Андреа Лоренс

Медовый месяц без правил

Глава 1

— Морган, я хочу кое с кем тебя познакомить.

Повернувшись на голос брата, Сойера, Морган Стил внезапно оцепенела. Она широко раскрыла глаза и перестала моргать, ее губы задрожали. Она беззвучно уставилась на мужчину, стоящего рядом с братом.

Она не знала, чего ждала. Вероятно, очередного скучного разговора с друзьями и коллегами своих родителей. Сбор средств на благотворительные цели, организованный компанией «Стил тулз», подразумевал бесконечный поток шампанского и общение с людьми, чьи имена она не вспомнит через десять минут. Ее семья постоянно проводила подобные мероприятия у себя дома. Но имя этого человека она знала и забыть его не могла.

Он уже не был худощавым юношей, а стал мускулистым и сильным мужчиной, который самостоятельно зарабатывает себе на жизнь. Короткая борода придавала ему солидности и привлекательности. Он смотрел на нее темно-голубыми глазами так, словно видел насквозь.

— Морган, это Райвер Аткинсон. Он — владелец и генеральный директор «Саузен чарм констракшн». Он будет работать с тобой в этом году над нашим летним благотворительным проектом жилищного строительства.

Сойер продолжал болтать, совершенно не обращая внимания на реакцию двоих людей, стоящих рядом с ним. По крайней мере, на ошеломленную реакцию Морган. Райвер выглядел немного самодовольным. Он улыбался так, что любой человек сказал бы, будто Райвер шутит. В его глазах плясали веселые искорки, когда он протянул руку Морган.

— Приятно познакомиться, мисс Стил, — сказал он.

Она знала, что должна пожать ему руку. Поприветствовать его и не устраивать скандала. И все же она не могла заставить себя протянуть руку и прикоснуться к нему. Это была та самая рука, которая когда-то ласкала каждый дюйм ее тела. Именно этой рукой он надевал кольцо с бриллиантом на ее безымянный палец во время скромной свадебной церемонии в горной деревушке в Смоки-Маунтинс. Обладатель именно этой руки взял сто тысяч долларов у отца Морган и ушел прочь, не оглядываясь.

— Морган?

Взволнованный голос брата вырвал ее из размышлений. Она нацепила давно отрепетированную улыбку и протянула руку Райверу для приветствия. Ей надо относиться к нему, как к любому другому деловому знакомому. Сойер не знает о ее прошлом с Райвером. Почти никто его не знает, включая всех троих ее братьев.

— Приятно познакомиться с вами, мистер Аткинсон. Я уверена, наши компании добьются больших успехов этим летом.

Он решительно пожал ей руку, и Морган поняла, что он не хочет немедленно ее отпускать.

Но в конце концов он выпустил ее пальцы. Морган взяла шампанское, и холод бокала притупил ощущение от прикосновения Райвера. Затем она сделала большой глоток, желая избавиться от смущения.

Кто, черт побери, одобрил их совместную работу? Определенно, это не ее отец. Он сразу же пристрелит Райвера, как только тот появится на пороге их дома, после того, что случилось, пока Морган училась в университете. Но в ее семье умели хранить секреты даже друг от друга. Для Морган стало новостью, что Райвер Аткинсон владеет «Саузен чарм констракшн». Она слышала об этой компании, но не спрашивала, кому она принадлежит.

— Сойер, ты можешь подойти сюда на минутку? — позвала мать одного из старших братьев Морган.

Морган напряглась. Ей не хотелось оставаться наедине с Райвером.

— Прошу прощения. — Сойер улыбнулся и похлопал Райвера по спине, а потом ушел.

Морган не знала, что делать, когда они остались вдвоем посреди толпы. Что ей сказать мальчику — мужчине, который отвернулся от нее много лет назад?

— Ты хорошо выглядишь, Морган, — произнес Райвер. Он держал в руке бокал с виски и оглядывал ее с головы до ног. — Тебе идет это изумрудное платье. Оно подчеркивает цвет твоих глаз.

— Спасибо. У тебя симпатичная борода. С ней ты выглядишь солиднее. — Она не знала, что еще сказать ему.

Райвер усмехнулся:

— Отлично. Если под солидностью ты подразумеваешь богатство и власть, то да, именно на это я и рассчитывал. — Он взглянул на ее руку, в которой она держала бокал. — Еще не замужем?

Морган удивленно и озадаченно выгнула бровь:

— Еще? Ты хочешь сказать «снова», Райвер?

Он закатил глаза:

— Для всего штата Теннесси и твоей семьи ты никогда не была замужем, Морган. А я не был женат. Вот что означает аннулирование брака. Этого никогда не происходило. Вот поэтому ты прислала мне кольцо обратно, помнишь?

— Тише.

Морган округлила глаза и оглянулась на людей поблизости, чтобы убедиться, что ее и Райвера никто не слышит. К счастью, все увлеченно разговаривали друг с другом. Она схватила Райвера за локоть и потащила за собой в дальний угол бального зала, где их никто не подслушает.

— Что ты затеял, Райвер? — прошипела она сквозь стиснутые зубы.

Он скрестил руки на груди, напрягая плечи под дизайнерским смокингом.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Конечно! Зачем ты сюда пришел?

— Меня пригласили, — ответил он с довольной ухмылкой.

Морган разочарованно вздохнула.

— Как получилось, что наши компании работают вместе, Райвер? Это была твоя идея? Ты хочешь вернуться в нашу семью через свой бизнес?

— Для чего мне твоя семья, Морган? Я был связан с семейкой Стил несколько часов, и со мной обращались как с грязью. Ты всегда была ужасно высокомерной. Вела себя так, будто все и всегда вращается вокруг твоей важной семьи, — ядовито произнес он. — Я не хотел от тебя ничего, кроме твоей любви, Морган, но твой отец запретил мне получить даже это.

Морган наблюдала за вспышкой боли в его глазах. Да, он был обижен.

— Да, он запретил, — сказала она. — Но и ты не отказался от чека на кругленькую сумму.

Ее отец, Тревор Стил, пытался поговорить с ней, когда они вернулись в Чарльстон тем же утром. Райвер был недостаточно хорош для нее. Он использовал ее только для того, чтобы добраться до ее денег. Как она могла сбежать с ним без брачного контракта? Без проверки прошлого Райвера? Эта выходка могла иметь катастрофические последствия, по мнению ее отца. И мальчик, которого она любила, имел свою цену. Его привязанность к ней стоила всего сто тысяч долларов. Как только отец Морган дал ему эту сумму, Райвер перестал бороться и бросил Морган.

Райвер напрягся от ее слов. Возможно, сейчас ему стыдно за свой поступок. Он на секунду прищурился, а затем беспомощно опустил руки по швам.

— Если ты так думаешь обо мне, то, вероятно, очень хорошо, что история нашего брака стерта из памяти. Нам не следовало жениться. И похоже, ты была не против того, чтобы твой папочка все уладил.

У Морган отвисла челюсть. Что она должна ему ответить? Ее папочка уладил все дела? В самом деле? Разве Райвер знает, что творилось с ней после их расставания? Он понятия не имеет, что она пережила, потеряв его. Он выпросил кучу денег у ее отца, а потом продолжил жить. А она была вынуждена мириться с последствиями.

— Морган, папа говорит, что нам пора выходить на сцену и просить у спонсоров денег.

Отвернувшись от Райвера, она облегченно вздохнула.

Ей надо собраться с мыслями. Если она не уйдет от Райвера сейчас, то скажет то, о чем потом пожалеет.

— Вы готовы? — На этот раз к ней подошел брат-близнец Сойера, Финн. Близнецы были на полтора года старше ее, оба светловолосые, с золотисто-карими глазами. Судя по ямочке на щеке, это был именно Финн. У Сойера ямочка на левой щеке. Морган также знала, что Финн надел ярко-оранжевый галстук-бабочку, чтобы позлить их отца. Финн только и делал, что дразнил Тревора Стила.

— Я сейчас приду. — Она повернулась к Райверу, который выжидающе смотрел на нее. Он назвал ее высокомерной и посмотрел на нее так, что ей захотелось залепить ему пощечину и стереть самодовольную ухмылку с его лица. — Мы поговорим позже, мистер Аткинсон.

— Я с нетерпением жду этого. И конечно, никуда не уйду, — ответил он.

Морган повернулась и поднялась на сцену, где встала рядом со своей семьей, чтобы поприветствовать гостей и спонсоров ежегодного благотворительного мероприятия. Она запомнила последние слова Райвера, которые были то ли обещанием, то ли угрозой.

Райвер Аткинсон внезапно вернулся в ее жизнь, и Морган от него не отделаться.

Райвер наблюдал, как Морган отходит от него, и улыбался. Он был доволен. Во-первых, он задел ее за живое. Это было именно то, на что он рассчитывал, придя сюда сегодня вечером. Во-вторых, глядя, как покачиваются ее бедра в атласно-кружевном платье, Райвер предался очень страстным воспоминаниям. За прошедшие годы ее фигура округлилась и стала соблазнительнее. Морган вызовет желание у любого мужчины. Даже у того, кто годами строил планы, чтобы заставить ее пожалеть о том, как она злоупотребила его чувствами.

Его привязанность к Морган уже давно прошла. Унеслась прочь вместе с наивностью юности. Ему следовало знать, что его роман с богатой маленькой принцессой закончится плохо. Она только что расправила крылья, восстав против ограничений, в которых родители держали ее с детства. Проблема была в том, что они с Райвером зашли слишком далеко. Они влюбились друг в друга.

Любовь не бывает вечной, а вот брак — другое дело. Их отношения надо было зарегистрировать — именно так думал Райвер, пока адвокаты семьи Стил не удалили эту маленькую оплошность.

А Морган позволила им это сделать. Именно это ранило Райвера сильнее всего. Как только ее папаша отдал приказ, она встала по стойке смирно, отказавшись от всего, что они планировали вместе с Райвером. Его оставили с разбитым сердцем и утешительным призом. Это была обычная взятка. Тогда Райвер узнал, что в семье Стил ненавидят скандалы. Возможно, он мог бы получить больше денег от отца Морган, если бы попросил об этом. Тот сделал бы все возможное, чтобы Райвер ушел.

Но, конечно, Райвер об этом не подумал. Он вообще не хотел брать деньги. Ему было противно продаваться. Он желал, чтобы его жена вернулась и они построили будущее, о котором мечтали.

Как только Райвер понял, что этого не произойдет, он решил, будто у него есть выбор. Он мог развернуться и отправиться восвояси с ущемленной гордостью или взять деньги и получить выгоду из неприятной ситуации. Судя по всему, мистер Стил думал, что Райвер пропьет каждый цент, как обычно поступают бедняки.

Но получилось иначе. Да, Райвер был беден и плохо образован, но он не был глупым. Он взял эти деньги и открыл собственную строительную компанию. Благодаря опыту, полученному от отца, Райвер преуспел во время жилищного бума в Чарльстоне и превратил сто тысяч долларов в сто миллионов в наличных и активах.

Заработав свой первый миллион, Райвер купил шесть ящиков дорогого пива и подержанный «форд».

Звук аплодисментов отвлек Райвера от размышлений. Семья Стил закончила выступление. Это означало, что ему пора разыскать Морган. К сожалению, темноволосая красотка легко затерялась в толпе. Он понимал, что она не слишком торопится продолжать разговор, но он все равно состоится. Райвер ждал этой встречи десять лет.

Хотя не стоит торопиться. У него было время, поэтому он отправился в бар, чтобы чего-нибудь выпить и съесть холодные канапе.

— Мистер Аткинсон?

Райвер повернулся и увидел пожилого мужчину с молодой блондинкой, которая держала его под руку.

— Да.

— Кент Бредфорд, — сказал старик, протягивая ему руку. — Я слышал, вы строите удивительные дома.

Райвер улыбнулся:

— Мне приятно это слышать, но я предпочитаю считать их качественно построенными домами, которые любят мои клиенты. Вас интересует строительство недвижимости, мистер Бредфорд?

— Зовите меня по имени. И на самом деле — да. А вы работаете за пределами Чарльстона? Я купил горную долину недалеко от Эшвилла, штат Северная Каролина, и надеюсь построить там домик.

Райвер поднял брови:

— Домик? — Скромное жилище не стоило таких затрат.

Кент усмехнулся:

— Это я так говорю — домик. Трехэтажный дом площадью пять тысяч квадратных футов вряд ли назовешь домиком. Я просто хочу, чтобы он напоминал горную хижину. Конечно, со всеми современными удобствами и роскошью.

— Я никогда не работал в тех местах, но готов обсудить с вами условия. — Райвер вынул визитку из нагрудного кармана. — Позвоните мне на следующей неделе, и мы обговорим ваши запросы. Я попрошу своего архитектора сделать проект.

— Замечательно. — Старик взял визитку и сунул ее себе в карман. — Я позвоню вам. — Улыбаясь, он повернулся и повел молодую блондинку на танцпол.

Итак, сегодняшний вечер посвящен не только противостоянию с Морган.

Работа с компанией «Стил тулз» над их ежегодным благотворительным проектом стала для Райвера хорошим поводом представить себя. Просто находясь в этой комнате, он оказался рядом со всеми миллионерами штата Южная Ка ролина. Ожидая возможности поговорить с Морган, он был не против того, чтобы наладить несколько деловых контактов. Все эти люди жаждут строить дома или особняки, которые подчеркивают их статус.

Райвер полагал, что в конце концов ему снова удастся поговорить с Морган. Комната была очень большой, а вечеринка только началась. Но в следующее мгновение один из братьев-близнецов вернулся на сцену. Райвер знал, что у Морган есть трое старших братьев, двое из которых близнецы.

— Дамы и господа, извините, но я должен закончить мероприятие раньше! У нас в семье возникла сложная ситуация, которую нам предстоит срочно решить. Мы будем вам благодарны, если вы отправитесь по домам. В ближайшие недели Морган свяжется с каждым из вас по поводу спонсорской поддержки проекта. Большое спасибо, что были с нами сегодня.

И после этих слов близнец ушел.

Странно. Семья Стил приложила немало усилий, чтобы организовать это мероприятие. Билеты на вечеринку тоже были не совсем дешевыми. Должно быть, произошло что-то по-настоящему серьезное, если они решили покончить с этим и выпроводить всех из дома, не получив денежных чеков.

Осмотревшись, Райвер заметил изумруднозеленое платье Морган. Та уходила по коридору вместе с матерью и незнакомым рослым мужчиной, похожим на бывшего военного. Братья шли за ними следом.

Какое-то время Райвер слонялся без дела, пока гости разъезжались, и надеялся увидеть кого-нибудь из семейства Стил. Но вскоре он остался в зале один, не считая персонала, который занялся уборкой. Наконец он вышел из дома и увидел у особняка четыре полицейские машины. Судя по всему, решение семейных проблем Стил займет остаток ночи.

Через несколько минут водитель подал ему синий лимузин.

Райвер не ожидал такой концовки вечеринки. Они с Морган только начали разговор, но все быстро закончилось. Хотя, честно говоря, он не знал, какого результата ждал. Возможно, он надеялся, что при виде его Морган упадет в обморок. Или бросится в его объятия и скажет, как она ошибалась, и признается ему в любви.

Он отъехал от особняка Стилов с ухмылкой на лице. Этого никогда не случится. Его эго не настолько гипертрофированное, чтобы Райвер решил, будто Морган вспоминала его прошедшее десятилетие. Для нее он — бедный и негодный юнец.

Нет, скорее всего, она пыталась забыть о нем как можно скорее. И притвориться, будто между ними ничего не было, как того хотела ее семья. Она и сейчас наверняка жаждет забыть о нем, но на этот раз это будет непросто. Райвер позаботился об этом, подписав соглашение с представителем «Стил тулз», который не знал, кто он такой. Никто, кроме родителей Морган, не знал истории их отношений, а их молчание помогало Райверу. Теперь он гарантированно почти все лето проработает с Морган — представителем компании по связям с общественностью.

Остается надеяться, что предстоящие недели она будет сожалеть о том, как поступила с ним. Увидев ее сегодня вечером, Райвер понял, что нынешнее лето может оказаться намного приятнее, чем он ожидал. По крайней мере, для него. Он не знал, как выглядит его бывшая любовь после стольких лет разлуки. Когда она повернулась к нему лицом, будучи в потрясающем зеленом кружевном платье, Райвер опешил. У нее были экзотические золотисто-зеленые глаза, высокие скулы, фарфоровая кожа… Она смотрела на него с ужасом и удивлением.

Девушка, которую он помнил, была самой красивой на свете: длинные темные волосы, проницательные глаза и сладкая улыбка. Теперь она повзрослела и стала осмотрительнее, если учитывать то, как она с ним разговаривала. Но даже сейчас ему захотелось снова попасть в ее ловушку. К счастью, теперь он знает, чего нельзя делать.

Если Морган и захочет его на этот раз, то только потому, что он достиг своей цели и наконец-то достоин одобрения ее папочки. Как человек Райвер нисколько не изменился. Он просто заработал денег и уважение — то, что было первостепенно для мистера Стила. И для Морган.

Нажав кнопку на консоли, чтобы открыть ворота, Райвер притормозил на въезде в свое поместье на острове Киава. Потом подъехал к дому, который построил для себя, как только у него наконец появились время и деньги. Многое изменилось после той ужасной ночи десять лет назад.

Райвер взял денежный чек от отца Морган и заработал на этих деньгах. Но не для того, чтобы что-то доказать ей или ее отцу. Он доказал самому себе, на что способен. Он больше не прежний глупый юноша. И пора Морган и Тревору узнать, насколько выросли их инвестиции в Райвера. Вероятно, они пожалеют о том, как сурово обошлись с ним однажды.

И ему не нужно ничье одобрение. Особенно одобрение такого мерзавца, как Тревор Стил.

Глава 2

— Я получила отчет от сборщика средств. Его только что принесли из бухгалтерии.

Морган отвела взгляд от своего компьютера и увидела, как ее ассистентка Ванесса входит в офис с манильской папкой в руке.

— Это произошло быстрее, чем я ожидала.

Ванесса протянула Морган папку:

— Я сообщу, когда к вам придет посетитель, — сказала она и вышла.

Морган открыла папку и удивленно подняла брови, увидев итоговую сумму. Мероприятие длилось менее трети своего обычно запланированного времени, поэтому она не ожидала, что удастся собрать столько денег. Они так и не провели аукцион. Семья едва успела собрать пожертвования. Морган уже планировала новую статью на непредвиденные расходы для нынешнего проекта.

Но сумма пожертвований оказалась намного больше, чем ожидалось. По-видимому, отмена мероприятия из-за драмы в их семье заставила гостей и спонсоров почувствовать себя неловко. А когда богачам становится неловко, они, как правило, выписывают денежный чек, чтобы успокоиться.

Собранных денег хватит на строительство минимум трех домов в этом году. В течение следующих недель могут поступить дополнительные средства. В прошлом году удалось собрать денег на строительство только двух домов.

Хоть одно светлое пятно в той тьме, которая с недавних пор накрыла Морган. Выяснилось, что ее подменили при рождении. Подобные новости могут изменить восприятие мира. Особенно когда понимаешь, что вся твоя жизнь была ошибкой.

Морган вела довольно насыщенную жизнь, вкладывая почти всю свою энергию в семейную компанию и ее постоянный успех. Если она не работала, то отправлялась в тренажерный зал, пытаясь справиться со стрессом и лишним весом. Она всегда мечтала о стройной фигуре, как у матери, но пышное тело часто доставляло ей немало неудобств. Однако ничто не могло подготовить ее к тому, что произошло в ее жизни после той роковой ночи.

Теперь Морган не может даже смотреть в зеркало. Ей кажется, что на нее пялится самозванка. Как она могла быть настолько слепой все эти годы и не замечать очевидного? Она никак не могла быть членом семьи Стил. Она всегда выглядела иначе: брюнетка среди блондинов, но ей не приходило в голову, что это на самом деле означает, пока не всплыла правда.

Теперь ей интересно, что ее родители действительно думали все эти годы. Считал ли ее отец, что Морган — плод интрижки ее матери с брюнетом? Или он думал, что просто сработал рецессивный ген? Никто не догадывался, что их родную дочь подменили в родильном отделении почти тридцать лет назад.

Даже после того, как истина открылась, мало что можно было изменить. По крайней мере, так казалось. В ночь проведения благотворительного мероприятия всем пришлось изрядно поволноваться: стало известно не только о подмене младенцев, но и о похищении родной дочери Стил — Джейд Нолан. Времени на размышления не было, все торопились собрать десять миллионов долларов для выкупа.

Морган никогда не видела своего отца таким бледным. Даже той ночью, когда он прервал ее медовый месяц. Потом он пришел в ярость. Похоже, его доконали последние новости. Тем не менее он действовал как настоящий генеральный директор «Стил тулз». Деньги были заплачены, Джейд нашли, но похитители исчезли без следа. Наступило затишье, и все наконец поняли, что на самом деле произошло.

Морган по-прежнему не знала, чем все закончится. Она выросла как Морган Стил — любимая дочка, избалованная родителями и старшими братьями, богатая и хорошо образованная. Идеальный член семьи, который будет представлять информационно-пропагандистскую программу «Стил тулз». Ее личность не изменилась в одночасье, несмотря на результаты анализов ДНК. Ей понадобится время, чтобы примириться со всем этим.

Но почти каждое утро она просыпалась и чувствовала себя потерянной. Кто она на самом деле? Кем бы она была, если бы ее не подменили? Еще слишком рано делать выводы, но время, которое она провела с Джейд и ее родителями, было поучительным. Морган, конечно же, не училась бы в частной школе и Джорджтаунском университете. Не получила бы кабриолет «мерседес» на свое шестнадцатилетие или двухмесячную поездку по Европе в качестве подарка после окончания университета. Ее настоящие родители не могли себе этого позволить. Морган выросла в роскоши, которой должна была наслаждаться Джейд.

Хотя если бы их не поменяли, то, возможно, Морган жила бы так, как она хотела. Именно эту роскошь она никогда не могла себе позволить, несмотря на огромные деньги.

Хорошо еще, что ее семья не отвернулась от нее. У них появился шанс умыть руки, но они этого не сделали. У нее была репутация идеальной принцессы, но не потому, что она была без изъянов. Морган не сомневалась, что так или иначе разочаровывала своих родителей.

Увидев Джейд с ее безупречной кожей, белоснежными волосами и большими карими глазами, как у матери, Патриции Стил, Морган почувствовала еще большее разочарование. Даже на полу грязного склада, где ее нашли, Джейд походила на идеальную дочь семьи Стил, в отличие от Морган.

Она провела немного времени с Артуром и Кэролин Нолан, но успела задаться вопросом, будет ли ей комфортно в своей биологической семье. Вероятно, Ноланы были счастливы проводить время со своей родной дочерью. Возможно, им было бы все равно, что она сбежала из университета с бедным юношей, которого любила больше всего на свете. Может быть, они поддержали бы ее выбор.

Но, вполне возможно, она представляет себе идеальную ситуацию, которой быть не может. Если бы она выросла как Джейд Нолан, то наверняка не встретила бы Райвера в том баре в Файв-пойнтсе. Ее жизнь пошла бы другим путем. Но сейчас незачем об этом размышлять.

Из ее компьютера послышался звуковой сигнал — пришло сообщение от ее ассистентки:

«Мисс Стил, пришел посетитель, которому вы назначили на четыре часа».

Легок на помине.

Морган глубоко вздохнула. Пора решать очередную проблему. Как бы ужасно это ни звучало, но похищение Джейд стало отличным отвлечением от Райвера и его неожиданного появления.

Теперь ее бывший муж сидит в приемной и готовится поговорить о том, как они проведут лето вместе. Морган с трудом верила, что переживет это время.

Ей хотелось отступить. В следующем году она построит шесть домов, чтобы восполнить потери. Но она знала, что это ей не поможет. Уже объявлено о партнерстве «Стил тулз» с «Саузен чарм констракшн». Если их совместная работа сорвется, это спровоцирует ненужные пересуды. Кроме того, если Морган будет нервничать, обо всем узнает ее отец, а этого она хочет меньше всего.

Тревор Стил научил ее тому, что любой Стил должен всегда оставаться уравновешенным и не терять профессионализма даже перед лицом скандала или катастрофы.

«Пусть войдет».

Отправив сообщение ассистентке, Морган заблокировала экран своего компьютера и приготовилась к новому спору.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Райвер. Сегодня на нем был темно-синий костюм, который очень ему шел. Пиджак идеально облегал его широкие плечи и узкий торс. Морган захотелось сжать пальцами его бицепс и почувствовать игру мышц.

Райвер улыбнулся ей, и Морган поняла, что ее решимость ослабевает. У нее покраснела шея. Жаль, что она не надела блузку с более высоким воротником. Или шарф. При малейшем возбуждении или смущении ее грудь и шея краснели. А потом румянец появлялся у нее на лице, и она выглядела как спелый помидор.

Он закрыл за собой дверь и небрежно подошел к столу Морган.

