Алиса Грин

НАСЛЕДНИЦА ДРЕВНИХ МАГОВ

Пролог

— Кендра, забирай ребенка и уходи, — голос умирающего слабел с каждым сказанным словом, — сейчас здесь будут люди Харварда, они не пощадят нашу дочь.

— Алрой, я не могу оставить тебя одного, — молодая женщина смахнула катившиеся из глаз слезы, — мне некуда идти, он везде найдет нас.

— Ты сильная женщина, Кендра, — умирающий из последних сил приподнялся и вырвал торчавшую из плеча стрелу, — сейчас я открою проход в мир людей, там нет магии, поэтому Харвард не сможет найти вас. Оставишь Эстелу у дверей церкви и уйдешь, мы должны спасти дочь любой ценой, она последняя надежда Дамарис.

— Почему я не могу остаться с малышкой?

— Потому что, если Харвард все же выследит тебя, Эстелу он никогда не найдет.

Алрой, перевел дыхание, вытянул вперед руку и прочитал заклинание. В стене образовался сияющий проход, через который должны были пройти его жена и новорожденная дочь.

— Я люблю тебя, Алрой, — Кендра оставила легкий поцелуй на потрескавшихся губах мужа. Она бросила на него последний взгляд, пытаясь, запечатлеть в памяти, любимы черты. Голубые глаза уже закрылись, но Кендра навсегда запомнит их блеск, как и густую, копну шелковистых каштановых прядей.

— Прощай, любовь моя, — прошептали губы короля, прежде, чем он исчез, вслед за женой и дочерью.

Ворвавшиеся в королевские покои захватчики, увидели только окровавленную мантию и брошенную на полу стрелу. Король и королева исчезли вместе с новорожденным ребенком.

— Где они? — закричал темный маг, оглядываясь по сторонам, — Куда подевался ребенок?

— Великий маг, — маленький пухлый человек бросился к ногам Харварда, — в детской нет ребенка, и королева тоже исчезла.

— А где король? — прогремел маг, сверля черными глазами слугу, — Алрой отравлен ядом, его кровь заражена, как он мог уйти?

— Я… не могу… этого знать, — запинаясь, прошептал слуга.

— Встань, Айзек, — Харвард пересек королевские покои и взмахом руки распахнул балконные двери, — принеси мне этого ребенка, живого или мертвого!

— Да, мой господин, но где мне искать младенца? — вставая, поинтересовался Айзек.

— Это уже не мои трудности, — Харвард вышел на балкон, внизу собралась его армия и уцелевший в сражении народ королевства Дамарис.

— Люди Дамарис, — прогремел над толпой голос темного мага, — ваш король покинул этот мир и по праву рождения трон переходит ко мне! Все вы знаете историю королевства и, если последний из Брангенштейнов умрет, наследуют корону Ротмонды. Я, Харвард Ротмонд, провозглашаю себя новым королем Дамарис и с этого дня магия в моем королевстве под запретом! Если кто-то из вас посмеет колдовать, будет сожжен прилюдно на дворцовой площади!

— А как же королева и наследник? — выкрикнул из толпы молодой мужчина.

— Сейчас ты присоединишься к ним! — Харвард направил на мужчину посох, и через секунду на его месте лежала всего лишь горстка пепла, — У кого-то есть еще вопросы? Если нет, расходитесь по домам!

Кендра стояла у крыльца монастырского приюта, оставить новорожденную дочь, было выше ее сил. Материнское сердце разрывалось на части, а что если они больше никогда не увидятся? Крошка не узнает, родительской любви и будет воспитана чужими людьми, но взамен она получит, гораздо большее, — жизнь и безопасность.

Королева поцеловала дочь и надела ей на шею свой кулон, если они когда-нибудь встретятся, она сможет узнать девочку по украшению. Маленькая принцесса, сладко спала, не подозревая, какая ее ждет судьба.

— До свидания, Эстель Браун, — прошептала Кендра. — Пусть твое детство будет счастливым, а жизнь долгой. Когда-нибудь ты станешь Великой королевой, милая. Не держи зла на нас, малышка, всему виной алчность Харварда.

Услышав приближающиеся шаги, королева поставила на крыльцо корзинку и спряталась за дерево. К монастырю направлялась молодая девушка с ребенком на руках, она осмотрелась по сторонам, затем позвонила в звонок. Оставив сверток с малышом на ступенях, девушка быстро скрылась в ночи. Кендра только смогла разглядеть темные волосы и смуглую кожу беглянки. Вскоре на крыльце появилась монахиня, которая забрала детей и захлопнула дверь приюта.

Глава 1

Закрывая офис, Эстель проклинала неудавшийся день. Все сегодня валилось из рук, работа не клеилась, и это выбивало девушку из равновесия. Она хотела провести вечер с подругой, но как назло, телефон сел и позвонить Кимберли не получилось. Лучше бы она согласилась на встречу с английской аристократкой, которой та добивалась вот уже месяц, но Эстель, ссылаясь на занятость, отказывала ей.

Девушка вышла из издательства, перебежала через дорогу и вошла в уютное кафе, куда они всем офисом, обычно ходили на ленч. Сделав свой обычный заказ, она села за столик у окна. Разглядывая, как на город опускаются сумерки, Эстель не заметила подошедшую к ней женщину.

— Могу я поговорить с вами? — спросила незнакомка.

— Я не расположена к беседе, — Эстель бросила на женщину беглый взгляд журналиста, оценив дорогую одежду и безупречный макияж.

— Зато я расположена, тем более, что добиваюсь встречи с вами уже месяц, — она опустилась за столик напротив девушки, — думаю, вы уже догадались, кто я?

— Предполагаю, Карина Стэнли, — неохотно ответила Эстель.

— Да, я леди Стэнли и прилетела из Англии, ради вас, Эстель. Что вы знаете о своих родителях? — перешла сразу к делу Карина, отложив протянутое официанткой меню, — Если можно, принесите то же самое, что заказала мисс Браун.

— Что? — от удивления Эстель потеряла дар речи.

— Ваши родители, что вы о них знаете? — повторила вопрос англичанка.

— Я ничего не знаю о своих родителях, миссис Стэнли, могу показаться вам грубой, но это вас не касается. С какой целью вы интересуетесь моей семьей?

— И все же у вас есть украшение, которое вам досталось от матери, разве я не права? — продолжила Карина, — Неужели вам не интересно, кем была ваша мама?

— Если бы мне было интересно, я бы провела расследование и нашла родителей, но не считаю нужным этого делать. Если люди выбросили меня на улицу, словно ненужную вещь, не позаботившись о том, выживу я или нет, зачем они мне нужны?! — разозлилась Эстель, — Так что уходите и больше никогда не пытайтесь искать со мной встреч.

Карина задела девушку за живое, рана нанесенная родителями никогда не перестанет болеть и она не сможет простить их. Став журналистом, Эстель дала себе слово, что не станет пользоваться служебным положением и разыскивать тех, кто бросил ее у дверей приюта. У нее ничего от них не осталось, кроме имени на клочке бумаги и дорогого кулона, который она сняла еще, будучи ребенком и никогда не надевала с тех пор. Ее семьей были Ким и сестра Анна, настоятельница монастыря, в котором Эстель выросла.

— Ты не знаешь всех обстоятельств, — продолжила Карина, не обращая внимания на гнев девушки.

— Я не хочу ничего знать, — Эстель встала и вышла из-за столика, — рассчитайтесь, прежде, чем уйти и больше никогда не подходите ко мне.

— А если я скажу, что знаю твою мать?

— Мне все равно, вы можете знать, кого угодно.

Эстель вышла из кафе, села в первое попавшиеся такси и отправилась домой, день действительно был неудачным.

Оказавшись в своей квартире, девушка первым делом включила телефон, и тут же ей поступило несколько сообщений. В одном Ким писала, что уже направляется в клуб, во втором прислала адрес, куда приехать, если Эстель все же решиться просвети вечер весело. Самым загадочным было последнее.

«Не верь этой женщине, она предала Дамарис, — прочитала девушка, — если хочешь знать правду, жду тебя завтра вечером в Центральном парке».

— Какой бред! — Эстель удалила сообщение и отправилась спать.

Ее сон был тревожным, она снова видела себя ребенком. Высокий мужчина вел Эстель по темному коридору приюта, крепко держа ее маленькую ручку в своей ладони. Они остановились у дверей спальни для девочек, и мужчина опустился перед ней на одно колено.

— Эстела, — сказал он, — ты больше не должна убегать, — это опасно, дорогая. Ты могла потеряться или даже погибнуть.

— Я хотела найти маму, — прошептала Эстель.

— Малышка, мама сама найдет тебя, — мужчина улыбнулся, — она взрослая женщина и знает, где оставила тебя. А вот если бы ты потерялась сестра Анна и сестра Кетрин, расстроились бы, ты, ведь этого не хочешь, правда?

— Нет, не хочу, — она очень внимательно посмотрела на мужчину, — а ты кто?

— Я твой папа, — он поцеловал Эстель в щеку, — но это секрет, ты должна его хранить и никому не рассказывать, хорошо?

— Да, папа.

— Я всегда буду рядом, малышка и мы обязательно встретимся снова, когда ты немного подрастешь.

— Папа, не уходи, — всхлипнула девочка, но мужчины уже рядом не было, а она лежала в своей кроватке, заботливо укрытая одеялом.

Эстель проснулась, пытаясь вызвать в памяти встречу с отцом. Сколько ей тогда было? Года три-четыре, не больше. Той ночью она сбежала из приюта, чтобы найти свою маму, но стоило ей оказаться за стенами монастыря, как появился отец и вернул ее обратно. А может быть, и не было никакой встречи и все это всего лишь детский сон?

— Нет, это был не сон, — прошептала Эстель, — отец действительно приходил ко мне той ночью.

Она включила светильник и открыла ящик прикроватной тумбочки. Кулон был на своем обычном месте, девушка взяла его в руки и поднесла к лицу, пытаясь рассмотреть, как можно тщательнее. Совершенно обычный кулон, хотя и дорогой, но, ни информации об изготовителе, ни каких бы, то, ни было других надписей, на украшении не оказалось. Эстель покрутила рубин в руках и вернула обратно в ящик, где ему было самое место.

Карина вышла из душа, накинув на плечи шелковый халат. Разговор с Эстель не получился, какие еще привести доводы, чтобы девушка ее выслушала, она не знала, поэтому решила первым же рейсом вернуться в Англию. Карина не видела мужа более месяца, Эдвард должен был уже прилететь из Австралии и настаивал на ее возвращении.

Пройдя в спальню, Карина включила свет и от ужаса замерла на месте. На диване, приняв непринужденную позу, сидел незнакомый мужчина. Она хотела закричать, но мужчина улыбнулся ей, и Карина узнала давно забытые черты.

— Здравствуй, Кендра, — раздался знакомый голос в ее затуманенном сознании, и она погрузилась во тьму.

Придя в себя, Карина обнаружила, что лежит на кровати, видение не рассеялось, над ней склонился ее безвременно погибший муж. Прошло двадцать пять лет и вот он живой и здоровый сидит, рядом с ней, язвительно улыбаясь. Она хотела встать, но он властной рукой, пригвоздил ее к кровати.

— Лежите, мадам, — сказал он, — вы еще слишком слабы и чего доброго, снова грохнетесь в обморок.

— Алрой…  - сдавленно прошептала она.

— Налить вам воды? — спросил Алрой, не отводя от нее стального взгляда.

Карина отрицательно покачала головой, не в силах вымолвить ни слова.

— В таком случае, я жду от вас объяснений, мадам.

— Но… ты умер…

— Как видишь, я достаточно жив, дорогая, — резко ответил он, — и в отличие от тебя, моя ветряная супруга, не женился, будучи в браке.

— Я думала, что ты умер, — повторила она, приподнимаясь на локтях, — как я могла догадаться, что тебе удалось спастись?

— Ты вышла замуж меньше, чем через год, — Алрой притянул ее к себе, — когда я должен был тебе сообщить о своем чудесном исцелении, если ты к тому времени уже ждала ребенка от своего второго мужа?

— Я не знала, что жив! — воскликнула Карина.

— Три месяца, Кендра, прошло всего три месяца! — жестко бросил он ей в лицо.

— Мне надо было как-то выживать в этом мире, — из ее глаз покатились слезы, — я была совсем одна, когда встретила Эдварда. Он предложил мне работу и спас меня от одиночества и нищеты. Я была благодарна ему, и когда он влюбился в меня, не смогла отказать.

Халат Карины распахнулся, раскрыв обнаженную грудь. В пылу своей пламенной речи, она не заметила этого, но Алрой уже давно не слушал ее, залюбовавшись совершенной фигурой. Когда они расстались, она была юной девушкой и вот перед ним роскошная женщина, какой он мечтал ее увидеть в дни былой юности. Его рука невольно накрыла ее грудь, словно оценивая мягкие полушария.

— Нет, — спохватилась Карина, делая попытку отодвинуться, — что ты делаешь?

— Ты моя жена, — Алрой одной рукой прижал ее к своей груди, второй распахнул халат, — или ты забыла об этом?

— Нет, но…  — она не знала, что еще сказать, чтобы он остановился.

— Двоемужество, Кендра, грех в любом мире и ты это прекрасно знаешь, — не дав ей опомниться, Алрой накрыл губы женщины жадным поцелуем.

Дальше все было, как во сне. Карина чувствовала его губы и руки по всему телу, у нее не было сил сопротивляться. Он отбросил в сторону ее халат и стянув с себя одежду, молниеносно оказался между ее раскинутых бедер. Его губы сначала завладели ее роскошной грудью, затем переместились на живот. В это время пальцы Алроя уже исследовали ее промежность. Он погрузил два пальца внутрь нее и задвигал ими, вскоре его губы и язык нашли ее клитор, и Карина вскрикнула от нахлынувшей страсти. Алрой извлек из нее пальцы, раздвинул шире бедра, после чего, одним мощным толчком погрузился в нее на всю длину.

— Нет…  нет…  нет… — стонала Карина, мотая головой из стороны в сторону, пока он не завладел ее губами.

Алрой увеличил темп и через мгновение, Карина забилась в его руках от экстаза, еще несколько движений и она почувствовала, как он изливается в нее.

— Прости… — прошептал он ей на ухо, все еще не выходя из нее.

— Боже, — Карина зашевелилась под ним и почувствовала, как он твердеет внутри нее, — Алрой, мы не можем снова…

— Можем, — ответил он, начиная двигаться.

На этот раз все было медленнее, и она испытывала неописуемый восторг от его прикосновений, выгибаясь навстречу каждому его толчку. Он закинул ее ноги себе на плечи и глубже вошел в нее, продолжая движения, пока она не застонала от очередного оргазма. Алрой перевернул Карину на живот, приподнял ее бедра, снова входя в нее с удивительной нежностью. Его руки гладили ее упругие ягодицы, затем переместились на грудь, сминая и гладя затвердевшие соски. Когда-то давно, ей нравилось, что он брал ее в такой позе, несколько раз, он даже входил в нее сзади, вот и сейчас Карина, кажется, была не против такого вида любви. Алрой раздвинул ее ягодицы и провел по ним членом, Карина выгнулась и застонала, тогда он вошел в нее наполовину длины и замер, давая возможность привыкнуть. Она была узкой, как в годы их отношений и он боялся навредить ей. Когда Карина сама начала под ним двигаться Алрой полностью погрузился в нее, усилив толчки. Его рука нашла ее клитор, он завладел им, доводя Карину до исступления. Придя в себя после оргазма, Карина почувствовала, как Алрой переворачивает ее, раздвигает ей бедра и опускается между ними, несколько мощных толчков и он снова излился в нее.

Они еще полежали немного в постели, затем Алрой взял Карину на руки и отнес в душ, где тщательно смыл с нее все следы их близости.

— Что мы сделали? — спросила она, когда они вернулись в спальню.

— Ты моя жена и я взял то, что принадлежит мне, — ответил он.

— Но я должна вернуться к мужу.

— Ты уже вернулась.

— У нас ребенок, — настаивала на своем Карина.

— У нас тоже, — ответил просто Алрой.

— Кто ты теперь? — спросила она, заглядывая ему в глаза.

— Думаю, ты обо мне слышала, Алрой Колман, — улыбнулся он, — «Колман и Партнеры», которые почти разорили твоего мужа.

— О, Господи… — простонала она.

— Да, можешь начинать молиться, дорогая, — он собрал с пола разбросанную одежду и привел себя в порядок, — не вздумай завтра уехать, потому, что ты нужна мне здесь.

— Эдвард настаивает, чтобы я вернулась домой.

— Мне плевать, — резко ответил Алрой, — завтра мы едем к нашей дочери, пора заканчивать этот спектакль.

Он пригладил ее взъерошенные белокурые локоны и оставил легкий поцелуй на ее приоткрытых влажных губах.

— Скоро увидимся, любовь моя, — прошептал он ей на ухо прежде, чем исчезнуть.

Карина упала на кровать и разрыдалась.

Глава 2

Наконец-то статья была закончена и Эстель с облегчением вздохнула. Первый раз ей работалось так тяжело, но главное она успела сдать материал вовремя. Эстель развалилась в рабочем кресле, наслаждаясь свежеприготовленным кофе. Она не хотела сегодня думать ни о работе, ни о своих родителях, ни о чем таком, что могло испортить ей настроение.

Дверь офиса распахнулась и в нее влетала темноволосая девушка, разговаривая по телефону и одновременно здороваясь с ней.

— Ким, что происходит? — Эстель убрала со стола ноги и отставила недопитый кофе в сторону.

— Минуту, дорогая… Милый, я занята, перезвоню тебе позже, — девушка рухнула в кресло напротив подруги и наконец, убрала телефон.

— Снова выясняешь отношения с Ником?

— Он сам отпустил меня в клуб вчера вечером, — карие глаза Кимберли озорно блеснули, — а сегодня я виновата во всех смертных грехах.

— Сколько раз, я тебе говорила, что ты поступаешь с Ником не красиво? — сдержанно спросила Эстель.

— Прекрати быть такой чопорной, я ничего плохого не сделала, — Ким сняла с шеи фотоаппарат, — а ты почему не приехала вчера и телефон выключила? Мог бы получиться хороший материал.

— У меня батарея села, что за материал? — заинтересовалась Эстель, обходя стол.

— О магии, — пожала плечами Ким, — но ты мне все равно не поверишь.

— Магии не существует, — Эстель улыбнулась.

Что за выдумщица эта Кимберли, порой в ее голове рождаются самые нелепые идеи.

— Ты просто ее не видела, — настаивала на своем Ким.

— А ты значит видела?

— Да, вот посмотри, — Ким протянула фотоаппарат, — я сняла в клубе парня, который умеет незаметно исчезать.

Эстель пролистала фото, но ничего необычного на них не заметила. Красивый парень, не более того. Светлые волосы, зеленые глаза, ямочка на подбородке, возможно, он просто понравился ее подруге, и теперь она ищет оправдание перед Ником.

— В какой момент, я должна понять, что он умеет исчезать? — спросила Эстель, возвращая фотоаппарат.

— Я клянусь тебе, что он вышел из клуба и исчез!

— Ты за ним следила?

— Нет, — возмутилась Ким, — меня попросил Брендон сделать несколько снимков в клубе, ему не хватает материала для разворота, а парень попал в кадр случайно. Потом мы вместе с ним выходили из клуба, и он просто исчез.

— И что ты предлагаешь? — сдалась Эстель.

— Давай поедем вечером в клуб и попробуем проследить за ним, вдруг, он еще вернется.

— Так я и знала, — покачала головой девушка, — Тебе просто нужен предлог, чтобы улизнуть от Ника.

— Вовсе нет, — рассмеялась Ким, — Ник едет с нами.

— Может быть, сходим вместе на ленч? — предложила Эстель.

— Не получится, — ответила Ким, уже у открытой двери, — у тебя, кажется, посетители.

Не успела Эстель вернуться на свое рабочее место, как в офис вошли Меган, Карина и незнакомый мужчина.

Меган, главный редактор «Отражения», непосредственная начальница Эстель, и отказать ей в разговоре с Кариной она не могла. Что не получилось у этой женщины вчера, сегодня она решила получить наверняка.

— Эстель, это леди Карина Стэнли и Алрой Колман, — представила гостей Меган, — они вложили средства в приют для девочек, поговори с ними. Нужна статья о благотворительности.

— Благотворительность, — усмехнулась Эстель, — как я сразу не догадалась.

— Какие-то проблемы? — насторожилась Меган.

— Все в порядке, — Алрой проводил редактора до двери, — спасибо, мисс Томас, дальше мы сами разберемся.

— Что вам нужно? — резко спросила Эстель, когда дверь за Меган закрылась.

— Спроси у мистера Колмана, — ответила Карина.

— Все очень просто, Эстель, — ответил он, — мы твои родители.

Эстель потеряла дар речи, эти двое обеспеченных людей, только что признались, что оставили в приюте ребенка. У них хватило совести сказать об этом своей брошенной дочери.

Разглядывая их лица, Эстель поняла, что мужчина действительно ей знаком, это он был в ее детском сне и разговаривал с ней. Значит, то был не сон, и она на самом деле встречалась с отцом. Из новостей, Эстель знала, что компания «Колман и Партнеры» пытается разорить лорда Стэнли, и видимо не просто так.

— Это все, что вы хотели мне сказать? — спросила Эстель.

— Давайте, присядем и спокойно поговорим, — предложил Алрой.

— Она не хочет с нами разговаривать, разве ты еще не понял? — Карина сделала несколько шагов к двери, но Алрой схватил ее за руку и усадил в кресло.

— Карина сядь, я сказал, и ты Эстель тоже. — Алрой улыбнулся девушке, — Не заставляйте меня повышать и на вас голос, мисс Браун.

— Слушаюсь, папочка, — съязвила Эстель, но все же, опустилась в кресло.

— Эстель, когда ты родилась, нам пришлось оставить тебя, чтобы ты смогла выжить, — начал разговор Алрой, — тебе сложно будет понять, но ты могла погибнуть, останься ты с нами. Я был ранен, поэтому приказал твоей матери спрятать тебя в приюте и спасать свою жизнь. Мне удалось выжить только потому, что хватило сил оказаться на улице Нью-Йорка, откуда меня доставили в госпиталь и вовремя ввели противоядие.

— Но почему вы потом не забрали меня?

— Я не знала, что твой отец выжил, — ответила Карина, — а когда лорд Эдвард сделал мне предложение, вышла за него замуж. Мне удавалось втайне от мужа узнавать о том, как ты растешь, и помогать приюту, но большего я сделать не могла.

— Кто вас преследовал и почему вы не обратились в полицию? — удивилась Эстель.

Алрой подошел к двери и повернул ключ, затем вытянув вперед руку прочитал заклинание, после чего перед взором Эстель появился великолепный дворец.

— Ты не из этого мира Эстель, — ответил он, — в нашем мире нет полиции, но есть магия.

— Так это правда? — только и смогла вымолвить Эстель.

— Харвард Ротмонд напал на наше королевство, — Алрой убрал руку, и видение исчезло, — он воспользовался моим отсутствием и захватил Дамарис. Меня ранили отравленной стрелой, когда я возвращался домой, мы с твоей матерью, как раз хотели объявить о твоем рождении. Три месяца нам удавалась скрывать пол ребенка, чтобы Харвард не подослал к тебе убийц, потому что предсказание гласит, что наследница древних магов изменит мир и уничтожит последнего из рода Ротмондов.

— Но почему это должна была быть я? — Эстель встала, — У вас ведь могли родиться еще дочери?

— Вряд ли Харвард хотел это проверить, — ответила Карина.

— И что теперь? — спросила Эстель, — Если вы думаете, что я хочу бросить карьеру и отправиться неизвестно куда, то вы сильно ошибаетесь. Моя жизнь здесь, в Нью-Йорке и я не хочу ничего менять.

— Меня моя жизнь тоже устраивает, — Карина бросила взгляд на Алроя, — но не твоего отца.

— Я не могу бросить свой народ, — Алрой посмотрел дочери в глаза, — помоги мне освободить Дамарис от Харварда и потом сможешь решить, нужно ли тебе королевство твоих предков.

— Вчера, мне пришло сообщение: «Не верь ей, она предала Дамарис», — Эстель посмотрела на мать, — Я думаю это о вас леди Стэнли.

— Кто его отправил? — спросил Алрой.

— Я удалила сообщение, — ответила девушка, — но мне предложили вечером встретиться в Центральном парке.

— Отлично, я этим займусь, — Алрой взял Карину за руку, — сейчас мы уходим, Эстель, но я очень надеюсь на новую встречу. Весь необходимый материал для статьи тебе отправят на почту, потому что статья это не повод, она нужна для бизнеса.

— Отпусти меня, — Карина отдернула руку, — если наши фотографии попадут в прессу, представь, какой разразится скандал.

— Простите, леди Стэнли, как я мог забыть о вашем положении в обществе.

Алрой подмигнул дочери, и открыл перед Кариной дверь.

— Твое настоящее имя Эстела Мария Изабелла Брангенштейн, — сказал он на прощание, — мы бы никогда не отказались от тебя, если бы, не обстоятельства. Ты наша дочь и мы любим тебя, дорогая. Поверни рубин к солнцу, я знаю, что он у тебя.

После ухода родителей, Эстель закрыла офис и отправилась на поиски Ким. Встреча подруги в клубе со странным парнем, могла быть и не случайной. Что если он из того мира, где люди могут обладать магией? Сегодня ее отец наглядно продемонстрировал ей свои способности.

— Ким, нам надо поговорить, — Эстель схватила подругу за руку и потащила за собой.

— Что происходит?

— Поехали ко мне, здесь не безопасно, только скажем Меган, что занимаемся сбором материала для статьи Колмана.

— Отправим ей сообщение, — отмахнулась Ким, — эта женщина, что приходила сегодня, она твоя мать? Ты ведь знаешь, что я хорошо разбираюсь в лицах, вы похожи с ней и не отрицай это.

— Я и не отрицаю, — подруги вышли из издательства и остановились в поисках такси, — дома поищем в интернете ее более ранние фотографии. Ким, когда ты научишься водить? Стоило мне отправить машину в ремонт, и мы не можем никуда уехать.

— Это риторический вопрос, — улыбнулась девушка.

******

Алрой привез Карину в свою квартиру, она не хотела входить, и только из страха быть замеченной, согласилась проследовать за ним. В любой момент, их могли поймать папарацци, и тогда ей придется объясняться с Эдвардом. Муж звонил ей, не переставая, она не могла больше откладывать отъезд и решила, что завтра первым же рейсом вернется в Англию, вот только, как сказать об этом Алрою?

— Зачем ты привез меня сюда? — спросила она.

— Потому что моя квартира рядом с Центральным парком, — ответил он, — а ты что подумала?

— Ничего, — она бросила сумочку на диван, — как ты найдешь в Центральном парке того, кто написал Эстель сообщение?

— Я не буду никого искать, наша дочь приведет нас к нему.

— Как я сразу не догадалась, — съязвила она, — тогда, что мы здесь делаем?

— Ждем вечера, — он усадил Карину на диван, — я не кусаюсь, успокойся, Кендра.

— Карина, — поправила она Алроя, — я уже привыкла к этому имени.

— Хорошо, Карина, — улыбнулся он, — кофе?

— Нет, спасибо, — она вытащила из сумочки вибрирующий телефон, — это Эдвард и он хочет, чтобы я немедленно вернулась в Лондон.

— Ответь ему.

— Сейчас?

— Карина, не испытывай мое терпение.

— Алло, — ответила она, сняв трубку, — Привет, дорогой…  Я постараюсь все решить и завтра вылечу домой…  До завтра, дорогой, я тоже люблю тебя.

— Ты завтра улетаешь? — не особо удивился Алрой, — Что ж, постараемся справиться без тебя.

— София вернулась из Франции, у меня нет возможности остаться, — попыталась оправдаться Карина.

— Это уже не важно, — Алрой опустился рядом с ней на диван, — Карина…

Его рука потянулась к пуговицам на ее блузке, но Карина остановила его.

— Ты говорил, что в этом мире нет магии и Харвард не найдет нас здесь, так как понимать твой сегодняшний трюк в офисе Эстель? — спросила она.

— Я не солгал, — ответил он, целуя ее шею, — в общепринятом понятии в этом мире нет магии, даже мои силы ограничены здесь.

— Прекрати, Алрой, — Карина отодвинулась, чтобы не дать ему возможность целовать ее, — мы не за этим сюда пришли.

— Что нам мешает заняться любовью, мы же взрослые люди, — он притянул ее к себе, — ты не хочешь меня?

Карина замерла, как она могла не хотеть его, если все эти годы только и мечтала о его руках и губах. Смерть мужа стала для нее страшным ударом, она жила, словно во сне. Если бы не София, она бы давно наложила на себя руки. Алрой же наслаждался свободой вдали от нее, создавал новую империю и не вспоминал о ее существовании, а она оплакивала его в минуты отчаянья, деля постель с нелюбимым мужчиной. Карина научилась жить с Эдвардом и принимать его любовь, но ее сердце было разбито и вот сейчас Алрой снова пытается причинить ей боль.

— Я замужем, Алрой, — напомнила она о своем статусе.

— Ты моя жена, Карина, и мне плевать, что ты там придумала для себя, — он поцеловал ее долгим страстным поцелуем, не обращая внимания на ее слабые протесты.

В дни юности она сходила с ума от его поцелуев. Именно он научил ее той страсти, с которой она впоследствии отдавалась ему. Эдвард же просто брал то, за что заплатил, и его не интересовало, что она испытывает при этом. Карина изголодалась по настоящим эмоциям, и ей хотелось отвечать на ласки любимого мужчины.

— Черт с тобой, Алрой, — она рывком распахнула его рубашку, — если ты меня так сильно хочешь, то получи то, что желаешь.

— Угрожаешь? — усмехнулся он.

— Нет, иду на компромисс.

Карина обняла Алроя за шею и, перекинув через него ногу, уселась к нему на колени. Он откинулся на спинку дивана, придерживая ее за бедра. Юбка Карины задралась, обнажив длинные стройные ноги, на которые тут же переместились его руки. Она сняла с него рубашку, мысленно восхищаясь его тренированным телом. Он превратился в зрелого мужчину, сильного и красивого. И пусть завтра ей будет стыдно перед мужем, но сегодня она хотела не только быть любимой, но и любить.

Карина настолько отдалась опьяняющей страсти, что не заметила, как они разделись и Алрой вошел в нее. Она двигалась на нем, осыпая его шею и плечи поцелуями, наслаждаясь каждым его толчком внутри себя.

— Не так быстро, любовь моя, — услышала она его страстный шепот, — иначе ты рискуешь остаться неудовлетворенной.

Алрой просунул руку между их телами, несколько нажатий на клитор и Карина со стоном упала на его грудь. Он перевернул ее на спину лег сверху, и задвигался в ней, усилив толчки, приближая себя к долгожданной развязке.

— Я люблю тебя, — она погладила его по волосам, — никогда не переставала любить. Ты не представляешь, сколько я пролила слез, думая, что ты умер.

— Самые страшные преграды уже рухнули, любимая, — улыбнулся он, — остальное мы преодолеем вместе.

— Я не хочу уезжать от тебя, но и остаться сейчас тоже не могу.

— Я знаю, — он оставил легкий поцелуй на ее губах, — мы что-нибудь придумаем.

Алрой встал с дивана, подхватил Карину на руки и отнес ее в душ.

Они не спеша оделись, за окном опускались сумерки, пора было отправляться в парк и узнать, кто еще из их мира смог попасть сюда. Почему этот человек считает Карину предательницей и чего он хочет от их дочери.

В свете заходящего солнца Эстель крутила кулон, но ничего не происходило. Отец сказал, что надо повернуть рубин к солнцу, сейчас солнечный свет, как раз проходит через него, тогда почему он не работает? Может быть, ему недостаточно солнечного света?

Эстель и Ким слишком долго просидели в интернете, ища фотографии молодой леди Стэнли, а когда вспомнили про рубин, день уже клонился к закату.

— Завтра попробуешь, — пресекла Ким бесполезные попытки подруги, — нам пора в Центральный парк, а потом, возможно в клуб.

— Почему Колман сказал, что надо повернуть его к свету?

— Спроси у него при встрече, — Ким взяла подругу за руку и направилась к выходу, — если рубин принадлежал ему, значит, он знает о его силе.

— Мне все это кажется дурным сном, — призналась Эстель.

— Мне тоже, — согласилась Ким, — но это реальность, дорогая.

Девушки вышли из квартиры и направились в Центральный парк, который находился всего в паре кварталов от дома Эстель.

Было достаточно прохладно и не многолюдно, мимо них прошли всего несколько человек, не вызывавших особых подозрений.

— Мы ищем непонятно кого, — пожаловалась Ким, плотнее кутаясь в тонкую куртку.

— Этот человек должен сам меня найти, он знал мой номер, чтобы отправить сообщение, а значит, знает меня, — ответила Эстель, оглядываясь по сторонам.

Неожиданно сильная головная боль пронзила ее, в глазах потемнело, и она погрузилась во тьму. Постепенно серый туман начал рассеиваться и перед Эстель возникла темная фигура. Человек наклонил к ней лицо, но она не могла разглядеть его из-за низко опущенного капюшона.

— Ты не избранная, — раздался его голос у нее в голове, — но ты ее дочь. Те же глаза и волосы, та же сила, что у нее, но силы твоего отца в тебе нет. Есть другая… она избранная, приведи меня к ней, и я оставлю тебя.

— Кто вы? — прошептала Эстель.

— Я тот, кто может помочь тебе, но за это ты поможешь мне найти ее.

Видение стало рассеиваться и Эстель увидела склоненные над ней лица родителей и перепуганную Ким.

— Что случилось? — спросил ее Алрой.

— Я не знаю, — Эстель поднялась с помощью отца, растирая пальцами виски.

— Мы шли по парку и разговаривали, вдруг Эстель упала, но перед этим она схватилась за голову, — отозвалась Ким — может быть нужен врач?

— Не нужен, — Эстель подняла на мать глаза, — там был серый туман, я видела темную фигуру и слышала его голос у себя в голове, он сказал, что я твоя дочь, но во мне нет силы отца. Я не избранная, но есть другая и я должна найти ее, чтобы он оставил меня.

— Это Харвард, — Карина повернулась к Алрою и что-то прошептала ему на ухо, после чего он прижал ее к своей груди.

— Ты все правильно сделала, — он оставил легкий поцелуй на губах Карины и подошел к дочери, — тот рубин с тобой?

— Да, — Эстель достала из кармана украшение и протянула отцу, — но он не работает.

— Я знаю, — ответил он, застегивая кулон на шее Карины, — пусть это побудет у твоей матери.

Алрой хотел еще что-то сказать, но его отвлек стремительно приближающийся к ним человек, в руках которого блестел кинжал, и он направлялся к Карине. Инстинктивно Алрой закрыл Карину своим телом, чтобы защитить от нападавшего, хотя, оценив обстановку, не счел молодого человека сильным противником.

— Умри, предательница Дамарис! — крикнул нападавшей, пытаясь прорваться через Алроя.

— Стоять! — Алрой перехватил руку молодого человека и выхватил у него кинжал, — успокойся парень, в этом мире за такие дела можно загреметь в полицию.

— Ваше Величество, — парень во все глаза смотрел на Алроя, — вы живы?!

— Да, я жив, — Алрой похлопал молодого человека по плечу, — а ты как попал сюда?

— Нас всех сейчас заберут в полицию, — раздался голос Кимберли, которая, наконец, пришла в себя от увиденного, — Эстель, это тот парень из клуба, что умеет исчезать.

— Это Эрик Стэнхоум, сын моего друга Филиппа, — Алрой улыбнулся, — как же ты вырос, парень.

— Давайте, поговорим в другой раз, — Эстель взяла Ким за руку, — Ким права, нас всех сейчас арестуют.

— Не арестуют, — Алрой улыбнулся дочери, — предлагаю отправиться ко мне. Сейчас моя квартира, самое безопасное место в этом мире. Покажешь, чему научил тебя отец, Эрик?

Через мгновение все оказались в квартире Алроя. Гости, молча, рассматривали роскошные апартаменты, не зная, с чего начать разговор.

— Расскажи о себе, Эрик, — нарушила молчание Карина — и о нашем доме, почему ты решил, что я предала Дамарис?

— Харвард сказал, что королева убила короля и скрылась с маленькой принцессой, — Эрик покраснел от стыда, — простите Ваше Величество, что усомнился в вашей честности.

— Я не держу зла, — Карина подошла к молодому человеку и обняла его, — я бы никогда не подняла руку на своего мужа.

— Что с королевством? — спросил Алрой.

— Магия под запретом, — глаза парня потемнели от стоящих в них слез, — Харвард казнил отца, сжег его заживо прямо на Городской площади.

— Это же преступление! — возмутилась Эстель, — Что за варварство?!

— Это другой мир, принцесса, — улыбнулся ей Эрик, — вам не понять, пока вы там не окажетесь.

— Что-то уже не очень хочется, — ответила она.

— Когда отца казнили, я решил найти принцессу и покончить с Харвардом, ведь только она может справиться с ним и освободить Дамарис.

— Оригинальный способ о чем-то просить девушку, при этом пытаясь убить ее мать, — Ким тряхнула волосами, — или тебя не учили в твоем мире думать, прежде чем что-то делать?

— Я уже извинился, — Эрик бросил на Ким недовольный взгляд, — что это за девчонка?

— Моя подруга, — ответила Эстель, — мы вместе выросли в приюте и я не позволю ее обижать.

— Алрой, что нам делать? — спросила Карина, — Эстель может быть в опасности, а мне надо вернуться в Лондон хотя бы ненадолго.

— Эрик, ты отвечаешь за Эстель, — Алрой посмотрел на молодого человека, — моя дочь ничего не знает о нашем мире, расскажешь ей все и будешь охранять от Харварда. Карина, ты вернешься в Англию, я сам приеду за тобой, когда придет время. Ты знаешь, что должна сделать первым делом?

— К сожалению, да. — Карина взяла Алроя за руку, — Ты не проводишь меня?

— Эрик, я провожу Карину, а ты забери девушек, встретимся завтра здесь, жду тебя в семь вечера.

В то же мгновение Алрой и Карина исчезли.

— Как это у него, получается? — спросила Ким.

— Вот так, — Эрик щелкнул пальцами, и девушки уже стояли в квартире Эстель.

— Ты мне начинаешь нравиться, — улыбнулась Ким, — а можешь отправить меня к моему парню Нику? Только так, чтобы я его не напугала, например, к его дому.

— Могу, а ты разве не останешься?

— Вам и без меня есть, о чем поговорить, — отмахнулась Кимберли, — Эстель девушка свободная и красивая, я бы на твоем месте не терялась, Эрик.

Не дав, больше сказать Ким ни слова, Эрик выполнил ее просьбу.

— Здорово у тебя это получается, — Эстель опустилась на диван, — что ж, принц из сказки, рассказывай о своем волшебном королевстве.

Алрой сел на кровать, Карина подошла к нему, встала между его расставленных ног и прижала его голову к своей груди. Он выправил ее блузку из юбки, расстегнул пуговицы и поцеловал нежную кожу ее плоского живота. Юбка и трусики Карины упали на пол, после чего губы Алроя опустились ниже, оставляя после себя влажную дорожку из поцелуев.

Карина вдруг оказалась лежащей на кровати, а голова Алроя уже покоилась между ее раскинутых бедер. Она почувствовала его язык внутри себя и запустила пальцы в его волосы. Карина была почти на грани, но Алрой не дал ей кончить, он отстранился от нее, любуясь красивым телом охваченным экстазом.

— Нет…  — простонала Карина, — не останавливайся…

— Немного терпения, малышка, — Алрой снял с нее остатки одежды и разделся сам, — я весь твой, любовь моя.

Он вошел в нее мощным толчком и задвигался в ней, Карина сцепила ноги за его спиной, отвечая ему с неудержимой страстью, пока не почувствовала, как ее накрывает волна оргазма. Алрой дал ей прийти в себя и перевернул на живот, Карина взяла в руку его член и ввела в себя сзади, он сдавленно застонал, осторожно входя в нее.

— Не медли, прошу тебя, — она задвигалась, и Алрой погрузился в нее на всю длину, усилив толчки.

Ни одна женщина в мире не доводила его до такого исступления, только Карина могла подарить ему неописуемый восторг. Даже в дни юности, будучи совсем неопытной она заставляла его кричать от экстаза. Эта страстная и красивая женщина дарила ему всю себя без остатка, и он с ревнивой властностью любил ее.

Алрой вышел из нее, оставляя страстные поцелуи на ее спине и ягодицах, уложил Карину на спину и его губы тут же завладели ее великолепной грудью. Входя в тело Карины в новом порыве страсти, Алрой накрыл ее рот жадным поцелуем, заглушая их громкие стоны. Он двигался в ней с бешеной скоростью, пока они оба в бессилии не прильнули к друг другу.

— Мы все еще живы? — спросила Карина между поцелуями, на которые не успевала отвечать.

— Да, любимая, но я был бы рад умереть вот так, не выходя из тебя, — улыбнулся он.

— Прекрати, я больше не переживу твою смерть, — она прижала его к своей груди, — я слишком сильно люблю тебя.

— И я тебя, — он теснее прижался к ней, — Карина, я безумно, безумно люблю тебя и схожу с ума от мысли, что кто-то, кроме меня будет прикасаться к тебе.

— Не будет, — она погладила его волосы, — я подам на развод, как только приеду в Лондон.

Глава 3

Эстель проснулась в полной темноте. Чьи-то мужские руки ласкали ее обнаженное тело. Она хотела закричать, но губы мужчины закрыли ее рот поцелуем. Ей хотелось оттолкнуть его, но она только шире раскинула бедра, давая возможность длинным пальцам войти в свое тело. Эстель хотелось большего, ласки незнакомца сводили ее с ума, возбуждение нарастало с каждой секундой, но долгожданной развязки не наступало.

— Ты совершенство, принцесса, — услышала она страстный шепот у своего уха, — позволь мне обладать тобой.

— Да… — простонала она, почувствовав, как головка мужского члена проникает в нее.

Неожиданно яркий свет вторгся в затуманенное сознание Эстель, разрушив наваждение. На пороге спальни стоял Эрик, созерцая ее обнаженное тело с раскинутыми в стороны будрами.

— Прости… — молодой человек отвернулся, — ты так стонала…

— Боже… — Эстель вскочила в поисках простыни, прикрывая ногату руками, — что со мной произошло? Это не было сном, я чувствовала его руки на своем теле, и мне хотелось заниматься с ним сексом. Такое животное чувство, словно какое-то наваждение, никогда прежде я не испытывала такого желания.

— Это Харвард, — ответил Эрик, — он решил овладеть тобой.

— Можешь повернуться, — Эстель укуталась в простыню и вернулась в кровать, — зачем ему мной овладевать?

— Есть вторая часть пророчества, в которой последний из рода Ротмондов должен овладеть девственницей из семьи Брангенштейнов, пролив ее кровь на жертвенный алтарь, — Эрик посмотрел девушке в глаза, — ты девственница, Эстель? Если это так, то овладев твоим телом, Харвард убьет, тебя не задумываясь.

— Не совсем, — она закрыла лицо руками, — у меня были отношения, когда я поступила в колледж, но потом устроилась в издательство, навалилось много работы и на личную жизнь времени не осталось.

— Что значит не совсем? — удивился Эрик, — Ты либо девственница, либо нет.

Эстель еще не пришла в себя от пережитого возбуждения, и разговор с Эриком снова взбудоражил ее чувства, она безумно хотела секса. Ей двадцать пять, а в ее жизни только работа и никакого удовольствия.

— Физиологически я считаюсь девственницей, — попыталась объяснить Эстель, — мы планировали пожениться и мой парень, хотел, чтобы я была девственницей в нашу брачную ночь. Мы ласкали друг друга, и я испытывала оргазм, но никогда не думала, что останусь девственницей до двадцати пяти. Боже… как стыдно.

— Не думаю, что Харвард сегодня вернется, — попытался сменить тему Эрик, — постарайся успокоиться и уснуть.

— Никто не знает, что у меня до сих пор не было мужчины, я про физическую сторону отношений, — Эстель подошла к Эрику, — даже Ким я никогда не рассказывала об этом.

— Не волнуйся, твой секрет умрет со мной, — улыбнулся молодой человек.

— Я бы хотела обезопасить себя, но мне стыдно просить тебя об… одолжении.

— Эстель, — Эрик положил руки ей на плечи, — я бы с радостью занялся с тобой любовью, но это было бы не честно, ни по отношению к тебе, ни по отношению к моей невесте.

— Спасибо за честность, — она поцеловала Эрика в щеку и закрыла за ним дверь спальни.

Эстель подошла к огромному зеркалу и отбросила простыню в сторону. Ее тело было стройным и подтянутым, грудь не очень большая, но упругая и женственная. Нет ни одного изъяна на молочно-белой коже и ни одного лишнего килограмма. Почему тогда Эрик не захотел заняться с ней сексом? Она поняла, что дело вовсе не в его невесте, которой, скорее всего не существует совсем.

Единственный мужчина, за последние пять лет оказался в ее постели и ничего не вышло. Эстель хотела, чтобы Харвард вернулся, и если он убьет ее после хорошего секса, так тому и быть, но пусть возьмет ее немедленно.

Не успела Эстель подумать о призрачном любовнике, как за ее спиной возникла, темня фигура. Щелчок длинных пальцев и свет погас, оставляя только небольшой полумрак от света, проникающего сквозь окно. Она больше не боялась его, отдаваясь во власть сильных рук, ласкающих ее возбужденное тело.

— Не бойся меня, — прошептал мужчина, целуя ее шею и плечи, — я не причиню тебе зла.

Одной рукой Харвард ласкал грудь девушки, вторую запустил ей между ног, проверяя, насколько она готова принять его. Эстель закусила нижнюю губу, чтобы сдержать рвущиеся из груди стоны.

Харвард больше не хотел рисковать, он набросил на Эстель свой плащ и они вместе исчезли из ее спальни. Уложив девушку на огромный плоский камень, застеленный белым мехом, и, скинув с себя одежду, мужчина остался обнаженным. Раздвинув ноги Эстель, Харвард начал ласкать ее возбужденным членом, пока она не расслабилась и не поддалась вперед. Он опустил руки на ее бедра и приподняв их, одним резким движением вошел в нее на всю длину. Давая ей привыкнуть к новым ощущениям, Харвард на мгновение замер.

Эстель вскрикнула от внезапно острой боли, пронзившей ее тело, но тут же, почувствовала поднимающуюся волну желания и поддалась вперед. Харвард задвигался в ней, лаская губами ее затвердевшие соски, наслаждаясь ее громкими стонами и податливым телом. Он не припоминал, чтобы хотя бы одна женщина отдавалась ему так самозабвенно. Обычно девушки молчали под ним, боясь издать, лишний стон, но Эстель принимала его со всей своей девственной страстью, доводя до пика возбуждения.

Харвард накрыл губы Эстель жадным поцелуем, усилив толчки внутри нее, несколько резких движений и они оба получили долгожданную разрядку.

Самым большим разочарованием Кимберли было ее знакомство с родителями Ника. Они не принимали Ким и не хотели общаться с ней, считая недостойной своего сына. Она выросла в приюте, а Ник в обеспеченной семье, по мнению его родителей, их разделяла огромная пропасть, преодолеть которую, Кимберли никогда не сможет.

Этот уикенд Ник и Ким должны были, как раз провести в загородном доме родителей Ника, и как этого избежать, девушка придумать не могла.

— Что ты там копаешься? — крикнул ей Ник из гостиной.

— Ник, может быть, не поедем? — с надеждой в голосе, спросила Кимберли, закидывая в дорожную сумку необходимые вещи.

— Мы обещали родителям, — голова молодого человека появилась в дверном проеме.

— Хорошо, поехали, — обреченно вздохнула Ким, — надеюсь, мы вернемся уже завтра вечером.

— На завтра запланирован сюрприз, — карие глаза молодого человека озорно блеснули, — не хмурься, любимая, тебе понравится.

Ник подхватил Ким на руки и закружил по комнате. Он держал ее легко, словно соломинку. Кимберли была маленькой и хрупкой, Ник со своим высоким ростом и огромными бицепсами, казался рядом с ней гигантом.

— Отпусти меня, уронишь! — Кимберли весело рассмеялась, — Что за сюрприз, Ник?

— Узнаешь, — загадочно улыбнулся молодой человек, опуская девушку на пол, — но тебе понравится.

— Тогда в воскресенье, давай вернемся пораньше, мне необходимо поехать в приют с Эстель, чтобы сделать фото, — она отдала дорожную сумку Нику, — Колман заказал у нас статью о благотворительности.

— Ты меня познакомишь с ним?

— С Колманом?

Молодые люди вышли на улицу и направились к машине.

— Да, я бы хотел поговорить с ним о работе, этот парень сколотил свое состояние с нуля и мне интересно, как ему это удалось.

— У тебя есть свое состояние, которое тебе достанется от отца и своя компания, отец уже не раз приглашал тебя работать с ним.

— Нет, Ким, мне не нужно его состояние, — он остановился и посмотрел девушке в глаза, — если я откажусь от помощи родителей и начну свое дело, ты останешься со мной?

— Да, я останусь с тобой, — Ким первый раз, за все время ее отношений с Ником, увидела в нем настоящего мужчину, а не мальчишку.

Если он решил, что построит карьеру без помощи родителей, так тому и быть, она пройдет этот путь вместе с ним. Наконец-то эти снобы, его родители, поймут, что она искренне любит их сына и встречается с ним вовсе не ради денег.

Эстель проснулась отдохнувшей, давно она так крепко не спала. Обычно, даже в выходной ей приходилось вставать достаточно рано. Откинув простыню, девушка обнаружила, что полностью обнажена, а на внутренней поверхности бедер видны кровавые подтеки.

— Так это на самом деле было? — прошептала она, разглядывая абсолютно чистую постель.

Они занимались любовью в каком-то странном месте, в пещере было темно, и горели только факелы на стенах, но это действительно происходило с ней, и она осталась жива. Почему Харвард не убил ее на том алтаре, по словам Эрика, он должен был пролить ее девственную кровь. Но именно это он и сделал, пролил ее кровь, и дело вовсе не в убийстве.

Эстель мысленно посчитала дату последних месячных и все же решила не рисковать, в ее аптечке давно лежали таблетки для такого случая, лучше было их принять немедленно. Еще не хватало забеременеть от мужчины, лица которого она не видела, и при этом у нее был с ним лучший секс, который можно только себе представить.

Внутри Эстель испытывала небольшой дискомфорт, но появись Харвард перед ней сейчас и она бы не задумываясь, отдалась ему еще раз. При мысли о нем, внизу живота заныло, она почувствовала, как возбуждение охватывает ее с новой силой.

Эстель открыла душ и провела рукой по возбужденному телу, вызывая в памяти образ таинственного незнакомца. И вот уже не только ее руки ласкают возбужденную плоть, а длинные мужские пальцы, которые она узнала. Эстель хотела повернуться к нему, но он не позволил ей.

— Не сейчас, моя сладкая, — услышала она вкрадчивый шепот, — еще не пришло время.

Ловкие пальцы мужчины ласкали ее грудь и клитор, доводя до исступления, она почувствовала, как его возбужденная плоть упирается ей в спину. Неожиданно он развернул ее лицом к себе, приподнял за ягодицы и вошел в нее.

Эстель подняла глаза на любовника и поразилась его красоте. Мужчине было чуть за тридцать, не больше. Черные, как смоль волосы и темно-синие глаза делали его потрясающе привлекательным. Какая женщина в здравом уме устоит пред таким красавцем? Возможно, Харвард злодей, но чертовски красивый злодей.

Почувствовав приближение оргазма, Харвард накрыл рот девушки страстным поцелуем, заглушая их безудержные стоны. Несколько толчков и он излился в ее податливое тело.

— Не исчезай, — попросила она, целуя его волевой подбородок.

— Это всего лишь секс, — ответил он, опуская ее на пол.

— Я знаю, но это самый лучший секс в моей жизни, — улыбнулась Эстель.

— Тебе просто не с чем сравнивать, — пожал плечами Харвард.

— Почему ты не убил меня на том алтаре?

— Что?! — мужчина потерял дар речи, от удивления.

— Эрик сказал, что ты должен был пролить мою кровь.

— Я ее и пролил, — Харвард положил руки на ягодицы Эстель и притянул ее ближе, — зачем мне убивать тебя, если ты единственная, кто может снять проклятие и подарить мне наследника. Поверь мне, принцесса, ты тоже не сможешь зачать ни от одного мужчины, кроме меня. Но я могу избавиться от проклятия убив избранную, а вот ты, в таком случае, будешь обречена на одиночество.

— Избранную?

— Твою сестру. Если я ее убью, проклятие для меня потеряет силу, а ты навсегда останешься бесплодной, — объяснил Харвард, — но есть другой путь, тот, что выбрал я.

— С чего ты взял, что у меня не может быть детей от другого мужчины? — усомнилась она.

— В пророчестве говорится, что зачать ты сможешь только от меня, принцесса, как и я не смогу дать ребенка никой другой женщине, кроме тебя, — Харвард усмехнулся, — так что, если избранная решит меня прикончить раньше времени, ты никогда не станешь матерью.

— Я в это не верю, — Эстель покачала головой, — Эрик, считает, что ты хочешь меня убить.

— Эрик сумасшедший фанатик, нашла, кого слушать. Если бы я хотел тебя убить, то уже давно бы это сделал, но ты до сих пор жива.

Харвард набрал в руки гель и начал намыливать девушку, лаская ее нежную кожу и возбуждая в ней ответную страсть. Сколько бы они не занимались любовью, а он хотел ее снова и снова, отчетливо понимая, что дело тут вовсе не в проклятии.

— Прекрати, нас может услышать Эрик, — она смыла с себя остатки пены и выключила воду, — мы должны встретиться в более спокойной обстановке.

— Значит, вечером я заберу тебя, и мы продолжим знакомство, — ответил Харвард прежде, чем исчезнуть.

******

Алрой проводил Карину и вернулся к себе, до прихода Эрика, у него еще было время, чтобы подумать о происходящем. Он чувствовал, как магия проникает в этот мир. Что-то зловещее происходило совсем рядом, но это не было темной силой Харварда.

Он должен уберечь Карину и их дочь, но как это сделать одному, в чужом мире без магии. Одно радовало Алроя, что Карина сейчас далеко и в безопасности. Об Эстель он позаботится сам, не стоит доверять ее Эрику, тем более молодой человек ведет себя слишком подозрительно. Алрой сразу понял, что парень что-то скрывает, хотя и не представляет опасности для Эстель. Но он солгал о своем отце, Алрой знал наверняка, как погиб Филипп и это не был костер на Городской площади. В этом деле ему еще тоже предстояло разобраться.

— Кто же ты? — спросил вслух Алрой, — Кто тебя послал и как мне с тобой поступить?

Звонок в дверь вывел Алроя из задумчивости, он нажал на кнопку домофона, чтобы впустить Эрика в квартиру.

— Ваше Величество, простите, что так рано, но случилось кое-что важное, — начал парень с порога.

— Пожалуйста, зови меня Алрой или мистер Колман, — предупредил Эрика Алрой, — в этом мире я не король, а обычный человек. Так, что там произошло?

— Ночью к вашей дочери приходил Харвард, он хотел…  — молодой человек смутился, — воспользоваться ей. Думаю, дело во второй части пророчества.

— Ты видел книгу пророчеств? — насторожился Алрой.

— Видел, она находится в вашем дворце, — ответил Эрик, — мы с небольшой группой повстанцев проникли в хранилище и прочитали книгу.

— Я никогда не предавал ей особого значения, — Алрой пожал плечами, — каждый человек волен сам распоряжаться своей судьбой и никакая книга не может написать за тебя твою жизнь.

— Харвард видимо думает иначе, он пытался соблазнить Эстель.

— Моя дочь красивая девушка, — улыбнулся Алрой, — но это конечно, не повод отдавать ее Харварду.

— Если бы он воспользовался принцессой, она бы была уже мертва.

Эрик недоуменно смотрел на Алроя. Неужели король не понимает, на что он толкает девушку и готов принести в жертву собственного ребенка? Не таким представлял себе Эрик короля, он думал, они будут вместе бороться за свободу Дамарис, а встретил полное равнодушие со стороны Алроя.

Когда король и королева исчезли, Эрик был еще ребенком, ему исполнилось лет пять или шесть, но он отчетливо помнил доброго и справедливого правителя. Сейчас перед ним стоял человек, совершенно не походивший на его воспоминания. Возможно, новая жизнь настолько понравилась Алрою, что он решил отказаться от своего прошлого.

— Эстель бы не умерла, — ответил Алрой серьезно, — надо было лучше читать пророчество, парень.

— Но там говориться, что Харвард прольет на алтарь кровь девственницы, чтобы снять проклятие!

— Пролить кровь и убить, это разные вещи, Эрик.

— В любом случае, принцесса достойна лучшей участи.

— Моя дочь сама в состоянии решать, что для нее хорошо, а что нет, — закрыл тему Алрой, — но жить в ее доме больше не нужно, если тебе негде остановиться, переезжай ко мне.

— Я живу с другом, — уклончиво ответил Эрик, — сегодня же вернусь домой. Но я хотел бы знать, у Дамарис еще есть король?

— Есть и король и королева, — невозмутимо ответил Алрой, — но мы должны быть очень осторожны, чтобы не потерпеть поражение. Лучше расскажи мне, как погиб твой отец.

— Харвард приговорил его к смерти за колдовство и казнил на Городской площади, — ответил Эрик с болью в голосе.

— Сколько лет тебе тогда было?

— Шестнадцать, с тех пор я один, мать умерла годом раньше, пытаясь родить отцу еще одного ребенка. Они оба погибли, мать и брат.

«Лжешь, — подумал Алрой, — бессовестно лжешь! Но зачем?»

Алрой отлично знал, что Филипп погиб, пытаясь перейти реку вброд. С ним была Пенелопа, фрейлина Карины, она и сообщила Алрою печальную весть. Он встречался с женщиной почти сразу после трагедии, именно она присылала ему все новости из Дамарис.

— Теперь, ты не один, — Алрой похлопал молодого человека по плечу, — и не переживай за судьбу королевства, это мой дом и я верну его.

— Но почему вы раньше не предприняли никаких попыток вернуть себе трон?

— Сначала я долго лечился, мой организм был отравлен ядом, а потом пытался выжить в этом мире, да и что я мог сделать в одиночку?

— Теперь у вас есть сторонники, Ваше… мистер Колман.

— Рад это слышать, — Алрой проводил Эрика до двери, — мы с тобой еще поговорим об этом, а сейчас извини, но у меня встреча с деловыми партнерами. В этом мире я не король и у меня нет выходных, чтобы расслабляться, зато есть вполне земные обязанности.

Глава 4

Карина вернулась в Лондон поздним вечером. Город встретил ее моросящим дождем и густым туманом, она давно привыкла к этой погоде и любила ее. Забрав на парковке автомобиль, Карина отправилась в свой загородный дом, где ждали ее муж и дочь.

Пока она была в Нью-Йорке, все казалось таким простым и понятным, но здесь Карину настигла суровая реальность. Эдвард и София ничего не знали о прошлом, которое было у нее до их появления. Кто поверит в существование магии и королевство, которого нет на карте? По меньшей мере, ее сочтут сумасшедшей.

Всю дорогу Карина размышляла над сложившейся ситуацией и не находила выхода. Как объяснить Эдварду, что у нее вдруг появился еще один муж и взрослая дочь? У нее язык не повернется сказать такое человеку, который любит ее столько лет и считает идеальной женой. Но был еще и Алрой, который скоро начнет требовать поговорить с Эдвардом и рассказать ему правду.

Самым простым решением, был бы развод, она так и хотела поступить, но оказавшись в Лондоне, вся ее смелость словно улетучилась. На помощь Софии рассчитывать не приходилось, она примет сторону отца, как это всегда и происходило в их семье.

Оставив машину водителю, Карина вошла в дом. Ее немного удивила, царившая вокруг тишина, обычно с приездом Софии такое явление было редкостью в их доме.

— Есть кто-нибудь дома? — громко спросила она, проходя в гостиную.

— Леди Стэнли, добрый вечер, дома никого нет, — ответила горничная, вошедшая следом за ней, — лорд Стэнли уехал в клуб, а мисс София сказала, что проведет уикенд с друзьями.

— Замечательно, Сара, — Карина выдавила из себя улыбку, — скажи Люку, пусть отнесет мои чемоданы наверх. Я переоденусь, приму душ и лягу спать, ужинать не буду.

— Я могу быть свободна? — спросила девушка.

— Да, Сара, можешь заняться своими делами.

Карина поднялась по лестнице, направляясь к себе в спальню, проходя мимо комнаты мужа, она услышала странные звуки и подошла ближе. По словам Сары, Эдвард уехал в клуб, поэтому, недолго думая, Карина распахнула дверь. Какого же было ее удивление, когда она увидела Эдварда в постели с обнаженной девушкой, и чем они занимались, сомнений не вызывало.

— Эдвард! — Карина в изумлении остановилась на пороге, держась за ручку двери.

— Карина! — Эдвард оттолкнул от себя девушку и уставился на жену.

— Вот значит, чем ты занимаешься в мое отсутствие, — сдержанно сказала она, — а это я так полагаю мисс Браун.

— Рада встрече, леди Стэнли, — девушка откинула со лба рыжие пряди, даже не пытаясь прикрыться.

— Карина, ты все не так поняла, — Эдвард накинул халат и повернулся к девушке, — Мелиса, будь добра оденься.

— Извините, что помешала, — съязвила Карина, — я сейчас уйду, и вы сможете продолжить.

— Дорогая…  — Эдвард направился к жене, но Карина захлопнула дверь перед его лицом и удалилась.

Вот значит, какой «клуб» посещает ее муж, а она еще терзалась из-за секса с Алроем. Думала, как рассказать Эдварду, что у нее появился другой мужчина, и она связана с ним прочными узами. Но Алрой ее муж, а Эдвард просто изменяет ей с помощницей и судя по всему, не первый раз.

— Господи, — прошептала Карина, — он притащил эту женщину к нам в дом и это накануне моего приезда. Неужели совсем стыд потерял? А если бы вернулась София? Какой позор и какое разочарование в любимом папочке!

Карина вошла в свою комнату и закрыла дверь на ключ. Благо, они пользовались раздельными спальнями, и какое-то время могут не встречаться. Ей необходимо подумать и решить, что делать дальше, ведь она тоже изменила Эдварду, и его измена не снимает вины с нее самой.

******

Харвард провел много времени в подземелье листая книгу пророчеств, но так и не нашел ничего нового. Как не крути, но именно он остался последним в своем роде и это ему суждено принять смерть от дочери правителей Дамарис.

Девушка была избрана убить его и положить конец их династии: «Рожденная в другом мире наследница древних магов, покончит с последним из Ротмондов».

Во второй части говорилось, что если их семьи соединит ребенок, пророчество утратит свою силу. Ребенок от девственницы, кровь которой Ротмонд прольет на священный алтарь, сохранит его жизнь и положит конец многовековой вражде.

— Айзек, — крикнул Харвард слугу, — подойди сюда.

— Да, мой господин.

— Скажи мне, что говорят люди на улицах города?

— О чем, повелитель?

— О пророчестве, ты же ходишь по улицам и слушаешь разговоры, — Харвард захлопнул книгу и направился к выходу.

— Говорят, что скоро вернется принцесса и избавит королевство от тирана, — Айзек поднял факел выше, освещая путь своему господину.

— Принцесса значит, — усмехнулся Харвард, — и каким образом она их избавит от меня?

— Не могу знать, повелитель, — отозвался слуга, — но говорят, принцесса — хранительница древней магии, которая гораздо сильнее вашей.

— Сегодня у меня гостья, — сменил тему Харвард, — пусть принесут ужин в королевские покои и чтобы никто не беспокоил, иначе сам знаешь, что будет. Первого, я уничтожу тебя, Айзек.

— Слушаюсь, мой господин.

Они вышли из подземелья и Айзек погасил факел. Он много лет служил Харварду, но в последнее время не узнавал своего господина. Великий маг выглядел усталым и отрешенным, его волновало больше пророчество, чем дела королевства. Народ со дня на день поднимет восстание, а ему и дела нет. Если дальше не обращать внимания на королевство населенное магами, можно окончить свои дни гораздо раньше, чем сказано в пророчестве.

— Повелитель, — обратился Айзек к Харварду, когда тот сел на трон, — могу я предупредить вас об опасности?

— Я знаю, что маги готовят восстание, — Харвард усмехнулся, — но им не победить меня. Много лет я подавлял магию Дамарис и вряд ли у горстки повстанцев хватит сил, чтобы выстоять в сражении.

— С этим пророчеством, что-то не сходится, мой господин.

— Я знаю, Айзек, но не могу понять, что.

Харвард много лет провел над изучением книги пророчеств, но так и не понял до конца, что зашифровано в ней. Единственное в чем он разобрался, так это в том, что наследниц у Дамарис две, — одна несет в себе смерть его рода, вторая мир их враждующим семьям. Был какой-то ключ, чтобы прочить пророчество до конца, но за двадцать пять лет, Харвард так и не нашел его. Возможно, королева унесла его с собой, когда исчезла с ребенком, но он найдет эту женщину, даже если ему придется перевернуть небо и землю.

******

Ужин с родителями Ника превратился для Кимберли в сущий кошмар, особенно после того, как он сделал ей предложение. Она ответила согласием, чем моментально вызвала гнев его матери. Стефани Бейли терпела Ким в качестве девушки сына, но в качестве своей невестки вряд ли хотела ее видеть.

Слушая бесконечную тираду о нравственности и порядочности, Ким не выдержала. Внутри у нее все кипело, она встала из-за стола, подошла к Стефани, и вылила ей на голову стакан воды.

— А теперь, послушайте вы меня, миссис Бейли, — спокойно сказала она шокированной женщине, — кто вам дал право оскорблять меня? Да, я выросла в приюте при монастыре, меня воспитали монахини и вряд ли их можно назвать безнравственными или распущенными. Не смотря на то, что моя мать меня бросила, я получила хорошее образование и полностью обеспечиваю себя. Деньги вашей семьи меня не интересуют, я искренне люблю вашего сына и выйду за него замуж, даже если вам это не нравится.

— Маленькая дрянь! — Стефани выскочила из-за стола, — Ричард, посмотри, что она со мной сделала, что ты молчишь?

— Дорогая, я бы хотел закончить ужин, вы бы не могли продолжить спор в другом месте? — невозмутимо ответил мужчина, продолжая, есть.

— Ник, я твоя мать! — Стефани бросила на смеющегося сына яростный взгляд.

— Прости мама, но ты сама напросилась, — молодой человек вышел из-за стола, — отец, позволь нам удалиться, мне бы не хотелось, чтобы мама нервничала весь вечер.

— Конечно, Ник, поговорим в другой раз, — улыбнулся Ричард сыну, — поздравляю с помолвкой. А ты Стефани, немедленно вернись к столу и замолчи.

— Всего доброго, мистер Бейли, извините, что испортила вечер, — Кимберли, улыбнулась Ричарду и удалилась вслед за Ником.

Если бы только Ким знала, что задумал Ник, она никогда бы не согласилась на эту поездку. Отец Ника, хотя и сдержанный человек, но вряд ли ему нравится идея с их свадьбой. Это сейчас он промолчал, но неизвестно, что он предпримет завтра.

— Прости меня, — Ник обнял Кимберли и поцеловал, — я не думал, что мама так отреагирует.

— Мы как-нибудь это переживем, — ответила она, улыбаясь, — и ты прости меня, что облила водой твою мать.

— Давай, просто вернемся домой и забудем об этом вечере, — прошептал он ей на ухо, — только не забывай, что теперь ты моя невеста.

******

Эстель приняла душ, и надела длинное облегающее платье, с разрезом на левом бедре, доходящим почти до талии. Вырезы на груди и спине скреплялись тонкими шелковыми шнурками, не давая полностью раскрыть обнаженную грудь. Раньше бы она никогда так не оделась, но сегодня ей хотелось быть дерзкой и сексуальной.

Вместо повседневных мокасин, — туфли на высоком каблуке, а волосы из пучка превратились, в роскошны локоны, стоило их только завить щипцами. Немного блеска для губ и Эстель с трудом узнала свое отражение в зеркале.

Появившейся в ее спальне Харвард, потерял дар речи от такого преображения. Эстель ему нравилась и без одежды, но сейчас перед ним стояла необыкновенная красавица, равной которой не было, ни в одном мире.

— Принцесса, — улыбнулся он, — вы божественно прекрасны, позвольте мне, пригласить вас на ужин.

— С удовольствием поужинаю с вами, — она вложила руку в его ладонь, и через мгновение они стояли в огромном средневековом салоне.

— Добро пожаловать в мое жилище, — Харвард провел Эстель к столу, — позволь предложить тебе национальную кухню Дамарис. Уверен, ты никогда не пробовала ничего подобного.

— Это что-то острое? — спросила она, усаживаясь за стол.

— Это что-то сладкое, — прошептал ей на ухо Харвард, помогая придвинуть стул.

Эстель совсем не хотела, есть, но решила попробовать стоящее перед ней блюдо. Оно действительно оказалось немного сладким. На тарелке лежало мясо с кусочками фруктов, вкус для нее необычный, но достаточно приятный. Раньше она не ела ничего подобного, предпочитая легкие салаты, каши или йогурты. Эстель не считала себя гурманом, поэтому оценить кулинарные изыски местных поваров для нее было сложно.

— Что скажешь? — спросил ее Харвард.

— Действительно сладко, — ответила она, — и твой дом очень впечатляет.

— Это и твой дом тоже, — он обвел взглядом комнату, — мы находимся в королевских покоях, принцесса. Ты родилась в этом замке, и принадлежишь этому миру, как и я.

— Я люблю свой мир, — честно ответила она, — мне нравится моя работа, моя жизнь, мой дом, и я бы не хотела для себя другой судьбы.

— Если бы ты выросла в этом мире, ты бы не знала другой жизни.

— Но я выросла в Нью Йорке.

— И тебя не прельщает возможность быть королевой?

— Нет, — она отпила из бокала немного вина, оказавшегося невероятно вкусным, — Что это за сорт? Никогда не пробовала его раньше.

— Слеза Дракона, из виноградников поместья Ротмондов, технология изготовления хранится только в нашей семье, — он вышел из-за стола, — я хотел бы показать тебе королевскую спальню, если ты не возражаешь.

— Только спальню? — спросила она, протягивая ему руку, чтобы он помог ей подняться.

— А ты бы хотела увидеть все королевство?

— Была такая мысль, — улыбнулась Эстель.

— Только не в этом наряде, — ответил Харвард открывая перед ней смежную дверь, — ты прекрасно выглядишь, но не для нашего мира. Люди здесь одеваются несколько иначе.

Эстель поразилась, насколько королевские покои были огромными, вся ее квартира уместилась бы в одной спальне. Внушительных размеров кровать располагалась у центральной стены, справа несколько окон, плотно закрытые красными портьерами, слева камин с парой кресел и небольшой кофейный столик. На стенах висели расшитые золотом гобелены, а потолок украшала объемная люстра из горного хрусталя.

Она почувствовала, как рука Харварда обняла ее сзади за талию и опустилась в разрез платья, лаская обнаженные бедра. Второй рукой он нашел ее грудь и, прижав Эстель к себе спиной, завладел ее губами.

— У тебя под платьем ничего не надето, — прошептал он в перерывах между поцелуями, — дерзкая девчонка.

— Я хотела тебя удивить, — улыбнулась она.

— Тебе это удалось. — Его рука раздвинула ее бедра, проникнув вовнутрь ее податливого тела, разжигая в ней страсть.

— Это еще не все сюрпризы, — Эстель развернулась к нему лицом и опустилась на колени.

— Что ты задумала? — спросил ее Харвард, почувствовав, как она стягивает с него одежду.

— Тебе понравится, — ответила она, беря в рот возбужденный член, умело лаская его языком и губами.

— Где ты этому научилась? — простонал он, запуская пальцы в ее волосы.

— Как-то писала статью о жрицах любви, — ответила она, продолжая изощренные ласки, — они научили меня нескольким секретам.

Сняв с Харварда остатки одежды, Эстель потянула его на мягкий ковер.

Глава 5

Карина проснулась от головной боли, с мыслью, что наступил самый ужасный день в ее жизни, если не считать той ночи, когда ей пришлось оставить дочь в приюте. Тогда она тоже просыпалась разбитой и больной, с желанием умереть вместе с Алроем. Ей никогда не забыть тяжелые времена до встречи с Эдвардом.

Если бы она решилась рассказать ему правду двадцать пять лет назад, все было бы иначе, но она предпочла молчать, и теперь расплата настигла ее.

Да, Эдвард изменил ей, но это меньшее из того, что предстояло пережить. Карина решилась на откровенный разговор и догадывалась, чем он закончится. Что ж, если муж захочет развестись с ней, так будет лучше для всех.

Надев первое, что попалось под руку, Карина отправилась на поиски мужа. Эдварда она нашла в кабинете, он выглядел уставшим и подавленным, видимо сказалась бессонная ночь. Он думал, что причинил ей боль и терзался от этой мысли, на самом деле, сейчас она разрушит их жизнь.

— Ничего не говори, Эдвард, — сказала Карина, усаживаясь напротив мужа, — просто выслушай меня и попробуй понять, если сможешь. Помнишь, когда мы встретились, я тебе рассказала, что была замужем? Это не вся, правда, у меня был не только муж, но еще и дочь, которую мне пришлось оставить в приюте. Я знаю, как это выглядит, но обстоятельства были таковы, что иного выхода не было. Если бы нас нашли те люди, которые убили моего мужа, они не пощадили бы ни меня, ни ребенка. Когда я была в Нью Йорке, я нашла Эстель, и мы поговорили, но потом… меня нашел ее отец.

— Ее отец? — Эдвард посмотрел на Карину, больше не узнавая в этой красивой женщине свою жену. Что-то в ней изменилось, она стала другой и дело вовсе не в его измене.

— Да, он пришел ко мне в отель, мы разговаривали и…  — Карина подняла на мужа глаза, — я изменила тебе, Эдвард.

— Кто он? — выдержке Эдварда можно было позавидовать, другой бы, наверное, убил ее после таких слов.

— Алрой Колман, — выдохнула она, — он сменил имя, поэтому я не знала, что это мой муж, когда ты о нем рассказывал.

— Теперь понятно, почему он хочет меня разорить, я взял то, что принадлежит ему. — Эдвард подошел к жене, — Мне жаль тебя расстраивать, Карина, но ты не уйдешь к Колману, даже если до сих пор любишь его. Ты мне изменила, и этого уже не исправить, но я тоже не был честен с тобой, заведя интрижку с Мелисой. Мы квиты, дорогая.

— Но…  — Крина не знала, что сказать, она ожидала другой реакции от мужа.

— Не удивляйся, просто так будет лучше, ты моя жена и останешься ей.

— Ты плохо знаешь Колмана, Эдвард.

— А ты плохо знаешь меня, — усмехнулся он, — пока в моих руках то, что Колман жаждет получить больше всего, он мне не страшен. Поэтому забудь о разводе, дорогая, ты его не получишь.

— Отлично, — Карина встала, — но ты уволишь Мелису.

— Я не могу ее уволить. Ты же знаешь, что Мелиса дочь моего друга.

— Замечательная дружба!

Возмущению Карины не было предела, не желая больше ругаться, она развернулась, и направилась к двери. Эдвард догнал ее, схватил за руку и притянул к себе. Никогда еще жена не казалась ему настолько сексуальной, он хотел ее сейчас даже больше, чем в дни их молодости. С распущенными по плечам волосами, она напоминала ему лесную нимфу, перед которой невозможно устоять.

— Карина, ты моя жена, — прошептал он ей на ухо, целуя шею, — я люблю тебя и не позволю, чтобы кто-то отнял тебя у меня.

— Что ты делаешь? — Карина почувствовала, как рука мужа накрыла под блузкой ее обнаженную грудь. Она попыталась оттолкнуть его, но он только крепче прижал ее к себе.

— Даже не думай сбежать от меня, — предупредил он.

— Нет, Эдвард, — она отвернула от него лицо, не давая поцеловать себя, — я не хочу, отпусти меня, прошу тебя. Клянусь, я закричу, и через минуту здесь будут Люк и Сара, ты этого хочешь?

— Я хочу тебя, даже не смотря на то, что ты мне изменила, даже больше, чем раньше.

— Не в этот раз, — Карина, что есть силы, ударила Эдварда коленом между ног, он тут же отпустил ее, согнувшись пополам, — это тебе за молодую любовницу, Эдвард! Или ты думал, что твои измены ничего не значат? Ведь это продолжается не один день, правда? И запомни, пока эта дрянь на тебя работает, в моей постели тебе делать нечего.

Не обращая внимания на страдания мужа, Карина удалилась из кабинета. Кипя праведным гневом, она направилась к себе в комнату, ей хотелось, как можно скорее смыть с себя грязные прикосновения Эдварда. Как он посмел после другой женщины, дотрагиваться до нее? И неужели ему самому не противно прикасаться к ней после другого мужчины? Нет, он хотел не ее, а отомстить Алрою, показать свою власть над ним.

— Алрой, услышь меня, — прошептала она, закрывая дверь своей спальни, — ты мне так нужен сейчас. Я не справлюсь одна, у меня больше нет сил. Я знаю, ты можешь меня слышать, как раньше, когда мы были в Дамарис.

Машинально сбросив одежду, она отправилась в ванную, включила душ и разрыдалась. Вся жизнь в Дамарис пронеслась перед ее глазами. Их любовь с Алроем теперь казалась ей такой далекой, что Карина сомневалась, было ли это на самом деле. Или он никогда не любил ее, раз с такой легкостью отказался. Тогда почему он вернулся в ее жизнь? Или Алрой так же преследует какие-то свои цели, а она всего лишь средство достичь желаемого?

Вода стекала по телу Карины, а она все плакала и плакала, не в силах остановиться. Пока чьи-то руки не обняли ее и не прижали к своей груди.

— Успокойся, малышка, я рядом, — услышала она любимый голос.

— Алрой, — Карина подняла на него заплаканное лицо, — я знала, что ты меня услышишь.

— Я не мог не услышать, — он протянул руку и выключил душ, — посмотри, во что я превратился, спасая тебя от водопада из слез.

— Прости меня, — она снова прижалась к его груди, — я думала, что умру, если ты не придешь.

— Я не позволю тебе умереть, — улыбнулся он, — но для начала давай выйдем из душа и примем более приличный вид. Я не могу разговаривать о серьезных вещах, обнимая обнаженную женщину, которую безумно хочу.

Карина накинула халат и протянула Алрою полотенце. Он снял мокрую одежду, обернул полотенце вокруг бедер и, устроившись на мягком пуфе, усадил Карину к себе на колени.

— А теперь, расскажи мне все по порядку, — он заботливо убрал влажные пряди с ее лица, — Стэнли как-то обидел тебя?

— Нет, но не даст мне развод, даже после того, как я рассказала ему всю правду, — Карина покачала головой, — ничего не получится, Алрой. Эдвард сказал, что мы квиты, он изменял мне со своей помощницей.

— Тебе не нужно его разрешение.

— Ты забываешь о Софии, он может рассказать ей правду.

— Она уже не маленькая девочка, — Алрой заглянул Карине в глаза, — рано или поздно София все равно все узнает.

— Зря я сказала Эдварду, что ты был моим мужем, теперь он будет думать, что имеет против тебя оружие, — она положила голову ему на плечо, — я все испортила.

— Ты ничего не испортила, — он погладил ее по волосам, — если бы ты ему не сказала, это бы сделал я.

— Ты когда-нибудь думал о возвращении в Дамарис? — неожиданно спросила она.

— Думал, но большая часть нашей жизни прошла в этом мире и я уже не знаю, смогу ли я быть королем и хочу ли я им быть.

— Если Эрик попал в этот мир, скоро и Харвард может найти нас, что мы тогда будем делать?

— Он уже нашел нашу дочь, — признался Алрой.

— Значит, выхода у нас нет, — Карина взяла в руки висевший у нее на шее кулон, — пришло время отдать Софии то, что принадлежит ей по праву. Мы оба прекрасно понимаем, что в пророчестве говорится о Софии, а вовсе не об Эстель.

— Ты забыла, что если Эстель родит ребенка от Харварда, пророчество утратит свою силу.

— Я не забыла об этом, — она покачала головой, — прочитать пророчество полностью может только София, когда воспользуется ключом, и мы не сможем узнать, что там написано о ребенке, пока не откроем его.

— Какая она? — спросил Алрой.

— София?.. Она очень похожа на своего отца.

Карина взяла лицо Алроя в свои ладони и поцеловала. Ее поцелуй был одновременно нежный, страстный, и немного соленый от слез. Но, это был самый прекрасный поцелуй, который она когда-либо дарила ему.

******

Харвард встал с кровати, вышел из спальни и вернулся с длинным шелковым платьем и плащом. Это были дорогие вещи ручной работы, расшитые золотом и драгоценными камнями. Никогда прежде, она не видела подобного наряда. Эстель провела рукой по изысканной вышивке, поражаясь мастерству швеи, сама бы она никогда не смогла создать ничего подобного.

— Чей это наряд? — спросила она.

— Это принадлежало моей матери, — ответил он, — но думаю, тебе подойдет, сзади есть шнуровка и платье можно утянуть до нужного размера. Ты же хотела увидеть мой мир, я решил показать его тебе.

— В вашем мире мода совсем не меняется?

— За последние тридцать лет не наблюдал особых изменений, — пожал плечами Харвард, — если не считать того, что женщины теперь ходят в мужских костюмах гораздо чаще.

— Тебе разве не дорого то, что принадлежало твоей матери?

— Она не носила это платье, — он помог Эстель одеться и затянул на спине шнуровку, — в Дамарис есть обычай, если в семье рождается мальчик, мать шьет для будущей жены сына наряд, его хранят до тех пор, пока мужчина не решит вступить в брак.

— А если размер не подойдет невесте? — Эстель посмотрела на себя в зеркало, платье сидело на ней идеально.

— Значит, девушка не подходит, как избранница своему жениху, — он обвил руками ее талию и поцеловал обнаженное плечо, — но ты, кажется, подходишь идеально.

— Это предложение?

— Это констатация факта.

Харвард накину на плечи Эстель плащ и убрал ее волосы под капюшон. Все же девушка слишком походила на свою мать, и кто-то мог узнать в ней Кендру, а этого ему хотелось меньше всего.

— Куда мы отправимся? — спросила она.

— Увидишь.

Через мгновение они оказались у входа в роскошный дворец, который ей уже показывал Алрой с помощью магии. В реальности здание выглядело массивным, но элегантным. Эстель показалось, что к его строительству имеет отношение женщина. Если бы она когда-нибудь решила возвести подобное архитектурное сооружение, оно бы, возможно, выглядело также.

— Это королевский дворец, — пояснил Харвард, — здесь мы с тобой провели ночь.

— Его построила женщина? — решила проверить свою догадку Эстель.

— Да, первой хозяйкой дворца и королевой, — была Дамарис Брангенштейн, ее имя носит наше королевство, — он взял Эстель за руку и подвел к скульптуре женщины, украшающей центр площади, — женихом Дамарис был Харвард Ротмонд, он и увековечил ее для потомков.

— Значит мы родственники?

— Нет, они так и не поженились, но появилась книга пророчеств, в которой говорится, что наши семьи либо воссоединятся, либо мой род исчезнет навсегда, — пояснил он, — из чего следует, что все эти пророчества были написаны королевой Дамарис. С тех пор прошло триста лет, но никто так и не прочитал пророчество полностью, и мы не можем сказать с уверенностью, с чего началась вражда.

— Что мешает вам его прочесть? — удивилась Эстель.

— У книги есть ключ, он передается в вашей семье из поколения в поколение и, сейчас он у твоей матери.

— Значит, пусть моя мать прочитает книгу, — пожала плечами Эстель, — почему бы просто не попросить ее об этом?

— Она не обладает магией, а вот твой отец мог бы, но, к сожалению, он умер.

— Что? — Эстель подняла на Харварда изумленный взгляд.

— Ты не знала? — не менее удивился он.

— Нет, — она покачала головой, — что мой отец мертв, я слышу впервые.

— Если мы прочитаем пророчество полностью, возможно, узнаем, почему Дамарис и Харвард расстались.

— И что нам это даст?

— Мы могли бы прекратить вражду.

— И ты бы вернул моей матери королевство?

— Конечно, нет, но думаю, мы бы договорились.

Эстель улыбнулась, представив гордую Карину в местном одеянии. Ее мать родилась в мире магии, была королевой и жила совершенно другой жизнью. Интересно, хотела бы она вернуться в Дамарис и снова править? Отказаться от мира, в котором провела большую часть своей жизни, и воссоединиться с отцом? Ее отец…  Почему Харвард уверен, что Алрой погиб? У Эстель было много вопросов, но не все она могла задать Харварду. Как не крути, а он враг ее семьи.

Она огляделась по сторонам, они переместились на берег реки, вокруг простирались зеленые луга, а на противоположном берегу виднелся густой лес. Местность напоминала сказочную страну и Эстель невольно залюбовалась ей.

— Невероятная красота, — она посмотрела на Харварда, — я словно попала в сказку.

— Моя страна все же впечатлила тебя? — улыбнулся он.

— Не на столько, чтобы остаться, я привыкла к другой жизни, — она на мгновение задумалась, подбирая слова, — все дело в средствах коммуникации, у вас их нет, а я без этого не смогу. Мне нужен телефон, интернет, электричество и еще много всего, чего нет в вашем мире. Дамарис красивое королевство, но только на одну ночь.

— Покажешь мне свой мир? — спросил он.

— С удовольствием, а теперь давай вернемся, мне хотелось бы попасть домой.

Харвард переместил их обратно во дворец, где Эстель переоделась в свою одежду.

— Готова? — он взял ее за руку.

— Подожди минуту, у меня есть еще один вопрос, — Эстель посмотрела Харварду в глаза, — расскажи мне об Эрике, почему ты казнил его отца?

— Это Эрик тебе сказал? — Харвард даже не удивился, — Я знаю, что он сбежал в ваш мир, чтобы найти наследницу Дамарис и покончить со мной, но я не понимаю для чего, он распускает эти грязные сплетни. Филипп утонул, никто его не казнил. Да, я запретил магию под страхом смерти, и на моих руках есть кровь подданных Дамарис, но не Филиппа. Не верь ему, принцесса, Эрик преследует какую-то свою цель, а ты всего лишь средство к ее достижению.

Эстель ничего не ответила, она и сама подозревала Эрика во лжи. Его поведение, по меньшей мере, выглядело странным, но вслух она этого не сказала. Прежде, чем обвинять его, стоило выяснить причину происходящего, и что-то подсказывало ей, что Эрик далеко не такой замечательный, каким хочет казаться. Он не заботится о людях Дамарис, а просто использует их, чтобы получить власть, но она выведет его на чистую воду.

Глава 6

Выходные пролетели незаметно, и Эстель вернулась к работе. Первым делом она решила собрать как можно больше информации о своих родителях. Если о благотворительной деятельности Карины, и ее семье интернет пестрел заголовками, то об Алрое информации практически не было. Но зато теперь Эстель знала, как выглядит ее сводная сестра София, которая в отличие от нее росла с матерью.

София Стэнли украшала своим гордым профилем многие статьи о бизнесе отца, на каждом фото она стояла рядом с ним. Он брал дочь с собой не только на отдых, но и в деловые поездки, гордясь своей маленькой принцессой, как он называл Софию в каждом интервью.

Эстель еще разглядывала фотографии сестры, когда пришла Кимберли и, заглянув через плечо подруги, устремила свой взгляд в монитор ноутбука.

— У твоего отца есть еще одна дочь? — спросила она.

— Это дочь Карины и Эдварда Стэнли, моя сводная сестра, — ответила Эстель.

— Нет, она не может быть дочерью, Стэнли, — Ким увеличила фотографию, — посмотри на ее глаза и волосы, она же почти копия Колмана. Стэнли рыжий, а Карина блондинка, как ты. Волосы твоей сестры каштановые, глаза голубые… и посмотри на ее профиль, точно такой же, как у Алроя. Могу с уверенностью сказать, что София Стэнли твоя родная сестра, а вовсе не сводная.

— Хочешь сказать, что моя мать избавилась от меня и оставила ее? — неожиданно разозлилась София, — хороша мамочка! И Колман, ничем не лучше! Они просто выкинули меня, как бездомную собаку!

— Возможно, она была уже беременна, когда познакомилась с лордом Стэнли и не знала об этом, — попыталась успокоить подругу Ким, — почему ты так злишься? Я думала тебя, вполне устраивает твоя жизнь, и ты не хочешь ничего менять. Но ты устраиваешь истерику на пустом месте, а ведь я шла поделиться с тобой вот этим.

Кимберли протянула руку, на ее безымянном пальце, сверкал роскошный бриллиант. Ким пришла рассказать о помолвке, а она устроила перед ней сцену. Эстель стало стыдно, что сорвалась, ведь она никогда не была злой или завистливой.

— Прости меня, дорогая, — она обняла подругу, — поздравляю тебя, кольцо потрясающее. Я так рада за тебя и Ника, а как приняли новость его родители?

— Думаю, ненавидят меня, мы поссорились, и я вылила воду на голову миссис Бейли, но давай не будем об этом. Предлагаю посмотреть, как живет твоя семья, — Ким села за компьютер и нашла инстаграм Софии Стэнли, — профиль у нее не закрыт. Смотри сколько снимков с отцом и почти ничего с матерью. Ты не находишь это странным?

— Папина дочка, — прочитала Эстель в описании фото, — интересно, он знает, что она не его дочь?

— Не знаю, все возможно,… но взгляни сюда, — Ким указала на одну из фотографий, — сзади за Софией парень, никого не напоминает тебе?

— Эрик…  — Эстель сохранила фото на компьютер и приблизила, — он следил не только за мной, но и за Софией.

— Мы должны выяснить его мотивы, — Ким опытным взглядом разглядывала снимок, — и он не один, видишь девушку рядом, думаю, они пара. Качество не очень хорошее, но она держит его за руку.

— Ты тоже не веришь в такие совпадения?

— Что один и тот же человек может преследовать и тебя и твою сестру? — девушка покачала головой, — Таких совпадений не бывает, Элли.

— Он пришел из своего мира не просто так, и уж точно не для того, чтобы вернуть Алрою королевство, — Эстель посмотрела на подругу, — мы должны найти Эрика и выяснить чего он хочет, поймаем мерзавца с поличным.

— Может быть, Эрик мечтает занять место короля? — предположила Ким.

— Мы могли бы поговорить с Алроем, он знал семью Эрика, — Эстель распечатала снимок, — покажу ему фото, вдруг, он узнает и девушку.

******

Карина ждала дочь в ее комнате. Ей хотелось, как можно скорее покончить с этой историей и больше не иметь никаких тайн от Софии. Пусть Эдвард не дает ей развод, зато она будет свободна от него самого. Муж имел на нее влияние, только пока София не знала правду о своем рождении, теперь с этим будет покончено.

— Мамочка! — София вошла в комнату и обняла Карину, — Я так рада тебя видеть! А папа уже уехал?

— Не знаю, дорогая, мы немного повздорили, я не видела его со вчерашнего вечера, — Карина улыбнулась, — как ты провела время?

— Замечательно, — девушка бросила сумку с вещами на кровать, — у тебя что-то срочное или я могу принять душ?

— Срочное? — переспросила Карина, — Нет, это не срочно, но мы решим этот вопрос сейчас.

Карина сняла с шеи кулон, раньше София никогда не видела подобного украшения у матери. Необычный красоты рубин, притягивающий к себе взгляд, словно магнит.

— Что за кулон? — спросила она, — Купила новое украшение?

— Нет, фамильная реликвия, — Карина взяла дочь за руку и подвела к свету, — это принадлежало твоей бабушке.

— Наверное, поэтому он так притягивает меня…

— Правда? — Карина положила кулон дочери на ладонь.

В этот момент солнечный свет заиграл в гранях рубина, и перед Софией возникло лицо женщины. Девушка не отбросила кулон и не испугалась, только вглядывалась в красивые черты незнакомки, как две капли воды, похожей на ее мать. Перед глазами Софии проносились картины из прошлого женщины, она словно смотрела исторический фильм, впитывая в себя ее магию.

— Здравствуй, София, — раздался голос женщины, — вот мы и встретились. Ты мое продолжение, моя надежда и сила. Помнишь, мы уже разговаривали с тобой, когда ты была ребенком? Я приходила в твои сны потому, что ты была особенная девочка. А теперь вспомни, что я тебе рассказывала, дорогая.

— Дамарис… — прошептала девушка, — ты королева Дамарис, моя прабабушка.

— Да, София, — королева улыбнулась, — твоя мама не обладает нашими силами, но ты можешь сделать очень многое для своего народа. Ты знаешь, кто ты?

— Я принцесса София, наследница древней магии.

— Правильно, милая, а этот кулон вернул тебе твои силы, но ты сможешь воспользоваться магией, когда твой отец научит тебя управлять ей.

— Мой отец обладает магией? — удивилась София.

— Твой настоящий отец, — Дамарис посмотрела на Карину, — Кендра познакомит вас.

— Она не знала… — прошептала Карина.

— Она всегда знала… — ответила королева, и ее изображение исчезло.

София сжала кулон в руке и обернулась к матери.

— Как это понимать, мама? — спросила она.

— Ты дочь Алроя, моего первого мужа, короля Дамарис, — Карина поразилась выдержке дочери, и продолжила, — я была беременна тобой, когда познакомилась с Эдвардом. У него не может быть детей, поэтому его устраивало мое положение и то, что я вдова. Вернее… я думала, что вдова, но оказалось, что мой муж выжил и теперь пытается разорить Эдварда, ты слышала о нем много раз.

— Алрой Колман мой отец?

— Да, но я думала, что он погиб в Дамарис, спасая меня и твою сестру от Харварда.

— И где моя сестра сейчас?

— Эстель живет в Нью Йорке, она выросла в приюте.

— Я хочу побыть одна, — София протянула матери кулон, — возьми это.

— Я не могу, он должен принадлежать тебе, — она хотела обнять дочь, но София отстранилась.

— Нет, мама, не подходи ко мне, — девушка вытянула руку, не давая Карине приблизиться, — просто уходи сейчас, я не готова разговаривать с женщиной, которую не знаю. Ты лгала мне больше двадцати лет, все, во что я верила, оказалось ложью!

— Я не знала, что мой муж жив! — воскликнула Карина, — Что я должна была делать, одна в чужом мире? Если бы я не оставила Эстель, не вышла замуж за Эдварда и не улетела в Лондон, ты бы не появилась на свет, а твою сестру убили бы еще в младенчестве!

— Мама…

— Нет, София, ты меня выслушаешь! — Карина взяла дочь за плечи и встряхнула, — Как ты могла подумать, что я специально избавилась от ребенка? Ведь так ты подумала, верно? Но оставь я Эстель, нас бы очень быстро нашли и убили, а защитить меня было некому! Я все потеряла, — дом, ребенка, семью, любимого мужчину, не говоря уже о том, что мне пришлось делить постель с человеком, которого я не любила. Мне было девятнадцать и не прими я предложение Эдварда, ты родилась бы на улице, если бы вообще родилась!

— И что мне теперь с этим делать?

— Жить, как живу с этим я.

Карина отпустила дочь и вышла из комнаты. Больше она ничего не могла сделать, только ждать, когда София осознает свое новое положение. Она понимала ее замешательство, но изменить прошлое невозможно, даже если очень этого захотеть.

Выходя замуж за Алроя, Карина мечтала о большой семье и безмятежном будущем в Дамарис, рядом с любимым мужем. Ее мечтам не суждено было сбыться и став вдовой в юности, она научилась выживать в чужом для нее мире. Дочери никогда не смогут понять той боли, которую она испытала, лишившись всего, что у нее было. Они выросли в другом мире и приобрели другие ценности.

Раньше Карина винила Харварда во всех своих бедах, ненавидела его долгие годы, пока не поняла, что вина лежит не на нем, а на мстительной Дамарис Брангенштейн. Это она создала пророчество и решила их судьбу еще триста лет назад.

Никто в семье Карины не был счастлив со времен ее бабушки. Родители пропали в лесу, когда ей было двенадцать, а через четыре года бабушка, чувствуя свой уход, выдала ее замуж за Алроя. Она любила мужа всем сердцем и любит его до сих пор, пусть даже они никогда не смогут быть вместе. И этого ее дочери тоже никогда не поймут.

******

После совещания с партнерами, Алрой вернулся в свою квартиру. Ему хотелось, как можно скорее попасть в Дамарис и встретится с Пенелопой. Поведение Эрика беспокоило его, что-то с этим парнем было не так. А теперь он еще знает, что король Дамарис выжил и неизвестно, как воспользуется полученной информацией.

Открыв портал, Алрой прошел через него и оказался в хижине на окраине леса. Он мысленно позвал Пенелопу, и через мгновение подруга стояла перед ним. Она бросилась Алрою на шею, обнимая его и плача одновременно.

— Успокойся, дорогая, все хорошо, — Алрой поцеловал мокрые от слез щеки и улыбнулся, — я тоже соскучился, Пени.

— Алрой, почему ты так долго не появлялся? — спросила она, вытирая слезы.

— Потому что это опасно для тебя, ты же знаешь, чем все может закончиться, если Харварду станет известно о наших встречах.

— Но что тебя привело в Дамарис?

— Эрик нашел меня и Кендру, теперь он знает, что я выжил.

Алрой, как можно подробнее рассказал о встрече с Эриком и о том, что молодой человек поведал о смерти родителей.

— Я давно подозревала, что Эрик далеко не тот, за кого себя выдает, — Пенелопа подошла к столу и достала из ящика конверт, — это письмо его отца, мне передала его экономка Филиппа. Всего несколько слов, но теперь я понимаю их смысл.

— «Пени, Селена последняя, вы смотрите не в том направлении», — прочитал Алрой, бросив на подругу удивленный взгляд.

— Селена Хоук, последняя из Ротмондов, а вовсе не Харвард. — Пояснила Пенелопа. — У тебя и Кендры нет сыновей, а Эрик из рода Брангенштейнов по линии матери, теперь понимаешь?

— Джулия и Кендра кузины, как я мог об этом забыть, — прошептал Алрой, — если Эрик женится на Селене, они воссоединят два наших рода, а их ребенок будет наследником Дамарис. Откуда взялась эта девушка?

— У Харварда была сестра-близнец, говорили, она умерла в младенчестве, но на самом деле девочка просто была не от мира сего и мать воспитывала ее втайне от всех, — объяснила Пенелопа, — когда Алекса повзрослела, родила девочку от одного из своих охранников. Здоровье девушки было слабым, и она умерла в возрасте двадцати лет. Селену воспитывал отец, но она всегда знала, кем была ее мать.

— Думаешь, это ускользнуло от Харварда? — удивился Алрой.

— Харвард ничего не знал о судьбе сестры, его мать давно умерла, а эту историю я узнала от кормилицы Алексы, которая жила на землях Филиппа и после его смерти сбежала, потому что боялась Эрика, — объяснила Пенелопа.

Алрой попытался соединить куски головоломки воедино, но у него не получалось полной картины. Самое страшное, что приходило на ум, это то, что Эрик убил своих родителей. Когда он замыслил это злодеяние? Где встретил Селену и как они решились на такой грех? Столько вопросов и ни одного ответа.

— Они должны были, где-то познакомится, у тебя есть какие-нибудь догадки? — спросил Алрой.

— Тут и догадываться не надо, они вместе учились магии. Харвард закрыл Королевскую Академию и единственное место, где Селена и Эрик могли познакомиться — это Эсмир. Там обучались магии и мои дети. — Пенелопа открыла в стене тайник и достала оттуда маленькую миниатюру, — Это отдала мне кормилица сестры Харварда, если Селена, похожа на мать, она выглядит примерно так же.

Алрой посмотрел на изображение девушки, она походила на брата, как две капли воды, только рыжеволосая. Неужели Харвард действительно ничего не знал о ней?

— Я возьму это? — спросил он.

— Да, если тебе нужно, — Пенелопа обняла друга, — нам пора уходить, Алрой. Передай Кендре, что я скучаю по ней, и жду с нетерпением нашей встречи.

— Скоро все изменится, Пени, верь мне.

Алрой поцеловал Пенелопу и прошел через портал. Еще много загадок осталось неразгаданными, но он знал, что на правильном пути, только бы Эрик допустил ошибку. Парень оказался, куда хитрее их всех, разработать такой изощренный план и воплотить его за спиной отца и Харварда. Если бы не кормилица Алексы, Алрой никогда бы не догадался, для чего Эрик разыскивал Эстель и Карину. Постепенно, убирая всех наследников на своем пути, Эрик и Селена прокладывали себе дорогу к трону.

Глава 7

София достаточно быстро смирилась с историей своего рождения. Она могла бы возненавидеть мать, но это не сделает ее дочерью Эдварда. Карина забеременела в первом браке и честно призналась будущему мужу в своем положении. Если это не смутило отца, почему она должна переживать из-за того, что случилось много лет назад?

Ее первой мыслью было, пойти к Эдварду и все рассказать ему, но София никогда не была импульсивным человеком и теперь благодарила судьбу за сдержанность. Не важно, кто дал ей жизнь, главное кого она считает отцом и этого не изменить никому, даже Карине.

София подумала о сестре. Интересно, Эстель знает о ее существовании? Рассказала ли Карина дочери, что она не единственный ребенок? Еще один разговор с матерью не прельщал девушку, и она решила прибегнуть к помощи магии, чтобы увидеть сестру.

— Сейчас узнаем, как это работает, — София надела на шею кулон и заперла дверь на ключ.

Она представила себе образ сестры, чтобы оказаться рядом с ней, но ничего не получилось. Еще несколько попыток оказались такими же четными. Оставалось последнее средство, позвать Алроя и попросить его о помощи.

— Ладно, сдаюсь, Алрой Колман, ты слышишь меня? — сказала она в пустоту.

— Очень хорошо слышу, София, — раздался за ее спиной мужской голос.

— О, Боже! — София обернулась и увидела перед собой высокого привлекательного мужчину.

Сомнений не возникало, — перед ней стоит ее отец.

— Мисс Стэнли, рад встрече, — Алрой улыбнулся, — будем знакомиться?

— А мы разве не знакомы? — София усмехнулась, — Неужели вы думаете, что станете для меня отцом, после того, как хотели разорить мою семью?

— Серьезное заявление, — ответил он, — но справедливое. Что ж, перейдем сразу к делу, полагаю, тебя интересует только магия.

— Не вижу в этом ничего необычного.

— Я тоже, как ни странно, — Алрой на мгновение задумался, — но я никогда никого не обучал, в моем мире мы поступали в Королевскую Академию, где и получали знания. Мой учитель говорил, что магия живет внутри нас, надо почувствовать ее в своем сердце, чтобы разбудить.

— Я хотела познакомиться с сестрой, — призналась София, — но у меня ничего не получилось.

— Потому что ты просто представляла Эстель. — Алрой вытянул вперед руку, перед ними появилось небольшое свечение, постепенно оно становилось все шире и шире, пока в нем не отобразилось королевство Дамарис. — Посмотри сюда, это наш дом, чтобы его увидеть, достаточно почувствовать место, а вот чтобы попасть туда, ты должна прочитать заклинание и открыть портал.

— Заклинание? — удивилась София, — Я думала, они существуют только в сказках.

— Не только, — Алрой опустил руку, и видение исчезло, — Заклинания нужны, чтобы открывать порталы в другие миры. Но чтобы переместиться из одного места в другое в одном мире, портал не нужен, как и заклинание.

— Тогда для чего кулон, если он не обладает магией?

— Кулон служит для связи с королевой Дамарис, и чтобы открыть книгу пророчеств, которую она написала, — объяснил Алрой, — но ты должна быть очень осторожной, София. За этим кулоном охотится слишком много людей, и все они могут пройти в этот мир.

— Если вы мне поможете, мистер Колман, дела пойдут на много быстрее.

— Я попробую. Сосредоточься на чем-то важном, — он взял дочь за руку, — выбери место, где бы ты хотела оказаться, пусть это будет что-то связанное с тобой, где ты чувствуешь себя дома. Теперь подумай об этом месте, но не представляй его отдельно от себя, а так, словно мы уже там. Освободи свой разум и просто почувствуй.

София закрыла глаза и представила квартиру в Париже, там она всегда дома, ее маленький мир, созданный для нее отцом. Пожалуй, это самое особенное место, из всех, что она может почувствовать.

— У меня получилось! — Воскликнула София, открыв глаза.

— Ты быстро учишься, — похвалил ее Алрой.

— Я поняла, как работает магия, теперь можешь научить меня заклинаниям?

— Научу, как только заберем книгу заклинаний в моем мире, а теперь давай вернемся в Лондон.

— Расскажи мне о себе и маме, — попросила София, когда они снова стояли в ее комнате, — ты ее до сих пор любишь?

— Безумно.

Всего одно слово и София поняла, насколько сильны чувства Алроя к Карине. Она любила Эдварда, и ей было больно слышать, с какой любовью мать говорит про другого мужчину. Сейчас, этот мужчина стоял перед ней, и София ясно осознавала всю глубину их чувств.

— Отец тоже любит ее, — наконец сказала она.

— Когда-нибудь ты поймешь нас, — ответил он, — сейчас в тебе говорит обида за человека, который воспитал тебя. Прости, что не был рядом все эти годы, не стал тебе настоящим отцом и не дал того, что должен был. Мне нет оправдания.

— У меня была хорошая жизнь, я не виню тебя.

— Зато я себя виню, потому что не смог сберечь свою семью.

— Вы были счастливы с мамой?

— Мы были молоды, — улыбнулся он, — влюблены, и конечно, счастливы, иначе бы у нас не получилось двух таких замечательных дочерей. Обязательно поговори с Эстель, она тебе понравится, а мне пора вернуться к себе, на сегодня достаточно уроков магии.

Алрой подмигнул дочери, чем вызвал ее улыбку, и исчез так же неожиданно, как появился.

Карина собирала чемодан, мысленно проклиная всех мужчин на свете. Два мужа и два разочарования. Один инсценировал свою смерть, второй закрутил интрижку с молоденькой помощницей у нее под носом. Еще неизвестно, кто из этих двоих поступил хуже. Не лучше ли ей остаться одной и забыть об их существовании?

Прошло двадцать пять лет, Алрой привлекательный мужчина и, несомненно, у него кто-то есть, кроме нее. Вряд ли он вел монашескую жизнь все эти годы. Она вспомнила статьи, которые ей читал Эдвард, когда она еще не знала, кто такой Колман. Слава о его романах, шла впереди него. Наивно думать, что сейчас она единственная женщина в его жизни, вероятно, есть и другие.

— Переезжаешь? — раздался за ее спиной знакомый голос.

— Алрой! — Карина обернулась к нему, — Как ты здесь оказался?

— София меня позвала, — он заключил ее в объятия, — и я не мог не воспользоваться случаем.

— Ты напугал меня. Правда, я как раз думала о тебе, — она отвернулась, чтобы не смотреть ему в глаза, — ты никогда не говорил мне, как ты жил все эти годы. О своих отношениях…

— Я свободен и я это тебе говорил, — он прижал ее к груди, — что ты там себе придумала? Да, в моей жизни были женщины, но они ничего не значат для меня, я всегда любил только тебя, Карина.

— Ты говорил, что не женился, а это не одно и то же. Я сейчас говорю об отношениях между мужчиной и женщиной.

— В данном случае это одно и то же.

Алрой не понимал, что случилось с Кариной, откуда такие перемены? Неужели на нее так повлияла ссора с Эдвардом? Но он не Эдвард. Если бы ему нужна была другая женщина, он бы здесь сейчас не стоял.

— Ты хочешь, чтобы я вернулась к тебе? — неожиданно спросила она, подняв на него глаза.

— Всем сердцем, — он поцеловал ее, — больше всего на свете.

Алрой подхватил Карину на руки и опустил на кровать. Он медленно снимал с нее одежду, покрывая ее тело поцелуями. Алрой хотел, чтобы ее страхи отступили, и она поверила ему. Для него в мире не существовало другой женщины, но Карину терзали сомнения, которые посеял в ней другой мужчина.

— Ты моя жизнь… — шептал он между поцелуями, — мне не нужен никто, кроме тебя, я безумно тебя люблю…

И Карина поверила ему. Ее страхи улетучились, и она отдалась всепоглощающей страсти, которую вызывал в ней Алрой.

Он медленно входил в ее тело, стараясь сдерживать собственные чувства, доставляя удовольствие, прежде всего ей. Она нуждалась в его любви и нежности, в том, чего была лишена долгие годы, проводя ночи в постели с нелюбимым мужчиной. Только осознав это, Алрой понял, насколько глубоко было ранено ее сердце.

— Алрой…  — простонала Карина, отвечая на учащающиеся толчки внутри себя, — не останавливайся…  Прошу тебя…

— И не собирался…  — прошептал он, целуя ее.

Она чувствовала его губы на своей груди…  на шеи…  на плечах…  он все более и более страстно осыпал ее тело поцелуями, сводя с ума и доводя до исступления. Карина выбросила из головы все страхи и сомнения, терзавшие ее, отдаваясь любимому вся без остатка.

Глава 8

Прежде, чем отправится домой, Эстель решила заехать к Алрою, чтобы показать фотографию, распечатанную из инстаграм Софии. Днем ей вернули машину, и она наконец-то, могла свободно передвигаться по городу.

Эстель несколько раз набрала номер отца, его телефон не отвечал. Решив разобраться на месте, девушка подъехала к его дому. Она вышла из машины, на улице уже темнело, но Эстель хорошо знала район, поэтому сразу направилась к входу.

Девушке показалось, что ее кто-то преследует, несколько раз оглянувшись, Эстель никого не обнаружила позади себя. Она нажала номер квартиры и в этот момент почувствовала резкую боль в затылке, после чего провалилась в темноту.

— Надеюсь, ты не убил ее? — раздался рядом с ней женский голос.

Голова ужасно болела, в ушах стоял какой-то шум, но она попыталась сосредоточиться на голосах, продолжая неподвижно лежать.

— Она дышит, — ответил мужчина.

Эрик… пронеслось у нее в голове, Эстель не перепутала бы этот голос ни с каким другим. Ее похитили и куда-то привезли, не зря она подозревала Эрика в темных делах, жаль только не успела поговорить с отцом.

— Мерзкий негодяй! — Эстель открыла глаза, пытаясь приподняться, но почувствовав резкую боль, рухнула на подушки.

— Я предупреждал тебя, чтобы ты не путалась с Харвардом, — беззаботно ответил Эрик, — ты не захотела меня услышать и поплатилась за собственную глупость.

— Возможно, она уже беременна от него, — девушка склонилась над ней, и Эстель увидела лицо с фотографии. Несомненно, это подруга Эрика, с которой они следили за Софией.

— Не твоего ума дело, — Эстель посмотрела в карие глаза, пылающие ненавистью, — кто ты такая, чтобы я разговаривала с тобой?

— Тебе бы хотелось знать, кто я? — усмехнулась незнакомка, — Так как ты все равно никогда отсюда не выйдешь живой, я отвечу тебе. Я Селена Ротмонд, последняя в своем роде. Наивный дядюшка Харвард думает, что это он наследник Дамарис, как же он ошибается. Захотел объединить два враждующих рода, чтобы укрепить свою власть, но вы проиграли, потому что скоро его постигнет та, же участь, что и тебя.

— Селена, оставь ее, — Эрик взял подругу за руку, — мы еще не закончили в ее мире, нам пора уходить.

— Ты идиот, Эрик, — Эстель все же удалось приподняться с кровати, — Харвард найдет тебя и убьет.

— Как убил твоего отца? — Эрик расхохотался, — Если бы не мой отец, Харвард бы никогда не получил Дамарис, но это была временная мера, пора ему попрощаться с троном и присоединиться к тебе, дорогая.

— Куда вы меня привезли?

— В надежное место, — ответила Селена, — и заметь, достаточно комфортное, но сбежать даже не пытайся, не получится. Через эти стены тебя не услышит ни твой отец, ни Харвард.

После ухода Эрика и Селены, Эстель попыталась встать. Голова немного болела, но не кружилась, значит, сотрясения нет. Она осмотрелась по сторонам. Ее заперли в достаточно хорошо обставленной комнате, в ней не было окон, но стены напоминали королевский замок. Повсюду горели свечи, ярко освещая пространство, похитители позаботились о ней, не оставив в полной темноте, что весьма радовало.

— Харвард, я в твоем мире, — прошептала Эстель, — услышь меня.

******

Карина убедила Алроя, что сама прилетит в Нью Йорк ближайшим рейсом. Ей не хотелось вызывать лишних подозрений своим внезапным исчезновением. Алрой долго сопротивлялся, но все же, согласился с ней. В этом мире люди не перемещались из одного места в другое, используя магические силы.

Его терзало предчувствие чего-то нехорошего, он не хотел оставлять Карину наедине с Эдвардом, и не признать ее правоту, тоже не мог. К сожалению, она жила не одна, ей придется сообщить мужу о своем отъезде. Они не успели поговорить о смерти Филиппа, а он так хотел поделиться с Кариной своими опасениями. В Дамарис, Алрой многое обсуждал с ней, спрашивая совета. И попав в этот мир, больше всего скучал, именно по их тихим семейным разговорам.

Оглядываясь на прожитые годы, Алрой винил себя, что не пришел к Карине раньше, не рассказал правду, не предложил свою помощь. Они могли бы вместе воспитывать дочерей, ей бы не пришлось выходить замуж за Эдварда и жить вдали от него. Он сам лишил себя счастья, быть рядом с любимой женщиной, и в этом ему нет оправдания.

Погрузившись в воспоминания, Алрой не заметил, как пролетело время, а Карина так и не позвонила. Набрав ее номер, он услышал длинные гудки, трубку Карина не снимала, что встревожило его еще больше. Недолго думая Алрой переместился в ее комнату, где нашел только собранные чемоданы.

— Где твоя мать? — спросил он Софию, бесцеремонно появившись в комнате дочери.

— Не знаю, — насторожилась девушка, — мы с ней виделись только днем, разве ее нет дома?

— Нет, она хотела сегодня вылететь в Нью Йорк, но так и не перезвонила мне.

— Может быть, папа что-то знает, — София набрала номер отца, он не отвечал, сбрасывая ее звонки, — странно… он всегда брал трубку с моего номера…

Через минуту она получила от Эдварда смс, на которое смотрела глазами полными слез, не зная, как реагировать, но и прочитать это вслух не осмелилась.

— «Скажи спасибо, своей шлюхе — матери и не звони мне больше!» — прочитал Алрой на дисплее.

Он обнял Софию и прижал к груди. Она любила отца, защищала, и получить такой ответ не ожидала. Если бы Алрой мог, он убил бы Эдварда на месте.

— За что? — прошептала София всхлипывая.

— Я не знаю, дорогая, — он погладил дочь по волосам, — когда-нибудь он объяснит свое поведение.

— Нет, мне не нужны его объяснения, я хочу уехать из этого дома, но сначала мы найдем маму, — София вытерла мокрые от слез щеки, — есть какие-нибудь догадки?

— Мы отправимся в Дамарис, — он взял Софию за плечи, — но ты должна кое-что запомнить. Магия в королевстве под запретом Харварда, появиться открыто мы там не сможем, и если меня не будет рядом, ты должна будешь сама защитить себя.

— Я не понимаю…

— Твоя сила в тебе, София, если потребуется отразить удар, воспользуйся магией. — Он взял руку дочери в свою ладонь. — Сконцентрируйся, представь, что держишь светящийся шар, он продолжение тебя, твое оружие против врага, в нем заключена вся твоя сила. Не сомневайся в себе, поверь в то, кем ты являешься.

София собралась, отрицать свое происхождение бессмысленно, она действительно обладает магией. Это не сон и не сказка, ее мать похитили, и если она не поверит в свои силы, не сможет помочь Карине. Больше ее ничто не связывало с Эдвардом, он ей не отец, и никогда не был им. София наследница Древней Магии, в ее жилах течет особенная кровь. Нет смысла сожалеть о том, что минуло, надо идти вперед и посмотреть правде в глаза. Эдвард терпел ее только ради Карины и наследства двоюродной бабки, пришло время выбирать свой собственный путь. Она слишком долго жила, жизнью отца, стараясь делать только то, что нравится ему, теперь с этим покончено.

— Молодец, София, — услышала она голос Алроя и открыла глаза.

На ладони София держала светящийся шар цвета индиго. Внутренний голос подстрекал ее бросить шар в стену и выплеснуть ненависть на Эдварда, разрушив его дом, но разум оказался сильнее. София интуитивно сжала ладонь и шар исчез.

— Как бы я хотела разнести здесь все на мелкие кусочки, — сказала она с сожалением.

— Эдвард сам себя наказал, лишившись такой чудесной дочери, забудь о нем, ненависть не лучший советчик.

Алрой взял Софию за руку, прочитал заклинание, и они вместе прошли через портал.

Глава 9

Мысли Харварда все чаще и чаще обращались к Эстель. Ему это не нравилось, но изменить свое сознание он не мог. Девушка прочно засела в его голове. Конечно, это была не любовь, но если так и дальше пойдет, неизвестно, чем закончится. Харвард считал себя неуязвимым, любовь же делает людей слабыми, чего он не мог себе позволить.

Народ Дамарис ненавидел его, считая захватчиком, но люди не знали всей правды о том дне, когда погиб их любимый король. Он бы не захватил трон, не будь у него могущественного союзника, остававшегося в тени.

— Айзек! — крикнул Харвард слугу.

— Да, повелитель, — Айзек вошел в тронный зал и поклонился.

— Ты не знаешь, что стало с Пенелопой Гранде?

— После смерти мужа она жила какое-то время в Королевской Академии, после чего переехала в свое поместье, — ответил Айзек, — с тех пор о ней никто не слышал.

— Она была подругой Кендры, — вспомнил Харвард, — когда королева сбежала, Пенелопа сблизилась с Филиппом. Вместе они пытались возглавить восстание и свергнуть меня, но неожиданно Филипп утонул, ты не находишь это странным, Айзек?

— Они переходили реку вброд, Стэнхоум оступился и упал в воду, что тут странного, мой господин?

— Странно, что он переходил реку с Пенелопой, словно, ему нужен был свидетель его гибели. — Харвард никогда не доверял Филиппу, но раньше не предавал особого значения его смерти, — Эрик обвинил меня в казни отца, зачем?

— Вам бы поговорить об этом с Эриком, повелитель.

— Эрик сбежал, но Пенелопа здесь и я допрошу ее о смерти Филиппа.

Не размышляя больше ни секунды, Харвард переместился к дому Пенелопы, он постучал в дверь несколько раз, прежде, чем на пороге появилась хозяйка поместья.

— Что тебе? — спросила Пенелопа, вместо приветствия.

— Добрый день, миссис Гранде, — улыбнулся ей Харвард, — у меня есть к вам несколько вопросов.

— Боюсь, у меня нет ответов для вероломного захватчика и убийцы, — Пенелопа попыталась закрыть дверь, но Харвард не позволил ей этого сделать.

— Просто ответь мне, что стало с Филиппом, твоим другом, и я уйду.

— Он упал в реку, было сильное течение, и он утонул, — ответила она, — но зачем тебе это?

— А его тело?

— Унесла река, мы его не нашли, — Пенелопа внимательно посмотрела на Харварда, — что за интерес к смерти врага?

— Врага ли…  — ответил Харвард и исчез в черной дымке.

Пенелопа закрыла дверь и повернулась к Алрою.

— Ты слышала, что сказал Харвард? — спросил он.

— Да, но это ложь, Филипп не имел ничего общего с убийцей своего друга!

— Я уже не понимаю, кто тут друг, а кто враг.

— Давай вернемся к твоей дочери, — предложила Пенелопа, — попробую обучить ее нескольким заклинаниям, пока ты ищешь Кендру. Я доверяла Филиппу, он никогда не был предателем, чего я не могу сказать о его сыне. И ты забываешь о записке, которую он оставил.

— Да, была еще записка, — Алрой улыбнулся, — но ты права, вернемся к Софии, это сейчас на много важнее.

Оставив Софию с Пенелопой, Алрой переместился в поместье Филиппа. Его облик скрывал длинный плащ, но этого не потребовалось, дом выглядел заброшенным, и вряд ли кто-то в нем до сих пор жил.

Пройдя в кабинет Филиппа, Алрой начал выдвигать ящики стола, но ничего стоящего не обнаружил. Он вспомнил о тайнике, в котором Филипп хранил важные бумаги. Тайник находился в столе с двойным дном, открыть его для Алроя труда не составило. Вытряхнув содержимое на ковер, он разглядывал пожелтевшие листы бумаги, датированные временем правления Харварда. Написанное напоминало какой-то отчет или план, разбираться с этим времени не было, и Алрой забрал бумаги с собой.

Он несколько раз обошел поместье в надежде найти Карину, заглянув в самые отдаленные уголки, к сожалению его попытки, не принесли результата. Карины не было ни в доме, ни на землях Филиппа.

Слова Харварда зародили сомнения в душе Алроя. Он и сам не раз думал, что Ротмонд не мог захватить королевство в одиночку. Кто-то должен был помогать ему и поддерживать, это вполне мог оказаться Филипп. При всем желании Эрик не совершил бы предательства двадцать пять лет назад, будучи пятилетним ребенком, но вполне вероятно, сейчас на его совести могло быть похищение Карины. И если это действительно сделал Эрик, то придется искать Карину вовсе не в Дамарис.

Забрав Софию, Алрой заглянул еще в несколько мест, где Эрик мог бы удерживать Карину, но не встретил там, ни одной живой души. Земли Джулии были так же заброшены, как и поместье Филиппа. Оставалось только вернуться в свой мир и начать поиски в Нью-Йорке.

******

Кимберли не на шутку всполошилась, не дозвонившись до подруги. Ее не было ни в офисе редакции, ни дома. Последнее, что собиралась сделать Эстель, это поехать к отцу, чтобы показать фотографию Эрика из инстаграм Софии. Номера Алроя Ким не знала, но адрес хорошо запомнила, поэтому, не раздумывая, ни минуты направилась к его дому.

Обнаружив машину Эстель на парковке, Ким немного успокоилась. Все могло оказаться не так страшно, как она себе придумала. Найдя фамилию Алроя на табличке, Кимберли позвонила в домофон, на удивление ей сразу открыли.

— Что-то случилось, мисс Джонс? — спросил ее Алрой, впуская в квартиру.

— Мистер Колман, Эстель еще у вас? — спросила Ким, оглядываясь по сторонам, — она сегодня опоздала, и я решила, что с ней случилась беда, но обнаружив ее машину у вас на парковке немного успокоилась.

Заметив в кресле Софию, Кимберли сразу же узнала ее, в жизни, девушка оказалась, куда более похожей на отца. Неужели Алрой решил познакомить дочерей, и Ким пришла не в самый подходящий момент.

— Эстель? — переспросил Алрой, — Но я не виделся с ней, меня даже в стране не было. Мы с Софией только вернулись, не за долго до вашего прихода.

— Эстель поехала к вам вчера вечером и с тех пор не отвечает на звонки, — Кимберли снова охватила паника, — раньше она никогда не опаздывала на работу.

— Проходите, Кимберли, и расскажите все по порядку, — Алрой проводил девушку в гостиную, — знакомьтесь, София Стэнли, Кимберли Джонс.

— Вы очень похожи, — Ким улыбнулась, — извините, София, но вчера просматривая вашу страницу в инстаграм, мы наткнулись на одного нашего знакомого. Он следил за вами, это насторожило Эстель, и она поехала к мистеру Колману, чтобы показать снимок, с тех пор ее никто не видел.

— Моя мама тоже пропала, — ответила девушка, — мы с Алроем не смогли найти ее, она словно испарилась из своей комнаты.

— А можно взглянуть на снимок? — спросил Алрой.

— Конечно, сейчас я достану телефон, — София открыла инстаграм, и Кимберли показала Алрою фотографию.

— Это Эрик…  — Алрой внимательно всматривался в черты девушки, словно вспоминая, где он мог ее видеть, — девушка очень знакомая, я видел ее совсем недавно.

Он открыл ящик стола и достал миниатюру сестры Харварда, несомненно, на фото была ее дочь, о которой рассказывала Пенелопа.

— Я ее знаю, — София взглянула на экран телефона, — Селена Хоук, мы с ней соседки, видимо случайно попала в кадр, фото сделано во Франции.

— Не думаю, что это случайность, — ответил Алрой, — а парня ты тоже знаешь?

— Лично с ним не знакома, но он часто останавливается у Селены, я видела их много раз вместе, когда жила в Париже.

— Он мог похитить Карину и Эстель, — предположила Кимберли, — не могли же они случайно вместе исчезнуть?

— Не могли, — согласился Колман, — но и вряд ли они в Париже сейчас, это слишком не безопасно.

— А у тебя есть фотография Эстель? — спросила София Кимберли, — Сегодня Пени мне кое-что показала, если получится, то мы сможем отыскать мою сестру, но с мамой у меня так не получится. Заклинание работает только на сестер.

Кимберли открыла на телефоне фотографию Эстель и протянула Софии. Девушка внимательно разглядывала сестру, поражаясь ее сходству с матерью. Встреть она Эстель на улице и запросто могла бы принять ее за Карину.

Сколько же тайн хранила ее мать, оказывается, она совсем ее не знает. Перед Софией возник образ новой Карины, особенно после общения с Пенелопой. Теперь она не осуждала мать, пытаясь понять, какие трудности ей довелось пережить, будучи еще совсем юной.

— Я могу чем-то помочь? — спросила Ким.

— Нет, это только между мной и Эстель, — София вернула телефон и достала кулон, — он должен помочь, если я все сделаю правильно. Пенелопа сказала, если я захочу познакомиться с сестрой, достаточно воспользоваться кулоном и прочитать заклинание.

Алрой молча, наблюдал за дочерью, восхищаясь ее переменами. На его глазах вздорная девчонка, превращалась во взрослую женщину. Он не видел, как она росла, но мог гордиться тем, какой она стала.

— Боже…  — прошептала Кимберли, увидев, как из кулона появляется яркое свечение.

Словно, смотря в экран монитора, они увидели Эстель обыскивающую какую-то комнату. Это не была современная квартира или дом, скорее какой-то средневековый замок. В поисках выхода, Эстель заглядывала за гобелены и осматривала стены, затем направилась к письменному столу, пытаясь открыть ящики. Но все ее попытки не принесли никакого результата, и она в бессилии опустилась на пол.

— Это Дамарис, — произнес Алрой, — но не дом Эрика.

— Она нас не слышит? — спросила Ким с надеждой в голосе.

— Нет, она не слышит и не видит нас, — ответила София, — но теперь мы знаем, где ее искать.

Глава 10

Несколько раз, набрав номер дочери, Эдвард убедился, что София не просто занята, а игнорирует разговор с ним. По какой-то причине она обижена, и вероятно, не без участия Карины. Утро Эдвард провел в квартире Мелисы, которую арендовал пару месяцев назад, и возможности поговорить с женой у него не было.

Он прекрасно понимал, что Карина злится из-за того инцидента в кабинете, и нет хуже врага, чем обиженная женщина. Желая найти путь к примирению, Эдвард решился на разговор с женой, но она упорно не брала трубку. Он чувствовал за собой вину, не стоило угрожать Карине и набрасываться на нее, в отместку она настроила против него дочь.

Пригласив Мелису в свой кабинет, Эдвард попросил ее найти Софию и связаться с ней любым способом, на что получил категорический отказ.

— Я не спрашивал твоего желания, Мелиса, — разозлился Эдвард, — это приказ, немедленно найди мою дочь.

— Я не могу этого сделать.

— Мне самому выполнять твои обязанности? — он вышел из-за стола, — Тогда для чего мне помощница?

— Эдвард…  — Мелиса на мгновение замолчала, — думаю, ты не сможешь дозвониться Софии.

— Как это понимать?

— Я хотела помочь тебе и отправила Софии сообщение, — предчувствуя бурю, Мелиса отступила к двери, — мне кажется, твоя дочь расстроена и поэтому не отвечает на звонки.

— Что ты сказала?

— Прости, я не подумала…

— Что ты ей написала? Отвечай!

— Что ее мать шлюха и чтобы она больше тебе не звонила…

— Вон! — взревел Эдвард — И не попадайся мне на глаза, дрянь! Ты уволена! Чтобы ноги твоей не было в моем офисе! Сегодня же освободи квартиру, между нами все кончено!

— Милый…

— Убирайся Мелиса!

Первый раз Мелиса видела уравновешенного Эдварда в ярости, испугавшись, девушка выскочила из кабинета. Да, и что такого она сделала? Всего лишь попыталась освободить его он назойливой семейки. Он сам неоднократно жаловался, что не может развестись с Кариной, а София слишком своенравна и расточительна. Она оказала ему услугу, и вместо благодарности он выкинул ее на улицу.

— Надо было послушаться Карину, — прошептал Эдвард, возвращаясь за стол, — почему я не выгнал Мелису раньше? Теперь София думает, что не нужна мне.

Взяв рабочий телефон, он написал дочери сообщение, в надежде, что она не заблокировала и этот номер. Вот что значит, иметь молодую любовницу, позволяя ей слишком многое.

Как он мог так ошибиться в Мелисе? Она всегда казалась милой и ранимой девушкой, во всем ему угождала и не шла наперекор. В сравнении с женой, Мелиса выглядела сущим ангелом, а на деле оказалась ничем не лучше Карины.

******

Обыскав квартиру Эстель, и не найдя кулон, Эрик и Селена вернулись в Дамарис. Очевидно, украшение находилось у другой дочери королевы. Кендра успела передать кулон, благодаря чему, София получила силы, которые были не подвластны ей ранее.

Их планы рушились на глазах, без кулона нет смысла захватывать Дамарис и убивать Харварда. Для чего нужна власть, если невозможно избавится от проклятого пророчества? Украшение королевы служило не только ключом, но и могло уничтожить книгу. Исчезнет пророчество, и появится новая страница в истории Дамарис, без проклятий, предсказаний и всего того, что оставила им в наследство королева Дамарис.

— Ты говорил, кулон у старшей дочери Кендры! — Селена расхаживала из угла в угол, меряя шагами гостиную, — Как получилось, что мы его не нашли?

— Кулон и был у нее, мне говорил об этом отец!

— Тогда где он сейчас?

— Может быть у Софии, откуда я знаю? — вспылил Эрик.

— Конечно, он у Софии, болван, надо было сразу это понять! — Селена остановилась, — Эстель не обладает магией, она только один из ключей пророчества, поэтому лучше ее убрать сейчас! Представь, если она уже беременна от моего дядюшки, их ребенок разрушит пророчество, а она станет королевой. Но это еще не все, Эрик! Это особенный ребенок! Родится у них мальчик и с его появлением наступит новая эпоха правления. Трон передавался только девочкам в семье Брангенштейн, потому что ни одна из наследниц не могла зачать сына и только последний из Ротмондов даст Дамарис сына и великого мага.

— Но твой дядя не последний!

— Как и я не последняя, пока он жив! — воскликнула Селена, — Уничтожим Харварда и я рожу от тебя сына, после чего мы избавимся от книги.

— Как исполнится пророчество, если не будет книги?

— Эрик, ты слушаешь меня? Я сказала, рожу сына, потом уничтожим книгу, но для начала нам необходимо ее открыть, а для этого нужен кулон!

— Как у тебя все просто, — расхохотался Эрик, — ты не забыла, что магия Харварда сильнее твоей и моей? И как мы подберемся к нему?

— А ты не забыл, кто его усадил на трон?

— Какое это имеет значение? — насторожился Эрик.

— Большое, дорогой мой, это имеет очень большое значение, если мы собираемся пойти тем же путем.

Селена посмотрела на Эрика, она до сих пор не понимала, как у такого человека, как Филипп, мог получиться такой никчемный сын. И это его женой ей предстояло стать, но она пойдет на любые жертвы, чтобы получить королевство и наследника.

— Мне надо вернуться в Нью-Йорк, — сказал Эрик, — ты идешь со мной или останешься здесь?

— Конечно, я иду с тобой, иначе ты не справишься с Софией, — съязвила она, — тебе ведь было мало одной ночи, чтобы понять, что кулона у Эстель нет.

— Если бы не я, ты бы до сих пор сидела в деревне и считала дни до замужества с каким-нибудь пастухом, — огрызнулся он, — может быть тебе напомнить, как ты попала в Эсмир?

— Рано или поздно, я бы все равно туда попала, — Селена открыла портал, — а вот ты без своего папочки ничего не стоишь. Хотя, нет, ты же родственник королевской семьи, поэтому думаю, дядюшка Харвард взял бы тебя лакеем во дворец. Все равно ты больше ни на что не годишься, кроме как, выполнять чужие приказы.

Продолжая ссориться, молодые люди прошли через портал. Волей судьбы их жизни были связаны, но никто не сможет заставить их полюбить друг друга. Своенравная Селена не видела своего будущего рядом с безвольным Эриком. Какая жалость, что он единственный представитель мужской линии семейства Брангенштейн. Но все поправимо, решила для себя девушка, как только она заполучит наследника, тут, же отправит Эрика вслед за его матерью на небеса, и найдет настоящего мужчину, равного ей по темпераменту.

******

Убедив Алроя остаться дома, София и Кимберли отправились в Дамарис. Даже не зная королевства, София почувствовала сестру и с легкостью определила, где ее удерживают.

Девушки стояли у небольшого средневекового коттеджа, размышляя, есть ли кто-то внутри. Им бы не хотелось, войти в дом и наткнуться на Эрика и Селену, силы, с которыми были не равны. Но и Алроя брать с собой было не безопасно, где его может узнать любой житель королевства.

— Что будем делать? — спросила Ким, заглянув в темное окно, — В доме никого нет, как мы найдем Эстель? Вдруг появятся Эрик и его подружка?

— Они не появятся, — ответила София, — Эрик сейчас в нашем мире, я почувствовала их магию, когда мы были у Колмана. Эрик и Селена прошли через портал.

— А они разве не чувствуют тебя? — удивилась Ким.

— Нет, потому что я поставила защиту, прежде чем пройти в этот мир, Пени научила меня сегодня.

— И Эстель ты тоже чувствуешь?

— Да, но это совсем другое, к ней меня ведет заклинание, — София остановилась у входа в дом, — она где-то здесь.

— А мы не можем просто переместиться туда?

— Можем, подожди минуту, мне необходимо настроиться.

Собравшись с мыслями, София взяла Кимберли за руку. Еще мгновение и она встретится лицом к лицу с родной сестрой. Какой будет эта встреча, и смогут ли они стать подругами, София не знала. Они выросли в разных условиях, практически в разных мирах и вполне вероятно, Эстель не нуждается в новой родственнице.

Пенелопа говорила, что если связь с сестрой оборвалась, она не найдет ее и не почувствует, но если они стоят сейчас здесь, значит, Эстель не таит на нее обиду. Переведя дыхание, София закрыла глаза, и переместилась к Эстель.

— Ким! — раздался радостный голос совсем рядам.

София обернулась и впервые в жизни встретилась с сестрой. Девушки молча, смотрели друг на друга, словно изучая, затем рассмеялись и обнялись.

— Боже…  — выдохнула Ким, — я так переживала за вашу встречу.

— Давайте убираться отсюда, — предложила София, открывая портал, — я не хочу столкнуться с Эриком или Селеной.

И только оказавшись в квартире Алроя, девушки смогли вздохнуть с облегчением.

— А Карина? — спросил Алрой, с надеждой в голосе.

— Ее не было со мной, — ответила Эстель, — она разве пропала?

— Да, и мы думали, что мама в Дамарис, — София достала из кармана вибрирующий телефон, в надежде, что звонит Карина, но это был рабочий номер Эдварда, — отец прислал мне сообщение днем, я должна вернуться ненадолго в Лондон. Если станет что-то известно о маме, я сразу сообщу.

— Мне тоже надо домой, — засобиралась Эстель, — София, спасибо, что спасла меня, я в долгу перед тобой.

— Мы же сестры, — София улыбнулась, — у нас еще будет время познакомиться, а сейчас мне и правда пора.

— Стойте! — воскликнула Кимберли, — А вы не боитесь, что Эрик и Селена снова нападут на вас?

— А девочка права, — вмешался в разговор Алрой, — как вы намерены защитить себя? Магией в этом мире пользоваться нельзя, но эти правила соблюдают не все, и Эрик вполне может решиться на что-то большее, нежели похищение. Он охотится на кулон, и ты София, его следующая цель.

— Если он нарушит правила, я тоже их нарушу, — отмахнулась София, — а тебе Эстель, лучше одной не оставаться.

— Но мне просто необходимо попасть к себе в квартиру, — взмолилась Эстель.

— Я с тобой могу переночевать, — предложила Ким, — Ник уехал к родителям и я абсолютно свободна. А у вас какие планы, мистер Колман?

— Разберу бумаги, которые прихватил из Дамарис, у меня есть кое-какие подозрения на счет отца Эрика.

— Предлагаю встретиться здесь завтра утром, — София обняла сестру, — нам надо о многом поговорить, но сначала я разберусь с отцом.

— Карины нет в Дамарис, — Алрой посмотрел на дочерей, — если бы ее похитил Эрик, он бы запер ее вместе с Эстель. Я догадываюсь, чьих это рук дело, но дайте мне немного времени, чтобы все обдумать. Этот человек не причинит ей зла, пока не найдет кулон, поэтому будь осторожна, София, и не вздумай что-то делать в одиночку.

— Да, папочка! — София оставила поцелуй на щеке Алроя и в ту же секунду исчезла.

После ухода Софии Алрой задал Эстель несколько вопросов, девушка отвечала уклончиво, и он заподозрил ее во лжи. Да, Эстель выросла одна, не познав родительской любви, и возможно никому не доверяет до сих пор, но сейчас ему нужна правда, чтобы спасти Карину.

— Эстель, — начал Алрой сдержанно, — я знаю, что ты мне не доверяешь, но от того, что ты скрываешь, может зависеть жизнь твоей матери.

— Я понимаю, — Эстель вздохнула, собираясь с мыслями, — тебе, наверное, уже известно, что у Харварда есть племянница — Селена Ротмонд. Полагаю, она девушка Эрика.

— Опустим этот момент, данная информация не секрет для меня.

— Селена и Эрик похитили меня, чтобы убить, потому что думают, что я могу родить Харварду ребенка, и тогда их планам придет конец. Но мне показалось, что они что-то еще скрывают, и это как-то связано с отцом Эрика.

— Заполучить Дамарис, таков их план?

— Да, убить Харварда и занять его место, — она подняла на Алроя глаза, — отец Эрика предал тебя, это он посадил Харварда на трон.

— Я догадывался об этом, — ответил он, — но меня сейчас интересует другой вопрос. Как ты можешь родить ребенка Харварду, если вы с ним не знакомы?

— Никак, — Эстель улыбнулась, — это всего лишь домыслы Эрика и Селены. Даже если бы такая возможность существовала, то я знаю, как предохраняться от нежелательной беременности, поэтому ни о каком ребенке не может быть и речи.

— Все, оставим эту тему, — смутился Алрой, — я думаю, ты умная девушка, дорогая.

— Я все еще здесь, — напомнила о себе Ким, — и у меня есть вопрос, как Эстель, может помочь вам найти жену, мистер Колман?

— Эстель уже помогла. Я подозреваю, что Филипп жив и скрывается где-то в нашем мире, — ответил Алрой, — это он привел меня сюда много лет назад. Когда, мы были студентами Королевской Академии, часто развлекались в барах и клубах Нью-Йорка, в Дамарис никогда не было подобных заведений, а мы как любые студенты любили развлекаться.

— Филипп мог сам занять трон, — предположила Кимберли, — зачем было приводить к власти Харварда?

— Харвард сильный маг, которому Филипп просто помог, самого Филиппа поддерживать было некому, да и захватчиком ему не хотелось выглядеть, а вот роль освободителя весьма привлекательна.

— Почему ты не сказал Софии, что догадываешься, где ее мать? — сменила тему Эстель.

— София слишком импульсивна, я бы не хотел, чтобы она наделала глупостей, — Алрой пожал плечами, — и это всего лишь предположение, которое необходимо проверить, что невозможно сделать, пока мы не найдем Филиппа.

— У вас его фотография? — спросила Ким, — Если Филипп живет в Нью-Йорке, у него могут быть страницы в соцсетях. Но даже если страниц нет, он мог просто попасть в кадр к кому-то из знакомых, так что, есть небольшой шанс отыскать его.

— С собой у меня ничего нет, но завтра я загляну в их дом и отправлю тебе всю информацию на почту, договорились?

— Договорились, мистер Колман, — Ким взяла Эстель за руку, — поехали домой, Эли, завтра будет трудный день, нам ведь еще работать над статьей.

Девушки распрощались с Алроем и отправились в квартиру Эстель. У Кимберли было еще много вопросов к подруге, но она решила отложить это до более подходящего момента. Если Алрой не понял, что его дочь встречается с Харвардом, то от Кимберли эта деталь их отношений не ускользнула. Она была уверена, что Эстель и Харвард любовники.

Глава 11

Вернувшись, домой, Эстель оставила Кимберли в гостиной заниматься статьей и, сославшись на усталость, удалилась в спальню. Ей хотелось, как можно скорее встретиться с Харвардом. Пока Эрик разгуливает из одного мира в другой, их жизням угрожает опасность и только Харвард сможет остановить его.

Если бы пару недель назад, кто-то рассказал Эстель о других мирах и магах, она бы сочла этого человека сумасшедшим, а теперь сама с легкостью пересекла черту в этот таинственный мир.

Эстель закрылась в ванной и включила душ. Она мысленно призывала Харварда, но он словно не слышал ее. Неужели Эрик и Селена добрались до него? Волнение переполняло душу девушки, а она все повторяла и повторяла имя Харварда.

— Черт! — в ярости выругалась Эстель. — Куда ты подевался, Харвард!

— Скучала, принцесса? — раздался позади нее мужской голос.

— Боже…  — выдохнула Эстель с облегчением. — Я думала, они убили тебя.

— Кто? — удивился Харвард.

— Эрик и Селена, — девушка усадила Харварда на край ванной, — выслушай меня, Харвард, это очень серьезно и пожалуйста, постарайся не шуметь, в гостиной сидит Кимберли. Вчера вечером я поехала навестить моего… друга. Когда я вышла из машины и направилась к дому, эти двое напали на меня и похитили. А теперь подумай, что они хотят сделать с тобой?

— Полагаю, то же, что и с тобой, — Харвард пожал плечами, — я даже знаю, почему Эрик хочет расправиться с нами. Он твой кузен по материнской линии и считает себя одним из претендентов на трон, а мы, то препятствие, которое необходимо устранить.

— Почему ты не спрашиваешь, кто такая Селена?

— Мне это должно быть интересно?

— Да, потому что Селена… твоя племянница, — Эстель достала телефон и показала Харварду фотографию девушки, — никого не напоминает?

— Племянница? — Харвард внимательно рассматривал черты девушки, так схожие с ним самим, — Откуда она взялась?

— Я думала, ты знаешь ее, Селена сказала, что она Ротмонд.

— У меня когда-то была сестра, но Алекса умерла в младенчестве.

— Ты должен разобраться в этой истории, Харвард, потому что Эрик и Селена, задумали наше убийство, — Эстель запустила пальцы в его волосы и поцеловала. — Когда я думала, что больше не увижу тебя, сожалела только об одном.

— О чем?

— Я так и не показала тебе свой мир, — улыбнулась она. — Пообещай, что ты остановишь их, и нам больше не будет угрожать опасность.

— Обещаю, — уверенно ответил он. — Но как тебе удалось спастись?

— София меня нашла, если бы не она, я была бы уже мертва.

Харвард ничего не ответил, он просто заключил девушку в объятия и прижал к себе. У него еще остались вопросы к Эстель, но задаст он их позже, когда выяснит, кто такая Селена Ротмонд и почему она называет себя его племянницей.

Отец Харварда умер много лет назад, не оставив о себе воспоминаний, а мать никогда не рассказывала, какой была ее жизнь с мужем. Оставалось только найти эту таинственную племянницу и призвать к ответу. Появление девушки в корне меняло дело, теперь он не был последним из Ротмондов, а значит, кто первый родит наследника Дамарис, тому и достанется королевство.

Прижимая к себе соблазнительное тело Эстель, Харвард выкинул из головы все ненужные мысли, сейчас его гораздо больше привлекала любовь, нежили родство с какой-то неизвестной девицей. Он постоянно хотел обладать Эстель, эти чувства были не подвластны ему, они пугали его и в тоже время давали надежду счастливое будущие с той, которую он полюбил.

Сняв одежду, Эстель положила руки Харварду на грудь, лаская его сквозь рубашку. Одна рука расстегивала пуговицы, вторая опустилась ниже, найдя его восставшую плоть. Харвард застонал, Эстель тут же, накрыла его рот поцелуем, продолжая ласкать грудь и живот. Руки девушки умело расправились со штанами Харварда, после чего он приподнял ее бедра и, прижав спиной к душевой кабинке, вошел в нее на всю длину. На мгновение, замерев, Харвард начал двигаться, постепенно набирая темп. Эстель уткнулась лицом в его плечо, заглушая собственные стоны. Просунув руку между их телами, Харвард нашел ее клитор и надавил на него, Эстель обхватила его ногами, выгибаясь навстречу мощным толчкам. Губы Харварда завладели ее затвердевшими сосками, наслаждаясь их упругостью. Он продолжал с силой входить в нее, пока не почувствовал, как она достигнув вершины наслаждения, задрожала от оргазма. Харвард усилил толчки и через мгновение излился в нее, осыпая поцелуями ее шею и плечи.

— Мне кажется, я влюбился, — прошептал ей на ухо Харвард, опуская на пол.

— Я бы сказала, что это взаимно, — Эстель улыбнулась, подняв на него глаза.

— Это невозможно, но случилось…

— Может быть, это правильно и мы должны были полюбить друг друга? — Эстель взяла Харварда за руку и увлекла за собой в душевую кабину.

— Может быть… — отозвался он, намыливая ее тело и одновременно лаская.

Его рука задержалась на мгновение между упругих ягодиц девушки, и она вскрикнула, испытав всплеск возбуждения. Он продолжал ласкать ее, позволив одному пальцу скользнуть внутрь. Она вцепилась в его плечи и задрожала.

— Я хочу большего, — прошептала она, почувствовав, что Харвард остановился.

— Тебя еще никто не любил таким способом? — спросил он, вводя в нее второй палец.

— Нет, я же была девственница до тебя, — выдавила она, теряя от возбуждения голову.

Харвард чувствовал ее затвердевшие соски на свой груди и сам еле сдерживал вспыхнувшую страсть. Он развернул ее спиной, лаская членом возбужденную плоть, после чего провел им между ягодиц.

— Расслабься, — прошептал Харвард, протолкнув головку в узкий проход, она застонала, и он на мгновение остановился, давая ей привыкнуть к новым ощущениям.

— Не останавливайся, — попросила она, двигая бедрами, чтобы принять его полностью.

Харвард лаская ее грудь, и клитор продолжил осторожно входить, пока не оказался в ней полностью. Почувствовав, что Эстель расслаблена и не испытывает дискомфорта, он усилил толчки с силой входя в нее до упора, она зажала рот рукой, заглушая рвущиеся из груди стоны. Обезумев от страсти, Эстель отдалась во власть новых ощущений.

Она смутно осознавала, как Харвард вышел из нее, развернул и, приподняв, снова насадил на себя. Несколько мощных толчков и они вместе достигли пика наслаждения.

— Какая ты горячая и сладкая, любовь моя, — шептал он, лаская ее грудь языком, — еще никто не позволял мне так любить себя. Ты совершенство, Эстель, мое совершенство.

Харвард разжал объятия и опустил Эстель на пол, любуясь ее обнаженным телом, которое минуту назад было таким податливым в его руках.

— А ты мой колдун, который совратил меня каким-то магическим способом и от которого мне уже не спастись, — улыбнулась она, нанося на них гель, чтобы смыть следы недавней страсти.

— Я не сделал тебе больно? — забеспокоился он.

— Нет, все хорошо, но я слишком долго отсутствую, Ким начнет беспокоиться, — сменила тему Эстель.

Смыв пену с себя и Харварда, она выключила воду.

— Я не оставлю тебя одну, — он насухо вытер ее полотенцем и накинул на плечи халат.

— Мне ничего не угрожает, со мной останется Ким, — отмахнулась девушка.

— Думаешь, она сможет остановить Эрика?

— Хорошо, ты можешь присоединиться ко мне ночью, но сначала, я поговорю с Кимберли, а если неожиданно появится Эрик, я позову тебя, договорились?

— Договорились, — нехотя согласился Харвард.

Эстель долго сомневалась, стоит ли рассказывать Харварду об исчезновении Карины, но взвесив все «за» и «против», решилась открыться ему.

— Моя мать пропала, — сказала она, посмотрев Харварду в глаза. — Я знаю, вы с ней враги, но я хочу попросить тебя о помощи.

— Я не враг Кендре, — ответил Харвард, — и догадываюсь, что могло случиться с ней.

— Ты поможешь?

— Постараюсь, — он поцеловал ее, — мне необходимо вернуться в Дамарис, будь осторожна, принцесса.

После ухода Харварда Эстель вернулась в гостиную. Ким была настолько увлечена просмотром фильма, что не сразу обратила на нее внимание. Эстель села рядом с подругой и заглянула в монитор ноутбука.

— О чем фильм? — спросила она.

— Не знаю, — Ким захлопнула крышку и повернулась к Эстель, — но здесь так много стреляют, что это заглушило вашу возню в ванной.

— Прости, — Эстель покраснела, — мне хотелось поговорить с Харвардом, но я не могла рассказать тебе об этом, не спросив его.

— Я еще у Колмана поняла, что вы встречаетесь, но не хотела говорить при твоем отце.

— Да, мы встречаемся, — Эстель вздохнула, — только ничего из этого не получится, он останется в своем мире, а я в своем. Харвард не откажется от королевства, он не захочет жить в нашем мире, да и что ему здесь делать? Это Колман сколотил состояние за двадцать лет, наладил бизнес и ему не о чем жалеть, Харвард же, совсем не знает наш мир.

— Он хотел убить твоего отца, — напомнила Кимберли.

— Я знаю, но это было давно, с тех пор многое изменилось.

— Эли, люди не меняются, — Ким обняла подругу, — но я не стану больше ничего говорить, это твой выбор и если ты захочешь нас познакомить, я буду только рада.

Эстель ничего не ответила. Возможно, Кимберли права и Харвард не изменился, но его слова любви дорогого стоили, и она поверила ему. Они оба прошли трудный путь, каждый в своем мире, но если судьба свела их, значит, так должно было быть. Да, они из разных миров и их ничто не связывает друг с другом, кроме любви, а разве еще что-то надо, если есть любовь? Никогда Эстель никого не любила, как Харварда, она поняла это в том доме, где ее заперли Эрик и Селена, тогда она сожалела только об одном, что так и не призналась в своих чувствах. Она не боялась умереть, но она боялась, что он так и не узнает, что она любит его. Полюбила с первой минуты и навсегда.

******

Изучая записи из Дамарис, Алрой нашел в них подтверждение измены Филиппа. Он не просто помог Харварду занять трон, а рассчитывал получить при нем место первого министра. Вероломный друг обманывал Алроя многие годы, строя за его спиной коварные планы. Что ж, пришло время расставить все на свои места и вывести Филиппа на чистую воду.

Алрой прошел через портал, оказавшись в доме Стэнхоумов. Ему нужен был портрет Филиппа, чтобы сделать фотографию для Кимберли. Если он действительно жив, то сомнений не оставалось, где искать Карину.

Обойдя картинную галерею и все комнаты в доме, Алрой не нашел ни одного портрета бывшего друга. Кто-то уничтожил все полотна, пытаясь, замести следы пребывания Филиппа в этом мире.

Почти отчаявшись, Алрой хотел возвращаться в свой мир, пока не вспомнил, про старый полароидный снимок из клуба. Они отмечали выпуск из Королевской Академии в Нью-Йорке, и какая-то девушка сделала фото с Филиппом, на котором оставила свой номер телефона. Филипп уже был помолвлен с Джулией и отдал снимок Алрою, не желая вызывать лишних подозрений.

Быстро соображая, Алрой отправился в свою городскую квартиру, он был уверен, что она пустует многие годы, потому как близких родственников Алрой не имел. Он пересек просторную гостиную и оказался в спальне, где открыв ящик стола, обнаружил тот самый снимок.

— Вот оно, — прошептал он, входя в открытый портал.

Дома Алрой отсканировал снимок и отправил его на почту Кимберли, теперь оставалось только дождаться результата и он спасет Карину.

******

Не обнаружив Эстель, Селена набросилась с обвинениями на Эрика. Она считала его виновным в исчезновении девушки. Надо было не ждать, а убить ее у дома Алроя, теперь Эстель, вероятно, все рассказала Харварду и он уже знает о существовании племянницы. В лучшем случае он найдет их и убьет, о худшем Селена даже думать не хотела.

— Какой же ты идиот, Эрик! — возмущенно кричала она, расхаживая по комнате. — Харвард найдет нас и уничтожит! Поверь, он не станет нас нигде запирать, а просто на месте убьет. И если у тебя есть маленький шанс остаться в живых, то меня он не пощадит.

— Давай убираться из этого мира, пока он не обнаружил нас, — взяв Селену за руку, Эрик открыл портал, — в Нью-Йорке ему нас не отыскать, там не вся магия имеет силу.

— Ты понимаешь, что теперь нам не подобраться к нему? — в ярости воскликнула девушка, вырывая руку. — Он же будет осторожен и вряд ли появится у своей королевской любовницы.

— Он там появится, поверь мне.

— Она, скорее всего под охраной своего отца, который тебя сотрет в порошок, попадись ты ему на глаза! Или ты считаешь, что она сидит и смиренно ждет нашего появления у себя в квартире? Но даже если она дома, там ее защищает Харвард! — взвизгнула Селена. — И зачем я только связалась с тобой, Эрик! Безмозглый ты болван!

— Заткнись, Селена! — Эрик схватил девушку за локоть и втолкнул в портал, — Если бы не твои амбиции и жажда власти, я бы давно добился всего без твоей помощи! Мне ведь все равно, кто передо мной раздвинет ноги, ты или Эстель!

— Она не Ротмонд, если ты еще не забыл.

Оказавшись в своей квартире, Селена немного успокоилась и пришла в себя. Гнев еще душил ее, но она знала, что безвыходных ситуаций не бывает. Если не получилось расправиться с Эстель сейчас, будет другой шанс и уж, его-то Селена не упустит.

— Мне неважно Ротмонд она или нет, она наследница Дамарис, — усмехнулся Эрик, — а я всего лишь хочу королевство и не более того.

— Тогда почему ты до сих пор со мной? — удивилась Селена.

— Потому что ты сама предложила себя, мне не пришлось прилагать усилий, чтобы затащить тебя в кровать, — он притянул ее к себе и поцеловал, — и ты такая же наследница, как Эстель, так зачем тратить силы на неопытную девственницу?

Селена попыталась оттолкнуть Эрика, но он одним движение развернул ее, наклонил на стол и, задрав коротенькую юбку, стянул трусики. Услышав, как он расстегивает штаны, Селена попыталась вырваться, но Эрик уже вошел в нее, пригвоздив к столу своим телом.

— Ты всегда готова меня принять, — прошептал он ей на ухо, начиная двигаться, — такая влажная и податливая.

— Отпусти меня, ничтожество! — яростно прошипела девушка, извиваясь под его натиском.

Не обращая внимания на протесты Селены, Эрик продолжал двигаться в ней, пока не почувствовал, что она отвечает ему тем же. Он знал, что нравится Селене больше всего и, задрав вверх топ, начал ласкать пышную грудь. Селена имела совершенные формы, ее грудь ровно помещалась в его ладонь, и когда они занимались любовью, самое большое наслаждение ей доставляли ласки ее затвердевших сосков.

Видя, что Селена больше не сопротивляется, Эрик раздел ее, уложил на стол и, разведя в стороны бедра, снова завладел ее телом. Губы Эрика опустились на грудь девушки, и она выгнулась в безумном порыве страсти, отдаваясь во власть его умелых ласк. Эрик целовал и покусывал ее соски, пока Селена не вскрикнула от нахлынувшего оргазма и не задрожала в его объятиях. Закинув ее ноги себе на плечи и, усилив толчки, Эрик через мгновение кончил в нее.

— Вот что нас связывает, — прошептал он ей на ухо, — ты слишком любишь секс, а мне нравится тебя трахать.

— Пусть ты и кретин, Эрик, но кроме тебя никто не доводил меня до оргазма.

Эрик помог Селене слезть со стола и улыбнулся, глядя, насколько она красива и как эта красота могла достаться такой стерве? На этот вопрос, он никогда не получит ответа.

— Я просто знаю, что тебе нравится, — он поцеловал ее грудь, — разве не это главное в сексе?

— В нашем случае именно это, — она подняла с пола разбросанную одежду, — идем в душ, я покажу тебе, что мне еще нравится.

Глава 12

Харвард ворвался в коморку Айзека, кипя от еле сдерживаемого гнева. Обычно он никогда не заходил на территорию слуг, но мысль, что Айзек столько лет обманывал его, не давала Харварду покоя. Если Алекса выжила, а не умерла, как утверждала мать, значит, Селена ее дочь. Айзек долгие годы служил пажом у матери Харварда, и наверняка знал правду, которую скрывал, по сей день.

— Вставай, Айзек! — прогремел голос Харварда в тишине ночи.

— Мой господин…, - ничего не понимающий Айзек, устремил на Харварда испуганный взгляд.

— Что стало с Алексой?

— Вашей сестрой, господин?

— Ты знаешь еще одну Алексу? — Харвард скрестил на груди руки, — Отвечай правду, Айзек! И помни, если ты сейчас солжешь мне, я уничтожу тебя.

— Она умерла, повелитель, — Айзек встал с кровати, и прошел к маленькому сундуку, где обычно хранил свои вещи. — Но не в младенчестве, как говорила, ваша мать. Госпожа Алекса жила в одном из ваших загородных поместий, там она и похоронена.

Айзек долго рылся в сундуке, перебирая вещи, пока не извлек оттуда миниатюру с изображением юной девушки. Он протянул ее Харварду и опустился на сундук.

— Как вы узнали о ней, повелитель?

— Не твое дело, Айзек.

Харвард внимательно разглядывал изображение сестры, сравнивая ее черты с Селеной. Похоже, девчонка не лгала, она действительно его племянница, но у нее должен быть отец, не от святого же, духа она появилась на свет. Интересно, кто осмелился зачать с Алексой ребенка? Этот человек либо слишком смелый, либо чрезвычайно глуп.

— У леди Алексы была кормилица, вам бы лучше ее расспросить о сестре, — подал голос Айзек.

— Ты знаешь, где она сейчас?

— Нет, я отвез их в поместье «Изумрудная долина», которое отошло вашей сестре, с тех пор мы не встречались.

Харвард направился к выходу, но неожиданно остановился у двери и посмотрел на Айзека.

— Почему? — спросил он.

— Маленькая госпожа жила в своем мире, это навлекло бы позор на всю семью.

Ничего не ответив, Харвард покинул комнату Айзека.

«Пенелопа…» пронеслось у него в голове, она знает все секреты Дамарис. Эта интриганка присутствовала и при смерти Филиппа, если эта смерть вообще была. Там, где что-то происходит, всегда замешана эта женщина, не зря он с самого начала подозревал ее в сговоре с Филиппом.

Несмотря на позднее время, Харвард отправился в «Изумрудную долину», после чего решил навестить Пенелопу. На этот раз у нее не получится отмахнуться от него, закрыв перед его носом дверь.

Поместье не выглядело заброшенным, хотя в окнах было темно. Обойдя коттедж, Харвард вошел внутрь, оказавшись в небольшом холле. Щелкнув пальцами, он зажег свечи и огляделся по сторонам.

Проверив все комнаты, Харвард вошел в небольшую спальню, в которой обнаружил лежащий на кровати скелет. Он подошел ближе и внимательно рассмотрел останки. Мужчину убили кинжалом в сердце. На нем была надета пижама, видимо, смерть его настигла во сне.

Харвард подошел к столу и открыл ящик. В нем лежали какие-то бумаги и несколько писем, пролистав которые, он понял, что нашел покойного отца Селены. Письма писала Алекса, будучи еще совсем юной девушкой, признаваясь ему в страстной любви.

Не найдя больше ничего для себя интересного, Харвард отправился к Пенелопе. Он несколько раз постучал в дверь, давая понять, что не уйдет до тех пор, пока она не поговорит с ним.

— Что тебе? — спросила она, распахнув дверь.

— Где кормилица Алексы? — Харвард оттеснил Пенелопу и вошел в дом.

— О чем ты?

— Ты прекрасно знаешь о чем, — Харвард бросил на нее яростный взгляд. — Я только что нашел останки отца Селены. Она убила его сама или ей помогал Эрик?

— Я знаю только, что Алекса родила девочку от своего охранника, потом умерла. О смерти Хоука мне ничего неизвестно, — испугалась Пенелопа.

— Так же тебе неизвестно и о том, что Филипп, возможно не утонул?

— Его на моих глазах унесла река! — на глазах Пенелопы выступили слезы. — В чем ты пытаешься меня уличить?

— Где кормилица Алексы, Пенелопа? — Харвард схватил ее за плечи и встряхнул. — Если ты мне не ответишь, на твоих руках будет еще одна смерть!

— Я не понимаю, о чем ты!

— Все ты понимаешь, не прикидывайся наивной.

Харвард перевел дыхание и отпустил испуганную женщину, похоже, она действительно верила в смерть Филиппа.

— Зачем она тебе? — Пенелопа вздохнула. — Это всего лишь старая женщина, она ничего не знает о Филиппе и Эрике.

— Но она многое знает о Селене.

— Поклянись, что не причинишь ей зла.

— Зачем мне убивать старуху?

Харвард с таким изумлением посмотрел не Пенелопу, что она поверила ему. Быстро накинув плащ, она переместила себя и Харварда на окраину деревни. Они вошли в маленькую хижину, где и обнаружили тело убитой женщины. Из ее груди торчал кинжал, она умерла так же, как и отец Селены.

— Не успели… — прошептал Харвард.

— Это сделали Эрик и Селена, — Пенелопа смахнула слезы. — Как они могли убить ее? Это всего лишь старушка, которая ничем не угрожала им.

— Она слишком много знала, — Харвард достал из кармана несколько золотых монет и положил их на ладонь Пенелопы. — Похорони ее достойно.

— Я не нуждаюсь в твоих подачках.

Она попыталась вернуть деньги, но Харвард сжал их в ее ладони.

— Это не подачка, — ответил он, — это дань уважения, к женщине, которая воспитала мою сестру.

******

София вернулась домой раним утром, учитывая разницу во времени с Нью-Йорком, она решила, что отец уже не спит. Эдвард всегда вставал в пять утра и уходил на пробежку, после чего завтракал и уезжал в офис.

Чтобы рассеять недопонимание, они нуждались в откровенном разговоре, но София не могла рассказать отцу правду. Как она скажет, что обладает магией, путешествует в другие миры и перемещается в любую точку планеты за секунду? Он сочтет ее безумной и чего доброго, обратиться к семейному доктору.

— Папа, — окликнула она выходящего из комнаты Эдварда. — Ты уже уходишь на пробежку?

— София, дорогая! — Эдвард подбежал к дочери и обнял ее. — Я так волновался, что ты не вернешься домой. Где твоя мать?

— Мама улетела в Нью-Йорк, — солгала София. — Я вчера отвезла ее в аэропорт. — Какие-то дела связанные с благотворительностью.

— Знаю я ее дела, — Эдвард отошел от дочери, — но это не должно касаться тебя. Что бы ни происходило между мной и твоей матерью, ты всегда останешься моей дочерью.

— Я знаю папа, прости, что поверила в смс, — она поцеловала отца, — ты никогда бы не поступил так со мной.

— Карина что-то тебе говорила про Колмана? — осторожно поинтересовался Эдвард.

— Говорила, поэтому я поверила, что ты мог написать сообщение, — призналась София, — теперь это уже не имеет значения, раз мы с тобой все выяснили.

— Колман тебе не отец.

София расслышала нотки горечи в голосе отца, и ей стало жаль его. Он всю жизнь воспитывал ее, называл своей принцессой и гордился ее достижениями. Не Колман сидел у ее постели, когда она болела, а Эдвард. К нему она бежала, рассказать о своих победах и поражениях, о первой любви и разочаровании. И что бы ни случилось, они навсегда останутся отцом и дочерью.

— У меня уже есть отец, — София улыбнулась и обняла Эдварда, — не важно, какие у вас с мамой разногласия, на наших отношениях это не отразится.

Обнявшись, Эдвард и София вышли из дома. По дороге отец рассказал ей о разговоре с матерью и романе с Мелисой. Он заверил дочь, что все кончено и после того, что сделала Мелиса, он никогда не простит ее. София понимала, что Эдвард до сих пор любит Карину, но она уже сделала свой выбор и шансов вернуть ее, у отца не было.

— Отпусти ее, папа. — София вздохнула. — Мама любит этого человека и если ты счастлив с Мелисой, то прости ее. Она сделала это не со зла, а из любви к тебе. Тем более, мы с тобой все выяснили.

— Я не уверен, что люблю Мелису, в моем сердце есть место только для одной женщины и эта женщина — твоя мать.

Проводив отца до беговой дорожки, София вернулась в дом, она понимала чувства Эдварда, но и мать ей была не безразлична. Если Карина уже сделала свой выбор, никто не сможет ее переубедить. Вот только, где ее искать и что с ней случилось, на этот вопрос, София не могла ответить.

* * *

Вид спящей девушки на мгновение заворожил Харварда, пока его взгляд не упал на обнаженное бедро. Она спала в мужской футболке на голое тело, что не ускользнула от взгляда Харварда, стоило ему только развести ее длинные ноги в стороны. Эстель спала настолько крепко, что не почувствовала его легких прикосновений.

Он скинул с себя одежду и устроился у нее между ног. Его поразила гладкость ее кожи, к которой хотелось прикасаться, но еще больше ему хотелось осыпать поцелуями все ее тело. Харвард наклонился, раздвинул ее обнаженную плоть и поцеловал. Услышав вздох возбуждения, он ввел в нее два пальца, которые тут же стали влажными. Харварда ласкал ее до тех пор, пока не почувствовал, как нежная плоть сжимает его пальцы, а тело дрожит от нахлынувшего оргазма.

Эстель проснулась, испытав во сне возбуждение. Ей снилось, что она занимается любовью с Харвардом и, открыв глаза, убедилась, что это вовсе не сон.

— Какое приятное пробуждение, — прошептала она, приподняв голову.

Ее бедра были разведены, открывая взору Харварда нежную плоть. Она наблюдала, как его влажные пальцы входят в нее сзади, растягивая и лаская. Эстель расслабилась и развела ноги шире, позволяя проскользнуть его третьему пальцу. Он лег на нее сверху и, завладев, приоткрыли губами, вошел на всю длину. Эстель стонала, выгибаясь навстречу его толчком, чувствуя приближение оргазма. Харвард извлек из нее пальцы, перевернул на живот и, приподняв бедра, проник в нее сзади. Он чувствовал, как она движется вместе с ним, отдаваясь во власть его страсти, пока их одновременно не настиг оргазм.

Немного полежав, они направились в душ, где могли спокойно поговорить, не разбудив при этом Кимберли.

— Почему ты так долго? — спросила Эстель, интенсивно намыливая их тела.

— Пришлось кое-что выяснить о Селене, это было не сложно, но заняло определенное время, — он массировал ее соски, растирая по ним пену. — У тебя красивая грудь, как раз для моей ладони.

— Сначала расскажи, что ты выяснил, о моих прелестях мы можем поговорить позже, — Эстель отвела его руки в стороны, — так что ты узнал?

— Селена убила собственного отца в его же постели и даже не удосужилась похоронить, — ответил он, — а сегодня они убили кормилицу Алексы. Эти двое ничем не гнушаются, поэтому мы должны найти их, как можно быстрее. Если у тебя больше нет вопросов, предлагаю вернуться к более приятному занятию.

Харвард развернул Эстель спиной, войдя в ее жаждущую плоть. Она раньше и не подозревала, что можно заниматься сексом столько раз подряд. Он двигался в ней до тех пор, пока не почувствовал, как узкие стенки сокращаются вокруг его напряженного члена. Сделав несколько резких толчков, Харвард достиг оргазма, изливаясь в ее разгоряченное тело.

— Ты так прекрасна, — прошептал Харвард ей на ухо, продолжая ласкать между ног, — твои стоны сводят меня с ума, я готов заниматься с тобой любовью бесконечно.

— Если бы не ты, я бы никогда не узнала, что способна на такое, — отозвалась Эстель, — раньше мне казалось, что можно вполне прожить и без секса.

— Можно, но организм все равно потребует свое, — он вышел из нее заглушая поцелуем, сдавленный стон недовольства, — мы созданы друг для друга, разве ты еще не поняла этого?

— Только нас слишком многое разделяет, — Эстель выключила воду. — Давай лучше вернемся в постель.

— Если двое любят друг друга, что может им помешать?

— Многое…  Разный образ жизни, который никто из нас не захочет менять.

— Это поправимо, — Харвард устроился на кровати, прижав Эстель к своей груди, — если ты не хочешь оставлять свою работу здесь, можно от нее не отказываться и быть королевой.

— Это предложение? — Эстель в ожидании замерла.

— Да, я хочу, чтобы ты стала моей женой, — он поцеловал ее, — прости, что у меня нет кольца.

— Ничего, — она улыбнулась, — я согласна.

Эстель подумала об Алрое, она не рассказала Харварду, что ее отец остался жив. Если он узнает о нем от кого-то постороннего, она потеряет его. Если расскажет сама, неизвестно, как он отреагирует. Затягивать с этим разговором дальше нельзя, тем более теперь, когда он сделал ей предложение.

— Что-то не так? — спросил Харвард, почувствовав, как Эстель садится в кровати.

— Мне надо поговорить с тобой.

— О чем? — он тоже сел.

— Мой отец…  Почему ты хотел убить его?

— Я знал, что это будет главным препятствием, — вздохнул он. — Я был молод и горяч, считал себя наследником Дамарис и хотел заполучить трон. Мать с детства внушала мне, что существует пророчество, и если я останусь последним из Ротмондов, моя участь предрешена. Наследница Дамарис либо даст мне необыкновенно сильного сына, либо я погибну от ее руки. Когда Филипп рассказал мне, что у твоих родителей родилась дочь, я понял, что пришло время действовать, и согласился на его план. За свою поддержку, Филипп просил должность первого министра и я пообещал ее.

— Но что потом изменилось? Почему ты передумал?

— Потому что, прочитав книгу, выяснил другие детали пророчества, о которых моя мать и Филипп забыли упомянуть.

— И что это за детали?

— Там говорится, если я возьму тебя девственницей, и мы родим сына, пророчество утратит свою силу, а наш ребенок будет одним из самых сильных магов.

— Вот значит в чем дело…

На глаза Эстель навернулись слезы. Она-то размечталась, что Харвард действительно ее полюбил, а он всего лишь поверил в какое-то глупое пророчество. Все его слова были обманом, чтобы затащить ее в постель и теперь он показал свое истинное лицо.

— Эстель, я искренне люблю тебя, — прошептал он ей на ухо, — почему ты решила, что мне есть дело до какого-то пророчества, когда я встретил единственную женщину, которая нужна мне?

— Я не хочу тебя потерять, — только и смогла промолвить она.

— Ты хотела узнать, почему я убил твоего отца? — уточнил Харвард. — Поверь, если бы Филипп сейчас предложил мне свой план, я бы ни за что не согласился. Как только я понял, что он за человек, избавился от него и его советов.

— Мой отец выжил, — Эстель посмотрела Харварду в глаза, в ожидании ответа.

— Это в корне меняет дело.

Он смотрел на нее непроницаемым взглядом, словно, что-то решая. Сердце Эстель сжалось от боли. Сейчас он скажет, что она больше не нужна ему и их отношениям придет конец. Но неужели он не понимает, что она не могла рассказать ему об этом, раньше, когда между ними не было, ни любви, ни доверия.

— Почему ты молчишь? — спросила Эстель, набравшись смелости.

— Думаю, как попросить у Алроя твоей руки, — Харвард улыбнулся. — Считаешь, он согласится?

— Он не до такой степени мой отец, — она с облегчением выдохнула, — но пообещай, что хотя бы, не закончишь начатое.

— Обещаю, если Алрой не нападет на меня первым, сам я не стану делать попыток сразиться с ним. — Харвард увлек Эстель на подушку. — Я знаю, кто похитил твою мать. Филипп тоже выжил и подозреваю, скрывается где-то в твоем мире.

— Мы найдем его. Завтра Ким этим займется, — Эстель почти заснула, но все, же смогла закончить мысль, — точнее уже сегодня.

Утором Эстель представила Харварда Кимберли. Подруга разглядывала грозного мага, поражаясь его мужской привлекательности. Если бы она не встречалась с Ником, могла бы вполне потерять голову от смуглого красавца.

Они вместе позавтракали, непринужденно болтая на разные темы. Харвард оказался весьма приятным собеседником, которого было сложно принять за человека из волшебного королевства. Он знал многие вещи из мира людей и выглядел вполне обычным мужчиной, что в итоге, и подкупило Ким.

— Пришла почта от Алроя, — Кимберли открыла письмо и вывела на экран присланное фото. — Боже мой…

Ким смотрела на экран не в силах вымолвить ни слова.

— Что-то не так? — спросил ее Харвард. — Это совершенно точно Филипп, правда, на снимке он лет на двадцать пять моложе, нежели сейчас.

— Дело не в этом, — Ким обернулась к Эстель, — это отец Ника, мистер Бейли.

— Ты в этом уверена? — Эстель внимательно смотрела на экран, пытаясь найти сходство с Эриком или Ником, — Может быть он просто похож на отца Ника?

— Нет, это определенно он, я уверена, что не ошибаюсь.

— Кто такой Ник? — поинтересовался Харвард.

— Жених Кимберли, но он не из вашего мира, Ник учился с нами в университете и вырос в Нью-Йорке.

— Значит, Филипп подготовился заранее, чтобы сбежать из Дамарис в случае провала его плана, и в вашем мире у него была еще одна семья. — Харвард пожал плечами. — Ничего удивительного, зная его подлую натуру.

— Но как мы узнаем, где он держит Карину? — спросила Эстель.

— Я позвоню Нику и скажу, что приеду, чтобы извиниться перед его матерью, — предложила Ким, — а там попробую найти Карину или хотя бы что-то узнать о ней.

— Но будь осторожна, — предупредил ее Харвард, — Филипп очень опасен.

Глава 13

Никто не сможет найти ее, и она умрет в этом подвале. Страшная реальность ворвалась в затуманенное сознание Карины. Алрой не слышит ее, а Эдвард подумает, что она сбежала к любовнику, и не станет искать ветряную супругу.

Постепенно Карина начинала вспоминать, как попала сюда. Вчера она хотела вызвать такси и отправиться в аэропорт, неожиданно кто-то зажал ей лицо мокрой салфеткой, после чего она провались в пустоту. Открыв глаза, Карина поняла, что заперта в каком-то подвале, ей страшно хотелось пить, а голова раскалывалась от боли.

Похититель оставил для нее воду и аспирин, тут же стоял поднос с едой и лежали принадлежности для ванной. Значит, убивать ее не собираются, сделала вывод Карина или хотят убить чистой и сытой, что было весьма странно для убийцы.

Место, где ее держали, напоминало убежище на случай непредвиденных катастроф, значит она в Америке, сделала вывод Карина. Быстро приняв душ, находившийся за отдельной перегородкой, она оделась и, выпив аспирин, заставила себя немного поесть.

Карина еще размышляла над своим бедственным положением, когда дверь в стене открылась, и она увидела перед собой незнакомого мужчину.

— Здравствуй, Кендра, — мужчина подошел ближе, и Карина узнала его.

— Филипп…  — прошептала она, вглядываясь в знакомые черты.

— Не удивляйся так, Харвард меня не казнил, — усмехнулся он.

— Так это ты похитил меня? — возмущению Карины не было предела.

— Да, и надеюсь, скоро здесь соберутся все, кто мне нужен.

Глаза Филиппа блестели нездоровым огнем и это пугало Карину. Что с ним стало, если он способен на такое. А ведь когда-то они были друзьями, и он был женат на ее кузине.

— Я не понимаю тебя, Филипп.

— Почему ты выбрала его, а не меня? — неожиданно спросил он. — Что такого в Алрое, чего нет во мне? Ты могла бы стать моей женой и тогда, ничего бы не случилось.

— Твоей женой? — Карина не знала, что ответить. — Я никогда не думала об этом, бабушка выбрала Алроя и я согласилась.

— Тебе было все равно, с кем ложиться в постель?

Филипп надвинулся на Карину, и она отступила.

— Какое это имеет значение сейчас?

— Я собираюсь сделать то, о чем мечтал долгих двадцать пять лет, — он схватил Карину и притянул к себе, — сегодня ты станешь моей, а потом мы пригласим Алроя, и он насладится этим зрелищем перед смертью.

— Отпусти меня, — Карина попыталась оттолкнуть его, но Филипп крепко держал ее, — ты безумен.

— Уже много лет, — расхохотался он, — с тех пор, как увидел тебя у водопадов с Джулией и Пенелопой. Ты была обнажена и невероятно прекрасна, в тот день я влюбился тебя.

— Отпусти меня, — повторила она, — даже если бы ты попросил моей руки у бабушки, я бы не дала своего согласия.

— Я и попросил, но старуха отказала мне, сославшись на то, что уже пообещала тебя другому, более знатному жениху. — Филипп посмотрел ей в глаза. — Им оказался мой лучший друг, которого мне пришлось предать, чтобы завладеть его женщиной. Нет никакого пророчества, Кендра, его придумала твоя прабабка Дамарис, чтобы вызволить своего любовника, которого сама же и заточила между двух миров. Не делай удивленных глаз, мы с Джулией жили в их первом доме, который был построен до того, как она возвела дворец, в тайнике я нашел ее дневник.

— Но они любили друг друга! — Карина не могла поверить в слова Филиппа, пророчество определенно существовало, иначе как объяснить, что в их роду с тех пор не родилось ни одного мальчика.

— Любили, до тех пор, пока твоя прабабка не поймала своего любовника с одной из фрейлин, правда Харвард утверждал, что его завлекли в ловушку и он не виновен, но Дамарис не поверила подобной глупости, — Филипп извлек из внутреннего кармана пиджака потрепанную книгу в кожаном переплете, — почитай это, здесь все описано.

— Тогда…  Я ничего не понимаю…  — Карина смотрела на пожелтевшие листы, узнавая почерк королевы Дамарис, который не раз видела на старых документах.

— Это я устроил переворот, — признался Филипп, — но Харвард оказался не так наивен, как я предполагал. Все с самого начала пошло не так. Ты должна была остаться в Дамарис, а после смерти Джулии и Алроя достаться мне. Я должен был стать отцом твоей дочери, которая родилась в этом мире и получила силы древних магов.

— Когда я оказалась в этом мире, то была уже беременна, — вздохнула Карина, — так что пророчество существует, Филипп.

— Прочитай дневник Дамарис, — Филипп открыл дверь, — а когда я вернусь, мы займемся более приятными вещами. Сегодня ночью, Карина, я получу то, ради чего пожертвовал всем, что у меня было. И подумай, какой еще мужчина совершил бы ради тебя государственный переворот.

— Боже мой…  — Карина опустилась на кровать, — Алрой, прошу тебя, поторопись.

«Я пишу эти строки, потому что мне больше некому рассказать мою печальную историю. — Прочитала Карина, открыв первую страницу дневника королевы Дамарис. — Когда-то я имела все, о чем может только мечтать женщина. У меня был возлюбленный и королевство, которое я получила благодаря моему народу. Но зависть и гордыня погубили мою любовь и счастье… »

Королевство Дамарис 300 лет назад.

Мысль о том, что Харвард изменил ей, жгла душу Дамарис каленым железом. С тех пор, как она застала его с лучшей подругой, королева не могла ни есть, ни спать. Ревность и боль разрывали ее сердце на части. Она жаждала мести, в отчаянии придумывая самые изощренные пытки для предателей.

Харвард клялся, что его обманом завлекли в ловушку, и он не имел понятия, что задумала Елена. Будучи уверенным в своей правоте и рассчитывая на примирение, он возвел на площади необыкновенной красоты скульптуру. Дамарис хотела уничтожить ее, но рука не поднялась на произведение искусства. Да, и разрушать собственный образ, ей не особо хотелось, поэтому она решила, что рядом построит дворец, который станет предметом ее гордости.

Враждуя, Дамарис и Харвард не заметили, как пролетели годы, молодость проходила, а на смену любви пришла ненависть. Проклиная друг друга, они создали свои семьи и родили детей. Стараясь не пересекаться, даже случайно, каждый из них жил своей жизнью. Пока в один прекрасный день Дамарис не узнала, что Харвард получил смертельное ранение и лежит при смерти в своем загородном поместье.

Она пришла к нему, переступив через ненависть и гордость, которые были уже не так важны, когда она могла потерять его в любой момент. Только увидев Харварда умирающим, Дамарис поняла, какую ошибку совершала.

— Не умирай, — прошептала она, опускаясь на кровать рядом с ним.

— Поздно, — прошептал он.

— Я люблю тебя до сих пор, не смотря на нашу вражду.

Из ее глаз катились слезы, которые она не замечала. А он смотрел на нее, с болью осознавая, что ничего невозможно вернуть и это конец их истории.

— Я тоже люблю тебя, — Харвард попытался улыбнуться, — всегда любил…

— У нас еще есть шанс, надо просто придумать, как сохранить твою душу и тогда мы сможем воссоединиться, — она наклонилась и поцеловала его, — но ты должен помочь мне, одна я не справлюсь.

— Если мы воспользуемся заклинанием, ты тоже умрешь, — ответил он, — а я не допущу этого.

— Я не смогу жить, осознавая, что тебя больше нет…

— В тот день, когда ты застала меня с Еленой, она чем-то опоила меня, — он взял руку королевы в свою ладонь, — я никогда бы не изменил тебе.

— Я была такой дурой, — Дамарис смахнула слезы, — но мы все исправим.

Она прочитала заклинание, перед ней появилась книга, скрепленная золотой застежкой с красным рубином. Дамарис сняла с книги рубин и надела его на шею.

— Что ты делаешь? — спросил ее Харвард.

— Мы отправимся в вечность, до тех пор, пока наши потомки не воссоединятся и не освободят нас, — она открыла книгу, — когда я прочитаю заклинание, твоя душа будет заключена в книгу, а моя в кулон. Мы не состаримся и не умрем, а после того, как нас освободят, сможем обрести новую жизнь.

— Как они узнают, что нас надо освободить?

— Я придумаю пророчество, — Дамарис, провела ладонью по лицу любимого, — не переживай, все будет хорошо, доверься мне.

— Подожди, — Харвард тяжело вздохнул, — я знаю, что у меня мало времени, но позволь мне добавить несколько слов к твоему пророчеству. Пусть по твоей линии рождаются только девочки, а по моей мальчики, так мы будем уверены, что рано или поздно, кто-то из них полюбит друг друга.

— А если вдруг, все же, появится ребенок другого пола в твоей или моей семье?

— Он или она родится с разумом младенца и не смогут воспроизвести потомство, — он поднял на Дамарис глаза, — мое сердце и душа принадлежат тебе, любовь моя. Прежде, чем отправить нас в вечность, выполни еще одну мою просьбу, запиши нашу историю, чтобы ее смогли прочитать те, кто захочет освободить нас, пусть они сами решат, стоим ли мы того.

— Я согласна с тобой, — Дамарис щелкнула пальцами, на ее ладони появилась, небольшая книга обтянутая кожей, — здесь будет записана наша история, вплоть до сегодняшнего вечера, я отправлю ее в дом, где мы были счастливы.

— Это самое подходящее место…

— Когда наши потомки полюбят друг друга, они воссоединят кулон и книгу, тогда мы снова будем вместе, — она оставила на губах Харварда легкий поцелуй. — Я сделаю им подарок, если от этого союза родится мальчик, он получит силу древних магов.

— Прощай, любовь моя, — Харвард устало закрыл глаза, — ты мой свет и моя жизнь…  Навсегда…

— До встречи в вечности, — Дамарис положила голову на грудь Харварда и прочитала заклинание.

******

Алрой выслушал Эстель, ему не понравилось, что Харвард имеет отношение к поискам Карины, но сейчас пригодится любая помощь, и отказываться от его предложения, было бы чрезвычайно глупо. Харвард достаточно сильный маг, если Филипп нападет, лучше иметь рядом союзника, нежели расстаться с жизнью.

Харвард его враг, бал врагом много лет и останется им навсегда, но у него есть силы и информация, то чем Алрой не обладает, живя в мире простых людей. Сейчас их объединяла не только, Эстель, но и общий враг. Порой, бывшие враги, становятся хорошими союзниками, а именно союзника сейчас не хватало Алрою. В дружбе с Харвардом он не нуждался, как и в родстве с ним, но ничего не поделаешь, если Эстель полбила его.

— Я хочу отправиться за Кариной немедленно, — Алрой внимательно посмотрел на дочь, — я знаю, что ты не считаешь нас родителями, но представь, что это Харварду нужна помощь.

— Алрой, мы не можем отправиться к Бейли, пока Ким не позвонит нам и не скажет, что Карина действительно в доме.

Эстель понимала его волнение, но и действовать опрометчиво ей не хотелось, тем более подвергать опасности Кимберли.

— А ты не думала, что и твоя подруга может оказаться в опасности?

— Думала, поэтому прошу подождать. И ты не прав, когда говоришь, что я не считаю вас родителями, — Эстель старалась говорить, как можно мягче, чтобы не ранить чувства Алроя, — но это сложно принять. Всю жизнь я жила сама по себе, и вдруг у меня появляются родители.

— Я тебя понимаю, у меня тоже не было родителей, они погибли, когда я был подростком, — Алрой на мгновение задумался, — но я хотя бы помню их, у тебя такой возможности не было.

— Ты тоже рос в приюте?

— Нет, меня забрали родственники отца, я прожил с ними пару лет, после чего поступил в Академию и начал сам заботиться о себе, — он улыбнулся. — Я из обеспеченной семьи, родители оставили мне хорошее наследство, поэтому я ни в чем себе не отказывал. Когда мне поступило предложение от бабушки твоей матери, я согласился жениться на Карине, у меня и мысли не возникало, что я хочу для себя другую жену.

— Вы даже не встречались? — удивилась Эстель.

— Встречались, несколько месяцев перед свадьбой, чтобы понять, нужны ли мы друг другу.

— И ты в нее влюбился с первого взгляда?

— Как и ты в Харварда, — Алрой обнял дочь за плечи, — это значит, вы созданы друг для друга. Знаю, что не имею права что-то говорить, но я твой отец, даже если тебе это не нравится, будь с ним осторожна, Эстель. Харвард пытался уничтожить нашу семью. И он старше тебя, как минимум на восемнадцать лет.

— Дело не в возрасте и не в ваших… разногласиях, дело в том, что мы из разных миров и этого не изменить, — Эстель вздохнула. — Я не смогу отказаться от своей жизни, а он от своей. Харвард сделал мне предложение, и я согласилась, я не уверена, что из этого что-то получится, но пусть у нас будет маленький шанс на счастье.

Кимберли быстро добралась до загородного дома родителей Ника. Он немного удивился, но обрадовался, увидев невесту. Несколько дней Ник пытался поговорить с отцом и обсудить свои планы на жизнь, поэтому помощь Кимберли, ему пригодилась бы сейчас.

Отец всячески избегал разговора с сыном, ссылаясь на занятость, а мать то и дело предлагала ему кандидаток в невесты. За эти пару дней, что Ник провел с родителями, он ровным счетом не продвинулся ни на шаг в своем решении начать новую жизнь без их помощи.

— Ты так и не сказал отцу, что хочешь начать собственное дело? — спросила его Ким.

— Нет, я его не смог застать дома, даже на пару минут, он все время куда-то исчезает, — Ник пожал плечами, — если так пойдет и дальше, придется прислать ему уведомление на почту.

— Послушай, мы с тобой так часто гостили у твоих родителей, а ты так ни разу не показал мне дом, — сменила тему Кимберли. — И еще я бы хотела извиниться перед миссис Бейли.

— Мама уехала на какую-то встречу, поэтому извиниться перед ней не получится, но дом я могу тебе показать, — Ник взял Кимберли за руку и повел через сад к дому.

Они прошли по аллее мимо гостевого домика, неподалеку от которого Кимберли заметила небольшой подвал.

— Что это? — спросила она. — Твой отец боится конца света?

— Нет, — Ник улыбнулся, — этот дом был построен маминым дедом, там он хранил контрабанду, на чем и сколотил первый капитал. Сейчас никто не пользуется подвалом, я даже не знаю, что в нем находится.

— Мы могли бы спуститься туда и посмотреть, тебе никогда не было интересно?

— Отец не разрешает спускаться в подвал, это слишком опасно, помещение старое и может обрушиться.

— Ясно, — Ким достала телефон и быстро отправила смс Эстель, пока Ник увлеченно рассказывал ей о любимых розах матери.

— Кому ты пишешь? — спросил он, заметив, как Кимберли убирает телефон.

— Никому, Меган написала, что утвердила статью, — солгала девушка, — у нас есть целый день.

Когда Эстель получила сообщение от подруги, Харвард уже присоединился к ней и Алрою. Мужчины бросали друг на друга недовольные взгляды, но предпочитали молчать. Обстановку разрядила появившаяся София, девушка непринужденно со всеми поздоровалась, устремив свой взгляд на Харварда. Она знала, что пренебрегает правилами приличия, но ничего не могла поделать с обуявшим ее любопытством.

— Извини, что так разглядываю тебя, — сказала она Харварду, — но ты такой… необычный.

— Ничего, — сухо ответил он.

— Ты планировал убить меня?

— София! — воскликнула Эстель, возмущенная поведением сестры.

— Я много чего планировал, — Харвард усмехнулся, обескураженный поведением девушки, — а ты бы, что сделала на моем месте?

— Я бы не ждала двадцать пять лет, — София посмотрела на сестру. — Я что-то не так сказала?

— Неуместно задавать подобных вопросов, — Эстель первый раз в жизни почувствовала себя старшей сестрой, — где твое воспитание, София?

— И все же я отвечу, — Харвард на мгновение задумался, — став старше и мудрее, я понимаю, что сегодня не совершил бы, ничего из того, что сделал. Тогда все королевство, словно помешалось на пророчестве. Я верил, что моей жизни угрожает опасность от вашей семьи, особенно от наследницы Дамарис. Сейчас, когда я узнал Эстель, на многое смотрю другими глазами.

— Моя дочь изменила твои взгляды на жизнь? — вмешался в разговор Алрой.

— Да, Эстель изменила меня, если я должен умереть от руки одной из твоих дочерей, значит такова моя судьба, и скоро мы об этом узнаем.

— Каким образом? — София улыбнулась. — Думаешь, я нападу на тебя? Или это будет Эстель? Не думаю, что мы на такое способны, пусть даже это где-то написано.

— После того, как спасем Кендру, было бы уместно, все же, прочитать пророчество, — Харвард пожал плечами, — существует оно или нет, но мы должны открыть книгу.

— Полностью согласен, — Алрой бросил на Харварда недоверчивый взгляд, — а что будет с королевством?

— Я бы не заглядывал так далеко, еще неизвестно, чем закончится встреча с Филиппом, — Харвард взял Эстель за руку. — Если мы победим, ты останешься со мной?

— Как ты и сказал, не стоит заглядывать так далеко, — ответила она, — но что бы нас не ждало в будущем, я надеюсь, что оно будет совместным.

— Пора, — Алрой посмотрел на часы, — если возможность не представится, хочу сейчас поблагодарить всех за помощь. Я искренне признателен, и ценю участие, каждого из вас.

— Считай, что я возвращаю тебе долг, — ответил Харвард. — София, будь осторожна, Филипп может почувствовать нашу магию.

— Не почувствует, — улыбнулась София, — я знаю как проскользнуть незаметно. Показывай дорогу, сестренка.

Глава 14

Стараясь ничем не выдать себя, Кимберли пыталась узнать, как можно больше об отце Ника. Она заметила, с какой неохотой, Ник рассказывает о своей семье, а ведь они решили пожениться. Нет ничего плохого в том, что невеста интересуется семьей жениха. Но Ник на каждый вопрос пытался либо уйти от ответа, либо говорил какими-то общими фразами.

У нее начинало складываться впечатление, что он что-то от нее скрывает, а хуже всего, Кимберли заподозрила Ника в заговоре против Алроя. Ее гипотеза не выглядела правдоподобно, если учесть их отношения, но сбрасывать со счетов Ника не стоило. Филипп сильный маг и легко мог подчинить сына своей воле или ее жених не так прост, как кажется.

Кимберли испытывала стыд, подозревая любимого в похищении Карины, но после его невнятных ответов о собственных родственниках не могла думать иначе. Он рос с родителями, а не в приюте, так неужели никто и никогда не рассказывал ему о семье?

— Ты что, не знаешь имен своих предков? — не выдержала Ким. — Я всего лишь спросила, как звали родителей твоего отца.

— Они живут в Ирландии и с отцом не общаются, — ответил Ник, — поссорились еще до свадьбы с мамой, поэтому я не ничего не знаю о них.

— И тебе никогда не хотелось познакомиться с ними? — удивилась девушка.

— Нет, они ведь тоже не горят желанием познакомиться со мной, — Ник пожал плечами, — так почему я должен искать с ними общения? Ты тоже не ищешь родителей, хотя легко могла бы выяснить правду о своем рождении.

— Может быть, потому что, я знаю кто они?

Ким давно хотела рассказать Нику о своей семье, но откладывала этот разговор, а сейчас ей и вовсе было не до того. Она еще в детстве приняла решение, не пытаться искать общения с отцом и матерью, хотя всегда знала их имена. По негласному соглашению, они не докучали дуг другу и это всех устраивало.

— И ты никогда не хотела поделиться этим со мной? — спросил Ник.

— Хотела, но ведь и ты много чего от меня скрываешь, — Ким посмотрела Нику в глаза, — я знаю, кто твой отец и что он сделал.

Кимберли заметила за окном какое-то движение и решила действовать, она была уверена, что Эстель и Алрой уже на месте, а значит, можно смело пойти на риск. Если Ник ничего не знает о своем отце, он удивится, если они заодно…  Об это Ким, даже боялась подумать.

— Тем легче, дорогая, — Ник усмехнулся.

— Так ты все знал?

— А ты думала, зачем мне нужно было знакомство с Колманом? — Ник схватил Кимберли за руку и притянул к себе. — Отец давно выяснил, кто такой Колман, но не мог к нему подобраться, поэтому в игру вступил я.

— Ты не мог знать, что я с ним познакомлюсь.

— Это было делом времени, Ким, всего лишь делом времени.

Ник перекинул Кимберли через плечо и переместился с ней в подвал. Там он бросил девушку на железную кровать и отошел в сторону. Она уставилась на него изумленными глазами, кто бы мог подумать, что Ник обладает такими силами. Но еще больше ее поразило, с каким равнодушием он признался во всем.

— Ты никогда не любил меня и не собирался жениться, — прошептала она, сдерживая слезы.

— Конечно, нет, глупенькая, — рассмеялся он, — если я женюсь, то на равной себе, а не на девчонке из приюта.

Кимберли сняла с пальца кольцо и запустила его Нику в голову, но он со смехом увернулся.

— Как ты мог, так поступить со мной?

— Мог Ким, потому что все хотят трон Дамарис и я не исключение, — он усмехался, — если все удачно сложиться, я женюсь на одной из дочерей Колмана, они, ведь обе наследницы престола. А теперь отдыхай, моя сладкая, пока я разбираюсь с будущим тестем и своими родственничками. Игра началась, Кимберли.

******

Оглядев сад, Алрой заметил подвал, о котором упоминала Ким, он хотел немедленно спуститься туда, но Харвард удержал его. Все понимали чувства Алроя, но действовать, не проверив, кто есть в доме, чистое безумие. Кроме Ника и Кимберли, здесь мог находиться и Филипп, а с ним лучше не встречаться раньше времени.

Неожиданно мелькнувшая тень насторожила Софию, ей показалось, что она чувствует магию. Девушка обернулась к Алрою и Харварду, мужчины так же, как и она, находились в недоумении.

— Может быть Филипп или Эрик? — прошептала София, оглядываясь по сторонам.

— Что происходит? — спросила Эстель.

— Кто-то воспользовался магией, — ответил Харвард.

— Предлагаю разделиться, — София выглянула из-за дерева, чтобы убедиться, что в саду никого нет, — мы с Алроем поищем маму и Кимберли в подвале, а вы осмотрите дом, встретимся на этом месте.

— Только будьте осторожны, — предупредил Алрой, — если Ник на стороне отца, он может быть опасен.

Направляясь к дому, Эстель заметила, что в окнах на первом этаже, что-то мелькает. Яркий свет периодически освещал окна и сразу исчезал, она обернулась к Харварду, но он знаком показал, чтобы она молчала.

Подойдя ближе, Эстель и Харвард увидели Ника и Эрика, молодые люди метали друг в друга огненные шары. Через открытое окно гостиной, доносились некоторые фразы их перепалки.

— Ты убил Селену! — кричал Эрик, метая в брата шар за шаром.

— Она слабая и никчемная девица, от которой одни неприятности! — ответил Ник, отразив очередной летевший в него шар. — Сам подумай, для чего она тебе нужна, если есть две принцессы по крови! Селена всего лишь пользовалась тобой, потому что твоя мать имеет отношение к королевской семье! На самом деле все это пророчество сплошная выдумка, спроси у отца, он нашел дневник Дамарис. И если бы я не убил Селену, она бы убила меня!

— Теперь тебя убью я!

— Это вряд ли, братец, потому что я намного сильнее, и тебе никогда не взять верх надомной, — Ник расхохотался, — до сих пор тебя спасало только то, что ты мой брат.

— Ник убил Селену… — прошептала Эстель, — как такое возможно?

— Как видишь, он обладает теми же силами, что и Филипп.

Харвард, еще размышлял, вмешаться ему или подождать, пока эти двое уничтожат друг друга, как появился Филипп.

— Что здесь происходит? — спросил он.

— Уходим, — Харвард взял Эстель за руку, — мы должны предупредить остальных.

Они переместились в подвал, внутри он больше походил на особняк, нежели на тайное убежище контрабандистов. Из холла, где оказались Харвард и Эстель, помещение делилось двумя коридорами, с одной стороны располагались гостиная и кухня, с другой множество закрытых комнат.

Харвард и Эстель пошли на голоса и вскоре наткнулись на Софию и Кимберли, девушки стояли в коридоре у дверей одной из комнат.

— Ким, дорогая! — Эстель обняла подругу. — Прости меня, если бы не я, с тобой бы ничего не случилось.

— Это не ты закрыла меня в подвале, — Ким улыбнулась, — но в этом есть и свои плюсы, теперь я знаю кто такой Ник Бейли. Не переживай, ты не виновата, что мой парень алчное чудовище.

— А где Алрой? — перебил девушек Харвард.

— Он ищет маму, — ответила София, — надеюсь, нашел, раз его так долго нет.

Обойдя несколько комнат, Алрой все же разыскал Карину. Она бросилась ему на шею, осыпая его лицо поцелуями, не веря в собственное счастье.

— Я уже и не надеялась, что ты отыщешь меня, — прошептала Карина.

— Ты во мне сомневалась? — он заглянул ей в глаза.

— Нет, но мне все равно было страшно, — она прижалась к его груди, — давай уйдем отсюда. Нам надо срочно попасть в Дамарис, теперь я знаю, как избавиться от проклятия.

При виде Харварда, на Карину нахлынули воспоминания, она снова оказалась в прошлом. Словно и не было всех этих лет. Ей хотелось высказать Харварду все, что она о нем думает, но хрупкий мир с Эстель, дороже личной неприязни. Начни Карина вражду с Харвардом и дочь, не задумываясь, примет его сторону. Если с Алроем Эстель еще как-то ладит, то с ней она не считается и хуже всего, винит ее в своих бедах. Но это Харвард сломал их жизни, и по его вине Эстель оказалась в чужом мире, вот только его, дочь виноватым не считает.

Прибывая в раздумьях, Карина не заметила, как все переместились в подземелье замка. Она настолько была поглощена своими мыслями, что не заметила летящий в нее огненный шар.

— Кендра, пригнись! — раздался за ее спиной голос Харварда, и в считанные секунды она оказалась лежащий на полу.

— Что происходит? — Карина подняла голову, и только сейчас заметила, что на них напали.

— Это ловушка, спрячься за колонну, — ответил ей Харвард, на ходу обороняясь от огненных шаров Филиппа.

— Алрой, у вас нет шансов! — крикнул Филипп. — Сдавайтесь, силы не равны, вас только двое, против четверых и неопытная девчонка.

— А что, Селена уже воскресла? — спросил Харвард.

— Я и не умирала, — Селена расхохоталась, — приятно познакомиться, дядюшка! Как тебе наш маленький спектакль?

— Игра отвратительная, если честно, — отозвался Харвард. — А что касается неопытной девчонки, то тут вы сильно ошибаетесь.

— Филипп, давай поговорим, — крикнул Алрой, — ты должен понимать, что книгу смогут открыть только София и Эстель, у тебя нет шансов заполучить Дамарис.

— У меня все шансы, — громкий смех Филиппа, эхом разнеся по подземелью, — Эрик и Селена могут законно претендовать на трон Дамарис.

— Начнем с того, что у Дамарис есть король и королева, — не сдержалась Карина, — как ты смеешь распоряжаться моим королевством? Кто ты такой Филипп, чтобы решать судьбу государства, которое не имеет к тебе никакого отношения?

— Когда ты сама в последний раз вспоминала о Дамарис, Кендра? — в голосе Филиппа звучала нескрываемая ярость. — Или к тебе лучше обращаться леди Стэнли? Ты могла бы иметь все, Кендра, но твоя бабушка выбрала никчемного зятя и короля. И если раньше я трепетал при одном взгляде на тебя, то сейчас ты вызываешь у меня только отвращение.

— Достаточно! — Алрой запустил в Филиппа огненный шар. — Ты жалкий предатель и убийца!

Столько лет сдерживаемый гнев Алроя вырвался наружу. Он доверял Филиппу, считал его своим другом, делился с ним своими планами, в то время как Филипп, мечтал заполучить его жену и королевство. Слишком поздно у Алроя открылись глаза на бывшего друга, а ведь старая королева просила его не доверять никому. Бабушка Карины насквозь видела алчного и завистливого Филиппа, но Алрой не воспользовался мудрым советом и сделал лучшего друга первым министром королевства. Если бы не его доверчивость, он бы до сих пор правил Дамарис.

Алрой ничего не видел и не слышал вокруг себя, в его голове стучала только одна мысль: «Убей… Убей… Убей…». Он вспомнил все, чем когда-то владел, его силы словно возродились из пепла. Когда-то он был сильным магом и умел делать то, о чем многие студенты только мечтали. Прочитав заклинание, Алрой обрушил всю мощь своей магии на Филиппа.

Летевшие со всех сторон огненные шары Селены, Эрика и Ника, отражали Харвард и София. Они стойко держали оборону, пока Алрой сражался с Филиппом.

Харвард оглянулся, и встретился взглядом с Ником, который, только что убил собственного брата.

Глава 15

— Алрой, прекрати, ты убил его! — ворвался в сознание Алроя голос Карины.

Он словно очнулся ото сна, прервав мощный поток энергии. Руки Алроя опустились, но долгожданное облегчение не приходило, какая-то неведомая сила накрыла его и не отпускала. Алрой не чувствовал ни боли, ни сожаления, а ведь Филипп был его другом. Они провели вместе юность, долгие годы студенчества навсегда останутся в его памяти, этого он никогда не сможет изменить.

Филипп, с которым Алрой делил радости и печали умер не сегодня, а много лет назад, когда предал их дружбу. Можно простить многое, но предательство простить невозможно. Зависть и ненависть отравили сердце Филиппа и превратили его в монстра, которым он впоследствии стал.

Заметив, что Филипп погиб, Ник и Селена исчезли в считанные секунды. Никто не стал их преследовать, лишившись поддержки более сильного мага, они вряд ли снова захотят напасть. Их сила заключалась не в умении владеть магией, а в человеке, за спиной которого они стояли.

— Вот, черт! — выругался Харвард. — Мы упустили их!

— Без поддержки Филиппа они ничто, — ответил Алрой.

— Господи, я встречалась с убийцей, которого совсем не знала, — Кимберли выбралась из своего укрытия и подошла к телу Эрика, — как Ник мог убить собственного брата? Что за чудовище я любила?

— Людям свойственно ошибаться, — Эстель обняла подругу за плечи.

— Мы похороним их в семейном склепе Стэнхоумов, — Харвард подошел к книге пророчеств. — Все готовы открыть книгу и узнать, что приготовила для нас королева Дамарис?

Эстель и София переглянулись, каждая из них подумала об истории королевства, которое могло быть их домом. Обе они выросли в другом мире, и если Эстель не готова отказаться от той жизни, что вела в Нью-Йорке, то София с радостью бы поселилась в Дамарис.

Сняв с шеи кулон, София приложила его к книге. Вместе с сестрой она повернула рубин, книга раскрылась, озарив подземелье яркими лучами света.

— Дамарис…  — прошептала Карина, глядя на прозрачную женскую фигуру.

Женщина сделала знак Харварду, присоединиться к Эстель и Софии, он не понимал, что от него требуется, но подошел. Королева указала на строки, написанные в книги, Харвард прочел их, взял Эстель за руку, после чего они положили ладони на раскрытые страницы. Сияние стало ярче, а за спиной Дамарис начал прорисовываться силуэт высокого мужчины.

Постепенно свечение угасло. Больше ничто не скрывало два ясных образа, которые возникли из книги пророчеств. Мужчина и женщина из плоти и крови смотрели на собравшихся в подземелье людей, пытаясь определить степень их родства с собой.

— Что происходит? — спросила Эстель.

— То, что должно было произойти, — Дамарис улыбнулась, — вы освободили нас, чтобы мы смогли прожить ту жизнь, которую не прожили по собственной глупости. Если бы не ваша искренняя любовь, мы бы навечно остались между двух миров. Это и есть недостающая часть пророчества, которая могла открыться перед теми, кто связан кровным родством и истиной любовью. Эстель и София открыли книгу, но только сила настоящей любви между нашими потомками, смогла воскресить нас.

— Значит не было никакого пророчества? — спросил Харвард прадеда.

— Оно существовало лишь для нас, мы создали его, чтобы выжить, — Харвард — старший внимательно посмотрел на правнука, — триста лет ожидания, чтобы снова быть вместе, разве это не любовь? Пусть наша история послужит для вас уроком.

— А как же наследник и все остальное, во что поверили, Селена и Эрик и во что верили все мы? — возмущению Карины не было предела.

Столько лет она страдала в изгнании, люди убивали друг друга, борясь за королевство, а Харвард и Дамарис всего лишь ждали момента, чтобы снова быть вместе. Правду говорили те, кто считал королеву эгоистичной и властной натурой, думающей только о своем благе.

— Наследник действительно будет у одной из твоих дочерей, Кендра, почему ты так возмущаешься? — ответила королева. — Ни у Эрика, ни у Селены никогда не было шансов родить этого ребенка, мальчик родится у наших прямых потомков. Эстель и Харвард, подарят миру сильного мага, равного которому нет, и не будет.

— Но я даже не беременна, — Эстель посмотрела на Харварда, — и мы живем в разных мирах, что делает совместную жизнь практически невозможной.

— Время все расставит на свои места, — Дамарис обернулась к Алрою, — прошу тебя, не ставь препятствий на их пути, благослови этот союз.

— Боюсь, что тут дело вовсе не во мне, — честно ответил Алрой, — я ничего не имею против Харварда, он спас жизнь моей жене, теперь я перед ним в неоплатном долгу.

— Я не желаю участвовать в этом балагане, — вспылила Карина, которой порядком надоело слушать слащавые речи родственников, — Алрой, верни меня в Лондон. Вы можете принимать любые решения и радоваться чудесному воссоединению семей, но без меня! Я безмерно рада, что все счастливы и с вашего позволения готова отправиться домой!

— Мама…  — София в недоумении уставилась на мать.

— София, я выразилась вполне ясно! — Карина взяла дочь за руку. — Совсем забыла, что ты тоже можешь воспользоваться магией, поэтому просто верни меня в Лондон, если твой отец не в состоянии этого сделать.

— Я сказала папе, что ты улетела в Нью-Йорк, как ты себе представляешь, что сейчас появишься в своей комнате? — попыталась возразить София.

— Просто верните меня домой!

— Я выполню твою просьбу, — вмешалась Дамарис, — тебе нужно время, Кендра, чтобы принять реальность.

— О какой реальности может мне говорить женщина, которая умерла триста лет назад?

— Я сам отправлю Карину домой, — Алрой обнял жену за талию, открыл портал, и они вместе исчезли в ярком сиянии.

— Простите маму, — София смущенно улыбнулась, — не понимаю, что с ней случилось…

— Я предлагаю перейти к главному, — Харвард прошелся по подземелью, словно подбирая слова, — что будет с королевством, Дамарис?

— Я прошу тебя вернуть мне трон, — ответила королева, — это было бы правильно, учитывая, что народ ненавидит тебя, Харвард.

— Отлично, — маг пожал плечами, — я согласен с вами, но что делать мне?

— Возглавь Королевскую Академию, — предложил Харвард — старший, — Ты мог бы многому обучить студентов.

— Я подумаю, — Харвард улыбнулся, — у меня еще много неразрешенных дел, поэтому, я тоже предпочел бы удалиться. Пусть Айзек соберет наши вещи и отправляется в поместье Ротмондов, если вы не возражаете, сэр.

— Поместье твое, — Харвард — старший положил руку правнуку на плечо, — но позволь навестить тебя, я бы хотел посмотреть, что стало с нашим домом.

— Когда вам будет угодно, — Харвард открыл портал, пропустив вперед Эстель и Кимберли, скрылся вслед за ними.

— Что ж, наверное, мне тоже пора, — развела руками София.

— Останься, — попросила Дамарис, — я хочу рассказать тебе нашу историю, тем более, чувствую, что ты тоже этого хочешь.

София не стала отказываться от предложения королевы, она понимала, что сейчас нигде никому не нужна. Ее мать занята личными обидами, отец, скорее всего, налаживает отношения с молодой любовницей, а сестра не настолько близка, чтобы взваливать на нее свои проблемы.

Дамарис и Харварда оказались единственными людьми, которые сейчас нуждались в Софии. Она чувствовала их заботу и участие, потому с радостью приняла предложение королевы.

******

Карина прибывала в ярости с тех пор, как вернулась в квартиру Алроя. Все оказалось куда проще, нежели все думали изначально. Нет, и не было никакого пророчества. Как и предупреждал Филипп, все это происки эгоистичной Дамарис.

Столько лет вражды и ненависти, только потому, что эта женщина хотела воссоединиться со своим любовником. Как низко с ее стороны так воспользоваться собственной семьей. Но больше всего Карину возмущало поведение дочери и ее отношения с Харвардом.

Хороший подарок уготовила ей судьба — убийца и захватчик в лице будущего зятя. От безвыходности Карине хотелось кричать, но даже этого она не могла себе позволить. Придется терпеть ненавистного Харварда, чтобы не потерять тот хрупкий мир, что образовался между ней и Эстель. Дочь вбила себе в голову, что от нее отказались и выбросили, словно мусор, но она не понимает, что все это только по вине человека, которого она полюбила.

— Карина, поговори со мной! — Алрой взял жену за плечи и встряхнул. — Приди в себя, от твоей хаотичной ходьбы по комнате ничего не изменится! Ты можешь ругаться, кричать, ненавидеть весь мир, но пойми, что все это напрасно!

— Почему? — Карина неожиданно для себя разрыдалась. — Почему, мы все потеряли, Алрой?

— Мы нашли друг друга, — он прижал ее к своей груди и погладил по волосам, — разве это не чудесно? Я мог умереть, а ты остаться в Дамарис и неизвестно, что бы Филипп с тобой сделал, достанься ты ему, но мы выжили и теперь снова вместе. Разве этого мало?

— Нет, но мы потеряли дочь и теперь она собирается связать свою жизнь с нашим врагом.

— Который спас твою жизнь, — напомнил Алрой.

— Это ничего не меняет, — Карина смахнула слезы, — но придется терпеть его из-за Эстель.

— Наши дочери взрослые женщины, позволь им самим решать, чего они хотят от жизни, пусть это даже кому-то не нравится.

— Дамарис воспользовалась нами, это так отвратительно!

— А что бы сделала ты на ее месте, если бы захотела спасти мою жизнь?

— Это не давало ей права распоряжаться судьбами своих потомков, кто она такая? Господь Бог?

— Что сделано, то сделано, и мы уже ничего не сможем изменить, — он поцеловал ее мокрые от слез щеки, — нам пора задуматься о нашей жизни, ты не считаешь, что мы слишком долго ждали, чтобы быть вместе?

— Ты прав, но Эстель и Харвард…

— Оставь их, они взрослые люди, — Алрой подхватил Карину на руки и отнес в спальню, — я люблю тебя, ты еще не забыла об этом?

— Нет, я не забыла, — она поцеловала его, — но я все равно люблю тебя больше.

— Хочешь поспорить об этом? — Алрой опустил Карину на кровать, нависнув над ней на вытянутых руках. — Я думал о тебе все эти годы…  Ревновал… и безумно хотел заполучить тебя обратно в свою постель.

Его слова прерывались поцелуями, которыми он осыпал ее все более и более страстно. Пьянея от возбуждения, Карина не заметила, как оказалась обнаженной, а Алрой удобно расположился между ее раскинутых ног. Его рука ласкала разгоряченную плоть, готовую принять его. Алрой так долго хотел Карину, что почувствовав, насколько она влажная, вошел в нее резким толчком и задвигался. Он осознавал, что страсть затуманила его разум, и уже не старался сдерживать себя, понимая, что Карина тоже находится на грани. Алрой слышал ее еле сдерживаемые стоны, продолжая с силой врываться в ее тело, пока не почувствовал, что Карина достигла оргазма, забившись в его руках. Алрой накрыл ее рот жадным поцелуем, несколько резких движений, и он излился в нее.

— Когда-нибудь, ваша страсть убьет меня, мадам, — прошептал он, отрываясь от ее губ.

— Обожаю твои поцелуи, — она очертила пальчиком контур его губ, — я могла бы целовать тебя вечно.

— Заманчивое предложение…

Алрой завладел губами Карины, почувствовав, как ее внутренние мышцы сжимают его член, от чего он снова начал твердеть внутри нее.

— Алрой…  — простонала Карина в его рот.

— Мы только начали, любовь моя, — в его глазах загорелось пламя страсти, сжигавшие Карину изнутри, — эта ночь только наша, и я намерен воспользоваться, каждым мгновением, которые подарила нам судьба.

******

Кимберли не хотела оставаться в их с Ником квартире ни минуты, она забрала необходимые вещи и переехала в отель. Эстель уговаривала подругу пожить у нее, но сославшись на усталость и желание побыть одной, Ким вежливо отказалась. Она прекрасно понимала, что у Эстель и Харварда есть личная жизнь, которую ей не хотелось нарушать своим присутствием.

— Вы итак много для меня сделали, — улыбнулась девушка, — спасибо, за помощь.

— Не хочешь остановиться у меня даже на эту ночь? — Эстель обняла подругу. — А если Ник найдет тебя?

— Он не станет меня искать, — уверенно ответила Ким.

Эстель ничего не оставалось, как согласиться с доводами Кимберли и отправиться домой. Она заметила, с каким нетерпением Харвард стремиться остаться с ней наедине и решила больше не мучить его.

— Наконец-то мы дома! — он обнял девушку и поцеловал. — Почему-то мне твоя квартира больше напоминает дом, чем холодный дворец в Дамарис.

— Может быть, потому что, здесь тебя любят и ждут? — Эстель стянула с Харварда одежду, усадив его на диван. — Я люблю тебя, мне все равно где мы будем жить, главное, что вместе. Я хочу родить от тебя ребенка, чтобы мы стали настоящей семьей.

— Хочешь начать прямо сейчас?

— Нет, давай немного потренируемся для начала, а после свадьбы займемся этим вопросом вплотную, — Эстель начала медленно раздеваться, демонстрируя Харварду гибкость стройной фигуры.

Терпению Харварда пришел конец, когда Эстель наклонилась, чтобы снять туфли. Он схватил ее за руку и притянул к себе на колени. Она ощутила его восставший член у себя между ног. Одно движение и Харвард вошел в нее на всю длину. Эстель задвигалась на нем, набирая темп, пока пальцы Харварда массировали ее нежную плоть между двух упругих половинок. Эстель накрыла волна экстаза, она смутно осознавала, как Харвард вышел из нее и, развернув к себе спиной, завладел податливой попкой. Его руки накрыли грудь девушки, лаская затвердевшие соски. Понимая, что Эстель уже на грани, Харвард перевернул ее на спину, и закинув длинные ноги девушки себе на плечи, продолжил с силой вонзаться в нее.

— Не сдерживайся, — простонала Эстель, — давай сделаем это вместе, отпусти себя.

— Я уже почти, любимая…

Его пальцы несколько раз сжали ее клитор, и они вместе достигли оргазма.

— Это было великолепно, — Эстель притянула Харварда к себе, завладев его губами в долгом страстном поцелуе.

— Ты такая сладкая, — прошептал он, отвечая на поцелуй, — никогда не перестану благодарить Дамарис за тебя.

— Если бы не она, мы бы не полюбили друг друга, — Эстель улыбнулась, — при случае обязательно скажу ей спасибо.

— Я хотел бы показать тебе свое поместье и любить тебя на берегу озера, наслаждаясь твоим прекрасным телом на зеленой траве, — мечтательно прошептал он.

— Мы можем отправиться в твой дом, как только я возьму отпуск, — Эстель погладила его по волосам, — я поняла, что мне нужен ты и наши отношения, а вовсе не Нью-Йорк. Зачем мне этот город без тебя? Писать статьи можно где угодно, а если я потеряю тебя, я не смогу жить.

— Я тоже, — улыбнулся он, — мне все равно, где будет наш дом, лишь бы он был там, где ты. Я люблю тебя, Эстель Брангенштейн и хочу, как можно скорее отвести тебя к алтарю.

— Я согласна, тем более, сейчас самое время для свадеб.

Эстель улыбнулась, глядя в сияющие глаза Харварда. Теперь она понимала, не важно, где они будут жить и чем заниматься, главное, что они останутся вместе. Любые преграды можно преодолеть, когда рядом тот, кого ты любишь всем сердцем, и кто с такой же силой любит тебя.

Глава 16

София выслушала историю Дамарис и Харварда. Будучи девушкой практичной, она увидела больше плюсов, нежили минусов в пророчестве, что создали двое влюбленных. Самое главное, они остались живы и смогли пронести свою любовь через столетия, а остальное со временем наладится.

Народ, уставший от жестокости Харварда с радостью примет Дамарис, как свою королеву. Стоит ей только выйти к людям и благодарность подданных будет безграничной. Она и сама это понимала, гораздо больше королеву волновало отношение Алроя к ее решению. Что если он захочет править сам? И будет прав в своем решении, поэтому Дамарис решила поговорить с Софией, все же она лучше знает своих родителей.

— Ты осуждаешь меня? — спросила ее королева.

— Нет, что вы, ваше величество, как я могу судить вас? — София улыбнулась.

— Но по праву королевство принадлежит твоим родителям.

— Мама и Алрой давно привыкли к новому миру, они любят ту жизнь, которая у них есть сейчас, — София вздохнула. — Я бы с радостью осталась в Дамарис, но не представляю, что бы я делала здесь.

— Я могу предложить тебе место первого министра, если народ примет меня.

— Народ примет тебя, — вмешался в их разговор Харвард — старший, — можешь даже не сомневаться.

— Я понимаю, что в королевстве магов случается всякое, но воскреснуть через триста лет не каждый способен, — Дамарис сомневалась в правильности своего решения и наконец, сказала это вслух.

— Ты наследница древней магии, — Харвард положил руки ей на плечи и заглянул в глаза, — когда-то мы выбрали тебя своей королевой и основали королевство на пустынном берегу. Ты привела нас к процветанию и сделала великим народом. Мы доверяли тебе и чтили твои законы, которые существуют до сих пор. Ты истинная королева Дамарис, всегда ей была и будешь еще много лет.

Как и говорил Харвард, народ принял свою королеву, а вместе с ней нового короля. Деяния правнука надолго останутся в памяти людей, поэтому Харвард-старший, решил, что напоминать имя захватчика не стоит лишний раз. При коронации новый король Дамарис воспользовался вторым именем и отныне его величали — Кристиан Харвард Альберт Ротмонд.

София с радостью приняла должность первого министра, чем удивила родителей, но им ничего не оставалось, как лишь поздравить дочь, вмешиваться в ее дела они не решились. Девушка еще не поговорила с Эдвардом, ему она не расскажет всей правды, достаточно предупредить отца, что нашла работу во Франции и пока останется там. В любом случае, Эдвард не поймет той жизни, что теперь ведет София. Он далек от магии, но это и к лучшему, так ему будет проще принять разлуку с дочерью.

******

Разговор с мужем для Карины не стал настолько сложным, как она предполагала. Он выслушал ее и согласился на все условия. Она не требовала раздела имущества, его деньги не интересовали ее, что вполне устроило мужчину. В свое время Эдвард спас Карину от нищеты и стал отцом для ее дочери, отплатить ему черной неблагодарностью она бы не смогла.

С тех пор, как Филипп похитил Карину, она больше не появлялась в загородном доме мужа. Вещи ей собрала София, а поговорить с Эдвардом о разводе, Карина приехала в его офис. Проходя в кабинет бывшего супруга, она заметила, что Мелисы нигде нет, хотя девушка обычно встречала ее на входе.

— А что, мисс Браун заболела? — спросила она секретаря.

— Нет, ее уволил мистер Стэнли, — ответила ей секретарь, еле сдерживая довольную улыбку.

Карина ничего не сказала, но про себя подумала, что это весьма неожиданный поворот. И пусть Эдвард не уволил любовницу, когда она потребовала этого, но хотя бы из-за дочери, принял правильное решение.

Как всегда, сдержанный и уравновешенный Эдвард ничем не выдавал своих эмоций. Вспомнив недавнюю сцену, которая произошла в их доме, сложно было представить, что этот человек мог выйти из себя. Эдвард подписал документы о разводе и отдал их Карине. Она попыталась объяснить ситуацию с Алроем, но его это мало волновало. Он внимательно выслушал бывшую жену, но выводы делать не стал, теперь ее жизнь, его не касается.

— Единственное, о чем прошу, — сказал он на прощанье, — не разрушай мои отношения с дочерью.

— Я бы никогда так не поступила, София слишком любит тебя.

— Она решила пожить во Франции, думаю это правильное решение, — Эдвард не на долго задумался. — Нам с тобой придется встречаться время от времени, давай проявим взаимное уважение, дорогая.

— Хотела попросить тебя о том же.

Они обменялись рукопожатиями, и Карина ушла. Теперь никто ей не помешает жить так, как она хочет. Отношения с Эдвардом были ровными и спокойными, она привыкла к определенной размеренности и теперь придется все изменить ради Алроя.

Алрой…  Когда-то она стала его женой, но будучи совсем юной девушкой, не думала о будущем. Они любили друг друга, и им казалось, так будет вечно, но неожиданно все изменилось. Она потеряла мужа и осталась одна, беременная, с ребенком на руках. Привыкшая к роскошной жизни юная королева, непременно пропала бы в чужом мире, не попадись на ее пути Эдвард.

Иногда, Карина спрашивала себя, какой была бы их жизнь с Алроем, не разрушь ее Харвард. Тогда она многого не понимала и просто наслаждалась любовью. Теперь Карина взрослая женщина, за ее плечами два брака и жизненный опыт, а она снова влюбилась, как девчонка и снова ее терзают те же сомнения, что и юную принцессу Кендру.

— Он подписал бумаги? — спросил Алрой, когда Карина вернулась в отель.

— Да, он подписал, — Карина обняла мужа и поцеловала, — но у меня столько сомнений, правильно ли мы поступаем? У нас две взрослые дочери, мы совершенно не знаем, как наладить с ними отношения, а тут еще развод и…

— Что? — Алрой погладил Карину по волосам, — Что еще, любовь моя?

— Я беременна, — она опустила глаза.

— Это потрясающая новость! — Алрой подхватил жену и закружил ее по комнате. — Судьба дает нам еще один шанс, чтобы на этот раз мы все сделали правильно.

— Алрой, отпусти, что ты делаешь! — рассмеялась Карина.

— Это так чудесно, снова стать отцом, — он прижал Карину к груди, — как думаешь, девочки не станут ревновать нас к малышу?

— Боюсь, с Эстель могут возникнуть проблемы, ведь ее мы не воспитывали, — Карина посмотрела мужу в глаза, — нам придется серьезно поговорить с дочерью.

— Постарайся принять ее выбор, дорогая, и ваше общение станет проще.

******

Постепенно жизнь входила в обычное русло, Эстель и Кимберли вернулись к работе. Они больше не вспоминали о случившимся в Дамарис и старались не упоминать Ника. Только один вопрос беспокоил Ким, — ее родители. Она видела, как Эстель пытается наладить отношения с родными и решила последовать ее примеру.

Одно дело, когда обе стороны делают вид, что ничего не происходит и совсем другое, когда ты каждый день приходишь на работу мимо офиса собственного отца. Желание постучать в дверь и объясниться возрастало каждый день. Однажды утром, Кимберли не выдержала и без предупреждения вошла в кабинет отца.

— Доброе утро, мистер Льюис, — сказала девушка с порога. — Я думаю пришло время поговорить.

Она не видела отца, кресло было развернуто к стене, но после ее слов, владелец издательства развернулся и Кимберли замерла на месте.

— Доброе утро, Ким, — улыбнулся ей Ник, — неожиданно, правда?

— Что ты сделал с моим отцом? — Ким немного пришла в себя. — И как ты узнал про Брендана?

— Было просто догадаться, когда ты сказала, что знаешь правду о родителях, — Ник вышел из-за стола и подошел к Кимберли, — разве я не угадал, кто твой отец?

— Мне все равно, что ты там угадал, — огрызнулась Ким, — я задала тебе вопрос!

— Я вложил деньги в издательство и теперь мы с Бренданом партнеры, — Ник обнял Кимберли за плечи и усадил на диван, — если у тебя есть вопросы к руководству, я тебя слушаю.

— У меня вопросы не руководству, а к отцу, разве я не ясно выразилась?

Кимберли сбросила руку Ника с плеча. Прикосновения бывшего возлюбленного вызывали в ней дискомфорт, и вовсе не из-за того, что он убил собственного брата. Столько лет обмана, только ради того, чтобы подобраться к ее подруге, неужели он считает это нормальным? Ник признался, что никогда не любил ее, а лишь использовал в своих гнусных целях. Теперь он стал партнером Брендана, и она сомневалась в благих намерениях этого человека. А он сидит тут и улыбается, словно между ними ничего не произошло.

— Не волнуйся за Льюиса, ответил он после долгой паузы, — я не причинил ему зла, он просто улетел во Францию к сыну. У мальчишки сегодня день рождения. Ты ведь знаешь, что у тебя есть брат?

— Знаю, он сошелся с моей матерью двенадцать лет назад и у них родился сын, — Ким пожала плечами, — это не секрет, насколько тебе известно. Ты ничем меня не удивишь, Ник.

— Даже тем, что хочу вернуть тебя?

Ник заметил, как изменилось лицо Кимберли, как бы она не пыталась сохранить равнодушие, ему все же удалось пробить брешь в ее броне.

— Ты идиот или притворяешься? — спросила она, глядя ему в глаза. — Думаешь, я смогу когда-нибудь снова тебе доверять?

Она смотрела на него, как на безумного. После всего сказанного, он еще надеется, что сможет спокойно продолжить с ней отношения? Не сложилось с принцессами крови, так можно вернуться к наивной Кимберли? Если он и правда так думает, то сильно ошибается.

— Послушай, — сдержанно начал Ник, — да, я убил Эрика, но поступи я иначе и он, не задумываясь, убил бы всех вас. Мне пришлось вести двойную игру, но вовсе не по своей воле.

— Господи, Ник, причем здесь Эрик? — Ким вскочила с дивана. — Ты обманывал меня! Сказал, что никогда не любил, и не собирался жениться, думаешь этого мало?

— Мне пришлось так поступить, — Ник тоже встал, — отец следил за каждым моим шагом. Если бы я не играл по его правилам, ты бы здесь сейчас не стояла. Филипп был жестоким человеком, он не пощадил бы тебя, скажи я ему, что на самом деле люблю тебя. Даже если бы ты не представляла угрозы его планам, он бы убил тебя, чтобы причинить боль мне и заставить подчиняться.

— А твоя мать?

— Ничего не знала, — Ник вздохнул, — мама далека от магии. Когда мои способности стали проявляться, отец заметил это, после чего начал обучать меня. Он с детства предупреждал, что это только наша тайна и в этом мире магии не существует.

— И что ты хочешь от меня?

— Я люблю тебя, Ким, — просто ответил он. — Филиппа больше нет, и никто не сможет встать между нами.

— Ник, я не могу просто так взять и забыть все, что ты наговорил мне.

Кимберли хотела поверить Нику, но в ее сердце были слишком свежи воспоминания о той боли, что он причинил ей. Как поверить тому, кто уже однажды предал? Даже если он сделал это, чтобы защитить ее, их отношения одна сплошная ложь с самого начала.

— Я знаю, что виноват, но каждый имеет право на второй шанс.

— А как на счет миссис Бейли? Ей мне тоже дать второй шанс? — неужели Ник не понимает, что его мать не даст им быть вместе.

— Моя мать опечалена смертью отца, — просто ответил он, — ей сейчас не до наших отношений.

— Где ты взял тело? — ужаснулась Ким, подозревая самое худшее.

— Не смотри на меня так, я не сделал ничего ужасного, — оправдался Ник. — Я выкрал тело отца из семейного склепа Стенхоумов и переместил в его офис, где он и был обнаружен секретаршей. Мама думает, он умер от сердечного приступа.

— Ты украл тело отца?!

— А что мне оставалось делать? — оправдался Ник. — Это Нью-Йорк, человек не может здесь исчезнуть без следа, возникли бы вопросы и что бы я отвечал полиции?

Поступок Ника, который изначально так напугал Кимберли, теперь не казался ей ужасным. Он прав, они в цивилизованном мире и здесь следует соблюдать закон. Человек не может исчезнуть, словно его не было и в лучшем случае придется объясняться с полицией, а в худшем ей и думать не хотелось.

— Я дам тебе еще один шанс Ник Бейли, — Ким скрыла улыбку, — но на этот раз никаких тайн.

Ник сунул руку в карман и извлек кольцо, которое Ким бросила в него в порыве гнева.

— Нашел его в подвале, — Ник вернул кольцо на безымянный палец невесты, — ты выйдешь за меня Кимберли Джонс?

— Непременно, Ник Бейли! — Кимберли бросилась жениху на шею и поцеловала его.

Несмотря ни на что, она нашла в себе силы простить его. В глубине души Ким не переставала любить Ника и надеялась, что он когда-нибудь найдет ее и попытается все исправить. Сердце не может обманывать, особенно, когда в нем живет любовь.

******

Алрой и Карина вернулись в Дамарис, чтобы встретиться со старыми друзьями и посмотреть, как устроилась София. Девушка показала родителям, покои, отведенные ей во дворце, с восторгом рассказывая о своей новой должности. Видя, как дочь счастлива, Карина успокоилась, смирившись с решением Софии.

Самой трогательной для Карины, стала встреча с Пенелопой. Они не виделись двадцать пять лет, но без труда узнали друг друга.

— Дорогая Пени, ты совсем не изменилась! — Карина обняла подругу.

— С тобой мне не сравниться, — Пенелопа с нежностью смотрела не Карину, — как же вы похорошели ваше величество.

— Пенни, теперь я Карина Стенли, от королевы Кендры ничего не осталось.

— Для меня ты навсегда останешься королевой, — Пенелопа улыбнулась, — но мне не совсем понятно, почему ты сменила имя.

— Из-за Харварда, думала, он будет меня искать, — Карина внимательно рассматривала интерьер гостиной Пенелопы, она совсем забыла, как выглядят дома в Дамарис.

— Дамарис отдала ему Академию, — вздохнула Пенелопа, — а мне предложили возглавить учебный процесс, хотя раньше я была директором.

— Он все же родственник короля, — напомнила Карина, — поэтому не удивительно.

— Дамы… дамы… — вмешался в разговор Алрой, — вы не справедливы к Харварду. Если бы не он, мы бы не остановили Филиппа, не забывайте, сколько он сделал для нас.

— Боже…  — Пенелопа смахнула слезы, — мой дорогой друг…  До сих пор не могу поверить, что он желал твоей смерти, Алрой.

— Я тоже до сих пор не верю, что мой друг возжелал мою жену и устроил переворот, — жестко ответил Алрой.

— Я любила его, — прошептала Пенелопа, собравшись с мыслями.

— Милая, я знаю, что никакие слова сейчас тебе не помогут, но поверь, он был не достоин твоей любви, — Карина взяла подругу за руки, — Ты заслуживаешь большего и обязательно еще встретишь свою любовь.

— Мы не всегда любим тех, кто этого заслуживает, — Пенелопа подошла к окну и посмотрела в даль.

Да, она любила Филиппа, не имея шансов на взаимность, но разве можно ее за это судить? После смерти Джулии, она думала, что у нее появился шанс, ведь Пенелопа и сама уже была вдовой ни один год. Но Филипп манипулировал ей и избавился, как только она стала неугодной ему.

— Какая же я дура, — прошептала Пенелопа.

— Пени, не кори себя за любовь, — Карина обняла подругу, — время лечит любые раны. У тебя есть Академия, займись тем, что ты любишь больше всего.

— Работать с врагом?

— Он больше не враг тебе, — успокоил ее Алрой, — Харвард изменился, в его жизни появилась любовь, и он дорожит этим чувством. Эстель никогда бы не полюбила плохого человека, поэтому не думай больше о нем, как о враге. Если у меня получилось забыть старые обиды, то и у тебя получится.

— Я попробую, — смирилась с неизбежным Пенелопа. — Если не смогу, поеду в Эсмир навещу детей, а возможно и останусь там.

Карина не стала переубеждать Пенелопу, она сама должна решить, как ей жить дальше. Если подруга предпочтет Эсмир, то так тому и быть, хорошие маги везде нужны и Пенелопа не пропадет в чужом королевстве.

Глава 17

Мысли путались в голове Карины, она должна как-то рассказать дочерям о ребенке. Больше всего ее беспокоила Эстель. С того дня, как они расстались в Дамарис, отношения между ними не клеились. Может быть, Алрой прав и ей стоит поговорить с Харвардом, раз дочь теперь живет с ним, и он имеет на нее влияние.

Собрав волю в кулак, Карина мысленно позвала Харварда. Алрой с утра уехал в офис и их разговору никто не помешает. Как она и думала, он услышал ее, но появился не один, а вместе с Эстель.

— Добрый день, леди Стэнли, — поприветствовала мать девушка, — что такого срочного случилось, что вы решили поговорить с Харвардом?

— А у Харварда нет языка? — не удержалась Карина от колкости. — Он сам не может ответить?

— Рад встрече, Карина, — улыбнулся Харвард, — но позвольте оставить вас наедине, это слишком далеко зашло. Разберитесь между собой и позовите меня, а пока я вынужден откланяться.

Харвард оставил на щеке Эстель легкий поцелуй и исчез.

— Послушай меня, Эстель, — начала разговор Карина, — я очень виновата перед тобой. Долгое время я винила в своих бедах Харварда, пока не поняла, что наши с тобой разногласия его не касаются. Сегодня я позвала его, чтобы попросить о помощи и наладить отношения с тобой. Я люблю тебя, дорогая. Как мне достучаться до тебя, если ты не желаешь меня слушать?

— Карина, я давно не держу на тебя зла, — вздохнула Эстель, — мне было больно считать себя брошенной, но я смогла это пережить. Ты права, если бы отца не ранили и тебе не пришлось бежать из собственного дома, а я воспитывалась принцессой в королевской семье, то мы бы были одной семьей. Но случилось так, как случилось и ничего не изменить. Пойми и ты меня, пожалуйста, как я могу считать тебя матерью, если мы чужие друг другу люди?

Карине было больно слушать слова дочери, но во многом она права. Они действительно чужие друг другу и между ними огромная пропасть. Но любую пропасть можно преодолеть, если захотеть этого.

— Эстель, ты права, мы чужие, но это можно исправить, если мы обе приложим усилия, — сказала она ровным голосом, — ты этого хочешь?

— И ты не станешь давить на меня?

— Нет, я не стану на тебя давить, мне просто нужна твоя любовь, тем более сейчас…

Карина осеклась, не зная, как продолжить разговор. Эстель взрослая женщина, но в душе она все еще обиженный ребенок, к которому нужен особый подход.

— Что-то случилось? Можешь сказать мне, если мы решили дать друг другу шанс.

— Я беременна…

— Оу…  — Эстель не смогла скрыть улыбку, — это здорово. Я так рада за вас с Алроем!

— Правда?

Карина ожидала совсем другой реакции от дочери, но похоже ее радость искренняя.

— Вы заслужили это счастье, — Эстель обняла мать, — пусть у малыша будут мама и папа, которые ему дали жизнь. Я на самом деле безумно рада за вас. А София знает?

— Нет, я ничего еще не говорила ей, меня больше волновали наши с тобой отношения, — Карина улыбнулась, — я очень тебя люблю, дорогая.

— Я постараюсь стать тебе дочерью, но мне нужно время.

— Когда ты родилась, я думала, что никогда не последую традициям Дамарис и не стану искать для тебя выгодную партию, как поступали со всеми девушками королевства, — Карина вздохнула. — Мне повезло, я полюбила твоего отца, но мои родители не испытывали друг к другу сильных чувств. В жизни каждой девушки должна быть настоящая любовь, если Харвард для тебя больше, чем увлечение, и вы на самом деле любите друг друга, я готова принять его.

— Он моя самая, что ни наесть, настоящая любовь. Я никогда и никого не любила так, как его. Мне понятны твои чувства к Харварду, — Эстель улыбнулась, — но я узнала совсем другого мужчину. Двадцать пять лет назад он был слишком молод и поддался влиянию более опытного мага, в чем сейчас раскаивается, но исправить что-то не в его силах.

Эстель первый раз в жизни искренне наслаждалась общением с матерью. Если так пойдет дальше, они смогут преодолеть тот барьер, что возвела между ними судьба. Никто не виноват в том, что случилось, просто так сложились обстоятельства. Теперь пропасть между ними сократилась, а в скором времени, возможно, исчезнет навсегда.

******

София улучшила момент и появилась дома. Она много раз обещала отцу приехать, но все никак не могла найти подходящего времени. Коронация Дамарис, подготовка к королевской свадьбе и новая должность отнимали все ее время. Жизнь настолько изменилась, что София не узнавала себя. Еще пару месяцев назад она думала только о друзьях и вечеринках, а сегодня с радостью окунулась в водоворот светской жизни.

— Девочка моя, ты приехала? — входя в ее комнату, спросил Эдвард.

— Да, папа, — София поцеловала отца, — как ты тут? Не скучаешь?

— Нет, скучать мне не приходится, — он обнял дочь за плечи и усадил на кровать, — я познакомился с чудесной женщиной. Мы много времени проводим вместе, ходим в рестораны, гуляем, узнаем друг друга. Больше я не совершу подобной ошибки, как с твоей матерью, и не пойду к алтарю через два месяца после знакомства.

— Может быть, ты нас познакомишь?

— Ты останешься, хотя бы на пару дней?

— На весь уикенд, папочка.

— Тогда я приглашу Элизабет на ужин, она понравится тебе.

Эдвард долго рассказывал дочери о своей новой знакомой. Они встретились на одном из турниров по гольфу, Элизабет попала туда случайно, сопровождая подругу. Эдвард же принимал в турнире участие. Благодаря Бет, он и думать забыл про Мелису, хотя девушка неоднократно пыталась возобновить с ним отношения. Она даже пожаловалась отцу, но Эдвард оказался непреклонен, и в итоге просто прекратил общение с другом.

— Папа, ты уже забыл Мелису? — София хотела сказать отцу, что не держит на девушку зла и он не должен бросать ее, если между ними есть чувства.

— Я никогда не любил ее, дочка, — пожал плечами Эдвард, — твоя мать отдалилась от меня, поэтому появилась Мелиса. Если бы Карина любила меня, я никогда бы не изменил ей.

— Понимаю тебя, — девушка улыбнулась, — а Элизабет только нравится тебе или между вами что-то большее?

— Сложно говорить о чем-то большем, для начала мы должны узнать друг друга.

— Если ты решил нас познакомить, значит, она хороший человек.

— Бет замечательный человек. А ты так и не встретила своего принца?

Эдварду хотелось, чтобы дочь вышла замуж и подарила ему внуков. Он не уверен, что Карина сейчас хочет того же, но его мало волновали желания бывшей жены. Несколько раз в прессе упоминалось о ее новом избраннике, но Эдвард старался не читать подобных статей. Его заботила только дочь и ее благополучие, а все жены и любовницы, пусть катятся ко всем чертям.

— Папочка, у меня сейчас нет времени на отношения, но обещаю, как только встречу мужчину своей мечты, ты познакомишься с ним первый.

Отец улыбнулся, между ними ничего не изменилось из-за глупой выходки Мелисы. Больше всего на свете Эдвард боялся потерять дочь. Он вырастил Софию, она навсегда останется его маленькой принцессой, и никто не смеет причинять ей боль.

Они еще долго проговорили, строя планы на будущее. София пообещала провести Рождество с отцом. Она прекрасно понимала, что он сейчас одинок, даже не смотря на наличие Элизабет. Когда-нибудь в его жизни все изменится, как и в ее, а пока они просто проведут вместе праздники, как в старые добрые времена.

******

После поражения в подземелье замка, Селена пыталась склонить Ника на свою сторону, но парень и слушать ее не захотел. Он боялся отца, поэтому подчинялся ему, а получив свободу быстро переметнулся на другую сторону.

Он объяснил ей, что поговорит с Алроем и попросит замолвить за него слово перед новой королевой. У отца в Дамарис остались земли, и он теперь единственный наследник, а интриги Селены его не интересуют.

В результате Селена осталась одна, она не могла вернуться в свое поместье, поэтому поселилась в Нью-Йорке. На первое время ей хватит денег, которые остались от продажи некоторых безделушек матери, а потом придется искать работу. В Дамарис ее вряд ли примет новая королева. Там все изменилось и, хотя королем стал ее родственник, для нее места в мире магии нет.

Ни Эрик, ни его отец не сделали для Селены ничего из того, что обещали, все стало еще хуже, чем до встречи с ними. Филипп казался таким сильным магом и вот он проиграл свергнутому им же королю. Зачем только она послушалась их? Сейчас бы управляла поместьем, нашла себе богатого мужа и спокойно жила в Дамарис. Так нет, надо было вляпаться в неприятности с этим идиотом Эриком, поверить его сумасшедшему отцу и остаться ни с чем.

Селена вошла в кафе, заказала чашку кофе и пиццу, затем устроилась за столиком у окна. Готовить она не умела, поэтому приходилось, есть то, на что хватало денег.

— Вы Селена Хоук — Ротмонд? — раздался женский голос позади нее.

— Если вы знаете, кто я, к чему эти вопросы? — Селена метнула на незнакомку недовольный взгляд.

— Я хотела бы поговорить с вами о Филиппе Стэнхоуме, — сказала совсем тихо женщина.

— А я нет, эта страница моей жизни закрыта.

Селена еще раз посмотрела на женщину, знакомое лицо, но где они могли встречаться, девушка не припоминала.

— Помогите мне отомстить его убийцам, — женщина опустилась на свободное место напротив Селены, — я пыталась простить их, но не могу.

— Послушайте, как вас там…

Официантка принесла заказ, и Селене пришлось замолчать.

— Пенелопа Гранде, — представилась женщина, когда они снова остались одни.

— Мне плевать на Филиппа, я не сожалею о его смерти, — Селена откусила кусок пиццы, — если хотите отомстить, дело ваше, но меня в свои интриги не впутывайте. И не советую просить о помощи Ника, он переметнулся на другую сторону.

— Но вы тоже пострадали в этой войне.

— Это не война, а глупость безумца, помешанного на власти, и если бы у меня была, хотя бы капля здравого смысла, я бы никогда не пошла у него на поводу, — Селена на мгновение замолчала. — Ник прав, что отказался от мести и не поддался на мои уговоры. Теперь я благодарна ему за проявленную мудрость.

— Ты не понимаешь, — Пенелопа смахнула слезы, — я любила Филиппа.

— А он любил только себя, — Селена допила кофе и вышла из-за столика, — если вы хотите отомстить, дело ваше, но шансы у вас невелики. Да, и не стоит он того.

— Я знаю, что ты убила отца, — сделала последнюю попытку Пенелопа.

Селена улыбнулась, она не сожалела о том, что сделала. Если бы потребовалось, не задумываясь, прикончила бы его еще раз. Это отец внушил ей мысль, что она имеет право на престол и может родить особенного ребенка. Он получил то, что заслужил. Запугать этим убийством Селену не получится, как и шантажировать. Теперь ее дом в Нью-Йорке, а здесь она никого не убивала.

— Не смешите меня, Пенелопа, — девушка накинула на плечи рюкзак, — кто вам поверит в этом мире, что я убийца? В лучшем случае вас арестуют за ложный донос, в худшем упекут в лечебницу, там и будите рассказывать о магии и королевстве Дамарис. Если же осмелитесь продемонстрировать свои силы, то я вам не завидую.

— Если передумаете, можете найти меня в Эсмире, — сдалась Пенелопа.

— Не передумаю, я хочу еще пожить, поэтому прощайте, Пенелопа, и будьте благоразумны.

Селена вышла из кафе. Она могла бы связаться с Алроем и все ему рассказать, но решила не вмешиваться. Если эта женщина хочет расстаться с жизнью, дело ее. Не успела Селена дойти до угла, как Пенелопа догнала ее и схватила за руку.

— Одна просьба, — прошептала она, — не рассказывайте никому о нашем разговоре.

— Мне некому о нем рассказывать, — девушка отдернула руку. — Это ваша жизнь, распоряжайтесь ей, как хотите.

— Во всем виноват проклятый Харвард…

— Не ищите виноватых там, где их нет, Филипп погиб в схватке с Алроем, которую сам же и затеял.

Селена мысленно послала всех к черту и пошла своей дорогой. Если ей повезет, она больше никогда не встретится ни с кем из Дамарис. Пора заняться собственной жизнью и забыть о прошлом.

******

Харвард привел Эстель в замок, где он вырос. Больше всего девушку поразили сад и невероятной красоты озеро. Она заметила, что территория выглядит ухоженной, хотя вокруг не было ни души.

Они остановились у озера, где их уже ждал романтический пикник. На огромном покрывале стояла корзина с вином, фруктами и выпечкой. Эстель огляделась по сторонам, но снова никого не обнаружила.

— У тебя невидимые слуги? — пошутила она.

— У меня есть воспитанный слуга, Айзек, — Харвард улыбнулся.

— Он один следит за замком? — удивилась девушка.

— Нет, конечно, в замке работает много слуг, просто сейчас они все заняты делом. Изначально здесь было небольшое поместье, а замок Харвард возвел после того, как они с Дамарис расстались. Именно озеро привлекло его романтическую натуру, думаю, он хотел привести сюда свою возлюбленную. Но чего не сделал он, получилось у меня, и моя возлюбленная проведет со мной незабываемый день.

Молодые люди опустились на покрывало. Харвард разлил по бокалам вино, пока Эстель нарезала фрукты и доставала из корзины выпечку.

— Ты когда-нибудь был на королевской свадьбе? — спросила девушка, беря из рук Харварда бокал.

— Нет, — он покачал головой, — наш род был в списке нежеланных гостей.

— Прости, я постоянно забываю, что ты враг моей биологической семьи, — она вздохнула, — все было намного проще, пока эта самая семья не появилась в моей жизни. Я не уверена, что мы когда-нибудь станем близки, как это принято в обычных семьях.

— Любовь моя, рано или поздно, у нас родятся дети и они должны знать свои корни, поэтому нам придется постараться примириться со всеми нашими родственниками.

Харвард наклонился и поцеловал Эстель.

— У наших детей будут родители, это уже больше, чем у меня.

— Это больше, чем у нас, — поправил ее Харвард, — мою мать сложно назвать матерью. Ты хотя бы выросла в любви и заботе, я же узнал, что такое любовь, только встретив тебя.

— Дамарис говорила, что мы созданы друг для друга, и я начинаю ей верить.

Эстель отставила в сторону бокалы и повалила Харварда на спину.

— Смею предположить, ты решила воплотить в жизнь мою фантазию? — он оставил легкий поцелуй на ее губах.

— Ты догадливый, — Эстель улыбнулась, — мне тоже понравилась мысль, заняться любовью на берегу озера.

Она сняла с себя майку и джинсы, оставив только кружевные трусики. Руки Харварда невольно потянулись к ее упругой груди. Эстель наслаждаясь ласками, с ленивой медлительностью, освобождала его от одежды. Ее губы спускались все ниже и ниже, пока не сомкнулись на восставшем члене. Он застонал, когда язык девушки облизал головку и заскользил по стволу. Она целовала и лизала его, доводя до исступления, наслаждаясь хриплыми стонами любимого, словно музыкой.

Почувствовав, что уже на грани, Харвард перевернул Эстель на спину, сорвал, уже ставшие влажными трусики, и одним толчком оказался внутри нее. Они двигались, как одно целое навстречу друг другу, пока одновременно не достигли пика наслаждения.

— Люблю тебя, — прошептал Харвард, завладев губами Эстель в страстном поцелуе.

Его руки ласкали ее разгоряченное тело, чувствуя, как внутренние мышцы девушки сокращаются вокруг вновь твердеющего члена. Обвив ногами мощный торс, она подалась вперед, позволяя ему войти в нее как можно глубже. Эстель застонала от наслаждения, когда пальцы Харварда проникли сзади, лаская и растягивая ее.

Двигаясь в сумасшедшем ритме, Эстель потеряла счет времени. Она словно провалилась в бездну, отдаваясь всепоглощающей страсти.

Сознание постепенно возвращалось к ней, Эстель почувствовала, как Харвард изливается в нее, достигнув оргазма. Он что-то шептал ей, но она не разбирала слов, продолжая исступленно прижиматься к нему.

Они лежали, не размыкая объятий, восстанавливая дыхание и приходя в себя. Эстель протестующее застонала, когда Харвард извлек из нее, все еще твердый член. Он подхватил ее на руки и отнес к озеру. На удивление вода оказалась теплой и приятной. Эстель полностью отдалась его рукам, которые с нежностью смывали с нее следы их бурной близости.

— Как же приятно, — прошептала она, сжав руку Харварда у себя между ног.

— Ненасытная девчонка, — прошептал он ей на ухо, отыскав набухший клитор.

Его вторая рука ласкала затвердевшие соски, и вскоре девушка забилась в его руках, испытав очередной бурный оргазм.

— О, боже… — простонала она, прижавшись спиной к его груди. — Как у тебя это получается? Раньше я не была такой, и что-то не припомню, чтобы мне плохо жилось без секса.

— До встречи с тобой и я не слишком увлекался женщинами, но ты полностью перевернула мое сознание.

— Я чувствую себя распущенной, — Эстель улыбнулась, — но мне это нравится.

Взявшись за руки, они вышли из озера и опустились на покрывало, давая возможность теплому ветерку высушить капли влаги на их обнаженных телах.

— Мне нравится смотреть на тебя и осознавать, что ты принадлежишь только мне, — Харвард уложил Эстель на спину и завел ей руки за голову, — твоя грудь прекрасна, никогда не встречал таких идеальных форм, они словно создана для моих ладоней.

— Твое тело тоже очень привлекательно, для мужчины, — улыбнулась она, немного разведя в стороны ноги, — я уверена ты бы заинтересовал многих женщин в Дамарис, если бы не пугал их грозным видом.

Он провел рукой по гладкому лобку девушки, оставив на нем легкий поцелуй. Ему, безусловно, нравилось, что она полностью обнажена, а ее тело нежное и горячее, трепещет от его прикосновений.

— Может быть ты и права, — Харвард водил пальцем вокруг розовых сосков, — я никогда не ласкал женщин подобным образом, мне нужны были только их тела, чтобы снять напряжение и если повезет, зачать наследника.

— Думаешь, пришло время прекратить предохраняться? — Эстель вздрогнула, почувствовав, как его влажный язык лизнул ее пупок.

— Нет, еще не время для детей, — он перевернул ее на живот, — мне нравится, что ты принадлежишь только мне, я могу любить тебя в любое время дня и ночи, а дети появятся, когда мы будем к этому готовы.

— Я думала, ты хочешь ребенка, как можно скорее.

— Раньше хотел, а теперь вполне могу с этим подождать, — Харвард с нежностью провел ладонями по ее спине и ягодицам, затем скользнул внутрь и, почувствовав горячую влагу, улыбнулся.

— Не дразни меня, — Эстель приподнялась на локтях, — иначе мы никогда не вернемся в замок.

— И не думал тебя дразнить, — его влажные пальцы задержались у нее между ягодиц.

— Тогда что ты делаешь? — она снова опустила голову на покрывало, отдаваясь интимной ласке.

— А вот что…  — Харвард шире развел ее ноги и, приподняв за талию, протолкнул член в узкий проход.

Он знал, что достаточно подготовил ее, и Эстель может безболезненно принять его таким способом. Харвард задвигался быстрее, погружаясь в нее на всю длину. Эстель отвечала на его толчки, сдерживая рвущиеся из груди стоны.

— Не останавливайся, — раздался хриплый шепот девушки. Она встала на колени и, обвив руками его шею, с жадностью поцеловала.

— И не собирался, — он скользнул рукой между ее влажных складок, нащупал клитор, и сжав его между пальцев начал перекатывать, словно горошину. Она выгнула спину, чтобы ему было удобнее входить в нее, насаживаясь на член упругими ягодицами.

Продолжая врываться в Эстель, Харвард не прекращал изощренные ласки, пока девушка не забилась в его руках от экстаза. Он уложил ее на спину, несколько мощных толчков, и Харвард излился в нее, сотрясаясь от оргазма.

— Я снова испачкал тебя, — улыбнулся он.

— Не страшно, когда рядом озеро.

Она вскочила на ноги и побежала к воде, Харвард молниеносно настиг ее, и они вместе плюхнулись в воду, подняв вокруг себя фонтан брызг.

Глава 18

Разочарование… Ничего, кроме разочарования она давно не испытывала. Боль утраты сжимала ее сердце, не давая дышать.

Пенелопа мечтала отомстить тем, кто лишил ее последней надежды на счастье. Она ненавидела в себе смирение, из-за которого страдала всю жизнь.

С раннего детства Пенелопой помыкали все, кому не лень, включая родителей. Ее выдали замуж против воли, за мужчину на сорок лет старше, чтобы породниться с одной из самых влиятельных семей королевства. Она никогда не забудет свою брачную ночь, когда муж пришел к ней в спальню. Ей было шестнадцать, но вместо молодого возлюбленного, пришлось терпеть в постели похотливого старика.

Только с Филиппом она почувствовала себя настоящей женщиной. Он пришел к ней после смерти жены, она долго утешала его, а потом они провели незабываемую ночь. Да, он обманул ее, но того требовали обстоятельства. Филипп — любовь всей ее жизни, она никогда не говорила ему об этом, пытаясь сохранить дружбу. Никто не знал, что между ними, кроме дружбы существовала другая, более тесная связь. Как никто никогда не узнает о мальчике, который сейчас учится в Эсмире в школе магии и носит имя своего отца. О нем не знал даже Филипп, но рано или поздно их сын узнает правду, об этом она позаботилась.

Алрой…  Настоящий друг, которого ей искренне жаль, но он заслужил то, что она для него приготовила. Пенелопа больше не верила ему, ведь стоило появиться Карине, и он забыл обо всем на свете. Алрой мог не убивать Филиппа, но тот посмел прикоснуться к его несравненной жене. При этом он простил Харварда, который двадцать пять лет тиранил Дамарис.

Терять Пенелопе нечего, она даже со старшими детьми не смогла найти общий язык, когда навестила их в Эсмире. Раньше у нее была Королевская Академия, но и она теперь принадлежит Харварду.

Пенелопа решила, что с нее достаточно страданий. Карина заслуживает смерти, а Алрой вечного одиночества. Ее эгоистичная подруга думает только о себе, а до простых смертных ей дела нет. Она навсегда останется принцессой крови в любом мире, и ничто не изменит ее королевскую натуру.

До Пенелопы донесся стук в дверь, она открыла и глазам не поверила. Перед ней стояла София Стэнли, держа в руках конверт с королевской печатью.

— Привет, Пени, — девушка поцеловала Пенелопу в щеку.

— Что-то случилось? — она пропустила Софию в дом.

— Просто решила лично доставить тебе приглашение на королевскую свадьбу.

- Мне? — удивилась Пенелопа.

— Почему ты так удивляешься? Ты показала мне, что такое магия, многому научила, и я благодарна тебе за это, — София протянула конверт, — вот твое приглашение. Я буду рада видеть тебя среди гостей, как и королевская семья, которая безгранично признательна тебе, за все, что ты сделала для Дамарис.

Пенелопе стало стыдно, ведь пару минут назад, она обдумывала убийство Карины. София ее дочь и одна из немногих, кто заслуживает счастья. Девушка действительно была благодарна, и ее доброта не наиграна. Пенелопа сразу разглядела в Софии сильного мага, и отзывчивого человека. Она не заслуживала страданий, но если проявить милосердие, Филипп останется, не отмщен. А тут такая удача, приглашение на королевскую свадьбу, где соберутся все виновные в смерти ее возлюбленного.

— Спасибо, дорогая, — Пенелопа улыбнулась, — ты одна не забыла обо мне.

— Мама тоже о тебе помнит и Алрой…  — девушка осеклась.

— Что-то не так?

— Они не сказали тебе?

София и сама недавно узнала о беременности матери, но решила, что ничего страшного не случиться, если она поделится новостью с Пенелопой.

— Ты о чем?

— Мама и Алрой ждут ребенка.

— Боже… — Пенелопа опустилась в кресло, — я… так рада за них.

Она сокрушенно вздохнула. Ей стало страшно, она чуть не убила невинного ребенка.

— Ты придешь на свадьбу? — София затронула Пенелопу за плечо. — Что с тобой происходит, Пени? Ты можешь довериться мне, если что-то тревожит тебя.

— Харвард тоже приглашен?

— Я понимаю твое отношение к нему, — девушка вздохнула, — но он теперь член королевской семьи. Дамарис пригласила его и настояла, чтобы они с Эстель присутствовали не только на венчании, но и на празднике.

— Почему такая несправедливость? Этот человек столько времени тиранил народ Дамарис, а теперь он идет на королевскую свадьбу и я должна делать вид, что ничего не случилось.

— Я не знаю, каким он был раньше, но сейчас он управляет Академией магии и народ хорошо относится к нему.

— Моей Академией, — Пенелопа вскочила, — которую он соизволил закрыть в годы своего правления. Сколько я просила его, умоляла, но он и слышать ничего не хотел, а теперь занял мое место!

— Хочешь, я поговорю с королевой, — София обняла Пенелопу, — вы вполне можете управлять Академией вместе.

— Я не хочу ничего делать вместе с этим тираном, — Пенелопа неожиданно разрыдалась.

— Успокойся, у тебя есть я, Пени, и мы что-нибудь придумаем.

— Послушай меня внимательно, София, — Пенелопа отстранилась и вытерла слезы, — я должна кое-что рассказать тебе, но поклянись, что эта тайна не выйдет за пределы моего дома.

— Клянусь, ты можешь полностью доверять мне.

— У меня есть сын от Филиппа, — прошептала несчастная женщина, — если что-то случится со мной, проследи, чтобы он ни в чем не нуждался. Я оставила ему наследство, но от отца мальчику ничего не достанется, потому что Филипп не знал о его существовании. Ребенка зовут Филипп Гранде, он учится в Эсмире в школе магии.

— Но что с тобой может случиться? — удивилась София.

— Что угодно, дорогая, — Пенелопа попыталась улыбнуться, — все мы не вечны, просто поделилась с тобой своей тайной. Я устала хранить ее одна, мне нужен был кто-то, кому я могу довериться. Мир магии коварен, София, помни об этом. Но магия, живет внутри нас, и мы направляем ее. Не переставай учиться, ты сможешь, стать одной из лучших, я это вижу.

София слушала Пенелопу, с каждой минутой убеждаясь, что она что-то задумала. Не поделилась бы она самым сокровенным, не будь для того достаточно оснований. Если попытаться на нее надавить, хорошего из этого ничего не выйдет, лучше присмотреть за ней, пока она не натворила бед.

«Что ж, — подумала Пенелопа, — о ребенке позаботиться София и раз мне не суждено прихватить с собой Карину, пусть это будет Харвард. Тем более, он заслуживает смерти».

— Пени, может быть поедешь со мной во дворец, — предложила София, — я поговорю с Дамарис, и она вернет тебя в Академию. Ты сможешь забрать сына, и сама обучать его.

— Ступай дорогая, — Пенелопа проводила девушку до двери, — и помни, ты дала мне слово. А в Академию я не вернусь. Пока там Харвард, ничего из этого не получится.

София покинула дом Пенелопы с тяжелым сердцем. Эта женщина что-то задумала, но не зная ее намерений, ничего не предпринять. Не угрожай ее жизни серьезная опасность, Пенелопа никогда бы не рассказала о мальчике. До свадьбы еще есть время, чтобы вразумить ее или предотвратить беду. Но как это сделать, не причинив Пенелопе вреда.

Единственные, кто хорошо знал Пенелопу, это родители Софии. Алрою и Карине не обязательно рассказывать всю правду, но они смогут помочь, если узнают, что их подруга попала в беду. Она ведь дала слово молчать только о мальчике, что же касается душевного состояния Пенелопы, об этом речи не было.

София открыла портал, прошла через него и позвонила в квартиру Алроя. Дверь открылась моментально, а пару мгновений спустя, радостные родители на перебой расспрашивали ее о новостях в Дамарис.

— Ничего серьезного не происходит, — отмахнулась София, проходя в комнату, — все готовятся к королевской свадьбе.

— Значит, ты просто соскучилась по нам? — Карина поцеловала дочь.

— Я всегда скучаю по вам, — София усадила родителей на диван, — но кроме всего прочего, нам надо поговорить.

— О чем? — насторожился Алрой.

— О вашей подруге Пенелопе, сегодня я заходила отдать ей приглашение, и она со мной разговаривала так, словно прощалась навсегда.

София рассказала о разговоре с Пенелопой, опустив некоторые детали, кусающие ее ребенка. Женщина находилась в затяжной депрессии, в таком состоянии человек способен на любые глупости.

— Действительно что-то не так, — Карина покачала головой, — неужели она так любила Филиппа, что готова умереть из-за него?

— Дело не в этом, Пени что-то задумала, — Алрой посмотрел на жену, — что бы ты сделала, если бы в том подвале убили меня, а не Филиппа?

— Убила бы того, кто это сделал, — не задумываясь, ответила Карина.

— Вот и ответ, — Алрой встал с дивана и прошелся по комнате, — она знает, что умрет, если решится напасть на кого-то из тех, кто причастен к смерти Филиппа. Это может быть Харвард или даже я.

— Ты?! — София не знала, что еще сказать на заявление Алроя.

— Я ее друг, но это я убил Филиппа, значит и мстить она будет мне, в крайнем случае Харварду, — Алрой перевел дыхание, — или Карине, чтобы причинить боль мне, такую же, какую испытывает она.

— Но мама беременна, — София в недоумении посмотрела на Алроя, — и я сказала ей об этом.

— Значит, остаемся только я и Харвард, — сделал вывод Алрой, — убивать беременную женщину, Пени не станет.

— Ты так меня успокоил, — Карина тоже встала, — не понимаю, что с ней случилось. Как можно решиться на хладнокровное убийство?

— Она любила Филиппа, уже смирилась с его гибелью, но вдруг судьба дает ей шанс, а я его отнял, — объяснил Алрой. — И можешь не пытаться поговорить с ней, потому что Пенелопа считает, что я совершил убийство из-за тебя. Да, я не пощажу никого, кто посмеет прикоснуться к тебе, Карина, но Филиппа я убил еще и за предательство. Он посягнул на мою жену, на мое королевство и на мою жизнь, поэтому заслуживал смерти. Он предал не только друга, он предал своего короля. Если бы его не убил я, Филиппа бы приговорили к смертной казни за измену.

— Но что-то, же можно сделать? — почти взмолилась София. — Пусть, Пенелопа не станет слушать маму, есть какой-то другой способ остановить ее. Я не знаю ничего о вашей жизни в Дамарис, но я знаю, что Филипп под другим именем жил в Нью-Йорке и у него была жена, от которой он не собирался уходить. Пенелопа должна понять, что Филипп просто пользовался ей, пока ему это было удобно. Мы можем найти Ника, и он расскажет ей правду.

— Это не поможет, — вздохнула Карина, — сейчас у Пенелопы своя правда. Она думает, что, если бы Филипп выиграл сражение, он бы остался в Дамарис с ней. На самом деле его целью было усадить на трон Эрика и Селену.

— Значит, попытаемся остановить Пенелопу на свадьбе, иного выхода у нас нет, — Алрой обнял Карину за плечи, — я понимаю, что она наш друг, но, если мне придется выбирать между своей жизнью и ее, выбор будет не в пользу Пенелопы.

******

Кимберли дождалась возвращения отца из Франции. После примирения с Ником, вопросы к Брендану у нее не исчезли, если не сказать, что появились новые. И она все еще оставалась брошенным в приюте ребенком, которому нужна была правда.

Ее мать, юная и красивая начинающая модель, могла выбрать карьеру, но отец тоже знал, о существовании ребенка. Они оба отказались от нее, и каждый занялся своей жизнью. Тогда для чего, мать написала свое имя и имя Брендана в записке для монахинь? Она же понимала, что Кимберли расскажут, кто ее родители.

Их с Эстель не просто так взяли в издательство отца, стоило им только окончить колледж. Они отличные профессионалы и полностью оправдали доверие Брендана, но беря на работу неопытных студентов, он этого не мог знать.

Сейчас Ким не нуждалась в этой работе. Стаяв женой Ника, который возглавил бизнес отца, она могла вполне оставить издательство. Ник предложил ей открыть свое дело или передать долю в «Отражении», которую выкупил у Льюиса, но Ким больше прельщала работа свободного фотографа.

Обдумав планы на будущее, Кимберли уверенно постучала в дверь, она знала, о чем будет говорить с Бренданом, и какие вопросы задаст ему, прежде всего.

— Могу я поговорить с вами, мистер Льюис? — спросила Ким, входя в кабинет отца.

На этот раз в кабинете был действительно Брендан, и девушка с облегчением вздохнула.

— Наконец-то решилась? — улыбнулся он.

— У меня только один вопрос к тебе, и ты знаешь какой.

Ким старалась держаться как можно спокойнее. Она пришла за ответами и ему придется поговорить с ней на чистоту.

— Ты хочешь знать, почему мы оставили тебя?

Карие глаза Брендана излучали участие, но Ким не подкупить льстивыми речами. Она представляла родителей холодными и расчетливыми людьми, привыкшими думать только о собственном благе.

— Да, почему вы это сделали?

— Потому что ты нужна была Эстель, — пожал плечами Брендан, — разве ты еще не поняла своего предназначения?

— Эстель? — Ким во все глаза смотрела на Брендана, — кто ты черт возьми?

— Я телохранитель принцессы, меня приставила к ней ее бабушка, когда девочка еще на свет не появилась.

— Я ничего не понимаю…  — Ким опустилась в кресло.

Снова Дамарис. У нее возникало странное чувство, что половина Нью-Йорка перебралось из другого мира.

— Когда Кендра вышла замуж за Алроя, я был личным телохранителем старой королевы, наша семья много лет служит телохранителями во дворце, — начал свой рассказ Брендан. — Она знала, что больна, поэтому попросила меня присмотреть за ребенком, который должен был родиться у ее внучки. Мы с твоей матерью как раз поженились, и она забеременела тобой. После нападения Харварда Кендре удалось сбежать, мы, сколько могли, удерживали замок, чтобы король успел скрыться от захватчиков. Потом я забрал тебя и твою мать. Мы разыскали королеву, затем оставили тебя в том же приюте, что и принцессу Эстель, чтобы вы вместе выросли.

— Все это время ты знал правду об Эстель и ее родителях, но ничего не говорил нам? — Кимберли подняла на отца глаза, — ты мог поговорить с нами раньше.

— Мог, но у принцессы свои родители и только они решают, когда ей стоит узнать правду, — Брендан подошел к дочери и сел рядом, — я всего лишь телохранитель, малышка.

— А мама, она живет во Франции? — спросила девушка.

— Мне пришлось настоять, чтобы Луиза уехала, она ставила под угрозу ваши жизни, постоянно бегая к приюту, — объяснил Брендан, — рано или поздно она бы привлекла внимание Филиппа, ведь ее знали во дворце.

— А став моделью, она не привлекала его внимание?

— Во Франции? — удивился Брендан. — Вряд ли Филипп читал модные женские журналы.

— У меня к тебе еще один вопрос, — Кимберли встала, — почему ты продал долю Нику, ты ведь знал, чей он сын?

— Но я так же знал, что парень безнадежно влюблен в тебя, а доля в издательстве в любом случае стала бы твоей, но раз он решил купить ее, я не стал возражать.

— Я могу как-нибудь встретиться с мамой? — с надеждой в голосе, спросила Кимберли.

— Можешь, — отец осмелился и обнял ее, — теперь, когда Филиппа нет, Луиза переедет в Нью-Йорк.

— И вы не хотите вернуться в Дамарис?

— Нам там нечего делать, — Брендан улыбнулся, — я дал слово старой королеве и сдержал его, теперь моя жизнь принадлежит мне, а не королевству.

Брендан пригласил дочь на ленч, где еще долго рассказывал историю их семьи. Ким внимательно слушала отца, порой поражаясь традициям и законам чуждого для нее мира, но в котором она появилась на свет. Пожалуй, ей стоит поблагодарить судьбу, что выросла она в Нью-Йорке.

— И кем бы я стала, если бы вы остались в Дамарис? — спросила девушка.

— Я бы выдал тебя замуж за какого-нибудь графа или маркиза, наш род достаточно древний, чтобы претендовать на родство с самыми знатными фамилиями королевства, — ответил Брендан. — Поэтому, когда Стэнхоум пришел ко мне, я дал свое согласие.

— Ник знает кто ты? — удивилась Кимберли.

— Он знает, что я твой отец, но я знаю, чей он сын.

— Хорошо, что вы перебрались в Нью-Йорк, — заключила Кимберли, выслушав отца, — я очень благодарна тебе и маме.

— Лучше поблагодари при случае Алроя и Кендру, если бы не они, быть тебе маркизой или графиней, — рассмеялся Брендан, видя, как изменилось при этом лицо дочери.

Позже, сидя в кабинете Эстель, Кимберли рассказывала ей свою невероятную историю. Сестра Анна всегда повторяла, что их встреча не случайна, она была предрешена на небесах, поэтому они должны беречь то, что дал им бог. Редко кому выпадает такое счастье, — встретить родственную душу.

— Мне всегда казалось, что сестра Анна права, — Эстель на мгновение задумалась, — она столько раз говорила, что наша дружба предрешена судьбой. В детстве я считала, что это волшебство и пусть у нас нет родителей, зато мы есть друг у друга.

— Ты могла бы жить во дворце и к тебе бы обращались ваше высочество, — Ким улыбнулась, — а я могла бы стать твоим телохранителем.

— И не мечтай, — Эстель тоже улыбнулась, — телохранителем был твой отец, а ты бы стала леди Стэнхоум, если бы вышла замуж за сына Филиппа, и сидела бы дома за вышиванием.

— Только не это, — рассмеялась Ким, — через неделю меня бы вернули отцу.

— Ты бы хотела познакомиться с мамой? — сменила тему Эстель.

— Да, мне кажется она удивительная женщина, но я совсем не похожа на нее.

— Я так и не смогла назвать Карину мамой, а Алроя отцом, но возможно когда-нибудь я преодолею себя.

— И тем ни менее, ты их дочь.

— Мы обе дочери своих родителей, которые заботились о нашем благополучие, но мы слишком долго жили вдали от них.

Кимберли не могла не согласиться с Эстель. Времени прошло слишком много, они выросли без родителей, теперь было сложно преодолеть тот барьер, что возвела между ними судьба.

Глава 19

Накануне свадьбы София заглянула к Дамарис. Она изучила историю королевства, но что случилось с древней магией, так и не поняла. По одной из книг, наследницей являлась она, по пророчеству королевы — ребенок Харварда и Эстель. Окончательно запутавшись, девушка пошла за разъяснением к королеве.

Если магия предков принадлежит ей, почему она не чувствует ее? Может быть, есть какой-то механизм, запускающий ее? Как-то это должно работать? Столько вопросов и ни одного ответа. Последняя надежда на Дамарис, она должна знать правду.

— Древняя магия выбрала тебя, София, — улыбнулась королева, выслушав юную родственницу, — что же касается ребенка Эстель и Харварда, он получит силы двух семей, которые воссоединятся в нем.

— Я не совсем понимаю тебя, — София открыла книгу, — здесь сказано, что рожденная в чужом мире наследница древних магов, изменит течение времени.

— София, ты прибыла из другого мира, обладаешь знаниями, которые неподвластны жителям королевства. Поэтому наш мир изменится благодаря тебе.

— Ясно, — София еще раз прочитала текст, — но здесь не написано, как я верну себе древнюю магию.

— Она уже в тебе, — Дамарис улыбнулась, — ты же пользуешься своими силами?

— Мне казалось это какая-то особенная магия…

— Девочка мая, особенной магию сделать можешь только ты, — королева погладила Софию по волосам, — никто тебя этому не обучит, ты должна почувствовать ее.

— Как мне это сделать, если я ничего не понимаю в этом мире?

— Идем со мной, — Дамарис взяла Софию за руку, — я покажу тебе одно место, там я однажды видела древних магов, а на следующий день меня провозгласили королевой.

— Они говорили с тобой?

— Сейчас ты все узнаешь сама.

Дамарис открыла портал, пройдя через который, они оказались на скалистом побережье. Спрятавшись за дерево, королева указала на костер. Вокруг собрались высокие люди, одетые в мешковатые плащи. Их головы были покрыты капюшонами, что мешало разглядеть лица собравшихся.

— Это друиды, — прошептала Дамарис, — книга, которую ты читала, написана ими. Друиды умеют предсказывать будущие и общаться с духами.

— Подойдите к огню, — раздался голос со стороны побережья.

Дамарис и София направились к костру. Один из друидов встал и подошел к Софии. Он долго изучал девушку, затем взял ее за руку и заглянул в глаза.

— Твоя магия светлая, — сказал он, — а сердце чистое. Юная принцесса, готова ли ты принять дары друидов?

— Я готова, — прошептала София.

Друид бросил несколько листьев омелы в костер. Они превратились в сверкающие огни и закружились вокруг Софии. Девушка непроизвольно закрыла глаза. Она увидела себя, словно со стороны, идущей через густой зеленый лес, залитый солнцем.

Пройдя несколько метров, София оказалась у огромного дуба. Там ее уже ждал друид. Только теперь на нем был длинный белый балахон, а в руках он держал деревянный посох.

— Я Лабрайд, твой проводник в мире магии, — друид взял Софию за руку.

Они поднялись над облаками и остановились на огромной скале. С нее София увидела королевство Дамарис окутанное белоснежными облаками.

— Это твой дом, принцесса, — сказал Лабрайд, указав посохом на замок, — ты родилась в другом мире, но твое сердце всегда стремилось сюда.

— Но я не знаю, как мне стать частью этого мира, — ответила девушка.

— Слушай свое сердце, впусти в него магию, позволь ей быть частью тебя, — Лабрайд начертил посохом несколько древних символов, образовавших вокруг них свечение.

София раскинула в стороны руки. Легкое тепло постепенно распределилось по всему телу. Она, чувствовала, как становится чем-то невесомым, а ее разум наполняется знаниями. Теперь она понимала, в чем заключается магия, как ей пользоваться и куда направлять.

— Пришло время вернуться, юная дева, — друид снова взял Софию за руку, и они оказались в лесу.

Открыв глаза, она увидела только Дамарис, ни костра, ни друидов на побережье не было.

— Куда они делись? — спросила София.

— Исчезли, — королева улыбнулась. — Идем во дворец, принцесса София, завтра будет трудный день.

******

Алрой и Карина разработали целый план по перехвату Пенелопы на королевской свадьбе. Главное, не оставлять ее в церкви без присмотра, и потом не выпускать из виду во время праздника. Как только она попытается причинить кому-либо вред, немедленно отправить ее в квартиру Алроя. А там они поговорят с ней, и если повезет, откроют на Филиппа глаза.

Законы королевства суровы. Стоит Дамарис заметить, что Пенелопа покушается на чью-то жизнь, и она не станет долго разговаривать. В лучшем случае, королева уничтожит ее на месте. Если же состоится суд, Пенелопу приговорят к казни и это куда хуже, чем мгновенная смерть.

— Думаешь, у нас получится? — спросила Карина.

— Надеюсь, наш план сработает, — он провел рукой по обнаженной груди жены, — давай не будем думать об этом до завтра.

— Алрой, я вижу в твоих глазах похоть, — Карина весело рассмеялась, когда он подхватил ее и усадил на себя сверху.

— Это не похоть, а желание, — его руки легли ей на талию, — ты такая красивая, притягательная и сексуальная, что мне трудно держать себя в руках, находясь рядом с тобой.

— Скоро я стану толстая и неповоротливая, — пошутила она.

— Когда ты была беременна Эстель, я не заметил особых изменений, кроме небольшого округлившегося животика, — он с нежностью погладил, все еще плоский живот жены.

— На этот раз будет мальчик, — улыбнулась Карина, — я это чувствую.

— Я безумно счастлив, что у нас будет еще один ребенок, которого мы сможем вырастить вместе, — Алрой притянул Карину к себе и поцеловал, — судьба всегда дает второй шанс.

— Но сейчас меня больше волнует красивый мужчина, который принадлежит только мне.

Карина почувствовала, как член Алроя твердеет между ее бедер и заскользила по нему ягодицами. Ей нравилось, как он теряет голову, только от одного ее прикосновения. Столько лет прошло, а их страсть друг к другу не угасла. Возможно, разлука пошла им на пользу. Кто знает, что стало бы с их отношениями, не расстанься они так надолго.

— Ты специально меня дразнишь?

Алрой почувствовал, как губы Карины спускаются все ниже и ниже по его торсу. Она провела языком по восставшему члену и, захватив ртом головку, опустилась губами до основания. Он застонал, когда ее движения набрали темп, облизывая и посасывая возбужденную плоть.

Руки Алроя запутались в ее волосах, он почувствовал, что скоро не выдержит подобных ласк, но все же, не торопился останавливать Карину. Обведя языком головку несколько раз, Карина опустилась на Алроя сверху и ввела в себя его горячий член. Она откинулась назад и медленно задвигалась на нем. Алрой приподнялся, захватил губами сначала один набухший сосок, затем второй, покусывая и лаская одновременно. Одной рукой он обнял Карину за талию, вторая отыскала клитор и сдавила его между пальцев. Продолжая насаживать на себя Карину, Алрой завладел ее губами. Несколько резких движений и она, застонав, достигла оргазма.

Осторожно опустив Карину на спину, Алрой закинул ее ноги себе на плечи, и снова задвигался в ней. Карина чувствовала его горячие губы на шее, на плечах, на груди, он все более и более страстно осыпал ее поцелуями, пока не излился в нее, достигнув пика наслаждения.

— Любовь моя, — прошептал он, отрывая от нее губы, — ты в порядке?

— Все хорошо, — она улыбнулась, — я люблю тебя, Алрой Колман и буду любить вечно.

— Я стараюсь сдерживать себя, но у меня это не всегда получается, — он осторожно вышел из нее, продолжая целовать шею и ключицы.

— Алрой, я не фарфоровая кукла, а всего лишь беременна, но срок еще слишком маленький, поэтому мы можем заниматься любовью, не опасаясь, что навредим ребенку.

— Завтра будет трудный день, — прошептал он, устраивая Карину удобнее в своих объятиях.

— Ты про Пенелопу или вообще о королевской свадьбе?

— О свадьбе, — вздохнул он, — я уже отвык от подобных мероприятий. Все же, этот мир мне нравится больше.

— Мне тоже, — согласилась она, — пусть наш сын вырастит здесь, а не в королевстве зависти, интриг и борьбы за трон.

— Он может унаследовать магические силы, тогда нам придется отдать его в Королевскую Академию.

— Не придется, — прошептала Карина, засыпая, — у него есть замечательный отец, который всему его научит.

— Спи, любимая, — он поцеловал ее волосы, — у нас еще есть время, чтобы подумать над образованием сына.

******

Харвард и Эстель накануне свадьбы остановились в замке Ротмондов. Он заказал для нее наряд, в котором она должна была пойти на свадьбу. Роскошное платье, несомненно, шло Эстель и сидело на ней идеально. Она покрутилась перед зеркалом, поражаясь мастерству швей. Жаль, что надеть это великолепие, можно только в Дамарис. В Нью-Йорке в подомном наряде выйти не получится.

— Ты прекрасна, — Харвард подошел к Эстель сзади и надел ей на шею колье усыпанное бриллиантами, — но вот так на много лучше.

— Боже… — она поймала в зеркале его восхищенный взгляд, — оно необыкновенное и, наверное, очень дорогое. Харвард, я не могу это надеть.

— Можешь, потому что я выбирал его специально для тебя, — он провел пальцами по низкому вырезу платья, — иначе все будут смотреть на твою великолепную грудь, и я сойду с ума от ревности.

— А так все будут смотреть на бриллианты на моей шее? — она развернулась и обняла его.

— Их будет трудно не заметить, я старался, — Харвард улыбнулся, — если не получится прикрыть твои прелести тканью, прикроем их драгоценностями.

— А нельзя было поднять выше лиф?

— Мне сказали, что того требует мода, оказывается в Дамарис она тоже есть.

Руки Харварда распустили шнуровку, и платье спустилось с плеч, постепенно обнажая тело Эстель.

— Если его не повесить, ты испортишь ткань, — предупредила она, выступая из тяжелой парчи.

— Будет сделано, моя госпожа, — Харвард подхватил наряд и аккуратно разместил, его на спинке кресла, — здесь с ним ничего не случится.

Он посмотрел на ее отражение в зеркале, восхищаясь совершенством форм и бриллиантами на изящной шее.

— Тебе тоже нравится? — спросила она, поймав в зеркале его взгляд.

— Мне всегда нравится заниматься с тобой любовью перед зеркалом, — ответил он, накрывая ладонями обнаженную грудь, — навевает воспоминания…

— Я спросила про колье, — прошептала она, отдаваясь ласкам Харварда.

Его руки спустились ниже, лаская ее между ног, чувствуя, как она становится влажной и горячей. Он не стал снимать с себя одежду, такой контраст возбуждал его желание гораздо больше, нежели два обнаженных тела в зеркале. Харвард освободил возбужденный член, с легкостью входя во влажную плоть.

Они задвигались одновременно, отдаваясь безумной страсти. Харвард бросил взгляд в огромное зеркало: нежная красавица и грозный мужчина, разница, которая всегда будет между ними. Но ему нравилась ее, все еще девственная красота, хотя Эстель и не осознавала, насколько сейчас прекрасна. Его руки скользили по обнаженному телу девушки, возбуждая в ней первобытные инстинкты, превращая ее сдержанность в необузданный порыв.

Эстель чувствовала жаркие поцелуи на шеи и плечах, руки Харварда сжимавшие упругую грудь, заскользили ниже. Одной рукой он прижал ее к себе, вторую запустил между ног. Они продолжали двигаться, заглушая хриплые стоны поцелуями, пока одновременно не достигли пика наслаждения.

Глава 20

Идя по проходу из белых лилий, в окружении фрейлин, Дамарис вспоминала прошлое. Когда-то, будучи совсем юной, она стала королевой. Ее выбрал народ, доверил свои жизни и поддерживал на протяжении долгих лет. Она не обманула их доверия, приведя страну к процветанию.

Рядом с ней был любимый мужчина, готовый подставить плечо в трудный момент, она же, так глупо потеряла его. И вот сейчас он ждет ее у алтаря, несмотря на годы забвения, которые они провели, скитаясь между двух миров.

Она шла к нему, с легким сердцем, зная, что на этот раз их счастью ничто не помешает. Королева Дамарис обрела свою любовь, пусть через триста лет, но она это сделала.

Кристиан Харвард Ротмонд улыбался, глядя, как приближается его невеста. Восхитительно-прекрасная, равной которой нет в мире, и сегодня она станет его женой. Он бросил взгляд на собравшихся гостей, на их лицах так же играли счастливые улыбки. Он возблагодарил небеса, — сегодня, воистину, самый счастливый день в его жизни.

Алрой стоял между женихом и Харвардом — младшим, его взгляд блуждал по часовне, но Пенелопу он не видел. Куда же подевалась эта женщина? Что она передумала мстить, надежды никакой. Не тот человек, Пенелопа, чтобы отказываться от задуманного. Если она решит напасть во время церемонии, шансов остаться в живых у нее не будет. Он мог бы рассчитывать на Карину, но она находится в свите королевы, и при всем желании не успеет помочь подруге.

Венчание началось. Алрой с замиранием сердца ждал конца церемонии, к его счастью все прошло без происшествий. Короля и королеву объявили мужем и женой, после чего они покинули часовню под радостные крики подданных.

Прибыв в королевские покои, Дамарис наконец-то смогла обнять и поцеловать мужа, не думая о приличиях. Он улыбнулся, взяв ее ладонь в свою руку.

— Любовь моя, мы прошли через время, ты спасла мне жизнь и не задумывалась, чем это может для тебя обернуться, — он надел ей на безымянный палец левой руки кольцо с инкрустацией древних символов. — Пусть это кольцо будет символом нашей любви. На вечность, через которую, мы прошли, чтобы быть вместе.

— У меня для тебя тоже есть подарок, — она приложила его руку к своему животу, — у нас будет ребенок.

— Ты подарила мне рай на земле, — Харвард подхватил жену на руки, — королева Дамарис, я люблю тебя всем сердцем.

— Я люблю тебя больше, мой король, — она рассмеялась, осыпая его лицо страстными поцелуями.

София взяла на себя обязанности распорядителя банкета, так ей было удобнее держать все под контролем. Она заметила входящих в зал Харварда и Эстель. Они смеялись и перешептывались, не подозревая, что в любой момент могут подвергнуться нападению. Придумывая на ходу повод, чтобы завязать разговор, София подошла к сестре.

— Рада видеть вас на празднике, — сказала она, — наконец-то мы можем поговорить в относительно спокойной обстановке.

— Я много раз хотела встретиться с тобой, — ответила Эстель, — но все никак не получалось.

— Я оставлю вас, чтобы вы могли поговорить по душам, — Харвард попытался отойти, но София остановила его.

— Останься, — она взяла его за руку, — мы все же теперь одна семья. И, возможно, следующая свадьба ваша, а мы практически не знаем друг друга.

Харвард заметил странное поведение девушки, хотя еще не понял с чем это связано.

— В чем дело, София? — спросил он прямо. — Здесь что-то происходит, о чем мы не знаем?

— Да, — честно ответила она, — Пенелопа решила отомстить за смерть Филиппа. Алрой думает, что это должен быть кто-то из вас. Он не знает на кого она нападет, но уверен, что не остановится, пока не отомстит.

— И что ты предлагаешь? — спросила Эстель, — Стоять и ждать, пока она выберет себе жертву?

— Мне жаль, Эстель, но кроме всего прочего, Пенелопа подруга наших родителей, пусть даже сейчас она запуталась.

— Я ее понимаю, но, если она нападет, я отвечу тем же, — Харвард огляделся по сторонам, — и не думаю, что Алрой будет стоять и наблюдать, как его пытаются убить.

— Но для начала, попробуем все же, обойтись без жертв, — попросила София, — не будем портить Дамарис свадьбу, она столько лет ждала этого дня.

— Ты знаешь, что Ким тоже здесь? — сменила тему Эстель. — Ее отец когда-то был телохранителем бабушки и моим.

— Я видела Ника и Ким в часовне, королева восстановила его в правах наследования. Уже готовы документы на владение Стенхоумом, теперь Ник полноправный наследник своего отца.

— Пенелопа в зале, — предупредил девушек Харвард, — я вижу ее. Постараюсь не упустить миссис Гранде из вида, пока она не напала на кого-нибудь.

Алрой заметил Пенелопу, как только они с Кариной вошли в зал. Она попыталась смешаться с официантами, но он сразу узнал ее.

— Я нашел Пенелопу, — прошептал он на ухо Карине.

— Если ее жертва Харвард, нам стоит найти и его.

— Не стоит, он с Софией и Эстель, они уже в зале.

— Не могу поверить, что Пенелопа решилась на подобный шаг, Дамарис убьет ее. Значит все же Харвард? Но ведь он не убивал Филиппа.

— Я уже тебе говорил, что с него все началось, он предал Филиппа и заслуживает смерти, — объяснил Алрой. — Убив его, Пенелопа не только отомстит ему, но и нам.

— Лично мне все равно, если Харвард получит по заслугам, я тоже уже говорила об этом.

— Пенелопа обречет нашу дочь на страдания, если убьет человека, которого она любит, не забывай об этом, пожалуйста.

— Бедная Пени, мне так ее жаль.

Карина наблюдала за подругой с болью в сердце. Почему она полюбила Филиппа, который и мизинца ее не стоит. Теперь она готова пожертвовать жизнью, чтобы отомстить за его смерть.

— Я бы на твоем месте не стал ее жалеть, не уверен, что она пожалела бы тебя, не будь ты беременна.

Король и королева вошли в зал. София отошла от Харварда и Эстель, тем самым дав Пенелопе возможность действовать.

Алрой попытался подойти ближе к Пенелопе, чтобы вовремя перехватить ее и не дать совершить непоправимую ошибку. Он почти приблизился к ней вплотную, когда Пенелопа запустила в Харварда огненный шар. Алрой схватил ее за руку, но было уже поздно, шар полетел в намеченную цель.

Эстель обернулась и увидала, летящий в Харварда сгусток энергии. Ее реакция была молниеносной, она просто закрыла его своим телом.

— Эстель… — закричал Харвард, подхватив падающую девушку на руки.

В этот момент королева сразила Пенелопу ударом в сердце.

Алрой и Карина бросились к дочери. Над ней уже склонились София и Дамарис, пытаясь оказать девушке помощь.

— Она жива, — успокоила Дамарис Харварда, — но рана слишком серьезная. София, ты знаешь, что делать.

— Друиды? — прошептала она срывающимся голосом.

— Верно, дорогая, торопись.

София открыла портал. Харвард с Эстель на руках, прошел следом за ней. У него не было сил задавать вопросы. Он просто доверился Дамарис и Софии. Всесильный маг первый раз в жизни не знал, что ему делать. На его руках умирает любимая женщина, которой он не в силах помочь. Скольких людей он уничтожил сам, но ни разу не испытывал боли от потери любимого человека. И вот страшная кара настигла его.

Харвард опустил Эстель на траву рядом с огромным дубом. София позвала друидов, она не знала, услышат ли ее, но как иначе поступить не знала.

— Отойдите от принцессы, — раздался за спиной Харварда мужской голос.

София подняла глаза. Над Харвардом возвышался молодой друид.

— А где Лабрайд? — спорила она.

— Исцелением занимаюсь я, — молодой человек склонился над Эстель.

— Она выживет? — прошептал Харвард.

— Выживет, — друид достал листья омелы и наложил их на рану, — задето только плечо, ничего страшного для сильной женщины.

— Более сильные маги умирают от таких ран, — возразил Харвард, недоверчиво наблюдая за друидом.

— Маги умирают, друиды выживают, — ответил он, положив ладони на рану поверх омелы.

Друид начал читать заклинание и Харварду ничего не оставалось, как только наблюдать за происходящим.

— Он назвал мою сестру друидом? — спросила шепотом София.

— Существует легенда, что отец Дамарис друид, но тебе лучше спросить у нее, — также тихо ответил Харвард.

— Я исцелил принцессу, — друид отнял ладони от раны Эстель, — скоро она придет в себя.

— Ты не назвал своего имени, — София с интересом разглядывала красивого мужчину.

Ничто его не отличало от ее знакомых парней в Лондоне, кроме одежды. Высокий, молодой парень, с красивыми чертами лица. Сначала ей показалось, что ему чуть за тридцать, но приглядевшись получше, подумала, что на самом, деле не больше двадцати пяти.

— Мое имя Киан, — ответил он.

— А я София, — она протянула руку, но Киан не понял, что означает ее жест.

София подошла ближе и пожала руку друида.

— Странный обычай, — удивился он, — но мне нравится.

— Эстель приходит в себя, — раздался голос Харварда, который все это время ждал, когда его любимая откроет глаза.

— Где мы? — Эстель попыталась встать, но Харвард не позволил ей, удерживая в своих объятиях.

— Мы в лесу друидов, — София опустилась рядом с сестрой, — Каин тебя исцелил, после того, как ты закрыла собой Харварда.

— Какая непростительная глупость, — Харвард нахмурился, — но мы поговорим об этом дома.

София обернулась, чтобы поблагодарить Киана, но друида и след простыл, словно его никогда не было.

— Странный малый, — Харвард огляделся по сторонам, — если он меня слышит, я хочу сказать ему спасибо, за то, что исцелил Эстель. Если бы не он, она бы погибла. Я буду вечно признателен друидам.

— Давай вернемся домой, — попросила Эстель, — я хочу в свою квартиру.

— Я скажу всем, что с тобой все в порядке, — София поцеловала сестру, — ты нас здорово напугала.

— Я подумала, что если шар попадет в Харварда, то ранит прямо в сердце и его будет не спасти, а я меньше ростом и вполне могу отделаться легким ушибом, — попыталась оправдаться Эстель.

— Спасибо, любовь моя, — Харвард поцеловал Эстель, затем открыл портал, и они вместе исчезли из леса.

София решила вернуться во дворец и успокоить родителей. Они скорее всего места себе не находят от волнения.

Войдя в зал, она не удивилась, что праздник продолжается. Большинство гостей, прибывших на свадьбу из далека, и понятия не имели, кто такая Пенелопа. Король и королева принимали поздравления, все выглядело так, словно ничего не произошло. София нашла родителей и рассказала о чудесном исцелении Эстель.

— Она в порядке? — спросил Алрой.

— Да, они с Харвардом вернулись в Нью-Йорк, — София посмотрела на мать, — а где Пенелопа? Она погибла?

— Погибла…  — Карина смахнула слезы, — мы займемся похоронами после свадьбы.

— Я отправил ее тело в королевский склеп, — Алрой обнял жену за плечи, — успокойся, дорогая. Завтра мы простимся с нашей подругой со всеми почестями.

— Она не хотела причинить вред Эстель, — прошептала София, — ее целью был Харвард.

— Я знаю, — ответила Карина.

София размышляла, стоит ли ей рассказать о ребенке или попробовать самой позаботиться о мальчике? Но как она это сделает, у нее никогда не было детей. И сколько ему лет? Как найти его в Эсмире? Сейчас, когда Пенелопа погибла, есть ли смысл хранить ее тайну? Если только от ее старших детей, но Алрой и Карина могут ему дать намного больше, чем она.

— Мама, надо поговорить наедине, давайте отсюда уйдем, — попросила София.

— Что-то с твоей сестрой? — испугалась Карина.

— Нет, это касается Пенелопы.

Оказавшись в квартире Алроя, София рассказала все, что ей поведала Пенелопа о младшем сыне. Карина молча, слушала дочь, все больше поражаясь мужеству подруги. Оставить ребенка, зная, что члены ее семьи не примут его, а отец мальчика погиб, — это сильный поступок.

— Мы должны позаботиться о нем, — сказал Алрой, — выслушав дочь. — А ты что об этом думаешь, дорогая?

— Ты прав, — Карина попыталась улыбнуться, — но сейчас я не лучший собеседник. Мои мысли еще заняты произошедшим. Но думаю, мы вместе навестим мальчика. Главное, чтобы никто, кроме нас не узнал о нем. Если Пенелопа скрывала рождение малыша от своих детей, значит, они бы никогда его не приняли.

— Его имя Филипп Гранде, — София вздохнула, — как мы ему скажем, что теперь у него нет матери?

— Я поговорю с мальчиком, — Алрой обнял дочь за плечи, — ты правильно поступила, что все нам рассказала. Мы позаботимся о Филиппе, не переживай.

******

На следующий день, после свадьбы, Алрой и Карина хоронили Пенелопу. На похоронах никого, кроме них и Софии не было. Ее старшие дети отказались покидать Эсмир, раз мать навлекла позор на их род.

Теперь Софии стало понятно, что двигало Пенелопой, когда она решилась на тайные роды. Старшие дети никогда не признают мальчика. Особенно сейчас, когда отец ребенка объявлен государственным преступником, а мать покушалась на родственника короля.

— Мы сегодня навестим Филиппа? — поинтересовалась София у родителей.

— Ты хочешь пойти с нами? — Алрой положил цветы на могилу Пенелопы.

— Я бы хотела с ним познакомиться, — София смахнула катившиеся из глаз слезы, — Пени, прости, что нарушила данное тебе слово, я никогда бы так не поступила, если бы ты осталась жива.

— Ты все сделала правильно, — Карина обняла дочь.

После похорон Алрой переместил всех в Эсмир. Он знал, где находится школа магии, когда-то он и сам рассматривал возможность обучения там. В итоге отказавшись от этой мысли, поступил в Королевскую Академию.

— Это здесь? — София подняла глаза на огромное здание, больше напоминающее дворец, нежели школу.

— Да, здесь находится деканат и корпус, в котором учатся дети не достигшие двенадцати лет, — объяснил Алрой.

— С чего ты взял, что мальчику меньше двенадцати? — Карина пожала плечами, — Сам подумай, Пенелопа могла родить его и пятнадцать лет назад.

— Не могла, — ответил Алрой, — мальчик родился после так называемой «смерти» Филиппа, а это было десять лет назад. Сейчас я схожу и все узнаю, ждите меня здесь.

После непродолжительной беседы с директрисой, Алрой выяснил, что юный Филипп Гранде, особой усидчивостью не отличается. Мать его навещала всего пару раз, хотя обучение оплатила сразу за все годы пребывания. Алрой рассказал директрисе, о смерти Пенелопы. Теперь мальчик остался сиротой, и о нем больше некому позаботиться, на что директриса предложила забрать Филиппа из школы, потому как хорошего мага из него все равно не получится.

— При всем моем уважении к вам, Алрой, — сказала она, — мальчик весьма посредственен. Если у вас есть возможность, забрать Филиппа из школы, я готова вернуть вам деньги, уплаченные его матерью.

— У меня достаточно средств, чтобы воспитать Филиппа, оставьте деньги миссис Гранде в качестве благотворительного взноса, для какого-нибудь талантливого, но не имеющего средств мага. Я возмещу мальчику всю сумму на его счет и воспитаю его достойным человеком.

— Я отдам необходимые распоряжения, — директриса улыбнулась, — вы были хорошим королем, Алрой. Позаботьтесь о Филиппе, пусть, он не станет магом, но может быть, в другом мире сделает успешную карьеру ученого. Мальчик умен, несмотря на то, что его магические способности выражены слабо.

Алрой забрал Филиппа и вместе с ним вышел за ворота школы. По дороге он расспросил мальчика о матери, но тот почти ничего не помнил о Пенелопе. Его воспитывала няня, а когда подрос, сразу оказался в школе магии. Мать Филипп видел несколько раз, поэтому у него не осталось о ней теплых воспоминаний.

Карина при виде мальчика, сразу разглядела знакомые черты подруги. От отца Филиппу достался только цвет глаз, хотя ее мало волновало, от кого Пенелопа родила сына, главное, что теперь у ребенка есть дом и семья.

— Привет, Филипп, — Карина улыбнулась. — Ты знаешь, кто я?

— Мистер Колман сказал, что вы друзья моей мамы.

— Правильно, а ты хотел бы отправиться с нами в другой мир? — спросила София.

— Очень, — Филипп смущенно улыбнулся, — мне не нравится эта школа.

— Вот и хорошо, значит, возвращаемся домой, — решил Алрой, открыв портал.

Глава 21

Харвард не отходил от Эстель всю последующую неделю. Она пыталась его убедить, что с ней все в порядке, но он и слушать не хотел. Наконец, получив из издательства срочный заказ, Эстель удалось улизнуть. Отправив Харварда в Академию, она поехала на работу, в надежде встретить там Ким и узнать последние новости.

— Господи, я уже думала, с тобой что-то серьезное, — Ким обняла подругу.

— Со мной все хорошо, — Эстель улыбнулась, — Харвард отключил телефон и продержал меня в постели всю неделю. Мне удалось сбежать, только после письма Меган.

— Я так испугалась за тебя, — Ким смахнула навернувшиеся слезы.

— Ничего страшного не произошло, меня очень быстро спасли, а вот Харварда бы спасти не удалось.

Эстель до сих пор помнила, как увидела запущенный в Харварда шар. Она испугалась за него, и единственное, что пришло ей в голову, это принять удар на себя. Он был благодарен ей за спасение, но еще несколько дней, после случившегося, она видела страх в его глазах. Харвард ругал ее за проявленную глупость, из боязни потерять, но не мог не признать, что остался жив только потому, что Эстель рисковала ради него своей жизнью. Никто и никогда не совершал ничего подобного из-за Харварда. Даже верный Айзек, вряд ли бы пожертвовал собой, окажись он на месте Эстель.

— О чем задумалась? — прервала поток ее мыслей Кимберли.

— О том, что я единственный человек, который любит Харварда, — Эстель прошла за свой стол, — может быть, его никто и не любил никогда?

— Я думала, что кроме работы тебя ничто не интересует, — улыбнулась Ким, — но ты неожиданно влюбилась.

— Меня и не интересовало ничего, пока я не встретила Харварда. Сложно верить в любовь, когда тебя предают самые близкие люди.

Эстель всегда считала, что отношения не для нее. Работа забирала все свободное время, и она никогда не задумывалась, над тем, правильно ли живет.

— Я безумно за тебя рада, — Ким наклонилась через стол и поцеловала подругу, — хорошо, что ты оказалась все же не законченным трудоголиком.

После ухода Ким, Эстель по-быстрому накидала макет статьи, чтобы как можно скорее вернуться домой. Харвард работал в Академии до вечера, за это время она успевала приготовить для него что-нибудь особенное. Готовить Эстель умела не очень хорошо, поэтому нашла в интернете один из самых простых рецептов для романтического свидания.

Справившись с ужином, она попробовала то, что получилось, и ей приготовленное блюдо понравилось. Как ни странно, но первый раз в жизни ее еда выглядела не только красиво, но и аппетитно.

Харвард вернулся уставшим, но довольным. Работа в Академии начинала нравиться ему. Студенты постепенно прониклись доверием и уважением к темному магу. Единственное, чего ему до сих пор не хватало, это полноценной семьи. Харвард мечтал привести Эстель в свой дом на правах жены, а не скитаться из одного мира в другой.

— Я так рада, что сегодня ты вернулся пораньше, — Эстель обняла его и поцеловала, — у меня к тебе серьезный разговор.

— А что у нас за праздник? — спросил Харвард, помогая Эстель усесться за стол.

— Открой шампанское, — попросила она, — хочу набраться смелости, прежде, чем начать разговор.

— Случилось что-то серьезное?

Харвард открыл бутылку и разлил шампанское по бокалам.

— Это очень серьезно, дорогой, — Эстель улыбнулась. — До встречи с тобой, я была обычным человеком, которого интересовала только работа. Ты изменил меня и сделал цельной личностью. Я благодарна судьбе, что встретила тебя, иначе бы я никогда не узнала, что такое настоящая любовь.

— Это значит, что ты готова назначить дату свадьбы? — он поцеловал ее руку.

— Да, я хочу настоящую семью и детей, — выдохнула она, сжав ладонь Харварда.

Это решение тяжело далось Эстель. Она давно распланировала свою жизнь и в ее планы не входили дети и брак. Харвард перевернул ее внутренний мир, Эстель поняла, что истинное счастье вовсе не в успешной карьере, а в том, чтобы тебя просто любили.

Эстель отрицала любовь, боясь предательства и разочарования. Она не хотела быть снова брошенной, как когда-то в детстве. Харвард дал ей уверенность, которой ее лишили родители. Эстель искренне пыталась простить их, но верить научилась, только когда поняла, что Харвард ее на самом деле любит и никогда не предаст.

— Это очень важно для меня, — Харвард вышел из-за стола и подхватил Эстель на руки, — я готов был ждать твоего решения вечность, но рад, что ты приняла его, куда быстрее.

— Я бы не хотела, чтобы тебя украла какая-нибудь юная студентка, — пошутила Эстель.

— Мое сердце принадлежит только тебе.

Теперь Харвард мог свободно говорить о своих чувствах, не боясь выглядеть уязвимым. Любовь делает человека слабым, а проявление слабости для короля неприемлемо. Двадцать пять лет он правил людьми Дамарис железной рукой, считая, что только власть дает свободу. Как же он ошибался все эти годы. Истинную свободу дает любовь. Рядом с Эстель ему не надо притворяться, она принимает его таким, какой он есть и это делает Харварда свободным. Он научился любить, а это куда важнее власти, от которой он порядком устал.

— Люблю тебя, — прошептала Эстель, когда он опустил ее на кровать и склонился над ней.

— Ты сводишь меня с ума, принцесса, — ответил он, целуя ее шею.

Его губы спустились ниже. Сняв с плеч платье, Харвард завладел грудью девушки, облизывая и покусывая ее. Эстель застонала, почувствовав, как язык Харварда погрузился в пупок. Платье полетело на пол, на ней остались только кружевные трусики, которые вскоре постигла та же участь. Харвард развел ее ноги в стороны, проникнув языком во влажную плоть. Эстель выгнулась навстречу его жаждущему рту, отдаваясь безумному порыву страсти. Губы Харварда нашли ее клитор и завладели им. Эстель почувствовала, как его пальцы вошли в нее и задвигались. Она уже не пыталась сдержать рвущиеся из груди стоны.

Харвард и сам находился на грани. Он сбросил одежду и вошел в нее. Стараясь сдерживать себя, Харвард усилил толчки, чтобы довести Эстель до высшей точки наслаждения. Она вцепилась в его плечи, завладев губами любимого в страстном поцелуе. Харвард почувствовал, как мышцы Эстель сжимают его возбужденный член, а ее тело дрожит от нахлынувшего оргазма. Он на мгновение остановился, давая ей прийти в себя, после чего задвигался с новой силой, осыпая поцелуями ее лицо и плечи.

— Не сдерживай себя, — прошептала она, не успевая отвечать на его страстные поцелуи, — ты сводишь меня с ума, любовь моя.

— Эстель…, — простонал Харвард, и, сделав несколько мощных толчков, излился в нее.

— Мы просто созданы друг для друга, — она запустила пальцы в его волосы, — я не представляю своей жизни без тебя.

— Я думал, что никогда не смогу полюбить, считая любовь глупостью для слабовольных людей, — Харвард приподнялся на локтях. — Но ты изменила мою жизнь. С первой секунды, как я тебя увидел, понял, что пропал. Я пытался отрицать это чувство, но только от одной мысли о тебе, мое сердце начинало биться сильнее, и я сходил с ума от желания.

— Примерно, то же самое, было и со мной, — прошептала Эстель.

— Может быть и хорошо, что я послушал Филиппа, захватив власть в Дамарис, — улыбнулся он, — останься ты принцессой, и мы могли бы никогда не встретиться.

— Тогда я бы навсегда осталась девственницей, а ты злобным темным магом, — пошутила Эстель, сжав ладонями ягодицы Харварда.

- Зато теперь я превратился в заботливого и страстного любовника, — он почувствовал, как снова твердеет в ней, — но мне хотелось бы стать, как можно скорее, твоим законным супругом.

— Кто бы мог подумать…, - она игриво прикусила мочку его уха, — я считала, что влюбилась в грозного колдуна, а ты оказался неисправимым романтиком.

— И кто тебе нравится больше? — Харвард перевернулся на спину, усадив Эстель сверху.

— Мне нравишься ты, не важно, грозный колдун или неисправимый романтик, — она наклонилась и поцеловала его, — я люблю тебя любым, Харвард.

Эстель начала двигаться на нем и Харвард забыл все, о чем еще хотел спросить.

«Пожалуй, поговорить можно будет и позже, — подумал он, отдаваясь во власть ее нежных рук».

******

София стояла на скале, устремив взгляд на утопающей в облаках Дамарис. Великолепное зрелище, которое никогда не наскучит. Красота, граничащая с величием — то, что всегда вызывало восторг в ее сердце.

Она думала о своей прошлой жизни, и поражалась, насколько скучной она была. Теперь перед ней раскрылся мир полный магии и тайн, о котором можно только мечтать. Да, она одинока, но за все надо платить, и это совсем небольшая плата за те возможности, что она получила.

Чья-то рука легла на плечо Софии, заставив ее обернуться.

— Нравится смотреть на облака? — спросил друид.

— Завораживающее зрелище, — ответила она. — Еще раз спасибо, что спас жизнь моей сестре.

— Принцесса одна из нас, — пожал плечами Киан, — а когда-нибудь ее сын станет великим магом. Так что не стоит благодарности, я исполнял свой долг.

— Если Дамарис знает о способностях Друидов, почему она не попросила вас исцелить Харварда, когда он умирал? — Эстель подняла на Киана взгляд, восхищаясь его дикой красотой.

— Потому что, мы бы не смогли исцелить его, в нем нет крови друидов.

— Смею предположить, что я, как и Эстель, имею частицу вашей крови?

— Совершенно верно, ты одна из нас.

Киан взял Софию за руку, она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Они переместились в лес, где Киан опустился на траву около дуба, усадив Софию рядом.

— Когда-то, один из друидов полюбил земную девушку, — начал он свой рассказ. — От их любви появилась на свет девочка. Она унаследовала магию предков-друидов, но воспитывалась среди людей. Ее мать, принцесса Камилла была дочерью короля Эсмира, на которую у отца были грандиозные планы. Узнав, что она ждет ребенка от друида, он выгнал ее из королевства. Верные принцессе люди последовали за ней и основали небольшое поселение на берегу океана. Девочку Камилла назвала Дамарис, а дальше, я думаю, ты знаешь эту историю.

— Что же стало с ее отцом?

— Он вернулся к своему народу, друидам было запрещено связывать свою жизнь с людьми.

— Какая грустная история…

— Почему же грустная? — улыбнулся Киан. — Благодаря их любви, ты появилась на свет. В тебе течет кровь друидов, и ты обладаешь магией своих предков.

— Но моя мать и Эстель не обладают магией, а у отца есть ваши силы, как ты это объяснишь?

— У твоего отца нет предков друидов, но он владеет магией, силами, которые получил при рождении и развил, обучаясь в Академии.

— А ты женат? — не удержалась от вопроса София.

— Нет, мы только встретились, и я не знаю, согласится ли она стать моей женой, — глаза Киана загадочно блеснули. — Но она невероятно красива, я не видел более прекрасной девушки в своей жизни.

— Поздравляю, — София натянуто улыбнулась, — надеюсь, вы будите счастливы.

Она не понимала, почему это так задело ее. Но глядя, на Киана осознавала, что у такого красивого мужчины не может не быть отношений. Да, она встречала много красивых парней, вот только ни один из них не тронул ее сердце. И как назло, стоило Софии увлечься мужчиной, так он оказался не свободен. Жизнь явно к ней не справедлива, но она как-нибудь справится с этим сама.

— Спасибо, за поздравление, София, — Киан наклонился и с нежностью дотронулся до ее губ легким поцелуем, — разве ты еще не поняла, что речь идет о тебе?

— Обо мне? — она немного отстранилась.

— Ты покорила мое сердце, и я не представляю другой женщины рядом с собой, — Киан провел пальцем по ее приоткрытым губам, — может быть нам стоит попробовать, как ты думаешь?

— Уверена, что мы не сможем узнать ответ, пока не проверим, — София положила руки ему на плечи, — только обещай не останавливаться на самом интересном.

— Ты говоришь загадками, — улыбнулся друид.

— В мире, где я росла, женщины не такие, как здесь, но тебе понравится, поверь.

— Меньше слов, больше дела, — прошептал Киан, увлекая Софию на мягкую траву, — я, конечно друид, но я еще и мужчина.

— Никогда не думала, что буду заниматься любовью в лесу, — ответила София, стаскивая с Киана одежду, — да еще и на первом свидании.

— А у нас свидание? — он снял с Софии сарафан, под которым ничего не оказалось, кроме маленьких кружевных трусиков.

— Сейчас уже свидание, — она посмотрела на обнаженного мужчину, восхищаясь его рельефным телом. — Но я обычно не ложусь в постель с незнакомцами.

У Софии уже несколько месяцев не было мужчины, с парнем она рассталась еще во Франции, после чего все так закрутилось, что о сексе думать не приходилось. И вот перед ней необыкновенно сексуальный мужчина, который хочет ее, а она размышляет о приличиях.

— Во-первых, мы знакомы, — Киан накрыл девушку своим телом, устроившись у нее между ног, — а во-вторых, ты не испуганная девственница, которая боится любви мужчины.

— В моем мире не принято ложиться в постель с первым встречным, — она почувствовала руку Киана у себя между ног и закусила губу, сдерживая стон наслаждения.

— В-третьих, мы не в постели, — продолжил он, — и, в-четвертых, в моем мире тоже не принято спать с незнакомыми девушками, соблазняя их в лесу.

Киан накрыл губами ее сосок. Его мысли улетучились, как только он почувствовал, насколько она стала влажной. Он давно был готов войти в нее, но продолжал ласкать ее грудь, слушая прерывистые стоны. София сводила его с ума, еще немного и он утратит над собой контроль. Пальцы Киана проскользнули в ее горячую плоть и задвигались, она уже не сдерживала стоны, отдаваясь его рукам и губам.

Киан видел, что София на грани, он извлек из нее пальцы и погрузился в жаждущее любви тело. Она выгибалась навстречу его яростным толчкам, позволяя входить в себя, как можно глубже. Они двигались, как одно целое, пока одновременно не достигли пика наслаждения.

— Это было восхитительно, — услышал Киан хриплый шепот Софии.

— Потому что, ты создана для меня, — он оставил несколько поцелуев на ее влажной шее, — разве ты не веришь в любовь с первого взгляда?

— Если бы меня спросили об этом пару месяцев назад, я бы рассмеялась в лицо этому безумцу, но сейчас я понимаю, что ты тот, кого я ждала всю жизнь.

София улыбнулась и подарила Киану самый страстный поцелуй, на который только была способна.

Эпилог

Алрой и Карина принимали поздравления с рождением сына. Малыш появился на свет в одной из частных клиник Нью-Йорка. Гордый отец первым взял его на руки, восхищаясь крошечным комочком, с уже таким серьезным личиком.

Пробыв в клинике пару дней, Карина с Майклом вернулись домой. Девочкам натерпелось увидеть брата, но с визитом они не торопились, давая возможность матери и ребенку немного отдохнуть. В итоге любопытство взяло верх и спустя пару недель, сестры навестили родителей.

Карина с улыбкой смотрела на отца и сына. Все, что судьба отняла у них, они смогли вернуть сторицей, теперь только от них зависело, кокой будет дальнейшая жизнь. Возможно, им еще не раз придется столкнуться с трудностями, но самые большие преграды между ними рухнули.

— Разве это не чудо? — спросил Алрой, глядя на спящего у него на руках сына.

— Это чудо сотворили мы, — Карина подошла к мужу и поцеловала его.

— Трижды, — Алрой бросил взгляд на стоящих у окна дочерей, — мы сотворили это чудо трижды.

— Удивительно, что девочки простили нас, — прошептала Карина, — особенно Эстель. София, все же росла в семье, пусть ей, и пришлось узнать, что она не родная своему отцу.

— Эстель истинная дочь своей матери, — Алрой поцеловал Карину в уголок губ, — нигде не встречал таких упрямых женщин, кроме, как в собственной семье.

— Ты тоже с характером, любимый.

Эстель и София подошли к родителям. С появлением маленького Майкла, они стали ближе друг к другу. Ребенок смог сделать то, чего не удавалось четырем взрослым людям на протяжении многих месяцев. С первой минуты малыш стал всеобщим любимцем, и даже Эстель не устояла перед его обаянием. Она пыталась держать родителей на расстоянии, но Майкл изменил ее мировоззрение и растопил в сердце многолетнюю обиду.

— Какой же он милый, — Эстель погладила белокурый пушок на головке ребенка, — даже не верится, что это мой младший братик.

— Он похож на тебя, больше чем на меня, — София посмотрела на сестру, — вы словно близнецы.

— Мы с Харвардом тоже думаем о ребенке, но я пока не готова стать мамой, — Эстель улыбнулась, — правда, глядя на малыша мои сомнения, и страхи уходят.

— Ты будешь хорошей мамой, — успокоила дочь Карина, — иначе и быть не может.

— Подумай о своем муже, ему давно пора стать отцом, дорогая, — Алрой положил спящего сына в кроватку, — а мне хотелось бы успеть дать внукам как можно больше, пока я еще не превратился в дряхлого старика.

— Ты никогда не будешь дряхлым стариком, — в один голос воскликнули Эстель и София, обнимая отца.

Непосредственность и чувство юмора Алроя, постепенно завоевали расположение девушек, отец стал для них настоящим кумиром. София не перестала любить Эдварда, но и Алрой занял надежное место в ее сердце. Что касается Эстель, то у нее никогда не было родителей, она только начинала понимать насколько это чудесно, когда у тебя есть настоящая семья. Она получила безграничную родительскую любовь и теперь могла с уверенностью сказать, что она любит их всем сердцем.

— Девочки, если бы обстоятельства сложились иначе, мы бы никогда не расстались, — прошептала взволнованная, трогательной сценой, Карина.

— Если бы обстоятельства сложились иначе, у меня бы сейчас не было любимого мужа, — Эстель подошла к матери и поцеловала ее, — я давно не злюсь на тебя и папу. Ты самая красивая, добрая и изумительная мама в мире, и я никогда не перестану благодарить Бога за то, что ты подарила мне жизнь.

— Спасибо, — Карина смахнула выступившие слезы, — я так боялась, что ты никогда не простишь меня.

Первый раз в жизни она услышала «мама» от старшей дочери, искренне и с любовью. Карина давно потеряла на это надежду, и неожиданно получила такой восхитительный подарок.

— Я не смогу, стать хорошей матерью, если буду оставаться злобной дочерью, — пошутила Эстель, — и пусть у меня в детстве не было родителей, зато впереди у нас целая жизнь, чтобы все наверстать.

— Чертовски верно сказано, дорогая.

Алрой подмигнул, дочери и это наполнило ее сердце радостью. Теперь у нее есть все, о чем раньше она могла только мечтать. Разве это не чудо? Они одна большая семья, пусть немного странная, но другой ей не надо.

Наступит вечер и Эстель вернется домой, где ее ждет любимый мужчина. Она больше не одинока и ей не нужен повод, чтобы задержаться на работе. Ее жизнь наполнена любовью, нежностью и заботой.

Это и есть настоящая магия, та, которую ей подарила судьба.

Content

Алиса Грин
НАСЛЕДНИЦА ДРЕВНИХ МАГОВ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог