Юлия Бушмарина

Напрасная надежда

Часть первая

Как только открылся трап самолёта, и Ксения сошла на первую ступеньку, в лицо ей ударил сильный морозный ветер, заставив съежиться, втянуть голову в плечи и сильнее затянуть шею шарфом. Вокруг небольшого самолета, у которого вместо шасси было что-то вроде сноубордов, сновали люди. Что-то крича друг другу, они принимали огромные коробки из грузового отдела.

— Вы идёте? — кто-то грубо толкнул девушку вперёд, и ей пришлось схватиться за поручень, чтобы не упасть. Позади неё стоял мужчина, закутанный с ног до головы в тёплые вещи, как и она, лицо его было настолько скрыто шарфом, что торчали только глаза, но Ксения тут же узнала мужика, он всю дорогу сидел через два кресла от неё и жутко храпел, не давая сомкнуть глаз ни одному из летевших рядом с ними.

На первый раз девушка решила не отвечать на грубость и просто стала спускаться.

— Приветствую всех прибывших на станции «Надежда»!

Перед Ксенией возник мужчина в темных очках и оранжевом костюме, похожем на горнолыжный, но, судя по виду, толще, а оглядев всех быстрым взглядом, хохотнул:

— Всех, кроме тебя, Пахан!

Девушка, проследив его взгляд, поняла, что обращался он к «храпуну», который криво ухмыльнулся и ответил грубым прокуренным голосом:

— Я тоже раз тебя видеть! А ты тут уже корни пустил? — а рассмеявшись, добавил, — за то время, что ты здесь, женушка-то твоя уже небось повторно замуж вышла и семерых по лавкам родила!

Встретивший их мужчина притворно нахмурил брови и толкнул Пахана в плечо:

— Годы идут, а ты не меняешься, — но вместо злости на его лице была озорная улыбка, они протянули друг другу руки и крепко обнялись. После этого он пожал руки двоим мужчинам, стоявшим позади Ксении. По всем было видно, что они хорошо знакомы.

— А вы, должно быть, на смену нашего повара? — обратился мужчина, к девушке, протягивая ей тоже руку, — я начальник базы, Смирнов Илья.

— Михайлова Ксения… На смену? Я думала, что буду только помощником?

— Да, изначально так и предполагалось, но у нашего повара случилось несчастье дома, и на этом же самолете он улетит сегодня, поэтому вам нужно поторопиться, чтобы он успел показать и рассказать, что к чему.

— А что случилось у Вадоса? — спросил Пахан, который все ещё стоял рядом.

— Отец умер, — коротко ответил Илья, — похороны были две недели назад, не было транспорта, чтоб он мог успеть, а сейчас ещё и мать слегла с инсультом, вот и решено было ему улететь на этом грузовом самолете.

На этом Илья развернулся и пошёл в сторону группы небольших одноэтажных строений, выглядевших, как бараки разного размера. Ксения вместе с тремя прилетевшими мужчинами пошла за ним. Девушка пыталась смотреть за происходящим вокруг, но сильный ветер, от которого постоянно приходилось закрывать лицо и глаза, не давал этого делать. Она лишь успела насчитать около семи мужчин, которые выгружали ящики из самолета, среди них был и пилот.

Ксения шла позади мужчин и чувствовала дрожь в руках и ногах, но не только от непривычного холода и спертого воздуха, а от того, что до сих пор сама не верила, что решилась отправиться на одну из станций Антарктиды на несколько месяцев. Хотя она и не видела для себя иного выхода, ей было страшно, ведь эта жизнь полностью отличалась от той, что когда-то у неё была. Этот выход предложила ей сестрёнка Катя, единственный родной человек, который остался в её жизни. Катя как раз была одной из тех, кто проводил отбор кандидатов в научные экспедиции. Она проводила собеседования и оценивала пригодность по здоровью поваров, уборщиков, водителей, фотографов и прочих работников, не входящих в научный состав группы. Однажды в очередной раз найдя сестру в жутком состоянии и с новым гигантским синяком на руке, Катя не всерьёз сказала:

— Моя бы воля, я бы отправила тебя на край света, чтобы спрятать!

Тогда Ксения словно ухватилась за эту мысль. Из рассказов сестры она знала, что женщин очень редко берут в состав экспедиций, но такое случалось, к тому же она обладала на редкость крепким здоровьем, имела образование шеф — повара и огромный опыт этой работы за плечами. Но прежде, чем согласиться помочь, Катя долго рассказывала сестре все в красках о том, насколько трудно много месяцев жить в полнейшей изоляции в окружении всего нескольких человек, не иметь привычных благ, вроде Интернета, машины, ресторанов, встреч с друзьями и прочего. Но на тот момент Ксению это не пугало, она твёрдо решила уехать, так она могла спастись от того кошмара, в который превратилась её жизнь.

У Кати ушла пара месяцев на то, чтобы найти подходящую для сестры станцию, которая была не глубоко континентальной, на которой было бы возможно существовать человеку, не привыкшему к низко минусовой температуре, и на которую согласились бы взять женщину. Но сложность состояла в том, что на зимовку женщин не брали никогда, а для сезонной работы группы были сформированы и уже месяц работали на станциях. Несчастье повара на «Надежде» дало возможность Кате уговорить коллег и начальника станции взять туда Ксению. Смирнов Илья был против, но кроме неё не было ни одного кандидата, который мог бы в короткое время заменить их повара, и ему пришлось уступить. К тому же на «Надежде» была ещё одна женщина на должности врача.

Катя провела с сестрой ни один вечер, чтобы убедиться, что она готова к такому испытанию одиночеством и природой. Но Ксения была непреклонна.

«Надежда» находилась далеко от берега, поэтому климат там был довольно жестоким, мороз иногда опускался до минут 50, хотя сейчас пока было не ниже минус 18, частые ветра такой силы, что могли снести с ног, метели. Сама станция существовала на материке всего один год, её основали на леднике, расположившемся поверх горного хребта, поэтому из — за большой высоты над уровнем моря, там было трудно дышать, особенно для человека, ни разу не совершавшего восхождений в горы. Процесс акклиматизации мог занять не одну неделю. Начальник станции не мог добиться должного финансирования, поэтому на станции во время сезонных работ было около двадцати человек, а в период зимовки только восемь.

Год назад со спутника было зарегистрировано небольшое увеличение горного озера, расположенного на глубине 1100 метров под ледяной коркой. Это явилось аномалией, так как эти горы не вулканического происхождения, и под землей близко к коре не может быть магмы, которая могла бы растопить ледник изнутри.

Катя рассказала все это сестре. Несколько месяцев Илья добивался, чтобы на его станцию прислали буровую установку, способную пройти через толщу льда к поверхности озера, которая смогла бы сама себя очистить на требуемой глубине, чтобы взять пробы воды, в которую не попали бы микроорганизмы с поверхности льда… Эту установку уже доставили на материк и через некоторое время должны были привести на станцию. Из — за недостатка сотрудников, работы, и так проводящиеся медленнее, чем должны, могли и вовсе остановиться.

Ещё на подлёте Ксения рассмотрела шесть строений, стоящих посреди огромной заснеженной пустыни. Сейчас она отметила, что эти строения не так малы, как ей показалось изначально.

— Здесь у нас ангар, там снегоходы, машины, гусеничный вездеход, но он сейчас в рейсе, — обернувшись к Ксении, сказал Илья, когда они проходили мимо самого высокого здания, — за ним, два жилых модуля, вы будете жить во втором, вас потом проводят, у меня сейчас нет времени, к тому же тут у нас все на ты, если ты не против?

— Не против, — ответила Ксения, тяжело вдыхая, отчего у неё слегка кружилась голова.

— Следующее строение как раз столовая, там же бар, медицинский кабинет, спорт зал…

— Бар? Спорт зал? — удивилась девушка.

— Да, — усмехнулся Илья, — мы же живём здесь долгими месяцами! Надо же и развлекаться!

Ксения просто кивнула, а мужчина остановился напротив столовой и, указывая ладонью на следующие здания, сказал:

— Там исследовательская территория. Ты знаешь, чем мы тут занимаемся?

Девушка пожала плечами:

— Очень поверхностно.

— Проходи, хватит мёрзнуть для первого раза.

Трое мужчин, шедших впереди и говорящих о чем‑то своём, зашли в то же здание, где была столовая и куда теперь указал Илья. Туда же несколько мужчин на снегоходах привезли коробки из самолета и теперь заносили в помещение. Когда Ксения зашла внутрь перед ней сразу оказалась небольшая комната, похожая на кафе, слева барная стойка, справа по стенке стояло несколько столов, в углу комнаты бильярдный стол и стол для пинг-понга.

— За барной стойкой проход на кухню, — сказал Илья и сел на высокий стул, жестом указав девушке сесть за один из столов. Пахан уже сел прямо на стол, двое мужчин, прилетевших с ними, встали рядом. Те, кто носил коробки тоже остановились и ждали, что скажет Илья. На противоположной стене от входа была дверь с красным крестом, оттуда вышла женщина лет сорока немного полноватая, в отличии от всех мужчин в пуховых костюмах, она была только в тёплых штанах и свитере. Там же была ещё одна дверь без опознавательных знаков, но Девушка догадалась, что это спорт зал. Перед Ксенией была только одна женщина, Илья и ещё человек восемь мужчин. На вид начальнику станции было не больше 45 лет, тёмные волосы, немного растрепанные, карие глаза, без куртки он выглядел довольно худощавым, но высокого роста, черты лица грубоватые, но девушка заметила, что, когда он улыбался, имел своё обаяние.

— Так, нам быстро нужно все разобрать, но времени на это потом у меня не будет, поэтому быстро рассказываю сейчас. Вместе с грузом к нам вернулся Пахан, — после этих слов Ильи раздались грубые усмешки и пахабные приветствия, — а также опоздавшие вовремя системный администратор Николай и Артём, механик, надеюсь, вас всех друг другу представлять не надо. А вот девушку зовут Ксения, — в ту же секунду все лица повернулись в её сторону, девушке стало не по себе от такого рассматривания, — она на пару оставшихся до зимовки месяцев заменит Вадоса, потом с последним грузом прилетит другой повар. Ксения, как я уже сказал, кухня позади меня, сейчас тебе лучше пройти туда, Вадим как раз там, потом подойдёшь к Свете, она тебе все покажет — расскажет, познакомишься со всеми потом, сейчас масса дел.

Девушке было неприятно находиться под кучей оценивающих мужских взглядов, и дважды ей повторять не пришлось. Она встала, прошла мимо барной стойки, а когда за ней уже почти закрылась дверь, то услышала негромкую фразу одного из прилетевших мужчин:

— Илюх, да она же сбежит ещё до того, как улетит этот самолёт, ну максимум на следующем грузовом!

Дверь закрылась, и Ксения не услышала того, что ответил начальник станции. На секунду она остановилась, пришлось перевести дыхание, создавалось ощущение, будто горло зажато, а легкие не наполняются воздухом в достатке, голова кружилась и слегка мутило. Девушка услышала шум кухонных приборов и прошла дальше. Кухня была площадью не больше пятнадцати метров, сюда уже занесли часть коробок из самолета, а молодой парень лет 25, высокий, спортивного телосложения доставал продукты и относил в соседнее помещение через низкую дверь.

— Привет, — нерешительно поздоровалась Ксения, — ты Вадим?

— Привет, да, — парень остановился с коробкой в руках, — а ты моя замена что ли?

На его лице девушка увидела удивление.

— Ага.

— Смотри, здесь мы храним продукты, — Вадим продолжил свой путь с коробкой в руках, Ксения пошла за ним, в соседней комнате были огромные морозильные камеры, — с разгрузкой я сам справляюсь, тебе, думаю, парни помогут. Тут хранится все, если что решишь приготовить, достаёшь из морозилок в обычные холодильники, и за сутки оно размораживается. Тут мясо, рыба, фрукты, овощи, консервы, — тыкал пальцами на ходу Вадим в разные холодильники и ящики.

Когда они снова вернулись в кухню, девушка осмотрелась, две газовые плиты, одна электрическая, один большой холодильник, огромная раковина, почти в метр шириной, на стене сушилки с чашками и тарелками.

— Готовим обычно на электроплите, её хватает, газ на случай проблем с электричеством.

— Проблем с электричеством?

Видимо, у неё не получилось спросить это беспристрастным голосом, потому что Вадим тут же начал успокаивать:

— Это бывает редко, и обычно все быстро налаживают. Так, дальше… Завтрак тут в районе 8 утра, обед в два, ужин в шесть-семь начинается и затягивается бывает до ночи. Сейчас на станции останется 14 человек, это вместе с тобой, я и ещё один механик улетим…

— Я слышала о твоём несчастье, — тихо проговорила Ксения, — мне очень жаль…

При этих словах Вадим замер:

— Не стоит об этом, — а тряхнув головой, продолжил, — раньше народу на станции было больше, предполагался повар и помощник, но сейчас и без этого обходимся… Есть дежурные по станции, иногда помогают готовить и мыть посуду, но это редкость, да и не так уж много тут людей, чтоб не справиться самому.

Почувствовав очередной спазм в груди, Ксения облокотилась о стол, заметив это, Вадим сказал:

— Акклиматизация может занять пару недель, так что привыкай. И помни, что здесь только ученые и техники, если не справишься, они останутся голодными! А если сомневаешься в своём нахождении здесь…

— Нет, — резко оборвала его девушка, — не сомневаюсь, можешь не переживать, голодать тут никто не будет. Как часто приводят продукты?

— Продукты, лекарства, некоторую технику привозят примерно раз в месяц на таких самолетах, как сегодня тот, на котором ты прилетела. Но бывают и перебои из — за погоды. «Надежда» не глубоко континентальная станция, но бывает, что даже в январе температура тут опускается до минус 35, тогда самолеты не садятся. Так что нужно всегда иметь продуктов достаточно, чтобы хватило ещё на лишних пару недель, — Вадим глянул на часы на стене, — мне пора, нужно ещё отнести вещи в самолёт и помочь перетащить Андрюху.

— Кто это?

— Механик, который улетит вместе со мной. С ним произошёл несчастный случай, какой-то установкой перебило бедренную артерию, тут у нас отличная медицинская аппаратура, но встал вопрос об ампутации ноги, так что здесь ему не место… на сегодня я приготовил и обед и ужин, чтобы ты могла хоть немного прийти в себя после долгого перелёта, да и вообще познакомиться с местом и людьми, с которыми придётся жить несколько месяцев.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась Ксения, — это действительно очень поможет мне!

Тут в кухню заглянул один из тех мужчин, которых девушка видела в столовой:

— Вадос, ты летишь или передумал? Время видел? — довольно грубо спросил он.

— Лечу, лечу! Тебе удачи и счастливо оставаться, — подмигнул он девушке и поспешил за мужчиной на выход.

Как только Ксения осталась одна, она тут же присела на стул, из — за головокружения и тошноты появилась слабость. Девушка от всей души ещё раз мысленно поблагодарила Вадима за столь предусмотрительную любезность, она действительно не могла представить, как сейчас бы встала к плите и начала готовить еду на 14 человек.

Ещё раз осмотрев плиты и огромные кастрюли со сковородами, Ксения глубоко вздохнула, она ожидала лучшего от современной станции, здесь все выглядело так, словно этим пользовались не один год, а как минимум лет десять. Она привыкла к лучшей и самой дорогой кухонной технике и посуде, к нескольким поварам, выполняющим её приказы… Но она уже здесь, улетать не собирается ни при каких обстоятельствах, поэтому придётся принять все это и привыкать. Достав из кармана мобильный телефон, она увидела отсутствие антенны, но на экране высветился вопрос о пароле для подключения к вай-фай. Катя говорила сестре, что почти на всех станциях сейчас есть и связь, и интернет, судя по всему, первого здесь не было.

Немного приведя дыхание в норму, Ксения встала и вышла из кухни, в этот момент как раз двое мужчин, которых она до этого не видела, проносили мимо барной стойки из медицинского кабинета молодого парня, который слегка помахал ей перед тем, как его вынесли на улицу. Девушка удивилась, но помахала в ответ.

— Жаль его, по своей глупости подставился, и в свои 23 года может остаться калекой, — Ксения обернулась, позади неё у входа в медицинский кабинет стояла Света, одевая куртку поверх тёплого свитера, — пойдём, покажу тебе твоё место жительства на ближайшие два — три месяца.

— Спасибо. А ты давно здесь?

— Полтора года, вернее на этой станции год, с её основания, до этого была врачом на станции на побережье, — ответила Света, выходя на улицу, Ксения шла за ней.

— Я думала, на зимовку женщинам не разрешают оставаться?

— Официально да, но всегда бывают исключения из правил… Кстати о правилах, главное на станции — это никогда, ни при каких обстоятельствах не выходить за её пределы в одиночестве!

Когда они проходили между постройками, девушка замедлила шаг, всматриваясь вдаль, но не видно было ничего, кроме белой простыни снега, казавшейся бесконечностью.

— Пугает? — спросила Света, остановившись рядом с Ксенией, но та покачала головой:

— Нет, скорее завораживает… И притягивает…

— Вот как раз туда ходить и нельзя!

Мимо прошёл один из мужчин, который нёс на носилках Андрея, он посмотрел на девушку, но не сказал ни слова. Света проследила её взгляд:

— Здесь не все общительные и дружелюбные.

— Как и на любом месте работы…

— Да нет… Здесь это встречается чаще, несмотря на малую численность жителей станции. Многие сбегают сюда. Здесь словно иной мир. Здесь находят себя те, у кого что-то не получилось в старом мире. И глядя на тебя, мне кажется, что ты как раз из их числа.

Ксения не ответила, лишь отвела взгляд, но Света поняла, что попала в точку. Они зашли в следующее здание, оно представляло собой длинный коридор, с дверями по обеим сторонам, почему-то девушке на ум сразу пришла ассоциация с тюрьмой, но она поспешила отогнать эту мысль, потому что, в отличии от тюрьмы, здесь было яркое освещение, стены нежно — зеленого цвета. Пройдя мимо третьей двери справа, женщина сказала:

— Я живу здесь, твоя дверь следующая, она последняя в этом коридоре, потом только кладовка. Так что будем соседями, раньше там жил Андрей.

Ксения открыла дверь, комната была крошечной, у стены стоял собранный диван, рядом комод и стул перед ним, окно большое, почти на полстены, выходило на соседний жилой барак, на окне темно — синие шторы, которые придавали уют.

— Такой порядок, я бы не могла предположить, что кто-то здесь жил.

— Конечно, порядок, Андрей долгое время провёл на больничной койке, а здесь ребята собрали его вещи и все прибрали, все же знали, что прилетит кто-то новый на замену Вадика…

Ксения поставила сумку с тёплыми вещами на диван и осмотрелась, однотонные светлые обои почему-то приводили в уныние, у неё дома стены всегда были яркими, радующими глаз.

— А где туалет? Ванна?

Света усмехнулась:

— Ванна? Я вот смотрю на тебя, и у меня складывается ощущение, что ты совсем не представляешь, куда ты попала! Пойдем.

Света снова вышла в коридор и повернула направо, а зайдя за ней в дверь напротив кладовки, Ксения увидела душевую, в которой было три кабинки, отделенные друг от друга перегородками, но спереди никак не закрывались. У девушки открутились глаза от удивления и непонимания:

— Но как же… Как?…

Света подошла к крайней кабинке и вытащила висевшую сбоку полиэтиленовую пленку, расправив которую, образовала что-то вроде ширмы:

— Вот, это я повесила, ты тоже можешь пользоваться. Это место не рассчитано на женщин! Ты должна запомнить это и привыкнуть. Никто не будет с тобой здесь джентльменом, никто не откроет перед тобой дверь и не пропустит в очереди за едой.

— Но Илья показался мне именно таким…

— Он и ещё несколько человек — это исключение! А вот большая часть остальных… Паша, с которым ты сюда прилетела, он лучший электрик — монтажник из всех, что встречались в моей жизни, но общаться с ним трудно даже многим мужчинам. Но нужно просто привыкнуть к его пошлым и грубым шуткам и не обращать внимания. Олег, программист, который только что прошёл мимо, просто нелюдимый, уж не знаю, что случилось в его жизни, но за пять месяцев я не вспомню и десяти слов, чтобы он сказал мне. Есть ещё Руслан, механик и водитель гусеничных вездеходов, тоже не самый приятный из здешних жителей, всем своим видом показывает, что подходить пообщаться к нему не стоит, правда сейчас его нет, должен вернуться примерно через несколько дней вместе с ещё одним водителем и новой бурильной установкой.

— Ничего, — тихо ответила Ксения, — я сама не горю желанием подходить к кому‑либо общаться… А где туалет?

— Следующая дверь за душевыми, там же рядом контейнеры для мусора, каждый из них подписан, что и куда выбрасывать, это ещё одно правило, которое нарушать нельзя.

— Странно…

— Ничего странного, здесь у всех станций есть обязательства перед континентом за предоставление территории для исследований, мусор категорически запрещён, дежурный сжигает содержимое контейнеров, а часть вывозится самолетами, я слышала, что если туристам разрешают сходить на берег, то только в специальных бахилах, чтобы никак не занести на землю не свойственные ей микроорганизмы.

— Ого, я и не думала, что все так серьёзно…

— Ещё как серьёзно. И знаешь… Если ты сомневаешься в том, что сможешь здесь жить долгое время….

Ксения мягко улыбнулась:

— Видимо, все по очереди меня об этом спросят. Не волнуйся, я не сомневаюсь, все будет хорошо, меня абсолютно устраивают и природные условия, и условия жизни. Думаю, и с коллективом мы найдём общий язык.

— Я рада, что у тебя именно такой настрой. А сейчас отдохни, разбери вещи. Сегодня тебя никто не станет трогать, к работе приступишь только завтра. Кстати, о принятии душа можешь не переживать, ведь тебе придётся вставать раньше остальных, чтобы успеть для всех приготовить завтрак, а значит, никто тебе не помешает.

— Надеюсь, ты права. Спасибо большое, что провела эту небольшую экскурсию.

— Давай, продолжим её немного позже, прогуляемся по базе и немного вокруг, пока нет метели.

— Конечно, спасибо ещё раз.

Кивнув, Света пошла по коридору в сторону выхода, а Ксения зашла в комнату, которая на долгое время должна была стать ей домом. В окно не было видно никого из тех, кто сейчас жил на станции, все занимались разбором груза с самолета. За несколько часов, что девушка провела на станции, сомнения о своём месте нахождении здесь не покидали её, страх остаться одной без сестры и знакомых в такой дали от дома, страх холода и других ужасов дикой природы, о которой она только читала в интернете, страх того, что практически никогда она себя плохо не чувствовала, а сейчас её тошнило, голова раскалывалась, и было тяжело дышать, все это не выходило из её головы. Но страх того, что будет, вернись она домой, был сильнее, поэтому девушка подошла к дивану, открыла сумку, достала оттуда немногочисленную теплую одежду, которую привезла с собой из дома, и разложила её на полки комода. Поверх него она поставила ноутбук и жёсткий диск, на который заблаговременно закачала несколько десятков фильмов и книг. Катя сказала ей, что обычно на станциях есть телевизоры в местах общего время провождения, где коротают вечера полярники, Ксения обратила внимание, что таким местом здесь является столовая, но ей не хотелось проводить вечера в компании мужчин этой базы.

После того, как она разложила вещи, дыхание стало ещё более хриплым, тогда девушка подошла к маленькому зеркальцу на стене при входе и, прислонившись к стене рукой, стала смотреть не себя, медленно восстанавливая дыхание, наблюдая, как грудь опускается и поднимается, впуская в себя воздух. Ксении было непривычно видеть себя такой. Лицо бледное, круги вокруг глаз, длинные тёмные волосы убраны в кичку на затылке, никакого намёка на косметику, стройная фигура скрыта под термобельем и толстым свитером. Если бы год назад ей сказали, что она станет такой, она бы рассмеялась и не поверила… Ксения сама не понимала, как это с ней произошло…

Прошло почти два часа, девушка просто сидела на диване, смотря в одну точку, как услышала шум двигателя самолета и приглушённые крики. Ксения быстро натянула шапку и куртку и вышла из барака. Но пройдя несколько метров в ту сторону, где утром стоял самолёт, успела лишь увидеть, как он уже поднимается в воздух, быстро превращаясь из огромной машины в крошечную удаляющуюся точку. Когда он скрылся в небе, девушка увидела, как быстрыми шагами в сторону бараков направляются десять человек. Поравнявшись с ней, они замедлили шаг, один из мужчин, которого Ксения не видела раньше, заговорил, щурясь от солнца и прикрывая рукой глаза:

— Приветствую, ты теперь нас кормить будешь?

Сказано это было то ли с тоном шутки, то ли с издевкой, девушка не поняла, но ответила:

— Похоже, что да.

— Что ж я Степан, гляциолог.

— Ксения, рада знакомству, — хотя рада она не была, вокруг неё столпилось шесть человек, остальные, даже не взглянув, прошли мимо, и ей снова было не по себе от внимания к своей персоне, но среди этих мужчин ей предстояло жить, поэтому так или иначе, но пришлось бы знакомиться, — гля… Кто?

Стоявшие рядом рассмеялись:

— Гляциолог, помогает разобраться с ледником под нами на пути к горному озеру. Я Юра, электрик! С Ильёй и Паханом ты знакома, это Петя, он, как и Илья геофизик, Артёма ты тоже видела.

Ксения натянула милую улыбку, но поняла, что уже забыла все имена, которые ей только что назвали.

— Не бойся, мы не кусаемся, — заржал Паша, и девушка тут же поняла, почему Света сказала, что с ним трудно общаться даже мужчинам, его лицо выглядело таким злым и грубым, что видя такого человека, тянуло перейти на другую сторону дороги, — кстати, я живу напротив тебя, заходи, если будет скучно!

— Пахан, завязывай! Дай ей освоиться, — Илья толкнул мужчину в спину, — Ксения, не обращай на него внимания! И не пройдёт и пары дней, как ты всех запомнишь. Тут мы живём, как семья, хотим того или нет! А в семье не без урода, — засмеялся он, кивнув головой на Пашу, остальные подхватили его смех, и Ксения улыбнулась.

— На сегодня мы закончили, пойдём в столовую, скоро время ужина, да и холодает что-то, — сказал Юра. Только после его слов девушка поняла, что щеки, торчавшие из — под шарфа, успели замерзнуть всего за пятнадцать минут.

— Нет, мне ещё надо кое — что доделать, через часок должны быть результаты по расчётам места, куда стоит установить новую буровую установку, — ответил Степан.

— Как всегда, смотри, Ксюша, ученые у нас такие, редко выползают из лабораторий, мы сами иногда забываем, как они выглядят, — снова хохотнул Паша.

— Все, хватит, — оборвал его Илья, — Стёпа, мне потом покажи результаты расчетов.

— Понятное дело, — уже на ходу крикнул удаляющийся в сторону дальних строений мужчина.

— Идем? — спросил Илья, посмотрев на Ксению, ей ничего не оставалось, кроме как кивнуть в ответ.

В столовой никого не было, кроме Светы, которая подогревала на плите еду, приготовленную Вадимом.

— Спасибо, Светик, — Паша тут же схватил тарелку и сам стал накладывать со сковороды мясо и пюре из кастрюли.

— Да подожди ты, — прикрикнула на него Света, — холодное же ещё.

— Ерунда, — отмахнулся он, закидывая в рот мясо.

— Давай помогу, — Ксения принесла тарелки к плите, но женщина остановила её. — Нет, завтра ещё успеешь наработаться, до и все последующие дни, тут выходных нет. А тебе пока надо поберечь себя, пока дыхание не придёт в норму. От физической нагрузки, даже минимальной, может хуже стать, так что сегодня я сама справлюсь.

— Спасибо, — искренне поблагодарила девушка.

— К тому же у меня сейчас дел нет, мужики тут здоровые, как быки, единственного раненного сегодня увезли, морозы не сильные, обморожения лечить не надо, так что ты с твоей горной болезнью моя единственная пациентка. А помочь тебе я могу сейчас только так.

Девушка вернулась из кухни в столовую, чувствовала она себя и правда не лучшим образом. Она села за один из пяти столов. Илья стоял у барной стойки, а рядом с ним остальные мужчины, помещение было небольшим, поэтому Ксения слышала их разговор.

— Не понимаю, как это возможно, меня не было несколько месяцев, а бура так и нет? Его же как раз должны были доставить на берег, когда я улетал! — говорил Артём.

— Его и доставили, только потом было решено заменить тепловой способ бурения на механический…

— Кем было решено?

— Да кем-кем?! Руководством! Была долгая конференция, после которой Руслан вернулся на станцию без бура, и все отложили до января, а эти месяцы изготавливалась новая установка, вот только три недели назад её доставили на корабле, закрепили на вездеходе и по расчётам через пару дней Руслан с Серым должны привезти её сюда.

— Странно…

— Да нет, в принципе, я согласен… Слишком тут генератор слабый, а энергопотребление у тепловой установки слишком высокое, не справится.

— Так заменили бы генератор…

— Наше мнение никто не спрашивал, так решили! А мы должны подчиняться! — резко ответил Илья, Ксения видела, что он зол из — за сложившейся ситуации.

— Столько времени потеряно!

— Можно считать, что нам повезло, такую дорогостоящую установку в такие короткие сроки редко кто получает!

— Зато экономят на всём остальном!

— Хватит ныть, — Илья прикрикнул на Артёма.

— Да просто странно это…

На этом разговор оборвался, все сидели молча, Илья смотрел в стену, а остальные не хотели злить его ещё сильнее. Общее напряжение разрядилось появлением с кухни Светы:

— Ребята, подходите за едой!

Мужчины тут же отправились за ней, а Ксения не хотела есть, поэтому осталась за столом и просто смотрела, как пришло ещё несколько человек, видимо, это и были остальные ученые. Они приветственно ей кивнули и, тоже взяв еду, расселись за соседними столами. Помещение наполнилось мужским смехом и галдежом. Девушка видела, как Степан с каким‑то листком подошёл и сел рядом с Ильёй, а тот нахмурился, прочитав содержимое. Девушка даже не думала о том, чтобы вдаваться в проблемы работающих здесь, по сути, ей было все равно, пусть они изучают льды, воду, воздух или все это вместе, в её обязанности просто входит, чтобы они не умерли с голода.

— Поешь немного, — рядом возникла Света со своей тарелкой и тарелкой для Ксении.

— Спасибо, но не хочу…

— И слышать не желаю! Одним из залогов быстрой акклиматизации является здоровое питание и крепкий сон! Хоть немного, но ты должна съесть, — она пододвинула тарелку к девушке.

— К вам можно? — один из мужчин присел на стул рядом с женщинами.

— С каких пор ты спрашиваешь разрешения? — засмеялась Света, — Ксюша, это Коля, он у нас механик.

— Очень приятно, — машинально ответила девушка.

— Я тут выражаю всеобщий вопрос, как к нам в такую глушь занесло молодую и красивую леди?

— Я не обиделась, — притворно закрыла лицо руками Света.

— Ты все равно у нас самая любимая, — Коля приобщал женщину за плечи и, словно сын, чмокнул её в щеку, — расскажи нам, утоли любопытство!

Ксения растерялась, она не знала, что ответить, и просто пожала плечами:

— Так получилось…

— Раз не хочешь говорить, значит что-то плохое случилось, — сделал выводы Юра, сидевший за соседним столом и слышавший разговор.

— Да отстаньте вы от неё! — вступилась Света, — она здесь всего полдня, нормальный человек может и испугаться вас всех с вашими манерами!

— Ну хоть немного расскажи о себе, — уже более мягко попросил Коля. На вид ему было не больше 23 лет, самый молодой из всех собравшихся здесь, — ты, кстати, напоминаешь мне одного человека.

— Это кого же?

— Собеседование со мной проводила девушка, дважды мы с ней встречались… Я сюда сильно попасть хотел, как только институт закончил, сразу подал документы. Но тогда механиков было много, и меня не взяли, но через год я снова повторил заявку и снова общался с той же девушкой, она сказала, что я ей понравился, и обещала помочь, чтобы меня отправили на одну из станций! Я хорошо её запомнил, она теперь как мой талисман! Вот на неё ты похожа!

— Она моя старшая сестра, — с улыбкой ответила Ксения, ей были приятны лестные слова в адрес Кати.

— Сестра?! Теперь понятно, как ты здесь оказалась! — усмехнулся Илья, — я не хотел брать девушку поваром, да и вообще кем угодно, но мне настойчиво советовали тебя!

— Почему не хотел? — спросила Ксения, чтобы поддержать разговор.

— Да потому что знал, что закончится это вот таким балаганом, — ответил он, довольно грубо глядя на Колю, но тот лишь махнул рукой:

— Да все будет хорошо! Главное, чтобы готовить умела! — и вдруг с опаской взглянул на девушку, — ты же умеешь?

Теперь уже она не смогла удержаться от смеха:

— Умею, не переживай! Я была шеф — поваром в одном из моих ресторанов!

Тут вокруг наступила тишина, она сказала эту фразу довольно громко, это все услышали.

— Ого, теперь к тебе ещё больше вопросов, — Артём тоже с любопытством уставился на девушку, — как к нам занесло молодую, красивую, ещё и такую богатую?!

— Все, отложим вопросы на потом! — сказала Света, видя, что от волнения Ксения покраснела, — дайте ей поесть!

После её слов все нехотя отвернулись, а Коля взял тарелку и со вздохом вернулся за стол к Юре.

— Ещё раз скажу, не обращай внимания, — Света смотрела, как девушка вилкой ковыряется в своей тарелке, — хотя ты должна была понимать, что так все и будет, учитывая, что ты действительно красивая, а работают на таких станциях в основном только мужчины.

Ксения покачала головой. Уже много месяцев красивой себя она точно не считала, и в голове у неё было лишь одно, сбежать! А куда, и что там будет, волновало её меньше всего. Теперь же девушка начинала понимать, что все может быть намного тяжелее, нежели она предполагала.

— А ты говорила, народ здесь не общительный, — усмехнулась Ксения.

— Я сказала, не все… Коля тут самый молодой.

— Я так и подумала.

— Он начитался книг о героях, которые работают на этом континенте, вот и сам захотел стать таким героем.

— Прямо романтика! — улыбнулась девушка, — а это так и есть?

— Что именно?

— Здесь работают герои?

— Да, — сразу не задумываясь ответила женщина, Ксения подумала, что та не серьёзно, но она продолжила, — ты сама подумай, здесь морозы опускаются такие, что могут замерзнуть легкие! Мужчины здесь выполняют свою работу в экстремальных условиях! Если что-то ломается, им приходится чинить несмотря на обморожения, несмотря на усталость, потому что они знают, что от их работы зависят жизни всех живущих на станции. Они такие же герои, как пожарные, идущие вытаскивать людей из огня, рискуя сгореть сами!

— Честно говоря, я об этом никогда не задумывалась, — тихо проговорила Ксения, которая сейчас винила себя в том, что редко внимательно слушала рассказы сестры о том, какие страшные вещи случались на страницах Антарктиды. А если и слушала о том, как люди здесь выживали, замерзая практически на смерть, когда ломались генераторы, как водители вездеходов проваливались в трещины, глубиной в километры, не замечая их на снежной равнине, то воспринимала это лишь как рассказ, как кино… Теперь же, видя перед собой этих мужчин, она впервые задумалась, через что им приходится проходить, через что возможно придётся пройти и ей самой. Только теперь она поняла Катю, которая ни один вечер провела рядом с ней, пытаясь предостеречь от опасностей, которые могут ожидать её на этом краю света.

— Ничего, если я пойду к себе? — спросила девушка.

— Милая, ну что ж ты спрашиваешь? Делай все, что хочешь!

— Спасибо, — Ксения стала вставать, а Света задержала её за руку:

— Хочешь, я пойду с тобой? Я доела, могу составить тебе компанию!

— Правда? — Ксения так обрадовалась, что не смогла этого скрыть, ей безумно не хватало сестры, а Света была такой же доброй и мягкой, как Катя, к тому же было жутко оставаться одной в первый вечер в такой дали от дома.

— Ну конечно! До завтра, ребята, — крикнула женщина, встав из — за стола. Кто-то из мужчин помахал ей в ответ, кто-то крикнул: «Пока», а Коля послал воздушный поцелуй.

Выйдя на улицу и увидев все то же солнце, которое, отражаясь от снега, слепило глаза, Ксения спросила:

— А когда здесь темнеет?

— Сейчас январь, полярный день, ты не знала?

— А, знала, — кивнула Ксения, которая снова вспомнила слова сестры об этом, которые она тоже не слушала.

— Это довольно тяжело, поэтому на окнах такие плотные шторы, иначе спать невозможно. Кстати, надевай тёмные очки, иначе можешь глаза повредить, — сказала Света, видя, как девушка щурится от солнца.

— Да, ты права, а я не понимала, зачем Катя сказала мне их с собой взять.

— Катя это сестра?

— Да.

Дальше до барака шли молча, Ксения чувствовала, как трудно говорить на таком холоде, кроме того, она забыла одеть рукавицы, и сейчас руки нещадно щипал мороз.

Уже в коридоре Света остановилась у своей двери:

— Зайдём на секунду.

Девушка увидела, что комната соседки один в один, как и её, только весь комод заставлен бумажными книгами. Женщина взяла какой-то большой тюбик и протянула Ксении:

— Сейчас намажь и лицо, и руки, кожа очень плохо реагирует на такие холода, этот крем смягчит её. Мажь дважды в день. Как закончится, приходи в медкабинет, там этого добра море.

— А много нужно времени, чтобы появилось обморожение? — спросила Ксения, заходя в свою комнату и сразу намазывая руки.

— При такой погоде, как сейчас, не меньше, чем час есть, а вот ещё на 20 градусов ниже, да ещё если в метель, то и 5 минут хватит, помни об этом, когда выходишь на улицу!

— Хорошо.

— А давно твоя сестра работает? Я её, наверно, не видела…

— Уже около 10 лет!

— Какие разные у вас профессии, — сказала Света, открывая тумбочку за диваном, на которую Ксения даже не обратила внимания, там оказался чайник и чашки.

— Прямо, как в отеле!

— Да уж, — усмехнулась женщина. Она сходила в душевую, набрала воду и вернулась, поставив чайник греться, — она намного тебя старше?

— На восемь лет, ей в прошлом году исполнилось 40.

— А тебе значит 32, я думала, меньше.

— А я иногда думаю, что больше, — с грустью проговорила Ксения, — совсем забыла спросить, телефон запрашивает пароль к вай-фай! Ты мне его подскажешь?

— Да. 3102, это наша высота над уровнем моря!

— Ого, вот почему мне так трудно дышать! — ответила девушка, набирая цифры.

— Ты хоть что-то знала о том месте, куда прилетела жить? — удивлённо посмотрела на неё Света.

— Катя мне рассказывала, но я не слушала.

— Очень зря… С интернетом тут плохо. На других станциях есть и спутниковая связь, и высокая скорость интернета, здесь нет, спутниковый телефон только у начальника, у Ильи, а интернета хватит только на сообщения, и то придётся ждать, пока они дойдут, позвонить не сможешь вообще.

— Ну хоть что-то… — Сказала Ксения, набирая сестре сообщение в Вотсапе: «Катенок, со мной все хорошо! У меня своя комната, завтра приступаю к работе, как ты?»

— Вы близки? — спросила Света, заваривая чай.

— Очень, у меня нет никого, кроме неё.

— А родители? Ой, — она прикрыла рот ладонью, — ничего, что я спрашиваю?

— Ничего, — грустно улыбнулась девушка, — они умерли, когда мне было 12…

— Господи… Мне так жаль!

— Да, мне тоже… Катя была моими родителями… И родителями, и лучшей подругой. Но ты не подумай, у нас все было нормально, конечно, мы обе страдали, скучали по родителям, но ни в чем не нуждались! Правда мне было легче, у меня была Катя, старшая, она действительно была мне мамой… А вот у неё никого не было…

Света нахмурилась:

— Ты была у неё!

— Да, но это не то… Зато теперь все хорошо, у неё есть муж, правда нет детей, она иногда шутит, что я её единственный ребёнок, но я все надеюсь на чудо.

Повисла неловкая пауза, а потом Ксения снова заговорила:

— Удивительно, но я это никогда ни с кем не обсуждала, а сейчас говорю человеку в первый же день знакомства…

— Ну иногда проще открыться чужому, — улыбнулась женщина, — а ты за мужем?

Ксения вздрогнула от этого вопроса, и Света это заметила:

— Как — нибудь потом расскажешь…

— А ты почему здесь?

— Мой муж был полярником…

— Был?

— Да, — женщина встала и подошла к окну, — мы поженились, когда мне было 35, по полгода он пропадал в Арктике, потом полгода был со мной. Я была зав. Хирургического отделения в одной из городских больниц. Мы пытались завести ребёнка, но не получалось… В 41 смогла забеременеть, узнала об этом, как только он уехал в очередную командировку, когда я позвонила ему, он прослезился от счастья! Никогда до этого я не видела его слез, а здесь он плакал, как ребёнок! Мы оба никогда не были так счастливы, как в тот момент! А когда он добрался до континента, на базе случился пожар, он там был начальником… Он и ещё один мужчина не успели выбраться… Когда мне сообщили, сказать не могу, что со мной сделалось! Я упала на пол и рыдала без остановки, крича, что не верю! Пока не ощутила болевой спазм внизу живота, а потом ещё один, — Света смахнула скатившуюся слезу, — после выкидыша я долго лежала в больнице… Детей больше у меня быть не может… Если бы я не изменила свою жизнь, я бы сошла с ума. У меня осталось много хороших знакомых с работы мужа.

— Как его звали? — хриплым голосом спросила Ксюша.

— Кирилл. Эти знакомые помогли мне приехать сюда впервые. Тогда я поняла, что не могу вернуться. Здесь у меня складывается ощущение, что все, что случилось со мной, это было в прошлой жизни, и боль притупляется.

— Я не знаю, как ты смогла такое пережить, — проговорила девушка, в глазах которой стояли слезы.

— Я и сама не знаю, — улыбнулась Света, — знаешь, здесь тоже никто не знает подробностей, знают только, что у меня погиб муж, слишком много общих знакомых. Видимо, мне здесь не хватало человека, с которым можно было бы поговорить… ты извини, может не стоило всего этого говорить, у тебя настроение и так не очень.

— Ничего, зато теперь меньше буду жалеть себя, — ответила Ксения.

— Пожалуй, стоит сменить тему, только ещё не хватало нам обеим рыдать на ночь глядя.

— Расскажи мне немного о тех, кто здесь работает, — попросила Ксюша.

— Я неплохо знаю только Колю, Юру и Илью. С остальными общаемся только при необходимости. Илья здесь с основания станции, его хотели заменить месяц назад, слишком опасно для здоровья безвылазно сидеть на этой станции и дышать таким сухим и ионизированным воздухом, но от наотрез отказался.

— Но он же женат…

— Да, и есть сын, лет десяти. Но он провёл здесь год в ожидании ответов на вопросы, и сейчас, когда буровая установка близко, просто не смог уехать, оставив станцию, которую вполне может считать своим детищем. К тому же он прекрасный руководитель.

— А Коля?

— Как я и сказала, он тут самый молодой, рвётся вперёд, как конь ретивый! Вот и обморозился сильно, стоило только к нам попасть несколько месяцев назад. Долго провёл на больничной койке, я переживала, что может лишиться пальцев, но все обошлось! Зато мы с ним очень сблизились… Не знаю, как объяснить, он ко мне тянется, как к маме что ли, как не самонадеянно такое утверждать, — усмехнулась Света, — а мне приятно… Он хороший добрый парень, ему бы с девушками встречаться, веселиться, а он здесь… Хотя может оно и к лучшему! Мой муж тоже с ранних лет работал на различных станциях, зато, когда мы познакомились, я поняла, что передо мной настоящий мужчина, способный на действия и принятие решений! Так или иначе, люди здесь обретают силу духа такую, которая не снилась многим, живущим обычной жизнью… Юра же наоборот самый старший здесь, ему 54, но даст фору многим молодым! Два месяца назад что-то стало барахлить в генераторе, практически произошла катастрофа, так он сумел исправить до того, как начался пожар, обжог все ладони, но не бросил, зная, что на кону.

— Да уж, не могу вспомнить хоть одного из своих знакомых, способных на это…

Телефон Ксюши испустил короткий писк, а потом ещё раз.

— Катя ответила, — девушка схватила телефон: «Я так волновалась, пиши чаще! У меня все хорошо! Люблю тебя сильно, там тебя никто не достанет».

Но закрыв сообщение, девушка прочитала ещё одно от другого отправителя: «Где ты, мразь?!» И за ним следующее: «Ты была онлайн! Отвечай!»

— Что с тобой, — испугалась Света, увидев, как Ксюша побледнела, и на её лбу выступили капли пота, хотя в комнате было прохладно.

— Ничего, — запинаясь ответила девушка, — спасибо огромное, что была со мной этот вечер… Ничего, если я лягу спать? Завтра рано вставать…

Света поднялась и, встав перед Ксенией, положила руку ей на плечо:

— Я тоже пойду спать, но, если что-то нужно, помни, я за стеной, я врач, помогу тебе и как специалист, и как человек!

— Спасибо!

Когда Света вышла, Ксения встала, расстелила диван, чистое постельное белье она нашла в ящике. Хотела умыться, но слышала мужские голоса из душевой и так и не решилась выйти, зная, что тогда придётся общаться, а к этому она была не готова. Лёжа и глотая слезы, девушка повторяла себе, как молитву, здесь никто её не тронет, здесь никто её не обидит… Постепенно голоса стали отдаляться, и она уснула.

Проснулась девушка от звонка будильника в 6 утра, ей нужно было не только успеть приготовить завтрак к 8 утра, но и перемыть вчерашнюю посуду. Как только она раздвинула шторы, в глаза ударил солнечный свет, осветив комнату так, словно в полдень. Ксения прислушалась, в коридоре была тишина, тогда она взяла полотенце и выскользнула из комнаты. Вода в душе была тёплой, даже горячей, девушка не без удовольствия стояла под стекающими струями. Света оказалась права, действительно, никто не помешал, было слишком рано, и все ещё спали.

Перед выходом из барака Ксения намазала защитным кремом все тело, чтобы избежать хотя бы минимальных повреждений кожи. К тому же на этот раз она одела тёмные очки, потому что прошлым вечером заметила, как сильно глаза устают и начинают слезиться от такого яркого света. Зато общее самочувствие сегодня было значительно лучше, дыхание ещё было затруднённым, но грудь больше не сдавливало, головокружение почти прошло, тошнить перестало совсем. Возможно, виной тому было вчерашнее плохое самочувствие, поэтому ей было так тяжело морально, но сегодня Ксения шла в столовую с твёрдым осознанием, что все будет хорошо.

Выйдя на улицу, девушка сразу почувствовала, что температура воздуха стала ещё ниже, щеки и нос моментально обдало холодом. Снежный покров был настолько плотным и блестящим, что солнечные лучи отражались от него, как от зеркала, и слепили даже через тёмные очки.

Только сейчас девушка заметила, что все постройки образуют полукруг и между ними одинаковое расстояние, к тому же она увидела, что через весь периметр проведён довольно толстый трос, её удивило, как она не обратила на это внимание вчера, когда рядом была Света, которая могла объяснить.

В столовой царил идеальный порядок, словно вчера вечером здесь никого и не было, а зайдя на кухню, Ксения увидела, что посуда чистая, все помыто и аккуратно расставлено по своим местам. Девушка мысленно ещё раз поблагодарила добрую женщину, которая, как могла, и морально, и физически помогала ей привыкнуть к новому месту работы и жизни.

Девушка решила не терять времени и сразу направилась к холодильнику, но там практически ничего не было, тогда ей вспомнились слова Вадима, что из морозильных камер все нужно вытаскивать заранее. Тут же она нашла мясо и овощи, чтобы приготовить обед, а на завтрак смешала тесто для оладьев.

Ещё не было восьми часов, как дверь на кухню открылась, и заглянул Степан:

— А ты у нас ранняя пташка оказывается! Привет!

— Доброе утро.

— Ого, ты что, оладьев напекла?!

— Да, а это плохо? — Ксения испугалась, что в первый же день может сделать что-то неправильно.

— Да ты что, это просто здорово! Все будут в восторге! Только сколько же ты времени на это потратила, с вечера, наверно, начала?

Ксения с облегчением улыбнулась:

— Да нет, всего за час.

В это время начали подходить и остальные, Ксения раскладывала всем еду, радуясь восхищённым возгласам и похвалам.

— А ты действительно крута! — Паша скинул свою тарелку в раковину.

— Я рада, что ты оценил, — улыбнувшись, ответила девушка.

— Ксюшенька, это его самое приличное высказывание на моей памяти, — раздался рядом голос Светы, — доброе утро, как себя чувствуешь?

— Спасибо, намного лучше! Спасибо тебе, что вчера все убрала!

— Убрала? — непонимающе посмотрела женщина, садясь на кухне рядом с Ксенией и пробуя завтрак.

— Ну вся посуда была помыта…

— Это Олег убрал! — сказал Коля, тоже принеся тарелку в раковину, — он вчера дежурил, вот и решил помочь! Еда просто выше всяких похвал!

— Олег? — удивилась Света, — не замечала раньше за ним такого…

— Это же тот, кто вчера даже не поздоровался? — уточнила Ксения.

— Да… Значит все-таки не такой уж он и нелюдимый.

Девушка встала и выглянула в столовую, Илья сидел вместе с Юрой и Степаном, а Олег один за соседним столом.

— Спасибо за помощь, — сказала Ксения, подойдя.

— Мне просто было скучно, — ответил Олег, даже не взглянув на неё.

— Все равно спасибо…

Больше он никак не отреагировал, поэтому девушка повернулась в сторону кухни, но её окликнул Илья:

— Похоже, я был не прав, когда отказывался брать тебя на работу!

— Я рада, что ты не жалеешь!

Света сидела с улыбкой на лице:

— Можно поздравить тебя с отличным началом рабочих будней!

Ксения рассмеялась и кивнула.

— Илья, тебя Серый вызывает! — донёсся до женщин крик из столовой. Света моментально стала серьезной и встревоженной.

— Что случилось? — Ксения непонимающе смотрела на женщину.

— Сережа и Руслан водители гусеничного вездехода… Сережа новенький, только четыре месяца работает, Руслан же знает эти машины вдоль и поперёк. Они должны доставить сюда буровую установку… Руслан и до руля‑то Сережу редко допускает, поэтому странно, что на связь вышел именно он. Надеюсь, ничего не случилось…

Света взволнованно встала и вышла из кухни, но Ильи там уже не было, как и не было всех остальных.

Ксения быстро вымыла посуду и пошла за женщиной в медкабинет, но не успела и слова сказать, как за ней ворвался Коля:

— Свет, давай с нами! Там по дороге что-то случилось с машиной, у Руслана вроде обморожения…

— О господи! Сильные?

— Не знаю пока! Они уже на подъезде! Пойдём, — на этих словах парень выбежал за дверь, а Света тут же вскочила и быстро начала одеваться.

— С тобой можно? — спросила Ксения, которой передалось волнение окружающих.

— Конечно, одевайся теплее только!

Стоило выйти из здания, как на горизонте, в той стороне, где раньше стоял самолёт, девушка увидела подъезжающую огромную машину, высотой она была с двухэтажный дом, длинная, прямоугольная, с гусеницами вместо колёс, ярко красного цвета. Позади неё был такой же гусеничный прицеп, к которому металлическими тросами была пристёгнута установка ещё больших размеров, чем сама машина.

Несколько минут Ксения со Светланой и остальными работниками ждали, пока вездеход подъедет ближе. Как только шум двигателя стих, и машина встала, мужчины подбежали к дверям. Первым оттуда высунулся молодой парень, Ксения подумала, что он не старше Коли, он крикнул:

— Эй, привет!

С другой стороны Илья сам снаружи открыл дверь и помог спуститься по ступенькам вездехода Руслану, они тут же быстрым шагом направились в сторону Светы. Мужчины были в капюшонах, надвинутых на лица, до Ксении донеслись слова:

— Да все нормально, что за панику тут подняли?!

— Света, придётся тебе его подлатать!

Женщина подбежала к ним, а увидев лицо и руки Руслана, крикнула:

— Давайте быстрее, бегом в помещение!

Илья вместе с Русланом прошли через столовую в медкабинет, Света спешила за ними, остальные мужчины здоровались с Сережей и осматривали привезённую ими установку. Ксения пошла за Светой.

Медкабинет был небольшого размера, там стоял стол, две кровати и шкаф, но в конце помещения была ещё одна дверь.

— Нужно осторожно снять куртку… — Света расстегнула молнию пуховика на мужчине, а потом руками расширила рукава, чтобы он мог вынуть руки, не задев раны, только тогда Ксения увидела, что все руки у него покрасневшие и в белых пузырях, а когда он снял капюшон, то стало видно, что и часть левой щеки и пол лба выглядят также.

— Илья, тебя зовут, — вбежал Сережа.

— С тобой‑то все нормально, — уже на выходе спросил Илья.

— Да, только перетрухал сильно! Думал кранты, если б не Руслан, не увидели бы вы нас больше…

— Хватит ерунду молоть, — рявкнул Руслан и поморщился, движение щеки доставляло боль.

— Потом расскажете мне подробно, что случилось, — сказал Илья Руслану, хлопнул по плечу Сережу и вышел, парень побежал за ним, что-то говоря на ходу.

— Давно это случилось? — спросила Света, внимательно осматривая его руки.

— Два дня назад.

Руслан был такого высокого роста, что почти на две головы выше женщину. Она взяла его за предплечье и жестом велела сесть на одну из кроватей. Тыльной стороной руки дотронулась до лба:

— Температуры нет, обморожение второй степени! Ты ещё легко отделался!

— Я же сказал, не за чем было поднимать такую панику, — Ксении показалось, что сказано это было грубым тоном, что удивило её. — В машине было тепло? — спросила Света, она словно не обратила внимания на тон мужчины.

— Нет, в этом‑то и проблема.

— Выпей, — Света положила ему в рот две таблетки и помогла запить водой из стакана, — Ксюшенька, ты бы налила ему горячего чаю.

— Да, конечно…

Девушка тут же сорвалась с места, ей было неприятно смотреть на то, как Света спиртом стала обрабатывать лопнувшие пузыри на кистях мужчины. В окно она увидела, как все одиннадцать человек пытаются снять с гусеничного прицепа бур. Рядом с машиной уже стоял небольшой кран, и водитель крюком пытался наиболее удачно зацепить установку.

Но вернувшись в медкабинет, к своему сожалению Ксения поняла, что Света ещё не закончила.

— Ксюша значит… — сказал Руслан, как только она зашла.

— Да, — резко ответила девушка, — я принесла чай.

— Помоги ему, пожалуйста, — сказала Света, — а я пока закончу с руками.

— Я сам в состоянии справиться с чашкой чая, не надо со мной нянчиться, — ещё более резко ответил мужчина. Тогда Ксения, обошла Свету, стараясь не смотреть на руки Руслана, и поставила чашку рядом с ним.

— Пожалуйста! — сказав это, она уже собиралась выйти, как боковым зрением заметила, что мужчина свободной рукой попытался взяться за стеклянную ручку, но чашка выскользнула, и девушка успела подхватить её так, что пролилась лишь часть содержимого.

Света ухмыльнулась:

— Няньки ему не нужны! Ксюшенька, помоги ему!

Ксения ещё раз отметила про себя, как эта женщина не только не обиделась на поведение Руслана, но и так по — доброму старалась помочь ему несмотря на то, что он от этой помощи отказывался. А Света продолжила вроде бы строгим тоном, но в то же время с мягкой улыбкой на лице:

— Ты ещё несколько дней сам не сможешь практически ничего делать, так что не выпендривайся!

Девушка снова подошла к нему, как раз с той стороны, где у него была рана на лице. Мелкие белые пузырьки лопнули и коркой застыли, а между ними вся кожа была бордового цвета. Она поднесла чашку к его слегка потрескавшимся губам, и на этот раз он молча выпил горячий чай.

— Тебе нужно отогреться, чтобы кровь нормально циркулировала, — сказала женщина, — ты же не хочешь лишиться рук!

— У меня уже ни раз были обморожения, я тут не первый день и знаю, что от этого руки не отваливаются, — снова огрызнулся мужчина.

— Были, я вижу, только, судя по шрамам, не такие сильные!

— Я пойду на кухню, мне нужно обед приготовить… — тихо сказала Ксения.

— Я скоро к тебе зайду, — ответила Света.

Девушка заправляла суп и думала, какую злость вызывает в ней подобное мужское поведение. Когда Света говорила, что он не общителен, то забыла упомянуть, какой при этом грубиян! Хорошо, что здесь хватает других людей, общения с которыми ей будет достаточно. Как в ответ на её мысли, в кухню заглянул Сережа:

— Привет! Мы не успели познакомиться, я Сережа, водитель бульдозеров, вездеходов и вообще всего, на чем мы тут ездим.

— Ксения, — девушка улыбнулась, на фоне Руслана, этот парень был верхом любезности.

— Я почти сутки не ел, угостишь чем — нибудь?

— Конечно! У вас что, закончилась еда? — спросила девушка, ставя перед ним тарелку.

— Да нет… Просто после того, как Руслан пострадал, мне пришлось силой выгнать его с водительского места и гнать сюда. Мы ж в медицине не сильны, я не знал, насколько это опасно! Боялся, что холод в кабине может усугубить раны… Вот и ехал без остановок на сон и еду! К тому же ему было сильно больно!

— Да? Что-то я не заметила, — под нос себе пробубнила Ксения, но вдруг спохватилась, — ты сутки ехал без сна?

— Даже чуть больше, — видно было, что как бы он не устал и не проголодался, но был горд собой, — но после того, что Руслан для меня сделал…

— А что он сделал? Что вообще случилось?

— Оставалось проехать всего ничего, сутки с небольшим, как машина встала! Мы проверили все, но ничего не выходило, машина остыла очень быстро, через час уже зуб на зуб не попадал! Я поддался панике, у меня уже начали отмерзать ноги и руки, я почти в слезах сидел на переднем сиденье, глядя, как час за часом Руслан бегал вокруг машины, пытаясь её завести! И сработало! Но когда он вернулся в кабину… — Сережа отвлёкся от еды и посмотрел на свои руки, — он сам хотел вести, но я почти силой заставил его пересесть… Меня как водой из ведра окатили, как камнем по голове ударили! Я пришёл в себя, принялся извиняться, мне было безумно стыдно, ведь если бы я помог ему, а не сидел и жалел себя, он был бы в порядке! Но он ни разу меня не упрекнул, он говорил, чтоб я успокоился и не винил себя…

— Света сказала, что с ним все нормально… — у девушки в голове не укладывалось, что Сережа рассказывает сейчас о том грубияне, который сидит в медкабинете.

— Я и дома‑то никогда не ел так вкусно, не то, что здесь! — воскликнул парень, отодвигая пустую тарелку.

— Пожалуйста, — улыбнулась Ксения.

— Ладно, пойду спать, с ног валюсь…

Парень выбежал, по пути почти сбив с ног Свету и, извинившись, побежал дальше.

— Все нормально? — спросила Ксения, видя озабоченность на её лице.

— Да вроде бы да, только температура подскочила, не нравится мне это, может начаться воспалительный процесс…

— Это страшно?

— Пока не знаю, Сережа тебе не рассказал, что там у них случилось?

— Рассказал, — Ксения передала рассказ парня.

— Даже представлять боюсь, что бы было, если бы Руслан не смог завести машину… Это ж надо! С обмороженными руками… Вот тебе и героизм!

— Только манерам не научили…

Света улыбнулась:

— Да ерунда это! Я уверена, что когда он с такими руками в двигатель лез, а поверь, боль при этом ужасная, то думал он в первую очередь не о себе, а об этом молодом парне, что рядом! Это гораздо больше говорит о человеке, нежели вежливость!

— Возможно, — задумчиво ответила Ксения.

— Ну вернулись, это хорошо! Теперь, думаю, за несколько дней установят бур…

— Так долго?

— Конечно, его же ещё собрать нужно.

— Ты уже видела такие?

— Да, на другой станции… Знаешь, мы ведь находимся над озером, которое только год назад нашли, там не было никого миллионы лет! А мы будем первыми, кто сможет взять оттуда пробы, кто узнает, как оно образовалось и, возможно, что было под ним! Непередаваемое ощущение, когда участвуешь, хоть и косвенно, в чем‑то подобном.

— Это тоже никогда не приходило мне в голову, но думаю, ты права…

— В этом далеком ото всех месте многое в жизни переосмысливаешь, важное и не важное меняются местами, а ты учишься ценить вещи, над которыми раньше и не задумывался! Ладно, смотрю, ты погрустнела от моих слов, вернусь в кабинет, надо пока рядом с Русланом побыть… Составишь компанию?

Ксения посмотрела на часы и на огромные кастрюли, стоявшие на плите:

— Да, час свободного времени у меня точно есть!

Женщины нашли Руслана крепко спящим на одной из кроватей. Ксения села напротив, а Света подошла к нему, тыльной стороной ладони потрогала лоб и покачав головой села на стул:

— Противовоспалительный укол я уже сделала, если не поможет, придётся сделать ещё два других… — тихо сказала она.

— Ну если он смог с такими страшными ранами починить машину, то уколы как-нибудь переживёт, — улыбнулась Ксения, — а часто здесь вообще болеют?

— Да нет! Самое частое это зимой легкие обморожения лица и рук, которые можно получить, стоит лишь выйти на улицу, инфекциям здесь взяться не откуда, иммунитет у всех ого-го! Иногда бывают травмы, то кто‑то упадёт откуда-то, то с установкой какой — либо не справятся. Один раз тут при мне был удар током, да такой, что волосы на голове встали в прямом смысле слова, врагу не пожелаешь!

— А если что-то сильно страшное происходит, как быстро отсюда можно улететь?

— Летом, как сейчас, эвакуируют на следующий день! А вот зимой с этим проблемы, самолёт не может сесть, топливо замерзает! А на вездеходе ехать 3 недели только в одну сторону… Так что никак! Поэтому здесь и остаётся всего несколько человек! А некоторые станции работают сезонно, только в летний период.

— Да… Вот это страшновато…

— Света! — Юра зашёл в кабинет.

Женщина приложила палец к губам, и он автоматически сбавил тон:

— Пойдём в исследовательский комплекс, там Пахану сильно руку поранило, но он нам нужен, сможешь наложить повязку прямо там?

— Конечно, вот же ж… Похоже, я сглазила, сказав, что здесь мало болеют…

Женщина стала одевать куртку, но остановилась и спросила Ксению:

— Подождёшь меня здесь? Я быстро!

Девушка кивнула, а Света вышла за Юрой.

Ксения встала и подошла к окну, отсюда как раз было видно следующую постройку, но в ней совсем не было окон. Тогда девушка прошла в конец комнаты и открыла дверь, там находилось ещё одно помещение с рентген-аппаратом, операционным столом, холодильником и ещё какими-то установками, назначения которых она не знала. Вдруг она вздрогнула от стона Руслана, а подойдя к нему, увидела, что во сне он зажал место раны на лице подушкой. Девушке даже не могла представить, насколько это может быть больно, поэтому она слегка повернула его голову так, чтобы материал не касался щеки, лицо было горячим.

Теперь Ксения смогла рассмотреть мужчину, на вид не больше сорока лет, скулы широкие, брови и волосы тёмные, если бы не рана, можно было бы назвать его привлекательным. Она стояла над ним и заметила, что лицо стало влажным, оглядевшись, девушка увидела на столе сложённые компрессы, которые обычно накладывали на руки при легких обморожениях. Ксения взяла ткань и, слегка намочив, стёрла пот с лица Руслана, задержав влажную ткань на лбу, где не было раны.

Безусловно, ей не нравился этот человек, но учитывая, что ему пришлось пережить всего сутки назад, было жаль его. И так или иначе, но его поступок вызывал уважение к себе.

— Дашь воды?

От его голоса девушка подскочила и увидела, что он смотрит на неё. В ту же секунду она убрала руку с влажной тряпкой и отошла.

— Сейчас принесу…

Ксения практически выбежала в сторону кухни, ей было так неловко, будто она сделала что-то постыдное. Сначала набрав воду из — под крана, девушка тут же вылила её и налила тёплую из чайника. Странный мандраж охватил её от того, что снова нужно было вернуться обратно, было неприятно находиться рядом с мужчиной, а уж тем более ухаживать за ним. Но рядом никого не было и, сделав усилие над собой, она снова зашла в медкабинет.

— Как ты? — спросила Ксения, подойдя к кровати.

— Все нормально, — ответил Руслан все тем же неприятным тоном, будто её нахождение рядом его раздражало.

Света наложила компрессы на руки, поэтому девушка сама поднесла стакан к его губам. Его глаза покраснели от высокой температуры и слезились. Когда мужчина приподнялся на локтях, чтобы выпить воду, на лбу снова выступил пот.

— А с виду не все нормально, — сказала Ксения, поставив на стол пустой стакан, и снова взяв влажную тряпку, но стоило ей лишь присесть рядом с Русланом и попытаться вытереть его лоб, он дёрнул головой:

— Тебе что, заняться нечем?

От такого вопроса девушка опешила и замерла, не зная, что ответить, а он добавил:

— Иди вари борщи, я сказал, что мне не нужна помощь!

— Да пошёл ты!

Бросив тряпку прямо на пол, Ксения развернулась и вышла из кабинета, хлопнув дверью. У неё в голове не укладывалось, как может себя вести так взрослый мужчина, которому пытаются оказать помощь! Она зашла в кухню, выключила конфорки и села за стол. От обиды сердце колотилось, словно она пробежала марафон, а щеки пылали злостью.

— Слушай, извини, — Ксения даже не слышала, как Руслан открыл дверь и встал в проёме.

— Да засунь эти извинения знаешь куда! — девушка отвернулась, ожидая, что дверь закроется с другой стороны, но вместо этого услышала звон падающей посуды, от неожиданности она вскочила и увидела, как мужчина пошатнулся, сметая со стола часть пустых тарелок. Чисто на автомате она подбежала к нему и помогла сохранить равновесие.

— Иди и ляг обратно! — со злостью воскликнула Ксения, ощущая на плече тяжесть его руки и смотря на кучу битого стекла на полу.

— Да, пожалуй, пока лучше не вставать… — охрипшим голосом проговорил Руслан.

— Сам дойдёшь или по пути свалишься на барную стойку? — успокаиваясь спросила девушка.

— Дойду…

Мужчина отпустил её плечо и слегка пошатываясь вернулся в медкабинет, а когда дверь за ним закрылась, девушка осмотрелась вокруг, в углу стоял веник и совок. Её совершенно выбило из колеи поведение Руслана, сначала приведшее в бешенство, а потом повергшее в полное непонимание.

— Что тут случилось? — спросила Света, заглянув в кухню и увидев Ксению, пытающуюся собрать море осколков.

— Проверь, пожалуйста, своего пациента, — постаралась спокойно сказать девушка, но голос слегка дрожал от переизбытка эмоций, — там у Паши все нормально?

— Да, рана довольно поверхностная, но неприятная…

Света недоверчиво посмотрела на Ксению, но, как всегда, спрашивать больше ничего не стала, а вышла с кухни. Девушка посмотрела на закрывшуюся дверь, несколько раз глубоко вдохнула и стала дальше убирать мусор.

На обед почти никто не пришёл, все были заняты работой, а те, кто пришёл, брали еду для себя и коллег. А вот вечером все должны были собраться в столовой, отметить, наконец, появление установки, которую ждали целый год, к тому же Илья хотел отметить возвращение Руслана и Сергея живыми. Целый день Ксения провела на кухне, готовя ужин и разбирая продукты, имеющиеся в морозильных камерах, чтобы знать, какое выбрать меню на последующие дни. На десять минут зашла Света, очень быстро съела обед и вернулась к Руслану, которому из — за очень высокой температуры было сильно плохо.

До самого ужина Ксения не могла отойти от произошедшего, хоть Руслан и извинился и, кажется, искренне, осадок от его слов остался, не давая думать ни о чем другом. В начале седьмого в первый раз весь коллектив собрался в столовой, некоторых девушка увидела впервые, так как до этого они безвылазно пропадали в исследовательском центре. Все без исключения оценили её талант, как повара, комплименты относительно её работы подняли девушке настроение и заставили забыть об утренней ссоре.

— Хватит сидеть на кухне, идём к нам, — Ксения как раз домывала посуду, когда к ней заглянул Степан. Она понимала, что это неизбежно, как бы ей не хотелось сейчас отправиться в свою комнату, поэтому ответила:

— Да, сейчас, только здесь все закончу.

Мужчина кивнул и удалился. Через закрытую дверь девушка слышала громкие возгласы и смех собравшихся. Ей не хотелось выходить, поэтому она неосознанно тянула время, по несколько раз перемывая каждую тарелку, но все‑таки посуда закончилась, пришлось выключить воду, которая уже стала холодной, так как в бойлере опустел запас горячей воды, и пойти к празднующим мужчинам.

— Ооо, а вот и наш новый очаровательный повар, — поприветствовал Ксению Илья, а остальные дружно поддержали его.

Девушка смущённо подошла к барной стойке и села на один из свободных высоких стульев. По веселым лицам мужчин было заметно, что выпито уже довольно много алкоголя.

— А девушка пьёт пиво? — спросил Коля, открывая крышку с бутылки и протягивая Ксении.

— Пьёт, — с улыбкой ответила она.

— Что ж, теперь, когда мы в полном составе, — в этот момент Ксения увидела, что и Руслан, и Света тоже сидят за столами, а Света, поймав на себя взгляд, улыбнулась и помахала девушке, — хочу ещё раз выпить за то, что мы добились своего…

— Ты добился, — выкрикнул Юра, а остальные кивнули с улыбками на лицах.

— Нет! Мы добились! Добились того, что сюда доставили средство, с помощью которого мы первыми сможем добраться до недр этого загадочного ледника и ответить на вопросы, на которые никто не в силах!

Те, кто находился рядом с Ильёй, чокнулись с ним бутылками с пивом, остальные просто подняли свои, от каждого ощущался подъем настроения и гордость собой.

— А я бы ещё раз выпил за моего спасителя, — встал Сергей, с его лица сошла улыбка, — если бы не Руслан, нас обоих здесь бы не было! Спасибо тебе, что не сдался, несмотря ни на что! Я теперь твой должник!

— Не говори ерунду, ты ничего мне не должен, — ответил мужчина. Он сидел, облокотившись о стену, выглядел явно лучше, чем днём, но красные глаза и раны на лице напоминали о произошедшем.

— Ещё как должен! Это моя первая командировка, но глядя на тебя, я понял, что хочу возвращаться сюда снова и снова, пока не стану хоть частично таким, как ты, — он говорил это так серьёзно, что мужчина смутился, повисла молчаливая пауза.

— Слыхал, ты у нас теперь образец для подражания, — нарушил тишину пьяный возглас Паши, и все засмеялись.

Ксения сидела за барной стойкой, медленно потягивая пиво, к таким напиткам она не привыкла, но кроме него были только водка, коньяк, и выбирать не приходилось. Она наблюдала, как за одним столом сидел Степан и остальные ученые, Пётр — геофизик, Богдан — гидролог и Михаил — геолог, но девушка не была уверена, что правильно запомнила имена. Мужчины склонились над какой‑то схемой, которая была расстелена прямо на столе, и на ней стояли рюмки и бутылки пива. Рядом с Русланом находилась Света, Сережа, Юра и к ним же присоединился Коля, который что-то эмоционально рассказывал, размахивая руками. Олег, как всегда, сидел в одиночестве, уткнувшись в книгу так, словно происходящее вокруг его не касалось.

— Ну как тебе у нас? Ещё не пожалела, что вчера не сбежала на улетевшем самолете? — спросил Илья, сев на соседний стул.

— Нет, смотрю все сильно переживали на этот счёт, — усмехнулась девушка.

— Честно говоря, да, — рассмеялся мужчина, — но сейчас я вижу, что все нормально. И, как я уже сказал вчера, сам безмерно рад тому, что теперь нам готовит бывший шеф — повар элитного ресторана!

— А ты у нас значит, крутая фифа? — вклинился между ними Паша, а Ксения не знала, обижаться ей или нет.

— Ксюша, надеюсь, Света тебе уже сказала все про нашего электромонтажника, — Артём, непонятно откуда взявшийся, кивнул на Пашу, расплывшегося в пьяной улыбке, — что у него проблемы с общением в культурном обществе?

— Да, она меня предупредила…

Их разговор прервал звук гитары, Коля громко запел песню Кукрыниксов «По раскрашенной душе».

— Может потанцуем? — лицо Артёма тоже красное от алкоголя придвинулось ближе к девушке.

— Я не танцую, — Ксения напрягалась и отодвинулась в сторону начальника станции.

— Отстань от неё, — прикрикнул Илья, — по — моему, на сегодня тебе хватит, Пахан, убери отсюда своего друга!

— Да все, все! Я и не собирался приставать, просто предложил, — Артём посторонился и что‑то начал доказывать Паше с эмоциональностью, присущей нетрезвому человеку.

— Вот именно таких вещей я опасался, зная, что здесь появится молодая девушка! — тихо проговорил Илья, — здесь все парни умные, адекватные, но расслабиться всем охота, особенно учитывая, что многие по много месяцев не видят женщин…

— Но Артём же только что прилетел вместе со мной, — раздраженно ответила Ксения.

— Это да… Ладно, он просто перебрал.

Илья спрыгнул с высокого стула и пошёл к столу, где ученые обсуждали правильность установки бура, остальные слушали и тихо переговаривались, под пение Коли, у которого был очень приятный голос. Ксения и сама заслушалась, каждый раз думая, что после следующей песни уйдёт в барак, но не могла оторваться и оставалась. Юра с улыбкой взял Свету за руку, и под медленную песню они танцевали в углу комнаты. Ксения не могла не заметить, с какой теплотой относились друг к другу почти все жители станции, и на секунду она подумала, что хотела бы такого же тёплого отношения и к себе, захотела стать частью этой большой семьи, но… — Может все-таки потанцуем? — Артём уже еле стоял на ногах, и как только Илья с Пашей куда-то вышли, тут же снова встал рядом с ней.

— Я же сказала, что не танцую, — ответила Ксения, слезая со стула, но он ухватил её за локоть:

— Значит и впрямь такая фифа, что брезгуешь общаться с простыми мужчинами?! — пьяный подкат перешёл в неадекватную злость.

— Убери от меня свои руки, — воскликнула девушка, чувствуя, как паника нарастает в ней, грубое прикосновение почти не знакомого мужчины вызвало бурю эмоций страха и злости, она со всей силы оттолкнула его и бросилась бежать из столовой в сторону улицы, краем глаза успев заметить, как Олег схватил Артёма и швырнул на стул.

Только оказавшись на улице до девушки дошло, что выбежала она без куртки, а жгучий мороз и ветер тут же охватили её со всех сторон, бегом она бросилась в сторону барака и своей комнаты. Паника душила её. На полпути она почувствовала, как на спину ей накинули тёплую куртку:

— Совсем с ума сошла?! — Олег догнал её, обхватив обеими руками затащил в помещение, — здесь ни на секунду нельзя оставаться без одежды!

В коридоре было тепло, Ксения прислонилась спиной к стене и смотрела на мужчину огромными от страха глазами.

— Да что с тобой?! — он встряхнул её за плечи, — ничего же не произошло!

— Ксюшенька, что случилось?! — тут же забежала в коридор с улицы Света, а Олег развернулся и вышел, — пойдём.

Женщина взяла её под руку и отвела в комнату, а усадив на диван и сняв куртку, осмотрела лицо и руки, торчавшие из — под свитера.

— Слава богу, все хорошо, ты же могла обморозиться! Я не видела, что произошло! Артём, кажется, перебрал…

Девушка только кивнула в ответ.

— Ну что же ты так испугалась? Там же столько народу вокруг, никто не дал бы тебя в обиду! Да я и поверить не могу, что он хотел тебя обидеть! Я уверена, что завтра он будет корить себя за это!

Все это Света говорила, сев перед девушкой на корточки и держа за руки, но не была уверена, что та слышала, Ксения смотрела словно сквозь женщину на стену, а видела…

— Ты будешь меня слушать, тварь?! Что я говорил тебе? Что говорил?

Тарелки полетели в стену, девушка съежилась в углу, пытаясь закрыться руками от удара, но её сила была несравнимо мала… Удар, второй… Она больше не плакала, не кричала, она лишь молилась, чтобы скорее все закончилось! Хватит! Умоляю тебя, хватит!

— Ксения! — резкий голос Ильи, тоже зашедшего в её комнату, заставил опомниться, — ты в порядке?

— Да, — паника начала спадать, и пришло осознание, что действительно не произошло ничего страшного, она повторила, — да, в порядке!

— Ты прости этого идиота! Не знаю, что на него нашло! Он уже храпит на стуле, куда кинул его Олег!

— Я могла ожидать чего-то подобного от Паши, но уж точно не от Артёма, — тихо проговорила Света, вставая и глядя на девушку каким-то странным взглядом, — ты иди, завтра с ней все будет хорошо!

Илья кивнул и вышел, было видно, что ему стыдно за поведение своего подчинённого.

Когда они остались одни, Света закрыла дверь и села рядом с Ксенией.

— Знаешь, десять минут назад и сейчас я вижу в твоих глазах не только возмущение от грубого мужского поведения… Я вижу в них страх! Страх ягнёнка, оторванного от матери и отправленного на забой!

Сейчас девушка тоже смотрела в одну точку на стене, но теперь женщина видела, что Ксения слышит её и понимает.

— Я не прошу тебя рассказать мне, что произошло в твоей жизни, но хочу, чтобы ты поняла и запомнила! Здесь никто не сделает тебе больно! Как бы отвратительно сегодня не повёл себя Артём, он бы никогда не навредил тебе! Никто бы не навредил! Остальные бы не позволили!

— Наверно, все подумали, что я сумасшедшая, когда я выбежала на мороз, — горько усмехнулась девушка.

— Никто такого не подумал, часть мужчин видели, что Артём повёл себя грубо… Пьяный дурак… если даже Олег, который всегда молчалив и невозмутим, вступился за тебя, значит тот действительно был сильно не прав!

— Спасибо, — почти с надрывом произнесла Ксения, на этот раз глядя Свете прямо в глаза.

— Господи, да за что? — женщина села и положила руку ей на плечо.

— Просто за то, что ты оказалась здесь, на этой станции, — неопределенно ответила девушка.

Почти час они просидели молча рядом…

Утром Ксения проснулась с ощущением того, что весь вчерашний день был сном. Но зайдя в столовую и кухню, грязная посуда и пустые бутылки послужили подтверждением, что все было на самом деле. Довольно долго девушка наводила порядок, и не успела она до конца приготовить завтрак, как зашли Степан и Пётр:

— Привет!

— Привет, вы сегодня рано, — ответила девушка.

— Много работы, Илья хочет уже через два дня начать бурение скважины… Ты как после вчерашнего? — смущённо спросил Степан.

— Все хорошо, и, честно говоря, не хотела бы вспоминать и говорить об этом, давайте сделаем вид, что ничего не было, ладно?

— Как скажешь, — улыбнулся Пётр.

Больше никто ни о чем её не спрашивал, она ожидала, что Артём извинится, но он молчал, даже не здороваясь. Когда Ксения рассказала об этом Свете, она была удивлена, ведь до этого он уже был на этой станции и всегда производил впечатление общительного и доброго парня.

Следующие два дня прошли незаметно, мужчины редко заходили поесть, потому что были заняты в исследовательском комплексе, всем не терпелось приступить к бурению ледника. Женщины много времени проводили вместе, болтая ни о чем, смеясь и рассказывая истории из жизни. Руслан уже на второй день вернулся к работе, лекарства помогли, температура спала, кисти рук действовали плохо, но водителя было всего два, и ему пришлось вернуться к своим обязанностям. Света хотела показать Ксении окрестности вокруг станции, но погода испортилась, поднялся сильный ветер и пошёл снег, видимость снизилась до 10 метров, и было решено отложить прогулку. Выходили на улицу они лишь два раза за день, чтобы дойти до столовой и медкабинета и вернуться обратно. И даже в те не долгие минуты Ксения могла на себе прочувствовать всю силу мороза, пробиравшего до костей. Большинство жителей станции были приветливы с девушкой, она запомнила всех и начала привыкать к людям. Коля и Сережа чаще всех забегали перекусить и чувствовалось, что им не хотелось уходить с кухни. Олега и Руслана Ксения видела только когда они забирали полные тарелки, а возвращали пустые, при этом ни один из них не говорил ни слова, кроме «привет» и «пока». Девушка хотела поблагодарить Олега за то, что вступился за неё и потом догнал с курткой, чтобы она не замёрзла, но ей было неловко заговорить с ним, особенно вспоминая, как он отреагировал на её благодарность за то, что убрался в столовой в первый вечер её прибывания на станции.

На пятый день утром Ксения встала немного позже обычного, у неё раскалывалась голова, и впервые она не услышала будильник. Быстро приняв душ и умывшись, девушка схватила полотенце и выбегала из душевой, когда врезалась в Руслана, который как раз туда заходил.

— Ой, извини… Я и не знала, что мы живём в одном бараке… — смущённо проговорила Ксения…

— Бывает… — неопределенно ответил мужчина, отходя в сторону и позволяя девушке пройти мимо.

За эти дни Ксения немного привыкла к его угрюмости и угрюмости Олега и перестала воспринимать на свой счёт, решив просто их не замечать, как делали и они. В комнате девушка одела тёплую одежду, а подойдя к окну и раскрыв шторы, впервые перед собой не увидела солнца, впервые её комната осталась мрачной. За окном не было видно ничего, кроме танцующих в хаотичном порядке мелких снежинок. Ветер так быстро разносил их в разные стороны, что не представлялось возможным глазами проследить за их полетом.

Ксения отошла от окна, немного подумала и оставила тёмные очки на комоде, сегодня они точно только помешали бы. Меньше всего сейчас ей хотелось выходить на мороз, но она успокаивала себя тем, что это всего на пару минут.

Но, открыв дверь из барака, она остановилась, не в состоянии сделать ни шагу, ветер практически вырвал дверь у неё из рук, а впереди была видна лишь сплошная пелена из снега, не возможно было определить, где он ещё кружится, а где уже осел на землю, откуда ветром его снова подхватывало и несло в неизвестном направлении.

Не видно было ни одного строения, только по памяти можно было предположить направление, куда идти. Ксения уже ни один день ходила до столовой, ей нужно было всего лишь дойти до соседнего строения… Но отпустив дверь и сделав всего несколько шагов вперёд, она сделала непростительную ошибку и обернулась, но позади уже ничего не было видно. Испугавшись ещё сильнее, девушка подумала, что нужно идти быстрее, чтобы это небольшое испытание природой осталось в прошлом, скоро придёт Света, и они вместе будут завтракать и пить чай… Эта мысль грела её последующую пару минут. Но сделав ещё несколько шагов вперёд, постоянно пытаясь закрыть лицо от режущего снега, ей пришло в голову, что она идёт слишком долго, что в этой пелене она просто прошла мимо нужного ей здания. Тогда девушка повернула направо, думая о том, что строение очень большое, и так или иначе, но она упрется в него. Но преодолевая метр за метром, ужас все сильнее охватывал её. Она уже начала замерзать, несмотря на трехслойную одежду, лицо щипало от ужасного ветра и колючего снега, холодный воздух было трудно вдыхать. Понимая, что не могла уйти далеко, Ксения развернулась и пошла в обратном направлении, но не было ничего, что могло бы указать ей, что она движется верно по направлению к какому‑то из зданий.

Ничего не видя перед собой, она сделала первое, что пришло в голову, она закричала, что было сил:

— Эй, кто — нибудь! — её голос уносило ветром, который своими завываниями заглушал его громкость.

Тут же в голову пришла страшная мысль об обморожениях, девушка вспомнила, что говорила Света, что достаточно иногда пяти минут, чтобы получить такие тяжелые раны, какие были у Руслана.

— Эээээээй!!!! — набрав в грудь как можно больше воздуха и вложив всю силу, Ксения крикнула, что было мочи, — помогите!!!!! Пожалуйста, помогите!!!!!!

В ответ она не услышала ничего, что хоть как-то могло помочь, звук человеческого голоса или двигателя машины, ничего… Только все более страшные завывания ветра, которые сводили с ума. Не было ни единой мысли, кроме паники, она одна! Ещё одна более страшная мысль поразила её сознание, все ещё спят! Никто не выйдет на улицу и не зайдёт на кухню раньше, чем через полтора часа!!! Никто не заметит, что она пропала, что она не дошла!!! Полтора часа!!!

Единственная здравая мысль была в её голове, что она не могла уйти далеко, девушка опустилась на колени, пытаясь рассмотреть свои следы, чтобы определить, с какой стороны она пришла, но следов уже не было, их заносило снегом с неимоверной скоростью…

Ксения снова встала, было трудно противостоять сносящему с ног ветру. Как можно выше она натянула шарф, пытаясь спрятать нос и щеки, но это было невозможно, ледяной воздух словно находил крошечные щели в одежде, заползая к самой коже и заставляя её болеть.

От усталости, холода и бессилия она снова закричала:

— Эээээээй!!!!!!!

Но на этот раз ей самой показалось, что её голос стал тихим, неслышным. Стоя на одном месте тело тут же начинало замерзать сильнее, тогда просто выбрав направление наугад, девушка снова пошла прямо, глаза уже не разбирали дороги, веки сковала белая пелена инея. Животный инстинкт самосохранения заставлял её передвигать ноги, понимая, что если остановится, то просто замёрзнет. Она уже не понимала, в сознании ли она, или ей снится сон, холод вдруг отступил, но лишь на мгновенье, и вдруг врезался в тело с новой силой, тогда Ксения поняла, что уже лежит на снегу, который обступил её со всех сторон и пытался замести сверху. Не было мыслей, жизнь не проносилась перед глазами, единственно желание овладело ею, как когда-то раньше, господи, пусть это закончится…

Где-то в отдалении краем сознания девушка услышала вой сирены, значит, она все ещё жива! Жива! Собрав все свои остатки сил, она села, но глаза не видели, а губы беззвучно повторяли:

— Отче наш… Иже еси на небесах… Да святится имя Твоё… Да приидет Царствие Твоё… Да будет воля Твоя…

Очередной порыв ветра, подхватил её и закружил в снежном танце, заставляя проваливаться во тьму и свет, в жар и холод, в спокойствие и боль…

— Я нашёл её… Странные вспышки света, беспорядочные картинки и холод… Ксению всю трясло, когда она открыла глаза. Звук мотора машины, расплывчатый силуэт склонившегося над ней человека… На ней уже не было замёрзшей мокрой куртки, она была накрыта другой, гораздо большей по размеру. Ксения лежала на сидениях небольшого гусеничного микроавтобуса, водитель сидел за рулём, спиной к ней. Но уже через минуту машина встала, в тот же момент её поднял на руки высокий мужчина, в котором она узнала Руслана. Он снова вынес её на улицу, но всего на несколько секунд, и вот уже она снова лежит на плоской поверхности, а лицо Руслана растворилось, и появилась Света, которая стащила с девушки всю холодную одежду и укутала толстыми одеялами, сверху положив горячие грелки. Девушка слышала вокруг голоса, но они были похожи на единый звон, и слова невозможно было отделить друг от друга. Потом сладостная истома овладела ею, она провалилась в сон, яркие краски причудливо переливались вокруг, как камни в калейдоскопе, только точных картин разглядеть было невозможно…

Первое, что Ксения услышала и осознала были голоса Светы и Ильи:

— Ты провела с ней столько времени, неужели не могла сказать о тросах?!

— Я?! А не твоя ли это обязанность, как начальника станции провести инструктаж по безопасности для вновь прибывших? Но нет же, ты был занят только новой установкой!

— Может хватит? — вклинился ещё один голос, — все хороши!

Приоткрыв глаза, девушка увидела, что рядом со Светой и Ильёй сидит Руслан, которому женщина перебинтовывала руки.

— Как ты умудрился найти её в такой метели? — голос Светы был приглушённым, несмотря на обвинения в сторону начальника станции, она ощущала чувство вины.

— Повезло, — ответил мужчина с присущей ему краткостью.

— Повезло, — эхом отозвался начальник станции, — Света, приготовишь что-то из еды?

Женщина просто кивнула, не отрывая взгляда от рук Руслана. Илья ещё несколько секунд постоял у двери и молча вышел. Света тоже закончила с повязкой:

— Ты сегодня до вечера лучше не делай ничего, чтобы ещё сильнее кожу не повредить, а то пока ты Ксюшу нёс, сильно усугубил свое состояние.

Женщина тоже вышла, тихонько прикрыв за собой дверь, а Руслан ещё несколько секунд сидел на кровати напротив Ксении.

— Спасибо, — почти шёпотом произнесла она.

Мужчина резко повернул голову, а увидев, что глаза девушки приоткрыты, подошёл ближе:

— Мы не видели, что ты проснулась, я позову Свету…

— Не дергай её, со мной все нормально, кажется… Благодаря тебе!

— Тебя искали несколько человек…

Ксения немного откинула одеяло, почувствовав, что согрелась, а тело затекло.

— Я долго спала?

— Нет, около часа, — мужчина внимательно смотрел на бледное лицо девушки, а она заметила, что в первый раз за все время, он разговаривает с ней без раздражения.

— Как так получилось, что меня стали искать? Обычно же все ещё спят в это время…

Руслан снова сел на кровати прямо напротив Ксении.

— После душа я увидел, что творится на улице и решил не ждать, а сразу пойти за тобой…

— Зачем?

— Просто чтобы удостоверится, что ты дошла.

— И не зря, — потупила взгляд девушка.

— Ну да… Когда увидел, что тебя нет, сразу сообщил командиру, подняли тревогу. Я и ещё несколько человек отправить на поиски. Я нашёл тебя примерно за пятьдесят метров в сторону от станции. Ты каким‑то образом прошла между бараком и столовой, немного не дойдя до нужного здания. Не хочу пугать, но при такой погоде и на таком расстоянии мы могли найти тебя только через пару дней, когда погода успокоилась, а ты бы превратилась в кусок льда.

— Спасибо ещё раз, ты мне жизнь спас!

— Да я не к тому говорю! — его голос снова стал раздражённым, — если ты не была уверена, что сама справишься, надо было изначально кого-то позвать! Здесь дикая природа! Это ясно?

Ксения кивнула, она чувствовала себя так, будто её отчитывают за провинность, а Руслан продолжал:

— Я нашёл тебя чудом! Причём машина чуть не наехала на твоё тело, которое уже начало заметать снегом! Но ты словно услышала и села! Тогда я и заметил тебя!

— Я услышала сигнал тревоги… — вдруг она посмотрела на свои руки, кожа немного покраснела, но никаких пузырей не было, — я что‑то отморозила?

— Не успела, прошло не больше двадцати минут после того, как ты вышла из барака.

Девушка непроизвольно скользнула взглядом по его лицу, рана на котором так и не начала заживать.

— Ты снова повредил руки, когда поднимал меня? — спросила Ксения, кивнув на новые повязки.

— Нет, все хорошо, — ответил он, вставая.

— Не ври, я слышала слова Светы!

Но он никак не отреагировал.

— Я скажу Свете, что ты проснулась, — Руслан уже хотел выйти, но Ксения сказала ему вдогонку:

— Спасибо тебе огромное!

Мужчина обернулся, и в первый раз за четыре дня девушка увидела легкую улыбку на его лице.

Ксения лежала и пыталась вспомнить все, что с ней случилось, странно, она пережила такой страх, такой ужас, но теперь это казалось просто сном, а сны надолго не задерживаются в памяти… Она чувствовала себя так, будто не произошло ничего страшного, теперь трудно было осознать, что час назад она была близка к смерти…

Света зашла в медкабинет с каменным выражением на лице, с таким же она разговаривала с начальником станции. Женщина подошла к Ксении, не глядя ей в глаза, снова осмотрела лицо и руки.

— Что-то болит? — спросила она, открывая баночку с кремом и начиная растирать девушке кожу на теле, отогнув одеяла.

— Нет, все хорошо, только сильная слабость, — Ксении стал не по себе от ледяного тона, — что с тобой?

Света просто покачала головой, а потом сказала:

— Поспи здесь, я пока приготовлю поесть, — и снова не глядя на девушку, вышла.

У Ксении создалось впечатление, что женщина за что‑то злится на неё, она попыталась вспомнить все вчерашние разговоры, но на ум не пришло ничего, что могло бы её обидеть или рассердить.

Несмотря на жуткую слабость, уснуть у девушки не получалось, а спустя полчаса дверь снова открылась, и к своему удивлению она увидела Олега.

— Я принёс чай…

— Спасибо, — ей действительно очень хотелось пить.

Ксения села на кровати, а мужчина протянул ей чашку и сел напротив.

— Ты как?

— На самом деле уже все хорошо, так что думаю пойти к Свете, избавить её от выполнения моих обязанностей.

— Лучше сегодня останься здесь, то, что произошло огромная встряска для организма…

Девушка пила горячий чай и смотрела на Олега поверх чашки. Ему было чуть больше сорока, но на темных волосах уже было много седины, обычно отстраненное выражение лица сегодня было тронуто волнением. Он был высокого роста, как и почти все здесь и широк в плечах. Все мужчины здесь были спортивного телосложения, так как им часто приходилось иметь дело с серьезными физическими нагрузками. Ксению сильно удивило, как это и Руслан, и Олег обычно такие молчаливые и закрытые сегодня сами идут с ней на контакт.

— А разве сейчас ты не должен быть в исследовательском? — спросила девушка, отставляя пустую чашку.

— Я и был, из — за погоды работа сильно стопорится, все, что от меня зависит я сделал, программы составлены, алгоритмы прописаны, теперь дело за монтажниками, осталось дособирать установку и подключить к компьютерам.

— Это будет сегодня?

— Скорее всего да, но уже ближе к ночи. Илья не слезет со всех, если сегодня с этим не закончим.

— А что потом?

— Потом пробурим скважину, зальём антифризом, а добравшись до поверхности озера, создадим низкое давление, и вода сама поднимется на поверхность.

— Ого, не просто…

— Да нет, на самом деле довольно просто…

— И что это даст?

— Сможем узнать, какие в нем обитают организмы и микроэлементы, возможно это подскажет историю его образования.

Дверь слегка скрипнула, девушка подумала, что вернулась Света, но успела лишь увидеть, как в медкабинет заглянул и тут же вышел Руслан. Олег тоже посмотрел в тут сторону, но уже никого не заметил.

— Надеюсь, тебе в итоге кто — нибудь удосужился сообщить о том, как передвигаться по станции в такую погоду?

— Нет, но я уже догадалась…

— Между всеми строениями по кругу натянуты тросы, идти нужно, держась за них.

— Хорошо, спасибо.

— Ладно, я пойду, а ты приходи в себя, — мужчина встал и, забрав чашку, вышел из медкабинета. А у Ксении создалось такое впечатление, что она проснулась в иной реальности, Олег сначала отказывается с ней общаться, а теперь сам приходит, да ещё и проявляет заботу, Руслан хамит, а теперь спас ей жизнь и общается, как абсолютно нормальный человек, а вот Света наоборот, все эти дни была сама забота и дружелюбие, а теперь и не смотри на неё даже.

Чувствуя себя так, словно ничего и не произошло, Ксения, встала, вопреки совету Олега, одела свою одежду, которая уже высохла рядом с обогревателем, и тоже вышла из медкабинета.

В столовой так вкусно пахло едой, что девушка вспомнила, что сегодня вообще ничего не ела, а зайдя в кухню, увидела, что на плите стоят огромные кастрюли с супом и варятся макароны. Светы же рядом не было. Ксения подбежала к плите, поняв, что ещё несколько секунд, и содержимое кастрюль убежит, и убавила мощность конфорок. Дверь в подсобное помещение была слегка приоткрыта, тогда девушка заглянула туда, и увидела, как Света сидит на корточках, прислонившись спиной к одному из ящиков.

— Тебе что, плохо, — Ксения в ту же секунду оказалась рядом с женщиной, но, когда та подняла глаза, увидела, что все её лицом слезах, — господи, что случилось?

Девушка присела рядом, а Света снова отвернулась.

— Я чем‑то тебя обидела? — спросила Ксения, кладя руку ей на плечо.

Женщина недоуменно посмотрела на неё, вытирая слезы.

— Ну что ты, чем ты могла меня обидеть!

— Когда я проснулась, мне показалось, что ты злишься на меня…

Света снова отвернулась:

— Да не на тебя, — из её глаз снова потекли слезы, — на себя! Илья прав, это из — за меня ты чуть не… пропала! Я же ни разу не предупредила тебя, как вести себя при такой погоде!

— Но ведь все обошлось, теперь я знаю…

— Ты не понимаешь… Это просто чудо! Реальное чудо, что Руслан тебя нашёл! Столько раз случалось нечто подобное и людей находили уже обмороженными трупами!

Ксения слегка вздрогнула, начав осознавать всю серьёзность произошедшего, её напугали слова женщины, но вслух она сказала:

— Значит теперь я начну верить в чудеса! — она наклонилась и приобняла Свету, — хватит себя винить, все закончилось хорошо!

— Прости, что тебе пришлось пройти через такое!

— Виновата не ты, а метель, — сказала Ксения, не зная, как ещё успокоить женщину, а потом улыбнувшись добавила, — пойдём, а то суп убежит.

До вечера женщины вдвоём просидели в столовой, Илья с Колей зашли за едой и унесли все в исследовательский центр для остальных работников, ни у кого не было свободного времени, начальник станции не хотел, чтобы женщины в такую погоду выходили на улицу. К вечеру метель начала стихать, но ни в восемь, ни в девять вечера никто из мужчин не пришёл. Света, у которой уже слипались глаза, после такого эмоционально дня, увидела, как Ксения задремала прямо в кресле под просмотр фильма ужасов на DVD.

— Пойдём-ка спать, оставим еду на столе, кто захочет, придёт и поест.

— А может стоит сходить, узнать, как там дела? — сонным голосом отозвалась девушка.

— Тебе вообще стоит как можно меньше времени проводить на улице, пока покраснения на коже не пройдут…

— Руслан вот с жуткими обморожения и к работе приступили на второй же день, а со мной вообще все хорошо, — пробубнила себе под нос Ксения.

— На то он и мужчина! Причём я его вообще не отпускала работать, но он же разве кого послушает? А вот ты надеюсь, все-таки будешь меня слушать, несмотря на то, как я тебя подвела…

— Опять ты об этом, — девушка притворно разозлилась, а Света подошла к двери и выглянула на улицу:

— Ладно, я пойду отнесу им еду, но ты подождёшь меня здесь!

Ксения кивнула, хотя этой ей не понравилось, но спорить хотелось меньше всего. Они вместе разложили горячую еду по контейнерам, и Света вышла из здания, а девушка вымыла посуду, прибралась в кухне и снова села в кресло, продолжив смотреть фильм.

Непонятно от чего Ксения вздрогнула и проснулась. Фильм, на котором она снова уснула закончился, и теперь на телевизоре был просто синий экран, а взглянув на часы, сердце у неё забилось с бешеной скоростью, было почти три часа ночи! Света ушла пять часов назад и не вернулась ни она, ни кто‑то из мужчин.

Не зная, что и думать, девушка побежала в медкабинет, из окон которого было видно следующее здание, но хоть снега было и меньше, рассмотреть она ничего не смогла. Не прошло и полминуты, как Ксения одела на себя верхнюю одежду и выбежала из помещения на улицу. После произошедшего утром, мгновенье она колебалась, но быстро справившись со страхом, она увидела трос, прикреплённый к углу строения. Девушка схватилась за него и пошла по улице, медленно переставляя руки, постоянно боясь выпустить трос и цепляясь мертвой хваткой.

В исследовательском комплексе она ещё ни разу не была. Это были два строения, выглядящие, как огромные прямоугольные контейнеры. Ксения знала, что бур должны были установить позади первого строения, там установили стены и крышу, чтобы снег и ветер не мешали работать. Зайдя внутрь, девушка увидела длинный коридор, почти как в бараках, но здесь освещение было тусклым, и расстояния между боковыми дверями гораздо больше. От окружающей тишины и мрачности ей стало не по себе, и она ускорила шаг. Пройдя последнюю дверь, на которой был предупредительный знак высокого напряжения, она вышла из коридора, попав в большое помещение, там стояло несколько компьютеров, собранных в одном углу, там же она заметила пакеты с контейнерами еды, которые забирала Света, остальное место занимали широкие трубы и провода, тянущиеся в сторону следующего помещения, дверь которого была приоткрыта, оттуда дуло холодом и, наконец, были слышны голоса.

Почти добежав, Ксения распахнула дверь и замерла, как вкопанная, голоса мужчин тут же стихли…

Это как раз и была пристройка к зданию, под ногами был лёд и снег, здесь было всего несколько потолочных обогревателей, но было намного холоднее, чем в помещении. Первое, что девушка увидела, была огромная буровая установка, высотой почти в два этажа, к ней были подсоединены провода и трубы из соседней комнаты, подъемный кран, а прямо перед ним…

— Не смотри, — к ней метнулся Коля, загораживая собой обзор и отворачивая в сторону, но она успела увидеть…

Рядом с буром валялась металлическая балка, а около неё мужчина, снег вокруг был забрызган кровью… Даже не забрызган, это была целая лужа крови! А рядом с ним Света и все остальные, кто-то из них сидел прямо на снегу рядом с телом, кто-то немного в отдалении.

— Все, хватит, — рявкнул Илья каким-то не своим голосом, — идите спать! Руслан, помоги мне вынести тело…

Ксения больше ничего не успела увидеть, Коля силой вывел её за дверь, тут же рядом появилась Света, глаза у неё были красные, но слез в них не было, зато руки и куртка были в крови.

— Кто это? Что произошло? — девушка схватила Свету за локоть, и при этом сама испачкалась кровью.

Женщина и окружающие словно её не слышали, Ксения еле успевала за Светой, которая почти бегом прошла по коридору, и вышла на улицу. Остальные мужчины, кроме Ильи и Руслана сразу же вышли за ними, тогда все остановились, словно не понимая, куда дальше идти, что делать… Девушка смотрела на их лица, у одних на лице был ужас и отвращение, у других страх, но кроме этого, все они выражали скорбь и сожаление. Ксения не увидела Петра, геофизика, и тут же поняла, что именно его тело осталось лежать на снегу в луже крови.

— Что… случилось? — запинаясь и чувствуя, как у неё трясутся руки, спросила девушка, глядя на Свету.

— Пойдёмте спать, завтра трудный день, — низким голосом сказала Света и схватив Ксению за руку, потащила её за собой, но не в барак, а в столовую, а оттуда в медкабинет. Через кружащийся снег девушка увидела, как мужчины, прошли мимо, все смотрели под ноги, боясь посмотреть друг на друга.

Света сняла куртку и бросила на пол прямо перед входом, потом бросилась к раковине. Ксения смотрела, как женщина щеткой с мылом пытается отмыть руки от крови, но красные сгустки прочно засели под ногтями. Бросив щетку, она открыла один из стеклянных шкафчиков, достала какую-то настойку и налила в две рюмки:

— Пей!

Сказано это было таким тоном, что девушка тут же выполнила приказ, по вкусу она поняла, что это какое-то растительное успокоительное. Поставив пустую рюмку на стол, Ксения спросила в третий раз, понимая, что начинает кричать:

— Что случилось?!

Света вздрогнула, но посмотрев на девушку невидящим взглядом, села на кровати и все‑таки заговорила:

— Когда я к ним пришла, как раз заканчивалась установка бура… Мне стало любопытно и почти полчаса я наблюдала, как его подключают к компьютерам и напрямую к генератору… Там было 13 человек, но никто не заметил, как сорвалась металлическая балка! Олег только успел крикнуть: «Смотри», а Илья толкнул Петра, но было поздно, ему раздробило грудную клетку, я только успела подбежать, не прошло и нескольких минут, как он умер…

Ксения сидела, поражённо смотря на Свету, не понимая, как такое могло произойти, а женщина продолжила:

— Все начали кричать друг на друга! Ксюша, как они орали! Наговорили таких жутких вещей, обвиняли друг друга! Там стоит несколько камер, их просмотрели несколько раз подряд, все было установлено верно, никто не виноват… Это просто несчастный случай… Ужасный несчастный случай! Но Илья… Он как с ума сошёл, он винит во всем себя, хотя его и рядом с той балкой не было! Он говорит, раз я начальник, вина на мне! Как только первый шок прошёл, он сообщил руководству, самолёт за телом смогут прислать только через два дня… — Света всхлипнула, как при истерике, хотя слез не было, — тут же Богдан закричал, что улетит на том же самолете… Что тут снова началось, его начали обвинять в том, что он всех бросает, снова крики… Они все были в шоке, друг друга не слышали! А потом ты зашла!

— Я проснулась в три часа ночи, а тебя нет, я испугалась, что с тобой что-то случилось, — почти шёпотом проговорила Ксения.

— Случилось… Но не со мной… — ответила женщина и спросила, — останешься здесь со мной сегодня? Не хочу возвращаться в барак…

— Конечно, — с готовностью ответила девушка. Она знала Петра всего несколько дней, видела его от силы раз десять, почти не общалась, и то ощутила шок, тяжесть потери знакомого человека! Как же тяжело было остальным, которые много месяцев работали с ним бок о бок! Словно в ответ на её мысли, Света сказала:

— Илье будет сейчас тяжелее всего… Они были знакомы уже больше двадцать лет, вместе институт заканчивали, вместе приехали покорять эту природу… Только у Петра перерыв был около 5 лет, жена болела, так он работал рядом с домом, за это время Илью сделали начальником станции. А как жены не стало, Пётр снова сюда вернулся…

— Похоже, здесь многие потеряли кого-то… — Как это не прискорбно, — Света повернулась на бок, лицом к стене, — да, отвыкла я видеть смерть, — проговорила она и замолчала. Ксения не стала больше ни о чем спрашивать. Часы показывали пять утра. Она тоже легла на кровать, но стоило ей закрыть глаза, как возникал образ мужчины на кровавом снегу, или начинало казаться, как снег мелькает вокруг, словно метель, от этого кружилась голова. Пролежав на спине около часа, Ксения села. Здесь не было на окнах плотных штор и все помещение озаряло солнечными лучами, буря прошла, словно её и не было.

Судя по ровному дыханию, Света спала, и девушка, чтобы её не разбудить, вышла из медкабинета. Когда шок прошёл, первой её мыслью было поступить, как Богдан, улететь через 2 дня на самолёте! Она здесь всего четверо суток, а уже чуть не погибла сама, стала свидетельницей смертельного несчастного случая, что же может ждать впереди?! Но это было лишь первой эмоцией, а потом заговорил здравый смысл, что здесь она в большей безопасности, чем дома, что здесь её окружают прекрасные люди, хоть и со своими тараканами, что она должна, как и все, смириться с потерей и так или иначе помочь смириться тем, кому труднее…

От резкого звона бьющегося стекла Ксения подпрыгнула на месте, проходя мимо барной стойки. Обернувшись, девушка никого не увидела, но с бьющимся сердцем от страха где-то в горле, она сделала шаг назад. Взгляд упал на текущую в центр зала лужицу, а подойдя ближе, Ксения увидела, что прямо на полу у стены сидит начальник станции с бутылкой водки в руках. Он был смертельно пьян. На полу около Ильи лежал разбитый напополам стакан, а его содержимое растеклось по полу. Бутылка, которую он держал в руке, была почти пуста.

Ксения растерялась, она не знала, как может повести себя этот мужчина в таком состоянии, но увидев, что он смотрит на неё, а из глаз текут слезы, не смогла уйти в кухню, оставив его в одиночестве. Девушка подошла к нему и присела:

— Илья, мне очень жаль, — тихо сказала она, не зная, понимает он или нет, но мужчина посмотрел ей в глаза и ответил:

— На этой станции словно все против того, чтобы я выполнил свою работу, — несмотря на количество выпитого алкоголя и невозможность подняться на ноги, говорил он связно и здраво, — сначала не мог набрать команду ученых, постоянно кто-то отказывался, потом куча проблем с самой установкой, теперь Петька…

— Вы были друзьями? — невпопад спросила девушка, не зная, что сказать.

— О даааа! Друзьями! А теперь его нет! Как я мог не доглядеть, — он хотел схватить с пола стакан, но две половинки выскользнули из его руки, тогда он открыл бутылку и хлебнул прямо оттуда.

— Это был несчастный случай, — повторила Ксения слова Светы, отодвигая подальше от рук мужчины осколки.

— Как я теперь домой вернусь, как сообщу об этом его матери?!

Девушка не знала, как себя вести в такой ситуации, она просто положила ладонь ему на предплечье и сжала.

— Жаль, что со мной нет Оли…

— Это жена? — спросила Ксения, а мужчина кивнул.

— Я так скучаю по ней! Она мне так нужна!

Со стороны это было похоже на пьяную истерику, но девушка видела, какую душевную боль он испытывал.

— Может быть, сейчас ты ляжешь спать? Вдруг она тебе приснится?

Мужчина поднял мокрые глаза на девушку:

— Ещё один повод мне порадоваться, что я тебя взял на работу, — сквозь слезы он грустно улыбнулся, — ты такая умная и добрая!

Он хотел встать, но не смог даже приподняться, а когда Ксения хотела помочь, поняла, что её сил для этого не хватит:

— Посиди 10 минут, я сбегаю за кем‑нибудь…

Только она не представляла, кого позвать, должно быть, все уже спят. Но выбора не было, и она решила, что постучит к Коле, который жил в первой комнате её барака. Девушка оделась и вышла на улицу, после полумрака столовой солнечный свет ослепил её, казалось, что воздух не просто прозрачный, после метели все выглядело, словно стало ещё чётче, ещё ярче.

Вдруг она услышала шум заведённого двигателя, а прикрыв глаза от бликов, увидела, что напротив входа стоит гусеничный микроавтобус, и кто‑то есть в кабине. Обрадовавшись, что никого не придётся будить, Ксения подбежала к нему, за рулём сидел Руслан:

— Чего тебе? — ещё грубее, чем всегда спросил он, как только девушка оказалась около машины и открыла дверь.

— Помоги, пожалуйста, — она уже смирилась с его манерой общения, — там Илья… Он… — Что?

— Напился сильно, мне с ним не справится… Его бы спать уложить, он на полу сидит.

Выругавшись матом, Руслан заглушил двигатель и пошёл в столовую, где Илья уже спал, соскользнув спиной на пол.

— Не надо, чтобы другие его тут видели в таком виде, отведу его в медкабинет…

Мужчина был на полголовы выше Ильи и шире в плечах, но еле смог поднять бессознательное тело, и, держа его почти на весу, перекинул через плечо. Ксения пробежала вперёд и открыла дверь. Начальник станции даже не почувствовал, как оказался на кровати, Руслан сделал все тихо, и Света, спящая на соседней, тоже не проснулась. Выйдя в столовую и закрыв дверь, мужчина сказал:

— Не говори никому про это, — Ксения понимающе кивнула, а он добавил, — и ему не говори про меня, если вспомнит, что ты была рядом, скажешь, что он сам дошёл до кровати.

— Хорошо, — ответила девушка, а мужчина вышел на улицу и снова пошёл в сторону машины, — куда ты?

— Кататься! — через плечо бросил он, садясь за руль, — слишком холодно, иди в комнату!

— Вот именно, слишком холодно, — ответила она, стоя перед ним и не двигаясь с места.

— Здесь есть печка вообще-то!

Ксения сама не понимала почему, но осознание того, что все спят, а он уедет неизвестно куда, пугало её. Слишком много ужасного произошло за один день.

— Можно с тобой? — спросила она, сама того не ожидая, — я не хочу спать и мне страшно оставаться одной…

Руслан посмотрел на неё, как на полоумную, она уже подумала, что сейчас он скажет очередную грубость, но он ответил:

— Садись! Только молча, чтоб я тебя не видел и не слышал!

Девушка забралась на второе переднее сиденье, она ожидала увидеть такую же переднюю панель, как в машине, но нет, здесь все было в кнопках и рычагах. Не глядя в её сторону, Руслан завёл двигатель и микроавтобус резво поехал вперёд. Ксения думала, что такая машина ездит, как черепаха, но нет, несколько секунд, и они выехали за пределы станции. Ещё ни разу девушка не покидала пределы строений, и сейчас она волновалась, как перед чем-то неизведанным. Солнце было позади, поэтому можно было видеть далекую линию горизонта, которая плавно переходила в голубое небо, словно отражавшееся от снега. Трудно было поверить, что ещё несколько часов назад, бушевала непроглядная метель. Поверхность, по которой ехала машина была идеально ровной, словно огромная белая простыня. А когда девушка обернулась, позади увидела только слепящее солнце и больше ничего!

— А как ты ориентируешься? — спросила она, забыв, что обещала молчать.

— Шестым чувством, — ответил мужчина, но все‑таки взглянув на девушку и увидев замешательство, граничащее со страхом, добавил, — глаза открой, здесь встроенный GPS с координатами.

Только теперь Ксения увидела маленький экранчик, но он не был похож на обычный навигатор, там перемещались какие-то линии и цифры. А Руслан ехал и ехал вперёд, у девушки создавалось ощущение, словно это дорога в бесконечность… Спокойствие обволакивало сознание, когда она смотрела вперед. Словно не существовало ничего и никого. Сладостное безразличие, отсутствие воспоминаний и мыслей освобождали сознание, хотелось, чтобы это продолжалось.

Ксения не представляла, сколько прошло времени перед тем, как мужчина резко повернул в обратном направлении, но, судя по всему, довольно долго. Он сам тут же одел тёмные очки, а девушка не просто закрыла глаза, а заслонила их ладонями, потому что свет пробивался даже через веки. Скорее всего, она задремала, потому что даже не заметила, как они въехали на станцию, и машина встала.

— Иди спи, сегодня рано никто не придёт есть, — сказал Руслан, выходя на улицу.

Ксения потянулась и нехотя вышла на мороз из прогретой кабины:

— А ты? — И я пойду, — они вместе зашли в коридор, его комната была напротив Колиной в самом начала коридора. Девушка уже прошла мимо, как все-таки решила спросить:

— А где сейчас тело Петра?

Руслан побагровел от злости:

— Вот какое твоё дело?!

Ксения развернулась и, буркнув под нос:

— Спокойной ночи, — пошла к своей комнате, хотя было уже почти восемь утра.

Каждый вечер и каждое утро девушка писала сестре, что у неё все хорошо. Вчерашний вечер стал исключением, поэтому на телефоне Ксении было несколько тревожных сообщений от Кати. Она тут же написала, что у неё все хорошо, зачем понапрасну тревожить сестру. Остальные входящие сообщения грубого характера стойко игнорировала.

Как только Ксения легла в кровать, страх от увиденного тут же вернулся, даже рядом с грубым Русланом ей было легче, чем сейчас одной. У неё было желание снова пойти в медкабинет, где сейчас Света, но вторая кровать там занята, так что лечь спать не удастся. Уже через пятнадцать минут девушка поняла, что бесполезно себя мучить, сердце слишком сильно начинало биться, стоило ей только закрыть глаза и вспомнить вид мертвого мужчины, поэтому она встала, сходила в душ, а поняв, что никто не собирается выходить из своих комнат, решила сходить в спорт-зал, в котором ещё ни разу не была из — за плохого самочувствия. Теперь же акклиматизация прошла, чувствовала она себя отлично пусть не морально, но хотя бы физически.

Ни на улице, ни в столовой никого не было. Сам спортзал представлял собой помещение в два раза меньше стандартного школьного зала для занятий физкультурой, на этой небольшой территории было несколько силовых и кардио тренажёров, а позади ещё и душевая. Ксению безусловно порадовало, что здесь, все тренажеры были в прекрасном состоянии. Начать тренировку она решила с забега на дорожке в среднем темпе на несколько километров. Уже через несколько минут девушка поняла, как ей не хватает плеера и наушников, но здесь неоткуда было этому взяться. Делая монотонные движения руками и ногами, она также, как и в постели стала мысленно возвращаться в тот момент, когда зашла в помещение с буровой установкой и увидела… Она тряхнула головой и тут же выключила тренажёр. Присев на скамью между зонами Ксения положила голову на руки. Как же это несправедливо, что погиб такой молодой мужчина, такая глупая и нелепая смерть, чистая случайность, невезение… Как такое может быть, что многие убийцы, садисты живут и процветают, а хороших людей, которые и так потеряли многое в жизни, настигает такой конец. К тому же ей было безумно жаль Илью, ведь действительно ему, как лучшему другу придётся сообщать эту страшную весть оставшимся близким погибшего… Каково ему теперь здесь оставаться, зная, что он был рядом, если бы на секунду раньше заметил, то мог предотвратить катастрофу…

Звук открывшейся двери заставил девушку вскочить.

— Ты напугал меня…

— Я думал, все спят, — ответил Олег, проходя и сразу направляясь к штанге.

— Я тоже так думала…

Дальше повисло неловкое молчание, мужчина, как всегда, вел себя так, будто рядом никого не было. Тогда Ксения вернулась на беговую дорожку и добежала заданный километраж. Краем глаза она наблюдала, как Олег тягал спортивный снаряд с максимально тяжёлыми блинами, словно у него в руках деревянная палка.

— Смотрю, ты не послушала моего совета, а сделала ровно наоборот?

Девушка остановилась, непонимающе смотря на него, а мужчина опустил штангу на место и запястьем вытер пот со лба.

— Я тебе сказал, чтоб поберегла свой организм после встряски вчера утром, а ты на следующий же день приперлась в спортзал.

— Я забыла… — снова она чувствовала себя так, будто ребёнок, которого отчитывают за провинность.

— Забыла, что чуть не умерла? — он выставил вверх большой палец.

— Похоже, что да… — Хотя после сегодняшней ночи, это немудрено.

Ксения была удивлена, что он с ней разговаривает, она помнила слова Светы, что он за много месяцев не сказал ей и нескольких слов.

— Ты сам‑то как?

Судя по лицу, этот вопрос удивил его, но Олег ответил:

— Переживу.

— Вы не общались?

— Не особо, — ответил он, вставая и направляясь к турнику.

«Как и со всеми», — подумала девушка, но вслух ничего не сказала.

— Хреново, что и Богдан улетит, слишком мало остаётся людей для такой работы, — сказал мужчина и, подпрыгнув, повис на перекладине, а потом стал с раз за разом подтягиваться, доставая её подбородком.

— Думаешь, улетит? — Ксения подумала, что мужчина просто испугался, как и все, и принял решение на эмоциях, а потом обдумает и изменит его, не сможет оставить такую важную работу.

— Ага, — только и ответил Олег, чтобы не сбить дыхание.

— Но зимой же на станции намного меньше людей? — спросила девушка, когда тот спрыгнул на пол.

— Зимой здесь просто живут, — сказал мужчина, отдышавшись, — а бурение скважины, плюс потом пробы, обработка данных и прочее, довольно долгий и трудоемкий процесс.

Следующие полчаса девушка посветила велотренажёру и тоже несколько раз подтянулась. Больше она вопросов не задавала, а мужчина разговор не заводил.

— Пойду в душ и готовить завтрак, спасибо за компанию, — сказала Ксения, которой действительно было легче, когда рядом кто-то находился. Олег не ответил, просто махнул рукой, «не за что», а учитывая, что раньше он вообще не реагировал на благодарность, это был прогресс.

Стоя под душем, девушка удивлялась своим эмоциям, в первые два дня меньше всего ей хотелось общаться с кем‑то из мужчин здесь, а теперь становилось легче от их присутствия, и тянуло узнать их лучше. Виной тому было осознание, что большая часть из них, какими бы грубыми и нелюдимыми не были, были настоящими. Многие пережили нечто страшное, что заставило их стать такими, но несмотря на это их ценности, их жизненные принципы, их мужественность, их ум, их стремление помочь другим, рискуя собственным благополучием, в корне отличало их от тех, кого она раньше знала. За этот короткий период времени, что прожила на станции, Ксения заметила, что у каждого здесь есть личные амбиции, желание добиться результата, как в общих целях, так и в личных, про тяжесть характеров и говорить не приходится, но! Ни к ком из этих мужчин она не увидела алчности, эгоизма или способности на предательство… Исключение составил только Богдан, решивший бросить все и всех после трагедии…

Когда Ксения вышла из душа, Олега в зале уже не было. Было начало одиннадцатого, она зашла в кухню, там Света уже грела чайник.

— Привет, — тихо сказала девушка, — ты как?

— Привет, — также тихо и без эмоционально ответила женщина, — нормально, на сколько это возможно.

— Илья ещё спит? — спросила Ксения, мягким жестом отодвинув Свету от плиты и берясь за приготовление еды.

— Нет, ушёл, сказал, чтоб к 11 все были в столовой, хочет сделать какое-то объявление. Если память мне не изменяет, ты засыпала на соседней от меня кровати? А проснулся там вместо тебя наш начальник, причём с таким перегаром, что я сама словно под градусом!

— Мне не спалось… А он выпил лишнего, понял, что до барака не дойдёт, и лёг в медкабинете, — ответила девушка, вспомнив слова Руслана, но Света больше ничего не спросила.

Во второй раз за все время Ксения увидела всех обитателей станции вместе, только если в первый раз все были веселыми и приветливыми, то теперь скорбь и тоска были на лицах каждого. Когда с ковырянием в тарелках было покончено, завтраком это назвать было трудно, Илья, не вставая из — за стола, заговорил:

— Вы все присутствовали при случившемся, объяснять никому ничего не надо… К завтрашнему вечеру будет транспорт, чтобы забрать Петра… Тело Петра и всех, кто ещё захочет покинуть станцию. Уговаривать остаться я никого не стану, как и осуждать. На замену пока нам никого не пришлют, поэтому остаёмся в том же составе и пытаемся выполнить работу своими силами. Кто ещё, кроме Богдана желает улететь?

Повисло молчание, Богдан сидел в самом углу у стены и смотрел в стакан с чаем, остальные переглянулись, но никто не сказал ни слова. Окинув всех медленным взглядом, словно уже готовый к тому, что половина работников сбежит со станции, Илья продолжил:

— И на том спасибо. На сегодняшний и часть завтрашнего дня объявляется траур, работы на это время прекращены… Занимайтесь своими делами, кто захочет помянуть нашего коллегу, буду ждать вас в исследовательском сегодня в 8. Завтра снова прилетит грузовой самолёт, поэтому завезут часть продовольствия и ещё кое-какие вещи, которые нужно будет разгрузить. Послезавтра приступаем к работе, как и планировали, бур установлен, дело осталось за малым.

Илья встал и, надев куртку, вышел на улицу, остальные собравшиеся последовали его примеру, словно специально никто не смотрел на геофизика, который так и остался сидеть в углу.

— Да, тяжело ему будет эти два дня, — сказала Света на ухо Ксении, головой кивнув на Богдана. Женщины стояли за барной стойкой, ожидая, пока все покинут помещение. А Ксения поймала себя на том, что глазами провожает высокую фигуру Руслана.

Девушке было жаль геофизика, он одиноко сидел в столовой, никто с ним не общался, все расценили это трусостью и бегством, хотя, по сути, далеко не каждый готов справиться с такой страшной потерей коллеги. Света рассказала, что это всего вторая его командировка на материк. Многие, приехав сюда, влюбляются в природу, уединение, а некоторые не выносят жертв, на которые приходится идти, живя в условиях лишений и частой опасности. Просто Богдан понял, что это не для него, что он не готов мириться с тяжёлыми условиями жизни и потерями ради науки. Ксения не считала это предательством, а вот почти все остальные жители, похоже, считали, а если не предательством, то, как минимум трусостью.

Закончив с делами на кухне, Ксения вместе со Светой ушли в комнату и почти до самого вечера смотрели комедии, которые были у девушки на жестком диске. Но это не помогло вернуть позитивного настроя, да и невозможно это было, учитывая, что где-то в соседнем здании лежало мертвое тело.

Когда закончился очередной фильм, девушка спросила:

— Уже полвосьмого, ты пойдёшь в исследовательский комплекс?

— Конечно, — не задумываясь ответила Света, — думаю, придут все.

После секундного замешательства Ксения снова повернулась к женщине:

— Как думаешь, а кровь со льда и снега убрали?

— Скорее всего Илья с Русланом убрали все ещё вчера ночью, так что не бойся.

— Да я не боюсь крови… Просто трудно осознать, что ещё пару дней назад мы все вместе отмечали приезд водителей с буром, а теперь… Поминки… Часто случается подобное?

— Не часто, но случается.

— При тебе уже умирали работники?

Света задумалась, словно не знала, стоит ли рассказывать, но видя в девушке только грусть, без намёка на страх, ответила:

— На этой станции нет, но на прошлой да. Один раз я не была свидетелем, как один из работников провалился на снегоходе в щель между ледниками, тропа была привычной, никто не мог предположить, что льды настолько разойдутся. Глубина трещины была не больше пяти метров, возможно, он смог бы выжить, но его придавило машиной, позвоночник был сломан, умер он ещё до того, как его смогли вытащить. А второй раз сломался гусеничный микроавтобус, водитель ездил на соседнюю станцию, там было не такое большое расстояние, но словно звезды сложились против него… Поднялась метель, вот как позавчера… — на этих словах Ксения потупила взгляд, до этого внимательно глядя на женщину, — он не мог покинуть остывшую машину, просто заблудился бы. Нашли его слишком поздно, хотя он был жив, но когда я увидела, во что превратилось его тело… Обморожение было настолько сильно, что затронуло кости, я вколола ему морфий и седативное, но он больше не проснулся…

— Какая страшная смерть, — поражено проговорила девушка.

— Поэтому я и не обвиняю Богдана, который хочет улететь отсюда… Здесь абсолютно другие опасности, в отличии от привычных всем условий жизни.

— Да, машина тебя не собьёт, зато можешь провалиться в лёд…

— Все, хватит, пойдём, — резко встала Света.

Когда женщины подошли к буровой установке, там были уже все жители станции. Как и говорила Света, под ногами не было и следа от вчерашней трагедии, снег, пропитанный кровью, выкопан, а упавшая балка снова на своём месте.

Никто ничего не говорил, не чокаясь, пили водку из стаканов. Примерно через полчаса Сережа и Коля первыми, также молча, зашли в помещение, за ними потянулись и остальные. Но Илья, Степан, Руслан и Юрий так и остались стоять, образовав квадрат, и смотрели на снег, каждый думал о своём и никак не мог сдвинуться с места, стоя, словно в оцепенении.

Света тронула Ксению за локоть, тоже поворачиваясь к выходу, нехотя, но девушка пошла за ней. Как бы не угнетающе действовала такая обстановка, но она смотрела на лица этих мужчин и видела такую боль, что невольно хотелось быть рядом поддержать, неизвестно только, нужна ли им такая поддержка.

Вернувшись в свой барак, женщины простились в коридоре, им обеим не хотелось ничего говорить, казалось, стоит лечь спать, как утром все станет иначе, тягостная атмосфера исчезнет, и все станет, как раньше.

Ксению действительно клонило в сон, особенно учитывая, что проснулась она в три часа ночи и больше не спала. Она расстелила диван, уже хотела начать переодеваться, как в дверь постучали. Первая мысль была, что Света забыла что-то сказать, но на пороге стоял Руслан:

— Хочешь покататься? — спросил он. Девушка была настолько удивлена, что не сразу поняла, чего он от неё хочет, сначала она хотела ответить, что уже ложится спать, но вглядевшись в его лицо, на котором обычно было написано только раздражение, а сейчас боль и грусть, не смогла ответить отказом. Особенно понимая, что раз он сам к ней обратился, значит ему действительно тяжело.

Ничего не отвечая, Ксения протянула руку, взяла куртку с вешалки и надела. Мужчина развернулся и пошёл в сторону улицы. Микроавтобус стоял заведённый прямо около барака, поэтому, когда девушка села в него, сразу почувствовала тепло, как в комнате.

— А где все? — спросила она, не видя никого на улице.

— Кто-то пошёл спать, Илья, Юра и Стёпа в столовой. Только давай молча, хорошо?

Эта просьба ещё сильнее удивила Ксению, но она пожала плечами, ничего не ответив. Сегодня на улице не было солнца, погода словно угадала настроение жителей «Надежды», мрачное небо отражалось от снега, делая все вокруг ещё более тоскливым. Снова глядя на бескрайние просторы снежной простыни, создавалось ощущение бесконечности, только эта бесконечность больше не успокаивала, обволакивая приятной дымкой, а наоборот волновала, заставляла переживать, словно в предчувствии чего-то страшного. Но Ксения оборвала себя на этих мыслях, это просто плохое настроение в купе с мрачным пейзажем вокруг!

Но взглянув на часы на руке, которые показывали уже почти одиннадцать, девушка вдруг испугалась, вспоминая страшные рассказы Светы о таком вот сломанном микроавтобусе.

— Мы куда‑то едем? — спросила она после почти двух часов молчания. Руслан кивнул. Но ещё через пару минут она снова не выдержала:

— Далеко ещё?

— Нет.

Девушка внимательно смотрела на мужчину сбоку, но он больше ничего не ответил. Почти вся половина его лица теперь была в заживающих шрамах после обморожения, руки в таких же, но он словно не обращал на это внимания.

Действительно прошло не больше десяти минут, как он сбавил скорость и ещё минуту ехал очень медленно. Как только машина встала, он повернулся к девушке:

— Пойдём, прогуляемся.

Сказано это было так, словно приказ, никакой вопросительной интонации, Ксении стало жутко, она же его совсем не знает! Мужчина в два раз больше её, не самой доброжелательной наружности, привёз её черт знает куда, и черт знает зачем! Но увидев замешательство на лице девушки, Руслан усмехнулся:

— Ты боишься меня что ли?

— Нет! — слишком резко ответила Ксения, и вышла из машины.

Ощущение было такое, что холод здесь сильнее, чем рядом со строениями на станции, поэтому девушка вжала голову в плечи и натянула шарф на нос и щеки. Но, осмотревшись, Ксения не увидела вокруг ничего, кроме снега, разве что поверхность уже не была ровной белой простыней, а создавалось ощущение небольшой холмистости.

— И что здесь особенного?

— Пойдём немного вперёд, только иди медленно и немного позади меня! — ответил мужчина.

Идти было тяжело, потому что, несмотря на плотность снежного покрова, они провалились почти по колено, к тому же, словно специально мужчина шёл медленнее, чем обычно. Вдруг, смотря под ноги, Ксения врезалась в его спину и завалилась на бок в снег.

— Ты вообще вперед не смотришь? — Руслан развернулся, глядя, как девушка пытается выбраться и встать на ноги.

— Мог бы и помочь… — начала было возмущённо Ксения, но тут же замолкла, увидев впереди то, ради чего Руслан привёз её сюда, — господи Боже, — прошептала она, во все глаза глядя, как в трёх метрах впереди снежный покров прерывался, образуя трещину около двух метров шириной. Край противоположной стены оврага был неровным, словно оттуда постоянно обваливался снег. Встав на ноги, девушка пыталась рассмотреть, как далеко по бокам уходила ледяная щель, но глаза начало щипать от того, что все сливалось вдали.

— Впечатляет? — спросил Руслан, проследив её взгляд.

— Она глубокая? — вместо ответа спросила Ксения, поражённой смотря вперёд.

— Около километра, до самой горы.

— До горы? А озеро?

— Мы давно выехали за пределы озера, ещё тогда, когда идеальная равнина закончилась. Теперь под нами только горы.

Ксения хотела обойти мужчину, чтобы заглянуть вниз, но успела сделать только два шага, как он ухватил её за капюшон, и девушка снова упала в сугроб рядом с ним.

— С ума сошла? — он воскликнул резким голосом, — жить надоело?

— Я только хотела посмотреть! — возмущённо воскликнула Ксения, снова пытаясь выбраться из сугроба.

— Да туда свалиться проще простого!

— Зачем ты тогда меня сюда привёз? — практически с обидой спросила девушка.

Руслан посмотрел на её по-детски разочарованное лицо и снова усмехнулся:

— Ладно, только после меня, поняла?

Ксения кивнула, а мужчина лёг на снежный пласт и ползком стал подбираться к краю пропасти. Он смог заглянуть вниз, и с внешней стороны осмотрел отвесную стену, а решив, что она надёжна, вернулся к девушке и протянул руку.

— А раны? — спросила она, недоверчиво глядя на него.

— Нормально!

Слегка покачав головой, Ксения протянула руку в ответ и легла на живот на снег, а потом стала медленно подползать к краю, чувствуя, как крепко держит её Руслан, в любой момент готовый дернуть на себя. Девушка не ощущала страха высоты, и у неё не было боязни упасть вниз, но сердце колотилось, как бешеное от осознания величественности и мощи природы, представшей перед ними. Отвесные стены спускались так глубоко вниз, что невозможно было рассмотреть дна. Кромешная тьма царила внизу, куда не попадал дневной свет. Была гигантской глыба льда, на которой находились они, и такой же гигантской была глыба напротив. Захватывало дух от осознания масштабности размеров этих ледяных осколков. Ксения всматривалась вниз, потом схватила снег рядом с собой и сбросила туда. Снежные комочки, словно в замедленной съемке, падали и падали, но не хватало зоркости человеческих глаз, чтоб проследить хотя бы двадцатую часть их полёта.

— Да, впечатляет, — тихо сказала девушка, которая не в состоянии была оторвать взгляд от темноты под собой, — спасибо, что привёз меня сюда!

В тот же момент Руслан слегка дёрнул руку и пополз от края в противоположную сторону.

— Нам пора, мороз слишком сильный!

До этих слов Ксения не ощущала, насколько сильно замёрзла, лёжа на снегу, все её мысли занимал восторг от увиденного. Но поняв, что у неё начали неметь от холода ноги, она не заставила повторять дважды.

Трясясь от холода, они быстро залезли в машину, и Руслан повернул какую-то ручку, включая на максимум обогреватель.

— Сними мокрый шарф и рукавицы, Света убьётся меня, если ты заболеешь!

— Снять? Да я замёрзну ещё сильнее!

Но тут мужчина достал из ящика под задними сидениями толстый шерстяной плед и набросил на девушку. Тогда она поняла правильность его слов и сняла с себя мокрые вещи.

— Я словно попала в другой мир, — сказала Ксения, оглядываясь назад и пытаясь рассмотреть удаляющуюся трещину, но хотя они уехали не далеко, её уже не было видно.

— Да, позволяет прочистить мозги.

— Как ты её нашёл? — спросила девушка, кутаясь в одеяло.

— Несколько километров отсюда на запад она расширяется. Туда провалился мой друг на гусеничном вездеходе, — он сказал это таким тоном, словно они обсуждали погоду, поэтому девушка спросила.

— Он жив?

Но Руслан не ответил, он просто помотал головой.

Ксения долго смотрела на него, ожидая ещё каких-то слов, но мужчина, как всегда, молчал, тогда она еле слышно проговорила:

— Расскажешь, что случилось?

Он снова покачал головой, не отрываясь смотря вперёд. Снова повисло молчание, которое продлилось полчаса. Ксения уже начала дремать, согревшись под тёплым одеялом, как Руслан ответил, словно она спросила несколько секунд назад:

— Особо нечего рассказывать. Ехали колонной из нескольких вездеходов, он в первой машине, а я в замыкающей. Я даже не видел, как вездеход упал, это видели водители, едущие за ним. Колонна встала, когда я вышел из машины, все уже просто стояли и смотрели вниз этой пропасти, перед которой обрывались следы гусениц.

— Мне жаль, — искренне сказала девушка, удивленная, что так поздно, но все‑таки он заговорил. Но больше мужчина не сказал ни слова. А Ксения сидела и боковым зрением наблюдала, как сосредоточенно он ведёт машину, ей вспомнились слова Светы о героизме, как в подтверждение этого на его лице краснели шрамы. Девушка могла только гадать, что привело Руслана в это Богом забытое место, что заставило стать таким хмурым и нелюдимым, но при этом готовым пожертвовать жизнью ради другого.

Когда зазвонил будильник, и Ксения открыла глаза, то долго не могла понять, где находится. Резко сев на кровати и оглянувшись, она увидела синие шторы на окне, светлые обои и ноутбук на тумбочке… Она в своей комнате в бараке на полярной станции «Надежда»… Девушка стала судорожно вспоминать вчерашний вечер, вспомнила, как они со Светой были в исследовательском, как попрощались, как к ней постучал Руслан, как она ехала с ним в микроавтобусе, как они вместе лежали над километровой пропастью… Или это был сон?! Ксения откинула одеяло и увидела, что все ещё в той одежде, которую надела вчера, значит не сон… Её куртка висела около обогревателя, сапоги стояли у входной двери, но девушка никак не могла вспомнить, как вернулась в комнату, как разделась, а главное почему не сняла свитер. Но как только она окончательно проснулась, и мозг начал соображать, догадалась, что уснула в машине, закутанная в плед, но неужели Руслан перенёс её сюда, снял верхнюю одежду и развесил сушиться?! Его образ, сложившийся в голове Ксении, никак не вязался с таким поступком…

Отправив сестре сообщение с пожеланием доброго утра, девушка задержала взгляд на словах: «Я все равно найду тебя!», которые были написаны ей прошлой ночью. На секунду она ощутила страх, но тут же здравый смысл возобладал. Понимание того, что она находится на другом конце света, давало гарантию защищенности.

Ксения встала, сходила в душ и пошла в столовую. Сегодня серое небо радовало её больше, чем яркое солнце, не приходилось щурить глаза от слепящих лучей, да и мрачная погода гармонировала с её настроением. Хотя увиденное вчера определенно внесло положительные эмоции после всего произошедшего. Ставя сковороды на плиту, девушка мысленно возвращалась к той пропасти, которую увидела вчера, ведь её всегда привлекали экстремальные вещи, она обожала аттракционы, банджи — джампинг, спрыгнула со всех высот, над которыми можно было натянуть эластичные канаты. И теперь Ксения представляла, как можно было бы совершить такой прыжок в глубину тёмной ледяной трещины. Задумавшись и погрузившись в фантазии, девушка вздрогнула от раздавшегося рядом голоса Богдана:

— Привет.

— Привет, — машинально ответила Ксения. Это был его последний день на станции, если так и не передумает. Девушка видела, как все те, кто остаётся, сторонились его, как преступника, совершившего нечто страшное, — все-таки улетаешь сегодня?

Ксения постаралась спросить это мягко, чтобы он понял, что она просто интересуется, без тени той агрессии или обиды, которую выказывали все остальные. Богдан кивнул, садясь за стол на кухне и не глядя на девушку:

— Только давай без высказываний о том, что я поступаю низко, трусливо и все тому подобное.

— И не собиралась, — с некоторой долей возмущения ответила Ксения, а мужчина все же взглянул на неё, понял, что она сказала это искренне и немного успокоился. Хотя его напряженность все равно ощущалась в каждом движении, нервное возбуждение, исходившее от него, витало в воздухе.

— Не думай, что мне легко это даётся! — снова сказал мужчина, а Ксения, покачала головой, давая понять, что и мысли такой не было, а он продолжил, ему явно нужно было выговориться, — Петя был моим другом… Конечно, такое могло произойти в любом месте, но здесь все иначе, эта долбанная изоляция! Несколько человек на краю света, которые зовут друг друга семьей! Только это не семья! Моя настоящая семья за тысячи километров, а я даже не могу поговорить с ними в такой трудный момент! Семья же должна поддерживать в любых решениях, а тут что? — Богдан посмотрел на девушку, в его взгляде было столько обиды, а в голосе столько горечи, что ей стало жаль мужчину, но она ничего не ответила, хотя он ответа и не ждал, а просто продолжил, — возможно, это и слабость, но не трусость, в коей меня тут обвинил каждый! Просто я не такой, как все здесь! У меня полноценная жизнь там, дома! Я ни от чего не бежал, никому ничего не пытался доказать, никого не терял, не стремился забыться в этой глуши! Меня позвали сюда Илья и Пётр, потому что им здесь нравилось! А теперь я виноват перед всеми за то, что не разделил их страсти! Вернее, страсти Ильи, потому что страсть Пети к этим льдам привела его к смерти!

— Тебе не нужно ни перед кем оправдываться, это твоё решение, каким бы оно не было, — за его спиной раздался голос Ильи, который неслышно зашёл в кухню.

— Да что ты? — ещё более нервно обернулся Богдан на вошедшего мужчину, который, судя по виду, слышал каждое слово.

— Да! — резко ответил Илья, заставив Богдана замолчать, — так или иначе, для всех нас смерть нашего коллеги, нашего друга, стала ударом! Мы все пытаемся справиться с потерей, как можем! А твой отъезд — это ещё одна потеря! — его голос из властного и грубого стал тихим, а Богдан замер при этих словах.

— Потеря коллеги, без которого работа может занять больше драгоценного времени!

— Да к черту работу! Ты знаешь меня столько лет! Неужели я хоть раз дал понять, что работа мне важнее людей?!

— Да ты посмотри на себя! — взорвался Богдан, — сидишь здесь уже год! Жена и ребёнок видят тебя короткими периодами между командировками! В этот момент они тебе важнее? Или в тот момент, когда у Вадоса умер отец, а ты не отпустил его на похороны? А может быть теперь, когда я сказал, что не могу больше здесь находиться, и все посчитали меня предателем? И ты в первую очередь при этом отвернулся от меня! А теперь ты говоришь, что мне не надо оправдываться?! Да, черт побери! Мне не надо оправдываться, потому что моей вины в том, что я не одержимый баран, нет!

Наступило тяжёлое молчание, оба мужчины смотрели друг на друга налитыми злобой глазами. Но как только Богдан выкрикнул последние слова, тут же понял, что сказал лишнее, и первым опустил взгляд. Ксения широко раскрытыми глазами наблюдала, как ожесточенность на лице Ильи сменилось чувством вины и грустью. Было видно, что ему много чего хотелось выкрикнуть в ответ, дать волю своим эмоциям, бушевавшим огнем в его глазах, но он лишь тяжело вздохнул, молча глядя на Богдана. Тому стало не по себе, и уже абсолютно другим тоном он заговорил так, словно хотел загладить то, что только что наговорил:

— Я не хотел… Черт! Прости, эти слова были лишними, особенно учитывая ситуацию…

Илья вскинул руку, прерывая его:

— Проехали.

Богдан вскочил и вышел, так и оставив еду на столе нетронутой. Ксения стояла около плиты и молча смотрела, как начальник станции проводил взглядом вышедшего мужчину, а потом перевел взгляд на девушку:

— Вот так вот… — неопределенно проговорил он и тоже вышел из кухни. Ксения моргала глазами, приходя в себя после такой эмоциональной ссоры двух мужчин, обе стороны которых она понимала и понимала ту обиду, которую испытывали оба.

— Привет, все нормально? — спросила Света, зашедшая в кухню сразу после того, как из нее выбежал Илья.

— Да не сказала бы, — садясь напротив ответила девушка.

— Я слышала крики Богдана… Можно сказать, что в один день Илья лишился двух друзей…

— Не говори так! — довольно резко ответила Ксения, и тут же добавила более мягко, — потеря Петра — это трагедия, да! Но Богдана никто не терял! Он просто хочет вернуться к своей прежней жизни! И раз они были друзьями много лет, я уверена, пройдет время, и они простят друг другу эти слова и поступки, сказанные и сделанные в минуты скорби!

Какое-то время женщина недоверчиво смотрела на девушку, а потом кивнула, принимая её точку зрения:

— Наверно, ты права…

Следующие несколько часов Ксения кормила завтраком всех пришедших в столовую и готовила обед. Как только открывалась дверь кухни, она невольно бросала взгляд в ту сторону, ожидая увидеть Руслана, ей хотелось поблагодарить его за прогулку, которая принесла ей столько положительных эмоций, и за то, что он перенёс её в комнату, хотя этого поступка девушка никак не могла понять. Но он так и не зашел. Когда посуда была перемыта, а еда приготовлена, Света снова зашла в кухню:

— Через несколько часов прилетит самолет… Нужно проститься с Богданом и … Петром…

— Петром?

— Да… Его тело перенесли в ангар, он ближе к месту, где будет стоять самолёт. Ты пойдёшь?

Девушка отрицательно покачала головой, а Света понимающе кивнула и, надев верхнюю одежду, вышла на улицу. Ксения тоже оделась и вышла почти сразу за женщиной. Около ангара собрались все жители станции, не было только Богдана. Девушка прошла в соседний жилой барак, который выглядел абсолютно идентично её бараку, и постучала в комнату гидролога, а когда никто не ответил, слегка толкнула дверь, та поддалась. Мужчина сидел на диване и просто смотрел в окно, рядом стояла собранной большая дорожная сумка. Богдан посмотрел на девушку ничего не выражающим взглядом и снова отвернулся, а Ксения тихо сказала:

— Я хотела сказать, что рада нашему знакомству… Мне очень жаль, что все так сложилось. Желаю тебе скорее встретиться со своей семьёй.

Сказав это, она уже повернулась, чтобы выйти, но мужчина окликнул её: — Ксюша…

Она остановилась.

— Спасибо. Мне важно знать, что хоть кто-то не считает меня здесь последней сволочью.

— Они тоже так не считают, — мягко улыбнулась Ксения и вышла в коридор. Она вернулась в свой барак, стараясь не смотреть на собравшихся у ангара. Ей было жутко смотреть на мертвого мужчину, и она не смогла пересилить себя, чтобы подойти и с ним попрощаться.

В своей комнате она прилегла на диван и уставилась в потолок. Странное чувство охватило её, словно нереальность всего происходящего, словно сон, но не кошмар, от которого хотелось избавиться, а просто сон, на который она, словно на фильм, смотрела со стороны. Ксения до сих пор не могла осознать, что решилась на подобную жизнь. Девушка, привыкшая к дорогим нарядам и ресторанам, престижной работе и высоким перспективам, а теперь ничего этого нет, она одна на краю света, в крошечной комнатке барака, не имея никаких удобств, кроме душа и жесткого диска у своего компьютера, чуть не погибла сама и наблюдает, как пытаются смириться с потерей люди, которые успели ей понравиться, но остаются чужими. Правильно ли всё это? В своей ссоре с Ильёй Богдан сказал, что он не такой, как все здесь, что он ни от чего не бежал… А она сбежала. Она понимала это и раньше, постоянно повторяла себе это, но теперь смогла более широко оценить произошедшее в её жизни. Она устала бороться, устала терять и в результате осознанно лишилась всего и всех… Не это ли говорит о его победе?

В коридоре раздались быстро приближавшиеся шаги. Не успела Ксения сесть, как в дверь постучали, девушка только открыла рот, что можно зайти, как Илья, запыхавшись, стоял напротив неё, протягивая телефонную трубку:

— Тебя срочно к телефону! Сестра!

Ксения побледнела, страх, что могло произойти что-то ужасное, что заставило Катю позвонить, был написан на её лице:

— Алло, что случилось? — без приветствия выпалила она.

— Это ты меня спрашиваешь, что случилось? — накинулась на неё сестра, — ты мне пишешь, что у тебя всё хорошо! А потом я узнаю, что в срочном порядке к вам отправлен транспорт, чтобы забрать труп человека?!

Ксения невольно выдохнула и облегченно ответила:

— Милая, я просто не хотела, чтобы ты волновалась…

— Не хотела, чтобы я волновалась? — перебила её Катя, — да я с ума чуть не сошла! Ты же понимала, что я узнаю об этом!

— Честно говоря, я не подумала об этом…

— Что там произошло? С тобой все в порядке?

— Да, это просто был несчастный случай, я была далеко, — ответила Ксения, смотря на мрачное лицо начальника станции, который стоял рядом и слышал каждое слово разговора.

— Я знаю, что сейчас к вам прилетит грузовой самолёт, но там вполне хватит места, чтобы ты тоже могла улететь! Возвращайся домой!

— Ты знаешь, что я не вернусь! — ответила девушка, боковым зрением видя, как всё сильнее напрягались скулы на лице Ильи.

— Да брось, я знаю, что твоё упрямство не сломить, уж если ты что решила, то не отступишься, но подумай! Здесь так или иначе ты будешь рядом со мной, с друзьями… Мы сможем со всем справиться!

— Раньше мне это не помогло, — ответила Ксения и тут же прикусила язык, — прости! Я знаю, что ты ни в чем не виновата!

— Виновата…

— Нет, — со злостью сказала девушка, — только я во всем виновата! Но ты права, я приняла решение и его не изменю! Здесь мне ничего не грозит! Здесь меня окружают прекрасные люди, с которыми я не хочу расставаться!

Говоря это, Ксения чувствовала, как улетучиваются сомнения, которые мучили её несколько минут назад.

— Я просто безумно переживаю за тебя! — проговорила Катя, отступая и понимая, что сестра не уступит.

— Я знаю, но со мной всё будет хорошо!

Илья жестом потыкал на часы, показывая, что пора заканчивать разговор.

— Я очень скучаю, Катёнок!

— И я по тебе скучаю, — успела ответить Катя, как Ксения нажала кнопку разъединения вызова и протянула трубку Илье.

— Ты в норме? — спросил мужчина, увидев, что у девушки покраснели глаза.

— Да, просто очень соскучилась по сестре, — улыбнулась Ксения.

Через несколько часов раздался звук подлетающего самолёта, все вышли на улицу, чтобы поприветствовать пилота, разгрузить доставленные продукты и прочие вещи и перенести на борт тело Петра. Ксения издалека наблюдала, как мужчины, с ног до головы завернутые в теплые вещи, на снегоходах перевозили коробки в ангар, столовую и исследовательский комплекс. Это напомнило девушке момент её прилета на «Надежду». Словно это было не неделю назад, а год.

Когда Илья вместе со Степаном и Русланом перенесли тело геофизика из ангара на борт самолёта, девушка увидела, как начальник станции остановился около Богдана, который как раз собирался подняться по короткому трапу, они обмолвились несколькими фразами, а потом Богдан первым протянул руку Илье, тот ответил крепким рукопожатием, а все остальные, кто был рядом, помахали на прощание учёному. Сама не зная почему, но Ксения испытала облегчение от увиденного, это значило, что мужчина улетел отсюда не с таким сильным грузом за плечами, а оставшиеся на станции, когда пройдет обида, не будут винить себя в жестокости.

До позднего вечера Ксения разбирала коробки с привезёнными продуктами, расформировывала их по холодильникам и ящикам для хранения. Со Светой они почти не общались, так как та была занята тем же в медкабинете, разбирая новые медикаменты. Руслана девушка видела только во время ужина, но было слишком много дел и народу вокруг, чтобы можно было подойти к нему и заговорить о прошлом вечере.

Следующим утром, когда траур был закончен, впервые запустили бур. Вокруг собрались все жители станции, чтобы посмотреть, как он проделает первые метры скважины. Теперь все шло, словно по маслу, установка действовала идеально и должна была справиться с километровой толщей льда чуть больше, чем за неделю. Всеобщая радость и ликование на некоторое время заставили забыть о трагических событиях последних дней, работа продвигалась на редкость слаженно, и не ощущалось недостатка персонала. Проведя несколько часов вокруг установки, все разошлись и занялись своими делами, оставив бурение скважины ученым.

Часть вторая

Ксения проснулась в приподнятом настроении. Сегодня головка бура должна была пройти последние метры льда и достичь поверхности озера. Сама девушка редко бывала в исследовательском комплексе, но ежедневно в столовой слушала рассказы о том, что там произошло за день, от всех, кто занимался бурением. Это было настолько значимое событие, что волнительное и торжественное настроение передалось и ей.

На протяжении полутора недель Ксения каждое утро начинала со спортзала, потом занималась приготовлением еды и уборкой на кухне и в столовой. Больше всего времени она проводила в компании Светы, мужчины заходили только покушать и вечером поболтать всем вместе. Руслан вел себя с девушкой также, как и до их поездки к ущелью, а именно не говорил ничего, кроме приветствия, прощания и благодарности за еду. Почему-то Ксению это задевало, несколько раз она даже сама пыталась с ним заговорить, но эти попытки не увенчались успехом, и она постаралась не думать об этом. Илья проводил около бура больше времени, чем все остальные. Иногда девушка не видела его в столовой во время ужина, создавалось впечатление, что он ночует около бурильной установки, сказывалось отсутствие Петра, который был вторым геофизиком на станции, и его знаний и опыта не хватало ученым.

С каждым днём Ксения всё сильнее отдалялась от своей прежней жизни, страхи, преследовавшие её ни один год словно стирались из памяти, становились нереальными. Девушка приобрела былую уверенность в себе, стала собой. Смелая, общительная, добрая, отзывчивая, упорная, все те качества, которые были спрятаны за широкой ширмой страха, снова возобладали в ней. На «Надежде» не было ни единого человека, кто относился бы к ней плохо, даже Артём все-таки подошел и извинился за пьяную выходку две недели назад. Прошло не так много времени с того момента, как Ксения прилетела на станцию, но теперь она не могла сказать или подумать, что её окружают чужие люди. Так или иначе, но девушка с теплотой относилась к каждому, она смогла оценить положительные качества каждого и старалась не обращать внимания на отрицательные. Теперь вечерами Ксения не старалась как можно скорее спрятаться в своей комнате, она проводила время, слушая рассказы мужчин об их прошлых экспедициях, о веселых и страшных моментах, смеялась и переживала вместе с ними.

В этот день выйдя из душа, девушка впервые столкнулась в коридоре с Русланом, Артёмом и Колей, которые встали раньше обычного, чтобы поспешить в исследовательский комплекс, но терпеливо ждали, пока Ксения выключит воду и оденется.

— Как вы сегодня рано, — удивленно вскинув брови, воскликнула девушка, выйдя в коридор.

— Так всем уже не терпится, — ответил Коля, который пребывал в таком же приподнятом настроении, — одевайся и давай сразу к буру! Там осталось не больше 30 метров льда! Могли вчера успеть, но Илья хотел сделать еще кое-какие уточняющие замеры, что-то там у них не сходилось…

— Похоже, сегодня даже солнце светит ярче обычного, — засмеялся Артем, проходя мимо. Даже на лице Руслана девушка заметила легкую улыбку, но он молча зашёл в душевую и закрыл дверь.

Тут же из своей комнаты вышла Света, она уже была в пуховике:

— Доброе утро, — она легко чмокнула девушка в щёку, — сегодня большой день!

— Да уж, — усмехнулась Ксения, — подождёшь минутку меня?

— Конечно, — ответила она, а девушка уже в своей комнате одевала куртку.

Когда они вышли на улицу, действительно создалось такое ощущение, что солнце сегодня светит ярче обычного, несколько дней до этого было пасмурно, ветер сносил с ног, а теперь на небе не было ни единого облачка. С непривычки от слепящих лучей не спасали даже тёмные очки, пришлось прикрыть глаза руками.

— Привет, — Илья как раз проходил мимо их барака, — скоро там остальные?

— Думаю, не больше пяти минут, — улыбаясь ответила Ксения.

— Тогда пойдёмте в помещение, не будем мёрзнуть, — сказал мужчина, махнув рукой в сторону строения с буровой установкой.

Когда они зашли в коридор здания, после такого яркого света, он показался ещё более мрачным, чем всегда. Но в помещении с буром висели более яркие светильники. Паша ковырялся в куче переключателей генератора, а как только увидел подходящего начальника станции, воскликнул:

— Здорова! Смотрю, все такие счастливые! По какому случаю радуемся?

— Ой, завязывай, — беззлобно огрызнулся Илья, — сегодня даже у тебя не получится испортить мне настроение.

— Да никто и не собирался! — притворно возмутился Паша и вслед за Ильёй вышел в ангар, где стояла бурильная установка. Степан, Олег, Михаил и Юрий, уже были там. Тут же открылась дверь на противоположной стороне строения, которая вела прямо на улицу, и зашли Руслан, Артём, Серёжа и Коля.

Начальник станции тут же поднялся по лестнице на подмостки, которые были установлены на высоте двух с половиной метров, примерно посередине бура. Рядом на снегу стояли бочки с заливочной жидкостью, из них уже были пустыми, а к некоторым были подсоединены шланги, ведущие к скважине. Олег сел за один из компьютеров, он находился в соседнем помещении, но был так поставлен, чтобы при открытой двери мужчина мог видеть все, что происходило вокруг установки. Степан, Михаил и Юрий поднялись вслед за Ильёй, Руслан подошёл к шлангам и проверил их крепления. Коля стоял за спиной Олега, держа в руках прибор, отдаленно напоминающий внешний жесткий диск, от которого один длинный провод тянулся к прибору, назначения которого Ксения не знала, а второй был подключен к компьютеру.

Сам бур, проходящие мимо шланги, еще один прибор примерно такой же высоты, от которого отходили трубки, тоже ведущие в скважину, провода, соединяющие всю эту систему и компьютеры в соседнем помещении, все это образовывало установку внушительных размеров, в основном из металла. Ксения смотрела за слаженной работой мужчин, Илье даже не нужно было отдавать приказы, все и так знали, что нужно делать.

Ксюша стояла со Светой в некотором отдалении, Паша и Сергей встали там же. Илья нажал какие-то рычаги на приборной панели прямо перед собой на подмостках и кивнул Олегу, тот набрал комбинацию клавиш и раздалось громкое жужжание, установка ожила и по металлической конструкции прошла дрожь. Всё происходило без разговоров, под гул, эхом доносящийся с километровой глубины. Ученые смотрели сверху вниз на скважину, постоянно сверяясь с небольшим монитором, также установленным перед ними, а Олег неотрывно следил за компьютером. У Ксении бешено колотилось сердце, она даже и представить не могла, что сейчас ощущают эти люди, ждавшие почти год этого дня.

Не прошло и десяти минут, как Илья крикнул:

— Стоп!

Через несколько секунд бур заглох и вокруг воцарилась тишина, теперь все смотрели на начальника станции, ожидая дальнейшей команды.

— Олег, — крикнул Илья, — следи, чтобы пробоотборник не опустился ниже 923 метров, чтобы расстояние до поверхности озера не превышало 25 метров, — тот кивнул, а Илья уже говорил стоящим рядом с ним ученым, — давление в скважине создано согласно нашим вчерашним подсчетам, если мы все верно рассчитали, вода поднимется не более, чем на 30 метров по каналу, и мы сможем взять пробы, ничем не нарушив покой и чистоту озера.

— Мы все верно рассчитали, — ответил Михаил, а Степан также согласно кивнул, — проверено сто раз, — он хлопнул по плечу Илью, у всех на лицах были счастливые и одновременно взволнованные улыбки.

— Тогда вперед! — скомандовал мужчина, мимолётно окинув взглядом окружающих.

— Даже не верится, — тихонько проговорила Света, наклонившись к девушке, — столько всего препятствовало, и все‑таки у них получилось…

Ксения лишь улыбнулась в ответ, она завороженно смотрела на мужчин, приводящих эту сложнейшую установку в действие, и ощущала гордость за то, что познакомилась с такими людьми, за то, что не только является свидетелем, а так или иначе участником такого значимого события.

Бур снова заработал, но всего на три минуты, а потом затих, теперь звуки шипения шли от шлангов с заливочной жидкостью, и гудел прибор позади бура. Никому снизу не было видно, что происходит, это видели лишь ученые, смотрящие на монитор перед собой, и Олег с Колей, на компьютере. Невольно, все подались вперед, словно желая заглянуть в скважину, хоть снизу это и не представлялось возможным из — за барьеров вокруг. Ксения и Света остановились около Руслана, который подошел к заграждениям почти вплотную.

Приближался самый важный момент в истории этой полярной станции, все невольно затаили дыхание в ожидании. Но неожиданно из недр скважины раздался еле слышный гул, Ксения успела только заметить, как с лица Ильи мгновенно слетела улыбка предвкушения, которая сменилась гримасой ужаса…

— Отходите, — только и успел крикнуть мужчина, но звуки его голоса потонули в адском грохоте, в который перерос тихий гул за несколько секунд.

В ту же секунду сильные руки стоявшего рядом мужчины схватили девушку, больно сдавив плечи, она даже не успела понять, что происходит. Руслан практически откинул её на несколько метров от заграждений, у которых они стояли. Краем глаза Ксения успела заметить, что рядом упала Света лицом в снег. А спустя пару секунд, придя в себя и обернувшись, женщины увидели, как из скважины бьёт в потолок струя воды, снося всё на своём пути…

Металлическая конструкция, стоящая вокруг бура, не выдержала и накренилась набок, грозя вот — вот совсем рухнуть. Подмостки, выстроенные вдоль этого каркаса, рухнули при первом ударе воды, четыре человека, стоявшие на них, попадали. Юра и Миша сразу слетели на снег, Паша схватил их обоих и пытался оттянуть подальше от территории, на которую могли упасть обломки бурильной установки. Степан повис на руках на поручне, который раньше был вокруг подмостков, но из‑за огромного напора воды не было сил держаться и уже через несколько секунд он упал прямо на Руслана, который, оставив женщин, тут же бросился на помощь. Илья что-то кричал, но его голос тонул в гуле хлещущей воды. Олег, который с помощью компьютера пытался отключить прибор, создававший низкое давление в скважине, понял, что не получается и бросился к нему сам.

— …овысьте …авление! — донесся голос Ильи, которому повезло меньше всех, и он не упал с установки, как остальные, а застрял между поручнями, которые согнул напор воды, и теперь не мог выбраться.

Все были насквозь мокрые в ледяной воде, Олег с Колей сквозь льющиеся с огромным напором струи, прорвались за бурильную установку и пытались отключить всю систему, Пашу Ксения больше не видела, а остальные мужчины пытались помочь Илье, но напор воды был настолько силён, что никто не мог подняться к нему, чтобы помочь разжать сдавивший его металл.

Мокрая с ног до головы Ксения пыталась подняться, до них почти не долетали стекающие струи, а когда ей это удалось, она прикрыла глаза от брызг, пытаясь рассмотреть, что происходит. У неё чуть не остановилось сердце, когда она увидела болтающегося начальника станции под смертельным напором воды, не имеющего возможности хоть как-то выбраться. В том месте поток был настолько велик, что он не мог дышать, вода заливалась ему в рот и нос, ему грозило утонуть, висящим между перекладинами. Но каким‑то неимоверным усилием Руслан смог подтянуться, несмотря на противостоящую силу бьющей воды, и закинул ноги на тот помост, где застрял начальник станции. У него не было возможности перевести дыхание, одному Богу известно, где мужчина нашел столько сил, но уже через несколько секунд он был около Ильи, пытаясь разжать металл.

Поток хлестал из скважины, не стихая, что бы Олег с Колей не делали, было такое ощущение, что вся техника отказала и сошла с ума. Ксения успела заметить, как Света снова метнулась под воду в сторону лежащих на снегу мужчин, в тот же миг девушка последовала её примеру. Женщина помогла Юре подняться и хотела увезти подальше, но как только тот смог встать, в полусознательном состоянии бросился в ту сторону, где Степан, Сергей и Артём пытались подняться наверх, как это удалось Руслану, но у них не хватало физических сил, чтобы проделать такое, поэтому оставалось лишь наблюдать, как двое мужчин пытаются выбраться из адской ловушки. Сначала Руслан сам пытался раздвинуть перекладины, но они не поддавались, а по лицу Ильи было видно, что ещё немного, и он потеряет сознание от боли. Ксения же подбежала к Михаилу, она позвала его, стала трясти за плечи, но мужчина не отзывался.

Вдруг установка издала такой скрежет, словно металл ломался напополам, и все стоявшие внизу увидели, как вся металлическая конструкция ещё сильнее наклонилась как раз в тут сторону, где застряли мужчины. За доли секунды Руслан оценил ситуацию, он ударил по лицу, потерявшего сознание учёного, тот тут же очнулся, Руслан что-то прокричал ему, и в последний раз они одновременно схватились за одну и ту же перекладину, потянув её в сторону. Видимо, им удалось ослабить давление металла, и тело Ильи выскользнула прямо в руки Руслана, который успел подхватить его и оттащить на пару метров в сторону по еще не упавшим подмосткам. Туда же подбежали мужчины снизу и помогли спуститься начальнику станции, как в тот же момент вся конструкция упала, подбросив вверх не успевшего спрыгнуть Руслана. Мужчина ударился о верхнюю перекладину и рухнул вниз, оглушенный ударом. А то место, где четверть минуты назад было зажато тело ученого, превратилось в огромный кусок искорёженного металла…

Отключился свет. Пропало жужжание, некоторое время вокруг не было никаких звуков, кроме стихающего гула. С этим гулом стихал и водяной напор. Все замерли, измученные, погрузившиеся в полумрак помещения.

Как только ангар снова осветился, водяной столб, бьющий вверх, пропал. Огромная установка валялась, переломанная настолько, что трудно было представить, чем она являлась до того. 11 человек лежали на снегу, насквозь мокрые, смертельно промерзшие и уставшие настолько, что не было сил подняться. В дверном проёме показался Паша:

— Пусть меня за это уволят, но я полностью рубанул генератор…

Ксения сидела на снегу, от холода и кошмарного выброса адреналина её колотило так, что зуб на зуб не попадал. С остальными было то же самое. Света первой пришла в себя, она села сначала на корточки, потом встала и тут же оказалась около Ильи, он не двигался. Женщина пощупала его пульс, он был жив, но без сознания. Примерно в таком же состоянии был и Руслан. Но подойдя к Михаилу, сколько бы она не пыталась прощупать его пульс, ничего не получалось. Света прикладывала ладонь к его запястью, а потом к сонной артерии, но не могла почувствовать биения сердца…

— Кто в состоянии, помогите перенести их отсюда, — крикнула Света. Парами мужчины тут же подошли к лежащим на снегу. По двое они подняли тела и быстро внесли в помещение с компьютерами.

— Давайте сразу их в медкабинет, — командовала Света, — все, кто не пострадал, быстро переодеваться и греться! Только потом ко мне, если нужно обработать какие-то травмы.

Степан сильно хромал, припадая на правую ногу, у Юры была рассечена бровь, на остальных травм видно не было, все старались как можно скорее попасть в хорошо отапливаемое помещение и переодеться в сухую одежду. Выходя из ангара ни один человек не обернулся, чтобы посмотреть назад, на то, что осталось от новейшей буровой установки, но и на то место, которое могло стать местом их гибели.

— Давай быстро в барак и грейся, — трясущимся от холода голосом проговорила Света Ксении, когда они почти бегом двигались по темному коридору.

— А ты? — быстро спросила девушка.

— А мне нужно работать, — ответила женщина и, ускорив шаг, выскочила на улицу и поспешила к строению, куда мужчины уже заносили Илью, Руслана и Михаила.

Ксения ощущала такой озноб, что казалось, это конец жизни, каждая клеточка её тела дрожала от холода. Мокрая одежда моментально покрылась коркой льда, как только она вышла на улицу, казались пыткой те секунды, которые ей потребовались, чтобы преодолеть расстояние от исследовательского комплекса до барака. Ни о чем не думая и ничего не чувствуя, кроме боли от мороза, девушка забежала в свою комнату, уже на ходу снимая мокрую одежду. Она сняла все до самого белья. Повинуясь скорее инстинктам, чем здравому смыслу, Ксения схватила некоторые вещи и бросилась в душевую. Но стоило ей встать под живительно согревающие струи, как дверь открылась и туда же забежал Артём, а за ним Серёжа, никто не обращал друг на друга внимания. Девушка прямо в нижнем белье стояла под водой в третьей кабинке, а две другие заняли мужчины.

Вместе с теплом к ней стали возвращаться эмоции и понимание ситуации. Как только в душевую вошел Олег, девушка тут же освободила кабинку, чтобы мужчина тоже мог согреться, и вернулась в свою комнату. Дрожь от холода так и не прошла, самой сильной мыслью в голове сейчас стала мысль о диване и тёплом одеяле, но вместо этого Ксения одела сухое термобелье и два теплых свитера, второй куртки у неё не было, поэтому пришлось довольствоваться тем, что было. Неимоверная сила воли ей понадобилась, чтобы снова покинуть свою комнату и забежать в Светину. Там девушка открыла комод и похватала в руки всю теплую одежду, которую увидела. Уже перед выходом на улицу, Ксения подумала, что рискует, после того как так сильно замёрзла, выходить на мороз без куртки, но другого выхода она не видела.

Сама не понимала как, но добралась до столовой, а зайдя в помещение, не могла поверить, что решилась на такое. Дверь в медкабинет была открыта. Илья уже лежал под несколькими одеялами, а Света, которая сама все еще была в мокром, с помощью Юры стаскивала с Руслана ледяные вещи.

— Иди переоденься, — Ксения сказала это Юре, но голос её настолько дрожал от пережитых эмоций, что никто не услышал, тогда она повторила, пытаясь крикнуть, — Юра! Я помогу Свете, иди.

Мужчина посмотрел на женщину, которая замерла и во все глаза таращилась на Ксению, которая была без верхней одежды, а в руках держала ворох её вещей.

— Иди, — крикнула женщина Юре.

— Сама переоденься, ты у нас одна врач, если с тобой что-то случиться… — девушка не успела договорить, Света скинула с себя всё и выхватила у неё сухую одежду.

— Спасибо, — таким же трясущимся голосом сказала женщина, а как только оделась, резким порывом обняла Ксению, — спасибо тебе…

Тут взгляд девушки стал блуждать по медкабинету, две кровати были заняты Русланом и Ильёй…

— Михаил?.. — проговорила Ксения, отстранившись от Светы, но та лишь потупила полный слёз взгляд и покачала головой.

— Помоги мне, пожалуйста, — резко отвернувшись в сторону Руслана, сказала женщина, — нужно думать о тех, кто ещё жив.

Ксения не могла вымолвить ни слова, её стало колотить ещё сильнее, она уже сама не понимала, от холода это или от нервного напряжения. Она не почувствовала страха, не было желания заплакать, но при этом какой-то невообразимый груз лёг ей на плечи. В голове не укладывалось, как такое могло произойти, ведь всего час назад все были в предвкушении, для многих этот день должен был стать днём триумфа! А теперь одного человека не стало, а двое других получили жуткие травмы и непонятно, смогут ли выкарабкаться!

— С ними всё будет хорошо? — спросила Ксения, подойдя к Свете, которая пыталась приподнять тяжёлое тело Руслана, чтобы стащить с него свитер.

— Не знаю пока, видишь? — женщина показала ей рассеченную рану на голове мужчины, из которой вытекали бордовые сгустки крови. На секунду девушку замутило, но она справилась с собой и помогла Свете снять насквозь мокрую одежду с Руслана. При этом Ксения заметила начавшие проступать фиолетовые пятна синяков на его руках и ногах.

— Но он ведь очнётся? — Ксения смотрела на его лицо. Волнение за жизнь мужчины настолько сильно бушевало внутри неё, что хотелось вцепиться в него и кричать: «Открой глаза! Приди в себя!». В голове, как по заказу, начали всплывать образы их недолгого общения, как он хамил ей при первом знакомстве, как впервые они поехали кататься за пределы станции, как он держал её руку над ледяной пропастью, как отбросил её с того места около скважины, куда через секунду рухнули заграждения… Кроме того, он спас ей жизнь, когда нашёл замерзающей посреди снежной пустыни!

Света не отвечала, а просто нервно и сосредоточенно выполняла свою работу. Оставив на Руслане только трусы, она укрыла его такими же двумя одеялами, как и начальника станции.

— А Илья? — снова спросила девушка, не выдерживая молчания.

— С ним всё должно быть хорошо, похоже, сломано ребро, наглотался ледяной воды.

— Почему он тогда не приходит в себя?

— Он потерял сознание от боли и изнеможения. Ничего, придёт.

Такой уверенный ответ хоть немного успокоил девушку. Их обеих до сих пор трясло, было трудно отойти от такого сильного переохлаждения.

— Ты как сама? — Ксения видела, что Света готова разрыдаться, но не может себе этого позволить.

— Уж точно лучше, чем они, — ответила женщина, кивнув на занятые койки, а потом добавила, глядя на свои ладони, — мне нужно скорее отойти от такого переохлаждения, пока так сильно трясутся руки, я не смогу зашить ему порез на голове, а он довольно глубокий.

— Давай, я принесу горячего чаю?

— Да, и себе налей обязательно!

Когда девушка вернулась с двумя чашками, Света уже делала какой-то укол Илье.

— Как можно помочь им? — спросила Ксения, садясь за стол.

Женщина села напротив, обеим руками берясь за чашку.

— Илье я сделала обезболивающий укол, проснётся, грудь поболит и пройдёт рано или поздно, переживёт. А Руслану можно будет помочь только если он очнется… Похоже, у него серьезный ушиб головного мозга, он в коме, а пульс слишком слабый… Нужно поставить капельницу, чтобы хоть как-то стабилизировать состояние… я вижу, что тебя перестало так трясти… Сможешь? Если порез на голове подождет, то с этим лучше не тянуть…

— Я попробую, только скажи, как, — ответила девушка, понимая, что вариантов у неё нет.

Света кивнула и вскочила, так и не выпив чай. Она подвинула штатив для капельницы к кровати и принесла из соседнего помещения пакет с раствором, а закончив все приготовления, протянула иглу Ксении.

— Держи, не снимай пока колпачок…

Женщина затянула на предплечье Руслана жгут, а когда прошло полминуты, сказала:

— Видишь вену, нужно, чтобы ты ввела иглу в неё, по направлению к кисти…

Ксения потрогала вену, которая вздулась на руке мужчины. Её трясло сильнее, чем Свету, только дрожь это была внутренняя…

— Давай!

Девушка нерешительно сняла колпачок и поднесла иглу к коже. Она много раз видела, как это делали врачи, но одно дело смотреть и совсем другое делать…

— Мимо, вытащи… — Ксения сделала, как сказала Света, а та продолжила, — возьми угол немного поменьше…

На этот раз она точно попала в вену, и лекарство потекло по трубке.

— Если он умрет, получается, что пожертвовал жизнью ради Ильи, — почти шепотом сказала Света, а Ксения содрогнулась при этой мысли.

— Я не хочу думать о таком исходе, — резко ответила она и вдруг задала давно мучивший её вопрос, — ты знаешь, что привело его в Антарктиду?

— Кажется, умер кто-то, но я могу ошибаться, — ответила Света, снова вернувшись к начальнику станции и измеряя его температуру электронным градусником, — о Руслане и Олеге тут известно меньше всего… Они ни с кем никогда не общались, поэтому всё лишь домыслы.

— Что же теперь будет… — словно сама себе проговорила девушка, присаживаясь на кровать рядом с Русланом.

Света села напротив:

— Одному Богу известно… Все оборудование поломано, половина команды не дееспособна… Главное теперь, чтобы с ними всё было хорошо…

— Что произошло? — слабый голос Ильи заставил женщин замолчать и повернуться в его сторону.

— Как ты? — Света тут же взяла его руку и пощупала пульс, — ты в медкабинете, болит что-то? Начальник станции поморщился, еще не до конца придя в себя:

— Больно… — он высвободил одну руку из — под одеяла и провел по груди.

— Потерпи, я сделала укол, скоро пройдет… Помнишь что — нибудь?

— Всё… — он снова поморщился, — черт побери, я помню всё, хотя лучше бы было забыть…

Света снова села на кровать, на которой он лежал. Ксения сидела около Руслана, слегка прижавшись к нему спиной, от него шло такое тепло, что это помогало согреться ей самой. Когда взгляд Ильи стал более осмысленным, он спросил:

— Долго я был в отключке?

— Нет, — Света покачала головой, — не больше часа.

— Все остальные в норме?

Женщина вздрогнула при этом вопросе, она знала, что ей придется ответить на него, но не знала, как…

— Что? — мужчина хотел привстать на локте, но острая боль заставила его застонать и несколько секунд приводить в порядок дыхание. Он переводил взгляд со Светы на Ксению, но так и не услышав ни звука, спросил упавшим голосом, — Кто?

— Миша, — ответила Ксюша вместо Светы.

— Как?

Теперь уже и девушка смотрела на Свету, ведь она и сама не знала причины.

— Упал с помоста…

— Но там же была минимальная высота… — словно не веря, проговорил начальник станции.

— Он рассёк себе висок о какой‑то штырь, который упал прямо перед этим… Умер мгновенно.

Некоторое время никто не проронил ни звука.

— Только он? — спросил Илья. Его голос звучал так, словно горло было заложено, и слова давались с трудом.

— Руслан пострадал, — в этот момент мужчина изменился в лице, но Света поспешила его успокоить, насколько это было возможно, — но он жив! Я думаю, что с ним, как и с тобой, все будет хорошо.

— Твою мать, он же был рядом со мной!

— Установка рухнула… Он не успел спуститься.

Мужчина прикрыл глаза. Он ничего не говорил, но скулы на лице ходили так, словно он со всей силы сжимал зубы.

— Сейчас вам обоим придется провести здесь некоторое время, — сказала Света, вставая. Ксения обратила внимание, что женщина перестала трястись от холода, она подошла к одному из ящиков и достала иглы и шовный материал.

— Я пойду на кухню, сегодня никто ничего не ел… Нужно, чтобы было хоть что-то приготовлено… — сказала девушка и вышла из медкабинета.

Это было не единственной причиной, почему она вышла. Как только осталась одна, Ксения села за стол и опустила голову на руки. Рукав быстро стал мокрым от слёз, которые душили её. Конечно, ей было безумно жаль Михаила, жаль, что пострадал Илья, жаль разрушенных надежд всех жителей станции, но… Она просто не могла смотреть, как Руслан лежит с пробитой головой, и непонятно, выживет он или нет. Девушка не понимала, почему этот мужчина вызвал в ней такие сильные эмоции, несмотря на свою грубость… Возможно, причиной тому то, что он спас ей жизнь две недели назад и сделал это сегодня вновь, неизвестно, что было бы с ней, не оттолкни он её, когда всё начало рушиться. Возможно, то, как он готов был пожертвовать собой ради других, вызывало в ней восхищение и перекрывало прочие многочисленные недостатки… Ведь раньше в своей жизни она встречала только полностью противоположные поступки. Можно было бы долго гадать, но так и не понять причину, почему сейчас она готова была молить Бога о том, чтобы он очнулся, и с ним всё было хорошо.

Возможность хорошенько выплакаться помогла Ксении избавиться хотя бы от минимальной части того груза, который невидимой тонной лёг ей на плечи. Справившись с переполнявшими эмоциями, девушка встала и принялась готовить еду, тем самым стараясь отвлечь себя от постоянного желания всё бросить и вернуться к Свете. Но она стойко резала мясо, понимая, что нельзя подчиняться внутренним эгоистичным порывам, особенно в такой трудной для всех ситуации.

Ксения испытала облегчение, что не одна, когда открылась дверь, и заглянул Олег:

— Что там происходит? — спросил он, кивнув головой в сторону медкабинета.

Девушка рассказала всё, впервые видя на его лице не просто беспокойство, а боль, которую он старательно пытался скрыть под маской спокойствия и безразличия.

— Сначала на Петю упала балка, плохо прикрученная, теперь Миша неудачно свалился с двухметровой высоты… Две нелепые смерти — это перебор…

— Главное, чтобы Руслана не настиг такой же конец…

— Если это случиться, значит есть справедливость на свете!

От такого ответа девушка сначала потеряла дар речи.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— Не важно, — Олег встал, и вышел, оставив Ксению в полном замешательстве.

Был почти полдень, когда девушка вместе с подносами еды вернулась в медкабинет. Света сидела на стуле перед столом, опустив руки вдоль туловища, в глазах стояли слёзы, но как только она увидела Ксению, то сразу словно очнулась, вытерла ладонями лицо и приложила палец к губам. Илья крепко спал, голова Руслана была перебинтована, но положение тела не поменялось, он так и не пришёл в себя.

Не успели женщины поесть, как к ним заглянул Степан, мельком посмотрел на лежащих мужчин и жестом позвал Ксению и Свету выйти.

В столовой собрались все сотрудники «Надежды»… Одного взгляда на их лица было достаточно, чтобы понять, Олег рассказал им всё, что передала Ксения. Мужчины отогрелись и пришли в себя, у Юры была небольшая ссадина на лице, все остальные были целы и невредимы. Степан встал перед собравшимися, ему было как никогда тяжело говорить.

— Обойдёмся без предисловий, ладно?

Окружающие кивнули.

— Перед собранием, если можно это так назвать, я успел зайти в ангар с буром… Мне даже не нужно было подходить, чтобы понять, что восстановлению это не подлежит. Повреждено всё, включая само помещение, струя воды почти снесла крышу. Мне нужно доложить об этом руководству, будем действовать исходя из их ответа.

— Куда действовать? — у Паши было такое грубо — насмешливое выражение лица, что Ксения подумала, что он сейчас плюнет прямо на пол, — станцию законсервируют, нас отправят по домам!

— Что за бред, — резко ответил Юра, вставая, — работа-то не выполнена, станция здесь нужна.

— Только работа не выполнена по вашей вине! — Паша тоже встал, прямо напротив Юрия и Степана.

— Полегче! — рявкнул Юра, — думай, что говоришь, а то так и схлопотать можно!

— Вы тут проторчали долбанный год, со всех сторон изучая это озеро! А не в состоянии были рассчитать данные так, чтобы всё прошло, как задумано! Эта гора рухляди в ангаре, смерть Миши и эти двое, — он кивнул головой в сторону медкабинета, — на вашей совести! И из‑за вас теперь мы все можем лишиться работы, это если нас ещё не заставят платить за ущерб!

— Данные были рассчитаны верно! — прорычал Юрий, его глаза горели такой ненавистью, что было видно, еще немного, и он бросится на Пашу. Артём, Коля и Серёжа притихли и во все глаза следили за происходящим, словно уже готовы были бросится разнимать драку. Степан сделал шаг вперед, рукой заставив Юру отступить назад, и сказал:

— Как бы мне сейчас ни хотелось выбить твои зубы к чертям, я этого делать не буду!

— Конечно, за правду же не… — Умолкни! — крикнул Степан так громко, что повисла гробовая тишина. Раньше он не был замечен даже за тем, что хоть слегка мог повысить голос, поэтому его крик отчетливо дал всем понять, что его терпение на пределе, а затем он продолжил уже спокойным голосом, но на лице его было написано презрение, — данные были рассчитаны и проверены не только нами, но и Михаилом, Петром и ещё несколькими учёными горного института! Там ошибки быть не могло! Поэтому если ты еще хоть раз обвинишь в чем‑то присутствующих, я лично сделаю из тебя отбивную! Это ясно?

Глаза Паши пылали огнём, но он молчал.

— Это ясно? — ещё раз с нажимом повторил учёный.

— Ясно! — выкрикнул мужчина, развернулся и хотел выйти, но потом передумал и сел за самый дальний ото всех стол.

— Есть, кто ещё думает, что это мы облажались?

Никто не проронил ни звука.

— Тогда план такой. Через час жду всех в исследовательском, соберём снег, пропитанный водой из озера, благо этого теперь у нас навалом. Тщательно осмотрим разрушенную установку, постараемся найти причину произошедшего. Олег, вы с Колей займётесь анализом работы электроники. Вопросы есть?

Все молчали, Степан кивнул и уже хотел выйти, как Серёжа тихонько спросил, глядя на свои руки на столе:

— Света, каковы шансы, что с ними всё будет хорошо?

— С Ильёй всё будет хорошо, — она грустно улыбнулась, но эта улыбка тут ж сошла с лица, — а про Руслана пока не могу ничего сказать.

Ксения видела, как и без того грустное лицо парня вытянулось ещё сильнее, ведь мало того, что Руслан и ему спас жизнь, так он просто был привязан к нему, как к человеку. Много раз она наблюдала, как Серёжа смотрел на мужчину, как на покровителя, как на старшего товарища, а если бы Руслан был более общительным, то смотрел бы, как на друга.

Снова оставшись наедине, Ксения сказала Свете:

— Главное, чтобы там в исследовательском они не сцепились…

Но женщина махнула рукой:

— Об этом можешь не переживать, Паша только языком горазд чесать, да и не думаю, что он ещё что-то посмеет сказать, а у Стёпы терпение просто ангельское, как и у Ильи.

— Я еще хотела спросить… — девушка замялась, — ты не знаешь, почему Олег так плохо относится к Руслану?

Этот вопрос мучил её уже несколько часов, с того момента, как она услышала высказывание Олега, которое нельзя было назвать просто негативным, мужчина в прямом смысле пожелал Руслану смерти!

— Не знаю… Они и с другими‑то мало здесь общались, а друг с другом вообще никогда. Я как‑то заметила, что они словно избегают друг друга, но думала, что мне показалось…

— Не показалось… — задумчиво ответила Ксения.

— А с чего ты спросила?

— Да так… — ей не хотелось вслух произносить то, что сказал Олег.

— Шла бы ты отдохнула, поспала… — сказала Света, глядя на замученное переживаниями лицо девушки.

— Да я не устала, — помотала та головой, — да и ещё только час дня, рано ложиться спать.

Они обе одновременно вскочили, когда из медкабинета раздался такой шум, словно упало что-то металлическое. Ксения первая влетела в помещение и увидела, что рухнул штатив, который удерживал мешок с лекарством от капельницы у кровати Руслана. Он слегка двигал головой, рука свесилась с кровати, игла вылетела, и кровь из вены текла на пол.

— Слава Богу! — воскликнула подоспевшая за девушкой Света и бросилась к нему. Она быстро согнула ему руку в локте и зажала куском бинта кровившее место.

— Слава Богу? — Ксения не могла скрыть волнения в своем голосе.

— Он вышел из комы, — выдохнула женщина, — теперь его шансы сильно возросли!

Она схватила карманный фонарик и просматривала глаза мужчины, одновременно проверяя его пульс. А девушка словно обессиленная опустилась на его кровать, держа руку Руслана так, чтобы он не мог разогнуть её, пока не перестанет идти кровь.

— Но он же так и не проснулся? — спросила она, пытаясь успокоиться.

— Главное, что вышел из комы, проснется!

Тут Ксения перевела взгляд на соседнюю кровать:

— А Илья почему так крепко спит?

— Я вколола ему лошадиную дозу снотворного и успокоительного, — ответила Света. При этом она остановила свой взгляд на том, как девушка, сама того не замечая, поглаживала пальцами кисть Руслана.

Практически в тот же момент, как женщина заново поставила ему капельницу, мужчина приоткрыл глаза и слегка дёрнулся:

— Я сам виноват!

Ксения и Света замерли, глядя, как он то слегка приоткрывает, то закрывает глаза.

— Руслан, всё хорошо… — еле слышно проговорила Ксения, но он не обращал на эти слова внимания.

— Он не слышит тебя…

— Что? Он же только что сказал…

— Он это сказал не нам, он бредит. При таких сильных травмах спутанность сознания бывает очень часто.

— И что теперь делать? — уже какой раз за день спросила Ксения у Светы.

— Пока только ждать…

— Это самое сложное.

Никогда у неё не хватало терпения просто ждать. Она словно ощущала чувство вины за свое бездействие.

— Я посижу с ним, чтобы снова капельницу не выдернул, — сказала Света, придерживая согнутой руку Руслана, который периодически поворачивал голову и вздрагивал.

— Давай я, ведь Илья пока спит, ты здесь не нужна, иди сама отдохни, — ответила Ксения.

Света не заставила себя долго уговаривать, было видно, что она валилась с ног от усталости.

— Я вернусь через несколько часов, приду немного в себя и принесу тебе твою куртку, до этого не вздумай выходить на улицу. Когда лекарство закончится в мешке, отключи, пожалуйста, капельницу.

— Конечно, — улыбнулась девушка.

Как только женщина вышла, Ксения села на койку и взяла Руслана за руку, как до этого держала его Света. Но теперь мужчина лежал без движения, если бы не бледная серость его лица, можно было бы подумать, что он просто спит.

Просидев так некоторое время, она пожалела, что нет с собой книги или компьютера, потому что переживания только усугублялись от скуки, кроме того, перед глазами начали всплывать те воспоминания, которые она так сильно старалась подавить в своем подсознании. Ксения жалела о череде решений, принятых за последние 5 лет своей жизни… И самым глупым было её решение выйти замуж за одного из самых богатых и влиятельных мужчин своего родного города. На тот момент ей казалось, что она влюбилась, а он так красиво ухаживал, что никакая женщина не смогла бы устоять. Они познакомились на одном из званых вечеров, в честь открытия одного из его новых ресторанов. В тот момент Ксения только открыла свой первый ресторан, в котором сама же работала шеф — поваром. Знакомство с Игорем стало для неё словно золотым билетом, открывающим новые дороги в этот бизнес. Он отлично в нем разбирался, сначала помог с развитием ее ресторана, а потом подарил еще один, в честь их помолвки, которая произошла уже через пару месяцев после знакомства. Ксения была на седьмом небе, потому что мужчина был красив, умен и, казалось, без ума от нее. Еще тогда Катя говорила сестре, что он казался немного асоциальным, всегда сдержан, почти никогда не улыбался, часто уезжал в командировки, не говоря на сколько и куда. Но Ксения на тот момент была ослеплена яркими чувствами и новыми эмоциями, ощущая себя женщиной, покорившей новую высоту, добившейся своей мечты. Благодаря его советам и связям, лично ею было открыто ещё несколько ресторанов и гостиниц, не говоря уже о его бизнесе, который рос и ширился.

Только спустя два года девушка впервые поняла, какой ценой ей придется платить за все эти блага. Эти два года после шикарной свадьбы казались идеальными, они жили, как образцовая пара молодоженов. Потом девушке самой начало казаться странным, что муж не посвящает её в свои дела, их темы разговоров были безликими, он говорил с ней, но при этом словно был в другом месте, от любого прямого вопроса уходил. Всё время их совместной жизни было видно, что Игорь привык все решать сам, он никогда не принимал чужого мнения или совета. Впервые он напугал её во время ссоры из — за того, что она отказалась поступить согласно его совету, это переросло в скандал, в результате которого, мужчина замахнулся, но не ударил. На тот раз она простила его, но ситуация повторилась, а закончилось все несколькими синяками на ее боках. Тогда девушка собрала все вещи и переехала, чтобы жить отдельно, она не была глупой и смогла понять, что это было не единоразовой пьяной выходкой, а чертой характера или складом ума, позволяющим творить такое. Поэтому все его мольбы и требования о возвращении или хотя бы просто встрече, были встречены отказом. Но после одного из таких разговоров, когда Игорь уговаривал жену вернуться к нему, а она не соглашалась, дома после работы Ксению ждали люди, которые силой отвезли её в его загородный дом, там мужчина держал её на привязи в прямом смысле этого слова. Она почти две недели провела запертой, при этом он периодически пытался взять её силой, но заканчивалось это лишь новыми синяками. Если бы не Катя, которая заявила о пропаже сестры в полицию, то неизвестно, чем бы всё закончилось. Игорю пришлось отпустить жену. Женщины хотели, чтобы его посадили, подали в суд за похищение, избиение, но его адвокат представил всё в таком виде, что жена была не против, предоставил быстро сфабрикованные доказательства о том, как сильно она любила садомазо и бдсм. Большая часть тех, кого она считала друзьями, предали её, свидетельствуя в его пользу. Каких бы хороших адвокатов Ксения не нанимала, толку от этого не было, потому что у Игоря было больше денег, а значит и больше власти. Побои и унижения подорвали в девушке уверенность, она изменилась, замкнулась, на какое‑то время бросила друзей, работу и хотела уехать, но Игорь нашёл её и заставил вернуться в родной город. Ксения пыталась получить развод, говорила, что ей ничего от него не нужно, но на деньги ему было плевать, он хотел её рядом, а она не хотела, она до смерти боялась его, от влюблённости и теплых чувств не осталось и следа. Жизнь девушки превратилась в постоянную погоню, она пытается убежать — он догоняет. Сначала она ещё пыталась что-то придумать, как-то бороться, но всё заканчивалось крахом и либо новыми синяками, либо новыми унижениями. В некоторые месяцы Игорь надолго уезжал из страны, тогда она могла спокойно вздохнуть, но он всегда возвращался, а если его не было, за ней всегда следил один из его охранников. Как только Ксения узнала название этой полярной станции, она решила, что это выход, она готова была на что угодно, лишь бы это закончилось. Катя была уверена, что здесь Игорь никогда не сможет найти сестру, тоже имея не малый круг знакомств, они смогли заполучить телефон, место положение которого нельзя отследить. А спустя какое-то время, когда он потеряет след, она сможет сменить имя и уехать туда, где он никогда не найдёт ее.

Ксения проснулась от того, что рука Руслана дёрнулась. Девушка сидела на кровати, привалившись к нему спиной и держа свою ладонь на его согнутом локте, чтобы не дать ему случайно выдернуть капельницу, но согревшись, крепко уснула. Лекарство все вылилось из мешка, а остатки его уже бежали по трубочке. Ксения дернула колесико, останавливая подачу лекарства, потом вынула иглу из вены мужчины и положила туда ватку. Вдруг Руслан дернул головой один, второй раз, издавая непонятные звуки, словно пытался что-то сказать, но она не понимала.

— Руслан, проснись, все хорошо, — зачем-то стала говорить она, хотя понимала, что он не слышит, не понимает. Она снова присела рядом, положив свою руку на его и слегка проводя по ней пальцами, словно стараясь утешить. Он снова вздрогнул и замолчал, а потом вдруг более отчетливо произнес:

— Это я их убил…

Ксения тут же отшатнулась. Что? Эти слова не укладывались в голове! Правильно ли она расслышала? Или полусонное состояние и воспоминания о муже заставили её додумать услышанный бред, сказанный в забытье?

— Ксюша…

— Да, как ты?! — девушка снова села на кровать, чтобы мужчина мог видеть её. Но он больше ничего не сказал, на мгновенье прояснившийся взгляд снова стал затуманенным, а глаза закатились.

Ксения несколько часов просидела у его кровати, но не проснулся ни Руслан, ни Илья. Потом пришла Света и практически силой заставила девушку уйти, чтобы вернуться ближе к ночи. Их нельзя было оставлять одних, и Ксения сама решила, что посидит ночью в медкабинете, несмотря на уговоры женщины, что она справится сама, но в итоге Света сдалась. По дороге к бараку девушка не видела никого из мужчин, видимо все были вокруг сломанного бура. Только лишь добравшись до своей комнаты, Ксения упала на кровать и уснула почти мгновенно.

Когда девушка открыла глаза, часы на телефоне показывали почти 10 часов вечера. Она лежала и пыталась вспомнить, не сном ли было все произошедшее, но чем больше она просыпалась, тем отчетливее понимала весь ужас прошедшего дня. А перед глазами тут же возник образ лежащего на кровати Руслана с перебинтованной головой. Как бы она себя не ругала, что мысленно так часто к нему возвращается, ничего не могла с этим поделать. И, вставая с кровати, думала только о том, лишь бы он очнулся, пока она спала.

В столовой сидели Артём, Степан и Юрий, они доедали остатки того, что еще днем приготовила девушка.

— Привет, — сказала она, заходя в помещение, — а где остальные?

Мужчины махнули ей рукой в качестве приветствия.

— Ушли спать, завтра еще один трудный день…

— Вы узнали, что теперь будет со станцией?

Степан отодвинул от себя тарелку, лицо его было мрачнее тучи:

— Сначала закончим с анализом работы техники и собранных проб воды, потом будет видно, через пару дней отправлю отчет руководству, потом они ответят, что решат с нами.

— Скорее всего будет заказан новый бур, нас или уволят, или отправят на другие станции, а сюда наберут новую команду, — еще более мрачно ответил Юра.

Тут Ксения заметила, что и у Степана, и у Артёма сильно покраснела кожа на лице и руках:

— Вы что, обморозились?

— Да… Хотя как-то странно, почти все время были в помещении, но тут все возможно, — ответил Артём, рассматривая красную кожу своих рук.

— Не волнуйся, все нормально, — сказал Степан, видя встревоженность на лице девушки.

— Я пойду помогу Свете, — сказала Ксения, а мужчины улыбнулись ей на прощание:

— Спокойной ночи, Ксюшенька.

Зайдя в медкабинет, девушка поняла, что её молитвы были услышаны, Руслан лежал на кровати, но глаза его были открыты и смотрел он целенаправленно на нее, значит видел, значит он пришел в себя!

— Как у вас тут дела? — спросила девушка, голос её мгновенно приобрел живую окраску, как только одна из гор свалилась с плеч.

— Я одновременно и счастлива и расстроена, — ответила Света, смешивая какие-то лекарства в шприце.

— Что-то еще случилось?!

— Пока нет, но случится! — резко ответила женщина, — я убью нашего водителя вездехода!

Ксения облегченно улыбнулась, глядя на раздраженность Светы, которая продолжила:

— Несколько часов назад я думала, выживет он или нет, а сейчас только пришёл в себя, так сразу пытается вскочить и уйти! Хоть привязывай!

— Да потому что со мной всё нормально, — сказал Руслан, а Ксения ужаснулась, насколько у него слабый голос.

— Да уж, прости, но по тебе не скажешь, — ответила Ксения, проходя и садясь на его кровать. Его перебинтованная голова лежала на подушке, лицо было бледным, в цвет наволочки, а глаза слегка прикрыты, словно ему было трудно держать веки открытыми и фокусировать взгляд.

— А ты и привяжи, — подал голос Илья, лежавший с закрытыми глазами, — ты посмотри на него, он же не сможет сейчас сопротивляться.

— Кажется, я сейчас пожалею, что полез за тобой на подмостки, — ответил ему Руслан, не отрывая при этом взгляда от севшей рядом с ним девушки.

— Вы посмотрите, он оказывается не только хамить, а ещё и шутить умеет, — съязвила Света, подходя к Илье и делая ему укол в плечо. Ксения ощущала в воздухе всеобщее облегчение от того, что Руслан очнулся.

— У меня дежавю, как после того, как я обработала твои руки после обморожения и сказала ничего не делать, а ты тут же помчался делать то, что тебе запретили, — Света говорила возмущенно, но тихим голосом, а свет в помещении был только от настольного светильника, создавая полумрак, — вот и теперь, в голове дырка, голова раскалывается, любое неловкое движение может привести к печальным последствиям, но тебе же наплевать на тех, кто тут рядом, пытается спасти тебе жизнь!

— Я об этом не просил…

— Хватит! Я сказала, чтоб до завтра даже не думал, чтобы голову от подушки приподнять! — впервые Ксения видела злость в глазах женщины, — уже потеряли двоих людей, а он еще и нервы треплет!

— Как ты? — спросила девушка, но вместо Руслана ответила Света:

— Голова у него раскалывается, я знаю, каково это, получить такую травму! Но он, конечно, скажет, что всё хорошо! У нас тут не такой выбор лекарств, как в больнице, но капельницы должны помочь, ночью нужно будет поставить еще одну. И только постельный режим! Когда я оставлю тебя с ним, ни в коем случае не позволяй вставать, если что, вон там ремни, — она кивнула на ящик в углу комнаты, — привязывай! Я не позволю, чтобы с кем‑то что‑то случилось по моему недосмотру!

— Слушаюсь, — улыбнулась Ксения.

— Еще и ребята умудрились обморозить руки и лицо, находясь в помещении, черт знает, что…

— Да, я видела их, — ответила девушка и встала, ей стало не по себе от пристального взгляда мужчины, который так и не отвел глаз.

Тут Света выглянула и окликнула Юру:

— Перенеси, пожалуйста, сюда одну из коек из соседнего помещения, раз тут столько человек на ночь останется.

Юра беспрекословно исполнил её просьбу, а Ксения уже не в первый раз отметила, с какой нежностью он смотрел на женщину, проходя мимо. Степан хотел помочь ему, но Юра махнул рукой, жестом указав на красную кожу на ладонях того, и сам вытащил из помещения с рентгеновской установкой дополнительную кровать.

— Это тебе, чтобы тоже могла лечь, — сказала Света Ксении.

— Да я же полдня спала…

— Ну еще поспишь, впереди ни один тяжелый день.

Почти сразу после укола Илья уснул, снова получив высокую дозу снотворного, успокоительного и обезболивающего.

— Тебе что ли такой же сделать, — сказала Света, стоя над Русланом и на этот раз притворно злясь, — но нет, это попозже, Ксюшенька, этот укол нужно будет сделать ему после капельницы, а пока придётся тебе потерпеть его грубость и наглость.

— Ничего, я справлюсь.

Мужчина медленно повернул голову к стене, давая понять, что вообще не собирается ничего говорить. Тогда женщина подошла и поставила ему капельницу, такую же, как днем.

— Спокойной ночи, если вдруг что случится или понадобится, я сразу приду! — сказала Света, чмокнув Ксению в щёку, — что бы мы без тебя делали…

Оставшись в тишине, девушка прошла между кроватей, на которых лежали мужчины, и села на третью, которую только что принес Юрий и поставил перпендикулярно двум другим. Капельница спокойно поставляла лекарство мужчине в кровь, он лежал на боку, отвернувшись к стене, Илья спал, тогда Ксюша взяла принесенную с собой книгу, которую на этот раз она заранее захватила с полки своего барака. Книга была там еще до ее приезда, но вряд ли кто-то стал бы возражать.

Через полчаса она легонько тронула Руслана за плечо:

— Я пойду налью себе чай, ты хочешь есть или пить?

— Пить, — ответил он, так и не повернув головы.

Вернувшись, она поставила свою чашку на стол и подошла к мужчине:

— Давай помогу…

Он открыл глаза и сам взял чашку у нее из рук, но чуть приподнявшись над подушкой, тут же рухнул на неё снова, чашка упала на пол, ошпарив колени Ксении горячим чаем, и разбилась.

Девушка вскрикнула, потирая обожжённое место через мокрые штаны.

— Чёрт, извини, — проговорил мужчина, держась рукой за голову.

— Тебе кто — нибудь говорил, что ты невыносим?

Ксения собрала осколки и стала осматривать ящик с мазями.

— От обморожений тут всё, что угодно, а ожогов в Антарктиде похоже никто до меня не получал…

— Да не будет у тебя ожога, это просто теплая вода.

Притворно закатив глаза, она взяла свою чашку и поднесла к губам Руслана, слегка приподняв его голову.

— Ты не ответил, — сказала Ксения, когда он сделал несколько глотков.

— На что? — не понял мужчина.

— Тебе говорили, что ты невыносим?

Он усмехнулся:

— Доводилось слышать.

— Думаю, ты врёшь, такое тебе должны были говорить все и каждый.

Руслан не ответил. Тогда Ксения снова села на свою кровать, оказавшись прямо позади его головы, и продолжила читать.

— А тебе все и каждый должны были говорить, что ты, как заноза в заднице.

Девушка прикрыла книгу, положив палец между страниц:

— Ты тормоз или это манера общения такая?

— Какая?

— Отвечать через полчаса после того, как тебя спросят.

— Просто не знал, хочу ли продолжать общение.

Ксения рассмеялась и, с долей обиды в голосе, ответила:

— Похоже, на меня свалилась несказанная благодать!

— Именно…

Она хотела съязвить что-то в ответ, но передумала:

— Как ты? — Нормально.

— Да, Света была права, что ты так ответишь, то-то не в состоянии был справиться с тяжеленной чашкой чая. Кстати… Спасибо… Что так быстро среагировал, когда всё начало рушиться…

— Обращайся.

— Ты всегда так многословен?

— Да, особенно когда от каждого слова голова готова взорваться.

— Мне очень жаль… — Ксения перестала задавать вопросы, чтобы Руслан мог спокойно отдыхать. Сама не понимала, почему, но её не задевали его колкие слова, она чувствовала лишь волнение за него. Она снова открыла книгу, но глаза не воспринимали то, что там было написано.

— Света сказала, что уже потеряли двоих людей… О ком она? — спроси вдруг Руслан.

— О Михаиле…

Мужчина снова закрыл глаза.

— Ты сама в порядке?

Этого вопроса Ксения точно не ожидала и пораженно ответила:

— Да. Только испугалась сильно…

— Всё уже позади, успокойся.

— За вас испугалась, а не за себя, — выпалила девушка, — со мной ничего не могло случиться, благодаря тебе… А наблюдать, как вы с Ильей чуть не погибли, было ужасно. Ты просто молодец, никто, кроме тебя, не смог влезть на тот сломанный помост…

— Вот только не надо меня восхвалять! — грубее, чем до этого, ответил мужчина.

Ксения удивилась еще сильнее, она никак не могла понять его поведения:

— Но это так и есть…

— Было и было, не надо об этом, — уже более мягким тоном сказал Руслан.

Тут он сильно зажмурил глаза и слегка застонал. Ксения вскочила и присела на край его кровати:

— Что такое?

— Голова болит… — еле слышно проговорил мужчина, не открывая глаз.

— Всё будет хорошо, — прошептала девушка, она не знала, чем помочь, видя, как он мучается от боли. Нащупав его ладонь, она крепко сжала её своей, — скоро капельница закончится, я сделаю укол, и всё пройдет, ты уснешь, и больно не будет, — говорила она, всем сердцем желая, чтобы приступ боли скорее прекратился.

Спустя несколько минут Руслан снова открыл глаза:

— Какой у тебя ласковый голос, — также шепотом сказал он, глядя ей прямо в глаза. Ксения смутилась:

— Неужели я от тебя услышала что-то похожее на комплемент?

— Нет, тебе показалось.

Девушка рассмеялась, а мужчина улыбнулся в ответ. Он так и не убрал своей ладони из её руки.

— Тебе легче? — спросила Ксения, смотря на лицо Руслана, которое впервые показалось ей привлекательным, даже шрамы, оставшиеся после обморожений, не портили его, а лишь придавали мужественности. Она почувствовала, что краснеет, и порадовалась, что окна плотно зашторены, а свет от настольной лампы был настолько тусклым, что он бы этого не заметил.

— Да, спасибо…

— За что?

Мужчина не сразу нашел, что ответить:

— За поддержку…

Тут взгляд Ксении упал на капельницу, лекарство закончилось, и она встала, чтобы вынуть иглу из руки Руслана. Потом она взяла шприц, который Света приготовила перед уходом, и протерла спиртовой салфеткой место для укола на его плече.

— Подожди…

— Что такое?

Мужчина слегка приподнялся на локтях и стал садиться:

— Мне бы до туалета…

Ксении стало не по себе, она об этом даже не подумала.

— А если ты упадешь?

— Ну так подхватишь, — ухмыльнулся он. — Ты смеёшься? — она смерила взглядом его фигуру, которая по весу превышала её в два раза.

— Пытаюсь, — ответил он, медленно сев на кровати, — не бойся, не упаду.

Девушка подошла к нему так, чтобы Руслан мог хоть слегка опереться на неё.

— Только посуду по пути не бей, — поддела она его, вспомнив, чем все закончилось в первый день их знакомства.

— Вон мои вещи около обогревателя, — мужчина кивнул в сторону окна, — полагаю, что уже могу одеться…

Ксения и забыла, что под одеялом он в одних трусах, и покраснела еще сильнее. Она взяла верх от его термобелья и брюки и положила рядом с ним на кровать.

— Только с чаем горазда помогать, а с этим помочь не хочешь?

— Иди ты, знаешь куда? Такой вдруг стал разговорчивый, что, думаю, сам справишься.

Руслан скинул одеяло и быстро натянул кофту, но девушка успела заметить, что все его ноги и бока в фиолетовых кровоподтеках. Он проследил её взгляд, но ничего не сказал, а как только оделся, Ксения подошла и помогла ему встать. На несколько секунд мужчина замер с закрытыми глазами, крепко взявшись за её плечо.

— Ты полегче, а то заразишь меня такими вот синяками, как у тебя, — сказала она, встревоженно глядя, как он нетвердо стоит на ногах.

— Думаешь, это заразно? — он открыл глаза и пошел в сторону двери, а девушка обняла его рукой за талию, создавая иллюзию того, что если ему станет плохо, то сможет не дать ему упасть, хотя ощущая на себе, сколько он весит, понимала, что толку от неё ноль.

Туалет находился в соседнем помещении спортзала. Сейчас это расстояние показалось им огромным. Как только Руслан зашел в кабинку и снял с плеча Ксении руку, она свободно вздохнула, думая, что еще немного, и упадет сама от навалившейся тяжести.

— Я не прощу тебя, если тебе станет плохо там и мне придётся зайти, — сказала девушка, пытаясь отдышаться.

— Можешь успокоиться, — ответил он, выходя.

— Даже смотреть на тебя страшно, — сказала Ксения, увидев его бледное лицо при дневном освещении.

— Не смотри, — он хотел пройти мимо, но голова закружилась, пришлось задержаться о стену. Девушка снова обняла его за талию, и они простояли так несколько минут, а она поймала себя на том, что ей приятно, как одной рукой он прижимает её к себе.

— Какая ты оказывается сильная, — сказал Руслан, отлипая от стены и продвигаясь к медкабинету.

— Ты это запомни на случай, если снова хамить начнешь или решишь встать, чтобы дойти дальше туалета.

Девушка говорила, одновременно слыша, как прерывисто он дышит от боли и слабости. Уже около кровати все-таки мужчина пошатнулся, Ксения, как хватило сил, придержала его, и он упал, но на койку.

— Приди в себя, ну пожалуйста, мне же тебя не поднять… И я устала переживать, пожалей мои нервы! — говорила она, пытаясь уложить Руслана на подушку.

— Что ты так за меня переживаешь? — он пришел в себя и лег ровно, хотя все его лицо при этом покрылось потом.

— Сама не знаю, — ответила Ксения, взяв со стола полотенце. Она осторожно вытерла его лицо, при этом их глаза снова встретились, ее кисть задержалась на его щеке. Они оба замерли с бешено бьющимися сердцами, глядя в лица друг друга. Девушка первой отвела взгляд, — давай, сделаю укол, тебе станет легче…

— Уже стало… — проговорил мужчина еле слышно.

Отложив пустой шприц, Ксения прилегла на свою кровать, последние слова Руслана привели её в замешательство. Сейчас ее голова была так близко к его, что можно было протянуть руку и провести по волосам. И ей этого хотелось… Вдруг она вздрогнула, её ладонь оказалась накрыта его рукой. Они ничего не говорили, просто молча лежали, держа друг друга за руки. Ксения не могла поверить в то, что происходит, и то, что она чувствовала по отношению к этому мужчине.

Девушка поняла, что он уснул, когда его дыхание стало ровным. Сама при этом она ощутила облегчение, что сейчас ему не больно. Ксения села, рука Руслана оказалась у неё на коленях. Девушка провела пальцем по шраму на его кисти, который выглядел также, как и на лице. Как же ей хотелось спросить о той фразе, которую он сказал, пока был без сознания, она насторожила и испугала её.

Прошло несколько часов, строчки книги стали расплываться перед глазами, Ксения задремала, когда дверь в медкабинет открылась, и заглянул Степан.

— Не спишь? А где Света?

Девушка тут же проснулась.

— Должна быть в своей комнате, что-то случилось?

— Пока не знаю… — неопределенно ответил мужчина и скрылся.

Неприятное предчувствие охватило её. Она вышла в столовую, тихо прикрыв за собой дверь, и подошла к окну. Ксения успела увидеть, как мужчина бежит в сторону барака, где жила Света. Прошло не больше пяти минут, как Степан, Света и Артём вышли из барака и быстрым шагом двинулись снова в сторону столовой.

— Хоть с ними все нормально? — спросила Света у Ксении, только лишь вошла с улицы и кивая в сторону медкабинета.

— Да, — ответила девушка, еле успевая за быстро идущей женщиной…

Две койки были заняты спящими мужчинами, Света прошла мимо них, призывая Степана и Артёма идти за ней в следующее после медабинета помещение. Включив свет, женщина сбросила куртку, по её лицу было видно, что она успела крепко уснуть и не выспалась. Ксения зашла за ними.

Артём снял куртку и, сев на рентгеновский аппарат, поднял свитер. Глаза у неё расширились, когда она увидела красноватую кожу на его теле, а те места на руках, где раньше были лишь легкие покраснения, словно от обморожения, стали темно — бордовыми. В тот же момент она обратила внимание, что на его шее такие же пятна.

— Что это? — поражено спросил Степан, когда Света наклонилась к парню, чтобы получше рассмотреть странные высыпания.

— Понятия не имею… — медленно проговорила женщина, надавив на самое темное место на руке Артёму, — больно?

— Немного, — ответил парень, — кажется, у меня температура…

— Похоже, ты прав, — ответила Света, тыльной стороной кисти трогая его лоб, — это плохо… А у тебя что? — она повернулась к Степану.

— То же самое, только не так явно, и температуры нет…

— Ещё есть что-то? Слабость, головная боль?

— Есть немного, но я думал, что это результат переохлаждения вчера…

Женщина несколько секунд постояла, словно обдумывая, что делать дальше, а потом сказала:

— Сейчас я возьму у вас обоих кровь на анализ и сделаю противовирусный укол…

— Противовирусный? — удивленно и взволновано спросил Степан, — но откуда тут было взяться вирусу?!

— Да мне‑то откуда знать? Посмотрим, что покажет анализ крови, тогда и будем думать.

— Уже стоит испугаться? — спросил Артём, одеваясь.

— Нет, от покраснения кожи никто не умирал…

Ксения была здесь не долго, но за это время успела неплохо узнать женщину, и поняла, что сейчас та говорит не правду, от этого у девушки пробежал холодок по коже.

— Ксюша, принеси мне, пожалуйста шприцы для забора крови, они в нижнем ящике стола, — сказала Света, в этот же момент она посмотрела на девушку, и Ксения оцепенела от этого взгляда, женщина словно видела страшное приведение. Девушка тут же вышла и вернулась через минуту, принеся с собой то, что просила Света.

— Иди, подожди меня там, — женщина хотела, чтобы её голос был спокойным и непринужденным, но у неё не получалось…

— Но…

— Без но, иди, я сказала!

Ксения тут же вышла. Такой она видела Свету впервые, её реакция на эти странные пятна испугала девушку. Из — за двери не доносилось ни звука, она просто места себе не находила, теряясь в догадках. Возможно, ей показалось, но во взгляде женщины были страх и паника. Прошло 5 минут, которые длились вечность прежде, чем Света вышла из соседнего помещения, закрыв за собой дверь. До этого момента Ксюша надеялась, что ей показалось, что Света соврала Артёму, но сейчас…

— Мне нужно в исследовательский комплекс, — быстро проговорила женщина, в её глазах стоял ужас, в руках было две пробирки с кровью, на одной имя Степана, на другой Артёма, перчатки она до сих пор не сняла.

— Ты пугаешь меня… — но Света не обращала на неё внимания, она наклонилась над Ильей и стала трясти его за плечо.

Начальник станции довольно быстро открыл глаза.

— Илья, нам срочно нужно в лабораторию!

Мужчина не сразу понял, что она хочет от него, а смотрел на неё, часто моргая, а женщина повторила:

— Тебе придётся встать! Идём!

Сердце у Ксении билось где-то в горле, она даже не представляла, что могло случиться, что заставило Свету разбудить и поднять с кровати человека со сломанными рёбрами! Мужчина понял, что произошло что-то страшное, стоило лишь ему взглянуть в лицо женщины. Без лишних вопросов он кивнул, она подала ему руку, чтобы Илья смог сесть.

— Ксюша, помоги, — Света взяла его одежду и бросила девушке свитер, та трясущимися от волнения руками надела его через голову мужчины и помогла продеть руки, наклониться он не мог, женщина сама натянула ему штаны. Ксения видела, что каждое движение приносило мужчине боль, но он взялся за руку Светы и встал. Ей также трудно было удержать его, как до этого Ксении Руслана.

— Оденься, тебе придётся пойти с нами, — сказала женщина.

— А Руслан?

— Он спит, одевайся! — почти рявкнула Света, но тут же добавила тихим голосом, — милая, прости! Пожалуйста, идём!

Было три часа ночи, когда начальник станции в сопровождении Светы и Ксюши вышел из столовой, и они направились ко второму строению исследовательского комплекса. Женщины поддерживали его с двух сторон, но все равно продвигались они медленно. Когда наконец достигли нужного места, всех снова трясло от холода.

Это строение было меньше первого по размеру, потолки невысокие, в первых двух залах было что-то типа складов. Одно помещение переходило в другое, но Ксения настолько замерзла и устала под тяжестью опирающегося на нее и Свету мужчины, что ничего не замечала вокруг. Смогла осмотреться девушка только когда они остановились, в одной из комнат, спереди было несколько столов, на которых стояли микроскопы, подключенные к компьютерам, химические колбы и различные установки для проведения опытов. Помещение было крошечного размера, не больше двадцать квадратов.

Света подвела Илью к одному из компьютеров и помогла сесть, сама она подошла к микроскопу и вылила содержимое колбы с именем Артём в несколько других пробирок, затем в каждую добавила какие-то реактивы.

— Свет, может скажешь, хоть слово? — Илья держался рукой за грудь и пытался привести в норму дыхание.

— Скажу, как только проверю…

— Что там может быть такого, что на тебе лица нет? — мужчина был также встревожен, видя женщину такой.

— Надеюсь, не то, что я думаю.

Кровь, смешанную с одним из реактивов, Света добавила на предметное стекло, положила под окуляр микроскопа и вывела изображение на экран. При этом Ксения заметила, что женщина затаила дыхание. Повисло тяжелое молчаливое ожидание.

— Господи, — прошептала она, смотря на монитор.

— Что там? — уже вышел из себя Илья.

— Подойди… — Света обессиленно опустилась в кресло.

Илья снова схватился за грудь, но встал сам и подошел. Ксения увидела, как и на его лице отразился тот же ужас, который был у Светы полчаса назад, когда она впервые увидела пятна на руках Артёма.

— Это невозможно… — проговорил мужчина, опускаясь рядом с женщиной и безотрывно глядя в монитор.

— Может меня посветите?! — взорвалась Ксения, до этого не проронившая ни звука, руки у неё тряслись от напряжения.

— Видишь этот мелкий завиток? — спросил Илья, показывая пальцем на темную точку на экране, его голос стал монотонным и безэмоциональным. Ксения посмотрела на монитор, там было выведено изображение кровяных телец, а посреди них какой-то тёмный завиток, напоминающий червя.

— Вижу, что это?

— Вирус Эбола, — ответил Илья таким же ничего не выражающим голосом.

Ксения судорожно пыталась вспомнить, где раньше она слышала это название, оно явно было на слуху, но в памяти никак не всплывало, что это.

— Смертельный вирус, за пару недель превращающий человека в кровавое месиво, — просветила Света, видя замешательство и непонимание на её лице.

— Это тот вирус, эпидемия которого унесла много тысяч человек несколько лет назад? — Ксения вспомнила новостные выпуски прошлых лет, где и слышала вскользь это название.

— Именно, — ответил Илья. Он смотрел в монитор, словно сам не верил в то, что видит перед собой.

— Вы уверены? — Ксения просто не могла даже представить, что они правы, — Света, как ты вообще это поняла только взглянув на Артёма?

Женщина, как и начальник станции, не могла оторваться от компьютерного экрана.

— Именно тогда, когда этот вирус распространялся несколько лет назад, некоторые мои знакомые из больницы приняли участие в разработке вакцины. Я видела некоторые результаты испытаний, а дважды, к сожалению, видела и самих умирающих. Это страшное зрелище… — она судорожно сглотнула, а Ксения снова ощутила, как её руки покрылись мурашками, — на последних стадиях болезни на теле человека появляются своеобразные кровоподтеки, они похожи на синяки, но при ближайшем рассмотрении отличаются… Я узнала два таких синяка на Артёме…

— И как передаётся? — Ксюша тоже присела напротив экрана, рассматривая изображение.

— Чаще всего через кровь, слюну, сперму, иногда через контакт с инфицированной областью…

— Но ты же сама мне говорила, что вирусов здесь нет из — за холодов, что люди тут почти не болеют… Привести его никто не мог, мы все здесь находимся дольше двух недель… Как давно они могли заразиться?

— Судя по синякам, может неделю — полторы…

— Безумие… — Илья схватился руками за голову и сдавил виски.

— Мы могли заразиться? — Ксения старалась сохранять спокойствие, хотя внутри неё всё кричало от ужаса.

— Могли…

Снова наступило молчание. Девушка сидела с ощущением того, что видит страшнейший кошмарный сон, отрицание происходящего билось внутри неё, множество мыслей пронеслось в голове, и одной из них было, что нужно было послушать сестру и улетать из этого места, но она снова пренебрегла её мнением и оказалась в этом аду.

Вдруг Света снова подвинулась к компьютеру и принялась увеличивать картинку, а затем долго рассматривала вирус, занявший весь экран.

— Я не специалист по структуре вирусов, но с ним что-то не так…

— О чем ты? — спросил Илья, его лицо покраснело, дыхание часто прерывалось, ему нельзя было вставать после такой встряски.

— Если память мне не изменяет, в центре вириона должна быть спираль… Я здесь не могу её рассмотреть…

— Может быть куча модификаций одного и того же вируса…

— Главное сейчас успокоиться и решить, что делать, — скорее себе, чем окружающим сказала Света, — я сейчас сделаю полные анализы крови и отправлю тем, кто изучал этот вирус… А ты сообщи, что нам нужна срочная эвакуация! Завтра же!

— Нужно быстро проверить всех остальных!

— Я знаю, но сначала мне нужно отправить эту кровь, чтобы мы точно знали, с чем имеем дело.

— Лучше бы побыстрее…

Ксения слышала каждое слово, но словно не понимала. То, с чем они столкнулись вчера было страшно, отняло много нервов и сил, унесло жизнь, но! То, о чем говорили сейчас Света и Илья, было катастрофой! Если несчастный случай или ошибку в расчетах можно было понять, то смертельный вирус был за гранью её понимания!

— У Руслана были тёмные синяки на теле… — Ксении казалось, что она не может дышать, когда перед глазами всплыло воспоминание его кровоподтёков.

На несколько секунд Света отвлеклась от быстрых ударов по клавиатуре компьютера и посмотрела на девушку:

— Нет… У него обычные синяки от ударов о металл.

— Пока ты ждешь ответа, — сказал Илья, когда Света отправила письмо, вложив в него все результаты анализов крови, — проверь нас троих.

Ксения даже не почувствовала боли от укола иглой, мозг отказывался соображать совершенно… Она вспомнила не только название этой болезни, она вспомнила те страшные кадры, которые показывали по телевизору, окровавленные тела, словно взорвавшиеся изнутри, кожные покровы, покрытые страшными черными кроваво — гнойными волдырями… Ей показалось, что сейчас её стошнит, но Света сказала:

— У нас всех кровь чистая… А вот у Стёпы нет… вирионов меньше, чем у Артёма, но они присутствуют…

— Значит, Артём заразился первым, а Стёпа от него, — проговорил Илья.

— Но мы же в Антарктиде! В глубине материка! Как такое может быть?! Вирусы не живут при таких температурах! — Ксения слышала, что Света сама близка к истерике.

Илья не ответил, его самого мучили те же вопросы. Снова воцарилось молчание. Света переключала на компьютере результаты анализа крови Ильи, Ксюши и свои, словно боясь увидеть и там следы вируса, но кровь была чистой.

Когда компьютер издал звук звонка скайпа, все вздрогнули, а Света посмотрела на Илью, она не знала, получится ли при их скорости интернета поговорить по видео-звонку, но он кивнул, и она нажала кнопку ответа.

Перед ними была женщина лет 50 с ярко-рыжими волосами, в белом халате.

— Скажи мне, что это не твоя кровь! — были её первые слова, обращенные к Свете.

— Нет, — она попыталась изобразить на лице что-то похожее на улыбку, но в сложившейся ситуации это было невозможно, — это он? — Похоже… Но я вижу такое впервые… Конечно, белковая структура может изменяться в зависимости от штамма вируса, но этот… Он словно мутировал…

— Что это значит? — спросил Илья, подвинувшись к монитору. Света быстро представила начальника станции, женщина кивнула и назвалась:

— Кузнецова Ольга, заведующая вирусологической лабораторией. Я пока точно не могу сказать, но это не тот вирус Эбола, который мы изучали годами. Исходя из того, как ты описала течение болезни, если это можно так назвать, можно сделать вывод, что симптомы стандартные, но вот скорость развития… она может быть быстрее. Но это только с первого взгляда! Нам нужно некоторое время, чтобы сказать конкретнее…

— Быстрее?

— Да, мне нужно знать, кто контактировал с вами в течение последней недели! Кто-то из тех, кто к вам прилетал, может быть переносчиком, нельзя допустить начало эпидемии!

— Никто! — почти одновременно воскликнули Илья и Света.

— Но это невозможно! Вы же не могли заразиться на станции! Вирус бы давно умер при сильно минусовой температуре…

— Мы сами этого не понимаем!

— Изолируйте тех, кто заражен, проверьте всех!

— Мы на южном полюсе! Здесь нет изоляторов!

— Соседнего помещения достаточно? — спросил Илья.

— Нет! — подумав ответила Ольга, — лучше, находиться в разных зданиях. Обычно Эбола передается через жидкости организма, но неизвестно, как поведёт себя мутировавший. Я перезвоню через несколько часов, когда будет больше информации. Пришлите нам кровь всех членов команды.

— Пришлю.

Илья нажал кнопку разъединения вызова, тут же пришел краткий и поверхностный отчет Ольги о том, что она успела увидеть в крови Артёма. Начальник станции тут же переслал этот отчет своему руководителю, Порошину Антону, запросив срочную эвакуацию.

— Мы скажем всем правду? — спросила Ксения, которая немного пришла в себя после первого шока. Света посмотрела на Илью:

— Начнется паника…

— Пока не сделаны все анализы, лучше молчать.

— И как мне объяснить, что среди ночи я хожу с иглой по комнатам?

Мужчина задумался:

— До утра ждать нельзя…

— Вообще ждать нельзя! — воскликнула Света, — нельзя, чтобы заразился кто-то еще!

— Твою мать… Говори правду!

— Господи, — повторила женщина шепотом, — что же будет…

— Я останусь здесь, пока не ответит Антон…

Света хотела сказать, что ему нужно лежать, но не было вариантов, поэтому она лишь кивнула, а потом обратилась к Ксюше:

— Останься с ним, это будет безопаснее всего, не хочу, чтобы ты даже разговаривала с кем‑то, кто может быть заражен.

— Но ведь Руслан в соседней комнате от Артёма… — начала было девушка, но Света оборвала её: — Нет! Это не обсуждается! Если с ним всё в порядке, он будет здесь уже через час!

Женщина набрала по карманам шприцы и выбежала из лаборатории. Ксения несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь подавить чувство тошноты, но тут её взгляд упал на Илью, который держался за грудь, явно мучаясь от боли. Она подошла к нему:

— Здесь есть, куда ты бы мог прилечь? — спросила она, положив руку ему на плечо.

— Сейчас точно нет на это времени, — ответил мужчина.

— У компьютера могу и я посидеть, а как только придёт ответ, позову тебя!

— В любом случае, лечь тут некуда… Я потерплю пока.

Ксения кивнула, хотя сомневалась, что он сможет просидеть долго в таком состоянии. А Илья взял спутниковый телефон и набрал какой-то номер:

— Привет, родная! Как у вас дела?

Девушка поняла, что звонит он жене и вышла в соседнюю комнату. Ей самой нужна была поддержка, больше всего сейчас хотелось позвонить Кате, но она не могла этого сделать, сестра сошла бы с ума от переживаний. Минуты тянулись мучительно долго, снова ожидание, неизвестность, которые доводили до исступления. Вдруг она услышала крик Ильи:

— Вы что, с ума сошли?!

Ксюша просто влетела в лабораторию, а начальник станции продолжал орать в трубку:

— Завтра же пришлите за нами самолёт! Им срочно нужна медицинская помощь, которой здесь нет!!!

Илья слушал ответ, а на его лице было то бешенство, то ненависть, то скорбь… Больше он не сказал ни слова, а бросил телефон на стол.

— Что тебе сказали? — спросила Ксения, хотя уже догадывалась, что услышит, но боялась в это поверить.

Илья посмотрел на неё с нескрываемой злобой и одновременно безысходностью и ответил:

— За нами не прилетят!

Ксения облокотилась рукой о стол и прикрыла глаза:

— Как… Как такое возможно?

— Прочитав мое сообщение, они тут же связались с вирусологической лабораторией, которая изучала этот вирус, как раз вот с этой Ольгой, — имя женщины он произнёс с презрением, — она им подсказала, что непонятно, какого развития болезни можно ожидать! Пока не известен способ заражения, как передаётся, слишком опасно забирать нас отсюда! Велика вероятность эпидемии!

— Нами готовы пожертвовать? — еле слышно проговорила Ксения. Сначала Илья не ответил, а потом грустно усмехнулся:

— Ну для них сейчас стоит выбор между командой из 11 человек и возможностью заражения сотен… Выбор очевиден…

Она села, смотря на него безумными глазами:

— Какая возможность заражения сотен? Заболели пока только двое! Как можно пренебрегать нами?! Что нам теперь делать? Как отсюда выбраться?

— Постарайся успокоиться, — Илья увидел, что еще немного, и у девушки будет паническая истерика, — придумаем что-то! Никто не собирается садиться и умирать! К тому же есть еще несколько человек, через которых можно попробовать вызвать помощь…

— Что у вас с лицами? — спросила Света, зайдя и увидев, что у Ксюши глаза на мокром месте, а начальник станции зол, как черт.

— Нас не эвакуируют, благодаря стараниям твоей подруги, — рявкнул мужчина.

Света отреагировала странно спокойно:

— Я предполагала, что так будет… Сейчас мы изолированы ото всех, и нет угрозы для других людей, теперь они будут ждать, чтобы мы прошли некий карантин…

— Ждать? Карантин? — Илья нервно повысил голос, но тут же постарался взять себя в руки, — сколько это может занять времени и как помочь этим двоим?

— Для начала мне нужно проверить кровь, — Света поставила на стол 6 пробирок с кровью, — потом я отправлю Оле результаты, исходя из этого и будем решать.

— Как они? — спросила Ксения.

— Пока без изменений, — ответила она, начиная проводить анализы, — Они сами предложили перебраться в ангар, когда услышали правду, чтобы быть подальше ото всех, но там слишком холодно…

— Как все это восприняли? — Илья устало сидел и смотрел, как Света выводила на экран результаты.

— Степан спокойно, как всегда, Артём пришёл в ужас… Да я его не виню… Руслан в порядке, — сказала она Ксюше, а та выдохнула, успокоившись хотя бы на счет него.

— Я схожу за ним, — тут же сорвалась с места девушка.

— Подожди! Сначала я проверю остальных!

Долгих полчаса ушло на это, но в крови других жителей «Надежды» вируса обнаружено не было.

— Нужно освободить тот барак, где жили Стёпа с Артёмом, чтобы там не касаться ничего, придётся всем переехать в наш. А в свободный отправим их. В комнату за медкабинетом больше никому не заходить, вообще в то строение приходить только на кухню, — говорила Света сначала уверенно, а потом медленнее и тише, — хотя ерунда это всё… мы уже не сможет найти, из каких тарелок они ели, что трогали… Но постараемся обезопасить себя по максимуму, насколько это возможно!

— Лучше сюда перенести несколько кроватей, — задумчиво сказал Илья, — это проще, чем перетаскивать всю технику, а ходить туда — сюда я не смогу… Доступы ко всем файлам есть только у меня и у Стёпы. Значит мне придётся остаться здесь.

— Я поняла, попрошу ребят сейчас…

Илья остался в лаборатории, а Света и Ксения вернулись в столовую, там уже собрались все жители станции. Девушка поразилась, с каким внешним спокойствием отреагировали мужчины. Они приняли это как данность, а выслушав план действий, Юра и Олег пошли переносить кровать для начальника станции, а остальные бросились собирать вещи в своих комнатах и переносить во второй барак. Там, где жила Ксюша, было 7 комнат, он был меньше по размеру, и она перенесла свои вещи в комнату Светы.

Степан и Артём все это время были в той комнате, где их изначально оставила Света. Ксения даже боялась представить, что они ощущали. Страшная перспектива умереть мерзкой мучительной смертью, не имея хотя бы шанса на спасение, вот, что сейчас билось в их мозгу. Но при этом первое, что они предложили, это перебраться в самое дальнее здание! Это было достойно такого уважения и восхищения, что трудно было представить, что люди способны на такие жертва ради других. Но Света была категорически против, из — за плохого там отопления, да и самой ей было бы слишком далеко ходить туда, чтобы присматривать за состоянием.

Паша помог Руслану дойти до своей комнаты. Остальные мужчины заняли свободные. Когда в медкабинете никого не осталось, Света вместе с Ксюшей собрали самые необходимые медикаменты, часть их отнесли в исследовательский комплекс, а часть в свою, теперь общую комнату. Ксения как могла продезинфицировала антисептиками тарелки, но всё равно ей теперь трудно было представить, как из них есть. Она приготовила еду на несколько дней, в бараке был один холодильник, и его забили до предела. Все размороженные фрукты и овощи, какие только можно, забрали по комнатам.

Когда все необходимые приготовления были завершены, Света одела перчатки и маску, выгнала Ксению за пределы строения и зашла к Степану и Артёму. Глаза Артёма покраснели, его трясло от лихорадки, он прилёг на рентгеновскую установку, потому что слабость не давала стоять на ногах. Женщина не ожидала, что всего за несколько часов у него начнут кровоточить слизистые оболочки, и не смогла скрыть удивления и страха за молодого человека. Степан сидел прямо на полу, привалившись спиной к стене.

— Страшновато выглядим? — усмехнулся мужчина.

Света не ответила, у неё сердце сжалось, когда она увидела, как быстро им становится хуже.

— Когда за нами прилетят? — хриплым от паники и изнеможения голосом спросил Артём, сев на столе.

— Точно пока не знаем, — она просто не смогла ответить им правду, что их бросают на произвол судьбы, справятся — не справятся…

— От этого есть лекарства?

Света помотала головой, глядя в пол.

— Бывало, что организм мог справиться с этим…

— Что со мной будет? — голос Артёма срывался, он пытался сдерживаться, но из глаз потекли кровавые слезы, а вытерев рукой лицо и увидев кровь, он задохнулся, спазмом свело его тело и парня вывернуло прямо на пол.

Женщина стояла, боясь подойти ближе, хоть и понимала, что должна помочь, но страх заражения сковал её. Тогда Степан встал, его руки стали такими же темно — бордовыми, как и у Артёма несколько часов назад.

— Пойдём, вставай, — сказал мужчина, беря парня под руку, — куда нам идти?

Степан настолько спокойно это спросил, словно он принял неизбежное, ему не нужно было объяснять, что за ними не прилетят, он понял всё сам и не требовал от Светы, чтобы она говорила это. А у неё сжалось горло, слёзы выступили на глаза, но она ответила:

— В первый барак, мы освободили его. По дороге ни с кем нельзя говорить, ни к чему подходить. Мы оставили еду и воду, — на этих словах выдержка ей изменила, — простите нас…

— Вам-то за что просить прощения… Уходи!

Света смотрела, как мужчина поднял Артёма, но увидев, что она все ещё стоит в дверном проёме, крикнул:

— Уходи!!!

Она развернулась и выбежала из помещения, Ксения не ушла с улицы, а ждала её перед входом:

— Что там? — спросила девушка, дрожа от холода.

— Всё плохо… — женщина силой потащила её в сторону от входа, — болезнь развивается в разы быстрее, чем все известные мне случаи…

Олег и Юра вышли из исследовательского комплекса и направлялись к бараку, женщины обернулись и увидели, как из столовой вышел Степан, который поддерживал Артёма, тот уже еле стоял на ногах, не говоря о том, чтобы идти. Первым порывом Юры было броситься им на помощь, но Света увидела это и крикнула, что было сил, в надежде, что он услышит:

— Нет! Не подходите!

Юра замер, изумленно глядя на неё, а Света махала руками, чтобы они не двигались с места. Степан, увидев мужчин, тоже крикнул:

— Уйдите!

Но Олег, Юра, Света и Ксюша стояли с двух сторон на расстоянии 10 метров от них и просто не могли развернуться и уйти. У Ксении закружилась голова, когда она увидела лицо Артёма, всё в жутких тошнотворных волдырях, Степан тащил его на себе, парень уже не видел ничего перед собой, он только стонал от нестерпимой внутренней боли. Женщины вцепились в руки друг друга, наблюдая эту страшную картину. Но когда мужчины прошли мимо них, чуть большую половину пути, тело Артёма выгнулось, Свете в начале показалось, что его снова стошнит, но нет, он завалился на спину, да так резко, что Степан не смог его удержать. Парня начало так трясти и выгибать, словно в судорогах, но при этом он издавал жуткие булькающие звуки. Вдруг все увидели, что лицо и руки Степана в крови, но это была не его кровь, весь рот и глаза парня кровоточили, а от резких движений его тела, вся кровь летела по сторонам. Инстинктивно Света дернулась вперед, но Ксения крепко держала её за руки, крича:

— Нет, не вздумай!

Женщина рыдала, опустившись в изнеможении на снег, никто уже не мог помочь парню. Даже Степан отпустил его тело, не в состоянии больше сдерживать конвульсии. Юра и Олег стояли, прикрыв рты руками, никто не мог поверить в то, что видит.

И вот Артём затих. Света снова попыталась дернуться вперед, но девушка не позволила ей совершить хотя бы шаг.

— Он умер, — крикнул Степан, который потерял присущее ему спокойствие, он на шаг отполз от тела парня и кричал, повторяя, — он умер! Умер!

Безысходность овладела теми, кто наблюдал за произошедшим, никто из низ не мог подойти, не могли помочь Степану, не могли попрощаться с Артёмом! Просидев без движения на снегу четверть часа мужчина поднял голову и трясущимся от холода голосом крикнул:

— Он может ещё быть источником заражения?

— Да! Степан тяжело поднялся и схватил кровавое тело за верх куртки, при этом он тихо говорил какие-то слова умершему, но нельзя было расслышать, что именно… Он протащил тело метров семь, за тот барак, который был освобождён для них с Артёмом. А затем, уже около самого входа в здание, крикнул:

— Хватит смотреть! Пошли вон! — лицо его при этом было мокрым от слёз, от прозрачных слёз, еще не тронутых вирусом. Он зашёл в барак на полусогнутых от слабости ногах и захлопнул дверь. В тот же момент Олег и Юра бросились к женщинам, Юра поднял рыдающую Свету и обнял, а она вцепилась в его куртку и рыдала так, словно не могла остановиться. Ксения стояла в шоке, её безумно тошнило от вида истерзанного болезнью тела, ей трудно было пошевелиться от холода. Олег взял её за локоть и втащил в коридор барака.

— Как же Степан, он же там совсем один! — воскликнула девушка, а Олег перенес руку ей на плечо, — один! Никто ему не поможет! Никто!

— Мы ничего не можем сделать! Если хотим выжить! — сказал он и снова вышел на улицу.

Ксения так и стояла, тяжело дыша в коридоре барака, ужасные картины вставали перед её глазами, не давая успокоиться. А самым страшным было то, что подобный конец грозил им всем, раньше она и не задумывалась, насколько страшные существуют болезни. Она смотрела на них по телевизору, не придавая большого значения, а теперь этот кошмар был в её жизни и грозил эту жизнь отнять.

Вокруг стояла мертвая тишина, не было привычного шума бура, который раздавался над станцией последние две недели, не доносилось голосов с улицы, не было шума двигателей… Ничего, словно уже всё вымерло… От этой мысли стало ещё страшнее, и Ксения прошла немного вперед по коридору, но зашла не в свою комнату, где теперь должна была жить вместе со Светой, а зашла в комнату слева, которая находилась почти в самом начале барака.

— Что там случилось? — Руслан сидел на кровати, он хотел встать и выйти на улицу, но всё ещё был слишком слаб, — я слышал крики…

Но девушка закрыла за собой дверь и просто прижалась к ней спиной, она смотрела на мужчину и молчала. Он медленно встал:

— Что с тобой? Что произошло? — повторил он, подходя к ней. Услышав его тихий голос, в котором было переживание и забота о ней, Ксюша не смогла больше сдерживаться, первая слеза скатилась по её щеке, потом ещё одна и ещё. Она просто стояла молча и плакала, от жалости к Артёму, от страха за Степана, от того, что просто была слишком слаба, чтобы в одиночку перенести то, что только что ей пришлось увидеть.

Руслан подошел к ней, он не знал, что сказать, ведь она не отвечала, тогда он взял девушку за руку и притянул к себе, она его не оттолкнула, не отодвинулась, а наоборот лицом прижалась к его груди. Он обнял её, пытаясь успокоить, медленно поглаживая по спине. Так они стояли довольно долго, пока у него снова не закружилась голова, он пошатнулся и схватился за поручень дивана. Ксения помогла ему сесть и сама села рядом. Мужчина взял её за плечи, и глядя в заплаканные глаза, спросил снова:

— Что произошло?

Всхлипывая, она рассказала, какой страшной смертью умер Артём, что теперь Степана ждёт такая же участь, только в одиночестве, что их не эвакуируют. Ксения говорила все это, чувствуя, как сильно он сжимает её плечи, словно давая этим свою поддержку, в которой она так нуждалась, и она была безумно благодарна ему за это.

— Дааааааа, не радостная перспектива, быть оставленными здесь и рискуя заразиться такой дрянью… — проговорил Руслан, когда девушка замолчала, — а ты не знаешь, с кем Илья общался?

— Вроде с каким‑то Антоном…

— Ну да, он прав, можно попробовать попросить помощи через других людей. Мне бы туда к нему в исследовательский.

— Ты и нескольких минут сейчас не смог простоять…

— Да, вот уж угораздило! — с раздражением сказал Руслан.

Они сидели рядом, когда к ним зашла Света, глаза у неё были красными от слёз:

— Ксюша, ты побудь с ним, ладно? — девушка кивнула, — я буду в исследовательском, нужно продолжить переговоры с Олей, да и попытаться найти, откуда этот вирус взялся…

— Но ты мне изначально говорила, что болезнь развивается в течение двух недель, а Артёму стало плохо за один день…

— В этом и проблема, похоже, этот вирус сильно отличается, убивает он намного быстрее…

— А вы успели проверить воду? — подал голос Руслан.

— Какую? — не поняла Света.

— Которой нас всех окатило, из озера!

Света на некоторое время задумалась, глядя на мужчину:

— Это кажется полным бредом, но именно проверкой этого бреда я сейчас и займусь! Смотри, чтоб он лежал, — сказала она Ксении, та кивнула в ответ, — вернусь через пару часов, постарайся не ходить никуда.

Женщина хотела выйти, но Ксения вскочила:

— Будь осторожна, ладно?

Женщина обернулась и обняла её: — Не волнуйся! Со мной всё хорошо! Теперь надо никому больше не заразиться и постараться помочь Степе!

— А это возможно?

— Попробуем… — но по её лицу Ксения поняла, что надежды на это мало. Когда Света вышла, девушка снова села на кровать Руслана. В их молчании ощущалась некая неловкость.

— Что ты имел в виду под «проверить воду»?

— На наличие вируса в ней, — ответил он, ложась на кровать. Ксюша осмотрелась, здесь было еще более пусто, чем в её комнате. Ни одной фотографии, ни книги, только ноутбук на тумбочке и все.

— Но мы же все были облиты водой… Значит, все бы заразились, а Света проверила, кроме Артёма и Степы кровь у всех чистая…

— Я просто высказал предположение, — снова раздраженно проговорил он. — Ты всегда такой нервный? — она остановилась последи комнаты, взглянув на мужчину усталым взглядом.

— Если тебе что-то не нравится…

— Да, я найду выход, если мне что-то не понравится, — также устало и спокойно ответила она и не двинулась с места, чем полностью обескуражила Руслана, который по всей видимости ожидал какой-то более резкой реакции. А вместо этого Ксения села рядом и тихонько сказала:

— Мне страшно… Не знаю почему, но с тобой мне легче, так что я не уйду. К тому же тебе сейчас нужна помощь, Светы же нет… Так что завязывай на всё так реагировать.

Он даже не сразу нашелся с ответом:

— Похоже, что выбора у нет…

— Это точно. Не надо было искать меня тогда в метели, сейчас бы никто не надоедал, — криво усмехнулась Ксюша, но он даже не улыбнулся:

— Не смешно!

— Ну да…

— Не бойся, выберемся… — сказал Руслан.

— Я боюсь умереть также, как Артём, это было ужасно, — прошептала она, содрогнувшись при воспоминаниях, стоящих перед глазами.

— Но ты же сказала, что никто больше не заразился!

— Пока… — в её глазах стоял не просто испуг, это была паника, ужас и потерянность. Мужчина, резко приподнявшись с подушки, рявкнул:

— Перестань! — она вздрогнула, а он с силой схватил её за руку, — не впадай в панику!

— Не могу…

Ксения сидела в такой близости от него, что ощущала на себе его дыхание. Руслан одной рукой прижал её ладонь к кровати, а второй взялся за затылок, говоря так эмоционально, что она сначала испугалась:

— Мы выберемся отсюда! Я ни за что не дам тебе умереть, а тем более такой страшной смертью! Понятно?

Широко раскрытыми глазами она смотрела на него, не зная, как реагировать, а он спросил снова:

— Ты поняла?

Она кивнула, тогда он отпустил её голову, но продолжил держать за руку. И Ксения больше не смогла сопротивляться, а подчинилась своим эмоциям. Она протянула руки и обвила его шею, прижавшись к мужчине всем телом, а он обнял её в ответ. Её щека терлась о его грубую щетину. Девушка лежала рядом с Русланом, не осознавая, что делает, просто в его объятиях она нашла то убежище, которого искала здесь. Он прижимал её к себе, и на ухо шептал:

— Все будет хорошо… Не бойся, всё будет хорошо…

Девушка повисла на его шее, боясь того момента, когда придётся отпустить. Он продолжал обнимать её, держа и успокаивая, как маленького ребёнка. Она перестала понимать, что происходит, сердце билось, как сумасшедшее, все мысли улетучились из головы, осталось только странное осознание, что в его объятиях она под защитой. Как ей не хватало этой защиты. Медленно, но приходило успокоение, его тихий, но уверенный голос словно гипнотизировал, а монотонные движения руки, поглаживающие по спине, завершили дело. Ксюша, измученная после бессонной ночи и утра, наполненного тяжелейшими испытаниями её силы духа, уснула, забывшись в сильных руках Руслана, которые крепко прижимали её к себе.

Открыв глаза, девушка вздрогнула, она лежала на диване в комнате Руслана, но рядом никого не было… А взглянув на время, она ужаснулась, прошло уже 5 часов с того момента, когда приходила Света. Мужчины рядом не было, но она лежала на подушке и накрыта одеялом. После нарушенного режима, когда день перепутался с ночью, и было потрачено столько нервов, состояние у неё было разбитым.

Ксения посмотрела в окно, там снова шёл снег, из — за сильного мороза снежинки были мелкими, с огромной скоростью их носил ветер, словно песок, они врезались в кожу лица, не прикрытую одеждой. Тяжело было заставить себя встать, но ей нужно было найти Руслана, первой мыслью было то, что он пошёл в туалет, и ему стало плохо, но в коридоре, душевой или уборной не было вообще никого. Девушка снова начала волноваться, куда он мог деться, и её это безумно злило. Куда можно было уйти, зная, что она начнёт переживать. В окна не видно было ничего, кроме снежного занавеса.

Первое, куда посмотрела Ксюша, выйдя из барака, это то место, где умер Артём, но все уже было занесено снегом, и она не смогла точно понять, где была кровь. Крепко взявшись за канат, она прошла в сторону столовой, немного постояла у двери, вспомнив, что Света категорически запретила туда заходить без неё, прислушалась и прошла мимо. Почти четверть часа ушло у неё на то, чтобы дойти до второго строения исследовательского комплекса, так как пришлось противостоять сносящему с ног ветру.

Оказавшись, наконец, внутри здания, она не могла отдышаться и отогреть руки. Но сразу около входа Ксения услышала доносящиеся до неё звуки голосов, сразу стало легче, потому что самым опасным её страхом здесь стало остаться в одиночестве на этом ледяном краю света.

В крошечном помещении лаборатории собрались все жители «Надежды», когда она открыла дверь, 8 человек сидели кто где. Света и Олег за компьютерами, Коля, Юра, Паша и Серёжа прямо на полу у стены, Илья лежал на принесенном диване, и к его руке была подключена капельница, а Руслан в кресле с мягкой спинкой, которого раньше здесь не было.

— Выспалась? — добродушно усмехнулась Света.

— Да, почему вы меня не разбудили? Как Стёпа? Он ещё… — она не смогла договорить.

— Да, жив! Мы отнесли ему рацию, разговариваем каждые 15 минут, — ответил Коля.

— Вы чего‑то все ждёте? — Ксению обидело, что вся команда собралась здесь, даже Руслан, который на ногах еле стоит, а её не подумали разбудить, но эти детские ощущения, она постаралась подавить, тем более, что испытала облегчение, видя, что он здесь, и с ним все в порядке.

— Да, пытаемся найти отличия между нами всеми, кроме полового, — неуместно заржал Паша.

Ксения не поняла, что он имел в виду, но Света ответила:

— Руслан был прав, вирус был именно в воде… судя по всему, он прожил там сотни лет, это озеро было подходящей для него температуры! Но либо он мутировал за все эти годы, либо наоборот мутировал вирус нашего времени, и теперь не понятно, как он может передаваться, но зато ясно, что времени на попытку лечения у нас практически нет, расправляется с организмом человека он не за пару недель, а всего за пару дней.

— Лечения? Значит его можно вылечить?

— Нет, — сказал Илья, медленно садясь на диване, — но есть много вариантов экспериментального лечения.

— А нам это как поможет? — удивилась Ксения.

— Исходя из быстро прогрессирующих симптомов, Ольга и другие специалисты подобрали для нас наиболее подходящий препарат, можно надеяться, что если он не вылечит Степу, то хоть защитит нас, — ответила Света.

— Нам его передадут с помощью телепорта? — съязвила девушка.

— Похоже, ты слишком много общалась с Паханом, — раздражённо проговорил Илья, — сарказм не сильно уместен в данной ситуации.

— Только сарказм и помогает многим не слететь здесь с катушек, — как всегда довольно грубо ответил ему Руслан, а Ксении показалось, что он словно вступился за неё…

— Нет самолетов, которые можно было бы сейчас к нам отправить в такой быстрый срок, самое раннее, это через 2 дня, — продолжил Илья, — но оказалось, что у Руслана есть пара знакомых с личными самолетами, эти аппараты тут не сядут, но сбросить груз смогут уже этой ночью.

Ксения ошарашено смотрела на Руслана, знакомые с личными самолетами… такого она не ожидала, да и судя по взглядам, которые бросали на него окружающие, никто не ожидал. Кроме Олега, он смотрел на него с нескрываемой злобой, если не сказать ненавистью:

— Да, теперь можете начинать ему лизать зад, вдруг наш новоявленный богатей поможет вам отсюда выбраться!

Все резко обернулись, мало того, что Олег вообще редко что-то говорил, то тем более никто не ожидал от него такой грубости. Руслан выпрямился в кресле:

— У тебя какие-то проблемы? — его лицо моментально покраснело от злобы, он тут же забыл, что у него пробита голова, по тону и виду было ясно, что в любой момент он готов сорваться и броситься на программиста.

— Тихо, тихо, вы что, с ума сошли?! — воскликнула Света, которая сидела рядом с Олегом, он и рта не успел открыть, чтоб ответить, как она остановила его, задержав за плечо, — хватит! Только ещё нам тут драк не хватало!

— Олег, а ты бы впредь думал, что мелешь, — Паша подошел к нему, своим видом давая понять, что оскорблён таким унизительным высказыванием.

Ксения в два шага оказалась около Руслана, его кресло стояло рядом с диваном Ильи, и она села на край, схватив его за запястье:

— Не надо, пожалуйста!

Мужчина повернулся к ней, явно с желанием сказать, чтобы не лезла, но промолчал, снова опустившись на спинку кресла.

— Тебе лучше? — спросила его Ксюша, желая отвлечь от сидящего напротив Олега, с которым они сверлили друг друга взглядом.

— Да, всё хорошо, — ответил он. На другой ответ девушка и не рассчитывала.

— Ты мог бы разбудить меня, я волновалась, когда увидела, что тебя нет… — сказала она, чтобы никто не слышал.

— Я тебя оставил всего за час до того, как ты пришла, так крепко спала, что думал, успею вернуться. Я решил, что тебе стоит отдохнуть после того, что было.

И снова ей показалось, что в его голосе слышна забота, но Ксения не была уверена.

— Стёп, ты как? — раздался рядом голос Юры, который взял рацию и встал около окна. Сначала в ответ раздалось только шипение, и все напряглись, но через пару секунд оно прервалось:

— Бывало и лучше, — голос его стал хриплым, и говорил он так, словно во рту что-то мешало, — вы все в норме?

— Да! Ты держись! Сегодня ночью нам должны привести инъекции, которые могут помочь!

— Надеюсь, хоть вам помогут, не хочу, чтобы кто-то из вас заразился и нарушил тут моё уединение.

Но его шутка не только не вызвала улыбки, а наоборот еще большую жалость… Ксения тяжело вздохнула, опустив глаза, все остальные сидели также, смотря себе под ноги. Юра слышал, что каждое слово дается Степе с трудом, поэтому он не стал больше ничего говорить, а сказал, что свяжется с ним через полчаса.

— Просто не верю, что всё это происходит! — воскликнул Коля, ударив кулаком о пол, на котором сидел.

— Ну давайте вот только без истерик! — сказал Илья, понимая, что парень озвучил то, о чем думал сейчас каждый.

— Самолет будет через 8 часов, примерно в два часа ночи, — сказал Илья, которому прислали сообщение на спутниковый телефон.

— Кстати, Олег, если не желаешь пользоваться моей помощью, можешь не принимать то лекарство, которое привезут, — сказал Руслан тихо, но так, чтобы услышали все. Он смотрел на мужчину исподлобья, взглядом, который испепелил бы на месте, если бы такое было возможно, и с такой ухмылкой, что Ксения, сидевшая рядом с ним, содрогнулась.

— Я так и сделаю! — ответил Олег, отвечая не менее жестким взглядом.

— Ну вы как подростки глупые! — разозлилась Света, — кто что будет принимать, мне решать! А кто будет спорить, будем применять силу.

— Ну что, ждать самолет еще долго, — сказал Илья, — и Ольга неизвестно, когда позвонит, давайте все отдыхать, ночь будет длинная и трудная, так что идите спать. Рация пусть одна будет у Юры, я с тобой свяжусь, если кто-то понадобится, а ты уже передашь. И у Руслана, на случай если понадобится связь с твоими знакомыми.

Все мужчины встали и направились к выходу, тогда Илья добавил:

— Олег, Руслан, если хоть кто-то из вас сорвется, у нас с вами будет другой разговор.

Олег смерил того оценивающим взглядом, а потом повернулся к начальнику станции и, кивнув, вышел. А Руслан встал с кресла, немного подождал, чтобы прошло головокружение, и ответил:

— Да пошел он! — Ксюша, ты же присмотришь за ними? — Илья спросил это отчасти не всерьез, понимая, что эта хрупкая девушка никак не сможет помешать, если эти двое непременно захотят разобраться, но при этом он видел, как смотрели на нее оба, и надеялся, что ради неё, они смогут держать себя в руках.

Она неуверенно кивнула. Света взяла одно из принесенных в лабораторию одеял и прилегла в то кресло, где до этого сидел Руслан:

— Я тоже останусь, на случай если Оля позвонит. Ксюшенька, я оставила шприцы с уже набранным лекарством в нашей с тобой комнате, сделаешь укол этому неугомонному?

Девушка подошла к ней и слегка обняла, на женщине лица не было от усталости, даже боль от потери коллег отступила на задний план, потому что она уже валилась с ног.

Перед тем, как выйти на улицу, Руслан сказал Ксении:

— Чтобы не мёрзнуть, иди сразу в барак, я не смогу быстро идти.

— Я подожду, — ответила она, понимая, что лучше померзнет рядом, чем снова будет переживать о том, не упал ли он по дороге в сугроб, заметаемый снегом.

— Иди, я сказал! — рявкнул он, но девушка не сдвинулась.

— Сам иди, я пойду за тобой! — ответила она спокойно, — знаешь, моя сестра уже привыкла, что я своих решений не меняю!

— А мне не зачем к этому привыкать, — ответил мужчина, эти слова больно полоснули девушку по самолюбию, она хотела ответить, но он уже вышел на улицу, а говорить при таком ветре было невозможно.

Шли они действительно долго, эти 50 метров показались несколькими километрами, периодически он останавливался, а Ксюша каждый раз смотрела вдаль, чтобы не терять из вида Серёжу, который тоже шёл медленно впереди, чтобы помочь, если вдруг Руслану станет плохо. Только парень хорошо изучил грубый нрав мужчины и не лез ему под руку. Когда, наконец, они оказались в коридоре барака, ей стало легче не только от того, что это путь закончился, но и потому что ничего не произошло.

В комнате Руслана она скинула рукавицы и куртку и дыханием пыталась согреть руки.

— Надо было тебе меня здесь подождать, не замерзла бы снова, — сказал мужчина.

— Я думала, всем уже понятно, что я не из тех, кто просто будет сидеть и ждать, — ответила девушка.

Он тоже снял куртку и, подойдя к ней, взял её ладони и принялся быстро растирать, несмотря на холод, его руки были тёплыми. Ксения ощутила, с какой силой её тянет к нему, ей хотелось быть еще ближе, возможно, причиной тому было давнее отсутствие у неё каких — либо отношений, возможно, нечто большее, но её безумно напрягали его закрытость и грубость, он был для неё словно сейф под множеством замков и ни одного не было приоткрыто. Наоборот, их словно становилось всё больше.

— Давно ты работаешь в Антарктиде? — спросила она, а Руслан замер, внимательно глядя на неё, но рук её из своих не выпустил.

— Около 6 лет.

— Не уезжал ни разу за эти годы?

— Нет.

— Но ведь вредно для здоровья долго находиться в этом климате.

— Периодически я работал на самых отдаленных от полюса станциях, там не такой разряженный воздух, и высота над уровнем моря меньше.

— А до этого где работал?

Он усмехнулся, на этот раз отпустил её и отошёл к дивану, а, садясь, спросил:

— Ну что ты задаешь вопросы, как ребёнок?

— В каком смысле? — она сделала вид, что не понимает.

— Так и спросила бы, кем ты был, раз у тебя такие обеспеченные знакомые!

— А ты бы ответил?

— Нет.

— Поэтому и не спросила, — Ксения села на стул напротив него.

— Ну а ты? — Что я? — Что здесь забыла? Умная, красивая, обеспеченная… Я слышал, как говорили, что ты была шеф — поваром в одном из своих ресторанов. А этот бизнес весьма прибылен.

Она молчала, а Руслан улыбнулся, но в этой улыбке была тень издевки:

— Отлично поговорили!

Девушка встала и направилась к двери, а он бросил ей вслед:

— Ты решила перестать меня доставать?

— Не надейся! — ответила Ксения, закатив глаза. Она вернулась через 30 секунд со шприцом в руках, — снимай свитер.

С недоверчивым видом он снял верх от термобелья и подставил плечо для укола:

— Что-то мне подсказывает, что тебе сейчас будет приятно вогнать в меня эту иглу!

— Даже не представляешь, насколько! — с этими словами она сделала ему укол.

— О, как мне больно, — притворно вскричал он. — Смотрю, тебе явно лучше, чем вчера! — Ксения села рядом, — вот не могу тебя понять, то общаешься, как нормальный человек…

— Ну спасибо!

— То так, что убить тебя хочется!

Тут её взгляд упал на бинт, которым была обмотана его голова, на месте раны через марлю проступала кровь.

— Придётся тебе потерпеть, чтобы я поменяла повязку…

Руслан кивнул, а Ксюша встала перед ним и медленно начала разматывать бинт. В месте удара крови уже не должно было быть, но она слегка сочилась сквозь шов, сделанный Светой, поэтому волосы вокруг тоже были в крови. Девушка сходила в душевую и принесла воды в глубокой тарелке, при этом поймав себя на том, что боится дотрагиваться до всех поверхностей, хотя ни Стёпа, ни Артём сюда не заходили. Намочив ткань тёплой водой, она стала осторожно стирать кровь вокруг шва, но она частично была засохшая, и давалось это с трудом.

— Больно? — спросила девушка, почувствовав, что Руслан слегка дернулся.

— Терпимо…

И снова её дыхание участилось от нахождения в такой близости от него, даже вид раны уже не вызывал отторжения. Ксюше хотелось обнять его, видя его боль, поцеловать, дотронуться до лица, до волос, до тела…

— А ты не такая уж белоручка, — проговорил мужчина, наблюдая, как она смывает кровь с ткани в воду.

— Я вообще не белоручка, — резко ответила девушка.

— Когда ты только здесь появилась, произвела именно такое впечатление.

— Ты же знаешь, что первое впечатление обманчиво, ты вот мне показался мерзким типом, от которого лучше держаться подальше.

— Так и есть.

— Ерунда! На второй день я поняла, что это лишь маска, чтобы не подпускать никого близко к себе. Только зачем… — словно сама себе, а не ему сказала Ксения.

Обработав рану, она стала заматывать ему голову чистым бинтом. Оба молчали, стараясь не встречаться взглядами.

— Я все‑таки спрошу, — не выдержала девушка, — когда ты был без сознания, ты сказал: «Я их убил»! о чем ты говорил?

Она закрепила марлю и снова села рядом, а Руслан отвернулся и, глядя в окно, сказал:

— Не знаю, я же был без сознания…

Но Ксения поняла, что все он знает. Просто не собирается даже слегка приоткрыться ей, и от этого почему-то становилось больно…

— Что я еще говорил?

— Больше ничего.

Мужчина заметил, что она переменилась в лице и опустила глаза, пытаясь не показать разочарования.

— Не принимай на свой счет мое поведение, — он коснулся её подбородка и поднял на себя.

— А на чей счет мне принимать, ты же общаешься со мной.

— Ну зачем тебе это знать?

Тут она задумалась… А действительно, зачем ей это знать? Какое он имеет к ней отношение? Да никакого! То, что их тянуло друг к другу, что очевидно, не давало права лезть друг к другу в душу и рыться в прошлом. Она ведь и сама не собиралась ему открываться, так почему просит об этом его?

— Ты прав, извини, это не мое дело, — сказала Ксения, вскинув голову, сказала искренне, чем удивила его, — главное, что ты не убиваешь женщин в подворотнях, а потом не закапываешь трупы? — она постаралась перевести все в шутку.

— Ещё пару недель назад, когда ты спросила меня о том же, я ответил, что нет. С тех пор ничего не изменилось, — Руслан улыбнулся, теперь глядя ей в глаза. Как близко были их лица к друг другу, как сильно обоим хотелось быть еще ближе, об этом говорили приоткрытые губы, учащенное дыхание, ускоренное сердцебиение. Ксения первой отвела взгляд и встала:

— Ты ведь не пойдешь ночью помогать с приемкой груза?

— Нет, как бы сильно мне это не было неприятно, я останусь здесь. Толку там от меня будет мало.

— Рада слышать, что это понимаешь, а то, когда вы сцепились с Олегом, я подумала, что ты забыл, что еле на ногах стоишь.

— Мы с ним пока еще не сцепились, а просто разговаривали.

— Ты понял, о чем я. Что вы с ним не поделили?

— Понятия не имею, и это правда. Он словно с цепи сорвался, когда узнал, что я неплохо обеспечен…

— Значит у тебя такие влиятельные знакомые, потому что ты и сам из их круга… — сделала вывод Ксюша, а Руслан рассмеялся:

— А ты меня подловила!

— Первый раз вижу тебя смеющимся, — улыбнулась она.

— Я первый раз смеюсь здесь…

Часть третья

Кто-то закрыл ей рот рукой, паника, ужас, непонимание, что происходит?! Вокруг кромешная темнота…

— Проснись! Тихо, не бойся, это я, не кричи! — Руслан убрал руку, видя её обалделые глаза, в темноте пытающиеся рассмотреть окружающую обстановку.

Ксения вспомнила, как вечером ушла от него в комнату к Свете, где теперь были и её вещи, там она долго проворочалась прежде, чем уснуть, обдумывая вечерний разговор и постоянно вздрагивая от звуков за окном.

Резкий крик за дверью заставил её подскочить на кровати:

— Открывайте, мать вашу!

— Что это?! — от страха и того, что еще не до конца проснулась, она медленно соображала.

— Потом объясню, быстро одевайся и бери свои вещи!

— Но… — Быстро, я сказал! — Руслан уже был около окна, он раздвинул шторы, и комнату залил яркий свет, заставив обоих прикрыть глаза. На улице всё ещё бушевала метель.

Из коридора раздавался такой стук, словно кто-то всем телом врезался в двери, и снова крик:

— Черта с два вы мня тут оставите!!!

Девушка узнала голос Паши…

Волна холода обдала её, Руслан открыл раму и бросил ей верхнюю одежду, сам он уже был в куртке:

— Одевайся, — прорычал он. Ксюша стала натягивать штаны, но руки плохо слушались её, мужчина схватил сумку и просто смел туда всё, что стояло на комоде и тумбочке.

— Где вы?! Давайте быстрее, мы у входа! — голосом Юры прошипела рация на поясе Руслана.

— Выходим! — быстро ответил мужчина, нажав кнопку, а потом почти в охапку схватил девушку и выкинул её из окна, она упала в сугроб, но не успела даже встать, как он снова схватил её и потащил в сторону входа в здание.

— Где вас носило?! — накинулся на них Юра, рядом с ним стояли Коля, Серёжа и Олег. Не ожидая ответа и ничего не объясняя, они развернулись и побежали в сторону исследовательского комплекса, никто даже не подумал браться за канаты, мужчины знали эту станцию, как свои пять пальцев, и безошибочно определили направление сквозь непроглядную метель.

В рекордное время они добрались до нужного здания. А забежав внутрь, все никак не могли отдышаться, хватая ртом теплый воздух. Ксения была просто в ужасе, неведение и непонимание сводили её с ума, но она настолько запыхалась, что не могла вымолвить ни слова. Вдруг руки Руслана, до этого крепко прижимавшие её к себе, ослабли, она не успела среагировать, как он упал на пол.

— Эй, ты что? — Серёжа подхватил его, не дав рухнуть головой о стену, — говорил я, что мне надо за ней идти!

— Все целы? — раздался голос Светы.

— Почти, — ответил Юра, махнув рукой на Руслана, которому Ксения и Серёжа помогали подняться. У всех в руках были сумки с вещами, запыхавшиеся жители «Надежды» пошли в лабораторию, где услышали голос Ильи:

— Стёпа, ну что там?

Сначала были слышны только завывания ветра, но потом мужчина все-таки ответил:

— Снаружи все двери закрыты, он внутри, если ему также больно, как было больно мне, то выбить вряд ли сможет!

— Спасибо тебе!

— Я возвращаюсь в первый барак, но из‑за метели мне не будет видно, выйдет Пахан или нет.

— Будем надеяться, что не выйдет…

— Света, я взял все, что успел, — сказал Руслан, передавая женщине сумку, в которую свалил все, что было на тумбочках в её комнате.

— Там большая часть лекарств, которые могут нам понадобиться, — проговорила она, роясь в принесенных вещах.

Ксения помогла Руслану лечь на тот диван, который был принесен сюда для Ильи. Мужчина сильно побледнел и несколько секунд просто лежал с закрытыми глазами, взявшись рукой за голову.

— Что случилось с Пашей? — спросила Ксюша, как только он снова посмотрел на неё.

— Юра и Серёжа были в моей комнате, повезло, что никто из нас не спал. Этот идиот впал в панику, когда увидел на себе пятна от вируса… Он забежал к Коле с воплями, что никто отсюда не выйдет живым, раз он заболел. Мы услышали крики, выбежали… Заперли его в комнате Коли, но перед этим Пахана стошнило в коридоре, пришлось идти за тобой и Олегом и вылезать через окна…

— Спасибо… Только получается, что вы могли от него заразиться?

— Надеюсь, что нет…

Девушка села рядом с Русланом, её рука дернулась к его ладони, но она остановила себя и сделала вид, что поправляет волосы.

— Когда закончится этот кошмар, — проговорила она, — я думала, что больше никто не заболеет, он же не общался со Стёпой или Артёмом…

— Все так думали, вернее на это надеялись, — ответила Света, снова просматривая результаты анализов Паши, — не понимаю, как такое может быть… На тот момент, когда я брала кровь, не было признаков вируса…

— И каким образом он мог заразиться?! — воскликнул Илья.

— Знала б, сказала, — раздраженно отозвалась Света.

— Что теперь с Паханом-то делать? — спросил Коля, — он не станет тихо сидеть, как Стёпа, в ожидании своего конца и заботой об окружающих…

— Вы обе двери заперли в бараке? — Илья подошел к окну, но дальше метра видимости не было.

— Да, а толку‑то? Он остался в комнате Артёма, может через любое окно выйти…

— У него нет верхней одежды, — неуверенно сказал Коля.

— По ходу дела у нас проблемы, — снова сев на диване, проговорил Руслан, а когда все на него посмотрел, объяснил свои мысли, — пока у нас нет признаков заболевания, будем думать, что мы здоровы, следовательно, чем меньше будем передвигаться по станции, где были те, кто заболел, тем лучше. Но это значит, что у нас могут в скором времени возникнуть затруднения с едой, спальными местами и медикаментами. Это если Пахан не притащится сюда, чтобы не обидно было умирать в одиночестве.

Илья задумчиво смотрел на него:

— А ведь ты прав… здесь у нас запасов маловато на 8 человек… спать только если на полу. Света, если из нас больше никто не заболеет, через какой срок нас смогут забрать?

— Не знаю… не меньше двух недель.

— Вот ведь попали, — проговорил Юра, и все замолчали.

— Вот урод! — через несколько минут воскликнул Серёжа, — если бы Пахан повел себя, как адекватный человек, мы бы не застряли в одном здании!

— Ну за едой же и лекарствами мы можем сходить? — спросила Ксения.

Света покачала головой:

— Только в самом крайнем случае… как раз Паша был там после нас с тобой, забирал некоторые продукты…

— Черт! Что там ваша Оля говорит?! — Коля явно был на взводе сильнее всех, — почему они заболели, а мы нет?

— Пока ничего…

— Как далеко от нас ближайшая станция? — снова спросил Коля, в его голосе проскакивали истеричные нотки.

— Где бы не была, мы же не бросим здесь Степу и даже Пахана! — резко ответил Илья, подходя к парню, — к тому же, а если вирус привезём с собой?

— Ну хоть чтобы знать, что есть возможность не подохнуть на этой станции!

— Не подохнуть на этой, чтобы подохнуть на другой, прихватив с собой еще в два раза больше человек? — рявкнул Олег. Как ни странно, его грубый выпад сработал, парень замолчал, стараясь справиться со своими эмоциями.

— А правда, далеко отсюда до ближайшей станции? — тихонько спросила Ксения Руслана.

— Тебе в километрах или днях?

— Лучше в днях…

— Около недели.

Ксения изменилась в лице:

— Так далеко?!

— Да, а ты что ждала? Что тут на каждом углу по бару?

Она снова почувствовала, как её начинает трясти от нервов:

— А если кто-то ещё заболеет? Если нас отсюда не заберут?!

— Не поддавайся панике!

— Да не могу я! Мне страшно! Я не собираюсь угонять машину! Просто хочу знать, что в самом крайнем случае мы сможем уехать или ждать откуда-то помощи!

Последние слова она сказала эмоционально и так громко, что услышали все и повернулись на неё.

— Так что? — снова спросил Коля, только уже спокойнее, — мы отсюда сможем уехать?

Руслан посмотрел на начальника станции, тот вымученно кивнул, тогда мужчина ответил:

— У нас только один вездеход, он рассчитан на 6 человек, ехать до соседней станции не меньше недели, это если повезёт с погодой. Она принадлежит французам, так что что-то им объяснить не сильно получится… И решаться на такое нужно только в самом крайнем случае, — он посмотрел на Ксению, которая сидела рядом и смотрела на него застывшим взглядом, — потому что если кто — что из нас все-таки окажется заражён, то здесь ещё есть шанс избегать контакта, а там нет! Внутри машины мы окажемся в крошечном замкнутом пространстве! Если рядом окажется кто-то с вирусом — погибнем все!

После его резюме вопросов ни у кого не возникло, а Света сказала:

— Я ещё раз возьму у всех кровь, буду проверять всех каждые 12 часов!

— Что это даст? — спросил Олег.

— Если все здоровы, то для собственного успокоения, а если нет… чем раньше сможем узнать, что кто-то заразился, тем легче будет выяснить откуда и постараться понять, как эта дрянь передаётся!

— И изолировать заражённого, — тихо добавил Юра, а женщина кивнула.

Воцарилось молчание, каждый думал о своём, но мысли восьми человек были схожи, все увидели, какой страшный кошмар их настиг, и все боялись. Никто не хотел умирать, но эта вероятность витала в воздухе. Трудно соблюдать холодность рассудка и здравость мышления в подобной ситуации.

— Что будем делать, если Пахан придёт сюда? — спросил Олег, глядя на Илью, а тот подошёл к дивану и сел рядом с Русланом, морщась и держась за грудь.

— Ему сюда нельзя… — говорить ему снова стало трудно из — за боли, — остаётся надеяться на его благоразумие.

— Крупно в этом сомневаюсь, если что будем решать по обстоятельствам, но лучше ему сюда не соваться, — довольно воинственно сказал Олег.

— Сейчас только 10, самолёт должен быть часа через 4, — сказал Юра, вставая, — я пойду прогуляюсь к баракам, осмотрю окна и двери, не могу просто сидеть и ждать, сможет он выйти или нет.

— Не надо! Там такая метель, а если он заявится, мы и так это узнаем, — встревоженно ответила Света.

— Если он заявится, будет уже поздно! — он решительно пошёл в сторону двери, — не волнуйся, я быстро!

С этими словами мужчина скрылся за дверью.

— Я с ним! — вскочил Серёжа и вышел за Юрой.

Руслан встал и пересел в кресло, уступая место Илье:

— Отдохни, а то видок у тебя тот ещё!

— На себя посмотри! — огрызнулся начальник станции, но не стал спорить и лёг на диван, к нему тут же подошла Света с очередным обезболивающим уколом.

В лаборатории было четыре компьютера, за ними сидели Коля, Олег и Света. Ксюша села прямо на пол у стены, где до этого сидел Юра. Девушка пыталась принять ситуацию, но это было просто за гранью понимания. Она в своей жизни много раз сталкивалась со злом, насилием, но это… Они сидели в крошечном помещении на краю света, вокруг мороз, несовместимый с жизнью! И там же таиться угроза намного страшнее холода, намного страшнее любого ужаса, который до этого мог присутствовать в их жизни! Ксения сидела, обняв руками колени и положив на них голову, она смотрела на Руслана, которому не был виден её взгляд. Он постоянно держался за голову, лицо побледнело, а вокруг глаз проступили тёмные круги. Мужчина постоянно пытался поменять положение, потому что при таком плохом самочувствии сидеть в кресле было неудобно, но он ни разу не сказал ни слова, ни застонал.

— Что-то их долго нет, — проговорила Света, которая постоянно прислушивалась и бросала взгляд на дверь. Но стоило ей это произнести, как все услышали приближающиеся шаги. Юра и Сережа занесли в комнату какие-то странные пласты, размером с односпальный матрас, из которых по краям торчали лохмотья.

— Ксюша, встань, мы постелем это на пол, будет и теплее, и мягче! — запыхавшись сказал Сережа.

— Что это? — вставая спросила она, понимая, что уже начала замерзать от пола.

— Утеплитель для стен, — ответил Юра, — на складе осталось несколько пластов, вот решили, что пригодятся, поэтому и задержались.

— Молодцы! Только я уже начала волноваться, — Света подошла к Юре, а Ксюше показалось, что та хотела обнять его, но просто остановилась рядом, — что там у бараков?

— Все закрыто, он не выходил.

— Слава богу, — тихонько прошептала Ксения, а потом громче добавила, — а как Стёпа? Вы с ним связывались?

— Да! Может быть такое, что ему лучше? — спросил Сережа Свету, а увидев непонимающий взгляд, договорил, — он сказал, что впервые за несколько часов его меньше тошнит и он смог попить…

Женщина не смогла сдержать радостного возгласа:

— Может! Господи! Неужели! Бывает такое, что организм не восприимчив к вирусам или в состоянии справиться даже с самыми тяжелыми! Но подождём ещё немного, пока рано делать такой вывод…

Она тут же бросилась к компьютеру, чтобы сообщить информацию Ольге. Новость о том, что Степе стало лучше, заставила всех хоть немного успокоиться. Илья уснул, Света не отходила от компьютера, постоянно общаясь с вирусологической лабораторией, Олег тоже был за компьютером, а Юра и Сережа решили снова сходить на склад в начале этого строения, они почти силой заставили Колю пойти с ними, чтобы он хоть немного пришёл в себя, парню трудно было справляться с такими переживаниями и страхами.

Ксения подошла к Руслану:

— Эти штуки почти как матрасы, приляг, станет легче…

Мужчина поднял на неё взгляд, и у девушки сжалось сердце, на его лице было написано, как он измучился от головной боли и слабости. Он даже не сказал ни слова, а просто перелег на принесённый Сережей утеплитель, ему Света сделала такой же обезболивающий укол, как и Илье, и вернулась к компьютеру. А Ксения сначала села около Руслана, а потом слегка приподняла его голову и положила к себе на колени вместо подушки, а сама облокотилась спиной о стену и вытянула ноги вперёд. Он приоткрыл глаза, взгляд был слегка затуманен.

— Поспи, — тихо сказала она, вспомнив, что в отличии от неё, он не спал уже почти сутки, — подействует лекарство, отдохнёшь и снова сможешь говорить мне колкости.

— В моем лекарстве, в отличии от его, — он кивнул на Илью, — нет снотворного.

— Почему? — удивилась Ксюша.

— Попросил Свету не добавлять. Хочу ясно мыслить.

— Но на тебе же лица нет, — она волновалась, видя его бледность, — отдохни, хочу, чтобы тебе стало лучше!

— Не хочу, чтобы что-то произошло, пока я сплю.

— Я тут, я разбужу тебя…

— Не хочу, чтобы что-то произошло с тобой…

Её сердце неистово забилось при этих словах, она наклонилась вперед и дотронулась губами до его лба, задержавшись так на несколько секунд, а потом сказала:

— Я никуда от тебя не отойду! Поспи, пожалуйста…

Он снова закрыл глаза, а Ксения одной рукой взяла его ладонь. Он слегка сжал пальцы в ответ. А второй легонько провела по его волосам, стараясь не коснуться места удара. Подняв голову, девушка увидела на себе взгляд Олега, который сидел за столом напротив и неотрывно смотрел на неё. Но в этом взгляде не было агрессии, не было злобы, только грусть… Девушка поспешила отвести глаза. Словно на автомате она гладила Руслана по голове, ей хотелось облегчить его боль, но это было невозможно. Она пыталась вспомнить были ли подобные моменты в её жизни с мужем… Бывали случаи, когда он болел, но вся её забота, ласка или поддержка отвергались, и она перестала их проявлять, хотя сейчас даже не могла вспомнить, искренне ли это делала или потому что должна. Странно было осознавать, что этот мужчина, с которым она знакома несколько недель, а общалась и того меньше, вызывает в ней такие эмоции, которых никогда не вызывал собственный муж, даже в те моменты, когда, как ей казалось, она была счастлива. Теперь же, оглядываясь назад, можно было сделать вывод, что счастье в ней вызывал не он сам, а то, что он давал, то, что с его помощью она достигла мечты. Она бы никогда не смогла озвучить то, о чем думала, мысль о том, что брак, принесший ей столько боли, был пустышкой с самого начала, была не менее унизительной, чем то, что происходило в нем потом.

— Дай руку, — Ксения даже не заметила, как Света подошла к ней со шприцом для забора крови.

— Ты успела хоть немного отдохнуть? — спросила девушка, видя усталость на лице женщины.

— Немного успела. Как он? — спросила она, смотря на Руслана.

— Не знаю… Видимо, не очень. Ольга писала что-то новое?

— Нет, если что-то будет, я сразу скажу, — натянуто улыбнулась Света.

Девушка выпустила из своей руки руку Руслана, он так крепко уснул, что даже не почувствовал, как женщина воткнула иглу ему в вену и тоже взяла кровь.

— Кто бы мог подумать… — проговорила Света.

— Ты про что?

Она кивнула на мужчину, лежащего на коленях у Ксении.

— Да, это уж точно, подумать никто не мог, даже я сама.

Прошло несколько часов, до сброса груза оставалось меньше часа. Ольга дала подробные инструкции, как принимать препарат, но это было единственное, что она написала за это время. Никто из исследователей или врачей не мог определить, почему вирусом заразились только трое из контактировавших с водой, в которой содержалось огромное количество вирионов. Были подключены ученые других исследовательских центров, но это не дало результата. Оставалось надеяться, что организмы Стёпы и Паши смогут справиться с болезнью, а вакцина защитит остальных. Стёпе действительно стало лучше, что было слышно даже по голосу, который снова приобрел живость, хрипота прошла, он смог попить и даже поесть.

Все отсчитывали минуты до момента подлета самолета, страх возможности заражения бился внутри каждого, а вакцина давала хоть какую-то надежду и уверенность.

Все это время Ксения просидела на полу, пока Руслан спал. Она смотрела на семерых человек, помимо себя, в этом крошечном помещении, и пыталась представить, каково это будет провести здесь не просто несколько часов, а несколько недель. Девушка помнила, сколько еды они принесли в это здание, и теперь пыталась мысленно разделить её между всеми, кто здесь собрался, чтобы хватило хотя бы на неделю, но поняла, что это невозможно. Либо они умрут от голода, либо придется идти за продуктами в столовую. Юра, Серёжа и Коля смогли найти на складе еще два пласта утеплителя и устлали им пол, чтобы можно было сидеть не на голом полу, а в дальнейшей перспективе и спать.

От каждого звука за окном все напрягались, но ничего не происходило.

Готовить еду здесь не было возможности, но Серёжа и Юра нашли на этом складе консервы, которых здесь быть не должно было, и принесли всем.

— Поешь, — парень протянул Ксении открытую банку и ложку, — я сам пробовал, вполне съедобно.

Девушку не нужно было уговаривать, она уже и не помнила, когда ела в последний раз, поэтому она поблагодарила и принялась жевать тушенку, смешанную с гречкой, которая на самом деле оказалась приличной.

— Ты молодец, — проговорила Ксения, севшему рядом Серёже, — мало того, что так спокойно реагируешь на происходящее, еще и остальным помочь пытаешься.

— Да, на самом деле я вообще редко теряю самообладание, — было видно, что ему стало очень приятно от её слов, — в прошлом я часто находился в сильно стрессовых ситуациях, в которых нельзя было поддаваться эмоциям, вот и научился держать их под контролем.

— Стрессовых ситуациях?

— Гонки.

— Ого! — Ксения была поражена, несколько раз они с мужем были на соревнованиях Формулы 1, она видела, с какими скоростями ездили машины, и какой опасности подвергали себя водители.

— Да, сама понимаешь, какой это стресс, гонять на такой скорости, как бы не было волнительно, нужно держать себя в руках, одно неверное движение, и тебя обгонят.

— Или врежешься во что‑то… — Ну да… — И как так случилось, что ты променял гоночную машину на это всё? Экстрима не хватало даже там?

— Не… Долгая история, — парень замялся, но Ксении показалось, что ему хотелось об этом рассказать.

— А мы и не торопимся.

— Отец был против…

— Не удивительно, если бы у меня был ребёнок, я бы ни за что не была за! — Не в этом дело… У моего отца что-то вроде семейного бизнеса, который должен был перейти мне и брату. Строим паркинги, иногда при жилых домах, иногда частные. Прибыль с этого не маленькая… Но он всегда был очень властным человеком, и как‑то с детства у нас пошло, что если он чего‑то от меня хотел, то я обязательно делал полностью противоположное. Вот и здесь произошло также… Он хотел, чтобы я всему у него учился, а я в тот момент фанател от машин, движков и скорости! Ну какие паркинги! Мы поссорились, причем так сильно, что он собирался записать весь бизнес на моего брата, который там успел проработать уже 5 лет.

— Брат старший?

— Да, ему 28, недавно женился… А я все вроде как гуляю и трачу отцовские деньги, собственно, этим он меня и ткнул.

— А это было не так? — спросила Ксения, отставив пустую банку.

— Так, — он вздохнул, — я совсем взбунтовался, не знал, чего бы такого сделать, лишь бы еще сильнее его взбесить… Сейчас-то я понимаю, насколько это было глупо, он ведь хотел для меня лучшего будущего! Пусть не говорил этого, но я знал, что он меня любил, по — своему, но любил…

— Любил? В прошедшем времени?

— Он умер.

— Мне очень жаль… — девушка видела, какие муки совести он испытывал.

— Мне тоже…

— Когда это произошло?

— Полтора года назад.

— Вы успели помириться?

— Нет… Это произошло после очередной ссоры. У него случился инсульт, врачи просто не успели… Но… Это ведь из — за меня произошло… Если бы не было той ссоры, возможно, он был бы жив…

— Никто никогда этого не узнает, — сказала Ксения, а во лбу парня залегла глубокая складка.

— Я сразу подумал, что это по моей вине, и не смог с этим справиться. Брат обвинил меня в том же. Я напился тогда, даже не помню, по каким барам шатался, что творил… А на утро пришел к юристу, который работал на фирму моего отца, и написал, что отказываюсь от наследства, чтобы весь бизнес перешел к брату. После похорон Денис просил у меня прощения, говорил, что не считает меня виноватым, говорил, что сказал это сгоряча, не подумав… Но я‑то знаю, что он врал! Именно так он и думал…

— А гонки?

— Ссора с отцом произошла после очередного заезда… За руль гоночной машины я больше не смог сесть. А сюда попал случайно! Сидел в баре, через день после похорон, а через столик сидели двое полярников, которые только что вернулись из командировки с южного полюса. Я услышал их разговор, на тот момент мне показалось, что именно это мне и нужно! Уехать, как можно дальше! Я подсел к ним, мне подсказали, куда обратиться, а через месяц я уже был здесь. Познакомился с ним, — Серёжа кивнул на Руслана.

Ксения сидела, до глубины души тронутая его историей, а главное тем, как он это рассказал, спокойно, как будто говорил о чем‑то не важном, его выражение лица даже не изменилось, только глаза стали черными от внутренней боли, которая не прошла и неизвестно, пойдет ли когда — нибудь.

— Но ты не сразу попал на эту станцию? — спросила Ксюша, когда он замолчал.

— Нет, моя первая станция была на побережье. С Русланом сработались мы не сразу, — усмехнулся парень.

— Не удивительно…

— Но спустя пару месяцев я бы уже не захотел отправляться в рейсы с кем‑то другим.

— Что он сделал такого хорошего?

— Не знаю… Просто своим жестким характером он напомнил мне отца… А потом я понял, что у таких, как он, нужно учиться… смелости, находчивости, выносливости можно было позавидовать…

— Не знаешь, почему он выбрал эту работу?

Парень покачал головой:

— Я спросил однажды, и получил по первое число, все вопросы дальше задавать расхотелось… Но иногда у меня складывалось ощущение, что он словно специально соглашался на самые опасные рейсы, самые трудные маршруты, часто те, где никто еще не бывал.

— Нужно собираться, самолёт будет через полчаса, — Илья проснулся и сел на диване.

— Ты останешься здесь, там и без тебя справятся, — резко развернувшись на компьютерном кресле, сказала Света начальнику станции.

— Я буду там, это не обсуждается! — рявкнул он и встал, направившись к своей верхней одежде.

— Смотрю, тебе не даёт покоя вопрос о том, как я сюда попал? — спросил Руслан. Он открыл глаза, как только Серёжа встал и пошёл вслед за Ильёй.

Ксения опустила глаза на мужчину и покраснела, как варёный рак:

— Ты что, все слышал? Мог бы сказать, что не спишь!

Мужчина сел, а она подвигала затёкшими ногами, пытаясь за гневным выражением лица скрыть смущение.

— Зачем? Было очень интересно! Я, кстати, раньше не знал, почему этот парень таскается за мной хвостом, теперь знаю!

— Ты просто невыносим! — Ксении было обидно за Сергея, который искренне к нему привязался, но Руслан проигнорировал её слова, он тоже пошел в сторону вешалок, где находилась вся верхняя одежда.

Вдруг на поясе у начальника станции зашипела рация:

— Эй, парни! — раздался голос Стёпы, прерываемый ветром.

— Я слушаю, — ответил Илья.

— Я сейчас у второго барака, одно из окон в коридоре выбито наружу! Пахана не видно!

— Только этого не хватало! — Юра тут же оказался около начальника станции, — следы куда ведут?

Олег тут же подошел к окну, но из‑за сплошной снежной завесы не было ничего видно, он покачал головой.

— Не понятно, их уже сильно засыпало снегом… — ответил Стёпа, — когда должны доставить груз? Смотрите в оба!

— Через 10 минут, — ответил Илья, посмотрев на часы.

Ксения подошла к Свете, все стояли посреди лаборатории, нервно озираясь, словно мужчина мог вылезти из — под любого стола или из‑за угла.

— Спокойно! — сказал Илья, видя замешательство на лицах мужчин и страх у женщин, — нас здесь 8 человек! Мы вместе с Колей и Сергеем будем ждать груз и принесём его сюда! Вход в это строение только один, Руслан, останешься около него! Олег и Юра, за вами окна! Снаружи такой ветер, что, если их разобьют, никто не услышит, поэтому вам придется ходить вдоль здания!

— А если он приблизится? — спросил Юра.

— Он болен, он слаб…

— Я имел в виду не это… На что мы готовы пойти, чтобы не дать заразить остальных тому, кто был нашем товарищем и пока еще есть?

Илья на секунду опустил глаза, но тут же поднял их снова, на его лице была решимость:

— Нужно постараться уговорить его вернуться в барак, ведь Стёпе стало легче, возможно, станет и ему! А если уговоры не подействуют, нужно любыми способами не допустить, чтобы он попал сюда.

Света подошла к Юре, что-то шепнула на ухо и обняла, привстав на цыпочки. Мужчина ответил ей тем же. Остальные поспешили отвести глаза, все знали, что между ними было что-то большее, чем дружба, но обоих глубоко уважали, чтобы отпускать на их счет какие-то шутки или обсуждать это.

— Ксюша, оставляю вам одну рацию, — Илья положил устройство на стол, — вторая остаётся у меня, хотя… — он задумался, а потом протянул рацию Юре, — пусть останется у тебя на случай, если здесь что-то случиться, и вы могли связаться друг с другом.

— А если помощь потребуется нам? — Колина грудь снова часто и высоко поднималась от участившегося дыхания.

— Справимся сами! Самолет пролетит довольно далеко от станции, Пахану слишком плохо, чтобы он смог дойти так далеко! Соберись, парень, всё будет хорошо!

— А если не будет, то от тебя нам толку мало будет, ты даже не сможешь помочь нам с грузом! — грубо ответил Коля.

— Замолкни, — Серёжа толкнул его в плечо, — для того, чтобы подобрать и привезти сюда только лекарства хватило бы и одного! А нас там будет трое! К тому же на снегоходах! Ты уже достал всех! Либо успокаивайся, либо вали отсюда!

— Я бы свалил! — практически выкрикнул он в ответ, — да некуда!

— Хватит! Вы оба! — воскликнул Илья, не обращая внимания на Колин грубый выпад в свою сторону, — если кто хочет свалить, ангар свободен! Если нет, то у всех есть задачи!

После этих слов начальник станции первым вышел из лаборатории, Юра и Олег поспешили за ним, чтобы проверить коридор, не успел ли Паша зайти в здание. Серёжа ещё раз толкнул Колю, теперь уже в сторону двери, тот посмотрел на него с желанием дать сдачи, но оценив свои силы, которых было явно меньше, чем у водителя, отвернулся и тоже вышел из помещения.

Света опустилась в кресло, сложив ладони у рта, словно в молитве, а Ксюша ухватила за руку Руслана, который тоже уже стоял в дверях:

— Будь осторожен… — это единственное, что она смогла сказать.

— Не бойся, — ответил он и вышел.

Когда женщины остались одни, пугающая тишина повисла вокруг. Шаги в коридоре быстро стихли, все мужчины вышли наружу. Работа процессоров около компьютеров вдруг показалась очень громкой. Ксения осталась около двери, сжимая в руках рацию, а Света подошла к окну, хотя там по — прежнему ничего не было видно. Они перекидывались молчаливыми взглядами, словно боялись, заговорить. Ксения первой не выдержала, эта тишина сводила с ума:

— Думаешь, он правда может сюда прийти?

Женщина подошла к ней и тоже встала у двери, прислушиваясь.

— Кто его знает… Паша всегда был странным… Его поведение трудно назвать адекватным, не представляю, как он смог пройти психологическую проверку перед тем, как сюда попасть.

— Сколько здесь помещений? — спросила девушка.

Света задумалась:

— Кроме лаборатории здесь только складские помещения, два в начале коридора и два в конце, там же один туалет… Через все проходит сквозной коридор, только лаборатория получается с одним входом и выходом.

— Значит в строении 9 окон?

— Да… — Как-то жутковато думать, что он может захотеть специально нас заразить и для этого влезть в окно.

При этих же словах раздался громкий стук в окно лаборатории, женщины резко прижались друг к другу, обернувшись на звук.

— Юра! — закричала Света, выхватив рацию, — решил убить нас инфарктом?! Что ты так пугаешь?

— Кто ж знал, что вы так подпрыгните? — мужчина, очертания которого видно было через стекло, отошел в сторону и тут же пропал из виду, — совсем уже, — проговорила Света, теперь уже спокойнее обращаясь к Ксении. У обеих так сильно колотилось сердце, что казалось, его стук разносится по помещению.

— Что это за гул? — спросила девушка, прислушавшись.

— Самолет подлетает, а гул такой сильный, потому что, видимо, он больше по размеру, чем те, что обычно здесь садятся, — ответила Света, тоже услышавшая медленно нарастающий шум.

— Стёпа правда может выздороветь? — спросила Ксюша, стараясь разговором хоть немного снять то напряжение, которое царило внутри неё. Они обе были натянуты, словно струны, боясь, что в любой момент может зайти Паша, хотя ни одна не представляла, что можно было бы предпринять в такой ситуации.

— Надеюсь, что да… Я уже говорила, что раньше бывали случаи, когда человек полностью излечивался без какой‑либо медицинской помощи, но что может случиться сейчас, одному Богу известно. Единственное, что известно об этом вирусе, это то, что он похож по строению и структуре на вирус Эбола, те же симптомы, но… — Похож? Я думала, это он и есть! Вернее, вы так говорили…

— Он и есть, только мутировавший, гораздо мощнее! Симптомы развиваются в разы быстрее, и их последовательность иная. Поэтому невозможно предугадать, что будет дальше.

— Скорее бы они вернулись, — сказала Ксюша, снова подходя к двери почти вплотную, — не хочется думать, что там ходит Паша, истекающий кровью, а Юра и Руслан неизвестно, могут ли ему противостоять даже больному…

— За своего Руслана можешь не переживать…

— Он не мой, — резко ответила девушка.

— Да ладно, не сердись, я шучу… Но ты же видела его силу, тут мало кто смог бы с ним тягаться, даже при его плохом самочувствии… а вот Илье да, не стоило никуда идти…

— Тихо! — оборвала её Ксения, прислонившись к двери. Женщина тут же замолчала и встревоженно подошла к ней, тоже прислушиваясь.

— Что такое? — одними губами спросила Света.

— Мне показалось, что стекло разбилось… — таким же еле слышным шепотом ответила девушка.

Они стояли так несколько секунд, но из посторонних звуков был только гул подлетающего самолета, из — за которого было трудно разобрать, что происходило снаружи.

— Юра, — тихонька сказала Света по рации, надеясь, что мужчина услышит, но в ответ была только тишина, тогда она повторила громче, — Юра!

— Он не слышит из — за шума двигателя, — проговорила Ксюша, — я пойду посмотрю, может мне просто показалось, боюсь этого больше всего, вот и накрутила себя.

Света схватила её за плечо:

— Стой! А если он там?

— Тогда пойду к выходу, позову Руслана!

— Ты не думаешь, что если бы это был Паша, то уже бы сюда зашел? Скоро все вернутся, слышишь, самолетный гул становится тише!

Действительно, теперь шум двигателей отдалялся, значит груз уже сброшен.

С широко раскрытыми от страха глазами женщины стояли и боялись пошевелиться, Света так сжимала в руке рацию, что костяшки пальцев побелели, она снова нажала кнопку вызова:

— Юра!

На этот раз мужчина ответил сразу же:

— Вы в норме?

От звука его голоса они одновременно облегченно выдохнули, а Света сказала:

— Нам показалось, что окно разбилось…

— В какой стороне?

Женщина вопросительно посмотрела на Ксюшу, та быстро ответила:

— Кажется в конце здания.

— Понял!

Машинально Света стала отходить подальше от двери, словно боясь, что она откроется.

— Идем вместе! — услышали они крик Олега, разносящийся по коридору, а потом быстро приближающиеся шаги.

Женщины готовы были кричать от испуга, когда открылась дверь:

— Окно действительно разбито снаружи, — заглянул Руслан, — похоже, что просто ветром занесло кусок пластика, сейчас проверим, — и мужчина тут же скрылся снова, а дверь захлопнулась.

— Откуда тут взяться куску пластика? — Ксения уже было сама не своя, не знаю, что там происходит и не понимая, чего ждать. Нервное напряжение достигало предела, кровь пульсировала в висках, а руки нервно подрагивали, каждую секунду она готова было сорваться и бежать, только вот бежать здесь было некуда…

— Неоткуда, — словно в тон её мыслям ответила Света, — на улице нет ничего, постороннего, а уж тем более каких-то обломков, это здесь строжайше запрещено!

— А сломанный бур? — спросила девушка.

— Все было убрано на следующий же день, до того, как кто-то заболел.

Они снова прислушались, до них доносились голоса, но разобрать что-то было невозможно.

— Я так больше не могу, — не в состоянии находиться в неизвестности, Ксения в два шага оказалась около двери, дернула её на себя и до того, как Света успела произнести хоть слово, выскользнула из лаборатории.

Её тут же обдало волной морозного воздуха, а изо рта шел пар от дыхания, хотя девушка все ещё находилась в помещении. Зябко ёжась, она медленно продвигалась по мрачному коридору, верхний свет здесь был таким же, как и в первом строении исследовательского комплекса. Складские помещения были большего размера, чем маленькая комната лаборатории, первое было пусто. Девушка боязливо озиралась по сторонам, страшась увидеть движение в каком‑нибудь из углов, заваленных всяческими приборами. У стен возвышались высокие стеллажи, тоже полностью занятые какими-то предметами, но в этой полутьме было сложно рассмотреть, чем именно. Отсюда она уже смогла разобрать слова, доносящиеся из последнего помещения:

— На хрена ему надо было это делать? — спрашивал Юра.

— Откуда мне знать, но здесь его точно нет! — раздраженно ответил Олег, — я осмотрел оба помещения.

— А туалет? — таким же раздраженным голосом отозвался Руслан.

— Ты меня за идиота держишь? — его вопрос привел Олега в бешенство.

— А не пойти бы тебе… — Руслан умолк на полуслове, — тебе здесь что надо?

Мужчины обернулись, увидев Ксению, стоящую в дверном проёме. Она перевела взгляд с них на свисающие с рамы осколки стекла, остальное стекло валялось на полу, разлетевшись на мелкие осколки.

— Что это было? — спросила она.

— Просто что-то ветром занесло в стекло, я уже сказал, — ответил Руслан, понимая, что она не верит.

— Я слышала, как вы говорили «на хрена ему надо было это»! Это вранье что, попытка защитить наши со Светой нервы?! — взорвалась Ксения, — так не стоит! Мы уже взрослые!

— Да на вас взрослых посмотришь, на лицах такой ужас, что ещё немного и в обморок грохнитесь! — также крикнул ей в ответ Олег.

— О! Смотрю, это глупое вранье стало единственным за все время проживания здесь, в чем вы оба согласились друг с другом! — Ксения подошла к ним вплотную, все напряжение последних двадцати минут сказалось, и она уже не могла остановиться, — мы застряли в этом здании, постоянно боимся, что кто-то из нас тоже заболеет и заразит остальных! Так еще постоянно приходится следить, чтобы кто-то из вас двоих не набросился на второго! Но при этом вы почему‑то думаете, что имеете права нам что-то не договаривать?!

— Хватит орать! — Руслан сделал шаг ей навстречу, на его лице была такая ярость, что она вздрогнула и моментально замолчала, — Пахан разбил это окно, но внутри его нет! Мы проверили! Значит хотел нас отвлечь… — тут его голос стих, он словно что-то понял и махнул рукой Олегу и Юре, — пошли!

Он настолько быстро пробежал мимо неё, что чуть не сшиб с ног, а мужчины переглянувшись выбежали за ним. Практически сразу Ксения услышала крики Юры:

— Что ты творишь? Зачем?

Тоже выбежав в коридор, девушка увидела, что Паша зашел через дверь и практически дошел до лаборатории, он еле передвигался, лицо исказилось настолько, что его невозможно было узнать, кровоточащие язвы покрыли лицо и руки, торчащие из — под куртки, захлебываясь то ли собственной слюной, то ли кровью, он прорычал:

— Вы кинули меня подыхать, так подохните со мной! Ублюдки! Мрази! Можете бежать со станции, всё равно сдохните все до одного!

Ругательства сыпались с его рта, он медленно плелся по коридору в сторону замерших мужчин, которые не могли к нему приблизится. От него несло смертью, было ясно, что еще немного, и его ждет тот же конец, что Артёма. Руслан обернулся и крикнул Ксении:

— Быстро в лабораторию, бегите через окно!

От ужаса девушка плохо видела, все расплывалось, словно в дымке, но услышала и поняла его слова. Она сорвалась с места и заскочила в дверь лаборатории, которая как раз находилась за спинами мужчин, а увидев лицо Светы, тут же вспомнила слова Олега про «ещё чуть — чуть и в обморок грохнитесь».

— Юра, — это имя неосознанно сорвалось с губ женщины, Ксения схватила её за руки и потащила к окну:

— Идем, нам нужно выйти отсюда!

Но девушка не знала, как открыть эти окна, не выбивая, поэтому она схватила стул.

— Отойди! — крикнула она Свете, но та словно не слышала её, — отойди!!!

Вдруг из коридора снова раздались крики и стук, но она была уже настолько не в себе, что просто не понимала смысла того, что кричали. Юра тут же забежал в лабораторию:

— Его больше нет!

Мужчина бросился к Свете, которая вцепилась в него мертвой хваткой и рыдала в голос. Она не успела понять, что произошло, но увидев рядом Юру, который пытался её успокоить, дала выход своим эмоциям.

До Ксении тоже не сразу дошло, что Олег и Руслан пытаются одновременно отцепить её руки от стула, который она так и держала на весу. Она видела перед собой лицо мужа, ей казалось, что это он снова хочет избить её, а она старается защититься, но ничего не выходит, он выламывает ей руки, а она отбивается:

— Нет! Не прикасайся ко мне! Не трогай меня!

Она отпускает стул и съеживается в углу, но страшное видение тут же уходит, и девушка видит перед собой Руслана, который хватает её за руки и поднимает с пола, рядом стоит Олег, с волнением наблюдая за её криками.

— Посмотри на меня! — орет Руслан, пытаясь смотреть ей прямо в глаза, — посмотри! Его нет больше! Ты в безопасности!

Ксения, наконец, поняла, что он говорит! Пахана больше нет, от него каким-то образом избавились, ей не нужно бежать… Внезапно её крики, чтобы Руслан отпустил, превратились просто в крик, шедший из груди, а крик в рыдания. Она так рыдала, что не могла остановиться и избавиться от того страха, что пришлось пережить, от которого становилось больно физически, а эти рыдания, безудержно рвавшиеся изнутри, делали эту боль терпимой.

Когда Ксения начала приходить в себя, поняла, что Руслан держит её в своих объятиях, из резкого его голос снова стал тихим и ласковым:

— Успокойся, все позади…

Открыв глаза и заглянув за плечо мужчины, девушка увидела Свету, которая так и стояла около Юры. Илья, Коля и Серёжа тоже были в лаборатории. Увидев, что женщины немного отошли от шока, начальник станции произнес, садясь на стул:

— Похоже, выход в коридор нам закрыт, там всё в его крови, нам пришлось влезать через разбитое окно…

— Похоже, не только выход в коридор нам закрыт, а вход в любое строение нам закрыт, — хмуро отозвался Юра.

— Вы там в порядке? — раздался из рации голос Стёпы.

Илья выхватил устройство:

— Пахан не в порядке…

— Что… — начал было мужчина, но Илья перебил:

— Потом! Ты как?

— Похоже, что лучше и быть не может, — Степа замялся, — из симптомов остались только страшные следы на теле, а в остальном словно и не умирал несколько часов назад!

— С ума сойти… — проговорила Света, которая уже полностью пришла в себя, — насколько быстро болезнь началась, настолько же быстро и заканчивается! Это просто невероятно!

— Не хочу снова всех раздражать, но мы привезли лекарство, как насчет пары уколов, на которые мы так надеялись? — нервно спросил Коля, а Света тут же подошла к огромному тюку, который мужчины принесли с собой.

— Дайте мне десять минут, — сказала она, доставая ампулы.

Даже несмотря на наличие двери в лабораторию и дверей между складскими помещениями, из — за разбитого окна становилось холоднее, все сняли огромные пуховики, из — за которых было неудобно передвигаться, но часто подносили ладони ко рту, чтобы согреть их дыханием.

Руслан отпустил Ксению, которая старалась не смотреть на него, она всё ещё всхлипывала, но подошла к Свете и стала помогать ей вытаскивать ампулы из сумки. А мужчина сел около начальника станции, который смотрел в одну точку:

— Похоже, нам всё — таки придётся валить отсюда… — тихо, чтобы никто кроме Ильи его не услышал, сказал Руслан.

Илья перевел на него взгляд:

— Да знаю я! Только это тяжеловато сделать, учитывая, что в машине слишком мало места, плюс там нет изолированного помещения, чтобы можно было взять с собой Стёпу, а оставлять здесь одного человека равносильно убийству.

— Но здесь мы не можем даже сходить за едой… Придется что-то придумывать, причем быстро!

Илья немного подумал и громко сказал:

— Думаю, все понимают, что нам придётся покинуть наш уютный дом! Машина рассчитана только на шестерых, но с этим нам придётся справиться… чтобы как-то нам себя обезопасить… Света, сколько нужно подождать, чтобы ни у кого из нас не проявились симптомы, прежде чем уезжать в таком замкнутом пространстве?

— Минимум 12 часов… — неуверенно ответила женщина, оторвавшись от заполнения шприцев вакциной.

Илья кивнул и продолжил:

— Значит на эти 12 часов мы все перебираемся в ангар, а завтра, вернее уже сегодня, ближе к вечеру, садимся в вездеход и едем к французской станции. Сейчас, как только уколы будут сделаны, даю всем не больше, чем полчаса, чтобы перенести отсюда все необходимое, передвигаться только через окно, в коридор ни шага! В ангаре намного холоднее, там почти нет отопления, поэтому со склада, до которого Пахан не успел дойти, набираем как можно больше спальников, этого барахла здесь много, они рассчитаны на минус 30, а температура там нулевая, так что не умрем от холода. Плюс заберите все утеплители, которые сможете найти, всю еду, которая каким — либо образом затесалась на эти склады, короче все, что сможет нам понадобиться в дороге на неделю. Олег, мне нужно, чтобы каким-то образом ты перенес в ангар мой компьютер и подключил к сети…

— Подожди, подожди, — начал было мужчина, — туда же не подведён инет…

— Мне все равно, как ты это сделаешь! — повысив тон, Илья заставил мужчину замолчать, — завтра перед отъездом Света еще раз проверит у всех кровь…

— А как же Стёпа? — спросила женщина.

— Он поедет с нами.

— Ну уж нет! — закричал Коля, — как вы это себе представляете?!

— За оставшееся время придется что-то придумать!

— Нет!!! — еще громче крикнул Коля, — на хрена тогда Серый замочил Пахана, — при этих словах женщины округлившимися глазами уставились на Сергея, который все это время сидел на диване и не проронил ни слова, а парень продолжал вопить, — надо было сюда его притащить! Ради чего тогда мы ждали этот самолет?

— Прекрати истерику, — Олег сказал это настолько спокойно, что холодок пробежал по спине у всех.

— Это не подлежит обсуждению, — Илья исподлобья посмотрел на Колю, и в этом взгляде было столько решимости и непоколебимости, что стало ясно, насколько серьезно он говорит, — все кто не с нами, остается здесь. В машину никому не ногой до тех пор, пока не убедимся, что все здоровы. Думаю, все помнят, её внутреннее устройство?

— Почти, — буркнула себе под нос Ксюша, которая видела огромный вездеход только снаружи, а Илья махнул на неё рукой:

— За это время нам нужно придумать, как не заразиться от Стёпы…

— Илья, очнись, — на этот раз довольно грубо высказалась Света, она встала перед мужчиной со шприцем в руках, жестом показывая ему закатать рукав, — там один туалет, только одно помещение с подобием кроватей! Там невозможно посадить его в коробку и не выпускать!

— А может быть такое, что вируса уже нет в его крови? — спросил Руслан, а Света посмотрела на него, как на полоумного, но его это не смутило, и он продолжил, — раз он так быстро развивается и убивает, возможно также быстро и умирает сам!

— Немыслимо… — Света сделала укол начальнику станции, а он поморщился, сдавив место укола.

— Больно как, что это?

— Препарат довольно густой, но нет времени делать капельницы, так что потерпите!

— Нужно проверить и Степину кровь, — сказал Юра, — если Руслан прав, это сильно облегчит нам жизнь.

Света молчала, она обошла всех собравшихся в лаборатории, каждому вколов в вену препарат. В её движениях чувствовалось нервное напряжение, она обдумывала сказанное Русланом и, наконец, произнесла:

— Может вы и правы…

— Но сначала нам нужно отсюда убраться, ангар дальше всего от бараков, вряд ли Пахан мог до туда сам дойти… — Илья подошёл к компьютеру, — я обязан сообщить, что мы покидаем станцию.

— Ничем хорошим это не кончится, — тихо проговорил молчавший до этого Сергей.

Олег подошел к окну и, каким‑то образом отогнув раму, вытащил стекло.

— Мы просто бегаем из одного строения в другое, — сказал Коля, первым вылезая наружу, — надо было уезжать отсюда уже давно.

Но никто не обратил внимания на его слова.

Часть четвертая

Ангар был самым большим из строений на станции. Это было единое помещение для всех машин, имеющихся там. Высота потолков составляла не меньше семи метров. Зайти туда можно было через небольшую боковую дверь, а для того, чтобы выехать, поднималась практически полностью передняя стена. У самого входа стояли снегоходы, за ними небольшие машины, похожие на микроавтобусы, а позади, в самой глубине помещения, вездеход. Прямо внутри ангара находилась небольшая постройка, которая использовалась для мелкого ремонта автомобилей, там была свалена куча металла, больше похожего на мусор, стоял стол, на полках и полу множество различных аппаратов… Внутри этой постройки было теплее, благодаря отдельным обогревателям, работающим от электричества. В самом ангаре тоже было отопление, но помещение из — за своих размеров и открывающейся вверх огромной ролеты, не успевало достаточно прогреться, и температура не поднималась там выше плюс пяти градусов. Илья дал указания вытащить из этой постройки весь хлам, чтобы можно было там ждать отъезда и не мерзнуть понапрасну.

Коля был прав, они только и делали, что бежали из одной постройки в другую, страшась болезни и не имея других возможностей на спасение. Он слонялся по ангару с отреченным видом, милый парень, каким он представился Ксении изначально улетучился, выказав истеричную и нетерпимую натуру. Сергей же наоборот изначально показался ей ребёнком, действительно хвостом слоняющимся за Русланом, теперь же он оказался человеком, со стальным внутренним стержнем, способным на принятие решений, способным на многое ради других. Возможно, он был таким всегда, возможно, перенял это у Руслана, на которого старался равняться. Мнение об остальных осталось прежним, взрослые мужчины, ни раз попадавшие в трудные, а порой страшные ситуации, уже были ими проверены. Все сохраняли завидное спокойствие и проявляли крепкую выдержку. На их фоне девушке было стыдно, что проникновение Паши в их здание так сильно выбило её из колеи, она сама не понимала, что послужило причиной такой истерики, хотя разумеется, никто из окружающих ни словом, ни взглядом не упрекнул её… Единственный, кто был бы на это способен лежал мертвый и истерзанный болезнью, она даже не знала где.

Ксения помогала освобождать помещение, чтобы можно было раскинуть там на пол утеплитель и спальные мешки, которые Юра с Серёже принесли со склада, куда влезли через окно, разбитое Пашей. Олег пытался прямо по снегу провести кабель с интернет сетью в ангар. Руслан проверял канистры с топливом, пытался рассчитать, сколько понадобится еды, чтобы 9 человек могли не голодать в течение недели и занимался внешним осмотром вездехода на предмет неполадок, если таковые имелись или могли возникнуть. Света занималась сбором всех медикаментов, которые только могла забрать с собой. Илья установил свой компьютер прямо на металлическом столе, когда хлама в постройке почти не осталось.

На часах было только 7 утра, а на лицах у жителей «Надежды» была усталость и грусть. Все вымотались, последние трое суток никто толком не спал, находясь в постоянной стрессовой обстановке, и, хоть никто не хотел показать вида, силы были на исходе.

— Ты куда это? — спросила Ксюша, увидев, что Света взяла шприц для забора крови и направилась к выходу. Женщина устало улыбнулась:

— Сделать то, что надо было сделать еще пару часов назад…

— Ты же не пойдешь к Степе? — встревоженно спросила девушка, понимая, что именно туда она и направилась.

— Для того, чтобы сделать анализ крови мне не нужен интернет, программа и так обработает данные. Пока я хожу, Илья подключит микроскоп и анализатор к компьютеру, да? — она посмотрела на начальника станции, тот кивнул.

Ксюша накинула куртку и выскочила в ангар сразу за жен-щиной.

— Подожди, — она взяла её за руку, а убедившись, что никто их не слышит, проговорила, — я не хочу, чтобы ты туда ходила…

— От желания тут ничего не зависит — усмехнулась она в ответ, — а сделать это надо!

— Но ведь если ты будешь рядом, велика вероятность, что можешь заразиться! Пусть сам возьмет у себя кровь!

— И как ты это представляешь? — Света раздраженно выдернула руку и прошла мимо вездехода в сторону улицы, но Ксения не отходила от неё.

— Ты же рассказывала мне, как сделать укол Руслану! Оставь у дверей шприц! Рация у него есть! И просто говори по ней, что делать!

— Сделать укол и самому у себя взять кровь — это разные вещи! У него будет свободна только одна рука!

— Ну пожалуйста, пусть он хотя бы попробует! А если не получится, тогда уже сделаешь это сама!

— Я врач, это моя обязанность, понимаешь?

— Вот именно, ты врач! А кроме Степы тут ещё 7 человек! Если ты заболеешь, что нам делать?!

Света остановилась, недоверчиво глядя на девушку:

— Ладно! Ты и мертвого уговоришь!

Ксения улыбнулась:

— Спасибо! Я просто не представляю, что со мной будет, если с тобой что-то случится, — сказала она смущенно, — и я сейчас о тебе, не как о враче говорю…

— Все будет хорошо… — Свету тронули её слова, она поцеловала девушку в щеку и вышла на улицу.

Ксения вышла за ней и смотрела, как женщина подошла к Юре, который помогал Олегу с кабелем, и взяла у него рацию, чтобы общаться со Степой. Но было слишком холодно, и девушка снова зашла в ангар. Она хотела вернуться к Илье, но огромный вездеход привлёк её внимание, она свернула и подошла к нему. Высота гусеничных колёс доходила ей до талии, запрокинув голову, она разглядела на нем крошечные темные окна. Морально девушка пыталась подготовить себя, что в этой металлической коробке ей придётся провести целую неделю, а может и дольше. Машина была больший, но основную часть занимал, топливный бак, двигатели, кабина, а на жилое помещение приходилось крошечное место. Тяжело представить, как там могли бы разместиться 9 человек… К тому же постоянно вспоминался рассказ Светы о том, как один из водителей замерз насмерть…

Ксения стояла около кабины и вздрогнула от тихого шепота, доносящегося из — за противоположного конца гусениц. Из — за размеров установки ей не было видно, кто там, она подумала, что Руслан, и сделала шаг вперёд, но разобрав слова, замерла…

— Ты что, не понимаешь, что мы сдохнем? Ты же видел, что стало с Паханом? — двигаясь вдоль колёс, девушка все чётче слышала слова, Колин шёпот был таким же истеричным, как и его крики до этого, — либо мы уедем, либо закончим, как Пахан!

— Врезать бы тебе! Только за то, что заикнулся об этом!

— Да подумай головой! Илья сбрендил, если надеется остаться в живых! Он всех нас обрекает на мучительную смерть!

— А ты что пытаешься сделать, предлагая мне такое?!

— Ты много раз ездил с Русланом! Ты знаешь дорогу не хуже него! Да и с этим танком справишься!

— Нет! Даже не надейся! А я ещё подумаю, сказать ли Илье и Олегу о том, как ты хотел поступить с ними…

— Поступить с ними? А как они поступают с нами?!

— Илья пытается спасти всех!

— И ты поддерживаешь его желание притащить к нам, здоровым людям, умирающего и заразного?!

— Это без разницы, поддерживаю я или нет! Он начальник! Как он скажет, так и будет! А тебе была предоставлена альтернатива остаться здесь, если не едешь со всеми! Да и даже если бы я согласился, как ты себе представляешь угнать этот внедорожник?! Ты видел размеры его движка? Представляешь, какой шум будет, как только его бы завели? У тебя самого крыша поехала!

— Раз ты об этом подумал, значит все-таки допускаешь эту мысль!

— Нет… — снова начал Сергей, но Коля зашептал ещё более эмоционально:

— Да никто ничего не успел бы сделать! Ворота открыли бы заранее! Главное сесть в машину и заблокировать двери! Никто же не сможет ничего сделать, не будут же они бросаться под колеса, чтобы нас остановить!

— Я сказал нет! — рявкнул Сергей в полный голос.

— Что ты орешь? Решил внимание привлечь?

— Да пошел ты! Знал бы заранее, на что ты будешь способен ради спасения своей шкуры, никогда бы руки тебе не пожал!

— Ишь какой правильный! Строишь из себя не пойми кого! Папенькин сынок!

Раздался глухой удар, голос Сергея дрожал от ярости:

— Ещё одно слово, и я размажу тебя по этому внедорожнику! А теперь пойдем, сам расскажешь все Илье! А то черт знает, что тебе ещё может в голову стукнуть!

— Размечтался!

— Ты что творишь?

Ксения больше не услышала ни слова, а как только до неё донеслись звуки ударов, она сделала несколько шагов вперед, Сергей привалился спиной к гусеницам, а Коля пытался схватить его за горло, у него в руке блестело лезвие ножа…

— Коля! — крикнула она, а парень обернулся на неё, не ожидая, что кто-то еще может быть рядом, Сергей воспользовался этим моментом, он перехватил руку с ножом и выбил его на пол, одновременно крикнул:

— Забери его!

Ксения тут же схватила упавший нож. А Сергей хотел повалить Колю на пол, но тот успел вырваться и побежал в сторону выхода из ангара. На крик выбежал Илья и Руслан, которые были в пристройке, но ничего не успели понять, а Коля нажал кнопку на стене, и ролета сразу поползла вверх. Он сел на снегоход, никто не успел помешать тому, как парень на огромной скорости вылетел из ангара.

— Полоумный! — выкрикнул Сергей и бросился ко второму снегоходу. Все выбежали на улицу вслед за ними, а Коля уже скрылся в непрекращающейся метели.

— Далеко он может уехать? — взволнованно спросила Илью Ксения, Юра и Олег бежали к ним.

— Эти не далеко, топлива там на минимуме! — ответил за него Руслан, — что его так за жопу ужалило, что так рванул?

Ксения в двух словах рассказала, что услышала и увидела. Сквозь снежные вихри невозможно было рассмотреть, куда скрылись снегоходы. Вдруг все одновременно замерли, прислушиваясь, каждому показалось, что он услышал хлопок… Руслан сорвался с места:

— Я найду их на микроавтобусе по датчикам в снегоходах!

— Уверен, что топлива там мало? — вдогонку крикнул Илья.

— Да! — Поехали вместе! — Юра запрыгнул в машину вслед за Русланом. Ксения, ни секунды не колеблясь, зашла за ними, сразу за её спиной дверь закрылась, она не успела сесть и пошатнулась, когда машина резко рванула с места. Не прогретый двигатель ревел так, что хотелось зажать уши. Девушка села на одно из сидений в салоне, в Юра остался стоять позади Руслана. Не видно было ничего вокруг, мужчина ориентировался только по навигатору, постоянно бросая взгляд, на карту, где замерли две мигающие точки.

— Почему они остановились? — спросила Ксения, понимая, что никто ей не ответит.

— Руслан, ты смотри только, если тебе снова плохо станет, я сесть за руль не сумею! — Юра вдруг вспомнил, что у мужчины пробита голова.

— Все в норме! — уверенно ответил Руслан, — через минуту будем на месте!

Девушка прижалась лбом к окну, как могла она напрягала глаза, пытаясь всматриваться вдаль. Вдруг белоснежные снежинки стали серыми, потом все темнее и темнее, а потом угольно — черными! Всё вокруг заволокло дымом!

— Что это? — Ксения отпрянула от окна, машина остановилась.

— Прямо около 20 метров! — сказал Руслан, спрыгивая на снег, Юра выбежал за ним. Ксения тоже вышла на улицу, сразу в нос ударил жуткий запах горелого топлива и железа. Девушка сразу поняла, какой хлопок они все услышали…

То, что когда-то было снегоходом, на котором уехал Коля, теперь лежало черной дымящейся кучей посреди белой снежной простыни, клубы дыма казались сплошным занавесом, сквозь который не представлялось возможным пройти. Языки огня быстро стихали на таком сильном морозе. В нескольких метрах от горящей черной кучи сидел Сергей, он сидел прямо на снегу, глядя вперед. В его глазах стояли слезы, которые он пытался сдерживать.

Руслан в два шага оказался около него:

— Где он? Сергей кивнул в сторону, а проследив его взгляд, Ксения прикрыла рот рукой… Тело молодого парня лежало, отброшенное на несколько метров, одежда и кожа обуглились, на нем не было светлого места. Юра единственный подошел к нему, но обернулся и покачал головой.

— Он за что‑то зацепится снегоходом и перевернулся… — голос Сергея срывался, — я почти догнал его! Почти догнал…

— Сам цел? — Руслан осмотрел парня, который сидел, не двигаясь.

— Я успел свернуть…

— Молодчина!

— Поехали отсюда, — тихо сказала Ксения, стараясь не смотреть ни на груду металла, расплавившегося от жара огня, ни на мертвое тело.

— Дурак… — проговорил Юра, так и стоя около Коли и качая головой, — ну что за дурак!

— А ведь мы неплохо общались до того, как все это началось, но потом его словно подменили, — Сергей встал, а Руслан слегка похлопал его по плечу:

— Поехали…

Как только вирусологическая лаборатория узнала, что работники «Надежды» хотят покинуть станцию, поднялась паника. Илье запретили это делать, прислав постановление, что нарушение запрета будет нарушением, за которым последует уголовная ответственность. Но начальник станции ответил, что его жизнь и жизнь его подчиненных для него важнее, чем все эти бумажки, на эмоциях он выдернул интернет-кабель, полностью прекратив любое их общение с внешним миром. Мало того, что никто не мог им помочь, так им было запрещено хотя бы попытаться остаться в живых. Решено было выезжать в 5 часов вечера.

Степа все-таки смог взять у себя кровь, а когда Света сделала её анализ, оказалось, что вирионов Эбола в ней почти не осталось. Этому не было объяснения, да его и не пытались найти.

После произошедшего с Колей и известием о запрете покинуть территорию станции всех охватило странное спокойствие. Эмоции словно кончились на этом, достигли определенного предела и стихли, наступила апатия, которая грозила перерасти в безысходность. Каждый старался заниматься делами, лишь бы не говорить, лишь бы не думать…

Сергею пришлось тяжелее остальных, всего за несколько часов на его глазах умерли двое коллег, причем к смерти первого он имел прямое отношение. Руслан рассказал девушке, что тогда, как только она вбежала в лабораторию, подоспели Илья и Сергей с Колей. Илья был слишком слаб, а Серёжа мигом оценил ситуацию, Паша не видел их, и он смог нанести ему удар со спины. А потом, одев рабочие перчатки, они вытащили его тело наружу.

Теперь им оставалось только ждать, когда они смогут покинуть это место, в надежде на то, что за время их пути до соседней станции, никто не заболеет, возможно, тогда все-таки их бы согласились эвакуировать. Уголовной ответственности никто не боялся. Да и что она такое в сравнении с тем, что могло ждать их в этом месте, уже ставшим последним для многих.

Ксения сидела в микроавтобусе, оставленном перед ангаром. Руслан вышел вместе с Серёжей и Юрой, парню нужно было прийти в себя, какая бы стальная выдержка у него ни была, даже она дала трещину после пережитого…

Метель стихала, девушка смотрела в окно на причудливый танец падающих снежинок. На этом краю света снег был единственным пейзажем, она успела его полюбить. Сейчас он успокаивал, как многих успокаивают рыбки в аквариуме или пламя огня.

Дверь открылась, и в машину снова зашёл Руслан, он молча подошёл и сел рядом с ней. Ксения на него даже не взглянула. Некоторое время они просто сидели, смотря в окно, но Руслан все-таки заговорил первым:

— Пойдём внутрь, двигатель не заведён, ещё минут 10, и машина совсем остынет, ты замёрзнешь.

— Здесь так тихо…

— Здесь везде тихо, — мужчина не понял, что она имела в виду.

— Эта тишина такая спокойная… Словно все хорошо! Там все молчат, но в этом молчании чувствуется отчаяние, а здесь нет…

Ксения почувствовала, как его рука коснулась её плеча. Так и не поворачивая головы в его сторону, девушка слегка прилегла на него, продолжая смотреть в окно.

— Как думаешь, мы сможем добраться до соседней станции? — спросила она, осознавая, насколько спокойнее ей становится рядом с этим мужчиной. Сама не знала, почему, но она ему доверяла, к тому же помимо его физической силы, в нем присутствовала такая сила характера, что невозможно было находиться рядом с ним и не понимать, что он поможет, он защитит…

— Доберемся, дорога не такая длинная, — ответил он. — Знаешь, в моей жизни были моменты, когда жить дальше не хотелось… А сейчас я не понимаю, как могла так думать! Сейчас я так боюсь той смерти, о которой когда-то мечтала…

— Не бойся, мы не заболеем, прошло слишком много времени, уже бы проявились симптомы.

— Я даже не спросила… — она впервые приподняла голову и посмотрела на Руслана, — как Серёжа?

— Никогда его таким не видел, — его и без того грустное лицо стало мрачнее тучи, и девушка поняла, что он привязан к парню и переживает за него не меньше, чем тот к Руслану, — но думаю, отойдет.

— Сколько времени?

— Часа два…

— Такое странное ощущение… Не хочется уезжать, как предчувствие что ли плохое.

Мужчина обеими руками прижал к себе Ксению, сидящую к нему спиной:

— Просто много плохого увидела за эти дни, вот и кажется, — его голос снова стал тихим и ласковым, — тебе нечего бояться.

Ксюша повернула голову, лбом прижавшись к его подбородку, чувствуя на себе его дыхание.

— Нечего бояться, когда ты рядом, — прошептала она, а Руслан тут же прижал её к себе ещё сильнее. Девушка слышала быстрый стук своего сердца, который эхом отдавался в его груди. А ощутив, как он дотронулся губами до её виска, она закрыла глаза от нахлынувших эмоций. Она резко привстала и развернулась, он так и не разжал своих объятий, но теперь их глаза встретились, и в его взгляде было столько нежности, за которой бушевала такая страсть, что невозможно было ей сопротивляться. Он первым не выдержал этой пытки и слегка дотронулся до её губ своими. Девушка прикрыла глаза, ощущая всю ту чувственность, которая исходила от него. Она приоткрыла рот и заключила его нижнюю губу между своих теплых и влажных губ. Сладостная истома внутри обоих заставляла делать все настолько медленно, чтобы максимально прочувствовать каждое движение. Они то покрывали мелкими поцелуями лица, то их губы снова встречались, каждый раз все увереннее и сильнее впиваясь друг в друга. Каждый из них, давно желая этого, а теперь получив, не мог насытиться тем, какое наслаждение испытывал. Как же было трудно оторваться друг от друга, ощущая всю ту страсть, которая накопилась между ними до этого, а теперь разожглась до размера пожара.

Руслан слегка отстранился:

— Здесь стало очень холодно…

— Я не заметила, — глубоко дыша, ответила Ксения, но она соврала, потому что вместе с их дыханием изо рта валил густой пар от морозного воздуха.

Девушка обняла его, прижав к себе настолько сильно, насколько смогла, а он ответил не менее страстными объятиями. Ни один из них не мог первым отпустить второго, прошло несколько минут прежде, чем Руслан даже через куртки почувствовал, как девушка дрожит от холода.

— Нам нужно идти… — сказал он ей на ухо, так и держа в объятиях, а она отрицательно покачала головой, но все‑таки ослабила руки.

— Не хочу отпускать тебя… Не хочу туда возвращаться…

— И я не хочу! — мужчина поцеловал её в губы, но тут же снова отстранился, — но мы должны.

— Когда закончится этот кошмар…

— Закончится!

Он встал, а она несколько секунд смотрела на протянутую им руку, и все‑таки протянула в ответ свою, крепко сжав его пальцы.

Все оставшиеся работники «Надежды» были в пристройке внутри ангара, сборы были закончены, нужно было лишь погрузить вещи внутрь вездехода и можно было уезжать. Подавленное настроение чувствовалось, стоило лишь посмотреть на лицо любого из собравшихся.

— Мы что, даже не заберем тело Коли на станцию? — спросил Сергей, как только увидел вошедшего Руслана.

— Это слишком опасно, — вместо него ответила Света, — мы не можем так рисковать…

Каждый понимал, насколько неправильно бросать здесь тела людей, которые так или иначе были им близки, но на второй чаше внутренних противоречий был инстинкт самосохранения, который перевешивал все остальное.

— Машина давно не заводилась, мне нужно зайти внутрь заранее, чтобы проверить аккумуляторы и все остальные системы, — сказал Руслан Илье.

Начальник станции кивнул:

— Только ты один, никому другому не заходить!

— Справишься один? — спросил Сергей, но Руслан лишь насмешливо фыркнул и вышел в ангар.

— Немножко осталось подождать, — протянула Света, по её лицу было заметно, что она сама уже измучилась от ожидания поскорее убраться с этой станции, — через пару часов последний раз проверю у всех кровь, и можно будет уезжать.

— Серёж, ты же понимаешь, что основную часть пути тебе придется провести за рулем? Я не знаю, насколько долго Руслан сможет сидеть, слишком мало времени прошло после травмы, — спросил Илья, а парень кивнул.

— Я так и предполагал, только не знаю, согласится ли он… — Похоже, Богдан оказался самым умным из нас, — задумчиво проговорил Юра, сидя завернувшись в спальный мешок.

— Да, похоже, сейчас каждый из нас поступил бы также, если бы была возможность вернуться в прошлое, — ответила Света.

— Только это невозможно, — угрюмо буркнул Олег себе под нос.

Ксения видела, как мужчине трудно было находиться в таком замкнутом помещении с коллегами. До этого он всегда избегал подобных посиделок, где присутствовало много народу, либо уединяясь в своей комнате, либо читая книгу. В работе его единственным собеседником был Артём, либо изредка Илья. Несколько раз он общался с Ксенией, на этом список его вербального общения заканчивался.

Вдруг мужчина перехватил на себе её взгляд, девушка смутилась и отвела глаза, но заметив, что он всё еще смотрит на неё, села рядом с ним на утеплитель, брошенный на пол. Серёжа лежал, отвернувшись к стене, Юра вместе с Ильей и Светой спорили о чем‑то, снова рассматривая выведенные на монитор компьютера результаты анализов крови Степы.

— Ты давно не спал? — просила Ксюша, видя, как у него покраснели глаза.

— Также, как и все остальные, в дороге для этого у всех будет много времени, — ответил Олег, а её удивило, что она была единственным человеком, с кем он общался без того раздражения, которое проявлял ко всем остальным.

— Ты так спокоен… Впрочем, как всегда.

— Ну а что мне, рыдать? — усмехнулся он, отложив книгу.

— Нет, конечно, — улыбнулась она в ответ, — просто завидую, что не могу также холодно на всё реагировать, не поддаваясь панике.

— Нечему тут завидовать, — легкая улыбка сошла с его лица.

— Хотя нет, беру свои слова назад, ты спокоен не всегда…

Мужчина вопросительно вскинул бровь, а она пояснила:

— Когда вы с Русланом готовы были бросится друг на друга, ты был сам на себя не похож…

Она замолчала, надеясь, что он сам продолжит разговор, но Олег не отвечал, поэтому она все-таки спросила сама:

— Почему ты так разозлился тогда?

Мужчина повернул голову к стене и нехотя проговорил:

— Я не тогда разозлился…

— В смысле? — не поняла Ксюша.

— В коромысле! Ну тебе не всё равно? Или боишься, что лицо ему подпорчу?

Ксения не нашлась с ответом, но Олег увидел на её лице замешательство:

— Успокойся, никто никого не тронет!

— Да уж, то‑то Илья сказал мне за вами присматривать!

— Тоже мне надсмотрщик! — снова усмехнулся Олег, но теперь Ксения смотрела на него и не смогла не рассмеяться, и в его глазах сверкали озорные искорки.

— Боюсь, я смешного сейчас скажу мало, — Ксения не заметила, как в дверях появился Руслан, он посмотрел на девушку, сидящую около Олега и смеющуюся над его словами, но быстро перевел взгляд на начальника станции:

— Вам лучше присесть.

— Давай говори уже, — Илья понял по лицу Руслана, что случилось что-то ужасное… А тот прошел мимо всех в самых конец пристройки и сел на утеплитель рядом с Сергеем.

— Что?.. — прошептала Ксения, от её улыбки не осталось и следа.

Ещё несколько секунд мужчина молчал, словно подбирая слова, а в него буквально въедались шесть пар глаз, ожидая дурных новостей, но даже не представляя, насколько все плохо…

— Мы никуда не сможем уехать, — наконец сказал он. Света медленно опустилась на стул, Илья же наоборот вскочил:

— Это что, шутка? — яростно прокричал он, но Руслан спокойно ответил:

— Нет, это не шутка.

Все снова смотрели на него, ожидая объяснений и он их дал:

— Аккумулятор сдох… Причем не просто сдох! Кто-то залез в аккумуляторный отсек и замкнул клеммы гаечным ключом. Сделали это уже давно, аккум раздулся и лопнул, там все в вытекшей соляной кислоте.

— Твою мать, — только и проговорил Илья.

— Но кто? — Сергей сел, протирая глаза, ото сна не осталось и следа.

— Ну тут не много вариантов, — Руслан был все также спокоен, — кто крикнул нам, то мы все сдохнем в любом случае?

— Но он же еле дошел до лаборатории, как он мог прийти сюда и сотворить такое… — ошарашенно проговорила Света.

Руслан только пожал плечами.

— И что теперь делать? — спросила Ксения, глядя на него, но он даже не взглянул на нее в ответ.

— Что делать… — Олег смотрел себе в ноги, — то, что приказала нам кучка врачей, сидеть на этой станции и пережидать карантин!

— Но ведь, раз Пахан был в машине, он мог быть где угодно, выходит, это место ничуть не безопаснее любого другого!

— Выходит, что так…

— Исправить сможете? — спросил Илья, глядя на Руслана и Сергея.

— Нет, — ответ мужчины был настолько быстрым, словно он ждал этого вопроса.

— Я просто не верю… — в голосе Светы было столько скорби, что все вокруг невольно замолчали.

Серёжа вскочил и выбежал в ангар, чтобы оценить масштаб поломки, но вернулся уже через полминуты с сокрушенным выражением лица. Его комментарии были излишни.

— Что мы тогда ютимся здесь? — первым подал голос Олег, обращаясь к Свете, — может уже все равно и можно вернуться в барак?

Но женщина покачала головой:

— В любом случае, там он провел куда больше времени, чем здесь, давайте не будем искушать судьбу…

Света говорила, но её голос стал настолько безжизненным, слово она уже смирилась с тем, что все могут заболеть и не пережить этого.

— Давайте не будем впадать в отчаяние, — словно услышав её мысли, сказал Илья, — пока ни у кого из нас нет признаков болезни…

— Они проявились почти через сутки в первый раз, так что у нас ещё возможно все впереди, — сказал Сергей, словно сам себе, но сам же содрогнулся от этих слов.

— Давай не каркай! — прикрикнул Юра, — я смотрю, вы все уже похоронили себя!

— Просто нужно быть готовыми к самому плохому, — ответила Света.

— Ничего плохого больше не будет, — стоял на своем мужчина, — мы останемся здесь, пройдут эти долбанные две недели, нас заберут и всё! Никто не заболеет и не умрет!

— Никогда во всём мире, — хмуро поддела его женщина.

— Ладно, Юра прав, — неожиданно снова заговорил Руслан, — все уже мысленно представили на себе эти жуткие синяки и ужаснулись от ожидания смерти! Хватит! Пока не произошло ничего страшного! И пока не произойдет, давайте не будем хоронить друг друга и себя!

— И чем займёмся? В дурака будем рубиться две недели? — съязвил Олег, но постарался сменить упаднический тон на хотя бы подобие шутки.

— Не помню, чтобы ты хоть раз играл с нами, — все также хмуро ответила Света.

— Ну значит придется всё — таки начать, — Олег улыбнулся ей. — Супер, раз мы нашли занятие, пол беды позади, — усмехнулся Илья.

Все пытались натянуто шутить, но легче от этого никому не становилось.

Когда раздался непонятный писк, начальник станции не сразу понял, что звонил спутниковый телефон:

— Черт, я думал, он давно сел… Алло!

После того, как ему что-то сказали на том конце линии, у него глаза на лоб полезли:

— Ксюша… Тебя к телефону… Муж!

В первый момент у девушки была та же реакция, как и у Ильи. А после удивления страх, жуткое осознание того, что он знает, что она на полярной станции! На мгновенье ей показалось, что сейчас потеряет сознание, комната закружилась вокруг, и она сама не узнала свой голос:

— Нет! Скажи, что здесь нет такой!

Но тут же она поняла абсурдность своих слов, звонивший мужчина слышал, как Илья позвал девушку к телефону… Тут же она подбежала к Илье, выхватила у него телефон и сбросила вызов:

— Не снимай больше трубку с этого номера, — с этими словами она выбежала из постройки, пробежала мимо внедорожника и машин и оказалась на улице.

— Ксюша, постой, — девушка услышала, как крикнула ей вдогонку Света, но она не в силах была выполнить эту просьбу. Когда она находилась в помещении, грудь сдавило так, что невозможно было вздохнуть, теперь же она никак не могла надышаться, впуская в легкие ледяные потоки воздуха.

Видя, что никто не идет за ней, Ксюша немного успокоилась, ей нужно было сейчас это время, чтобы привести мысли в порядок. Страшнее всего было то, что она не понимала, откуда Игорь мог узнать, где искать жену. Знала лишь Катя, но она не могла… Это значило, что все надежды, что он потеряет её из виду, и после этой работы на полярной станции она переедет в какой‑нибудь новый город и начнет жизнь с чистого листа, только что разбились на мелкие осколки.

Метель закончилась, и Ксения шла в сторону от станции по снегу. Раньше, когда она оставалась так в одиночестве и гуляла, то ощущала свободу. Ту свободу, ради которой она согласилась на жизнь в Антарктиде. Сейчас же эта свобода померкла, она словно чувствовала на себе те оковы, которыми муж приковывал её к спинке кровати, держа на своей загородной вилле. Девушка инстинктивно потёрла запястья, на которых, если приглядеться, остались еле заметные шрамы от ссадин.

В этот день на улице было холоднее, чем обычно, слезившиеся глаза щипало от мороза, а ей хотелось уйти как можно дальше, чтобы избавится от жуткого ощущения рабства и невозможности контролировать свою жизнь. Но сколько бы она не шла, ничего не менялось, после звонка Игоря в груди образовалась огромная пропасть, которая ширилась, и от этого становилось больно…

Ксения не следила за временем, она ощущала, как слегка начали неметь ноги и руки, но её это не пугало, она надеялась, что эта боль поможет ей избавиться от душевной. Она обернулась назад только лишь тогда, когда за спиной раздался звук автомобильного двигателя. Станция осталась далеко позади, а от нее к девушке подъезжал тот микроавтобус, на котором они ездили искать Колю.

Руслан слегка проехал мимо неё и развернул машину, преграждая ей путь. Дверь открылась, мужчина сидел за рулем, не глядя на девушку. Она понимала, что его как минимум должно было удивить наличие у неё мужа, особенно учитывая её поведение, и им придётся поговорить, хотя, что сказать она не представляла. Тем не менее, она зашла в машину, почувствовав, что действительно слишком сильно замерзла.

Ксения села на переднее сидение рядом с Русланом. У него было непроницаемое выражение лица, оставалось лишь догадываться, о чем он мог думать, что чувствовать… И она не нашла ничего умнее, чем поблагодарить его:

— Спасибо, что приехал за мной…

Но мужчина никак не отреагировал на её слова, а спустя пару минут, она даже стала сомневаться, сказала ли она это вслух или только подумала.

— Ты злишься?

Ксюше показалось, что он слегка дернулся, услышав этот вопрос, но снова промолчал. Тут она уже не выдержала:

— Слушай, мне уже не хватает терпенья каждый раз ждать по полчаса, когда ты соизволишь мне ответить!

Как только она договорила последние слова, он так резко нажал на тормоз, что машину занесло, а девушка чуть не врезалась в лобовое стекло. Но за доли секунды, пока микроавтобус тормозил, мужчина успел встать с водительского места и подставить руку, об которую Ксения и ударилась.

— С ума сошел?!

Все произошло настолько быстро, что она не успела даже закричать. А как только пришла в себя от шока, посмотрела на лицо Руслана, которое было всего в нескольких сантиметрах от её. На его лице была такая ярость, что она отпрянула назад. Она замерла в кресле, а он застыл над ней, одной рукой упираясь в её сидение прямо позади плеча.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — прорычал мужчина, выглядел он устрашающе, в темных глазах полыхал огонь.

— Ты меня пугаешь, — девушка протянула руку и слегка оттолкнула его, но он просто выпрямился, не отступив ни на шаг, и сложив руки на груди, занял не менее агрессивную позу.

— Когда ты мне собиралась рассказать, что замужем? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойнее.

— Не знаю… А это имеет значение? — сначала Ксения понимала его возмущение, но сейчас он вел себя настолько враждебно, что это вызвало в ней ответную злость.

— Имеет! Или для тебя норма целоваться со всеми подряд?!

Первым желанием в ответ на эти слова стало вскочить, залепить ему пощечину и выйти из машины, но Ксения собрала всю свою силу воли и ответила не менее грубым тоном:

— А в чем проблема? Это же ты мне сказал, что «тебе незачем привыкать к моему характеру», ясно давая понять, что сближаться ты не намерен!

На секунду он замер, словно вспоминая, когда сказал ей это, а потом ответил:

— Ты не верно поняла!

Тут девушка вскочила, ей надоело, что он смотрел на неё сверху вниз:

— Я поняла так, как ты сказал! Но это уже не важно! — он молчал, а она перевела дыхание, сверкая на него глазами, — ты-то делаешь вид, что меня нет рядом, то ведешь себя так, словно я тебе что-то должна!

— А как я должен себя вести?! Я что, похож на того, с кем можно завести курортный роман?! — с каждым словом его голос набирал силу.

— Если ты не заметил, это далеко не курорт! Да и романом здесь не пахнет!

— Это уж точно! Если учесть, что ты обнимаешься со мной, а через пять минут прекрасно проводишь время с другим!

Ксения замерла, непонимающе глядя на него, а он крикнул:

— Олег!

Тогда она поняла, что он имел в виду тот момент, когда она перекинулась с Олегом всего лишь парой фраз:

— Похоже, твой удар головой повлек слишком сильные последствия! У тебя начался бред! — она хотела пройти мимо Руслана, но проход был слишком узким, а он занимал все место, — дай пройти!

Ксения попыталась отодвинуть его, но он перехватил её руку:

— Далеко собралась? Отсюда пешком не дойти!

— Дойду!

Она еще раз толкнула его, надеясь, что он подвинется, но он схватил её за плечи, тогда девушка крикнула:

— Отпусти меня! — одновременно пытаясь освободиться от его рук. Но вместо того, чтобы отпустить, он лишь сильнее сдавливал ей плечи. Пока она не перестала вырываться и не подняла на него взгляд. Они оба замерли, яростно глядя друг другу в глаза и тяжело дыша от злости, а через секунду уже крепко сжимали друг друга в объятиях…

Их взаимная ярость переросла в такую безудержную страсть, которая просто не поддавалась контролю. Когда их губы встретились, они уже не смогли остановиться. Одной рукой Руслан прижал Ксению к себя, а второй сорвал с неё и с себя куртки, отбросив далеко в салон машины. Его поцелуи покрывали лицо девушки, её шею, плечи, он расстегнул молнию на термобелье и отбросил вслед за верхней одеждой. На секунду отстранившись от мужчины, Ксения увидела, насколько рельефное у него тело, смуглая кожа, покрытая темными волосками грудь. Девушка быстро избавилась от оставшейся на ней одежды. Она не смогла сдержать стон, когда он снова заключил её в свои объятия, покрывая поцелуями теперь всё тело. Он поднял её на руки, а она обвила ногами его талию, не отрываясь от его губ. Руслан никак не мог насытиться, обнимая стройное тело, зарываясь пальцами в распустившиеся по спине длинные темные волосы, наощупь напоминавшие шелк. Он сел в одно из кресел машины, опустив её на себя, в тот же миг их сладостный стон наполнил весь салон. Никогда в своей жизни Ксения не ощущала такого яростного желания, такого наслаждения от прикосновений, каждое из которых заставляло её стонать всё громче и громче. Их тела переплетались, стараясь доставить другому всё больше и больше удовольствия. Они одновременно достигли пика наслаждения, их тела вздрагивали от экстаза, они так крепко сжимали друг друга в объятиях, словно были единым целым.

Ксения уткнулась лицом во влажную шею Руслана, а он так и держал её на руках, зарывшись в растрепавшиеся волосы. Она ощущала, как тяжело поднимается и опускается его грудь, пытаясь привести дыхание в привычный ритм. Девушка уже не помнила, о чем они говорили, что кричали, это уже было неважно. Важным был лишь этот момент, когда она чувствовала, как Руслан мягко и нежно проводит кончиками пальцев по её спине, как касается её лба своим дыханием, периодически прерываемом легкими поцелуями, как её сердце то начинает бешено биться, то замирает… Она сидела в его объятиях, забыв обо всём, существовали только он и она, не было мужа, не было болезни, не было боли и страха…

Но они были на южном полюсе, даже хорошо прогретая машина не давала достаточного тепла, их влажные тела быстро покрылись мурашками от холода, и как бы сильно они не прижимались друг к другу, всё равно начали замерзать.

— Подожди секунду, — Руслан снова прижался губами к её виску, а потом пересадил на соседнее сидение и встал. Ксения снова обратила внимание, насколько он был хорош собой. До этого под кучей свитеров и курток были видны его широкие плечи, но лишь теперь она смогла оценить накаченные мускулы, подтянутую спортивную фигуру. А он подошел к переднему сидению и, достав из — под него теплый плед, которым уже накрывал её однажды, вернулся и сел обратно. Ксюша снова залезла к нему на колени, а он набросил сверху плед.

— Скажи, если станет сильно холодно, — тихо проговорил Руслан, наблюдая, как она уютно устроилась в его объятиях, положив голову ему на плечо и поцеловав в шею. Они долго сидели молча, просто наслаждаясь этими мгновеньями.

— Я не сказала, что замужем, потому что фактически это не так… — Ксения заговорила тихо, словно говорила сама с собой, а Руслан не задавал вопросов и не перебивал, — мы перестали существовать, как муж и жена, три года назад… Но он отказался со мной разводиться, везде меня преследовал, пытался всеми способам вернуть назад, часто доходило до применения физической силы…

Как раз в этот момент Руслан смотрел на её руку, лежащую на его груди, он заметил шрамы от наручников, но ничего не сказал. Девушка лишь почувствовала, как напряглись мускулы на его плече после её слов.

— Мне стыдно и не хочется говорить об этом, не хочется обсуждать… В Антарктиду я сбежала от него, думая, что здесь он меня не сможет найти, а я смогу начать новую жизнь. Но, его связи еще более широки, чем я могла себе представить, как ты слышал, он все‑таки узнал, где я. Иногда я задумываюсь, что для меня страшнее, умереть на этой станции от вируса или вернуться к прошлой жизни…

— Он занимает влиятельное положение?

— У него сеть самых дорогих отелей и ресторанов нашего города, кроме того, есть несколько бутиков в Милане… завод по производству двигателей для каких‑то российских самолетов…

— Что? — мужчина резко сел, чтобы теперь видеть её глаза, — а как его зовут?

— Игорь… — начала было Ксения.

— Соболев, — закончил за неё Руслан, а у девушки полностью пропал дар речи, — вот уж не ожидал, что ты жена такого ублюдка…

— Как… такое может быть, что ты его знаешь?! — она выглядела настолько обалдевшей, что мужчина усмехнулся и ответил:

— Вы долго женаты?

— Пять лет…

— Ну значит мы с ним столкнулись задолго до того, как ты его узнала.

— Может просветишь? — Ксению раздражало, что он видел, как она нервничает, а его забавляло её ошарашенное выражение лица.

— Ладно, — Руслан снова притянул её к себе, и обнял, сомкнув руки в замок на её талии, — в моей авиакомпании в основном Боинги, но есть и несколько российских самолетов…

Девушка снова хотела отпрянуть от него:

— В ТВОЕЙ авиакомпании?!

Но мужчина крепко держал её и продолжил:

— Мы хотели закупить партию двигателей как раз на заводе твоего мужа. Редко случалось такое, что приходилось лично вмешиваться, но в тот раз… В общем случилось так, что уже во время ремонта одного из самолетов заметили, что двигатель не тот… С завода пришла поставка предыдущих моделей вместо новых, если бы это не было замечено компанией, производившей ремонт, то могло закончиться плачевно для самолёта и его пассажиров, если бы он взлетел в небо. Были долгие разбирательства, судебные тяжбы, но ты права, у твоего мужа широких круг влиятельных знакомых. Тогда я был моложе, нам заменили весь некачественный товар, выплатив огромную компенсацию, на этом мы расстались. Но во время переговоров несколько раз мы встречались лично, по нему сразу было видно, что он спокойно жил бы дальше, если бы угробил лайнер вместе с людьми… Теперь я бы не оставил этого так, я бы добился, чтобы закрыли этот завод. А если не закрыли, что посадили бы всё руководство поглубже за решетку.

— В твоей авиакомпании?! — Ксения всё — таки вырвалась из его рук, — а ты ничего больше не хочешь мне рассказать?

Руслан закатил глаза и притворно застонал:

— Это осталось в далеком прошлом… — начал было он, но снова увидев злость на её лице, неохотно ответил, — это была компания отца, но он умер от рака много лет назад, мама, видимо, не смогла жить без него, скончалась через год… да и этот год не был для неё жизнью…

— Мне очень жаль, — проговорила Ксения.

— Когда его не стало, я стал держателем контрольного пакета акций. Был генеральным директором компании около 8 лет, а потом… Мне нужно было уехать… я назначил исполнительно директора и всё.

— Что всё?

— Больше там не появлялся в течение 6 лет.

— Которые прожил здесь?

— Да. — Скажешь, что произошло?

— Нет… Извини…

— Ты же понимаешь, что это странно, когда человек с твоим положением уезжает в такую глушь и работает простым водителем? Вернее, это не странно, это невозможно!

— Как видишь, возможно, — его взгляд стал отрешенным.

— Случилось что-то очень плохое? — она пыталась поймать его взгляд, но он отвернулся.

— Да. В этом коротком «да» было столько боли и горечи, что Ксюша не стала больше ни о чем его спрашивать. Она просто прижалась к его лбу своим и сидела так некоторое время, пытаясь «переварить» всё, что только что услышала, но это у неё не получалось. Девушка никак не ожидала, что здесь на другом конце планеты, она сможет встретить человека, который мог быть знаком с Игорем. В это было ещё сложнее поверить, чем в происходящие события последних дней.

— Я не знала ничего о том, что в его компании были такие нарушения, если можно это так назвать, — сказала вдруг она, ощущая вину за то, что творил её муж, — он только помогал мне с моими ресторанами… Я лишь в общих чертах представляла, чем он занимается.

— Не могу представить, как такая, как ты, смогла прожить с ним 5 лет! — в его тоне сквозила неприязнь.

— 2 года, мы прожили 2 года… Прежде, чем я поняла… За кого вышла замуж…

Руслан провел пальцем по её шраму на запястье, Ксения вздрогнула и хотела отнять руку, чтобы мужчине не видно было следов того, о чем она так отчаянно старалась забыть, но он не отпустил, а поднес её руку к губам и стал медленно целовать.

— Надо было тогда засадить его за решётку, — сказал он, нежно дотрагиваясь губами до следов от наручников на ее коже, — тогда ты бы о нем и не услышала…

Девушка наблюдала за его лицом, в каждом его движении было столько заботы и ласки, что она не узнавала в нем того грубого мужчину, с которым познакомилась здесь месяц назад. Ксюша погладила его по щеке, мягко вернув его губы к своим. Ощущение притяжения друг к другу не проходило, даже когда их тела были переплетены, а губы и языки встретились вновь. Было мало этих прикосновений и объятий, хотелось большего, хотелось завладеть друг другом полностью. Чувственная страсть, вызванная этими поцелуями, пьяняще обволакивала их сознание, заставив перестать думать и подчиниться эмоциям.

— Ты просто потрясающая, — выдохнул Руслан, когда девушка перекинула ногу через него и снова села сверху, лицом к нему. Он не смог сдержать стона, смешанного с каким‑то животным рычанием, когда она стала двигаться на нем. Яркость ощущений дурманила, сводила с ума, заставляя обоих кричать от наслаждения.

Ксения вздрогнула и проснулась.

— Тихо, тихо, ты просто задремала… — они всё еще были в машине, а руки Руслана крепко обнимали её, прижимая к себе. Девушка потянулась. Как только она отлипла от него, сразу почувствовала окружающий холод, даже несмотря на теплое одеяло, накинутое сверху.

— Я долго спала?

— Нет, не больше часа…

— Мне же не приснилось всё, что было? — спросила Ксюша, обеими руками обняв его за шею и целуя в губы.

— Нуууу… Учитывая, что ты на мне и полностью голая, то скорее всего не приснилось, — усмехнулся мужчина.

— А разговор? Что ты у нас оказывается сказочно богат и был знаком с моим муженьком?

Она хотела пошутить, но его лицо омрачилось:

— Я не сказочно богат, не выдумывай!

— Почему тебя это расстраивает? — она немного отодвинулась, чтобы смотреть ему в глаза.

— Давай потом об этом, ладно?

— Ну уже прогресс, «никогда» переросло в «потом», — улыбнулась Ксения.

Она видела, как тяжело ему было даже вспоминать о том, что заставило бросить дом, работу и жить вдали от привычных условий. Но при этом любопытство сжирало её изнутри. К тому же из памяти никак не шли его слова, сказанные в бреду, что он кого‑то убил.

— Нас долго нет на станции, — сказал Руслан, — нужно вернуться.

Рядом с ним она успела забыть, где находится, и что происходит вокруг. На эти два часа Ксюша словно вырвалась из кошмара, который окружал их.

— Неужели мы действительно на две недели останемся в этой постройке? — спросила она, вставая и понимая, насколько трудно теперь ей от него отойти, как хочется снова обнять и никуда не отпускать.

— Боюсь, для меня это теперь будет проблемно… — сказал Руслан.

— Почему? — не поняла девушка.

— Слишком много народу вокруг, — засмеялся он и, протянув руку, слегка ущипнул её за ягодицу, пока она натягивала термобелье.

— Ненасытный, — усмехнулась она, хотя понимала, что сама хочет продолжения… — кстати, — она снова подошла к мужчине, — как голова?

— Всё хорошо, — ответил он, а Ксюша ладонью провела по бинту на его затылке, проверяя нет ли больше крови.

— Всё хорошо, — передразнила она.

— Да правда! Я думал, ты и сама заметила, что со мной всё в порядке!

— Заметила, — она подождала, пока он тоже оделся и сел обратно, тогда подошла и стала целовать его лоб, плавно перемещая поцелуи в сторону виска, — я просто очень за тебя переживала.

Руслан одной рукой подхватил её и снова посадил к себе на колени:

— Не переживай…

— А кто‑то здесь знал о том, что ты… чем ты раньше занимался?

— Нет, — сначала уверенно ответил он, но тут же задумался, — хоть Олег единственный не удивился тогда, когда я позвонил в авиакомпанию, и там тут же согласились прислать самолет… Но откуда ему было знать, если не знал даже Илья…

— А ты можешь устроить, чтобы нас отсюда забрали? — немного смущенно спросила Ксения.

— К сожалению нет, у нас нет самолетов, чтобы могли здесь сесть… Это было первое, о чем я подумал.

— Жаль… — она снова погрустнела, опустив голову.

— Эй, — он взял девушку за подбородок, — всё будет хорошо, мы выберемся…

Но она отвернулась:

— А что толку-то? Даже если мы сможем вернуться домой, для меня это будет означать возврат к прежней жизни… Уж лучше я останусь здесь насовсем, чем снова подвергнусь его преследованию.

Руслан набрал в грудь воздуха, словно хотел что-то ответить, но передумал и просто глубоко вздохнул. И снова Ксения подумала, что его молчание могло означать лишь то, что, когда этот кошмар закончится, каждый из них пойдёт своей дорогой.

— Поехали, — сказала она, вставая и пересаживаясь на переднее сидение.

— Черт, я так и не включил рацию, — сказал он, схватив трубку, от которой исходило слабое шипение и мигала красная лампочка, а когда он нажал какую-то кнопку, по машине разнесся крик Ильи:

— Руслан! Твою мать! Где вы?!

— С нами всё хорошо, будем через 20 минут!

— Что произошло? Почему ты молчал?!

— Я забыл включить рацию…

— Что?!?! Мы уже хотели вас искать!!!

— Скоро вернемся! — Руслан положил трубку, — да, нехорошо вышло. Держись!

Ксюша схватилась за сиденье, когда мужчина резко развернул машину по снегу, и они поехали в обратном направлении.

— Может, что-то случилось… — проговорила она.

— Надеюсь, что нет… — он посмотрел на ее лицо, на котором тут же отразилось внутреннее волнение. Руслан поймал себя на том, что никак не может оторвать от неё взгляд. Казалось, после произошедшего, он должен был успокоиться, но вышло наоборот, его тянуло к ней с утроенной силой. Правильные черты лица, светлая кожа, ярко контрастирующая с темными волосами, прекрасная фигура, доброе сердце, не выходили из его головы, как только он с ней познакомился, а сейчас, когда он узнал её ближе во всех смыслах этого слова, она ни на минуту не покидала его мысли. Он пытался с этим бороться, осознанно отталкивая её от себя, но это не сработало.

— Смотри, все стоят около ангара… Все, кроме Олега… — прищурившись, сказала Ксения, чувствуя, как волна дурного предчувствия заставляет быстрее биться сердце. Руслан не ответил.

— С вами все хорошо? — накинулась на них Света, как только открылась дверь машины, и девушка ступила на снег, — ты так быстро выбежала, я волновалась! А когда прошло два часа, уже стала просто сходить с ума!

— Прости меня, — искренне проговорила Ксюша, — я и не заметила, что прошло столько времени! Руслан догнал меня… Мы просто катались…

— Ага, катались они! — возмущенно воскликнул Илья, а девушка при этом залилась краской, — ещё раз повторится, что кто-то куда‑то пропадет надолго, без ведома окружающих, обратно можете не возвращаться!

— Мы поняли, — ответил Руслан, стараясь сменить тему, — почему вы на улице?

— Всё плохо… Хуже некуда! — ответил Сергей.

— Что-то с Олегом? — спросила Ксения, схватив Свету за руку. Она сама не могла этого объяснить, но что‑то в нём заставляло относиться к нему по — особенному, он стал близок и дорог ей, словно родной человек.

— У него поднялась температура и покраснела кожа… — ответила Света, а на глаза у девушки тут же выступили слезы при этих словах.

— Но это значит, что теперь на станции нет ни одного безопасного места… — сказал Руслан, глядя на Илью.

— Похоже на то… — Мы не знаем, что делать, — вздохнул Юра и закашлялся, воздух был слишком холодным, чтобы глубоко его вдыхать.

— На улице стоять не вариант, — Илья сделал шаг в сторону двери в ангар.

— Подожди-ка, — Света стала внимательно рассматривать лицо Ксении, а та прошептала:

— Что?

— Не знаю, на улице очень холодно, может и ничего… Щеки покраснели…

Глаза девушки расширились от ужаса, она тут же скинула рукавицу и дотронулась ладонью до своего лица, но ничего не почувствовала. Руслан тут же оказался около неё:

— Но десять минут назад ничего не было!

— Зайдите в ангар, — крикнул Илья, — сейчас все получат обморожения и начнут паниковать!

— Нет, нет, не может быть, — от страха Ксюша перестала соображать, а Руслан схватил её за руки и затащил в помещение.

— Сними куртку, — Света тут же оказалась около неё.

А как только девушка сняла пуховик и подняла термобелье, стало ясно, что это не обморожения… На животе у неё были ещё пока еле заметные покраснения, какие она видела на Артёме, когда он только заболел…

Тишина повисла вокруг. Ксения видела страх и волнение на лицах окружавших её людей. Сколько бы они не бежали от болезни, это не помогло… Все мысли и слова о том, что она лучше заболеет, чем вернется к прошлой жизни, теперь эхом звучали в её ушах, и ей хотелось проклинать себя за эти мысли. Страх страшной смерти был сильнее всех остальных страхов. Но первый шок прошел, девушка посмотрела на Свету, по щекам у которой стекали слезы, как бы она ни старалась их сдержать, на Руслана, который всё ещё держал её за руку и, судя по его лицу, никак не мог поверить в то, что увидел, на Илью, который уже ненавидел это место, ради которого раньше жил, а оно в ответ отобрало столько жизней близких ему людей, на Серёжу, который по сути был ещё ребёнком, столкнувшимся с тем, с чем не под силу справиться и взрослым. Ксения прикрыла глаза на несколько секунд и глубоко вздохнула. А когда открыла их, там не было и следа от паники, захватившей её в первые минуты. Она резко выдернула ладонь из руки Руслана и отступила на шаг назад в сторону той пристройки, где сейчас был Олег.

— Идите в барак, там сейчас менее опасно, — голос не дрогнул на этих словах, хотя душа её болела.

— Нет смысла, — начала было Света, но девушка перебила:

— Есть смысл! Пока не будет признаков болезни, нужно держаться от нас как можно дальше. Паша там был давно, вдруг повезет, и вируса там уже нет.

— Я никуда не уйду, — тихо, но твердо проговорил Руслан.

— Уйдешь, — также твердо ответила Ксюша, — я не хочу доживать свои последние часы с мыслью, что ты можешь заболеть и умереть по моей вине, если хоть что-то я значу для тебя, ты сделаешь, как я говорю.

Она сделала ещё шаг назад, он дернулся было к ней, но она крикнула так громко и резко, что он остановился:

— Нет! Не смей! Все последние годы я не контролировала свою жизнь! Дай мне хотя бы контролировать смерть!

— Я хочу быть рядом, — проговорил он, при этом на лице его отразилась такая боль и мучение, что Ксения почувствовала, как её сердце разрывается, но ответила:

— Нет! Извини! Уходите!

Теперь она понимала, что чувствовал Степа, крича «Уходите» и закрываясь один в бараке. Страх. Ужас. Одиночество. Несправедливость. Она в последний раз взглянула на Свету, которая тоже готова была бросится к девушке, но Юра обнял её и не позволил бы этого. На Руслана Ксения даже не смогла посмотреть, боясь, что не выдержит, и сама бросится к нему… Но в этом он не мог ей помочь, не мог защитить… Теперь вопрос стоял только о том, либо умрет только она, либо он умрет вместе с ней, она не могла этого допустить! Ксюша резко развернулась и пошла в сторону пристройки, не оборачиваясь, чтобы никто не мог увидеть слёз, которые хлынули из глаз, как только она отвернулась. Она могла благодарить Бога лишь за то, что успела побыть счастливой в объятиях дорогого ей мужчины, хоть это счастье и было таким коротким, но оно было огромным, оно было настоящим…

У неё плыло перед глазами, когда она зашла в пристройку и захлопнула дверь.

— Уходи, сюда нельзя, — крикнул было Олег, но тут же присмотрелся и увидел покрасневшие щеки девушки. Он отложил книгу, уткнувшись в которую сидел на утеплителе, и в два шага оказался около неё. Ксения сотрясалась от слез, она не могла остановиться, она до конца не понимала, что произошло, и не могла в это поверить, она не могла смириться, что больше не увидит Руслана, не поцелует… Всё произошло так быстро! Олег обнял её, пытаясь успокоить, он гладил её по голове, по спине, понимая, что ничем не сможет помочь, никак не сможет облегчить ни физические, ни моральные её страдания.

— Как ты? — всхлипывая спросила Ксюша, отстранившись от него и увидев на его лице испарину от температуры и более явные покраснения, чем на её теле.

— Пока терпимо, но тело начинает ломить изнутри… — но он тут же осекся, — но тебе этого знать не нужно.

— Что за ерунда… Меня ждет то же самое, только на пару часов позже, я хочу быть к этому готова!

Мужчина отошел от неё и снова сел на пол. Снова тишина, стоящая вокруг, прожигала мозг, сводя с ума. Ксюша осмотрелась, ничего не изменилось, всё так, как было несколько часов назад, до того, как позвонил Игорь, и она сбежала. А ещё за час до этого все собирались уехать с этой станции… Как все это могло произойти? Что это? Наказание? Совпадение?

— Не думай об этом, — словно прочел её мысли Олег, — не мучай себя… Возможно, всё ещё обойдется! Степа же жив! А ему не делали никаких уколов! У нас есть преимущество!

— Напрасная надежда…

— Надежда — это то, чем многие живут!

— У меня её больше не осталось!

— Напрасно! Ты же хочешь выздороветь?

— Что за вопрос? Конечно, хочу! Но, боюсь, надежда меня не излечит!

— Излечит не надежда! Излечит стремление к жизни! Но ты должна чего-то желать! Чего бы ты хотела?

Ксении не нужно было долго думать, чтобы ответить на этот вопрос:

— Свободы…

— Ну так думай о ней, думай о том, как бы ты этой свободой распорядилась. Пусть эти мысли сопровождают тебя, а не напрасное терзанье себя вопросом «за что» или «почему»…

— Как странно слышать это от тебя, — она подошла и села на утеплитель напротив мужчины.

Он усмехнулся:

— Почему?

— Ну странно в принципе вести с тобой такой длинный диалог…

— Да, наверно, вся ситуация и хорошая компания сделали меня болтливей, чем обычно.

При этих словах Ксения смутилась, но постаралась не показать вида. А после минутного молчания спросила:

— Тебе страшно?

Олег задумался:

— Не знаю… С одной стороны, в моей жизни нет ничего, что держало бы на этом свете… С другой, конечно, меня пугает неизвестность.

— А боль?

— Нет, боль не пугает.

— А меня вот пугает…

— Я же сказал, хватит об этом думать, может, все обойдется!

— Ты же сам в это не веришь! Я по лицу вижу!

— Ну так это ж не меня ждет и сходит с ума от волнения в соседнем здании мужчина, — засмеялся Олег, а Ксения снова почувствовала боль утраты, хоть они еще были живы…

— С чего ты взял? — она вскинула голову, рукой отбросив выбившуюся прядь волос с лица.

— Я давно уже заметил, всё думал, когда вам хватит мозгов отбросить воспоминания и сделать шаг друг к другу!

Ксения недоуменно смотрела на него, это еще сильнее рассмешило Олега:

— Ну что за взгляд? Все вокруг только и думали, когда уже вы сойдётесь. Да, вот она жизнь в замкнутом пространстве, не обижайся.

— Я смотрю, тебя это забавляет, — Ксюша сидела, рассматривая свои руки, в надежде, что покраснения на коже пройдут, но нет, они становились всё ярче и темнее.

— Ну уж лучше так, чем сидеть, как ты с мокрыми глазами и отсчитывать минуты до своей кончины.

Ксения встала, несколько раз прошла по строению, чтобы размять ноги и остановилась над мужчиной:

— Раз уж нечего терять, удовлетвори моё любопытство! Что ты не поделил с Русланом? Почему ты так разозлился, узнав, что он… хорошо обеспечен?

— Хорошо обеспечен, — передразнил её Олег, — говори уж прямо — богат!

— Ну пусть так! Не уходи от ответа!

— Да я знал это и до того!

— Как? А почему молчал?

— А кому и зачем мне было говорить? Богатей устал от папиных денежек и решил поиграть в героя! — его лицо перестало быть дружелюбным, а голос сквозил презрением. Но Ксения не отреагировала на его резкие слова:

— Да даже если и так, тебя-то почему это так бесит? Как я поняла, работу свою он выполнял отлично, причем, судя по тому, что говорил мне Серёжа, брался за самую сложную… — начала перечислять Ксюша, но он перебил её: — Ненавижу уродов, которые думают, что им всё разрешено, всё простительно! Они могут грабить, убивать людей, а потом отвалят кругленькую сумму и уже чисты, как младенцы! И живут дальше, припеваючи! Забыв, что другие страдают по их вине!

Ксения непонимающе смотрела на него, а он перевел дыхание и договорил уже спокойнее:

— По вине твоего Руслана погибла целая семья! А он живет себе, как ему вздумается!

Девушке тут же вспомнились слова «Я их убил»… Они повторялись в её мозгу раз за разом.

— По его вине? Это были твои…

— Нет, — быстро ответил Олег, — я их не знал…

— Но почему тогда…

— Моя сестра! — выдохнул он, — у меня была младшая сестрёнка… Она младше меня на 10 лет! Родителей нет давно, кроме неё у меня никого не было! Она шла в школу, когда её сбил тот ублюдок… Я узнал не сразу! Лишь вечером, когда пришел с работы домой и понял, что из школы она так и не возвращалась! Стал звонить её подругам, мне сказали, что на уроках её не было… А потом мне позвонили из больницы… Оказалось, что он опаздывал на какое‑то заседание, проехал на красный свет, а её не заметил. Но ему это сошло с рук, он оказался какой-то влиятельной шишкой, в итоге все выглядело так, что он ехал на зелёный, а она бросилась ему под колеса.

— А были свидетели? — спросила Ксения.

— Были… Но толку от них не было… Они изменили свои показания, а потом переехали в новехонькие квартиры!

— Это ужасно… — проговорила девушка, — но при чем здесь Руслан?

— Он попал в аварию. На нем не следа, только машина помята! А вторая машина всмятку!

— Господи…

— Там была семья из четырёх человек! Мужчина, женщина и две дочки, одной из которых не было и двух месяцев! А он при этом разгуливает на свободе! Очередной богатей, чертов взяточник! — кулаки Олега были сжаты так сильно, что девушка испугалась, но мужчина несколько раз глубоко вздохнул и немного успокоился. Вдруг он зажмурил глаза, а на лбу его появилась глубокая складка, — черт, как больно! — он согнулся пополам, пытаясь справиться с внутренней болью, ему явно становилось хуже…

— Приляг, — Ксения подхватила его под руку, чтобы он не упал и помогла лечь на утеплитель. Сама она чувствовала, как у неё начинает болеть за глазами, то ощущая озноб, то жар, но она старалась игнорировать эти признаки, иначе просто сошла бы с ума.

— Ты похожа на неё… — проговорил Олег, когда приступ боли отпустил, и он снова смог ровно дышать.

— На кого? — не поняла девушка.

— На Олесю… На мою сестренку… Она была такая же красавица…

Теперь Ксюша поняла, почему Олег почти с самого начала был к ней единственной так добр, только с ней общался… А теперь он умирал! Умирал на её глазах…

— Не хочу мучиться так целые сутки, — вдруг проговорил он. — Ты же сам сказал, что возможно, нам повезет также, как и Стёпе…

Но больше он ничего не ответил, а просто молча лежал, смотря в потолок, только изредка его глаза становились узкими от очередного приступа боли. Он старался, чтобы Ксения не видела этого, чтобы не пугать её ещё больше, но она видела. Видела и понимала, ждала с ужасом того же.

Ощущая слабость от поднявшейся температуры, она тоже прилегла, думая о том, как будет страдать Катя, когда узнает, что произошло с её сестрой, как будет винить себя… Ксения понимала, что сама виновата во всем, что происходило в её жизни, но ведь это Катя впервые предложила ей, хоть и в шутку, отправится сюда, и она вспомнит об этом… Как же сильно ей сейчас хотелось, чтобы Руслан или Света оказались рядом, чтобы это была просто температура от простуды, и они не могли заразиться смертельной болезнью. Глаза стало щипать от выступивших слёз. Когда они разговаривали, становилось хоть немного, но легче, поэтому она спросила сдавленным голосом:

— А откуда ты всё это узнал про Руслана, раз не знал даже Илья?

— Илья тут не пуп земли, — сразу ответил мужчина, — он знает лишь то, что значится в присланных ему документах, а Руслан изрядно потрудился, чтобы в бумагах не было ничего. Это меня насторожило… Если помнишь, я программист… Подключился к компьютерам в том учреждении, где набирают сотрудников. Там все это и узнал…

— И про меня? — Ксения привстала на локте.

— И про тебя… Но я не знаю никаких подробностей и не собираюсь заваливать тебя вопросами. Как по мне, так ты поступила правильно, сбежав.

— Спасибо, наверно, — неуверенно ответила Ксюша. У неё раскалывалась голова, но не от болезни, а от всей той информации, которая на неё свалилась за один день. Всё, что казалось невозможным, было страшной правдой.

— Как вы?

Ксюша резко села, не сразу поняв, что это звук, исходивший из рации, которая валялась прямо на полу. Она протянула руку и схватила устройство:

— Живы, но Олегу хуже, — ответила она Илье, — надеюсь, вы все в норме?

Послышалось какое-то шипение прежде, чем на том конце ответили:

— Да, мы в норме! Как ты? — на этот раз она услышала голос Руслана и еле смогла сдержать слёзы, казалось, что они были рядом не час назад, а в прошлой жизни. Она и не думала, что успела так к нему привязаться…

— У меня поднялась температура, волдырей пока нет… Боли тоже…

— Мы вместе со Стёпой!

— Как он? — Он отлично! У нас появилась идея!

— Какая?

— Ты сможешь сделать укол в вену, как я тебе показывала? — на этот раз рацию выхватила Света.

— Да… Наверно…

— Нужно, чтобы ты кое‑что вколола и себе и Олегу! Сможешь?

— Да!

— Через 5 минут я оставлю уже набранные шприцы и системы для капельниц около ангара! Поняла? Через 5 минут!

— Системы для капельниц?

— Ксюша, 5 минут!

— Поняла!

На этом Ксения отложила рацию.

— Что они там придумали?.. — словно сам у себя спросил Олег. Девушка лишь пожала плечами:

— Похоже, нам как раз сейчас дали ту надежду, о которой ты мне говорил!

— Я схожу, — сказал он, вставая. Но Ксения видела, что каждое движение причиняло ему боль.

— Не надо, я сама, — она подошла и мягко взяла его за плечо, — у меня ничего не болит, только небольшая температура, не волнуйся…

Только сейчас, взглянув ему в глаза, и увидев сильно покрасневшую слизистую оболочку, девушка поняла, что несколько часов назад то, что она в нем приняла за усталость и недосып, было как раз началом болезни, а это значило, что у него еще меньше времени.

— Ладно, только не задерживайся… — Олег прилёг обратно, а её прошибла дрожь от тошнотворно вздувшегося волдыря у него на руке. Как бы Ксения не старалась держать себя в руках, выйдя из пристройки, она не смогла сдержать стона, смешанного со слезами. Это был не стон от боли, а от безысходности и страха. За несколько секунд она преодолела расстояние до выхода из ангара. Там на снегу уже лежал сверток, который она подняла и хотела забежать обратно, но бросила взгляд в сторону бараков. У самой двери стояла Света вместе с Ильей, а на полпути, как раз между строениями, Руслан. Девушка замерла, она смотрела на его высокую фигуру и ощущала невыносимую боль, но не от болезни, а от невозможности бросится к нему. Их разделяли всего 10 метров, но сейчас это расстояние было непреодолимым. Мужчина смотрел ей в глаза, а увидев в них эту боль, сделал шаг к ней. Но Ксения выставила вперед ладонь, заставив его не двигаться с места, а сама собрала всю свою силу воли и снова зашла в ангар. Несколько минут она стояла, прижавшись спиной к стене, из груди вырывались рыдания, но слез не было. Ей хотелось орать во всё горло, биться головой об эту стену, размозжить её голыми руками… Но она пока нужна была Олегу…

Когда Ксюша вернулась в пристройку, он сидел на утеплителе, уже готовый встать и идти за ней. А увидев выражение её лица сказал:

— Я же говорил, что мне нужно было идти! Он принес это? — Мужчина указал на сверток в руках девушки, она кивнула, — он что не понимает, каково тебе сейчас?! Словно специально это делает, чтобы тебе было труднее! Такие могут думать только о себе!

— Хватит! — рявкнула Ксения, глаза её налились злобой, — хватит осуждать его действия, ты ничего о нем не знаешь! А если бы и знал, я не твоя сестра! И не нуждаюсь в твоей защите!

Секунда и она поняла, какую причинила ему боль своими словами…

— Прости меня, — она в два шага оказалась около мужчины, — умоляю, прости меня! Я сама уже не знаю, что несу!

— Проехали, — Олег отвернулся, а потом спросил, — что там они придумали?

Ксюша провела рукой по его щеке, словно ещё раз извиняясь, и развернула сверток.

— Это ещё что? — пораженно произнесла девушка.

Олег схватил рацию:

— Света, что это?

Перед ними лежали несколько огромных шприцов, наполненных чем-то темно-бордовым, почти черным и несколько систем для капельниц.

— Это кровь Степы, — через несколько секунд ответила женщина, — вам нужно медленно ввести это в вены друг другу…

— Вы что там, спятили?! — взорвался Олег, а Ксении показалось, что он сейчас разобьет рацию о стену.

— Мы пытаемся спасти вам жизнь! — прокричал Руслан вместо Светы.

— Раз вы заразились, вакцина не помогла! А его организм сам справился с вирусом, — снова заговорила Света, — нам повезло, у него первая группа крови, универсальный донор! Даже если это не поможет, хуже не сделает! Зато хоть какой-то шанс! Ксюша! Пожалуйста!

Девушка слышала, как её голос трясется от волнения. Они с Олегом неуверенно смотрели друг на друга, потом она взяла рацию:

— Что нужно сделать?

— Вам нужно подключить шприцы к системе для капельниц, я положила самые короткие трубки. А потом медленно вводить кровь в вены! Начать нужно с Олега, так как ему хуже…

— Нет! — воскликнул он, — раз время имеет значение, начнем с неё! Так больше вероятность, что поможет хотя бы ей! Ксения замотала головой и хотела возразить, но он крикнул ещё громче и яростнее:

— Это не обсуждается!

Он первым взял шприцы.

— Ксюша, иглу нужно будет ввести также, как тогда, когда ты делала укол Руслану, а потом медленно давить на поршень…

Света давала какие-то указания по рации, но Ксения уже не слушала её, она сосредоточилась на том, как Олег снял колпачок с иглы и поднёс к руке девушки.

— Ты когда‑нибудь это делал? — с недоверием спросила она.

— Делал, не бойся…

И действительно, он с первого раза попал в артерию так, что Ксюша почти не почувствовала.

— Откуда такие навыки? — спросила она, наблюдая, как мужчина осторожно держит шприц. Руке стало больно, словно вокруг вены образовался большой синяк.

— Кололся раньше.

Ксения уставилась на него распахнутыми от удивления глазами, а он засмеялся:

— Да Олесе нужно было в детстве делать, тогда руку и набил!

— Ну и шуточки… — она смотрела на него с возмущением, но оно быстро улетучилось, когда Ксюша увидела, что его лицо снова исказилось от боли, — это надолго? — спросила она, кивнув на шприц.

— Похоже, что да… Кровь густая, вводить нужно очень медленно, там четыре шприца по 150 мл в каждом…

— Каждому по 2… Давай по очереди хотя бы!

— Нет смысла колоть иглой вену по нескольку раз! — и снова Олег ответил так, что девушка поняла, что спорить бесполезно, — сначала ты, потом я. — Ты выдержишь? У тебя глаза слипаются… — проговорила Ксения, видя, как ему тяжело сидеть рядом, — давай я сама.

— Не надо, он слишком большой, не сможешь одной рукой…

Она протянула свободную руку и накрыла его ладони, сжимающие шприц:

— Мы ведь справимся, правда?

Он слегка улыбнулся в ответ:

— Справимся…

Ксюша опустила глаза в пол, голова уже просто раскалывалась, была жуткая слабость из — за жара, и она начала ощущать странную внутреннюю боль, словно ломило все кости в теле.

— Расскажи мне об Олесе, — еле слышно проговорила девушка, а Олег удивленно посмотрел на неё:

— Зачем?

— Она много значила для тебя…

— Больше, чем кто — либо!

— Хочу, чтобы сейчас ты думал о чем‑то приятном…

Мужчина задумался и ответил не сразу. На его лице периодически возникала грустная улыбка.

— Она заботилась обо мне… Когда не стало родителей, она была совсем ребёнком, 10 лет всего. Толком не умела ни готовить, ни белье гладить… Я стал её опекуном, тогда ещё учился в институте, а по вечерам и ночам подрабатывал. Не прошло и двух недель, как эта десятилетняя девчушка привела в порядок дом, стала книжки всякие притаскивать с рецептами, сначала пробовала что-то готовить, не всегда получалось, но она не бросала это дело! Упорная была… кому-то могло повезти с женой, если бы…

Сейчас невозможно было узнать в нём того человека, кем все знали его на «Надежде»! Добрый, общительный, любящий! Ксения наблюдала, как его глаза, уже измученные болезнью, светились при воспоминаниях о сестре. Похоже, девушка угадала, что может помочь ему справиться с физической болью, пока Олег говорил, он вернулся в то время, когда единственный родной человек был рядом и любил его.

— Не было и дня, чтобы я вернулся домой, а в холодильнике не было приготовленной еды… Она словно чувствовала себя ответственной за меня…

— Так и было, — улыбнулась Ксюша, — у меня есть старшая сестра, когда мы остались одни, не только она заботилась обо мне, но и я о ней! Мы были нужны друг другу, и мы были друг у друга.

— Сейчас для меня это словно прошлая жизнь или сон. В тот день, когда я вернулся домой и не увидел её сумки, внутри меня словно что-то оборвалось… А когда узнал, что случилось! Видимо, я так и не смог этого пережить, раз я здесь, а не обзавелся домом и детьми. Я просто не смог.

— Но у тебя ещё есть время! Ты же можешь все изменить! Ты можешь найти человека, который полюбит тебя! Которая будет заботиться о тебе, а самое главное, ты сможешь заботиться о ней! Ты посмотри на себя! Ум, красота, сила! В тебе есть способность любить!

— Значит, нет особой силы, раз не смог справиться, — грустно усмехнулся он. — Не говори так…

— Вот поэтому я и предпочитаю ни с кем не общаться и уж тем более не сближаться, чтобы не испытывать больше боль потери.

— Но этим самым ты лишил себя и счастья!

— Это да… Но мне так проще.

— А если мы выживем? Это можно будет считать вторым шансом! Ты бы смог попробовать?

— Не знаю… Возможно!

— Я бы очень этого хотела, — Ксения легонько обняла его за плечи свободной рукой, я уверена, что и Олеся этого хотела бы…

Не меньше часа прошло прежде, чем второй шпиц с кровью Стёпы опустел, Олег вынул иглу, а девушка согнула руку.

— Теперь ты, — сказала она, беря новую порцию, — только предупреждаю, врач из меня тот еще…

— Можешь практиковаться на мне, я не против.

— Ну у тебя просто нет других вариантов, — она старалась говорить бодрым голосом, но получалось плохо, а на Олеге уже не было лица. Покраснения на лице начали темнеть, его мутило, а перед глазами плыло, он попытался опереться на локоть:

— Пожалуй, я прилягу, — проговорил он, но скорее упал, чем лег. Двигаться ему было уже трудно, все тело покрылось сыпью, в некоторых местах она трескалась и начинала кровоточить. Ксения взяла кусок утеплителя и подложила ему под голову, как подушку:

— Сейчас Стёпина кровь сотворит чудо! Я уже ощущаю, как мне становится легче… И тебе станет, — говорила она, сама себя не слыша, пытаясь попасть в артерию на его руке, но получилось это только с третьего раза, — я же говорила, что врач из меня так себе!

Олег приоткрыл глаза, а она смотрела и не могла отвести взгляд от того, насколько кроваво — красной стала его слизистая оболочка:

— Не нужно пытаться меня успокоить. Я же сказал, что не боюсь смерти.

— Зато я боюсь, — трясущимися руками Ксюша надавливала на поршень, стараясь, чтобы содержимое выливалось из него равномерно, — и я боюсь, что с тобой что-то случится!

— Не бойся за меня!

— Как бы ты не старался тут всех от себя оттолкнуть, это у тебя не получилось! Мне ты стал дорог! И я просто не позволю, чтобы ты вот так… — она не смогла договорить фразу, — закончится карантин, и мы улетим отсюда вместе! Все вместе! И все начнем жить заново!

— Ксюшенька, ты очень добрая…

Он сказал это так просто, так искренне, что у девушки снова на глаза выступили слёзы:

— Не вздумай прощаться! Слышишь? У тебя ещё много времени!

— Я не прощаюсь, — слова давались ему с трудом, — просто хотел тебе это сказать… И ты безумно красивая…

— Особенно сейчас, — сквозь слезы она улыбнулась, тронув рукой свои щеки, покрытые темнеющей сыпью.

— У тебя всё будет хорошо, — последние слова он выдохнул и его лицо перекосило от боли, а по телу прошла легкая судорога.

— Боже, — прошептала Ксения, пытаясь не выпустить из рук шприц и не переставая давить на поршень. Теперь и каждое её движение сопровождалось болью, хоть и далеко не такой сильной, как у Олега, но чувствительной, а пальцы, сжимавшие шприц ломило так, словно кто-то их выкручивал, пытаясь сломать. Она самоотверженно терпела это, не позволяя поддаться жалости к себе и отпустить то, что могло спасти им жизни. А как только последняя капля крови влилась в вены мужчины, девушка с воплем выпустила шприц из рук. Ощущения были такие, словно её пальцы раздробили молотком, и только теперь она поняла, что он испытывал ещё худшую боль, пока делал уколы ей. Уже не было сил говорить, да и нечего было. Все происходящее стало сном, кошмаром, и теперь оставалось лишь ждать его окончания.

Ксюша легла рядом с Олегом, и прижалась к нему. Она не знала почему, но чувствовала, что не только он ей, но и она ему была нужна. От надежды не осталось и следа. Больше не было страха смерти, было лишь желание, чтобы всё скорее прекратилось, чтобы если им суждено умереть, пусть это уже случится, хватит этих мучений! Она спиной ощущала, как его тело слегка вздрагивало то ли от боли, то ли от судорог, и она знала, что этот ад уготован и ей. Она слегка застонала, когда ощутила внутри себя резь такую, словно её вскрывали без ножа, она согнулась пополам, пытаясь хоть как-то её заглушить. Найдя положение, в котором стало хоть немного легче, она постаралась выровнять дыхание, чтобы перестало так тошнить.

Она лежала с закрытыми глазами, но видела перед собой лицо мужа… Хорошие воспоминания чередой сменяли плохие, как лента старого фильма, проносясь в её сознании. Как же судьба привела её к этому? Почему? За что? Что она сделала не так? Одни вопросы и никаких ответов, только воспоминания той жизни, от которой она сбежала сюда…

Холод заставил её открыть глаза, сквозь туман Ксения увидела, что ничего не изменилось, она помнила, где находится, тело нещадно сводило судорогами и болело так, словно она уже на полпути на тот свет. Она несколько минут лежала, заставляя себя перевернуться на другой бок, зная, что это вызовет новый приступ боли. Когда все-таки она справилась с этим, то поняла, почему так замёрзла. Она была одна! Сначала Ксюша подумал, что ей кажется, ведь это невозможно! Олегу же было ещё хуже, чем ей!

— Олег, — девушка не узнала собственный голос, он стал низким, еле слышным, а в горле словно ком, не дающий нормально вдыхать и выдыхать. Никто не отозвался. Она постаралась приподняться на локтях и вскрикнула от всепоглощающей боли, которая разлилась по телу, стоило ей лишь попытаться сдвинуться. Но на этот раз приступ не прошел сам по себе, боль новыми волнами накатывала снова и снова, заставляя кричать и стонать. Всё её тело мгновенно покрылось потом, несмотря на холод; по волосам, растрепавшимся по лицу, стекали соленые капли.

Измученный мозг девушки долго не понимал, что за странный звук раздается рядом, она даже не сразу услышала его, потому что все происходящее сошлось для неё в этой агонии, в этом аду. Протянуть руку и поднять рацию стало для неё скорее инстинктом, чем осознанным действием. Закатывающимися глазами она пыталась смотреть на прибор, из которого доносился чей-то голос, но это стало максимум того, на что теперь она была способна. Рация снова упала на пол, Ксения не в состоянии была удержать её в руке. Хотелось кричать от боли, но звук, казалось, застрял в горле. Единственной мыслью, которую она смогла осознать, было понимание, что это конец…

Резкая боль заставила девушку открыть глаза. Кто-то тряс её за плечо, звал по имени… Крик всё же вырвался из её груди, ни капли не облегчая страдания.

Руслан сидел на полу перед Ксенией, широко раскрытыми глазами он смотрел на то, как извивалось в конвульсиях её тело, а руки и лицо были тронуты бордовыми пятнами, которые начали кровоточить. Когда он пытался связаться с ней по рации, а в ответ услышал лишь её душераздирающие крики, он просто не смог этого выдержать, он сорвался с места и уже через несколько минут был рядом с ней. Он не думал о том, что может заразиться, он не понимал, как изначально смог отпустить её от себя… Но то, что предстало перед ним в пристройке ангара… Он не был готов к этому… Нет ничего ужаснее того, когда родной человек умирает страшной смертью, а помочь ты не можешь. Как же случилось так, что она стала ему так дорога?! Он готов был терпеть все эти муки сам, пусть даже преумноженные десятикратно, только пусть она перестанет кричать! Пусть так или иначе всё это прекратится! Он взял её руку, она горела огнем, а на его пальцах остались следы от кровоточащей сыпи. Мужчина не обращал на это внимания, он целовал её руки, наклонился и целовал лицо, его взгляд стал безумным, он словно помешанный сидел около Ксении и повторял её имя, в надежде, что она услышит, что она откроет глаза и посмотрит на него, пусть хоть в последний раз.

Руслан дернулся, его тело было припечатано подушкой безопасности к сидению. Превозмогая головокружение, он нащупал ручку на двери, нажал и вывалился на асфальт. Он не понимал, что происходит, но как только увидел вмятую машину жёлтого цвета между его автомобилем и отбойником, вспомнил, что он ехал по трассе, успел боковым зрением заметить резкое движение справа, ударил по тормозам, но было поздно… Едущую в соседнем ряду машину сильно занесло на обледенелой дороге, и она впечаталась в забор прямо перед ним, у него не было возможности не то, чтобы вырулить, а даже затормозить, через мгновение его автомобиль въехал в уже дымящуюся машину.

Руслан чудом успел очнуться и выйти на улицу, он только сделал шаг в сторону груды металла, в которую превратилась желтая машина, как его отнесло взрывом на несколько метров назад. Уже в больнице он узнал, что в той машине погибла целая семья, 4 человека… 4 жизни, которые он мог хотя бы попытаться спасти, если бы не потерял сознание при ударе. Их двери были заблокированы отбойником с одной стороны и его машиной с другой…

— Руслан… — он не сразу понял, что это голос Ксении. Сколько он просидел около неё? Час? Два? Уже давно она не двигалась и не издавала ни звука, а он даже не поднимал взгляд на её лицо, боясь увидеть остекленевшие глаза…

Лишь услышав своё имя, он очнулся и посмотрел на девушку:

— Я здесь, — он придвинулся к самому её лицу, словно не видя жутких синяков на её щеках, — я с тобой…

— Больно… — только и смогла произнести она, но Руслан счастлив был услышать хотя бы это. То, что она очнулась, то, что смогла заговорить, говорило о том, что кровь Стёпы могла помочь, что у девушки есть шанс.

— Скоро боль стихнет, обещаю, — он снова поднес к губам её руку.

— Нет… — она хотела дернуться, но он не позволил.

— Не переживай обо мне, я здесь уже давно, и терять мне нечего…

Её красные и опухшие веки покраснели ещё сильнее:

— Зачем?..

— Не смог ждать… Хотел быть с тобой…

Мужчина взял стакан с водой со стола и смочил её губы, она медленно провела по ним языком, потом он постарался слегка приподнять Ксении голову, чтобы она смогла попить сама.

— Олег? — она моргала глазами, глядя на Руслана с таким волнением, что он невольно отвел взгляд. Когда он бежал в сторону ангара, он заметил тело программиста, заметаемое снегом, он лежал с открытыми глазами и не двигался, всё вокруг было залито его кровью…

— Его больше нет…

Тут же мужчина подошел к компьютеру, экран которого горел:

— Он написал это, уходя… Написал тебе… «Я не хочу, чтобы ты видела мою смерть. Скоро я встречусь с сестрой, так что так даже лучшее. Не переживай из — за меня. Надеюсь, ты проснешься и весь этот ад останется позади.» Он ушел… ушел наружу на мороз. Мне жаль.

Ксения зажмурила глаза и застонала, Руслан снова сел около неё, мучаясь от своей беспомощности. А Ксения, к которой снова вернулось сознание и понимание окружающей обстановки, ощутила на этот раз боль не сколько физическую, сколько моральную, от потери близкого человека. Она чувствовала, как мужчина сжимает её ладонь, видела, какая мука написана на его лице, но самым страшным для неё теперь стало то, что он мог заразиться.

— Уходи, пожалуйста… — взмолилась она, понимая, что просто не сможет выдержать, если придётся наблюдать за тем, что час назад пришлось терпеть ей и Олегу.

— Тссссс… Я не уйду, — он приложил палец к её пересохшим губам, а она смогла поцеловать его руку, — Света ввела мне кровь Стёпы как раз перед тем, как я сюда пришел, велика вероятность, что я не заражусь…

Мужчина говорил, а сам сомневался в своих словах, но он не мог позволить сомневаться и ей. — Как остальные? — после нескольких минут молчания и борьбы с очередным приступом боли выдохнула Ксения.

— Остальные в порядке… — Руслан прилег рядом с ней, нежно поглаживая по голове. С каждой минутой он видел все больше осмысленности во взгляде девушки, это укрепило в нем уверенность, что с ней все будет хорошо, он мысленно благодарил Свету за то, что ей в голову пришла идея о переливании крови, и Олега, что он настоял на том, чтобы первой ввести кровь Ксюше, и тем самым спас ей жизнь.

— Долго я была здесь одна?

— Нет, чуть больше часа, видимо…

— Зачем он ушел… А если бы ему тоже стало лучше? — Руслан слышал в её голосе отчаяние.

— Далеко он не смог уйти, — он с трудом подбирал слова, — скорее всего, Олег почувствовал приближение конца…

Вдруг девушка вздрогнула и сжала пальцы Руслана:

— Я тоже чувствовала приближение смерти… В какой‑то миг боль стала настолько нестерпимой, что я словно перестала её ощущать, всё отступило… Будто уже нет ничего, будто уже меня самой нет… А потом первое, что я помню, это новый всплеск боли от твоего прикосновения и твой голос! Это ты вернул меня к жизни!

Эти слова звучали, как бред, но, внимательно вглядевшись в глаза Ксении, мужчина понял, что она в это верила и говорила абсолютно серьезно.

— Теперь все будет хорошо, — прошептал он, наклонившись и зарывшись в её до сих пор влажные волосы, чтобы она не смогла увидеть его лица…

Ксения чувствовала, как боль медленно, но уходила! Сейчас, когда самые страшные муки остались позади, ей показалось чудом, что она смогла это выдержать. Она бросила взгляд на свои руки и ужаснулась… Увиденное вызвало в ней отвращение, страшные гематомы, опухоли, засохшие кровяные сгустки! Она ужаснулась, что тоже самое теперь происходит и с её лицом! А Руслан сидел подле неё, держал за руки, целовал, словно не замечал этого!

Проследив её взгляд, мужчина снова прижался губами к её виску и сказал:

— Не переживай, твое личико почти не пострадало, а на теле эти раны скоро заживут! У Стёпы сыпь начала сходить уже через несколько часов, максимум останется пара мелких шрамов!

Она понимала, что он лишь успокаивает её, но как же хотелось верить в эти слова.

— Жаль, в душе шрамы останутся куда крупнее, — впервые Ксения сама смогла слегка приподняться и поцеловать его.

Несколько часов прошло, прежде чем девушка села на утеплителе. Руслан не отходил от неё, он сообщил остальным о смерти Олега и об улучшении в её состоянии, периодически давал ей пить, постарался влажной тканью стереть следы крови с её рук. Все эти долгие часы, пока они вдвоем находились в пристройке, мужчина проявлял такую ласку, заботу, выдержку, которыми Ксюша не могла не восхититься. Страх за него отступил на второй план, она была благодарна за то, что он был рядом, девушка была уверена, что без него её бы уже не было.

Когда впервые за много часов Ксения смогла сесть, у неё долго кружилась голова, и она старалась подавить тошноту. Руслан снова сел рядом, держа её за плечи.

— Спасибо тебе, — через несколько минут проговорила девушка, — спасибо, что не оставил меня одну…

— Я бы не смог…

Они сидели рядом, смотрели в глаза друг другу и словно тонули в них. Этот момент стал для них моментом той близости, когда ты понимаешь, что человек, сидящий перед тобой — родной для тебя. Этого не нужно было говорить вслух, они прочли это во взглядах.

Руслан первым нарушил молчание:

— Но тебе пока придется довольствоваться только моим обществом еще примерно сутки…

— Я бы сама не стала приближаться больше ни к кому, — перебила его Ксения, — да и к тебе бы не стала, если бы ты не пришел сам, воспользовавшись моей беспомощностью. Если ты заразишься…

— Не надо, — он встал, протягивая ей руки и помогая подняться, — пока всё хорошо, не будем об этом. И знай… Что бы не случилось дальше, я ни о чем не пожалею!

Ксения не ответила, а когда поднялась на ноги с его помощью, тихонько проговорила:

— Не могу поверить, что всё позади…

— Поверь! Ты жива, ты стоишь на ногах, говоришь, даже улыбаешься…

— И ты рядом, — она провела кончиками пальцев по его щеке, — в это мне поверить тяжелее всего! Неужели ты и есть тот самый мужчина, который отказывался от моей помощи, отказывался разговаривать, хамил всем и каждому?

Он усмехнулся:

— Это я и есть тот самый…

Ксения приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы.

— Повезло мне…

Руслан привлек её к себе еще ближе, заключив в объятия:

— Как же сильно я за тебя испугался, — он хотел сжать её со всей силы, но боль не прошла и ему приходилось сдерживать себя, чтобы не сделать ей ещё больнее, — я чуть с ума не сошел… Не знаю, что бы со мной было, если бы ты не проснулась…

— Но я проснулась, — Ксения обнимала его в ответ, она гладила его по спине, по голове, стараясь успокоить, она телом ощущала, как напряглись его мышцы при последних словах, — я с тобой, родной…

Еще долго они не могли выпустить друг друга из объятий, потеряв счет времени, просто пытаясь справиться с жутким страхом потери. Каждой клеткой своего тела Ксения ощущала, насколько он стал ей близок, насколько важен. И с каждой минутой росло в ней волнение за его жизнь…

— Я так больше не могу, мы должны пойти к ним! — воскликнула Света, которая не в состоянии была больше сидеть и ждать. Уже несколько часов она не находила себе места от волнения за Ксюшу, периодически порываясь пойти к девушке. Юра сидел рядом с ней на диване в её комнате, пытаясь хоть немного успокоить. Он положил руку ей на плечо, обнял и привлек к себе.

— А что, если им плохо, вдруг им нужна наша помощь?! Мы уже бросили Степу одного, одному Богу известно, как он смог с этим справиться!

— У них есть рация, они бы сказали, если бы что-то было нужно!

Света отстранилась от него:

— Эти бы никогда сами не подвергли нас опасности! Ни Ксюша, ни Руслан не попросили бы помощи, зная, что этим могут нам навредить!

— Руслан же сказал, что Ксюше лучше! Нам осталось немного подождать!

— Да не могу я больше ждать!

Светлана решительно встала и направилась к висящей на двери куртке. Юра вскочил за ней:

— Прошу, не поступай так со мной! — он схватил её за плечо и силой развернул к себе.

— Как?

— Ты знаешь, как много значишь для меня…

Женщина внимательно смотрела на него, но ничего не отвечала.

— Знаешь, — повторил он, — и все тут знают! И я не верю, что ты ничего не чувствуешь в ответ! — его голос набирал силу, он не мог сдерживать злобу, — только никак не можешь признать этого! Все переживаешь, что твоему мужу может быть больно! Только позволь, я тебя просвещу! Его нет уже несколько лет! И я уверен, что если он любил тебя, то хотел бы, чтобы ты жила дальше! Нашла того, кто полюбит тебя и будет заботиться!

Света замерла, она слушала его, понимая, что он во всем прав, но не могла сказать в ответ ни слова.

— Ты слышишь меня? — Юра схватил её за плечи, его голос перешел в крик, словно этим криком он пытался достучаться до неё, — я люблю тебя! Я хочу быть с тобой! Я хочу заботиться о тебе! Я не могу допустить, чтобы ты заразилась этой лихорадкой, не могу допустить, чтобы так мучилась! Услышь меня! Ведь я знаю, что ты чувствуешь ко мне то же самое! Я знаю! Как бы ты от меня не отгораживалась! Ты нужна мне!

Его лицо было в нескольких сантиметрах от её, она кожей чувствовала на себе его прерывистое дыхание, он выдохся, словно пробежал марафон. Его сердце билось, как сумасшедшее, мужчина готов был силой привязать её к кровати, хоть и сам понимал ее нетерпение и волнение! Но ужас от возможности потери этой женщины стал основной мыслью в его голове, и он был действительно готов на всё, чтобы этого не допустить.

— Извини, — шёпотом, почти одними губами проговорила Светлана, потом резко дёрнулась назад и выбежала из комнаты.

— Ну уж нет! Не в этот раз! — крикнул Юра и выбежал за ней. А нагнав в два шага, одной рукой пригвоздил её к стене, — я тебе не позволю! Ты готова сбежать в лютый мороз, подвергнуть себя смертельной опасности, лишь бы не сказать мне правду о своих чувствах!

— Да! — на этот раз громко выкрикнула она, а в глазах стояли слёзы, — я не могу больше чувствовать такую боль! Я не хочу! — она оттолкнула его от себя, закрыла лицо руками, — я не выдержу второй раз в жизни потерять любимого человека!

— Тебе не придётся снова чувствовать эту боль, — теперь его голос стал тихим, мягким, Юра нежно обнял женщину, которая сотрясалась в рыданиях, а она в ответ вцепилась в его свитер, потом обхватила его за плечи, — я не допущу, чтобы с нами обоими что-то случилось.

— Прости меня, — всхлипывая, проговорила Света, всё сильнее прижимая его к себе, — ты прав… Во всем прав…

Юра не смог сдержать вздох облегчения, он стоял, прижимая женщину к себе, и смотрел вверх, пытаясь не дать скатиться слезам, наполнившим глаза.

Илья и Серёжа, выбежавшие в коридор на крики и невольно ставшие свидетелями произошедшего, постарались бесшумно удалиться, но парень споткнулся и Юра со Светой одновременно вздрогнули и обернулись на них.

— Мы не хотели подслушивать, — начал было Илья, но она перебила его, отходя от Юры и вытирая глаза:

— Ничего, мы сами так кричали…

Она не успела закончить фразу, все одновременно прислушались… Они не сразу поняли, что это шум подлетающего самолета только потому, что это никак не могло быть правдой.

— С тобой кто-то связывался в последнее время? — спросил Юра Илью, одновременно одевая куртку.

— Нет, — недоуменно ответил начальник станции, — компьютер остался в ангаре, по спутниковому телефону никто не звонил…

— Могли за нами кого-то прислать? — Света моментально взяла себя в руки.

— Исключено!

— Лаборатория решила прислать кого-то проверить, не все ли мы ещё передохли? — Сергей резким движением накинул на себя куртку и направился первым в сторону выхода.

— Света, останься здесь! — бросил Илья, увидев, что женщина идёт за Серёжей.

— Но… — Я сказал, останься!

Когда Юра, Сергей и Илья вышли из барака, самолет уже шёл на посадку. Это был такой же самолёт, как тот, что поставлял им продукты и медикаменты. Из — за тёмных туч на улице было сумрачно, дул сильный ветер. Мороз опустился до отметки минус тридцать восемь градусов. Без снегоходов им пришлось идти до посадочной полосы почти пятнадцать минут, за это время самолет уже приземлился и выпустил трап.

Илья сразу узнал пилота, который на этот раз даже не вышел из кабины, что было необычно. Начальник станции обратил внимание, что в кабине рядом с ним находится мужчина, которого он никогда не видел раньше. А Илья работал уже очень давно и знал весь лётный состав.

Мужчины довольно настороженно подходили к самолёту, не понимая, чего ожидать, когда на трапе появился высокий мужчина, одетый в горнолыжный костюм, он мельком окинул оценивающим взглядом стоящих снизу людей.

— Полярная станция «Надежда»? — крикнул он низким голосом, в котором звучало недовольство.

— Да! Представьтесь! — крикнул ему в ответ Илья, но мужчина уже на него не смотрел. Он медленно сошел с трапа, глядя в сторону построек, перемещая взгляд от одной к другой, словно что-то высматривая.

— Мне нужен ваш повар! Ксения! Есть тут такая? — он бесцеремонно проигнорировал приказ Ильи.

— Я ничего вам не скажу, пока вы не назовете мне свои имя и цель появления! — начальник станции заметил не сходящую мерзкую ухмылку на лице незнакомца. Эта ухмылка и надменный вид произвели самое неприятное впечатление на обитателей станции.

— Ты начальник здесь? — теперь мужчина сверлил Илью взглядом, недовольство сменилось неприкрытой злобой.

— Я узнал твой голос, — Илья тоже перешел «на ты» и такой же неуважительный тон, каким обращался к нему прилетевший, — вчера ты звонил сюда! Представился мужем Ксении!

— Так она здесь? — мужчина подошел к Илье вплотную, он был выше его ростом и шире в плечах, но тот даже не шелохнулся с места и с достойным отпором встретил натиск:

— Её здесь нет, — спокойно ответил он. — Да неужто? — при этих словах Игорь опустил взгляд, и Илья невольно последовал его примеру… Дуло пистолета было приставлено к его животу, а незваный гость снова поднял глаза, — а мне казалось, что в трубке я слышал голос своей жены!

Серёжа дернулся вперед, но боковым зрением Илья успел это заметить и крикнул ему:

— Не надо! Все нормально!

Сергей вместе с Юрой замерли, только сейчас они обратили внимание, что в кабине самолета к голове пилота также приставлено оружие вторым мужчиной.

— Что ты хочешь? — спросил начальник станции спокойным голосом.

— Где моя жена? — ледяным тоном проговорил Игорь, поочередно переводя взгляд с одного на другого.

— Она заразилась, — Юра впервые подал голос, делая шаг вперед.

— Не двигаться, — Игорь резко выкинул вперед руку с оружием, — чем заразилась?

— Ты притащился сюда и не потрудился узнать, что здесь происходит? — Илья скептически прищурился.

Игорь внимательно посмотрел на него и опустил пистолет.

— Потрудился! Поэтому и прилетел… Но не думал, что она… Она жива?

— Кажется, — начал было Сергей, но Илья его перебил:

— Мы не знаем! Заболевших приходится изолировать, мы не видели её со вчерашнего дня!

— Так отведите меня к ней! — рявкнул мужчина, его глаза сверкнули безумным блеском.

— Нет!

Игорь посмотрел на оружие в своей руке:

— Я думал, что это дало понять, я не желаю слышать отказы!

— Мне всё равно, что ты думал и на что рассчитывал, прилетая сюда, — тон Ильи был настолько твердым, что стоящие позади Юра и Сергей напряглись, — этот вирус убивает с огромной скоростью! Непонятно, как он передается и в какие сроки! Непонятно ничего! Кроме того, что ему нельзя дать возможность вырваться отсюда! По этой же причине нам запретили покидать это место!

Игорь слушал его, казалась, понимая, о чем говорит мужчина, но как только он замолчал, тут же сделал выпад вперед, грохнул выстрел… Начальник станции согнулся пополам и припал на одну ногу на снег, схватившись руками за бедро. На его штанах быстро стало расползаться кровавое пятно.

— Мразь, — крикнул Юра, он готов был бросится на мужчину, в тот момент, как Сергей оказался около Ильи, не давая ему упасть в снег. Но снова направленное в их сторону оружие, заставило всех замереть.

— Давайте еще раз, — Игорь перехватил оружие из одной руки в другую, он был без перчаток, и его кожа начала замерзать, — сейчас же вы отведете меня к моей жене! Сию минуту!

— Мы отведем тебя в барак и попробуем связаться с ней по рации, если она жива и ответит, то ты пойдешь к ней! — Илья исподлобья смотрел на Игоря снизу вверх, пытаясь пережать кровоточащую артерию. Он быстро терял кровь, несмотря на мороз.

— Это единственный вариант! Иначе тебе придется сначала всех нас перестрелять, — сквозь зубы проговорил Юра и сплюнул на снег.

— Какое радушное приглашение! — снова на лице Игоря была надменная ухмылка, — пошли! Только помните, что всех вас перестрелять мне не составит труда! Построек здесь не много, искать долго мне не придется и без вашей помощи! Так что без долбанных фокусов!

Юра и Серёжа помоги подняться Илье. Снег в том месте стал темно — бордового цвета. Мужчины практически несли тело начальника на себе, из — за потери крови, он моментально ослаб, а сильная травма предыдущих дней завершила дело, и уже по дороге он потерял сознание.

Полчаса ушло на то, чтобы дойти от самолета до барака. Светлана, стоявшая около двери, бросилась им навстречу, но замерла, увидев мужчину с оружием, идущего позади.

— Рация у тебя? — сразу крикнул Игорь, увидев женщину.

— Кто… — начала было она.

— Ксюшин муженек, — запыхавшись и наглотавшись ледяного воздуха, ответил Юра.

— Игорь, очень приятно, — он слегка склонил голову в псевдо-учтивом жесте.

Светлана сразу увидела широкий кровяной след, который тянулся за пришедшими:

— Нет у меня рации! — она открыла дверь мужчинам, — занесите его! Быстрее!

Её испугала бледность Ильи. После того, что недавно ему пришлось пережить, это ранение и потеря крови становились смертельно опасными для его ослабленного организма.

На этот раз Игорь позволил им зайти в здание и зашел вслед за всеми.

Начальника станции положили на кровать в самой первой комнате в коридоре.

— Значит, вот в какую дыру сбежала эта дрянь в надежде от меня скрыться… — оглядев барак, проговорил Игорь. Но никто не обращал на него внимания, Света уже пыталась разрезать на Илье штанину, чтобы извлечь пулю и остановить кровотечение.

— Что произошло… — в дверь заглянул Стёпа, увидев лицо которого, Игорь на секунду растерялся. Они стояли и смотрели друг на друга. Степан замер, увидев направленное на себя оружие, а Игорь рассматривал страшные раны на его коже, которые были похожи на те, которые остаются после избиения человека. Потом его взгляд упал на руки полярника, сжимавшие рацию.

— Иди сюда, — он ухватил за плечо Юру, который стоял около Светы и помогал освободить рану Ильи от нескольких слоев одежды, — она справится сама!

Мужчина хотел оттолкнуть его, но они были бессильны против огнестрельного оружия… Увидев злобное смирение всех мужчин перед собой, Игорь удовлетворенно кивнул и проговорил:

— Быстро! Свяжитесь с моей женой!

Юра выхватил рацию у Стёпы:

— Руслан!

Все невольно замерли в ожидании ответа. Только Светлана, не обращая на них внимания, пыталась щипцами вынуть пулю из бедра начальника станции. Но была задета какая-то артерия и сильный поток крови не давал ей этого сделать… Вдруг мужчина дернулся и очнулся, обезумевшими глазами уставившись вокруг.

— Держи его! — крикнула Света Сергею, и тот мертвой хваткой вцепился в ученого, не давая ему пошевелиться. Женщина снова засунула в рану зажим, Илья закричал так, что возникло желание зажать уши, чтобы не слышать такого душераздирающего вопля.

— Есть, — Светлана вынула пулю и, бросив прямо на пол, принялась останавливать кровотечении.

— Руслан, — снова крикнул Юра, зажав кнопку рации, ни на секунду не выпуская из виду Игоря с пистолетом в руках и Свету.

— Я здесь, — резко раздался голос из рации.

— Прилетел муж Ксении, — ответил Юра, пристально смотря на человека, направившего на него оружие, — желает с ней поговорить!

— Не получится! — не сразу отозвался мужчина, — её больше нет!

— Что?! — Игорь выхватил рацию из рук Юрия, — кусок дерьма, дай мне поговорить с моей женой!!!

— Я сказал, её больше нет! Она умерла! — Каждое слово Рустан говорил монотонно и четко, словно вбивая в собеседника.

— Я не верю! — мужчина заорал, как полоумный, — я хочу увидеть её тело!

— Я заразился! На моем теле сыпь! У меня высокая температура! Сюда нельзя никому заходить, если хотите остаться в живых!

На этом разговор завершился, Игорь со всей силы швырнул рацию в стену так, что она разлетелась на мелкие кусочки. Степан еле успел увернуться, чтобы устройство не задело его.

В комнате повисла гробовая тишина. Когда Юра повернулся в сторону Светы, его глаза расширились и наполнились слезами…

Женщина сидела на полу, вся в крови, закрыв рот рукой и пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания. Сергей все еще держал руками замершее без движения тело Ильи… Тот крик боли стал последним. Он запрокинул голову и так и остался в таком положении, рот приоткрыт, в глазах замерла жгучая боль. Кровь всё ещё вытекала из раны на матрас, который пропитался ею насквозь. Его организм просто не выдержал подобного испытания…

— Нет… — прошептал Юра, бросившись к бездыханному телу. Он словно не мог поверить в то, что видит. Он сам схватил его запястье и пытался прощупать пульс.

— Не надо, — Светлана поднялась с пола, взяв его за плечо, — не надо…

Юра на секунду закрыл глаза, глубоко вдохнул несколько раз, пытаясь не дать скатиться из глаз слезам, которые просто душили его.

Сергей выбрался из — под тела Ильи и встал рядом с Юрой, который открыл глаза и смотрел на лицо Игоря, который так и не шевельнулся после того, как бросил в стену рацию после слов о смерти Ксении.

Комната была крошечной, для стольких человек, они находились друг от друга не дальше трех метров. Лицо Игоря светилось безумием, его рука лихорадочно сжимала пистолет. Одновременно Юра, Стёпа и Серёжа поняли, что у них нет вариантов, кроме того, что кто-то должен первым набросится на него, чтобы отвлечь на себя внимание, чтобы у остальных был шанс обезоружить его и выжить, иначе он бы перестрелял их одного за другим. За какие‑то доли секунды Света взглянула на них и поняла то же самое, она хотела что-то крикнуть, но Игорь поднял на них безумный взгляд…

— Как?! Как он мог узнать, где я?! Как ему позволили сюда прилететь? — девушка металась по пристройке ангара.

Руслан вместе с Ксенией слышали шум садящегося самолета. По рации Степа сказал ему, что Илья с Серёжей и Юрой пошли к взлетной полосе пешком. Шестое чувство подсказало мужчине не высовываться из ангара, хотя не в его характере было сидеть и ждать. И когда спустя полчаса он выглянул на улицу, то увидел, как Игорь, которого он сразу узнал, шел с пистолетом позади мужчин в сторону бараков. Руслан сразу понял, что Илья не сказал ему, где находится Ксения и что с ней…

— Успокойся! — мужчина схватил Ксению за плечи, — мне нужно уйти! Он по любому приехал не один!

— Что?! — девушка вцепилась в него с непонятно откуда взявшейся силой, — Нет!!! Ты не знаешь, какие головорезы работают в его охране!

Руслан держал её, глядя в обалдевшие глаза:

— Ты забываешь, что я как раз знаю, — он говорил спокойно, но настолько властно, что она замолчала, уставившись на него, — я тебе обещаю, что вернусь, скоро вернусь! Но мне нужно к самолету! Ясно?!

— Пожалуйста… Нет… — прошептала она, поднимая руки и обнимая его за плечи. Но мужчина с силой отстранил её от себя.

— Мне нужно им помочь! Понимаешь? Там люди, которые не знают, кто перед ними!

Руслан специально не сказал девушке, что успел увидеть, что Илья ранен. А Ксения смогла отпустить руки:

— Обещай, что будешь осторожен!

— Обещаю!

Мужчина сделал шаг в сторону двери, но тут же вернулся, сгреб девушку в охапку и обнял так крепко, что обоим стало больно:

— Будь здесь! Я скоро вернусь!

Руслан выскользнул за дверь, а Ксения подождала несколько секунд, надела куртку и вышла в ангар за ним…

Вся территория вокруг самолета была открытой, огромное снежное поле, по которому нужно было пройти Руслану. И он понимал, что его визит не будет неожиданным. Хуже всего было то, что он не знал, сколько народу в самолете. Он мог лишь предположить, что если бы у Игоря было несколько охранников, то один из них сопровождал бы хозяина до бараков. Кроме того, он понимал, что действовать ему нужно быстро, ведь он не знал, что Илья успел сказать Игорю, и тот мог отправиться на поиски Ксении, перестреляв всех жителей станции. Еще издалека мужчина узнал пилота, который из кабины судорожно махал руками, явно предупреждая Руслана не подходить. Его отделяли от трапа десять метров, когда на верху лестницы появился здоровый детина, держащий его на мушке.

— Ты в курсе, что здесь люди умирают? — крикнул Руслан, как только заметил мужчину и не останавливая шаг.

— У меня приказ стрелять в каждого, кто попробует взойти на этот борт, — спокойно отозвался охранник.

— Вы сошли с ума, вам надо срочно улетать отсюда! — орал Руслан, стараясь придать своему голосу как можно больше паники и размахивая руками, — здесь карантин! Эта зона смертельно опасна!

— Стой на месте! — крикнул мужчина, но вопли Руслана заставили его заволноваться, Игорь не говорил ничего о карантине и возможности чем-то заразиться.

— Скорее улетайте! Иначе мы все умрем! Мы умрем! Нам не жить!

Он кричал, все ближе подходя к трапу и видя замешательство на лице охранника. Уже у подножия самолета, когда их разделяло не больше пяти метров, Руслан крикнул последний раз:

— Что вы стоите?! Улетайте!

Мужчина уже хотел выстрелить, но из‑за того, что Руслан размахивал руками, он не успел заметить блеснувшего в его руках лезвия. А уже через мгновенье это лезвие воткнулось ему в плечо.

От неожиданности и боли, он опустил руку, схватившись за место, куда воткнулся нож, этих секунд Руслану хватило, чтобы взбежать по трапу и оказаться около него. Охранник направил на него пистолет, но мужчина успел перехватить его руку, и выстрел прогремел в воздух. Руслан несколько раз с силой ударил руку охранника о пол прежде, чем тот выпустил пистолет, тогда он подхватил оружие, но не стал стрелять, а просто ударил мужчину по затылку, после чего тот сразу потерял сознание.

В дверном проеме показалось бледное и испуганное лицо пилота, Руслан крикнул ему:

— Здесь есть еще кто-то? Пилот отрицательно замотал головой, хотел что-то сказать, но язык явно его не слушался.

— Руслан! — раздалось из рации, висящей на поясе мужчины. Но ответил он не сразу, быстрыми шагами он обошел небольшой отсек самолета, предназначенный для перелета людей. Не увидев больше оружия или хоть каких-то вещей, Руслан вернулся к охраннику, который так и лежал без сознания.

— Свяжи его, — бросил мужчина пилоту, а потом ответил по рации, что Ксения умерла, а сам он заразился, решив, что этим он обезопасит девушку от того, что Игорь может отправиться на её поиски.

Руслан снова вышел из салона самолета, но начав спускаться с трапа, замер, вглядываясь в даль. Единственным звуком, доносившемся до его слуха, было завывание ветра. Полярная станция «Надежда» расположилась перед ним на расстоянии километра в недвижимом безмолвии. Где-то между этими бараками находились несколько мертвых тел, которые никто так и не подобрал, к которым боялись подходить. В ангаре его ждет девушка, мысль о безопасности которой стала практически единственной мыслью в голове за последние несколько дней. Мужчина мог лишь гадать, что происходило в том строении, где сейчас были оставшиеся в живых жители станции, но и их жизнь теперь была в еще большей опасности, чем раньше. Но у Руслана не было времени, чтобы долго раздумывать, что делать в сложившейся ситуации. Он сунул пистолет в карман, проверив, что в обойме всего три патрона, и побежал в сторону бараков.

— Игорь…

Мужчина даже не услышал, как позади него открылась дверь, на пороге которой остановилась Ксюша, еле держащаяся на ногах. Он обернулся, так и не опустив оружие, направленное на Свету, Юру, Серёжу и Степу, которые так и не двинулись с места, стоя над окровавленным телом начальника станции. Глаза девушки расширились, когда она заметила, что Илья мертв, но заставила себя отвести от него взгляд и посмотреть в лицо мужа.

Игорь не сразу понял, кого видит перед собой. Ксюшино лицо, тронутое кровавой сыпью, выглядело настолько изможденным, словно она вот — вот упадет на пол. Она действительно выбилась из сил, когда, превозмогая боль, прошла расстояние между ангаром и бараками. Девушка видела, как Руслан бежал в сторону самолета, но она знала, на что способен её муж. Она бы не смогла справиться с ним и здоровой, не говоря уже о том, чтобы тягаться с ним в её нынешнем состоянии, но Ксюша надеялась, что сможет отвлечь его на себя и потянуть время, пока Руслан что — нибудь не придумает. И она оказалась права, зайдя в комнату в ту самую секунду, когда Игорь готов был спустить курок.

— Что тебе здесь надо, — задыхаясь от боли, прохрипела девушка, не зная, что сказать. При виде его лица весь тот страх, с которым она так отчаянно боролась, вернулся. Вереницей перед глазами побежали воспоминания побоев, криков, всего того ада, которым была ее жизнь. А теперь из — за неё могут пострадать люди, ставшие ей родными. Ради них, ставших для неё не просто друзьями, а семьей, она должна была держаться на ногах. Ксюша прислонилась к дверному косяку, а Игорь, наконец, произнес:

— Живая…

— Да, живая!

— Я знал, что мне врут, я тебя так сильно люблю, что почувствовал бы, если бы с тобой что-то случилось… — его тон вдруг стал настолько ласковым, что от удивления у девушки перехватило дыхание, а стоящие напротив жители станции выдохнули, когда рука с пистолетом опустилась вниз.

— Зачем ты прилетел, — Ксюша снова повторила свой вопрос. Она была в замешательстве, она ожидала чего угодно, криков, попыток схватить её, но точно не ласкового тона и слов любви в свой адрес.

— За тобой, дорогая жена, — Игорь рассматривал девушку, медленно произнося слова, словно растягивая каждое из них, а у неё пронеслась в голове мысль, что он повредился рассудком.

— Я готова, мы вместе улетим, — проговорила Ксюша, не отвозя взгляда от его глаз, боковым зрением видя, что никто из мужчин не может сдвинуться с места и постараться его обезоружить, потому что его палец все еще был на курке.

— Улетим… — повторил Игорь её слова, — Ты готова улететь со мной прямо сейчас?

— Конечно, — тихим и слегка хриплым голосом проговорила она в ответ, надеясь, что он не услышит дрожи и страха, — улетим, когда и куда захочешь…

Мужчина вдруг на секунду опустил взгляд, а когда снова поднял его, смотря на девушку исподлобья, на его лице расплылась широкая злорадная ухмылка, он начал смеяться громким безумным смехом:

— Улетим, говоришь? — его смех оборвался также быстро и резко, как и начался, — ты свалила от меня на край света. Заставила себя искать два долгих месяца, здесь мне врут о твоем месте нахождения, говорят, что ты умерла, и вдруг ты заявляешься в жутком виде и говоришь: «Давай улетим»?! Да черта с два я тебе поверю! — он кричал так громко, что невольно Ксюша стала пригибать голову, от страха втягивая в плечи, — Врешь мне, тварь! Променяла меня на эту помойку и червей в ней! И ради них мне врешь! А ты помнишь, как я наказывал тебя за твое вранье? Помнишь?!

Девушка зажмурилась, ей показалось, что ещё доля секунды, и на нее обрушится удар его кулака, как это было и раньше, но вместо этого он, не глядя, вытянул руку с пистолетом в сторону стоящих рядом людей и нажал на курок… Прогремел выстрел, никто не успел даже вскрикнуть от неожиданности, а Серёжа тут же повалился на пол, словно подкошенный…

Пуля попала парню прямо в грудь, он не успел что — либо понять в тот момент, всплеск боли был мгновенным, его тело не вздрагивало, не извивалось. Когда он упал на пол, сердце уже перестало биться… Глаза, так и оставшиеся широко раскрытыми, остекленели…

Ксюша громко закричала и бросилась на Игоря, понимая, что ничего не сможет ему сделать. Одной рукой он отшвырнул её в сторону мертвого тела. Падая, она успела заметить лицо Серёжи, которое словно смотрело на неё. По жилам растеклось жгучее чувство вины… Это она привела сюда это чудовище, которое, не раздумывая, застрелило молодого парня, который никому никогда не делал ничего плохого… Спиной она влетела в кровать и вскрикнула от боли, которая мгновенно отозвалась во всем её измученном последними сутками теле.

— Сама во всем виновата! Сама променяла меня на них, теперь смотри! — голос мужа эхом отозвался в её голове, усилием воли девушка заставила себя открыть глаза. Игорь стоял около двери, а между двумя убитыми им мужчинами замерли Юра, Света и Степа, — кто следующий?

— Нет, — прохрипела Ксюша, пытаясь сесть на полу. Степа сорвался с места, он хотел броситься на Игоря, но в ту же секунда раздался громкий хлопок и звон бьющегося стекла. На всех дождем посыпались осколки от окна, а Игорь пошатнулся, он рукой схватился за шею, от которой в разные стороны брызгала кровь. Тут же Юра и Степа оказались около него, они повалили мужчину на пол, пытаясь вырвать пистолет из его руки.

Словно сквозь пелену сна Ксюша смотрела, как её мужа обезоружили, несколько ударов по лицу, и он потерял сознание, заливая пол кровью из пробитой пулей раны на шее. Дверь открылась и вбежал Руслан с пистолетом в руках, он вместе с двумя мужчинами склонился над телом Игоря. Последнее, что Ксюша услышала было:

— Ублюдок, пусть захлебнется своей же кровью…

— На взлетной полосе стоит самолет, надо убираться отсюда к черту! — говорил Юра, пока Света прикладывала мокрое холодное полотенце к его глазу, под которым чернел огромный синяк.

Ксения открыла глаза, повернула голову и поняла, что они в одной из комнат барака, а она лежит на кровати.

— Света?

Женщина тут же подбежала к ней, схватив за руку:

— Слава Богу, очнулась… — она стала целовать девушку в щеки и гладить по голове, глаза при этом у неё были настолько заплаканными, что веки опухли, а губы тряслись.

— Где Руслан и Степа? — Ксюша протянула руку, и Света помогла ей сесть.

— Они… с твоим мужем…

— Он мертв? — спросила девушка.

— Нет, — ответил Юра вместо Светы, а Ксюша вздрогнула, она хотела его смерти, она надеялась на его смерть…

— Ты помнишь, что случилось? — спросила женщина, вернувшись к Юре и снова приложив полотенце к его глазу, который начал опухать.

— Помню, как он упал…

— Руслан через окно выстрелил в твоего мужа, попал в шею… Сначала я подумала, что он перебил ему артерию, но нет, пуля прошла, едва его задев…

— Но что, если он снова попытается навредить кому-то… — Не попытается, — резко ответил Юра, его глаза, тоже наполненные слезами, налились злобой, — его связали так, что он никогда не освободится! Если после ударов Руслана, он вообще будет в состоянии двигаться!

Ксения закрыла лицо руками, с которых начала сходить краснота, но уже было ясно, что в некоторых местах останутся шрамы.

— Он был прав… — словно сама себе сказала Ксюша.

— О чем ты? — Света замерла, непонимающе глядя на неё.

— Что это я во всем виновата…

— Хватит! — вдруг резко оборвал её Юра, даже не дав договорить, — в смерти Ильи и Серёжи виноват только твой муж! И больше никто! Ясно?

От такого громкого вскрика у девушки расширились глаза, а Юра еще громче крикнул:

— Ясно?!

— Ясно, — еле слышно ответила она.

— И никогда в своей жизни не смей возвращаться к той мысли, что ты хоть как-то к этому причастна!

Света крепко обняла мужчину, и кивнула Ксюше в знак согласия с его словами. Никто из них не мог сдержать слез. Девушка снова закрыла лицо руками, пытаясь подавить рыдания.

— Она очнулась? — заходя в комнату, спросил Руслан, а увидев Ксюшу, сидящей на кровати, бросился к ней, — почему ты ушла из ангара?! Почему не послушалась меня?!

Но он не ждал ответов, он сгреб девушку в объятиях, а она всем телом прижалась к нему и рыдала, прислонившись лицом к его шее.

— Надо улетать! — снова сказал Юра.

— А что по поводу запрета покидать станцию? — спросила Света.

— К черту запрет! — уверенно ответил Степа, зашедший в комнату вслед за Русланом, — пару дней назад мы собирались убраться отсюда на вездеходе! А теперь в нашем распоряжении самолёт!

— А что делать с… — Степа неуверенно посмотрел на Ксению.

— Я бы его… — начал было Юра с яростью в голосе, но Света его перебила:

— Нет! Мы не вправе…

— А по-моему, как раз вправе! Эта мразь застрелила двоих! Не с собой же его теперь брать!

Все замолчали, глядя друг на друга. Руслан отпустил Ксюшу и выпрямился:

— Я не думаю, что самолет сможет взлететь… Он слишком долго стоит с выключенными двигателями.

— Черт! Какая сейчас температура? — спросил Степа и сам подбежал к окну, за которым висел термометр, — 48 ниже нуля…

— Не взлетит! — преувеличенно спокойным тоном проговорил Юра и уронил голову на руки. Воцарилось молчание, все избегали смотреть друг на друга, каждый ждал от других хоть каких-то идей, но сказать было нечего.

— А нужно ли вообще теперь уезжать? — подал голос Степа, когда тишина затянулась и стала давить на уши, все посмотрели на него с удивлением, а ученый объяснил, — нас осталось всего несколько человек, — сказано это было таким тоном, словно он говорил о меню на обед, — здесь мы жили много месяцев, есть еда, лекарства, свет, тепло… Какова вероятность, что кто-то еще заболеет? Есть ли возможность повторного заражения?

Последние слова были адресованы Свете, которая смотрела на него с таким же недоумением, как и остальные:

— Я понятия не имею! — ответила она более резким тоном, чем хотела, — Ольга не сообщила мне об этом вирусе вообще ничего! Все, что они о нем знают, они знают от нас! В лаборатории не смогли определить ни способ его передачи, ни ход развития, ни инкубационный период! Всё лишь на уровне догадок! Поэтому нельзя исключать повторного заражения, хотя это маловероятно! Но ни я, ни Юра, ни Руслан не хотим заражаться и в первый раз!

— В самолёте остался пилот, мы же не бросим его там, умирать от холода, придется рискнуть его здоровьем и привести сюда, — задумчиво сказал Руслан, — и там же связанный телохранитель… Ксюшиного муженька.

— Да, веселая у нас компания… — Степа подошел к окну, из которого был виден хвост самолета.

— Я не хочу, чтобы эти двое, — Юра кивнул головой в сторону комнаты, где связанным находился Игорь, — находились с нами в одном помещении! Он запросто застрелил Илью и Серёжу, — на их именах его голос стал звенящим, но тут же снова набрал силу, — если ему удастся освободиться, черт знает, чего можно ожидать!

— И что ты предлагаешь? — раздраженно отозвался Степа.

— Я уже сказал об этом раньше…

Света просто отрицательно замотала головой, а Ксюша сидела, глядя в пол, никак не реагируя на эти слова, словно они были не о том человеке, который так или иначе был её мужем.

— В вездеходе повреждены аккумуляторы, — вдруг сказал Руслан, словно не слышал, о чем говорил Юра, — я могу попробовать переставить аккумулятор из самолета… Не уверен, что сработает из — за разного напряжения, но попробовать стоит…

Степа подошел к нему:

— А что? Думаю, ты прав, может получиться!

— И куда мы отправимся? — неуверенно спросила Света, сидевшая на диване около Ксюши, в её взгляде была такая усталость, что становилось ясно, что на исходе не только физические силы, но и моральные.

— А куда мы собирались отправиться несколько дней назад на том же самом вездеходе? — Юра присел около женщины и накрыл её ладонь своей, — на соседнюю станцию, где не будет опасности для нашей жизни.

— Главное, не подвергнуть опасности тех, кто будет на той станции, — ещё более упадническим тоном произнесла она.

— Если получится наладить машину, это займет еще какое-то время, — ответил Руслан, — а ехать туда дней восемь… До этого заражение происходило в течение пары суток, если по дороге кто-то из нас еще заболеет, велика вероятность, что мы просто не доберемся, тогда наши соседи останутся в безопасности.

— Многообещающе для нас, — подавленно посмотрела на него Ксюша.

— Зато если никто из нас больше не заболеет, вряд ли через полторы недели мы сможем заразить кого-то! — Степа отошел от окна, — так куда денем наших гостей?

Ответа на его вопрос не последовало. Ксюша вместе со Светой остались в комнате. Мужчины, силы которых уже тоже были на исходе, вышли, и до женщин донеслись сдавленные крики и глухие звуки ударов. Ксения так и сидела, глядя себе под ноги, её саму испугала мысль, которая пронеслась в голове, что она ни только не испытывает жалости к связанному и избитому человеку, которого сейчас тащили скорее всего в исследовательский комплекс, но и согласна с Юрой, в том, чтобы избавить оставшихся в живых работников станции от его здесь присутствия. И в её мозгу и душе не было внутренней борьбы. Каждая клетка её тела желала смерти этому чудовищу…

Девушка тряхнула головой, которая раскалывалась от ломоты, начиная от основания шеи и заканчивая висками. Больше всего сейчас ей хотелось потерять память, чтобы навсегда забыть выражение Сережиного лица, когда он упал на пол с пробитой пулей грудной клеткой, но оно снова и снова всплывала перед глазами.

— Хочу лечь на кровать, уснуть и проснуться дома, рядом с сестрой… — вдруг заговорила Ксюша, она говорила это не Свете, а словно сама себе, — чтобы все было страшным кошмаром, начиная с момента знакомства с Игорем и заканчивая моим приездом сюда… Чтобы ничего этого не было на самом деле, чтобы не было боли, не было страха. Теперь я бы радовалась тому, что имею, семье и своему ресторану, не искала бы удовлетворения в открытии новых, материальной достаточности…

Но говоря это, девушка осеклась, ведь если бы всего этого не было, она бы не прилетела сюда, не узнала Илью, Свету, а главное никогда бы не узнала Руслана… Она замерла, смотря перед собой и одновременно ничего не видя, словно пьяная, словно одержимая… И начала рыдать… Света села рядом с Ксюшей, пыталась обнять её, шептала какие-то бессвязные слова утешения, которые были бессмысленны, бесполезны. Девушка плакала так, что все ее тело сотрясалось крупной дрожью, громкие всхлипы прерывались стонами и вскриками. Женщина сама сидела рядом и не могла не плакать, ощущая внутри всю ту же боль, что и Ксюша, единственным отличием для неё было отсутствие сжигающего изнутри чувства вины за смерть Ильи и Серёжи.

Организм девушки не выдержал таких испытаний, она сама не заметила, как затихла и уснула, продолжив вздрагивать во сне, чем принесла облегчение Свете, сердце которой разрывалось от Ксюшиных криков.

Часть пятая

Руслан сидел на краю дивана, глядя в звездное небо. Впервые за долгое время на улице стемнело, хоть и ненадолго. Ксения спала позади него, нервно вздрагивая во сне. Света вместе с Юрой легли в соседней комнате. Игоря вместе с его охранником связали и оставили в том помещении исследовательского комплекса, где несколько дней назад погиб Паша. Было слышно, как тихо по коридору прошел Степа вместе с пилотом самолета, а потом хлопнула дверь в душевую. И все… Больше на станции никого не было… Руслан вместе с Юрой вынесли тела Ильи и Серёжи на улицу и оставили там, где уже давно занесенное снегом лежало тело Артема… У каждого здания станции и за её пределами витали призраки смерти. Артём, Олег, Коля, Паша, Серёжа, Илья…

Руслан смотрел на ночной пейзаж, не моргая, до такой боли в глазах, что они начали слезиться. Пальцами он со всей силы надавил на веки, желая сделать себе еще больнее, чтобы хоть как-то справиться с душившим его отчаянием. Смерть Серёжи подкосила его гораздо сильнее прочих. Этот парень стал для него чем-то большим, чем просто ученик или напарник, который всегда смотрел на Руслана с восхищением, желая стать таким, как он. А теперь он лежал на морозе, уже окоченевший и заметаемый снегом. Мужчина сам не знал, как ему хватило выдержки не свернуть шею Игорю голыми руками. Он сжал руку, костяшки пальцев которой все были в кровавых ссадинах от ударов по мерзкой роже.

Вдруг Руслан ощутил, как нежные руки коснулись его плеч, он повернул назад голову и увидел, что Ксюша проснулась и села прямо за ним, обняв и прижавшись к его спине. Она ничего не говорила, просто мягко проводила ладонями по его волосам, по шее, по плечам. Тогда он обернулся и заключил её в объятия, одним движением пересадив к себе на колени. Девушка хотела поцеловать его губы, но увидела покрасневшие глаза и испугалась:

— Твои глаза…

— Это не болезнь, не бойся, — шепотом успокоил он её и начал целовать с таким желанием, словно взахлеб, словно стараясь раствориться в ней, пытаясь забыть обо всем вокруг хоть на какие‑то мгновения. Ксения руками взялась за его лицо, не желая отстраняться ни на сантиметр, не давая ему перевести дыхание. Вся комната наполнилась той нежной страстью, которая исходила от них обоих. Они покрывали поцелуями тела друг друга, не останавливаясь, не давая передохнуть, доводя до изнеможения. Тихие стоны перекликались с всхлипами и тяжелым дыханием. Они были друг для друга лекарством, пытающимся исцелить тело и душу, наполняя их живительной силой, позволяющей справиться со всем, что уже пришлось пережить и что только предстоит… Бешено колотящиеся сердца стучали в унисон, каждое движение отдавалось экстазом в их телах, превращая в единое целое, не существовало никого и ничего вокруг, только они… они одни во всей вселенной…

Ксения пыталась перевести дыхание, лежа в объятиях Руслана и проводя ладонью по его влажной спине. Она даже не пыталась осознать, что произошло, это все было, словно продолжением сна, и ей не хотелось, чтобы он кончался. Не хотелось вспоминать, что было до того, как она заснула и думать, что будет после. Словно в тон её мыслям мужчина прошептал:

— Все будет хорошо…

Мучительная головная боль, словно от сильного похмелья, заставила Ксению проснуться, но мешала открыть глаза. Руслана уже не было рядом, вокруг царила мертвая тишина, впрочем, как и всегда в последние дни. Уходя, Руслан задернул шторы, поэтому девушка лежала в темноте и гадала, приснилось ли ей произошедшее прошлой ночью или было на самом деле. Она усилием воли заставила себя разомкнуть веки и в полумраке комнаты осмотрела свое тело, оно выглядело так, словно её избивало несколько человек. Ощущения были примерно такими же.

На тумбочке около дивана лежала записка, написанная ровным, практически каллиграфическим почерком: «Отдыхай и ничего не бойся. Мы с Юрой будем в ангаре.»

Девушка даже не пыталась думать, предполагать дальнейший ход событий, выживут ли они или нет, смогут уехать или нет… Странное спокойствие, смирение перед волей судьбы овладело ею. Пусть случиться то, что им суждено. Нет больше сил переживать, бояться, стремиться и даже надеяться. Единственная эмоция, единственное чувство, на данный момент сохранившееся в её груди, заставляющее биться сердце, было чувством любви к Руслану, чувством чистым, теплым и таким сильным, что заставляло жить дальше.

Прошло два дня, синяки и раны на теле Ксении и Степана практически зажили, и больше никто не заразился. Руслан вместе с Юрой и пилотом самолета, которого звали Семёном, практически сутками пропадали в ангаре, пытаясь привести вездеход в рабочее состояние. Ни Света, ни Ксюша больше не видели Игоря и его охранника, им запретили соваться в исследовательский комплекс, а Степан сам относил им еду и воду.

Последним сообщением, пришедшим на их компьютер, было сообщение о запрете покидать станцию «Надежда» под страхом уголовной ответственности. В том же сообщении значилось, что через неопределенное время, когда опасность заражения станет минимальной, на станцию будет отправлена группа ученых, которые исследуют место выброса воды из озера, осмотрят и досконально обследуют каждого из выживших, и только тогда им разрешено будет вернуться домой. Сколько бы сообщений Светлана не отправляла в вирусологическую лабораторию, ответов от них или кого бы то ни было не приходило, спутниковый телефон молчал, словно про них просто забыли и бросили умирать в этом ледяном аду. Всем уже ни раз в голову приходила мысль, что последний раз продукты им доставляли больше двух недель назад, позавчера должна была быть очередная поставка, но её не было.

Когда сегодня Ксюша варила суп, она осмотрела все запасы продовольствия, которые, слава Богу, до этого момента всегда поставлялись с запасом, но её выводы о том, сколько можно протянуть с имеющимся количеством еды, были не радужными.

Девушка вынесла тарелки с кухни в столовую, там уже за столом сидели Света и Степан.

— А где Сёма? — спросила Ксюша, взглядом окинув помещение.

— Похоже, его сейчас лучше не трогать, — поникшим голосом ответила женщина, а на вопросительный взгляд девушки продолжила, — утром ходил, словно в рот воды набрав, а потом будто его прорвало, начал кричать, что не может больше здесь находиться, хочет к жене, не хочет здесь с нами умирать и прочее…

— Ну… Его можно понять, мы и сами еле держимся, чтобы не рыдать и не кричать — Ксения разлила суп по тарелкам и подвинула к сидящим перед ней, — так, а где он? — Да черт его знает, — раздраженно ответил Степа, — либо в своей комнате бьется головой о стену, либо в ангаре, вчера он там помогал Руслану.

— Он ничего мне не говорит… — Ксения села рядом со Светой, — если нет надежды, что машина сможет завестись, лучше бы сказал сразу, чтобы не было этого мучительного ожидания…

— Поэтому и не говорит, — Света посмотрела в сторону двери, за которой послышались мужские голоса, — чтобы у нас было надежда.

Дверь распахнулась так резко, что девушка невольно вздрогнула.

— У нас получилось! — закричал Юра, прямо в верхней одежде, от которой веяло холодом и сыпался снег, подбегая к Свете и хватая её на руки, — вездеход готов к дороге! Мы можем сваливать из этого Богом забытого места!

Мужчина счастливо закружил Свету по комнате, а она смеялась впервые за много дней. Руслан же, как всегда гораздо менее эмоциональный, подошел к Ксюше.

— Я же говорил, что все будет хорошо, — он присел перед ней на корточки, взял за обе руки и притянул к себе.

— Я в вас не сомневался, — Степа похлопал его по плечу.

Когда эмоциональность момента поутихла, все набросились на еду так, словно только сейчас у них проснулся аппетит, словно заработавший двигатель открыл в них новое дыхание.

— Не хочу портить всем настроение, — первым после долгого молчания и улыбок заговорил Степа, — но куда мы сможем отсюда уехать? Я уверен, что все ближайшие станции предупреждены о возможной эпидемии, все соседи нас и близко не подпустят! И если даже мы сможем вернуться по домам, нас благополучно отправят за решетку за нарушение запрета!

— Мы уедем как можно ближе к побережью… — начал было Руслан, но Юра его перебил.

— К побережью? Ты с ума сошел? Туда ходу практически месяц! Нас 8 человек, это слишком много для того, чтобы жить в крошечном вездеходе такой срок! Да и что делать на побережье?

— Через месяц там нас будет ждать самолет, — уверенно и непоколебимо ответил мужчина, глядя исподлобья на всех, кто сидел за столом, — «вернуться по домам» у нас не получится…

— Что значит не получится? — тихо спросила Ксюша, тревога внутри которой, утихшая на несколько минут, возобладала с новой силой.

— Посмотрите вокруг, — Руслан тоже понизил голос, — кто — нибудь знает сколько времени занимает тот «неопределенный период времени», о котором говорится в последнем присланном нам сообщении? — спрашивая это, он смотрел на Свету, но та лишь отрицательно покачала головой и потупила взгляд.

— На сколько я знаю, обычно карантин при возможности заражения каким — либо тяжелым вирусом занимает максимум 30 дней, — проговорил Степа.

— Так и почему нам не написали, что заберут нас отсюда через 30 дней? — Руслан задал вопрос, который не требовал ответа, вернее все знали ответ, но никто не хотел верить в это, — потому что нас не заберут! — ответил он за всех, — по крайней мере, пока мы еще живы.

Все молчали, понимая, что мужчина прав.

— И что ты предлагаешь? — спросил Юра равнодушным тоном.

— Я уже предложил. Единственный вариант — это уехать и затеряться в любой стране, подальше от России.

— Но как?

— Здесь не сможет сесть ни один из моих самолетов, особенно в это время года, но на побережье нет таких сильных холодов! Я рассчитал, что ровно через 22 дня, если выедем завтра, доберемся до определенной точки, где в назначенный день нас будет ожидать самолет, который доставит нас туда, куда мы скажем. С документами проблем не возникнет, это я возьму на себя. Нам оборвали все каналы связи, но я успел позаботиться об этом еще до того, как обрубился спутниковый телефон, решил подстраховаться.

— Даже не спросив нас? — попытался возмутиться Степа, но Руслан перебил его и спокойно ответил.

— Другого выхода у нас все равно нет. Ксюша, сколько мы могли бы прожить здесь с имеющимися продуктами?

— В восьмером не больше двадцати дней.

— Вот и ответ. Здесь долго не протянем, а вернуться на родину нам не дадут. А не сказал сразу еще и потому что не был уверен, что получится переставить аккум из самолета в вездеход.

Ксения, сидевшая радом с Русланом, взяла его под руку обеими ладонями и положила голову на плечо, а он в ответ легко прижал её к себе.

— Подожди, но в России… У нас же там дома, друзья, родственники! Сёма все кричал сегодня, как сильно хочет вернуться… — Света неуверенно смотрела на лица собравшихся.

— У нас нет выбора, — мягко сказал Юра.

— Руслан прав, — заговорил Степа, — да и я сомневаюсь, что, если бы мы вернулись, дело бы закончилось уголовщиной. Пристрелили бы нас, и дело с концом.

— Я думал об этом, но не хотел говорить при них, — Руслан кивнул на Свету и Ксюшу, лица которых становились все бледнее.

— Что же теперь будет, — словно сама себе проговорила девушка, а Руслан поцеловал ее в макушку и ответил:

— Я тебе уже сказал, все будет хорошо.

Тут дверь открылась, впуская в помещение клубы ледяного пара, Сёма стоял на пороге, весь трясясь от холода, а кожа на его лице и руках сильно покраснела.

— Господи, ты где был? — воскликнула Света, хватая парня за рукав и стаскивая с него куртку. Он подчинился, словно не живой, позволил себя осмотреть и усадить в кресло. Женщина убежала за кремом против обморожений и через несколько секунд вернулась. Только через несколько минут, отогревшись, он смог ответить на вопрос:

— Мне хотелось побыть одному, извел себя совсем, подумал, прогулка на морозе остудит и прочистит мозг…

— Сумасшедший! — повысила голос Света, растирая его руки, — здесь тебе не горнолыжный курорт! Здесь дикая и беспощадная природа! Посмотри вон, как его разукрасило последнее с ней столкновение, — она кивнула на лицо Руслана, на щеке и лбу которого теперь навсегда отпечатались шрамы после обморожений.

Ксения, до этого сидевшая, прижавшись к Руслану, встала:

— Я пойду собирать еду и наведу порядок…

— Нужен ли теперь этот порядок, — себе под нос пробубнил Степа, но все услышали.

— Собирать еду? Куда? — Сёма смотрел то на Свету, то на мужчин, а Ксюша поспешила скрыться в кухне и закрыть за собой дверь, чтобы не видеть и не слышать той реакция, которая может последовать, когда парень узнает, что скорее всего больше никогда не вернется домой.

Но дверь не помогла, уже меньше, чем через минуту, раздались истеричные крики:

— Нет! Это невозможно! Да пошли вы! Я лучше останусь здесь, меня спасут! Меня заберут!

Девушка повернула кран, и шум воды хоть немного заглушил эти вопли. Сама она была так спокойна, словно это происходило не с ней. Она просто старалась не думать, потому что как только в голову приходило, что станет с её сестрой, когда та узнает, что Ксюша пропала, ледяные мурашки пробегали по всему телу.

— Света пошла собирать лекарства в дорогу, — девушка вздрогнула от голоса Руслана позади себя, — я помогу тебе.

— Я слышала крики, — Ксюша выключила воду и с тревогой спросила, — мы же не оставим его здесь?

— Конечно, нет, — вздохнул мужчина, — если потребуется, силой посадим в машину, благо сил много на это не надо…

— Я была внутри вездехода… — проговорила девушка и замолчала, а Руслан недоуменно посмотрел на нее, не понимая, о чем она.

— И? К чему ты? — Там очень мало места… Тесно… Как же мы сможем остаться на такой маленькой территории с … — она не договорила, но Руслан сделал это за нее:

— С твоим муженьком?

— Да. Руслан сел на стул и посмотрел на неё каким-то странным взглядом:

— Это то, о чем я боялся с тобой говорить…

Но Ксения выпалила, не обращая внимания на его осторожный тон:

— Мы оставим его здесь?!

— Не мы… Ты здесь ни при чем! — мужчина попытался смягчить удар, — это мое решение! Только мое! Да, он останется здесь!

— Нет! — воскликнула она.

— Это решение не подлежит обсуждению, — все также мягко ответил Руслан.

— Ты не понял! Я хочу этого! — спокойно заговорила девушка, а он удивленно вскинул бровь, но промолчал, а она продолжила, — так что это и мое решение! Я хочу, чтобы он остался здесь! Чтобы он сгинул в этом аду! Он стольким загубил жизнь, и мне в первую очередь! Это станет концом, достойным его!

Мужчина не сразу нашелся с ответом, он долго и внимательно вглядывался ей в глаза, а когда понял, что она абсолютно серьезно, тихо проговорил:

— Не хотел бы я стать твоим врагом…

Весь оставшийся день Степан, Юрий, Светлана, Руслан и Ксения, последние выжившие из четырнадцати работников полярной станции «Надежда», собирали свои немногочисленные вещи и переносили их в вездеход. Каждый из них, проходя мимо строений, невольно отводил взгляд от нескольких наиболее высоких сугробов около углов домой, которые стали ледяными могилами их коллег, товарищей, друзей…

Было решено отправляться в 10 утра, а в 8 последний раз собраться в столовой на завтрак, как это было раньше на протяжении долгого времени. Сёма весь вечер провел в своей комнате, Света несколько раз заходила в медкабинет, чтоб убедиться, что взяла все, что требовалось. Ксения все время была с ней, понимая, как тяжело женщине, ведь за долгие месяцы жизни здесь, станция стала для неё домом. Мужчины снова и снова проверяли работоспособность вездехода, понимая, что от этого зависят их жизни.

В этот вечер никто не разговаривал, все настолько погрузились в свои переживания и волнения, что на чужие не осталось сил.

Только уже вернувшись в свою комнату Ксюша спросила Руслана:

— Ты правда думаешь, что у нас получится?

— А почему нет, — ответил мужчина, ложась на диван, — я уверен, что все получится!

— Спасибо тебе, — вдруг проговорила девушка, сев рядом с ним.

— За что? — не понял он. — За все! За то, что спасал мне жизнь такое количество раз, что я сбилась со счета! За поддержку! Не знаю, что было бы со мной, если бы не ты… Хотя знаю! Меня б уже просто не было!

— Не преувеличивай! — Руслан приподнялся на локте и провел рукой по её длинным волосам.

— Я серьезно… — Ксюша отстранилась от него, внимательно глядя в глаза, — я не знаю, что произошло в твоей жизни, что привело тебя сюда, но я благодарна судьбе за то, что ты здесь!

— Если бы ты знала, то не благодарила бы…

— Так расскажи мне, любимый…

Руслан сгреб её в охапку и положил рядом с собой, прижав настолько крепко, что девушка не смогла бы двинуться, если бы захотела. Но она не хотела, она лежала спиной к нему и слушала про то, как много лет назад произошла та авария, что навсегда изменила его жизнь. Ксения слушала и понимала, что он не виноват, ей хотелось сказать ему об этом, но она боялась перебить его, а когда он замолчал, то стала молча целовать его руки, его плечи, губы, щеки, глаза… Она целовала его не прекращая, словно хотела хоть немного снять с него тот груз ответственности, который он сам взвалил на себя, как непосильную ношу…

— Как же сильно я тебя люблю, — прошептал мужчина, зарывшись лицом в ее волосы.

В 8 утра в столовой никто не мог произнести не слова, еще сильнее, чем накануне вечером, оставшиеся работники «Надежды» избегали зрительных и словесных контактов, все были настолько измучены физически и морально, что сил не осталось даже на разговоры. Пугающая неизвестность стояла перед ними, не давая думать ни о чем.

— А кто‑нибудь видел Сёму? — спросила вдруг Ксюша, посматривая на часы, которые показывали начало девятого.

— Пойду схожу за ним, — отозвался Юра, — так и знал, что надо было сразу его дождаться…

Все оставшиеся без всякого аппетита, монотонными автоматическими движениями доели кашу, каждый в своих мыслях.

— Сегодня точно убираться нет смысла, — сказала Ксюша, глядя на пустые грязные тарелки и кастрюлю.

— Да, Ксюшенька, ты не думай об этом, — ответила Света.

— Я и не думаю… — соврала девушка. Пустая грязная посуда, постоянная тишина, грусть и страх на лицах окружающих навевали тоску, словно загоняя в состояние оцепенения… Она тряхнула головой, пытаясь избавится от этого щемящего душу ощущения.

Руслан смотрел на Ксению, чувствуя, что после того, как он рассказал ей обо всем, груз на его сердце хоть немного, но стал легче. К тому же мужчина искренне считал себя обязанным ей за то, что она поняла и приняла его прошлое, тот ужас, который произошел с ним, за который он приписал себе вину. Он не мог поверить, что это был просто несчастный случай, кошмарное стечение обстоятельств. И тогда, когда он отправлялся на Южный полюс, он был уверен, что никогда оттуда не вернется. Поэтому происходящее с ним вдвойне противоречило его планам на свою оставшуюся жизнь, не говоря уж о том, что он никак не ожидал, что с ним снова рядом будет любимая женщина, ради которой он снова захочет вернуться к нормально жизни.

— Нет его! — прокричал Юра, ворвавшись в столовую.

— Где его нет? — глупо спросил Степа, вставая со стула.

— Нигде нет! Я обошел оба барака! На улице начинается метель, боюсь, как бы он снова не решил погуляться и не заблудился, как Ксюша 1,5 месяца назад! Идиот!

— Только этого не хватало, — прорычал Руслан, натягивая куртку, — Пойдем его поищем! Здесь ждите!

Последние слова были адресованы Ксении и Светлане, и мужчины практически бегом выбежали из строения.

— Бедный мальчик, — тихо сказала Света, снова опускаясь на стул, — я думала вчера не смогу его успокоить, когда узнал, что не сможет вернуться домой! Недавно женился, кровь молодая, горячая…

— Не хочу даже представлять, — невольно девушка содрогнулась, представив, что бы почувствовала, если бы узнала, что больше не сможет увидеть Руслана.

— У нас нет возможности сильно задерживаться, — в голосе женщины сквозила тревога, — надеюсь, Сему быстро найдут…

— Засунут в машину и привяжут, — в ответ буркнула Ксения, её раздражало, что как только они собирались уехать со станции, происходило что-то, что не давало этого сделать, словно само это место держало их, не давая покинуть его. От этих мыслей стало еще больше не по себе.

Вдруг Света прислушалась:

— Слышишь, голоса?

— Что-то они быстро… — начала говорить девушка, но фразу закончить не успела.

Руслан с Юрой и Степой быстро обошли территорию вокруг бараков. Видимость сильно испортилась из — за начинающейся метели, но на снегу не было даже намека на недавние следы. Единственные следы были оставлены за прошедшие дни и находились внутри станции между постройками.

— Я пойду в ангар, — крикнул Юра, его лицо было замотано шарфом так, что видна была лишь узкая полоска глаз, — вдруг он в вездеходе!

— Давай, — крикнул Руслан. И вдруг его посетила страшная догадка, — нет, подожди! — прокричал он в ответ, — пошли в исследовательский!

Степа недоуменно посмотрел на него из — под окаймленных инеем ресниц и бровей, а Юра тут же подумал о том, что пришло в голову и Руслану.

— Черт! Пошли, пошли!

Около исследовательского комплекса, в одну из комнат которого три дня назад они посадили связанных стальными тросами Игоря и его охранника, мужчины остановились. Руслан достал пистолет, в котором осталось еще две пули после того, как он выстрелил в мужа Ксении, и первым зашел в строение. В сумрачном коридоре слегка подрагивал верхний свет. Мужчины медленно шли друг за другом, не издавая ни звука. Руслан резко распахнул дверь в то помещение, в котором были оставлены пленники, и выставил оружие вперед. Но он тут же его опустил и бросился вперед… Удивлении и растерянность сменялись на лицах Юры и Степы, как только они увидели, что вместо двух связанных мужчин, на полу лицом вниз лежит тело молодого парня.

В два шага Руслан оказался около него, а перевернув на спину, резко отстранился… Сема был мертв… Его глаза и рот широко раскрыты, а на шее намотан тот трос, которым был связан Игорь.

— Идиот… — снова повторил Юра, только теперь это слово вырвалось словно выдох, а лицо его исказилось злобой, — я лично собственными руками выну из них душу!

— Надо было сделать это еще два дня назад! — Степа наклонился, снял перчатку и провел ладонью по лицу парня, закрывая его глаза…

— У нас нет времени для скорби, — сквозь зубы проговорил Руслан, — куда бы они пошли в первую очередь?

— Да черт их знает! Другой дороги отсюда, кроме как на вездеходе, нет! — ответил Юра, со злобой сплюнув прямо на пол.

— Они бы и завести его не смогли! — рявкнул Руслан.

— Значит им нужен ты! А заставить нас взять их с собой они могут только силой…

— Твою мать, — Руслан уже бежал к выходу из здания, — если хоть один волос упадет с её головы…

Ксюша очнулась от боли в затекшей шее. Она никак не могла понять, почему не может дышать, пока не пришла в себя окончательно и не заметила, что находится в вездеходе, а во рту у нее повязка, закрывающая пол лица и перекрывающая воздух. Как она ни старалась избавится от кляпа, крутя головой и помогая себе плечом, у нее не получалось. Девушка попыталась осмотреться. Она лежала на одной из коек, предназначенных для сна внутри машины. Светы нигде не было видно, вокруг тишина. Она попыталась вспомнить, что произошло, но в памяти отпечатался только тот момент, как Игорь со вторым мужчиной влетают в столовую. Это произошло так быстро, что женщины никак не успели защитится. Ксюша не видела, что произошло со Светой, бывший муж так сильно ударил её по лицу, что она моментально потеряла сознание. Девушка не знала, сколько прошло времени, по сильно затекшему тело, можно было сделать вывод, что не мало…

— Очухалась, тварь?! — Ксения не заметила, с какой стороны появился ее муж. Она попыталась дернуться, когда он с силой сжал её плечо и, практически прислонившись к её лбу своим, прошипел, — да как ты посмела думать, что после всего, что я для тебя сделал, ты сможешь оставить меня здесь умирать?! Ты решила, что я тебе позволю?!

Кляп во рту мешал ей ответить. Девушка просто молча смотрела на него исподлобья, но больше в её взгляде не было страха, лишь презрение и усмешка, которую он не мог разглядеть на её губах, замотанных тканью, но прочел в глазах.

Рука Игоря спустилась с её плеча к груди, он сжимал её со всей силы, причиняя адскую боль, но после того, что пришлось ей испытать в недавнем прошлом, она даже не поморщилась, не вздрогнула, не застонала, чем привела его в еще большую ярость.

— Твой дружок сдохнет здесь, прямо на твоих глазах, он будет корчиться в таких муках, какие тебе и не снились! А ты вернешься в подвал моего дома, на ту привязь, с которой тебе удалось сорваться, но теперь я не позволю этому повториться!

И Ксении поняла, что он тронулся рассудком, ведь никто, кроме Руслана не умеет управлять вездеходом, а, если Игорь его убьет, никто, и он в том числе, не может выбраться с «Надежды». Она попыталась вскрикнуть, но ничего, кроме мычания до него не донеслось, и он решил, что она стонет от боли и надавил еще сильнее.

Распахнув дверь в столовую, Руслан первым увидел на полу лежащее тело, но не прошло и секунды, как его увидел и Юра, стоящий позади него… Словно обезумев он бросился к Светлане, упал на пол рядом с ней, поднял на руки… Около ее виска зияла огромная рана от удара чем-то тяжелым, глаза были закрыты.

— Нет! Нет! Нет!!!!!!!! — сначала кричал Юра, а потом стал повторять это все тише и тише, пока не перешел на шепот.

Степа так и остался стоять в дверях, глядя, как Руслан приблизился к женщине, потрогал пульс на руке, потом приложил ладонь к её шее, а потом повернулся и отрицательно покачал головой.

Юра уже ничего этого не видел, слезы застилали его глаза, горловые всхлипы душили, не давая произнести ни слова.

Руслан поднялся и осмотрелся, кроме тела Светы здесь никого не было… Он понимал, что Ксению Игорь вряд ли смог бы убить, он помешался на ней, но вот причинить боль мог однозначно, и неизвестно, выдержит ли это организм девушки…

— Ему конец… — откуда-то издалека донесся до него голос Юры, который опустил тело Светланы на пол и поднялся, — они в ангаре, больше негде!

Метель стала непроглядной, но им не нужны были тросы, чтобы преодолеть расстояние до ангара, они могли бы дойти до туда и с закрытыми глазами. Огромная ролета, была опущена, дверь закрыта. Все трое уже довольно долго находились на улице при пятидесятиградусном морозе, и они уже не чувствовали конечностей, но старались не обращать на это внимания. Руслан только успел достать пистолет, перед входом в ангар, как произошло то, чего он не мог ожидать… Юра переменился в лице, боль, которую он ощущал от потери любимой женщины перешла в животную ярость… Он выхватил оружие у Руслана и, дернув на себя дверь, первым вбежал в помещение.

Руслан не успел дернуть его назад, громкий крик донесся до него через мгновенье… Их ждали. И стоило лишь Юре ступить за порог, как неимоверной силы удар обрушился на него, оружие отлетело в сторону, а мужчина упал на пол.

— Это оказалось проще, чем я мог подумать! Заходите! — Игорь поднял пистолет, как только тот коснулся пола. А его охранник, схватил бессознательное тело Юры за шиворот и с силой толкнул ближе к стене.

Видя направленное на них дуло пистолета, Руслан вошел внутрь, а Степа позади него.

— А я ведь тебя узнал! — заговорил вдруг Игорь, обращаясь к Руслану, — ты тот владелец авиакомпании, который чуть меня не разорил десять лет назад! Хотел я тогда еще тебя убрать, но не пришлось, ты сам отступил! Вот уж не мог представить, что моя благоверная снюхается с таким ничтожеством!

Руслан молча слушал его, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где может быть Ксения.

— Она в машине! — любезно подсказал Игорь, — не бойся, я дам вам попрощаться перед тем, как отправлю тебя на тот свет!

— На тот свет? — голос Руслана был тихим и преувеличенно спокойным, — а как без меня вы отсюда собираетесь выбираться?

— Пилот сказал мне, что вы хотели силой заставить его уехать отсюда вместо того, чтобы просто дождаться, пока вас эвакуируют! Славный был парень! Я пообещал защитить его, если он поможет мне освободиться! Он и помог! В мои планы не входит покидать станцию! Я дождусь спасателей!

Руслан усмехнулся:

— Ну жди! Подохнешь тут от голода и холода! Сомневаюсь, что ты справишься с генератором!

— А знаешь, кто поможет мне скрасить ожидание? — Игорь не обратил внимание на попытку Руслана вывести его из себя и крикнул охраннику, — притащи её сюда!

Здоровенный детина залез в вездеход, а уже через минуту вышел, таща за собой Ксюшу. Руслан выдохнул, увидев, что она жива и на первый взгляд цела.

— Я же сказал, что дам вам попрощаться!

Глаза девушки расширились, когда она увидела, что Степа и Руслан под прицелом, а Юра лежит около стены. Вдруг Игорь сделал шаг в ее сторону, щелкнув ножом. Она вздрогнула, но он только срезал повязку с ее лица. Девушка наконец смогла нормально дышать, и на несколько секунд у нее закружилась голова.

— Не глупи, Игорь! — были её первые слова, — если ты его убьешь, то и сам здесь сгинешь!

— Очень умно! — мужчина схватил её за волосы и, наклонив голову к своему рту, зарычал, — решила променять меня на водилу! На механика! Так смотри, что я с ним сделаю, чтобы не повадно было!

Мужчина развернулся к Руслану, целясь ему прямо в грудь, но Ксения с воплем бросилась на него. Игорь оттолкнул ее так, что она отлетела назад и ударилась затылком о гусеницы вездехода. Раздался выстрел, но Игорь промахнулся, и пуля лишь прошла по касательной, задев лишь бок Руслана. Увидев, что мужчина даже не пошатнулся, а лишь рукой схватился за кровоточащую рану, Игорь сделал два шага вперед, и снова вытянул руку с оружием. Ксения пришла в себя и увидела, как ее муж стоит перед Русланом, готовый выстрелить, и закричала! Но этот крик глубокой душевной боли лишь доставлял Игорю удовольствие и все сильнее разжигал в нем сумасшедшее желание избавится от того, кого предпочла ему жена.

— Ублюдок! — раздался вдруг крик.

Все обернулись и увидели, как Юра, о котором позабыли, медленно встал на одно колено… В ту же секунду он вскочил и бросился бежать прямо на мужчину, который держал пистолет в вытянутой руке. Но ему было все равно! Он знал, что там осталась лишь одна пуля, и если ее не будет, Руслан легко сможет справится с этой мразью… Ему не нужно было обдумывать это… Той, ради которой он жил последние годы, больше не было, и не было ничего, что бы держало его в этой жизни. Юра не почувствовал боли, когда пуля врезалась ему прямо в грудь, по инерции он пролетел вперед уже тогда, когда ноги перестали ему подчиняться, но мозг работал, и его ладони сомкнулись прямо на шее Игоря, который не мог понять, что произошло. Последним, что Юра увидел в своей жизни, было то, как Руслан сорвался с места и наносит удары кулаком прямо по роже той твари, что отняла жизни стольких дорогих ему людей…

Несмотря на жгучую боль от ранения, Руслан не перестал бить, пока от того, что когда-то было подобием человека, не осталось кровавого месива. Невозможно было рассмотреть лица, оно стало сгустком крови, которая текла из носа и из рассеченных бровей.

Степа встал перед охранником, который вдруг развернулся и бросился бежать. Никто даже не стал смотреть, в какую сторону он выскочил, непроглядная метель сделает то, что сделали бы они…

Ксения смотрела на то остервенение, с которым Руслан расправился с Игорем, но не чувствовала жалости или отвращения, только облегчение… Сначала это испугало ее, но она быстро отогнала это ощущение. На полу валялся тот нож, которым муж срезал с нее кляп. Девушка подобрала его и подошла к Руслану, который выпрямился и держался за рану. Она обняла его, прижавшись всем телом, а потом резко наклонилась и всадила тот нож в область сердца тому, что осталось от ее мужа, но тот уже был мертв…

Не прошло и трех часов, как вездеход покинул полярную станцию «Надежда», которая стала ледяной могилой для 11 человек. Ветер завывал, пургой занося тела, вынесенные из строений. Место, бывшее для многих смыслом жизни, умерло. Шесть строений, окаймленные тросами, несколько машин, так и оставшиеся снаружи зданий, море надежд и стремлений, все это оставалось позади.

Ксения с заплаканными глазами сидела рядом с Русланом и смотрела, как он переключал какие-то рычаги управления вездеходом. Она обработала место его ранения, но это была лишь царапина в сравнении с тем, что могло произойти, попади Игорь в цель. Ей до сих пор не верилось, что они смогли покинуть это проклятое место. Смерть Светы стала страшным ударом для нее, но уже не было сил чувствовать эту боль, страдать, плакать, поэтому она просто сидела и смотрела перед собой, стараясь отделаться от любых мыслей. Степан лежал на одной из коек и пытался уснуть, чтобы потом сменить Руслана за рулем.

Руслан протянул руку, нежно погладив Ксению по щеке, а она прильнула к его ладони.

— Все будет хорошо, — тихо сказал он, но он сказал это так, что девушка поверила его словам и невольно улыбнулась, глядя в его глаза, наполненные такой же сильной любовью, которой была наполнена она сама.

— Все будет хорошо, — повторила она…

Эпилог

— Вирусологической лабораторий было подтверждено, что никому из тех, кто находился на полярной станции «Надежда» нельзя покидать её пределы. Опасность распространения вируса может принять глобальные масштабы, — говорил начальник отдела экологической безопасности страны, уверенно глядя перед собой.

— Что ж… — глава совета национальной безопасности сложил руки около рта, словно молился, — это точно, что они покинули станцию?

— Да, со спутника видно, что это вездеход! На нем они смогут доехать куда угодно!

— Гм… — было видно, что это решение дается ему не просто, — мы не можем им этого позволить… — последующие слова уже были произнесены уверенно и тоном, не терпящим возражений, — уничтожить с воздуха! Через полгода станцию законсервировать! Территорию озера объявить опасной для жизни! Исполнить немедленно!

Content

Юлия Бушмарина
Напрасная надежда

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Часть пятая

Эпилог