Когда отец впервые заказал мебель для ее офиса, она ее возненавидела. Громоздкая мебель для руководителя стоила кучу денег и была слишком темной. Заниматься благотворительностью, сидя за столом за десять тысяч долларов, было неловко.

Но сейчас эта мебель ей помогала. Массивный деревянный стол, отделяющий ее от Райвера, позволял Морган почти не нервничать. Почти.

Итак, пора взять ситуацию под контроль. Пусть Морган не член семьи Стил, но ее воспитали как Стил, и она не позволит Райверу одержать над ней победу. Она села прямо, сложив пальцы в замок на столе, и скрестила лодыжки. Эта поза помогала ей сосредоточиться.

Райвер поступил совсем иначе. Он расстегнул пиджак и уселся в кресло с таким видом, словно это был диван у него дома. Откинувшись в кресле, он развязно положил лодыжку на колено.

— Прежде чем мы начнем, у меня к вам один вопрос, мистер Аткинсон.

— Мистером Аткинсоном зовут моего отца, — со вздохом заметил Райвер. Судя по тону Морган, она готова закончить их небольшой разговор с вечеринки. Хорошо, что он сидит в удобном кресле. Вдруг Морган захочет броситься в его объятия? — Спрашивай!

— Что ты здесь делаешь? — Она сурово уставилась на него.

— Я пришел поговорить о строительстве домов для бедных. Разве ты здесь не по той же причине? — язвительно произнес он.

Она секунду разглядывала его лицо.

— Я серьезно, Райвер. Зачем ты подписался на все это? Если ты хочешь отговорить меня, тогда просто уходи. Этот благотворительный проект важен для меня. Если ты не намерен помогать сообществу, я найду другого подрядчика.

— О, я предельно серьезен, — сказал он. — Этот проект важен для меня и развития моей компании.

— Значит, ты используешь фамилию Стил, чтобы сделать себе имя?

— Я уже сделал имя и себе, и своей компании. Но я не дурак, чтобы отказываться от огласки и бесплатной рекламы. Надеюсь, это приведет к большим успехам в будущем для меня и моих сотрудников. Мне повезло, что я могу сделать что-то хорошее в вашем сообществе. В этом нет ничего плохого. «Стил тулз» делает то же самое.

— Мы помогаем тем, кому не повезло в этой жизни.

Райвер наблюдал за выражением ее лица. Морган действительно верила тому, что говорила.

— Может быть, — сказал он. — Но, прежде всего, твой папаша и его акционеры делают это ради корпоративного развития и налоговых вычетов. В этом я не сомневаюсь.

— Неужели ты просто хочешь разрекламировать свою компанию? — с сомнением спросила она. — Это не уловка, чтобы снова со мной увидеться?

Райвер рассмеялся. Громче, чем хотел. И Морган сердито наморщила нос. А Райвер продолжал смеяться.

— Извини, что разочаровываю тебя, но я давно к тебе равнодушен, Морган. Если бы я хотел увидеть тебя, то придумал бы более простые способы, чем участие в летней благотворительной работе с нулевой прибылью. Так что нет, дело не в желании с тобой увидеться.

Он заметил, как она обиженно скривилась, но потом быстро взяла себя в руки. Итак, он задел ее чувства. После всего, что произошло десять лет назад, ему было интересно, вспоминает ли она его. Морган не прислала ему ни одного электронного письма, ни одного сообщения после того, как бросила его в начале медового месяца. Через несколько дней он получил от нее письмо с обручальным кольцом внутри.

А сейчас он на полсекунды увидел лицо девушки, которую когда-то любил. Которая была эмоциональной и уязвимой, дарила ему надежду и первую любовь. Сейчас та прежняя девушка превратилась в ледяную королеву.

— Конечно, ты ко мне охладел, — сказала она.

— Речь не о тебе, малышка. Я даже не знал, что буду работать с тобой, — соврал он. — Я профессионал. Если бы я им не был, я бы не создал свою компанию с нуля, — продолжал Райвер. — Похоже, ты ужасно расстроилась, и я не понимаю почему.

Она выпрямилась в кресле, разглядывая Райвера с явным недоверием.

— Ты серьезно спрашиваешь, почему я расстроилась?

— Подожди минутку. — Райвер поднял руку, не давая ей ответить. — Чем я тебя расстроил?

Неожиданный поворот. Тем более не он отменил их медовый месяц и аннулировал брак. Не он покорно собрал вещи и вернулся домой по щелчку пальцев своего отца.

— У меня сто тысяч причин расстраиваться из-за тебя, Райвер Аткинсон.

Ага. Она упрекает его за то, что он взял деньги у Тревора. Это были грязные деньги, но они изменили его судьбу.

Райвер улыбнулся:

— В чем дело, Морган? Ты считаешь, что стоила гораздо больше? Должен ли я был потребовать миллион, чтобы молчать о нашей глупой интрижке? Я уверен, твой обожаемый папочка заплатил бы сколько угодно, чтобы вытащить свою маленькую принцессу из лап бродяги. Скажи, ты паниковала, когда поняла последствия того, что мы сделали? Ты ждала, что я позвоню ему, чтобы он приехал за тобой?

— Конечно нет, — огрызнулась она. — Я даже не знаю, как он нас нашел. И откуда узнал, что мы поженились.

Райвер покачал головой:

— Я уверен, он отследил тебя по мобильному телефону и выпискам с банковских карт. Ты считала себя взрослым человеком, который живет собственной жизнью, но твой папаша просто позволил тебе в это поверить. Тревор все время держал тебя на коротком поводке. — Он усмехнулся и оглядел ее благоустроенный офис. — А теперь ты работаешь на папу. Вероятно, он придумал эту работу специально для тебя. Ты наверняка живешь в одном из папочкиных домов и берешь у него банковские карты. Похоже, он все еще держит тебя на поводке.

Морган сердито прищурилась, глядя на него:

— Заткнись! Ты ничего не знаешь о моих отношениях с отцом.

— Неужели? — с вызовом спросил он. — Женщина, с которой я познакомился в баре рядом с университетом, была самоуверенной и независимой. А девушка, которая вылезла из моей кровати и поджала хвост, была кем-то другим. Не могла бы ты объяснить мне, что произошло в нашу брачную ночь?

Бледная кожа Морган на груди, шее и щеках стала алой. Райвер вспомнил о своей юной и раскрасневшейся невесте. Она стиснула зубы, чтобы не наговорить ему гадостей.

— Мой отец очень заботится обо мне, — процедила она сквозь зубы и схватилась за воротник, стараясь его запахнуть.

— Нет. Это я заботился о тебе. Я любил тебя. Ты — просто винтик в идеальной семейной компании своего отца. Тебе надо слушаться его, иначе тебя забудут.

— Не все хотят быть в центре внимания, Райвер. Я бы предпочла жить в тени, а не на виду, как того хочет мой отец.

Райвер покачал головой:

— Я совсем не верю тебе. Ты могла бы постоять за себя в любое время. Ты могла бы заступиться за меня. За наш брак. Но деньги папочки были для тебя намного важнее будущего с бедным мальчиком без перспектив и образования. Как бы ты поступила, если бы он лишил тебя содержания? Тебе пришлось бы реально зарабатывать на жизнь и обходиться без прислуги. Так было бы, если бы тебя не подменили в роддоме.

Райвер наблюдал за тем, как она краснеет, и понимал, что зашел слишком далеко. Он прочел о подмене в газетах, но был уверен, что Морган уже с этим смирилась. Не надо было говорить с ней так резко.

— Было бы проще, если бы меня не подменили, — прошептала она. — Когда у тебя ничего нет, у тебя ничего не отнимут.

— Я с тобой категорически не согласен. Я, например, многое потерял.

Морган посмотрела ему в глаза, а потом смущенно отвернулась.

— Ты, вероятно, недолго горевала после расставания с не подходящим тебе мальчиком, а вот мне было нелегко.

Морган молчала, хмурилась и виновато поглядывала на Райвера.

— Нам надо прекратить этот разговор. — Она уставилась на свой стол. — Прошлого не изменить. Давай все забудем и постараемся вести себя как цивилизованные люди.

— Конечно, — задумчиво ответил Райвер и соединил кончики пальцев. — Мне бы не хотелось снова провоцировать скандал в семейке Стил.

— Райвер… — предупредила она.

— Как я уже сказал, я хочу, чтобы этот проект удался. Нам предстоит важная работа. Ты права: не надо, чтобы нам мешало наше прошлое. Итак, мир? — Он выгнул бровь и с вызовом посмотрел на Морган.

Она вздохнула с облегчением, и на ее губах появилась отрепетированная улыбка. Она выглядела самоуверенной.

— Мир, — сказала она и протянула ему руку через стол.

Райвер пожал ей руку, и по его телу мгновенно пробежал трепет. Он максимально быстро отстранился от Морган и спрятал руку под столом, чтобы стереть ее прикосновение о брючину.

Хотя они заключили перемирие, влечение между ними вспыхнуло с новой силой.

Глава 3

Через три дня Морган по-прежнему вспоминала свой разговор с Райвером.

Они наконец начали обсуждать дела и совместный проект.

Когда Райвер улыбался, Морган становилось не по себе. Он провоцировал у нее столько противоречивых эмоций, что она едва понимала, что чувствует. Однако труднее всего было справиться с влечением к нему. Ее не могло тянуть к Райверу сильнее, чем прежде. Не после того, что между ними произошло. Не после того, что он сделал. И все же ее тело и разум не могли договориться. Она по-прежнему хотела Райвера. Если она закроет глаза, то снова почувствует его руки на своем теле.

Морган злилась.

Ей не нравился дисбаланс в своей жизни, а в последнее время она не находила себе места. В данный момент она сидела в саду родительского поместья и потягивала вино. Она должна чувствовать себя свободной. Но все иначе. Она ожидает очередного посетителя. Это будет женщина, которая тридцать лет занимала место Морган.

Задняя дверь дома открылась, и экономка Лена указала миниатюрной блондинке на Морган. Блондинка спустилась по тропинке из булыжника к столу под увитой виноградом перголой, где можно было укрыться от летней жары Чарльстона.

— Пожалуйста, садись, — сказала Морган. — Выпьешь шардоне? Я взяла бутылку из семейного винного погреба.

Джейд уселась в кресло, выглядя напряженной и нервной.

— Наверное, я выпью, — ответила она. — Я волнуюсь сильнее, чем ожидала.

Морган улыбнулась и налила ей вина.

— Это поможет успокоиться. Я попрошу Лену принести еще одну бутылку. Совсем скоро мы обе будем совершенно спокойно воспринимать эту безумную ситуацию.

Джейд нахмурилась и посмотрела через плечо Морган.

— Не думай о них как о слугах, — сказала Морган. — Они домашние работники, вот и все. Без них не обойтись. У моей мамы нет времени, чтобы в одиночку убирать этот огромный дом. Она занята, как и мой отец, а он руководит компанией. У нас отличные работники, особенно Лена, и, поверь, мой отец хорошо им платит.

— В самом деле? — спросила настороженная Джейд.

— О да. Лена работала на нас еще до моего рождения. Она как член семьи и верна нам. И, кроме того, если кто-нибудь из нас, детей, говорил с ней свысока, нас наказывали.

— Мне трудно в это поверить.

— О, поверь мне. Мои братья не раз получали за издевки над персоналом. И это правильно. Имея все преимущества, ты не имеешь права вести себя дурно. Особенно на людях, потому что ты являешься лицом компании. Но мои родители не потерпят неуважения к персоналу даже за закрытыми дверями. Мы такие же, как и все остальные.

Если, конечно, какой-нибудь бедняк не осмелится полюбить дочь Стил. Одно дело — хорошо относиться к другим людям и совсем другое — относиться к ним слишком хорошо.

Лена подошла к столу с серебряным подносом в руках. На нем были тарелка с бутербродами, чай и печенье, а также откупоренная бутылка вина.

— О, Лена! Ты читаешь мои мысли, — восторженно произнесла Морган. — Я собиралась попросить тебя принести еще вина.

Лена улыбнулась и поставила поднос на стол.

— Я знаю вас всю вашу жизнь, мисс Морган. Вы любите вино и не обходитесь одной бутылкой. Скажите, если еще что-нибудь понадобится. — Она повернулась и ушла так же быстро, как и пришла.

— К этому будет трудно привыкнуть, — сказала Джейд, глядя вслед Лене.

Морган отпила вина:

— Это не так. — Она нахмурилась, вспоминая слова Райвера о том, что она предпочла бедному юноше деньги своего папочки.

Вероятно, Морган привязана к своему образу жизни сильнее, чем позволяла себе признать. Она любила Райвера, но, по правде говоря, не все продумала. Что бы она делала после медового месяца, когда они переехали бы в дешевую квартиру и им пришлось жить среди мебели из благотворительного магазина и питаться макаронами и сыром? Как долго продлилась бы эта любовь?

Благодаря властному отцу Морган никогда этого не узнает.

— Полагаю, если бы нас не подменили, я чувствовала бы себя иначе, — сказала Джейд. — Трудно представить мою жизнь такой.

— Разве твой жених не богат? — спросила Морган. Она не общалась с Харли Далтоном, но в новостях о похищении упоминались его успешные расследования и детективное агентство. Он заплатил большую часть выкупа за Джейд и искал ее похитителей.

— Богат. — Джейд сделала большой глоток вина и посмотрела на помолвочное кольцо, словно не веря, что оно на ее пальце. — Я до сих пор к этому не привыкла. К счастью, он всего добился в жизни сам, поэтому понимает, как мне нелегко. Пока он проводил расследование, мы несколько недель жили в поместье его матери. У нее есть экономка, но я все равно сама за собой убирала. На днях я попыталась купить в магазине дешевые батончики, так Харли выложил все это обратно на прилавок и купил дорогие батончики.

— Я испытываю странные чувства, когда думаю о том, какой должна была быть моя жизнь, — отозвалась Морган.

Джейд с серьезным видом кивнула:

— Чем дольше я думаю о нашей ситуации, тем больше у меня возникает вопросов. Это вопросы, на которые невозможно ответить. Кто нас подменил? И зачем?

— Честно говоря, отчасти я хочу узнать об этом. Но мне непросто справиться с этой драмой. Я знаю своего отца… Наш отец — твой отец, Джейд.

— Называй его своим отцом, — ответила Джейд с понимающей улыбкой. — Так легче.

Морган улыбнулась в ответ, снова заметив, как Джейд похожа на свою родную мать: светлые волосы и карие глаза Стил. Хотя у нее нет привычной самоуверенности и дизайнерской одежды, это не имеет значения. Джейд — одна из Стил.

Морган постаралась не завидовать, разглядывая поразительные черты лица Джейд. Тревор постоянно баловал свою дочь, но кое-чего она не могла иметь. Например, Райвера. Морган унаследовала внешность от матери Джейд, Кэролин, привлекательной и полноватой женщиной со светлыми глазами и распущенными темными волосами. В этом не было ничего плохого. Просто Морган с детства мечтала быть изящной блондинкой.

Ей стало любопытно, была бы она более довольна собой, если бы не росла в тени элегантной и великолепной Патриции Стил. Еще один вопрос, на который не будет ответа.

— Итак, я знаю, что мой отец дает деньги твоему жениху, чтобы узнать правду о твоем похищении. Я не возражаю против этого. Но я не буду помогать вам в расследовании. Мне предстоит очень напряженное лето. Сейчас я изо всех сил стараюсь найти время, чтобы повидаться с твоими родителями и Дином. Я уверена, они думают, что я избегаю их, но на самом деле это не так.

Джейд кивнула:

— Я понимаю. И они тоже. Я проводила с ними мало времени, пока работала и помогала Харли в расследовании. Я думаю, мне придется самой приложить больше сил, поскольку похищали именно меня.

— Да. Ты вошла в семью Стил при неблагоприятных обстоятельствах. Моего старшего брата Тома тоже похищали, когда он был ребенком. Будучи Стилом, получаешь не только привилегии, но и проблемы. Вы с Харли считаете, что твое похищение связано с подменой в роддоме?

— Я не знаю. Я ни разу не была объектом преступлений, пока не стала публично рассказывать о результатах своего анализа ДНК. Надо просто собрать все сведения воедино. Я с нетерпением жду, когда все выяснится. Я хочу знать правду и хочу, чтобы преступники сидели за решеткой. А потом я просто буду жить. Мне не терпится лучше узнать тебя и мою новую семью. Организовать свою свадьбу. И вообще заняться простыми вещами, для разнообразия.

— Да, тебе надо познакомиться со своими родителями. — Морган колебалась. — А как мне тебя называть? Мы не родственницы, но связаны странным поворотом судьбы. Кажется, мы должны быть сестрами.

— По-моему, ты права. Честно говоря, я всегда мечтала о сестре. Дин — отличный брат, но этого мало.

— Да! — бодро сказала Морган. — Я выросла с троими старшими братьями. — Она простонала. — Когда я была маленькой, очень хотела играть с тем, кто не отрывает голову моей Барби и не заряжает ее в катапульту, чтобы уничтожать игрушечных солдат.

Джейд рассмеялась и подняла бокал вина, наконец успокоившись:

— Значит, решено. Мы с тобой сестры.

Они чокнулись бокалами и в унисон произнесли:

— Сестры!

Хм, Морган выглядит сегодня очень хорошо.

Это было неожиданно. Райвер не был до конца уверен, что Морган появится на работе. Отчасти потому, что он на самом деле не говорил с ней об этом маленьком свидании. Он оставил ей голосовое сообщение, на которое, как он знал, она не сможет ответить. Потому что струсит. Пусть они заключили перемирие, но он все еще не хотел разговаривать с ней лично.

Теперь, вместо того чтобы раздражаться, он волнуется при звуке ее голоса. Кровь бурлит в его жилах при мысли об их медовом месяце.

Райвер потерял кучу времени, фантазируя о Морган. А сейчас он смотрит, как она идет к нему в узкой юбке-карандаш, облегающем топе и туфлях на шпильке. Ему стало любопытно, нарочно ли она так оделась для встречи с ним. Наверное, она решила свести его с ума. Одежда подчеркивала каждый женственный изгиб ее тела.

И ему это нравилось. Даже если пришлось потратить несколько напряженных минут, чтобы обуздать желания. Он не задумывался о том, что будет витать в облаках, когда собрался работать с семейством Стил. Теперь он понимает, что все нынешнее лето рядом с Морган ему придется тренировать свое самообладание.

— Добрый вечер, мистер Аткинсон!

Райвер сердито посмотрел на нее. Они уже говорили о том, чтобы она обращалась к нему по имени, но, видимо, ей нравилось злить его.

— Добрый вечер, Райвер! — Она криво усмехнулась, привлекая его внимание к губам, накрашенным помадой оттенка темной сливы.

Ему захотелось ее поцеловать.

— Добрый вечер, Морган! Спасибо, что согласилась встретиться со мной. Я подумал, ты захочешь на это посмотреть.

Райвер повернулся и указал на заросший травой участок прямо у себя за спиной. Оно находилось недалеко от центра Чарльстона; стоимость недвижимости в этом районе медленно росла. Райвер понял, что получит прибыль от покупки этой земли, которую официально выставили на продажу.

— Этот участок площадью три четверти акра. Здесь на самом деле довольно просторно и близко к центру города. У каждой семьи будет достаточно большой задний двор, где детям можно бегать и играть. Можно поставить качели или небольшой бассейн. Внутренний дворик для гриля. Короче, все, что нужно.

— Стоимость? — спросила Морган.

Райвер повернулся к ней, усмехаясь. Во время их деловых переговоров он быстро узнал, что Морган хочет помогать людям, но у нее ограниченный бюджет.

— Она на десять тысяч ниже, чем стоимость имущества, которое ты мне показала в Вест-Эшли на днях.

Морган удивленно подняла темные брови:

— Правда? — Она повернулась и огляделась вокруг, чтобы понять, что не так.

Райвер сделал то же самое, когда впервые услышал о цене участка.

— С землей все в порядке. Я уже все проверил. Владелец получил эту землю в наследство и хочет быстрее ее продать целиком, а не искать отдельных покупателей. Если мы предложим ему купить у него землю за наличные, не привлекая агента по недвижимости, он, вероятно, уступит нам.

— Откуда ты узнал об этой земле?

— Я знаком с владельцем, — сказал он.

— Ты с ним знаком? Звучит неубедительно.

— Все в порядке, я обещаю. Несколько моих коллег в строительном бизнесе всегда рады сообщить мне о продаже собственности, которая меня заинтересует.

Морган кивнула и оглядела участок.

— Если стоимость действительно такая, как ты сказал, а на участке нет захоронений, то я предлагаю купить его завтра утром. За такую цену мы не найдем ничего лучше. Особенно в этом районе города.

— Тут нет ни трупов зомби, ни токсичных отходов. Я подготовлю сделку к утру, и мы быстро с этим покончим.

— Отлично.

Все произошло быстрее, чем ожидал Райвер, но не было особой причины задерживаться с Морган на заросшем поле. Они зашагали прочь, и он проводил ее к белому кабриолету «мерседес», на котором она приехала. Во время учебы в университете она ездила на подержанном автомобиле.

— Райвер? — произнесла она на полпути к своей машине, вырывая его из размышлений.

— Да?

Она остановилась и повернулась лицом к участку земли:

— Между прочим, ты мог бы сам купить эту землю и построить на ней несколько модных и дорогих домов. Ты, вероятно, получил бы хорошую прибыль, потому что недвижимость в этом районе дорожает. Когда в центре города продолжат пешеходный маршрут, ты сможешь получить по три четверти миллиона долларов за каждый дом. Ты уверен, что хочешь использовать этот участок для благотворительного проекта? Мы могли бы найти другую землю. Кстати, участок в Вест-Эшли не такой уж плохой. Вероятно, мне удастся поторговаться и снизить за него цену. — Морган вопросительно посмотрела на Райвера.

Он покачал головой. Она была права, но он не хотел даже думать об этом.

— Нет, не надо. Когда я увидел эту землю, я представил на ней наши маленькие домики. Дети будут бегать по лужайке. Я представил себе три семьи, которые будут гордиться своими новыми домами. О таком доме мечтали мы с моей мамой. Я не желаю строить здесь кучу модных трехэтажных таунхаусов за безумную цену. Таких домов полно в городе. А этот район кажется особенно уютным.

Морган вгляделась в его лицо, потом улыбнулась. До того как Райвер успел что-то сказать, она схватилась пальцами за лацканы его пиджака и нежно поцеловала в губы.

Райвер опешил. И все же понял, что мечтал об этом все прошедшее десятилетие. Внезапно все его заботы и обиды перестали иметь значение.

Он положил руки на ее талию, но потом приказал себе образумиться. Ничто из того, что Морган говорила или делала до этого момента, не намекало на ее желание интима. Этот поцелуй мог значить все, что угодно. Райвер давно научился не строить никаких иллюзий по поводу женской непредсказуемости.

Она внезапно отстранилась от него, а он снова оказался в замешательстве, возбуждении и растерянности.

Он стоял и смотрел на нее и молчал, пока она наконец не отпустила его пиджак и не шагнула назад. Ее глаза остекленели, она слегка подрагивала и чуть не споткнулась.

Он схватил ее за локоть, и она улыбнулась.

— Спасибо.

— Зачем ты это сделала? — спросил он.

Морган глубоко вздохнула и скрестила руки на груди, привлекая внимание к своим формам:

— Я просто подумала, что ты, вероятно, хороший парень.

— Хм, спасибо. — Райвер не знал, как реагировать на ее слова. Он всегда считал себя хорошим парнем, но Морган явно думала иначе. Вероятно, теперь он привлекает ее, потому что богат.

И все же она только что поцеловала его.

Она смущенно оглядела участок.

— Наверное, мне не следовало этого делать, — сказала она. — Это было не очень профессионально.

— Я не жалуюсь. — Он ответил слишком быстро, и она, мягко улыбаясь, посмотрела на него.

— Но мой отец не одобрил бы мое поведение. В конце концов, я представляю компанию.

— Твой отец не одобрял ничего из того, что было связано со мной. Честно говоря, мне не верится, что он пустил меня на благотворительную вечеринку.

Морган скривила губы и покачала головой:

— Я сомневаюсь, что он знает о тебе. А если и знает, то держит рот на замке. Я уверена, мои братья ничего не знают о нас с тобой.

Райвер засунул руки в карманы и покачнулся на пятках.

— Твоя семья умеет хранить секреты. Я думаю, твой отцу предпочитает держать личные вопросы в тайне, но скрытничать от членов семьи…

Морган прищурилась и медленно кивнула с грустным выражением лица:

— Ты многого не знаешь.

Ее тон заставил его задуматься о том, были ли в семье Стил другие секреты, помимо неудачного брака Морган. Он хотел спросить ее об этом, но передумал. Если ей захочется поделиться этой информацией, она обо всем ему расскажет.

Морган вздохнула, и выражение ее лица стало почти сдержанным. Она озорно посмотрела на Райвера:

— Я понимаю, что поступаю не очень профессионально, но я приглашаю тебя выпить чего-нибудь. Я угощаю.

Глава 4

Официант поставил бокал вина и высокую кружку с пивом на стол. Райвер не предполагал, что сегодня вечером окажется в баре с Морган, но не собирался на это жаловаться. Ему больше нечего было делать. Он либо поедет в свою маленькую квартиру в центре города или на работу, либо отправится домой на остров Киава и будет работать там. Именно так он поступал каждый вечер, а в конце недели уезжал в пляжный дом.

— И чем же ты все это время занимался, Райвер? Прошло почти десять лет после моего внезапного ухода из твоей жизни среди ночи. Что случилось потом?

Посиделки в баре и разговор с Морган казались немного сюрреалистичными. Они оба справились с первоначальным негодованием и гневом, а теперь приступили к настоящему разговору. Ему было любопытно узнать, как жила она, потому что его собственные истории не были такими захватывающими.

— Я работал. Ты помнишь, как я работал с отцом, когда мы встречались?

Морган кивнула.

— Ну, я взял деньги у твоего отца и открыл собственный строительный бизнес. Я встретил много хороших парней, готовых поработать на меня, а благодаря опыту и помощи моего отца я создал компанию с нуля. На самом деле я работал семь дней в неделю, чтобы получить то, что я имею сейчас. Мне удалось немного перевести дух только в прошлом году.

— На развитие бизнеса нужно время, — сказала она. — Мой отец унаследовал компанию, которая уже была очень успешной, но даже тогда он больше времени бывал в офисе, чем дома. Одни конкуренты уходят, а на их место приходят другие. Рынок постоянно меняется. Прямо сейчас мы стараемся справиться с потерей торговых площадей в магазинах стройматериалов и расширить ассортимент наших интернет-магазинов. Надо постоянно работать, чтобы не потерять то, что ты уже получил.

— А то я этого не знаю! Казалось, я делаю глупость, открывая фирму в разгар жилищного кризиса. Но я наблюдал за рынком и начал со строительства небольших домов, которые люди могли купить. Я работал с финансовой компанией, которая помогала людям получать ипотечные кредиты. Иногда я волновался. Я даже начал учиться в онлайн-университете по вечерам на случай, если мне понадобится резервный план.

Морган поерзала в кресле:

— В самом деле?

— Да. Я получил диплом в области управления промышленным производством. Хотя я понятия не имею, каково работать по этой специальности. А ты? Я полагаю, ты окончила университет, хотя я никогда не видел тебя в округе Колумбия после.

— Осенью я вернулась в университет Южной Каролины и закончила там семестр. Я редко покидала кампус. После всего, что случилось, я стала плохо учиться. Потом я взяла академический отпуск. — Морган сделала большой глоток вина. — Какое-то время я жила дома, а потом перебралась в Джорджтаун и окончила там университет.

— Я не знал, что ты уехала из Южной Каролины. — Райвер не следил за Морган, но, честно говоря, не смог бы это сделать, даже если бы захотел. Семья Стил почти не оставляла следов. После того, как отец забрал Морган домой, Райверу показалось, что она просто перестала существовать.

— О да. На самом деле я до сих пор живу там большую часть года. У меня городской дом в районе Джорджтауна, который я снимала, когда училась в университете. Я приезжаю в Чарльстон на лето, чтобы поработать над ежегодным благотворительным проектом, а затем возвращаюсь домой. У нашей компании есть большое производственное предприятие в Вирджинии, и именно там находится мой офис.

— Где ты живешь, пока находишься здесь?

— У отца. — Она посмотрела на Райвера и усмехнулась. — Я понимаю. — Она отпила немного вина. — Жить в одном доме с родителями нелегко. Они следят за мной, как ястребы, но я стараюсь этого не замечать. Мне кажется, я могла бы найти здесь свое призвание. Но я не желаю привязываться к этому городу.

Райвер не представлял себе, что сумел бы проводить каждое лето под крышей своих родителей. Не то чтобы он каждый вечер устраивал вечеринки с проститутками или попойки, но его раздражало, когда за ним следят. В одиночестве он мог оставлять посуду в раковине или на кофейном столике, и его никто не упрекал.

— Ты так ненавидишь быть дома, что предпочитаешь жить у родителей, чем перебраться в отдельное жилье? — спросил он.

— Отец настаивает, чтобы я жила с ними. По практическим соображениям, конечно.

— Конечно, — согласился Райвер.

— Но ты прав. — Она вздохнула. — Мне надо найти другой вариант.

Райвер поднял кружку с пивом и сверкнул очаровательной улыбкой:

— Недавно я случайно узнал о потрясающих домах, которые сдаются в аренду.

Вернувшись домой после работы в аптеке, Джейд обнаружила своего жениха Харли в официальной столовой его матери. Джейд до сих пор не вернулась в свое бунгало после вторжения. Харли собрал все ее вещи, и они временно поселились в особняке его матери, пока он работал над делом по запросу от руководства больницы Святого Франциска.

Сейчас он расследовал подмену детей в роддоме, которая случилась тридцать лет назад. Он привез коробки с папками, ноутбук и все необходимое и разложил это на большом дубовом столе. Харли сидел во главе стола и хмуро уставившись на экран компьютера, словно незваный гость на празднике.

— В чем дело? — спросила Джейд и, положив сумочку на один из дюжины изысканных деревянных стульев с бархатной обивкой, подошла к Харли, чтобы погладить его плечи. Он всегда относился к расследованиям очень серьезно, но после вторжения в ее дом и похищения стал просто одержимым. Иногда ей приходилось силой затаскивать его в кровать.

— Я не могу найти одну папку. Я все обыскал. В ней вся информация о персонале больницы, которую я получил у бывшего генерального директора.

Джейд прижала пальцы к его напряженным мышцам, и он тихо простонал. Она посмотрела на стол и коробки на нем. Харли — детектив, но еще и обычный человек. В таком беспорядке он вряд ли что-нибудь найдет.

— Когда ты видел ее в последний раз?

— В тот день, когда я пошел к нему домой. У него остались личные дела и фотографии всех медсестер и врачей, которые работали в смену, когда ты родилась. Я ищу папку с тех пор, как твоя семья каталась на яхте со Стилами несколько недель назад. Мне надо найти информацию о той медсестре.

Вздохнув, Джейд подошла к коробкам. Прошло много времени с тех пор, как обе семьи впервые встретились. Все сложилось достаточно хорошо, но она забыла о том, как Патриция и Кэролин обсуждали день рождения девочек. К счастью, Харли этого не забыл. Она заглянула в коробки.

— Ее там нет. Я проверил двадцать раз.

Джейд вынула из коробки папку с красной печатью больницы и, не говоря ни слова, положила ее на клавиатуру ноутбука.

— Где она была?

— Не важно. Главное, что папка нашлась. Что ты ищешь?

— Данные медсестры, о которой Патриция и Кэролин говорили на яхте. Ее звали Нэнси Кроули. Бывший генеральный директор больницы сказал, что она покончила с собой в больнице менее чем через неделю после урагана «Хьюго» и подмены младенцев.

Харли просмотрел папку и вытащил из нее фотографию, которую протянул Джейд. Она взглянула на снимок женщины с ярко-рыжими кудрями и круглым лицом. Та казалась веселой и разговорчивой. С трудом верилось, что эта женщина покончила с собой.

— Она спрыгнула с крыши. По-моему, это не случайно. Генеральный директор говорил, что у нее были проблемы с алкоголем, которые могли спровоцировать самоубийство, но я должен все разузнать. Мне кажется, ее просто замучила совесть.

Слова Харли пробудили воспоминания Джейд.

— Что ты сказал?

— Я думаю, ее замучила совесть.

«У нас тридцать лет были связаны руки из-за ее идиотской совести, и я не буду рисковать во второй раз».

— Подожди. — Джейд подняла руки, заставляя Харли замолчать. — Они говорили об этом в фургоне.

— Кто?

— Мои похитители. Один из них жаловался, что совестливость сестры другого парня разрушила их планы. Ты думаешь, они обсуждали подмену?

— Возможно. Ты помнишь еще что-нибудь?

Джейд уставилась на фотографию и попыталась вспомнить спор двоих мужчин, который слышала, пока сидела в кузове фургона.

— По-моему, один из них сказал, что она умерла до того, как передала им важную информацию.

— О том, как подменили детей?

Джейд нахмурилась. Жаль, что она больше ничего не помнит.

— Может быть. У Нэнси был брат? Это станет отправной точкой. Если брата не было, то расследование зайдет в тупик.

Харли просмотрел папку.

— Среди своих ближайших родственников она указала брата. Грегори Кроули. Тебе знакомо это имя?

Джейд пожала плечами:

— Они не называли друг друга по именам. Но один определенно был ее братом. Я не уверена насчет другого парня.

Она наблюдала, как Харли повернулся к своим заметкам и пролистал записи, которые сделал после прослушивания разговора с бывшим генеральным директором больницы.

— Он упомянул брата и парня, когда говорил о самоубийстве Нэнси. Я выясню, удастся ли мне получить больше информации о ее смерти от местных властей. Если это верное направление, то они могли расстроиться по совершенно другой причине.

Джейд скрестила руки на груди и покачала головой:

— Похоже, Нэнси поменяла детей, а потом унесла секрет с собой в могилу.

— Почему ты вернулась так поздно, детка?

Морган пересекла холл родительского особняка и остановилась на пороге библиотеки. Там она увидела своего брата Сойера. Он сидел в отцовском кресле и читал книгу в кожаном переплете.

— Ты говоришь как папа.

Сойер закрыл книгу, отложил ее в сторону, встал и вышел на яркий свет люстры. Он прищурился, глядя на Морган.

— Я тебе за это отомщу. — Он улыбнулся.

— Где папа? — спросила она.

— Хороший вопрос. Он попросил меня прийти сегодня вечером, чтобы обсудить дела, но его, должно быть, задержали в офисе. Я еще не виделся с ним. Уже поздно, потому что Лена пытается меня накормить. Каждый раз, проходя мимо меня, она цокает языком.

— Ты мог бы уступить ей и поесть.

Сойер вздохнул и посмотрел на часы, которые он получил на Рождество от родителей.

— Я поем, но вместе с тобой.

— Я еще не ужинала.

Побыв в баре с Райвером, она поехала домой. Ей не хотелось, чтобы их посиделки превратились в нечто большее.

Кухня особняка была слабо освещенной и безукоризненно чистой. Лены нигде не было видно.

— Должно быть, она разочаровалась во всех нас, — сказал Сойер.

— Мы можем сами найти себе еду.

Морган подошла к огромному холодильнику и открыла двойные двери. Внутри были всевозможные свежие овощи и фрукты и молочные продукты. Десятки аккуратных контейнеров заполнены нарезанными ингредиентами, которые Лена приготовила для следующего дня.

Морган взяла кусок сыра и сливочное масло.

— Нарежь батон. Мы поджарим сыр на гриле.

Сойер посмотрел на нее с сомнением, но сделал так, как ему сказали.

— С каких это пор ты готовишь? — спросил он и взял сковороду с таким видом, будто она могла его укусить. — Обычно ты ходишь в китайский ресторан.

— Я умею готовить жареный сыр. Ты забыл, как учился в университете?

— Я питался в студенческой столовой.

— Но по вечерам она была закрыта. — Морган взяла очень острый нож и посмотрела на толстый кусок твердого сыра. Остается надеяться, что она не порежет себе пальцы. — Мы справимся. Мы с тобой взрослые. Мы отлично управляем компанией. И сумеем приготовить себе ужин.

Десять минут спустя Сойер и Морган, взяв еду, устроились в семейной гостиной этажом выше. В этой гостиной прошло их детство. Это было единственное место в доме, где они могли делать все, что хотели. В детстве она служила им игровой комнатой, а потом в ней установили телевизор с большим экраном, видеоигры и настольный футбол. Здесь были даже мини-бар, микроволновка, раковина, небольшой холодильник и тайник с конфетами. К сожалению, с тех пор, как Морган уехала учиться в университет, в тайнике не было ничего, кроме бутилированной воды.

Она уселась на большой раскладной диван и разложила их импровизированный ужин на кофейном столике, а Сойер принес несколько бутылок с холодной водой. Сбросив туфли на каблуке, она подняла ноги на диван.

— А где ты была сегодня днем? Я зашел к тебе в офис, и твоя ассистентка сказала, что ты уже ушла.

— Я встречалась с подрядчиком, чтобы посмотреть земельный участок, который мы собираемся купить.

— Но от тебя пахнет алкоголем.

Морган закатила глаза и открыла пакетик чипсов.

— Ну, потом мы с ним выпили немного. — Она попыталась открыть банку сальсы.

— А что это за парень? — Сойер взял у нее банку и легко открыл ее. — Его зовут Райвер, верно? Странное имя.

Морган нахмурилась:

— Я не знаю, о чем ты говоришь. Обычное имя. Кстати, ты всегда говорил, что все дети в нашей семье названы в честь персонажей книг Марка Твена.

— Не меняй тему. После вечеринки случилось много неприятного, но я заметил, как вы с ним общались. Что между вами произошло?

Она знала: ей следует либо солгать Сойеру, либо сказать полуправду. Из троих ее братьев Сойер самый проницательный. Если он заметил странности в отношениях Морган и Райвера, то скоро узнает, что сестра ему врет.

— Мы познакомились в университете, — сказала она. — Я не видела его несколько лет и не знала, что он участвует в благотворительном проекте этого года.

— У вас был роман? — Сойер, как всегда, читал между строк. — Я видел, как он оценивающе смотрит на тебя.

— Я хорошо выглядела в тот вечер, — сдержанно ответила Морган. — Да, у нас был короткий роман. Но из этого ничего не вышло. Ты знаешь, папа не допустил бы этого.

Сойер кивнул. Хотя на него не оказывалось такого давления, как на Морган, он все равно заводил любовниц с осторожностью. За всеми молодыми Стилами внимательно следила общественность.

— И что теперь? — Он наклонился вперед и взял контейнер с печеньем, а потом простонал и вдохнул восхитительный аромат корицы и масла.

Морган взяла печенье и осторожно спросила:

— О чем ты говоришь?

— Перестань. Вы же не просто так пошли выпивать в бар. По-твоему, у вас что-нибудь получится? Я имею в виду, ты теперь взрослая женщина. Тебе больше не надо беспокоиться о том, что папа думает о твоих отношениях.

Морган в этом сомневалась, но ей понравилось замечание Сойера. Многое изменилось в ее жизни с того дня, когда отец вытащил ее из номера для новобрачных. Хотя она не могла доверять Райверу полностью, сейчас она сумеет защититься, зная, что происходит.

— Я не знаю, Сойер. Нас просто связывают воспоминания. А может быть, он просто ищет свой второй шанс заполучить наследницу Стилов.

— Юридически ты больше не наследница Стилов.

Морган хмуро посмотрела на него:

— Меня лишили наследства без моего ведома?

— Нет, конечно нет. Ты в курсе, что наши родители никогда на это не согласятся. Я имел в виду, тебе, возможно, надо снять мантию наследницы и делать то, что ты хочешь. Ты постоянно сдерживала себя. Папа опекает тебя больше всех. Но тебе скоро тридцать. Пора перестать волноваться о том, что о тебе думают другие люди, особенно папа, и жить своей жизнью.

У Морган и Сойера редко получалось поговорить наедине. Чаще всего над ними подшучивал Финн, а Том менял тему.

Сойер прав: она больше не обязана быть идеальной дочерью Стил. Вероятно, ей надо попробовать и прожить свою жизнь как Морган Нолан и посмотреть, что из этого получится.

Морган и Райвера многое связывает. Если об их браке станет известно, разразится скандал. И все же теперь можно не опасаться, что Райвер воспользуется ею ради денег. Кроме того, чем больше времени она проводила с ним, тем сильнее хотела его. Он по-настоящему хороший парень, а не злодей, которым считал Райвера ее отец.

— Я не предлагаю тебе сбежать и выйти замуж за этого парня, — продолжал Сойер. — Но ты можешь немного побаловать себя. Вы оба взрослые, вас влечет друг к другу. Прими меры предосторожности и делай все, что хочешь. Пора жить по-своему, Морган.

Она не ждала такого понимания сегодня вечером, особенно от брата, но он был прав. Не важно, кто ее родители и в какой среде она выросла. Она уже взрослая женщина и будет жить так, как считает нужным.

Глава 5

Райвер ликовал. Он старался не слишком задирать нос, но были две вещи, в которых он разбирался лучше всего: строительство и Морган. Подобрав ей варианты домов для проживания, он был уверен, что ей понравится его выбор.

И он не ошибся.

Вот почему он предложил ей встретиться сегодня не в офисе, а в доме, который собирался выставлять на продажу. Он позвонил Морган и сообщил, что их предложение о покупке земельного участка принято. Сделка состоялась. Морган надо просто подписать документы.

Она согласилась встретиться с ним после обеда. И вот теперь они находятся в городском доме на полуострове, где он недавно закончил ремонт. Бывший склад, построенный в 1840-х годах, был перестроен в несколько городских домов сто лет спустя. Этот проект стал скорее искусством, чем попыткой сбалансировать исторические детали, вроде оригинального кирпичного фасада, современных ванных и кухонь, которые требовались покупателям.

В данный момент Райвер сидит на скамейке у эркера и смотрит, как Морган бродит по залу. Он хотел дать ей время осмотреться, и она этим воспользовалась. Ее широко раскрытые глаза улавливали каждую деталь, пока кончики ее пальцев касались различных поверхностей. Она не разговаривала с Райвером с тех пор, как подписала документы на кухонном столе. Она ахнула, увидев оригинальные сосновые полы в гостиной, и Райвер понял, что она в восторге. Помещение было подготовлено всего несколько дней назад, но у него возникло ощущение, что дополнительного ремонта не потребуется.

— Потрясающая работа, — сказала она наконец и повернулась к нему лицом, ее щеки покраснели. — Это потрясающе, правда.

Райвер встал и подошел к Морган, которая любовалась камином, покрытым оригинальной глазурованной плиткой.

— Я рад, что тебе нравится.

— И расположение замечательное. Дом находится недалеко от Брод-стрит и Ватерфронт-парк. Это лучшее место в Чарльстоне.

— Я тоже об этом подумал, когда нашел это место. Потребовалось много работы. Я думаю, дома не ремонтировались с восьмидесятых годов. Ты еще не видела комнаты наверху. Я уверен, ты будешь в восторге от большой ванной.

Глаза Морган загорелись. Она повернулась к лестнице, и на этот раз Райвер пошел за ней наверх. Она осмотрела три спальни и роскошную ванную из каррарского мрамора, затем повернулась, посмотрела на Райвера и с подозрением прищурилась.

— Ты решил меня подловить? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду?

Она скрестила руки, привлекая его внимание к своей груди.

— Ты сказал, что нам проще встретиться здесь, но ты просто хотел, чтобы я увидела это место. Мы могли встретиться где угодно, но ты знал, что мне здесь понравится.

Райвер только пожал плечами и уставился ей в глаза.

— Тебе не могло не понравиться. Это удивительный таунхаус. Да, я тебя подловил, — признался он с усмешкой. — Но я только хотел, чтобы ты увидела дом, прежде чем я выставлю его на продажу. Мне кажется, я продам его довольно быстро, поэтому я не хотел, чтобы ты упустила свой шанс. Никакого давления с моей стороны.

Она вздохнула и отвернулась, чтобы полюбоваться оригинальной лепниной в главной спальне. Райвер проследил за ее взглядом, который упал на широкую кровать и ее мягкое изголовье у дальней стены.

— У меня есть жилье. Мне не нужен дом, Райвер.

— Ты могла бы его арендовать. Просто знай, что у тебя есть варианты. Не надо проводить каждое лето с родителями. Ты взрослая женщина, тебе почти тридцать. С твоими деньгами ты можешь делать все, что захочешь. Я подумал, тебе нужно собственное жилье здесь, в Чарльстоне. Ты можешь купить дом просто ради инвестиций.

— Спасибо за напоминание о том, сколько мне лет, — язвительно ответила она. — Ты просто не понимаешь, какой огромный дом у моих родителей. У меня есть целое крыло. Я не болтаюсь под ногами родителей постоянно.

Райвер шагнул к ней ближе, вытянул руку и прижал ее к дверному проему, а потом наклонился к Морган так, чтобы почувствовать ее теплое дыхание и аромат духов.

— Значит, ты можешь делать там все, что угодно, да? Даже привести любовника?

Она уставилась ему в глаза и облизнула нижнюю губу. Ей не надо было отвечать ему. Они оба знали, что ее отцу все равно, сколько ей лет: пятнадцать, тридцать или пятьдесят. Под крышей его дома у нее никогда не будет любовников.

— Это не проблема, — сказала она. — Я приезжаю в Чарльстон по работе. И в это время мне не до развлечений.

Говоря об этом, она как-то странно посматривала на Райвера. Ему захотелось закрутить с ней роман, хотя она настаивала, что у нее нет времени на физическую близость.

— Мне кажется, ты только и делаешь, что работаешь. Тебе не скучно, Морган?

Зелено-золотистые глаза Морган сосредоточились на его губах. Нахлынули воспоминания об их коротком и невинном поцелуе на пустом земельном участке. Поцелуй Морган был таким же, как и прежде: напоминал удар молнии. Райвер буквально загорелся от ее прикосновений.

В тот момент ему показалось, будто драмы, которая разделила их, никогда не было. Чтобы выжить, Райвер убеждал себя в том, что Морган не любит его. Что она — обычная избалованная богачка, которая использовала его, чтобы бросить вызов своему папочке. Что отношения между ними не были особенными.

Но когда Морган снова прикоснулась к нему, он понял, что все это время лгал себе. Вероятно, она сожалела о том, что так быстро подчинилась отцовским приказам, но Тревор не догадывался, как их влечет друг к другу.

— Поверь мне, — произнес Райвер. — Я эксперт по трудоголизму. — Он опустил руку и шагнул ближе к Морган, а потом посмотрел на нее сверху вниз. Она не шевелилась. — Ты можешь игнорировать свои желания, но они не уходят. Они накапливаются и начинают мучить. В конце концов тебе придется как-то сбросить напряжение, иначе ты совершишь глупость.

Морган не сводила с него глаз. Она положила руку ему на грудь и, словно побуждая действовать, разомкнула губы.

— А сейчас я совершаю глупость? — Она выгнула бровь.

Ее прикосновение было настолько горячим, что из головы Райвера выскочили все мысли.

— Это спорный вопрос, — ответил он. — Если бы ты спросила меня неделю назад, я бы сказал, что это плохая идея. Ужасная идея. Но если ты будешь и дальше так прикасаться ко мне, я скажу, что это идеальный способ сбросить напряжение. И я готов тебе в этом помочь.

Он не мог остановить поток слов. Не тогда, когда Морган стоит к нему так близко. Она провела ладонью по его груди, а потом коснулась пальцами затылка. Райвер закрыл глаза и прижался губами к ее руке.

— Ты такой милый.

— Морган… — У него перехватило дыхание. Если просто флиртует с ним, то она затеяла опасную игру. Он хочет ее. Если она не готова к близости, то ей лучше оставить его в покое.

Морган притянула его голову вниз, и их губы встретились. Поцелуй был взрывным и напоминал огонь. Любые сомнения Райвера улетучились, когда Морган прикусила его нижнюю губу, и он громко простонал.

Она стала агрессивнее и раскованнее, и ему это нравилось. Очень нравилось. Райвер не понял, как это произошло, но через секунду он уложил Морган на кровать и опустился на нее. Он страстно поглаживал ее тело, словно заново с ним знакомясь. Ее груди стали полнее, он почувствовал ее напряженные соски через тонкую хлопчатобумажную футболку.

Потом он провел рукой по ее животу и уже хотел запустить пальцы под пояс ее брюк, как вдруг Морган напряглась и прервала поцелуй. Он испугался, когда она схватила его запястье и отвела руку от своего живота.

— Райвер, остановись, — резко прошептала она. Ее глаза, которые совсем недавно смотрели на него с едва скрываемым желанием, теперь были широко раскрыты и испуганы.

Райвер сразу отстранился от нее:

— В чем дело?

Взглянув на него, она откатилась в сторону и встала с кровати. Ему показалось, что он увидел слезы в ее глазах.

— Ничего, — ответила она. — Мне надо уходить. — Она бросилась к двери и вышла.

Он услышал ее шаги на лестнице, а потом хлопок закрываемой двери.

Райвер был сбит с толку.

Он сел в изножье кровати, поправил рубашку и в отчаянии пригладил рукой бороду. У него в паху пульсировало от желания.

Он догадывался, что Морган не собирается говорить ему, почему она только что его отвергла.

— Что я вытворяю?!

Морган покачала головой, отъехав от городского дома, который показывал ей Райвер. Она пришла к нему, чтобы подписать документы. А потом каким-то образом оказалась на кровати и едва не выболтала ему все, что старалась держать в секрете.

В ярости сжимая руль, она ехала по узким оживленным улочкам в центре Чарльстона к мос ту, по которому доберется до дома своих родителей в Маунт-Плезант. Чем дальше она уезжала от Райвера, тем меньше чувствовала разочарование, но ее желание не притупилось.

