Экзекутор Дети Ночи

1

«Самое неприятное чувство — это чувство собственного бессилия»

Томас Карлейль

Клан «Двоечники» уверенно продвигался по подземелью Заронгарота. Двадцать шесть часов на выполнение квеста подходили к концу, поэтому нужно было поторапливаться. Позади остались сорок разбойников-орков седьмого уровня, сотня гоблинов пятого и семнадцать нагов десятого уровня. Впереди игроков ждал босс данжа Хирюн Двоеборец – угрюмый тролль тринадцатого уровня.

Если клану "Двоечники" удастся его победить, то из медной лиги откроется широкая дорога в серебряную. А это дополнительная прибавка к уважению, возможность использовать более солидный шмот и оружие. Вступление в новую лигу, это как переход на карьерную ступеньку повыше.

План боя с боссом был утвержден за неделю до полного прохода. Рейд с максимальными усилениями пришелся как раз на выходные – время, когда основная работа не могла помешать игре. Родные и близкие были отправлены прочь из квартир, чтобы не доставали ненужными вопросами. Запас энергетиков и бутерброды подготовлены в полной мере.

Лидер клана предлагал приготовить даже ночные горшки или надеть памперсы, но со стороны женской части коллектива прошел жесткий отказ. Поэтому на относительно спокойных участках рейда то один, то другой участник исчезал на время из Вселенной, чтобы спустя пять-десять минут вернуться обратно.

Данж с Хирюном Двоеборцем возник во Вселенной совсем недавно и небольшому клану выпала редкая удача стать первопроходцем. На вход в подземелье набрел лидер клана, когда искал площадку для тренировки своего клана. Маг тогда огреб по полной от вылетевших злых орков.

Другие игроки Вселенной "L.i.L" пока не знали о существовании подземного в маленьком мирке Заронгарота. Поэтому четверка и торопилась по коридору, освещенному факелами.

— Ух, красотища! Прошли как по маслу, — мускулистый воин десятого уровня от избытка чувств рассек воздух секирой. — Зелий захреначили всего половину, так что должно хватить и на босса.

Василий Петрович Лазарев всегда отыгрывал варвара-танка с ником Конорой. Ему не привыкать вызывать на себя первую волну атаки, выскакивать вперед и наносить сильный удар, чтобы сагрить нападающих. А как он улыбался, когда на первый удар приходился критический урон и фраг-неудачник падал срубленным деревом под ноги...

Это феерия, сказка, могущество и мощь в одном флаконе. Да что там говорить: Василий Петрович порой даже возбуждался и радовался, что игровой костюм не демонстрировал оттопыренные шорты. Сейчас же горячая кровь снова бурлила по магистралям артерий и не за горами был тот миг, когда Ирина, жена Василия Петровича, окажется в постели, а её возьмет перевозбужденный варвар. Ну, или не варвар, а учитель физкультуры средней общеобразовательной школы № 234 Адмиралтейского района Санкт- Петербурга. Но очень перевозбужденный.

— Сколько нам ещё идти? У меня завтра ноги откажутся ходить... — жалобным голосом проныла женщина-дворф с ником Тургрита. Её уровень был пока ещё на цифре девять, но вскоре должен был увеличиться. — А мне ещё в поликлинику за прививками переться...

Как и в жизни, медсестра Мария Павловна Курилова в виртуальности заняла место хилера. Она любила встать в картинную позу за спинами бойцов, прокричать одно из арсенала заклинаний излечения и смотреть, как у её команды прибавляется здоровье или снимаются дебафы отравления, навешенные магами врагов.

— Осталось чуть-чуть, скоро придем, — сверился с картой лидер клана маг одиннадцатого уровня с ником Парарельс, в реальности бывший учителем математики Григорием Сидоровичем Сонминым. — Мы прошлый раз так далеко не заходили, но вряд ли кто ещё вылезет...

Из пустоты материализовалась девушка-ассасин десятого уровня Фиола. Она двигалась в режиме "стелса" впереди остальной троицы на случай возникновения непредвиденных врагов или ловушек. Хотя, она и по школе перемещалась также, почти невидимая для всех учительница английского языка Варвара Александровна Волкова. Только на уроке ученики замечали, что перед доской возникала "серая мышь" в больших очках.

— Впереди чисто. Там большая пещера, а в её центре синюшный здоровяк с дубиной. И никого рядом. Похоже, что мы дошли, — прошелестела Фиола.

Парарельс одобрительно кивнул и остановился:

—Пришло время закинуться зельями и в бой. Конорой, всё как обычно: я кастую с востока, поэтому старайся заходить только с севера. Фиола, твоё крыло западное и южное, будь начеку и постарайся подбираться в стелсе. Тургрита…

— Да знаю я, — отмахнулась дворфка. — Не лезу, стою и подлечиваю по необходимости.

— Вот и хорошо. Заливаемся и в путь.

Каждый член клана открыл закрома инвентаря и вытащил зелья усиления удара, здоровья и маны. Маг наложил на всех заклинание «Дубовая кожа», позволяющее выдержать первый удар без лишения здоровья. Хилерша подправила здоровье танка.

— Вперед, — кивнул Парарельс и Конорой тут же сорвался с места.

Через пятьдесят шагов по коридору перед кланом открылось поле будущего боя. То самое место, до которого они добирались больше суток.

Потолок пещеры напоминал купол, ровный округлый купол, без привычных сталактитов. Пол по ровности мог соперничать с мраморным покрытием пола царского дворца, где вот-вот должен начаться очередной тур вальса. Возле стен вычурными вилами красовались витые канделябры с горящими свечами.

В центре пещеры, на троне, стилизованном под огромный человеческий череп, развалился тролль Хирюн Двоеборец. С виду он походил скорее на замшелую статую крайне уродливого человека, чем на живое существо. Покрытая мхом лапища поддерживала бородавчатый подбородок, чуть выше красовался похожий на кабачок нос, а ещё выше сверкали агатово-черные глазки.

Эти маслины уставились на клан с тем же самым интересом, с каким курящий на балконе человек смотрит на проходящих внизу прохожих.

— Похоже, что его мамаша излишне увлекалась каменными самотыками, — хохотнул Конорой.

— Василий Петрович, тут же женщины, — укоризненно заметила Тургрита.

— Пардоньте, — чуть поклонился Конорой и перекинул секиру из одной руки в другую. — Чего он не нападает-то?

Тролль всё также безучастно смотрел на ворвавшихся в его жилище. Со стороны казалось, что он позволит безропотно одолеть себя, даже не шелохнется, когда лезвия секиры и ассасинских мечей начнут высекать искры из камня.

Странное поведение для босса. Прежние хозяева локаций бросались на пришедших, стоило им только войти в место обитания, а этот…

— Парарельс, а он точно босс данжа? — спросила Фиола, наблюдающая за троллем.

Маг кивнул и повторно скинул во внутреннюю беседу изображение босса. К аватарки главного врага пялилась та же угрюмая морда, что и с трона.

— Я не знаю, почему он не нападает, — пожал плечами маг. — Но давайте скорее покончим с этим, а то я уже с ног валюсь от усталости.

— Ну, если гора не идет к Магомету, то Магомет тогда нахреначит горе, — хмыкнул Конорой. — Я буду у него первым! Приятно лишать девственности боссов…

— Василий Петрович, ну тут же дамы, — укоризненно прошелестела Фиола, прежде чем уйти в стелс.

Мускулистый варвар издал ржание дикого коня и помчался к боссу данжа, поднимая над головой секиру. Как и договаривались, он заходил с северной точки. Конорой скорее чувствовал, чем слышал, как рядом двигалась невидимая Фиола. Вот сейчас он саданет секирой по каменной башке и пусть ему помогут вселенские сисадмины с созданием критического урона…

Маг позади начал кастовать самое мощное заклинание, которое должно будет не только обездвижить на время босса, не только снять с него большую часть здоровья, но и ослепить. Со слепыми было проще справиться – гораздо чаще промахивались.

Тургрита приготовилась плескать здоровье на танка – он всегда огребал первым и без подпитки мог запросто вылететь из рейда. Конорой редко когда блокировал удары, предпочитая схлестнуться грудь в грудь.

До босса оставалось не более десяти шагов, когда Хирюн резко вскинул заросшую мхом лапищу. Танк остановился, словно налетел на незримую преграду. Чуть поодаль послышалось чертыханье невидимой Фиолы. Даже Парарельс почему-то замер, перестав плести сложную паутину заклинания.

Тролль неторопливо поднялся со своего трона. Послышался хруст и пощелкивание, как при начинающемся камнепаде. Хирюн Двоеборец выпрямился и обвел глазами клан. Через десять бесконечных секунд, на протяжении которых никто не смог двинуться с места, тролль заговорил глухим голосом, доносящимся как будто из подвала:

— Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами. Первым будешь ты… За Матвея Мостового!

Каменный палец показал на Конороя. В неровном свете свечей было заметно, как варвар вздрогнул. Холодок пробежал по мускулистой спине, уголок губы чуть дернулся. Если бы аватар игрока мог побледнеть, то Конорой стал бы белее костяного трона.

— Да пошел бы ты в задницу, гребанный урод, — прошипел варвар едва слышно.

— Что? Что он говорит? — прошептала Тургрита.

— Какую-то чушь несет. Скорее всего, это кто-то из админов стебется. Вложил слова в рот бота и теперь уссывается, — маг погрозил потолку сухоньким кулаком. — Ага, раскрыл наше место работы и хочет потроллить. О, тролль троллит, прямо каламбур. Уроды, нельзя так издеваться!

Клан пытался сдвинуться с места, но не мог. Все четверо смотрели на тролля. А тот неожиданно оскалился гнилыми зубами и гортанно расхохотался.

Когда раздался смех, то оцепенение спало и Конорой едва не полетел носом вперед. Он выставил перед собой секиру, пробежал на автомате оставшиеся шаги и с размаха ударил по каменному пузу тролля. Раздался лязг металла. Из-под секиры вылетели искры, но тем не менее – индикатор здоровья Хирюна уменьшился.

В воздух взвилась красная цифра:

– 362

— Валите его, чего смотрите? — проревел Конорой и снова взмахнул секирой. — Нна, сука!

– 523

И следом заструились другие красные цифры:

– 125

– 154

– 162

– 112

За спиной Хирюна из стелса вынырнула Фиола и начала вращать мечами со скоростью вертолетных лопастей. Здоровье тролля убывало с катастрофической быстротой, а уж когда маг шарахнул своим заклинанием, то и вовсе от индикатора осталась одна треть.

Хилерша так и не смогла воспользоваться своим умением, так как босс данжа и не думал нападать на бойцов. Он просто стоял и смотрел на Конороя. Здоровье таяло весенним снегом под лучами жаркого солнца, а Хирюн не сделал не то что попытки напасть – он даже не блокировал удары.

Конорой расстарался на славу и, меньше чем через минуту, все было кончено. Испещренный рубцами тролль с грохотом повалился на каменный пол. Его остекленевшие глаза всё также смотрели на варвара вплоть до момента, когда последняя единичка жизни вырвалась из индикатора.

В ту же секунду перед глазами участников клана появилось системное сообщение:

Клан «Двоечники» очистил подземелье Заронгарота

Награда за Первое Убийство: опыт + 20000

Награда за очистку подземелий от Монстров Тьмы:

+ 3000 золотых монет

+ 10 малых зелий здоровья

+ 10 малых зелий маны

+ 5 средних зелий здоровья

+ 5 средних зелий маны

+ 1 большое зелье здоровья

+ 1 большое зелье маны

Лук Стромпа + 41 к меткости

Меч Ледяного Ужаса + 102 к удару

Шар Трепета + 23 к силе заклинания «Воспламенение»

Модифицированный Зверобой + 10 к лечению Отравления

Дальше шли очки навыка и умений. У всех получилось примерно одинаковое число, даже у хилерши, которая не принимала участие в атаке на босса.

— Ну что же, неплохой исход, — прокомментировал лидер клана. — Нашего опыта хватит, чтобы перейти в серебряную лигу!!!

— Ура! — вскинул ручищи Конорой, а Фиола с Тургритой даже зааплодировали.

Клан долго ждал этого момента, старательно набирая опыт и порой отказываясь от дуэлей на арене, если те могли повлиять на статистику. В основном же «Двоечники» прокачивались на истреблении животных и изредка нападали на небольшие лагеря гоблинов, если основательно запасались зельями маны и здоровья. Сейчас же их групповой коэффициент мог перешагнуть ту заветную границу, за которой открывались новые возможности.

— Да, как раз сегодня вечером я и начну соединяться с админами на предмет перехода. Думаю, что не возникнет никаких проволочек. Мы это заслужили. Коллеги, спасибо за игру, но осталось ещё немного. Давайте сейчас не будем расходиться, а поищем тайники? Обидно будет потом читать во флудилках, что мы не нашли легендарное оружие, а довольствовались обычным лутом. Это новый данж, тут по-любому должны быть спрятаны сокровища, — проговорил маг, когда овации чуть поутихли.

— Разумно, — согласился Конорой. — Чур, я обстукиваю вон ту стенку.

Варвар показал на стену за троном.

— Василий Петрович, — окликнула его Тургрита, — а о чем говорил этот тролль? Что за Матвей Мостовой?

Лицо варвара перекосилось, как будто он откусил половинку зрелого лимона. Конорой открыл было рот, но оглянулся. Позади него никого не было, но тем не менее он застыл, как будто прислушиваясь. Потом повернулся к клану и сказал:

— Ребят, давайте тут без меня, а? Мне кто-то звонит в дверь, надо бы открыть. Долю потом пришлете, если что найдете?

— Хорошо, Василий Петрович, — кивнул Парарельс. — Мы тут быстро всё обойдем и тоже на выход. Завтра увидимся на работе.

— До завтра, Василий Петрович, — тихо произнесла Фиола.

— После второго урока у седьмого «Б» прививки, — напомнила Тургрита. — Так что никого по освобождению не отпускайте. Пусть сидят, ждут.

— Всем пока, — кивнул варвар, поднес руки к голове и растворился в воздухе.

Василий Петрович оказался в своей небольшой двушке на Псковской улице дом пять. Прошло секунд десять прежде, чем глаза привыкли к простой обстановке обычного учителя питерской школы. Диван, тумбочка, телевизор, шкаф… Это уже не просторная пещера Вселенной, это была уже реальность. И в этой реальности надрывался дверной звонок.

— Да иду я, иду! — досадливо выкрикнул Василий Петрович в сторону двери.

Он отстегнул карабины на поясе вирткостюма, снял виртуальные очки и, надев тапочки, пошел в сторону выхода.

Всё-таки после ярких красок Вселенной трудно привыкать к серой действительности. Так думал Василий Петрович, пока шаркал по вытертому линолеуму. Петербуржское утро сегодня не баловало яркими красками. За окном висела предрассветная хмарь. Он заглянул в глазок и чертыхнулся.

Надо же, кого принесла нелегкая в воскресный день!

После пары оборотов замка Лазарев распахнул дверь.

— Ты? Ну и чего тебе надо? — это была последняя фраза, которую произнес в своей жизни Василий Петрович Лазарев, мужчина сорока пяти лет, работавший физруком в школе номер двести тридцать четыре города Санкт-Петербурга.

Окрашенный кровью черный наконечник копья вырвался из его затылка, а потом втянулся обратно. Как только черный металл наконечника стукнул по правому верхнему клыку, Василий Петрович перестал мыслить, а следовательно, и существовать. Тело физрука стало ватным, тяжелым. Его начало клонить назад, но ещё до того, как послышался грохот падения, вряд ли уступавший по громкости звуку падения Хирюна, на площадке раздались дробные шаги убегающего посетителя.

Тело Василия Петровича упало ровно между комодом с зеркалом и вешалкой. Бывший варвар Конорой отправился в свой последний поход на встречу с небесным боссом. Он уже не видел, что на двери черной краской был нарисован череп с полумесяцем под нижней челюстью. Он уже ничего не видел…

Маг, хилерша и девушка-ассасин продолжали трудолюбиво обстукивать стены пещеры Заронгарота, не зная, что их клан стал меньше на одного игрока.

2

«Несчастна та страна, которая нуждается в героях»

Бердтольд Брехт

Кирилл Полозов висел вниз головой над огненной пропастью. Кончиками босых ног он цеплялся за выступ скалы и походил на спящую летучую мышь. Вот только вряд ли получится найти такую глупую мышку, которая согласится подремать над бурлящей лавой.

Снизу поднимались сернистые испарения, до лавы было рукой подать. Жар чувствовался даже на расстоянии пятидесяти метров от черно-красного мессива. В Южной Америке трудно найти ещё один такой же сердитый вулкан, как Сангай. И бывший серафим Вселенной «L.i.L» висел так уже больше часа.

Казалось, что в таком положении трудно найти что-нибудь ещё более ухудшающее состояние Кирилла, но вот парящему перед ним плюшевому кролику это удавалось. Игрушечный кролик, похожий на мультипликационного Кроша, вскидывал длинные уши, балансировал на антигравитационной доске и воодушевленно рассказывал:

— И спросил тогда Великий Шар: «А не спеть ли мне перед битвой Небесную Оду Радости и Счастья?» И ответил Самый Быстрый Воин: «А валяй!» И запел тогда Великий Шар про свою бурную молодость, про становление и духовное развитие. Запел, как покинул отчий дом и оставил стариков-родителей на произвол судьбы. Как мотало его по свету и как не может обрести он спокойствия даже сейчас, когда встретил Самого Быстрого Воина. Смутил Великий Шар сердце Самого Быстрого Воина, задумался тот над мудростью судьбы, ниспославшей ему этого незнакомца, а певец тем временем отправился в дальнейший путь, полный невзгод и испытаний…

— Слышь, хорош втирать про Колобка. Учти, если ты мне все русские сказки будешь на китайский лад пересказывать, то я сам прыгну вниз, — прохрипел Кирилл. — Сколько там ещё осталось?

— Сколько нужно, столько и осталось, — тоном всезнающего мудреца ответил кролик и взмахнул ушами. — А чтобы тебе жизнь раем не казалась, то принимай…

С бурлящей поверхности вверх взлетел целый фонтан пылающих камней. Кролик перевернулся вверх ногами и завертелся вокруг своей оси. Длинные уши заработали быстрее лопастей вентилятора, загребая взлетевшие камни и посылая их в сторону висящего Кирилла.

Десяток раскаленных снарядов полетел в сторону Экзекутора. Чтобы не получить ожоги ему пришлось блокировать их.

Предплечьем, предплечьем, кистью…

Экзекутор взвыл, когда камень угодил в лоб, а из индикатора жизни вырвалась целая десятка. Для этой тренировки Андрей выбрал небольшой размер здоровья длиной в сотню, чтобы не затягивать агонию, если вдруг Кирилл не выдержит и сорвется вниз.

— Блин, больно же. Мы так не договаривались! — воскликнул Экзекутор, когда из лавы вырвался ещё один фонтан камней.

Кролик-Андрей снова завертелся в воздухе, метая снаряды в висящего человека. На этот раз получилось отбить почти все, но попавший в живот камень отнял очередную пятерку.

— А мы вообще ни о чем не договаривались. Не хочешь слушать мою сказку – получай жестокую реальность, — захихикал кролик и опять взмахнул ушами.

Десять раз из жерла вылетали снаряды. Десять раз кролик метал камни, а Экзекутор отбивал их, теряя здоровье. На одиннадцатый раз он всё-таки не выдержал, разжал пальцы и полетел вниз…

GAME OVER

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Эти слова возникли сразу же, как только Экзекутор коснулся раскаленной поверхности лавы. Он с облегчением вынырнул из Погружения. Кирилл оказался в небольшой комнате, по скромности обстановки больше похожей на монашескую келью. Он был зафиксирован прорезиненными тросами за пояс и висел в десятке сантиметров над полом. Когда он вышел из Вселенной, то тросы тут же растянулись и бережно опустили его на пол.

Мужчина тридцати лет отстегивал тросы от пояса. Спортивный костюм облегал поджарую фигуру. Топорщился короткий ежик волос пепельного цвета, высокие скулы стремились прорвать кожу, узкие губы вытянуты в струнку. Шрамы на скулах вряд ли делали его привлекательнее. Холодные светло-голубые глаза сейчас потемнели, Экзекутор был недоволен произошедшим в виртуальности.

Сейчас, год спустя после того, как он выстрелил в себя, но не погиб, Экзекутор стал другим. Он уже не был тем человеком, который боролся за справедливость. Сейчас он сам становился справедливостью, карающей и жестокой, но справедливостью. Он помнил до мельчайших подробностей, как его втянули во Вселенную, как спровоцировали смерть жены и неродившегося ребенка, как сделали из обычного человека хладнокровного убийцу. Помнил и не давал ни на секунду погаснуть тому костру ненависти, который полыхал внутри.

Теперь он стал тренированным оружием возмездия. Их небольшая организация была настолько тайной, что знали о ней только три человека: президент, бывший разведчик ГРУ и сам Кирилл. Можно было ещё посчитать андроида, в которого вселили разум Андрея Глазова, но о нем предпочитали не распространяться.

Новейший андроид-разведчик был создан в секретных лабораториях ещё до захвата Земли корпорацией, создавшей Вселенную. Кирилл даже не знал, что его помощник удачно скопировал и перенёс своё сознание на чип. На его чип. И потом, в ходе успешного извлечения, перенесся в новое тело.

Компьютерная игровая Вселенная "L.i.L" захватила под свой контроль цивилизованное человечество. Каждому, кто хотя бы раз входил во Вселенную, был вживлен незаметный чип, который позволял носителю переходить в виртуальную реальность и наслаждаться теми красками и приключениями, которыми стала бедна жизнь. Каждый мог руководить армиями, летать по различным планетам, открывать новые миры или биться на уже открытых с кошмарными монстрами.

Взамен Вселенная всего лишь контролировала жизни людей. Всего лишь могла заставить купить тот или иной продукт, посмотреть ту или иную программу, выбрать того или иного кандидата, запросто могла послать убить того или иного неугодного человека. Становилась хозяйкой и диктатором.

Экзекутор тоже был счастливым обладателем подобного чипа, но при столкновении с уличной гопотой чип был сломан, а потом и вовсе оказался испорченным. Результатом такой "испорченности" стало приобретение странной возможности утаскивать в виртуальность людей, которые находились в прямой видимости Экзекутора. И эта возможность стала почти уникальной...

— Вот немного до своего рекорда недотянул, — произнес старик, сидящий в углу комнаты на табурете.

— Так раньше ты и не кидался камнями, кролик недоделанный, — поморщился Кирилл, потирая ушибленный локоть. — Ты опять на "Смешариков" переключился?

— А у них новый сезон вышел, — почесал нос престарелый мужчина, похожий на старика Хоттабыча из одноименного фильма.

Если бы Кирилл не знал, что нос был изготовлен из силоксанового каучука, то мог бы поверить, что этот орган действительно чешется у его учителя. Да-да, после выздоровления Кирилла так получилось, что Андрей из помощника перешел в учителя. Глазов и раньше обучал серафима Экзекутора, но раньше это было как игра, как нереальные приключения в виртуале, а сейчас...

— Я общаюсь с тобой и вижу, как Крош влипает в очередную неприятность. У них там появилась девочка-панда, они с ней залезли в бочку и покатились с горки, а офигевший Ёжик смотрит, что из этого получится. А нет, он обиделся и пошел... Печальный... Блин, его чуть Лосяш не подстрелил дротиком. Кстати, надо бы нам пройти обучение с дротиками в темноте, а то мне очень не понравилось, как ты прошлый раз вел себя в комнате с медведем, — укоризненно заметил Андрей.

Кирилл поджал губы, глубоко вздохнул. Последнее время Андрей придумывает ему всё более и более сложные задания. Надо будет пожаловаться Сотрясателю Вселенной на своего учителя. Ну да, Андрей черпает колоссальное количество информации из интернета, фильтрует и выделяет то, что необходимо для формирования совершенного оружия, но... Всему есть предел. Кирилл представил на миг, как подпрыгивает в воздух, как с разворота сносит каучуковый нос, а другим ударом отключает "мозги" Андрея...

Приятная мысль заставила губы разъехаться в улыбке. Вот только вряд ли андроид будет спокойно ждать ударов со стороны Экзекутора. Этот "старичок" только с виду был тщедушен, а на самом деле мог легко дать фору лучшим бойцам боев без правил. За счет бионических имплантов и невероятной реакции Андрей всегда был готов к атаке и пока что побеждал в спарринге Кирилла.

Но как бы то ни было Экзекутор не оставлял надежды однажды накостылять своему занудливому учителю...

Мужчины находились в небольшой комнате, всю обстановку которой составлял диван, стол в углу и две табуретки. Одну из табуреток занимал старичок. На потолке закреплена крестовина, с которой свисали прорезиненные тросы. Вот и вся обстановка спортивного комплекса, который включал в себя множество миров и множество препятствий. Миры и препятствия прятались в крохотном чипе, которым был инициирован Кирилл. В поврежденном крохотном чипе...

— Отрадно видеть, что ты улыбаешься, — произнес Андрей. — Значит, ты уже отдохнул и готов к новой тренировке.

— Да ты издеваешься? Дай хоть в туалет сходить, — проворчал Кирилл.

— Настоящий воин всегда контролирует свой организм и не позволяет ему взять верх. Хочешь в туалет? Заслужи это! — пафосно воскликнул старик и показал на крестовину со свисающими тросами.

— Андрей, я порой сожалею, что ты записал свою память на мой чип... Нельзя быть таким занудой!

— А сейчас Лосяш и Ёжик вместе кидают дротики, — произнес старичок с ехидным смешком.

Кирилл вздохнул, с тоской посмотрел на дверь, за которой скрывались удобства и подошел к крестовине.

Андроид Андрей не нуждался в крестовине, чтобы руководить своим аватаром в виртуальности, он делал это с помощью встроенного электронного импланта, по своим свойствам напоминающим чип Вселенной. Вот только андроид не контролировался никем и Вселенной распознавался как баг. Неисправляющийся баг. На него даже устраивали охоту, в ходе которой Андрей просто взял и исчез с экранов Вселенной. Был и исчез. Внес коррективы в наблюдающую систему игры и стал для неё невидимкой.

Кирилл закрепил на поясе второй трос, когда ноутбук на столе в углу пискнул вызовом Скайпа. Кирилл облегченно выдохнул – тренировка пока что отменяется. Вызывать мог только один человек – Павел Сергеевич Копиров, бывший майор спецназа ГРУ, а теперь распорядитель и владетель двумя уникальными особями. По крайней мере, так он думал, но Кирилл знал точно, что Павел Сергеевич под ником Сотрясатель Вселенной крупно ошибался. Кирилл не был ничьей собственностью и мог в любой момент испариться.

Вот только отомстит за смерть жены и тут же исчезнет, как исчез из наблюдения Вселенной Андрей Глазов.

— Приуэт, насяльника! — старичок показал желтые зубы, специально затемненные, как будто у него стаж курильщика начинался с детсадовского горшка.

Голосом Андрей старательно пародировал Михаила Галустяна в роли Джамшуда из минисериала "Наша Раша".

— Здравствуйте, — проговорил Павел Сергеевич. — Всё тренируетесь?

— Не, Кирюха вон только-только проснулся, а я всё в делах, да в хлопотах. Должен же кто-то заботиться о мире во всем мире, когда наша надежда и опора сопит в обе дырки, — скороговоркой протараторил Андрей.

— Врет он всё! Я тренировался, — пробурчал Кирилл. — А он меня в туалет не пускает...

— Ябеда! — тут же воскликнул Андрей.

— Сатрап! — парировал Кирилл.

— Хватит собачиться! — прикрикнул с экрана Павел Сергеевич. — Что же вы никак не успокоитесь-то?

— А чего он первым начинает? — тут же плаксивым голосом отозвался "старичок".

— Довольно! У меня появилось задание, которое потребует от вас скрупулезного выполнения, тактичности и огромного терпения, — слова Павла Сергеевича падали металлическими слитками, только что не звенели.

Андрей и Кирилл знали, что Павел Сергеевич выбрал своим штабом гостевой домик с названием "Русская дача" в городке под названием Южа. Туда стекалась вся информация, которая касалась Вселенной "L.i.L". Когда-то давно Кирилл обнаружил небольшой глюк, который позже помог ему в дуэли с одним из серафимов, Волком, и теперь подобные глюки и мелкие несуразности тщательно отлавливались и помещались в отдельную папку.

И это одна из папок, которые помещались на сервера тайной группы "Возмездие". Рядом хранилась информация о преступлениях, которые совершались игроками в Погружении. В иных папках собирались факты о руководстве Вселенной. Со стороны Копиров напоминал паучка, который раскинул сети по всему миру и теперь следил – где дернется ниточка?

Кирилл очень сильно просил предоставить ему информацию только об одном человеке – о бывшем кураторе Михаиле Анатольевиче. После провала с серафимами тот исчез из поля зрения. Кирилл спрашивал о нем то у Андрея, то у Павла Сергеевича, но те только разводили руками – куратор как сквозь землю провалился.

— Хорошо, начальник, мы все во внимании, — произнес Кирилл.

Павел Сергеевич нажал на кнопку и на экране стали сменять друг друга фотографии окровавленных людей. Мужчины, женщины, у всех кровь запеклась на лицах, а за головой растеклись глянцевые лужи. Четверо были сфотографированы на порогах квартир, а пятый, плешивый мужчина в возрасте, лежал среди пожухлой зелени на каком-то газоне.

На заднем плане послышался голос Павла Сергеевича:

— В Санкт-Петербурге совершено пять убийств. Все они отличаются от остальных убийств тем, что все жертвы были учителями. Разные школы, разные улицы, но почерк убийств один - нанесена рана, несовместимая с жизнью. И ещё...

Фотографии жертв исчезли, а вместо них появилась запись боя. Кирилл опытным глазом сразу отметил расстановку сил бойцов. Всё грамотно - танк впереди, ассасин обходил сзади, поодаль маг и хилер. Танк помчался вперед. Ничего необычного, если бы не дальнейшее действие. Жест тролля и его слова:

— Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами. Первым будешь ты… За Матвея Мостового!

Дальше был процесс избиения, выход танка и... потом появилась фотография моложавого мужчины на полу квартиры. Также появилась фотография нарисованного черепа и полумесяца.

— Василий Петрович Лазарев был убит три дня назад на пороге своей квартиры. Оружием убийства послужил острый предмет, возможно меч или длинный нож, перебивший позвоночник. Смерть наступила мгновенно. Соседи никого не видели. Всё было совершено быстро и профессионально.

— А кто такой Матвей Мостовой? — спросил Кирилл.

— Ученик школы, в которой преподавал Лазарев. Утонувшее тело мальчика было найдено в Фонтанке, на следующий день после того, как он не вернулся домой. Следов насилия не обнаружено, следствие пришло к выводу, что мальчик мог залезть на перила и сорвался вниз. Несчастный случай. Убитые горем родители пытались обратиться к детективу, но дополнительное расследование ничего не дало, — ответил Павел Сергеевич.

— Ага, а от нас что требуется? Мы-то тут каким боком? — спросил Кирилл.

— До этого подобные угрозы приходили другим учителям. Тогда этому не придали значения, но сейчас это привлекло моё внимание по одной простой причине - кто-то научился входить в разум боссов. Вы должны как можно больше разузнать об этом. Это знание могло бы помочь нам в дальнейшей борьбе.

— Да? И как же мы сможем всё это разузнать?

— Всё до банального просто. Я уже оформил документы на вас. Номер в гостинице "Кортъярд" оплачен на месяц. Кирилл, тебе придется примерить на себя форму физрука, а ты, Андрей, станешь завхозом. Вы внедряетесь в школу под номером двести тридцать четыре для выяснения всех нюансов. В конверте получите деньги и инструкции. Постарайтесь сделать так, чтобы остальные трое учителей остались живы, — после этих слов Павел Сергеевич нажал на кнопку сброса вызова.

3

«Школа готовит нас к жизни в мире, которого не существует»Альбер Камю

— Это невероятно. Но почему так? — шептала Варвара Александровна, сидя на кушетке и держа в дрожащих руках стакан с водой. — Почему?

Дрожь была настолько сильной, что четверть стакана уже пролилась на потертый ламинат. Попытки приблизить стакан к губам и отпить хотя бы глоток приводили к постукиванию стекла по зубам. На серой блузке расплывались темные пятна пролившейся влаги.

Новость о смерти коллеги пришла к клану "Двоечники" в понедельник утром. Утро осеннего дня выдалось не по-петербуржски солнечным, бабье лето постаралось, чтобы этот день запомнили как можно более ярким, и трое соклановцев успели порадоваться отражению зайчиков в лужах. Увы, после входа в здание школы коллеги забыли о солнце и остатках его тепла.

Мария Павловна не убирала со стола нашатырь, чтобы откачивать не в меру чувствительную Варвару Александровну. Учительница английского языка уже пыталась два раза беспардонно упасть в обморок, чем очень мешала другим соклановцам переживать потерю коллеги и друга. Мария Павловна также достала настойку валерианы и теперь отсчитывала тридцать капель Георгию Сидоровичу.

Они собрались в кабинетике медсестры после уроков. Две женщины и мужчина. Вряд ли их состояние можно было назвать обычным.

— Голубушка, успокойтесь. Скорее всего, это случайное совпадение, — пророкотал Григорий Сидорович.

Он скорее говорил для собственного успокоения, чем для Варвары Александровны. Жестокая гибель Василия Петровича потрясла всю школу. Нет, подобные смерти уже были, но на другом конце Санкт-Петербурга... далеко... А сейчас? Сейчас смерть просто появилась и выхватила свою жертву из общей толпы.

Просто появилась, просто забрала...

И ведь как появилась — мерзкий тролль показал пальцем и... И Конороя не стало. Стерла из жизненных списков коллегу, который уже не один десяток лет сражался плечом к плечу, искореняя детские заблуждения и физическую слабость.

— Это не может быть случайным совпадением, — пробурчала Мария Павловна. — Хирюн Двоеборец показал на Ваську и сказал, что его первым накажут... И ещё тот мальчишка...

Медсестра протянула учителю математики стакан с водой и валерьянкой. Тот взял и поджал губы, когда заметил легкую дрожь в руке.

— Да уж, промашка тогда вышла, досадная промашка... — кивнул Григорий Сидорович. — Но кто об этом мог узнать?

В дверь кабинета постучали, троица встрепенулась. После секундной паузы открылась дверь и на пороге показалось скорбное лицо завуча Людмилы Анатольевны Шмаковой. За спиной бочкообразной женщины виднелись два человека: сухощавый мужчина средних лет и старичок, чем-то напоминающий Гассана Абдуррахмана ибн Хоттаба, а попросту — Хоттабыча.

Мария Павловна залюбовалась скулами сухощавого мужчины, но это продолжалось ровно до тех пор, пока не наткнулась на глаза, холодные и колючие, как иглы для шприцов из холодильника. Небольшие шрамы на лице делали мужчину похожим на воина, который вышел из битвы, но который не смог отпустить навсегда ярость боя. Мужчина скользнул взглядом по помещению и Марии Павловне показалось, что она с коллегами попала под лучи сканера, какие стоят в аэропортах. После этого ледяные глаза мужчины уставились в окно, как будто не было в кабинете ещё не старой и довольно интересной женщины в белом халате.

Варвара Александровна опустила голову, на её бледных щеках заиграл румянец. Стакан с водой как-то сам по себе перестал трястись, зато на костяшках пальцев побелела кожа.

Григорий Сидорович окинул недружелюбным взглядом сухощавого человека, так может смотреть старый лев на зашедшего в прайд чужака. На «Хоттабыча» он не обратил никакого внимания. Подобные старики тысячами невидимок шествуют по Невскому проспекту, торопясь ухватить последние мгновения жизни, а вот молодой человек может составить конкуренцию в перехвате женского интереса. В школах, где в основном пять-шесть человек мужского пола, они воспринимаются как невольный предмет заигрываний и делиться вниманием прекрасной половины человечества никому не хочется. Такова уж мужская сущность. Такова уж сущность львов.

— Добрый день, разрешите? — спросила завуч. — Ой, вас тут трое... Ну, это даже хорошо. Да-да, хорошо. Я понимаю, вы тоже переживаете трагедию, которая произошла с нашим физруком, Василием Петровичем. Вся школа скорбит о такой утрате. Мы даже хотели было отменить занятия, но… Надо жить дальше. Надо жить… Я думаю, что убийцы нашего дорогого коллеги не останутся безнаказанными. Мы же должны извлечь из этого урок и впредь быть осторожнее при открывании дверей. И всё равно, несмотря на это ужасное событие мы не должны опускать руки. Не должны показывать перед учениками истинные чувства… В этот трудный час нам просто необходимо объединиться и выстоять…

Похоже, что завуч оседлала своего любимого конька поучений и мотивации, поэтому Григорию Сидоровичу пришлось пару раз кашлянуть, чтобы чуточку сбить её с пути проповедника.

Людмила Анатольевна споткнулась и посмотрела на коллегу:

— Григорий Сидорович, вам не здоровится? Хотите я дам рецепт прекрасного лекарства от кашля? Надо всего лишь взять черную редьку, мед и сахар…

— Людмила Анатольевна, голубушка, вы же зачем-то пришли, — снова пресек словоизлияния учитель математики.

— Ой, да-да, я же не с пустыми руками. У меня две хорошие новости. Вот, познакомьтесь с новыми коллегами. Это Кирилл Александрович Самсонов, наш новый учитель физкультуры, — завуч показала на мужчину с холодными глазами.

Мужчина изящным танцевальным движением обогнул полную Людмилу Анатольевну и протянул руку Григорию Сидоровичу. Математик немного помедлил, потом сжал ладонь в ответном рукопожатии. Отметил про себя, что кожа ладони сухая и с мозолями, какая бывает у спортсменов, часто занимающихся со штангой и гантелями. Пожатие крепкое, но без усилий.

— Можно просто – Кирилл, — кивнул мужчина и взглянул на женщин. — Дамы, можете называть меня также.

— Так быстро нашли замену?.. Мда.. Ну, мы не сторонники панибратства, поэтому лучше всё-таки по имени-отчеству, — с непередаваемой учительской интонацией произнес «математик». — Григорий Сидорович Сонмин, учитель математики.

Кирилл едва удержался от искривления губ. В школе он никогда не любил учителей, и они отвечали ему взаимностью. Теперь судьба забросила его на другую сторону баррикад… Пожилой мужчина сдавил ему руку, как бы намекая, что готов побороться за свою территорию.

Что же, надо быть дружелюбным и открытым, как напутствовал Копиров. Надо к себе располагать и разведывать, разведывать, разведывать… Кирилл сначала даже удивился, что их так быстро оформили, но после намеков на нити знакомств в районо, перестал об этом думать.

Андрей просто не удивлялся. Он забыл, как это делается.

— Здравствуйте, Мария Павловна Курилова,— протянула руку медсестра и почувствовала теплую волну, идущую от ладони Кирилла. По спине пробежала стайка мурашек. — Меня можно просто Маша.

Кирилл улыбнулся как можно мягче – медсестры всегда обо всём знали, к ним забегали почаевничать и посплетничать учительницы разных классов. Своего рода горничные-осведомительницы. По крайней мере так было у него в школе. Вряд ли тут будет иначе.

— Варвара Александровна Волкова, — прошелестела «англичанка», не поднимая глаз. — Преподаю английский.

Руку она не подала в ответ. Кирилл крякнул и произнес:

— Тогда будем знакомы. Я соболезную родным и близким Василия Петровича, но, как сказала Людмила Анатольевна, жизнь продолжается. Я не надеюсь стать заменой учителя физкультуры каким вы его помните. Я всего лишь хочу работать и учить детей.

— Вот и прекрасно, — похлопала в ладоши завуч и обернулась назад. — А это наш новый завхоз…

— Андрей Васильевич Куралесов, — проскрипел старик, похожий на Хоттабыча. — Рад познакомиться с вами.

Андрей тоже прошел в кабинет и крепко-крепко сжал руку учителя математики:

— Куралесов, очень рад!

— Ого, вот это рукопожатие, — смахнув выступившую слезинку, сказал Григорий Сидорович. — Чем занимаетесь?

— Гирьки и работа на свежем воздухе, — хихикнул андроид. — Очень помогает чувствовать себя превосходно.

—Надо будет взять на вооружение.

— Обязательно возьмите, а сейчас ещё появилась Вселенная, так вот там такие шикарные занятия для растяжек и культуры тела, что грех не воспользоваться, — улыбнулся Андрей, целуя тыльную сторону ладони Марии Павловны. — Очень приятно познакомиться. Андрей Васильевич…

Медсестра не отдернула руку, а благодарно кивнула, мол, не перевелись ещё галантные кавалеры. Она чуть поправила гриву каштановых волос:

— А вы тоже заходите во Вселенную? Тоже можете называть меня Машей.

— Да сейчас трудно найти того, кто не заходит в эту компьютерную аномалию. Вроде только недавно боялся интернета, как черта, а сегодня уже вхожу в серебряную лигу.

Варвара Александровна снова не протянула руки. Зато щеки покраснели так, что мультяшный сеньор Помидор мог бы обзавидоваться такому цвету лица.

— В серебряную лигу? Ого, это здорово, — протянула медсестра. — Очень неплохие показатели. Мы тоже недавно туда перешли и…

— Ну это так, средненький показатель, на самом деле, — перебил её Григорий Сидорович. — У нас уже почти половина школы в серебряной лиге прописалась…

— Хорошо, вот и познакомились, — снова взяла бразды разговора в свои руки завуч. — Ладненько, вы тут общайтесь, а мы пошли дальше знакомиться со школой.

Кирилл кивнул находящимся в кабинете медсестры, дождался ответных улыбок. Андрей ещё раз поцеловал руку Марии Павловны и снова не получил никаких знаков приветствия от Варвары Александровны. Зато в этот раз Григорий Сидорович с удовлетворением отметил, что лицо Андрея чуть скривилось при крепком рукопожатии. Андрей хотел понравиться будущему коллеге, поэтому задействовал лицевые импланты.

Завуч повлекла двух новый работников дальше по коридору, знакомиться со школой и с теми учителями, которые ещё не ушли домой.

— Ох, какое же горе с Василием Петровичем… Бедная Ирина… — в который раз покачала головой Людмила Анатольевна.

— Ирина? Это кто? — поднял бровь Кирилл.

— Жена Василия Петровича, бедная женщина. Она так любила его, так любила… Но надо, надо держаться… Полиция отыщет этих злодеев и накажет, а мы должны продолжать жить… — завуч снова пустилась в пространные рассуждения о необходимости дальнейшей борьбы против превратностей судьбы, но Кирилл уже её не слушал.

Зато Андрей с удовольствием поддерживал беседу, в нужных местах поддакивал или сочувственно вздыхал. По окончании знакомства со школой завуч провела двух новых коллег к секретарю, где началась работа по оформлению работников на занимаемые должности.

Андрей за ночь успел приготовить документы. Возможности современной техники позволили Кириллу стать заслуженным мастером спорта карате Киокусинкай и учителем с девятым тарифным разрядом. Трудовая книжка Андрея содержала информацию о двадцатилетнем стаже безупречной военной службы и двадцатисемилетнем стаже в роли начальника склада. Как сказал Андрей: «Военным больше доверия».

Секретарь, девушка с лошадиным лицом и фигурой пловчихи, быстро оформила документы и с явным удовольствием выслушала витиеватый комплимент Андрея. На Кирилла она посматривала с повышенным интересом. Отсутствие кольца на безымянном пальце позволяло ей не скрывать заинтересованности.

Перезнакомившись со всем коллективом, получив заветную запись в трудовых и приняв документы для ознакомления, Кирилл с Андреем покинули здание школы номер двести тридцать четыре. Уходили по одиночке, чтобы их не заподозрили в сговоре.

Уже почти у самых ворот школы Кирилл почувствовал легкий укол между лопатками. Чей-то ненавидящий взгляд вонзился в спину. Кирилл моментально перешел в режим заморозки. Этот режим раньше возникал при угрозе атаки, сейчас же он прокачался до мысленного веления и мог не только перекинуть в одну из локаций Вселенной, но и оставить реальность.

Замерли взлетающие голуби, мяч играющего на площадке ребенка завис в воздухе. Кирилл осмотрелся по сторонам в поисках исходящей угрозы, но ничего не обнаружил. Взрослые сидели на скамейках или переговаривались у ступенек школы. Небольшие группы детей уткнулись в телефоны или же прыгали в «классики». В окнах тоже ничего…

У людей можно было увидеть ники, которые использовались для вхождения во Вселенную. Милени12, Стор454, КRигсби, Фатала09… Кто на что горазд, тот те ники и брал. Кириллу с его бывшими коллегами повезло выбрать самые первые ники, которые ещё не были заняты. Вот только четыре из пяти ников уже освободились…

Хотя, недавно Кирилл проводил исследование – его ник «Экзекутор» тоже был использован не одну сотню раз. Вставляли нули вместо буквы «о», латиницу мешали с кириллицей, просто добавляли цифры. Может, поэтому Кирилл не боялся выходить под своим ником во Вселенную, а может ещё и потому, что сам ждал, когда на него обратят внимание те, кто виновен в смерти его жены…

Всё же тревожное ощущение не проходило. Кирилл ещё раз внимательно окинул взглядом прилегающую территорию, дома напротив. Нет, хозяина взгляда найти не получалось, но взгляд точно был. Не мог же Кирилл себе его выдумать…

Кирилл ещё не успел войти в комнату гостиницы, как его настиг вопрос:

— Ну что, коллега, как ваши впечатления о новом месте работы?

Кирилл прошел, запер дверь и посмотрел на лежащего на кровати Андрея:

— Нормальное место. Не хуже других. Но знаешь…

— Знаю. Я же фиксирую изменения в твоем организме. Тебя что-то насторожило при выходе со школьного двора, — хмыкнул Андрей. — Что, ты голубей испугался?

Кирилл только покачал головой:

— Нет, тут другое. Вроде как кто-то смотрел на меня. И смотрел хреново. Похоже, что там и в самом деле нечисто. Или нас сдали и теперь начнется самое интересное…

— Скорее всего тебя смутил переезд, ты устал с дороги и вообще, ещё не обедал. На голодное брюхо и не такое может привидеться, — ответил андроид, собирая информацию о моменте, когда остановился Кирилл.

Андрей подключился к внешним камерам школы и увидел уверенную походку Кирилла. Увидел, как тот чуть дернулся и поменял положение тела. Ага, значит, в этот момент Экзекутор задействовал абилку заморозки. Андрей просканировал всех людей, которые были в тот момент на площадке перед школой. Ни одного, который бы выказывал признаки враждебности, никто не смотрел на нового физрука даже с неодобрением. Следовательно, если кто и пялился на Кирилла, то человек должен был находиться в школе.

— Может быть, — отмахнулся Кирилл, — только я не привык полагаться на «может быть». Лучше перейти в боевую готовность.

— Вот это правильно. И как раз сейчас самое подходящее время для тренировки, — хохотнул Андрей.

— Ты мне даже поужинать не дашь? — прищурился Кирилл. — И что за подходящее время? Ты так говоришь то утром, то вечером, то ночью.

— Любое время самое подходящее для тренировки, — философски заметил Андрей. — Ведь даже если меч понадобится один раз в жизни, носить его нужно всегда…

— Знаю. А также знаю, что ты скачал архив народных мудростей и поговорок, чтобы блистать чужой мудростью, — снова поморщился Кирилл. — И знаешь что, мой великий учитель, а не пойти ли тебе в жопу? Просто, без цитат.

— А потом ты ещё удивляешься – почему я тебя заставляю работать сверхмеры, — хихикнул Андрей. — Потому что я просто люблю тебя, мой верный ученик. А после тренировки мы с тобой прогуляемся по тому самому данжу, который открыли «Двоечники»… Кстати, как тебе сам клан?

— Обычные заучки. Лидер там математик, это ясно. Медсестричка явно мается с недотраха, а вот англичанка… Серая мышка какая-то.

— В принципе, по информации в сети, твои измышления на восемьдесят девять процентов совпадают с моими. И они даже не расширяют свой клан, не принимают туда никого. Так и бегают сколько времени вчетвером. Думаю, что если бы не вливали донат в шмот и оружие, то вряд ли достигли бы серебряной лиги. Надо будет вынудить их пригласить нас в свой клан. В виртуальности будет понятней, кто чего из себя представляет.

— Ладно, потом об этом поболтаем. Сейчас запускай свою шарманку. И постарайся поскорее, а то жрать охота.

— Ты так в костюме и полезешь во Вселенную? Будешь потом благоухать потными подмышками? В таком случае я буду спать у окна!

Кирилл хмыкнул, но не стал обострять ситуацию – с Андрея станется придумать какую-нибудь гадость, вроде выживания в болоте с зубастыми пираньями-пиявками-крокодилами. Он быстро переоделся и прикрепил тросы к поясу. С недавних пор в каждой гостинице появилась крестовина с прорезиненными тросами – это стало правилом хорошего тона, как раньше был бесплатный Wi-Fi.

Вселенная всё больше входила в жизнь людей.

4

«Если русскому школьнику дать карту звездного неба, он ее тотчас исправит»

Федор Достоевский

Здоровенный орк с ником Вротмнетотем перехватил секиру и с ревом бросился на пятерых гоблинов. Носато-ушастые отродья и не думали отступать. Они активировали ускорения и превратились в мелкие вихри, сплошь состоящие из острых клинков.

Пять вихрей против одного воина…

Много…

Так думали и зрители арены, на которой происходил бой. Многотысячная толпа игроков вперемешку с НПС взирала на шестерых участников с потемневших каменных ступеней Арены Смерти. Вой стоял такой, что многим игрокам пришлось убавить звук на своих шлемах.

Первый удар нанес орк. Секира со свистом рассекла горячий воздух и со звоном остановилась, когда гоблин с ником Шиленор блокировал удар. Для этого ему пришлось прервать пляску с зазубренными мечами, чем и воспользовался орк. От мощного пинка гоблина унесло на добрый десяток метров. Длинный нос воткнулся в порыжевший от крови предыдущих баталий песок.

– 37

Наложен дебаф «Оглушение» – потеря ориентации в пространстве, время действия десять секунд

Орк мельком глянул – у гоблина ещё осталось 113 очков. Сейчас самое время прыгнуть сверху и затоптать ушастого в песок, но перед ним тут же возникли два смерча из клинков. Гоблины защищали своего соклановца.

Что же зачин сделан, теперь время потанцевать с другими, пока один временно выведен из строя.

— Бей! Круши! Вали их на пол, ломай им… Отгрызите ему… Грохни орка – спаси человека! — неистовствовала публика на камнях.

Вротмнетотем отскочил назад почти танцевальным па, крутанулся вокруг себя и еле-еле успел наклониться, чтобы увернуться от брошенного кинжала. Орк ударил в ответ. На этот раз гоблин не стал блокировать, а перекатом проскользнул под лезвием секиры и плотно прижался к мускулистому телу орка. С двух сторон под ребра орка вонзились острия мечей.

Орк коленом влупил в ощерившуюся пасть врага и смог сдержать рык ярости, когда увидел, как из его шкалы здоровья вырвалась красная цифра:

– 58

Наложен дебаф: «Отравление Мора» – каждые десять секунд снимается пять очков здоровья

А вот это уже хреново. Самый противный дебаф и он попался именно сейчас, когда шкала жизни ещё только начала уменьшаться… Ну да, оставалось ещё 548, но на сколько протянется бой?

Правила Арены Смерти были просты – противоположные силы уравнивались. То есть, если выходил боец с длинной шкалой в добрую тысячу, то против него мог выставиться десяток бойцов со шкалой в сотню. Удары тоже временно уравнивались. Глобальные дебафы блокировались, а обычные могли использовать обе стороны. Бой прекращался после гибели одной из сторон.

От удара коленом урон был небольшой, всего двадцать очков, но вот скошенный направо нос закрыл гоблину Тропару12 обзор. Вротмнетотем воспользовался этим и ловким ударом обуха секиры снес противнику ещё тридцать семь очков.

— Хрена ли ты с ними возишься? Вали носатых! — сквозь вой прорезался визгливый голос подруги Банши198.

Орк мельком взглянул в ту сторону. Ага, вон она, на пятой ступени. Полуобнаженная и сексуальная до невозможности. Нельзя перед такой ударить в грязь харей. Но четверо противников сплотились и дружно взяли орка в клещи. Пришлось вырываться из окружения, теряя ещё сорок очков, зато в ответ он хорошо приложил кулачищем по кумполу одного из малоросликов.

Десять секунд битвы прошло и Шиленор поднялся, стряхивая с морды прилипший песок. Он быстро оценил обстановку и присоединился к общему веселью. Теперь пять смерчей гонялись за убегающим орком по Арене Смерти.

— Чё ты ломишься? Зассал? — пролетел трубный рев над Ареной.

Орку даже не надо было оглядываться, чтобы узнать голос своего друга, минотавра Стравра53.

Ну, Колька, огребешь ты ещё за эти слова…

А между тем гоблины сменили тактику охоты и теперь уже не мчались за более выносливым и скоростным орком. Нет, теперь эти сволочи начали метать издалека кинжалы. Урон копеечный, но он проходил и вместе с ними шли небольшие дебафы, вроде «Оглушения», «Замедления», «Ослепления».

Дебафы противные, быстро проходящие, но за то время, пока они действовали, противники приближались и били, били, били… Вротмнетотем уже потерял половину жизни и теперь казалось, что шальная Фортуна высморкалась в его сторону и перешла к более удачливым и спокойным гоблинам.

— Бей! Чего ты от них бегаешь? — а это сквозь рев толпы пробился голос Банши198.

Орк только сдвинул челюсти так, что зубы начали крошиться и припустил ещё быстрее. Зрители не видели того, что видел он – гоблины начали уставать. Их броски порой уже не долетали, они мазали, а это звоночек. И звоночек неплохой.

Правда, и ноги орка начинали наливаться каменной тяжестью, но до полного падения было ещё далеко. Вротмнетотем сделал ещё один круг по Арене и резко остановился. Не ожидавшая этого толпа зрителей притихла, а двое гоблинов подняли кинжалы для броска. В одном из них Вротмнетотем узнал Шиленора.

Что же, тем лучше!

От мощного броска секиры гоблина приподняло в воздух и отбросило прочь. Орк оскалился, когда увидел, что к его броску прибавился ещё и критический урон. Надо же, как здорово – гоблину осталось всего девять очков. Орк сорвал с пояса зазубренный нож и метнул…

– 9

Гоблин Шиленор умер от удара ножом

Отлично!

Орк успел поймать кинжал второго гоблина и метнул в ответ. Кинжал вернулся к хозяину и ласково вонзился точно в середину узкого лба.

– 45

Наложен дебаф: «Ослепление» – десять секунд полной слепоты

Гоблин опрокинулся на задницу и завертел вокруг себя мечом. В пятерке образовалась брешь, и орк метнулся туда. Только сейчас толпа радостно взвыла, приходя в себя от скорой атаки и броска.

Орк несся, как игрок в регби, получивший мяч. Он удачно перескочил через лежащего гоблина и добежал до верной секиры. Заодно выдернул нож и тут же метнул его в подлетающий смерч. Сейчас смерч из стали был не таким плотным, как раньше, поэтому нож вошел точно в прореху.

– 45

Наложен дебаф «Замедление» – на десять секунд скорость уменьшается в два раза

Вротмнетотем довольно хмыкнул и молнией метнулся к гоблину, который стал похож на муху в меду. Через три удара одним противником стало меньше.

– 38

– 38

– 29

Гоблин Тромодах56 умер от удара секирой

Публика неистовствовала.

Гоблины переглянулись между собой и предприняли ещё одну попытку забросать орка кинжалами, но Вротмнетотем два кинжала отбил, третий поймал и отправил хозяину. Вместе с кинжалом прилетел дебаф «Отравление».

Этому гоблину осталось жить около двух минут, и орк решил перевести внимание на других. Под рев толпы три гоблина и орк сошлись в рукопашной.

Минусы улетали вверх, приветствуемые ором зрителей. Орк как будто колол дрова, ухарски хекая. От ударов гоблинов его жизнь уходила, но он тщательно отслеживал индикатор и перемещался так, чтобы один гоблин оставался всегда как бы в стороне. Чтобы два других мешали ему как следует размахнуться.

Эти танцы со смертью принесли свои плоды и вскоре ещё один гоблин растянулся на окровавленном песке арены. Оставшиеся два не продержались и минуты. Орк выпрямился после финального удара с показателем жизни в тридцать два очка. Да, он рисковал, ведь Тропар12 мог успеть нанести удар раньше его, но риск благородное дело. И зрительскую симпатию в основном получает тот, кто смог победить с минимальным здоровьем.

— Я чемпион! — проревел Вротмнетотем в багровое небо. — Я непобедим!!!

Ободряющий ор толпы поддержал его рев.

— Непобедимый чемпион Вротмнетотем в очередной раз одержал сокрушительную победу! — тут же взвился громкий голос невидимого конферансье. — За этот бой он получает 1200 золотых, Сапоги Вармута и Щит Сторопа! Давайте же ещё поприветствуем нашего гладиатора! Это был великолепный бой!

Толпа разразилась рукоплесканием и громогласным воем. С приступок ласточкой слетела Банши198, обняла победителя и подарила ему страстный поцелуй. Вой толпы достиг своего апогея, казалось, что ещё чуть-чуть и старинный Колизей развалится.

Вротмнетотем положил обагренную кровью лапищу на плечо подруги и неспешно отправился к выходу с Арены. Он махал другой рукой в ответ на крики. От радости распирало грудь. Золото было не так важно, как вот это ощущение, когда после трудного боя победно выходишь с ристалища и сжимаешь в объятиях сексуальную подругу. От этого восхитительного, щекочущего изнутри чувства хотелось дурачиться, петь и плясать, но надо было соответствовать образу воина и неспешно выходить с Арены.

Темнота арки скрыла пару от глаз толпы. Тяжелая решетка упала следом, отсекая орка и ведьму от кровавого песка, с которого только сейчас начали исчезать трупы гоблинов.

— Как ты? — спросила Банши198.

— Писец задолбался. Ещё и жрать охота, — признался Вротмнетотем.

— У меня суп гороховый есть. Предки пока ещё на ворке, поэтому подваливай, — улыбнулась ведьма.

— Предков нет? Может тогда…

— Может быть, — завлекающе улыбнулась ведьма, повела плечом, отчего бретелька наряда соскользнула вниз.

Ведьма подняла руки к голове, как будто собралась поправить безупречную прическу, и растворилась в темноте. Орк тут же повторил движение, вскинув лапищи к лысой голове.

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

В комнате Евгения Ковалева, десятиклассника по кличке Ковыль, было по-мальчишески неубрано. На постели скомкано одеяло, и подушка держалась на честном слове, будто размышляя – рухнуть в кучу из журналов и носков или ещё повисеть на краешке. Плакаты с мотоциклами и сисястыми красотками поблескивали глянцевой поверхностью, отражая свет ламп.

Сам Евгений Ковалев, десятиклассник по кличке Ковыль, отстегнул карабины с пояса и снял компьютерный шлем. Потянулся. Сегодня был отличный бой и Вротмнетотем снова остался непобежденным. Орк снова ушел героем…

Теперь можно завалиться и к Оксанке. Одноклассница, наверное, уже вовсю разогревает еду, а после еды можно и поваляться перед плазмой. А в процессе валяния можно…

У Ковыля заныло сладко в груди от предвкушения возможного события. Молодой человек взъерошил черные волосы. Непослушная челка упала на глаза, и он привычно сдул её.

Надо бы сполоснуться после боя, а то не дело это – бежать в гости с потными подмышками. Ковыль огляделся в поисках чистой одежды. Ну, вон та футболка подойдет, джинсы привычно-рваные тоже в тему. Носки нужно будет найти новые, а то прошлый раз пришлось натягивать на пальцы ткань, чтобы скрыть дырку на большом пальце.

После быстрого душа и тщательного обшикивания дезодорантом Ковыль крикнул в сторону материнской комнаты:

— Ма, я к Оксанке!

Из комнаты донеслось невнятное мычание. Ну да, уже вечер, так что состояние матери близилось к полному отрубу. Желваки Ковыля пару раз дернулись, но он смолчал. Хоть мужиков перестала водить и то ладно. В последний раз, когда очередной «кандидат в папашки» был спущен с лестницы, у Ковыля нашли трещину в ребрах.

Участковый тогда сделал строгий выговор мамаше. Участкового мать Женьки побаивалась, поэтому прекратила приглашать хахалей в двушку. Заработанного в виртуале хватало на более-менее нормальное существование, поэтому Ковыль не ощущал себя в чем-то ущемленным. А что мать бухает… Так «В Питере пить» – как пел один известный музыкант…

Ковыль через ступеньку помчался на улицу. Оксанка жила через три дома, так что в гостях Женька оказался меньше, чем за пять минут.

— Привет! Ну ты и надухманился! — Оксанка повисла на шее Ковыля.

От девушки пахло жасмином и сиренью. Короткостриженная блондинка с огромными голубыми глазами могла бы стать героиней японской манги. Домашний халатик скорее приоткрывал, чем скрывал тайны женского тела. Ковыль почувствовал, что ещё немного и придется отводить бедра в сторону, чтобы не смущаться. Надо подумать о другом. О другом…

Но как же тяжело об этом думать, когда в руках горячее женское тело, а поблескивающие губы находятся всего в нескольких сантиметрах…

— Да это… Чтобы потом не перло. Сама же знаешь, откуда я пришел, — пожал плечами Женька.

— Знаю, твой бой уже выложила на Ютуб. Просмотры прилетают стаями, лайки и антилайки сыплются как из ведра. Кто-то хвалит, кто-то хейтит. Всё как обычно, только уже рекламу прикрутили, так что денюжка прилетит… — протараторила Оксанка-Банши198.

Она была администратором их ютуб-канала, умело разжигала срачи и поддерживала общение в сети. Орк Вротмнетотем пользовался популярностью и грех было этой популярностью не воспользоваться.

— Ладно, феникса песнями не кормят. Ты обещала музыкальный суп, где обещанное? — отстранился Ковыль.

Всё же пришлось отводить бедра в сторону. Ковыль даже чуть согнулся, чтобы не показывать, как начала выпирать ширинка джинсов.

— Музыкальный? — подняла бровь Оксанка.

— Ага, сама же знаешь, какой пердеж после гороха поднимается, — хохотнул Ковыль.

— Девочки не пукают, — обиженно протянула девушка.

— Да-да, и какают бабочками, — кивнул Ковыль.

— Да ну тебя, — отмахнулась подруга. — Иди руки мыть и давай за стол. Я уже почти всё накрыла.

Ковыль быстро сделал вид, что моет руки (а что их мыть – он же дома душ принял), и уселся за стол.

Оксана старалась показать себя хорошей хозяйкой, поэтому помимо тарелки супа соорудила горку бутербродов с колбасой и уселась напротив, подперев щеку ладонью.

— Ммм, вкушнятина, — прошамкал Ковыль, уплетая ложку за ложкой.

— Ешь-ешь, наворачивай. Последние новости слышал? Старого физрука кто-то грохнул, и в школе новый появился. Симпати-и-ичный…

Ковыль поперхнулся.

— То есть как – грохнул? Василь Петровича убили?

— Ну я тебе это и говорю. Школа на ушах с самого утра, а ты ничего и не знаешь.

— Я квест выполнял, — буркнул Ковыль. — Хотел до Арены найти Меч Тьмы. Ну, или данж какой новый открыть.

— Вот-вот, так и лазишь один по Вселенной. Нет бы в клан какой вступить, там всё же легче…

— Да ну, какие кланы… Я привык один, — отмахнулся Ковыль.

— Один большие квесты не вытянешь. Да и плюшки там сыплются нереальные. Можно на боссе нихилый кач словить. А один… Жека, надо в коллективе быть, а не единоличником.

— Ладно, подумаю. Чего там про физрука-то?

— Кто-то говорил, что ему в горло штык вонзили, а кто-то болтал, что там разборки похлеще якудзы и его по кусочками разобрали. В общем, всё покрыто мраком и тайной.

— А новый что?

— А новый какой-то странный. Глаза у него такие… Холодные что ли. Вот прямо смотрит на тебя и замораживает. И шрамы на скулах, как будто кошка поцарапала. Вот ходил бы в школу, тоже увидел бы.

— Коцаный красавчик? — усмехнулся Ковыль. — Ладно, завтра посещу это пристанище разврата и долбоклюйства. Познакомлюсь с новым преподом.

— Ну, он вполне так себе ничего, — кокетливо подмигнула Оксанка. — Шрамы украшают мужчину.

— Да? Тогда ради тебя я сейчас себе нарисую… — Ковыль взял со стола десертный нож и приложил к щеке.

— Дурак! — тут же отдернула его руку Оксана, но через миг смутилась и перевела всё в шутку. — Этим ножом с горя не зарежешься. Давай, я тебе острый подгоню?

— Ага, сейчас суп доем и подгонишь, — кивнул Ковыль.

Но после супа им было не до ножа. Молодость брала своё и, сидя на диване перед плазмой, они начали активно целоваться. Опыта в части поцелуев было немного, поэтому вскоре у обоих блестели подбородки и кожа вокруг губ от слюней. Но кто же на это обращает внимание, когда рядом раздается взволнованное дыхание человека, который очень нравится?

Всё же Оксана следила за руками Ковыля и не давала им разгуляться в полной мере. Когда шальные пальцы залезали слишком глубоко под халат, то девушка мягко, но твердо отводила руку.

Они успели отстраниться друг от друга, когда услышали щелчок входного замка. Вернулись родители. Как всегда невовремя.

Ковыль ещё немного посидел, поболтал с родителями Оксаны и отправился домой.

Из материнской комнаты раздавалось храпение и доносился запах перегара. Ковыль горестно вздохнул и прошел в свою комнату. Спать не хотелось, поэтому он решил нырнуть на полчасика во Вселенную.

Он обратил внимание на мерцающий конвертик почты. В сообщении было написано:

Вы приглашены в клан «Дети Ночи».

Принять приглашение?

Да/Нет

5

«Если не бегаешь, пока здоров, придется побегать, когда заболеешь» Гораций (Квинт Гораций Флакк)

— Класс, на разминку стано-вись!! — повысил голос Кирилл.

Половина пятого "В" класса сделала вид, что оглохли на оба уха и продолжались носиться по спортзалу, поглядывая на нового учителя. Пятиклашки оказались первыми, кто должен был вкусить преподавательского таланта физрука. И эти маленькие чертята показались Кириллу зайцами из рекламы батареек "Энерджайзера". Как только класс высыпался на площадку спортзала, так сразу же шаловливые ручонки похватали мячи, обручи, а шаловливые ножонки рассыпали галдящих детей по крашеному суриком полу в разные стороны, как горох из пачки неловкой хозяйки.

Полсотни глазенок оценивающе следили за новым учителем - какой он? Строгий? Добрый? Накричит или же постарается урезонить и тогда на нем можно будет кататься сверх всякой меры?

Кирилл усмехнулся про себя. Мда, дети во все века остаются одинаковыми - озорные, веселые, шальные от возможности безнаказанно поноситься по школьному пространству. Да что там безнаказанно - на вполне официальных условиях, ведь их же самих послали на физкультуру.

Хотя, от учеников его времени этих детей отличало наличие гаджетов. Вон там трое ребят столпились вокруг мальчишки с телефоном, а вон там девчонки восторженно ахали, разглядывая что-то на планшете.

А если попробовать...

— Внимание! Пятый "В", кто хочет как можно быстрее перейти в серебряную лигу Вселенной?

От этих магических слов пятиклашки застыли, как будто играли в "Море волнуется". Они тут же уставились на Кирилла блестящими пуговицами глаз. Недоверие, надежда, удивление было нарисовано на мордашках, но главное - наступила тишина. Стало так тихо, что когда выпал баскетбольный мяч из рук девочки, то весь пятый "В" поголовно вздрогнул.

Мяч отпрыгнул от деревянной поверхности, ещё несколько раз ударился и покатился по залу. Глаза детей провожали оранжевого Колобка до тех пор, пока нога Кирилла не остановила беглеца.

— Не слышу ответа! — поджал губы Кирилл. — Так кто хочет перейти в серебряную лигу?

— Я-а-а-а!!! — казалось, что это закричала вся школа.

— Отлично! — рявкнул Кирилл. — Тогда будем к этому стремиться и под моим чутким руководством мы пройдем половину пути к этой лиге! Меня зовут Кирилл Александрович. Все расслышали моё имя?

— Да, Мифрил Кассандрович, — развязно выкрикнул один из вихрастых мальчишек. — Мы все вас слышали!

Детский смех прозвенел под сводами. Глазенки следили за учителем - как среагирует? Постоянное наблюдение. Постоянная оценка. Так будет до тех пор, пока взрослому человеку не удастся завоевать детское доверие.

— Не Мифрил Кассандрович, а Кирилл Александрович, — мягко, но с нажимом поправил Кирилл. — Чтобы лучше запомнилось - будешь помогать мне после урока собирать мячи. Все согласны? Не слышу!

— Да! — хором прокричали дети, со смехом поглядывая на покрасневшего виновника.

— Вот и хорошо. Дети, теперь будем готовиться к серебряной лиге. Чтобы туда попасть, нужно много заниматься, но самое большое всегда начинается с малого шажка. Поэтому давайте начнем с разминки. Друг мой, — позвал он вихрастого. — Вставай рядом, будешь помогать.

— Мне и тут хорошо, — пробурчал мальчишка.

— Если поможешь так, что я буду доволен, то потом во Вселенной подарю тебе Кинжал Ветра, — одними уголками губ улыбнулся Кирилл.

Мальчишку словно вынесло вперед этим самым ветром. Он тут же встал рядом с Кириллом и даже надул щеки, чтобы выглядеть важнее.

— Как зовут моего помощника? — спросил Кирилл.

— Ваня, — пробормотал тот.

— Значит, Ваня, в первую очередь разомнем шею. Это нужно для того, чтобы во время боя можно было очень быстро обернуться и не получить травму. Начинаем делать наклоны головой вправо и влево. Руки на пояс. Стараемся ушами коснуться плечей. Начали!

Дети старательно задвигали головами, как китайские болванчики. Ваня показывал пример, с важным видом проделывая упражнения.

— Три-четыре, закончили! — весело проговорил Кирилл. — А теперь начнем опускать голову вверх-вниз, чтобы при встрече с врагом могли залепить лобешником ему в переносицу.

Надо было видеть, с каким желанием дети затрясли головами. Особенно старались девочки. Они ехидно посматривали на мальчишек и старательно протыкали лбами воздух. Похоже, что девчонки представляли, как будут в игре наказывать обидчика, который посмел дернуть за косичку или спрятать тетрадку. Мальчишки не отставали, надеясь дать достойный отпор.

Дальше следовали взмахи руками, которые Кирилл назвал "алмазной колесницей". Спортзал превратился в поле с маленькими ветряными мельницами. Вращения бедрами были просто необходимы для игры в футбол, чтобы отталкивать противников, поэтому "злые круги" очень активно исполняли мальчишки. Зато разработка коленей "изящные приседы" полюбились девочкам, они словно исполняли реверансы перед принцами на балах.

Кирилл чувствовал, как нащупывается ниточка взаимопонимания между взрывным веществом под названием "дети" и им. Чувствовал и вроде даже как-то на некоторое время оттаивал. Ведь и его сын мог быть среди этой веселой галдящей толпы...

— Простите, вы новый учитель физкультуры? А можно нам поиграть в пинг-понг? — разминку прервал девичий голос.

Обернувшись на вопрос, Кирилл увидел трех старшеклассниц. Ага, вот прибыла и ещё одна проверка на вшивость. Девчонки явно из последнего класса, но старались вести себя как повидавшие жизнь светские львицы. И всё равно в движениях сквозила та самая неуверенность, которая старательно прикрывалась хамством и развязностью. Они вышагивали вдоль стены, пробираясь к центру зала. Чтобы было труднее их выпроводить. Красавицы ещё не знали, что таким образом они сами себя загоняли в ловушку.

Кирилл усмехнулся:

— Девочки, у меня сейчас урок у этой доблестной армии юных воинов. Когда будет урок у вас, то в свободное время…

— А нам прошлый физрук разрешал, когда у нас уроков не было, — жеманно ответила блондинка с короткой стрижкой. — Ну будьте пусей, разрешите и вы…

Симпатичная, но слишком много косметики. Возможно, в дальнейшем из неё получится хорошая жена и идеальная мать, но сейчас она отыгрывала роль умелой стервы. Кирилл снова усмехнулся.

«Юная армия доблестных воинов» следила за диалогом. Помощник Ваня даже выкрикнул в сторону девчонок:

— Валите отсюда, пока вас в угол не поставили!

На эту реплику девушки рассмеялись и показали Ване «козу». Помощник взглянул на учителя, а тот положил руку на плечо и подмигнул. Потом Кирилл снова поднял глаза на нарушительниц режима:

— Девочки, обычно я не повторяю два раза, но для вас могу сделать исключение…

— Ой, вы разрешите нам поиграть? Вы и в самом деле пуся, — подхватила брюнетка с точеной фигурой и пронзительными голубыми глазами. — Я знала, что вы нам не откажете…

Она прогнулась в спине и словно бы поправила невидимую складку на колготках, на самом же деле явно спародировала какой-то виденный ранее эпизод соблазнения из дешевых боевиков. Кириллу вовсе не хотелось быть пусей. Ему не хотелось и пускать девчонок играть в настольный теннис – мало того, что приперлись на каблуках-шпильках, так ещё и визга будет до небес.

— Девочки, я даю вам последний шанс покинуть спортзал без последствий, — ровным голосом сказал Кирилл. — Другого шанса на будет.

— Ну чего вы начинаете, мы же тихонечко… — промурлыкала блондинка. — Мы будем как мышки…

Кирилл махнул рукой и громко проговорил:

— Доблестные воины пятого «В»! Кто хочет принять участие в щекотании старшеклассниц? Они будут как боссы во Вселенной, а вы отправитесь в славный рейд.

Реакция последовала в ту же секунду. Вверх взметнулись руки почти у всего класса. Кирилл скомандовал:

— Раз! Два! Три! В атаку!!!

Визг поднялся до самого потолка. Пятиклашки устремились к оторопевшим старшеклассницами бушующим потоком из прорванной плотины. Недавние светские львицы превратились в испуганных котят и бросились к выходу.

Ага, как же. Так Кирилл и дал им уйти. Не для этого он выжидал время, пока те отойдут подальше от двери. Он выдохнул, на миг расслабился и…

Погружение прошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1…

Замерли бегущие пятиклашки, замерли разворачивающиеся девчонки-старшеклассницы. Завис в воздухе мяч, попавшийся Ваньке под ноги.

Окружающая реальность замерла, словно кто-то невидимый поставил её на паузу, но вместе с этим она изменилась. Вселенная подсунула другую картинку реальности.

Кирилл выдохнул, чуть поежился. На сей раз локация представляла собой лабораторию из хоррорных игр. И застывшие детишки отчаянно напоминали тех самых мелких живчиков, которые обожали выпрыгивать из дверей и впиваться в ноги. Большой спортивный зал превратился в огромную лабораторию с обязательной белоснежной плиткой. Впрочем, плитка хранила на себе пятна потемневшей крови.

Старшеклассницы представлялись сознанию Кирилла в виде воскресших зомби. Синюшная кожа, оскаленные клыки, сползающие клочья волос. Мда, рука сама потянулась к несуществующему пистолету. Сам он был одет в кожаную куртку, штаны военного образца и высокие берцы. Вот этими самыми берцами и надо было бы заехать по морде порядочному зомбаку, пока в руках не было оружия.

Экзекутор одернул себя. Он не должен забываться!

Легким шагом Кирилл проследовал к выходу и запер дверь на ключ с наружной стороны. Хоррорная локация была и тут. Кровавые следы на белоснежных стенах и мраморном полу, как будто неизвестный гигант рисовал огромной кистью китайские иероглифы. Стекла разбиты, на потолке следы от выстрелов. Мерзкая картина.

Вот и всё, сейчас он перейдет в обычное состояние и минут пять будет слушать визги изнутри. Потом он освободит поцарапанных и потрепанных старшеклассниц и даже не будет читать им нотаций. Да, девчонки насупятся, затаят злобу, но хорошим для всех не будешь, поэтому придется потерпеть. Зато у учеников поубавится желание поржать над новеньким преподавателем.

Кирилл приготовился уже было перейти в реальность, когда легкий свист заставил его отпрыгнуть в сторону.

В перепачканную кровью дверь воткнулась черная стрела. Белое оперение возмущенно затрепетало, как будто негодуя, что подлая жертва ускользнула от ответственности.

Снова послышался короткий свист.

Экзекутор нырком ушел вправо и вперед. Судя по направлению стрелы, угроза возникла со стороны лестницы. За краткий миг кувырка он увидел большой сгусток мрака на ступенях.

Мрак клубился дымовыми завихрениями, как будто какой-то шутник сделал «дымовуху» из пластиковой расчески и бумаги. Из черноты показалось острие новой стрелы. Экзекутор перешел в режим «маятника». Почему-то на ум пришли недавние занятия с Андреем, когда ребром ладони получилось отбить третью стрелу в сторону.

Он на пару метров стал ближе к сгустку. За дымом проступили человеческие очертания. Снова выстрел. Экзекутор был наготове, но всё же стрела чиркнула по одежде, прорвав кожаную куртку.

Кто это? До выяснения осталось всего десять шагов.

Враг в дымовой завесе развернулся и бросился вверх по лестнице. На миг дым чуть отстал от владельца. Слишком быстрое движение размазало лицо, не давая зрению зафиксироваться на каких-либо чертах.

Само собой Экзекутор бросился следом. На его памяти только некоторые люди обладали способностью входить в его заморозку. И то эти люди уже были мертвы…

Неужели это один из серафимов? Один из тех, кто следил за Вселенной и разрешал те вопросы, с которыми не могли справиться модераторы?

Но все серафимы мертвы, кроме Кирилла. Да, в большинстве своём он был причиной их смерти, но они могли бы жить, если бы приняли его сторону. И вот теперь появился непонятный человек, который скрывает себя за дымовой завесой…

Твою же мать! Экзекутор в последний миг отдернул голову, и стрела пролетела мимо, прорвав куртку на правой руке.

Да кто же ты такой? И ведь сгусток даже не сбавил хода, убегая по лестнице. Просто в воздухе развернулся, выпустил стрелу и тут же продолжил бег. Все эти действия уложились в одну секунду. Даже в половину секунды.

Теперь Кирилл разозлился. Ему очень не нравилось, когда его убивали. Не нравилось, когда называли «пусей» и не нравилось, когда убивали. У всех были маленькие слабости – у Кирилла были такие.

Пролет, пролет, пролет. В школе всего четыре этажа, а дальше…

Дальше сгусток одним махом протиснулся через решетку, отделяющую лестницу от прохода на крышу и замер в десятке метров от входа. Вечно запертая дверь на чердак была открыта, как будто только и ждала незнакомца. Кирилл тоже остановился. Если сейчас пытаться перелезть через решетку, то он будет прекрасной мишенью для незнакомца.

Может, стоит попытаться поговорить?

Ага, поговоришь тут, когда из сгустка тьмы снова высунулось острие. На таком расстоянии Кирилл увернется, но не сможет протиснуться. Сгусток не сможет убежать, потому что тогда Кирилл кинется следом и с трудом, но пролезет. Получалась патовая ситуация.

— Эй, полудурок! Ты кто такой? — Экзекутор всё-таки решился заговорить.

Его глаза пристально смотрели на остриё и, возможно, это было его ошибкой, так как следом за стрелой вылетел небольшой шарик. Стоило Экзекутору уклониться от стрелы, как шарик вспыхнул яркой вспышкой, выжигая клетчатку глаза.

На несколько секунд наступила полная слепота. Кирилл на одних рефлексах кинулся вниз по лестнице, уходя из-под возможного обстрела. Жесткие ребра ступеней впились в позвоночник, в стремлении раздробить его на мелкие кусочки. Оттолкнувшись от пола ладонями, Экзекутор тут же изменил угол движения и скорее почувствовал, чем услышал, как рядом воткнулась стрела.

Перекатом он ушел с линии атаки и вылетел на площадку за лестницей, чтобы в ту же секунду прижаться лопатками к стене и перевести дух. Экзекутор усиленно моргал, чтобы прогнать пелену с глаз. Он словно превратился в слух, стараясь уловить малейшее движение, минимальное поскрипывание под ногой нападающего.

Ничего, абсолютно ничего. Три секунды позади, а потом послышалось негромкое шипение сверху:

— Уходи-и-и. Дети-и-и Ночи-и-и тебе не рады-ы-ы.

— Кто ты? — откликнулся Кирилл.

В ответ прозвучала абсолютная и всепоглощающая тишина. Ни звука.

Зрение вернулось не сразу, но Экзекутор не мог ждать долго – пока он находился в бездействии, нападающий мог уйти. Он чуть выглянул наружу и тут же спрятался. Глаз за доли секунды успел оценить уровень угрозы.

Угрозы не было. То есть никакого сгустка мрака на лестнице не было. Кирилл выглянул ещё раз, уже увереннее. Снова ничего. Когда же он аккуратно поднялся по лестнице, то в проеме за решеткой не было ни души.

С трудом протиснувшись сквозь прутья (хорошо ещё, что не полез раньше), Экзекутор вырвался на простор подкрышного пространства. Каждую секунду он ожидал нападения. Каждый миг ждал свиста, когда шел по пыльному полу.

Однако, чердачное пространство было пусто. Никого. Ни души. Он пытался отследить перемещения противника по следам в пыли, но они обрывались возле крайней бетонной перегородки. Как будто тот прошел сквозь стену и исчез.

Кирилл даже выглянул на крышу, но на гудроновой поверхности, заляпанной птичьими экскрементами, тоже никого не было. Сгусток мрака словно испарился.

Экзекутор чертыхнулся и двинулся обратно. Когда же он подошел к дверям спортзала, то поймал себя на мысли, что все черные стрелы исчезли. Испарились, как будто имели ограниченное время действия в виртуале.

Хм, довольно удобно, если не хочешь оставлять следов. Убил человека, а потом оружие убийства само собой испарилось, растворяя отпечатки пальцев и тому подобную опознавательную дребедень.

Кирилл отпер дверь и вошел в спортзал, напрочь забыв о том, что собирался наказать девчонок-старшеклассниц. Он сосредоточился и…

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Реальный мир ударил по барабанным перепонкам веселым визгом и возмущенными криками старшеклассниц. После небольшой борьбы потрепанные девчонки ретировались из спортзала. Блондинка показала на прощание язык.

Кирилл за это время выдохнул, успокоился, привел себя в относительный порядок. Дети Ночи… Надо же, какое вычурное название. Как будто ниндзи какие-то… Надо будет запрячь Андрея, пусть всё разузнает об этом клане или не клане, а группировке.

Кто это такие и как они научились проникать в заморозку серафима?

Когда же пятиклашки с победой вернулись к физкультурнику, то в их глазенках он был уже не новым человеком, которого можно проверить на вшивость, а мудрый и справедливый учитель, изредка способный повеселиться. Вихрастый Ваня снова встал по правую руку от преподавателя.

Кирилл одобрительно кивнул и повернулся к ребятам:

— Ну что же, юные воины! Вы показали себя доблестными солдатами веселья! Вы – герои и о вас будут слагать легенды все две перемены. Но нельзя забывать и о тренировках. Чем тренированнее тело, тем легче дается победа, тем легче преодолеваются боссы, тем лучше добывается лут. Так что сейчас приседаем и делаем два круга по залу. Упражнение называется «Небесный гусенок»! Ваня, покажи, как это делается. Ваня?

Мальчик словно очнулся и показал на руку учителя:

— Кирилл Александрович, а у вас кровь…

Кирилл взглянул на предплечье правой руки. Рукав синей олимпийки был распорот словно бритвенным лезвием, а по коже шла длинная царапина. Капли крови уже собрались небольшой лужицей под рукой учителя. Две девочки упали в обморок при виде этой поблескивающей лужицы.

6

«Люди на земле должны дружить… Не думаю, что можно заставить всех людей любить друг друга, но я желал бы уничтожить ненависть между людьми»

Айзек Азимов

— Да где же вас так угораздило-то, Кирилл Александрович? — всплеснула руками медсестра Мария Павловна, когда Кирилл пришел к ней с порезом.

— На уроке, — пожал плечами Кирилл. — Пока объяснял ребятам упражнение, провел рукой по шведской стенке и не заметил гвоздя. Вот и получилось так…

— Вот вечно вы так, мужчины, суете руки туда, куда не нужно, — покачала головой Мария, пока осматривала порез. — Тут надо бы в больницу, швы наложить…

Кирилл поморщился. В больнице не прокатила бы сказка про выпирающий гвоздь. Там на раз-два раскусят порез. Зафиксируют рану, нанесенную острым предметом, вызовут полицию, а те заинтересуются личностью нового физрука. Начнут расспрашивать, кто-нибудь копнет прошлое Кирилла…

Вот этого Кириллу не нужно. Раны заживали как на собаке, а раскрывать своё инкогнито он не хотел. Для всего мира он умер. Пусть так будет и дальше.

— Да ладно, чего в больницу… Можно степлером скрепить, да и пусть его, — ободряюще улыбнулся Кирилл.

— Эх, мужчины… И чего вам всё храбриться-то хочется? Всё строите из себя непонятно кого. Нет, тут надо всё-таки в больницу. Я сейчас позвоню…

Рука Кирилла змеёй метнулась к телефону и накрыла ладонь Марии. Глаза его блеснули так, как учил Андрей. Женщинам всегда нравится, когда при взгляде на них глаза у мужчин поблескивают. Всего лишь легкое движение век, нужный угол освещения и вот уже зрачки Кирилла приковывали её внимание.

Теперь подключить диафрагму и проурчать глубоким голосом, идущим из живота:

— Не стоит. Просто обработайте и ладно…

Щеки Марии покраснели от прикосновения руки, дыхание участилось от магнетизма со стороны нового физрука. И как она раньше не замечала, что у него такие прозрачные, манящие глаза? И он так смотрит…

Кирилл тем временем незаметно нажал на чувствительные точки на ладони Марии. Женщина с удивлением для себя отметила, что сейчас ей вовсе не хочется отпускать этого мужчину. Наоборот, её тело почему-то само придвигается к Кириллу, а губы… Губы предательски вытягиваются в трубочку и…

— Можно же обойтись и без швов, всего лишь наложить повязку и стянуть потуже, — улыбнулся Кирилл, чуть отстраняясь.

С очарованием нужно не перестараться, а то женщина настолько захочет секса, что ни о какой обработке не могло быть и речи. Мария выдохнула с присвистом. Она попыталась взять себя в руки, откашлялась.

Что это на неё нашло? Скорее всего, это остаточная реакция от изнуряющего рейда и от вести о смерти бывшего физрука. А теперь новый физрук с раной пришел. Что-то этим мужчинам не везет. Может, это проклятие какое на должность легло?

— Да-да, я сейчас обработаю… сейчас стяну… Это… Да, где у меня бинты?

Кирилл даже не дернулся, когда медсестра обработала рану перекисью водорода, наложила повязку. Белая ткань потихоньку пропиталась кровью. При виде крови Мария Павловна окончательно взяла себя в руки и стала прежней деловитой медсестрой.

— Давай ещё одну повязку сделаю. Поверх. После уроков зайдешь, я посмотрю и перебинтую. Если кровь не остановится, то придется ехать в больницу.

— Надеюсь, что не придется, — мягко улыбнулся Кирилл и поправил непослушный локон, выбившийся из-под медицинской шапочки.

Всего два мимолетных касания, одно возле ушной мочки, а второе за ухом, и Мария почувствовала, как по спине пронеслась будоражащая волна. Снова вернулось влечение, какое может быть у женщины к мужчине. И снова губки сложились куриной гузкой…

— Наверное, ты и во Вселенной за хилера отыгрываешь? — спросил Кирилл. — Ты в клане состоишь, или в одиночку виртуал топчешь?

Упоминание Вселенной чуть охладило пыл Марии. Перед глазами всплыл Хирон Двоеборец и его слова: «Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами».

— Чего ты о Вселенной-то вспомнил? — пробурчала Мария. — Ой, ладно, сейчас мне некогда. Давай, приходи после уроков и это… береги руку.

Кирилл чуть постоял, но Мария Павловна уже повернулась к нему спиной. Шуршание бумаги должно было убедить посетителя, что сейчас она занята крайне важным делом и его присутствие отвлекает хозяйку кабинета. Кирилл хмыкнул, посмотрел на спину в белом халате, опустил взгляд пониже спины – задействовать ещё раз очарование или всё-таки не стоит?

— Кирилл, не стой над душой. Я же сказала, что мне сейчас некогда.

— Я что-то не то ляпнул?

Мария повернулась настолько резко, что смела со стола стакан с карандашами. Деревянные палочки резво посыпались на свободу. Она вперилась взглядом в прозрачные глаза, но не нашла там насмешки, только неподдельный интерес.

— Кирилл, это нелегко… В общем ладно, придешь на перевязку и тогда всё расскажу. Сейчас перемена закончится, — Мария заставила себя оторваться от чарующих глаз.

— Тогда до встречи, — Кирилл снова подключил грудной голос и подмигнул на прощание.

Прозвенел звонок, приглашающий всех юных дарований получить очередную дозу ума и сообразительности. Кирилл вышел из кабинета медсестры на последних трелях пронзительного электронного вопля.

Что же, сейчас по плану у него «окно», поэтому стоило наведаться к Андрею. Да, будет ворчать по поводу раны, обзовет Кирилла неловким говном, но всё-таки выслушает. Новый учитель физкультуры прошел сквозь толпу летящих семиклассников как нагретый нож сквозь масло. Дети даже не поняли, как так получилось, что ни у одного не получилось коснуться высокого мужчину со шрамами на лице. Двое обернулись вслед Кириллу, но остальная стайка уже забегала в класс, поэтому они не стали задерживаться. А потом и вовсе забыли об этом случае.

Они забыли, а вот десятиклассник по кличке Ковыль зафиксировал такое поведение учителя. Женька видел, как новый преподаватель чуть подергивался, когда рука или нога пролетающего мимо школьника должна была коснуться одежды. Мужчина незаметно изменял положение своего тела и касания не получалось. Ковыль опустил глаза на экран смартфона, когда учитель прошел рядом.

Кирилл поймал на себе внимательный взгляд школьника. Тот словно в прицел винтовки следил за его перемещениями. Хм, надо будет запомнить этого белобрысого малого. Слишком уж резко тот заинтересовался смартфоном, когда Кирилл прошел мимо и повернул к нему лицо. Вряд ли молодого человека интересовали новости о производстве пластмассы в Ногинске, скорее он нажал на контекстную рекламу и спрятал глаза.

За несколько секунд Кирилл оценил потенциальную степень угрозы. Плечи широкие, держится расслаблено, и в то же время следит за окружением. Вроде опустил глаза, но периферийным зрением продолжает наблюдать за перемещением учителя. Явно какой-нибудь топовый игрок, те даже во сне ждут удара и готовы блокировать. Кирилл перешел во Вселенную и прочитал ник белобрысого.

Вротмнетотем.

Мда, мог бы ник и покруче взять. Хотя, сейчас чем вычурнее ник, тем легче его запомнить. Простые Саша и Маша уже не проходят. Надо прощупать почву на предмет заинтересованности.

— Привет! Подскажешь, как пройти к завхозу? — Кирилл остановился в паре метров от школьника.

При звуке голоса Вротмнетотем напрягся. Быстрые движения глаз по сторонам. Левое плечо пошло чуть вперед. Пальцы на смартфоне чуть сжались. Тело словно стремилось принять левостороннюю стойку, а правая рука хотела сжать рукоять оружия. Ага, значит, это боец. Скорее всего сражается с щитом и мечом, вон как левая рука дернулась, словно хотела прикрыть тело.

— Вон там, — парень махнул рукой в конец коридора. — Второй кабинет.

— Спасибо, — коротко кивнул Кирилл. — Чего-то ты не торопишься на урок.

— Жду звонка от мамы, — не моргнув глазом, соврал Ковыль. — Скажу ей, что всё нормально и пойду. На уроке нельзя разговаривать, так что приходится опаздывать. Хорошим сыном быть непросто.

— Ну-ну, — уголками губ улыбнулся Кирилл.

Он пошел по указанному направлению, а сам лопатками чувствовал прожигающий взгляд. Надо будет узнать у Андрея, пусть пробьет по своим каналам, что это за перец.

Вот и кабинетик завхоза. Кирилл вошел без стука. Комната три на четыре, где был стол, пара стульев, заставленный папками шкаф и календарь на стене. За столом перед монитором ноутбука сидел Андрей. Его пальцы бегали с такой скоростью по клавиатуре, что перестук сливался в одну сплошную трель.

— О, дорогой Кирилл Александрович, — широко улыбнулся завхоз Андрей Васильевич Куралесов. — Какими судьбами к нам? Что с рукой, голубчик? Ну чего же вы стоите-то? Заходите, заходите…

Кирилл приветливо кивнул и закрыл за спиной дверь. Андрея словно подменили, из радушного старичка он превратился в сурового колдуна, который если не словом ударит, так посохом по хребтине протянет.

— Ты ленивое говно! — прошипел он громко.

— Я тоже рад тебя видеть, — кивнул Кирилл.

— Почему ты позволил себя ранить? Я тебя плохо учил? Нет? Значит это ты расслабился и позволил себя поцарапать. Дай посмотрю рану…

Кирилл безропотно протянул руку. Андрей быстрыми уверенными движениями развязал бинт, размотал ткань.

— Нет, я был неправ – ты очень ленивое говно. Да чтобы получить такую царапину, надо лежать кверху пузом и хлебать пиво годами. Как же ты мог допустить такое? Нет, это позор на мои седины…

— Что у вас произошло? — донесся со стороны ноутбука голос Копирова.

— Он на связи? — одними губами прошептал Кирилл.

Андрей развел руками, мол, я не виноват.

— Нашего мальчика поцарапали, — ответил Андрей. — Ничего серьезного, больше понтуется, чем есть на самом деле. Пришел зареванный, сопли до колен…

— Здрасте, Павел Сергеевич! — громко сказал Кирилл, прерывая бурную речь Андрея. — Как твой геморрой?

— У меня их два и с обоими я сейчас разговариваю, — парировал Копиров. — Что случилось?

Кирилл постарался как можно более сжато обрисовать ситуацию со сгустком мрака. Ни Павел, ни Андрей не прерывали его. Когда же Кирилл дошел до упоминания Детей Ночи, но брови Андрея слегка дернулись вверх. Похоже, что андроид начал поиск информации в интернете.

— Вот поэтому я вас и послал сюда. Со стороны Вселенной проскальзывают упоминания именно этой школы. Я не знаю, с чем это связано, но вам надо это узнать. Вы выяснили, как входят в боссов Вселенной?

— Да уж больно ты скор на спрос. Дай нам хотя бы недельку, — буркнул Кирилл.

— За недельку вас могут убить. Так что давайте пошустрее. И помните – пока вы прохлаждаетесь, Вселенная прокачивается. Отбой связи, — донеслось со стороны ноутбука.

— Надо бы вытравить из него эту военщину. Может, бабу ему какую ласковую подложить? Пусть борщами да блинами расслабит, — проговорил Кирилл, глядя на Андрея.

— Я всё слышу! — раздался голос Копирова.

— Ой, а мы не про тебя, наш дорогой и любимый начальник, — улыбнулся Кирилл.

В ответ донесся резкий щелчок, как будто Копиров раздраженно щелкнул по выключателю.

— Чего-то он в последнее время совсем нервным стал, — сказал Андрей. — Так недолго и похудеть…

— Да, нервы мало способствуют хорошему усвоению пищи. Ты как, что-нибудь нашел?

— Нет, по поводу Детей Ночи тишина. Скорее всего, это какое-нибудь местячковое сообщество. Но странно всё складывается, словно в этой школе происходит что-то не то… Ладно, ленивое говно, давай тебе руку зашью.

Андрей достал из ящика стола небольшую фляжку, нитки и иголку. Кирилл вопросительно поднял бровь.

— Чего ты удивляешься? Это не моё, осталось после предыдущего хозяина. Причем если иголка и нитки в столе, то вот фляжку нашел за шкафом. Чистый спирт, безо всяких примесей.

В качестве емкости для спиртовой обработки Андрей выбрал кружку с отбитой ручкой. Вылив внутрь кружки грамм сто из фляжки, он опустил туда нитку с иглой.

— А может не надо? — спросил Кирилл. — После этой же херни шрам останется, как след от сороконожки.

Андрей на миг задумался. Посмотрел на рану. Кровь уже не сочилась, но вот края раны надо было стянуть… Он перевел взгляд на шкаф и кивнул.

— Ладно, не будем тебе такое украшение делать, но тогда твоя помощь понадобится. На вот, опали себе волосы вокруг раны, — в руке старичка появилась зажигалка.

— Чего? — не понял Кирилл. — Ты хочешь прижечь рану? Это же вообще хрень получится.

— Да не прижечь, ленивое говно, которое хочет остаться красивым! — прикрикнул Андрей. — Это нужно, чтобы пластырь хорошо лег.

Кирилл без разговоров взял зажигалку и в несколько движений опалил волосы возле раны. Поморщился, когда пламя коснулось незажившей плоти. В воздухе повис тягучий запах горелой шерсти.

Тем временем Андрей извлек из шкафа рулон пластыря и отрезал два куска, чуть длиннее раны. Кирилл смотрел за его приготовлениями с интересом. Что Андрей задумал?

— Теперь постарайся не дергаться. Дернешься – нарушишь красоту заживления. Думай о бабах, — проговорил Андрей.

— Почему о бабах?

— Потому что когда ты о них думаешь, то тупеешь, — отрезал бессердечный андроид.

Он наложил пластырь с одной стороны на расстоянии пяти миллиметров от края раны, потом сделал тоже самое с другой стороны. Разгладил. Края пластыря у раны были загнуты перпендикулярно вверх и только тогда, когда Андрей начал сшивать между собой эти загнутые края, Кирилл понял, зачем были нужны все эти приготовления.

Рана стягивалась от небольших стежков. Андрей в деле шитья мог дать фору любой швее, его стежки были ровными и стягивали края раны так крепко, что вряд ли это мог сделать какой-либо жгут. Вся операция заняла две минуты. Потом сверху легла бинтовая повязка.

— Вот теперь ты пойдешь на поправку, а то, что с тобой сделала эта медсестричка… Остался бы с рубцом на всю жизнь. И так рожа в шрамах, а ещё бы и на руке один прибавился. Но ты всё-таки попробуй найти с ней контакт. Сходи типа как на перевязку, но на самом деле попробуй влиться в их клан.

— А что по поводу этой фигни в черных облаках?

— Вообще в душе не чаю, — пожал плечами Андрей. — Я сейчас схожу, посмотрю на лестницу и решетку… Говоришь, что протиснулся легко и играючи?

— Да, вообще без остановки, как будто отработано было не раз. Пролетел пулей.

— Лучник, да ещё и в сумрачном облачении, — проговорил Андрей и уставился в бесконечность.

Кирилл уже успел понять, что его помощник сейчас шерстит просторы виртуальной вселенной в поисках описанного персонажа. Судя по хмурой роже, поиски не увенчались успехом.

— Ладно, разберемся с ним позже. По оставшимся двум из клана «Двоечники» тоже ничего не нашел? — Андрей перевел взгляд на Кирилла.

— С этими пока не общался. Возможно, тебе стоит взять учителя на себя, а я уж как-нибудь попробую подкатить к англичанке. Давно я языком не занимался. Успел подзабыть времена и спряжения.

— Знаю я, каким ты языком давно не занимался, — хмыкнул Андрей. — Только бы по бабам шляться… Нет бы тренировался, тогда не был бы таким ленивым говном.

— Да когда ты меня так называть-то перестанешь? — возмущенно встал Кирилл.

— Когда от тебя толк появится. Пока что никакого толка, одно сплошное разочарование. Ладно, вали отсюда, мне ещё работать надо! — фыркнул Андрей и погрузился в изучение содержимого экрана ноутбука.

Кирилл остановился в дверях. Он вспомнил то, о чем ещё хотел спросить Андрея:

— Найди ещё информацию на игрока с ником Вротмнетотем. Парнишка слишком внимательно меня изучал.

— А ничего другого тебе не надо? Может быть компот сварить или блинчиков напечь? — Андрей исподлобья взглянул на Кирилла.

— Можешь разбежаться и с размаха удариться об стену, — показал язык Кирилл.

Он успел выскочить прежде, чем летящая кружка ударилась о дверь. С удовлетворением учитель физкультуры послушал, как вслед ему посыпались проклятия.

Первый день в школе продолжался и вскоре должен был начаться урок у восьмого класса.

7

– Но я же не верю в переселение душ! – попытался протестовать он.

– ... «Зато переселение душ верит в тебя».

Терри Пратчетт

Площадь Дисгарда была залита ярким серебристым светом. Эту городскую площадь с огромным порталом давно уже решили сделать местом перехода из медной лиги в серебряную.

Попасть на место получения заветного "левел апа" было непросто – даже со свитком перемещения нечего было пытаться. Только через космопорт на планете Кош, что вращалась неподалеку. Сам Дисгард был окружен серебристым полем, в котором сгорало всё, кроме проходящих космолетов. Проверка на космопорте была самой тщательной и обмануть её не удавалось ни одному аватару. Должен перейти из медной лиги в серебряную – перейдешь, а если ещё рано... то можно пяти уровней запросто лишиться, да и с легендарными вещами расстаться.

Посреди огромного поля из брусчатки возвышался каменный постамент шириной с половину футбольного поля. На постаменте возвышался сияющий овала портала. О нем отзывались благоговейно и называли исключительно Портал Посвящения. Гигантские рога по бокам портала были окрашены в два цвета – со стороны входящих игроков краснела медь, со стороны выходящих счастливцев уже блестело серебро. Очень символично – войдешь с одной стороны участником со статусом медной лиги, а выйдешь уже с серебряным статусом.

На площади скопилось около сотни разномастных игроков. Были тут люди, тролли, гномы, орки, механоиды, пара робокопов и даже невероятная смесь из лисы и девушки. Последний аватар был явно взят из японской манги. Эротическое смешение человека и животного.

Клан "Двоечники" вступили на брусчатку с рейсового космолета в тот самый момент, когда на постамент взошел Серебряный Серфер. Он молча осмотрел присутствующих кандидатов. Фигура казалась вылитой из сплошного куска серебра и теперь она поблескивала в лучах трех солнц, как ртутный градусник на окне летним днем.

— Блин, чего-то страшно, — поежилась Тургрита, когда их клан встал на краю площади.

— Чего бояться? Тут же зона PvE, никто не тронет. Да и оружие не коснется тебя, сразу же полетит в хозяина, — хмыкнул Парарельс.

— Да страшно оттого, что нас завернуть могут. Скажут, что, мол, рылом не вышли. Скажут, пошли вон отсюда, бомжары голимые. Вон как этот, серебристый, на всех зыркает. Прямо как волк на овец, так и ждет кого схватить.

— Тургрита, не пори чушь. Мы честно прокачались и теперь можем по праву войти в серебряную лигу. Если не можешь обеспечить себе нормальную жизнь в реальности, то тебе дается шанс сделать это в виртуале. Не мы первые и уж точно не мы последние. Давай, не дрожи так, подбери слюни, хилер! — прикрикнул маг.

Фиола тихо стояла в сторонке. Она вообще редко когда встревала в разговор, предпочитая отмалчиваться или отвечать только по существу.

— Всё равно я очкую, — шмыгнула носом женщина-дворф и подняла голову вверх, где мелькала давно замеченная точка. — Кто там мельтешит?

— А вот это один из тех, благодаря кому ты можешь быть совершенно спокойна за своё нахождение здесь, — поднял глаза Парарельс. — Это одна из городских легенд Вселенной – серафим.

— Серафим? Кто это? — прошелестела Фиола, следя взглядом за летающей точкой.

— Один из тех, кто может в клочья порвать самый прокачанный клан, — с замиранием произнес Парарельс.

— Чего-о-о? А ты откуда знаешь? — нахмурилась женщина-дворф.

— Разговаривал как-то с одним из первоуровневых... Он и рассказал, что состоял в орочьем клане, и клан был круче гор, а потом они налетели на такого вот человека, когда захотели захватить один из миров. Один человек положил больше тысячи прокачанных игроков. И потом модераторы обнулили всех захватчиков. Теперь этот первоуровневый не может даже получить уровень выше, а их клан раскидали по всем городам и весям. Да так раскидали, что и не собраться вместе. Словно какая сила удерживает от сближения. Плата за неповиновение Вселенной...

Стоящая на постаменте серебряная фигура откашлялась. Серфер словно прочистил горло перед долгой речью. Окружающие постамент игроки моментально замолчали и уставились на фигуру.

— Соискатели! — произнес Серебряный Серфер. — В этот славный день вы появились здесь для того, чтобы получить заслуженную награду. Ваш путь был тернист, враги коварны и хитры, а препятствия нереально трудны в преодолении. Но вы справились! Вы смогли достичь верхней планки своей лиги и теперь вас ждет переход на новый уровень. Вас ждет иная ступень. Готовы ли вы к этому?

— Да-а-а!!! — как по команде взревели игроки.

— Готовы ли вы принять свою награду, но вместе с ней и огромную ответственность?

— Да-а-а!!! — прогремело ещё сильнее на площади.

— Готовы ли вы к новым врагам, к новым локациям, к новому оружию и новым заданиям?

— Да-а-а!!! Да-а-а!!! Да-а-а!!!

— Что же, ваши заслуги перед Вселенной должны быть вознаграждены. Темный Клещ и Сторон, подойдите же к Порталу Посвящения! — Серебряный Серфер простер руку по направлению к вспыхнувшему синему полю.

Украшенный шрамами орк шагнул вперед, сжимая в правой лапе огромный щербатый топор. Следом за ним посеменил низенький гном, который по ширине не уступал орку. Зеленокожий громила почтительно подвинулся и оба игрока встали неподалеку от Серебряного Серфера.

— Пройдите же вперед, герои медной лиги! Пройдите и получите свою награду! — прогремел глашатай.

Две головы склонились в полупоклоне. Сотни глаз следили за тем, как две фигуры прошли в голубое поле портала. В следующую секунду они показались с другой стороны…

Орк и гном…

Они вошли в одном виде, а вышли немного в другом обличии. Орк стал выше, а гном раздался вширь ещё больше. Доспехи на обоих поменяли вид. Теперь это были уже не самые прокачанные для медной лиги, а уровнем выше. Серебристая окантовка шла по металлическим краям и сияла она ярче солнца. Сияла так, как будто обоих игроков апгрейдили в автомобильной мастерской, где приделали ядовито-серебристую ленту по периметру одеяния.

Мышцы орка стали заметно больше, борода же гнома увеличилась на локоть и оказалась заплетенной в косички. Оба осматривали себя, друг друга, а потом на несколько секунд уставились в бесконечность – просматривали новоприобретенные характеристики и навыки. Наконец, их рожи расплылись в довольных улыбках.

Соклановцы смотрели на счастливчиков и гадали – что же такое увидели эти ребята?

— Поприветствуйте же игроков, прошедших инициацию! — громко сказал Серфер и площадь взорвалась приветственными криками.

Когда овации чуть притихли, Серфер вызвал следующую партию игроков. Опять проход через портал, появление обновленных игроков и приветственные крики. Орк и гном уже сошли с постамента и теперь стояли по другую сторону портала. Улыбки не пропадали с их лиц.

— Вон как щерятся… Интересно, что же они такое увидели? — проговорила Тургрита. — Когда нас вызовут?

— Терпение, только терпение. Мы так долго к этому шли и сейчас можем себе позволить чуточку расслабиться, — проговорил Парарельс.

— Жаль, что с нами нет Конороя, — чуть слышно произнесла Фиола.

— Да, жаль. Василия Петровича сейчас очень не хватает, — кивнул маг.

— Мы же договаривались, что никаких имен, — буркнула Тургрита. — Полная конфиденциальность.

— Да что ему уже будет-то, — хмыкнул маг. — Ладно, давайте подойдем поближе, а то скоро и наша очередь.

— Постойте! В принципе да, Лазареву уже ничем хуже не сделаешь… — задумчиво проговорила Тургрита. — Я тут что подумала… Нашему клану не хватает танка-агрессора, так вот…

— Не тяни дракона за х… хвост! — чуть раздраженно произнес маг. — Если есть чего, то выкладывай.

Женщина-дворф чуть поджала губы, помолчала пару секунд, потом тряхнула головой:

— Я сегодня днем перевязывала физрука нового, он где-то на стенке поранился. Так вот этот стервец даже не ойкнул, когда ему накладывала бинт. И от больницы отказался. Вот я и подумала, что если ему предложить присоединиться к нашему клану?

— А ты в нем уверена? — прошептала Фиола.

— Да конечно же не уверена, но можно же с ним поговорить, можно же прощупать почву… В конце концов, чем мы рискуем?

— Тургрита права, без танка нам придется нелегко… — потеребил бородку маг. Потом Парарельс махнул рукой. — А чем черт не шутит. Если он из серебряной лиги, то пусть присоединяется. Не хочется брать наймита со стороны, они при малейшей опасности сбегают быстрее тараканов…

Круглое лицо Тургриты словно треснуло поперек – так широко она улыбнулась:

— Вот и хорошо. Правда, он не пришел на перевязку, думаю, что всё-таки отправился в больницу. Но завтра я обязательно схожу к нему, тем более что и предлог есть, и предложу…

— Клан «Двоечники»! Парарельс, Тургрита, Фиола! — прервал её речь голос Серебряного Серфера. — Пройдите к Порталу Посвящения!

— Вот и настал тот миг, тот час, — чуть слышно пропела Фиола, когда шагнула следом за соклановцами.

Постамент был теплым. Это ощущалось даже через подошвы обуви. Троица вступила на него с тайным замиранием в душе. Такое же замирание они испытывали, когда выходили на сцену за дипломами или другими наградами. Возможно, такое замирание ощущают выходящие за киношной наградой по имени Оскар.

— Пройдите же вперед, герои медной лиги! Пройдите и получите свою награду! — провозгласил Серфер.

Вот и пришел тот самый момент триумфа, к которому клан «Двоечников» так долго шел. Камни под ногами показались мягче пуха, тело было сродни воздуху. Всем троим казалось, что ещё один шаг и они оторвутся от серо-коричневой поверхности…

Оторвутся и полетят вперед, к новым свершениям и победам. В углу глаз каждого соклановца появился экран, на котором транслировались самые удачные моменты их виртуальной жизни. Тут и коронные заклинания мага, лихие атаки ассасина, нереальные спасения от хилерши в последний миг, когда полоски жизней соклановцев не выдержали бы и комариного щелбана.

Тургрита остановилась на миг перед синим полем Портала Посвящения, набрала в рот воздуха, как перед вхождением в воду. Холодная поверхность силового поля коснулась её и в глазах вспыхнула заставка Вселенной «L.i.L».

Миллионы миров пронеслись перед глазами… сквозь глаза… сквозь виртуальное тело. Тургриту бросило одновременно и в жар, и в холод. Это было сродни непередаваемому ощущению, когда из раскаленной бани прыгаешь в прорубь. Дыхание выбило без остаточка. Всё тело словно смяли за один миг, а потом раскатали тестом для пиццы. Жар прошелся по каждой клеточке и опалил горячим воздухом каждый атом виртуального тела.

Тургрита почувствовала, что её словно выстирали, высушили и теперь она как новенькая. Она вздохнула полной грудью и оказалась по другую сторону Портала Посвящения.

Примите искренние поздравления создателей Вселенной!

Вы перешли в Серебряную Лигу

Все ваши характеристики повышены на 20 %

Вы получаете 10000 золотых монет

Вы получаете полный комплект обновления

Преобразование успешно завершено.

Получен моргенштерн «Лазурная звезда», уникальный.

«Лазурная звезда»

Тип: моргенштерн, уникальный

Урон: Дробящий, 80-110

Колющий, 60-80

Требования: 55 уровень, сила 150

Дополнительные свойства: Сила + 40, телосложение + 20, ловкость + 10, 35% шанс проигнорировать сопротивление цели к любому урону или отрицательному эффекту. Активное заклинание: Удар молнии.

Удар молнии: Вы наносите выбранной цели 120 единиц урона магией молний. Есть шанс парализовать цель. Время восстановления до повторного использования – 60 секунд. Радиус действия 4 метра.

Получено: Амулет Перерождения – 1 штука;

Получены: Легкий доспех Великого знахаря:

Тип: Лёгкий доспех

Защита: 300

Дополнительные свойства: скорость передвижения - 10%, урон от стрелковых атак - 7%, Ловкость – 10

Необходимый уровень: Серебряная Лига

Тургрита осмотрела себя – она вытянулась вверх, мышцы рук и ног стали больше походить на канаты. Доспех остался прежним, но по краям окантовкой горела серебряная полоска. Инвентарь увеличился в два раза. Появилось ещё пять слотов для изучения заклинаний. Появились дополнительные слоты на оружии и доспехах – по два маленьких квадратика на каждую вещь.

Парарельс смотрел на Тургриту и его лицо само собой расплывалось в радостной улыбке. Старая мантия мага посветлела, на ней отчетливо проступали серебристые звезды. В правой руке Парарельс сжимал новый посох, который сейчас и разглядывал. Фиола тоже улыбалась. Она быстро пробежалась глазами по своим показателям и теперь любовно оглаживала две рукояти новых сабель, появившихся на месте старых.

— Поприветствуйте же игроков, прошедших инициацию! — гаркнул Серебряный Серфер и дружный хор голосов взвился до небес, где два холодных солнца продолжали лить свой свет.

В ответ на дружный хор с неба упало тело в самурайских доспехах. Оно рухнуло под ноги Фиолы и замерло в неестественной позе. Присутствующие замерли, переведя взгляд вверх.

Черное облачко сделало круг почета над Порталом Посвящения и умчалось вдаль, растворившись на правом солнце.

— Ч-ч-что это? — вырывалось у Серебряного Серфера.

Весь пафос вылетел из местного тамады. Он с ужасом смотрел на лежащего человека, шея которого была проткнута черной стрелой. Латы небесного летуна были разорваны так сильно, словно внутрь поместили ручную гранату и выдернули чеку. Месиво внутри лат тоже вряд ли могло быть человеческим.

— Это та самая легенда? — прошептала Фиола.

Если бы аватар мог бледнеть, то ассасин могла сравняться цветом лица с белоснежностью первого снега. Несколько игроков согнулись, отвернувшись от постамента. Их явно рвало в реальности.

Фиола тоже почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Хотя реалистичность Вселенной пора была запредельной, но можно было выставить настройки и вместо выпадающих кишок увидеть только красный размытый фон. Здесь же явно никакие настройки не могли помочь.

— Это серафим? — спросил Парарельс.

Серебристый Серафим кивнул и отвернулся, согнувшись и пытаясь захватить ртом как можно больше воздуха.

— Глянь, тут какая-то бумажка, — Тургрита показала на стрелу.

На древке в лучших традициях фильма про Робин Гуда была привязана записка. Парарельс протянул руку и использовал заклинание перемещения. Бумажка сама прыгнула в руки. Быстро пробежал глазами и покачал головой.

— Что там, Парарельс? Не томи, говори! — не выдержала хилерша.

— Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами. Второй погибнет Фиола… За Светлану Трофимову!

Как только было сказано последнее слово, так по трупу игрока побежали белые огоньки. Тело серафима истаивало на каменном пьедестале. Вокруг воцарилась полнейшая тишина. Этот случай был первым, когда убили игрока в зоне PvE. В одном из самых защищенных мест вселенной…

Девушка-ассасин затравленно оглянулась и резко подняла руки к голове…

— Фиола! — крикнула Тургрита, но было уже поздно.

Девушка-ассасин вышла из Вселенной. Следом за ней Вселенную покинули два соклановца.

— Это чо сейчас было-то? — спросил орк с ником Темный Клещ.

— Похоже, что какие-то разборки, — пожал плечами гном Сторон. — Эй, Серфер, это не часть шоу? В какую камеру лыбу давить?

— Я… Я не знаю, — растерянно развел руками Серебряный Серфер. — Нам наверно надо расходиться.

— А салют? — нахмурился орк. — Вроде как при переходе должен быть салют?

— А? Что? — встрепенулся Серфер. — Да-да, конечно.

По взмаху его руки огромные солнца потухли и наступил полумрак. Темноту рассеивало только мерцающее силовое поле.

— Да приветствуют силы Вселенной обновленных детей своих! — неуверенным голосом воскликнул Серфер.

Тут же взмыли в небо яркие огоньки зарядов, разразившиеся безумными цветами и красками салютов. Толпа радостно взревела. Загремела торжественная музыка. В такт ей взрывались и расцветали новые и новые краски. Игроки кричали и поздравляли друг друга. Они уже успели забыть о недавнем происшествии. Подумаешь – убили игрока. Да такое случается сплошь и рядом.

Только один Серебристый Серфер неотрывно смотрел на то место, где недавно растаял серафим из Китая. Драгон4 был если не лучшим воином-серафимом, то одним из лучших. К нему невозможно было просто так подкрасться даже в реальности, а уж в виртуале он был царь и бог. Драгон4 всегда присутствовал на переходе в Серебряную Лигу, охранял и пресекал любые попытки напасть или испортить церемонию.

И вот теперь он оказался убит. Нет, он возродится. Возможно, примчится обратно, если не сегодня, то завтра, но кто смог убить его так быстро и бесшумно?

8

«Свою удачу я создал сам. Я не был атлетом

от рождения, но я заплатил цену

своим потом и сосредоточением, и временем,

необходимым для изучения каратэ.

И стал чемпионом мира»

Чак Норрис

Неделю спустя после нападения на Кирилла состоялось первое занятие по рукопашному бою. Группа учеников была собрана из старшеклассников, так как Кирилл пока не решился брать младшие классы. Во-первых, из соображений безопасности, всё-таки он ещё никогда не преподавал боевые искусства первоклашкам, хотя он и старших никогда не учил. Во-вторых, Кирилл пока ещё не был готов и после основных занятий гоняться за орущей горланящей массой. Всё-таки со старшими было проще.

Сначала к идее создания секции отнеслись скептически – зачем переться в школу, когда можно заниматься дома, а преподавать будет Чак Норрис или Брюс Ли? На это Кирилл возразил, что секция будет бесплатной, без капиталовложений. Записалось десять человек. Всего десять человек из ста двадцати. Немного, но могли и вовсе не записаться.

А вот когда Кирилл попросил на первое занятие принести виртуальные пояса, шлемы и перчатки, то у ребят разгорелись глаза. Явно затевалось что-то из ряда вон выходящее, которое не преподавали ни в одной школе. Да, виртуальные уроки были, но одно дело заниматься дома, а совсем другое заниматься вместе. В школе. Во Вселенной...

На деньги, выделенные Сотрясателем, Кирилл закупил кронштейны с поддерживающими жгутами. Двенадцать крестов со свисающими карабинами походили на оборудование внутри большого холодильника. Не хватало только крюков на концах тянущихся канатов.

Десять человек стояли перед Кириллом в тренировочных костюмах. Не в кимоно. Кирилл сам попросил их не отдавать дань традиции боевых искусств, так как считал это пережитком и напрасной тратой денег. Он сказал, чтобы ребята пришли в том, в чем им удобно. В том, в чем они могут оказаться на улице.

Трое девушек и семь ребят. Команда мечты – все как на подбор худощавые и щуплые. Те, кому нужны боевые искусства для самообороны. Буллинг в школе вряд ли когда закончит своё шествие, поэтому ребята и пришли за "волшебной пилюлей" способной научить противостоять агрессии.

Двадцать глаз смотрели на нового учителя. По школе уже успела прокатиться история со старшеклассницами. Многие похихикали над незадачливыми соблазнительницами. Одна из них, Оксана, тоже находилась здесь вместе со своим другом, Женькой Ковылем. Он сначала воспротивился приглашению заниматься чем-то непонятным, но Оксанка умела убеждать.

Андрей отказался идти, ему было интереснее валяться на диване с ноутбуком. Он увлеченно просматривал очередные серии "Смешариков". Правда, сказал, что будет приглядывать за занятиями, чтобы школьники не поколотили Кирилла. Да уж, с него станется появиться в виде откормленного кролика Кроша и своими издевками превратить процесс обучения в фарс и комедию.

— Добрый вечер, — коротко поклонился Кирилл, когда стало ясно, что больше никто не придет.

— Добрый, добрый, здрасте, — раздалось в ответ.

— Нет, так дело не пойдет. Если я обращаюсь ко всем, то вы должны и отвечать вместе. Это не просто моя прихоть, а основы обучения работы в команде. Давайте на три-четыре? Итак, добрый вечер. Три-четыре!

— Добрый вечер! — послышалось уже бодрее.

— Вот! Уже гораздо лучше! — кивнул Кирилл. — Меня вы уже знаете, с вами я познакомлюсь поближе в процессе тренировки. Итак, начнем с самого приятного -- входите во Вселенную.

— А разве мы не будем сначала растягиваться и заниматься прочей лабудой? — лениво откликнулся Ковыль.

Кирилл посмотрел на парня. Он уже успел собрать информацию по этому молодому человеку и даже выработал модель поведения. Парнишка был не то, чтобы неуспевающим, но и в отличниках не ходил. Хорошист-одиночка, один из тех, кто держится особняком от остальных. Но во Вселенной он был неплох, очень неплох.

— Будем, обязательно будем. Но лучше это делать в том месте, где дух придет в единство с телом. Не стоит постигать науку там, где глаза упираются в масляную краску.

— А мне и здесь неплохо, — сказал Ковыль.

— Я не настаиваю, — улыбнулся Кирилл. — Ты можешь подождать свою девушку в коридоре... Думаю, что другие ребята её не обидят.

Ковыль оглянулся на своих одноклассников. Те ехидно улыбались. Ага, такие не обидят. Да этим шакалам только дай волю...

— Я останусь. Надо же проконтролировать, что всё правильно показываете...

— Да вали, Ковыль! Без тебя интереснее будет, — хохотнул белобрысый Сашка Разин.

Кирилл зафиксировал злой взгляд, брошенный Ковылем на Разина. Ага, вот и пара для первого спарринга. Кажется, эти двое будут метелить друг друга от души.

— Займи место, а мы начнем, — Кирилл показал на свободную крестовину неподалеку от короткостриженой блондинки.

— А что мы будем изучать? — спросила Оксана. — Карате или кунг-фу?

— Различные направления единоборств развивают разные качества и даже группы мышц. Некоторые из них учат использовать энергию соперника, другие нацелены на отработку мощных ударов руками, третьи – ногами, четвёртые раскачают выносливость или разовьют прыгучесть. Я же предлагаю вам обучиться поведению на улице. Научиться использовать свои силы для выживания. Ведь самоцель любой тренировки стать лучше, а цели наших тренировок – научиться выживать в каменных джунглях.

— То есть мы станем суперменами и сможем лупить врагов налево и направо? — насмешливо спросил белобрысый.

— Нет, у вас появится больше шансов сохранить яйчишки в целости и сохранности, — также с улыбкой ответил Кирилл.

— А у кого нет «яйчишек»? — тут же откликнулась Оксана.

— Те научатся оставлять без них тех, у кого они есть, — сразу же нашелся Кирилл. — Ладно, переходим во Вселенную и начнем занятия. Поговорить мы можем и там.

Ребята надели перчатки, шлемы. Кирилл проследил за тем, чтобы у каждого блеснула красная полоска на очках. Ага. Они все там, что же пришла пора и ему переходить в виртуальную реальность.

В отличие от ребят ему не нужны были шлем и перчатки. Поврежденный чип позволял входить во Вселенную безо всяких условностей.

Вот и сейчас Кирилл закрыл глаза и усилием воли перенесся во Вселенную. Он заранее задал программу и теперь очутился на песчаном пляже, берега которого омывала река Лена, а на другой стороне возвышались во всей своей красе Ленские столбы.

Ребята были не в своих привычных аватарах. Для занятий он взял обезличенные стандартные модели. Всё одинаковое, без голосовых модулей, без половых признаков. Все равны, все в похожих желтых спортивных костюмах. Кирилл появился перед ними в своём привычном виде.

Место он выбрал неслучайно. Редко где можно найти такую красоту, как гигантские каменные наросты, окрашенные в бурый цвет закатного солнца, и всё это утопало в зелени, а снизу голубела протекающая река. Текущие воды должны настроить тренирующихся на спокойствие духа. Каменные уступы настраивали на непоколебимость духа, а пробивающиеся сквозь камни растения должны символизировать крепость и упорство.

По крайней мере именно так говорил Андрей, когда тренировал здесь Кирилла. Это было место сосредоточения силы земли. Место, где огонь солнца падал на воду и камень, а всё это поддерживала земля.

Ребята осматривались по сторонам, глазели друг на друга, на свои одеяния. Ни одного ника. Ни одного названия.

— Где мы? — подал голос один из учеников.

В отличие от других учеников, Кирилл видел его ник. Вротмнетотем. Что же, надо ответить, если спрашивают.

— Это парк, называется Ленские столбы. Если вам выпадет шанс тут побывать, то не упустите его, — ответил Кирилл. — Вы достаточно насмотрелись на красоты? В реальности они ещё лучше. Перейдем же пока к теоретической части нашего занятия. Определимся сразу, что я не собираюсь учить вас традициям карате, философии кунг-фу или ценностям айкидо. Нет, здесь мы собрались для того, чтобы научиться самообороне. Жесткой, беспринципной, эффективной. У вас не будет поясов и данов, только синяки и шишки. У вас не будет выступлений и смотров, только возможность выжить в экстремальных ситуациях. У вас не будет наград, вместо награды будет жизнь. Если вы хотите научиться этому, то оставайтесь, если же нет, то можете покинуть Вселенную…

Прошла минута. Долгая минута, в течение которой ученики украдкой посматривали друг на друга. Никто не снял шлемы.

Кирилл удовлетворительно кивнул:

— Хорошо. Черный пояс по карате можно купить в магазине и потом хвастаться перед друзьями, принимая угрожающие стойки. Но как поможет эта тряпка в случае встречи на улице с гопниками? Завязать этим поясом глаза, упасть на колени и молиться, чтобы не очень сильно отмудохали? Нет, это не годится. Вы не должны бояться противников, но и не должны лезть на рожон. И в бегстве нет ничего унизительного, если бегство спасет вашу жизнь.

— А если я с девушкой? — спросил один из учеников.

— В таком случае ты изначально не должен таскаться с девушкой по темным подворотням, в тех местах, где мало людей. А уж если такое произошло, то болтай, изображай психа, делай что хочешь, но прикрывай отступление девушки, которая уже должна быть подкована в том вопросе, что надо смыться с опасного места как можно быстрее. А уж если будет самый последний вариант, когда все пути отступления отрезаны, когда придется заступаться, то тут нельзя теряться. Надо помнить, что бойцовские качества развиваются в трех аспектах подготовки: психологическом, тактическом и техническом. Психологическое и тактическое развитие мы будем изучать на других занятиях, сейчас же остановимся на техническом. Разделитесь на пары. Встаньте в удобную для вас стойку.

Разделились быстро, так как не было понятно, кто есть кто, то встали рядом с первым попавшимся. Пять пар замерли в стойках на берегу реки. Десять человек без имен и ников. Кирилл прошелся по ряду, взглянул на стойку каждого. Мда-а-а, более-менее стойка была только у одного ученика. Кирилл даже не удивился, когда разглядел ник. Вротмнетотем.

— Бойцы, у каждого из вас есть ошибки. Вы встали так, как видели в кино или в играх. Реальная жизнь отличается от вымышленных историй. В реальности враги не будут ждать, пока вы примете стойку пьяного журавля или больной обезьяны. Вы должны моментально встать в стойку и тут же атаковать или блокировать удары. Вы даже можете этого не заметить, а тело уже само встало в стойку на уровне рефлексов. Что же, начнем с формирования этой важной позы, но сперва разомнемся. В двух километрах отсюда находятся десять артефактов. Вы должны добежать туда, взять их и принести обратно. Когда я их активирую, то этот навык войдет в вашу плоть и кровь. На всё про всё дается полчаса. Тот, кто придет первым, получит от меня награду, — Кирилл поднял руку и показал в вечернее небо.

Над ним тут же появилась

— А что вас в наших стойках не устраивает? — спросил безликий ученик. — И какую награду получит первый?

— Конкретно в твоей стойке открыт живот и область печени. Артефакт это исправит. А что касается награды… Наградой будет возможность спарринга. Кто придет первым, тот может вызвать любого ученика на бой. Время пошло.

Ученики сорвались с места дружной толпой. В речном песке отпечатались следы ног, словно тут пробежала толпа солдат. Похоже, что у каждого есть причина получить награду. Синяя стрелка вела их по направлению к артефактам.

Кирилл едва заметно улыбнулся. Ничего нет лучше в образовательном процессе, чем возможность стать лучше других. Соревнование, как стиль жизни.

Улыбка погасла, когда он оглянулся по сторонам. Как бы не было тут красиво, но это всё нереально, вон и следы выравнивались, словно этого песка никто никогда не касался. Вселенная давала возможность посоревноваться от души, но это было только верхушкой айсберга. На память пришли все те сражения, в которых Экзекутор принимал участие. Там были обыкновенные люди, которым Вселенная всего лишь внушила, что Экзекутор злейший враг.

Люди были виноваты лишь в том, что купились на рекламу и нырнули в виртуальную реальность. Вряд ли эта ошибка стоила жизни.

Солнце почти скрылось за каменной грядой, когда показался первый бегун. Кирилл даже не удивился, когда узнал Вротмнетотема. Если бы кто-то принимал ставки, то Кирилл без раздумий поставил бы на этого ученика. К тому же тут была девушка Ковыля, а нет ничего более мотивирующего к подвигу, чем взгляд подруги. Осталось со времен рыцарства, когда за платок прекрасной дамы сражались с другими рыцарями.

— Поздравляю! — кивнул Кирилл, когда запыхавшийся Ковыль подлетел к нему с первым артефактом в руках.

Артефактом был шипастый медальон с изображением стойки «всадника». Не очень хорошая стойка, но её изучают одной из первых на карате, чтобы улучшить понимание центра тяжести и научиться контролировать его перенос.

— С-спасибо… Можно… Можно мне помахаться с Разиным? Вы же видите всех? — спросил Ковыль.

— Я не против, — пожал плечами Кирилл. — Вот как все соберутся, так и валяй.

— А… А как я его узнаю?

— Он поднимет руку. Сам.

— А как активировать артефакт?

— Повесь на шею.

Ковыль тут же выполнил указание, артефакт стукнулся о желтую ткань костюма. Кирилл коснулся его пальцем и активировал артефакт.

— Попробуй, встань теперь в стойку.

Ковыль попробовал и тут же от медальона выплеснулся синий свет. Он окутал фигуру Ковыля словно бы силовым полем. Вот только это силовое поле продолжало светиться синим контуром немного вне рук и ног ученика. Правый синий кулак замер на пару сантиметров выше, на уровне подбородка. Левый же наоборот чуть ниже. Ноги тоже чуть разъехались в стороны и согнулись в коленях.

Когда же ученик попробовал повторить синий контур, то силовое поле сменило свет на зеленый. Ковыль взглянул на Кирилла, тот кивнул в ответ.

— Вот это твоя идеальная стойка. Зафиксируй её и повторяй по утрам, как только проснешься, и по вечерам, перед сном. Она удобна как для атак, так и для защиты.

— А если мне удобна другая стойка? — спросил Ковыль.

— Тогда постарайся про неё забыть, — ответил Кирилл.

Через минуту подбежал ещё ученик, за ним ещё и ещё. Вскоре все десять человек стояли в сумерках у воды. Каждый обзавелся собственным контуром-полем, который при правильной постановке рук и ног становился зеленым.

— Прекрасно. Вы показали, что в стремлении узнать новое можете запросто пробежать четыре километра. На следующем занятии мы и будем узнавать новое. Надеюсь, что к тому времени ваше рвение не остынет, — важно сказал Кирилл, постаравшись подпустить в голос пафосности киношных учителей кунг-фу.

— А как быть с наградой? — откликнулся Вротмнетотем.

— Я обещал награду, и она будет. Выбери же того, кто пойдет с тобой на спарринг.

Кирилл за долю секунды остановил ход времени и прошелся около замерших ребят. Он не заметил, что глаза Вротмнетотема следили за его перемещением. Кирилл поднял руку Сашки Разина по прозвищу Летчик и вернулся на своё место. В следующий миг он снова запустил время.

— Ой-ё, — крякнул Разин, когда увидел свою руку, устремившуюся в небеса.

— Вот с ним, — тут же подхватил Вротмнетотем и показал на ойкнувшего.

— Да будет так, — кивнул Кирилл. — Ученики, сделайте круг. А вы, двое, вступайте в спарринг по команде, — Кирилл взмахнул рукой и над двумя вышедшими в центр аватарами появились полоски здоровья. — Победит только один. Бой!

Ковыль налетел на Разина бешенным ястребом. Кулаки замелькали в воздухе, но Летчик тоже был не промах. Он два раза блокировал прямые удары, потом неожиданно присел и уверенным апперкотом отбросил Вротмнетотема на три метра.

Полоска жизни над головой Ковыля замигала и уменьшилась.

Дальше пошли удары ногами, прыжки, увороты и подсечки. Кирилл не вмешивался, он просто наблюдал за тем, как Вротмнетотем проигрывал схватку. Понемногу, удар за ударом Летчик подводил уровень жизни противника к нолю.

Вротмнетотем решил использовать любимую связку ударов: два удара в челюсть, удар локтем и тут же прямой удар ногой в полость живота. Все четыре удара провалились в пустоту. Противник явно знал это комбо и контратаковал с подсечкой. Ковыль со всего духу шлепнулся на спину и едва успел увернуться от топчущего удара.

Подтянув ноги к груди, Ковыль выпрямился пружиной и вскочил. Эффектный подъем, но глупый – он тут же получил два удара в грудь.

Вротмнетотем потерял над собой контроль в тот момент, когда его очередная связка провалилась, а противник со всей дури боднул головой в лицо.

Ещё пара ударов и Ковыль будет повержен!

В этот момент он выпустил на свободу всю злость, которая копилась у него с самого начала занятия. Его кулаки окутались черной дымкой, скорость увеличилась в разы, а от двойки джеб-апперкот Летчика приподняло над песком. Тело Летчика пролетело до Лены и плюхнулось в прозрачную воду, подняв тучу брызг.

Полоска жизни Летчика тут же скатилась до минимума, и он не смог подняться из воды. Тело в желтом костюме лежало в воде, а волны перехлестывали через грудь.

Кирилл повернулся к Вротмнетотему:

— Что это было?

— Собрал агрессию и выплеснул её, — пожал тот плечами. — Я же не знал, что так нельзя. Так же можно было?

Кирилл посмотрел на него внимательнее. Слишком уж знакомая дымка окутала кулаки Вротмнетотема. Очень знакомая…

— Ладно, ученики, на сегодня занятия закончены. Увидимся с вами послезавтра! — сказал Кирилл и вышел из Вселенной.

9

"Слова «не надо нервничать» хорошо помогают

привести человека в нормальное состояние бешенства"

Стас Янковский

Солнце в пустыне Сахара старательно поджаривало песок. Экзекутор бежал уже второй час, а впереди было ещё не меньше четырнадцати часов бега. Рядом скакал веселый заяц из мультика о Смешариках. Заяц кувыркался, веселился, ходил колесом, изредка швырял камешки в пролетающих стервятников.

Экзекутор старался не обращать внимания на Кроша, но это было трудно сделать, когда тот болтал без умолку и старался всеми силами сбить человека с выбранного темпа.

— Великий ушастый воин сотворил свой дворец из камня и бетона. Он старательно трудился над каждым изгибом, над каждой ступенькой и даже лепнину делал с таким старанием и тщательностью, что на неё приходили любоваться из далеких уголков государства. Рядом же построил свой дворец жестокий демон с семью хвостами. Но был дворец демона изо льда и снега. Пока на улице была зима и лютый холод, то держался ледяной дворец и поражал приходящих зевак игрой бриллиантов и замороженной красотой. Когда же пришла благословенная весна и ветви сакуры покрылись розовыми лепестками, то растаял дворец демона и остался он сидеть в мокрой луже.

— Андрей, хорош мне сказки рассказывать. Я уже эту знаю, — процедил Экзекутор, стараясь выдерживать темп бега и дыхания.

— А я и не тебе рассказываю. Видишь, над нами парят стервятники, так вот им будет интересно, как дальше развивались события. А события развивались по нарастающей. Взбеленился жестокий демон от лучей солнца и пошел войной на Великого ушастого воина. Три дня и три ночи продолжалась битва, но не смог Великий воин противостоять жестокому демону, так как было у того семь хвостов и владел он несоизмеримой магической силой. Покинул Великий ушастый воин свой дворец и уже хотел сделать харакири, чтобы никто не видел его стыда, но на его счастье пролетал мимо Солнечный птиц…

— Солнечный птиц?

Кирилл сбегал с песчаной гряды и еле-еле удержался на ногах, чтобы не упасть, когда под ноги попал коварный камень.

— Да! Это был глашатай появления светила. Сначала Солнечный птиц пел свою песню, а затем приходило солнце в этот край. Не мешай. Так вот, спросил тогда Солнечный птиц о причине мрака на лице Великого ушастого воина. И поведал Великий ушастый воин без утайки о своем поражении. И сказал тогда Солнечный птиц, что нет ничего позорного в поражении одной битвы, покуда не проиграна целая война. Вскинул тогда петух кусаригаму выше облаков и кинулся в бой. Три дня и три ночи велась битва. За это время Великий ушастый воин успел и суши покушать и хокку сложить. В конце концов сумел победить Солнечный птиц жестокого демона с семью хвостами. Праздновали тогда победу над жестоким демоном две недели и ещё два часа. А после зажил Солнечный птиц вместе с Великим ушастым воином в согласии и толерантном равенстве.

Кирилл только покачал головой. Перед ним, насколько хватало глаз, раскинулось бескрайнее море песков. Золотистые барханы копировали волны, струящийся и осыпающийся песок был водой. Это упражнение Андрей выбрал неслучайно. После того, как Кирилл не смог догнать неизвестного во мраке, ему нужно было увеличить скорость. Поэтому на выходных Андрей выбрал великий забег.

Тысяча километров от одного конца до другого занимала у Кирилла раньше пятнадцать часов. Но это было раньше, когда на ногах не висело по пять килограммов утяжеления.

Во Вселенной пустыня скопирована с особенной тщательностью. Кто-то из разработчиков очень любил эту песчаную бескрайность, поэтому постарался на славу над её воспроизведением. Мимо порой проходили караваны и изредка можно было увидеть пролетающих на багги ребят из кинофильма «Безумный Макс».

Один раз «охотники» погнались за двумя бегущими игроками, но Экзекутор только увеличил скорость, а Крош вообще замахал ушами и взлетел в воздух. Спустя полчаса бешенной гонки «охотники» отстали, увидев всю бесполезность погони. Если они увеличивали скорость, то и Экзекутор ускорялся, если притормаживали, то и он сбавлял ход. Он словно дразнил их.

— Вот и зачем ты мне рассказал, что у зайца была избушка лубяная, а у лисы ледяная? Я её с детства знал. Даже мультик видел, — Экзекутор подпрыгнул и одним длинным прыжком перелетел через невысокий бархан.

— Это хорошая притча о том, что на всякую хитрую гайку найдется свой болт с обратной резьбой! — выкрикнул Андрей, прыгая следом. — Если ты сам не смог поймать чукчу из «Детей Ночи», то придется тебе помогать. А кто лучший помощник для учителей, как не старый добрый завхоз. Кстати, я подбил мосты к математику, к Григорию Сидоровичу. Рассказал ему между делом, что ты хороший танк и можешь запросто завалить какого-нибудь мелкого босса в одиночку. К тому же ты из Серебряной лиги…

— Да? Это хорошо. Ко мне уже подступалась медсестричка, но она так мялась, что я до конца и не понял – чего ей от меня было нужно. Вроде как порывалась рану проверить, но когда показал, что всё нормально срослось, то только покачала кудряшками и умчалась по делам.

— Вот и отлично. На днях жди приглашения в рейд. Очень уж они испугались того, что произошло на посвящении. А заходить в неполном составе на рейды боятся, но мечтают об этом.

Очередной бархан остался позади. Впереди ещё семьсот километров пути. Андрей всё-таки сжалился над Кириллом и не стал брать трассу вдоль пустыни. Выбрал поперек, по меньшему маршруту.

Экзекутор бежал, сохраняя дыхание. Каждый шаг как отдельное от мозга движение. Тело работало само по себе, мозг сам по себе. Он внимательно слушал Андрея.

Кирилл уже успел рассказать про Вротмнетотема и непонятное черное облако, которое возникло на руках юноши. Андрей в ответ собрал информацию про Евгения Ковалева. Ничем не примечательный молодой человек. Мать опустила руки и потихоньку спивается, Евгений зарабатывает на боях во Вселенной. Есть девушка, которая тоже ходила на тренировку Кирилла. В целом и общем, это молодой человек, который как может подняться и стать гигантом со стальными яйцами или же упасть в алкогольную пропасть и сдохнуть в придорожной канаве.

— Сейчас все дети нестабильны, — говорил Андрей. — Если его направить в нужное русло, то можно получить отличного человека, прямо-таки героя. А если пойдет по пьяной лавочке или же по наркотикам, то мир недосчитается одного из тех, кто сможет сделать его лучше.

— Ты присмотришь за ним? — спросил Кирилл.

— Жучка уже давно навесил. Зафиксировал его перемещения во Вселенной. Вот сейчас он снова вышел на арену. М-м-м, неплохие ставки. Если наша миссия накроется медным тазом, то мы запросто сможем зарабатывать на боях без ограничений.

— А наша миссия накроется?

— Кто знает. Пока что второго Мастера Паролей не удалось обнаружить. Кто будет выводить людей из Вселенной?

Солнце жарило также, как и в реальности. Кирилл знал, что солнце ненастоящее, но от этого бежать было нелегче. Пот пока ещё держался в теле, не выходил через поры, но что будет через пару часов?

Песок осыпался под ногами, сдерживал бег. Барханы менялись один на другой и, казалось, не было им ни конца ни края.

Веселый Крош прыгал рядом и не выказывал никаких признаков усталости. Да и как он выкажет – это Кирилл висел над полом в гостинице и старательно перебирал ногами. Сам же Андрей лежал на кровати, а путешествовал по Вселенной только его мозг.

— А что Копиров?

— Насяльника молчит по этому поводу. Вроде как собирает информацию и рано или поздно, но обнаружит Мастера. А сейчас заканчивай разговаривать, береги дыхание, а я пока что расскажу тебе новую историю о том, как группа учеников разных стилей кунг-фу постарались ужиться в одном храме.

— Про теремок расскажешь? — спросил Экзекутор.

Крош проигнорировал его вопрос и начал:

— Однажды Великий боец в стиле муха нашел в скалистых горах заброшенный храм…

В это время на другой планете орк по имени Вротмнетотем выходил на Арену Смерти. Сегодня его противником был огромный тролль с ником Гхырк. Массивная гора мышц, нереально гигантское пузо, маленькие глазки под покатым лбом и жажда убийства. С таким трудно совладать. Возможно, но трудно.

Силы ударов уравнялись, вот только индикатор здоровья у Гхырка оставили на прежнем уровне. 1000 очков здоровья против 500 очков. В два раза больше. Зато Вротмнетотему выдали дубину, которой хватило бы на десяток ударов. Как раз для того, чтобы сравнять индикаторы здоровья. Если получится…

— Гхырк! Гхырк! Гхырк! — кричали зрители с каменных ступеней Арены Смерти.

— Вротмнетотем!!! — вопила громче всех Банши198.

На кону был приличный куш, поэтому стоило постараться не ударить в грязь лицом.

— Сестры и братья! — проявился голос невидимого конферансье. — Мы собрались с вами ради невероятного боя! Тролль Гхырк вызвал на бой нашего непобедимого чемпиона Вротмнетотема. Скорее всего, он его решил потроллить!!!

Смех был наградой за глупую шутку. Вротмнетотем поморщился. Надо же как мало сейчас нужно для смеха – всего лишь посадить десяток подсадных уток на трибуны, и они будут задавать тон эмоциям. Скорее всего тут разработан целый сценарий действий, и вряд ли он направлен на помощь орку. Люди ничего так не любят, как свержение тех, кто кажется им недоступным.

И если Вротмнетотему сегодня удастся победить, то толпа будет его ненавидеть ещё больше. За то, что он не прогнулся под систему и не дал шанса насладиться унижением бывшего небожителя.

Орк и тролль встали друг напротив друга. Вротмнетотем взвесил на руке дубину. Что-то в ней было не то. Не может деревяшка столько весить!

Тролль оскалился желтыми клыками, когда взглянул на дубину.

Ага, это ловушка!

Вротмнетотем ухмыльнулся в ответ. Ну что же, в эту игру можно играть вдвоем. Он поднял дубину, как будто собрался первым ударом раскроить троллю башку. Тролль поднял кулачищи и встал в свою любимую стойку. Вротмнетотем сразу же отметил незащищенную челюсть с правой стороны. За такую стойку Кирилл Александрович наказал бы Гхырка лишней парой километров пробежки…

— Не буду же тянуть дальше. Да начнется бой! Да победит сильнейший! — возвестил невидимый глашатай.

Толпа взревела.

После удара гонга тролль с ревом бросился на врага. Килограммы песка полетели в разные стороны из-под рванувшихся сапог. Орк не остался в стороне и тоже кинулся вперед.

В последнюю секунду Вротмнетотем уклонился в сторону, пропуская огромную тушу мимо себя. Крутанулся и запустил дубиной в незащищенную челюсть Гхырка. Получилось вращение толкателя ядра. Отлично получилось.

Дубина тупым концом ударила в голову тролля и взорвалась.

Зачарованная дубина нанесла ущерб

– 358

Наложен дебаф «Оглушение» – потеря ориентации в пространстве, время действия десять секунд

Тролль всей массой рухнул в песок Арены. Орк тут же подскочил к нему и быстро-быстро затоптался на жирной спине. Он вонзал пятки в серую кожу, как умелый чечеточник. Минусы вылетали мелкими комарами из индикатора тролля. Тот ворчал, ворочался и, по истечении десяти секунд, сбросил орка с себя.

Зрители взревели, когда увидели, что индикаторы здоровья почти сравнялись. 573 очка против 500.

Уже неплохо!

Вротмнетотем откатился прочь от вскочившего тролля. Значит, дубинка была зачарованной. Если бы она взорвалась в руках орка, то ущерб лег бы на обоих. И если этому лосю это было терпимо, то Вротмнетотему пришлось бы плохо…

Засранцы! На всё пойдут ради победы над несокрушимым чемпионом. Вротмнетотем сплюнул в сторону.

Тролль двинулся к нему неспешной походкой. Он всё ещё скалился желтыми зубищами. Сейчас-то чего? Гхырк дурачок или просто не понимает, что они наравне?

Вротмнетотем встал в стойку, которую показал Кирилл Александрович. В удобстве этой стойки он уже успел убедиться, когда держал спарринг с Разиным. Похоже, что тролль ещё не успел полностью отойти от дебафа, так как шагал неуверенно, хотя и целенаправленно.

Удар в колено убрала у тролля ещё пятьдесят восемь очков здоровья, но тот успел махнуть лапищей в ответ.

– 98

Наложен дебаф «Замедление» – на десять секунд скорость уменьшается в два раза

Твою же мать! Мало того, что этот утырок отобрал одним махом пятую часть здоровья, так ещё и дебафом наградил…

Теперь только спасаться бегством. Ни о какой битве не может быть и речи.

Вротмнетотем повернулся и кубарем бросился прочь. Вслед ему полетел издевательский громоподобный хохот Гхырка. Зрители взорвались аплодисментами.

Твари! Эти уроды аплодировали орку, когда тот уходил с Арены непобежденным, а теперь…

— Катись-катись, Колобок. Далеко не укатишься, — прорычал вслед Гхырк.

Секунда утекала за секундой. Тролль не торопился догонять, он прогулочным шагом направился к убегающему орку, похрустывая суставами на ходу.

Положенные секунды прошли и Вротмнетотем смог нормально двигаться. Он набычился и покатился обманным маневром влево, чтобы на середине движения изменить направление и взмыть в воздух. Раз-два, на третий счет орк взлетел и направил кулак в челюсть тролля. Тот с улыбкой встретил удар в тридцать два очка и ударил орка наотмашь ладонью. Не кулаком – ладонью!

– 125

Наложен дебаф «Замедление» – на десять секунд скорость уменьшается в два раза

Да что это такое? Их должны были уравновесить по ударам!

Если такие удары отнимают так много здоровья и постоянно идут с дебафами, то что будет, когда тролль ударит в полную силу? Осталось меньше трехсот очков…

Бежать! Бежать! Бежать!

Бежать по песку, с каждым шагом считая уходящие секунды. Мышцы отказывались повиноваться в полную силу до тех пор, пока не пройдет дебаф.

— Вротмнетотем! Осторожнее! — долетел до слуха голос Банши198.

Орк ещё сильнее напрягся, пытаясь убежать, отпрыгнуть, увернуться…

— Ты похож на маленькую девочку, которой приспичило посикать!!! — прогрохотал тролль, шагая следом.

На маленькую девочку?

Сейчас мы посмотрим, кто из нас маленькая девочка!

Последняя секунда прошла, но Вротмнетотем не торопился поворачиваться к Гхырку. Он продолжал всё также изображать замедление. За спиной раздавался скрип песка и хриплое дыхание.

Ближе, ещё ближе.

Вот сейчас!

Орк прыгнул вверх, развернулся в полете и сдвоенным ударом ног ударил прямо в ненавистную морду тролля.

– 61

Никакого дебафа? А ведь Вротмнетотем перед боем заряжался «Заморозкой» и «Отравлением».

Почему? Неужели это всё подстроено, чтобы сломать непокорного бойца и обрушить ставки?

Кулак тролля с хрустом впился в грудь Вротмнетотема. Орк отлетел на десяток метров и рухнул в песок, сжимаясь от боли.

– 236

Наложен дебаф: «Ослепление» – тридцать секунд полной слепоты

Вот это вообще полный звездец!

Как так-то?

Почему?

Черт с ним…

Пусть у орка осталось всего 41 единица здоровья против 483, но сдаваться ещё рано. Пусть он ослеп… Пусть…

Слух-то у него остался…

И ярость. У него была ещё в запасе черная ярость. Она помогла ему в бою с Разиным, поможет и сейчас.

Хруст песка раздавался всё ближе. Тролль шел всё также неторопливо. Он знал, что следующего удара чемпион не переживет.

Вот только чемпион был другого мнения. Если можешь победить – применимы любые средства!

Так учили в клане «Дети Ночи». Так учила жизнь. Кипящая волна черной ярости захлестнула его с головой. Жидкий огонь плеснулся на кулаки и ступни. Они горели и требовали немедленно окунуть их в холодную воду. Требовали выплеснуться наружу.

Странный подарок клана. Странного клана…

В полной темноте перед орком появился контурный силуэт. Огромный силуэт. Он приближался и даже занес лапищу над головой.

Если этот удар достигнет цели, то у Арены Смерти будет новый чемпион.

— Убей! Убей! Убей! — скандировали зрители.

— Вротмнетотем, беги!!! — звенел голос ведьмы.

Бежать? Да сейчас…

Орк выпрямился и вскинул руки. Если огонь просится наружу, то его надо выпустить. В прошлый раз Вротмнетотем выпустил совсем немного черной ярости, а сейчас он выплеснул её всю…

Темнота вспыхнула яркими красками, как будто на 9 мая запустили салют в ночное небо.

Миллионы вспышек, мириады искр. Кулаки во что-то впиваются…

Всё рухнуло в сплошной безумный огонь. Ноги взлетают и что-то бьют…

Клокочущий ад накрыл с головой. Кулаки продолжают бить…

Ослепительная вспышка стерла из головы все мысли. Ноги работают со скоростью света…

В один миг всё стало тихо. Очень тихо.

Дебаф спал с глаз и Вротмнетотем икнул, когда увидел рядом с собой тело Гхырка. Теперь это была не гора мышц, а огромная куча мяса, которое долго и упорно обстукивали молотком. И эта куча не подавала признаков жизни.

Прошло пять секунд… Десять…

Зрители застыли от изумления. Потом кто-то один хлопнул в ладоши, затем это сделал второй, третий. Через секунду вся Арена зашлась в едином порыве, ревя и безумствуя. Такого боя зрители не видели ни разу. Это было что-то с чем-то.

— Непобедимый чемпион Вротмнетотем в очередной раз одержал сокрушительную победу! — раздался голос конферансье. — За этот бой он получает 3200 золотых, Дубину Трора и Шлем Суара! Давайте же ещё поприветствуем нашего гладиатора! Это был великолепный бой!

Ведьма слетела вниз и прижалась к израненному чемпиону. Вротмнетотем едва не упал, когда она прыгнула ему на грудь.

— Это что сейчас было-то? — жарко прошептала она. — Какое-то новое комбо? Ты же просто покрылся черным дымом, а потом накинулся на Гхырка и так отлупцевал его, что мы даже глазом не успели моргнуть. Не, он пытался махать граблями, но ты так быстро уворачивался и снова нападал… Это что такое было-то?

— Я разозлился, — устало выдохнул Вротмнетотем. — Сейчас… Сейчас помоги мне уйти, а то боюсь грохнуться. А я не должен падать…

Под выкрики толпы, под бурные, продолжительные аплодисменты Вротмнетотем уходил с Арены Смерти. Он даже не подозревал, что в другом мире игрок в виде мультипликационного героя Кроша остановился и произнес:

— Вот мы и нашли того, кто выведет нас на «Детей Ночи»!

10

«Уже не одно столетие делаются попытки

исправить мир при помощи взрывчатых веществ»

Лешек Кумор

— Слушай, Кирилл, я не знаю, кто тебя лечил, но от раны остался всего лишь шрамик, — покачала головой Маргарита Павловна, проведя пальцем по тонкой ниточке, оставшейся на руке Кирилла.

Они стояли возле стола в медицинском кабинете. Стояли друг напротив друга так близко, что Кирилл улавливал запах ромашки и сирени, идущие от медсестры. Этим утром Андрей строго-настрого наказал проникнуть в ячейку «Двоечников», а уж как это будет проделано, его это не волновало. Кирилл решил это сделать по-своему…

— Да всё твоими молитвами, — уголками губ улыбнулся Кирилл.

Он постарался, чтобы его голос раздался как из бочки, чтобы в нем было больше низкого тембра. Его рука мягко накрыла запястье медсестры. Теперь нужно сделать глубокий взгляд глаза в глаза, как будто собирается проникнуть сквозь роговицу, чтобы увидеть пульсирующий мозг. Судя по слегка участившемуся пульсу, его действия начали приносить эффект.

— Ну, от моих молитв мало толку, вот медицина, — чуть просевшим голосом произнесла Маргарита Павловна.

— Медицина тоже играет свою роль, но в первую очередь это зависит от того, кто этой медициной владеет, — проурчал Кирилл и легко провел пальцами от запястья до сгиба локтя.

Чуткие пальцы уловили едва заметное подрагивание, когда дотронулись до точки на локтевом сгибе. Андрей не зря обучал Кирилла строению тела, анатомии и акупунктуре. Нажатия на определенные точки вызывает разные реакции у человека. Кириллу была нужна строго определенная реакция и он добился её появления.

— Щекотно же, — попыталась убрать руку Маргарита Павловна.

— Но приятно, — не отпустил Кирилл. — Так ли приятно будет дальше…

Теперь чуть коснуться бедра и провести по талии. Женской груди явно стало тесно в белоснежном халатике. Маргарита Павловна судорожно выдохнула. Кирилл продолжал смотреть в её глаза. Следующая точка находилась на спине и, спустя несколько мгновений, она оказалась активированной. Ещё один судорожный вдох, как будто в комнате неожиданно стало мало воздуха.

Судя по покрасневшим щекам медсесты, ей это явно нравилось. Она оперлась о край стола и чуть приподняла голову, словно подставляя шею для поцелуя. Рано, для этого ещё было рано, и Кирилл чуть поднялся рукой по позвоночнику и активировал следующую точку. Непроизвольный стон вырвался из губ Маргариты Павловны. Однако, она всё-таки нашла в себе силы отстраниться.

— Мы же в школе, сейчас может кто-нибудь войти…

— Сейчас точно кто-нибудь войдет, но это будут не школьники, — многообещающе проурчал Кирилл.

В несколько скользящих шагов он оказался возле двери и запер её на ключ.

— А ты наглец, Кирилл Александрович, — прошептала Маргарита Павловна, когда он теми же скользящими шагами оказался возле неё и положил руку на бедро.

— Увы, ничего не могу с собой поделать, — проурчал Кирилл и коснулся халата в районе груди.

Ещё один стон сорвался с женских губ.

Одежды слетели опавшими листьями. Два тела переплелись между собой в порыве страсти на медицинской кушетке. Кирилл тщательно следил за движениями, словно умелый партнер вел в танце партнершу к эффектному финалу. Он накрывал губы Маргариты Павловны своими, ловил стоны, чтобы их не было слышно снаружи.

Маргарита отдавалась с какой-то звериной страстью, как будто старалась насытить Кириллом каждую клеточку тела. Бедная кушетка тряслась и содрогалась. Она явно не была рассчитана на такую экспансию.

Кирилл почувствовал приближение пика блаженства медсестры и присоединился к ней в бурной феерии финальной точки. Бедная кушетка…

Когда же Маргарита Павловна смогла прийти в себя, то первым делом покачала головой:

— Ай-яй-яй, как не стыдно? Воспользовался моим беззащитным положением… Теперь ты обязан на мне жениться!

— Да я и не отказываюсь, — потянулся Кирилл. — Вот чуток полежу и сразу же ещё раз женюсь…

Маргарита провела ладонью по поджарому, без капли жира, телу мужчины и кивнула на шрамы, которые усеивали тело мужчины:

— А это у тебя откуда?

— Да это… В аварию попал, — отмахнулся Кирилл. — Еле выжил.

— Ого, круто. А ещё кто-нибудь пострадал?

— Нет, я один был. Уснул за рулем, а проснулся уже тогда, когда дерево дорогу перебегало. Но всё норм, всё обошлось.

— Ну и хорошо, что обошлось. Со мной так просто не обойдется, — рука Маргариты Павловны скользнула вниз по животу Кирилла.

Пришлось устраивать второй танец страсти. На этот раз всё было размеренно и неторопливо, словно они давно друг друга знали и предугадывали каждое желание. Пика опять достигли вместе.

— Ох, до чего же хорошо, — зевнула Маргарита Павловна. — Вот только я чего-то подустала…

— Это лишь мышечная усталость. Похоже, что тебе надо с нами потренироваться. Приходи на тренировку по рукопашному бою, и я тебе даже покажу несколько нужных приемов, которые пригодятся в жизни. Заодно и мышцы в тонус приведешь, — Кирилл неторопливыми движениями начал разминать затылочную часть.

Женщина расслабилась под его рукой, а блаженная улыбка расплылась по лицу. Кирилл под видом массажа нажал на точки, возвращающие активность, и потом легонько щелкнул Маргариту Павловну по кончику носа.

— Ахалай-махалай, ляськи-масяськи, очнись и пой, красавица, — улыбнулся Кирилл, когда Маргарита Павловна распахнула полузакрытые глаза. — Ты отдохнула и теперь готова работать на благо процветающего капитализма.

Медсестра села, посмотрела по сторонам, прислушиваясь к собственным ощущениям.

— Слушай, реально здорово. Прямо как будто в спа-салоне отдохнула. Да ты волшебник, — промурлыкала она.

— Не, во Вселенной я танк. Волшебником никогда не был. Танк-одиночка из серебряной Лиги… — Кирилл постарался подпустить в голос брутальной хрипотцы.

Если расчет оказался верен, и партия сыграна по нужным нотам, то сейчас…

— Кстати, я как раз хотела с тобой поговорить о Вселенной. Мы тут с друзьями поговорили и решили тебя попросить присоединиться к нашему клану. Ты как? Не против? Скажи, что не против, — Маргарита Павловна сложила руки в умоляющем жесте.

Кирилл выдержал паузу. Нельзя было так сразу соглашаться. Надо было выдержать паузу, а то может показаться, что всё это он затеял только ради приглашения вступить в клан. Да, он ради этого всё и затеял, но со стороны этого не должно было видно.

— Знаешь, я как-то привык один…

— Да ладно, много ты навоюешь сольно? Ни в нормальный рейд сходить, ни сильному боссу навалять. Только остается, что сшибать мелочевку и брать легкие квесты, — Маргарита Павловна с жаром бросилась доказывать выгоду вступления в клан. — А с нами не пропадешь. Мы уже сформированы, сыграны и нам не надо разжевывать и рассказывать, что к чему.

Кирилл сделал вид, что раздумывает. Тогда Маргарита Павловна легла ему на грудь и заурчала, как кошка. Женские пальчики шаловливо забегали по животу. Кирилл решил, что хватит играть в недотрогу и пришла пора соглашаться.

— Знаешь, думаю, что ты права. В одиночку на серебряной лиге тяжело приходится. Каждый так и норовит обидеть или напасть толпой на одинокого странника. Я принимаю ваше приглашение и вступаю в ваш клан. Где расписаться кровью?

— Не надо кровью, — мурлыкнула Маргарита Павлона. — Я могу извлечь из тебя и другую жидкость. Достаточное количество для подписи…

На третий раз Кириллу пришлось расстараться так, что после особенно бурного момента соития ножки кушетки не выдержали. Пара рухнула на светлый ламинат и завершила акт уже на полу.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем они смогли подняться. Маргарита Павловна благодарно чмокнула Кирилла и с трудом привела себя в порядок. Кирилл тоже постарался показаться утомленным, а то медсестра могла и не отпустить его, а урок физкультуры должен был начаться через десять минут.

Кирилл оставил свои контакты для вызова во Вселенной и покинул небольшой кабинет. Он поспешно прошел в хоромы Андрея. Старичок-завхоз сидел за ноутбуком, из которого раздавались звуки заставки мультфильма «Смешарики». Андрей блаженно улыбался, глядя на пляшущие по экрану фигурки.

— Кх-кх, не помешаю? — официальным тоном поинтересовался Кирилл.

— Ого, кто-то недавно занимался сексом, — даже не взглянул в его сторону Андрей.

— С чего ты взял?

— Услышал по шагам. И это в храме науки, в цитадели совершенствования юных дарований, в…

— Ты чего завелся? Я же на благое дело.

— На благое дело? Ради благого дела люди под танк бросаются, а не портят школьное имущество. Ты вот удовлетворился, а мне потом придется банкетку искать. Вообще не думаешь о других, — ворчливо уведомил его Андрей.

— Ладно, ворчи-ворчи, — отмахнулся Кирилл. — А между тем, я получил приглашение на вступление в клан и сегодня вечером будет общий выход.

— Ну и хорошо. Доживем до вечера, а там поглядим. Теперь проваливай, мне ещё надо получить глоток мудрости, а то я деградирую, разговаривая с тобой.

Кирилл посмотрел на безмятежное лицо старичка. Так и подмывало уколоть его как-нибудь, но, как назло, все колкости куда-то улетучились.

— Скажи, а ты вообще работаешь? Что-то я не видел, чтобы ты принимал товар или носился по школе. Ты же постоянно сидишь здесь. Смотри, уволят и будешь жить на одну пенсию, — ехидно произнес Кирилл.

— У меня всё хорошо. Я делегирую свои обязанности. Ступай, физрук, не порти мне атмосферу счастья и довольства, — отмахнулся Андрей.

Кирилл постарался посильнее хлопнуть дверью, но ему это не удалось, так как между косяком и ребром двери вклинилась ловко брошенный учебник по алгебре. Вслед раздался издевательский смешок Андрея.

День прошел спокойно. Кирилл всматривался в детей, но Женьку Ковыля не увидел. Решил отложить разговор с этим парнем на потом.

Вечером он быстро перекусил, переоделся, устроился на кронштейне и, ровно в восемнадцать часов, перед ним мелькнула старая знакомая надпись:

Погружение прошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1…

— Я буду рядом, — послышался голос Андрея.

Ага, сам помощник был в другом месте, но не смог упустить возможности поприсутствовать на посвящении Кирилла в клан. Экзекутор осмотрел себя. Он был в легких доспехах, не сковывающих движения, но достаточно крепких, чтобы выдержать прямой удар секиры. На боку прикреплен меч, на голове круглый шлем, вроде старинных русских.

Танк готов к битве…

В этот раз Экзекутор вынырнул во Вселенной где-то посреди зимней тайги. Суровые ели обступали его со всех сторон, раскинув в стороны заснеженные лапы. Небольшая полянка пять на пять метров была сплошь укрыта ровным слоем снега. У Экзекутора создалось впечатление, что этот снег специально выравнивали, чтобы он лег так ровно, снежинка к снежинке.

Через два стука сердца на полянке возникли три темно-синих портала, из которых вышли представители клана «Двоечники». Кирилл уже видел их раньше, поэтому не удивился, когда перед ним появились волшебник, девушка-ассасин и невысокая дворфка.

— Здравствуй… Экзекутор? — чуть удивленно прочитал имя над головой Кирилла Парарельс. — Почему такой ник?

— Здравствуйте, клан «Двоечники», — склонился в дурашливом поклоне Кирилл. — Просто понравился ник, вот и взял.

— Хорошо. Мы не будем задавать вопросы, так как ответы на них драгоценны для Вселенной, — возвестил Парарельс.

Именно возвестил. Такого пафосного тона Кирилл не помнил со времен просмотра сериала «Игра престолов», где актеры пытались перещеголять друг друга в пафосности и надменности. Экзекутору стоило больших усилий не прыснуть и не расхохотаться.

— Я понимаю, что называть друг друга по имени и вообще открывать конфиденциальную информацию недопустимо, — сказал Экзекутор слегка напыщенным тоном.

Тургрита толкнула Фиолу в бок, мол, я же говорила, что он примет игру.

— Прекрасно, — кивнул Парарельс. — Я основатель клана и его лидер. Мы существуем едва ли не с самого возникновения Вселенной и считаемся одними из самых старых кланов. Да, мы не так сильны, как кланы золотой Лиги, но мы едины и в единстве наша сила. Ответь, Экзекутор, вступаешь ли ты в наш клан и готов ли делить с нами как невзгоды, так и победы?

Кирилл чуть помешкал. Он должен показать внутреннюю борьбу, словно ему тяжело отрываться от свободы одиночества и принимать на себя ответственность за других. Тургрита склонила голову на плечо и вздернула брови.

— Я согласен и почту за честь вступить в ваш клан, — наконец произнес Кирилл.

— В таком случае, во имя Вальгаллы, Рая и Джанната отныне ты являешься представителем клана «Двоечники»! — воздел руки к небу Парарельс.

С неба не грянул гром, не показалась молния, даже мелкий снежок не упал. Не произошло ровным счетом ничего, кроме добавления у Кирилла записи:

Вы являетесь участником клана «Двоечники»

Ваша Сила увеличена на 10%

Ваша Ловкость увеличена на 10 %

Ваша…

Кирилл не стал дальше смотреть, что и как там увеличилось. Благодаря вмешательству Андрея и испорченному чипу Вселенной, его показатели были на самом высоком уровне, и вряд ли кто из пресловутой золотой лиги может сравниться с ним в бою. Другие серафимы могли попытаться, но встречи с ними Кирилл старался избегать. На всякий случай…

А эти надписи об увеличении… Они нужны только тем, кто честно играет во Вселенной. Но надо всё-таки показать, что Кирилл рад такому положению вещей.

— Поздравляю со вступлением в ряды доблестного клана «Двоечники»! — прогремел Парарельс.

— Ура!!! — гаркнул Кирилл так громко, что с нижних лап соседней ели осыпался снег.

— Оглушил совсем, паразит! — прошелестел на ухо голос Андрея. — Не мог, что ли, потише орать?

Кирилл осмотрелся по сторонам и увидел едва заметное движение справа от себя. Ага, вот ты где…

— С такой голосиной надо в хоре участвовать, — усмехнулся Парарельс и повернулся к стоящим девушкам. — Ну, чего стоите? Можете поздравить нового соклановца.

Первой снежную гладь нарушила Тургрита, она пролетела бураном по ровной поверхности и повисла на шее Экзекутора. Холодные губы толкнулись в щеку.

— Поздравляшки-обнимашки! — воскликнула она.

— Целовашки-ущипляшки, — в тон ей откликнулся Кирилл и незаметно ущипнул за кожаные штаны на круглом заду дворфки.

Тургрита деланно взвизгнула и легко шлепнула Кирилла по груди. Следующей подошла Фиола.

— Поздравляю, — прошелестела она и протянула узкую ладонь.

— Спасибо. От души спасибо, — аккуратно пожал ладонь Кирилл. — Вы же убийца?

— Да, она убийца и весьма хорошая, — ревниво откликнулась Тургрита. — Может на лету яйца у орла отстрелить, так что учти. Просто так учти…

Кирилл кивнул и подмигнул в ответ.

— Усек. А вон того комара сможете убить? — Кирилл показал на ель. — Смотреть надо вниз…

Сибирская красавица стояла с самого края поляны, а на её нижней ветке чернела едва видимая точка.

— Сволочь, я тебе этого… — прошелестело в ухо Кирилла, а потом в точку воткнулся кинжал и пробил ветку насквозь. Кинжал чуть задрожал, воткнувшись в ствол.

— Пожалуйста, — кивнула девушка-ассасин. — А у вас хорошее зрение.

— Да что-то странное было в этом комаре. Вроде зима, а он летает, — улыбнулся Кирилл.

Фиола кивнула и мягко отплыла в сторону. Замыкающим был Парарельс. Волшебник поздравил Экзекутора со вступлением в их клан и пообещал всестороннюю поддержку. Кирилл не стал уточнять, где именно будет эта поддержка. Глобальная сеть очень любит чужие секреты, поэтому не стоило выдавать лишнюю информацию без крайней на то необходимости.

— Спасибо, ребята. Рад вступить в ваше сообщество. Скажите, а почему местом встречи выбрали это место? Холодновато здесь, — поежился Кирилл.

— В паре километров отсюда расположилось лежбище снежных барсов. Нам никак не удавалось одолеть их, когда мы были в медной лиге. Хочется попытать счастья сейчас. Да и вы заодно покажете ваши умения и навыки, — улыбнулся Парарельс.

Кирилл кивнул. Ну что же, снежные барсы, так снежные барсы. С этими большими кошками он уже встречался, когда Андрей устроил ему гонки на выживание по пересеченной местности в тайге. Не страшно, но сейчас Экзекутору надо было не выдавать своих способностей, а показать, что он может победить. С трудом, но может.

Парарельс сверился со своей картой и показал посохом на север. Кирилл кивнул и двинулся первым. Через десять минут лидер клана «Двоечники» пшикнул и показал на большой поваленный кедр. Из-под его корней вырывался небольшой парок.

Лежбище барсов оказалось именно там. Кирилл выпил эликсир «Каменная кожа» и запил его «Метеором». Таким образом он приобрел временную неуязвимость и увеличение скорости. Что же, пора танковать…

Он вытащил меч из ножен и пошел вперед. С этими ибрисами надо только ухо держать востро, а так они вряд ли представляли большую угрозу. Только не давать им повалить себя, только удержаться на ногах.

Рядом на снегу возникла цепочка следов. Ага, это Фиола перешла в режим «стелс» и теперь следует рядом. Кирилл показал жестом, чтобы она обходила слева. Цепочка тут же ушла вбок.

Позади остались маг с хилером. Кирилл подошел достаточно близко к поваленному кедру, чтобы услышать грозное рычание. Ну что же, пора.

— А ну, вылазьте, кошки драные!!! Кто не спрятался, я не виноват!!! — со всей дури гаркнул Кирилл.

— Вот чего ты всё орёшь? Маскулинность свою показываешь? — раздался в ухе рокочущий голос Андрея. — У тебя всё нормально?

— Да!!! — крикнул Кирилл.

— Сейчас мы вылезем и тебе наваляем…

В следующий миг из-под посеребрённых инеем корней кедра вырвались четыре снежных барса. Кирилл успел заметить, как средний барс показал ему отогнутый средний коготь, а затем эта свора бросилась на него.

Надо отдать должное клану «Двоечников», они и в самом деле оказались слаженным коллективом. Когда первый барс достиг Кирилла, тут же во второго врезался огненный шар со стороны волшебника, а в бок заднего вонзились сабли Фиолы.

Снег возле кедра украсился красными пятнами крови. Воздух наполнился взвизгами, рычанием и протяжным воем. Эту какофонию разбавлял хруст костей и клацанье клыков.

Кириллу приходилось сдерживаться и даже подставляться под удары когтистых лап, чтобы не выглядеть слишком уж неуязвимым.

Тургрита лечила раны на расстоянии. Не позволяла индикатору здоровья обоих бойцов опускаться ниже половины.

Фиола то выныривала из «стелса», то уходила в него, оставляя нападающих с носом. Уходила, чтобы возникнуть с новой стороны и провести очередное комбо.

Волшебник старательно бросал дебафы, замедляя и ослепляя больших кошек. Он так тщательно рассчитывал траекторию, направление ветра и перемещение животных, что ни один снаряд не прошел мимо и не коснулся своих соклановцев.

Экзекутор же махал мечом от души. Меч рассекал воздух и не успевал сбрасывать одну кровь, чтобы тут же смешаться с другой. Когти барсов оставляли раны на руках и ногах, скользили по доспехам и шлему. Труднее всего было остаться на ногах. Кириллу это удалось.

Последним пал тот самый барс, тело которого занял Андрей. Даже умирая, эта тварь согнула лапу и выставила средний коготь. Показал, что он умирает, но не сдается.

— Фух, справились! — воскликнул Парарельс. — Первый раз сделали их!

— Да, вот что значит в серебряную лигу перебрались! — поддержала его Фиола.

— Или новый танк появился, — улыбнулась Тургрита.

Кирилл послал ей воздушный поцелуй. Дворфка сделала вид, что поймала его и спрятала на груди. Если у Маргариты Павловны это смотрелось бы нормально, то у кряжистой и плотной дворфки это показалось смешным.

— Не будем обижать память Конороя, — одернул её Парарельс строгим голосом, но потом смягчился. — Но Экзекутор тоже сражался достойно… Очень хорошо.

На такую похвалу Кирилл не стал посылать поцелуй, просто кивнул. Внутри лежбища барсов оказалась легкая кольчуга для ассасина, уменьшающая повреждения, шипастая дубина для варвара, десяток зелий маны и тридцать эликсиров здоровья. Также в углу природной пещеры нашелся сундучок с тремя тысячами золотых.

— Ну что же, очень неплохой улов, — сказал Парарельс. — Завтра можем прогуляться до стоянки каменных троллей. Помните их?

— Да уж, — поежилась Тургрита. — Эти сволочи немало нам крови выпили. И ведь хрен когда сдавались. Ни разу не получалось их победить. Обязательно кто-то один оставался и побеждал нашего последнего бойца…

— Я только за, — пожал плечами Кирилл. — С барсами я вряд ли в одиночку справился бы, а вот чтобы такую долю получить… Это надо на Арене Смерти неплохо расстараться.

Он внимательно наблюдал за соклановцами, но никто не вздрогнул, никто не обратил на его слова особого внимания. Упоминание места, где на жизнь зарабатывал Ковыль, никого не тронуло. Что же, это не отметает подозрений, но немного их уменьшает.

Лут распределили поровну. Дубину варвара отдали Парарельсу, чтобы лидер клана выставил её на продажу. Потом попрощались, ещё раз поздравили Кирилла с хорошей работой и удачным вступлением в клан.

Кирилл поблагодарил и вскоре увидел, как появилась до боли в зубах знакомая запись:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

На столе надрывался телефон.

«Великий Учитель» вызывал. Кирилл неторопливо отстегнулся от кронштейна и взял телефон.

— Олё? Да-да, — постарался он ответить как можно невиннее.

— Всё равно ты сволочь, — пробурчал Андрей. — Зачем меня первый раз убивать было? Знаешь, как я потом из кожи вон лез, чтобы возродиться в том же месте?

— Ой, да ладно. Тебе же приятно преодолевать и сокрушать. Скажи, тебе же понравилось? — проурчал Кирилл.

— Да пошел ты… — буркнул Андрей, чуть помолчал и добавил. — Ужин в номер закажи, я скоро буду.

С коротким писком телефон отключился. Кирилл чуть постоял, посмотрел на прямоугольник мобильника и сунул его в карман. В принципе, день прошел неплохо. Он позвонил на ресепшн и заказал три пиццы. Над салатом думать долго не пришлось – Андрей обожал греческий.

Увы, поужинать им так и не пришлось. Как только посыльный отдал теплые коробки и забрал деньги, в кармане Кирилла затрезвонил телефон.

Маргарита.

— Алло? Уже успела соскучиться? — игриво проурчал Кирилл.

— Ки… Кирилл, — раздался плачущий голос Маргариты Павловны. — Варвару убили…

11

«Если однажды вы узнаете, что скорость убила меня,не плачьте и знайте, что я улыбался»Пол Уокер.

— Смотри, вот сейчас, — в очередной раз палец Андрея ткнул в экран. — Видишь? Видишь?

На экране англичанка садилась в свою серовато-непримечтательную "Мазду 3". Андрей поставил на медленную перемотку. Казалось, что девушка погрузилась в воду и неторопливо погружалась в субмарину. Вот "англичанка" подняла ногу и перенесла её в салон, вот чуть наклонилась и двинулась внутрь. Через несколько мгновений она умрет...

Запись с камеры им любезно предоставил Копиров. Он оперативно среагировал на новую смерть одного из клана "Двоечников" и через полчаса видеофайл был на почте у Андрея.

Старичок в цветастом халате показывал молодому мужчине на какую-то деталь, которую тот упорно отказывался замечать. Словно Кирилл и в самом деле не понимал, куда надо смотреть. Машина и машина. Чуть позже она вспыхнет ярким пламенем и вверх поднимется столб черного дыма.

— Нет, ничего не вижу...

— Да ты смотри лучше, — буркнул Андрей и чуть придвинул ученика к монитору.

— Чего я должен увидеть-то? — взвыл Кирилл, когда раздраженный Андрей вцепился в его ухо стальными пальцами.

Онлайн веб-камера показывала Большой Гостиный двор в Санкт-Петербурге в реальном времени. Камера установлена на Невском проспекте, возле перекрёстка с Садовой улицей на доме №52 и направлена в сторону Большого Гостиного двора. На дальнем плане, в правой части трансляции с веб камеры можно увидеть Башню Городской думы.

На переднем плане онлайн видеотрансляции хорошо просматривался пешеходный тротуар вдоль Невского проспекта и вход в подземный переход. Веб-камера Гостиного двора расположена достаточно близко к пешеходам, но захватывала и машины напротив. И скоро одна из них взорвется.

— Вот-вот, сейчас... — возбужденно проговорил Андрей и снова Кирилл ничего не заметил.

— Включил показ по кадрам. Я всё равно ни хрена не вижу! Черт! Отпусти ухо, а то оторвешь!

— Хотел бы оторвать - давно оторвал. Ладно, давай по кадрам, — махнул рукой старик.

Теперь девушка замедлилась ещё больше. Она подергивалась, двигаясь в направлении кожаного нутра салона, который вскоре должен стать её смертельной ловушкой. Кирилл вглядывался как мог и только при огромном напряжении зрения смог увидеть, как в стороне от машины появилось черное размытое пятно.

Всего один кадр. Одно мгновение.

— Вот только теперь не говори, что не увидел, а то глаз на жопу натяну и моргать заставлю.

— Да увидел я, увидел. Походу, тут снова появились «Дети Ночи», — хмыкнул Кирилл. — Вот как уж без них-то обойтись?

— Я тоже вижу какой-то косяк, — раздался из компьютера голос Копирова. — А что это за пятно?

— А это старый знакомый Кирилла, — пояснил Андрей. — Они недавно имели близкое знакомство.

Кирилл натянул рукав на поврежденную руку поглубже. Он грозно взглянул на Андрея, но на морщинистом лице была нарисована такая детская невинность, что Кирилл только покачал головой.

— Что за знакомство? — тут же спросил Копиров.

Экзекутор вздохнул поглубже и начал рассказывать. Поведал о первом своём дне, о первом уроке и о фигуре, которая пробралась в его замороженную реальность.

Копиров молчал. Он продолжил молчать и после финала рассказа. Зато потом, спустя две минуты, он разразился такой бранью, что Андрей заулыбался и начал покачивать головой, запоминая особенно цветастые выражения.

Кирилл ковырял пальцем поверхность стола. От его нажатий плоскость постформинга шла трещинами и откалывалась небольшими кусочками. За время выплеска ругательной агрессии от шефа получилось расковырять площадь размером с пятирублевую монету.

Да, он представлял, как сейчас шеф бесится в своем небольшом кабинете, пиная всё, что попадется под горячую ногу. Как раз звуки ударов ласкали слух. А уж когда раздался ещё и звон стекла, то Кирилл вздохнул. Похоже, что начальник запустил дыроколом в оконное стекло.

Опять непредвиденные расходы…

— Идиоты! — в сердцах выплюнул Копиров. — Почему вы мне раньше об этом не сказали?

— Хотели разобраться раньше, — извиняющимся тоном произнес Кирилл и поддел ногтем новую пластиковую чешуйку. — Пока что не получилось, но мы не опускаем руки…

— Да вы скорее протянете ноги! — выкрикнул Копиров. — Это темное пятно было зафиксировано ещё в ряде случаев, связанных с летальным исходом. Двое очевидцев упоминали о чем-то похожем на тень, говорили, что она пролетала мимо, но им слабо верили, потому что это могло и показаться. А вы такие вещи утаиваете!

Андрей сел в позу лотоса и сложил руки на груди в позе кающегося буддийского монаха.

— Многоуважаемый начальник, мы не хотели отвлекать вас от важных дел. Неужели такая мелочь, как убийство бывшего серафима достойна вашего внимания?

— Чего? — осекся Копиров. — Чего это с тобой случилось, Андрюша? Ты на голову в последнее время не падал?

— Приятно, что вы так беспокоитесь о здоровье своих подопечных! Ваши слова умащают моё искусственное сердце елеем и ладаном. Я благодарен…

— Заткнись! — не выдержал Копиров. — Кирюха, чего это с ним?

— Он мультиков про вежливость насмотрелся, — пожал плечами Кирилл. — Вот и решил взять за основу такую модель поведения. Видели бы вы, как от его вежливости тают в школе. Техничка баба Нюра даже сделала недвусмысленный намек, что она вдова и не против того, чтобы Андрюша пришел как-нибудь к ней в гости. Лампочку вкрутить или предохранитель куда вставить, а ещё о…

Андрей молниеносно дернул рукой и затылок Кирилла ощутил изрядную долю крепости искусственной ладони. От удара глаза едва не вылетели на клавиатуру и язык ощутимо прижался зубами.

— Не слушайте его, многоуважаемый начальник. Кирюша ещё дитя неразумное и вообще не ведает, что творит, — с благодушной улыбкой произнес Андрей. — Баба Нюра хорошая женщина и отличный источник информации. Благодаря ей составлен психологический портрет каждого преподавателя. А все эти инсинуации всего лишь плод воображения сексуально неудовлетворенного Кирюши.

— Кстати, о сексе, — вспомнил Копиров. — Я рад, что вам удалось проникнуть в клан «Двоечников». Не видели ничего особенного в поведении игроков?

— Нет. Не было ничего особенного. Обычные люди, которые играют во Вселенной. Что там может быть особенного? Я закидывал удочки, но они всего лишь играли. Или отмалчивались, или не обращали внимания.

— Что с Маргаритой Павловной?

— Утешил её как мог. Напоил валерьянкой и уложил спать. Никакого секса не было, — поднял руки Кирилл. — К физику не поехал. Вроде как крепкий мужик, должен сам справиться.

— Хорошо. Я пока что разбираюсь с Мастером Паролей. Все ниточки ведут в одно место. Будьте готовы на днях взять выходной, чтобы вызволить его из лап Вселенной. Я ещё пару раз проверю, но, думаю, что всё-таки напал на след этого зверя.

— Будь готов! — откликнулся Андрей.

— Всегда готов, — буркнул Кирилл.

— До связи, клоуны, — бросил Копиров и отключился.

Кирилл посмотрел на Андрея:

— Это он тебя клоуном назвал…

В следующий миг Экзекутор блокировал два удара и отскочил подальше, в глубь гостиничного номера. Вслед ему полетела компьютерная мышка, которая с хрустом разбилась о грудь. Осколки посыпались на коричневое ковровое покрытие.

— А вот это было круто. Даже не заметил, — сказал Кирилл, отряхивая свитер от приставшей пластиковой крошки.

— Ещё бы ты заметил. Я и так два удара замедлял, как мог, — хвастливо заявил Андрей.

— Вредный ты старикашка… Вот выпадут у тебя зубы, я тебе кашу жевать не буду, — задумчиво проговорил Кирилл, глядя на покраснения на запястьях. — Говоришь, что замедлялся?

Андрей одним движением встал из позы лотоса. Так можно взмахнуть рукой и проследить за её полетом, точно также поднялся старичок.

— Ты не веришь?

Кирилл моргнул и отшатнулся, когда Андрей оказался возле него. Всего лишь мельчайшая доля секунды прошла, а показалось, что это из фильма вырезали кусок с движением человека.

— Верю. Научишь?

— Обязательно научу. Да ты и сам это умеешь, когда переходишь в замороженную реальность. Только у меня это происходит без заморозки. Просто нужно очень быстро двигаться. Есть определенные трудности с сопротивлением воздуха, но они решаемы. Ладно, это будет темой нашей следующей тренировки, а сейчас нам нужно съездить на место преступления.

— Зачем? Там уже всё убрали…

— Надо кое-что проверить. Пошли, я уже вызвал такси.

Кирилл хмыкнул. Понятно, что Андрей сделал это, подключившись к интернету, но надо было удивиться. Надо было показать, что офигевает от возможностей учителя.

— Когда ты успел?

Вот тут надо только не переиграть. Игра на самолюбии всегда расслабляет Андрея.

Надо удивиться также, как человек, который ожидает друга в гости, и которому не открывал дверь через домофон: «Ого, а как ты зашел?» Друг обязательно скажет традиционную фразу: «А вот!» Нет, друг не будет говорить, что зашел вслед за одним из подошедших жильцов, ведь тогда пропадет ореол загадочности. Нет, не надо говорить, тогда у обоих чуть улучшится настроение. Ведь один не досказал, а второй понял без подсказки. У них появилась маленькая тайна.

— А вот, — улыбнулся Андрей. — Вызвал-таки…

Лицо андроида умные люди сделали таким живым, что Кирилл не переставал удивляться, когда его учитель демонстрировал ту или иную эмоцию. Сейчас на лице появилось так много морщинок, что оно стало похоже на печеное яблочко.

— Ладно, пошли, — кивнул Кирилл. — Не перестаешь ты меня удивлять.

Лицо старика сделалось ещё больше похожим на упомянутый фрукт. Вот уж чего-чего, а самодовольства у Андрея не убавилось, даже несмотря на тот факт, что сам он давно уже лежит в сырой земле, а его тело всего лишь носитель для записанного сознания.

Вскоре они вышли из такси на пересечении Невского проспекта и Садовой улицы. Кирилл огляделся по сторонам. Вроде бы ничего опасного или вызывающего тревогу не было. Мирно купались воробьи в луже на асфальте. Прохожие шли по своим делам, автомобили везли пассажиров, тучи ползли по небу. Ничего примечательного на улице Санкт-Петербурга.

Кроме черного пятна на асфальте…

На поребрике остались царапины и выбоины там, где прошлась ударная волна. Сам асфальт оказался не очень поврежден. Похоже, что взрыв был узконаправленным.

Саму машину успели убрать. Полиция набрала себе различных осколков на улики, поэтому держать обгоревший остов на улице, где толпами шляются туристы, было не очень прилично для культурной столицы.

— Пойдем, осмотрим место преступления, — Андрей потянул Кирилла в сторону подземного перехода.

Переход был чистеньким, но в нем отчетливо пахло мочой. Этот резковатый запах словно сигнализировал прохожим – здесь можно укрыться от всевидящих камер и тихонько справить нужду. Стены были затянуты дешевой бежевой плиткой, на которой расположились шесть рекламных щитов по обоим краям перехода.

Андрей остановился недалеко от выхода и постучал по плитке на уровне груди. Та ответила глухой жалобой. Он сделал шаг в сторону и снова постучал. Звук раздался чуть глуше.

— Планируешь отколоть и домой взять? В качестве сувенира? — спросил Кирилл.

— Не, думаю расколоть на мелкие кусочки и запихать тебе в башку. Может, тогда она хотя бы отчасти наполнится умными мыслями, — хмыкнул Андрей.

— Ну, если с тобой такое получилось, то не факт, что такое произойдет и с другими, —парировал Кирилл.

Андрей отмахнулся и постучал ещё по одной плитке. Та снова ответила глухим звуком.

Проходящая мимо пенсионерка заинтересованно взглянула на странную пару, которая стояла возле стены.

— Служба питерских подземных переходов, — пояснил Кирилл. — Проверяем стены на стрессоустойчивость. Чтобы не осыпались и не были в аварийном состоянии…

— А-а-а, это хорошее дело. А дома вы проверяете? А то у нашего дома ступеньки парадного осыпались. Арматура выпирает так, что того и смотри прорвет кому-нибудь ногу, — неожиданно ясным голосом проговорила женщина.

— Нет, это дело службы питерских надземных строений, — сказал Андрей.

— Эх, жаль, а то сколько не писали жалобы, всё никак не отремонтируют. На что только деньги уходят из средств на капремонт? — посетовала женщина.

— Знамо на что – на отдых богатеев, на то, чтобы их дети на дорогих машинах рассекали, — покачал головой Андрей.

Кирилл поднес глаза к потолку. Похоже, что сейчас состоится очередной обмен любезностями и ругать правительства, которое работает спустя рукава. Андрей уловил его настроение и опередил женщину, которая набрала в грудь воздуха для очередной жалобы:

— Любезная, нам сейчас некогда, но если скажете ваш адрес, то я обязательно передам ваши слова куда нужно.

Женщина от неожиданности поперхнулась. Она уже собиралась рассказать о высоких ценах на коммуналку, о маленьких пенсиях и о дороговизне в магазинах, а тут такое…

Андрей внимательно смотрел на неё, подслеповато щурясь, и все заготовленные слова испарились сами собой. Женщина назвала адрес и даже поблагодарила Андрея за участие. Она пошла по своим делам, настроение женщины чуть улучшилось.

— Ты просто подарил надежду? — спросил Кирилл.

— Нет, я за это время успел накатать претензию в домоуправление и разослал в несколько инстанций. В том числе упомянул мэра, так что те, кто видит отправителей будет знать, что не только они отмечены в претензии. Теперь о плачевном состоянии лестницы знает очень много людей, которые не упустят случая посадить в домоуправление своего человека, если ответственный не справится с жалобой. Увы, наш народ таков, что забирается в кресло и думает, что уже можно ни хрена не делать. Но так только до поры, пока не последует приказ сверху. У нас не принято «стучать», но очень обижаются, когда права не соблюдаются. Вот такой вот резонанс.

Кирилл не стал отвечать. Он только кивнул и пошел к выходу. Зачем лишний раз сотрясать воздух? Ругать правительство можно до посинения, но дело само собой не сделается. Андрей посмотрел ему вслед, ещё раз стукнул по плитке, послушал звук, удовлетворенно кивнул и пошел следом.

Выход из перехода был обнесен перилами из плит с коричневатой мраморной крошкой. Возможно, именно потому, что поребрик и перила приняли на себя часть взрыва машины, никто из прохожих не пострадал. Одна плита оказалась треснутой, скорее всего в неё прилетела какая-нибудь деталь. Больше ничего не намекало на то, что недавно здесь взорвалась машина.

— А быстро они всё убрали, — задумчиво проговорил Кирилл.

— Ага, — буркнул Андрей, осматривая асфальт.

Невысокий старичок измерил шагами расстояние. Он смотрел вниз с таким старанием, как будто искал потерянную линзу.

— И трещины не очень большие, — напомнил о себе Кирилл. — Как будто и взрыва никакого не было.

— Ага.

Андрей отсчитал пять шагов и остановился на канализационном люке. Он задумчиво уставился на чугунную крышку.

— И ведь как быстро сгорела. Ба-бах и всё. Тут же пламя и фейерверк, — кивнул Кирилл.

— Ага.

Андрей прошел дальше, в сторону Большого Гостиного двора. Он остановился в пятидесяти метрах и помахал рукой. Кирилл помахал в ответ. Андрей посмотрел на него, покрутил пальцем у виска и снова махнул пару раз, после этого вернулся к месту происшествия.

— И что это было? Театр пантомимы? — поджал губы Кирилл.

— Ага, — снова последовал ответ.

— Чего ты агакаешь? Нормально сказать не можешь? — не выдержал Кирилл.

— А вот не будешь поворачиваться спиной, когда я говорю умные вещи, — хмыкнул Андрей. — Ладно, отправляемся обратно. Тут мы со всем закончили.

— Да с чем мы закончили-то? Мы же только начали, а ты просто походил и всё…

— Вообще-то я провел тщательную проверку, но раз ты не хочешь слушать мои слова, то я не буду их озвучивать, — Андрей повернулся и пошел прочь.

Кирилл вздохнул, поднял глаза к небу. Увы, небо ничем помочь ему не могло.

— Ты идешь или останешься здесь? Учти, я уже вызвал такси, — послышался голос со стороны пешеходного перехода.

— Ага-а-а, — простонал Кирилл и поспешил следом за Андреем.

12

«Если драка неизбежна – бить надо первым»В. В. Путин

Сегодня Евгений Ковалев был мрачнее октябрьской тучи. Мало того, что порвался шнурок на кроссовке, так ещё и по алгебре схлопотал пару. Ну никак не хотело находиться число всех подмножеств долбанного множества, содержащего nэлементов. Вот не хотело и всё тут, хоть убейся.

После пяти минут позора, когда Ковыль пялился на доску, как баран на новые ворота, учительница Ирина Николаевна покачала головой и открыла дневник. В клеточку сел красивый лебедь, как будто женщина заточила вольную птицу в бумажные оковы. Ковыль только вздохнул, забрал дневник и поплелся на место. Эх, так хотелось стереть ехидную ухмылочку с рожи Разина...

И надо было выходить на пятачок?

Знал же, что никто не подскажет. Оксанка заболела и осталась дома, а остальные в классе были сами по себе. Это только в фильмах показывают, как друзья выручают в беде, на деле же каждый занимался своими делами. Не любили в классе диковатого одноклассника, который всегда был сам по себе, даже во Вселенной ни к кому не присоединялся.

Вот в таком мрачном настроении Женька брел к Оксанке. По пути прихватил в магазине баночку с малиновым вареньем и мед. Думал ещё заскочить в аптеку, но понял, что ничего не знает о тех лекарствах, которые прописали подруге. Скорее всего, все лекарства уже закупили родители Оксанки, Михаил Александрович и Карина Павловна. Вряд ли Ковыль сможет чем-нибудь удивить болеющую подругу.

Женька шел по треснувшему асфальту, лениво пинал сплюснутую пивную банку и не поднимал голову вверх. Хотя, если бы даже поднял и пристально начал вглядываться в крыши домов, то всё равно бы не заметил крадущегося Экзекутора.

Кирилл шел за Ковылем от самой школы, сначала на отдалении, а потом, когда тот свернул на Лабутина, то за несколько секунд взлетел на двухэтажный дом под номером двадцать четыре, потом на четырехэтажный и дальше свой путь продолжил уже по металлу. Со стороны могло показаться, что это обезьяна стремительно пробежала по земле. Только вместо горизонтали перед Кириллом была вертикаль, а в качестве зацепов труба водостока и трещины на здании. Руки и ноги двигались слаженно, поэтому весь путь наверх занял не больше пяти секунд.

Оксана жила на Прядильном переулке в доме со светло-карминно-розовыми стенами. Все окна выходили на Фонтанку. Ковыль уже знал, как можно было запросто залипнуть, глядя на неторопливо текущие воды. А уж если солнышко баловало Питер своим присутствием, то и вовсе глаз не оторвать от резвящихся в волнах отблесках светила.

Женька неспешно двигался по улице-кишке, где дома жались друг к другу кирпичными боками, и думал о том, что ему приготовили на следующий бой. Если прошлая битва едва не закончилась фатально, то следующая может быть финалом для карьеры непобежденного чемпиона.

Четырехэтажные здания вставали по обеим сторонам узкой улочки. Припаркованные машины были похожи на заснувших ездовых медведей, которые терпеливо ждут возвращения своих хозяев. Народу попадалось немного. В основном все были заняты на работе. Никто не обращал внимания на бредущего школьника, а уж скользящего по крышам Экзекутора и вовсе невозможно было заметить.

Неприятный сюрприз поджидал Женьку как раз на повороте с Лабутина на Прядильный. Кирилл остановился на крыше. Сейчас в действие должна прийти скрытая ловушка. Экзекутор весь превратился во внимание.

В небольшом скверике, обнесенном стальной решеткой, находился странный памятник «Птицы в стиле техно-арт». Три пузатых птицы застыли на изогнутых водосточных трубах. Женька один раз назвал их «самоварами, которых поймал шизанутый сантехник». Оксанка тогда звонко расхохоталась и сказала, что теперь это название никогда не вылетит у неё из головы. Памятник и в самом деле был футуристичен, навевал тоску по живым птицам.

Сейчас же, недалеко от этого странного строения, на скамеечке расположилась компания из пяти парней старшего возраста. Явно студенты или уже выпускники. Шелуха семечек возле лавочки показывала, что сидели они давненько. Пара пустых банок из-под пива сиротливо притулились под деревянной скамьей.

Женька повернул на нужный переулок, шел прямо, старался смотреть перед собой, чтобы взглядом не зацепить компанию и не спровоцировать вопрос: «Чо зыришь?» Ковыль даже успел немного пожалеть, что пошел не по набережной, а по Лабутина.

До конца металлической ограды оставалось порядка тридцати метров, когда перед Женькой материализовался молодой человек из компании. Высокий блондин с длинной челкой явно старался походить на одного из героев аниме. Кожаная куртка небрежно накинута на плечи, майка обтягивала мускулистый торс, от дырявые джинсы можно было использовать для просеивания песка.

Ковыль хмуро взглянул на него и сделал шаг в сторону, чтобы обойти неожиданную преграду. Увы, это не удалось. Скользящим движением незнакомец повторил движение Женьки. Ковыль вопросительно посмотрел на него.

— Привет, Вротмнетотем, — улыбнулся незнакомый парень.

— Ты меня с кем-то попутал, — попытался обойти его Ковыль.

— Ну уж нет. Ты Женька Ковалев по кличке Ковыль. Твой ник во Вселенной Вротмнетотем и геймишь за орка, — всё также дружелюбно произнес белобрысый и положил жесткую руку на плечо Ковыля.

Это скрытая для всех информация! Об этом знала только Оксанка...

Женька попытался движением плеча сбросить руку, но парень только шире растянул губы и сжал пальцы сильнее. Стон боли не вырвался наружу, но вот правый глаз слегка сощурился.

— А я Гхырк и ты украл мою победу. Чего глазенками хлопаешь? Думал, что не узнаю про тебя? Да я всё про тебя знаю, и где ты учишься, и где живешь... В общем, иди за мной, нечего тут красоваться, а то пешеходам мешаем, — белобрысый потянул Ковыля за собой, а тот почему-то не вырвался, не побежал прочь.

Пятеро крепких парней возле скамейки смотрели на подходящего Ковыля с интересом шакалов из зоопарка, мимо клеток которых проносится мясо. Женька невольно оценил физическую подготовку молодых людей – если бросится прочь, то его запросто догонят, повалят на асфальт, попинают...

Кленовые листья золотыми ладонями лежали на плитках, шелестели под ногами. Ковылю почему-то подумалось, что если он резко опустится на карачки, сгребет в горсти и потом взметнет эту золотую шелуху вверх, то у него появится время на побег. Увы, это так и осталось мыслью...

— Ребята, Разик нас не обманул, — весело воскликнул белобрысый парень, который во Вселенной отыгрывал за Гхырка. — Вот он, тот самый читер.

Разик? Сашка Разин?

Вот же урод!!!

— Ребята, да вы чего? Вы ошиблись, — Ковыль сделал ещё одну попытку улизнуть, но двое уже отрезали пути к отступлению. — Вы точняк меня с кем-то перепутали.

— Да? Тогда что это? — белобрысый одним движением сдернул школьный рюкзак с плеча Ковыля и запустил туда руку.

— Отдай! — рванулся было Женька, но дорогу ему преградил темноволосый юноша.

Клуб дыма от сигареты, зажатой в зубах темноволосого, заставил Женьку отшатнуться. Этих мгновений хватило на то, чтобы на свет появился дневник Ковыля. "Гхырк" прочитал имя хозяина на обложке и покачал головой, бросив укоризненный взгляд на Женьку. Тот выдержал взгляд.

— Ай-яй-яй, как же нехорошо обманывать старших, — менторским тоном проговорил "Гхырк". — А ведь я тебе почти поверил и даже хотел отпустить... А ты сегодня ещё и пару получил... Эх, надо же, обманщик, да ещё и двоечник.

Четверо друзей "Гхырка" покивали, как будто были возмущены поведением Женьки до глубины души. Ещё один клуб дыма устремился в лицо "обманщика". Женька помахал перед лицом, разгоняя синеватое облако.

Экзекутор на крыше напрягся. Вот сейчас должно начаться то самое действие, за которое Андрей заплатил пятерым ребятам неплохую сумму. Правда, фамилию Разина слегка перепутали, но это могло сойти с рук.

— Да уж, когда мы учились в школе, то не получали двойки и не обманывали старших, — гнусаво проговорил курильщик. — Мы были послушными мальчиками.

Остальные дружно заржали, как будто темноволосый сказал смешную шутку, понятную только в этой компании.

— Чего тебе нужно? — пробурчал Ковыль, глядя на белобрысого.

— Чтобы ты лег в следующем бою, — улыбнулся "Гхырк". — Это ведь нетрудно, правда? Я не знаю, что за читерство ты используешь, но когда будешь драться с минотавром... в общем, ты должен лечь. Понял? Утырок, знал бы ты, сколько я бабла отдал за отключение твоих дебафов и за усиление ударов. Тварь!

С каждым словом улыбка белобрысого таяла на губах, как будто её стирали в фотошопе. Вместе с последним словом он бросил под ноги дневник.

— Я не лягу...

Женька помедлил, посмотрел в зеленоватые глаза блондина и наклонился за своей вещью. Он едва успел подтянуть подбородок, когда ему в лицо влетело колено "Гхырка".

Перед глазами словно взорвалась яркая петарда. Плитка из-под ног рванула со скоростью полотна взбесившейся беговой дорожки. Раскинув руки, Женька отлетел на пару метров и шмякнулся в кучу собранных листьев. Верх и низ поменялись местами, и он не сразу понял, где находится и почему золотые листья над ним так быстро кружатся. Потом он услышал хохот.

— Звезданулся как мешок с говном, — ржал темноволосый. — Держи удар, баба!

Ему вторили остальные друзья. Смех звучал как-то ненатурально, словно они выжимали из себя искусственный ржач.

Женька огляделся. Пять рыл были довольны сложившейся ситуацией. Пять рыл ржали, уверенные в своей безнаказанности. Пять рыл...

Во рту Ковыля возник резкий металлический вкус. Очень неприятный вкус... Вкус крови...

— Я всё равно не лягу, — проговорил Ковыль и скривился.

Верхняя губа кровоточила и задевала раной за правый клык. Когда он попытался сплюнуть, то изо рта вырвалась тонкая красная струйка. Клык не шатался, Ковыль попробовал его двинуть языком.

— Мальчик правильно получает двойки, ведь мальчик – даун, если не понимает с первого раза, — полуговорил-полупропел один из друзей "Гхырка".

— Если не понимает, значит, надо повторить. Мы ведь хорошие учителя? — с усмешкой спросил сам "Гхырк".

Хорошие учителя... Такие же самоуверенные, как "кандидаты в папашки"... Вроде того, последнего, когда у Женьки нашли трещину в ребре...

Они думают, что боль сможет решить проблемы, они думают, что смогут сломать Ковыля. Вон как лыбятся. Думают заставить его сойти с линии побед на Арене Смерти.

Суки!

Как же он их в этот момент ненавидел. Эти твари хотят отобрать у них с матерью честно заработанные деньги! Женька снова сплюнул красную слюну. Хотят отобрать единственный источник дохода!

Между тем в сознание возвращалась ясность. Глаза фиксировали происходящее, отмечали нужное и отбрасывали прочь второстепенное.

Позы. Глаза Женьки за доли секунды фиксировали то, как враги держали себя. Неуверенность самого правого, рыжего крепыша, скользила в том, как он сутулился и смотрел на своих друзей. Этот наименее опасен. В случае атаки отшатнется и будет ждать реакции друзей.

Блондин "Гхырк" уверен в себе. Очень уверен. Это читается в чуть выставленной вперед ноге, во взгляде и горделивой осанке. Такая уверенность на руку Ковылю. Никогда нельзя недооценивать противника, лучше слегка переоценить, чем потом раскаиваться. Белые кроссовки выглядели так, словно только что сняты с витрины магазина. Понятно, следит за собой и шмотки явно не из дешевых. На левой руке дорогие часы. Похоже, что будет беречь эту руку.

Темноволосый курильщик засунул руки в карманы брюк. Что же, есть целая секунда на то, чтобы он их вытащил и пустил в дело. Окурок почти стлел до фильтра, но он его не выплевывает. Это тоже может пойти на руку.

Ещё двое находились чуть поодаль. Тоже явно не ожидают атаки. Они ожидают развлечения, ожидают соплей и плача от униженного и оскорбленного десятиклассника. Да, ведь их больше, они старше, они сильнее...

Вот только они не знают, что совсем недавно Женька Ковыль принял приглашение вступить в один странный клан...

Редкие прохожие шли мимо, они скользили равнодушными взглядами по молодым людям и ускоряли шаг.

— Ну что, мальчик с ником Вротмнетотем, ты ляжешь в следующем бою? Или тебе добавить? — спросил "Гхырк".

— Не надо, не бейте, — поднял руки Ковыль, как будто ожидая, что прилетит очередной удар.

Он приподнялся, сел на колени, чуть пошатнулся. Почти всё готово. Осталось только выдохнуть, вдохнуть воздух и впустить в себя ту самую черную ярость, которая будет руководить им.

Экзекутор на крыше напрягся. Он оценил поведение Ковыля. На месте ребят он бы уже встал в боевую стойку, а лучше отскочил на пару метров назад.

— Ну ёпт, да он уже обосссался, — хмыкнул "курильщик". — Да я его на Арене в лепешку раскатаю.

— А ещё непобедимый чемпион, — процедил белобрысый. — Ну что, Ковыль, всё всосал или тебе повторить?

У Женьки получилось встать на ноги. Он выглядел жалко, а для большего эффекта ещё и позволил слюне стечь по подбородку. Сейчас это уже не десятиклассник, а побитая собачонка, которую любой может пнуть под зад.

— Я… Я всё понял… Я заберу дневник? – проговорил Женька плаксивым голосом. — Только не бейте…

Он сделал два коротких шага и нагнулся за лежащим на плитке бумажным прямоугольником. Если всё правильно рассчитал, то сейчас… Откляченный зад был прекрасной мишенью для хорошего пенделя.

— А вот я бы добавил, — процедил курильщик и выкинул вперед правую ногу.

По задуманному сценарию, который курильщик уже успел прокрутить в своей голове, Ковыль должен был ткнуться головой вперед и, под обязательный смех парней, растянуться на заплеванной плитке. Вот только ногу темноволосого почему-то дернуло вперед с такой силой, что он потерял равновесие и рухнул в пародии на продольный шпагат. Даже двое парней поодаль услышали, как что-то хрустнуло в паху курильщика.

В следующий миг окурок вылетел изо рта упавшего и воткнулся ему точно в переносицу. Туда, где добропорядочные индусы рисуют себе красные точки – бинди. Третий глаз окурок не открыл, зато заставил заорать от боли.

Женька на это и рассчитывал. Как только первый звук исторгся изо рта растянувшегося курильщика, он тут же ударил локтем в шею рыжего. Быстрота удара в совокупности со скоростью вырвала молодого человека из числа атакующих.

Надо отдать должное «Грыхрку» – белобрысый попытался ударить Женьку в челюсть.

Рука Ковыля сама метнулась к уху, согнувшись под острым углом и блокировала кулак. В ответ последовал короткий джеб.

Удар в челюсть всегда был хорошим успокоительным для агрессоров. Подтвердил он свою эффективность и на этот раз. Теперь пришла очередь «Гхырка» раскидывать руки и по-киношному красиво валиться назад.

Остальные два молодых человека пытались его поймать, но следом уже летел снаряд, который недавно изображал из себя рохлю и плаксу. Теперь это был металлический гибрид из робота и человека. Три секунды ушло на то, чтобы Ковыль справился с остальными обидчиками.

Пять человек лежало на площадке, олицетворяя собой картину неудачного наезда. Ковыль поднял дневник, сунул его в рюкзак. После этого подошел к лежащему «Гхырку» и пошлепал того по щекам. Белобрысый открыл глаза и попытался собрать их в кучу. Он видел перед собой блин лица какого-то хмурого пацана.

— Ещё раз увижу – яйца вырву! — проговорил пацан и взмахнул рукой.

В следующий миг в голове «Гхырка» взорвалась вселенная, и он отправился покорять её просторы. Белобрысый уже не слышал, как поодаль вскрикнула и запричитала женщина:

— Это что такое творится-то? А ну отпусти его, хулиган! Да я сейчас полицию вызову!..

Женька поспешил прочь, отряхиваясь по пути. Не хватало ещё объяснять в отделении, как один мальчишка смог одолеть пятерых студентов. Он оглянулся – ещё минут пять будут лежать в отключке. Мда, раньше Ковыль и подумать не мог, что сможет так двигаться и бить… Всё-таки не зря вступил в клан…

До дома Оксанки оставалось меньше сотни метров, когда позади послышался окрик:

— Ковалев, погоди секунду!

Женька резко обернулся. Руки невольно взлетели в боевую стойку, а ноги чуть согнулись в коленях. Он тихо выпустил воздух, когда увидел спешащего физрука.

— Кирилл Александрович?

— Правую руку чуть повыше подними, — проговорил Кирилл, подходя ближе. — В целом стойка нормальная, но вот правая оставляет челюсть незащищенной. Тренируйся больше…

— Хорошо, буду тренироваться. Вы только за этим меня догнали?

— Нет, дружище. Я хочу с тобой поговорить о клане «Дети Ночи». Чего ты вздрогнул?

13

«С несправедливостью либо сотрудничают, либо сражаются»

Альберт Камю

Два пожилых человека стояли на набережной реки Мойки. Со стороны могло показаться, что это два друга встретились для совершения полуденного менуэта, наслаждаясь заслуженным пенсионным отдыхом. Никто из прохожих не догадался бы, что один из пожилых людей и не человек вовсе, а самый что ни на есть обычный андроид.

Об этом не догадывался и второй человек. Григорий Сидорович немного удивился, когда завхоз Андрей Васильевич пригласил его посидеть «в одном очень хорошем заведении». Однако, так как домой идти не хотелось, а известие о смерти Варвары Александровны Волковой ещё будоражило мозг, математику требовалось развеяться.

Такси привезло двух мужчин на набережную реки Мойки и остановилось возле дома под номером девять.

«Руставели – грузинский ресторан». Так было написано на одноэтажном здании, которое аппендиксом примыкал к шестиэтажному жилому дому. Снаружи ресторанчик показался Григорию Сидоровичу вполне себе приличным заведением, аккуратным, но без крикливых излишеств. Скромным рестораном, где приятно посидеть в хорошей компании и провести время за поглощением тех блюд, от которых пальчики оближешь. А уж бутылки вина на окнах, как на витринах, зазывно манили к себе и обещали скрасить любые дурные мысли. Григорий Сидорович втянул воздух ноздрями и, помимо запахов Фонтанки, поймал аромат жареного мяса.

— Никогда тут не был, — с улыбкой проговорил математик.

— Да вы что? Тогда вы многое потеряли, — широко улыбнулся Андрей Васильевич. — Такую долму, как здесь, вы во всем Питере не найдете. Друг мой, позвольте мне вас так называть? Так вот, друг мой, это одно из тех мест, где из чопорного Питера можно перенестись на жаркий Кавказ. Прошу вас. Я следом.

Внутри было тепло и пахло пряностями. Стены с кладкой из кирпича, деревянные перекрытия потолка, керосиновые лампы и насыщенная зеленью обстановка располагали к фантазии, что из сурового Петербурга математик непонятно каким образом перенесся в кусочек яркого Тбилиси.

К мужчинам тут же подскочил худощавый молодой человек с ослепительно белыми зубами и щеками, выбритыми до синевы.

— Добро пожаловать, многоуважаемые. Вы будете одни или подойдет кто-нибудь ещё? — с характерным гортанным акцентом проговорил молодой человек.

— Нет, мы одни. Нам бы пообедать сытно и поговорить комфортно. Любезному Амирани передайте привет от старого друга Баграта, скажите, что он его помнит и собирается в скором времени приехать, — ответил Андрей Васильевич.

Андрей Васильевич не стал сообщать, что эту информацию он почерпнул из списка работников ресторана, а потом нашел переписку друзей в социальной сети. Лучше показаться одним из знакомых – тогда обслуживание пройдет лучше. Амирани Даташвили числился шеф-поваром в этом заведении, пусть ему будет приятно получить хорошую новость, которую, впрочем, он и так знает.

— Ой, вы знаете дядю Амирани? – ещё шире расплылся в улыбке молодой человек.

– Лично не был представлен, а вот с Багратом Николадзе хорошо знаком, — кивнул Андрей Васильевич.

— Обязательно передам. Обязательно… Прошу вас, многоуважаемые, проходите.

Улыбающийся молодой человек провел двух пожилых «аксакалов» к дальнему столику, где им никто не должен был помешать. В его руках материализовались две книжечки-меню, которые Андрей Васильевич отклонил в сторону.

— Не надо меню. Я помню ваши блюда по памяти. Принесите, пожалуйста, две порции цада, лазури из ягненка, долму тоже две, сацебели и ткемали. Обязательно лаваш и бутылочку домашней чачи. К этому всему добавьте ягодный морс…

— А мне ещё пива, — поднял руку Григорий Сидорович.

— Ну какое пиво? — укоризненно покачал головой Андрей Васильевич. — Тут такая чача, что язык проглотите, если не сделаете этого раньше от шашлыка и долмы.

— Всё записал, уважаемые, — с легким кивком официант испарился.

— А это не дорого? — спросил математик.

— Нет, я угощаю. Недавно получил пенсию, так что могу немножко гульнуть, — подмигнул Андрей Васильевич.

— Должно быть у вас хорошая пенсия…

— Не жалуюсь. Никогда не жалуюсь, вообще… — загадочно произнес Андрей Васильевич. — Успел разучиться...

Григорий Сидорович открыл было рот, но в это время принесли салат "Цада", чудесно пахнущие ломти лепешки и прозрачную бутыль. Официант разложил блюда на столе, поставил керамические рюмки перед мужчинами и налил ровно по половинке емкости. Потом он капнул чачей на стол, обмакнул в неё палец и чиркнул зажигалкой. Синеватый огонек охотно принялся скакать по предложенной горючей влаги.

Брови Григория Сидоровича поползли вверх, при виде такого фокуса. Похоже, что огонь нимало не смущал официанта. Огонь быстро потух, официант смахнул полотенцем остатки капли на столе.

— Приятного аппетита, — с легким поклоном пожелал официант и мягко удалился.

— Что это было? — спросил математик, кивая на официанта.

— А это он показывал нам, что у них в кафе настоящая чача. Если пламя догорит и не обожжет палец – перед вами настоящий напиток, а не подделка. Безопасность и гуманность этого метода сомнительна, но грузины проверяют чачу именно так, — улыбнулся Андрей Васильевич и поднял свою рюмку. — За приятный разговор.

— Первую рюмку я хотел бы выпить не чокаясь, — произнес Григорий Сидорович.

— Я понимаю и всецело поддерживаю, — кивнул Андрей Васильевич.

Чуть теплая жидкость пролилась в желудок и оказала благотворное влияние на нервы уставшего математика. Он выдохнул и на выдохе почувствовал на губах вкус изюма. Внутри потеплело, истома пробежалась по позвоночнику, и Григорий Сидорович даже не заметил, как напряженные плечи опустились вниз.

Зато всё это зафиксировали глаза завхоза, и он чуть кивнул, удовлетворенный увиденным. Его расчет оказался верным. Ещё пару рюмок и математик будет готов к диалогу. Самого же Андрея Васильевича алкоголь не брал, поскольку кратковременное нахождение спиртосодержащих продуктов внутри синтетического организма никак не сказывалось на искусственных нейронных сетях.

— Хорошо, — крякнул Григорий Сидорович.

— Согласен, только закусывать не забывайте, а то может стать настолько хорошо, что потом будет очень плохо, — кивнул Андрей Васильевич и подал пример.

Горячая лепешка провалилась вслед за жидкостью, и Григорий Сидорович понял, насколько он был голоден. Он с жадностью накинулся на салат, съев половину и остановившись, чтобы принять очередную дозу виноградной самогонки.

— Вкусно, правда? — улыбнулся Андрей Васильевич.

— Очень вкусно. Не помню, когда последний раз с таким аппетитом ел.

Андрей Васильевич ещё шире улыбнулся, скрывая за улыбкой горечь – сам он не мог ощутить вкуса еды. Его организм мог потреблять различные предметы, расщепляя их на составляющие молекулы для преобразования в энергию. Мог… Вот только вкусовые рецепторы были отключены за ненадобностью и поэтому вкуснейшее блюдо ничем не отличалось от банального кирпича.

— То ли ещё будет, когда принесут шашлык, — подметил Андрей Васильевич, наполняя рюмки по новой. — В наших погодных условиях нет ничего лучше, чем обжигающая чача и кусок хорошо прожаренного мяса.

Математик согласился. Разговор пошел о погоде и о школьных делах. О смерти двух человек старательно не говорилось. Звучала негромкая музыка, пахло жареным мясом, приглушенный свет располагал к доброй беседе. В мозгу Григория Сидорович пронеслась мысль, что сейчас он может расслабиться. Что сейчас с ним ничего не произойдет, что хотя бы сейчас он под защитой и не нужно вздрагивать от незнакомого шороха.

Андрей Васильевич обратил внимание на потирание рук Григория Сидоровича, ага, собеседником овладели приятные мысли. Математик перестал покашливать, прочищая горло, оперся спиной о спинку кресла, расслабив позвоночник. Глаза перестали уходить от прямого взгляда.

Собеседник готов к задушевной беседе. Как раз и шашлык подоспел. На поджаристых кусочках ещё лопались пузырьки жира, распространяя вокруг себя такой аромат, что рот невольно наполнялся слюной. Очередная порция чачи оказалась разлитой по рюмкам.

— За шашлык! — поднял рюмку Андрей Васильевич.

— За шашлык! — улыбнулся Григорий Сидорович. — Пусть он будет таким же замечательным на вкус, каким является на вид.

Шашлык оправдал ожидания математика. Красный соус добавил торжества во вкусовую феерию, окончательно снимая напряжение, охватившее математика в последнее время.

Андрей Васильевич обвел глазами помещение, троих мужчин через два стола, которые вели негромкий разговор на грузинском языке, барную стойку, деревянные перекрытия потолка и чуть повел плечами. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, тоже откинулся на спинку кресла.

— Это место мне как-то посоветовал друг из Вселенной, — произнес Андрей Васильевич и отметил чуть опустившиеся уголки губ собеседника. — Я пришел сюда и не был разочарован.

— Вы тоже заходите во Вселенную? — спросил Григорий Сидорович. — Я думал, что это сомнительное удовольствие для людей нашего возраста.

— Ну что вы, конечно же захожу. Конечно, с молодыми я сравниться не могу, как и висеть на одних тросах в шлеме, поэтому использую костюм «Стар210». Тот самый, который улавливает импульсы и усиливает их. Я не могу сесть на полный шпагат, а вот во Вселенной запросто. Да и с бегом уже давно не очень… Увы, старость не в радость, — покачал головой Андрей Васильевич.

— О-о-о, я тоже использую этот костюм, — вскинул брови Григорий Сидорович. — Прямо как вторая кожа.

Он был приятно удивлен таким совпадением, вот только вряд ли мог догадываться, что Андрей успел прошерстить его почту и отследить время заказа и доставки костюма. Хотя магу и не очень много приходится двигаться, но всё равно от движений можно устать. Костюм же дополнял хозяина и усиливал движения в виртуальном мире.

— Да-а, согласен. Это всё-таки сказка, что можно вот так, не выходя из дома побродить по тем местам, где вряд ли окажешься за свой счет. Я вот давно мечтал побродить по Барселоне, а теперь могу в один день походить по площади Каталонии, а через полчаса попинать Эйфелеву башню. И всё это, не выходя из дома.

— Да уж, а какие порой попадаются фантастические миры, — Григорий Сидорович улыбнулся так, как будто вспомнил что-то приятное. — Какие попадаются краски… Раньше был фильм «Аватар», так вот на Ситране есть такое место, что весь «Аватар» с его буйством красок отдыхают. А за кого играете?

— За эльфа-лучника. Издалека стрельну и спрячусь. Это молодежь всё танкует, нам бы в засаде где отсидеться.

— Полностью согласен, — кивнул математик.

Ещё одна рюмка оттенила вкус блюд. Жареное мясо привнесло свежих ноток. Виноградные листья долмы тоже смогли порадовать. По телу математика вовсю гуляла приятная истома.

— Григорий Сидорович, я очень сожалею о смерти ваших друзей, — Андрей Васильевич перешел к тому вопросу, ради которого затевался поход в ресторан. — Не сомневаюсь, что они были достойными людьми.

Математик хмуро посмотрел на него. Только-только плечи опустились, и они снова начали подъем.

— Может, выпьем за них, пусть земля им будет пухом? — тут же предложил Андрей Васильевич.

— Мы первую выпили за них, — медленно произнес Григорий Сидорович. — Сейчас-то чего?

— Ну, за хороших людей можно и не раз тост поднять?

Верхняя губа математика чуть дернулась, как будто вдруг захотела продемонстрировать клык. Его речь стала менее разборчивой, словно язык ленился помогать в произнесении слов.

— За хороших можно, а за этих… за этих… Я и первую-то выпил только по традиции.

Андрей Васильевич навострил уши. Он фиксировал каждое мимическое искажение, каждое движение рук, почти каждый вздох математика. Похоже, что сейчас он узнает кое-что важное, что поможет им пролить свет на расследование.

— Да ладно? Мне англичанка показалась довольно миленькой девчонкой…

— Миленькой? Да акула милее, чем эта стерва. Она это… она только прикидывалась. Ладно. О мертвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды. Васильич, можно я буду так тебя называть? Так вот, Васильич, если бы не эти полудурки, то я давно бы был в Золотой лиге…

Григорий Сидорович наполнил рюмку, опрокинул и отправил следом кусок шашлыка. Прожевав, он скривился, как будто проглотил половину лимона.

— Вот не поверишь, как я с ними намучался. С физруком вообще до виртуальной драки доходило. Ладно ещё у меня магия была нормально прокачана, и я его взял на каст Ослепление. А вот с Фиолой вообще беда – лезла во все щели. Медсестричка же постоянно ищет мужика, а потом расстраивается, когда те её кидают. А вот не надо быть такой сукой. Мужика борщом надо привечать, а не раскинутыми ногами…

— Да ладно? Я вроде бы о них совершенно другое слышал, — Андрей подлил в рюмки.

После знака официант принес ещё одну бутылку.

— Другое? Другое они показывали на людях, а вот виртуал многие маски срывает. Физрук при нас-то, учителях, вообще, как шелковый, а вот в виртуале из него столько дерьма выливалось… Раньше и в реале оно лилось, только после смерти мальчишки он язык-то прикусил.

Григорий Сидорович уставился на полную бутылку.

— Ого, а нам… это… Не лишнее будет?

— Да что мы, пацанье какое-то после одной бутылки разговор заканчивать? — улыбнулся Андрей Васильевич. — К тому же, у нас ещё и закуски осталось…

Он постарался имитировать речь собеседника, подстраиваясь под появившееся легкое косноязычие.

— Так-то да, — кивнул математик. — Если мы выпили одну бутылку, то мы выпили одну бутылку. А если мы выпили литр, то мы всё равно выпили одну бутылку, но литровую.

— Глубокомысленное замечание, — откликнулся Андрей Васильевич. — Кстати, о жидкости, я слышал, что тот мальчишка вроде как утонул?

— Утонул… Это Васька его довел. Ещё и хвастался, стервец, что это его новая метода – вызывает у неудачника мотивацию для личностного роста. Мол, если он будет натравливать одноклассников Матвейки на пацана, то тот разозлится и быстрее научится плавать. Матвей и в самом деле злился, даже в больнице раздобыл освобождение от физкультуры, но Васька при всех его порвал. Сказал, что симуляция тут не пройдет. Не знаю, чем уж неугодил ему этот пацан, но взъелся Васька на него знатно. Может, увидел в пацане себя и захотел сделать того лучше. Но, как известно, благими намерениями выстелен путь в ад…

Пока Григорий Сидорович рассказывал, Андрей Васильевич успел разлить по рюмкам. Рука математика на автомате захватила емкость и опрокинула в рот. Андрей Васильевич. едва ли не силой запихнул кусок шашлыка в математика, тот отталкивал и морщился, но от завхоза было не так просто избавиться.

— Закусь градус крадет, — заявил Григорий Сидорович, когда перестал жевать.

— Это да, но без неё мы быстро под столом окажемся. Так и что там с пацаном?

— А что с пацаном? Довели его насмешки до того, что он поспорил с одноклассниками, что запросто сможет проплыть пять километров без остановки. Поспорить-то поспорил, а вот где готовиться – не нашел. Вернее, нашел. В Фонтанке он готовился. Ночью, когда катера не плавали, тогда он втихаря и учился. Видать, не зря ему это… освобождение-то дали… Сердце не выдержало, и пацан захлебнулся.

— А физрук что?

— А что Васька? Месяцок походил потерянный, всё боялся, что за ним придут. Но потом, когда всё улеглось и признали несчастным случаем, снова хвост распушил. Не так уже выпендривался, свою мотивацию напрочь забыл, но всё равно…

Андрей Васильевич подлил.

— Ну, это физруки, у них вместо мозга одни мышцы. Я тоже самое могу и про нового сказать…

— Не, Кирилл Александрович вроде нормальный. Не задирается и не строит из себя… Мы с ним это… недавно в квесте были. Спокойный и рассудительный.

— Может быть, мы с ним особенно и не пересекались. Пришли одновременно, это да, но дальше ничего вроде такого и не было. Спрашивал меня пару раз про маты и спортинвентарь. Ладно, фиг с ним. Надеюсь, что он не такой. А англичанка? Она же была тише воды, ниже травы.

Официант возник неслышной тенью возле столика и поставил ещё по порции шашлыка.

— Мы же не заказывали? — нахмурился Андрей Васильевич.

— Это комплимент от нашего шеф-повара, — с улыбкой произнес официант. — Друзья его друзей – его друзья.

— Передайте огромное спасибо. Всё… ик! Очень вкусно, — кивнул Григорий Сидорович. — Теперь вы у меня любимый ресторан… Обязательно у вас буду свой юбилей праздновать.

— Будем рады, — с легким полупоклоном официант исчез.

— Какие хорошие тут люди, — покачал головой математик.

— Да уж, очень. А что там с англичанкой? — напомнил Андрей Васильевич.

— С Варюшкой-то? С Варюшкой тоже неприятность получилась. Она девка-то одинокая, симпатишная. Её бы одеть и накрасить – вообще бы модель получилась…

— Что-то я не заметил…

— А потому что она после того случая изменилась. Пришла-то она к нам уверенная в себе, красивая, энергичная. Прямо сказка! Вот на неё один из родителей глаз и положил. В общем, начали они встречаться, мужик прямо влюбился так, что до развода дело дошло. Дочка сильно переживала… Прямо на уроке Светланка заявила, что если Варвара не отстанет от её отца, то она себе вены перережет. Сказала так и убежала прочь.

— Эх, молодежь… Всё у них так максимально…

— Вот-вот. Варюшка думала точно также, она и мужику сказала, что Светка перебесится и вернется. Продолжили они встречаться. А Светка не перебесилась. В итоге мужик чуть сам не повесился, а Варюшка превратилась в серую мышь… Только во Вселенной становилась энергичной, быстрой…

— Да уж, молодежь вообще не думает ни о ком, кроме себя. Эх, Сидорыч, а давай-ка ещё по одной? И это… Надо будет к вам во Вселенной как-нибудь наведаться.

— А чего наведываться-то? Вступай, да и всё. Ты с какой лиги?

— Я в Серебряной состою, — ответил Андрей Васильевич.

— Это ты один так прокачался? — удивился Григорий Сидорович. — Как же ты смог?

— Исключительно повезло, – сказал Андрей Васильевич. — Когда клан «Черные самураи» мутузил демона Звалиуса, я мимо пролетал. Тогда он их положил, а ему самому оставалось всего ничего. Вот я набафился до упора и потратил на демона все свои стрелы. Когда он умер, то весь опыт перешел ко мне, как обладателю Первого Убийства. Да, потом «Черные самураи» пытались докопаться до меня, но я откупился – отдал почти весь лут. А вот опыт остался со мной, и я перешел в Серебряную лигу.

Григорий Сидорович кивнул.

— Да уж, повезло так повезло. Ладно, Васильич, как лидер клана, я тебя приглашаю к нам. Это… наливай. Ну за вступление?

— За вступление!

Рюмки соприкоснулись в воздухе. Андрей Васильевич радостно улыбнулся.

14

"Отвага — одна из прекраснейших черт наших очаровательных дам"Пьер Брантом де Бурдей

Маргарита Павловна долго сидела в кресле, уставившись на рисунок зеленых обоев на стене. Перед её глазами вставали улыбающиеся лица физрука и англичанки. Игровые аватары, которые уже никогда не вступят на просторы Вселенной "L.i.L". Она смотрела и видела грубые, прямолинейные атаки танка и невыразимое изящество нападения ассасина.

— Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами...

Маргарита Павловна вздрогнула. Голос босса Хирюна Двоеборца прозвучал рядом, как будто он стоял за креслом. Вот-вот опустит лапищу ей на плечо и развернет, упрется длинным носом в её лоб.

Она быстро оглянулась и выдохнула. Позади никого не было. Фух, надо же такому причудиться...

Нет, она не пошла на похороны Варвары Александровны. Нет, она не собирала вещи коллеги, не искала документы, не ездила в морг. Всем этим занималась сердобольная соседка, она же бегала и по всем инстанциям, чтобы похоронили одинокую женщину в нормальном гробу и с добротным памятником, а не просто сбросили в яму горелое мясо в полиэтиленовом мешке.

Маргарита Павловна всё это время провела в какой-то прострации. Если смерть физрука ещё казалась дурным совпадением (мало ли у этого засранца врагов было), то вот обозначение второй жертвы и ужасная смерть уже не была совпадением.

Кто следующий?

Ведь их осталось всего двое...

Сумерки заползли в квартиру с улицы и заполнили собой всё пространство, скрадывая очертания предметов. Вставать и включать свет не хотелось. Хотелось просто сидеть и смотреть в одну точку. А ещё больше хотелось вернуться в то время, когда клан был в полном составе и впереди маячило вступление в Серебряную лигу. Тогда не задумывались о том, что можно было умереть. Они просто играли...

Резкий звонок заставил вздрогнуть ещё раз. Влажная испарина выступила на лбу, а сердце заколотилось так, как будто превратилось в пичужку и теперь билось о клетку, пытаясь вырваться на свободу. Звонок прозвенел ещё раз.

Маргарита Павловна метнула взгляд на стол, где вибрировал телефон.

Кто это?

Сердце забилось сильнее.

Может не брать? Может, ошиблись номером?

Стоит немного посидеть и плоская коробочка захлебнется своей трелью. Захлебнется и умрет... Умрет на время, чтобы потом возродиться и снова призвать медсестру к жизни. Да кто же такой настырный?

Маргарита Павловна протянула руку и чиркнула пальцем по экрану телефона. Нажала на динамик.

— Алло? Алло, Маргарита? — послышался голос нового физрука, Кирилла Александровича.

— Да, Кирилл, чего звонишь? — устало откликнулась Маргарита Павловна.

— Вообще-то я беспокоюсь. Ты взяла отгулы на работе, пропала на пару дней. С тобой всё нормально?

— Да, всё хорошо. Сижу, смотрю телевизор. Прихожу в себя...

— Может... я заеду?

— Не нужно, Кирилл. У меня сейчас такая меланхолия, что вообще никого видеть не хочется.

Телефон немного помолчал, а потом снова послышался голос Кирилла:

— Я не могу тебя оставить в таком состоянии. Если не хочешь видеть меня в реальности, то давай встретимся в виртуале? Я такое место знаю...

Маргарита Павловна помолчала. Идти куда-либо не хотелось, переноситься тоже. Хотелось просто сидеть и пялиться в стену. Хотелось забыться...

Она встряхнула головой. Нет! Жизнь продолжается и нельзя позволить печали разрушить наклевывающийся шанс на будущее. Кирилл ей понравился, вроде неплохой мужик, некурящий и, судя по жилкам на носу, непьющий. Погрустить можно и потом, а сейчас надо будет сыграть женщину, которая нуждается в утешении. К тому же, эта роль недалека от истины.

— Ладно, но если мне не понравится, то...

— Знаю-знаю, буду вечно должен, отстою в углу два часа на горохе и даже могу быть отшлепан, — раздался смешливый голос Кирилла.

Маргарита Павловна улыбнулась. Какой он всё-таки... А уж после того, что они вытворяли на кушетке, пока был закрыт кабинет... Нет, не надо отказываться от встречи, пусть она и будет виртуальной.

— Хорошо, я зайду... через полчаса. Куда мы отправимся?

— Вот и отлично! Жди меня на Куратории. Там всегда время заката, так что мы будем как раз вовремя.

— Скинешь координаты?

— Уже...

Телефон отключился. Вот тебе и всё. Никаких "чмоки-чмоки", никаких "до встречи, милая". Марина вздохнула и заставила себя встать. Если она хочет хотя бы немного быть похожей на себя прежнюю, то требуется сходить в душ, привести себя в порядок. Понятно, что в виртуальности ей можно быть и непричесанной, даже пахнуть потом и быть одетой в замызганный халатик, но чувство немытости будет с ней всё это время. Это доставит своего рода дискомфорт.

Через полчаса сборов быстрым аллюром, Маргарита Павловна подошла к крестовине со спускающимися жгутами. Она с некоторой неприязнью посмотрела на приспособление для путешествия по виртуальным мирам. Почему-то в этот миг оно показалось ей похожей на прилипшего к потолку спрута, который затаился и ждет свою добычу. Вот сейчас он схватит её, оплетет гибкими щупальцами и потащит к зубастой пасти.

Маргарита тряхнула кудряшками, прогоняя дурное видение. Это всего лишь приспособление для входа в виртуальную реальность. Это всего лишь средство для погружения в сказку...

Карабины щелкнули, фиксируя тело медсестры. Сервомоторчики чуть слышно зажужжали, приподнимая тело над полом. Маргарита надела шлем, нажала кнопку на боку. Перед глазами возникла такая знакомая надпись:

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Легкое мелькание цветовых пятен сменилось видом на виртуальную реальность. Справа всплыла пустая табличка. Тургрита ввела координаты, которые прислал Кирилл. Её повлекло-потащило по черному бархату космоса туда, где виднелась яркая точка. Мимо пролетали сотни тысяч планет и планеток, на которых игроки со всего мира встречались, сражались, выполняли квесты.

Бег планет ускорялся, они превратились в мелькающие точки и пролетали рядом с такой скоростью, что дух захватывало. Наконец сумасшедшая скорость стихла и впереди возникла небольшая планетка, на которую начала плавно опускаться Тургрита.

Перед глазами, насколько хватало взгляда, синел огромный океан, который желто-зеленой чертой перерезала береговая гряда. Через минуту неведомая сила опустила Тургриту в мягкую траву. Дворфка осмотрелась по сторонам. Песчаный пляж такой желтизны, словно песок был смолот из золотых украшений. В двадцати метрах от границы волны начинались растения. Трава зеленью могла запросто посоперничать с изумрудом, а стоящие дальше пальмы словно выросли по линеечке и никогда не слышали о сухих ветвях.

По горизонту расплескалась багровая палитра заката. Солнце застыло на краю моря, наполовину погрузившись в воду, как будто уставший после трудного дня человек в ванной. Листья пальм шелестели, подпевали накатывающим волнам. Тургрита почувствовала, как по её позвоночнику пробежались мурашки.

В воде плескался и резвился Экзекутор. Он фыркал, как заправский дельфин, поднимал кучу брызг и вообще вел себя несообразно траурному настроению Тургриты. Его обнаженное тело поблескивало в лучах заката, мышцы прорисовывались так, что на конкурсе культуристов он занял бы далеко не последнее место. Дворфка почувствовала, что её губы невольно раздвигаются в улыбке. Остаются в стороне дурные мысли, с которыми она недавно была наедине в пустой квартире.

— Чего стоишь, как Медный всадник? Раздевайся и плюхайся в воду! — крикнул Экзекутор, помахав рукой Тургрите.

— У меня нет купальника, — невольно вырвалось у Тургриты.

— На нарисованном теле? Да перестань! Кто же нас увидит? И это… у тебя костюм?

— Нет, только шлем и крестовина со жгутами.

— Ну, тем более. Мы даже побаловаться по-взрослому тут не сможем. Залезай!

Тургрита чуть помедлила, посмотрела по сторонам – ни одного игрока. Только после сканирования местности она расстегнула кольчугу и скинула разоблачение. Её руки прикрывали грудь и низ живота.

Экзекутор отметил это. Что же, тем лучше. Если дворфка стесняется показывать обнаженное тело в игре, то этот психологический фактор может сыграть на руку в запланированном действии.

— Приди же ко мне, моя Тургрита! — с наигранным пафосом воскликнул Экзекутор.

— Лечу-лечу, мой Экзекутор! — в тон ему откликнулась дворфка и с разбегу бросилась в воды неизвестного моря.

Она почувствовала, как вода принимает её тело, как пытается удержать на поверхности и не дать провалиться вниз, ко дну. До Экзекутора было всего несколько метров, и она в пять мощных гребков доплыла до него.

— Блин, вот понимаю, что это всё ненатуральное, что на самом деле я нахожусь дома и вишу над полом, но как же это похоже на реальность…

— А почему бы реально не махнуть на море? Хотя бы на пару дней?

Тургрита грустно улыбнулась:

— Да уж на нашу зарплату особо не разъездишься…

Экзекутор погладил её по мокрым волосам и, хотя упрощенный шлем не передавал ощущения, Тургрите показалось, что она почувствовала это ласковое прикосновение.

— Ничего, я тебя ещё отвезу на море, и мы в реальности побалуемся на прибрежном песочке, — подмигнул он ей. — Но это будет потом, а сейчас… Догоняй!

Мужчина нырнул и начал удаляться от неё мощными гребками. Тургрита невольно набрала воздух в легкие и нырнула следом. На дне её встретили гладкие камни и небольшие корявые базальтовые скалы, сплошь усеянные разноцветными кораллами. Мелкие любопытные рыбки тут же подскочили стайками и начали пялиться на неожиданную гостью блестящими глазками.

Экзекутор плыл впереди, рассекая воду подобно дельфину. Дворфка неслась следом, стараясь не отстать и, одновременно, полюбоваться красотой подводного мира.

Под водой она долго держала воздух, но потом всё-таки выдохнула, хватнула воды и… не задохнулась. Её шкала здоровья не дернулась даже на миллиметр. До мозга долетела информация, что под водой тоже можно дышать и не надо паниковать. Не надо паники!

Сколько они проплыли? Километр? Два?

Дно ушло вниз и теперь темнело мрачной неизвестностью. Вверху сиренью разливалась поверхность воды. Стайки рыб сопровождали двух путешественников и сменяли друг друга, словно сдавали с плавников на плавники.

Тургрита скользила в воде и чувствовала, как уходит напряжение, растворяются дурные мысли, в сердце возвращается покой и равновесие.

Экзекутор остановился и завис. Он подождал, пока Тургрита подплывет к нему и показал вправо и вниз:

— Вон там, видишь?

На удивление звук проходил сквозь толщу воды без особых проблем. Слегка затруднен, как будто через медицинскую маску, но слова были вполне понятны.

Тургрита присмотрелась и из темноты дна выплыла скала. Уже потом зрение приблизило и очертило контуры огромного кракена. Осьминог походил на застывший памятник, которого ничего не волновало.

— Кто это?

— Великий мозг этого мира. То существо, которое следит за всем на планете. Каждое из подобных существ есть на любой планете. Порой, они не больше комара, а иногда вот с такого гиганта.

— И что? Зачем ты мне его показываешь?

— Просто хочу познакомить с ним. Это админ этого мира, мой давний знакомый, думаю, что вы подружитесь. В этом мире ты будешь под его защитой и сможешь сюда приходить в любое время, чтобы отдохнуть и привести мысли в порядок.

— Да? Это… необычно. Ну давай, познакомь меня с Великим Кракеном. До этого я таких монстров только в фильмах видела.

Экзекутор заскользил вниз, к круглому образованию в скале. Когда до круга оставалось меньше метра, пловец размахнулся и что есть силы пнул в самый центр.

— Эй, хорош дрыхнуть, подкормка для рыб! — крикнул Кирилл и тут же помчался обратно, к удивленной Тургрите.

Кракен вздрогнул и пустил по воде отчетливую волну, отчего расслабленные стайки рыб порскнули в разные стороны. То самое круглое образование вздрогнуло, в центре прорезалась горизонтальная щель, которая начала быстро увеличиваться. Скалистые веки разошлись в стороны и на застывшую в воде парочку уставился желтый глаз.

Круглый шар с продольным прямоугольным зрачком был испещрен небольшими точками, как будто в эту мишень очень долго палили картечью. Глаз моргнул, а после раздался глубокий голос:

— Почто будишь, засранец невежливый?

— Хочу тебя познакомить с моей подругой. Тургрита! Прошу любить и жаловать, а также оказывать любое содействие и брать под защиту.

Зрачок так прямолинейно вперился в парящую дворфку, что та невольно снова прикрыла грудь и низ живота. Экзекутор снова улыбнулся про себя. Надо же быть такой скромницей в игре. Вот в кабинете она не была столь скромной…

— Приятно познакомиться. Кракен19322, — прозвучал голос.

— Взаимно, — кивнула Тургрита.

— Как же этому придурку повезло встретить такую обаяшку? — спросил Кракен19322.

— За придурка и ответить можно, — хмыкнул Экзекутор.

Глаз снова моргнул, а потом со дна вылетел камень и умчался вверх, туда, где светлела поверхность воды.

— Эй, так ведь и убить можно, — нахмурился Экзекутор.

— Хотел бы – убил бы, — ответил Кракен19322. — У вас всё?

Экзекутор повернулся к Тургрите и развел руками:

— Он чего-то сегодня не в настроении. Вообще-то он душа человек, но вот почему-то сейчас…

— Извините, мы не хотели вас беспокоить, — обратилась Тургрита к Кракену19322.

Снизу вылетели ещё два камня и пролетели совсем рядом с парящими игроками. Экзекутор и Тургрита невольно отпрянули.

— Эй, полудурок, ты чего? — вскрикнул Экзекутор.

Прямоугольный зрачок чуть дрогнул, сузился. Дворфка с удивлением увидела, как белок покраснел. Из желтовато-белого он перешел в огненно-красный цвет. Огромный кракен зашевелился, отчего снизу поднялись тучи мелкого черного песка.

— Дети Ночи придут за тобой. Они напомнят тебе о содеянном! Жертва взывает к мести и ничто не будет забыто. Каждый получит по счету! — прогремел голос Кракена19322.

Тургрита взвизгнула и бросилась прочь. Экзекутор кинулся следом, не забыв на прощание сложить пальцы в виде буквы «О».

Дворфка отплыла на тридцать метров, когда увидела перед собой всплывающее бревно, усыпанное огромными сыроежками. Спустя секунду до неё дошло, что это вовсе не бревно, а невероятных размеров щупальце.

Кракен хочет поймать её?

А у неё с собой ни оружия, ни доспехов…

Ничего…

— Держись за меня! — раздался позади голос и в запястье Тургриты вцепились крепкие пальцы.

Дворфку повлекло за плывущим Экзекутором с бешенной скоростью. Она с удивлением заметила, как его пальцах выросли перепонки, как между плеч выскочил плавник, а ноги срослись и превратились в русалочий хвост.

Щупальце пролетело мимо. Их едва не утянуло потоком воды, которая следовала за щупальцем. Экзекутор сцепил зубы и всё-таки смог выплыть. Увернулись они и от второго отростка Кракена. Третьего не последовало – Экзекутор развил бешеную скорость и отплыл далеко от черной скалы-кракена.

Тургрита оглянулась и едва не завизжала от увиденного – огромная восьминогая махина шевелилась и двигалась по направлению к ним.

— Он не сможет нас догнать. Только держись крепче! — крикнул Экзекутор, изо всех сил работая хвостом и помогая свободной рукой.

Тургрита забила что было сил ногами, помогая ему плыть. Она снова оглянулась – вроде бы кракен чуть уменьшился в размерах. А может это всего лишь искажение из-за воды.

Было уже не до красот морского дна, не до разноцветных рыбок. У дворфки возникло только желание доплыть до берега, схватить свои вещи и исчезнуть из этого мира. Она могла это сделать и сейчас, но до зубовного скрежета не хотелось оставлять доспехи и оружие.

Вскоре показалась прибрежная полоса. Перепонки втянулись в пальцы Экзекутора, плавник исчез, а хвост снова разделился на две мускулистые ноги. Они выскочили на берег вместе. Тургрита тут же схватила вещи и оглянулась назад.

Черной громады гигантского осьминога не было видно. Она взглянула на Экзекутора:

— Это что за фигня сейчас была?

— Я… — Экзекутор в смущении потер висок. — Я не знаю. Это что-то странное. Я давно знаю Кракена19322, он не мог такой херней заниматься.

Дворфку била мелкая дрожь, еле слышно позвякивали пряжки ремней.

— Мне страшно… Ты можешь… Ты можешь приехать ко мне? Приезжай прямо сейчас…

Экзекутор обнял невысокую плотную женщину:

— Конечно же я сейчас приеду. Не переживай. Скинь адрес на почту или на телефон.

Дворфка кивнула и растаяла в воздухе.

Экзекутор немного постоял на месте, улыбнулся и повернулся в сторону моря. Он потянулся с довольным видом и крякнул, когда из воды вылез синеватый мокрый кролик из мультфильма о Смешариках. Обвисшие уши волочились по песку, с правого сережкой свисал приставший стебель ламинарии.

— Ты пнул меня в глаз, — недовольно пробурчал Крош, когда доковылял до Экзекутора.

— Могу повторить, — улыбнулся Экзекутор.

— Обязательно повторишь… Завтра. Сегодня же поспеши утешить свою хилершу. Кстати, как я сыграл? Похоже на таинственную угрозу из глубин моря?

— На троечку с минусом. Если бы сумел поймать, то была бы твердая тройка. Что у тебя по математику?

— Выяснил, что не очень-то клан был дружным и что у каждого есть скелет в шкафу. А у тебя с пацаном?

— Долго рассказывать. Завтра на тренировке расскажу. Сейчас же мне пора…

— Сильно не перетруждайся, — бросил кролик на прощание.

15

«После драки всё остальное как будто звучит слишком тихо в жизни. Ты можешь справиться с чем угодно»

Чак Паланик «Бойцовский клуб»

— Можно? — Кирилл Александрович постучал в дверь Андрея Васильевича.

— Нужно, — буркнул завхоз, отрывая взгляд от экрана монитора ноутбука. — Ты не пришел ночевать…

Из динамиков донеслась музыка «Смешариков». Потом послышались голоса:

— А зачем нам робот?

— Как зачем? Вот ты убираться любишь?

— Не-е-ет…

— Вот, а он за нас будет и убираться, и посуду мыть, и в общем всё такое…

Андрей Васильевич щелкнул клавишей и поднял глаза на Кирилла:

— Эта серия называется «Железная нянька». Вот сейчас я как раз ощущаю себя в роли такой няньки. Мало того, что мне пришлось тащить на горбу тело математика, так он ещё и не хотел отпускать до тех пор, пока не угостил собственной наливкой. Должен тебе сказать, что дерьмовее наливки я не пробовал. Чуть микросхемы не погорели…

Кирилл сел на стул, сделал самое невинное лицо из репертуара театральных масок и похлопал ресницами, как будто сдувал пыль со стола. Андрей всё также недовольно смотрел.

— Ну, я не мог… Ты так запугал бабенку, что она чуть ли не в туалет со мной ходила. И сегодня на работу выйти не смогла. Прямо психологическую травму нанес. Я думал, что ты какого-нибудь маленького осьминожку замутишь, а ты вон какую гору соорудил. Я сам чуть не обосрался.

Андрей всё также хмурился, но Кирилл заметил дернувшийся уголок губы.

— Лучше бы ты обделался, тогда бы дома остался.

— Да ладно, чего ты ноешь? Что у тебя на математика есть? Ты мне вчера хотел сказать.

— Теперь не хочу, — пробурчал Андрей.

— Ну, кто у нас такой капризуля? Хочешь сладких апельсинов? Хочешь вслух рассказов длинных? Хочешь, я убью соседей, что мешают спать? — пропел Кирилл.

Губы Андрея сжались в тонкую линию. Он пытался удержать каменное лицо, но даже искусственные губы не помогали ему скрыть настроение.

— Вот уж чего-чего, а этого не хочу. Наши соседи тихие и спокойные люди, всегда спят в своих кроватях, а не норовят запрыгнуть в чужие.

— Да когда ты последний раз соседей-то видел? Рядом с нами уже неделю никто не живет.

— Всё равно я ощущаю присутствие этих добрых и чутких людей. Их аура осталась последней опорой для меня в борьбе с тяжелым бедствием в твоём лице, — пробурчал Андрей.

Кирилл прошелся по небольшому кабинету, постоял у окна, исподтишка оглянулся на экран монитора – там кролик Крош в очередной раз оказался в дураках. Кирилл постоял, вздохнул, послюнявил палец и потер стекло. Раздался неприятный скрип, от которого по коже побежали мурашки. Андрей демонстративно игнорировал его. Началась новая серия "Смешариков". Это могло протянуться надолго, а большая перемена подходила к концу.

Снова скрип по стеклу и снова игнор. И только когда Кирилл дотронулся до листа фикуса, который мирно доживал свой век на подоконнике, то Андрей встрепенулся:

— Не трожь растение! Оно тебе ничего плохого не сделало.

— Так ты расскажешь мне о математике?

— Ладно, черт с тобой, — Андрей махнул рукой. — В общем, у всего клана есть тайны, которые тщательно скрываются от общественности. Физрук затравил пацана, а тот сдуру полез доказывать, что может переплыть Фонтанку много раз... Англичанка довела одну девчонку до самоубийства. Теперь вот оказалось, что и у медсестрички что-то в запасе имеется. Математик не раскололся о себе, но мне кажется, что и у него есть тяжесть на сердце. И кто-то про всё это узнал...

— Кто-то узнал... — вздохнул Кирилл. — Ещё бы знать, кто этот странный "кто-то"? И ведь лазит сейчас эта хрень по школе, возможно, подслушивает нас под дверью...

— Не подслушивает, — отрезал Андрей. — Я так нашпиговал подступы жучками и камерами, что даже вошь не прокрадется незамеченной. Что ты узнал у пацана?

— Немного. Ему выслали приглашение вступить в клан "Дети Ночи" и он согласился. Клан настолько секретный, что Ковыль даже не знает – существует ли он вообще или это только видимость? Женька рассказал, что заправляет у них та самая дымчатая тень, которая ранила меня...

— Ты должен был поймать её, а ты...

— А я и ловил, — огрызнулся Кирилл. — Сам же видел, как этот урод мне руку расхреначил. В общем, Женька говорил, что это лидер их клана. Носит какое-то стремное имя, вроде Смертная Тень или что-то типа того. Всё время скрывается в дыму и не показывается даже краешком пальца.

— Да? И что же она делает, эта самая Смертная Тень?

— Вот об этом Женька не смог рассказать. Он говорил, что их в клане всего пять человек, и все с Питера. Все ученики. Что их собирали в пещере Фантомаса и что Смертная Тень о чем-то рассказывал. Женька так и не смог вспомнить, о чем именно они говорили. Всё было в тумане. Но что-то воодушевляющее, потому что после этого осталось желание куда-то бежать и что-то делать…

— Обкурился, что ли? — Андрей с недоверием уставился на Кирилла.

— Не, он же вообще не курит и не пьет. Да, родители не самый удачный пример для подражания, но вот парень растет нормальным. Не заметил в нем ничего такого...

— А ты прямо спец по замечаниям "чего-то такого", — язвительно улыбнулся Андрей.

— Я не одного друга похоронил из-за привычки к дури, так что знаю, о чем говорю, — нахмурился Кирилл.

— Ладно, не кипятись. Странный клан, странный лидер, странные встречи. А бои его видел?

— Конечно видел, даже в реальности. Твои бойцы на него напали, и знаешь... Он двигался очень быстро. Такую скорость я видел у серафимов, но это простой мальчишка, он не может быть настолько крутым.

Андрей задумался. Он постукивал пальцами в такт музыкальному сопровождению, льющемуся с экрана.

— Что с теми пацанами?

— Разлетелись как от взрыва. Он ушатал их меньше, чем за пару секунд. Я так могу двигаться, но то я, а это обычный пацан, пусть и занимающийся физкультурой.

— Ну да, ты был тренирован стать крутым специалистом, а уж тот физраствор, который вам давали, даже для меня остался загадкой. А это… Или снова вступил в дело наш старый знакомец или…

— Старый знакомец? Михаил Анатольевич? Нет, не может быть… этот старый хрен где-то затаился и вряд ли нос высунет в ближайшую пятилетку – слишком много у меня к нему вопросов. Черт побери! Да что же это за Смертная Тень-то такая? Откуда она взялась и почему так учителей-то не любит?

— Не знаю, — пожал плечами Андрей. — Пока не знаю, но надеюсь скоро это выяснить. Чего там мои ребята говорили? Они упомянули про минотавра?

— Да, упомянули. Сказали, чтобы Женька лег под него. Он категорически отказался, — Кирилл почесал затылок. — А при чем здесь это?

Андрей широко улыбнулся. Он встал и одним движением перевернулся в воздухе, как если бы сила тяжести неожиданно оказалась на правой стене. Оттолкнулся от стены ногами и перелетел к другому концу кабинета. Легко коснулся масляной краски кончиками пальцев и снова встал на ноги.

— Впечатляет, — пожал плечами Кирилл. — Но я так тоже могу сделать. Чего понтоваться-то?

— Нет, глупый мой ученик, я не понтуюсь, а только проверяю – все ли механизмы в теле работают? Сегодня вечером я сам выступлю на Арене, а тебе придется посидеть среди зрителей и постараться вычислить Смертную Тень.

— Круто. Чипсы и пиво покупать?

— Купи. Давно я тебя не вытаскивал с того света, так что купи, — как можно более благодушно улыбнулся Андрей.

— Сволочи вы, — хмыкнул Кирилл. — Из-за вас даже выпить нормально не могу.

— А вот я могу, и так набуздыкался с математиком, что потом пришлось контрольную очистку делать. Могу сказать, что алкоголь – это зло. Знаю, что ты мне не поверишь и всё равно будешь мечтать о бутылке холодного пива с чипсами, но я говорю то, что есть. Лучше всякого алкоголя хороший сон и физические упражнения. Не те, какими ты занимался ночью, хотя и они благотворно влияют на тело и разум.

— А как ты попадешь на Арену? Там же региться нужно, а до боев с чемпионом расти и расти…

— Вот об этом тебе стоит беспокоиться в последнюю очередь. Сейчас же вали отсюда, чтобы мои глаза тебя не видели, — буркнул Андрей.

— От нашего начальника ничего не слышно? — остановился в дверях Кирилл.

— Нет. Последний раз он сказал, что почти нашел Мастера Паролей. С тех пор он не выходил на связь.

— Ладно, держи в курсе, — Кирилл кивнул на прощание и вышел.

По школе беспечно носились дети. Им сообщили, что английского пока не будет, но это только обрадовало детей. Даже весть о смерти Варвары Александровны, которая просочилась от взрослых, не могла никак омрачить детскую жизнь. Сама смерть казалась детям такой далекой и непостижимо таинственной, что о ней не хотелось думать. Лучше было дернуть соседку по парте за косичку и получить от неё учебником по макушке, чем заниматься философскими размышлениями. Так было интереснее.

Кирилл прошел сквозь толпу летящих шестиклассников, как горячий нож сквозь масло. Те ребята, которые должны были коснуться физрука в последний момент пролетали сквозь пустоту. Казалось, что физрук был бесплотным призраком. Кирилл только усмехнулся, дергать телом и уворачиваться в последнюю секунду было легко – детские движения были предсказуемы.

Он остановился, когда между лопатками зачесалось. Словно кто-то прожигал в нем дыру ненавидящим взглядом. По крайней мере так ощущалось, а уж чему-чему, но ощущениям Кирилл привык доверять.

Когда он обернулся, то не увидел прямых взглядов. У класса физики стояли пять десятиклассниц, поодаль о чем-то увлеченно разговаривали два ботаника из одиннадцатого класса. Восьмиклассники заходили в класс литературы. Ещё по коридору промчались два шестиклассника. Прямых взглядов не было – никто не смотрел на физрука.

Опять этот взгляд. Как в первый день, когда он остановил время. Тогда это ни к чему не привело, но вот сейчас…

Кирилл развернулся и пошел в сторону спортзала. Между лопатками тут же возник зуд. Он остановил время и резко повернулся.

Теперь Вселенная подсунула ему в качестве локации подземную канализацию в стиле Черепашек-ниндзя. Десятиклассницы превратились в крыс, ботаники в двух крокодилов, Восьмиклассники застыли жабами, а мчащиеся шестиклассники и вовсе обернулись комарами.

Тусклый свет лился из моргающих ламп, которые мечтали о скорой смерти. Плесень и мерзкого вида мох покрывали каменистые стены. Сам Экзекутор стоял по колено в воде, а мимо проплывали отходы человеческой жизнедеятельности.

Он ещё раз осмотрел помещение, но так и не нашел обладателя пронзительного взгляда. Лишь в тот миг, когда Экзекутор всё-таки решил выйти из Вселенной, он заметил краешком глаза легкое мерцание у дальней стены.

Легкая дымка, она мелькнула лишь на миг, но этого было достаточно, чтобы Экзекутор сорвал с шеи свисток и метнул вдаль. Маленький пластиковый предмет во Вселенной превратился в сюрикен, он мелькнул блестящей молнией и… воткнулся в стену.

От стены же отделилась знакомая дымящаяся тень и от неё в ответ пошла стрела. На этот раз Экзекутор был готов – стрела прошла над головой и глухо стукнула за спиной. Тень то ли присела, то ли упала на колени – она стала ниже. Из дыма вылетела ещё одна стрела.

Экзекутор рванул вперед, качая маятник: шаг вперед, бросок в сторону, шаг вперед, бросок в другую сторону, два шага вперед. Тень выпускала стрелу за стрелой, но все они летели мимо. Наконец, когда до Экзекутора оставалось меньше двадцати метров, тень метнулась в сторону лестницы.

Что? Опять?

Ну уж нет. На этот раз Кирилл выскочил из Вселенной и промчался уже по обычному коридору. Он вылетел на лестницу, готовый в случае чего метнуться в сторону или блокировать удар.

— Осторожнее, молодой человек, — воскликнул Григорий Сидорович, которого Кирилл едва не снес.

Кирилл за пару мгновений оглядел лестницу – кроме них двоих никого не было. Учитель математики спускался со второго этажа с двумя журналами в руках. Он сдвинул брови, но потом узнал Кирилла и улыбнулся.

— Извините, — проговорил Кирилл. — Вы тут никого не видели?

— Кроме бегающего учителя физкультуры? Никого. Кирилл Александрович, какой пример вы показываете ученикам? — сурово спросил математик.

Кирилл целых двадцать секунд изучал математика. Дышит ровно. На лбу ни капли пота. Левая нога чуть согнута, на правую приходится вес тела. Журналы в руках зажаты твердо. Пиджак и брюки не помяты. На брюках нет пыли, а если бы математик был тенью, то поневоле измазался бы.

— Да что-то взбрело в голову… Но вы точно…

— Точно-точно, — ответил Григорий Сидорович. — Мимо меня никто не пробегал. Как вы себя чувствуете?

— Я? Да я нормально. Видите, бегаю, — Кирилл отчаянно пытался выделить из школьного шума быстрые удаляющиеся шаги, но ему не удавалось этого сделать.

Шагов не было. Не было удаляющихся, но были приближающиеся. Кирилл насторожился.

Показалась рука на перилах, потом мелькнул край синей юбки. Со второго этажа спускалась завуч Людмила Анатольевна. Она улыбнулась Кириллу, кивнула Григорию Сидоровичу и прошла дальше.

— Как вы смотрите на то, чтобы выйти в рейд на днях? — спросил математик, когда неловкая пауза затянулась.

— Я только за, — улыбнулся Кирилл. — Плохо, что нас будет меньше. Бедная Варвара…

— Да уж, жаль девушку. Она была милой и доброй. И кому же понадобилось так делать? Она же комара обидеть не могла, — вздохнул математик.

На память Кирилла пришли слова Андрея о том, что эта «добрая и милая» девушка довела ученицу до самоубийства. Или не она довела, а по её вине? В общем, не такая она оказалась и милая, не такая и добрая.

— Я тоже был в шоке, когда узнал о случившемся. Не должны красивые женщины уходить так рано из жизни, — Кирилл постарался, чтобы голос прозвучал искренне.

— Да-а-а, — протянул Григорий Сидорович, а потом спохватился. — Я тогда пришлю вам ссылку, когда будет сход. Надеюсь, что вы не против, если к нам присоединится ещё один человек?

— Ещё один? А кто, если не секрет.

— Не секрет. Это будет наш завхоз, Андрей Васильевич Куралесов.

Брови Кирилла едва не взлетели под кромку волос. А ему учитель и наставник ничего не сказал. Вот же темнила…

— А он не стар для подобных дел? Вдруг его инфаркт шарахнет в самый неподходящий момент?

— Молодой человек, — губы математика поджались. — Из таких людей, как Андрей Васильевич, гвозди ковать надо. Он стальной мужик! Мы тут с ним недавно… В общем, я в нем уверен. К тому же, он не намного старше меня, а я ещё ого-го какой!

Кириллу стоило больших усилий удержаться от смеха. Ладно, если хочется Григорию Сидоровичу чуть примолодиться за счет Андрея – пусть его. От Кирилла не убудет, а пожилому человеку польстит.

— Простите, — Кирилл поднял руки, как будто сдался перед убедительными доводами математика. — Был неправ. Готов покаяться и посыпать голову пеплом. Если вы говорите про завхоза такие вещи, то уверен, что он достойный человек и легко вольется в наш клан.

— Вольется-вольется, — кивнул математик.

В этот момент долгий звонок провозгласил, что большая перемена закончилась и детям пришла пора принимать очередную дозу знаний.

Математик кашлянул. Повертел в руках журналы.

Только сейчас Кирилл обнаружил, что стоит на его пути и мешает проходу. А математик, в силу врожденной тактичности, не желает обходить преграду.

— Простите, я вас задерживаю, — Кирилл стукнул себя по лбу и отошел в сторону.

— Да ничего, я был рад пообщаться. Хорошо, я скину вам адрес и время, когда мы соберемся. Не знаю, стоит ли сейчас трогать Марию Павловну…

Кирилл покачал головой.

— Думаю, что сейчас не стоит. Она так расстроена после смерти подруги. В общем, давайте соберемся мужской компанией и сходим на разведку. Для притирки друг к другу. Хотя, если вы так тепло отзываетесь о завхозе, то думаю, что проблем не возникнет.

— Ну что вы, какие могут возникнуть проблемы в мужском коллективе? — хмыкнул математик, спустился с лестницы и пошел по коридору в сторону своего кабинета.

Кирилл взлетел по лестнице, пробежал до третьего этажа, и только потом спустился вниз. Не хотелось предполагать, что Григорий Сидорович был тем самым неизвестным врагом, который выпускал стрелы. Слишком уж быстро двигалась тень – в виртуальности маг был медлителен, а тут…

На первом этаже Кирилл остановился возле стены и потянул за едва выступающий свисток. Пластиковое устройство почти полностью скрылось в масляной краске. Когда Кирилл вытащил его, то следом посыпался песок, дальше показалось деревянное перекрытие.

Мда, похоже, что тут явно сэкономили на цементе. Или Кирилл не рассчитал с силой броска. Ухмыльнувшись, Кирилл решил, что это явно второе.

16

«Когда один день похож на другой, люди перестают замечать то хорошее, что происходит в их жизни каждый день после восхода солнца»

Пауло Коэльо

В этот день Женька Ковалев с утра размялся на площадках «Мортал Комбат». Он не столько был нацелен на победу, сколько на разминку каждой мышцы. Если те быки, которые встретили его на подходе к дому Оксанки всё-таки задействуют дополнительные бусты, то справиться с ними будет ой как не просто.

Ковыль подошел к окну. Серое петербургское небо неторопливо текло по направлению к Финскому заливу. Мать затихла в своей комнате. По квартире навязчиво плыл запах блевотни. Женька распахнул окна, пусть лучше будет холодно, чем ощущать запах кислых огурцов и протухшего студня.

Он перебрал в памяти разговор с Кириллом Александровичем. Вроде бы ничего лишнего не сказал, но и неправды выдал мало. Да, клан у него был странный. Ну что это за клан, где соклановцы не видят лидера? Хотя примочки прикольные, ярость вливается так сильно, что перед Вротмнетотемом никто не может устоять. «Боевая ярость» – он так её про себя назвал. Так звучало грозно и вместе с тем солидно. Как будто Женька был солдатом, а боевая ярость была его примочкой, помогавшей стать всесильным и бессмертным.

Оксанка пошла на поправку, что не могло не радовать. Ковыль просидел возле неё весь вечер, временами уходя в свои мысли. Девчонка после пятого окрика посоветовала Женьке разобраться со своими делами, а потом уже приходить в гости. Иначе она себя очень неуютно чувствует, когда разговаривает с чурбаном, а тот даже не откликается.

Чурбан?

Вряд ли можно назвать чурбаном человека, который все силы прикладывает к тому, чтобы выжить…

Но девчонки такой народ… У них сейчас только поболтушки на уме, наряды и косметика, чтобы обратить на себя внимание!

— Нет, Оксанка не такая, — отрезал Женька, отвечая на подленькие мысли.

В другой комнате послышалось шевеление. Всё-таки разбудил.

— С…сынок! Ты… это… Ты с кем там? — донеслось из комнаты матери.

— Я по телефону, — проговорил Ковыль. — Друг звонил.

— А-а-а, тебе… Ой, чуть не упала. Тебе приготовить покушать? — в дверях показалась мать, Ирина Васильевна.

Одутловатое лицо, растрепанная химическая завивка, желтеющий синяк под левым глазом. Сказала, что упала на угол стола.

— Нет, мам. Всё нормально. Я скоро во Вселенную нырну, там надо на голодный желудок… — через силу улыбнулся Женька.

— А… Ну а я пока приготовлю… Ты у меня молодец. И учишься, и работаешь, а вот мать у тебя… А мать у тебя плоха-а-ая… Даже сына накормить не может, — завела любимую пластинку.

Женька нахмурился. Вот чего не хватало, так это сейчас слушать нытье о жалости к себе, о том, какой подлец его отец, о проклятом правительстве и ценах. Такие песни заводились с периодичностью раз в неделю. Женька всегда старался из избегать, но сейчас возникла знакомая злость. Такая же злость возникала на Арене Смерти, при драке со студентами, при занятии у Кирилла Александровича…

— Мам, не начинай! — рявкнул Коваль. — Во многих бедах виноваты мы сами! Если захочешь, то сможешь встать на ноги. Не отец виноват, что ты к бутылке прикладываешься. Ты сама её в рот тянешь.

— Что-о? — опешила мать.

Она явно не ожидала, что тихий и спокойный сын ответит так резко. Он всегда только молчаливо соглашался, а она, выговорившись, уходила к соседке, чтобы продолжить веселье или же отправлялась разговаривать с телевизором. Так было всегда, но сейчас что-то изменилось.

Черты лица Женьки заострились, между бровями пролегла упрямая складка. Скулы готовы прорезать бледную кожу. Как же он сейчас стал похож на отца…

— Ты… Ты чего? Я же для тебя… — пролепетала Ирина Васильевна.

— Мам, для меня сейчас будет лучше, чтобы ты вошла в свою комнату и не мешала до тех пор, пока я не закончу, — отрезал Женька.

— Ты как с матерью разговариваешь?

Голос не получилось повысить – связки уже не те. Это раньше она могла петь громко и заливисто, сейчас же получался тихий сип или же вырывался хриплый кашель. И уже истерику не закатишь, какие она делала отцу Женьки. Голос не тот…

— Мам, я с тобой нормально разговариваю. Сейчас не мешай, я тебя прошу только об одном — не ной и не мешай. Вот как только закончу схватку, так можешь ссать в уши хоть до четверга, а сейчас не лезь, — четко выговаривая каждый слог, проговорил Женька.

Он сейчас сам на себя удивлялся – откуда взялась эта злость? Она нужна против врагов на Арене, но не против матери. Всё-таки Ковыль помнил ещё то время, когда она водила его за руку, как шла рядом, светлая, веселая, довольная жизнью. Женька глубоко вдохнул, чтобы медленно выпустить воздух и успокоиться.

Не получилось выпустить воздух, как планировалось – мать затравленным зверем оглянулась по сторонам и кинулась к ножницам, лежащим на столе. Женька проследил за её взглядом и успел перехватить руку, которая метнулась к висящим на крестовине жгутам для Вселенной.

— Ты… ты… пусти… Я всё равно эту хрень порежу… ты так на мать… ПУСТИ!!! — прорвался звонкий крик.

Женька сначала опешил, а потом его охватила знакомая ярость, в глазах потемнело, и рука сама кинулась вперед. Раздался звонкий шлепок, и голова матери мотнулась в сторону. Она не смогла удержаться на ногах и опрокинулась навзничь. Как только стук падения достиг ушей Ковыля, тут же темнота спала.

Он удивленно взглянул на мать. На щеке алела пятерня. Полы халата распахнулись. Перед глазами Женьки показались застиранные трусы, на правой половине виднелась дыра. Он тут же перевел глаза на стену, на плакат группы «Алиса».

Мать приподнялась на локте, взглянула на Женьку расширившимися глазами.

— Прости, мама, но ты истерила, — холодно сказал Ковыль.

— Ты… на мать? Ты вылитый отец! — презрительно бросила Ирина Васильевна и, с трудом поднявшись, ушла в свою комнату.

Женька сначала хотел броситься за ней, хотел извиниться и рассказать, что это вовсе не он, что это боевая ярость и…

И он остался стоять в своей комнате и пялиться на плакат группы «Алиса». Константин Кинчев сурово смотрел в ответ, словно осуждал действия Ковыля. Женька поиграл желваками, вдохнул и выдохнул. Он подошел к окну и посмотрел вниз. А что, если…

Нет, это всё глупость. Кому от этого станет легче? Можно же просто извиниться.

— Мам, открой, — постучал Женька в запертую дверь. — Ма-а-ам…

— Я не хочу с тобой разговаривать. Ты… поговорим завтра. Сегодня я не могу… — донесся тихий голос Ирины Васильевны.

— Мам, прости меня. Я был неправ. Вот сам не знаю, что накатило. Может, проблемы с учебой, может… Мам, извини, а? Мам…

— Женя. Поговорим. Завтра.

Женька постоял ещё немного у двери, поскребся, изображая кошку, как делал это раньше, в детстве. Раньше это помогало, когда мать делала вид, что обижалась. Мама выходила из комнаты и подхватывала на руки детсадовца Женьку. Он верещал, она смеялась, они мирились и шли пить чай.

Сейчас она не вышла…

Женька постоял ещё немного под дверью, ощущая себя самым последним гадом на Земле. Он отходил от комнаты матери с тяжелым сердцем.

В этот раз «боевая ярость» сыграла не в ту сторону. Он посмотрел на плакат «Алисы» на стене и потом рванул его за край. Раздался хруст рвущейся бумаги. Скотч на краях удержал обрывок и на Женьку продолжили смотреть глаза Кинчева. Второй рывок отправил кусок плаката к первому. И даже из комка смятой бумаги мерещился укоризненный взгляд.

Подошло время битвы. Ничего не хотелось, но зрителей это не волновало. Если назвался чемпионом, то полезай на Арену Смерти. Карабины защелкнулись на поясе, шлем привычно закрепился на голове. Ковыль продолжал сжимать зубы до того момента, как появилась надпись:

Погружение прошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1…

Миг темноты и перед глазами вспыхнула яркими красками Вселенная «L.i.L». Орк понесся по уже знакомому маршруту. Мелькали планеты, мелькали миры. Вротмнетотем несся туда, где его ждал очередной бой.

Лететь было недалеко – место, где зрелищно убивают друг друга персонажи компьютерного мира вряд ли какой маркетолог запихнет далеко. Людям издавна были интересны бои насмерть. А тут хоть и симуляция смерти, но всё равно эпично брызжет кровь и красиво умирают персонажи. Люди получают свою долю адреналина.

Арена как всегда переполнена. Ещё бы, на сегодня по всем форумам прошло известие, что неизвестная темная лошадка наконец-то положит на лопатки непобедимого чемпиона.

И сегодня не будет Оксанки… Сегодня ей не разрешили воспользоваться Погружением. Правда, она обещала, что будет смотреть трансляцию через ноутбук, поэтому пусть Вротмнетотем не беспокоится – она также будет находиться на трибунах.

Из-за закрытой решетки орк осмотрел зрителей. Персонажи разных игр собрались на каменных ступенях и приготовились вкушать зрелище. Десяток боев уже разжег кровь зрителей, но они все ждали самого главного боя.

«Сдохни, Вротмнетотем!», «Оркам не место на Арене Смерти!», «Умри, орочья тварь!», «Вротмнетотем, мы с тобой!», «Бей, чемпион!»

Различные плакаты веяли над зрителями. В основном они желали чемпиону только смерти. Вротмнетотем прямо-таки чувствовал кожей, как эта масса ненавидит скрытного чемпиона, который не выкладывает свои фоточки в Инстаграмме, не ведет канала в Ютубе, не светится на светских мероприятиях – просто выходит, побеждает и исчезает. Он был для них «Мистером Х» и предпочитал таким оставаться, чтобы не затрахивали интервью и прочими «прелестями» светской жизни.

— Сегодня ожидается трудный бой, — спросил распорядитель, крепко сбитый гном Тундырь. — Ты готов?

— Да с чего вы все взяли, что бой будет трудным? Кто вообще против меня выходит-то? — зевнул Вротмнетотем.

— Какой-то минотавр. Говорят, что он не прокачивал ничего, кроме силы и боевых навыков. И месяцами не вылезал из Вселенной. В общем, псих ещё тот, — ответил Тундырь.

— Посмотрим в конце, кто из нас псих, — проворчал Вротмнетотем.

— Ну ты это… На всякий случай будь осторожен. Это какой-то вообще темный чувак. О нем ничего не известно, но вот по показателям он здоров, как бык. Кстати, он ещё и носит аватарку минотавра.

Вротмнетотем поджал губы. После стычки со студентами он знает, кто выйдет против него.

— И он будет сражаться честно?

— Да, у нас по-другому нельзя, — лучезарно улыбнулся распорядитель.

Орку захотелось врезать по этой лживой морде. Честно… Прошлый бой ни фига не был честным, а недавно ему прямым текстом сказали, что против Вротмнетотема выйдет читер. И это будет честно?

— Я надеюсь только на тебя, Тундырь. Ты меня никогда подводил и я больше чем уверен, что никогда не подведешь, — орк положил руку на плечо гнома так, что того едва не согнуло в три погибели.

— Конечно же не подведу, — выдавил гном. — Не сомневайся, Вротмнетотем!

Решетчатые ворота поднялись. Орк убрал руку с плеча гнома и вышел на Арену. Каменная прохлада осталась позади, тут царил зной и ненависть. Зрители взорвались криками, когда орк только сделал первый шаг на желтый песок. Следом полетели банки, бутылки, ножи и камни.

Эти мелкие атрибуты можно было купить за небольшие, но реальные деньги и потом швырнуть в того бойца, какого больше всего не нравился. Они достигали цели, но не причиняли никакого вреда, растворившись в воздухе за секунду до прикосновения. Игроки должны были делать вид, что им больно, что им неприятно. Это было одним из пунктов контракта Арены Смерти.

Вротмнетотем смог вычеркнуть этот пункт из контракта, когда его пригласили на десятую битву. Теперь он шел, не прикрываясь и не обращая никакого внимания на падающие сверху предметы. Он был сам по себе. Он не прогибался ни перед кем.

И за это его ненавидели.

Ненавидели страстно, желали смерти, но в то же время приходили именно на его бои, чтобы дождаться того момента, как непобедимый чемпион рухнет. Рано или поздно это должно было случиться. Вротмнетотем хотел, чтобы это случилось как можно позже.

Над желтым песком и трибунами поплыл голос Тундыря:

— Зрители Арены Смерти! Настал тот миг, которого мы так долго ждали. Нашему чемпиону брошен вызов. Орк Вротмнетотем будет сражаться против минотавра… Против минотавра… Кроша? — замешкался голос распорядителя. — Да! Против минотавра Кроша. Это непревзойденный боец, он превосходно показал себя на предварительных боях и не потерпел ни одного поражения.

Пока голос звучал над Ареной Смерти, Вротмнетотем скользил презрительным взглядом по трибунам. Он не ожидал увидеть Оксанку-Банши198, но это уже стало традицией.

Орк вздрогнул, когда увидел на одной из трибун сидящего игрока с ником Экзекутор. Он присмотрелся и увидел, что рядом сидела невысокая дворфка Тургрита.

Тургрита? Что-то знакомое, что-то из далеких уголков сознания. Но вот Экзекутор? Это физрук. Что он тут делает? Вряд ли пришел полюбоваться на бой орка и минотавра…

Дальше мысли об Экзекуторе отошли в сторону, так как раздался скрежет поднимаемых ворот и на Арену неторопливо вышел здоровенный минотавр с ником Крош. Вот такой ник вообще никак не вязался с огромными мышцами, мускулистым тросом и мордой в шрамах.

«Это не Крош, это Грох какой-то!» — мелькнуло в голове орка.

500 очков здоровья против 500 очков здоровья. Хоть это было наравне. Вот только какие удары у этого быкочеловека?

Минотавр вскинул лапищи к небу, и толпа радостно приветствовала его. Громкий рев из бычьего горла легко перекрыл ор зрителей. Персонажи онемели от удивления, а потом взревели ещё сильнее. На стальной окантовке рогов сверкнул солнечный зайчик.

Крош завел ручищу за спину и вытащил моргенштерн. Огромная булава на круглом навершие заканчивалась добрым десятком острых клыков. А когда минотавр нажал на потайную кнопку, то клыки вылетели вперед на добрых десять сантиметров, превратив моргенштерн в подобие нереально здорового одуванчика.

Минотавр подмигнул орку. Вротмнетотем проигнорировал.

— Да начнется бой и будет он красивым! — пронесся голос распорядителя.

Минотавр не кинулся вперед, как было с предыдущими бойцами. Он пошел неспешной походкой. Сильный, мощный, уверенный в себе.

Вротмнетотем перекинул секиру из одной ладони в другую. Он даже не двинулся по направлению к Крошу – ему надо, пусть он и идет.

Минотавр был уже на расстоянии пяти метров, когда орк оскалился желтыми клыками и сделал шаг навстречу.

Взмах!

Взмах!

Острие секиры вонзилось между торчащими клыками моргеншерна. Минотавр повернул «утреннюю звезду» и орк едва не лишился оружия, удержав его кончиками пальцев.

— Сдавайся, чемпион, — глухо прорычал минотавр. — Иначе…

— Да пошел ты, — рыкнул в ответ орк.

В следующий миг орк присел и крутанулся вокруг себя. Секира очертила блестящий полукруг и замерла, наткнувшись на навершие моргенштерна. Минотавр ударил в ответ.

Вротмнетотема отнесло на десяток метров. Он вскочил на ноги и потер грудь – копыто у минотавра было словно сделано из металлической болванки.

– 93

Наложен дебаф «Ослепление»

Хреново-хреново-хреново…

Зрители взревели оглушающим ревом.

Чего они так орут?

Орк ударил секирой по направлению минотавра. Попал? Секира рассекла воздух и воткнулась в песок.

Тут же вырвать и ударить снова. Попал?

Снова воздух свистнул под лезвием, а потом глухо скрежетнул песок.

Где же этот бычара? Сколько прошло времени? Почему дебаф не спадает? Почему эти уроды так орут?

Все эти мысли проносились в голове Вротмнетотема в то время, пока он махал вокруг себя секирой, как бешенная мельница.

Дебаф прошел, словно с глаз сорвали повязку. Орк огляделся. Минотавр стоял на прежнем месте. Он ждал.

Вротмнетотем шмыгнул носом и бросился вперед. Один раз – случайность. Второй раз отлететь от удара кулака – уже настораживает.

– 56

Наложен дебаф «Замедление»

Орк медленно, безобразно медленно поднялся и встал в боевую позицию. Минотавр не нападал. Он всего лишь склонил голову влево, потом вправо, как будто разминал шею.

— Убей его!

— Мочи орка!

— Завали Вротмнетотема!

До ушей орка долетали крики толпы. Ни одного крика в поддержку. Ни одного. А ведь Оксанка сейчас смотрела…

Время ускорило свой бег. Орк бросился вперед. Секира вжикнула над песком, под взлетевшим минотавром. В пасть Вротмнетотема воткнулось копыто.

– 102

Наложен дебаф «Ослепление»

Больше половины жизни ушло…

Снова никого под секирой. Орк взревел, когда зрение вернулось.

Минотавр стоял на прежнем месте. Его индикатор здоровья был на прежнем уровне.

— Сволочь, — прошипел Вротмнетотем.

— Сдавайся, — хмыкнул Крош.

Орк поднял секиру над головой и кинулся к врагу. Три удара. Минотавр почти танцевальными движениями увернулся. Поймал четвертый удар и снова Вротмнетотем отлетел прочь.

– 54

Наложен дебаф «Замедление»

Черт побери! Вот так вот просто!

Да это же не битва, это избиение младенца. И младенцем был Вротмнетотем. Такого унижения орк не помнил. И минотавр снова не нападал…

Боевая ярость!

Наконец-то боевая ярость проснулась и начала заливать руки и ноги орка знакомой чернотой. Мощь и сила наполняли тело. И вместе с тем меркло зрение.

Вротмнетотем поймал заинтересованный взгляд минотавра. Тот смотрел на орка с тем же интересом, с каким ученый разглядывает новую бациллу под микроскопом.

— А вот сейчас будет интереснее, — прорычал минотавр.

Интереснее? Сейчас будет очень интересно!

Перед глазами всё померкло, как от дебафа «Ослепление». Тело орка взорвалось невероятной энергией и на следующие десять секунд игрок Женька Ковалев словно выпал из Вселенной.

Тишина и темнота. Словно он провалился глубоко под землю, куда не доносилось ни одного звука. Тьма. Клубящаяся тьма…

Его зашвырнуло обратно с той же скоростью, с какой и вышвырнуло. Орк Вротмнетотем как раз выполнял один из коронных ударов – прыжок с поднятой секирой и рассечение черепа противника напополам. Секира попала как раз между обитых металлом рогов.

— Он победил! Он снова победил!!! — взвыл удивленный голос Тундыря. — Орк Вротмнетотем снова стал победителем Арены Смерти. Приветствуйте же нашего непобедимого чемпиона.

Орк выдернул секиру из рассечённого черепа минотавра. На миг показалось, что на морде убитого врага промелькнула злорадная ухмылка. Но только на миг. В следующую секунду она превратилась в прежнюю, озадаченную морду.

Орк поплелся к выходу. Сегодня он почему-то чувствовал себя выжатым, как лимон. Его едва не победили, причем так легко. Что это за игрок был?

Снова с трибун полетели камни, бутылки, прочий мусор. Орк шел, таща за собой секиру и ни на что не обращал внимания. Он даже не видел, какими круглыми от страха глазами за ним следила невысокая дворфка Тургрита.

Не видел улыбки Экзекутора…

17

«Смысл жизни только в одном — в борьбе»

Антон Павлович Чехов

В гостиничном номере перестал подергиваться человек, висящий на жгутах аппаратуры Вселенной. Кирилл открыл глаза и подмигнул стоящему у стены Андрею:

— Ну что, уработал тебя ученик?

— Не он уработал, а его странная способность, — хмыкнул Андрей.

— Надеюсь, что ты захватил немного образцов?

— Конечно же захватил. Пока ты с подругой на трибунах обжимался, я старался не сдохнуть и хотя бы чуточку блокировать удары. Да, когда он так напал на меня, покрывшись черным туманом, то я едва не струхнул. Был бы человеком, вроде тебя, обязательно бы обоссался.

— Да я не обоссался тогда, просто не успел среагировать. И рука уже зажила.

Андрей только махнул рукой.

— Не отмазывайся. Мне сейчас нужно поработать и разложить кусок программного кода на составляющие. Так что не мешай. Хочешь – иди совокупляйся со своей медсестрой…

— А кто тут у нас завидует? — усмехнулся Кирилл.

— Никто не завидует. Я лишь прошу мне не мешать, — Андрей открыл ноутбук.

Раздались пулеметные очереди, пальцы андроида сновали с нереальной скоростью. Кирилл попытался пару раз заглянуть через плечо друга, но видел только мелькающие таблицы с пляшущими значками. Цифровое кодирование пока что оставалось для него недоступным.

— Кстати, а вот Мария была шокирована, когда увидела, что тело Вротмнетотема покрывается туманом. Мало того, она вцепилась мне в руку и едва не закричала с испуга…

— Ну и сходи к ней, не мешай, — отмахнулся Андрей.

— Да что-то запарился я быть жилеткой. Ты же вон к математику не идешь…

Андрей вздохнул, поднял глаза к потолку, словно пытаясь там найти хоть кого-нибудь, кто спасет его от навязчивого Кирилла. Тот начал делать растяжку, уперевшись ногами в кровати. Гостиничные спальные места разъехались в стороны и теперь Кирилл почти касался пахом пола. Он чуть покачивался, заставляя мышцы тянуться чуть дальше. Кровати протестующе скрипели.

— Ты мне мешаешь.

— Да ладно, будто я не знаю, что ты можешь одновременно читать Канта и просматривать Смешариков, — улыбнулся Кирилл.

— Так это месть? Ну что же, вот и пришла пора наказать меня за пригрешения прошлого. Давай, мешай и лезь в ноутбук, пока я… Стоп! Что это?

Кирилл удивленно взглянул на Андрея, потом выдохнул, перенес вес на руки, перегнулся через себя и твердо встал на ноги.

— Что там?

— Пришло письмо на почту. И это… В общем, сам читай, — старик отодвинулся в сторону, открывая доступ к экрану.

Кирилл увидел почтовое сообщение, где черным по-русски было написано:

«Я знаю, что вы меня ищете! Это может быть интересно. Так и быть – дам вам адрес, где меня найти. Адрес внутри кубка Арены Ярости. Взять его сможет только Экзекутор. Ссылка прилагается»

— Твою же маму, ещё одна арена? — простонал Кирилл.

— Ага. И что немаловажно – этот человек знает, что ты «Экзекутор», — поднял вверх палец Андрей.

— А это значит, что…

— Только пять человек знают твою кличку. Двое из клана, наш мудрый босс, я и…

— И профессор, — поморщился Кирилл.

— Да, и профессор.

— А нет, я открылся ещё Вротмнетотему… Но вряд ли пацан способен на такое. Похоже, что нас приглашает сам основатель клана «Дети Ночи».

— Ага, вот только адресок внутри жесткой месиловки и добыть его будет нелегко.

— Что это за хрень такая? Очередная бойня, типа «Арены Смерти»?

Андрей усмехнулся и начал рассказывать. Рассказывал он, как всегда, с пафосом и преувеличениями.

Если можно подобрать синоним к фразе "адски хреново", то лучшим станет "Арена Ярости".

Если ты забитый персонаж и тебе до колик в виртуальных печенках надоело прозябать на задворках цифрового мира, то ты можешь попытаться победить на "Арене Ярости", чтобы войти в число немногочисленных счастливчиков, которые быстро переходят на новый уровень.

Набрать половину очков до перехода в другую лигу и рискнуть! Решающий прыжок из Медной Лиги в Серебряную. Вот только другие игроки тоже хотят так сделать, и их количество не уменьшается.

Еженедельные схватки с неожиданными врагами. Тайна об участниках хранится вплоть до удара гонга. Оружие у всех одинаковое, показатели снижены или подняты до среднего уровня, характеристики примерно у всех равны – бойцы вступают в бой на похожих условиях. И только самый опытный, жестокий и хитрый останется стоять, когда остальные будут распадаться на байты.

Каждый раз новая площадка для сражений, каждый раз новые участники, каждый раз должен остаться только один. Компьютерный мир богат на отчаянных ребят и поэтому "Арена" никогда не простаивала. И теперь пришел черед Экзекутора выйти под жадные взгляды зрителей, чтобы с победой вернуться... или быть стертым навсегда.

Третьестепенные персонажи игр забываются сразу, как только выпадают из поля зрения геймеров. Они всегда будут на задворках Вселенной, если не погрузятся в фарм или не рискнут и не пройдут смертельное побоище. Поэтому на «Арене Ярости» рубятся от души.

Андрей заметил, как Кирилл во все глаза уставился на экран. Он даже не слышал об «Арене», максимум, что он видел из подобного, была игра «Quake», та самая, с рождением которой возникло понятие киберспорт. Но если там самым слабым оружием является пулемет, а самым сильным BFG-10K, то на «Арене» всё оружие усреднено. И на любой карте присутствует один очень нехороший дебаф…

— Андрей, а если я не выберусь?

— Кирилл, я верю в тебя. Но если не выберешься, то я подарю тому математику несколько сортов приготовления самогона, и мы до скончания века будем упиваться дешевым пойлом. Я даже буду иногда по тебе скорбеть, — хмыкнул Андрей.

Старик терпеливо ждал ответа Кирилла. Его хитрый прищур не предвещал ничего хорошего. Но отступать некуда, если есть зацепка, то надо её использовать.

Кирилл выдохнул и занял своё место на крестовине Вселенной. Так хотелось ещё немного потянуться и поболтать с Андреем, но работа есть работа.

— Кидай задание, — буркнул Кирилл, и перед глазами тут же развернулся небольшой экранчик.

Погружение прошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1…

Путь до захолустья Вселенной промчался быстро, и вскоре Экзекутор ступил на постапокалиптическую площадку. Железный мусор, различные остовы машин и шныряющие везде крысы. Экзекутор усмехнулся – надо будет сюда наведаться как-нибудь.

Перед ним из воздуха возникла небольшая дверь. Стоило коснуться ручки, как возникла надпись:

Получено задание: победить на «Арене Ярости»

Принять? Да/Нет

Кирилл принял задание.

Переход был недолгим, и он очутился на округлой площадке, метр на метр. Перед ним раскинулась локация Арены Ярости – четырехэтажное строение готического замка, с дырявыми, как швейцарский сыр, стенами, лестницами и прыжковыми платформами. Сама стена, на которой крепилась его площадка и площадки других игроков, напоминала внутреннюю поверхность бокала для мартини – ровный скат, чтобы при старте битвы все двадцать существ покатились вниз, в локацию.

Над краем стены ввысь уходили скамейки амфитеатра, на которых бесновалась различная компьютерная публика, все те, кто не задействован сейчас в играх и может позволить себе полюбоваться на последние судороги стираемых.

Огромные экраны над ареной уходили вверх и терялись где-то в цифровом небе. Сколько было зрителей? Миллион? Миллиард? Этого не знали даже сами устроители.

Где-то за непрозрачной стеной сейчас находился Андрей. Не было сомнений, что он во все глаза пялился на экран – ещё бы, такой бонус вряд ли где увидишь.

Экзекутор стоял на площадке в легкой броне, в мускулистом теле орка, а в руках у него оказался… всего лишь топор. Странно, для начала игры, в которой преобладает магия и огнестрельное оружие. Показатели скорости, силы, ловкости и выносливости снижены. Остался только опыт. Что же, слава Великому Уравнителю, что этого у него не отняли. Экзекутор прикинул, что этот показатель не даст ему погибнуть на Арене хотя бы первые десять секунд.

— Дружище, тебя зовут Токави из «WorldofWarcraft», эта Битва Великих Воинов дожидалась только тебя, — раздался в ухе голос с характерным американским акцентом. — Не подведи и покажи красивую резню.

—Что за Битва Великих Воинов?

— Собрались самые отменные бойцы для выяснения своей крутизны, амиго. Не хватало одного, для полного комплекта и тут появился ты. Это подарок Санта Муэрте, поэтому выложись на все триста процентов, амиго.

— А оружие? Где оружие? — спросил Экзекутор у неизвестного голоса.

— Это сражение профессионалов, которым не нужны огнестрелы. Все сражаются холодным оружием, амиго, а также убрано пополнение хп, убраны арморы. Оставлен только главный дебаф, чтобы никому не пришло в голову отсиживаться. Сплошная аркада, амиго, сплошной драйв!

— Что за хрень?

— Удачи, амиго! И покажи хороший бой!

Перед участниками и зрителями возник огромный лепрекон Аенгус – ведущий и комментатор сражений. Маленьким он бы выглядел забавным симпатяжкой, а величиной с заводскую трубу он внушал ужас.

— Дорогие друзья, мы все сегодня собрались на Битву Великих Воинов. Такого ещё не было никогда на нашей Арене Ярости! Это эпохальное событие и его нужно встретить подобающими овациями.

Экзекутору показалось, что сейчас и локация, и стены, и трибуны рухнут от поднявшегося воя, ора, топота и выкриков. Будто на Арене кричал каждый камешек, каждая цифра вопила от восторга. Каждый байт ждал крови и смерти.

— И это хорошо, друзья! Давайте же каждую смерть встретим подобным выражением восторга, а победителя усиленным во сто крат ревом! Согласны?

Снова вой, ор и топот.

— Правила Арены просты – убей, чтобы выжить. Каждому участнику дается три жизни, и если он их потеряет, то будет стерт навсегда из компьютерной памяти, а если выиграет, то получит Амфору Бессмертных Героев. Как всегда, на участников будет наложен дебаф отравление, не дающий отсиживаться в кустах, пока другие убивают друг друга. Приостановить дебаф можно только смертью другого участника. Всё, иных правил нет! Итак, начнем отсчет. Раз!

— Два! — взревели зрители.

— Три! — выкрикнул лепрекон. — Да начнется Битва.

Площадки быстро втянулись в стену, и все двадцать участников покатились к локации.

Над Экзекутором тут же загорелось две шкалы и три молнии. Здоровье, броня и три жизни.

Бетонная ровная стена понесла его вниз, а перед глазами мелькнуло предупреждение:

Внимание! На вас наложено заклинание отравления. Каждую секунду вы теряете одну единицу здоровья. Пополнить шкалу здоровья можно при убийстве другого участника. Ловите сферы душ.

Здоровье: 499/500

Здоровье: 498/500

Таймер смерти начал свой отсчет. Кирилл докатился до выемки в стене, где светился желтый круг. Ага, значит, это точка респауна и при возможной смерти он воскреснет здесь. Хреновое место для воскрешения – стены в царапинах и сколах, на полу зеленоватая бурда, словно кого-то стошнило сожранными жабами.

Внимание! Старт игры!

Здоровье: 490/500

Передняя стена разделилась на две половинки, и они разъехались в стороны, как дверцы лифта. Время становится драгоценным ресурсом на этой арене, поэтому терять его – непозволительная роскошь.

Экзекутор выскочил наружу со скоростью выпущенной из арбалета стрелы. Моментальный осмотр территории: третий этаж, в центре зала провал, справа и слева проемы.

Экзекутор рванул влево, где виднелись ступени лестницы. На арену первого этажа уже выскочили двое, один из игры «Ninja Blade», вроде бы его звали Кеном, а второго Экзекутор знал по имени Райден из «Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty». Ниндзя был с мечом, а в руках агента поблескивал нож. Экзекутор вряд ли бы поставил на Райдена…

Выступ проема скрыл от него пару игроков, со стороны которой уже донесся металлический лязг. Экзекутор вылетел на лестницу и помчался вниз, перемахивая через три ступени.

Лестничный марш обрывался на втором этаже арматурными прутьями и разбитые блоки снизу щерились приветливыми кольями. Прыгнуть между ними и не нанизаться на случайный прут было подобно крупному выигрышу в онлайн-казино, поэтому Экзекутор рванул в сторону и тут на него вывалился Байсон из игры «Street Fighter».

Только реакция и опыт спасли Экзекутора от фирменных «ножниц» Байсона. Кирилл вжался в стену и тело в красном плаще пронеслось мимо. Удар топором не получился из-за его металлических наплечников. Раздался лязг и лезвие скользнуло мимо, а Байсон вскочил и сложил руки на груди. Из наручей выскочили клинки в две ладони длиной.

Здоровье: 472/500

Здоровье Байсона тоже таяло, поэтому игроки не стали рассказывать друг другу последние новости. Клинок просвистел у Экзекутора возле уха, когда персонаж в красном плаще кинулся в атаку. Второй должен был вонзиться в висок.

Отклонение и присед спасли на этот раз, но такие удары нельзя оставлять без ответа. Контратака прошла успешно и лезвие топора вырвало вместе с фонтаном пиксельной крови двести единиц здоровья.

Байсон взревел, отшатнулся и попытался напрыгнуть сверху. Экзекутор видел подобные броски раньше, поэтому перекат и удар с разворота по ребрам лишили Байсона ещё сотни единиц. Он оказался тоже непрост. Мостик назад и выкинутые клинки пришлись Экзекутору как раз под ключицы.

Вам нанесено повреждение – 150

Здоровье: 312/500

Твою же дивизию! Устроители включили имитацию боли!

Резкие прострелы судорог заставили тело выгнуться назад. А когда Байсон выдернул клинки, то вслед цвиркнули две струйки крови, унесшие ещё десяток единиц. Противник развернулся, присел и рубанул по ногам Экзекутора. Он успел отпрыгнуть, а вот Байсон от опускающегося топора – нет.

Байсон взревел диким кабаном и растворился, а на его месте возник голубоватая сфера, которая тут же рванулась к Экзекутору и растворилась на теле. Экзекутор получил прилив сил, сопоставимый с тем ощущением, словно полумертвый от жажды припал к холодному источнику.

На вашем счету 1 фраг

Здоровье: 451/500

Экзекутор покрепче перехватил топор и бросился дальше. Следующим противником оказался Скетч Тёрнер из «Comix Zone». Его желтый хвостик вскоре окрасился в красный цвет, хотя он своей саблей успел снять половину здоровья.

Экзекутор добавил в копилку ещё трех фрагов, когда в спину ударил длинный меч Нодати Сефирота из «Final Fantasy». Этот белобрысый засранец подкрался как раз в тот момент, когда голубая сфера последнего фрага ещё не успела коснуться порядком пробитой брони.

Внимание! Вы умерли!

Происходит перерождение.

Здоровье:500/500

А вот теперь Экзекутор разозлился. Если его и и били, то в спину пока ещё не прилетало ни разу. Это подло и низко! Надо обязательно взять на вооружение.

Дальше всё стало напоминать игру «Doom». Экзекутор бегал с топором, как кот с наскипидаренным задом. Напоминалки об убитых фрагах сыпались одна за другим. Здоровье то убывало при ударах противников, то прибывало при их смертях.

Фиксировать, фиксировать, фиксировать. Экзекутор смотрел на тех, на других и фиксировал смерти. Вот упал тот, вот другой. Их всех запомнить и поместить смерти каждого в отдельную ячейку. На каждого участника – своя ячейка…

Неожиданно для всех прозвучал выстрел из пистолета. Если Экзекутор не ошибся, то из «Макарова». Все участники остолбенели – откуда на Арене огнестрельное оружие?

Но этот выстрел оказался сигналом об окончательной смерти. Самым первым стертым стал агент Райден. Мальчишке не повезло два раза встать на пути ниндзя, и тот хладнокровно расправился с противником.

В небе над площадью возник квадрат, в который устремились пиксели из лежащего на окровавленной арене фигуры Райдена. Вскоре там собралась фотография мужчины с черной лентой на уголке. Сам участник покинул компьютерный мир. Навсегда в этом теле. Теперь ему придется начинать всё заново.

Экзекутор переглянулся с Кано из «Mortal Kombat» и пожал плечами. Одноглазый тоже кивнул и поднял мачете. Битва с ним заняла каких-то двадцать секунд и отняла сотню здоровья. Экзекутор мельком глянул на характеристики, которые возникли после растворения в теле голубоватой сферы.

На вашем счету 14 фрагов

Здоровье: 251/500

Что же, ещё можно сражаться. И тут краем глаза Экзекутор зацепил вспышку сферы слева от себя. Над уносящимся вверх Рашем из «Battletoads» склонился Байсон. Его спина была как на ладони, и Экзекутор воспользовался приемом Сефирота, то есть ударил в спину. Топор крутнулся в воздухе и со смачным хрустом вошел в красную ткань.

Байсон удивленно оглянулся, но было уже поздно – в небе вновь возник квадрат и пиксели стремительно полетели вверх. Прозвучал очередной пистолетный выстрел. Экзекутору же достались обе голубоватые сферы и шкала здоровья оказалась почти полной.

Выстрелы начали звучать один за другим и вскоре в небе уже светились пятнадцать фотографий. Пять наиболее опытных участников затаились было в ожидании смертей, но невозможность увидеть шкалу другого участника подталкивала к центру, и Экзекутор решился.

Он выскочил в центр первого этажа и вскинул руку:

– Участники! Я вызываю вас на бой! Не стоит прятаться и ждать, пока здоровье другого уменьшится! Придите и мы вместе призовем честную смерть, которая выберет себе спутников! У нас у всех осталось по последней жизни, так давайте же проживем её весело!

Его слова поддержали зрители и от воя заложило уши. На зов вышел Кано, Сефирот, Кен и Нина Уильямс. Очень опасные противники, если дожили до этого момента.

– Три, два, один! Драйв! – раздался голос лепрекона, и рубка началась.

Самое основное, что нужно было сделать в эти мгновения, это сохранить спокойствие. Как бы Экзекутор не был зол на Сефирота, он должен думать ясной головой и тогда…

Кен ударил первым. Сефирот присел, а его длинный меч полоснул по ноге ниндзя. Нина же махнула мечом в сторону Кано, но тот с легкостью отбил мачете. В следующий миг блондинка прыгнула ко Экзекутору.

Ясный ум и спокойствие…

Два удара мечом удалось блокировать, а вот апперкота левой рукой избежать «не удалось». Подбородок тут же взорвался болью, и Экзекутор невольно запрокинул голову. В следующий миг по горлу прошлась холодная сталь и на возврате разделила шею на две равные половинки.

Внимание! Вы умерли!

Происходит перерождение.

Здоровье:500/500

Всё вышло так, как и задумал Экзекутор. Военную хитрость ещё никто не отменял, а уж в подлости и коварстве можно было упрекнуть каждого. Участники не заметили, что для Экзекутора это не последняя жизнь и что он не улетел вверх.

Когда Экзекутор вышел из точки возрождения, то на арене остались Кано и Сефирот. Оба окровавленные, оба тяжело дышали. Видно, что даже пополнения здоровья мало им помогли. В небе уже заполнялись фотографии Нины и Кена.

Кано бросился вперед, подставляя под удар меча наручи и замахиваясь мачете. Сефирот изогнулся в невероятный прогиб, словно в его теле вовсе не было костей и почти уклонился от острого клинка. Кончик мачете всё-таки вспорол ткань и заставил белобрысого сморщиться от боли. Он тут же контратаковал и осыпал одноглазого градом ударов. Кано так и не смог остановить нападение и вскоре на его месте возникла сфера.

— Я победил! Я выиграл Арену Ярости!!!

Сефирот вскинул руку с мечом над головой в победном жесте, но зрители не торопились взрываться приветственными криками. Ещё бы, зрители видели то, чего не видел Сефирот – Экзекутора с занесенным топором.

Ясный ум и спокойствие…

В следующий миг топор полетел вниз. Это был реальный шанс, и Экзекутор не хотел его упускать.

Голубоватая сфера не успела коснуться Сефирота. Всё произошло также, как и с Байсоном – топор вошел ровно между лопатками. Белокурый засранец вскинулся и повернулся ко Экзекутору, на что тот приветственно помахал рукой.

У Экзекутора не было к игроку вражды. Уже не было.

Лицо Сефирота распалось на мелкие пиксели и, вместе с остальным телом, устремилось вверх, в фотографию. На Экзекутора почему-то накатила страшная усталость, словно он сначала и до конца прошел игру на уровне «Hard».

– Битва закончена! Победителем Арены Ярости стал орк Токави! Аплодисменты Великому Воину!!! – прогремел голос лепрекона и вой зрителей на этот раз не знал границ.

Экзекутор же устало помахал. Он видел, как фотографии девятнадцати игроков распались на пиксели, закружились, а потом соединились в большой, красивый кубок.

Кубок подлетел к Экзекутору, а тот коснулся его блестящего бока.

Тут же выскочила табличка:

Задание пройдено: победить на «Арене Ярости»

Получен приз «Кубок Ярости»

Экзекутор снял крышку и внутри увидел надпись:

Миллионная улица дом 13 квартира 12

Миллионная улица дом 13 квартира 12

Миллионная улица дом 13 квартира 12

18

«Мир не просто существует, он еще и наполнен тайной» Освальд Шпенглер

На следующий день выглянуло такое редкое для Петербурга солнышко. Бабье лето уже собиралось покинуть северную столицу и словно улыбалось на прощание. Впереди ожидался приход полчищ стальных туч, колючего ветра и суровых будней.

Петербуржцы высыпали на улицы, чтобы порадоваться теплым лучам, поглазеть на разноцветные опадающие листья, прогуляться по набережным. Как двести лет назад гуляли представители литературы и искусств, так и сейчас гуляют.

На другой стороне Невы сияли шпили и кресты Петропавловской крепости. С воды шел запах прелой листвы. Прохожие не обращали никакого внимания на двух людей, которые шли по Дворцовой набережной и о чем-то тихо спорили между собой. И не было никого, кто хотел бы прислушаться к их словам. Прохожие наслаждались прогулкой и теплыми солнечными лучами.

— А я тебе говорю, что расшифровал этот код, — говорил старик. — Это сродни тому глюку, который использую я, но он гораздо эффективнее. Пока ты нагло дрых, я успел протестить систему, смоделировать с десяток ситуаций и прогнать через себя. И знаешь что? Я удивляюсь – как тебя ещё не убили?

— Что, такой суровый код? — буркнул молодой человек.

— Не то слово, код не просто суровый – он потрясающий! Я не знаю, какой программист его создал, но хотел бы познакомиться с ним. Кстати, ты готовься – я выделил некоторые компоненты этого кода и сегодня вечером применю их к тебе.

— А почему не утром? Я бы сейчас стал ещё быстрее, ещё сильнее и вообще бы курился, как завзятый кальянщик…

— Потому что твоим мышцам нужно будет перестроиться. Это займет минимум ночь. Если бы добавил с утра, то тебя сейчас так бы закорежило, что не смог бы ни вздохнуть, ни пернуть.

— Ага, а ночью я бы…

— Ну, я уже успел привыкнуть к твоим ночным звукам, — с хитринкой улыбнулся Андрей.

— Эй, хватит. Я не храплю по ночам.

— А я и не говорил, что храпишь.

Андрей заложил руки за спину и ускорил шаг. Кирилл не стал его догонять, чтобы не смотреть на улыбающуюся рожу. Сейчас они шли по адресу, который он обнаружил на дне Кубка Ярости.

Таксист довез их до Троицкого моста, а дальше припарковался к бордюру и высадил. Андрей довел-таки мужчину своими придирками о том, что «тут надо поддать газку, а тут надо было остановиться перед пешеходами, а тут вообще запрещено движение с такой скоростью». Таксист, пожилой кавказец, долго терпел, но всякому терпению приходит конец. Андрей же в отместку незаметно продырявил задние сиденья. В трех местах.

Кирилл шел за стариком и подставлял лицо ветерку. Он ещё помнил, как они с женой Людмилой три года назад взяли и махнули гулять по Санкт-Петербургу. Гуляли по набережной, любовались разводами мостов. Казалось, что это было очень давно, в прошлой жизни, в той, в которой не было места убийствам и смертям.

Кирилл грустно усмехнулся. Они могли бы и сейчас гулять, если бы не вмешательство Вселенной «L.i.L», которое внесло свои коррективы. Перед глазами мелькнуло лицо лежащей на асфальте Людмилы. Свои кровавые коррективы…

— Похоже, что нам сюда! — окликнул Кирилл Андрея.

Налево сворачивал Мраморный переулок. Андрей оглянулся и кивнул. Похоже, что андроид о чем-то своём задумался, если у него не сработал внутренний навигатор.

— Ты чего там придумал? — спросил Кирилл.

— Да пока ничего. Просто засмотрелся на воду, — пожал плечами старик.

— Романтизмом душу наполнил? Не распускайся, а то можешь проиграть.

— Всё бы тебе только игры, — вздохнул Андрей.

— Что-то случилось?

— Да всё нормально. Просто вспомнил про жизнь до Вселенной… Мы же с Маринкой гуляли неподалеку…

Кирилл взглянул на старика – не издевается ли? Андрей сохранял вполне серьезное выражение лица.

— Я тоже с женой… И тоже об этом же подумал.

— Ладно, не будем расслабляться, а то Петербург своей красотой весь настрой на дело перебьет.

— Согласен. Расслабляться нельзя. Кстати, ты выяснил по своим каналам, кто живет в той квартире?

— Никто не живет. Квартира продается. Продается дорого, поэтому покупателей мало. Но, так как владельца квартиры, Карнаухова Михаила Семеновича, этот вопрос мало волнует, то квартира простаивает. Он достаточно зарабатывает, чтобы платить за неё и не снижать стоимость. Квартира досталась от бабушки, уже пять лет как стоит пустой.

— И что?

— И всё, — пожал плечами старик. — Нас или поджидает ловушка, или же встретит хлебом-солью сам владелец квартиры. Третьего варианта я пока не наблюдаю.

Кирилл кивнул. Они молча добрались до трехэтажного здания, выкрашенного в оттенки шпинатного супа. Поднявшись на третий этаж по широкой лестнице, остановились возле массивной двери с цифрой «12» на табличке.

— И даже взламывать не придется, — Кирилл кивнул на щель между дверью и косяком.

— Мне тоже кажется, что нас ждут, — кивнул в ответ Андрей.

В квартире пахло затхлыми тряпками и старыми вещами. Запахи покинутой квартиры ни с чем не спутаешь. Кирилл осторожно прошел узкую прихожую и очутился в большой гостиной. Андрей шагал следом и прикрывал от возможных ударов сзади.

В гостиной перед ними оказался большой стол, укрытый скатертью с бахромой. На столе лежали четыре папки. Дальше располагался широкий диван, и уже на покрытой простыней поверхности сидел затянутый в черную ткань человек. На лице была грозная маска самурая. Шкафы, полные книг за пыльными стеклами, пара кресел и старинный телевизор «Рубин» завершали картину питерской гостиной.

— Здравствуйте? — спросил Кирилл.

— Добрый день, — ответил низкий грудной голос из-под маски. — Вы можете ознакомиться с делами.

Кирилл хмыкнул, оглядел странного человека. Широкие плечи, проглядывают бугры мышц сквозь ткань, если судить по росту, то вряд ли ниже Кирилла. Если сейчас кинуться и сорвать маску, то успеет ли он? А если перейти в виртуальную реальность?

— Кирилл, ты бы придвинул кресла, а то так и придется стоять, — сказал Андрей, коснувшись плеча Кирилла.

Два кресла встали возле стола. Как раз напротив дивана. Получалась своеобразная встреча за чаем с булочками и малиновым вареньем. Вот только ни чая, ни булочек на столе не было. Да и вряд ли предвидятся.

На каждой папке было написано имя и фамилия. Кирилл быстро пробежал взглядом по знакомым фамилиям: Сонмин, Лазарев, Курилова, Волкова. Четыре человека из клана «Двоечники».

— Кто вы и почему их преследуете? — спросил Андрей.

— Взгляните, — ответил человек и показал на лежащие документы.

Кирилл подтянул к себе папку с фамилией Волкова, открыл. Там была информация по поводу погибшей учительницы английского языка, её привычки, её увлечения. Всё это занимало два листа компьютерной распечатки. Следом шли фотографии незнакомой девочки. Досье на Светлану Трофимову. Телефонные распечатки, фотографии Волковой с неизвестным крупным мужчиной. Заключение о смерти Светланы Трофимовой. Самоубийство.

— И что? — пожал плечами Кирилл. — Это всего лишь стандартная бытовая ситуация. Люди расстаются, сходятся, снова разбегаются. Это не повод, чтобы убивать училку.

Ему почему-то захотелось зевнуть. Он глубоко вздохнул, напряг мышцы тела и медленно выпустил воздух из легких, расслабился. Сейчас не время для зевания. Надо быть настороже рядом с тем, кто легко может победить серафима.

— Это было сделано осознанно, Волкова знала, на что шла. Она специально расшатывала нервы ученицы и подталкивала ту к самоубийству, — прежним ровным голосом ответил человек.

— Тогда надо было отдать её под суд, а не заниматься линчеванием, — ответил Кирилл.

Андрей молчал. Он рассматривал сидящего перед ними человека с тем интересом, с каким энтомолог изучает редкую бабочку. Кирилл пару раз кинул на него взгляд и понял, что андроид вряд ли вступит в беседу. Скорее всего придется разговаривать Кириллу.

— Волкова получила своё, — ровным голосом ответил человек. — Можете передать Сонмину, что он будет следующим.

— А математик-то чем виноват? Или он тоже у кого-то отбил мужа? — хмыкнул Кирилл.

— Всё перед вами, — фигура снова подняла руку и ткнула в папку с документами.

Кирилл прикинул, что если сейчас прыгнет, то сможет вцепиться в руку, заломать её и приложить незнакомца маской о стол. А там вступит в дело Андрей и…

— Вам лучше не раздувать ноздри, — сказал человек. — Они выдают ваши намерения.

Кирилл взглянул на Андрея, тот в ответ пожал плечами.

Неужели ноздри раздуваются? Кирилл вроде всегда контролировал свои эмоции. Он шмыгнул носом и снова почувствовал сонливость. Прежнее упражнение не помогло, странная слабость сковывала руки. На мыслях словно возник сизый туман и из-за него не хватало ясности, для выражения чувств.

Кирилл встряхнулся. Вроде в голове стало чуть менее туманно.

— А ты шутник, как я погляжу. Сними-ка маску и посмотрим на рыльце шутника? Или боишься?

— Нет, не боюсь. Не понимаю – чем это может помочь? — пожал плечами неизвестный.

— Может, — буркнул Кирилл и встал.

Его чуть пошатнуло. Он с удивлением посмотрел на ноги – что это?

— Зачем вы встали? Если хотите включить телевизор, то он не работает, — склонил голову на плечо незнакомец.

— Кто ты? — проговорил Кирилл.

По телу кралась какая-то странная слабость. Словно поднималась температура и вот-вот должно подняться давление до шума в ушах.

Кирилл попытался сделать шаг. Нога чуть дальше согнулась в колене, чем предполагалось. Кириллу пришлось опереться на стол. Перед глазами возникла мутная пленка, какая бывает по утрам после пробуждения.

Моргание прогнало пленку, но в ушах появился противный звенящий звук. Кирилл удивленно оглянулся. Андрей сидел, как ни в чем не бывало и смотрел на незнакомца.

— Вероятно, вам лучше присесть, — сказал незнакомец. — Вы очень интересные люди, и я бы хотел больше узнать о вас…

— Скажите, а как вам удается проникать в игровых боссов? — подал голос Андрей.

Старческий голос дрожал, как будто связки расслабились и с трудом воспроизводили звук. Веки поднимались гораздо медленнее, чем обычно. Кирилл мог поклясться, что Андрей засыпает…

Но Андрей же никогда не спит!

— Это оказалось очень просто. Поведение боссов это всего лишь моделирование искусственного интеллекта под определенный момент действия Вселенной. Когда вы вставляете свой программный код в этот определённый момент, то искин думает, что уже делал раньше поведенческую линию для аналогичной ситуации и оставляет босса в покое. Но вы не можете повлиять на босса, только задействовать его голос. Влияние находится в разработке…

— Но это невозможно сделать, если у вас нет доступа к кодам Вселенной, — проговорил слабым голосом Андрей.

— У нас есть доступ.

Кирилл мог поклясться, что собеседник сейчас под маской улыбается. Ещё два шага и он будет возле черного человек. Вот только как оторвать ладонь от стола? Шатало сильнее, сердце стучало так, как будто хотело выпрыгнуть из груди. В глазах туман уже не смаргивался.

Что это? Перенапряжение после вчерашнего боя?

— Откуда же у вас доступ? Он только у людей, которые создавали Вселенную, — сквозь вату в ушах донесся голос Андрея.

Кирилл попытался шагнуть, но тренированное тело стало таким скованным, как будто проталкивался сквозь толщу желе. Колено подогнулось. Кириллу удалось удержать равновесие, и он застыл в коленопреклонённой позе, как будто собирался пройти посвящение в рыцари. Он упрямо сжал челюсти и сумел выпрямиться.

— У нас есть доступ. Что же, господа, думаю, что на этом ваши вопросы закончатся, а мне пора идти. Приятно было с вами познакомиться. Даже жаль, что придется вас убить… — произнес незнакомец.

— И ты… ты не расскажешь, кто ты есть? — голова Андрея упорно клонилась к столу.

— Нет, я и так оставил вам дела. Вы будете знать, почему умрут эти люди. Не вините наш клан – мы всего лишь санитары виртуального и реального мира. Зуб за зуб, глаз за глаз.

— А доброе дело за доброе дело! Я кролик Крош, прошедший сквозь огонь и воду. По классу – воин, по жизни разбойник, с девками клирик, с братками мечник, с мусорами нищий… Или ты думаешь, что усыпляющий газ подействует на меня? — поднялся Андрей.

Кирилл сквозь мутную пелену в глазах видел, как мужчина в черном костюме одним движением вскочил с дивана и метнулся к окну. Следом промчалась серая тень. Звон разбитого стекла резанул по барабанным перепонкам, а потом в комнату ворвался птичий щебет с улицы.

Тени пропали. Кирилл остался в квартире один. Он шагнул в сторону выхода, но не смог справиться с деревянным телом и рухнул ничком. Он уже спал, когда лицо жестко ударилось о порог.

Андрей же спать не собирался. Он последовал за фигурой в черном и еле успел перехватиться за край крыши, когда вылетел наружу. Пальцы скользнули по нагретому железу, но ноги уже нашли опору и толкнули тело вверх.

Если бы кто сейчас поднял голову, то увидел бы редкий акробатический трюк – старик выпрыгнул из окна и в два приема залез на крышу. Человек в черном справился за один прием. Маска словно делала это каждое утро, вместо зарядки.

— Стой, придурок! Стой, а то хуже будет! — крикнул в спину убегающему Андрей.

Человек в черном на бегу показал выставленный средний палец и припустил быстрее по железным крышам. Он двигался на умопомрачающей скорости, едва касаясь носками нагретого железа.

— Вот никогда не останавливаются, — пробурчал Андрей.

Ноги понесли андроида следом с такой же скоростью, с какой двигался человек в черном, а может быть даже быстрее. Бегущий старик тоже не издавал шума, перепрыгивая через перекрытия. Он двигался легко и невесомо, как влекомый ветром пластиковый пакет.

Человек в черном обернулся, взмахнул рукой. Андрей вытянулся в струнку, как киношный Супермен в полете. Мимо него пролетели три небольших сюрикена. Андрей мягко приземлился и, не сбавляя скорости, помчался за незнакомцем.

Человек перемахнул через Мошков переулок. Помчался дальше и взлетел в несколько прыжков на стену высокого здания.

Андрей не отставал. Если бы он знал, что недавно также Кирилл бегал по другим крышам, то не вольно усмехнулся бы. Перелет через Мошков переулок был рассчитан вплоть до мельчайших подробностей. Старик в сером костюме легко перепорхнул через улицу и последовал за мужчиной в черном. Только встревоженные голуби взлетели, возмущенно курлыкая, когда люди помешали их блаженному отдыху на солнце.

Андрей на бегу подхватил кусок кирпича и метнул в спину человека в черном. Острый край резанул по щиколотке человека и тот споткнулся. На лице Андрея невольно появилась улыбка. Впрочем, улыбка пропала сразу же, как только человек в черном перекатился и снова побежал по крыше.

На железе остались несколько пятен крови. Человек в черном запрыгнул на крышу Зимнего Дворца Петра Первого и ускорился. Андрей рванул за ним, но человек добежал до края здания и рыбкой нырнул в Зимнюю Канавку.

Когда Андрей добежал до края Зимнего Дворца, то только круги расходились по темной воде. Человека в черном нигде не было видно. Андрей нахмурился и поспешил вернуться к Кириллу. По пути он не забыл взять кровь на анализ – носовой платок с несколькими каплями лег в карман.

Незнакомцу удалось ускользнуть… Это плохо, но зато известна следующая жертва. А эти понторезы, «Дети Ночи» не убивали без предупреждения. Значит, сначала должно пройти предупреждение для математика, а уже потом…

Андрей легко запрыгнул в комнату тем же путем, каким и выскочил наружу. Кирилл лежал лицом к порогу, возле головы растеклась небольшая лужица крови. Старик тут же подскочил к напарнику и перевернул его на спину. К счастью, из повреждений была только рассеченная бровь.

Одним шрамом больше, одним меньше – рассудил Андрей, перевязывая напарника оторванной от простыни полосой. Зарином в комнате уже не пахло. Скорее всего, воздушные массы выветрили газ из документов на столе.

Андрей сразу же почувствовал неладное, когда зашли в комнату, но консистенция газа была на бумаге незначительна – она должна была только усыпить людей. Незнакомец просто не знал, что один из гостей не человек.

Андрей легко подтащил Кирилла к окну, сбрызнул лицо водой и похлопал по щекам. Кирилл с трудом открыл воспаленные глаза.

— Ну что, болезный, будешь ещё бухаться в обморок? — ехидно спросил старик.

— А что это со мной? — Кирилл огляделся, дотронулся до повязки на голове.

— Ничего серьезного. Давай, приходи в себя и пошли домой. Нам ещё надо с кодом разобраться и взять под охрану математика.

— А где этот? — Кирилл мотнул головой на диван, где недавно сидел человек в маске.

— За пивом пошел. Ну, тебе пиво нельзя, а я не хочу. Поэтому пошли домой. Он просил не дожидаться.

— А дела? — Кирилл перевел взгляд на стол.

— А их мы заберем с собой. Я чуточку с ними поколдую и можно будет брать без опаски. Давай вставай! Хватит валяться! – сдвинул брови Андрей и потянул Кирилла за руку.

19

«Я не могу стрелять, когда под руку говорят!»

М. А. Булгаков

Григорий Сидорович Сонмин слышал перезвон телефона, но ответить на него сейчас означало провал операции. А к этому перевалочному пункту он шел долгие два часа. Зависать в неподвижности в нескольких шагах от вражеской базы вряд ли было умно.

Телефон отзвенел и смолк. Григорий Сидорович, а в виртуальной реальности Парарельс, усмехнулся. В этот раз во Вселенную он отправился один. Без клана. Нужно было многое обдумать и всё взвесить. А что является лучшим для мыслительного процесса, как не механические действия?

Сейчас на нем одет не костюм старого мага, а боевое снаряжение бойца спецподразделения «Драконы». Операция «Песчаный ветер» проходила на далеко отброшенном от основного скопления планет участке Вселенной.

Почему-то это место не было популярным среди пользователей. Скорее, оно подходило для одиночных проходов, чтобы можно было почувствовать себя крутым десантником, убивающим людей с двух рук. Да-да, именно людей. Тут не было магии, как таковой, условия приближены к реальности.

И необходимо отключить все сомнения, оставить только ненависть к врагу!

Учитель математики пытался вызвать двух новых участников клана, но те были недоступны. Тургрита сказалась больной. Ну да, эту слабохарактерную бабу подкосили сообщения о смерти. Однако, если им выдали ключ для вхождения в Серебряную лигу, то грех было от него отказываться.

Да и что может случиться на самом краю Вселенной?

Парарельс крался по желто-серым переулкам арабских улиц. Ветер играл с мелким песком, закручивая его в мелкие подобия торнадо.

Трещины на грязных стенах призваны нагнетать тоску. Мусор под ногами то и дело подсовывал газеты с кричащими названиями: «Сотое убийство неуловимого маньяка», «Кишки на фонарном столбе принадлежали мэру», «В городе введен комендантский час из-за собак-людоедов».

Подобные веселые названия должны были вызывать у игроков чувство страха и леденящего ужаса, но Паралельс их уже видел, и теперь воспринимал как надоедливые рекламные листовки.

Цель его прибытия одна – пробиться на край полуразрушенного города, и, чтобы её добиться, придется много драться. Всё-таки хорошо, что тумаками и оплеухами здесь норовит угостить каждый второй. Уровень без огнестрельного оружия – всё-таки город…

— Эй, приятель, ты не заблудился? Табаком не угостишь? — донесся из-за угла сиплый голос. — Костюм у тебя какой-то странный. Ты в войнушку играешь?

Вот как раз появились и кандидаты на создание криков о помощи, а также стонов и хруста костей. Пять мужчин с самыми гнусными рожами вышли на небольшой пятачок. Одежда явно привыкла к сливным канавам, а щетина мужчин шла под стать одежде. В свете яркого солнца блеснули ножи.

Ну что же, джентльмены, потанцуем!

— Я не курю и вам не рекомендую, — ответил Парарельс, перемещаясь так, чтобы свет от солнца бил противникам в лицо.

Так лучше виден каждый враг. По своему заведенному обычаю группа рассыпалась полукругом. С одной стороны – верная тактика, тогда у Парарельса будет меньше шансов убежать, а с другой стороны в корне неправильно. И дальнейшее развитие событий это подтвердило.

— Тогда одолжи нам деньжат, а мы отравимся за твое здоровье, — снова сказал обладатель сиплого голоса.

Ага, это заводила. Главарь, невысокий тип с соломенными волосами, держится чуть позади и готов координировать действия кодлы. Что же, надо внести сумятицу в их ряды. Первым всегда нападал амбал в заляпанной майке, а уже после подтягивались другие, чтобы хорошенько попинать ошалевшего игрока. С амбала и нужно начать.

Задействовать усиления костюма было делом одной секунды. Теперь на бой потребуется меньше времени.

Короткий удар в точку под носом заставил нападающего запрокинуть голову.

На биологических форумах утверждалось, что регулярный массаж точки под носом способен улучшить память, избавиться от головокружения и повысить концентрацию. Однако, резкий удар в эту точку подобен вспышке ослепляющей гранаты, а после приходит одуряющий болевой шок.

Увы, Парарельс уже слишком долго играл, чтобы позволить НПС насладиться болью. Второй удар по кадыку вывел амбала из игры.

– 1

— Да ты… — следующим «под горячую руку» попался плотный коротышка, похожий на комод на ножках.

Вот по «ножке» Парарельс ему и заехал, как раз под коленную чашечку. Апперкот по раскрытой пасти заставил челюсти лязгнуть со звуком степлера, прошивающего стопу бумаги.

– 2

Жалости быть не должно. Они Парарельса не пощадили бы. Да и заминка от нападения «беззащитной жертвы» уже прошла. Трое оставшихся кинулись в атаку.

Вся проблема третьестепенных игровых персонажей в том, что память у них как у рыб, иначе они запомнили бы Парарельса и обошли за три квартала. Это не самый первый уровень, но положить пять тел в ряд не составило особого труда. Парарельс даже не стал отбирать металлическую трубу у главаря, тот так и держал её в руке.

– 5

Опыт: + 200

Ну ещё бы, от этой шпаны большего и не дождешься. На улице стало тихо, только где-то вдалеке тоскливо завывала полицейская сирена, будто жаловалась на засилье преступных элементов. Ну что же, это такая игра. Тут место для сильных. Слабых держат в специальных камерах, а герои должны постоянно их спасать.

Телефон продолжал попытки докричаться из реальности, но Парарельс не обращал на трели никакого внимания. Перезвонит потом. Сейчас же надо проверить навыки боя игрока Серебряной лиги.

Ещё две стычки прошли без особых повреждений для бойца спецподразделения «Драконы». После этого Парарельс оказался на окраине города. Дальше шла частная территория. Как раз сюда ему и было нужно.

Всего один раз на памяти Парарельса босс уровня Мигель Кабанельяс Эсперанто умер от ножа, а после учитель математики незамеченным покинул лагерь и вышел к месту перемещения. Всего один раз он смог так сделать, и до сих пор вспоминал этот проход с теплотой – всё прошло настолько прекрасно, что потом иногда снился тот самый маршрут. И сейчас он хотел бы его повторить.

Уже не в роли игрока Медной лиги, а в роли более прокачанного и сильного геймера. На этот раз и призы должны упасть нормальные.

Каменная ограда отделяла лагерь повстанцев от города. Преодолеть её не составило большого труда, но надо было соблюдать тишину и скрытность. Парарельс обошел главные ворота по широкой дуге и остановился возле трещины в форме буквы «У» в двух шагах от пальмы.

Замшелый камень приветствовал Парарельса как родного. Чахлая пальма вряд ли выдержала вес взрослого человека, но вот как ориентир для места переброски очень хорошо подходила. Парарельс упал возле неё в траву и затих. Всё-таки текстура в игре отличается от реальности – тут трава жесткая и отрывается с трудом, словно сделана из пластика.

Нужно было дождаться звука шагов часового по другую сторону забора, а после задействовать усиления костюма.

Мешали звуки телефона из реальности, но Парарельс упорно не обращал на них внимания. Кто же может быть таким настырным?

Шаги прозвучали как обычно. В нужный момент НПС-охранник кашлянул и пошел обратно. Он всегда кашлял в одном и том же месте. Это было для Парарельса точкой отсчета.

Десять… девять… восемь… семь… шесть… пять… четыре… три… два… один…

Усиления костюма сработали на отлично. Парарельс молнией взлетел на стену и перекувырнулся через высокое ограждение. В двух шагах от стены был ростовой ящик, вот возле него Парарельс и затаился.

Учитель математики выглянул из-за временного убежища. Лагерь пока что был спокоен, как сторожевой доберман – возникни чужак на горизонте и тут же прозвучит команда: «Фас!»

Голова Мигеля виднелась в оконце. Этот мексиканский бродяга имел очень много подвязок в структуре преступного мира, а уж какие дела с его подачи проворачивались в городе... Но это всё пока оставалось за кадром, подавалось в виде скудной информации в сводке задания. Сейчас Парарельсу нужно подобраться к нему.

Влево!

Вправо!

Присел, кувырнулся и затих.

Чуть выглянул, три вдоха, снова перебежка и дальше ползком.

Змея могла бы позавидовать передвижениям Парарельса по траве. Он двигался и непрестанно считал про себя.

Четыре… три… два… один… Затихнуть и подождать, пока часовой на вышке не отвернется в другую сторону.

Ползти! Ползти! Ползти!

Пять… четыре… три… два… один…

Перекатиться и застыть у заброшенного остова древней машины. Можно на десять секунд застыть и отдышаться. Как раз в это время проходит охранник с извечным кашлем. Он должен остановиться возле прогнившего бампера и откашляться. После этого он развернется и двинется дальше.

Парарельс даже прокачал навык «Скрытность», прежде чем достиг той границы лагеря, где было необходимо взять себя в руки и действовать предельно точно.

Стоящие возле джипа боевики не обращали никакого внимания на легкое шевеление в кустах. Они продолжали разговаривать о своём дико важном. Самый старший делился секретом приготовления буррито с халапеньо.

Да, им есть что обсудить. И в тоже время их глаза скользили по высоким пальмам и приземистым кустам.

Прошлый раз Парарельс добрался до ржавой бочки в десяти шагах от здания Мигеля, и нечаянно задел рукой по гулкому боку. Выстрелы послышались незамедлительно. Теперь надо обойтись без лишних движений.

Пока что охранники не видели спецназовца. Тот притаился за опунцией и начал отсчет, когда обходящий периметр солдат прошел мимо. Парарельс вновь услышал, как скрипят песчинки под пыльными берцами. Ни с чем несравнимый звук, словно смерть ступает по размолотым костям.

Раз, два, три…

Солдат остановился у ветхого навеса и почесал нос. Находись он в реальности, то давно бы расчесал на своем клюве дыру.

Четыре, пять, шесть…

Старший показал солдатам в сторону заката:

— Гляньте на ту чайку, опять какую-то падаль потащила…

Все дружно взглянули туда, а солдат двинулся дальше, повернувшись к спиной к спецназовцу.

Пора!

Семь, восемь, девять…

Парарельс упал навзничь и последний метр мягко проехался на спине. Ботинком едва не ударился о бочку, но успел поджать ноги. Счет идет дальше.

Десять, одиннадцать, двенадцать…

– А потом добавляешь фасоль и тертый сыр. Когда же сыр расплавится, то выкладываешь на тортилью и поминаешь добрым словом капитана Эскобара, – хлопнул старший по плечу младшего боевика так, что тот присел.

– Обязательно помяну, – проворчал ударенный.

Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать…

– А всё-таки закат сегодня необычен, – снова отвернулся старший.

– Да, под таким небом и умереть за радость.

– Перестань! Никто сегодня не умрет, Мигель Кабанельяс Эсперанто победит, и свобода восторжествует! – одернул его старший.

Пора делать следующий бросок. До палатки десять метров, но их ещё нужно преодолеть. Марш!

Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре…

– А мне уже надоело кормить москитов, – ответил младший. – Я лучше в бой и без оглядки…

Парарельс присел за гнилыми ящиками – сейчас младший солдат должен обводить стволом автомата кусты и всматриваться в верхушки деревьев. Ну да, было один раз, что Парарельс навернулся с такой верхотуры, боевики потом долго ржали над действиями игрока.

Тридцать, тридцать один, тридцать два…

Скоро должен появиться обходящий, а Парарельс для него как на ладони. Уже слышен скрип песчинок. И старший боевик не разочаровал, он сказал всё точно по сценарию:

– А давай спросим у Диего? Может, он хочет получить не пулю, а буррито от капитана Эскобара? Кстати, ты знаешь, как это буррито делается?

И весь разговор должен пойти по новой, но как раз в этот момент их глаза направлены на подходящего Диего. И это шанс Парарельса!

Кошачий прыжок, перекат и…

Парарельс едва не заорал, когда на пути возникла огромная размалеванная рожа. Нервы ни к черту стали. И если прошлый раз он пошел в обход этой маски, то сейчас, желая сократить расстояние, едва не вписался в неё. Гребаная маска смерти, призванная отпугивать злых духов. Парарельс сам едва не напустил злого духа, когда страхолюдина неожиданно возникла перед ним.

В следующий миг он ужом проскользнул в дом и возник уже за спиной Мигеля. Как и прошлый раз босс уровня дернулся, когда холодная сталь ножа коснулась кожи. Рука чуть двинулась в сторону «Беретты».

— Вот и всё, — прошипел Парарельс в волосатое ухо.

Осталось одно движение, а потом можно отправиться на точку выхода. Всего одно движение…

Мигель повернул голову.

Так в фильмах ужасов на сто восемьдесят градусов поворачивали одержимые дьяволом. Так повернул голову босс уровня. Улыбнулся.

— Для тебя всё! Ты труп! «Дети Ночи» вынесли приговор. Илья Светлов будет отомщен, — хрипло проговорил Мигель Кабанельяс Эсперанто.

Рука Парарельса дернулась, и босс уровня захрипел ещё сильнее. Рисованная кровь мелкими пикселями брызнула на стол, на карты, на лежащий неподалеку «Узи». Спецназовец отпустил босса и тот уронил голову на стол. Его улыбка продолжала преследовать Парарельса вплоть до того момента, как он с великим трудом проскользнул до точки выхода.

Награда была в два раза больше обычного!

Однако, награда уже не интересовала Сонмина Григория Сидоровича. Он сложил полученное в инвентарь, чтобы потом рассмотреть, как следует. Сейчас же он хотел только выйти из Вселенной, чтобы принять валокордин.

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Мир из песка и зелени сменился сумерками питерской квартиры. Григорий Сидорович с трудом отстегнул карабины. Телефон всё также надрывался, словно пытался уведомить о своём существовании как можно больше народа.

Сердце билось так сильно, что его стук отдавался в висках, а каждый удар был немного болезненным. Григорий Сидорович провел рукой по лбу и посмотрел на влагу на ладони.

С трудом он добрался до телефона и поднял трубку:

— Алло…

Голос получился сухой, надтреснутый, как будто только что съел две пригоршни земли.

— Гриша? Фух, Гриша, слава всевышнему администратору, ты жив! Гриша, это Андрей. Мы к тебе едем. Осталось совсем немного. Не подходи к окнам и никому не открывай двери. Я постучу два раза, потом три, потом пять. Слышишь? — раздалась скороговорка в телефонной трубке.

— Конечно слышу. А зачем вы ко мне едете? — настороженно спросил учитель математики.

— Гриша, Гриша, ты только не волнуйся. Тебя хотят убить. Ты должен быть следующим…

Трубка выпала из ослабевшей руки учителя математики. Следом за пластиковым треском в динамике мобильного телефона Андрея послышался стук падения.

— Гриша, Гриша! Алло! — пытался докричаться Андрей. — Гриша, ты меня слышишь?

— Ты бы мог как-нибудь попроще сказать, — заметил сидящий рядом Кирилл. — Слишком уж ты резок.

Такси везло их по Благодатной улице, а до Парка Победы оставалось всего пять минут. Андрей снова пытался дозвониться до Григория Сидоровича, но результат был прежним – никто не отзывался.

— Вот что за человек? Слишком уж ты резок… — передразнил Андрей голосом Кирилла. — А если я его вовремя предупредил? Вдруг мы не успеем?

— Да уж, ты может быть и вовремя предупредил, но явно так напугал его, что он может и не открыть…

Андрей фыркнул и отвернулся.

Кирилл уже почти полностью пришел в себя и оправился от удушья. Тело само вывело из пор остатки газа, а легкие прочистились в следующие десять минут. Правда, завтрак пришлось оставить на полу гостиной, где их пытались отравить. Но оставленный завтрак считается мелочью по сравнению с тем, что Кирилл остался жив.

На этот раз Андрей не стал докапываться до таксиста и пара доехала ровно до того места, как они заказывали. Кирилл расплатился.

Андрей же подскочил к парадному и пробежался пальцами по кнопкам домофона. Домофон жалобно запищал в ответ и открыл доступ в парадное.

Возле двери, где жил учитель математики, Андрей на несколько секунд остановился и осмотрел её. Следом взлома не было. Он прислушался – откуда-то издалека доносились гудки стационарного телефона.

Кирилл встал рядом. Андрей постучал условным стуком. Потекли томительные секунды. Ни одного звука не раздалось за дверью. Андрей постучал ещё раз.

— Похоже, что математик нам не откроет, — произнес Кирилл.

Андрей хмыкнул и тихонько ударил по тому месту, где располагались штыри внутреннего замка. Потом ещё и ещё. Удары были слабые, едва видимые, словно человек сидел за столом и от скуки постукивал по столешнице.

Через полминуты замок щелкнул, а дверь открылась. Андрей кивнул Кириллу, и они вошли внутрь.

20

"Если бы дети росли в соответствии с нашими ожиданиями, у нас вырастали бы только гении"

Иоганн Вольфганг Гёте

Андрей был первым, кто подскочил к лежащему Григорию Сидоровичу. Кирилл за пару секунд осмотрел комнату, проверил вторую, заглянул на кухню. В туалете с ванной никого не было. На балконе тоже никто не скрывался.

Когда Кирилл вернулся в комнату, то учитель математики уже лежал на диване. Ноги примостились, на возвышении, на лбу белела мокрая повязка, а Андрей уже суетился с аспирином, водой и таблеткой нитроглицерина. От похлопываний по щекам Григорий Сидорович пришел в себя.

С крестовины на потолке свисали жгуты, сам Григорий Сидорович был одет в костюм виртуальной реальности. Он с благодарностью принял лекарство, положил нитроглицерин под язык.

— Ну что же, молодой человек, — укоризненно произнес Андрей, — прыгаете по Вселенным без нашего ведома? Забываете друзей?

Григорий Сидорович слабо улыбнулся:

— Да что-то скучно стало, писал вам, но вы были не в сети. Вот и решил попробовать умения Серебряной лиги на одном участке. Да там ещё и чёрную метку получил. Предупреждение о грядущем...

— Это где же? — спросил Кирилл.

— В "Песчаном ветре".

— Ого, куда вас занесло, — покачал головой Андрей. — Запись сохранили?

— Конечно сохранил. Я всегда записываю свои операции в этом секторе – стараюсь пройти гладко, без сучка и задоринки.

— А-а-а, тоже любите погулять бесшумно? — улыбнулся Кирилл.

Григорий Сидорович взглянул на нашлепку над бровью Кирилла. От неё по коже старательно расплывалась желтизна.

— Не то, чтобы бесшумно, но для хорошей статистики приходится постараться. Что с вашей бровью?

— Бровь? — Кирилл коснулся пластыря. — Бандитская пуля. Метку снова оставил босс?

— Вы как будто рядом стояли, — опять едва видимо улыбнулся Григорий Сидорович.

— Где ваши записи? — спросил Андрей, считая пульс на руке учителя математики.

— Сохранились в папке "Песчаный ветер". Ребят, а как вы попали в мою квартиру?

— А ведь вы мне сразу показались странными. Вы кто? Разведчики или кто покруче?

Кирилл уже был за столом с моноблоком "Lenovo". После нажатия на кнопку включения экран сменил черную глубину на синий цвет. В комнате, заставленной шкафами с книгами, новенький моноблок смотрелся инородным телом.

— Так кто вы? Ясно же, что одновременно в нашу школу прибыли сразу двое мужчин не просто так. И взяли вас очень быстро, как будто никаких других кандидатов не рассматривали. Вы какие-то спецагенты?

Григорий Сидорович даже забыл, что недавно находился при смерти и лежал возле тумбочки с телефоном. Сейчас интерес замелькал в его глазах диодными огоньками. Он даже приподнялся на локтях, чтобы было лучше слышно.

— Вижу, что вам лучше, — заметил Андрей.

— Да, спасибо. Так вы расскажете о себе?

— Нашел, вот эта запись! — вместо ответа откликнулся Кирилл.

Андрей присоединился к просмотру ролика. Запись шла от первого лица, поэтому экран в красках передал тот момент, когда голова Мигеля повернулась на сто восемьдесят градусов.

Кирилл хмыкнул. Дешевые спецэффекты вряд ли на него подействовали бы. Вот на учителя математики да, а на бывшего серафима – нет.

— Ну что же, убийца вынес вам свой приговор. Остается только дождаться его и потом... — проговорил Андрей.

— Да кто же вы такие? — снова спросил Григорий Сидорович.

— Мы те, кто не хочет, чтобы вас убивали, — ответил Кирилл. — У вас ведь тоже есть скелет в шкафу, уважаемый математик? И чей же это скелет? Расскажете?

Григорий Сидорович помолчал. Он пошарил рядом с собой, взглянул на Андрея. Тот кивнул и принес воды. Учитель математики пил неспешно. Кирилл с Андреем ждали.

— Да чего уж там, расскажу, как было, — оторвался от кружки Григорий Сидорович. — Учился у меня двенадцать лет назад Илья Светлов. Я в десятом "В" классе стал классным руководителем и не сказать, что был в восторге от полученной должности... В общем, мне подарили эту радость в нагрузку от ушедшего на пенсию учителя химии, Марка Степановича. Я ещё не понял тогда ехидной улыбки старика, который поздравил меня с новым геморроем. Класс как на подбор собран из хулиганов и раздолбаев, даже девочки старались не отставать от парней. На пальцах можно было пересчитать тех, кто хотя бы раз не попадал в детскую комнату милиции. Драки, ругань, прогулы – это ещё только верхушка айсберга класса "В".

— Да, попадаются иногда такие классы, — со знанием дела кивнул Андрей. — У меня похожий ученик – тоже без царя в голове и делает то, что взбредет в голову. Никакого уважения к старшим.

— Да мы с тобой почти погодки! — возмутился Кирилл. — И вообще, хватит жаловаться!

Григорий Сидорович перевел взгляд с престарелого "завхоза" на молодого "физрука" и покачал головой. Они скорее походили на отца и сына, чем на людей одного года рождения. Но, кто их, спецагентов, поймет?

— Так вот, самым первым заводилой в классе был Илья Светлов. Светлый, как его все называли. Правда, светлыми у него были только волосы, в остальном же он был сама темнота, начиная от знаний, мыслей и заканчивая действиями. По нему очень сильно плакала тюрьма и держали его только потому, что жалели. Сирота-безотцовщина, жил со старшей сестрой. Как-то в одну из пятниц у нас проходила очередная дискотека. Я стоял на входе, вместе с двумя преподавателями и отслеживал пьяных. Тогда я остановил Илью... Он мне показался пьяным, хотя от него не пахло алкоголем. Я не большой знаток по части психотропных средств, поэтому пропустил его... Как оказалось, напрасно...

— Ученики чем только не закидываются, — сочувственно покивал Андрей. — Я вот, помнится, говорил одному ученику, что ему пить нельзя, так ведь не поверил – напился и едва не умер.

— Не начинай, — Кирилл умоляюще поднял голову к потолку.

— Я не знал, чем грозит передоз... И когда Илье стало плохо, я не вызвал "Скорую", а отвел его в класс и там запер. Думал, что он отлежится и оклемается. Пока прошла дискотека, пока все разошлись по домам, и когда я вспомнил о нем... Он уже был холодным. Потом приезжала полиция, врачи, но мальчишку уже не вернуть. Я пытался извиниться перед сестрой этого мальчика. Пытался оправдаться, но она только посмотрела на меня равнодушными глазами и сказала: "Значит, так у него на роду написано..." Больше ничего. И я потом пытался отыскать эту девушку, но она как сквозь землю провалилась... — проговорил Григорий Сидорович таким голосом, как будто погрузился в тяжелые мысли и вряд ли собирается из них выныривать.

Андрей встрепенулся. Кирилл мог бы своего учителя сравнить с хорошей борзой, которая встала в стойку. Андрей спросил:

— Девушка? А как она выглядела?

Григорий Сидорович потер лоб, словно пытаясь извлечь из глубины памяти образ молодой сестры Светлова. Он помолчал, пожевал губами, а потом с шумом выдохнул и произнес:

— Нет, не могу вспомнить. Помню, что была хорошая фигурка, вроде кудряшки, а вот само лицо...

Андрей прошелся по комнате взад-вперед. Григорий Сидорович с трудом сел, взглянул ещё раз на экран моноблока, где застыло оскаленное лицо Мигеля.

— Ребят, а всё-таки, кто вы такие?

— Григорий Сидорович, для вас мы всего лишь коллеги. Хотя, судя по разворачивающимся событиям, мы будем ими недолго. Нет-нет, пугаться не стоит, мы выручим вас, — поспешил поправиться Андрей. Он присел рядом с учителем математики, взял его запястье двумя пальцами и застыл, глядя на часы. Потом произнес, не отпуская запястье: — Конечно, ситуация с юношей вышла некрасивая, но вы сказали нам правду, пусть и так, как вы её видите. В деле же было указано, что это вы подсыпали ацетилированный опий в "Кока-колу" Ильи. Желто-коричневый порошок почти невиден в этой дряни. Вот только дозу вы немного не рассчитали. Не надо бледнеть, ведь это всего лишь поклеп на ваше честное имя...

— В ка... в каком деле? — спросил моментально побледневший Григорий Сидорович. — Что вы несете?

Андрей мягко улыбнулся и вытащил из-за пазухи одну из папок. Кирилл готов был поклясться, что Андрей специально подготовил эту папку, чтобы извлечь таким эффектным образом. Ему бы на сцену, да под сияние софитов, чтобы миллионы глаз ждали этого движения.

— Я за нашатырем, — сказал Андрей. — Пока что не открывайте без меня.

Он выскочил на кухню, где, как у каждого нормального русского человека, половина лекарств хранилась в холодильнике. Увы, Григорий Сидорович не стал его дожидаться. Он дернул картонную оболочку и едва слышно простонал. Кирилл краем глаза увидел фотографию вихрастого мальчишки.

Когда Андрей вернулся обратно, то на Григории Сидоровиче не было лица. Нашатырь помог вернуть его сознание к более-менее нормальному функционированию. Он сфокусировал глаза на бумагах, которые держал в руках.

— Это всё неправда... Это всё ложь... Илья сам... Он сам! Я не знал ничего!!! — в конце концов учитель математики не выдержал и исступленно закричал.

Его лицо покраснело, глаза едва не вылезли из орбит. Григорий Сидорович вскочил с дивана, зашатался и, подхваченный Андреем, уселся обратно.

— Андрей, ты бы всё-таки поаккуратнее, — с укоризной отметил Кирилл. — Иначе ему и убийца не будет нужен.

— Да я-то чего? Я ничего, я же как лучше хотел.

— Мне нужно... Нужно прилечь. Вы... вы не оставите меня? — спросил слабым голосом Григорий Сидорович.

— Нет, конечно же не оставим. Но придется спать здесь, чтобы мы могли наблюдать за вами, — серьезно сказал Андрей.

Григорий Сидорович кивнул. Улегся на диване и потянул на себя покрывало. Кирилл увидел на спинке рваную протертость – диван явно не из новых, и хорошо, если не одного возраста с хозяином. Андрей помог Григорию Сидоровичу, подоткнул одеяло.

— Андрей Васильевич, я честно не убивал этого мальчишку, — пробурчал Григория Сидорович. — Он сам…

— Сам-сам, — кивнул Андрей. — Никто в этом не сомневается…

Григорий Сидорович ещё что-то порывался сказать в своё оправдание, но пальцы Андрея легонько нажали на точки за ухом. Учитель математики погрузился в сон без сновидений.

— Сам-сам, всё сам, своими руками, — задумчиво проговорил Кирилл. — Шутка такая была в КВНе, где молодой человек всё мог делать сам: готовить, стирать, убираться, штопать и прочее. Когда же друзья намекнули, что ему бы жениться пора, то в ответ снова услышали: «А зачем? Я сам, всё сам, своими руками!»

— Вот поэтому я и не смотрю КВН. Мультфильмы лучше, они добру учат, — менторским тоном заметил Андрей.

— Да-да, никто даже спорить не будет, — отмахнулся Кирилл.

Андрей страдальчески возвел глаза к потолку, посмотрел на небольшую трещину. Та не дала никакого ответа, и андроид махнул рукой, мол, всё равно старого коня новым фокусам не обучишь.

— Кстати, о споре – сейчас появилось время, когда ты можешь стать счастливым обладателем программного кода «Детей Ночи», — сказал Андрей.

— А если придут за ним? — Кирилл кивнул на лежащего Григория Сидоровича.

— Сегодня не придут, — с улыбкой ответил Андрей. — Если ещё не пришли, то уже не придут. Скорее всего, ему приготовили какую-то пакость вне квартиры. Как там твоя подопечная?

— Машуня? — усмехнулся Кирилл. — В гости звала недавно. Написала, что сейчас одна, в обществе бутылки хорошего вина и на ней надето только…

— Мне это неважно, — поднял руку Андрей. — Главное, чтобы она во Вселенную не выходила, а то тоже получит «черную метку» и мы разорвемся работать на два фронта.

— Да нам бы и на один нормально отработать, — пожал плечами Кирилл.

— Вот этим давай и займемся. Ложись на ковер. Я должен буду тебя стянуть ремнями, чтобы ты ничего не натворил…

— Что, так хреново будет?

— Возможно, переживешь без особых потрясений. Но можешь чуть-чуть потрясти квартиру. Лучше перестраховаться.

Кирилл кивнул, прошелся до бельевого шкафа и снял с дверной ручки пять ремней. Все они были похожи друг на друга, отличались только оттенками кожи.

— Сгодятся?

— Вполне, — кивнул Андрей.

— А с чего ты взял, что сегодня ничего не будет? Вдруг они воспользуются моей слабостью и придут в гости?

Андрей улыбнулся в ответ:

— Всё потому, что не только я взял у Вротмнетотема кусочек программного кода, но и подарил кое-что взамен.

— Во как, а я всегда думал, что ты за безопасный секс…

Улыбка пропала с лица Андрея:

— Я ведь и потуже могу ремни затянуть!

— Ладно-ладно, не накаляйся, а то предохранители полетят, — тут же поднял руки Кирилл.

Вот на руки-то и легла первая ременная петля. Андрей скользнул пару раз вокруг Кирилла и закрепил ремни так, чтобы при расслаблении и напряжении мускулов, они не слетали с тела.

После этого Андрей помог Кириллу улечься на пол. Посмотрел, критически оценил состояние лежащего напарника, и принес подушку.

— Хоть на этом спасибо, — проговорил Кирилл.

— Спасибо потом скажешь, когда голова целой останется. Сейчас перепрыгивай во Вселенную, будем тебя прокачивать.

Кирилл ещё раз посмотрел на спящего Григория Сидоровича:

— Скажи, ты точно уверен, что сегодня ничего не случится?

— Точно уверен. Женька сейчас у своей подруги – у неё родители к бабушке укатили, поэтому его стопроцентно можно не ожидать. А того мужика, которого мы видели днем… У него проблема с ногой, поэтому вряд ли он сможет мне противостоять. Если будут другие, то вытащу тебя из Вселенной – пока тебя пинают, мы успеем убежать.

— Успокоил, — прокомментировал Кирилл и закрыл глаза.

Он слышал быстрое пощелкивание клавиш, едва слышное гудение моноблока и легкое похрапывание Григория Сидоровича. Надо всего лишь вдохнуть и…

Погружение прошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1…

Комната исчезла, а вместо неё появились разноцветная Вселенная и огромное черное солнце. Экзекутор оглянулся по сторонам – он никогда не был в этом участке виртуального мира. Даже координаты были незнакомы, словно его вышвырнуло за периметр миров, где сражаются, торгуют, влюбляются и умирают.

Вокруг поблескивали звезды далеких миров. Впереди же увеличивалось темное круглое пятно. Экзекутор находился в подобии хрустального гроба. Он лежал, вытянув руки вдоль тела, ноги же коленями упирались в крышку. Очень мало простора для танцев…

Возможно, именно так себя чувствовал малыш-супермен, которого заботливые родители выслали в спасательной капсуле с умирающей планеты.

Экзекутора несло прямо на черное солнце. То, что это было именно солнце, а не какое-либо другое космическое тело, утверждалось в небольшой сноске, какая возникала при фокусировке взгляда на невероятных размеров шаре.

Сам шар клубился черными протуберанцами, тянулся ими к подлетающему Экзекутору. Тот дернулся, чтобы развернуться и облететь это солнце, но скованные руки и ноги не дали этого сделать. Такие же черные клубы дыма окружали фигуру неуловимого незнакомца и Вротмнетотема. И теперь они должны были проникнуть в Экзекутора.

— Чертовы ремни! — буркнул Экзекутор.

— А ты не дергайся и всё пройдет как по маслу, — послышался голос Андрея, а потом возле гроба появился синий кролик Крош. — Я с тобой.

— Это и есть то самое? — Экзекутор кивнул на черное солнце.

— Да, это промах программистов Вселенной. Неизвестно – смогут они его исправить или нет, но пока что мы можем воспользоваться этим глюком для улучшения. Знал бы ты, каких трудов мне стоило отыскать это чудо…

— А как же математик?

Крош пару раз кувыркнулся вокруг летящего Экзекутора. Он постучал лапкой по хрустальной поверхности гроба, хмыкнул и ответил:

— Я доведу тебя до солнца, прослежу, чтобы ты коснулся первого протуберанца, а потом вернусь обратно. На всё про всё – одна минута. Нет, ты реально не дергайся. Постарайся отдалить своё сознание от происходящего и тебе будет легче. Чем больше сопротивляешься, тем сильнее будет боль. Гроб – это твоё тело. В конце концов ты всё равно перестроишься, но можешь сделать менее болезненно.

— Уж что-что, а боль я могу стерпеть, — сжал зубы Экзекутор. — Ладно, уже подлетаем. Споешь мне колыбельную?

Крош чуть-чуть подправил лапой полет хрустального гроба. До первого касания осталось совсем немного.

— Я напоминаю, что чем сильнее противишься, тем хуже делаешь себе.

— Да понял я, понял. И не такую боль терпел, — нахмурился Экзекутор.

Он продолжал так думать пока черное щупальце не обволокло гроб и не потащило к себе. Дальше думать уже не получалось.

21

«Те, кто постоянно критикуют наше поколение, кажется забыли, кто его вырастил»

Рязанов Эльдар Александрович

Запах яичницы влез в ноздри Кирилла и заставил его поморщиться. Мясные нотки бекона добавляли радости пробуждению. Он открыл глаза и постарался потянуться.

Руки и ноги до сих пор были стянуты ремнями, поэтому нормальных «потягушечек» не получилось. Кирилл поморщился. Он перекатился и наткнулся на ножку стола. От боли в боку закололо так, что тихий стон всё-таки смог вырваться наружу.

То, что творилось ночью, вряд ли можно описать словами. Да и что это было? Кирилл помнил только черный протуберанец, который окутал его хрустальный гроб. А дальше одна сплошная зубная боль, умноженная на всполохи нервных окончаний.

Темнота накрыла его с головой и осталась только нескончаемая череда болевых ощущений. Казалось, что темнота вторгается в него, занимает каждую клеточку и выбрасывает оттуда всё лишнее, на её взгляд. Она выкручивала суставы и вставляла их по-новому. Темнота растягивала сухожилия и смещала их по телу. Темнота убивала его, но не позволяла умереть.

— Во, проснулся? — послышался голос Андрея. — Ну и вертелся ты ночью, брат, прямо как уж на сковородке.

— Как будто ты ужа на сковородке видел, — пробурчал Кирилл. — Давай вольную. А то всё тело затекло…

Только сейчас Кирилл заметил, что Андрей был в фартуке и с варежкой прихваткой на правой руке. Прямо заботливый дедушка, который вот-вот начнет кормить внука.

— Да, сейчас освобожу. Иди, приводи себя в порядок и к нам за стол. Я такую яичницу сделал – закачаешься, — Андрей стянул перчатку и в несколько движений освободил Кирилла. — Постарайся пока что не делать резких движений. Тебе ещё нужно привыкнуть к прокачке…

Кирилл сел, почувствовал головокружение и ухватился за край дивана. Комната перед глазами пыталась закрутиться каруселью, но Кирилл встряхнул головой и не дал ей этого сделать.

— Сейчас я прокачан? — спросил он у Андрея.

— По крайней мере не уступишь своему ученику, — кивнул Андрей.

— Ну хоть что-то. А внутри… — Кирилл замер, прислушиваясь к собственному телу. — А внутри ничего не изменилось?

— Как раз внутри и изменилось. Внешне ты остался прежним, но стал гораздо сильнее, быстрее… Жаль, что с мозгами так нельзя сделать, как был дурачком, так и остался.

— Вот что ты за человек? Андроид ты, а не человек, — парировал Кирилл.

— Да-а, очень жаль, что мозги тебе не прокачать, — покачал головой Андрей. — Я бы на твоём месте вплотную занялся этим вопросом.

— Пойдем, покормишь меня, о великий шутник, — попытался приподняться Кирилл.

Андрей подхватил ученика под локоть и помог ему подняться. Кирилл аккуратно сделал шаг. Получилось. Во всем теле была такая ломота, какая возникает после тяжелой и трудной болезни.

— Всё-таки у взрослых это проходит не так, как у детей. Твой ученик даже не обратил внимания на перестроение тела, хотя его подруга и слегла…

— Что? — остановился Кирилл. — Женькина подруга тоже…

— Тоже, — кивнул Андрей. — У неё организм оказался слабее, чем у Евгения. Но она уже идет на поправку и скоро получит своё первое задание.

— Какое «первое»?

— Либо убить нашего общего друга, либо твою подругу.

— А Женька?

— А он может быть помощником. Они оба будут думать, что действуют во Вселенной. Я не могу никак понять – почему его не использовали раньше? Помнишь, как против вас с Маринкой выходили ребята?

Кирилл поджал губы. Конечно же он помнил тех зомби, которые были уверены, что играют в игру. Вот только игра эта порой заканчивалась смертью.

— Я уже вас заждался! — раздался с кухни голос Григория Сидоровича. — Яичница стынет.

Андрей подмигнул Кириллу и потянул его на кухню. На десятиметровой кухне за столом с разложенной по тарелкам яичницей, тремя кружками кофе и блюдом с бутербродами восседал учитель математики. Сегодня он выглядел гораздо лучше, чем вчера вечером. На щеках появился румянец, из глаз исчез лихорадочный блеск.

— Доброе утро, — приветствовал учитель математики Кирилла.

Кирилл кивнул в ответ. Разговаривать не хотелось. Не очень хотелось и есть, но поджаренные кусочки бекона так соблазнительно выглядели, что не удалось сдержать сглатывание слюны.

— Каков у нас сегодня план действий? — спросил Григорий Сидорович у Андрея. — Мы все вместе пойдем охотиться на убийцу?

— Зачем нам на него охотиться? — удивленно вскинул брови Андрей. — Убийца сам к нам придет. Остается только дождаться.

— А как же школа? У меня уроки сегодня.

— А вот про школу придется пока позабыть – жизнь дороже. Можете позвонить и сказаться больным. Так даже лучше – убийца будет знать, где вас искать. Да не бледнейте вы так. Я же сказал, что мы вас защитим!

Григорий Сидорович кивнул, сходил за телефоном и «в прямом эфире» отпросился у завуча, сказавшись больным. Предупредил, что больничного не будет – просто взял за свой счет, отлежаться.

После этого он присел за стол и присоединился к завтракающим гостям.

Ни Кирилл, ни Андрей не стали звонить, чтобы отпроситься. Андрей пояснил свои действия тем, что если всё пойдет нормально, то в школу они уже не вернутся. А если пойдет «ненормально», то и возвращаться будет некому.

До обеда время протянулось мягкой жевательной резинкой. Григорий Сидорович пытался занять себя чтением, но отбросил книгу, поняв, что уже целых десять минут пялится на первую страницу и ничего не помнит из прочитанного. Он начал наблюдать за тем, как Андрей помогает Кириллу растянуться.

Ещё два года назад Кирилл и не подозревал, что может сесть на шпагат, а уж о том, что закинет обе ноги за голову и в таком положении сможет застыть на двух указательных пальцах… Сейчас же это было одним из самых простых упражнений.

Прорабатывалась и растягивалась каждая мышца. Иногда со стороны он выглядел лежащим спокойно, но внутри его перекатывались и соприкасались друг с другом мышечные волокна. Болевые ощущения понемногу отступали.

Андрей не мог упустить случая сравнить грациозность Кирилла с вылезающим после спячки медведем. Кирилл вяло отбрехивался. Он с легким удивлением ощущал, что тело в самом деле перестроилось. После того, как он встал на руки, а потом выпрямил мизинцы и поднялся на них, тело не упало назад. Тогда он с осторожностью отвел правую руку в сторону, балансируя на мизинце левой.

Григорий Сидорович хотел было взять телефон, чтобы снять это представление, но под грозным взглядом Андрея оставил эту затею.

— Ну всё, теперь можешь в цирке выступать, — подвел итог Андрей. — Если вдруг останешься без работы, то будешь развлекать фокусами толпу. Да, и чтобы вызвать новое умение, надо представить самое ненавистное, что для тебя только есть.

Кирилл не успел ответить, когда раздался вызов скайпа. Григорий Сидорович оказался ближе всего к моноблоку и нажал на кнопку ответа. Собеседником оказался суровый мужчина с перебинтованной головой. Он хмуро посмотрел на Григория Сидоровича и сказал:

— Где мои бойцы?

— Какие бойцы? — не понял учитель математики.

— Здесь мы, здесь, — откликнулся Андрей и подошел к экрану. — Григорий Сидорович, я ваш адрес дал, для связи. Здравствуйте! Занимаемся физподготовкой. Ой, а что это с вами?

— Да со мной всё нормально… Вот взвод положил, это да, — отмахнулся Павел Сергеевич.

Кирилл легко перегнулся, встал на ноги и тоже присоединился к беседе:

— Какой взвод?

Павел Сергеевич взглянул на него:

— Вы помните, как отыскали первого Мастера Паролей? Так вот, мне пришлось задействовать взвод спецназа, который прошел огонь и воду, чтобы вызволить второго Мастера. Он сейчас со мной, хотя и легко ранен. Ребята же не смогли вернуться… Горячее было дело.

— Как вы? Как самочувствие? Может, к вам приехать? — тут же встрял Андрей.

— Не надо, со мной всё в порядке, — отмахнулся Копиров. — А что это за штатский с вами?

— Это один из кандидатов на смерть. Ему уже вынесли приговор, — произнес Андрей. — Я героически его спасаю, пока Кирилл ходит в туалет и по бабам.

Кирилл в ответ только покачал головой. Хотел было отвесить затрещину, но сдержался.

— Ага, вижу, что у вас всё в порядке. Уже нашли того, кто убивал учителей? — спросил Копиров.

— Как сказать, — ответил Андрей. — Сегодня ночью я проверил свою догадку и могу признаться, что был удивлен. У меня оказались образцы крови у…

Договорить Андрей не успел. Окно взорвалось осколками. Сквозь паутинку занавесок полетело острое стекло, вспарывая тонкий тюль. Темное тело снарядом ракеты ворвалось в квартиру.

Кирилл среагировал первым. Удар кулака встретил грудь нападавшего и отбросил назад. Тот перекувырнулся в воздухе и на миг замер на подоконнике. В следующий момент Кирилл перешел в виртуальную реальность, чтобы задержать неожиданного гостя.

Погружение прошло моментально. Только что Кирилл находился в питерской комнате, и вот уже встает в стойку в комнате средневековой таверны. Топчан с лоскутным одеялом. Грубо сколоченный стол и две лавки. Несколько шкур на полу и оскаленная медвежья морда на стене завершали разнообразие виртуального пространства.

На подоконнике застыл орк Вротмнетотем. Быстрый взгляд по сторонам и зеленую кожу окутало черным дымом.

Орк превратился в ту самую черную фигуру, какую Экзекутор встретил в первый день своей работы. Или это была другая фигура?

Кролик Крош подскочил к окровавленному, лежащему на кровати магу Парарельсу и крикнул в сторону Экзекутора:

— Используй новое умение.

Новое умение? Как там было? Вспомнить самое ненавистное, что было в жизни? Рожа Михаила Анатольевича. Улыбка этого урода, из-за которого Экзекутор похоронил свою жизнь… По приказу которого умерла Людмила.

Черная пелена вырвалась из кожи и обволокла тело Экзекутора. Он всё видел, даже движение пылинок от дыхания Вротмнетотема. Он всё слышал, даже стук сердца Вротмнетотема. Внутри Экзекутора бурлила ярость. Он сам был яростью. И он ненавидел противника.

Орк легко спрыгнул с подоконника и пошел мягкими кошачьими шагами в обход Экзекутора. Теперь Кирилл видел сквозь черные облака. Орку не удалось скрыться за ними.

— Вы мне не нужны, — прохрипел орк, указывая на Парарельса. — Только Парарельс…

— Уходи и останешься жив, — проговорил Экзекутор.

— Вротмнетотем никогда не отступал! — взревел орк и вытащил из-за спины метровую палку.

Когда же он ударил палкой об пол, то она разъехалась в стороны и в ладони Вротмнетотема появилось длинное копьё.

Экзекутор наклонил голову к одному плечу, к другому…

Копьё полетело в него. Скорость была неимоверная, но каким-то чудом Экзекутору удалось вывернуть тело так, что древко скользнуло вдоль тела, всего лишь зацепив одежду. Копье проткнуло стену и застряло там, погрузившись наполовину.

Вротмнетотем поднял руку и в ней моментально появилась черная секира. Боевое оружие орка, оно никогда не подводило его на Арене Смерти. Вряд ли подведет и сейчас.

— Представь себе меч! — воскликнул Крош.

Экзекутор представил, как его ладонь сжимает рукоять длинного меча и едва не откинул его прочь, когда черный туман кинулся в руку и сформировался в богатырский клинок.

— Уходите. Мне нужен только он, — прорычал орк.

Экзекутор попытался представить любимый «Макаров», но в руке появилась только копия пистолета. Сколько он не нажимал на курок, тот не поддавался. Экзекутор отбросил прочь ненужную вещь, и та развеялась в пыль, стоило ей только коснуться пола.

— Может, сядем? Выпьем по пиву? Нет? Тогда лови!

Экзекутор не собирался убивать орка, всего лишь только обезоружить. Два клинка столкнулись в воздухе. Меч повело вниз.

Орк танцевальным движением развернулся и рубанул поперек туловища врага. Экзекутор распластался в воздухе, пропуская секиру под собой. В ответ он ткнул мечом, но орк был настороже и отбил клинок обухом.

Ещё одна атака и ещё. Экзекутор отбивал каждый удар и старался выбить из рук противника оружие. Они кружились в смертельном танце, осыпая друг друга ударами.

— Агрх!

Орк упал на колено и ткнул острым навершием секиры в левое бедро Экзекутора. Черный клинок увел секиру в сторону, а локоть Экзекутора впился в переносицу орка. Вротмнетотем откинулся назад, взмахнув руками.

Орк ударился спиной о стену и буквально впаялся в дерево. Он встряхнул головой, словно пытаясь заставить мозги встать на место.

— Гнида! — взревел орк и взмахнул секирой.

В последнюю секунду Экзекутор нырнул в сторону, и оружие орка со страшной силой погрузилось в пол. Орк тяжело ступил вперёд, грузная грязно-зелёная фигура затмила свет.

Прямо перед глазами Экзекутора болталось ожерелье из высушенных сморщенных пальцев людей, эльфов и других представителей разумной жизни. Вротмнетотем явно намеревался присоединить к своим трофеям и пальцы воина. Он нанёс ещё один удар и на этот раз наверняка рассёк бы Экзекутора пополам, если бы тот не подставил меч.

Экзекутор видел, как Парарельс дернул рукой. С его ладони сорвалось что-то белое и полетело в сторону орка. Белая нитка коснулась горла Вротмнетотема и оплела его зеленую шею.

Что? Почему? Экзекутор же не позволял ему войти в игру!

Или это сделал Крош?

Жест мага заставил орка остановиться, но, не заметив никакого видимого эффекта от заклинания, тот презрительно расхохотался в лицо Парарельса:

— Давай, маг! Я прикончу тебя за секунду!

Он замахнулся топором, но странное ощущение заставило его взглянуть на свою грудь.

Пальцы с ожерелья, а их было больше двух дюжин, ползли к его горлу.

Орк выронил топор и попытался сбросить их с себя, но пальцы вцепились в него мёртвой хваткой. Орк закашлялся, ожерелье превратилось в страшную двадцатипалую руку и не давало дышать.

Экзекутор еле успел отскочить в сторону. Орк бешено закружился, стараясь сорвать с себя ужасную руку.

Маг хотел использовать заклинание как отвлекающий манёвр, пока не удастся придумать что-нибудь посильнее, но ужасные пальцы, казалось, решили воспользоваться предоставленной возможностью в полной мере.

Были ли это мстительные духи или просто магия, заколдованные пальцы выполняли свою страшную работу с большим рвением. Их когти впивались в шею орка, грудь его заливала кровь. Клыкастый воин повалился на колени, в глазах его стоял такой ужас, что Экзекутор не выдержал и отвёл взгляд в сторону.

Зря он это сделал, так как Вротмнетотем собрал силы и дернулся к Парарельсу.

Через несколько секунд Экзекутор услышал последний всхлип и глухой удар массивной туши о каменный пол.

Черная дымка начала покидать тело орка. Он ещё дышал. Экзекутор выскочил из Вселенной и огляделся – на полу лежал окровавленный Ковыль. На его шее белел телефонный шнур. Сама комната представляла собой помещение после хорошего погрома. Как будто здесь проходили боевые действия с участием десяти человек.

Кирилл подскочил к мальчишке и приложил пальцы к шее. Пульс был. Скорее всего, телефонный шнур сделал своё дело, придушив врага. Кирилл ослабил белую удавку.

— Быстрее, помоги мне! — крикнул Андрей.

Только сейчас Кирилл увидел, что из груди Григория Сидоровича цвиркает кровь. Андрей зажимал рану, но кровь старательно выплескивалась наружу, словно каждое кровяное тельце хотело посмотреть на лежащего Ковыля.

Кирилл аккуратно помог уложить Григория Сидоровича и остановился рядом, не зная – что делать дальше. Куда бежать и за что хвататься. Андрей молчал. Зрение андроида уже выявило нарушение в мышечных тканях, которое несовместимо с жизнью. Когда Экзекутор отвернулся от орка, тот за миг сформировал из черного тумана клинок метательного ножа и швырнул в мага.

— Он всё-таки достал меня, — слабо проговорил Григорий Сидорович. — А знаете, я думал, что будет больно… А вообще не больно. Ребят, я умру, да? Вы меня обманули?

— Да? Но в этом есть плюс – у вас будет шанс извиниться перед Ильей, — проговорил Андрей. — Вы были хорошим учителем, Григорий Сидорович. Прошу прощения, что не получилось вас защитить.

— Вот оно как… умирать… Просто холодно и очень хочется спать, — ответил Григорий Сидорович. — Не дайте умереть Марии…

— Не дадим, — откликнулся Кирилл. — Я лично не дам.

Учитель математики постарался улыбнуться, но уголки губ только чуть-чуть дернулись и потом обвисли. Глаза Григория Сидоровича уставились в одну точку и не отрывались от неё до тех пор, пока ладонь Андрея не сомкнула веки.

— Бойцы, я правильно понимаю, что ещё один учитель покинул нас? — раздался голос из лежащего на полу моноблока.

22

«Следуй своей дорогой, и пусть другие люди говорят что угодно»

Данте Алигьери

— Начальник, вы сказали, что нашли Мастера Паролей? — спросил Кирилл.

Он успел поднять моноблок. Экран треснул, изображение дергалось, но картинку ещё можно было увидеть.

— Да, хотя нам…

— Тут есть один парень, который входит в клан «Детей Ночи». Ему срочно нужно извлечь чип. Если он проснется, то может снова кинуться на нас. А пацан вроде нормальный, не хочется его калечить, — перебил Копирова Кирилл.

— Ладно, кидай инфу по нему, сейчас выясню, — отозвался Сотрясатель Вселенной.

— Питерец Евгений Ковылев, во Вселенной зареган как Вротмнетотем. Десятый класс школы двести тридцать четыре, — отчеканил Кирилл.

— Ждите.

Копиров пропал с экрана на долгих две минуты. Андрей постукивал пальцем по межкомнатной двери и это ужасно раздражало Кирилла. Он три раза цыкнул, но Андрей не обратил никакого внимания, продолжая выстукивать один ему понятный ритм.

— Слушайте. Мастер Паролей произнес так: «Изумрудный пион, вы прекрасны, когда улыбаетесь!» Вот и попробуйте.

Кирилл присел рядом с лежащим Ковылем, перешел во Вселенную и произнес:

— Изумрудный пион, вы прекрасны, когда улыбаетесь.

Тело Вротмнетотема вздрогнуло. На зеленой коже шеи, в районе седьмого позвонка, показалось утолщение. Оно вырастало, пухло, как будто из глубины орка вот-вот должен был выскочить гнойный нарыв.

Кожа треснула и в разрезе показался блестящий черный шарик. Тот самый чип. Кирилл осторожно поднял его с шеи лежащего орка. После этого он вышел из Вселенной.

Перед ним лежал ученик десятого класса. В руке же Кирилла был вход во Вселенную. Без чипа Евгений был безопасен. Из разрыва на шее тихо сочилась кровь.

— Уходим сейчас же, — махнул рукой Андрей.

Он прекратил настукивать и подскочил к моноблоку.

— Остался последний учитель, поэтому мы чешем к нему. Пока, начальника, держим на связи! — после этих слов нога андроида разбила монитор вдребезги.

— Как-то это неучтиво, — заметил Кирилл.

— Хватай пацана и валим! Скоро здесь будет полиция. По вызову от соседей и по моему таймингу они зайдут сюда через полторы минуты. Слышишь?

Кирилл прислушался. Издалека донесся надсадный рев полицейской сирены. Он без раздумий подхватил тело Евгения и перекинул через плечо.

— Ты чего? Так и понесешь? Ты бы ещё его на руки взял, как невесту. Закинь руку на плечо и веди, как подгулявшего. И поторапливайся!

— А этого так оставим? — Кирилл кивнул на тело учителя математики.

— Я мог бы съязвить, но некогда. Идем.

Андрей первым выскочил на лестничную площадку и помог Кириллу спуститься с Ковылем. Кирилл мог поклясться чем угодно, что он заметил мелькание в дверных глазках. Явно за ними наблюдали, но выходить никто не спешил – люди научились предосторожности.

На улице Андрей уверенно подошел к кроссоверу «Кашкай» и два раза стукнул по двери. С легким щелчком дверь открылась. Старичок тут же нырнул под руль и через пять секунд машина завелась. Сигнализация молчала.

— Забрасывай и поехали, — скомандовал Андрей.

Евгений оказался погружен внутрь, а Кирилл запрыгнул за руль. Машину с маячками они встретили, уже выезжая из двора.

— Какой адресок у твоей суженой-ряженой? — спросил Андрей.

Кирилл назвал и следующие двадцать минут Андрей работал навигатором. Он показывал, где лучше свернуть и как лучше объехать дневную пробку. Благодаря слаженным действиям навигатора и водителя, они добрались так быстро, как позволили улицы Санкт-Петербурга. Во время поездки Андрей набирал номер телефона Марии, но та не отвечала на звонки.

— Скажи, а что случилось с Григорием? Почему он умер? Ведь дело же было в виртуальной реальности? — спросил Кирилл.

— А вот это другой вопрос. Каким-то образом вирт перешел в реальность и сжал воздух до состояния клинка. Я проверил – разрез раны был очень тонким, но очень глубоким.

— Нож из воздуха… Это очень интересное явление.

— Возможно, он не из воздуха. Скорее это воздействие на частицы водорода в воздухе. Каким-то образом «Дети Ночи» научились соединять их воедино и превращать в оружие. Вспомни стрелу, которая тебя ранила – потом же ты не смог её найти? Заметил, как в комнате высох воздух?

— Да уж, чем-то сауну напомнило. Стрелу найти не смог, — кивнул Кирилл. — А вот отверстия остались. И это значит…

— Это значит, что ты сейчас стал вроде второго терминатора, который мог формировать оружие из своего тела. Только ты делаешь их из молекул водорода, и эта связь разрушается, когда оружие становится ненужным.

В пути пришел в себя Евгений. Кирилл максимально сжато рассказал, в какой заднице Ковыль оказался и что он натворил.

Женька сидел с красными ушами. Последнее, что он помнил, как после победы на Арене Ярости отправился к Оксанке. Там они посидели до вечера, а после подруга по большому секрету призналась, что тоже вступила в клан «Дети Ночи». Женька тогда улыбнулся, потянулся губами к её губам, а после этого очнулся уже в машине с двумя работниками школы.

— Не работники мы, а те, кто борется со Вселенной. Ты видел чёрное солнце? — спросил Андрей.

— Да, — склонил голову Евгений.

— А чего не признался Кириллу?

— Не думал, что это так важно.

— Эх ты… Не думал он… А если бы сказал раньше, то мы бы не потеряли время. И, возможно, Григорий остался бы жив, — укоризненно покачал головой Андрей.

— Извините… Я… Мне… Я хотел быть круче остальных… — понурился Евгений.

— Да ладно, не наезжай на парня – все люди такие. Если найдут эликсир бессмертия, то хрен с кем поделятся. Я на его месте поступил бы также… Раньше. Сейчас вряд ли, — хмыкнул Кирилл.

— А что вы говорили про чип? — спросил Евгений и потер шею.

— Он есть у каждого, кто входил во Вселенную. Я могу входить во Вселенную осознанно, ещё есть прибамбасы, но остальных… Остальные люди тоже могут входить во Вселенную без крестовины. И ведь они будут реально думать, что выполняют миссию. И даже не хотят выходить, хотя их метелишь от души. Воспринимают реальность, как виртуал…

— Вот тут поверни. Всё, приехали, — перебил его Андрей.

На вызов домофона была та же реакция, что и на телефонные звонки, то есть никакой реакции. Войти в подъезд не представляло труда, достаточно было набрать соседей, представиться врачом и сообщить, что Маргарите Павловне Лузгиной из 12-ой квартиры стало плохо. Андрей успел за время поездки прошерстить соседей и выяснить имена жильцов.

Андрей открыл дверь Марии с помощью знакомого постукивания. На удивленный взгляд Евгения Кирилл пояснил, что всё дело в вибрациях, которые могут сдвинуть язычок замка в нужное положение. Евгений покивал, как будто понял.

Внутри их встретила Мария, обвисшая на жгутах оборудования для погружения во Вселенную. Кирилл подскочил, выключил шлем, аккуратно освободил женщину от оборудования и положил на диван.

— Живая, — констатировал Андрей, прослушав пульс на шее. — Но вроде как в коме. И вот черт же её дернул залезть во Вселенную без нас.

— Смотри, — Кирилл показал под стол.

Под столешницей поблескивали осколки вазы. Смятые цветы валялись рядом.

— Стол стоял вон там, — палец Кирилла показал на книжный шкаф.

— Похоже, что она не сама забралась во Вселенную. И стол сместили, чтобы мы не сразу увидели….

Из кармана Кирилла раздалась трель мобильного телефона. На экране высвечивался незнакомый номер. Андрей моментально считал его и кивнул Кириллу. Пошло вычисление номера и местонахождение владельца. Кирилл же ответил:

— Алло, кто это?

— Разум последней из клана обреченных «Двоечников» у меня. Приди и забери его, если сумеешь. Настала пора финального боя, Экзекутор. Координаты высланы на твою почту. Жду, — раздался в телефонном динамике знакомый голос человека в черном.

Андрей тут же покрутил кистью, мол, продолжай разговор.

— Зачем тебе это? — спросил Кирилл.

— Справедливость должна восторжествовать. Никто не должен уйти безнаказанным.

— А Марию-то за что? Она же вроде не учитель и вообще не при делах, — быстро проговорил Кирилл.

— Она убила пятиклассника Александра Махова. Инфекция была занесена при прививке. Медсестра должна была взять другую иглу, вместо упавшей на пол, но поленилась. Мальчик умер через месяц. Мария оказалась невиновной, но в приватном разговоре выложила своей собутыльнице о случившемся. Она должна понести кару.

Андрей кивнул, показывая, что засек, откуда говорили.

— Хорошо, я скоро буду, — ответил Кирилл.

— Жду, — ответил динамик и отключился.

— Так, ребята, вы тут давайте сильно не хулиганьте, а я помчался по адресу, — взмахнул рукой Андрей.

— Погоди, а ты не со мной? — спросил Кирилл.

— Нет, я нужен в реале. Ты вон, — Андрей показал на Евгения. — Вон с ним давай.

— Я помогу, чем смогу, — кивнул Евгений.

— Тогда… — Андрей замешкался. — Тогда прыгай на оборудование. Придется тебе ещё раз испытать внедрение чипа. Уж извини, потом достанем. А ты, — Андрей посмотрел на Кирилла. — Тебя придется ввести в такую же кому, как и подругу. Но ты сможешь из неё вернуться без посторонней помощи, а она нет.

— Да? И ты сможешь меня туда отправить?

— Ты и сам сможешь, под моим бдительным руководством, конечно. А сейчас… Малыш, повернись, — сказал Андрей и ловко засунул чип под кожу Евгению, тот даже не ойкнул. — Как будто, так и было. Забирайся на оборудование и заходи во Вселенную. Кирилл тебя догонит.

Кирилл помог Ковылю закрепить жгуты и надеть шлем.

— Ложись и постарайся расслабиться, — сказал Андрей.

— С поцелуями не полезешь? — хмыкнул Кирилл.

— Я тебя поцелую… потом… если захочешь. Давай, переходи, — ответил Андрей.

Кирилл увидел перед глазами привычное приветствие. Он уже не видел, как Андрей нанес его телу десять точных ударов и парализовал напарника.

— Так будет надежнее, чтобы никуда не ускакал… — произнес Андрей и вышел из квартиры.

Экзекутор огляделся по сторонам. Помимо его и орка Вротмнетотема рядом стоял мужчина в замасленном комбинезоне. Гатрец – такое имя плавало над его головой. Похоже, что это был их проводник. Не игрок, НПС.

«Надо же, уже научили НПС вкалывать за себя» – усмехнулся Экзекутор.

Трое персонажей оказались в небольшом ангаре, где помимо верстаков с разнообразными инструментами стояли два причудливого вида аппарата, похожие на гидроциклы. В отличие от тех, какими их помнили игроки, эти были более сплющенными на вид, словно попали под пресс. Однако рули торчали вверх корнями причудливого дерева и на них даже были укреплены небольшие пулеметы.

– Не смотрите, что гравилеты древние, как дерьмо мамонта. Они ещё на полном ходу, работают на скоростных подушках, а вот пулеметы... – Гатрец похлопал по стволу одного из них, – это надёжное автоматическое оружие с газовым приводом автоматики и запиранием ствола поворотом затвора. К тому же я его доработал и сделал подствольный гранатомет с пятью зарядами по типу нейтронной пушки, но с гораздо меньшим радиусом воздействия. Летит всего на два с четвертью километра, так что подбирайтесь к цели поближе. Если пальнуть по вам таким разрядом, то даже клочков кожи вряд ли можно было бы обнаружить для идентификации. Управлять пулеметами легко, только старайтесь не влезать на линию огня друг друга. В креплениях пистолеты Макарова, но это уже на самый крайний случай…

— Макарычи – это хорошо. А как этой хренью управлять-то? — задал резонный вопрос Экзекутор, успев взгромоздиться на один из гравилетов.

— Всё очень просто, нажимаете кнопку включения и... в дороге разберетесь. Сейчас же улетайте, а то осталось мало времени... Пункт назначения отмечен на ваших файтбоях.

— На чем? — рыкнул орк Вротмнетотем.

Экзекутор показал квадратные часы на запястье. Они были размером с большой будильник. По краям находились штырьки и ролики.

— Я уже имел с такими дело, так что разберемся. Похоже, что это один из миров Фоллаута.

Гатрец дернул за штырь, торчащий из стены ангара, и перед двумя путешественниками распахнулся небольшой зев. Над игроками задрожал потолок, на головы посыпался песок, а солнце тут же бросило в щель горячие щупальца, с целью изжарить всё живое. Гартец открыл небольшую дверь и вступил в безопасную темноту.

— Спасибо, Гатрец! — крикнул Вротмнетотем, когда спина сопровождающего скрылась в темноте коридора.

— Пока, смертнички! — послышалось в ответ. — И опасайтесь Скарабеев!

— Кого? — переспросил Вротмнетотем, но Гатрец уже не ответил.

Экзекутор встал на подножки гравилета и нажал кнопку. Машина будущего едва ощутимо завибрировала и начала медленно покачиваться. Вротмнетотем заметил, как под днище гравилета стягиватся черные струйки дыма – это начали скапливаться воздушные массы для поднятия гравилета над поверхностью. Он соскочил на пол и заглянул вниз, там возникала тонкая черная прослойка.

— Нашел! — воскликнул Экзекутор, подкручивая небольшой ролик на приобретенном файтбое и зачитывая текст. — Скарабеи – небольшие, передвигающиеся по земле и по воздуху монстры, похожи на земных жуков-скарабеев. Достигают полуметра в высоту и метра в длину. Могут атаковать героя, подлетая к нему и ударяя в лицо или грудь. Атака у них весьма быстрая и сильная, что делает скарабеев опасными для легкомысленных игроков. Стая этих тварей может без труда разобраться с героем-новичком.

— Во как. Никогда не любил насекомых, а если они ещё и метр длиной...

— Не бзди, Вротмнетотем, прорвемся. Вдруг ещё не попадем на эту херню...

— Хм, с нашим-то везением? Да они уже должны были сюда завалиться.

Вротмнетотем хмыкнул и поставил ноги на педали. Нажимая то на одну, то на другую, он выявил, что справа газ, а слева тормоз. Наклоны руля давали поворот, не резкий, но достаточный, чтобы развернуться в течение пяти секунд. Пулемет охватывал радиус в сто восемьдесят градусов.

Сверху раздался ещё один взрыв.

— Прыгай, Экзекутор! Потом почитаешь! Эти взрывы неспроста!

— Да ты зацени цель! — Экзекутор показал на файтбой. — Не ссы, успеем.

На самом верху экрана запульсировал желтый треугольник, а под ним цифры 6467.

— И что это?

— А вот глянь! — Экзекутор сделал пару шагов по направлению к воротам ангара.

На экране цифры уменьшились на три единицы. Экзекутор вернулся, и они увеличились на три.

— Ты понял? Это и есть наша цель. К ней мы и должны ломиться.

— Хорошо, тогда рвем когти. Чем быстрее завалим всех этих дурачков, тем быстрее...

— Тем быстрее вернемся? — посмотрел на Вротмнетотема Экзекутор. — Или ты переживаешь за последнюю живую?

Вротмнетотем посмотрел в ответ исподлобья.

Экзекутор расхохотался и вскочил на свой гравилет. Через несколько секунд транспорт поднялся в воздух и был готов к вылету. Дрогнули и разошлись в стороны ворота ангара, внутрь влетел жаркий воздух и лучи палящего солнца.

— Дружище! Кто последний, тот дебил! — выкрикнул Экзекутор и выдвинул руль чуть вперед, тем самым заставив гравилет двигаться в сторону выхода.

В сторону желтого треугольника.

Они вырвались из ангара на серую поверхность планеты и понеслись над ней на высоте метра, уклоняясь от клыков торчащих скал и подпрыгивая на возвышениях. Насколько хватало глаз, впереди простиралась неровная поверхность, напоминающая застарелый ноздреватый сыр.

Гравилеты несли ездоков со скоростью едущего на дачу огородника, который везет на заднем сидении рассаду.

Солнце пыталось сжечь двух наглецов, которые осмелились бросить вызов неизвестному врагу. Раскаленный ветер бросал в лицо мелкую пыль, острые осколки древних астероидов и пытался сдернуть с гравилетов мерзавцев, посмевших с ним соревноваться. Раскаленные камни ждали ездоков, чтобы чиркнуть острыми краями по днищу, чтобы ударить по металлу, чтобы остановить такое раздражающее движение.

Вротмнетотем пригибался к рулю, следил за дорогой и поэтому он увидел черную поблескивающую волну только после окрика Экзекутора. Тот показывал на горизонт, где возникла тонкая ниточка. И эта ниточка становилась всё толще и толще. Она словно волна нефти двигалась в их сторону и скорость её поражала воображение.

— Братуха, поднажми! — крикнул Экзекутор и вытянул руль вперед до предела.

Пулемет на руле повернулся в сторону волны горячим дулом. Его черный глаз бесстрастно взирал на подкатывающую смерть. Пулемету было безразлично, что сейчас произойдет, его в любом случае не сожрут. А уж где ржаветь и распадаться – всё равно, или в душном ангаре, или под палящим солнцем среди серых скал.

— Не успеем! — спустя полминуты проорал Экзекутор. — Разворачиваемся!

— Разворачиваемся? Мы не успеем вернуться!

— Да не, разворачиваемся к этим чертям! — скомандовал Экзекутор. — Лупи их из гранатомета, а потом пулеметом отполируем.

Торможение и разворот гравилета заняло всего каких-то семь секунд, но и их хватило, чтобы волна подобралась ближе. Настолько близко, что стали видны тонкие ноги и широкие, покатые матовые доспехи.

Вротмнетотем откинул целик и присмотрелся к мушке. Скарабеи мчались на них без устали. Издалека стали слышны пощелкивания кастаньет, то сталкивались хитиновыми надкрыльями самые первые, самые рьяные особи.

— А где тут гранаты? — удивленно спросил Вротмнетотем.

— Да х... Да кто его знает. Походу, они сразу в подствольник из руля подаются. Вот же гребанная виртуальность, не всё как у людей.

— Да хоть предохранитель тот же оставили. Старые добрые "ПР" и "ОГ"...

— Ты звездеть будешь или всё-таки... Ох и ни хрена себе! — воскликнул Экзекутор, когда нажал на спуск гранатомета.

Отдачей гравилет отбросило на пару метров.

Один за другим вылетели пять цилиндров, еле заметных глазу. Они понеслись в сторону черной волны, и вскоре пять грибков выросли посреди хитинового царства. Грохот взрыва долетел спустя секунду. За ним раздался пронзительный визг, словно тысяче котов одновременно отдавили хвосты. Черные тела взлетали в воздух и падали вниз. К ним тут же устремлялись собратья, стремясь поживиться свежей плотью.

— Ого. Кучно легло. Давай я тоже пальну!

Выстрелы Вротмнетотема были более разрозненны. Они смяли первую волну катящейся смерти и отбросили жуков назад.

— Слышь, а у нейронной пушки же излучение нехилое... А мы даже без свинцовых труселей, — почесал голову Экзекутор.

— Бог не выдаст, свинья не съест, — процедил Вротмнетотем и нацелил пулемет на тех жуков, которые не кинулись пожирать себе подобных мертвецов, а продолжили размеренный бег.

Ветер оказался прошит раскаленными пулями и обиженно спрятался под скалу, неподалеку от преступников из прошлого. Он закрутил у подножия вихрь серой пыли и бросил его навстречу сильно поредевшей волне скарабеев. Словно решил выместить свою злость на приземистых монстрах.

Пули рикошетили по хитину, впивались в незащищенные брюшки рядом бегущих особей или улетали прочь. Брызги синей крови окрашивали серую поверхность планеты кляксами неба. К одному пулемету присоединился второй. Два пришельца из реальности с упоением расстреливали монстров виртуала.

На упавших собратьев тут же накидывались сородичи, рвали ещё шевелящихся неудачников острыми голенями и погружали когти в доступную мякоть. Дальше продолжали бежать только самые упертые. Однако и их было ещё слишком много для двух человек.

Тридцать скарабеев почти добежали до гравилетов, когда пулемет Экзекутора заткнулся и ненавидящим взглядом уставился на монстров. Экзекутор тут же выхватил пистолет и продолжил стрельбу по черным матовым чудовищам.

Из-за близости врагов почти все пули нашли свою цель. Экзекутор отпрыгнул в сторону, когда здоровенный жук взлетел в воздух и понесся на него, двигая челюстями. Метровый снаряд пролетел мимо и развернулся в воздухе с обиженным гудением. Времени разворота хватило, чтобы Экзекутор успел перезарядить Макарова и влепить несколько пуль в фасетчатые глаза. Жук упал, заскреб когтями по песку. Как только синяя струйка протекла по хитину, к нему тут же кинулись представители его рода.

Перекатившись, Экзекутор едва успел уклониться от ударившей сверху лапы. Два когтя глубоко зарылись в серый песок возле лица. Он снова выстрелил два раза и на этом его пистолет заклинило.

Пулемет Вротмнетотема тоже заткнулся. Раздались пистолетные выстрелы и жужжание чуть притихло.

В сторону Экзекутора устремилось три особи, ещё две направились к орку. Экзекутор перехватил пистолет за дуло и пошел вперед:

— Навозники хреновы, а ну подходи по одному! Сука, куда ты без очереди лезешь-то? — он дал хорошего пинка в нижнюю челюсть правого жука, пока двое других огибали гравилет.

Жук отлетел назад и попытался перевернуться. Не понявшие его маневра собратья, которые ужинали мертвым сородичем, тоже подскочили к неудачнику. Два противника осталось вместо трех. А это уже достижение.

Пока остальные с аппетитом поедали павших друзей, Экзекутор добавил к их пиршеству ещё парочку, расстреляв очередной магазин. Вротмнетотем с веселым аканьем бил пистолетом по хитиновым доспехам и с очевидным успехом уклонялся от неповоротливых врагов. Он даже запрыгнул на одного из врагов и всей массой рухнул на его надкрылья, сложив колени. Раздался треск, и Вротмнетотем тут же отпрыгнул в сторону, когда ноги его противника бессильно подломились.

Два выстрела прозвучали среди гудения, хруста и чавканья громом среди ясного неба. Пули прошили глазницы последнего нападавшего и тот растянулся в классической форме египетской броши.

— Валим отсюда, Вротмнетотем! Валим, пока остальные не захотели нас за жопу укусить! – проорал Экзекутор, запрыгивая на гравилет и нажимая педаль газа.

Орка не надо было упрашивать дважды. Он последовал примеру напарника, и вскоре черно-синяя масса осталась позади. Их никто не преследовал.

Зато перед орком всплыли слова:

Вы успешно приобрели вторичный навык "Стрелок"

Развитие этого навыка позволит довести его до уровня "Отличный стрелок с двух рук»

— А тут ещё и вторичные навыки есть? Прикольно! А я думал, что мы одним опытом ограничимся! Эге-гей, до цели остается меньше двух километров. Поддай газа! — проорал в раскаленное небо Вротмнетотем.

Желтый треугольник неумолимо приближался. Оставалось меньше пятисот метров, когда у игроков пикнули их файтбои. При взгляде на дисплеи обнаружился Стикмен с грустной рожицей, который пульсировал и всем своим видом обращал внимание на показатели здоровья. Каждый показатель снизился на три процента.

— Что это за хрень? — спросил орк.

— Не знаю. Ты как себя чувствуешь?

— Вроде в норме, только устал слегонца. Ну, после драки с этими навозниками…

— Вот и у меня что-то похожее. А ведь мы не так уж сильно и напрягались. Покрути настройки, может, чего интересного обнаружится? Не дело это – с ухудшающимся здоровьем в гости переться. Вдруг мы там упадем, подохнем и будем вонять?

— Да уж, неэт… неут… неэтично получится, — заржал Вротмнетотем. — Тем более, что мы почти приехали. И тут никаких входов не видно. Хотя нет, вон там… Смотри!

Гравилеты остановились неподалеку от очередной серой скалы. Нагромождение огромных плит отличалось от других тем, что имело в центре ворота, стилизованные под старину и ощетинившиеся множеством острых наконечников копий. Широкие ржавые металлические полосы расчертили деревянные бревна крест на крест. По бокам от ворот горели костры в широких емкостях, напоминающих казаны для плова. Пламя почти не колебалось, словно внутри них горела газовая горелка, а вовсе не живой огонь.

И тишина…

Мертвая тишина безжизненной пустыни. Даже горячий ветер прекратил преследовать игроков и умчался по своим делам.

— Выглядит как дешевая заставка из исторических киношек. Вот прямо сейчас створки распахнутся и к нам вывалится Конан-варвар верхом на динозавре, — хмыкнул Вротмнетотем, осматривая ворота.

— Я бы предпочел амазонок, пусть и пока одетых, — отозвался Экзекутор, не отрываясь от хроносалютема. — Есть!

— Нашел чего?

— Да, дружище! Я же не зря думал про нейтроны… Мы всё-таки подхватили эту хрень.

— Какую?

— Лучевую болезнь. На, смотри сам!

Экзекутор сунул орку под нос файтбой, на дисплее которого было написано:

Вы заражены лучевой болезнью.

Штраф: снижение основных характеристик на 0,5 %

Штраф: уменьшение здоровья на 3 % каждые полчаса вплоть до фатального исхода

Излечение: воспользуйтесь аптечкой или примите антирад

— Походу, мы сдохнем, — заметил Экзекутор. — Потому что у нас нет ни этого хила, ни антирада.

— Глянь, а тут есть справочник. Давай-ка я забью, — ответил Вротмнетотем и пощелкал по появившимся буквам. — Ага, хил – исцеление. Ну, с аптечками всё ясно, только не ясно – где их брать. А вот с антирадом… — Вротмнетотем снова углубился в файтбой. — Ага, это какие-то таблетки. И где их брать – тоже неизвестно. Всё предельно ясно – мы сдохнем.

— Ну и ладно. Давай тогда помрем с музыкой? Посмотрим, что там за воротами…

— Помчали. Что у тебя с пистолетом?

— Да всё нормально, не парься. Его заклинило, но сейчас всё в норме. Ещё пара магазов есть, так что можно жить. Если сильно шмалять в ответку не будут, то проживем до… — Экзекутор сделал паузу и трагическим голосом закончил, — до фатального исхода.

Вротмнетотем хмыкнул в ответ. Он тоже проверил на всякий случай пистолет, разложил поудобнее магазины и взялся за руль гравилета. Потом выдохнул:

— Учитель, чой-то мне не нравятся эти колья на калитке. Явно не спроста торчат. Да и какая-то хрень изнутри давит, вот прямо скребет и не пускает туда.

— И у тебя тоже? — удивленно вскинул брови Экзекутор. — У меня тоже чуйка кричит, что будет хрень. И что же делать? Разворачиваться и ломиться к навозникам? Они будут рады…

— Я не знаю, можем попробовать зайти с другой стороны.

— Не, давай сделаем так, — сказал Экзекутор и придавил педаль газа гравилета камнем.

Он выровнял гравилет и отпустил его в сторону ворот. Медленно, как заходящий в порт авианосец, гравилет отправился навстречу острым кольям.

Четыреста метров. Ничего не произошло.

Триста метров. Ничего не произошло.

Двести метров. Ничего не произошло.

Сто метров. Ничего.

Гравилет всё также неторопливо двигался навстречу ржавым остриям.

— Походу, мы зря боялись, — сплюнул орк.

— Ну, лучше перебздеть, чем недобздеть и обосраться, — хмыкнул Экзекутор. — Ладно, бери гравилет и поехали.

Стоило двум игрокам взгромоздиться на летательное средство, как первый гравилет приблизился на расстояние в двадцать метров и в этот момент раздался треск. Копья вылетели со скоростью выпущенной стрелы и пронзили летающий транспорт, сделав из него подобие решета. Потом цепи, которыми копья крепились к невидимому механизму, начали втягиваться, подтаскивая за собой продырявленный гравилет.

Ворота немного раскрылись, боковые копья резко отдернулись, а центральное копье втянуло разбитый гравилет внутрь. Ворота со стуком захлопнулись и снова наступила тишина. Пламя в казанах даже не пошатнулось, всё такое же незыблемо яркое и безразличное ко всему.

— Охрененно. А ведь чуть-чуть не обосрались, — покачал головой Экзекутор.

— Ну и что? Что будем делать? — почесал затылок Вротмнетотем.

— Есть одна задумка. Заметил, что его затянуло в ворота?

— Ну да, и что?

— А вот что… Мы пойдем за гравилетом и войдем следом.

Сказано-сделано, двое игроков отправились вслед за улетающим средством передвижения. Ещё один камень лег на педаль газа и теперь гравилет собирался повторить судьбу собрата. Всё также тихо было на протяжении всего пути до ворот. Вплоть до того момента, как со скрежетом вылетели копья.

Вротмнетотем непроизвольно вздрогнул, когда копья пронзили гравилет насквозь – он на миг представил себя на месте транспорта. Всё с той же меланхоличностью копья потянули гравилет к воротам. Игроки переглянулись и бросились следом.

Копья втянулись и заскрежетали вновь, но угол для выстрела был крайне неудачным, а следующим шагом Экзекутор и Вротмнетотем покинули зону поражения. Ворота открылись и два игрока рыбками нырнули внутрь. Копье затянуло искореженный гравилет, а следом сомкнулись створки, отрезая игроков от жары и серости виртуального мира.

Теперь они оказались в темноте причудливой пещеры, которая освещалась такими же горящими казанами, какие стояли на входе. Черные сталагмиты возвышались на метр, а то и два над полом. Некоторые украшены побелевшими черепами, которые веселыми оскалами провожали идущих мимо игроков.

— Знаешь, когда я по горам лазил, то не натыкался на подобные игрушки. Походу, тут серьезно подошли к вопросу устрашения. Вот только что-то не очкуется никак, — хмыкнул Экзекутор, отпинывая с дороги серую берцовую кость.

— Ну да, хрень какая-то пафосная, как будто снимают киношку ужасов. Если тут какие людоеды живут, то вряд ли они…

Вротмнетотем не успел договорить фразу, потому что Экзекутор оттолкнул его в сторону, а сам отпрыгнул за попавшийся сталагмит. В те места, где они только что наступили, воткнулись сразу три сюрикена. Их навершия моргали красными огоньками, а с каждой секундой паузы между циклами уменьшались.

Экзекутор упал на камень и накрыл голову руками, когда моргания слились в один сплошной свет. Вротмнетотем сделал то же самое. Как оказалось, не зря – сюрикены взорвались и заволокли пещеру красной дымовой завесой.

Пламя в казанах взметнулось до потолка, осветив на миг всё вокруг, а потом рухнуло вниз, словно на концерте «Раммштайна». Высунувшийся Экзекутор увидел тех, чьи тени он заметил несколько секунд назад. Две фигуры стояли на другом конце пещеры в странной стойке – как будто держали невидимые баяны в руках, да ещё и покачивались в так неслышимой музыке.

— Орк, нас вышли встречать с хлебом-солью!

— Походу, их Минздрав не предупреждал, что курение опасно для здоровья. Вон сколько надымили! — проговорил Вротмнетотем, скрючившись за каменным выступом.

Белый череп висел над ним, как яркое предположение того, что ждет их в дальнейшем.

— Эй, полудурки! Вы нам на хрен не сдались. Нам нужен только главный. Отдайте его, и мы уйдем! — прокричал Экзекутор и тут же перекатился на новое место дислокации, когда сюрикен с моргающим наконечником воткнулся возле его ног.

Раздавшийся взрыв добавил дыма в пещеру. Пламя снова взметнулось до потолка. На этот раз две фигуры стали на шаг ближе.

— Слышь, это ниндзя какие-то! — выкрикнул Вротмнетотем, когда в очередной раз высунул голову из-за камня.

— Не какие-то, а Рептилия и Саб Зиро! — откликнулся Экзекутор. — С «Мортал Комбата» взяли персов.

И в самом деле, когда дым чуть рассеялся, стали видны странные костюмы с широкими надплечниками и затянутыми талиями. Зеленый и синий. Словно сошедшие с обложки игры люди в масках. И эти люди явно не собирались драться между собой.

Нет, на этот раз их целью были два притаившихся за скальными наростами игрока.

— Да ладно? Не может быть!

— Тут всё может. Как валить будем?

— Да как обычно! — закричал Вротмнетотем.

Он выставил пистолет и несколько раз выстрелил по фигурам. Одна тут же припала к камням, а синяя наоборот – взвилась в воздух и выбросила целую россыпь острых зубьев-сюрикенов. Они веером рассыпались возле того места, где притаился Вротмнетотем и заморгали красными головками.

— Да вот хрена тебе на хлебушек! — заорал Вротмнетотем и, схватив пригоршню бликующих игл, метнул обратно.

Ещё один перекат и он оказался вне зоны взрыва. Зато его бросок увенчался успехом. Нет, ни один сюрикен не попал в фигуру, но один из красных огоньков влетел в потолок и там взорвался. Крупный сталактит рухнул вниз, пронзив насквозь зеленую фигуру. Зеленоватая кровь зашипела на острие камня.

— Учитель, минус один! — крикнул Вротмнетотем.

— Да хрен там, он встает! — ответил Экзекутор, когда увидел, как ниндзя в зеленых одеждах поднимается на колени, потом с трудом на ноги и крутит головой по сторонам.

В следующую секунду зеленый ниндзя пропал из вида. То есть он только что стоял с пробитой грудью… и исчез.

— Где этот полудурок? — высунулся Вротмнетотем и тут же спрятался обратно, когда в его сторону полетел очередной сюрикен.

— Спроси чего полегче, — ответил Экзекутор и выстрелил в синего ниндзя.

Пули прошили врага насквозь и... он распался на ледяные осколки. Перестук ледяных булыжников заполнил пещеру. Сам же ниндзя возник чуть правее и крутанул руками перед собой, словно перекатывал баскетбольный мяч. Перед ним возник синеватый шар, который был тут же отправлен в сторону Экзекутора.

Учителя физкультуры спасло то, что в этот момент он краем глаза заметил рябь воздуха возле своего лица и инстинктивно отпрянул. Синий шар встретился с невидимой преградой и облек её в ледяную корку. Рептилия с торчащим из груди сталактитом застыл над Экзекутором, подняв руку с зажатым сюрикеном. Красное навершие моргало часто-часто.

— Экзекутор, ломись оттуда! — гаркнул Вротмнетотем, выстрелив три раза в голубоватую скульптуру.

Экзекутора не надо было два раза спрашивать. Он кувыркнулся через голову и прижался к очередному сталагмиту. Взрыв оглушил на несколько мгновений. Рептилия разлетелся на сотню мелких осколков. В тех местах, куда попали куски плоти и капли зеленой крови, раздалось шипение и поднялся дымок с противным химическим запахом.

— Вот теперь минус один! — выкрикнул Вротмнетотем.

— Давай ледового под перекрестный! — Экзекутор выстрелил в сторону синего ниндзя два раза.

Противник отскочил, но тут же нарвался на пулю со стороны орка. Ниндзя упал на колено, а игроки не стали упускать такую возможность. Через несколько секунд изрешеченное тело синего ниндзя распласталось на полу.

— Минус два? — неуверенно спросил Вротмнетотем.

— Походу да, а что это? — показал Экзекутор.

Там, где остались стоять словно облитые зеленкой ступни Рептилии, мерцал какой-то предмет. Экзекутор чуть прищурился и перед ним тотчас выпрыгнуло текстовое сообщение:

Наноидный хил

Порция для восстановления 10 % здоровья

Принимать внутрь, действие – незамедлительно

— Слышь, такой же пузырек и у Саб Зиро есть, — заметил Вротмнетотем.

— Ну, тогда дернем за победу? — спросил Экзекутор, подняв откупоренный пузырек.

— Ага, за нашу победу! — поддержал Вротмнетотем.

У зелья оказался вкус апельсинового сока. Чуть пощипало на языке, зато усталость сняло как рукой.

На файтболе появилась надпись:

Лучевая болезнь вылечена

Штрафы за заражение сняты

Вот только желтый треугольник не исчез. Он так и пульсировал в пятидесяти метрах от игроков.

23

«Любовь ранит даже богов»

Петроний

Кирилл послал сообщение Андрею: «Ты где?»

Ответ не замедлил себя ждать: «В звезде! Пока держитесь без меня, я скоро буду!»

Кирилл только покачал головой. Горбатого могила исправит. Вечно Андрей темнит и недоговаривает.

Освещаемый всполохами огня коридор привел двух игроков в большую пещеру. Сталактиты свисали с потолка драконьими зубами, по стенам застыли в каменном молчании около полусотни терракотовых воинов. Напротив, в другом конце пещеры, свет десятка факелов освещал возвышение с золотым троном на нем.

— Глянь, это же… — прошептал Вротмнетотем.

Экзекутор не ответил. Он и сам видел, что возле трона сидела скованная дворфка. Но не на неё показывал Вротмнетотем. И не на сидящую на троне огромную валькирию под ником Богиня, нет. Даже не на сурового гоблина с ником Летчик. Орк показывал на ведьму Банши198.

Девушка, выделяющаяся алыми прядями в черных волосах, стояла рядом с Летчиком на первой ступени возвышения. Чтобы пройти к трону, придется миновать сначала эту пару. В пещере раздавалось только потрескивание пламени, пожирающего свою пищу.

— Кирилл! — вскрикнула дворфка Тургрита, когда двое игроков вступили под своды пещеры.

— Кирилл, ты слишком далеко зашел и стал очень большой занозой для меня, — сказала сидящая Богиня. — А рядом… Вротмнетотем, что с тобой? Почему ты уже не в нашем клане?

Орк усмехнулся. После вхождения во Вселенную он первым делом покинул клан «Дети Ночи». Да, с него снялся баф «Боевая ярость», но он подумал, что это того стоило.

— Я не хочу больше выступать на вашей стороне, — ответил Вротмнетотем. — Отпусти Банши. Она тоже не будет сражаться за тебя.

— Банши уже переродилась. Она вряд ли захочет терять своё новое могущество, — улыбка скривила красивые губы в улыбке. — А давай спросим у неё? Банши198, ты хочешь вернуться к дезертиру?

Ведьма стояла, вперив холодный взгляд в орка. Так продолжалось долгих десять секунд, а затем она покачала головой.

— Оксанка! — позвал орк.

— Она под влиянием валькирии, — быстро проговорил Экзекутор. — Ты был таким же, когда убил Григория. Сейчас она просто исполняет миссию и видит тебя совсем другим.

— Григорий убит? Молодец Вротмнетотем. Я могу вернуть тебя в ряды своего клана, если ты убьешь своего напарника, — снова улыбнулась валькирия.

Взгляд Вротмнетотема скользнул по Экзекутору, тот в ответ пожал плечами, мол, решай сам. Орк глубоко вздохнул и повернулся к Богине:

— Да пошла бы ты на х…

Улыбка исчезла с губ Богини. Она величаво подняла руки над головой и хлопнула в ладоши, произнеся:

— Да будет так!

— Вот вечно меня в этих играх бесит пафос, — процедил Экзекутор сквозь зубы. — Нет бы просто сказать: «Сейчас вы огребете…»

Вротмнетотем хохотнул. Скорее это был нервный смешок, чем реакция на шутку.

В зрачках воинов у стен загорелись яркокрасные огни. Головы одновременно повернулись к двум игрокам. Терракотовые воины со скрежетом оторвались от стен и сделали шаг вперед.

— У тебя ещё есть патроны? — спросил Экзекутор.

— Есть немного. Но на всех не хватит, — ответил Вротмнетотем.

— Тогда помашемся от души?

— Согласен. А четверку по физре поставите?

— Это как помашешься!

Со стуком камня о камень терракотовые воины приближались к двум игрокам. Тургрита вскрикнула, но после оплеухи Богини замолчала. Банши198 и Летчик бесстрастно смотрели на скопление войска и на их врагов.

Экзекутор качнул головой вправо-влево:

— Поехали!

От выстрелов в пещере гулко громыхнуло. Горящие глаза трех передних воинов потухли, когда между ними появились отверстия. Терракотовые бойцы рухнули на колени, а после повалились на гладкий пол. По ним тут же прошлись каменные сапоги коллег.

— Минус три, — бросил Вротмнетотем.

— Неплохо.

Грохнуло ещё три выстрела. Пять воинов упало ничком.

— Минус пять, — заметил Экзекутор. — Надо выбирать правильный угол полета.

— Просто повезло, — пожал плечами орк.

Экзекутор не стал спорить. Вместо этого он тремя выстрелами свалил ещё четверых воинов, а затем зарядил пистолетом в лоб пятому. Всё равно патроны кончились, так что хотя бы на это годилось.

Орк дострелял патроны. Пистолет он перехватил как кастет, и тоже размял шею. После этого он оскалился:

— Ну что, потанцуем?

На терракотовых лицах не возникло никаких эмоций – ни страха, ни желания потанцевать. Зато через секунду по некоторым лицам пошли гулять кулаки и ступни двух игроков.

Экзекутор бил точно выверенными движениями, каждый удар наносил воинам ощутимый ущерб. Орк же колотил размашисто, от души. Терракотовые воины почему-то не захотели оставаться мальчиками для битья и тоже старались попасть по двум вертким противникам.

Пару раз орк отлетал назад, когда один из воинов угадывал его намерения и подставлял кулак. Экзекутор же вертелся волчком, бил и отпрыгивал к следующему. Его тело покрылось черным туманом. Он стал почти недосягаем для медлительных воинов.

Хеканье, шлепки и хруст ломаемого камня заполнили пространство под сталактитами.

Богиня смотрела, как разносят на осколки её армию и улыбалась. Она радовалась, что наконец-то появился достойный противник. Да, этого противника не удалось убить раньше, но сейчас точно должен наступить финал схватки. Летчик и Банши198 должны будут ещё больше ослабить противника, а уже потом, в качестве милости, она подарит Экзекутору смерть. Она могла бы оставить этого симпатичного самца, но Михаил Анатольевич Носов, который привел её к черному солнцу, очень просил убить Кирилла. Михаилу Анатольевичу она не могла отказать – ведь это именно он открыл глаза на учителей-убийц и на медсестру. И именно он научил справляться с черной энергией. А ещё рассказал, как пользоваться редким артефактом Кинжалом Безумия. Этот кинжал и должен будет воткнуться в грудь Экзекутора…

Между тем терракотовое войско превращалось в терракотовую груду камней. Всё реже мелькали красные глаза, и всё тише раздавались удары камня о камень. Экзекутору надоело бить кулаками, и он схватил две отломанные руки, которыми довольно успешно крушил каменные черепушки. Орк последовал его примеру, только вот нормальных рук уже не было, но вместо оружия он взял ногу павшего воина.

Вскоре последний воин рухнул под ударом терракотовой руки. Экзекутор выдохнул:

— Ну как, вспотел?

— Есть немного, — пожал плечами орк.

— Бывает. Но мне кажется, что это всё только легкая закуска перед основным боем.

Валькирия поднялась, картинно простерла руку и произнесла:

— Что же, вы достойные бойцы. Но вот как вы справитесь с другими, не менее достойными бойцами?

— Опять пафосом навоняла, — поморщился Экзекутор и воскликнул. — Тургрита, чего ты там сидишь? Выходи из Вселенной!

— Не могу! — прокричала дворфка в ответ. — Меня цепи не пускают.

— Не цепи, а редкий металл, — поправила её Богиня. — Мы назвали его вселениумом. Он задерживает разум игрока в виртуальности. Очень редкий, но очень нужный металл. И вам скоро предстоит с ним познакомиться.

Экзекутор присвистнул. Мда, вот в чем причина беспамятства Марии – её сознание просто не выпускали из Вселенной. То, о чем писали фантасты в развлекательных книгах и называли это «срывом», становилось реальностью. Если таким металлом сковать множество игроков, то…

— Отпусти девчонок. Тебе же нужен я? Пускай они уходят с ребятами, а мы с тобой разберемся один на один, — предложил Экзекутор.

— И ты хочешь лишить меня развлечения? Ну уж нет. Я жажду посмотреть, как ведьма убьет своего орка, — ответила Богиня.

Перед глазами Экзекутора мелькнуло текстовое сообщение от Андрея: «Задержи её ещё немного, я почти добрался!»

Задержать! Легко сказать, но вот как это сделать? Неужели придется играть на старинной любви злых гениев рассказывать о своих планах перед смертью жертвы?

А почему бы и нет?

— Но зачем тебе это? — спросил Экзекутор, изобразив самую удивленную рожу.

— Потому что я ненавижу детей. Ненавижу их за то, что они такие маленькие самоуверенные сволочи и вечно вокруг них все пляшут. Но черт с ними, с этими выродками, но вот учителя, которые убивают этих тварей, а потом учат других – это ещё хуже. Это верх лицемерия! Они не должны ходить по земле вместе со мной! — голос Богини едва не сорвался на визг.

— Тебя обижали учителя и ученики? У тебя осталась травма на всю жизнь? — продолжал спрашивать Экзекутор.

Похоже, что он нащупал правильную линию поведения. Богиня морщилась, но пока что говорила. Он тянул время.

— Отпусти меня, пожалуйста! Я же не учительница, — простонала Тургрита.

— Заткнись. Ты тоже виновата! Жизнь Саши Махова на твоей совести! — взвизгнула Богиня.

— Так ты не ответила, — напомнил о себе Экзекутор. — Или так и помрешь, не рассказав отчего и почему?

— Помрешь? Ха-ха-ха! А ты забавный. Ты хочешь послушать очередную слезливую историю? Да, с детства мои одноклассники ненавидели одну серую мышку. Я была из бедной семьи и не могла блистать нарядами и цветными платьями. За это меня и отнесли в когорту нищеты. Знаешь, какое у меня было прозвище?

— Богиня? — Экзекутор кивнул на ник.

— Грязнуля. И эта кличка приклеилась ко мне во втором классе, когда моя китайская ручка протекла, а я не заметила… Так меня назвала наша учительница, Ирина Петровна. Пусть земля ей будет колючей проволокой. Как смеялся класс, показывая на меня пальцем. А мальчик, который мне нравился, смеялся громче всех. Меня называли Грязнулей до самого выпуска. Даже когда у меня появилась грудь и коса – я всё равно оставалась Грязнулей.

— Мне уже тебя жалко, — проговорил Экзекутор.

— Сарказм? А ты был другим? Ты тоже вряд ли был счастлив в детстве. И зачем же этот сарказм? У тебя тоже не всё хорошо…

— Но я не заставляю детей убивать учителей, — ответил Экзекутор.

— А я не заставляла учителей убивать детей, — парировала Богиня. — Ладно, это всё прошлое. И я даже пошла учиться в педагогический. Я хотела научить детей быть терпимее, но… дети попались злые, ненавидящие друг друга и всё вокруг.

— Это дети…

— И что? Они могут быть добрыми и хорошими!

— А когда они убивают, то становятся такими?

— Нет! Они убивают тех, кто делает их злыми и ненавидящими! Все учителя ненавидят свою работу и идут на неё только ради того, чтобы не стоять у станка и не дергать коров за сиськи. И это настроение передается детям.

— И ты думаешь, что на место убитых придут другие? Придут отличные учителя и станет всё хорошо?

— Может быть и нет. Но я буду стараться наказывать тех, кто скрывается под маской добренького человека, а на самом деле взращивают злобу и плодят ненависть. Каждый из учителей-лицемеров будет убит рукой ученика! — вскрикнула Богиня.

— Да ты сумасшедшая! — рявкнул Экзекутор.

— А ты всё ещё остаешься забавным, — улыбнулась Богиня. — Жаль, что тебе придется умереть. Я бы тебя отпустила, но Михаил Анатольевич очень сильно просил.

Экзекутор вздрогнул и это не укрылось от Богини. Её улыбка растянулась ещё сильнее.

— Ты знаешь Носова?

— Друг мой, очень рада, что у нас есть общие знакомые.

— Где он? Как его найти?

— Я не знаю, — пожала плечами Богиня. — Мы встречались только во Вселенной.

— Ты… Ты можешь вызвать его сейчас?

Богиня покачала головой.

— Он всегда приходит только сам. И если он захочет, то придет. Но это вряд ли – у одного из основателей Вселенной очень много дел…

— Вызови его, — Экзекутор сделал шаг вперед.

— Я же сказала, что он приходит, когда захочет. Он передавал сообщение: «Ещё не время, Кирилл, ещё не время!»

Орк схватил Экзекутора за кисть, но тот выхватил руку, взглянул зло. Он глядел в упор на Богиню:

— Вызови его! Вызови и останешься жива!

— Ты меня не слышишь… — с горечью в голосе произнесла Богиня. — Ну что же, тогда наш разговор закончен. Дети Ночи, убейте пришельцев!

Летчик и Банши198 подались вперед. Взгляды их были пусты, как бутылка у алкоголика после вчерашней пьянки.

— Экзекутор, оставь Летчика мне! — попросил Вротмнетотем.

— А мне твою подругу?

— Я тебе доверяю, — ответил орк. — А сам не смогу ударить. Убери её отсюда как можно быстрее.

Летчик и Банши198 в один миг укрылись покрывалом тумана. Теперь это были уже знакомые фигуры, которые Экзекутор видел раньше.

«Я почти добрался. Постарайся потянуть время ещё немного!» – пришло сообщение от Андрея.

Экзекутор хмыкнул. Андрею легко сообщения писать, а тут приходится против ускоренных ребят сражаться.

Орк выпрыгнул перед Летчиком, а Экзекутор устремился к Банши198.

Девушка ударила его длинным палашом, сотканным из черного тумана. Экзекутор кувырком ушел в сторону и едва на нарвался на возвращающийся взмах. Девушка двигалась очень быстро. Катастрофически быстро.

Ещё два взмаха и легкая кольчуга на теле Экзекутора порвалась от удара палаша. Скрывать своё умение дальше было уже подобно смерти, поэтому черный туман окутал фигуру Экзекутора. Он быстро представил двуручный меч и закрутился вокруг Банши198 нанося и парируя удары.

Богиня удивленно наклонила голову. Она не ожидала от Экзекутора такой прыти. А уж то, что он тоже найдет черное солнце – это вообще ни какие рамки не лезло. Это была их тайна. Тайна клана «Дети Ночи»…

Тургрита вскрикнула, когда кольчуга на Экзекуторе порвалась. Она во все глаза наблюдала за тем, как он тоже превратился в клубящуюся черными всполохами дыма фигуру и выхватил черный меч. Сейчас Экзекутор напоминал ей рыцаря из сказки, который пришел спасти свою принцессу от лап дракона.

Вот только вместо дракона рядом стояла мощная валькирия с ником Богиня. Именно от этой Богини пришло приглашение получить приз для игроков из клана «Двоечников» за Первое Убийство босса нового данжа. И Мария тогда почему-то даже не задумалась, что это может быть ловушка. Она просто хотела немного развеяться…

А теперь она наблюдала за битвой четырех созданий, трое из которых были окутаны черными туманными покрывалами. Неведомый голубоватый металл, из которого были сделаны оковы, не давал выйти из Вселенной. Она снова попыталась стянуть наручники, но они держались как будто специально ковались под запястья дворфки.

Орку приходилось туго. Противник превышал его по всем показателям и только упрямость не давала опустить руки. Жизнь понемногу убывала, а противнику не удавалось нанести даже удара. Верткая сволочь просто уходила с линии атаки и плавно перетекала в другое место.

— Да стой же ты, сука! — не выдержал Вротмнетотем.

— А вот хрен тебе по глупой морде! — послышалось в ответ.

Следом прилетел удар в челюсть, отбросивший орка на добрых десять шагов. Однако, не удар ошеломил его.

— Ты что, всё понимаешь? — рыкнул орк. — Тебя же используют.

— А мне насрать. Эти уроды должны получить своё. И ты своё получишь, легендарный чемпион! — расхохотался Летчик.

— Да вот хрен тебе по глупой морде! — раздался голос со стороны.

На Летчика налетел ещё один человек, вернее, кролик из мультика про Смешариков. От череды ударов Летчика отбросило к трону.

— Чего как долго? — крикнул Экзекутор, отражая удары палаша и нанося свои.

— Пробки, — коротко ответил Крош.

— А мы уже заскучали…

— Хватит болтать. Выкидывайте игроков, на выходе их ждут.

Втроем они смяли сопротивление Банши198 и Летчика. Орк старался не смотреть, как расправляются с Оксанкой. Так было нужно. Сама она вряд ли пошла бы против Вротмнетотема – это Богиня её заставляет.

Старался, но всё-таки не смог. Когда Крош оттеснил Летчика к выходу, то Вротмнетотем кинулся на помощь Экзекутору.

— Оксанка! Оксанка! — крикнул орк. — Ты меня слышишь?

Из темного облака вылетел томагавк и впился в ногу орка. Вротмнетотем вскрикнул от боли.

— Не лезь! — гаркнул Экзекутор. — Я сам!

— Она должна меня услышать! Оксанка! Оксанка! — снова попытался докричаться орк.

Банши198 вздрогнула и остановилась. Она перевела взгляд с Экзекутора на Вротмнетотема. Проблеск узнавания мелькнул в черных зрачках.

Богиня сощурилась. Нет, такого не должно быть!

— Банши198, убей Экзекутора! — крикнула Богиня и швырнула Банши Кинжал Безумия.

Ведьма поймала Кинжал в воздухе и повернулась к Экзекутору. Тот поудобнее перехватил меч. Он был готов к нападению Банши, но не увидел, как в руках Богини возник лук. Тургрита предупреждающе вскрикнула, но было уже поздно. Черная стрела вонзилась в ногу Экзекутора. Он попытался отпрыгнуть, но вступил на раненую ногу и упал. Банши198 начала приближаться.

— Не дай ей себя ударить! — крикнул Крош.

Он в несколько ударов уложил Летчика и кинулся к лежащему Экзекутору. Тот попытался бросить меч, но палаш легко отбил бросок. Девушка приближалась к Экзекутору с прежними пустыми глазами.

— Оксанка! — встал на пути Вротмнетотем. — Оксанка! Очнись же ты!

От удара орк отлетел прочь. Он перекувырнулся в воздухе, встал на четвереньки. Банши198 завела руку за плечо. Орк бросился вперед. Банши198 метнула кинжал.

В следующий миг подскочивший Крош лишил и её остатков здоровья, вышвырнув из Вселенной. Он повернулся к Экзекутору:

— Ты как?

— Я нормально, вот только… — Экзекутор показал на орка, в чьей груди торчал кинжал из голубоватого металла.

Жизнь орка стремительно утекала. Вротмнетотем повернул голову к Экзекутору и медленно произнес:

— Я так и не успел попросить прощения у матери…

— Вот сейчас выпрыгнешь из Вселенной и попросишь, — ответил Экзекутор. — Нашел из-за чего волноваться.

Орк слабо улыбнулся и обмяк.

Он не исчез!

Орк так и остался лежать на каменном полу пещеры, хотя от других игроков и следа не осталось. Кинжал продолжал поблескивать в зеленой груди.

— Чего это с ним? — нахмурился Экзекутор.

— А вот это мы выясним прямо сейчас, — сказал Крош и повернулся к Богине. — Выходите из Вселенной.

Богиня улыбнулась. Она сошла на две ступеньки, и её фигура начала клубиться черным туманом.

— Богиня, — жестко отчеканил Крош. — Заканчивайте свои фокусы и выходите из Вселенной. Я нахожусь возле вашего тела в реальности. Если я досчитаю до трех, и вы не выйдете, то вам уже некуда будет возвращаться. Вы слышите меня, Варвара Александровна Волкова?

24

«Иногда помпезный финал — это часть задуманного плана»

Джон Вердон

— Пришла пора открывать карты, — медленно произнес кролик Крош.

Кирилл едва не рассмеялся. Было в сказанных словах столько пафоса и значительности, что они подошли бы скорее суровому детективу, но никак не голубому шарику с ушами и нелепыми конечностями.

Богиня на глазах менялась, съеживалась и переходила в привычную для себя форму. Через полминуты последним штрихом изменения над девушкой-ассасином стала замена ника на Фиолу. Тургрита закрыла рот рукой, а её глаза распахнулись до размеров жетонов казино.

— Ты? Но... как же? — пролепетала дворфка.

— Заткнись! — отрезала Фиола. — Я всё равно до тебя доберусь!

— Не в этой жизни, детка! — мурлыкнул Крош.

Фиола вспыхнула темными протуберанцами, но кролик просто покачал головой.

— Английский проспект, дом двадцать пять, третий этаж. Кинжал у груди. Если дернешься, то я тоже дернусь…

Протуберанцы втянулись. Фиола бросила злой взгляд на кролика, а тот в ответ безоблачно улыбнулся.

Экзекутор же присел возле орка. Почему-то Вротмнетотем не думал исчезать. Мускулистое тело лежало на осколках терракотовых воинов, а стеклянные глаза незряче пялились в потолок. Кинжал на его груди растаял, как будто был сделан изо льда.

— Что с ним? — спросил Экзекутор.

— А с ним всё, — пожала плечами девушка-ассасин.

Кролик Крош в два прыжка оказался возле лежащего орка. Он осмотрел рану огромными глазищами и потом взглянул на Фиолу:

— Что "всё"? Он умер?

— Нет, физически он жив, но разум умер. Мальчик уже никогда не вернется в реал, — злорадно улыбнулась Фиола. — Вселениум растворился в его теле и разбросал клочки сознания по Вселенной. Он теперь овощ, морковка... Жаль, что я не попала в Экзекутора. Так было бы лучше...

— Какая же ты сука, — проговорил Крош и несколькими ударами вышвырнул игрока Фиола из Вселенной.

Девушка-ассасин даже не сопротивлялась. Она исподлобья смотрела на Экзекутора. Даже когда упала на ступени трона и начала истаивать, её глаза исчезли последними. Экзекутор смотрел в ответ, не отрываясь.

После этой короткой расправы Крош повернулся к Экзекутору:

— Я сбросил адрес тебе на телефон. Подкатывай. В виртуальности я ничего не могу с ней поделать, но вот в реале... Я подготовлю её к вашему приходу.

— А как быть с ней? — Экзекутор кивнул на Тургриту.

— А что с ней? Она нажмет тебе на две точки за ушами и активирует тело. Пусть занимается пацаном. Жаль, конечно, парня, но жизнь во Вселенной далеко не сахар. Да и вряд ли девчонка захочет увидеть то, чем мы будем заниматься с её бывшей подругой...

После этих слов Крош исчез.

Тоненько звякнули цепи на руках Тургриты. Этот звук почему-то напомнил Экзекутору скулеж забитого щенка. Он попробовал разрубить голубоватый металл различным оружием, но сотканные из черного тумана лезвия не могли даже поцарапать звенья. Пять минут работы не увенчались успехом.

— Я что, останусь здесь навсегда? — всхлипнула дворфка.

— Вот ещё, — хмыкнул Экзекутор. — Скорее я останусь тут вместе с тобой. Дай-ка я попробую молотом. Если не мытьем, так катаньем.

От удара молота Экзекутора отбросило назад. Он упал на то самое место, где недавно растаяла Фиола. Перед глазами блеснул голубой огонек.

Ключ!

Голубоватый ключик лежал себе на ступенях и даже не думал находиться. Если бы не удачное падение, то долго бы ещё Экзекутору пришлось плясать возле дворфки.

— Нашел! — радостно поднял Экзекутор находку.

Через несколько секунд наручи легонько хрустнули и освободили Тургриту. Она тут же отпрыгнула от цепей, как будто они могли кинуться на неё и снова сковать. Она чуть потерла запястья, а в следующую секунду поднесла ладони к голове и исчезла из Вселенной.

Экзекутор огляделся. В пещере он остался один, если не считать лежащего орка. Экзекутор вздохнул, сдернул с трона покрывало и накинул на Вротмнетотема, как полицейские накидывают на трупы простыни, скрывая от посторонних глаз. Потом Экзекутор снова вздохнул и помотал головой. В следующую секунду он окутался черным дымом и очень быстро соорудил над лежащим орком терракотовую усыпальницу. Так местные крысы не доберутся до тела, а там, глядишь, и найдется какое-нибудь лекарство для воскрешения Ковыля.

По крайней мере, Экзекутор на это надеялся. Не должен же невиновный пацан — вот так вот закончить свою жизнь.

Или он не невиновный? Он же убил Григория Сидоровича... Но Вротмнетотем был во Вселенной и исполнял чужую волю, а значит, был всего лишь оружием…

Экзекутор дернул головой и вышел из Вселенной. Всё равно сейчас он помочь ему ничем не сможет. И нет рядом никакого ключика, чтобы освободить орка от виртуала...

Кирилл вынырнул из Вселенной. Он во все глаза уставился на скачущую возле Ковыля Марию. Позвал:

— Нажми на две точки за моими ушами...

— Зачем? — повернулась Мария. — Прекрати глупостями заниматься, лучше помоги привести его в чувство.

— Мария, чтобы я тут тебе ничего не разнес, Андрей меня обездвижил. Нажми на точки, и я тебе помогу...

Мария постояла немного в растерянности, но потом всё-таки подскочила и помассировала области за ушами. Кирилл почувствовал, как напряжение, сковывающее тело, пропало. Он аккуратно поднялся, сделал несколько разгоняющих кровь упражнений.

Когда руки и ноги пришли в норму, Кирилл помог отцепить тело Ковыля от жгутов и карабинов. Похлопывания по щекам, нашатырь и даже кодовая фраза ничего не дали. Ковыль был словно в коме. Тело было ватно-вялое. Зрачки реагировали на свет, но не реагировали на движение.

— Что будем с ним делать? Надо же в полицию? Надо вообще в больницу звонить! Или как? — спросила Мария.

— Маш, я не знаю, — честно признался Кирилл. — Сейчас я должен уйти. У меня… У меня другие дела.

— И ты вот так вот просто уйдешь?

В голосе медсестры появились плачущие нотки.

Кирилл криво усмехнулся:

— Сейчас я должен буду сказать какую-нибудь пафосную фразу, типа «Мы скоро увидимся, детка!» или «Я вернусь, ты только жди». Маш, мы с тобой не в дурацком фильме. Попроси у матери Женьки прощения, он не успел. И… И прощай.

— Как «прощай»? Ты не можешь меня вот так просто оставить. Ты же… Мы же…

Кирилл провел пальцем по её руке, развернулся и вышел. Он не оборачивался даже когда оказался на улице, хотя чувствовал взгляд её горящих глаз между лопаток.

Он не стал взламывать машины, безопаснее было вызвать такси по телефону. Вскоре он вышел на Английском проспекте.

Дверь открыл Андрей. Живая и здоровая учительница английского языка Варвара Александровна Волкова сидела, привязанная к стулу. Она хмуро взглянула на Кирилла и отвела взгляд.

Сама квартира напоминала отделение библиотеки – кругом были книги. Они ютились в шкафу, под кроватью, на подоконниках и на полу. Пахло пылью и застарелым потом. Казалось, что квартиру использовали под склад, а не под жилое помещение. В центре крепилась крестовина для перехода во Вселенную.

— Ты уже провел с ней беседу? — спросил Кирилл.

— Нет, тебя буду дожидаться, — съязвил Андрей. — Конечно же поспрашивал.

— И конечно же узнал нужное? — снова спросил Кирилл, не отводя глаз от Варвары.

— Да чего там узнаешь-то? Нашел её наш дружочек Носов на просторах Вселенной. Обработал, как полагается по НЛП техникам и расположил к себе девчоночку забитую. Ну, про обработку тебе говорить не буду – ты сам на себе её испытал. Воспользовался Михаил Анатольевич глюком системным и усилил Фиолушку, чтобы крушила она черепушки за ради справедливости, — нараспев произнес Андрей. — Дальше растревожил он чувство справедливости у девоньки и давай учить её премудростям черным…

— Можно без напыщенности? — прервал его Кирилл.

— Можно и без напыщенности, — кивнул Андрей и продолжил в прежнем тоне. — Опробовала девонька свои силушки на учителей других школ и оказалось её кунг-фу сильнее. Положили четыре учителя свои головушки во славу справедливости. Похвалил тогда Носов ученицу старательную за хлопоты и поручил девчоночке набрать армию таких же ущербных да ущемленных, чтобы и те обучились темной магии. Сначала Фиолушка Летчика подмяла под себя. Он же и в роли босса нового данжа Хирюна Двоеборца выступил. Он же и угандошил учителя физкультурушки. Потом Летчик так в свои силы уверовал, что захотел и со вторым физкультурником расправиться, да попал он на тебя, ясна сокола…

Кирилл покачал головой. Приходилось вычленять информацию из напевной речи Андрея. Тот явно выступал перед учительницей английского, хотел показать свою киношно-пафосную крутость. Ну да ладно, чем бы дитя не тешилось...

— И сказал тогда Летчик Сашка Разин своей учительнице, что появился в школе крутой специалист, который на одном месте вертел всю ярость черного солнца. А учительница сообщила Михаилу Анатольевичу. Посмотрел Анатольич на тебя, Кирюша, да и признал последнего из серафимов русских. Даже намек сделал, чтобы ты не лез – Летчик грохнул на перехождении в Серебряную Лигу китайского серафима Драгон4. И ещё один ход подлый сделал – обозначил следующую жертву Фиолушку.

— А она выжила во взрыве, — склонил голову на плечо Кирилл. — Поэтому ты так тщательно обстукивал стены в подземном переходе?

Варвара поджала губы. Андрей покивал, как китайский болванчик:

— Ай догада! Вот не зря с тобой вожусь, всё-таки можешь заставить головушку работать. Всё было сделано с точностью до миллиметра – люк в полу машиночки, люк в земелюшке-матушке. За секундочку до взрыва Летчик притащил постороннего человечка в машинку, а Варварушки уже там не было. Ушла она подземным переходиком в места безопасные. Вот только пятно черное осталось на камере – явный промах Фиолушки.

— Гребаный старикашка, — прошипела Варвара.

— Отнюдь, но об этом я упомяну позже, — улыбнулся Андрей. — На чем я остановился? А! Вторым бойцом своей армии Фиолушка сделала Женьку Ковалева. Хороший мальчишечка, со своими принципами. И вот на Женьке как раз и пошел проколушко. Слишком уж он хотел вырваться из той ситуации, в которую попал и слишком сильно хотел заработать денег. В принципе, его можно понять – пьющая мать, заработок только драками на Арене Смерти. Там мы и увидели знакомую черноту. Дальше дело техники – обучение боевым искусствам, где показалась ярость. И, наконец, пришлось даже лечь в бою под Вротмнетотема, чтобы ухватить кусочек кода и отследить местоположение черного солнца.

— Да уж, у меня после этого солнца до сих пор тело ломит, — хмыкнул Кирилл.

— А уж твоё глупое бахвальство и рисование с делами на «Двоечников», когда собралась нас усыпить зарином... Это вообще верх тупости. Понятно, что ты хотела выслужиться перед Носовым, но чтобы так бездарно… И то, что ты оделась мужчиной, воспользовалась синтезатором голоса, стянула грудь и подложила наплечники на плечи, даже это тебя не спасло. Капля крови на крыше дала о тебе больше информации, чем если бы ты пришла сама и объявила, что убиваешь своих соклановцев.

— Ты очень быстр, — сплюнула Варвара.

— Следующей жертвой должен был стать учитель математики. Жаль Сидорыча, хороший был мужик. Жаль, но Евгений выполнил свою миссию. А уж то, что ты и его подругу заставила прикоснуться к черному солнцу… Это не делает тебе чести. Понятно, что смерть Тургриты стало бы боевым крещением Оксанки, а потом вся боевая тройка оказалась у тебя в руках, — перешел на обычный тон Андрей. — Юношеский максимализм вкупе с верой в справедливость мог бы привлечь к тебе ещё больше детей. Дети Ночи… Романтичное название для отряда малолетних убийц.

— Всё равно вы сдохнете. Летчик и Банши найдут вас… — прошипела Варвара.

— Нет, возле них уже есть наши люди. А после того, как из них извлекут чипы, они потеряют свою черную ярость, — сказал Андрей. — Так что тебе будет проще рассказать Кирюше, где нам найти нашего общего врага и погибнуть легкой смертью.

Варвара подняла глаза на Кирилла:

— Михаил Анатольевич оставил тебе сообщение: «Дорогой серафим Экзекутор, ты всё равно умрёшь. Я узнал тебя и буду искать по всей Вселенной. В реальности тебе тоже не будет покоя. Ты уже один раз умер, но я постараюсь убедиться лично, что ты умрешь во второй раз. Оборачивайся на улице».

— Это всё? — спросил Кирилл. — Где он сам?

— Я всё равно тебе не скажу. Профессор научил меня многому, и я не поддамся даже самой жуткой боли. Поэтому могу посоветовать вам не тратить время понапрасну. У вас осталось его очень мало! Очень мало! Паучок уже сплел свои сети. Аха-ха. И скоро муха попадет в них. Ха-ха-ха! — Варвара залилась безумным смехом.

Андрей вздохнул, подошел к смеющейся девушке и коротким ударом заставил её замолчать. Варвара хрюкнула и подалась вперед. Из рассеченной губы выступила капелька крови.

— Красотка, а я вот не такой жадный и расскажу тебе кое-что. На самом деле я не старикашка и у меня нет чувств. Я обычный андроид с пересаженным сознанием человека, которому твой хозяин успел изрядно поднасрать. И я постараюсь выжать тебя всю информацию, которой ты обладаешь. Поверь, я не буду испытывать чувства сожаления, которое может испытать мой ученик. Кирюш, поставь пока чайник и полистай какую-нибудь книжку. Это может затянуться надолго…

Кирилл взглянул на Андрея.

— Дружище, вряд ли ты захочешь это увидеть, — сказал Андрей.

Развернувшись, Кирилл прошел на кухню. Он включил маленький телевизор, который тут же начал вещать о новом чемпионе Арене Смерти. Старый чемпион Вротмнетотем не явился на бой и поэтому новым чемпионом стал эльф с ником Груздь. Беловолосый и остроухий победитель принимал поздравления.

Из комнаты послышалось ерзание и стоны мучительной боли, которые прорывались сквозь тряпку кляпа.

Вскоре вскипел чайник. Кирилл заварил себе и Андрею. Ерзание и сдавленные стоны не стихали. На кухню проник запах экскрементов, Кириллу пришлось открыть форточку. Шум проспекта ворвался в кухню и принес с собой запах дождя.

Через двадцать минут на кухню зашел Андрей. Он вытирал окровавленные руки тряпкой. На молчаливый взгляд Кирилла он покачал головой и одним махом выдул остывший чай. Чуть скривился.

— Вообще ничего? — произнес Кирилл.

— Вообще. Молчала как партизан. Похоже, что этот засранец реально её обучил.

Кирилл помолчал. Потом встал и выключил телевизор.

— Ну, что будем делать дальше?

— Как что? Сначала позвоним Копирову и всё ему расскажем, а потом… Потом вернемся к прерванной тренировке. Знаешь, мне очень не понравилось, как ты разбивал головы тем терракотовым воинам. У тебя очень сильно болтался локоть.

— Да ничего он у меня не болтался. Ты вообще не мог видеть!

— Я посмотрел в записи и мне не понравилось, — возмутился Андрей. — Вихлялся так, что я даже испытал испанский стыд.

— Скажи, а что с новым металлом во Вселенной? — спросил Кирилл после паузы.

— Похоже, что для игроков начнется новая эра игры. И это вряд ли им понравится… Так, надо уничтожить наши отпечатки и можно отправляться на базу. Ты попрощался со своей подругой? — сощурился Андрей.

— Так и не придумал, что можно было сказать на прощание, — вздохнул Кирилл.

— Ладно, напомни мне как-нибудь скинуть тебе список фраз на всякие случаи жизни. Эх, ну что ты за недотепа невежливая? Вот если бы мог, то обязательно бы покраснел за тебя…

Через пять минут старик и мужчина в полном расцвете лет покинули дом на Английском проспекте.

Уже вечерело, когда на подоконник квартиры Варвары Александровны Волковой сел большой черный ворон. Он заглянул внутрь, увидел то, что осталось от учительницы английского языка. Ворон тяжело вздохнул, клюнул два раза в створ рамы и поднялся в серое небо Санкт-Петербурга.

Конец третьей книги

Content

Экзекутор Дети Ночи

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24