Питер Эшер

The Beatles от A до Z: необычное путешествие в наследие «ливерпульской четверки»

«Я придумал использовать алфавит как индивидуальный и иногда своеобразный взгляд на The Beatles – на их музыку, их историю, их влияние, их наследие».

Питер Эшер

Венди и Виктории,

моим двум любимым поклонницам The Beatles

THE BEATLES FROM A TO ZED

by Peter Asher

Copyright © 2019 by Peter Asher Published by arrangement with Henry Holt and Company, New York.

Редакция выражает благодарность российскому комьюнити Beatles.ru за помощь в подготовке книги.

© А. Фасхутдинова, перевод на русский язык, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Введение

Пол (поет): Please lock me away…[1]

Джон: Да, отлично. Конец песни.

Разговор, который изменил мою жизнь.

Я вырос в музыкальной семье, поэтому в некотором смысле моя тяга к миру музыки и звукозаписи неудивительна. Мой отец был пианистом-любителем, страстным поклонником Гилберта и Салливана[2], а также выдающимся врачом, мать – профессором и преподавателем игры на гобое в Королевской академии музыки; она играла в различных крупных оркестрах и давала уроки гобоя дома. Пока мы с сестрами росли, в нашем доме на Уимпол-стрит, 57, на углу Нью-Кавендиш-стрит в центре Лондона, всегда звучала музыка.

К четырнадцати или пятнадцати годам я уже брал не только уроки игры на фортепиано, но и кое-какие уроки игры на гобое и контрабасе. Впрочем, несмотря на большую любовь к музыке, моя ужасная лень мешала достичь каких-либо реальных результатов. Я любил музыку моих родителей – и до сих пор с удовольствием могу послушать концерт Корелли[3] для гобоя или оперетту Гилберта и Салливана, – но моей страстью стала вся неклассическая музыка, которую я услышал из американских источников. Я любил бибоп[4] Чарли Паркера и его современников и современный джаз всех видов и в конечном итоге собрал обширную коллекцию пластинок. Я любил народную музыку Вуди Гатри[5], Сиско Хьюстона[6], Ледбелли[7], Сонни Терри[8] и Брауни Макги[9] – и ходил в Dobell’s Record Shop[10] на Чаринг-Кросс-Роуд, чтобы купить то, что, как я теперь понимаю, должно было быть контрабандной оригинальной грампластинкой всей этой замечательной музыки. Я любил R&B и блюз. Мое любопытство к самой Америке (чудесной стране изобилия, как материального, так и художественного, как нам казалось) было сравнимо только с моей любовью к ее музыке. Благодаря ей я взял в руки свою первую гитару и выучил несколько аккордов.

С Гордоном Уоллером, моим другом, мы познакомились в Вестминстерской школе в Лондоне – он любил почти ту же музыку и знал гораздо больше аккордов, чем я. Мы начали петь вместе, играть в пабах, клубах и кофейнях, называя себя (теперь это звучит странно) Gordon & Peter. В конце концов поздно вечером мы устроили шикарную вечеринку в питейном заведении под названием Pickwick. Когда мы играли, к нам подошел человек в очень блестящем костюме, представился Норманом Ньюэллом, менеджером A&R[11] EMI Records, и спросил, не придем ли мы на прослушивание в студию EMI на Эбби-Роуд в лондонском районе Сент-Джонс-Вуд. Мы были взволнованы до смерти. Через несколько дней мы отправились туда, записали несколько песен и стали ждать результатов. К счастью и радости, они предложили нам контракт. Мы его, конечно, подписали.

Норман заказал несколько студийных музыкантов и зарезервировал вторую студию в EMI на дату, что была назначена примерно через месяц. Он обсудил с нами, какие песни мы должны записать. Выбрал несколько композиций, которые мы исполняли в Pickwick, и поговорил с парой авторов. А еще сказал: «Послушайте, если вы знаете какие-нибудь другие хорошие треки, которые могли бы вам подойти, чтобы предложить и записать их, пожалуйста, дайте мне знать. Мы заинтересованы в ваших песнях, которые вы уже играете, но и в новых песнях и новых авторах. Кстати, мы меняем ваше имя на Peter & Gordon, потому что считаем, что оно звучит лучше». Да кто я такой, чтобы жаловаться?

Я и моя сестра Джейн

Именно здесь совпадение сыграло весомую роль в нашей истории. У меня были (и, я счастлив сказать, до сих пор есть) две очень красивые сестры, Джейн и Клэр. Джейн на два года младше меня и на два года старше Клэр, она уже была очень успешной актрисой в Британии, хорошо известной и вызывающей восхищение по сей день. И именно как знаменитость, которая любит музыку, ее попросили пойти посмотреть новую группу, из-за которой визжали все девушки. Группу, которая только что приехала из Ливерпуля и получила свой первый хит. Журнал Radio Times предложил Джейн посетить их выступление в Лондоне, написать рецензию и попробовать понять, из-за чего весь этот шум. Она была в восторге от предложения; она никогда не видела The Beatles, но много читала о них, как и все мы.

Джейн очень впечатлилась. Она решила, что музыка была фантастической, а когда встретилась с ними позже, нашла их очаровательными, остроумными и спокойными, они ей очень понравились. Она им тоже была симпатична; одному из них настолько симпатична, что он пригласил Джейн на свидание. Вот так она начала встречаться с Полом Маккартни, их отношения продлились несколько лет. И одним из «побочных эффектов» было то, что Пол постоянно околачивался возле нашего дома.

В конце концов родители сжалились над ним и предложили ему гостевую комнату на верхнем этаже дома, рядом с моей спальней. Пол переехал, и мы пару лет жили на верхнем этаже родительского дома. За это время мне посчастливилось услышать несколько песен, которые он написал, и одна из них называлась A World Without Love. Я услышал лишь отрывок и сразу сказал Полу, что звучит очень хорошо. Но The Beatles не собирались ее записывать. Им казалось, что это немного не их история. (Позже я узнал, что Джону не нравилась первая строчка: «Прошу, запри меня».)

Рукописный текст Пола Маккартни к куплетам World Without Love.

Проигрыш.

Так песня попала в стол, ожидая своего часа. Плюс к тому она не была закончена. Лишь пара куплетов без припева. Поэтому, когда Норман Ньюэлл спросил, не знаю ли я еще каких-нибудь песен, которые можно было бы записать, я подумал: может, и знаю.

В тот вечер я вернулся к Полу и спросил: «Слушай, у нас контракт на запись, и мы ищем песни. Та песня, A World Without Love, все еще ничья?»

Он ответил: «Да, мы не будем ее записывать».

Я обрадовался: «Можем ли мы записать ее, если закончим и она нам понравится? Мы очень волнуемся».

И Пол ответил: «Да, пожалуйста».

Он был любезен, записал аккорды, текст песни и небольшую демо-версию, чтобы мы не испортили ее. (У меня до сих пор сохранилось это демо.) Пол сделал демо на катушечном магнитофоне в моей спальне в конце 1963 года. Гордон и я разработали свою версию этой новой полюбившейся нам песни, но она все еще была неполной. По мере того как приближалась дата сессии, я все чаще и чаще мягко намекал Полу по поводу недостающего проигрыша. В конце концов он взял гитару, удалился в свою спальню на возмутительно короткие восемь минут или около того и появился с целой новой партией, которая оказалась совершенно идеальной.

Мы записали ее 21 января 1964 года вместе с четырьмя или пятью другими песнями, и к концу сессии ни у кого не возникло сомнений, что A World Without Love станет нашим первым синглом. Он вышел и через месяц, что очень быстро, стал № 1 в Великобритании, № 1 по всей Европе и, наконец, несмотря на наш скептицизм и к нашей бесконечной радости, № 1 в Америке, которая так много значила для нас. Гордон, я и все наши друзья боготворили Америку и поклонялись американской музыке. Итак, тот день, когда нам позвонили и сказали: «Вы номер один в американском журнале Billboard», я запомню навсегда, он изменил мою жизнь. Вот так я начал свою карьеру в музыкальном бизнесе.

Со временем я отошел от выступлений, стал продюсером, меня пригласили стать первым руководителем A&R в Apple Records, где вместе со всеми четырьмя битлами мы искали новые таланты и записывали их музыку. Именно тогда я познакомился с молодым вокалистом по имени Джеймс Тейлор и подписал с ним свой первый контракт, а когда Apple и The Beatles как группа начали разваливаться (в конце 60-х годов), мы с Джеймсом решили покинуть Apple Records. Джеймс вернулся домой, а я переехал в Калифорнию, где стал его менеджером и продюсером. В дальнейшем я работал со многими артистами, включая Линду Ронстадт[12], Шер[13], Дайану Росс[14], Нила Даймонда[15], Джони Митчелл[16], Робина Уильямса[17] и Стива Мартина[18].

В 2017 году я запустил на SiriusXM радиопрограмму The Beatles Channel под названием From Me to You, кручу пластинки и рассказываю истории о своем опыте в музыкальном бизнесе, периодически упоминая The Beatles, конечно. Я получаю много интересных комментариев наряду с подробными вопросами о The Beatles, такими как «Что Джон имел в виду в этих строках?», или «Кто играл на этом инструменте в этом треке?», или «Каков порядок гитарных соло?», и на некоторые из них я не знаю ответов! Есть люди, которые являются серьезными битлз-экспертами и учеными и пишут гигантские книги с гигантскими алфавитными указателями. Это НЕ я. Я к ним не отношусь. Я просто предлагаю свои личные впечатления, оглашаю музыкальные предпочтения и делюсь воспоминаниями о времени, когда мне посчастливилось быть рядом с такими замечательными людьми и быть частью стольких интересных событий. После нескольких месяцев перемены тем радио-программы у меня появилась идея, как организовать мое шоу. Я решил начать новый проект, новый путь, новый протокол – что-то другое, что-то, что, как мне казалось, может быть крутым. Звучит банально, но, возможно, вы согласитесь со мной, что это может быть интересно.

Я придумал использовать алфавит как индивидуальный и иногда своеобразный взгляд на The Beatles – на их музыку, их историю, их влияние, их наследие. Я взял страницу из книги «Улица Сезам», так сказать, начав с буквы А и дойдя до самой Zed.

(Надеюсь, вы не возражаете, что я использую английское произношение этой буквы. В данном случае это кажется уместным. Я сам билингва, но, поскольку это книга о The Beatles, мы будем придерживаться английского языка.)

Я собирался использовать буквы не только для упоминания музыкальных композиций (песен The Beatles, Wings, The Traveling Wilburys, соло-песен битлов, кавер-версий и всего такого прочего), но и для упоминания тем, инструментов, людей и мест. Так что это не просто алфавитный указатель песен. Например, когда мы доберемся до буквы D, наряду со всем остальным я буду говорить о Drum Fill[19]. Буква G найдет нас во время путешествия в Германию. T в том числе предназначена для тактового размера. Чем больше я думал о таком алфавитном подходе, тем больше интересных для изучения других людей, проектов и идей, связанных с конкретными буквами, приходило мне в голову.

В конце той или иной главы многие из вас могут задаться вопросом, почему я опустил некоторые очевидные песни, которые начинаются с этой буквы. Например, в главе, посвященной букве А, вы не найдете ни A Day in the Life, ни A Hard Day’s Night, ни All You Need Is Love. Не волнуйтесь – они все здесь, просто в разных частях алфавита, там, где создают новые связи и раскрывают разные стороны себя. Надеюсь, вы сочтете это интересным ходом.

Этот проект не был задуман как энциклопедия или исчерпывающий рассказ обо всем, что имеет отношение к The Beatles. Это скорее путешествие, цель которого становится ясной только в процессе. Алфавитное таинственное путешествие, если хотите, опираясь на мои собственные впечатления и наблюдения за этой четверкой замечательных личностей и музыки вне времени, которую они подарили нам.

Кажется, этот план сработал на радио, и так идея переросла в книгу. Надеюсь, путешествие вам понравится.

А

Джон Леннон, Джордж Харрисон, Джордж Мартин и я в Studio Two в EMI Studios

Мы начинаем наше алфавитное путешествие ужасно банально, с буквы А. Есть так много битлз-композиций, которые начинаются с А, и среди них более интересные, чем классическая мелодия All My Loving. Прежде всего это песня Пола Маккартни и, безусловно, одна из его главных ранних работ. Записанная в июле 1963 года, она была придумана несколькими месяцами ранее, во время турне The Beatles с одним из своих американских героев, великим Роем Орбисоном[20]. Несмотря на то что она никогда не была выпущена как настоящий сингл, All My Loving, безусловно, была большим хитом среди поклонников поп-музыки по всему миру и остается моей любимой. Великая песня, великий певец и некоторые оригинальные гармонии в третьем куплете, которые Пол любил напевать.

На самом деле эта ранняя композиция лишь подчеркивает оригинальность и гениальность каждого из битлов, в том числе и при аранжировке. В куплете Пол играет блуждающую бас-партию[21], которая легко перемещается при изменении аккорда. Ринго импровизирует на хай-хэт[22] в своем броском, но точном стиле, создавая радостно уникальное ощущение перетасовки; он также играет синкопированную часть малого барабана[23], которая переключается на прямые четвертные ноты в проигрыше. Гигантским вкладом Джона была идеальная партия на ритм-гитаре, состоящая из движущегося триплета (в энергичном темпе) на протяжении всех куплетов, а затем синкопированного фонового ритма в проигрыше – не самая легкая часть, не говоря уже о виртуозной точности, которую выдает Джон. И наконец, замечательное гитарное соло Джорджа с «привкусом» Чета Аткинса[24] в стиле кантри-джентльменов.

Лид-вокал Пола звучит легко, как и высокая гармония, которую он наложил на последний куплет. Я верю, что, когда они пели эту песню вживую, Пол поднимался до высокого соль-диез, который он мог (и все еще может!) легко взять, а затем он сохранял идеальный фальцет высокого до-диез для лика в конце.

Еще одна значимая песня, о которой много было сказано, вышла уже на закате совместного творчества The Beatles, это композиция Джона Леннона Across the Universe. Некоторые поклонники размышляли о том, конкурировала ли она с Lady Madonna, выпущенной в качестве сингла в 1968 году. Существуют различные версии песни, и я, честно говоря, не уверен, сколько их. Я также не уверен, какая версия является лучшей. Признаюсь, я в этом деле не специалист. Оригинальная версия была записана для благотворительного альбома Всемирного фонда дикой природы, и она уже была прекрасна. Похоже, Джон был не совсем доволен тем, какой она получилась, будь то в этой версии или в любой из последующих. В какой-то момент продюсер Фил Спектор попробовал сделать свою вариацию песни, но мне сказали, что Джону она не понравилась. Предполагаю, что Джон очень ценил поэтику стихов, настолько высоко, что не мог поверить, что можно найти для них музыкальную подложку равного качества и блеска. И это несмотря на множество различных наложений оркестра, хора, экзотических инструментов.

Поэтика здесь открывает, обнажает смысл. Мне особенно нравится, как лирика (возможно, трансцендентно) описывает рождение текста: Words are flowing out like endless rain into a paper cup / They slither while they pass, they slip away across the Universe («Слова вытекают, словно бесконечный дождь в бумажную кружку, / Они скользят через всю Вселенную»).

Эта замечательная песня дала начало фильму под названием Across the Universe («Через Вселенную»[25]). Сценарий фильма был написан блестящими и остроумными авторами, моими друзьями, Иэном Ла Френе и Диком Клементом, которые придумали ряд замечательных британских телевизионных комедийных шоу и несколько превосходных сценариев полнометражных фильмов. Один из них – фильм Алана Паркера «Обязательства» (The Commitments, 1991 г.), они же работали над классическими телешоу «Овсянка» (Porridge, 1974–1977 гг.), которое, если у вас когда-нибудь будет шанс увидеть его, покажется вам невероятно смешным, «Лавджой» (Lovejoy, 1986–1994 гг.) и многими другими. Режиссер картины «Через Вселенную» Джули Тэймор известна как режиссер «Короля Льва», невероятно успешного мюзикла в Нью-Йорке, где была использована музыка Элтона Джона, а также режиссер многих других музыкальных театральных постановок. Но мы сейчас говорим о музыке The Beatles, и фильм «Через Вселенную» целиком и полностью состоит из необычных кавер-версий песен The Beatles. Самая великолепная из них была исполнена человеком, которым я восхищаюсь, блестящим актером и комиком Эдди Иззардом. Если вы не знаете его работ, найдите и посмотрите все. Он гений. Взять хотя бы Дарта Вейдера в столовой на Звезде Смерти – это удивительно. А в «Через Вселенную» Эдди Иззарду достается композиция Being For The Benefit Of Mr. Kite, которую он превращает в сюрреалистическую и эксцентричную интерпретацию аранжировки, которая, на мой взгляд, ближе к The Bonzo Dog Doo-Dah Band[26], чем к The Beatles. Изумительно.

Отличные каверы The Beatles были сделаны для картины Шона Пенна «Я – Сэм» (I Am Sam, 2001 г.). Одним из них, как ни странно, была песня Across the Universe, которую исполнил Руфус Уэйнрайт[27], артист, которым я действительно восхищаюсь. Он родом из удивительной семьи. Его отец – Лаудон Уэйнрайт III – фантастический композитор; мать – Кейт Макгерригл – из замечательных сестер Макгерригл[28]; а его сестра – Марта Уэйнрайт[29], так что неудивительно, что он сам очень хороший певец. В его версии Across the Universe мне нравится, что она раскрывает возвышенную красоту мелодии сильнее, чем любая из записей The Beatles, кстати, некоторые из них кажутся довольно тяжелыми из-за сложного исполнения. А у Руфуса великолепный тенор. Так что версию Джона Леннона стоит слушать из-за его творческого гения, версию Эдди Иззарда – из-за эксцентричности самой песни, а версию Руфуса Уэйнрайта – из-за элегантной и трогательной красоты композиции.

Теперь очередь Ринго присоединиться к нам под заголовком буквы А. Песня, которая сразу приходит на ум, – это очевидный и отличный выбор. В чем Ринго действительно хорош, так это в игре на барабанах и искренности. И то и другое представлено в Act Naturally – песне, которую он нашел для себя, слушая пластинку Бака Оуэнса[30]. Ринго – фанат музыки кантри. И ему идеально подходили и bakersfield sound[31], и стиль Бака Оуэнса. Мелодия, написанная Джонни Расселлом и Вони Моррисон, с нетребовательным вокальным диапазоном и самоироничным текстом, была предназначена для Ринго – и, как только композицию выпустили на пластинке, она стала фаворитом его концертных выступлений.

Мы переходим к А-композициям Джорджа Харрисона. Еще один очевидный выбор – All Things Must Pass, заглавный трек превосходного первого сольного альбома Джорджа. Альбома с удивительным составом звездных музыкантов, элегантной струнной аранжировкой и искренним вокалом Джорджа. Возможно, это один из лучших и мудрейших сольных альбомов битлов. Хотя Джордж изначально и надеялся на то, что песня попадет в альбом The Beatles, я считаю, что очень замечательно, что она вышла так, как вышла, и еще раз подчеркнула гений Джорджа как сольного композитора, продюсера (работающего в тандеме с непредсказуемым Филом Спектором) и художника.

Этот альбом, All Things Must Pass, был создан после сессий для последнего записанного альбома The Beatles – Abbey Road. И действительно, некоторые из песен могли бы попасть на Abbey Road и не попали. Зато такое упущение лишь помогло в создании шедевра, которым стал альбом All Things Must Pass.

Сам Abbey Road по-прежнему является произведением экстраординарного гения от всех битлов, поэтому мы вернемся во времени от All Things Must Pass к предшествующим ему сессиям Abbey Road. Судя по всему, все четверо были удивительно близки по духу, несмотря на противоречия, которые разрывали группу на части. Запись прошла так хорошо, что никто бы никогда не догадался о внутренних распрях.

Abbey Road – альбом, который заслуживает отдельного внимания в разделе буквы А. Прежде всего это улица на севере Лондона в районе, известном как Сен-Джонс-Вуд. Ближайшая станция метро, конечно же, станция Сент-Джонс-Вуд – первоначально находящаяся на ветке Бейкерлоо (Bakerloo Line), а теперь на ветке Джубили (Jubilee Line). (Информации чуть больше, чем вам нужно, но неизвестно, а вдруг однажды вы окажетесь на улицах Лондона. Это будут ваши указатели в метро, которыми вы воспользуетесь, если захотите добраться до Abbey Road Studios на общественном транспорте.) Здание, в котором находится студия, красивый георгианский таунхаус, было построено в 1829 году. Грандиозная церемония открытия EMI состоялась в 1931 году при участии Лондонского симфонического оркестра под управлением великого мастера сэра Эдварда Элгара.

Вы не знаете или не уверены, кто такой Эдвард Элгар? Уверяю, вы, несомненно, знакомы с одним из его самых больших хитов. Гарантирую. Сегодня эта песня вновь стала популярной – Pomp and Circumstance March № 1. Я слышал, что ее играют на большинстве выпускных церемоний в США, будь то колледж или средняя школа. Все эти слова – о «Земле надежды и славы», конечно же, посвящение Великобритании. Чего я не знал раньше, так это того, что у Элгара изначально не было слов. Слова появились по распоряжению короля Эдуарда VII, который поручил Элгару выразить марш словами. В итоге песня стала еще одним национальным хитом. Патриотичные стареющие англичане, как только выпивают, затягивают ее, хоть и делают это с немалой долей иронии. Мы ее любим. Кроме того, Pomp and Circumstance March No. 1 ежегодно поют в завершение знаменитых выпускных концертов в Royal Albert Hall. Так что она по сей день остается хитом. В какой-то момент, под предлогом уважения к «европейским слушателям», на BBC пытались исключить марш из эфира (вместе с еще одной партриотичной песней Rule Britannia). Но я рад сообщить, что общественность победила и трансляции песен были восстановлены.

EMI Recording Studios изначально использовалась для записи классической музыки. Но в 1958 году все изменилось. Самый первый рок-н-ролльный альбом, выпущенный EMI Studios, был записан в Studio Two. И этот альбом (Move It) был альбомом Клиффа Ричарда, который оказал большое влияние на весь британский рок-н-ролл. Джон Леннон сказал: «До Клиффа и The Shadows в британской музыке не было ничего, что стоило бы слушать». Это был огромный успех. Мы все были влюблены в Клиффа, и сегодня он все еще остается большой звездой.

Хотя группа Клиффа Ричарда известна как The Shadows, в 1958 году они назывались The Drifters. В конце концов до всех дошло, что в Америке уже есть очень успешная группа под названием The Drifters, и команда Клиффа сменила название. Move It, их первая запись, британская песня, написанная Йеном Сэмвеллом, была на самом деле приписана Клиффу Ричарду и The Drifters и выпущена 29 августа 1958 года. Эту дату можно назвать началом истории британского рок-н-ролла, нашей постоянной дани великому американскому искусству.

В той же студии, Studio Two, The Beatles записали почти все свои пластинки, включая альбом, который они решили назвать Abbey Road. Он был записан и выпущен в 1969 году. Они назвали альбом в честь улицы, на которой находилась студия. Но затем, в 1970 году, у кого-то в EMI появилась блестящая идея изменить название студии на Abbey Road Studios, что и было сделано. Она остается одной из самых значительных и важных студий в Лондоне. Студией, которую непременно стоит посетить. Недавно на Abbey студии построили новую микшерную аппаратную с Dolby Atmos[32]. У Джайлса Мартина (сына Джорджа Мартина), который, как и отец, является блестящим продюсером и музыкантом, есть там комната. Это действительно классная студия, и я бываю там всякий раз, когда нахожусь в Лондоне и у меня есть такая возможность. Даже для меня, для того, кто работал в Studio Two довольно часто в течение многих десятилетий, все еще есть нечто волшебное в том, чтобы прийти в «студию битлов», а для новичков это должно быть нереально круто. Беготня вверх и вниз по лестнице между гостиной и аппаратной (единственная студия с такой особенностью, которую я когда-либо использовал) остается для меня одновременно захватывающей и ностальгической.

Пока мы все еще обсуждаем тему Abbey Road Studios, я хотел бы вспомнить один из моих любимых треков альбома Abbey Road. Композицию Джорджа Харрисона Something. Как многие из вас знают, у Джеймса Тейлора была песня Something in the Way She Moves, которую мы с ним записали для альбома для Apple Records.

Вскоре после этого Джордж Харрисон написал песню, которая содержала ту же лирическую фразу Something in the way she moves («В манере ее движений есть что-то…»), и кто-то сказал: «Ага! Возможно, он позаимствовал это у Джеймса», в ответ на что Джеймс объяснил, что он, в свою очередь, в Something in the Way She Moves позаимствовал лирику I feel fine в одноименной песне The Beatles, более того, сделал это дважды, потому что любил ее. She’s been with me now quite a long, long time, and I feel fine («Она была со мной уже довольно долгое время, и я чувствую себя прекрасно»). В музыкальной среде заимствование происходит постоянно, что и породило так много великих песен, и никто не жалуется на это.

Еще одна очевидная A, связанная с The Beatles, – Apple, тема настолько большая, что может быть отдельной книгой. Мои отношения с Apple Records начались еще до того, как я записал альбом с Джеймсом. Мы с Полом Маккартни обсуждали идею Apple с момента ее зарождения, и я поделился с ним своим видением того, что это, может быть, новый вид лейбла с гораздо более щедрым и уважительным отношением к артистам, чем было принято в то время.

Пол прекрасно знал о моем энтузиазме в производстве пластинок (он действительно играл на барабанах для меня во время моей первой записи), и это он предложил мне должность руководителя A&R в Apple Records, которую я с радостью принял. Вскоре ряд совпадений привел меня к встрече с Джеймсом Тейлором. Во время одного из первых туров Peter & Gordon я подружился с блестящим гитаристом, который играл с нами, Дэнни Кортчмаром, он с детства был лучшим другом Джеймса Тейлора. Так что, когда Джеймс запланировал поездку в Лондон, Дэнни дал ему мои контакты, и однажды вечером Тейлор пришел ко мне, включил запись, которую он сделал, сыграл на моей гитаре пару песен вживую и поразил меня своим гением. Я познакомил его с The Beatles и подписал контракт с Apple так быстро, как только мог, – они разделили мое восхищение музыкой Джеймса. Действительно, в песне Carolina in My Mind строчка holy host of others standing around me («священное воинство других стоит вокруг меня»), которое Джеймс упоминает в текстах, является ссылкой на самих битлов.

Пол и я примерно в то время, когда планировалось создание Apple

Есть еще один очень любопытный персонаж, который сыграл ключевую роль в истории Apple. Вскоре после того как The Beatles создали компанию, в ее штате некоторое время был человек по имени Волшебный Алекс. Его полное имя было Алексис Мардас, и это очень интересная история. По-моему, он был другом Джона, и Джорджу он тоже нравился. Он был ученым, и, насколько я мог судить, в какой-то степени настоящим ученым. Мало того, что у него было несколько замечательных идей и он был в курсе многих интересных новых исследований, технических и музыкальных. Волшебный Алекс знал и понимал столько, что в итоге рассказывал нам о переменах, которые могут произойти, так, как будто они уже произошли. Некоторые из новшеств в конце концов действительно появились. Я помню, как он говорил о технологии распознавания голоса и технологии распознавания лиц. Он говорил, что может создать колонки, которые будут сделаны как обои, которые можно просто разместить на стене. Это то, что происходит сейчас. Я не думаю, что Алекс был проходимцем, но думаю, что он был оптимистичен в отношении того, что и когда он действительно мог создать.

Я помню, как он говорил о проблеме, которая всегда существовала, – звук от одного инструмента просачивался в другие микрофоны. Например, барабаны просачивались в вокальные микрофоны и так далее, и мы ставили большие деревянные перегородки, чтобы попытаться предотвратить это. Алекс говорил нам: «Они вам не понадобятся – мы можем создать невидимые барьеры, которые не позволят звуковым волнам блуждать между микрофонами». Такое запросто может появиться в будущем, но пока это не работает, и уж точно не сработало тогда. В итоге все потеряли веру в Алекса. Он был своего рода ученым-фантазером, возможно, и аферистом. Лично мне он нравился. Он был классным парнем. Очаровательным и красноречивым. И мне было грустно узнать, что он умер. Алекс Мардас был важной частью команды Apple, мы знали его как Волшебного Алекса, он был близким другом The Beatles и, безусловно, важной частью нашей буквы А, хотя на самом деле (и мне жаль это говорить) он не был волшебником.

Насколько я помню, Пол был более скептичен, когда речь заходила об экстравагантных псевдонаучных заявлениях Алекса, и я воспользуюсь этой возможностью, чтобы упомянуть сольный трек Пола. Есть много A-песен, из которых можно выбрать, но я собираюсь показать, как глубоко уходит буква А в музыкальную жизнь Пола. Мне особенно нравится его версия песни, которая вовсе не является песней The Beatles, а скорее одной из моих самых любимых записей Элвиса Пресли. All Shook Up написал Отис Блэквэлл, легендарный композитор той эпохи. Элвис сам придумал название – видимо, проснулся однажды утром с чувством, что он «весь взбудоражен», ему понравилась фраза, пришедшая на ум, и он предложил ее Блэквэллу в качестве темы для песни. Всегда трудно понять, как спеть песню Элвиса, не впадая в хромое олицетворение. Мы с Гордоном тоже пели эту песню и делали медленную и плавную аранжировку дуэта, чтобы не имитировать грув Элвиса, но Пол выбрал противоположный подход, немного повысив темп и превратив All Shook Up в жесткую, полноценную рок-историю. Трек вошел в альбом 1999 года Run Devil Run, и это действительно прекрасная версия.

У Джона тоже долгая история с буквой А. Я особенно восхищаюсь его кавер-версией песни, автором которой ни он, ни Пол не являются, но которую они записали и которая создана великим Артуром Александером[33] (А. А.!), а песня называется Anna (Go to Him). Может быть, это чуть больше A, чем мы можем выдержать, но ничего не поделаешь. Придется смириться и следовать до конца. Артур Александер – один из самых невоспетых героев рок-н-ролла. Дам вам подсказку, он был единственным автором песен, записанных и The Beatles, и The Rolling Stones, и Бобом Диланом.

Пожалуй, еще большим шедевром, чем Anna (Go to Him), был кантри-соул You Better Move On – одна из ключевых композиций из репертуара The Stones с того дня, как я впервые увидел их. Ее записывали и многие другие значимые британские артисты. Несмотря на свою блестящую работу, как и многие другие писатели той эпохи, Александеру было трудно получить признание (и доход), и поначалу он несколько лет проработал водителем автобуса. Я никогда не встречался с ним и не имел возможности сказать ему, как сильно восхищаюсь его творчеством. И я не сомневаюсь в том, что для него было большой радостью, когда The Beatles ворвались на сцену и Джон Леннон (своим прекрасным и внутренне мощным вокалом) представил песню Александера перед совершенно новой и дико благодарной аудиторией. Должен признаться, мне кажется, что на проигрыше Джон превосходит оригинальную версию Александера по эмоциональной насыщенности.

Пожалуй, закончу я еще одной песней, которая возвращает нас к тому, с чего мы начали эту главу. Первой была песня Пола All My Loving 1963 года, и менее чем через год Пол написал другую песню о любви, которая, быть может, лучше, чем первая: And I Love Her. Прекрасная песня и прекрасная пластинка. Пол и я, мы оба помним, как он исполнял ее за роялем, наверху, в главной гостиной нашего дома, для нескольких Эшеров, которые случайно оказались в это время в комнате. Тогда в песне еще не было проигрыша, и еще одна мелодия (тогда мы могли бы назвать его middle eight[34]) была добавлена уже в студии, после легкого толчка Джорджа Мартина. Мне нравится, что здесь нет барабанов, только конги[35] и клаве[36], а еще акустические гитары. Восхитительная модуляция (до полутона) в прекрасно элегантном гитарном соло Джорджа в классическом стиле – очаровательный сюрприз, да и вся композиция совершенна в своей сдержанности и ясности. Это не рок-н-ролл, а еще одна демонстрация универсальности и общей музыкальности The Beatles. Поэтому мы и остаемся их преданными поклонниками!

B

Badfi nger (слева направо): Пит Хэм, Том Эванс, Джоуи Молланд и Майк Гиббинс

От А плавно переходим к букве В.

Для начала я выбрал одну из моих любимых записей The Beatles, которая начинается с B., – Baby It’s You, отчасти потому, что она была написана Бертом Бакараком[37] (doble B!). Она была первоначально записана замечательной девичьей группой The Shirelles[38], и The Beatles сделали отличный кавер. Подозреваю, что, создав такую убедительную версию песни, они привлекли к ней внимание многих людей по обе стороны Атлантики, которые даже не слышали оригинала. Это обычное явление. Так случилось и со многими другими песнями, которые они записали или исполнили. Есть еще люди, которые думают, например, что Twist and Shout – оригинальная песня битлов.

Мы с Гордоном имели удовольствие в 60-х годах делить сцену с The Shirelles – и каждый вечер они были потрясающими.

Три замечательные голоса, сменявшие друг друга, кто-то пел главную партию, а кто-то подпевал, но их голоса всегда оставались совершенно сбалансированными и однозначно казались одухотворенными. У них было много отличных хитов, в том числе первая запись, когда-либо записанная афроамериканской женской группой, – еще до The Supremes или кого-либо еще, – и это Will You Love Me Tomorrow. В 1996 году их достойно ввели в Зал славы рок-н-ролла. Я был на этой церемонии и спустя несколько десятилетий снова приветствовал их. Моей любимой Shirelles была Дорис Коули, потому что мы были в хороших отношениях во время тура, и мне было очень интересно увидеть ее вновь. Обычно мы сидели рядом в автобусе и разговаривали, и именно Дорис пришлось объяснять этому чересчур самоуверенному белому англичанину, когда мы останавливались поесть в закусочных в некоторых штатах Юга, что нам не обязательно сидеть вместе (даже в 60-е годы).

Этот тур с The Shirelles, 1965 года, назывался Dick Clark’s[39] Caravan of Stars и продолжался в течение нескольких месяцев. Забавным было то, что в туре принимали участие самые разнообразные исполнители. Там были The Shillers, The Drifters, Брайан Хайланд[40] (если вы помните Itsy Bitsy Teenie Weenie Yellow Polkadot Bikini), Том Джонс[41] и, конечно, Peter & Gordon. Мы путешествовали в обычном автобусе Greyhound[42], спали в отелях только каждую вторую ночь и, несмотря на значительный дискомфорт, прекрасно проводили время. Это было действительно весело.

The Beatles были большими фанатами The Shirelles, и Baby It’s You – это не единственная песня Shirelles, которую они записали, и даже не единственная B-песня The Shirelles. Так, к примеру, есть еще Boys, одно из замечательных вокальных выступлений Ринго, он до сих пор иногда исполняет ее, когда выступает со своей группой All-Starr[43]. И это всегда сплошное удовольствие. Может быть, она традиционно женская, но Ринго поет с таким декларативным энтузиазмом и радостной уверенностью, что добивается нужного результата. Я видел, как он недавно исполнял ее на праздновании дня рождения Джо Уолша[44]. И то, как он играет и поет одновременно с интенсивным грувом и уникальным броским стилем хай-хэт, – это потрясающе, никогда не качало больше, чем сейчас!

Перейдем к другой B-песне, где сразу несколько B: Baby’s in Black. Три B, если быть точным, – настоящий рой B. Слушая эту песню, можно сказать, что огромное влияние на битлов произвели Everly Brothers[45] (которые также сыграли важную роль в моей ранней карьере). The Beatles были их большими поклонниками.

Все мы слушали Everly и старались подражать их прекрасному пению, той гармонии большой терции. Одной из классических композиций, которая была настоящим хитом в Великобритании и которую мы все научились играть и петь, была Bye Bye Love. Я гарантирую, хотя не думаю, что есть какие-либо записи этого, но Джон и Пол тоже должны были играть ее. Джордж Харрисон так любил эту песню, что даже перезаписал ее. Примечательно, что после выхода версии Bye Bye Love Харрисона Джорджу приписывается дополнительное авторство, и действительно это довольно радикальное и очень крутое переосмысление композиции. Он полностью меняет очень простые ритм и структуру, вводя все виды синкопирования и ритмического движения наряду с большим количеством контрапунктных инструментальных частей. Собственная двенадцатиструнная акустическая ритмическая часть Джорджа удерживает все это вместе, а безудержный бас и скользящая электрогитара как бы крутятся вокруг интересным образом. Да и сама песня менее предсказуема во всем. К хорошей песне лучше всегда иметь совершенно новый подход. И этот эксперимент я считаю успешным.

Большинство из нас, поклонников Everly, использовали более традиционные приемы при создании своих каверов. Конечно, мы старались максимально точно соответствовать блеску их аранжировок. Но оригиналы всегда оставались лучшими.

Теперь, когда я говорю, что никто из нас не был так хорош, как Everly Brothers, дуэт, который, безусловно, был очень близок к ним, – это дуэт Джона Леннона и Пола Маккартни. Прекрасным примером совместного выступления Джона и Пола в стиле Everly является песня Baby’s in Black. В ней есть немного энергии Джона, которая действительно делает песню рок-н-роллом. Хотя, конечно, Everly тоже могли раскачать публику, как сумасшедшие, когда им этого хотелось. Оцените, к примеру, The Price of Love.

Оставаясь в рамках влиянии буквы B, давайте перейдем к песне, которую очень любил Джон Леннон. Нужно отметить, что все мы – The Beatles, Peter&Gordon и все группы Британского вторжения[46] – были главными поклонниками Джина Винсента[47]. Gene Vincent and His Blue Caps[48] были гораздо большим событием в Великобритании, чем в Америке. И что нас всех объединяло, так это большая привязанность к их первому и самому большому хиту, из которого Джон Леннон сделал отличную обложку для своего альбома Rock’n’Roll, явной песни с буквы B под названием Be-Bop-a-Lula.

Моя любимая версия этой песни – версия Gene Vincent and His Blue Caps, которые исполняют ее в великом фильме The Girl Can’t Help It («Эта девушка не может иначе», музыкальная комедия 1956 года). Если у вас есть желание, открывайте YouTube и смотрите. В этом фильме есть все. Фэтс Домино, Джин Винсент, Литтл Рич – и Джейн Мэнсфилд, а это, конечно, совсем другое дело! Это стоит того, чтобы видеть! Это был один из величайших рок-н-ролльных фильмов, и The Beatles тоже были его большими поклонниками. В 1968 году The Beatles прервали запись Birthday, когда поняли, что могут пропустить показ фильма «Эта девушка не может иначе» на британском телевидении. Они вместе отправились домой к Полу на Кавендиш-авеню, чтобы посмотреть его.

Далее переходим к паре весьма влиятельных B-персон, Чаку Берри[49] и Людвигу ван Бетховену – еще двум композиторам группы B, которые, безусловно, должны быть в нашем списке. В одной из самых известных песен (которую блестяще исполнили The Beatles) Чак призывает Людвига перевернуться! Практически все гитаристы учились у Чака Берри, который изобрел простой и очень эффективный стиль игры на рок-н-ролльной гитаре с простыми ритмами и своеобразными соло. Они включали в себя некоторые фирменные лики[50], которые часто встречались в его игре, и мы никогда не уставали от них. Джордж Харрисон не был исключением, и в его игре можно четко услышать влияние Чака Берри.

Разумеется, The Beatles не просто слушали пластинки Чака Берри, но и аранжировали некоторые его песни. Кавер The Beatles Roll Over Beethoven звучит немного медленнее, чем оригинал Чака. Джордж начинает с прямого лика Чака, практически неизменного, но далее следует ряд интересных новшеств – на каждой четвертной ноте добавляются хлопки ладоней, что очень эффектно продвигает трек, а затем меняется шаблон куплета feel like it и подается как бридж-проигрыш[51]. В данном случае The Beatles преуспели в своей аранжировке. Но одна вещь, в которой Чак все еще превосходит их, – это невероятная фортепианная работа Джонни Джонсона, замечательного аккомпаниатора Чака. И на этот счет существует целая история. Многие музыковеды считают, что Джонни заслужил соавторство во многих песнях Чака, и несмотря на это, когда Кит Ричардс искал Джонни, чтобы попросить его сыграть в группе для фильма «Славься, славься, рок-н-ролл!»[52] (где Кит был лидером группы), он нашел Джонсона за рулем автобуса в качестве водителя.

Я не могу удержаться и скажу последние несколько слов о Roll Over Beethoven и о его остроумной лирической концепции. Полагаю, что, даже если бы Бетховен получил сообщение от Чака об изобретении рок-н-ролла, он не мог бы сообщить Чайковскому эту новость – по крайней мере, не в этой жизни. Бетховен умер в 1827 году, а Чайковский родился в 1840-м. Но, думаю, Людвиг мог бы оставить записку!

Разумеется, The Beatles не только учились у других музыкантов, но и сами были примером для подражания. Они, безусловно, были самой влиятельной группой всех времен и шли на многое, чтобы помочь другим музыкантам. В действительности это и была фирменная концепция Apple Records. Когда я возглавлял A&R в Apple (что, уверяю вас, было весьма увлекательным делом), мы подписали довольно много групп, включая одну под названием The Iveys. В Apple их привел Мэл Эванс, старый друг The Beatles, доверенное лицо и фанат. Стоит помнить, что, когда появились The Beatles, Нил Аспиналл и Мэл Эванс были командой, и Мэл был солидным и надежным человеком, к которому все относились с большим доверием. Он мне очень нравился, и мы были рады, когда он принес кассету с записью этой замечательной группы на одно из моих еженедельных A&R-собраний. Мы записали альбом. Получился один небольшой хит в Великобритании, Maybe Tomorrow, да и в Америке они далеко не ушли. И тут у нас появилась идея. Во-первых, мы изменили имя Iveys на Badfinger. Я думаю, что предложение об изменении названия поступило от Capitol Records в США, которым не нравилось Iveys. Нил вспомнил, что первоначальное рабочее название With A Little Help Of My Friends было The Badfinger Boogie, и он предложил Badfinger в качестве нового названия для Iveys. Затем Пол дал им песню, которую написал специально для них, и она стала огромным хитом – Come and Get It, с ее броской вступительной строкой: If you want it, here it is, come and get it («Хотите – вот оно – забирайте»).

Пол записал демоверсию песни, а затем спродюсировал ее вместе с группой и, по-видимому, очень настаивал на том, чтобы запись была точно такой же, как и его демо. Я слышал и то и другое, и, надо сказать, они чрезвычайно похожи. Пол сделал для Badfinger еще одну классную песню, Carry on Till Tomorrow, с отличной оригинальной струнной аранжировкой от Джорджа Мартина.

И Come and Get It, и Carry on Till Tomorrow были частью саундтрека к комедии Джозефа МагГрата «Чудотворец», звездами которого стали Питер Селлерс и Ринго Старр. Вот так мы перешли к Ринго, и можно рассмотреть пару его B-песен. Ринго – это больше, чем просто блестящий, удивительный, изобретательный барабанщик; он еще и объективно хороший и эмоциональный певец. Вероятно, будучи вдохновленным Марком Боланом из группы T-Rex, который подтолкнул его написать тексты и начать работу над музыкой, Ринго довольно энергично взялся за дело. Так родилась композиция Ринго Старра Back Off Boogaloo. Джордж Харрисон помог ему закончить песню, а затем спродюсировал выход сингла. У них получилась действительно запоминающаяся песня, которая стала главным хитом.

Еще одна неотразимая запись Ринго представляет собой четырехкратное B, Bye Bye Blackbird, старый и классический мотив, который Ринго включил в сольный альбом Sentimental Journey. В нем также есть банджо (еще одна B и инструмент, который я люблю).

Поскольку мы говорим о песнях, которые начинаются с буквы B, и я только что упомянул слово blackbirds, мы, конечно, не можем игнорировать одну из лучших песен Пола: Blackbird. Я помню, что услышал ее вскоре после того, как она была написана. Пол к тому времени уже переехал из дома моей семьи, и я навещал его на Кавендиш-авеню. Тогда эта песня произвела на меня впечатление, и, надо сказать, сейчас она тоже чертовски сильно цепляет меня. Это замечательная композиция в целом и прекрасная гитарная партия в частности.

Чего я тогда не знал, так это того, что Blackbird написана под мощным влиянием классики, и Пол разъяснил. Это, бурре в ми миноре другого очень хорошего композитора, фамилия которого тоже начинается с B, – Иоганна Себастьяна Баха. (Бурре – старинный французский танец.) Случайному слушателю эти две вещи не кажутся такими уж похожими – когда великие композиторы находятся под влиянием работы друг друга, связь не всегда очевидна. Но как только Пол объяснил, как он трудился над упрощенной и несколько перестроенной версией бурре для игры на гитаре (она стала чем-то вроде коронного номера), все обрело смысл. Я представляю себе, что Пол слушал версию Сеговии[53] или кого-то подобного (в нашем доме было много альбомов Сеговии, и я был его фанатом), а затем пропускал те фрагменты, которые не мог полностью понять, и создавал отредактированную версию, которая в конечном итоге привела к Blackbird. И из всего этого на самом деле получилась хорошая история!

У Джорджа тоже было много крутых B-песен, но я думаю, что моя любимая – это Beware of Darkness из альбома All Things Must Pass. Блестящая песня, блестящая пластинка. Замечательная композиция, которая включает в себя некоторые удивительные и эмоциональные изменения аккордов. Не успело вступление заставить нас погрузиться в тональность B, как уже приводит в замешательство хроматическое скольжение вниз до соль мажора, за которым следует еще более неожиданные полшага до соль-диез минор и до-диез минор. Мелодия здесь не всегда приятна, но, безусловно, прекрасна и духовна, будто нам, следующим за этими неровными переборами, советуют избегать тьмы и искушения. (Я считаю, что эта песня продолжает тему композиции Эллы Фицджеральд Get thee behind me, Satan. И еще у нее классный текст. Особенно мне нравится строка Beware of soft shoe shufflers, dancing down the sidewalks («Остерегайтесь мягкой обуви пройдох, танцующих на тротуарах») – определенно, таких пройдох полно в музыкальном бизнесе!

Еще одна очень крутая песня на букву B принадлежит Джону: The Ballad of John and Yoko. Официально это пластинка The Beatles, но, насколько я знаю, на пластинке только Джон и Пол, и именно Пол исполняет замечательные гармонические партии. А еще это Баллада о мистере B, в тексте упоминается Питер Браун. Эта песня сделала его знаменитым. Питер Браун был правой рукой The Beatles, он организовывал все в их жизни, включая, очевидно, свадьбу Джона и Йоко, различные детали путешествия, общение и необщение с прессой и так далее. Питер – мой хороший друг, сейчас он живет в Нью-Йорке. Мы встречаемся время от времени, когда я бываю там, и наш ужин всегда доставляет мне удовольствие.

Одна из строк этой песни показалась мне интересной – You can get married in Gibraltar near Spain («Вы можете пожениться в Гибралтаре недалеко от Испании»). Сталкиваясь с этой строкой, я понимал, что в то время это вызывало сложности. Статус крошечного полуострова Гибралтар уже давно является большой проблемой между Великобританией и Испанией. В настоящее время Гибралтар фактически часть Великобритании, та небольшая территория Британской империи, которая осталась за ее пределами. Но Испания с определенной логикой, неопровержимой с географической точки зрения, считает, что она должна быть частью Испании. Так что выражение Gibraltar near Spain политически некорректно для испанцев. Я проверил, испанцы действительно подавали официальную ноту против того, что Гибралтар описывается в песне как территория «рядом с Испанией», тогда как они считают ее частью Испании!

Но это британская территория. Боже, храни королеву! Давайте двигаться дальше.

Наша последняя B-песня The Beatles, одна из моих самых любимых композиций, создана как под влиянием Чака Берри, так и при участии The Beach Boys (еще парочка В). Это – Back in the USSR. Эта композиция, своего рода дань уважения Back in the USA Берри, вероятно, даже более известна, чем оригинал. (И это говорю я, фанат песни Чака, человек, который в 1978 году выпустил ее кавер-версю в исполнении Линды Ронстадт.) Да и стиль, заимствованный у The Beach Boys, выбран безошибочно.

Именно на этом примере мы видим, как The Beatles (и Пол как композитор) демонстрируют совершенно иной музыкальный уровень. Объединяя влияние двух очень разных и одинаково легендарных школ американского рока, они используют это сочетание как основу для удивительно остроумной и интернациональной версии традиционного формата home-sweet-home. И пусть это будет завершающей точкой для данной главы и для исследования очень важной буквы нашего путешествия, которая, как мы помним, прежде всего означает Beatles.

C

Встреча с тремя руководителями Capitol Records

Мы успешно начали наше алфавитное путешествие, исследуя The Beatles. И вот добрались до С. Вместо того чтобы предложить что-то бодрое и веселое, я почему-то склонен рассказать о композиции, которую считаю болевой точкой в творчестве битлов. Когда я думал о С-песнях The Beatles, мне на ум пришла именно она. На самом деле это песня Джона Леннона, а не The Beatles, – очень насыщенная и трогательная Cold Turkey. На этом треке Леннона сопровождала превосходная команда: Эрик Клэптон[54], Клаус Вурманн[55] и Ринго Старр.

Так много написано о связи между обществом и наркотиками, между музыкой и наркотиками и особенно между джазом/R&B/рок-н-роллом и наркотиками. Тем не менее даже те, кто считает, что осуждение употребления психотропных веществ глупо, что «Просто скажи: «Нет!» – это непрактичный рецепт, а законная «война с наркотиками» абсурдна, должны признать, что героин наносит огромный ущерб и что любая воображаемая польза гораздо мельче гигантских потерь. Наркотики – как ящик Пандоры с двойным дном: они не просто опасны, они могут вызвать чудовищную зависимость, процесс восстановления после которой сложный и очень болезненный. The Beatles, как и многим другим музыкантам, иногда приписывают связь с какими-либо допингами и творческими импульсами или вдохновляющими моментами. Но я не думаю, что это заслуга героина!

Cold Turkey – мрачная история о том, каким адом может обернуться героиновая зависимость и выход из нее. Думаю, что и Джон, и Йоко в какое-то время экспериментировали с героином, такие эксперименты никогда не приводят к счастливому концу, этого не случилось и в их случае. Они выбрались из этого персонального ада, быть может, стали печальнее и мудрее, но вышли чистыми, без ломки. Главное, что они выжили.

После столь неоднозначной истории предлагаю перейти к другой, более известной композиции Джона Леннона – одной из самых лучших песен The Beatles, лучших аранжировок и лучших постановок: Come Together.

Come Together была написана для кампании Тимоти Лири против Рональда Рейгана на выборах губернатора Калифорнии. В июне 1969 года Лири и его жена Розмари отправились в Монреаль для поддержки протеста Джона и Йоко Bed-In For Peace[56]. Лири попросил написать песню, основанную на фразе Come together («Приходите вместе»), но Джон не смог придумать. Однако в процессе родилась песня, которую мы знаем из Abbey Road и которая явно не подходила для первоначальной цели. «Но у тебя ведь не было бы такой предвыборной песни, верно?» – сказал Джон. Лири расстроился, хотя и понимал, что новая песня была лучше, чем была бы любая другая предвыборная песня. Он послал записку Джону: «…с типичным ленноновским шармом и остроумием, что он портной, а я клиент, который заказал костюм и не вернулся. Поэтому он продал его кому-то другому».

После акции протеста «В постели за мир» в свет вышла песня Джона и Йоко Give Peace a Chance. Я заметил, что в ней упоминаются Тимоти Лири и его жена Розмари. Мы были хорошо знакомы с Тимоти; он был очень интересным (хоть и непонятным мне) человеком. Когда я встретился с ним впервые, его жену звали Барбара, почему-то мне показалось, что она не первая. Так оно и было. Тимоти Лири действительно добился того, к чему большинство из нас даже не приблизилось. У него было пять жен, что весьма впечатляет. Розмари – номер четыре, а Барбара (та, которую я знал) – номер пять. Вот эта строка Give Peace a Chance, где мелькают Тимоти и Розмари: Everybody’s talking about John and Yoko, Timmy Leary, RosEMIry, Tommy Smothers, Bobby Dylan, Tommy Cooper, Derek Taylor, Norman Mailer, Allen Ginsberg, Hare Krishna («Все болтают о Джоне и Йоко, Тимми Лири, Розмари, Томми Смутерсе, Бобби Дилане, Томми Купере, Дереке Тейлоре, Нормане Мейлере, Аллене Гинзберге, Харе Кришне».)

Держу пари, что вы знаете всех, кто перечислен в этом списке. Быть может, за исключением Томми Купера, который был легендарным британским фокусником и комиком. Как только появится такая возможность, обязательно познакомьтесь с его творчеством. Он великолепен. The Beatles любили его. Мы все любили его. Он был звездой. Поэтому имя Купера вполне заслуженно упоминается в Give Peace a Chance.

Песня, которую заказал Тимоти Лири, Джон Леннон не просто создал, он превратил ее в шедевр, в жемчужину The Beatles. Come Together гениальна и имеет удивительную аранжировку. Отличная барабанная партия. Отличная басовая партия. Великие странные звуки. Одна из лучших вещей, которые они когда-либо делали. Она настолько замечательна, что ее довольно часто перепевали, но (как и со многими каверами на The Beatles) это было не совсем просто.

На мой взгляд, лучший кавер Come Together записали Aerosmith. Признаюсь, что обычно предпочитаю версии, которые используют радикально другой подход, но этот в значительной степени придерживается оригинала – тот же строй, только немного быстрее. При этом Стивен Тайлер выплевывает текст с величайшей убежденностью, как может только он, а Джо Перри добавляет несколько новых захватывающих гитарных линий. Думаю, что он просто подходит этой команде.

Самый странный кавер на Come Together из тех, что я слышал, был записан дуэтом Робин Уильямс и Бобби Макферрин, а спродюсирован Джорджем Мартином. Он завораживает своей абсолютной непредсказуемостью. Бобби Макферрин поет «инструментальное» вступление с наложением, постепенно к нему добавляются рок-ритм-партии. Затем большой оркестр позволяет Робину декламировать тексты, используя различные акценты, а Бобби делать некоторые скэт-вокалы[57] и так далее. Все это очень любопытно и вполне достойно внимания. И тут радостно отметить, что Джордж Мартин в этой композиции вернулся к ироничному продакшену, которым мы все восхищались и которым он так успешно занимался в начале своей карьеры, когда работал с Питером Селлерсом и Спайком Миллиганом.

Как ни странно, C и Come Together имеют непосредственное отношение к Чаку Берри, которого я упоминал в разделе буквы B, и тут он сыграл не менее важную роль. Часть композиции Джон Леннон написал, вдохновленный великой песней Чака Берри You Can’t Catch Me. И в той, и в другой песнях есть слова: Here come old flat top («Вот идет старый вояка»). И эти слова привели к судебному иску от Морриса Леви, печально известного мошенника, легендарного афериста музыкального бизнеса, мафиози, человека, который тогда владел издательскими правами Чака Берри. Леви подал в суд на Джона за эту «украденную» строчку, и после различных исков и встречных исков Леннон согласился записать несколько песен, на которые у Морриса Леви были права. Эти песни вошли в альбом Джона Rock ’n’ Roll. О Моррисе Леви написано много. Он был очаровательным персонажем, но, очевидно, не тем, с кем вы хотели бы столкнуться. Опасный человек.

Художники часто заимствуют друг у друга и, конечно же, вдохновляются друг другом, и когда возникает спор, обычно это заканчивается тем, что издатели судятся и разбираются. Я уверен, что Джон скопировал строчку из песни Чака Берри только потому, что она ему понравилась. И уверен, что Чак Берри, даже несмотря на то что ему был выгоден судебный процесс, был польщен вниманием Джона.

Давайте двигаться дальше, от виртуозного мастерства Леннона ко все еще недооцененному блеску Джорджа Харрисона и к моему любимому треку Crackerbox Palace. Трек записан при участии первоклассных всеамериканских ритм-секций высочайшего полета (включая таких легенды, как пианист Ричард Ти, чьи работы могут быть вам знакомы по записям Пола Саймона). Отличительная и запоминающаяся гитарная работа Джорджа определяет стиль композиции и, по сути, связывает ее с композициями The Beatles. Барабаны Элвина Тейлора и басовые партии Вилли Уикса тоже превосходны и очень отличаются от того, что придумали бы Пол и Ринго. Джордж звучит так, будто он наслаждается творческой свободой. Трек буквально насыщен радостной атмосферой.

Crackerbox Palace – прозвище, которым Джордж именовал свой поразительный новый дом, Friar Park, огромный (в 120 комнат) особняк в Хенли-он-Темс[58]. Когда Джордж купил его, дом был в состоянии полного упадка, и казалось, что снос неизбежен. Джордж спас его, написал о нем отличную песню, и даже видео, которое он снял для Crackerbox Palace, кажется, пронизано жизнерадостным волнением, которое наполняет весь проект. Клип срежиссирован блистательным Эриком Айдлом[59] и снят на территории Friar Park. В нем же мы можем увидеть будущую жену Джорджа Оливию, которая по сей день остается хозяйкой Friar Park. Благодаря ее заботливым рукам и кропотливому труду дом и территория рядом с ним – и озеро, и грот, и подземные пассажи! – стали еще более потрясающе красивы, чем когда-либо. Во время недавнего визита я снова был поражен вниманием к деталям, вдохновением и безупречной любовью, которая наполнила такой большой дом, начиная с того дня, как он стал принадлежать Джорджу и Оливии.

На самом деле прозвище Crackerbox Palace придумал не Джордж. Так назывался дом некоего Лорда Бакли, которого мы все (и Джордж в особенности) очень любили. Как только у вас появится свободная минутка, так сразу «ныряйте» в Сеть и смотрите-читайте все, что с ним связано. Лорд Бакли был американским комиком, эстрадным артистом, которым восхищались все. В газете New York Times его описывали как невероятную персону – обладателя кровей наполовину королевских, наполовину Диззи Гиллеспи[60]. Бросайте все и ищите запись God’s Own Drunk – она многое объясняет. Это было самое успешное его выступление, которым мы восхищались. Кстати, Джордж был не единственным его фанатом. Боб Дилан в своей книге «Хроники» описал Бакли как хипстерского проповедника бибопа, который бросил вызов всем возможным шаблонам. Так что обязательно познакомьтесь с Лордом Бакли.

Джордж побывал в американском Crackerbox Palace (в Лос-Анджелесе), когда познакомился с бывшим менеджером Лорда Бакли Джорджем Грейфом. Мимолетные упоминания обо всем этом можно услышать в композиции. Если вы еще не слушали, то самое время.

А теперь перейдем с буквой С к нашему следующему битлу, Полу Маккартни. Одной из самых запоминающихся песен Пола в его сольной карьере была песня Coming Up, вышедшая в 1980 году. Это был трек № 1. В некотором смысле его можно назвать резюме гениальности Пола и его возможностей. Coming Up – часть сольного альбома McCartney II, при записи которого Пол в одной или нескольких своих домашних студиях экспериментировал со звуком и музыкой, искал интересные и новые аранжировки, сам играл на каждом инструменте и делал это с большим мастерством и изобретательностью. А еще это пример потрясающей способности Пола (казалось бы, без особых усилий) придумывать невероятные запоминающиеся поп-песни, которые так приятно слушать, учить их и подпевать им. Некоторые странные изменения высоты тона, экспериментальный вокальный звук, классный стереогитарный рифф – вот из чего рождается своеобразный «назойливый» хит, который вызывает зависть у любого продюсера и автора песен. Пол – исследователь звука и Пол – создатель хитов объединили свои усилия, чтобы появился трек, который стал постоянной композицией его живого репертуара.

На этом участке нашего путешествия остался один битл, которого мы не упомянули. Когда я размышлял о Ринго и букве С, то наткнулся на слегка невнятную песню, которую Ринго не только записал, но и написал – Cryin’ из крутого альбома Ringo’s Rotogravure. Его продюсировал мой дорогой друг Ариф Мардин, который был блестящим продюсером и, кстати, потрясающим аранжировщиком. Он написал партии труб и струнных на многих великих пластинках Ареты Франклин, которые мы так любим, и организовал струнные для версии Джеймса Тейлора в Up on the Roof, которую я продюсировал. Он – профессиональный музыкант и настоящая легенда музыкального бизнеса. Я знаю, что Ариф отлично провел время, делая эту запись. Я сам имел удовольствие работать с Ринго в студии, и это очень интересный и полезный опыт. Иногда знакомство и работа с героями твоего музыкальнго олимпа могут быть опасными или разочаровывающими, но необыкновенная и глубоко творческая игра Ринго (а также его личное обаяние и остроумие) превосходят все ожидания.

Cryin’ – интересный и необычный трек. Обладая мало-мальским слухом, вы заметите, что в нем есть странные такты. Несколько 2/4 такта, несколько дополнительных битов, делающих 5/4 такта, и все это работает, и все это Ринго блестяще играет на барабанах. В песне также, кстати, имеется партия стил-гитары[61]. В треке явно чувствуется влияние кантри, но тут все просто – Ринго настоящий фанат этого стиля.

Хватит разговоров о сольных композициях битлов. Пришло время обратить внимание на старую добрую музыку The Beatles. Одна из С-песен была записана еще в те давние времена, когда Пол жил в моем доме. Она остается битло-классикой: великая Can’t Buy Me Love. Молодость, энергия, энтузиазм и целеустремленность – вот что такое поп-музыка в этой песне. Это просто великолепно.

Can’t Buy Me Love была саундтреком к комедии 1964 года A Hard Day’s Night («Вечер трудного дня»), в котором все четверо сыграли главные роли. Отличный легкий музыкальный фильм, который можно пересматривать и пересматривать, что для первого фильма необыкновенное достижение. Его режиссером был Дик Лестер. Насколько мне известно, The Beatles открыли для себя творчество Лестера так же, как и я, просмотром короткометражки The Running Jumping & Standing Still (1959 г.) с Питером Селлерсом в главной роли. Все, что происходит на экране, – актеры бегают, прыгают и стоят неподвижно, поэтому его название очаровательно тонко и точно передает суть происходящего. Он длится около девяти минут, и это очень смешно. Непременно найдите и посмотрите его, вы заметите, что многие ловкие сцены, которые битлы играют в A Hard Day’s Night, уже встречались в The Running Jumping & Standing Still. Интересно, через Питера Селлерса The Beatles не только узнали режиссера своего первого фильма, но и познакомились со своим продюсером Джорджем Мартином. Когда The Beatles поняли, как сильно они восхищены Джорджем Мартином, они узнали, что именно он продюсировал пластинки Питера Селлерса. Мы все были фанатами Питера Селлерса, большими поклонниками The Goon Show[62] и прочих его проектов, так что связь с Селлерсом была для нас драгоценной. Она означала, что кто-то рядом был невероятно крут, а Джордж Мартин определенно был невероятно крут. Как и Дик Лестер.

Есть еще одна песня на C, которая пришла мне в голову. Но самое смешное, что я помню ее как В-песню, а не как С-песню, которой она является. Звучит странно, но сейчас вы все поймете. Это The Continuing Story of Bungalow Bill. Джон Леннон написал ее в Ришикеше, в Индии, как музыкальный шарж на американского туриста, который отправился в джунгли стрелять тигров. Джон написал эту историю в самом сардоническом и сатирическом стиле и при этом сохранил стиль припева, сделав его броским и запоминающимся. Удивительно, но это очень успешный, хоть и небрежный трек с множеством наложений и скачков – меллотронные сэмплы, голоса Йоко и прочих ребят. Джон иногда критиковал склонность Пола к стилю варьете, но данная песня Джона оказалась довольна близка к этой идиоме.

А теперь давайте развернем направление С к очень значительному событию в жизни The Beatles, а именно к Capitol Records.

Capitol Records была и остается одной из крупнейших звукозаписывающих компаний Америки. Они работали с Фрэнком Синатрой, The Beach Boys и со многими другими большими артистами. Компания принадлежала британской компании EMI Records, которая предоставила Capitol возможность выпускать в США все, что EMI выпустила в Великобритании. И большинство из вас, вероятно, знают, что Capitol изначально отказалась от ранних записей The Beatles, таких как Please Please Me, From Me to You и Love Me Do. Они сказали: «Нет, спасибо, мы не уверены, что это сработает на американском рынке». Песни выпустили более мелкие лейблы и не возымели никакого успеха. Спустя некоторое время это была непонятная история, но Capitol Records все-таки решилась на выпуск пластинки The Beatles. Первое, на что они согласились, то, что в конечном итоге привело Америку к немыслимой битломании, – композиция I Want to Hold Your Hand. А потом оказалось, что песня заняла первое место почти во всех странах, включая Америку. И изменила мир навсегда.

Capitol была важна в жизни не только The Beatles, но и в моей. Peter&Gordon подписали контракт с лейблом EMI Records в Лондоне, и это, конечно, дало Capitol Records право выпустить нашу первую пластинку A World Without Love в Америке, если они того пожелают. И они действительно решили сделать это, и она также оказалась № 1. Еще один мой долг перед The Beatles. Однозначно, без их предыдущего успеха Capitol не была бы столь гостеприимной, я в этом не сомневаюсь!

На самом деле огромный успех Capitol Records в 1960-х годах во многом зависел от ее участия в Британском вторжении и, что особенно важно, от его причастности к лучшей и самой большой рок-н-ролльной группе всех времен – The Beatles. Деловые отношения Capitol с The Beatles продолжаются по сей день и, вероятно, будут продолжаться вечно. Вы, наверное, думаете: «А что же Apple Records? Разве The Beatles не основали собственную независимую звукозаписывающую компанию? Разве Питер Эшер не был там главой A&R?» Тут есть одна загвоздка.

Хорошо известно, что самая первая пластинка The Beatles с лейблом Apple была Hey Jude. Но если честно, то эта пластинка была не совсем Apple. The Beatles заключили контракт на запись альбома с EMI в Великобритании и таким образом с их дочерними компаниями в остальном мире (включая Capitol в Америке). Очевидно, что EMI не было никакого интереса в прекращении этих отношений или предоставлении The Beatles полной свободы от сделки на какой-либо территории. Действительно, с учетом многочисленных поправок и корректировок их отношения существуют и по сей день. Они из вежливости наклеили лейблы Apple Records на синглы и альбомы The Beatles, так что внешне, физически и концептуально The Beatles были на своем собственном лейбле Apple, но в деловых реалиях жесткого, холодного, сурового музыкального бизнеса они все еще были подписаны EMI (и, следовательно, Capitol). Исполнители, которых мы подписывали для Apple, такие как Джеймс Тейлор, Мэри Хопкин и Badfinger, были подписаны непосредственно Apple, независимой компанией, которая занималась их записями, хотя Apple тогда имела рекламную и дистрибьюторскую сделку с EMI и Capitol.

Сама Capitol Records пережила многочисленные и разнообразные изменения в собственности, правах и финансовой структуре, но с точки зрения общественного восприятия то, что делает Capitol Records легендарно известной, – ее музыкальное наследие (The Beach Boys, Фрэнк Синатра и, конечно же, The Beatles) навсегда останется недосягаемым.

D

После того как мы познакомились с А, В и С, можно погрузиться в остальную азбуку. Следующая буква D.

Первая D-песня, одна из моих самых любимых. Day Tripper – отличная композиция с отличным гитарным риффом. Песня буквально пронизана R&B-мотивом, который придумали The Beatles. Мне кажется, он немного связан с риффом My Girl (написанной Смоки Робинсоном и Рональдом Уайтом), которую мы все так любим. Это классика. Многие из нас довольно рано начинают ее играть. Композиции, может, похожи, но в Day Tripper есть дополнительные и абсолютно неожиданные ноты. Мне нравится, что они обе производят одинаковый эффект, хотя я не знаю, думали ли об этом битлы. Вероятно, нет, но я люблю такие риффы, и они очень хорошо их сыграли. Эта песня, кстати, лишь половина сингла, другой стороной которого была We Can Work It Out. Я даже не помню, на каких сторонах они располагались или какая из них была большим хитом. Просто две замечательные песни по цене одной.

Вокруг текста Day Tripper было много разговоров. В Англии понятие day tripper имеет довольно специфическое значение: однодневный отпуск. Человек собирается в однодневную поездку (часто на побережье) и в течение суток или в ту же ночь возвращается обратно. Это выражение не так распространено в США, но его значение неизменно. Она здесь лишь на один день… Конечно же, песне приписывались всевозможные наркотические коннотации, но вряд ли это обоснованно, мне кажется, в 1966 году термин tripping имел единственное значение – физическое путешествия к морю.

Я точно знаю, что Пол был восхищен одной строчкой: She’s a big teaser («Она ужасная задира»). Ему нравилось, что фонетически, при быстром прослушивании, эту строчку можно было принять за другую фразу, которая описывает девушку, что обещает наслаждения, а на самом деле она – «динамо». Действительно, ужасная головоломка!

Чтобы облегчить ваше однодневное путешествие, было бы здорово обзавестись личным водителем. Не так ли? Почему я подумал об этом? А вот почему.

Если Day Tripper – это песня Леннона, которую Маккартни помог закончить, то с Drive My Car все наоборот, это была песня Пола, которую Джон помог ему закончить. Drive My Car, как ни странно, возможно, тоже содержит неоднозначные коннотации, тонкие сексуальные отсылки: But you can do something in between («Но тебе будет чем заняться») и But I can show you a better time («Я могу показать тебе, как лучше развлечься»), возможно, даже вождение машины – это тоже метафора, кто знает? Пол говорил прессе о том, что некоторые из этих строк носят сексуальный подтекст. Почему нет? В конце концов, это рок-н-ролл, да и Rock Around the Clock[63] – это не совсем про танцы.

Недавно мне попалась фантастическая кавер-версия песни Drive My Car. Должен признаться, что впервые услышал ее на Late Show with David Letterman[64]. Она прозвучала в исполнении Стинга и Айви Леван, с которой я не был знаком (она оказалась потрясающей певицей и интересной женщиной). Эта версия меня очень впечатлила. Равно как и то, что мой друг Майк Эйнзигер[65], нереальный гитарист, который играет в группе Incubus, аккомпанировал дуэту и исполнил просто убийственное соло. Ищите видео – не пожалеете.

Аранжировкой и некоторыми гитарными ликами оригинальной Drive My Car занимался Джордж Харрисон, впрочем, у него есть несколько своих замечательных D-песен. Одна из моих любимых, она же одна из первых песен Джорджа для The Beatles – Don’t Bother Me. Это был Джордж в настроении «я хочу побыть один», который говорил нам: Don’t come around leave me alone don’t bother me («Не приходите, оставьте меня в одиночестве, не тревожьте меня»). По сути, не разговаривайте со мной. А если серьезно, нам только и остается, что мечтать о разговоре с ним. Конечно, мы все скучаем по Джорджу как по музыканту, как по другу, как по композитору, как по гениальному и совершенно замечательному человеку.

Итак, с тремя битлами на данном этапе мы разобрались, давайте посмотрим на Ринго и его мир буквы D. Так случилось, что Ринго, как и Джордж, написал песню, которая началась с D, и она также была одной из первых, написанных для The Beatles. Песня под названием Don’t Pass Me By, в которой Ринго, как это часто бывало, передает некое кантри-настроение, сопровождается скрипкой в исполнении Джека Фэллона – и да, у мистера Фэллона есть своя интересная история. Он родился в Канаде в 1915 году и начал играть на классической скрипке в очень юном возрасте, но, когда ему было двадцать лет, перешел на контрабас, играл в танцевальном оркестре Королевских канадских военно-воздушных сил во время войны и после увольнения в запас остался в Великобритании. Он играл со всеми великими музыкантами британской джазовой сцены (Ронни Скоттом, Тедди Хитом и другими) и даже с такими международными легендами, как Дюк Эллингтон, Каунт Бейси и Джанго Рейнхардт. Он также стал мастером бас-гитары, инструмента, отвергнутого многими контрабасистами старой школы. С The Beatles его связывали скорее не общие с Полом инструментальные пристрастия, а то, что он был отличным менеджером и занимался организацией концертов различных групп, включая The Beatles и The Rolling Stones. Тем не менее на записи The Beatles в 1968 году Джек Фэллон каким-то образом снова оказался со скрипкой в руках (стилистически правильнее было бы сказать с «фи`делем»), тогда же Пол Маккартни записал партию бас-гитары, такую же замечательную, как и партию фортепиано, а Ринго – голос, барабаны и перкуссии. Фэллон явно был одним из тех редких и ценных, подлинно универсальных музыкантов без предрассудков, его фидель-партия имеет очаровательно свободный старомодный шарм и шаткую интонацию, которая прекрасно сочетается со странным фортепианным звуком (они подключили к пианино Leslie speaker[66]) и вписывается в общую причудливость трека. Мне это нравится.

Итак, мы ознакомились с D-репертуаром всей четверки, теперь я хочу обратить ваше внимание на D-песню, которую никто из них не написал, но которая явно вызывала их восхищение. Это отличная рок-н-ролльная композиция, на которую сильно влиял блюз, как это часто бывало, когда The Beatles выступали живьем: Dizzy Miss Lizzy. Она была написана и впервые исполнена Ларри Уильямсом, а The Beatles на одной из своих BBC-сессий сделали достойный кавер, который, конечно, стоит отыскать и послушать.

Но, помимо песен, в рок-н-ролле есть не менее интересные D-начала. И среди самых важных – drum, drum fills и drummers (барабаны, брейк на барабанах и барабанщики).

Поэтому мы немного задержимся на Ринго. Я бесконечно восхищен его игрой на барабанах и много и с удовольствием говорю об этом. Его творческий подход изменил музыку и, в частности, навсегда изменил природу рок-н-ролла.

Когда на записи люди слышат отличные барабаны (равно как и любую другую отличную инструментальную партию), они часто задаются вопросами: какие барабаны он использовал? Какие палочки? Как они играли на малом барабане? Как они это записали? В большинстве случаев, когда большой музыкант играет на любом инструменте, ничто не имеет такого значения, как то, что играет именно он.

Однажды, когда я имел удовольствие работать с Эриком Клэптоном, я был очень озабочен тем, чтобы предоставить ему самый лучший усилитель. Его ответы на мои конкретные вопросы по этой теме были очень расплывчатыми – и оказалось, что он прав. Это действительно не имело значения. Было абсолютно не важно, какой усилитель в студии. Даже не имело значения, что за гитара была в его руках. Он подключился к сети и зазвучал, как Эрик Клэптон. И я могу сказать вам, что, когда Ринго садится за ударную установку, значение имеет именно то, как Он играет – как Он бьет по хай-хэту, как Он делает свои странные удары наотмашь, потому что Он левша, и на правой ударной установке звук и ритм сразу становятся уникальными и примечательными.

Хочу привлечь ваше внимание к некоторым классическим брейкам Ринго. И начнем с одной из величайших записей The Beatles из альбома Sgt. Pepper. A Day in The Life (кстати, D-песня) с отличными и удивительными брейками на ударных, которые круты, громоздки и необычны. В то время как некоторые барабанщики, как правило, заполняют каждый момент в тактовой черте, когда им дают место для брейка (традиция, которую блестяще поддерживал Кит Мун), Ринго разработал стиль, в котором сбивки (брейки) были довольно специфичными (будто заранее прописанными), с ударами, красиво помещенными в нужное место. Если вы внимательно прислушиваетесь к барабану, который начинается после строки He blew his mind out in a car («Ему вышибло мозги в его автомобиле») и продолжает заполнять второй такт в каждой фразе из двух тактов после того, как вокал заканчивается, – после the lights had changed («светофор сменил цвет») и после stood and stared («столпились и глазели»), то вы услышите, о чем я. Затем барабаны как бы обыгрывают вокал, прежде чем возобновить свои брейки после каждой строки. Блестящий и необычайно инновационный материал. Ринго запускает каждую сбивку на малом барабане (что само по себе необычно, большинство барабанщиков направились бы сначала к том-тому[67]), и каждая из них отличается и идеально вписывается в мелодию.

В раннем рок-н-ролле брейки на ударных часто были менее тщательно обработаны, более безумны, но в то же время довольно спокойны. Сам Ринго на некоторых ранних записях The Beatles сделал несколько действительно интересных, хотя и менее изобретательных сбивок. Среди моих любимых примеров ранних брейков Ринго – Thank You Girl. Мне особенно нравятся те, что ближе к концу после «О-о-о». Он как бы говорит «о-о-о ром дидли ум бум бум», а затем повторяет почти ту же самую сбивку, но немного измененную. Поэтому, когда вы в следующий раз услышите Thank You Girl, просто еще раз поблагодарите Ринго.

Во всем каталоге The Beatles отличные барабаны. Очень трудно выделить какой-либо, но одна конкретная барабанная партия все же должна быть включена в список великих брейков The Beatles – это With a Little Help from My Friends, песня, которую Ринго еще и поет. Брейк между первыми двумя куплетами невосполнимо совершенен, – мы слышали его так много раз, что принимаем как должное, но давайте послушаем еще раз. Его простота обманчива. Никто больше ничего не играет во время этого двухбарабанного проигрыша, и Ринго, используя только том-том, поддерживает ритм, делает музыкальное заявление и одновременно строит наше ожидание следующего куплета. Он играет только в определенное время, оставляя синкопы между вокальными линиями для блестящих басовых партий Пола (влияние The Beach Boys?), с этим великолепным скрипучим ритмом.

The Beatles были не только невероятно успешными, они были и остаются дико влиятельными. Точно так же, как поклонники пытались подражать одежде или прическе, музыканты слушали каждую ноту, которую играл каждый из битлов, и изучали каждую музыкальную деталь.

Брейк Ринго, где ноты звучат в точно установленном месте, – это не просто случайное ускорение барабанного безумия, а фактическая деталь, изменившая технологию работы с ударными на рок-н-ролльных записях. Записи, которые я делал, не были исключением. В альбом Sweet Baby James Джеймса Тейлора (я был его продюсером), вошла песня Fire and Rain, ставшая большим хитом. Если вы послушаете ее, то сможете заметить определенное сходство между брейками, которые удивительный (а теперь еще и легендарный) барабанщик, мой дорогой друг, Расс Кункель играет в Fire and Rain, и брейками Ринго в With a Little Help from My Friends. И это вовсе не совпадение. The Beatles оказали на Расса такое же мощное влияние, как и на меня. Мы не стремились копировать Ринго, но нет никаких сомнений, что его стиль отразился на нашем мышлении и нашей работе. Расс придумал идеальную вариацию, и мы решили использовать кисти вместо палочек, но влияние Ринго все равно сохранилось.

Еще один мой фаворит великолепной барабанной игры Ринго – это She Said She Said (альбом Revolver). Я почти забыл о нем, пока недавно не услышал вновь. Трек пронизан маленькими сбивками. Ринго играет свинговые шестнадцатые ноты, что придает песне удивительный ритм.

She Said She Said – это песня The Beatles с кислотным оттенком. Очевидно, именно Питер Фонда придумал фразу I know what it’s like to be dead («Я знаю, каково это – быть мертвым»). Он случайно выстрелил себе в живот и думал, что умирает, но, к счастью, этого не произошло. Он выжил и, к большому негодованию Джона, стал рассказывать эту историю и бравировать фразой I know what it’s like to be dead во время совместных трипов. Позже Джон говорил: «Мы и слышать об этом не хотели! Мы галлюцинировали, солнце светило, девушки танцевали, это были невероятно прекрасные дни, и этот парень в очках, которого я не знал, он не был проходимцем, но он все время повторял: «Я знаю, каково это – быть мертвым», и мы уходили от него, потому что он был таким скучным!.. Это было страшно. Ты знаешь… когда ты под кайфом слышишь [шепчет]: «Я знаю, каково это – быть мертвым, приятель…» Тогда Джон придумал фразу: And she’s making me feel like I’ve never been born («И она заставляет меня чувствовать себя так, словно я никогда не был рожден»).

Наш барабанный фестиваль Ринго мы закончим еще одной песней с необыкновенной и удивительно изобретательной ударной партией. Она максимально раскрывает его творческий потенциал, и дуэт с Полом здесь прекрасен – это Rain. То, как Ринго использует свой хай-хэт в качестве части сбивки, просто невероятно. Я понимаю, что вся песня была записана в более быстром темпе, а затем они снизили высоту тона и темп. И да, это одна из причин, почему барабаны звучат так восхитительно масштабно и громко.

Вернемся же к D-песням. Одна из тех, что хочется отметить, – это легендарная Doctor Robert, композиция о враче, который выписывает вам почти все, что вы хотите. Такие врачи, конечно, существуют и сегодня. Действительно, эпидемия опиоидов, от которой в настоящее время страдает Америка, несомненно, вызвана большим количеством Докторов Робертов по всему миру, назначающих фентанил и другие жуткие препараты всем, кому заблагорассудится.

Кроме того, в арсенале The Beatles есть трио D-песен о просьбах к женщинам.

Первая – это Dear Prudence. Пруденс была сестрой актрисы Миа Фэрроу, и они вместе жили в лагере Махариши в Ришикеше. Пруденс вела очень замкнутый образ жизни, и Джон написал песню, чтобы соблазнить ее выйти во внешний мир. Меня там не было, но говорят, что эта история имела место быть. Кроме того, композицию можно считать респектом песне Бадди Холли[68] Raining in My Heart, в ней есть строчка The sun is out, the sky is blue («Солнце вышло, небо синее»), которую Джон изменил на The sun is up, the sky is blue («Солнце встало, небо синее»). Его восхищение Бадди Холли и его лирическими сочинениями буквально пронизывает песню, и, конечно, нет большего комплимента, чем когда Джон Леннон заимствует ваши слова!

Вторая из этих трех D-песен – одна из двух пластинок The Beatles with Billy Preston[69]. На B-стороне Get Back есть композиция, которая называется Don’t Let Me Down. Она была записана в Trident Studios, а не в Abbey Road, на бэк-вокале были Мэл Эванс и Джеки Ломакс, что, несомненно, круто. В этой песне Джон умоляет Йоко не подводить его, конечно же, она этого никогда не делала и не делает до сих пор.

А третья часть трио – это уже не столько просьба, сколько соблазн: Do You Want to Know a Secret. Это превосходная ранняя пластинка The Beatles, написанная Джоном, спетая Джорджем, а позже записанная Билли Дж. Крамером[70]. По-видимому, Джон был вдохновлен воспоминанием о том, как его мать пела ему диснеевскую песню I’m Wishing, которая сама по себе открывается лирическими строками Want to know a secret? Promise not to tell? («Хочешь узнать секрет? Обещаешь его сохранить?»).

Я не знаю, существуют ли в наши дни какие-нибудь действительно хорошие секреты, но может, вы знаете. На этой таинственной ноте мы покидаем букву D.

E

Если мы собираемся начать с действительно отличной от других E-песни The Beatles, то есть одна, которую нельзя превзойти, даже если это небольшое мошенничество, потому что это не только Е-песня; это песня-число. И называется она Eight Days a Week. Eight Days a Week написана в соавторстве Джона и Пола. Песня родилась довольно быстро, буквально после того, как они сочинили название. Джон рассказывал, что не очень много думал о ней, более того, в одном из интервью упомянул ее как «паршивую» композицию. Но даже если The Beatles и способны написать паршивую песню, она все равно такой не будет. И это не просто отличная песня, но (как и всегда) очень творческая аранжировка и профессиональный продюсинг. Поразительно оригинально постепенное затихание гитары в начале и возвращение к этим прекрасным гитарным аккордам, которые Джордж играет на своей двенадцатиструнке Rickenbacker, в самом конце. Блуждающая бас-партия Пола оттеняет ритм всего трека (брейки Ринго тоже уникальны), плюс хлопки в ладоши, очень громко смешанные с группой и включающие большие двойные хлопки после строк Hold me («Обними меня») и Love me («Люби меня»), которые почти заставляют слушателя хлопать. В Eight Days a Week много блестящих идей.

Должен признаться, я люблю ее.

Есть несколько разных историй о том, откуда взялось это название. Я всегда слышал, что его придумал Ринго. Но потом я где-то прочел, что это могло исходить от уставшего шофера, с которым разговаривал Джон и который сетовал на то, что много трудится, восемь дней в неделю. Кто знает? Кроме того, это название гениального документального фильма Рона Говарда о гастрольных годах The Beatles, и если вы еще не видели его, я настоятельно рекомендую вам сделать это. Он превосходен. Я довольно много общался с Роном во время исследовательской фазы проекта, он действительно проделал экстраординарную работу. Фильм демонстрирует, насколько невероятно другим был гастрольный мир тех лет – небрежным и дилетантским. Примитивными были не только технологии, но и организация. Единственными используемыми звуковыми системами были те, что встроены в арену или стадион, а они, как мы помним, годились исключительно для объявлений, но никак не для музыкальных выступлений перед многотысячной аудиторией. А что касается наушников, которые позволяют исполнителям слышать самих себя, то их еще не изобрели! Не существовало целых категорий сотрудников. Ни сценографов, ни художников по свету, ни инженеров, ни звукорежиссеров, ни оформителей сцены, ни продакшн-менеджеров, и так далее и так далее. Это был другой мир.

Одна из самых странных сцен в фильме, с современной точки зрения, заключается в том, что мы видим, как Ринго выходит на сцену перед гигантской аудиторией только для того, чтобы обнаружить, что круглая барабанная стойка (с комплектом) неверно установлена и шатается как сумасшедшая – и мы видим, как он в одиночку пытается зафиксировать ее!

В тур с The Beatles мы с Гордоном взяли с собой одного универсального тур-менеджера, и я был очень впечатлен, что у них в штате было два человека, Мэл Эванс и Нил Аспиналл. Если бы The Beatles гастролировали сегодня, у них была бы команда из сотен людей и нескольких грузовиков и автобусов, перевозящих инструменты и оборудование, и каждый отдел был бы полностью укомплектован. Они смогли бы слышать друг друга, и мы бы их прекрасно слышали. Об этом можно только мечтать! Чудо заключается в том, что когда вы слышите живую запись The Beatles того времени (как в фильме Рона – они творили чудеса со звуком), то понимаете, насколько потрясающе хорошо они играют в таких условиях.

В E-каталоге The Beatles есть песня, к авторству которой битлы не имеют никакого отношения Это один из замечательных каверов, который они исполнили: Everybody’s Trying to Be My Baby. У нас у всех должны быть такие проблемы. Это отличная песня 1957 года, написанная Карлом Перкинсом, которую The Beatles, по-видимому, записали за один дубль, они довольно часто пели ее вживую. Джордж Харрисон, исполнявший лид-вокал, был большим поклонником Карла Перкинса, и на самом деле все четверо питали к нему огромнейшее уважение. В 1963 году The Beatles записали Matchbox с Ринго в качестве вокалиста, в 1980-х Пол пригласил Карла спеть с ним песню Get It из альбома Tug of War, у Карла прекрасный голос, и у них получился действительно классный дуэт.

Я бы предположил, что самая известная песня Карла Перкинса – Blue Suede Shoes. У нее такое необычное настроение, такая поэтика, такая блестящая концепция, что кажется, будто никто никогда не обувал синие замшевые туфли, не полюбив песню и не упомянув о ней. Джонни Кэш, друг Карла, как-то раз обратил его внимание на то, что синие замшевые туфли становятся самой крутой обувью на юге. Несколько дней спустя, во время представления, Карл заглянул за кулисы и увидел очень красивую женщину, которую яростно ругал ее партнер по танцам за то, что она наступала на эти самые синие замшевые туфли. Карл решил, что парень ведет себя как идиот, но тем не менее проснулся в три часа ночи со словами песни в голове и записал их на том, что первое попалось под руку, на мешке с картошкой. Все-таки творчество – один из самых удивительных процессов. Blue Suede Shoes подводит нас еще к одному огромному E-влиянию на The Beatles, которое мы не можем игнорировать. Я говорю о короле рок-н-ролла, великом Elvis (Элвис Арон Пресли).

Невозможно переоценить важность Элвиса. The Beatles были большими его поклонниками. Джон Леннон действительно сказал, что без Элвиса не было бы никаких The Beatles. Когда они наконец встретились 27 августа 1965 года, то были чрезвычайно возбуждены и взволнованы. Он был королем. Мы все любили его пластинки и очень им восхищались. Позвольте мне кое-что объяснить. Первое знакомство англичан с Элвисом, по крайней мере, мое знакомство и, я думаю, знакомсство битлов (Джордж Харрисон говорил об этом), так вот первое наше знакомство началось с композиции Heartbreak Hotel. Это была не первая запись Элвиса, но это была первая пластинка, выпущенная в Великобритании или вообще где-либо за рубежом, его первый альбом для крупного лейбла. Тогда он работал с небольшим американским лейблом Sun Records. Затем перешел в RCA Records, и началась всемирная рекламная кампания.

Мы все посходили с ума, услышав Heartbreak Hotel. Нам очень нравилось, как это звучит. Мы влюбились в реверберацию[71]. Нам очень нравилось, как он поет. Мы любили в нем все. Я помню, как слушал его по радио и думал: «О боже, какая потрясающая пластинка». Тогда, конечно, мы все узнали об Элвисе, и об том фуроре, который он произвел в Америке, и об «Элвисе Пелвисе», и о том, как его еще называли, и о том возмутительном влиянии, которое он оказывал на молодежь, и о том, что рок-н-ролл может уничтожить нашу молодежь – что, конечно же, произошло, и я счастлив быть жертвой этого уничтожения. А потом мы выдохнули, остановились и обнаружили все великолепные записи, которые он делал раньше. Мы начали слушать все пластинки Sun Records. И я особенно выделял Mystery Train, который остается моим любимым треком Элвиса.

Можно заметить интересную параллель между открытием Элвиса в Великобритании и последующим открытием The Beatles в США. Мы услышали Heartbreak Hotel благодаря усилиям большого международного лейбла, влюбились в Элвиса и только потом познакомились с его ранними записями, That’s All Right (Mama), Blue Moon of Kentucky, Mystery Train и многими другими. Американцы также сначала влюбились в I Want to Hold Your Hand, а затем обнаружили Love Me Do, From Me to You и Please Please Me.

Конечно же, The Beatles использовали ряд песен Элвиса в своих живых выступлениях и на сессиях BBC, включая песню Артура Крудапа[72] That’s All Right (Mama). Пели, но, к сожаленю, так и не записали.

А вот Ринго в своей сольной карьере не просто перепел одну из песен Элвиса, но и записал примечательную версию Don’t Be Cruel, которую The Beatles, возможно, пели вживую. Если честно, я не думаю, что кто-то может превзойти Элвиса, но версия Ринго очень хороша, к оригинальной аранжировке он добавил для разнообразия фоновые вокалы в стиле The Jordanaires[73].

Don’t Be Cruel написал Отис Блэквелл[74], автор многих замечательных песен. Это он написал Return to Sender и All Shook Up для Элвиса, Great Balls of Fire для Джерри Ли Льюис, Fever для Пегги Ли и огромное количество других композиций. Блэквелл сыграл свою роль и в моей жизни. Однажды, когда я работал над альбомом JT Джеймса Тейлора, во время перерыва Дэнни Кортчмар и Джеймс дурачились с гитарным ликом из песни Блэквэлла Handy Man. Ради забавы они начали играть его гораздо медленнее, чем на оригинальной записи Джимми Джонса. И я сказал: «Подождите, джентльмены, а это действительно круто. Позвольте мне записать, просто чтобы было, как идею». Я поставил пару микрофонов рядом с двумя акустическими гитарами. Еще с нами был Расс Кункель, гениальный барабанщик, играющий на паре джазовых барабанов. Мы сделали несколько дублей, самое большее четыре или пять. В итоге я добавил немного струнных, немного бэк-вокала, и это стало нашей записью Handy Man, которая оказалась большим хитом для Джеймса. Так что я в долгу перед Отисом Блэквеллом.

А теперь давайте перейдем к песне, написанной не Отисом, а его главным поклонником – Полом. Этот трек Маккартни, который был исполнен в дуэте, является не просто E-песней, а одним из самых больших хитов Пола. Громкая пластинка Ebony and Ivory.

Я слышал, что это название – на самом деле цитата Спайка Миллигана. Возможно, вы знакомы с ним, а может, и нет. Он был блестящим британским (ирландским) комиком, который создал The Gun Show, большими поклонниками которого являлись The Beatles (и я). И, возможно, Спайк Миллиган что-то сказал Полу о черных и белых клавишах пианино и о том, что для гармонии нужны и те и другие. Пол подхватил эту идею и написал песню. Надеюсь, что это правда, потому что я действительно большой поклонник Спайка Миллигана.

Для дуэта Пол пригласил Стиви Уандера – выдающегося автора и исполнителя. Предположительно, Стиви опоздал на съемку видео на три или четыре дня, поэтому большая часть этой записи и большая часть видео создавались отдельно с Полом и отдельно со Стиви. И только потом собрали все это, и получился большой хит-трек.

Двигаемся далее. Если бы мы проголосовали за самую любимую E-песню, которую когда-либо писали The Beatles, я думаю, что победила бы Eleanor Rigby. Во всяком случае, это моя любимая E-песня, и вполне может быть, и ваша тоже.

Невероятно, но Eleanor Rigby вышла на сингле Yellow Submarine и появилась на альбоме Revolver. Это было гораздо больше, чем просто вторая сторона сингла. Это была одна из самых интересных, радикальных и замечательных записей группы The Beatles, а также одна из самых совершенных песен Пола. Прекрасная мелодия, блестящая лирика, необычайно хорошая аранжировка Джорджа Мартина, чудесные звук и микс.

Это революционная и гениальная песня во многих отношениях. Это не композиция с добавленными струнными, как часто бывает в поп-музыке. Струнные – это вся группа. Нет других битлов, играющих эту песню, нет других инструментов на этой пластинке. Это Пол Маккартни и двойной струнный квартет, четыре скрипки, два альта и две виолончели. Джордж Мартин и Джеффри Эмерик, инженер, тщательно подобрали и выставили звук, чтобы извлечь из струн дополнительную зернистость. Джордж Мартин хотел, чтобы аранжировка была такой же жесткой и выразительной, как, например, в струнном квартете Бартока[75], когда музыканты действительно «атакуют» инструменты. И это, безусловно, то, чего он достиг. Песня имеет почти рок-н-ролльную интенсивность ритма, и эта сила рождается только благодаря блестящей струнной аранжировке и исполнению без вибрато[76]. Джордж Мартин, конечно, был великолепен. Он был прекрасным аранжировщиком, а также отличным продюсером, способным не просто воплотить идеи Пола в жизнь, но и добавить своего собственного мастерства.

Я точно знаю, что эта песня была написана в нашем подвале на Уимпол-стрит, 57, Джон и Пол упоминали об этом. К сожалению, в тот день меня там не было. Мне бы очень хотелось рассказать вам историю об Eleanor Rigby, но у меня ее нет. Единственное, что могу сказать, так это то, что Пол говорил, что версия Eleanor Rigby Рэя Чарльза – одна из его любимых кавер-версий песен The Beatles. Радикальный отход от оригинала начинается (почти обманчиво) с тех же четырехструнных секционных четвертных нот, что и аранжировка Джорджа Мартина, а затем резко меняется: струнные выдают все виды глиссандо, легато и других драматических приемов, гобой – некоторые контрапункты, духовая партия и бэк-вокал от славных The Raelettes[77] добавляют действа. Этот совершенно новый подход сопровождает проникновенное переосмысление Рэем времени и отношения к оригинальной вокальной мелодии.

И если Eleanor Rigby действительно выиграет всеобщее голосование за любимую E-песню, написанную The Beatles, гарантирую вам, что на втором месте будет Every Little Thing. Эта отличная композиция записана в студии EMI, и примечательно в ней то, что Ринго, в дополнение к барабанным партиям, сыграл партию на литаврах. Я помню, что в Studio Two в углу стояли литавры, покрытые чем-то вроде набивного пухового одеяла.

Думаю, что кому-то просто пришло в голову выкатить их, снять покрывало и далее оставалось только подобрать ноты и сыграть. Это первый, а быть может, единственный раз, когда Ринго записывал литавры.

Далее переходим от ранней песни к песне из более позднего альбома Пола Маккартни New. Называется она Early Days. Трогательно ностальгическая история с непритязательным, неброским, но вполне убедительным вокалом Пола. Исполнительным продюсером альбома был талантливый сын сэра Джорджа Мартина – Джайлс. А сам трек Early Days был спродюсирован Итаном Джонсом, блестящим инженером и продюсером, сыном Глина Джонса[78], который выпустил классические пластинки The Rolling Stones и огромное количество других замечательных вещей, включая The Beatles. Итан проделал отличную работу с Райаном Адамсом[79], Тифт Меррит[80] и многими другими, и для Early Days он создал прекрасную акустическую гармонию, начиная с акустической гитары и умело добавляя струнные инструменты и некий шум, чтобы обеспечить немного кельтский и эмоционально-захватывающий фон для воспоминаний Пола.

Следующую E-песню The Beatles мы слышим не так часто. Композиция со странным названием Everybody’s Got Something to Hide Except Me and My Monkey, может, и не всем нравится, но она действительно крута. В ней есть отличная партия соло-гитары Джорджа, которая будто циклично повторяется (хотя он явно играл ее вживую), настойчивые барабаны Ринго и много динамичных ударных. Я думаю, вся четверка сыграла часть перкуссии, особенно хороша часть ковбелл[81], которая чередуется с шейкером и поддерживает общее волнение трека. Что касается необычного названия, то у каждого есть своя теория. Моя собственная догадка в том, что Everybody’s Got Something to Hide Except Me and My Monkey – это не отсылка к наркотикам. Просто какая-то странная ироничная песня Джона, которую он написал для Йоко.

После Джона обратимся к Джорджу и к песне из его E-альбома Extra Texture. Я немного не понимаю, почему он выбрал именно это название альбома, но в нем действительно много хорошей музыки. Мне очень понравилась This Guitar (Can’t Keep from Crying). Не знаю, в чем проблема Джорджа с его «слезливой» гитарой. Если это не тихий плач, то это рыдания. Но сама песня недооценена. Возможно, расстроенный некоторой критикой, которую он получил во время или после своего тура 1974 года, он передал часть боли гитаре, и так родилась хорошо продуманная песня с элегантными изменениями аккордов, прекрасной слайд-гитарой от Джорджа и прекрасным дополнительным лидом от Джесси Эда Дэвиса. А отличная оркестровая аранжировка от Дэвида Фостера (моего друга и блестящего аранжировщика, продюсера песни Уитни Хьюстон I Will Always Love You), держит, собирает все это вместе и дает реальное ощущение размера и размаха.

У Ринго тоже есть своя E-история на альбоме 2017 года Give More Love – Electricity, которую он написал вместе с Гленом Баллардом. Ринго записал этот альбом в своей домашней студии и сам спродюсировал его. Конечно, многие сессионные музыканты (например, Дэйв Стюарт, Глен Баллард и Дон Уоз) сами являются потрясающими продюсерами, поэтому вокруг витало много замечательных идей. В записи Electricity участвовал гитарист Джо Уолш, муж сестры Ринго и к ним присоединился великий клавишник Бенмонт Тенч из Tom Petty and the Heartbreakers[82].

Я предлагаю завершить наше Е-путешествие, вспоминая и восхищаясь единственным барабанным соло Ринго на пластинке The Beatles: его незаменимым вкладом в The End с Abbey Road, которое сопровождается мудрыми словами Пола: And in the end, the love you take is equal to the love you make («И в конце концов, сколько любви ты получаешь, столько же и отдаешь»).

F

Когда я имею дело с песнями The Beatles и фактами, которые касаются буквы F, первое, что приходит на ум, – это название моего радиошоу, с которого и начался волшебный путь The Beatles from A to Zed. Поэтому предлагаю рассмотреть великую F-песню Beatles, название которой я выбрал для своего собственного шоу: From Me to You.

Оказывается, я не первый подумал, что это название можно связать с радиопередачей. У The Beatles было собственное радиошоу на BBC, в котором звучали различные поп-пластинки, в том числе и их собственные. Они записали музыкальную заставку для этого шоу, используя From Me to You в качестве основной темы, изменив текст песни на From Us to You («От нас к вам»). Выпуски очень короткие, и их можно найти онлайн, рекомендую.

From Me to You была одной из нескольких песен, написанных Джоном и Полом во время тура Хелен Шапиро в 1963 году. The Beatles не были хедлайнерами, это было бы слишком рано для их карьеры, а вот шестнадцатилетняя Хелен Шапиро уже была грандиозной фигурой. У нее было несколько громких хитов, таких как Walkin’ Back to Happiness (ее лучшая песня, на мой взгляд) и You Don’t Know, и да, она была главной достопримечательностью турне. The Beatles были объявлены четвертыми из одиннадцати исполнителей! Вероятно, битлы сыграли для Хелен несколько новых песен и спросили, какая из них должна быть следующим синглом, и она выбрала From Me to You. Так что в какой-то степени мы должны благодарить Хелен за то, что From Me to You стала таким большим хитом.

А теперь смело перенесемся в то время, когда The Beatles сами стали хедлайнерами. Более того, в те времена им уже даже не нужно было гастролировать. Есть два блестящих F-трека, которые они создали для фильма Magical Mystery Tour. Я помню, как при подготовке фильма Пол делился со мной экспериментальными идеями и сопутствующей музыкой. Первая F-композиция – инструменталка Flying – была написана как фоновая подложка под кадры с ландшафтами Исландии, снятые с воздуха. Пол написал заглавную мелодию (структура представляет собой простой двенадцатитактовый блюз), а авторство было разделено поровну между всеми четырьмя битлами. Трек открывает гитарная тремоло[83]-импровизация, а основная мелодия представлена меллотроном. Думаю, что он настроен на тромбон, хотя звучит он больше похоже на английский рожок. Несомненно, что этот инструментальный трек является частью партитуры фильма. И дело не в том, что The Beatles пытались сделать инструментальный хит, чтобы соперничать, скажем, с аккомпанирующей группой Клиффа Ричарда The Shadows, у которой была целая серия инструментальных хитов, с которыми The Beatles были хорошо знакомы, а скорее в том, что они хотели создать композицию, подчеркивающую настроение фильма. В этом, я думаю, они были очень успешны.

Если Flying – это хороший трек из Magical Mystery Tour, то The Fool on the Hill – отличный трек. Он показывает Пола Маккартни в его самом образном и блестящем творческом проявлении. Я отчетливо помню, когда Пол написал эту песню, он играл ее для нашей семьи. Мы сидели в гостиной, которую называли первым этажом, а американцы – вторым. Гостиная служила также кабинетом моего отца и кабинетом для консультаций, ее достоинством был большой рояль. Сразу после того, как он написал The Fool on the Hill, мы собрались у рояля и слушали-слушали-слушали. Он объяснил (и спел) некоторые партии флейты и блокфлейты, которые тоже задумал, было очевидно, что вся аранжировка уже бурлила у него в голове, как это бывает со всеми гениальными музыкантами. Мы все были очень впечатлены.

Другая великая F-песня The Beatles вышла из-под пера Джорджа Харрисона. И это For You Blue. Композиция представляет собой традиционный двенадцатитактовый блюз, в середине которого мы слышим классное слайд-соло Джона и голос Джорджа: Elmore James got nothing on this baby («Элмор Джеймс ничего не имеет против этой детки»). Интересно, многие ли из вас знают, кто такой Элмор Джеймс? Надеюсь, что знаете. Он был классическим блюзовым слайд-гитаристом, которым мы все очень восхищались. В Англии было целое движение; все хотели играть блюз. Мы учились на блюзовых пластинках, которые могли достать в джазовых магазинах, и бесконечно обменивались ими между собой. Это было мощное коллективное увлечение, мы должны были знать все, что можно, о блюзе и его прародителях, сторонниках и учениках. Все мы были поклонниками Элмора Джеймса, и каждый, кто брал в руки слайд, старался играть так же, как Элмор Джеймс. И это по-прежнему так. Бонни Рэйтт (замечательная певица, в которой порой игнорируют замечательного гитариста) и все нынешние великие слайд-музыканты начинали с Элмора Джеймса и его, казалось бы, не требующей усилий игры.

Неужели Элмор Джеймс действительно ничего не имеет против Джона Леннона? Я не был так уж уверен, но это была доблестная попытка с его стороны, и он определенно был поклонником Элмора Джеймса. Кстати, на этом треке мы слышим и подготовленное пианино Пола. Неповторимый звук подготовленного фортепиано рождается с помощью предметов, которые специально размещают между струнами инструмента или на молоточках. Эта техника широко используется в авангардной музыке. Ее применяли Джон Кейдж[84], равно как и Джон Кейл из The Velvet Underground[85]. Пол вплотную интересовался этой техникой и много экспериментировал. Он долго возился с роялем, добавляя что-то к струнам, пока не получил именно тот звук, который хотел для этого конкретного трека. И не прогадал.

А теперь я должен кое в чем признаться. Когда я искал интересные песни, начинающиеся на букву F, я нашел одну, которую никогда не слышал. Это Free Drinks, песня Ринго. И она мне очень понравилась. На треке представлены звучные гитары в стиле Эннио Морриконе. Написали его Ринго, Марк Хадсон, Стив Дудас, Дин Гракал и еще один мой друг, Гэри Берр (замечательный нэшвилльский композитор). Я очень рад, что нашел его. Трек достоин того, чтобы вы его услышали.

Еще одну классную F-песню – (Forgive Me) My Little Flower Princess, адресованную Йоко, написал, как мы понимаем, Джон Леннон. Она была записана в Нью-Йорке с большой нью-йоркской сессионной группой – Хью Маккракеном (один из моих любимых гитаристов), Эрлом Сликом, Тони Левином и Энди Ньюмарком. Очень много великих музыкантов. К сожалению, вышла она уже после смерти Джона.

С этой же группой Джон записал отличный двойной F-альбом, Double Fantasy. В нем представлены два особенно важных трека – Woman и Dear Yoko. Джон называл Woman «взрослой версией» своей песни Girl, так что, возможно, она дает некоторое представление о том, как изменился его песенный почерк. И на его создании отразилось то, что он был безумно влюблен. Трек начинается с шепота For the other half of the sky («Для другой половинки неба»), отсылающего нас к заявлению Мао Цзэдуна о том, что «женщины держат половину неба».

Алан Сивил и его валторна

Dear Yoko (не путать с Oh Yoko! из альбома Imagine) – это бодрая, счастливая композиция, отражающая его любовь к Йоко. Джон всегда любил старомодную slap-back-реверберацию на лид-вокале и иногда переусердствовал, но она идеально подходит для этой песни. Кроме того, и на этом треке есть свой восхитительный слайд, думаю, это был слайд от Хью Маккракена.

Вернемся к Полу. Довольно интересна одна из его сольных F-композиций. Он записал ее с Wings[86], и она называется Famous Groupies. Признаюсь, мне было любопытно, есть ли там какая-нибудь завораживающая (или даже похотливая?) история, стоящая за названием или концепцией. Я написал своему другу Денни Лэйну, который в то время играл в Wings, и спросил, что он помнит. Его ответ был не столь откровенным, как мне хотелось бы. Зато лаконичным и интригующим: «Famous Groupies? Не напоминай мне, у меня есть дети от двух из них, но это совсем другая история». Так что можете смело полагаться на свое богатое воображение.

The Beatles на пике своей славы удалось увековечить некоторые слова и выражения. Так, они навсегда останутся Fab Four – Великолепной Четверкой. Я не знаю, кто придумал этот термин, сами битлы или их фанаты, журналисты или публицисты, но мы знаем, что как только нам что-то нравится, оно сразу становится великолепным. Был журнал под названием Fabulous, который сокращенно называли Fab, и это сокращение, Fab, часто применяли и к битлам, к их музыке, одежде и стилю в целом. Джордж Харрисон с Джеффом Линном значительно позже написали песню, в которой размышляли над этим фактом, – When We Was Fab, кстати, ее тоже можно классифицировать как F-песню. Отличный трек с несколькими струнными, в том числе ситарой, с психоделическими звуками, с Ринго на барабанах и со всеми необходимыми примочками 1960-х!

И вновь у нас на пути двойное F. Первым F этой пары является french horn (французская валторна) – инструмент, который обычно не используется в рок-н-ролльных или R&B-аранжировках и чаще всего звучит в симфоническом оркестре или как сольный инструмент. Основанный на оригинальном охотничьем рожке, он обладает прекрасным собственным тоном и стал основой классической музыки и киномузыки, в частности. Полу очень нравился звук валторны, и, вероятно, поэтому он специально включил его в композицию For No One (вторая часть из этой F-пары). С вопросом «Кого нам взять?» он обратился к Джорджу Мартину. Джордж знал, кого искать: «Мы найдем парня, который будет потрясающим. Он самый лучший, играл во всех оркестрах, главный солист на валторне».

Этого потрясающего парня звали Алан Сивил, и он действительно был ведущим валторнистом во всем Лондоне. Он записал сессию, после чего вся лондонская музыкальная тусовка сотрясалась от того, что вместо девяти фунтов, что было обычной ценой сессии, он попросил и получил гонорар в пятьдесят фунтов. Зато это гениальное соло по сей день остается одним из самых известных соло The Beatles.

История гласит, что Пол написал партию валторны слишком высокой, на ноте, которая официально не входит в диапазон инструмента. Но если вы великий валторнист, то вы достигаете той или иной ноты комбинацией клавиш под вашими пальцами и тем, что ваш амбушюр[87] может извлечь из инструмента. Алан Сивил решился и сыграл эту особенно невозможную ноту на самом пике своей карьеры.

О For No One говорили многие, равно как и многие перепевали ее. Мне кажется, лучшая небитловская версия принадлежит потрясающей певице Эммилу Харрис. Одна из любимых певиц Линды Ронстадт, одна из моих любимых певиц, а также одна из любимых певиц человека, с которым я много работаю, Альберта Ли, он много лет возглавлял группу Эмми, The Hot Band. В ее версии Эмми аккомпанирует замечательная группа музыкантов, включая Эймоса Гарретта, Херба Педерсена и одного из моих любимых пианистов Билла Пэйна из Little Feat (в течение многих лет я имел честь быть менеджером этого коллектива). Кто-то вспомнит Билла и его лучшее фанковое исполнение Oh, Atlanta или Dixie Chicken, но в For No One Эмми вы слышите исключительно нюансированную фортепианную игру совершенной тонкости и точности. The Beatles сыграли For No One в Си мажоре, а Эмми перевела его в Фа. И она, и группа даже меняют аккорды, добавляя минор на втором такте, что делает песню еще более эмоционально насыщенной. Да и вокал Эмми, несомненно, разорвет ваше сердце.

Еще одна гениальная коллективная F-аранжировка – это замечательная Fixing a Hole. Каждая ее часть заслуживает внимательного прослушивания. Никто не играет шаффл лучше, чем Ринго, и этот очень медленный шаффл в менее умелых руках мог бы показаться скучным, а здесь мы получили непревзойденный грув хай-хэт-партии Ринго. Кроме того, в ней много клавишных, включая вступление, думаю, что и Пол, и Джордж Мартин привнесли нечто свое. А также мы слышим несколько элегантных, но в то же время солидных роковых соло-партий гитары Джорджа. Многие склонны считать совершенство некоторых треков само собой разумеющимся (так велико наше знакомство с завершенными записями), но чем больше я исследую природу аранжировок, тем больше растет мое восхищение. И, конечно же, прежде всего это касается Fixing a Hole – удивительно оригинальной песни. В ее контексте нет ничего общего с героином или с леченим и даже ничего общего с починкой крыши в Шотландии. Пожалуй, речь идет скорее о том, что Пол просто наслаждается своим недавно приобретенным (и очень красивым) домом на Кавендиш-авеню, и о том, как приятно находиться в собственном доме, покуривать травку и позволить своему разуму расслабиться.

Ну и лучший способ закончить наше F-путешествие – Free as a Bird, последний сингл The Beatles, который вышел в 1995 году вместе с Real Love как часть антологии The Beatles[88]. Песня начинала свою жизнь как запись Джона Леннона с участием трех других битлов, которую мой друг Джефф Линн организовал и спродюсировал. Джордж Харрисон, помимо всего прочего, играет здесь на укулеле. Если вообще должна была быть «последняя запись битлов», то Free as a Bird – это отличная композиция, которой можно завершить очередную главу и продолжить наше исследование музыки самой лучшей группы, которая когда-либо существовала.

G

Пол и я в студии с Мэри Хопкин

Мы имели дело с Beatles-песнями, Beatles-проектами, Beatles-идеями и Beatles-людьми, и вот теперь подошли к букве G. Я понятия не имею, в какое время суток вы читаете эту книгу, но думаю, что пожелание отличного утра композицией Good Morning Good Morning всегда актуально. Мне нравится странный ритм этой замечательной песни Джона Леннона. Не знаю, заметил ли кто-нибудь из вас или считал ли кто, но там повсюду натыкаешься на недостающие биты, что действительно держит в напряжении. Предположительно, он вдохновился рекламой хлопьев Kellogg, которая однажды появилась по телевизору. Джон довольно пренебрежительно отзывался о песне в различных цитатах, которые ему приписывают. А мне она очень нравится.

Предположим, что сейчас уже утро. Солнце вышло, небо синее, и все, что можно сказать, – это Good Day Sunshine. Логичное продолжение G-списка, не так ли? Еще одна прекрасная песня Пола и одна из моих любимых песен потрясающего альбома Revolver. Вдохновленная в какой-то степени прекрасной Daydream Джона Себастьяна, эта песня сама по себе стала замечательной. От безупречного тройного малого барабана Ринго в начале до неожиданной модуляции и вокального раунда в конце она полна восхитительных сюрпризов, хотя все построено вокруг, казалось бы, легкого соблазнительного медленного шаффла.

Я упоминал ранее, что песни The Beatles могут быть очень трудными для других исполнителей. Но есть действительно отличная кавер-версия Good Day Sunshine, и, как выяснилось, с ней мало кто знаком. Я отчетливо помню версию R&B, которую постоянно играли в клубах Лондона примерно в 1967 году. Был небольшой выбор лондонских клубов, где мы обычно зависали, иногда обходя несколько за одну ночь, – Ad Lib, The Speakeasy, The Scotch of St. James, Dolly’s, Tramp и The Cromwellian. В каждом из них были отличные звуковые системы, и все они проигрывали эту пластинку, и она звучала великолепно. Но сегодня ее практически забыли. А ведь это блестяще сделанная, очень американская композиция Роя Редмонда, спродюсированная одним из моих музыкальных героев, успешным, хоть и малоизвестным автором песен и продюсером Джерри Раговоем. Это он написал Time Is on My Side, впервые записанную (необычно) джазовым тромбонистом маэстро Каем Уиндингом в 1963 году, затем Ирмой Томас в 1964 году, а позже в том же году уже популярнейшими The Rolling Stones. Еще одна из его композиций (в соавторстве с Бертом Бернсом) – Piece of My Heart, которую очень хорошо спела Дженис Джоплин. Но для меня его величайшим достижением является то, что он стал соавтором и продюсером песни Stay with Me, записанной Лоррейн Эллисон. Лоррейн Эллисон – потрясающая певица. Непременно послушайте этот классический R&B-трек. Примечательно, что сама песня и ее сложная аранжировка были созданы за один день. Фрэнк Синатра в последнюю минуту отказался от сессии, в итоге в студии без дела оказался симфонический оркестр из 45 музыкантов. Джерри пригласил Эллисон, она смогла приехать и записаться, таким образом родился этот замечтательный трек.

Есть очень важная G-композция, которую мы не можем пропустить. И это Get Back, которая, как понимаю, была записана как live-трек. Джон сыграл гитарное соло на гитаре, а Билли Престон крутейшую партию фортепиано. Было много дискуссий вокруг текста песни: кто такой Джоджо? При чем тут Тусон? И так далее. Думаю, что Джоджо – это компиляция разных людей. Нет никакого конкретного Джоджо. Все люди, которые бегали вокруг, утверждая, что они – Джоджо, им не являлись. Однако ссылка на Тусон могла исходить от моего тогдашнего ассистента. Я работал в Apple в качестве главы A&R, и моим ассистентом была очаровательная барышня Крис О’Делл, мы дружны по сей день. Она из Тусона и много рассказывала о своем родном городе. Так что вполне возможно, что ссылка на Тусон могла появиться в результате ее историй.

К сожалению, я пропустил одно из ярчайших выступлений The Beatles на крыше нашего офиса на Сэвил-Роу, которое включало в себя и Get Back. В то время я работал в лос-анджелесском офисе Apple. Несмотря на мои протесты, мне часто говорят, что я присутствую на видео. Но на самом деле это не я! Рыжеволосый парень по имени Кевин Харрингтон работал помощником Мэла Эванса и занимался в тот день оборудованием группы, вот его действительно можно было увидеть в кадрах. Возможно, это и есть причины путаницы. Но я, конечно же, сожалею, что меня там не было.

Еще одна очень важная G-песня The Beatles, которая, надеюсь, актуальна для каждого из нас, – это Getting Better (альбом Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club). Однажды я услышал, что фраза Got to admit it’s getting better («Надо признать, что все становится лучше») была основана на фразе барабанщика Джимми Никола, который на неделю заменил Ринго во время австралийского тура The Beatles в 1964 году (Ринго заболел тонзиллитом). Позже Никола некоторое время играл с Peter&Gordon. Он был очень хорошим барабанщиком, но, видимо, вся его жизнь после недолгого пребывания с битлами стала какой-то странной. Я думаю, что он все еще где-то здесь, и надеюсь, что с ним все в порядке. У меня остались приятные воспоминания и о нем, и его игре.

Getting Better – изначально это была песня Пола. Он говорит, что однажды написал куплеты, выгуливая свою собаку Марту по Хэмпстед-Хит. Таково было происхождение этой песни, полагаю, в тот момент Пол действительно испытывал эти чувства, будто вокруг все становится лучше. Но потом Джон добавил несколько менее возвышенных строк. Первая: I used to be cruel to my woman («Я привык быть жестоким к своей девушке»), что, к сожалению, иногда было правдой. Позже он признал, что не всегда хорошо относился к женщинам. Вторую реалистичную ноту мы слышим после строки Пола: I’ve got to admit it’s getting better («Я должен признать, что все становится лучше»), именно Джон добавил лирическое: It can’t get no worse («Хуже быть не может»), придавая строчкам циничный оборот. Вот так, на контрастах, родилась отличная песня.

Еще одна G-композиция, Got to Get You into My Life, содержит одну из лучших партий духовых, собранных для записи альбома The Beatles. Пол любил джазовые и R&B духовые партии, и в этой аранжировке они совместно с Джорджем Мартином создали безупречно блестящую партию.

В то время в Лондоне было не так уж и много талантливых саксофонистов, трубачей, тромбонистов, и все они были востребованы. Некоторых из них можно услышать на записи Peter&Gordon, Black, Brown and Gold – наша единственная попытка создать джазовый трек с партией звездных духовых и аранжировкой Джона Пола Джонса, который позже играл с Led Zeppelin. Эти музыканты составляли ядро британской джазовой сцены. Как и лондонская рок-н-ролльная сцена, лондонская джазовая сцена зиждилась на восхищении (и подражании) американским кумирам, но у нас были свои действительно замечательные музыканты.

The Beatles часто обвиняли в том, что многие тексты их песен связаны с наркотиками, хотя зачастую это не так. Люди слышали в них то, чего там не было. Не думаю, что Fixing a Hole или Lucy in the Sky with Diamonds были связаны с наркотиками, хотя допускаю, что образы в текстах вполне могли быть вызваны ими.

Но одна скромная ода марихуане у них все же есть – это Got To Get You into My Life, песня о том, как весел и соблазнителен ежедневный кайф. Возьмите реплику: I was alone, I took a ride, I didn’t know what I would find there («Я был один, я уехал, я не знал, что найду там»). Если эта фраза о женщине, то она бессмысленна. Если речь идет о косяке, то становится совсем другой историей.

Мы говорим о песнях The Beatles, начинающихся с буквы G, и одна из них, которую мы никак не можем пропустить, – это Golden Slumbers. Текст песни, по-видимому, взят из текстов, написанных в 1603 году человеком по имени Томас Деккер. Ему принадлежит строка Golden slumbers kiss your eyes («Золотые сны целуют твои глаза»), и я где-то читал, что Пол видел эти стихи в доме своего отца. Не знаю, правда ли это, но мне кажется, там посюду были ноты и партитуры, и эти тексты привлекли его внимание, он адаптировал их и наложил музыку. Им уже неоднократно подбирали музыкальное сопровождение, но явно не так удачно, как в той версии, которую The Beatles записали для альбома Abbey Road.

Golden Slumbers вызывают в памяти еще одну золотую песню, с которой вы, возможно, не так хорошо знакомы. Это пластинка Ринго, которую я имел честь продюсировать, и она называется Golden Blunders. Изначально это была песня The Posies[89], и я предложил Ринго попробовать сделать кавер. Ему нравилась Golden Blunders, и он играл и пел ее очень классно. Конечно, было очень интересно работать с Ринго в студии – он очень общительный и деликатный, и одновременно приятно было осозновать, что мы сочиняли музыку с битлом и одним из самых важных барабанщиков в мире. Когда я сказал Ринго, как хорошо звучит хай-хэт, он небрежно заметил, что эту же партию он играл на The Ed Sullivan Show[90]. Все мы в студии были охвачены каким-то благоговейным трепетом, к которому он, должно быть, привык. Я очень горжусь тем, что работал с Ринго в студии, и тем, что он и его прекрасная жена Барбара мои друзья.

Мы отошли от G-коллекции The Beatles, поэтому давайте обратимся к сольным проектам Джорджа Харрисона. Возможно, его самая известная G-песня – это не его песня. Ее написал Руди Кларк и впервые исполнил Джеймс Рэй. Версия Джорджа, которая стала большим хитом во всем мире, была спродюсирована самим Харрисоном совместно с Джеффом Линном. Got My Mind Set on You с потрясающей аранжировкой и бодрым живым вокалом Джорджа – более агрессивный рок-н-ролл, чем большая часть его сольной работы, и в некотором смысле это возвращение к его Beatles-вокалу. Композиция звучит столь живо в том числе благодаря очень четкому и точному ритму, который создал Джефф. И конечно, не будем забывать о креативном видео Гэри Вайса, которое помогло треку стать чрезвычайно успешным.

У Пола Маккартни есть как минимум одна действительно превосходная G-песня, которую The Beatles не записывали. На самом деле он написал ее для Мэри Хопкин, которую продюсировал. Она была одной из первых певиц, подписавших контракт с Apple, и сделала это практически сразу после Джеймса Тейлора. История о том, как мы нашли Мэри, начинается с Твигги, которая, конечно же, была супермоделью, тогда во всем мире была лишь одна супермодель. Блестящая женщина с неутомимым обаянием и решимостью, она была и остается нашим с Полом другом. Однажды вечером она смотрела телевизионный конкурс талантов Opportunity Knocks. В шоу принимала участие красивая валлийская девушка по имени Мэри Хопкин, она играла на акустической гитаре и пела песню Джоан Баэз. Твигги позвонила Полу и сказала: «Ты должен включить телевизор. Эта девушка просто потрясающая. Послушай ее». Пол тоже подумал, что она потрясающая, позвонил мне, велел включить телевизор и смотреть. Вот так было принято решение о подписании контракта. Мы с Дереком Тейлором, одним из ключевых менеджеров Apple, отправились в Уэллс, чтобы встретиться с Мэри Хопкин. Ее отец выгнал нас, он с подозрением относился к рок-н-ролльным типам, которые приезжали из Лондона и пытались подписать с его дочерью контракт. Так что случилось это не сразу.

В конце концов нам удалось подписать с ней контракт. К тому моменту Пол уже решил, какую песню он хочет спродюсировать. За несколько месяцев до этого момента в клубе Blue Angel он услышал Thоse Were The Days в исполнении американского дуэта Джин и Франчески Раскин и мысленно отметил это. Мелодия была основана на русской народной песне, и Джин Раскин написал для нее текст. Когда мы подписали Мэри, Пол сказал: «Мы должны найти эту песню. Я хочу сделать ее с Мэри». И мы сделали. Пол создал прекрасную версию. Я помог ему собрать ее и был в студии в тот день, когда ее записывали. Пол придумал отличную аранжировку, в основу которой легла цимбала, нужно было найти не только инструмент, но и исполнителя. И я всё нашел. Мэри спела блестяще, а Пол получил свой первый мировой хит в качестве продюсера.

Затем Пол написал следующую песню к альбому Those Were The Days, G-композицию Goodbye, которую Мэри Хопкин исполнила так же прекрасно. Goodbye представляла собой аранжировку Ричарда Хьюсона, которого я привез в Apple для работы над альбомом Джеймса Тейлора. Мы привлекали его к работе над Those Were The Days, а при подготовке Goodbye Пол задействовал Хьюсона по полной. Аранжировка, которую Ричард сделал для Goodbye, включала многое из того, что так импонировало Полу. Труба, делающая па-папа-па ноты в одну восьмую, очень похожа на то, что задумал Пол. А фоновое мягкое постукивание, которое Пол запланировал для ударных, было очень похоже на Бадди Холли, еще одного нашего любимца. Кстати, на этой записи Маккартни еще и сыграл на басу.

Примерно в это же время я выпустил свою первую запись в студии EMI. Артистом был Пол Джонс, удивительно хороший музыкант (экс-вокалист Manfred Mann[91]), а композиция, с которой мы работали, – кавер-версия And The Sun Will Shine, отличной песни Bee Gees[92]. Поскольку это было мое первое продюсирование, я хотел нанять невероятную группу. В итоге с нами играли: Никки Хопкинс на фортепиано, Пол Сэмвелл-Смит из The Yardbirds[93] на басу, Джефф Бек на гитаре, а на барабанах начинающий молодой талантливейший музыкант Пол Маккартни, который сыграл несколько хороших барабанных брейков и задал треку отличный ритм. Вот так я выпустил первую пластинку, которая имела определенную связь с The Beatles.

G, конечно же, прочно связана с Германией. Как вы знаете, Германия важна в жизни The Beatles по многим причинам. До того как я познакомился с The Beatles, они много времени проводили в Германии. Я никогда не был ни на одном из тех концертов, но впоследствии побывал на улице Репербан[94], где располагались клубы. И как вы, возможно, читали в некоторых книгах о The Beatles или в биографиях битлов, Репербан был и остается довольно беспокойным районом. И мы знаем из достоверных источников, что The Beatles сами немного шалили, когда были там. Это какое-то странное забавное место, и если вы играете там несколько концертов за ночь на протяжении нескольких недель, то можно лишь представить, что будет с вами происходить. The Beatles полюбили Германию и даже немного выучили немецкий. Возможно, именно поэтому кому-то в голову пришла идея переписать некоторые песни на немецком. И они перезаписали два своих самых больших ранних хита, She Loves You и I Want To Hold Your Hand, положив текст на те же музыкальные дорожки, чтобы создать две новые версии под названием Sie Liebt Dich и Komm и Gib Mir Deine Hand. Я не эксперт, но их произношение мне кажется довольно хорошим. Со временем они обнаружили, что их немецкие поклонники все равно купят пластинки на английском языке, так что в будущем это сэкономило им много сил.

С Германией связан еще один интересный момент, который заключается в том, что это единственное место, где мы с Гордоном играли с The Beatles в одном туре. Я общался с ними и работал на них в течение нескольких лет, а вот гастролировал с ними единожды, в том самом немецком туре. И это было чрезвычайно захватывающе.

Мы путешествовали на необычном поезде, который был построен для визитов глав государств, в том числе королевы Англии, когда та совершала королевское турне по Германии. Один из вагонов поезда переоборудовали в четыре отдельные роскошные спальни, таким образом обеспечив каждого из битлов отдельной спальней. Полагаю, что там была пара других спален, одна из них наверняка у Брайана Эпштейна. В каждой спальне было круглосуточное обслуживание и множество других необычайных удобств, которых не ожидаешь в поезде. Прямо из спальни, по телефону, можно было заказать все, что угодно. Я помню, что к этому вагону были прикреплены огромный вагон-ресторан и еще пара вагонов первого класса с местами для остальных (других исполнителей, сопровождающего персонала и т. д.). В одном из этих вагонов, конечно же, были официальные места Peter&Gordon, но, к счастью, будучи друзьями, мы бесконечно проводили время в элитных вагонах The Beatles: ели, пили, играли в покер. Я отчетливо помню сцену во время покера с Брайаном Эпштейном и The Beatles – мы сидели за очень длинным столом в роскошной обстановке этого волшебного поезда, несущегося по Германии, и я вдруг подумал: «Вот это круто!» Так оно и было.

На самом деле есть видео этого тура, одно из наших шоу было снято для немецкого телевизионного канала. В нашем сете было несколько песен, написанных Полом Маккартни, не только A World Without Love, но и Woman. Пол попросил, чтобы Woman была выпущена под псевдонимом, причем авторство песни приписывалось воображаемому Бернарду Уэббу. Причина заключалась в том, что некоторые представители прессы предполагали, что статус The Beatles достиг такой точки, когда все, что имеет к ним отношение, обречено на успех, независимо от внутренних достоинств и качества. И я думаю, что это немного разозлило Пола, потому что никто не хочет, чтобы его считали почивающим на лаврах или спекулирующим своим именем. Хитрость с Бернардом Уэббом срабатывала примерно три или четыре недели, прежде чем кто-то узнал, что на самом деле автором был Пол, и все раскрылось. Однако на самом деле Woman стала большим хитом очень быстро, этих нескольких недель было более чем достаточно, чтобы доказать, что успех песни не зависел от репутации Пола.

Peter & Gordon в туре с The Beatles в Германии

Насколько я помню, мы с Гордоном выходили на сцену прямо перед The Beatles. Пока мы пели эту песню в Германии, The Beatles иногда стояли у края сцены и слушали. А когда выходили они, я не могу передать, насколько я был впечатлен энергией, точностью и музыкальным совершенством их живого выступления. Что удивительно, так это то, что они действительно не слышали друг друга; никто из нас не мог ничего услышать на сцене. Им нужно было угадать, кто что играет и кому когда вступать. Я бы хотел, чтобы у нас была живая запись песен, которые они исполняли в Германии. Сегодня с этим нет никаких проблем, любой концерт можно снять на телефон. У нас же, к сожалению, нет записей. Я просто знаю, что с изумлением наблюдал за ними из-за кулис.

Прежде чем мы закончим наше обсуждение буквы G, я хотел вспомнить о том, в чем мир сейчас нуждается больше, чем когда-либо: Give Peace a Chance. Это был первый сингл Джона Леннона вне The Beatles, приписанный Plastic Ono Band[95], – название, которое Джон и Йоко придумали для своих совместных проектов. Это скорее концепция, чем команда конкретных музыкантов. По прошествии многих лет на вид упрощенная мольба Джона и Йоко о мире и дружбе кажется все более уместной и менее смехотворной, хотя в то время пресса предпочитала рассматривать ее как простую глупость.

Мы начали наше путешествие по G со слов «Доброе утро», очевидно, что самый логичный способ закончить его – попросить Ринго о любезности пожелать нам всем Good Night. Эта прекрасная песня Джона Леннона (приписываемая Леннону&Маккартни, конечно) была записана и выпущена официально как трек The Beatles, но в ней фигурировали только поющий Ринго и оркестр, играющий пышную традиционную аранжировку Джорджа Мартина.

H

Аль Кури представляет мне и Линде Ронстадт платиновую пластинку

Буква H – чрезвычайно богата и продуктивна c точки зрения битловского материала. Давайте начнем с песни, которая открывается легендарным, мгновенно узнаваемым аккордом.

Не имеет никакого смысла гадать, о какой песне идет речь, – это, конечно, A Hard Day’s Night. Я немного жульничаю, опуская А и рассматривая ее как H-композицию, и думаю о ней, как о Hard Day’s Night. Название якобы основано на том, что сказал Ринго, и It’s been a hard day’s night («Это был вечер тяжелого дня») действительно звучит очень по-ринговски. Это была заглавная песня блестящего одноименного фильма, снятого удивительным Диком Лестером. Интересно, что Hard Day’s Night («Вечер трудного дня») был снят на черно-белую пленку не для поддержания стиля и не в силу каких-либо арт-замыслов, хотя в итоге оказался весьма оригинален. Это произошло из-за скупого бюджета. United Artists не хотели тратить деньги на съемки в Technicolor, были уверены, что The Beatles эфемерный феномен – сегодня они есть, завтра нет. Но The Beatles не ушли ни завтра, ни послезавтра, ни послепослезавтра, они так никуда и не ушли. А черно-белый фильм теперь выглядит бессмертным.

Но вернемся к песне и к тому невероятному аккорду, который ее начинает и о котором так много сказано. В Сети можно найти тонны информации и гипотез. Какие именно ноты есть и каких нет в этом аккорде? The Beatles и Джордж Мартин ответили на этот вопрос немного по-разному, и реальность, похоже, такова, что в нем участвуют несколько инструментов, и каждый из них может играть слегка разные аккорды. Есть Соль с задержанной четвертью в центре, но Джордж Харрисон однажды описал ее как Фа мажор с Соль поверх, что не одно и то же. Я убежден, что истина заключается в том, что никто не может быть полностью уверен. В то время как в звуковом плане двенадцатиструнная Rickenbacker, безусловно, является основным инструментом, придающим аккорду его интенсивный и агрессивный тон, в гармоническом плане он более сложен, потому что были наложены другие гитары, плюс фортепиано Джорджа Мартина и бас Пола, не все они играют абсолютно один и тот же аккорд, отсюда и рождается такая прекрасная какофония. Кто может быть уверен, что все помнят, что именно они играли столько лет назад? Я предпочитаю не копать истину, а оставить тайну! Представьте себе, что каким-то образом несколько музыкантов и несколько инструментов объединились, чтобы создать мелодичное и гармоничное чудо, которое сохранилось до наших дней. Так или иначе, это одно из лучших вступлений, которое когда-либо было представлено. И именно The Beatles сделали это.

Продолжая разговор о букве Н и о песнях из фильмов The Beatles, рассмотрим еще одну великую композицию, которая также была названием Beatles-фильма. Всего через год после того, как они записали A Hard Day’s Night (16 апреля 1964 года), 13 апреля 1965 года появилась Help! – заглавная песня их следующего одноименного фильма.

Джон не только исполнил главную партию этой песни, но и выступил в качестве композитора. Она начинается как спокойная размеренная просьба поддержки и перерастает в громкий, немного задорный крик о помощи. Именно Пол познакомил меня с этой песней. Он играл ее мне до того как ее записали The Beatles, и я ее выучил просто ради забавы, потому что считал настоящей и уникальной. Я сидел рядом с ним и учил аккорды, хотя это не так уж и легко, когда гитарист левша! Вскоре после этого, еще до того, как пластинка была выпущена, мы с Гордоном отправились в тур по Соединенным Штатам вместе с The Shirelles, The Drifters и целой кучей других американских исполнителей (в рамках Caravan Of Stars Дика Кларка). И я не мог удержаться, чтобы бесстыдно не покрасоваться перед автобусом звезд: «Слушайте, давайте я вам сыграю. Это будет следующим синглом The Beatles!» Не уверен, что они мне поверили. Признаюсь, это было довольно глупо с моей стороны, но, как я уже сказал, я не смог устоять.

Я сыграл куплет Help! или чуть больше, сколько вспомнил, просто чтобы покрасоваться, что услышал его раньше всех. А потом, когда пластинка вышла, в том числе и в радиоэфирах, они сказали: «О, это была правда. Он действительно выучил один куплет из следующего сингла The Beatles». Тогда нам всем это было очень важно, потому что все, что делали The Beatles, было совершенно волшебным.

Это не совсем та история, которой я горжусь (жалкая, если честно), но она подчеркивает то напряженное и почти отчаянное ожидание любой новой музыки от лучшей группы в мире.

Help! считается не таким замечательным фильмом, как Hard Day’s Night, но все же хорошим, смешным и увлекательным. Ринго там потрясающий, настоящая звезда. Абсолютно естественен на экране, что выделяет его на общем фоне, в некотором смысле на нем держится весь фильм, каким бы фантастическим он ни был. В фильме также фигурировал Лео Маккерн, мой любимый актер, который в США стал популярен лишь много лет спустя, после главной роли в сериале Rumpole of the Bailey.

The Beatles обсуждали разные идеи для второго фильма, включая, как ни странно «Хоббита» или «Властелина колец», где они сыграли бы четырех хоббитов. Это была просто идея, которая какое-то время витала в воздухе. В качестве режиссера упоминался Стэнли Кубрик, его работы действительно имеют определенное очарование, но кто знает, могла бы подобная идея понравиться толкинистам. Одно безусловно, это изменило бы будущее кинобизнеса. Питер Джексон, возможно, так и не смог бы сделать свою великолепную серию кассовых фильмов. Никогда не угадаешь.

В этой связи я вспоминаю встречу в Apple с актером и продюсером Патриком Макгуэном, мы хотели узнать, есть ли у него какие-либо идеи, потому что были преданными поклонниками The Prisoner, блестящего сюрреалистического телесериала, который он создал на волне телевизионной славы сериала Danger Man (в США транслировался под названием Secret Agent). Может, вы помните, что в самом последнем эпизоде The Prisoner был длинный таинственный подземный коридор, заполненный музыкальными автоматами, играющими All You Need Is Love, – так что восхищение явно было взаимным!

А теперь давайте перейдем к песне Джорджа Харрисона. Одна из самых лучших и, пожалуй, самых знаменитых песен Джорджа начинается с буквы Н: Here Comes the Sun. Он сочинил ее в саду Эрика Клэптона, пока ждал Эрика. И в июле-августе 1969 года ее записали на студии EMI. Отдельного безграничного восхищения заслуживает оригинальная партия акустической гитары, которая стала основой песни. Поразительная своими изменениями аккордов, неожиданными гармоническими скачками и явными модуляциями – все это в то же время остается в одном регистре и темпе. Джордж вновь и вновь демонстрирует, что он мастер хорошо поставленного арпеджио. Здесь же он прекрасно вписал один из самых первых синтезаторов Moog. Огромная, громоздкая машина (термин «интуитивно понятный» еще не ввели в обиход), и все же Джордж извлек из нее несколько совершенных звуков – в память о тех редких моментах, когда солнце появляется в английском загородном саду.

Для завершения картины предлагаю вернуться к Ринго. В этой главе мы уже упомналии его как актера, но не как музыканта. Между тем у него есть замечательный кавер H-песни – Hey! Baby, спродюсированный Арифом Мардином и написанный Маргарет Кобб и Брюсом Шаннелем. Брюс был первым исполнителем песни.

Признаюсь, что, когда слышу начало версии Ринго, я немного сожалею, разве что на мгновение, что это не фирменный гармоничный интро Брюса Шаннеля (все знают, как опасно перепевать хиты), но как только версия Ринго вступает по-настоящему, мне дико нравится неистовый хоровой эффект, который присутствует в ней. И духовая аранжировка Арифа тут превосходна.

Еще один очень крутой H-трек в мире The Beatles – это Helen Wheels, превосходная песня, которую сочинили Пол и Линда Маккартни и записали Wings. По-видимому, они придумали ее, когда добирались в Лондон из дома в Шотландии на своем Land Rover, которому дали прозвище Helen Wheels. Я никогда не был у Пола в Шотландии; дом находится в глухомани и должен быть впечатляющим. Я очень люблю шотландский пейзаж, унылый и даже неровный в некоторых отношениях, и нахожу очень привлекательными красиво приглушенные тона в сочетании с общей суровостью. Любопытная деталь о композиции Helen Wheels – это то, что она была выбрана для сингла рекламным агентом Capitol Records по имени Аль Кури, замечательным профи, который в конечном итоге стал президентом компании. Мы с Алем подружились еще в 1960-е годы, когда Аль был местным рекламным агентом, а я гастролировал с Гордоном. Он всегда очень хорошо подбирал хитовые пластинки, чему я лично был свидетелем много лет спустя, когда он выбрал песню под названием You Are No Good, которую я только что закончил продюсировать с Линдой Ронстадт и из-за которой мы все были очень взволнованы. Аль был с нами в студии, и я поставил ему трек. Он сказал: «Я сделаю эту пластинку номером один, обещаю!» И он был прав. Он сделал это, и, по-видимому, он сделал то же самое для Пола Маккартни с Helen Wheels. Аль был одним из величайших промоутеров в истории звукозаписывающего бизнеса. Пол Маккартни и я, мы оба благодарны ему.

Не знаю, в какое время года вы читаете эту главу, но я должен упомянуть очень важную H-композицию Джона Леннона: Happy Xmas (War Is Over). Очень трудно написать совершенно новую рождественскую песню, которая впоследствии станет классикой и частью рождественского репертуара для огромного количества людей. Джон справился с этим. Во-первых, это величественная и трогательная песня, а во‑вторых, это великолепная запись.

У нее какое-то бесконечное количество каверов, и на Рождество многие поют ее вживую. Кавер-версия этой песни была и у меня. Я записывал рождественский альбом с удивительным Нилом Даймондом, певцом и автором великолепных песен и одним из самых очаровательных, умных и скромных артистов, с которыми я работал. И подумал, что Happy Xmas (War Is Over) будет отличным выбором для Нила, потому что она соответствует его величественному баритону. Когда вы работаете с Нилом, вам не нужно беспокоиться о том, что слишком много аккомпанемента затмит его вокал – это невозможно! Его голос крайне доминирующий, поэтому я подготовил мощный многослойный музыкальный материал, и все это заставило его голос звучать еще больше и лучше. У нас не обошлось и без детского хора, такова природа Рождества, и это гармонично вписывается в контекст композиции. Я пригласил хор из школы моей дочери, и да, это был дебют восьмилетней Виктории Эшер. Возможно, некоторые из вас в курсе, что она играла в группе Cobra Starship, записала с ними несколько хитов и довольно часто выступала на радио. Теперь она пишет, соавторствует и записывается самостоятельно под именем Vicky-T, а также работает в кино – это ее первая любовь.

Хочется упомянуть еще одну песню, которую исполнил Джон Леннон. Мы все знаем, что Ринго вместе с The Beatles записал версию замечательной песни Карла Перкинса Honey Don’t, но пока кто-то не указал мне на нее, я не понимал, что Джон тоже пел ее – и пел очень хорошо. Он сделал это в прямом эфире во время одной из сессий The Beatles на BBC. В 1950-е и 1960-е годы BBC проводила много живых сессий с The Beatles и другими группами, потому что существовало ограничение времени на воспроизведение записей (так называемое время передачи грамзаписей) каждую неделю, поэтому единственным действенным способом BBC транслировать большое количество поп-музыки было приглашение групп в студию для исполнения песен вживую. К счастью, у них были очень хорошие студии, оборудование и инженеры, поэтому BBC в конечном итоге получила эту сокровищницу, коллекцию фантастических артистов. Я имел удовольствие присутствовать на нескольких сессиях The Beatles в прямом эфире ВВС – одна из немногих возможностей услышать, как группа играет и поет вживую, не заглушаемая криками девушек. И они звучали потрясающе. Как яркое подтверждение теории Малкольма Гладуэлла, которая гласит, что для овладения каким-либо навыком требуется десять тысяч часов, долгие часы напряженной работы и живых выступлений в довольно жестоких условиях превратили группу в непобедимый музыкальный квартет исключительной синхронности и стиля с четырьмя сильными вокалами.

Пока мы изучаем букву H, я думаю о друзьях битлов и о людях, которыми они действительно восхищались, один из которых, безусловно, был H, и одним из лучших H. Это был Гарри Нилссон (Harry Nilsson), отличный парень, потрясающий певец и великолепный музыкант.

Джон очень восхищался Гарри, настолько, что выпустил с ним альбом под названием Pussy Cats. В целом это хороший альбом, особенно если учесть, что в то время они практически сходили с ума. Это был «потерянный уикенд»[96] Джона, период, когда он немного переусердствовал, упражняясь в удовольствиях. Полагаю, это повлияло на запись, некоторые треки звучат не так хорошо, как следовало бы. Например, они записали классическую рок-н-ролльную песню Rock Around the Clock, ставшую знаменитой благодаря группе Bill Haley and His Comets. Учитывая, что трек был спродюсирован Ленноном с тремя потрясающими барабанщиками: Ринго, Джимом Келтнером и Китом Муном, он должен был звучать невероятно впечатляюще и акустически чудесно. Но я был немного разочарован. Три барабанщика (эти три барабанщика!) так и не прозвучали на должном уровне. Наркотики могут быть как забавными, так и разрушительными для любого творческого процесса, более того, иногда они могут заставить вас думать, что вы достигли большего, чем есть на самом деле. Мне все еще нравится альбом Pussy Cats, и я рекомендую прослушать его, памятуя о моих предостережениях.

Примерно в то же самое время, в той же самой группе сессий, которую Джон продюсировал, он начал работу над собственным альбомом Walls and Bridges. И на нем, конечно же, был хит № 1, тоже, кстати, прогнозируемый и продвигаемый Алем Кури. Это был Whatever Gets You Thru the Night с Элтоном Джоном за фортепиано. Джон и Элтон стали хорошими друзьями, и в ноябре 1974 года Джон присоединился к Элтону на сцене Мэдисон-сквер-гарден в Нью-Йорке, чтобы сыграть несколько песен. В дополнение к Whatever Gets You through the Night они сыграли Lucy in the Sky with Diamonds, которую Элтон только что выпустил как сингл, и свою собственную версию I Saw Her Standing There, песню, которую мы больше ассоциируем с Полом Маккартни. Джон даже сказал зрителям, представляя композицию: «Мы решили исполнить песню моего старого партнера Пола Маккартни. Я никогда не пел эту песню; это номер The Beatles. И сегодня я делаю это впервые». Какой же замечательной оказалась эта версия.

Поскольку мы упомянули Пола, давайте остановимся на большой H-песне Helter Skelter. В студии это была сознательная попытка сделать самый громкий, грязный, хрустящий рок-н-ролльный трек на все времена. Быть может, чтобы догнать и превзойти такие группы, как The Who, «более тяжелые», чем The Beatles. Или чтобы в конце карьеры запустить немного метала и панка от классиков. Все может быть. Но уж точно она не имела ничего общего с тем, чтобы вдохновить какого-нибудь полнейшего сумасшедшего из Калифорнии, который не сумел понять, что означает Helter Skelter, связал эту песню с Книгой Откровения или каким-то подобным абсурдом и пустился в ужасающий и безумный путь.

Термин helter skelter гораздо более распространен в Великобритании, чем в США, и имеет два различных значения. Первое: «в беспорядочной спешке». Второе: «спиральная горка», старомодный ярмарочный аттракцион. Ярко раскрашенная деревянная башня с винтовой лестницей внутри и спиральной горкой снаружи. Человек брал коврик (вроде половичка) из кучи у входа, поднимался по внутренней лестнице наверх, ждал своей очереди у входа на горку, садился на коврик и соскальзывал вниз, повторяя сие действо, как только удавалось вернуться в очередь. Отсюда: When I get to the bottom I go back to the top of the slide / Where I stop and I turn and I go for a ride / Till I get to the bottom, and I see you again («Достигнув подножия, я возвращаюсь на вершину горки, / Где я останавливаюсь, поворачиваюсь и иду на новый спуск, / Пока не спущусь к подножию и не увижу тебя снова»).

Если вы попросите людей назвать свою любимую песню The Beatles, начинающуюся с H, готов поспорить, что она будет близка к вершине. Пол сочинил ее у бассейна Джона Леннона в Уэйбридже в ожидании Джона. Это Here, There and Everywhere. The Beatles, безусловно, сделали очень хорошую запись, трехголосный фон «Ааа» (простые триады, ничего необычного, никаких свупов Брайана Уилсона или чего-то подобного) прекрасен, но, по существу, аранжировка очень проста. Безусловно, Here, There and Everywhere – это прежде всего триумф искусства сочинения песен – сочетание красивой и нежной поэтики с восхитительной и запоминающейся мелодией.

А теперь еще раз вернемся к Леннону и остановимся на довольно любопытной H-композиции – Hello Little Girl. Говоря, что это первая песня Джона, которую он записал с группой The Fourmost, еще одной командой под руководством Эпштейна. Я большой поклонник Брайана Эпштейна. Когда мы с Джеймсом Тейлором ушли из Apple и договорились, что я буду менеджером Джеймса, Брайан был для меня образцом для подражания. Как и я, он никогда раньше не был менеджером (он управлял музыкальным магазином, а я был исполнителем). Его успех доказал, что не нужно иметь никаких специальных внутренних знаний о музыкальном бизнесе или уникальных навыков; интеллект, готовность учиться, абсолютная вера в талант и способности вашего артиста, абсолютная преданность своему благополучию и успеху, а также твердая решимость действительно могли творить чудеса. Мы оба точно обладали всеми этими качествами. Это не означает, что мы с Брайаном избежали каких-либо деловых или художественных ошибок, уверен, это далеко не так, но мы были честны и решительны, и мы честно делали свою работу. И раз за разом пополняли списки исполнителей и контрактов с ними. Одним из параллельных контрактов Брайана были The Fourmost.

Helter skelter (спиральная горка)

Генри Дилц сделал эту фотографию Джеймса Тейлора и меня как раз перед тем, как снял обложку для Sweet Baby James, первого американского альбома Джеймса, который я спродюсировал

The Fourmost – довольно забавная команда, у которой было несколько незначительных хитов, и Hello Little Girl – один из них. Джон и The Beatles исполняли ее в рамках своего (неудачного) прослушивания для Decca Records в январе 1962 года, но официально так никогда и не выпустили.

H-список закончим двумя Hey-песням. Первая – это Hey Bulldog. Одна из тех композиций, которые сегодня пользуются бо`льшей популярностью среди слушателей, чем я себе представлял. В различных опросах слушателей SiriusXM она всегда на высоте. Мне это нравится, хотя в мою двадцатку лучших она бы не вошла. Так что предлагаю обратить свои взоры на несомненно величайшую Hey-песню. (Полагаю, что она даже превосходит Хэнка Уильямса Hey, Good Lookin’, который занимает второе место наряду с Hey Girl Кэрол Кинг и Hey! Baby Брюса Шаннеля).

Конечно, эта последняя песня – Hey Jude. Одна из лучших песен The Beatles, великолепное творение Пола, построенное на прочном фортепианном фундаменте и включающее безукоризненно гармоничные ударные Ринго и красивый бэк-вокал Джона и Джорджа. Есть у нее примечательный технический нюанс – это была первая песня The Beatles, записанная более чем на четыре дорожки. Что действительно удивительно, так это то, что всё, что они записали до этого момента, включая Sgt. Pepper, было выполнено лишь с четырьмя отдельными треками, записанными на однодюймовых четырехдорожечных студийных машинах в EMI Studios, что резко ограничивало способ записи. Работать в моно было гораздо практичнее, чем в стерео, потому что вам постоянно приходилось отскакивать на одну дорожку, чтобы освободить больше места на следующей катушке ленты. И как только звуки отскакивали друг от друга, они навсегда связывались вместе в этом специфическом балансе (который нельзя было изменить), и они также не могли быть пространственно разделены в стереомиксе. Так что сбор четырех дорожек – это было настоящее приключение.

Оказалось, что студии EMI около года владели восьмидорожечной машиной, о которой никто из нас не знал, потому что они держали ее в задней комнате и настраивали, чтобы она соответствовала стандартам EMI. В то время как у Trident Studios восьмидорожка была в свободном доступе, когда владельцы студии (братья Барри и Норман Шеффилд) приняли доставку, они просто открыли коробку, подключили машину и начали писать. Это одна из причин, по которой я выбрал Trident для записи первого альбома Джеймса Тейлора. Пол Маккартни любезно согласился записать партию баса для песни Carolina in My Mind и провел с нами целую сессию. Он оценил, как здорово работать на восьмидорожечной машине, и решил пригласить всех битлов. Так Hey Jude была записана на Trident в восьмидорожечном формате.

Мне посчастливилось быть приглашенным на конец этой сессии. Они почти все записали и были в процессе сведения. Я приехал и услышал Hey Jude на гигантских динамиках Tannoy, и это полностью снесло мне крышу. Если вы можете представить, что слышите эту песню в самый первый раз, когда понятия не имеете, куда она идет в музыкальном плане, то вы меня поймете. Это было необыкновенно. На второй половине песни (где начинаются «на-на-на-на») я не знал, что все это произойдет, не знал, сколько это будет продолжаться, не знал, что это будет настолько потрясающе, не знал, как раскроется великий и пронзительный вокал Пола. Я был совершенно выбит из колеи. Такая мастерская аранжировка – и как только вступает новый звуковой элемент (тамбурин! эти струны! духовые!), уровень возбуждения и музыкальная радость возрастают экспоненциально.

Hey Jude нарушила множество правил и изменила музыку. Многие думали, что она слишком длинная, чтобы быть хитом-одиночкой. Но после нее стало понятно: «Вау! Можно быть такими длинными, можно столько интересного добавлять, можно растягивать композиции, можно нарушать некоторые правила того, что создает очевидную поп-пластинку, и при этом оставаться успешными!» Конечно, если вы The Beatles, то можно. Несомненно, это был прорыв и еще один пример колоссального нонконформистского революционного воздействия The Beatles.

I

Мик и я

Список буквы I может быть бесконечным, но начнем мы с одной истории. Как я уже упоминал, мои родители предложили Полу Маккартни свободную спальню на верхнем этаже нашего дома (рядом с моей спальней), и на следующие два года она стала его лондонской резиденцией. Так я познакомился с ним поближе, подружился и время от времени слушал его песни. У моей матери была музыкальная комната в подвале, где стояли маленькое пианино, маленький диван и пюпитр. Когда мы только переехали, она довольно часто давала там частные уроки игры на гобое. Но по мере того как ее работа в Королевской академии музыки занимала все больше времени, она все реже пользовалась этой комнатой. И сказала Полу, что, если ему когда-нибудь понадобится пианино, чтобы писать или практиковаться, он может пользоваться им в подвальной музыкальной комнате. И он там прописался.

Я помню один особенный день, когда к нам приехал Джон Леннон. Они вдвоем спустились в музыкальную комнату, где, как ни странно, не было гитар, гитары были наверху, в наших с Полом спальнях. Джон и Пол просто играли там на пианино и написали песню. Когда они закончили, Пол позвал меня и спросил, не хочу ли я послушать песню, которую они только что наваяли. Я мигом спустился вниз и уселся на диван. Они сидели бок о бок на скамейке у пианино и впервые в жизни передо мной в четыре руки играли свою новую песню. Это была I Want to Hold Your Hand. Только Джон и Пол. Только фортепиано. Только великолепная песня.

Я очень отчетливо помню то чувство, когда впервые услышал ее. Помню, как сильно она мне понравилась и какой удивительной она была. Слышать, как они поют в полный голос, пока оба стучат по клавишам, было само по себе впечатляюще. Я сказал им, какой блестящей она мне кажется, и попросил сыграть еще раз, что они с радостью и сделали. И, конечно же, именно эта песня положила начало удивительной американской карьере The Beatles.

Почти столь же известной I-песней, которая предшествовала I Want to Hold Your Hand, была I Saw Her Standing There, такая же привлекательная и мгновенно запоминающаяся. Одна из первых песен The Beatles, которую все услышали, потому что она была первой на их первом альбоме, записанной на первых сессиях в EMI. Песня, в которой были не только классные и вызывающие воспоминания тексты и классическая рок-н-ролльная мелодия, но и характерная басовая партия, которую изобрел и сыграл Пол. Она стала культовой; каждый басист учится играть по этой партии. Я всегда думал об этом как о самой сути этой песни.

Спустя десятилетия, когда Нил Янг выступил на трибьют-концерте MusiCares в честь Пола Маккартни, произошло нечто интересное. Он спел отличную версию I Saw Her Standing There с Crazy Horse и внес радикальные изменения в аранжировку: убрал легендарную басовую партию. И знаете что? Это все равно отличная песня. Мне нравится версия Нила. Это более грубый, панковый и упрощенный вариант; новая басовая партия – всего лишь одна нота, и она качает.

I Want to Hold Your Hand и I Saw Her Standing There – это две счастливые и оптимистичные I-песни. Но у битлов есть и другие I. Например, у Джона Леннона I’m a Loser, и у Пола Маккартни I’m Down. Эти две композиции имеют весьма бодрые треки, и все же каждая из них раскрывает не самые веселые истории и даже неуверенность в себе. Но природа их пессимизма различна. В I’m Down Пол описывает разочарование и печаль через строки Man buys ring, woman throws it away, / Same old thing happens every day («Мужчина покупает кольцо, женщина выбрасывает его, / Такие вещи происходят каждый день») или глубокое расстройство, как психологическое, так и физическое: We’re all alone and there’s nobody else, / You still moan ‘Keep your hands to yourself! («Мы абсолютно одиноки, и больше нет никого, / А ты все еще стонешь: «Держите руки при себе!») В то время как неуверенность Джона в I’m a Loser носит более экзистенциальный характер: I’m not what I appear to be («Я не тот, кем кажусь»), и хотя внешне это чувство окутано историей потерянной любви, возникает ощущение, что беспокойство Джона может быть гораздо глубже. Эти же различия можно увидеть и в песнях авторов, которым Пол и Джон, возможно, пытались подражать (или выразить почтение), Пол – Литлу Ричарду[97], а Джон – Бобу Дилану.

А теперь позвольте мне оживить вас, заверив, что на самом деле I Feel Fine. Мне очень нравится обратная связь в начале этой мелодии, легендарная гитара Gibson J-160E через Vox AC30. (У меня до сих пор есть одна из них, и я их люблю.) Вполне возможно, что это было первое использование преднамеренной обратной связи на мейнстрим-поп-пластинке. И все, кто использовал обратную связь позже, Джими Хендрикс, The Yardbirds и прочие ребята, быть может, впервые услышали ее в I Feel Fine и почувствовали себя вдохновленными или даже освобожденными. Некоторые использовали ее на сцене, но чаще всего это происходило по ошибке. Можно случайно прислонить гитару к усилителю, не выключив звук, и уйти, как тут же вы услышите крещендо неприятного шума, когда звук гитары начинает бесконечно петлять между усилителем и гитарой, пока кто-нибудь милосердно не выключит этот «ужас». The Beatles превратили эту небрежность в ключевой элемент композиции.

В отличие от I Feel Fine, в которой чувствуется настоящий рок-н-ролл, другая I-песня Леннона – Маккартни 1964 года If I Fell предлагает иной музыкальный стиль. Я упомянул в букве B, что Джон и Пол, как и многие из нас (Peter & Gordon, Chad & Jeremy, Simon & Garfunkel и другие), боготворили The Everly Brothers за их безупречную гармонию, которая придавала их песням богатство и эмоциональную силу. И хотя у The Beatles было четыре отличных разных вокала, Джон и Пол, безусловно, составляли дуэт внутри этой четверки. Они были великолепны и гармоничны в своем двухголосье в стиле Everly. На самом деле я бы сказал, что Джон Леннон и Пол Маккартни были одним из лучших дуэтов в истории рок-н-ролла помимо того, что они уже были частью лучшей группы. Они инстинктивно находили правильные ноты (иногда традиционные терции, иногда более смелые интервалы) и безупречно выражали их, что требует большой практики. Полагаю, что лучший образец их роскошого двухголосья – это If I Fell. Эта песня – относительно редкий пример блестящей и почти сентиментальной баллады Леннона, в некотором роде она предшественница шедевра In My Life, записанного годом позже. Один интересный структурный нюанс If I Fell заключается в том, что вступительная строка: If I fell in love with you, / Would you promise to be true («Если бы я влюбился в тебя / Ты могла бы обещать мне быть настоящей») – фактически является своего рода предисловием к основному тексту, что очень напоминает песни более ранних лет, которые имели вводный куплет, до того как песня раскроется. Пол часто выражал свою любовь к этому приему, и я думаю, что вступительная часть If I Fell, вероятно, представляет собой его вклад в то, что, по сути, является ленноновской композицией.

Джон и Пол были не единственными, кто писал великие I-песни The Beatles. Ряд превосходных песен есть и у Джорджа Харрисона, в том числе I Want To Tell You из Revolver. Мы знаем, что вопрос о песнях Джорджа временами был удручающим – сколько песен ему «разрешалось» иметь на любом альбоме? Было ли столько же внимания и тяжелой работы посвящено песням не Леннона&Маккартни? И так далее. И все же, услышав этот замечательный трек, подобные опасения кажутся неуместными. Это не только отличный текст, но и прекрасно исполненная аранжировка и продюсирование. Джордж наверняка был в восторге от фортепианной партии Пола, которая блестяще сконструирована и так хорошо подходит композиции. Поразительный полутон фортепианного лика Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми/Фа/Ми, который первым возникает после того, как things to say («мыслями, что нужно высказать»), – это смело, оригинально и эффектно. Фоновое вокальное сочетание совершенно верно, и басовая партия Пола прекрасно компенсирует неподражаемые арпеджио Джорджа. Как и в случае со многими песнями и аранжировками The Beatles, чем внимательнее вы их изучаете, тем более очевидными становятся их оригинальность и коллективный гений.

Еще одна I-песня Джорджа – If I Needed Someone. Здесь Джордж выражает свое уважение Джиму Макгуинну, известному также, как Роджер Макгуинн, легендарному ведущему гитаристу и основателю The Byrds. Электрический двенадцатитактный стиль Макгуинна (наряду с их великолепным вокалом) был основой звучания The Byrds, и это вызывало наше восхищение и почтение. Джордж использовал некоторые из этих гитарных звуков в If I Needed Someone, и это отлично сработало. Большая часть музыки развивается вокруг одного аккорда (в данном случае ля мажор), таким образом почти предвосхищая индийскую музыку, которую Джордж так хорошо оценит и поймет. Куплет лишь ненадолго опускается до Соль (хотя бас остается там, где он есть) и быстро возвращается, и тут внезапно мы получаем полноценный и впечатляющий поп-проигрыш, поскольку лирика движется в новом направлении, а затем возвращается к гулу в Ля. И повсюду воцаряется великая гармония.

Наконец, я хотел бы упомянуть еще одну великую песню Джорджа, одну из моих любимых: I Need You. Потрясающая песня. Есть кавер-версия композиции, которая мне нравится, но я добровольно признаю, что предвзят, потому что люблю и эту песню, и артистов, и я сам продюсировал ее для трибьют-альбома Джорджа Харрисона. Исполнили ее Чарли и Хэтти Уэбб (The Webb Sisters). Вы можете услышать их с Леонардом Коэном или с Томом Петтом, хотя оба этих великих артиста, к сожалению, покинули нас. The Webb Sisters невероятно хорошо поют I Need You. В этой кавер-версии я не пропустил ни один из характерных звуков The Beatles, который мне очень нравится, но который кажется слишком специфичным, чтобы его украсть. Это тот самый эффект «мва-мва», с которым гитарная партия Джорджа перекликается с мелодией I Need You. Такой эффект может быть создан с помощью педали громкости, но я не уверен, была ли она у Джорджа в то время. Некоторые гитаристы умудряются крутить ручку громкости на самой гитаре мизинцем во время игры и добиваются необходимого эффекта. Но главный секрет I Need You, похоже, заключается в том, что Джордж играл партию, а Пол одновременно поворачивал ручку вверх и вниз, чтобы создать идеальное крещендо и декрещендо для каждой двунотной фразы.

Есть еще одна пара I-песен, которые вращаются вокруг определенной темы, и обе они написаны Джоном. После I’m So Tired что еще ему остается сказать, кроме как I’m Only Sleeping?

I’m So Tired – это песня из White album, написанная в Индии, бессонной ночью, в отсутствие алкоголя и наркотиков, и это, безусловно, единственная песня, которая конкретно и непосредственно проклинает сэра Уолтера Рэли[98] за ввоз табака в Великобританию!

I’m Only Sleeping – это великолепные гитараные аккорды Джорджа Харрисона. Очень трудно записать обратные партии, потому что нужно определить точную фразу, которую вы хотите создать (как с точки зрения нот, так и ритма), когда записанная фраза перевернута. Затем ноты должны быть воспроизведены точно так, как указано, после чего лента проходит через машину в обратном направлении. Мало того, что вы получаете этот классный своеобразный звук каждой отдельной ноты, обращенной с точки зрения ударов и затухания, но теперь ноты появляются в первоначально намеченном порядке и (если вы правильно поняли) в треке. Джордж явно все правильно понял. Благодаря гибкости и скорости технологий такие трюки сегодня относительно просты, но тогда это означало, что шлейфы ленты свисают с различных мест в аппаратной (и вокруг шеи) и все это может быть довольно длительным и запутанным процессом.

Чтобы добраться до нашей следующей I-песни, мне придется оставить The Beatles и отвезти вас в Лондон, в Ken Colyer’s Jazz Club, куда в 1963 и 1964 годах я ходил каждый понедельник, в ночь R&B, примерно тогда же он был переименован в Studio 51. Там я увидел еще одну группу, которая стала в некотором смысле соперницей The Beatles, по крайней мере с точки зрения общественного восприятия, – The Rolling Stones.

По правде говоря, The Stones и The Beatles были взаимными поклонниками. Я помню, как однажды вечером мы с Полом пошли на The Stones в лондонский Scene club, и он был восхищен. Единственный момент, его «душила жаба» за то, что The Stones разрешалось носить на сцене все, что они хотели. И менеджер не уговаривал их (как это было с The Beatles) носить одинаковые костюмы!

The Stones пели песни Чака Берри, Артура Александера, Джимми Рида, The Miracles, Muddy Waters, все виды чикагского блюза, исполняли много отличного материала. Но чего они тогда не делали, так это не писали собственных песен. У The Beatles уже были свои, и в какой-то момент Джон и Пол написали песню для The Stones.

Она называлась I Wanna Be Your Man, в конце концов Ринго и The Beatles записали ее. Но сначала это сделали The Rolling Stones. Они довольно часто исполняли ее вживую. Должен признаться, что мы с Гордоном тоже исполняли фолк-рок-акустическую версию этой песни, вероятно, как раз перед, тем, как The Stones начали петь на концертах. Мы были обычным гитарным дуэтом, играющим в барах, клубах, пабах и кофейнях. А она была такая заразительная, что после того как я услышал, как Пол пел ее (сразу после того, как она была написана) и разучивал ее с The Stones, мы с Гордоном не могли удержаться. У нас нет этого трека и на концертах мы всегда говорили о том, что это будет сингл The Rolling Stones, в конечном итоге так оно и произошло. Конечно, в наши дни это сделать невозможно, потому что если кто-то споет песню вживую, то она мгновенно попадет в историю, кто-нибудь непременно снимет ее. Более того, она мгновенно может оказаться в Сети, и все будут в ярости. Мы же тогда просто делали нашу маленькую частную версию, о которой никто не знал.

Теперь я хотел бы переключиться с названий песен и поговорить о человеке, чье имя начинается на букву I, который играет особую роль в истории The Beatles. Это Нил Иннес (Neil James Innes).

Возможно, вы знакомы с Нилом как с соавтором проекта The Rutles, блестящей и веселой пародии на The Beatles, придуманной Эриком Айдлом из Monty Python, – его самого зовут на I, он блестящий писатель и один из моих лучших друзей. Эрик тоже непосредственно связан с The Beatles, будучи одним из ближайших друзей Джорджа и главной фигурой на Concert for George в 2002 году. Но помимо The Rutles Нил Иннес был также участником легендарной группы The Bonzo Dog Doo-Dah Band, преданными поклонниками которой мы все были еще в 1960-е годы. Мы были увлечены ими до такой степени, что Пол даже работал с ними в студии. Их большим хитом стала песня I’m The Urban SpacEMIn с лид-вокалом Вивиан Стэншолл. Это была странная, но очень привлекательная песня, написанная Нилом Иннесом и спродюсированная Полом Маккартни и Гасом Дадженом. Я настоятельно рекомендую вам изучить работу Bonzo (The Intro and the Outro – еще одно любимое произведение), равно как и захватывающую, полную приключений (с Китом Муном и другими ребятами) жизнь гениального и ироничного Вивиана Стэншолла. Обещаю, скучно не будет.

Признаюсь, что работа над книгой вызвала у меня массу воспоминаний. Возможно, и сама книга носит слегка ностальгический характер. Давайте воспользуемся этим моментом, еще глубже погрузимся в ностальгию и закончим главу одной из самых колких песен The Beatles. Отличная I-песня, которая рассказывает о том, как мы вспоминаем события, которые произошли в каждой из наших жизней.

In My Life – это шедевр Леннона, хотя Пол сказал, что он придумал красивое маленькое гитарное и басовое вступление, которое также используется в качестве проигрыша между двумя куплетами. По-видимому, его вдохновило гитарное и басовое вступление к The Tracks of My Tears группы The Miracles, блестящей песне Смоки Робинсона. Я нахожу эти виды пересечений настолько интересными, что их вряд ли можно назвать спонтанными. Два вступления звучат очень по-разному, но, когда источник вдохновения определен, можно услышать прогрессию от одного музыкального произведения к другому.

Когда пишешь о музыке, часто задаешься одним из самых загадочных вопросов – откуда берется великое искусство? Мы знаем, что искусство любого рода, и музыка в том числе, находится в непрерывном состоянии эволюции. Художники заимствуют друг у друга идеи и постоянно вдохновляются друг другом. И когда это происходит с гениальными людьми, результаты такого вдохновения или почтения оказываются совершенно отличными от первоначального источника и сами становятся вдохновляющими, открывая новые пути для искусства будущего. Совершенно очевидно, что The Beatles принадлежат к той элитарной группе музыкантов, включая Баха, Моцарта и Чарли Паркера (назовем только трех моих любимцев), которые навсегда изменили музыку и открыли художественные пути, которыми мы, простые смертные, осмеливаемся следовать.

J

Indica books в Саутгемптон-роу

Одна из самых любимых Beatles-песен – это Jet Пола Маккартни из альбома Band on The Run. Большая часть альбома была записана в Лагосе, Нигерия, но Jet был полностью сделан и собран в студии EMI на Эбби-Роуд в Лондоне. Это был первый британский и американский сингл, и он достиг № 7 или около того в обеих странах.

Признаюсь, я не знал, что название вполне могло быть связано с именем черного щенка лабрадора. Песни не всегда имеют одно происхождение и/или одно вдохновение. История варьируется, но Пол рассказал об этом так: «У нас был щенок лабрадора, коротышка, самая маленькая из помета. Мы купили ее на обочине дороги в небольшом зоомагазине за городом. Она была дикой, свободолюбивой девчонкой. В Лондоне вокруг нашего дома большой забор. И она всегда прыгала через него. Как-то вечером она в очередной раз убежала в город. Наверное, встретила какого-то большого черного лабрадора или кого-то вроде и однажды вернулась беременная».

«Рожала она в гараже и принесла семь маленьких черных щенков, Джет был одним из них. Мы всем им дали имена, и эти имена были замечательными. Например, у нас был щенок по кличке Голден Мопассес». Кстати, это тоже отличное название песни.

Был еще один щенок, по имени Браун Меггс, названный в честь руководителя Capitol Records. Я очень хорошо помню Брауна Меггса. Он был одним из ключевых руководителей высшего звена в башне Capitol в Голливуде, и я ценил его интеллект и необычный взгляд на жизнь. Большинство американцев, с которыми мы встречались, казалось, были полны безграничного энтузиазма, что впечатляло, а у Брауна был более сардонический и скептический подход к звукозаписывающему бизнесу и к жизни в целом, что было нестандартно, и я полагаю, что это принесло ему некоторое облегчение. Он был забавным человеком и, несомненно, обладал тонким вкусом, поскольку он был исполнительным директором, который согласился выпустить I Want To Hold Your Hand в качестве сингла в Соединенных Штатах. Я совершенно не понимаю, почему Пол назвал щенка в его честь. Во всяком случае, это все, что мы знаем о Джете, маленьком черном псе, которого я никогда не встречал. Но я действительно люблю Jet, песню, названную в его честь.

J – это также первая буква имени великого шпиона, когда-либо жившего, по крайней мере в нашем кинематографичном воображении, Джеймса Бонда. Мистер Бонд имел довольно много общего с британской музыкальной сценой 60-х годов. Прежде всего классическая, мгновенно запоминающаяся и вызывающая воспоминания музыкальная тема была исполнена блестящим сессионным гитаристом по имени Вик Флик. Вик также играл на соло-гитаре в песне A World Without Love. Итак, спасибо тебе, Вик, мастер-гитарист, за мастера-шпиона и за пару молодых и амбициозных певцов.

Конечно, существует и другая, более тесная связь между Джеймсом Бондом и The Beatles, и заключается она в том, что Пол Маккартни написал одну из классических песен Джеймса Бонда: Live and Let Die. Очень захватывающий фильм и потрясающе соответствующая песня. Это, может быть, самая известная песня Бонда, или, возможно, вторая после драматического Goldfinger Ширли Бэсси. Но, безусловно, эти две песни мои любимые среди песен Бонда. Live and Let Die – одно из самых ярких выступлений в живом шоу Пола. Те из вас, кто видел его вживую, знают, что песня всегда сопровождается гигантскими пиротехническими взрывами и огнем по всей сцене. Это гарантированно поднимает публику на ноги.

Теперь, поскольку темой этой главы является буква J, было бы несправедливо и неразумно говорить о Поле Маккартни слишком долго, потому что Джон (J-битл), несомненно, будет ревновать. Мы все знаем, что он был способен на это и даже написал целую J-песню на эту тему: Jealous Guy.

Jealous Guy – это удивительно интенсивная и честная песня, которую Джон начал писать в Индии и некоторое время держал про запас, меняя текст и регулируя мелодию, прежде чем выпустил ее на альбоме Imagine. Текст песни был первоначально вдохновлен лекцией, прочитанной Махариши.

Джон записал отличный трек этой песни в Лондоне в середине 1971 года с Никки Хопкинсом на фортепиано, Клаусом Вурманном на басу и Джимом Келтнером на барабанах (одна из любимых ритм-партий Джона), но по этому случаю добавил акустические гитары, на которых играли Джоуи Молланд и Том Эванс из Badfinger (которые тогда все время околачивались в Apple).

Джон поэтически признает свою ревность и даже собственничество – и мне кажется, они могут относиться не только к обычной супружеской ревности Джона к Йоко, но и к ревности, соперничеству Джон – Пол (двух гениальных авторов песен). Возможно, в 1968-м она именно так начала свою жизнь и превратилась в песню, связанную с Йоко, в течение следующих двух лет.

Не дожидаясь ревнивой реакции Джорджа Харрисона, давайте обратимся к одному из его треков, великой J-песне под названием Just for Today из его альбома Cloud Nine. Этот альбом был спродюсирован Джорджем совместно с Джеффом Линном и имел как коммерческий успех, так и успех среди критиков. Just for Today – грустная песня, призывающая не чувствовать себя одиноким сегодня. Эта красивая и простая запись начинается с фортепианного соло. На мой взгляд, в нем действительно есть что-то от вкуса и полноты Imagine, хотя лирические желания Джона более универсальны по своей природе, а Джорджа – более личностны.

Джордж, как известно, был одним из самых креативных и значительных гитаристов в истории рок-н-ролла, но нельзя не упомянуть еще одного фантастического гитариста (и еще более впечатляющего), еще одну J-персону, чей путь пересекся с путем The Beatles, – Джими Хендрикса.

Мой рассказ о Джими начинается с Брайана Эпштейна, который в какой-то момент своей карьеры арендовал в Лондоне Saville Theatre. Он решил, что собственная площадка для выступлений – это и эффективно, и весело. Брайан организовал серию концертов в театре Saville Theatre, ставших в ретроспективе легендарными, – так много великих исполнителей сыграли там. Среди этих шоу было одно, которое включало в себя концерт The Jimi Hendrix Experience. Сам Джими играл в нескольких клубах по всему Лондону, в том числе в The Scotch of St. James и The Bag O’Nails, заменяя других лондонских музыкантов, и я видел его на одном из таких концертов, и мы все слышали о нем. О нем и о том, какой он необыкновенный гитарист, ходило немало разговоров. Но потом он ненадолго уехал, работая со своим менеджером Чесом Чендлером, басистом в The Animals, чтобы собрать эту новую группу, The Jimi Hendrix Experience, с Митчем Митчеллом на барабанах и Ноэлем Реддингом на басу. А их первый лондонский концерт должен был состояться в Saville Theatre 4 июня 1967 года.

В каждом традиционном британском театре есть королевская ложа, которая зарезервирована для королевы, если она решит присутствовать на каком-либо мероприятии. По необъяснимой причине, о чем она, несомненно, сожалеет и по сей день, ее величество не захотела посетить премьеру Джими Хендрикса в Saville Theatre, а это означало, что королевская ложа была доступна для Брайана Эпштейна. И Брайан, конечно же, пригласил The Beatles, а The Beatles любезно пригласили меня. Так что мы с Полом Маккартни и Джорджем Харрисоном смотрели этот необыкновенный концерт в королевской ложе. И, без сомнения, The Jimi Hendrix Experience более чем оправдал наше ожидание и полностью снес нам крышу.

Во-первых, Джими только что услышал новый альбом The Beatles – Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band, вышедший всего три дня назад. И, по-видимому, он выучил заглавную песню, просто слушая ее по радио; разучил ее с другими членами группы, и они блестяще сыграли ее в тот же вечер. Насколько я помню, они открыли этим шоу, что совершенно удивило и поразило Пола и Джорджа. А потом, конечно же, Джими начал свое шоу, зажигая и виртуозно играя на гитаре зубами и затылком, и это не говоря о совершенно оригинальной музыке. Мы были лишены самообладания; должен признаться, мы выкурили немного гашиша в королевском туалете, прилегающем к королевской ложе, – не личную заначку королевы, к сожалению, а то, что привезли с собой. Итак, мы были немного под кайфом, но, боже мой, впервые увидев и услышав все это, я никогда не забуду эти впечатления, я считаю, что мне выпала большая честь побывать там.

Я общался с Джими Хендриксом по-настоящему только один раз. На вечеринке в лондонском Marble Arch, и я очень нервничал, когда обнаружил, что сижу напротив Джими. Мы разговорились о научной фантастике, в которой он оказался знатоком. Мы обсуждали наше общее восхищение трилогией Айзека Азимова под названием «Основание» и исследовали философию и исторические теории Хари Селдона. Кто бы мог подумать, что мы ненадолго сойдемся из-за психоистории и математической социологии? Но, к сожалению, я больше никогда его не встречал.

Еще до того как мы познакомились с Хендриксом, мы с Полом Маккартни интересовались авангардной литературой, пьесами, музыкой и экспериментальным искусством в целом. Многое из этого мы узнали от нашего общего друга Барри Майлза. Одним из писателей, с которым нас познакомил осведомленный Майлз, был французский драматург Альфред Жарри (Alfred Jarry), чьим самым известным произведением была пьеса «Убю Рои», или «Король Убю». Я никогда не видел ее на сцене (не так часто ее ставят), но мы с Полом оба ее читали, и описать ее нелегко. Бессмысленная, гротескная и вульгарная премьера состоялась в Париже 10 декабря 1896 года, это был единственный спектакль. В каком-то смысле история пародирует «Макбета» и некоторые части «Гамлета» и «Короля Лира», но диалог непристойный и детский.

В ходе своей работы Жарри также изобрел целую «науку», которую он назвал ‘Патафизикой (апостроф поставлен намеренно), а все вещи – патафизическими. Столь же труднообъяснимо (потому что это решительно не имеет смысла) было сказано, что наука патафизика относится к метафизике так же, как метафизика относится к физике. Помогло? Она была описана как «наука о воображаемых решениях». По-видимому, один посетитель Общества ‘Патафизики (которое все еще существует), настаивая на ясном определении, получил список из ста различных определений. Ему было сказано выбрать то, что ему понравится. Ему сказали, что большинство определений совершенно неверны, но пытаться сказать, какие из них какие, не было бы патафизикой. Признаюсь, я нахожу все это восхитительным, и Пол, видимо, тоже находил мир патафизики вдохновляющим. Слово «патафизический» может в самом деле вызвать у вас подозрение, потому что Альфред Жарри, через J, повлиял на слова Пола в очень сюрреалистической песне Maxwell’s Silver Hammer. Насмешливая Джоан (и еще одна J) изучала патафизику дома.

Помимо того, что Барри Майлз познакомил нас с Полом с таким авангардистским писателем, как Жарри, Майлз был частью более широкой контркультурной сцены в Лондоне. Начиналась эпоха хиппи, когда все, казалось, носили бусы и цветы, курили слишком много наркотиков и хорошо проводили время. Мы все тоже хотели быть частью этого. Мы связали эпоху хиппи с предшествовавшим ей бит-движением, потому что все мы читали «В дороге» Джека Керуака; я даже читал «Вопль» Аллена Гинзберга на школьном конкурсе поэзии в Вестминстере, что вызвало некоторое смятение. Спасибо школе, они позволили мне сделать это без цензуры и с очень фальшивым американским акцентом.

В книжном магазине Indica books, вместе с Барри Майлзом и Джейн. А справа – нарисованная от руки карта Пола, показывающая, как добраться до Indica Gallery

В 1966 году мы с Майлзом решили объединиться с Джоном Данбаром и основать книжный магазин и художественную галерею, чтобы попытаться создать центр для этой новой и захватывающей контркультуры. В качестве примера мы рассматривали книжный магазин City Lights в Сан-Франциско, которым восхищались. Барри Майлз был не просто исключительно начитанным человеком, но и замечательным книготорговцем, он прекрасно разбирался в книжном бизнесе. Насколько я помню, я встретил Джона Данбара, потому что он был братом прекрасной подруги Гордона Уоллера, Дженни Данбар, странно, как все это связано. Джон изучал искусство в Кембриджском университете и хорошо разбирался в искусстве, поэтому мы втроем решили открыть книжный магазин и картинную галерею. И открыли предприятие Indica. Название родилось от Cannabis indica (возможно, вы знаете об этом растении, в последнее время оно часто мелькает в новостях).

Сам книжный магазин находился на Саутгемптон-роу, 102. Майлз управлял магазином, но всякий раз, когда я не был в туре, я заходил и помогал, также, как это время от времени делала моя сестра Джейн. Ее парень Пол тоже оказался нам очень полезен; я помню тот день, когда он помог нам установить полки за прилавком. Он был тем самым полезным парнем, которого хорошо иметь под боком, с одинаковой легкостью выдающим хиты и устанавливающим полки. Затем, когда пришло время открыть художественную галерею в отдельном месте, Пол нарисовал карту, которая показывала клиентам, как туда добраться.

Джон Данбар всегда искал новых интересных художников, и у нас было несколько значительных и успешных выставок. В частности, Джон много слышал о новаторской японско-американской художнице по имени Йоко Оно, и мы все думали, что она идеально подходит для Indica. Поэтому Джон связался с Йоко, и она согласилась сделать у нас выставку. Мы были очень взволнованы; это было очень круто. Выбрали даты, составили планы, опубликовали объявление в местной подпольной газете International Times, которая на самом деле публиковалась в подвале Indica Books.

Реклама в International Times выставки Йоко Оно в Indica Gallery

Мы организовали обычное пресс-открытие, а накануне пригласили наши семьи и наших друзей. К этому времени, конечно же, The Beatles были включены в число наших друзей, поэтому мы пригласили их всех.

Вот отчет Джона Леннона о том, что произошло:

У Йоко была художественная выставка в Лондоне в галерее под названием Indica Gallery, и я услышал об этом, поэтому пошел туда в вечер накануне открытия. Первое, что вы видели в галерее, – белая стремянка, картина на потолке и подзорная труба, свисающая вниз. Я поднялся по этой лестнице, поднял подзорную трубу и увидел крошечную надпись, которая просто гласила: «Да». Если бы она говорила «нет» или еще какую-нибудь гадость, вроде грабежа или еще чего-нибудь, я бы покинул галерею, но поскольку она была положительной, она говорила «да», я подумал: ладно, это первая выставка, которая сказала мне что-то, ну, знаешь, теплое. Я решил посмотреть оставшуюся часть шоу. Тогда мы и встретились.

Конечно, из-за частичной ответственности за то, что Джон впервые встретился с Йоко, некоторые могут навесить на меня ответственность за распад The Beatles, но я не согласен с этой точкой зрения. Думаю, что Йоко очень крутая, и была тогда, и все еще остается таковой.

Еще одной J, сыгравшей важную роль в карьере The Beatles, был Дик Джеймс. Дик начинал как певец; он записал тему для британского телевизионного шоу 1950-х годов The Adventures of Robin Hood («Приключения Робин Гуда») с Ричардом Грином в главной роли (оно также транслировалось в Америке) – Robin Hood, Robin Hood, riding through the glen («Робин Гуд, Робин Гуд, едущий через узкую лощину»). По еще одному странному стечению обстоятельств я сам несколько раз появлялся в этом сериале, еще будучи ребенком. Несколько раз я выступал в роли принца Артура (защищенного Робином от угроз короля Джона и шерифа), а однажды вместе с моей сестрой Джейн – в роли пары «крестьянских детей», чей отец был несправедливо посажен в тюрьму теми же самыми злодеями. Позднее Дик стал музыкальным издателем и благодаря своему близкому другу Брайану Эпштейну получил исключительную привилегию в работе с песнями The Beatles.

Это было не так уж и мало – совместно с The Beatles владеть издательством, Дик контролировал там всё. И это было началом довольно длинной истории издательства и его купили-продажи. В этой длинной драме участвуют различные персонажи и компании: Дик Джеймс, Майкл Джексон, Sony Music и другие. Каждый из участников сделал на этом состояние, а многие продолжают это делать. The Beatles всегда получали авторские гонорары за сочинение песен, но, конечно, их деловая жизнь была бы намного проще и профессиональнее, если бы они с самого начала владели и контролировали свое собственное производство. Тем не менее Брайан Эпштейн, безусловно, не сделал ничего плохого, он правильно видел Дика Джеймса как человека со связями, который мог бы быть (и был) ценным союзником в продвижении карьеры The Beatles и который был единоверцем в их музыке и их таланте.

Как вы, возможно, знаете, Майкл Джексон в конечном итоге купил издательство Джона и Пола, воспользовавшись советом самого Пола Маккартни, который рассказал Майклу, как хорошо шли дела с авторскими правами. Пол владеет авторскими правами на многие произведения одного из моих великих героев, Бадди Холли (наряду с другими крупными каталогами), и это замечательно работает.

Но когда Пол давал Майклу Джексону этот мудрый совет, он, конечно, не ожидал, что Майкл возьмет и купит права на публикацию песен Пола! Более того, Майкл, как говорят, отказался продать их обратно. Ситуация была сложной и напряженной. Я бы предположил, что в результате их отношения немного пострадали. Но еще до всех этих перепетий они записали пару действительно успешных песен. И поскольку Майкл Джексон – J, давайте посмотрим на эти треки.

Первым большим хитом для дуэта стала песня The Girl Is Mine, написанная Майклом и вошедшая в его несравненный альбом Thriller. Пол и Майкл записали трек в Лос-Анджелесе с легендарным Квинси Джонсом в качестве продюсера и группой Toto в качестве сессионных музыкантов. Каждый из них знаменит по-своему. Джефф Поркаро был одним из величайших барабанщиков, с которым всегда приятно работать, он играл на нескольких треках Шер, которые я продюсировал. Клавишник Дэвид Пайч – универсальный музыкальный гений, а гитарист Стив Лукатер сочетает удивительные технические навыки с мастерством полностью раскачаться самому и раскачать публику. Возможно, вы видели, как он делал это в последнее время в туре с Ringo’s All-Starr Band.

Вторым совместным хитом Пола и Майкла стала песня Say Say Say, которую Пол включил в свой альбом Pipes of Peace. Пол написал песню специально для самостоятельного исполнения с Майклом Джексоном, и они записали ее в AIR Studios (с Джорджем Мартином в качестве продюсера), пока Джексон жил в доме Пола и Линды в Лондоне. В Лос-Анджелесе была проделана еще одна работа по переизданию, и, когда она была выпущена, блестяще запоминающийся хук Маккартни сделал свое дело, и запись держалась № 1 в чарте Billboard в течение шести недель. Этот почти R&B-грув в минорном ключе немного напоминает классическую Harlem Shuffle.

Еще одна J, которую не сразу можно связать с битлами, – это джаз. Было несколько отличных джазовых версий Beatles-мелодий, и я хотел бы выделить три из них. Первая спета невероятной легендой джаза Рэмси Льюисом. Он очень душевный и веселый пианист. На самом деле много лет назад он сам записал большой хит с инструментальной версией поп-мелодии The ‘In’ Crowd, если вы помните ее, и хоть он джазовый музыкант, я думаю, что даже закоренелый поклонник поп-музыки может полюбить грув, который он создает, и чувства, которые приходят к вам, когда он играет свою джазовую версию A Hard Day’s Night.

Вторым замечательным джазовым кавером на песню The Beatles является блестящая версия Yesterday пианистки и певицы Ширли Хорн. Если вы не знакомы с ее работами, непременно восполните пробел, она действительно хороша. Она сделала эту композицию почти невыносимо грустной. Песня была записана на ее самом последнем альбоме, и в то время она боролась с раком молочной железы и потеряла ногу из-за диабета. Но даже в этом удручающем контексте искусство Ширли Хорн дает нам глубоко трогательную версию одной из самых красивых песен, когда-либо написанных.

Третья джазовая версия классической Beatles-песни, на которую я хотел бы обратить внимание, гораздо более жизнерадостна. В эпоху биг-бэндов существовали два убийственных оркестра – Каунта Бейси[99] и Дюка Эллингтона[100], которые обладали совершенно особым магическим звучанием (за несколько тактов можно определить, какой из них слушаешь), и у них всегда были замечательные аранжировки и выдающиеся солисты. Фанаты джаза поймут о чем речь, если вы слышите Лестера Янга, вы знаете, что это Бейси, а если вы слышите Джонни Ходжеса, вы знаете, что это Эллингтон.

Оркестр Каунта Бейси записал аранжировку All My Loving, которая действительно превосходна. Она такая задорная. Счастливая. После печальной версии Yesterday она, несомненно, поднимет вам настроение. Каунт Бейси сам аккомпанирует на пианино и руководит оркестром.

Возможно, вы заметили, что во всей этой главе я не упомянул ни одной J-песни в исполнении самих битлов. Это потому, что есть только одна такая песня, и я специально отложил ее. Буква J может иметь только одну песню The Beatles, но это одна из самых великолепных, трогательных и сильных песен, которые когда-либо кем-либо были написаны. Это классический шедевр Джона Леннона Julia.

Поэтика песни очень красива, и она подчеркивает начитанность и любознательность Джона Леннона. 1960-е годы ознаменовались возрождением интереса к ливано-американскому поэту Халилю Джебрану, который родился в 1883 году и впервые стал популярным в 1920-х. К середине 1960-х годов его книгу «Пророк» широко цитировали на свадьбах и на других подобных мероприятиях – и, очевидно, Джон тоже читал его работу. Строка Half of what I say is meaningless,/But I say it just to reach you («Половина того, что я говорю, бессмысленна, / Но я говорю это только для того, чтобы достучаться до тебя») – это лишь небольшая корректировка строк из книги Джебрана Sand and Foam («Песок и Пена»), в которой оригинальный стих гласит: Half of whatI say is meaningless, but I say it so that the other half may reach you («Половина того, что я говорю, бессмысленна, но я говорю это так, чтобы другая половина могла достучаться до вас»). Строки When I cannot sing my heart, / I can only speak my mind («Когда я не могу петь о том, что на душе, / Я могу высказать лишь мысли») тоже адаптация Джебрана: When life does not find a singer to sing her heart she produces a philosopher to speak her mind («Когда жизнь не находит певца, чтобы петь душой, она создает философа, чтобы говорить начистоту»). Считаю, что «заимствование» такого рода постоянно встречается во всех видах искусства, и я расцениваю это как высокий комплимент, выражение восхищения. И да, я полагаю, что слова и чувства, о которых идет речь, более эффектны в музыкальном сопровождении. Интересно понять, что же, помимо любви Джона к своей матери Джулии, вдохновило его на создание этой замечательной песни.

Джон всегда чувствовал, что потерял мать дважды: один раз, когда его отправили жить к тете (сложная семейная история), и еще раз, когда Джулия умерла молодой в результате ужасного дорожного происшествия. Воспоминание Джона о покойной матери преследует его, вызывает тоску и одновременно подчеркивает чувство беззащитности. Оказывается, никто не может спеть песню любви или написать ее более трогательно, чем язвительный, а иногда даже злой гений, каким был Джон Леннон.

K

Клаус Вурманн с некоторыми из своих художественных произведений

Продолжая наше путешествие по алфавиту, мы подошли к букве К.

Я начну эту главу с того, что буду говорить не о песне, а о человеке. Об очень важном для The Beatles человеке, о талантливом добром друге Клаусе Вурманне. Я очень люблю Клауса и восхищаюсь им.

Помню, как встретился с ним тогда, и с тех пор мы сталкивались несколько раз. Совсем недавно я имел честь и удовольствие взять интервью у Клауса на сцене Fest for Beatles Fans и вновь был впечатлен его сдержанным характером, большим интеллектом и острой артистической чувствительностью.

Он блестящий музыкант и играл на многих сольных треках битлов. Но его исключительный музыкальный талант, возможно, был в какой-то степени омрачен ныне легендарными достижениями как художника-графика. Я имею в виду, конечно, создание волосатой обложки знаменитого альбома, одного из самых известных альбомов The Beatles, который многие люди считают лучшим Beatles-альбомом, Revolver.

Клаус был знаком с битлами еще в Германии. Его описывали как доверенное лицо The Beatles, изобретателя стрижки moptop[101] и близкого друга группы во времена их выступлений в гамбургских барах и стрип-клубах, задолго до нашего с ними знакомства. Он автор довольно удивительного графического романа, рассказывающего историю его отношений с Великолепной четверкой в картинках, под названием Birth of an Icon, Revolver 50.

В своей книге Клаус рассказывает, что, когда The Beatles записывали Revolver, Джон Леннон спросил его, есть ли у него какие-либо идеи для обложки следующего альбома, и пригласил в студию EMI, чтобы послушать альбом в процессе работы. Было готово примерно две трети и заканчивалось все радикальным (почти пугающим) Tomorrow Never Knows.

Revolver описывали как психоделический альбом, и отчасти это так и было. Tomorrow Never Knows – это, несомненно, трек, на который так или иначе повлияли психоделики. Но сам Клаус считал, что его графическая работа не была таковой. Он говорил: «Выбирая черно-белую версию обложки, я хотел не только шокировать и удивить, но и сделать так, чтобы работа выделялась на фоне яркой цветовой гаммы. Но была ли она психоделична? Ну а что такое психоделика? Посмотрите на Брейгеля или Иеронима Босха. Эти парни были не от мира сего! Я не знаю, ели ли они грибы или что-то еще. Но я знаю, что то, что находится внутри тебя, не должно выходить наружу с помощью наркотиков».

Я нахожу это очень интересным. Давайте посмотрим правде в глаза: крайне редко бывает так, чтобы альбом был одинаково признан как за гениальность его обложки, так и за гениальность музыки. Именно это и произошло в данном случае.

Клаус работал пером и черными чернилами, испещренными вырезанными частями фотографий участников группы и образующими «водопад» образов. Очевидно, чтобы создать обложку, ему потребовалось около трех недель непрерывной работы. Большую часть этого времени он провел с ножницами, скальпелем и клеем, отбирая и раскладывая фрагменты фотографий внутри линейных рисунков участников группы. Результат стоил затраченных усилий. Все говорили об обложке, она получила премию «Грэмми» как обложка года. Брайан Эпштейн беспокоился, примет ли публика музыку, которая казалась очень новаторской, интересной и увлекательной. Но когда он увидел обложку Клауса, он почувствовал, что она полностью интегрировала музыку в реальный мир и в некотором смысле помогла ей «перейти».

Клаус Вурманн был не только выдающимся графическим художником, который сделал эту легендарную обложку, кстати, за плату в пятьдесят фунтов, что было в то время самой высокой возможной ставкой EMI за дизайн обложки альбома, он также был замечательным профессиональным музыкантом и до сих пор им является. Отличный басист, один из любимых аккомпаниаторов Джона Леннона и в целом воостребованный сессионный артист. Он играл на сольных треках по крайней мере для трех битлов. Его любили и любят все, ну или почти все.

Пожалуй, самым заметным треком была бессмертная Imagine Джона Леннона, где Клаус играл на басу, а великий Алан Уайт на барабанах. Это просто блестящая песня. Иногда, когда дело доходит до басовых партий, минимализм решает все. Некоторые басисты, возможно, хотели бы добавить больше мелодических фраз к Imagine (даже гениальный Пол хотел бы) или следовать за некоторыми движениями левой руки Джона на пианино. Но Клаус придерживался самой основы – больших корневых нот (в данном случае До и Фа) и простой нисходящей линии, явно оставляющей всю драматургию вокалу Джона и поэтике.

Клаус часто играл для Ринго, одна из песен, которая застряла у меня в голове, – это It Don’t Come Easy, где у него совершенно иной подход, в отличие от простоты Imagine он добавил к соло Джорджа Харрисона несколько подвижных линий и синкоп. Кроме того, Клаус играл на пластинке Джорджа, ставшей огромным хитом, My Sweet Lord, хотя одна из действительно интересных и эффективных вещей в этой композиции заключается в том, что бас и барабаны даже не начинают играть до второй минуты аранжировки, оставляя ритм впечатляющим акустическим гитарам.

Клаус также играл для одного из артистов, подписавших контракт с Apple Records, великого R&B-певца Джеки Ломакса, которого продюсировал Джордж Харрисон. Я ходил на пару сессий для альбома Джеки в EMI Studio Two. Эрик Клэптон и Джордж Харрисон играли на гитарах, Ринго – на барабанах, а Клаус – на бас-гитаре. Все это звучало поистине великолепно, идеальная рок-н-ролльная ритм-партия. Я не знаю, играли ли Эрик и Ринго раньше вместе, потому что помню, как Эрик сказал мне в конце одной из сессий, как впечатлен игрой Ринго. Полагаю, все мы иногда принимаем гений Ринго в игре на барабанах как должное, и он неоднократно доказывает, что можно быть одним из лучших барабанщиков в мире, даже не будучи кричащим виртуозом. Новый альбом, появившийся в результате этих сессий, назывался Is This What You Want? и включал в себя сингл Sour Milk Sea, на котором Пол (а не Клаус) играл на басу, что было большой редкостью, когда три битла играют вместе не на Beatles-пластинке.

Вообще в каталоге The Beatles не так много К-песен. На одной из них классический вокал Маккартни звучит с неоспоримым совершенством и душевностью. Песня была написана в 1952 году блестящим дуэтом Джерри Либера и Майка Столлера. Эта действительно классная блюзовая композиция, Kansas City, впервые была записана Литл Вилли Литтлфилдом[102]. Семь лет спустя, когда ее записал Уилберт Харрисон, она стала № 1 и постепенно одной из самых записываемых мелодий Либера и Столлера, с более чем тремя сотнями версий, включая великую версию The Beatles с убийственным вокалом Пола Маккартни. Либер и Столлер были одними из любимых авторов The Beatles, они, вероятно, слышали хит Уилберта Харрисона и должны были слышать живую версию Литтл Ричарда, когда гастролировали с ним. На мой взгляд, кавер The Beatles превосходит обе предыдущие версии – он кажется более актуальным. Уникальным рок-н-ролльным шаффлам Ринго помогают триплеты на восьмушке, которые Джордж Мартин добавил на фортепиано, – партия, не включенная ни в одну из других версий. А две электрогитары Джона и Джорджа идеально сцеплены вместе, обеспечивая надежную поддержку интенсивному вокалу Пола.

Кавалер ордена второй степени Отличнейшего ордена Британской империи

Конечно, теперь мы должны называть его сэр Пол, Ее Величество королева сделала его K, королевским рыцарем. К сожалению, на церемонии никто не говорит: «Встаньте, сэр Пол». Я думаю, что это случалось только во времена короля Артура. Но это все равно фантастическое событие. Мне довелось наблюдать его, когда я сам получал чин кавалера ордена второй степени Отличнейшего ордена Британской империи в Букингемском дворце, это гораздо меньшая честь, но, признаюсь, я безмерно горжусь этим чином. Церемония включала награждение несколькими рыцарскими и дамскими титулами (женский эквивалент рыцарству). Когда вы становитесь рыцарем, вы действительно становитесь на колено на маленькую приподнятую красную бархатную подушку (как в церкви, но с высокой ручкой, чтобы облегчить процедуру), и королева (или член королевской семьи) берет меч и хлопает вас по плечу, и вы становитесь сэром Таким-то. В данном случае сэром Полом, более того, его статус был повышен в 2018 году, когда ее величество сделала Маккартни почетным кавалером ордена, чрезвычайно прославленного ордена, в котором могут состоять только шестьдесят пять членов. Редкая честь и исключительная церемония, которая также проходит с шиком.

Разговор о рыцарстве сэра Пола удерживает наше внимание на букве К и позволяет нам вспомнить о другом рыцаре, сэре Ричарде Старки. Думаю, что все вы готовы присоединиться к моим поздравлениям. Я видел фотографии Ринго, получающего рыцарское звание в чрезвычайно элегантном парадном костюме для аудиенции у Ее Величества королевы. Он был одет в великолепную версию костюма, которую создал великий дизайнер Джон Варватос. Это действительно было круто. (Видите, вы даже выхватили «минутку» новостей моды от Питера Эшера.) Итак, в свете его новой чести давайте позволим сэру Ричарду громко заявить: I’m the Greatest. В этой песне, написанной Джоном Ленноном, его мама говорит ему, что он самый великий, его друзья говорят ему, что он самый великий, его женщина говорит ему, что он самый великий, и, наконец, теперь, даруя ему рыцарское звание, Ее Величество королева говорит Ринго, что он действительно «самый великий». И да, конечно, тот, кто присуждает Ринго рыцарское звание, заслуживает отдельного почтения, так что спасибо Вам большое, Ваше Величество.

Есть несколько интересных K-песен, связанных с битлами. Одна из них – песня Йоко. Признаюсь, иногда я нахожу музыку Йоко слишком странной. Но некоторые песни действительно замечательные. А Kiss Kiss Kiss из альбома Double Fantasy просто очаровательна. Мне она очень нравится.

В череде К мы находим малоизвестный, но вполне достойный прослушивания трек Пола Kreen-Akrore, который он записал 12 февраля 1970 года в Morgan Studios в Лондоне. Перкуссионное инструментальное произведение (без ведущего вокала) включает в себя электрогитары, хоровой фоновый вокал и многое другое, что создает ностальгический звуковой пейзаж, вдохновленный племенами Крин-Акроре из тропических лесов Амазонки. Композиция также напоминает нам, что, помимо всего прочего, Пол – отличный барабанщик и перкуссионист.

Есть еще одна отличная, мало кому знакомая K-песня в альбоме Пола Pipes of Peace – Keep Under Cover. Пол поет о том, как приятно оставаться в постели. (Возможно, это отголосок чудесного I’m Only Sleeping Джона из Revolver.) Здесь обратите внимание на тонкую струнную аранжировку Джорджа Мартина, который продюсировал альбом.

И еще одна песня, которую играли The Beatles, заслуживает большей популярности. И связана она с К-автором песен, которым искренне восхищались The Beatles: с великой Кэрол Кинг. Она, безусловно, одна из лучших К-авторов песен всех времен и одна из лучших авторов песен в популярной музыке, независимо от алфавита! История Кэрол – необыкновенная история. Вместе со своим мужем, Джерри Гоффином, она написала Will You Love Me Tomorrow, когда ей было всего восемнадцать, а The Shirelles сделали ее треком № 1. И дальше, не оглядывалась назад, она писала хит за хитом для многих исполнителей. Когда я переехал в Лос-Анджелес, то решил познакомиться с Кэрол, и она оказала нам с Джеймсом Тейлором честь сыграть партии фортепиано в альбоме Sweet Baby James. Это оказалось началом долгих и плодотворных музыкальных отношений для нас троих. Джеймс пел, а я продюсировал ее песню You’ve Got a Friend, как раз когда она заканчивала свой рекордный альбом Tapestry и я некоторое время был ее менеджером.

Здесь я говорю о K-песне, которую написала Кэрол и которая, как было сказано выше, не так хорошо известна. Эта композиция скорее продолжение огромного хита The Loco-Motion, написанного Гоффином и Кинг и записанного Литл Ивой[103], которая изначально была няней Кэрол и Джерри, как бы это странно ни звучало. Вслед за этим Кэрол и Джерри исполнили песню под названием Keep Your Hands off My Baby. К сожалению, The Beatles, даже будучи большими поклонниками Кэрол Кинг, записали мало ее песен. Полагаю, что единственная студийная запись – это Chains, и её знают все. Но на живых выступлениях они исполняли и другую песню, Keep Your Hands off My Baby. Мы знаем об этом, потому что есть запись BBC, которую определенно стоит поискать в сети.

И наша единственная оставшаяся K-песня The Beatles – это Komm, Gib Mir Deine Hand, о ней мы уже говорили в разделе G, упоминая Германию.

А знаете что? Я все равно думаю, что по-английски она звучит лучше.

L

Джордж, Патти, Ринго и Морин (и я) возвращаемся из поездки

Мы почти достигли середины нашего алфавитного Beatles-путешествия и приблизились к букве L. И это хороший повод оглянуться назад и начать эту главу с большого хита The Beatles, с идеальной L-песни.

Love Me Do был первым синглом битлов, выпущенным в Великобритании 5 октября 1962 года, и это был первый раз, когда мы все услышали их и осознали, насколько они оригинальны и музыкально замечательны. Удивительно то, что Love Me Do по-прежнему звучит намного мощнее, чем все остальное, что было в то время. Это шедевр простого и инстинктивного продюсирования, но отнюдь не простого музыкального мастерства. Например, Джон играет на этой дорожке исключительно хорошую (и неожиданную) гармонику.

Love Me Do – это отличная традиционно структурированная песня – куплет-куплет-проигрыш-куплет, но тем не менее мы слышим в ней игру с поп-композиционными нормами: первый куплет состоит из тринадцати тактов, а второй – из двенадцати, где в каждом случае можно было бы ожидать только восемь. Вероятно, Пол начал писать ее еще подростком, закончив большую часть до того, как они с Джоном стали работать вместе. Но даже простые тексты песен не умаляют непосредственной музыкальной привлекательности броского вступления и красивого гармоничного дуэта Джона и Пола, когда Пол поет высоко, а Джон низко – довольно необычный вариант.

Вскоре Леннон и Маккартни начали писать вместе почти полный рабочий день, часто для того, чтобы успеть закончить ту или иную композицию в срок. Они написали много удивительных песен, и тех, где они пели дуэтом, и тех, где к ним присоединялся Джордж Харрисон. Это впечатляющее трио можно услышать в другой ранней песне The Beatles – This Boy, отличный пример их прекрасной трехголосной гармонии в аранжировке, которая родилась как следствие восхищения Брайаном Уилсоном и его пластинками The Beach Boys.

Безусловно, L напрямую связана с подробным знакомством с семьей Леннонов. Давайте начнем с одной из моих любимых песен, которую когда-либо исполнял Джон Леннон: Whatever Gets You Thru the Night. Я упомянул эту песню вскользь, когда мы обсуждали букву Н, но здесь я хотел бы остановиться на ней подробнее. Очевидно, Джон придумал название, наблюдая за преподобным Айком[104].

Когда я впервые попал в Америку, меня совершенно поразило американское телевидение. Приехав из страны, которая только собиралась обзавестись третьим каналом (а в моем детстве у нас был один канал, BBC, с ограниченным количеством часов вещания и без рекламы), я был ошеломлен обилием каналов и частыми и, казалось бы, бесконечными рекламными роликами. И когда я в воскресные утра переключал каналы, то точно знал, что нахожусь в чужой стране. Все телепроповедники Америки были такими необыкновенно странными! Тем не менее я быстро выделил преподобного Айка как своего любимчика. Не менее жадный и бессмысленный, чем другие, он был, по крайней мере, более честным и конкретным. Он был прекрасным оратором и давал четкую установку: если вы пошлете ему пожертвование и будете молиться достаточно усердно, то получите много денег. Бог хотел, чтобы он был богат, – в его случае Божья воля явно исполнялась, и он обещал, что это могло случиться и с вами. Весьма интересная теория: если вы будете молиться достаточно, то станете очень богатыми и станете обладателями роскошных автомобилей и реактивных самолетов. (Если бы только это было правдой, я бы начал молиться!) Как бы то ни было, полагаю, именно наблюдение за тем, как преподобный Айк излагает свою причудливую философию в прямом эфире, вдохновило Джона написать эту замечательную песню. Однажды вечером он услышал, как проповедник сказал: «Позвольте мне сказать вам, ребята, это не имеет значения, это поможет вам пережить ночь». Джону очень понравилась эта фраза, он записал ее, и так родилась песня. Отличный грув на пластинке, как божий дар, что неудивительно, если учесть, что Элтон Джон здесь играет на фортепиано и поет с Джимом Келтнером и Клаусом Воорманом и остальными небезгрешными.

От Леннона-старшего давайте перейдем к двум Леннонам-младшим, оба написали несколько действительно хороших песен и сделали несколько отличных записей. Мы можем начать с Джулиана Леннона и одного из моих любимых треков Too Late for Goodbyes. Прекрасная песня, что-то вроде регги-грува, и самый большой хит-сингл Джулиана, вошедший в десятку лучших как в США, так и в Великобритании. Очень короткое соло на губной гармонике принадлежит удивительному джазмену Тутсу Тилемансу, возможно, лучшему музыканту, играющему на хроматической гармонике, к сожалению, недостаточно востребованному.

Далее переходим к Шону Леннону, младшему сводному брату Джулиана. Если желаете получить представление о его музыкальных талантах, непременно послушайте превосходную песню Home из альбома Into the Sun, композиция сопровождается очень крутым видео, режиссером которого выступил Спайк Джонз, блестящий кинорежиссер. Home cтоит того, чтобы найти ее и посмотреть.

А теперь вернемся к Великолепной четверке и поговорим о некоторых замечательных L-песнях The Beatles. Их очень много. Я начну с моей любимицы – Lovely Rita. Я помню, как в Лондоне появились парковочные счетчики. Шел 1958 год, и все были совершенно потрясены. Я имею в виду, что до этого времени можно было припарковать свою машину везде, где есть место, и так надолго, как вам хотелось. И вдруг нам навязали это американское изобретение. И начали устанавливать эти ужасные автоматы, в том числе возле нашего дома. Мы безнаказанно парковались на Уимпол-стрит с тех самых пор, как переехали сюда, и вдруг поняли, что больше не можем этого делать. «Чертово безобразие!» – думали мы, но не могли от них избавиться.

Затем появились парковочные инспекторы, в обязанности которых входило выдавать квитанции, и в народе их быстро возненавидили и стали над ними потешаться. Я помню, что в английских газетах были фотографии униформы, «вот так это будет выглядеть, вот какими будут штрафы»… Это, с одной стороны, было очень мрачно и в то же время подтолкнуло к тому, что песня стала особенно крутой. Идея сделать инспектором парковочного счетчика привлекательную женщину, которую можно пригласить на свидание, была радикальной. И это часть гения Пола. Он просто нащупывает нюансы, которые никто больше не может разглядеть, и в результате появляются композиции, которые никто другой не смог бы придумать, такие как Back in the U.S.S.R. или Eleanor Rigby. И Lovely Rita не была исключением. Парковочные счетчики должны были остаться, и, пожалуй, единственное преимущество их появления – это ода Пола Маккартни Рите, прекрасной служанке счетчика.

Еще одна L-песня, классика The Beatles, которую мы не можем игнорировать, также из альбома Sgt. Pepper – это Lucy in the Sky with Diamonds. Когда Пол впервые сыграл мне раннюю версию этой песни, он рассказал о юном Джулиане Ленноне, который принес домой рисунок своей подруги Люси на фоне сверкающего неба, и когда отец спросил его, что это такое, Джулиан объяснил, что это Люси в небе с бриллиантами. Это было вдохновляющее название песни. Я могу быть излишне наивен, но мне даже в голову не приходило, что аббревиатура названия песни складывалась в ЛСД, и я искренне верю, что это не приходило в голову ни Джону, ни Полу. Может быть, к тому времени они уже приняли кислоту? Быть может. Повлиял ли этот факт на текст и образность песни? Тоже может быть. Хотя я думаю, что Льюис Кэрролл и Алиса имели к песне большее отношение. И я действительно считаю, что предполагаемая связь между аббревиатурой названия песни и наркотиком была абсолютным совпадением.

В музыкальном плане Lucy – замечательная композиция, вальсирующая через мечтательные куплеты размера 3/4 только для того, чтобы наше внимание было приковано к Ринго, играющему самый простой брейк в мире (три гигантские четвертные ноты) и ведущему в раскачивающийся припев размера 4/4.

Еще одна классическая Beatles-песня была источником споров и даже гнева – это The Long and Winding Road. Как вы, вероятно, знаете, первоначально песня была записана без оркестра. Но когда пригласили Фила Спектора, чтобы превратить сессии Get Back в альбом, который превратился в Let It Be, он решил добавить оркестр и не обсудил этот момент с Полом Маккартни, автором композиции. Это было неразумно. И хотя есть люди, которым нравится оркестровая версия, и люди, которым она не нравится, в какой-то момент песня стала причиной раздоров.

В центре спора оказался мой друг Ричард Хьюсон, который написал аранжировку. Она очень красива. Ричард прекрасно справился с задачей, даже не подозревая, что Пол не в курсе происходящего. Ричард был джазовым трубачом и классическим композитором, с которым я некоторое время играл на контрабасе (очень скверно) в маленькой джазовой группе. Время от времени мы репетировали в подвальной музыкальной комнате на Уимпол-стрит, и репетиций у нас было больше, чем настоящих концертов. Возить контрабас в метро ради концерта, который стоил всего пару фунтов, едва ли стоило усилий!

Когда я решил добавить несколько оркестровых аранжировок к самому первому альбому Джеймса Тейлора (который назывался James Taylor и был сделан для Apple Records), я подумал о Ричарде, потому что знал, что он пишет классическую музыку и был мастером оркестровой идиомы, а я не хотел, чтобы это были обычные поп-аранжировки. Я мог бы легко пойти к кому-то вроде Джеффа Лава (который сделал все превосходные оркестровки для Peter&Gordon), но я стремился к чему-то более необычному. Именно так я привел Ричарда в мир The Beatles и познакомил его с Полом Маккартни. Полу понравилось то, что Ричард сделал для пластинки Джеймса, поэтому мы с Полом пригласили его написать аранжировку для These Were The Days Мэри Хопкин, и он отработал блестяще. Ричард стал своего рода любимым аранжировщиком Apple того времени, и, должно быть, именно поэтому Фил Спектор пошел к нему, чтобы написать большую струнную сетку для The Long and Winding Road. Ричард не знал, что Пол не в курсе. Как ни крути, каким-то образом во всей этой неразберихе появились две отдельные версии: версия Фила Спектора с огромным оркестром, которую Пол не любил, и «голая» версия, оригинальная запись без оркестра, которая была любимой у Пола. Ричард написал превосходную аранжировку, тем не менее есть что-то более эмоционально захватывающее в неприукрашенной ясности вокала Пола без оркестра.

Интересная история заключается в том, что, прежде чем трек записали The Beatles, Пол Маккартни предложил The Long and Winding Road Тому Джонсу. Они все равно собирались записать его, но Пол выразил заинтересованность в том, чтобы Том сделал версию, и он бы спел ее невероятно хорошо. Однако звукозаписывающий лейбл Тома уже подготовил его следующий сингл, а выпуск The Long and Winding Road имел смысл только в том случае, если сделать это быстро, прежде чем выйдет пластинка The Beatles. К сожалению, этого так и не случилось. Но это довольно интересная связь Тома Джонса и The Beatles.

Иную художественную интерпретацию этой великолепной песни записал Рэй Чарльз. Фантастический кавер The Long and Winding Road с оркестром Каунта Бейси стал моим личным фаворитом среди каверов Рэя на песни The Beatles. Его определенно стоит оценить.

Следующая L-песня в нашем путешествии – та, которую, может, и не все так любят, но я очень люблю: Little Child. Сами The Beatles смотрели на нее свысока, как на нечто шаблонное. Она была написана для Ринго, но закончилось тем, что ее спели Джон и Пол, причем Джон сыграл сильную партию гармоники, как он делал на Love Me Do и многих других ранних бит-треках. Я думаю, что Ринго мог бы спеть ее очень хорошо, это его тип песни, но ему не представилось шанса.

Теперь давайте уделим немного внимания Джорджу с очень интересной L-песней – Living in the Material World. Она была написана, когда Джордж был очарован кришнаитами, которые в то время околачивались у Apple в своих прекрасных шафраново-желтых одеждах. Это песня, которая противопоставляет материальный мир, в котором мы живем, духовному миру. Джордж действительно сказал, что смысл песни заключается в следующем: We are not these bodies. We are in these material bodies in the physical world («Мы – не эти тела. Мы находимся в этих материальных телах в физическом мире»). Я читал, что эта песня – сжатая версия длинных отрывков из Бхагавадгиты в дюжину простых слов. Конечно, гораздо легче слушать песню, чем пытаться познакомиться с первоисточником.

Некоторые люди верят, что существует духовный мир, полностью отделенный от материального мира или сосуществующий рядом с ним, в котором мы находим себя. Лично я не вижу никаких доказательств, но если эта вера помогает вам «пережить эту ночь», как однажды сказал один очень мудрый человек, то почему нет.

L-песня, которая не является песней The Beatles, но очень хороша, – это Last Night группы The Traveling Wilburys, другой супергруппы Джорджа Харрисона с Джеффом Линном, Бобом Диланом и великими и совершенно непризнанными Томом Петти и Роем Орбисоном. Они создали так много хороших записей, и Last Night, безусловно, одна из лучших. Музыка Уилбери была собрана вместе и прекрасно спродюсирована моим другом Джеффом Линном – еще одним L! – который, слава богу, все еще с нами и делает отличную музыку в студии и на гастролях.

Я мало говорил о Ринго, но у него есть замечательная L-песня, которая является исторической по своей природе. Ринго родился и вырос в очень опасном районе Ливерпуля под названием Дингл, и он вместе с Дэйвом Стюартом написал об этом песню Liverpool 8, опираясь на почтовый индекс этого района в те времена. Я уверен, что теперь к нему прикреплено гораздо больше цифр и букв. В этой песне есть немного истории The Beatles, поскольку Ринго поет о своем времени с группой, так же как и Джордж в When We Were Fab.

И конечно, мы не можем оставить букву L, не уделив некоторое время двум классическим композициям Пола, Lady Madonna и Let It Be.

Lady Madonna – это потрясающая песня и пример великолепной игры Пола на фортепиано, тот самый блестящий буги-вуги, который он так хорошо исполняет. Пол – один из тех мультиинструменталистов, кто может взять в руки любой инструмент и за невероятно короткое время понять, как на нем играть. И он отлично играет на пианино. Я думаю, что некоторые из самых ранних фортепианных песен, которые он мог слышать, – это джаз, потому что его отец играл в джазовом оркестре. В Англии в 1950-х годах джазу уделялось много внимания, особенно американскому диксиленду, который мы называли трад-джазом. И действительно, у одного из этих трад-джаз-бэндов была хитовая пластинка, которая вполне могла вдохновить Пола на фортепианную игру в Lady Madonna. Песня Хамфри Литтелтона и его джаз-бэнда называлась Bad Penny Blues. Кроме того, огромное влияние на Пола Маккартни оказал блестящий пианист Фэтс Домино. Если вы услышите эти стили игры на фортепиано, то сразу поймете, что именно они впечатлили Пола и вдохновили его написать великое начало для Lady Madonna. Трек демонстрировал фортепиано Пола так, как ни одна из записей The Beatles.

Продолжение фортепианной темы Маккартни приводит нас к последней песне в этой главе, великолепной Let It Be. Она была навеяна сном Пола, в котором его мать, умершая в 1956 году, когда Полу было четырнадцать, предстала перед ним и дала ему утешительный совет. Конечно, как это обычно и происходит, каждый слышит и находит в ней то, что хочет услышать или найти. Например, Мария некоторыми воспринимается как Дева Мария, а не как мать Пола. Но мы знаем от Пола, что это на самом деле его мама, Мария, явилась ему во сне. Это был разгар «тяжелых времен», когда между четверкой разгорелись споры, а Брайана Эпштейна больше не было рядом, и, казалось, никто не мог предложить совет или утешение. И каким-то образом гений Пола ответил не только глубоко утешительным сном, но и песней, которая к тому же принесла музыкальную радость миллионам людей во всем мире. Прекрасная пластинка, на которой представлены все четыре битла плюс неподражаемый орга́н Билли Престона.

Несомненно, Let It Be – это один из тех случаев, когда трудно улучшить оригинал, но две кавер-версии стоит поискать, если вы их еще не слышали. Одна из них – Ника Кейва, который сделал действительно продуманный и умный кавер Let It Be. Я люблю Ника Кейва. Люблю не только его музыку, но и его книги. Он необыкновенный писатель и человек, обладающий значительным интеллектом. Его версия Let It Be, возможно, менее откровенно эмоциональна и хуже спета, в некоторых местах это почти декламация, но я нахожу это еще более трогательным. В нем есть немного сдержанной страсти Леонарда Коэна в его лучших проявлениях.

А вторая кавер-версия, заслуживающая внимания, – версия Ареты Франклин. Она может взять любую песню и превратить ее в нечто замечательное, но подарите ей великую песню, и она создаст эмоциональное переживание и музыкальную напряженность, которые не имеют себе равных. Она делала это не раз, и один из таких случаев был, когда она спела Let It Be и действительно попала в яблочко. Публика не зря называла ее царицей души. Она умерла, когда я писал эту книгу, и я не перестану признаваться в любви и восхищаться ее талантом, а также готов выражать глубокое уважение, все это она действительно заслужила.

M

По дороге на премьерную вечеринку «Волшебного таинственного путешествия»

Мы все еще находимся в алфавитном путешествии с The Beatles, так что нет лучшего способа начать наше исследование буквы М, чем песня с двойной M – Мagical Mystery Tour. Первоначально она была выпущена на английском EP, чтобы сопровождать одноименный телефильм, который мне очень нравился, хотя некоторые считают его удивительно запутанным или даже незрелым и разочаровывающим.

Идея фильма основана на реальных автобусных турах, которые были характерны для британцев. Когда вы летом всей семьей отправлялись на морской курорт, очень часто на главной улице этого города на доске объявлений можно было найти компанию, рекламирующую эти автобусные туры. И это могли быть веселые поездки в соседний замок, или в музей, или даже просто в парк. Вы выбирали себе один из туров и отправлялись всей семьей в эту поездку. Но часто, в дополнение ко всем заявленным направлениям, компания указывала «таинственное путешествие», которое было почти таким же, как и все остальные, за исключением того, что вы просто не знали, куда направляетесь.

Я не думаю, что до The Beatles существовали «волшебные таинственные путешествия», и это, безусловно, то, что создали The Beatles. Полагаю, что идея песни была подсказана автобусными турами, а идея телевизионного шоу состояла в том, чтобы организовать и показать автобусный тур по разным местам Англии с группой забавных персонажей. Они собрали эту странную и смешанную компанию, посадили в автобус и отправились на поиски приключений. Некоторых бросили по дороге специально, а некоторые оказались брошенными случайно или из-за какого-то происшествия. Существовала общая цель и концепция, но детали подразумевали быть внимательными к себе. Сам я в этом путешествии не был, но за пару дней до отъезда в доме Пола видел наброски сценария, которые состояли из нескольких списков людей, мест, идей и некоторых сложных диаграмм. Учитывая эту методологию, неудивительно, что получившийся фильм был действительно разрозненным, может, где-то детским, наивным, а для меня увлекательным, экспериментально нелинейным, занимательным и в некотором смысле опережающим свое время. Однако это было совсем не то, чего ожидали ВВС. Они хотели получить веселых, немного комедийных, прикольных и все же великолепных битлов специально для трансляции в День подарков, следующий день после Рождества. А то, что они получили, было, может, и весело, но очень странно, что их и смутило. Мне же показалось, что это было очень круто. Если у вас есть шанс увидеть его, посмотрите. Мне он все еще нравится. И конечно, музыкальное сопровождение Magical Mystery Tour просто великолепно. Это бесспорно.

Америка тоже толком не знала, что делать с фильмом. Capitol Records не выпустили отдельного EP, но смешали песни с целым рядом других композиций и сделали его частью полноформатного альбома. А сам фильм вообще не выходил до тех пор, пока некоторое время спустя мой очень дорогой друг по имени Нат Вейс, блестящий человек, адвокат The Beatles, друг и адвокат Брайана Эпштейна, не придумал выпустить фильм сам по себе. И организовал сеансы в колледжах. Они посылали парня с проектором и катушками кинофильмов в тур, ставили экран, расставляли стулья, брали плату за вход и таким образом проигрывали его в колледжах. Это зашло. Студенты оценили и полюбили его.

В Лондоне перед британской премьерой состоялась сказочная вечеринка, потрясающий маскарад. Все нарядились в экстраординарные костюмы. Я нашел фото вечеринки, я заглядываю через плечо Пола, а мой отец – в крайнем левом углу – выглядит, как какой-то китайский чиновник.

А я и забыл, что Пол пригласил на это мероприятие всю семью Эшеров. Джордж и Джуди Мартин явились в нарядах герцога Эдинбургского и королевы Елизаветы, они выглядели потрясающе. По всеобщему признанию, они были лучшей костюмированной парой.

Путешествие с буквой M мы продолжим, обратившись к звукозаписывающим лейблам, и, в частности, к одному из них, которым мы восхищались больше всего. Мы любили Stax, любили Atlantic, но если бы нам пришлось выбрать один лейбл, где мы хотели бы владеть всеми пластинками, которые они выпускают, это определенно был бы Motown. А одной из наших любимых пластинок Motown была Money (That’s What I Want), записанная Барреттом Стронгом, авторами которой были Берри Горди (основатель и владелец Motown) и Джени Брэдфорд, замечательная женщина, которая была настоящим филантропом музыкального бизнеса. А когда в 1963 году ее записали The Beatles, Money стала всеобщей любимицей. Это интересная песня, хотя, по сути, простой двенадцатитактовый блюз. Версия Барретта Стронга была сыграна в Фа, а версия The Beatles на полшага ниже, в Ми. Но что делает обе версии настолько интересными, так это очень рок-н-ролльный хрустящий диссонанс, который особенно заметен на восьмом такте каждого припева. Это происходит потому, что одним из ключевых элементов песни является двухтактный фортепианный рифф, который можно четко услышать во вступлении и который повторяется на протяжении всей песни.

В результате, в то время как этот лик идеально подходит к аккорду Ми, с которого начинается припев и к тому моменту, когда мы на восьмом такте слышим его против аккорда Си мажор, одни и те же ноты звучат довольно странно и при других обстоятельствах вполне могут считаться «неправильными». The Beatles сохранили эту аранжировочную идею в своей версии, а Джордж Мартин наложил на нее свою фортепианную партию. К его чести, он сопротивлялся тому, что, должно быть, было его хорошо образованным инстинктом музыканта, чтобы изменить лик и соответствовать аккордам, признавая, что именно скрежет диссонирующего повторения заставляет припев звучать так круто.

Я также люблю здесь страстный вокал Джона и хочу заметить, что текст песни никогда не был более актуален, чем сегодня. Даже если это правда, что деньги не могут купить вам любовь, совершенно ясно, что они могут дать почти все остальное. Быть может, когда миллиардеры всего мира проводят тайные встречи на своих гигантских яхтах, они после ужина поют эту песню. Вот и вся теория заговора, которой я мог бы заинтересоваться!

Размышления о Motown приводят нас к другой любимой группе The Beatles на M: The Miracles, возглавляемой великим певцом и автором Смоки Робинсоном. The Beatles записали отличный кавер на одну из композиций The Miracles: You’ve Really Got a Hold on Me. Это необычная песня, потому что все гармонии состоят из четвертей, которые имеют захватывающий, а иногда почти зловещий «оттенок». The Beatles копировали Смоки Робинсона, и это было точным попаданием.

После Money, Motown и Miracles я хотел бы прыгнуть вперед во времени до тройного M – Mean Mr. Mustard. А в действительности это четверное M, потому что, Mean Mr. Mustard является частью medley («поппури») на второй стороне альбома Abbey Road, который начинается с Sun King и заканчивается She Came in Through the Bathroom Window. (Я знаю, что некоторые люди думают о попурри, простирающемся до самого The End, но я склонен думать об Abbey Road как о двух отдельных попурри, одно из которых начинается с Sun King, а другое – с Golden Slumbers.)

Еще одна M-песня, на этот раз только одна M, является одной из лучших песен Пола Маккартни: Michelle. Замечательная песня. Часть ее написана на французском языке, и об этом было много разговоров. Пол рассказывал, что на вечеринках он иногда притворялся, что может говорить по-французски, просто чтобы казаться крутым, и, возможно, включил пару фраз в Michelle, предполагая, что это может быть французским языком.

Как сказал Пол: «Мы все хотели быть Сашей Дистелем». Он был прав. Дело было не столько в том, что месье Дистель был крутым и красивым, хорошим гитаристом и певцом, сколько в том, что он был сожителем Брижит Бардо, в которую мы все были безнадежно влюблены. Я и по сей день утверждаю, что ББ той эпохи была самой привлекательной женщиной, которую я когда-либо видел. Я думаю, что The Beatles наконец-то встретились с ней лично (я никогда не имел такого удовольствия) после одного из своих концертов в Олимпии. Таким образом, это может объяснить по крайней мере некоторый интерес Пола к французскому языку. Но на самом деле он не говорил на нем, поэтому, когда он решил написать несколько крутых французских текстов, ему нужна была помощь. Сначала он пошел к Жан Воган, жене своего друга, которая свободно говорила по-французски, и она предложила ему пару вариантов и перевела несколько фраз. Я помню, как Пол советовался с моей матерью, которая очень хорошо говорила по-французски, будучи воспитанницей Французского лицея в Лондоне, и, должно быть, советы касались именно этой песни, потому что это единственная песня The Beatles, которая включает в себя какие-либо французские слова. Так что, думаю, моя мать приложила руку к тому, чтобы помочь ему с правильной французской грамматикой или произношением, или чем-то в этом роде.

Это была совместная работа. Проигрыш был идеей Джона Леннона, вдохновленного песней Нины Симон, которую он так любил, I Put a Spell on You. Вот откуда взялось это I love you, I love you, I love you. А Пол записал интересные гитарные риффы в стиле, который очень отличался от обычных ритм-гитарных партий The Beatles.

Останемся с Полом и его акустической гитарой и рассмотрим еще одну превосходную M-песню – это Mother Nature’s Son. Очевидно, эта песня была вдохновлена песней Нэта Кинга Коула Nature Boy, о которой я никогда бы не догадался. Это две отличные песни, совсем не похожие друг на друга. Песня Пола была написана в Ливерпуле, хотя ее вдохновение пришло из лекции Махариши о природе – лекции, которая также вдохновила Джона Леннона на песню Child of Nature, которая спустя годы превратилась в Jealous Guy! Запись Пола Mother Nature’s Son также входит в очень короткий список треков The Beatles, на которых фактически играет или поет только один битл.

От комфортной и мягкой Mother Nature’s Son, которую очень приятно слушать, мы переходим к другой крайности – композиции Джона Леннона Mother. Совсем иная вещь.

Еще в конце 1960-х и 1970-х годов в моду вошел новый вид психотерапии, названный первобытной крикотерапией. Психолог Артур Янов написал книгу, объясняющую эту терапию, и на короткий период стал дико популярным психотерапевтом. Его терапия состояла в том, что пациент думал о вещах, которые заставляли его по-настоящему злиться, а затем кричал. Я предпочел этого не делать. Но Джон решил, что это будет круто. В апреле 1970 года он прошел через эту терапию в институте Янова в Лос-Анджелесе, где провел некоторое время, размышляя о своих отношениях с матерью, которая не занималась его воспитанием (его воспитывала тетя Мими) и которая умерла, когда Джону было семнадцать лет.

В то время он записал несколько демоверсий этой песни, некоторые на гитаре, а некоторые на фортепиано. Затем вернулся в Лондон и записал ее в студии EMI с Клаусом Вурманном на басу и Ринго Старром – на барабанах. Песня заканчивается действительно душераздирающим страшным криком.

Я знаю, что у Джона были некоторые проблемы, которые заставляли его сердиться, а вот избавился ли он от них с помощью первобытной крикотерапии – я не знаю. Но звучит это очень убедительно. Странные, жуткие церковные колокола в начале были добавлены после первой записи. Джон, очевидно, пришел к этой идее после просмотра фильма ужасов, в котором применялся симметричный эффект. И они записали несколько церковных колоколов и замедлили их в успешной попытке сделать жуткими.

Качнем маятник в обратную сторону и перейдем от пугающего, почти психического подхода к матери к гораздо более уютному взгляду на родительницу в песне Your Mother Should Know. Обычно лучше, если твоя мама ничего не знает, но в данном случае The Beatles приняли иное решение.

Your Mother Should Know тоже из Magical Mystery Tour – EP и фильма. По-моему, это был один из немногих случаев, когда мы видели, как The Beatles исполняют хореографические па, спускаясь по лестнице в этих сказочных белых костюмах. В сущности, белый галстук и фрак от макушки до пят. Довольно изумительный внешний вид, и они исполнили свои па в совершенстве.

Думаю, что Пол написал эту песню на фисгармонии, которую он держал в своем доме на Кавендиш-авеню. Мы с Полом очень любили этот инструмент, и оба использовали его на пластинках. Это небольшой орган с обычной клавиатурой и свободным аэрофоном для каждой ноты, приводимый в действие воздухом, прокачиваемым через аэрофон ножными педалями, приводящими в действие сильфон. Я всегда был поражен, когда замечал, что педали на моей старой фисгармонии были помечены как «запатентованные мышиные педали» (очевидно, мыши любят ползать и грызть дырки в бумажных сильфонах), и запатентованная система, должно быть, сработала, потому что я счастлив сказать, что у меня никогда не было мышиных дырок в сильфонах. Звук, создаваемый аэрофоном, может быть изменен с помощью различных клапанов, которые физически отвлекают, уменьшают или открывают звук. Прекрасный и тонкий инструмент. И вы можете услышать фисгармонию в песне Your Mother Should Know. Ободряющая и веселая песня. Рекомендую.

Путешествие с буквой М будет неполным, если мы не остановимся на самой известной сольной композиции Джорджа Харрисона My Sweet Lord. Действительно замечательная, отлично спродюсированная запись из альбома All Things Must Pass. Нельзя игнорировать юридические вопросы, поднятые правообладателями He’s So Fine, гигантского хита The Chiffons[105], написанного Рональдом Маком, который мы все знали наизусть, и нет никаких сомнений, что эта мелодия, возможно, непреднамеренно повлияла на сочинение Джорджа. Но в конечном счете песня Джорджа определенно лучше. Думаю, что вибрация Oh Happy Day группы Edwin Hawkins Singers оказала более осознанное влияние, поскольку Джордж пытался написать возвышающий и всеохватывающий гимн и поп-хит одновременно. И он отлично в этом преуспел.

Я хотел бы завершить наш путь с буквой М, исследуя три великие M-песни The Beatles.

Первая – это песня Пола Маккартни Martha My Dear. Полагаю, все в курсе, что Марта – это не женщина, в которую был влюблен Пол, а собака. Я знал Марту. Это была большая очаровательная английская овчарка. Могу представить ее себе сейчас. Она была очень дружелюбной, и я помню, как она болталась в доме Пола на Кавендиш-авеню, Пол очень любил ее. Кажется, я припоминаю, что Марта фактически сопровождала нас в нашей последней поездке на север для записи группы Black Dyke Mills, и хорошо помню наш визит в город Хэрролд по пути домой, но эту историю расскажу в другой раз.

В дополнение к прекрасному М-вокалу Пола есть не менее прекрасный М-вокал Джона Леннона Mr. Moonlight. Песня была написана Роем Ли Джонсоном, впервые записана Piano Red (также Dr. Feel Good и The Interns)[106] и стала своего рода любимицей инсайдеров среди британских групп, The Hollies и The Merseybeats тоже записали ее. Это не то чтобы один из величайших треков The Beatles, но они никогда не делали плохих пластинок, и эта работа полностью спасена декларативной силой и страстью вокала Джона.

Наконец, мы подхошли к песне, которую поют Джон и Пол, но я надеюсь, что вы не станете принимать ее близко к сердцу. Эта песня называется Misery, и я не собираюсь заканчивать эту главу депрессивными нотами. Ранняя песня, написанная в дороге, когда The Beatles играли на разогреве Хелен Шапиро, а затем завершенная дома в Ливерпуле. Первоначально они надеялись, что Хелен запишет эту песню, амбиции Джона и Пола в сочинительстве были столь же высоки, как и их исполнительские амбиции, но ее продюсер Норри Парамор (знаменитый по работе с Клиффом Ричардом) решил, что это слишком мрачно. Песня была перепета актером-певцом по имени Кенни Линч, который также был другом The Beatles и тоже принимал участие в том туре, он хороший парень, чего нельзя сказать о записи. Итак, версия, которую мы помним сегодня и которую вообще стоит помнить, – это собственная версия The Beatles. Вроде простой трек, но именно это делает его таким правильным. Несокрушимый Ринго без единого брейка; жесткий, мастерский и идеальный дуэтный вокал Пола и Джона; ключевая ритмическая партия Джорджа (без соло!); а еще изящное и сдержанное фортепиано Джорджа Мартина. Все, что мы любим в этой группе!

N

Нат Вейс

Итак. Вот теперь мы достигли середины пути, буквы N – N для (среди прочего) небытия и ниоткуда, что приводит нас прямо к одной из любимых всеми N-песен Beatles: Nowhere Man.

Это песня Джона Леннона, написанная в его доме в Уэйбридже, когда он чувствовал себя подавленным и не у дел. Эта прекрасная песня с необычным текстом, который, по общему признанию, пессимистичен, но который одновременно можно считать как глубоко личным, так и универсальным, понятным каждому из нас. Заканчивается она вопросом, не является ли человек из ниоткуда a bit like you and me («немного похожим на нас с вами»). Итак, от меня, еще одного человека из ниоткуда, к тебе и ко всем остальным мужчинам и женщинам из ниоткуда, эта песня для всех нас.

Книга Хантера Дэвиса The Beatles: The Authorized Biography (The Beatles: Авторизованная биография), опубликованная в 1968 году, содержит увлекательную цитату Джона:

Я просто сидел, пытаясь придумать песню, и думал о себе, ничего не делая и никуда не спеша. Когда-то я придумывал, и это было легко. Все приходило извне. Нет, я на самом деле перестал пытаться что-то придумать. Ничего уже не придет. Я был сыт по горло и, сдавшись, пошел прилечь. Тогда я начал думать о себе как о человеке из ниоткуда, сидящем в своем небытии.

Nowhere Man – это блестящая аранжировка и продюсирование, и да, потрясающая песня. Великолепная трехтактная гармония капеллы на интро и прямо в типичный драйв грува The Beatles: Джон на ритм-акустической гитаре, Ринго со своей довольно простой барабанной партией (и с уникальным расслабленным хай-хэт-чувством), оттененной идиосинкразической двойной бас-партией Пола. Да и пульсирующее гитарное соло Джорджа супервысокого класса, благополучно законченное неожиданной гармоникой в конце, исполнено мастерски.

Двигаясь от N-песни Джона Леннона к N-песне Пола Маккартни, мы приходим к той, которую Пол написал в моем семейном доме: The Night Before. Я не слышал его, как и когда он писал, я был в это время в туре. Но если верить всем книгам, он действительно создал ее в нашем доме на Уимпол-стрит, и я помню, что слышал ее, когда вернулся домой. И песня оказалась в фильме Help! и на превосходном одноименном альбоме.

Днем 17 февраля 1965 года The Beatles записали The Night Before в Studio Two в EMI Studios всего за два дубля, что примечательно, потому что это очень плотный и точный трек. Помимо всего прочего, он включает в себя гитарное соло октавами, которое исполняют Пол и Джордж. Игра октавами таким образом создает нечто вроде того же эффекта, что и игра на двенадцатиструнке (которая частично нанизана на октавы сама по себе), но игра на двух гитарах в идеальной синхронизации делает звучание еще более жестким. Да и само соло – замечательная композиция. Гитары старательно избегают играть на пониженном ритме любого такта (так сказать, «1»), что очень необычно. И все же Пол и Джордж лепят запоминающуюся сольную мелодию, которую они также используют позже в треке в качестве финала.

Джон играет на электрическом пианино Hohner pianet, что дает отличный звук. Я не знаю, есть ли у кого-нибудь сейчас pianet (разве что на eBay), но прослушивание этой песни заставляет меня его хотеть! Они были более «ударными», чем Fender Rhodes или электрические пианино Wurlitzer и могли «пробиться» через электрогитары. Я полагаю, что этот инструмент можно рассматривать как раннего предка Hohner clavinet, который обрел более широкую известность. (Вспомните вступительный рифф Стиви Уандера на песню Superstition, именно так звучит клавинет).

Рассматривая букву N в контексте Beatles, я хочу упомянуть человека, связанного с этой буквой, который сыграл значительную роль в их жизни и которого я ранее упоминал в контексте Magical Mystery Tour. Этот человек – Нат Вейс, адвокат The Beatles в Нью-Йорке. Он был лучшим другом Брайана Эпштейна и одним из моих лучших друзей. Он умер несколько лет назад, и нам всем его очень не хватает. Он консультировал Брайана по многочисленным юридическим вопросам, а также стал доверенным советником The Beatles. Нат познакомил Брайана с процветающей гей-сценой в Нью-Йорке, которая изменила его жизнь, – он определенно не видел ничего подобного ни в Ливерпуле, ни даже в Лондоне! Нат был блестящим и замечательным человеком, и когда я переехал в Америку с Джеймсом Тейлором, Нат основал мою управляющую компанию, а затем представлял Джеймса на наших успешных переговорах с Warner Brothers. Наконец, я помню, что в тот год, когда Бонни Рэйтт[107] выиграла историческую кучу «Грэмми», в своей благодарственной речи она особо выделила Ната – так что The Beatles, Джеймс Тейлор и я были не единственными его поклонниками!

Именно в доме Ната в Нью-Йорке Пол Маккартни и Линда Истман поладили по-настоящему.

Пол и Линда впервые встретились на фотосессии, а затем на вечеринке. Но первый раз, когда они сели и поговорили и, вероятно, Пол впервые узнал номер телефона Линды, был в квартире Ната Вейса в Нью-Йорке. У него была удивительная дверь шкафа (хочу заметить, недавно проданная на аукционе), которую все битлы подписали толстыми черными чернилами. Это стало отличительной чертой квартиры Ната, и он очень ею гордился. Еще раз повторюсь, если мы говорим об N, то Нат Вэйс был важным человеком, которого должен помнить каждый, кто интересуется историей The Beatles.

Раз уж мы затронули Линду Маккартни, давайте перейдем к песне Wings, также начинающейся на N, No Words, написанной Полом и моим дорогим другом Денни Лейном. В ней можно услышать вокал Пола, его гитару, бас и барабаны; вокал Линды и ее клавишные; а также немного фонового вокала и гитару Денни. Этот трек принадлежит замечательному альбому Band on the Run и имеет отличную оркестровую аранжировку Тони Висконти, записанную в AIR Studios Джорджа Мартина в Лондоне, а не в EMI. (Джордж и пара лучших бывших продюсеров EMI открыли свою собственную студию на Оксфорд-Сёркс в центре Лондона, Associated Independent Recording, отсюда и AIR Studios. С тех пор AIR переехала в красивую старую церковь Линдхерст-Холл на севере Лондона, где она процветает и по сей день.)

Раз уж мы обсуждаем сольные N-песни битлов, непременно остановимся на Ринго. Примерно в то же время, когда The Beatles распались, в 1970 году, Ринго записал и выпустил альбом стандартов под названием Sentimental Journey, и одним из таких стандартов была Night and Day, написанная бессмертным Коулом Портером, одним из моих любимых авторов. И, очевидно, один из любимейших авторов Ринго. Итак, вы, вероятно, знаете, что Коул Портер был очень известным и успешным композитором, и многие исполнители перепевали его песни. Night and Day была записана Фрэнком Синатрой, Эллой Фитцджеральд, Тони Беннеттом, всеми удивительными певцами. И давайте не будем забывать, что Коул Портер сам писал слова и музыку. Сочинение песен – зачастую командный процесс, в некоторых командах (например, Бакарак[108] & Дэвид[109] или Гилберт & Салливан[110]) один партнер пишет музыку, а другой – тексты, а в других (например, Леннон & Маккартни) партнеры работают надо всем, но Коул Портер был сольным гением. Его песни требуют образного и творчески гибкого подхода, что, несомненно, вызывает энтузиазм джазовых певцов. Но есть и совершенно иной подход, иное откровение в том, как совершенно прямо поет Night and Day Ринго. По всей вероятности, его подача именно такая, как написал Коул, прежде чем Элла или Фрэнк применили к ней свои джазовые навыки, с точностью барабанщика Ринго поет совершенно в такт, его определенно дружелюбный стиль придает песне прямолинейную и почти детскую ясность. Непременно послушайте.

N также означает, среди прочего, «No». Итак, The Beatles обвиняют в написании песен, связанных с наркотиками, и песен, которые могут быть истолкованы как песни, связанные с наркотиками. Но Ринго исполнил по крайней мере одну, которая однозначно является антинаркотической, и подана она в развлекательной манере. Написанная Хойтом Экстоном и Дэвидом Джексоном, спродюсированная моим хорошим другом Ричардом Перри, эта композиция называется No No Song (с двумя N!). Она добилась большого успеха, добравшись до № 3 в США.

Просто скажи наркотикам: «Нет!» Ну, не обязательно и не все время. Но в этом и заключается смысл песни. Ринго твердо говорит, что наркотики наносят вред. По иронии судьбы, бэк-вокалистом на пластинке был блистательный и удивительный Гарри Нилссон – гений, который (надо признать) далеко не всегда говорил наркотикам «нет».

Буква N и слова «no» наводят на мысль о классической песне The Beatles No Reply. Изначально эта песня вообще не должна была быть песней The Beatles. Джон быстро написал ее для Томми (еще одного клиента Брайана Эпштейна), и The Beatles записали демо, благодаря которому Томми выучил песню. В итоге Томми записал ее, но, по-видимому, его исполнение особо никому не понравилось, и ее не выпустили. Однако демоверсия The Beatles была выпущена в Антологии. Что интересно в этой версии, так это то, что за барабанами был не Ринго, он был болен тонзиллитом. Многие думают, что барабанщиком был Джимми Никол, потому что The Beatles репетировали с ним ранее для австралийского тура, в который Ринго не смог отправиться из-за болезни. Как я уже сказал, я не эксперт во всех исторических деталях, но мое понимание заключается в том, что Джимми, который действительно ездил в Австралию с The Beatles (как битл), был там в EMI. Так что, скорее всего, он играет и на записи. И конечно же, «настоящая» версия была записана The Beatles осенью 1964 года и вышла на Beatles for Sale в Великобритании и Beatles’65 в Соединенных Штатах. Джон позже рассказывал, что на написание No Reply его вдохновила Silhouettes группы The Rays, R&B-квартета из Нью-Йорка, песня, которая позже была перепета Herman’s Hermits. Джон был захвачен представлением о том, что в доме были двое и они преднамеренно не открывали дверь и не отвечали на звонки.

Еще одна интересная песня N связана с Ленноном, и это еще одна «no»-песня – No Bed for Beatle John из Unfinished Music No. 2: Life with The Lions, спродюсированная Джоном и Йоко. Должен сказать, что мне очень нравится вокал Йоко в этой песне. Время от времени Йоко демонстрирует какое-то сумасшедшее пение, которое мне не нравится, но здесь ее обезоруживающий вокал очень мелодичен, очень созвучен и очень мил. Она кажется молодой и очаровательной. Песня состоит из вырезок из прессы (поется Йоко) во время ее пребывания в Queen Charlotte’s Hospital в Лондоне, когда она была беременна и, к сожалению, потеряла ребенка. Все это время Джон был рядом. Для экстренного случая требовалась кровать, поэтому Джон отказался от нее и спал на полу, он не хотел оставлять Йоко одну. Все газетные вырезки рассказывают эту историю, они и составляют текст песни.

Вы можете предположить, что название альбома Life with the Lions было просто некой сюрреалистической концепцией, которая пришла к Джону. Но это не так. Для всех в Англии в то время это была фраза, которую помнили с 1950-х годов, когда Life with the Lyons («Жизнь с Лионами») была чрезвычайно успешной радиопостановкой. Лионы – это семья американских актеров, настоящая семья, которая переехала в Лондон. Мы уже были очарованы Америкой, американским народом, американской культурой и всем остальным. Встреча с настоящими американцами, живущими в Лондоне, была бесконечно интересна британским слушателям. Бен Лион и его жена Биби Дэниелс поселились в Лондоне во время Второй мировой войны. Странно, что вообще кто-то переехал в Лондон в разгар войны и бомбежек, но они это сделали. С 1940 года они получали кое-какую работу, и в конце концов им предложили этот очень успешный ситком, Life with the Lyons, который мы все слушали. В течение нескольких лет его еще и показывали по телевидению. Я не помню, чтобы когда-нибудь смотрел его, но определенно слушал по радио.

Есть еще одна N Джона, на которой мы остановимся, – Nobody Loves You (When You are Down and Out) из альбома The Walls and Bridges. Джон изменил одно слово в названии знаменитой песни 1920-х годов, блюзовой композиции под названием Nobody Knows You When You’re Down and Out. Его композиция была совершенно новой, а написал он ее во время «последнего уик-энда», который мы уже обсудили. И помним, что и тогда он создал несколько хороших треков, и это один из них, который он записал с Клаусом Вурманом на басу, Никки Хопкинсом на фортепиано, Кенни Ашером на органе и Джимом Келтнером на барабанах. В песне также фигурировал Джесси Эд Дэвис, индейский гитарист невероятного обаяния и мастерства, действительно замечательный музыкант.

Будем надеяться, что никому из нас не придется узнать, правда ли, что никто не любит тебя, когда ты в депрессии. Джон хотел, чтобы ее спел Синатра. «Я всегда представляю себе, как Синатра поет эту песню, – сказал он однажды в радиоинтервью. – Он прекрасно справится с этим делом. Если вы слушаете, Фрэнк, вам нужна песня, которая не является частью чего-то. Вот одна из них. Духовая аранжировка. Все в ней создано для вас». Хорошая песня, хоть и грустная. И, возможно, еще печальнее то, что Фрэнк Синатра так и не попытался ее записать.

У Харрисона тоже есть довольно интересная N-песня – Not Guilty, которая могла бы попасть в White Album, но в конечном итоге не попала. The Beatles записали 102 различных дубля (пожалуй, это рекорд для них) и долго обсуждали аранжировку, прежде чем отказаться от сессии. Есть одна записанная версия, которая сохранилась и была включена в Антологию The Beatles. Годы спустя Джордж записал свою собственную версию для альбома George Harrison. Вот ее я считаю фантастической. Я был очень впечатлен, когда недавно переслушивал ее, особенно электрическим пианино Fender Rhodes, поэтому посмотрел, кто на нем играл. Это был Нил Ларсен, невероятный клавишник, который также играл на последних нескольких турах Леонарда Коэна. Я имел удовольствие побывать в том туре на нескольких концертах, познакомился с Нилом и очень восхищался его игрой, хотя и не знал, что он играл на альбоме Джорджа.

На самом деле вся группа в версии Джорджа колоссально хороша. Вторым клавишником был Стив Уинвуд, Вилли Уикс играл на басу, Энди Ньюмарк – на барабанах, а Рэй Купер – на конге. Убийственное исполнение и, наконец, отличная версия песни самого композитора.

Потратив довольно много времени в этой главе на сольную работу битлов, я хотел бы вернуться к ним как квартету, чтобы посмотреть на две великие песни The Beatles, которые начинаются с буквы N. Первая – это Not a Second Time. Именно эта песня стала вдохновением для статьи, что нынче знаменита, в британской газете The Times. Уильям Манн, корреспондент, эксперт по классической музыке этого издания, опубликовал музыкальный анализ The Beatles. Уже один этот факт был достаточно примечателен; в ту эпоху мир классической музыки довольно высокомерно относился к популярной музыке вообще и к рок-н-роллу в частности. И все же в The Times отнеслись к The Beatles очень серьезно и даже похвалили их изобретательность, использовав в качестве примера одну конкретную песню – Not a Second Time. Манн указал на «эолийский каданс», что она содержит, добавив, что этот каданс также встречается в заключительном ходе малеровской Das Lied von der Erde. Позже Джон говорил: «До сих пор понятия не имею, что такое эолийские ритмы. Это звучит как экзотические птицы». Если кого-то это интересует, то обычно считается, что эолийский каданс происходит в конце строки No, no, no, not a second time («Нет, нет, нет, не во второй раз»), когда (на слове «раз») аккорд – Ми минор, а не Соль мажор, как можно было бы ожидать от предшествующего Ре. Этот термин происходит из того факта, что эолийский лад коренится в шестой ступени мажорной шкалы – в ключе Соль, который, несомненно, привел бы нас к Ми минор.

И да, мы не можем назвать любое обсуждение The Beatles и буквы N полным, не упомянув Norwegian Wood (This Bird Has Flown) – блестящую песню Джона Леннона с загадочными текстами, первым использованием ситара Джорджем Харрисоном и многими другими деталями.

Не так давно я просматривал Many Years from Now («Много лет спустя»), превосходную книгу Барри Майлза о Маккартни, и у Пола было несколько интересных воспоминаний о песне Джона.

Я вошел, и у него была эта первая строфа, великолепная строфа. У меня когда-то была девушка, или я должен сказать, что у нее когда-то был я. Вот и все, что у него было, – ни названия, ничего. И я сказал: «О да! Ну вот, ха, мы и приехали». И она сама написалась. Когда у вас есть отличная идея, песни обычно пишутся сами, при условии, что вы знаете, как их писать. [Ему легко говорить, потому что они, конечно, «знают, как писать песни», лучше, чем почти все, кого я когда-либо встречал в своей жизни.]

Я подхватил ее на втором куплете. Это история. Это он пытается подцепить девчонку. Речь шла о любовной связи. Джон сказал Playboy, что они понятия не имеют, откуда взялось это название, но я-то знаю! Питер Эшер отделал свою комнату деревом. Многие люди украшали свои жилища деревом. Norwegian Wood. Это была сосна, дешевая сосна, но, правда же, Cheap Pine не такое уж хорошее название, правда же, детка.

Я, конечно, очень горжусь тем, что я или моя комната внесли свой вклад в песню, но если честно, то я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь отделывал свою комнату деревом. Надо будет уточнить у Пола, что именно он помнит. Может быть, это была какая-то другая комната в нашем доме. Я припоминаю сосновые панели в комнате на первом этаже, где мы иногда устраивали вечеринки. Но в моей спальне были странные геометрические обои 1950-х годов и совсем не было дерева.

Так что даже для меня это немного загадочно. В любом случае полагаю, что вся песня заканчивается тем, что он поджигает ее спальню с деревянными стенами в отместку за то, что она заставила его спать в ванной. Немного чересчур, но именно об этом в ней и поется. Речь не о розжиге огня в камине, не о зажженной сигарете, ни о чем подобном. Я с сожалением должен констатировать, что в этой песне речь идет о поджоге, о настоящем пожаре.

Прежде чем перейти к О, я понял, что было бы неправильно опустить мою собственную связь с The Beatles в сочетании с буквой N, и это композиция Nobody I Know.

История началась вскоре после того, как мы с Гордоном записали A World Without Love. После большого хита довольно трудно найти подходящую песню. Необходимо оправдать свои предыдущие достижения и ожидания, а поскольку мы только выпустили запись, ставшую № 1 во всем мире, нам было немного страшно. Но тем, кто стоит за большим хитом, авторы обычно присылают ужасно много песен в надежде, что они станут следующими синглами. К счастью, одним из этих авторов был Пол Маккартни, который и написал Nobody I Know и сыграл ее для меня, как только мы вернулись из нашей первой поездки в США. Мне она очень понравилась.

Джон и Пол серьезно относились к сочинительскому труду. Они считали, что должны быть успешными авторами песен, а это значит – понимать, как предоставить нужную песню нужному исполнителю в нужное время. Если вы написали большой хит, вы хотели бы, чтобы продолжение также было написано вами. Вы не хотели бы, чтобы кто-то еще наживался на вашем блестящем успехе. Поэтому, когда мы вернулись из Америки после нашего первого тура, Пол уже подготовил специально для нас Nobody I Know. Если вы посмотрите на ранние интервью The Beatles, их часто спрашивали: «Что вы собираетесь делать, когда все это закончится?» Действительно, это был тот вопрос, который звучал в каждом интервью. Существовало универсальное и неизменное предположение, что рок-н-ролльная карьера продлится самое большее два года. Джон и Пол всегда отвечали: «О, мы будем писать песни». Они хотели следовать примеру Либера & Столлера, Гоффина & Кинг и других великих дуэтов песенников, которыми они так восхищались.

Что касается нас с Гордоном, то мы с удовольствием записали Nobody I Know, в аранжировке, в которой широко фигурировала большая, красивая акустическая двенадцатиструнная красно-золотистая гитара, которую недавно сделал для меня Gibson. Песня стала хитом, и мы пели ее в туре. Вот так, спасибо вам большое.

O

Гобой

Буква О. И я хотел бы начать с песни, которая звучит почти так же, как если бы она начиналась со вздоха «ох». Это Ob-La-Di, Ob-La-Da.

Я заинтересовался, откуда взялась эта фраза. Пол сказал, что слышал ее от своего нигерийского друга по игре на конге Джимми Скотта, с которым он познакомился в лондонском Bag O’Nails, бывшим в то время очень популярным клубом. Притон музыкантов на Кингли-стрит, идущей параллельно Карнаби-стрит, на западной окраине Сохо. Он был хорошо известен благодаря отличной музыке и беспробудному пьянству (что-то такое я смутно припоминаю!), и следует поздравить Пола с тем, что он вспомнил эту фразу на следующий день и превратил ее в такую прекрасную песню. Но мне кажется, что еще я помню, как Пол однажды сказал мне, что это был кто-то, кто делал доставку в студию и в какой-то момент использовал фразу ob-la-di, ob-la-da, и Полу это понравилось, и он включил ее в песню. Я не уверен. Но в конечном счете я допускаю, что Пол прав: если он помнит о Bag O’Nails, значит, так оно и есть. Конечно, большинство людей просто услышат эту фразу и пропустят ее мимо ушей, думая: «Какое классное выражение», в то время как Пол явно подумал: «Какое классное выражение, из него может родиться блестящая песня». Именно она и родилась.

Я особенно люблю Ob-La-Di, Ob-La-Da, потому что это одна из песен Пола о воображаемых людях, а он очень хорош в этом. К концу песни вы чувствуете, что действительно знаете Десмонда и Молли Джонс, хотя они и ненастоящие. Пол просто придумал их, как часто это делал – как Элеонору Ригби, или Джоджо из Тусона, штат Аризона, или Максвелла Эдисона, или многих других. Люди часто пытаются связать песни Пола с реальными друзьями или людьми, но он был похож на великого романиста или проницательного поэта, хотя, несомненно, черпая образы из реального мира, он придумывал людей и места и создавал вполне правдоподобные короткие рассказы, и именно это делает его песни такими классными. Десмонд и Молли Джонс будут жить вечно благодаря Ob-La-Di, Ob-La-Da, и будем надеяться, что после этого они действительно будут счастливы.

Другая песня, которая начинается с O, является более поздней записью The Beatles, но гораздо более ранней песней The Beatles. Под этим я подразумеваю, что Джон написал ее или, по крайней мере, начал ее писать, когда ему было около пятнадцати лет, а вот записали ее во время одной из более поздних сессий The Beatles для фильма и альбома Let It Be. И эта песня – One After 909. Пол позже объяснил, что это была попытка написать американскую железнодорожную песню в стиле их музыкальных героев. Блюзовый вид песни грузового поезда с вибрацией Хэнка Уильямса, как Midnight Special и прочие замечательные железнодорожные песни. Пожалуй, самой известной английской железнодорожной песней в то время была Rock Island Line, огромный хит нашего скиффл-героя Лонни Донегана. Увлечение скиффлом было интересным и жизненно важным предвестником так называемого Британского вторжения, которое последовало за этим. Похоже, что каждый, у кого была гитара, был членом скиффл-группы, и я (как Пол и Джон) не был исключением. Пара гитар, стиральная доска и несколько наперстков, чайный сундук или бас-корыто (с ручкой от метлы и струной), несколько простых американских фолк/блюзовых мелодий, и вы уже были на пути к успеху. Rock Island Line – это старая песня, восходящая к железнодорожным верфям 1930-х годов, рожденная в самоотверженных музыкальных экспериментах Алана Ломакса, спетая великим Ледбелли и, наконец, записанная Лонни Донеганом, игроком на банджо в лучшей британской джазовой группе того времени – The Chris Barber Band. С его фальшивым американским акцентом, мастерски насыщенным вокалом и преданностью американской музыке, Донеган возглавил собственное Британское вторжение (в 1955 году Rock Island Line вошла в десятку лучших в Америке!) почти за десять лет до того, как их догнали The Beatles и все остальные из нас. Мы думали, что нет ничего более типично американского, чем великая песня железной дороги – поезда, о которых пели Хэнк Уильямс, Сонни Терри или Джонни Кэш, были для них романтикой и тайной, которых у нас дома, казалось, совсем не было.

One After 909, думаю, относится к поезду, который отправляется после 9.09. По-моему, это звучит не очень по-американски. Это больше похоже на Британские железные дороги в их худшем проявлении. Поезд в 9.09, вероятно, был отменен, и вам пришлось ждать следующего. В песне звучат вокал и ритм-гитара Джона Леннона, вокал и бас Пола Маккартни, соло-гитара Джорджа Харрисона, барабаны Ринго Старра и электрическое пианино Билли Престона. Джордж Мартин, Глин Джонс и даже Фил Спектор внесли свой вклад в продюсирование и разработку трека в течение нескольких попыток сделать его как надо. С таким количеством движущих сил можно только благодарить, что первый после 9.09 поезд прибыл благополучно и вовремя.

Я уже сказал о O-песне Пола и O-песне Джона. В следующей О, Old Brown Shoe, Джордж, автор композиции, играет на пианино – редком для него инструменте. Он также наложил гитарное соло и стер ритм-гитару Леннона в пользу органной партии Хаммонда. Old Brown Shoe, кстати, трек стороны «B» The Ballad of John and Yoko, песни, в которой Джордж вообще не появился, так что вполне справедливо, что он здесь играет сразу на нескольких инструментах.

Old Brown Shoe получила второе дыхание, потому что была исполнена в легендарном Concert for George, который состоялся в Лондоне в 2002 году, через год после его сокрушительной смерти в возрасте пятидесяти восьми лет. Это был удивительный концерт, одно из самых замечательных шоу. Гэри Брукер из Procol Harum[111], потрясающий пианист и душевный певец, исполнил Old Brown Shoe с удивительной командой, которая была собрана для этого концерта и включала Эрика Клэптона, Джима Келтнера, Дхани Харрисона и Альберта Ли. Эрик Айдл из Monty Python тоже был там и помог с организацией шоу. Это было сногсшибательное событие и удивительная команда вдохновенных музыкантов.

Своя О есть и у Ринго, добавим в микс его сольный трек Oh My My. Эта песня была спродюсирована Ричардом Перри, и в ней также сыграли и спели отличные исполнители. Бэк-вокалистки – Мерри Клейтон (известная женским вокалом на Gimme Shelter и многих других удивительных треках), и Марта Ривз (та самая Марта из Martha and the Vandellas). Ринго написал песню вместе со своим другом Вини Понсия[112]. На треке Билли Престон играет на клавишных, Ринго и Джим Келтнер – на барабанах, Клаус Вурманн – на басу, а Том Скотт – соло на саксофоне. Это запоминающаяся и энергичная песня. Она была большим хитом и всегда является ключевой частью живого шоу Ринго с его удивительной группой All-Starr Band.

Теперь, когда О соприкаснулись с каждым из битлов, я хотел бы пойти в другом направлении и поговорить об инструменте, который начинается с буквы O: гобой (the oboe). На пластинках битлов не так уж много гобоя, что довольно странно. И я скажу вам почему. Пока Пол жил у нас, он очень часто слышал гобой. Как я уже упоминал, моя мать была профессиональной гобоисткой. Я сам немного научился играть на гобое. Сейчас, наверное, мог бы разыграть только уродливую и крякающую гамму До мажор. И одно из самых странных совпадений состоит в том, что кое-кто еще, кто играл на гобое, является ключевой фигурой в нашей истории, блестящий продюсер The Beatles сэр Джордж Мартин. У кого же Джордж Мартин научился играть на гобое, спросите вы? Ответ, как это ни удивительно, прост – у моей матери. Задолго до того, как моя мать познакомилась с Джорджем Мартином как с продюсером The Beatles, она познакомилась с ним как со своим учеником в Гилдхоллской школе музыки и драмы, где учился Джордж, и научила его играть на гобое, который стал его основным инструментом наряду с фортепиано.

Гобой – тяжелый инструмент для игры. Это член семейства инструментов с двойным аэрофоном, что означает, что, в отличие от кларнета или саксофона, у которых один аэрофон закреплен на небольшом кусочке дерева, у гобоя их два, хлюпающих вместе, точно так же, как когда вы в детстве дуете через травинку или настоящий тростник и издаете этот скрипучий звук. Остальная часть семейства двойного аэрофона идет от фагота (или даже контрафагота), который очень низок, через гобой д’амур, охотничий гобой, или английский рожок, до гобоя, который играет самые высокие ноты. Мой любимый – это английский рожок, что-то вроде гобоя с более низким звуком. Он очень печален и красив. Как я уже упомянул, ни в одной битловской песне нет соло гобоя как такового. В паре оркестров наверняка они звучат. Конечно, есть гобои и в большой аранжировке Ричарда Хьюсона The Long and Winding Road, и в оркестре для A Day in the Life и так далее. Но если вы хотите услышать, как звучит английский рожок, вы можете найти его на стороне B большого хита, автором слов которого был Пол Маккартни. И этот большой хит, A World Without Love, был записан (как вы уже знаете!) группой Peter&Gordon. На другой стороне – песня, которую сочинили мы с Гордоном, If I Was You, композиция с английским рожком. Так что, если у вас есть старая A World Without Love c 45 оборотами в минуту, переверните ее и проиграйте. А если нет, то вы, конечно, можете найти ее в Сети.

Возвращаясь к The Beatles и неохотно отдаляясь от гобоя, приведу любопытный факт, связанный с буквой О. В своей сольной карьере Джон Леннон и Джордж Харрисон написали и записали две песни, которые имеют почти одинаковые названия – настолько близкие, насколько можно ими быть, не будучи на самом деле таковыми. Есть разница между: Out the Blue и Out of the Blue. Два совершенно разных музыкальных произведения, написанных разными битлами, но с очень похожими названиями. Первая – из альбома Джона Mind Games, превосходная песня Out the Blue, жемчужина, которой не всегда отдают должное. Прекрасная баллада о Йоко, полагаю, даже адресованная Йоко, несмотря на то что она была выпущена в то время, когда они были в разводе. Песня о внезапности и силе любви, полная авантюрных лирических поворотов, таких как Like a UFO you came to me and blew away life’s misery («Как НЛО ты пришла ко мне и сдула все жизненные невзгоды»). Кто-то может посчитать это излишним, но когда Джон встретил Йоко, она, вероятно, действительно казалась немного чужой и непознанной, определенно не похожей ни на одну женщину, которую он встречал раньше. И сама композиция полна интересных музыкальных моментов, с элегантным и сдержанным (почти фолк) фингерстайл-вступлением акустической гитары, внезапным и резким грувом американской ритм-партии Джона, а также богатым и сложным фортепианным соло от Кенни Ашера, все это происходит над очень оригинальным набором изменений аккордов. Они замысловаты, но не отвлекают внимания.

Для сравнения, Out of the Blue Джорджа Харрисона – это инструментальный трек, джем с участием невероятно талантливых музыкантов, друзей Джорджа. Джордж, как обычно, играет на гитаре. Клаус Вурманн на этот раз играет на гитаре, а не на басу, потому что басовую партию исполняет Карл Рэдл. Припоминаю, что это был довольно долгий джем, вероятно, как раз той продолжительности, чтобы приготовить мартини или что-нибудь еще, что вам нравится, когда вы слушаете его. Джордж всегда казался заинтересованным идеей сидеть на одном аккорде в течение длительного времени и наблюдать, к чему может привести углубленное исследование этого единственного аккорда (в данном случае это был До минор).

Теперь перейдем к очень известной O-песне в исполнении группы The Beatles, к той, которую, я уверен, вы ожидали, и я не разочарую вас. Это великая песня Ринго Octopus’s Garden, которую он не только спел, но и написал.

В последнее время я читал об осьминогах и обнаружил, что у них действительно есть своего рода сады, называемые мидденами. Осьминог собирает маленькие кусочки стекла и раковин, а также любые сокровища, которые он может найти (часто включая кости или раковины своей добычи), строит небольшую ограду вокруг миддена и делает себе удобный «сад». В конечном итоге получается нечто среднее между мусорной свалкой и частным логовом, а некоторые из них бывают довольно красивыми.

Оказывается, осьминоги чрезвычайно умные животные и поразительно сильные. Однако я обнаружил одну странную деталь, которая немного смущает меня: осьминог занимается сексом только один раз в своей жизни. Они спариваются один раз, у самки около десяти тысяч яиц. Вскоре после брачного ритуала самец быстро угасает. Он теряет яркость. Его глаза затуманиваются. Он перестает есть и вскоре умирает от голода. Боже мой! Мы все бывали виновны в том, что перевернулись на другой бок и заснули, но это уже слишком. И хотя мы говорим о порно с осьминогами, я должен упомянуть, что единственный раз, когда они спариваются, по-видимому, довольно зрелищен. Согласно статье в New York Times, «их спаривание безумно и жестоко, и это похоже на извивающуюся миску спагетти». Что может быть более захватывающим?

В любом случае, я не хотел, чтобы вы слишком циклились на всех этих разговорах о сексе осьминога. Но зато теперь вы знаете, что на самом деле происходит в их садах!

Теперь, чтобы остыть, воскликнем: Ooh! My Soul. И это О-песня Литтла Ричарда, которую The Beatles исполнили на одной из сессий ВВС. Довольно непонятная композиция. Некоторые из сочинений Литтла Ричарда звучат очень похоже, но и он, и Пол Маккартни поют их так хорошо, что я могу слушать их столько, сколько они захотят петь, и столько, сколько Ричард Пенниман (настоящее имя Литтла) хотел бы написать.

Мы не можем говорить о The Beatles и букве О, не отдавая дань уважения художнику, которым The Beatles очень восхищались и с которым один из битлов особенно сблизился. Это артист Рой Орбисон. Рой выделяется в мире рок-н-ролла. Его необыкновенный голос раскрылся еще в детстве, как и его спокойная, сдержанная и скромная манера держаться. Он вырос, слушая всех великих кантри-музыкантов, таких как Лефти Фризелл (отсюда и его Уилберийское прозвище «Лефти»), Хэнк Уильямс и Джимми Роджерс, а также ритм-энд-блюз и оркестровую музыку Мантовани. Все это отразилось в его творчестве. И когда начали появляться хиты (начиная с Only The Lonely), все мы в Великобритании были очарованы. Другого такого певца не было. Когда он попал в оперную и невыразимо красивую высокую ноту Ля в конце Running Scared, мы были не просто тронуты, восхищены, а даже завидовали. Поэтому, когда в 1963 году The Beatles отправились в тур с Роем, они были в восторге. Каждый вечер он неподвижно стоял на сцене, почти прячась за большими толстыми очками и под черными крашеными волосами, и пел своим неповторимым и волшебным голосом. Лично я никогда не имел чести или удовольствия встретиться с Роем, но, судя по всему, он был столь же обаятелен, внимателен и умен, сколь, возможно, замкнут и осторожен, когда его втягивали в роль знаменитой рок-звезды.

Как и Джон, Пол и Ринго, Джордж был большим поклонником Роя Орбисона. А в 1980-е годы, как вы наверняка знаете, он и Джефф Линн сумели привести Роя в блестящую комбинацию музыкантов и певцов, которой стала Traveling Wilburys. Всякий раз, когда Рой поет соло или даже гармонию, его голос ясен и отличителен, как в их дебютном сингле Handle with Care. В другой песне Wilburys, End of the Line, можно очень отчетливо услышать прекрасный голос Роя ближе к концу трека. Рой Орбисон – один из лучших, самых чистых, самых влиятельных и самых узнаваемых певцов в истории рок-н-ролла, и его очень не хватает.

Чтобы закончить главу с буквой О, давайте обратимся к блестящей песне Пола Маккартни и великолепному вокалу с Abbey Road Oh! Darling. Песня имеет некое ощущение 1950-х, а изменения аккорда – флер эпохи doo-wop[113]. И все же, если мы сравним вокал Пола с некоторыми из вокалов Роя Орбисона, которые только что рассмотрели и которые обязаны верностью той же самой эпохе, то мы обнаружим, что они совершенно разные, и это создает интересный контраст. В то время как Рой предпочитал отдавать дань уважения таким певцам, как Хэнк Уильямс, чье мастерство заключалось в том, чтобы каждая нота казалась легкой (хотя ни в коем случае не бесстрастной), в Oh! Darling Пол подражает таким певцам, как Литтл Ричард или Уилсон Пикетт, которые прилагают максимум усилий к каждой ноте, которую они поют. Пол сказал, что он хотел, чтобы вокал звучал так, будто он каждый вечер пел со всем своим могуществом. Он ходил в студию EMI из своего дома неподалеку несколько дней подряд и делал только один максимально мощный полный энергетический вариант песни, пока не получил то, что ему было нужно, пылкий вокал, который возвращает нас назад во времени к экстремальной энергии Long Tall Sally или I’m Down. Этот вокальный стиль чаще ассоциируется с Ленноном, чем с Маккартни, и, несомненно, негласная конкуренция между ними (Джон, как известно, намекал, что он тоже мог бы сделать великолепную вокальную партию на Oh! Darling) сыграла свою роль в экстраординарных усилиях Пола и выдающемся результате.

P

Джон и Пол за пианино

Что касается буквы Р, то я собираюсь начать с самого начала, так сказать, или очень близко к самому началу, с песни с двойной P – Please Please Me. Это был второй сингл The Beatles в Великобритании, но в США в то время никто не обратил на него особого внимания. Это инновационная и замечательная запись, и о ней стоит поговорить более подробно. Среди многих интересных фактов ее рождение.

Please Please Me изначально была написана в гораздо более медленном темпе, чем композиция, которую мы знаем и любим. Когда Джон написал эту песню, она была почти балладой; позже он вспоминал, что его вдохновила композиция Роя Орбисона.

«Я помню тот день и розовое покрывало на кровати, – рассказывал он, – и я слышу Only the Lonely Роя Орбисона или что-то такое». Этот момент и вдохновил его написать прекрасную Please Please Me в грустной тональности. Но у Джорджа Мартина была другая идея. «Я думаю, что это лучше было бы ускорить», – сказал он, и когда The Beatles сыграли в ускоренном темпе, то сразу согласились с этой версией. Так они и записали трек. Если бы Джон изначально использовал Only the Lonely в качестве своего архетипа, это была бы смена темпа от темпа Роя Орбисона около 122 ударов в минуту до финального темпа Please Please Me около 140 ударов в минуту – значительный разгон, и это то, что делает финальную аранжировку гениальной. Джордж Мартин был прав. Здесь вся группа играет отлично, в том числе и Ринго в своих лучших творческих проявлениях. То, как он бьет эту элегантную маленькую раскатистую партию маленького барабана на каждом из фоновых вокальных откликов Come on, красиво синкопированно, и его сбивка в проигрыш (три маленькие однобитные мини-сбивки, первая играется на маленьком барабане, а вторая и третья на том-томе) – шедевр сдержанности и точности, который выводит композицию именно туда, куда ей нужно двигаться.

Only The Lonely, возможно, не была единственной классической записью, которая вдохновила или повлияла на создание Please Please Me. Убежден, что вокальную аранжировку могла вдохновить Cathy’s Clown, написанная и записанная Everly Brothers. В начале этой замечательной записи Дон и Фил в унисон поют Don’t want your love («Не хочу твоей любви»), и на слове «любовь» высокая партия остается на одной ноте, в то время как низкая партия опускается: Дон идет вниз, а Фил остается там, где он есть. Это звучит прекрасно, и я не сомневаюсь, что Джон и Пол восхищались этим моментом так же, как и я. В начале песни Please Please Me Джон и Пол начинают на одной ноте, но Джон поет нисходящую мелодию песни на четверть ноты Last night I said these words to my girl («Прошлой ночью я сказал эти слова моей девушке»), а Пол остается на исходной ноте – Ми, как оказалось, на протяжении всей строки, создавая таким образом очень запоминающийся нисходящий каденционный эффект, который стал сердцем песни.

Я, конечно, не хочу сказать, что Please Please Me – это что-то меньшее, чем оригинальная песня. Как по мне, то это просто обмен идеями. Если запись звучит действительно хорошо, любой из нас возьмет на себя труд услышать, проанализировать и понять, как это было сделано и почему это так звучит. The Beatles, безусловно, практиковали это с музыкой своих кумиров, и все мы практиковали это с The Beatles!

Please Please Me также был заглавным треком первого альбома The Beatles с очень крутой фотографией, на которой они смотрели вниз с лестницы в здании EMI на Манчестер-сквер. Этих лестниц больше нет (здание было разрушено), хотя я однажды читал, что какая-то часть культовой лестницы была спасена, но никогда не замечал этого, когда осматривал новое здание EMI. Может быть, ее спрятали. Тогда, конечно, дом EMI был тем местом, где нужно было побывать, как только Гордон Уоллер и я заключили собственный контракт, мы были в восторге от того, что оказались там. Именно там проходили наши встречи, это была штаб-квартира всего, и именно там The Beatles позировали для той знаменитой фотографии. На самом деле довольно много фотосессий было сделано внутри и вокруг здания и даже в маленьком саду, который находится в центре самой Манчестер-сквер. Дешевое и удобное место, ставшее легендарным и культовым благодаря магии The Beatles.

На альбоме Please Please Me есть так много отличных треков, один из которых P-песня, которая еще больше приближает нас к началу существования самой группы: P.S. I Love You. Она вышла в Великобритании в октябре 1962 года как сторона «B» Love Me Do, их самой первой записи. Ее продюсировал Рон Ричардс, а не Джордж Мартин. Не знаю, почему не Джордж, но штатные продюсеры EMI определенно считали себя командой, и для Джорджа не было ничего необычного в том, чтобы дать Рону какие-то предварительные указания относительно того, чего он хочет достичь, и предоставить ему возможность сделать это. Также это была сессия, на которую Ринго приехал только для того, чтобы найти сессионного барабанщика (Энди Уайта), чтобы тот взял на себя его роль в студии. Энди играл на барабанах на Love Me Do, и Ринго разделил с Энди ударные на P.S. I Love You – несомненно, это был трудный (и, оглядываясь назад, совершенно ненужный) момент для всех заинтересованных лиц. Энди был прекрасным барабанщиком, но теперь ни у кого нет и малейшего сомнения в гениальности Ринго и его необычайном влиянии на саму суть и историю рок-н-ролльной игры на барабанах.

Как и в случае со многими Beatles-треками, есть несколько особенно отличительных элементов, которые делают песню и запись не просто очень хорошей, а уникально блестящей. На моменте you в P.S. I love you, вместо тонического аккорда Ре или возвращения к нему, чего ожидает ваш мозг, песня быстро переключается на аккорд Си-бемоль и заставляет вас ждать два такта для восхитительного разрешения. А нисходящая партия Пола в конце песни You know I want you to remember («Ты знаешь, что я хочу, чтобы ты помнила») – это грандиозно.

Джон отдал Полу все права на эту песню, сказав, что Пол пытается написать песню-письмо, как Soldier Boy, написанная The Shirelles. Пол писал P.S. I Love you в Германии, на пути в Гамбург или из него. Идея песни-письма была, конечно, не нова; такие композиции существуют уже давно. Была даже старая песня с названием P.S. I Love You. Рон Ричардс заявил, что он не думал, что эта песня The Beatles может или должна быть синглом, частично из-за того, что такой хит уже существовал. Но та версия была написана очень давно. Руди Валле записал ее где-то в 1930-х годах. Это неплохая песня, и ее стоит послушать, если вам интересно. Понятно, что версия P.S. I Love You, исполненная Руди Валле и его Connecticut Yankees, была написана не Ленноном и Маккартни, а весьма выдающейся командой авторов – Джонни Мерсером (текст) и Гордоном Дженкинсом (музыка), что приводит нас к неожиданному совпадению. Гордон Дженкинс впоследствии написал прекрасные струнные и оркестровые аранжировки для альбома стандартов Гарри Нилсона A Little Touch of Schmilsson, альбома, которым восхищались и любили все битлы. Еще одна странная и интересная связь.

Буква Р также выводит нас за пределы распада The Beatles, к тому, что я считаю одной из лучших записей и лучших написанных песен, которые когда-либо создавал каждый из битлов и которые начинаются с буквы P. Это песня Ринго Photograph, которая была написана Джорджем Харрисоном и самим Ринго. Песня была записана в Лос-Анджелесе, спродюсирована моим другом Ричардом Перри и срежиссирована Биллом Шни, легендарным и высококвалифицированным звукорежиссером. И она действительно звучит исключительно хорошо. Отличная группа, отличный вокал Ринго и огромный успех.

Ринго также спел ее на Concert for George. Это был один из эмоциональных моментов события, учитывая характер песни и то, что она была спета так скоро после того, как Джордж покинул нас. Я должен добавить пару дополнительных сведений, потому что они важны: Бобби Кис сыграл здесь классное соло на саксофоне, а Джек Ницше организовал оркестр. Я не знаю, в курсе ли вы, кто такой Джек, но он много работал с Филом Спектором. Стена звука[114] была таким же его изобретением, как и изобретением Фила, так что он заслуживает соответствующей похвалы. Он потрясающий аранжировщик и прекрасно поработал над Photograph.

Я не могу упомянуть Фила Спектора (Phil Spector) – еще одно P, – не уделив некоторое время его работе с The Beatles. Фил был одним из величайших гениев звукозаписывающего бизнеса, выпустил несколько лучших пластинок в истории рок-н-ролла, но также был (и, вероятно, до сих пор остается) Безумным Шляпником, обычно вооруженным до зубов, – хотя я должен признать, что последнее уже невозможно, поскольку он в тюрьме. Я встречался с ним пару раз, и это был ужасный и пугающий опыт, особенно на концерте Линды Ронстадт в Universal Amphitheatre в Лос-Анджелесе. Линда, с которой я тогда работал в качестве продюсера и менеджера, знала Фила лучше, чем я. Я был единственным, кто сказал: «О, мы должны позволить ему пройти за кулисы и навестить нас после шоу». Я был его большим поклонником, а Фил для меня – легендой. Но она ответила: «Нет, нет, не надо! С ним будут безумные ребята. Я встречалась с ним, и он сумасшедший!» Я подумал, что она слишком остро реагирует, и все же пригласил его за кулисы, и – о боже – это было ужасно. Он вышел из огромной машины с многочисленными телохранителями и с какой-то немаленькой пушкой в руках. Линда очень благоразумно убежала и спряталась в своей гримерке, а мне пришлось избавиться от него с помощью людей из Universal Amphitheatre. Но в любом случае, кроме этого (и того факта, что он в итоге кого-то убил), он был хорошим парнем и правда сделал несколько действительно невероятных записей. Моя любимая работа Фила Спектора в качестве продюсера, как ни странно, была огромным хитом в Великобритании, но не возымела успеха в Америке, чего я никогда не понимал, потому что это потрясающий альбом. Это песня Айка и Тины Тернер – River Deep – Mountain High. (Айк был включен в кредит, но ему заплатили, чтобы он держался подальше.) Я считаю River Deep – Mountain High величайшим из возможных примеров гениальности Фила – его «Сикстинская капелла», его «Мона Лиза», его «Времена года», его «Мессия». Это образец продюсирования пластинки как мегахита и одновременно высокого искусства.

Как я уже упомянул, Фил Спектор (вместе с Джеком Ницше) создал Стену звука, суть которой заключалась в удивительном средоточии первоклассных музыкантов, причем некоторые из них часто собирались в одной части, чтобы создать тот самый гигантский звук. Это оказало очень сильное воздействие на слушателей и привело к целой серии хитовых записей. Фил был гениальным продюсером, и ряд записей, сделанных им в тот период, стали классическими треками, и в музыкальной среде их считают одними из самых лучших, самых звучных, самых революционных записей.

Фил появился в жизни The Beatles, чтобы спасти Get Back сессии 1969 года и превратить это в альбом Let It Be, кстати, без особого участия самих The Beatles. Я уже писал о том, что он добавил оркестр к The Long and Winding Road, равно как и приложил свою руку и голову и к остальной части проекта. Несмотря на то что Пол был недоволен нововведениями Фила, другие битлы продолжили работать с ним и после того, как группа распалась. Фил спродюсировал My Sweet Lord Джорджа Харрисона и Instant Karma Джона Леннона. С Джоном они даже подружились на какое-то время, пока он не свел с ума Леннона, Фил был настолько блестящим, насколько и непредсказуемым и кого угодно мог привести в бешенство.

По большому счету, The Beatles – вместе или по отдельности – не нуждались в Филе Спекторе, чтобы творить свои хиты, начинающиеся с Р или любой другой буквы. В 1966 и 1967 годах они увидели, как две их P-песни поднялись в чартах, и обе были песнями Пола. Одна из них посвящена роскошно вымышленному персонажу Пола, безымянному, но, безусловно, страстному Paperback Writer. Идеальная пластинка. Я мог бы препарировать ее в деталях, но позвольте мне предложить кое-что еще. Вы уже знаете запись, и вам она нравится. Поэтому в следующий раз, когда вы будете слушать ее, сосредоточьтесь на одной части. Слушайте фоновую вокальную аранжировку. Слушайте лик электрогитары. Слушайте неудержимый грув Пола и Ринго как ритм-партию.

Одна из любопытных вещей в Paperback Writer заключается в том, что это единственная мелодия, которая когда-либо исполнялась вживую на Top of the Pops, большом еженедельном телевизионном шоу в Англии, которое существовало до относительно недавнего времени. Это было шоу, на котором выступали все группы, пожалуй, за исключением Led Zeppelin. Если у вас был хит-сингл, вы были в Top of the Pops. Как правило, вы исполняли песню в прямом эфире, если только вы не были The Beatles, которым разрешалось снимать видео и отправлять их на TV. Вживую они спели там, пожалуй, только Paperback Writer.

Top of the Pops обычно транслировался в прямом эфире из Манчестера в четверг вечером, и это был очень захватывающий процесс, потому что вы с предвкушением ждали понедельника, когда публиковались топ-сорок недели. Если ваша запись вошла в чарты или поднялась, вы знали, что в четверг вы будете в эфире Top of the Pops. Утром вы садились на поезд до Манчестера, появлялись в прямом эфире шоу, и затем самым замечательным было то, что в тот же вечер вы могли пойти в клуб. И провести отличную ночь. Ты был где-то в Манчестере, только что снимался в прямом эфире, пел свой хит, тебя видели тысячи зрителей, и затем заходишь в какой-нибудь крутой клуб, где играют пластинки (иногда даже твои), и там масса очаровательных девушек, жаждущих хотя бы потанцевать с тобой. Это всегда было весело, и мы всегда с нетерпением ждали этого. Позже ВВС перенесли Top of the Pops в Лондон, и в конечном итоге шоу стали записывать на пленку, так что в какой-то момент веселье исчезло. Но в те далекие дни мы прекрасно проводили время в Манчестере, останавливаясь в убогой викторианской элегантности старого отеля Midland.

Я недавно узнал, что записи ВВС с The Beatles, исполняющих Paperback Writer вживую на Top of the Pops, были повторно использованы ради экономии денег, поэтому есть тихое любительское видео трансляции, которое одновременно и печально, и жалко. Paperback Writer вышла на первое место в США немного позже и странным образом. Она возглавляла чарты в течение двух недель, но недели были непоследовательными. Песня стояла на первой строчке, потом ее сбила очень хорошая пластинка, потом эта пластинка, в свою очередь, немного опустилась, и Paperback Writer вернулась на № 1. Кто же этот таинственный нарушитель? Человек по имени Фрэнк Синатра с пластинкой под названием Strangers in the Night. Два поколения безупречности, разделяющие верхние строчки чартов.

Во второй хитовой песне Пола в категории буквы Р также присутствуют вымышленные персонажи, но они обитают в реальном месте: на Пенни Лейн в Ливерпуле. Цирюльник, банкир, пожарный и медсестра – все они были обычными людьми из родного города The Beatles, и в пространстве нескольких нот и нескольких слов Пол оживляет их. В песне есть замечательное соло трубы, на трубе Баха (также называемой трубой пикколо), которая играет в более высоком регистре, чем обычная труба.

Когда я писал о букве О, я потратил некоторое время на обсуждение гобоя, потому что мне нравится включать некоторые музыкальные инструменты, так же как песни и людей, в наше алфавитное путешествие. Теперь я хотел бы обратить наше внимание к самому выдающемуся P-инструменту – пианино. Пианино невероятно важно для каждого музыканта. Почти каждый из них, любитель или профессионал, независимо от того, каким инструментом он владеет в совершенстве, может взять несколько аккордов и нот на фортепиано. Плюс к тому, пианино часто является основным инструментом авторов песен, композиторов и аранжировщиков. Тем не менее это относительно новый инструмент. Пианино, или, если дать ему полное название, пианофорте, – было изобретено по определенной причине. До середины XVIII века главным клавишным инструментом, доступным для личного пользования, был клавесин.

Клавесин звучит очень круто, звенящим, резким звуком. Одно из лучших применений клавесина в песне The Beatles было, когда Джордж Мартин играл на нем в Fixing a Hole. И клавесин здесь сразу выделяется очень специфическим и отличительным тоном. Когда вы нажимаете клавишу на клавесине, то на самом деле вы поднимаете маленький медиатор под струной, пока вы не приложите достаточно давления и, наконец, пинг, он не выдернет струну, точно так же, как это делает медиатор, когда вы используете его для игры на гитаре. Затем струна издает фиксированный ударный звук, но он имеет только один уровень громкости. Независимо от того, нажимаете ли вы клавишу жестко или мягко, сила и объем производимой ноты одинаковы. Это придает почти механическую последовательность всем нотам, которые вы играете.

Проблема заключалась в том, что музыканты не могли играть чутко и мягко на клавесине, равно как и не могли показать динамику. Они хотели нечто, что могло бы перейти от мягкого к громкому, или, по-итальянски, от пиано к форте. Для этого и был изобретен инструмент. Вместо того чтобы перебирать струну медиатором, новое пианино ударяло по ней молотком. Таким образом, если вы мягко нажмете на клавишу, молоток мягко ударит по струне и тихо сыграет ноту. Если вы сильно стучите по клавише, если вы Джерри Ли Льюис, звук будет громким. Вот что было революционным в пианино и почему это по сей день самый используемый клавишный инструмент, даже в эпоху электронных клавиатур – он невероятно и уникально отзывчив.

P для пианино открывает перед нами множество композиций. Прежде всего я должен отметить одну легендарную фортепианную песню Джона Леннона. Вы наверняка знаете, о чем я. Есть видео, где он играет на прекрасном белом инструменте. Это песня, которая была перепета много, много раз. Настоящий шедевр – Imagine. Если вы давно ее не слышали, непременно послушайте. Вы будете рады.

У Пола огромное количество песен, сыгранных на пианино, но я понимаю, что уже рассказал вам о лучших из них. Буква L была особенно богата такими песнями, как Lady Madonna, Let It Be и Lovely Rita. А есть еще много других, в том числе Martha My Dear и Good Day Sunshine, в последней из которых партию фортепиано играл Джордж Мартин, как и в песне Джона In My Life.

Прежде чем мы оставим букву Р, я хотел бы включить в нашу фортепианную дискуссию еще одну песню. Загадочным образом на записанной версии этой композиции нет пианино. Однако эта песня неразрывно связана в моем сознании с конкретным роялем и останется таковой навсегда. Я уже рассказывал эту историю раньше, поэтому не буду повторять ее здесь. Достаточно сказать, что, хотя эта песня идеально подходит для гитар, я все еще слышу в своей голове ту чудесную и удивительную версию фортепианного и вокального дуэта, которую я слышал в подвальной музыкальной комнате моей семьи десятилетия назад: I Want to Hold Your Hand.

Q

Гитара True Love Ways, подаренная мне Образовательным фондом Бадди Холли

Мы дошли до буквы Q.

Уверен, что некоторые из вас, возможно, задавались вопросом, что будет делать Питер, когда он доберется до «трудных» букв? Ответ в том, что на самом деле мне пришлось просто чуть дольше поразмышлять. Есть только одна песня, связанная с битлами, которая начинается с Q, и я скоро к ней перейду. Но если копнуть глубже, то вопрос открывает целый ряд возможностей. Так что не волнуйтесь, впереди много интересного материала, вдохновленного Q.

Я собираюсь начать с очень ранней записи The Beatles, когда они еще не были битлами.

Это была скиффл-группа под названием The Quarrymen, прекрасное название, начинающееся, конечно, с буквы Q, и, что еще лучше, они играли песню одного из моих самых любимых певцов и авторов, великого Бадди Холли. Любительская запись, сделанная на одном микрофоне в 1958 году, – That’ll Be The Day, – была песней Бадди. Джон был первым начинающим битлом, который стал членом группы The Quarrymen, затем, в октябре 1957 года, к ним присоединился Пол, и в начале 1958-го, Джордж. В то время увлечение скиффлом было на пике популярности; в своей книге Билли Брэгг[115] предполагает, что в Великобритании в 1950-е годы могло быть до пятидесяти тысяч активных скиффл-групп. The Quarrymen, очевидно, уже соскальзывали от скиффла в рок-н-ролл (как с точки зрения инструментария, так и аранжировки). Когда они записали That’ll Be The Day – Джон бросил пару отличных hiccups[116] Бадди, а соло Джорджа было очень близко к оригинальному, они все еще следовали скиффл-традиции держать аранжировку очень простой. На самом деле они превратили That’ll Be The Day в настоящую трехаккордовую песню (в ля мажоре), пропустив аккорд B7, который должен был бы предшествовать E7 на that’s some day when I’ll be through («это будет день, когда я устану»), – и они также опустили тяжелые триплетные акценты на последнем you make me cry («ты заставляешь меня плакать»). И все же в превосходном вокале Джона, в его гармониях и соло уже можно услышать намеки на грядущее величие рок-н-ролла.

Бадди Холли, конечно же, оказал огромное влияние на группу, причем во многих отношениях. Как вы, вероятно, знаете, одна из причин, по которой они рассматривали Beatles как имя, в первую очередь, заключалась в том, что их вдохновили на это The Crickets, группа Бадди Холли. Они узрели энтомологический мир как возможный источник для классных вариантов названия. Ирония заключается в том, что будущие битлы думали, что The Crickets было очень крутым названием команды, потому что оно состояло из каламбура, ссылаясь как на насекомых, так и на игру. Позже они узнали, что сами The Crickets ничего не знали об игре в крикет, поэтому фактор каламбура был для них невидим и не играл никакой роли при выборе названия. Но это не помешало The Beatles включить каламбур (beat&beetles) в свое собственное имя.

The Beatles, как и я, были большими поклонниками всех блестящих песен, написанных Бадди Холли. В нашем с Гордоном репертуаре большого успеха достигла дуэтная версия True Love Ways, кроме того, я спродюсировал пару песен Бадди Холли с Линдой Ронстадт (That’ll Be The Day и It’s So Easy) и еще одну с Джеймсом Тейлором (Everyday).

Я упомянул, что есть только одна настоящая песня Q, которую я смог найти в каталоге The Beatles, The Quarrymen, Джона, Пола, Джорджа, Ринго или любого из их проектов. Я собираюсь поговорить о ней прямо сейчас. Это почти то же самое, что выбрасывать свои старшие карты в покере с высокими ставками. Но, черт возьми, возможно, это заставит нас стать более предприимчивыми, когда мы углубимся в Q.

Единственная песня Q, которую я мог найти, называется Queenie Eye, и она взята из отличного альбома Пола Маккартни 2013 года New. Судя по всему, queenie eye – уличная игра, популярная в Ливерпуле. Наверное, она так и не дошла до Лондона, потому что я никогда не играл в нее и не слышал о ней, но, может быть, мои друзья и я не болтались на улице, а будущие битлы болтались. Кто знает?

Имя Queenie (Куини) наводит на мысль о том, что Куини – это имя матери Брайана Эпштейна. Он часто говорил о ней с большой любовью. Я никогда не встречался с ней, но знаю, что она была невероятно важна в жизни Брайана и, возможно, была единственным человеком в мире, которого Брайан любил больше, чем The Beatles.

Итак, теперь, когда мы сказали о The Quarrymen, Queenie Eye и Куини Эпштейн, давайте действительно исследуем букву Q. Это начальная буква довольно большого количества музыкальных терминов, самым важным из которых для нас является квартет.

Это слово, вероятно, наводит на мысль о струнном квартете, а The Beatles действительно любили и использовали струнные квартеты. Можно было бы легко догадаться, что струнный квартет будет состоять из скрипки, альта, виолончели и баса, точно так же, как вокальный квартет будет состоять из сопрано, альта, виолончели и контрабаса. Но струнный квартет так не работает. Традиционный струнный квартет – это первая скрипка, вторая скрипка (играющая партию чуть ниже), альт и виолончель. И этот состав, традиционный и совершенно классический, – это то, что мы слышим во «Временах года» Вивальди или в любом другом великом произведении, написанном для струнного квартета. Некоторые из моих любимых – это квартеты Бартока, которые немного менее очевидно мелодичны и более интенсивны, даже панковаты в своем подходе. Но я отвлекся. Струнный квартет The Beatles пользовался наибольшей известностью, появившись на песне Yesterday. Это стало примером того, как сочетать поп-песню и струнный квартет.

Никто раньше не делал этого лучше, и я не думаю, что с тех пор кто-то сделал это лучше. Это шедевр записи и великолепная струнная аранжировка Джорджа Мартина, который в основном следовал указаниям Пола Маккартни, а затем применил свой собственный гений и мастерство для оркестровки. Как только Пол понял, на что способен струнный квартет, ему стало ясно, какие строки, мелодии, контрапункты и аккорды, по его мнению, подойдут к его песне, и он оказался прав.

Я уверен, что вы все знаете историю этой песни, но если нет, то ее стоит повторить. Пол проснулся с полностью сформировавшейся мелодией в голове, но без всякой лирики. Во-первых, он подумал, что это должно быть что-то, что он уже где-то слышал, и спросил всех, что это за мелодия. Когда я говорю «всех», я имею в виду мою мать, которая была одной из первых, кого он увидел в тот день, так как жил в нашем доме. Меня там не было. Мама сказала Полу, что она не узнает эту мелодию и никогда ее раньше не слышала. После того как многие другие подтвердили это, Пол наконец понял, что он написал это волшебным образом в своей голове. Сначала он назвал ее Scrambled Eggs («Яичница-болтунья»), просто потому что ему нужна была временная фраза, которая бы соответствовала этой схеме скандирования да-да-да, и в конце концов он придумал крутейшую поэтику о вчерашнем дне.

Струнный квартет обладает красивым, тонким и эмоциональным звучанием. Но для Eleanor Rigby, аранжировкой которой тоже должен был заниматься Джордж Мартин, Пол хотел более интенсивного звучания. Как я уже упоминал ранее, они достигли этого, поставив микрофоны близко к двойному струнному квартету. Вот почему песня звучит менее гладко, чем Yesterday, и более «хрустяще». Блестящая аранжировка. Eleanor Rigby сочетает в себе трогательную историю, великолепный вокал и прежде всего восемь необычайно хороших струнников, играющих так красиво и атакующих каждую четверть ноты, или каждую crotchet, как мы привыкли называть их, с рвением и точностью, которые придают песне такой необыкновенный эффект присутствия.

Если продолжить говорить о квартетах, то, конечно, главный квартет находится прямо перед нами. Это ясно как белый день, и этот квартет – сами The Beatles. Конечно, в записях, которые они делали, The Beatles часто накладывали один инструмент на другой, удваивали свой вокал и делали дополнительную работу, которая могла рассматриваться как выходящая за рамки концепции квартета. Но сутью рок-н-ролльной группы часто является квартет. А в данном случае это две гитары, бас, барабаны и пара певцов. Поэтому здесь я решил найти отличную чистую квартетную версию песни The Beatles и выбрал запись ВВС Ticket to Ride, потому что они играют песню один раз, в ней нет никаких наложений, никаких студийных настроек или трюков, ничего, кроме четырех инструментов и живого вокала. Это The Beatles в их самом квартетном виде на букву Q.

Как мы можем услышать в Ticket to Ride, The Beatles пели очень сильно. Я думаю, что это было что-то, чему они научились в Гамбурге, где в клубах стоял дикий шум, а звуковые системы были не особо хороши. Слышать, как они играют вживую в обычной среде без усилителей, было, конечно, очень впечатляюще. Я отчетливо помню, как сидел с Джоном и Полом, когда они учились чему-то на гитаре или на пианино в нашем доме, и их вокал был впечатляющим. Не просто громко, а сильно, проникновенно и метко.

В противовес мне пришло в голову задаться вопросом, поскольку мы имеем дело с буквой Q, что можно было бы считать самой тихой песней The Beatles. Я полагаю, что претендентом была бы Julia. Трудно выбрать, но, в конце концов, я бы пошел другим путем, взяв песню из White album. Итак, из-за чрезвычайно скромного выбора с буквой Q я предпочел Blackbird. Мягко топающие ноги Пола, почти классически сдержанная отобранная гитарная партия и созерцательный вокал. Исключительная композиция.

Мне также пришло в голову, что буква Q означает вопрос (question). И вот я начал задаваться вопросом, сколько песен битлов задают вопрос. И ответ заключается в том, что таких песен много. Этот список позволяет сделать интересную подборку из различных Beatles-эпох.

Я начну с раннего и очень очевидного вопроса, поставленного Джорджем Харрисоном: Do You Want to Know a Secret? Джон Леннон (основной композитор) не создавал ее специально, размышляя о Джордже, но как только песня появилась, Джон подумал, что она будет хороша для него. Джон пошел на это, потому что в то время Джордж не был опытным певцом, сосредоточившись на гитарном мастерстве, у него был ограниченный голосовой диапазон, что сделало эту песню идеальным выбором. Я всегда задавался вопросом об одном из самых запоминающихся фрагментов, нисходящих аккордах в самом первом такте (после слова listen («слушай»). Любопытно, был ли Джон вдохновлен, услышав ту же самую последовательность (в тональности на полшага ниже) в песне, которую они перепевали, Till There Was You (под словами heard them at all («слышал их всех») – это работает блестяще в обоих случаях.

Обратившись к годам, последовавшим сразу после распада, предлагаю Джону предоставить возможность задать вопрос. How Do You Sleep? – вопрос, адресованный Полу Маккартни самым публичным образом. К этому времени дружба и невероятно плодотворное сотрудничество между этими двумя выдающимися музыкантами окончательно испортились, и их единственными связями были адвокаты, иногда – пресса и песни. Джон был убежден, что Пол послал ему несколько «закодированных» (и оскорбительных) сообщений в своем альбоме Ram 1971 года, и поэтому он чувствовал себя вправе ответить решительно.

Я помню, что незадолго до этого, когда еще случались личные встречи в офисах Apple, было несколько случаев, когда битлы очень горячо спорили между собой (мы могли слышать крики через дверь), но, по крайней мере, они общались. Полагаю, что общение через музыкальную прессу и тексты песен было еще хуже.

Теперь, конечно, чтобы быть справедливыми, вопрос должен задать Пол. А песня, которую я выбрал: What You’re Doing? В начале песни можно и не понять, стоит ли там вопрос или это просто утверждение: Look what you’re doing («Смотри, что ты делаешь»). Но затем монолог разворачивается: Would it be so much to ask of you/What you’re doing to me? («Разве это так уж много – спрашивать тебя о том, что ты делаешь со мной?») Внезапно возникает важный вопрос.

Ну и еще один участник в череде вопрошающей четверки – Ринго. Он вступает в игру с вопросом: What Goes On? Эта песня на самом деле восходит к эпохе The Quarrymen; Джон написал большую часть песни еще тогда, и она была воскрешена (вероятно, изменившись в процессе с фолк-скиффл-трека на кантри-звучание) с помощью Пола и даже Ринго. На самом деле эта песня – единственная, которую когда-либо приписывали Леннону, Маккартни и Старру.

Пол Маккартни задал важный вопрос в другой песне, на который честный ответ, вероятно, звучит так: Because we’d be arrested! («Потому что нас арестуют!») Вопрос был: Why Don’t We Do It in the Road? Благодаря стараниям Пола чувства Джона были задеты тем, что Пол записал его только с Ринго и вообще не включил Джона. Пол сказал, что просто так сложилось и в этом не было никакого преднамеренного пренебрежения, и, конечно же, Джон сделал то же самое с The Ballad of John and Yoko, которая исключала Ринго, поскольку Пол играл на барабанах. Я понятия не имею, что чувствовал Джордж. Why Don’t We Do It in the Road? – это блестяще исполненный блюзовый вокал от Пола, записанный во время финальных сессий для White album. Трек включает в себя необычайно интенсивный и страстный вокал Пола с замечательным октавным прыжком в фальцет и обратно; блестяще минималистскую барабанную партию Ринго, которая идеально подходит для хлопков и перкуссии; и превращение Пола в Элмора Джеймса на слайд-гитаре. По-видимому, этот вопрос пришел к нему во время пребывания в Ришикеше, когда он увидел обезьянью пару, делающую это на дороге без каких-либо сомнений относительно публичного характера происходящего. Полагаю, что только эволюционный биолог может действительно ответить на вопрос, почему мы (обычно!) так этим не занимаемся. Я пока просто соглашусь с цитатой легендарной актрисы начала прошлого века миссис Патрик Кэмпбелл, которая спросила: «Разве имеет значение, что делают эти любящие друг друга люди, если только они не занимаются этим на улицах и не пугают лошадей?» Сегодня этот момент может касаться современных автомобилистов, так что, возможно, это и есть ответ на вопрос Пола.

Не все вопросы битлов были печальными. Они были самыми разнообразными. Иногда это были даже не вопросы как таковые, а скорее просьбы, как в Ask Me Why, треке, записанном в 1962 году, но со звуком, более напоминающим 50-е годы. В нем есть квинтэссенция американского, приправленного doo-wop вокала Джона с голосами Пола и Джорджа, которые обязаны гораздо больше замечательным мелодичным аранжировкам Смоки Робинсона и The Miracles, чем любому раннему британскому рок-н-роллу или скиффлу.

Прежде чем закончить эту «ворчливую» часть главы, я сам хотел бы задать два вопроса, которые The Beatles переняли у других. Первый – очень простой вопрос, на который обычно дается утвердительный ответ. Это ранняя песня The Beatles Ain’t She Sweet. Я описываю ее как песню битлов, но на самом деле она происходит из еще более ранней эпохи. Ain’t She Sweet была написана в 1927 году Милтоном Эйджером и Джеком Йелленом в честь дочери Эйджера, и в ревущие 1920-е годы она была огромным хитом. Это отличная песня и интересный выбор ранних The Beatles.

Придерживаясь темы ain’t, лет через двадцать пять Фэтс Домино написал песню, которая была любимой у всех нас, включая The Beatles. Джон Леннон записал ее на своем рок-н-ролльном альбоме, и это Ain’t That a Shame. Признаю, что если бы мне пришлось выбирать единственную версию, которую можно забрать на пресловутый необитаемый остров, я бы выбрал оригинальную версию Фэтса, но я восхищаюсь экспериментальной храбростью попытки Джона. Ленноновский кавер полностью меняет ритм, удаляя триплетное ощущение фортепианной партии Фэтса и заменяя его более «прямой» фортепианной партией, все еще новоорлеанской, но без свинга. И так как я поклонник вокала Джона, нагрузка его голоса эффектами (как это было в Ain’t That a Shame) вызывает у меня вопросы.

Это подводит нас к концу моего списка песен, так или иначе связанных с вопросами. Надеюсь, это не вызвало у вас раздражения, поскольку я задал много вопросов, на которые мало ответов, но это то, что делает Q.

Q также приводит нас к довольно редкому в классической музыке. Это латинский термин quodlibet[117] («кводлибет»). И означает он «как вы пожелаете». Это комбинирование небольших музыкальных цитат других композиторов в своем творчестве. Такое использование довольно распространено в классической музыке и уж тем более в рок-н-ролле и джазе. Иоганн Себастьян Бах очень любил кводлибет, и семейная игра в доме Баха, как говорят, была игрой в кводлибет, в которой Бах играл на органе и вставлял в свое произведение шестнадцать или около того небольших цитат других композиторов. Только его дети и остальные члены семьи могли угадать и идентифицировать этих композиторов и музыкальное произведение, из которого была взята цитата. Наверное, это не так уж просто, но мне кажется, что быть ребенком такого гения, как Бах, вообще непросто. Очевидно, когда он не был в своем кабинете, сочиняя очередной хит, или когда он не был занят в концертной деятельности, именно так он и расслаблялся. Вы, конечно, знаете, что Бах был искусным органистом и блестящим композитором, и в основном он играл церковные концерты. Поэтому (чтобы сделать глупое современное сравнение) я думаю, что он был не только Ленноном и Маккартни своего времени, но и Билли Престоном своего времени.

В каталоге The Beatles я могу вспомнить одно выдающееся использование кводлибета. Может, кто-то из вас вспомнит еще что-либо в этом роде. Песня The Beatles, которая, как я знаю, содержит цитаты из других произведений, – это All You Need Is Love, в которой есть цитаты из La Marseillaise и She Loves You, одна в начале и одна в конце. Интересно отметить, что эти две цитаты, вероятно, одинаково хорошо знакомы широкой аудитории. Думаю, что автор отдает себе отчет в подобном цитировании и в том, что его песня становится так же знаменита, так же отличительна и так же мгновенно узнаваема, как один из главных национальных гимнов западной цивилизации! Каждая из этих цитат может быть узнана большинством слушателей всего в нескольких нотах. Их использование в глобальной прямой трансляции All You Need Is Love в июне 1967 года увеличило универсальность и значимость события и даже добавило некое присутствие Чарльза Айвза[118], будто развивается одновременно – и музыкальный сюжет, и драматический.

R

The Beatles с одним из своих кумиров (и моим), Литтлом Ричардом

Я рад, что добрался до буквы R, потому что это дает мне возможность поговорить об одной из моих самых любимых песен The Beatles, а именно Rain.

Люблю этот трек. Все в нем просто невероятно. Необыкновенная песня, великолепная аранжировка. Потрясающая басовая партия. Я имею в виду очень оригинальную и специально подобранную басовую партию Маккартни, и, как я уже упоминал ранее, ударные сбивки Ринго, столь же поразительные, как и звук самого малого барабана на этом конкретном треке. Какую бы формулу Ринго, Джордж Мартин и Джефф Эмерик не использовали для звука малого барабана, это превосходно. И Ринго использует малый барабан и хай-хэт как часть каждой из своих блестяще составленных сбивок, что и делает их столь оригинальными. Думаю, что это одна из самых интересных работ Ринго.

Было бы интересно изучить, как нечто подобное обычно происходит в студии. То, как в итоге звучит малый барабан, является результатом целого ряда решений. Прежде всего это зависит от того, какой малый барабан используется. Есть большие и маленькие, деревянные и латунные, а также множество вариаций и вариантов. Существуют различные виды барабанных головок: толстые и тонкие, настоящие телячьи и синтетические. Головки можно настроить, поворачивая различные болты, которые прикрепляют головку к барабану, затягивают или ослабляют кожу самой головки, повышая или понижая частоту звука, который она производит.

Резонанс барабана также можно изменить, надев что-то на головку, чтобы ослабить вибрации, – футляр, сидящий на головке, довольно распространенный трюк; и Ринго иногда накидывал чайное полотенце на всю головку, чтобы почти полностью приглушить резонанс. На барабане можно играть легкими палочками, тяжелыми палочками или даже кистями. И у инженера есть множество вариантов выбора и размещения микрофонов. Каждый барабан может иметь свой собственный микрофон, а иногда и два – один сверху и один снизу. Набор в целом может быть подключен к одному микрофону (моно) или к двум микрофонам (стерео) над ним, известным как верхние микрофоны. Когда сигнал от этих микрофонов достигает аппаратной, он может быть обработан несколькими способами, наиболее распространенными из которых являются «коррекция» (эквалайзер) и «ограничение и компрессия». Эти мистические термины на самом деле очень просты. Эквалайзер – это причудливая и в конечном счете гибкая версия регуляторов высоких и низких тонов, которые вы найдете на домашнем оборудовании, инженер может сделать звук таким хрустящим или таким гулким, каким вы пожелаете, с тонкой вариацией между ними. Ограничители и компрессоры – это устройства, которые, попросту говоря, автоматически уменьшают громкие биты и увеличивают мягкие биты, чтобы правильно соединить все части вместе. В умелых руках использование этих техник является важным искусством на протяжении всего процесса записи и микширования.

Однако ни одна из этих техник не имеет такого большого значения, как то, кто играет на барабанах и что играет барабанщик. Когда я ранее описывал сбивки Ринго как «сдержанные», я тщательно подбирал это определение. Придумал ли он их на месте или заранее, в них нет ничего случайного. Блестящий способ, которым он интегрировал хай-хэт и малый барабан в то, что обычно было просто сбивкой том-тома, был идеальным, элегантным и очень оригинальным.

Так уж вышло, что недавно у меня был разговор с Ринго именно на эту тему. Я сказал ему, что с восхищением писал о его барабанных сбивках, и он выразил любопытство, какие из них были моими фаворитами. Когда я упомянул Rain, он сказал, что это действительно особый случай: на этом треке он играл в иной стилистике (какие барабаны он использовал и в каком порядке), чем на любой другой записи The Beatles до или после Rain. И все же мне очень трудно выбрать фаворита, даже если Rain получит свою собственную категорию, у Старра в арсенале масса отличных брейков на выбор!

Еще одна интересная вещь, связанная с Rain, как я уже упоминал ранее, заключается в том, что она была замедлена где-то в процессе микширования или сведения. Итак, если вы попытаетесь выяснить, в каком ключе находится запись, она будет немного резковатой Фа, но я предполагаю, что она была записана в Соль или, возможно, даже Ля, а затем ее замедлили. Это не только изменило темп, но и снизило высоту тона и фактический тон каждого инструмента. Каким-то образом каждый шаг The Beatles и Джорджа Мартина, сделанный в записи и производстве Rain, и каждый выбор, который они сделали, когда работа над ней приближалась к завершению, были совершенными.

Rain – это трек Джона Леннона, и он показывает, насколько экспериментальным и творческим он стал к 1966 году. Конечно, Джон никогда не забывал своих рок-н-ролльных корней, которые мы можем услышать в раннем кавер-треке The Beatles в категории R, написанном Чаком Берри: Rock and Roll Music. Группа записала его в один дубль, с живым вокалом Джона. А потом они наложили трех пианистов, которые одновременно играли на одном и том же пианино Steinway.

Пианистами были Джон Леннон, Пол Маккартни и Джордж Мартин. Я понятия не имею, кто играл какие именно части фортепианной партии. Хотя, конечно, было бы очень интересно разобрать сольный фортепианный трек и попытаться выяснить, кто что играл, потому что по уровню фортепианного мастерства – Джон Леннон в конце списка, Пол Маккартни в середине и Джордж Мартин в топе. Сложный материал, скорее всего, был сыгран Джорджем Мартином, промежуточный – Полом, а основной – Джоном. Как бы то ни было, их усилия объединились для создания необыкновенной фортепианной партии и великолепного трека.

Теперь я хотел бы перейти к другой песне, которую также перепевали The Beatles, где и песня, и исполнитель используют букву R. Песня Rip It Up Литтла Ричарда, которую The Beatles пели в своем живом выступлении, плюс к тому, есть записанные версии того, как они это делают. Но, честно говоря, оригинальную версию Литтл Ричарда невозможно превзойти. Он был блестящим пианистом, хотя, как ни странно, в его первой версии не было никакого пианино. Это редкая аранжировка: красивые духовые партии и прекрасный вокал. Когда вы слушаете его, обратите внимание на крик, переходящий в соло, крик, который, безусловно, повлиял на Пола Маккартни. Это тоже замечательная песня.

Rip It Up была написана в соавторстве с Робертом «Бампсом» Блэкуэллом, которого я тоже очень люблю. Он написал и спродюсировал множество пластинок Литтла Ричарда. Это он спродюсировал Tutti Frutti. Это он написал в соавторстве Long Tall Sally, и Good Golly Miss Molly, и Ready Teddy. Он также спродюсировал You Send Me для Сэма Кука, одну из моих самых любимых пластинок. А потом он спродюсировал несколько песен для альбома Боба Дилана. Кто бы мог подумать? К сожалению, умер он слишком рано, в 1985 году.

Вернемся к самим The Beatles и двойной песне R, которую мы никак не можем пропустить: Rocky Raccoon. Она начинается как разговорный блюз Вуди Гатри, и в ней есть ссылка на умную Библию Гедеона. Вы и по сей день можете найти ее в гостиничных номерах Америки. Должно быть, кто-то все еще ходит и кладет ее во все прикроватные ящики.

Как я уже сказал, я очень люблю песни Маккартни, которые, как повествовательные истории, образуют интересный литературный сборник рассказов, или одноактных пьес, или что-то в этом роде. Это очень круто. Было бы интересно составить в какой-то момент (я уверен, что кто-то уже сделал это) список всех персонажей, которых Пол создал. В данном случае я имею в виду девушку, чье настоящее имя было Мэгилл, которая называла себя Лил и была известна как Нэнси, или ее мужа Дэна, самого Рокки Ракуна. Так много людей, которых Пол лишь вообразил, теперь имеют реальные характеры и индивидуальность и фактически стали частью нашей жизни. Не говоря уже о Вере, Чаке и Дейве. Думаю, что теперь они все выросли. Где они сейчас? Как у них дела? Надеюсь, что все хорошо.

Из мира Пола предлагаю вернуться в мир Джона и посмотреть на песню, которую он, по-видимому, не очень высоко оценил, – Run for Your Life. Он даже выразил неприязнь к этому треку, сказав, что это один из его наименее любимых. И действительно, позднее он попал в какую-то неприятность из-за фразы: I’d rather see you dead, little girl, Than to be with another man («Я бы предпочел видеть тебя мертвой, малышка, чем с другим мужчиной»), которая в настоящее время считается неприемлемой. И это справедливо. Хотя в защиту Джона мы должны отметить, что он заимствовал этот конкретный лирический текст из песни Элвиса Пресли Baby Let’s Play House, написанной Артуром Гюнтером. И, несмотря на презрение Джона, мне очень нравится Run for Your Life. Вдобавок к обычной акустической партии Джона, постукивающего на Gibson J-160E, я люблю две пересекающиеся части электрогитары, вступительный гитарный рифф, который повторяется позже, а также слайд-партию. Несмотря на то, что обе они не настроены в рамках традиционных стандартов (как и многие старые блюзовые пластинки), они объединяются и создают настроение раскачивающейся меланхолии, которое соответствует вокалу. И мне очень нравится структура аккордов и фоновая вокальная аранжировка в припеве, особенно в последних трех тактах. После чередования Си минора и Ми мажора пару раз песня заканчивается нисходящим Соль мажором, Фа-диез мажором и Си минором с добавленной высокой партией в фоновом вокале (уверен, что это Пол), который звучит красиво и является такой вокальной аранжировкой, которую никто не может создать или исполнить так же хорошо, как это делали The Beatles.

Буква R была востребована четверкой и в постбитловские дни. Wings записали отличную R-песню, Rock Show, альбом Venus and Mars. Там Денни Лейн играет на синтезаторе Moog, а также на гитаре и ситаре. Мы можем услышать в ней пианино Алана Туссена. Надеюсь, вы узнаете это имя. Алан Туссен был блестящим композитором и продюсером, стойким представителем музыкальной сцены Нового Орлеана, который написал и спродюсировал такие песни Ли Дорси, как Ride Your Pony, Working in the Coal Mine («Упс!»), и многие другие. Его поразительные работы заслуживают отдельного изучения и погружения.

В каталоге Джорджа тоже есть несколько R-песен, так что позвольте мне упомянуть довольно малоизвестную, которая мне нравится. Она называется Ride Rajbun – это детская песня, в которой Джордж поет в сопровождении индийских инструментов, типичная индийская песня. Он записал ее для благотворительного альбома под названием The Bunbury Tails, который также послужил саундтреком для британского одноименного анимационного телесериала. Я так понимаю, что Bunbury были командой по крикету. Джордж увлекся крикетом благодаря своей дружбе с Эриком Клэптоном, который был (и остается) поклонником крикета и страстным игроком, и они часто играли на территории Friar Park, необыкновенного дома Джорджа и Оливии.

В музыкальном плане в Ride Rajbun есть много интересного. Вступление ситара было исполнено великим Рави Шанкаром, в то время как остальные части – его учеником Джорджем Харрисоном. Джордж навестил своего друга и наставника в лондонском отеле и записал там свое вступление. Другой певец на припеве – Дхани Харрисон, чрезвычайно талантливый сын Джорджа.

Признаюсь, я не могу не задаться вопросом, не является ли Дэвид Инглиш, создатель The Bunbury Tails, таким же преданным поклонником Оскара Уайльда, как и я. Оригинальные рассказы Банбери взяты из шедевра Уайльда The Importance of Being Earnest («Как важно быть серьезным»). В пьесе Банбери – вымышленный друг, чье имя породило понятие bunburying, которое является искусством использования выдуманного друга (при срочной необходимости) в качестве оправдания для того, чтобы не появляться на мероприятии, которое человек обязался посетить, но хочет избежать. Тут я сильно отклонился от темы. Насколько я знаю, Ride Rajbun Джорджа Харрисона и крикетная команда Bunbury официально не имели никакого отношения к Оскару Уайльду, но эти двое теперь всегда будут соединены в моем воображении. Хоть я и сомневаюсь, что Оскар Уайльд играл в крикет!

Продолжая пребывать в небольшой прострации, я хотел бы вспомнить R-кавер Пола Маккартни на композицию Ноэла Кауарда. Кауард, как вы, возможно, знаете, был многогранным гением, блестящим английским актером, драматургом, исполнителем, пианистом и автором песен, который родился в 1899 году и чья карьера охватила шесть десятилетий двадцатого века. Пол очень любил его песни. Несколько лет назад был выпущен трибьют-альбом Кауарда, и Пол написал свою версию классической песни Ноэла Кауарда под названием A Room with a View. Пол определенно был поклонником стиля Кауарда. Кауард чудовищно английский и немного наигранный, но мне нравится, как он поет. Я настоятельно рекомендую изучить его творчество, чем больше вы читаете о нем, слушаете, смотрите, тем сильнее будет ваше восхищение его талантами. Пол явно разделял мои взгляды, хотя и не заходил так далеко, к шелковому халату и изящному мундштуку, определявшим внешность Кауарда. Но я четко слышу отголоски отрывистой и почти трескучей речи Кауарда и его очень английской сдержанности и точности в прекрасной версии Пола.

Есть еще один кавер на R-песню, который Пол Маккартни записал с Wings. На этом треке Дэнни Лейн поет лид-вокал, и вы можете услышать некоторые прекрасные гармонии Пола. Это песня под названием Richard Cory, написанная Полом Саймоном и первоначально исполненная и записанная Simon & Garfunkel. Она была основана на стихотворении Эдвина Арлингтона Робинсона, написанном в 1897 году, о человеке, у которого было все, и богатство и успех за пределами его мечтаний, но тем не менее он был несчастен. Последняя строчка песни, повторяющая последнюю строчку стихотворения, звучит так: Richard Cory went home last night and put bullet through his head («Вчера вечером Ричард Кори вернулся домой и пустил себе пулю в лоб»). Грустная песня, но хорошая версия Пола Маккартни и Wings с участием Дэнни Лейна.

Теперь давайте обратимся к R-песне, которую Пол Маккартни написал сам. Он не только написал ее, но и спродюсировал вместе с Линдой, которая пела бэк-вокал, а также играла на всех инструментах: фортепиано, электрическом пианино Wurlitzer, укулеле и ударных. Песня из альбома Ram, приятная «домашняя» пластинка, и это одна из лучших песен на нем: Ram On. Лирически и музыкально простая, но прекрасная.

Я упомянул, что у Ram есть «домашнее» ощущение, но на самом деле альбом не был действительно домашним, и не все треки были записаны с использованием метода «Пол играет все». Многие из них представлены прекрасными музыкантами, включая великую гитарную команду Дэвида Спинозы и Хью Маккракена. Ram также был первым разом, когда Пол работал с Денни Сайвеллом, удивительным барабанщиком, который позже присоединился к Wings. Ram был записан и спродюсирован в Нью-Йорке и даже включал в себя не меньше чем Нью-Йоркский филармонический оркестр. Так что альбом получился не совсем домашним, но он все равно вызывает это чувство.

Еще один хороший трек на Ram – это песня о воображаемом фантастическом напитке Monkberry Moon Delight. Песня, которая вдохновила Пола написать о воображаемом напитке, была классикой Либера и Столлера Love Potion Number 9. Есть история о том, что The Beatles исполняли ее вживую в начале своей карьеры, но я еще не встречал записанную версию. Большая хит-версия Love Potion Number 9 была исполнена The Searchers, а впервые записана The Clovers, и эта версия была бы той, которую услышали и The Beatles, и The Searchers. У The Clovers также была альтернативная версия песни с дополнительным куплетом: I had so much fun that I’m going back again. I wonder what’ll happen with Love Potion Number 10! («Я так повеселился, что я снова вернусь. Интересно, что будет с любовным зельем номер 10!») Уму непостижимо. Наверное, эффект ультра-виагры.

Итак, мы подошли к нашей последней R-песне, которая на самом деле состоит из трех песен с почти одинаковыми названиями: Revolution, Revolution 1 и Revolution 9. И у этой триады своя интересная история.

Распространенное заблуждение состоит в том, что Джон был более жадно увлечен авангардными аспектами искусства, чем Пол. Конечно, я проводил гораздо больше времени в беседах с Полом, чем с Джоном, но Пол, безусловно, разделял со мной и моими друзьями очень живой интерес к современной драматургии, литературе, изобразительному искусству и (конечно же) к музыке, которая раздвигала границы и направлялась в самые экспериментальные края культуры. Что касается музыки, то это означало, что в дополнение к нашей любимой американской поп-музыке и R&B мы слушали Альберта Эйлера, Орнетта Коулмана, Дона Черри, Штокхаузена, Эдгара Вареза, Джона Кейджа и им подобных. Но потом Джон познакомился с Йоко, и его интерес к авангарду быстро возрос. И когда Джон записал свою блестящую композицию Revolution, это была длинная версия той записи, которая в конечном итоге была разделена на Revolution 1 и Revolution 9. Revolution 1 была версией самой песни Джона – медленная блюзовая версия с некоторыми превосходными фоновыми деталями shooby-doo-wop и замечательным опытом, которые Джон предложил для сингла The Beatles. А Revolution 9 была оригинальным продолжением той версии, которую Джон и Йоко превратили в отдельный пример экспериментальной музыки, используя musique concrète[119], различные лупы и другие элементы, выбранные иногда наугад, чтобы создать удивительный звуковой ландшафт, ставший уникальной частью истории The Beatles.

Часть «номер девять» была получена из тестовой ленты EMI, на которой записанный голос объявляет, что это «тестовая серия EMI номер девять». Тем временем по предложению Пола была записана более ориентированная на сингл, более быстрая и более рок-н-ролльная версия песни. Эта последняя версия (названная просто Revolution) примечательна замечательными звуками электрогитар, вместо того чтобы использовать усилители, они подавали гитары непосредственно в трубчатые предусилители в панели. Эта версия была выпущена как сторона «B» Hey Jude.

Что касается самой Revolution – на момент написания этой книги мы все еще ждем, когда это произойдет!

S

На шоу Эда Салливана

Раз мы переходим к букве S, продолжим наше путешествие великолепной классической песней The Beatles с двойной S – Sexy Sadie. Я не собираюсь слишком углубляться в детали всего, что стоит за этой песней, потому что у меня нет никакой внутренней информации, меня не было там, где была написана песня, там – это в Индии. Я знаю только то, что известно многим из нас.

Джон Леннон написал Sexy Sadie о Махариши Махеш Йоги, которого The Beatles посетили в Индии в начале 1968 года. Джон обнаружил, что Махариши пристает к некоторым ученицам женского пола и вообще ведет себя как обычный отвратительный парень, а не как гуру или бог. Джон был разочарован, но меня это нисколько не удивляет. Sexy Sadie – это едкая, несколько горькая композиция, которая, несомненно, была тем, что Джон чувствовал к Махариши в то время, когда он писал ее. Надо сказать, что если Джон был против кого-либо, то мог быть довольно яростным, как, например, в Sexy Sadie.

Есть также много отличных небитловских рок-н-ролльных песен, которые начинаются с буквы S, и на одну из них Ринго сделал кавер как сольный исполнитель. Она есть на девятом альбоме Ринго, Old Wave, но сама песня является классикой с 1965 года, She’s About a Mover, которая была первоначально записана довольно значимой американской группой Sir Douglas Quintet. Их другим большим хитом был Mendocino, тоже отличная песня. She’s About a Mover – это, по сути, блюз в двенадцать тактов. Можно отметить, что большая часть песни очень похожа на Can I Get a Witness группы Holland, Dozier & Holland, большой хит Марвина Гэя. Послушайте обе, и вы поймете, как похожи мелодии. Но оригинальная версия She’s About a Mover – это исключительно крутая аранжировка, своего рода Tex-Mex, с отличным органным звуком Vox Continental. Ринго очень мудро придерживается одной и той же аранжировки (держит один и тот же темп и тональность) и делает убедительную версию – обе записи показывают несколько агрессивную игру маракасов. Мне очень нравится вокал Ринго, но я бы отдал очки оригинальной версии за отличительную и очень эффектную реверберацию органной части – для любого, кто, как и я, пендитно относится к подобным вещам.

Переходим к S-треку Пола Маккартни. Это также блюз с двенадцатью тактами, который утверждает (несколько тавтологично), что She’s a Woman. Я назвал это треком Пола Маккартни, основная его часть была написана Полом, но мне кажется, что строчка Turn me on when I get lonely («Включи меня, когда мне станет одиноко») принадлежит Джону. Джон и Пол всегда были в восторге от любого, даже мимолетного упоминания о наркотиках, которое проходило мимо цензоров и передавалось по радио. Например, в другой песне о любовном интересе, Girl, одна из забавных деталей – это главный вдох, который происходит после слова Girl. Это была ссылка на марихуану – на звук, который вы издаете, когда затягиваетесь хорошим косяком. И это звучит так, как будто это было очень круто.

Джон Леннон был великим рок-н-ролльным певцом и любил классические рок-н-ролльные песни, некоторые из которых начинаются с S. Одна из них (основанная на старом гимне), которая сразу приходит на ум, – это Stand by Me, песня Либера и Столлера. Первоначально она была записанна Беном И. Кингом, который ранее входил в группу The Drifters. Джон записал свою собственную версию на сольном рок-н-ролльном альбоме, наряду со многими другими классическими песнями, включая то, что можно было бы назвать двойной S-песней, Sweet Little Sixteen Чака Берри.

Я уже отмечал ранее, что Чак Берри был героем для всей четверки, и я подозреваю, что они в ходе своей карьеры перепели больше его песен, чем кто-либо другой. Они, как и я, любили его песни. Помимо написания очень фанковых блюзовых мелодий, Чак Берри был экстраординарным лириком. Его тексты обманчиво просты, но грамотны и совершенно привлекательны. Одна из его лучших песен – School Days, текст которой, полагаю, вы согласитесь, восхитителен. Во-первых, ничто не повторяется. Это новая песня от начала до конца. Текст песни рассказывает историю, которая блестяще разворачивается. Лаконичные фразы вроде Drop the coin right into the slot/You got to hear something that’s really hot/With the one you love, you’re making romance/All day long you’ve been wanting to dance («Бросаешь монетку прямо в щель/Вы должны услышать что-то погорячей/С любимой ты крутишь роман/Весь день ты хотел танцевать»). Просто отличная вещь. И конечно, конец – один из лучших рок-н-ролльных трибьютов, когда-либо написанных: Hail, hail, rock and roll/Deliver me from the days of old («Да здравствует рок-н-ролл/Избавь меня от прежних дней»). Люди часто забывают, что это одна из фишек рок-н-ролла: он переносит вас из прошлого в будущее – или, по крайней мере, так чувствовали мои друзья и я, когда впервые услышали его. Для нас это была по-настоящему новая и захватывающая музыка, хотя она происходила из афроамериканских музыкальных форм, таких как блюз, джаз и так далее. Рок-н-ролл снес нас, как гигантский грузовик, изменил нашу жизнь и заставил еще больше стремиться исследовать его истоки.

S также означает sad, что приводит нас к Джорджу Харрисону и его искренне грустной песне, которая называется, соответственно, So Sad (еще одна doble-S в нашу коллекцию!), из его альбома 1974 года Dark Horse. Думаю, что песня была написана, когда его брак с Пэтти разваливался или уже развалился, и она выражает противоположное Here Comes the Sun чувство, и соответствует другой классике Джорджа. В So Sad есть немного обреченности и мрачности, но это хорошая песня, и ее, безусловно, стоит послушать.

Еще одна песня Джорджа, которую я люблю, – это Savoy Truffle. Текст песни настолько мастерски оригинален, он использует все восхитительные названия различных видов шоколадных конфет, таких как Montelimar, придавая этому конкретному слову элегантную восходящую хроматическую мелодию. Просто блестящее сочинение. Джордж впечатлился вставкой в коробке шоколадных конфет Mackintosh’s Good News, которая содержала небольшую картинку того, как выглядел каждый шоколад, и перечисляла все различные вкусы. И использовал почти все названия из этого «путеводителя» по шоколадным конфетам и добавил пару своих собственных.

Кроме того, я обнаружил, что эта песня в чем-то обязана тому факту, что у Эрика Клэптона были плохие зубы и он нуждался в стоматологической помощи, и дантист угрожал ему последствиями употребления слишком большого количества шоколадных конфет. Так что если бы Эрик проел весь список до самого «савойского трюфеля», ему, возможно, пришлось бы вырвать все зубы! Таково происхождение строки в песне But you’ll have to have them all pulled out after the Savoy Truffle («Но после савойского трюфеля вы должны будете выдрать их все»). Я нахожу забавным, что Savoy Truffle – это смесь вставки коробки конфет и предостережения другу Джорджа Эрику о состоянии его зубов. В результате получилась отличная песня. Понятия не имею о нынешнем состоянии зубов Эрика и даже не собираюсь его спрашивать.

Несколько других интересных фактов о Savoy Truffle. Трек был спродюсирован Крисом Томасом, который заступил вместо Джорджа Мартина, пока тот был в отпуске. Очевидно, когда Крис вернулся из отпуска, его ждала записка от Джорджа: «Дорогой Крис, надеюсь, ты хорошо провел свой отпуск. А теперь я отправляюсь в свой. Освободи время для The Beatles. Нил и Мэл знают, что ты приедешь». И вот он совершенно неожиданно продюсирует The Beatles. И он создал Savoy Truffle. В этом треке я очень люблю духовую аранжировку. Она хорошо продумана и отлично сыграна. В то время на этой дорожке играли многие лучшие валторнисты Лондона, в том числе два моих фаворита – Ронни Росс на баритоне и Арт Эллефсон на теноре. Мне нравится поддерживать этих ребят признанием, потому что они слишком легко забываются. Я ходил в Ronnie Scott’s Jazz Club так часто, как только мог, чтобы послушать их блестящие контрапунктные дуэтные импровизации. Британская джазовая сцена процветала, и The Beatles использовали многих из этих великих музыкантов на своих записях. Росс и Эллефсон также играли на Got To Get You into My Life из Revolver, и Росс известен тем, что играет соло на Walk on the Wild Side Лу Рида, классическое рок-н-ролльное соло на баритон-саксофоне.

Мы будем несправедливы к букве S, если не остановимся на She Loves You. Когда «битломания» ударила по Америке и группа заняла первые пять мест в чарте Billboard, песня She Loves You оказалась под № 3. Она помогла The Beatles начать доминировать в мире популярной музыки, но это важная песня еще и в другом смысле. Это была первая конкретно-повествовательная песня, которую написали Джон и Пол, песня, адресованная третьей стороне, а не просто песня саморефлексии. Другими словами, дело было не в том, что я такой-то и я такой-то. Или даже I Want to Hold Your Hand. Это была песня, рассказывающая кому-то еще, что его девушка любит его. Речь шла о паре и их отношениях, что является интересным переключением, потому что, если подумать, большинство рок-н-ролльных песен написано о том, что чувствует сам певец. А в этом случае певец рассказывает историю о других людях и демонстрирует совершенно отличный подход The Beatles к текстам и их склонность к экспериментам.

Мы все знаем, что The Beatles впервые появились на американском телевидении в шоу Эда Салливана 9 февраля 1964 года, что навсегда изменило американскую музыкальную культуру. Именно тогда по-настоящему взорвалась американская битломания. Кажется, что все в Америке смотрели это шоу, родители и дети, подростки и старики. Некоторые яростно осуждали его; некоторые просто сходили с ума и думали, что это самое замечательное, что они когда-либо видели и слышали в своей жизни. Так или иначе, но эмоциональный накал вокруг шоу был невероятно велик. Тогда было мало каналов и мало вариантов, так что Эда Салливана смотрели если не все, то почти все, и каждый из них видел The Beatles, реакция была энергичной и мгновенной.

Меня там, конечно, не было. Я вернулся в Лондон, и это было как раз в то время, когда мы с Гордоном записывали наши самые первые треки в студии EMI, наше первое путешествие в Нью-Йорк было еще впереди. The Beatles наслаждались своим хаотичным первым визитом и отлично проводили время. Их блестящие, рекордные и бросающие вызов традициям выступления на шоу Эда Салливана открыли двери для Британского вторжения.

Первой песней, которую многие люди услышали в ту знаменитую ночь в Америке, была All My Loving, энергичная мелодия с великолепными гармониями и аккордами, которая возвестила о появлении нового вида звука, энергии и юношеской мощности. Следующая композиция, которую они исполнили, была сюрпризом, потому что можно было подумать, что они будут придерживаться рок-н-ролла, чтобы прочно утвердиться в американском жанре, который они так любили. Но, основываясь на советах, которые им могли дать, или на внутренних обсуждениях (мне было бы любопытно узнать), вторая песня была Till There Was You. Она была написана не The Beatles, хотя я гарантирую вам, что некоторые слушатели даже не подозревали о ее первоначальной ипостаси. К тому же эта версия должна была удивить непосредственных поклонников песни.

Она была написана Мередит Уилсон, невероятным композитором, которая писала мюзиклы, один из которых The Music Man, откуда и была эта замечательная песня. The Beatles, очевидно, так любили эту песню, что сами вычислили аккорды и сделали замечательную версию. Оригинал был исполнен на Бродвее легендарной Барбарой Кук, а в фильме – Ширли Джонс. Они обе прекрасно пели эту песню, возможно, версия Ширли Джонс является самой известной. Она очень отличается от версии The Beatles, но это прекрасная интерпретация. И если имя Ширли Джонс вызывает подозрение у тех из вас, кто не помнит The Music Man и не знает ее версию этой песни, это, вероятно, потому, что она стала чрезвычайно известной, играя мать в телевизионном шоу The Partridge Family.

После Till There Was You The Beatles вернулись к рок-н-роллу с She Loves You, и толпа сошла с ума. Так закончился их первый сет. Позже они вернулись на сцену шоу, чтобы исполнить еще две песни – I Saw Her Standing There и свой первый американский хит № 1 I Want to Hold Your Hand. Вся Америка пришла в дикий восторг.

Несколько месяцев спустя у нас с Гордоном появилась возможность сыграть на той же сцене, но наше появление на шоу Эда Салливана произошло совсем не так, как вы (или мы) могли ожидать.

Наша первая пластинка, A World Without Love, заняла первое место в Великобритании, Европе и, наконец, в Америке. И для нас с Гордоном самым волнующим в этой новости было то, что мы сами поедем в Америку. Так вот, Эд Салливан делал то шоу, на которое попадало большинство исполнителей Британского вторжения, если у них был большой хит, но мы не смогли попасть, хоть и должны были. И вот почему. Американский менеджер по имени Аллен Кляйн, который намного позже появился в истории The Beatles. Так вот на заре Британского вторжения он придумал одну очень умную вещь: он организовал, чтобы ему из Лондона еженедельно присылали новые релизы, потому что он знал о несметном количестве хитов, которые рождались в Великобритании. Таким образом, он услышал наш альбом A World Without Love сразу же, как только тот вышел, и предложил его известному певцу, которого он представлял, Бобби Райделлу. Райделл записал A World Without Love вскоре после того, как он вышел в Великобритании, и быстро выпустился в Америке.

Версия Райделла стартанула неплохо, но затем замедлилась, и я счастлив сказать, что, когда вышла наша версия, она выбила пластинку Райделла, и мы промчались мимо него и поднялись на вершину чартов. Однако Бобби Райделл был постоянным исполнителем на шоу Эда Салливана, и он был на шоу со своей версией A World Without Love и исполнил ее вживую. Когда наши агенты и менеджеры попытались устроить нас на шоу к Эду Салливану в первый американский визит, все шло гладко до тех пор, пока они не поняли, что мы готовы петь A World Without Love, и тогда нам сказали: «Благодарим вас, но нет. Всего три недели назад ее уже спел Бобби Райделл».

Только в конце 1964 года, несколько месяцев спустя, мы с Гордоном попали на шоу Эда Салливана, исполнив другую композицию – I Don’t Want to See You Again, еще одну превосходную песню, которую написал для нас Пол Маккартни. И одна из деталей, которую я люблю в этой конкретной записи, – это то, что в ней есть двойное cоло гобоя – дорогого моему сердцу инструмента.

Мы много времени уделили Эду Салливану, предлагаю вернуться к The Beatles и одному из их величайших достижений – Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band. Важность этого альбома настолько неоспорима и столь широко и активно обсуждалась, что тут мало что можно добавить. Но вы не можете себе представить, какой эффект он произвел на всех нас, когда мы впервые услышали его. Все, кто занимался звукозаписью, все, кто играл на музыкальных инструментах, все, кто не играл на музыкальных инструментах, а просто любил слушать хорошую музыку, все, кто не имел никакого отношения к звукозаписывающему бизнесу, – все мы знали, что это было нечто совершенно особенное. Как Сальери, который плачет, когда играет музыку Моцарта (и слышит ее в своей голове) в тех великих сценах фильма «Амадей», вот так никто не мог игнорировать радикальный гений и новаторскую изобретательность того, что сделали The Beatles.

Это был концептуальный альбом еще до того, как появилось такое понятие. Все песни были связаны между собой блестящим образом. Целая история. Они создали воображаемую и таинственную сущность, группу Клуба Одиноких Сердец Сержанта Пеппера. Я отчетливо помню тот день, когда Пол принес Sgt. Pepper в наш дом на Уимпол-стрит. Я слышал только несколько фрагментов альбома, будучи в студии в первые месяцы 1967 года. А тогда он пришел с пластинкой, которая представляла собой индивидуально вырезанный диск предварительного прессования, и проигрывал его на маленьком монофоническом проигрывателе в нашей семейной столовой. Даже на этом маленьком встроенном динамике альбом снес нам крыши. Оба моих родителя слушали, я слушал, мои сестры, Джейн и Клэр, слушали. И все мы были потрясены и взволнованы сверх всякой меры. Это был один из тех случаев, когда вы просто не знаете, не понимаете, что происходит, не можете совладать со своими чувствами. Возможно, как тогда, когда люди впервые увидели Мону Лизу или впервые услышали Симфонию № 5 Бетховена. Вы как бы говорите: «Вау, вот это поворотный момент!»

Наряду с заглавным треком (и репризой, что на стороне 2), есть две S-песни, связанные с Sgt. Pepper, одна очевидная и одна не очень. Первая – это прекрасная песня She’s Leaving Home. Одна из моих любимых битловских песен. Струнные аранжировки были сделаны Майком Леандером, превосходным британским композитором и аранжировщиком, который также написал большой хит для Peter&Gordon под названием Lady Godiva (веселую и ироничную песню). И так же, как Lady Godiva, которая была и остается забавной (мне до сих пор нравится ее петь и подыгрывать на банджо-укулеле), She’s Leaving Home была и остается достижением иного порядка, не только для Майка Леандера как аранжировщика, но и для Джона Леннона и Пола Маккартни как писателей. Текст песни великолепен, Пол рассказывает о действиях барышни, а Джон поет от лица ее родителей, и все это сплетается в музыкально-эмоциональный симбиоз, который рассказывает о молодой женщине, ищущей свой собственный путь в этом мире. Это действительно замечательная песня.

Другая S-песня так и не попала в альбом, хотя сама по себе была большим хитом, и это Strawberry Fields Forever. Она была записана во время сессий Sgt. Pepper, но когда руководители EMI сказали Джорджу Мартину, что им нужен новый сингл The Beatles и что они не могут ждать выхода альбома, тут же нашлись Strawberry Fields Forever и Penny Lane, и их выпустили как двойной сингл стороны A. Я расскажу о великолепии Strawberry Fields Forever в одной из последующих глав, но поразительно осознавать, что ее создание проистекало из того же самого невероятного творческого потока, нетрадиционных методов записи и коллективного гения, которые навсегда изменили параметры того, что могла бы сделать поп-музыка, какие художественные амбиции она могла бы реально удовлетворить и какое влияние она могла бы оказать на музыку и на мир. И это сейсмическое изменение произошло под умелым руководством сержанта Пеппера, который дирижировал от имени своих создателей: Джона, Пола, Джорджа, Ринго и Джорджа Мартина.

T

The Black Dyke Mills Band с Полом и Мартой

Полагаю, что мы прошли уже две трети нашего волшебного алфавитного пути. Но прежде чем мы доберемся до конца, мы успеем много чего обсудить и вспомнить. И Т особенно интересная буква в этой связи. Я начал, как обычно, с того, что посмотрел все песни The Beatles, которые начинаются с буквы Т, и мой любимый первый трек – Ticket to Ride. Это исключительная и очень оригинальная композиция, а также прекрасно аранжированная и спродюсированная пластинка The Beatles.

Я отчетливо помню, когда Пол написал ее. Это одна из песен, которую мне посчастливилось услышать в тот день, когда она была закончена. Он сыграл для меня Ticket to Ride и спел несколько примеров маленьких гитарных ликов, которые планировал добавить. И эти извилистые, изогнутые гитарные партии Пола создают несколько очень крутых сюрпризов, содержащихся в этой аранжировке и этой записи. Базовая (и невероятно запоминающаяся) гитарная партия Джорджа стартует с этим великолепным двенадцатиструнным звуком Rickenbacker, начальный брейк Ринго (в значительной степени просто пресс-ролл) и вся его барабанная партия являются блестяще оригинальными – так что к тому времени, когда мы добираемся до неожиданных гитарных ликов Пола, мы чувствуем одно захватывающее изменение за другим. Я помню, как он сочинял и репетировал их дома на своей Epiphone Casino с полым корпусом и получал правильные бенды. И, наконец, совершенно неожиданная двойная концовка прекрасно все упаковывает. Три минуты необычайного творчества и инноваций. Воспоминания The Beatles в интервью о том, кто именно изобрел ту или иную партию, необязательно совпадают, но, возможно, в этом и есть смысл. На том этапе их музыкальный гений был коллективным и индивидуальным одновременно, и поэтому не имеет значения, кто что привнес – это необыкновенная и вечная музыка, которая появилась как итог процесса, и только он имеет значение. Ticket to Ride – одна из моих любимых пластинок группы The Beatles и, безусловно, моя любимая T-песня.

Обычно я стараюсь не выказывать благосклонность, но, глядя на Т-список, обнаруживаю, что выбираю треки инстинктивно. Мой второй выбор – песня Джорджа Харрисона Taxman. Джордж жаловался на возмутительные налоговые ставки в Британии в то время, и верно сказать, что there’s one for you, nineteen for me («тебе один, мне девятнадцать») было тогда фактически самой высокой налоговой ставкой в Британии, ссылаясь на тот факт, что в фунте (до перехода на десятичную систему) было двадцать шиллингов, так что это был 95-процентный налог на верхнюю планку дохода. Неудивительно, что некоторые люди были немного подавлены этим. Джордж включает конкретные ссылки на мистера Уилсона (Гарольда Уилсона, премьер-министра Лейбористской партии), и мистера Хита (Эдварда Хита, лидера Консервативной партии, который позже сам стал премьер-министром). Они возглавляли оппозиционные политические партии, но оба верили в высокие налоги для людей, зарабатывающих много денег. Джордж был одним из таких людей, и ему это не нравилось.

Итак, мы переходим к Т-песне под номером три. Это та песня, которая мне, по-видимому, нравится больше, чем композитору. Когда Джон Леннон написал Tell Me Why, он смотрел на это как на нечто бросовое. Возможно, это автобиографичная история, я имею в виду, может быть, Джон и Синтия поссорились или что-то еще, и песня была связана с этим. Или, может быть, он просто написал ее как обычную композицию. Кто знает? Во всяком случае, Джон не придал ей большого значения, но мне она нравится. Конечно же, она оказалась в A Hard Day’s Night как одно из «живых» выступлений в этом фильме, на самом же деле они были синхронизированы с заранее записанной версией.

Tell Me Why была записана 27 февраля 1964 года, в той же сессии, что и And I Love Her и If I Fell. Можно сказать, неплохой рабочий день, три достойных трека за одну сессию. Как ни странно, версия Tell Me Why в фильме – это другой вокальный дубль, не тот, который был записан на пластинке, впрочем, я не знаю, почему было принято такое решение. Поэтому, когда они делали эту «живую» сцену в A Hard Day’s Night, они синхронизировали губы с другим вокалом. В любом случае это хороший момент в фильме, независимо от того, какой дубль был использован.

Я мог бы продолжать вечно находить отличные T-песни The Beatles. Их очень много. Но пока мы тут, я хотел бы сосредоточиться на чем-то совершенно другом: на тактовом размере. Постараюсь не занудствовать, но мне, вероятно, следует объяснить, что такое тактовый размер. Музыка имеет как ритм, так и мелодию; если мелодическая часть любой песни состоит из нот и отвечает за композиционность материала, то ритм отражает длительность нот. Для удобства принято думать о музыке в подсчитанных тактах и давать этим тактам тактовый размер. Тактовый размер – это количество ударов любой длительности в данном такте и то, как определенные ноты вписываются в эти такты, не путать с темпом (как быстро или медленно эти такты должны быть подсчитаны и воспроизведены), что является отдельным аспектом.

Теперь большинство рок-н-ролльных песен находятся в размере 4/4 такта. Первое число означает, что в такте есть четыре бита. Второе число означает, что эти такты являются четвертными нотами. Счет идет просто: один-два-три-четыре, один-два-три-четыре, один-два-три-четыре. Это ваш стандартный рок-н-ролльный ритм. Это 4/4, и не было еще лучшего примера, чем Чак Берри, который написал так много замечательных песен в размере 4/4. И The Beatles записали несколько из них. Бит 1 и 3 называются сильной долей (1 находится в слабой доле (2 и 4). Как говорит Чак Берри (определяя «рок-н-ролл-музыку»), «у нее есть слабая доля, которую вы не можете потерять».

Итак, 4/4 – это не единственный возможный тактовый размер; есть множество вариаций. Это просто самый распространенный вариант в рок-н-ролле. На самом деле я порой задаюсь вопросом, писал ли Чак Берри когда-нибудь песню, которая не была в размере 4/4, прямолинейном рок-н-ролльном такте.

Второй по популярности тактовый размер в музыке – 3/4. В каждом такте есть три бита, а это значит, что он идет один-два-три, один-два-три, один-два-три, один-два-три. Конечно, это звучит как вальс, потому что все вальсы основаны на нем. The Beatles написали несколько песен в размере 3/4; She’s Leaving Home – хороший пример. У Иоганна Штрауса, конечно же, была серия гигантских вальсовых хитов в размере 3/4 такта. Я уверен, что The Blue Danube навсегда занял бы первое место в танцевальных чартах, если бы они существовали тогда в Вене, – это вечный хит в 3/4, если тогда вообще существовало такое понятие. Есть вариации на время вальса в 3/4; некоторые песни написаны в 6/8, шесть коротких битов (восьмые ноты) в каждом такте, – Baby’s in Black и You’ve Got to Hide Your Love Away обычно записываются в 6/8 или даже в 12/8 (почти то же самое, что два 6/8 такта одновременно), как и This Boy, Oh! Darling и Norwegian Wood. Все эти тактовые размеры имеют один и тот же вальсирующий флер – каждый раз (когда вы танцуете) вы можете рассчитывать на 3, 6 или 12, и все они работают. Попробуйте сделать это на 4, и вы упадете в мгновение ока!

The Beatles также спели довольно много чужих песен в 3/4. Интересный пример – A Taste of Honey. Очень четкий вальс в куплете I dream of your first kiss, and then… («Я мечтаю о твоем первом поцелуе, а потом…»), но когда песня доходит до припева, происходит нечто неожиданное. Нетрудно заметить, что, когда Пол поет: I will return, yes, I will return («Я вернусь, да, я вернусь»), песня переходит в 4/4 такта и звучит очень круто. А затем она возвращается к 3/4 для следующего куплета. Если вы будете считать вместе, вы поймете, что она начинается очень четко в 3/4, а затем внезапно меняется на 4/4. The Beatles использовали тот же самый трюк в песне, которую они написали пару лет спустя, – Lucy in the Sky with Diamonds. Куплеты – в 3/4, а припев – в 4/4.

Надеюсь, вы не скучали за этими разговорами о тактовом размере. Я же признаюсь, что нахожу его музыкально и математически увлекательным. И должен отметить, кстати, что западная музыка имеет самые простые тактовые размеры из всех.

Когда вы изучаете индийскую и азиатскую музыку, тактовый размер может стать гораздо более сложным. Есть все виды сумасшедших пятнадцатибитовых тактов и странных вещей, которые действительно трудно сосчитать и вычислить, если только вы не были воспитаны на такой музыке. Возможно, именно поэтому Джордж Харрисон написал песню The Beatles с самыми большими тактовыми размерами и самыми запутанными, потому что он любил и понимал индийскую музыку. Here Comes the Sun содержит очень странный такт. Она написана с 2/4 такта, 3/8 такта, 5/8 такта, и все они как-то запутаны. Если вы попытаетесь считать обычным способом, вы собьетесь. Но это замечательная песня, и ее ритмическая путаница очаровательна и гениальна. Да, она держит ваш мозг в напряжении. В следующий раз, когда будете слушать ее, попробуйте определить такт. Это сложнее, чем вы думаете.

Говоря о странных смешанных тактовых размерах, еще одна песня The Beatles достойна упоминания – Good Morning Good Morning. Часть Good Morning Good Morning – это обычный такт 4/4. Но куплет Nothing to do to save his life («Ничего не сделать, чтобы спасти его жизнь») находится в 5/4 такта, пять ударов на такт, а затем песня возвращается к 4/4 и остается там на припеве Everybody knows there’s nothing doing («Все знают, что ничего не делается»), прежде чем прыгнуть обратно в 5/4 для следующего куплета. То, что сделал Джон, действительно удивительно.

У меня есть еще два примера отличной работы The Beatles в необычных тактовых размерах. Во-первых, Happiness Is a Warm Gun. У нее есть размер 3/4 (наш старый добрый любимый такт вальса), размер 4/4 и размер 2/4. Смещение тактового размера делает песню забавной для восприятия, потому что вы не совсем знаете, куда движется такт, но это действительно хорошо. Happiness – это, конечно, отличный тактовый размер, даже если Happiness Is a Warm Gun – сомнительное предложение.

Последний интересный тактовый размер, который использовали The Beatles, вероятно, самая известная композиция: All You Need Is Love. Нельзя не заметить, что партия припева совершенно нормальна, в 4/4 такта, как можно обнаружить, напевая или бубня ее. Но когда Джон добирается до куплета Here’s nothing you can do that can’t be done («Нельзя сделать то, что невозможно»), у вас появляется ощущение, что время от времени ритм пропадает. Есть ритм из четырех ударов, чередующихся с тактами из трех ударов, так что счет идет, по существу, в 7/4, странно, но увлекательно. А затем, когда песня возвращается в припев, она движется прямо в 4/4, символическая лирика названия берет верх во всей своей декларативной и дифирамбической радости.

На этой оптимистической ноте лекцию профессора Питера Ашера о тактовых размерах предлагаю считать законченной. Надеюсь, вам было интересно, как и мне.

Буква Т также присутствует в названии многих музыкальных инструментов, которыми пользовались и любили The Beatles. Одним из них была труба, и хотя самый прекрасный пример великого трубного соло на пластинке The Beatles, без сомнения, находится на Penny Lane, трубы являются важной частью каждой медной секции или оркестра, играющего блестящие аранжировки Джорджа Мартина. Духовые фразы Got to Get You into My Life, Martha My Dear, All You Need Is Love и многие другие напрямую зависят от силы, драматизма и музыкальной гибкости трубы.

Еще один Т-инструмент, который нашел свое место в нескольких песнях The Beatles, – это табла, маленький индийский ручной барабан, который является ключевым элементом индийской музыки. Джордж Харрисон очень любил таблу, инструмент, ответственный за поддержание незнакомых тактовых размеров, о которых я упоминал ранее. Еще одна интересная деталь заключается в том, что Джефф Эмерик, инженер The Beatles, поднес таблу очень близко к микрофону, так же как он поднес барабаны Ринго, и индийские музыканты были поражены звуком, который он извлек из него, потому что они больше привыкли ставить микрофон ко всем инструментам на нормальном расстоянии. Но Джефф понимал, что если поставить микрофон действительно близко, то получатся гораздо более низкие частоты и будет гораздо больше ударной силы. Табла – ключевой инструмент в песне Джорджа Within You Without You, и это была, вероятно, самая мощная записанная табла, которую кто-либо когда-либо слышал до этого момента.

Когда мы говорим об инструментах и битлах, становится все более ясно, что их музыкальное любопытство никогда не ограничивалось гитарами и барабанами. Одним из самых больших увлечений Пола Маккартни были духовые, что неудивительно для человека, выросшего в Ливерпуле. На севере Англии существует традиция олд-скульных духовых оркестров, использующих некоторые из тех же инструментов, что и американские маршевые оркестры, но с меньшей перкуссией и менее шумными аранжировками. На каждой фабрике и мельнице раньше был свой духовой оркестр, проводились крупные конкурсы, финал которых часто проходил в лондонском Royal Albert Hall. Это было большое событие. Конкурсы все еще проводятся, но многие спонсоры исчезли, как и некоторые оркестры вместе с ними. Есть фильм под названием «Дело труба», с Юэном Макгрегором в главной роли, который дает прекрасное ощущение этой замечательной музыки, этой культуры и печали ее неизбежного распада перед лицом экономического спада, тэтчеризма и других политических и социальных изменений.

В 1968 году, когда Apple Records только начинала свою работу, Пола попросили написать и записать тематическую мелодию для телевизионного шоу под названием Thingumybob, и у него появилась отличная идея, что это должна быть партия духового оркестра. Он написал инструментальный трек и назвал его в честь телешоу, тем самым перенеся в наш мир для обсуждения. Мои коллеги и я занялись поисками лучшего духового оркестра в стране, и, когда мы изучили результаты недавних конкурсов, явным победителем стал Black Dyke Mills Band, спонсируемый фабрикой John Foster & Son из Йоркшира. Мы устроили звукозаписывающую сессию в местном зале, где группа записывалась раньше, и все вместе поехали туда. Когда я говорю «все», то имею в виду Пола Маккартни, себя, Дерека Тэйлора, который был руководителем пресс-службы The Beatles, Тони Брэмвелла, еще одного ключевого сотрудника Apple, репортера по имени Алан Смит и собаку Пола, Марту. Сессия прошла очень хорошо – группа более чем оправдала свою репутацию победителя и была очень рада работать в тесном контакте с Полом, поскольку он продюсировал сессию со своим обычным обаянием, и я сделал все, что мог, чтобы помочь им. Он записал Thingumybob, а также версию духового оркестра Yellow Submarine как сторону B, которую также стоит послушать.

Мы были очень довольны тем, как прошла сессия, и взволнованные отправились обратно в Лондон. Именно на обратном пути произошла серия событий, о которых было написано довольно много и которые стали странным образом почти легендарными. Мы решили свернуть с автомагистрали М1, которая была первой полноценной автомагистралью, построенной в Англии. Мы были голодны, и я изучал карту в поисках места, где можно пообедать. Я выбрал деревню под названием Харролд с двумя «р», потому что мне нравилось название деревни, в котором есть имя человека.

Мы заехали в Харролд посмотреть, что там можно найти, но, когда наш водитель навел справки в нескольких тамошних пабах, он узнал, что ни в одном из них не подают еду. Наконец, когда мы ехали вдоль улицы (в этом большом черном лимузине Rolls-Royce, выглядевшем немного вызывающе), то увидели человека, подстригающего живую изгородь. Остановились и спросили у него, где можно перекусить, он пригласил нас в свой дом. Он очень заинтересовался нами, и, как только понял, что приглашает в свой дом битловскую свиту, его очарование и скептицизм естественным образом возросли. Я не буду докучать вам всеми подробностями этой длинной истории, но достаточно сказать, что мы провели остаток дня, вечер и ночь в деревне Харролд в нескольких домах и в паре пабов. В какой-то момент Пол сидел за пианино в каком-то из пабов и вместе с другими песнями The Beatles вдруг сыграл Hey Jude, которую он только что написал и которую никто раньше не слышал. Это была необыкновенная ночь. И конечно же, это был конец необыкновенного дня, который начался с нашей записи Thingumybob с группой Black Dyke Mills. Все нюансы того дня в подробностях описаны в блестящей книге Дерека Тейлора As Time Goes By («Время идет»), эта чудесная история получилась для него еще более яркой и впечатляющей ввиду того, что в начале дня Дерек принял скромную дозу ЛСД.

Пока мы говорим о менее известных композициях, есть несколько песен Леннона – Маккартни, которые были настоящими провалами, и одна из них была Tip of My Tongue, которую Джон и Пол написали для Томми Квикли, Т-песня для Т-артиста. Если вы сможете найти ее, то увидите, что она не так уж и плоха, но хитом так и не стала.

Довольно безвестности. Давайте закончим эту главу рассказом о двух великих песнях The Beatles, которые начинаются с буквы T.

Во-первых, это Tell Me What You See. Великолепная песня. Пол поет и играет на басу и электрическом пианино. Джон играет на бубне, на гитаре и поет. Джордж играет на гуиро, который является частью латинского семейства ударных инструментов (ромбовидная полая деревянная трубка, имеющая на поверхности ряд углублений), играть на ней надо, скребя поверхность тонкой палочкой. Ринго играет на барабанах, а также на клавесинах, еще одном латиноамериканском инструменте, и парой коротких деревянных палочек стучит друг о друга. В кубинской музыке (которая сама по себе чрезвычайно важна и влиятельна во многих других музыкальных жанрах) паттерн, воспроизводимый клавесом (известный как «клаве»), может быть ритмической основой целого произведения, в поп-музыке инструмент чаще всего используется в качестве украшения и для обеспечения ритмической вариации, заполняя некоторые пустые места в базовом паттерне 4/4 – так же, как Ринго мастерски это делает на Tell Me What You See.

Некоторые слова песни напоминают религиозный девиз, который висел на стене дома детства Джона Леннона, где он жил вместе со своей тетей Мими. However black the clouds may be, in time they’ll pass away. Have faith and trust and you will see God’s light make bright your day («Какими бы черными ни были тучи, со временем они рассеются. Храните веру и доверие, и вы увидите, как божий свет озарит ваш день»), что имеет существенное сходство с текстом этой песни. Джон собирал блестящие веяния, где бы он ни был, что бы он ни слышал, что бы ни читал, и добавлял их в свои произведения, как это делают многие великие писатели.

Закончим же нашу главу приветствием другой моей любимой T-песни – Things We Said Today. Одна из замечательных особенностей этого трека заключается в том, что он начинается в минорной тональности You say you will love me («Ты говоришь, что будешь любить меня»), но, когда мы добираемся до припева, он внезапно переходит в мажорную тональность Me, I’m just the lucky kind («Я, я просто счастливчик»), и вы правда становитесь чуть счастливее. Я люблю это – одновременное и радостное изменение как в лирике, так и в музыке.

U

Шесть «courses» (парных рядов) моей двенадцатиструнной гитары

Буква U – интересная буква. Я был приятно удивлен, когда начал искать и обнаружил, что есть несколько значительных песен любого рода любых исполнителей, которые начинаются с буквы U. Это было многообещающее начало творческого исследования.

Есть одна U-песня, связанная с битлом, и она потрясающая: Uncle Albert/Admiral Halsey Пола Маккартни. Из-за нашей сосредоточенности на букве U мы, конечно, больше заинтересованы в дяде Альберте, чем в выдающемся морском офицере, с которым он делит название.

Мы знаем, что образ дяди Альберта был частично вдохновлен реальным человеком. Альберт Кендалл работал вместе с отцом Пола, Джимом, в Hannay and Company (ливерпульские торговцы хлопком). Позже он женился на сестре Джима Милли, став дядей Пола, но, насколько нам известно, Пол никогда не причинял ему вреда и у него не было причин так усердно приносить извинения. Комбинированный трек Uncle Albert/Admiral Halsey поразительно сложен для поп-сингла № 1 – звуковые эффекты, искусно выполненные множественные изменения темпа, некоторые красивые игры флюгельгорна, Джордж Мартин дирижирующий Нью-Йоркским филармоническим оркестром так, что общее настроение граничит с сюрреализмом.

Все больше погружаясь в исследовния буквы U, я понял, что если собираюсь написать целую главу о ней, то мне придется немного схитрить. На самом деле есть не так много замечательных песен, которые начинаются с буквы U, но много тех, которые начинаются с You. Слышу, как вы стонете, но, по-моему, это очень изящное решение.

Одна из таких песен – You Can’t Do That, ранняя песня группы The Beatles, записанная 25 февраля 1964 года. Об этой песне можно говорить бесконечно и только хорошее. Джон Леннон поет лид-вокал и играет на лид-гитаре. Особого внимания здесь заслуживает необыкновенный бэк-вокал. Ответная часть Gonna let you down and leave you flat («Разочарую тебя и оставлю в тоске») с септимой — это блестящая, прекрасно исполненная вокальная аранжировка. Джон также играет одно из своих редких гитарных соло, в то время как Пол играет на ковбелле, добавляя лязг-лязг-лязг-лязг, который придает песне ее непреодолимо стремительный ритм.

Еще один умный аспект You Can’t Do That заключается в том, что это двенадцатитактовый блюз, который превращается в современную поп-песню с добавлением очень крутых строк Everybody’s green («Все позеленели от зависти»), неожиданных и гениальных. Это одна из вещей, в которых The Beatles так хороши: брать традиционные элементы и делать их новыми.

Всякий раз, когда я слушаю пластинку, я всегда замечаю и восхищаюсь Джорджем Харрисоном, играющим на своей новенькой двенадцатиструнной гитаре Rickenbacker. Этот восхитительный звенящий звук. Вероятно, именно поэтому Джон играл соло на гитаре – потому что Джордж был занят бренчанием на своей двенадцатиструнке, обеспечивая такую великолепную текстуру, чтобы петь и играть против нее.

Я уже несколько раз упоминал о двенадцатиструнной гитаре, и это один из моих любимых инструментов. В то время как обычная гитара имеет шесть струн, у двенадцатиструнной гитары есть двойники на всех струнах. Каждая из того, что было бы одной струной на обычной гитаре, заменяется «курсом» из двух струн. Два верхних «курса» состоят из двух струн, настроенных на одну и ту же ноту, а следующие четыре «курса» состоят из двух струн, настроенных на октаву друг от друга, так что каждая регулярная струна заменяется парой струн, некоторые в октавах, некоторые в унисон, и это дает инструменту большой, богатый, звонкий звук. Есть две итерации двенадцатиструнной гитары, акустическая и электрическая версии. Я люблю обе. Я играл на своем акустическом двенадцатиструнном Gibson на множестве пластинок и использовал много электрических двенадцатиструнок, обычно это был Rickenbacker, но также была классная британская Burns, и недавно я приобрел красивую Gretsch. На пластинках Peter&Gordon есть много двенадцатиструнных партий – обычно их играет студийный музыкант, гораздо более опытный, чем я! Вы можете услышать акустическую двенадцатиструнку на I Go to Pieces, начиная с вступления, и вы можете услышать электрическую, играющую соло на A World Without Love.

Думаю, впервые я сознательно услышал двенадцатиструнный звук на пластинке под названием Walk Right In группы The Rooftop Singers. Они использовали две акустические двенадцатиструнки, а в то время эти инструменты были очень редкими. У группы была одна, которую они получили от Gibson, и, чтобы получить необходимый звук, им пришлось ждать, пока Gibson изготовит им еще одну. Они сделали этот инструмент известным, потому что я помню, что, когда эта пластинка вышла, мы все задавались вопросом, что же это за классный звук, и это был акустический двенадцатиструнный звук. Оказалось, что он также обеспечивал отличное звучание пластинок Лида Белли, которые я уже так любил, он играл на двенадцатиструнной гитаре Stella, настроенной от Ми до Си. Как только я понял, что это такое, я сам захотел ее, и довольно много лет спустя, когда мы с Гордоном начали зарабатывать деньги на концертах, я купил себе большой красивый двенадцатиструнный Gibson, который трагически украли несколько лет спустя, и мне пришлось попросить компанию сделать для меня еще один инструмент. Он все еще у меня, и я его очень люблю.

Примерно в то время, когда Джордж получил свой собственный двенадцатиструнный электрический Rickenbacker, он начал сочинять свои собственные песни. И вот в нашей категории You – одна из ранних композиций Джорджа: You Like Me Too Much. Это была третья песня Джорджа Харрисона, записанная The Beatles, после Don’t Worry Me и I Need You. Полагаю, что фраза You Like Me Too Much относится к Пэтти Бойд, женщине, в которую он был влюблен в то время и на которой впоследствии женился.

Еще одна отличная песня You – это You Never Give Me Your Money, написанная в то время, когда все битлы были в финансовых спорах друг с другом, с Алленом Кляйном и с Apple. И именно тогда они почувствовали, что You never give me your money, you only give me your funny paper («Вы никогда не даете мне свои деньги, а только свои смешные бумажки»). Я уверен, что это было правдой. По моему опыту, именно адвокаты (которые пишут «смешные бумажки») в конечном итоге получают деньги. Удручающая и приводящая в бешенство ситуация в данном случае привела к созданию блестящей песни с необычной аранжировкой.

Обратите внимание на басовую партию в первом куплете. Пол создал эти маленькие мелодичные нисходящие линии, которые просто изумительны. Он играет их с такой легкостью и блеском, что они сами по себе становятся трогательными мелодиями. Затем, когда он добирается до второго куплета, он играет этот необыкновенный нисходящий лик в более стандартной басовой партии, которую требует второй куплет. Это отличная песня и один из многих примеров необычайно творческой игры и тщательной аранжировки всех четырех битлов и их продюсера.

Сара Воган сделала очень классный кавер You Never Give Me Your Money. Она была одной из лучших джазовых вокалисток. Без сомнения, Америка богата лучшими джазовыми вокалистами, и Сара Воган одна из них. В течение многих лет она и Элла Фитцджеральд были королевами великого женского джазового пения. У Сары Воган был такой громкий, глубокий, блестящий голос, который она очень хорошо использовала на You Never Give Me Your Money. Это отличный пример ее работы, а также отличная кавер-версия песни The Beatles.

Возвращаясь к Джорджу Харрисону, я не могу не упомянуть еще одну его песню, которая идеально подходит для нашей категории. Не может быть более подходящей песни You, чем собственно You.

У You Джорджа интересная история. Он написал ее как виртуальную дань уважения записям девчачьей группы, которую так любил, когда был моложе. И на самом деле песня изначально предназначалась для Ронни Спектор, великой певицы, которую мы все знали в свое время. Прежде она была в The Ronettes, а потом стала женой Фила Спектора, хотя позже обвинила Фила в том, что он запер ее в своем особняке и плохо с ней обращался, что, как я предполагаю, было правдой. Джордж написал для нее эту песню, и она записала ее на одной из сессий, но почему-то песня так и не вышла. Джордж закончил это тем, что записал ее сам, собрав выдающихся музыкантов: Леон Рассел на фортепиано, Джим Гордон на барабанах и Джим Хорн, играющий соло на саксофоне. Так песня стала действительно хорошей пластинкой.

Но давайте выйдем за пределы You и вернемся к букве U. Музыкальный термин, который знают почти все, – это слово unison. Это относится к группе голосов, поющих одну и ту же партию вместе, а не поющих отдельные ноты в гармонии; и унисонные партии могут быть очень мощными. Это звучит очень выразительно и авторитетно, и The Beatles использовали его с большим эффектом несколько раз. Один из таких моментов был в начале The Continuing Story of Bungalow Bill. Вы заметите, что сразу после элегантного и удивительного вступления классической гитары появляется целая группа голосов, которые поют одни и те же ноты, и это создает прекрасное начало трека.

Но, возможно, самый известный момент унисона The Beatles – это тот, который не появляется до середины песни. И эта песня, конечно же, звучит так: Hey Jude. Один из шокирующих сюрпризов и исключительных музыкальных моментов заключается в том, что то, что мы предполагали в качестве основного мотива, заканчивается, и внезапно появляется эта великая часть «на-на-на-на», очень мощный унисон. И теперь, когда мы знаем, что он приближается, мы слушаем в радостном ожидании повторяющейся части унисона и радостно ждем, чтобы услышать необычайно одухотворенную нисходящую партию Пола, заполняющую промежутки между повторами ликов, которые мы знаем наизусть. Это потрясающе, и это превратило песню в настоящий гимн.

Буква U также приводит нас к инструменту, который очень нравился The Beatles и к которому они относились с особым энтузиазмом: укулеле. Совершенно очаровательный инструмент, родом с Гавайев, который распространился на все виды музыки. Джордж Харрисон был ее большим поклонником. На DVD-диске The Beatles Anthology есть клип, в котором Джордж, Ринго и Пол сидят на лужайке во Friar Park и просто играют на укулеле и что-то поют. Они играют Ain’t She Sweet и песню Джимми Рида Baby What You Want Me to Do. Джордж выдает классное соло на укулеле, и его любовь к инструменту безоговорочна.

Джордж был лучшим игроком на укулеле в The Beatles, но Джон и Пол тоже немного играли на ней, и действительно, именно в честь Джорджа, игрока-на-укулеле, Пол принял очень милое решение во время своего выступления на Concert for George в 2002 году и сыграл на укулеле блестящую версию Something, переосмыслив всю песню в стиле инструмента. Она прекрасна, и я настоятельно прошу вас ее послушать.

Другое слово, начинающееся с U, и это может вас немного удивить, не является строго музыкальным, но имеет музыкальное значение. Пожалуйста, не считайте меня слишком эксцентричным, речь идет о язычке (uvula). Я уже говорил о влиянии моей матери, музыкантши, но не забывайте, что мой отец был врачом, так что я также усвоил и некоторые анатомические знания! Вы, вероятно, знаете, что язычок – это маленькая болтающаяся штучка в задней части горла, и у него есть определенная музыкальная роль. По-видимому, без язычка голос человека не мог бы так же звучать, как он звучит. Язычок закрывает заднюю часть горла и препятствует тому, чтобы голос шел прямо вверх и выходил из носа. Я думаю, что если бы это было так, мы бы все звучали как Фрэн Дрешер или что-то в этом роде, кстати, этот гнусавый голос, который мы знаем и любим, – это здорово. Как универсальная черта эта особенность вряд ли будет интересной.

Язычок дает возможность исполнять определенные местоимения, особенно в иностранных языках, или гортанные звуки во французском и немецком языках. Говорить по-французски без язычка было бы очень трудно. Таким образом, мы можем определенно сообщить, что у Пола Маккартни есть язычок, и он использовал его с большим эффектом, когда пел по-французски Michelle. Sont les mots qui vont très bien ensemble требует эффективного использования язычка. Без язычка, пожалуй, немецкий The Beatles – Komm, Gib Mir Deine Hand и Sie Liebt Dich – звучал бы не так убедительно!

Наша последняя музыкальная ссылка на букву U – это ирландская волынка (uilleann pipes), древний и почитаемый ирландский инструмент, который обзавелся многими новыми поклонниками, когда люди полюбили саундтрек к фильму «Титаник». Он уже давно используется с большим успехом такими группами, как The Chieftains, и всеми другими легендами кельтской музыки.

Одна из этих очень известных ирландских групп – McPeake Family. Фрэнсис Макпик был лидером этой семьи, и он очень хорошо играл на ирландской волынке. Когда Джон Леннон проявил интерес к ирландской волынке, он купил комплект и взял пару уроков у самого Фрэнсиса Макпика, который позже сказал своему сыну, что Джон был лучшим учеником, который у него когда-либо занимался, что он понял за один день настоящую концепцию волынки и стал бы великим волынщиком. Но думаю, что круг интересов Джона был слишком широк, настолько, что он даже просто перестал практиковаться и отдал свой комплект Фрэнсису Макпику. Я так понимаю, у семьи Макпиков все еще хранится ирландская волынка Джона.

Ирландская волынка

The Beatles ни в одной из своих песен не использовали ирландские волынки, но ее звучание. Более взрослой, более серьезной, более воинственной версией ирландской волынки являются шотландские волынки, называемые бэгпайпами. С тем же принципом действия.

Большая сумка, более низкие ноты и все такое прочее. Идея та же самая. Мелодия воспроизводится на одной трубе под названием чантер, а другие трубы настраиваются на определенные «гудящие» ноты, которые играют вместе с ней. Эффект гула дополняется тем, что вместо того, чтобы дуть непосредственно в сами трубы, дудочник дует в мешок, который обеспечивает запас воздуха и позволяет всем нотам звучать непрерывно, даже когда человек вдыхает.

Пол Маккартни влюбился в волынки и использовал их, настоящие бэгпайпы, в своей самой шотландской песне Mull of Kintyre. Я закончу эту главу, когда все мы будем представлять себе печальный звук волынки, плывущий по шотландским высокогорьям. Прекрасное окончание для любого музыкального дня.

V

Вера Линн развлекает военных

Как и в случае с буквой U, в мире The Beatles не так уж много V-песен. Я собираюсь начать с одной, которую я действительно не очень хорошо помнил, но как только я сыграл ее, она вернулась ко мне? – и, знаете, она хороша.

Это песня Пола Маккартни под названием Vintage Clothes, спродюсированная моим другом Дэвидом Каном, отличным продюсером, который сделал лучшие пластинки The Bangles и работал с целым списком других классных исполнителей. Vintage Clothes включает в себя меллотрон – очевидно, тот же самый меллотрон, который The Beatles использовали в свое время в студии EMI, инструмент, который, как я предполагаю, Пол впоследствии купил. И раз у Пола он был, им они и воспользовались.

Меллотрон имеет очень специфический и завораживающий звук, но это также темпераментный и механически ненадежный элемент оборудования. Обе характеристики можно отнести к тому, как работает машина, она использует реальные физические сэмплы реальных инструментов, играющих определенные ноты, записанные на кассету.

Это был первый раз, когда концепция сэмплирования инструментальных звуков вышла на первый план, потому что меллотрон содержал в себе множество длин ленты звукозаписи. Непродолжительные петли; каждая из них имела начало и конец, и каждая длина была записью инструмента (или нескольких одинаковых инструментов в унисоне), играющего определенную ноту.

Меллотрон шел с несколькими различными стойками этих полосок ленты, по одной для каждой группы инструментов (струнных или латунных и так далее). Один из них поднимал стойку с лентами, которые были внутри клавиатуры (размером примерно с пианино), и вставлял другую по мере необходимости. Стойка состояла из множества болтающихся лент, свисающих с маленьких колесиков, и выбранная стойка должна была быть вставлена в меллотрон. Затем, когда кто-нибудь нажимал соответствующую ноту на клавиатуре, машина воспроизводила эту специальную ленту, она проигрывалась максимум в течение семи или восьми секунд, насколько я помню, пока либо эта лента не заканчивалась, либо кто-то не убирал палец с клавиши. Как только клавишу отпускали, раздавался такой же щелкающий звук, и лента со свистом возвращалась к началу так быстро, как только могла, на случай, если та же самая нота понадобится снова. Одним из побочных эффектов этой мгновенной перемотки было то, что довольно часто лента ломалась, и в этом отношении меллотроны были кошмарны. The Moody Blues какое-то время использовали меллотроны в туре и, видимо, должны был иметь три или четыре штуки, чтобы хотя бы один работал на каждом концерте.

Впервые мы полностью осознали, насколько потрясающе и волшебно может звучать меллотрон, когда услышали песню Strawberry Fields Forever. Прямо в вступлении The Beatles использовали флейты меллотрона, а не настоящие, потому что у меллотрона был свой собственный звук. Дело в том, что к тому времени, когда был завершен необходимый процесс записи и воспроизведения для меллотрона, ленты уже не звучали в точности как настоящие флейты, а скорее как жуткая копия настоящих флейт. Не совсем точно звучащая мелодия, не совсем гармонирующая и не совсем устойчивая по тону, но в некотором смысле более мистическая и вдохновляющая, чем настоящие флейты в том же контексте.

Лента немного шатается, поэтому инструменты имеют странное и «нечеловеческое» вибрато. И конечно, эта странность звучала очень круто в руках коллективного музыкального гения, которым были The Beatles. Когда вы впервые слышите эти флейты в Strawberry Fields Forever, они звучат не совсем как настоящие флейты, но они звучат совершенно фантастически.

Размышления о меллотроне заставляют меня вспомнить все оригинальные устройства, которые использовали The Beatles для достижения нужного им звука на своих пластинках. Одно из этих устройств начинается с буквы V, и это varispeed. Теперь вариспид относится к любому методу, с помощью которого можно ускорить или замедлить ленту. Когда вы ускоряете запись, очевидно, темп становится быстрее. Кроме того, ключ становится все выше, пока в конце концов не оказывается из мира Элвина и бурундуков, когда все очень быстро и очень высоко. Сегодня все по-другому. В цифровом мире можно менять скорость и высоту звука записанной музыки отдельно и независимо. А тогда единственным вариантом было физическое изменение скорости ленты, и даже это было довольно сложно. Было легко удвоить или в половину сократить скорость ленты (настройка, доступная на самом студийном магнитофоне), но более тонкие вариации были не так просты, и такие настройки стали трюком, в котором в значительной степени The Beatles стали пионерами. У них была построена машина (вариспид), которая изменяла частоту электричества, питающего электрический двигатель, приводящий ленту в движение, что позволяло незаметно менять скорость (а следовательно, и высоту звука).

Одна из ключевых песен, в которой они это сделали, была тем самым шедевром – Strawberry Fields Forever. Пластинка состоит из двух частей с двух разных дублей. Эти два дубля были разными аранжировками в разных тональностях, и чтобы сделать их совместимыми, Джефф Эмерик использовал вариспид, чтобы опустить ключ более высокого дубля. Голос Джона в этой секции, таким образом, стал низким и обреченно звучащим, что ему очень понравилось. Так что вариспид стал ключом ко всему.

Люди часто спрашивают меня о фактическом месте в Ливерпуле, в честь которого было дано название Strawberry Fields Forever, и я должен признаться, что никогда там не был. Я вообще почти не бывал в Ливерпуле.

А тем, кто предполагает, что я какой-то универсальный эксперт The Beatles, должен сообщить, что я определенно таким не являюсь. Единственные поездки в Ливерпуль, которые я совершал, были для того, чтобы сыграть концерт и вернуться домой. Моя единственная связь с The Beatles заключается в том, что я так долго любил их музыку, и мне посчастливилось стать свидетелем некоторых событий этого исторического периода и получить удовольствие от знакомства с ними – честь, которая сохраняется и по сей день.

Я упомянул, что в мире The Beatles не так уж много V-песен, и это чистая правда. Но есть одна вещь, которая начинается с V, и вы должны признать, что она чрезвычайно важна. И это их голоса (voices). Голоса у битлов были необыкновенные! Я уже упоминал, что они должны были петь довольно громко, чтобы иметь хоть какой-то шанс услышать друг друга, и я помню, что был особенно впечатлен, когда посетил пару их сессий на ВВС. Когда я сидел в аппаратной, то, конечно, слышал все, потому что звук шел через микрофоны, пульт и большие динамики. Но если бы я сидел в самой студии, как я иногда делал, я бы слышал только то, что делает музыку в этой комнате, без какой-либо пользы от усиления или электроники. Я слышал живые барабаны, живую гитару, гитарные усилители и так далее, но вокал я слышал только из их уст, когда они стояли у микрофона. И все же я по-прежнему отчетливо слышал все, что они пели.

Честно говоря, я не могу точно вспомнить, на каких сеансах ВВС я присутствовал, но если вы послушаете их сейчас, то получите ощущение того, что слышал я, когда сидел на полу в маленькой студии, где они пели, и был чрезвычайно впечатлен.

Эта вокальная сила была очевидна с самых первых их записей. В студии у них было преимущество перед микрофонами. Когда они пели вместе, Пол и Джон часто стояли по разные стороны одного и того же микрофона, Neumann U67, который может работать в режиме восьмерки, что означает, что две противоположные стороны микрофона можно использовать одновременно. Я люблю записывать таким образом. Инженеры говорят, что я, возможно, надумываю, но мне кажется, что когда два человека поют в одну и ту же «капсулу», это означает, что одна и та же вибрирующая диафрагма соединяет оба голоса и записывает физически смешанный сигнал на ленту. Именно так Джон и Пол делали в большинстве своих ранних записей.

Буква V также обозначает скрипки, альты и виолончели (violins, violas, violoncellos). Само слово виолончель – это аббревиатура. Заядлые педанты на самом деле ставят апостроф перед cello, чтобы указать на тот факт, что он знает, что это виолончель.

Я уже писал об этих инструментах под буквой Q, когда мы обсуждали струнные квартеты, но хотел бы задать один новый вопрос: когда же скрипка перестает быть скрипкой? Когда это фидель. Фидель – это другой инструмент (оставаясь при этом физически точно таким же, как скрипка), потому что великие скрипачи, и я думаю, что эта категория включает в себя блюграсс-скрипачей, кантри-скрипачей и каджунских скрипачей, могут быть столь же искусными и столь же удивительными в том, что они делают, как и лучшие классические скрипачи. Разные стили, разные звуки, разные песни, и все они используют один и тот же инструмент, но играют совершенно по-разному. Редкие музыканты преуспевают в обоих мирах (в этом отношении признания заслуживает Марк О’Коннор), но большинство из них специализируются или на фиделе, или на скрипке. Лично я ценю таких игроков, как Стюарт Дункан, Элисон Краусс или Сара Уоткинс в мире блюграсса, а среди скрипичных классиков никто не может превзойти Хиллари Хан, играющую Баха или чуть ли не все остальное.

Еще один любимый игрок на фиделе – Ники Сандерс из Steep Canyon Rangers, великой блюграсс-группы, с которой Стив Мартин записывает пластинки. Я сам имел удовольствие работать над некоторыми из них в качестве продюсера.

Одна из записей, которую я не продюсировал, – это ранний альбом, на котором у Стива Мартина и Steep Canyon Rangers был приглашенный певец. В песне Best Love Стиву пришла в голову идея пригласить певца, который, по его мнению, будет очень хорошо звучать именно в этой песне. Он позвонил Полу Маккартни и попросил его прийти и спеть одну песню, и Пол сказал «да». Если вы найдете Best Love, вы услышите великого Ники Сандерса на фиделе, Стива Мартина на банджо и остальных Steep Canyon Rangers, аккомпанирующих сэру Полу. И это отличная песня.

Все четыре битла, как и я, родились во время Второй мировой войны. И для любого из нас, кто вырос в послевоенной Британии, очень важной V-певицей является Вера Линн. Она главная национальная героиня. Она не просто пела на фронте, ее песни были громадными хитами (There’ll Be Bluebirds Over) The White Cliffs of Dover и особенно We’ll Meet Again, они стали своего рода национальным гимном для Британии во время войны. Вера Линн, по крайней мере в то время, когда я пишу эти строки, по-прежнему с нами. Ей 103 года. Она всегда пользовалась невероятно высоким уважением у всех артистов Британии, включая The Beatles. Она ответила взаимностью на это восхищение и даже исполнила одну из их песен: The Fool on the Hill.

Кстати, теоретически The Beatles могли бы на самом деле немного «обидеться» на Веру Линн, потому что в 2009 году, когда долгожданные обновленные издания всего каталога Великолепной четверки были наконец выпущены, на позицию № 1 в британском альбомном чарте претендовала Вера Линн с новым переизданием ее величайших хитов. В то время ей было девяносто два года, и она не давала The Beatles выйти на первое место, но я уверен, что они нисколько не возражали.

Пол Маккартни, похоже, единственный битл, который любит букву V. Помимо Vintage Clothes и Venus and Mars (элегантная мелодичная прелюдия к Rock Show), он написал и записал еще две V-песни со связанными названиями: Valentine Day и My Valentine. Valentine Day – инструментальная композиция, тогда как My Valentine – более привычная и традиционная песня. Это прекрасная работа с красивой игрой на гитаре от Эрика Клэптона. А если вы посмотрите видео, то увидите, как актриса Натали Портман пользуется языком жестов.

В My Valentine Эрик Клэптон играет на классической соло-гитаре в некотором отступлении от своего обычного стиля, но ясно, что он может играть все что угодно! Когда я имел удовольствие провести сессию с Эриком, я понял, что это был замечательный опыт. Он пришел и сыграл на благотворительной пластинке, которую я продюсировал (с Шер, Крисси Хайнд и Нене Черри), просто отработал три или четыре потрясающих соло, все совершенно разные и все экстраординарные, а затем он сказал: «Так подойдет?» Все, что я мог сделать, – это ответить: «Это блестяще! Большое спасибо!» Он собрал вещи и уехал. Он был одновременно эффективен и сверхъестественно хорош, пластинка попала на первое место, собрав кучу денег на Comic Relief[120] в Red Nose Day[121].

Давайте закончим наше путешествие через букву V на веселой ноте, потому что V также означает vaudeville (водевиль). Водевиль – это, конечно, американская версия того, что мы в Англии в основном называем мюзик-холлом, в нем та же атмосфера. Все живо и радостно (за исключением тех случаев, когда это сентиментально и слезливо), но даже тогда в спектакли добавляется двойной смысл, шутки, он непременно насыщается беззаботными моментами. Пол Маккартни был поклонником традиций водевиля и мюзик-холла, что мы видим, в частности, в таких песнях, как Honey Pie и Your Mother Should Know.

Honey Pie – это четкая и прямая дань рэгтайму и водевилю, а также очень коллективная запись The Beatles, доказывающая, что группа разделяла любовь Пола к этому жанру. Джон играл олд-скул-соло на гитаре, Джордж – идеальную басовую партию, которая была очень далека от рок-н-ролла по тону или композиции, Ринго был на барабанах, а Пол на рэгтайм-пианино, играя с чувством, вероятно, более знакомым группе отца Пола, чем The Beatles. Аранжировка для саксофонов и кларнетов была совместной работой Джорджа Мартина и Пола и стала шедевром аутентичности. Песня также следует сюжетной линии, не чуждой поклонникам The Beatles, группа с севера Англии попадает в высшую лигу в Америке и уходит!

Водевиль и мюзик-холл всегда включали в свою привлекательность существенный фактор ностальгии. И Your Mother Should Know вдоль и поперек пронизана ностальгией. С начальных строк, которые специально обращены к прошлому: Let’s all get up and dance to a song / That was a hit before your mother was born («Давайте все встанем и потанцуем под песню, / Которая была хитом до того, как родилась ваша мать»), – до визуального представления песни в «Волшебном таинственном путешествии» (белые фраки, хореография и сложный набор, напоминающий о славных днях киномузыкальных фильмов), до самой музыкальной аранжировки (прекрасное старомодное «ах» в фоновом вокале и ретро-хай-хэт Ринго на втором куплете). Весь трек имеет радостную и ностальгическую сентиментальность, которой я любуюсь. Несомненно, эта песня 1967 года выражает и иллюстрирует восхищение музыкой предыдущих эпох, что соответствует уважению и любви, которые мы с энтузиазмом выражаем к 1960-м годам и группе, которая подарила голос этому десятилетию.

W

Линда Ронстадт и я навещаем Пола и Линду Маккартни за кулисами на концерте Wings

Хоть мы и приближаемся к концу наших поисков, у нас все еще есть несколько важных букв, которые нужно исследовать. Довольно много великих песен начинаются с буквы W, на которой мы находимся.

Мы начинаем с любимой When I’m Sixty-Four. Это песня, которую Пол Маккартни написал на пианино в гостиной своего дома в Ливерпуле. В то время ему было всего пятнадцать, и он смотрел в будущее почти на пятьдесят лет вперед. Ирония сегодняшней песни, конечно, заключается в том, что и композитор, и я с ностальгией вспоминаем наш шестьдесят четвертый год. Мне пришло в голову посмотреть, чем занимался Пол, когда ему было шестьдесят четыре года, и оказалось, что именно в этом году он выпустил Dance Tonight, один из своих лучших сольных синглов и действительно хороший альбом, который отлично себя зарекомендовал. Итак, Пол, как нам хорошо известно, процветал в шестьдесят четыре года и продолжает процветать по сей день.

В предыдущей главе я писал о водевиле и его английском родственнике мюзик-холле. When I’m Sixty-Four – это, пожалуй, самая известная песня The Beatles, которая имеет этот особый привкус мюзик-холла. Мы должны отдать должное блестящей кларнетовой аранжировке Джорджа Мартина, прекрасно написанной для трех кларнетов и умело дополняющей водевильный музыкальный дух, которым Пол уже наполнил песню благодаря своей мелодии и лирике.

Тексты удивительно выразительны и мягко очаровательны. Пол такой мастер мелодических мотивов, что его иногда недооценивают как лирика, а это действительно очень умные тексты. We can rent a cottage in the Isle of Wight («Мы можем снять коттедж на острове Уайт»), – кстати, это было бы самообманом. Остров Уайт стоит очень дорого, и коттедж действительно был бы дорогим удовольствием.

Для тех, кто не знает, остров Уайт – это остров примерно в пяти милях от южного побережья Британии, но отдельный во многих отношениях и с захватывающей историей. Он всегда был на передовой линии обороны Британии, как против Непобедимой Армады[122] при царствовании Елизаветы I, так и против любого потенциального немецкого вторжения во время Второй мировой войны. На острове организуют интересные масштабные мероприятия (слава богу) невоенного характера, в том числе музыкальные фестивали. Самый знаменитый Isle of Wight Festival состоялся в 1969 году. В тот год он собрал аудиторию около 150 000 человек, желавших увидеть Боба Дилана, The Who, Free, Джо Кокера, Bonzo Dog Doo-Dah Band и Moody Blues. Боб Дилан впервые появился на публике после серьезной аварии на мотоцикле, он отклонил предложение сыграть на Woodstock и принял некоторые убедительные меры, чтобы появиться на острове Уайт. Очевидно, все дело было в поэтическом наследии острова, Альфред Лорд Теннисон называл его своим домом. И именно выступление Дилана послужило мотивацией для Джорджа, Джона и Ринго (вместе с Китом Ричардсом и Эриком Клэптоном) принять в нем участие.

Прежде чем мы оставим When I’m Sixty-Four, стоит отметить, что песня была перепета множеством разных людей. Кавер, который я не слышал до недавнего времени, был написан Китом Муном для фильма All This and World War II («Все это и Вторая мировая война»), и это оригинальная и интересная версия. Мне нравится, как он поет эту песню с чуть заметным шикарным акцентом, немного похожим на его друга Вивиана Стэншолла из The Bonzo Dog Doo-Dah Band. Мне также нравится элегантная оркестровая аранжировка, включающая кучу маримб наряду со струнным ансамблем. И Кит тоже был удивительно хорошим певцом. Самое печальное во всем этом то, что сам Кит добрался только до середины пути к своим шестидесяти четырем. Он умер в возрасте тридцати двух лет, что было ужасной потерей. Он был потрясающим барабанщиком и необычайно щедрым и обаятельным человеком.

Еще одним чудесным творческим барабанщиком и отличным вокалистом, конечно же, является Ринго Старр, и мы не можем игнорировать его исключительное исполнение With a Little Help from My Friends, еще одной великой W-песни. Я уже обсуждал барабанную игру Ринго на этом треке в букве D, но здесь хотел бы обратить внимание на его вокал. Ринго поет так же, как говорит, просто, без притворства, без каких-либо прикрас – и исполнение явно идет от сердца. Хотя его пение очень прямолинейно, оно ни в какой степени не кажется скучным, а скорее имеет солидность и убежденность человека, просто констатирующего факт, что друзья бесценны и что их поддержка имеет решающее значение. И именно на такую позицию опирались The Beatles, чтобы помочь группе продержаться вместе в трудные времена, впрочем, в конце концов эти трудности оказались непреодолимыми.

Так же выразительно, как Ринго, эту песню исполнили два других певца, и сделали это собственными, но очень разными и эффектными способами. Первый – это Джеймс Тейлор, который в дополнение к своему гению сочинения песен обладает замечательным талантом брать песню, первоначально написанную и исполненную кем-то другим, и делать ее абсолютно похожей на песню Джеймса Тейлора. Так произошло с Handy Man, How Sweet It Is (To Be Loved By You) и You’ve Got a Friend, и именно это он делает с живой версией With a Little Help from My Friends, которую исполнял время от времени с тех пор, как впервые выучил ее много лет назад. Слушая версию Джеймса, вы никогда не угадаете, что это была рок-н-ролльная песня Леннона – Маккартни. Вы действительно можете подумать, что это его собственная композиция, поскольку он добавляет эти фирменные гитарные лики Джеймса Тейлора и вокальные фразы.

И второй, конечно же, Джо Кокер, который сделал версию With a Little Help from My Friends, и она действительно совершенно изменила песню. Его интенсивно одухотворенный вокал, поразительные аранжировка и продюсирование (благодаря блестящему Леону Расселу и Денни Корделлу) значительно увеличивает восхищение песней и радость от ее прослушивания.

Джо Кокер исполнил эту знаменитую версию в рамках Woodstock, великого фестиваля, который предшествовал Isle of Wight Festival и является еще одним W для упоминания, хотя это краткий окольный путь нашего алфавитного тура The Beatles. Вообще-то я был на Woodstock. Мне как-то удалось обманным путем добраться до места на вертолете, который в то время был единственным способом попасть туда, потому что, как вы, возможно, читали, все движение транспорта было остановлено. Дороги закрыли, люди просто бросали свои машины и шли пешком, транспортные артерии были полностью забиты. Весь этот фестиваль был орагнизован в очень хипповском, дилетантском стиле, что придавало очарования и веселья, но когда все эти сотни тысяч людей пришли, начался полный хаос. Кое-что мне все же удалось увидеть, правда из-за кулис. Я не был в грязи с толпой, это выглядит забавно в фильме, но не уверен, что это было бы весело в реальной жизни, по ту сторону сцены. Я видел Ричи Хейвенса, Кантри Джо, Фиша и многих других артистов, и это был впечатляющий опыт.

Кроме того, это был максимальный шанс встретиться с Дженис Джоплин, которую я видел в другой раз в Holluwood Bowl. Она тоже была на Woodstock, но там я не видел ее выступления. Вместо этого, когда мы вернулись в мотель, где мне кое-как удалось найти комнату, я шел по коридору, люди там спали повсюду, и нужно было передвигаться очень осторожно. Я перешагнул через пару человек, посмотрел вниз и увидел женщину с пустой бутылкой Jack Daniels, и это действительно была Дженис Джоплин. Так что мы никогда по-настоящему не встречались, если не считать встречи, когда один человек был без сознания, «в крепких объятиях Джека», и я сказал себе: «О, это Дженис Джоплин, как здорово», – и пошел в свою комнату. Вот такая Woodstock-история случилась со мной.

Вернемся к The Beatles, мы говорили о Поле и Ринго, поэтому обратимся к Джорджу. Вероятно, его самой великой W-песней была While My Guitar Gently Weeps, музыкальный шедевр, лирически точный в том смысле, что «грустный плач струн» действительно издавала гитара Джорджа, но не в его руках. Как многие из вас, возможно, знают, Джордж не играл эту гитарную партию. Ее играл его дорогой друг Эрик Клэптон. Джордж был удивительным музыкантом и создал много неповторимо красивых своих собственных соло, но в этом случае уступил Эрику и не прогадал. Одной этой песни также должно быть достаточно, чтобы утвердить статус Джорджа как исключительно блестящего и творческого автора песен.

Джордж также написал еще одну классную W-композицию, которая менее известна, но мне она очень нравится. Она называется Wreck of the Hesperus. В 1842 году была опубликована знаменитая поэма великого американского поэта Генри Уодсворта Лонгфелло. Это трагическая история о морском капитане и его дочери, попавших в шторм и погибших. Очень печальная. Одноименная песня Джорджа совсем не грустная; по существу, он заявляет, что он не wreck of the Hesperus («крушение Геспера»), а скорее he wall of China («Китайская стена») и tall as the Eiffel Tower («высок, как Эйфелева башня»). И он поет это над серьезным рок-треком, в котором участвовали многие из друзей Джорджа, музыканты мирового класса: отличные барабаны Келтнера и драматические блюзовые лики от Клэптона, а также потрясающие игра и вокал самого Джорджа. Посмотрите на великолепный гитарный лик, который сыгран в октавах и смешивает жесткие левые и жесткие правые, которые превращаются в соло на 2:25 и продолжаются до затухания. Стоит также отметить упоминание в тексте песни Биг Билла Брунзи, еще одного примера великого блюзмена, пользующегося в Британии бóльшим уважением, чем когда-либо на своей родине. Мастерство Джорджа в написании песен, его способности к аранжировке, интенсивный вокал и музыкальный вкус – все это четко продемонстрировано в композиции.

Сольная карьера Ринго также включает в себя несколько W-песен. Две весьма неожиданны. Одна из них – When You Wish On A Star, отличный вариант из диснеевского трибьют-альбома Stay Awake, который включает соло на трубе легендарного Херба Альперта. На альбоме были представлены такие разные исполнители, как Бонни Рэйтт, Sun Ra[123] и его Arkestra, Джеймс Тейлор и Гарри Нилссон, а продюсером выступил мой друг Хэл Уилнер, блестящий нью-йоркский продюсер, который сделал несколько одинаково крутых «тематических» альбомов, каждый с замечательным составом артистов.

Теперь, признаюсь, я сохранил то, что, вероятно, является моей любимой W-песней The Beatles, которую Пол написал, когда жил в нашем доме. Блестящая песня, отличная аранжировка, очень хорошо сделанная запись с отличным продюсированием Джорджа Мартина: We Can Work It Out. Во многих отношениях этот трек является примером именно того, что было столь исключительным в The Beatles как в творческой команде.

Пол написал позитивный куплет о том, что трудности могут быть преодолены, поставил на музыку в тональности Ре мажор – совершенно счастливой тональности – и закончил триумфальным мини-припевом We can work it out, we can work it out («Мы найдем выход, мы найдем выход») над двумя тактами чередующихся аккордов Соль и Ре. Затем Джон написал большой припев, который в музыкальном и лирическом плане принимает зловещий оборот. Поскольку он напоминает нам, что Life is very short («Жизнь очень коротка»), он скатился в Си минор (относительный минор Ре мажора, с которого мы начали) и обеспечил поразительную смену настроения. А затем Джордж предложил перейти на ритм вальса (3/4) в течение четырех тактов для момента Fussing and fighting my friend («ссор и истерик, мой друг»). Ринго создал ультратвердый барабанный грув на основном треке, и его переход на четыре-на-такт части малого барабана – один из элементов, который делает припев таким удовлетворительным. Джон играл на акустической ритм-гитаре (в чем он был мастером), и в этом случае именно Джордж так точно сцепил тамбурин с барабанами Ринго. Затем Джон наложил оригинальные фисгармонические нарастания и ослабления звука. Коллективный гений, мастерская запись и хитовость материала сделали из We Can Work It Out сингл, половину двойной стороны «A» с Day Tripper.

Прежде чем мы оставим букву W позади, необходимо упомянуть важный W в мире The Beatles, которым является группа Wings – безусловно, самый успешный спин-офф-проект битлов. И действительно, Wings можно было бы считать гигантской группой, даже если бы The Beatles никогда не существовали. У них было огромное количество громких хитов. Начнем с того, что, вероятно, мой любимый и, возможно, самый известный трек Wings – это Band on The Run. Замечательная запись и необычный хит во многих отношениях. Во-первых, это один из самых длинных синглов Пола длительностью 5:09, и состоит он из трех отдельных и разрозненных музыкальных сегментов. Стоит также отметить, что два участника группы уже успели сбежать до начала записи! Пол решил сделать весь альбом в Лагосе, Нигерия, но Генри Маккалоу (гитара) и Денни Сейвелл (барабаны) покинули Wings незадолго до запланированной даты отъезда. Таким образом, группа была сведена к своей сути – только Пол, Линда и Денни Лейн. Пол вернулся к игре на нескольких инструментах на каждом треке – ударным, перкуссии и большей части соло-гитары, а также баса. Это маленькое трио (вместе с их бесценным инженером, верным Джеффом Эмериком) также вынужденно боролось с различными опасностями выбранного ими места – техническими неудачами, угрозами здоровью и даже ужасающим ограблением на острие ножа, которое включало потерю текстов песен и демо. В конце концов они решили закончить запись в AIR Studios в Лондоне. Несмотря на всю эту драму, как альбом в целом, так и песня Band on The Run в частности, более чем выдержали испытание временем и ценятся как самые лучшие из экстраординарных работ Пола Маккартни.

X

Джордж во Friar Park

Вместе мы исследовали и продолжаем исследовать The Beatles в алфавитном порядке, и я с некоторым трепетом подвожу вас к букве X. Признаюсь, я заранее задавался вопросом, что же я буду делать, когда доберусь до буквы X, потому что совершенно точно нет песен The Beatles, которые начинаются с этой буквы. Некоторые из вас, должно быть, решили, вот теперь-то он застрянет! И что он собирается делать? Но я придумал несколько уловок, хитростей и коротких путей, которые, надеюсь, сойдут мне с рук. Итак, начнем.

Знаете ли вы (а я не знал), что 13 декабря 2009 года, в последний вечер телевизионной программы X-Factor UK появился в качестве гостя наш Пол Маккартни? И это появление гостя на (отлично названном) X-Factor UK мгновенно подходит для этой главы. На программе Пол спел вживую две песни: Drive My Car и Live and Let Die. Эти песни он часто исполняет и делает это на «отлично». Вы можете найти прекрасные живые версии этих песен на его альбоме Good Evening New York City, который был записан в течение трех ночей первых концертов на New York’s Citi Field 17, 18 и 21 июля 2009 года. Огромный концерт, но он мгновенно раскупился, и, судя по всему, это было замечательное выступление. Несколько моих друзей были там и бредили музыкой, энергией и явным возбуждением от шоу. Возможно, стоит обратить внимание на безграничный энтузиазм Пола к исполнению, который, по-видимому, нисколько не уменьшился за прошедшие десятилетия. Когда Peter & Gordon выпала честь играть на разогреве The Beatles более пятидесяти лет назад, я помню, как Пол вышел на сцену, будто больше нигде в мире ему не хотелось бы быть, и, наблюдая за ним гораздо позднее, я вижу, что его настроение не изменилось. Теперь он играет гораздо дольше (часто по три часа подряд), чем когда-либо раньше, и с еще большей радостью. Ему не надо зарабатывать на жизнь или становиться звездой, он выходит на сцену исключительно из любви к музыке и публике. Теперь, когда все старые проблемы звука и постановки нашли современные технологические решения, когда различные проблемы, столь четко очерченные в документальном фильме The Beatles: Eight Days a Week («Битлз: Восемь дней в неделю»), благополучно разрешены, Пол может расслабиться и наслаждаться не только чудесным объемом работы, к которому он может обратиться, но и музыкальностью, вокальной устойчивостью, зрительской привлекательностью и сценическим мастерством, которые всегда производили на нас такое сильное впечатление.

В конце своего выступления на X-Factor UK Пол спросил: «Мы прошли прослушивание?» И, ко всеобщему облегчению, Саймон Коуэлл сказал: «Да, вы прошли в следующий раунд!» И я сам с нетерпением жду «следующего раунда» Пола, что бы он ни принес.

Итак, X-Factor UK задал бодрое начало X-пути, но этого едва ли достаточно для целой главы. Я обнаружил, что брожу по дому, бормоча: «Экс… Экс…» под нос, задаваясь вопросом, что же делать. И тут мне пришло в голову, что одна X-тема у нас есть – это «экс-Beatles». И побеждает самый известный из них – это Пит Бест. У него была нелегкая карьера, но лично он обаятельный человек. Я сталкивался с ним на некоторых мероприятиях, связанных с The Beatles, и он совершенно крут.

После того как он покинул The Beatles в 1962 году, Пит пошел дальше, заимел свою собственную группу, The Pete Best Band. Один из их треков – ностальгическая песня о Ливерпуле, в том же духе, что и Penny Lane Пола и Liverpool 8 Ринго. Пит написал и записал Haymans Green о районе, в котором, без сомнения, еще в те времена The Beatles играли концерты в Ливерпуле.

Пит Бест, конечно, не единственный бывший. Если вдуматься, Пол и Джон, Ринго и Джордж сами стали бывшими битлами после 1970 года и продолжили создавать великолепные пластинки. Поэтому я бы предложил нам выбрать и изучить одну важную или интересную песню, которую каждый записал как экс-Beatles.

Что касается Пола, многие считают, что его первой необычной и творческой песней в качестве экс-битла была Maybe I’m Amazed, трек с альбома McCartney, его первый релиз после распада. Музыкальный мир не знал, чего ожидать от этой записи, и, вероятно, был поражен (и впечатлен), когда первый сольный альбом Пола оказался настолько невероятно хорош и содержал столь исключительно мощную песню. Написанная Полом и посвященная его жене Линде, она была записана в Studio Two EMI, где Пол играл на всех инструментах. Maybe I’m Amazed никогда не была выпущена как настоящий сингл, но тем не менее она получила большое количество эфиров по всему миру. Гораздо позже живая версия песни была записана Wings как часть альбома Wings over America, и эта песня была выпущена как сингл и вошла в десятку лучших хитов в США, так что сила Maybe I’m Amazed была доказана, вне всяких сомнений, и в ретроспективе песню можно рассматривать как явный предвестник необыкновенной сольной карьеры Пола, которой он наслаждается по сей день.

Перейдем к нашему второму бывшему битлу, Джону Леннону, которого нам так сильно не хватает. Он был необычным человеком с пугающим и даже язвительным интеллектом и блестящим музыкантом. Он записал так много хороших треков, что трудно выбрать только один. В данном случае я остановился на песне, которая показывает Джона в нежном настроении, что бывало редко. Эта песня называется Love Is Real, как я ее называю, хотя официальное название песни просто Love. Эта песня была включена в альбом 1970 года John Lennon/Plastic Ono Band. Несмотря на то что она никогда не выпускалась как сингл, она быстро нашла последователей и получила значительную поддержку в эфире. С обезоруживающе простой, но глубокой эффектной лирикой, с некоторыми простыми, но неожиданными изменениями аккордов и прекрасным вокалом (записанным дабл-трекингом, как это часто делал Джон), пластинка обладает созерцательной элегантностью, что я нахожу очень трогательным.

Затем идет Ринго – блестящий и удивительно творческий барабанщик, замечательный музыкант, очаровательный человек и ценный друг. Ему я выбрал одну странную песню. Не одну из классики Ринго, но песню, которую я нахожу очень интересной. Wine, Women and Loud Happy Songs. С тех пор Ринго больше не пьет вино, и он нашел себе одну невероятно привлекательную и красивую женщину – Барбару, которой я очень восхищаюсь, но он все еще очень хорошо поет громкие счастливые песни, как эта.

Наш последний экс-, Джордж Харрисон, которого, конечно, тоже очень не хватает. Выдающийся композитор, необычайно умелый и изобретательный гитарист, блестящий и незаурядный человек. Он сочетал в себе некоторые добродетели английского провинциального джентльмена (вежливость, добродушие и определенный традиционализм) с явным увлечением другими культурами, музыкой, навыками и философскими знаниями. Он также чувствовал глубокую связь со своим собственным необыкновенным и любимым домом в британской сельской местности, Friar Park, так чудесно любимым и поддерживаемым по сей день удивительной Оливией. Точно так же она поддерживает каждый аспект наследия Джорджа, с безграничной любовью и точным вниманием к деталям. Я не думаю, что существует лучшая песня для представления бывших битловских лет Джорджа, чем Give Me Love (Give Me Peace on Earth). Это один из самых больших хитов Джорджа, который подчеркивает значительное изменение стиля его предшественника, My Sweet Lord, хотя оба они разделяют духовную тему. Переход от помпезности и размера постановки Фила Спектора к ясности и интимности, больше напоминающей то, что мог бы сделать Джордж Мартин, позволяет отдельным инструменталистам сиять, а не строить стену звука: неизбежно запоминающаяся повторяющаяся фортепианная мелодия Ники Хопкинса и идеально легкая, почти джазовая синкопа, которую разделяют Клаус Вурманн на басу и Джим Келтнер на барабанах. А над всем этим – откровенность вокала Джорджа и (мой любимый элемент) невыразимая сладость его изящно написанных и прекрасно сыгранных парных слайд-гитарных линий во вступлении и соло.

В этот момент, размышляя над буквой X, я решил воспользоваться помощью зала. В моей радиопрограмме я регулярно даю свой адрес электронной почты (peterasher@siriusxm.com, если вам интересно), и я действительно читаю и отвечаю на каждое письмо, которое получаю. В ходе этой переписки некоторые слушатели любезно присылают свои предложения или просьбы по поводу конкретных песен. В связи с проектом «от А до Zed» я получил предложение от двух слушателей по имени Майк и Дженнифер Брунсберг, которые сказали: «Когда вы доберетесь до X, вы, вероятно, полностью застрянете! Но есть одна идея».

И эта идея была достаточно глупой, чтобы удоволетворить мое сдержанное английское чувство юмора, и я собираюсь ее включить. Майк и Дженнифер указали на то, что Джон и Пол действительно написали песню X-ray Technician (рентгенолога), и она идеально подходит для обращения к букве X.

«Что же это за песня такая? – предвосхищаю я ваш вопрос. – О какой песне можно сказать, что это песня рентгенолога?»

Ответ, конечно же, прост: I’m Looking Through You. Отличный ранний трек The Beatles из Rubber Soul, написанный в спальне Пола, что была рядом с моей. Это был единственный раз, когда я стал свидетелем настоящего живого написания, потому что я отчетливо помню, как Пол сидел с гитарой по какой-то причине в моей спальне, пытаясь закончить припев, и вдруг придумал строчку Love has a nasty habit of disappearing overnight («У любви есть отвратительная привычка исчезать в одночасье»), которая так идеально подходила. Так он и закончил!

Теперь, чтобы вернуться к нашему разговору, вспомним, что есть один известный музыкальный инструмент, который начинается с буквы X, и это xylofon (ксилофон). Ксилофон – это семейство инструментов: название относится к любому инструменту, сделанному из кусочков дерева, которые вы ударяете молотками.

Название происходит от греческого слова xylo (ξύλο) или xylon, что означает «дерево», и phone (также греческое слово φωνή), что означает «звук». Это в буквальном смысле деревянный звук. Вы ударяете по деревяшкам, они издают звук, и вы играете на ксилофоне! Одним из выдающихся представителей семейства ксилофонов является маримба, которую The Beatles довольно часто использовали в студии. Джордж Мартин включил несколько маримб и других ксилофонов для большого эффекта в свой саундтрек для Yellow Submarine («Желтая подводная лодка»), наиболее заметного на March of the Meanies. Если вы внимательно прислушаетесь, то услышите, как много колотушек бьют по дереву!

Мне довелось изучать в школе классический греческий язык. Возможно, часть традиции старой школы английского образования заключается в том, что вы учите вещи, которые вам вряд ли когда-нибудь понадобятся, но в конце концов это пригодилось. Кто знал, что мое классическое образование окажется бесценным, когда я буду искать песни Beatles, связанные с буквой X?

Давайте также рассмотрим, какие другие инструменты сделаны из дерева. Скорее всего, все деревянные духовые инструменты (гобои, кларнеты и фаготы), а также струнные (скрипка, альт, виолончель и бас). Но в мире рок-н-ролла мы должны были бы начать с гитары, а именно с акустической гитары, в которой дерево, из которого она сделана, является очень важным фактором в создании ее особого тона. The Beatles много играли на акустических гитарах и заставляли их очень здорово звучать, битлы знали, что звук каждой акустической гитары напрямую зависит от вида дерева, из которого та была сделана. Когда музыканты говорят о своих гитарах, они говорят о том, сделана ли верхняя часть из ели или боковые стороны сделаны из коа или чего-то еще, и они обсуждают все эти различные виды причудливых пород деревьев, каждая из которых создает различный резонанс и, следовательно, другой тон. The Beatles широко использовали эти различия. Они использовали Gibson J-160E с ламинированным верхом из ситхинской ели (по сути, причудливая фанера) для всех своих ритмических частей, как в I Should Have Known Better и You’ve Got to Hide Your Love Away. Но они также использовали разные гитары в других песнях, добиваясь многогранного и эффектного звучания. В Yesterday Пол играет на гитаре Epiphone Texan с твердой верхней частью из ситхинской ели, из красного дерева сзади, по бокам и на грифе, и это звучит здорово.

У Пола также была Martin D-28 1967 года выпуска, полностью сделанная из разных пород дерева. D-28 того года были сконструированы из бразильской якаранды для задней части и боков, сверху из твердой ситхинской ели, а для грифа использовалось красное дерево. Поставки якаранды бразильской вскоре иссякли, и Martin сменил его на широколистную дальбергию в 1969 году, но The Beatles (у Джона тоже была такая) опередили их на пару лет. Бразильская якаранда сейчас безумно дорогая. Часто можно определить ее по кольцевым узорам узлов в древесине вместо более прямолинейного вида широколистной дальбергии.

Как вы понимаете, можно всерьез зациклиться на древесине, когда речь заходит об акустических гитарах, но дерево действительно имеет значение. Сравните звук Martin D-28, на которой Пол играет в Blackbird, с Epiphone Texan в Yesterday, и вы услышите, что я имею в виду.

Я добрался почти до конца того, что начиналось как наша X-глава и стало своего рода нашей деревянной главой. И что может быть лучше, чтобы закончить главу о древесине, чем гигантский пожар, тот самый поджог, который завершает единственную песню, специально написанную о древесине во всем каталоге The Beatles: Norwegian Wood.

Поэтому, пока на заднем плане весело потрескивает огонь, я говорю вам большое спасибо. Мы прошли через букву X. Она закончилась. Теперь это экс-буква.

Y

The Dirty Mac (Эрик Клэптон, Джон Леннон, Митч Митчелл и Кит Ричардс) в «Рок-н-ролльном цирке»[124]

Добро пожаловать в букву Y, оазис изобилия в пустыне в конце алфавита The Beatles. Буква Х была сложной, как мы уже убедились, и, конечно, Zed может быть бесчеловечной. Но Y – это открытый дом: множество сюжетов, людей и песен. У нас есть масса интересных тем для выбора. Давайте начнем с названия самой буквы. Это может показаться простым, но, конечно, когда человек произносит это, он (возможно, непреднамеренно) ставит то, что может быть самым глубоким экзистенциальным и философским вопросом из всех:

Why?

Но не бойтесь, Ринго написал и спел песню, в которой он (в своей обычной лаконичной и деловитой манере) дает такой же хороший ответ, как и любой другой:

Y Not?

Это была заглавная песня одного из сольных альбомов Ринго – блюз с сильным и завораживающим грувом, потрясающим звуком малого барабана и очень позитивным настроением. Запись была разработана Брюсом Шугаром, а песня написана Ринго в соавторстве с замечательным продюсером и автором песен Гленом Баллардом. Вы знаете Глена по его работе с Майклом Джексоном и Кэти Перри и (возможно, самое главное) потому, что он продюсировал и написал в соавторстве весь экстраординарный и сверхуспешный альбом Аланис Мориссет Jagged Little Pill.

Я упомянул Why? как, возможно, самый очевидный экзистенциальный вопрос, который можно задать (и ответ Ринго Y Not), – и, конечно же, с другой стороны, самое экзистенциально позитивное утверждение, которое можно сделать, – это Yes It Is, название Y-песни Джона Леннона, написанной для The Beatles, сторона «B» Ticket to Ride. Джон думал, что он пишет продолжение к This Boy, но она хороша как песня (и пластинка) сама по себе. Она была записана 16 февраля 1965 года, в тот же день, что и I Need You, и Джордж Харрисон, казалось, был особенно увлечен своей педалью громкости (или ручкой громкости?), которую он использовал, чтобы создать эти плавные волны, эти элегантные крещендо и диминуэндо на своей электрогитаре в обеих песнях.

Двигаясь вперед через букву Y, я собираюсь перейти к менее известному треку The Beatles, который они не записывали ни на одном из своих альбомов. Как я уже упоминал ранее, The Beatles, помимо того, что сами были блестящими авторами песен, восхищались многими американскими песенниками, двое из которых Джерри Либер и Майк Столлер, а еще – Док Помус. Джон Леннон, в частности, был преданным поклонником замечательного Дока Помуса и, как известно, попросил его сесть рядом с ним за обедом в Нью-Йорке, где они провели весь вечер в увлеченной беседе.

Я не знал, что три американских композитора (Либер, Столлер и Помус) писали вместе, но они действительно сотрудничали над песней под названием Young Blood – первоначально это была пластинка The Coasters, которых The Beatles иногда освещали в своих живых шоу. К счастью, они также исполнили ее на ВВС, так что запись их версии действительно существует. Я настоятельно прошу вас разыскать ее. Young Blood была на стороне B огромного хита The Coasters Searchin’, песни, которую The Beatles также пели вживую, и которую они записали в рамках своего неудачного прослушивания для Decca Records.

Наша следующая остановка в букве Y – это любимая композиция многих поклонников The Beatles, включая меня: You’re Going to Lose That Girl. Одно из самых замечательных в этой песне – то, как битлы складывают аккорды, чтобы войти и выйти из припева. Песня удивительным образом практически меняет тональность для припева. Этот стиль написания многим обязан Бадди Холли, который взял совершенно простые «нормальные» аккорды, а не странные джазовые, и использовал их для странного и творческого перемещения по клавишам. Куплет If you don’t take her out tonight («Если ты не позовешь ее на свидание сегодня вечером») и припев You’re gonna lose that girl («Ты потеряешь эту девушку») явно написаны в Ми мажоре с добавлением большого количества минорных аккордов (Фа-диез минор и Соль-диез минор), придавая песне скорбную атмосферу, почти как если бы автор сочувствовал «другому человеку», который вот-вот понесет такую тяжелую утрату. Но затем припев перескакивает из Фа-диез минора в мир мажорных аккордов, перемещаясь через Ре мажор в тональность Соль мажор на целых восемь тактов, когда певец заявляет с абсолютной уверенностью: I’ll make point of taking her away from you («Даю тебе понять, что заберу ее у тебя»).

Эта песня была, конечно, в фильме Help! как и наша следующая Y-песня, You’ve Got to Hide Your Love Away. Это такая дико запоминающаяся композиция и мощный грув в 6/8, выполненный в основном с помощью выразительной акустической гитары Джона и смелого тамбурина Ринго. Двенадцатиструнные лики Джорджа соединяют точки, когда Пол заполняет низкие частоты. Захватывает дух поддержка интенсивного вокала Джона.

Как и в случае с You’re Going to Lose That Girl, очень важным элементом песни является простая, но необычная структура аккорда. Существует также не менее простой маленький гитарный мотив, который делает припев незабываемым, после каждого Hide your love away и начиная с way. Технически это аккорд Dsus4 и Ре и аккорд Dsus2 и обратно к Ре. Все, что это на самом деле означает, – это то, что верхняя струна аккорда Ре на гитаре начинает подниматься (играя Соль, а не Фа-диез), движется вниз (чтобы играть Фа-диез), еще вниз (чтобы играть Ми), а затем снова поднимается до Фа-диез. Опять же блестяще просто, и так он становится хуком сам по себе.

Мы провели много времени с Джоном, поэтому давайте перейдем к превосходной песне Джорджа с буквой Y. Это красивая песня о любви из альбома Джорджа Харрисона. Когда альбом был выпущен в 1979 году, Джордж сказал: «Я думаю, что то, что произошло между этим альбомом и последним альбомом, заключается в том, что все складывалось удачно. Моя жизнь с каждым днем становится все лучше. Я счастлив и думаю, что это отражено в музыке». Большая часть этого счастья досталась, конечно, его чудесной жене Оливии и их новорожденному сыну Дхани. Эта песня была совершенным отражением душевного состояния Джорджа в то время, и она называется Your Love Is Forever.

Придерживаясь песен эмоциональной силы и содержания, есть отличная песня Traveling Wilburys, которая начинается с буквы Y, песня под названием You Took My Breath Away. В ней не только отличный вокал Харрисона, но и Тома Петти, и Джеффа Линна. Думаю, что эта песня была написана о Рое Орбисоне, который недавно умер и был наставником и кумиром для других Wilburys. Я не уверен, читал ли я это или мне просто так кажется, но от пения Роя Орбисона у меня просто дух захватывает! Достойный трибьют.

Возможно, таким же образом и как дань еще более древнему стилю музыки существует добрая песня Wings под названием You Gave Me the Answer, которая звучит так, как будто ее можно было написать и записать примерно на пятьдесят лет раньше. В ней есть приглушенная труба, кларнет, фагот, струнные и многое другое, старинный оркестровый состав, безусловно, не отличающийся от того, который возглавлял отец Пола, достигший совершеннолетия в музыкальном плане в 1920-х годах. You Gave Me the Answe имеет вокал в стиле Руди Валли/Фреда Астера, который Пол Маккартни исполняет прекрасно, он даже использовал электронный фильтр на своем голосе (удаляя более низкие частоты), чтобы имитировать лоу-фай старомодной записи или даже пения через мегафон.

Возвращаясь к каталогу The Beatles, мы обнаруживаем многочисленный выбор отличных Y-песен. Конечно, теперь я вынужден заплатить за то, что смухлевал на букве U, где уже обсудил так много Y-песен. Думал, что это было умно с моей стороны, говорить о песнях, которые начинаются с You под U, но теперь я сомневаюсь в этом решении. Однако нам нечего боятся, у The Beatles есть много других Y-композиций, и одна из них – Yer Blues из White Album. Тогда, в разгар всех непрекращающихся дискуссий о «блюзовом буме», происходящем в Великобритании, всех вопросов о том, почему так много молодых британских музыкантов влюбились в музыку совершенно другой культуры, Джон привел этот прекрасный пример нескольких белых мальчиков, отдающих дань блюзу. Они пели и выступали с почти сатирическим энтузиазмом, высмеивая не своих подлинных блюзовых героев, к которым они питали абсолютное уважение, а скорее самих себя и своих коллег. Это стандартный блюз в Ми мажоре, но с парой проходящих аккордов, как Соль мажор, что делает его немного другим. И тактовый размер переключается между 6/8 и своего рода джазовым свингом. В некотором смысле это напоминает мне песню Джеймса Тейлора Steamroller – саму по себе пародию на решимость нью-йоркских музыкантов той эпохи придумать самый «тяжелый» блюз.

Я помню, как много лет назад был свидетелем живого исполнения Yer Blues, когда я присутствовал на мероприятии The Rolling Stones в Лондоне под названием Rock and Roll Circus, которое снималось для телевизионного шоу. Сейчас оно вышло на видео (будучи не изданным в течение многих лет), и вы, возможно, видели его. Все выглядит довольно забавно, но я должен сказать вам, что само событие было скучным, потому что казалось, что оно длится вечно. Снятые шоу часто бывают такими, но это было хуже, чем большинство. Они все время останавливались, им снова приходилось что-то делать, когда что-то не работало, возникали гигантские паузы. Я думаю, что ушел в два или три часа ночи, и они, конечно, все еще не сдавались. Я помню, что сами Stones были на сцене, но какая-то техническая заминка или что-то другое снова привело к остановке, и все выглядели немного потрепанными. При этом они действительно получили несколько хороших записей, включая версию Yer Blues с группой, в которой участвовали Джон Леннон, Митч Митчелл, Эрик Клэптон и Кит Ричардс (одноразовой супергруппой, известной как The Dirty Mac). Все шоу, в его отредактированной версии, не кажется чрезмерно длинным, но должен сказать, что я рад, что мне не придется снова пережить этого.

Еще одна Y-песня от The Beatles не принадлежит к моим любимым, но ее стали очень ценить. Это была сторона «B» Let It Be, и это, вероятно, самая странная запись, которую когда-либо делали The Beatles. Она многим обязана таким группам, как The Bonzo Dog Doo-Dah Band, особенно странным пением и духом пародии, в котором The Beatles подходят ко всей песне. Это также напоминает мне об их привязанности к The Goon Show и Спайку Миллигану, который работал с Джорджем Мартином. Это близко к тому, чтобы быть самой комедийной записью: You Know My Name (Look Up the Number). Она нормальная, хотя и немного глуповатая. Я имею в виду, что все, что делают The Beatles, – это потрясающе, я люблю слушать и эту пластинку. Но любимая? Я всегда удивляюсь тому, как часто ее хотят слышать.

Я собираюсь закончить еще одной Y-песней группы The Beatles, которая всем нравится, – Yellow Submarine. Любимая песня детей всех народов. И взрослых. И я ее люблю. И вам она нравится.

Песня была половиной экстраординарного сингла, который The Beatles выпустили в 1966 году. Это показатель таланта Леннона и Маккартни в сочинительстве, они выпустили сингл с двумя песнями, каждая из которых стала настоящей классикой, песни, которые написаны в разных стилях, записаны в разных стилях, спеты в разных стилях и вполне могут быть от двух совершенно разных групп. Но это не так. Это отдельные аспекты гениальности The Beatles. С одной стороны юмор и звуковое творчество Yellow Submarine с ее эффектами, голосами, персонажами. А с другой стороны – Eleanor Rigby.

И сейчас я не могу придумать лучшего способа завершить наше обсуждение буквы Y, чем присоединиться к The Beatles, когда мы отплываем, может быть, в самой знаменитой субмарине в мире, и мне, конечно, не нужно напоминать вам, какого она цвета. Во всяком случае, это единственный цвет, который начинается с буквы Y!

ZED

Зебра, пересекающая Эбби-Роуд, с маяками Белиши по обеим сторонам

Двадцать пять глав. Двадцать пять глав, и мы наконец добрались до буквы Zed. Во время этого перипатетического музыкального дрейфа по алфавиту Zed казалась далекой целью; но удивительно, что мы прибыли, и мне понравилось наше путешествие.

Итак, мы здесь, в Zed – или «Zee», как ее называют американцы. И знаете что? Я нашел одну песню, которая квалифицируется как подлинная песня Zed, песня Джорджа Харрисона под названием Zig Zag. Она есть на его альбоме Cloud Nine, и это была сторона B When We Were Fab, превосходного сингла Джорджа. Она также была в фильме Shanghai Surprise («Шанхайский сюрприз»). Это номер с привкусом блюза, не особенно похожий на двенадцатиструнный блюз и больше похожий на St. James Infirmary или на одну из тех классических джазовых песен Нового Орлеана, в которых есть труба, тенор-саксофон и четырехструнное банджо, играющее ритм. Элегантная и очень аутентичная аранжировка была создана Джоном Дюпре, чрезвычайно талантливым музыкантом и композитором, который также является давним соавтором Эрика Айдла. Он написал большую часть музыки для мюзикла Spamalot и аранжировки для таких песен, как Always Look on the Bright Side Of Life и других классических произведений Пайтона. Песня была написана и спродюсирована Джорджем Харрисоном и Джеффом Линном и звучит немного похоже на одну из тех замечательных старых мелодий Кэба Кэллоуэя, в которых вся группа время от времени поет в унисон.

Это единственная настоящая Zed-песня The Beatles, которую я смог найти. Так что нам придется открыть для себя другие интересные Zed-темы, и я подумал, что мы могли бы рассмотреть песни The Beatles с зоологической точки зрения. В этом битловском зоопарке будут содержаться все животные, о которых они когда-либо пели или писали. Вы можете подумать, что их не так уж много, но на одном только White album я заметил птиц, тигров, слонов, пчел и свиней, не говоря уже о ящерице, собаке, орле, червяке и обезьяне, а также о замечательном еноте. Достаточно, чтобы заполнить большой зверинец.

Когда мы входим в зоопарк, сначала мы видим огромное здание справа, которое является отделом энтомологии – изучении насекомых. В данном случае там специализируются, надо ли говорить, на изучении жуков. И, знают поклонники Бадди Холли, существует похожий отдел по изучению сверчков. Во всяком случае, мы проходим мимо этого важного здания, потому что The Beatles много изучали себя, но еще больше все остальные изучали их. Заходим в сам зоопарк. Поскольку это воображаемый зоопарк, каждое животное имеет идеальную среду обитания. Здесь нет ни решеток, ни клеток; это роскошный зоопарк, и здесь все очень счастливы.

Например, прямо перед собой мы видим этот огромный удивительный вольер. Какие птицы находятся в вольере, спросите вы? Подумайте об этом. Мы точно знаем, что среди них есть Черный дрозд и Синяя птица. Есть также птица, которая может петь, и птица, которая эффектно свободна.

За пределами вольера есть много других животных – о некоторых из них вы будете знать, о некоторых вы не сразу вспомните. Здесь довольно много собак. Некоторые собаки, у которых есть имена, одна собака определенной породы и так далее.

Есть также кошки и котенок.

Есть, конечно, лошадь, у которой есть имя.

Есть здесь и коровы. Возможно, вы найдете это более сложным. Откуда взялись коровы в песне битлов?

А еще там есть очень большой и загадочный морж[125].

Все эти животные находятся в этом чудесном зоопарке. И когда мы уходим, мы видим, что наш путь отмечен еще одним Zed с зоологическими ассоциациями: переходом по зебре.

Переходы по зебре – международное явление. Конечно, в Лондоне их много, и один из них явно гораздо более знаменит, чем все остальные, вместе взятые. Переходы по зебре, как известно, – это черно-белая полосатая разметка, которая предупреждает автомобилистов о необходимости безопасного перехода дороги пешеходами.

В Лондоне каждая сторона перехода зебры обязана иметь приспособление, называемое маяком Белиши, который состоит из желтого шара в форме света на черно-белом полосатом шесте. Маяки были названы в честь министра транспорта того времени, чье имя (хотите верьте, хотите нет) было лорд Хор-Белиша. Конечно, маяки Белиша на знаменитом перекрестке, о котором идет речь, покрыты автографами и датами, а также множеством вариаций на тему «я люблю Пола» и «Ринго навсегда» и бесконечным разнообразием битлз-граффити, потому что, как вы уже поняли, я имею в виду зебру, пересекающую Эбби-Роуд по пути к тому, что когда-то было студией EMI, местом ужасно известной фотографии на обложке альбома The Beatles Abbey Road.

Тогда, когда была сделана фотография, название Abbey Road не имело большого значения. The Beatles просто пытались решить, как назвать свою новую пластинку и какую картину выбрать для обложки. И оба решения были приняты спонтанно и очень быстро. Они назвали альбом в честь улицы, на которой они находились (сидя в студии EMI), и сделали снимок на соседней зебре, которая пересекает ее. Это был именно он – план, который возвысил этот конкретный переход до долгосрочного знакового статуса, а также превратил его в существенную головную боль дорожного движения, так как всегда есть пешеходы, медленно идущие по дороге, чтобы сделать фото. Таксисты, как известно, избегают этого маршрута в пиковые туристические времена просто для того, чтобы избежать этой конкретной задержки. В любом случае метро быстрее.

Это странно, но, говоря о зебрах-переходах в конце алфавита, я вернулся к нашей дискуссии в начале нашего путешествия – об альбоме Abbey Road и Abbey Road Studios. Я говорил о классических записях, сделанных там, в том числе и о первой записи рок-н-ролла. Я также рассказал о первой пластинке The Beatles и обо всем, что последовало за ней, включая мое собственное знакомство с EMI Studios вместе с Гордоном Уоллером в январе 1964 года.

Зебра, которая и привела нас всех сюда, находится всего в нескольких метрах от самой студии. В конце концов, конечно, они изменили название студии, чтобы соответствовать дороге, на которой она стояла, и соответствовать одному из величайших альбомов, когда-либо сделанных величайшей рок-н-ролльной группой всех времен, – чрезвычайно хитрый маркетинговый ход!

И в заключение я не могу придумать лучшего способа почтить The Beatles, студию, которую они считали своим домом, и алфавитный мистический тур, который мы совершили, чем обратиться к двум эпическим трекам, записанным в студии EMI в 1967 году: A Day in The Life и All You Need Is Love.

A Day in The Life представлял собой легендарную сессию, во время которой The Beatles просили оркестр надеть глупые шляпы и маски и иногда играть без нот, но с огромным энтузиазмом. Для знаменитого восходящего крещендо им было предложено сыграть свои собственные индивидуально выбранные ноты, начиная с самых низких, которые они могли бы сыграть, а затем следуя за дирижером до самой высокой ноты во всем диапазоне. Классический момент.

Для All You Need Is Love трек был предварительно записан в Olympic Studios, но на телевизионном мероприятии The Beatles, и их многочисленные друзья и гости, а также многие другие музыканты играли и пели вместе в прямом эфире поверх трека, который уже был создан, и результат транслировался в прямом эфире во всем мире. Десятки миллионов людей слышали, как The Beatles призывали к оптимистическому предположению, что все, что вам нужно, – это любовь.

Итак, исследуя букву Zed и рассказывая о зебре перед Abbey Road Studios и о некоторых замечательных вещах, которые там произошли, мы замкнули круг и завершили наш алфавит. Это было удивительное путешествие. Большое спасибо, что присоединились ко мне.

Мы собираемся вернуться через зебру на другую сторону Эбби-Роуд, дойти до станции метро St. John’s Wood и отправиться в путь. В путь домой.

Плейлист

Я перечислил исполнителей и авторов песен согласно времени их появления на лейблах звукозаписи. Если песня появляется более одного раза, даже если ее исполняет другой исполнитель, я не повторяю ее авторский кредит.

Пожалуйста, обратите внимание, что некоторые из сольных треков Пола Маккартни были выпущены только под его именем, некоторые как Пол и Линда Маккартни, некоторые как Пол Маккартни и Wings, а некоторые как Wings. Точно так же некоторые сольные треки Джона Леннона были выпущены под названием Plastic Ono Band.

Кроме того, в то время, когда The Beatles были вместе, даже те песни, которые были написаны Джоном или Полом в одиночку, были приписаны партнерству Леннон – Маккартни.

Введение

Peter & Gordon, A World Without Love (Джон Леннон / Пол Маккартни)

A

The Beatles, All My Loving (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Across the Universe (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Lady Madonna (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Eddie Izzard, Being for the Bene t of Mr. Kite! (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Rufus Wainwright, Across the Universe

The Beatles, Act Naturally (Джонни Рассел / Вони Моррисон)

George Harrison, All Things Must Pass (Джордж Харрисон)

Pomp and Circumstance March No. 1 (Эдвард Элгар)

Cliff Richard and the Drifters, Move It (Иен Самвелл)

The Beatles, Something (Джордж Харрисон)

James Taylor, Something in the Way She Moves (Джеймс Тейлор)

The Beatles, I Feel Fine (Джон Леннон / Пол Маккартни)

James Taylor, Carolina in My Mind (Джеймс Тейлор)

Elvis Presley, All Shook Up» (Отис Блеквелл)

Paul McCartney, All Shook Up

The Beatles, Anna (Go to Him) (Артур Александер)

Arthur Alexander, You Better Move On (Артур Александер)

The Beatles,»And I Love Her» (Джон Леннон / Пол Маккартни)

B

The Beatles, Baby It’s You (Берт Бакарак / Мак Дэвид / Барни Уилльямс)

The Shirelles, Baby It’s You

The Beatles, Twist and Shout (Фил Медли / Берт Бернс)

The Shirelles, Will You Love Me Tomorrow (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

Brian Hyland, Itsy Bitsy Teenie Weenie Yellow Polkadot Bikini (Пол Ванс / Ли Покрисс)

The Beatles, Boys (Лютер Диксон / Уэс Фаррелл)

The Beatles, Baby’s in Black (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Everly Brothers, Bye Bye Love (Фелис Брайант / Будло Брайант)

George Harrison, Bye Bye Love

The Everly Brothers, The Price of Love (Дон Эверли / Фил Эверли)

Gene Vincent and His Blue Caps, Be-Bop-a-Lula (Шериф Текс Дэвис / Джин Винсент)

John Lennon, Be-Bop-a-Lula

The Beatles, Birthday (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Roll Over Beethoven (Чак Берри)

Chuck Berry, Roll Over Beethoven

The Iveys, Maybe Tomorrow (Том Эванс)

The Beatles, With a Little Help from My Friends (Джон Леннон / Пол Маккартни) Bad nger, Come and Get It (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Bad Fingen, Carry on Till Tomorrow (Пит Хэм / Том Эванс)

Ringo Starr, Back Off Boogaloo (Ричард Старки)

Ringo Starr, Bye Bye Blackbird (Рэй Хэндерсон / Морт Диксон)

The Beatles, Blackbird (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Bourrée in E Minor (Иоганн Себастьян Бах)

George Harrison, Beware of Darkness (Джордж Харрисон)

The Beatles, The Ballad of John and Yoko (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Back in the U.S.S.R. (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Chuck Berry, Back in the U.S.A. (Чак Берри)

Linda Ronstadt, Back in the U.S.A.

C

Plastic Ono Band, Cold Turkey (Джон Леннон)

The Beatles, Come Together (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Plastic Ono Band, Give Peace a Chance (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Aerosmith, Come Together

Robin Williams and Bobby McFerrin, Come Together

Chuck Berry, You Can’t Catch Me (Чак Берри)

George Harrison, Crackerbox Palace (Джордж Харрисон)

Lord Buckley, God’s Own Drunk (комедийная рутина)

Paul McCartney, Coming Up (Пол Маккартни)

Ringo Starr, Cryin’ (Ричард Старки / Вини Понсия)

James Taylor, Up on the Roof (Джерри Гоффин / Кэрол Кинг)

The Beatles, Can’t Buy Me Love (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, The Continuing Story of Bungalow Bill (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Please Please Me (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, From Me to You (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Love Me Do (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Want to Hold Your Hand (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, A World Without Love

The Beatles, Hey Jude (Джон Леннон / Пол Маккартни)

D

The Beatles, Day Tripper (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Temptations, My Girl (Смоки Робинсон / Рональд Вайт)

The Beatles, We Can Work It Out (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Drive My Car (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Bill Haley and His Comets, Rock Around the Clock (Макс Фридман / Джеймс Майерс)

Sting and Ivy Levan, Drive My Car

The Beatles, Don’t Bother Me (Джордж Харрисон)

The Beatles, Don’t Pass Me By (Ричард Старки)

Larry Williams, Dizzy Miss Lizzy (Ларри Уилльямс)

Swinging Blue Jeans, Dizzy Miss Lizzy

The Beatles, Dizzy Miss Lizzy Запись BBC

The Beatles, A Day in the Life (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Thank You Girl (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, With a Little Help from My Friends

James Taylor, Fire and Rain (Джеймс Тейлор)

The Beatles, She Said She Said (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Rain (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Doctor Robert (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Dear Prudence (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Buddy Holly, Raining in My Heart (Фелис Брайант / Будло Брайант)

The Beatles with Billy Preston, Get Back (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles with Billy Preston, Don’t Let Me Down (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Do You Want to Know a Secret (Джон Леннон / Пол Маккартни)

From Snow White and the Seven Dwarfs, I’m Wishing (Фрэнк Черчилль / Ларри Мори)

E

The Beatles, Eight Days a Week (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Everybody’s Trying to Be My Baby (Карл Перкинс)

Carl Perkins, Everybody’s Trying to Be My Baby

The Beatles, Matchbox (Карл Перкинс)

Paul McCartney with Carl Perkins, Get It (Пол Маккартни)

Carl Perkins, Blue Suede Shoes (Карл Перкинс)

Elvis Presley, Blue Suede Shoes

Elvis Presley, Heartbreak Hotel (Мэй Борен Экстон / Томас Дерден)

Elvis Presley, Mystery Train (Джуниор Паркер)

The Beatles, That’s All Right (Mama) Запись BBC (Артур Крудап)

Elvis Presley, Blue Moon of Kentucky (Билл Монро)

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

The Beatles, Love Me Do

The Beatles, From Me to You

The Beatles, Please Please Me

Ringo Starr, Don’t Be Cruel (Отис Блэквелл)

Elvis Presley, Return to Sender (Отис Блэквелл)

Elvis Presley, All Shook Up

Jerry Lee Lewis, Great Balls of Fire (Отис Блэквелл)

Peggy Lee, Fever (Отис Блэквелл)

Jimmy Jones, Handy Man (Отис Блэквелл / Джимми Джонс)

James Taylor, Handy Man

Paul McCartney and Stevie Wonder, Ebony and Ivory (Пол Маккартни)

The Beatles, Eleanor Rigby (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Yellow Submarine (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Ray Charles, Eleanor Rigby

The Beatles, Every Little Thing (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Paul McCartney, Early Days (Пол Маккартни)

The Beatles, Everybody’s Got Something to Hide Except for Me and My Monkey (Джон Леннон / Пол Маккартни)

George Harrison, This Guitar (Can’t Keep from Crying) (Джордж Харрисон)

Whitney Houston, I Will Always Love You (Долли Партон)

Ringo Starr, Electricity (Ричард Старки / Глен Баллард)

The Beatles, The End (Джон Леннон / Пол Маккартни)

F

The Beatles, From Me to You

The Beatles, From Us to You (рекламный джингл)

Helen Shapiro, Walkin’ Back to Happiness (John Schroeder / Mike Hawker) Helen Shapiro, You Don’t Know (Джон Шрёдер / Майк Хокер)

The Beatles, Flying (Джон Леннон / Пол Маккартни / Джордж Харрисон / Ричард Старки)

The Beatles, The Fool on the Hill (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, For You Blue (Джордж Харрисон)

Ringo Starr, Free Drinks (Ричард Старки / Марк Хадсон / Гари Берр / Стив Дудас / Дин Гракал)

John Lennon, (Forgive Me) My Little Flower Princess (Джон Леннон)

John Lennon, Woman (Джон Леннон)

John Lennon, Dear Yoko (Джон Леннон)

The Beatles, Girl (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Wings, «Famous Groupies» (Пол Маккартни)

George Harrison, When We Was Fab (Джордж Харрисон / Джефф Линн)

The Beatles, For No One (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Emmylou Harris, For No One

Little Feat, Oh, Atlanta (Билл Пейн)

Little Feat, Dixie Chicken (Билл Пейн)

The Beatles, Fixing a Hole (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Free as a Bird (Джон Леннон / Пол Маккартни / Джордж Харрисон / Ричард Старки)

The Beatles, Real Love (Джон Леннон)

G

The Beatles, Good Morning Good Morning (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Good Day Sunshine (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Lovin’ Spoonful, Daydream (Джон Себастьян)

Roy Redmond, Good Day Sunshine

Kai Winding, Time Is on My Side (Норман Мид, псевдоним Джерри Рагового)

Irma Thomas, Time Is on My Side

The Rolling Stones, Time Is on My Side

Big Brother and the Holding Company,»Piece of My Heart (Джерри Раговой / Берт Бернс)

Lorraine Ellison, Stay with Me (Джерри Раговой / Джордж Дэвид Вейс)

The Beatles with Billy Preston, Get Back

The Beatles, Getting Better (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Got to Get You into My Life (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, Black, Brown and Gold (Майк Лис / Фил Стивенс)

The Beatles, Fixing a Hole

The Beatles, Lucy in the Sky with Diamonds (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Golden Slumbers (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Posies, Golden Blunders (Джонатан Ауэр / Кеннет Стрингфеллоу)

Ringo Starr, Golden Blunders

George Harrison, Got My Mind Set on You (Руди Кларк)

Gene and Francesca Raskin, Those Were the Days (Джин Раскин / Борис Фомин)

Mary Hopkin, Those Were the Days

Mary Hopkin, Goodbye (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Paul Jones, And the Sun Will Shine (Барри Гибб / Робин Гибб / Морис Гибб)

Bee Gees, And the Sun Will Shine

The Beatles, She Loves You (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

The Beatles, Sie Liebt Dich (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Komm, Gib Mir Deine Hand (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, A World Without Love

Peter & Gordon, Woman (Бернард Вебб, псевдоним Пола Маккартни)

Plastic Ono Band, Give Peace a Chance (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Good Night (Джон Леннон / Пол Маккартни)

H

The Beatles, A Hard Day’s Night

The Beatles, Help! (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, All You Need Is Love

The Beatles, Here Comes the Sun (Джордж Харрисон)

Ringo Starr, Hey! Baby (Маргарет Кобб / Брюс Ченнал)

Bruce Channel, Hey! Baby

Paul McCartney and Wings, Helen Wheels (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

Linda Ronstadt, You’re No Good (Клинт Баллард мл.)

John Lennon, Happy Xmas (War Is Over) (Джон Леннон)

Neil Diamond, appy Xmas (War Is Over)

The Beatles, Honey Don’t Запись BBC (Карл Перкинс)

Carl Perkins, Honey Don’t

Harry Nilsson, Rock Around the Clock

John Lennon, Whatever Gets You Thru the Night (Джон Леннон)

Elton John, Lucy in the Sky with Diamonds

Elton John and John Lennon, I Saw Her Standing There (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Helter Skelter (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Here, There and Everywhere (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Fourmost, Hello Little Girl (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Hey Bulldog (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Hank Williams, Hey Good Lookin (Хэнк Уилльямс)

Freddie Scott, Hey Girl (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

Bruce Channel, Hey! Baby

The Beatles, Hey Jude

James Taylor, Carolina in My Mind

I

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

The Beatles, I Saw Her Standing There

Neil Young, I Saw Her Standing There

The Beatles, I’m Down (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I’m a Loser (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Feel Fine

The Beatles, If I Fell (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Want to Tell You (Джордж Харрисон)

The Beatles, If I Needed Someone (Джордж Харрисон)

The Beatles, I Need You (Джордж Харрисон)

The Webb Sisters, I Need You

The Beatles, I’m So Tired (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I’m Only Sleeping (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Rolling Stones, I Wanna Be Your Man (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Wanna Be Your Man

The Bonzo Dog Doo-Dah Band, I’m the Urban Spaceman (Нил Иннес)

The Bonzo Dog Doo-Dah Band, The Intro and the Outro (Вивиан Стеншолл)

The Beatles, In My Life (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Miracles, The Tracks of My Tears (Смоки Робинсон / Пит Мур / Марв Тарплин)

J

Paul McCartney and Wings, Jet (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

Peter & Gordon, A World Without Love

Wings, Live and Let Die (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

Shirley Bassey, Goldfinger (Джон Барри / Лесли Брикасс / Энтони Ньюли)

John Lennon, Jealous Guy (Джон Леннон)

George Harrison, Just for Today (Джордж Наррисон)

The Jimi Hendrix Experience, Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Maxwell’s Silver Hammer (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Michael Jackson and Paul McCartney, The Girl Is Mine (Майкл Джейксон)

Paul McCartney and Michael Jackson, Say Say Say (Пол Маккартни / Майкл Джейксон)

Bob and Earl, Harlem Shuffle (Боб Релф / Эрл Нельсон)

The Ramsey Lewis Trio, The ‘In’ Crowd (Билли Пейдж)

The Ramsey Lewis Trio, A Hard Day’s Night

Shirley Horn, Yesterday (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Count Basie Orchestra, All My Loving

The Beatles, Julia (Джон Леннон / Пол Маккартни)

K

The Beatles, Tomorrow Never Knows (Джон Леннон / Пол Маккартни)

John Lennon, Imagine (Джон Леннон)

Ringo Starr, It Don’t Come Easy (Ричард Старки)

George Harrison, My Sweet Lord (Джордж Харрисон)

Jackie Lomax, Sour Milk Sea (Джордж Харрисон)

Little Willie Littlefield, Kansas City (Джерри Либер / Майк Столлер)

Wilbert Harrison, Kansas City

The Beatles, Kansas City

Ringo Starr, I’m the Greatest (Джон Леннон)

Yoko Ono, Kiss Kiss Kiss (Йоко Оно)

Paul McCartney, Kreen-Akrore (Пол Маккартни)

Paul McCartney, Keep Under Cover (Пол Маккартни)

The Shirelles, Will You Love Me Tomorrow (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

James Taylor, You’ve Got a Friend (Кэрол Кинг)

Little Eva, The Loco-Motion (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

Little Eva, Keep Your Hands off My Baby (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

The Beatles, Chains (Кэрол Кинг / Джерри Гоффин)

The Beatles, Keep Your Hands off My Baby

The Beatles, Komm, Gib Mir Deine Hand

L

The Beatles, Love Me Do

The Beatles, This Boy (Джон Леннон / Пол Маккартни)

John Lennon, Whatever Gets You Thru the Night

Julian Lennon, Too Late for Goodbyes (Джулиан Леннон)

Sean Lennon, Home (Шон Леннон)

The Beatles, Lovely Rita (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Back in the U.S.S.R.

The Beatles, Eleanor Rigby

The Beatles, Lucy in the Sky with Diamonds

The Beatles, The Long and Winding Road (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, The Long and Winding Road (Let It Be… грубая версия)

The Beatles with Billy Preston, Get Back

Mary Hopkin, Those Were the Days

Ray Charles with the Count Basie Orchestra, The Long and Winding Road

The Beatles, Little Child (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Love Me Do

George Harrison, Living in the Material World (Джордж Харрисон)

The Traveling Wilburys, Last Night (Traveling Wilburys)

Ringo Starr, Liverpool 8 (Ричард Старки / Дэйв Стюарт)

George Harrison, When We Was Fab

The Beatles, Lady Madonna

Humphrey Lyttelton and His Band, Bad Penny Blues (Хамфри Литтелтон)

The Beatles, Let It Be (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Nick Cave, Let It Be

Aretha Franklin, Let It Be

M

The Beatles, Magical Mystery Tour (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Barrett Strong, Money (That’s What I Want) (Джени Бредфорд / Берри Горди)

The Beatles, Money (That’s What I Want)

The Miracles, You’ve Really Got a Hold on Me (Смоки Робинсон)

The Beatles, You’ve Really Got a Hold on Me

The Beatles, Mean Mr. Mustard (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Sun King (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, She Came in Through the Bathroom Window (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, The End

The Beatles, Golden Slumbers

The Beatles, Michelle (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Nina Simone, I Put a Spell on You (Скриминг Джей Хиконс)

The Beatles, Mother Nature’s Son (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Nat King Cole, Nature Boy (Иден Абез)

John Lennon, Child of Nature (Джон Леннон)

John Lennon, Jealous Guy

John Lennon / Plastic Ono Band, Mother (Джон Леннон)

The Beatles, Your Mother Should Know (Джон Леннон / Пол Маккартни)

George Harrison, My Sweet Lord

The Chiffons, He’s So Fine (Рональд Мак)

Edwin Hawkins Singers, Oh Happy Day (Эдвин Р. Хокинс)

The Beatles, Martha My Dear (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Mr. Moonlight (Рой Ли Джонсон)

Dr. Feelgood and the Interns, Mr. Moonlight

The Hollies, Mr. Moonlight

The Merseybeats, Mr. Moonlight

The Beatles, Misery (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Kenny Lynch, Misery

N

The Beatles, Nowhere Man (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, The Night Before (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Stevie Wonder, Superstition (Стиви Уандер)

Paul McCartney and Wings, No Words (Пол Маккартни / Деннин Лейн)

Ringo Starr, Night and Day (Коул Портер)

Frank Sinatra, Night and Day

Ella Fitzgerald, Night and Day

Tony Bennett, Night and Day

Ringo Starr, The No No Song (Хойт Экстон / Дэвид Джексон)

The Beatles, No Reply (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Rays, Silhouettes (Боб Кру / Фрэнк Слэй)

Herman’s Hermits, Silhouettes

John Lennon and Yoko Ono, No Bed for Beatle John (Джон Леннон / Йоко Оно)

John Lennon, Nobody Loves You (When You’re Down and Out) (Джон Леннон)

Bessie Smith, Nobody Knows You When You’re Down and Out (Джимми Кокс)

The Beatles, Not Guilty (Джордж Харрисон)

George Harrison, Not Guilty

The Beatles, Not a Second Time (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Das Lied von der Erde (Густав Малер)

The Beatles, Norwegian Wood (This Bird Has Flown) (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, Nobody I Know (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, A World Without Love

O

The Beatles, Ob-La-Di, Ob-La-Da (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, One After 909 (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Lead Belly, Midnight Special (Американский фольклор)

Lonnie Donegan, Rock Island Line (Американский фольклор)

The Beatles, Old Brown Shoe (Джордж Харрисон)

The Beatles, The Ballad of John and YokoGary Brooker, Old Brown Shoe для Concert for GeorgeConcert for George

Ringo Starr, Oh My My (Ричард Старки / Вини Понсиа)

Rolling Stones, Gimme Shelter (Мик Джаггер / Кит Ричардс)

The Beatles, The Long and Winding Road

The Beatles, A Day in the Life

Peter & Gordon, A World Without Love

Peter & Gordon, If I Were You (Питер Эшер / Гордон Уоллер)

John Lennon, Out the Blue (Джон Леннон)

George Harrison, Out of the Blue (Джордж Харрисон)

The Beatles, Octopus’s Garden (Ричард Старки)

The Beatles, Ooh! My Soul Запись BBC (Ричард Пенниман)

Roy Orbison, Only the Lonely (Рой Орбинсон / Джо Мелсон)

Roy Orbison, Running Scared (Рой Орбинсон / Джо Мелсон)

The Traveling Wilburys, Handle with Care (Traveling Wilburys)

Traveling Wilburys, End of the Line (Traveling Wilburys)

The Beatles, Oh! Darling (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Long Tall Sally (Инотрис Джонсон / Роберт Блексвелл / Ричард Пенниман)

The Beatles, I’m Down

P

The Beatles, Please Please Me

Roy Orbison, Only the Lonely

The Everly Brothers, Cathy’s Clown (Дон Эверли / Фил Эверли)

The Beatles, P.S. I Love You (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Love Me Do

The Shirelles, Soldier Boy (Лютер Диксон / Флоренс Гринберг)

Rudy Vallee and His Connecticut Yankees, P.S. I Love You (Гордон Дженкинс / Джонни Мерсер)

Ringo Starr, Photograph (Ричард Старки / Джордж Харрисон)

Ringo Starr, Photograph для Concert for George

Ike and Tina Turner, River Deep – Mountain High (Фил Спектор / Джефф Барри / Элли Гринвич)

The Beatles, The Long and Winding Road

George Harrison, My Sweet Lord

John Lennon, Instant Karma! (Джон Леннон)

The Beatles, Paperback Writer (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Frank Sinatra, Strangers in the Night (Берт Кемпферт / Чарльз Синглтон / Эдди Снайдер)

The Beatles, Fixing a Hole John Lennon, Imagine

The Beatles, Lady Madonna The Beatles, Let It Be

The Beatles, Lovely Rita

The Beatles, Martha My Dear

The Beatles, Good Day Sunshine

The Beatles, In My Life

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

Q

The Quarrymen, That’ll Be the Day (Джерри Эллисон / Бадди Холли / Норман Петти)

The Crickets, That’ll Be the Day

Peter & Gordon, True Love Ways (Бадди Холли / Норман Петти)

Linda Ronstadt, That’ll Be the Day

Linda Ronstadt, It’s So Easy (Бадди Холли / Норман Петти)

James Taylor, Everyday (Бадди Холли / Норман Петти)

Paul McCartney, Queenie Eye (Пол Маккартни / Пол Эпуорт)

The Four Seasons (Антонио Вивальди)

The Beatles, Yesterday

The Beatles, Eleanor Rigby

The Beatles, Ticket to Ride запись BBC (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Julia

The Beatles, Blackbird

The Beatles, Do You Want to Know a Secret

The Beatles, Till There Was You (Meredith Willson)

John Lennon, How Do You Sleep? (John Lennon)

The Beatles, What You’re Doing (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, What Goes On (Джон Леннон / Пол Маккартни / Ричард Старки)

The Beatles, Why Don’tWe Do It in the Road? (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, The Ballad of John and Yoko

The Beatles, Ask Me Why (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Ain’t She Sweet (Милтон Эйджер / Джек Йеллен)

John Lennon, Ain’t That a Shame (Антуан Домино / Дэйв Бартоломью)

Fats Domino, Ain’t That a Shame

The Beatles, All You Need Is Love

La Marseillaise (Клод Жозеф Руже де Лиль)

The Beatles, She Loves You

R

The Beatles, Rain

The Beatles, Rock and Roll Music (Чак Берри)

Little Richard, Rip It Up (Роберт Блэквелл / Джон Мараскалко)

The Beatles, Rip It Up

Little Richard, Tutti Frutti (Ричард Пенниман / Дороти Лабостри)

Little Richard, Long Tall Sally

Little Richard, Good Golly Miss Molly (Джон Мараскалко / Роберт Блэквелл)

Little Richard, «Ready Teddy (Джон Мараскалко / Роберт Блэквелл)

Sam Cooke, You Send Me (Сэм Кук)

The Beatles, Rocky Raccoon (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Run for Your Life (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Elvis Presley, Baby Let’s Play House (Артур Гантер)

Wings, Rock Show (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

Lee Dorsey, Ride Your Pony (Алан Туссен)

Lee Dorsey, Working in the Coal Mine (Аллен Туссен)

George Harrison, Ride Rajbun (Джордж Харрисон / Дэвид Инглиш)

Paul McCartney, A Room with a View (Ноэл Кауард)

Noël Coward, A Room with a View

Wings, Richard Cory (Пол Саймон)

Simon & Garfunkel, Richard Cory

Paul and Linda McCartney, Ram On (Пол Маккартни)

Paul and Linda McCartney, Monkberry Moon Delight (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

The Searchers, Love Potion Number 9 (Джерри Либер / Майк Столлер)

The Clovers, Love Potion Number 9

The Beatles, Revolution 1 (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Revolution 9 (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Revolution (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Hey Jude

S

The Beatles, Sexy Sadie (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Ringo Starr, She’s About a Mover (Даг Сам)

Sir Douglas Quintet, She’s About a Mover

Sir Douglas Quintet, Mendocino (Даг Сам)

Marvin Gaye, Can I Get a Witness (Брайан Холланд / Ламонт Дозьер / Эдди Холланд)

The Beatles, She’s a Woman (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Girl

John Lennon, Stand By Me (Бен Кинг / Джерри Либер / Майк Столлер)

Ben E. King, Stand By Me

John Lennon, Sweet Little Sixteen (Чак Берри)

Chuck Berry, School Days (Чак Берри)

George Harrison, So Sad (Джордж Харрисон)

The Beatles, Here Comes the Sun

The Beatles, Savoy Truffle (Джордж Харрисон)

The Beatles, Got to Get You into My Life

Lou Reed, Walk on the Wild Side (Лу Рид)

The Beatles, She Loves You

The Beatles, All My Loving

The Beatles, Till There Was You

The Beatles, I Saw Her Standing There

The Beatles, I Want to Hold Your Hand

Bobby Rydell, A World Without Love

Peter & Gordon, I Don’t Want to See You Again (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band

The Beatles, She’s Leaving Home (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, Lady Godiva (Майк Линдер / Чарли Милс / Гордон Милс)

The Beatles, Strawberry Fields Forever (Джон Леннон / Пол Маккартни

The Beatles, Penny Lane

T

The Beatles, Ticket to Ride

The Beatles, Taxman (Джордж Харрисон)

The Beatles, Tell Me Why (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, And I Love Her

The Beatles, If I Fell

The Blue Danube (Иоганн Штраус)

The Beatles, She’s Leaving Home

The Beatles, Baby’s in Black

The Beatles, You’ve Got to HideYour Love Away (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, This Boy

The Beatles, Oh! Darling

The Beatles, Norwegian Wood (This Bird Has Flown)

The Beatles, A Taste of Honey (Бобби Скотт / Рик Марлоу)

The Beatles, Lucy in the Sky with Diamonds

The Beatles, Here Comes the Su»

The Beatles, Good Morning Good Morning

The Beatles, Happiness Is a Warm Gun (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, All You Need Is Love

The Beatles, Penny Lane

The Beatles, Got to Get You into My Life

The Beatles, Martha My Dear

The Beatles, Within You Without You (Джордж Харрисон)

Black Dyke Mills Band, Thingumybob (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Black Dyke Mills Band, Yellow Submarine

The Beatles, Hey Jude

Tommy Quickly, Tip of My Tongue (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Tell Me What You See (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Things We Said Today (Джон Леннон / Пол Маккартни)

U

Paul and Linda McCartney, Uncle Albert / Admiral Halsey (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

The Beatles, You Can’t Do That (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Peter & Gordon, I Go to Pieces (Дэл Шеннон)

Peter & Gordon, A World Without Love

The Rooftop Singers, Walk Right In (Эрик Дарлинг / Билл Сваное)

The Beatles, You Like Me Too Much (Джордж Харрисон)

The Beatles, Don’t Bother Me

The Beatles, I Need You

The Beatles, You Never Give Me Your Money (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Sarah Vaughan, You Never Give Me Your Money

George Harrison, You (Джордж Харрисон)

The Beatles, The Continuing Story of Bungalow Bill

The Beatles, Hey Jude

George Harrison, Ringo Starr, and Paul McCartney, Ain’t She Sweet

George Harrison, Ringo Starr, and Paul McCartney, Baby What You Want Me to Do (Джимми Рид)

Paul McCartney, Something для Concert for George

The Beatles, Michelle

Wings, Mull of Kintyre (Пол Маккартни / Денни Лейн)

V

Paul McCartney, Vintage Clothes (Пол Маккартни)

The Beatles, Strawberry Fields Forever

Steve Martin and the Steep Canyon Rangers, Best Love (Стив Мартин)

Vera Lynn, (There’ll Be Bluebirds Over) The White Cliffs of Dover (Уолтер Кент / Нат Бёртон)

Vera Lynn, We’ll Meet Again (Росс паркер / Хьюи Чарльз)

Vera Lynn, The Fool on the Hill

Wings, Venus and Mars (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

Paul McCartney, Valentine Day (Пол Маккартни)

Paul McCartney, My Valentine (Пол Маккартни)

The Beatles, Honey Pie (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Your Mother Should Know

W

The Beatles, When I’m Sixty-Four (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Paul McCartney, Dance Tonight (Пол Маккартни)

Keith Moon, When I’m Sixty-Four

The Beatles, With a Little Help from My Friends

James Taylor, With a Little Help from My Friends

James Taylor, Handy Man

James Taylor, How Sweet It Is (To Be Loved by You) (Брайан Ламонт / Ламонт Дозьер / Эдди Холланд)

James Taylor, You’ve Got a Friend

Joe Cocker, With a Little Help from My Friends

The Beatles, While My Guitar Gently Weeps (Джордж Харрисон)

George Harrison, Wreck of the Hesperus (Джордж Харрисон)

Ringo Starr, When You Wish Upon a Star (Ли Харлайн / Нэд Вашингтон)

The Beatles, We Can Work It Out

The Beatles, Day Tripper

Paul McCartney and Wings, Band on the Run (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

X

Paul McCartney, Drive My Car на X Factor

Paul McCartney, Live and Let Die на X Factor

The Beatles, Penny Lane

Ringo Starr, Liverpool 8

Pete Best Band, Haymans Green (Пит Бест / Рог Бест / Фил Мелиа / Пол Парри)

Paul McCartney, Maybe I’m Amazed (Пол Маккартни)

John Lennon / Plastic Ono Band, Love (Джон Леннон)

Ringo Starr, Wine, Women and Loud Happy Songs (Ларри Кингстон)

George Harrison, Give Me Love (Give Me Peace on Earth) (Джордж Харрисон)

George Harrison, My Sweet Lord

The Beatles, I’m Looking Through You (Джон Леннон / Пол Маккартни)

George Martin, March of the Meanies (Джордж Мартин)

The Beatles, I Should Have Known Better (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, You’ve Got to Hide Your Love Away

The Beatles, Yesterday

The Beatles, Blackbird

The Beatles, Norwegian Wood (This Bird Has Flown)

Y

Ringo Starr, Y Not (Ричард Старки / Глен Баллард)

The Beatles, Yes It Is (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Ticket to Ride

The Beatles, This Boy

The Beatles, I Need You

The Coasters, Young Blood (Джерри Либер / Майк Столлер / Док Помус)

The Beatles, Young Blood Запись BBC

The Coasters, Searchin (Джерри Либер / Майк Столлер)

The Beatles, You’re Going to Lose That Girl (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, You’ve Got to Hide Your Love Away

George Harrison, Your Love Is Forever (Джордж Харрисон)

The Traveling Wilburys, You Took My Breath Away (Traveling Wilburys)

Wings, You Gave Me the Answer (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

The Beatles, Yer Blues (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Let It Be

James Taylor, Steamroller (Джеймс Тейлор)

The Dirty Mac, Yer Blues

The Beatles, You Know My Name (Look Up the Number) (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Yellow Submarine

The Beatles, Eleanor Rigby

Zed

George Harrison, When We Was Fab

George Harrison, Zig Zag (Джордж Харрисон / Джефф Линн)

Louis Armstrong, St. James Infirmary (Дон Редман)

Monty Python, Always Look on the Bright Side of Life (Эрик Айдл)

Песни Зоопарка:

The Beatles, Blackbird

Paul McCartney and Wings, Bluebird (Пол Маккартни / Линда Маккартни)

The Beatles, And Your Bird Can Sin» (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, Free as a Bird

The Beatles, Martha My Dear

The Beatles, Hey Bulldog

The Beatles, Three Cool Cats (Джерри Либер / Майк Столлер)

The Beatles, Leave My Kitten Alone (Литтл Вилли Джон / Титус Тёрнер / Джеймс Макдугал)

The Beatles, Being for the Benefit of Mr. Kite!

The Beatles, When I Get Home (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, I Am the Walrus (Джон Леннон / Пол Маккартни)

The Beatles, A Day in the Life

The Beatles, All You Need Is Love

The Beatles, Two of Us (Джон Леннон / Пол Маккартни)

Благодарности

Прежде всего, конечно, спасибо The Beatles и Джорджу Мартину за музыку, которая изменила мир.

Спасибо Оливии и Дхани, Йоко, Ринго и Барбаре, а также Полу; Джеффу Джонсу и Джонатану Клайду и всем моим друзьям из Apple за их поддержку и помощь; Полу Голобу из Генри Холту за эту идею книги и Фиоре Элберс-Тиббитс за то, что они почистили все фотографии; Кену Фоллетту за его советы по книжному бизнесу; Лу Саймону, Рэнди Драй и Стиву Лидсу и всем моим друзьям из SiriusXM; Киту Путни за его помощь и руководство; Джеффу Алану Россу за помощь в создании радиошоу в первую очередь; а также Дэвиду Зоншину и Дэвиду Миркину за их помощь и поддержку.

Иллюстрации

x Предоставлено Джеффом Аланом Россом

3 Дэвид Редфрейн / Getty Images

4 Предоставлено автором

9 Предоставлено автором

16 Предоставлено автором

19 © Apple Corps Ltd.

27 © Apple Corps Ltd.

36 © Apple Corps Ltd.

44 Picturelux / The Hollywood Archive / Alamy Stock Photo

53 Heritage Auctions / HA.com

57 Фотография публичного домена

60 © Apple Corps Ltd.

68—69 Предоставлено автором

71 Фотография предоставлена Capitol Music Group.

79 Лаура [CC от 2.0 (https: / / creativecommons.org / licenses / by / 2.0)]

8 °Courtesy of Henry Diltz

83 Хултон Дойтч / Getty Images

92 Предоставлено автором

98 (Верхняя) Miles Archive; (правая) предоставлена автором

99 Предоставлено автором

104 Pictorial Press Ltd / Alamy Stock Photo

108 Предоставлено автором

112 Trinity Mirror / Mirrorpix / Alamy Stock Photo

121 Предоставлено автором

129 Фотография Ричарда Адлера

139 Hustvedt [CC BY-SA 3.0 (https: / / creativecommons.org / licenses / by-sa / 3.0 /)] 147 Heritage Auctions, HA.com

156 Предоставлено Майклом Вейнтробом

165 Фотография Питера Кея

174 Предоставлено автором

183 © Apple Corps Ltd.

192 Предоставлено автором

198 Vintage-cars [CC BY-SA 4.0 (https: / / creativecommons.org / licenses / by-sa / 4.0 /)] 200 Trinity Mirror / Mirrorpix / Alamy Stock Photo

207 Предоставлено автором

214 Терри О’Нил / Getty Images

221 Публичная фотография

227 Misterweiss в английской Wikipedia (публичный домен)

231 Джей Гилберт

Об Авторе

Питер Эшер – певец, музыкант, музыкальный продюсер, телеведущий и писатель. Он стал лауреатом нескольких премий «Грэмми», в том числе дважды был назван Продюсером года. Питер родился в Лондоне в 1944 году; начал свою карьеру в дуэте Peter&Gordon и был первым руководителем A&R в Apple Records. Был продюсером Джеймса Тейлора, Линды Ронстадт, Нила Даймонда, Робина Уильямса, Шер и многих других артистов. Продолжает регулярно выступать, заниматься музыкальным и кино-продюсированием в музыке и в кинематографе. Вместе со своей женой Венди живет в Малибу, штат Калифорния.

Примечания

1

A World Without Love – песня Джона Леннона и Пола Маккартни. В 1964 году в исполнении дуэта Peter & Gordon возглавила хит-парады по обе стороны Атлантики. Самими «Битлз» реализована не была. Пер.: «Прошу, запри меня…» (здесь и далее примечания переводчика, источник информации wiki).

2

Гилберт и Салливан – театральное сотрудничество викторианской эпохи либреттиста Уильяма Гилберта и композитора Артура Салливана.

3

Арканджело Корелли – выдающийся итальянский скрипач и композитор.

4

Джазовый стиль, сложившийся в начале – середине 40-х годов XX века и характеризуемый быстрым темпом и сложными импровизациями, основанными на обыгрывании гармонии, а не мелодии.

5

Вудро Уилсон «Вуди» Гатри – американский певец, музыкант, представитель направлений фолк и кантри.

6

Гилберт Вандайн «Сиско» Хьюстон – американский фолк-музыкант, друг Вуди Гатри.

7

Хадди Уильям Ледбеттер – американский певец, композитор-песенник, гитарист, легендарный исполнитель блюзов, чье влияние на последующих музыкантов признается огромным. Есть версия, что прозвище «Ледбелли» он получил за силу и выносливость.

8

Сондерс Террелл – американский блюзовый музыкант. Блюзмен с оригинальным и энергичным стилем игры на блюзовой губной гармонике, включающей в себя различные вокальные элементы: возгласы, вскрики, имитации различных звуков.

9

Уолтер Браун «Брауни» Макги – певец и гитарист, исполнитель афроамериканской фолк-музыки и блюза, наиболее известен сотрудничеством с гитаристом Сонни Терри.

10

Dobell’s Record Shop – музыкальный магазин, чьим владельцем был Дуглас Артур Добелл.

11

Отдел звукозаписывающего лейбла, сотрудники которого отвечают за поиск новых исполнителей и их продвижение.

12

Линда Мария Ронстадт – американская автор-исполнитель, одна из зачинательниц кантри-рока, обладательница одиннадцати премий «Грэмми».

13

Шер – американская певица, актриса, кинорежиссер, музыкальный продюсер и автор песен. Лауреат «Золотой маски», «Грэмми», «Эмми», «Оскара», Каннского кинофестиваля, Billboard Music Awards, MTV Video Music Awards, ECHO.

14

Дайана Росс – американская певица, автор песен, актриса, музыкальный продюсер. Неоднократно номинировалась на премии «Грэмми», «Оскар», «Золотой глобус», American Music Awards, BAFTA и др.

15

Нил Даймонд – американский певец, автор песен и актер.

16

Джони Митчелл – канадская рок-певица и автор песен, лауреат премии «Грэмми».

17

Робин Маклорин Уильямс – американский актер, сценарист, продюсер и стендап-комик. Неоднократный лауреат «Оскара», «Золотого глобуса», «Эмми» и многих других.

18

Стивен Гленн Мартин – американский актер, комик, писатель, музыкант, композитор и продюсер, лауреат «Грэмми».

19

Drum Fill – брейк на ударных.

20

Рой Келтон Орбисон – американский музыкант, пионер рок-н-ролла. Неоднократный лауреат премии «Грэмми».

21

Блуждающий бас, также шагающий бас, – непрерывное, ритмично равномерное, преимущественно поступенное ведение линии баса с использованием как аккордовых, так и проходящих звуков.

22

Хай-хэт – тип тарелок со стойкой, используемый в ударной установке.

23

Малый барабан – ударный музыкальный инструмент, принадлежащий к мембранофонам с неопределенной высотой звучания.

24

Честер Бертон Аткинс – американский гитарист-виртуоз, продюсер и звукорежиссер.

25

Across the Universe – фильм-мюзикл режиссера Джулии Тэймор по сценарию Дика Клемента и Йена Ла Френе, в основу которого легли 34 композиции The Beatles 1963–1969 годов.

26

The Bonzo Dog Doo-Dah Band – британский музыкальный коллектив, образовавшийся в 1962 году в Лондоне, Англия, и в течение 1960-х годов специализировавшийся на экспериментальной, эксцентричной поп-рок-музыке, соединяя в своем творчестве традиции английского мюзик-холла, ретро-джаза, поэзии абсурда, рок-авангарда и поп-психоделии.

27

Руфус Уэйнрайт – американо-канадский музыкант, автор и исполнитель песен.

28

Kate & Anna McGarrigle – авторы и исполнительницы, канадский фолк-дуэт, состоявший из сестер Кейт и Анны Макгерригл. Существовал с 1974 по 2010 год, распавшись в связи со смертью Кейт.

29

Марта Уэйнрайт – канадско-американская певица, автор и исполнительница фолк-музыки.

30

Бак Оуэнс – американский певец и гитарист, на счету которого 21 песня, занявшая вершину кантри-чарта Billboard.

31

Bakersfield sound – жанр музыки кантри, разработанный в середине и конце 1950-х годов в Бейкерсфилде и его окрестностях, Калифорния.

32

Dolby Atmos – технология нового поколения, разработанная Dolby Laboratories, предназначенная для формирования окружающего звука.

33

Артур Александер – американский автор и исполнитель песен в жанрах кантри и соул.

34

Middle eight – вторая мелодия, не похожая ни на куплет, ни на припев, обычно противопоставленная настроению всей песни.

35

Конга – высокий узкий одноглавый кубинский барабан. Конги по виду напоминают бочки и делятся на три вида, используются, как джазовый барабан.

36

Клаве – простейший кубинский народный ударный инструмент африканского происхождения: две палочки из твердого дерева.

37

Берт Бакарак – американский пианист и композитор, который написал сотни шлягеров для англоязычной эстрады. Одним из первых композиторов он самостоятельно продюсировал многие свои записи.

38

The Shirelles – женский американский квартет. Одна из самых первых герл-групп и одна из самых популярных в конце 1950-х – начале 1960-х годов.

39

Дик Кларк – деятель американской музыкальной индустрии и американского музыкального телевидения. Предприниматель, ведущий игровых шоу и деятель радио и телевидения. Он являлся председателем и CEO компании Dick Clark Production.

40

Брайан Хайланд – американский поп-исполнитель, известность которому принесли хиты, возглавившие хит-парады многих стран мира, включая Billboard 200.

41

Сэр Том Джонс – британский эстрадный певец родом из Уэльса, чьи красочные шоу и эмоциональные песни принесли ему в середине 1960-х годов широкую популярность.

42

Greyhound Lines – автобусная компания, обслуживающая более 3800 пунктов назначения по всей Северной Америке.

43

Ringo Starr & His All-Starr Band – рок-группа с непостоянным составом, организованная Ринго Старром в 1989 году.

44

Джозеф Фидлер Уолш – американский музыкант, гитарист, композитор, продюсер и актер. Он был членом трех коммерчески успешных групп: James Gang, Barnstorm и Eagles.

45

Everly Brothers – американский дуэт братьев Дона и Фила Эверли, дебютировавший в 1956 году и имевший большой успех в конце 1950-х – начале 1960-х годов.

46

Британское вторжение – термин, обозначающий музыкальное явление середины – второй половины 1960-х, когда британская рок-музыка начала доминировать как в национальных, так и в международных чартах.

47

Винсент Юджин Крэддок – звезда американского рокабилли середины 1950-х годов.

48

Gene Vincent and His Blue Caps – это альбом Джина Винсента и команды The Blue Caps (1957 г.).

49

Чарльз Эдвард Андерсон Берри – американский рок-музыкант‚ певец, гитарист, автор песен. Один из наиболее влиятельных ранних исполнителей рок-н-ролла.

50

Гитарные лики – наиболее эффектные гитарные фишки и приемы, которые одни гитаристы перенимают у других гитаристов и адаптируют под свою игру.

51

Бридж (с англ. – «мост»; также средняя восьмитактовая секция, рилис, ченнел) – раздел музыкального произведения, контрастный по своему содержанию окружающим разделам и подготавливающий переход (или возвращение) к основной музыкальной теме. В русском языке термин является относительно свежим заимствованием и применяется почти исключительно для описания структуры популярных и роковых песен или же джазовых произведений.

52

Hail! Hail! Rock’n’Roll – документальный фильм 1987 года режиссера Тейлора Хэкфорда, в котором рассказывается о двух концертах 1986 года, посвященных 60-летию музыканта Чака Берри.

53

Андрес Сеговия Тооррес – всемирно известный испанский гитарист, считающийся отцом современной академической гитары.

54

Эрик Патрик Клэптон – британский рок-музыкант. Командор ордена Британской империи.

55

Клаус Вурманн – немецкий художник, удостоенный премии «Грэмми», известный музыкант и музыкальный продюсер.

56

«В постели за мир» (англ. Bed-In For Peace; постельный протест; также бед-ин или экамада) – форма выражения несогласия, при которой протестующие, обычно молодожены, приглашают прессу для запечатления первых моментов брачной жизни. Молодожены принимают позу ангела и призывают присутствующих и наблюдающих за происходящим зрителей к миру. Протест длился семь дней.

57

Скэт-вокал – пение с набором бессмысленных звуков, в котором голос используется как музыкальный инструмент.

58

Хенли-он-Темс – город в графстве Оксфордшир Юго-Восточной Англии. Friar Park – 120-комнатный викторианский неоготический особняк неподалеку от города Хенли-он-Темс.

59

Эрик Айдл – британский актер, сценарист, один из комиков группы Monty Python.

60

Диззи Гиллеспи – джазовый трубач-виртуоз, вокалист, композитор, аранжировщик, руководитель ансамблей и оркестров, родоначальник современного импровизационного джаза.

61

Гитара без корпуса с широким грифом, на которой играют, положив ее на колени или на подставку.

62

The Goon Show – юмористическая радиопередача британской радиостанции BBC Home Service, выходившая с 1951 по 1960 год.

63

Rock Around the Clock – третий альбом американского певца Билла Хейли и его группы The Comets. Первый альбом рок-музыки, который попал в хит-парад журнала Billboard.

64

Show with David Letterman – «Позднее шоу с Дэвидом Леттерманом», ночное телешоу на канале CBS.

65

Майкл Аарон Эйнзигер – американский музыкант, автор песен, продюсер, изобретатель.

66

Колонка Лесли (англ. Leslie speake) представляет собой агрегат, состоящий из усилителя и динамика, который воспроизводит сигнал и меняет звук, вращая камеру дефлектора («барабан») либо двунаправленный рупор перед громкоговорителями.

67

Том-том (том) – ударный музыкальный инструмент цилиндрической формы, без подструнника.

68

Чарльз Хардин Холли, известный как Бадди Холли, – американский певец и автор песен, один из первопроходцев рок-н-ролла.

69

Билли Престон – американский музыкант-клавишник. В течение своей музыкальной карьеры он работал с такими исполнителями, как Махалия Джексон, Нат Кинг Коул, Рэй Чарльз, Сэм Кук, Литл Ричард, Боб Дилан, The Beatles, The Rolling Stones, Арета Франклин и Элтон Джон.

70

Уильям Ховард Эштон, известный как Билли Дж. Крамер, – английский поп-певец. В 1960-х его продюсером был Брайан Эпштейн, который также сотрудничал с The Beatles.

71

Реверберация – процесс постепенного уменьшения интенсивности звука при его многократных отражениях.

72

Артур «Биг Бой» Крудап – американский блюзовый певец, гитарист и автор песен. Помимо блюзов он знаменит как автор таких всемирно известных песен, как That’s All Right, My Baby Left Me и So Glad You're Mine, которые исполняли Элвис Пресли и десятки других артистов.

73

The Jordanaires – американская вокальная группа, появившаяся в 1948 году в Спрингфилде, штат Миссури.

74

Отис Блэквелл – американский музыкант, автор песен, в середине 1950-х годов ставший одним из архитекторов рок-н-ролла.

75

Бела Барток – венгерский композитор, пианист и музыковед-фольклорист. Считается классиком музыки XX века.

76

Вибрато – периодические изменения высоты, силы или тембра музыкального звука или пения. В струнных инструментах вызывается колебаниями пальца.

77

The Raelettes – американская женская группа (с 1950-х по 2003 год), была создана как группа бэк-вокала для Рэя Чарльза.

78

Глин Джонс – британский музыкальный продюсер, звукорежиссер и музыкант.

79

Дэвид Райан Адамс – американский альт-кантри/рок певец, композитор. Был участником группы Whiskeytown, затем покинул ее, записав сольный альбом Heartbreaker. Большую популярность ему принесла песня New York, New York.

80

Кэтрин Тифт Мерритт – американская певица, автор песен и музыкант. Выпустила семь студийных альбомов.

81

Ковбелл (каубелл, англ. cowbell – коровий колокольчик) – ударный музыкальный инструмент, принадлежащий к металлическим идиофонам с неопределенной высотой звучания.

82

Tom Petty and the Heartbreakers – американская рок-группа из Гейнсвилла, Флорида. Она была сформирована в 1976 году, и в первоначальном ее составе были Том Петти, Майк Кэмпбелл, Бенмонт Тенч, Рон Блэр и Стэн Линч.

83

Рычаг тремоло (англ. whammy bar, vibrato bar, tremolo bar; также вибрато) – механическое устройство, устанавливаемое на струнодержателе гитары, дающее возможность изменения высоты тона с помощью движения этого рычага.

84

Джон Милтон Кейдж – американский композитор, философ, поэт, музыковед, художник. Пионер в области алеаторики, электронной музыки и нестандартного использования музыкальных инструментов. Кейдж был одной из ведущих фигур послевоенного авангарда.

85

The Velvet Underground – американская рок-группа 1960-х и 1970-х годов, стоявшая у истоков альтернативной и экспериментальной рок-музыки.

86

Wings – рок-группа Пола Маккартни, основанная после распада The Beatles в 1971 году и просуществовавшая до 1981 года.

87

Амбушюр – положение губ, языка и лицевых мышц музыканта при игре на духовых музыкальных инструментах: мундштучных или амбушюрных, лабиальных и язычковых.

88

Антология The Beatles – документальный сериал, комплект из трех двойных музыкальных альбомов и книги, сфокусированных на истории The Beatles.

89

The Posies (англ. Букеты) – американская альтернативная рок-группа.

90

«Шоу Эда Салливана» (англ. The Ed Sullivan Show) – американское телешоу, которое транслировалось в Нью-Йорке с 20 июня 1948 года по 6 июня 1971 года.

91

Manfred Mann – британский музыкальный коллектив, образовавшийся в Лондоне в 1962 году, исполнявший поп-рок с элементами блюза, ритм-энд-блюза, соула и джаза и имевший успех в чартах.

92

Bee Gees – британско-австралийская музыкальная группа, основанная в 1958 году.

93

The Yardbirds – британская рок-группа, создавшая ряд хитов в середине 1960-х.

94

Репербан (нем. Reeperbahn, Канатная дорога) – улица в Гамбурге, в районе Санкт-Паули. Центр ночной жизни Гамбурга, квартал красных фонарей.

95

Plastic Ono Band – супергруппа, сформированная Джоном Ленноном и Йоко Оно в 1969 году. Среди различных членов группы были Эрик Клэптон, два бывших участника The Beatles (Джордж Харрисон и Ринго Старр), старый друг Клаус Вурманн, будущий барабанщик группы Yes Алан Уайт, Делани и Бонни, барабанщик группы The Who Кит Мун, нью-йоркская группа Elephant's Memory, Билли Престон, Ники Хопкинс, Фил Спектор, барабанщик Джим Кельтнер и др.

96

Отсылка к фильму Lost weekend. Фильм снят по сценарию Чарльза Брэкетта и Билли Уайлдера, адаптировавших для кино роман Чарльза Р. Джексона.

97

Литл Ричард – американский певец, пианист и композитор, который стоял у истоков рок-н-ролла.

98

Уолтер Рэли (англ. Sir Walter Raleigh, 1552 или 1554 – 29 октября 1618) – английский придворный, государственный деятель, поэт и писатель, историк, моряк, солдат и путешественник, фаворит королевы Елизаветы I.

99

Каунт Бейси – американский джазовый пианист, органист, знаменитый руководитель биг-бэнда. Бэйси был одной из самых значительных фигур в истории свинга.

100

Дюк Эллингтон, урожденный Эдвард Кеннеди Эллингтон, – американский руководитель джаз-оркестра, джазовый композитор, аранжировщик и пианист.

101

Moptop – эвфемизм, который не только означает пышную прическу битлов, но и называет каждого из четверки. В шутливой форме – «лохматики».

102

Вилли Литтлфилд-младший (Литтл Вилли Литтлфилд) – американский пианист R&B и буги-вуги и певец, чьи ранние записи «сформировали жизненно важную связь между буги-вуги и рок-н-роллом».

103

Литл Ива – американская поп-певица, наиболее известная по песне The Loco-Motion, с которой она в 1962 году возглавила американские чарты.

104

Frederick J. Eikerenkoetter II, более известный как преподобный Айк (1 июня 1935 – 28 июля 2009), – американский министр и евангелист, базирующейся в Нью-Йорке.

105

The Chiffons (Шиффонз) – американская герл-группа, образованная в Бронксе, Нью-Йорк, в 1960 году. В 2005 году была принята в Зал славы вокальных групп.

106

Вилли Ли Перриман (19 октября 1911 – 25 июля 1985), обычно известный как Piano Red, а позднее – доктор Филгуд, был американским блюзовым музыкантом, первым попавшим в чарты поп-музыки. Пианист-самоучка, играл в стиле блюз в бочонке (громкий ударный тип блюзового фортепиано, подходящий для шумных баров или таверн).

107

Бонни Линн Рэйтт – американская певица, гитаристка, автор и исполнитель песен в стилях блюз, кантри, рок, фолк. Лауреат 10 премий «Грэмми», включена в Зал славы рок-н-ролла и Зал славы блюза.

108

Берт Бакарак – американский пианист и композитор, который написал сотни шлягеров для англоязычной эстрады.

109

Хэл Дэвид – американский поэт-песенник, который написал сотни шлягеров для англоязычной эстрады, лауреат премий «Оскар» и «Грэмми». С 1957 года работал в дуэте со знаменитым композитором Бертом Бакараком.

110

Гилберт и Салливан – театральное сотрудничество Викторианской эпохи либреттиста Уильяма Гилберта и композитора Артура Салливана.

111

Procol Harum – британская рок-группа. Наиболее известным хитом группы является композиция A Whiter Shade of Pale, многими признаваемая гимном 1960-х.

112

Винсент «Вини» Понсия-младший – американский музыкант, автор песен и музыкальный продюсер.

113

Doo-wop – вокальный поджанр ритм-н-блюза, стиль поп-музыки, представляющий собой гармонично звучащее пение с минимальным музыкальным сопровождением, зародившийся в 1930—1940-х годах в США и бывший популярным в 1950—1960-х годах.

114

Стена звука – название техники звукозаписи и аранжировки поп- и рок-музыки, разработанной и впервые примененной продюсером и звукоинженером Филом Спектором и по своему осмысленной Oусли «Медведем» Стэнли, звукооператором группы The Grateful Dead.

115

Билли Брэгг – британский рок-музыкант, автор-исполнитель левого фолка, в творчестве которого соединились «правоверный гнев панк-рока и социально ориентированная фолк-традиция Вуди Гатри и Боба Дилана».

116

Hiccups, vocal hiccups (вокальная икота) – короткий вдох во время пения со стилистической целью.

117

Кводлибет – старинная техника музыкальной композиции, а также пьеса, как правило, шуточного характера, написанная в этой технике. Суть кводлибета в комбинировании «по горизонтали» или сочетании «по вертикали» известных мелодий, с текстами или без них. Кводлибеты, как правило, многоголосны.

118

Чарльз Эдвард Айвз, Айвс – американский композитор, основоположник американской композиторской школы XX века.

119

Конкретная музыка – вид авангардной музыки XX века. Шумы и звуки, главным образом природного происхождения, записываются на магнитофон или иное звукозаписывающее устройство, подвергаются на этом устройстве микшированию и разного рода редактированию.

120

Comic Relief – английская благотворительная организация, основанная в 1985 году комедийным сценаристом Ричардом Кертисом для оказания помощи людям, страдающим от голода в Эфиопии.

121

Red Nose Day – основной способ пополнения благотворительного фонда «Разрядка смехом».

122

Непобедимая армада, или Великая и славнейшая армада, – крупный военный флот, собранный Испанией в 1586–1588 годах для вторжения в Англию во время Англо-испанской войны.

123

Sun Ra – американский джазовый композитор, руководитель группы, поэт и философ, постановщик спектаклей, известный своей экспериментальной музыкой, «космической философией», плодовитостью и театральными представлениями.

124

«Рок-н-ролльный цирк „Роллинг Стоунз“» – представление, организованное по инициативе рок-группы The Rolling Stones, состоявшееся 11 декабря 1968 года и вышедшее как музыкальный фильм и альбом в 1996 году.

125

Я предполагаю, что многие из вас смогут определить песни по этим подсказкам, но если вы озадачены, я перечислил песни в разделе «Плейлист» в конце этой книги.

Content

Питер Эшер
The Beatles от A до Z: необычное путешествие в наследие «ливерпульской четверки»

Введение

А

B

C

D

E

F

G

H

I

J

K

L

M

N

O

P

Q

R

S

T

U

V

W

X

Y

ZED

Плейлист

Введение

A

B

C

D

E

F

G

H

I

J

K

L

M

N

O

P

Q

R

S

T

U

V

W

X

Y

Благодарности

Иллюстрации

Об Авторе

Примечания