Не надо было заключать с ним перемирие. Конфликтовать с Райвером тоже не следовало, но надо держаться от него на расстоянии. Она думала, что все в порядке. Разговор с Сойером убедил ее, будто она взрослая женщина и может делать то, что ей нравится. И сначала это казалось хорошей идеей. А потом рука Райвера коснулась ее живота, и на Морган нахлынула реальность.

Пусть они с Райвером заключили перемирие по поводу того, как закончился их брак, но она знала, что это продлится недолго. Ей следовало сохранять от него некоторые секреты. Кроме того, проект жилищного строительства Стилов должен быть успешным. Райвер не должен знать правду, потому что она навредит им обоим больше, чем ложь.

Именно в этом она убеждала себя десять лет назад, сидя на кровати в комнате в общежитии и глядя на положительный тест на беременность. Она забеременела от Райвера.

До того момента она утешалась отрицанием. Она никак не могла забеременеть, потому что отец уничтожил ее прошлое с Райвером. По законам штата Теннесси она никогда не была замужем за Райвером, у них не было медового месяца. Поэтому она не может быть беременной. У нее не будет ребенка от парня, который взял деньги ее отца и исчез из ее жизни. Судьба не может так жестоко с ней обойтись. Поэтому, игнорируя все признаки беременности, Морган изо всех сил старалась учиться.

Неуспеваемость была не единственным признаком ее проблем. Когда наступили рождественские каникулы, она уже не могла отрицать очевидного. Когда мать приехала, чтобы отвезти Морган домой, она сразу же увидела ее округлый живот под толстовкой.

Дальнейшие события походили на вихрь.

Никто не должен был знать правду. Даже ее братья. Ради репутации семьи. Ее родители успешно держали ее короткий брак в секрете от всех, и они поверили, что скроют и ее ребенка.

Они подарили старшим братьям Морган роскошную поездку на лыжный курорт в Аспен на Рождест во, отправив их в Колорадо, вместо того чтобы отпраздновать дома. Всем сказали, что у Морган грипп и она не может посещать никакие мероприятия. Она выходила из дома только для поездок к врачу.

Она даже не удосужилась поспорить с родителями. Она была полностью подавлена после расставания с Райвером. Отчасти ей хотелось сохранить ребенка, чтобы рядом с ней всегда была частичка Райвера, но она беспокоилась о том, что малыш будет болезненным напоминанием о его предательстве.

Морган не знала, что делать, поэтому полностью доверилась родителям. Она не знала, отправят ли они ее в Швейцарию или куда-то еще, чтобы скрыть ребенка и отдать его в приют, или позволят ей воспитать его самой. В конце концов, их планы не имели никакого значения.

На двадцать шестой неделе, всего через несколько дней после Рождества, что-то пошло не так. Морган почувствовала себя плохо и пошла к врачу. У нее резко поднялось дав ление, она провела в больнице неделю под пристальным наблюдением врачей. Ей старались снизить давление. Врачи не хотели вызывать у нее прежде временные роды. Это было слишком рискованно, даже с использованием новейших технологий. Морган угрожала опасность. Вскоре выяснилось, что у врачей нет выбора, иначе они потеряют обеих.

Доун Макензи Стил родилась в результате кесаревого сечения и весила чуть больше фунта. Морган так и не удалось взять ее на руки, малышка могла бы поместиться в ее ладони. Она увидела свою дочь в инкубаторе, утыканную трубками и проводами. И в этот момент она поняла, что хочет, чтобы ее ребенок выжил. Ей стало все равно, что хотят или думают ее родители. Ей было наплевать на скандал и мнение людей. Она просто хотела, чтобы с Доун все было в порядке. Но этого не случилось. Врачи отделения интенсивной терапии новорожденных сделали все возможное, но маленькие легкие Доун просто не справились с нагрузкой.

Морган не понимала, что плачет за рулем, пока дорога не начала расплываться у нее перед глазами. Она подъехала к торговому центру и выключила двигатель. Потом обхватила руками живот и уперлась головой в руль.

Прошло много времени с тех пор, как она плакала из-за Доун. Она старалась забыть о прошлом и сосредоточиться на будущем. Так приказал ей отец. Он обнимал ее, пока она плакала. В конце концов, Морган — его дочка, и ему очень неприятно, когда ей плохо.

Но он всегда верил, что лучший способ справиться с проблемой — забыть о ней и двигаться вперед.

Он сказал Морган, что у нее появился шанс начать жизнь заново. Она так молода, и у нее все впереди. Он не сомневался, что однажды у нее родятся дети от хорошего мужчины, который будет ее обожать и заботиться о ней так, как она того заслуживает.

Слова Тревора Стила не были услышаны Морган, хотя он этого не знал. И тогда, и даже сейчас, Морган не желала выходить замуж и рожать. Она попробовала это однажды и потерпела неудачу. И сомневалась, что ее сердце снова переживет эту боль. Поэтому она окончила университет и постаралась быть примерной дочерью.

Тихий стук в окно машины испугал Морган. Она увидела, как старик невысокого роста с беспокойством наблюдает за ней, держа в руке пакет с продуктами из магазина, у которого она остановилась.

Она опустила стекло, вытирая слезы:

— Да?

— Что с вами, дорогая? Вам помочь?

Морган улыбнулась и покачала головой:

— Со мной все в порядке. Спасибо, что спросили.

Мужчина кивнул и улыбнулся в ответ, но явно ей не поверил.

— Удачи! — сказал он и ушел.

Морган закрыла окно и посмотрелась в зеркало. Ее лицо покрылось пятнами от слез, макияж потек. Вытащив салфетку из сумочки, она вытерла лицо, высморкалась и вернулась на дорогу.

Остановившись у родительского дома, она не сразу вошла внутрь, а пошла в сад. На краю аллеи стояла каменная скамья. Рядом с ней была мраморная плита, почти невидимая в траве.

То, что выглядело как место для отдыха и наслаждения, на самом деле было крошечным кладбищем. У ее семьи был склеп на кладбище «Магнолия», где были похоронены несколько поколений Стилов, но после смерти Доун отец Морган устроил небольшое частное кладбище на территории своего поместья. Он сказал Морган, что хочет, чтобы она могла посещать дочку в любое время.

Она медленно подошла к могильной плите, под которой похоронила не только Доун, но и часть себя. Внезапное появление Райвера в ее жизни изменило все.

Морган опустилась на скамейку и посмотрела на мраморную плиту с датой, потом наклонилась и провела кончиками пальцев по холодному камню. Участок захоронения был безукоризненно ухоженным. Семейный садовник, Пол, вероятно, получает щедрое вознаграждение за то, что хранит эту могилу в строжайшем секрете. Он — один из немногих, кто знает о Доун. Помимо родителей Морган, о девочке узнала только Лена. Именно она покупала Морган витамины и приносила ей мороженое каждую ночь до рождения Доун, а затем таблетки, любимую газировку и печенье каждую ночь после ее рождения.

С тех пор, возможно, все, кроме Пола, забыли об этой крошечной могиле. При мысли о Доун Морган загрустила.

Близость к Райверу всколыхнула старые желания и сожаление. Сейчас на карту поставлен не просто еще один успешный благотворительный проект.

Именно поэтому Морган запаниковала, оказавшись на кровати с Райвером. Как только его рука коснулась ее живота, она осознала реальность происходящего. Она не могла позволить Райверу прикоснуться к ней и увидеть шрам при ярком дневном свете. Он заметит, что ее живот стал мягким и покрыт растяжками. Он захочет узнать правду, а она не сможет рассказать ему, что случилось. И он ее возненавидит.

Вынашивая дочку, она подумывала о том, что должна связаться с Райвером. Не важно, что он взял деньги ее отца. У него будет ребенок, и он заслуживал знать правду. Но она просто не успела ни о чем ему рассказать, потому что Доун умерла. Морган не хотелось его расстраивать. Хотя не признавалась себе в этом, она по-прежнему любила Райвера и не могла преднамеренно причинить ему боль.

Поэтому она молчала. И думала о будущем.

— Прости. — Морган смотрела на надгробную плиту своей дочери сквозь слезы. — Ты заслуживала лучшего. Ты должна была жить и быть любимой. Но я все испортила.

Глава 6

Прошло две недели, но Райвер и Морган не обмолвились ни одним словом о работе.

Земельный участок был куплен и выровнен, началась прокладка труб водоснабжения. Строительство домов шло полным ходом. А Морган не разговаривала с Райвером с тех пор, как убежала из того городского дома.

Райвер стоял в холле «Стил тулз», пытаясь решить, должен ли пойти наверх и поговорить с Морган. Ему надо обсудить с ней вопросы бизнеса, но он знал, что это можно сделать по электронной почте. Честно говоря, он пришел сюда по личному вопросу.

Однажды Морган ушла из его жизни, не сказав ни слова. Он не позволит этому случиться во второй раз. Если она не хочет его, то пусть скажет ему об этом без вмешательства своего папочки.

Райвер поправил галстук и уже собрался идти к лифту, когда услышал странный звук. Это было нечто среднее между фырканьем и вздохом. Он решил, что это Морган, но затем повернулся налево и оказался лицом к лицу с ее отцом — Тревором Стилом.

Он ожидал, что мужчина закричит. Но Тревор молчал и просто смотрел на него.

Усмехнувшись, Райвер протянул ему руку:

— Мистер Стил, рад снова вас видеть.

Тот прищурился и тихо спросил:

— Что ты здесь делаешь, Райвер?

Он вспомнил, что Морган рассказывала ему о своих родителях. Они ненавидели скандалы. Тревору, вероятно, хотелось врезать Райверу портфелем, но он этого не сделает.

— Вы не в курсе, сэр? Моя компания работает с вами, мы строим дома для бедняков.

Райвер наблюдал, как напрягаются шея и подбородок Тревора.

— Это проделки моей дочери? — холодно спросил он.

— Нет-нет. По-моему, мою компанию выбрали в результате проверки и отбора, которым занимался один из ваших сыновей. — Райвер весело улыбнулся хмурому старику. Суровая политика секретности Тревора Стила наказала его самого. — Я не удивлен, что выбрали меня. Я воспользовался вашим советом и с максимальной выгодой использовал вашу взятку. Сейчас я довольно успешный человек.

— Взятка? — пробормотал Тревор, оглядывая холл. — Говори тише, выдвигая подобные обвинения. Ничего этого не было.

Райвер скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на старика:

— А как назвать деньги, которые вы мне дали, чтобы я ушел и больше никогда не разговаривал с вашей дочерью, сэр?

— Я бы назвал это смягчением удара по самолюбию.

Райвер рассмеялся:

— Вы утешаетесь этим, чтобы не мучиться бессонницей?

— Я сплю очень хорошо. Вернее, спал, пока думал, что ты навсегда ушел из жизни моей дочери.

— Что касается вашей драгоценной дочери, то я не участвую в ее жизни. Не беспокойтесь, — с горечью прибавил Райвер. Он по-прежнему не понимал, что заставило ее сбежать и молчать последние две недели, но собирался докопаться до сути.

— Ладно. Продолжай в том же духе. — Тревор развернулся.

— Но она не знает правды! — крикнул вслед ему Райвер.

Тревор замер и повернулся к нему лицом:

— Какая правда?

— Я не уверен, но она, кажется, очень расстроилась из-за тех денег. Словно это была моя идея.

Тревор напрягся. Он солгал своей дочери, и теперь Райвер упрекает его в этом.

— Сначала я подумал, что она просто злится, потому что я взял деньги, которые вы мне предложили. Честно говоря, я не хотел их брать, но потом понял, что ничего другого мне не остается. Потом я подумал: может, она обиделась, что обошлась мне всего в сто тысяч? Но, разговаривая с вами сейчас, я понял реальную причину. Она думает, я заставил вас заплатить мне, чтобы я ушел. Словно я охотился за ее деньгами.

Тревор скрестил руки на груди:

— Ты взял деньги и ушел, Райвер. Что еще ей оставалось делать?

Райвер покачал головой:

— Она верит в это потому, что вы ей так сказали. Вы солгали, что я требовал денег за аннулирование брака. Я уверен, вы просто пытались настроить ее против меня. По-вашему, я не мог ее любить, верно?

Тревор беспристрастно посмотрел на часы и пожал плечами:

— Думай так, если это поможет тебе пережить расставание с Морган.

— Я должен сказать ей правду. Она заслуживает того, чтобы знать, что вы солгали, чтобы разлучить нас.

— У меня важная встреча. И нет времени спорить с тобой, Райвер. — Тревор наклонился к нему: — Я не советую тебе копаться в прошлом. Морган страдала многие годы. Это было давно, и, кажется, у вас обоих своя жизнь. Я могу только надеяться, что ты окажешься умнее и не заупрямишься. Всего доброго, мистер Аткинсон!

Тревор зашагал по мраморному полу холла.

Возможно, старик прав. Не надо ворошить прошлое. Но Морган должна узнать правду.

Глубоко вздохнув, Райвер подошел к лифту и нажал кнопку, чтобы подняться в ее офис.

Грег Кроули ворвался в заднюю дверь дома своего отца, скривившись от злости. Он провел еще один день в центре города, пытаясь найти подработку, и вернулся домой с двадцатью долларами в кармане. Не совсем то, что он себе представлял после того, как получил выкуп в десять миллионов долларов месяц назад.

Бросив грязный рюкзак на кухонный стул, он прошел в гостиную. Его старик-отец сидел в кресле и смотрел телевизор. Именно этим он занимался последние двадцать лет после смерти матери Грега и Нэнси.

На экране обсуждали похищение Стил. Об этом не переставали говорить в местных новостях. Грег нервничал.

— Выключи это дерьмо, пап. Кому интересно знать о проблемах какой-то богачки?

— Не-а! — Его отец простонал и не сдвинулся с места.

Закатив глаза, Грег пошел на кухню, где взял банку пива и отнес ее с собой в спальню. Это была та же самая спальня, в которой он вырос. С тем же чертовым матрацем, который стал почти непригодным. Отцовский дом не был идеальным, но теперь это была его единственная гавань, где Грег чувствовал себя в безопасности.

И все благодаря Забулдыге.

Грег знал Забулдыгу более тридцати лет. Каза лось, между ними сложились дружеские отношения на основе доверия, хотя оба были преступниками. После того как они получили выкуп за Джейд Нолан, Забулдыга настоял, что им надо ненадолго затаиться. К тому времени, когда Грег вылез из своего укрытия неделю спустя, он понял, что Забулдыги и след простыл. Он сбежал, прихватив все деньги.

Затея не понравилась ему с самого начала. Но Нэнси и Забулдыга настаивали на своем. Его сестра придумала план после того, как Патриция Стил поступила в больницу Святого Франциска, а потом ее отправили домой, потому что схватки были ложными. Нэнси знала, что Патриция скоро вернется, чтобы родить. Простое похищение ребенка из семьи Стил было невыгодно. Их старшего сына уже похищали несколько лет назад, и об этом написали во всех газетах. Требовался новый план, и его придумали.

Надо было просто подменить младенцев и отправить ребенка Стил к ничего не подозревающей семейной паре. В их доме не было охраны и нянь, которые круглосуточно наблюдали за ребенком, как в особняке Стилов. Они решили, что потом похитят младенца Стил, позвонят Тревору и потребуют выкуп.

Ураган «Хьюго» не входил в их планы, но облегчил ситуацию. Нэнси ловко подменила детей. У нее был доступ к именам и адресу пары, которая заберет с собой дочь Стилов.

Грег не предполагал, что план сорвется. Он не знал о том, что его сестра спивается и мучается от депрессии, которую прячет за наигранной веселостью. Потом его сестра покончила с собой, а кроме нее о местонахождении ребенка Стилов никто не знал.

Когда Нэнси спрыгнула с крыши, он подумал или, по крайней мере, понадеялся, что на этом все закончится. Многие годы он наблюдал, как его родители пытаются примириться с потерей Нэнси. Стресс доконал и убил их мать. Грег старался жить дальше и сойти с преступной дорожки. И преуспел. У него появилась постоянная работа, достаточно хорошая квартира и подруга, с которой он время от времени ходил в ресторан.

Затем нарисовался Забулдыга и показал ему газетную статью о подмене детей в больнице тридцать лет назад. У них появился потерянный кусок головоломки: Джейд Нолан оказалась наследницей Стилов.

Забулдыга не сомневался: им выпал шанс получить выкуп. Грег был не в восторге от этого. Он предпочел бы, чтобы эта женщина просто держала рот на замке, поэтому отправил Джейд письма с угрозами и даже обыскал дом, чтобы напугать ее.

Но, как всегда, Забулдыга добился своего. Грег бросил работу, чтобы помочь Забулдыге с его планами. Зачем ему работать, если он разбогатеет, верно? Потом они похитили наследницу Стилов, и на этот раз Грег решил, что его жизнь наладится.

Оглядев свою детскую спальню, Грег понял, что вся его жизнь — пустая трата времени. Он лишен всего. Из-за Нэнси. И из-за Забулдыги.

Хотя уже поздно обвинять Нэнси и Забулдыгу.

Но он может расквитаться с семейкой Стил. Они кичатся своим богатством и привилегиями и просто провоцируют тех, кому не везет, на неблаговидные поступки.

Какое-то время Грег думал, что может начать все сначала. Может быть, ему удастся вернуть себе работу и сойтись с прежней подругой. Но чем больше он думал об этом, тем отчетливее понимал, что время ушло. Ему пятьдесят шесть лет, он безработный, который живет в доме своего отца. Ему нечего терять.

Морган подняла глаза от компьютера и увидела Райвера, стоящего в дверях. Она взглянула на телефон, задаваясь вопросом, что случилось с ее ассистенткой, а потом вспомнила, что та ушла сегодня домой пораньше.

— Ты не рада меня видеть? — Райвер зашел в офис и закрыл за собой дверь. — Ты пряталась от меня две недели, но я тебя поймал.

— Я не пряталась, а работала.

Это был ужасный ответ, но лучший из тех, которые могла придумать Морган. Она вздохнула и закрыла ноутбук, потом встала и вышла из-за стола. Она надеялась перехватить Райвера до того, как тот усядется в кресло для посетителей. Он встал, прислонившись к креслу, скрестил руки на груди и прищурился.

— Работа? У тебя не было времени, чтобы поговорить о том, что произошло?

Морган скривила плотно поджатые губы и решила, что честность в данном случае — не лучшая тактика.

— Извини, — сказала она. — Я вела себя грубо.

— Грубо? — Он усмехнулся. — Ты ведешь себя так, словно сожалеешь о том, что вообще познакомилась со мной.

Она покачала головой:

— Ты всегда был таким категоричным, или я просто не замечала этого?

— Нет. И я не был таким злым, пока не встретил твоего папашу. Кстати, я виделся с ним в холле. Он не догадывался, что я работаю с тобой над проектом жилья. И по-настоящему разволновался, когда меня увидел, — прибавил он с оптимизмом, несмотря на язвительные слова.

Морган надеялась, что ее отец не узнает о Райвере, но, к сожалению, это не сработало.

— Я не говорила ему об этом. Контракт с тобой уже был подписан, поэтому я решила о тебе не упоминать. Он не связан с проектом, и я надеялась, что это не будет иметь значения. Я не могу ничего объяснить своим братьям, не рассказав обо всем.

— Твоя семья хранит секреты.

Морган пожала плечами и прислонилась к столу рядом с Райвером. Ей не хотелось стоять напротив него и смотреть ему в глаза. Пока он пялится на нее таким образом, ей хочется рассказать ему обо всем, а это опасно.

— Я уверена, у нас не больше секретов, чем у любой другой семьи. Но мы всегда на виду.

— Из-за денег?

Она пожала плечами:

— Как говорится: чем больше денег, тем больше проблем. И, я думаю, больше секретов.

Райвер вздохнул и целую минуту молчаливо стоял рядом с ней.

— Что случилось в таунхаусе? — наконец тихо спросил он.

Ей надо о многом ему рассказать. Но она не могла и рта раскрыть. Может быть, позже. Когда дома будут построены, а их совместный проект закончен. Вероятно, тогда она сумеет рассказать ему о Доун. Он возненавидит ее, и они опять расстанутся.

Его рука коснулась ее пальцев, и Морган затрепетала.

— Я испугалась, — призналась она.

— Меня?

Морган повернулась и посмотрела ему в глаза. Он взглянул на нее настороженно. Она обидела его, сбежав от него на днях. Ему наверняка показалось, что она поступила с ним так, как в прошлый раз. Только сейчас она ушла от него не по приказу отца, а по собственной воле.

— Я испугалась того, что между нами происходит. Я думала, что со временем чувства исчезнут, но…

Она уставилась на его шелковый галстук, чтобы не видеть его проницательного взгляда. Потом почувствовала теплое прикосновение его руки к своей щеке. Он заставил ее посмотреть на него.

— Я тоже это чувствую, — сказал он.

Он поцеловал ее, не дав шанса ответить. Она прильнула к нему, словно прося утешения и защиты. В юности она всегда ощущала себя в безопасности в объятиях Райвера. Когда она потеряла Доун, ей больше всего хотелось, чтобы он обнял ее, но этого не случилось.

— Райвер? — Она отстранилась от него и увидела, как он скривился от обиды.

— Ты не убежишь снова? Я вряд ли опять это выдержу.

— Нет. Ты в моем офисе, поэтому я никуда не уйду. Я просто хочу поговорить, пока не поздно.

— О чем? — Он коснулся ее талии и бедра кончиками пальцев, и Морган стало трудно сосредоточиться.

— Ну, я… не хочу, чтобы кто-нибудь узнал о том, что… между нами происходит. Если кто-нибудь узнает, то… все рухнет. Мы можем сохранить это в тайне?

Он вздохнул:

— Отлично. Еще один секрет Стилов.

— Дело не в секретности, — настаивала она. — Речь о том, чтобы нам никто не помешал. Я хочу тебя. Ты хочешь меня. Нам обоим надо утешиться и сбросить напряжение. Но я не хочу, чтобы это повлияло на нашу работу. Не будет никаких скандалов… И папе не придется волноваться. Мы просто немного развлечемся.

— А что будет потом, когда дома сдадут в эксплуатацию? — спросил он.

Морган отвела прядь волос от его глаз. Это событие ознаменует собой завершение проекта, поскольку они передадут ключи от домов новым жителям. Это будет горько-сладким событием для Морган по нескольким причинам.

— Потом я, скорее всего, вернусь в округ Колумбия, а ты получишь престиж за хороший проект, который делал вместе со мной.

— Правильно, — ответил он, но она почувствовала, что он недоволен этими условиями.

Он хочет большего? Настоящие отношения? Разве он не понимает, что это невозможно? Им придется сражаться на каждом шагу, пока что-нибудь не разлучит их снова.

— Ты хочешь меня, да? — спросила она.

Он обхватил руками ее ягодицы и крепко прижал к себе:

— Ты в этом сомневаешься?

— Тогда в чем дело? Я думала, ты обрадуешься. Тебя ждет беззаботный роман с женщиной, которая хочет тебя. По-моему, это довольно приятная сделка, учитывая, что мы с тобой трудоголики.

— Я согласен на эту сделку, но мне непонятно, что изменилось, — сказал он.

Морган посмотрела на него снизу вверх:

— О чем ты?

— Я имею в виду, когда мы в последний раз были вместе, ты выскочила из комнаты. Ты сказала, будто боишься того, что происходит между нами, а теперь практически вешаешься мне на шею. Что изменилось? Секретность помогает тебе чувствовать себя в большей безопасности? Тебе стыдно оттого, что люди узнают, что мы вместе?

— Конечно нет. Это никак не связано. — Она погладила его рукой по щеке, чувствуя под пальцами грубые волоски бороды. Это было своевременным напоминанием о том, что Райвер не тот юноша, которого она когда-то любила. Он — мужчина, которого она желает, несмотря на то что старается побороть свои чувства. Прошедшие две недели она старалась смириться с близостью Райвера и получить то, чего хочет, не раскрывая деталей прошлого. В данный момент лучшее, что она может сделать, — это не дать ему шанса задавать ей лишние вопросы.

— А какая разница, почему я передумала? — Она одарила его страстным взглядом, надеясь, что Райвер отступит.

— Как я понимаю, мне надо просто заткнуться и поблагодарить судьбу за ситуацию, в которой я оказался, и воспользоваться всеми преимуществами. Судя по всему, я осел, который слишком много думает.

Морган обхватила его лицо ладонями и посмотрела ему в глаза:

— Главное, что я хочу тебя, Райвер. Чем больше я отрицаю это, тем сильнее тебя хочу. По правде говоря, я больше не могу это откладывать. Насколько я понимаю, нам надо это сделать.

— Что именно? — спросил он.

— Запри дверь моего офиса.

Глава 7

Морган откинулась на стол переговоров, озорно улыбаясь. Райвер бросился к двери и щелкнул замком. Наступил момент, которого оба ждали. Она пыталась отрицать себя и убегать от своих желаний, но было ясно, что Райвер больше не позволит ей сомневаться. Надо просто уступить своим чувствам и не задавать лишних вопросов.

Ее офис был уединенным и находился на верхнем этаже для руководителей компании «Стил тулз». Ассистентка Морган уже ушла. Окна офиса выходили на центр города, и никто не мог увидеть, что произойдет в угловом помещении. Это было идеальное место для наслаждений.

Подойдя к столу, Райвер встал напротив Морган и начал разглядывать ее. Она полулежала на столе переговоров и не двигалась. Она не готовилась к тому, что сегодня случится, но ее облегающая юбка-карандаш и шелковая блузка помогали ей спрятать те части тела, которые она хотела скрыть от Райвера.

Казалось, он не решается прикоснуться к ней или не торопится это сделать. Морган понимала, что спугнула его. Но она больше не убежит. Чтобы убедить его в этом, она обняла его шею рукой и заставила опустить голову. Она посмотрела на него с хитрой улыбкой на ярко накрашенных губах.

— Я хочу тебя, Райвер. Сейчас. Здесь.

Этого оказалось достаточно, чтобы все его сомнения улетучились. Райвер начал действовать. Наклонившись, он резко убрал со стола стопку документов и композицию из искусственных цветов. Потом он легко приподнял Морган и усадил ее на стол. Она закрыла глаза и стала упиваться ощущениями, когда его ладони коснулись шелковистой кожи ее ног и потянули вверх подол юбки. Райвер встал у нее между ног.

— Ты этого хотела? — спросил он и крепко обхватил руками ее ягодицы.

Морган тихо простонала и обвила ногами его торс:

— Продолжай.

Она приподнялась, чтобы поцеловать Райвера, и, как только их губы соприкоснулись, оба перестали сдерживаться. Все эмоции и желания, которые накапливались прошедшие несколько недель, вырвались наружу. Они страстно ласкали друг друга, торопливо расстегивая пуговицы и пылко прикасаясь к обнаженной коже.

Морган казалось, что она никогда не насытится Райвером. Она обожала теплый древесный аромат его парфюма. Наслаждалась его горячими прикосновениями. И тихо постанывала. Происходящее спровоцировало кучу воспоминаний, желанных и смущающих одновременно. Она не забыла их ночи вместе. Воспоминания вернулись так быстро, что Морган занервничала: на этот раз ей будет намного сложнее расставаться с Райвером. Она хочет его, но не имеет права опять в него влюбляться. Не на этот раз, когда скрывает от него страшную правду.

Райвер стянул с нее трусики, а потом шагнул назад и уставился на ее обнаженные ноги и грудь и юбку на бедрах. Судя по его взгляду, он ни разу не видел более великолепной женщины.

Морган почувствовала себя сексуальной и желанной. Уже давным-давно никто не смотрел на нее с таким нескрываемым желанием. Ведь она никому не позволяла так на себя смотреть, потому что возвела вокруг себя стену отчуждения после того, как рассталась с Райвером. Несмотря на ее богатство, немногие мужчины решались прорваться через ее защитные баррикады. Тот, кто все-таки пытался это сделать, обычно оставался ни с чем.

Райвер выжидающе уставился на нее.

— Я не передумала, — сказала она. — Я готова.

Он кивнул и улыбнулся, наклонился и нежно поцеловал ее.

— Я тоже готов, более чем. Я просто хочу тебя запомнить.

Морган наблюдала, как он вытаскивает из бумажника презерватив. На этот раз он не забыл о том, что они должны предохраняться. В их брачную ночь он купил всего несколько презервативов, поэтому Морган все-таки забеременела. После рождения дочери Морган поставила себе внутриматочную спираль.

Он провел руками по ее груди, а потом страстно поцеловал. От его ласк в ее жилах забурлила кровь. Морган ахнула и поерзала на холодном столе. Как только он коснулся ее рукой между ног, она забыла обо всем. Она отдалась волнам удовольствия, пульсирующим в ее теле, и выгнула спину, царапая ноготками полированный деревянный стол.

Райвер отстранился от нее, расстегнул брюки и надел презерватив. Сжимая ее бедра, он посмотрел ей в глаза и резко вошел в нее. От наслаждения у нее закружилась голова. Ей почти не верилось, что это происходит на самом деле. Не сосчитать ночей, когда она лежала в кровати одна, желая, чтобы ее целовал и ласкал любимый мужчина, который ее предал.

Морган приподнялась, обнимая ногами его торс, и обхватила руками его шею. Она хотела быть к Райверу как можно ближе. Прошептав ему на ухо о том, как сильно она хочет его, Морган прикусила мочку его уха.

Райвер вздрогнул и стиснул зубы, с трудом сдерживаясь. Это была проигранная битва для них обоих. Он обнял ее за спину и крепко прижал к себе, чтобы она не упала без его поддержки. Затем Райвер перестал сдерживаться и дал Морган то, чего она хотела. Он снова и снова входил в нее, доводя до исступления.

Ее ноги задрожали, она напряглась и обмякла, погружаясь в чувственное забытье. И только после это Райвер позволил себе полное удовлетворение. Обессилев, он потянул Морган на себя, и они оба опустились на дорогой ковер на полу.

— Итак. — Молодой мужчина повернулся на стуле лицом к своей веб-камере, держа в зубах лакричную палочку как сигару. — У меня для вас хорошие и плохие новости, мистер Далтон.

Джейд сжала предплечье Харли, пока они сидели перед его ноутбуком. Харли явно раздражал его работник технической поддержки в Вирджинии. Он предпочитал иметь дело со своим заместителем, Исайей Фуллером, но тот работал над другим расследованием.

Команда Харли считалась лучшей из лучших, но тем не менее ей потребовалось больше времени, чем ожидалось, чтобы разобраться с двумя основными подозреваемыми: Грегори Кроули и Робертом Ходжесом по прозвищу Забулдыга.

Харли ущипнул себя за переносицу:

— Выкладывай все, что ты нарыл, Эдди. Я сегодня не в настроении для спектаклей.

Улыбка на лице компьютерного гения исчезла, и он быстро вынул конфету изо рта и отложил ее в сторону.

— Ну, поначалу мне казалось, что искать нечего. Я отправил вам по электронной почте отчет о двух подозреваемых, в котором мало что можно увидеть. Проблема в том, что оба этих парня как в воду канули после похищения. Ни один из них не появлялся по известным адресам. Они затаились.

— Если мы на правильном пути, а я думаю, что так и есть, у них на руках десять миллионов Стилов. Зачем им работать после такого выкупа? Есть информация об их покупках? — настаивал Харли и потянулся к своему телефону, чтобы просмотреть дополнительные сведения.

— Кроули ничего не покупал. Его единственный банковский счет был закрыт вскоре после похищения. У него нет банковских карт и кредитов по номеру страховки. Он либо живет за счет денег от выкупа, либо купил себе новые документы и где-нибудь греется на солнышке.

— Что у тебя на Ходжеса? — спросила Джейд, надеясь перевести разговор в лучшее русло.

— В последнее время о нем ничего не известно, но за несколько дней до похищения он купил авиабилет. Наверное, он решил сбежать.

Сердце Джейд едва не выскочило из груди. Она очень разволновалась, услышав эту новость. Рядом с Харли она почувствовала себя в большей безопасности, чем когда-либо, но ей не нравилось, что ее похитители по-прежнему на свободе.

— Ты узнал подробности об авиабилете? — спросил Харли.

— Да, пришлось немного покопаться. Он купил билет в один конец в Роатан, Гондурас. И улетел туда на следующий день после получения выкупа, а затем закрыл банковскую карту. Больше о нем ничего не известно.

Джейд повернулась к Харли.

— Это начало, — с надеждой сказала она, но хмурое выражение лица Харли немного поколебало ее оптимизм.

— Пока в их распоряжении десять миллионов долларов, до них будет трудно добраться. Как сказал Эдди, они могут жить под вымышленными именами по поддельным документам. Мне надо проверить, есть ли у меня знакомые в Центральной Америке, которые помогут выйти на местные власти. В Гондурасе полно беглецов, поэтому вряд ли пожилой американец привлечет повышенное внимание. Но нам, скорее всего, удастся найти только Забулдыгу.

— По-твоему, они не вместе? — спросила Джейд.

Харли пожал плечами:

— Кто знает? На их месте я бы разделил деньги и разъехался в разные стороны. Забулдыга сглупил, оплатив билет банковской картой. Грег мог купить билет на самолет наличными и улететь в другом направлении. Поиск одного не означает, что мы найдем другого.

Харли повернулся к веб-камере:

— Попробуй отследить передвижение Грега. Даже если он заплатил наличными, у авиалиний осталась запись о покупке. Проверь все поезда и автобусы на всякий случай. И раздобудь мне сведения об их семьях. Они не могли исчезнуть просто так, чтобы никто ничего не знал о них.

Эдди сделал пометки на бумаге и кивнул:

— Сделаю, сэр. Что-нибудь еще?

— Пока все.

Видеозвонок прервался, и виртуальное присутствие Эдди в комнате прекратилось. Джейд повернулась к Харли:

— Это настоящий прорыв, дорогой. Я думаю, мы на правильном пути.

Он вздохнул, наклонился и поцеловал ее в лоб:

— Мы найдем их. Люди, которые обидели тебя, не смогут прятаться от меня вечно.

— Куда мы едем? — спросила Морган в десятый раз с тех пор, как Райвер забрал ее из офиса.

Райвер улыбнулся, не сводя глаз с шоссе.

— Я попросил тебя собрать вещи, — сказал он.

— Я взяла вещи только на уик-энд. Мы уедем далеко? Мы еще не закончили наш проект, ты помнишь? Сейчас не время для отпуска.

Хмыкнув, он продолжал ехать, а Морган сильнее разозлилась.

— Я знаю о наших обязанностях, — ответил он. — Но сегодня пятница, а потом будет День труда, и работы на участке не начнутся до вторника. Мы едем в мой пляжный домик.

Она повернулась к нему и нахмурилась в растерянности:

— Я не знала, что у тебя домик на пляже. Я думала, у тебя только квартира в городе. Ты такой непредсказуемый. — Она пожала плечами и выглянула в окно. — А где твой дом?

— Подожди — и узнаешь.

В ответ Морган простонала.

После их первой сексуальной близости в ее офисе несколько недель назад они встречались в его квартире ежедневно, чтобы пообедать и заняться любовью. Поскольку Райвер согласился держать их отношения в секрете, они нечасто выходили на люди вместе.

Потом ему захотелось увезти Морган подальше от всего, что может отвлекать ее от удовольствия, а именно от работы и семьи.

Стало понятно, что Морган не хочет заниматься сексом не спеша. В сложившихся обстоятельствах она могла предложить ему только дневное свидание по-быстрому. Она встречалась с Райвером в обеденный перерыв, вечером возвращалась в особняк своих родителей, а во время уик-энда общалась с Ноланами или Джейд, желая наверстать упущенное. Он не был против того, что она проводит время со своей семьей, но ему не нравилось, как она торопится во время их близости и отдается ему, только если в комнате почти темно. Иногда она раздевалась почти полностью, иногда частично, но когда все заканчивалось, Морган быстро одевалась и возвращалась к себе в офис.

Он сомневался, что она стала более застенчивой с годами, поэтому немного недоумевал.

В пляжном домике они будут абсолютно одни. Хотя в его спальне было окно во всю стену с видом на болота, никто из соседей не смог бы за ними подглядывать. Они могли заниматься любовью на пляже, на террасе, в бассейне — где угодно, без перерыва. Это было именно то, что нужно. В этот уик-энд он не хотел спешить и стремился неторопливо ласкать каждый дюйм ее тела. Недели пролетали быстрее, чем он ожидал, и у него оставалось не так много времени с Морган. Дома будут скоро сданы в эксплуатацию.

— Квартира мне нравится, она недалеко от работы, но я живу там только тогда, когда работаю. А в пляжном домике я отдыхаю.

— Честно говоря, я с удовольствием проведу уик-энд в пляжном домике. Уже не помню, когда в последний раз бывала в подобном месте. Вероятно, прошлым летом, до урагана «Флоранс». Твой дом пострадал? — спросила она.

Ураган «Флоранс» стал большой угрозой для Чарльстона. Были опасения, что он станет повторением катастрофического урагана «Хьюго», но затем «Флоранс» свернул в сторону и ударил по Северной Каролине. Как строитель, Райвер беспокоился о проектах, которые у него были в Чарльстоне, но, когда ураган прошел стороной, он отправил своих строителей в Северную Каролину, чтобы помочь людям убирать завалы.

— К счастью, ничего серьезного. Я знал, каким рискам подвергаются здания на побережье, поэтому спроектировал свой пляжный домик так, чтобы тот выдерживал сильную ветровую и приливную нагрузку. На побережье Каролины ураганы бывают каждый сезон. «Флоранс» стал первым настоящим испытанием, и я бы сказал, что оно прошло успешно. Мне пришлось купить новую мебель для патио и почистить бассейн, в котором было много грязи и мертвой рыбы. Был довольно большой беспорядок, но сейчас все нормализовалось.

Райвер съехал с шоссе и направился к острову Киава. Он посмотрел на красивую женщину в машине рядом с собой. Райвер сожалел о том, что так мало знает о ее нынешней жизни. Времени с Морган оставалось все меньше. На этот раз он не хотел расставаться с ней, о чем-нибудь сожалея.

Глава 8

Райвер раздвинул большие стеклянные двери и вышел во внутренний двор с бокалами вина в руках. Морган сидела на диванчике и смотрела на закат сквозь кроны дубов и пальметто. Позади дома простирались болота, за которыми было море.

— Мне не верится, что это твой задний двор. — Она взяла бокал шардоне.

— Когда впервые увидел эту землю, я понял, что это то место, где я хочу построить дом. У него нет исторического дизайна, как у домов Чарльстона, и он не совсем похож на типичный пляжный домик, который все спешат снять на лето. Мне больше нравится думать о нем, как о доме на дереве. Чего еще можно ожидать от ребенка, который вырос в бедности, а потом разбогател? — Он улыбнулся. — А ты? Какое у тебя жилье в Вашингтоне?

— С тех пор как я переехала туда, чтобы поступить в университет, я снимала маленький дом в Джорджтауне. Он двухэтажный, площадью почти тысяча квадратных футов. Для меня это более чем достаточно. Растений вокруг дома почти нет, потому что у меня нет времени ими заниматься.

— Если бы я решила остаться там, я бы купила дом с парковкой и двором, где можно поставить несколько стульев. Мне нравится район. В нем потрясающая атмосфера студенческого городка. Кроме того, он находится недалеко от торговых центров и музеев. Я надеюсь, что однажды у меня будет свободное время, чтобы по-настоящему насладиться покупками и походами по музеям.

— Ты живешь среди достопримечательностей, но не видишь их?

— Нет. Я очень много работаю. Я бы съездила в Смитсоновский институт. Там есть экспонат «Алмаз надежды». И ожерелье с безупречным розовым бриллиантом, которое я видела на фотографии. Я влюбилась в него и очень хочу когда-нибудь увидеть его воочию. Но с красотой, которую я вижу вокруг себя сейчас, не сравнятся даже драгоценные камни.

Райвер огляделся. Закатное небо стало оранжево-пурпурным. Вдали за болотами остров Фолли превращался в темное пятно. Холодало, и, как только солнце зашло, подул океанский бриз. Морган было достаточно прижаться к Райверу, чтобы не замерзнуть.

— Удивительно, как ты изменил свою жизнь, Райвер. Ты мечтал о собственном доме, когда мы впервые встретились?

— Нет. Мне до сих пор не верится в то, как я живу. Этот дом, моя компания, успехи… Я знал, что у меня все получится, но не понимал, с чего начать. Как построить компанию с нуля? У меня не было образования и сбережений. Я умел строить, но мне пришлось сделать большой рывок от парня с молотком к генеральному директору фирмы. Банки не хотели давать кредит таким молокососам, как я. Если бы не деньги, которые твой отец предложил мне той ночью, я не знаю, что бы из меня получилось.

— Что-что? — резко спросила она.

Райвер посмотрел на ошеломленное лицо Морган.

— Я знаю, ты огорчилась, что я взял деньги. Но отказываться от них было глупо. Эти деньги помогли мне выжить после того, как мы расстались.

— Нет. — Она покачала головой. — Я имею в виду другое. Ты бы сглупил, если бы отказался от денег. Но ты сказал, что мой отец предложил тебе денег? Ты не требовал у него денег?

Он обиженно вздрогнул от ее слов. После недавней встречи с Тревором Стилом он был совершенно уверен, что Морган не знает правды о том, как к нему попали деньги ее папаши. Стало понятно, почему она относилась к нему так враждебно, но теперь ей надо узнать правду.

— Я не требовал у него денег.

Он наблюдал, как слезы мерцают в глазах Морган, и понимал, что Тревор представил ей ситуацию совсем иначе.

— Он посадил тебя в машину, вытащил чек из нагрудного кармана пальто и протянул его мне. И сказал, что это немного успокоит мою гордость. А что он сказал тебе?

Вместо ответа, Морган закрыла рот рукой, по ее щекам катились слезы. Райвер обнял ее и прижал к себе.

— Морган, говори, — настаивал он.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться. Вытерев глаза салфеткой, она уставилась на свои руки и заговорила почти виноватым тоном:

— Отец сказал мне, что ты требовал денег за молчание о нашем браке. Он называл тебя шантажистом, который вышвырнул меня, как мусор, чтобы получить деньги. Я страдала оттого, что ты так быстро меня забыл.

Райвер простонал и прижал ее к себе еще крепче.

— Я оставил тебя, потому что мне показалось, что ты этого хотела. Когда твой отец дал мне чек, я был в шоке. Он заявил, чтобы я не дурил и просто взял деньги. И пригрозил: если он когда-нибудь снова увидит нас вместе, мне придется заплатить сполна. Он сказал, чтобы я использовал эти деньги и изменил свою жизнь, чем я и занимался. Я открыл собственную компанию и разбогател. Честно говоря, я не смог бы этого сделать без тех денег, но в душе сожалел о том, что взял их. Деньги не помогли мне успокоиться после того, как мы расстались.

— Это похоже на то, что мог сказать мой отец. — Она шмыгнула носом. — Это его тактика: он заставил тебя взять деньги, чтобы ты не приближался ко мне, а я тебя ненавидела. Он хотел разлучить нас, и у него это получилось. Я так злилась. Я так тебя ненавидела, что больше не хотела ничего о тебе знать. Я думала, что влюбилась в того, кто бросил меня ради денег. — Она расплакалась.

Райвер никогда не был поклонником Тревора Стила. А увидев, как сейчас расстроилась Морган, захотел врезать ему по физиономии. Неужели Райвер был настолько ей не пара, что надо было заставлять ее так страдать? Судя по всему, она до сих пор не оправилась от потрясения.

Разве могла она кому-нибудь доверять и начинать серьезные отношения, если первый мужчина научил ее тому, что ее будут использовать ради денег?

— Райвер, я… — Морган старалась подобрать слова, ее нижняя губа подрагивала.

— Что? — Он коснулся рукой ее щеки.

В ее влажных зеленых глазах промелькнул страх. Она чего-то боялась. Не Райвера. Возможно, она боялась поделиться с ним своими чувствами. Обняв ее, он ощутил волну радости, а потом боль от мысли о том, что скоро им придется расстаться. Прямо сейчас он не желал анализировать свои переживания.

— Рассказывай. — Он отвел прядь темных волос от ее лица. — Я тебя слушаю.

Она разомкнула губы, но не произнесла ни звука, а только покачала головой и опустила глаза.

— Прости, — наконец сказала она. — Прости меня за все.

— Не извиняйся. Ты не виновата. Ты знала только то, что сказал тебе твой отец. На твоем месте я бы очень расстроился. Никому не понравится, что его любовь покупают.

— Я знаю. — Она вздохнула и прижалась к его груди. — Во всем виноват мой отец. И скоро мне придется поговорить с ним об этом.

— Пожалуйста, скажи, что ты ищешь работу.

Грег посмотрел поверх газеты, которую читал, на своего отца, вошедшего на кухню. Старику было почти восемьдесят, он медленно передвигался, но был по-прежнему язвителен.

— Не совсем, — тихо ответил Грег.

Его отец пренебрежительно фыркнул и вернулся в гостиную с пивом в руке, чтобы посмотреть вечерние игровые шоу. Грег решил игнорировать его. В бульварной газете он нашел нечто гораздо более интересное. Фонд семьи Стил планировал мероприятие через две недели. Он просмотрел статью, пытаясь сосредоточиться, несмотря на волнение. У него появился шанс. Он это нутром чувствовал.

Статья посвящалась новым домам в городе, построенным для бедняков. Семья Стил устраивала вечеринку в своем особняке в Маунт-Плезант, чтобы отпраздновать строительство домов и вручить ключи жильцам.

В последний раз, когда Грег был у особняка Стилов, они с Забулдыгой ждали снаружи, чтобы похитить Джейд Нолан. На этот раз ничего подобного не получится, тем более что Грег один. Нет, на этот раз ему надо проникнуть в дом. У дверей наверняка полно охраны. В списке гостей будут только избранные. Попасть в особняк будет нелегко, но это можно сделать.

Вспоминая ночь похищения, Грег подумал о белом фургоне с продовольствием в задней части дома. Он и Забулдыга наблюдали за тем, как персонал вносит еду в дом. Название и логотип кейтеринговой компании были напечатаны на фургоне. Грег может притвориться ее работником.

Если семья Стил нанимает одну и ту же кейтеринговую компанию для каждого мероприятия, то, возможно, ей предстоит обслуживать и предстоящую вечеринку. Для подобного события они наверняка пригласят дополнительный персонал из агентства. Если он поторопится, то попадет в дом и сможет передвигаться среди гостей, реализуя свой план.

А какой у него план? Грег не знал, что будет делать, оказавшись в особняке, но у него есть время, чтобы решить. Сначала надо выяснить, кто будет обслуживать вечеринку.

Переполняясь любопытством, он подошел к шкафу, где его отец хранил телефонный справочник. Компьютеры и смартфоны были чужды этому дому, как роботы и лазерные пушки. Грег просмотрел список кейтеринговых компаний и увидел рекламу с улыбающимся мужчиной, которая была на фургоне.

Он посмотрел на часы. Библиотека в нескольких кварталах отсюда проработает еще как минимум два часа. Если он пойдет туда сейчас, то успеет воспользоваться там компьютером и отправить заявку в компанию. Его отец обрадуется тому, что он пытается устроиться на работу.

Закрыв телефонный справочник, Грег схватил ключи и отправился в библиотеку. В его голове кружились мысли, когда он залезал в свой фургон.

Ему выпал шанс расквитаться с семьей Стил.

Морган не спалось.

После выпитого вина и занятий любовью ей следовало погрузиться в блаженный сон, свернувшись калачиком рядом с Райвером, но этого не произошло.

Райвер спал. Она слышала его размеренное дыхание и завидовала ему. Конечно, он может спать спокойно. Его совесть чиста. А вот в голове Морган кружится миллион разных мыслей.

Их побег в частный домик на пляже обострил чувства Морган. Они снова спали в одной кровати, как в юности. Они потратили недели на долгие совместные обеды, избегая интима, пока строили дома для благотворительных целей. Морган думала, что так разумнее всего. Скоро строительство закончится, и она вернется в округ Колумбия. Нет времени на то, чтобы воображать себе настоящие эмоции и совместное будущее с Райвером.

Но теперь, лежа рядом с ним, она была в замешательстве.

Вероятно, ей слишком понравилось быть с ним. Они общались с Райвером так, словно разлуки не было. Морган легко поддавалась фантазиям по поводу его. Словно это было что-то реальное, а не случайная летняя интрижка. В глубине души она хотела, чтобы их отношения были настоящими. Но знала, что это опасная идея. Если она поддастся иллюзиям, то пострадает, как и в первый раз, когда по уши влюбилась в Райвера.

Лежа рядом с ним, она чувствовала, что отчасти уже потеряла Райвера. Чем раньше она с этим смирится, тем лучше.

Церемония вручения ключей жильцам новых домов состоится через две недели, и, если Морган хочет и дальше быть с Райвером, ей надо принять меры.

Следует рассказать Райверу об их дочери.

Правда, как темное облако, нависла над ее головой.

Говорить о Доун было нелегко. Возможно, потому, что Морган никогда не упоминала о ней. Члены ее семьи вели себя так, будто ничего не произошло.

Теперь, когда ей нужно во всем признаться, она не может начать говорить. Всего несколько часов назад, узнав правду о деньгах, которые взял Райвер, она едва не проговорилась. Сейчас она думала, что все могло сложиться иначе. Вероятно, у нее не было бы осложнений во время беременности, если бы Райвер был рядом с ней. У нее был бы муж, который держал бы ее за руку и утешал. Он бы сделал все, чтобы Доун похоронили на настоящем кладбище, где люди могут видеть ее надгробную плиту и знать, что такая девочка была. Даже имя ребенка было бы другим — Доун Макензи Аткинсон, а не Стил.

Морган было бы намного проще во всем признаться Райверу десять лет назад.

Вздохнув, она перевернулась на спину и посмотрела на потолок. На наклонной крыше было окно с видом на ночное небо. Морган надеялась, что увидит падающую звезду и загадает желание, чтобы у нее и Райвера все было хорошо.

Морган поморщилась от своей наивности. Но нельзя отрицать очевидное: она снова влюбилась в Райвера. Вернее, она не переставала его любить. Даже когда чувствовала себя преданной. Даже когда была напугана и одинока и ненавидела его за то, что он поставил ее в такое положение.

А сейчас она не может игнорировать тот факт, что Райвер не сделал ничего недостойного, чтобы она не могла его любить.

— Что с тобой? — спросил он.

Морган повернула голову и увидела, как Райвер взволнованно смотрит на нее сонными глазами.

— Все в порядке.

— Значит, это нормально, что ты лежишь, уставившись в потолок?

— Я смотрю на звезды. — Она вздохнула и повернулась на бок, а потом взглянула на Райвера. — Но нет, это не нормально. У меня в голове куча мыслей.

Райвер оперся на локоть и посмотрел на нее:

— Как я понимаю, мой план хорошо провести время в этом уединенном доме, провалился. Хочешь поговорить?

Это был ее шанс. Сейчас, в темноте, она могла обнажить свою душу. И во всем признаться. И все же это была плохая идея. Наверное, лучше всего просто насладиться оставшимся временем с Райвером.

Ей не хотелось говорить ему правду сейчас и портить удовольствие. Ей так удобно и тепло в постели Райвера. Она может протянуть руку и дотронуться до него. И поцеловать.

Пока лучше всего держать рот на замке и плыть по течению.

— Нет, — снова испугавшись, ответила она. — Не надо говорить об этом посреди ночи. Забудь об этом. Я не хочу тратить ни минуты на то, что не могу контролировать.

— Ладно. Тогда я помогу тебе забыться.

Райвер широко улыбнулся ей в лунном свете, и Морган с радостью приняла его предложение. Она забудется в его объятиях и постарается запомнить каждое мгновение их близости, чтобы потом, вспоминая, не мучиться от одиночества.

Глава 9

Морган что-то беспокоило, но она отмалчивалась. Райвер не знал, то ли она не доверяет ему, то ли скрывает очередной проклятый секрет семьи Стил. В любом случае ее напряжение было ощутимым и разрушало атмосферу их уединения во время уик-энда.

Пока все хорошо. Морган в его постели и не сумеет убежать обратно в офис или особняк, но ведет себя довольно странно. Они занимаются любовью только при тусклом свете, и Морган всегда в нижнем белье. Обычно Райвер не возражал против игривого и соблазнительного нижнего белья, но сейчас у него было ощущение, что Морган отгораживается от него этим атласно-кружевным барьером.

Он предложил помочь ей забыться, и она обвивала ногу вокруг его бедра, словно принимая его предложение. Потом ее пальцы коснулись его бороды и проникли в его густые волосы. Все указывало на то, что Морган хочет его. Но на ней по-прежнему была бледно-розовая шелковая ночная рубашка.

Райвер целовал и ласкал Морган, и она отвечала ему взаимностью. Но резко напряглась, как только он попытался снять с нее ночную рубашку. Он замер, боясь, что Морган снова убежит.

— Скажи, чем я так тебя нервирую?! — потребовал он.

Морган прикусила губу и приподнялась на локтях, а потом поправила ночную рубашку и покачала головой:

— Ничем.

— Ладно. Тогда сними ее. Я хочу видеть тебя. — Райвер схватился за подол ее рубашки и потянул вверх. И снова увидел страх в глазах Морган.

— Я бы не хотела…

Он вздохнул и отстранился от нее.

— Я не понимаю, что ты скрываешь, Морган. Ты самая красивая женщина, которая у меня была. Я готов признаться, что десять лет фантазировал о тебе, и во всех моих фантазиях ты была полностью обнаженной.

— Фантазии не реальность. Мне больше не девятнадцать.

— Я не хочу, чтобы тебе было девятнадцать. Я хочу тебя сейчас. И мне надо, чтобы ты мне верила. Я не понимаю, что ты скрываешь. Ты сделала уродливую татуировку? У тебя появилась большая волосатая родинка? Грубый шрам? Мне на это наплевать. Ты прекрасна, Морган.

Она нахмурилась, обдумывая его слова.

— Дай мне минуту, — наконец сказала она.

— Ладно. — Он не стал спорить.

Морган вылезла из кровати, быстро порылась в своей дорожной сумке и затем исчезла в ванной. Райвер откинулся на подушки и уставился на небосвод. Через мгновение он увидел падающую звезду. Может быть, сегодня исполнится его желание, и Морган перестанет сдерживаться. Одежда и освещение казались физическим проявлением ее сопротивления своим чувствам к Райверу.

Когда дверь ванной открылась, Райвер увидел только обнаженный силуэт Морган на фоне яркого света. Она сняла ночную рубашку, ее грудь была обнажена. Он увидел покачивание ее груди и упругие соски, когда Морган повернулась к нему лицом. Как только глаза Райвера привыкли к свету, он заметил, что она не совсем голая.

Морган прошлась по комнате, наклонилась к тумбочке и включила там маленький светильник. Комнату наполнил не слишком яркий золотистый свет. Теперь Райвер заметил на ней красный сатиновый пояс с подвязками и красно-черными кружевами на бедрах и животе. Подвязки спускались по ее кремовым бедрам, на каждой застежке была шелковая завязка, которая поддерживала черные чулки. Когда Морган двигалась, под кружевом виднелась ее обнаженная кожа, и Райвер был почти уверен, что под поясом для подвязок нет трусиков.

Затем Морган удивила его, повернувшись к нему обнаженными ягодицами.

Райвер тихо выругался, а она подошла к кровати, откинула одеяло и легла.

— Тебе нравится? — спросила она.

К его горлу подступил ком.

— Иди сюда, — резко произнес он и протянул к ней руку.

Морган тут же повиновалась, и он опустился на нее, а потом стал поглаживать руками ее бедра. Она ахнула и выгнула спину, когда он запустил пальцы ей между ног. Сначала он осторожно дразнил ее, а потом стал поглаживать быстрее и настойчивее. Морган все сильнее напрягалась и прерывисто дышала.

Надев презерватив, Райвер резко вошел в нее и закрыл глаза, наслаждаясь ощущением ее тепла. Мягкие чулки коснулись его бедер, когда Морган обвила ногами его торс, а кружевной пояс с подвязками защекотал его живот.

Райвер никогда не чувствовал себя ближе к Морган, чем в тот момент.

Должно быть, она чувствовала то же самое, потому что они двигались в унисон, словно один человек. На этот раз Райвер не спешил, время от времени замедлял темп, чтобы поцеловать и ощутить вкус ее губ, шеи и груди. Сегодня ночью им принадлежит все время в мире, и они будут им наслаждаться. Он с удовольствием слушал тихие крики Морган и чувствовал, как она вонзает ноготки ему в плечи. Он ощущал растущее в ней напряжение.

— Райвер, — хрипло выдохнула она и уступила наслаждению.

Он хотел, чтобы она перестала сопротивляться всему, что испытывает. Возможно, у нее были веские причины сдерживать свои чувства к Райверу, но он не хотел, чтобы она с ними боролась. Он желал, чтобы этот момент длился вечно.

Они заслужили второй шанс. Реальный шанс, а не просто попытку вернуться в юность и забыть о прошлых ошибках. Оба понимали, что это значит нечто большее. Райвер потерял голову, когда снова увиделся с Морган. Все прежние чувства, хорошие и плохие, возродились с прежней силой.

Он уткнулся лицом в ее шею и простонал от удовольствия. Через несколько секунд перевернулся на спину и постарался отдышаться. Потом отправился в ванную, а когда вернулся, увидел, что Морган снова надела шелковую ночную рубашку.

Вздохнув, он забрался под одеяло, сдержав комментарий о ее одежде. В конце концов, сегодня они добились небольшого прогресса.

— Скажи, — произнес он, когда они уже почти засыпали, — ты прячешь от меня ужасную татуировку в виде лягушки?

Вместо ответа Морган ткнула ему в лицо подушкой.

— Спокойной ночи, Райвер.

— Спокойной ночи. — Он притянул Морган ближе к себе, поцеловал в плечо и погрузился в блаженный сон.

Работая в штаб-квартире компании «Стил тулз», Морган обычно держалась как можно дальше от представительских апартаментов. Это была территория ее отца, братьев и других членов правления, которые ежедневно работали в компании. Они обсуждали и беспокоились о делах, на которые Морган было наплевать. Например, принесет ли прибыль открытие производственного объекта в Китае; будет ли молоток выглядеть лучше с традиционной красной ручкой; надо ли сделать инструментам новые желтые резиновые рукоятки.

Инструменты — продукт семейной индустрии, и Морган пожинает плоды этого производства, но это не значит, что она должна жить и дышать так, как делают остальные члены ее семьи. По правде говоря, если бы отец не позволил ей создать благотворительный фонд, которым она управляла, Морган вообще не работала бы на компанию. Несколько человек в семье начинали работать в «Стил тулз», потом занимались политикой или открывали собственные компании. Морган думала, что она будет одной из них, когда в конечном счете выйдет из этого бизнеса.

Во вторник утром после долгого уик-энда в доме Райвера на острове Киава она шла по коридору к административным офисам, выглядя как женщина, выполняющая важную миссию. Она игнорировала всех, кто ждал у кабинета ее отца. Еще не было восьми часов, но она знала, что он уже работает. Ее отец проводил в офисе большую часть своей жизни. Если его не было дома, он сидел в кресле руководителя и занимался бизнесом.

Его ассистентка еще не пришла, поэтому Морган никто не остановил. Она посмотрела через стекло офисной стены, чтобы убедиться, что отец на месте, и ворвалась внутрь.

Тревор вздрогнул от неожиданности, чуть не пролив кофе на компьютерную клавиатуру.

— Морган! — воскликнул он и аккуратно поставил чашку на стол. — Что случилось?

— Мне надо задать тебе вопрос, и я хочу, чтобы ты честно на него ответил.

Тревор с любопытством кивнул ей на кресло для посетителей:

— Ладно. Присядь, солнышко, и мы поговорим.

Она вздрогнула, услышав, как он ее назвал. Сейчас она не в настроении быть папиной маленькой девочкой. Она злилась на него и не хотела, чтобы он омрачал ее чувства ласковыми прозвищами. Однако Морган села в мягкое кожаное кресло.

— Я недавно разговаривала с Райвером, — произнесла она. — Он упомянул, что использовал деньги, которыми ты его подкупил. Он открыл собственную компанию. Его рассказ отличается от твоего.

— Подкуп — слишком сильное слово, Морган. — Тревор снисходительно улыбнулся дочери, но она не собиралась позволять ему выкрутиться. Он играл ее жизнью. Морган не шахматная фигура, которую можно легко перемещать на доске.

— Папа, сейчас не время для лингвистики. Райвер требовал у тебя денег или ты сам предложил их ему?

Тревор откинулся в кресле и вздохнул:

— Какая разница? Он ведь взял деньги. Это важнее всего, верно?

— Нет, это не так. Я не виню его. Он взял то, что ему предложили. Что еще ему оставалось после того, как ты украл у него меня? Важно то, что ты заставил меня поверить, будто он требовал у тебя денег. Ты сказал мне, что заплатил ему, чтобы он расторг брак и не требовал у меня части моего имущества. По твоим словам, я была слишком наивной, поэтому не заключила брачный контракт. Ты говорил, будто он угрожал рассказать прессе о нашем браке, если ты немедленно не выпишешь ему чек. Ты мне врал?

Тревор какое-то время смотрел на нее, стиснув зубы.

— Да, — наконец признался он. — Я говорил тебе об этом, чтобы ты держалась от него подальше. Он был тебе не пара, а ты влюбилась в него по уши. Я предложил ему деньги, надеясь, что он возьмет их и исчезнет. Он так и сделал. Но в конце концов все сложилось отлично, не так ли? Он успешен. Ты прекрасно живешь. Никто не пострадал.

Морган покачала головой:

— Я не верю своим ушам. Ты подкупил его, а потом заставил меня думать, что он просто охотился за моими деньгами.

— Я считал, так будет лучше, солнышко. Мне надо было удостовериться, что ты снова не сбежишь к нему.

— Лучше? Папа, ты понимаешь, что ты сделал? Ты не просто разлучил молодых глупых влюбленных. Ты разбил мне сердце, когда сказал, что Райвер продал меня. Ты заставил меня поверить, что ни один мужчина не полюбит меня просто так, потому что их всегда будут интересовать только мои деньги. Я стала крайне подозрительной и перестала доверять людям. Все эти годы…

Тревор нахмурился.

— Морган, я не подозревал, что все это так сильно на тебя повлияло. Я просто хотел, чтобы ты вышла замуж за достойного тебя мужчину.

— Райвер был достоин меня во многих отношениях. Он не был богатым, но он был порядочным человеком и любил меня. А по-твоему, порядочным может быть только богатый человек?

Тревор вздохнул:

— Когда ты богата, не исключено, что многие мужчины не нацелены на романтические отношения. Откуда мне было знать, искренен Райвер или нет?

— Ты мог бы для начала не говорить ему: «Убери руки от моей дочери и оденься».

Тревор наклонился вперед и поднял бровь:

— Для начала мне не помешало бы познакомиться с моим потенциальным зятем, Морган.

— Я скрывала его от тебя, потому что знала: ты не позволишь нам пожениться. — Морган печально посмотрела на руки, сложенные на коленях. — Ты контролировал мою жизнь с са мого детства. И как только я попыталась жить взрослой жизнью, ты мне помешал.

— Ты вышла замуж, Морган. Это был не просто пирсинг носа или любой другой безобидный юношеский бунт. Ты вышла за мальчишку, которого знала менее трех месяцев. Не познакомив его с семьей. Не заключив брачного контракта. Если бы я разрешил тебе жить собственной жизнью, случилась бы катастрофа. Тебе было всего девятнадцать лет.

Морган резко подняла голову и покраснела:

— Прекрати читать мне нотации о том, что, по-твоему, я сделала неправильно в своей жизни. Мы должны поговорить о том, что сделал ты. Ты мне врал. Ты манипулировал моими чувствами. Мне почти тридцать лет, но иногда мне кажется, что ты по-прежнему дергаешь за ниточки моей жизни, словно я марионетка.

— Я думаю, ты преувеличиваешь, Морган.

— Может быть. Но я имею право чувствовать. Ты не контролируешь мои эмоции. — Ей понадобилось время, чтобы собраться с мыслями и подобрать слова. — Я думаю, как мой отец и мой босс, ты получил надо мной слишком много власти. Пора это прекратить.

Тревор пренебрежительно хмыкнул:

— Ты не можешь перестать быть моей дочерью.

— На самом деле я могу. Я уверена, Ноланы будут рады чаще видеться со мной. Мне не удавалось проводить с ними столько времени, сколько хотелось бы, но я не сомневаюсь: они никогда не скажут мне, кого я могу любить, и не решат, кто мне не пара. Общаться с тобой как с отцом я буду, несмотря на то, как сильно ты меня обидел, папочка. Но я могу бросить свою работу.

Он насторожился и выпрямился в кресле:

— Ты серьезно?

Морган глубоко вздохнула и кивнула:

— Да. Но не волнуйся, я закончу проект этого года. Уже поздно бросать его на полпути. Но после того, как жители получат ключи от новых домов, я уволюсь из компании.

На дрожащих ногах она поднялась и повернулась спиной к отцу. Как только она подошла к двери и взялась за ручку, Тревор снова заговорил:

— Он знает о Доун?

Морган застыла на месте. Она не могла заставить себя обернуться и посмотреть отцу в глаза, потому что оба знали ответ.

— Ты скрываешь это от него, не так ли? Потому что решила, что так лучше? Что он обидится?

Она почувствовала, как отец подошел к ней сзади, и нежно сжал ее плечо рукой. Она не вздрогнула от его прикосновения, потому что даже в этот момент оно было утешительным. Тревор всегда был рядом с ней, даже когда она думала, что он ей не нужен.

— Ты убеждала себя, что поступаешь правильно, скрывая от него дочь. Но если он узнает о ней сейчас, по-твоему, он не рассердится?

— Рассердится. — В этом она не сомневалась. Морган наказала Райвера за преступление, которого он не совершал, и теперь они оба пострадают.

— Теперь ты понимаешь, куда я клоню, солнышко. Мне жаль, что я причинил тебе боль. Я не хотел этого. Но мы все делаем выбор, и иногда правильный ответ не так легко найти. И в конечном счете обижаем того, кого любим, пытаясь защитить его.

Она все понимала. Отчасти она скрывала правду об их дочери, чтобы защитить Райвера. Но тогда она злилась на него. Теперь, когда эти оправдания исчезли, ей незачем молчать.

— Как ты думаешь, он когда-нибудь простит меня? — прошептала Морган.

Он нежно сжал рукой ее плечо:

— Я очень на это надеюсь, дорогая.

Глава 10

Грег поправил галстук-бабочку, выданную ему временным работодателем, и глубоко вздохнул. Настал решающий момент. Недели планирования и годы разочарования закончатся сегодня вечером. Ему удастся отомстить.

Разнося бокалы шампанского на подносе, он заметил, что завсегдатаи пышных вечеринок почти не обращают на него внимания. Словно он недостаточно хорош для них. Зачем им смотреть на простого официанта? Они видят только шампанское. Взяв бокал, они продолжают разговаривать, отвернувшись от Грега.

Он прилагал все силы, чтобы не заговорить с ними язвительным тоном. Оставалось немного подождать.

Когда бокалов на подносе не осталось, Грег вернулся на кухню, где работала кейтеринговая компания. Было нанято много новых официантов, чье прошлое даже не удосужились проверить. Никто не догадался, что у Грега поддельные документы. Все считали, что его зовут Карл. На него даже не обращали особенного внимания. Он всего лишь мальчик на побегушках.

Что ж, их ждет сюрприз. Если бы они были внимательнее, то заметили бы странные коробки, которые он выгрузил в бальный зал с остальным оборудованием для кейтеринга. Вскоре взрывчатка, аккуратно спрятанная под столиком для салфеток, разорвет этот бальный зал и всех вокруг на мелкие клочки. А официант Карл, на которого они даже не смотрели, исчезнет в хаосе как предполагаемая жертва взрыва.

— Карл, вынеси мешок с мусором!

Вздохнув, Карл поставил поднос и схватил тяжелый мешок с пищевыми отходами. Он вышел через заднюю дверь и бросил его в мусорный контейнер, который специально подогнали для нынешней вечеринки. Стоя там, Карл смотрел на кучу дорогих машин, припаркованных на лужайке. Он не сможет купить себе даже колесо от такого автомобиля. Эти богачи имеют все, а он — ничего.

Можно уйти прямо сейчас и послушать взрывы и крики на расстоянии. Но он хотел это увидеть. Один раз в жизни он желал, чтобы его план удался, поэтому вернулся внутрь.

— Карл, отнеси этот поднос с канапе, пожалуйста. — Главный официант пододвинул к нему блюдо с маленькими причудливыми бутербродами.

Карл взял поднос и понес его в бальный зал. Однако вместо того, чтобы войти в толпу, он свернул в безопасный угол, подальше от бомбы. Поставил поднос с едой на стол и полез в карман за детонатором. Он хотел дождаться идеального момента и оглядел комнату. Толпа гостей собралась на танцполе. Подумав о своей сестре и родине, он прижал большой палец к кнопке и глубоко вздохнул.

Все закончилось. Ключи от домов оказались в руках трех семей, но вместо того, чтобы радоваться или чувствовать облегчение, Райвер не находил себе места.

Он знал, что раскис не из-за шампанского. Стоя на краю бального зала и наблюдая за остальными, он понимал, что все выпивают без вреда для здоровья и веселятся. И все потому, что им не придется вот-вот расстаться с самым важным человеком в их жизни.

Райвер попытался сосредоточиться на чем-то другом. В конце концов, сегодня радостное событие. Особняк Стилов снова был задрапирован дорогими тканями и украшен цветочными композициями. Как всегда, хозяева выложились на все сто. Бальный зал был заполнен людьми в нарядной одежде, каждый из них внес свой вклад в доброе дело.

Как и благотворительная вечеринка, нынешнее мероприятие немного докучало Райверу. Он с удовольствием пропустил бы эту вечеринку и направил деньги на новое строительство или другое хорошее дело. Но семья Стил считала, что важно устроить особенный и волнующий праздник для всех.

Райвер легко нашел Морган в толпе. Она разговаривала со своими биологическими родителями. Его не представили Ноланам, но он сразу заметил, что Морган — молодая копия Кэролин Нолан: тот же кремовый оттенок лица, пышная фигура и роскошные блестящие темные волосы.

Ему было трудно сосредоточиться на ком-то, кроме Морган. Алое платье сидело на ней безупречно. Одно ее плечо, ключица и рука были обнажены. Платье облегало талию и округлые бедра и расходилось книзу широкой юбкой со шлейфом. Морган выглядела потрясающе — настоящая наследница Стилов, несмотря на истинное происхождение. Она резко выделялась среди гостей вечеринки и походила на светящийся маяк, который направлял и манил Райвера в родную гавань.

Казалось, прошла целая жизнь, прежде чем он вошел в бальный зал и впервые увидел Морган после десяти лет разлуки. С тех пор они провели несколько недель в объятиях друг друга. Они многое обсудили и поняли. Истина вышла на поверхность, исцеляя старые раны, которые мучили обоих.

Они договорились, что их короткий роман закончится сегодня вечером, но Райвер не мог уйти от Морган. Она повернулась и посмотрела на него, изогнув в мягкой улыбке вишневокрасные губы. Он улыбнулся в ответ и почувствовал, как у него сдавило грудь, словно Морган просунула руку в его грудную клетку и сжала пальцами его сердце. Нет, он не разочаровался в ней снова. Не важно, что скажет об их отношениях ее отец или кто-то еще. Райвер во всем признается ей, когда у него появится шанс, но сегодня вечером он не будет отвлекать Морган от исполнения официальных обязанностей.

Наконец она договорила с Ноланами и пошла в его сторону.

— Добрый вечер, мистер Аткинсон! — сказала она с улыбкой.

— Мисс Стил, вы устроили прекрасную вечеринку, — произнес он, подражая ее вежливому и деловитому тону. Даже сейчас, несколько недель спустя, она хотела, чтобы их отношения оставались в секрете. Чтобы никто не пострадал. Или что-то типа того. Теперь Райвер знал, что провоцирует неодобрение ее отца. Тревор Стил может все испортить, если захочет. Райвер несколько раз ловил ледяной взгляд этого мужчины через бальный зал; после встречи в холле корпоративных офисов «Стил тулз» они больше не разговаривали.

— Спасибо. — Она оглянулась на толпу. — Жаль, что немногие танцуют, но, похоже, все идет хорошо.

— Надо подать пример. — Райвер протянул руку, чтобы отвести Морган на почти пустой танцпол. Он знал, что рискует, потому что она посмотрела на него настороженно. Они провели несколько недель вместе, таясь ото всех. Выйдя на танцпол, они дадут повод для сплетен. Конечно, все решат, что между ними ничего особенного не происходит, но Райвер и Морган знают лучше. И ее отец тоже.

Райвер обрадовался и немного удивился, когда Морган положила мягкую руку на его ладонь. Он ободряюще улыбнулся ей, и они вышли на танцпол. Он нежно коснулся рукой ее талии и стал держать вежливую дистанцию. Они медленно двигались под музыку, которую исполнял струнный квартет. Их пример оказался заразительным: через несколько минут на танцполе было еще шесть пар, включая Ноланов.

— Вот видишь? — сказал Райвер. — Гости танцуют.

— Спасибо, — немного нервно ответила она и продолжила оглядываться, пока они танцевали.

— Ты сегодня прекрасно выглядишь, — произнес он. — Этот цвет тебе очень идет. Я вспоминаю пояс с подвязками, который ты надевала в доме на пляже.

Его слова вызвали у нее искреннюю улыбку, Морган слегка покраснела.

— Спасибо, Райвер. Ты тоже классно выглядишь в смокинге. Я помню, как ты носил только джинсы и футболки, когда мы познакомились в Файв-пойнтсе.

Райвер усмехнулся при упоминании о баре в центре города возле университета, где познакомился с Морган. Даже тогда она выделялась в толпе, как неоновая вывеска.

— Я почти уверен, что сразу тебе понравился, — сказал он.

— Наверное, ты прав. Я сочла тебя нахалом, когда ты подошел к группе девушек и предложил купить мне что-нибудь выпить. Нас с девчонками многие боялись.

— Наплевать. Тебя могла окружить стая злых собак, но я все равно подошел бы к тебе. Я ничего не мог с собой поделать.

Он посмотрел на ее длинную изящную шею, прическу и декольте. Густые темные волосы были уложены в пучок, а несколько мягких прядок обрамляли ее лицо. Ему захотелось ее поцеловать.

— Морган, мне нужно тебе кое-что сказать.

Она взглянула на него широко раскрытыми зелено-золотистыми глазами:

— Что это? Что-то не так?

— И да и нет. Я тебе соврал.

Она нахмурилась, глядя на него:

— Ты соврал? О чем?

— Я не осознавал, что врал, говоря, будто сегодня вечером все будет в порядке. Мне мало просто случайных встреч с тобой, Морган. Я хочу быть с тобой. Всегда.

— Райвер, я…

Он поднял руку, останавливая ее протест, а потом коснулся пальцами ее бедра.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела в глаза своему отцу и сказала ему, что мы вместе. И между нами все серьезно. Лично я настроен очень серьезно. — Он помолчал, размышляя, не сказать ли ей больше. Признаться ли, что он, вероятно, снова влюбился в нее? Увидев ее настороженный взгляд, он спросил: — А ты настроена серьезно?

Она снова оглядела зал, потом взглянула на него:

— Да, но я предлагаю поговорить об этом после вечеринки. Танцпол не подходящее место для таких разговоров.

Он сглотнул, смиряясь с разочарованием, и резко кивнул:

— Конечно. — Он верил, что она испытывает к нему более сильные чувства, чем позволяет себе признаться. Она боится сказать своему папочке, что попала в ту же ловушку во второй раз и выбрала неподходящего себе парня. Боится устроить скандал на одном из семейных мероприятий и стать предметом сплетен.

— Забудь о том, что я сказал. Мне не стоило заговаривать об этом сегодня вечером.

— Нет, Райвер, я не хочу об этом забывать. Я всего лишь хочу…

Ее слова прервал внезапный взрыв в дальнем углу зала, который сотряс весь дом.

После взрыва начался абсолютный хаос. В левой части зала вспыхнул пожар. Стулья разлетелись в стороны, потом послышались звук разбитого стекла и ужасные крики. Люди вопили и разбегались по дому.

Морган едва соображала, что делать, поскольку зал заполнил густой черный дым. Она могла думать только о том, кто находится в бальном зале. Кто оказался ближе всех к взрыву? Пострадали ли ее братья и родители? А Ноланы? Неужели она потеряла шанс лучше познакомиться со своими биологическими родителями? Погибли ли семьи, которые сегодня получили ключи от новых домов? Ее душа разрывалась на части, она очень хотела понять, кто пострадал.

Райвер вел себя намного сдержаннее. Он взял Морган за руку и как можно быстрее вывел из зала. Они пошли в противоположном направлении от толпы — к задней двери и садам за ней. Потом отбежали от дома на безопасное расстояние по лужайке и вместе сели на каменную скамью в противоположной стороне сада.

Легкие Морган болели, а глаза саднило от копоти, но она хотела вернуться внутрь. И помочь пострадавшим. Но Райвер крепко держал ее. Наконец она сдалась, закрыла лицо рукой и разрыдалась.

— Что произошло? Я ничего не поняла. Это утечка газа?

— Сомневаюсь. По-моему, сработало взрывное устройство.

— Кто это сделал? — спросила она.

Только подлец мог взорвать бомбу на вечеринке, где празднуют нуждающиеся семьи.

— Я не знаю, — сказал он. — Но этих людей поймают и привлекут к ответственности. Насколько я знаю Тревора Стила, его лучше не злить. Он разберется с этим.

— Если он сможет. А вдруг он?.. — Она потеряла дар речи, думая о том, что могло случиться с дорогими ей людьми. Они могут быть ранены или мертвы.

Райвер притянул Морган к своей груди, и она прижалась влажными щеками к лацканам его смокинга. Когда она снова открыла глаза, ее взгляд упал на маленькую мраморную надгробную плиту, расположенную за скамейкой слева от них. Морган застыла на мгновение, размышляя, не начались ли у нее галлюцинации.

— Все будет хорошо, — произнес Райвер.

Она почувствовала, как он напрягся, и поняла, что что-то изменилось.

Морган боялась дышать. И двигаться. Возможно, Райвер ничего не замечал. А если и заметил, то не понял, на что смотрит. В конце концов, на плите были только имя и дата.

— Морган? — позвал он и сильнее сжал пальцами ее плечи.

— Да?

— На что я смотрю?

Она на мгновение зажмурилась, потом заставила себя сесть прямо. Настал момент, которого она избегала десять лет. Взрыв в бальном зале привел их прямо к мрачной тайне.

— Доун, — прочел он, когда она не сразу ответила. — Я помню, ты говорила, что тебе нравится это имя. Ты хотела так назвать нашу дочь. Это имя твоей бабушки?

— Моей прабабушки, — ответила она.

Посмотрев на Райвера, она увидела, как он резко изменился. Каждая клеточка его тела напряглась, он стиснул зубы, пристально глядя на надгробную плиту Доун. В голове Морган кружились тысячи мыслей, она не могла придумать, с чего начать разговор.

Райвер убрал руки от ее плеч, и она сразу почувствовала холод. Морган выпрямилась, желая получить его поддержку сейчас, когда она требовалась ей сильнее всего. Он все еще не смотрел на нее. Она не сомневалась: ничто, даже крики и сирены на расстоянии, не отвлечет его внимание от маленького надгробия.

— Рассказывай!

По лицу Морган текли слезы, когда она начала рассказывать ему об их дочери.

— Здесь мой отец закопал урну с прахом моей дочери. Нашей дочери.

— У нас была дочь, — утвердительно произнес Райвер.

— Да. Я узнала о том, что беременна, через несколько недель после нашей свадьбы, когда вернулась в кампус. Я так долго отрицала очевидное, что никому ничего не говорила. Я была обижена и растеряна после того, что произошло. Я думала, у меня все еще есть время, чтобы во всем разобраться, а потом у меня начались осложнения. Было слишком рано для родов, но у врачей не оставалось выбора.

Она не хотела углубляться в детали о том, как заболела и как рисковала жизнью. Не сейчас. Может быть, позже, когда первоначальный шок закончится, Райвер поймет, через что она прошла.

— Врачи очень старались, но я потеряла ее через несколько часов после рождения. Они отправили ее в отделение интенсивной терапии сразу после родов, и мне не удалось даже ее обнять.

— Мы оба за нее в ответе, — холодно произнес он.

Это был ответ, которого она боялась. Его слова напоминали прикосновение наждачной бумаги к открытой ране.

— Как ты могла скрывать ее от меня, Морган?

— А что мне было делать после всего, что произошло между нами? Я даже не знала, с чего начать. Я так сердилась на тебя тогда. Я думала, ты вымогал деньги у моего отца и бросил меня. Хотя ты не знал о ребенке, я обвиняла тебя в предательстве и решила во всем разобраться самостоятельно.

— Я не предавал тебя.

— Я знаю это сейчас, но тогда я не находила себе места. Моя жизнь пошла кувырком. Мне было страшно и обидно, и я не знала, что делать. А потом, когда потеряла Доун, я подумала, что, может быть, лучше ничего тебе не говорить. Зачем тебе знать, что у нас была дочь, если она умерла? Я знаю, что поступила неправильно, и мне жаль.

— А сейчас? — спросил Райвер, наконец поворачиваясь к ней лицом и смотря на нее холодным и суровым взглядом. — Я понимаю, десять лет назад мы расстались. А что теперь? После того, как ты узнала правду о деньгах и о том, что сделал твой отец? После того, как мы занимались любовью? Мы были наедине и говорили о нашей жизни. У тебя был миллион шансов обо всем рассказать мне за прошедшие несколько месяцев.

— Я знаю. Поверь, я долго терзалась. Я много раз хотела во всем тебе признаться, но не могла подобрать слов. Чем дольше я откладывала этот разговор, тем сложнее мне становилось. Доун уже мертва. Когда я поняла, что чувствую к тебе… Я не знала, как… Я решила, что ты меня возненавидишь.

Морган едва не призналась Райверу в любви. Она не хотела портить признанием этот момент. Не хватало еще, чтобы он обвинил ее в манипулировании его эмоциями.

— А если бы ребенок не родился раньше срока и все было хорошо, ты бы рассказала мне о ней? Или ты отдала бы ее в приют, оставив меня в неведении? Или мне пришлось бы случайно встретиться со своим ребенком, пока ты играла бы с ним здесь на заднем дворе?

— Конечно, я бы сказала тебе, — ответила она, не веря, что произносит эти слова вслух.

— Доун Стил, — прочел он имя своей дочери на надгробной плите. — Ты даже не дала ей мою фамилию. Ты спрятала ее в этом темном углу двора, как и остальные семейные секреты. Словно меня и ее никогда не было.

— Райвер, я…

— Перестань. — Райвер отвернулся от нее и взглянул на хаос, разворачивающийся вокруг них. По всему поместью были полицейские и пожарные, красные мигалки машин освещали небо. Он смотрел на все беспристрастно, словно это были не последствия теракта, а долгожданное отвлечение от драмы его жизни.

Он не смотрел на Морган, и она не винила его за это. Она отчаянно пыталась достучаться до Райвера и объяснить, через что она прошла, но он не будет ее слушать.

— Похоже, кого-то задержали, — наконец сказал он.

Морган проследила за его взглядом и увидела пожилого мужчину, лежащего лицом вниз на траве. Рядом с ним был Харли Далтон. Полицейский надевал на мужчину наручники. На злоумышленнике была униформа официанта.

Райвер встал:

— Итак, у них здесь все под контролем. Теперь ты в безопасности.

— Ты уезжаешь? — спросила Морган и почувствовала, что сердце вот-вот выскочит у нее из груди.

Он кивнул и ответил:

— По-моему, так будет лучше.

Морган сидела, беспомощно наблюдая, как мужчина, которого она любила больше жизни и которого обидела, шагает по лужайке и стремительно уходит из ее жизни. И боялась, что он никогда не вернется.

Теперь она знала, что он чувствовал десять лет назад.

Глава 11

Морган разложила свою одежду на кровати. После того как жильцам новых домов вручали ключи, она обычно оставалась в Чарльстоне, чтобы навестить друзей и отдохнуть. Ей надо было почаще видеться с Ноланами и благодарить судьбу за то, что они не пострадали от взрыва. У нее появился шанс пообщаться с ними. Но в этом году по понятным причинам она торопилась вернуться в округ Колумбия. Кое-кто назвал бы это бегством. Она предпочитала думать, что просто возвращается к обычной жизни.

Хотя ее жизнь обычной не назовешь.

У обычных людей на вечеринках не появляются злоумышленники со взрывчаткой. Полицейские уже давно уехали, но пластиковый брезент по-прежнему закрывает зияющую дыру в бальном зале, а полицейская лента отделяет зал от остальной части дома. К счастью, пожар был вовремя локализован, и остальная часть дома не пострадала, но это напоминание о взрыве и обо всем, что последовало за ним, осталось.

Морган хотелось вернуться в свой таунхаус в Джорджтауне. То место не было испорчено хорошими и плохими воспоминаниями о Райвере и о том, что случилось. После прошедших нескольких месяцев она отчаянно нуждалась в таком убежище.

Она подошла к своему шкафу, взяла несколько пар туфель и собралась положить их на кровать. Подняв глаза, она увидела отца, который стоял на пороге комнаты. Ее удивило его внезапное появление. Обычно он не заходил в детское крыло особняка, особенно теперь, когда его дети выросли.

— Тебе что-то нужно? — спросила она, бросая туфли на одеяло.

Тревор прищурился и покачал головой:

— Я просто наблюдал за тобой. И удивлен, что ты уже собираешь вещи. Это из-за взрыва? В доме совершенно безопасно.

— Нет, дело не в этом. — Морган пожала плечами и взяла стопку сложенной одежды, чтобы положить ее в чемодан. — Мне пора уезжать. Незачем тут торчать. В конце концов, я здесь не живу.

— Иногда я забываю об этом. — Тревор грустно улыбнулся. — Мне проще считать тебя моей маленькой девочкой с косичками и куклами.

— Я давно не заплетаю косички, папа. Через неделю мне будет тридцать.

Тревор скрестил руки на груди и вздохнул:

— Я знаю. Я снова убедился в том, что ты взрослая, когда увидел тебя на вечеринке.

Она не понимала, что он имеет в виду.

— Я была просто нарядно одета, как и все гости.

— На этот раз все было иначе. Может быть, от того, что ты была с Райвером.

Она покосилась на отца и потянулась за туфлями на шпильке, которые положила в чехол.

— Я не знала, что ты заметил. Ты ведь не возмущался. На самом деле ты едва заговаривал о Райвере за все это лето.

— После того как я встретился с ним в вестибюле компании и понял, почему он здесь, я решил на этот раз не вмешиваться. Дела с благотворительным проектом шли хорошо, а ты сказала, что моя помощь только навредила тебе в прошлый раз. В этом году проект был удивительно успешным, и ты, по-моему, прекрасно себя чувствовала на церемонии вручения ключей. Я наблюдал, как вы с Райвером танцевали, и осмелился предположить, что у вас серьезные отношения.

— Ну, об этом не беспокойся, — отрезала Морган и стала быстрее складывать вещи в чемодан, стараясь не думать о Райвере.

— Я не беспокоюсь. Я действительно много думал об этом. Вам обоим надо попробовать все начать сначала. Ты стала старше и твердо стоишь на ногах. На этот раз я не собираюсь вам мешать.

Морган не сдержала горькую усмешку. Отец наконец одобрил Райвера, когда между ними все закончилось.

— Приятно это слышать, но уже слишком поздно. Между нами все кончено.

Она услышала осторожные шаги отца по деревянному полу, а потом почувствовала нежное прикосновение его руки к ее плечу.

— Что произошло? — спросил он.

Вздохнув, Морган закрыла чемодан и плюхнулась на кровать.

— Он узнал о Доун. — Она закрыла лицо руками и расплакалась.

— Ох, солнышко. — Отец сел рядом с ней и обнял.

— Он разозлился, что я скрыла от него. Он сказал: даже если я считала, будто он вымогал у тебя денег, я была обязана сообщить ему о ребенке. Особенно после того, как Доун умерла. И он прав. Райвер имел право знать. Но семья Стил помешана на репутации. Все эти секреты и ложь… твоя ложь… Они превратились в такую плотную паутину, что мы не можем из нее вырваться.

Она чувствовала, как отец напрягся. Возможно, ему стало совестно. Отчасти он виноват в том, что сейчас происходит. Морган сделала свое дело, согласившись хранить молчание. Последние дни, после того как Райвер ушел, она много думала. О нем и о секретах, которые он так презирал. Он правильно говорил, что не стоит прятать скелеты в шкафу. Морган предпочла бы скандал, а не жизнь в скорлупе.

— Он прав. И я больше не стану врать, папа. Секретность ни к чему хорошему не приведет, и я не собираюсь притворяться, будто ничего не происходило. Я похороню Доун на настоящем кладбище и не буду прятать ее от людей. Я открою благотворительный фонд, чтобы собирать деньги для больниц, в которых выхаживают недоношенных детей. Я не буду работать со «Стил тулз», поэтому этот фонд станет моим следующим проектом. Благодаря новейшему оборудованию и исследованиям мне, вероятно, удастся помочь кому-то сохранить своего ребенка.

Наступило долгое молчание. Морган сидела и ждала, когда ее отец начнет протестовать. И убеждать ее, почему это не очень хорошая идея.

— Морган… — наконец произнес он.

— Прости, если это навредит семье или имиджу компании, но я сделаю это. Ты в любой момент можешь сказать, что я на самом деле не твоя дочь, и всем станет легче.

— Морган! — заорал он, повернулся и сурово посмотрел на нее. — Не смей никогда говорить мне об этом! Ты моя дочь. Ты моя плоть и кровь, независимо от того, что говорят результаты анализа ДНК.

Его слова поразили Морган до глубины души. Она всегда старалась быть ребенком, о котором, как ей казалось, мечтали родители. С тех пор как стали известны результаты анализа ДНК, она подумала: может быть, настоящая Морган Стил именно та дочь, которую хотели ее родители? Ей не терпелось узнать, любили ли они ее все это время.

— Правда?

— Абсолютно. — Он вздохнул и уставился в пол. — Ты моя дочка. С того самого дня, когда впервые взял тебя на руки, я делал все возможное, чтобы защитить тебя. Теперь я понимаю, что иногда поступал неправильно, и даже вредил тебе. Я не идеален. И теперь понимаю, что не смогу защитить тебя от всего на свете. Ты должна жить самостоятельно и принимать собственные решения. Прости, что мне понадобилось так много времени, чтобы понять это.

Морган прижалась к отцовскому плечу. Она знала, что он любит ее и просто хочет оградить от проблем. Наверное, теперь они будут лучше понимать друг друга. Время вспять не повернуть, и им не исправить того, что было.

— Если ты задержишься на несколько дней, мы обсудим с моими адвокатами создание благотворительного фонда в память о Доун. По-моему, это блестящая идея, — сказал он. — И как только фонд откроется, я первым выпишу денежный чек. Больше не будет никаких секретов.

Грег уставился на наручники на своих запястьях, сидя в комнате для допросов, и нахмурился. Он оплошал, потому что не продумал план отступления. Ему казалось, он легко скроется в суматохе. И теперь он сожалел об этом.

План не сработал. На самом деле второй заряд в правом углу зала не взорвался. Если бы он взорвался, Грег успел бы сбежать. Но вместо этого он просто стоял, снова и снова нажимая на кнопку детонатора, и ничего не происходило. Как только он бросил детонатор и направился к задней двери, его заметили.

Ему преградил путь громила по имени Харли Далтон. Это был тот самый парень, чью подругу они с Забулдыгой похитили и получили за нее выкуп десять миллионов всего несколько месяцев назад.

У него в ушах все еще звенело от взрыва, но он услышал шаги у себя за спиной. Прежде чем он успел добраться до своей машины, кто-то схватил его за воротник и бросил на землю лицом. Потребовался всего один удар, чтобы сбить Грега с ног. Он очнулся в кузове полицейской машины.

Грег посмотрел на зеркальную стену, за которой были люди, без сомнения, наблюдающие за ним. На этот раз ему не выйти сухим из воды. Полицейские сняли отпечатки его пальцев с детонатора, который он небрежно выбросил. Далтон расследует дело о похищении, которое они, скорее всего, свяжут со взрывом и подменой детей. На этот раз Грегу некого винить, кроме себя.

Через секунду дверь открылась, и вошли Харли и еще один детектив. У Далтона на лбу была повязка. Вероятно, его задело взрывом. С повязкой он выглядел еще более угрожающим.

— Доброе утро, Грег! Принести тебе кофе, воды или еще чего-нибудь? — спросил детектив.

Грег покачал головой. Он не собирался сдавать кровь и мочу на анализ. Он видел кучу полицейских фильмов, чтобы понять, как это работает.

— Мы нашли твою вторую бомбу в бальном зале. Устройство было сделано так плохо, что саперы даже не смогли его запустить. Удивительно, что сработала первая бомба. Хотя тебе повезло. Если бы взорвались две бомбы, были бы серьезно раненные и погибшие. И тогда ты сел бы еще и за убийство.

Итак, семейство Стил не пострадало.

— Благодаря расследованию мистера Далтона мы связали тебя не только с терактом, но и с недавним похищением Джейд Нолан, а также с попыткой похищения Джейд почти тридцать лет назад. Ты не сидел без дела.

Далтон прислонился к стене и скрестил руки на груди. Неудивительно, что Грег вырубился после того, как тот врезал ему своим кулачищем.

— Что случилось, Грег? — спросил он. — Судя по всему, ты жил не так, как хотел. Ты получил от меня десять миллионов долларов выкупа, но остался ни с чем. У тебя нет ни работы, ни денег. Ты живешь со своим престарелым отцом. Должно быть, ты злишься, что в твоем возрасте не имеешь собственного жилья.

Грег не отреагировал на провокацию.

Детектив сел за стол, оперся на локти и подался вперед:

— И где же деньги, Грег? Или лучше спросить: где Забулдыга и деньги?

Грег насмешливо фыркнул:

— Если бы я знал, где Забулдыга, я бы забрал у него половину и набил его самодовольную рожу за то, что он меня подставил.

Далтон округлил глаза, глядя на Грега, а детектив начал записывать показания. Именно в этот момент Грег понял, что проговорился.

— Мне нужен адвокат, — сказал он до того, как еще больше усугубил свое положение. — И я хочу заключить сделку, — прибавил он. Если он сядет в тюрьму, то непременно потащит за собой и Забулдыгу.

* * *

Райвер откинулся в кресле и уставился на чертежи, которые представлял в заявке своей компании на проект для большого города. Это была одна из новых многофункциональных разработок, где в одном районе строились магазины, парки развлечений, рестораны, офисные здания и жилые дома. Пригород был населен людьми двадцатого века. Те, кто родился в двадцать первом веке, предпочитали жить в центре города, имея рядом все удобства.

Проект был огромным, если «Саузен чарм констракшн» его получит, компания Райвера укрепит свои позиции на рынке недвижимости и девелопмента в Чарльстоне. В конце концов, именно ради этого он и занимался благотворительным проектом со «Стил тулз».

По крайней мере, так Райвер говорил сам себе. Он вздохнул. Честно говоря, он работал со «Стил тулз», чтобы видеться с Морган. Он хотел заставить ее посмотреть ему в глаза и понять, как она с ним поступила. Он желал доказать ее отцу свою успешность. Все получилось намного лучше, чем планировал Райвер, но финал был ужасным.

— Мистер Аткинсон, к вам пришел мистер Стил.

Райвер хмуро уставился на свой телефон. Его сердце замерло при упоминании фамилии Стил. Вероятно, к нему пришел один из братьев Морган.

— Пусть войдет, — ответил Райвер, быстро свернул чертежи и отложил их в сторону. Когда он снова поднял глаза, то был шокирован. Перед ним стоял генеральный директор Тревор Стил, а не один из его сыновей.

Райвер резко встал и поправил галстук.

— Я не ждал вас, мистер Стил.

Тревор подошел к Райверу и впервые в жизни протянул ему руку.

— Присаживайтесь. Чем обязан, мистер Стил?

Тот сел в кресло.

— Называй меня по имени. Сегодня я пришел не по делам компании.

Райвер постарался скрыть удивление. Зачем Тревор к нему пришел? По всеобщему мнению, он ненавидел Райвера и скорее выгонит его прочь, чем улыбнется ему.

— Ладно. Зачем вы пришли?

— Сегодня утром у меня состоялся тревожный разговор с дочерью, и я понял, что должен поговорить с тобой.

Интересно, какие тревожные откровения Морган заставили Тревора отправиться к Райверу через весь город? Да, они поссорились, и он ушел, но это никак не связано с Тревором.

— Я не понимаю.

Старик кивнул и наклонился вперед, потом слегка сжал руки и постарался собраться с мыслями.

— Она сказала мне, что вы расстались после вечеринки. Что ты узнал о Доун. — Он покачал головой и резко прибавил: — Это я во всем виноват.

Такого Райвер не предвидел. Конечно, он мог обвинить этого человека, но не предполагал, что Тревор согласится с ним.

— Сэр?

— Я виноват в том, что произошло между вами, потом с Доун. Не вини Морган. — Тревор колебался. — Я хочу тебе кое-что сказать. То, что никогда никому не говорил.

Райвер выпрямился в кресле. Он не знал, что скажет ему отец Морган, но ему стало любопытно.

— Я никогда не верил, что Морган — моя дочь, — произнес Тревор. — Задолго до результатов анализов ДНК и новостей о том, что детей подменили в больнице, я знал, что она не моя. Она не похожа на меня и других наших детей. Я решил, что Патриция родила ее от любовника.

У Райвера перехватило дыхание. Ему казалось, он ослышался. Признание Тревора сильно не соответствовало тому, что он знал об этом человеке. Но он решил внимательно его выслушать.

Тревор покачал головой:

— Я старался отдалиться от Морган, как только понял правду. Но я почти мгновенно полюбил эту малышку. Еще до того, как она научилась ходить, я потакал всем ее прихотям. Я люблю своих сыновей, не пойми меня неправильно, но Морган для меня важнее всех на свете. А со временем, когда она повзрослела и стала еще резче отличаться от остальных членов нашей семьи, я заволновался.

— Что люди будут сплетничать?

— Нет.

Тревор раздраженно посмотрел на него, и Райвер решил держать рот на замке, пока старик не договорит.

— Насколько мне известно, никто и никогда не сомневался в отцовстве Морган. Но я начал беспокоиться, что однажды появится ее биологический отец и попытается отобрать ее. Меня парализовал страх. Я не хотел потерять свою девочку из-за какого-то таинственного мужчины с темными волосами и зелеными глазами. Поэтому я начал ее опекать. Я оберегал Морган сверх всякой меры, старался, чтобы она чаще была со мной. Это было все, что я мог сделать. И вот однажды, когда я меньше всего этого ожидал, в ее жизнь вошел мужчина, и я чуть не потерял ее.

Тревор посмотрел на Райвера и печально улыбнулся:

— Ее украли у меня, но не так, как я ожидал. Ты пришел из ниоткуда, и вдруг моя малышка исчезла. Я запаниковал, когда узнал, что вы с ней сбежали. Я действовал рефлекторно и принял неудачные решения, пытаясь исправить то, что, по-моему, было проблемой. Мне даже не приходило в голову, что моя девочка больше не ребенок. А потом я пытался защитить ее от страданий, но все мои действия только ухудшали ситуацию. По иронии судьбы, я оттолкнул от себя Морган, стараясь удержать ее рядом. Отношения между нами никогда не будут прежними.

Тревор тяжело вздохнул и откинулся в кресле:

— А теперь, когда я думаю о Доун, я пытаюсь поставить себя на место отца ребенка. Я очень люблю Морган и понимаю, каково тебе было узнать, что ты потерял дочь. Ты не держал ее на руках, не оплакивал ее смерть. На твоем месте я был бы опустошен. Поэтому я понимаю, почему ты ушел. — Он уставился в глаза Райверу. — Но я хочу, чтобы ты злился на меня, а не на Морган. Именно я виноват в том, что она лгала тебе и хранила от тебя секреты.

— Все не так просто, мистер Стил… Тревор. Я имею в виду, я разозлился, когда узнал, что она скрывала от меня дочь, но это не все.

— Я понимаю. Любые отношения сложны. За прошедшие сорок лет у нас с Патрицией были и взлеты, и падения, а у вас с Морган благодаря мне была куча проблем. Но ты должен понимать: оно того стоит. Морган этого стоит.

Райвер это понимал. Он не стал бы биться головой о стену, если бы Морган не была ему так дорога. Но чем ему придется пожертвовать, чтобы она осталась с ним? Последние недели он жил в тени, пока они скрывали свои отношения. Он больше не хотел таиться и надеялся, что в этом не будет необходимости. Тревор догадался, что между ними что-то происходит, иначе его бы здесь не было.

— Я не знаю, как у нас сложатся отношения с Морган, но мне надо подумать.

— Конечно. Наверное, страшно любить кого-то так сильно. После стольких лет опеки Морган я по-прежнему боюсь потерять ее. Когда открылась правда и я точно узнал, что она не моя биологическая дочь, я словно окаменел. Мне следовало облегченно вздохнуть, что у моей жены не было романа, но легче мне не стало. Я просто получил подтверждение того, чего всегда боялся. Только теперь я не смогу удержать ее рядом с собой, если она захочет общаться только со своими кровными родителями. Я ее не виню. Все, что я сделал, скорее всего, оттолкнет ее от меня. Хотя пока она не бросила меня, несмотря ни на что. Даже зная о том, что я разлучил вас, она по-прежнему смотрит на меня с любовью и называет папой. Я был дураком. Мне жаль, как я поступил с вами из-за своих неуместных страхов.

Райвер прилагал все силы, чтобы сохранять спокойствие. Тревор Стил только что обнажил перед ним свою душу и извинился. Вот этого Райвер совсем от него не ожидал, Он едва знал, что делать и как отвечать отцу Морган.

— Я не знаю, что сказать, — произнес он.

Тревор кивнул:

— Я понимаю. Скажи, ты любишь мою дочь? Несмотря на гнев и обиду от предательства, Райвер сразу ответил:

— Да, сэр.

— Хорошо. Больше всего на свете я хочу, чтобы Морган была счастлива. Ты сделал ее счастливой тогда и снова сделаешь счастливой сейчас, Райвер. Я знаю, что обрушил на тебя слишком много информации, но для этого есть все основания. Сегодня я видел, как моя малышка страдает. Мне не изменить мои прежние поступки, но еще не поздно кое-что исправить. Я пришел сюда сегодня в надежде, что смогу объясниться с тобой, и ты не позволишь моим ошибкам разрушить ваше с ней будущее.

Слова старика словно разбудили Райвера. Вероятно, Тревор прав.

— Она согласилась остаться в городе еще на неделю, чтобы решить кое-какие юридические вопросы. Иди к ней и скажи о своих чувствах, — произнес Тревор. — И если она любит тебя даже вдвое меньше, чем я думаю, на этот раз не позволяй ни мне, ни кому-то другому встать между вами.

Глава 12

— У тебя скоро день рождения.

Джейд подняла глаза от телефона, когда Харли вошел в комнату. Улыбаясь, он наклонился и поцеловал ее.

— Спасибо за напоминание.

— Тридцать лет — юбилей. Нам надо что-то сделать.

— Например?

Харли засунул руку в нагрудный карман пиджака и вытащил оттуда денежный чек. И протянул его Джейд:

— Все, что пожелаешь. Я получил оплату за расследование из больницы Святого Франциска, и этот чек прожег у меня в кармане дыру.

Джейд вытаращилась на чек, увидев сумму: — Расследование закончено?

— Да, детка.

Джейд встала и прыгнула в объятия Харли.

— Расскажи мне все детали!

Он крепко обнял ее и повел к дивану.

— Мы арестовали Грега Кроули за взрыв, и он захотел заключить сделку со следствием. Он рассказал обо всем, начиная от подмены детей и заканчивая похищением и терактом. Медсестрой в роддоме была его сестра Нэнси. Она покончила с собой, не сообщив Грегу и Забулдыге о том, у кого оказалась дочь Стил. Они ни о чем не знали, пока ты не озвучила свое происхождение в новостях почти тридцать лет спустя. Они решили, что у них появился шанс получить выкуп.

— А зачем Грег взорвал особняк Стилов? Я бы на его месте взяла десять миллионов и исчезла.

— Он был в ярости. Забулдыга забрал все деньги и сбежал. Грег жаждал мести и напал на семью Стил, потому что решил, что они — причина всех его неприятностей. Благодаря превосходной работе моих детективов мы отследили Забулдыгу до Гондураса. В среду его экстрадировали в США, и теперь он под стражей до начала суда.

— Ого! — Джейд откинулась на мягкие диванные подушки и постаралась обдумать все, что услышала. Прошло более шести месяцев с тех пор, как она впервые получила результаты анализа ДНК, и ее мир пошел кувырком. И наконец люди, виновные в ее подмене, оказались в тюрьме. С ее плеч свалился тяжелый груз.

— Вместе с Забулдыгой нашли и его тайник с деньгами. Этот идиот держал деньги в той же сумке, в которой ему передали выкуп. Он потратил всего около пятидесяти тысяч, поэтому Тревору и мне вернули большую часть суммы.

Джейд облегченно вздохнула. Она ничего не говорила Харли или Тревору, но чувствовала себя ужасно виноватой в том, что за нее заплати ли такой большой выкуп. После того, как полицейские не поймали ее похитителей, казалось, что десять миллионов долларов растворились в воздухе. Возвращение денег было такой же приятной новостью, как и арест злоумышленников.

— И так как я получил эти деньги обратно, мы должны их потратить. Не только на твой день рождения. Я предлагаю купить дом.

— Дом здесь? — Она оживилась. Они были так заняты расследованием, что ни разу не обсуждали, как будут жить после того, когда все закончится. Джейд предполагала, что в конце концов они поедут в Вашингтон, но избегала разговоров о том, где они поселятся после свадьбы.

— Да, здесь. Тебе нравится в Чарльстоне. Я не представляю, что ты будешь жить где-то еще.

— Мне здесь очень нравится, но я могу работать где угодно. А вот твоя фирма…

— Она отлично работает уже шесть месяцев, пока я живу здесь. Исайя справился, но, если мы останемся здесь, я найду кого-нибудь, кто будет заниматься делами за меня полный рабочий день. Мне никогда не нравилась бумажная волокита. Возможно, я куплю небольшой самолет, чтобы летать на нем туда-сюда.

Джейд округлила глаза. Она и правда не хотела уезжать от своей семьи — старой и новой, — но была готова пойти на любые жертвы ради Харли. Она не подозревала, что он сделает для нее то же самое.

— Ты серьезно?

Харли прижал Джейд к себе:

— Я сделаю ради тебя все, что угодно, любовь моя. Ужасы позади, поэтому мы начинаем новую жизнь, когда нам ничто не угрожает. Никто и никогда больше не обидит тебя, а я постараюсь сделать так, чтобы ты чаще улыбалась.

Райвер посмотрел на кольцо, которое протянул ему ювелир. Понадобилось три дня, чтобы подготовить его, но наконец все было сделано. Ювелир, вероятно, решил, что Райвер сошел с ума, попросив вставить два круглых безупречных розовых бриллианта рядом со скромным бриллиантом в довольно дешевое кольцо. Только такое кольцо он сумел подарить Морган десять лет назад.

Она смотрела на кольцо с энтузиазмом и сияла. И сказала ему, что она богата и может купить любой алмаз, но кольцо, подаренное Райвером, не сравнится ни с чем.

Он вспомнил ее признание после того, как Тревор ушел из его офиса несколько дней назад. Он старался многое обдумать с тех пор. Ложась спать той ночью, Райвер понял, что слишком жестоко обошелся с Морган. Десять лет назад она ушла от него, но он должен был понять, почему она так поступила.

Да, они поженились, но были такими юными. Испуганная, Морган скрыла от Райвера свою беременность. Потом ей пришлось пережить тяжелые роды и потерю дочери. Он не представлял, как она сумела все это вынести. Морган потеряла любимого мужчину и ребенка, а семья заставила ее молчать об этом.

При этой мысли Райверу стало тошно. Но к утру он уже знал, что ему следует сделать, чтобы все исправить. Он должен пойти к Морган и снова завоевать ее.

Он подумывал, не купить ли ей новое обручальное кольцо. Нетрудно найти более красивое и дорогое платиновое кольцо с большим безупречным бриллиантом. Теперь он может позволить себе такую покупку. Но старое кольцо казалось особенным, поэтому Райвер вытащил его из ящика комода и отнес ювелиру.

Он взял маленькую подарочную упаковку у ювелира и вышел из магазина, переполняясь волнением. И стал обдумывать, что скажет Морган.

Прежняя Морган Стил была влюблена в него по уши. Она хотела только одного: чтобы Райвер любил ее. Вскоре после свадьбы эта молодая наивная девушка узнала, как тяжела на самом деле жизнь. Нынешняя Морган повзрослела на десять лет, пережила много горя и потерь. Отчасти по вине Райвера. И именно поэтому он не знает наверняка, как она отнесется к его признанию теперь. Ее отец уверен, что она любит Райвера. Но вдруг она решит отказаться от него, чтобы больше не страдать? Райвер не будет винить ее, если она так поступит.

Усевшись во внедорожник, Райвер положил кольцо на пассажирское сиденье и поехал в Маунт-Плезант. Сегодня его судьба решится. Тревор позвонил ему накануне и сказал, что юридические вопросы решились быстрее, чем он ожидал, поэтому Морган завтра утром возвращается в Вашингтон. Он также упомянул, что вместе с женой будет после шести часов ужинать в ресторане, а Морган останется дома одна.

Райвер поблагодарил Тревора за помощь.

Да, Вашингтон, округ Колумбия, не назовешь другой стороной света, но это и не Саванна, а связи Морган с Чарльстоном со временем все сильнее ослабевают. Она рассказала Райверу о том, что перестала работать со «Стил тулз». Он не знал, чем она займется, но она может устроиться на работу, например, на Западном побережье.

После всего, что произошло за последние недели, у Райвера сложилось ощущение, что Морган очень долго не вернется в Чарльстон.

Почти все окна особняка Стилов были темными, когда он остановился у крыльца. И заметил кабриолет Морган. Положив кольцо в карман, вышел из машины.

Чувствуя себя почти как в сказке после того, что случилось на недавней вечеринке, он поднялся по ступенькам и позвонил в дверь.

Через несколько минут послышались шаги по мраморному полу холла. Райвер ожидал, что ему откроет дверь экономка, но увидел Морган.

Она вскрикнула от удивления, потом зажмурилась, открыла глаза и прищурилась. Выражение ее лица ожесточилось, она посмотрела на Райвера с еще большим отвращением, чем в тот вечер, когда они встретились в бальном зале после десятилетней разлуки.

— Что ты здесь делаешь, Райвер?

Он получил более холодный прием, чем ожидал. Хотя Морган лгала ему все эти годы, он сильно обидел ее. Глубоко вздохнув, Райвер решил действовать.

— Я хочу поговорить с тобой, — сказал он.

Словно обороняясь, Морган скрестила руки на груди:

— А я не хочу с тобой разговаривать. Когда я пыталась объясниться, ты не удосужился меня выслушать. Ты просто накричал на меня и во всем обвинил.

— Мне интересно выслушать тебя сейчас. И я прошу у тебя прощения за то, как резко отреагировал. Мне просто надо было все обдумать. Мы оба ошиблись, Морган. Тогда и сейчас. Пожалуйста, впусти меня, и мы поговорим. Я не хочу обсуждать это на крыльце, но буду говорить тут, если придется.

Она вгляделась в его лицо и шагнула назад от двери.

— Входи, — не слишком радушно сказала она.

Райвер вошел внутрь и посмотрел на бальный зал. Там по-прежнему были полицейская лента и пластиковые брезенты. Морган провела его в западную часть особняка, не пострадавшую от взрыва.

Она открыла двойные деревянные двери, которые вели в библиотеку. Райвер почувствовал запах кожи и старых книг. Морган подошла к зеленому кожаному дивану с декоративными деталями из темного дерева и присела с краю, показывая, что Райверу следует поступить так же.

— Я очень бурно отреагировал, когда узнал о Доун, — начал он, но Морган подняла руку, останавливая его.

— Нет-нет, ты отреагировал именно так, как мужчина реагирует на подобные новости. Вот почему я боялась говорить тебе правду. Я не хотела разрушать то, что между нами происходило, но я знала: мы не сможем быть вместе, если я не расскажу тебе обо всем. Я выжидала время и загнала себя в угол, из которого нет выхода. Когда мы оказались в саду, я поняла, что все кончено.

Райвер взял Морган за руку:

— Это не конец. Это начало.

Она посмотрела на его руку, а потом ему в глаза.

— У нас слишком тяжелое прошлое, Райвер. Слишком много секретов и обид. В конце концов оно нас задавит, как бы мы ему ни сопротивлялись. У меня навсегда останутся шрамы на теле после кесарева сечения. Каждый раз, смотря на них, я вспоминаю прошлое.

Райвер зажмурился, когда до него наконец дошло, почему Морган таилась от него:

— Так вот почему ты не обнажалась полностью!

Морган кивнула:

— Жаль, что не из-за уродливой татуировки. Это из-за шрама. Я знала: если ты его увидишь, то начнешь меня расспрашивать. Это напоминание о боли, через которую я прошла, и ее сложнее игнорировать, чем психологические травмы. Ты можешь думать, что простил меня или мою семью, но такая рана никогда не залечивается полностью.

— Это неправда.

— Это правда. Райвер, не проси меня отдать тебе мое сердце, потому что каждый раз, когда я это делаю, оно разрывается на части. Не давай обещаний о нашем будущем и о том, как все будет хорошо, потому что однажды, когда я меньше всего этого ожидаю, ты передумаешь и поймешь, что не простил меня. Я не смогу это пережить. Я предпочитаю уйти сейчас и защитить свое сердце, потому что не хочу снова страдать.

— По-твоему, я пострадал меньше тебя? Женщину, которую я любил, отобрали у меня только потому, что я был недостаточно хорош для нее. Нашей любви не разрешили жить, потому что я был беден и необразован. Выжить после расставания с тобой мне помогла только моя идея открыть собственную компанию. Только ради нее я ежедневно вставал с постели. Я хотел стать лучше, чтобы ничего подобного не случилось со мной снова. Честно говоря, я стремился стать для тебя достойным мужчиной, которого искал тебе твой отец. Я не верил, что у меня есть шанс снова завоевать тебя, но я решил рискнуть.

Морган прикусила губу, в ее глазах стояли слезы.

— Райвер, я боюсь.

Он обнял ее, и она уткнулась лицом ему в шею. Прижав губы к ее уху, он прошептал:

— Я тоже боюсь. Я не могу обещать тебе, что ты никогда не будешь обижаться на меня, потому что это невозможно. Я не могу обещать тебе, что никогда не скажу и не сделаю того, из-за чего ты расстроишься. Мы оба будем ошибаться. Это неизбежно в семейных отношениях. Но если двое любят друг друга и борются за свою любовь, они справятся. У нас было тяжелое начало, но я собираюсь дойти до финала вместе с тобой, Морган.

Райвер отстранился и посмотрел ей в глаза:

— Ради тебя я готов рисковать. Ты моя судьба.

Он вытащил кольцо из кармана. Потом преклонил колено и открыл футляр. Протянув кольцо Морган, он затаил дыхание. Сейчас или никогда.

* * *

Полчаса назад Морган положила последние вещи в чемодан и решила, в котором часу уедет утром. Лена пригласила ее к ужину, но у Морган не было аппетита. Каждый раз, когда она пыталась поесть, к ее горлу подступал ком.

Потом в дверь позвонили. Морган искала в прачечной свою любимую блузку, когда услышала звонок. Лена вытаскивала из сушилки полотенца, поэтому Морган решила сама открыть дверь.

Она не знала, кого ожидать. Полиция время от времени наведывалась в дом, потом к ним зачастили журналисты. Она совсем не ждала Райвера.

— Мы уже потеряли несколько лет из-за ожиданий и требований других людей. Я отдал бы все, чтобы вернуться в прошлое и швырнуть тот чек в лицо твоему отцу. Просто ради того, чтобы быть рядом с тобой и держать тебя за руку, когда мы потеряли нашу дочь. Но мне ничего не исправить, как и тебе. Что сделано, то сделано. Теперь я знаю только одно: я люблю тебя. Я всегда любил тебя, Морган. И не могу терять время и жить вдали от тебя. Я хочу, чтобы наше будущее началось прямо сейчас. Если только ты примешь меня.

Сердце Морган так громко стучало в груди, что она едва слышала искренние слова Райвера. Она должна была сосредоточиться на том, что он говорит, но ей было трудно о чем-либо думать, когда он открыл футляр с кольцом.

Это было ее кольцо.

Через секунду она поняла, почему не сразу его узнала. Взяв кольцо, она прочла на его внутренней стороне: «Ты для меня все». Эта гравировка была сделана десять лет назад. Но в кольцо были оправлены новые бриллианты.

Она не знала, что сказать. Услышав признание Райвера, она приготовилась получить от него кольцо с огромным и безвкусным бриллиантом. Теперь он богатый человек и может купить ей новое кольцо. Но он вернул ей кольцо, которое выбрал для нее десять лет назад.

— Это мое кольцо, — прошептала она с недоверием. Райвер мог потратить любую сумму, но предпочел вручить ей старое кольцо. То, на которое он копил деньги несколько месяцев, питаясь только лапшой быстрого приготовления и арахисовым маслом. То кольцо было для Морган дороже любых ярких драгоценных камней, которые она видела на руках местных женщин на благотворительных вечеринках.

Райвер кивнул:

— Это оно.

— Как ты?.. — Она сквозь слезы посмотрела на Райвера, который по-прежнему стоял на колене. — Ты сохранил его?

— Я его сохранил. Когда ты прислала его мне, у меня не хватило духу его выбросить. Я несколько лет носил его в своем кошельке как напоминание.

— Напоминание о том, как сильно я тебя обидела?

— Нет. Как сильно ты меня любила. А потом я убрал его в ящик комода, но не забывал, что оно там. После нашей ссоры я решил, что пора снова его использовать. Кольцо слишком долго пылилось без дела.

По ее щекам потекли слезы.

— Ты добавил в него новые бриллианты. — Это было глупое наблюдение, но Морган не могла думать ни о чем другом. Ее переполняли чувства, которые она не могла обуздать, поэтому просто смотрела на два блестящих розовых камня по обе стороны от оригинального бриллианта. Они не только не затмевали маленький бриллиант, но и выгодно подчеркивали его красоту. Она вспомнила о розовом бриллианте в Смитсоновском институте, о котором рассказала Райверу.

— Да. Я попросил ювелира добавить два розовых бриллианта. За Доун.

Морган сжала кольцо в кулаке и прижала его к груди, ее сердце ликовало. Это был самый ценный подарок, который мог сделать ей Райвер. Это был знак: то, что происходило между ними в юности, было настоящим, а не придуманным. Если это — символ их любви, а также память об их дочери, то они сумеют быть счастливы.

Вздохнув, Морган вытерла слезы со щек и надела кольцо на палец. Она восхищенно посмотрела на него и ответила:

— Да.

Райвер поднял глаза от ее кольца и взглянул на нее с замешательством:

— Ты согласна?

Морган улыбнулась. Они так долго обсуждали детали кольца, что она затянула с ответом на его предложение.

Она взяла Райвера за руки:

— Да, я выйду за тебя, Райвер Аткинсон.

Он вскочил и поднял Морган с дивана. Она упала в его объятия, обвила руками его шею и поцеловала в губы.

Да, она выйдет за него замуж. И на этот раз это будет навсегда.

Эпилог

Девять месяцев спустя ничего не напоминало о взрыве бомбы в особняке Стилов. Все было восстановлено и готово к торжественной церемонии бракосочетания Морган и Райвера.

Как и в первый раз, они решили пожениться теплым летним днем в субботу. На этот раз Морган шла по проходу церкви в дизайнерском платье, с прической и макияжем, сделанными профессионалами, и с великолепным букетом персиковых роз и белых лилий. Тревор Стил и Артур Нолан вели ее за руки по лужайке, усыпанной лепестками роз.

Она потратила много времени на знакомство со своей новой семьей, решив навсегда остаться в Чарльстоне с Райвером. Когда началась подготовка к свадьбе, Морган точно знала, чего хочет. Обе ее матери сияли, сидя в первом ряду, а оба отца плакали от счастья. Ноланы были взволнованы и рады за Морган.

Ей было трудно сравнивать нынешнюю свадьбу с той, которая была у нее в юности. Если десять лет назад они поженились в деревенской горной часовне, то сейчас были в семейном доме Стилов среди знакомых людей. Все их друзья и члены семьи пришли, чтобы увидеть это грандиозное событие.

День был великолепен и наполнен любовью. В глазах Морган стояли слезы, когда она произносила клятвы верности во второй раз. А когда Райвер поцеловал ее, сердце Морган едва не выскочило из груди. Она не сомневалась, что теперь всегда будет с любимым мужчиной. Больше никаких секретов и обид.

Довольнее всех была Джейд. Узнав, через что прошла ее сестра, она радовалась, видя ее счастливой с любимым мужчиной. Наклонившись к Харли, она прошептала ему на ухо:

— Все так мило. Но когда мы поженимся…

Харли поднял руку, заставляя ее замолчать:

— Я предлагаю сбежать и пожениться под водопадом на Гавайях, а потом провести медовый месяц на Бора-Бора. Мы будем жить на воде в хижине с соломенной крышей и поедать морепродукты, пока они нам не надоедят. Мне не нужен этот цирк, чтобы сделать нашу любовь юридически законной.

— Я согласна. Ты читаешь мои мысли. — Джейд улыбнулась и взяла его за руку. Они были идеальной парой.

— Я же умница, — сказал Харли. Поднеся кончики пальцев к виску, он сосредоточенно закрыл глаза. — Я чувствую, ты хочешь танцевать. — Он отодвинул стул и протянул руку, помогая Джейд встать.

Она пошла за ним на танцпол. Оркестр уже играл романтическую мелодию. Жених и невеста танцевали, как и Тревор с Патрицией, и Кэролин с Артуром. Джейд радовалась, что вся ее семья празднует торжественный день Морган. Им было непросто, но они сумели стать одной большой семьей.

Джейд с довольным видом скользнула в крепкие объятия Харли и заметила, что один из ее братьев Стил танцует неподалеку с красивой блондинкой. Это был один из близнецов, но она не могла сказать, который именно. Она с трудом различала Сойера и Финна.

— Ах ты, мерзавец!

Резкий крик пронзил бальный зал, словно нож. Танцующие остановились, а оркестр перестал играть. Все повернулись и посмотрели на потрясающе красивую рыжеволосую женщину, стоящую на краю танцпола. Ее волосы были такими же огненными, как и ее характер. Она вытаращилась на близнеца, который танцевал поблизости.

— Кто это, Сойер? — спросила блондинка, танцующая с ним.

Сойер покачал головой:

— Я понятия не имею. Чем я могу вам помочь?

— Чем ты можешь мне помочь? — переспросила она с горечью. — Стой спокойно и не дергайся. — Разъяренная красотка подошла к Сойеру и с силой ударила его по лицу. Гости ахнули и замерли, ожидая, что будет дальше.

Двое из самых смелых охранников Харли вмешались до того, как ситуация обострилась. Как можно тише и осторожнее они что-то прошептали женщине на ухо и вывели ее из бального зала. Через секунду Сойер пошел за рыжеволосой красоткой, оставив растерянную блондинку на танцполе.

— Интересно, что это было? — спросила Джейд, когда снова заиграла музыка.

— Понятия не имею. Эта семейка непредсказуема. — Харли рассмеялся. — Одно я знаю точно: мы с тобой сбежим на Бора-Бора.

Content

Андреа Лоренс
Медовый месяц без правил

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог