона. — А рэсс Вайдер почти так же хорош, а местами даже лучше. Серьезный взрослый мужчина с положением. Можно и сразу после выпуска замуж за него.

— А тебе-то зачем?! — поразилась я. — У тебя же Райко, как я понимаю, письма родителям пишет, а летом помолвка? Передумала?

— Нет. — Фиона слегка порозовела. — Я же не себе ректора. Девчонкам. А я в команде поддержки. Первой пробовать будет Лианна, она самый короткий фант вытянула. Если ей не понравится или у нее не получится, другие пойдут.

Ага, пойдут. Ага, фант короткий. Я про себя усмехнулась. Лианна сколько угодно может делать вид, что она просто практичная девушка из предсероземья и руководствуется исключительно разумом. Но меня не обманешь. Втрескалась по уши, дурочка, и решительно намерена что-то предпринять по этому поводу. А остальные деликатно ей подыгрывают. Ну-ну.

— Я так понимаю, мнение самого рэсса ректора не учитывается?

— А куда он денется? — слаженно загомонили девицы. — Все равно мы самые лучшие. А Лианна среди нас первая!

— Кхм… ну, в целом да. — Я рассмеялась. И подумала, что в это дело не полезу, но и мешать не стану. Если, конечно, девушки не перейдут грань. За этим присмотрю, и только. Потому что слишком рада видеть, как выросла самооценка моих студенток всего за один неполный год. А еще они на самом деле лучшие, и Вайдер заслужил немного счастья.

Вообще, все складывалось в последнее время на редкость хорошо и гладко. Про Серого властелина и нашествие нежити я уже вспоминала как про страшный сон. С удовольствием работала, отдыхала, вела свои исследования.

Единственным, нет, не черным, но темноватым пятном на радужной картине оставался Арэн. Он решал какие-то последние дела в связи с переводом Кортего в столицу, где работала исследовательская группа, что-то там еще проверял в организмах и магии обоих Сантеро, договаривался с ними о том, что по окончании учебы у Сая и переквалификации у Арриса оба подключатся к работе группы… в целом был занят, деловит и бодр. Мы общались так, словно ничего не произошло. Даже моя иррациональная обида поугасла, и в груди больше ничего не жгло и не болело. Я для себя признала, что целитель все сделал правильно и помог предотвратить множество проблем. И ему было нелегко. И он вовсе не плохой человек и не манипулятор в худшем значении этого слова.

Но… но. Это просто не мой человек.

— Саяра, мы можем поговорить? — В этот солнечный день ранней весны у меня лекции закончились немного раньше обычного. Я вышла прогуляться по аллеям академического парка. И встретила Арэна.

— Конечно. — Я вздохнула и улыбнулась. — Пойдем пройдемся. Ты сегодня уезжаешь в столицу, верно?

— Да, — после довольно долгого молчания подтвердил мужчина и осторожно взял меня под руку. Я не возражала — жест был достаточно вежливый и особо ни к чему не обязывающий. — Все мои дела тут закончены. Кроме одного…

— Мой ответ ты знаешь, — все так же спокойно улыбнулась я.

— Саяра…

— Арэн. Давай не будем. Нам обоим ведь и так все ясно.

— Ты все еще моя невеста. И я… не дам согласия на разрыв помолвки. Во всяком случае, пока.

— Да и не надо. — Облака в небе были такими же легкими и кружевными, как мое настроение. — Маги живут долго. Я не собираюсь замуж. Во всяком случае в ближайшие лет двадцать. Или тридцать. А там посмотрим.

— Но и ждать меня эти двадцать лет ты тоже не будешь, верно?

— Конечно, нет. — Я рассмеялась. — Арэн, все, что между нами есть, это слова на бумаге. И мое дружеское к тебе расположение.

— Ты будешь встречаться с Валентайном? — еще через несколько минут молчания спросил целитель.

— Понятия не имею. Может, буду, может, нет. С ним, с кем-то другим или ни с кем. Давай закончим этот разговор, он ни к чему не приведет. Расскажи лучше, что за консультации твоя группа хочет от моей кафедры?

Арэн остановился, придержал меня и несколько секунд пристально смотрел мне в лицо. Я стояла и тоже смотрела на него. Мне было на удивление спокойно. Никакие особые эмоции не тревожили ни по поводу этого мужчины, ни по поводу будущего.

— Я… потерял шанс?

— Да, — не стала я лгать. — Потерял. Хотя он и так был невелик.

— Ты ведь понимаешь, что я не мог поступить иначе?

— Конечно, Арэн. — Я повернулась и заглянула ему прямо в глаза. — Ты все сделал правильно. И ты нам действительно очень помог. Тебе это было нелегко, я понимаю. Я благодарна тебе за это. Ты мой друг. По-настоящему близкий мне человек. Я надеюсь, ты это понимаешь. И если тебе самому когда-то понадобится моя помощь, я приду не раздумывая.

— Но…

— Но я не люблю тебя как мужчину. И вряд ли это когда-либо изменится. Не твоя вина, что я окончательно поняла это именно теперь. Мне правда жаль… Ты все сделал правильно, — повторила еще раз, словно он не поверил, — и ты спас мне жизнь. Я буду об этом помнить всегда. Ты принял трудное решение, я все понимаю. И уважаю тебя за это. Но трудные решения потому так и называются, что имеют свою цену. И никто в этом не виноват…

Арэн довольно долго молчал, просто бездумно шагая по дорожке среди расцветающих слив. У него были напряжены плечи, а рука, на которую я опиралась, и вовсе ощущалась каменной. Мне бы хотелось ему помочь. Но я молча и терпеливо шла рядом, ожидая, когда он сам справится с собой. Потому что здесь вся моя «иномирная» магия бессильна.

— И все же я подожду, — спустя почти десять минут он, болезненно выдохнув и сбрасывая напряжение, обернулся ко мне. — Я не буду больше на тебя давить. Никогда. Я буду просто ждать. Может быть… когда пройдет время…

— Это твоя жизнь. — Я пожала плечами и снова посмотрела в кружево белых облаков на синем шелке неба. — Ты сам решаешь, что с ней делать. Спасибо тебе за все. И за то, что составил мне компанию. Я пойду к себе, поработаю. Вряд ли мы еще увидимся до твоего отъезда. До свидания, Арэн.

— До свидания… Саяра.

Глава 66

— Можем поговорить? — Хмурый, но спокойный Серый властелин сел на кровати, глядя на меня.

Я зашла к нему попрощаться, ну и еще потому, что он передал через Ги просьбу увидеться перед отъездом. Через час за ним должны были приехать люди из группы по изучению Серых земель. Мне казалось, что по этому поводу все чувствуют облегчение, и Даран первый. Зачем ему понадобилось со мной побеседовать — непонятно, но почему нет?

Цепи с него уже сняли, заменив их браслетами из какого-то легкого синеватого металла. Сотрудничество сотрудничеством, а он все еще преступник, поэтому поблажек ему давать не собирались и контроль оставался жестким.

— Можем, конечно. — Я села в свое кресло. — Слушаю тебя.

Даран какое-то время смотрел мимо меня в стену и молчал. То ли с мыслями собирался, то ли чувствовал сильную неловкость. Я ему не мешала, давая время.

— Тебе не интересно, почему все так вышло? — спросил он наконец.

— Интересно, — согласилась я. — Хотя и непонятно, почему ты решил исповедоваться именно мне.

— Потому что… Впрочем, неважно. Уж конечно, не из-за неземной влюбленности. — Он ядовито сощурился.

Я засмеялась.

— Это да. На любителя острых предметов в стратегических местах ты не похож. Но давай ближе к делу. Время-то идет.

— Мне его всегда не хватает, — болезненно поморщился мужчина. — Вечно тороплюсь. И в этом моя проблема. Собственно, когда-то я вот так же из торопливости влез туда, куда не следовало. И попался одному не слишком… гуманному экспериментатору, тоже занятому, кстати, изучением Серых земель и наследия захватчиков. Это он изобрел печать пустоты на основе каких-то оставленных чужими разработок. И я на свою беду оказался первым подопытным.

Даран выдал все это на одном дыхании и умолк почти на минуту. Я тоже помалкивала, сказать было нечего, да ему и не требовалось ответа.

— Я тогда уже был преподавателем в академии. Не этой. Ее вообще расформировали больше двухсот лет назад. Тот, кто поставил мне печать, через нее какое-то время мог мною управлять и поместил меня на мое место. Я сумел скинуть поводок, пришел и убил… кукловода. Только вернуть свою жизнь у меня все равно не получилось.

Он говорил ровным безэмоциональным голосом, словно уйдя глубоко в себя и в воспоминания. Мне все еще не было его жалко, но и неприязни к нему я больше не испытывала.

— Первый хозяин Серых земель хотел власти над ними и завоевания империи. А я… я подумал: если уже все так сложилось, почему не попробовать использовать скверну для того, чтобы извлечь хоть что-то полезное? Власть мне была не нужна, но вот слава того, кто остановит наступление Серых земель, ее мне хотелось, — в этом месте он горько усмехнулся. — Я долго разбирался с оставленным мне «наследством», изучал записи первого серого мага, ставил эксперименты. И в то же время не хотел уходить со своего места преподавателя — мне по-настоящему нравилось это дело. И у меня получалось. Не хуже, чем у тебя. Какое-то время никто не замечал, что нормальная магия мне больше недоступна, я выезжал на хорошем преподавании теории. А потом решил, что разобрался в том, как что работает, и самонадеянно притащил свои открытия в академию.

— Понятно, — вздохнула я. — Тебя или не стали слушать, или вообще попытались… хм… нейтрализовать.

— Все вместе, — усмехнулся Даран. — Сначала выставили идиотом, потом опасным идиотом. Перед моими собственными студентами… В конце концов я вынужден был просто сбежать, бросив все. И обо мне поспешили забыть.

— Поэтому ты попытался захватить детей?

— Не только. Понимаешь… я ошибся в главном. Сейчас, когда серые потоки перекрыты, ко мне медленно возвращается разум и я четко понимаю, как они на меня влияли. Я был… не в себе. Нет, я не пытаюсь сказать, что не виноват, и избежать ответственности. Но влияние было. Я не сошел с ума, просто некоторые вещи видел иначе. И считал, что поступаю правильно. Я думал, что сумею обучить группу магов, взрослые с их косным мышлением и жесткими потоками уже не годились, а вот молодые… они стали бы теми, кто очистит Серые земли. Новыми спасителями.

— С тобой во главе, — кивнула я, понимая ход его мысли.

— Да. Со мной во главе… Я не чувствовал в себе влияния скверны, мне казалось, что все в порядке. Поэтому мысли не допускал, что серые потоки могут навредить молодым магам и превратить их в чудовищ.

— Может, и не превратили бы… но все равно ничем хорошим это бы не кончилось. — Я задумчиво прикусила краешек носового платка. — Но это ладно. Расскажи лучше, как ты влез в заговор против империи, если изначально ничего такого не планировал? У меня сложилось впечатление, уж прости, что тебя использовали втемную, как последнего дурака. И эти игры с «эмблемой пришельцев» — ну детский сад же!

— Я… — Повелитель Серых земель вдруг стремительно покраснел, словно мальчишка, уличенный в краже печеньки. — Увы. Рисунок на карте — как раз моя идея, ай’Тассард пытался меня переубедить. Но не смог. Я теперь сам не знаю, почему меня так захватила эта мысль.

— Крышей поехал.

— Что? А… ты в этом смысле. Да, возможно. Но сваливать все на серое влияние слишком уж по-детски. Просто заигравшийся идиот. Сам по себе.

— Если ты еще способен это понять и произнести вслух, значит, не все так плохо.

— В конце концов, наверное, да… Самое смешное, что, если бы не ты, именно ты, ничего бы не изменилось и я, вполне возможно, покалечил бы всех детей и натворил боги знают чего.

— Не переоценивай мои усилия. Тобой, уж извини, серьезные люди занялись, имперская служба безопасности — это не шутки.

— Верно. За одним исключением — в Серых землях они бы меня не достали никогда. А вытащила меня оттуда именно ты.

— Не совсем, но не будем спорить. Что насчет ай’Тассарда?

— Это тоже наследство. — Даран потер запястье, чуть сдвинув браслет, потом вернул его на место. — С этой организацией контактировал еще первый властелин. У него был на них компромат, и они оказывали друг другу определенные услуги. Я так понял, заговору против императора много лет, в нем участвовала куча народа. А имперская безопасность примерно столько же лет их отслеживала, ловила и пыталась нейтрализовать. Но с корнем выдрать никак не могла. Не так давно этот ай’Тассард сам вышел на меня по каналам прежнего серого мага. И предложил свои услуги в обмен на некоторые препараты и действия: волна нежити в нужное время в нужном месте границы, скрытно доставленные в центральные провинции твари, которых использовали для нападений, замаскированных под несчастные случаи… ну и по мелочи. И даже похищение выпускников — не моя идея, мне ее предложили. А я решил, что вот оно…

— Поимели тебя в полный рост, а когда польза от вашего союза закончилась, тут же попытались убрать, — кивнула я. — Все как обычно, в общем.

— Да. Обидно чувствовать себя придурком, но очень… отрезвляет.

— Еще бы! И что дальше?

— Да ничего. Всю сеть заговорщиков я сдал имперской службе с чистой душой, — несколько злорадно усмехнулся Даран. — Знал я немало, все же не совсем из ума выжил и старался подстраховаться. От первого тоже много материалов осталось по этим людям. Собственно, поэтому меня и помиловали, а вовсе не в честь будущих заслуг по очистке Серых земель. Я… ты можешь считать меня сумасшедшим и странненьким любителем острых предметов, но я тебе благодарен. Именно тебе. По-настоящему. Потому что теперь, несмотря ни на что, у меня появился шанс сделать то, о чем я мечтал с самого начала. И вернуть себе магию, пусть и с этим вашим обратным вектором. А статус имперского заключенного… ну, за все надо платить.

— А еще у тебя теперь есть надежда, — понимающе кивнула я. — Знаешь… если когда-нибудь ты сумеешь заслужить право на возвращение магии, я и правда сделаю это лично.

— Спасибо, Саяра. Спасибо…

Какое-то время мы молчали. А потом дверь в комнату открылась.

— Вы не закончили? Большой императорский портал откроется через двадцать минут, — сказал, входя, Валентайн. — Безопасники уже внизу. Пора.

Глава 67

Хотя Кортего и забрали секретные службы, один из их штабов, оснащенный современной лабораторией, находился в нашем же городе, куда спустя всего пару месяцев Дарана и вернули для его исследований. Разумеется, под контролем сопровождающих его лиц, одним из которых был, эка неожиданность, Арэн! Честно говоря, чего-то подобного я и ожидала, но не так скоро.

Правда, должна признать, и ему нашлось, чем меня в некотором роде поразить. Магов, родившихся изначально с обратным вектором, было крайне мало, собственно, всего одна генетическая линия родственников. А уж такого масштаба, как у Райко, и вовсе давно не встречали. Он был уникумом в своей не в ту сторону закрученной семейке. Ничего удивительного, что его вежливо попросили сотрудничать. Подспудно я опасалась, что моего студента заставят, надавив на нужные точки, и поставят в кабальные условия.

И все же я думала о них хуже, чем они есть: Райко пообещали немалые бонусы и «плюшки», что сейчас, что после окончания Академии. Сюда входили и щедрые выплаты в виде императорской стипендии, и отчисления за сделанные в ходе исследований открытия, и медстраховка для него и его семьи, и бесплатное проживание и питание в столице, если он согласится после окончания Академии работать в научном центре, спонсируемом семьей императора, и множество прочих мелких и не очень приятностей.

Он, смущаясь и сияя, как новые туфли дяди Семы, в тот же день, как поступило столь заманчивое предложение, примчал ко мне посоветоваться, стоит или нет. Я же в свою очередь припрягла и Ги, и Вайдера изучить в подробностях договор, что собирались заключить с парнем. Но и они с полной уверенностью подтвердили, что это редкий шанс. Райко светило великое будущее.

Что касается моих встреч с Арэном… Эмоции поутихли, горечь ушла давно, и я о ней забыла, но по-прежнему была полностью уверена, что он герой не моего романа, что не мешало мне по-своему уважать этого человека и быть ему признательной. Да и потом, кто сказал, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает? Таки умные люди всегда найдут способ договориться, что бы у них ни произошло в прошлом!

К тому же как та, кто официально отвечал за Райко, несмотря на все подписки о неразглашении, в этот их штаб я наведывалась довольно часто, чтобы напомнить всем прочим, что «сотрудничество» не равно «забить на учебу в Академии».

В один из таких вечеров, когда я заглянула к ним просто на минуту, забрать задержавшегося Райко, попала на ожесточенный спор между Арэном и Дараном. И невольно даже заслушалась. Благо хоть мужчины пока на личности не переходили, только на зубодробильные термины.

— У них там был город их, понимаешь? — кричал Арэн, потрясая какими-то свитками перед всклокоченным Дараном, уже никак не напоминающим Сероземного властелина, с красными от недосыпа глазами, пусть и горевшими фанатичным огнем исследователя, трехдневной щетиной и в помятой рубахе и штанах. Скорее, безумного профессора, что, в общем-то, было ближе к сути.

— И что? Картам этим сколько лет? Шестьсот, семьсот? А с тех пор прошло около тысячи! Я тебе говорю, что началось все в храме, где я вас держал! Это даже не храм у них, скорее научный центр! — не отставал Даран, в свою очередь тыча целителю под нос уже какие-то свои исчерканные записи.

— Да с какого вдруг перепугу оно там началось, если расти начало на месте города?! Потом только добралось до храма твоего. Смотри, вот здесь Серые земли только краем тронули храм и окрестные территории, а если бы с него началось, то он бы находился в эпицентре!

Судя по хриплым голосам мужчин, спор велся уже не один час.

Райко, встрепенувшись при моем появлении, подошел ближе.

— О чем они спорят? — спросила у него тихо.

— С чего все началось. Общеизвестно же, что захватчики ушли, превратив свой город в Серые земли. Но вот Даран доказывает, что неправда, началось все в храме, — поведал он то, о чем я, в принципе, и так догадалась по услышанным фразам.

Бывая здесь довольно часто, я уже знала, что Серые земли не возникли в одночасье, что бы там ни говорили старые легенды. На то они и легенды, слухи, старые предания, в конце концов, когда при передаче информации из уст в уста что-то теряется, а что-то додумывается.

Старые хроники, конечно, расскажут наверняка, что конкретно здесь произошло. Вот только гибли люди сотнями, тысячами, пытаясь добыть самое главное — свободу, если не себе, то хотя бы потомкам. Страницы исторических летописей окроплены кровью, некоторые из них далеко не в метафорическом смысле. В те времена было не столь важно, ПОЧЕМУ это случилось, главным было КАК это убрать.

Тем не менее сейчас я вдруг задумалась немного о другом. Предположим, я захватчик. Пришла в этот мир за рабами. Почему же не взяла их и не ушла? Судя по всему, их мир в полном порядке, раз они в результате ушли. Если бы там было все так плохо, они бы дрались тут до последнего, пока все бы не погибли. Но нет, как только стало слишком жарко — просто покинули этот мир.

Почему тогда вообще оставались здесь столько лет? Как-то я не задумывалась об этом раньше. Захватчики и захватчики, ушли, оставили Серые земли, нежить… Не выдержав, вклинилась в спор, задав этот вопрос. И особо не удивилась, когда ответил Даран, как тот, кто даже умудрился использовать какое-то их оборудование.

— Здесь были ученые и военные. Наш мир использовали как площадку для исследований. В частности, храм — не совсем храм. Больше подходит определение… м-м-м… — замялся он, подбирая слово.

— Научная база?

— Точно! Они что-то исследовали, но записей никаких не вели или забрали с собой, — пожал он плечами.

Или же она была в электронном виде… Я бросила быстрый взгляд на Арэна. Но даже если с ним поделюсь своими размышлениями на эту тему, ни разобраться в носителях электронной информации не сумею, ни — тем более — чужой язык расшифровать… Да и в принципе понятия не имею, как они у них выглядели, работают ли спустя столько лет. Электричества здесь нет, все замешано на магии. Может, у них и вовсе был альтернативный источник энергии.

Больше интересует, что именно исследовали… или испытывали? Просто устроили испытательный полигон? Почему бы и нет. Но, так понимаю, до этого додумались и без меня.

Глава 68

— Ты думаешь, захватчики не превращали свой город в Серые земли нарочно? Они уходили уже, зачем им что-то еще ломать и портить напоследок, пусть и из мести, им-то от этого не легче. Просто восстание началось внезапно, и у них произошла утечка чего-то? — Кажется, я уловила главную мысль Дарана.

— Именно!

— Да бред!

Выпалили они одновременно с Арэном. Целитель недовольно зыркнул на Дарана и продолжил:

— Если бы это было так, то храм был бы в эпицентре! А не с краю.

— Роза ветров? — пробормотала я прежде, чем мысль сформировалась в полной мере.

— Что?

— М-м-м… Допустим, выброс в самом деле имел место быть. И именно из этой научной базы. А каково направление ветра? Чисто теоретически ветер мог отнести смертоносное облако сразу же дальше, как раз в город, потому база и не стала эпицентром.

В лаборатории на несколько мгновений повисла тишина. На лицах обоих мужчин и двух лаборантов, зависших у стола с реактивами, проявилось изумление, быстро перетекшее в понимание.

— А ведь это многое объясняет… Получается, произошел выброс вещества, которое создало идеальные условия для существования нежити, превратив обычную территорию в Серые земли. А когда захватчики покинули наш мир, созданная ими нежить вырвалась из клеток и заполонила образовавшуюся пустошь… Я же говорил, что они здесь создавали оружие! — первым пришел в себя Арэн, победно уставив указательный палец почему-то вверх, так понимаю, возвращаясь к какому-то иному спору, который я уже не застала.

— Нежить возникла позже! Первые два-три года это просто была пустошь! Поднять даже хроники… — тут же завелся Даран, покраснев от возмущения.

Едва слышно хмыкнув, я собралась было махнуть Райко рукой, чтобы шел уже на выход, и так же тихо покинуть штаб, как спор натолкнул меня на совсем иную мысль.

— А если оружием была как раз не нежить? Имею в виду, выброс не создавал идеальные условия — он создавал нежить! — выдохнула я, подумав о биологическом оружии. — Первым делом коснулся неорганики, превратив город в то, что мы зовем Серыми землями. Вторым этапом было уничтожение флоры и превращение некоторых видов в нечто новое, типа того же плотоядного плюща. И третий этап, на который понадобилось больше времени, так как организмы значительно сложнее, — преобразование фауны в нежить. Недаром все, что когда-либо было живым и попало в Серые земли, со временем становилось их частью! Люди, как самый сложный организм, оказались не подвержены этому, но те же личи и оживленцы тоже не взялись из ниоткуда. Так понимаю, изначально концентрация этой некродряни была выше, личи и оживленцы появлялись сами собой, когда кто-то умирал в этих гиблых землях или, будучи тяжело раненным, даже просто долгое время находился там. В конце концов, почему личей не было больше пяти веков? Ну, пока Даран не решил поиграть в Темного властелина, разумеется. Концентрация уменьшилась! Рассеялась по воздуху. И тем не менее продолжает распространяться.

— Почему тогда так медленно? — растерянно переспросил Арэн, но судя по загоревшемуся огоньку азарта в глазах, он уже верил в то, что я говорила, принимая едва ли не как догму.

Да и я сама, чем больше говорила, тем больше понимала, что вот оно, то самое, причина, почему Серые земли продолжали расползаться. И, думаю, со временем ученые и сами бы додумались, но в реалиях этого мира пока не было нужды разбираться во всем на клеточном уровне. Магия заменяла большинство технологий, упрощая жизнь, но, безусловно, в некоторых моментах и не позволяла двигаться прогрессу.

Если уж на то пошло, сколько раз я уже тут бывала в лабораториях, но ни разу не увидела ничего, похожего на микроскоп. А ведь изобрести его совсем не сложно, те же увеличительные стекла в биноклях и подзорных трубах нередко пичкали магией по самое не хочу, позволяя рассмотреть все на километры вперед.

Пусть я не могла объяснить как устроен микроскоп с точностью до винтика, но это и не нужно. Достаточно обрисовать принцип, а там уже хорошему артефактору дел на один-два вечера.

— Потому что это мириады микроорганизмов, таких крошечных, что мы их не видим, но они есть. И существуют уже больше тысячелетия. Не спят, не устают, не останавливаются, каждую секунду времени движутся вперед, поглощая все живое, просто безумно медленно из-за своего размера. Это же, кстати, объясняет возникновение новых проплешин — мы сами их распространяем! Предметы, найденные на Серых землях и не продезинфицированные, ингредиенты из нежити, которые хранятся в ненадлежащих условиях, — все это скопище этих самых некромикроорганизмов. И если уж на то пошло, за столько веков мы научились уничтожать то, что является продуктом деятельности этой дряни, — нежить. Стоит пересмотреть структуру основных боевых заклинаний и найти общее связующее звено, после чего пересчитать коэффициент в расчете на безумно мелкого противника, но которого несметное количество!

В лаборатории вновь воцарилась тишина. Изумление на лицах мужчин тем временем преобразовалось в восхищение. И первым в этот раз отмер Даран.

— Саяра, я вас умоляю, дождитесь меня. Как только я отработаю свое и получу свободу, я в тот же день сделаю вам предложение руки и сердца! — выдохнул он, глядя на меня едва ли не влюбленным взглядом. На меня так кот Фимка смотрел после того, как я от щедроты души давала ему обрезки мяса.

— Я бы попросил! Между прочим, Саяра моя невеста… — тут же начал заводиться Арэн, но я его перебила:

— Которая выходить замуж не собирается. И, как свободная самодостаточная личность, вольна сама выбирать, с кем связывать свою жизнь, без разницы когда. А сейчас прошу простить меня, я вынуждена забрать Райко, у которого с утра еще контрольная по нежитеведению.

— Да мы его и не держим, а ты…

— А у меня по плану очень важная встреча. Еще увидимся, — улыбнулась я и, забрав Райко, покинула их штаб.

В конце концов, свое дело я сделала, на важную мысль натолкнула. Я ни разу не химик и не биолог, больше им ничем помочь не могу. Для всех необходимых расчетов у них своих гениев хватает, а Даран с Арэном и вовсе большую часть жизни посвятили исследованиям по Серым землям. Уж точно знают побольше моего.

Так что, уверена, зная в каком направлении двигаться, скоро они обрадуют весь мир своим открытием, благодаря которому Серые земли уничтожат. Пусть не сразу, но постепенно. А там и нежить истребят, ведь новой уже неоткуда будет браться, а старая рано или поздно закончится.

У меня же в самом деле была назначена важная встреча. В конце концов, что может быть важнее встречи с человеком, который тебе искренне нравится?

Эпилог

Кому-то в жизни и отношениях нужна кипящая страсть, куча неожиданностей, взлеты, падения, бурные скандалы и не менее бурные примирения.

Кто-то предпочитает отдаваться течению и плыть, куда несет, забывая голову на берегу — чтобы не мешала наслаждаться.

Кому-то нравится охота на опасного и сильного зверя, когда кровь пенится от азарта и предвкушения, когда на грани, когда ни дня без борьбы.

Для кого-то любовь не любовь без красивых и долгих ухаживаний, стихов или длинных писем в прозе, широких жестов и чтобы весь мир под ноги любимой.

Кто-то любит… еще что-нибудь.

И все желания, все стратегии имеют право на существование. Лишь бы люди были счастливы. Мы все разные, причем не только по темпераменту, но и по возрасту. Я сама прожила жизнь от едва осознавшей себя девчонки-подростка до взрослой женщины, и в разные времена мне хотелось разного. Хотя уже к зрелости я все же определилась.

К чему я это все? К одному интересному вопросу, который я задала Ги, когда мы сели, наконец, на скамеечку в самом дальнем углу парка, ибо ноги уже начали отваливаться от долгих прогулок.

— Ты знаешь… что я не та Саяра, которая подписала контракт на преподавательскую должность прошлым летом?

Ги молчал какое-то время, держал меня за руку и молчал. Я не торопила его. Мне был очень важен его ответ.

— Знаю. — Он наклонился и поцеловал мою ладонь.

— Как давно?

— Почти с самого первого месяца осени. Я… каюсь. Еще в самом начале учебного года, когда ты только появилась, залез в секретный архив, воспользовавшись одним старым долгом. И прочел о крови спасителей, о сосудах и о таких, как ты.

— Понятно…

— Хочешь спросить, как я к этому отношусь? Никак. Мне жаль девочку. А в остальном — мне все равно, кто ты.

— Хорошо. Ты знаешь, почему я об этом спросила? — Я откинулась на спинку скамейки и посмотрела в темно-синее небо в сетке тонких ветвей.

— Догадываюсь… Хочешь, я расскажу тебе о себе все? С самого детства? Собственно, никаких особых секретов у меня нет, вполне обычная жизнь. Так, пара… интересных моментов, не более.

— Хочу. Но не сейчас и не сразу. — Я улыбнулась. — Как ты понял?

— Не знаю. Я просто… чувствую, чего тебе хочется. — Ги продолжал гладить мою ладонь и даже не пытался зайти дальше. — Я… не знаю. У меня странное ощущение. Словно я знаком с тобой очень давно, просто забыл. А теперь вспоминаю.

Я посмотрела на него сквозь ресницы и задержала дыхание.

Что это? Он ведь говорит почти те же слова, что и в прошлый раз, он ведет себя так же, но… но. Кажется, я никогда не узнаю, существует ли между нашими мирами переселение душ, сколько времени прошло на Земле с момента моего ухода — там ведь все может течь иначе. Не узнаю многого. Но может быть, и не нужно?

— И что ты «вспоминаешь» обо мне? — спросила уже с улыбкой.

— Что ты не любишь слишком настойчивых мужчин. Что тебе необходимо никогда не врать и не умалчивать проблем. Что, когда мы вместе, важнее не то, о чем мы говорим, а то, как долго мы можем молчать и чувствовать себя при этом хорошо и уютно.

— Это ты точно вспоминаешь или просто догадался, наблюдая за мной?

— А это важно?

— Ты прав, не особенно. — Я все же не выдержала, рассмеялась. — Завтра приедут наконец родители, они там едва с ума не сошли, несмотря на то что я спохватилась вовремя и писала чуть ли не через день. Пойдешь со мной к ним на ужин?

— Конечно. Во сколько?

— Еще не знаю… отпрошусь с самого утра. Благо меня чуть ли не вся «поцелованная в лоб» Академия готова на руках носить, хоть неделю отгулов дадут и не спросят зачем.

— Ты отказалась от всех официальных наград, кажется?

— Угадаешь почему? — не удержалась я, придвинувшись ближе и заглядывая ему в глаза с искренним любопытством.

— Запросто. Неофициальная благодарность в разы больше, — засмеялся в ответ Ги. И я засмеялась вместе с ним.

А потом… а потом мы поцеловались.

Я не собираюсь замуж в ближайшие двадцать лет. Он об этом знает. Это будет потрясающе интересная и насыщенная жизнь — у каждого в отдельности и у нас двоих вместе. И нам безумно, просто безумно нравится целоваться…

Кто-то любит фейерверки и ванну с шампанским. Тайны и объяснения, азарт и схватки.

А я люблю, когда мне просто хорошо рядом с человеком. Спокойно, не страшно и тепло. Когда можно говорить обо всем прямо, без лишних церемоний, и не бояться недомолвок, недопонимания и лжи. Когда можно повернуться спиной к спине и быть уверенной, что тебя никогда не подведут.

Когда даже говорить об этом вслух не нужно.

И когда он так потрясающе, немыслимо, восхитительно целуется.

Content

Дэвлин Джейд и др Практикум по боевой кулинарии

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Эпилог