Шкондини-Дуюновский Аристах Владиленович

Круг скорпионов

Ник Картер

Killmaster

Круг Скорпионов

Посвящается сотрудникам секретных служб Соединенных Штатов Америки.

Первая глава.

Было ровно пять тридцать, когда Ник Картер вошел в Дубовую комнату отеля «Плаза» на Манхэттене.

Его свидание было на пять часов, но она все еще ждала в баре, пустые стулья были по обе стороны от нее.

На ней было зеленое платье, скроенное из материала, достаточного для того, чтобы закрывать полные изгибы ее тела. Подойдя ближе, Картер заметил, что ее огненно-рыжие волосы были зачесаны вверх театрально.

Он улыбнулся. Прическа была его предложением.

Пальцы с когтями на концах сжимали Манхэттен.

"Привет." Он провел губами по ее щеке, а затем сделал то же самое с тыльной стороной ладони.

«Ник, я начала задаваться вопросом».

«Извини, что опоздал. Вы знаете нас, магнатов».

Картер устроился на табурете рядом с ней, когда перед ним появился бармен с широкой улыбкой на лице.

"Как обычно, сэр?"

«Ага», - кивнул Картер и через десять секунд угощал сладострастную рыжую чивасом, аккуратным, за исключением одного кубика.

«Нам, Наоми».

«До другого чудесного вечера». Она повернулась к нему и улыбнулась. Ее щедрый рот был покрыт слишком щедрым слоем блестящей помады. «Ты понимаешь, что мы встретились здесь целых две недели назад?»

«Они пролетели», - ответил он хриплым шепотом. «Но более важным, чем прошлое, является будущее… сегодня вечером».

«Ну вот видишь», - промурлыкала она, дрожа ресницами.

«Да, - подумал Картер, - я не могу больше ждать, как и Дэвид Хок и AX!».

Как раз тем утром глава сверхсекретной службы Америки позвонил Killmaster обратно в Вашингтон для брифинга.

"Сколько еще, N3?"

«Я думаю - я надеюсь - сегодня ночь. Гаррет готов?»

«Готов и ждет. Он уже неделю охлаждает пятки в Нью-Йорке».

Картер почувствовал, как волна тепла прошла по его глазам. Последние две недели он вызывал Наоми Бартинелли каждый вечер.

Объект: Соблазнение, чтобы поместить себя и Эла Гарретта - резидента AXE в области электроники и компьютерного гения - в ее квартиру.

«Я стараюсь изо всех сил, сэр. Женщина любит играть в труднодоступные места».

Хоук улыбнулся. «Согласно твоему досье, Ник, обычно это занимает не более трех вечеров, самое большее четыре».

Картер позволил своим губам изобразить улыбку. «Не каждая женщина занимается таким сложным делом, сэр. Мне нужно завоевать ее доверие - заставить ее думать, что мне нужны только ее многочисленные чары».

Теперь, глядя на эти чары, заключенные в обтягивающее шелковистое платье, Картер тихонько усмехнулся.

"Что тут смешного?"

«Просто подумал, как мило и… желанно ты выглядишь», - ответил он небрежно, тепло. "Готовы еще выпить?"

Она перевернула стакан между алыми губами. "Сейчас я."

Картер погнул палец, и бармен вернулся, все еще улыбаясь.

«Еще два, - сказал Картер.

Они оба замолчали, наблюдая, как бармен спешит смешать напитки. Когда он вернулся, их ноги соприкоснулись, когда они потянулись к ним.

Искра пролетела немедленно.

«Что это будет, Наоми? Ужин? Или мы должны сразу перейти к десерту?»

Она улыбнулась. - «Давай сначала пообедаем». Между резцами был небольшой промежуток, портящий в остальном красивый набор зубов. "Я голодна.

«Я тоже, - усмехнулся он, - но не на ужин».

«Я говорила тебе, Ник», - сказала она, и ее мягкие карие глаза искрились от напитков. «Мне нравится, когда меня соблазняют. А соблазнение начинается с ужина».

"Хорошо. Здесь?"

"Как насчет более романтического места?"

«Как насчет маленького французского ресторанчика на Ист-Сайде? Еда отличная, официанты делают все, кроме чистки обуви, а при свечах так романтично, что вы не видите, с кем вы едите, если не улыбнетесь».

Она взглянула на платье. "Как вы думаете, я достаточно хорошо одета?"

«Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы пойти куда угодно», - ответил он, ожидая, когда через потолок пролетит молния, чтобы наказать за такую ложь.

Она облизнула губы кончиком языка. "Хорошо, если вы говорите так."

Картер медленно отпил второй глоток, наблюдая за ней. Он старался не позволять своему взгляду задерживаться слишком долго на ее декольте, где каждый раз, когда она вдыхала и одновременно подносила стакан к губам, происходила интересная битва сдерживания.

Он решил, что будет настоящей проверкой своего воображения - представить, как бы она выглядела, если бы сидела с полностью раскрепощенной грудью.

Она допила свой стакан и коснулась его руки. «Я готов идти в любое время, когда ты скажешь».

* * *

Ресторан был маленьким, уютным и таким же тусклым, как запомнил Картер. Он принадлежал шведу с женой-итальянкой, но у них был французский повар.

С тех пор, как Картер в последний раз обедал здесь, ничего не изменилось, кроме цен. Они утроились.

Стены были покрыты такими же красными бархатными портьерами, теми же копиями картин из Лувра в богато украшенных золотых рамах и такими же вездесущими официантами.

Еще до того, как глаза Картера успели привыкнуть к приглушенному освещению, присутствие Наоми Бартинелли выделилось в комнате, как если бы в нее попал прожектор.

Если бы посадил их друг напротив друга за один из более уединенных и интимных столов, он мог видеть женщину, как факел в темной ночи. Ее огненно-рыжие волосы, уложенные высоко на макушке, были похожи на маяк, а ярко-зеленое платье на фоне ее белой кожи выделялось на фоне основного красного декора комнаты.

"Не могли бы вы заказать напитки, сэр?" - спросил мужчина приглушенным голосом, который соответствовал общему тону комнаты.

Картер заказал, а когда подали напитки, он сделал сложную постановку заказа ужина на беглом французском.

Наоми Бартинелли была впечатлена. Она должна была быть удивлена.

«Я не знал, что вы говорите по-французски».

«Ах, моя дорогая, я делаю много вещей, о которых ты не знаешь. У меня много дел во Франции, а также в нескольких других странах».

Она вздохнула и отпила свой напиток. «Я постоянно общаюсь с людьми во Франции, Германии и Испании, но никогда не могу туда поехать».

«О? Просто каким бизнесом ты занимаешься? Ты никогда об этом не упоминал».

Она пожала плечами. «Я играю с компьютерами. Я… ну, скажем так, я передаю вещи».

"Ваш офис здесь, в городе?"

Она кивнула. «Я работаю вне квартиры. Так удобнее, и…»

"И…?"

«Ничего», - сказала она, снова пожимая плечами, когда облако пролетело над ее глазами.

Картер не настаивал. Он точно знал, что она делала, для кого она это делала и почему работала вне своей квартиры; это было более приватно.

А конфиденциальность как для Наоми, так и для ее клиентов была очень важна.

Среди ее клиентов были торговцы оружием и контрабандисты, а также адвокаты преступного мира, которые хотели спрятать или отмыть деньги за границей. Она заключала контракты на все, от наезда на самолет за границей или на что-то простое, например, переписку между ненадежными друзьями, которые не хотели использовать обычные - и записываемые - средства связи.

Например, если террористическая группа хотела купить несколько сотен винтовок, они искали брокера. Брокер через компьютер Наоми сообщит мировым похитителям оружия. Доступный список вернется, и она передаст его.

Если бы сделка была заключена, Наоми также могла бы указать покупку и место доставки и, используя определенные коды, гарантировать, что обе стороны смогут безопасно совершить обмен.

Это была небольшая изящная операция, требующая очень яркого ума в компьютерных системах и знания мировой преступности.

Несмотря на отсутствие вкуса и класса, Наоми Бартинелли действительно обладала таким умом. Только после нескольких недель зондирования AX нашла ее ахиллесову пяту.

Она очень много работала. Никому не доверяя, ей обычно приходилось оставаться в своей квартире возле компьютеров двадцать четыре часа в сутки.

Наоми Бартинелли была очень одинокой женщиной.

"Хотите сигарету?"

"Я не курю, помнишь?"

Картер улыбнулся. «Дорогая, Наоми, ты ограничиваешь свои напитки, следишь за своим питанием, редко выходишь на улицу и никогда не развлекаешься, и ты не куришь. У тебя нет никаких пороков?»

«Думаю, что нет», - скромно сказала она. Затем она доверительно наклонилась к нему, ее гигантские груди угрожали вырваться из их заключения. «Я занимаюсь странным бизнесом. Скажем так, если бы я была долго в городе, мои клиенты не одобрили бы это».

«Готов поспорить, что они сделают это», - подумал Картер, но ему удалось сохранить невозмутимость.

«Я очень надеюсь, Наоми, что у тебя есть хотя бы один порок. Знаешь, мужчина может ждать только так долго».

Он видел, как на ее лице появился легкий румянец, который затем увеличился. Он наблюдал, как розовый оттенок смущения спускался по ее шее и наполнялся богатством плоти над лифом ее платья.

Картер изо всех сил старался не смотреть на гипнотизирующий феномен. Он никогда раньше не видел, чтобы женская грудь краснела.

Он решил подтолкнуть его. "Хорошо?"

«Я думаю, - запинаясь, сказала она, - ожидание окончено».

"Замечательно."

К счастью, официант появился еще раз, делая дальнейшие комментарии излишними.

Пришла еда, а с ней сомелье. Картер продолжал действовать, долго обсуждая выбор вина с сомелье. В конце концов он остановился на относительно скромном Pommard 67.

Они обе ели от души, Наоми из-за своего размера. Картер, потому что ему нужна была еда, чтобы компенсировать эффект, который на него начали оказывать напитки. У него было много дел в этот конкретный вечер, и он не хотел себя ограничивать.

Он посмотрел на часы, когда они допили десерт и кофе. Было уже десять минут, пора переходить к делу.

Ресторан выполнил свою задачу. Он очаровал ее, завоевал и пообедал, как космополитический бизнесмен, которым он казался.

«Наоми, вы меня на минутку извините? Я должна позвонить… по делу».

"Конечно."

Он нашел телефон-автомат возле залов ожидания и набрал номер по памяти.

Эл Гаррет поднял трубку после первого звонка.

«Это я. Сегодня ночью».

"Господи, пора!"

«Все хорошее приходит к тем, кто ждет, Ал».

«Ты можешь так сказать. По крайней мере, ты будешь трахаться».

«Боже, ты вульгарный. У тебя готово снаряжение?»

"Черт, да. Когда?"

«Мы уезжаем отсюда минут через десять. Подождите в отеле примерно до полуночи, а потом приходите».

"Тот же сигнал?"

«Верно… светится дважды».

"Ты уверен насчет собаки?" - спросил Гаррет дрожащим голосом.

Картер усмехнулся. «Будем надеяться».

«Черт тебя побери, Картер».

«Пока, Ал».

* * *

Он довез ее до 85-й улицы и ее квартиры. Это было 20-этажное высотное здание со швейцаром и телевизионной охраной в коридорах и лифтах.

Это было ничто по сравнению с тремя замками на ее двери и сигнализацией, которую она отключила прямо в маленьком подъезде. Но Картер знал, что есть еще один элемент безопасности, который Наоми использовала для защиты секретов своего маленького бизнеса.

Он стоял, весь в ста пятидесяти фунтах своего тела, примерно в пяти футах от Картера, его губы скривились над блестящими зубами.

«Ой, - сказал Картер и сглотнул, - какой красивый доберман».

«Его зовут Гордо. Не волнуйтесь, он никого не тронет, пока я буду в квартире».

"А когда тебя нет?"

«Он обучен убивать». - Она сказала это почти как запоздалую мысль.

Гордо был главной причиной того, что Картер был вынужден сыграть Казанову, чтобы получить необходимую информацию. Ребята, взломавшие AX, придумали, как взломать почти всю систему безопасности, чтобы Наоми Бартинелли не знала, что они там были.

Камнем преткновения был доберман Гордо.

«Иди, Ник, все в порядке».

"Ты уверена?"

«Конечно», - хихикнула она. «Дай мне свое пальто».

Он сделал это и подошел к Гордо. "Не могли бы вы сказать ему, чтобы он прикрыл зубы?"

"Гордо".

Удивительный. Обрубок хвоста начал вилять, и язык высунулся, чтобы лизнуть по руке Картера. С его пальцев капала вода, когда Наоми подошла к нему сзади и прижалась своим большим телом к его спине.

Картер повернулся, и она немного пошевелилась на цыпочках, чтобы поднести свои губы к его.

Ей не пришлось подниматься далеко.

Ее язык пробился между его губами, и ее груди горячо прижались к его груди.

Огонь сразу же начал разгораться в его теле, но это сопровождалось внезапным осознанием того, что вся ее осторожность и застенчивость были развеяны по ветру.

«Ты же не дуришься, когда решишься, правда, Наоми».

"Нет. Я слишком долго ждала".

"Где спальня?"

"Там."

"А бар?"

"Там."

«Почему бы тебе просто не снять свои ... туфли, прижать подушку к изголовью и устроиться поудобнее?» - небрежно предложил он. «Я приготовлю напитки. Что вы хотите?»

«Просто Perrier и лайм для меня», - сказала она и снова чмокнула его в губы. «Я не хочу притуплять свои чувства».

Слегка рассмеявшись, она ушла, и Картер направился к бару. Гордо плелся за ним, настороженно, но он растирал Картеру ногу, и теперь его хвост двигался как сумасшедший.

«Милый Гордо, милый песик».

Язык снова облизал его руку.

Картер осматривал квартиру, пока наливал и перемешивал. Он заглянул в спальню, куда ушла Наоми. Она не была крошечной, но и недостаточно большой, чтобы быть главным люксом.

Небольшой бар служил перегородкой между обеденным альковом и большой гостиной. На противоположной стороне гостиной было два выхода: один с решетчатыми дверьми, а другой в конце короткого холла.

Картер угадал кухню и спальню.

За этой второй дверью будет офис Наоми Бартинелли и компьютеры.

Собака шлепала ему по пяткам, когда он шел по коридору в первую спальню.

Она была в точности так, как предлагал Картер, прислонившись к изголовью кровати, положив голову на подушку и сняв туфли. Он подумал, что, может быть, она бы преодолела всю свою застенчивость и разделась.

Но она этого не сделала. Вместо этого она лежала там, больше походившая на переросшего испуганного подростка, чем на овдовевшую женщину лет тридцати.

К счастью. Гордо плюхнулся на изножье кровати, и Картер протянул Наоми Перье.

«Сегодня вечером», - произнес он тост.

"Да."

Картер смотрел, как она пьет через край своего стакана. Полностью треть сверкающей жидкости ушла ей в горло.

Это было хорошо.

Депрессанту, который он добавил в напиток, нужно было почти час, чтобы медленно пройти через ее организм. Ее сонливость казалась бы естественной, и большую часть его действия она приписала бы сексу.

«Думаю, вы видите, что я немного нервничаю. Я не могу хорошо скрывать свои чувства».

Картер смотрел на ее перевернутое лицо, призывно приоткрытын полные губы. Тусклый свет единственной лампы смягчил грубость ее полного лица и сделал его почти красивым. Он мог видеть румянец на ее щеках, а в ее глазах было выражение невинности и уязвимости.

«Не надо спешить», - сказал он, ставя стакан на тумбочку и опускаясь на кровать рядом с ней.

Она снова выпила, от нервозности проглотив еще треть замешанного Perrier.

Затем, немного быстро дыша, она отложила стакан и повернулась к нему в открытом предвкушении.

«Я чертовски мало могу предложить мужчине, правда… только свое тело».

Картер внезапно почувствовал прилив сострадания к этой пышной женщине.

Но потом он вспомнил, что она была дочерью одного мафиози и вдовой другого. Она вела международный информационный бизнес, занимающийся вопросами смерти и

терроризма, как если бы они были товаром вроде зубной пасты или хлопьев для завтрака.

И она чертовски хорошо знала, что делает.

«Есть много женщин, Наоми, которые готовы отдать все, чтобы иметь такое же тело, как твое», - тихо пробормотал Картер.

«Да, я знаю», - вздохнула она. «У них должны быть проблемы, в которые меня втянуло это тело».

Он потянулся к ней, и она быстро вошла в его объятия. Ее тело казалось массивным, твердым и мягким, твердым и податливым. Губы были теплыми и полными, а также влажными и легко раздвигались.

Он не мог не противопоставить эту дрожащую, уступчивую женщину в его руках адской кошке, которой она стала бы, если бы знала настоящую причину, по которой он был в ее постели, а она была в его руках.

Он позволил своим губам задержаться надолго, а затем, когда он оторвал их от ее, из ее горла вырвался низкий хрипящий звук.

"Хорошо, так мило".

«Будет лучше», - прорычал он, и ее тело начало действовать с ним.

Он скользнул головой вниз, положив ее на мягкую обнаженную грудь, обхватил ими свое лицо. Он почувствовал, как в нем вспыхнула искра желания, когда она протянула руку позади себя и расстегнула молнию на платье до талии.

Она сбросила плечевые ремни, чтобы обнажить сливочную грудь. Жажда Картера усилилась, когда она потянулась за спиной, чтобы расстегнуть бюстгальтер. «Замечательно», - пробормотал он, лаская их, проверяя их снежную мягкость, наклоняя голову, чтобы нежно поцеловать их первозданную белизну.

Она приятно вздрогнула от его прикосновений, ее глаза были полузакрыты, ее соски с розовыми кольцами начали подниматься. «О, Ник, сожми меня. Сожми меня так сильно, как только сможешь».

Он подчинился, сжимая массивные груди, пока не был уверен, что причинит ей боль, уверен, что она закричит от боли в любую секунду.

Но ее единственной реакцией была серия глубоких стонов и криков удовольствия. "О, да, Ник. Еще!"

Картер уступил растущему голоду внутри своего живота и прижался ртом к ее набухшим соскам.

«Да, да, укусите меня. Укусите меня крепко!» - хрипло прохрипела она, ее руки переместили его губы от соска к соску, ее дыхание было прерывистым.

Он молча утолял голод, пока она стягивала платье с тела. Затем она атаковала его одежду быстрыми и ловкими руками.

Из глубины ее доносились тихие стоны, и она все глубже и глубже погружалась в матрас, прижимая его лицо к своей груди. После того, что казалось бесконечным временем, она издала протяжный стон и вздрогнула, нежно оттолкнув его от себя.

"Подожди, дорогая."

У Картера перехватило дыхание, и он успокоил свои чувства, когда она соскользнула с кровати. Он смотрел, как колготки соскальзывают с ее длинных ног. Его кровь оживилась при виде ее в тонких трусиках, которые лишь указали на то, чтобы покрыть широкое пространство ее расширяющихся бедер.

Затем, когда ее груди колыхались, а на губах играла быстрая улыбка, она сняла последнюю одежду со своего роскошного тела.

Ноги были тяжелыми и мощными, бедра широкими и отполированными от пота. Ее живот вызывающе округлился, и на трусиках все еще оставался отпечаток резинки.

"Хорошо?" - робко спросила она.

"Да ладно.

Она скользнула к нему, и Картер перекатился между ее бедер.

Сдавленный крик сорвался с ее губ в момент одержимости. Почти сразу ее рот открылся, ее дыхание стало прерывистым, а лицо покраснело.

Он остановился на мгновение, и она вздрогнула от задержки. Когда он снова двинулся, она встретила его огромным всплеском своего массивного тела. Ее бедра двигались против него жадно и искусно. Ее руки втянули его глубоко в круг ее теплой плоти.

Это была жестокая борьба. Картер знал, что она пытается что-то ему доказать, но в тот момент его это мало волновало. Она подтолкнула его своим телом, чтобы соответствовать своему чувственному безумию, и он ответил, найдя ее внезапное языческое отступничество заразительным.

С рычанием из глубины его груди он погнал ее впереди себя к концу. Ее страсть достигла стадии бреда, когда она удвоила свои усилия, дергаясь и дергаясь, пытаясь полностью поглотить его.

Наконец, в одной монументальной судороге ее крепкое тело рухнуло дрожащей массой пресыщенной плоти. Картер держался за нее, не останавливаясь до тех пор, пока через несколько секунд не пришел конец и для него.

Он подождал несколько мгновений, затем перекатился к ней.

"Наоми…?"

Тишина.

Он вернулся к ней. Пульс ровный, дыхание нормальное и ровное.

Ей было холодно.

Он натянул брюки и вошел в гостиную. Он один раз включил и выключил главный свет, подождал несколько секунд, повторил действие, а затем заметил, что большое тело Гордо терлось о его ноги.

Третий шкаф, который он открыл на кухне, дал ему пригоршню собачьего печенья. Он бросил одну в зияющую пасть добермана и вернулся в гостиную к входной двери.

Эл Гаррет ждал, хмурясь на круглом лице. На нем была форма одного из лучших в Нью-Йорке.

"Есть проблемы?"

«Нет, сказал швейцару, что я должен проверить крышу. Жалобы на Подглядывание Тома от некоторых жителей других зданий. Господи».

"Он как большой ребенок"

- сказал Картер, вставляя еще одно печенье между блестящими зубами Гордо. «Он не обидел бы муху».

«О да? Будем надеяться, что он не причинит вреда маленьким толстым человечкам, одетым как полицейские».

"Да ладно, сюда!"

Спальня с кабинетом была заперта. Картеру потребовалось пятнадцать секунд, чтобы вскрыть два замка на двери, и они оказались внутри.

«Ого, - воскликнул Гаррет, когда Картер включил свет, - это домашний компьютерный центр».

«Эта дама не любитель». - сказал Картер. «Давайте перейдем к этому».

Мгновение спустя Гарретт заставил комнату гудеть. «Убей этот телекс. Он нам не нужен, он может разбудить ее».

Картер знал, что Наоми Бартинелли ничто не расшевелит, но все равно выключил щелкающую машину.

Эл Гаррет приступил к работе с парой отверток и несколькими черными ящиками на задней панели машин.

Он снял пластину, за которой находился скремблер в пластиковом корпусе. «Это ее система безопасности», - объяснил он, работая. «Я настрою его так, чтобы мы могли обойти его прямо у источника - здесь - а затем с дополнительным модемом, который я собираюсь установить, мы сможем перехватывать, а также декодировать все, что она отправляет или получает».

"Что ты должен сделать?"

«Отрезать и перепаять эти провода, а затем вставить альтернативный модем. Не более получаса».

Картер закурил сигарету, приготовленную на заказ, и зашагал по комнате.

Двадцать пять минут спустя Гаррет закончил работу в задней части машин и сидел за пультом, его пальцы летели, а глаза метались с одного экрана на другой.

«Думаю, я понял».

"Как долго ты сможешь сломать ее систему?" - спросил Картер.

«Три дня, может быть, меньше, если у нее много трафика».

"Хорошо. Что-нибудь еще?"

"Это оно."

Они выключили систему, повторно очистили комнату и вернулись к входной двери.

"Вы позвоните человеку?"

Гаррет кивнул и пошел дальше по коридору.

Этим человеком был Дэвид Хок, глава AX, которого Картер знал, что он будет ждать в офисах Dupont Circle, принадлежащих AXE, Amalgamated Press и Wire Services.

Картер закрыл и снова запер дверь, затем направился обратно в спальню.

В уме он уже сочинял печальную историю, которую расскажет Наоми Бартинелли утром за завтраком.

«Мне надо уезжать на три недели, может быть, на четыре. Я позвоню вам, как только вернусь в Нью-Йорк. Возможно, мы сможем немного отдохнуть вместе где-нибудь».

Но когда он устало перекатился в кровать рядом с ней, Картер понял, что единственный отпуск, который будет у Наоми Бартинелли, будет проведен в федеральной женской тюрьме, любезно предоставленной ФБР.

То есть после того, как миссия Картера была завершена и АХ передала им свое дело.

Вторая глава.

Али Маумед Кашмир жил в 25-комнатном особняке в районе Грейт-Бэй на берегу Джерси. Дом представлял собой непростое сочетание средиземноморских и колониальных американских элементов и располагался на тридцати двух акрах лесистой местности с примерно пятисотфутовым частным пляжем, обращенным к собственности.

В ту ночь небольшая пристань для яхт, бассейн, особняк и длинная извилистая гравийная дорога, ведущая к нему, были украшены десятками сверкающих люстр, приглушенных фонарей и пылающих факелов.

У высоких ворот из кованого железа объявился лимузин. Они распахнулись, и большая машина бесшумно проскользнула через них.

На заднем сиденье, похожем на пещеру, сидела статная женщина с темно-карими глазами и волосами цвета воронова крыла, в руке в черной перчатке она держала коричневую сигарету.

Она была высокой, с гордой фигурой. Черно-желтое платье с принтом нежно прикрывало ее сужающиеся изгибы.

Ее звали Карлотта Полти. Она родилась во Флоренции, Италия, а теперь работала в Риме в качестве автора очерков для одного из наиболее левых журналов страны. В течение последних двух лет Карлотта Полти также была членом с хорошей репутацией La Amicizia di Liberia Italiana, одной из наиболее воинственных партизанских / террористических группировок в ее родной стране.

Она работала тяжело в эти два года, чтобы снискать себе уважение и подняться по карьерной лестнице в дружбе итальянской группы Liberty. Но быть журналистом и партизаном - не ее настоящие занятия.

На самом деле она работала в качестве главного тайного агента антитеррористического подразделения итальянской организации внутренней безопасности SID.

Автомобиль остановился перед глубокой верандой особняка, и шофер сразу оказался у дверей.

Вне машины женщина казалась еще выше, с маленькой упругой грудью, женственными бедрами и сужающимися ногами идеальных пропорций. Хотя ей было всего двадцать семь, ее лицо было жестким, не по годам, а тлеющие темные глаза были столь же угрюмы, сколь и эротичны.

«Я позабочусь о ваших сумках, синьорина».

"Грацие".

Карлотта поднялась по лестнице, и на полпути через веранду слуга в смокинге открыл дверь и поклонился ей. Внутри она заявила о себе дворецкому, тоже безукоризненно одетому. Только натренированный глаз, такой как ее, мог заметить характерные выпуклости под куртками швейцара и дворецкого.

Оба мужчины были вооружены, как и шофер и охранник, охранявшие ворота.

Она прошла через высокий арочный проход в большую комнату с высоким потолком,

и перед ней предстал Али Маумед Кашмир.

Карлотта сразу заметила его стройное, мощное тело. За год, прошедший с момента их последней встречи лицом к лицу, она заметила несколько изменений, кроме увеличения седины в волосах и прибавления дюйма или около того в животе.

«Ах, Карлотта, неужели прошел год? Ты красивее, чем когда-либо!»

Ее улыбка, когда он поцеловал ее руку, была искренне теплой. Она практиковала это много лет.

"Надеюсь, поездка из Манхэттена была приятной?"

«Конечно. Это очень удобная машина».

Кашмир пожал плечами, улыбка на его лице была почти хитрой. «У капитализма есть свои награды. Пойдемте, я познакомлю вас с другими гостями».

Они прошли через большую комнату к бару, и Кашмир представил Карлотту как итальянскую журналистку и старого друга из Рима.

Это было лишь полуправдой.

Единственная ее предыдущая встреча с Кашмиром заключалась в заключении сделки о покупке стрелкового оружия для Либерти. В конце концов, это оружие - по анонимной наводке - попало в руки SID, а не в квартиры террористов-партизан. Но контакт был установлен, и это было настоящей причиной уважать Карлотту больше.

В гостях были и соседи, и шоумены из Нью-Йорка, и деловые знакомые Кашмира. Деловые знакомства, скорее всего, были законными. Некоторые из предприятий этого человека были законными, например, импорт и распространение ковров и безделушек из Марокко, драгоценных камней из Таиланда, а также изысканного фарфора и стекла из Европы.

Однако ни эти усилия, ни его наследство не могли объяснить стиль жизни, которым он наслаждался, или огромные суммы, хранящиеся для него в банках Швейцарии и Лихтенштейна.

Именно торговля огромным количеством незаконного оружия сделала Али Маумеда Кашмира очень богатым человеком.

Наконец они дошли до бара.

"Чего бы ты хотела?"

«Кампари».

В руку ей тут же сунули стакан. Али стоял, улыбаясь ей, принимая манерную позу, которая, казалось, была его визитной карточкой как плейбоя.

Ее глаза лениво кружили по комнате, пока она потягивала свой напиток. «Ты живешь хорошо, Али».

«Плоды моего каторжного труда».

«А твои друзья кажутся довольно… устаревшими».

Он пожал плечами и заговорил тише. «Они - часть этого аспекта моей жизни… очень необходимая часть».

«Они выглядят как Санкт-Мориц зимой, Биарриц или Лидо летом, яхты, переоборудованные из эскортных эсминцев, полюс…»

«Все это и многое другое», - прервал он, позволив легкой усмешке плясать на его тонких губах, когда он тоже оглядел группу. «Я родился для этого. Иногда мне это надоедает, иногда забавляет. Но посторонние, как ты, - долгожданная перемена… особенно когда они такие красивые».

«Я пришла сюда не для того, чтобы украшать вашу вечеринку. Али».

«Конечно, нет», - вздохнул он. «Но согласитесь, это идеальная среда для обсуждения нашего бизнеса. Эти идиоты никогда не видят ничего, кроме собственного носа».

"Когда?"

«Скоро, когда все будут полностью довольны собой. Я дам вам знать. А пока извините меня. Расслабьтесь и наслаждайтесь, моя дорогая. Они могут быть довольно забавными».

Карлотта смотрела, как он движется сквозь толпу, и чувствовала, как предупреждающие пальцы скользили вверх и вниз по ее спине. Кашмир был мастером выживания. Если он имел хоть какое-то представление о настоящей причине, по которой она здесь, или о том, что в этот самый момент американский агент Ник Картер и несколько его соратников лежали вдали от берега, готовые штурмовать дом по ее сигналу, Карлотта знала что ее жизнь ничего не стоит.

Ожидая какого-нибудь знака из Кашмира, она небрежно двигалась через группу смеющихся и болтающих людей, внимательно наблюдая за хозяином краем глаза. Теперь он был с небольшой группой у камина и разговаривал с звездой американского экрана. Она, в свою очередь, была среди пятерых мужчин, ловивших каждое ее слово.

Карлотта узнала еще несколько известных лиц в комнате из журналов и газет по всему миру, и она позволила улыбке скривить губы.

Большинство людей были хорошо заметны. О многих из них писали почти еженедельно, где-то, и часто рассказ о них сопровождался фотографией.

Не так популярен был Кашмир. Насколько ей известно, его никогда не фотографировали, и очень немногие люди, с которыми он имел дело, когда-либо встречались с ним лицом к лицу.

Карлотта знала, что одной из причин, по которой она была удостоена такой чести, был факт разврата Кашмира. Во время их предыдущей встречи он несколько раз пытался заманить ее в свою кровать, но безуспешно. На этот раз, когда она связалась с ним, он был только счастлив принять ее предложение приехать к нему в США.

Карлотта обнаружила, что разговаривает со стареющим брокером с Уолл-стрит, постоянно переводя взгляд на Кашмира. Мужчина улыбнулся ей, дав выход своим самым глубоким мыслям о человечестве, о направлении, в котором движется мир, и о прискорбной сексуальной свободе среди молодежи.

В конце своей обличительной речи он нежно ущипнул ее за зад и зашагал прочь.

"Синьорина?"

Это был дворецкий, похожий на быка, с выпуклостью под левой подмышкой.

"Да?"

«Он хотел бы видеть вас в своем офисе. Это первая дверь справа наверху лестницы».

Карлотта кивнула, протянула ему свой стакан и пересекла комнату. Мысленно она просмотрела список покупок оружия, который она приготовила для Али Маумеда Кашмира, торговца смертью.

* * *

"Хэдли, ты на месте?"

«Верно. Я с Крисом, примерно в миле от ворот».

«Хорошо. Барзони?… Хэл?»

«Барзони здесь. Я нахожусь слева по периметру. Я вижу территорию прямо вниз».

«Это Хэл. Я на месте справа, на холме».

«Проверить», - ответил Картер. «Она внутри. Спускайся и отдыхай спокойно. Ночь, вероятно, будет долгой».

Ответы раздавались на него через маленькую портативную рацию. Картер щелкнул, чтобы «принять», пристегнул его и повернулся к трем другим людям в катере.

Двое из них были в черных резиновых гидрокостюмах, как и он сам. Третий мужчина был одет в комбинезон, черную рубашку и темную куртку. Он был пилотом катера, который теперь покачивался посреди Грейт-Бэй. Его звали Харрис, и, как и катер, он был позаимствован у береговой охраны для операции.

«Тед, Марко… вы оба поняли или хотите еще раз повторить?»

«На самом деле, ничего особенного», - ответил более высокий из двух мужчин. «Мы с Марко берем охрану гавани и периметра, а вы идете за источником энергии, чтобы перекрыть забор».

Картер кивнул. «Не убивайте никого, если это не является абсолютной необходимостью. Мы не хотим кровавой бойни, если мы можем её избежать».

"Что делает в этом необходимость?"

«Любой, кто пытается подать сигнал тревоги», - ответил Картер, затем шагнул через люк катера в маленькую кабину.

Первоначально в нем были камбуз, стол и пара коек. Камбуз остался, но нары и стол убрали и заменили коммуникационным оборудованием.

Один маленький приемник между двумя большими светился пульсирующим зеленым светом. Когда Кариотта Полти получила известие из Кашмира о том, что заказ может быть выполнен, а самовывоз и оплата были подтверждены, этот свет стал красным.

Это был их сигнал идти.

Картер закурил и сел смотреть и ждать.

* * *

«Это очень длинный и сложный список», - сказал Кашмир, просматривая записи, которые он сделал неразборчивыми каракулями. «Планируете ли вы на этот раз свергнуть все правительство?»

«Вы просто торгуете оружием, Али. Мы с вами знаем, что вам наплевать, что мы с ним сделаем, если за него заплатят».

"Туше".

"Можете ли вы это поставить?"

Его внимание вернулось к заметкам. Глаза теперь были холодными, рассчитывая прибыль. Исчезла насмешливая, заученная улыбка плейбоя.

«Снайперские винтовки, L39AI…»

"Да?"

«Их чрезвычайно трудно достать, особенно в таких количествах».

Кариотта глубоко затянулась сигаретой и позволила двум клубам дыма вырваться из ее ноздрей, прежде чем ответить. «Тогда я полагаю, они будут дороже».

«Вполне», - ответил он с тонкой улыбкой. «Подойдет ли новый британский Parker-Hale .222, если они есть в наличии? У него такая же скорость, но без чрезмерного проникновения».

Похоже, она много думала об этом. На самом деле, количество и характер оружия практически не имели значения. В любом случае они будут использоваться только в качестве приманки и доказательств, и, как и более ранняя партия от Кашмира, никогда не попадут в руки La Amicizia di Liberia Italiana.

Конечно, она не хотела, чтобы Кашмир знал об этом.

«Да, мы предпочли бы ИИ, но мы бы приняли Parker-Hales в качестве замены».

«Пластика, пистолеты-пулеметы и установленные лазерные прицелы не будут проблемой». Кашмир поднял глаза, его глаза сверлили ее. «У вас есть собственный сертификат конечного использования, или я могу его предоставить?»

«Это будет зависеть от места доставки».

«Я бы предпочла Амстердам. Брюссель сейчас очень опасен».

«Тогда нам понадобится сертификат».

Он кивнул. "Вы лично примете доставку?"

"Да."

«Очень хорошо. Теперь… оплата».

«Половина по контракту, половина при доставке. Первая половина через швейцарские счета, вторая половина наличными».

"Швейцарские франки?"

«Если вы того пожелаете».

«Я верю вам», - сказал Кашмир, слезая со стула и обойдя стол. «На ответ уйдет около часа. А пока почему бы тебе не присоединиться к вечеринке?»

Карлотта встала и пошла с ним к двери.

«Мой шофер сказал мне, что вы привозили свои сумки с собой».

«Разве это не было твоим предложением?… Я останусь на ночь?»

«Конечно. Я очень удивлен, что вы решили сделать это. Когда мы в последний раз встречались, я должен сказать, что вы довольно холодно отнеслись к моим… предложениям».

Он остановился, повернувшись к ее телу. Теперь он медленно водил руками вверх и вниз по ее спине и нежно прижимал нижнюю часть тела к ее.

Карлотта почувствовала, как от его прикосновения ее охватила дрожь отвращения, и подавила его.

«Это было в последний раз, Али. На этот раз».

Его темные глаза вспыхнули. «Я в приподнятом настроении. С таким красивым клиентом будет приятно совместить немного удовольствия с делом».

Она спокойно встретила его взгляд. "Только не забывай, что основная цель этого визита - бизнес ".

«Конечно. Может быть, позже, когда наша небольшая сделка будет заключена, мы сможем немного искупаться при лунном свете?… Обнаженными, конечно».

«Вряд ли», - сказала она со смешком. «Я не устраиваю из себя зрелище, и мне не интересны оргии».

"Вы имеете в виду других гостей?"

"Да."

Кашмир засмеялся. «Есть простое решение этой проблемы. Моя маленькая группа разойдется пораньше, и всех отправят домой».

Карлотта заставила себя не позволить облегчению отразиться на ее лице. Если все пойдет по плану в ранние утренние часы, совершенно необходимо, чтобы вокруг не было ни в чем не повинных, законопослушных людей, которые только помешают.

"Хорошо?"

«Я думаю, полуночное плавание - обнаженным, конечно, - было бы захватывающим».

"Превосходно!"

Он выпустил ее за дверь и быстро вернулся к стене за своим столом. Ловкий поворот небольшого куска лепнины, и панель в стене выдвинулась достаточно широко, чтобы позволить ему пройти.

Комната была маленькой, достаточно большой, чтобы разместить компьютер, письменный стол и телефон.

Кашмир активировал автомат и, когда он достаточно прогрелся, набрал специальный манхэттенский номер. Когда модем щелкнул, начал отправлять.

* * *

Наоми Бартинелли редко пила. В свете лампы на ночном столике она увидела, что уже выпила половину бутылки шерри рядом с ней.

Прошло четыре ночи с тех пор, как она бессмысленно отдалась высокому красивому мужчине, которого встретила в Дубовой комнате отеля «Плаза». На следующее утро он уехал, сказав, что не сможет увидеться с ней, по крайней мере, несколько недель, под неуместным предлогом деловой поездки.

Она знала, что это ложь. Она больше никогда его не увидит. Это была история ее жизни.

Как ни странно, она задавалась вопросом, впечатлили бы его почти два миллиона долларов на ее счетах так же сильно, как ее тело, очевидно, впечатлило его. Тела были преходящими; деньги были солидными.

Нет, она больше никогда его не увидит, и было жаль. Он был прекрасным любовником. Но, возможно, это было так же хорошо. Как она когда-нибудь объяснит ему источник своего богатства?

Вот почему Наоми так глубоко окунулась в бутылку шерри. Однажды она снова представила себя одинокой богатой старушкой.

Она щелкнула крошечным скрытым выключателем на лампочке, которая отключит выключатель, чтобы лампочка продолжала гореть, и прошла через гостиную в ее офис.

На обработку замков у нее ушло на пару минут дольше обычного. Ее глаза, казалось, не хотели фокусироваться.

Наконец она была в комнате, и оборудование гудело. Сидя, она напечатала «ВПЕРЕДИ», и на одном из экранов появилось слово «JASMINE».

Али коды и пароли безопасности ее различных клиентов давно были тщательно выучены, поэтому даже в своем слегка запутанном состоянии Наоми сразу смогла ответить.

«АЛЬФА-ЗОНА».

«ПРИЗНАТЬ… ЗАКАЗАТЬ… ЖАСМИН В ОАХЕРСТ».

"ПАРОЛЬ?"

"ДЕЦИБЕЛ."

"ПРЕУСПЕВАТЬ"

На экране появилась длинная серия цифр и закодированных слов, закончившаяся простым языком «ПОЖАЛУЙСТА, ПОДТВЕРДИТЕ ОДИН ЧАС».

"ДАТЬ СОГЛАСИЕ."

Экран погас, и Наоми потянулась к телефону, чтобы получить доступ к трансатлантической линии.

* * *

Во второй раз за вечер Карлотта поднялась по лестнице. Позади нее вечеринка уже разваливалась. Если повезет, все гости уйдут с территории менее чем через полчаса.

«Входи, моя дорогая».

Карлотта села в то же кожаное кресло с высокой спинкой и приняла предложенный им свет.

«Товар есть в наличии. Половина L39AI, которую вы просили. Я могу оформить заказ в Parker-Hales».

"Хорошо. А доставка?"

Сегодня понедельник. Скажем в пятницу? В Амстердаме? "

"Хорошо. Как будет установлен контакт?"

«Пойдем, пойдем, моя дорогая. Вы знаете, я не могу дать вам эту информацию, пока вы не приедете и деньги не будут переведены».

"Конечно." Она улыбнулась, затушивая сигарету. «А теперь цена».

Двести двадцать тысяч. Это включает сертификат конечного использования и доставку до пункта отправления ".

«Очень хорошо», - ответила Кариотта, вставая. «Я свяжусь с нашими людьми в Швейцарии утром».

Кашмир подошел к ней ближе, обвил руками ее талию и обхватил ее ягодицы руками. «Я пришлю проверку и встречу вас у бассейна через полчаса. То есть, если вы не передумали…»

Кариотта позволила своему телу растаять напротив него, когда слова Картера пронеслись в ее голове:

Оставайся с ним, Кариотта ... оставайся с ним с момента отправки. У него наверняка есть выход в чрезвычайной ситуации. Оставайтесь с ним приклеенными и следите, чтобы он не проскользнул. Вся операция зависит от задержания Кашмира, чтобы он не смог появиться позже и все испортить. Если, когда мы войдем, произойдет что-то, предупреждающее его, убедитесь, что он не сбежит!

Его губы накрыли ее, и Кариотта не дернулась, когда его язык начал проникать в ее рот.

"Мы будем красивы вместе, тебе не кажется, моя дорогая?"

"Да красивы."

"Бассейн? Полчаса?"

"Полчаса", - сказала она, повернувшись и пошла быстро к двери.

Третья глава

Бассейн имел восьмиугольную форму и заключен в пузырьковый купол. Под его поверхностью светился приглушенный свет. Поскольку освещение внутреннего дворика и большая часть света в задних комнатах особняка были погашены, единственным источником света был бассейн.

Кашмир уже был там, он стоял на низкой доске в дальнем конце, его мускулистое тело былj без костюма.

Кариотта помахала рукой и подошла к краю бассейна. Ее длинные черные волосы были заплетены в косу и обернуты вокруг головы. На ней был черный шелковый халат, облегавший ее тело и заканчивавшийся до середины бедра, обнажая удивительную длину ее статных конечностей. В правой руке у нее был небольшая черная сумка. В сумке была пачка сигарет и зажигалка.

В основание зажигалки было встроено крошечное устройство самонаведения, которое при активации посылало одиночный сигнал примерно на милю.

«Это прекрасный вечер», - крикнул Али, глядя через купол на темное, усыпанное звездами небо.

«Да. Это так. Все решено на пятницу?»

«Вполне. Наш бизнес завершен».

Он влетел в бассейн и чисто разрезал воду. Когда он подплыл к ней, Кариотта сунула сигарету между губами и щелкнула зажигалкой. Незадолго до того, как она положила ее и сумку на столик у бассейна, она повернула основание зажигалки, включив звуковой сигнал.

Голова Али всплыла прямо под ней. Его зубы сияли в широкой улыбке, а глаза искали халат в поисках явного признака того, что под ним был купальный костюм.

"Ты идешь?"

"Конечно." Карлотта потянула за пояс. Халат разошелся, и, когда она пожала плечами, сполз вниз, образуя лужу у ее ног.

«Красиво», - вздохнул Али.

Свет в бассейне, просеивающий воду, создавал танцующие тени на гибких изгибах и впадинах ее обнаженного тела. Ее ягодицы были твердыми и округлыми, талия тонкой, а бедра гладкими. У нее был сплошной загар, и когда она попыталась выбросить сигарету, ее кожа на свету приобрела золотистый оттенок.

«Мы будем плыть медленно», - сказал Али. «Я хочу наслаждаться вами неспешно».

«Да, Али, давай очень долго».

Карлотта соскользнула в воду, сохраняя маску на лице, когда его руки обняли ее.

* * *

Картер вскочил на палубу. «Тед, Марко… готово!»

Трое мужчин двинулись на корму. Через несколько секунд они застегнули перепончатые ремни вокруг себя. К ремням были прикреплены боевые ножи Fairbairn и две водонепроницаемые сумки с пистолетами с глушителем и запасными обоймами.

Будем надеяться, что нож и пистолет - все, что им понадобится. Все должно было происходить тихо.

Картер снял рацию с пояса и рявкнул в нее. "Хэдли?"

"Эй!"

«Это ход. Вы знаете временную последовательность».

"Правильно."

«Барзони?… Хэл?»

"Вот."

"На."

«Подойди к ограде. Когда погаснет свет, ты узнаешь, что электричество выключено».

"Проверьте."

Картер выключил радио и спрятал его в джемпере от гидрокостюма, прежде чем повернуться к мужчинам рядом с ним. «Хорошо, пошли».

Все трое соскользнули с веерного хвоста катера, один повернул направо, другой налево, а Картер направился прямо в док.

* * *

Седан «форд» остановился прямо у ворот. Фары погасли, остались только габаритные огни, водительская дверь открылась, и из машины вышел человек в яркой спортивной рубашке.

Охранник сунул руку под куртку и двинулся к центру ворот.

«Я думаю, что мы с приятелем заблудились. Ты знаешь правильную дорогу в Мидвейл?»

«Никогда об этом не слышал», - ответил охранник.

«Это прямо здесь, на этой карте, но я не могу найти правильную дорогу, ведущую к нему».

Рука, держащая карту, просунула сквозь решетку. Инстинктивно охранник потянулся к ней. Его пальцы едва сомкнулись на бумаге, когда другой мужчина схватил его за горло.

Он пытался сосчитать до трех, прежде чем его тело обмякло.

Едва охранник упал, как второй мужчина вышел из машины. Как гимнаст, он прыгнул на капот, а оттуда - на верх ворот. Без усилий он перевернулся через вверх. На долю секунды его тело было очерчено на фоне ночного неба, а затем его кроссовки с мягкой подошвой заскрипели о гравий внутри ворот.

Через несколько секунд тело охранника оттащили в сторону, и ворота распахнулись.

Без звука оба мужчины растворились в деревьях и направились к дому. К тому времени, как они подошли к группе деревьев напротив широкой веранды, двух других часовых постигла та же участь, что и сторожа у ворот.

* * *

Картер всплыл под пирс и направился вдоль него к лодочному домику. Поднимаясь по лестнице, он слышал голоса. Дверь приоткрылась от влажного ночного зноя, и в ней оказались двое мужчин. Они сидели за столом и толкали шашки по доске.

Подойдя к двери, Картер вытащил свой 9-миллиметровый «Люгер» Вильгельмину из водонепроницаемой сумки на поясе. Он ловко проверил глушитель и всадил в патронник заряд.

Оба мужчины мгновенно увидели совиные глаза, когда он ногой распахнул дверь и вошел внутрь, держа пистолет на расстоянии вытянутой руки обеими руками перед их лицами.

«Не издайте ни звука, ни шевелитесь иначе это будет твое последнее движение».

Последовала двухсекундная ошеломленная пауза, а затем сдвинулся правый. Его рука потянулась к поясу, а затем рука поднялась по дуге.

Он был невероятно быстр. Нож Фэйрберн в его руке был точно такой же, как на поясе Картера, и по тому, как рука была поднята, Картер знал, что он точен.

Рука для метания была только что взведена, за миллисекунду до выпуска, когда Киллмастер выстрелил ему в грудь двумя пулями из «Люгера». На его футболке появились багровые пятна на расстоянии двух дюймов друг от друга, и его тело отлетело назад от удара 9-мм пули.

Номер два был таким же храбрым и быстрым.

Он начал приближаться к нему, его руки, похожие на окорока, сжались для убийства, а затем отступил вправо от Картера.

Картер сделал один выстрел, до которого у него заболело ухо от удара. Он почувствовал, как одна из больших рук ударила его по запястью, и «Люгер» вылетел из его рук и приземлился на полу в углу.

Рука ударила Картера в голову. Она отлетела от его виска, не ударив в полную силу, когда Киллмастер покатился на качелях, чтобы уклониться. Картер резко развернулся, а затем развернул тыльную сторону предплечья по широкой дуге, завершив круг и ударил с глухим стуком в лицо и голову человека.

Кость треснула у мужчины в скуле, и его глаза широко раскрылись от неожиданного удивления. Он упал, сильно ударившись о стену, его раздробленная челюсть двигалась, но из его горла не доносилось ни звука.

«Уходи сейчас, - прохрипел Картер, - и завтра ты еще будешь дышать».

Ни за что.

Он развернулся как бык. Картер пригнулся и сильно ударил другого коленом в пах. Удар был встречен рвущимся стоном боли, и тело наклонилось вперед, чтобы споткнуться, образовав тугой круг.

Картер шагнул в сторону и подрезал рукой шею мужчины сзади.

Он упал, как пшеница под косой.

Картер проверил первого. Он был мертв, а другой будет отсутствовать несколько часов. Даже если он очнется раньше, ему будет сложно ориентироваться. И все равно будет уже слишком поздно.

Снаружи Картер спрыгнул с пирса на пляж и подошел к невысокой каменной стене. Он перепрыгнул через нее и, избегая тропы, двинулся вверх по холму через сады, которые равномерно пересекались с лужайкой от задней части дома к воде.

Ярдах в пятидесяти справа от него вошел Марко.

«Двое в лодочном домике», - сказал Картер. "Вы?"

"Я своего получил."

"Поехали."

Еще двадцать пять ярдов привели их к небольшому стальному сараю. Дверь не заперта. Картер ворвался в комнату, второй агент за ним по пятам уже осветил фонариком интерьер.

Картер объяснил короткими отрывистыми предложениями.

«Это главный силовой блок. Выключите этот выключатель, зажмите здесь перемычку, затем снова включите питание. После отключения электроэнергии аварийный генератор включится примерно через тридцать секунд».

"Понял."

«Уберите здесь аварийную ситуацию. Тебе лучше заглушить и ее, на случай, если кто-то проедет мимо нас».

"Роджер."

Картер выехал и начал остаток пути вверх по холму к дому.

К настоящему времени Хэдли и Крис уже прошли через ворота и были готовы впереди. У Марко справа был охранник внутреннего периметра, и он находился в ангарах. Тед, надеюсь, очистил бы внутреннюю часть забора слева и, как Картер, двинулся бы к дому.

Если повезет, Барзони и Хэл сбросили бы часовых и уже стояли со снайперскими винтовками на возвышенности, держа под прицелом тыл до самой воды.

Их приказ: Если кто-нибудь вырвется из дома, стрелять в него.

Картер быстро оглядел бассейн. Он увидел две темные головы, покачивающиеся на поверхности возле мелкого конца, и усмехнулся про себя.

Хорошая девочка. Карлотта держалась близко к Кашмиру.

Он лениво гадал, насколько близко.

Напротив служебного входа он присел и натянул на глаза ночные очки.

Если повезет, все закончится через пятнадцать минут.

* * *

Задняя часть ее шеи и плечи были над водой. Карлотта почувствовала, как на этой части ее тела выступил пот.

Как долго? - подумала она.

Она знала, что больше не может отрицать похоть Кашмира. Она чувствовала, как это напрягает ее бедро.

Он был похож на осьминога, все руки и пальцы хватались за ее грудь и ягодицы, шарили между ее бедер.

"Ты дразнишь меня для удовольствия, Карлотта?"

«Конечно, нет», - ответила она, сдерживая застенчивую улыбку. «Я делаю это, чтобы усилить предвкушение».

«Мое ожидание достаточно сильное», - прошипел он, сильно прижав ее к краю бассейна.

Он использовал свои колени, чтобы раздвинуть ее. Карлотта ухватилась за его бедра руками и смогла притянуть его к себе, но оттолкнула в последнюю секунду.

«Ты сука».

«Конечно, люблю. Это добавляет азарта».

«Черт тебя побери», - прорычал он, затем рванулся вперед, разрывая ее хватку.

Она напрягла мышцы, когда почувствовала его попытку войти.

Но она знала, что это всего лишь вопрос секунд.

А потом все потемнело.

Тело Кашмира напряглось. На секунду Карлотте показалось, что он оставит ее и вылезет из бассейна. Одной рукой она обвила его шею, а вторую на всякий случай поднесла к легкому завитку волос.

"Что случилось"

«Сбой питания», - ответил он.

Внезапно свет снова включился, но лишь на мгновение, и бассейн снова погрузился во тьму.

Карлотта увидела, что глаза Кашмира сузились в лунном свете, и в его чертах появилось напряженное ожидание.

На данный момент он забыл о своей похоти.

«Аварийный генератор должен скоро включиться».

Едва слова сорвались с его губ, как вода снова просияла.

Его губы изогнулись в хитрой улыбке. «А теперь, красивая сучка, я тебя достану».

* * *

Картер смотрел на секундную стрелку своих часов. Когда с момента срабатывания аварийного генератора прошло пятьдесят секунд. он двинулся к дому рывком.

На полпути свет снова погас в последний раз.

Картер с трудом ударил в дверь. Сразу за ним был небольшой альков, а затем кухня. Большая широкоплечая обезьяна в смокинге стояла посреди комнаты возле мясного блока. Ей удалось зажечь один лагерный фонарь, и она работала над вторым.

Колено Картера задело стул, и обезьяна закружилась от звука.

Киллмастер не остановился ни на шаг в своем беге. Он опустил плечо в смокинг на животе и прижал мужчину к большому двухдверному холодильнику.

Зловонное дыхание вырвалось у уха Картера, когда другой мужчина упал, его руки инстинктивно нащупывали его темную куртку.

Картер один раз ударил его по шее стволом и глушителем «Люгера», а затем по пути вниз дал еще один удар.

За кухней была небольшая столовая, а за ней - большая комната. Картер ударил эту дверь в тот момент, когда Хэдли и Крис вошли в парадную дверь, волоча бессознательное тело шофера между собой.

«У меня есть один на кухне», - прохрипел Картер.

«А это двое. Осталось двое».

Хэдли и его партнер бросили мужчину между собой и двинулись в черную как смоль комнату. Когда они вошли в поток лунного света, проникающий через одно из высоких окон, напоминающих собор, Картер заметил движение слева от себя наверху лестницы.

Он упал на одно колено и закатил глаза. Сквозь ночные очки он увидел, как со стороны одного из мужчин вылетел пистолет-пулемет, а второй бросился вниз по лестнице.

"Рулон!" - рявкнул Картер.

Хэдли и Крис нырнули. Картер сделал два быстрых выстрела. Оба были меткими, но недостаточно быстрыми.

Пистолет-пулемет в руках мужчины начал стучать, посылая брызги пуль по полу и стене, чтобы разбить огромное окно.

"Дерьмо." - прошипел Картер. "Ребята, вы в порядке?"

«Крис поймал одну пулю в бедро».

«Позаботься о нем. Я пойду за другим!»

Картер бросился к задней части дома, надеясь, что Карлотта так хороша, как можно было подумать.

Когда аварийный генератор отключился, пыл Али Кашмира охладился вместе с ним.

"Что-то не так."

«Забудь об этом», - сказала Карлотта, прижимая его к себе, положив левую руку ему на шею. «Вы сказали, что это просто отключение электроэнергии».

«Нет, чрезвычайная ситуация…»

«Иди ко мне, Али», - проворковала она. "Я готова."

Он начал снова садиться между ее бедер, но по напряжению в его теле и настороженности в глазах она могла сказать, что любой звук или движение вокруг него отправят его в бегство.

Он открыл губы, чтобы что-то сказать, но Карлотта заставила его замолчать, прижав губы к его рту. В то же время она выгнула бедра, терясь о него.

К тому времени, когда он оторвал свои губы от ее губ и поднял голову, стилет скрылся из виду за его плечом.

«Мне лучше пойти проверить. Кто-то должен быть…»

Наступила ночь. Раздалось громкое заикание выстрелов, и внезапно одно из огромных окон бассейна вылетело наружу, разбросав осколки стекла над каменным двориком.

«Али… Али, мы ....!»

Карлотта увидела над головой фигуру, выскочившую из окна. С холма справа от нее вырвался поток пламени, и мужчина пошатнулся.

"Черт!" Кашмир закричал, когда мужчина наклонился вперед и соскользнул почти к краю бассейна.

Глаза Али закатились и встретились с Карлоттой, и в этот момент он понял.

Он тянулся к ее горлу, когда Карлотта крепко обвила ногами его спину и сложила ступни вместе. Она все еще сжимала его шею и свою левую руку и пальцем считала шишки на его верхних позвонках.

Ему удалось убрать пальцы с ее шеи и сомкнуть ими горло.

"Сука!" он ахнул, когда их борьба погрузила их под воду.

Карлотта почувствовала, как сжимаются его пальцы. Она нашла ту часть его позвоночника, которую хотела, и воткнула острие стилета на восьмую дюйма в кожу.

От резкого укола боли его пальцы мгновенно покинули ее горло и потянулись, чтобы остановить укол.

Он опоздал.

Она взялась обеми руками за рукоять стилета и

сила в ее руках толкнула лезвие вниз, к ее груди, скользнув под ним.

Это был настоящий хит. Позвоночник аккуратно перерезан, и его тело обмякло рядом с ней.

К тому времени, когда Картер подошел к краю бассейна, она уже стояла в воде по пояс, ее маленькие груди вздымались.

Рядом с ней парил Али Кашмир лицом вниз, струйка крови сочилась из-за рукояти стилета, торчащего из его шеи.

"Ты в порядке?"

Она повернула голову к нему лицом. Ее глаза были ясны, а нижняя губа слегка дрожала.

«Да. Ничего не поделаешь».

Картер схватил тело Кашмира за волосы и потянул его в сторону. Стилет был его собственным, вторым из смертоносных друзей Ника Картера по прозвищу Хьюго.

Он вытащил лезвие, промыл его в воде, чтобы удалить красный остаток, и засунул его за пояс.

Затем он поднял с цемента черную шелковую повязку Карлотты правой рукой и протянул левую женщине.

«Он не большая потеря. Давай».

* * *

"Ал?"

«Да», - ответил Гарретт из комнаты мотеля примерно в пяти милях от того места, где стоял Картер, в офисе Али Кашмира наверху.

"Мы в безопасности. Принесите это!"

"Двадцать минут."

Телефон отключился. Картер поднял глаза, когда Марко вошел в комнату.

«Все в порядке. Мы прикажем мусорщикам убрать жестянку. Остальные лежат в винном погребе».

"Как Крис?"

«С ним все будет в порядке. Много крови, но ничего серьезного».

"Хорошо."

Марко обошел стол. «Некоторые из них были только рады поговорить». Он повернул лепнину, и панель в стене открылась.

Картер быстро заглянул внутрь и улыбнулся. «У Эл Гарретта будет мяч».

«Я установлю охрану по периметру».

Картер кивнул и вместе с ним вышел из комнаты. Марко спустился по лестнице, Картер - по коридору. Он остановился у второй двери, к которой подошел, и постучал.

"Войдите."

Она сидела за туалетным столиком с большим банным полотенцем в европейском стиле, обмотанным вокруг ее тела. Ее глаза встретились с его взглядом в зеркале, но рука, проводящая кистью по ее длинным блестящим черным локонам, не останавливалась.

"Ты все еще в порядке?"

«Конечно. Это не в первый раз».

"Я не думал, что это было".

Он остановил руку и поднес к губам. Он нежно поцеловал ее.

"Ты в порядке."

"Спасибо."

"Но это только начало."

«Я знаю. Не беспокойся обо мне».

"Вы звонили в Рим?"

Карлотта кивнула. «Я сообщила Палмори, что сам Кашмир будет сопровождать меня в Амстердам и поможет в окончательной доставке товаров в Италию».

"Есть статика?"

«Нет. Палмори считает Кашмира другом нашего дела».

«И ты уверена, что никто из них не узнает меня, когда придет время?»

"Никто. Я единственная в Либерте, кто имел личный контакт с Кашмиром.

"Хорошо." Он посмотрел на часы. Рассвет должен был быть меньше чем через час. «Тебе лучше поспать. Мы поедем на Манхэттен около пяти на лимузине. Наш самолет вылетает из Кеннеди сегодня в десять пятнадцать».

Она кивнула и вернулась к расчесыванию волос. Ее голос остановил Картера, когда он подошел к двери.

«Вы уверены, что ваши люди смогут обеспечить безопасность этого места, пока продлится операция?»

«Я уверен», - ответил Картер. «И Эл Гарретт будет знать достаточно о бизнесе Али Кашмира в течение недели, чтобы управлять всем этим прямо с того компьютера в офисе».

"А как насчет друзей ... деловых или личных?"

«Кашмир в длительной командировке…» Картер замолчал, улыбаясь. «Что частично верно».

«И когда в газетах появляется информация о том, что Али Кашмир был заключен в тюрьму в Италии за торговлю оружием и террористическую деятельность…?»

Картер снова улыбнулся. «У нас есть люди, специально обученные устанавливать и поддерживать укрытие, что бы ни случилось. Довольны?»

«Довольна, Ник…»

"Да?"

«Как бы то ни было, думаю, я собираюсь провести с тобой остаток времени».

«Это идет в обе стороны».

Он осторожно закрыл за собой дверь, но не успел мельком увидеть, как Карлотта Полти стоит, бросает полотенце и движется к кровати.

В спальне она выглядела намного красивее, чем в бассейне с плавающим рядом с ней мертвым телом.

Внизу он посмотрел на бутылки за стойкой и нашел там самый дорогой скотч. Он налил на три пальца в стакан и проглотил. Он обработал четыре пальца льдом и только начал это делать, когда Эл Гаррет и его свита техников вошли в парадную дверь.

"Кто-нибудь остался жив?"

«Несколько», - ответил Картер. «Они в винном погребе. Марко говорит, что некоторые из них очень разговорчивы, если вам нужно что-то узнать».

Гаррет кивнул и повернулся к ожидающим позади него мужчинам. «Хорошо, ребята, расположитесь и найдите комнаты. Как только вы сложите свое снаряжение, возвращайтесь сюда. Мы немедленно приступим к работе. У нас есть большая компания».

"Как вы думаете, сколько времени это займет?"

«Это знает только Картер», - сказал он, снова повернувшись к Картеру.

Картер пожал плечами. «Месяц, не более пяти недель. Мы думаем, что дата большого саммита между КГБ и террористическими группировками будет примерно в это время. Кстати, руки прочь.

от первых двух спален слева наверху лестницы. Они нам с дамой понадобятся сегодня ".

Было несколько кивков, и люди разошлись. Гаррет подошел к стойке бара и сделал глоток напитка.

«Это убьет тебя», - сказал Картер.

«Так же как старость и отказ от ремней безопасности», - ответил Гаррет. "Где это находится?"

"Вверх по лестнице."

"Пошли."

* * *

Гаррет погрузился в компьютер и книги записей рядом с ним, когда Картер осторожно вошел за стол. Картер закурил, отпил глоток и набрал личный вашингтонский номер Дэвида Хока.

«Это я, сэр».

"Как прошло?"

«Пять плохих парней пропали впустую вместе с самим Кашмиром. Три ящика с носилками с разбитыми головами. Они в винном погребе, уборщики идут избавляться от покойных».

"А наши?"

«Ранен Крис. Это несерьезно. Он уже едет в Бетесду».

"Как поживает итальянская леди?"

«Как чемпион. Она сама убила Кашмира».

«Превосходно. Значит, ты не сомневаешься, что она сможет вынести остальное?»

"Нет. Что мы слышим из Рима?"

«В условно-досрочном освобождении Пьетро Амани было отказано. Мы, конечно, имели к этому какое-то отношение, но это известный факт, что Николо Палмори попытался бы убить его, если бы он был освобожден, поэтому отказ в условно-досрочном освобождении весьма правдоподобен».

«Что-нибудь еще по поводу встречи?… Время?… Место?»

«Ничего. По всему миру гудят, поэтому мы знаем, что это произойдет. Но эта операция по-прежнему остается единственным реальным шансом узнать, когда и где».

«Достаточно хорошо», - сказал Картер, допивая остатки скотча в стакане. «Доставка в Амстердам, пятница».

«Я установлю средства передвижения. Что-нибудь еще прямо сейчас?»

«Ничего подобного. Я свяжусь с вами незадолго до того, как мы ударим по Италии».

"Хорошо".

Прощаний не было. Разговор между главой AX и его главным агентом был легко выполнен с тональной интонацией.

Картер подошел к стеновой панели. Гаррет что-то напевал, пробегая пальцами по клавишам.

"Что вы думаете?"

«Кусок торта. Чувак, этот парень во всем».

«Вы уверены, что сможете прострелить Бартинелли в Амстердам, не оставив нам чаевых?»

«Положительно. Должно быть, сегодня вечером она отключила свой канал. Она передала кое-что простым языком, затем развернулась и отправила то же самое в коде. Помогла взломать его за считанные минуты».

«Я собираюсь немного поспать. Вызови меня около двух».

"Ты понял."

Картер вошел в холл. Он остановился у двери Карлотты Полти, вспоминая, как она выглядела, когда уронила полотенце.

Костяшки пальцев были на полпути к дверной панели, когда он передумал и двинулся по коридору в другую спальню.

«Достаточно времени для этого, - подумал он.

Четыре

Паспорта в Кеннеди не составляли проблемы. Карлотта использовала свое. Картер использовал Али Маумеда Кашмира. Он был ливанский, и один из команды Эла Гаррета идеально подделал его с помощью фотографии Картера и штампа, не поддающегося доказательству фальсификации.

KLM 747 взлетел ровно в десять пятнадцать, и напитки были поставлены перед ними в тот момент, когда они достигли крейсерской высоты.

«Где мы остановимся в Амстердаме?» Ее глаза были ясными и яркими. Непрерывный дневной отдых принес ей много пользы.

«Амстел», - ответил Картер, - «до тех пор, пока не будет установлен контакт и все настроено. Оттуда мы будем играть на слух».

Она задумчиво отпила свой напиток. «От Амстердама до Италии будет долгий путь».

Картер кивнул. «И даже дальше оттуда… Бог знает куда».

"Я знаю." Она откинула голову на сиденье, поднесла к ушам маленькие пластиковые наушники с записью развлекательной программы в полете и закрыла глаза, когда успокаивающая музыка наполняла крошечный наушник.

Картер погрузился в свои мысли.

Его разум отмечал, что уже было сделано и чего они надеялись достичь в следующие несколько недель.

В течение последних нескольких месяцев спецслужбы всего свободного мира слышали слухи о том, что террористическая деятельность собирается активизироваться. После нескольких недель собирания воедино разногласий из информации, слухов и нескольких убедительных фактов возникла теория, что КГБ готовится вернуться в мировой терроризм обеими ногами.

Тихо пошли слухи с площади Дзержинского № 2 - штаб-квартиры КГБ в Москве - что Большой Папа сам хотел бы встречи с лидерами террористов.

Якобы, встреча должна была планировать будущие террористические атаки в их странах под руководством КГБ. Также выяснилось, что, вероятно, будет достигнута договоренность относительно денег и оружия, которые Россия-матушка вложит в программы по активизации террористической деятельности на Западе.

Когда было собрано достаточно фактов и цифр, была собрана команда и сформулирован план. В конце концов, ключевой поворот в плане был передан Дэвиду Хоуку и AX.

«Конечный результат довольно прост, N3», - сказал Хоук, жевая сигару и хмурясь, глядя на своего главного агента через весь свой захламленный стол. «Мы хотели бы знать, где и когда состоится эта встреча».

"А оттуда?"

"Разрушить

это, конечно. Но что еще более важно, мы хотели бы получить какие-то конкретные доказательства того, что КГБ действительно поддерживает всемирный терроризм ».

«Это был бы переворот».

«Один из самых больших», - прорычал Хоук, сверкнув редкой злобной улыбкой. «У нас есть план, который может привести вас на эту встречу».

Пьетро Амани был основателем некогда могущественной итальянской партизанской группы под названием La Amicizia di Liberia Italiana. Его жизнь - и его случай - были странными. Как потомок богатой итальянской издательской семьи, казалось невозможным, чтобы Амани стал лидером группы, единственной целью которой было свержение того самого класса, членом которого он был.

Но это действительно так.

Однако Амани был больше, чем левый миллионер. Он хотел войти в историю как итальянский Фидель Кастро, так называемый освободитель своего народа. Поступая таким образом, Амани потратил почти все свое состояние, пытаясь купить то место в истории, которое он так жаждал.

Его неудача на сегодняшний день, вероятно, произошла из-за той самой группы, которую он основал, Liberta. Если не вся группа, предполагалось, что по крайней мере один из ее членов, Николо Палмори - один из лейтенантов Амани - предал лидера.

Когда Амани был арестован за убийство, поставку оружия известным террористам и измену, его враги в группе - во главе с Палмори - захватили то, что осталось от состояния Амани и группы.

Сам Амани находился в тюрьме строгого режима в Кастель-Монферрато сроком на двадцать пять лет.

Шел восьмой год его заключения, и его бывшая группа - под руководством Николо Палмори - находилась в беспорядке.

«Мы догадываемся, - продолжил Хоук, - что если бы Амани вышел из тюрьмы, именно он, а не Палмори, был бы представителем Либерии на маленькой вечеринке КГБ».

Картер мысленно застонал, но лицо его оставалось невыразительной маской. Он уже видел, что приближается.

«И, Ник, если ты завоевал доверие Амани тем, что вырвал его из тюрьмы, тебя также могут избрать, чтобы сопровождать его в качестве, скажем так, его защитника».

"Зачем ему нужен защитник?"

Хоук отвел глаза, внезапно очень заинтересовавшись картиной на стене дальнего офиса. «Что ж, - сказал он наконец, - очевидно, когда Амани будет на свободе, люди Палмори пойдут за ним. Кроме того, поскольку Амани не всегда соглашался с русскими, когда он был у власти, можно предположить, что они тоже , хотел бы отговорить его от посещения ".

Картер почувствовал, как у него поднялись волосы, и позволил им.

"Вы имеете в виду, что я должен вытащить этого парня из тюрьмы, не сообщая ему, что я растение, а затем держать подальше и КГБ, и его людей, пока я не смогу доставить его в место, черт знает куда для встречи Бог знает когда? "

«Совершенно верно. Это прямо на твоем переулке, Ник. Теперь у нас есть план. В Манхэттене есть женщина по имени Наоми Бартинелли…»

Картер допил и усмехнулся, ставя стакан обратно на поднос перед собой.

"Что-нибудь забавное?" - спросила Карлотта, убирая наушники и щелкая выключателем на пульте управления в подлокотнике.

«Просто обдумываю все это в своей голове».

"И это смешно?"

«Безумно», - ответил он. «Я решил, что у нас есть примерно десять процентов шансов выйти живыми».

* * *

Они приземлились в амстердамском аэропорту Схипхол в одиннадцать десять. Таможня прошла быстро, и к полудню они уже ехали в такси «Мерседес» по направлению к профессору Тулпплейн.

Они поднялись по ступеням к внушительному каменному сооружению Амстела и вошли в обширный трехэтажный главный вестибюль.

«У меня бронь. Две смежные комнаты. Кашмир».

"Да сэр."

Обе комнаты были роскошными и высокими с видом на весь город.

«Мы не сможем ничего сделать до сегодняшнего вечера», - сказал Картер. "Усталый?"

Карлотта пожала плечами. «Скорее беспокойно, чем устало».

Картер провел губами по ее лбу и слегка погладил ее щеки руками. «Я позвоню Гаррету. Скорее всего, у него уже есть контакт для нашей встречи. Почему бы тебе не освежиться и не попытаться немного отдохнуть? Мы можем пораньше поужинать».

Карлотта кивнула и двинулась к смежной двери. Перед тем, как она закрыла дверцу, Картеру показалось, что он поймал ее взгляд.

Он отпустил его, когда щелкнул замок, и направился в вестибюль к телефону-автомату.

«Это займет около двадцати минут, сэр», - сказал заграничный оператор на английском с почти без акцента. «Если вы оставите свое имя на стойке регистрации в отеле, я позвоню вам».

Картер схватил быстрый бутерброд и только что пил кофе, когда пришла страница.

«Это Кашмир».

«Да, сэр. Я готов к вашему звонку. Продолжайте. Нью-Йорк».

Оба мужчины ждали отчетливого щелчка оператора, уходящего с линии, и затем Картер заговорил.

"Это я. Ты на связи, Ал?"

«О, да. Все готово. Наша леди на Манхэттене - очень эффективный канал связи».

"А с компьютерными кодами проблем не было?"

«Нет. Детская игра для такого старого гения, как я».

Картер ухмыльнулся. «Мне нравится твоя скромность. Дай мне ее».

"Хорошо. Ты Жасмин. Твой

пароль - Окхерст. Пароль будет подтвержден словом «децибел». Используйте это в предложении ".

"Понятно", - ответил Картер. "Когда?"

«Сегодня вечером. Прокатитесь на лодке по каналу Сингел в девять часов; это лодка номер три. Сойдите на остановке Кроман. В двух кварталах от канала есть кафе под названием« Джазмен ». Ваш контакт встретит вас там. . Это будет женщина ".

"Что-нибудь еще?"

«Может быть», - сказал Ал и на мгновение оторвался от телефона. Когда он вернулся, Картер услышал, как гремят бумаги. «Я обнаружил пару более ранних сделок, в которых Кашмир использовал Oakhurst. Возможно, вам будет полезно узнать о них, как еще одно доказательство того, кто вы».

«Хороший человек, Ал».

Гаррет быстро просмотрел детали двух предыдущих оружейных сделок, а Картер в уме их каталогизировал.

«Вот и все. Я не думаю, что снова услышу от тебя».

«Мне не нравится, как ты это говоришь, Ал», - усмехнулся Картер. «Я должен тебе пообедать в Арлингтоне через шесть недель. Я буду там, чтобы расплатиться».

"Вы на."

"Чао."

Картер вернулся в свою комнату, разделся и принял длительный душ. Когда он вышел из ванны с полотенцем вокруг талии, дверь, соединяющая его комнату с комнатой Карлотты, была приоткрыта.

Она лежала в постели, ее длинное стройное тело прикрывала простыня. Ее глаза были открыты, и они закатились, когда он вошел в дверной проем.

"Мы на связи?"

Картер кивнул. «Сегодня вечером. Я расскажу тебе подробности за ужином. Ты не можешь спать?»

«Я же сказал тебе, что мне больше не по себе, чем надоело».

Взгляд был старым, и Картер его не упустил. Он подошел к краю кровати и остановился, глядя на нее. Шторы были задернуты, единственный свет исходил из его комнаты через открытую дверь позади него.

Он наклонился вперед, зацепил большим пальцем простыню наверху ее груди и медленно опустил ее до колен.

Она была голая.

Только ее рука двигалась, когда она стягивала полотенце с его тела.

Ее глаза одобрительно блуждали по его телу. Его грудь представляла собой твердую пластину мускулов, а живот напоминал стиральную доску. Толстые веревки мышц спустились с его плеч через его руки, и он лег в кровать рядом с ней.

Не говоря ни слова, она подошла к нему, целуя его грудь, ее губы согревали плоть, а руки работали, чтобы возбудить его.

"Как вы думаете, это мудро?" - спросил Картер.

"Нет, но мне наплевать. А тебе?"

"Нет."

Ее лицо было близко к его. Он распустил завитки ее волос, и они ниспадали ей на плечи, как черный водопад. Она вертела головой из стороны в сторону, взбивая его лицо шелковыми прядями.

«Садист», - поддразнил он.

«Мазохистка», - ответила она. «Я продолжаю агонию».

«Тогда давайте приступим к делу».

Его руки потянулись за ее спиной, чтобы заполнить пышные выпуклости ее ягодиц. Затем он потянул ее вперед, пока его губы не нашли кончики ее пульсирующих грудей.

Карлотта запустила пальцы в его волосы, на секунду сильнее прижалась его лицом к себе, затем откинула его голову назад.

"Я люблю это."

"Тогда зачем останавливаться?"

«Потому что я хочу большего».

Ее голова снова шевельнулась, а волосы хлестали его по всей длине, не упуская ни одного квадратного дюйма кожи.

Картер все это время не оставался пассивным. Его руки поглаживали шелковистую длину ее спины, сжимали ее ягодицы, скручивали и формировали ее груди, которые свисали с ее тела, когда она наклонялась.

«Хватит», - наконец прорычал он, прижимая ее к себе.

Она прижалась к нему, ее груди раздвинулись, когда они прижались к его груди. Он дико поцеловал ее, затем отстранился и перевернул ее.

Он схватил ее за одну сокрушительную секунду, и комната начала кружиться вокруг них. Его губы заглушили ее крики, когда он прижался к ней.

Его тело идеально подходило к ее телу, когда его руки касались ее груди. Каждый раз, когда он врезался в нее, тело Карлотты двигалось на дюйм или два по гладкой поверхности простыни.

«Сделай это… сделай это!» она вдруг закричала.

Он делал все это, пока она не выгнулась к нему, подгоняя его каждым жестом и звуком.

Медленно и вместе, в совпадающем ритме они двигались, чувствуя прилив нарастающей страсти в другом, пока их тела не превратились в водовороты неистового движения.

Внезапно, впившись ногтями в его напряженную спину, она выгнулась и корчилась, как будто все ее тело превратилось в тугую веревку, готовую порваться.

А потом это произошло, и Картер с ней.

Оба их тела успокоились, судороги уменьшались, пока Картер не перекатился к ней. Она прижалась к нему. плотно прилегая к нему.

"В какое время вы уезжаете?" - спросила она, в ее голосе улетучилось все желание.

«Около девяти».

"Это будет безостановочно оттуда, не так ли?"

«Да», - сказал он и кивнул.

«Удачи», - прошептала она.

Она расслабилась рядом с ним, и как раз перед тем, как заснуть, он почувствовал, как она потянула его руку вверх, чтобы скрыть надутую твердость ее груди.

* * *

«Джазмен» был заполнен хиппи в возрасте от подросткового до сорока лет. В воздухе витал резкий едкий запах. и столы были заполнены винными бутылками.

Было очевидно, почему было выбрано маленькое кафе; Картер высунулся, как больной палец. Он догадался, что кто бы ни контактировал

она тоже будет «отличаться» от толпы.

Прямо за дверью за маленьким столиком сидело нечто, напоминающее Вампиру, с открытой коробкой для сигар перед ней.

Картер бросил в коробку несколько купюр, прошел в клуб и нашел то, что выглядело последним пустым столом.

На сцене сидела горилла с лицом херувима, болтая банджо в лапах. На нем были засаленные мотоциклетные ботинки, выцветшие синие джинсы с заплатками и мятая синяя рабочая рубашка.

Скорбные и неразборчивые звуки исходили между его губ, когда он вяло бренчал на банджо.

Худощавая блондинка подошла к Картеру. Ноги у нее были босые, а волосы до плеч спадали в пучок. На вид ей было лет шестнадцать.

Вино?"

«Скотч», - ответил Картер.

"У нас есть только вино.

«Я выпью вина… два стакана».

Она исчезла, слегка покачиваясь, и вернулась меньше чем через минуту. Она шлепнула бутылку на стол и перенесла вес на одно бедро.

"Ты тоже хочешь гашиш?"

Нос Картера сморщился. Теперь он узнал запах, который ударил его ноздри, когда он вошел в клуб. В Амстердаме гашиш был распространен и легален.

"Нет."

«Пять флоринов», - сказала она, протягивая руку.

Он дал ей купюру в пять флоринов и несколько монет. Она пошла прочь, и Картер налил стакан вина. Это было ужасно, но, по крайней мере, он не скривился.

Картеру не пришлось долго ждать. Скорбная певица как раз уходила на перерыв, когда вошла в дверь. Один прокатился по комнате ее глазами, и его заметили.

Она была невысокого роста и компактна под большим пончо и парой облегающих джинсов. Ее лицо было совершенно белым, без макияжа, а глаза почти скрыты темной челкой.

Картер подумал, что коврик она бы подошла прямо к месту, если бы не ее руки. Они всегда рассказывают историю, и эти руки говорили, что коротышка в пончо больше никогда не увидит сорок.

"Могу ли я присоединиться к тебе?"

"Пожалуйста, сделай."

Она сидела, пока он наливал вино во второй бокал.

"Вы турист в Амстердаме?"

Картер покачал головой. «У меня есть дела с мистером Окхерстом».

"А как тебя зовут?"

«Жасмин».

Легкое напряжение покинуло руку и руку, держащую стакан. Она поставила его на стол и наклонилась вперед.

"И…?"

«И уровень децибел болтовни в этом месте оглушительный. Мы можем пойти куда-нибудь еще?»

"Один момент."

И мужчин она ушла, в темноту за задней дверью кафе.

Картер догадался, что где-то в прошлом там был телефон. Он закурил сигарету и стал ждать.

Она вернулась менее чем через две минуты. «Мистер Окхерст рядом».

Картер взял ее за локоть, чтобы провести через толпу. Он почти пропустил это - быстрый, но ловкий обмен мнениями между женщиной и двумя шумными мужчинами в баре. Когда они, взявшись за руки, вышли на улицу, Картер увидел, как двое мужчин отделились от остальной толпы.

Они молчали два квартала, прежде чем Картер заговорил краешком рта. «За нами следят».

«Я знаю. Они принадлежат нам».

"Доверяя, не так ли?"

«Нет», - сказала она и улыбнулась. «Это очень опасный бизнес. Вы должны это знать».

У канала они повернули и последовали за ним еще несколько кварталов. Вдруг она схватила его за руку и остановилась.

«Вот, четвертый этаж. Постучите дважды, подождите и снова постучите».

Это был старый дом из осыпающегося красного кирпича, который с годами стал серым. Она убедилась, что он понимает, какой именно, затем исчезла с его стороны в тени.

Он медленно двинулся к входу и поднялся по ступеням. Парадная дверь открывалась в небольшой альков. За второй дверью был коридор и гниющая лестница.

Картер преодолел четыре лестничных пролета по три за раз и резко постучал в единственную дверь на полу. Он подождал десять секунд, затем снова постучал. Ухо к тонкой панели подсказало ему, что кто-то очень осторожно поворачивает замок с другой стороны.

"Да?" - раздался тонкий, пронзительный голос через щель в двери.

«Меня зовут Жасмин. Я пришел повидать мистера Окхерста».

"Войдите."

Картер шагнул через трещину в кромешную тьму.

«Встаньте прямо здесь, пожалуйста».

Голос был позади него. Руки, похлопавшие его, пошли спереди.

«Он не вооружен».

Дверь за ним закрылась, и в потолке мигала голая лампочка. Комната была обветшала, стол, несколько стульев и детская кроватка были единственной мебелью.

Человек перед Картером был невысоким и приземистым. Его лицо было покрыто морщинами, а кожа под шеей сморщилась, как будто когда-то он был намного тяжелее, но сморщился. Вальтер ППК легко валялся в правой руке.

"Вы Окхерст?" - спросил Картер.

«Я Окхерст».

Картер медленно повернулся.

Он был высоким и худым, как пугало. Его лицо под густой бородой было изможденным, щеки впали, глаза впали в темные карманы.

Он выглядит взволнованным, подумал Картер, или туберкулезным.

Картер понял, что это последнее, когда мужчина подошел к столу и сразу же начал рубить готовый платок, который держал в правой руке.

"Я надеюсь, что наши последние два обмена были одобрены вами?" он сумел сказать между приступами кашля.

«Вполне», - сказал Картер, скользнув

сесть на стул напротив. Приземистый мужчина, все еще играя с вальтером, подошел к подоконнику и сел. «За исключением того, что жилеты в первой партии были не того качества, о котором вы сказали, а во второй вы закоротили мне два ящика минометных снарядов».

Тонкие губы мужчины скривились в улыбке, и Картер мысленно вздохнул, безмолвно поблагодарив Гарретта за аналитическое мышление.

«Приношу свои извинения. Я компенсирую вам эти расходы».

Он разложил на столе лист бумаги и карту.

«А теперь перейдем к делу? В настоящее время товары находятся на складе в Гааге. Они все еще законные, с сертификатом конечного использования для Каракаса. Мы можем отправить товар по воздуху или по морю, в зависимости от вашего истинного пункта назначения. "

Картер перевернул карту и провел пальцем по побережью Италии. "Вот."

Взгляд мужчины метнулся вниз, а затем снова встретился с Картером. Линия подбородка под его бородой напряглась, когда он сжал зубы. «Мы не можем отправить товар на такое расстояние, и вы это знаете».

«На этот раз будешь», - ровным, ровным голосом ответил Картер. Коренастый мужчина приподнял задницу с подоконника и поддержал вальтер. «И скажи своему мужчине убрать это, или я поставлю ему клизму».

Мужчина сделал шаг вперед, и Окхерст поднял руку. «Мне придется позвонить. Минутку».

Он встал и прошел через занавеску, служившую дверью в другую комнату. Картер закурил и повернулся к другому мужчине.

"Садиться."

Он сделал это и засунул вальтер за пояс.

Прошло почти полчаса, прежде чем бородатый мужчина вернулся на свое место.

«Это может быть сделано. Ливийское грузовое судно Alamein отправляется из Марселя через два дня. Мы переобьём его и отправим как гончарное дело».

"Можно ли обменять в море?"

Мужчина кивнул и записал в блокнот. «Эти координаты через пять дней. Полночь… ровно».

Картер запомнил координаты и прикоснулся зажигалкой к бумаге. Когда он превратился в пепел, он встал.

«Теперь деньги».

Картер расстегнул рубашку. Он вынул из-под него толстый пояс с деньгами и накинул его на стол.

Есть пятьдесят тысяч. Остальное при обмене и у меня все товары ».

«Согласен», - ответил мужчина, но кривая улыбка из-под бороды сказала Картеру правду.

Он только что совершил кардинальную ошибку, купив боеприпасы у нелегального торговца оружием. У Окхерста было пятьдесят тысяч, а груз остался.

Следовательно, он мог бежать с первоначальным взносом и продать оружие следующему участнику торгов.

Это было неэтично, но очень практично.

Человек, похожий на бородатого до него, не будет беспокоиться о потере такого хорошего покупателя, как Жасмин. Прямо за углом было слишком много других хороших клиентов, и пятьдесят тысяч - хорошая ночная работа, если за это не нужно ничего доставлять.

Но Картер сделал эту кардинальную ошибку намеренно. Если и был такой человек, как Окхерст, которого боялся больше, чем плохая сделка, так это самой смерти. Он пойдет на все, чтобы защитить свою кожу, даже если останется честным. Ему просто нужно было указать путь.

Картер хотел именно это.

«Кстати, дайте мне номер здесь - на случай, если планы поменяются после того, как я свяжусь с доставкой сегодня вечером».

Двое мужчин обменялись настороженными взглядами, а затем бородатый, казалось, пожал плечами.

Картер почти мог прочитать его мысли: почему бы не дать номер этому дураку? Он никогда не проживет достаточно долго, чтобы набрать его!

Он отрезал ее тонкими губами, и Картер вышел из комнаты.

На улице Картер остановился, чтобы закурить сигарету, уголком глаза уставившись в окно четвертого этажа. Когда свет дважды погас и загорелся, он двинулся устойчивым быстрым шагом.

5

Это были кошки-мышки почти пятнадцать минут. Картер никогда не видел их позади себя, но он слышал, как их каблуки соответствуют его шагу, когда он продвигался все дальше и дальше в старую часть города.

Улицы давно превратились в узкие переулки, а уличных фонарей не было. Единственное освещение исходило из редких окон за решеткой высоко в стене, через которые он проходил.

В поисках нужного места Картер не пытался ускользнуть от них. Его собственные каблуки намеренно оставили отчетливо слышимый след, по которому не мог бы пройти только глухой.

А потом он увидел это - крошечный переулок. Это был не более чем коридор между невысокими зданиями.

Он повернулся к ней и сразу бросился бежать. Они все еще были позади него, сами поворачивая, когда Картер свернул между зданиями. Бегая, он останавливался в каждом алькове, чтобы опробовать найденные двери.

Позади него он услышал топот двух пар ног. Он задавался вопросом, насколько близко будет за ними женщина.

Картер собирался остановиться и попробовать игру на своем месте, когда переулок перед ним свернул влево и вправо. Он выбрал левую сторону и за углом остановил свой полет с удовлетворенным рычанием.

Переулок заканчивался тяжелой двойной дверью с железными заклепками. Вход был слегка приоткрыт, и голая лампочка бросала жуткий желтый свет сквозь щель между дверью и косяком.

Это было идеально.

Позади него шаги осторожно замедлились.

Они думали, что Картер блокирован, и теперь. Надеюсь, они займутся убийством.

Картер выскочил в щель и оставил тяжелую дверь открытой за собой.

Это был большой винный погреб с длинными рядами стеллажей, на которых стояли сотни пыльных бутылок под белоснежной каменной крышей. Он метался вдоль стены, поспешно оглядывая каждый ряд. Каждый заканчивался глухой каменной стеной… кроме последней. В дальнем конце была небольшая сводчатая дверь.

Картер проверил ее и удовлетворенно улыбнулся, обнаружив, что она заперта.

Другого выхода не было.

«Теперь, - подумал Картер, садясь на корточки за одной из высоких стеллажей для вина, - дичь становится охотником».

Напряжение в мышцах его правого предплечья высвободило пружину в ножнах Хьюго, и смертоносный стилет соскользнул в его руку.

Наступила гробовая тишина, а затем слабый скрип открывающейся входной двери. Не долго думая, Картер схватил с одной из стоек полбутылки вина и безошибочно швырнул ее в лампочку.

Когда свет погас, послышался хлопок, а затем громкий треск, когда бутылка разбилась о каменный пол. За этим быстро последовали гортанные проклятия и звук падающих тел, когда они вдвоем въехали в комнату. Затем Картер услышал глухой стук закрывающейся за ними двери.

«Он не вооружен», - сказал приземистый мужчина, похлопав Картера.

Надеюсь, он передал эту информацию двум посторонним мужчинам и женщине.

Теперь в подвале было совершенно темно. Сжимая в руке стилет, Картер присел в углу и обдумал свой следующий шаг. Их было двое, и вскоре к ним могла присоединиться третья, женщина.

Они, вероятно, использовали бы ножи, но Картер догадался, что у них тоже будут пистолеты. Он мог только надеяться, что они, как и он сам, хотели сохранить это в тайне. Если так, то оружие не имело бы значения.

Поскольку их было всего двое, они не могли обыскивать проходы между рядами винных стеллажей один за другим и убедиться, что он не проскользнул мимо неохраняемого конца.

Картер предположил, что нужно начать с осторожного ощупывания окружающих стен, чтобы либо подтолкнуть его к другому, который будет его ждать, либо заставить Картера двинуться с места и, возможно, выдать свое местонахождение легким шумом.

Если Картер угадал правильно, то какой маневр лучше всего ему противопоставить?

Его единственная надежда заключалась в том, чтобы первым добраться до одного из них и надеяться, что другой воспользуется звуком в суматохе.

Проблема была в том, куда идти? Он не знал, в какую сторону они двинутся вокруг внешних стен.

Все еще приседая, он внимательно слушал. Не было никаких шагов, но если они и двигались, то, вероятно, на четвереньках.

Потом ему показалось, что он услышал слабый звон, как будто одна бутылка коснулась другой. Похоже, оно пришло из дальнего конца правой стены, ведущей от его угла.

По-прежнему приседая, его пальцы ног едва шепчались о каменный пол, Картер двинулся вправо. Дойдя до угла в дальнем конце стены, по которой он двигался, он остановился, чтобы еще раз прислушаться. Он был уверен, что стена, к которой он подошел, вела к входной двери.

Он подумал о том, чтобы пошуметь и вовлечь их, когда услышал дыхание почти рядом с собой.

С величайшей осторожностью Картер нащупал конец ближайшего винного стеллажа и пролез через пространство в проход между этой и следующей стойкой. Несмотря на напряжение, ему удалось сначала задержать дыхание, а затем тихо и осторожно дышать.

Чего он не мог решить, так это того, было ли его дыхание мгновением или двумя ранее для этого человека так же очевидно, как его дыхание для Картера.

Дыхание больше не было слышно. Он копался в кармане брюк, пока пальцы не нашли спичку. Он осторожно засунул клапан под спички и сложил две из них. Удерживая спички на месте большим пальцем над ударной поверхностью, он напряженно сконцентрировался, пытаясь различить малейшие признаки того, где находится его жертва.

А потом он услышал это: еле уловимое царапанье пальцем ноги или кожаной подошвой ботинка о камень. Он исходил от стены прямо напротив него.

Напрягаясь всем телом, Картер скреб спичками по поражающей поверхности.

Они обманули его. Один стоял прямо перед ним, с удивлением глядя на горящие спички в левой руке Картера. Но другой был не в другом конце комнаты, как думал Картер. Он был в следующем проходе и уже двигался к нему.

Но теперь у Картера было время только на того, кто стоял перед ним, когда тот сделал выпад. Картер сделал шаг вперед левой рукой, разбив горящие спички мужчине в лицо. Его правая рука, держащая стилет, вспыхнула с пола.

Раздался крик боли, когда спички обожгли лицо человека, но он превратился в сухой треск, когда стилет застрял в его горле. Снова было темно, но Картер знал этого человека

было сделано, когда он почувствовал, как по руке течет теплая кровь.

Номер один упал, как камень, и как только он ударил, второй нанес сокрушительный удар по спине Картера. Картер отшатнулся к стене. Он ударил, развернулся и взмахнул левой рукой.

Это был удачный удар. Пятка его руки ударила номер два прямо в лицо. Он чувствовал, как хрящи, кости и мышцы превращаются в гель. Затем мужчина соскользнул вниз по своему телу, пытаясь удержаться, в то время как Картер с таким же усилием пытался вывернуться.

Каким-то образом ему удалось схватить лодыжку и потянуть. Ноги Картера вылезли из-под него, и когда он упал, Хьюго вышел из-под его руки. Он услышал, как он упал на пол и соскользнул где-то под бутылки. В мгновение ока весь вес тела другого человека упал на Картера, сбив его с толку и придавив.

Так же быстро Картер почувствовал, что его перевернули. Рука скользнула по его лицу, и внутренняя сторона локтя нащупала его горло.

Намерение было слишком ясным. Мужчина собирался откинуть голову Картера, пока не сломается позвоночник.

Картер напряг мускулы горла, прежде чем хватка стабилизировалась. При этом ему удалось слегка попасть подбородком под запястье мужчины.

Это было не так уж и много для рычага, но этого было достаточно, чтобы глубоко погрузить его зубы в плоть.

Он укусил изо всех сил в челюсти, вызвав вой боли из горла мужчины. Картер подождал, пока не почувствовал вкус крови и ощупал зубами кость, а затем начал грызть.

Это сработало.

Рука высвободилась из его горла. Картер вздрогнул, приподняв с себя сидящее тело. Прежде, чем человек смог снова спуститься. Картер поскользнулся и, с хрустом ударив друг друга, поднял оба колена в пах.

Раздался еще один вой боли, и человек безвольно упал вперед. Картер перекинул левую руку через дыхательное горло, обвил правой рукой шею и сжал ее в тисках.

Даже в бессознательном состоянии мужчина сопротивлялся, но всего несколько секунд. Затем он снова устроился против Картера.

Картер собирался сбросить с себя мертвый груз, когда послышался царапающий звук и внезапно вспыхнул луч света.

С того места, где он лежал, прижатый к полу, Картер мог видеть под бутылками, расставленными на полках с вином. В дальнем углу комнаты, где была заперта сводчатая дверь, теперь на каменный пол падал яркий свет.

Он видел две пары ботинок. Предмет, который опускают на пол между ними, он решил, что это мусор для вина. Очевидно, через небольшую дверь из кухни наверху вошли двое слуг, чтобы заказать вино.

«Проклятый свет снова погас».

"Вы принесли фонарик?"

"Конечно, нет."

«Откройте дверь немного пошире. Может, этого будет достаточно света».

Ботинки двигались по стойкам, приближаясь к проходу, в котором Картер лежал рядом с ним, а другая половина лежала на нем.

Он напрягся, готовый поднять труп и бежать. когда они свернули один проход и двинулись по нему.

Они двигались по проходу, собирая по пути бутылки. Не смея дышать, Картер проследил за двумя парами ботинок в косом желтом свете.

А затем его взгляд поймал отблеск металла на полу. Прямо перед первой парой ботинок лежал его стилет. Еще четыре, может быть, еще три шага, и один из сапог пнет его или наступит на него.

Используя каждую частичку своей силы, все еще частично удерживая труп над собой, чтобы что-то в карманах мужчины не лязгало, если его выбросили, Картер извивался в сторону. Дюйм за дюймом он подходил к стойке с вином.

Сапоги шаркали вбок, под звон бутылок в носилку.

Ботинок был в шести дюймах от стилета, когда Картер просунул руку под нижнюю полку.

Кончики его пальцев соответствовали расстоянию между ботинком слуги и ножом: два дюйма.

Он снова извивался. Тело ускользало. Сапоги скользили.

Произошла авария.

«Ты идиот! Что случилось?» Его ботинок ударил стилетом прямо в руку Картера, но звук разбивающейся бутылки отвлек его.

«Слишком чертовски темно. Давай выберемся отсюда, пока не сломаемся еще».

"Что насчет этого беспорядка?"

«Убери это завтра».

Картер приставил нож к своей стороне стойки и задержал дыхание, пока за ними не закрылась дверь. В тот момент, когда он услышал, как задвижка скользнула, он оттолкнул тело и бросился к внешней двери.

Один быстрый взгляд через щель в двери сказал ему, что в непосредственной близости от дома никого нет.

Но это могло быть - и, вероятно, было - вводить в заблуждение. Осталась женщина.

Он бросился в переулок и остановился. По узкому лучу света, падающему из верхнего окна, он оценил повреждения.

Это было нехорошо.

Физически он был в порядке, но выглядел так, как будто только что пережил третью мировую войну.

На его куртке была дыра, и один рукав наполовину свисал. Еще одна прореха на его рубашке открыла уродливый красный рубец. Под ним все, что он носил, было залито кровью.

Надо было бы вернуться обратно в отель.

Но только после небольшого объезда.

Картер знал, что где-то у входа в изгибающийся переулок между зданиями перед ним она будет ждать.

Он быстро расстегнул ботинки и привязал их к задней части пояса под курткой. Затем он двинулся вперед, низко пригнувшись, почти полностью скрываясь в тени.

Он двигался по кривой без пауз, а затем около секунды.

Прямо впереди Картер увидел ее, примерно в двадцати футах от них. В каждой руке была туфдя со снятым каблуком. Вместо каблука на каждой туфле был шестидюймовый двусторонний кинжал.

«Амаль…?»

Картер не ответил ей и не сбавил скорости. Ее частично освещала лужица света из соседнего дома. Когда он бросился к тому же свету, она узнала его и приняла боевую стойку.

Картер не изменил направление, не остановился или не повернул вспять. Он просто рванулся вперед. В трех футах от нее она сделала ложный выпад влево. Вместо того, чтобы противостоять ей и пытаться убежать от нее, Картер двигался вместе с ней.

Это застало ее врасплох, но она храбро попыталась пригвоздить его, прежде чем он ударил.

Это не сработало.

Картер схватил ее за запястья и повернул их, когда они столкнулись. Ножи вонзились глубоко, по одному в мясистую часть каждого плеча.

Она подавила собственный крик боли, когда она упала, и Картер подбежал к ней.

У входа в переулок он один раз оглянулся и увидел маску мучений и боли на ее лице, когда она вытащила сначала один, а затем второй кусок стали из своего тела.

Он выехал на большую улицу, проехал квартал, а затем бросился в дверной проем. Он ждал, присел, контролируя свое дыхание. Когда прошло десять минут, он случайно взглянул.

Ничего.

Медленно, все еще в носках, он вернулся по своим следам и посмотрел вниз, в узкий переулок.

Она ушла.

Ему потребовалось еще две минуты, чтобы найти пятно крови на тротуаре, а затем еще одно.

Он следовал за точками в течение семи кварталов, пока не был уверен в ее пункте назначения, а затем остановился и направился к отелю.

В двух кварталах от Амстела, на тускло освещенной улице, он ворвался в телефонную будку и набрал номер, который дал ему торговец оружием.

Женщине предстояло проехать меньше расстояния, чем Картеру до отеля. Можно было поспорить, что она уже приехала.

На пятом гудке ответили.

«Окхерст, это Жасмин».

"Да." Голос был уклончивым.

"Вы получили мое сообщение?"

"Да." Теперь это был шепот.

"Она жива?"

"Едва".

«Жаль. Двое других находятся в винном погребе… мертвы. Вам лучше узнать у нее, где, прежде чем их найдут. Вы слушаете?»

"Да."

«Я позволяю этому случиться только один раз, Окхерст. У меня длинная рука. Если это случится снова, ты останешься без дела… навсегда. Вы понимаете?»

"Я делаю"

«Тогда я буду ожидать, что наша встреча состоится со всем товаром в целости и сохранности. Это произойдет, правда, Окхерст?»

«Это произойдет, Жасмин. Даю слово».

«Твое слово для меня - это как твоя жизнь… дерьмо. Просто запомни это».

Картер повесил трубку и провел два оставшихся квартала до отеля. Он обошел грузовой док и вошел туда. Между кухней и полом он встретил только одного человека, пьяницу, который выглядел хуже Картера, тщетно пытающегося найти дыру для своего ключа.

Картер прошел через свою комнату в комнату Карлотты. Там было пусто, но свет в ванной горел.

Она поставила одну ногу на пол, а другую подняла, собираясь надеть ночную рубашку.

«Красиво», - прошептал Картер.

Стопа упала, и платье подошло к ее обнаженному телу.

Когда она поняла, кто это был, она со свистом выдохнула и небрежно бросила платье обратно на пол.

"Боже мой, что с тобой случилось?"

«Вы должны увидеть других парней».

Он обошел ее и включил душ.

"Хорошо?"

«Готово, - сказал он, поправляя краны. «Ливийское грузовое судно будет у берегов Италии через пять дней. Я встречусь и подготовлю точку разгрузки на берегу».

«Тогда я должен позвонить Палмори сегодня вечером».

Картер кивнул. «А я позвоню в аэропорт и доставлю тебе утренний рейс в Рим. А пока…»

Он без усилий поднял ее и вошел в ванну.

«Ник… твой костюм…»

«Он все равно испорчен», - сказал он легко. "А теперь, примерно сегодня вечером ..."

Шестая глава.

Картер вылетел в Ниццу через Париж, убедившись, с помощью нескольких удачных взяток в доках, что ящики с «глиняной посудой» были загружены на борт грузового судна Alamein. Из Ниццы он тренировался через Монако и через итальянскую границу в Сан-Ремо.

Одевшись ненавязчиво, как американский турист с ограниченным бюджетом, он поселился в небольшом пансионе на холмах высоко над пляжем. Он не стал распаковывать свою маленькую сумку, так как пробудет в комнате всего несколько часов.

Быстро вздремнув, он переоделся в синюю джинсовую куртку, джинсы и рабочую рубашку и ушел из пенсии. Небо потемнело, и легкий моросящий дождь заставил покупателей сходить с улиц, а купающихся - с пляжей.

На почте подсунул кашмирский паспорт через клетку и получил обратно два письма.

Оба были отправлены в Рим двумя днями ранее.

Первый был от Карлотты, с ключом:

Рандеву Торта, сет 5:00.

Восемь: три наблюдателя, пять обработчиков.

Средства устанавливаются по предварительной договоренности.

Палмори не вызывает подозрений, но не будет присутствовать.

Во втором конверте он нашел еще более сжатую записку:

Гвидо на Виа Колонна. 3:00

Картер посмотрел на часы. Было уже чуть больше часа. Но это не имело значения, Сантони подождал.

Он знал только большие проспекты небольшого курортного поселка, но один-единственный вопрос прохожего легко привел его на улицу Колонна.

У Гвидо было большое уличное кафе с примерно двадцатью столиками снаружи и такими же внутри. Под навесом было несколько пьющих и обедающих, но никто из них даже не взглянул на Картера.

Он шагнул в дверь и прищурился от мрака. Столы и будки были покрыты клетчатой тканью, а в центре каждой - вечно присутствующая винная бутылка с каплями затвердевшего воска и дешевая свеча, воткнутая в горлышко.

Картер заметил своего человека в темноте угловой будки. Двое мужчин кивнули, и Картер прошел через столы. Ты опоздал."

«Я пропустил свой первый поезд из Ниццы».

"Садись."

Тони Сантони был невысоким плотным мужчиной лет сорока. У него были вьющиеся черные волосы, бледное лицо уроженца южной Италии и умные глаза.

В течение многих лет он был зарегистрирован как главный капитан всего, что плавало со 165 футов и ниже.

Парусный спорт был его страстью.

Основное занятие был антитерроризм.

Тони Сантони был майором SID Италии, и последние десять лет он был одним из лучших тайных агентов правительственного агентства.

Картер уже поработал с этим человеком над большим количеством человек за один гул, и он полностью ему доверял.

Из большого графина с вином уже были наполнены два бокала. Сантони подтолкнул одну к Картеру и улыбнулся.

«Ты выглядишь в хорошей форме», - сказал он. "Разве ты никогда не стареешь?"

«В нашем бизнесе, Тони, никто не стареет. Мы просто встаем и умираем в один прекрасный день».

""Насколько правильно. Отдать честь!"

Двое мужчин выпили, и мужчины наклонились вперед, их глаза были прикованы к бокалам.

"У вас есть лодка?"

Итальянец кивнул. «Сорокафутовый Corsair с закрытой кабиной и двумя Cummins. Он будет развивать скорость более шестидесяти узлов в спокойном море, и он уже готов к вооружению».

"Контрабандный катер?"

«Что еще? Мы освободили его от группы турок в Адриатике около двух месяцев назад».

"Он готов катиться?"

«Совершенно верно, с запасными танками. Как далеко нам нужно идти?»

Картер выудил листок бумаги из джинсовой куртки и расстелил его между ними.

«Мы встречаемся с грузовым судном здесь, к северо-западу от Корсики, в полночь».

Сантони почесал щетину на подбородке краем бокала. «Нам лучше уйти сразу после наступления темноты. Даже тогда нам придется поторопиться».

"Но мы можем это сделать?"

"Да. Куда мы доставляем?"

«Здесь, между Чечиной и Ливорно, есть рыбацкая деревня под названием Торта».

"Я знаю это."

«Рассчитав на разгрузку полчаса, сможем ли мы успеть к пяти часам утра?»

«Вы можете сделать ставку на это». - сказал Сантони с широкой улыбкой. «Этот маленький бамбино будет честно летать».

"Что, если этот шторм станет хуже?"

«Не будет. Он уже движется на север. Через час у нас, вероятно, будет спокойное море».

"Хорошо. Нам нужна команда?"

«Нет, если ты такой же хороший моряк, как раньше».

Картер ухмыльнулся. "Я думаю, что я." Он сложил газету и сунул ее в пиджак другого человека. «Я заберу нашего казначея, как только уйду отсюда. Где я тебя встречу?»

«Прямо по эту сторону границы есть бухта. Вы знаете Ristorante Roma, на прибрежном шоссе?»

"Я знаю это."

«Это к востоку отсюда. Как можно ближе после наступления темноты».

Картер сжал запястье другого человека и соскользнул с стрелы. «Я оставил вещи Кашмира и бумаги в пансионе Гарибальди, на холме».

«Я сообщу местным, что это наш бизнес».

А их будет восемь, вероятно, трое по периметру и хорошо вооруженные.

«Я скажу нашим людям, чтобы они сначала убили их».

«Чао», - кивнул Картер и вышел из кафе.

* * *

Картер свернул по прибрежной дороге и прошел почти милю, прежде чем свернул по узкой тропинке в холмы. Начался дождь. и надвинулось несколько грозовых облаков.

Он почти промахнулся по маленькой хижине среди скал, и сделал бы это, если бы не увидел клубящийся в небе дым.

Дверь состояла из двух частей, с крошечным застекленным стеклом на уровне глаз. Защелка не поддавалась, поэтому он попробовал ключ.

Это была одна большая, редко обставленная комната с открытой кухней в задней части и небольшим коридором справа от него. Он был на полпути к коридору, когда из него в комнату вышла молодая женщина.

У нее было круглое напряженное лицо, темно-оливковый цвет лица и черные волосы, влажно спускавшиеся ниже плеч.

Увидев Картера, она резко остановилась, держа полотенце в руках на полпути к волосам. Если возможно, ее юные черты стали еще более жесткими.

"Кто ты?"

"Кто ты, черт возьми?"

Она направилась обратно в коридор. Пояс, который держал ее

легкий домашний халат вместе немного ослаб, обнажив большую часть ее стройной фигуры и тяжелой груди, которая не подходила к лицу ее маленькой девочки.

«Если вы заметите, - сказал Картер. «Я вошел с ключом».

Он протянул левую руку ладонью вверх с ключом в центре. Это остановило ее движение, и животная напряженность, казалось, исчезла в ее глазах и теле.

Она потянулась за ключом, но незадолго до того, как ее пальцы коснулись ключа, Картер отвел руку. Когда она схватила его, он схватил ее. стальной хваткой своей левой рукой сжал оба ее запястья. В то же время он сжал Хьюго в свою правую руку и прижал кончик стилета к ее горлу, ударив ее о стену.

«Не задавай мне двадцать вопросов, девочка. Я должна встретить здесь мужчину. Где он?»

«Я… я здесь единственная».

"Тогда кто ты?"

«Палмори. Я София Палмори».

Картер бросил ее и снова убрал Хьюго. "Ты должен был так сказать. Дочь Николо?"

«Да. Я был напуган. Вы Али Кашмир?»

Картер кивнул. "Почему ты?"

«В нашей организации было много внутренних разногласий. Я был единственным, кому мой отец мог доверить такую огромную сумму денег».

Она затянула халат и отступила. Ее глаза, когда паника и страх исчезли, уже снова ожесточились.

"Сколько тебе лет?"

«Восемнадцать», - ответила она, демонстративно выставив подбородок вперед. «Но я опытный солдат. Я борюсь за наше дело против поджигателей войны и империалистов с двенадцати лет».

«Господи, - подумал Картер. Больной, больной, больной.

"Где это находится?"

"Деньги?"

«Что еще? Это все, что меня интересует». Она заколебалась, ее полная нижняя губа скользнула между ровными белыми зубами. «Ни денег, ни сделки. Я не уеду из Сан-Ремо, пока не увижу его».

Она пошла по узкому коридору. Картер прямо за ней. Из-за двух незакрепленных досок в глубине шкафа она достала портфель ученика. На кровати она щелкнула защелками и подняла крышку.

«Швейцарские франки и доллары».

Они лежали аккуратными стопками, большие банкноты все еще были переплетены в банковские обертки.

Картер наугад выбрал двух из них и трепал их возле своего уха.

"Разве ты не хочешь считать?"

«Я уже это сделал», - ответил он. «Закрой его снова. У тебя есть здесь что-нибудь поесть?»

* * *

Картер спустился по узким, почти невидимым ступеням, вручную прорубленным в скале. Далеко над ними и сбоку мерцали огни Ristorante Roma на фоне чистого ночного неба.

В соответствии с прогнозом погоды Тони Сантони, шторм вот-вот утих и теперь направлялся на север, во Францию.

Девушка, одетая в темный свитер, синие джинсы и кроссовки, шла прямо за ним по пятам.

"Погоди."

Он остановился так резко, что она чуть не врезалась ему в зад. Они находились всего в нескольких футах от воды, бледная луна сияла на ее поверхности, но не показывала ничего на береговой линии, кроме черных выступающих камней.

Картер дважды щелкнул выключателем на фонарике, затем жестом указал девушке вперед.

"Для чего это было?"

«Чтобы мой человек знал, что мы идем. Он не любит удивляться».

Они погрузились в глубокую лощину, и там, полностью скрытый от моря и скал, был длинный гладкий «Корсар», мягко покачивающийся о импровизированный пирс.

У его сверкающих рельсов валялся Тони Сантони, пистолет-пулемет «Узи», который держал в руках, как спящего младенца.

«Это Тони. Тони, София Палмори».

"Девушка?"

«Женщина, ублюдок», - прошипела она.

Сантони улыбнулся, его глаза скользнули по ее передней части, где ее груди, казалось, были готовы вырваться из-под свитера.

«В этом нет особых сомнений», - пошутил он. "Приходите на борт!"

Сантони сбросил носовой и кормовой строп, когда Картер и София вошли в рубку.

"Это прекрасно." она ахнула. "Вы владеете этим?"

«Мы сдаем в аренду… на очень короткий срок. Через этот люк находится главная каюта. Где-то внизу есть бар. Почини себе что-нибудь и открой мне пива. Я буду через минуту».

По хмурому лицу Картер понял, что она не любит подчиняться приказам, но она пошла, стукнув портфелем о люк, когда проходила через нее.

Он включил сдвоенные дизели «Камминз» и почувствовал, как по его коже прошла рябь, когда двигатель остановился. По лодке разнесся гортанный рев. Он установил двойные дроссели на холостой ход и включил переносной радар, который был установлен на приборной панели прямо под лобовым стеклом.

Аппарат зажужжал, экран вспыхнул белым, а затем он вернулся к своему обычному зеленому цвету с желтой кружащейся палочкой.

Сантони перелез через низкую переборку и спрыгнул на палубу рубки.

"Все линии чисты?" - спросил Картер.

"Все чисто."

Большая лодка отреагировала, как гоночный болид, когда Картер сдвинул дроссель вперед, и нос поднялся. В мгновение ока они вышли за залив, развив скорость чуть больше сорока узлов, и Картер устанавливал курс, пока Сантони называл координаты.

"Возьми это!" - сказал Картер, перекрикивая рев двигателей.

Он съехал с руля, и итальянец посмотрел на его место. Они скользили по воде около мили.

Сантони закурил сигарету и искоса взглянул на Картера.

"Почему старик Палмори послал ее?"

Картер пожал плечами. «Думаю, никому не доверял».

«Или не доверял тебе… или Кариотте».

"Почему ты это сказал?"

«Потому что я его знаю», - ответил Сантони. «Папка Софии такая же толстая, как и у ее отца. Она лучшее, что у него есть».

"Как же так?"

«Пять убийств, о которых мы знаем, двое из них на улицах Рима среди бела дня».

"Это не нормально."

«Конечно, это больно, но они все больны. Это часть игры… промывайте им мозги прямо с пеленок. Смотри на себя, Ник».

"Я буду."

Картер спустился вниз. Открытое пиво стояло в люльке на стойке бара. Девушка стояла за ним с бокалом вина в руке и смотрела в иллюминатор.

Луна залила ее черты мягкими светлыми и темными тонами. Это был первый раз, когда он заметил, что она довольно красива.

"Где ключ?" - спросил Картер, делая большой глоток пива.

"Зачем?"

«Так что я могу разделить деньги… их цену и свою комиссию».

София надменно передвинула ключ через стойку. «Вы капер».

«Конечно», - сказал Картер, открывая портфель и начиная отсчет.

«Нам нужны такие люди, как ты». она мягко сказала: «Чтобы поддержать революцию. Но однажды…»

«Однажды, девочка, мы все умрем, и ни одна проклятая душа не вспомнит, кто продавал или стрелял в то, что мы покупаем и продаем».

«Смерть для меня ничего не значит. Я революционер».

«Хорошо. Потому что, если мой поставщик снова попытается меня переправить, мы, вероятно, получим перестрелку, прежде чем мы отойдем от этого грузового судна. Вы можете использовать Узи?»

«Я могу обращаться с любым оружием, которое когда-либо производилось».

"Держу пари, ты сможешь".

И он имел это в виду.

Это было в ее глазах: радость убийства. Теперь он был рад, что застал ее без оружия в коттедже. Если бы у нее тогда была маленькая «Беретта», которая, как он знал, сейчас была за поясом ее джинсов, он, возможно, был бы вынужден убить ее.

«Все мужество для дела и очень мало веских аргументов, - подумал он, - вот как их обучают».

Иисус, используя свою собственную дочь.

Картер надеялся, что однажды он пересечет Палмори, прежде чем все это закончится.

И у него было тайное предчувствие, что он это сделает.

Седьмая глава.

«Я вижу их на радаре».

Голос Сантони у люка мгновенно разбудил Картера. Он скатился с койки и посмотрел на часы, поднимаясь по лестнице. Было 11:45.

«Прямо там, примерно в восьми милях по правому борту. Мы должны заметить их примерно через пять минут».

Картер нашел маленькую четкую точку на экране радара. «Я установлю двадцатку на крыше. София…?»

"Да?"

«Возьми другой Узи снизу и установи магазин в носовой части».

На этот раз она кивнула и двинулась без вопросов. Картер сузил глаза и наблюдал, как метка медленно приближается к своему положению на сетке.

"Вы уверены, что это Аламейн?"

«Почти положительно», - ответил Сантони. «Сегодня здесь не так много вещей, и ничего такого большого так близко к земле».

Картер поверил своему слову и открыл ящик-переборку, приставленный к левому поручню рулевой рубки. Из груди он поднял к плечу 8-мм крупнокалиберный пулемет Fiat Model 35. Переносное крепление Fiat было заменено специальными блокировками с чекой, которые подходили к замаскированным стационарным креплениям на крыше рулевой рубки.

На полу сундука лежали четыре неразрушающихся ремня по триста патронов. Картер перекинул через плечо только одну.

Если триста патронов от «Фиата» и повреждения от двух «узи» не поглотят двойной кросс Окхерста, то ничего не получится.

На крыше он подобрал полозья, вставил болты на место и вставил ключи на место. Он пробил четыре снаряда, один протаранил в цель и оставил оружие взведенным.

Fiat был старинным пулеметом с множеством недостатков, но для ночной работы он вполне годился. Одного лишь взгляда на его уродливую морду и висящую на нем ленту с боеприпасами людей на грузовом судне, вероятно, было бы достаточно.

"Там, на горизонте!"

Картер проследил за линией руки Сантони и увидел крошечную точку надстройки грузового корабля, растущую в лунном свете.

Он как раз заканчивал установку фонаря, когда София вернулась на палубу и прошла под ним, направившись к носу. Она надела дождевик и натянула капюшон так, что он закрывал ее голову и большую часть лица.

Картер задавался вопросом, беспокоилась ли она о том, что ее узнают, или она думала, что узи в ее руках будет иметь большее влияние, если пол его владельца будет неизвестен.

"Пошлите им пару быстрых!" - крикнул Сантони, давая ручку газа на холостом ходу около десяти узлов.

Картер дважды мигнул лучом света и, прищурившись, посмотрел на грузовое судно. Ответа не последовало. Он подождал целых две минуты, затем повторил сигнал.

На этот раз ответ был двукратным, и Картер заметил небольшое изменение курса.

Сантони снова нажал на педаль газа, и «Корсар» прыгнул вперед, как обожженный кот.

Через пять минут они проскользнули под носом по левому борту, и итальянец поднял мощную лодку на 360 градусов. Он встал прямо под огромными загрузочными люками и вернулся к пяти

узлам, соответствующих скорости грузового судна.

"Эй, Аламейн!" - крикнул Картер между сложенными ладонями.

У перил появился высокий седеющий мужчина в длинном черном пальто и фуражке. «Да, мы аламейны из Марселя».

"А вы капитан Райнемай?"

"Я. А ты?"

«Жасмин».

"Могу я подняться на борт?"

"Вы можете."

Веревочная лестница выскользнула из погрузочной площадки, когда Картер отошел от пулемета и спрыгнул в рубку. Через несколько минут высокий капитан спустился по лестнице и присоединился к нему.

«Вы выглядите так, будто ожидаете неприятностей».

«Мы», - без улыбки произнес Картер. «Ваш работодатель и мой поставщик пытались проверить меня несколько дней назад в Амстердаме»

Капитан пожал плечами. «Я ничего этого не знаю. Я только отдаю и беру свои комиссионные».

«Внизу», - сказал Картер и пошел впереди.

Райнемайеру потребовалось всего десять минут, чтобы пересчитать и перевести деньги из одного портфеля в другой.

«Он очень опытен в этом», - подумал Картер, возвращая его на палубу.

«Разгрузить».

Руки двух кранов выкатились почти до того, как слово слетело с уст капитана. На каждом из них были установлены поддоны, на каждом из которых находилось по два ящика.

Всего было двенадцать ящиков, и вся операция была завершена еще за двадцать минут.

Когда последние два поддона были выгружены, капитан поднялся на один из них. Он сделал жест, и без единого слова его подняли.

«Надеюсь, ты справишься быстро», - пробормотал Сантони. «Я бы хотел, чтобы Интерпол пригвоздил этого ублюдка в Каракасе».

«Наша рыба намного, намного больше, чем этот парень», - прорычал Картер. «Выключите двигатели».

Сантони так и сделал, и грузовое судно проплыло мимо.

Когда стало ясно и набирали узлы, он повернул колесо и зажал дроссели.

«Думаете, добавленный вес повлияет на наше расчетное время прибытия?»

Сантони покачал головой. «Этот ребенок был создан для такого рода переноски».

Картер кивнул и спустился вниз. Он разделся до шорт и как раз закрывался в ночном костюме, когда София вылетела через люк. Картер был рад отметить, что Сантони поднял «узи», когда она проходила мимо него.

"Это было хорошо?"

«Да, это так, - ответил он. «На койке есть их набор. Они могут быть немного большими. Я думал, ты будешь мужчиной».

«Они будут работать».

Не поворачиваясь, она натянула свитер через голову и выскользнула из джинсов. На ней не было бюстгальтера, а ее трусики были прозрачными и едва заметными.

Картер взглянул и отвернулся.

* * *

Ник Картер стоял за рулем рядом с Тони Сантони. Оба были в ночных костюмах и плотно обтянутых черных перчатках, а их лица были потемнены от полуночного жира.

София Палмори распласталась на животе в носовой части. Подобно мужчинам, она затемнила свое лицо, и теперь ее руки в черных перчатках нервно перебирали пальцы в узи.

С этого момента это ее шоу. Она знала, кто ждал, где они были и что они ожидали увидеть и услышать.

Один из лучей с крыши рулевой рубки был переустановлен на носовой палубе прямо рядом с ней. Он был снабжен регулируемой диафрагмой, которая могла направлять его мощный луч на полоску света диаметром менее дюйма.

Она уже подала сигнал один раз и получила быстрый ответ.

Это было примерно за четыре мили. Теперь, когда один из дизелей Cummins остановился, они двигались со скоростью менее пяти узлов.

На такой скорости нос сильно кренился по мере приближения к берегу. Хотя и Картер, и Сантони знали сценарий того, что уже произошло на пляже - и что вот-вот должно было произойти, - они разыгрывали его по принципу, внешне осторожно, следуя каждой лающей команде Софии Палмори.

Сантони рулил, дергаясь и поворачиваясь, как медленно движущийся сломанный заяц, иногда ослабляя газ и снижая скорость, но ни разу не удерживал руль в неподвижном состоянии дольше нескольких секунд.

Между двумя мужчинами не было слов. Они уже сказали все, что нужно было сказать.

Оба «Узи» - тот, что был в руках Картера, и тот, который София теперь держала в луке, - держали подделанные магазины с мягкими резиновыми пулями. Сантони позаботился об этом.

Верные друзья Картера - Люгер, Вильгельмина и на шпильке, Хьюго, были завернуты в клеенчатый мешок и спрятаны под стойкой.

«Я буду скучать по ним. Позаботьтесь о них и убедитесь, что я верну их после перерыва».

"Сделаю."

Порез Картера вернулся в чемодан Софии. Если все пойдет хорошо, он вернется в Либерию.

Картер подумал, что это будет хорошо для связей с общественностью.

«Направо… десять градусов». - хрипло шепнула София.

Сантони легонько повернул колесо, и лук ответил.

Яркие огни Ливорно слева от них и небольшая и более тусклая группа Марина ди Чечина справа от них были почти не видны береговой линией.

Стрелка тахометра едва покачивалась, когда София в последний раз включила свет. Ответ последовал незамедлительно.

"Возьми это прямо внутрь!" - прошипела она.

«Будьте готовы бросить якорь», - сказал Сантони, стараясь удержать нос от течения.

Картер воззвал к судьбе и сгорбился над выпуском якоря.

Несколько облаков неслись над тем, что была луна, окрашивая даже береговую линию.

"В настоящее время!" София прохрипела из лука.

Картер отпустил якорь в тот момент, когда Сантони заглушил единственный дизель. Он почувствовал, как коготь дернулся, а затем схватился.

Большая лодка покачнулась, и люди начали лениво покачиваться на якорной цепи, ее движение было продиктовано мною входящим и исходящим приливом.

Все было смертельно неподвижно. Но только на секунду.

Они были хороши, Картер должен был отдать им должное. Они сползли к лодке на плоту совершенно невидимыми. Единственный звук - резиновые колеса на борту плота, мягко ударяющие о лодку, прежде чем они перевалили за борт.

Первый, упавший на колоду, выглядел как пережиток неандертальского периода. У него были длинные грязные волосы, которые падали на его водолазку и спускались по его массивным плечам.

Он смотрел на Картера двумя круглыми злыми глазками и плоским лицом.

Он проворчал что-то неразборчивое и подошел к Картеру, протягивая огромную лапу.

Киллмастер заставил себя дружелюбно улыбнуться скитальцу и пожал лапу.

София мгновенно оказалась рядом с мужчиной, сияя. Она поцеловала его уродливое лицо и представила его как-то Вомбо.

Еще двое мужчин вылетели через перила вслед за чудовищем, когда он смотрел на ящики.

«Плот будет принимать только три из них одновременно». Его голос был подобен наждачной бумагой по стали и звучал так, как будто он исходил из глубины колодца. "Сколько их там?"

«Двенадцать», - ответил Картер.

Лицо мужчины превратилось в маску напряженной сосредоточенности. «Это означает четыре поездки».

Картер был поражен, что понял это сам.

Вомбо велел двум другим взять один из ящиков. Они боролись с этим несколько футов, пока к ним не присоединились Сантони, а затем и сам Картер. Наконец четверым из них удалось прикрепить его к перилам и привязать к оставшимся двум людям на плоту.

Когда они повернулись, Вомбо терпеливо ждал, с ящиком, легко балансирующим на его плече.

«Боже мой», - выдохнул Картер, когда великан опустил его, тоже сам.

«Вомбо очень силен», - сказала София у его плеча.

«Я бы сказал это, да», - ответил Картер, искоса взглянув на нее.

Ее глаза все еще сияли, когда она наблюдала, как нереальный мужчина идет за другим ящиком. Под ночным костюмом. Картер мог поклясться, что видел, как ее груди поднимались и опускались при каждом движении большого человека.

«Вот это, - подумал Картер, - очень странная пара!»

Картер сел на плот и помог разгрузить первые три ящика. При этом он напряженно смотрел в темноту вокруг и над собой, но не видел никаких признаков движения.

Они собирались отодвинуть плот для второго набора ящиков, когда Картер спокойно заметил: «У вас где-то здесь есть охранники по периметру, не так ли?»

Гигант ответил чем-то вроде «Ух» и указал на три места в скалах.

Картер быстро просмотрел их и по-прежнему не заметил движения. Но он не волновался. Если бы команда Тони Сантони была так же хороша, как и сам Сантони, трех сторожей уже убрали бы.

Вторая поездка прошла гладко и без происшествий. Третий комплект ящиков только что был загружен, когда София начала переползать в плот.

"Куда ты идешь?" - спросил Картер.

«На берегу. Осталось только три ящика».

Картеру приходилось думать быстро. Крайне важно, чтобы один человек избежал сети. София была логичным человеком. Ей пришлось остаться на лодке.

«На плоту нет места».

«Один из других может остаться».

Картер пожал плечами. «Я останусь самим собой».

Вомбо и девушка обменялись взглядами. У этого торговца оружием были деньги, а на лодке в трех оставшихся ящиках еще оставалось небольшое состояние.

«Я останусь», - сказала она, снимая перевязку «узи» с плеча и сжимая ее в руках.

Картер улыбнулся про себя, бросил быстрый взгляд и кивнул Сантони в рулевой рубке. Перебравшись через борт, он увидел, как SID щелкнул одним из тумблеров на приборной панели.

Переключатель включал двойные ходовые огни, но белые лучи не проникали сквозь ночь. Вместо этого за линзами будет тускло-фиолетовое свечение, едва различимое человеческим глазом.

У сотрудников SID на скалах будут ночные очки. Для них инфракрасные лучи, исходящие от носовых огней, были бы яркими и четкими.

И их сообщение: «Возьмите их в эту поездку!»

Пятерым из них, плюс Картер, потребовалось несколько минут, чтобы вытащить плот на песок достаточно далеко, чтобы его удержать. Только после этого большой Вомбо повернулся, чтобы осмотреть территорию вокруг ящиков, уже выгруженных на берегу.

Картер мог прочитать каждую мысль, происходящую в крохотном мозгу этого человека, по тому, как его плоское лицо исказилось, сменилось замешательством и снова искажалось глубокой задумчивостью.

Двое мужчин… были здесь… ушли… где, черт возьми, они?

Две лампочки загорелись за пустыми зрачками его глаз, когда портативные наводнения залили пляж и большую часть бухты ярким белым светом.

Сверху донесся голос, частично приглушенный.

«Мы агенты итальянского правительства! Вы полностью окружены! Руки за шею…»

Это все, что он получил. Вомбо взревел и вытащил из-за пояса огромный магнум. Остальные четверо мужчин нырнули за ружьями, которые были оставлены возле ящиков, но их уже не было.

Картер отцепил «узи», отступил на несколько шагов в воду и упал на живот.

Вооруженные люди в черных костюмах словно по волшебству появились из скал. Они продвинулись к самому краю света и перешли в боевую стойку.

Позади него Картер слышал, как с ревом взрываются сдвоенные дизели «Камминз». В то же время он услышал лай «Узи» Софии, распыляющего резиновые пули в скалистые утесы.

Короткие отрывистые взрывы с лодки казались катализатором.

Начался ад.

Картер распылял резиновые пули из собственного «Узи» высоко в скалы. Мужчины там ответили огнем, но высоко. Они не узнают, кто из них Али Маумед Кашмир, и да поможет им Бог, если они ударит его, и вся операция закончится, прежде чем она действительно начнется.

Картер случайно оглянулся через плечо, когда из-за ящика вышли еще более одетые в черное фигуры и начали атаковать членов Либерты на пляже.

Могущественный «Корсар» уже вылетал из бухты, его нос рассекал воду высоко, белая пена следовала за ее следом.

«Хороший человек», - подумал Картер, переводя взгляд на драку.

Из пяти, очевидно, только Вомбо подумал воткнуть пистолет за пояс. Теперь он вслепую стрелял по приближающимся к нему фигурам. Большинство слизней сходили с ума, поскольку резкие прожекторы светили ему прямо в глаза.

Остальные четверо отделились, двое из них бежали по пляжу, двое других пытались прорваться через встречную линию одетых в черное солдат SID и проникнуть в темноту и безопасность скал.

Последние два были преодолены натиском тел. Двое, идущие по пляжу, выглядели так, как будто они могли это сделать.

Картер обрызгал их ноги очередью «узи», и они рухнули, как веревка. Он поднялся на ноги и побежал к Вомбо.

Магнум большого человека давным-давно щелкнул пустой. Теперь он использовал его как дубинку, рубя солдат SID так быстро, как они добрались до него.

"Вомбо!"

"Ух?"

"Сюда, следуй за мной!"

"Ух".

Он сломал еще две головы и двинулся за Картером. Они достигли первого скалистого плато, и Картер заметил тропу, великана прямо за ним.

Они миновали огни и уже поднимались к последней вершине, когда на них сверху обрушились тела, как огромные черные капли дождя.

Картер погиб под толпой людей. Краем глаза он увидел, что зверь сделал то же самое.

Мальчики из SID сделали это хорошо. Они начали избивать его до чертиков. Конечно, они не знали, кто он, поэтому не различали.

Сантони, вероятно, сказал им: «Поработайте всех, чтобы все выглядело хорошо, но не убивайте никого из них, если можете помочь. Вы можете убить не того».

Картер играл в эту игру, пока не почувствовал, как кровь течет по его лицу, и не понял, что его глаза опухли. Когда чувство начало покидать его спину и он был уверен, что его вот-вот вырвет, он сдался и свернулся в позе эмбриона на земле.

Кулаки и ступни отказались от него и обратили внимание на Вомбо.

Ник Картер не мог поверить своим глазам.

По меньшей мере десять человек одновременно били большого болвана. Каким-то образом ему удалось пробиться через все из них и взлететь.

Картер на мгновение увидел на выступе скал его массивный контур, а затем исчез.

«Отпустили его», - думал Картер. Он поддержит историю.

Но он не мог произнести слов через опухшие и потрескавшиеся губы.

Он как раз закончил опорожнять желудок, когда его подняли на ноги. Улыбающееся лицо молодого итальянского офицера с суровым лицом и выпуклой челюстью было в дюймах от его собственного.

"Вы арестованы."

«Да пошел ты», - прошипел Картер.

Железный кулак в животе погасил последний свет.

Восьмая глава.

Итальянское правосудие оперативно, особенно когда оно исходит непосредственно из обвинительных заключений правительства, и обвинение состоит в пособничестве революции и контрабанде оружия.

Это было еще быстрее в случае с Али Маумедом Кашмиром, он же AX Killmaster Ник Картер. Этому, конечно же, способствовали гора улик против него, а также очень тихие вмешательства и призывы SID и еще более тихих американских секретных агентств.

Его фотография с лицом, частично забинтованным и почти неузнаваемым после жестоких избиений на пляже, была разбрызгана во всех газетах мира.

В его дом в Нью-Джерси был произведен обыск, и были конфискованы записи о десятилетней незаконной контрабанде оружия. Его сотрудники очень хотели дать показания, чтобы спасти свои шкуры, если Кашмир вернется в Штаты, чтобы предстать перед судом.

Но это будет долгое время в будущем. Италия хотела его первым.

Женщина, Наоми Бартинелли, была арестована в Нью-Йорке и обвинена в пособничестве Кашмиру в его сделках с оружием по всему миру. Несколько других подпольных

террористических организаций и деловые отношения международных преступных семей были скомпрометированы, когда компьютерные записи женщины были изъяты в ее квартире на Манхэттене.

Через два дня после инцидента на пляже к югу от Ливорно Кашмир предстал перед судом. Через три дня после этого состоялся суд. Через неделю он был признан виновным и приговорен к пятидесяти годам заключения в тюрьме строгого режима Кастель Монферрато.

Во время суда просочилось одно странное свидетельство. Бойцы SID смогли провести этот блестящий рейд против революционеров Liberta благодаря наводке. Утечка - что это был информатор - конечно же не была передана через газеты или к широкой общественности. Он попал в преступный мир и известные террористические ячейки в Риме, Флоренции и Милане.

В одежде, сумке и документах, найденных в пансионе в Сан-Ремо, ясно говорилось, что оружие было куплено у человека по имени Окхерст из Амстердама. Окхерст пытался пересечь Кашмир, и он заплатил за это тремя своими лучшими людьми.

Для Николо Палмори и его помощников было слишком очевидно, что этот человек Окхерст был тем, кто разорвал SID.

Через два дня после вынесения приговора Кашмиру и семи членам La Amicizia di Liberta Italiana в Кастель Монферрато во Флоренции была созвана встреча лидеров Liberta.

Была почти полночь, когда Кариотта Полти припарковала седан Hat на площади Независимости во Флоренции. На пассажирском сиденье рядом с ней сидела София Палмори в светлом парике, полностью прикрывавшем ее черные как смоль волосы.

Без слов обе женщины вышли из машины и пересекли площадь. Доехали до Виа Заноби и повернули налево. Улица, застроенная хорошо отремонтированными старыми домами и случайными кафе, была шириной едва ли две машины.

Поскольку было так поздно, ни улица, ни кафе не были переполнены. Женщины превратились во второе кафе, в которое они пришли.

Они сели в задней будке и заказали вино. Когда принесли графин резкого местного красного, обе женщины налили себе стаканы, но ни одна из них не пила.

Они сидели с каменными лицами, почти не глядя на хорошо одетых молодых людей вокруг них.

Один за другим трое молодых людей выступили с открытыми предложениями. Им отказали или проигнорировали. Мужчины быстро ушли, и после того, как третий попытался, никто не подошел.

София поднялась первой. Она прошла через столы по коридору в дамскую комнату. Внутри она открыла держатель для полотенец, вытащила ключ из-за свитка и отперла вторую дверь с надписью Storage. Она вернула ключ и перешла в одну из кабинок, чтобы ждать.

Через три минуты вошла Кариотта, и обе женщины вошли в дверь, заперев ее за собой. Лестница была крутой и узкой, и они вели глубоко в подвал под кафе и квартиры наверху.

Внизу лестницы была еще одна дверь. Кариотта постучала, и в глазок блеснул свет.

"Да?"

«Это Кариотта и София».

Дверь сразу открылась, и вошли женщины. Это была большая, похожая на амбар комната с небольшой мебелью. Один угол украшали две железные кровати с грязными матрасами. В другой была импровизированная кухня с кофейником на плите. На голом полу не было коврика, а гниющие доски выглядели так, будто их не подметали год.

Так шла гламурная жизнь постоянно бегающего партизана-террориста.

Над большим круглым столом, окруженным несколькими цепями, висела голая маловаттная желтая лампочка, едва освещавшая что-либо за пределами сферы стола.

"Мой ребенок!" Николо Палмори зарычал голосом виски и обнял дочь.

Он небрежно поцеловал каждую из ее щек и повернулся к Карлотте, которую заставили принять тот же прием. Ее живот перевернулся, когда через плечо лидера террористов она увидела, как Вомбо взял молодую девушку своими огромными руками и вторгся в ее рот своим языком.

Помимо Палмори и Вомбо в комнате были еще двое мужчин: Нордо Компари. и человек, которого Карлотта знала только как Покки.

Оба они были маньяками-убийцами и редко оставались вне поля зрения Николо Палмори. Компари был почти таким же большим, как Вомбо, с плоскими неправильными чертами лица, черными жирными волосами и гнилыми зубами. У Покки были мальчишеские черты лица и непослушные светлые волосы. Ему было за тридцать, но он вполне мог сойти за двадцать. Его самой заметной чертой, помимо пустых голубых глаз, была стальная клешня, которую он носил в черной кожаной оправе вместо правой руки.

«Сидите, сидите, все сидите», - прохрипела Палмори. "Нордо, налей сорое вино!"

Карлотта приняла стакан и сумела не вздрогнуть, когда рука Компари ласкала ее руку, передавая ее. Он больше года пытался соблазнить ее, но Карлотте всегда удавалось держать его в страхе. Однажды она сделала это, разрезав восьмидюймовую рану на его животе, когда он пил и слишком старался.

Похоже, это его не остановило. Он все еще пытался.

Палмори начал разглагольствовать.

«Мы должны отомстить за это оскорбление! Семь хороших людей в тюрьме из-за мелкой жадности одной свиньи и жажды мести!»

«Восемь человек», - сказала Карлотта. "Кашмир был почти нашим единственным поставщиком оружия ".

«Верно, но он тоже свинья! Али Кашмир выполнил свою задачу. Что бы нам сейчас ни было важно, он может сгнить в Кастель Монферрато с Пьетро Амани. Но наши семь товарищей и их месть? ... Ах, это уже другая история. "

Пока Палмори говорил, его толстый живот поднимался и опускался над поясом, Карлотта позволила своим глазам блуждать по столу. Она думала, что это остатки лидеров Либерты. Если бы не возникла необходимость освободить Пьетро Амани, она могла бы подстроить их самоуничтожение за несколько месяцев до этого.

Единственная в комнате, у кого есть мозги, кроме нее самой. была София. А София была одержима, в первую очередь, делом Liberta и сексом.

Да поможет Бог следующему мужчине, в которого София решит полюбить после того, как она устанет от Вомбо, размышляла Карлотта. Огромный зверь, вероятно, убьет их обоих, когда это произойдет!

"Вы согласны, Кариотта?"

«Что…? Прости, мои мысли блуждали…»

«Теперь, когда мы знаем личность этого Окхерста и где он находится, не думаете ли вы, что мы должны принять меры?»

«Определенно», - ответила Карлотта, потягивая плохое вино.

«Определенно, - подумала она. Если кто-то из нас убьет Окхерста, тогда Интерпол. SID, Моссад или любое количество других агентств не должны беспокоиться.

Палмори обрисовывал план. Он почти закончил, когда Кариотта сообразила, что она должна стать орудием прекращения бесполезной жизни Эмиля Добрука, псевдонима Окхерста.

«Но, Николо, вы уже приказали мне привести в действие план по освобождению наших товарищей из Кастель Монферрато. Как я могу сделать это и одновременно отправиться в Брюссель?»

"Это правда…"

София немедленно встала, на ее губах появилась искривленная улыбка. «Я поеду в Брюссель», - сказала она, глубоко вздохнув, чтобы увеличить свою большую грудь в слишком тесном свитере. «Мне, молодой женщине, все равно будет легче выманить эту свинью».

Николо согласно кивнул.

Карлотта подумала: «Глупая сука, иди!

«Я пойду вместе с Софией в качестве подстраховки», - сказал Покки, подняв правую руку и улыбаясь.

Коготь в его кожаном снаряжении был заменен восьмидюймовым шипом.

* * *

Кастель Монферрато был устрашающей крепостью, возвышающейся над равниной Алессандрии Прованса, в тридцати милях к юго-востоку от Турина.

Он передавался из семьи в семью со времен средневековья. Теперь, из-за неприступных стен высотой в тысячу футов, сторожевых башен и гигантского интерьера размером с небольшой город, он превратился в тюрьму.

Орды мародеров больше не пытались пробить его четырехфутовые стены снаружи. Теперь Кастель Монферрато держал мужчин в своих стенах.

Как и все итальянские тюрьмы, в Монферрато использовалась система чаевых. То есть, если ладонь хорошо смазана, она похлопает по спине того, кто смазывает.

Али Кашмир был таким. Из-за его дурной славы - и его способности добывать лиры за стенами - он был освобожден от работы и почти не имел права работать в тюрьме.

В отличие от пенитенциарной теории американских тюрем, где в идеале предпринимаются попытки реабилитации, итальянские тюрьмы предназначены исключительно для лишения свободы. Но, как и в американских тюрьмах, заключенных бросают в бассейн и просят плавать как можно лучше с другими акулами.

Картер слишком хорошо усвоил это в первую неделю. Основной заповедью каждого человека было выживание. А выживание было достигнуто только через уважение.

Весь центр комплекса представлял собой двор. Часть территории была отведена под ремесленные мастерские, где более опытные заключенные могли открывать небольшие мастерские, чтобы производить и продавать свои товары другим, более богатым заключенным. Остальная часть территории использовалась для упражнений и отдыха, а также для драк, определявших иерархию.

Во второй половине третьего дня Картера впервые обследовали. Он стоял один, лениво наблюдая, как некоторые из старших сокамерников играют в боччи.

Они были головорезами, двое из них. Они двинулись по обе стороны от него.

«Ты денди, богатый, Кашмир, которому не нужно потеть в прачечной!»

«Я Кашмир», - тихо ответил Картер.

"Вы не итальянец!"

«Я ливанец».

«Ах, тогда вы губите наш итальянский штат! Это правильно, что вы должны платить за еду и проживание в этом замечательном отеле, который наше правительство предоставило для вас!»

«Да, это правда, Кашмир. Мы - мой друг и я - будем собирать для государства каждую неделю».

Игра в боччи замедлилась до апатии, игроки теперь больше интересовались драмой вне игры. Круг сокамерников сформировался вокруг Картера и двух мужчин, бросивших ему вызов.

Картер посмотрел на мужчину слева, затем перевел взгляд на другого мужчину справа.

«Вы оба можете отправиться в ад».

Один развернулся вправо, а другой схватил руки Картера и прижал их к своей спине. Он поймал ту, которая болталась в коленной чашечке, прежде чем удар пришелся. Мужчина все еще ругался и кричал от боли, когда Картер снова ударил ногой. На этот раз носок Картера в ботинке попал ему прямо в лицо.

Из его носа хлынула кровь, и несколько зубов потекли изо рта, когда он упал.

Другой, держащий Картера, взревел и попытался

сломать плечи, скрестив руки за спиной.

Картер наклонился вперед, не отрывая ног от земли. Он закрутил ноги за щиколотки другого человека и отшатнулся.

Они оба упали с Картером сверху, его копчик врезался в промежность другого мужчины. Его крик боли сделал предыдущий звук похожим на хныканье, и руки Картера были свободны.

Он откатился и поднялся на ноги, когда первый оторвался от земли в выпаде, его лицо превратилось в кровавую маску.

У этого человека было около сорока фунтов на Картере, так что удар оказался эффективным.

Они оба упали, но по дороге Картеру удалось схватить человека за большие пальцы руки. К тому времени, как они ударились, он свернул их обоих назад. Оба больших пальца треснули, как веточки.

Это запутало человека достаточно долго, чтобы Картер перевернул его. Затем он сел на грудь и методично бил лицо, пока оно не превратилось в мясистую массу.

Когда под ним не было никакого движения, Картер встал и подошел ко второму мужчине, который все еще катался по земле, обхватив руками свои разорванные яички.

Картер смутно осознавал, что другие сокамерники плотно окружили их, чтобы защитить битву от тюремных охранников.

Не то чтобы охранники все равно вмешивались; это было сделано для лучшего зрелища.

Картер ударил мужчину ногой в грудь. Он перевернулся и получил еще два сильных удара по почкам.

Картер только что прицелился в его шею, когда почувствовал, как рука осторожно коснулась его плеча.

"Синьор ..."

Картер повернул голову. Рядом с ним было старое обветренное лицо, покрытое щетиной. "Си?"

«Я думаю, синьор, что если вы пнете его еще раз, он умрет».

Картер посмотрел на тело у своих ног. «Да, это было бы неловко», - пробормотал он.

Он отступил и пошел сквозь молчаливую толпу. Они разошлись перед ним волной и медленно разошлись.

Никто не обратил внимания на двух искалеченных мужчин на земле.

В тот вечер, после того, как в огромном обеденном зале накрыли шестичасовой обед, Картер возвращался в свою камеру. Он был почти у цели, когда маленький человечек с лицом хорька, опущенными глазами и покатыми плечами шагнул за ним.

"Синьор Кашмир?"

"Да?"

«Один из мужчин сегодня во дворе… Анцио…?»

"Что насчет него?"

«Он в лазарете. Говорят, у него сильное кровотечение изнутри. Говорят, он умрет».

"Так?"

Маленький человечек пожал плечами и улыбнулся, показывая кривые и сломанные зубы. «Для меня не более важно, чем для тебя, если свинья умрет, но у него есть друзья».

"А это значит, что мне нужны друзья, да?"

Улыбка стала шире и уродливее. «Совершенно верно. Здесь есть только два типа людей, синьор… обычные преступники-свиньи, такие как Анцио, и политические заключенные, такие как я».

«Возглавляет Пьетро Амани».

Правда. Поскольку вы уже имеете какое-то отношение к Либерте, было бы разумно, если бы вы нашли синьора Амани и попросили его защиты ».

"По цене, без сомнения".

Опять пожимание плечами. «Синьор Амани уважает тот факт, что вы помогали Либерии, когда вас арестовали, но здесь вы зарабатываете по-своему. Такой человек, как вы, с вашим талантом, мог бы быть очень полезен для нашей стороны».

"Нет, спасибо."

«Синьор Кашмир. Синьор Амани не принимает ответ« нет ». Он босс, и боссы должны контролировать».

"Не я."

Улыбка исчезла. «Это единственное предложение, которое будет сделано».

«Скажи синьору Амани, чтобы он засунул свое предложение в задницу».

Было около полуночи, когда Картер обнаружил ключ, вставленный в дверь его камеры. Одним прищуренным глазом он увидел эмиссара Амани, маленького хорька, сдвигающего дверь в сторону.

Он этого ожидал. Если они не присоединятся к вам, покончите с ними. Это было правилом. Он поддерживал дисциплину. Никто не должен противостоять боссам.

Человечек прошел через дверь, как кот на мягкой подошве. Картер увидел, как его рука переместилась к поясу, затем опустилась на бок.

Либо импровизированный стилет, либо ледоруб. Наверное, второе, их было легче найти. Что касается ключа от его камеры, то его мог получить любой заключенный, заплатив правильную взятку нужному охраннику.

Это был самый быстрый способ решить проблему: ледоруб в ухе и тихое захоронение за стенами.

Картер подождал, пока он не увидел, как рука начала опускаться, прежде чем он протянул левую руку и сомкнул пальцы на запястье мужчины. В то же время он пнул ногой и рассек свои ноги вокруг середины мужчины.

Когда его ноги оказались заблокированы за спиной другого, Картер втянул его в себя. Картер повернул запястье и набил своей правой рукой жирные волосы мужчины.

Это был ледоруб, и теперь его острый острие иглы просто протекал кровью под вытянутым подбородком мужчины.

«Амани послал тебя».

Тишина.

"Ты все равно умрешь."

"Нет нет…"

"Да."

Картер ткнул плечом в левую руку, послав ледоруб через горло мужчине в его мозг.

Закрыв и заперев дверь камеры, он засунул тело под койку. Потом лег и поставил в голове будильник на четыре часа.

Через несколько секунд после четырех утра он проснулся. Через десять минут мимо прошел стражник, сделав последний обход перед рассветом.

Картер дождался часа

перед тем, как скатиться с койки, шаги полностью затихли. Он отпер дверь, затем поднял труп себе на плечо.

В одних чулках на ногах он прошел до конца коридора и спустился на второй уровень. В это время утра сон был самым глубоким. Ни одна голова не поднялась с подушки, и ни один храп не прервался, когда Картер проходил по камерам со своим ужасным бременем.

Камера Амани была четырнадцатым номером на втором уровне. Тихо, как смерть. Картер просунул руки человека через решетку камеры Амани и закрепил их ремнем трупа.

Через пять минут он вернулся в свою камеру, крепко спал, дверь была заперта, а ключ был спрятан в одной из ножек койки.

Ближе к концу тренировки в тот день Пьетро Амани застонал на скамейку рядом с Картером.

Это был крупный мужчина, выше шести футов, с некогда мощным атлетическим телом, которое теперь собиралось толстеть. Картер знал, что ему только что исполнилось шестидесятилетие, но выглядел он на десять лет моложе.

«Вы очень беспощадный человек, Кашмир». Он говорил, не поворачивая головы к Картеру, и его губы почти не шевелились.

"Я?"

«Извлечение тела Гвидо без отчета надзирателю дорого мне стоило».

"Сделал это сейчас?" Картер выронил сигарету изо рта и зажал ее ботинком.

«Я не хочу вести с тобой частную войну, и я не хочу видеть тебя на другой стороне».

"Вы не будете."

«Хорошо. Я так не думал. Здесь сила - все, ты согласен?»

"Я защищаюсь."

«Ты и я, у нас еще много лет за этими стенами. Вы окажете мне большую услугу, если поможете мне сохранить лицо, хотя бы номинально отдавая мне свою преданность. Я больше не буду просить от вас, и я обещаю, что через в ближайшие годы я могу помочь тебе ".

«Я так не думаю».

Шея Амани начала краснеть, а тело напряглось. Картер поспешил объяснить.

«Вы мало что можете сделать для меня, синьор Амани, в ближайшие годы, потому что меня здесь не будет».

"Какая?"

«Я планирую сбежать».

Большой итальянец засмеялся низким, рокочущим смехом из глубины его живота. «Многие пытались, Кашмир, многие. И ни у кого не получилось. Взятками мы можем здесь делать практически все, что захотим, но даже взятками мы не выберемся».

«Могу и без взяток».

Медленно шевелилась грива седых волос, пока Картер не смотрел прямо в ясные голубые глаза мужчины.

«Я думаю, ты серьезно, Кашмир».

«Да, - ответил Картер. «Если вы азартный человек, вы можете написать об этом».

"Когда?"

«В течение недели».

Картер практически видел, как за глазами мужчины загорелись маленькие лампочки.

В течение недели.

Если бы он смог сбежать, он мог бы узурпировать власть Николо Палмори и снова захватить Либерию. Он мог встретиться с русскими и снова начать свой террор, который свергнет итальянское государство.

«Сегодня вечером, пожалуйста, приходите ко мне в камеру после того, как погаснет свет».

"Почему?"

"Потому что, синьор Кашмир, если вы можете вытащить меня из этого свинарника и в определенную часть мира за девять дней, я могу связать вас с определенными людьми, которые в вашей сфере деятельности могут сделать вас очень богатый человек ".

Девять

Квартира находилась в доме, который был в точности похож на своих соседей на холмах над Монмартром. В нем были гостиная, две маленькие спальни, крохотная кухня, ванная комната и прихожая. Мебель современная, дешевая, но удобная.

Он был идеальным во всех отношениях, включая конфиденциальность и безопасность. Карлотта Полти проверила все до мелочей.

Это было бы идеальным убежищем для нее, Картера и Пьетро Амани после перерыва, пока старик не продиктовал следующий шаг.

Зуммер зазвонил на пяти рейсах ниже, и Карлотта нажала кнопку. "Да?"

"Меня зовут Джастин."

"Подойти."

Она вставила голос и приподняла юбку. К ее правой внутренней стороне бедра с помощью мягкой замшевой обвязки была прикреплена шестидюймовая трубка, которая выглядела не более чем хромированной трубкой с небольшим поршнем на одном конце. На самом деле, это был однозарядный пистолет с пулеметом «думдум» .44.

С расстояния пяти футов или меньше он мог вырвать бок мужчине.

Карлотта проверила груз, сбросила юбку и двинулась, чтобы ответить на стук в дверь.

Она посмотрела в глазок, а затем тихо пробормотала: «Отойди, пожалуйста».

"Я одинок."

«Я сказал, отойди в сторону».

Он сделал. Убедившись, что он действительно один, она открыла дверь и вернулась в гостиную.

Джейсон Генри был крупным мужчиной с ярким лицом, на котором была обычная ухмылка, а глаза блестели, что можно было охарактеризовать только как озорное.

Ну-ну, - сказал он, приближаясь к Карлотте на расстояние фута и позволяя глазам наслаждаться тем, что они видели.

«Вы выглядите удивленным. Мистер Генри».

«Я. Подонки, которые обычно нанимают меня таким образом, обычно невысокие, толстые, с глазами-бусинками и с трудом могут говорить по-французски или по-английски своими слюнявыми губами».

«Извини, что разочаровала тебя».

«Поверьте, я не разочарован. Здесь есть что выпить»

"Вино?" - спросила Карлотта, уже зная ответ. «Вино? Черт. !»

"Там бутылка американского виски и стаканы.

мне один. тоже,"

Он улыбнулся и поплелся к столу с походкой моряка. Пока он наливал виски, Карлотта закурила сигарету и перебрала все, что видела, и то, что она знала о Джейсоне Генри.

Его одежда была далека от парижского шика: брюки цвета хаки и рубашка с закатанными рукавами до середины выпуклых бицепсов. У него были парусиновые полусапоги, носков он не носил. Он был добрых шесть с половиной футов ростом и никогда больше не увидит двести пятьдесят фунтов, какую бы диету он ни использовал.

В его ревущей манере Карлотта ощутила коварство и остроумие истинного интеллекта, а также чувствительность за пределами личности, которую он показал миру. Он мог быть нью-йоркским полицейским, грузчиком из Нью-Джерси, бостонским политиком или радикалом ИРА в Корке - кем угодно, но только не американским эмигрантом на европейский континент.

Он прослужил двенадцать лет в армии США и получил звание майора во Вьетнаме. Когда эта война закончилась, Генри пошел работать на ЦРУ.

Из-за бюрократии - а агентство не использовало его многочисленные таланты - Джейсону Генри стало скучно. Он подал в отставку. но благодаря многочисленным контактам, которые он установил, он смог найти работу наемником.

Между этими работами он заполнял свое время - и свой банковский счет - авиаперевозками. Было известно, что у него были некоторые сомнения, но большинство из них можно было преодолеть с помощью нужной суммы денег.

Прежде чем его выбрала и связалась с ним Карлотта, американцы и ее собственная SID тщательно проверили его последние выходки. Многое из того, чем он занимался, было теневым или совершенно незаконным, но мат только делал его более подходящим для этого задания.

Генри протянул ей стакан и поднял свой в знак приветствия. "К черту и красивым женщинам!"

Карлотта улыбнулась и подняла бокал. «Чтобы они были одним и тем же, мистер Генри».

"Дама по моему сердцу!" Он выпил и причмокнул. "Если мы собираемся вместе устроить ад и вскружить голову, почему бы тебе не начать называть меня Джейсоном?

«Достаточно честно. Меня зовут Карлотта».

"Карлотта что?"

«Карлотта не твое дело. А теперь почему бы нам не сесть и не поговорить?»

Его ухмылка, если возможно, стала шире, а огоньки в глазах стали ярче. «Карлотта, я думаю, ты мне понравишься».

Он сел на стул, она на диван напротив, между ними стоял журнальный столик. Она разложила на столе бумаги и карты и подняла глаза. «Перед фактическим началом миссии необходимо провести определенные приготовления».

"А миссия?"

«Он состоит из двух частей. Первая - помочь двум мужчинам сбежать из Кастель Монферрато в Италии».

Генри присвистнул. "Звучит забавно."

«Теперь, предположим, мы приступим к этому».

Она говорила быстро, отрывистыми предложениями, но все же ей потребовалось больше часа, чтобы объяснить всю операцию со всеми ее последствиями.

Когда она закончила, Генри встал и налил себе еще стакан виски. Вернувшись в кресло, он принес бутылку с собой.

"Хорошо?"

«Леди, ээ, Карлотта… вы знаете, о чем просите?»

«Я знаю. Я только что изложил большую часть этого».

«Вам нужны три непрослеживаемые машины, которые можно использовать для переноски, ведения и преследования. Вам нужны три других ничтожных стрелка, которым можно доверять, вы хотите переоборудовать вертолет и хотите, чтобы мой собственный самолет полетел в ад ... знает-где. "

«Это именно то, что я хочу».

"Как я уже сказал, тебе нужен узел!"

Карлотта положила перед ним блокнот, взяла ручку и написала цифру. «Я плачу пачку плюс расходы».

Генри посмотрел на фигуру и заревел от смеха, от которого буквально сотрясались стены комнаты. «Карлотта, я твой мужчина».

Она перевернула картинку через стол. "Вы можете летать на этом?"

«H-34? Черт, да. Я летал на этих банановых лодках до того, как научился управлять реквизитом».

Она перевернула карту. «Эта машина в настоящее время находится здесь, в бухте примерно в тридцати километрах от итальянской границы. Ее нужно перекрасить и сдать в отставку. Также есть подъемное устройство, которое было снято, но должно быть переустановлено с помощью подъемного крюка».

Он кивнул. «Наверное, такой же, какой мы использовали в Наме. Я знаю это. Когда все это должно быть готово?»

«Через сорок восемь часов».

"Иисус."

"Можно ли это сделать?"

Джейсон Генри снова взглянул на блокнот с фигурами и усмехнулся. "Это можно сделать."

* * *

Эмиль Добрюк вышел из машины и направился по узкой дорожке к клубу «Париж». Водитель без устного приказа остался в машине, а двое других пассажиров, новые телохранители Добрука, вошли в клуб вместе с ним.

У дверей его встретили с большим поклоном и царапаньем и проводили к лучшему столу в доме. Так было всегда, когда он был в Брюсселе и решал провести ночь в клубе «Париж».

Эмиль Добрюк владел клубом и большей частью недвижимости вокруг него.

Его менеджер, Моншар, увидел, как вошел его босс, и, зная вкус Добрука, немедленно дал знак новой девушке, которую он нанял за два дня до этого, чтобы она прислуживала ему.

«Софи, это мсье Добрюк».

"Да."

«Смотрите, чтобы он получил все, что хочет… все, что угодно».

"Да."

Добрук заметил ее еще до того, как она прошла половину комнаты и направилась к

его столу, и улыбнулся.

Ее щедрые бедра двигались, как метроном. Выше талии на ней была только тонкая, очень тонкая шелковая блузка. Он был расстегнут очень низко и завязан узлом под ее пышной грудью. На ней не было бюстгальтера, поэтому большая часть кремовой плоти была обнажена почти до сосков. Сами соски, хотя и не были обнажены, все еще были видны, двойные розовые точки упругости прижимались к тесной тонкости блузки.

Ниже талии на ней были брюки с очень низким вырезом спереди и сзади. Они были из черной эластичной сетки.

«Я здесь, чтобы служить вам. Месье Добрюк».

Ее голос был подобен шелку, и исцеление от ее почти обнаженного тела, казалось, текло наружу и опаляло его.

«Ты новенький».

«Я начал только вчера».

«Вы не из Брюсселя».

«Нет, я испанец». Она врет.

"И ваше имя?"

"Софи."

Он кивнул. «Бармен знает, что я пью».

Добрук смотрел, как она удаляется. Она была молода и красива, и, поскольку он был тем, кем был, она будет доступна.

Когда она вернулась с его напитком, она провела сеткой, покрывающей ее бедро, о его плечо, снова прожигая его плоть через куртку.

Он покопался в бумажнике.

«Это бесплатно. Месье Добрюк».

«Я знаю», - ответил он, складывая большую записку и сунув ее ей в декольте. Возможно, позже вы присоединитесь ко мне на шоу ».

"Я не знаю…"

«Я устрою это».

Она вернулась, как только в доме погас свет. Тем временем она сняла откровенный костюм и заменила его узким свитером и юбкой. Уличная одежда почему-то делала ее еще сексуальнее и моложе.

Моншар точно знал, что нравится Ферруле Добрюку.

К концу шоу девушка, Софи, заставила его замазать свои руки.

«Мой дом всего в десяти минутах ходьбы», - хрипло прохрипел он.

«Мой отель находится всего в двух минутах… в нескольких минутах ходьбы».

«Но нам может быть удобнее…»

«Нет, я буду чувствовать себя в большей безопасности в своей комнате», - ответила она.

Добрук собирался рассердиться. Он собирался сообщить ей, кто он такой и какой силой обладает, когда почувствовал ее руки на своих бедрах под столом.

Через пять минут они шли под руку из клуба.

"Сюда." - сказала она, поворачивая направо. "Кто они?"

Добрук пожал плечами. «Они мои соратники».

"Они везде следуют за тобой?"

"Почти везде."

«Я надеюсь, не в спальню», - робко сказала она.

«Нет, мой маленький ангелок, не в спальню».

Но почти. Один из телохранителей остался в холле гостиницы. Другая последовала за ними на этаж и нашла стул в холле.

"Он просто будет сидеть там?" - спросила Софи, открывая дверь.

«Если он мне не нужен», - ухмыльнулся Добрук.

«Будем надеяться, что ты этого не сделаешь», - засмеялась она, сбросив куртку и выйдя в ванну. Проходя мимо, она включила радио. «На комоде бренди».

Добрук дрожащими пальцами налил в стакан два стакана янтарной жидкости.

«Моя ночь», - подумал он, уже представляя себе следующий час с этой юной красавицей. Это будет моя ночь!

А потом она вернулась, одетая в тонкое платье, не оставляющее ничего для воображения. Она взяла один из очков и взяла его на руки.

«Ты очень красивая, моя дорогая… молодое чувственное животное».

«У меня латинская кровь», - напевала она ему в ухо.

Она была легкой в его руках, и ее волосы мягко касались его щеки. Он прижал ее к себе, подталкивая к кровати, и она не сопротивлялась.

«От нее пахнет лимоном», - подумал он, когда ее колени ударились о кровать.

Под прозрачной прозрачностью ее платья он чувствовал, как ее груди скользят по его груди. Ее бедра встретились с его, и он вздрогнул от жидкого движения ее тела.

«Я хочу тебя», - прорычал он.

"Вы очень богаты, месье Добрюк?"

«Очень. Достаточно богат, чтобы дать тебе все, что ты хочешь».

Она согнула верхнюю половину своего тела в кругу его рук. Осушив стакан и уронив его на ковер, она повернулась к нему тазом и бедрами.

«Тогда раздень меня… здесь», - сказала она, указывая на пояс на своей талии.

Он осушил свой стакан, уронил его и той же рукой потянулся к створке. Он дернул ее и ахнул.

Внезапно тонкое платье оказалось кучей у ее ног, а под ним оказался кабинет в оливково-розовых тонах.

Черный кружевной бюстгальтер едва сдерживал решительную тягу ее груди с высокой посадкой, а черный пояс гетры неадекватно облегал округлый изгиб ее бедер.

На ней не было трусиков, и длинные сужающиеся ноги поддерживали захватывающий дух торс наверху. Завершением эротической фантазии и изгнанием всего остального из разума Добрука был чистый черный шланг, прикрепленный к поясу для подвязок.

«Вы - видение».

«А теперь, - сказала она, опускаясь на кровать и раздвигая бедра, - разденься… и возьми меня».

Его пальцы полетели. Его глаза были затуманены, пожирая только ее тело, так что он не видел широкой улыбки, которая растянулась на ее губах, когда он уронил вальтер и кобуру со своего плеча на пол.

Когда он тоже был обнажен, он оперся коленом на кровать и начал ползти вверх по роскошной мягкости ее волевого тела. Так наполнены были его чувства при виде,

запахе и прикосновении к ней, что он не слышал, как дверь в ванную открывается позади него.

Он собирался войти в нее, но увидел, что ее глаза широко открыты. Они внезапно потускнели, и улыбка на ее губах была похожа на вызывающую насмешку.

«Не бойся, моя дорогая».

"Я не", пробормотала она. «Поверьте, я не такой».

Эмиль Добрук почувствовал лишь крошечную боль в основании шеи, прежде чем Покки вонзил шип внутрь, перерезав ему позвоночник.

Ни звука, ни капли крови. Используя только врезанный шип в качестве рычага, Покки поднял безжизненное тело с Софии и позволил ему скатиться на пол.

"Торопись!" - сказал он, чистя штырь на покрывале. «Одевайся! Мы воспользуемся крышей. Машина ждет в переулке в квартале отсюда!»

София не ответила. Когда он поднял глаза, ее глаза все еще оставались остекленевшими, а тело дрожало.

"София, одевайся!"

"Нет, не сейчас."

"Какая?"

Она повернулась к нему. «Покки, сними одежду».

Она легла на кровать, приняв позу, которую только что приняла перед Добруком.

И тогда он понял.

«София, ты злишься…?»

«Да. Разденься, Покки… поторопитесь. У нас есть время… поторопитесь!»

Это было безумием, но все же как-то подходило. Ее глаза притягивали его, как магнит, когда он возился со своей одеждой.

А потом ее тело тянуло его, поглотило, поглотило ...

* * *

Картер провел рукой сквозь решетку, повернул ключ и через несколько секунд бесшумно открыл дверь камеры.

Все шло как по маслу.

Пьетро Амани все это проглотил. Картер знал всю историю, вплоть до того момента, когда собрание должно было быть созвано.

Единственное, что сдерживал Амани, - это место. Но Картер знал, что, если Амани ожидал доставки туда, он скоро узнает и об этом.

Карлотта и ее сотрудники SID выступили как чемпионы. Снаряжение, в котором он нуждался, было доставлено рано утром, спрятанное под полом фургона, доставляющего новых заключенных. Картер уже перенес его в заброшенный сарай для инструментов в самой неиспользуемой части двора.

Ровно в три часа ночи он проскользнул на животе несколько оставшихся футов до камеры Амани и легонько постучал по решетке.

Мгновенно перед решеткой показались лицо старика и серая грива. "Ты готов?"

"Да. Ваши люди знают, что делать?"

«Они будут работать в точности», - шепотом ответил мужчина.

Картер был уверен, что так и будет. Если бы они этого не сделали, и это было причиной неудачи, старый террорист хотел бы, чтобы их посетил ледовик.

"Вы положили манекен в кровать?" - спросил Картер.

"Да, я готов."

"Тогда вперед!"

Своим ключом Амани открыл камеру, выскользнул и снова запер ее за собой.

Вместе двое мужчин спустились по ярусу.

Выйти из тюремного корпуса во двор было бы самой сложной частью плана. Было бы проще, если бы кто-нибудь в тюрьме, будь то охранник или один из административных сотрудников, мог попасться на уловку. Но и Картер, и сотрудники SID наложили вето на такую авантюру.

Взяточничество, взяточничество и коррупция были слишком распространены. Невозможно было быть уверенным, что тот, кто впустит план, не пойдет прямо к самому Амани и предложит продать информацию о том, что его разглашает агент правительства Соединенных Штатов.

Они достигли конца корпуса, никого не разбудив, и Картер остановился. Мысленно он поблагодарил за нехватку энергии. Весь блок между камерами освещали только две маловаттные желтые лампочки.

Если бы кто-то из заключенных видел, как они проходили, он не смог бы отличить их от обходящих обход охранников.

Там, где они сейчас стояли, была полная тьма.

«Здесь узкий коридор, между стеной и последней камерой. Хватай меня за пояс и держись поближе!»

Картер вошел в коридор, пригнувшись, итальянец наступал ему на пятки. Он прошел около двадцати футов на ощупь и остановился, когда его ощупывающая рука коснулась дерева.

"Вот."

"Что это такое?" - прошептал Амани.

«Спички. Зажги одну и прикрывай своим телом».

Скрежет спички был подобен выстрелу в мертвой тишине. В мерцающем свете виднелась дверь четырех футов высотой с старинным замком.

"Что это?"

Картер заговорил, когда приступил к работе с замком. «Несколько лет назад власти тюремной системы решили, что это проклятое место - пожарная ловушка».

«Так оно и есть», - усмехнувшись, сказал итальянец.

«Согласен», - сказал Картер, открывая замок. «Они должны были устроить путь для заключенных, чтобы они могли спускаться с третьего яруса на первый на случай, если лестница будет заблокирована».

Свет мигнул и погас. К тому времени, как Амани зажег еще одну спичку, Картер уже открыл дверь.

"Пожарный столб!" Амани ахнул.

«Ага, - сказал Картер. «Это удовлетворило охранников, но, грубо говоря, никто не потрудился сказать заключенным, что это было здесь».

«Но когда мы дойдем до первого яруса, мы все равно будем в тюремных камерах».

«Нет, не будем, потому что мы не спускаемся ... мы поднимаемся. Снимите обувь и носки и повяжите их себе на шею.

"Почему?"

«Потому что шест гладкий - легко спуститься, трудно подняться наверх. Вы можете получить больше рычагов воздействия на голую кожу».

Они оба быстро сняли обувь и носки и повязали их вокруг шеи. Затем Картер зажег всю коробку спичек и наклонился в дыру, держа фонарь над головой.

"Думаешь, ты сможешь это сделать?" До вершины и люка, ведущего на крышу, было футов сорок.

Амани кивнул. «Я сделаю это. В этом жире еще много мышц».

«Достаточно хорошо. Если ты чувствуешь, что начинаешь соскальзывать, хватай меня за ногу».

Картер вытер руки, задул спички и схватился за шест. Как обезьяна, он подошел к ней подошвами и тронулся.

Он слышал, как Амани позади него уже пыхтит, и надеялся, что этот человек продержится, пока он, Картер, не сможет открыть мне ловушку и откинуться назад, чтобы помочь ему.

"Ты в порядке?"

«Да», - последовал задыхающийся ответ. «Сколько… сколько…»

"Дальше?"

"Да."

"Я там."

Ловушка ужасно скрипнула, когда ее открыли, но Картеру удалось мягко опустить ее на крышу. Он вылез из дыры и тут же повернулся, чтобы снова погрузить одну руку.

"Возьми меня за руку!"

Амани удалось обернуть одну руку, а затем обе руки вокруг запястья Картера, даже когда он начал соскальзывать с шеста.

К удивлению старика, он почувствовал, что его поднимают вверх, как будто его вес был не больше веса мальчика.

Оказавшись на крыше, с трудом дыша в легких, он повернулся к Картеру.

"Ты очень, очень силен, Кашмир.

«Я знаю», - сказал Картер, ухмыляясь. «Не забывай об этом в грядущие дни. Давай сюда!»

Когда они бежали по крыше, Картер размотал нейлоновую ленту из-под рубашки. Он прикрепил его к вентиляционной трубе, заглянул в сторону и с шипением уронил на землю.

«Мы находимся над старой частью двора, куда сбрасывают мусор и где расположены навесы для садовых инструментов.

«Я знаю это», - ответил Амани и улыбнулся. «Очень мудро. Огни здесь потухли уже несколько месяцев.

«Сгорели. Ублюдки заменили их позавчера. Я весь день сегодня провел с рогаткой и камнями, снова их разбивая».

"Как далеко это внизу?"

"Около ста футов. Сможете?"

«Спуститься, Кашмир, даже на такое расстояние будет легче, чем то, что я только что сделал!»

«Хорошо. Вот, возьми пару этих перчаток. Веревка нейлоновая, и даже если она завязана узлами на каждой ноге или около того, она сожжет тебе руки, если ты поскользнешься. И снова надень туфли».

Когда они оба были готовы. Картер перебрался через борт и начал спускаться в темноту.

Десятая глава.

Карлотта Полти бросила последний взгляд на квартиру, прежде чем выключить свет. За последние несколько дней в этих комнатах было сделано многое. Внезапная хватка в животе заставила ее, как ни странно, захотеть задержаться.

Но это было невозможно. Теперь все пришло в движение, и ничто не могло его остановить.

Закрыв и заперев дверь, она надеялась, что будет жива, чтобы снова увидеть это место через двенадцать часов.

«Франк для твоих мыслей», - сказал Джейсон Генри, улыбаясь ей с лестничной площадки.

Карлотта улыбнулась в ответ. Она полюбила большого американца. Он рассмешил ее. «Все мои мысли - потерянная невинность».

«Я бы не знал об этом», - ответил он. «У меня их никогда не было. Пойдем, они уже приготовят нашу птицу».

На улице яркие огни кафе струились слева от подножия Монмартра. Звук смеха, смешанный с грустной, почти блюзовой музыкой, достиг их ушей, когда они шли к машине. Падал легкий снег.

Карлотте захотелось схватить большого американца за руку и повести его вниз с холма. Хорошо бы посидеть в одном из кафе, выпить вина и забыть хоть на час.

Но у них не было часа. Карлотта не могла вспомнить, когда в последний раз она выбрасывала час.

Она отбросила свои плаксивые мысли и бросила сумку в кузов маленького седана «Фиат».

«Я думала, ты бы выбрал что-то более быстрое… Ягуар или Мерседес», - прокомментировала она, садясь на пассажирское сиденье.

«Не для такой сделки», - сказал Генри. «Это ведерко с болтами не так бросается в глаза, и, кроме того, если кто-то нас и развеселил, от скорости мало пользы».

Карлотта был брошен в кресло с буквой G при взлете, а затем они свернули и мчались по узким улочкам к внешней полосе бульваров, которые должны были вести их вокруг Парижа, мимо Булонского леса, к автомагистрали A10. Они пойдут по главной артерии на юг в Орлеан.

Когда они проезжали Буа, Генри усмехнулся. «Встретил там свою первую жену… в воскресенье днем. Уложил ее той ночью, а в следующую среду мы поженились».

Карлотта громко рассмеялась. «Она, должно быть, была хороша».

"О, она была хороша".

"Почему это не продлилось?"

«Бедная женщина была достаточно глупа, чтобы захотеть, чтобы я был целиком и полностью. Я не мог оставаться таким. Никогда не было и, вероятно, никогда не буду».

«Похоже, ты любитель женщин».

«Совершенно глина в их руках. Каждый раз заводит меня в беду».

Вы также не имеете в виду неприятности, которые эта женщина собирается вас втянуть? "

Он посмеялся. "Я мог бы."

Она сверкнула ему улыбкой в свете подсветки приборной панели. «Я постараюсь дать тебе бонус. Включи обогреватель, ладно? Становится немного прохладно».

Он наклонился и нажал на рычаг температуры, чтобы горячая вода попала в змеевики целителя, затем слегка приоткрыл вентиляционные отверстия в полу. Карлотта развернула ноги и двинулась вперед к краю обрядовой печати, чтобы горячий воздух обдал ее ноги.

"Лучше?"

"Да, спасибо."

«Наслаждайся этим, пока можешь», - сказал он, его лицо внезапно стало мрачным. «Будет намного холоднее».

* * *

"Что, черт возьми, все это?" - спросил Амани, когда Картер выбросил снаряжение из сарая и начал его ломать.

«Это баллоны с гелием, это воздушный шар, это катушка из нейлона и пластика, и это переделанные ремни безопасности. Вот, залезай в эту куртку!»

Он был тяжелым, с меховой подкладкой. «Я так понимаю, нам станет немного холодно».

«Мы собираемся отправиться через горы во Францию. Если эта катушка не сработает, мы переэкспонируем и нам станет очень холодно».

Амани натянул куртку и поднял руки по команде Картера. Очень осторожно. Картер пристегнул его к ремню безопасности, затем проверил, как он крепится ко второму ремню, в который он скоро влезет.

Затем он растянул шар на земле и прикрепил баллоны с гелием к его впускным клапанам. «Вот, возьми… но не тяни».

"Что это такое?"

«Простой маленький световой шнур. Когда воздушный шар наполняется и мы поднимаемся, вы тянете за шнур… но не раньше, чем я вам скажу. К большому круглому ушку на вершине шара прикреплены два красных маяка. они позволят пилоту вертолета попасть своим крюком в глаз ».

«Боже мой, сначала я подумал, что мы просто переплывем через стену».

«Мы могли бы, но они заберут нас через полчаса. Вовремя с вертолетом, мы пересечем границу с Францией и уйдем».

«Гениально», - заявил Амани, глядя в черное небо. "Надеюсь это работает."

Картер усмехнулся, когда увидел, как на лице мужчины внезапно выступил слой пота. "Так и будет."

Он залез в свою половину ремня безопасности и снова проверил, все ли застежки-молнии и кнопки надежно закреплены.

Убедившись, что они верны, он сел, увлекая за собой Амани.

"Что происходит?" - спросил старый итальянец.

"Ждем."

* * *

H-34 стоял, как большой банан, в высоком старом амбаре. Его полностью перекрасили, сняли все орудия и крепления.

На его ярко-желтой стороне был нанесен вымышленный номер, а также название несуществующей авиакурьерской службы.

"Что ты норка?"

Карлотта пожала плечами. «Я не знаю. Это ваша часть. Я полагаю, что все сделано правильно».

«Это так, но, по крайней мере, можно сказать, что это красиво».

«Это красиво. Как нам выбраться отсюда?»

«Мы толкаем его».

"Какая?"

«Катится, как детская коляска».

Это было так. Пять минут спустя большая машина была на замаскированной цементной площадке перед сараем, и они оказались внутри.

Генри провел тщательный, но быстрый предполетный полет, и ротор над ними начал скрежетать. Когда его поймали. рев был оглушительным, но затем стих, когда он регулировал топливную смесь.

Когда он был удовлетворен, он включил свет на приборной панели и направил луч света на колени Карлотты. Из-за сиденья он достал доску с картой и положил ее ей на колени.

«Мы будем прыгать на высоте от двухсот до двух пятидесяти футов, пока не доберемся сюда. Я обозначил маршруты и координаты на карте. Следите за этими датчиками… высотомером… расстоянием… направлением… и держите меня в курсе. Понятно. ? "

«Да», - сказала она, быстро кивнув.

"Когда мы сюда приедем ... видите?"

"Да."

«Придется подняться, очень высоко. Это Грайские Альпы. Мы пересечем границу здесь, на перевале Мон-Сени. Будь проклят, держи меня на высоте, которую я заметил, наблюдая за высотомером. с этого момента. Если вы этого не сделаете, мы в дерьме ".

"Что это значит?"

«Это означает, что мы врезаемся в край Альпа», - кричал он, перекрывая рев роторов, когда они отрывались от площадки, и нос вертолета повернулся в сторону Италии и Кастель Монферрато.

* * *

Картер вспотел. Он посмотрел на часы, еще немного вспотел и настроил уши на небо.

«Я ничего не слышу», - сказал Амани.

«Я тоже», - ответил Картер. «А твои мальчики о…»

Он так и не закончил предложение. На противоположной стороне двора раздался взрыв, и сразу за ним послышались голоса разгневанных, испуганных людей.

Небольшой шар оранжевого огня парил в небе, увлекаемый серым дымом, и вся тюрьма была в хаосе.

Огромные прожекторы зажглись по всему двору, а маленькие прожекторы плясали в решетчатых окнах тюрем.

"Они начали!" - прошептал Амани.

«Да. У нас есть минут пять, а потом надо идти, копировальный аппарат или нет».

Картер открыл главный вентиль четырех гелиевых трубок и наблюдал, как оболочка воздушного шара начала подниматься.

Ни один из огней не проникал в маленький укромный уголок, где они расположились, но

• когда шар будет достаточно полным, его будут ясно видеть как минимум две сторожевые башни.

Они слышали, как люди, вероятно, охранники, бегут к тюремному корпусу, откуда доносились все крики.

Три минуты.

"Давай, вставай!"

Амани встал, и Картер защелкнул два последних ремня, которые удерживали их ноги вместе.

"Да ладно, черт возьми!" он прошипел, "где ты ..."

Пару минут.

С неба не доносилось ни звука, и теперь над ними начал формироваться воздушный шар.

Одна минута, и крики заключенных стали более сильными.

"Они из кварталов во двор!" - хрипло прошептал Амани. "Кто-то обязательно придет сюда!"

«Я знаю. Нам нужно идти».

Картер полностью открыл главный вентиль, и шар начал увеличиваться с головокружительной скоростью.

Через несколько секунд их ноги оторвались от земли.

«Поехали. Если вы молящийся человек. Амани, молитесь, чтобы ветер перенес нас через стену, а не через двор!»

«Пресвятой Богородицы Марим…»

Ветер ударил по воздушному шару, как гигантская рука, затягивая их ремни и перекрывая им воздух, а также дальнейшую речь.

Затем воздушный шар оказался над стеной, и они дико раскачивались под ним. Молитва окупилась. Воздушный шар перелетел через стену и продолжал подниматься… но недостаточно быстро.

"Следи за своими ногами!" - воскликнул Картер. "Стена!"

Удар был оглушительным, но большая часть пришлась на подошвы их ног.

Затем они закончили и начали подниматься, взлетая над гектарами деревьев и огибая деревню Монферрато.

"Кашмир!" Амани внезапно вскрикнул. "Ты слышал это?"

«Да, - ответил Картер, - оттуда».

Когда он угадал триста футов, он отключил клапаны и выдернул баллоны с гелием. Они улетели в космос, и шар устоял на ветру.

"Вот оно!"

"Понял!" - воскликнул Картер. "Потяните за шнур!"

Амани дернул за шнур, и ничего не произошло.

«Господи… опять… будь нежнее!»

Он сделал это, и два луча красного света сразу же закружились над ними. Мгновенно под вертолетом загорелись два световых индикатора. Их зацепляли прямо на крючок, висящий под носом вертолета.

Все, что нужно было сделать пилоту, - это бросить крюк между спиральными красными балками на воздушном шаре.

Да, подумал Картер, вот и все.

Большая машина отклонилась от них ярдах в двухстах, остановилась на холостом ходу и двинулась в путь.

«Готовьтесь!» - крикнул Картер. "Это будет чертовски здорово!"

Амани кивнул, перекрестился и закрыл глаза.

Картер смотрел на два маленьких красных глаза, как на мотыльков, а выпуклость над ним была пламенем.

Пятьдесят… двадцать… десять футов…

Он схватился за ремни, подвернул голову, выгнул спину и ...

Ничего.

Вертолет закружился над ними и улетел, взрыв роторов опустил воздушный шар примерно на сорок футов и закружил его, как волчок.

"Что случилось?" Амани ахнул, удерживая голову от головокружения.

«Как вы думаете, что случилось? Он промахнулся!» - воскликнул Картер. "Готовься, он снова идет!"

Внезапно воздушный шар, свисающие люди и вертолет залились ярким белым светом.

Картер быстро повернул голову. Их уловили прожекторы из замка Монферрато. Во дворе он видел мужчин с винтовками за плечами.

"Они стреляют!"

«Да, но мы вне досягаемости», - вздохнул Картер. "Подожди!"

На этот раз крюк поймал и удержал. Картер подумал, что каждая косточка в его теле слилась воедино. Глазные яблоки Амани закатились, а руки вылетели из тела.

На мгновение Картер подумал, что старик купил его, но затем румянец вернулся к его лицу, и его губы начали двигаться.

"Что ... что теперь происходит?" он справился.

«Она прикрепляет главный трос на этих ремнях к лебедке, мы освобождаем шар, и нас поднимают».

Набор красных фонарей погас. Картер отцепил тросы от воздушного шара до ремня безопасности, и воздушный шар мгновенно унесло и упало из-за взрыва ротора.

Над ними, в открытом люке, Картер мог видеть лицо Карлотты и бешено развевающиеся черные волосы, когда она заканчивала привязку и запускала электрическую лебедку.

Амани тоже увидел ее и схватил Картера за плечо. Он указал вверх, и его губы шевелились, но звук уносился порывом ветра, когда они проносились над деревьями со скоростью шестьдесят миль в час.

Картер пожал плечами и сложил губами слово «Подожди».

Лебедке потребовалось добрых десять минут, чтобы подвести их под брюхо коптера. Затем машина накренилась, и, не чувствуя сопротивления ветра, они пролетели через залив.

Карлотта закрыла дверь и сразу же повернулась, чтобы помочь им избавиться от ремней безопасности.

"С вами все в порядке, синьор Амани?" - спросила она, прижимая его к себе, когда ремни отпадали.

«Я так думаю», - выдохнул он. «Болит, но это все».

Картер вывернулся из ремня безопасности и помог Карлотте переместить итальянца в одно из боковых сидений у переборки.

«Синьор Амани, я Карлотта…»

"Полти. Я знаю, ты одна из людей Палмори.

- ледяным тоном сказал он.

«Я работал с людьми Палмори, да, но уверяю вас, я всегда был верен вам как нашему лидеру».

Амани перевел взгляд на Картера, который пожал плечами. «Я ничего не знаю о ваших внутренних ссорах. Когда я был арестован, я работал с Либертой. Когда я попросил помощи в побеге, она предложила - при условии, что я приведу вас с собой».

Амани снова повернулся к женщине. "Это правда?"

«Это правда. Когда мы приедем в Париж, и вы сможете связаться с теми, кто все еще верен вам в Италии, вы обнаружите, что я тоже был верен».

Амани, казалось, принял это и откинулся на спинку стула. Картер схватил Карлотту за плечо и кивнул в сторону кабины.

"Генри?"

Она кивнула. Картер пробрался вперед и сел в кресло второго пилота.

"Джейсон Генри?"

"Такой же."

«Али Кашмир».

Голова дернулась. "Торговец оружием?"

"Такой же."

"Будь я проклят."

"Почему ты это сказал?"

«Потому что ты сукин сын».

Картер никогда не видел такого гнева на лице мужчины. Он напрягся, ожидая, что другой мужчина набросится на него. "Ты меня знаешь?"

«Не лично, ублюдок. Но я двинул для тебя груз с Юкатана в Южную Америку два года назад, и ты вытащил из меня три тысячи долларов».

«Я гарантирую, что вы это получите», - сказал Картер.

«Отлично, я возьму это. Но как только я сажу тебя на землю и соберу, я выйду из этой сделки. Я ненавижу твои мерзкие кишки. Если бы дама сказала мне, кого я оттуда убираю, Я бы позволил тебе сгнить. Кто другой чувак? "

«Пьетро Амани».

"Итальянский коммунист?"

Картеру пришлось кивнуть.

«Господи, теперь я знаю, что выхожу из этой сделки!»

Картер проскользнул обратно в недра вертолета и отвел Карлотту в сторону. «У нас проблемы».

"Как же так?"

«Некоторое время назад Генри сбежал в Кашмир. Кашмир обманул его, и теперь он ненавидит мои кишки. Ему также не нравится Либерия».

«Тогда решение простое, друзья мои».

Это был Амани. Он перебрался через палубу и теперь присел рядом с ними.

"Что это значит?" - спросил Картер.

Амани пожал плечами. «Убей дурака, когда мы приземлимся».

Картеру почти начал нравиться старый итальянец. Теперь, в эту короткую секунду, он внезапно вспомнил, кто он такой и что олицетворяет.

* * *

Картер вышел из вертолета до того, как лопасти полностью перестали вращаться. Остальные последовали за ними, Джейсон Генри замыкал их.

Ярдах в тридцати от них стояли фургон и низкий гладкий «Ситроен». Трое мужчин прислонились к крыльям «ситроена», один из них был одет в синий комбинезон, а двое других - в темные брюки и кожаные куртки.

Карлотта повела Амани к фургону. Генри бросился к Картеру.

«Это плохие мальчики, Кашмир, но они делают то, за что им платят. Они доставят вас в Париж. Вы втроем поедете в задней части фургона с парнем в комбинезоне. Двое других будут водите Citroen. Это ваша аварийная машина, если она вам нужна ».

«Это те же три, что мы будем использовать во второй части операции?»

«Они есть, но с этого момента вы сами заключаете с ними сделку. Я не в этом, помните?»

Как бы подчеркивая свои слова, Генри расстегнул куртку. Приклад магнума 44-го калибра лежал прямо под его подмышкой, ствол почти наталкивался на пояс. Плечевой ремень имел разъемный шов для быстрого хода.

Картер перевел взгляд с аппаратуры на глаза Джейсона Генри. Он был почти уверен, что этот человек разбирался в магнуме.

Но даже если бы у него были сомнения, Картер не стал бы его брать. Они слишком нуждались в нем.

"Что, если я подниму ставку?"

"Засунь себе в задницу".

«Амани думает, что я должен тратить тебя впустую».

"А он? Почему бы тебе не попробовать?"

Картер улыбнулся и поднял руки ладонями вверх. "Если деньги не сделают этого, что будет?"

«Ничего подобного, ублюдок. Я сделаю что угодно ради денег, но не ради молодежи или того парня в фургоне».

Картер внимательно изучил холодные голубые глаза и правильное лицо мужчины. Может, он и наемник, но явно сомневается.

Просто их удача.

"Куда вы идете отсюда?"

«Отведи вертолет обратно в бухту. Отсюда примерно час».

"А потом?"

«Я оставляю это в соответствии с нашей сделкой. Половина сделки завершена. Мне заплатили половину цены. Вот и все, готово».

«А как насчет денег, которые, по вашему мнению, я вам должен?»

«Сохраните это. Я спишу это на развитие персонажа».

«Ты нужен нам, Генри».

«Ну, черт возьми, ты мне не нужен. Пока, ублюдок».

Картер принял мгновенное решение. Это все, что он мог сделать. Без этого пилота и его связей вся сделка могла бы сорваться.

Они зашли слишком далеко, чтобы это случилось сейчас.

«Генри, подожди минутку».

"Иди к черту."

"Черт возьми, держись!"

Мужчина остановился. Он развернулся тем же движением, и быстрее, чем Картер это заметил, винтовка 44-го калибра была ослаблена, его дуло ткнулось ему в живот.

Картер посмотрел вниз, а затем с улыбкой вверх. "Ты в порядке."

«Достаточно хорош, чтобы убить тебя, если ты нажмешь намного больше».

«Что, если я скажу вам, что я не Али Кашмир?» - сказал он шепотом.

«Я бы сказал вам, что вы были полны дерьма».

«Что, если я скажу, что я агент правительства Соединенных Штатов?»

"В Кастель Монферрато?"

"Мое имя

- Ник Картер. Я работаю в агентстве из Вашингтона ".

Что-то в тоне Картера заставило Генри вынуть пистолет из живота. "ЦРУ?"

"Нет."

"Что тогда?"

"Есть карандаш и лист бумаги?"

"Да уж."

"Дай мне".

Генри вытащил из кармана пиджака блокнот и ручку левой рукой. Справа продолжала удерживать магнум.

Картер писал на колене.

«Вот. Как только вы найдете чистый телефон-автомат после приземления, позвоните по этому номеру. Представьтесь и сообщите им свою половину сегодняшнего вечера. Они расскажут вам остальное».

Генри сунул блокнот в карман. "Почему бы тебе просто не сказать мне?"

«Потому что вы им поверите».

"Где номер?"

«Вашингтон», - сказал Картер. "Назови это!"

Он подошел прямо к фургону, коротко кивнул твердолобому, державшему дверь, и пролез внутрь.

Когда они двигались, Карлотта заговорила. "Хорошо?"

Картер пожал плечами. «Небольшая разница во мнениях. Теперь все в порядке».

«Хорошо», - сказал Амани. «Но если бы возникла необходимость, я мог бы убить его на месте».

Картер посмотрел вниз. Амани держал в руках 9-миллиметровую «Беретту».

"Как долго у вас это было?"

«С первой недели моего заключения в Кастель», - ответил он с улыбкой.

«Понятно», - ответил Картер, сжимая кулаки, чтобы не дать им попасть в горло мужчине. «Скажи мне, Амани, ты бы застрелил его до того, как он застрелил меня… или после?

11

Резкий щелчок каблуком по паркету заставил Ника Картера мгновенно проснуться и сесть на диван в гостиной.

Карлотта стояла в кухонном алькове, держа в руке пакет с продуктами.

"Доброе утро."

Картер посмотрел на часы. "Вы имеете в виду добрый полдень".

Он протер глаза и смотрел, как она выскользнула из куртки с меховой подкладкой и поставила продукты на прилавок. Она налила чашку кофе, поставила ее и корзину с круассанами на поднос и двинулась к нему.

Карлотта, размышлял Картер, прекрасна как никогда. Как будто опасность и волнение прошлой ночи заставили ее расцвести.

Две верхние пуговицы ее рубашки были расстегнуты, джинсы заправлены в высокие черные сапоги, а волосы собраны назад. Без макияжа она выглядела как студентка колледжа.

"Хорошо ли спалось?"

Картер кивнул. "Амани?"

«Все еще спит. Я только что нашла это под дверью».

Картер взял газету у нее из рук и развернул.

Сделал звонок. Верьте, что вы правы. Подключай меня!

481–776. Генри

Картер вручил ей записку. «Набери это, пока я поливаю лицо водой».

Когда он вернулся из ванны, вытирая лицо полотенцем, она протягивала к нему телефон.

"Генри?"

«Да. Давай поговорим».

«Где?… Не здесь».

«Я могу понять почему», - усмехнулся Генри. «Фиат, на котором мы с Карлоттой ехали прошлой ночью, снова стоит на парковке в переулке рядом с вашим домом. Ключ находится под ковриком со стороны водителя».

"Отлично."

"Вы знаете Париж?"

«Как тыльную сторону моей руки», - ответил Картер.

«Забери меня через час на бульваре Бертье, напротив кафе Trois Roussettes».

«Час», - сказал Картер и повесил трубку.

"Это назад с ним?"

«Похоже на то», - ответил Картер, хватаясь за штаны.

Одна из дверей спальни открылась, и в комнату вошел Пьетро Амани - вымытый, побритый и одетый. "Ах, кофе?"

Карлотта кивнула и двинулась в сторону кухни.

Картер осмотрел одежду мужчины. «Подходит идеально».

«Да», - кивнул Амани. "Я поражен."

Карлотта вернулась и протянула ему чашку. «Несколько человек знали ваши точные размеры. Я только что прибавил несколько фунтов из-за времени простоя в тюрьме».

Амани усмехнулся. "Мудрый ход". Он повернулся к Картеру. "У нас все еще есть соглашение?"

«Мы делаем», - ответил Картер. «Я доставлю вас куда угодно - за определенную плату и с учетом тех представлений, которые вы упомянули».

«Хорошо. Мне нужно будет сделать несколько телефонных звонков сегодня вечером и, вероятно, послать несколько телеграмм завтра утром».

«Телефон там».

«Нет. Мне понадобится чистый телефон-автомат по моему выбору - и полная конфиденциальность».

Картер покачал головой. «Это означает, что тебе придется выйти. Это может быть опасно».

«Мне придется рискнуть», - ответил итальянец и усмехнулся. «Пока я не уверен, что вам обоим можно доверять».

«Да будет так», - пожал плечами Картер, вставая и пересекая комнату. Он вернулся с маленьким чемоданом и открыл его. «Карлотта сделает вам стрижку ... очень короткую стрижку. Здесь есть черный парик и другие основы, которые изменят вашу внешность. Я полагаю, вы не возражаете, если Карлотта будет следовать за вами на расстоянии, в случае возникновения проблем? "

«Конечно, нет», - сказал Амани. «Но я думаю, что это буду я - Амани - скоро буду создавать проблемы!»

* * *

Джейсон Генри ждал, прислонившись к окну кафе. Когда он заметил Fiat, он покачал головой и повернул указательный палец на один оборот около своего уха.

Картер понял и продолжил. Он повернул к Порт-де-Клиши и обогнул большой квартал Парижской башни Батиньоля. Когда он снова спустился по бульвару Бертье, Генри ждал его на тротуаре.

Он перекатился на пассажирское сиденье еще до того, как Fiat остановился, и Картер снова поехал, прежде чем дверь захлопнулась.

"Куда мы идем?"

«Езжайте по дороге к Клиши, и я скажу вам, что делать после этого».

Они въехали в пригород Клиши, и Генри направил его на все меньшие и меньшие улицы, пока они не оказались на узкой проселочной дороге. Наконец они остановились перед запертыми воротами в длинной каменной стене.

Генри вышел из машины, вынул ключ из кармана пиджака и открыл ворота.

"Где мы?" - спросил Картер.

«В дальнем конце Клиши. Дом принадлежит другу. Обедали?»

"Нет."

"Хорошо."

Вернувшись в машину, они проехали через ворота и по дорожке из гравия, которая вилась через парк с цветочными клумбами, лужайками и огромными деревьями.

В конце концов они вышли на эспланаду, окаймленную невысокой каменной стеной. За стеной была вторая огромная лужайка.

«Ваш друг должен нанять много садовников», - прокомментировал Картер.

«Несколько», - усмехнулся Генри. «Поверни сюда».

Замок был огромным, с красной черепичной крышей, широкой террасой и частным озером позади.

Они выбрались из машины, и Картер последовал за Генри в вестибюль с мраморным полом и гобеленами.

«Джейсон, ты вернулся! На террасе готов обед!»

Друг Генри был высоким и гибким, с лицом и фигурой, которые могли бы прямо сойти с обложки Vogue или Elle.

«Селеста, я хочу, чтобы вы познакомились с моим другом, месье Картер».

«Добро пожаловать в Шато Ромбуар, месье Картер». Женщина тепло улыбнулась. "Вы тоже занимаетесь экспортным бизнесом?"

- Нет, мадемуазель, - ответил Картер, улыбнувшись в ответ. «Я просто продавец страховки».

«Неважно. Всегда рады любому другу Джейсона».

Она повернулась к Генри. «Отведите месье Картера на террасу, mon chèr. Я немедленно закажу обед».

Когда она улетела. Картер собрал все вместе. «Графиня Селеста Ромбуар», - пробормотал он тихим свистом. "Вы путешествуете по классным кругам!"

Генри пожал плечами. «В чужой стране хорошо иметь сильных местных друзей».

"Прекрасная дама."

«Ей удается согреть меня холодными ночами. Пойдемте».

Обед был восхитительной едой и болтовней, но Картер был рад, когда он закончился.

«Я оставлю вас двоих на коньяк и дела», - сказала графиня. Она чмокнула Генри в щеку и исчезла.

Он закурил сигару и жестом пригласил Картера следовать за ним. Они прошли к середине огромной лужайки за домом и сели в украшенной цветами беседке.

«Я понял всю историю, Картер. У тебя тигр за хвост».

«Да, думаю, знаю, - согласился Картер. «Но если я смогу выяснить, где проходит эта встреча, и получить кое-что существенное о том, кто там и почему, вы можете представить себе рычаг».

«Я, черт возьми, могу. Ты уверен, что Амани не переступит тебе дорогу, когда придет время?»

«Нет, но мне придется воспользоваться этим шансом».

Генри кивнул и отпил бренди, прежде чем снова заговорить. «Я сам немного проверил. В моем бизнесе вы знаете большинство людей, которые лезут в канализацию».

«Я полагаю, что да», - сухо ответил Картер.

«Из Италии пришло известие, что Палмори и его группа безумны и напуганы до чертиков. Фракции Либерта разделились на два вооруженных лагеря, как только стало известно о появлении Амани».

«Мы рассчитывали на это».

«Пройдет немного времени, и они поймут, что он во Франции и, возможно, в Париже. У них будет контракт с ним… и, вероятно, с вами тоже».

«И Карлотта», - добавил Картер. «Она должна была использовать деньги Палмори, чтобы вывести других членов Liberta, а не нас».

"Как она подходит?"

"Итальянский SID".

"Это цифры". Генри замолчал, его ясные глаза впились в лицо Картера. «Я дам вам три дня в Париже, прежде чем пушки начнут вылетать из дерева».

«Надеюсь, мы не пробудем здесь так долго. Вот где вы входите».

"Куда?"

«Я еще не знаю. И не буду, пока Амани не соберет все воедино. Сегодня днем он начинает звонить по телефону».

«Моя первая мысль по-прежнему - выбраться из этого к черту».

Картер пожал плечами. «Ваш выбор, но я могу подсластить горшок».

"На деньги дяди Сэма или Амани?"

"Амани".

Генри допил бренди и затянулся сигарой. «Тогда я вхожу. Номер, который я тебе дал, здесь, в замке.« Он все еще у тебя? »

"Да."

Он стоял. "Держи меня в курсе."

"Я буду."

Селеста Ромбуар встретила их у входной двери. "Ах, мсье Картер, вы должны покинуть нас так скоро?"

«Да, боюсь, я должен, графиня, - сказал Картер. «Обед был превосходным».

«Мерси», - ответила она, изящно кивнув, затем легонько положила руку ему на плечо. «Мы планируем небольшую вечеринку в эти выходные - несколько дворян, несколько политиков, один или два американских миллионера. Это будет чудесный смех. Пожалуйста, приходите!»

Картер на мгновение заколебался, затем покачал головой. «Мне очень жаль, графиня, но я боюсь, что буду за границей… по делам».

Она вскинула руки в притворном отчаянии. «Ах, бизнес такой утомительный! Я все время говорю Джейсону уйти на пенсию, но он говорит, что не хочет быть жиголо и жить на мои деньги!»

Картер ухмыльнулся. «Возможно, графиня, если наши дела пойдут хорошо, мсье Анри сможет уйти на пенсию на свои деньги».

* * *

Ник Картер неторопливо поехал обратно в Париж. Карлотта играла

в итальянскую маму, когда он вошел в квартиру, на кухню, по локоть в пасте.

Он слышал, как в ванне льется душ.

"Амани?"

Она кивнула. «Это второй душ, который он принял с тех пор, как мы вернулись. Он говорит, что необходимо очистить кожу от нечистот Монферрато».

«Он многогранный старик, - размышлял Картер.

«Он революционный террорист с эгоизмом, который позволяет ему делать что угодно», - ледяным тоном сказала Карлотта. «Я вижу его только с одной стороны. Я видел его жертв».

"Туше. Как прошел день?"

«Ну, я думаю. Он сделал четыре звонка, каждый продолжительностью не менее пятнадцати минут. Судя по тому количеству монет, которое я видел, как минимум трое из них были за пределами страны.

"Какое было у него настроение после последнего?"

«Абсолютно весело. Мы выпили и пообедали, и он относился ко мне как к давно потерянной дочери».

"Тогда он тебе доверяет?"

«Полностью, я думаю. Но тогда он должен. Я хорошо заложил основу».

"Он упомянул…?"

"… Когда мы уедем?" Как будто она читала мысли Картера. «Да, послезавтра».

"Но не где?"

«Нет. Но я предупредил его, что если расстояние велико, на самолет необходимо установить дополнительные баки. Мы должны знать об этом заранее».

"Ах, Кашмир, друг мой!"

Картер повернулся. Амани бродил по гостиной, энергично растирая полотенцем свои, теперь уже намного более короткие седые волосы.

«Амани», - сказал Картер.

«Я хочу, чтобы ты принес мне несколько карт полетов. Список там, на телефонном столике. Ах, Карлотта, макароны! Сегодня мы пируем!»

Картер прочитал список: Швейцария, Франция, Италия, Испания, Северная Африка.

Боже мой, подумал Картер, это могло быть где угодно.

* * *

Пьетро Амани, не теряя времени, восстановил свой контроль над Liberta.

На следующее утро в парижских ежедневных газетах, а также в International Herald Tribune была опубликована история убийства Николо Палмори. Это произошло в подвале под кафе и жилым домом во Флоренции.

Нордо Компари и два его подчиненных были убиты вместе с ним.

Прочитав отчеты, Карлотта оставила единственный краткий комментарий. «Это оставляет Покки, Вомбо и Софию Палмори… все они более опасны, чем сам старик».

«А если к их кровожадности добавится месть, - сказал Картер, - они станут еще опаснее».

Полчаса спустя Амани вышел из святилища своей спальни и осветил новости.

«Возмездие сладко» - был его единственный комментарий.

Карлотта удалилась на кухню. Картер взял себя в руки.

«Если мы уезжаем завтра вечером, Амани, мне понадобится некоторая информация сегодня».

«Вы получите его. Во-первых, вот телеграммы, которые я хочу, чтобы вы отправили сегодня утром».

Картер взял их, быстро прочитал и уклончиво кивнул.

Они были чепухой; все напоминали письма друзьям или старым членам семьи. Они были подписаны «Отец», и их пунктами назначения были Берн, Рим, Франкфурт и Кордова.

«Я отправлю их прямо сейчас», - сказал Картер. «Я надеюсь, что поездка в Швейцарию - за моими деньгами».

«Это так», - ответил Амани. «Номер счета закодирован в тексте телеграммы».

Картер был удивлен. Пальцы Амани по-прежнему простирались намного дальше, чем предполагали парни из аналитического центра AX.

"Что-то еще?"

"Самолет синьора Генри все еще в Орлеане?"

Картер кивнул. «Частное имение - очень приватно - улица к югу от города».

"Превосходно."

Старик разгладил между ними большой лист бумаги.

Это был замысловато нарисованный план полета из Орлеана в X. Он имел высоту, расстояние, приблизительное время полета и коды для международного разрешения.

Единственная проблема заключалась в X. Не было никаких опознавательных ориентиров или названий городов или деревень, чтобы дать Картеру намек относительно направления, в котором они будут лететь.

"А как насчет координат и средств посадки?" - рискнул Картер.

Улыбка старика была озорной, один глаз прикрыт. «Я дам вам их, когда мы будем в безопасности в воздухе».

«Ты осторожный человек, Амани, - сказал Картер.

«Очень. Я был слабым и доверчивым только раз в жизни. Это стоило мне много лет в Монферрато. Я больше не буду таким глупым».

Картер пожал плечами. «Это ваша вечеринка. Мне нужны начальные деньги сегодня».

«Я отправил письмо о снятии средств в свой банк в Женеве. Вы можете забрать средства в любое время сегодня в Credit Suisse здесь, в Париже».

"Под именем ДюБена?"

"Да."

Эрик ДюБейн был в новом паспорте, который Картер получил накануне вечером, любезно предоставленный офисом Paris AX. Он также приобрел паспорта на новые имена для Карлотты и Амани.

«Вот и все. Я вернусь к Генри».

«И я сделаю свой последний звонок».

Амани удалился в спальню, а Картер присоединился к Карлотте на кухне.

«Наблюдайте за ним, как за ястребом. Он умная старая птица, и неизвестно, что он может попытаться сделать».

"Я буду смотреть."

«Если кто-нибудь - я имею в виду кого-нибудь - подойдет достаточно близко, чтобы передать ему что-то или даже шепнуть ему, сделайте снимок!»

«Вы можете рассчитывать на это».

"Я готов!" - крикнул Амани из гостиной.

«Удачи», - пробормотал Картер, когда Карлотта вошла в кухню.

Едва они вышли за дверь, как Картер набирал номер у телефона.

"Оуи?" Это был музыкальный голос Селесты Ромбуар.

Графиня, я хотела бы поговорить с Джейсоном, пожалуйста. "

«Ах, мсье Картер, я узнаю ваш голос. Это как бассо в опере! Джейсон сейчас спит. Это важно?»

"Это."

«Тогда я разбужу его. Одно мгновение».

Прошло около пяти минут, прежде чем на трубке раздался хриплый сонный голос Джейсона Генри. "Да уж?"

"Как дела?" - спросил Картер.

«Машины и оружие готовы. Самолет готов. Все, что мне нужно знать, это баки и разрешения. Кроме того, я должен подать план полета на таможню к сегодняшнему вечеру. Куда, черт возьми, мы идем?» ================== ===================== ========

«Это все еще в темноте». Картер тяжело вздохнул. «Мне нужно увидеть тебя сегодня днем. Где мы можем встретиться?»

«Перезвоню через две минуты».

Связь прервалась. Картер налил себе чашку свежего кофе и закурил. Они оба почти исчезли, когда снова зазвонил телефон.

"Да уж?"

«Есть переулок под названием Bedouins Row, у рю Жермен в Пигаль. Вы его знаете?»

«Нет, но я найду».

«В конце переулка магазин эротики. Пройдите через занавески и поднимитесь по лестнице. Это публичный дом. Ее зовут мадам Золя. Используйте имя ДюБена».

"Понял."

"Час?"

«Сделай это полтора часа. Я должен забрать добычу».

Картер повесил трубку и направился в спальню Амани. Ему потребовалось пять минут, чтобы найти карты полетов, и еще пять, чтобы J ничего из них не узнал.

Остальная часть комнаты ничего не показала. Если Амани делал записи, то они были либо у него в голове, либо у него лично.

Он быстро оделся и поехал на «фиате» к Елисейским полям.

Швейцарские кассиры внимательно проверили сумму векселя и его паспорт, а затем громко вздохнули, передавая его обратно.

Им было больно раздавать деньги.

"Как вам, месье ... черновик?"

"Наличные."

"Наличные, месье?" Лицо мужчины было болезненным.

«Наличные, всевозможные купюры».

«Это будет большая сумма… большая часть, мсье…»

«У меня есть портфель».

Когда он наполнился, Картер попросил, чтобы его направили к заднему выходу из банка. «Я уверен, что ты понимаешь».

"Oui, monsieur".

Картер вышел из банка и прошел несколько кварталов до станции метро Etoile. Он сел на линию номер 2 и вышел на Пигаль. Обнаружив улицу Жермен, он обошел ее и обошел участок в шесть кварталов, войдя с другого конца.

Из-за своего темпа - быстрого, медленного, быстрого, медленного, с большим количеством покупок в витринах и паузой для льда - он был уверен, что, если он взял хвост, он также потерял его.

Переулок был именно таким, достаточно широким, чтобы пройти два человека, и темным, как ночь, посреди дня.

Пара убогих сутенеров, ловко работающих с кусачками для ногтей, окинула его взглядом, когда он вошел в яркий магазин.

Клерк, похожий на аспиранта Сорбонны. поднял глаза, кивнул и вернулся к своему учебнику.

Картер около пяти минут внимательно рассматривал обнаженных женщин, обнаженных мужчин, обнаженных мужчин и женщин и несколько обложек журналов, а затем направился к задней занавеске.

"Месье?"

«Мадам Золя».

"Oui, monsieur."

Картер заметил, что рука мужчины нажала на кнопку под стойкой, затем прошла через занавеску.

Лестница освещалась серией ярко-красных лампочек.

Он подумал, что французы прекрасны. Они верят в традиции.

Стальная дверь открылась, когда его нога коснулась верхней ступеньки.

"Месье?"

"Мадам Золя?"

"Oui."

«Я ДюБен».

"Иди сюда."

Она была очень широкой, и за ней легко было следить. Они двинулись по коридору с открытыми и закрытыми дверями. Картер мог слышать мяуканье, воркование и периодические стоны страсти или отчаяния из-за закрытых дверей.

«Месье Джейсон прямо здесь, в номере S&M». Она открыла дверь и отступила в сторону. "Иди прямо внутрь!"

Картер сделал это, и дверь за ним закрылась.

На стенах было много цепей и кожи, яркие красные ковровые дорожки и портьеры, а также огромная круглая кровать с черным кожаным покрывалом.

В центре кровати сидел Джейсон Генри с бутылкой вина и тарелкой сыра.

«Что ж, - сказал Картер, оглядываясь, - это удручает».

«Рад, что тебе понравилось», - сказал Генри, скатываясь с кровати и усаживаясь на половину того, что было похоже на железную деву. "Итак, что у нас есть?"

Картер передал план полета. Генри сгладил это и создал навигационный компьютер и свои собственные карты Европы.

Картер сел на другую половину орудия пыток и закурил.

Через полчаса он спросил: «Ну?»

"Жесткий".

Картер продолжал курить и вылил несколько глотков из винной бутылки. Двадцать минут спустя Генри встал и зашагал, протирая глаза.

«Это займет некоторое время. В конце зала непрерывное секс-шоу…»

"Я подожду здесь."

Прошел еще час, прежде чем Генри перевернул карты и тщательно составленный план полета Амани и раскрыл свои выводы.

«Хорошо», - сказал он, быстро смочив горло из бутылки с вином. «У нас есть пять вариантов полета, в зависимости от времени полета и топлива, а также от его обозначений высоты. Я предполагаю, что Италия уходит. Вам обоим там слишком жарко».

«Хорошее предположение», - сказал Картер.

"Германия вышла; гора

в плане полета не указана высота. И Англии нет, даже если он пытался обмануть нас, прося больше бензина, чем ему нужно ».

"Так что остается ...?"

«Через Швейцарские и Австрийские Альпы сюда, недалеко от Вены… или через Пиренеи сюда, на юг Испании».

Картер вспомнил телеграмму до Кордовы. «Попробуйте Кордову».

Генри быстро сообразил, поднял глаза и кивнул. «Это подошло бы. Кроме того, мы пересекаем только одну границу… гораздо менее рискованно».

Картер задумался над диаграммами, затем покачал головой. «Если это Кордова, я думаю, это плацдарм. Многие высокопоставленные террористы, прибывающие в Испанию, будут замечены».

«Тогда я предполагаю, что он устанавливает себе дополнительный транспорт, чтобы добраться сюда».

Картер увидел, как острие карандаша Генри упало на северную оконечность Алжира, и кивнул. "Это было бы чертовски хорошо".

«И если это так, Амани уже заранее пригласил нас на вечеринку в Испанию».

"Казалось бы, так". Картер встал и потянулся.

"Так что же нам делать?"

«Поехали», - сказал Картер. «Это все, что мы можем сделать».

Он поднес портфель к кровати и открыл его.

«Вот ваша зарплата… плюс».

«Красиво», - вздохнул Генри. "Очень хорошенькая."

"Насколько сильно вы можете доверять нанятому вами оружию?"

«Драгоценностями короны, пока им платят».

«Хорошо, - сказал Картер. «Мы уезжаем завтра в десять вечера».

Двенадцать

Карлотта и Амани вышли через заднюю дверь жилого дома. Джейсон Генри забрал их в фургоне в трех кварталах от них.

Картер перебрался через крышу и спустился на маленькую улочку в квартале отсюда. Большой черный ситроен ждал с заведенным мотором.

"Как вас зовут?"

"Морис".

"Вы знаете маршрут?"

"Oui."

Они встретились как раз мимо Буа с еще четырьмя орудиями в седане Renault. К югу от Парижа они свернули с A10 и нашли старую дорогу на Орлеан, Route 20.

"Где будет фургон?"

«Прямо перед Арпажоном. Есть остановка для отдыха».

Недалеко от Парижа туман перешел в мокрый снег. Когда водитель Морис свернул с шоссе, мокрый снег быстро превратился в снег.

Картер отметил, что Renault ускорился к отсечке.

Помимо фургона в зоне отдыха стояли две машины. Когда машина остановилась. Картер соскользнул с пассажирского сиденья и вошел в здание.

Джейсон Генри уже был у писсуара.

"Есть проблемы?"

"Нет. Вы?" - спросил Картер.

«Мы в деле. Я выведу тебя».

«Хорошо. А что насчет двух других машин?»

«Пары… дети, которые не могут позволить себе номер в отеле», - объяснил Генри с ухмылкой.

Выйдя из машины, Генри забрался на водительское сиденье «Ситроена», а Картер повернул к фургону.

Амани сидел со стороны пассажира, его «Беретта» лежала у него на коленях. Карлотта стояла у задних дверей, держа «узи». На месте водителя была еще одна Беретта, комплимент Генри. Картер сунул его в карман пальто и забрался в фургон.

Никто не сказал ни слова, когда Картер остановился позади «Ситроена», и они направились на юг. Примерно в трех милях позади них остановился «Рено», сформировав караван.

На полпути между Арпажоном и Этампом пошел сильный снегопад.

"Он может летать в этом?" - спросил Амани.

«У нас есть контрольная остановка в Ангервилле», - ответил Картер. «Мы сделаем прогноз погоды».

Он щелкнул переключателем дворников на высокий уровень, и они вернулись в тишину. Картер слышал, как длинные ногти Карлотты в задней части фургона стучали по стволу «узи».

На дороге было мало машин, и все ехали осторожно. Сам Картер замедлился, двигаясь по поворотам с меньшей скоростью и меньше ускоряясь, когда выезжал из них. Стена снега словно осела вокруг фургона, изолируя их белым коконом. Даже чередующиеся леса и открытые поля по обе стороны от них казались далекими, когда машина прорезала пещеру сквозь падающие хлопья.

"Проклятый идиот!" Картер рявкнул, когда другой фургон, темно-синий с затемненными окнами, обернулся вокруг них и слишком быстро свернул на правый переулок перед ними.

В какой-то момент Картер увидел, как другой фургон врезался в задние фонари «рено». На мгновение ему показалось, что водитель фургона - хотя и был ближе - их не видит.

Затем фургон свернул и обогнул «Рено», слишком быстро мчась по шоссе.

Они прошли через Этамп, и к югу от города Карлотта поползла вперед.

«Али…?»

Всего на секунду. Картер не ответил на свой псевдоним. Его глаза быстро метнулись к Амани, чтобы увидеть, поймал ли старик это. Он дремал.

"Да?"

Этот фургон был припаркован в Этампе, возле бистро ".

«Я видел. Вы заметили женщину на пассажирском сиденье?»

«Да, но я не могу сказать, была ли это София. Но она носит светлый парик».

«Мы сравним записи, когда остановимся в Ангервилле».

* * *

Когда Картер вышел из ресторана, снег немного отступил, но продолжал падать равномерно. Холодный, теперь влажный воздух был тяжелым, от него пахло парами бензина и запахом кофе из мешка в руке. Время от времени тяжелый гул грузовика достигал его ушей с шоссе.

Renault уже заправился и двинулся

к южному концу проезда. Фургон все еще стоял у насосов, а «ситроен» был в северном конце дороги, рядом с телефонной будкой.

Джейсон Генри был в будке.

Картер пропустил кофе через окно фургона. «Будь начеку. Я сейчас вернусь».

Перебирает «Беретту» в кармане. Картер направился к стоянке на краю здания.

Он обошел весь ресторан до ближайшей заправки и остановился среди снега в освещенной бухте. На второй стоянке тоже ничего подозрительного не было.

"Чем могу помочь, месье?"

Это был мальчик, ремонтировавший шину в заливе.

«Не, мерси», - сказал Картер и передумал. Он вытащил из кармана карандаш и дорожную карту Мишлен, которую они с Генри изучили в ресторане, и подошел к мальчику. «Возможно, ты сможешь это сделать. Вы живете в этом районе?»

"Вон, месье".

Десять минут спустя. Картер подошел к Генри, когда тот вышел из телефонной будки.

"Хорошо?"

«Лучше бы это была Испания», - ответил Генри. «Этот беспорядок движется в одеяле на север и северо-восток. Если мы оторвемся от земли, единственный путь - на юг».

«Хорошо. Вытащите артиллерию из« Ситроена », положите ее под пальто и присоединяйтесь к нам в фургоне».

"Что-то не так?"

«Просто догадка», - ответил Картер. "На том фургоне, который проезжал мимо и остановился у Этампа, была антенна CB. Больше они не проезжали, но могли выследить нас. Если что-нибудь случится по дороге, я думаю, было бы лучше, если бы мы были все вместе . "

Когда они шли к фургону. Картер провел фонариком по карте. Помимо опубликованных маршрутов, теперь были начерчены линии, пересекающие дорогу 20 и ближайшую автомагистраль A10.

"Что происходит?"

"Кто знает?" - сказал Картер и пожал плечами. «Но помните, что вы сказали о том, что нас заметили, если мы останемся в Париже слишком долго?»

"Да уж?"

«Возможно, мы остались слишком долго.

Генри завел двигатель и выехал с парковки. Он включил фары, и снова Renault вырвался вперед, а Морис и Citroen не отставали. На шоссе они быстро набрали скорость, и задние фонари Renault исчезли в снегу.

Внезапно вокруг них развернулась небольшая спортивная машина и сразу же притормозила.

"Ублюдок!" Генри зашипел и ударил в сигнал.

"Можете ли вы передать его?" - сказал Картер.

«Не в этом дерьме. Мы теряем Рено!»

Картер посмотрел на заднее стекло. Он не видел фар «ситроена».

«Мне это не нравится», - прорычал он, вставляя снаряд в камеру «Беретты». На звук ответил такой же щелчок, как Карлотта готовила «Узи».

«Впереди что-то есть!» - крикнул Генри. "Господи, это же контрольно-пропускной пункт!"

Картер рванул вперед.

Машины не было видно, но на их полосе дороги были подняты две стойки с красными фонарями наверху и воротами между ними. У дороги стояли трое мужчин в форме, но по снегу было невозможно определить, в какой форме они были.

Спорткар уже остановился у ворот. Рено не было видно.

"Амани, садись в спину!"

«Как вы думаете, нас ищет полиция?»

"Переехать!" - рявкнул Картер. Он с трудом мог сказать этому человеку, что чертовски хорошо знал, что это не полиция.

Как только Картер проскользнул вперед, Генри нажал на тормоза.

"Смотри, там, в деревьях!"

Картер посмотрел. Это был конец седана Renault. В эту секунду спортивный автомобиль взлетел, а затем занес боком перед ними. Двое из трех мужчин в форме вытащили пистолеты и побежали к фургону.

Картер вытащил одного из них прямо через боковое окно, а Генри начал бороться за руль. К тому времени, как фургон полностью развернулся, Карлотта уже открыла задние двери и «узи» лаял.

«В маленькой спортивной машине…?» - это Амани сидел у Картера за спиной.

"Да уж?"

"София Палмори!"

«Будем надеяться, что« Узи »прибьет ее», - сказал Картер, уже проводя фонариком по карте. «Здесь около двух миль есть боковая дорога. Поверните налево!»

Едва он сказал эти слова, как две фары вырвались из снега прямо на них.

"Это синий фургон!" - крикнул Картер.

«Черт возьми, они, должно быть, забрали Мориса!» - воскликнул Генри, сумев вовремя свернуть, чтобы избежать встречи с другой машиной.

Он занял угол и увидел чистую белую безымянную ленту, ведущую к A10.

«Господи, надеюсь, под этим есть дорога», - пробормотал Генри, затем включил фургон на максимальной скорости и нажал на педаль акселератора.

Он был твердым под белым порошком.

"Что теперь?"

Картер сверился с картой. «Есть подземный переход. С другой стороны, поверните налево. Это съезд на A10».

Картер цеплялся за сиденье и дверную ручку до тех пор, пока он не удовлетворился водительскими качествами Генри, и они поползли боком по рампе. Затем он повернулся к сиденью и посмотрел на Амани и Карлотту. Он увидел свет в нижней части въезда, а затем мутный желтый цвет двух противотуманных фар другого фургона.

"Что это такое?" - спросил Генри.

«Их», - ответил Картер. "Они

идут за нами ".

Они выехали на юг по шоссе A10 со скоростью шестьдесят миль в час, и Генри сделал все, что мог, чтобы увеличить скорость. Рядом с ним на пассажирском сиденье. Картер снова сверялся с картой.

«У них должен быть нагнетатель», - сказал Генри. "Они выигрывают со второй!"

«Я знаю», - сказал Картер, взглянув на проезжающий знак и быстро вернувшись к карте.

«Замечательно. Итак, теперь мы по полной!»

«Смотри на дорогу и езжай, Генри».

Картер снова заглянул в заднее окно. Расстояние между двумя машинами сокращалось с каждой секундой.

«Он хорош, - сказал Генри. «Слишком хорошо. Нам никогда не убежать от него».

«Я сказал вам, что знаю это», - ответил Картер.

Он соскользнул с пассажирского сиденья и направился к задней части фургона. Он взял «узи» из рук Карлотты, вытащил магазин и вставил новый.

«Карлотта, вы с Амани распахиваете двери и держите их открытыми, когда я вам скажу! Генри…»

"Да уж?"

Впереди крутой поворот. Когда вы выйдете за пределы этого, притормози! "

"Попался!" Генри ответил громким смехом, уже видя намерения Картера.

Они начали в ром и. На полпути зацепил кусок льда. К счастью, Генри уже снижал скорость, поэтому ему было легко направить фургон и повернуть.

"В настоящее время!" Картер заплакал, когда увидел, как загорелись лучи противотуманных фар. Амани и Карлотта распахнули задние двери и придержали их ногами.

На том же месте на повороте другой фургон зацепился за ледяной покров. Но его скорость не позволяла произвести ту же реакцию, которую мог произвести Генри.

Картер прищурился от порывов холодного воздуха и снега, заполнившего заднюю часть фургона, и начал поливать узи. Он поймал левую переднюю фару и увидел, как пули пробили путь через крыло, дверь, а затем разбили все окна фургона.

Раздался пронзительный металлический крик, когда фургон ударился о перила и проехал мимо них по плечу.

К этому времени Генри уже полз. Когда он полностью остановился. Картер выкатился из кузова фургона, Амани стоял прямо за ним, а Генри выливался из машины.

Как и надеялся Картер, внезапный переход в наступательную позицию ошеломил пассажиров другого фургона. Он был в десяти футах от задней части фургона и бежал, когда двери внезапно открылись. За ними скрючился монстр, магнум в его руках выглядел как игрушечный. Он получил одну пулю, прежде чем Картер опрыскал «Беретту».

Он смотрел прямо в глаза здоровяку прямо перед тем, как они рассыпались.

Дверь со стороны пассажира фургона открылась, и двое мужчин вылетели, когда Картер произвел еще одну очередь. Слева от него он услышал топот ног по заснеженной мостовой. Это был Генри, уже стрелявший из своей «Беретты». Он врезался в водителя прямо в боковое окно и ударился о переднее крыло, когда Картер выехал из фургона.

С момента первого крушения прошло менее получаса.

За ограждением был берег с дренажной канавой на дне. Картер вставил в «узи» свежий магазин, нырнул за ограждение и покатился.

К тому времени, как он попал в канаву, он не привлек огонь, поэтому он случайно заглянул через ее край в лес.

По-прежнему нет огня.

Он перевернулся через насыпь и прополз около деревьев ярдов на двадцать. Густому снегопаду мешала густая листва деревьев наверху. Те же деревья теперь загораживали свет от фар фургона наверху.

Картер сделал два шага вперед, и мальчишеский вид мужчина с когтем вместо правой руки прокатился вокруг дерева в десяти ярдах перед ним.

Коготь попал на спусковой крючок пистолета-пулемета.

Картер наложил ему шов на грудь, и в тот момент, когда размытое движение привлекло его взгляд вправо.

Это был Амани, и дуло его «Беретты» излучало шафрановое пламя. Он высыпал всю обойму второму мужчине, который сидел в молитвенной позе в двадцати ярдах позади жертвы Картера.

Мужчина простонал и сложился. Когда Амани подошел к нему, он ударил его ногой в бок, как будто он был еще жив.

«Ублюдок», - прошипел он, затем перезарядил «Беретту».

«Вомбо мертв в фургоне. Это был Покки, которого ты только что убил».

Карлотта стояла у локтя Картера. "А остальные три?"

Они похожи на французов, вероятно, местных жителей, которых София наняла в Париже ».

"А София?"

Карлотта покачала головой. Я попытался добраться до контрольно-пропускного пункта, но, думаю, я скучал по ней ".

Картер пожал плечами и двинулся обратно на берег. "Генри!"

"Да уж?"

"Их фургон двинется?"

"Я думаю так."

«Выбейте вторую фару и перегоните ее по насыпи, через дыру, которую они уже пробили в ограждении».

"Попался!"

Картер двинулся обратно к своей машине, Карлотта и Амани последовали за ним. Он проскользнул на водительское сиденье, когда они забрались на заднее сиденье.

Едва утих звук скрежета металла, как Генри устроился на пассажирском сиденье.

"Поехали!"

Они двинулись в путь, и через пять минут они понеслись на юг по трассе A10 в сторону Орлеана со всей скоростью, с которой фургон мог их нести.

Миновав город, Генри дал Картеру направление на аэродром. Это было немного больше, чем полоса земли, вырезанная на небольшом фермерском поле. Ангар представлял собой открытый амбар.

Картер остановил фургон и повернулся к Амани. «Хорошо, теперь мы должны знать, куда мы идем, потому что мы, возможно, не сможем пойти. Скажи ему, Джейсон».

Этот шторм идет на север и восток. Если вы думаете о Швейцарии, Австрии или Германии, забудьте об этом ».

Амани улыбнулся. «Мы идем на юг, джентльмены… в Испанию».

"Где в Испании?" - нетерпеливо спросил Картер.

«Рядом с Кордовой», - ответил итальянец, затем наклонился вперед и поместил «Беретту» сразу за левым ухом Картера. «Уверяю вас, синьор Кашмир, я доверял вам до сих пор… но - на всякий случай - я хочу, чтобы вы и Генри передали свое оружие Карлотте».

Картер с трудом сдержал улыбку, передавая «узи» и «беретту» Карлотте Полти.

Последние слова, которые она шептала ему перед тем, как они с Амани ускользнули из парижской квартиры, вертелись в его голове: он не собирается убивать ни тебя, ни Джейсона, но он будет держать тебя на руках, пока мы двое продолжаем.

«И когда ты пойдешь дальше, - подумал Картер, - я пойду прямо за тобой!»

По приказу Амани Карлотта закопал все оружие, кроме «Беретты», которую он держал. Генри проверил самолет, пока Картер переносил сумки.

«Поверь мне, Али Кашмир, я не обманываю тебя. Я просто не могу взять тебя с собой на всю дорогу. Когда мы доберемся до Кордовы, тебе и Генри будут полностью заплачены».

«А другая половина нашего соглашения? Знакомство с определенными людьми?»

«Ах, я боюсь, что это была маленькая невинная ложь. Видишь ли, однажды, тем самым людям, о которых я говорил, не нужно будет покупать у тебя оружие».

Самолет был двухмоторным Beechcraft. Он легко перенесет шесть.

Генри уже был в кабине, и винты повернулись, когда остальные забрались внутрь.

«Мне жаль, что мы должны скоро расстаться на печальной ноте, Али», - сказала Карлотта достаточно громко, чтобы Амани услышал.

Картер пожал плечами. «Пока мне платят. И я всегда наслаждался Испанией… особенно в оплачиваемом отпуске». Он наклонился вперед и похлопал по холщовой летной сумке. "Я даже взял с собой фотоаппарат!"

Карлотта улыбнулась. Это она засунула камеру в дорожную сумку в тот день после того, как агент AX накинул ее ей на плечо в толпе метро, а Амани находился в двадцати шагах от нее.

Картер взглянул вперед. Он видел, что Джейсон Генри бурлит.

Он быстро встал и обошел Амани на правое место. Пристегиваясь, он переключил переключатель радио в положение «гарнитура» и прошептал: «Остынь!»

Глаза Генри расширились, а затем сузились. «Эта сука», - прошептал он. "Она нас обманула!"

«Нет, мой друг. Игра ведется довольно хорошо».

Тринадцать

Полоса мало чем отличалась от той, с которой сняли во Франции: широкий участок расчищенной земли на поле фермера.

Незадолго до приземления Амани дал указания Генри: «Радио Кордова, у вас проблема с двигателем!»

Генри дважды передал по рации сообщение вместе с координатами, которые ему дал Амани. Тогда старый итальянец наклонился вперед и сломал домкраты радиоприемника отверткой.

«Теперь вы можете приземлиться. Координаты в милях отсюда, недалеко от португальской границы. Вот где они будут искать вас!»

Генри посадил самолет, сделав всего пару прыжков по изрезанной, плотно утрамбованной земле, и вырулил до конца импровизированной взлетно-посадочной полосы.

Ангара не было, только пара оливковых сараев, а между ними стояла бесхитростная «Цессна-210» с летчиком арабского вида, развалившимся у фюзеляжа.

«Наш новый шофер ждет, Карлотта», - усмехнулся Амани.

Четыре человека с автоматами окружили самолет, когда Генри остановился и заглушил двигатели. Трое из них были испанцами или арабами, в одинаковых черных кожаных куртках и темных брюках. Четвертый был в мешковатом темном костюме и выглядел скандинавцем или славянином.

Это было славянское.

Картер уловил русский акцент в английском, когда он обнял Амани, и они обменялись приветствиями.

Тот же россиянин приветствовал Карлотту, когда их представил Амани. Затем, один за другим, Амани пожал руки трем боевикам в кожаных куртках.

Не нужно было быть гением, чтобы понять, что это были баски с севера, вероятно, члены ренегатского террористического подразделения ETA.

Амани вошел в тихую беседу со всеми четырьмя из них. Покачав головой и несколько раз улыбнувшись, итальянец вернулся к Картеру и Генри.

«Синьор Кашмир, вы оказались бесценными. Но, как я уже говорил, я не могу позволить вам сопровождать меня на последнем этапе моего путешествия».

«Итак, они опустошают нас», - прорычал Картер, кивая головой в сторону четверых мужчин.

«Скорее наоборот», - посмеиваясь, ответил Амани. «Они просто будут держать вас здесь, пока я не приземлюсь в пункте назначения. Это не должно длиться больше четырех часов».

"А потом?" - спросил Генри сквозь стиснутые зубы.

"Затем вас отпустят, и вы продолжите свой полет в Кордову. То, чем вы оба будете заниматься, - это ваше личное дело. Йо

Ваши деньги, синьор Кашмир, уже были переведены в Швейцарию. Видите ли, я человек слова ".

«Один из этих людей - русский, Амани», - сказал Картер. "Это то, с кем вы сейчас имеете дело?"

Амани нахмурился, но только на секунду. Затем его губы расплылись в широкой улыбке. «Я помирился с моими русскими товарищами. С их помощью у меня будет Италия. Это то, чего я всегда хотел».

Три кожаные куртки выступили вперед и жестом указали Картеру и Генри на один из сараев для оливок.

Картер схватил свою летную сумку, и русский начал кричать: «Нет, нет!»

Картер вопросительно посмотрел на Амани. «Я такой же разыскиваемый, как и ты. Мне понадобится моя маскировка и смена одежды, чтобы пройти испанскую таможню в Кордове».

Амани кивнул и успокоил опасения русского. «Перед отъездом из Франции мы с дамой сняли все руки. Сумки также были обысканы».

Сотрудник КГБ неохотно кивнул, и их затолкали в один из оливковых сараев.

Когда они вошли и дверь за ними была заперта, Генри повернулся к Картеру.

"Что, черт возьми, происходит?"

«Не больше, чем я ожидал», - ответил Картер. «Вы хорошо рассмотрели глаза этого русского, пока Амани разговаривал с нами?»

«Вы держите пари, что я сделал».

"А что ты видел?"

"Он собирается зря потратить нас, как только Амани и женщина уйдут!"

Картер кивнул, наблюдая за происходящим снаружи через трещину в досках, прибитых к единственному окну. «Точно мои чувства. И я пойду на одно предположение дальше. Готов поспорить, они планируют похоронить нас где-нибудь здесь, в горах, и сами использовать ваш Бичкрафт».

Вокруг сарая на твердом земляном полу были разбросаны ящики с оливками. Генри плюхнулся на одну из них и вздохнул.

«Знаешь, Картер, это действительно не тот путь, которым я рассчитывал».

«Вы никуда не пойдете, кроме как отсюда». Картер сел на другой ящик и начал копаться в своей летной сумке. «Подойди к окну и расскажи мне, как они выходят наружу. Думаю, они придут за нами, как только« Цессна »оторвется от земли».

Генри двинулся к окну, но, похоже, он не слышал всех слов Картера. «А эта маленькая сучка, Карлотта… Я думала, ты сказал, что она итальянка Сид!»

«Она», - ответил Картер, вынимая из сумки тяжелый футляр для фотоаппарата и штатив. «И она чертовски прекрасная актриса».

«Она сука! Они« Цессну »прогревают».

«Нам пришлось сыграть так, потому что мы не знали окончательного места встречи… точно, куда собирался Амани».

«Мы до сих пор этого не делаем».

«Мы сделаем это. И когда мы это сделаем, я уже нашел способ связаться с Карлоттой. Видишь ли, Генри, Амани теперь доверяет ей. Имея ее внутри, я могу получить точную информацию, которая мне нужна».

"Который…?"

«Разорвать эту небольшую тусовку важно, да. Но важнее получить факты и доказательства того, что КГБ планирует пособничество и подстрекательство. Если они у нас есть, мы можем связать им руки!»

Генри отвернулся от окна и посмотрел на Картера. Казалось, за его глазами вспыхивает лампочка.

«И вы думаете, что Карлотта сможет подойти достаточно близко, чтобы получить это доказательство?»

Картер улыбнулся. «Она очень опытная и очень красивая. Да, я думаю, она сможет. И когда мы узнаем, что такое доказательство - и где оно - мы с вами выясним, как его получить».

Генри внезапно осознал, что Картер разбирает дорогую камеру Rolleiflex и ловко собирает детали у себя на коленях.

"Что, черт возьми, ты делаешь?"

«Это специально измененный 9-миллиметровый парабеллум модели 951 Italian Beretta. Его работа была изменена с полуавтоматической с отсрочкой на полностью автоматический режим. Длина ствола была сокращена до трех дюймов, но увеличена для работы с просверленными полумагнитными зарядами. Начальная скорость пули равна все же лучше, чем тысяча футов в секунду, а магазины с четырьмя загрузками могут быть скреплены цепью из конца в конец, до пяти, так что они подпружинят двадцать снарядов. Эти секции штатива на самом деле являются заряженными магазинами ».

Картер соединил магазины, вставил верхний в приклад и резко потянул затвор, чтобы вставить боевой снаряд в патронник. Затем он поднял его, чтобы Генри увидел окончательный результат.

«И вуаля! Он превращается в мини-пистолет-пулемет, весит меньше полутора фунтов!»

"Будь я проклят."

Снаружи взревел двигатель «цессны», и самолет начал руление. По чередующимся звукам оба мужчины могли определить, когда самолет взлетел.

«Хорошо, скоро придут головорезы», - прошипел Картер. «Встань прямо передо мной, когда они войдут. Катись, когда ты чувствуешь ствол этого ребенка в своей спине!»

Остальное Картер объяснил короткими, едкими предложениями, и Генри кивнул в знак понимания.

Ключ в замке за дверью быстро свел их вместе.

"Готов?"

«Готово», - прошептал Генри.

Дверь открылась. Двое из них подошли гуськом, а затем рассредоточились, один прикрывался своим пистолетом-пулеметом, другой приближался, чтобы укрыться от них.

Картер подождал, пока приближающийся человек оказался прямо перед Генри, затем задел Генри по спине коротким стволом «Беретты».

Генри упал как черт

и покатился, когда «Беретта» начала стрелять. Ни один из мужчин не успел моргнуть, прежде чем встретил своего Создателя.

Шесть 9-мм пули попали первому в грудь. Когда он качнулся назад и вниз. Картер продолжал стрелять. Одна пуля оторвала ему подбородок на пути вниз, а еще пять слизней прошли по его падающему телу, сделав труп второго.

Он едва ударился о землю, как Генри получил свой пистолет-пулемет, затем Генри и Картер выбежали за дверь и бросились бежать.

Третья кожаная куртка заправляла «Бичкрафт» горючее. Генри бросился на него на полном ходу, когда мужчина нырнул за своим ружьем в десяти футах от земли.

Он так и не сделал этого.

Генри разрезал его пополам вертикально, от промежности до грудины, когда его пальцы нашли пистолет.

"Где другой? Русский?"

«Ты поймал меня», - крикнул Генри в ответ, падая на живот, нога к ноге, вместе с Картером.

Оба они сыграли из своих ружей по дуге на своих половинах круга.

Они уже собирались встать, как вдруг загудел двигатель, и небольшой седан «Сеат» полетел к ним из-за второго сарая для оливок.

"Поверните его, прежде чем он попадет в самолет!" - крикнул Картер, вставая на одно колено.

Оба пистолета загремели. Пули разорвали переднюю часть крыльев и радиатор. Передняя часть машины сразу же залилась паром. Но теперь у них был диапазон.

Лобовое стекло разбилось, держалось секунду, а затем полностью разлетелось. Позади него лежал на сиденье сотрудник КГБ, широко раскинув руки, и половина лица отсутствовала.

Но машина приехала.

"Получите в шины!" - крикнул Картер.

Оба пистолета снова обстреляли переднюю часть автомобиля, пока машина не упала и не начала уклоняться. Он покачнулся на двух колесах, затем полностью перевернулся на бок, на крышу и снова качнулся на колесах.

«Закончите заправлять самолет газом», - прорычал Картер. "Я уберу этот беспорядок!"

Он вытащил два тела из сарая и затолкал их в Трон, а затем присоединился к ним с убийством Генри.

К тому времени, как он закончил, «Бичкрафт» был заправлен топливом, и Генри откатывал переносной баллон с дороги.

«Не отключайте его», - сказал Картер, забирая шланг из руки. "Поднимитесь на борт!"

Генри кивнул и направился к самолету. Картер подтащил переносной баллон к сиденью и залил машину водой. Затем он сделал двадцатиметровую дорожку для бензина от машины и подтолкнул переносную цистерну назад достаточно близко к сиденью, чтобы они оба взорвались вместе.

Он сделал самодельный взрыватель из пропитанного газом носового платка и книги спичек и помчался к самолету.

«Господи, ты внимателен», - сказал Генри, нажимая дроссель вперед.

«Меньше объяснений. Думаешь, мы сможем их поймать?»

«Без проблем. Мы почти уверены, что они пойдут на юг через Средиземное море, верно?»

«Верно», - согласился Картер.

«Хорошо, я могу утроить их скорость, и, возможно, даже больше, на высоте. Они, вероятно, летят низко, чтобы попасть под радар. Почини один из этих домкратов и подключись по радио к башне Кордовы».

"Новый план полета?"

«Верно», - сказал Генри, выставляя самолет против ветра. «Мы подадим в Марракеш. Это достаточно далеко на юг в Марокко, и мы, вероятно, сможем поехать куда угодно легально, а им придется играть в игры».

Они только взлетали, когда за ними взорвался сиденье.

* * *

"Вот он!"

Картер наклонился вперед. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы заметить, как на серебряной обшивке «цессны» поблескивает пистолет.

«Он занимается банковским делом».

«Я поймал его», - сказал Генри, сбавляя обороты и уменьшая обороты.

Они наблюдали, как меньший самолет катился к подножию Атласских гор, где они встречались с морем. Внезапно берег остановился, и «Цессна» буквально прыгнула через живую изгородь по невысоким горам.

«Что ж, мы знаем одно», - заявил Генри. «Это Марокко. Если этот сумасшедший ублюдок не влетит в склон горы!»

Оба мужчины затаили дыхание, когда пилот «Цессны» покатился по краю плато, позволил своей воздушной скорости набрать скорость, уходя в долину, а затем снова снизил скорость, едва достигнув следующего пика.

"Что вы думаете?"

Генри пожал плечами. «Это сплошная пустыня. Он может приземлиться где угодно, как только преодолеет эти горы».

«Но ведь это будет недалеко от Феса или Марракеша, верно?»

«Должно быть. Это все, что есть между океаном и горами».

Генри пролез еще немного, чтобы их не заметили, и они оба устроились на своих местах, чтобы поиграть в кошки-мышки.

Старая столица Феса уходила далеко внизу и справа от них. Затем еще полчаса был бесконечный песок, пока на далеком горизонте они не заметили красный город Марракеш.

"Они приземляются!"

Картер вытянул шею, заглянув в бинокль.

«Цессна» приземлилась на ленте красной глиняной дороги, которая вела от предгорья Атласа в пустыню. Пока винт все еще вращался, Амани и Карлотта вышли из самолета.

"Могут ли они нас видеть или слышать?" - спросил Картер.

Генри покачал головой. «Мы слишком далеко, чтобы они могли слышать о двигателе Cessna, а мы прямо на солнце».

Картер кивнул и наблюдал, как из небольшой берберской деревушки примерно в восьми милях от того места, где сошла «цессна», мчится машина.

К тому времени, как самолет снова взлетел,

машина доехала до пары.

«Следуй за самолетом немного, - скомандовал Картер.

Генри делал это, пока они оба не были уверены в его направлении и вероятном пункте назначения.

"Алжир?" - спросил Картер.

«Похоже на то. Этот парень действительно умеет летать, и он, очевидно, знает эти горы. Он, вероятно, уже много лет управляет здесь службой такси.

«Я предполагаю, что это легкий доступ из Алжира, Ливии и моря. Кроме того, это нейтральная земля и плавильный котел для туристов. Любая национальность может смешиваться, не выделяясь. Давайте вернемся к машине!»

Издалека они проследовали по пыльному следу маленького седана, пока не были уверены в его пункте назначения.

«Я бы сказал Марракеш», - сказал Генри.

«Я бы сказал, что вы правы. Вернитесь в Фес и приземлитесь там, на всякий случай. Мы поедем вниз. У вас есть марокканские связи?»

Генри рассмеялся. «Друг, у меня везде связи».

«Я подумал, - сказал Картер. «Поставь меня на землю. Мне нужно найти телефон!»

14

Вершины Высоких Атласских гор вдали были засыпаны снегом. Были сумерки, и когда солнце опустилось все дальше за горизонт, небо стало ярко-оранжевым. Стаи цапель и других птиц низко проносились над красными крышами города, возвращаясь домой на ночлег.

Картер в темных очках и с маленьким биноклем сидел на крыше Cafe des Mille et Une Nuits. Он отпил стакан мятного чая и наблюдал за пятичасовым наплывом туристов и местных жителей на площадь под ним.

Он оперся руками на парапет и посмотрел на разноцветный человеческий ковер, покрывавший огромный открытый рынок Джемма Эль Фна.

Площадь была забита. Помимо открытых прилавков торговцев, здесь были гадалки, пожиратели огня, заклинатели змей и рассказчики, каждый из которых был окружен восторженной публикой.

А в центре всего этого был фон и сцена Фокусника.

Картер поправил очки, чтобы заклинатель змей и его помощник работали на краю сцены Фокусника. Помощник выглядел как светлокожий бербер из гор. Его одежды были разноцветными: шафрановым, синим и золотым. Они покрывали все его тело и половину лица, а поверх ткани, покрывавшей переносицу, Картер видел, как настороженные глаза бегали повсюду - так же, как и глаза Картера - осматривая каждого прохожего.

Помощником заклинателя змей был Джейсон Генри.

Этот человек оказался более чем способен выполнить любую задачу, поставленную перед ним Картером.

Шел четвертый день с тех пор, как они приехали и открыли магазин в трех комнатах дешевой гостиницы на авеню Мохаммеда V.

Местные сотрудники ЦРУ и AX были привезены из Касабланки, чтобы заняться беготней. Но когда пришло время начинать трюки, именно Генри умел вербовать.

Картер не удивился, узнав, что Амани снял номера в самом шикарном курортном отеле Марракеша, Мамунии. Этот человек может бороться за социализм, но он не полностью отказался от своего вкуса к капиталистическому комфорту.

Местные сотрудники КГБ были повсюду, но на второй день было несложно подсунуть Карлотте средства связи на поднос с завтраком.

В тот день она с жадностью наблюдала за заклинателем змей, выйдя из двери ателье на дальнем конце площади.

Каждый вечер более сотни карманников перемещались по площади, охотясь на туристов. Двое из них теперь работали на Генри.

После кивка Генри, опознавшего Карлотту, молодые люди приступили к работе.

Карлотта никогда не чувствовала такого сильного рывка за сумочку, перекинутую через плечо.

Десять минут спустя несколько дирхамов перешло из рук Картера в руки юношей, и Киллмастер читал ее записку:

Нас больше сорока и трое представителей КГБ. Мы живем по всему городу, некоторые за городом. Каждый день нам будут предлагать новый маршрут, но встречи всегда в одном и том же месте. Под магазинами на западном конце площади находится огромный подвальный склад. Он принадлежит торговцу коврами. Это там. Каждое слово тщательно записывается, и, если в конечном итоге будет достигнуто какое-либо соглашение, я думаю, что оно тоже будет записано и подписано. Я думаю, что эти документы каждую ночь привозят в одно и то же место и запирают. Надеюсь скоро узнать где.

Где бы это ни было. Картер предположил, что там будет сейф и хранилище. Вечером после ужина он дал Генри полный список материалов, которые могли ему понадобиться.

Этот человек был гением.

К полуночи все было безопасно собрано и спрятано в своих комнатах.

На следующий день процесс общения повторился. На этот раз обменялись купюрами. Картер подробно расписал, что Карлотта должна делать, когда придет время.

Мальчику потребовалось всего несколько минут, чтобы совершить обмен и вернуться к Картеру.

"Мерси".

"Очень красивая леди. Твоя?"

"На самом деле, нет."

"Жаль. Вы хотите женщину сегодня вечером?"

"Не сегодня."

"Очень плохо."

Мальчик пожал плечами и ушел, а Картер развернул записку.

* * *

По месту хранения ничего нового, но я все ближе. Я не могу дождаться, чтобы снова быть с тобой.

* * *

Картер остановился, почувствовал, как его пах дернули

воспоминания о том, когда они в последний раз были вместе, а затем продолжили читать.

Мы с Амани обсудили наши планы отъезда, когда придет время. Думаю, все получится.

На следующий день кошелек был пуст. Картер вздохнул. Теперь это была игра ожидания.

Он снял очки с глаз и стер с них ожог.

Тонкий вой тростниковых свирелей, удары барабанов и звуки тарелок в щелкающих пальцах танцоров живота доносились до его ушей.

Повсюду был звук и движение. На многих киосках уже зажигались ацетиленовые ракеты в ожидании наступающей темноты.

И мужчин он видел ее.

Она шла по людной площади, как высокая богиня с волосами цвета воронова крыла в легком белом хлопчатобумажном платье. Она остановилась всего на мгновение перед циновкой заклинателя змей и полезла в сумочку.

Картер затаил дыхание.

Затем ярко-красно-золотой шарф лег на ее волосы, и Картер вздохнул с облегчением.

Это был сигнал.

Встречи завершились, соглашения подписаны. У нее была информация.

Все было кончено, и пора было идти.

Вместо того, чтобы кивнуть молодому карманнику, Генри повернул голову и бросил взгляд на Фокусника в тюрбане, который уже собирался действовать по соседству.

Карлотта подошла и встала в первом ряду перед сценой, и Картер крепче прижал очки к глазам.

Фокусник начал свою болтовню. Его глаза на изможденном бородатом лице под ярко раскрашенным тюрбаном, казалось, сметали толпу. Затем, после нескончаемой известки, они напали на Карлотту.

Он мгновенно сошел со сцены и потащил ее вперед. Она отстранилась, качая головой и смущенно оглядывая толпу.

Картер видел, как губы волшебницы быстро шевелились, призывая ее присоединиться к веселью. Он жестом велел толпе подбодрить их.

Они сделали это с бурной болтовней и аплодисментами.

Карлотта капитулировала.

Фокусник подвел ее к большому вертикальному ящику в задней части сцены и поместил ее внутрь. Она нервно посмотрела на толпу, когда мужчина начал свое мумбо-джамбо.

Он обошел коробку, покрутил ее для толпы, а затем ударил по ней, чтобы показать, что она прочная.

Затем дверь закрыли и заперли. Ящик был задрапирован огромной черной занавеской, и Фокусник снова совершал свои жесты и заклинания.

Картер поправил очки.

Генри и заклинатель змей уже собрали вещи. Неся между собой огромную корзину с соломой, они быстро пробирались сквозь толпу.

Он перенес очки на другую сторону сцены. По стойлам уже двигалась ослиная телега с обтянутой брезентом соломой.

Фокусник дал ящику последний последний поворот, и два помощника подняли черный занавес. Тележка с осликами просто проезжала за сценой, когда открывался ящик.

Картер уже спускалась на улицу, когда дверь открылась, и из ложи вышла темнокожая, полураздетая танцовщица, ее живот задергался, а тарелки на ее пальцах звенели.

* * *

Картер приоткрыл дверь комнаты, когда услышал кряхтение на лестнице. Когда голова Генри появилась над площадкой, он полностью распахнул ее и бросился в холл.

"Есть проблемы с переключателем?"

"Ни капли. Дайте нам руку!"

Картер помог им с корзиной пройти в комнату. Заклинатель змей снова исчез в коридоре, просто на случай, если они были рождены.

Генри закрыл и запер дверь, когда Картер поднял крышку корзины.

«О, Боже», - простонала Карлотта. «Я слышал, как змеи ползают по ложному дну! Вы выпили?»

"Конечно," сказал Картер, быстро поцеловав ее в губы и налив ей виски.

Она проглотила его одним глотком и протянула стакан другому.

"Что у тебя есть для меня?" - спросил он, наполняя стакан.

Она вышла из корзины и подошла к кровати, где высыпала содержимое своей сумочки. Из беспорядка она выбрала тюбик для губной помады и разобрала его. С одного его конца вышел крошечный рулон бумаги.

«Вот список всех присутствующих… их имена, псевдонимы и примерное время их завтрашнего отъезда. Я смог получить только около половины методов и маршрутов».

Картер взял газету и обнял ее. "Это будет сделать." Он передал газету Генри. "Вы знаете, что с этим делать?"

«Я чертовски уверен».

Картер снова повернулся к Карлотте. «А теперь, моя темноволосая итальянская красавица, что еще у тебя есть для меня?»

«Это ювелирный магазин, торгующий очень дорогими драгоценными камнями высокого класса. Вот адрес».

Картер запомнил адрес, сжег газету и повернулся к Джейсону Генри.

«Ты знаешь, что с этого момента делать, Джейсон. Позаботься о ней. Теперь это моя собственная игра в мяч».

«Ник, это значит…?»

Она схватила его за плечи и развернула.

«Это означает, Карлотта, что я не увижу тебя до завтрашнего дня. Но ты можешь сделать для меня кое-что особенное».

"Какая?"

Он наклонился вперед, пока его губы не коснулись ее уха. «Примите ванну, надушитесь… и обнажитесь».

усмехнувшись, он схватил с кровати коричневую джеллабу и пару сандалий и вышел за дверь, прежде чем она смогла ответить.

* * *

Было около десяти часов, когда Картер добрался до новой части города. Он проделал весь путь от маленького отеля в Медине до переполненных базаров, чтобы убедиться, что за ним никто не следит.

Под серовато-коричневой джеллабой, покрывавшей его от темной головы до сандалий, был сверток с материалом, который Генри добыл несколько дней назад.

Магазин, который искал Картер, находился на старой улице в новой части города. Он переходил от дешевого и ветхого к причудливому и процветающему.

Улица держала на охоте несколько мальчиков-подростков и несколько проституток, пытающихся заинтересовать мальчиков. Движение было нарушено внезапным легким дождем, который только что начал падать с сильно затянувшегося неба.

Картер подошел к двум дверям магазина и отступил в тень дверного проема, чтобы прикурить сигарету, когда заметил приближающуюся патрульную машину. Он натянул капюшон своей джеллабы против дождя и скользнул в сидячее положение, когда машина наехала рядом.

Глаза двух полицейских прочесали улицу из стороны в сторону через залитые дождем окна. Включился прожектор, и Картер сжался в комок и уткнулся подбородком в халат.

Прожектор пролетел мимо, остановился, затем вернулся. Картер почувствовал, как у него в животе образовался холодный твердый узел, когда яркий свет залил его, сияя сквозь закрытые веки. Его дыхание стало прерывистым. Общеизвестно, что полиция останавливает и иногда обыскивает бездельников в этом районе в поисках наркотиков.

С тем, что Картер спрятал под одеждой, он никак не мог выдержать обыска. Если машина остановится и они выйдут, он уже решил, что ему придется бежать и вернуться позже.

Двигатель машины хрипло бормотал на холостом ходу, затем прожектор погас, и машина снова двинулась вперед. Полицейские явно не хотели выходить под дождь из-за нищего, спящего в дверном проеме.

Картер выпрямился и перешел улицу к другому дверному проему напротив здания, в котором находился магазин. Сквозь дождь он заметил крохотный затемненный выход в переулок в дальнем конце магазина. Он дождался, когда проедут две машины и пешеход, затем перешел улицу в переулок.

Все окна первого этажа были защищены тяжелыми стальными решетками, а окна, примыкающие к пожарной лестнице в задней части здания, были закрыты изнутри ставнями из толстой проволочной сетки.

Он поднялся по пожарной лестнице на крышу, затем перелез через парапет и медленно прошел по крыше, вглядываясь в тусклый свет. Посреди крыши было строение, напоминающее сарай, с дверью с одной стороны. Очевидно, это был доступ к лестнице, ведущей вниз, но дверь была сделана из тяжелого металла и запиралась изнутри.

Встав на колени перед дверью, Картер расстегнул джеллабу и поправил рубашку. Из-под рубашки он развернул похожую на червя веревку из магниевого пластика. Разделив ее на две равные части, он обернул выступающие дверные петли пластиком и прикрыл спичку в руках, чтобы зажечь ее. Он зашипел, схватился и загорелся ослепляющим белым светом, освещая здание ослепляющим мерцающим светом.

Картер прикрыл глаза от света и с беспокойством оглядел соседние здания на случай, если кто-то заметит яркое освещение. Ни в одном из окон не горел свет, и внезапно магний погас.

Дверь наклонилась к нему, когда он просунул пальцы в трещину наверху и потянул. Он осторожно вытащил его из рамы и уперся в тяжелый вес. Когда он благополучно лег на крышу, он спустился по ступенькам. Внизу была лестничная площадка и еще одна дверь. Он застыл как вкопанный, когда увидел свет, исходящий из-за щели в двери.

Был ли свет из-за двери просто ночником?

Картер встал на колени и приложил ухо к двери, внимательно прислушиваясь. Прошли мгновения, и единственным звуком был стук его собственного сердца. Он повернул ручку и нажал. Дверь открылась, и он въехал в комнату, сделав поворот на 360 °, прежде чем подняться на ноги.

Комната была пуста. Рядом с захламленным столом ярко горела небольшая лампа.

Картер быстро достал холщовый мешок и прошел через офис. Помимо простых личных вещей, имеющих некоторую ценность и немного наличных, в сумку попало очень мало.

Второй этаж был более продуктивным. Он прошелся по витринам, выбрав только те ценные вещи, которые заинтересуют профессионального вора. На втором этаже все было фабричным, включая стандартные кольца, ожерелья, броши и часы.

На первом этаже был еще один выставочный зал с запертыми ящиками и удобный холл, где клиенты могли насладиться напитками или фуршетом, выбирая свои покупки или заказывая конкретный товар.

за грубыми занавесками сзади он нашел другую, меньшую комнату, которая, казалось, была не более чем местом для хранения вещей.

Картер догадался, что есть еще кое-что.

За набором ящиков высотой до потолка он нашел люк. С этого момента он будет летать вслепую. Было очевидно, что настоящие вкусности были где-то в подвале. Все ценное в Марракеше хранилось где-то ниже уровня улицы.

Подвал, казалось, состоял только из кладовой. Затем в свете своего фонарика Картер заметил толстый пучок проводов в углу потолка лестничной клетки. Он внимательно их проследил. Они исчезли через стену в углу за грудой бедуинского антиквариата, рядом с крепкой тяжелой дверью, мало чем отличавшейся от той, которую он взорвал на крыше.

Еще одна веревка из магниевого пластика была введена в эксплуатацию, и через две минуты он оказался в хранилище для сладостей.

В сумку вошли необработанное золото, драгоценные камни, два подноса с антикварными монетами и различные украшения. Затем он вытащил из-под джеллабы стетоскоп и приступил к работе над настоящим объектом своих поисков: восемнадцатидюймовым мини-боксом Беннингтона, встроенным в бетонную секцию размером четыре на четыре.

Картер догадывался об этом. Если бы хранилище внутри хранилища не принадлежало Беннингтону, он был уверен, что это был бы автономный сейф с одной единицей и такой же неразрушимой конструкцией.

Только немецкая фирма Bennington вела крупный бизнес в сфере безопасности в Марокко.

Чтобы взломать его, потребуется больше магния и других химических взрывчатых веществ, чем Картер мог унести. И тогда была бы большая вероятность, что комната окажется в беспорядке, бетон превратится в щебень, а бесшарнирный цельный резервуар самого небольшого хранилища будет лежать на полу в целости и сохранности.

Кроме того, подумал Картер, приступая к работе со стетоскопом и своими талантливыми пальцами, его цель не заключалась в том, чтобы ограбить сейф с целью кражи.

Прошло почти четыре часа, прежде чем он услышал, как двенадцатый и последний тумблер встал на место с едва заметным щелчком. К тому времени, когда он распахнул дверь, его пальцы онемели, его чувства напряглись, а все его тело было залито потом.

Всего одно движение по блестящей стальной внутренней части, и он нашел то, что искал, среди бархатных футляров с бесценными драгоценными камнями.

Ящик был стальной, с двойным кодовым замком. По сравнению с сейфовым замком, который он только что завоевал, эти двое были детской забавой.

Он приподнял крышку, затаив дыхание, затем вздохнул с облегчением.

Все они были там, тщательно подшиты и проиндексированы мастер-листом. Он не знал некоторых русских обозначений, но знал большинство.

Он осторожно установил свет со специальной лампочкой высокой интенсивности над одним из лотков с драгоценными камнями, а затем начал раскладывать документы.

Он сфотографировал набор за раз и очень аккуратно положил их в папку.

Съемка заняла еще час, но время того стоило.

Когда он закончил, он удостоверился, что не оставил никаких следов того, что был внутри самого хранилища. Когда это было сделано, он снова запер дверь, сбросил таймер и вернулся на первый этаж.

В задней части здания была тяжелая стальная дверь, через которую можно было попасть в переулок и выйти из него. Он ощупывал дверь пальцами, пока не нашел провод, соединяющий поездку с охранной сигнализацией. С помощью двух зажимов типа «крокодил», соединенных проволокой, он обошел прерыватель и затем прикрепил один конец большой катушки шпагата к проволоке.

Удовлетворенный, он отпер засовы и цепи, которыми была закреплена дверь. Он осторожно приоткрыл дверь и вздохнул в тишине.

Он нашел и закоротил правый провод.

В переулке было тихо и тихо, слышны были только звук падающего дождя и журчание воды в водостоках и водостоках.

Когда его мешок с добычей был надежно свернут и закреплен на поясе под джеллабой, он шагнул через дверь в переулок.

Он осторожно двинулся к улице, разыгрывая за собой шпагат. Территория перед зданием была пустынна, и теперь дождь лил сильнее. Картер перешел улицу и дернул за веревку.

Тревога мгновенно заполнила промокший от дождя ночной воздух.

Он быстро скрутил шпагат на ходу. К тому времени, как он дошел до угла, у него в руке был аккуратный мяч. Он сунул его в карман и свернул на улицу, по которой люди ходили более активно, и светилась желтым от света кафе.

Он заметил темный автомобиль официального вида - «Рено» с дипломатическими номерами - квартал перед собой.

Он двинулся к нему и бросился на пассажирское сиденье прежде, чем молодой водитель заметил его присутствие.

"Эшбум?"

"Да сэр."

«Я Картер. Поехали!»

Машина с ревом ожила, и они мчались в сторону северо-западного сектора города.

"Как долго ехать до Касабланки?"

«Около двух часов. Я мог бы сделать это за полтора часа в это время ночи».

«Сделай это за полтора часа. Твое радио работает?»

"Да сэр."

«Позвоните вперед, - сказал Картер, заползая на заднее сиденье, - и пусть кто-нибудь подготовит кого-нибудь в фотолаборатории».

"Я так понимаю, сэр, что у нас есть? "

«Сынок, мы взяли их за яйца. Разбуди меня на окраине Касабланки!»

"Да сэр!" - вскрикнул молодой человек. "Могу я быть первым, сэр, чтобы поздравить вас?"

Картер не слышал ни слова, сказанного молодым иностранным офицером.

Он уже крепко спал.

Пятнадцать

Ровно в полдень Рональд У. Хатфилд, заместитель председателя американской миссии в Касабланке, Марокко, сел в мягкий стул в приемной миссии СССР в Касабланке.

Он подождал пятнадцать минут, прежде чем коренастая блондинка в юбке и блузке, которая почему-то выглядела как униформа, появилась из-за двух высоких дверей из тикового дерева.

"Председатель Хэтфилд?"

"Да."

«Товарищ председатель Заленков сейчас увидится».

"Спасибо."

Хэтфилд легко проходил через ворота, и его тепло встретил Игорь Заленков.

«Рональд, с тенниса прошло две недели. Как насчет субботы?»

«Прекрасно, Игги. Сначала обед?»

«Я уверен, что смогу выжить. Иностранный клуб?»

«Это было бы хорошо, Игги».

Двое мужчин знали друг друга три года. Они часто вместе играли в теннис и вместе с женами обедали в лучших ресторанах Касабланки и Рабата.

«Что ж, Рональд, чем я могу вам помочь?»

«Боюсь, это огорчает. Товарищ председатель».

«Ах, настоящий бизнес», - сказал русский, принимая пачку бумаг, передаваемую через стол.

Он просматривал их пять минут, и когда он снова поднял глаза, облака закрыли его лицо.

"Я полагаю, есть несколько копий?"

«Есть, - сказал Хэтфилд. «Полный комплект должен быть в Вашингтоне в течение часа. При необходимости мы могли бы доставить их в ООН к утру по нью-йоркскому времени».

"Ясно. Вы меня извините?"

"Конечно."

Рональд В. Хэтфилд выкурил маленькую сигару, пока ждал. Недолго до того, как Заленков вернулся в офис.

"Я полагаю, у вас есть требования?"

Хэтфилд вручил ему напечатанный список.

«Я должен сказать, что это невозможно», - ответил россиянин после быстрого прочтения.

«Конечно, знаешь. Но, Игорь, я предлагаю тебе вернуться к своей кодовой машине, пока я здесь».

Заленков кивнул и снова вышел из офиса.

Хэтфилд как раз тушил сигару, когда вернулся.

"Да?"

«Соглашение».

"Завершено?"

«В каждой детали».

Хэтфилд захлопнул портфель, пожал руку и направился к двери.

"Ах, председатель Хэтфилд ...?"

"Да, председатель Заленков?"

«Я, наверное, не буду заниматься теннисом в субботу».

Хэтфилд кивнул. «Этого и следовало ожидать, Игги. Возможно, в другой раз».

«Да, возможно… будем надеяться на это».

Заленков нацарапал в блокноте. Он передал его Хэтфилду.

ЧЕРТ КГБ

Хэтфилд держал свою ручку.

Я ВПОЛНЕ СОГЛАСЕН

Тридцать три мужчины и женщины иностранных граждан, все с поддельными паспортами, были задержаны на различных пограничных станциях.

Одним из них был Петро Амани, когда он собирался сесть на рейс Air Maroc в Вену.

Он не сопротивлялся, а молча прошел между двумя офицерами в форме. Они вышли из терминала и зашли на стоянку. Они были на полпути к полицейскому фургону, когда молодая привлекательная блондинка вырвалась из группы людей и подошла к ним сзади.

Оказавшись в двух шагах от заключенного, она вытащила мышеловку из-под плаща, которое носила, и поднесла к лицу.

"Свинья Амани!" она закричала.

Амани и оба офицера одновременно повернулись.

«София…»

Мышелов держал обойму на двенадцать патронов. Ей удалось всадить восемь пули большого калибра в тело Амани, прежде чем она сама умерла от ответного огня офицеров.

* * *

Джейсон Генри ловко провел небольшой мощный катер через волнорез.

В шести милях к югу от Касабланки он пришвартовался у частного пирса. Два длинных яруса деревянных ступеней вели вверх по склону холма к очаровательной вилле.

Генри спрыгнул на берег и удержал катер, когда Картер подошел к пирсу.

«Боже мой, это красиво».

«У тебя это целых две недели».

«Куда мне отправить чек на аренду?»

"Вы не делаете". Генри сказал во время запуска, уже заворачивая двигатель: «Это называется Вилла Ромбуард!»

Прежде чем Картер успел ответить, Генри ушел, направляясь в залив.

Она ждала в центре большой гостиной-столовой. За ней стоял стол с прекрасным фарфором и свечами.

"Добро пожаловать домой."

«Мне сказали, что в течение двух недель», - ответил Картер, подходя к ней.

«Я уже приготовил ужин… на потом. Мы начнем с saumon fumé и перейдем к truite à la hussarde и délices de sole d'Antin. Оттуда будет возня через ris de veau и étuve de boeuf маконезы, все в комплекте с различными гарнирами и подается с марочными винами Рейна, Бургундии и, наконец, шампанским ».

«Звучит восхитительно», - сказал Картер. "А тем временем?"

Он был прямо перед ней, его губы почти касались ее.

«А пока я купаюсь и благоухаю, и, - Карлотта пожала плечами, и тонкий халат заскользил по ее телу, - и обнажена».

Content

Шкондини-Дуюновский Аристах Владиленович
Круг скорпионов