Рис Кларисса

НЕЗНАКОМКА. ЛЮБОВЬ НА ВЫЛЕТ

Пролог

Огромная круглая комната вмещала в себя только стол и несколько стульев. Мадам преклонного возраста с интересом крутила в руках серебряный конверт. На ровных строчках дорогой бумаги сообщалось о начале королевской свадьбы. Отбор продолжительностью в полгода, сократили до двух недель. Еще бы, у мерзавки было всего две фрейлины.

Нынешняя Королева была недоступна и уже сделала выбор в пользу неизвестного никому юнца. Для мести оставались только две фрейлины, но и тут достопочтенную леди ждал большой провал.

Первая оказалась надежно спрятана за стенами Института Сакс, вторая же не в меру ретивой вампирессой. Обе оказались не только спрятанными, но и сильными магичками; ментальные внушения их не брали. А к ритуалам крови и демоны, и вампиры имеют иммунитет по праву рождения.

Теперь же даме оставалась только ждать своих спутников и надеяться на благословение богов. Первым порог переступил молодой брюнет и тяжело опустился на стул.

— Колин? — женщина затаила дыхание.

— Жанетта уже отдала свое согласие, — зло ударил по столу Кронпринц Занзеда.

— Аксионелла? — не сдавалась пожилая леди.

— Я с ней спал, — по выбритому лицу прошла тень, — кто же знал, что она фрейлина Кастадеи, я думал — обычная демонесса.

— Она тоже отдала согласие, — в комнату вошел высокий седовласый мужчина. — Все претенденты будут объявлены через пять часов.

— Лорд, — оба едва заметно кивнули.

— Мои люди доложили, что видели мою дочь рядом с этой тварью, — огромные кулаки сжались, — они думали, что я так просто прощу им похищение.

— Не горячись, — Колин отмахнулся, — дождемся объявления кандидатов, а там уже Виктор вернется. Как бы я его не ненавидел, но в своем деле он лучший.

— С нашими мотивами вы знакомы, но для чего вам все это? — оба мужчины посмотрели на женщину.

— Это мои внуки должны были сидеть на троне, — черные глаза полыхнули гневом, — а получилось, что мой единственный сын лежит в могиле.

— Вот это поворот.

Еще долго в комнате горел свет, и шло обсуждение. А в далеких землях демонов полным ходом шла подготовка к официальной церемонии.

Брюнетка в ослепительном черном платье с окаменевшим взглядом смотрела в сад. Сегодня объявят троих претендентов на ее руку и сердце. Ей хотелось усмехнуться и сказать: «Корону и Царство в придачу».

Темные тени бродили по ее лицу, красные губы сжаты в тонкую линию, пальцы нервно постукивают по подоконнику. Это ночь будет самой тяжелой в ее жизни.

Глава 1

— Ваше Высочество пора, — обернувшись, заметила незнакомую служанку, — ждут только вас.

— Подождут, — осмотрев себя еще раз, убедилась, что платье сидит идеально, — все же виновница всего этого балагана я.

Ярко освещенные коридоры гудели жизнью, придворные склонялись в поклоне, слуги в реверансах, а у меня внутри все леденело. Все эти годы свадьба была неким абстрактным явлением, и я о нем думала только в разрезе будущего. Сейчас же передо мной явственно встал выбор, сбежать или пустить все на самотек.

Парадные двери были настежь раскрыты, прием в честь отбора был открытый и прийти мог любой, кого пропустит магия и стража. Глубоко вдохнув и приготовившись к прыжку с огромной высоты, шагнула с каменной маской в зал.

Гостей было не просто много, их было море, которое переливалось всеми цветами и красками. Я, замерев на вершине лестницы слышала, как гул постепенно замирает, пока в зале не образовалась тишина. Со стороны можно было подумать, что на гостей наложили заклятие тишины, настолько оглушительна и не естественна она была.

— Ее Королевское Высочество Кастадея Сисилия Эбирфайр, Кронпринцесса Миртоса, — глашатай объявил о моем приходе с долей опоздания.

Подобрав край пышного платья, медленно начала спускаться по широким белым ступеням. Черное платье ярким пятном сверкало в разноцветной толпе. Людской коридор расступался, а я все с такой же отмороженной маской шла к противоположной стороне залы.

Сегодня королевский помост был украшен в карамельно-золотых тонах. Мама с папой уже восседали на верхней площадке. На второй так же сиротливо стояло мое кресло, по правую руку от мамы. А вот на третьей ступени, по левую руку от папы, появились три небольших кресла для будущих женихов. Давняя традиция, вот оно как, до сих пор жива, и считается чуть ли не самой главной.

По привычке расправила платье и перевела взгляд на народ. Вся наша общая свита в нейтралитете стояла в районе балконов. Элинаэтта, еще не представленная, как фрейлина, нервно передергивала плечами. Аксионелла и Жанетта представляли собой таких же отмороженных кукол, как и я. Мамина и папина свита по выражениям на лицах были вообще не с нами, не удивлюсь, если больше половины из них вообще проекции или голограммы. Могу даже поспорить, что есть даже пара трупов под иллюзией. Разглядывания и угадайка хоть на немного отвлекли меня и не позволили упасть в пучину нервов и самобичевания.

Отвлеклась от внутренних демонов я только тогда, когда на нижней пятой ступени стояли все три кандидата на мою королевскую лапку.

Виктора узнала сразу же, подтянутая фигура и военная форма академии с отличительным знаком проректорского крыла. Трость с золотой резьбой и переливающимися камнями подтверждала его титул. Старший Герцогский дом Камал возглавляющий сейчас род Марстрай.

Вторым рассмотрела блондинистую макушку Михаэля, на фоне двух остальных фигур он выглядел словно девочка в мужской форме. Темно-фиолетовая почти черная одежда, и не упрекнешь, что специально, дроу все же, удачно гармонировала с моим платьем. Шпага на поясе, без камней и искусно обработанного эфеса сразу давала понять не игрушка и не украшение, а настоящее продолжение руки.

Последнего кандидата я со спины так и не узнала, высокий блондин, раза в полтора больше Виктора в алом плаще, отделанном белоснежным мехом. Уверенный разворот плеч и гордая осанка. На такого посмотришь и подумаешь, трон на другую сторону уже можно ставить. К сожалению, его имя я тоже пропустила мимо ушей, витая в облаках.

Все трое развернулись и направились к креслам, а у меня задергался глаз от вида нахальной улыбки и чертей в зеленых глазах. «Волк», — большими буквами билась мысль в мозгу. Почему я не смогла узнать его со спины? Плавные и хищные движения оборотня завораживали, и я с непонятной даже для себя интерпретацией наблюдала за всем творящимся безобразием. У моей фантазии сразу возникли идеи не самого правильного, в данном случае, направления. Словно уловив мое состояние, блондин подмигнул и уселся в кресло. Даже не видя его, я понимала, что сейчас он нахально развалился в кресле, давая всем присутствующим понять, что он тут лучший и вообще единственный.

Я же прибывала в глубоком шоке, куда, вот скажите мне, куда делся, тот Волк, с которым мы дрались и тихо ненавидели друг друга, верните мне его обратно. Я хочу своего соперника, а не этого заносчивого хама, который меня сейчас доводит до бешенства. А вот после этой мысли в голове что-то щелкнуло. По моим губам растеклась улыбка.

Вот ведь наглая Волчара, он знает меня, как родную, и сейчас самым банальным образом провоцирует меня на эмоции. Ледяная маска треснула от одного его взгляда, вот до чего доводит столько лет соперничества. Хотелось захохотать в голос. Он так изящно кинул остальных претендентов. Сейчас весь королевский двор с интересом разглядывал именно его, поразившись моей реакции.

Заметив это же, папа уже более серьезно взглянул на одного из возможных зятьев. Чувствую, он им ту еще веселую жизнь устроит. Каким бы добрым и отстраненным папа ни казался, в случае чего, он становился по истине жестоким Королем. Даже сейчас, спустя столько лет, я не знаю о второй своей семье ничего. Ни бабушек, ни дедушек, ни другой родни с отцовской стороны я не видела. Единственное, что я знало, что папа отрекся от них во время свадьбы.

Церемония тянулась уже не первый час, гости все так же подходили выражали свою скорбь, поздравляли, радовались, проклинали и еще тысяча и одна эмоция на все происходящее. Когда же вся эта толпа схлынула, я прикрыла глаза и съехала вниз по мягкой спинке. Слева раздался такой же стон матери. Отец же уже допрашивал моих женихов на предмет любви ко мне. Не слушая болтовню, я боролась с накатившейся головной болью.

Сердце учащенно билось в груди, голову сдавливали кольца боли, руки и ноги казались чужими. Вторая сущность бесновалась внутри желая немедленно уничтожить всех, кто рядом. Сквозь толщу боли услышала голос отца, который в приказном порядке выгонял всех из зала. Только краем сознания отметила, что стало чуть легче, когда папа приблизился и взял на руки. Еще мгновение и мир перестал существовать.

В себя я пришла уже в собственной постели. Голова кружилась, горло саднило, а тело по ощущениям перенесло еще одно принятие сущности. Обеспокоенное лицо матери заставило занервничать.

— Что произошло? — я не узнавала собственный голос, каркающий и хриплый.

— Мы не думали, что такое могло случиться, — холодная рука отца покоилась на моем лбу.

— Что? — с тревогой вглядываюсь в родные глаза.

— Милая, — мама зарыдала.

— Ты смеска, — отец отводит взгляд.

— Как? — едва слышный выдох, это всё, на что меня хватает.

— Прости, любимая, — папа прижимает меня к своей груди, — мы и представить не могли, что две настолько разные сущности смогут ужиться в одном теле. Когда в четырнадцать у тебя полностью установилась демоническая сущность, мы вздохнули с облегчением, это значило, что наследие серафимов в тебе не проснется. Но видимо ошиблись, именно это сейчас и произошло.

— Папа, ты серафим? — от потрясения я только сильнее прижалась к отцу.

— Нет, моя хорошая, — он погладил меня по голове, — я из древнего рода, но моя семья уже пять поколений не считается серафимами, нас называют падшими. Мой прадед до смерти влюбился в перевертыша, а для серафимов чистота крови важнее кровосмешения. Как ни странно, но родители поддержали его и не стали отказываться от брака с восьмой принцессой горных рысей, за что и изгнали тринадцатый Высший Священный род Дюргма. Пять поколений мы выходили только по любви, но наш союз с твоей мамой не одобрили даже мои родители. Единственный наследник решил жениться на будущей королеве, да еще и вечных врагов — демонов. Моя семья ни разу не видела тебя и даже не представляла о наличии крови моей ветви. Сейчас же, это стало опасно, ты сама понимаешь, был бы я любой другой расы пожалуйста, но смеска демона и серафима — это событие поистине грандиозного скандала.

— К тому же, — с другой стороны прижалась мама, — у серафимов сейчас настала дилемма, венец власти не признает ни одного потомка. Кровь слишком смешана и похожа одна на другую. По факту только у твоего отца и тебя сейчас чистота крови достаточна, чтобы претендовать на трон их империи. Такое уже было в истории, все царство посланников вымерло именно из-за кровосмешения и многочисленных кровных браков. Более миллиона лет они — только затерянный город и страницы в учебнике. Серафимы боятся такой же судьбы, но поздно, транспорт ушел, вырождение их расы началось.

— Да и для нашей империи это двоякая ситуация, — папа поочередно поцеловал нас в макушки, — с одной стороны — принцесса претендует на власть в неплохом таком куске земли; с другой же — в ней течет кровь врагов, да и Король из крылатой братии, хоть и не может таковым называться.

— Я так поняла, — потершись о папину рубашку, поймала весело скачущий по нам белоснежный комок, — сейчас надо принять решение, как это преподнести. Как официальное объявление о намерениях престолонаследования в двух империях или как постыдный факт связи с врагами.

— Ты не по годам догадлива, — маменька почесала, свернувшегося в моих руках Пуха по гладкой шерстке, — и я думаю, как бы нас сейчас не уговаривали, но заполучить власть в стране с таким количеством ресурсов и инженерных разработок, народ не откажется.

— Вы обо мне такого плохого мнения, — папа прижал нас сильнее, — нет, мои хорошие, я давно разработал законопроект о присоединение Волхвы к нашей стране. И давать хоть какие-то права своим бывшим родственничкам я не намерен. Только тотальное подчинение будущей Королевской семье. Милая, ты не против, если сперва коронуемся мы с мамой, а после все унаследуешь ты?

— Думаешь, так будет лучше? — мы с интересом посмотрели на отца.

— Будет меньше подозрений, если, узнав о сложившейся ситуации, бывший Герцог попробует надеть венец и доказать чистоту своей крови.

— Хорошо, — я и мама кивнули, — тогда с утра первым делом отправляем послов с требованиями о доступе к венцу.

— А если вдруг война, — я смотрела на вмиг помолодевших родителей, у обоих в глазах горело забытое шило в одном месте, — мне надо на ком-то потренироваться.

— Надеюсь, до этого не дойдет, — мама с папой поднялись, — но, если все пройдет удачно, проводить отбор тебе придется одной.

— Не бойтесь, справлюсь, — прижав пискнувший комочек, свернулась клубком под одеялом.

— Отдыхай, — получив поцелуй, услышала, как дверь закрылась.

После того как родители покинули комнату, я еще долго размышляла над всем происходящим. Меня не покидала смутная тревога, не спроста все это началось. Смеска — это не страшно, можно было просто не объявлять вторую сущность, заявив, что она неполноценная и влияния не оказывает, все бы поверили, таких половина межмировой системы.

Вся афера с престолом вражеской страны мне казалась до боли глупой, вот на кой-она нам сдалась. Да много ресурсов и единственное месторождение лунного хрусталя, ценнейшего алхимического камня…

От мыслей меня отвлек стук в дверь, вошедшего я вот никак не ожидала увидеть. Мягкой крадущейся походкой Волк приближался к маленькой беззащитной мне. Мягкая улыбка и озорной блеск глаз не добавляли спокойствия в разворошенные эмоции.

— Прости, что так долго, — на покрывало легла огромная синяя роза, — знаю, что черными тебя не удивить, решил привести с собой маменькины.

— Красиво, — пальчиком поманила к себе безумно вкусно пахнущий цветок, — вот только, что ты забыл в закрытой части дворца? На сколько я знаю, гостям, как и вам, запрещено появляться вблизи наших комнат?

— Не забывай, я проходил здесь практику, — даритель вслед за подарком потянулся ко мне, — и никто не удосужился убрать мое разрешение на свободное перемещение по дворцу. У вас ужасный начальник караула, уволить его за такое мало. А если бы мою дорогую принцессу решился похитить страшный серый волк?

— Пока единственный волк, — ударила я по наглой руке, — незаконно находится на территории моей кровати.

— Не так уж и незаконно, — плавным движением два моих запястья были пойманы и заведены вверх, — моя будущая жена себя плохо чувствует, я же должен ей помочь.

— Тогда, что ты остальных не позвал? — теплые губы ласкали шею и ушко.

— Убью любого, — мягкий рык заставил мурашки пробежаться от корней волос до самого копчика.

— О, точно, — в распаленном мозге всплыла мысль, — как тебя хоть зовут-то?

— Что? — изумрудные глаза в шоке смотрели на меня. — Ты где была во время объявления? Вроде в зале сидела.

— Ну, — скромно отвела глаза, — на задницу Виктора пялилась.

— А почему не на мою? — меня ревностно вжали в матрац.

— Твоя плащом скрыта была, — решив не нарываться лишний раз, пошла на попятную, — и все же как?

— Александр, — с таким интимным придыханием.

А дальше я утонула в ласковом поцелуе, из головы вылетели все мысли сразу. Так и лежали, целуясь, я под одеялом, он сверху, испуганный Пух скакал рядом, пытаясь отвоевать хозяйку, которую и так не часто видел.

Оторвались мы друг от друга только, когда в легких стало не хватать воздуха, а губы болеть от поцелуев. Было до одурения хорошо, чувство комфорта и защищенности, от него просто веяло силой.

— А в кого ты превращаешься? — Александр, какое непривычное имя.

— Не поверишь, — мягко потянув, он заставил меня опереться на широкую грудь, — в ледяного волка, именно поэтому плащ и был в белом меху.

— А твоя семья? — поймав белый комок, начала причесывать пушистую шерстку.

— Отец — небесный волк, мать — светлая волчица, — он также попытался погладить Пуха, но получил укус и гневный взгляд черных глаз, — я же фактически позор двух семей, без дара и способностей, все, что у меня есть это сверх сила и вторая форма, только наличие звериной шкуры примирило всех с моим существованием.

— В смысле? — чуть повернув голову, заглянула в глаза.

— У одного на миллион пробуждается полная форма, — меня снова поцеловали в шейку, — остальные же могут только частично прикидываться. Но знаешь, у этой способности есть несколько минусов: партнерш за всю жизнь у нас может быть не больше десяти, и то одобренные волком. Я сперва не понимал, почему ты меня так сильно бесишь, думал из-за силы и вечного лизоблюдства по отношению к тебе, а оказалось ты моя волчица.

— Я и демон-то не до конца, — в голове снова всплыл разговор, — а ты меня в волчицы записываешь.

— О чем ты? — он с беспокойством смотрел на меня.

— Потом, — я отрицательно мотнула головой, — сам скоро узнаешь. Да, и тебе пора. Если узнают, что полночи ты провел у меня, будет скандал. И всем будет плевать, что еще неделю назад ты был одним из стражей замка.

— Ты знаешь, — меня поцеловали в нос, — мне безумно не хочется от тебя уходить, да и плевать мне, кто ты там есть, хоть нерфа.

— Уж поверь, не до такой степени все плохо, — отстранившись, я наблюдала, как он идет к двери.

— Люблю, — и все я снова осталась одна.

Откинувшись на нагретые оборотнем простыни, я тяжело вздохнула, где-то глубоко я понимала, что это неправильно и так не должно быть, но с другой было так приятно и тепло, а голубая роза так сладко пахла.

Зная, что ночью не усну, предпочла устроится у зеркала, размышляя о второй сущности. Нет, на самом деле это не было чем-то сверх трагичным и неприятным. Все же папа не простой оборванец, как его считают, а целый Герцог, так что теперь-то его начнут уважать, а если венец примет родителя, как законного короля, так вообще молится на него станут.

Мне же от таких мыслей вновь стало тревожно, успокаивало только одно: никто не мог предположить, когда моя вторая ипостась попросится наружу, а, следовательно, подстроить так же не могли.

Подойдя к большому зеркалу, представила, как вторая форма проявляется. И с ужасом осознала, я равноправно чувствую обе вторых сущности. А вот этот факт уже спокойствия не добавлял. Такой поворот означал, что я не просто смеска, я обладаю двумя полностью самостоятельными ипостасями, и, если постараюсь, смогу принимать комбинированную. Таких называли проклятыми. Их сущности были проклятием, почти все носители такой способности к сто пятидесятому юбилею были полными психами, а к двухсотлетию гибли.

Еще раз всмотревшись в зеркало, представила, как проявляется сущность серафима. В полном изумление я открыла рот.

Черные волосы за мгновение стали белоснежными, бирюзовые глаза еще ярче, горя в темноте, как у оборотней-кошек. Но больше всего поражали два белоснежных крыла. Я слышала, что не у всех чистокровных они имеют полный вид, да и вообще имеются. У меня же они были не только полными, но и похоже летать я на них тоже смогу. Каждое метра по два с половиной, и хорошо, что комната у меня большая. Попробовала ими пошевелить, и до детского восторга наблюдала, что неуклюже, но они меня слушаются.

Подогнув одно к себе провела по белоснежным перьям, на ощупь те оказались невесомей шелка. Гладкие и мягкие, они словно укутывали меня не позволяя впасть в уныние.

Закрыв глаза, я попыталась представить промежуточный вариант своих ипостасей, но все что получалось, было по истине ужасным и до дрожи страшным. Хотя может быть именно это мне и нужно. Стук в дверь заставил срочно вернуться в человеческую форму.

Три головы, показавшиеся в дверном проеме, заставили с облегчением выдохнуть. Девочки, видя меня, шустро протиснулись в комнату и поплотнее прикрыли дверь. Я, Аксионелла и Жанетта заняли облюбованные еще в детстве стулья, Элинаэтта замерла в нерешительности.

— Выбирай любой, — я кивнула на остальные стулья кабинета, — нас должно быть тринадцать, но, как видишь, всего четверо.

— Эли, — Акси, как старшая фрейлина поднялась, — тебя обучали дома?

— Не сомневайся, — блондинка надменно взглянула на другую и гордо расправила плечи, — я получила лучшее образование: финансы, делопроизводство, документооборот и многое другое. Вам не придется за меня краснеть.

— Замечательно, — Жанетта порылась в стопках документов и извлекла оттуда договор, — это стандартный договор фрейлин, по нему ты со всеми потрохами принадлежишь Кас и империи в целом, и плевать, кто ты там будешь.

— Он сможет защитить от отца? — новоявленная фрейлина вздрогнула.

— По факту ты становишься министром и будущим советником, — я махнула в сторону девочек, — мы все делим обязанности всех тринадцати. По сути у каждой должно быть свое направление, но фрейлин я так и не смогла подобрать, поэтому кабинет министров работает за всех и сразу. Именно этот факт и делает тебя неприкасаемой, без твоего согласия подойти и поговорить с тобой никто не имеет права, а свадьба и дети только с моего разрешения, подтвержденного в храме триединства богов прародителей.

— Замечательно, — быстро подтянув договор к себе и не удосужившись чтением, она поставила размашистую подпись.

— И все же, кто ты? — задала вопрос вампиресса. — Мои ищейки с ног сбились, но информации так и не нашли.

— Я из Графского рода Разур, — перекинув заметно отросшие белые волосы за спину, девушка, тяжело вздохнув, прикрыла глаза, — мой отец известный промышленник, поставляющий на рынок лунные слезы. Девяносто семь процентов всех месторождений принадлежат нам. Я единственная дочь и наследница этой проклятой семейки. Я и в Академию сбежала от родителей. С рождения на меня положил глаз Герцог Вивстор, потный, жирный старикашка, советник нынешнего короля. При всем своем положение проигрывает моим родителям из-за монополизированных цен на слезы. В тридцать пять лет по добрачному договору я должна буду выйти за него замуж, лишившись всех прав и привилегии. Даже собственным голосом не смогу распоряжаться. Как вы понимаете, меня это особо не прельщает, и, простите Ваше Высочество, на этом фоне вы мне нравитесь куда больше.

— Хорошо, с этим разобрались, — я прикрыла глаза, — а теперь главная новость дня. Я — смеска демона и серафима.

На лицах моих фрейлин застыло выражение полного и непередаваемого шока. Девушки были прекрасно осведомлены об отношение этих двух рас к друг другу. И в этом свете мое существование можно было принять за сказочный миф.

— И, — Акси аккуратно протянула ко мне руку, — это же не самая шокирующая новость?

— Да, — я откинулась на мягкую спинку, — мать с отцом отбывают в Волхву. Отец решил принять титул Короля Серафимов. Он, хоть и изгнанного, но все же Священного рода. Два года назад умер старый Король, а венец власти так и не признал нового правителя. Не буду углубляться в подробности, но я и он последние возможные правители, и если все пройдет удачно, то восьмая планета третьей системы будет принадлежать нам.

— Это же хорошо? — Жанетт вопросительно вскинула бровь.

— Не могу сказать, у меня очень плохое предчувствие на этот счет. Как бы все это не оказалось ловушкой: очень все удачно складывается.

— Ты просто себя накручиваешь, — легко отмахнулись девочки.

— Возможно, — и правда такое может быть.

— Что с конкурсом? — перешла к более волнительной теме Эли.

— Да кто бы еще знал, что с ним, — горько вздохнула я, — понятия не имею. Для меня он вообще чем-то абстрактным всегда был, а тут раз и начался.

— Кас, — Жанетт хитро улыбнулась, — твой отец всегда повторял, что он не мешает жене, он ей только помогает.

— Он артефактор, — я задумалась, — и помогает только косвенно, создавая и разрабатывая вещички, облегчающие нам жизнь. Жан, ты умница, вот и первое испытание.

— Не волнуйся, — все трое улыбнулись, — вместе все переживем.

Девушки ушли, а я села строчить приказ о начале первого тура. Строчки ловко укладывались на гербовую бумагу. Мысли летели одна за одной, но как я не старалась предчувствие чего-то неотвратимого не покидало меня; на душе было тревожно.

Глава 2

— Именем ее Королевского Высочества объявляется начало первой недели отбора. Всем вам придется доказать, готовы ли вы стать опорой и поддержкой для своей венценосной жены. Мы все знаем, как тяжела учесть Королевы. А Короля еще тяжелее, он должен помогать жене так, чтобы ее и страну это не задевало и не обежало. Поддержка и забота должна быть такой, чтобы Королева не ощущал себя ненужной и лишней. Король — это опора и поддержка для своей жены, он должен удивлять и ненавязчиво поддерживать ее, понимая груз ответственности, лежащий на ее плечах. Ваше первое испытание заключается в том, чтобы доказать вашу способность поддержать супругу в любой ситуации. На это вам дается лунный цикл, за время которого вы можете использовать любые методы и способности для оказания помощи. На этом оглашение воли ее Темнейшества окончено. Первый этап начался.

В зале стояла гробовая тишина, собравшиеся с изумлением смотрели на камердинера, никто не верил, что так быстро было назначено испытание, так еще и Кронпринцессой, а не королевской семьей. Все это ввело двор в замешательство, так еще и отца с матерью не было видно с самого утра.

На сколько я знала они с самого утра готовили все к предстоящей поездке. Они на столько сильно загорелись этой идеей, что мне становится страшно за их психику. Меня и так последнее время мучает паранойя, а теперь еще и за них переживать.

Весь отбор сдвинули почти на неделю, из-за моего дурного предчувствия, даже женихи не в курсе, что согласие они получили раньше, чем было назначено. Наверное, это было все же перебором, но так всем было спокойнее, да и объявление о сокращение времени отбора сыграло свою роль, мир заволновался. Полгода достаточно долгий срок, за это время можно было сделать много всего, а вот несколько недель уже другой вопрос.

Вот и сейчас я наблюдаю, за тем как по залу прошлась волна возмущения, все нормы и сроки были попросту опущены и происходило по непривычному сценарию. В моем же положение это играло мне на руку, я могла изменять все по своему желанию в угоду своим интересам. И именно этим я и собиралась активно пользоваться.

Спрятав волосы под ярко-алый чепчик официантки я с огромным интересом наблюдала за реакцией гостей и придворных, собравшихся на экстренное мероприятие. Больше всего меня заинтересовала реакция Отставного Антегреса Лоушвейнта. Задумавшись на секунду воскресила в голове все что знала про этого мужчину.

Амбициозный, умный, харизматичный, надежный командир и солдат. Более четырехсот лет был главнокомандующим дворцового гарнизона. Обучал мою матушку фехтованию и тактико-стратегическому управлению. Был доверенным лицом деда и любовником бабушки. Но с приходом отца потерял должность и уважение солдат проиграв, как во владение оружием, так и в магическом плане. Сейчас находится в опале, хоть и пытается постоянно находится при дворе и всеми силами показывает свою принадлежность к королевской семье. Маг силовой поддержки, со средними показателями. Находится под постоянным надзором королевского сыска, в заговорах и иных организациях на прямую не замечен, хоть косвенные улики имеются.

Вторым же кто поразил меня своей реакцией стал Виктор. Знакомые черты исказились гримасой гнева, он явно был раздосадован такой тематикой и придуманным мной заданием. Пытаясь проанализировать происходящее так и не смогла понять из-за чего такая бурная негативная эмоция. Оставив мысли до лучших времен, а точнее до вечера, стала осматриваться дальше. На лице Михаэля застыла маска вежливого наплевательства, а вот Александр наоборот всем клыкастым оскалом демонстрировал свое положительное отношение к зачитанным строчкам.

Незамеченной выскальзывая из зала нос к носу столкнулась с высоким седовласым мужчиной, мазнув по мне взглядом, задержался на манжете фирменной одежды, где был изображен герб королевского рода.

— Милочка не подскажешь, — перехватив меня за руку, низким голосом начал он, — где можно найти Элинаэтта Разур?

— Простите господин, — я присела в низком реверансе, — но прежде чем ответить я должна поинтересоваться кто вы?

— Я, — с задумчивостью протянул неожиданный гость, — ее отец.

— Простите господин, — о чем-то таком я и предполагала, — но вы должны назвать полное имя, факт вашего отцовства не является официальным статусом для сообщения гостям конфиденциальной информации о королевском дворе.

— Я — Бальзак Разур, — до боли сжал мое запястье этот хам, — а ты мне говоришь, что не скажешь где держат мою дочь!

— Руки убрал от нее, — ленивые интонации в знакомом голосе, не обманули меня, Алекс был безумно зол.

— Ты кто еще такой? — в светлых глазах мужчины вспыхнул гнев.

— Александр Люпус, — оскалившись блондин приблизился к нам, — и, если ты сейчас же не уберешь свои грабли от ее Высочества, они окажутся отдельно от тебя.

Не известно, что подействовало сильнее вид взбешенного парня или упоминание моей венценосной головушки, но мужчина отпрыгнул и с непередаваемым отвращением оттер руку о серый камзол.

— Принцесса приношу свои извинения, — в поле нашего зрения появились фрейлины, — вас срочно ищет его Королевское Величество.

— Элинаэтта, — Граф попытался схватить мою фрейлину за руку, но удостоился только презрительного взгляда трех пар глаз.

— Не советую, — Жанетта удлинила ногти, — Эли пока плохо знает правила, а вот я спокойно отсеку вам лишние части тела, за такое обращение.

— Леди Кастадея мы опаздываем, — новоявленная фрейлина пытаясь не выдать бушующие в душе эмоции, отобрала мою тушку у Александра и побуксировала меня вглубь дворцового коридора.

— Ты как? — тихо шепнула я.

— Страшно, — на гране истерики произнесла блондинка.

— Не бойся, — нас догнала Акси, — если что ему на самом деле руку оттяпают, — даже на родине ты считаешься выше его по положению.

— Что отец хотел? — перевела я разговор в менее опасное русло.

— Сказал немедленно привести тебя, — Жанна тоже поравнялась с нами, — что это, что-то срочное и касается ночного разговора.

— Тогда что мы медлим, — я галопом припустилась по коридорам.

Покои мамы и папы находились тремя этажами выше моих. Летя по весело мерцающим коридорам родного дома с непонятной иронией воспринимала все происходящее. Я только вернулась к семье, которую не видела практически пол жизни, а они так скоро покидают меня. Взлетела на пятый этаж я практически мгновенно. Тут освещения было в разы меньше.

На этаже Короля и Королевы жилыми были только две комнаты: родителей и вдовствующей Леди Элеоноры. Остальные фрейлины и офицеры жили с семьями. Но лет через семьсот комнаты будут заполнены все, в этом, наверное, единственный минус королевской свиты, ты не умрешь пока живы твои господа.

Двери родительских покоев были приоткрыты, и я решила не утруждаться этикетом, а просто впорхнула в фиолетовую гостиную. Мама с задумчивостью осматривала гору чемоданов, возвышающихся на месте журнального столика. Папа с детским восторгом поковал еще три.

— Я сильно извиняюсь, — тыкнув пальцем в гору сумок, — но вы что решили на совсем уехать?

— Прости милая, — мама чмокнула меня в макушку, — но у твоего папы мандраж, по поводу, возвращения на историческую родину. И он решил в творческом порыве забрать с собой все что только может пригодится. Как видишь, сумок уже навалом, а он только начал.

— Пап, — протяжно завыла я на одной ноте.

— Ой, солнышко ты уже тут, — отец тут же бросил свои чемоданы.

— Что у вас происходит? — повторила я вопрос.

— Не поверишь дорогая, серафимы так обрадовались моему желанию примерить венец власти, что сами готовы пойти на все наши условия, в случае принятия им меня. Мы просто не можем упустить такой шанс. Завтра с утра они согласны провести церемонию. Сегодня вечером мы с твоей маменькой отправляемся в дорогу. А уже к обеду Волхва будет принадлежать нам, останется только уладить вопросы регентства и управления.

— Милая я тебе обещаю максимум на сколько мы с папой там задержимся это пара месяцев, для улаживания всех вопросов и нормализации конъюнктуры управления.

— Хорошо я, понимая, — прижалась к родителям.

— Прости любимая, — мама провела по моим волосам, — но завтрашнюю встречу с просителями и послами придется провести тебе. Я понимаю неожиданно, но другого варианта нет.

— Мы тебя безумно любим, — папа поцеловал мою встрепанную макушку, — но бразды управления теперь, после официального принятия статуса Витгресис и титула Кронпринцессы тебе придется перенимать.

— И все-таки мне кажется это плохая идея, — я нервно накрутила прядь волос, — у меня ужасное предчувствие. Должно произойти, что-то плохое. Может быть вы не полетите?

— Милая успокойся, — мама прижала меня сильнее, — это просты нервы перед свадьбой. Ты же знаешь, если никто из них тебе не по нраву, все легко исправить.

— Я не про это, — встряхнув головой, — просто все это странно, и вторая сущность, и ваш отлет, и мой отбор, и все и сразу. Очень похоже на чей-то план по уничтожению нашей семьи и империи.

— Самое главное помни, — отец прижал меня к груди, — даже если с нами что-то случится у империи остаешься ты, и не забывай ты Кронпринцесса могущественной империи, тебя должны обожать и бояться с одинаковой силой.

— А теперь беги, — мама подтолкнула меня к двери, — нам еще паковать вещи, а тебе обживаться на троне.

— Хорошо, — я развернулась и почти выйдя не выдержала, — я не приду прощаться. Вы вернетесь, иначе я уничтожу к богам этот мир.

Медленно и степенно я расхаживала по богам забытым коридорам замка. До сих пор в нем скрыто столько тайных проходов и комнат, что даже профессиональные воры и убийцы не рискуют сунуться в переплетения королевского лабиринта. Пользуясь именно эти я и пробиралась по одному из них в подземную библиотеку. В ней хранились все старинные родовые книги и артефакты.

Нужный мне был давно и надежно забыт в хитросплетениях исторических сводок и рассказов. Небольшая черная жемчужинка подвешивалась к короне, как один из декоров и не позволяла воздействовать на чувства и эмоции своей носительницы. Именно за ней я и спускалась по едва освещенным коридорам.

Квадратная комната встретила меня пустотой и запахом сырости. Уверенно пересекла ее и встала в дальнем квадрате, механизм противно заскрипел, и серая нечем не выделяющаяся панель пошла вниз. Стояло лифту начать движение, в потайной комнате один за одним начали вспыхивать магические светильники.

Убранство небольшой комнаты было скромно до безобразия. Деревянные пол стены и потолок, такая же деревянная мебель и стеллажи с книгами и шкатулками. Вот и все что находилось в этом помещение. Но любой торговец, вор и простой смертный отдаст душу кому угодно, за право хоть на минуту попасть сюда.

Пройдя вдоль одинаковых полок с одинаковыми шкатулками, нашла нужную. Крышка поддалась с легким скрежетом. В горе мелких артефактов найти нужную мне жемчужинку оказалось не так-то просто. Попутно наткнулась на любопытное колечко, но решила отложить его в сторону, до обнаружения искомого артефакта. Сколько я провозилась с этим скоплением мелочи я не знаю, но прокляла я все пока отыскала нужный мне блокиратор эмоций.

Приладив оную на место, с облегчением вздохнула, наконец-то круговорот мыслей и чувств перестанут меня одолевать круглосуточно, не хочу я влюбляться, еще и в такое время. Смахнув все со стола в шкатулку с облегчением ее захлопнула. Наконец-то могу уделить внимание неожиданной находке.

Черненое золото и черный камень ограненный в форме шестиконечной звезды. Я только слышала про такие удивительные украшения. По легенде их создала мать прародительница для своих сыновей, Темного и Светлого бога. Когда они влюблялись, то давали избраннице такое кольцо, и если оно не меняло цвет, то любовь была истиной, если же краснело, то придуманным обманом.

И похоже именно такой артефакт Темного бога я и держала в руках, как говорится верится с трудом, но, а если вдруг…

Надев кольцо на палец, накинула поверхностную иллюзию и отправилась в обратный путь. За пол дня я не слышала и слова о своих женихах, это тоже не успокаивало нервы. Мне все так же не давала покоя реакция Виктора, спокойствие Михаэля и осведомленность Александра. Сейчас под действием артефакта и в отсутствие лишних эмоций я оценивала все происходящие за последний месяц ситуации абсолютно, с другой стороны. Даже позволю себе допустить мысль, что он открыл мне глаза на многие вещи. Поступки, фразы, жесты, да многое стало восприниматься мной не с позиции наивной влюбленной дурочки, а с позиции пресловутой отмороженной куклы, коей меня и считают.

За своими мыслями не заметила, как поравнялась с крылом королевской стражи, и, наверное, прошла бы мимо, если бы из-за стены не раздавались вопли и выражения, которые мне знать не положено, но которые я знаю. Прикоснувшись к каменной кладке попросила замок сделать ее прозрачной для меня.

Картинка, открывшаяся мне, очень порадовала и заинтриговала. Алекс в одних штанах стоял в окружение солдат и о чем-то весело смеялись. Все же ему было легче он всю практику пробыл среди них. И если брать это в расчет ему гораздо проще влиться в жизнь замка, его знают все от солдат до придворных сплетниц. Не поверю, что их он не заинтересовал. Понаблюдав за этим, я порадовалась, что уплыла в свои мысли.

Все полуголые мужики опустились на колено перед таким же голым женихом и принесли, что-то в виде клятвы. Хорошо, что не магической, всплеска я не почувствовала. Еще несколько секунд и все от напряжения вернулось к смеху и веселью.

Я же, отступив от поспешила ретироваться, заметив, как Волк начал принюхиваться. Не удивлюсь, что стены для него не помеха. Вынырнула из тайного лабиринта я в королевский малый кабинет. Мама в нем не работала, а вот я с радостью находилась в нем. Быстро прошмыгнула к столу и по макушку зарылась в документы, к завтрашней еженедельной службе.

Как я и предполагала через пол часа мой покой нарушили, вот только это оказался не мой сокурсник, а Виктор.

— Моя хорошая скучает, — из заднего кармана брюк он достал до боли знакомые наручники, — так я всегда к ее услугам.

— Прости, — я подняла от бумаг равнодушней взгляд, — мне сейчас некогда, завал.

— Да будет, — он плавно обошел стол и мурлыкал мне в ушко, — расслабишься, восстановишься и с новыми силами в бой.

— Виктор, — я порадовалась предусмотрительности с артефактом, — я только вернулась, а на меня уже скинули целое королевство думаешь у меня есть время?

— Все так серьезно? — повернув мою голову за подбородок, он пытался найти ответ в моих застывших глазах.

— Да, — и посчитав за лучшее вернулась к документам.

Не даждавшись моей реакции брюнет хлопнув дверью вышел из комнаты, я же только тяжело потерла виски. Не с того надо было начинать знакомство с будущим мужем, ох не с того. Хотя с кем из троих оно началось нормально: первого — ненавидела, второго — презирала, с третьим — ночи коротала. Хорошенькое такое начало общение. Так что ни чего удивительного в настоящей ситуации нет.

Виктор просто считает, что это последние недели в замке Занзеда сблизили его и мня. А тут такой облом. Но странно, что он вообще на это рассчитывал. Ограничение сняли, браслет на руку вернули, выбор у меня теперь не в пример больше. Встряхнув головой вернулась к документам, и к ожиданию другого жениха.

Александр в отличии от Виктора задерживался. Явился он уже тогда, когда я перебрала большую часть документов, и успела забыть, что жду его. Все теми же плавными крадущимися движениями он пересек комнату и начал мелкими поцелуями покрывать шею.

— Ты такая напряженная, — поцелуй получила ключица, — тебе надо расслабиться.

— Прости? — я вопросительно изогнула бровь.

— Ты целый день ходишь по холодным коридорам, — все же почувствовал меня, — подглядываешь за солдатами, еще и сидишь, не меняя позы.

— Как ты знаешь все это, — отвернулась к документам, — моя непосредственная работа.

— Вот и отвлекись, — теплые руки пробежали от горла до живота.

— Прости, — я отвела их, — не сейчас.

— Я понял, — сквозь зубы процедил блондин и чеканя шаг покинул кабинет.

После его ухода я тяжело откинулась на спинку кресла. Это даже смешно, не ужи ли мои будущие мужья даже не воспринимают меня всерьез. Я для них девчонка помешанная на развлечениях и удовольствие. Я знаю, что многих принцесс именно так и воспитывают, но в это же число записывать меня — Кронпринцессу Темнейшей Империи Кастадею Эбирфайр!

От мыслей отвлеклась, когда перед носом запахло паленым. Встрепенувшись обнаружила, что отчет младшей канцелярии догорает под ладонью.

В дверь вновь постучали. Я же быстро ликвидировала признаки пожара и приняла увлеченно-заинтересованную позу. В дверь просунулась еще одна белобрысая макушка.

— Не помешаю? — Михаэль не спешил входить.

— Ну если только немного, — надо же первый, кто вспомнил о этикете и правилах приличия.

— Тогда освобождаем твой стол от бумаг, — легкий ветерок перенес все стопки документов на пол, а я увидела, что в руках у дроу поднос.

— Скоро ужин, — я отмахнулась, — не стоило.

— Он был два часа назад, — водрузив передо мной серебряную ношу, блондин устроился напротив, — кушай, а то с ложечки буду кормить.

Я рассмеялась и только теперь поняла, что голодна. Вкусно пахнущая дичь и ароматный травяной сбор, вкусный десерт и фруктовый глинтвейн. С едой казалось было покончено за мгновение. В голове же скользнула шальная мысль, а ведь он единственный кто реально помог.

— Как ты догадался? — злосчастные документы были забыты.

— У отца такая же глупая привычка, — он стер с моей губы сливки, и слизнул.

— Угу, — от нехитрого жеста я вспыхнула и пробубнила в кружку.

— Не переживай, — он светло улыбнулся, — сейчас твоя жизнь, да и многих людей, в безопасности и приставать к тебе не собираюсь.

— Почему? — такой ответ заинтриговал.

— Ты еще маленькая, — он расхохотался и озорно блеснул фиолетовыми глазами, — да и свалилось немало, тебе работать нужно, а я, пожалуй, пойду.

После его ухода, я не нашла в себе сил продолжить работать. Устроившись на подоконнике заказала себе еще чая и стала смотреть на взлетную площадку дворца.

Ближе к десяти часам, слуги погрузили чемоданы в огромный черный лайнер с гербами нашей семьи выполненными из лунной стали. Пилот совсем еще молоденький поднял пустой борт и дождавшись команды стартовал.

Родители напротив заняли неприметный синий лайнер и не прощаясь покинули территорию родной страны. С этого момента они под большим ударом.

Не выдержав все же разрыдалась. Чай давно остыл, а я все так же навзрыд плакала на подоконнике. Откуда я нашла в себе силы дойти до комнаты и лечь спать я так и не поняла.

В этот раз сон и тьмы были вязкие и со вкусом горечи.

Глава 3

Утро для меня началось с суматохи и поспешных сборов. Во дворце стала известна информация о поспешном отбытии королевской четы в стан врагов. И теперь весь двор жаждал узнать, что такое произошло, и что от этого ждать. Вот с утра и атаковали мои двери запискам и почтовыми заклинаниями. Надоело мне это уже после двадцати минут непрерывного треньканья оповещалок.

Собравшись с силами, надела самое простое черное платье летящего кроя и горделиво от бедра поплыла в малый зал королевских аудиенций. Придворные, пытающиеся задать свои вопросы, были стойко проигнорированы и посланы в неизведанные дали.

Устроившись на троне и накинув легкие согревающие чары приготовилась встречать первую партию местной знати. Прошла она слава Темному, быстро и безболезненно. Каких-либо сложных и запутанных вопросов не поднималось. Благословение брака и принятия бастарда в род пожилого Графа. От второй волны простых жителей империи отделалась тоже малой кровью, кого сразу в канцелярию, кого в госпиталь к целителям, кого просто в тюрьму.

И не ужи ли у нас до сих пор попадаются дураки, думающие, что обученную в военной академии Витгресис, так легко убить?

Но откинув лишние мысли приготовилась к самому тяжелому. Третья волна — иностранных послов и гостей.

Первым был высокий зеленоволосый красавец с шоколадными глазами и до зубной боли противным голосом. Он вещал от лица народов Эндербарга и всех друидов в целом. Долго и муторно он выражал свою радость по окончанию моей учебы и прискорбие об отсутствие их кандидата двадцать девятого Цесаревича Раухта Бергим Эманстауна.

Вторым, к моему удивлению оказалась тонкостанная миловидная девушка на пару лет меня старше, в прозрачных шароварах и лифе. Мелодичный голосок заверял меня в вечной дружбе песчаных шархов и огорчение от моего отсутствия на их ежегодном празднике девы прародительницы. Так же она с радостью предлагала свою кандидатуру на роль моей высоко почетной и высокопочитаемой фрейлины. Обещала ей подумать над столь щедрым предложением, да и на самом деле. У наших империй хоть и нейтралитет, но все же отношения не скажу, что прям хорошие. Надо будет прикинуть ее кандидатуру и познакомится поближе.

Последним к моему прискорбию оказался отец Элинаэтты. По суровому, даже, наверное, злому виду этого мужчины, ничего хорошего мне не светит.

— Я требую вернуть мою дочь, — вот вам нате не здрасьте не разрешите обратится.

— Кхм, а вы вообще кто? — не чуть не смущаясь задала я логичный вопрос, не чего моим подданным знать, что я за ними шпионю.

— Я — Граф Бальзак Разур, и вы незаконно удерживаете мою дочь в стенах этого замка, — горячо заявил он.

— Да? — удивленно округляю глаза, — Немедленно велю разобраться в этом. Кто посмел?

— Вы и посмели, — еще громче прорычал мужчина.

— Я? — не менее удивленно воскликнула с трона.

— Именно вы! — он даже ткнул в меня пальцем, — Верните мне Элинаэтту, немедленно.

— Боюсь вас огорчить, — скромно пожала плечами, — но я и мои фрейлины всецело принадлежат народу этой империи. Если народ согласится, то пожалуйста она ваша. Для положительного вердикта у вас должно быть семьдесят шесть процентов подписей за при менее двух воздержавшихся. В любом другом случае ответ отрицательный.

— Да как вы смеете! — но высказать гневную тираду ему не дали в зал ворвался запыхавшийся гонец.

— Кронпринцесса у нас трагедия! Только что доложили королевский шаттл был сбит. Информации о выживших нет.

— Заткнулись все! — остановила я поднявшийся в комнате гул, — как вы смеете быть такого низкого мнения о своей Королевской семье. Вы своими словами пытаетесь оскорбить всех нас! Прежде чем разносить по дворцу, столице и империи лживые слухи, лучше бы удосужились перепроверить сотый раз информацию. Убить Королевскую чету невозможно! Если хоть кто из вас идиотов скажет о смерти моих родителей — казню! Немедленно ко мне распорядителя и начальника летных стражей. Через час подготовить все для официального объявления о причинах случившегося. Леди Элеонора у меня к вам просьба, соберите вещи для родителей и проконтролируйте составление списков по утерянным артефактам, книгам, драгоценностям и прочему, что могло представлять ценность для империи. Аксионелла займись контролем по расследованию случившегося. Жанетт свяжись с временным правительством Волхвы для выяснения их позиции. Если, что я думаю — война! Элинаэтта смотришь и наблюдаешь, можешь помочь помогай, заметишь что-то странное говори, в общем ты теперь королевская фрейлина. Все свободны!

Тяжело вздохнув опустилась обратно на трон. Чего-то такого я и ждала. Мое предчувствие меня не обмануло. Открытым оставался вопрос: «КТО»? И вот над этим вопросом мне предстояло думать.

Так же все случившееся кричало, о наличии шпиона в стенах родного дворца. Эта задачка уже сложнее, новых единицы, старых подозревать не хочется. Да и об отлете родителей знало не так много людей, все же это было спонтанное решение.

Так же все случившееся кричало, о наличии шпиона в стенах родного дворца. Эта задачка уже сложнее, новых единицы, старых подозревать не хочется. Да и об отлете родителей знало не так много людей, все же это было спонтанное решение.

Отпущенный самой себе час пролетел незаметно. Решение далось мне с огромным трудом. Следующие мои слова навсегда решат примет ли меня народ как своего будущего правителя или мне сразу готовится к бунтам и восстаниям.

Белоснежный мраморный балкон из удобств имел только проекционные системы и усиление голоса. Пришлось самой озаботится согревающими чарами и антиветровыми. Людей внизу собралось не просто много, а очень много. Все они жаждали моей крови.

— Граждане и гости нашей славной столицы, в столь плачевный час, я Кронпринцесса должна объявить о случившемся. Лишь нескольким из посвященных было известно в какой опасный путь собрались наши ее Королевское Величество и его Королевское Величество. К дню рождения империи они хотели преподнести подарок своему народу — империю Волхва. Но из-за вчерашнего могу сделать вывод нашим врагам и шпионам, я клятвенно обещаю, найду и убью, за попытку убийства моих родителей. Бегите сейчас, пока ни я, не мои люди не начали вас искать, смерть ваша будет столь долгой, пока сама мать прародительница не простит вам ваше прегрешение против нашей семьи и страны. Не будет мне покоя пока, все кто причастен к этому, не задохнутся в предсмертном крике. Всем, кто пытался нам помешать, я сообщаю сейчас в эту секунду с этой трибуны — Волхва теперь принадлежит НАМ! За это я благодарю вас — мой народ. Если бы вы не воспитывали достойных сынов и дочерей, если бы вы не носили с гордостью имя демона, если бы не поддерживали нас, избранных небом Королев, не было бы сейчас нашей великой демонической империи. Спасибо вам за это и мой глубочайший поклон. С вашего разрешения я хочу ввести недельный траур. Пусть вся столица, вся империя и весь мир, будет знать, что в столь скорбный час, осознавая все риски и опасности, совсем еще юный парень, который был всего на пару лет старше меня, решил ценой своей жизни обезопасить жизнь королевского рода. В своем посмертии пусть встретит он прекрасные миры за смелость и отвагу, проявленную в момент выполнения секретной операции, младший Грес Николя Стаул награждается королевским орденом первой степени. Его дети получают мое высшее дарование, если проявят такую же смелость, отвагу и преданность своей стране, без очереди и проволоки, получат младший придворный титул и земли из имперского управления. Жене героя я дарую право самой решать, когда прекращать траур по погибшему мужу, никто не вправе принуждать ее к чему бы то не было. Флаги спустить! Народ у вас же я прошу поддержки, отомстим же врагам нашим все единой семьей, плечом к плечу, в столь скорбный час не будет между нами различий, не по цвету кожи, не по чину, не по сословию, станем единой нацией, единым народом перед лицом врага. Я не хочу сеять панику раньше времени, но спрошу пойдете ли вы за мной? Я и мои фрейлины сделаем все, приложим все силы, чтобы избежать войны, но не в наших силах писать судьбу, на все воля Темного.

Я подняла склоненную в поклоне голову и с замиранием сердца обнаружила, что весь заполненный двор опустился на колени, что ж меня приняли и мои действия одобрили. Теперь я могу действовать куда свободнее, многие еще начнут строчить анонимки о подозрительных личностях. Конечно восемьдесят процентов это бредни и домыслы, но попадаются и на самом деле ценные встречаются редко, но бывает.

Постояв для приличия еще минут пять и послушав возгласы про себя любимую, быстро смылась с балкончика, не чего лишний раз нервировать людей. Весь ближний круг встретил меня аплодисментами и поздравлениями с успешно выполненной стратегически важной миссией по успокоению народа.

А вот дальше понеслось обсуждение сложившейся ситуации. От родителей пока ни каких сообщений не было и в ближайшие сутки не предвиделось. Так же надо было организовать большую пресс-конференцию для представителей журналистской профессии, иначе они нас растерзают на ленточки. А вот акулам пера и горячих новостей палец в рот не клади, они или с нами, или против. Второй вариант был куда, как не желательнее. Я знаю, что многие на самом деле пользуются услугами журналистов. Тем могут за возможность первыми напечатать сенсацию, раскопать такое, что не одному тайному сыщику не снилось.

К обеду я чувствовала себя выжитым лимоном, все тело болело, мозг ломило, даже магия бунтовала. Воспользовавшись моментом сбежала в рабочий кабинет матери, а уже оттуда по лабиринту в свой. Каково же было мое удивление, когда, открыв потайную дверцу обнаружила в нем улыбающегося Михаэля и поднос со вкусно пахнущим обедом.

— Так и знал, — он широко улыбнулся, — опять не ешь?

— Мне не до этого, — тяжело опустилась я в кресло, — мне бы передохнуть.

— Вот и совмещай полезное со вкусным, — движение руки и поднос с рабочего стола перелетел на кофейный столик между нами, — не противься, а то как маленькую буду с ложечки кормить.

— Хорошо, твоя взяла, — после первой вилки жареной рыбы, все остальное кончилось, очень уж быстро.

— Есть еще сладкое, — заметив мой голодный взгляд Михаэль достал припрятанный десерт и ароматный чай с клюквой.

— Ты мой рыцарь с сияющим подносом, — с умилением призналась я.

— Вот и хорошо, — он расплылся в улыбке, — наелась?

— Ага, — допив чай я все же встала, — мне надо возвращаться.

— А бедный рыцарь не заслужил хотя бы поцелуя, — даже под блокировкой совесть кольнула, и напомнила, что меня уже два дня от голодной смерти спасают.

Наклонилась поближе к мужчине и попыталась чмокнуть в щечку, но мой маневр был разгадан, и губ коснулись шершавые, обветренные губы дроу. Этот поцелуй отличался от всех, что были раньше. Михаэль ни на чем не настаивал, он ждал действий от меня, это было потрясающе. Когда осмелев я лизнула его нижнюю губу, он тут же приоткрыл рот позволяя мне баловаться дальше. С каждым мгновением меня затягивало все глубже в бездну вседозволенности.

Его руки покаялись на подлокотниках, распаляя мое желание довести его самоконтроль до точки перелома, когда он, плюнув на все сожмет меня в объятиях и перехватит инициативу. Но мужчина словно издеваясь, оставался все таким же податливо-мягки, позволяя мне все. Не помня себя запустила руки ему в волосы, острым ногтем срезая кожаный ремешке удерживающий белоснежные пряди. Тихое урчание, словно большого кота, привело меня в неописуемый восторг, тут же захотелось узнать, что еще можно с ним сделать.

— Маленькая моя, — когда я оторвалась от его губ получила мягкую улыбку, — не провоцируй меня, тебе надо разобраться с текущими делами. А своим шаловливым языком, ты будешь во мне воспоминания, какая горячая и сладкая ты на вкус. Боюсь в этот раз таким коротким диалогом наших тел я не буду удовлетворен, и тебе придется пропустить все важные встречи. Так что вставай с моих колен, бери ноги в руки и бегом управлять государством, а по поводу шпиона не переживай, я уже договорился с вашим главным, мои ребята скоро подключатся.

— Спасибо, — я искренне поблагодарила парня и поспешила скрыться за потайной дверцей.

Сердце бешено колотилось в груди, в ушах стоял гул, а в голове раздор. Как так, я так надеялась на артефакт, а в итоге, схожу сума от поцелуев. Такого еще со мной не было, так в омут с головой, бросаться в объятья и поцелуи, обычно я себя контролировала куда лучше. Да, и не было ни с кем, такого дикого желания спровоцировать на ответные действия.

Обычно это мне доказывали, что даже у ледяной куклы есть эмоции. За какие же нити моей тонкой душевной организации подергал дроу? Успокоившись придала лицу самое нейтральное выражение и вошла в кабинет. М-да, обратно что ли уйти?

Количество человек, находящихся в нем било все рекорды. Одиннадцать маминых фрейлин плюс три мои, десять папиных офицеров и два жениха, Михаэль нашел более действенный вариант поговорить со мной.

— Что? — укоризненно посмотрела я на всех.

— У нас проблемы, а вы по свиданиям бегаете, — издевательски проговорила отставная камер-дама.

— Леди Валвер, — я бросила в ее сторону маленький сгусток воды, — остыньте. Мне тоже положено питаться, а в вашей компании простите кусок в горло не лезет. И так что за сборище?

— Делегация дроу запросила разрешения на оказание помощи в поимке преступников, — четко начал главнокомандующий дворцовой безопасности, — пришлось дать согласие. Король выразил огромною благодарность за оказанное доверие и обещал передать вам подарок.

— Я в курсе, — припомнила я слова Михаэля.

— Хм, — слово взял Герцог Фрихт, — в связи со случившимся вынужден ввести положение строгой отчетности.

— Я поддерживаю, — кивнула я главе королевского сыска.

— Так же я планирую расширить полномочия Герцога Бори и Маркиза Каус, — указал на названных мужчин, — все министров огромная просьба переехать на королевский этаж, офицеров это так же касается. Всех лишних выдворить из дворца.

— Согласна со всем кроме последнего, — отрицательно помотала головой, — сейчас многие делегации и посольства прислали не последних людей, да и еще как минимум полгода нас ждет паломничество разных представителей. Мы не можем закрыть дворец, это негативно отразится на внешнеполитической ситуации и положении нашей страны. Леди Дария, леди Таргис вы со мной согласны?

— Вы правы ваше Высочество, — согласились со мной обе женщины.

— Тогда Барон Раух введите строгую отчетность всех прибывших, — распорядился Адъютант-офицер.

— Хорошо если Принцесса согласна на такие уступки, — как этот затесался к папе я даже не представляла, слава Темному, весь двор уже привык к джину, к его экзотичной внешности и манере одевается.

— Против такого не возражаю, — я кивнула, — Леди Дария, Леди Разур вас попрошу задержаться нам надо обсудить предстоящую конференцию, остальные могут быть свободны.

— Не переживайте, — Графиня Оалиа Дария присела в реверансе, — мы с моей очаровательной преемницей все сделаем в лучшем виде, вам же стоит отдохнуть вы слишком бледны и не здоровы. Для камер и фотографий это плохо. Нам не нужны лишние слухи о вашем плохом самочувствие и возможной болезни.

— Все вон! — зычный голос главного вояки страны вымел все из моего кабинета, — Не перетруждайся деточка, я же тебя еще в колыбельки нянчил только вчера, а вот оно как повернулся. Уже разгребаешь весь этот срам. Бедная моя.

— Дядюшка Вальзак, — я чуть не разрыдалась, с каким искренним сочувствием этот огромный мужчина меня жалеет. Вроде они с отцом всю академию вместе прошли, так и не смогли расстаться. И вот теперь Рыцарь гор Вальзак Эмор является военачальником Миртоса и грозой всех стран.

— Отдыхай, — он потрепал меня по макушке, — я приставлю стражу, то бы тебя не беспокоили. И так вся исхудала, одни кожа да кости. А тут сразу из огня да в полымя.

Суровый вояка ушел, а я сползла вниз по высокой спинке кресла. Не ожидала я, что мое управление начнется с такого. В голове гудело еще сильнее, даже две конфликтующие сущности заткнулись и в обнимку пережидали бурю, отложив мысли на потом взялась за документы.

Стояло начать с проверки списков. Как я и думала людей знавших о отбытии было не много, сверила из со списком тех, кто знал о другом корабле, уменьшился больше чем на треть. Осталось всего восемь фамилий, вот с их проверки и решила начать.

Первые трое были горничные, все девушки попытались затопить рабочий кабинет слезами и соплями, но все же даже под ментальным воздействием оказались чисты. Ну если только одна продукты с кухни таскала кормить больную мать и восемь младших сестер. Подумав назначила ей пособия и возможность отправить девочек в школу при королевской семье, много девочек не бывает.

Следующих я вызвала пару охранников, которые в вчера стояли у покоев родителей. Те, когда услышали обвинения в свой адрес, чуть в обморок не свалились, ну прям немощные леди. Правда к их чести, в кабинете они остались только из-за барьера, который не дал им покинуть комнату в поиске неведомого врага. На ментальное сканирование оба согласились добровольно и с готовностью открыли разум.

Последние трое оказались куда сложнее. Первый — виконт соседней империи нереид. Вторая посланница — нимф, с которой отменили встречу, извинились и попросили встретиться с Кронпринцессой. Третьим — был тот самый Николя Лоушвейнт, который вчера привлек меня на оглашение задания.

Начать я решил с той самой оскорбленной нимфы. Ждать мне пришлось почти час, пока она соизволила вплыть в главный кабинет.

— Даже не предложила мне сесть? — капризным голосом заныла девушка.

— Еще одна подобная фраза, — мои бирюзовые глаза заледенели, — и я не только от своего имени, но и от имени всей империи разорву все возможные отношения с вашей страной. Вы милочка заставили ждать вас почти час. Я Кронпринцесса! В стране чрезвычайное положение, а кокая-то заносчивая баба будет указывать мне на то что я не предложила ей опустить толстую задницу на стул? Я еще даже не в курсе живы ли мои родители, а вы тут губы дуете, знаете, что, катитесь отсюда к Светлому!

— Простите, — мелко дрожа от наплыва магии смерти, она упала на колени, — это не простительно с моей стороны, я не хотела вас оскорбить. Моя страна более трехсот лет пытается добиться мирного соглашения от Зуркендорфа, прошу не отворачивайтесь в столь скорбный час. Вы наша единственная надежда. Альянс с демонами, это весомый аргумент в переговорах. Молю, мы окажем вам любую помощь и поддержку. Это ужасно, еще вера я мечтала наконец-то встретится с вашими родителями, а с утра разнеслись такие вести. Еще раз умоляю простите мне мою бестактность.

— Я подумаю, — замогильным голосом выдала я.

— Я все поняла, — она быстро испарилась за дверь и уже оттуда до меня донеслось, — буду ждать вашего решения.

Так еще одну можно вычеркивать. Я на самом деле слышала об этом военном конфликте, и на самом деле первый кто добьется поддержки сильного государства победил. Остались еще двое. Виконт прискакал ко мне буквально через пять минут, будто за углом караулил, когда его позовут.

— Мая дорогая, такая трагедия, — запел этот голубоволосый представитель не до рыб.

— Я не ваша, и тем более назвать некроманта милым, может только труп, — с полной уверенностью заявила я.

— Кхм, простите Леди Кастадея, — он тут же выпрямился, — мое почтение представителям демонической империи. От лица всех нереид приношу вам глубочайшие соболезнования, но все же мы надеемся на расширение торговых отношении.

— Тогда вам к Леди Элеоноре Размерд, она отвечает за сельское хозяйство, к Леди Дидиар Таргис она отвечает за внешние связи и к Леди Гвернид Соулфей она отвечает за природопользование и охрану окружающей среды.

— А как же вы, — не знаю на что надеялся этот мужчина, но не обладая врожденной магией, пытаться, что-то доказать магу, который видит тебя насквозь, глупо.

— Я все сказала, — я опустила глаза в документы, — у меня уже есть полный комплект женихов, — и вы меня не привлекаете, прошу покиньте мой кабинет и займитесь делами.

Мужчина не сильно расстроился, видимо это было просто для галочки и довольный жизнью удалился. Бедные кухарки, надо будет им компенсацию назначить за этого доморощенного бабника. Оставался только последний вариант Николя Лоушвейнт. Разговаривать с ним не хотелось, да я и понимала, что он куда старше всех тех, кто имел место быть в списке. Прожженный интриган до мозга костей. Мне с ним к сожалению не тягаться. Ему больше тысячи, я по сравнению с ним никто. Бабушка с дедушкой давно живут в солнечном континенте, а он все никак не отлипает от двора.

Придется назначать дополнительную слежку и отдавать особые распоряжения на его счет. Пока мы не поймаем его за руку, все бесполезно.

Потянувшись встала, время на часах перевалило за одиннадцать. Нужно нести свое бренное тельце в мягкую кроватку. А то еще неизвестно, что подарит мне завтрашний день.

Глава 4

С утра единственным доступным желанием было убить, того кто посмел прислать эту записку с требованием немедленно явиться в главный зал. В моем нынешнем состояние слово немедленно растянулось почти на полтора часа и то если бы не верная Маркелия спала бы я себе дальше.

Повод для моей побудки в шесть утра оказался очень прозаичным, пресс-конференцию назначали на девять. Итог злая я и злые журналисты, будем пытаться обмануть друг друга. Не удивлюсь если они уже знают больше чем я и вся королевская гвардия вместе взятые.

В это не радостное утро порадовало только письмо от родителей, которое я вскрывала мелко подрагивающими руками.

«Доченька,

Мы с папой безумно за тебя переживали, но ты молодец справилась в такой сложной ситуации, просто замечательно. С нами все хорошо, добрались мы уже почти к рассвету, когда же узнали, что стало с королевским бортом, скажу честно неприятно удивились. Встречающие представители серафимов тоже выглядели обеспокоенно. Правда пока не разобрала чем, нашим выживанием или попыткой убийства.

Не волнуйся дорогая венец принял нашего папочку с распростертыми камнями, переливался так, что мне аж дурно стало. Народ и старое правительство не выглядят шибко довольными, но не волнуйся мы с этим разберемся. Если, что наготове держи войска экстренного реагирования, и отдай негласный приказ о зачистке сопротивляющегося народа Волхвы.

Как истинная девочка, я не удержалась и покопалась в сокровищнице. Я скажу тебе, не очень-то она и богата. Если уже растащили поубиваю за государственную измену. Самое ценно, что смогла найти, это кольцо. Надеюсь, оно тебе понравится, необычный бриллиант. За обручальное точно сойдет, а там уж ювелиры придумают достойное тебя.

Не волнуйся мы с папой очень тебя любим и поддержим тебя во всем.

С любовью,

Мама»

Строки от родных грели душу и давали силы пережить сегодняшний день. Кольцо оказалось безумно красивым белое золото и бриллиант ограненный в форме шестиконечной звезды. Невероятно это же второе кольцо, уже Светлого бога. Пока не рискнула надевать его, все же надо посмотреть в библиотеке, как два кольца отреагируют друг на друга. Спрятала коробочку в карман.

Приведя мысли в порядок и расправив складки на подоле пышного платья, посмотрела на двери конференц-зала, как на врагов народа. Сейчас меня там ждут пол сотни самых свирепых акул пера и горячих репортажей. К таким военным действиям в Академии меня не готовили, и придется выходить на минное поле без подготовки, любой неверный шаг и ты труп. Перед смертью не надышишься, все вперед и с песней.

По случаю траура золотисто-карамельное убранство зало сменили на темно-синий цвет и убрали любой намек на праздность и торжественность, все выглядело грустно и официально, напоминая о трауре и причине нашего здесь присутствия.

Чинно прошествовала к возвышающемуся около соседней стены подиуму. Заняла полагающееся мне место за полукруглым столом, и все это в идеальной тишине.

— Я понимаю, — решила не задерживать никого, — вы собрались для объявления сенсации, но нет спишу вас расстроить Король и Королева Миртоса живы, по моим данным завтра с столице серафимов будет дана еще одна пресс-конференция.

— Кронпринцесса, «Имперский вестник», чему будет посвящен недельный траур?

— Мне очень печально от ваших слов. Вы в отличии от многих базируетесь в пяти минутах от дворца и не удосужились посетить вчерашнее открытое заявление. Траур объявлен по погибшему солдату, который взвешивая всю опасность сложившейся ситуации, решился ценой своей жизни защищать королевскую семью. Подвиг Греса Николя Стаул, достоин того, что бы о нем не забывали.

— Ваше Высочество, «Новости Камберберга», почему Король и Королева покинули дворец в такой спешке?

— Кто вам такое сказал? Эта поездка была запланирована еще два года назад. К сожалению, нам пришлось ждать моего выпуска из Академии, для возможности ее осуществления.

— Принцесса, «Мировая сплетница», правда, что выбор женихов был фиктивным?

— Эванеска Грин, если не ошибаюсь? С чего вы это взяли, что такая чушь вообще может иметь место быть? О личностях моих женихов я узнала только в день оглашения.

— Я осведомлена о вашем участии в отборе невест. Там вы жили в одном замке с одним из кандидатов Виктором Камал. Второй Михаэль Ротье так же присутствовал от делегации дроу. А с Александром Люпус вы обучались в одной группе. Вы все еще утверждаете, что кандидаты чистой воды ошибка?

— Темный дай мне сил. Вы хоть сами себя слышите? Я принимала участие в отборе невест? Вы откуда взяли эту бредовую новость? Если бы это было правдой, все издания пестрили бы этой поистине грандиозной новостью. С Виктором мы на самом деле были знакомы, я танцевала с ним лет пять назад на балу «Верховной чаровницы». Михаэль Ротье сын маменькиной фрейлины и бывшей Королевы дроу Кармелы Дюэр, на этом моя осведомленность о его личности заканчивается. Александр Люпус, это имя я вообще узнала только три дня назад. Поверти семь лет обучения вместе с ним запомнились мне только нашими постоянными стычками. И запомните прежде, чем верить словам своего любовника — Кронпринца Колина Айора, хотя бы проверяйте правда это или его несбыточная фантазия. Будут ли еще вопросы по существу, или мы переходим к обсуждению сплетен?

— Леди Кастадея, «БардНью», скажите какова позиция Миртоса по дальнейшему сотрудничеству с Волхвой?

— Без комментариев, на этот вопрос вам смогут ответить только там. Следующий.

— Ваше Высочество, «ГардПик», вы уже знаете кто совершил нападение?

— К сожалению удовлетворить ваше любопытство я не в праве. Все материалы по данному эпизоду пока что строго засекречены. Ознакомится с ходом расследования по данному эпизоду вы сможете после публикации открытого отчета Королевской Стражи.

— Леди, «Эрдордор», вы посетите маскарад «Верховной чаровницы»?

— Планирую, но пока что за стопками обязательной корреспонденции, приглашение я не нашла, и боюсь не найду, если все и дальше будет так идти.

— Принцесса, «Мир познания», почему ваша квалификационная работа не выставлена на академическом доступе?

— Я посчитала, что любая моя работа принадлежит людям моей империи и я не вправе распоряжаться ими по своему усмотрению. Именно поэтому я отказалась от мысли подарить мой труд Академии, а сохранила его, как наследие нашей великой страны.

— Леди Кастадея, «Мода Мадам», скажите в чем вы собираетесь выходить замуж?

— Извините, но не знаю, я о таком еще даже не думала. Обручальное кольцо и то родители сегодня с утра прислали, а вы мне про платье.

— Принцесса, «Экстра Вамп», в каких цветах вы планируете свадьбу, к чему готовится нашим читателям.

— Если вопросов по существу больше нет, то простите мне надо работать.

— Есть, «Кэстал», как долго вы надеетесь скрывать смерть Короля и Королевы?

— Темный, да завтра все сами узнаете на большой пресс-конференции в Волхве!

Из зала я практически сбежала. Вот как так можно? Я им про одно, они мне опять про это же. Нормально объяснила завтра сами все услышите, нет они мне опять про смерть долдонят. Если бы родители погибли, корона на моей бедной головушке, уже бы поменяла форму, и имела бы вид королевского венца. С такими нерадостными мыслями я и шла по направлению к малому тронному залу, сегодня предстояло отдать несколько важных распоряжений. И как я умудрилась про такое забыть? Спасибо журналистам напомнили.

С непривычки корона ужасно давила на голову, все же в военной академии данный девайс не включен в обязательную школьную форму. А под вечер я в комнату еле приползала и было уже не до тренировок.

Вот и сейчас усаживаясь на мягкую подушку все мысли были о злосчастной короне. Следовало переключить внимание на происходящее рядом, а точнее на Виктора и Александра, которые явно намеревались совсем по-людски набить друг друга рожи.

— Отставить, — хорошо поставленным командирским голосом, рявкнула на них, — совсем поплохело?

Парни присели и с непониманием в глазах посмотрели сперва на меня потом друг на друга, так и не поняв мою к ним претензию.

— Пока есть время, на кушай, — Михаэль протянул мне пару бутербродов с холодным мясом и сыром, — обед ты сегодня явно пропустишь.

— Ты решил раскормить меня до размеров колобка? — усмехнулась я с обожанием смотря на бутерброды.

— Нет, — легко улыбнувшись ответил он, — просто будет плохо если ты свалишься в голодный обморок. Впечатление будет не совсем нужное, согласись?

— Спасибо, — когда с перекусом было покончено, я настроилась на долгие часы разговоров.

В своих предположениях и опасениях, я не ошиблась. Мучили меня практически до ужина. Толпа организаторов ворвалась в комнату пестрой толпой. Как и всегда они принесли с собой суету и гомон праздничного настроения.

Я не помнила, чтобы они хоть на мгновение замирали. Свадьбу разбирали и собирали, деталь за деталью. Украшенный иллюзией зал превратился в поистине фантастическое место. Хрустально-ледяная сказка, а я забыв обо всем почувствовала себя сказочной принцессой в высоком ледяном замке, укрытом в метелях и бурях гор. Волшебство лилось и переливалось, словно тонкая пелена, создавая все более красивые картины декораций.

Словно забыв я впервые увидела женихов, на каждом был накинут марок традиционного свадебного одеяния. Они сами с интересом себя разглядывали.

— Лучше обычная военная форма, — Виктор с отвращением смотрел на черные брюки и удлиненный жилет.

— Вы все же невежа, — Михаэль блеснул фиолетовыми глазами, — вот, что значит не дворцовое воспитание. Это традиционные одежды, а не ваша прихоть. И будьте любезны держать свое мнение при себе.

Вот не хватало мне проблем, теперь еще одна добавилась. Да, Светлый с ними пусть сами с одеждой разбираются, авось не благородные институтки Сакс. Закрыв глаза и потирая виски убедилась, все очарование сказки пропало, стоила моим будущим, открыть рот.

Послушав еще минут десять бессмысленную перебранку троих здоровых мужиков относительно выбора одежды, сочла за лучшее удалиться в комнату совещаний, где должны работать мои фрейлины. Девушки обнаружились на месте.

— Это полный кошмар, — отстегнув юбку осталась в корсажном лифе и шортах, — они хуже нас выясняют, какие тряпки будут модными в этом сезоне.

— Они еще просто не в курсе, — весело рассмеялась Акси, — обычно модным становится то, в чем появляется твой отец или мать.

— Вот и я про тоже, — тяжело опустила голову на холодное полированное дерево столешницы, — и смысл тогда так нервничать?

— Кас, — Жанетт отвлекла меня от угнетающих мыслей, — мне кажется, моим людям удалось найти утечку информации.

— Рассказывай, — тут же подобрались все мы.

— Смотри, — она достала толстую красную папку, — лайнер взорвали в нейтральном пространстве меж мирового перехода. Из этого можем сделать вывод, неизвестные были прекрасно осведомлены о конечной точке перехода раз. Два, это статический маршрут, заложенный в шаттле. Три, порядковый номер изменения схем. Четыре точное время взлета. Без всего этого рассчитать точечный удар заклинанием класса расщепление невозможно. Данный тип магии направлен на полный распад объекта до молекулярного состояния. Сам корабль от этой участи спасло заговоренная лунная сталь. Так же по мнению моих людей, сделано это было профессионально обученным магом не ниже Магистра. Из всего этого можно сделать выводы, знали наверняка и все, для этого надо иметь соответствующие допуски.

— Антегрес Лоушвейнт, — я поморщилась, — всех остальных я уже проверила. Этот же слишком хитер и опытен, чтобы попасться. Если это был он, то прямых доказательств мы все равно не найдем.

— Его тоже проверили, — Жанетт переложила документы, — ага, в тот вечер все свободное время провел с Леди Андержиной Саурейман.

— Саурейман, — я несколько раз повторила фамилию на различные лады, — знакомая, но откуда я ее знаю, увы вспомнить не могу. Но очень знакомая фамилия. Ладно оставим этого гада до лучших времен. Что вам известно о Вирджинии Варху?

— Честно вообще ни чего, — Акси первая пожала плечами.

— Я только слышала, — рыжеволосая побарабанила по столешнице, — она то ли дочь от пятой жены, то ли от любимой наложницы, то ли от любимой пятой жены наложницы. В общем, дочь Шейха и главы всех шархов.

— На три года младше меня, — прикрыв глаза Эли словно читала по бумажке, — единственная дочь Девяносто седьмого Шейха Индер Бур Вас Эфи Самсик, унаследовавшая дар предков к магии пространственного типа и ментального воздействия. По последнему даст фору любому эклину, слишком сильный и четкий дар. Очень странно, что вы спрашиваете именно про нее. Даже в Академии ее хранили как самую большую драгоценность шархов.

— Она прибыла к нам, — я сделала неопределенный жест, — и как я поняла, ее цель, занять место при мне и королевском дворе Миртоса.

— Тогда надо с ней поговорить, — кивнули все трое.

— Элинаэтта, — я перевела взгляд на бывшую служанку, — завтра с утра организуй нам встречу с ней. И, наверное, предпочтительнее в этой комнате.

— Хорошо, — легко кивнула блондинка, — и Кас, что делать с твоими женихами, за три дня семь раз срабатывала защитная магия на твоих комнатах и на комнате собрания младшего заседания кабинета министров.

— Да, — кивнули два других министра, — хоть мы ей и не пользуемся, а собираемся у тебя, но бегать каждый раз в центральную часть замка, честно поднадоело.

— Вот, — тихо выругалась я сквозь зубы, — завтра с ними поговорю.

— Тогда мы пошли, — девушки поднялись, — отдыхай.

Простонав я уткнулась лбом в скрещенные на столешнице руки. За что? Вот за какие мои прегрешения Темный так на меня гневается. Почему эти трое себя так странно ведут? Неужели нельзя было просто походить недельку по замку с умным видом, эмитируя бурную заинтересованность.

Нет же они решили довести весь замок до белого коленья, сейчас и так не самые легкие времена: Король с Королевой в опасности за пределами дворца, я же наоборот в его стенах, заговорщики, возможность бунта или переворота. И на фоне всего этого они решили построить из себя обиженок. Плохая невеста отлучила от тела и не дается в ручки все трагедия вселенского масштаба.

Я конечно все понимаю, но это уже перебор, а когда я беременная буду, вообще по фрейлинам пойдут, или сразу по борделям. Нет уж, не можете терпеть будем учиться самым простым способом, на практике.

Посидев над такими мыслями еще полчаса решила все же последовать совету девочек и пойти наконец-то поспать, а то как сказал Михаэль, еще слухи пойдут о моей яка бы болезни, а нам оно нужно? Правильно не нужно. С такими мыслями я и уснула, едва голова коснулась подушки.

Глава 5

Утро я встречала помятой, злой и не выспавшейся, с пяти утра под моими окнами орали все, кому не лень, даже магия не заглушала вопли разномастной толпы. Весь замок замер после объявления о коронации отца. Слуги, знать, армия и народ не знали, что им дела в сложившейся ситуации. Сейчас Королевская семья фактически правила в двух мирах, что выводило нашу империю на абсолютно другую ступень в мировой геополитике.

Засыпала я простой принцессой демонов, а вот проснулась наследницей уже двух держав, и какая опасней споры шли до сих пор. Теперь же две вечно враждующие страны объединились под властью одного королевского рода.

Для врагов и друзей поменялось все. Если раньше мы могли пугать только дарованной нам силой, то теперь в нашем распоряжение находились еще и все военные технологии скрытных серафимов. Думаю, мама прогулялась не только по сокровищнице.

Допив давно остывший чай, поднялась и пробежала глазами по двум корзинкам цветов. Голубые розы — Александра. Черные камеи — Виктора. От Михаэля я получила безумно вкусный тортик, чай, пару бутербродов и записку с поздравлениями, так же он обещал помочь на сегодняшнем приеме. Я даже не знала, что на сегодня что-то запланировано?

Поднявшись поймала влетевший в спальню самолетик. Акси сообщала, что Вирджиния ожидает меня вместе с остальными в комнате собраний. Не заморачиваясь обувью скользнула по теплому полу в соседнюю дверь.

— Доброго утра, — я села на стул и поджала ноги.

— Поздравляем, — хихикнули мои фрейлины.

— Ваше темнейшество, — брюнетка подскочила при моем появление, — благословенны будете вы и ваш род. Позвольте мне высказать радость от столь…

— Отстань ты со своими речами, — прервала я поток не нужной информации, — если ты претендуешь на место моей фрейлины, то должна четко понимать одну вещь. Нам вместе жить больше тысячи лет, как думаешь на сколько хватит, твоего запаса витиеватых слов?

— Простите, — она скромно потупила взор.

— Лучше расскажи о себе, — Эли по привычке заварила мне чай, и принялась за укладку растрепанных волос.

— Я незаконнорожденная дочь Шейха Индер Бур Вас Эфи Самсик, — она поправила выбившийся из укладки темный локон, — на сколько вы знаете у меня более ста братьев. А сейчас мой отец находится при смерти, его отравили ядом цисии, от него нет противоядия. Единственное, что он успел сделать для меня, это выслать к вам, как посла. Его воля состояла в том, чтобы я получила место вашей фрейлины.

— Знаете, — я задумалась, смотря мутным взглядом в стену, — мне кажется, что такими темпами, моими фрейлинами будут только беглянки.

— Простите? — беглая принцесса шархов, я чуть не заплакала.

— Эм, — Акси потупилась, — я сбежала от семьи, от вечных побоев и скандалов, Кас приняла меня, и дала все, что я сейчас имею.

— Я же напротив, — Жанетт подняла глаза в потолок, — почти насильно была отправлена сюда, как милость высокородных сая, заявление в вечной дружбе. Отец знал, что на родине меня не примут. Смеску вампира и фейри.

— Я сбежала от семьи, — легко пожала плечами Элинаэтта, — я знала, служение Кас, лучшая из участей, что меня ожидала. Эклина, так еще и не невинная, позор семьи. Жадный Герцог, чья власть всеобъемлюща и непреклонна, меня не прельщал.

— Все трое выбрали меня сами, — я отпила холодный чай, — я не заставляю служить мне, не принуждаю и не жду покорности. Быть моей фрейлиной — это понимать, что у тебя власть над многими, но и ответственность не меньше. Ты не сможешь принадлежать даже мужу и детям, ты станешь только моей, только я буду тебе за бога, но в тоже время отдам всю себя взамен. От тебя сейчас нужно только твое решение рассказать правду и подписать почти рабский контракт.

— Да не такой он и страшный, — рассмеялась Эли, — у меня вообще вассальная клятва.

— Прости уж, — я потупилась, — в той ситуации, придумать, что-то еще я просто не смогла.

— И так вернемся к вам, — Акси перевела взгляд на замершую шарху.

— Отца на самом деле отравили, — она тяжело опустилась на стул, — вот только сделал это, кто из моих братьев. В нашей семье всегда вокруг отца было много женщин, и старше моей матери и младше. Вот только ни одну из них он не любил и не ценил, так же как меня. Я стала для него всем и звездами, и светилом. А когда мудрецы сказали про мой дар, его счастью не было границ, ни один из моих братьев не обладает даже крупицей магии. Имя матери я так и не узнала, и только могу строить догадки, от нее или нет я получила столь ценный подарок. Сейчас, когда власть отца почти пала, выбор старейшин склоняется ко мне. У нас множество историй, когда женщины правят не хуже, а зачастую и лучше мужчин. Даже вы тому примерю. Услышав это сорок старших братьев решили, что я идеальный кандидат на их постель, тот кто первым лишил бы меня девичьей чести, и показал мир женщины, стал бы нареченным моим супругом. Узнав об этом, отец выслал меня сюда с письмом к вашей матушке, но по прибытию я узнала, что Королевы нет, а о вас Кронпринцесса было известно слишком мало. Но ваши слова подумать зародили в моем сердце надежду. Никто из моих братьев не посмеет просить аудиенции у незамужней вас, это бы нарушило приличия, и заставило стать вашим нареченным. Молю вас, я согласна на все, только дайте мне шанс.

— А у тебя братья, — Жанетт указала на рыдающую девушку, — такие же красавчики?

— Простите? — бедная шатенка покраснела до кончиков волос.

— А кстати да? — мы все придвинулись ближе.

— Они похожи на отца, — проговорила она как-то неуверенно.

— О-о-о-о, — девочки взвыли, — Кас пожалуйста давай ее оставим, я согласна на все встречи и аудиенции, они же такие горячие.

— Да, кто против таких аудиенций, — я припомнила портрет верховного шейха, демонесса взвыла в поддержку таких мыслей, и даже где-то глубоко внутри заинтересованно шевельнулась вторая сущность, — только я все же повторюсь никого насильно подписывать рабский контракт Королевской фрейлины я не стану. Ты в праве сама решать готова стать моей или нет.

— Позволите документы, — робко протянула девушка.

— Держи, — Жанетта привычным движением выдернула из стопки нужные бумаги.

Девушка, не глядя размашисто поставила роспись на белоснежных листах контракта. Как только последняя черточка легла на бумагу, она с видимым облегчением расслабила плечи и опустила голову на грудь. По ее виду можно было понять какай тяжелый груз она несла.

— Можно взглянуть на письмо? — вопросительно приподняла я бровь.

— Вам можно все, — она тут же вскочила, — не спрашивайте у меня такого ваше величество.

— Темный с тобой, — отмахнулась я, — Кастадея или Кас, без всего прочего. Оставь этикет для мероприятий и открытых собраний.

Получив письмо первым делом стала вчитываться в мелкие строчки.

«Сисилия, я понимая, что после всего, что между нами произошло, обращаться к тебе кощунство. Но ты мой темный лучик, последняя моя надежда. Я до сих пор страшусь твоих слов, я понимаю головой, что ты не простила бы мне гарем и кучу танцовщиц, но глупое сердце рвется в надежде увидеть твой нежный стан перед смертью. Я следил за твоей жизнью, больше чем за своей. Я посыпаю пеплом сердце от мучительных воспоминаний о нашей ночи.

Молю моя златоглазка не откажи умирающему в последней помощи. Ты наверное все же слышала, у меня есть единственная дочь Вирджиния Варху, она все, что у меня осталось в этом бренном мире по мимо твоего лика на душе. Вот только моей прилежной малышке угрожает беда. Она не простой ребенок.

Ее мать сбежавшая жена наместника нефилимов — Аурира. Я наверное любил ее, в отличии от всех остальных моих жен. Сильный магический дар перешел именно от нее. Аури выжгла все дотла, как только узнала, что ей предстоит родить дети, от меня. Она пыталась изменить судьбы, но дороги богов неизменяемы.

И вот моя любимая молю, подари защиту этому хрупкому цветку пустынь, я не прошу тебя принять ее, я только умоляю перед всему богами, перед моей встречей с Леди Смертью, дай слово защитить ее от братьев. Ты, как никто другой знаешь, насколько суровы пустыни, я не хочу для дочери, судьбы игрушки в чужих руках.

Ты всегда была жестока и кровожадно, но справедливей и преданнее тебя нет ни одной живой или мертвой души. Надеюсь на милость твою, что не откажешь ты в этой просьбе, умирающего глупца.

Пусть мое сокровище украсит тронный зал твоей империи, пусть дочь моя станет опорой твоей, и хоть так, в этой малости, породнятся наши семьи. Отдаю я стебе не только глупое скорбящее сердце, которое ты и так забрала много лет назад, но и самое ценно, что есть у меня.

И если захочешь помолись за меня своей неизменной покровительнице, может тогда моя дорога в неизвестные хладные чертоги будет не такой печальной, и я буду счастлив, что моя единственная искренняя и всепоглощающая любовь меня еще не забыла.

Навечно твой

Шейха Индер Бур Вас Эфи Самсик»

Интересно получается, сбежавшая жена наместника нефилимов, любимая наложница и жена, сильная магичка с высшим боевым образованием. Но по факту это все лирика, четко можно было только сказать о привязанности этого сурового мужчины к единственной дочери. Еще раз внимательно посмотрев на новообретенную фрейлину поняла, что мне ее отчасти жаль. Лишиться даже номинальных остатков семьи, тут же вспомнила свое первое состояние после объявления о крушении, пока мозг не начал работать. Все же это страшно.

— Дамы мне кто-нибудь расскажет, что за прием меня сегодня ждет? — с усмешкой я посмотрела на покрасневшую троицу.

— Кас, — Акси скромно потупилась, — мы посовещались и решили, бал маскарад прекрасно отвлечет всех от происходящего.

— Это замечательная возможность, показать, что в отборе ты все же заинтересована, — Жанетт поджала губы, — а не фарс все это, двухнедельного срока.

— Ясно, — я тяжело откинулась на спинку и перевела взгляд в зеркальную поверхность шкафа.

В чем-то они конечно были правы, Королевский отбор, явно должен проводится по другой схеме, а не со словами у вас неделя докажите, что вы мужики, а еще лучше не путайтесь под ногами.

Красивый каскад волос и идеальный макияж наводили на мысль сбежать из дворца куда глаза глядят, я не привыкла к балам, мне проще отсидеться в кабинете со стопками документов и отчетов.

Поднявшись пошла смотреть, что за платье для меня приготовлено, этими заговорщицами, за размышлениями я пропустила момент, когда девушки покинули кабинет.

Молочное классическое бальное платье поверх было покрыто тончайшим черным кружевом. Точно такая же маска и туфли. Образ получался невинным и загадочным, я даже усмехнулась такому выбору.

Девочки явно прочитали статью в газете о подаренном мамой кольце Светлого бога, и решили поиграться с этим образом. Признаться, меня он тоже порадовал, поэтому без возражений позволила Маркелии собрать меня к балу.

По лестнице спускалась с неизвестным и непонятным азартом, сейчас на мне не было ни короны, ни положенных украшений, цвет глаз заменен на зеленый, а волосы едва заметно припудрены медной пыльцой, маска скрывала черты лица. От меня ни осталось ни чего, и это будоражило, узнают ли они меня, специально для волка вылила на себя флакон духов.

Персиковый зал поражал своим великолепием, похоже декораторы достали один из готовых планов и быстро все привели в порядочный вид.

Мои женихи были уже на месте. Виктор в классической военной форме Академии. Александр в белоснежном костюме, но хищная походка выдавала его с головой. А вот Михаэля нашла с трудом, волосы заплетены в мелкие косички, персиковая рубашка и черные брюки. От такого, зрелища аж рот приоткрыла. От вечно надменного дроу в этом соблазнителе не было ни капли.

Смешавшись с толпой гостей незаметно стала наблюдать за их реакцией, когда в зал медленно вплыл недавно поднятый труп с моей личиной. Виктор первым подошел и что-то страстно прошептав приложился к мертвой руке, эх жаль прослушку не накинула. Алекс был более тактичен и сперва меня обнюхал, но в магии крови равных моей фрейлине нет и единственная капля, плавающая в венах может обмануть любого. Так и не учуяв подвоха, сразу прижал подделку к груди и наградил поцелуем в висок. Михаэль приблизился и лишь галантно поклонился, тоже что-то спросил, и тактично отошел.

Мальчики с любопытством наблюдали за продолжающимся спектаклем, все как положено, строго по протоколу. И вот наконец-то начинаются танцы. Молодой лейтенант, один из претендентов в офицеры моего мужа, тут же подхватил мою руку и вывел в круг пар.

Мягкая открывающая композиция, как же давно я хотела ее станцевать. По традициям Королевская семья ее не танцует, и вот сейчас звуки песни сводили с ума затягивая в свой безумный мир. Но как бы я не старалась миг танца исчез и меня галантно вернули туда откуда взяли.

Сколько прошло танцев я не знаю, я перестала следить и за женихами, и за клоном, впервые в жизни отдавшись только музыке и череде сильных рук.

— Ты так прекрасна, — моих пальцев коснулись теплые губы.

— Простите? — подняв глаза обнаружила мягкую улыбку дроу.

— Ты сказочно прекрасна в этом платье, — повернув меня к себе спиной Михаэль оставил маленький поцелуй моей макушке, крутанул обратно.

— Мы с вами разве знакомы? — вопросительно подняла я бровь.

— Кас, — шепнул он мне почти в губы, — меня не обмануть дохлым трупом. От него за милю разит твоей магией, хотя мне интересно почему он пахнет тобой.

— Как узнал? — присев в положенном реверансе, посмотрела на него из-под пушистых ресниц.

— Честно, — он прижал меня чуть сильнее, чем допускал танец, — среди всех ты единственная, кто наслаждается танцами; для тебя, запертой в стенах строгой академии, весь этот мир в новинку. Ты себя выдала с головой, малышка, и, на правах твоего жениха, все остальные танцы этого вечера только мои.

Так мы и кружились по залу под насмешливые взгляды Виктора и Александра, которые с упоением обхаживали труп. За масками и светом бала мы на самом деле стали лишь знатной дамой и соблазнительным кавалером; ни имен, ни слов, просто тишина и танцы.

Когда стихли последние аккорды конечной композиции, я обнаружила, что мы стоим и целуемся под шокированными взглядами толпы. Сильные руки сжимают мою затянутую в корсет талию, мои же пальцы путаются в хитросплетениях косичек. Что-то светлое и теплое разливается по всей моей холодной душе. Чувство нереальной легкости и полета.

Друг от друга нас не могло оторвать ничего: ни гул голосов, ни едкие комментарии со стороны двоих женихов, ни зычный голос камердинера. Подхватив меня под руку Михаэль, не обращая внимания, повел меня вон из зала.

Перед невидимой преградой он вновь заглянул в мои глаза.

— Я не буду обещать тебе любовь до гроба, — нежные касания сводили с ума, — не буду клясться в вечной верности и говорить, что только твой. Нет, моя малышка, я злой и коварный дроу. Ты первая подойдешь и скажешь мне все эти слова, и только тогда, я стану твоим. Ты сама придешь ко мне, моя стервозная малышка.

— Я демон, а ты дроу, — я сладко улыбнулась, — мы не подойдем к друг другу с такими фразами. Ты так же, как и я, прекрасно знаешь, что, Темный нам свидетель, слова «любовь» мы не поймем и со словарем. Страсть и ненависть — вот наши пороки.

— Вот только сегодня ты не демон, а я не дроу, — он нахально усмехнулся, — ты не Принцесса, я не Принц. Мы — просто мы, под масками и очарованием бала. Это — наша ночь.

— Это только наша ночь, — прошептала я, приподнимаясь на цыпочках и легко прикасаясь к его губам.

Еще мгновение, и я потерялась в водовороте чувств и звуков.

Глава 6

Сладко потянувшись распахнула глаза, первое что поняла комната не моя. Легкие персиково-жемчужные тона присущи всем гостевым комнатам второго этажа. Приподнявшись обвела комнату взглядом. Одежда покоилась где угодно, но не там, где должна у приличных людей.

Настроившись на Маркелию отдала ей приказ принести рабочее платье и завтрак на двоих. Закутавшись в легкий плед потопала босыми ногами в ванную. М-да, тут подогрев пола не работает. Сунув нос за дверь, обнаружила весело мурлыкавшего, себе под нос, дроу.

Скинув плед и про скользив в душевую взвизгнула, с потолка лилась просто ледяная вода. Посмотрев на меня поганец весело рассмеялся и крутанул воду в нормальное положение.

— Иди сюда моя малышка, — поймав мою руку он легко втянул меня внутрь и прижал к прохладной от воды груди.

— Ты решил покончить с жизнью, — подняла на него глаза, — зачем стоять под таким льдом, хочешь заболеть.

— Нет, — он мягко поцеловал меня в макушку, — но если я этого не буду делать, то боюсь спать по ночам тебе не придется.

— Да, — задумчиво протянула я, — а знаешь, ты сам сказал, что наша — только эта ночь.

Оттолкнувшись от жениха, высушилась магией и покинула ванную. В голове набатом звучали вчерашние слова. Он сильно ошибся, думая, что я приду просить его остаться со мной. И все этой показухи в жизни не хватит.

Схватив платье, сама упаковалась в него, и не глядя на принесенный завтрак выскочила из комнаты, сил оставаться там еще хоть на секунду не было ни каких. Предательские слезы наворачивались на глазах. Разрыдалась я только, когда за моей спиной захлопнулась тяжелая дверь королевских покоев.

Как в детстве завернулась в родительское покрывала и рыдала, мелкая дрожь проходила по всему телу. Разве это честно, у меня тоже есть душа, сердце и чувства, но весь мир похоже забыл, о наличии в королевской семье этих важных составляющих. В первые в жизни я возненавидела, тот факт, что весь мир считает нас отмороженными куклами без всего.

Воспоминания как буря накатывали бушующей волной, все что я так сильно желала забыть последние два года. Сердце разрывалось на части, воет раненым звере. За что, почему именно его забрали боги? Почему только я недостойна счастья?

Он не сделал ни чего плохого в своей жизни, но в мгновение ока я его потеряла и лишилась почти всего. Он единственный кто любил меня, он не смотрел на меня, как на оживший труп, и не ценил только за то, что я родилась Кронпринцессой.

И вот уже два года все что мне осталось от него это воспоминания, и табличка в склепе героев нации. Два года все прячут глаза, когда мое сердце рвется на части, он не должен был уходить от меня, задержи я его хоть на десять минут и его взвод не попал бы в засаду, он бы был жив, герой и рядом со мной. Не нужен бы был этот нелепый фарс с отбором.

Демон может полюбить только раз, и, наверное, единственная причина почему я еще жива, это клятва, клятва ему, стать лучшим для страны и для него.

«Хрустальная куколка», как больно звучат эти слова в глубине застывшей души. Почему же богиня Марлена, так ко мне не благосклонна?

— Кас хватит, — теплые руки обняли меня, — судьбу не поменять, он умер, пойми же ты это наконец, и даже сама Леди Смерть его не вернет.

— Нет, — я заткнула уши руками, — нет, он вернется, он просто в походе.

— Кас, Кас, — меня трясли с двух сторон.

— Он погиб, его жетон и нашивки нашли, — Жанетта попыталась меня встряхнуть.

— Тела не было, — я взвыла, — не было, он мог сбежать, он мог выжить.

— Прекрати, — звонкая пощечина заставила задохнуться, — перестань, нам всем не легче, ни одна из нас не имеет права на счастье, мы все его лишились. Ларн мертв, Фердинанд женится в следующем году, Оливера мы не видели почти пять лет, а награда за его голову только растет. Нам всем не просто, мы все пытаемся забыть, но уйти за мечтой мы тоже не можем.

— Я бы убила ту тварь еще раз, — девочки прижались ко мне вплотную, — но после того всплеска боюсь даже Мать Прародительница ее не подымет.

— Это тяжело, — с надрывом в голосе протянула я, — его фраза, мне с утра хотелось убить Михаэля, за то что он посмел ее сказать. Танец на балу, только с ним я танцевала, а вчера все так напоминало тот вечер. Зачем он ушел?

— Ты и сама знаешь его группа была лучшей, он и правда был гением, к двадцати ему пророчили пост начальника твоей личной охраны. Сколько знало, что вы почти шесть лет встречались.

— Трое, — тихо ответила я, — вы и мама.

— Прости нас, — девочки зарыдали вместе со мной, — прости, никто бы не понял, почему Кронпринцесса рыдает над гробом простого лейтенанта, хоть и отличившегося на службе и в Академии.

— Даже Александр не похож на него, — я тяжело вздохнула, — Акси ты сама сказала, тогда он спросил у офицеров преданы ли они мне и пойдут ли за ним. Это просто глупый шантаж, а не помощь, ни один солдат не придаст корону, ни один гражданин — страну, а они пытаются доказать, что могут манипулировать не только мной, но и моими людьми, для которых я клялась стать лучшим, что есть на этом и том свете.

— Давай сегодня же все прекратим? — Жанетта посмотрела мне в глаза.

— И что мы скажем? — с тяжелой иронией усмехнулась я, — Простите наша Кронпринцесса истеричка, которая уже два года оплакивает плиту в склепе? Простите извините, но на этом все, она пошла обратно к плите?

— Да, глупо, — девочки всполошились, — но ты не должна заставлять себя.

— Нет такого слова, для себя, — посмотрела на медленно покачивающиеся кроны за окном, — есть только слово, так надо для страны.

— Ты предлагаешь нам и дальше смотреть, как ты тут сопли на кулак наматываешь? — почти шипя выплюнула Аксионелла.

— А вы мне предлагаете за ним на тот свет к покровительнице? — вот после этой фразы меня и накрыла истерика, да такая, что дворцу еще не снилась.

По комнате прокатилась волна сырой смертельной магии, цветы в мгновение ока завяли, краски потускнели, а шторы рассыпались пеплом. Темнейший, хорошо, что на наших комнатах стоит блокировка, а то боюсь дворец бы перестал существовать, со всеми незащищенными его обитателями.

Прорыдавшись, смогла взять магию под контроль и вернуть ее на прежнее место. На покрасневшие глаза пришлось накладывать иллюзию, а то боюсь вор перепугается от вида мумии.

На сегодня были запланированы встречи с представителями верховной военной отросли, а также со знаменитыми деятелями искусства и благотворительности, а встречать таких гостей зареванной было как-то не по этикету.

Там одна Леди Шарльтон чего стоила, отставной офицер разведки, а ныне самая знаменитая оперная дива, к тому же выпускница королевского пансиона юных леди. Так что в ее способностях я не чуть не сомневаюсь.

Глубоко вздохнув и успокоившись, поплелась потайным лабиринтом в собственную комнату приводить себя в более-менее божеский вид. Зайдя в комнату обнаружила, огромного белого игрушечного волка с изумрудной лентой, и поднос с пирожным и запиской. Волк вопросов не вызвал, а вот записку я все же развернула.

«Моя малышка, что же ты от меня сбежала? Боишься признаться в своих чувствах? Так я подожду, у нас еще целых десять дней, до принятия важного решения, кто поведет тебя под алтарь».

Порвала несчастный клочок бумаги на мелкие кусочки. Ненавижу да как он вообще посмел такое мне написать. Признаюсь, интересно в чем? Если только в том, как они трое меня уже достали. А ведь так все хорошо начиналось, я даже подумала, что мы с Михаэлем сможем стать друзьями, и он идеально подойдет на роль мужа. Без притязаний на любовь и место в сердце.

Но видимо не судьба. Опять задумавшись я выпала из реальности:

— Виктор, наверное, любит, или ему просто выгодно любить такую, как я. Да, с ним будет легче всего. Ведется сможем только по выходным и два месяца, когда в Академии каникулы. Но с другой стороны он ни пойдет на фиктивный брак с отстранением от дел страны, а доверять человеку, который проводит почти весь год хоть и в закрытом заведение, но в чужой стране я не смогу никогда. И мучиться мне с ним всю жизнь. И военные за ним хоть пойдут, но с неохотой, им не нужен Король по обещанию.

— Александр, любит, так как может только оборотень, но эта любовь душит. На расстояние и по запискам, все это было мило и красиво. Но сейчас в реалиях повседневности, он готов окружить меня собой и не выпускать ни на секунду, не давая сделать вдох. Это убивало, и мне его было жалко, мое сердце никогда не шевельнется в ответ, сколько бы усилий он не приложил. А делать ему больно мне не хотелось, он явно достоин большего, чем я. Но в тоже время, он единственный кто поймет меня и простит. Его первая невеста, ирония, но он тоже ее потерял. Только он нашел силы полюбить, а у меня их не когда не будет.

— Михаэль, идеальный кандидат, но он в глазах всего старшего поколения враг из-за которого умерла Леди Кармела, и многие его только за это возненавидят. Хороший мечник, что добавит ему веса в армии, но отвратительный политик, которого не примут на арене большой игры. Его отец фактически свел младшего принца в могилу, два старших брата ушли в международный мировой пространственный альянс контрабандистов «Х8». Не лучшая репутация для Короля, но я бы закрыла глаза на все, если бы он не хотел ответных чувств, а оставался бы такой же бездушной куклой, что и я.

Взглянув на себя в зеркало не весело улыбнулась, словно пир во время моей личной чумы. Плотное черное платье футляр к низу расходилось намеком на шлейф. Примой вырез, отделанный кружевом и рукава на два пальца. Атласная лента на поясе, и кружевная вставка в заде от колен до пола. Вот и все убранство строгого вечернего платья, больше смахивающее на мои рабочие.

Спускаясь в малый зал приемов, не могла отделаться от мысли, что стоит ждать подставы. И правда, как в воду глядела, меня с акульей улыбкой уже поджидала Леди Олая Шарльтон. Женщина при моем появление с грацией хищника заметившего добычу двинулась ко мне.

— Ваше Высочество, — она расплылась в медовой улыбке, — я несказанно рада получить приглашение на столь знаменательное мероприятия.

— Леди Шарльтон давайте без этого, — накинув легкий полог тишины, не переставая улыбаться, произнесла я стальным голосом, — что вы хотели?

— Вчера вечером я получила заманчивые документы, — из выреза корсажа была извлечена зеленая папка, — я думаю вам стоит ознакомится.

— Давайте, — цвет предателей и государственных преступников привлек мое внимание куда лучше, чем ее слова. С первых же строк сердце замерло где-то в районе горла.

«Имя: Андержина Саурейман.

Возраст: восемь тысяч шестьсот семьдесят два.

Деятельность: звезда театра и балета.

Титул: Баронесса Саартан, без права наследования.

Дети: Оуриаль Саурейман — мертв. Факт смерти зафиксирован со слов вдовствующей королевы Сисилии Эбирфайр.

Близкие связи: Антегрес Николя Лоушвейнт, Кронпринц Колин Айор, Мадам Титиль Де Коуриардская, Граф Бальзак Разур, Ирмар ля Файс.

Способности: маг телепат высшей категории.

Образование: ВМП.

Специальность: чары секторного восприятия.

Выпускная Квалификационная Диссертация: „Влияние подсознательной магии на восприятие магического приказа, ментального мага на уровне глубокого подсознания“.

Основной род деятельности: финансирование бригад „ХР12-С“ сектор восьмого и девятого мира, открытая конфронтация с многими политическими деятелями».

Отложив документы подняла вопросительный взгляд на шпионку, та лишь загадочно улыбнулась и легкой танцующей походкой отошла от меня. Мне же оставалось только сжечь компрометирующую папку и с милой улыбкой вернуться к гостям.

Вечер тянулся несказанно долго, на душе не то, что кошки скребли, ее как будто вынули из меня. В состоянии отстраненности я разговаривала со всеми гостями и желающими со мной пообщаться.

Теперь у меня на руках были прямые доказательства связи нападения и Николя Лоушвейнт, вот только если мы их обнародуем, придется вновь открывать дело по первому маминому мужу. Мне не просто так казалось знакомой, та фамилия.

Оуриаль Саурейман первый муж моей мамы, который погиб при невыясненных обстоятельствах через месяц со дня свадьбы. В заключение судмедэксперта и следователя-криминалиста четко прописана «асфиксия дыхательных путей», причиной был «спазм дыхательной трахеи».

И все же для молодого мужчины такая смерть выглядела слишком подозрительной, да и не верилось, что королевские лекари и некроманты не успели спасти Кронпринца. Больше походило на заговор, но дело было закрыто почти сразу, и в единую картинку это не складывалось.

Да и за папу мама вышла, относив год положенного траура, что тоже приняли не ахти, но все же Король, отрекшийся от семьи и родины, вызвал куда больше положительных чувств, чем просто богатенький мажор с манией величия.

Пройдясь еще кружек по залу, мило распрощалась с гостями и побежала переодеваться в рабочую одежду, а еще лучше в военную форму, которую, как раз, на меня пошили. Черные брюки и камзол сели, как влитые. Что ж пора пообщаться с гвардией.

Скинув Маркизу Каус и Лорду Эмор записки с общим сбором в условленном месте, накинула на плечи мешковатый плащ, и спрятала волосы под объемным капюшоном. Выскользнув в темный переход поспешила к черному выходу из замка, который вел в лес, на котором в экстренных случаях собирались все командиры и офицеры высших рангов.

Как я не спешила, но почти все были уже на месте и встретили мое появление оружием и боевыми пульсарами, но, что не говори не просто так я семь лет торчала в лекционных залах и тренировочных, мгновение и в ответ моя магия куполом раскрывает щит и создает оборонительное кольцо из девятнадцати шаров сырой магии.

— Ваше высочество простите, — первым в себя приходит главнокомандующий дворцовой безопасности, — мы не думали, что вы появитесь так.

— Я вроде не похожа на душевно больную, — откидываю капюшон и наблюдаю как все тут же опускаются на колено, — бродить по лесу в платье.

— В чем причина столь срочного собрания? — два офицера папиной свиты поднялись без разрешения.

— Можете встать, — остальным такой привилегии дано не было, — сегодня мне были предоставлены документы, подтверждающие связь Антегреса Николя Лоушвейнт и нападения на королевский борт следующий по направлению в Волхву. Так же они указывали на союзников и пособников. Самый вероятный это — Леди Андержина Саурейман. Именно с ней в тот вечер был Николя и именно эта женщина является его основным алиби. Но если рассматривать это как измены, то они главные подозреваемые. Для тех, кто не знает Леди Андержина Саурейман мать первого умершего Кронпринца Миртоса Оуриаля Саурейман. В свете открывшихся событий предлагаю ввести полный контроль и слежку за обоими. Так же по докладу осведомителей, на корабль был направлен мощнейший магический импульс. Подозреваемый — Колин Айор Кронпринц Занзеда. Основания для подозрений связь с обоими заговорщиками и личная месть королевской семье.

— Мы поняли, — командиры групп разведки и быстрого реагирования кивнули мне и друг другу.

— Быстрое реагирование, — я перевела взгляд на пятерку лейтенантов, — для вас отдельное задание. По приказу Королевы, быть готовыми выступить на подавление и убийство всех несогласных с установлением новой власти на территории Волхвы. Расчетам присваивается высшая категория доступа.

— Служим стране и Королеве, — все как один снова опустились на колени.

— На этом все, — накинув обратно капюшон развернулась в сторону замка.

— Ваше Высочество, — меня окрикнули не успела я сделать и шагу.

— Что? — повернув голову я обомлела, каждый из них стоя на коленях держал у запястья нож.

— Клянемся в вечной верности, — по земле потекли струйки крови, — пока живы и дышите мы будем служить только вам и никому больше, пока Корона сияет во мраке ночи не быть сильнее никому кроме вас, сила наша отныне только ваша. Жизнь и смерть вверяем в ваши руки.

Затаив дыхание мы все наблюдали как от двух моих колец поднимается призрачный туман, белые и черные полосы складывались в причудливый узор, оплетая своими щупальцами всех мужчин, стоящих передо мной на коленях. Туман сгущался, пока над поляной не раздался пронзительный вопль одного из старых, еще дедушкиных капитанов.

Возле старого вояки туман закручивался кроваво-красным маревом. Все с замиранием наблюдали, а я вспоминала строки из книги:

… и было у них единое свойство на двоих, за обман и предательство карали смертью ужасной. Сказала Мать Прародительница не быть живыми тем, кто обманет моих детей, не ступать им по земле, не дышать и не жить. Ждать их может только смерть от ужасной боли, да ни прощу я их, да не видать им прощения и от моей сестры …

И похоже именно это мы сейчас и наблюдали. Поклявшись мне, он солгал в своих словах. И магия, что древнее нас, карала его за обман и лож. Оба кольца оказались настоящими артефактами первых богов.

— Надеюсь больше лжецов среди вас нет, — я обвела взглядом шокированных вояк, — запомните хорошенько этот урок.

— Кас? — отлипнув от дерева глава Военачальник империи заглянул мне в глаза.

— Артефакт Темного и Светлого, — подняв руки показала под мороком два одинаковых кольца, различающихся только цветом, — за предательство карают любого, и ждет его даже после смерти весь ужас, который может даровать Леди Смерть, ибо нет им прощения от Матери Прародительницы.

И больше не задерживаясь на поляне и мгновения исчезла в сумерках темных комнат. Дворец уже готовился к ночи, и на меня почти не обращали внимания. И для меня стало неприятным сюрпризом, обнаружить служанку ковыряющую замок моей двери шпилькой.

Решив пока просто понаблюдать, узнало много интересного о себе и ведьмах в целом. Какое необычное слово, использовали его на планете людей, что находилась на краю мироздания и о которой почти ничего не было известно. Хотя по легендам именно там обосновались перворожденные боги.

Промчавшись почти пол часа, служанка тяжело вздохнула, выругалась сквозь зубы и удалилась. Я же, накинув на нее следилку, отправилась спать. Об этом я могу подумать и утром.

Глава 7

Почти всю ночь я провела в подземной библиотеке, ища всю информацию по крупицам во всех доступных мне книгах, ее оказалось катастрофически мало. Что вчера произошло, я так и не узнала, единственное это, как я и сказала папиным офицерам, скорее всего было наказание за ложь и попытку предательства.

Все, о чем я могла думать, это на сколько опасные украшения я таскаю на руках, ведь я так и не представляла, на что сработают кольца, на серьезную ложь или на пустяковую? И теперь, словно маньяк перерыла все доступные книги, но толковой информации от этого не прибавлялось.

Откинувшись на спинку стула, почесала кончик носа, через пол часа надо будет возвращаться в кабинет и делать вид занятой Принцессы. И как на зло сегодня была встреча с Принцем восточной Конгломерации. А если они вдруг среагируют, будет же скандал, да такой, что в войне потонут все и сразу.

Вот я и сидела над книгами, снять же украшения мне не позволяла моя паникерская нотка натуры, а вдруг украдут? Да и служанку, которую я встретила перед сном, через час мучений на кровати уже не казалась такой уж безобидной. В мгновение ока в мозгу начали всплывать все самые ужасные возможные варианты развития событий.

Паника последних дней, утонувшая в рутине и вечной занятости, накатила как никогда отчетливо, и, не отпуская, заставляла, и подгоняла по темным коридорам стремиться в тайное хранилище знаний. И вот, в идеальной тишине ночных комнат, я словно кожей ощущала, как утекает время. От недосыпа и нервного напряжения я, похоже, начала медленно сходить с ума, мне хотелось убежать от всего, забыть, как страшный сон. Надеть родную форму и сбежать на передовую сражений, где кровь и смерть, и рвущаяся наружу сила никого не пугает, а только придает сил союзникам. И вот, после вчерашнего моя паника достигла своего апогея, когда от нервов я не то, что спать, я на месте сидеть не могла.

Монотонное тиканье часов ускоряло время, а вместе с ним и мои нервы раскалялись до предела, чем ближе была встреча, тем сильнее внутри меня рвались на волю две противоположные сущности. Впервые с того дня я ощутила их так четко и ясно, теперь они небыли чем-то неосязаемым, они фактически рвали меня на части.

Нервное напряжение достигло своего пика, когда часы показали восемь утра, руки начали медленно подрагивать, ноги подкашиваться, а спина жутко чесаться. Еще буквально мгновение и голова взрывается огненным шквалом, обрушивая на сознание тьму и пелену страха. Задыхаясь, я ловила ртом воздух, сквозь тонкую пленку тьмы проскакивали светлые всполохи. Сердце бешено колотилось, буквально грозя выпрыгнуть из груди.

Когда же перед глазами начало проясняться, я едва смогла сдержать рвущейся из груди вопль. Собственную руку я узнала только по тому, что пальцы шевелились по моему желанию. Черная кожа пугала до дрожи, упавшие на глаза белые, словно седые волосы, не успокаивали. С трудом приняв сидячее положение, сосредоточившись, к собственному удивлению, с легкостью наколдовала зеркало. И все-таки вопль я не сдержала.

На зеркальной поверхности отражалось чужое изображение. Черная кожа, белоснежные волосы, графитового цвета губы и огромные стальные глазищи, но словно этого было мало. Белые пушистые крылья к окончанию оперения становились угольно-черными. Две сущности все же смогли ужиться в одной мне, и из зеркала на меня смотрел результат этого симбиоза, моя боевая форма.

Проведя дрожащими пальцами по длинным перьям, я обомлела от того, как жесткое на вид перо, ощущалось словно легкий пух. Словно завороженная подползла к зеркалу и вглядываясь в себя искала знакомые черты. Вся я казалась другой, словно перворожденный бог, я напоминала Иллараду, жену братьев, единственную, кто смог полюбить одинаково сильно и свет, и тьму. Такой же нереальной, как тот миф, я казалась сама себе. Слишком идеальной и оттого неправильной я выглядела, обычно смески с двойной сущностью могли только пугать своей внешностью, но никак не завораживать, заставляя желать ее до дрожи. Отдать все за возможность прикоснуться к диковинной черной коже и белоснежным, как снег, волосам.

Из транса меня вывел бой часов, с девятым ударом все наваждение рассеялось, и я с испугом посмотрела на часы, до встречи с принцем оставалось меньше часа. Сосредоточившись на своих ощущениях, представила, как перехожу в свое обычное человеческое состояние. Мгновение, и перед зеркалом стою обычная привычная всем и самой себе я. Еще раз осмотрев комнату, поняла, что нового здесь я не найду. Рывком поднявшись с каменного пола, поспешила в собственную комнату.

Стоило мне пересечь порог комнаты, как ураган из служанок практически внес меня в соседнее помещение спальни. Через пол часа суеты я выглядела, как и положено Кронпринцессе. Ярко-голубое платье к низу становилось черным, каскад накрученных волос прятал полностью голую спину. От завышенной талии, галочкой расходились две полоски ткани, закрывая грудь, все остальное декольте маскировало изящное плетение стали и мелких прозрачно-льдистых топазов. Корона уже привычно легла на голову. Ну все, я готова, можно и в бой!

Только я спустилась на первый этаж, как ментально прилетело сообщение о том, что делегация и сам принц, уже ожидают меня в парадном тронном зале. Волнообразная юбка на проволочном каркасе, перетекала по полу создавая эффект водной поверхности.

Фактически вплыла в зал, и поймала четыре полных восхищения взгляда. Поднимаясь четыре положение ступени до трона, что в отсутствие родителей стоял по середине, чувствовала, как во мне сверлят дыру. Стоило мне занять положенное место, как, не дожидаясь ни чьего позволения вперед вышел обычный, ничем не отличающийся вояка.

— Я много слышал о том, что вы до безобразия красивы, — и вот только тут до меня дошло, что я даже не озадачилась узнать, как зовут моего сегодняшнего визитера, не говоря уже о том, как он выглядит, — и, признаться, неприятно огорчен, что отклонил предложение отца, поучаствовать в борьбе за вас. Эти трое явно недостойны столь драгоценного подарка судьбы.

— Извините, — я кашлянула, — но, если это все, что вы собирались мне сказать, я, пожалуй, пойду, у меня еще бумаги не разобраны к завтрашнему заседанию комиссии по урегулированию меж долевых споров.

— Позвольте же исправить мою оплошность, — он с самым нахальным видом мне улыбнулся, — Элмард Таукратийский Второй Принц восточной Конгломерации, я совершенно забыл о манерах сраженный вашей красотой.

— Кастадея Сисилия Эбирфайр Ее Королевское Темнейшество Наследная Кронпринцесса Миртоса и Ее Императорское Высочество Государыня Наследная Цесаревна и Великая Княжна Волхвы, — еще милее улыбнулась я, а у присутствующих включая моих женихов, приоткрылись рты, один только Элмард сохранил хладнокровие и все также с интересом рассматривал меня.

— Какая Леди, мне б такую, — без доли юмора протянул Принц.

— И все же повторюсь, — подперев голову ручкой я устроилась на троне, — вы к нам по делу или на меня слюни попускать.

— Одно другому не мешает, — по мне прошелся откровенно раздевающий взгляд, — для начала спешу передать вам поздравления со столь неожиданным приобретением. Так же спешу заверить, что я и вся моя свита прибыли только для восстановления загубленных моим дедом дипломатических отношений. Собираясь в эту миссию признаться, не ожидал, что буду иметь дело с вами, а не с Ее Величеством Королевой, поэтому прошу предоставить мне сутки на вхождение в рабочую атмосферу. А также ваше дозволение остаться при дворе на время переговоров и улаживания рабочих моментов, честно ни мне, ни моим людям не хотелось бы ездить через весь город для уточнения каждой запятой и буквы.

— Что ж, — я прищурила глаза, кольца оставались полностью спокойными, — рада столь честной фразе, ваши люди могут выбрать любые комнаты на гостевой половине дворца, для вас в течение часа подготовят дипломатические покои фейри, надеюсь против них вы ничего не имеете?

— Все замечательно, — и не дожидаясь дежурной улыбки поспешила удалиться из зала, меня смущали ментальные вопли и лексические выражения моих фрейлин.

— Что у вас стряслось? — я буквально влетела в малый зал заседаний.

— А вот что, — Аксионелла держала на вытянутой руке помесь собаки и моего пуха.

— Что это? — с раздражением посмотрела я на повизгивающую животинку.

— Твой подарок, — удрученно ответила Акси, — сожрал семь коробок отчетов, три печати и восемьдесят одно перо, убытков больше чем пользы.

— Дай сюда, — перехватив за шкирку притихшее животное поспешила обратно в тронный зал, все довели, — кто из вас троих недоумков догадался припереть это?

Весь зал с интересом смотрел на разворачивающуюся картину, а мне было уже все равно, они меня вывели, а злой демон — это спасайся кто может. Не до помесь чего-то с чем-то, взвизгнула и попыталась вырваться, но получив гневный взгляд повисла пушистой тряпочкой.

— Я еще раз спрашиваю, — встряхнув животное я продемонстрировала его застывшим женихам, — кто из вас притащил это в замок?

— Вообще-то это иртарский шунтер, — осторожно начал Виктор, — дорогой и редкий магический компаньон.

— Значит ты, — пальцем второй руки указала я на брюнета, — так вот, твой так называемый компаньон уже сожрал месячную работу секретариата, департаментов по связи с общественностью, судебных прений и налоговой. Нам же теперь все это восстанавливать. И это не считая штор, ковра и моей кровати!

— Он не должен себя так вести, — в немом шоке сын проректора таращился на собственный подарок.

— Не должен, — еще раз встряхнув зверька отправила его Виктору, — но ведет.

— Все просто, — Александр с издевкой посмотрел на соперника, — у тебя уже есть компаньон? Я прав? Тот белый и пищащий комок, прыгающей у тебя по комнате, ведь он?

— Да, — я кивнула, — Пух со мной уже три года, и он не менее редкий и ценный чем это безобразие. И предупреждаю сразу, еще один подобный промах, и отбор закончится для любого!

Покидала зал я в гробовой тишине, и только у Принца Элмарда, про которого я совершенно забыла, весело поблескивали глаза. Темный, за что мне это? Еще одна головная боль, восстанавливать эти документы придется срочно, про утерянные печати вообще молчу, на их изготовление уйдет минимум полгода.

Расслабляться было не когда, приличных комнат для заезжего принца на самом деле не было и в помине, и единственный вариант, пришедший мне в голову, это бывшая комната Ларна, только она более или менее была обжита и пригодна к заселению. По спине пробежали мурашки.

Мое состояние опять начало выходить за нормальную отметку. Сосредоточившись на предстоящих государственных делах, постаралась выкинуть из головы все ненужные сейчас мысли и чувства. Получалось из рук вон плохо.

Как я отсидела до полуночи в кабинете понятия не имею, но из него я почти выползала. Посмотрев на двери собственной комнаты поняла, не усну в голове слишком много лишнего и ненужного. Не думая не о чем очень удивилась, когда обнаружила, что стою на зубцах башни. Но в тоже время настолько захватывающее ощущение пустоты и свежести.

Прохладный ночной воздух обдувал разгоряченное лицо, идеально уложенные волосы разлетелись черным плащом за спиной. Ночь пьянила и предавала сил, тьма укутывала и ласкала, в низу мириадами огней расходились центральные улицы, а вдали сверкала храмовая площади и темный мерцающий в ночи храм.

Раскинув руки, я подошла к самому краю широкого зубца, за всю неделю впервые в голове было пусто, а в груди тепло и спокойно. Не было тревог, забот и печалей, была только я и ночь, которая укутывала меня в своих полночных объятиях. Но все очарование момента прервал почти безумный крик.

«Не прыгай!», еще звучало, а я понимала, что тонкий каблук уже едет по гладкой и влажной поверхности шлифованного камня. Как в замедленной съемке, вижу испуганные глаза Принца Конгломерации, и зарождающееся ощущение полета. В голове четко проскакивает мысль: он не успеет…

Словно затвор камеры, я наблюдаю, как постепенно удаляется край стены, еще кадр и взволнованный, и испуганный Элмард свешивается со стены и тянет ко мне руку. Еще одна смена момента, и с детским восторгом я чувствую, как за спиной раскрываются два бело-черных крыла. Перья встречаются с ночным воздухом и меня подхватывает, еще взмах и я уже в вертикальном положение, еще и еще. За горизонтом раскинулись леса и поля столицы, и сейчас они словно нарисованные были доступны моему взору.

Опустившись на площадку не могла стереть с лица сумасшедшею почти ненормальную улыбку. Адреналин гулял в крови заставляя магию резонировать с окружающим пространством, я фактически святилась черной дымкой.

— Ты же не демон? — в мой идеальный мир вторгся посторонний голос.

— Кто тебе сказал такую глупость? — я стояла на том же зубце, и из-за крыла смотрела в широко распахнутые золотые глаза.

— Твои крылья, они не демона, — усмехнувшись я просто отвернулась, — я уже подумал, что убил Кронпринцессу Миртоса, а ты оказывается просто ширма.

— Ну ты и дурак, — рассмеявшись, на пол я уже ступала в боевой ипостаси, — рискнешь повторить?

— Смеска? — еще более шокировано смотрел он на меня.

— Как видишь, — демонстративно подкинула на ладони черный шарик.

— Можно я тебя поцелую? — признаться честно вот никак не ожидала такого поворота событий.

— Что прости? — я аж споткнулась о собственное платье.

— Прости за такой бред, — он смутился, поняв, как со стороны звучало его предложение, — но мне необходимо посмотреть твою магию, а по-другому я не умею.

— Чтец? — вот теперь у меня округлились глаза, — Целуй!

— Прости за такой сумбур, — и мои ледяные губы накрыли горячие и обжигающие, — невероятно!

— Что? — на полноценный поцелуй все случившееся не тянуло, несколько мгновений соприкосновения наших губ, вот и все.

— Твоя магия абсолютна рациональна, — он рассматривал меня, как диковинного зверька, — обычно у сильных смесок с магией творится полный кавардак, из-за чего они и сходят с ума. Твоя же напротив равномерна распределена, а когда я попытался просканировать тебя, она еще и гармонично переплелась, защищая тебя.

— Срыв, — не веря в собственную догадку прошептала я.

— Что? — пришла его очередь задавать вопросы.

— У меня был нервный срыв, — пояснила я.

— И что из этого, — он пожал плечами, — они у всех случаются.

— Королевская семья некроманты и наш нервный срыв может привести к полному уничтожению всего живого в радиусе пары десятков километров. Поэтому мы и напоминаем отмороженных кукол, любая лишняя эмоция будет стоить сотни жизней. Из-за этой особенности мы и учимся с детства контролировать себя, даже в постели. Единственное исключение все королевские покои, на них стоит многовековая защита. Скажем так, из-за женихов и всего случившегося нервный срыв сегодня утром попытался начаться там, где ни о какой защите и речи не было. Вот моим двум сущностям и пришлось экстренно объединяться для того, чтобы взять под контроль вырывающуюся магию смерти. Скорее всего именно это и привело к синхронизации неупорядоченной магии нестабильной смески.

— Вполне возможно, — он заинтересованно посмотрел на меня, — а знаешь, перед этой миссией дед мне говорил, что влюбится в вас легче, чем потом выкинуть из сердца и души. И сейчас я понимаю, я все глубже вязну в пучине дикого желания обладать тобой, что бы ты могла жить и дышать только для меня.

— Можешь сразу закатывать губу обратно, — я отвернулась и посмотрела вниз, там у подножия белел склеп с серебряной плитой, под которой уже три года покаялся пустой гроб.

— Я не из робкого десятка, — горячие руки обняли со спины, — я брошу ему вызов, мне не впервой убивать, а ты достойна такого поступка. Нет, ты достойна целого мира у твоих ног. Покажи мне кто тот, кто пленил тебя и сковал душу.

— Вызывай, — почти истерично рассмеялась я.

— Ты не против? — удивился он, — Тебя насильно заставили?

— Нет, — я отрицательно помотала головой, — вот только до самого последнего вздоха я буду принадлежать только ему. Моя душа давно только его.

— Покажи его, — меня стиснули почти до боли.

— Смотри, — я показала вниз, — мы стоим над ним.

— Умер? — хватка ослабла, — Но ты ищешь мужа? Ты должна была умереть вслед за ним?

— А кто тебе сказал, что я живу? — единственная слеза заскользила по щеке, — Три года я лежу там же, в том же пустом гробу.

— Пустом? — меня развернули лицом.

— Он не вернулся с задания, — попыталась отвернуться, но его золотые волосы мешали уйти и замкнуться в себе, — связь просуществовала меньше суток.

— Посмотри на меня, — мягко попросил он.

— Не стоит, — я отстранилась, а он не держал, — на брак без любви согласится только, кто-то из женихов. Тебе же нужна я целиком, а от меня нет и куска.

— Тогда я соберу тебя, — за мыслями не заметила, как теплые губы сомкнулись на моей груди напротив сердца, моя магия попыталась взбунтоваться, но не смогла пробить тонкую пленку защиты.

— Что? — я задохнулась от нахлынувших чувств и обжигающего яркого желания отдать всю себя, прямо здесь и сейчас. Я и две мои сущности были всеми руками и ногами за эту идею. Мои руки уже обвивали шею Элмарда, с губ срывались то ли стоны, то ли крики. Я потерялась в круговороте удушающего возбуждения.

— Поверь тебе понравится, — мое ушко обдал жаркий шепот, — я опытнее любого.

— Перестань, — оттолкнув его, высушила мокрый шелк, — что это было?

— Ты можешь думать? — а вот теперь мне страшно, слитным движением зажгла боевой круг из пульсаров.

— А не должна? — вот теперь, в свете магических зарядов я разглядела деталь, которой быть не должно, — Смесок?

— Честно, — он прищурился, а тонкий хвост с кисточкой на хвосте дернулся, — ты сейчас кроме, «да» и «еще», вообще не должна ничего говорить. И вот посмотрите на нее, даже магию можешь применять, с каждой минутой ты все интереснее и интереснее. Отдайся мне целиком, и я избавлю тебя от мук и страданий.

— Уже бегу, — зло прошипела я, — и так вернемся к тебе, я не чувствую в тебе никого, и кто же ты?

— Надо же не получилось, — изумление на его лице было неподдельным, — ты можешь противостоять чарам инкуба?

— Я нет, — отрицательно помотала головой, — а вот мои артефакты противостояли даже взрослой обученной эклине, так что ты в пролете. И не стесняйся рассказывай кем являешься, и почему смог сопротивляться моей магии.

— Моя человеческая половина, — начал он, — скрывает присутствие третьей сущности инкуба. Отец всегда говорил, что нашей магии способны сопротивляться только перворожденные боги, а ты сейчас говоришь, что у тебя есть настолько сильные артефакты. Вот я и хотел посмотреть, как они работают.

— Не советую врать, — вокруг блондина начал сгущаться кроваво-красный туман, — они еще и неплохими детекторами лжи работают, правда плата за ложь у них высокая — смерть.

— Я знаю вашу легенду, — Элмард внимательно наблюдал как туман рассеивается, — ты сама сказала связь даже не успела зафиксироваться с его стороны, он умер, а значит держит тебя только твоя собственная влюбленность. Если бы смог тебя подчинить, то привязка перешла бы на меня.

— Зачем тебе все это?

— Дурак, — он рассмеялся, — дед говорил не влюбляться в королеву и поставил отворот, но он не смог предвидеть, какую подставу устроит судьба. Я даже не сразу понял, что в зале забыли три левых мужика и почему трон один, а когда дошло бежать было поздно. Передо мной плыла восхитительной красоты демонесса, твой образ словно наваждение заставил возненавидеть тех троих, только за то, что они не отвергли приглашение на этот дурацкий отбор. Я даже не посмотрел папку с твоим именем, я не представлял кто ты и как выглядишь, а с утра словно молния. Равнодушная и холодная, не стесняясь отчитываешь здоровенных мужиков и уходишь громко, хлопнув дверью. Контрольным выстрелом стали фотографии в комнате. Это его комната? Хотя не отвечай я и так знаю, его, твои фотографии, ваши общие они сводили с ума. Везде ты и такая разная, мое личное сумасшествие.

— Это можно исправить? — звучало жутко.

— Нет, — он покачал головой, — я попал и очень сильно. Инкуб выбрал пару, а она так же, как и у вас одна и на всю жизнь.

— Твоя сущность — это разновидность демонов? — приподняла я бровь, сейчас я как никогда остро чувствовала вину, за проклятую способность, это мой выбор был закрыт, для других мой фон был свободен, что позволяло определять во мне свободную демонессу.

— Да, — протянув ко мне руку он ее отдернул.

— Прости, — единственное, что я смогла сказать.

— Пообещай мне только одно, — разрывая мою защиту, он подошел ко мне вплотную, — ты дашь мне шанс доказать, что любовь между нами возможна. Я обойду весь мир, перерою все книги, сожгу его для тебя к пробогам, но освобожу тебя, ты освободишься от него и тогда сама решишь нужен ли тебе я.

— Хорошо, — и больше меня слушать не стали, окунув с головой в водоворот его чувств и эмоций, поцелуй был страстным, но мягким, он захватывал и отключал реальность. Безумие продолжалось всего несколько секунд, но и этого мне хватило, чтобы задохнуться.

— Я за тобой вернусь, — поцеловав в висок, он развернулся и ушел.

Я словно пылала, впервые за три года мое сердце билось в бешенном галопе, в висках стучала кровь, а внизу живота собиралось мягкое томление. Каким-то непонятным для меня методом он смог достучаться до моей души.

Опустив взгляд на кольца поняла, что они своего идеального цвета и едва мерцают в самой темной, предрассветной тьме. Он сказал правду, его чувства, странные, сумасшедшие, иррациональные, но они настоящие, искренние из глубины его сердца. Он влюбился в меня.

На моих губах расползлась глупая улыбка, а на востоке поднималось небесное светило, освещая меня и мои так и не убранные крылья. Он целовал не ухоженную Кронпринцессу, он целовал демона в боевой трансформации. От избытка чувств не спасали даже артефакты, но все хорошее рано или поздно кончается, кончился и этот момент, разбившись о реальность.

Поздравляю всех с праздником. Спасибо, что вы со мной

Глава 8

По родным коридорам я неслась со скоростью оголодавшего зверя, почуявшего добычу, и даже шпильки мне в этом были не помеха. Раздающиеся в голове витиеватые ругательства и отборный мат подстегивали еще сильнее. Вспоминая, где успела накосячить, так и не припомнила такого момента.

В собственную комнату я влетала на всех парах и в растрепанных чувствах. Головой я, конечно, понимала, что явно не мой косяк, но жопа с детства, привыкшая к приключениям, инстинктивно готовилась к нагоняю.

Открывшаяся моим глазам картина заставила остановиться и нервно заржать. Четыре моих фрейлины пеленали в простынь рьяно сопротивляющуюся служанку. Та, в свою очередь, кусалась и поливала их отборным матом, из лексикона завсегдатаев трактиров и пабов.

Со стороны это все выглядело до боли смешно и нереалистично, но все же происходило в моей комнате у меня на глазах. Пришлось применять ко всему клубку рук и ног обездвиживающее заклинание и растаскивать их по одной.

Для надежности на служанку накинула охранный и сковывающий круги, я, конечно, все понимаю, но и девочки без причины не стали бы заниматься такой ерундой.

— Кто мне объяснит, что здесь, только что произошло? — я уселась в любимое кресло и тяжелым взглядом уставилась на присутствующих.

— У меня сработали маячки на взлом твоей комнаты, — Акси отплевалась от волос, — почему у тебя они не зазвенели не знаю, могу только предположить, что твое оповещение она блокировала, но направленное на меня и на Маркелию нет. Она убежала тебя искать, кстати, но сама заявилась и на том спасибо.

— Итак… вваливаемся мы сюда, — переняла эстафету Жанетт, — а тут она шерстит по всей комнате в поисках сейфа, профессионально простукивая стены и пол.

— Такого счастья у меня отродясь нет, — потерла я голову, — итак, подведем итог: ты-вор, которая вломилась в комнату к Кронпринцессе Миртоса, в попытках ее ограбить? Ладно, за это я тебе лично готова памятник поставить, это надо иметь не просто стальные яйца, это надо быть безбашенной оторвой. Но вот обломать мне такое свидание! Убью!

— С кем это? — заинтересованно протянула Эли.

— Просто было, — отмахнулась я, — но вернемся к тебе. Кто такая и зачем ты здесь?

— Так я вам и сказала, — огрызнулась скованная блондинка.

— Элинаэтта? — я перевела взгляд на фрейлину.

— Сейчас посмотрим, — глаза засверкали льдистым цветом, а девушка растерянно перевела взгляд на меня, — прости, Кас, но у нее там пусто, я не вижу ни чего.

— Давайте я попробую, — Вирджиния еще неуверенно посмотрела на нас, — я лучше в ментальных науках, — девушка поднесла руки к вискам и застыла, — простите, но там на самом деле пусто, она словно кукла механическая.

— Хм, — мы нахмурились, — Жан, кончай ее, а я за мелом для воскрешения.

— В сердце или голову? — потерев руки красноволосая нагнулась над служанкой.

— Давай в сердце, — я демонстративно ковырялась в ящике комода, — таких проще воскрешать, они меньше противятся, да и на вопросы отвечают более связно. О, нашла!

Жаннетта просвистела, явно нечленораздельные звуки и аккуратный красный маникюр вспыхнул черным пламенем. Сделав задумчивое лицо, она нацелилась в область сердца.

— Стойте, — завизжала блондинка, — я сама скажу!

— Вот и умница, — кивнула Аксионелла.

— Мы слушаем, — две другие тоже придвинулись к девушке.

— Вот говорили мне не связываться с демонами, — зло прошептала девушка, — нет, решила доказать, что круче меня нет всем мире. Про ваше кольцо уже где только не было напечатано, ориентировочная цена такой побрякушки на черном рынке, около четверти миллиарда межнациональной валюты, после того, как она была объявлена обручальным кольцом Кастадеи, Эбирфайр цена подскочила до трех миллиардов. Но даже самые отмороженные воры миров отказались браться за этот заказ, справедливо рассудив, что связываться с вами себе дороже. Я же не поверила, и, если честно, у меня все замечательно складывалось, если бы я знала, что оповещалок несколько, то не попалась бы так глупо.

— Все равно бы у тебя ничего не вышло, — я поморщилась, — кольцо я не снимаю даже ночью, а отпилить мне палец, у тебя бы не получилось.

— Ты не многим старше нас, — Вирджиния с сомнением посмотрела на девушку, — и, признаю, сейчас я тобой восхищаюсь. Как и сказала Кас, ты, наверное, единственная, кто рискнула ограбить королевский дворец демонической империи. И самое главное у тебя это почти получилось, если бы не система охраны, я даже боюсь представить, что ты смогла бы сделать.

— И вот тут мы переходим к самому насущному вопросу, — на моих губах расцвела милейшая улыбка, — откуда такие навыки в таком возрасте?

— На улицах научилась, — выплюнула блондинка.

— А вот это ложь, — вокруг воровки собрался красноватый туман, — еще три и нам даже труп прятать не придется.

— Я — Нестерова Екатерина Витальевна, — девушка спрятала розовые глаза.

— Ты из колыбели жизни? — мы все удивленно посмотрели на нее.

— Да, было дело, — нехотя проговорила девушка.

— Самый зажиточный мир, — мы переглянулись, — и девушка занимается воровством.

— Наследственность, — пожала она плечами.

— Расскажи? — я подняла ее голову за подбородок, — и если твоя история меня заинтересует, то ты докажешь всем, что воровать у демонов не такая уж плохая перспектива.

— Я родилась и выросла в непростой семье, — прикрыв глаза она откинула голову на сиденье кресла, — у вас не существует такого понятия, у нас оно есть. Мой отец был главой преступного синдиката, который держал в страхе половину центрального континента. Я выросла избалованной, вечно требующей особой, но в тоже время я умела почти все, что нужно знать бандиту. Как стрелять, убивать, подставлять и манипулировать. Единственная дочь преступного короля, мне пророчили великую жизнь, как его наследнице. Передо мной поклонялись и трепетали. В мои мужья претендовали многие, но отец уже договорился с молодым гением, лучшим киллером и виртуозным убийцей — Антоном Белоуховым. Амбициями и харизмой обделен не был, не скажу, что смазлив, но вполне. Про встречались мы почти год, до свадьбы оставались считанные месяцы. Отец ввел его во все круги, показал, как работать и как зарабатывать. И чем он отплатил в результате? Убил моего отца, переманив на свою сторону всех замов и глав направлений. Меня же хотел сперва изнасиловать, а только потом добить. Это и помогло мне сбежать. Папин друг и глава восточного континента, успел переправить меня в девятнадцатый мир к троюродной тетке по материнской линии. Но кому нужно сиротка с криминальным ворохом проблем, так еще и нищая, естественно никому. Вот от мня быстренько и избавились, как только закончились проверки со стороны Дядюшки Фердинанда. Сдав меня в детский дом, она фактически обрекла меня на смерть, мне избалованной роскошью, в платье ценой с этот центр, там грозила мгновенная расправа. Вот тут и пригодились мои навыки, первому же уроду я оторвала голыми руками, лишние органы. Няньки и воспитательницы обходили психованную девчонку стороной. Полтора года прошли в относительном спокойствии, но мне стукнуло восемнадцать, и в этот же день меня выкинули за порог, не желая связываться с преступницей. Для меня начался новый этап: ни крыши, ни еды, ни денег. Идти в проститутки или эскорт меня не прельщало, конкурировать с профессиональными маньяками и охотниками за головами я тоже не могла, все же не настолько большие у меня были способности, а вот как вор, я могла вполне состояться. Так я и дошла до звания, лучшего. Шесть лет меня не могли поймать и даже просто сказать, кто занимается такими дерзкими ограблениями. Я грабила всех, чем сложнее задача, тем виртуознее я ее исполняла. Картины, драгоценности, книги, документы, жены, дети — я крала все. Меня не заботило, кому и как это принадлежало. И вот несколько дней назад появилась информация, про бесценное кольцо, которое невозможно украсть. Хотелось доказать, что даже у такой как ты, можно украсть!

— Мне нравится, — улыбнувшись во все клыки, посмотрела на шокированные глаза, — подписываешь контракт моей фрейлины, — и убейте меня, если следующая фрейлина, опять будет с ворохом незаконных проблем.

Не успела я закончить столь светлую мысль, как раздался стук в дверь. Медленно отворяясь, она явила нам розоволосую девушку с безумными рыжими глазами, черные вертикальные зрачки испуганно сузились при виде нашей компании. Четыре взъерошенные фрейлины, связанная служанка и нервно ржущая я, тот еще наборчик.

— Чем обязаны? — задала я самый логичный вопрос.

— У меня письмо от вашей матушки, — испуганно пискнула она.

Плотный белый конверт привычно мигнул синим пламенем, при вскрытии. Вчитываясь в мелкие, быстро набросанные строчки, я уже не могла остановить зарождающуюся истерику.

— Все убивайте, — и свалившись на диван начала откровенно ржать.

— Эли читай, — тут же поторопили девочки.

«Солнышко, у нас все хорошо. Папа разбирается с неверными, я сижу рядом и изображаю стукнутую на голову демонессу. Проблемы правда решаются медленнее чем хотелось, ну это уже отступление.

Знаешь, может тебе это покажется глупым, но передо мной встала дилемма. Девушка, что сейчас стоит перед тобой, бывшая номинальная наследница серафимов — Кронпринцесса Инаила Страдстберг. Ее отец не в восторге, от перспектив лишиться всего и сразу, так еще и в тюрьму угодить за заговор против новой власти. Инаила была его шансом на восстание, если его откровенно не любил народ, то по тихой, кроткой и бесхребетной Принцессе сходили с ума.

Оставить ее в Волхве я не могу, казнить тоже, замуж выдать не вариант, ей всего пятнадцать. Единственный вариант, который я придумала, сослать ее к тебе и девочкам под присмотре. Да и народу должно понравиться, что их обожаемая дурочка, станет фрейлиной законной Кронпринцессы.

С ее способностями и женихом разбирайся сама, мне на это времени не остается. Тут уж ничем не смогу помочь. Оставляю все на тебя.

Целую,

мама».

— Хорош ржать, — Акси в миг стала серьезной, — Жанетт документы этим двум. Эли горничных, Кас через час должна представлять собой идеал стервозности. Вирджиния к организаторам еще два стула. Кастадея, что б тебя, завязывай истерить, первые гости на объявление собрались, у нас тут отбор вообще-то идет, а не детский сад. Хотя, с такими женихами, он самый. Вы двое: Принцесса у тебя одежда с собой есть? Тогда подпишешь договор и переодеваться. Тебе блондиночка подберем, что-то мое или Элинаэтты. Увидите, что Кронпринцессу начинает переклинивать, не щадите бросайте заклинания, нервного срыва нам только не хватала от нестабильной смески.

— Уже стабильной, — прохрюкала я с дивана, — Элмард сказал, что моя магия вполне гармонично устаканилась.

— Только еще одного Принца нам не хватало, — взвыла Адъютант-фрейлина, — работать живо!

Девочки исчезли в мгновение ока, я же пытаясь восстановить собственное душевное спокойствие, с ногами забралась на диван и задумалась, собственно, к чему я приплыла?

Первая неделя отбора закончилась, не успев толком начаться. Пляс сожранные документы и печати. Для меня лично никакой выгоды в этом цирке не было, но делать с этим было увы нечего, традиция, чтоб ее.

Неясно откуда взявшийся Принц Конгломерации, со своей влюбленность, да и свои собственные чувства, вдруг проснувшиеся так не вовремя. Это еще больше сводило с ума и не давало расслабиться.

История с вновь приобретенными фрейлинами, как не странно казалась самой логичной из всего что произошло за это утро. Письмо от мамы согревало и не давало окончательно уплыть в собственную депрессию.

Документы по заседанию торговой комиссии лежали на журнальном столике, они были первым пунктом в переговорах с Конгломерацией по восстановлению дипломатических отношений. Все можно решить быстро, и просто выставить Элмарда на все четыре стороны, но обе сущности от таких мыслей устраивали демарш и начинали бунтовать.

До этого я не разу не слышала, даже просто о такой ситуации, обычно помечены были оба, а не только кто-то один. У нас все получилось так как получилось, глупо и обидно. Встряхнула головой и отогнала непрошеные мысли об Ларне, только этого не хватало.

Среди гостей полюбим будут те, кому журналисты обещали кругленькую сумму за эксклюзивные воспоминания, и моя заплаканная моська не лучший момент для обложки топового глянцевого издания.

Классическое бальное платье из тюля идеально сидело на мне, маленькие рукавчики на уровне верхней линии лифа, добавляли игривости. Атласный бант на талии показывал, что это все же выходное платье, а не сто первое рабочее. Милый вырез сердечком красиво приподнимал и очерчивал грудь.

Волосы были накручены тугими волнами и украшены такими же атласными бантиками по всей длине. В украшениях ограничилась двумя кольцами и хрустальными серьгами в виде роз.

Образ в целом получился милым и наивным, словно живая дорогая кукла, усмехнулась я своим мыслям. А ведь и правда замри я в одной позе примут за статую. Эх, нелегка жизнь некроманта, хоть самой на кладбище переезжай.

Развить столь заманчивую мысль мне не дал стук в дверь и сообщение, что фрейлины уже готовы. За дверью Аксионелла раздавала последние инструкции новеньким. Инаила и Екатерина выглядели куда презентабельное чем я ожидала.

Белоснежное платье серафимы переливалось всеми цветами розового и сиреневого, удачно оттеняя ее волосы. Огромные глазищи завораживали, подведенные черным они словно высасывали из вас душу, нехилый такой эффект.

Екатерина, напротив, была в огненно-красном платье Акси, туго затянутый корсет и прямая спина давали понять, что даже за столько лет, она не забыла, как это быть богатой мадам. Белые волосы, поднятые в два высоких хвоста, закручивались причудливыми сосульками на концах. Розовые глаза блестели из-под черных ресниц, и не скажешь, что пару часов назад ее собирались убивать.

Вот такой пестрой толпой мы и двинулись по направлению к малому тронному залу, торжественно заиграла музыка и за дверьми мгновенно стих гул многолюдной толпы гостей. Чинно чеканя каждый шаг, мы проходили цветное волнующееся море. Сотни глаз с интересом следили за новым приобретением. По связи я ощущала, как непривычно для Инаилы все что происходит, и с какой легкостью Екатерина относится к множеству косых и не одобряющих взглядов, буквально с насмешкой встречая их. Вскоре трогать чужой взгляд перестанет и этих двоих, он станет чем-то обыденным, что вечно тебя окружает.

В этот раз на помосте был только мой трон, даже фрейлинам полагалось сидеть поодаль, женихам же вообще стоять. Для высокородных гостей уже были заготовлены мягкие стулья, но я не думала, что их окажется так много.

С равнодушным взглядом устраиваюсь на троне. Этот спектакль не должен вызывать эмоции, если я им так нужно, как приз, то и они мне нужны так же.

— Я рада, приветствовать вас на этом скромном мероприятии. Честно сказать я даже и подумать не могла, что сегодня в этом зале соберется столько много высокородных гостей, да и просто зрителей. Я не готовила красивых речей и витиеватых фраз, все что я хотела сказать женихам. Вы думали я не узнаю про шантаж, подкупы, махинации и весь остальной список? Вам дали элементарное задание, отойти в сторонку и не отсвечивать. Так нет, вы умудрились и его завалить. В итоге: у меня сожрано три государственные печати, восемь коробок с документами, помер бедный офицер внешней разведки и семнадцать горничных подали в отставку. Знаете, мне уже хочется самой удавиться, чем проводить дальше отбор. Ну честное слово, вроде здоровенные мужики вымахали, а нервов мне с одними пиджаками столько вымотали, словно у меня на руках три благородные институтки Сакс. Как итог сегодня здесь и сейчас я вам ни чего больше не скажу, встретимся в семь за ужином тогда и поговорим.

Под оглушительную тишину я покинула тронный зал, в груди на самом деле поднялась волна злости и ярости, достали, ей богу достали. Вот тоже тут попытались казаться лучше, чем они есть, все такие ухоженные прилизанные с идеальными улыбками. Тьфу, бесят!

Захлопнув за собой дверь рабочего кабинета вылезла из платья и надев привычные шорты и майку и выбросив их из головы погрузилась в работу. Работа продвигалась вполне успешно пока мое внимание не привлек черный глянцевый конверт. Просканировав его на посторонние чары, обнаружила только направленные конкретно на меня охранные. Сломав печать открыла письма. Обнаружив крохотный стеклянный сосуд сильно удивилась.

«Кастадея,

Доброго дня, девочка моя.

В это наверное будет сложно поверить, но все же. Ваш род столько чтил меня и поклонялся, что я не придумала к кому обратиться в столь скорбный для меня час. Ты знаешь меня под именем Леди смерть. Глупо наверное получилось, но умерев в своем мире, я вновь воскресла в вашем. Да, да и богиня смерти может умереть.

Ты сейчас подумаешь что все эти строки шутка и розыгрыш. У меня есть только один способ доказать тебе, что я — это я. Не грусти моя темная крошка, это будет жестоко с моей стороны, но все же другого способа я не вижу.

Ларн умер не напрасно, он выбрал самый безболезненный способ. Сколько раз в детстве он упокоевал твоих монстров? Не сосчитать. Печать святого очищения дошла у него до автоматизма. Весь его взвод нарвался на заклятую печать лича, как некромант ты должна понимать, что из себя представляет данная гадость. Он спас множество жизней, пожертвуя собой и своим взводом, их уже было не спасти. Потом бы это пришлось делать уже тебе в составе студентов-некромантов.

Последнее, о чем он попросил, не дать тебе уйти в след за ним. Я не смогла отказать в такой просьбе, теперь на тебе висит долг посмертия, не умрешь до тех пор, пока не станешь лучшим для своей страны.

Моя же просьба покажется тебе теперь эгоистичной, но не могла бы ты поделиться каплей крови, мое нынешнее тело не приспособлено не то, что к магии смерти, даже просто к темной.

А способность вашей крови дарить обращение во тьму, да как ваша покровительница я знаю и про эту, свято хранимую вами тайну. И вот в затруднительный момент, прости меня не могла бы ты даровать мне ее? Это позволит перестроить обычное человеческое тело к моей божественной магии.

Я пойму, если ты откажешь мне, с моей стороны глупо надеяться, что ты простишь меня за смерть твоего возлюбленного, но мне больше не у кого просить помощи, я в слишком тяжелом положении. Из могущественного бога я в один миг стало хрупкой человеческой девчонкой не способной даже толковое заклинание сотворить.

Еще раз прости, но я надеюсь ты не откажешь».

Меня мелко трясло, но все же я дотянулась до ножа для бумаг и наполнила склянку под завязку. Невероятно в такое сложно поверить, но я отчетливо понимала, меня на самом деле просит о помощи моя покровительница.

О произошедшем на месте засады не могли рассказать даже эксперты, единственное в чем они сходились, это в выбросах мертвой и светлой энергий в огромных объемах. И теперь я хотя бы знаю за что он умер, он спас целые народы. Демонический взвод превращенный в личей, в крови захлебнулись бы целые миры.

Написав ответное письмо, аккуратно вложила внутрь сосуд и запечатав отправила в обратный путь. С души свалился огромный груз, он не погиб напрасно, он на самом деле достоин серебряной таблички в склепе. Да и тайна пропавших тел раскрылась, после очищения от лича не остается и праха, он растворяется в белом потоке света.

Откинувшись на спинку рабочего кресла, невидящем взором пялилась в потолок до тех пор, пока в дверь не начали барабанить. Взмах рукой и тяжелые дубовые створки распахиваются.

— Ужин через пол часа, — Акси выглядела взволнованной.

— Может, прекратим все? — не опуская голову проговорила я.

— После того, — она усмехнулась, — что ты сегодня устроила, ты просто обязана взять их в мужья, они же теперь как оскорбленные невинности.

— Мне Элмард в любви признался, — я опустила растерянный взгляд на лицо подруги, — кольца остались спокойными. Да и мою историю он принял и понял. Даже вытребовал обещание, дождаться, когда он снимет с меня мою ношу.

— Что произошло? — я понимала, что весь тот бред, что я несу, она пропустила мимо ушей.

— Письмо из прошлого пришло, — бесцветно прошептала я, — он спас половину мира, пожертвовав собой и ребятами, он не дал утонуть нам всем в крови.

— Что в нем было? — она обняла меня со спины.

— Их превратили в личей, — я содрогнулась всем телом, — а он как в детстве развеял всех, включая себя.

— Ты должна им гордиться, — по фарфоровой щеке катилась одинокая слеза, я же рыдала в захлеб, слезы так и не высохли.

Появившиеся служанка получила инструкции, и была спроважена восвояси. Там, за пределами этих стен, нас ждал целый мир. А я не могла найти в себе сил встать из-за стола и натянуть равнодушную мину, и пойти все и сразу пересказать ждущим мня в столовой кандидатам.

Я не могла обрекать их на свою судьбу, они имели право знать о настоящем положение вещей. Если они сами откажутся я пойму. Врагу не пожелаешь жить, не ощущая любви и надежного плеча рядом.

Но об этом были только мои мысли, тело же сидело и отказывалось подчиняться моим приказам. Аксионелла буквально силой выдернула меня из него и, залепив пощечину, заставила взглянуть на нее осмысленным взглядом. Ее грустная и понимающая улыбка заставила совесть дать мысленную затрещину. Я не могу здесь раскисать, на моих плечах целая империя и пара миллиардов населения! Я не могу их предать, они доверились мне.

Собравшись с силами, накинула на лицо легкую иллюзию, осмотрела себя со всех сторон и решила, а собственно, в чем разница Кронпринцесса здесь я, захочу и в шортах на ужин приду. Что ж, мальчики, поговорим!

Глава 9

Я стояла перед дверьми малой столовой и отчаянно не хотела входить. В воздухе летали едва заметные разряды черных молний, выдавая мое волнение. Попыталась успокоиться, не помогло. Нервозность давила на голову, не позволяя глубоко вдохнуть.

Потерла руки о черную ткань джинсовых шорт, еще раз вдохнула и все же решилась толкнуть створки дверей, впуская в темный коридор, желтый приглушенный свет от свечей.

Кандидаты в мужья подскочили со стульев и расплылись в дежурных улыбках, отмахнувшись от них, прошла к софе около дальнего окна и пнула резную ножку. В их глазах читалось такое удивление, до тех пор, пока одно их картин не откинулась, являя свету папину заначку. Погремев бокалами, опрокинула в себя пол бокала шантийского мендалда и только тогда посмотрела на стоящих в полном шоке мужчин.

— Нам надо поговорить, — с интересом посмотрела на бутылку в руках, но решила отставить ее пока в сторону, — серьезно, и, если кто-то решит по его окончанию отказаться от идеи участвовать во всем этом, я его приму без возражений.

— Это все из-за того павлина белобрысого? — грудь Виктора надулась.

— Нет, — я опустилась на несчастную софу и тяжело вдохнула, — все из-за меня.

— Да что такое могло случиться, — не выдержал Александр и попытался ко мне подойти.

— Стой, — жест и барьер встал автоматически, — мне и так не легко.

— Рассказывай, — самым спокойным казался Михаэль, но я себя не обманывала, в сиреневых глазах плескался гнев.

— Тогда не перебивайте, — и откинувшись на спинку, я начала повествование:

«Многие тысячелетия назад, когда мир только создавали тринадцать великих богов, у каждой созданной расы были свои особенности и благословения, дарованные создателями. Демонам был дарована способность находить для себя идеальную пару, они словно оборотни ощущали единственного рожденного только для них партнера. Многие браки заключались сразу после четырнадцати лет, союзы были крепкими и нерушимыми. Опровергнуть выбор богов не осмеливался никто, да и не зачем это было делать.

Вот только, как и многие другие они лишились такой способности, когда Светлый и Темный опустились нескончаемыми бедами на сотворенный мир. Их противостояние повергло мирное течение времени в кровопролитные войны и смерти.

Смерть шла по мирам и планетам, проходясь своими костлявыми лапами по сотням, тысячам и миллионам. Не щадя никого: ни стариков, ни детей, ни женщин, ни царей, ни рабов.

Народы вырождались и стирались с лица земли, остатки или закрывались в своей изоляции, или шли войной друг на друга.

Демоны пошли первым путем. Замок Нартадар, единственный уцелевший оплот демонической, империи укрыл в своих стенах последние десять тысяч человек. С этого момента о каких-либо парах и тому подобному было забыто. Основной задачей стало воскрешение уничтоженной нации.

Девочек, девушек и женщин заковывали в ошейники и запирали в комнатах, единственной их задачей было вынашивание и рождение детей. Велся строгий контроль, вот только те, кто уже обзавелся или потерял пару, не могли рожать от других. И тогда Король Абаддалуа Эбирфайр вынес приказ:

„Любая особь женского пола, достигшая четырнадцати лет и перешедшая порог принятия сущности, подлежит немедленному оплодотворению от любого находящегося поблизости мужчины, потерявшего пару. Ни один свободный не имеет права приближаться к закрытым комнатам девственных демониц. Отныне и впредь любая потерявшая честь до пятнадцати лет не имеет права распоряжаться своей жизнью и обязана принимать волю сильнейших. Слово мое станет законом и противоречить ему не смеют, за протест — принудительные работы и сдача семени в донорский банк“.

Вот так под благородным предлогом началось издевательство и унижения. Слезы, кровь и постоянные роды — стали постоянными спутниками прекрасных демониц. Женщины боялись рожать девочек, и участились убийства еще нерожденных девочек.

Они считали, что для их дочерей лучше не рождаться вовсе, чем терпеть и проходить через все, как они. После этого их жизнь стала еще более тяжелой. Беременных привязывали и выставляли охрану, кормили и насиловали, вливая силы.

Так произошло и с девушкой, что выбрал Король. После слов, что родиться девочка, ее связали и заперли. Довольный отец ходил и каждый день издевался над еще нерожденной дочерью, обещая, как на ее принятие сущности, подарит своему верному советнику, а после они вместе будут наслаждаться ей.

Не имея возможности шевелиться, и хоть что-то предпринять. Юная пленница сделала единственное, что было ей доступно. Она вознесла молитву для Леди Смерти, что гуляла по земле, собирая жизни, пожелав смерти для себя и дочери.

В туже ночь черные, как предрассветная темнота, волосы закрывали от нее лунный свет и комнату, желто-красные глаза напротив с любопытством осматривали юную демонессу. Проведя по осунувшемуся лицу, тонкие пальцы спустились к груди останавливаясь напротив сердца. Движение незаметное, удар и из губ демоницы раздается хрип, острые ногти пробили сердце, навсегда останавливая его.

Вызванный охраной лекарь, констатировал смерть от инфаркта и принялся срочно доставать нарожденную дочку Короля. Малышку спасти все же удалось, но она была другой. Черные как смоль волосы и нечеловеческие розовые глаза, даже русалки не могли похвастаться настолько ярким цветом глаз.

Увидев ее, Король приказал запереть новорожденную девочку в самой высокой башне и забыть про нее на четырнадцать лет, давая только еду и воду. Пожилая кормилица, запертая вместе с ней назвала ее Ламия, что обозначало „колдунья“ или „ведьма“.

Шли дни и года, девочка подрастала, и все больше пугала старую женщину. Крысы, змеи и пауки — они все буквально охраняли крошку, не давая ей умереть или замерзнуть. Чем взрослее становилась малышка, тем больше раскрывался ее дар. Старая женщина давно померла, но также преданно следила за малышкой уже ее личным слугой.

Пожилая умершая леди была единственным доступным способом получать информацию. Запертая в четырех стенах юная Принцесса росла не героиней бульварных романов, а расчетливой и хладнокровной тварью, беря пример с окружающих ее созданий.

Но и ей должно было когда-то исполниться четырнадцать. В тот день змеи заполнили все пространство крошечной комнатушки, ядовитые пауки оплели дверь, а крысы встали перед ней. Советник, пришедший за игрушкой, увидев это сбежал. И так на протяжение года все самые смелые мужчины пытались штурмом взять одинокую дверь на самом верху замка.

В день пятнадцатилетия красивая девушка спустилась в тронный зал сама, посмотрев в глаза отца, она расхохоталась и потребовала объявления ее свободной. Король, заскрипев зубами, признал, что его дочь отныне вольна сама распоряжаться своей судьбой.

С последним словом он начал на глазах подданных гнить и умирать в страшной агонии. А колдовские розовые глаза с интересом за этим наблюдали. Тонкие белые пальцы подобрали с кучи гниющего тряпья золотой обод.

В зале поднялся гул и к трону выдвинулись пятеро юношей — ее братьев. Улыбнувшись в тридцать два зуба, щелчком пальцев она подняла с пола наполовину сгнивший труп. В зале воцарилась полная тишина, а труп повинуясь воле хозяйки схватил кинжал и бросился на оцепеневших Принцев.

В руках у пятнадцатилетней Принцессы поблескивал золотой ободок, а у ног лежало шесть трупов, обрывая Королевскую династию навсегда. Еще раз обведя зал розовыми глазами, он водрузила на свою черноволосую макушку корону. Мертвый холод поселился в тронном зале.

„Отныне, — произнесла она, — и впредь, до скончания веков, пока мир окончательно не утонет в крови, пока хозяйка моя будет и дальше собирать по земле сгинувшие души, я и дети мои будут восседать на этом троне. Ни одна моя правнучка не подарит этой империи Короля! С этого мига на троне будет только Королева. Слово ее будет выше небес и сильнее грехов. За деяния свои я проклинаю вас, вы теперь никогда и ни за что не узнаете, кто ваша пара. Примите же в дар трупы моей семьи, да исполнят они мое проклятие“.

Ламия сожгла фамильный замок и в другом конце империи воздвигла столицу. Демоническая империя открыла свои границы для всех. Проклятая Королева пугала, и на страну с некроманткой во главе не рисковали нападать.

Торговля, военное мастерство, инновации, политика — хрупкая красотка играючи управлялась со всем. Любой, кто осмеливался идти против нее, лишался жизни. Мужчины перестали ставить себя выше женщин. Радостные демоницы не спешили кидаться на шеи к своим парам.

Единственное, что она так и не смогла исправить — это проклятый приказ о лишение прав на выбор. И все чаще юные девушки стали тянуть, и сопротивляться собственным сущностям. Покупая блокирующие зелья, а артефакты с такими свойствами стали цениться сильнее родовых украшений.

Империя расцветала, у Ламии подрастала красавица дочка, с безумно яркими серыми глазами, что были даже ярче, чем у папы. Страх за дочь оказался сильнее, чем здравый смысл.

Собрав двенадцать дам из старейших семей, что вели свой род с создания Империи, она попросила их придумать, как отсрочить женитьбу Кронпринцессы. И в тот момент появилась традиция отбора.

Эти двенадцать так и остались при Королеве, став первым кабинетом министров. Кропотливо отобранные девочки со всей империи стали в одночасье фрейлинами Кронпринцессы.

Когда же дочери Королевы исполнилось четырнадцать, был объявлен Королевский отбор на роль Короля. Претендент встречался с фрейлинами и предоставлял им все возможные факты, по которым именно он подходил на эту роль, а потом ждал письма от любой с одобрением.

Так и повелось, что на отбор попадало двенадцать одобренных фрейлинами фаворитов, проходя испытания, они либо привязывались к Принцессам, либо покидали отбор. После всех возможных манипуляций на момент брака Принцессе было уже пятнадцать, и она была в праве сама решать, хочет ли она устанавливать связь.

Для этого подходил самый простой ритуал добровольного принятия. Жених с невестой обменивались укусами, и с этого момента пахли друг другом, а связь считалась установленной и перворожденной, даже если это не ее пара.

Дальше в империи править могли только Королевы и даже множество отмаливающих ритуалов светлых не помогли. Пока Королевы — некромантки, они будут править вечно».

Я подняла голову и посмотрела на застывших мужчин, в их глазах читалось непонимание и полный шок. Наверное, они и представить не могли, что я умею столько много говорить. Я же опять покосилась на бутылку с красной жидкостью внутри. Эх, были бы родители тут, было бы гораздо проще разобраться со всем происходящим.

— И как вы понимаете, — вновь начала я, — сейчас эта традиция и этот указ сохраняются, из памяти простых людей он давно стерся, но в Королевской семье он жжет глаза не первое поколение и именно поэтому к Кронпринцессам немножко другое отношение.

Вы скажете, да мы на все согласны, девственница нас не пугает. Вот только у меня другая ситуация. Три года назад, как вы понимаете, мне было пятнадцать. Нас всех считают отмороженными куклами, а с ним я по-настоящему жила. Он не ходил передо мной с поклоном и дежурной улыбкой, с детства я получала от него нагоняи, и он развоплощал всю мою армию нежити одной печатью, отец и мама ценили его, весь мир и ВВП молились на него. А я жутко бесилась и требовала клятв и заверений. Все толпы поклонниц и вечно визжащих девиц. Последней каплей стала секретарша студенческого совета. Я устроила грандиозный скандал и вытребовала с него обещание ритуала, он и не подумал отказываться. Вот только в нашем случае он оказался незавершенным, я забыла, что надо укусить. Так и вышло, что ритуал был совершен, но не завершен. А через сутки он погиб, а я разнесла половину женского общежития. Поймите меня правильно, если бы все было, как положено, было бы простое объявление о браке, а так по факту я даже его вдовой не считаюсь.

— Ты не сможешь иметь детей? — осторожный вопрос Виктора задел за больное.

— Врачи советуют матери забеременеть второй раз, — я опустила глаза, — это безопасней и надежней, чем мне. Если подтвердится бесплодие, я стану только Инфантой. И не говорите, что сейчас я поступила подло. Подло бы было, если я вообще вам этого не рассказала, а так вы вольны встать и выйти отсюда без последствий для себя. Будет простое исключение.

— Я поговорю с нашими врачами, — Михаэль приподнялся.

— Нет, — я даже подивилась, что мне хватило духу на такой ответ, — дальше этих стен, разговор выйти не должен. Об истинном положение две знают, всего четверо.

— Тогда прости, — Виктор поднялся и пренебрежительно посмотрел на меня, — я не собираюсь гробить свой род: мне нужен сын. Я думал девочки это просто слабые гены ваших Королей, а не фамильное проклятье.

— Нарушишь клятву — умрешь, — грозные слова упали, словно камни, — Светлым и Темным клянусь.

— Я понял, — история повторилась вновь, у мамы уже было тоже самое с Камалом-старшим, им нужны только сыновья.

— А вы двое? — я посмотрела на притихших блондинов.

— Мне все равно, — отозвался Михаэль.

— Если не получится, — улыбнулся во все клыки Алекс, — у меня еще семь попыток.

— Тогда я думаю, — захлопнув бар, отвернулась от них, — нам всем есть, о чем подумать.

Выходила из комнаты я в разбитых чувствах, на душе было мерзко и противно. Я сама себе казалась ничтожеством, обманывающим их всех и себя в частности. Путь до комнаты показался туманным и отстраненным. Упав на низкий диванчик, обнаружила две записки на поверхности столика. Одна была от утренней леди, вторая незнакомой. Решила начать с черной.

«Я очень тебе благодарна за помощь, отныне с любыми проблемами можешь обращаться ко мне, все мои знания и тысячелетний опыт будут к твоим услугам. Моя благодарность искренняя, так же, как и твой порыв. Мне бы хватило и капли, ты же отдала мне целый флакон. Я постараюсь изготовить для тебя зелье для снятия привязки. Хоть это и было давно, но я была лучшей выпускницей Алхимического факультета. Да и сестру к этому подключу, она великолепный чаровник и артефактор. Она тебе тоже благодарна, так что жди приятных сюрпризов».

Кхм, я даже не ожидала, что получу взамен божественное благословление от двух богинь, в тот момент, действуя на эмоциях, я вообще не задумывалась, что творю. И только сейчас до моей башки дошло — это могла быть подстава!

При помощи крови, так еще и отданной добровольно можно столько ритуалов и проклятий провернуть, что мало бы мне не показалось. Но меня, похоже, кто-то там хранит и охраняет.

На второй конверт я смотрела уже с большей опаской и беспокойством. Нежно-голубой цвет почему-то не внушал доверия, хотелось немедленно сжечь его.

«Ну, здравствуй гадина,

Я думала ты уже сдохла от своих переживаний, ан нет, посмотрите на нее живет и радуется. Надо было устраивать что-то более масштабное. Сейчас я понимаю, для некромантской подстилки развоплотить себя оказалось слишком легко. А я так хотела, чтобы ты смотрела в пустые глаза и собственными руками убивала бессмертного лича.

Каково это любить труп? Для тебя, наверное, привычно, ты бы и такого любила? Но нет, он навсегда останется пеплом на твоих руках. Думаешь, сможешь нормально жить? Я тебе клянусь, за поступки своей убогой матери ты заплатишь сполна. Любой, кто примет тебя, станет моей мишенью, до конца твоего правления, я сотру ваш глупый мир в порошок.

Жаль я просчиталась, и вы не совершили ритуал, а сейчас узнать, кто был первым в череде твоих мужиков затруднительно. Ох, как бы было замечательно: жена убивает проклятого мужа собственными руками. Жаль, не вышло!

Все же, те трое, что сейчас крутятся около тебя, даже не тянут на угрозу твоей психики. Я же хочу сломать тебя, разбить твою красивую рожу об камни и переломанной куклой выкинуть под взгляды всего мира.

Запомни, моя любимая тварюшка, я сделаю все!»

Злосчастное письмо выпало из ослабевших пальцев, по телу пронеслась мелкая дрожь. Мне пытались угрожать, в душе поднимало голову предвкушение и охотничий азарт. Главное правило смертника: подразни демона, и ты труп.

Задней мыслю отметила, как из-под верхней губы выдвинулись удлинившиеся клыки, а губы сложились в оскал. Такого предвкушения я давно не испытывала.

Подобрав бумагу, отправила ее главе тайной канцелярии на анализы. Набросав пару строчек, откопала в сумке с вещами с квалификационного задания каф и все вместе отправила первому загадочному адресату. Если все это правда, то лучше иметь постоянную связь.

Паршивый день так интересно окончился, признаться, даже не ожидала.

Глава 10

— Леди у нас чрезвычайная ситуация, — с оглушительным стуком дверь врезалась в стену.

Мигом поднявшись с кровати, я первым делом натянула поверх шелковых топа и шорт, военные брюки и камзол. Натянув на ноги пушистые тапочки развернулась к влетевшему в мою спальню офицеру младшего звена. Тот, не обращая на мой вид никакого внимания рапортовал дальше.

— Центральная храмовая площадь подверглась нападению. Главный храм объят двенадцатиметровым столбом пламени. Люди эвакуируются согласно заданной схеме. Огонь под контроль взять не удается. Огневики и щитовики вложили уже почти треть резерва.

— За мной.

И первая покинула собственную спальню, уже в дверях перекинулась в мир теней, там было проще добраться до горящего здания. Была меньше вероятность столкнуться с горожанами и увязнуть в их панике.

По затемненным улицам я почти летела, не касаясь плитки мощеных дорожек. Внутри разгоралось желание из-под земли достать того, кто это устроил и с особой жестокостью прикопать. Ноги сами несли по знакомым улочкам, а мозг лихорадочно соображу.

Влетев на центральную площадь, я замерла в шоке. Огромный пламенный столб возвышался в центре. Храм был скрыт за стеной огненного шторма. Огневики не могли сдержать бушующее пламя, оно рвались и вздымалось над людьми. Маги уже местами подкопченные и запыленные сражались со стихией и проигрывает ей по всем фронтом.

Не задумываясь, влепила в стену огня зарядом энергии, словно издеваясь огонь сломал ее и весело мигнул рыжики всполохами, издеваясь. Заметив это с ужасом переместилась обратно в мир людей. Тут стихия, казалась еще ужаснее.

Вот только замерла я совсем по другому поводу. Огонь не был несчастным случаем, он был магическим и поэтому не поддавался огневикам. Оглядевшись с осознанием замеров.

— Где воздушники? — мой вопрос пролетел над площадью.

— Старший дневальный, — невысокий брюнет появился передо мной, — Ваше Высочества, согласно штатной разнарядке они помогают в эвакуации городского населения и управления кризисными зонами.

— Светлый вас побери, — выругавшись попробовала воззвать к незнакомой стихии.

— Может я смогу помочь? — слева от меня появился Элмард в одних штанах и тапочках на голые ноги.

— Ты владеешь воздухом? — вопросительно посмотрела я на него.

— Я стихийник, — простой ответ заставил мое сердце забиться в груди.

— Нам надо сжать кольцо, — показала я на Храм, — и уже когда загоним его до источника пламени будут мои проблемы.

Мы медленно прошли сквозь барьер, и Принц вскинул руки призывая воздушный купол. Он окружающей стеной опоясал огненную стену. С каждым нашим шагом стена сжималась, а огонь разгорелся, сильнее пытаясь пробиться сквозь прозрачную преграду.

Элмард оправдывая свою славу держал преграду. Но даже ему было сложно сражаться с механическим врагом. Вены на сильных руках вздулись, на лбу выступил пот, а по телу пришлись черные разводы, словно от кисти не умелого художника.

Я с содроганием наблюдала, как у этого самоуверенного Принца начинает тонкой струйкой сочиться кровь. Словно нервная истеричка я призываю в руку фамильный меч, будто самое несокрушимое средство я хватаюсь за грубый эфес и прижимаю его к груди. Парень уже почти теряет сознание, а мы только подходим в распахнутым воротам храма, дрожащей рукой прикасаюсь к напряженным мышцам спины. И тончайшей струйкой моя магия начинает перетекать по его венам подключаясь к резерву. В одночасье вспыхивают накопители и пульсируя начинают отдавать заряды собранной магии.

Словно завороженные куклы под влиянием злого кукловода, мы перемещаемся по проходу тлеющего храма. Богатое убранство столичного храма, сейчас было словно декорацией для самого ужасного рассказа. С потолка свисали покореженные и оплавленные люстры, богатая драпировка почерневшими лохмотьями болталась на стенах и потолке. Темный пурпурный ковер от каждого нашего шага превращался в труху. Алтарь выезженной, обуглившейся разваленной темнел за сужающейся прозрачной пленкой магического заклятия.

Я всем телом ощущала с каким напряжением вокруг вибрирует магия, она словно безумная тарара пыталась взбрыкнуться и достать до нас, разорвать и стереть. С каждым новым сантиметром, что отыгрывал нам купол, магия становилась все гуще и плотнее, она словно обволакивала и затаскивала в свои сети.

Прозрачный круг сузился до метрового пяточка, а в бушующем очертании пламени, я увидела подтверждение своих самых страшных опасений. Взглянув на Элмарда с опаской, отняла от его налитых стальным напряжением плеч, свою руку. Получив одобрительный кивок, призвала уже собственную магию, черный, как самая страшная ночь, туман заклубился у моих ног. Давящая атмосфера тлена, наполнилась удушающим запахом гнили и самой смерти.

Медленно будто змея, туман полз вверх по моим ногам, запирая в свой кокон, золотые глаза напротив с долей ужаса наблюдали, как в воздухе разливается ледяная пронизывающая до костей жуткая магия смерти. Я же напротив словно вздохнула и груди наполнил чистейшим морозный, обжигающе холодный воздух.

Губы шептали древнее, словно само мироздание, заклинание. Узкое лезвие сжимаемого меча, покрывалось черной, смоляной пленкой смертельной магии. Медленно сталь чернела, словно по ней расползалось самое мерзкое проклятье.

Подойдя вплотную к уже подрагивающему барьеру, занесла повыше клинок и в смутных очертаниях пламени, отыскала голову. Резкий свист и звон разлетевшегося купола, заставил на секунду попрощаться с жизнью.

В следующее мгновение обгоревшие стены храма заполнил предсмертный крик, он рвался и на высоких нотах собирался под потолком. Животное умирало в агонии, его кровь за живо кипела в венах, разрывая легкие и мозг. Страшная магия выжигала организм изнутри, после такого уже ни что не спасет и не воскресит. Еще один секрет моей семьи, темное пепелище, заклинание способное убить даже бога.

Еще раз провернув клинок на девяносто градусов, с противным чавкающим звуком выдернула его из сдохшего животного. Звук еще разливался по-пустому, выгоревшему помещению, а я уже оседала на тлеющий пол. Рядом тяжело дышал Элмард и с нечитаемыми эмоциями смотрел, на все еще подрагивающее в предсмертных конвульсиях тело.

— Я даже не думал, — он перевел взгляд золотых глаз на меня, — что у тебя хватит сил кого-то убить.

— Во-первых я военная, — ответила я таким же упертым взглядом, — во-вторых некромант. В смерти вообще не вижу чего-то предосудительного. А если можно было бы, то воскресила и еще раз сто прикончила.

— Это же ценная зверюшка, — с укором посмотрел он на меня, — если бы рассказала, я бы попробовал ее подчинить.

— Ха, — весело и задорно усмехнулась, — это оживший труп ценной зверюшки. А с недавнего времени разговор к личам, тем более контролируемым у меня короткий.

— Ты сумасшедшая, — меня дернули за руку, — такой же, как и я. Все мои знакомые девицы, которых мне подсовывает отец, или которые сами укладываются в мою пастель, ни за какое золото мира не пошли бы в пушистых тапочках убивать лича.

— Знаешь, — задумчиво протянула я, лежа на теплой груди, — не один уважающий воин не доверился бы демону и добровольно не полез бы к светлому на рога.

— Если бы не правила приличия, — он обвел дымящееся помещение, — и слегка не романтичная обстановка, я уже доказал бы тебе как сильно ты меня заводишь.

— О поверь я чувствую, — провокационно потерлась бедрами, — но после такого, нам до комнат бы сперва доползти. И где блин шляются мои женихи, которые сейчас, по сути, должны быть на твоем месте и с ужасом взирать на сумасшедшую и отмороженную на всю голову невесту?

— К пробогам их, — и в следующую секунду мои губы накрыл обжигающий поцелуй.

Я была уютно прижата к теплой, вздымающейся груди. Сильная рука властно сжала мой затылок, не давая возможности отстраниться, от теплых губ. Поцелуй был другим, не таким, как на крыше. Властный, дикий, под бушующим в крови адреналином. Мы кусались и в тоже время зализывали губы. Его язык во всю хозяйничал в глубине моего рта. Он словно пытался съесть меня всю и сразу, показать, что я только его.

Теплая рука расстегнула металлические пуговицы военного камзола. Сильный и мягкий хвост обвил талию, кисточкой дразня чувствительную кожу внизу живота. Ладонь накрыла и мягко сжала полушарие, сквозь тонкий шелк ночнушки, эта едва заметная преграда только больше распаляла, нежели служила оной.

Я сидела на его бедрах и елозила, дико хотелось провести ногтями по этой светлой кожи, оставить на ней кровоточащие бороздки. Слизывать языком соленые капли, пока крошечные ранки не запекутся, и каждая будет видеть, что он принадлежит уже кому-то. Жутко на гране одержимости хотелось впиться зубами в его плечо.

Теплая рука переместилась к пуговицам военных штанов, а рот занял ее место, накрывая тонкую ткано влажным сжигающим поцелуем. Он оттянул мои волосы почти до боли, подчиняя себе, заставляя прогнуться и опереться ладонями на его ноги, прогибаясь в спине и еще сильнее выставляя грудь. Сладкое томление растекалось по венам, жарким наркотиком, пристрастием за которое хотелось продать душу.

Сознание прекрасно понимало, что это адреналин и проклятые чары инкуба, но сейчас, как не когда раньше, хотелось всего этого. Сильных мужских рук, властных поцелуев, срывающегося дыхания и бешенного ритма в котором переплетаются не только тела, но и слетевшая с катушек магия.

Только Элмард оттянул зубами тонкую ткань майки, как с улицы послышались ругань и крики моих женихов. Разочарованно застонав, Принц уперся головой в мою грудь, а я неудовлетворенно захныкала, еще сильнее ерзая на его бедрах.

Слитный рывок, жесткий и короткий поцелуй, и мы уже вдвоем стоим, пошатываясь над телом убитой ящерицы.

— Кас, — в наполовину отвалившиеся створки влетел Михаэль, — какого Светлого ты сюда поперлась?

— Ей надо было вас недотеп ждать, — золотые глаза гневно осмотрели полностью собранных мужчин, — еще бы пару часов собирались.

— Тебя это не касается, — Алекс втянул носом воздух, но гарь и смерть перебивали запах нашего возбуждения.

— Посмотрел бы я на вас, — издевательски протянул Элмард и поймал пошатнувшуюся меня, — лучше вызовите экспертов, что бы они установили откуда по середине столицы взялась саламандра.

— Это и я скажу, — заплетающимся языкам протянула я, — эта тварь была перемещена сюда направленным временным заклятьем, через два часа она бы исчезла обратно, спалив храм дотла, возможно прихватила бы с собой еще и часть улицы.

— Но они безумно редкие, — запротестовал Михаэль.

— Ну тогда я даже не знаю, что я такое убила, — в груди на место возбуждения пришла злость.

— Пошли тебе надо лечь, — Элмард явно пришел в себя быстрее чем я.

— Да, надо, — и практически повисла на Принце Конгломерации.

Честно, пока шли до замка, я думала сдохну, и обвинят бедного спасителя в убийстве одной неадекватной Кронпринцессы. Кое-как добравшись до спальни, я просто вырубилась. Что было дальше, мне уже было все равно.

Глаза я открывала в глубокий обед, было жарко и душно, никогда раньше не замечала, чтобы под одеялом было так невыносимо находится. Приоткрыв глаз, сразу же застонала от невыносимой головной боли, но, пересилив себя, все же открыла несчастное око.

Сразу же обнаружилась причина моего дискомфорта: поверх одеяла, тесно прижав меня к себе, посапывал Принц Конгломерации. Золотые волосы были в полном беспорядке и ярким пятном выделялись на фоне темно-зеленого постельного белья.

Он что-то бормотал во сне, не выпуская меня из кокона надежных рук. Попыталась выползти, но меня только сильнее прижали к горячему, почти огненному телу. Подергавшись еще пару раз, расслабилась и начала медленно погружаться в дремоту. И все бы хорошо, но непонятно откуда взявшаяся совесть начала активно меня пинать и требовать выкинуть из своей постели наглого захватчика.

Посмотрев на умиротворенное, расслабленное лицо, у меня не поднялась рука будить этого наглого инкуба. Он фактически спас мою прелестную задницу от неслабых таких разборок. Да, и что-то мне подсказывает, еще не раз этот самоуверенный тип будет ее спасать.

Что там мне обещала Леди Смерть? Снять с меня проклятье выбора, сейчас я готова на все, чтобы от него избавиться, хоть душу ей продать. Может Элмард один из приятных бонусов от Матери Прародительницы за помощь ее сестре? Вопросы роились в голове неустанными стайками сумасшедших тараканов.

В стране монархия, а в голове у Кронпринцессы парламентская республика с перевесом в пользу тараканов и приключений на мягкое место, которые еще и не определились у кого из них лидерство.

Влетевшая в комнату Акси с круглыми глазами взирала на мою постель и меня в обнимку с Принцем Конгломерации. Покрутив пальцем у виска, Адъютант-фрейлина удалилась за дверь и оглушительно громко постучала в косяк. Подскочивший Элмард напоминал взъерошенного с испугу Пуха.

— Что? — я прыснула в подушку, Аксионелла стояла с отрешенным видом.

— Простите, Ваши Высочество, — отрапортовала девушка, — но, Светлый вас дери, время пять вечера, мне надоело отмахиваться от репортеров, пока вы тут, как парочка молодоженов, дрыхните. Кас, платье, речь, горничные — все готово, через два часа большая пресс-конференция. Для вас, господин «посол», тоже все подготовлено.

— Как настроение в народе? — стягивая с плеч прилипший камзол, задала я волнующий вопрос.

— Не все так плохо, — она опустилась на любимый диванчик, — после демонстрации твоей сдыхающей тушки, можно сказать народ проникся самоотверженность и храбростью своей Принцессы, да и рейтинг Конгломерации вырос, что не скажешь о твоих женихах. Их твои собственные офицеры готовы где-нибудь по-тихому прикопать, чтобы не отсвечивали.

— Ты думаешь, оно уместно? — я держала в руках алое платье с асимметричной юбкой и строгим лифом.

— Да, — она кивнула, — ты в нем будешь самой невинностью, да и бледный цвет лица скроит, а то и правда, на свежий труп похожа, а нам сейчас лишние сплетни не нужны. Так еще и Жанетта через неделю сама знаешь куда отправляется.

— Совсем вылетело из головы, — я выругалась сквозь зубы и поплелась сдаваться горничным.

Мою бренную тушку привели в порядок, и к назначенному времени я стояла и сверкала роскошью королевского дворца. Прислуга постаралась на славу: труп я уже не напоминала, а излучала инфантильность и тяготы бытия знатной дамы. На самом же деле, я прям там готова была лечь на пол и уснуть, еще часиков на двадцать.

До двери Аксионелла меня практически волокла, я же едва переставляла ногами. Элмард на самом деле выглядел куда лучше, чем я. Свежий и излучающий силу и власть, он отобрал меня у фрейлины, поставил ровно, коротко поцеловал в уголок губ и уверенно толкнул двери в конференц-центр.

Сегодня здесь было еще больше представителей скандальной профессии. Они с интересом осмотрели нашу парочку оживших трупов, хорошо замаскированных под нормальных людей. Шли мы медленно и чинно, потому что, в отличии от Принца, я передвигать ногами могла только так.

Усевшись на мягкий стульчик, чуть не запищала от восторга. Тело ломило и болело, требуя вернуть его в кроватку и не трогать ближайшие пару дней.

Глубоко вдохнув, я привела мысли к порядку и приказала тараканам в голове успокоиться и отставить бунт. Почти стеклянным взглядом обвела толпу страждущих сенсации лиц. В глазах каждого читалось, что нас с Элмардом уже раз сто во всех позах и вертикально-горизонтальных плоскостях расписали, так еще и с подробностями, которые не знали даже мы сами.

— Прошу прощения, за мой не совсем подобающий вид, но после заклинаний высшего магического порядка, и так сложно оставаться в сознание, а тут еще и рвут со всех сторон. Как вы все, наверное, сегодня наблюдали, центральных храм Империи полыхал немаленьким столбом огня. Виновных в магическом поджоге мы уже вычислили, и сейчас официально заявляю всем, кто окажет помощь Короне в поимке особо опасных преступников, посмевших напасть на нашу великую Империю, ждут награды и почести. Первый вам всем хорошо известен, новость об его участии в этом заговоре, повлекла за собой шок у всей Королевской семьи, бабушка до сих пор отрицает причастие Антегрес Николя Лоушвейнт. Для всей империи его предательство сильнейший удар, никто не мог представить, что человек столько отдавший для своей страны, подставит и попытается обречь на смерть наших горожан. Я клянусь вам, кроме смерти, его больше ничего не ждет в столице. В участии второго человека мама не верила до последнего, но все доводы приводят только к этой леди, она известна в Империи не хуже первого. Это мать первого Короля, пусть Светлый и Темный хранят его душу в чертогах Леди смерти, пока Мать Прародительница не решит вернуть его нам. Леди Андержина Саурейман замешана в заговоре против Демонической Империи, так же есть подозрения о ее причастности к смерти, на тот момент Его Высочества Оуриаль Саурейман, мужа Кронпринцессы Сисилии Эбирфайр. Мною уже отдано распоряжения о немедленном задержании и передачи под стражу. Теперь же перейдем к самим событиям. В храм было перемещено тело саламандры в состояние подконтрольного лича. Из-за особенностей этих существ, после смерти они так же способны вырабатывать магическое пламя, не подвластное магам огня. Противостоять личу могли только маги воздуха, но, по причине предательства, нападавшие прекрасно знали наши положения при пожаре, и тот факт, что все маги воздуха будут находиться на поддержание стационарных пунктов приема пострадавших. Воспользовавшись этим, они выбрали саламандру. Храм, к сожалению, восстановлению не подлежит, но, заверяю вас, Королевская семья приложит все силы, для восстановления священного места. Так же от лица всей Империи и Королевской семьи хочу выразить огромную благодарность Второму Принцу восточной Конгломерации Элмарду Таукратийскому за помощь в укрощение стихии и пламени. Вы, не раздумывая, согласились помочь, даже зная, что пламя магическое вызвано мертвым зверем. За проявленную храбрость и благородство от лица своего народа и себя лично дарую вам право на нахождение на территории нашей страны без согласований и разрешений, право обращаться за помощью в любой момент и на одну просьбу, которая будет удовлетворена в любом случае. Я понимаю, что это сущая ерунда, по сравнению с тем, какую неоценимую помощь вы оказали нашей стране. Выражаю благодарность всей восточной Конгломерации!

— Ваше высочество, мне лестно слушать похвалу в свой адрес, но не стоит, я поступил так, как велит мне честь, я не мог бросить в беде прелестную Принцессу. И если в старых сказках Принцы спасали своих Принцесс от злых драконов, то я свою спас от мертвой саламандры. Сейчас на глазах всего мира я готов заявить, вы, Леди Кастадея, будете только моей, и жалкие юнцы, зовущиеся вашими женихами, не достойны таких слов. Рядом с девушкой, которая, не морщась, одним мечом пробила голову горящей пламенем саламандре, нужен достойный, под стать красавице мужчина, а не жалкий трус. И пусть весь мир меня осудит, но, если надо будет я украду вас и со свадьбы, и у самих богов. Вы — моя судьба, моя болезнь, моя слабость, которая дарует мне силы сражаться и бороться. Ни разу я еще не встречал столь потрясающей девушки, вы покорили меня в самое сердце.

Я в полном шоке хлопаю глазами, журналисты в не меньшем шоке смотрят на нас. Элмард довольный собой до безобразия взирает на меня своими золотыми глазами, которым так и тянет отдать душу. Кольцо Темного бога нагрелось, и я едва уловимо пискнула, встряхивая рукой и прогоняя из мыслей наваждение.

— Мне приятно слышать ваши слова, — я поднялась, — но своим заявлением вы пытаетесь разрушить наши многовековые традиции. Я чту наследие предков и ни за что, даже столь пылкую и честную любовь не предам традиции собственной Страны. Я не принадлежу себе, мой выбор — это народ и страна, только они в праве распоряжаться моей жизнью и судьбой. Вы сейчас, наверное, обидитесь, но я уже связана отбором, и иного мне не дано. Простите ради всего, не хотела вас обижать, но мама уже потеряла посланного ею богами, я же верю, что на верху лучше знают. И как бы сильно я не верила в любовь, но богам в их мире куда виднее.

— Я вас услышал, — Элмард приблизился в плотную, — тогда мне всего-то надо договорится с вашим народом и богами, чтобы мне отдали вас со всеми вашими чертями и тараканами. Вы будете только моей.

В зале стояла тишина, мы стояли на подиумы практически прижавшись вплотную к друг другу, а где-то там на верху боги развлекались. Надо срочно идти писать своей новой подруге из перворожденных богов, иначе я чокнусь со всем происходящим.

Из зала я сбежала с последним затвором камеры, письмо тоже не заставило себя ждать, а вот весь остальной мир подождет. Рухнув в объятия мягкой кровати, вдохнула тяжелый мужской аромат с соседней подушки и провалилась в сон.

Глава 11

Несмотря на бурный день и прошлую ночь, спала я на удивление крепко и без всяких странных сновидений, как обычно это происходила, после растраты такого объема магии. Потянувшись, поморщилась от не приятной боли во всем теле. По венам словно раскаленная лава прошлась, так загорелось изнутри тело.

Соскребя себя с кровати, перетекла в рабочий кабинет и положившись на удачу провела по зеркалу проколотым до крови пальцем. Ждать пришлось не мало, но заспанное лицо матери все же предстало предо мной. Выглядела она чуть лучше меня, а точнее напоминала более свежий труп, после чьих-то экспериментов.

— Мамуль, — я опустилась на пол и облокотившись на стул, — у меня ощущение, что я сейчас сдохну, ты даже не представляешь, как меня раздражают люди. Ни разу еще мне не хотелось разорвать кому-нибудь горло, это словно навязчивая идея на подсознательном уровне. Мне уже кажется я медленно с ума схожу, списала бы все на нестабильность смески, но меня обрадовали тем, что я полностью стабильно, и ни чего такого мне не грозит.

— Рядом с тобой не появился мужчина, который может тебя подчинить? — плюнув на правила приличия, маман легла прямо на пол, едва наклонив зеркало, — А по поводу сдохнуть, поддерживаю, самой хоть ложись и к прабабкам в гости.

— Из новых лиц только второй Принц Конгломерации, — я тяжко вздохнула, — но я даже не знаю способен ли он на это. С ним не все так просто, но это как я поняла надо с бабушкой советоваться, оказывается ее косяк, что мы перестали поддерживать нейтралитет. По поводу женихов, как ты и говорила Виктор ушел в первую же секунду как узнал о проклятье.

— К несчастью, мы все же прокляты, — тяжело с многовековой грустью в голосе, отозвалась мама.

— Я не про это хотела поговорить, — мой взгляд помрачнел, и мама уловила мгновенную смену настроения и динамики нашего разговора.

— Что случилось? — она приняла более устойчивую позу.

— Как Леди Андержина Саурейман и Антегрес Николя Лоушвейнт связаны с нашей семьей? — задала я мучающий меня вопрос.

— А причем тут они? — мама с настороженностью смотрела в мои распахнутые глаза.

— Эти двое замешаны в заговоре против империи, — я отвернулась от зеркальной глади, — завтра или уже сегодня, все газеты взорваться новостями об чудесном спасении столицы от мертвой саламандры. И о нашем с Элмардом участии в этом всем. Мне бы не хотелось ломать голову при чем тут вышеупомянутые личности.

— Начну, пожалуй, с Николя, — мама откинулась обратно на пол, — история твоей бабушки и Николя схожи с твоей и поняла. Он до безумия, почти одержимость, любил матушку и таскался за ней, как привязанный. Он даже на отбор пытался попасть, но зная обо всем ни одна ее фрейлина не дала согласие на его кандидатуру. Так прошел отбор, и отец с первого взгляда покорил холодное сердце твоей бабушки. Как она мне рассказывала, его черные глаза словно наваждение преследовали ее на протяжение дней и ночей, она не могла ни есть, ни пить если его не было рядом. Так и вышло, они поженились и живут счастливо о сих пор. Но вот Николя не забыл, его одержимость переросла в маниакальное влечение, но против Короля он лезть не решился, папа не так прост, каким кажется. И похоже сейчас, когда в замке только ты он решил провернуть свою аферу. Правда, что она ему даст я не знаю.

— Так с этим понятнее, — я почесала кончик носа, — а со второй?

— Моя бывшая свекровь, — мама задумчиво посмотрела в потолок, — та еще змеюка подколодная. Наверное, до сих пор не верит в смерть моего первого мужа, история эта мутная и чести мне не делает. Все произошло так же, как происходит сейчас. В составе делегации государства Эрайнтар писчим приехал твой отец, не знаю, что его толкнуло на такое сумасшествие, но на третий день их пребывания в замке он, подловив меня одну в коридоре, прижал к стене и зацеловал почти до полусмерти. Но него в тот момент не действовали не магия, не артефакты, не аура, он просто преодолел все это, прижал меня к стене и не отпустил больше никогда.

Все это происходило уже на десятой неделе отбора, Лайтмаруар все понял и отступился, как таковая я ему и не нужна была, его дома ждала его любимая, но и пойти против воли родителей он не мог, слишком тяжелым грузом на его плечах весел мой обор. А вот мой первый муж даже слушать не стал, заявив, что он пришел за мной и свой приз он получит. Я просто взбесилась за такое сравнение с обычной вещью, и прокляла его на месте. Мою причастность к его смерти доказать невозможно, но да это из-за меня от теперь в гробу покоится. На смерть было проклясть легко, но даже это его не остановило, он уперто требовал свадьбы и первой брачной ночи. После нее проклятье вступило в силу, а я село отсчитывать оставшийся моему мужу месяц. Не представляешь с каким злорадством я сообщала ему, что не беременная. Он почти хрипел в агонии умирая у моих ног, а я только веселилась и кидала оскорбления смотря в его кривящиеся от мучений лицо, это было поразительное чувство. Я почти ощущала как его кровь закипает, как с моих плеч спадают оковы этого урода, как я снова становлюсь свободной, а не игрушкой для постельного развлечения. Вкус подавителя я помню даже сейчас. Скольких сил мне стоило рыдать на его похоронах, и с дрожащими руками ждать, когда твой отец вернется ко мне в ночной полумгле. Положенный траур стал для нас пыткой. Подавители я перестала пить за неделю до смерти мужа, но их эффект держался еще почти три месяца. Второй раз замуж я выходила уже на третьем месяце беременности, но, когда появилась моя старая свекровь и устроила скандал случился первый выкидыш, я потеряла ребенка на пятом месяце. Так повторялось почти семь раз. Жрец Нерминского храма, обвинил меня в этом, сейчас вспоминая все это, я понимаю может быть он оказался прав. Теми шестью нерожденными мальчиками я расплатилась с богами за исполненное проклятье. Но седьмой раз о моем положение не знал никто, до седьмого месяца я прятала и скрывала беременность, почти с головой уйдя в работу и в ней находя предлог для отказа от всего на поздних сроках. На восьмом месяце нас опять посетила моя старая свекровь, что тогда проскочило в ее глазах не знаю, но в этот раз роды начались прочти по расписанию, и врачи успешно спасли маленькую девочку. Никто не знал сыграл ли роль пол ребенка, или моя скрытность, или что еще. Как и в старых сказках, у новорожденной были мистические глаза, даже мама говорила, что это не нормально. Я родилась с обычными блеклыми желтыми глазами и только к году они стали ярко-золотыми, как и положено представителям нашей семьи. На тебя было совершено более двухсот покушений, все успокоилось только в три года, когда вокруг тебя с бешенной скоростью начало оживать и воскрешаться все что только можно, да и в принципе нельзя. Свекровь пропала и больше о ней я не слышала, до сегодняшнего дня.

— Я не знала, — честно ответила я.

— Об этом не знает даже твой отец, — мама посмотрела на меня затуманенными глазами, — все думают, что его отравили, и пусть так дальше и будет, это выгодная позиция.

— Понимаю, — я кивнула, — ты сказала, что в твоем отборе женихи отказались, это как?

— Все просто, — она вновь откинулась, — я придумала задание, с которое с чистой совестью могли все завалить и списать на реальные обстоятельства, а не на причуды королевской семьи. Такое задание было найти полночную розу, как видишь Оуриаль его все же выполнил, хотя у него была возможность избавиться от тяжелого бремени отбора.

— Хм, — я задумалась, — а это идея. Что если послать женихов на поиски хрустальной розы?

— Я слышала их по всем мирам осталось не больше пяти кустов, — мама посмотрела мне в глаза, — что изменилось?

— О чем ты? — вопросительно изогнутая бровь никого не обманула.

— Ты видела в этом отборе спасение от самой себя, — мама мягко улыбнулась, — теперь же он стал петлей на твоей шее, от которой ты стремишься избавиться. Что поменялось? Кто он?

— Элмард, — тихий шепот испугал меня сому.

— Это опасно, — мама приблизилась к зеркалу, — Гивор не отдаст сына в твои руки.

— Я знаю, — осторожно провела по зеркальной гладе, опасаясь, что в любое мгновение она рассыпаться в пыль, — но это выше меня, я не чувствовала себя настолько живой. Он словно вытаскивает меня из той пропасти в которую я погружаюсь все глубже, ему плевать на все, он уже заявил на весь мир, сегодня это будит во все изданиях.

— Это не повод бросать все, — красивое лицо матери заледенело, — ты принадлежишь народу, а не себе. У тебя не может быть чувств и эмоция.

— Я знаю, — по щеке заскользила единственная влажная капелька, — я помню.

— Тогда забудь и оставь, — я посмотрела в родные глаза, но ответом служил только холод.

— Ты бы забыла? — вопрос казался неуместным и неправильным, но он сорвался с онемевших губ.

— Да, — простое слово обрушилось на меня камнем, еще сильнее затягивая петлю долга на моей шее.

Зеркало давно померкло, а я все так же ежилась от пробирающего до костей холода, одно слово разрушила идеально выстроенный план. Я верила, в слова и в чувства, испытываемые матерью в тот момент. И так же четко я осознавала, я поступлю так же, ей повезло. Хотя спорный вопрос. Но она смогла избавиться от петли, чистой случайностью, словами, брошенными под влиянием злых эмоций, и даже сейчас спустя столько лет не раскаивалась в содеянном.

Но найду ли я в себе силы проклясть, большинство моих эмоций похоронены в пустом гробу, хватит ли ничтожных остатков от меня сомой? На этот вопрос существовал только один ответ, мне всю оставшуюся жизнь жить с тем, кто победит. Во мне нет той железной силы, во мне нет ни чего, я пустышка, скрывающаяся за маской силы.

Поднявшись, легким взмахом руки привела себя в порядок, но у меня есть шанс избавится от петли, до того, как она навсегда скует мою шею, и за него я буду бороться.

Я больше не хочу прятаться за спинами фрейлин, Аксионелла и Жанетт не всегда будут рядом, для остальных ж я удобное прикрытие от проблем и внешнего мира. Так было, есть и будет. Клятвы и слепая верность — это разные вещи, это я испытала на своей шкуре. Покойся с миром Сюария, и пусть ты навечно останешься в холодной пустоте.

Каждый мой шаг по коридору, отдавался в пустом пространстве, как удар для идущего на смерть. Звон каблуков словно аккомпанемент сумасшедшего отражался в моей голове, накалом нервов, распаляя их до предела и не позволяя закрыться в своем ледяном панцире.

В зале стояла гробовая тишина, все со страхом и непониманием взирали на меня, каждый удар шпильки, словно вгонял гвоздь в крышку невидимого гроба, заколачивая его навсегда. Медленно словно в зачарованном сне я приближалась к трону, не видя и не слыша ни чего вокруг. Единственное, что меня задело это два встревоженных взгляда. Но для себя я уже все решила!

Сейчас меня не остановил бы даже сам грозный Бог Войны, я твердо для себя решила избавиться от отбора, как можно скорее. Каждый шаг приближал меня к трону и к одному единственному, может быть опрометчивому, но бесповоротному решению.

— Дамы и господа, — я расправила складки черного платья, образовавшиеся после того, как я водрузила свое бренное тело на трон, — мне стоит принести извинения не только вам, но и нашим дорогим гостям. Из-за вчерашних событий мы не смогли продолжить отбор, ради которого, все собрались. Но, уверяю вас, я нашла наилучшее решение. Следующее задание будет совсем легким. Те, кто был на отборе моей дорогой и всеми любимой матушки, узнает это испытание. Мне оно показалось очень романтичным и памятным. Даже сейчас, столько лет спустя, мы видим очарование и хрупкую нежность хранимую, тончайшими лепестками полночной розы. И может быть с моей стороны это будет эгоистично и неправильно, но я считаю, что столь редкий цветок не может оставаться без пары. Для того что бы оттенить первозданную красоту черной розы, подойдет только одна. Изысканная и непомерно красивая, таинственная и загадочная, она станет идеальной парой, по праву украсив дворцовые сады и розарии. Вы все видели ее очарование, хрустальная роза, самая необычная разновидность, еще более редкая и ценная, разве не достойна она своей красотой одаривать нас. И я надеюсь мои женихи не откажут в моей маленькой просьбе достать к следующему циклу куст, который наш замечательный садовник, превратит в целый розарий, как было с прошлым сортом.

В зале стояла оглушительная тишина, на лицах собравшихся была написано непонимание и растерянность, по факту задание было из разряда невыполнимых и бессмысленных, но придраться к нему было невозможно, в прошлый раз кто захотел тот нашел. Вот и сейчас я делала ставку на это же.

Но в своем случае я подстраховалась и не стала давать им больше времени, чем положено по регламенту сего балагана. Я скользила взглядом по залу, когда самым краем зацепила довольное лицо Элмарда. Он явно был рад данному заданию.

Напрягла память и все же вспомнила, что три куста из пяти принадлежат как раз Конгломерации, еще один на Эдараусе, до которого три дня лета, и еще один с неопределенным местом обитания.

На озадаченные лица женихов было приятно смотреть. В их глазах читалась полная растерянность и непонимание. Они явно не были готовы лететь на другую сторону мира и тем более договариваться с Элмардом.

Может я и поступала неправильно, но совесть молчала в тряпочку и никак не проявляла себя в отношении данного беспредела с моей стороны.

Зал медленно пустел, а я все также равнодушно наблюдала за людьми. Остатки эмоций пропали после разговора с мамой. Пока они в Волхве у меня есть шанс все по быстренькому провернуть и забыть, как страшный сон.

Я, конечно, помнила мамины слова, что просто так мне Элмарда не отдадут, будь он хоть сотый принц, но я свое не отдам и не отпущу.

От мыслей меня отвлекло покашливание над ухом, обернувшись увидела вопросительные взгляды девочек. Акси махнула головой на двери. Мне же ничего не оставалось, как пойти за ними. Эх, чувствую, ждет меня головомойка.

— Не хмурьтесь, — я беззаботно опустилась на стул, — вам не идет.

— Кас? — девушки заняли места за столом в кабинете.

— Что вы так на меня смотрите? — милая улыбка не добавляла фрейлинам оптимизма.

— Зачем все это? — Жанетта с удивлением осмотрела спокойную меня.

— Я решила избавится от отбора, — пожала печами, наблюдая за пушистыми облаками, проплывающими высоко на небосводе.

— Тебе не дадут этого сделать, — Эли с испугом смотрела на меня.

— Если маменька не успеет вернуться до окончания этого цикла, — я усмехнулась, — то с женихами покончено. Элмард точно не позволит забрать цветы, находящиеся у Графини Оудол, еще до одного просто не уложиться вовремя. Последний же величайшая загадка, все о нем знают, но никто не видел.

— Ты заранее использовала проигрышное задание? — серафима округлила глаза.

— Да, — короткое слово легко сорвалось с губ.

— Но это же нечестно, — янтарные глаза девушки расширились.

— Инаила пойми, — я растянула губы в оскале, — я демон и над моей головой не светится нимб благочестивой барышни. Я была, есть и буду жестокой, коварной, беспринципной и отвратительной демонессой, которая делает все только в своих интересах. Я пойду на все: обман, шантаж, убийство. Если моя страна в опасности я сотру любого до состояния праха.

— Так нельзя, — ее губы дрожали.

— В каком инкубаторе тебя растили? — Вирджиния с отвращением смотрела на розоволосую.

— В замке, — не понимая иронии ответила бывшая Принцесса.

— Этот мир жесток и отвратителен, — Катерина поджала губы, — в нем нет места твоей наивной простате. Королева сжалилась над тобой и отправила под бок к Кастадеи. За жизнь твоей семьи я сейчас и ломаного медяка не дам. Они или уже под клятвами рабов, или червей кормят в гробу. Так что радуйся.

Мы еще долго сидели и переругивались по поводу сотворенного мной бесчинства. Но, к моему удивлению, поддержали меня все кроме Принцессы Волхвы. Девушки готовы были встать грудью на мою защиту. Если еще от Акси и Жанетт я могла такое ожидать, то Элинаэтта, Вирджиния и Екатерина стали приятным сюрпризом.

Не думала, что из страха и необходимости это даст хоть какие-то плоды привязанности и долга. Но нет, девушки с пеной у рта доказывали, что мне вообще муж не сдался и гулял бы он лесом от меня. Вся ситуация в целом меня позабавила, и с чистой совестью я распустила фрейлин на внеплановый выходной.

Устроившись на подоконнике, с задумчивостью смотрела в даль, в голове кружились ничего не значащие мысли, чувства и эмоции за день окончательно исчезли. В голове все еще всплывали тяжелые слова, сказанные мамой. Я понимала, я не вправе, но вдруг мне станет легче, хоть на мгновение.

Рядом с ним, а не в холодном одиночестве дворца, где ходят заговорщики и каждый норовит сожрать другого. Я видела вереницы бесконечных глаз, злобу и гнев, зависть и алчность. Я бы была спокойна, если бы видела все это только у демонов, но чаще я встречала это у всех остальных. Могущественная империя стояла костью в горле у всех.

Мы были величайшей силой и самым большим проклятьем. В моих руках оживали даже кости, мама могла из небытия вернуть любого, бабушка заставляла подчиняться даже высшую нежить. Мы пугали и не давали приблизиться к нам.

Союзники благодарили всех богов за дружбу с нами, враги молили о защите от нас. Любили и ненавидели мы одинаково одержимо. От нас не было спасения, ведь даже смерть не служила для нас преградой.

Любимым мы поклонялись, врагов уничтожали. И во всех двадцати мирах знали: не попадайтесь злой Эбирфайр.

Но никто и никогда не знал самой простой истины, мы были уязвимы и каждая по-своему. Эбирфайр с титулом Королевы не могла надолго покидать дворец, ее силы просто исчезали вдали от стен. Кронпринцесса, наоборот, не могла в нем долго находиться, отдавая магию на откуп стенам. Бывшие же Королевы и вовсе покидали столицу, навсегда связывая свою жизнь с источником магии.

Мы хранили величайший секрет демонической империи: мы хранили источник вечной магии. Достаточно убить или меня, или мать, и путь к источнику будет открыт любому. Бабушка не сможет удержать проход закрытым, ее магия идет напрямую к периметру источника, мамина к внутреннему контуру, моя же хранит внешних контур, не позволяя добраться к тайным залам.

Стоит разрушить его, и империя падет, люди лишатся всего, демоны перестанут существовать, превратившись в людей. И все же мы расплатились за страшное проклятье прабабушки. Но лучше так, чем жить под гнетом.

Вскинув голову, я посмотрела в ночную темноту, через три дня я должна покинуть замок, хотя бы на сутки, или фон от защитной магии привлечет ненужное внимание, идя вразрез с внутренним ослабшим контуром.

Это вечная ноша моей семьи, и я приму ее так же, как и все прошлые и будущие поколения, с высоко поднятой головой и холодной улыбкой на лице.

Звон моих каблуков в ночном замке отдавался смертельным переливом, впервые за последние десять лет мертвая армия шествовала за моей спиной. Пока я тут хозяйка, пора было сделать уборку: тысячи мелких трупов расползались по всем щелям и уголкам замка, становясь моими глазами и ушами.

Любую важную информацию магические кристаллы фиксировали и помечали согласно рангам и целям.

Пора напомнить, как тяжело карает рука Царствующей семьи за предательство и ложь, и как высоко она возносит за верность и преданность короне и империи. Отныне все ответят за деяния свои.

В ночной тишине звучала мелодия вечной смерти, я вновь ощущала как магия разливается по венам и наполняет замерзшее тело, источник пел, и я вторила ему, пропуская и разливая безграничную магию.

Вдали, за пределами досягаемости, у самой границы поднималась тончайшая черная дымка защитной магии. Шла война, беспощадная и кровавая, я чувствовала ее и была к ней готова. Еще два дня назад на языке появился знакомый металлический привкус от сотен жертв.

Вот только я не дам умереть своим людям, а ваших уничтожу безжалостно и беспощадно. Ведь я — Кронпринцесса Миртоса Кастадея Сисилия Эбирфайр!

Глава 12

Я сидела за столом и нервно грызла ноготь, как я и предполагала пришли первые известия от шпионов, война была неизбежна, и сколько точно нам было отпущено времени до ее начала, сказать никто не мог.

Из возможных союзников способных хоть как-то повлиять на расклад военных сил я могла вспомнить только Микэлу Адаманс, все же она и ее отец были мне обязаны. Положение осложнялось только фактом, одним, но немаловажным, она не была первой принцессой и от активной помощи они могли откреститься.

Вторым волнующим меня вопросом, стоявшим на повестке дня, было, как по-тихому свалить в голубые дали меж пространственного бытия, благородных предлогов не было и в помине, да любых предлогов, под которыми я на сутки могла покинуть планету, не было.

Третьим, камнем преткновения как не странно встал вопрос объявленных в розыск преступниках. Народ словно с катушек съехал, в стремление достать и передать оных в руки королевской стражи. И как угомонить, начатое мной же поползновение всех и вся к горлу неугодных ныне.

В размышления я погрузилась настолько сильно, что даже не заметила, что уже была не одна в своем рабочем кабинете. В нормальное состояние меня вернуло осторожное покашливание перед столом.

— А, — я подняла голову и увидела визитера.

— Что, ты сиди, — мужчина опустился в кресло, — Кас ты уже не маленькая шельма, разносящая замок, а вполне себе Высокородная Принцесса.

— Герцог Эрнест Фрихт, — я улыбнулась главе Королевского сыска.

— На тебе лица нет, — мужчина приветливо мне улыбнулся.

— Устала немного, — пожала я плечами, — вы ко мне по делу или так просто на чай?

— Хотелось бы просто, — губы сжались в тонкую линию, — но увы и ах, мне доложили о заговоре, все виновные конечно уже задержаны и взяты под стражу.

— В пыточной? — приподняла я бровь.

— Да, — губы скривились в гримасе, он опять забыл, что перед ним такой же некромант, — каюсь забыл. Все трое уже у Клариуса, но пока не признались, кто и зачем их послал.

— А что сер Гагиус? — мои глаза зацепили момент, как от простого вопроса сдержанного офицера пробил холод.

— В полях, — он медленно кивнул, будто успокаивая сам себя, — связи с ним пока нет.

— Еще что-то? — мужчины вечно забывали, о том, что правим все же мы, а не отец.

— Леди Ларгус мертва, — темные зрачки расширились, скрывая за собой цвет радужки.

— Давно? — на моем лице не дернулся ни один мускул.

— Сегодня второй день, — по комнате поползла ледяная темнота.

— Почему я узнаю только сейчас? — мои глаза полыхают потусторонним светом.

— Простите, — голос начал подводить главу сыска, — мы сами узнали только ночью.

— Найти, — я со всей дури врезала по столу, — и доставить мне живым. И подумайте о смене кадров, мой двойник мертв вторые сутки, а все об этом ни сном ни духом.

— Как прикажите, — дверь хлопнула, и я опять осталась одна.

В кабинете стояла оглушительная тишина, до тех пор, пока хрустальная ваза не врезалась в дверь. Внутри поднималась холодная ярость, Дояна Ларгус больше десяти лет была моей второй личностью.

Девушку нашел наш камердинер во время отпуска, в одном из приморских приютов, мы были на столько похожи, что бедного мужчину хватил инфаркт. Если бы он не присутствовал при моем рождение, он бы объявил о похищение Принцессы.

Единственное, что нас различало в простой жизни глаза, ей приходилось носить линзы, перекрывающие ее серебристые радужки.

И вот мне объявили о ее смерти. Да, мы не были особо близки друг другу, но по воле обстоятельств довольно часто и тесно общались, зная о личной жизни друг друга практически все.

Я не грустила из-за смерти, мне было обидно, за то, что эти, даже не знаю кем их обозвать, посмели вновь покуситься на мое, и не важно, что это. Почти муж, вторая я, церковь или страна, это мое и за это я буду сражаться до последнего осознанного вздоха моего тела.

Стук крови бешенным галопом звучал в ушах, сердце бешено колотилось в груди, во рту вновь появился металлический привкус крови, которого там быть не должно. Из-под верхней губы выдвинулись клыки. Руки зачесались свернуть кому-нибудь шею.

Испугавшись собственного порыва, я медленно осела в кресло, практически теряя всю свою злость, да и вообще эмоции, они словно растворились в пространстве окружающем меня. В таком нерадостном состояние я и прибывала до очередного стука в дверь.

— Войдите, — я внимательно всмотрелась в дверь.

— Леди, — в тишине кабинета раздался знакомый голос.

— Мистер Х? — я приподняла вопросительно бровь.

— Вы как всегда проницательны, — усмехнулась пустота.

— Вы по делу, — я повторила туже фразу, что и час назад, — или чайку попить?

— Если бы на чай, — из-за моей спины раздался смешок, — я бы не прятался, посещая вас.

— И все же, — теперь усмехнулась я, — зачем пожаловали?

— Вы, наверное, слышали о смерти вашего двойника? — голос едва заметно дрогнул.

— Обрадовали едва ли не час назад, — мои брови вновь нахмурились.

— Плохо, — голос помрачнел, — ее убили неделю назад.

— Как? — я едва заметно вздрогнула.

— Информацию скрывали от Королевской стражи, — мужчина был недоволен, — мне удалось это выяснить, только подкупив патологоанатома, который констатировал ее смерть. Мне противно это говорить, но на лице был вырезан знак жертвы, принадлежащей страшному суду. Я понимаю, что, скорее всего, это сделано для отведения подозрений, но фанатики, как только про это узнали стали открещиваться от причастности к данному инциденту.

— Вы знаете, кто за этим стоит? — я устало потерла виски.

— Предполагаю, вы знаете и без меня, — голос усмехнулся, — я здесь по другому вопросу, — вам сейчас следует сосредоточиться на возможности улизнуть, — твердая рука коснулась моей макушки, — вы и так находитесь здесь слишком долго. Нам не хватало только катастрофы на гране войны.

— Что-то известно? — я обернулась.

— Не все, — голос потускнел, — но по слухам Восточная Конгломерация готова оказать поддержку в противостояние с непокорной Темной империей Демонов. А это вызывает закономерный вопрос, что Принц забыл здесь?

— Я узнаю, — в виски ударила кровь, — завтра вечером я покину планету.

— Я передам о готовности, — голос звучал около двери, — да встречи Принцесса.

— До свидания Сэр Гагиус, — я склонила голову.

И вновь я осталась одна с тишиной опустевшей комнаты, где-то глубоко, там что люди называют душей, все болело и плакало. Я же буквально прожигала взглядом дверь собственного кабинета, хотелось взвыть и взорвать ее к прабогам, но собственное достоинство и чувство гордости не позволяло это сделать.

Не зря во всех книгах пишут, что худшее для демона — это поверить кому-то, и самое плохое поверить в кого-то. А я как маленькая, забыла и поверила, в слова и жесты, я демон, мня не могут любить по определению, особенно такие как Элмард.

Я слишком заигралась, поддавшись вновь явившемся из холодной пустоты эмоциям, я поддалась им и забылась в этом сладком и манящем тумане чувств.

Сейчас же меня аккуратно вернули из мира грез в обычную реальность. Словам веры нет! Если нет клятвы — нет веры. Нет веры — нет доверия. Нет доверия — враг! Одинокие слезинки заскользили по щекам, в груди что-то защекотало, а руки затряслись. Я плакала, на взрыт и с завываниями, как в детстве, как и тогда над гробом, когда умирала часть меня.

Вот и сейчас во мне умирало, что-то окончательно и бесповоротно. Медленно и уверенно, оно переставало существовать, превращаясь в пыль и воспоминания. Вера в людей, такая зыбкая, померла окончательно.

Элмард, его цель была заставить нас поверить в искренность намерений Конгломерации, а после ударить исподтишка, уничтожая нас окончательно. Отсутствие мамы сыграло ему только на руку, он развел меня как дурочку.

Ага, влюбился он держи карман шире, увидела цену своей любви? И имя ему война. Бессмысленная и беспощадная, и на которую мы самым бесстыдным образом опаздывали. У нас не было подготовленной и военноспособной армии, половина воинов находилась в Волхве на подавление возможных мятежей и восстаний. Вместе со мной в столице были только пожилые офицеры и молодняк, ну еще Королевская стража и охрана дворца. Но этого было мало, если на нас нападет Конгломерация, если не учитывать, что нападать они будут не одни.

В голове был полный бардак, хотелось одновременно и выть, и разнести в пух и прах. Я словно в темноте блуждала в собственном сознание, не видя выхода.

Из этого состояния меня выдернул хлопок двери. Подняв глаза почувствовала, как с новой силой в груди поднимается и закипает ярость. Золотые глаза напротив смотрели с такой теплотой и доверием, что это бесило больше, чем поведение женихов.

С такой милой мордашкой вынашивать такие планы. Мое терпение на этом кончилось и в дверь полетели первые боевые импульсы и самый обычный кинжал из демонической стали, что до этого мирно покоился под крышкой стола.

Все же его реакция не уступала моей, и прикрывшись щитом, он ушел от кинжала, одновременно запуская в меня связкой из парализующего и связывающего заклятий. Ха, я тоже не просто так семь лет в Академии просиживала, и не тратя времени на создание щита, просто отклоняюсь в бок, выдергивая из узорчатой спинки кресла пару витых дротиков.

К моему огромному разочарованию они пробили только дверь вылетая в коридор. Поняв, что так не достану этого гада, перелетаю через столешницу и отталкиваю стул ему под ноги. Чертыхнувшись, Элмард в ответ запускает воронку и огненную полосу, черт задел по самым кончика пальцев, ведущей руки.

А уже лежа на полу, поняла одну светлую истину, я не подумала о том, что он раза в полтора тяжелея меня. И пробуя достать его кинжалом, на прямой контакт, просто на просто оказалась придавлены тяжелым телом к пушистому ковру.

— Тебе какая блажь в голову стукнула? — он тяжело дышал и сильнее сжимал мои запястья.

— Слезь с меня урод, — выплюнув ему в лицо попыталась дотянуться ногой до самого ценного.

— Тебе кто и какого озверина дал? — он скривился от моих слов.

— Ненавижу тебя, — прошипела я не хуже змеи, — урод!

— Ты сама себя хоть слышишь? — меня сжали словно в тисках.

— Слышу, — заорала я, — убирайся!

— Нет, — золотые глаза полыхнули сталью, — пока ты мне не объяснишь.

— Что? — попыталась выдернуть руку, фокус не удался, — Что объяснить?

— Почему, — его голос тоже понизился, — сегодня с утра я тебя целую, а вечером ты швыряешься в меня кинжалами!

— Я, — практически задыхаясь я смотрела в золотые глаза, — это ты должен объяснять, какого черты ты тут вообще забыл! В моей империи, в этом замке, в этой комнате и в моей постели! Поиграться захотелось, показать, какой ты из себя крутой, влюбил зарвавшуюся принцессу, а потом спокойно предал?

— Ты чего тут выпила или покурила? — Принц подозрительно осмотрел мой стол, — Ты с какого потолка взяла такие мысли?

— В какого спрашиваешь? — мои прищуренные глаза обещали ему все кары мира.

— Вот именно, — он не понял иронии.

— С такого, — зло надулась я, — что шпионы прислали любопытные известия, об армии Конгломерации, которая уже бьет копытом в полной боевой готовности для того, чтобы размазать жалких демонов тонким слоем, по их проклятой земле!

— Что? — меня мгновенно выпустили.

— Весело правда? — я поднялась с пола, и посмотрела на побледневшего Элмарда.

— Кас, — он протянул ко мне руку, но так и не коснулся, — это не я слышишь, не я!

— Конечно не ты, — с издевкой протянула я, — это же я как дурочка купилась на сладкие сказки.

— Нет, — он помотал белокурой головой, — не в этом дело, армия, это не я. Я сегодня же свяжусь с дедом, такого просто не может быть. Даже сейчас, нет особенно сейчас я его понимаю, он не смог бы отдать такого приказа. Он слишком сильно любит твою бабушку.

— И что это меняет? — я смотрела на почти убитого и растерянного парня, но никак не могла увидеть в нем того самого Принца и предателя.

— У меня есть своя армия, подчиняющаяся только мне, — он поднял на меня потускневшие глаза, — завтра же я отошлю приказ, мы встанем за вас, на границе, если и есть хоть кто-то кто посмеет пойти против воли деда, то это только мой старший брат. Он слишком сильно хочет доказать всем, что достоин звания Кронпринца, и ради этого пойдет на все. Вот только вряд ли солдаты поднимут мечи на себе подобных.

— А если поднимут? — о такая мысль меня не посещала.

— Тогда ждет их смерть от моей руки, — на бледном лице проступила решительность.

— Но зачем это тебе? — я подняла стул и устало опустилась на него.

— Я слишком сильно люблю тебя, — мгновение и его голова лежит у меня на коленях, — без тебя мне нет смысла жить, хочешь сейчас, сама, своими собственными руками перережь мне горло, но только не отталкивай. Не говори мне, что ненавидишь, я не смогу так. Веришь?

— Верю, — с оглушающим звоном кинжал упал на пол, а я обняла белокурую голову.

— Выходи за меня, приподнявшись он посмотрел на меня.

— Не получиться, — я помотала головой.

— Женихи? — он выпрямился, — Я прямо сейчас их убью.

— Нет, не они, — я поймала его со спины, — на то нет воли богов.

— О чем ты? — повернув голову, он через плечо смотрел на меня.

— Пошли, — я поймала ледяные пальцы, — покажу.

Мозолистые пальцы подрагивали в моей тонкой руке, Элмард заметно нервничал, и постоянно озирался. Даже гости королевской семьи не могли спокойно разгуливать по закрытой части дворца, и молодой Принц впервые заходил так глубоко в паутину и хитросплетение дворцовых коридоров.

Тишина и темнота не пугали, они словно укутывали в свой ночной полог теплоты и надежности. Ночь обволакивала и успокаивала, она словно высасывала все мои тревоги в свой полумрак.

Как в детстве я шла той же, знакомой извилистой дорожкой. Завяжи или выколи мне глаза, но я безошибочно, даже в кромешной мгле дойду до нужной мне двери. Вот и сейчас во мраке ночи меня встречают два огненных глаза, они испокон веков охраняли эту дверь.

Лишь единицы знали о ее существование в запутанных коридорах, еще меньше видели, и лишь избранные отворяли и заглядывали во внутрь, утоляя свой интерес. И вот сейчас мы вдвоем стоим перед ней, а раньше я всегда оказывалась здесь одна. Я знаю, что Ларн часто приходил сюда, даже, наверное, чаще чем я, стоял перед этой дверью. Но он так и не успел прийти сюда со мной.

Привычным жестом толкаю тяжелую деревянную дверь, обитую почерневшей медью. Об этом месте не сохранилось даже легенд, ни говоря уж об достоверных фактах.

Перед нами открылся восхитительный по своей природе сад, он словно застыл во времени.

Всегда вечнозеленые травы и деревья. Цветы, пышущие всеми красками и переливами цветов, форм и размеров. Они никогда не увидали или изменялись, они всегда были единой картиной, придуманной когда-то давно, гением или полным психом.

Медленно мы двигались по извилистой, вымощенной камнем и мхом тропинке, она своими изгибами вела к одной из величайших загадок демонической империи. Этот секрет пытались разгадать многие. И старые и новые правители, люди, слуги и просто повернутые на теориях и богах ученые. Но до сих пор это место свято хранило свои тайны.

На конце этой сказочной тропинки покоилась одинокая церковь. Она словно произведение искусства белела среди буйства красок и зелени. Белоснежные стены, составляли идеальный квадрат. Белый купал украшала золотая вязь загадочных символов, что не находили себе места, ни в одном известном языке.

Белые деревянные двери, еще одна загадка. Ученые выяснили, что это естественный цвет древесины, и она сохранила до наших дней свой белоснежный ослепительный покров. Как я знала по столь редкой древесине, шел не менее редкий металл, что существовал еще тысячелетия назад, только в одном месте в колыбели жизни. Платина переплеталась с деревом и составляла невероятную картину, вышедшую из-под кисти гениального мастера.

Внутри же все было выполнено из черного мрамора и гранита. Тяжелые бархатные драпировки глубокого винного цвети и золотая отделка. Даже просто смотря на все это дыхание перехватывала, даже у самых искушенных.

Я же давно привыкла к нему, и теперь испытывала только сосущую пустоту, кладя руку на алмазную резную дверную ручку. Знакомый тихий щелчок и на меня дует пронизывающий прохладой воздух, пропитанный запахом ванили и апельсинов.

Элмард не понимая смотрит на меня. А я пытаюсь сдержать непрошеные сейчас слезы.

— Попробуй открыть другую дверь, — тихо отвечаю я из мрачной темноты затерянной церкви.

— Я не могу коснуться ручки, — светлые пальцы соскальзывают с обсидиановой ручки.

— Не судьба, — я медленно покидаю темные стены, притворяя за собой дверь, — попробуй снова.

— Что за? — он ошарашено смотрит на открывшуюся дверь, а я же пытаюсь прикоснуться к холодной прозрачной ручке, но ловлю только пустоту под пальцами.

— Вот про что я говорила, — моя рука безвольно повисла вдоль тела.

— Я не понимаю, — Элмард помотал головой.

— Эта церковь и дар, и проклятие, — я присело около холодной белоснежной двери, — никто не знает откуда она здесь, и кто ее создатель. Но все верят в то, что это боги воздвигли ее тут, как дар моей прабабке. Не буду, да и не хочу пересказывать тебе историю Ламии Эбирфайр, но многие уверены, что именно ее рук появление этой церкви. Ее полное название — Церковь Божественных Душ. Как многие верят она соединяет только истинных, тех кто создан друг для друга там на небесах. Белая ручка — женская, черная — мужская. И те кто откроют их одновременно получат божье благословение или дар, кому как больше нравится.

— Ты много знаешь, — Элмард облокотился на соседнюю створку.

— Я часто здесь бывала в детстве, — я тяжело прикрыла глаза, — постоянно прибегала сюда и молила всех известных мне богов о их даре для меня. О самом сокровенном и желанном разрешение на единственных брак.

— Вас не благословили? — золотые глаза пытались заглянуть мне в самую душу.

— Я не знаю ответа, — моя голова опустилась под тяжестью времени, — мы так и не пришли сюда вмести, я слишком трусила, а он не хотел торопить. Мы оба боялись решения тех, кто выше нас и так и не решились, а потом уже стало поздно, что-либо узнавать. Он умер.

— Ты жалеешь? — в его взгляде промелькнуло что-то странное, но тут же исчезло.

— Об этом нет, — я помотала темноволосой головой, — на такие вопросы лучше не знать ответы.

— Но почему это мешает браку? — он прикоснулся к моей руке.

— Брак в центральном храме, — я отдернула кисть, — это больше почести тем кто уже покоится в мертвом ложе. А тут заключается официальный. Король может быть у народа и у королевского двора разный. Но все пытаются найти того единственного, которого одобрят свыше, а не делить себя на двоих. Хоть и не отрицаю, случалось, что такого не находилось и за всю жизнь. Вот, что я имела ввиду говоря, что тебе надо договориться с народом и богами.

— Без этого никак? — Принц поднялся следом за мной.

— Увы, — я пожала плечами и двинулась прочь от церкви.

В полной тишине мы покидали скрытые от большинства сказочные и нереальные чертоги, спрятанные в тайны и загадки, словно в легкую вуаль. На душе было паршиво, хотелось реветь и как маленькой прижаться к няне и жаловаться ей на все и сразу.

В состояние автопилота я дошла до комнаты и уже там за закрытыми дверями позволила себе разрыдаться, но все же где-то в сознание еще осталась мысль о том, что с утра меня ждет не менее радостный разговор с одной из фрейлин.

Мне не нравился мой план, придуманный буквально на коленке, но другого у меня не было и уже не будет, поэтому закусив губу вперед и с песней брать баррикады собственной глупости.

С таким твердым намереньем я и закуталась в шерстяной плед около разожженного камина и принялась перебирать заброшенные еще позавчера документы по разделу имущественной собственности среди новой и старой аристократии, которые по-хорошему должна была просмотреть мама еще три месяца назад.

Поняв что сон мне сегодня не светит вызвала служанку с очень поздним или очень ранним, как посмотреть, чаем и углубилась в три неразобранные коробки документации судебного и налогового департаментов.

Глава 13

Рассвет застал меня все в том же кресле с остывшей чашечкой чая и горой разобранных документов, причудливой волной рассыпавшихся по полу и прикрывающие черный пушистый ковер. Я задумчиво посмотрела на напольные массивные часы, единственное что осталось нетронутым в моей комнате. Они словно хранили покой прошлой Королевы.

Стрелки неумолимо показывали без десяти шесть утра и пора было начинать придуманный накануне план. Прикрыла глаза и собралась тянуть за одну из прозрачных нитей ментальной связи, что надежно связывала меня с моими девочками. Ей было все равно, где и на каком расстояние мы были друг от друга, они всегда могли попросить меня о помощи, а я призвать их.

И к своему неожиданному удивлению обнаружила, что одна из нитей кончается около моей двери, но ни стука, ни чего-либо еще так и не последовало. Ведомая любопытством перекинулась в мир теней и осторожно высунула голову из стены рядом с входом. От развернувшейся там картины глаза мои стали размером с блюдце.

А посмотреть было на что! Моя, чтоб ее, фрейлина, самым бесстыдным образом стояла и беззаботно целовалась с моим же, что бы ему пусто было, женихом. Обалдев от такой наглости, не придумала ни чего лучше, чем просто выйти и проявиться за их спинами.

— Кхм, — осторожно покашляла я.

— Ой, — Инаила шмыгнула за спину блондина.

— Я тут вам не мешаю? — моей иронией можно было убить.

— Кас, — фиолетовые и розовые глаза смотрели с опаской.

— В комнату, — прорычала я.

— Послушай, — начал Михаэли.

— В комнату! — обоих занесло магической волной в распахнувшиеся двери.

— Ваше высочество, — жалобно пропищала Инаила.

— Вот теперь объясняйте, — сев в кресло посмотрела на обоих хмурым взглядом.

— Ну, — замялся Принц дроу, — все произошло очень спонтанно. Ты объявила о втором испытание и провалилась, как сквозь землю. В попытках найти тебя не придумал ни чего лучше, как обратиться к твоим фрейлинам. Вот так мы и познакомились с Ини, а что произошло потом превратилось в один прекрасный миг. Словно во сне, я блуждал и везде видел только ее. Мой мир погрузился в хаос, я сходил с ума, меня словно разрывала на части. Все кончилось сегодня ночью, с меня словно оковы спали, и все что я только мог чувствовать это всепоглощающую любовь к Инаиле. Именно об этом мы и хотели с тобой поговорить.

— Что делать будем? — мой взгляд потух.

— Не знаю, — Михаэль взлохматил свою шевелюру, — я не хочу так подставлять тебя, и прошу даже несмотря на то, что я нашел этот треклятый цветок выгони меня.

— Стоп, — тут же заинтересовалась я, — ты нашел розу?

— Да, — он кивнул и призвал из подпространства небольшой куст с прозрачными розами.

— Шикарно, — я расплылась в довольной улыбке, — Михаэль хочешь ли ты жениться на Инаиле?

— Больше всего на свете, — горячо заверил меня парень.

— Тогда сделаешь все как я скажу, — хищно усмехнувшись подалась вперед.

— Мы сбежим и обвенчаемся, — горячо зашептала бывшая Принцесса.

— Вас не распишут ни в одном храме, — я с издевкой на нее посмотрела, — у тебя договор фрейлины, в котором черному по белому написано, свадьба только после пятисот лет выслуги при условии полностью подготовленной замени или с разрешения хозяйки.

— Что от меня требуется? — Михаэль помрачнел.

— И за такое правило скажи спасибо будущему свекру, — я посмотрела на еще больше помрачневшего дроу, вернемся к условиям торга. Ни чего сверх естественного я от тебя требовать не собираюсь. Но, как и положено ты явишься на следующий этап, и, если Александр не добудет цветок героически расскажешь, как тяжело тебе дались поиски и подаришь этот несчастный куст, как доказательство. Если же Александр добудет цветок, просто передашь садовнику цветы и сможешь катиться на все четыре стороны вместе с ней. Но предупреждаю еще два месяца за ней будет числится право фрейлины, отсчет которого пойдет с момента вашей первой брачной ночи. Ни позже, ни раньше она от него не избавиться.

— Я был о тебе худшего мнения, — дроу расплылся в улыбке, — я согласен.

— А теперь оба выметайтесь отсюда, — я ударила по подлокотнику, — и даже не попадайтесь мне на глаза чаще положенного регламентом.

Боги сделали свой ход и сняли с Михаэля все притязания на меня, уже радует. Все складывалось, как нельзя лучше, у меня была прекрасная возможность избавиться от двух женихов сразу. Никто не пойдет против воли богов, а это дура его суженая.

Я на минуту прикрыла уставшие от напряжения глаза, а когда открыла все остальные фрейлины неровным кругом стояли и с укором смотрели на меня.

— Почему ты так просто их отпустила? — розовые глаза с интересом на меня посмотрели.

— Это выгодно? — задала более материальный вопрос Вирджиния.

— Еще как, — улыбнулась я, — во-первых, я избавлюсь от женихов. Во-вторых, эта оборванка окончательно лишиться всего. И, в-третьих, сделать гадость Королю Дроу я только за.

— Что? — Элли с интересом на меня взирала.

— Как только я услышала содержание того послания, — Жанетта поправила локоны, — я внесла в ее контракт фрейлины изменения, ключевым из которых являлся пункт об одностороннем изменение условий труда. Один пункт дал нам права изменять договор в любое время, не уведомляя ее об этом.

— И сейчас мы подготовим идеальные для нас условия, — глаза Акси радостно сверкнули, — она через два месяца после свадьбы при разрыве контракта фрейлины Королевского двора, так же отречется от все возможных титулов, наследственных и имущественных прав, да и просто от всего и сразу. Фактически Михаэль возьмет в жены оборванку с дороги.

— Жестоко, — протянула Элинаэтта.

— А кто сказал, — я хитро прищурилась, — что я отпущу их без мести.

— Девушки, — Акси хлопнула в ладоши, привлекая внимание всех, — вы фрейлины Принцессы демонов, и сейчас в первую очередь вы должны думать об оскорбление вашей Королевы, а не рассуждать о жалости и жестокости к неверным.

— С этим надеюсь все понятно? — я вопросительно приподняла бровь, — замечательно все свободны. Екатерина задержись.

— Что-то не так? — когда все покинули комнату, девушка напряглась.

— Мы сможем беспрепятственно попасть к тебе на планету? — мои руки едва заметно дрожали.

— Я не думаю, — блондинка отрицательно покачала головой.

— Почему? — чуть придвинувшись к ней вздрогнула.

— Меня там не ждут, — красивое кукольное лицо потемнело, став уродливой маской.

— Расскажи? — бесцеремонно потребовала я.

— Когда становилась вашей фрейлиной я рассказывала, — она спрятала глаза, в которых стояли готовые пролиться слезы.

— Хм, вот только ситуация кардинально поменялась, — я встала и приподняла ее голову за подбородок, — ты совсем недавно здесь, и я может быть совершаю глупость признаваясь тебе, но все же рискну. У нас на горизонте война, жестокая и беспощадная. С военными ресурсами беда, с союзниками еще хуже, зато враги на любой цвет, вкус и боевую мощь. И сейчас мне нужна помощь, любая, я не побрезгую ничем. Будь то боги или самые жалкие отребья из космических отбросов, я приму все. Ты же дитя колыбели, и как бы тебя не притесняли, ты дочь и наследница могучей семьи. К сожалению, в тонкостях твоей планеты я не сильно, но помощь твоей родины мне нужна, как воздух. Без нее не факт, что к следующей декаде мы будем живы. Даже просто на словах, это станет грозным оружием в глазах врагов. Я понимаю, что просить о таком жестоко, но прошу помоги.

— Мне не вернут право главы, — она закусила розовую губу, — это вы Леди можете похвастать боевыми и военными навыками, я же только скрывалась и убегала, ввязываясь в авантюры. Я не маг и тем более не грозный враг. Я бывший вор, непонятно, как ставший одной из фрейлин у демонической Принцессы. У меня нет силы сразиться с Антоном в открытую, за эти почти восемь лет он наверняка достиг многого и упрочил свои позиции. В последнем письме полгода назад Дядя Фердинанд писал, что он женился на младшей дочки главы южного континента, тем самым заручившись поддержкой и силой. Сейчас он управляет половиной суши и большей частью преступного мира.

— И многим это не нравится? — у меня в голове щелкнуло.

— Естественно все старые семьи против, — девушка поморщилась, — даже Аравис не хотел этой свадьбы, но и выказать такое пренебрежение к главе уже целого центрального континента. Он убил дядю Юрия, на третий год моего побега и объединил восточный и западные дома центрального континента. Сейчас моя бывшая семья канула в лету, это новый клан с новыми устоями и традициями. Мне просто не куда возвращаться.

— А если мы заставим твоего бывшего жениха, — я закусила ноготь, — подписать и выполнить скажем так подготовленное соглашение, которое придется по вкусу старым семьям?

— Это невозможно, — она скривилась, — он не подпишет ни одного соглашения, которое повлечет потерю его статуса.

— Это я беру на себя, — коварно улыбнувшись я потерла ручки, — пиши письмо Дядям.

— Хорошо, — Катя безропотно согласилась, — но это невозможно.

— Демоны не зря славятся своим коварством, — усмешка стала еще шире, — доверься мне, я проверну все это в лучшем виде. Он сам не заметит, как согласиться и подпишет все, что я ему предложу. И если захочешь, то все активы и наследство мы потребуем назад.

— На основание чего? — голос фрейлины стал тверже.

— На основание того, — я ей подмигнула, — что теперь все это принадлежит Королевской семье Эбирфайр.

— Как? — розовые глаза стали размером с кофейное блюдце.

— Фрейлины и Офицеры, — я закрепила на макушки волосы в высокий хвост, — это часть семьи, ближе не подпускают ни кого. И почему бы не помочь тем, кто к тебе настолько близок.

— Хорошо, — она поднялась, — я напишу письмо с вашим предложением Кронпринцесса.

— Переигрываешь, — я усмехнулась.

— Вы тоже, — губы расплылись в ответной ухмылке.

За блондинкой закрылась дверь, а я рванула к появившемуся на столе черному конверту.

«Прости, что так долго не отвечала, не думала, что эти три дня превратятся в настоящий кошмар. Каф я получила, и теперь можешь передавать письма привычным способом (прости, что сразу не написала).

Аурестия нашла подходящий рецепт, но на его изготовление потребуется три земные декады, около семи ваших дней, мы уже начали готовить все ингредиенты и основу, так что, наверное, почти успеем к завершению отбора, если, что готовься тянуть его пару дней. Все же мы не знаем, как перенос ингредиентов между пространствами повлияет на их свойства и качество. Переносить готовое зелье мы просто не рискнем.

Теперь же, что касается твоих вопросов. Начну по порядку. Колин Айор можешь смело про него забыть, такого свинского отношения не понравится многим, и пара нужных записок не будут гарантировать ему долгой и счастливой жизни. Голову Антегреса Николя Лоушвейнт принесут тебе в дар, словно огромную драгоценность, о нем тоже не переживай. Бальзак Разур умрет от своей же гордыни и руки, глупец слеп и глух к себе и своей судьбе, не миновать ему суда над никчемной душой. Леди Андержина Саурейман ее судьба, к сожалению, еще не решена и все три расклада показывали разное и ее смерть я видела только единожды от руки дитя ее и пса гиены. Я догадываюсь, о чем это, но лучше бы ей просто повеситься, чем ждать такого в вашем (теперь и моем мире).

Так же хорошая моя погадала я и на тебя, все восемь раз, как я не билась и как не гадала, но выпадали только три карты:

— Жрица: ты способны использовать силу своей интуиции для получения высшего духовного вдохновения. Кроме того, ты можете обнаружить, что соприкасаетесь со своими воспоминаниями, какими-то неприятными событиям или конфликтными ситуациями, имевшими место в прошлом.

Что-то происходит за кулисами. Скрытые знания нужно извлечь на свет. Верховная Жрица указывает на то, что тебе нужно обратить внимание на свои чувства и прислушаться к внутреннему голосу. Для того чтобы прояснить некоторые моменты в сложившейся ситуации, тебе следует обратиться за помощью к своему подсознанию. Сейчас самое время, чтобы поразмышлять, помедитировать, помолиться и сосредоточиться на своем внутреннем мире. Доверяйте своим чувствам.

Самый лучший совет тебе могут дать твои сны и интуиция. События прошлого и ранние воспоминания оказывают большое влияние на данную ситуацию. Не ищи ни объяснений, ни оправданий решениям, которые ты принимаешь. Повинуйся чувству, внутреннему голосу: они не обманут. Ты обладаешь большой внутренней силой и могла бы исцелять больных, если бы захотела.

Не отдавай же слишком много этой силы мелким повседневным заботам: цени каждую минуту, которую можешь посвятить самой себе, чтобы прислушаться к внутреннему голосу. Храни ясность чувств и мысли, но не выказывай и излишней холодности по отношению к окружающим.

— Колесница: указывает на потребность в любой ситуации оставаться сосредоточенным и контролировать противоборствующие силы, чтобы продолжать движение вперед. Ты способна спокойно относиться к приказам, это помогает тебе придерживаться „золотой середины“ между несовместимыми мыслями, чувствами и желаниями. В то же время ты чувствуешь, что не способна ускорить получение результата, поэтому сейчас самый лучший способ действия — плыть по течению.

Возможно, в настоящее время тебе нужно разобраться, почему твои мысли, эмоции и желания находятся в конфликте между собой. Ты сумешь не свернуть с выбранного пути, если решение будет твердым. Твоей стратегией должны стать решительное продвижение вперед и четко определенная цель. Ты преодолеешь все трудности и выйдешь из сложившейся ситуации победителем. В общем, независимо от того, какая ситуация, она разрешится в твою пользу. Твоя сила воли и четко определенная цель помогут тебе оказаться на высоте.

Тебя переполняет энергия, стремление к действию, тяга к чему-то новому. Ты взялась за какое-то незнакомое дело. Тебе нужно что-то свежее, неординарное, и это замечательно!

Так пусть этот этап твоего странствия по жизни станет для тебя открытием нового мира. Но помни, что Колесница несется быстро, а на дороге много крутых поворотов и глубоких ухабов.

Доверь же своей мудрости править Колесницей, но оставь в ней место и чувствам, ибо без них она не сможет сохранять равновесие и перевернется.

Используй шанс, который дает тебе жизнь и ничего не отвергай лишь потому, что это кажется тебе незнакомым и непривычным — ведь именно сейчас ты можешь добиться успеха во всех аспектах, в том числе и в материальном.

— Башня: Травма уже в прошлом. Произошла перемена. Твоя жизнь уже никогда не будет такой, как прежде. Время собрать осколки и начать все заново. Добровольное принятие дополнительных обязанностей. Длительное угнетение. Ситуация, которую не удается изменить. Неспособность измениться. Ограничения свободы.

Каменные стены — это еще не тюрьма, железные прутья — это еще не клетка. Скандальная или напряженная ситуация подходит к завершению. Сейчас ты можешь собрать осколки и начать все заново.

Возможно, обстоятельства будут к тебе несправедливы. Структура или отношения, в которых ты не сомневалась, могут внезапно разрушиться. Ты почувствуешь себя загнанной в угол, ограниченной, постоянно наталкиваясь на препятствия.

Ты не находишь выхода из создавшейся негативной ситуации. В данный период тебе придется столкнуться с проблемами, которых уже никак нельзя избежать. То, что сейчас происходит, является последствием прошлых ошибок.

На практике Башня выпадает людям, действительно пережившим крах чего-то старого и привычного. Однако в прямом положении она говорит о необходимости этих перемен, ибо нельзя построить новое, не разрушив старого. А старое уже отжило, и реанимировать его — пустая трата времени и сил.

Пришло время узнать всю правду о себе — приятную и неприятную. Только честно взглянув на себя, ты сможешь разорвать цепь невзгод и трудностей и избавиться от фрустрации. То, чего ты достигла прежде, вся твоя жизнь, твой дом, семья, карьера — это всего лишь замки на песке.

Все здание твоей жизни было иллюзией и может рухнуть в любой момент, как карточный домик, несмотря на все твои усилия. И, если это случится, не пробуй заниматься восстановлением погибшего — это бесполезно.

Лучше пережди, переживи кризис, прислушайся к своим чувствам, но не пугайся того, что от них услышишь и не поддавайся им. Помни, что ты не одна. Там, с высоты, кто-то смотрит на тебя и не оставит в беде.

Когда уляжется острая боль, никого не слушая, достань свои старые инструменты и начни строить новый дом, новую жизнь. И вскоре ты почувствуешь прилив новых сил. Насколько мудрее ты стала, благодаря пережитому, настолько труднее теперь будет тебя сломить. Произошедшие перемены сделали твой дух несгибаемым.

Я не знаю на сколько это точно относится к тебе, но боюсь, что точнее, чем я, не нагадает никто в целом мире. И я жалею о том, что тебе уготована такая участь. Крепись, юная Принцесса, и пусть звезды способствуют твоему счастью.

Ты спрашивала о способе защитить себя от воздействия, прочитав на досуге газеты, я увидела на твоих руках интересные кольца. Да, мои племянники те еще раздолбаи, но даже им кольца помогли найти ту единственную, что приняла всю их дурость в купе с ними самими. И тебе они тоже помогут.

Сложи их камнями друг к другу и призови: „О светлая нить в темном бытие, о темная нить в светлом житие, укажите туда, куда сердце ведет“, — и знаешь действительно покажут, где искать. Сейчас не активируй, привязка еще действует, и приведет только к могиле. Это так, информация на будущее.

Что я еще могу тебе рассказать, так это про Элмарда, не верь красивым словам, верь только поступкам. Суккубы и инкубы — это наравне с демонами создания, порожденные когда-то мной. И кому как не мне знать о вашем коварстве, подлости и темных сторонах.

Но в тоже время он наполовину человек, что создан по подобию богов. И вот тут полный, кх, полный. В человеческой природе намешено столько всего, что я даже не боюсь предположить, какие черты унаследовал твой сказочный Принц.

Давно, на заре расцвета демонической империи, я спрашивала у дитя тьмы и хаоса, почему она не призывает алваров. Ламия сказала, что не хочет такой судьбы для своих детей. Чем ближе к богам, тем серьезнее ноша.

Алвары — темные гончие богини охоты и войны Герсеи. Они преданнее магии и надежнее стен. За хозяев они умрут и тут же воскреснут, бессмертные твари, порождения самого хаоса. Они до последней капли крови будут служить носителям оной, убивая и уничтожая за них.

Они — оружие и наказание, кара врагов и проклятие носителя, но они малое, чем я могу тебя отблагодарить, на последнем листе рунный круг и слова призыва.

Капля крови и до скончания веков они будут хранить твою семью. Но помни чем ближе к богам, тем больше ответственности ты на себя возьмешь.

И как бы у меня к тебе просьба, расскажи о королевском дворе Асур. Меня тут на отбор невест зашвырнуло, а я не сном ни духом о них. Выигрывать я, конечно, не собираюсь, но хоть какое-то развлечение для старой богини».

С круглыми глазами я пятый раз перечитывала письмо и никак не могла поверить. В предсказаниях я разбиралась, слабо в призыве нечисти еще хуже, но верила безоговорочно в мелкие ровные строчки.

Вот мне и подкинули задачку, с кольцами решила повременить до получения заветного зелья. Посмотрев на красивую пентаграмму, выписанную умелой рукой, я аккуратно сложила ее в трое и убрала в каф на режим хранения. Еще не настолько отчаянное положение, чтобы прибегать к такой божественной помощи.

Если уж моя прабабка отказалась, то я не думаю, что это будет замечательным решением, как там в гадании, прислушиваться к интуиции, так вот моя вопила спрятать все и валить с планеты.

Еще раз осмотрела комнату и, переодевшись в строгую военную форму, заплела хвост в косу и вставив тонкие метательные иглы, покинула ее.

Летный корпус встретил меня оглушительной тишиной и полным отсутствием летного состава на выделенной им территории. Хмыкнув, запустила в датчик дыма сгустком некромагического пламени. Серена взвыла на весь военный сектор, а я удовлетворенно и с чистой совестью запустила таймер.

После пятой минуты воя серены у меня уже дергался глаз, на восьмой начали дергаться оба, на десятой я вырубила бесполезную сигнализацию и пошла выяснять в чем дело. К моему глубочайшему удивлению, корпус охраны и тактики тоже оказались пустыми, а тактико-разведочный выглядел заброшенным.

Заподозрив неладное, связалась с Акси и потребовала главных командиров по отраслям на полигон сию же секунду. Запыхавшиеся канцелярские крысы прискакали только минут пятнадцать спустя, когда от скуки я уже начала звереть и закипать.

— Кто объяснит мне, — обвела я вытянувшийся пузатенький строй, — что тут происходит?

— А где все? — задал правильный вопрос командир разведки.

— Это я у вас хочу спросить, — на всех лицах было написано «НЕ ЗНАЮ», — где все и что вообще происходит. Почему нашего военного состава не наблюдается, от слова, вообще.

— Разберемся, — из-за спины появился глава тайной канцелярии, — шаттл будет готов через десять минут. Счастливой дороги, Принцесса.

— Оставляю все на вас, — поклонилась я Гагиусу.

— Не переживайте, — он мне криво улыбнулся, — у Клариуса много пустых камер, да и заскучал он в последнее время. Так что для пыточных будет развлечение.

Кивнув, я с чистой совестью и чувством выполненного долга отправилась к секретным взлетно-посадочным площадкам. Сианар разберется и подготовит отчет в лучшем виде.

Ярко-синий шаттл с логотипом торгового дома Бурн, уже проводил проверку систем. Анатар приветливо мне улыбнулся и кивнул на пассажирское сиденье. Улыбнувшись в ответ, я дернула за нить Кати и послала карту, куда идти. Через двадцать минут мы оторвались от площадки.

Глава 14

Темное пространство космоса укутывало своей пеленой и наводило сон, полет до крайнего мира, состоявшего всего из одной планеты, был неблизкий. Да и время в мерцающей темноте тянется по-другому, тут нет звуков и света. Катя мирно посапывала на задних креслах.

Я же с тревогой всматривалась в ночь, переливы далеких звезд и отблески светил навевали тревогу и умиротворение, странное сочетание.

— Волнуешься? — тяжелая рука опустилась мне на макушку.

— Нет, — я мотнула головой, — просто где-то нехорошее предчувствие внутри засело и не хочет исчезать. Странная тишина, нам за два часа еще ни одного корабля не встретилось.

— Тоже об этом подумал, — Анатар перевел на меня взгляд, — тебя это тревожит.

— Не совсем, — я всмотрелась в глаза ящера, — почему ты согласился на этот полет?

— Вив, не нагнетай, — он хохотнул, — ты мою несчастную задницу спасала на всех спец заданиях, если бы не ты, я бы не выпустился с золотым аттестатом и звездой чемпиона. Мне несказанно повезло, что на третьем курсе я заполучил себе в подопечные такую пусю, как ты. Так что не дуйся, бука, на полет я согласился только из-за того, что последние две недели меня очень сильно напрягает ситуация в военной части. Если бы не мои подозрения, то я не на шаг не отошел бы от беременной жены.

— Кстати, — я немного расслабилась и хитро взглянула на бывшего напарника по Академии, — как Силаа себя чувствует?

— О, — на лице сурового ящера расплылась блаженная улыбка, — по семь раз на дню мне истерики закатывает, детишки уже пинаться начали, через два месяца роды ставят. Так что, да, я под благородным предлогом сбежал из дома.

— Это всего на два дня, — рассмеялась я и хлопнула напарника по плечу.

— О, не страшно, — он оскалил два ряда острых зубов, — у нас целых два дня, полный багажник оружия и мы летим в колыбель, да будет весело.

— Ты на кой оружие-то взял? — я поперхнулась.

— А че не надо было? — парень почесал голову когтистой лапой. — Я подумал мы на эти, переговоры.

— Так на них же и летим, — я закрыло лицо руками.

— Ну, — он оскалился, — а вдруг клиент несговорчивый.

— Боги, дайте мне сил, — я взвыла, — Анатар, мы же не на военные переговоры, а о поддержке просить, в таких делах оружие не применяют.

— Да не дрейфь, — он похлопал меня по спине, — все надежно спрятано, не подкопаться. Мы же даже на Теократию провозили контрабанду, а тут всего-то колыбель.

— На влете, — Катя явно прислушивалась к нашему разговору, — стоят рамки металлоискателей и рентген сканеры. Корабль буквально разберут по составляющим.

— Я ручаюсь, — ящер оскалился еще сильнее, — у меня не найдут. Сокрытие и фальсификация, единственные два предмета которые я сдал без помощи Вивьен.

— Кого? — девушка вопросительно приподняла бровь.

— Я сдавала за него экзамены под прикрытием амулетов и зелий, — отмахнулась я от фрейлины.

— А причем тут Вивьен? — Катя уцепилась за незнакомое имя.

— Мое бывшее имя Гресис Вивьен Андер, — пояснила я.

— Я слышала про тебя, — она распахнула глаза, — конфликт у вампиров, ты в нем как-то замешена. Скандал был такой, что гремели все двадцать миров.

— Ну я там фигурирую чисто номинально, — пожала плечами, — Жанетту пришлось спасать.

— Там же было убийство, кража и военный переворот? — Екатерина в шоке хлопала глазами. — И все это старшая фрейлина?

— Да не так там все было, — я отмахнулась, — украли мы того самого убийцу, который прирезал генерала, готовящего заговор против рода темнейших Сая.

— Леди, нам точно ничего не угрожает? — Екатерина заметно нервничала.

— Да не боись, мелкая, — хохотнул ящер, — выдадим тебя за заложницу, делов-то куча. Кто в этой признает Кронпринцессу, в такой-то глухомани. Вот и воспользуемся своей Академической славой отмороженных на голову.

— Так что запоминай, — я улыбнулась, — меня зовут Вивьен Андер, а этого громилу Фогост Борот, и мы похитили тебя на планете Аталор.

— Почему именно на ней? — Катя удивилась.

— Мне надо заскочить туда по делам, — подмигнула я девушке, — подождете меня минут десять, за это время как раз весть о нашем приземление разнесется по всей космической базе.

— А какие у вас дела на базе космических пиратов и наемников? — брови девушки поползли на лоб.

— Исключительно романтического характера, — я повернулась к дисплею корабля.

— Приземляемся через семь минут, — Анатар переключил модули в режим посадки.

— Хорошо, — я кивнула, — за мной не следить.

— Понял, — он нахмурился, — только не задерживайся дольше положенного, что-то очень густо на взлетке.

— Десять минут, — повторила я, всматриваясь в показания сканеров и диспетчерской.

Посадка оказалась почти пустой, на обычно усеянной площадке царила тишина. Знакомый серебряный шаттл стоял буквально в ста метрах, и мой разговор не затянулся даже на десять минут. Подбегая к своему кораблю, заметила, что на площадке нас осталось двое.

Мы же, не теряясь последовали примеру серебряного корабля и стартовали прямо с посадочной зоны.

Удаляясь от планеты, я увидела, на радарах приближение флотилии Восточной Конгломерации с изображениями черных фениксов. Личная гвардия старшего принца перебазировалась на удаление пяти миров от нас.

Теперь стало понятно почему наемники в такой спешке покидали планету. В эту секунду я прониклась еще большим уважением к молодому капитану Серебряных Клыков, он, рискуя своей командой, все же дождался меня.

Что ж теперь дело за Жанетт, надеюсь все пройдет успешно. После завтра начинается ее отпуск, и скорее всего завтра ночью по возращению я не успею ее увидеть. Но буду молиться за успех задуманного нами экспромта.

Я отвернулась от окна и наткнулась на внимательный взгляд старого напарника.

— Насколько это незаконно? — он покосился назад.

— Вообще законно, — я отмахнулась.

— Серебряные Клыки лучшие наемные убийцы в галактике, — он развернул мою голову к себе, — а ты будешь заливать мне, что ты ведешь с ними законные дела?

— Ну, да, — оскалилась и продемонстрировала не менее острые клыки.

— Не гони, — меня не выпустили из цепкого взгляда.

— Помнишь трясущегося брюнета, которого мы вытащили от вампиров? — я усмехнувшись приподняла бровь.

— Да ладно? — ящер расхохотался. — Не врешь?

— Тебе — ни в жизнь, — мягко рассмеялась я в ответ.

— А может мне тоже объясните? — жалобно протянула Катя.

— Меньше знаешь — крепче спишь, — изрек философскую мысль этот дикарь.

— Пока не узнаешь — вообще не уснешь! — белокурая голова проползла на передние сиденья. — Рассказывайте, даже на корабле такого класса, до моей родной планеты еще пять часов, на максимальной скорости и со всеми стационарными допусками.

— Кать, — я перевела на нее взгляд, — лучше расскажи, к чему конкретно нам готовиться?

— Я отправила письмо, — она испуганно сжалась, — ответа до сих пор нет. Я не уверена, что за эти три месяца положение совсем не ухудшилось. Обычно дядя отвечает за пару часов, сейчас прошло половина суток, а ответа я так и не получила. Это может значит: дядя либо мертв, либо настолько сильно занят, что ничего хорошего для нас это не будет значить.

— Сколько способов попасть на планету? — новости не обрадовали.

— Один, — Екатерина испуганно посмотрела на нахмурившегося и вмиг ставшего серьезным пилота.

— Какой? — задала вопрос уже я.

— Центральная посадочная станция, — отозвалась блондинка.

— Хочешь сказать, — я издевательски на нее посмотрела, — что бандиты и крутые шишки тоже пользуются общественным аэропортом. И не смотри на меня так, я покопалась в книгах из Колыбели.

— Нет, — Катя окончательно перебралась ко мне на сиденье.

— Так рассказывай, — зло рыкнул Анатар.

— У каждого главного клана есть свой аэродром, — она тесно прижалась к моему боку, — как для внутренних перелетов, так и для меж пространственных кораблей. Но существует огромная проблема. Для взлета и посадки требуется личный идентификационный номер, который присваивается каждому члену группировки. Если его нет в базе данных, терминалы не пропустят корабль в посадочную зону.

— Ты же дочь бывшего главы, — я уставилась на трясущеюся девушку, — твой номер должен быть в приоритете.

— Его либо удалили, — блондинка вздрогнула, — либо поставили отслеживающий маячок.

— Последнее нам на руку, — я перевела взгляд на напарника.

— Ага, — он кивнул, — загримируем ее, ну или реально пару раз стукнем. Ее номер сработает, прилетит куча головорезов, а тут мы с оружием и захваченной девчонкой. Малая, за тебя хоть выкуп заплатят?

— Не факт, — Екатерина покачала головой, — боюсь вам еще и доплатят за мою смерть.

— Это, конечно, все усложняет, — ящер поскреб чешуйчатую макушку, — признаться, я думал, что ты знатная дама или знаменитая на крайний случай. А тут чуть ли не преступница и персона нежелательного присутствия.

— Не совсем я преступница, — она задумалась, — я же по бумагам до сих пор считаюсь невестой Антона, и это, наверное, моя единственная ценность.

— Я, кажется, придумала, — радостная улыбка расплылась по моему лицу.

— Рассказывай, — две пары глаз с интересом посмотрели на меня.

— План кардинально не меняется, — прикинув в голове, продолжила повествование, — просто теперь мы везем не пленницу, а заказчицу. Ты — фрейлина Кронпринцессы Миртоса, тем самым у тебя достаточно силы, чтобы стереть с поверхности мироздания, такую букашку, как Антон. Значит ты восемь лет ждешь и надеешься, что любовь всей твоей жизни найдет и спасет тебя после того, как, узнав о заговоре, единственное, что успел сделать твой отец, это отправить тебя к тетке. Дальше историю оставляем в покое. Все идет своим чередом, ты попадаешь ко мне, тьфу, к Кронпринцессе. И в один прекрасный день, до демонической империи долетает новость: Антон, не важно как, женился. Если спросит откуда, закатывай истерику, почему его волнует только такая ерунда. Обычно прокатывает, проверено на ректоре и профессорах. И вот в порыве гневных чувств, Принцесса, выслушав твою историю, выделяет тебе нас, и ты летишь на крыльях любви, вправлять мозги жениху. А ту личность, посмевшую занять твое законное место, сама лично прикопаешь под ближайшим деревом, пусть только попадется тебе на глаза. Прокручиваем все это, главное побольше воплей, визгов и киданий на грудь. Заверяй и угрожай через предложение, будет самое то для такого спектакля. А вот дальше есть два пути: первый — он отказывается от обязательств восьми летней давности, и ты закатываешь грандиозный скандал при нашей поддержке, я все же девушка, хоть и наемница, и в качестве отступных пойдет подписание договора с демонами; второй — он соглашается на исполнение обязательств, и договор пойдет в качестве гарантий о исполнении намерений. В общем, в любом случае и при любом раскладе мы в первую очередь пропихиваем договор.

— Может сработать, — покивал ящер.

— Он не поверит, — Екатерина покачала головой, — ну не могла я не знать, кто убил отца.

— А вот это будет уже не важно, — я отмахнулась от нее, — все это будет происходить прилюдно, а об истории такой давности, знает ограниченный круг людей, да и то не ручаюсь за их сохранность. И просто так от разбирательств он уйти не сможет. Это будет как минимум подозрительно, как максимум поводом для других вмешаться. Все же ты дочь бывшего главы и по факту не последний человек.

— Это да, — она о чем-то задумалась, — тогда нам надо будет приземляться на общую базу, а не на семейную, тогда свидетелями будут, все пять семей. Что послужит более весомым поводом для Антона, подписать любые документы и спровадить «ненаглядную» невесту восвояси, подальше к демонам. Причем и в прямом и переносном смысле.

— Уже легче, — я вздохнула.

— Показывай, где база, — Анатар вызвал на приборной панели схему самой далекой планеты.

— Вот, около большого озера в центральной части, — фрейлина тыкнула пальцем в карту.

— Практически на виду, — ящер пощелкал пальцем по экрану.

— Хочешь спрятать, — пожала плечами девушка, — положи на видное место.

— Как считаешь, на сколько должен затянуться скандал, чтобы другие главы успели прибыть на место.

— Минимум часа на два, — Катя прикидывала в уме варианты, — мы должны дождаться прилета Южного главы. Его приезд обострит ситуацию, он сможет потребовать развод, если я не откажусь от претензий и не улечу обратно.

— А если подтянуться остальные? — ситуация обрастала все новыми деталями.

— Не знаю, — пожала плечами блондинка, — дядя Фердинанд предупрежден о нашем прилете, но о его действиях я не знаю, письма до сих пор нет, а лететь нам осталось чуть больше часа. И, боюсь, ответа мы так и не узнаем. А он — моя основная поддержка и надежда.

— Твоя основная поддержка — это мы! — гордо заявил напарник и прибавил бокового реверса, закладывая красивую петлю мимо девятнадцатого мира.

— И напомни, где твоя жадная тетка живет? — я всмотрелась в одиннадцать мерцающих планет.

— Вот та синяя, — Катя ткнула пальцем в самый маленький шарик.

— Фог? — я перевела взгляд на чешуйчатую макушку.

— Уже сделано, Вив, — сенсор связи мигнул отправленным сообщением.

— Не волнуйся, завтра им доходчиво объяснят почему с фрейлинами Кронпринцессы следует обращаться вежливо и культурно, — я обняла заерзавшую девушку, — да и детский дом навестят. А сейчас наша основная задача — это подписание договора.

— А если он откажется? — вмиг девушка застыла.

— Не сможет, — но тут и в моей голове проскользнули сомнения, — будем импровизировать, на крайний случай подниму всю ближайшую нежить и тогда им точно не отказаться. Насколько я знаю у вас на планете нет магов?

— Да, магов нет, — она спрятала глаза, — но вы не в курсе, есть еще способ упокоить оживший труп.

— Какой? — удивились мы с напарником.

— Пуля в голову, — она мелко задрожала в моих руках, — или полное отделение головы от туловища, после этого любое умертвие перестает выполнять команды и умирает.

— Тебе разве критично наличие головы? — Анатар посмотрел на меня.

— Никогда об этом даже не задумывалась, — начала вспоминать, но так и не вспомнила, была ли голова важна при управлении нежитью.

— Такие слухи ходят у нас, — Катя вздрогнула, — хоть лично я ни разу не сталкивалась с таким дома, так как у нас нет магов и магически одаренных. Но все рассказы и легенды заставляют поверить в такой исход событий.

— Будем надеяться, что все это только красивые сказки, — я отстранила от себя девушку.

— Через десять минут посадка, — объявил наш пилот.

— Катя, переодевайся, — я кивнула назад.

— Хорошо, — девушка юрко исчезла в заднем отсеке шаттла.

Я посмотрела на приборную панель, как и сказала Катя, посадочная площадка, приближающаяся с каждым мгновением все ближе, отличалась от всего когда-либо видимого мною.

Голубая гладь воды и безумство зелени чем-то мне напомнили скрытую комнату с храмом. Среди неизвестных мне деревьев открывался целый полигон с непонятной разметкой и мигающими огоньками.

Серый цвет казался кощунством среди такой зеленой красоты. Я впервые так близко видела озеро, которое не создавали специально, а по описанию сканера вода в нем была пригодна для питья и жизни. Руки тут же зачались окунуться и попробовать ее.

Солнце, тут даже у светила было название, ярко преломлялось в водной глади и зачаровывало своими переливами.

— Кать, мы же сможем потрогать воду в озере? — я, встав на корточки, перегнулась назад.

— Если все пройдет хорошо, — девушка боролась с застежками черного корсета, — то сможете даже поплавать, Ваше высочество.

— Поворачивайся, — указала я на деталь женского гардероба.

— А ничего так вид, — Анатар усмехнулся, — мне нравится, продолжайте.

— Вот вернемся и расскажу все твоей жене, — я ловко вправляла крючочки в петельки, — и будешь ей потом объяснять у кого и что классного вида.

— Я же пошутил, — обиделся громила.

— Я тоже, — справилась с корсетом, — вставай на четвереньки, будем крепить юбку.

— Леди Аксионелла не могла упаковать что-то менее хитроумное? — простонала блондинка, вставая в указанную позу.

— Зная ее, радуйся, — гладкая шелковая ткань многоярусной юбки не как не хотела прикладываться на место.

— Дамы, купол, — скомандовал пилот, и нас тряхнуло.

— О, прикрепила, — радостно объявила я взмыленной Кате.

— Ваш номер, — металлический голос раздался по кораблю.

— Вин пять один ноль ноль семь один, — четко проговорила фрейлина, с царственным видом расправляя платье по сиденью.

— Екатерина Витальевна, добро пожаловать домой, — все тот же без эмоциональный голос сообщил нам радостные вести, — посадка разрешена.

Мы медленно начали снижаться, пока днище корабля не коснулось твердой поверхности.

Глава 15

Я медленно выдохнула сквозь сжатые зубы и стала внимательно наблюдать за приближением вооруженных мужчин в черном. Анатар уже покинул кабину и направлялся к пассажирской двери. Мне же тоже надо было выходить, но пальцы свела судорога: а если не получится?

Нет, о таком лучше не думать, и, дав себе мысленную затрещину, выпрыгнула из кабины, вставая рядом с дверью. Екатерина, скривив носик, осмотрела площадку, капризно надув губки, топнула ногой и, заметив кого-то вдали, начала спектакль.

— Ты, — ткнула она пальцем в одного из людей, — где носит моего мужа?

— Вы кто вообще? — от такой наглости мужчины даже растерялись.

— Кто я такая? — голос моей фрейлины прибавил пару нот. — Кто я такая?! Да я первым делом всех вас повыгоняю. Боже, какой позор, да мой отец в гробу перевернется от такой наглости его подчиненных.

— Леди Екатерина, — пожилой мужчина приблизился к нам со стороны башни, — у нас распоряжение арестовать вас, за незаконное вторжение на территорию планеты.

— Что? — Катя перешла на ультразвук. — Я — Нестерова Екатерина Витальевна, и ты говоришь мне, что я дочь самого покойного боса центрального региона и невеста нынешнего главы, нахожусь на родной планете незаконно? Упаси тебя бог от того, чтобы эта информация не дошла до глав мафии.

— Босс женился недавно, — вякнул кто-то из солдат.

— Что? — Катя разъяренной фурией повернулась к говорившему. — Говори.

— Ну, — замялись мужчины явно неготовые к разборкам в таком плане.

— Что заткнулся, — притопнула блондинка, — живо отвечай, кому приказываю, столбу что ли?

— Восемь месяцев назад Антон Иванович женился на младшей дочери южного главы Арабеле Аравис, — почтенно склонился седовласый.

— О, боже, — Катя театрально приложила ладонь ко лбу, — умираю.

Анатар быстро сориентировался и подхватил падающее тело на руки, я же до этого стараясь не отсвечивать, начала суетиться рядом. Побрызгала на побледневшую фрейлину водой и вызвала диагностическую панель состояния.

— Темнейшая госпожа, вам плохо? — мой мелодичный голос разнесся над площадкой. — Пожалуйста очнитесь, нас же казнят, если вам станет плохо.

— Меня предали, — взвыло болтающееся на руках ящера тело.

— Леди, у нас строгий приказ от Кронпринцессы, — я призвала легкое заклятье ветра, — хотите мы просто взорвем эту планету, если она вам так не нравится. Принцесса это разрешила.

— Да, да, госпожа, — Анатар все так же держал тело фрейлины на весу.

— Хотите? — заботливо спросила я.

— Стойте, — влез похоже главный, — как так взорвать, вы что себе позволяете?!

— У нас приказ Ее Королевского Темнейшества Наследной Кронпринцессы Миртоса и Ее Императорского Высочества Государыни Наследной Цесаревны и Великой Княжны Волхвы Кастадеи Сисилии Эбирфайр, — отдекларировала я собственный титул, на одном дыхании, — если госпоже фрейлине ее Темнейшества Кронпринцессы что-то не понравится, немедленно уничтожить причину этого недовольства.

— Простите, но вы не можете так поступить, — пожилой мужчина нахмурился, — это невозможно.

— Моя напарница лучший некромант Академии, — Анатар поставил Катю на землю, — ей под силу стереть с лица мироздания не один мир, а вы про одну вшивую планету. И не заставляйте переходить меня на доступный для вашего понимания язык при Леди Екатерине. Тащите сюда того козла, что обидел нашу клиентку.

— Антон будет здесь через десять минут, — старик указал на башню, — пройдемте в центр. Там будет удобнее.

— Кто же вы все? — демонстративным жестом вынула из багажного отделения свою старую косу, которой пользовалась, еще в начале учебы, когда призыв был нестабилен.

— Я глава аэропорта, Виктор Семенов, — мужчины опасливо посмотрели на поблескивающую сталь.

— Я никуда с места не сдвинусь, — взглянув в розовые глаза, прочла там всю гамму ужаса и страха и, еще раз обернувшись к светлой башне, с опозданием поняла, что оттуда мы могли уже не выйти.

— Как пожелаете, госпожа, — учтиво поклонилась.

— Тут жарко, — старик сделал шаг в нашу сторону, — Катя, не упрямься пошли.

— Вы… — Катя не успела открыть рот, а старик уже пожалел о своем поступке, мгновение и к его горлу было приставлено лезвие косы, а к голове дуло квантового бластера последней разработки.

— Леди фрейлина Кронпринцессы Миртоса, — я клыкасто улыбнулась, — и, если вы не хотите еще больше проблем, не советую вам в ее сторону даже дышать.

— Не советую угрожать нашим людям, — я с любопытством рассмотрела высокого поджарого блондина и кругленького лысенького мужчину.

— Тоша, — с воплями Катя ринулась отыгрывать свою роль.

— Ты кто? — парень ловко увернулся от объятий блондинки.

— Как, милый, это же я, твоя зайка, — фрейлина похлопала накрашенными ресницами, — я так ждала, что ты, как благородный рыцарь, спасешь меня.

— Катя? — с испугом спросил Антон.

— Да, да, солнышко, это я, — энергично закивала девушка.

— Но, как? — испуг на красивом лице стал написан жирными буквами.

— Папа за час до собственной смерти от рук мерзких заговорщиков, — начала вдохновенно врать моя подчиненная, — успел выслать меня к тетке в соседний мир, тем самым спасая от смерти или чего похуже. Он успел передать мне все главные документы и подписать назначение о принятии титула главы западно-центрального региона. И твою расписку о нашем браке тоже.

— Не было такого, — блондин попытался совершить глупость, но воздушные силки заломали его в интересную коленно-локтевую позу.

— Не советую трогать нашу клиентку без ее на то согласия, — я демонстративным взмахом косы отменила магические путы.

— Как же не было, — мило захлопала глазами блондинка, — ты так горячо клялся в любви ко мне, пел мне серенады под окнами в восточном поместье, когда отец брал нас туда на охоту. А как нежно ты дарил мне цветы и бриллианты. О боги, мне не хватает моих драгоценностей. А где же теперь фамильные сокровища?

— Прикажите, — поклонился ящер, — и цепные гончие Королевской стражи перевернут все, но вернут ваши украшения.

— Составьте список, — я скопировала жест напарника, — и все что не смогут добыть гончие, добудут наемники.

— Кронпринцесса хорошо оплачивает нашу работу, — мы оскалились, — опять будет мордобой за ее заказ, мы вас выиграли в карты у неудачников из Алых вихрей.

— Какая такая Кронпринцесса? — лысый мужик с испугом посмотрел на Екатерину.

— Я теперь фрейлина у Эбирфайр, — легкомысленно отозвалась блондинка, — но это ничего не меняет милый, я поговорила с Кас, она разрешила наш брак, так как документы были подписаны моим покойным батюшкой раньше, чем я подписала контракт придворной Леди.

— Как только вы согласитесь, — я указала на Антона, — мы покинем эту забытую богами планету и вернемся на Миртос.

— Для свадьбы все будет подготовлено в течение суток, — Анатар что-то клацал на наручном дисплее коммуникатора.

— Милый, — Катя предприняла очередную попытку повиснуть на шее у жениха, — я так долго ждала, что ты спасешь меня от этого кошмара, представляешь мне пришлось стать знаменитой воровкой, мое имя гремело повсюду. Я виртуозно крала у всех и вся. Вот только с Кас фокус не прокатил и пришлось выбирать между рукой вампирессы в сердце и контрактом фрейлины. И вот, когда я уже договорилась и начались твои поиски, эти идиоты что-то напутали и принесли документы по которым ты якобы женат на какой-то дурочке простушке из нищей семейки южного клана. Вот кто в здравом уме и трезвой памяти променяет меня на замухрышку?

— Я женился, — холодно бросил парень.

— Что! — Катя заорала не своим голосом.

— Леди, нам его убить? — Анатар перезарядил пушку.

— Могу предложить, — я тихо ударила косой по площадке и во все стороны расползлись черные щупальца магии, — убить его и воскресить для вас идеальную игрушку.

— Напомню, — ящер встал с другого плеча, — мы все еще можем просто уничтожить все живое на этой планете и оставить вам ее как игрушку.

— Ну или как тюрьму использовать, — пожала я плечами.

— Ты гадкий мерзкий обманщик, — взвыла Екатерина, — я изгоняю тебя от семьи.

— Я теперь глава! — заорал блондин.

— Глава я, — гордо вскинув голову, Катя почувствовала, как я вливаю в нее чужеродную для ее тела магию и расслабилась, — по всем документам и прецедентам.

— Выметайся отсюда, — парень попытался двинуть рукой, но мое покашливание отговорило его от необдуманных действий.

— Ты хочешь пойти против законной главы, — Екатерина встала в позу, — хорошо подумал?

— Да что ты мне сделаешь, малявка? — ощетинился парень.

— Вивьен.

— Да, Леди, — поклонившись, ударила по полу косой и щупальца впитались в землю, и мгновение спустя в ближайших деревьях и кустах зашуршали и закряхтели. И вот со всех сторон повалили мертвые звери, половины из которых я даже не видела.

— Уничтожить только его, — фрейлина указала пальцем на несостоявшегося жениха.

— Хорошо, — еще одно движение и трупы зашевелились.

— Стреляйте по головам, — завопил кто-то, и посыпался град выстрелов.

— Не поможет, — я чувствовала, как некоторые выходят из-под контроля, но большинство продолжало четко выполнять команды.

— Останови их, — завопил парень, — давай поговорим?

— О чем же? — Катя вскинула руку, и я остановила трупы.

— Вы летели сюда, уже зная, что я женился, — он насупился, — и о документах преемствования речи не идет, что ты хочешь за отступные?

— Подпишешь договор с демонами, — я молниеносно достала требующие подписи документы.

— И ты оставишь все как есть? — Антон с подозрением посмотрел на дорогую бумагу.

— Ты меня больше не увидишь, — блондинка улыбнулась.

— Давай, — поставив красивый росчерк, парень вернул мне стопку.

— На этом все? — обратилась я к фрейлине.

— Да, на этом все, — Катя мне кивнула.

— Чтоб вас всех черти в аду встречали, — прошипел блондин.

— Кать, — заканючила я, — а можно мы озеро посмотрим?

— Сейчас? — удивилась девушка.

— Я ни разу не видела настоящую воду, — похлопала я глазами.

— Как так? — удивление читалось на лицах всех.

— Ее из Академии выпускали только под конвоем из десяти военных, — усмехнулся ящер, — а из дворца только незаконными актами побега.

— Кать, — я захныкала, — ну пошли посмотрим.

— Вам запрещено покидать территорию аэродрома, — к нам приблизились еще трое.

— Катенька, солнышко, — обратился к нам высокий смуглый черноволосый мужчина, — это те документы, о которых ты мне писала.

— Да, — кивнула девушка.

— Они все еще простые бумажки, — Антон победно посмотрел на нас, — пока там нет подписи вашей высокомерной сволочи, они ничего не значат.

— Ручку, — требовательно посмотрела я на мужчин.

— Держите, Леди, — с подозрением похоже тот самый дядя Фердинанд протянул мне стальную палочку.

— Готово, — поставив красивую роспись, я повернулась к фрейлине, — ну, а теперь-то можно посмотреть на воду.

— Пошлите Ваше Высочество, — склонила та блондинистую голову.

— Катерина, только не давайте ей туда залезть, — взвыл Анатар, — мы же потом не объясним Леди Аксионелле, какого черта мы допустили, что Принцесса простудилась.

— Отстань, — я отмахнулась, — мы всего раз накосячили. И то это была не наша вина, что на пути попались пираты и пришлось немножко пострелять.

— В том немножко, — вздохнул ящер, — мы с тобой уничтожили семь спутников Конгломерации.

— Ну, то, что я терплю Элмарда не значит, что я на них больше не дуюсь, — усмехнулась я, выпутываясь из формы.

— Принцесса, не раздевайтесь при всех, — напомнила мне фрейлина.

— Ну, — я усмехнулась, — официально здесь Вивьен Андер, Гресис Академии военного и тактического искусства Высшей Военной Пелозии.

— Проще оставить, — махнул напарник, — чем переубедить.

— Тем более Леди никогда не видела воду, — в разговор вступил тот самый Фердинанд, — Принцесса, мое почтение. Позвольте провести для вас экскурсию.

— Надеюсь, мы друг другом довольны? — хитро прищурилась и взглянула на непонимающих ничего мужчин.

— Еще как, — мужчина подал мне руку, — такого сюрприза я и не мог ожидать.

— Люди в нестандартных ситуациях имеют склонность совершать глупости, — философски пожала я плечами.

— Могу ли я рассчитывать, — он посмотрел в глаза Антона, — на то, что ваша милость падет на меня, и контроль над центральным регионом перейдет мне?

— Вы спасли мою фрейлину от изнасилования и смерти, — я так же посмотрела в расширившиеся зрачки парня, — так что до завтрашнего вечера вам доставят документы соответствующего содержания.

— Кто бы мог подумать, — мужчина усмехнулся, — что избавиться от предателя и убийцы моего старинного друга поможет Кронпринцесса демонов, а не мои побратимы — Короли. Прошу, я проведу для вас экскурсию.

— Катя, на тебе присмотр, — отрывисто бросил мой напарник и отправился готовить корабль к обратному пути.

— Хорошо, — девушка побежала за нами.

Природа покоряла мое воображение. Все цветы и растения выглядели на удивление живыми, а не искусными подделками. Зелень укутывала пологом спокойствия, и насыщенным ароматом, чего-то неповторимого. Так я себя ощущала только рядом с секретным храмом демонов.

Мы медленно шли по удивительно мягкому ковру из сочной зелени, приближаясь к тонкой желтой полоске писка. Последовав примеру собственной фрейлины, скинула высокие сапоги, что плотно обнимали голени.

Подходя к прозрачной водной глади, я затаила дыхание. Жидкость оказалась на самом деле едва голубой, сквозь нее просматривалось песчаное дно с мелкими камушками и переливающимися кристалликами.

Стоило только задеть мерно покачивающуюся зеркальную гладь, как по ней пошла мелкая рябь, словно разряд магической молнии по небу. Мысленно отдала приказ форме, и штаны превратились в короткие шорты.

Первое прикосновение к воде вызвало у меня искренний детский восторг. Было и мокро, и холодно, но в тоже время, ноги нежно ласкало шелковое покачивание волн. Они мелкими проказницами набегали на еще сухую кожу, заставляя ежиться и покрываться мурашками.

Я завороженно рассматривала маленьких серебристых рыбок, что так смело подплывали к моим голым ногам и едва уловимо покусывали.

От такой красоты перехватывало дыхание, хотелось остаться здесь подольше, но с каждой минутой в голову все сильнее врезался посторонний шум.

— Леди, — почти в ухо закричала Катя.

— А? — я обернулась на ее голос, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Нам пора отправлять, Солнце скоро сядет, — она указала вверх, — и взлет будет невозможен.

— Да? — глупо проследила за пальцем.

— Очнитесь, — и несильная пощечина обожгла щеку.

— Что? — встряхнув головой, уже осмысленно посмотрела на нее.

— Вы потерянная стояли, — она стыдливо опустила глаза, — простите.

— Подержи, — расстегнув военный китель, передала его Кате, сама же осталась в одном бюстгальтере, — я сейчас.

Набрав побольше воздуха, прикрыла глаза и вызвала магический экран. Медленно выпустила воздух из легких и удовлетворенно посмотрела на голубую линию, такого количества вполне достаточно для очистки и фильтрации. Спокойно посмотрела на голубую глади и с разбегу нырнула.

Плыть в чистой, настоящей воде было куда сложнее. Она словно сопротивлялась, не давая моему телу двигаться вперед. Рывками, на чистом упрямстве и магии я смогла доплыть до дна. Еще один всполох, и тело перестает реагировать на гравитацию.

Почти закапавшись в дно, я все же смогла найти источник магии, что зачаровал меня, введя в подобие летаргического транса. Была бы одна — утонула.

Тонкая витая цепочка с огромным бриллиантом в форме капли. Даже здесь под водой он переливался и играл гранями в водном свете. От украшения исходила сильная светлая аура, тогда же почему он старательно пытался меня утопить?

Не придумав ничего лучше, засунула находку в кружевную чашечку и, отменив заклинание, поплыла на поверхность. На берегу же уже ждали взволнованные фрейлина и целая толпа.

— Нашла? — бровь вечного напарника взмыла вверх.

— Да ничего опаснее чернявки, — отмахнулась я.

— Пошли, а то замерзнешь, — тут же закутал меня в огромное полотенце.

— Потом, — он только кивнул с любопытством.

На корабль меня практически притащили. Анатар засунул меня в кресло, укрыл еще одним пледом и включил режим холодной местности. Через стекло шаттла, я видела, как двое моих сопровождающих быстро раскланиваются.

Еще минута и мы поднимаемся от темной площадки. Я уже начала задыхаться от жары в кабине, когда мы покинули приделы досягаемости двадцатого мира.

— Что нашла? — взгляд ящера стал серьезным.

— Самой бы знать, — я извлекла украшение на свет.

— Интересный фон, — промолвил парень.

— Он пытался меня утопить, — ехидно отозвалась, — и это с его-то фоном. Кать, спасибо, кстати.

— Что это? — девушка уже избавилась от платья.

— Не знаю, — я потрогала ледяную каплю, — надо посмотреть в книгах.

— Тогда домой, — и Анатар врубил полный ход.

Обратное путешествие я почти не запомнила, так сильно кулон заставлял разбегаться мысли, но в тоже время фокусировал их только на себе. Мне до дрожи хотелось разгадать эту загадку.

Глава 16

Домой мы вернулись уже в обед, тело болело, и похоже я все же смогла заболеть. Кожа горела и чесалась, огнем разгоняя по телу кровь, сердце стучало в горле. Я шла до комнаты, словно в трансе, не осознавая и не видя перед собой ничего и никого.

Мелко сотрясаясь, я опустилась в рабочее кресло и вытащила из кармана кулон-каплю, она легла на гладкую поверхность моего стола. В ее глубине я ощущала переливы темно-зеленой и золотой энергии. Я словно зачарованная всматривалась в глубины зачарованного камня.

Мои пальцы едва заметно покалывало при каждом касании. Не выдержав, я подцепила цепочку на палец, а другая рука сомкнулась на прозрачной слезинке.

А дальше произошло такое, чего я не ожидала. Три камня одновременно начали пульсировать, и по комнате разлился мягкий бирюзовый свет, он был чистый и теплый. Он укутал меня своей вуалью и заключил в нежнейшие объятия.

Испугавшись, я выпустила украшение из рук и отпрянула подальше от стола. Сердце билось где-то в районе пяток, такого я даже представить не могла, что кулон окажется связан с кольцами двух древних божеств.

Вздрогнув, потянулась за листом бумаги и принялась быстро строчить письмо единственной, кто мог мне объяснить, что такое я выловила со дна озера. Строчки от волнения выходили кривыми, а мысли путанными. Объяснения получались нескладными и абстрактными. Я не знала, как более корректно выразить свои мысли.

Опускала в каф я скомканную бумажку с чувством обреченности. Не могла я так случайно найти еще что-то из божественных украшений. Ну не верю я в такие совпадения, они слишком подозрительны и странны.

Стеклянные грани кафа мигнули и письмо отправилось к получателю. Я же трясущимися руками достала из стола маленькую деревянную шкатулку, проколола палец и капнула на крышечку. Дерево засияло и пере до мной появился огромный стальной ларец.

Экранирующая магия, наложенная много веков назад, надежно хранила редкие и запрещенные артефакты, украшения, свитки и книги. Найти и обнаружить их было невозможно, и только хозяйка мини-шкатулки могла при помощи крови призвать его к себе.

В нем мои предки веками хранили такие вещи. Откинув резную крышку, достала маленькую белую ячейку для мелких украшений. Смахнув со стола цепочку с каплей, побыстрее уместила ее на законное место и захлопнула крышку, отрезая влияние злосчастного украшения.

Тяжело вздохнув, я откинулась на спинку рабочего кресла и прикрыла покрасневшие от недосыпа глаза. Две ночи давали о себе знать. Организм требовал подпитки. Но ни я, ни мои сущности не хотели видеть ни одного из представителей мужского пола.

Хотелось укусить кого-нибудь и пойти в кровать спать и видеть сны, желательно о прошлом, где я еще была счастлива и не страдала от головной боли в виде отбора. Кровожадные мысли захлестнули голову, а рот наполнился слюной и выдвинувшимися клыками.

Стукнувшись головой об стол, я очнулась, как я и думала, все же это не мои мысли, а навязанное воздействие, вот только определить я его не могла. Моим вздохом, наверное, можно было придавить взвод нежити.

В дверь раздался легкий стук и в комнату просочилось белобрысое привидение, являющееся моей Адъютант-фрейлиной. Акси удивленно на меня посмотрела и вызвала горничную с легким обедом.

— Тебя кто бил? — девушка скинула юбку и туфли.

— Не били меня, — я так и не оторвала голову от гладкой и прохладной столешницы, — нашла очередной артефакт, и что-то мне подсказывает, что он не менее древний, чем два моих кольца.

— В чем тогда трагедия? — она отхлебнула ароматный вишневый чай.

— При своем светлом фоне, — я заинтересованно потянула носом, — у него устойчивое темное воздействие, причем даже бесконтактно, он оказывает огромное влияние на психологическое состояние.

— Выкини, — легко пожала плечами девушка.

— Что-то мне подсказывает, — я все же оторвала голову от прохладной поверхности, — просто так от него я не избавлюсь.

— Ты бледная, — философски заметила блондинка.

— Не удивительно, — отмахнувшись от нее, я все же придвинула к себе поднос с обедом.

— Ты себя так до смерти доведешь, — в ее глазах появилась паника.

— Не переживай ты так, — я впилась зубами в мягкий кусочек мяса.

— А то, как же, — она покачала головой.

— Что с Жанетт? — я все так же грызла мясо.

— Уже на месте, — Аксионелла приподняла голову, — ждет.

— Удачи ей, — пробубнила с набитым ртом.

— Кас, — блондинка посмотрела мне в глаза, — ты меня пугаешь.

— Чем? — в моем голосе было непонимание.

— Ты себя со стороны не видишь, — она вздрогнула, — ты стала странной. Замкнутой, осунувшейся, у тебя словно жизнь выкачивают.

— Акси, — я подняла голову, — ты гений!

— Что? — она шокировано смотрела на меня.

— У меня крадут жизнь, — я тут же подскочила, — вот почему мне вечно хочется крови, моей собственной энергии жизни не хватает на стабильную работу организма. Надо найти мага крови, который мог сделать такую привязку на поглощение.

— Таких на все миры раз два и обчелся, — она скептически приподняла бровь, — а уж тех, кто согласиться накладывать заклятье на тебя еще меньше.

— Но это, единственное, что я еще не проверяла, — задумчиво протянула в пустоту.

— Хочешь сказать, — светлые глаза потемнели, — ты подыхаешь здесь уже не первый день, а нам сказать не додумалась?

— Я матери рассказывала, — отмахнулась я.

— Кас, — протянула подруга, — я понимаю, ты все же Принцесса и тебе стыдно просить нас, но Королеве плевать на тебя вот уже три года. Твой диагноз подтвердился?

— Врачи молчат, — я поежилась, — они не могут поймать мой фон, все же он размыт, даже неустановленной связкой.

— Что будет с нами? — она присела на край моего рабочего стала.

— Если все подтвердится, — глаза наполнили непрошеные слезы, — до момента совершеннолетия будущей Кронпринцессы, мы все будем во дворце и нас пальцем не тронут. Но именно в туже секунду как часы пробьют полночь, нам придется либо сбегать, либо отрекаться от магии и давать вассальную клятву.

— Это сумасшествие, — девушка прикрыла ладонью рот.

— Жизнь та еще сволочь, — патетично протянула в пустоту.

— Ты же уже готовишь место побега? — она перехватила мою руку и потерлась о тыльную сторону щекой.

— Последние пять лет, — слезы все же покатились по моему лицу.

— Расскажешь? — она прижалась сильнее.

— Я заберу всех, кто мне верен, — я отрицательно покачала головой, — но это будет потом, а сейчас я сделаю все, чтобы доказать, что даже Инфанту будет поддерживать народ. Это будет моим шансом пойти против ненависти и презрения. Я выполню данное ему обещание.

— Ты могла рассказать нам раньше, — Акси потрепала меня по голове.

— Я за вас боюсь, — потерлась об горячую кожу, — пойми, я отвечаю за вас, вы за меня — нет. Если сбегу только я, вас после допроса отпустят. А после я смогу выкрасть вас, к себе. Вы не будите страдать из-за меня.

— Мы за тебя умрем, — блондинка всхлипну над моей головой.

— Вы мне еще живыми нравитесь, — сквозь слезы улыбнулась я.

— Какая же ты все-таки дура, — разрыдалась моя главная фрейлина.

— Акси, я не могу вас потерять, — взмолилась я.

— А сдохнуть от неизвестного проклятья ты можешь, — зло прошипела блондинка и стиснула меня в своих объятиях.

— Ну я же не помираю, — попыталась отшутиться.

— Жанетт не будет неделю, — Аксионелла тяжело вздохнула, — она наш лучший специалист по магии крови. Обращаться к врачам и местным магам, я бы не рисковала. Все же из-за сложившейся ситуации…

Она замолчала, а я погрузилась в тяжелые воспоминания о том моменте, когда мне поставили страшный диагноз. И моя жизнь разделилась на до и после.

Я с упоением разносила женское общежитие, когда меня попытались вразумить, я только огрызалась и выдавала волну за волной, уничтожающей все и вся, магии смерти. Даже декан факультета некромантии не мог угомонить мою бушующую силу.

Успокоили меня только экстренно вызванные Аксионелла и Жанетт, они на правах моих фрейлин просто вырубили меня.

У психологов я пробыла две недели, там-то в госпитале и выяснилось, что мой фон изменен и у меня есть магический партнер. Но как врачи не бились не могли найти стабильную связку для стабилизации моего состояния.

В тот момент мать и отдала распоряжение о полной оценки моего состояния. И вот спустя пару часов врачи вынесли приговор: магическое бесплодие на фоне отслоения стабилизационного магического состояния.

Это стало моим приговором и моей расстрельной казнью. Такого призрения в вечно холодных глазах матери я не видела никогда в своей короткой жизни. Ее золотые глаза смотрели на меня и готовы были придушить на месте за мое самоуправство и мою глупость.

Только отец прижимал плачущую меня к груди и утешал рыдающую навзрыд дочку, а через сутки бабушка рассказала причину этой лютой ненависти в родных глазах. И именно тогда я пожалела о том, что узнала правду.

Оказывается я была не первым ребенком у родителей, и далеко не долгожданным. За восемь лет до моего рождения, в Королевской семье произошло маленькое чудо. У Королевы родился — СЫН! Все вздохнули с облегчением и подумали, что проклятье прабабки снято, и теперь безумная магия смерти покинет кровь.

Но, как и в любой сказке, в этой были свои темные скелеты. В первый день рождение к ребенку пришло божественное благословение Темной богини, но ребенок оказался мальчиком, и просто не выдержал. Маленький Кронпринц перегорел и сердце не запустилось вновь, он не смог принять дар и переродиться.

А после родилась я, как напоминание о проклятии, с нечеловеческими глазами и врожденной магией смерти в крохотном тельце. Я была живым напоминанием о простой истине: от богов не отмахнешься.

И вот в тот момент я и поняла, почему мать все эти годы была так холодна и не показывала даже грамма любви к собственной дочери, только отец давал мне поддержку и надежду на семью. Но тот был увлечен своими экспериментами и изысканиями, на меня у него не всегда находилось время.

Я не собираюсь винить родителей в том, что именно из-за них я стала такой, какой я стала. Возможно, мне и не хватило их любви и внимания, но пусть это будет на их совести, а моя жизнь сложиться так, как-то решат боги.

Мы все так же сидели, прижавшись друг к другу с размазанной тушью, покрасневшими и опухшими глазами, от идеальных леди были только туфли. Помятые платья, растрепанные прически и следы слез, увидь меня и мою Адъютант-фрейлину сейчас мама, и уже завтра я бы лишилась всего и сразу, и не спасло бы меня ничто и никто.

Наверное, стоило взять себя в руки и улыбаясь показывать идеал девушки и наследницы королевской крови, но мне хотелось быть простой девочкой, которая может позволить себе рыдать взахлеб, с подвываниями и размазыванием слез по покрасневшему лицу.

Кое-как успокоившись, мы собрались с силами и, наложив на лица косметические чары разошлись, точнее Акси ушла, а я обмякла в кресле.

Сколько прошло времени я не знаю, но из транса меня вывел стук в дверь. Подобравшись за мгновение, я призвала документы и с недовольным видом откликнулась.

— Прости, что отвлекаю, — в дверь проскользнул высокий блондин.

— Элмард? — я вопросительно приподняла бровь.

— Знаю, — он мягко подошел к моему столу, — ты занята, но я так больше не могу.

— А, — не успела я пискнуть, как крепкие руки выдернули меня из кресла.

— Молчи, — и губы обжег поцелуй.

Резкий разворот и моя пятая точка ощущает под собой твердую поверхность стола. Не удосужившись переодеться, я все так же была облачена в короткие шорты и военный мундир на голое тело.

Жаркий рот терзал мои и так припухшие после коллективной истерики губы. Обнимающий меня Принц целовался до безумия жарко и страстно. Он словно предъявлял на меня свои права, зацеловывая до помутнения рассудка. Было сладко, и мне с каждым мгновением хотелось больше и больше его тепла.

Мои тонкие пальчики начали соскальзывать с твердых плеч на не менее твердую грудь и теребить маленькие пуговички его военной формы, которую он не сменил даже во дворце. Они поддались легко, и вот черная форма слезает с натренированных плеч и мои сущности забивают остатки здравого смысла в самый дальний угол сознания. С рубашкой я уже не церемонилась, просто проведя вмиг удлинившимся когтем вдоль ряда мелких пуговиц, срезая их ко всем чертям.

Элмард только усмехнулся, рванул в разные стороны полы моего камзола и плотоядно облизнулся, обнаружив голую кожу под черной тканью. Его рот сместился ниже, и поцелуи стали опалять кожу плеч. Я слегка откинулась назад, опираясь на одну руку, а второй зарываясь в пушистые волосы этого потрясающего мужчины.

Горячие руки избавили меня от тяжелой ткани и огладили разгоряченную кожу спины. Спустились на прогнувшуюся поясницу и задели край шорт, начали медленно перебираться вперед к пуговичке, но не успели завершить маневр, как повинуясь моему желанию, шорты превратились в коротенькую юбку.

Оторвавшись от моей груди, он посмотрел своими золотыми глазами в упор, и в тоже мгновение горячие пальцы заставили меня задрожать от нетерпения и пламенеющего в груди желания. Когда же эти глаза хитро блеснули между моих разведенных ног, я замерла в предвкушении.

— Прости, что так не вовремя, — из-за спины раздался голос, — но ты мне срочно нужна.

— Черт, под стол, — я мгновенно натянула верх формы и заставила юбку стать строгими брюками, — мама?

— Не буду спрашивать кто под столом, — в золотых глазах читалось веселье, — но надеюсь твой жених подождет пару минут.

— Что случилось? — разгоряченное тело требовало продолжения, а не пустой болтовни с мамой.

— Мне доложили, что ты покидала страну без всякого на то повода, — мать была явно недовольно моим самоуправством, — почему ты не поставила в известность никого из моих людей?

— Во-первых, срок поджимал, — глазами указала на стол и, дождавшись понимающего кивка, продолжила, — во-вторых, у нас теперь есть договор с Колыбелью о союзной поддержке в любую минуту, а ты знаешь, что это значит. В-третьих, мне не пять лет, чтобы меня воспитывать и говорить что-либо. В-четвертых, перед твоими шавками Кронпринцесса отчитываться не обязана.

— Не забывайся, — мать грозно взглянула на меня, — ты простая Инфанта, а строишь из себя Кронпринцессу. Единственная польза от тебя — это твоя магия.

— Ха, — я даже ухом не повела на очередное оскорбление, — я все еще ношу титул Кронпринцессы, и пока боги не решат обратного, не ты, никто-либо не лишат меня его. Я — законная наследница.

— Рассказала бы ты сперва, — губы матери перекосились, — своим женихам, самую страшную тайну, а уж потом говорила бы о благословение богов на мой престол.

— Не твой, так отцов, — я пожала плечами, — не его, так у меня есть целая Колыбель, на которую я могу претендовать.

— Мечтать не вредно, — рассмеялась мать, — надеюсь, завтра ты сделаешь правильный выбор.

— Ага, — я помахала в воздухе, — у меня еще десять испытаний в запасе, найду как избежать неправильной участи.

— Я отдам приказ, — мать ударила по зеркалу, — завтра же обвенчаешься.

— Не забывайся, — я вплотную подошла к зеркальной глади, — я сейчас контролирую источник, и, если не хочешь его совсем лишиться, не мешайся на моем отборе. Вы меня не воспитывали и благородных семейных чувств я не испытываю, и, знай, сейчас я здесь только из-за обещания данного Ларну. Если бы его не было, я бы давно сошла с этой треклятой крыши.

— Смерть тебя не примет, — усмехнулась Леди Сисилия, — двоих из одой семьи она не забирает, тебя не на что обменять.

— Я не он и никогда им не стану, — и в это же мгновение зеркало разлетелось вдребезги.

— Хватит, — заорала с той стороны мама.

— Нет, — вспыхнули шторы за моей спиной, — я — не он, я — не его замена, я — не его погибель, ты сама захотела инициацию, хоть и знала: мальчику ее не пережить! Это только ты виновата в его смерти, только ты! Я его не убивала!

По комнате прокатилась волна сырой магии, охранные цепи взвыли и по стенам прошлись трещины в тонкой пленке защитной магии. Сердце колотилось где-то в районе горла, а магия разбегалась по венам.

Стены запульсировали красными плетениями защитной магии, и затряслись словно бумажные. Сила выла и вырывалась, на мое и так нестабильное состояние наложилось еще большее психологическое давление со стороны матери.

И моя психика просто этого не выдержала, уступая место слепой ярости и неконтролируемой смеске. Мельком только отметила, как меня перехватили за горло и талию, но моей сущности это не пришлось по вкусу и черное пламя срывается с моих рук, атакуя напавшего со спины врага.

Из-под верхней губы выросли клыки и клацнули со всей силы. Веревки парализующей магии я просто разорвала удлинившимися когтями. Сила бушевала и гнала вперед, мой слитный рывок, к несчастью, пришелся на мягкую подушку блокировочной магии. Попыталась выдернуть руку из ловушки, но не смогла. Зарычала, но добилась лишь еще пары заклятий вязкого воздуха, что фиксировали меня по рукам и ногам.

Губы обжег поцелуй и в голове зашумела кровь, я не могла пошевелиться, и губы с настойчивостью атаковали мои. Не придумав ни чего лучше, впилась клыками в мягкую плоть и с наслаждением сделала первый глоток холодной, почти обжигающей крови. Удовольствие длилось недолго, мою верхнею губу пробила пара клыков.

Поцелуй превратился в стальную смесь крови и безжалостной страсти. В голове зашумело, довольная слившаяся сущность уступила мне место, и с запозданием поняла, что жаркие руки оглаживают голую разгоряченную кожу мягких полушарий. Напротив же раздавалось такое же голодное, но довольное урчание. Золотые глаза напротив светились демоническим светом.

Тихое шуршание молнии, заставило тело содрогнуться, нескованную магией ногу, подхватили и зафиксировали под коленом. Внизу живота стало упоительно сладко, и по телу разнеслась возбуждающая волна крови.

Откинув голову, я протяжно застонала от нахлынувшей горячей волны страсти, что так яростно захлестнула два сплетенных тела, в страстном танце известном с самых древних времен, что гуляет по нашем венам пожаром.

Голова кружилась, мои руки давно были освобождены из плена, и цеплялись за бугристые мышцы плеч. Пальцы блондина до синяков сжались на моем теле. Нас затрясло, и мы опустились на ковер.

— Ты безумная, — меня мягко поцеловали в висок.

— Ты еще более сумасшедший, — прижалась я к горячему телу, — полезть к слетевшей с катушек демону.

— Ну, а что мне оставалось делать, — его глаза лучились потусторонним светом, — оставлять тебя на растерзание собственной магии?

— Моя магия меня не сможет убить, — я нервно рассмеялась, — а вот тебя могла прибить в легкую.

— Я наполовину человек, — меня потрепали по макушке, — я могу и не такое пережить.

— Не хочется мне отвечать перед Конгломерацией, почему у нас их второй Принц помер, — еще более истеричный смешок.

— Расскажешь? — меня мягко поглаживали.

— Не сейчас, — я отрицательно покачала головой и слитным движением поднялась, — и не об этом стоит нам разговаривать.

— Ты трусишь, — нахальная улыбка растеклась по красивому лицу.

— Я серьезно не готова о таком разговаривать, — закрылась я от него.

— Тогда пошли спать, — меня подкинули на руки.

— У меня завтра отбор, — я покраснела до кончиков волос, — а ты меня в комнату тащишь.

— Ну и что, — меня сладко поцеловали, — я слышал достаточно.

— Пожалуйста, — взмолилась я.

— Хорошо, — меня скинули на кровать, — но как только твои женихи исчезнут, ты будешь только моей.

Элмард покинул мою комнату, а я зарылась лицом в подушку и расхохоталась, как сумасшедшая. Меня любят, он не побоялся моей магии.

И боги с этим всем, я, кажется, влюбилась в этого нахального блондинистого Принца враждебной империи.

Глава 17

Утро встретило меня теплым солнышком и мягкими, по-летнему жаркими лучами, пробравшимися сквозь тяжелые ночные шторы. Шальной лучик света пробирался сквозь плотно завешенные ночные шторы, дразнил меня и заставлял приоткрыть слипшиеся со сна ресницы. По телу прокатилась волна неги и блаженства. Кожа словно сияла, волосы блестели, а я сама была в наилучшем расположении духа. Счастливая до неприличия, я раскинулась на кровати и улыбаясь смотрела на нежную цветочную лепнину потолка.

Мне хотелось петь и танцевать, в голове было пусто и тихо, не было вечных размышлений и ругани с самой собой. Сладко потянувшись, я взмахом руки раздвинула плотные шторы. И в одно мгновение, комнату заполнил мягкий лучистый свет.

Жизнь налаживалась, она словно тоненький росток поднималась во мне и расцветала буйным цветом зарождающегося счастья. Мягкая улыбка тронула мои губы и потянувшись я мягко соскользнула с кровати и потопала в ванную, готовить себя любимую к сегодняшнему краху отбора.

В таком радостном настроение я и отправилась на ежедневный ритуал красоты, прихорашиваться и приводить себя в идеальный вид. Мое состояние требовало озорства и элегантности.

Решив пойти против традиций, выбрала в самом дальнем углу гардероба белое бальное платье. Жесткий корсет с треугольным вырезом, голой спиной и тонкими лямками, был декорирован мелкими переливающимися кристаллами мятно-голубого цвета, сложенными в замысловатый рисунок, что заставляло его игриво переливаться при ярком свете окон. Поверх белой пышной юбки лежали два прозрачных тонких слоя мятно-голубой и небесно-синей ткани.

Оставшееся время до начала отбора, я потратила, на разбор корреспонденции. Короткая записка от господина Гагиуса, повергла меня в полнейший шок.

«Леди сообщаю вам о результатах проведенной мною проверки. Военнослужащие находятся под воздействием неизвестных мне методов убеждения. Взгляд и рефлексы подозрений не вызывают, но вот мыслительно-аналитическая деятельность всего военного состава находиться под вопросом.

Действия, принятые мной согласованны с вашим отцом и носят пока что воспитательный характер и не являются карательными, по отношению к личному составу.

Но если нарушения не будут устранены, мне придется взяться за чистку военных рядов, данные действия не желательны, но уже будут расцениваться, как действия в угоду обстоятельств и для защиты Королевской семьи».

Заметив на столе, черный конверт, трясущимися руками вскрыла печать.

«Я даже не представляю, где ты умудрилась найти медальон моей сестрицы. Он не слишком вредничает? Тут соблюден такой же принцип, что и в кольцах моих племянников. Эти украшения, нам на совершеннолетие подарил отец.

По своей сути артефакты не конфликтны, но по отдельности и не на носителях, имеют огромную разрушительную мощь.

Кулон сестры имеет созидательно-охранные функции, но без хозяйки сводит с ума любого, только одним своим присутствием в комнате. Мое кольцо имеет разрушительно-охранные функции, но без хозяйки останавливает в жилах кровь и заставляет умирать от дикого, первозданного страха.

Но в паре и при хозяйке, они встают самой надежной охранной стеной, не только на нее, но и на все что ее окружает.

Первый логичный вопрос с которым ты ко мне обратишься, где мое кольцо. Так вот я с честной совестью могу сказать, я его потеряла. Да, да древняя богиня, потеряла артефакт, недюжинной мощи.

Где я его потеряла, будет твоим следующим вопросом, вот тут легче. У тебя же в замке, когда приходила, обрывать жизнь твоей прабабки, которая так сильно меня об этом умоляла.

Честно, до этого я даже как-то не задумывалась о его пропаже, так что можешь оставить его себе если найдешь. Не ведись на сказки, не было у меня кольца из черного золота, на самом деле, это было классическое платиновое кольцо с черным, как ночь, топазом в форме сердца. Да, да наш отец любил поиздеваться над нами, и даже в выборе подарков следовал этому правилу. Сам комплект из двух предметов, носит гордое название „слеза сердца“, почему, я думаю и так ясно.

Думаю, ты его найдешь. А встретимся в живую, расскажу об свойствах этих артефактов. Так что до встречи у асур».

Вот, это я вляпалась, куда не просили. От такой новости голова пошла кругом, и все оставшиеся письма не возымели никакого эффекта. Даже очередная угроза отлучить от дома, показалась смешной.

В голове сейчас находился только один вопрос: где найти последний недостающий артефакт, так еще и с черным топазом. Об этих камнях я только слышала, в своем настоящем виде они исчезли еще до рождения моей прабабки-основательницы.

И вот пожалуйста загадка века. Хотя, я призадумалась, этим можно неплохо так воспользоваться. Все же поиск, того, чего не существует, занятие бесполезное, но крайне интересное и познавательное.

Приподнятое настроение вернулось на свое законное место и поднялось до отметки «люблю всех и даже крови не желаю». Ароматный чай из горных провинций эльфийского королевства, был сказочно хорошим. Нежнейшие лианские пирожные таяли на языке, а джем из вишни добавлял особой пикантности.

Я уже даже была готова смириться, выйти замуж за Элмарда, плюнуть на все и уехать к нему на родину, младшей невесткой. С моими-то навыками в этом титуле мне не долго ходить, лет пять максимум.

Но от перспектив убивания Королевского двора Конгломерации меня останавливало только, знание того, что зелье почти готово, и ждать мне его еще сутки точно. А там уж посмотрим, придется ли мне ждать эти пять лет.

Усмехнувшись собственному отражению в чае, улыбнулась светившим перспективам, и напоследок решила взглянуть на еженедельный выпуск «Королевских Сводок», откуда же еще брать самую актуальную информацию о всех правителях и всему подобному. Первые страницы я пролистывала без особого интереса, просто мельком отмечая новые имена любовниц и любовников, попытки покушения и иже с ними. Но на разделе некролог мой взгляд застыл и словно прилип к черным строчкам.

«Наши корреспонденты с прискорбием и всеми королевскими почестями попрощаются с Кронпринцем Занзеда Колином Айором.

Восьмого Арда от начала года в первой седмице оного из королевской канцелярии в нашу редакцию поступила записка с установленным фактом кончины Кронпринца.

По словам медиков, смерть настигла наследника престола в самом расцвете его магических и жизненных сил. Врачи констатировали у него редчайшее заболевание, которое не встречалось уже более семи столетий и лекарства от него не встречалось уже столько же. Арабалта, или медленная смерть. Страшное заражение магических потоков. Историки спорят о его настоящем происхождение. А богослужители в один голос утверждают, что только боги могут им карать и наказывать провинившихся.

Мы приносим свои соболезнования в связи со всем случившимся».

Чаем от такой новости я все же подавилась. Вот тебе раз, предсказание Темной богини начало сбываться. В одно мгновение я заледенела, колесо судьбы сделало новый виток и боюсь вскоре веселиться мне уже будет не суждено.

Собрав чувства в кулак, встала расправила подол платья, вернула лицу приветливую улыбку, и одним щелчком испепелив газету, покинула комнату. В коридорах было шумно, даже с учетом того, что шла я по королевской части.

В ожидание финала, дворец гудел словно огромный раздраконенный улей. Все ждали рождения нового Короля, и лишь единицы знали, что этому не суждено случиться на отборе.

Я уже однажды потеряла любовь, и, если боги дают мне второй шанс, я за него не только убью. С каждым перестуком каблуков по пушистому черному ковру я приближалась к высоким парадным дверям главного зала.

В его нутре уже волновалось пестрое море людей, что представляли собой все расы и сословия, они жаждали шоу, которым должно было стать мое согласие на вечное заточение в брачных оковах клятв.

Вскинув голову, еще сильнее расправляю плечи. Что ж первая голова уже есть, ее носитель покинул свое законное место в этом мире, осталось еще три и партия будет сыграна. С каждым ударом моей шпильки о парадный паркет, зал замолкал и в нем становилось все тише. Положенные три ступеньки до трона я уже преодолевала в аккомпанементе полного беззвучия, словно даже свет и тьма замерли, ожидая моего слова.

Я не торопилась нарушать ее, расправила еще раз подол, внимательно всмотрелась в лица собравшихся. Женихи медленно приближались. На лице Александра была написана такая самоуверенность, что хотелось стереть ее кулаком. В противовес ему Михаэль вообще казался ледяной статуей, только его фиолетовые глаза постоянно искали в толпе розовую макушку, все еще моей фрейлины.

Очередная шутка или насмешка судьбы, Инаила, Принцесса, выращенная в тепличных условиях, могла стать моей погибелью в умелых паутинах интриг и махинаций королевских дворов. Как и сказала Леди Смерть, люди наивысшее зло.

И я стану самым коварным и омерзительным его лицом, если того потребуют боги, я не вправе решать за них, я не вправе просить у них, я могу лишь слепо верить им.

Сейчас мне выделено столько испытаний, сколько я могу вытерпеть. Дано столько боли, сколько я смогу вынести. Отмерено столько любви и ненависти, сколько уравновесит тьму и свет внутри. Кто я, чтобы это менять?

— Дамы и господа, — я вскинула глаза на притихшую толпу, — мы все собрались сегодня в этом зале, чтобы узнать, кто из претендентов на мою руку, достоин такого звания. Кто из этих двоих осмелился выполнить совсем простое желание своей горячо любимой половинки. Кто же достал для меня розу? Александр?

— Моя любимая, — оборотень растянул губы в улыбке, — я обошел все, но выполнил твой каприз.

В зал проскользнули три охранника из королевской стражи, это мне не понравилось сразу, и надо будет после обсудить все с главой тайной канцелярии, слишком много подозрительного творится вокруг военных.

Мужчины бережно несли маленький кустик, почти росток, хрустальной розы. Да, чтоб их всех, они меня с такой бережностью не охраняют, как этот несчастный отросток куста. С едва скрываемой злостью посмотрела в зеленые глаза напротив, и ударить в челюсть этого нахального волка захотелось с утроенной силой. Но стоило ему едва заметно улыбнуться, и сердце бешено пустилось вскачь. Захотелось, до дрожи в пальцах, подойти к нему и расцеловать, и плевать на то, как это будет выглядеть со стороны.

От глупых поступков и действий меня спас собственный шок и неверие в то, что я только что испытала. В голове не укладывалось, как я могла, при полном внешнем безразличии, поймать в голове такие мысли.

Еще одна улыбка парня и кольцо темного взрывается огненными иглами на пальце. Я тут же прячу глаза, переводя взгляд на второго кандидата.

— Михаэль, — ласково понижаю голос до интимного шепота, — а вы меня порадуете?

— Прошу вашего понимания, — блондин поклонился, — но, к моему великому прискорбию, мне не удалось добыть даже лепестка, столь дивного цветка, что по красоте своей затмевает небо и звезды, стирает с небосклона своим блеском светила, и который померкнет только на фоне вас, моя любимая. Увы, я не достоин находиться рядом с вами, о очаровательная, из всех живущих. Дозволите ли вы мне покинуть этот зал, я недостоин находиться подле вас, раз не смог выполнить столь крохотную просьбу.

— К несчастью, мой милый жених, — я горестно вздохнула, — условия конкурса для всех едины. Вы не прошли испытание и отныне вольны распоряжаться своей жизнью без оглядки на Королевский дворец и меня. Но я надеюсь, вы не забудете моей доброты и великодушия, и выполните все, как мы договаривались. Мы расстаемся с друг другом, но надеюсь тяжесть нашего груза не сломит тех хрупких ростков, что были посажены за это время. Можете идти, Михаэль.

Восьмой принц дроу поклонился мне и с видимым облегчением нашел глазами Инаилу. В фиолетовых глазах стояло столько любви и нежности, что даже мне тало совестно, за все те поступки которые я совершу по отношению к этим двоим.

Но дав себе мысленную затрещину, напомнила, что это не только в моих интересах, но и в интересах двух государств, которые перейдут в мои загребущие ручки. А если подумать, может и не два, может и три.

Но отвлекшись на свои мысли, на сразу заметила, как ликуют оборотни, и как сильно расстроились дроу. Ну, что же пора всем настроение подправить, злорадно улыбнулась я.

— Александр, — сладко пропела я растягивая гласные, — мои поздравления, мой храбрый герой, вы не побоялись обойти весь мир и достать для меня розу. Не бойтесь, наш садовник творит чудеса, и даже этот чахлый кустик превратит в настоящую красоту. Потерпите еще немного и пойдете праздновать победу в этом раунде, вместе со своей семьей.

— Что значит в этом раунде? — веселье в зале потеряло свой накал.

— Вы с достоинством победителя прошли второй этап, — легкомысленно отмахнулась я, — мне нет смысла желать большего, но традиции, на то и традиции, чтобы им следовать.

— Я выиграл тебя, — зло рыкнул мужчина.

— Да никто и не спорит, — изобразила я улыбку, надеюсь получился не оскал голодного вепря.

— Тогда, про какой этап ты говоришь? — парень мгновенно взял себя в руки.

— Осталась сущая малость, — я наивно хлопнула глазами, — каждой девушке полагается идеальное кольцо на свадьбу. Я же не просто так выбирала платье.

— Проси, что хочешь, — он полностью расслабился, не подозревая подставы, — наши ювелиры творят чудеса.

— Милый, — мой взгляд стал мечтательным, — среди всех некромантов ходит легенда о том, что наша покровительница Леди смерть, будучи на земле, во времена войны Светлого и Темного, обронила свое кольцо. Он не сравнимо ни с чем по силе, оно дарует безграничную власть над любой нежитью, и восстанавливает рассудок хозяина, под какими бы чарами он не находился. Черное золото, шесть бриллиантов и настоящий топаз в форме овала с уникальной шестнадцатигранной обработкой, поистине, произведение искусства. Я выйду замуж только за того, кто будет способен достать его для меня. Но для тебя мой милый, это легкая задача, ты добыл розу, а уж кольцо-то и подавно. Мне так хочется, чтобы именно оно украшало мой подвенечный образ. Это же такой шанс доказать, что Миртос лучший, и я его Принцесса достойна только самого лучшего.

— Ты сейчас шутишь? — в зале стояла гробовая тишина, а в огромных зеленых глазах читалось, все что он обо мне думал в этот момент.

— Нет, — пожала открытыми плечами, — я серьезна, как никогда.

— Это кольцо простая сказка, — он взорвался, — а ты ставишь дебильное задание, чтобы отвертеться от свадьбы, не бывать этому, завтра же обвенчаемся.

— Ты, ты, — постаралась придать мордашке оскорбленный вид, — меня не любишь! Тебе даже простое кольцо жалко. Я что так много прошу?

— Хватит, — его перекосило, — слезы не помогут, я прошел отбор и теперь твой официальный жених.

— Вот тут я поспорю, — Элмард отделился от людского моря и медленно поднялся три ступеньки, останавливаясь чуть ниже трона.

— Тебе человечишка слова не давали, — прорычал волк, но так и не сделал шаг на ступень.

— Я услышал достаточно, — и плюнув на приличия, блондин поднялся на ступень наследников, — вытрите слезы Ваше Высочество, они вам не к лицу.

— Благодарю, — мгновенно спрятала лицо в протянутом платке.

— Если ваша клятва в силе, — он издевательски посмотрел на соперника, — то это кольцо принесу вам я, и будите вы только моей.

— Отбор закончился, — выкрикнул кто-то из толпы.

— А боги оспорили ее клятву? — в зале опять повисла тишина. — Вот именно, они согласились с таким условием, и пока единственный, кто нарушил правила отбора, это жалкий облезлый волк. Я достану это кольцо для тебя, и тогда уже никто не сможет тебя у меня отнять.

— Да будет так, — всхлипнула я в платок, пытаясь сдержать смех.

— Готовься, — тихий шепот мне на ушко, — сегодня ночью ты спать не будешь.

— Не отдам, — как только Элмард спустился с последней ступеньки, Алекс поймал его за грудки, — она моя и принадлежит мне по праву.

— Леди Кастадея не вещь, — второй Принц Конгломерации оскалился, — ее запах чарует и пленит, и она даже с розами не сравниться.

— Да ты, — тонко вдохнув волк отшатнулся от инкуба.

— Да я, — ехидно улыбнулся один блондин другому.

— Она моя, — выкрикнул в спину удаляющемуся Принцу Александр.

— Тогда попробуй первым достать кольцо, — не оборачиваясь и не повышая голоса, ответил не до конца человек.

Принц, гордо подняв голову, покинул шушукающийся зал, я же продолжала прятать лицо в платок, и старалась громка не смеяться, над всей этой ситуацией в целом.

Начиная эту аферу, я даже не предполагала, что Элмард сможет обратить ее в свою пользу. Ведь боги действительно приняли мою клятву, выйти только за того, кто найдет кольцо Леди смерти.

Мне даже стало любопытно, как они будут это делать, я хотя бы приблизительно знала, где оно сейчас храниться и со спокойной совестью ждала письма с флакончиком спасительного зелья, которое позволит мне оставить прошлое там, где ему и положено быть, в прошлом.

Отняв от лица надушенный знакомым горьким парфюмом платок, я внимательно обвила взглядом зал, на лицах читалось многое, и это меня забавляло.

— Дамы и господа, — я встала с трона, и зал присел по регламенту в поклоны и реверансы, — от лица всего королевского дворца приношу вам глубочайшие мои извинения за поведение моего кандидата в женихи. Мне очень жаль, что он продемонстрировал вам столь вульгарную сторону своего поведения. Надеюсь, на ваше понимание, и что вы не сочтете это оскорблением вашей чести, я не хотела бы терять столь дорогих моему сердцу друзей. Еще раз прошу меня простить.

Поклонившись собравшимся зале гостям, я медленно и чинно поплыла к выходу из тронного зала. Как только за моей спиной сомкнулись двери моего рабочего кабинета, я тяжело перевела дыхание. Все это оказалось куда сложнее, чем я думала.

В сознание роились миллионы мыслей и чувств, может быть, зря Элмард ввязался во все это, хотя богам виднее. Скинув платье и переодевшись в подготовленную заранее форму, я вышла на поиски артефакта Темнейшей из богинь.

Прикрыла глаза и сконцентрировалась на разливающейся вокруг меня магии. Сейчас являюсь единственным членом королевского рода в замке, мне было гораздо проще перетянуть на себя нити подчинения.

Белоснежно-серебряные нити попытались взбрыкнуться у меня в руках, но единственная искра темной магии и они послушными змеями падают в мою раскрытую ладонь. Чувствую, как по виску скатывается первая холодная капелька напряжения и перерасхода магии.

Не обращая внимания на отвлекающие факторы, зажмуриваюсь еще сильнее, и насильно втискиваю себя в охранные писания. Древняя магия напряжено загудела на такое грубое вторжение, но сейчас мне не до этого, кольцо к завтрашнему дню должно быть у меня, и все четыре древних артефакта займут законное место в моих цепких лапках.

Концентрируюсь на скоплениях ужаса в замке, и мысленно фиксирую две точки: первая глубоко в подвалах, куда даже мое любопытство не добиралось, а вторая в противовес ей в высокой башне, почти под крышей замка.

Не найдя больше ничего подозрительного, отпускаю магические нити и падаю на ковер, лишь мельком отмечаю красные разводы на зеленом мехе ковра. На большее меня просто не хватает и сознание погружается в непросветную, но такую нежную и мягкую спасительную темноту обморока от магического истощения.

Глава 18

Разлепила глаза я не только с большим трудом, но еще и в обед. Саму себя я обнаружила на том же ковре, но в обнимку с подушкой и теплым пледом. Застонав, попыталась подняться, ну или хотя бы пошевелить собственными онемевшими конечностями. Фокус не удался.

— Не шевелись, — с боку подлетела Акси, — у тебя истощение второй степени. Эли в тебя половину резерва влила, а Вирджиния вообще без сознания, я тоже почти на нуле, но мне легче, я из Жанетт тяну. Катя истерику закатила всей нашей охране, те теперь под ее надзором драят коридоры, может ее назначить министром у военных: с ней не пропадут? Жанетт будет неправдива, ее всегда медицина больше привлекала.

— Если ты меня не пытаешься убить, — прохрипела я с пола, — то еще не все потеряно, а кто и что творит в министерских креслах, решайте сами, мне это сейчас вот вообще неактуально, веришь?

— Сейчас верю, — потихоньку блондинка разминала мое тело, — Жанетта в курсе дел, но как ты понимаешь, раньше следующих выходных она здесь не появится. Так что пятно крови, чуть не довело меня до членовредительства, хорошо вовремя уловила остаточный след от твоей магии.

— Слава богам, — я рассмеялась, но смех мгновенно перешел в сиплый кашель, — иначе все кровные маги уже бы попрощались с головой.

— И поделом им, — проворчала фрейлина, — что тут вообще творилось?

— Я искала четвертый божественный артефакт, — наконец-то с помощью, но все же я смогла сесть, — и нашла, осталось только обшарить две комнаты в замке, и все будут у меня. Подай шкатулку из стола.

— Хорошо, — девушка мгновенно выполнила просьбу, посчитав ее неким приказом.

Деревянная коробочка привычно получила свою порцию крови и явила мне огромный ларец, все еще подрагивающими пальцами достала каплю и не задумываясь не на миг, натянула тонкую цепочку, как оказалось платиновую.

Древний металл приятно и тепло устроился на моей коже, словно живая, цепочка пару раз дернулась и улеглась идеально по моей шейке. Акси даже пискнуть не успела, как комнату затопил белоснежный свет, и пронесся к моему глубокому удивлению, ледяной, словно из самой страны, вечных льдов, воздух, наполненный ледяной крошкой и прозрачной, кристальной чистотой и свежестью.

Мы завороженно наблюдали за кристалликами, кружившимися по комнате и переливающимися в лучах светила. Они словно драгоценные камни переливались всеми гранями драгоценного дневного света, создавая иллюзию тишины и покоя.

По моей коже пробежалась волна магии и одна из моих сущностей, словно запела внутри, первородный свет наполнил меня до краев. Тело же с непривычки, казалось чужим и странным. Для дитя тьмы, я впервые ощутила, что такое быть светлой девой, легкой и воздушной. Наполненной чистотой и грацией.

В глубинах сознания, словно выжженные там, тысячелетиями, всплыли многочисленные заклинания, печати, ритуалы и зелья, присущие только ей одной, светлой магии.

И к собственному удивлению, я поняла, что теперь знаю на пару тысяч больше, способов убить любого на этом свете. Оказывается свет не только дарует, но и забирает так же, как и тьма. И сейчас впервые в жизни я испугалась собственного незнания. Я не знала врагов со светлым даром, я даже не могла допустить мысли, что они обладают знаниями, несущими смерть и разрушение. В моем сознание, они были беззащитны перед нами — темными.

И вот все мои убеждения разрушались в одно мгновение, рассыпавшись на крохотную алмазную пыль, что сейчас кружила по комнате. Любое секундное промедление на поле боя стояло сотни жизней, а я с таким пренебрежением относилась к половине населения, только из-за собственной глупости и необученности. Из-за моей глупости могла погибнуть вся моя страна, а я бы так и не осознала своей ошибки.

Голос Аксионеллы стал ушатом воды, вылившемся на меня словно водопад. Я вздрогнула и подняла затравленный взгляд на стоявшую передо мной на коленях девушку. В ее зелено-желтых глазах поселилась тревога за меня, но, когда из вечно смеющихся они стали такими, я вспомнить не смогла бы.

Обхватив тонкую шею фрейлины, я издала первый всхлип, и вот мгновение спустя я уже рыдаю по-настоящему, так, как никогда в жизни. Сейчас все мои проблемы с семьей и отборам казались такими пустяковыми, что от этого осознания становилось еще больнее.

Когда же мои рыдания превратились в едва различимые всхлипы, Акси высвободилась из моих подрагивающих пальцев и, позвенев стаканами, всучила мне бокал с прозрачной резко пахнущей жидкостью, не думая ни секунды одним глотком проглатываю мерзкий эль и, морщась, возвращаю стакан.

— Полегчало? — вопрос был задан нежным шепотом.

— Не очень, — честно призналась я.

— Еще стаканчик, — фрейлина показательно покачала в воздухе хрустальным бокалом.

— Одного хватит, — отмахнулась я и все же поднялась с сегодняшнего места для сна, — у меня еще куча дел.

— Все мало важные документы я уже просмотрела, — она указала на две стопки, — все что осталось, требует или твоего личного внимания, либо подписи.

— Хорошо, — я безропотно села за стол.

— Тогда работай, — стекло звякнуло о поднос, и блондинка поплыла к двери.

— Спасибо, — тихо прошептала я почти закрывшейся двери.

Все же у нее были и свои обязанности, я не обиделась на такое. Все же даже Аксионелла понимает — я не та, с кем можно говорить откровенно и обо всем. Секретов у меня еще больше, чем у них на всех.

Вдохнув поглубже, углубилась в ежедневную рутину бумаг и заумно завуалированные попытки или обокрасть казну, или подставить ближнего своего. Монотонная работа и вдумчивое чтение окончательно привели меня в чувство душевного равновесия.

Мысли прояснились, да и в голове просветлело, все же истерика пошла мне на пользу, нельзя все держать под замком, раздирая себе душу в клочья. Как только на последнем документе стала красоваться моя подпись, я перевела взгляд на окно и с удивлением обнаружила начинающиеся сумерки и розовеющее закатное небо.

Потянувшись до хруста костей, я привстала с кресла и придвинула к себе карманную карту дворца. Настроившись на вчерашние ощущения, отметила две нужные мне точки. Начать решила с башни, вряд ли кто-то из моих предков помирал в застенках темных подземелий, все же это не старый замок и тут вариантов меньше.

Путь был неблизкий, но в мире теней, я не встретила ни одного придворного и, порадовавшись своей осмотрительности, не торопясь, поднималась по винтовой лестнице самой дальней башни.

Путь мой закончился возле старой и пыльной двери в неизвестность. Толкнув пару раз, как и ожидалось, эффекта не получила. Тогда в ход пошла уже магия, но и тут меня ждал облом, деревяшка впитывала в себя волну за волной, не поддаваясь ни в какую.

Тогда же, не придумав ничего адекватней, собственным черным когтем вспорола ладонь и прижала к старинному потемневшему от времени дереву. Словно губка, дверь впитала алую жидкость и с противным раздирающим барабанные перепонки звуком отворилась сама.

Сразу входить не рискнула, мало ли, но посланная на разведку сканирующая волна вернулась с полным убеждением того, что кроме меня в такой глуши нет никого, да и вряд ли в этой части замка бывает даже прислуга, если судить по слою пыли кругом. Уже куда более уверенно зажгла вокруг себя огненные фонарики и толкнула увесистую створку.

Представшая перед глазами круглая комната, по своему наполнению напоминала пыточную. Механизмов и приспособлений здесь было предостаточно. Легкое заклинание, и пыль исчезает в неизвестном мне направление.

Обхожу комнату по кругу и распахиваю все шкафы подряд. Так я похоже поторопилась, это не пыточная, а, к-хм, комната для развлечений, кого-то из моих предков. Старинные кнуты, плети, наручники и прочие атрибуты смотрели на меня со всех полок.

Интересное помещение, но явно мимо, если тут и присутствовала сильная эмоция в виде страха, то как начальный фон перед эротической, которую я сейчас и ощущала. Она словно впиталась в эти стены и сейчас фонила так, что, наверное, провоняла даже я. Осмотрев комнату еще раз, решила вернуться сюда позже и облазить все хорошенько, потому что, в отличии от сказанного в письме, мне не хотелось сбежать отсюда, а вот пошалить очень.

Рука так и тянулась вниз к пуговице военных штанов. Хотелось немедленно ее расстегнуть и опробовать вон то призывно стоявшее приспособление. Дав себе мысленную затрещину, повесила на комнату маячок и, заперев дверь, сбежала вниз по лестнице.

Переведя дыхание, выгнав из головы лишние мысли, устремилась на поиски второй точки со скоплением страха. В подвалы пришлось проникать сквозь стену, а не пользоваться дверью, все же караульные были на постах, а открывшееся и закрывшаяся без ведомой на то причины вызвала бы подозрения.

По коридорам я блуждала добрых два часа пока наконец-то не вышла к указанным координатам, и взвыла в голос. Вышла я к тем самым пресловутым пыточным, которые были заброшены уже три поколения.

Бабушка решила, что срежет метала, пугает не только пленных и преступников, но еще и добрую половину дворца, и Высшим приказом, повелела открыть новые, с современным оборудованием и системой пыток.

В ужасном настроении я вернулась в собственный кабинет и обнаружила к своему удивлению там очень, даже можно сказать ОЧЕНЬ злого Александра.

— Я тебя чувствую, — зло рыкнул волк.

— Я и не прячусь, — не менее зло прошипела я.

— Что с тобой, — парень отшатнулся от появившейся меня.

— Ревизия, — вытаскивая из волос очередной клок паутины, чихнула от пыли, высыпавшейся из-за манжеты рукава, — как видишь не лучшее время для разговоров.

— Мне все равно, как ты выглядишь, — парень горячо заверил меня, но прикоснуться так и не решился, побоявшись вековой пыли и паутины.

— Алекс, давай не будем, — я закатила глаза, — говори на чистоту.

— Ты почему меня отвергла? — его глаза полыхнули, и я забыла, как говорить.

— А, — всматриваясь в них я таяла и растекалась.

— Я лучший вариант, — губы обжег головокружительный поцелуй, и я потерялась окончательно и безнадежно.

— Пошел вон! — на мое лицо брызнула кровь, а на талии сомкнулись горячие руки. — Кас, посмотри на меня.

Мою голову жестко развернули и щеку обжег удар. Один, второй, третий, на пятом я уже более осознано встряхнула головой и посмотрела в расширенные от ужаса золотые глаза. Элмард еще раз встряхнул меня и прижал к себе, закрывая обзор на оскалившегося серебряного волка, готового в любую секунду кинуться на нас и разорвать защищающего меня блондина на кусочки.

— Хватит, — по полу расползлись черные щупальца моей магии, — еще раз я и упокою вас обоих, даже не смотря на тот факт, что вы живы и относительно здоровы.

— Этот урод меня ударил, — волк превратился в полуголого жениха.

— А это животное влило в тебя зелье «страсть суккубы», — Элмард так и не выпустил меня из своих надежных и сильных рук, — ничего про него не вспоминаешь?

— Нет, впервые слышу, — отрицательно покачала я головой.

— Так давай, моя дорогая, я тебя просвещу на эту тему, — Принц теснее меня прижал, — основное свойство этого зелья, воздействие на сексуальную страсть девушки, для парня оно безвредно. Три капли гарантируют легкое возбуждение, пять уже дают ненавязчивую страсть, семь неконтролируемое желание. В тебя же, моя хорошая, влили около двадцати, по моему предположению, что дает нам устойчивую зависимость от первого партнера, с которым ты переспишь, находясь под действием зелья. И самое главное, если мужчина в это же время находится под зельем «грех инкуба», то ни одни противозачаточные, ограничители, да и сами боги не спасут от зачатия. И самое интересное, под зельем можно зачать только мальчика. Если честно, сейчас мне интересно, что сильнее: кровь или твое проклятье?

— Что? — мы тупо уставились на второго Принца Конгломерации.

— По сути два этих зелья, — он коварно улыбнулся, — являются кровью инкуба или суккубы. В тебя пытались влить кровь моей двоюродной сестры, вот я и почувствовал ее. Если бы он так не напортачил с выбором суккубы, то план ему вполне удался бы.

— Убью, — прошипела я и дернулась в стальной хватке.

— Пошел вон отсюда, — приказал побледневшему волку Элмард.

— Только попадись мне, — попробовала еще раз вырваться из захвата.

— А теперь, когда мы одни, — нахальная рука скользнула мне между ног, — рассказывай, где же ты так успела пошалить, фон от тебя закачаешься.

— Обшаривала две пыточные, — не поменявшись в лице сказала я.

— Да ладно, — красивое лицо застыло в изумление.

— Одна из них прямого назначения, — я шально улыбнулась, — вторая самого, что ни на есть приятного назначения, там и провоняла.

— Позволь же узнать, — золотые глаза впились в меня, — что ты там забыла?

— Искала кое-что, — ушла от ответа.

— Что же? — Принц и не думал мне верить.

— Старый артефакт, — решила сказать полуправду, нежили выдумывать ложь.

— И как успехи, — меня усадили на крышку стола.

— Если бы нашла, — я закатила глаза, — того, что сейчас было, не произошло бы.

— Дальнейшие действия? — выцеловывая ключицу, блондин продолжал добывать сведения.

— Посетить старый замок демонической столицы, — поцелуи мгновенно прекратились.

— Ты головой обо что-то стукнулась? — лицо мужчины напоминало застывшую маску.

— Мне надо, — и что бы хоть как-то отвлечься стала ковырять его камзол.

— Тогда идем вместе, — меня прижали к груди, — сколько времени есть на созыв отряда.

— Минуты три, — честно ответила я, — я заходила за картой старого замка.

— К чему такая срочность? — Принц растерял всю свою наивность и веселье, вмиг став суровым, собранным и решительным Принцем.

— Если не успею до завтра, — я отстранилась от сильного тела, — то боюсь не смогу распрощаться с прошлым.

— Привязка? — на гране слышимости прошептал он.

— Да, — так же тихо ответила я.

— Тогда, какого мы еще тут сидим, — он сдернул меня со стола, — где карта.

— Держись, — обняв его, я вызвала из памяти старинную печать Королевского телепорта, который до сих пор связывал две Королевские столицы, забытую и действующую.

Черный свет разлился по комнате заполняя каждый ее уголок, еще мгновение, и нас всосала в себя тьма, унося на другой конец страны, в неизвестность и опасность.

Приземление на удивление прошло без происшествий и проблем. Осмотревшись, удивленно отметила, пол и стены в идеальной чистоте, и убранство старого замка в идеальном состоянии. Складывалось ощущение, что он даже не пустовал и дня.

Элмарду тоже не понравилось такое открытие, и первым делом он призвал меч, я же решила последовать его примеру. В лунном свете сталь двух клинков сияла мистическим светом и заставляла подобраться.

Не произнося ни одного слова, Элмард вопросительно на меня посмотрел. Я же уже сосредоточилась на ядре магии, тут меня тоже ждал сюрприз, оно пульсировало ярко и ровно, и у меня складывалось впечатление, что в родном замке, так слабый отголосок этого великолепия. Магические нити сами легли в руки и начали ластиться, словно соскучившиеся по хозяйке кошки.

Точка страха тут была только одна и располагалась она в одной из жилых комнат, нить обвила мое запястье и потянула меня вперед. Забыв об Элмарде, я рванула вперед, к последнему артефакту. На третий этаж я практически взлетела.

Древняя магия ластилась и окутывала меня своей пуховой теплотой. Я ворвалась в комнату и только благодаря ей не развернулась обратно. Светло-розовое убранство и огромные стрельчатые окна внушали первородный животный ужас. И даже зная об этом, морально подготовиться к такому невозможно.

Возведя экраны, я поспешила к спальне. Я уже догадалась, где конкретно было утеряно старинное кольцо Леди смерти, там, где убили мать моей прабабки Ламии.

Спальня оказалась небольшой, но уютной, если абстрагироваться от воздействия магии темного артефакта. Создавалось ощущение что она словно ждала возвращения своей законной наследницы, юной принцессы, что так и не зашла сюда ни разу.

Стянула розовое покрывало и глупо уставилась на кроваво-красное пятно на лиловых простынях. По спине пробежало стадо мурашек, что же за гад был тот Король, что даже не удосужился приказать сменить простыни, а фактически оставил их тут на четырнадцать долгих лет, до появления дочери.

Под подушками также ничего не оказалось, тогда пришлось поднимать левитацией матрац и осматривать подложку кровати, но и там меня ждал провал. Тогда же я решительно встала на четвереньки и запустила под кровать стаю светлячков. И почти у самой ножки, что-то подозрительно мигнуло, запустив руку, нащупала ледяной тонкий ободок.

В моей руке на свет появилось колечко, как и писала богиня, на первый взгляд заурядное и ничем не привлекательное, каких можно найти сотни. С единственным отличием, камнем, что в своей черноте отливал фиолетовыми и синими всполохами древней магии.

Немедля надела кольцо на указательный палец, и холодный металл в мгновение ока сжался по размеру моего пальчика и потеплел, будто растворяясь в моем тепле. Два камня засветились и мне в руки упала пара хрустальных заколок, теперь же у меня появилось еще больше вопросов.

Бережно убрав заколки в карман, вернула кровать в ее первоначальное состояние и, не оборачиваясь, покинула комнату.

— Что это было? — Элмард вытирал кровь, сочившуюся из носа.

— Артефакт, — просто ответила я.

— Кольцо, — он прищурил золотые глаза, — но оно не похоже на описанное в книгах.

— Каждый верит тому, что ему ближе, — философски ляпнула я.

— А как же клятва? — меня поймали за руку. — Ты решила вообще не выходить замуж?

— Нет, — покачала я головой, — это значит, что отныне я сама вправе решать кто предназначен мне судьбой. Таков дар Леди смерть и Матери прародительницы мне за спасенную жизнь.

— Нам есть, что тут делать? — Принц поежился.

— Да, стоит зайти в источник, — я посмотрела на него вопросительно.

— Ведите, Ваше высочество, — скорчил он рожицу.

— Тогда вперед, — и потянулась череда коридоров.

Как я и предполагала, источник находился в том же месте, что и в нашем замке. Колыбель, деревянная, разная с поистине чарующим рисунком, стояла там же, только в отличии от домашней не выглядела прозрачной и потусторонней.

Я даже смогла к ней прикоснуться и ощутить гладкость полированного дерева. По кончикам пальцев пробежали золотые искорки, и тонкая белоснежно-золотая нить уступила им место.

Не веря самой себе я потянулась на другой край империи к другому источнику, и еще больше не поверила, когда тот с легкостью вложил мне в руку белоснежно-серебряную нить. Действуя по наитию, переплела две тонкие нити между собой и просто наблюдала как источники соединяются и исчезают у меня в кармане.

«Заколки!» — с опозданием осенило меня. Из хрустальных они превратились в золотую и серебряную. Поняв намек без слов, вложила в колыбель серебряную, а золотую мысленно отправила в замок. И только удостоверившись, что обе заняли полагающие им места, покинула комнату, пропитанную до краев магией.

«Свет и тьма, какое глупое деление», — только что поняла я. В голове собралась вся информация, образуя целую сферу познания. Их не было, было продолжение друг друга. Свет перекрывала тьма, из тьмы появлялся свет — и ни как иначе.

— Пошли домой спать? — я улыбнулась своему Принцу.

— Пошли, — его улыбка была мне лучшей наградой.

— И завтра все станет хорошо, — прошептала я ему в плече, прежде чем переместиться.

— Я клянусь, ты станешь самой счастливой невестой на земле, — он поцеловал меня, — а после если захочешь, мы даже проверим, что сильнее: моя кровь или твое проклятье.

Я весело рассмеялась и пристроила голову на теплом плече. А после был горячий душ, с не менее горячими ласками, легкий ужин и крепкие объятия. И уже на гране сна и яви я почувствовала его губы на своем лбу и тихую фразу: «Не отдам». Дальше я уже мирно и крепко спала, укутанная его надежными объятиями.

Глава 19

Как же было приятно проснуться вот так в обнимку. Элмард смешно сопел мне в макушку и крепко прижимал к стальной груди. Только я попыталась предпринять попытку к бегству из жаркого плена, как меня еще сильнее стиснули в объятиях.

Хихикнув, аккуратно перевернулась лицом к Принцу. Какой же он сейчас милый. Не было этого сурового и местами надменного выражения на его лице. Сейчас и правда было видно, что он не многим старше меня.

Белые волосы были в творческом беспорядке, а челка смешно прилипла к его лбу. Губы были расслаблены, и показались мне даже больше моих, настолько чувственно они выглядели, что хотелось их зацеловать до беспамятства.

Вытянув руку, тонкими пальчиками я отодвинула прядку волос и медленно, словно боясь, провела по мягким волосам, взъерошивая их еще больше. Ресницы дрогнули и из полуоткрытых век на меня взглянули яркие золотые глаза.

Элмард лукаво улыбнулся, и в следующее мгновение мы уже катались по кровати, щекоча друг друга до визгов и сорванных от криков связок. Закончилось это все жаркими поцелуями и ленивыми ласками.

От столь приятного занятия меня отвлек вспыхнувший каф. Подскочив, мгновенно выбралась из-под разгоряченного тела и скользнула к заветной шкатулке, каждое послание для меня сейчас было чуть ли не манной небесной.

Надежды оправдались, в стеклянном почтовом артефакте лежал конверт и маленькая коробочка, перетянутые черной лентой. Не теряя ни мгновения разворачиваю послание, дрожащими от нервов пальцами. Но словно проклятие, я никак не могу подцепить злосчастный край, и на помощь мне приходят уверенные мужские руки. Элмард обнял меня со спины и вскрыл конверт, который я могла порвать на части. Белоснежный лист с ровным почерком так же перекочевал в его руки, в моих строчки только прыгали.

«Детка, думаю, ты обрадуешься, узнав, что все получилось. Папочке спасибо, все ингредиенты не пострадали при переносе, и с помощью подручных средств мне удалось сварить для тебя полностью идеальное и пригодное зелье.

Надеюсь, письмо ты получишь с раннего утра. Мой тебе совет, пей зелье в ванной и натощак, свойства у него не самые лесные и приятные. Страдать тебе минимум полчаса, а там уже, как Бог пошлет. Избавление от привязки, да еще и такого срока, еще и неправильной — не самое интересное и милое занятие, но тебе остается только перетерпеть. И заранее запасись тонизирующим и укрепляющим, они тебе пригодятся.

Первые сутки держись подальше от мужиков, причем любых. А от нахального инкуба тем более, любая лишняя сильная эмоция активирует привязку на этого человека. К сожалению, избавиться от таких побочных свойств не удалось даже моей наставнице в Академии, хоть та и считалась лучшим алхимиком и зельеваром тысячелетия.

Про Колина я уже читала, Эбигейл не по вкусу пришелся такой вассал и почитатель, ну это как я и предполагала. Следующий на очереди предатель и отец, кто первый из них помрет — не знаю, тут молчат карты.

Удачи, мое милое дитя, и пусть тьма покровительствует тебе во всем».

Я оторвалась от прочтения и мгновение спустя потянулась за зельем, присланным богиней. Но сильные пальцы перехватили мою руку.

— От кого это письмо? — золотые глаза не давали пошевелиться.

— От богини, — я рванула конечность, — отпусти.

— Нет, — руку сдавили еще сильнее, — пока ты нормально все не объяснишь, я не позволю тебе пить непонятно что, а если там яд?

— Отпусти, — уже зло повторила я.

— Не зли меня, — Принц оскалил клыки.

— Еще раз попробуешь мне угрожать, — я вплотную приблизилась к его лицу, — и я забуду про все, что между нами было, и война тебе покажется раем, я лично сделаю твое существование не выносимым. Не забывайся Принц, я не девка уличная, я Кронпринцесса. И любые ультиматумы со мной окажутся поводом для скандала.

— Прости, — парень отшатнулся, и в его глазах промелькнуло осознание, — я за тебя волнуюсь.

— Радоваться должен, — все еще кипя от гнева, буркнула я, — в этом флаконе моя и твоя надежда на счастливое будущее.

— Что за зелье? — он приблизился чуть ближе.

— Снятие привязки, — крошечный флакончик, едва ли больше того, что я заполняла кровью.

Его глаза недоверчиво смотрели на склянку, а я уверенно шагала к собственной ванной, думаю не стоит пренебрегать советами богини, и сказано там, значит там. Откупорив пузырек, почувствовала сладковатый нежный запах диковинных цветов.

Еще раз собравшись с мыслями выпила содержимое маленького флакончика залпом, и пусть будет то, что должно. Первые минут пять ничего не происходило, а вот после началось такое, что мне действительно стоило поблагодарить Леди смерть за подсказку.

Меня мутило и выворачивало на изнанку так, что я себя не ощущала, голова кружилась от нехватки кислорода, а тело словно налилось свинцом и из него по одной вытаскивали все кости. Болели даже волосы, складывалось ощущение, что с меня заживо сдирают скальп.

Промучившись четверть часа, я отметила мысль о том, что может быть Элмард был прав и я по собственной глупости выпила яд. Но новый приступ скрутил все тело, и я оставила столь запоздалые мысли на потом.

Сколько еще прошло я уже не понимала, но, когда рот наполнила вязкая кровь, я перепугалась не на шутку, она была черной с едва различимой красной пеной. Стекая вниз по подбородку, она казалась ледяной.

Испуганные глаза Элмарда и ледяные игры диагностического заклинания. Дальше я просто не могла сказать, что было на самом деле, а что бредом моей фантазии.

Но самое четкое воспоминание оказалось про Ларна, он словно живой гладил меня по голове, называл глупышкой и просил отказаться от глупой затеи. Он в упор смотрел мне в глаза и спрашивал лишь о том, зачем я убиваю нашу любовь и наших детей.

Он все просил и просил остановиться, пока еще не поздно, но с каждым новым приступом его голос словно растворялся и тускнел, будто и вовсе переставал существовать в моей памяти, в моей жизни, в моем сердце.

Меня рвало на части, одна хотела свободы, а вторая вернуться туда, в уютные воспоминания о былом времени, когда он нежно обнимал меня и называл своей хрустальной куколкой. В те времена, когда моей семьей и моим миром был он, и большего я не просила. Но я настоящая изо всех сил рвалась из цепей памяти, что словно оковы связывали меня по рукам и ногам, заставляя блуждать в далеких лабиринтах прошлого.

Постепенно мое тело начало наполняться невероятной легкостью, я физически ощущала как те самые оковы словно вековой груз спадают с меня. Даже дышать становилось легче, а воздух казался легче и сочнее.

Устало откинулась на бортик ванной, когда поняла, что тошнота больше не сковывает горло. Золотые глаза с тревогой на меня смотрели и только сейчас я поняла, что его сильные руки нежно и, словно боясь навредить, держат мои растрепанные ото сна волосы.

Улыбнувшись в ответ, я все же поднялась с пола, едва заметно пошатываясь, стянула с себя сорочку и не найдя лучшего решения уселась на дно ванной, включая взмахом руки ледяные струи. Тело в миг закоченело, а в голове прояснилось, мышцы стали подрагивать и приходить в тонус. Мне хватило пяти минут, для полного осознания всего случившегося. Ледяное спокойствие вернулось вместе с ледяным душем.

Мысли собрались в кучку, чувства пришли в норму, и вот я снова собранная и холодная Кронпринцесса демонов, а не замученная собственными мыслями пленница памяти. Встряхнувшись, переступила бортик, и одним движением высушила потяжелевшие от впитанной воды волосы.

Жизнь явно налаживается и становиться куда как лучше, тело было легким и ощущалось как абсолютно новенькое. Кожа сияла, волосы переливались, глаза горели. Я просто наслаждалась тем, как я ощущала себя в этом мире.

— Ты в порядке? — парень обеспокоенно смотрел на меня.

— Жизнь прекрасна, — сладко улыбнулась я.

— Может тебе прилечь? — в глубине золотых глаз скрывалось беспокойство.

— Нет, — я точно знала сейчас: во мне ключом била энергия, — мне еще работать надо, дела государства не дремлют.

— От пары лишних часов ничего не будет, — Принц запротестовал моему одеванию.

— У меня тут заговор не раскрыт, — я натянула-таки пиджак, — а главный заговорщик еще и сбежал, какой же тут отдых.

— Что? — глаза парня стали напоминать два блюдечка.

— Все правильно ты услышал, — хвост был заколот, и малая тиара заняла свое законное место на моей макушке, — тут под шумок хотели власть сменить, но я, как порядочная заноза в заднице, оказалась в не том месте, в не то время, и все испортила. Теперь же потихоньку убивают весь ближний круг. Я уже лишилась двойника, начальника дворцового караула и придворного лекаря, спасибо, хоть бабушкиного, а не собственного. И все это за последние несколько недель.

— Могу помочь? — красивое лицо потемнело и стало напоминать маску.

— Надеюсь, нет, — надела мягкие тапочки и развернулась, — не стоит впутывать в мои разборки еще и тебя.

— Но заговор — это не простой пустяк, — его глаза гневно сверкнули в мою сторону.

— Но и не повод бросаться сломя голову, — я усмехнулась, — даже близко не беспомощной Принцессе.

— Я все равно сделаю так, как считаю нужным, — его голос понизился.

— Это будет уже не мое решение, — и поставив точку в этом бессмысленном разговоре, хлопком собственной двери.

Коридоры встретили меня шумом и гвалтом придворных и слуг. Создавалось ощущение, что королевский дворец, это огромный проходной двор, в котором обитают все кому не лень. Незаметно скольжу в тень и жду, когда Элмард покинет мою комнату. На мое разочарование ждать пришлось достаточно долго. Что он там делал, ума не приложу.

Но вот блондин наконец-то выскользнул из моей двери, прикрывшись мороком служанки. А я тут же отправила всем фрейлинам призыв. Вопросов у нас накопилось много и решать их надо срочно.

Зал собраний в моей комнате давно и успешно был переделан из малой гостиной, для почетных гостей, таковых у меня не водилось, а бегать каждый раз в малый зал собраний, в котором мы по факту и должны были собираться, было откровенно лень.

Так и повелось, что заседали мы обычно в Королевском крыле в моей комнате, так и шансов на подслушивание ненужными ушами было меньше, да и навредить нам тут не могли. Так что все секретные бумаги и документы хранились как раз тут, а не в положенном им месте.

Признаться такая предосторожность, пару раз уже спасала нас от утечек и перехвата информации, не только внутренними шпионами, но и соседними странами. Вот теперь, я занялась тем, что раскатала по огромному столу карты ближайших к нам миров, да и нашего заодно. Картина была далеко не радостной, на самом деле. Притаившейся на Аталоре «черные фениксы» Кронпринца Конгломерации были меньшей из проблем.

Девушки явились почти одновременно, даже Жанетт нашла место и включила карманное зеркальце для связи, на ее довольном лице красовалась неклыкастая улыбка.

— Знаете, — начала излагать я свои мысли, — может я и параноик, но у меня есть веские основания предполагать, что грядет нападение. Черные фениксы — первые ласточки, которые дали сигнал, группироваться всем союзным войскам Конгломерации. Единственное что их сдержало напасть сразу же — это наличие здесь Элмарда, как не крути, но он Второй Принц, могут и в попытке убийства кандидата на престол обвинить. Как вы видите на картах, красными флажками отмечены все союзники врага, наши — зелеными. Расклад сил различается на добрые раз сто. Альянс не успеет собрать войска так скоро, хоть я и отправила уже официальные запросы на военную поддержку. Так же ответ от Измерии придет не раньше, чем через три дня, а чует моя пятая точка у нас их нет, и нам их не предоставят.

— Я могу попробовать запросить у братьев в официальном режиме, — Вирджиния прищурила свои темно-голубые глаза, — они не факт, что согласятся, но зато в дальнейшем это может оказаться рычагом влияния на них.

— Хочешь попортить, — я мило улыбнулась, — своей старой родине жизнь, порть, мое официальное разрешение на это дело у тебя есть.

— От дяди Фердинанда так быстро солдаты не прибудут, — Катя задумалась, — да и вряд ли они смогут оказать сопротивление магам.

— Не соглашусь, — покачала головой вторая блондинка, — снайперы и люди, разбирающиеся во взрывчатке, у нас таких нет.

— Ни один магический щит, — Жанетта постучала ногтем по зеркалу, — не остановит обычную пулю, так что да Акси права, из людей нам нужны определенные классы воинов.

— Тогда я отправлю письмо по окончанию собрания, — Екатерина поклонилась.

— Да хоть сейчас нам какая разница, — я отмахнулась.

— Хорошо, — и шустро пальчики застучали по экрану, как я знала из книг, телефона, — отправила.

— Я попробую незаметно пустить по базам наемников, — Жанетт в характерном жесте прикусила губу, — информацию о наборе в ряды защитников от самой Кронпринцессы. Удовольствие это недешевое, но думаю многие согласятся.

— Вопрос далеко не в деньгах, — я отмахнулась, — за все платит козна, а такие траты народ одобрит, все же это их безопасность. Вопрос в другом, многие ли согласятся воевать против Конгломерации на стороне Демонов?

— Думаю, — она усмехнулась, — отморозки найдутся, да и крови Кронпринц попортил немало.

— Кас, — Элинаэтта подергала меня за руку, — прости, но от меня толку будет мало, я все же беглая наследница графского рода, а не знатная и могущественная дама.

— Прости, конечно, что говорю это так, — я присела, — но твоя помощь будет высока, все же не у каждого отца подымиться рука убить собственную дочь, вот и твой предпочтет смерть убийству.

— Папа погибнет, — нижняя губа эклины задрожала, — не может быть.

— На все воля богов, — я отвела взгляд от ее прозрачных глаз, в которых стояли слезы.

— Я понимаю, — тихо прошептала она, — у меня теперь есть вы, и вам я должна поклоняться.

— Девушки, как только будет введено военное положение, — я прикрыла глаза, — а оно будет введено рано или поздно, но лучше пораньше, я разрешаю вам использовать все доступные вам средства и ресурсы. Наша страна — это дом который мы поклялись защищать. И пусть падут враги, но народ не прольет и капли крови. Демоническая империя жестко карает всех, кто попробует посягнуть на ее границы и суверенитет. Было так до нас и будет после нас.

— Да будет, — хором сказали они.

— Если все, — я кивнула девушкам, — поняли основную задачу, то можно расходиться, сейчас надо успеть подготовиться, к действиям.

Я еще какое-то время просто молча смотрела на разложенные по столу карты, в груди словно змея в тугой клубок скручивалось беспокойство. Мама не поверит и не примчится сломя голову на защиту Империи. Она поверит только тогда, когда нас уже атакуют, но в этом случае ее помощь уже будет как мертвому припарка.

Сейчас мне оставалось только молиться всем богам, чтобы мои предчувствия остались только предчувствиями. Я еще раз пять перечитала все письма от богини и фактически наизусть вызубрила схему активации для призыва Алваров.

Верить не хотелось, еще больше не хотелось понимать и осознавать, что это фактически последние мирные дни, которые как песок ускользают сквозь широко расставленные пальцы.

С тяжелыми мыслями и тяжелой головой я ложилась в собственную пустую кровать. Где-то там глубоко в душе шевельнулось одиночество, но его быстро запинали обратно чувство долга и радость от снятия привязки.

Может я и пожалею, но точно не сейчас. Потом, когда пройдет кризис, и яркий свет осветит всю мою судьбу, я вспомню и пожалею. Но сейчас на небосводе только черные тучи ненастья и о жалости не может быть даже мысли.

С такими тяжелыми думами я провалилась в беспокойный сон.

Глава 20

Мой сон прервался, словно лед испарившийся под градом огненных файрболов. Я подскочила на кровати с четким осознанием того, что границу атаковали и сейчас на земли демонов пролилась первая кровь невинных граждан.

С кровати я подскочила мгновенно, и перед глазами тут же встали расплывчатые черные круги головокружения. Паника с каждой прожитой секундой с каждым ударом сердца набирала обороты. Но в голове холодный рассудок взял верх над эмоциями и приказал ей заткнуться.

Я смотрела безумными глазами на розовеющий небосклон, там далеко вместе с рассветом начала проливаться кровь. Как символично! От такого чуть не рассмеялась, война забытых дней начиналась, также сквозь первые лучи пролилась багряная кровь невинных и невиновных, и все мироздание утонуло в крови.

И словно какие-то боги, они решили повторить сей кровавый ритуал, но где-то там в моем сознание медленно раскручивалась спираль чужих знаний и умений. Она заполняла собой всю мою голову, пока передо мной как живая не встала картина высшей защитной магии.

Слеза сердца — единственный в своем роде составной артефакт, который, защищая, уничтожает. И именно он сейчас находится в моей власти, мое спасение и мое проклятие. Как говорится, слишком близко к богам?

Но я рискну нарушить все правила и приблизиться к ним еще ближе. Срываюсь с места, стремглав лечу в собственный кабинет и выдергиваю из ларца смятый лист дорогой бумаги. Словно зачарованная, смотрю на черные, словно ночь, грани печати; еще мгновение, и я стану почти ровна богам.

Алая кровь тонкой струйкой проливается на вмиг потемневшую бумагу, а черные грани приходят в движение, словно огромная гусеница, расползаясь с листа, сперва на стол, а потом и на пол. Заполняя собой все пространство комнаты, она растет, пока ее центром не становлюсь я с разрезанной рукой.

Порез все еще напитывал печать кровью, а дрожащие губы шептали древние слова призыва, напитывая ее своей магией. Все мое тело ощущало, как вибрирует вокруг меня темнота, не уступившая своего места рассветным лучам.

По комнате разливался холод, который меня абсолютно не трогал, он словно живой вымораживал весь воздух, заставляя само время замедлить свой бег и остановиться на мгновение, пока из тьмы и холода рождались они, порождения самого хаоса. Черные гибкие тела, покрытые гладким мехом. Красные глаза, словно впитали в себя весь огонь и холод преисподней, что была еще до богов и будет после.

Два огромных пса оскалили грозные пасти и медленно, почти бесшумно, подбирались к застывшей мне. Тело и мозг парализовал этот холод, он не отпускал и не давал повернуться, отступить или отказаться от затеи с призывом.

Медленно, словно издеваясь, ледяной язык огнем растекается по порезу, а вслед ему и второй, по позвоночнику проходит табун мелких колючих искорок. Печать на полу вспыхивает кристально белым огнем и опадает снежинками, исчезая в бесследном направлении.

Две здоровенные морды пристроились по бокам от меня и нежно, словно Пух, трутся об ноги. От такого поворота событий я впала в еще больший ступор, а собаки решили доказать, что я, как нынешняя их хозяйка, не пожалею о содеянном. Двум этим тушам не составило большого труда свалить меня на пол и попытаться зализать до смерти.

И кого я тут, собственно, на вызывала? Смертоносные создания, эти две гончие переростка не напоминали ни в каком месте, а вот две бабушкины любимые болонки — еще как. Кое-как отбившись от любвеобильных приобретений, решила перейти ко второй части срочного плана.

Сжав окровавленной рукой прозрачную слезу на шее, дождалась, пока она не покраснеет до состояния темного рубина. Медленно выдохнула и, приложив к сердцу руку с кольцом темной богини, медленно нараспев начала читать заклинание. Комната вновь преобразилась, поделившись на свет и тьму. На создание и разрушение.

«Стеной, не рушимой для врагов моих, встанет преграда из первородной магии. Пока кровь моя освещает древние грани, не сломить стену. Пока создана она из магии света и рождена из крови моей, не преодолеть ее зломыслящим. Не ступить на земли мои тем, кто несет в них разрушение и смерть.

Сердце мое отдаст все за защиту, что сможет сдержать врагов моих. Пока бьется в груди оно для любого врага, его же нападение станет смертью. Кровь невиновного, пролитая им, последним творением рук его. Смерть отдаст он за смерть. Гибель ждет его на земле моей.

Не преодолеть стену, ибо несет она смерть. Не ступить во владения мои, ибо они и есть смерть. Отныне и пока стена стоит, пока я жива, пока не сказано иного, будет исполнено все так, как сказано словом моим».

Мое сознание отделилось от тела и воспарило высоко над землей, я наблюдала за тем, как на двух противоположных концах Империи вспыхивают и, медленно раскручиваясь, поднимаются два столба света. Серебряный и золотой, они будто уходят на самый край неба, разливаясь там как жидкий металл. Искусно вырезанные цветы зависли высоко в небесах, спуская со своих тонких лепестков легкую вуаль на границу моей страны.

Постепенно хрустальный купол накрывает всю страну своей прозрачной мерцающей стеной, отгораживая ее от захватчиков и воинов. Где-то на севере вспыхивают первые вспышки заклятий, и крики боли наполняют предрассветную тишину.

Стена защищала и убивала, не позволяя уйти без ответа. Останавливая на своей границе любого, кто пытался проникнуть за нее с дурными намерениями.

Я медленно парила в небесах, пока последняя трещинка в идеальной защите не закрылась. Резкий рывок и я распахиваю глаза, возвращаясь в свое тело.

Грозный рык и ощетинившиеся гончие нападающие на стену огня, пытаясь ее пробить.

— Место, — громко командую я, и собаки тут же ковриками стелются к моим ногам.

— Это что такое? — Элмард ошарашено опускает спасительную преграду.

— Собаки, — пожимаю плечами я.

— Эти твари не горят и не дохнут, — он подозрительно на меня смотрит, — на такое даже высшая нежить не способна.

— А это и не нежить, — бросаю я, — это собаки.

— Они уже сдохнуть были должны, — парень попытался сделать шаг ко мне, но две оскалившиеся морды заставили его передумать.

— Они меня переживут, — я усмехнулась, — да и тебя тоже.

— Откуда у тебя эти твари? — он опасливо покосился на моих зверушек.

— Это сейчас последнее, что должно волновать вас, Принц, — в моей руке появился меч, — с этого мгновения вы — заложник, взять!

— Что за, — воскликнул Элмард перед тем, как собаки пригвоздили его к полу.

— Ваша страна будет информирована о вашей смене статуса, — я уперла кончик острого лезвия в его кадык. — Все, прибывшие с вами люди, будут помещены в подземелья, вы же будите заперты в отведенных вам покоях без права покидать их. Содержание и уход мы гарантируем. Ваш обмен на военнопленных будет приниматься решением совета.

— Кас, не глупи, — в его глазах стояла боль.

— Прости, — присев около него, погладила по щеке, — не я начала эту войну, я такой же заложник. На моем месте ты поступил бы также, страна превыше любви. Прости. Охрана!

В комнату тут же ворвалась моя личная стража. Эти хотя бы собакам не удивились, ну или, как вариант, подслушивали наш разговор с Элмардом. Поэтому были осведомлены о наличии гончих в моей комнате.

— Поместить под стражу в его покоях, — я четко отдала приказ, — всех остальных в подвалы.

— Есть, — вытянувшись по стойке смирно, солдаты подхватили сопротивляющегося Принца под руки.

— Кас, — еще раз дернулся блондин, — я тебе клянусь, это все брат, он грезит великими завоеваниями, я ни при чем. Послушай, моя хорошая, я знаю его слабые места, я готов тебе помочь!

— Прости, — тихо прошептала я, опустив голову.

— Если передумаешь, приходи, — последнее, что я услышала перед хлопком двери.

Его печальный взгляд все еще стоял перед моим взором, а сердце предательски щемило от трепета и нежности. Я не хотела этого делать, но была обязана. Вызвала голубой огонек телепорта и, набросав быструю записку, отправила ее отцу Элмарда, надеюсь, ему он хотя бы дорог.

Встряхнула головой, нечего опять впадать в депрессию: у меня есть еще незаконченные обязанности и дела.

Спуск и блуждания по лабиринту затянулся на добрый час. Даже я, прямая наследница, не могла сразу попасть к источнику. Но вот круглая комната с колыбелью. Тонкий серебряный лучик отделялся от хрустальной заколки, покоившейся внутри.

Обхожу ее стороной и уверено иду к дальней стене. В ней, словно по волшебству, появляется стеклянная дверь. Там на мягкой подушке хранятся первозданные регалии рода. Сейчас они официально принадлежат матери, так как она Королева, но надеюсь в такой экстренной ситуации и при ее отсутствии уже две недели они меня примут и позволят взять себя в руки, все же без них будет тяжело.

Золотой обод мудрости и железный посох власти. Оба предмета венчают лунные скарабеи, что символизируют силу и мудрость. Пальцы проходят сквозь стекло, и я ощущаю рывок перемещения.

Проморгавшись, обнаружила себя около другой колыбельки, от которой отделялся золотой лучик защитной магии.

Сердце замерло на мгновение и ускорило свой бег. Там в глубине комнаты, словно подсвечиваясь изнутри, на черном бархате переливалась дивной красоты диадема. Ее темное золото словно зачарованное играло всеми гранями черного цвета. Тонкий витой посох в противовес был сделан из белоснежного лунного серебра, что заставляла прищуриться от блеска. Темно красные, почти кровавые бриллианты, я видела такие впервые, но точно знала, что это они. Я словно видела, как создаются эти легендарные артефакты.

Прабабка Ламия не рискнула забрать с собой напоминания о прошлом и создала новый комплект, а этот на долгие столетия был оставлен на растерзание времени и ржавчины. Но, словно феникс, они воскресли из пыли времени и сейчас радостно приветствовали меня всеми гранями своей силы и уникальности.

Медленно подхожу к ним и протягиваю руки. Они, словно оживая, взмывают вверх. Диадема, словно запутавшаяся, застывает в моих волосах. Посох же, коснувшись моей кожи, раскрывает умело вырезанную лилию, еще сильнее оголяя прекрасный бриллиант.

Магия наполняет комнату до краев, передавая мне свою силу; древний замок пробуждается от векового сна, призывая все силы для своей прямой наследницы. Словно мантия, он укутывает меня, и я иду навстречу своему народу.

И как молитву повторяю вслух: «Я больше не Инфанта!»

Я заперта в традициях тысячелетий и не жду чудес от богов, я просто следую зову, что проведет меня через все тяжести и невзгоды. Прислушиваюсь к тихому шепоту предков, я понимаю, что, даже если моей коронации никогда не состоится, в памяти народа я останусь Королевой.

Обратное перемещение вышло у меня куда легче, чем в первый раз. Золотисто-серебряный шлейф магии тянулся за мной, как мантия на приеме. Около высоких створок перед балконом я замерла, наблюдая, как под ним народ с затаенной болью ждет меня.

Глубокий вздох, и последняя молитва всем богам разом. Я скрываю мятеж своей души холодной сталью разума, иду к народу своему.

— Приветствую вас в столь скорбный час, — лицо замирает ледяной маской, — я чувствую ваши страх и боль. Но я клянусь, я не позволю врагам, вторгшимся на нашу родную землю, творить бесчинства и убийства. Кара их будет одна — смерть! За все ваши слезы и боль они расплатятся сполна. Защита стоит на наших границах, она дана самими богами нам для спасения нас и наказания врагов наших. Все предатели, лжецы да любой, кто попытается нарушить покой моей страны, понесет кару богов, да будет Леди смерть к нему благосклонна в своих холодных владениях. Принц, что был послан к нам, как знак доброй воли, теперь помещен под охрану и, если на то воля богов, он будет нашим заложником, пока Конгломерация не отступит от наших границ и не перестанет столь глупую затею, как война с нами, демонами. Наши воины и стража, все встанут единым строем на защиту нашей страны, да пусть каждый, кто может принесет нам пользу в уничтожение врагов наших. Да не прольется кровь, да не прольются слезы, да иссякнет страх. Воля богов и благословение Матери Прародительницы, Леди Смерти, Темного и Светлого, да единого их отца, прольется на нас и не позволит утонуть нам в войне.

Толпа одобрительно загудела, а я уже покидала балкон: во мне уже не осталось сил. С каждым шагом меня начинало качать все сильнее: переизбыток магии заставлял вены гудеть, а голову раскалываться. Мой организм не успевал адаптироваться к новоприобретенной силе — все это надо было в тишине и спокойствии переварить.

Доползла я до комнаты на чистом упрямстве и холодной выдержке. Вползая, уже представляла мягкий диванчик, ну или коврик тоже сгодится. Но моим желаниям сбыться похоже было не судьба.

В комнате меня поджидал немаленький такой сюрприз, при виде которого я застыла столбом в дверях собственных покоев.

— Ты убил мою охрану? — подозрительно прищурилась я, позабыв про усталость.

— Нет, — покачал головой окровавленный блондин, — твоя личная охрана работает четко и слаженно. Даже рыпнуться не дали, а вот простые солдаты оказались до ужаса отвратными.

— Ты убил королевскую стражу и имеешь наглость перемазанный в их крови сидеть на моем диване и поджидать меня?

— Для начала спроси, — он мне нахально улыбнулся, — при каких обстоятельствах я их имел совесть убить.

— Так и при каких же? — я уже заинтересованной на него посмотрела.

— В рядах твоей стражи есть предатели, — он поднялся и сбросил на пол перепачканную в крови рубашку, — вот двоих из них я и прикончил ровно в тот момент, когда они передали мне послание от отца о плане моего побега.

— Но им не могли настолько быстро отдать распоряжения, — я подняла растерянный взгляд на приблизившегося ко мне парня.

— Рядом есть предатель, — он нежно провел по моим волосам, — и он очень близко к тебе раз имеет такое влияние на армию.

— Убью, — зло прошептала я в никуда.

— Подожди, сперва надо сообщить моему отцу, то, что его план провалился, — меня дернули на себя.

— Нет, — коварно улыбнулась я, — твоему отцу я напишу, что при попытке побега ты убил двух моих гвардейцев, за что теперь будешь заперт в темнице, а вот в какой не скажу.

— И в какой же? — он вопросительно приподнял бровь.

— Комната Жанетт пуста, — я закусила губы, задумавшись, — ее не будет до выходных, так что ее комнаты и ее личина вполне свободны.

— А если узнают о наличии двух твоих фрейлин с одним лицом, но в разных местах? — Элмард недоверчиво нахмурился.

— Не узнают, это просто невозможно, — я нахмурилась, — она сейчас под личиной моей мертвой подруги, так что это самый безопасный вариант.

— Хорошо, — Принц кивнул, — еще мысли.

— Мне не дает такая спешность в выполнение приказа, — посмотрела я в глаза цвета золота, — этот человек должен внушать доверие простым солдатам, но он не имеет доступа к личным гвардиям и элитным войскам. Иначе бы мы уже имели захваченный дворец и тебя на троне.

— Пиши отцу, — он чмокнул меня в нос, — а с остальным разберемся. Ты и так бледная.

— Поднятие защиты и призыв проклятых псов занятие непростое, — глубоко вдохнув, вызвала голубой шарик, — как писать-то, грубо или сразу угрозой?

— Пиши как можно кровожаднее, — он рассмеялся, — ты же моя демонесса, так что не выходи из образа элегантного зла.

— Ну тебя, — отмахнувшись, села за послание.

— Думаю так самое то, — прочитав последние строчки, блондин сладко прижал меня к груди, — особенно мне понравились строки про мое вынужденное лишение шансов на потомство.

— Я собственница, — нахально изогнула бровь, — соперниц не потерплю, если только…

— Продолжайте Ваше высочество, — он прижал меня к сиденью дивана.

— Я подумаю, — мягко прошептала я ему на ушко.

— Тогда вместе подумаем, — небрежно он закинул накарябанные строчки в почтовый портал.

А дальше я потонула в головокружительном поцелуе. Было сладко и жарко, я, словно сухая травинка, вспыхнула под его обжигающим взглядом, что так жарко обещал мне безумно страстное наказание за оскорбительные слова.

Губы заныли от предвкушения, и жар растекся, словно масло, по всем клеточкам моего тела. Было так нежно и трепетно, я вся просто дрожала в его обжигающе-горячих руках. Мне хотелось полностью раствориться в этих чарующих прикосновениях и томительных ласках.

Его руки гладили мое отзывающееся на каждое прикосновение тело. Мои уши вслушивались в тихий шепот его губ и ловили каждое слово, каждую милую и нежную глупость. Сердце трепетно билось в грудной клетке, пытаясь выпрыгнуть из нее и отдать все себя этому золотоглазому инкубу.

Меня подкинуло кажется до самого небосклона, до самих звезд, когда он крепко прижал меня к этой мягкой ткани и едва различимо простонал. Мы еще долго лежали, прижавшись, и грелись в объятиях друг друга.

Мне уже давно не было так хорошо и тепло, я забыла обо всем, что ждало меня за пределами этой комнаты, весь мир растворился для меня и перестал существовать на этот краткий миг светлого и нежного счастья.

— Моя дорогая, выходи за меня? — он поцеловал меня в висок и заглянул в расфокусированные от пережитого глаза.

— Ты заложник, — стукнула я по твердому плечу, — не забывай.

— С моим кольцом на твоем пальце, — он нагло ущипнул меня за оголенный бок, — я согласен быть кем угодно и чем угодно, но только для тебя.

— Это будет странно, — неуверенно поцеловала его в подбородок, — пленный принц венчается с покорившей его Принцессой, о таком даже в бульварных романах не напишут.

— Знаешь, — резко перевернувшись, я распласталась на твердой груди, — а мне все равно, что подумает весь мир, пусть он катится туда, откуда взялись твои собаки. Выходи за меня?

— Помолвка, — я отвернулась, — большего я не смогу обещать.

— Пока хватит и этого, — подтянув брюки, он извлек на свет ярко желтую коробочку, — открой, я потратил кучу времени на выбор.

— Красота, — откинув крышечку, обнаружила кольцо, сотканное из прекрасных лунных слез в тончайшей оправе из горного старинного золота.

— Я знал, — он перехватил мою руку и надел кольцо поверх кольца Темного бога.

— О светлая нить в темном бытие, о темная нить в светлом житие, укажите туда, куда сердце ведет, — сложив кольца, как и говорила богиня в письме, увидела, как тонкая нить отделяется от места стыка и, овившись вокруг нас, замирает напротив сердца Элмарда.

— Что это? — с интересом спрашивает парень.

— Нить судеб, — я легко соскакиваю с дивана, — и нас кажется связала именно она.

— Куда? — он пытается подняться, но я только отмахиваюсь.

— За этим, — вызываю ларец и откидываю крышку, — не знаю понравится ли оно тебе, но оно родовое и имеет необычные свойства, связывая двоих.

— Из твоих рук хоть смерть, — отшучивается он.

— Не шути так, — передаю ему белую ячейку с простым серебряным перстнем, что уже потемнел от времени.

— Надень, — он протягивает мне мозолистую руку.

— Станешь ли ты моим женихом? — я ловлю протянутую конечность.

— Стану, — и на его палец скользит холодный металл.

— А теперь спать, — жалобно тяну я.

Меня тут же подхватывают на руки и тянут в мягкий плен удобной кроватки. Его горячее плечо становится мне лучшей подушкой. И в почти родных объятиях я мгновенно засыпаю.

Глава 21

Утром из моей комнаты торжественно выплыла злая и раздраженная Жанетта, по блеску красных глаз мы с Аксионеллой почувствовали всю степень раздраженности второго Принца Конгломерации, примерившего на себя образ моей фрейлины.

Послание похоже возымело оглушительный успех. Король Конгломерации был уже на полпути к нам и уведомил о встрече около границ. С этой новостью Акси и ворвалась ко мне в спальню. Ее дикий ржач не был слышан на весь дворец только из-за противоподслушивающих чар, наложенных на комнаты.

Элмард с упоением будил меня, немножко забыв о времени и вообще о том, что нам пора вставать. На такую картину и попала влетевшая в мою спальню блондинка. Про ласки и нежности тут же было забыто, дела закрутили в своем водовороте.

План разрабатывался фактически на пальцах, заупрямившийся Элмард отказался отпускать нас одних на встречу с его отцом и даже на роль Жанетт согласился, только бы пойти с нами.

Вот так экстренно мы и собирались к перемещению на дальние рубежи Империи. Я в строгой военной форме, Акси в роскошном платье статс-дамы, а Элмард в кожаных брючках и жакете в облипку. Смотрелись мы, скажем так, колоритно.

И, ясное дело, к назначенному времени мы не успели, явились с опозданием минут в сорок, зато торжественно: шипящие и толкающиеся фрейлины, у Кати так вообще след от подушки красочно алел на щеке, вспоминающая границы земель я и кубарем выкатившаяся из портала стража; ребята серьезно просто запрыгивали в ухлопывающуюся прореху между пространствами.

В общем, если судить по лицам встречающей стороны, мягко говоря, прибывали они в легком шоке от увиденного. Мне же оставалось держать холодную маску и делать вид, что все идет по плану.

— По чем имею честь вас лицезреть? — вплотную подошла к тонкой пленке защиты.

— У вас мой сын, — суровый шатен сверкнул золотисто-карими глазами.

— Ну это я и так знаю, — честно зевок сам вырвался, — не стоило проделывать весь этот путь только для того, чтобы сообщить мне эту весть.

— Маленькая нахалка, — рыкнул этот суровый король.

— Не советую, — щелчок и у меня над плечом зависает экран, — надеюсь, вы любите своего сына и зла ему не желаете.

На огромной кровати, застеленной ярко-синими простынями, лежал абсолютно голый Принц, привязанный по рукам и ногам к резным столбикам. В обозримом пространстве так же обнаружились десять демониц нереальной красоты. Девушки были скорее раздеты, нежили одеты. Легкое белье, кожаные корсетики, наклейки, да и просто краска, в общем, на любой вкус и цвет. И все это многообразие великолепных куртизанок соблазнительно играло и гладило напряженное тело заложника. А кокетливый розовый бантик на причинном месте выдавал всю жестокость изощренной пытки.

— Кхм, — Король и Кронпринц поперхнулись.

— Еще раз говорю, не стоит меня злить, — указываю я пальцем на парящий в воздухе квадрат, — а то с ним вы попрощаетесь.

— А можно меня на него поменять, — темно-серые глаза первого Принца с жадностью смотрели в бред моей фантазии, — честно, я не против.

— Ты женат, — отец отвесил ему оплеуху, — а вот я, как Король, готов понести все тяжести и невзгоды и занять место своего сына.

— Вижу, вы решили приступить к переговорам, — и подкинула на экран еще пару пикантных моментов, — я вся во внимании. Готова внимать любым вашим предложениям, но все же обмен не одобрю, даже не надейтесь.

— Может пройдете к нам? — Принц почтенно склонился.

— Я похожа на дуру? — приподняв бровь, я хмыкнула. — Если нет злого умысла, прошу, барьер не тронет вас.

— Мне все же интересно, — Король смело шагнул за барьер, — вы всерьез полагаете, что ваши постельные забавы могут служить пытками?

— Ну знаете, — за спиной раздался дружный смех фрейлин, — если вас приковать и часов так этак двадцать не позволять получить разрядку, для вас это станет пыткой?

— Станет, — честно задумался отец Элмарда.

— И не один суд не обвинит нас в жестокое обращение с Наследником другой страны, — я тонко улыбнулась, — заметьте, вы сами сказали, где здесь пытка.

— Отпусти моего сына, — его глаза в упор впились в мое лицо, ища в нем хоть один отблеск эмоций, которые должны быть у любого существа.

— Думаете, я просто так соглашусь? — на моем лице явно читался скептицизм.

— Поверьте, юная леди, на столько плохо я о вас не думаю, — мне под ноги прилетел мешок, — откройте и убедитесь в чистоте моих стремлений.

— Да, — заинтересованно ткнула в мешок носком туфли, и, к нашему общему удивлению, из плотной ткани выкатилась голова, — Эли, прости, но похоже твой отец собирается помереть совсем скоро.

— Не драматизируйте, Кронпринцесса, — девушки с интересом осматривали валяющуюся голову, — вы вообще уверены, что она настоящая?

— Вы некромантка, — воскликнул Король на такое утверждение Элинаэтты, — оживите и спросите.

— С превеликим удовольствием, — лучезарно улыбнулась, — вот только это не нежить для убийств, а без тела говорить этот шарик не будет.

— У вас маг крови есть, — ткнул мужчина пальцем в иллюзию моей фрейлины.

— Это тоже так не работает, — громко объявила я под тихие смешки девушек.

— Да что б вас черти побрали, — выплюнул принц из-за барьера.

— Как некрасиво, Ваше Высочество, — погрозила пальчиком Жанетт.

— Какие вам еще доказательства нужны? — прорычал раздраженный моей несговорчивостью и недоверием Король Конгломерации.

— Ваш сын останется у нас до тех пор, — мои глаза грозно сверкнули, — пока эти бессмысленные попытки развязать войну будут иметь место быть.

— Акт о ненападение, — мне протянули извлеченную из внутреннего кармана трубочку.

— Принимаю, — пробежав текст и сравнив магические оттиски, спрятала оную в декольте.

— А мой сын? — растеряно произнес мужчина, смотря на нашу собравшуюся в путь толпу.

— Да забирайте на здоровье, — дернула я оголенными плечами.

— Получите, распишитесь, — Акси сделала подножку и не удержавшись на высоких каблуках, Элмард рухнул в руки отца, — надеюсь, больше я тебя не увижу в голом состоянии.

— Но это же ваша фрейлина? — возмутился отец Элмарда.

— Стереть, — Вирджиния провела рукой, и наложенная иллюзия спала, — вполне ваш сын.

— Дамы, время, — стража встала у портала, — два часа до прибытия Короля с Королевой.

— Что все это значит? — Элмард рванулся в стальной хватке.

— Не забудь вернуть вещи, — хохотнула Катя, — а то Жанетт достанет тебя и на том свете за попорченную одежду.

— Надеюсь, больше не увидим вас, — услышала я обрывок фразы, прежде чем ступить на каменный пол дворца, — подготовить зал.

Мой голос разрезал тишину парадного зала, и слуги, будто тени, закружились в скопление теней, начиная выполнять мою команду. Нейтралитет с Конгломерацией гарантировал нам ненападение остальных. Более слабые просто не полезут, зная, что отступили даже такие войска. Но снимать стену я не спешила, ни один договор не имеет власти в течение двенадцати часов с момента его подписания двумя сторонами конфликта. И отдавая Элмарда я на самом деле рисковала, но свято верила, что мой жених не допустит моей смерти.

Каблуки стучали по полу, черное платье развивалось словно шлейф, магия клубилась по углам, едва заметно дрожащие руки выдавали мою нервозность. Я рассчитывала минимум на два, а то и три дня форы, но мама, словно зная, уже стремилась во дворец.

Перед балконом стояла толпа, а мое нерешительное поведение крало у меня драгоценные минуты. Глубокий вздох улыбка и медленно замирающая тишина над площадью, народ ждал и внемлет.

— Я стою перед вами с радостными новостями, Конгломерация отступила и передала нам договор о ненападении. Отныне за его нарушение они будут отвечать перед богами. А в качестве гаранта, они преподнесли нам, демонам, голову предателя, что посмел опорочить священное звание солдата Империи. Голову Антегреса Николя Лоушвейнт. Сим жестом они доказали, что честь для них превыше глупой вражды. Мы чтим законы и обычаи; ни словом, ни делом мы более не имеем претензий к Конгломерации. Пусть эта бессмысленная попытка останется только на их совести. Последние, кто замешен во всем этом, так же получат по заслугам, я вам клянусь, ни один не уйдет безнаказанным, все получат по заслугам своим, ибо все мы отвечаем за дела свои перед богами. И пусть Темный нам поможет.

Площадь гудела и перешептывалась, наполняясь неясным гулом голосов, люди волновались и радовались. Я же перевела дыхание, волнение стоящих за дверьми фрейлин я ощущала кожей. Многолетние тренировки и реакция сработали быстрее, чем мой мозг успел отметить факт нападения.

Золотая молния пронеслась над прогнувшейся мной, били четко в сердце, если бы не обладала такой пластикой и не откинулась назад, уже бы была трупом.

— Это тебе пора лечь в могилу, — с другой стороны площади на меня смотрели черные злые глаза, — ты, мерзавка, отняла у меня дочь, за что поплатишься жизнью.

— Нет, — вопль Элинаэтты я не услышала, я его почувствовала, — это ты меня отнял, это все ты, ненавижу тебя, тебя волнуют только твои мерзкие деньги и связи. Ты даже не удосужился узнать, хочу я замуж за старого, толстого и обрюзгшего старикашку, про которого все Королевство, не стесняясь, говорит, как он убивает и жен, и крестьянок, попавших к нему. И только ради денег ты готов был отдать меня на смерть. Ненавижу тебя! Лучше бы у меня не было отца вовсе, чем такой как ты! Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Она промыла тебе мозги! — заорал Бальзак.

— Эклине? — скептически усмехнулась блондинка. — Стража, за попытку убийства Кронпринцессы и нарушенную вассальную клятву убить предателя на месте.

— Есть, госпожа фрейлина, — стража зашевелилась на площади.

— Отойди, — крикнул отец дочери, — я прикончу эту ведьму, и мы уйдем обратно, ты будешь сидеть дома и рожать детей, а мы и дальше вводить мир и страны в зависимость от нашего металла.

— Тогда тебе нужно убить меня, — хрупкая девушка встала передо мной, — ну же, отец, произнеси заклинание, убей меня, если сможешь.

— Нет, — нечеловеческий вопль накрывает нас, и черная вспышка окутывает тело на крыше, сжигая его до пепла, который после развеет ветер.

— Эли, — я подхватываю сползающую в обморок девушку.

— Простите, Ваше Высочество, за это, — и голубые глаза закатываются.

— Что с ней? — Акси падает рядом на колени.

— Она отцом управляла, — ответила я с самыми темными интонациями, — ей тяжело пришлось, надо срочно к врачам.

— Позволите? — за нашими спинами появился глава маминой стражи.

— Кайл? — я удивилась его появлению.

— Она мне слишком дорога, — в глазах мужчины стояла такая нежность, что мы смогли только кивнуть.

В полуобморочном состоянии я сидела с собственной гостиной и медленно крошечными глотками пила успокоительное, оно явно не помогало, но я его стойко пила. Где-то глубоко внутри ворочались мысли и подозрения.

Через барьер не мог пройти никто с такими мыслями, а, следовательно, предатель, который сообщил Разуру о произошедшем, находился прямо тут, во дворце. Но кто же он?

На глаза попались старые документы по отбору и, не придумав ничего лучше, решила отвлечься, хоть на это. Сейчас тонкие папки под завязку были набиты документами, отчетами и всей прочей информацией.

Виктор давно покинул страну, но за ним так и велось тайное наблюдение. Факт о моем здоровье выбил этого сильного мужчину из колеи. На пару со вспомнившим молодость Ректором, они решили напиться и устроить марш-бросок по всем злачным заведениям похоже всех миров. От суммы, потраченной ими на развлечение с дамами и, о боги, не только с дамами, мне аж поплохело, это же полугодовой бюджет нашей Империи. Может не стоило ему рассказывать, а уже после свадьбы признаться, такой капитал и в трубу. Но через пару листов убористого текста расслабилась. Как выяснилось две трети таких заведений принадлежат подпольному миру Колыбели, а следовательно, тридцать процентов от их заработка идут на мой закрытый счет в банке гоблиновской столице, что гарантировало мне единоличное пользование деньгами.

Михаэль женился на сбежавшей с ним фрейлине, удачно консумировал брак в туже ночь, теперь же Принцесса Волхвы не имеет на нее ни каких прав, и вообще претензий не имеет и иметь не может. Да, внимательно надо читать даже самый мелкий шрифт, особенно когда заключаешь договора с демонами. Ну хоть этому Королю напакостить смогла, и то на душе радостно стало. По рассказам, Леди Дюэр была прекрасной девушкой и сейчас могла бы украшать своей красотой демонический двор, но она давно мертва и этого уже не исправить.

К третьей папке тянулась без особого интереса: с Александром мы и так просидели семь лет в Академии. Но от нечего делать все же решила открыть информацию о последнем женихе. Медленно читая строчки, я то умилялась, то злилась. Но вот последний лист про родословную заставил напрячься. Я знала о первых двух семьях женихов достаточно, чтобы вообще забыть про эту страницу в досье. И сейчас мои глаза по размеру напоминали два блюдца. Найти такое я точно не ожидала. Александр был не родной сын для вожака стаи, а племянником от погибшей сестры, которая сбежала от семьи и, не пережив разрыва с любимым, покончила с собой, оставив новорожденного ребенка семье. Он оказывается был даже старше Виктора; но для оборотней возраст играет немного другую роль, и щенятами они перестают быть только, мамочки, в пятьдесят с лишнем лет. Но даже не этот факт шокировал меня, я не могла поверить тому, что стояло в графе родной отец. «Оуриаль Саурейман»!

Вот такого поворота событий я точно не ожидала. Первый муж матери является биологическим отцом Александра, это же чуть ли не скандал намечается. Согласно правилам отбора, он вообще не имел права участвовать в нем, так как все кандидаты должны быть без жен, детей и не вдовствовать. А он получается нарушил правила и незаконно попал на отбор.

И тут где-то глубоко в сознание царапнули подозрения, едва различимые, но подозрения; если он знает, что приемный, и если об этом узнали мои люди, то и леди Саурейман могла знать о существование внука, а о рождение мальчика в королевской семье знали много.

Заговор не на пустом месте возник, хотели полностью поменять правящую династию, раз нельзя бороться с проклятием. Сменить легче, чем изменить, все это началось из-за того, что в победе Алекса не было уверенности, а тут еще и я со своими выкрутасами. Так еще и Элмард встал на их пути.

За Принца Конгломерация я не переживала, а вот за сохранность собственной шкурки очень. Еще раз посмотреть на строчки я не решилась, а вот успокоительное подействовало вовремя. Холодная голова мне сейчас нужна как воздух.

С дивана я фактически срываюсь и несусь вниз по коридорам, в срочном порядке главнокомандующие моих и маминых подразделений были вызваны вниз.

— Приказом высшего королевского имени, — мой голос прозвучал с верхней ступени парадной лестницы, — всей королевской страже приказываю схватить Александра Люпуса по крови и наследию Саурейман. Как причастный к смерти первого Короля и заговорщик, устроивший беспорядки, он приговаривается к смертной казни. Боги свидетели мне в этом!

— Мерзавка, — два высоких военных скрутили вырывающегося оборотня.

— За обман вашего отца вы не в ответе, — я пафосно встала в стойку, — его уже покарали боги, но за свои грехи перед Империей вы ответите в полном объеме.

— Ты все равно сдохнешь, — зло выплюнул парень, — это мой трон, и мой отец должен его занимать.

— Твой отец нарушил заповедь богов, — я вскинула бровь на входящую мать, — приняв участие в отборе, имея беременную жену. Ты же бастард простого рода, пытаешься доказать всем, что от союза обманщика и сбежавшей волчицы мог получиться Принц. Хоть бы подумал и объявил бы себя пропавшим наследником, но твоим жалким мозгам даже это не под силу.

— К объявлению казни я, наверное, опоздала? — мгновение и мать стоит рядом.

— Да, головы ему уже не видать, — я кивнула.

— Тогда от себя могу только добавить, — она холодным взглядом заморозила кровь в жилах у половины присутствующих, — все два дня до исполнения приговора вы проведете в стенах нашей пыточной, надеюсь, Клариус покажет вам все грани своего гостеприимства. Увести!

Зеваки разошлись, а мы, так и не сказав друг другу ни единого слова, разошлись по разным этажам. Сейчас обсуждать хоть что-то мы были не способны.

Эпилог

Два дня пролетели в безумной суматохе, новость о первом Короле и его сыне вызвала такой ажиотаж в обществе, да и среди других стран, что на сегодняшнюю казнь можно было билеты продавать, и заработали бы мы неплохо. Из высокого стрельчатого окна я наблюдала за тем, как маги натягивают экраны трансляции. Людей уже было столько, что площадь трещала по швам от нехватки места.

Красное платье плотно прилегало к телу, старинная диадема вплетена в волосы, а чтобы занять руки я медленно вертела уменьшившийся до размеров скипетра посох. Я нервничала, все же не каждый день отправляешь на смерть собственными руками.

Да, руки у меня жили явно отдельной жизнью. С матерью мы за эти дни поговорили только об Александре и его отце. Это уже от бабушки я узнала, что мать на втором месяце беременности и уезжала подальше, потому что-то ли знала, то ли чувствовала, в такие тонкости я не вникала.

Все придворные лекари носились как угорелые, прислуга готовила детскую, в общем, делалось все, чтобы я почувствовала себя лишней на этом празднике жизни.

Наверное, единственное, что меня сейчас останавливало от побега, это осознание того, что народ начал меня принимать, и, если я сейчас сбегу, они невесть что подумают. А так я буду стоять и с отсутствующим видом смотреть за исполнением своих слов.

Медленно и чинно я спускалась к балкону, сегодня на нем царило оживление, ведь надо было разместить, а точнее впихнуть на него всех и сразу. Меня, мать, отца и всю нашу общую свиту из фрейлин и офицеров. На нем было не протолкнуться.

Высокая мягкая спинка словно колола иголками, пока я устраивалась на подушке, до боли хотелось увидеть своего сказочного Принца, чтобы он, так же как отец, наклонялся к моему уху и шептал всякие глупости, а я, прикрываясь веером, хихикала.

Но Элмард был далеко и пока ни единого повода для его прилета не было. Он не мог сорваться бросить все и примчаться ко мне. О почти тайной помолвке знали, помимо нас, только Аксионелла и кто-то из его друзей по Академии. В тот момент я не уточняла имени.

Толпа заволновалась, окружая плотным кольцом помост, везде уже были магические казни, и только у нас можно было поглазеть на настоящего палача с настоящим топором для рубки голов.

Плотное кольцо сжималось и все тянулись к заветной сцене, на которой для многих развернется просто представление, а не смерть и трагедия. Для большинства приговор в измене уже достойный повод, чтобы лишиться головы. А приписанное с моей легкой руки еще и убийство родного отца не прощалось практически ни одним народом.

И вот во всем алом Клариус всходит на свою персональную сцену, огромное блестящее лезвие топора горит огнем. Даже не прикасаясь, видно на сколько остро оно заточено, как сильно лучи светила переливаются на его гранях.

Толпа заволновалась, по площади пронесся гул одобрения. Клариуса, наверное, любили больше, чем всю мою семейку вместе взятую. Эта суровая гора мышц скинула накидку оставаясь в одних штанах. Женская половина возликовала, мужская завистливо вздохнула.

Иногда он выступал в роли моего охранника, и я знала на что способен этот здоровяк на самом деле. Уверенный в себе и гордый, он осознавал себе цену и пользовался наивностью девушек любых мастей и сословий.

Как-то на одном из заданий на не совсем трезвую голову он даже начал мериться с Анатаром количеством побед в покорении женщин. Вот тогда-то я и получила большую часть своего полового воспитания и познаний в этой стороне вопроса. На утро правда оба краснели и извинялись, но было откровенно весело.

И сейчас этот мужчина красовался перед толпой, показывая себя и позволяя наслаждаться дамам его накаченными мышцами, облитыми парой литров масла. За этакой демонстрацией скрывался и другой подтекст, кто углядит за всеобщим ликованием и обожанием свирепого монстра, что с такой легкостью снимает головы с плеч? Никто из собравшихся внизу даже не представлял, каким садистом они восхищаются.

Медленно загудели трубы, и сквозь толпу, разрезая ее косой линией, прошествовала стража. Народ засвистел и заулюлюкал, всматриваясь в причину недавних проблем. Для всех молодой оборотень выглядел лишь слегка изможденным, но вполне здоровым.

И лишь единицы, способные видеть сквозь плотный кокон иллюзий, могли оценить состояние некогда красивого юноши. Клариус знал свое дело, и ни единая черточка красивого породистого лица не была испорчена, но вот руки, ноги, грудь и почти все остальное тело было превращено в один сплошной синяк. Некоторые раны до сих пор кровоточили, кровь тонкой коркой покрывала белоснежную когда-то кожу.

Это было уже слишком, но любой, кто хоть отчасти имел доступ к власти, понимал, что даже обезумевший, запертый и спрятанный от всего мира Александр представлял еще большую угрозу, чем сплетни о его казни.

Я всматривалась в его лицо, но в зеленых глазах видела только сумасшествие, пытки не только калечат тело, они вынимают душу, ломая ее и выворачивая наизнанку. И ни одна Академия, ни один профессор не сможет приучить к такому.

Профессиональные палачи ломают умело, это в засаде против психов самоучек вам поможет курс по сопротивлению пыткам, но в умелых руках он бесполезен. И сейчас я наглядно видела это своими собственными глазами, как за день сильного, готового к смерти оборотня с его неустанной регенерацией и сопротивляемостью к боли сломали.

На колени он падает сам, ноги вряд ли его держат. Белокурая голова опустилась на жесткое, пропитанное тысячелетней кровью осужденных дерево. Я не слышу, я скорее ощущаю, как из его легких вырывается сиплый свист одного из последних вздохов в его жизни.

На секунду зелень глаз наполняется осмысленностью, и по губам вижу последние слова, которые он шепчет мне. Его глаза достали до самого потаенного участка моей души, а слово раскаленным железом проникает в мозг.

«Люблю тебя»!

Как можно, когда на плахе голова, искать в себе силы на такие слова. Я дергаюсь, но не успеваю даже встать. Слышится свист и глухой удар о деревянный пол. Эти застывшие навечно глаза продолжают смотреть и отражаться в моих расширенных зрачках.

Но площади поднимается гул, стража не подпускает никого к помосту, Клариус привычным жестом вытирает лезвие топора. И только я, словно завороженная, продолжаю смотреть в зеленые глаза, на застывшие в сумасшедшей улыбке губы.

Лишь краем отмечаю, что сидевшая рядом мать падает в обморок, на крики отца и попытки Аксионеллы и Жанетты меня растормошить. Запоздало приходит совесть и наваливается тяжелым грузом за то, что даже не поговорила и не дала объясниться. За то, что больше он не сможет сказать ни его.

Даже нам, магам смерти, не дано заставить говорить отрубленную голову; без сердца и мозга труп всего лишь способен двигаться и выполнять команды, именно поэтому у нас осталась такая смертная казнь, чтобы ни у кого не возникло желания узнать истину, даже после смерти. Даже у самих Королев.

Нахожу в себе силы встать и подойти к перилам, что, словно лед, обожгли мне руки, ухватившись за них наконец-то до конца осознала, теперь я свободна от всего: от клятв и обещаний, от собственного проклятья, от старого забытого приказа. От всего, мне не нужно больше следовать правилам и традициям. Я сама лично отправила на смерть последнее, что связывало меня по рукам и ногам.

Я вспомнила строки ровного почерка. Леди Смерть, спасибо вам за такой подарок, я и представить себе не могла, что за флакон собственной крови от вас и вашей сестры я получу столь фантастический подарок. Собственную свободу!

Я стояла на балконе и впервые в жизни вздохнула полной грудью. Там внизу бушевала радостная толпа, а я, наверное, только сейчас поняла, что значит искренне улыбаться. Прижала к груди руку с обручальным кольцом и счастливо посмотрела в даль. Мой Принц ждет меня, вот моя судьба. И отныне у нас с Элмардом будет все хорошо, и никто не нарушит наш покой, ведь сами боги нас благословили.

Content

Рис Кларисса
НЕЗНАКОМКА. ЛЮБОВЬ НА ВЫЛЕТ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог