Тара Пэмми

Невеста-беглянка

Tara Pammi

His Drakon Runaway Bride

© 2017 by Tara Pammi

© «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Глава 1

Наследный принц Дрэкона, Андреас Дрэкон, зашел в свой кабинет и внимательно оглядел собравшихся там.

– Государственный переворот? – пошутил он.

На лицах его родных читался весь спектр эмоций: тревога в глазах его сестры Элени, решимость в глазах Мии, нечто неопределенное во взгляде его брата Никандроса и полное неприятие в выражении лица Габриэля.

– Никто из нас не жаждет ни твоего места, ни популярности, ни образа жизни, Андреас, – ответил Никандрос, финансовый гений, вытягива ющий страну из хаоса, в который ее погрузил их отец.

Ник не лукавил. У Андреаса шел мороз по коже от собственной жизни. Королевский совет выбивал из него помолвку, а в СМИ участились вопросы о его душевном здоровье, причинах многократных исчезновений из страны и даже сексуальной ориентации. Расследование, которое он вел уже два года, вытягивало из него все соки. Хотя он нутром чуял, что приближается к цели.

Андреас устроился возле Мии. От нее исходил успокаивающий запах детской присыпки.

– Ну как ты, Мия?

Она взяла его ладони в свои. Он постарался не вздрогнуть. Физический контакт раздражал его, но за последние несколько месяцев он удивительно сблизился с женой брата.

– Ты не пришел проведать близнецов, Андреас. Из-за этого ажиотажа с наследниками я чувствую себя обделенной!

Он улыбнулся:

– Я вернулся лишь час назад.

– Именно поэтому мы и собрались, Андреас. Объясни, что происходит?

– Ты позволил ей оставить Алексио с Тией ради того, чтобы задать мне этот вопрос? – обратился он к Нику. Под глазами у Мии темнели круги. – Вид у тебя, Мия, довольно изможденный.

– Не становись в позу, Ник. Андреас тебя провоцирует. – Молодая женщина улыбнулась. – Мой вид, ваше высочество, обусловлен двумя вескими причинами. – Она выразительно посмотрела на Андреаса. – В отличие от некоторых. Да и на тебя, кстати, без слез не взглянешь, – добавила она с присущей ей прямотой. – Мы все за тебя очень переживаем.

Андреас сердито окинул взглядом присутствующих и, убедившись в ее словах, ощутил странный комок в горле.

– Переживать совсем не обязательно.

– Королевский совет хочет просить тебя оставить трон. Твоя дурная слава достигла апогея, – произнес Ник обманчиво спокойным тоном. – Политологи поговаривают, что в тебе начало проявляться отцовское безумие. Ты надолго оставляешь Дрэкон, никто из советников не знает твоего расписания, ты отказываешься встречаться даже с Элени и со мной…

– Так вот почему вы переполошились? – усмехнулся Андреас. – Решили, что Тэос передал мне свое безумие по наследству?

– Конечно нет! – не выдержала Элени. – Но ведь ты действительно ведешь себя странно! Только скажи, и дом Тариусов сразу провозгласит о помолвке. Коронация через два месяца, а ты…

Пиликнул его телефон, и Андреас оцепенел. Он уже знал, какие новости на него обрушатся. Трясущимися пальцами он разблокировал устройство.

«Цель обнаружена. Высылаю координаты».

У него в груди будто застрял воздух, и он с усилием выдохнул, кипя от возбуждения и злорадства.

– Передайте Тариусам, что все отменяется.

Наступило оглушительное молчание. Ник и Элени посмотрели на него с такой тревогой, что впервые за несколько месяцев Андреасу стало немного стыдно.

– Извините, что покинул вас в трудную минуту. Мне нужно было…

– θεέ mou[1], Андреас! – выкрикнул Ник. – Мы беспокоимся не о том, что впервые за тридцать шесть лет ты провел несколько месяцев для себя!

– Не впервые, – возразил Андреас. – Я брал академический отпуск. Почти десять лет назад.

Никандрос нахмурился:

– Когда Тэос пытался сделать из меня цепного пса?

– Примерно. – Тогда Андреас в пылу гнева пригрозил Тэосу, что иначе он оставит Дрэкон.

– Андреас, – робко обратилась к нему Элени. – Без жены тебя не коронуют. Это древнейший закон нашей страны. Ни один член совета не позволит тебе его нарушить. Неужели ты откажешься от престола?

Услышав, как выругался Ник, Андреас рассмеялся и неловко похлопал сестру по руке:

– Ничего подобного, Элени. Меня коронуют, как положено.

– Но тогда тебе нужна жена, – снова вклинился Ник.

Один только Габриэль стоял молча, буравя его своими серыми глазами. Его шурин знал правду.

– Как бы ты ни решил, – сказала Элени, чуть не плача, – пожалуйста, сообщи нам. Мы с Ником никогда тебя не осудим…

– Я не могу жениться на Марии Тариус, потому что у меня уже есть жена. И я два года пытался ее найти.

«Ты похож на меня во всем, Андреас. Та же жажда власти и контроля. Иначе почему твоя женушка от тебя сбежала?»

Два года эти слова преследовали его. Ну и пусть. Он готов превратиться в чудовище, если это вернет ему жену.

– Ты женился? На ком? Когда? Почему ты никогда не…

Элени затрясло, и Габриэль обнял ее за плечи.

– Она была подопечной отца. Мы обручились в мой отпуск, церемония была тайной.

– У отца была подопечная? – вырвалось у Ника.

– Ариана Сакис. – Элени произнесла родное ему имя. – Ей же тогда и восемнадцати не было…

На лицах присутствующих отразился шок.

В двадцать шесть Андреас тайком женился на столь юной особе, и вряд ли по закону… Отрасти он рога и хвост, они бы не так сильно удивились.

– Ее родители погибли в автокатастрофе. По слухам, они жутко поругались, и ее мать намеренно врезалась в дерево, – объяснила Элени Нику. – Ее отец, генерал, был близким другом нашего отца и жутким деспотом. Лишь горстка людей знала, что Тэос взял Ариану под опеку и куда-то ее отправил… Никто не знал, куда.

– В глухую рыбацкую деревушку, – произнес Андреас. – Чему она была очень рада. Пары встреч с Тэосом ей хватило.

– Там вы и познакомились? – спросил Никандрос.

Андреас кивнул:

– Я потребовал у отца год отпуска, чтобы изучить материалы для книги. После долгих споров он согласился. Но откуда ему было знать, что судьба занесет меня именно в ту деревушку…

Морозный горный воздух, синие пруды среди буйного леса, охотничий домик на отшибе, одно кафе на всю деревню… И девушка с медными волосами и широкой озорной улыбкой.

Андреас помотал головой, развеивая нахлынувшие воспоминания. Месяцы, проведенные с Арианой, стали самыми яркими в его жизни. «Все хорошее быстро кончается», – с горечью подумал он.

– Если ты на ней женился, почему никто из нас ее не видел? Ты ее никому не представил!

– Мы с отцом решили выбрать более подходящий момент, чтобы объявить о женитьбе. На протяжении трех месяцев нашего брака Ариана жила в пятнадцати километрах от дворца.

– Ты начал искать ее, когда отец стал сдавать… – Элени вздернула подбородок. Все вставало на свои места. – Так где же она обреталась?

– Отец сказал, что она погибла, когда я уехал на нефтяной саммит.

– А на самом деле? – осторожно спросил Ник.

– На самом деле она взяла десять миллионов, которые он ей предложил, инсценировала собственную смерть и исчезла в неизвестном направлении.

– Кошмар какой… – Элени всегда была предана братьям. – Да как ей только совесть позволила?

Мия помрачнела.

– Ты ее нашел, не так ли? – В ее уставшем взгляде промелькнул страх. – Андреас, что ты затеял? Эта особа явно сделала свой выбор. Все внимание Дрэкона будет приковано к ней.

Подобных речей он наслушался с юности. «Все внимание прессы будет приковано к тебе и к женщине, которую ты выберешь», – постоянно твердил ему Тэос.

Она должна иметь либо баснословное богатство (как, например, сестра Габриэля), либо благородное происхождение (Мария Тариус обладала и тем и другим), либо это будет женщина со связями, которая согласится стать марионеткой.

Ариана не подходила ни по одному пункту.

– Ты мог бы с ней развестись, – нарушил молчание Габриэль.

– По дрэконским законам после подачи заявления супружеская пара должна ждать полтора года, – угрюмо объяснила Элени. – Коронация через два месяца, он уже не успеет.

Андреас беспечно улыбнулся:

– Отец предположил, что официального свидетельства о смерти будет достаточно, чтобы положить конец нашему браку. Но Ариана жива. И при всем желании я бы не смог жениться на Марии Тариус. Ариана станет следующей королевой Дрэкона.

Заявление, слетевшее с его губ, прозвучало как гром среди ясного неба.

И Андреасу это чертовски понравилось. В том числе потому, что его отец от этого перевернулся бы в могиле.

Она смотрела на белокаменную стену живописной церквушки на окраине Форт-Коллинса[2], дрожа всем телом. И холодный октябрьский ветер, продувавший насквозь ее свадебное платье, был ни при чем.

Призраки прошлого никак ее не покидали. Хотя минуло целое десятилетие с того момента, как она вышла замуж за Андреаса Дрэкона в заброшенной часовне рыбацкой деревушки в горах.

Друзья, коллеги в адвокатской конторе и немногочисленное население Скалистых гор знали ее как Анну. Анна не была импульсивной авантюристкой, которая разрушила себя во имя любви. Анна не имела вредоносной страсти к мужчинам, не умеющим любить. Через пару часов она станет женой Магнуса.

Или…

Друзья, наверное, решат, что она спятила. Но она должна спастись от безумия. Вчера она едва притронулась к еде, а за ужином в их честь и вовсе отказалась есть.

Она машинально вытащила из кармана телефон и судорожно открыла интернет-страницу. На ней отобразилась статья, которую она перечитывала весь последний месяц. Она жадно просмотрела текст, словно в нем могло что-то измениться. Наследный принц Дрэкона, Андреас Дрэкон, объявит имя будущей королевы непосредственно перед коронацией.

Наверняка это образованная царственная особа, занимающаяся благотворительностью, обладающая огромным состоянием и прекрасной родословной. Мягкая и женственная, она отлично дополнит его угрюмую, сдержанную натуру.

Конечно, рано или поздно Андреас должен был жениться и выбрать в жены куда более подходящую особу. Он и так ждал слишком долго. Когда она прочитала новость о коронации, у нее как будто заново разбилось сердце. Может, это и вынудило ее принять предложение Магнуса?

Ɵeé mou, неужели она и ему жизнь сломает?! Солнце, выглянувшее утром, скрылось под темными тучами; погода отражала ее мрачные мысли. Она должна порвать с Магнусом. Пока не причинила ему боль, пока не…

Ход ее мыслей прервал рев двигателя мощного автомобиля. Она подняла голову и похолодела, от всей души желая стать невидимкой и слиться с голыми серыми деревьями, однако громкое биение сердца свидетельствовало о том, что она жива.

К капоту дорогущего европейского автомобиля, припарковавшегося в двух шагах от нее, был прикреплен черно-золотой флаг, который развевался на сильном ветру. Она помнила этот символ – золотой дракон, изрыгающий пламя. Она знала человека, сидевшего внутри, а он знал ее лучше ее самой.

У нее подкосились ноги, и она ухватилась за тонкий ствол дерева. Инстинкт выживания велел ей бежать что есть мочи, но тело не подчинилось. Ни один ее мускул не дернулся, когда дверца машины открылась, и она увидела знакомую худощавую фигуру.

Он ее нашел. Господи, он настиг ее через десять лет.

Перед ней стоял Андреас Дрэкон, будущий король Дрэкона. Его распахнутое черное пальто колыхалось на ветру, волнистые волосы цвета воронова крыла небрежно ниспадали на лоб. Каждое его движение было исполнено самоуверенности. Высокие скулы, римский нос, тонкие губы… Взгляд угольно-черных глаз, сверкавших как опалы, был непроницаемым. Он оглядел ее трепещущее тело и посмотрел прямо в ее лицо:

– Kaλnméρa[3], Ариана.

Их взгляды встретились. Эти глаза… Когда-то она в них уже тонула. Она заставляла их сиять от смеха и темнеть от страсти.

Ариана с силой потерла грубую кору дерева, надеясь, что боль пробудит инстинкт самосохранения и здравый смысл вытеснит эмоциональное наваждение. Андреас напоминал темного ангела, жаждущего расправы.

– Не лучший день для свадьбы, правда, aκρißá mou?[4]

Значит, он знает. Ариана облизнула пересохшие губы. Интуиция ее не обманула.

– Что ты здесь делаешь?

– Здесь – это в милом городишке, в котором ты скрываешься? – зловеще произнес он, стоя абсолютно неподвижно.

Со стороны они сошли бы за друзей, болтающих о пустяках. На его равнодушном лице не было злости. Только налет сарказма.

– Или здесь – это возле маленькой красивой церкви туманным утром, где ты ждешь мужчину, за которого вот-вот выйдешь замуж? На какой вопрос мне отвечать? В широком или узком смысле?

Ариана закрыла глаза, но это не помогло. Его присутствие накаляло атмосферу и заставляло ее тело трепетать. Набрав в легкие ледяного воздуха, она распахнула глаза. Кажется, к ней возвращалась жизнь – вместе с воспоминаниями и паникой. Как же она забыла, что чем спокойнее звучал голос Андреаса, тем сильнее была его ярость?

От ветра у нее заслезились глаза. Ну конечно, от ветра.

– Не надо меня забалтывать, Андреас.

Он царственно склонил голову:

– Скоро я стану королем. Самое время, чтобы решить одно дельце, касающееся нас обоих. Ты обманула и бросила меня. Как бы я узнал, когда ты решишь вернуться?

По ее спине пробежали мурашки.

– Отправляйся в свой любимый Дрэкон. – Несмотря на все усилия, Ариана не сдержала горечи. – Тебе не о чем беспокоиться. Мы с тобой… – осеклась она, но на его лице не дрогнул ни один мускул. – Мы с тобой просто осколок другой жизни. Журналистам не добраться до нашей истории, и я не дам им повода. И вообще, Ариана Сакис мертва.

Андреас встал перед ней, заслонив собой весь мир. До нее донесся запах сандала, подкрепленный жаром его тела. Он пробуждал чувства и воспоминания. Откуда мог взяться жар в таком хладнокровном человеке? Его страстность всегда контрастировала с жестокостью.

– Ариана Дрэкон, – поправил он ее. – Не забывай, ты до сих пор моя.

– Можешь править своей чертовой страной сколько угодно, Андреас. – В ее голосе прозвучала паника. – Но только не мной! С минуты на минуту сюда придет Магнус, и я не хочу…

– Его предупредили. Он не придет.

С какой уверенностью Андреас стоял здесь и рушил ее жизнь, с какой невозмутимостью! Ей ужасно хотелось сорвать с него эту маску, выбить его из колеи, но это было чревато последствиями. Находиться рядом с ним – как кататься на американских горках: и страшно, и весело.

Но она хотела об этом забыть.

– И что ты наплел Магнусу?

– Чтобы он отступил, если ему еще дорога жизнь.

– Так вот до чего ты докатился? Ты стал таким же гнусным манипулятором, как твой отец?

Он стиснул зубы.

– Как любой разумный человек, Магнус не захотел участвовать в двубрачии. Между прочим, он был крайне разгневан твоим обманом.

– Двубрачие? – Ариана подскочила к нему. А зря. – Ты о чем это?

Андреас привалился к дереву, словно у него было полно свободного времени. Словно для него не было большего удовольствия, чем наблюдать за ее смущением. Словно он тысячу раз проигрывал этот момент в голове и наслаждение его не кончалось.

Она схватила его за отворот пальто, но Андреас не шелохнулся.

– Ты о чем?

Он плотоядно улыбнулся:

– Вы с моим отцом упустили одну маленькую деталь. Если бы я не узнал, что ты жива, она бы не сыграла роли. Но правда открылась.

– Что за деталь?! – воскликнула Ариана.

События тех роковых дней хаотично мелькали у нее в голове. Ею двигали звериные инстинкты, и, послушавшись короля Тэоса, она совершила худшую ошибку в жизни. Ей хотелось покинуть Дрэкон, прежде чем Андреас вернется с саммита. Чтобы любовь не успела снова застить ей глаза. Наивная, она стала легкой мишенью для манипулятора Тэоса. Но теперь Андреас ей не поверит. Никогда не нарушавший правил и высоко ценивший свое слово, он воспринял ее исчезновение как предательство.

Она взяла его за подбородок, заставляя встретиться с ней взглядом.

– Что за деталь, Андреас?

Он по-прежнему к ней не притрагивался, но от его взгляда у нее перехватило дыхание. В нем читались все его чувства: ярость, возмущение и странное удовольствие.

– Документы, которые ты подписала у Тэоса, аннулирующие брак. Он никогда мне их не показывал. Несколько месяцев назад я нашел их. Суд их не примет. Ты до сих пор моя жена.

Глава 2

Неприкрытый ужас отразился в глазах Арианы. – Твоя жена? – повторила она, не веря своим ушам.

Андреас жадно вглядывался в ее лицо, и его кожу покалывало от возбуждения, которое могла вызвать одна Ариана.

Ее медные волосы, как всегда, были завязаны хитроумным узлом, внушительный размер которого вечно причинял ей неудобства. Высокие острые скулы придавали немного изможденный вид. А кожа все еще хранила золотистый оттенок, хотя сейчас казалась мертвенно-бледной.

– Мы до сих пор женаты, Ариана. Десять лет душа в душу. Но вот ведь досада – теперь ты хочешь выйти за другого.

Ее пальцы безвольно разжались.

– Ариана мертва, – произнесла она одними губами.

Фраза, которая преследовала его восемь лет. Как он только не представлял себе ее смерть, миллионы раз. Андреас винил себя в том, что оставил ее с отцом. Он прошел через ад, уверенный, что это он не уберег ее.

Андреас опустил руки по швам, борясь с желанием сжать ее в объятиях, словно в тисках, прислонить к дереву и впиться в ее губы. Поскольку видеть Ариану – значило хотеть Ариану. Он не помнил того раза, когда бы ему не хотелось грубо ею овладеть. И все-таки страсть казалась бледной тенью по сравнению со жгучим желанием убедиться, что она жива, что она не плод его воображения, не призрак из ночных кошмаров.

Внешне Ариана совсем не изменилась. Хрупкая, угловатая фигура. Красивые глаза, слишком большие на лице девочки-сорванца. Прямой острый нос и нежные пухлые губки – ни один мужчина при виде их не смог бы сдержать похотливых мыслей. Изменился лишь взгляд. Волшебный огонек в нем померк, вытесненный беспокойством.

Андреасу захотелось оттолкнуть ее, чтобы она перестала его трогать, как в старые добрые времена, но система уже дала сбой. Его тело успело отреагировать. Аромат Арианы, смешанный с запахом ее любимого лавандового крема, запустил его кровоток. Андреасом овладели воспоминания, от которых его бросило в жар.

– Хорошенькая месть, – прошептала она.

Как близко они находились друг от друга… Его сердце колотилось как бешеное.

– Ты просто играл со мной, когда на весь мир заявил о женитьбе. И теперь ты мне угрожаешь. А все потому, что я имела наглость уйти от такого самоуверенного, жестокого тирана, как ты, Андреас.

Он ухмыльнулся:

– По-твоему, твое предательство и ложь меня уязвили и я хочу тебе отомстить?

– Конечно. Иного от тебя ждать не приходится.

Андреас дернулся, словно от удара. Даже сейчас, загнанная в угол, Ариана умудрялась ему противостоять.

– Твои юристы могли бы все уладить. Ты мог бы передать мне документы о разводе с каким-нибудь слугой. Но нет… Ты захотел лично разрушить мою жизнь, а потом вернуться в свое треклятое царство.

– Ошибаешься. Я приехал не только для того, чтобы расстроить твою свадьбу.

– А для чего же?

– Я ждал этого момента два года. С тех пор как отец случайно обронил, что ты жива. Скоро я взойду на престол, и мне нужна жена. Я приехал, чтобы забрать тебя домой, в Дрэкон.

В ее глазах мелькнула паника. Внутренняя битва словно надломила ее. Ариана вдруг как-то сжалась.

– Ты шутишь…

Наконец он коснулся ее, погладил кончиком пальца по изящному подбородку. По ее коже пробежали мурашки.

– Ты же знаешь, у меня нет чувства юмора.

– Нет… Невозможно… – выдохнула она.

Ее хрупкое тело обмякло. Андреасу пришлось поступить так, как обычно поступают люди в таких обстоятельствах. Девушка упала в обморок – значит, ей нужно помочь. Ему вдруг стало страшно. Лиф ее платья так сильно сдавливал грудь, что Андреасу пришлось вытащить карманный нож и разрезать ткань. Голубоватое пятно возле ее губ начало исчезать – а с ним и его паника.

Он поднял ее легко, как пушинку, и зашагал к машине. Ледяная ярость оттаивала, сменяясь удивлением. Внешне она не изменилась, но вот внутри… В ней появилась какая-то ранимость и надломленность.

Он ожидал увидеть лучезарную, беспечную невесту, готовую к новым приключениям. Он думал, что Ариана будет прожигать отцовские деньги на курортах. Он был не готов увидеть ее такой – с запавшими глазами, работающую сутки напролет в адвокатской конторе. Едва ли она хорошо зарабатывала. Квартиру размером с туалет у него во дворце она делила еще с одной женщиной. Он никогда бы не поверил, что его взбалмошная жена заинтересуется изучением права, не говоря уже о дипломе и практике.

Андреас бережно уложил Ариану на сиденье и примостился рядом. Варварские планы помучить ее разбились в прах, пока он нес ее на руках. Она вечно нарушала все его планы. Ариана могла насмешить его до колик или пробудить в нем тоску по неизвестно чему. Или возбудить его до потери разума.

В то лето Ариана по-настоящему его околдовала. И Андреас совершил немыслимое, женившись на ней, когда должен был уезжать. Окольцевать ее значило удержать при себе источник удовольствия. С ней он чувствовал себя не просто наследным принцем, а кем-то бóльшим. Он забывал обо всем, упиваясь этим ощущением, и считал это достаточным основанием для того, чтобы ее заарканить.

Увы и ах. Она разрушила их жизнь с той же беспечностью, которая его тогда привлекла. Арианы, его жены, больше не существовало. Но отпустить ее он не мог.

* * *

Ариана медленно приходила в себя. Во рту у нее пересохло, голова была как в тумане.

– Выпей.

Несмотря на накопившиеся вопросы, она молча взяла бутылку и отпила из нее. Холодная, бодрящая вода оказалась как нельзя кстати. На этикетке значилось: «Горный источник Аидаса», на ней была изображена потрясающая горная гряда Дрэкона… Дрэкон!

Ариана огляделась. Ее окружали стены из кремовой кожи. Сдержанно-дорогая обстановка, неяркое освещение… Она находилась в салоне частного самолета, принадлежавшего дому Дрэконов. Порядок событий постепенно восстановился. Андреас сказал, что они до сих пор женаты. Он намерен отвезти ее обратно в Дрэкон. Он поймал ее, когда она упала в обморок.

Ариана в панике вскочила. Пол у нее под ногами качался. Корсет ее струящегося свадебного платья был разрезан ровно посередине. Распоротый лиф, вышитый бисером, открывал очертания грудей. Запахнувшись обеими руками, Ариана шагнула вперед на ватных ногах. Но не успела она сделать второй шаг, как Андреас оказался рядом.

Человек твердый как скала, на которой высился дворец.

– Как я здесь оказалась? Что это за шум?

– Мы готовимся взлетать.

– Через мой труп!

– Сядь, Ариана.

– Прочь с дороги!

– Ты никуда не пойдешь.

– Клянусь, Андреас, если ты не отпустишь меня…

Он оттеснил ее назад:

– Успокойся, а то снова потеряешь сознание.

– Как ты смеешь? Мерзавец! – И Ариана замахнулась на него.

Звук пощечины напомнил раскат грома, после которого наступила полная тишина. Пораженная, она уставилась на собственную руку. Андреас даже не притронулся к своему лицу. Едва заметно вздрогнул – и больше никакой реакции. Он по-прежнему удерживал ее.

– Тебе это доставляет удовольствие, Ари?

У нее перехватило дыхание.

– Извиняться не буду.

Он молча пожал плечами. Будничный жест подлил масла в огонь.

– Ты что, похищаешь меня? А как же приличия и благопристойность и сто миллионов правил, которые ты требуешь соблюдать? И после этого ты меня похищаешь?

Конечно, все шло по его плану. Ариана буквально угодила ему в лапы, упав в обморок.

– Если я завалю тебя на кровать и успокою насильно, тебе это не очень понравится. А может, я ошибаюсь? Мы оба знаем, что происходит, когда я ложусь на тебя сверху.

Равнодушная деловитость его угрозы заставила ее похолодеть.

– Проверим мою теорию на практике или ты угомонишься?

– Дай пройти!

Дальше все случилось молниеносно. Ее ноги оторвались от пола, и Ариана плюхнулась на кровать. «Время пришло, Ари, – прошептал противный внутренний голос. – Ты зря прятала голову в песок. Ты знала, что рано или поздно он тебя достанет».

Сколько они так сидели, неизвестно. Ариана пыталась выровнять дыхание и унять панику, а Андреас разглядывал ее из кресла в углу. Как лев, выжидающий момента, когда жертва даст слабину.

Длинное пальто и пиджак куда-то делись. На нем осталась белая сорочка и великолепно скроенные черные брюки. На его шее висел солдатский жетон, напоминавший о дрэконской армии, в которой Андреас проходил службу с пятнадцати до восемнадцати лет.

Хищно сверкнули платиновые часы на его левом запястье. Дизайнерские итальянские ботинки мрачно заблестели, когда он закинул ногу на ногу.

Он похудел и от этого выглядел еще более холодным и замкнутым. На лице появились морщины, особенно возле рта. В двадцать шесть это был раздражительный и чопорный красавец. Десятью годами позже Андреас с этим свыкся и стал еще более самоуверенным и безжалостным.

Даже незначительные детали возвращали Ариану в прошлое, и воспоминания били по больному. У нее снова пересохло во рту, а сердце начало неистово колотиться – как всегда, когда Андреас находился рядом.

Ариана посмотрела ему в глаза. Подперев подбородок кулаком, он вскинул бровь. Он не смеялся над тем, что она глазела на него как подросток. Ему не нужно было тешить свое эго. Андреас Дрэкон был хитер как лис. Женщины слетались к нему как мотыльки на огонь. Актрисы и модели, директора и принцессы – все падали к его ногам.

Историк, ветеран военных действий, умелый оратор. Господи, да он был непревзойден во всем! И все-таки он выбрал ее.

Ариана нахмурилась. Андреас критически рассматривал ее фигуру. В воздухе чувствовался жар его тела. Она прижала пальцы к виску.

Не отрывая от нее взгляда, Андреас встал, подошел к кровати, на которой сидела Ариана, взбил подушки, накрыл ее пуховым одеялом и протянул ей еще одну бутылочку воды, которую она осушила за несколько секунд.

Внезапно Ариана истерически захохотала. Сумасшедший хохот продолжался, пока из глаз у нее не хлынули слезы.

Он снова недоуменно вскинул бровь.

– Много женщин могут похвастаться, что им прислуживал Андреас Дрэкон? – съязвила она.

– А у тебя по-прежнему идиотское чувство юмора.

Андреас сел на край кровати, и она напряглась. Ее тело просто не выдерживало его близости. Оно горело от желания.

– Что с тобой происходит?

– Радуйся, что я не расцарапала твое прекрасное лицо. А надо было. Небольшой изъян сделал бы тебя похожим на человека.

Андреас вздохнул. Как всегда, когда Ариана наносила удар ниже пояса.

– Я имел в виду обморок.

– Увидел бы себя со стороны, сам бы упал.

– Продолжай в том же духе и лишний раз докажешь, что ты все та же беспечная, упрямая девчонка.

– Вы выставляете меня в дурном свете, ваше высочество.

Их взгляды встретились.

«Ваше высочество! Ну-ка, улыбнитесь! Это называется „стопка водки“, ваше высочество!»

Какой же она была наивной и глупой… И как он вообще позволял ей себя дразнить?

– Перестань, Ариана. – В его тоне наконец проскочила нотка раздражения. – Не окажись я рядом, ты бы лежала в траве, на холоде, бог знает сколько. Что за новая выдумка?

– Какая выдумка?

– То у тебя шоколадные печенья с марихуаной, то водка для похудения… Продолжить список? Ты всегда безрассудно относилась к своему здоровью.

Ариана помассировала виски. Он был прав. В неожиданно свалившуюся на нее свободу она окунулась как в омут. Видимо, чтобы заглушить чувство вины за смерть родителей. Она кинулась изучать все грани жизни после семнадцати лет заключения в золотой клетке. Андреас считал ее чокнутой. Она такой и была, но не последние десять лет.

Жгучая тоска сковала ее. Ариана прижала руки к животу.

Освобождение из его плена далось высокой ценой, но оно помогло ей обрести себя и укротить желания, которые могли бы ее уничтожить. Так продолжалось вплоть до последнего месяца, пока новость о коронации не посеяла внутри ее страх.

– Ариана?

– Я… Я съела вчера салат, и с тех пор больше ничего. Неделя выдалась сложная. На работе аврал, а сегодня утром я перенервничала. Раньше я не теряла сознания. – Кроме одного раза, когда Ариана покидала Дрэкон, узнав, что находится на третьем месяце беременности. – Колорадо расположен высоко над уровнем моря, и мне иногда становится трудно дышать.

– Горный воздух усугубляет астму. Я проверял твою сумочку и не нашел в ней ингалятора.

Ариана вздрогнула. По идее, Андреас должен был вычеркнуть из жизни все, что было с ней связано. По крайней мере, когда вскрылась ее чудовищная ложь. Но, похоже, они с Андреасом оба хранили в памяти все детали их романа и скоротечного брака.

– Да, астма время от времени проявляется. Но это ерунда.

– Ерунда?

– По сравнению с тем, что я обрела в этом городе. Я нашла здесь свою аудиторию. Меня ценят. Многие женщины рассчитывают на меня. – Ариана пристально посмотрела на него. – Так что твое заявление безосновательно.

– Ты хоть когда-нибудь слышала от меня безосновательные заявления?

Андреас никогда не говорил, что любит ее, даже в приступе страсти, даже когда терял контроль. А это было потрясающее зрелище: бесстрастный, чопорный, сдержанный принц теряет над собой контроль в ее постели.

Она свесила ноги с кровати. Когда Андреас приблизился, чтобы предложить ей помощь, Ариана остановила его взмахом руки. Изуродованный корсет распахнулся, но ей было плевать. Как и на то, что наружу выглянуло и нижнее белье. Андреас опять переворачивал ее жизнь, и тут нечего стыдиться. Ей придется дать отпор, если она хочет двигаться вперед.

– Сам посуди, Андреас. Твой отец был прав: во мне нет ни капли благородной крови. Мне не суждено стать королевой Дрэкона. И ты был с этим согласен, когда мы уезжали из деревни, – с трудом вымолвила она.

– И что с того?

Андреас сожалел о своей женитьбе, Ариана это знала. Но прошлого не вернешь.

– По-твоему, сейчас я должна быть уступчивее? За эти десять лет я убедилась, что поступила правильно. Иначе мы бы разрушили друг друга.

Андреас мгновенно оказался возле нее, и у Арианы перехватило дыхание, когда он нежно взял ее за подбородок. На миг в его черных глазах засветилась живая эмоция. Звериный гнев и что-то еще. Ранимость?

– Глупышка Ари! Думаешь, мне не все равно? Восемь лет мне не давала покоя твоя смерть. А когда у Тэоса вырвалось, что ты не только жива, но и приняла его деньги… – Он начал закипать. – Я мучился два года.

Ариана опешила. Конечно, это был удар по его самолюбию. Но чтобы Андреас признался, что он страдал из-за нее… Скорее Солнце начнет вращаться вокруг Земли. А вдруг… Вдруг он к ней действительно что-то чувствовал?

– Тэос, наверное, тобой гордится.

– Тэос умер, agapita, – мягко произнес Андреас, но в его глазах сверкнула злоба. – Он уже давно на меня не влияет. Я стал независимым, Ари. Разве ты не этого добивалась?

Услышать бы это десять лет назад…

– Как только мы приземлимся, я обращусь в СМИ! Твоя репутация этого не выдержит!

Он хищно оскалился:

– Так ты наводила обо мне справки?

Ариана фыркнула:

– Одно мое слово – и дом Дрэконов увязнет в кошмарном скандале!

– Ты правда мне угрожаешь?

– Я должна жить здесь! – выкрикнула она, поддаваясь панике. – У меня здесь клиенты!

– Твой жених чуть наизнанку не вывернулся, спеша принять мои условия. Он возьмет контору на себя и будет молчать до конца своих дней.

– Я вложила все свои силы в эту контору!

– Ты создала ее на грязные деньги, взятые у моего отца. А если учесть, что мы до сих пор женаты…

– Половина из того, чем я владею, принадлежит тебе, – закончила она. Мысли бешено крутились в ее голове. – И тебе нужно, чтобы Магнус молчал.

У нее оставался последний рычаг давления. Но Андреас не дал ей и слова вставить.

– А что же ты не думаешь про своих клиентов? Что с ними будет, когда откроется твой истинный облик? Ты десять лет всем врала.

– Врала? Я трудилась, чтобы получить образование! И открыла общественную адвокатскую контору, чтобы помочь женщинам!

– А когда все узнают, что ты не Анна Харрис, а Ариана Дрэкон, жена принца…

– Мои клиенты окажутся в центре внимания, равно как и я… – закончила она. – А ведь их уже предавали… Мужчины, которым они доверяли. Значит, я должна молчать. Так получается, Андреас?

Он криво усмехнулся, и у нее сжалось сердце.

– Знаешь, во что из твоего рассказа о прекрасной новой жизни мне особенно трудно поверить?

– И во что же? – огрызнулась она.

– Что ты нашла глубокий смысл своему хаотичному существованию. И посвятила себя служению несчастным.

Ариане от всей души захотелось ударить Андреаса по его красивому, аристократичному, породистому лицу. У нее ушло десять лет на то, чтобы прийти в себя, осмыслить свою потерю, выбрать достойный путь. А он взял и все перечеркнул! Он нарочно провоцировал столкновение, чтобы она вышла из себя и поплатилась за это. Она нападет, а он ее усмирит… Итог один. Атмосфера сгущалась.

После каждой подобной стычки за три ужасных месяца брака они оказывались в постели. Или у стены. Или она на шезлонге, а его голова у нее между ног. Воспоминания, словно вспышка молнии, промелькнули в его угольно-черных глазах. Усилием воли Ариана отвела взгляд.

Надо объяснить ему, что эти десять лет она рассчитывала лишь на свои силы. И сама устроила свою жизнь.

– Мне важны мои клиенты и их личное пространство. Я не хочу, чтобы нашу с Магнусом работу посчитали профанацией. Поздравляю, ты добился своего, я буду молчать. Но ничего больше.

– Забавно! Ты что, можешь быть верной своему мужчине? Я сказал Магнусу, что ты бы все равно рано или поздно бросила его, ощутив тягу к свободе.

Ариана вздрогнула. Скорее всего, она на самом деле так и поступила бы. И не потому, что считала себя леди-вамп, а потому, что Магнус достоин лучшего.

– Ты считаешь меня потаскушкой? Не ожидала от тебя такого… Если наша связь обнародуется, твой светлый образ пострадает.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне было восемнадцать, Андреас. Ты… сразил меня наповал. После смерти родителей я была в полном смятении, а ты не был похож ни на кого из моего окружения. Ты хоть понимал, что для меня значило твое внимание? Тебя не интересовали принцессы, модели и важные персоны… Ты смотрел на меня. Странную, бесшабашную, раскованную Ариану. И ты на мне женился. Поэтому, если хочешь кого-то винить, то только себя.

– Это не оправдывает выдумку с автокатастрофой! – рявкнул он. – Может быть, я тебя и отпущу, Ариана. Если найду в своей душе немного милосердия. И ты снова станешь Анной Харрис и продолжишь спасать женщин.

Андреас был готов взорваться. Он презирал и ее, и себя, потому что не мог от нее отказаться.

– Значит, это месть?

– Называй как угодно. – Андреас заметил ее порванный корсет и сжал кулаки с такой силой, что костяшки его пальцев побелели. Как плохо, оказывается, он собой владеет! – Ты должна поесть и отдохнуть. Не вынуждай меня применять силу. Мы оба знаем, чем это кончится.

Ариана вернулась на кровать, желая провалиться на месте от его обвиняющего взгляда. Впервые за время их знакомства она была рада его железной выдержке. Ведь даже по прошествии многих лет она не могла противостоять наследному принцу Дрэкона.

Глава 3

– Госпожа Дрэкон? Ваше высочество?

Ариана так резко дернула головой, что у нее заболела шея, и уставилась на стюардессу, терпеливо ожидавшую ее пробуждения.

Значит, тайное стало явным. Ариана ощутила странную обреченность. Не потому, что сдалась, а потому, что сама была во всем виновата. Как бы ни поступал Андреас, как бы она ни презирала его под конец их брака, она явно недооценила эффект, произведенный на него новостью о ее смерти. Когда она узнала о его помолвке, чувство вины утихло.

Она была птицей не его полета, и то, как скоро Андреас нашел ей замену, стало тому подтверждением. Скорее всего, за этим стоял Тэос. Он держал наследника на коротком поводке, а Ариану рассматривал как слабость, которую необходимо исключить из жизни сына.

Стюардесса покосилась на буйную шевелюру Арианы, напоминавшую амазонские джунгли, и ее разорванное платье. Поежившись, Ариана встала с кровати и сдернула с себя испорченный наряд. Лицо женщины засветилось плохо скрываемым любопытством.

– Я позабочусь о платье, ваше высочество. Его починят.

– Не стоит…

– Сожгите его! – скомандовал голос у двери.

Задрожав, Ариана, насколько могла, закрылась руками.

Стюардесса быстро посмотрела на нее, потом на Андреаса, словно хотела понять, как этой потрепанной простушке удалось заарканить самого влиятельного и роскошного мужчину в Дрэконе. Если Андреас поступит по-своему, этим вопросом будет задаваться весь мир.

Он без зазрения совести пожирал ее взглядом. От волнения ее груди тяжело вздымались и опускались, внизу живота разлилась томительная боль, а соски напряглись под тонкой тканью бюстгальтера.

– Уже оцениваешь меня? – выпалила она от ужаса, не обращая внимания на стюардессу.

Андреас медленно закрыл глаза, а потом вперил в нее мрачный взор.

– Я зашел проверить, проснулась ты или нет. Петре нужен рецепт для ингалятора. Не хочу, чтобы ты везде падала в обморок.

– Петра?

Он хмуро кивнул, полез в телефон, набрал сообщение и снова посмотрел на Ариану.

Петра была высокой, статной блондинкой с ученой степенью. Она происходила из аристократической семьи и окончила знаменитый Дрэконский университет. Старинный друг Андреаса и его тень, шпион Тэоса, в немалой степени усугубившая подозрительность и ранимость Арианы.

– Значит, она по-прежнему в курсе твоей личной жизни. Повторяю, я упала в обморок из-за стресса и тугого корсета. Хватит обращаться со мной как с хрустальной вазой.

Андреас пожал плечами:

– Петра летит с нами. Если что-то понадобится, обратись к ней.

– И не подумаю, – решительно сказала Ариана.

Он вопросительно посмотрел на нее.

– Если ты приведешь меня во дворец, я не дам себя спрятать, словно я – позорное клеймо на доме Дрэконов! Я не позволю твоим высокомерным слугам задирать нос. Я не собираюсь общаться с твоими фаворитками и не позволю, чтобы мной играли, как марионеткой.

Андреас должен понять, кого он выбрал и насколько она не соответствует намеченной роли.

– Оставь нас, – бросил он стюардессе, не отрывая взгляда от Арианы.

Женщина, складывающая злополучное платье, застыла.

– Платье сжечь, – повторил он.

Стюардесса кивнула и испарилась.

По-прежнему пытаясь прикрыться руками, Ариана кое-как схватила одеяло и завернулась в него. Но как она ни пыталась, спрятать получалось либо грудь, либо бедра. Она выбрала бедра. Бюстгальтер в достаточной мере скрывал ее скромную грудь. Маленький шрам внизу живота был почти не виден при тусклом освещении, но рисковать было нельзя. Закрыв глаза, она приказала себе успокоиться. Ситуация с Андреасом была взрывоопасной и без лишних откровений.

Смерть ее драгоценного мальчика невыносимым тяжким бременем легла на душу Арианы. Андреас воспринял бы эту новость как двойное предательство, увидев в этом потерю возможного наследника, – фигуры, которая могла бы олицетворять будущее Дрэкона. Ее съедало горе и чувство вины и без его реакции, которая, несомненно, последует, ведь бессмысленно надеяться, что она не окажется в его постели. Притяжение между ними сохранилось, несмотря ни на что.

Ариана написала на листке фамилию и номер своего врача и повернулась к Андреасу:

– Мне еще нужен рецепт для противозачаточных…

Вспомнив их последнюю перед разрывом стычку, Андреас изменился в лице. Закутанная в одеяло, Ариана с бешено колотящимся сердцем подошла к нему:

– Ты что-то хотел сказать?

Вырванный из прошлого, он медленно поднял на нее глаза:

– Нет. Теперь я не настолько жесток, чтобы вовлекать во все это ребенка.

– Значит, рано или поздно ты меня отпустишь?

– Нет, – задумчиво ответил Андреас.

– Но разве это не моя прямая супружеская обязанность – родить как можно больше наследников? Служить племенной кобылой?

В уголках его губ появились печальные глубокие складки, и он бесстрастно ответил:

– Наследниками станут близнецы Никандроса.

– Понятно, – выдавила Ариана. Зачем она так на него наседает? Наверное, ей хочется, чтобы он тоже помучился. – А что у нас по расписанию? Я успею найти нового врача и таблетки, пока Петра и весь персонал не успели пронюхать?

Он удивленно взглянул на нее:

– О чем пронюхать?

– О сексе, Андреас! Об унизительном сексе, который нас с тобой ждет. Кстати, ты выделил на него время? Это ведь твое орудие мести? Я никогда не могла тебе отказать.

Ариана гордо отвернулась, но Андреас вдруг схватил ее за руку так сильно, что она не сомневалась: вскоре на этом месте появится синяк. Но удовольствие, которое она получила, наконец разозлив его, того стоило.

– Унизительный секс?

Андреас развернул ее к себе, одеяло сползло, и она похолодела от страха.

– Ты решила, что я буду тебя принуждать? Ты и правду можешь вывернуть наизнанку, agapita? А невинности ты, случайно, не против воли лишилась?

С ее губ слетел короткий нервный смешок.

– Ну нет, такого не было. – Она уткнулась носом в его грудь, пряча улыбку. – Даже тут мы не сходимся во мнениях, да, Андреас?

Он взглянул на нее так, словно она сошла с ума. По правде говоря, она и сама этого боялась.

– Почему же?

– Я до сих пор убеждена, что это я тебя соблазнила, а ты убежден, что ты меня соблазнил.

Андреас не засмеялся. Его тонкие, суровые губы не дрогнули. Но хватка ослабла, а взгляд как будто смягчился. Он коснулся пальцем кончика ее носа. Ариане показалось, что он хотел дотронуться до губ, но в последний миг передумал. Он был возбужден, и это наделяло ее властью.

– Ты бросила мне вызов. Бросила вызов всему, что для меня важно: Дрэкону, моим родным и отцу, – задумчиво произнес он, словно воскрешая в памяти первые месяцы их знакомства.

Когда он впервые зашел в кафе, где работала Ариана, то представился просто Андреасом. Она, разумеется, его узнала. И только рассмеялась, когда он попросил ее сообщать, если ей что-нибудь понадобится. А потом поняла, что он абсолютно искренен. Он хотел присматривать за подопечной отца.

Вот и присмотрел…

Андреас приходил в кафе каждый вечер. На его столике громоздились два огромных фолианта, газетные вырезки и распечатки документов. Ни словечка, ни приветствия. Никаких разговоров с другими посетителями. Сумрачный взгляд следил за ней всю ночь, до самого утра. Кажется, он считал ее привлекательной. С первого дня Андреас начал провожать ее до дома, причем они не перебрасывались ни единой фразой. Никогда в жизни Ариана не чувствовала такого пристального внимания к своей персоне.

Так прошел целый месяц, а потом Ариана потеряла терпение.

– Ваше высочество! Вы что, мой цепной пес?

Она поежилась, вспомнив свое вопиющее поведение.

А он тогда ответил:

– Вам не следует выпивать с чудаками, мисс Сакис.

Андреас проводил ее на вечеринку, а после отвез в тесную хибару, которую она делила с тремя девушками. Следующий месяц она пыталась пробить его броню дерзкими насмешками. А потом Ариана узнала о смерти своих родителей. Аварию спровоцировала ее мать. Она лишила жизни себя и своего мужа.

Ариана тогда обезумела от горя. В тот день Андреас не задал ей ни одного вопроса, но и не отходил от нее ни на шаг. Словно тень, он преследовал ее до ночи, когда она сорвалась из кафе на вечеринку, с вечеринки на прогулку по берегу и лишь потом отправилась домой. По дороге Ариана наконец осознала, что осталась одна, хотя сама так сильно этого хотела, и разрыдалась. У нее дома Андреас присел рядом с ней на диван, но так, что даже их тени не пересекались. Он всегда следил, чтобы случайно ее не коснуться. И внезапно начал говорить, не заботясь о том, слушает она или нет.

Андреас начал с причины его приезда в деревушку – вопросами об этом она донимала его бессчетное количество раз. И тогда Ариана впервые услышала легенду про дракона и воинов. Несколько часов Андреас рассказывал ей предания и историю Дрэкона, а также о скрупулезном исследовании, которое он проводил в свободное время, а оно выдавалось редко.

В его страстном монологе Ариана разглядела личность, скрывавшуюся под непроницаемой маской. Это был историк, оратор, мечтатель. Она ему нравилась, и он то ли не хотел, то ли не мог ограничиться парой фраз.

Весь мир лежал у его ног, но он хотел заполучить именно ее. Наследный принц Дрэкона нуждался в ней так же, как и она в нем. Когда рассвет окрасил небо пурпурным и розовым, его голос вернул Ариану в реальность. Своим трагическим поступком мать преподнесла ей неожиданный и страшный подарок. Она подарила дочери свободу. В неожиданном порыве Ариана сделала то, чего боялась. Неловко вытерев слезы, она прижалась губами к губам Андреаса. Она давно уже решила для себя, что подарит свой первый поцелуй именно принцу.

Конечно, Андреас не ответил на ее поцелуй. Он осторожно отстранил ее от себя, сгорающую от страсти, проводил в спальню, уложил в постель и дождался, пока она заснет.

На следующее утро Ариана проснулась, полная сил и решимости заполучить Андреаса – во всех смыслах. Она играла с огнем… Разве удивительно, что она сгорела?

Той ночью она чувствовала себя в безопасности. Как будто могла пережить самое глубокое горе, если Андреас будет рядом. Но она не могла предвидеть то, что произошло потом.

– Ты бросила вызов всему, во что я верил, – сказал Андреас, возвращая ее в реальность. – Кто бы знал, что полоумная девица окажется первым человеком, который…

– Который – что? – прошептала Ариана.

– Который плевать хотел на мою власть, образование и опыт. С тобой я был… – Он подбирал слова с большой осторожностью. – С тобой я был просто Андреасом. Сначала.

В его словах просквозило сожаление, чуть ли не тоска. Ничего подобного Ариана прежде от него не слышала. К ее глазам подступили слезы. Жаль, что он не признался раньше, но… Прошлое есть прошлое. Их союз был обречен на провал.

Андреас убрал локон с ее лица. По ее коже пробежали мурашки.

– Могу пообещать тебе одно, Ари.

Ариана нахмурилась:

– Уже ожидаю подвоха.

Андреас вдруг улыбнулся. Ослепительно белые зубы на фоне оливковой кожи выглядели потрясающе. Терпение не входило в список добродетелей Арианы.

– Так что за обещание?

– Я к тебе не притронусь, пока ты сама ко мне не придешь. Я не возьму тебя, agape mou, пока ты сама меня не попросишь. Пока ты не прыгнешь ко мне в постель, умоляя тобою овладеть.

Ариана отпрянула. Сладостная нега разлилась внизу ее живота.

В его задумчивом взгляде, казалось, отразилось все: и охотничий домик у подножия гор, и шторм, бушевавший всю неделю, и огромная кровать. Они с Андреасом заперты, их запасы истощаются, а огонь между ними разгорается с каждой секундой. Атмосферу подогревало ее недавнее восемнадцатилетие. Они оба нарушили указания короля Тэоса. Ариана поймала в ловушку наследного принца, который казался непоколебимым, как окружавшие их горы.

Когда Ариана вспомнила о той знаменательной ночи, по ее телу прошла дрожь. Именно тогда она начала понимать чопорного принца и осознавать, на что себя обрекла. Но было уже поздно. Она влюбилась.

– Зачем все это?

Андреас пожал плечами:

– Чтобы ты знала правила игры.

– Но когда ты меня похищал, то требовал полного повиновения.

– Да, но в таком случае в тебе не остается бунтарского духа… – Он ухмыльнулся. – Не такая Ариана меня возбуждает. Какой смысл тебя мучить, если ты не сможешь дать отпор?

Невероятно! Андреас, за которого она вышла замуж, никогда бы не решился на подобный эксперимент. Ни за что не позволил бы ей решать самой. Андреас изменился, или это просто часть игры?

Он прислонился к стене, пожирая ее жадным взглядом, всем своим существом источая мужскую силу.

– Ты всегда обвиняла меня в тотальном контроле. Теперь я поручаю контроль тебе. Мы займемся сексом, когда ты сама этого захочешь.

– До тебя еще не дошло? Я больше не склонна к саморазрушению, Андреас. Последний раз обжег меня на всю оставшуюся жизнь.

Андреас оцепенел, глядя на нее так, словно хотел добраться до самых глубин ее души.

– Я тебя обжег, Ариана?

В его вопросе не было ни издевки, ни даже упрека. В нем слышалось простое любопытство.

«Скажи „нет“. Пусть вина останется на тебе».

– Да, – прошептала Ариана. – И шрамы видны до сих пор.

Андреас задумчиво кивнул.

– Значит, я тебе должен. Тогда наша маленькая игра выявит твои истинные желания. И может быть, закончится довольно быстро.

Покладистому Андреасу она доверяла еще меньше, чем контролирующему.

– Закончится?

– Ты прямо сейчас могла бы раздеться и позвать меня в постель.

Они оба покосились на кровать. Кожу Арианы словно огнем опалило.

– Я бы тебе устроил первую брачную ночь. – Андреас прищурился. – Чем дольше ты меня избегаешь, тем дольше все это продлится.

Мерзавец! Он поймал ее в ловушку. Ей придется пробыть с ним до тех пор, пока она не сдастся, но Ариана собиралась стоять до последнего. Не прошло и пары минут после их встречи, как ей стало ясно: она до сих пор под властью его мужского начала.

– Тебе придется долго ждать, Андреас. А ведь ты не привык себя ограничивать. Насколько я помню, от воздержания ты становишься крайне раздражительным.

– Верно. Но после твоего предательства я изменился. Ты понятия не имеешь, кем я стал, Ари. – С этими словами он развернулся и вышел.

В отчаянии Ариана закрыла лицо руками. Стоило ли ему верить? Неужели он правда даст ей шанс? Теперь, когда она в его власти? Хотя какой в этом смысл, если она все равно его жена… Она застонала. Нельзя позволить Андреасу делать с ней все, что угодно, только потому, что он затащил ее на свою территорию. Картинки, предложенные ее буйной фантазией, заставили ее покраснеть.

Прямо сейчас ей следует успокоиться, принять душ и смыть с себя грязь и сомнения сегодняшнего дня. И не забыть сказать стюардессе спасибо за чистое белье и кучу новых дизайнерских джинсов всех размеров, а также футболок и блузок. Почему в его самолете столько женских вещей, Ари решила не спрашивать. Это не ее дело.

Она брезгливо скинула с себя одежду, взяла полотенце и зашла в маленькую, но роскошную душевую кабину, отделанную под старину. Обжигающе горячая вода приятно ласкала ее напряженные мышцы. Проигнорировав дорогие шампуни и гели, Ариана предпочла воспользоваться обычным мылом.

Убежать – не вариант, рассуждала она. Игнорировать его – тоже. Оставаться замужем за человеком, который дышал властью, как воздухом, – тоже не вариант. Остается только высказать правду. Андреас не отпустит ее, пока не поймет, почему она его бросила. Но правда была крайне неприятной.

Она погладила шрам внизу живота.

Есть и другой способ заставить его прозреть. В прошлом Ариана была глупой, наивной девчонкой, но не самоубийцей. Она оставила его, чтобы выжить. Придется внушить ему, что прежняя Ари не вернется.

Глава 4

Слова Арианы про шрамы никак не выходили у Андреаса из головы. Что он такого сделал, чтобы причинить ей столько боли?

Два года Андреас ненавидел Ариану, мечтая при встрече просто уничтожить ее. И вот она попалась… Он застиг ее на пороге церкви. Ярость и обида трансформировались в нечто более коварное.

Весь последний час он пытался унять желание ворваться к ней и потребовать объяснений. Ее образ стоял у него перед глазами: упругие окружности грудей, золотистая кожа, жилка на шее, упрямый подбородок… Нет, сейчас он куда больше хотел овладеть ею, чем узнать ответы. Андреас хотел схватить ее за талию и прижать к себе, чтобы ее бюст впечатался ему в грудь. Поцелуями он бы лишил ее смелости, а через пару секунд довел до исступления. Он бросил бы ее на кровать, сорвал с нее белье и…

От красочных фантазий Андреас заерзал в кресле. Только бы подчиненные не заметили его эрекцию! Он что-то произнес, но, кажется, сделал это невпопад.

Ариана казалась такой ранимой… Как будто одно неверно подобранное слово могло сломить ее окончательно.

– Ваше высочество? Андреас? – повторила Петра с ноткой раздражения в голосе.

Андреас виновато пожал плечами. Последнюю четверть часа он действительно витал в облаках. Он поднял голову и увидел Ариану. Белая рубашка, явно принадлежавшая ему, мешком висела на ее хрупкой фигурке, хоть и была заправлена в узкие джинсы. Андреас испытал облегчение. Ариана выглядела уже не так болезненно. Ее волнистые волосы были собраны в сложный узел на затылке. Как ему нравилось его распутывать… На ней не было украшений, кроме тонкой золотой цепочки.

Ариана окинула взглядом присутствующих, и на ее лице отразилась целая гамма эмоций. Когда она увидела Петру, то едва заметно нахмурилась. А при виде Томаса, телохранителя, улыбнулась. Эта улыбка напомнила ему Ариану из прошлого. С персоналом она всегда ладила лучше его.

Наконец их взгляды встретились. С церемонным кивком, который привел бы в восторг самых чопорных его предков, Ариана опустилась в кресло у противоположного борта. Когда стюард поинтересовался, не желает ли она перекусить, Ариана заказала еды на целый полк, и все вегетарианское. Как это он забыл? Хорошо повар оказался более подготовленным.

Одним ухом слушая последние известия, Андреас наблюдал за тем, как она расправляется со всеми принесенными блюдами по очереди. На ее щеки вернулся легкий румянец, волосы сверкали как медь.

Сделав над собой неимоверное усилие, Андреас вернулся к обсуждению мер безопасности перед грядущей коронацией и деталей новой торговой сделки.

– Петра? – Он хотел попросить секретаршу принести документы, как вдруг к нему подошла Ариана.

– Ты весь полет собираешься работать?

Он опустил голову, просматривая бумаги.

– Да. У меня скоро коронация, а в последние месяцы я забросил дела, и они легли на плечи Никандроса.

Ариана села рядом, удивленно подняв брови. Ее кожа сияла свежестью, чистотой и соблазном.

– Ты забросил дела? Мир явно сошел с ума…

Андреас насупился, вспомнив, как часто по возвращении в Дрэкон она просила его отдохнуть денек-другой. Или провести вместе вечер. Или хотя бы поужинать. Свои ответы Андреас тоже хорошо помнил.

Он всегда отказывался, называя любые ее просьбы детским желанием привлечь к себе внимание. Он был слишком занят, доказывая отцу, что его ошибки ограничились женитьбой. Что он готов представлять Дрэкон на нефтяном саммите. И что ему под силу решить грандиозную задачу – вытянуть Дрэкон из финансовой ямы. А потом она перестала спрашивать. Почему он заметил это только теперь?

– Я был занят другими вещами.

Ариана опустила глаза:

– Ты, наверное, сильно переживал смерть отца…

Андреас засмеялся. Надо ей рассказать, что он чуть не придушил Тэоса голыми руками. От ее сочувствия и следа не останется.

– Я искал тебя.

Петра молча нависла над ними. «Ждет, что я отошлю Ариану, как это всегда бывало», – догадался он.

Что ж, резонное предположение.

Петра сопровождала его всюду. Отец приставил к нему личного секретаря, когда ему исполнилось восемнадцать и он вернулся из армии. Она знала его как свои пять пальцев. Они бы стали близкими друзьями, если бы Андреас не был лишен способности дружить.

С его губ чуть не слетело ругательство, когда он заметил натянутую улыбку Арианы и ее побелевшие костяшки пальцев, вцепившихся в стол.

– Продолжим позже, Петра.

Секретарша чуть не подскочила от изумления. Андреас сделал строгое лицо. Самолет опустел.

Ариана явно пришла с предложением. У нее вечно возникали безумные идеи. Однажды она предложила ему рвануть в Штаты на пару лет, бросив Дрэкон. А потом заявила, что хочет попутешествовать по Европе, пока он улаживает государственные дела и об их женитьбе никто не знает. Представив, как бесшабашная Ариана скачет из хостела в хостел, Андреас немедленно отверг ее предложение. Только сейчас он начал называть вещи своими именами. Он отклонял все ее идеи. Он приходил к ней только ради секса. Когда больше не мог терпеть ни минуты. С каждым его визитом она выглядела все неусидчивее, все сильнее охваченной сумасшедшими планами.

По сравнению с их жизнью в деревне это был ад.

– Ты с ней спал?

Услышав ее тихий вопрос, Андреас изумленно вскинул голову.

Ариана спрашивала абсолютно искренне.

– Ты больше не имеешь права задавать мне подобные вопросы. – Он колебался. – Ты хочешь узнать, обманывал ли я тебя, когда мы были вместе?

– Не обманывал, – сразу ответила Ариана, сама удивившись.

Андреас откинулся на спинку кресла.

– Мне начинает казаться, что ты была обо мне не слишком высокого мнения.

– Вообще-то я почитала тебя как Бога, – возра зила она и серьезно на него посмотрела. – Я знала и знаю, что ты меня не обманывал. По крайней мере, до того, как мы встретились у церкви. А может, и после. – Ариана вздохнула. – Но раз я больше не имею права…

Она вызывала его гнев так же легко, как и охлаждала.

– Петра моя подчиненная. Эта работа обеспечивает ее средствами к существованию. Ты в курсе, что моя сестра Элени родилась от интрижки между Тэосом и моей няней? По-твоему, я хочу повторить его скандальный, оскорбительный поступок?

Ариана опустила глаза. Наверняка все его коллеги женского пола готовы упасть к его ногам. А он воспринимал их только как обслугу. Он ценил Петру не больше советников, которые, слава богу, были мужчинами, не больше телохранителя Томаса, не больше портного, фитнес-тренера или повара. Она была просто винтиком в сложном механизме, который отвечал за плавность хода его жизни.

– Я помню, ты преклонялся перед своим отцом.

Как только они вернулись в столицу, Ариана узнала ужасную правду. Ее муж ничем не отличался от холодного, жестокого короля Тэоса, который смотрел на нее как ее собственный отец: словно она была ошибкой природы. Позорным пятном на репутации семьи.

– Бывали дни, когда ты очень сильно его напоминал.

Андреас вел себя так, словно весь мир был просто приятным дополнением к его персоне и существовал лишь для того, чтобы облегчить ему жизнь. Даже Ариана была только винтиком в механизме. Правда, весьма симпатичным винтиком. Зря она приняла добровольное уединение в деревне за его обычную жизнь. Это был лишь мимолетный глоток свободы.

Андреас почесал подбородок. За день он успел обрасти щетиной. Мешки под глазами придавали ему изможденный вид.

– На пике правления отец мастерски вел политику. Ник перенял от него гораздо больше, чем я. Он жутко злился на то, что Тэос нас разъединил. – В его голосе прозвучало сожаление. – Для меня Тэос был учителем, который готовил меня к управлению страной. Который годами работал не покладая рук, чтобы сделать из меня идеального короля. Только потом я понял, что в личной жизни Тэос был чудовищным манипулятором.

– Ах, если бы ты увидел его истинное лицо раньше, Андреас…

– Как бы ни был велик соблазн обвинить его во всех грехах, он помог тебе.

Ариана накрыла его руки своими:

– Он знал обо всем, что между нами происходило. О каждой стычке, каждом разногласии. Петра ему доносила.

– Да, он был бессердечным подонком, но не перекладывай на него вину.

Андреас хотел отдернуть руку, но Ариана ее удержала. Для человека, который проводил много времени за письменным столом, у него всегда были на редкость грубые ладони.

– Андреас, это была не моя идея. Я бы ни за что не согласилась инсценировать свою смерть. Я только подписала документы о разводе. Да, я приняла деньги, которые он предложил, но…

Андреас вырвал руку, словно ее ладонь обожгла его.

– Если ты решил снова пройти через ад, сначала выслушай меня!

Он сжал кулаки:

– Как ты узнала о его поступке, если сожгла все мосты?

– Все бумаги я получила от юриста. Откуда мне было знать, какие могут быть последствия?! Я запаниковала и позвонила Джианнису, и он рассказал, что натворил Тэос за моей спиной.

В его глазах сверкнула такая ярость, что Ариана отпрянула.

– Ах да, ты же общалась со своим любимчиком…

– Джианнис был моим другом! Он знал, через что я прошла!

– Когда он рассказал об изощренном вранье Тэоса, почему ты не позвонила?

– Было слишком поздно.

– Слишком поздно? Сообщить о том, что ты жива?

– Все уже знали о твоей помолвке…

– По-твоему, я должен был свыкнуться с мыслью, что моя молодая жена погибла? – негромко спросил Андреас. Его слова резали ее без ножа. – От рук моего родного отца или от моего равнодушия…

– Ты думал, это он убил меня?

В его глазах мелькнуло страдание. Это был удар по больному.

– Отец не скрывал радости, что ты наконец исчезла из моей жизни. После всех его вспышек ярости, вызванных якобы осквернением нашего рода… – Андреас нервно взъерошил волосы. – Тогда я впервые увидел, каким он мог быть. Я окунулся в работу, отстранился от Ника, обижал Элени. Я думал, что схожу с ума, подозревая собственного отца. Для него моя женитьба стала таким же шоком, как для меня… Это было необдуманное решение.

– Тогда зачем ты его принял, Андреас? – вырвалось у Арианы. – Ты мог пользоваться мной сколько захочешь, а потом уйти.

– Я уже объяснял. Ты была девственницей, и я не предохранялся.

– Мы могли бы подождать и посмотреть.

– Я тебя совратил!

– Да я сама на тебя накинулась!

– Тебе было всего восемнадцать. Ты была подопечной моего отца, и…

– Не смей! Я тебя хотела! Я нуждалась в тебе той ночью так же, как ты во мне! Но потом ты мог бы уехать. Как-то откупиться. Зачем жениться на взбалмошной неудачнице? Зачем, если знал, какая у тебя жизнь и насколько я в нее не вписываюсь?

– Потому что привык, – тяжело выговорил Андреас.

У нее екнуло сердце.

– К чему привык?

– К твоему обожанию. К твоей любви. – Он потер затылок. Довольно странный жест для человека, который источал самоуверенность. – Я стал центром твоего мироздания. Ты преклонялась передо мной, даже когда язвила. Это был наркотик, от которого я не мог отказаться. Тут Тэос угадал.

В Ариане вдруг что-то оборвалось. Наверное, надежда. Она мечтала услышать признание в том, что он, конечно, женился по любви. И оплакивал ее не только из-за чувства вины.

– Тогда к чему продолжать фарс?

– А что ты предлагаешь? Чтобы я женился на другой, а тебя держал на стороне? И навещал, как элитную шлюху? Чтобы я окончательно превратился в монстра? Ведь ничего не изменилось, pethi mou. Я хочу тебя до безумия. Ты по-прежнему моя единственная слабость.

Она потянулась к нему. Запах ее кожи, как всегда, будоражил кровь. Он схватил ее за запястье и отстранил. Никаких прикосновений. Только не сейчас, когда он кипит эмоциями и хочет одного: затащить ее в постель и овладеть ее телом.

– Да, я не должна была убегать, воспользовавшись его помощью. Я исчезла не потому, что ты мне надоел. Я не влюблялась в охранника, он был мне просто другом. Дело не в капризах.

– Разве?

– Я любила тебя… Тебя одного. Но я поняла, что эта любовь начинает меня убивать, и в итоге я выбрала жизнь.

Ее слова въелись ему в мозг, как пуля, ударившая рикошетом. Она пробила, разорвала, процарапала, выжгла стенки его сознания. Андреас хотел ненавидеть Ариану, как в последние два года. Он сам отворил ящик Пандоры, и вылезающим оттуда кошмарам не видно было конца.

– И как, интересно, я тебя убивал?

Ее лицо изменилось. Казалось, она совершенно беззащитна перед ним.

– Это уже не важно, – прошептала Ариана.

Тишину нарушил пилот, сообщивший о скорой посадке.

Полностью Андреас прочувствовал ошибочность своей женитьбы, когда Тэос сообщил ему о безнадежном состоянии казны и о возрастающем государственном долге. Намерение сделать Элени королевой Дрэкона с треском провалилось. Андреас сразу кинулся решать проблемы. «Она занимает крохотную часть моей жизни», – убеждал он отца. Да и роль королевы была в Дрэконе номинальной. Первый месяц прошел как по маслу. Ариана была его спасением от неразрешимых государственных дел, от изменчивых настроений отца, от его вспышек гнева. Но потом Андреас стал жить двойной жизнью. С одной стороны, он был наследным принцем, с другой – обычным человеком, который одержим своей юной женой.

Главное, чтобы она не начала им управлять. И не перестала быть его отдушиной, удовольствием перед сном. Главное, чтобы она не вмешивалась…

«Я выбрала жизнь». Как удар наотмашь.

Готов ли он был увидеть результат? Его яркая, веселая жена изменилась, стоило ему повернуться к ней спиной. Именно он поселил мрачные тени в ее глазах.

Глава 5

Когда самолет приземлился и они высадились, на Ариану нахлынули воспоминания. На этой же летной полосе слуги короля Тэоса наблюдали за тем, как она покидала Дрэкон десять лет назад.

Воздух был свеж и морозен. На горизонте виднелся завораживающий горный хребет. По периметру аэродром окружали высокие пальмы. Ариану охватило странное ощущение. Она словно вернулась домой. Неужели она скучала по Дрэкону? А она-то надеялась, что теперь, обретя свой путь, она все воспринимала по-другому. Если бы выкинуть из головы унизительные слова отца, если бы мама очутилась здесь и увидела, что Ариана чего-то достигла, что она абсолютно счастлива…

«Ты не была абсолютно счастливой. Сосредоточенной, целеустремленной, загруженной до изнеможения, неугомонной. Но не счастливой». Ту девчонку, которая беспечно хохотала и щедро раздавала свою любовь, Ариана уничтожила. Словно в наказание за то, что потеряла малыша.

К обочине подъехали три бронированные машины с развевающимися черно-золотыми флагами. Люди ожидали внимания Андреаса, в их взглядах читалось любопытство. Отныне каждое ее действие будет изучаться и подвергаться цензуре, каждое слово – критике. Но теперь ее это не пугало.

Андреас стоял рядом, не сводя с нее глаз. Ариана почувствовала, что дрожит, и тут же была облачена в теплое длинное пальто. От шерсти исходил запах сандалового дерева. Андреас обхватил ее за плечи, создавая между ними особое личное пространство. Он был так близко, что Ариана могла рассмотреть золотистые крапинки на радужке его глаз.

Она стояла в оцепенении, пока он поправлял на ней пальто и застегивал пуговицы. Неожиданно он приподнял безымянный палец ее левой руки. У Арианы екнуло сердце. Бриллиант был настолько крохотным, что искриться было ему не по силам. Андреас аккуратно, стремясь не доставить ей ни малейшего дискомфорта, о чем он не думал, когда ломал ее жизнь, стянул кольцо с пальца и зашвырнул в траву.

– Добро пожаловать домой, Ариана, – вкрадчиво шепнул он ей на ухо и поцеловал в уголок губ.

Внутри ее разлилось пламя. Она машинально потянулась к его груди… Но опустила руки. Андреас имел над ней власть, и она не могла ему сопротивляться. Она приняла это неожиданно спокойно. Пора расставить точки над i.

Она должна понять, сможет ли довольствоваться тем, что он ей предложил. Ведь одно она знала точно: Андреас Дрэкон не способен любить.

Путь во дворец был долгим. В дорогом лимузине они ехали втроем, вместе с Петрой.

Андреас закатал рукава, обнажив крепкие предплечья. Взгляд Арианы скользнул по его мощной шее, широкой груди, узкой талии и длинным ногам. Брюки подчеркивали мускулистость бедер. Решив отвлечься от его сокрушительной сексуальности, Ариана откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Теперь ее сознанием завладела его речь, быстрая и решительная.

Андреас задавал вопросы и сам на них отвечал. Многие темы, казавшиеся ей запутанными и, что уж греха таить, довольно скучными, обретали смысл. Острый ум Андреаса развернулся во всей красе. Его память поражала воображение, не говоря уж о его внимании к деталям. Ариана увлеченно слушала, как он зачитывал наброски речи, составленной пресс-службой, а потом порвал ее на кусочки, назвав банальной.

«Коронационная речь!» – догадалась она.

– Со мной во главе Дрэкон входит в новую эру. Отныне мы перестанем почивать на лаврах дома Дрэконов. В ближайшие годы правящий дом отделится от правительства…

Ариана фыркнула, и наступила мертвая тишина.

– Ты что-то хотела сказать, Ариана?

– Ничего из того, что был бы рад услышать на людях, ваше высочество, – любезно ответила она.

– Мы же не хотим, чтобы все подумали, будто ты меня боишься, правда?

Может, он и вскружил ей голову в прошлом, запугать себя она не даст.

– Отделить дом Дрэконов от правительства? Ты отказываешься управлять миллионами людей? Как лев, который отрекается от охоты? Жажда власти у тебя в крови.

– Я не отказываюсь от нее, а отдаю в правильные руки, – с удивительным энтузиазмом ответил Андреас. – Хочу установить систему сдерживания и противовесов. За это отвечал королевский совет, но Тэос давил на него авторитетом и деньгами. В итоге там не осталось никого, кто решился бы раскритиковать его методы. Никандрос уже занимался экономикой Дрэкона. Он настоящий финансовый гений. Элени, если Габриэль позволит, станет официальным посредником между дворцом и благотворительными учреждениями.

– Твои брат с сестрой? Так ты поделил власть между остальными Дрэконами? Само собой, они не пойдут против тебя.

– Ты бы все поняла, если бы… – И тут Андреас осекся. – Власть свела отца с ума. Он и меня начал считать врагом. Я не хочу такой судьбы. Теперь у меня есть личная жизнь и я намерен ею наслаждаться.

Андреас говорил абсолютно искренне.

– Ты ведь помешан на контроле.

Даже в интимной обстановке он никогда не позволял ей встать у руля.

В его глазах заплясали дьявольские огоньки.

– Очередной вызов, agapita?

– Не стоит давать обещаний, – отчеканила Ариана, – которые ты не сможешь сдержать, ваше высочество.

– Может, ты просто боишься, что не сможешь мне противостоять?

Натянуто улыбнувшись, она отвернулась к окну. Неужели Андреас серьезно настроен на перемены? Что же его к этому подтолкнуло? У нее по спине прошел холодок. Как рассказать ему хотя бы часть правды, которую она скрывала?

Машина подъехала к городу, и вскоре вдалеке показалась белая громада королевского дворца. Их возвращение было принято сдержанно. Отсутствие венценосных особ среди встречавших бросалось в глаза, и Ариана одновременно испытала облегчение и досаду.

Последние годы она самозабвенно следила за всеми дрэконскими сплетнями. О переменах, которые затеял Андреас. О возрастающем негодовании народных масс. Принц-бродяга, Никандрос, вернулся в Дрэкон после многолетней размолвки между ним и Андреасом. Он женился на бывшей футболистке Мии Родригез, и у них родилось двое малышей. Элени Дрэкон, по прозвищу Несмеяна, недавно вышла замуж за Габриэля Маркеса, брата Изабеллы Маркес, с которой Андреас объявил о помолвке после побега Арианы.

Их поприветствовала личная свита Андреаса в составе пяти человек. Ариане показали ее комнаты, выполненные в элегантных кремовых и сиреневых тонах: гостиная, ванная, размером с ее адвокатскую контору, и спальня с огромной кроватью.

– Даже не думай сбежать, – шепнул ей Андреас, и Ариана вздрогнула.

Пихнув его в грудь, она с удовольствием отметила силу его мускулов. Его присутствие все-таки приободряло ее.

– А ты не давай мне повода, – парировала она, пытаясь скрыть воодушевление.

Удивительно, но Андреас не забыл о ней, как только они вошли во дворец! На сей раз он привел ее сюда открыто, ни от кого не скрываясь. Какая же она жалкая… Даже самые незначительные его жесты заставляли ее сердце радостно биться.

Андреас не улыбнулся, только накрыл ее руку своей.

– Отдохни пару часов. – Он внимательно посмотрел на Ариану, словно хотел удостовериться, что она снова не упадет в обморок. – Мои родные хотят с тобой познакомиться.

– Отлично! Очередные мои поклонники, – сказала она, потихоньку начиная паниковать. – Андреас, а мы не могли бы…

– Нет, Ариана. Чтобы привезти тебя в Дрэкон, я поступился всеми своими принципами. – Его губы изогнулись в хищной улыбке. – Ты и так запоздала на десять лет, pethi mou. Дрэкону нужна королева, а мне жена.

Глядя на то, как он уходит, Ариана наполнялась не страхом, а железной решимостью. Пережив собственную смерть, она превратилась в женщину, которая точно знает, чего хочет. А вдруг он тоже изменился?

Глава 6

Андреас вошел в так называемую зеленую комнату дворца, и на него тут же набросилась Элени:

– Ну что, она тут? Чем она занимается? И где же ее носило?

Голова у него и без того гудела после краткого отчета, который дали советники. Никандрос оказался прав: рейтинги его популярности были куда ниже, чем он предполагал. Нужно искать способ охладить возмущение граждан.

– Элени, успокойся, – пробормотал Габриэль.

Андреас даже посочувствовал шурину. Неуемную Элени было трудно сдержать.

– Она юрист, – ответил он, приняв от Никандроса бокал. – На деньги Тэоса она открыла адвокатскую контору.

Габриэль присвистнул, в его серых глазах заплясали чертики.

– Я всегда считал, что такому тирану, как ты, нужна особенная женщина. Похоже, Ариана – единственное твое спасение. По крайней мере, мне так кажется.

– Не думаю, что мне нужно спасаться.

Габриэль злорадно улыбнулся:

– Нужно. Пока ты не закончил, как твой папочка.

Ничто так не расшатывало его выдержку, как сравнение с отцом.

– Перестань, Габриэль. Это его жизнь, – вмешался Ник.

– Тот факт, что он является членом семьи, не дает ему права переступать закон, – добавила Мия, глядя на Ника.

– Она не оставила ему выбора, когда собралась выходить за другого, Мия.

Элени всегда была безгранично предана братьям. Габриэль надулся, чем сразу вызвал у Андреаса ухмылку.

– Если выяснится, что его первая супруга жива и вторично вышла замуж…

– Произойдет скандал века, – закончил хорошо знакомый Андреасу хрипловатый голос.

Ариана зашла в комнату с невозмутимостью королевы. Каждый мускул в его теле напрягся. Глаза ее сверкали.

– Заголовки затмят даже истории про древних воинов. Поверь, твоему народу нужна свежая кровь. А сказки про драконов… – Ариана закатила глаза, когда Элени, самый яростный защитник мифов, драконов и всего связанного с величием дома Дрэконов, разинула рот от негодования. – Они очень быстро приедаются. Да и хвалиться тут нечем.

Ее колкость была встречена гробовым молчанием. На лицах присутствующих отразился скепсис. Андреас сжал руки, пытаясь забыть, как нежна ее кожа на ощупь.

– Представь мне свою семью, Андреас, – обратилась к нему Ариана. – Я же исполняю твои приказы. – Она лучезарно улыбнулась. – Кажется, за десять лет его любовь к власти только усилилась.

– Мы не оставили ему выбора, мисс Сакис, – разрядил обстановку Никандрос. Они обменялись рукопожатиями. – Добро пожаловать в Дрэкон. Меня зовут…

– Принц-бродяга, – закончила она со смехом.

Андреас посуровел. Ариана наклонилась к Нику, понизив голос до громкого шепота.

– Да ладно тебе, Никандрос, – по-свойски сказала она. – Разве Андреасу кто-то может не оставить выбора? Я пришла к выводу, что он ни с кем не способен поддерживать нормальные отношения.

Андреас уставился в бокал, понимая, что она права. Лишь последние годы он начал заглаживать обиды, нанесенные брату и сестре.

– Возможно, ты не так хорошо знаешь Андреаса, – процедила Элени, смерив ее ледяным взглядом.

Ариана упрямо вздернула подбородок. Казалось, сейчас разгорится спор, но она лишь пожала плечами.

– Куда мне до вас, – произнесла она, подмигнув Габриэлю.

Потом она познакомилась с Мией. Через несколько минут троица весело хохотала. Андреас был вне себя от раздражения. Он не желал смириться с тем, что его одержимость Арианой лишь росла.

К ужину она вышла в бело-розовом платье в цветочек, до колен и с коротким рукавом, на шее висела нитка жемчуга. Ее наряд чудовищно не сочетался с изящной обстановкой дворца. Из небрежного пучка уже выбились волнистые локоны. От ярко-красной помады ее пухлые губы выглядели вульгарно. Андреас был далек от моды, но даже он понимал, что наряд и макияж не вязались с ее образом.

Заметив, что Ариана собирается сесть напротив, он заставил ее опуститься в кресло справа от него. Однако его жена присмирела ненадолго. После первого блюда она выпалила:

– Я в курсе, что вы все обо мне думаете. Двоемужница, да еще и обделенная чувством стиля. Угадала?

Мия отвела грустный взгляд, а Элени вспыхнула.

– Видите ли, наряд мне подобрала Петра. Мое свадебное платье кое-кто разорвал. Вот и возобновилась холодная война, после стольких лет! Секретарша Андреаса считает, что я недостойна даже чистить ботинки вашему брату. Надо признаться, в первой версии нашего брака я была довольно подавленной.

– Тут надо спасибо сказать Тэосу, – вставил Ник.

Ариана пожала плечами:

– К тому времени мой отец уже описал королю Тэосу, какая я неудачница. Меня исключали из трех частных школ, три раза я убегала из дома и сотни раз позорила отца. Для военного, который дорожил безукоризненной репутацией, я была бельмом на глазу. Без образования я не особенно подходила высоко метящим отпрыскам его друзей. Я была полным ничтожеством, о чем он мне не уставал напоминать.

Андреас застыл, не донеся до губ стакан воды. Ариана убегала из дома? Christos, а он и не знал… Он никогда не спрашивал, как ей жилось с родителями.

– Почему ты убегала?

– Всякий раз, когда я перечила отцу, он запирал меня в комнате. – Взгляд ее стал пустым. – Вообще, это не так уж и страшно. Но он изолировал меня полностью. Мне давали еду и питье, и все. Отец считал, это закаляет характер. Так вот, больше всего на свете я не хотела снова быть пойманной. Короче, когда король Тэос получил надо мной опеку, я думаю, он понятия не имел, что со мной делать. Он отправил меня на задворки Дрэкона до восемнадцати лет. И всего через пару месяцев я снова возникла перед его глазами, как ночной кошмар. – Ариану передернуло.

– Тэос пришел в ярость, – произнес Никандрос.

– Что он сделал? – спросила Элени.

– Меня поселили в домике, который находился далеко от дворца, – позорное пятно нужно скрывать. Меня держали на диете из уроков истории, этикета и манер. Меня отлучили от немногих моих друзей. От Петры и остальных исходило лишь презрение. Дом покидать мне запрещалось, как и общаться с посторонними. Я снова попала в клетку. И моим тюремщиком стал мужчина, которого я любила. Которому доверяла.

Вилка Андреаса с лязгом упала на тарелку. Ариана вызывающе посмотрела на Андреаса. На лице Ника отразилось смятение.

– Наш отец действительно любил все контролировать, мисс Сакис… Лишать людей самого лучшего. Только Андреас мог выдержать его жесткие условия. – Ник с упреком посмотрел на брата: – А ты-то где был?

– Если ваш отец и собирался меня переделать, – гневно выпалила Ариана, – то только с согласия Андреаса! Он навещал меня, когда ему становилось невтерпеж.

Их взгляды пересеклись, и в ее глазах Андреас увидел горькую правду. Почему, черт возьми, она об этом молчала?!

Потому что он был недосягаем. Потому что он не спрашивал.

– Это было для твоего же блага, – выдавил Андреас, сражаясь с подступившим чувством вины. Никогда и ни перед кем он прежде не оправдывался. – У тебя не было ни знаний, ни подготовки, чтобы выжить в моем мире. Тебя бы на куски разорвали. Пришлось спасать ситуацию. Ты должна была стать достойной…

Ариана помрачнела.

– Достойной тебя, Андреас? Но я такая, какая есть. Я бы никогда не стала кого-то из себя корчить.

Она и брак не хотела заключать. На этом настоял Андреас. Он связал ей крылья, посадил в клетку, а для Арианы, не выносившей отцовской муштры, свобода была важнее всего.

Остаток ужина прошел в напряженном молчании. Андреасу даже не хватало духу посмотреть ей в глаза. Ошарашенный величиной своей ошибки, но отказываясь бросать жену, Андреас отдалился от нее и препоручил отцу, чтобы Тэос вылепил из нее то, что посчитает нужным.

Ее роль в его жизни была ничтожной. С ней он избавлялся от одиночества и отдыхал от бесконечных наставлений отца, на время забывая о том, что у Тэоса начали проявляться признаки деменции, а значит, скоро вся тяжесть управления страной ляжет ему на плечи.

– Так что вы имеете против преданий старины глубокой, мисс Сакис? – поинтересовалась Элени, когда Ариана встала из-за стола. – Воины победили дракона и забрали его сокровища. Наделили свою общину землей и богатством. Разве это не похвально?

Ариана многозначительно посмотрела на Андреаса:

– Ты никому не рассказал, что мы обнаружили в старой библиотеке?

Он покачал головой, в глубине души возмутившись этим «мы». Она приблизилась к нему, пригвождая его к месту своим пронзительным взглядом.

– Ты так и не закончил книгу?

– Нет, – промямлил он.

– Какую книгу? – недоуменно спросил Никандрос.

Ариана схватила Андреаса за запястье.

Чувствуя, что выдает себя с потрохами, Андреас отпрянул.

Когда он вернулся и узнал, что Ариана погибла, исследование заботило его в последнюю очередь. С течением времени все связанное с прошлым стало слишком личным. И воспоминаниями об их совместной жизни он ни с кем не собирался делиться.

– Но это была твоя мечта, Андреас, – прошептала она.

Неужели его мечта столько для нее значила? В голове у него все окончательно перемешалось.

– Андреас выбрал именно ту деревню, потому что обнаружил там след первого поселения древних воинов. Мы нашли… – Ариана вспыхнула под его взглядом. – То есть он нашел манускрипт, написанный на одном из древнегреческих наречий, и неделями пытался его перевести. Вы же знаете, что он читает и пишет на восьми языках?

Все остолбенели.

– Чтобы победить дракона, нужно было принести жертву, – продолжила Ариана. – В рукописи было написано, что предводитель воинов не сражался. Он заключил сделку.

– Сделку? – переспросила Элени.

– Дракон требовал награды. Предводитель должен был положить в его пасть свою жену, и тогда дракон сам отдаст сокровища. – Карие глаза Арианы влажно заблестели.

И тут Андреас понял, почему она восприняла эту историю близко к сердцу. Почему она выглядела как хрупкий стеклянный сосуд, который вот-вот разобьется. Она видела в Андреасе мифического предводителя жестокосердных воинов. Человека, который без раздумий пожертвовал любящей женой ради славы и почета.

– Предводитель согласился, – закончила она. – И стал первым королем. Его прозвали Дрэконом, а когда он женился второй раз, его семья стала называться домом Дрэконов. – Ариана с усилием выдохнула. Ее всю трясло. – Вот так, миссис Маркес. Именно поэтому я и считаю, что гордиться здесь нечем. Но конечно, у дрэконцев должны быть свои легенды. А у дома Дрэконов – сказочная репутация.

С высоко поднятой головой Ариана покинула столовую, оставив Андреаса в полном замешательстве.

Он пожертвовал Арианой. Она была для него куклой, которую он заводил, когда ему хотелось поиграть. Он не задумывался ни о ее мечтах, ни о страхах, ни о потребностях. Он обращался с ней как со служанкой или любовницей.

Все всегда вертелось вокруг него.

Габриэль сказал правду. Он был и остается копией Тэоса. Пользуется людьми, ранит близких. Не видит дальше своего носа. Все, что не может контролировать, считает слабостью. Теперь ему бросилась в глаза разница: как он поступил с Ари-аной и как Никандрос пожертвовал своим счастьем ради Мии. Габриэль продолжает любить Элени, даже не зная, отвечает ли она ему тем же.

Андреасу стало не по себе. Неужели Тэос лишил его способности сопереживать? Неужели он поступит с Арианой так же, как в прошлый раз?

Ариана задумчиво брела по дворцу. Ей нужно было перевести дыхание и прийти в себя после бури эмоций, которые в ней всколыхнул Андреас, хотя она изо всех сил старалась сохранять спокойствие.

Вокруг был сплошной каррарский розовый мрамор, кресла с высокими спинками на мощных лапах, обитые бархатом кушетки – невиданная роскошь. Со стен на нее смотрели портреты в золоченых рамах, свидетели всех событий. Казалось, сами стены были пропитаны историей дома Дрэконов. Ариана почувствовала некий отклик в душе, которого не замечала прежде. Ее считали недостойной дворцовых сводов. Ее лишили законного места подле Андреаса.

Но хотела ли она его сейчас, это место?

Она обернулась и увидела Андреаса. Он стоял, прислонившись к арке, и внимательно смотрел на нее. Он был невероятно красив.

– Ты выглядишь… Даже слов не могу подобрать.

Ариана замерла:

– Я думала, ты на меня разозлишься…

Андреас не шелохнулся, лишь приподнял бровь.

– Я не собиралась выносить сор из избы.

– Тогда почему же ты его все-таки вынесла?

Она погладила пальцем подлокотник вольтеровского кресла.

– Здешняя обстановка выбивает меня из колеи. Твоя семья меня осуждает… И я теряю самообладание. Мне стыдно за свой поступок, меня просто прорвало. Я никогда не была частью большой семьи, и, раз уж им предстоит стать моими родственниками, я хочу, чтобы они поняли: да, я поступила трусливо, но не подло.

– Я не злюсь, Ариана. По крайней мере, не на тебя.

Она вскинула голову, и их взгляды встретились. Неужели его прощение так легко получить?

Андреас пожал плечами, чувствуя ее недоверие:

– Мои родные знают, каким меня сделал Тэос.

«Только Андреас мог выдержать его жесткие условия».

Мимолетное замечание Никандроса глубоко врезалось в ее память.

– А о чем говорил Ник? О каких условиях?

– Это уже не имеет значения, Ари.

– Неправда. Прошлое делает нас такими, какими мы стали. Мы раним друг друга, потому что когда-то ранили нас. Пожалуйста, расскажи мне.

Андреас помрачнел:

– Он растил меня обособленно. У меня не было ни друзей, ни товарищей по играм. Мне не разрешали даже завести питомца – отец считал, это может меня ослабить. Он подвергал меня безжалостным физическим нагрузкам, которые и взрослому-то показались бы суровыми, что уж говорить о десятилетнем мальчишке. Он считал, я становлюсь книжным червем. А наследному принцу негоже иметь много мозгов и не иметь мускулов. В пятнадцать он отправил меня в армию – закаляться. Чтобы я стал неуязвимым.

И он стал. Ошеломленная, Ариана рухнула в кресло. Вот почему она всегда ощущала вокруг него невидимую стену. Сначала она подумала, что это такая специальная уловка, позволяющая Андреасу не замечать внешнего мира.

– Теперь понятно, почему ты уединился в той хижине. – Слова слетели с ее губ прежде, чем она успела их обдумать.

– Долгие годы мое одиночество разбавляли только книги, наставники и отец. Меня крайне редко называли по имени. Я слышал лишь «ваше высочество». Чтобы не сойти с ума, я нашел отдушину в чтении. Мне не разрешали видеться с Ником, а если и разрешали, то под надзором. Меня заставили перебороть все, что могло вызвать зависимость. С возрастом меня начали раздражать ограничения. Дрэкон по-прежнему значил для меня все, но Камиль, мама Ника, предложила, чтобы я побывал за пределами родины. Моя жизнь могла бы кардинально измениться. Но было уже поздно.

– Одиночество стало твоим вторым «я». – Ее душили слезы. – Как ты это выдержал?

– А как ты выдержала, когда тебя запирали?

Ариана всегда винила Андреаса в том, что он плохо ее знал. Но чем она лучше? Сейчас она увидела его словно в первый раз. Мужчина из деревни и наследный принц всегда казались ей двумя противоположностями, и ни одну из них она понять не могла. Да, он причинял ей страдания. Но она поступала так же.

Ей вдруг захотелось разобраться с прошлым раз и навсегда. Твердым шагом она подошла к Андреасу:

– Ты мне веришь? Что я не собиралась тебя обманывать?

– Это так важно, верю я или нет?

– Конечно, важно! – воскликнула она.

Андреас улыбнулся, его глаза загорелись ласковым светом, и Ариана поняла, что выдала себя с головой. Он погладил ее по щеке, словно в награду за то, что она сдавалась. Как будто он мог подарить ей целый мир, если она станет прежней.

«Я привык к твоей любви». Что это означало на самом деле? Неужели ее любовь имела значение для человека, у которого было все?

Андреас испытующе посмотрел на нее:

– Важно потому, что это заглушает чувство вины?

Ариана прижала руку к его груди. Под ее ладонью громыхало его сердце. Ей захотелось сорвать с него одежду и прикоснуться к его обнаженному телу.

– Нет, я… Я никогда не хотела причинять тебе страдания. Я хочу, чтобы ты это знал.

В его молчании Ариана открыла для себя целый океан надежды. Мгновение тянулось и тянулось. Мгновение между прошлым и будущим.

Всем своим существом она мечтала раствориться в его объятиях, растаять в его пламени. К этому стремилось ее сердце и душа. Она должна рассказать ему всю правду о своем бегстве… И разбить свои надежды.

– Андреас, пожалуйста, пойми…

Он аккуратно отстранил ее.

– Да, aκρißá mou. Я тебе верю. Ты просто взяла и сбежала, когда я уехал, – бросил он и замолчал.

– Твой отец разработал целую стратегию. Он сделал все, чтобы ты не смог меня простить. Конечно, он догадывался, что ты можешь за мной погнаться. Ты же… Так сильно меня возненавидел.

Его глаза сверкнули.

– Это вопрос или утверждение?

Вот он, поворотный момент.

– Вопрос, – прошептала Ариана и спрятала лицо у него на груди. Как же она устала быть сильной…

– Конечно, я бы за тобой погнался. – Андреас глубоко вздохнул. – Без прошлого невозможно и будущее, верно?

На нее нахлынула волна нежности.

– Верно.

Значит, Андреас все-таки сожалел. О том, что причинял ей боль. О том, что отдалил от себя. Ариана ведь тоже небезгрешна. Она отнюдь не облегчала ему жизнь своими вспышками гнева, хандрой и страхом, что она влюбилась в человека, который абсолютно ей не подходит.

– Прости, что позволила ему так поступить с тобой…

«Но как насчет тебя? – захотелось ей спросить. – Как насчет твоей неспособности меня любить? Ты не подарил мне и крохотную частичку своего сердца».

Той эмоционально зависимой девушки теперь не существовало. Ариана больше нуждалась в его любви, чтобы поднять самооценку. Наверное, она и сама потеряла способность любить, отдавать себя целиком. После того как она увидела неподвижное тельце сына, в ней что-то переменилось. Она потеряла способность любить, а Андреас оставил свою мечту.

– Ты мог заполучить любую женщину на земле. Почему ты выбрал меня?

Андреас вдруг по-мальчишески ухмыльнулся:

– Разве я делал тебе мало комплиментов?

– Мало комплиментов?! Андреас, да мы с тобой только спорили! В чем мы по-настоящему преуспели… – Она закатила глаза. – Так это в невербальном общении.

Он затрясся от смеха, потрепав ее по волосам. По ее телу разлилось тепло.

– Мне чертовски не хочется разрушать твои иллюзии, – ухмыльнулся он, – но дрэконские законы запрещают мне разводиться с тобой в течение полутора лет.

Ариана уже ничему не удивлялась.

– Значит, у меня есть полтора года, чтобы довести тебя до ручки? – Она провела кончиком пальца по его брови.

– Какой ты стала, pethi mou. – В глазах Андреаса сверкнул звериный голод.

От возбуждения ее кожу покалывало.

– В честь нашего воссоединения мы устроим бал с невиданным размахом. Я намерен доказать всем, что Тэос ошибался.

– Ты же говорил, что он больше на тебя не влияет. И к чему размах?

– Торжественные празднования не проводились в Дрэконе очень много лет. Верно, Тэос на меня не влияет, – сухо ответил он.

При упоминании отца его лицо становилось чернее тучи. Аристократические черты искажались, и пропадало чувство юмора.

– Если я махну рукой и на тебя, и на наш брак, это будет значить, что он выиграл, agapita. А я не позволю Тэосу выиграть.

– Месть давно умершему отцу не слишком прочная основа брака. Это ни к чему не приведет.

– Приведет, потому что я не сдаюсь. Если тебе так важно менять мир, если ты так предана профессии, можешь заниматься ею здесь. Авторитет королевского двора будет тебе мощным подспорьем. Или ты можешь вести жизнь королевы. Найди свое место, Ариана. Мне безразлично, каким оно будет. Просто прекрати убегать от меня и от себя самой.

Ариана вздрогнула. Всякий раз, когда она думала, что наконец раскусила Андреаса, он выкидывал нечто подобное. И все-таки она начинала понимать его образ мыслей. Андреас не знал, как унять угрызения совести, точно так же, как в прошлом не знал, как унять свои чувства к ней. Для нее это прекрасная возможность выяснить, смогут ли они взаимодействовать. И шанс доказать неправоту Тэоса.

– Дерзайте, ваше высочество, – прошептала она.

Поднявшись на цыпочки, она обвила руками его шею и поцеловала.

Андреас застыл, но Ариана не обращала внимания на его реакцию. Ей нужно было ощутить его вкус, ей нужен был драйв, чтобы вызвать между ними искру. Его губы были жесткими и неподатливыми, но она прекрасно помнила, что скрывается за его суровой внешностью. В душе исследователя таилась животная страсть.

Положив ладони ему на плечи, она облизнула его точеные сомкнутые губы. Сбросив оцепенение, Андреас зарычал, и ее язык скользнул к нему в рот. Она прикусила его нижнюю губу. Но как только Андреас обхватил ее за бедра и прижал к себе, Ариана выскользнула из его объятий.

Тяжело дыша, Андреас сердито посмотрел на нее. Его зрачки были расширены.

– Иди сюда, Ари.

Исходившее от него возбуждение стало для нее лучшей наградой.

– Нет. – Ариана злорадно улыбнулась. – Это была маленькая проверка, ваше высочество.

У него застучало в висках.

– Проверка?

Она кивнула, искренне наслаждаясь его недоумением.

– Я проверяла, осталась ли у меня способность ставить тебя на колени.

– И?..

Андреас даже не смог внятно задать вопрос. Вот он, сладкий вкус победы…

– Вы готовы упасть на колени, ваше высочество?

Он промолчал, но его сверкавшие глаза говорили сами за себя. Ариана сохранила свою власть. И на этот раз она ее использует, чтобы устроить свою жизнь.

Глава 7

Первые две недели в роли жены Ариана провела словно в эпицентре урагана под названием «Жизнь наследного принца».

Как Андреас и предсказал, слухи просочились быстро. Дрэконцы узнали, что их принц женился, влюбившись без памяти. Как позднее узнала Ариана, эту утечку подготовил отдел связей с общественностью.

Теперь заграничные поездки Андреаса легко объяснялись. Случайно познакомившись в США с красавицей адвокатшей, которая оказалась дочерью генерала Тесея Сакиса, Андреас воспылал к ней страстью и быстро женился.

А Дрэкон как будто ждал подобного объяснения. История о том, как хладнокровный принц влюбился и сыграл тайную свадьбу, стала настоящей бомбой. На следующее утро Андреас проснулся с репутацией романтической натуры, такой же уязвимой, как любой смертный. К моменту официального заявления в СМИ, взорвавшего новостные издания, Ариана буквально утонула в делах.

На нее свалились бесчисленные приглашения на вечера, благотворительные мероприятия, правительственные обеды. Примерки, выходы в свет, закрытые ужины с влиятельными членами правительства и королевского совета – все это Ариана стойко выдерживала.

Даже когда она поняла, что ее считают просто красивой пустышкой. Мужчины, ярые традиционалисты, в ее присутствии разговаривали так, словно она ни разу не слышала слова «импорт». Даже когда она поняла, что роль королевы абсолютно номинальна.

С обновленным имиджем Андреас делал успехи. Налоговые реформы успешно прошли через правительство. Королевскому совету представили новых членов – в основном лично отобранных Андреасом и Никандросом. Мелких предпринимателей и университетских профессоров встретили напряженно, однако вскоре недовольства улеглись.

Тот факт, что Андреас серьезно настроился на перемены, заставил Ариану призадуматься. Никандрос из кожи вон лез, чтобы стабилизировать экономику Дрэкона. Элени плакала от гордости, когда Андреас, несмотря на угрозы Габриэля увезти жену из страны, если она согласится, назначил ее председателем благотворительных учреждений. Уже не раз Ариана ловила на себе удивленные, радостные и даже любопытные взгляды Андреаса, пока играла роль идеальной хозяйки и любящей супруги.

С помощью Элени Ариана выбрала стилиста, который уловил ее вкус. Первые светские выходы характеризовали ее как будущую королеву, поэтому она строго придерживалась правил. Пока она не начала работать, ей нужно узнать все премудрости политической системы Дрэкона, поэтому Ариана слушала и запоминала.

Никто не замечал в ней изъянов – даже самые придирчивые критики. Благодаря постоянной поддержке и советам, первые две недели Ариана продержалась стойко. Король Тэос перевернулся бы в гробу. Все шло великолепно, кроме одного.

Время, проведенное с Андреасом, укладывалось в считаные минуты. Беседы ограничивались обсуждением погоды. Ни слова о личном. В конце дня они расходились по разным спальням.

Ариана видела, как отчаянно Андреас в ней нуждался, каким жарким, голодным взглядом он ее провожал. Она чувствовала ответный трепет своего тела, но не намеревалась повторять ошибок прошлого. Она убеждала себя, что ее и так все устраивает. Ее не надо водить за ручку. Она не почувствовала себя брошенной, когда Андреас отправился в Азию, сухо попрощавшись. Наивная! Она и не представляла раньше, насколько плотный у него рабочий график. Андреас не мог никому принадлежать. Осознав это, Ариана наконец вздохнула спокойно. Можно было заняться своими делами, но это оказалось не так просто.

Первый тревожный звоночек прозвучал, когда Ариана решила посетить приют для женщин в столице. Петра отклонила ее просьбу. «Его высочество полагает, что подобный визит в данное время неуместен».

Ариана сдержалась каким-то чудом. Она взялась искать подходящее для своей конторы помещение недалеко от дворца. Но не успела она и шагу сделать за его пределы, как ее обступила охрана. «Его высочество приказал выделить место для нужд миссис Дрэкон в южном крыле дворца». Огромные хоромы для целого взвода юристов, которые бы исполняли под ее именем всю черновую работу. Ариана снова проявила самообладание.

Потом ее неожиданно отправили на чаепитие с патронессами благотворительных фондов. Ариана выдержала и это. Потом она дала интервью. Ее слова исказили до такой степени, что Ариана предстала в статье королевским глашатаем, куклой в руках Андреаса.

Последней каплей стала оговорка Петры, из которой она узнала, что все звонки ее подруги Ронды отклонялись. Начало бракоразводного процесса Ронды было отмечено у нее в календаре.

Все вернулось на круги своя. Андреас отвел ей самое крошечное место в своей жизни. Но если ему был нужен просто манекен, зачем он ее похищал? И зачем обещал, что все изменится?

«Какая же я дура, раз поверила ему!» – говорила себе Ариана, направляясь к королевским покоям. Она устала ждать. Вчера Андреас вернулся из путешествия.

Перед массивной дверью возвышался охранник.

– Его высочество никому не разрешает заходить в его покои.

Ариана недоуменно приподняла бровь, и верзила пожал плечами:

– Даже брату и сестре.

– Но жена у наследного принца одна, – негромко произнесла Ариана. Ее начальственный тон удивил бы даже ее отца.

Спустя, казалось, целую вечность, охранник кивнул, распахнул тяжелую дверь и впустил ее. Зайдя внутрь, Ариана прищурилась и замерла. Тонкий запах сандалового дерева взволновал ее нервы. И стеклянные французские двери, и высокие окна были наглухо закрыты шторами. Ариана поежилась. В комнате было холодно.

Просторное полукруглое помещение было отделано темным махагоновым деревом. Широкий стол стоял напротив французских дверей, вид из которых должен был открываться на горы, Ариана это помнила. Всю стену от потолка до пола занимали книжные полки. Не нужно было всматриваться, Ариана и так знала, что это книги по истории, аккуратно расставленные в алфавитном порядке. На ватных ногах она приблизилась к полкам. Ее пальцы дрожали, когда она погладила корешки хорошо известных экземпляров. На душе стало тепло. Книги встретили ее как старые друзья.

Андреас постоянно с ними носился, и однажды она попросила о них рассказать. И тогда Андреас открылся ей с совершенно новой стороны, когда со страстью, восхищением и любовью излагал историю родной страны.

Ариана брела вдоль полок, иногда улыбаясь знакомой книге, иногда хмурясь. А потом ее вдруг словно током ударило. «В плену дракона: новый взгляд на старинное предание Дрэкона». Автор – Андреас Тит Дрэкон.

С бешено стучащим сердцем Ариана выхватила книгу с полки. Книгу, которую Андреас написал во время академического отпуска. Почему он солгал? Золотистый корешок, хрустящая дорогая бумага… Ограниченное коллекционное издание. Его воплощенная мечта: поделиться любовью к родине с остальным миром. Ариану бросило в жар, и она медленно расстегнула теплую кофту. Дрожащими пальцами она обвела его имя и заглавие на титульном листе. Затем перевернула страницу, и ее сердце замерло.

«Девушке, которая меня любила».

Выпав из ее рук, книга мягко приземлилась на ковер. Ариана опустилась на колени, и по плотной бумаге растеклись огромные пятна от слез. Беззвучно всхлипнув, она подобрала фотографию, выпавшую из книги. На снимке была она. Ариана даже не помнила, когда был сделан этот снимок. Она держала в руках поднос с кофе и кусочком пахлавы. То, что Андреас ежедневно заказывал в кафе на протяжении нескольких месяцев.

Она смотрела прямо в камеру, на ее губах играла дерзкая полуулыбка. Ее тело дышало сладострастием, а знойный взгляд метал искры. Бесцеремонная, бесстрашная, она брала от жизни все и этим понравилась принцу. Об этом Ариана забыла. Подогнув под себя ноги, она уселась на пушистый ковер и положила книгу на колени. Она пролистала несколько страниц и улыбнулась, услышав в его фразах знакомую страсть. А потом погладила снимок, выцветший и затертый. Неужели Андреас так часто разглядывал это фото? Ее обуревали смешанные чувства. Раскаяние и надежда. Перед ней лежало доказательство того, что Андреасу было не все равно. «Ему было не все равно, пока он считал тебя мертвой», – с горечью произнес ее внутренний голос. Она убрала фото в книгу, а книгу на полку и на негнущихся ногах направилась в спальню Андреаса.

Комната напоминала глубокую пещеру, и потолки в ней были такими высокими, что казалось, достигали неба. Из огромного люка лился слабый свет. Исполинская кровать притягивала взор. Андреас спал на животе, закрытый одеялом лишь до пояса. Мускулистая голая спина выглядела почти черной на фоне белоснежного белья. Ариана невольно улыбнулась при виде его огромной ступни, выглядывающей из-под одеяла. Ни один диван или кровать не приходились Андреасу впору.

В порыве внезапного гнева Ариана приблизилась к изголовью. Она тут, значит, кипит от негодования, а он спит?! Потом до нее дошло. Андреас часто работал без отдыха по нескольку дней, разбираясь с каким-нибудь важным вопросом, а после замертво падал в кровать.

Сейчас он крепко спал, подложив руки под подушку. Жесткая линия его губ была расслаблена. Ариана провела пальцем по его прямому носу, по линии бровей и подбородка. В ее душе вдруг поднялась отчаянная тоска. Неделями она изнуряла себя вопросами, почему она сбежала от Андреаса, воспользовавшись помощью охранника. Почему не осталась и не объяснила Андреасу, во что он ее превращает?

Она решила пойти к себе и все обдумать, но внезапно длинные пальцы обхватили ее запястье. Черные глаза глядели на нее сквозь мрак, и сонная нега смягчала его вечную суровость.

– Ари? Что случилось? – пробормотал он хрипло. Как после секса.

– Ничего… не случилось. Я не хотела тебя тревожить. Спи.

Ариана попыталась вывернуться из захвата, но тщетно. Андреас ухватил ее за талию и молниеносно уложил на кровать, а сам навис над ней.

– И хватило же тебе ума дразнить меня в моей собственной кровати.

Она уперлась руками в его плечи. Жесткие, напряженные мускулы на ощупь напоминали обитый бархатом камень. Внизу ее живота разлилось тепло. Ариана словно стояла над пропастью и готовилась прыгнуть. Их взгляды встретились. Оправдывая свою легендарную силу воли, Андреас не поцеловал ее. Он не сдастся, пока она сама его не попросит.

– Попроси поцеловать тебя. Diáßoλos![5] Попроси, и я тебя поцелую!

Глава 8

– Ариана облизнула пересохшие губы. Андреас зажег в ней огонь одним взглядом.

Поцелуй меня, – сказала она и бросилась в пропасть.

Он приблизился к ней вплотную. По ее телу пробежала мелкая дрожь. Наконец его жесткие губы к ней прикоснулись. Ариана затрепетала. Еще одно легчайшее прикосновение, снова и снова. Затем он провел языком по краешку ее губ и замер, словно проверяя ее готовность. Ариана жаждала большего.

– Пожалуйста…

Андреас отстранился.

– Я мечтал об этом моменте два года, Ариана, – хищно улыбнулся он. – И теперь я не буду спешить.

Он легко перевернул ее на бок и медленно провел пальцами по вырезу футболки, в котором виднелись бугорки грудей. θεέ той, он просто обожал ее груди! Он их боготворил! Однажды Ариана достигла оргазма, когда он просто ласкал ее соски.

– Твое тело изменилось, – хрипло пробормотал Андреас.

Она робко кивнула. Несмотря на то что в ее душу закрадывался страх, ей нужна была эта близость. Она так долго ее ждала! Здесь, в темноте, отрезанная от остального мира, Ариана сможет найти в Андреасе мужчину, которого когда-то любила.

– Теперь ты еще больше меня возбуждаешь… Но я хочу, чтобы ты изнемогала от желания.

Ариана провела кончиком пальца по его нижней губе:

– А тебе всегда мало.

Он нахмурился, но Ариане надоели игры. Ей нужно было узнать, не растеряла ли близость своего волшебства. И стоило ли их обоюдное пламя того, чтобы снова в него прыгнуть. Она притянула его голову к себе и облизнула его нижнюю губу. Андреас оставался непреклонен. Ариана накрыла его губы своими. Она целовала его снова и снова, пока ее дыхание не сбилось.

Желание стало непереносимым. Ариана куснула его, он выругался, и ее кожу обдало жаркое дыхание. Через долю секунды Андреас уложил ее на лопатки, крепко, до боли схватив за волосы, и завладел ее ртом. Его вкус распространился по ее телу. Больше никаких игр.

Застонав, Ариана приоткрыла рот. Его язык скользнул внутрь, и от нахлынувших чувств она вцепилась в простыню. Андреас неистово атаковал ее рот, крепко держа Ариану за волосы. Он накрывал ее губы своими, посасывал и покусывал, и Ариана окончательно потеряла контроль над собой. Простонав, она подалась вперед, раздвинув ноги, прижавшись бедрами к мощному торсу Андреаса. Он ласкал ее настойчивее и настойчивее, словно готовил к взрыву, который вновь поработит ее волю.

– Скажи, что хочешь большего, моя маленькая женушка. – Андреас нежно облизал краешек ее уха, и ее тело свело судорогой вожделения. – Скажи, где мне приласкать тебя, – произнес он вкрадчивым голосом.

Ее набухшие груди и до боли напрягшиеся соски так и просились в его властные ладони. Анд реас ничего не оставил без внимания. Его прекрасное, породистое лицо светилось от удовольствия.

– Попроси, чтобы я зашел в тебя, Ари…

Тяжело, прерывисто дыша, она изнывала от страсти, но Андреасу этого показалось мало. Его рука опустилась ей между ног. Она изогнулась всем телом от сладкой муки.

– Попроси, Ариана, – шепнул он. – И я буду рад тебе угодить.

Она ощутила легкую дрожь в его могучем теле, свидетельствующую о том, что Андреас находится на грани. Но держался он превосходно. Он денно и нощно контролировал свое тело и разум, никогда не позволяя себе послаблений. Раньше Ариана этого не замечала. Не понимала, что он привык контролировать все и вся. Если бы наследный принц потерял голову, он нуждался бы в ней, а не наоборот.

Чем больше она просила его внимания, тем больше он отстранялся. Как будто не знал, что с ней делать. Как будто она не помещалась в шкатулке, которую он для нее смастерил.

Почему тогда король Тэос так переживал? Сердце Андреаса было выточено из камня. Ариана усмехнулась. Она и сама хороша… За десять лет ничему не научилась. Ей страшно хотелось ухватиться за этот шанс, снова попробовать построить отношения с Андреасом. Найти счастье и гармонию, которые у них были в рыбацкой деревушке.

Но не на его условиях. Не ценой собственной жизни.

– Πáψei[6], Андреас, – внезапно выпалила Ариана.

Ее распухшие от поцелуев губы покалывало, но собственный отказ почему-то придал ей мужества.

Его ладонь по-прежнему лежала у нее между ног. На долю секунды Ариана засомневалась, услышал ли ее Андреас. Он поднял голову. В его глазах мелькнул страх. Он шумно вдохнул и зарылся лицом в ложбинку между ее грудями.

Ариана напрягла все силы, чтобы ему противостоять.

– Я сказала нет, Андреас. – Ее голос прозвучал уверенно и даже жестко. – Видимо, тебе неизвестно значение этого слова, поскольку ты никогда его не слышал. Тем более от меня.

От его смеха у нее внутри все задрожало. Андреас поднял голову и иронично посмотрел на нее. Однако в его взгляде было и любопытство. Отказ Арианы застал его врасплох.

– Мы оба знаем, зачем ты явилась в мои покои. А я никогда не использовал твои желания против тебя.

Андреас не сомневался в ее преданности. Куда бы ни заводила его самонадеянность, Ариана слепо следовала за ним. Когда он решил жениться, – решил, не спросив ее, – она с радостью забыла о собственных мечтах. А как иначе? Ведь сам принц, всемирно известный, могущественный и мудрый, похититель женских сердец, выбрал ее из всех! Неудивительно, что его больное самолюбие сильно пострадало, когда она сбежала.

– Я тебе раньше не говорила, что ты надменный ублюдок, ваше высочество?

– Нет. – Андреас раздраженно взъерошил волосы.

Если бы не сумятица в голове, она бы расхохоталась над его разгневанной физиономией.

– Ты права. Я уже забыл, что ты меня ненавидишь. Просто так ты никогда ко мне не приходила. Только в приступе страсти.

– Ты опять за свое! – вспылила Ариана.

– Не понял?

– Ты вырвал меня из моей жизни, притащил во дворец и теперь развлекаешься. Опять, – вырвалось у нее.

Андреас потрясенно молчал.

– Ари, объясни мне.

Таким тоном он с ней еще не разговаривал. Повелительным, опекающим – да. Снисходительным. Но не просящим.

– Ари, богом клянусь, если ты мне не объяснишь…

– То что? Ты меня запрешь? – фыркнула она. – Если тебе нужна была жена-марионетка, зачем ты меня похищал?

Андреас выглядел таким растерянным, что Ариана не знала, плакать ей или смеяться. Он привстал, и одеяло соскользнуло вниз, обнажив торс.

– Это не я вторгся в твою комнату…

– Секс здесь ни при чем.

Андреас снова взъерошил волосы. Он уже надевал на себя маску вежливости, скрывающую смятение.

Ариана медленно встала с кровати, хотя ей так не хотелось лишаться ласк. Но в следующий раз у нее не останется сил отказать ему и себе. А если она переспит с Андреасом, то предаст себя. Опять. Хотя в глубине души ей отчаянно хотелось ухватить шанс, который им подкидывала судьба. Впрочем, нет, не судьба. Это дело рук Андреаса. Он до нее добрался. Два года он искал ее по миру, рискнув своими обязанностями перед страной. Конечно, он не знает, что такое любовь. Разве он виноват, что Ариана хотела от него невозможного?

– Ты обещал, что я смогу заниматься своей работой. А ты… Ты перекрываешь мне все пути.

– Что ты, черт возьми, несешь?

– Ты не разрешил мне посетить женский приют.

– Это небезопасно. – Андреас стиснул зубы. – Тем более ты все равно туда съездила! Запудрила мозги охранникам!

Ариана дерзко задрала подбородок:

– Ты меня вынудил. Ты отвел для меня помещение во дворце. Во дворце, Андреас! Моя карьера – это не шутки!

– Будучи моей женой и королевой Дрэкона, ты не сможешь посвятить себя работе…

Она вперила в него разъяренный взор:

– Я тебя хоть раз подвела? Разве я не вела себя как образцовая жена-аксессуар?

Андреас поджал губы. Наконец до него начало доходить.

– Я тебя и не узнал. Такая послушная и кроткая. – Он шагнул к ней.

От хищного блеска его глаз у нее по спине побежали мурашки, и она отпрянула.

– Я только и думал, понравится ли мне такая Ари…

– Андреас, я сделаю все, что от меня потребуется. Но это не значит, что я отступлюсь от своего образа жизни. Это не значит, что я позволю тебе или твоим слугам решать, как мне жить. Мы не должны повторять те же ошибки.

– Kaλá[7], – произнес Андреас почти примирительно. – Так что тебе от меня надо?

– Во-первых, мой ноутбук, личные вещи и документы. Во-вторых, мне надо поговорить с Магнусом. И я хочу другого секретаря, не Петру.

От его добродушного настроя не осталось и следа.

– Нет, – отрезал он.

– Чем, по-твоему, я буду заниматься по скайпу, Андреас? Телепортируюсь, как в кино? Займусь виртуальным сексом?

– Мне не нравится слышать из твоих уст мужские имена и слово «секс», agape mou. Если хочешь договориться, не зли меня.

– Я должна помочь Магнусу с делами. Закон не защищает моих подруг от жестоких, авторитарных мужей. Их слишком многие предали. Я не могу просто исчезнуть и отобрать у них последнюю надежду. У тебя есть свои обязательства, у меня свои.

Его глаза сделались пустыми и равнодушными. Но Ариана начала распознавать сигналы. Чем сильнее его задевало то, что она говорила, тем сильнее он замыкался в себе.

– Это из-за меня ты решила изучать право? Ари, ты меня боялась?

– Боялась? Ну конечно нет. – Утаенная правда призраком витала по комнате, заставляя Ариану холодеть от ужаса. Его лицо оставалось каменным, и она продолжила: – Много лет меня носило из стороны в сторону. Из-за понуканий отца я так и не поняла, что мне нравится, в чем я могла бы преуспеть. В адвокатскую контору Магнуса я поступила секретарем, стала вести документацию. Женщины, переступавшие порог конторы, часто напоминали мне маму. Отец никогда не поднимал на нее руку, но постоянно оскорблял, а я была беспомощна. Поэтому я не щадила себя, чтобы получить юридическое образование. Я хочу помочь Магнусу. И я хочу, чтобы ко мне прилетели подруги. У Ронды наступила черная полоса в жизни, а Джулия осталась без дома – муж заморозил ее счета до конца бракоразводного процесса.

В его глазах отразился шок, и Ариана испытала странное удовольствие. Видимо, до этого Андреас не воспринимал ее всерьез.

– Прилетели куда?

– Сюда. Во дворец.

– Ты хочешь, чтобы я приютил двух женщин, которые убегают от собственных мужей и, возможно, от закона? Чтобы дворец превратился в убежище?

– Я хочу, чтобы мои подруги сами убедились в том, что мой муж, от которого я десять лет скрывалась, не такой уж монстр. А заодно отдохнули. Должны же быть какие-нибудь привилегии у драгоценной супруги наследника престола?

– Kaλá, – ответил Андреас после долгой паузы, а потом одним движением прижал ее к стене и яростно впился в ее губы, а когда перешел к шее, Ариана невольно застонала. – Будут еще требования?

Какой искусительной ловушкой был его рот…

– Верни Джианниса.

– Kaλá. Дальше?

Ариана положила ладони ему на грудь, намереваясь выиграть битву.

– Я хочу, чтобы меня окружали мои люди. Которые по-настоящему обо мне заботятся, а не считают твоей тенью. С ними я перестану чувствовать себя как в вакууме. Я не игрушка, чтобы мной забавляться, а потом ставить на полку.

– Игрушка? – У него на виске запульсировала вена. – После всего твоего вранья и подлостей я готов отвести тебе место королевы! Место, предназначенное самой прекрасной и совершенной женщине в мире!

Ариана поморщилась, но не отвела взгляда.

– Но ты выбрал меня. Что бы ни находилось у тебя вместо сердца, Андреас, оно хочет меня.

Она тщетно попыталась вырваться из его захвата. Крепко держа ее за запястья, Андреас внимательно изучал ее лицо, словно видел его в первый раз.

– Ты по-прежнему меня хочешь. Как бы ни упирался. Ты никогда не мог быть со мной жестоким и не можешь до сих пор. У Андреаса Дрэкона одна слабость, и это я.

Он рванул ее на себя:

– Один – ноль в пользу Арианы Дрэкон. Тогда какого дьявола ты не даешь мне того, чего мы оба жаждем?

– Я больше не сорвиголова. И моя главная обязанность в жизни состоит не в том, чтобы обеспечить тебя сексом и приятным отдыхом.

Когда она высвободила руку, Андреас отпрянул от нее, как от огня. Но Ариана не закончила. Она обхватила его лицо ладонями и развернула к себе:

– Я не из тех, кто слепо поклоняется тебе, Андреас. Я не стану винтиком в механизме твоей жизни, как Петра, или Томас, или твой водитель. Если ты не готов воспринимать меня на равных и разделить со мной быт, я снова убегу. Поверь, в побегах я разбираюсь. А если ты меня поймаешь…

Его глаза опасно сверкнули.

– Я устрою скандал, после которого от твоего драгоценного дома Дрэконов и мокрого места не останется. Так что решай, ваше высочество, нужна я тебе или нет.

Глава 9

Позволив Ариане уйти, Андреас разделся и шагнул под ледяной душ. Мозаичная плитка показалась ему, донельзя разгоряченному, удивительно прохладной. Открыв кран с холодной водой до предела, он несколько минут дожидался, пока спадет эрекция и разум наконец возьмет верх над эмоциями.

Выйдя из душа, Андреас весь дрожал. Он обернул полотенце вокруг пояса и встал перед зеркалом.

Его волосы давно нуждались в стрижке. Под глазами пролегали тени, но он не ощущал изможденности. Исчезла и пустота в душе, с которой он жил несколько месяцев. И слепая, жгучая ярость по отношению к Тэосу словно бы растворилась. Как будто его мир потихоньку возвращался в свою колею. Андреас начал понимать, что совсем не знал Ариану. Не знал ее истинного лица. Даже теперь он многого не мог уловить.

Ариана всегда была безрассудной и неуступчивой, но в ней появились и новые черты. Например, самообладание, которое его возбуждало. В том, что ее угроза реальна, он не сомневался, как не сомневался и в том, что Ариана поднимет скандал, если он не выполнит ее пожеланий. Ее вызов не рассердил его, а, напротив, приятно подстегнул. Как же ему хотелось одержать верх над этой непокорной особой! Чтобы она кричала и извивалась под ним, моля о пощаде…

Когда Андреас оделся, бежать за Арианой было поздно.

У его покоев уже дежурили Петра и трое советников. На повестке дня стоял контракт, который он подписывал с домом Тариусов. Жить стало бы гораздо проще, если бы он развелся с Арианой и женился на Марии Тариус. Ас в благотворительности, Мария с детства готовилась к подобной роли. Она бы принимала любые его капризы и стала прекрасной матерью. Из Марии вышла бы превосходная королева. Она бы никогда не потребовала приютить во дворце непутевых женщин. Или вернуть охранника, который грубо нарушил регламент. И настаивать на том, чтобы его не только восстановили в должности, но и прикрепили к личному сопровождению.

«Признайся, Андреас. Ты ревнуешь, как сумасшедший».

Он вдруг зарычал, и подчиненные оцепенели. Dio, до чего же она его доведет?! В глубине души Андреас понимал, что Ариана его не обманывала. И все равно отчаянно ревновал. И до сих пор ревнует.

Он, будущий король, ревнует к какому-то охраннику!

Но если представить, что ближайшие лет тридцать он будет ужинать с Марией, видеть ее искусственную улыбку… Эта женщина навсегда останется для него чужой. Вообразив, как он ложится с ней в постель, Андреас скривился от отвращения.

θεέ mou! Теперь, когда он нашел Ариану, место рядом с ним может занимать только она. Искрометная Ариана, успевшая очаровать его близких.

Ариана, которая наплюет на регламент и этикет, если дело коснется их детей. Она первая съедет на санках по снежной горке. И подговорит их нарушить правила. Она полюбит их всей душой, будь они тихонями вроде него или озорниками вроде Ника. Или если у них будет девочка, жаждущая признания, вроде Элени.

– Приведите во дворец Джианниса Петракиса, – приказал он советнику. – Он служил в охране. Отправьте его к миссис Дрэкон.

– К миссис Дрэкон? – Советник побледнел под выразительным взглядом Андреаса.

– Да, к миссис Дрэкон, моей жене.

Всю неделю Андреас избегал ее, занявшись безотлагательными государственными вопросами. Он должен был подавить мятеж, который грозил вспыхнуть в совете в результате его последнего указа, отправляющего в отставку многих влиятельных личностей.

Передача недвижимости в компанию Габриэля и рискованные финансовые авантюры Никандроса уже вызвали переполох. Народ не видел смысла в инвестициях, когда национальный долг перевалил за миллионы долларов. Но Андреас стоял на своем. Никандросу он доверил все, что имел, и не напрасно. Лучшего решения быть не могло: компания Габриэля уже повысила долю занятости в отдаленных областях Дрэкона. Дел было предостаточно.

И все же его не покидало животное желание овладеть Арианой. Сбить с нее дерзость, подчинить себе сильную, упрямую женщину, которой она стала. Исправить в их отношениях то, что, по ее мнению, следовало исправить, а потом завалить Ариану в кровать и ворваться в нее. Она не будет похожа ни на одну королеву Дрэкона, но с ней он не заразится манией величия, которая завладела Тэосом в его последние годы.

Ариана не позволит Андреасу превратиться в сухаря, обреченного на одиночество, которого из него хотел вылепить Тэос.

На этот раз он даст ей все, чего она ни попросит.

Прошла неделя. Через Петру Андреас пригласил Ариану на ужин в его покоях. Он был полон решимости вести себя прилично. Они должны начать с самого начала, а для этого он должен ей поверить. Он должен убедиться в том, что она действительно оставила его из-за невыносимых жизненных условий.

Едва он успел принять душ после долгого дня и переодеться, как перед ним возникла Ариана.

Она окинула удивленным взглядом изящный столик, сервированный на веранде, которая выходила во внутренний дворик с потрясающим видом на горизонт. Хрусталь посуды переливался в оранжевых лучах заходящего солнца. В ведерке со льдом покоилась бутылка шампанского.

– Kaλɳσπéρa[8], Ариана.

Она вскинула голову, но не обернулась. Андреас заметил, как напряглись ее плечи. Теперь он узнавал свою Ариану, которой всегда было трудно держать себя в руках. Самообладание противоречило ее натуре. Это ему в ней сразу понравилось.

Теперь, зная ее прошлое, Андреас еще больше изумлялся, как мужественно она вела себя на протяжении последних лет. С каким великодушием относилась ко всем, кто обращался за помощью.

Она медленно повернулась к нему, словно до последней минуты откладывала неизбежное. У него сжалось сердце. Ему хотелось вернуть прежнюю Ариану. Ту, которая ему поклонялась. И никогда не следила за словами, особенно в его адрес. Ариану, с которой он перестал бы чувствовать себя одиноким.

– Καλησπέρα, Андреас, – спокойно ответила она.

Несмотря на настороженность, она жадно оглядела его с головы до пят, как и он ее.

Андреас не испытывал угрызений совести из-за того, что он страстно желал этой встречи. Последняя неделя выдалась тяжелой, и только надежда вскоре увидеть Ариану придавала ему сил.

Сегодня она была одета в своем стиле – соблазнительно, смело и трогательно. Бежевое платье-футляр едва закрывало колени. Благодаря изящ ному покрою ее тонкая фигура смотрелась безупречно. Завершали образ черные лодочки. Волосы Арианы свободно струились по плечам.

– Выглядишь шикарно, – улыбнулся Андреас. Она покраснела:

– Ευχαριστούμε[9]. Ты тоже… Весьма неплохо.

– Я так понимаю, холодная война между тобой и Петрой наконец закончилась?

– Скажем так, мы нашли консенсус.

– И какой же?

– Разойтись по-мирному. Теперь у меня свои люди и ее мнение меня не волнует. Я назначила Джианниса своим советником и провела собеседования с несколькими кандидатами на должность пиар-агента и помощника по административным вопросам. По-моему, Элени обиделась на меня за то, что я выбрала человека, которого порекомендовала Мия.

Андреас рассеянно кивнул:

– Петра для меня весьма ценна, но не жизненно необходима. Я немедленно переведу ее в другой отдел.

– Это не обязательно, – оторопело возразила Ариана.

Неужели она и правда считала, что он ставит ее ниже персонала? После всего, что было? Узнав, как Петра и остальные с ней обращались, как ее наказывал Тэос? И не стоит забывать о том, как он сам убегал от нее, борясь с эмоциями. Андреас приблизился к Ариане, отрезая ей путь к отступлению.

– Почему нет?

– Это будет означать, что я беспомощна и прячусь за твоей спиной. Отныне я буду играть по своим правилам. Против тебя и всех обитателей твоего мира.

Его переполняла гордость. Далеко же она ушла от той девицы из прошлого.

– Мы все уже это поняли.

– Я не поверила своим ушам, когда Петра сказала, что ты хочешь со мной поужинать.

– Почему?

– Во-первых, я в курсе, что у тебя полно дел. А во-вторых, я не ожидала, что ты воспримешь мой ультиматум всерьез. Испугался, что я обращусь в СМИ? Сейчас тебе не хватает только рыдающей жены, которая заявит о том, что ты ее похитил.

Андреас разлил шампанское и протянул ей фужер.

– Позволь мне все объяснить, – произнес он. – Я провожу с тобой время потому, что хочу это делать.

– Неужели? – прошептала она.

Нетвердой рукой Андреас поставил на стол сперва свой фужер, затем ее, потом нащупал в кармане маленькую бархатную коробочку и вытащил ее на свет. Ариана не поднимала головы, но ее грудь беспокойно вздымалась. В этот момент он особенно остро прочувствовал, как сильно ранил ее десять лет назад.

– Ари, посмотри на меня.

Она не шелохнулась, и терпение Андреаса лопнуло. Взяв за подбородок, он приподнял ее голову. И, едва увидев ее сочные губы, тут же забыл приготовленные слова. Наклонившись, он жадно поцеловал Ариану.

Оеё mou! Когда он успел забыть ее изумительный сладкий вкус? Вожделение накрыло его словно волна, когда она провела языком по его нижней губе. Без сопротивления и без колебаний, без притворства и вызова. Вкладывая в поцелуй все свои чувства, Ариана хихикнула, когда они стукнулись зубами. Но Андреас не был настроен смеяться. Он хотел бы проглотить Ариану живьем. Как долго он ждал этого момента!

Положив руки ему на грудь, она прильнула к нему, выгнув спину. Чем дольше он ее целовал, тем сильнее разгоралось желание. Ариана дрожала от нетерпения. Поцелуй становился жарче. Про ужин они забыли. Обещания, которые давал себе Андреас, растворились в пылу страсти.

Он положил ладони ей на бедра, затем опустился ниже, к аппетитным ягодицам, сильнее притянув ее к своему эрегированному члену.

Извиваясь, Ариана застонала. Приподняв ее, Андреас усадил ее на стол. Ведерко со льдом с грохотом упало, и ледяные кубики разлетелись по полу. Ариана тяжело дышала, прикрыв глаза, и, казалось, собиралась предъявить Андреасу очередное требование, но он запечатал ее губы страстным поцелуем. Он бы взял ее прямо там: на столе, на веранде, под открытым небом. Ее платье задралось до бедер, открывая ему доступ к ее кружевным трусикам.

– Сейчас я тебя потрогаю, γʋλkiá mou[10], – прошептал он ей на ухо. – Проверим, как сильно ты меня хочешь…

Его пальцы нащупали влажное место под тонкой тканью ее трусиков. Ариана была готова на сто процентов. Прижавшись губами к ее виску, он углубил палец в ее промежность, и Ариана дернулась.

– Андреас, Πaρaκaλió[11]…

Запрокинув голову, она сжала бедрами его ладонь и застонала. Ее изящная прическа растрепалась, над верхней губой блестели капельки пота. Не удержавшись, Андреас слизнул их. Ее запах будоражил его как наркотик.

Андреас рванул вырез платья, зарычав при виде ее обнаженной груди. Он лизнул ее сморщенный темный сосок, и Ариана сладострастно выгнулась. Она схватила его за волосы, но он не возражал. Пощекотав ее влажный сосок подбородком, он обхватил его губами и пососал. Ариана была на грани. От его прикосновений все ее тело сотрясала дрожь.

– Ты не надела бюстгальтер, – прошептал он, оторвавшись от ее соска. – Скажи, что сделала это для меня… Ты ведь знаешь, от твоей груди я просто сатанею…

Ее отсутствующий взгляд остановился на нем. На губах заиграла озорная полуулыбка.

– Это… не из-за тебя…

Даже сейчас она отказывала ему в удовольствии.

Он погрузил палец в ее узкое влагалище, и, содрогнувшись, Ариана выпалила пару бранных слов. Андреас усмехнулся.

– Ладно, ладно! Я сделала это ради тебя! Kaλá! Еще…

Заметно польщенный, он ускорил темп. Пора разрушить преграды, которыми она себя окружила, и вернуть прежнюю Ари. Его умелые ласки заставляли ее дрожать, стонать и вскрикивать. Почувствовав приближение ее разрядки, Андреас зарылся лицом ей в грудь.

Она сжала бедрами его ладонь, не в силах восстановить дыхание, и обессиленно рухнула в его объятия. Андреас поправил ей платье, закрыв грудь. Все его тело кипело от желания, хотя в каком-то смысле он был уже удовлетворен. Ее длинные ноги дрожали, золотистая кожа блестела, на губах играла улыбка… Ее чувственное умиротворение возбуждало не меньше раскованности.

Андреас понял: все вернулось на круги своя. Он ждал этого момента с тех пор, как увидел ее перед церковью – бледную, с загнанным взглядом. Он должен был увидеть Ариану сияющей от удовольствия. Удостовериться, что она все еще принадлежит ему.

Ариана поцеловала его в грудь, оставив влажный отпечаток, потом вздохнула и поцеловала в живот, твердый как сталь. Ее ладони скользили по нему, ощупывали и гладили. Она всегда так делала.

– Что это было?

Андреас приподнял ее подбородок:

– Если ты спрашиваешь, значит, тебе не очень-то понравилось.

Ее хрупкое тело затряслось от смеха.

– Нет, это был ураган, правда! Но я все-таки хочу знать, что это…

– Это наше настоящее.

Она сердито посмотрела на него:

– Ты о чем?

Андреас наклонился и поцеловал ее в пухлые губы.

– Ни прошлого, ни будущего нет. Есть только здесь и сейчас. – Он заправил выбившийся локон ей за ухо. – Я хотел поцеловать тебя, Ари. И увидеть, растаешь ли ты в моих объятиях.

Она лучезарно улыбнулась, в ее глазах вспыхнул огонек. Вот какой должна быть Ариана. Вот кем он хотел наполнить свою жизнь.

Она поцеловала его в ответ, медленно и нежно.

– Исполнять свои желания – это здорово. Андреас Дрэкон, исполняющий свои желания, – вдвойне здорово. Но оттого, что эти желания вызвала я, мне остается только петь от счастья. – Она провела пальцем по его губам. – У меня тоже есть желания…

Андреас задержал дыхание. Ее ладони скользнули по его груди, нырнули в нижнее белье и опустились на член. Возбуждение чуть не свело его с ума, когда она погладила его по всей длине.

– Мы пока не можем пойти в постель, но твоя жена знает другие способы сделать тебе приятно.

Андреас так и не понял, как ему удалось устоять. Его поразила собственная выдержка.

– А почему, кстати, мы не можем пойти в постель? – спросил он кротко.

Андреас действительно не собирался и пальцем ее тронуть, пока их отношения не перейдут на новый уровень.

– Я только вчера начала пить таблетки. Мы не защищены.

– А от чего защищаться? Я здоров.

– От беременности, – тихо ответила Ариана.

Наступила неловкая пауза. Андреас вопросительно приподнял бровь, и Ариана отстранилась, поправляя платье. По его спине пробежали мурашки.

– Для этого есть презервативы.

Пожав плечами, она пригладила волосы:

– Ты же терпеть не можешь презервативы. А главное, они не дают полной гарантии.

Дежавю настигло его, как удар под дых. Он потер лицо ладонями, напряжение в его душе нарастало. Подобная ситуация уже происходила. Он попросил ее больше не принимать противозачаточные, и разразилась чудовищная ссора. Ариана наотрез отказывалась исполнять его просьбу. Тогда он пригрозил, что перестанет с ней спать. Dios, каким же он был чудовищем…

Ссора закончилась тем, что они лежали перед камином, тесно обнявшись после головокружительного секса, и осознавали: что-то между ними окончательно разрушилось. Первый и единственный раз секс доставил им не только чувство удовлетворения. Через три дня Андреас уехал на нефтяной саммит, не сказав Ариане ни слова. А когда вернулся, она исчезла из его жизни.

Андреас выругался, увидев, как она побледнела.

– Говори, Ариана, – сказал он настойчиво.

Она неуверенно кивнула и, словно защищаясь, сложила руки на груди.

– Я не хочу рисковать. Мы еще не готовы.

Чем категоричнее она ему отказывала, тем больше он сопротивлялся. Ему хотелось изменить их отношения. Кроме того, Андреас чувствовал: что-то не так.

– Рано или поздно до этого дойдет.

Выпрямившись, она воинственно взглянула на него:

– Андреас, в тот вечер, когда мы последний раз говорили об этом, мы чуть не перегрызли друг другу глотки. Я не хочу вмешивать в это детей.

– Почему?

– Я не слишком верю в наши отношения.

– То есть ты не веришь в меня. – Его голос звенел от негодования. После всех его жертв она не готова ему отдаться! И отдастся ли она ему вообще?

Ариана встала перед ним с умоляющим видом.

– Дело не в том, что я тебе не доверяю, просто… Мне страшно. Прошу, Андреас, не торопи события.

Недосказанность висела в воздухе невидимой стеной. Андреасу стало не по себе. Он понял: если ничего не предпринять, стена останется между ними навсегда.

– Я всегда хотел детей, ты же знаешь.

– Ты хотел наследников. Это не одно и то же, – возразила Ариана.

У Андреаса возникло ощущение, словно он бродит с завязанными глазами по темному лабиринту – испытание, которому отец подверг его в восемь лет, убежденный, что сын боится темноты.

– Потребность в наследнике никогда не отпадет. Страна перейдет нашему первенцу. Все последние годы Тэос с королевским советом давили на меня, но я постоянно откладывал переговоры с отцом Марии.

Услышав из его уст женское имя, Ариана скривилась:

– Из-за меня?

Андреас пожал плечами:

– Мне не особенно хотелось повторять горький опыт. Но потом выяснилось, что ты жива…

Ариана боялась представить, какой хаос творился тогда у него в голове.

– Просто мне всегда хотелось… – Андреас с трудом сглотнул, – стать хорошим отцом. Подарить своим детям жизнь, которой у меня никогда не было.

– Что ты имеешь в виду?

– Например, счастливое, беззаботное детство.

Ариана стояла как громом пораженная. От тоски и раскаяния у нее перехватило дыхание. Вот доказательство того, что Андреас по-настоящему изменился. Может, теперь у них получится?

Он хотел отойти, но она взяла его за руку. Даже малейшая дистанция между ними могла превратиться в непреодолимую пропасть.

– Мне нужно время. Мне нужно, чтобы на первом месте были мы с тобой. Только ты и я. А уже потом – Дрэкон.

Андреас внимательно посмотрел на нее, словно хотел выведать все ее тайны, затем поцеловал ее руку. Обходительность этого жеста покорила Ариану.

– Ты изменилась, – наконец произнес он.

– Да, я перестала бросаться из огня да в полымя.

– Но я хочу вернуть прежнюю Ариану. Ариану, которая всегда смеялась. Умела любить всем сердцем. Которая брала от жизни все. И поверь, pethi mou, я ее верну.

Глава 10

Спустя пару недель Ариана поняла, что муж привлекает ее все больше и больше. Как будто он поставил себе цель завоевать ее тело, разум и душу. И победа была близка.

Однажды у них выдалось два свободных часа, и они обсуждали бюрократические проволочки, с которыми Ариана столкнулась при создании адвокатской конторы. В другой раз они с советниками Андреаса обдумывали программу его путешествия в Азию. Потом встречались с пресс-службами, корректировали графики и встречи на ближайшие месяцы. Разумеется, они с Андреасом схватились не на жизнь, а на смерть, когда разговор зашел о ее обязанностях как королевы и о ее карьере. Ариана наслаждалась каждой минутой схватки, из которой никто так и не вышел победителем.

Иногда ужины отменялись, бывали дни, когда она довольствовалась лишь его мимолетным взглядом на очередном мероприятии. Но когда в половине одиннадцатого вечера она устраивалась в гостиной смотреть свою любимую сатирическую программу, Андреас всегда к ней присоединялся. Он садился рядом, прижимаясь к ней мощным бедром. Они то хохотали, то жарко дискутировали о политике. А если оба и устали, то просто молчали.

Даже случайные прикосновения были инициированы Арианой, в чем она сама себе стыдливо призналась. Однажды она развязала ему галстук – Андреас был просто вымотан после очередного заседания. В другой раз поспешно застегнула ему пуговицы на рубашке. Она поцеловала его, когда он подарил ей кольцо своей матери. Андреас только смотрел на нее своим непроницаемым взглядом. Но Ариана знала его как свои пять пальцев. Он ждал первого шага. Это была игра.

Ариана не понимала, почему медлит, почему не торопится шагнуть в новые отношения. Последний раз, когда она занималась с ним любовью, то не понимала, что находится в опасности. Теперь же картина была ясной. Когда Андреас овладеет ею, она снова потеряет себя. Что ее страшило: потеря собственной воли или утаенная правда? Ариане хотелось, чтобы между ними не осталось недомолвок, когда они займутся любовью.

Вот только она до смерти боялась рассказывать Андреасу о сыне, которого потеряла.

– Почему ты такая серьезная?

Андреас стоял на пороге ее спальни. Пиджака на нем не было, белая рубашка расстегнута, открывая взору его мощную грудь. Ариана моргнула, пытаясь сделать равнодушное лицо.

– Я просто устала, – ответила она, и это была абсолютная правда.

Все неделю у нее проходили телефонные конференции с Магнусом, Рондой и ее новым адвокатом.

Андреас уселся рядом на диване, не касаясь ее. Он был заметно напряжен, и ее раздумья отошли на второй план.

– Хватит взваливать на себя столько работы. Петра всю неделю не могла к тебе прорваться.

– Пора бы ей от меня отстать, – ответила Ариана с улыбкой. С одной стороны, ее немного раздражало его покровительственное отношение, а с другой – ее радовала его забота.

Глубоко вздохнув, Андреас посмотрел на нее, улыбнувшись краем губ.

– Ты ведешь светскую жизнь, часами обустраиваешь свой офис и решаешь проблемы друзей. Но при этом…

– При этом я не настоящая жена, да? – сказала она, подсев к нему поближе.

Его глаза сверкнули. Он подхватил пальцем выбившийся локон ее волос и потянул за него, плотоядно улыбаясь.

– Однажды, agapita, мое терпение лопнет, и я возьму тебя. И не говори потом, что я тебя не предупреждал.

И вдруг Ариана поняла, что готова. Не успел Андреас и глазом моргнуть, как она забралась к нему на колени и поцеловала. Зарычав, он поцеловал ее в ответ. Ариана громко застонала, когда он куснул ее за губу. Он погладил ее груди, а она опустила руку на его пенис, который уверенно уперся ей в ладонь.

Ариана была уже готова отдаться мужу прямо на ковре перед камином, но тут заверещал ее мобильный телефон.

– Сбрось! – прорычал Андреас в грудь.

Проигнорировав его приказной тон, Ариана соскользнула с его коленей и схватила телефон. Услышав первые несколько слов, она застыла. Андреас вынырнул из омута страсти, так на него подействовало ее помертвевшее лицо. Он обнимал ее, пока она не закончила разговор.

Наконец Ариана повесила трубку. Андреас знал: ему не понравится то, что он сейчас услышит.

– Я должна уехать, – прошептала она.

Это был удар ниже пояса. Андреас помрачнел.

– Куда? – сдавленно спросил он.

– В Штаты. В Колорадо, – рассеянно бросила Ариана, расхаживая по комнате.

– Никуда ты не поедешь! – рявкнул он.

– У Ронды начался развод. – Ее лицо было бледным как полотно. – А муж избил ее! Я нужна ей, Андреас.

Он вытащил мобильный и стал набирать номер.

– Петра устроит ей круглосуточную охрану и заботу. Муж больше не тронет ее и пальцем.

– Я должна ехать. Ронда была рядом, когда… Когда я была совсем одна. Это важно, Андреас! – шептала она, словно не слыша его.

А у Андреаса от одной мысли об этом шел мороз по коже.

– Xρiστos, Ариана, как ты не понимаешь, что твоя работа опасна? А если этот мерзавец и тебя ударит? – Андреас почти кричал. Такого с ним еще не бывало. – Давай перевезем Ронду сюда, как только она придет в себя. А завтра утром ты перво-наперво отдашь все свои папки с документами Джианнису. Я хочу, чтобы охранная служба сопровождала каждое дело, которое ты будешь вести. Ты и без того отличная мишень…

Ариана закрыла его рот ладонью, а другой рукой обхватила его за талию. Он одеревенел. Когда она успела добиться такой власти над ним?

– Если ты вмешаешься в мою работу, ты меня потеряешь, – произнесла Ариана почти умоляюще, словно понимая, что с ним происходит. Она хотела, чтобы он доверился эмоциям, которые испытал впервые в жизни.

– Это то же самое, как если бы тебе приказали покинуть Дрэкон. Ты бы смог, Андреас? Если бы тебе пообещали любые сокровища мира?

Он убрал ее ладонь со своих губ. Его пульс бился с бешеной скоростью.

– Нет.

Она обхватила его лицо ладонями, вынуждая встретиться с ней взглядом.

– Тогда я прошу – расслабься. Со мной ничего не случится. Доверься мне, и я к тебе вернусь.

Андреас прижался губами к тыльной стороне ее запястья и глубоко вздохнул. Отпустить ее значило оторвать от себя кусок. Но он должен был это сделать. Ради них обоих. Каким бы Тэос ни был безумным, как бы он ни испортил его детство, в одном он был прав: страсть была опасна для людей вроде них – для мужчин, от которых зависят судьбы тысяч людей, которые легко могли злоупотребить властью, чтобы распорядиться жизнью близких. Его до сих пор переполняло звериное желание разрушить ее карьеру, сжечь документы, отрезать Ариану от общества, обеспечить ей полную безопасность. Забрать ее себе.

«Моим тюремщиком стал мужчина, которого я любила».

Нет, никогда… Он не станет убийцей ее души. Он убрал ее руку и отвернулся:

– Ладно, поезжай. Даю тебе неделю и, если понадобится, приволоку обратно за волосы.

Она обвила его руками и засмеялась:

– Никак не могу решить, кто мне больше нравится – Андреас-ученый или Андреас-воин. Думаю… – Ее руки опустились на его талию, затем ниже, и ее ладонь накрыла его возбужденный орган. – Я хочу обоих.

Андреас вздрогнул:

– Ты колдунья.

Он жадно впился в ее губы. Он должен ее отпустить, несмотря на противный холодок под ложечкой. Несмотря на дрожь, сотрясавшую его при мысли о том, что она не вернется. Все невысказанное Андреас вложил в свой поцелуй. Оторвав от пола, он прижал Ариану к себе. Пусть поймет, что принадлежит ему.

Внезапно он почувствовал, что ее трясет и ей трудно дышать.

– Ари, в чем дело? У тебя приступ?

– Нет, – прошептала она. Как объяснить ему, что настал тот поворотный момент, когда ей стало ясно: она пропала. Окончательно и бесповоротно.

– Ш-ш-ш… Agapi mou. Скажи, что мне сделать, Ари. Скажи, чего ты хочешь.

– Просто… – «Просто скажи, что любишь меня. Скажи это так, чтобы я призналась тебе в ответ. Чтобы я могла кричать об этом на весь мир».

– Ты моя, Ариана. Я тебя никому не отдам.

Она засмеялась сквозь слезы:

– Просто держи меня.

В его объятиях она сразу согрелась. Его тело было жестким и мощным, несмотря на худощавость. Прижавшись щекой к его груди, она слышала стук его сердца. Ничто не могло сравниться с объятиями Андреаса – казалось, она вернулась домой.

Где-то в глубине души Ариана понимала, что все меняется. Она тонула, падала, не в силах остановиться. Нельзя быть с Андреасом и одновременно с ним сражаться. Нельзя находиться рядом с ним и отрицать, насколько он для нее важен. И всегда был. Ариана спрятала лицо у него на груди, боясь, что он все прочитает по глазам.

– Никогда меня не отпускай, – прошептала она, дрожа.

Через три недели настал день коронации – яркий и солнечный. Ариана смотрела в зеркало, ужасно нервничая.

Наконец воцарилась тишина – после долгих часов переговоров с дизайнерами, стилистами, советниками и придворным ювелиром. Еще несколько минут – и она спустится по извилистой лестнице, где будет ждать Андреас. Еще несколько минут – и мир узрит Ариану Дрэкон. Еще несколько минут – и начнется церемония, где их провозгласят королем и королевой.

В большом овальном зеркале ее платье переливалось, словно было отлито из золота. При свете ламп ослепительно сверкали бриллианты на заколках в ее высокой прическе. Она поправила диадему. Лишь теперь, оставшись в одиночестве, Ариана призналась себе, что Андреас оказался прав: от сложных ситуаций она умела только убегать.

Ее отец, король Тэос, Андреас – все они были уверены в ее никчемности. До некоторых пор Ариана и сама так считала. Она никогда не верила в себя. Не верила, что достойна Андреаса и его откровений в рыбацкой деревушке.

Ее всегда мучили сомнения. Может, отец говорил правду, и она до конца жизни останется ходячей катастрофой? Однако сегодня Ариана ощущала, что ее внешность наконец совпала с мироощущением. Она выглядела уверенной, бесстрашной, стильной женщиной, которая растопила сердце хладнокровного принца. И отдельное спасибо за это стоило сказать наряду.

Золотистое платье в пол было ее собственным выбором. Личный секретарь Арианы, так же как и Петра, сочли его излишне дерзким, слишком радикальным. Ариана и бровью не повела. Золотой шелк был настолько мягким, что буквально сливался с ее телом. Платье было с открытыми плечами, прямым вырезом и свободными рукавами. На талии оно переходило в пышную юбку.

Пытаясь унять волнение, Ариана положила ладонь на живот и замерла, пораженная новой мыслью. Все эти недели она пыталась скинуть с себя щупальца Дрэкона и его многовекового великолепия. Когда ей хотели внушить важность происходящего, она делала вид, что все это ее не интересует. Никандрос только рассмеялся, когда она попросила его честно рассказать о женщинах, претендовавших на заветную роль королевы, и о том, как она выглядит на их фоне. Один Андреас не давил на нее с тех пор, как она вернулась, – на неделю позже назначенного срока, но как раз вовремя, чтобы успеть подготовиться к безумию коронации. Один Андреас не забивал ей голову нравоучениями, предупреждениями, умными фразами.

Один Андреас давал ей жить спокойно. Он не спрашивал, достаточно ли тщательно она ознакомилась со списком гостей и не забыла ли свои реплики. Он не комментировал дела, которые она вела, в том числе случаи Джулии и Ронды, которые его самого ошеломили. Он даже не отпустил шуточку насчет платья.

Осмелится ли она открыть ему правду, витавшую между ними, словно призрак?

Чем дольше Ариана собиралась, тем сложнее ей было начать этот разговор. Иногда она ловила вопрос в его взгляде. Андреаса тяготило, что она не до конца верила в их отношения. Но ведь она поверила, что он изменился. Ребенок, которого они могли бы произвести на свет, будет любим своим отцом. Сегодня она признается ему во всем. После коронации, когда они снова станут просто Андреасом и Арианой.

Она расскажет ему, как потеряла сына.

Ее окликнули. Дрожа как осиновый лист она обернулась. Позади нее, широко улыбаясь, стоял Джианнис.

– Пора, ваше величество, – произнес он с поклоном.

Не выдержав, Ариана бросилась ему на шею. Добрый малый не только обнял ее, но и успокаивающе похлопал по спине. Ариана выпрямилась и кивнула, безмерно благодарная своему другу.

Встречайте, Дрэкон и его король! Она идет.

Как только Ариана спустилась по лестнице и заглянула в мрачные глаза Андреаса, она поняла: что-то не так.

На последней ступеньке она помедлила, и он рванул ее на себя. Захват был таким мощным, что от него наверняка останутся синяки. Он просканировал ее взглядом с головы до пят. Она затрепетала от его начальственного осмотра. От холодной ладони, лежавшей на ее спине.

Он узнал.

– Андреас, я…

– Ты хоть понимаешь, что я готовился к этому моменту всю свою жизнь?

Чужой, надтреснутый голос удивил и напугал ее.

– Стать королем Дрэкона – моя главная обязанность. Мое единственное предназначение. А теперь, когда этот день настал… Ты все разрушила, Ари. Даже мою веру в себя.

– Подожди, Андреас… Как ты узнал?

– Один из советников посчитал нелишним проверить, нет ли сюрпризов в твоем прошлом. Журналисты умеют находить скелеты в шкафу. А моя пресс-служба старается быть на два шага впереди. Мне доставили выписку из больницы… Ты хоть представляешь, что ты со мной сделала?

Следующие часы были самыми мучительными в жизни Арианы. Ни жестокие отцовские наказания, ни преждевременные роды не могли сравниться с муками, которые она претерпевала, когда улыбалась незнакомым людям, а Андреас не удостаивал ее и взглядом. Она снова упустила свое счастье.

Но не плача и не сокрушаясь, Ариана стояла подле Андреаса на крепостной стене королевского дворца и приветствовала тысячи людей, выстроившихся на улицах города. Она не позволила улыбке покинуть ее лицо, когда они с Андреасом шествовали к автомобилю, не позволила себе выдать напряжение, когда они позировали фотографам.

Даже увидев Марию Тариус, образец самообладания, невозмутимости и всех остальных добродетелей, с которой Андреас непринужденно заговорил, Ариана не пришла в ярость. Но когда зазвучал струнный квартет и они с Андреасом должны были выйти на танцпол, Ариана чуть не опозорилась.

На миг она решила, что он ее не пригласит. Пятьсот именитых гостей наблюдали за их общением, как стервятники, готовые ее растерзать. К ее горлу подступила тошнота.

Она облегченно выдохнула, когда он наконец оторвался от Марии и подошел к ней. Его идеальная улыбка не исчезала ни на секунду. Только ледяные искорки в глазах выдавали его эмоции.

Музыканты заиграли сонату, и с присущей ему грацией Андреас повел ее на танцпол. Сердце у нее ушло в пятки. Их тела, подходившие друг другу, как два кусочка пазла, двигались в полной гармонии. Разумеется, к их паре было приковано всеобщее внимание. В новостных отчетах напишут, что король и королева Дрэкона, впервые за всю историю страны, любят друг друга до безумия. Когда танец закончился и раздались оглушительные аплодисменты, Андреас привлек ее к себе и поцеловал – вопреки всем правилам приличия. В этом не было ни нежности, ни страсти. Андреас наказывал ее своим поцелуем. Запустив пальцы в ее хитроумную прическу, он словно насиловал ее у всех на виду. Его язык властно проник в ее рот. Но Ариана не отстранилась, хоть и раскусила его намерения. Это походило на дешевую мыльную оперу.

– Добро пожаловать в наше будущее, моя королева, – ядовито прошептал он ей на ухо. – Твой сладкий вкус не перестает меня манить и теперь, когда ты наполнена самым гнусным враньем. Между нами не осталось ничего, кроме лжи и похоти. Зачать детей будет не так уж и трудно.

– О чем ты говоришь? – ахнула Ариана.

В его глазах заплясали бешеные огоньки.

– Мне плевать на твой график, Ари. Мы сделаем детей, и начнем делать их, когда мне приспичит.

Проглотив слезы и боль, Ариана повернулась к гостям и улыбалась им, пока у нее не начало сводить челюсть. Пока комок в горле не начал перекрывать кислород.

Андреас был искусным политиком. Об их поцелуе будут судачить многие поколения дрэконцев. Такой страсти между королем и королевой они еще не видели. Вброс, с которого Андреас решил начать свое правление, был встречен на ура.

Глава 11

Далеко за полночь Андреас, Ариана и его брат с сестрой проводили последнего гостя.

Бал прошел с оглушительным успехом. Сливки общества приняли их романтическую историю с восторгом. Они увидели то, что хотели: их несгибаемый, хладнокровный король, так много перенявший от своего отца, по уши влюблен в свою красавицу-жену. Их история напоминала сказку, и дрэконцам эта сказка пришлась по душе. Андреас исполнил свой долг, более того, он подарил народу надежду.

Как ему удавалось держать свой взрывной характер в узде? Впрочем, ничего удивительного. Его запрограммировали на то, чтобы ставить обязанности перед страной превыше всего. Глушить чувства стало для него естественным, и он легко делал вид, будто ничего не произошло, даже когда читал в сухой больничной выписке о страданиях своей восемнадцатилетней жены.

Он узнал не только о том, что Ариана была беременна, когда уезжала от него, но и о том, что она чуть не умерла при рождении сына, обреченного с самого начала. Это произошло в богом забытом поселке у подножия Скалистых гор, и рядом с ней никого не было… Ужасная картина все время стояла у него перед глазами.

Но Андреас вел себя как робот, с которым он часто себя сравнивал. И теперь, в безмолвии огромного дворца, его охватило ощущение нереальности происходящего. Словно внутри у него оборвалось нечто, всегда его сдерживавшее. Он взбежал вверх по лестнице, перескакивая через три ступени. В вихре незнакомых ему прежде эмоций Андреас ворвался в свою спальню и застыл посреди комнаты. Тяжелые двери с грохотом закрылись у него за спиной.

В золотом платье, подчеркивающем каждый изгиб ее соблазнительного тела, Ариана стояла возле его безразмерной кровати, как на своем законном месте.

С минуту он просто смотрел на нее. Ариана выглядела ошеломительно красивой, уравновешенной и идеальной, как никогда. Понятно, почему и журналисты, и его крайне избирательные гости проглотили заготовленную легенду. Чудесным образом сочетая в себе уверенность и наивность, силу и хрупкость, Ариана моментально привлекала внимание мужчин. Даже он со своим каменным сердцем не устоял против ее очарования. Любой пренебрег бы общественным мнением и капиталом, лишь бы обладать ею. И дело не в наряде, просто она притягивала людей. Было заметно, что Ариана наконец приняла его страну. Свыклась с ролью, в которой он всегда мечтал ее видеть.

Теперь она обладала всеми качествами, которые Тэос требовал от будущей королевы.

«Она чуть не умерла!» – вдруг громыхнуло у него в голове. Андреас представил, как она лежит, бледная, без сознания, на убогой больничной койке. Напуганная и брошенная, но полная решимости не возвращаться к нему. Обрекшая его на одиночество.

– Убирайся из моей спальни.

– И не подумаю. – Она опустила глаза. – Я хотела сегодня все тебе рассказать. Это грызло меня изнутри. Пожалуйста, поверь. Я правда хотела во всем признаться.

– Твои слова для меня пустой звук. – Внутри его заклокотала ярость.

Обхватив себя руками, Ариана стояла, чуть пошатываясь.

– Я хочу все обсудить.

Проигнорировав ее фразу, Андреас направился в ванную комнату, но Ариана преградила ему путь. Он глубоко втянул в себя запах ее кожи.

– Отойди.

Ее трясло от напряжения.

– Если не отойдешь, я за себя не отвечаю.

– Я тебя не боюсь, Андреас. Страшно было тогда, когда я представила, во что превращусь, если не уеду.

– Говори что угодно, я не поменяю своего отношения к тебе.

С ее губ слетел нервный смешок, больше похожий на стон загнанного зверя.

– Если бы я знала, что горькая правда может изменить твое отношение ко мне, я бы призналась миллион лет назад.

Кипящий от ярости, Андреас толкнул Ариану к стене и прижал ее своим телом.

– Ты снова издеваешься надо мной? Как можно смеяться над тем, что ты скрыла от меня моего сына, а сама… – В его горле как будто застряли кусочки битого стекла. – Сама чуть не умерла?

Наконец она разглядела чувство, скрывавшееся за его взглядом.

– Это пройденный этап, Андреас. Я прекрасно помню свои муки. – По ее щеке скатилась слеза. – Меня сжигало чувство вины за то, что мой организм меня предал. Тоска давила меня месяцами… Это будет преследовать меня до конца жизни. – Тыльной стороной ладони она грубо вытерла слезы. – Я не оправдываюсь. Просто я…

– Патологическая лгунья? Женщина, не способная мыслить здраво?

– Когда я узнала о беременности, ты уже был помолвлен. Плюс ко всему, я подписала документы на развод. Если бы я вернулась и сообщила тебе о ребенке, ты бы превратил мою жизнь в ад. Безответная любовь и так меня чуть не убила. Я не виновата, что забеременела в самый неподходящий момент. По-твоему, присутствие ребенка в наших сложных отношениях могло бы все исправить, но это ошибка.

Правда беспощадно разила Андреаса.

– Я попросил тебя бросить пить таблетки потому, что иначе Тэос бы не успокоился. В глубине души я понимал, что он с тобой делает. Я замечал твой загнанный взгляд, видел, какой ты становилась подавленной. Я боялся тебя потерять. Если бы ты забеременела, у нас появился бы шанс…

Ариана раскрыла рот от возмущения.

– Значит, у меня был выбор – потерять свою личность или стать племенной кобылой?

– Тогда ты больше ни на что не годилась. И… я хотел тебя удержать.

Ариана скривилась, но ему было плевать. Андреас нанес ей ответный удар в спину. Главное – унять боль, разрывавшую его изнутри.

Даже находясь в таком уязвимом положении, Ариана не казалась слабой и хрупкой. Ее лицо светилось, а в глазах горел огонь. Как будто она снова стала той самой девчонкой, которая могла свернуть горы своим жизнелюбием, своим смехом.

– Может, просто скажешь, что ты меня любил? Что я была тебе нужна? Разве не ты убеждал великого короля Тэоса в том, что потерял голову от страсти и не смог вернуться в Дрэкон без меня? Ты любил меня… И это настолько выбивало тебя из колеи, что по возвращении ты сразу отстранился. Как бы то ни было, ты все равно обычный смертный, Андреас, – с горечью произнесла Ариана.

– Да, я разрушил твою жизнь. Зачем ты мне это повторяешь все последние недели? По-твоему, там была любовь? Если ты так считаешь, то ты безумна, как и я, glykia mou.

– Я любила тебя, но ты не справился со своими чувствами, не принял их, это меня и оттолкнуло. Поэтому я боялась вернуться. Я повторила бы судьбу матери… День за днем ее душа умирала.

Андреас отвернулся. Он не мог дышать от боли. Неужели все опять свелось к тому же? Опять он не способен ни управлять своими чувствами, ни признать их.

Ариана прильнула к его спине.

– Я испугалась. Как бы ты и Тэос поступили с ребенком? Я боялась, что, когда вернусь…

Он обернулся к ней, криво улыбаясь. Dios, это было невыносимо!

– И чего же ты боялась?

– Что история повторится. Что наш ребенок станет очередной марионеткой. Что ты превратишь нашего сына… В своего клона. И я, как моя мать, буду лишена права участвовать в его воспитании. Я не вернулась ради его блага, Андреас.

Последней фразой Ариана его добила. Он закрыл ее рот жарким поцелуем, не в силах сдерживать страх. Не мог иначе выплеснуть гнев, отчаяние и боль, видную невооруженным взглядом.

Да, это Тэос сделал его таким, и Андреас не мог ничего изменить. Он не умел любить. Ему по-прежнему нечего было ей предложить. Злость на себя, на отца и на Ариану воплотилась в животной потребности ею овладеть.

Ее нежные, мягкие губы дарили ему тепло. С ней он всегда обретал то, чего ему не хватало.

– Андреас, пожалуйста…

С ее губ сорвался стон, когда он взял ее за волосы и притянул голову к себе. Их языки сплелись. И чем больше Андреас целовал Ариану, тем больше ее хотел. Уголком сознания он понимал, что она хочет продолжить разговор. Ей было что сказать, но он не хотел слушать. Не хотел извинений, не хотел оправданий. Он желал утонуть в ощущениях, поэтому атаковал ее рот снова и снова, грубо и жестко. Ариана застонала от наслаждения.

В какой-то момент она оставила попытки до него достучаться и сдалась. Худенькие руки сорвали с него пиджак. Вцепившись ногтями в его затылок, другой рукой она ухватила его за ягодицу.

Андреас ухмыльнулся. Он и забыл, как сильно она любила его тело. Сколько провела часов, целуя его и облизывая, проверяя и дразня. Андреасу крайне пригодилась его физическая подготовка, спасибо Тэосу.

Андреас подхватил Ариану на руки и в два шага оказался у своей кровати-аэродрома. Сквозь открытые французские двери он услышал перешептывания слуг, снующих по внутреннему дворику, но ему было плевать.

Сейчас ему нужно было одно – овладеть Арианой.

– Андреас, ты не дал мне закончить. Позволь, я…

Дрожащими руками он нащупал молнию ее платья и наполовину стянул, наполовину сорвал наряд с ее хрупкого тела.

Освобожденные от бюстгальтера, ее полные груди легли ему в ладони. Андреас бросил Ариану на кровать, и ее волосы медным костром разметались по простыне. От желанного тепла его отделяла только шелковая полосочка ткани. Страсть, которую он сдерживал долгие годы, хлестала из него, как вода через дамбу. Когда он рассматривал ее роскошное тело, боль утихала, но приходил страх. Он снова принесет ей одни страдания.

Андреас сорвал с Арианы крохотные трусики.

Перед ним предстали ее округлые упругие ягодицы, осиная талия, плавная дуга спины, подрагивающие бедра. Загорелые руки, которые она подложила себе под спину. Она ухватилась за шелковую простыню, как за единственную опору. По ее коже пробежали мурашки.

Наконец они посмотрели друг на друга. Слезы стояли в ее глазах, которые от этого казались еще больше. Распухшие от поцелуев губы соблазнительно розовели. Выставленная на его обозрение, Ариана должна была съежиться, испугаться. Но в ее взгляде горел подзадоривавший его огонь.

– S’agapo, Андреас. Я тебя люблю и буду любить.

Ее слова хлестнули его как ремнем. Так молнии врезаются в землю. Так кипящая лава сметает все на своем пути. Значение этих слов ужаснуло Андреаса и связало по рукам и ногам.

«Только один раз», – приказал он себе. Только на одну ночь.

Не обрывая зрительного контакта, он расстегнул брюки, снял их, затем спустил боксеры. Увидев его напряженный член, Ариана изменилась в лице. От ее жадного взгляда Андреас возбудился еще сильнее. С рычанием он скинул с себя рубашку.

– Раздвигай ноги, agapi mou, – прошептал он, и она подчинилась, как милая, послушная женушка.

Он лег на нее сверху. Прижатая к его груди, Ариана на ощупь была как шелковый лепесток. Ее ягодицы так и манили его твердую плоть. Когда она попыталась придвинуться ближе, Андреас остановил ее, с силой сжав ее запястья. Стоны вырывались у них обоих одновременно. С новой силой вспыхнули ощущения, о которых они оба давно забыли.

Как же она нравилась ему такой! Ему нужна была покорность от женщины, которая постоянно с ним сражалась и время от времени переворачивала его мир с ног на голову. Ему нужно было ощущать ее под собой, ведь это было единственное положение, в котором они могли быть друг с другом абсолютно честны. Где она не могла спрятаться или отгородиться ложью.

Он вцепился зубами ей в плечо, она дернулась и застонала:

– Еще, Андреас… Дай мне все, на что ты способен!

Простыня смялась, пока он оставлял на ее прекрасной спине отметины, а потом нежно облизывал укусы. Ее вкус, вкус сладострастия и женственности, будоражил его кровь.

Ариана застонала и вцепилась в простыню, когда его рука скользнула ей между ног. Она начала извиваться, подаваясь вперед, неосознанно пытаясь найти ритм, который принес бы освобождение.

Андреас неторопливо ласкал ее, пока она не взмолилась:

– Не отдаляйся от меня, Андреас! Не веди себя так, словно я для тебя просто игрушка.

– Но так и есть, Ариана. Мне нечего тебе предложить. Когда ты поймешь?

– Нет, нет, нет! – Прижавшись к нему всем телом, Ариана поцеловала его так, словно хотела удержать любой ценой. – Я ошиблась, – шепнула она, покрывая его лицо поцелуями. – Мы оба изменились, Андреас. У нас появился шанс, и я не…

Он накрыл ее губы своими. Шире раздвинув ее ноги, он получил долгожданное тепло одним глубоким движением. Без предупреждения, без пауз. Ее заветное местечко сомкнулось вокруг его мощного стержня. Они как будто и не разлучались. Здесь и сейчас они стали одним целым.

Обняв Ариану одной рукой, другой он схватил ее за грудь. Соблазнительно-напряженный, ее сосок выступал над мягкой округлостью.

Ощущения переполняли его, вытеснив тоску и раскаяние. Страсть была единственным средством избавиться от чувства бессилия. Зарывшись лицом ей в шею, он яростно двигался внутри ее. Как она была прекрасна!

«S’agapo, Андреас. Я тебя люблю и буду любить».

Ее слова зачаровывали его и наполняли эти мгновения чем-то большим, а не только похотью.

Обхватив ее за шею, он приподнял Ариану и вошел в нее глубже, а затем увеличил ритм. Ее тело билось в экстазе. Достигнув желанного освобождения, она посмотрела прямо на него – как всегда, с вызовом. Именно этот вызов и подтолкнул Андреаса к самому краю. Потеряв голову от страсти, он двигался в ней сильными, резкими рывками.

Мощный оргазм прошелся по его телу, как шторм. Их отношения стоили одного этого момента. Он замер. Сердце выпрыгивало у него из груди. Не в силах покинуть ее тепло, он оставался внут ри, жадно внимая последним отголоскам оргазма.

Мокрая от пота, ее кожа призывно блестела, губы припухли. На бедрах уже расцвели синяки. В воздухе витал мускусный запах пота и секса. Андреас был не в силах уйти.

Глава 12

Когда Ариана проснулась, уже наступило утро. По всему ее телу разливалась приятная боль. На ней властно громоздилось мускулистое бедро Андреаса, сковывая ее движения. Его рука обхватила ее вокруг талии, заключив в клетку.

События прошлой ночи разом нахлынули на нее. Она перевела взгляд на смуглое красивое лицо Андреаса. Под его глазами пролегли тени. Даже во сне он выглядел так, словно держал на своих плечах всю тяжесть земного шара.

Или это была тяжесть ее обмана?

Только теперь, когда было уже слишком поздно, Ариана поняла, сколько разрушений повлекли за собой ее секреты и трусость. Андреас Дрэкон впервые потерял самообладание. Их занятие любовью было лишено всякой деликатности. Впрочем, это была не любовь, а секс в самой примитивной форме.

На укромных частях ее тела оставались следы от укусов. Он двигался бешеными, звериными рывками, не заботясь о том, больно ли ей. Но сейчас Ариана наслаждалась всеми ощущениями своего тела. В ее душе затеплился луч надежды.

Она смутно припомнила, что Андреас отнес ее в душ, потом вытер полотенцем и отнес обратно в постель. Она решила, что он хочет уйти, и вцепилась в него мертвой хваткой, понимая, что, если он уйдет, она его потеряет. Ариана упрашивала его остаться, по крайней мере, пока она не заснет. Она погладила его по волевому подбородку, по острой линии носа. Ее пальцы дрогнули, когда она легонько коснулась его губ. Запах его тела и секса перемешались в воздухе – это был якорь спасения посреди хаоса, который она устроила.

Ариана прижалась губами к его груди, слушая ровное биение сердца, и сделала то, что давным-давно должна была сделать. Начала рассказывать ему о своей жизни в Колорадо. Как она тосковала по нему – настолько сильно, что это доставляло ей физическую боль.

Как по ночам ей не хватало его объятий…

В какой-то момент поток ее слов начал литься абсолютно хаотично. Андреас был погружен в томительную негу сна. Она все гладила и гладила его, как будто прикосновения были единственным способом его удержать. Слушал ли он? Она не знала, но продолжала говорить, пока не охрипла.

– Когда я поняла, что у меня задержка, то была уже на третьем месяце беременности. Я четыре раза делала тест. И всегда результат был положительным. – Ариана прижала к себе его руки, боясь, что он в любой момент может ее оттолкнуть. – Я должна была испугаться, но я не испугалась. Ты назовешь это очередным признаком моей незрелости, но это не так. Я сразу почувствовала некую связь с ребенком. У меня появилось ощущение, что я наконец заполучила частичку тебя. И она была бы только моя. Никто не мог ее у меня отобрать. Даже ты. Я подыскала квартиру. До этого момента я отказывалась использовать деньги Тэоса, но в тот вечер отправилась в банк и проверила счет. Несколько месяцев я только ела и спала… Я тщательно за собой следила. И сильно поправилась, – добавила она дрогнувшим голосом. – Все шло прекрасно, как вдруг… У меня начались боли. Они становились все сильнее, и Ронда отправила меня в больницу. Меня накачали лекарствами, а когда я очнулась… – Грудь Андреаса была мокрой от ее слез. – Я впала в истерику, кричала на врачей. Кто решил, что моя жизнь ценнее жизни моего ребенка?! Потом мне сообщили, что у него не было шансов… Я настояла на том, чтобы мне его показали, и чуть с ума не сошла при виде его, такого крохотного…

Ее тело затряслось от рыданий, которые Ариана больше не могла сдерживать. Андреас накрыл ее рукой и прижал к себе очень крепко. Его жаркое тело укутывало ее, как одеялом. Это было и его горе. А она обманула его, потому что боялась безответной любви.

– Тихо, agapi mou, – наконец произнес он. Его голос был хриплым, как и у нее. Он запустил пальцы в ее шевелюру и прошептал, уткнувшись ей в макушку: – Я бы поступил так же, Ари. Я бы выбрал, чтобы ты осталась жива.

– Я все делала правильно, Андреас! – воскликнула Ариана. Больше всего на свете ей хотелось получить прощение. – Я хорошо питалась. Много гуляла. Спала. Из-за любого недомогания бежала к врачу. Но все равно не уберегла ребенка…

Он взял ее за руки:

– Ариана, послушай меня. Ему… не суждено было родиться. Но это не твоя вина, понимаешь? Да, я упрекал тебя в беспечности… Но я верю, что ты полюбила ребенка. Я знаю, как ты умеешь любить, agapi mou.

С бешено бьющимся сердцем Ариана подняла глаза. Андреас задумчиво погладил ее по щеке. Первый раз она увидела в его глазах чистые, неприкрытые эмоции.

– Ты… долго лежала без сознания?

Тут она поняла, что он волновался прошлой ночью. За его яростными проявлениями скрывался страх. Больничного отчета ему хватило, чтобы представить, какие страдания она пережила.

– Два дня. Мне сказали, я потеряла много крови.

Он кивнул с отсутствующим видом. Она прекрасно знала этот взгляд. Он означал, что эмоции Андреаса бьют через край, а он не знает, что с ними делать.

– Как-то вечером, уже после выписки, я сидела, сжимая телефон, и набирала твой номер. Я никогда еще не чувствовала себя такой одинокой. Даже когда мне сообщили о смерти родителей. Мне ужасно хотелось увидеть тебя, броситься в твои объятия. Просто сдаться. Даже это казалось лучшим выходом.

– Так почему же ты не позвонила? Почему, Ариана? Ты совсем в меня не верила?

– В нашем прошлом не осталось ничего хорошего. Я поняла, что должна двигаться дальше. Наполнить жизнь смыслом. Изменить все. Неприятие отца всегда было для меня стимулом к саморазрушению. Я делала только то, что доставляло удовольствие, лишний раз доказывая его правоту. На следующее утро Ронда предложила мне работу в адвокатской конторе. С тех пор я не оглядывалась назад.

– По тебе видно. Я сразу понял, что ты изменилась.

Ариана кивнула, встревоженная его тоном – совершенно беззлобным. Обычным. Как будто он пережил весь спектр эмоций от ярости до тоски и вернулся в состояние равнодушия.

– Мне кажется, вместе с сыном во мне умерла часть души. Я не хочу снова испытывать любовь, чтобы потом не мучиться от боли. – Она обхватила его лицо ладонями, отчаянно желая донести до него суть. – Андреас, когда ты настиг меня возле церкви, я собиралась позвонить Магнусу. Я хотела все отменить.

– Что отменить? – настороженно спросил он.

– Свадьбу. Я поняла, что не переживу ее. Ты вот-вот стал бы королем, но с другой королевой… Уже не играло роли, присутствуешь ли ты в моей жизни. Все равно все эти годы мое сердце принадлежало тебе.

Андреас напрягся. Он хотел уйти, прямо сейчас. В ее душу прокрался страх.

– Я добилась спокойной, размеренной, счастливой жизни с порядочным мужчиной. Но в итоге такая жизнь оказалась мне не по нраву. Из-за тебя я оказалась не способна принять другого мужчину.

– Ариана… – произнес он предостерегающе.

Ариана приложила палец к его губам, пытаясь подобрать нужные слова.

– Я не собиралась признаваться ни тебе, ни себе самой, но… Я никогда не переставала тебя любить. Я люблю и всегда буду любить тебя, Андреас. Я просто хочу стать достойной тебя. Я хочу доказать, что я не ходячая катастрофа, какой меня считал отец.

Повисло тяжелое молчание. Ариана словно пыталась удержать время, а оно все равно ускользало.

– Андреас… Скажи что-нибудь, пожалуйста. Обругай меня. Выплесни свой гнев.

Не глядя на нее, Андреас сел в кровати. Закрыв лицо ладонями, он прохрипел:

– То, что между нами происходит, Ариана, – это на всю жизнь. С этим нужно смириться. Выбор за тобой.

У нее пересохло во рту.

– Какой выбор?

– Останешься ты со мной или нет.

Его черные глаза были непроницаемы. Он взял ее руку и погладил вену на запястье. Он говорил с ней будничным тоном, словно приглашал поужинать, и ее душа разрывалась на части.

– Наказывай меня, как хочешь, Андреас, но дай мне шанс! Дай мне шанс, и я докажу, что достойна твоего прощения!

– Наказать? Простить?

Андреас покачал головой. От пустоты в его взгляде ей стало дурно.

– Ты до сих пор ничего не поняла? Каждый раз, закрывая глаза, я вижу тебя. Как ты лежишь на носилках, бледная, без сознания. Абсолютно одна. Я довел тебя до этого. Даже если я прощу тебя, себя я простить не смогу. Даже если я поверю тебе, себе я уже не верю. Я могу растоптать твою личность – опять.

Ариана пришла в отчаяние.

– Ты изменился, – прошептала она. – И я изменилась. Но вместе мы преодолеем все трудности.

Она погладила его по лицу трясущимися пальцами и покрыла его грудь поцелуями, как будто хотела ему внушить, что он тоже ее полюбит. Сложив руки по швам и тяжело дыша, он закрыл глаза. Ариана убрала одеяло и села на него верхом. Она поцеловала его в висок, в веки, в губы. Он не реагировал. Она прикусила его губу и опустилась ниже, к шее.

– Ты любишь меня, Андреас, любишь. Как же я, глупая, этого не замечала? – шептала она в исступлении.

Она прижалась к нему своим обнаженным телом и поцеловала его по-настоящему, вложив в поцелуй все свои чувства. Только тогда Андреас открыл глаза. Румянец тронул его щеки, дыхание стало прерывистым. Он схватил ее за бедра, бешено сверкнув глазами.

У нее екнуло сердце. Каждый мускул ее тела напрягся, когда он запустил руку ей между ног.

– Это ничего не доказывает, Ари. Ты была права. Ты всегда была моей слабостью. Ты хочешь стать частью моей жизни? Kaλá. Ты хочешь, чтобы я продолжил?

Он накрыл губами ее сосок и сжал так крепко, что Ариана дернулась.

– Примитивное удовольствие – единственное, что мы способны друг другу дать.

– Ты приехал за мной. После всего, что я наделала, ты приехал за мной! Ты искал меня два года. А это значит…

Он начал поглаживать ее, даря ей океан наслаждения. На ее коже выступили капельки пота. Остатки здравого смысла вновь были забыты. Ариана вскрикнула. Слезы выступили у нее на глазах.

– Секс и статус – больше ты от меня ничего не получишь. Я не буду тебе изменять, но и любить не буду. Мне все равно, чем ты станешь заниматься, хоть в кабаре пой. Я все равно тебя не полюблю.

Ариана с силой закусила губу. Сможет ли боль задержать назревающий оргазм?

Не отрывая от нее взгляда, Андреас приподнял ее и усадил на свой эрегированный член. По ее телу разлилось пламя. Их бедра вплотную прижались друг к другу, одной рукой Андреас держал Ариану за запястья.

– Двигайся, Ари. Так, как требует твое тело. – Он взял в рот ее сосок и пощекотал его языком.

Больше она не могла себя контролировать. Ариана задвигалась вверх-вниз, издавая утробные стоны. Он делал резкие толчки бедрами, а его глаза одержимо сверкали в темноте.

– Нам не стоило начинать отношения, Ари. Мне не надо было на тебе жениться.

Слезы текли по ее щекам. Она наклонилась и нежно его поцеловала.

– Я предпочитаю верить, что тебя привела ко мне любовь. Я буду верить в это до конца своих дней. Я буду ждать тебя.

Никогда еще у нее так не болела душа. Она снова и снова повторяла свои последние слова, и Андреас достиг высшей точки.

Когда она проснулась на следующее утро посреди остывших одеял, огромная комната была залита светом, а он исчез. Можно было не допрашивать его секретаря – она и так все знала.

Андреас покинул королевский дворец.

Глава 13

Ариана не помнила, сколько времени прошло с той ночи, – она потеряла счет времени.

Слезы кончилось. Испарились и гнев, и раздражение. Она с головой ушла в подготовку к экзамену на аттестат, который позволил бы ей заниматься адвокатской практикой. Налаживала контакты, которые завела на балу. Под четким руководством Петры и Джианниса дала интервью о своей будущей работе.

Также она посетила две организации, которые обеспечивали приют и защиту страдающим от жестокого обращения женщинам, и оказала помощь богадельням. Элени оказалась настоящим кладезем информации по общественным вопросам. Следуя ее советам, Ариана основала собственный благотворительный фонд. Она работала с утра до ночи, стараясь себя вымотать. Но только ее голова касалась подушки, сон как рукой снимало.

Если раньше Ариана считала его неприступным, теперь он был ни много ни мало глыбой льда. Он вел себя предельно вежливо. Постоянно проверял, всего ли ей хватает для воплощения мечты. Прислушивался к ее мнению и даже взял с собой в командировку. Он относился к ней с максимальной учтивостью. Как к незнакомке. Самое ужасное, что Ариана не понимала: Андреас делает это, чтобы отгородиться от нее, или он на самом деле ничего не чувствует?

Через три недели молчаливого сопротивления она не выдержала. Идея дать Андреасу пространство и время не сработала.

Намереваясь поговорить с ним откровенно, она пришла в его кровать. Прождав несколько часов, она заснула. А проснулась оттого, что почувствовала его губы на своей шее. Даже не поздоровавшись, он поцеловал ее. И, не дав отдышаться, раздвинул ее ноги, сорвал трусики и прижался губами к ее промежности. Сколько раз он довел ее до оргазма в ту ночь, Ариана не могла и вспомнить. Он так ее вымотал, что она уснула как убитая.

Когда она проснулась, приняла душ и оделась, Андреаса и след простыл. Опять. Так продолжалось три месяца. Перед деловыми поездками он оставался чуть дольше. Он дарил ей дорогие подарки, но в глаза больше не заглядывал. Если она была в его постели, они занимались сексом. Если ее там не было, Андреас ее не искал.

Иногда они не успевали даже раздеться, настолько он был нетерпелив. Иногда он делал это нежно и ласково.

Никандрос с Мией и Элени с Габриэлем уже перестали спрашивать, в чем проблема. Только замечали, что Ариана стала похожа на тень, а Андреас… Он стал еще более нетерпимым. Любому, кто допускал малейший промах, было не сносить головы. Но для окружающего мира королевская чета выглядела счастливее некуда. Идеальная пара.

Постепенно Ариана начала терять надежду.

Дворец гудел как пчелиный улей. Элени родила.

Ариана запаковывала в китайскую шелковую бумагу самолично связанные носочки и свитер, собираясь навестить малышку, как вдруг услышала разговор двух советников. Оказывается, Андреас специально вернулся из поездки, чтобы увидеть племянницу. Элени попросила их стать крестными. Когда Ариана возразила, что они оба мало смыслят в детях, Элени покачала головой и сказала: «Я доверю дочь любому из вас двоих».

Ариана, как всегда, разволновалась, узнав о возвращении Андреаса. Она надеялась, что на этот раз все будет иначе. И он будет рад тому, что она никуда не уехала. И что у нее не возникло даже мысли уехать. Приблизившись к заветной двери, она пыталась выровнять дыхание.

Внезапно она поняла, что просто обманывает себя, надеясь на чудо.

Андреас улыбнется и кивнет ей. Скажет Элени, что из его жены выйдет первоклассная крестная. А потом уйдет.

Затем, если повезет, он отправится в спальню. И когда Ариана попытается с ним заговорить, он займется с ней сексом, и она забудет собственное имя. Утром она проснется с ноющим телом и разбитым сердцем.

Это было невыносимо: находиться рядом с Андреасом, любить его и с каждым днем убеждаться, что он не примет ее любовь. Это было даже хуже, чем ситуация, от которой она тогда сбежала.

Ариана отправила подарок Элени со слугой, а сама вернулась в свои покои. Отведя Джианниса в сторону, она сообщила ему, как ее найти в случае необходимости. Однако Ариана была уверена, что Андреас и не заметит ее отсутствия.

Потом она собрала небольшую сумку и приказала подать ей машину.

Андреас вышел из комнаты Элени в смешанных чувствах. Его племянница, Мария Дрэкон-Мар кес, была размером с две его ладони.

Она пахла детской присыпкой, новой жизнью и радостью. У нее были глаза Габриэля и упрямый изгиб губ матери; в общем, Андреасу она показалась самым прелестным созданием на свете. Улыбка младенца запала ему в душу и сжала сердце в тиски.

На секунду у Андреаса опасно защипало в глазах, и он поспешно передал ребенка Никандросу.

Несколько мгновений Андреас видел перед собой совсем другого ребенка. С темными волосами и глазенками, как у него самого. Он видел мальчика, своего сына. От боли у него перехватило дыхание.

Элени и Габриэль ворковали над своей крошкой дочерью, Ник с Мией давали им советы, а у Андреаса внутри разливалась ледяная пустота. Путь, который он для себя выбрал, сведет его с ума. Он превратится в Тэоса.

Андреас чувствовал себя уставшим, одиноким и несчастным…

Он бросил все силы на то, чтобы держать с Арианой дистанцию, использовал уловки, которые практиковал в суровой жизни с отцом, но ничего не помогало. Как сильно он ее любил! Как по ней скучал! Даже когда она его ненавидела, он чувствовал себя живым, не то что сейчас. Находиться рядом с ней, спать в обнимку, улавливать ее запах – это были адские муки.

Покидать ее каждый раз было наказанием, достойным его проступка. Ему хотелось ее защитить. Дать ей шанс уехать. Чтобы она нашла свое счастье без него. Но нет! Упрямица никуда не уезжала.

Два месяца он ее унижал, игнорировал, избегал, попутно разрывая собственное сердце. Но она не оставляла в покое ни его разум, ни тело, ни душу. Он пытался существовать без нее, и это медленно, но верно его уничтожало.

С колотящимся сердцем Андреас направился в их общую гостиную, оттуда он ринулся в ее комнату, затем в свою. Тишина давила на нервы. Везде было пусто. Ни слуг, ни ее самой, ни ее друзей. Андреас обернулся. В дверях стоял Джианнис.

– Вы что-то ищете, ваше величество?

Андреас похолодел. Она снова его бросила? Он все-таки ее прогнал? Джианнис знает. Ну разумеется.

– Где она? – выдавил он.

– Уехала, – ответил Джианнис с ноткой сочувствия.

Сжав зубы, Андреас кивнул:

– То есть она уехала от меня.

– Нет… Она сказала, что ей нужно время отдохнуть и подумать. Она сказала, что возвращается туда, где была счастлива, – добавил Джианнис.

Они с Арианой были счастливы лишь в одном месте. На краю мира. Там, где были только они вдвоем, словно сотворенные друг для друга.

Биение его сердца постепенно выравнивалось. По крайней мере, она не сделала это тайно, как в прошлый раз. Он протянул руку охраннику, который оторопело на него уставился. Наконец рукопожатие состоялось, и Андреас улыбнулся:

– Спасибо, что всегда оставался ее другом, Джианнис.

Тот неловко поклонился:

– Я отдам жизнь за мою королеву, ваше величество. Она этого достойна.

– Несомненно, – пробормотал Андреас.

Теперь ясно, где она. Он найдет ее и скажет, как сильно ее любит. Ведь он был прекрасным оратором. Почему в самые ответственные моменты так сложно подобрать слова?

Через пару минут машина была заказана. Поскольку свободных пилотов не оказалось, Никандрос предложил ему свой быстрый легкий вертолет.

– Слава богу, Андреас! – облегченно произнес Ник. – Элени с Мией уже хотели вмешаться в ситуацию, но их остановило рождение ребенка. Габриэль предложил хорошенько врезать тебе. И неоднократно, пока ты не придешь в норму.

Раньше от подобного разговора у Андреаса остался бы крайне неприятный осадок. Зачем вываливать на родных свои переживания, если их можно просто подавить? Но сейчас он улыбнулся:

– Да я бы не отказался, Никандрос. Больше скажу, мне это было необходимо. Но если Маркес узнает, я буду все отрицать!

В ответ раздался хохот.

– Габриэлю бы понравилось, поверь, – кивнул Ник. – Знаешь, а ты заслуживаешь счастья… Я тебе когда-нибудь это говорил?

Андреас пристально взглянул на Ника.

– Нет. Камиль говорила. Много раз. Она говори ла, что это нормально – испытывать гнев, вожделение, любовь, ревность и даже чувство собственной неполноценности. Спасибо, Ник, что поделился со мной своей матерью. Если в моей жизни и присутствовало добро, исходило оно только от Камиль.

Синие глаза Никандроса заблестели, и он отвернулся.

– Из нас троих ты больше всего заслуживаешь счастья.

– Мия с тобой точно не согласится.

– А по-моему, согласится. С Тэосом тебе было несладко. Ты шел по его стопам. Я боялся, что твое время ушло и ты никогда не познаешь счастья. Тэос во всем виноват.

– Но благодаря Камиль, тебе и Элени… И Ариане… – Андреас проглотил ком в горле. – Габриэль оказался прав. Ариана спасла меня.

Ариана спасала его и раньше, просто он этого не понимал.

Вскоре они взмыли в воздух. В руках Андреас сжимал свою книгу. Единственное, что он мог бы подарить своей жене, кроме собственного сердца.

Ариана пыталась найти владельца охотничьего домика, но в сонной рыбацкой деревушке сделать это оказалось сложно. Поэтому она заявилась в старое кафе, где раньше работала. Но не успела она задать хоть один вопрос, как ее узнали. Жена короля, Ариана Дрэкон, королева. Ее тут же окружила толпа знакомых, которые восприняли ее приезд как чудо.

В итоге она осталась на ужин, забронировала номер в гостинице неподалеку, но о владельце дома так ничего и не выяснила. Второй день не принес никаких плодов, и, вымотавшись, Ариана пораньше легла в постель.

В глазах у нее стояли слезы. Последнее время что угодно могло довести ее до слез. Черт возьми, она ведь только хотела заглянуть внутрь хоть одним глазком!

На следующее утро она решительно двинулась в путь. На ней были джинсы и безразмерный толстый свитер, который она позаимствовала из гардероба Андреаса. На ноги она натянула высокие ботинки, а волосы спрятала под вязаную шапку. Ариана думала, что проголодалась, пока не остановилась возле кафе. От доносившихся оттуда запахов ее замутило. Она схватила карту. Дорога через лес была ей хорошо знакома, но все-таки прошло десять лет…

Воздух был пронизан ароматами хвои. Ариана надела перчатки. Как быстро она забыла, какие здесь суровые зимы! Сомнения развеялись – дорогу она нашла, даже не заглянув в карту. Через пятнадцать минут у нее сбилось дыхание, так как о крутом подъеме она тоже забыла.

Внезапно перед ней возник охотничий домик.

Красная облицовка блестела на солнце, как тогда. Участок выглядел ухоженным. Рядом с домом высилась груда наколотых дров. Из печной трубы вился дым. Перед глазами у Арианы вновь поплыло, но она была безумно рада, что все эти годы здесь кто-то жил и так хорошо заботился о доме.

Раз уж она пришла сюда, странно было бы не заглянуть внутрь. С колотящимся сердцем она взбежала по ступенькам и постучала в дверь.

– Kalimera… – начала она заученную речь. – Извините, что беспокою…

Дверь распахнулась. Перед ней, упираясь рукой о косяк, стоял Андреас.

– Kalimera, Ариана. Не зайдешь?

Обомлев, Ариана кивнула и шагнула вперед. Всю ее храбрость как ветром сдуло. Как же она не догадалась, что он мог воспринять ее отъезд как способ привлечь к себе внимание? Хотя какая разница…

Она казалась себе самым несчастным на свете человеком. Как будто перед ней находился изысканный десерт, но притрагиваться к нему было нельзя.

Его волосы задевали воротник рубашки, поверх которой он надел толстый свитер, как у нее. Ариана с наслаждением вдохнула запах сандалового дерева – это был его любимый парфюм, – а затем изумленно огляделась. Все сохранилось именно таким, каким было до ее отъезда. Даже справочники Андреаса и ее журналы. Ни пылинки. Идеальный порядок.

Ариана нахмурилась. Но что же здесь делает Андреас?

– Выглядишь изумительно, – тихо произнес он, и она обернулась, но, по-видимому, сделала это слишком поспешно, и у нее закружилась голова.

Она упала бы, если бы Андреас ее не подхватил. Ариана помотала головой, пытаясь прийти в себя, а он смотрел на нее из-под длинных пушистых ресниц и улыбался.

– Ничего не понимаю. – Она откашлялась и высвободилась из его рук. – Я просто… проходила мимо и решила зайти.

У Арианы встал ком в горле, когда заметила блестящую серебряную рамочку на каминной полке. Она купила ее у старьевщика. Неужели эта вещь до сих пор здесь?

Ариана сняла рамку с полки, и вновь все закружилось перед глазами. На фотографии была она в свадебном платье – розовом, в рюшечках, и выглядела по уши влюбленной. И бесконечно счастливой.

Отложив рамку дрожащими руками, Ариана повернулась к Андреасу.

Он стоял, прислонившись к опорному столбу, и молча смотрел на нее.

– Что все эти вещи – наши вещи – здесь делают? Я пыталась выяснить, кто купил хижину, но никто ничего не знает. Я думала, она превратилась в руины… Как наши отношения, – сказала Ари и опустила глаза.

«Не смей плакать».

– Я ее владелец, – наконец ответил Андреас, и она вскинула голову. – То есть мы оба.

– Но когда ты ее купил?

– Как только мы уехали. – Он с наслаждением погладил полированное дерево. – Старика хозяина пришлось поуговаривать… Но в итоге он сдался.

– Ну конечно! Разве может наследный принц не получить желаемого…

Андреас в мгновение ока оказался возле нее и прижал Ариану к стене.

– Что ты имеешь в виду?

Она нервно облизнулась:

– Ты же не привык, когда тебе отказывают.

Он нахмурился:

– Да, но я просто рассказал ему, как провел здесь неделю со своей будущей женой – единственной женщиной, с которой я собираюсь прожить остаток дней. Это его убедило. Он оказался истинным романтиком.

– Ты никогда мне этого не рассказывал.

Андреас вздохнул:

– Я хотел сделать сюрприз. Я думал, мы будем ездить сюда регулярно, но…

– Но у нас так ничего и не получилось, – закончила она за него. Как же ей надоели эти игры! – Что ж, это, наверное, было бы очень мило. – Она вырвалась из его захвата. – Но ты зря это все затеял.

– В смысле?

– Я не собираюсь возвращаться с тобой во дворец. Иначе зачем ты здесь?

– Зачем я здесь?

– Перестань отвечать вопросом на вопрос!

Он воздел руки к потолку, но Ариана была не готова с ним спорить. Еще чуть-чуть – и она разразится слезами.

– Ты явился сюда потому, что посчитал мой отъезд очередным капризом. Ты хочешь вернуть меня во дворец. Через четыре дня состоится правительственный обед, и я должна быть рядом с тобой.

Андреас пожал плечами:

– Kaλá. Я предупрежу Петру, что мы вернемся утром того дня.

– С ума сошел? А подготовиться?

– Как ты, наверное, заметила, у меня три команды помощников, и каждый из них способен подготовить все, что угодно. А речь я и здесь напишу, здесь мне лучше думается.

У нее на глаза навернулись слезы.

– Почему ты со мной играешь, Андреас? Чего ты добиваешься?

Он притянул ее к себе:

– Я не хотел расстраивать тебя. Не плачь, agapita… Ты так прекрасна, так чудесно смотришься здесь, что я и забыл, о чем хотел сказать… Я приехал не для того, чтобы тебя вернуть. Да к черту обед! Хочешь, останемся здесь на пару месяцев? Дров и съестного тут достаточно, чтобы перезимовать.

Ариана рассмеялась сквозь рыдания, уткнувшись в его свитер.

– Зачем ты приехал?

– Хотел тебе кое-что подарить. – Андреас взял с кофейного столика свою книгу и вручил ей.

Улыбаясь, Ариана раскрыла книгу и прочитала посвящение. Снова.

– Я нашла ее в твоей спальне… И читала, когда тебя не было. – Она зарделась.

– Ариана… Ты простишь меня? – спросил он сдавленно.

– Если ты простишь меня.

Лихорадочные фразы срывались с его языка, пока он ее целовал. Ариана не понимала, сме ется она или плачет. Душа у нее ушла в пятки, ко гда Андреас вдруг опустился перед ней на колени.

– Я люблю тебя всем сердцем. Без тебя в моей жизни не осталось ни радости, ни смеха. Ты вернешься ко мне, Ари?

Она кивнула, и колени у нее подогнулись. Он стиснул ее в объятиях, и она зарыдала. И не могла остановиться.

У Андреаса защемило сердце. Он не выносил ее слез. Как жестоко он поступил, втянув ее во все это…

Он посадил ее себе на колени, как делал когда-то давно.

– Клянусь, я никогда больше не сделаю тебе больно, Ари. Ни за что. Прости меня, aκρiβá mou. Прости, что так долго шел к пониманию чувства, существующего между нами. Я восхищаюсь тобой. Я люблю тебя так сильно, что мне даже страшно.

Он поцеловал ее, и она восхищенно выдохнула.

– Я бы хотел ответить на один из твоих вопросов.

Ариана нахмурилась:

– На какой?

– Почему я не опубликовал рукопись.

– Я знаю почему, – сказала она, вытерев глаза. – Ты не хотел лишать народ веры. Представляю, чего тебе это стоило, ведь это работа всей твоей жизни…

Андреас покачал головой:

– Знаешь, легенда мне не понравилась. Мне не понравилось, что предводитель так легко пожертвовал женщиной, которую любил. Хоть я тогда и не понимал почему, но я не мог это принять. У меня появилось ощущение, что, если я опубликую книгу, легенда сбудется и станет преследовать всех правителей Дрэкона. Несмотря на то что я считал тебя погибшей, мне нужен был счастливый конец. Я хотел верить, что у меня есть шанс на счастье.

Настала ее очередь закрыть ему рот поцелуем.

– Не будем о прошлом, Андреас. Давай поговорим о будущем.

Кивнув, он крепко ее обнял. Его большие ладони легли на ее живот, и тут Ариану озарило. Головокружение, тошнота от запаха кофе, хотя обычно она пила его литрами, отсутствие аппетита… Она вздрогнула, и Андреас сразу развернул ее к себе.

– Ари, что случилось? – встревоженно спросил он.

– Я не уверена, но мне кажется… – Она вернула его ладонь себе на живот. – Я почти уверена, что мы станем родителями.

Молчание изрядно пощекотало ей нервы.

– Не знаю, как это случилось… В смысле я не собиралась ни о чем умалчивать…

Андреас оторвал ее от земли, как пушинку.

– Больше никаких исчезновений втихомолку. И никаких секретов!

Ариана помотала головой, стараясь сдержать слезы.

– Ты хочешь мальчика или девочку? – спросила она.

Он положил руку ей на живот:

– Это не важно. Я хочу, чтобы вы были здоровы. Боюсь и думать, во что превратится моя жизнь, если с тобой что-то случится.

Она поцеловала его в висок, в брови, в кончик упрямого носа, пытаясь унять его неприкрытый страх.

– Ничего не случится, пока мы вместе.

Андреас кивнул:

– Ты станешь потрясающей матерью. Нашему ребенку с тобой повезло. Как я счастлив, что нашел тебя, Ариана!

– А я счастлива, что ты выбрал меня из бесконечного количества роскошных красавиц, которые от тебя без ума.

Он засмеялся, и она засмеялась тоже. Улыбаясь, он снял с нее свитер. В его глазах заплясали бесовские огоньки, когда он понял, что свитер принадлежит ему.

– Перестань воровать мою одежду.

– Никогда, – ответила она, сладострастно изгибаясь.

– Kaλá. Можешь брать мои свитера и штаны. И мое сердце.

– А ты можешь взять мое, – прошептала она.

Андреас принадлежал своему народу, имел множество обязательств, нес огромную ответственность. Даже его личное время ему не принадлежало. Но его поцелуи и смех всегда будут принадлежать ей и только ей.

И больше ей ничего не нужно.

Эпилог

Семь месяцев спустя

Король Дрэкона с бешено стучащим сердцем спрыгнул с мотоцикла.

Он опоздал. Дьявол! Обещал, что будет с ней рядом, и опоздал! Он рвал и метал, запертый на другом конце света из-за урагана, пока Ариана в нем нуждалась. Даже телефонная связь была ему недоступна, и, когда начались роды, Андреас не смог ни ее отвлечь, ни себя подбодрить.

По крайней мере, Ариана была не одна, успокаивал он себя. Никандрос с Мией, Габриэль с Элени и даже мать Ника, Камиль, находились рядом с ней. Они исполнят любую ее прихоть. Он окончательно не сошел с ума от беспокойства лишь потому, что узнал: Ариана разрешилась, и они с ребенком чувствуют себя великолепно.

Их даже перевезли во дворец. Ник проболтался журналистам, но Андреас его простил. В первую очередь ему надо было увидеть Ариану. Он мечтал увидеть, кто у них родился: мальчик или девочка. Сейчас он хотел почувствовать себя мужем и отцом, хотя бы на несколько минут, а уже потом продолжить думать как король. Он должен сделать заявление о том, что Дрэкон получил своего наследника.

Не замедляя шага, Андреас отдал слугам сумку от ноутбука, куртку и перчатки, затем проверил свой телефон и выругался. Целый день! Он опоздал на целый день…

Огромными скачками взлетев по лестнице, он помчался в комнату жены. Сердце стучало где-то в горле. Тишина застигла его врасплох, и воображение предложило все возможные сценарии. Он ворвался в собственную спальню и застыл посредине.

Ариана лежала в кровати, бледная, с темными синяками под глазами, но восхитительно прекрасная в своей усталости. Он хотел подойти к ней, как вдруг услышал тихий плач.

Затаив дыхание, Андреас направился к маленькой колыбели в углу комнаты, и там он увидел младенца, глядевшего на него угольно-черными глазенками. Длинные ресницы. Маленький носик. Густые волосы цвета воронова крыла. Он как будто смотрел на свое отражение – только пухлое и беззубое.

У Андреаса задрожали колени, и он прислонился к стене. Перед ним лежал его ребенок, его плоть и кровь.

– Возьми его, – раздался ласковый голос у него за спиной. – Он хочет к тебе на ручки.

Андреас обернулся, ничего перед собой не видя от слез.

– Он? – прошептал Андреас, проглотив ком в горле. – Это мальчик?

Ариана кивнула, тоже едва сдерживая слезы. Заключив жену в объятия, он горячо ее поцеловал и наконец ощутил, что он дома. Она задрожала, и из уголков ее прекрасных глаз полились слезы – в память о сыне, которого они потеряли.

– Мы никогда его не забудем, – прошептал Андреас, уткнувшись ей в висок.

Он крепко прижал жену к себе, не забывая о том, что она еще слаба. Но ему было необходимо ощутить тепло ее тела, услышать ее дыхание. Он покрыл ее лицо поцелуями.

– Я тебе говорил, как сильно тебя люблю? – сдавленно проговорил он. – Прости меня, agapita. Прости, что меня не было рядом.

Она приблизила к себе его лицо:

– Не нужно извиняться. Но в следующие три раза ты должен быть!

Андреас расхохотался. Он мечтал хотя бы об одном ребенке, а она заявляет о четырех! Зардевшаяся, она выглядела потрясающе красивой.

– Договорились, – произнес он, снова целуя ее сладкие губы.

Из колыбели раздался требовательный призыв, и Ариана хихикнула:

– Сын хочет твоего внимания, ваше величество.

– Правда? – озадаченно спросил он.

Ариана внимательно посмотрела ему в глаза.

– Если ты любишь его даже вполовину меньше, чем меня, он это почувствует. Он поймет и тоже тебя полюбит, – убеждала она его, но Андреас совсем приуныл. Она быстро его поцеловала и потрепала по волосам. – Возьми своего сына, пока на него не налетела родня.

Кивнув, Андреас встал и пошел к колыбели. Земля плыла у него под ногами. Он робко поднял пухлого малыша, зашагал обратно к кровати и устроил хныкающего сына подле Арианы.

– А он себе на уме, да? – прошептал Андреас, зачарованный маленькими пальчиками, ухватившими материнскую грудь.

– Он мне кое-кого напоминает, – сказала Ариана, широко улыбаясь.

Андреас наблюдал за тем, как младенец сосет ее грудь, и думал, что счастливее, чем в последние месяцы, ему уже не стать.

А еще он думал о том, как сильно ошибался. Тэос разрушил свое счастье собственными руками. Андреас ни за что не повторит поступки отца. Его жизнь круто изменилась в тот момент, когда он встретил Ариану в кафе, и он не уставал благодарить судьбу за это.

Андреас прилег на кровать и зарылся носом в ее шею. Неизменное желание кипело у него в крови.

– И долго он будет это делать? – встревоженно спросил он.

Ариана нахмурилась:

– Как минимум несколько месяцев. А что?

Андреас облизнул жилку у нее на шее, наслаждаясь солоноватым вкусом кожи Арианы. Напряжение схлынуло, и жизнь постепенно вернулась в нормальное состояние.

– Не люблю делиться. Даже с ним, – прошептал он и улыбнулся, глядя на ее румянец.

Ариана была его королевой, первоклассным юристом, а теперь стала матерью его ребенка. Но когда она смотрела на него вот так, то была просто женщиной, которую он любил. Женщиной, которая наполнила его жизнь смыслом.

– Я всегда буду прежде всего твоей, ваше величество, – негромко сказала Ариана, и в его сердце с новой силой хлынула любовь.

Сноски

1

Боже правый (греч.).

2

Город на западе США, штат Колорадо.

3

Доброе утро (греч.).

4

Дорогая моя (греч.).

5

Дьявол (греч.).

6

Перестань (греч.).

7

Хорошо (греч.).

8

Добрый вечер (греч.).

9

Благодарю (греч.).

10

Сладкая моя (греч.).

11

Пожалуйста (греч.).

Content

Тара Пэмми
Невеста-беглянка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог

Сноски