Бахмет Александр

Космический султан: Охота на султана

Глава 1

Джекиль Ортега, жгучая брюнетка с пышной гривой кудрявых волос, улыбнулась в объектив камеры и произнесла:

— Итак, напоминаю вам, уважаемые зрители, что мы пытаемся в нашей передаче найти ответ на животрепещущий вопрос — как выйти замуж за миллиардера. Сегодня гости нашей студии — Космический Султан Али Мухаммед и пятнадцать его очаровательных жён. Скажите, Али…

— Четырнадцать! — поправил ведущую Али Мухаммед, мужчина с короткой бородкой чёрного цвета, и широко улыбнулся ей в ответ.

— Ой! Простите! Действительно, четырнадцать! — ведущая рассмеялась.

Камера отступила немного назад, показав длинный ряд кресел, расположенных слева от мужчины. Четырнадцать красавиц, разного цвета кожи, волос, глаз, в разных нарядах, от брючного костюма до индийского сари, непринуждённо разместились в них.

— Итак! — сказала Ортега, скосив взгляд на монитор-подсказку. — Натача! Саль-яла! Хелена! Дейла! Хафиза! Роксана! Назира! Габриэла! Изабель! Корасон! Джень! Девика! Эллида! Катерина!

— Ни хрена себе! Девчонки! Вы только посмотрите на это! — Жанетт Арно, уставившись в экран, даже перестала жевать от удивления. — У этого горячего перца не только восемьсот миллиардов в полусотне миров, но и настоящий гарем!

— Настоящий гарем, это когда в парандже! — поправила её Лизабет Буше, отложив в сторону учебник. — Марго! Отвлекись! Здесь как раз решают вопрос, как выйти замуж за миллиардера. Тебе это должно быть интересно.

Третья обительница комнаты в общежитии оторвала взгяд от учебника по финансам. Она имела правильные черты лица, тонкий прямой нос с едва заметной горбинкой, аккуратные тонкие брови. Маргарита Рошфор лежала на кровати с компьютером-книгой в обнимку, чёрные волосы в беспорядке разметались по подушке. На ней была лёгкая домашняя курточка и короткие штанишки голубовато-серого цвета. Глянув в экран, она скептично поджала губы.

— Ну, и что? Ты уже знаешь, как захомутать богатого жениха?

— Вот как раз сейчас и узнаю, — ответила рыженькая Бет, потирая руки от предвкушения удовольствия.

— У меня лучше бы спросила! Я тебе всё-всё расскажу, — заявила Жанетт, откинув назад быстрым движением руки каштановые волосы. Её чуть вздёрнутый носик, казалось, ещё более приподнялся вверх, а губы сами сложились в высокомерную улыбку. — Нужно просто посещать места, где бывают богачи. Спортзалы, рестораны, пляжи, курорты… — воображение девушки, похоже, исчерпалось. Она вертела в воздухе указательным пальцем, словно надеясь поймать дельную мысль, но в голову ничего не приходило.

— Дискотеки! Пивбары! — серьёзно продолжила список Марго и, не сумев удержаться, взахлёб рассмеялась. — Публичные дома…

— Очень смешно! — возмутилась Жанетт. — Подскажи, если такая умная!

— Да перестаньте вы! Из-за вашего галдежа ничего не слышно, — Лизабет замахала руками. — Вот как раз он рассказывает, как познакомился со своими жёнами.

— Сразу со всеми? — опять не удержалась от смеха Марго.

Подруги зашушукали на неё, и Марго смолкла.

Камера показывала крупным планом одну из жён Султана Али. Короткие волнистые волосы цвета тёмной соломы, на лице — минимум макияжа, но черты лица чёткие, а кожа гладкая, как у молодой девушки. Жанетт завистливо вздохнула: генетическая коррекция в нынешнем мире — не редкость, но за такую красоту, наверное, специалисты получили просто неприличную сумму. Женщина была одета в длинное платье строгих форм, которое, как ни странно, подчёркивало женственность её фигуры.

— У вас русское имя. Наташа — это, ведь, русское имя? — допрашивала женщину ведущая.

Та сдержанно улыбнулась и глянула в объектив камеры.

— Натача! Я привыкла, что меня зовут Натача.

Девчонки отшатнулись от экрана.

— Ой! — вскрикнула Жанетт. — А она колдунья! Мне на миг показалось, что она меня насквозь проткнула.

Ей никто не возразил.

— А всё-таки, как вы ухитрились выйти замуж за миллиардера? — продолжала гнуть своё Ортега.

— Он не был миллиардером, — Натача пожала плечами и улыбнулась. — И даже миллионером он не был.

— А вас не смутило, что у него целый гарем?

Жена Султана Али фыркнула и снисходительно посмотрела на ведущую.

— У него не было гарема, — её взгляд опять пронзил всех, сидящих перед экранами. — Я его первая, а теперь — Старшая жена.

— То есть, свои первые миллионы Султан Али зарабатывал вместе с вами?

Натача иронично скривила губы.

— Ему некогда было заниматься такой ерундой, он в первом же рейсе заработал себе на Корабль.

— Но, как он сделал свой первый рейс, не имея корабля?

Натача вопросительно глянула на своего мужа, и тот утвердительно кивнул.

— У мусульман недопустимо давать кредиты под проценты. Исламский Банк предложил Али готовый Корабль, как аванс за проделанную работу. Они рисковали своими деньгами так же, как мы рисковали своими жизнями.

— И вас не испугал такой риск?

— Я профессиональный пилот, я знала, на что иду, когда он делал мне предложение.

Натача стрельнула глазами в сторону, и камера быстро переместилась, показав её мужа. Тот сидел, задумчиво глядя куда-то в сторону, и улыбался.

— Уже горячо! — вскрикнула Джекиль Ортега. — И как же это у вас произошло? Как вы познакомились?

Старшая жена усмехнулась и опять глянула на мужа.

— Да очень просто! После навигационной школы я стажировалась на экскурсионных маршрутах Ближнего Востока. Мне пришлось за время полёта раз десять усмирять этого любителя женского пола. В результате, он перестал приставать к другим женщинам и сосредоточил все усилия на мне.

Камера опять показала лицо Али. Он растерянно заморгал глазами, потом его брови начали недовольно хмуриться.

— Ты… ты что такое говоришь?! Я очень уважительно обращался с женщинами! А ты просто мешала мне, и постоянно встревала в разговор! — Султан Али рассерженно затряс бородкой. — Ну это ж надо! Такое скажет!

Ведущая проигнорировала его возмущение.

— И он сразу же сделал вам предложение?

— Нет, не сразу, — спокойно ответила Натача. — Он это сделал после того, как мы повязали двух террористов и посадили потерявший управление гравилёт. Мне пришлось также замещать первого пилота, который был ранен.

— Ты должна добавить, что эти террористы скрывались под паранджой, — заметил Али. — Я не просто так приставал к женщинам.

— Короче — мы сработали, как хорошо отлаженная команда. Мне ещё не попадался человек, особенно мужчина, который бы так хорошо понимал меня с полуслова, и даже совсем без слов, а я — понимала его.

Старшая жена замолчала, а на весь экран оператор показывал довольное лицо её мужа.

— А, всё-таки! Кто из вас был ведущим, а кто — ведомым? — Ортега наклонилась вперёд, буквально сгорая от нетерпения.

— Во время посадки я была первым пилотом, а Али — вторым. Я и теперь часто исполняю функции первого пилота, вот только Али — Капитан нашего Корабля.

Али добавил:

— Я ей так и сказал: "Будь навсегда моим первым пилотом".

— Но ты умолчал о том, что сам не будешь больше вторым, — рассмеялась Натача.

— А я и не утверждал никогда, что буду! — Али заулыбался, как проказливый мальчишка.

Жанетт не удержалась, чтобы не возмутиться:

— Вот такие все мужчины. Соврёт — недорого возьмёт.

— А меня бы такой вполне устроил, — мечтательно произнесла Бетти.

— И его гарем тебя тоже устроил бы? — ужаснулась Марго. — Ты посмотри! Он же, наверное, их каждую ночь меняет! Это же просто ужас!

— Я бы тоже согласилась, — сказала Жанетт. — С его миллиардами… Я бы быстро сделала из него миллионера.

— Да! Держи карман шире! — поддела Марго. — Его жёны, наверное, как пауки в банке, следят, чтобы никто не получил преимуществ. Ты будешь у них на диете сидеть и пахать с утра до утра! С утра до утра! — она изобразила нечто наподобие танца.

— Тише! Тише! — замахала руками Лизабет. — Они перешли ко второй жене.

Ведущая в студии продолжала свой допрос.

— Но как же вы отнеслись к тому, что ваш муж, ВАШ, и ТОЛЬКО ВАШ, вдруг вздумал жениться во второй раз?

Старшая жена задумалась и улыбка исчезла с её лица.

— Мне тогда этот шаг показался всего лишь вынужденной мерой. Мы буквально вырвали Саль-ялу из лап смерти. Но покинуть планету она могла только как жена инопланетного гостя. Такие у них законы. А для Али в этом не было ничего необычного. Когда я узнала, что Али…, - Натача смолкла, и было видно, что давно пережитые волнения вдруг начинают снова терзать её.

Сидящая рядом с ней чернокожая красавица взяла её ладонь и сжала в своей руке.

— У вас были… трения? — подсказала Джекиль.

— Это мягко сказано, — мягким бархатным голосом произнесла вторая жена. — Мне тогда показалось, что Али больше любит меня, а значит, я имею и больше прав, чем Натача. Но Али, как всегда, быстро расставил всех по своим местам. Он женился в третий раз.

Все женщины Султана Али заулыбались.

— Нет! Ну я дурею! — завопила Жанетт и захлопала ладошками по бёдрам. — Ну какой негодяй!

— Так вы обе были против? — подсказывала Джекиль Ортега.

— Я — нет! — весёлым тоном ответила первая жена. — Без нашего обоюдного согласия Али просто не мог бы жениться. И я поняла, что таким образом смогу укротить непомерные амбиции второй жены.

Саль-яла усмехнулась и тряхнула длинными пружинками своих чёрных волос.

— Я тоже не была против! Мне казалось, что я подчиню себе новую младшую жену и с её помошью одолею первую.

— И что же получилось на самом деле? — Ортега аж немного привстала со своего кресла.

— На самом деле? — Саль-яла неопределённо помахала в воздухе расслабленной кистью. — Третья жена оказалась крепким орешком. Её принцип: "порядок есть порядок". Если подчиняется она, как младшая, то должна подчиняться и я, как младшая по отношению к первой жене.

— Извините! Мне этот принцип что-то напомнил, — сказала ведущая.

— Орднунг ист орднунг, — произнёс новый голос.

Камера переместилась на очаровательную блондинку. Её изящная фигура, лицо, руки демонстрировали, тем не менее, крепкий скелет и хорошо развитую мускулатуру. На ней было платье бледно-розового цвета, которое её совершенно не смущало. Платье было очень коротким, позволяя всему миру лицезреть великолепные ноги.

— Итак! Третья жена Султана Али — Хелена! У вас немецкие корни? — сразу перешла в наступление ведущая.

— Есть немного, — ответила блондинка и кокетливо склонила голову. — Официально родители считались немцами, а на самом деле у них было намешано всё население планеты. У отца была прусская фамилия Лаукин, при этом он был чернявый брюнет, а моя мать, с турецкими корнями, была голубоглазой блондинкой.

— Это невероятно! — удивилась Ортега. — Но как же произошло ваше знакомство с Султаном Али?

Хелена мечтательно задумалась.

— Для меня до сих пор не всё ясно. Я защитила диссертацию по новым алгоритмам построения систем навигации в околопланетном пространстве и очень радовалась, когда ко мне обратились за консультацией. Это был, как вы наверное догадались, Али. Он мне забивал баки, непрерывно задавая какие-то вопросы по управлению в пространстве, а я пыжилась ему как можно доходчивее всё объяснить. Потом оказалось, что он в этом разбирается не хуже меня, и я ему просто нравилась как женщина.

— И это как-то сказалось на вашем поведении?

Все жёны заулыбались.

— Ну конечно! — с жаром воскликнула Хелена и вдруг смущённо умолкла.

— Я полагаю, вас смущает присутствие вашего мужа? — Ортега повернулась к Али.

— Удивляюсь, что после стольких лет её что-то смущает! — Али воздел руки к небу.

— Я стала иначе одеваться, — вдруг произнесла третья жена и засмеялась. — Я стала носить эротическое бельё.

— Вот это да-а-а! — восхищённо произнесла ведущая. — И вы до сих пор волнуете своего мужа?

— Ещё и как! — с гордостью заверила Хелена, а Али встряхнул плечами и послал своей жене воздушный поцелуй.

— Ни хрена себе! — заявила Жанетт. — В их возрасте о душе пора подумать, а они… Неужели коррекция, действительно, останавливает старение?

— Старение организма останавливает, — ответила Марго. — А остальное зависит от самого человека. И раньше были люди, которые до старости сохраняли юношеские чувства, а были такие, что в подростковом возрасте уже пенсионеры.

— Во! Уже до четвёртой добрались! — Лизабет махнула рукой в сторону экрана. — А эта какая красотка!

— У него все красотки! — заверила Жанетт. — Бабок отвалили, наверное, немерянно.

— Ты полагаешь, что он брал кривых-косых жён, а потом делал им коррекцию? — спросила Марго.

— А ты думаешь, что они от рождения такие?

— Мне кажется — да!

— И какого же чёрта они выходили за него замуж? Нормальных мужиков найти не смогли? Или из-за денег?

— А где ты видела сейчас нормальных мужиков?

— Да дайте же послушать! — взмолилась Лизабет. — Из-за вас ничего не слышно! Они же рассказывают, как знакомились и почему выходили замуж.

В студии Джекиль Ортега опрашивала четвёртую жену Султана Али.

— Так что, Дейла, Али сделал вам предложение как бы в качестве вознаграждения?

— Именно! Я так страстно его защищала в суде, что он решил сделать меня своим постоянным юристом.

— Вас привлекли его миллиарды или это было велением сердца?

— Скорее всего — второе. После судебного процесса, несмотря на мои усилия, Али остался без гроша в кармане. Ещё немного — и он лишился бы Корабля.

— Он сэкономил на ней! — возмущённая Жанетт стукнула кулаком по столу. — Вот козёл!

— А как вы восприняли его гарем? И как другие жёны восприняли вас?

— У меня с ними не было абсолютно никаких конфликтов.

— Не может быть! — засомневалась ведущая.

— Абсолютно! — заверила Дейла. — Я ни с кем из них никогда не конфликтовала.

— А младшие жёны не ставили под сомнение ваши права?

— Они пытались иногда это делать, но у нас уже сложился уклад, который нарушать было нельзя. Это может привести к хаосу. Сейчас этот уклад является основой Устава нашего Корабля.

— То есть, Устав определяет взаимоотношения членов вашей семьи? — Ортега искренне удивилась. — Прямо какой-то орден…

Дейла кивнула головой.

— Дело в том, что наша семья одновременно является экипажем Корабля. Кстати, слово "орден" в некоторых языках обозначает именно семью. И нарушение Устава…

— Это скучная тема! — вмешался Мухаммед Али. — Мы отклоняемся от главного.

— Он это сделал неспроста! — заметила Марго.

— Конечно! — кивнула Жанетт. — Я думаю, что он держит их в ежовых рукавицах. На кораблях капитан всегда — царь и бог. Когда-то капитан имел право казнить за любую провинность. Этот космический тиранчик не хотел, чтобы правда о нём вылезла наружу. Возможно, что у них даже есть смертная казнь за неповиновение.

— Неужели такое может быть? — Бетти передёрнула плечами. — А они тут сказочки рассказывают о любви.

Она задумалась.

— Вот, послушайте! — опять Жанетт ткнула пальцем в телевизор. — Он рассказывает, будто бы пятая жена вышла замуж за его же сына! Да они совсем с ума посходили!

— А может, они её того! — подсказала Марго. — Космос большой, труп никто не найдёт. Или в реакторе сожгли — совсем следов не будет.

Девушки продолжили перемывать кости Али и его жёнам. Многожёнство в их мире не признавалось. Можно было иметь сколько угодно любовников или любовниц, но браки могли быть только моногамными. Правда, "космический султан" Али Мухаммед не принадлежал к их миру. И ни к какому другому тоже не принадлежал. Он был свободным торговцем, обязательным звеном, соединяющим планеты Солнечной Федерации в единый экономический механизм, в единую систему. С давних времён торговцы имели свой особый уклад, который не изменился после появления гиперскачковых кораблей. А когда-то корабли находились в полёте по много лет, и семья на это время оказывалась полностью изолированной от других миров. Полигамия позволяла иметь здоровое потомство на несколько поколений. Но главное — у корабля был один хозяин.

Марго, как специалиста, очень заинтересовали имущественные отношения в семье Али, но тема передачи, к сожалению, была другой.

К концу передачи девушки узнали про все истории знакомств Али со своими жёнами.

Оказалось, что он знакомился со своими будущими жёнами в ходе боевых операций, при спасении заложников, при захвате арестованного груза, на больничной койке, в уличных драках, на деловых совещаниях. Одним словом — ничего похожего на те сценарии, которыми располагала Жанетт или подсказывала Марго.

Жанетт, разглядывая жён Али, вдруг сказала:

— А они страшные!

— Кто? — не поняла Маргарита.

— Жёны его страшные! Улыбаются, а взгляды, как… м-м-м. У фараонов добрее взгляды бывают, чем у них. Упаси Бог попасть в эту компашку!

— Хм! А по-моему, они просто уже устали. Кроме того, у них дел по горло, а их держат в студии…

— Не знаю! Мне перехотелось замуж за такого миллиардера. А ты, Бетти, как?

— Ты что, серьёзно спрашиваешь? Я и не думала, что за такого можно выйти! — Лизабет поёжилась. — Лучше за своего. И чего я в том Космосе не видела? И миллиарды эти мне ни к чему!

Она замолчала, зато Марго вдруг заметила:

— А мне он бы подошёл! Ты глянь, какой у него взгляд, и как он смотрит на своих жён. Аж завидно!

Ведущая Джекиль Ортега, заполнив весь экран, подводила итоги:

— Итак! Мы узнали все истории знакомств Султана Али со своими жёнами. Однако!.. У нас остаётся последний невыясненный вопрос!

Камера отъехала назад и опять показала ряд кресел с гостями студии. Ортега продолжила:

— Али! Давайте немного вернёмся к началу передачи. Я сказала, что у вас пятнадцать жён, а вы меня поправили. Я слышала, что у вас уже много лет пятнадцать жён, но, если их число уменьшается…

— Да! — кивнул головой Али. — Как только их число уменьшается, я тут же женюсь. — Он заулыбался во весь рот. — Правда, я женился, так сказать "дополнительно", только один раз, но… На всё воля Аллаха.

— Девушки! — громко крикнула с экрана Джекиль Ортега. — Не упустите свой шанс! Вы можете выйти замуж за этого миллиардера! Желаю вам удачи! И до следующих встреч в нашей студии!

Глава 2

— Али! Что за ерунду ты нёс в конце передачи? — старшая жена усадила за руль младшую, Катерину, а сама заняла место в салоне, возле мужа. — Ты хочешь, чтобы я взяла грех на душу и отстреливала желающих выскочить за тебя замуж? Боюсь только, что меня арестуют или пристрелят после первой же сотни трупов. Или я тебе уже надоела?

— Ну что ты, солнышко?! Как ты могла такое подумать! — Али нахмурился и вхдохнул. — Я просто хотел пошутить. Теперь вижу, что получилось не совсем удачно.

— Это мягко сказано! — присоединилась к разговору Изабель, десятая жена. — Я не удивлюсь, если на подступах к нашему ангару уже дежурят тысячи ненормальных девиц.

— По-моему, ты излишне драматизируешь, — Али пожал плечами. — Ни на одной планете такого не было. А мы облетели не одну сотню миров.

— А здесь будут! Ты же сам, практически, им выдал карт-бланш.

— Ну, допустим, не я, а эта…

— Нет, дорогой, ведущая просто доходчиво перевела для тугодумов твои слова, — раздражённо пояснила Натача. — Теперь тебе и нам прохода не будет от экзальтированных девиц. "Кричали женщины "ура" и в воздух трусики бросали". Или лифчики…

— Что, до такой степени плохо? — удивился Али.

— Хуже некуда! — подтвердила Изабель. — Более того, если такая пошесть начнётся здесь, то она элементарно перекочует и в другие миры. За тобой начнут охотиться, тебя будут преследовать постоянно, везде. Обязательно найдётся ушибленная с детства, которая тебя захочет пристрелить, чтобы не достался конкуренткам.

Роксана, седьмая жена, заметила:

— Это не надолго. Али не звезда эстрады. Достаточно не светиться на людях несколько месяцев — и про него забудут.

— Как бы не так! — возразила Хелена. — Журналисты и папарацци могут охотиться за избранным объектом годами.

— Ну, с папарацци могу и я поговорить, — сказала, потирая руки, Корасон, одиннадцатая жена. Она напрягла и продемонстрировала всем огромный тугой бицепс. — И пусть только попробуют не удовлетворить мою просьбу.

Все женщины начали предлагать варианты решения данной проблемы. Саль-яла предложила обстреливать надокучливых преследователей гнилыми овощами или фруктами. Джень тут же усовершенствовала идею — она предложила использовать жидкость наподобие сиропа и какой-нибудь пух. Натача всё упростила до гранаты со слезоточивым газом. Других предложений больше не поступало.

— Какая жажда деятельности! — буркнул Али. — Может быть, ничего не понадобится. Мы прилетим к ангару, а там никого нет.

— Али! Хочу, чтобы ты это видел! — Катя, управляющая флайером, показала рукой куда-то вдаль.

Конечно, ничего ужасного там не происходило. Но, обычно пустынная улица, проходящая по соседстве с ангаром, где ремонтировался корабль "Родник в пустыне", на этот раз была заполнена, а в окружающем пространстве висело и летало несколько десятков машин, от пассажирских "легковушек" до двухместных, типа "метла".

— Что я тебе говорила? — вздохнула Натача. Она включила связь с кораблём. — Фарида! Приготовь шлюз!

Черноглазая пятнадцатилетняя девочка появилась на виртуальном экране её ком-очков.

— Мама! Я не могу открыть шлюз! Система безопасности мне заявляет, что вокруг слишком много объектов, не давших правильного ответа на запрос "свой-чужой". Они могут проникнуть в корабль вместе с вами.

— Ничего! Открой ангар! Включи сирену. Если какой-то идиот влетит сюда — пусть пеняет на себя.

Они влетели в ворота, но, несмотря на то, что створки почти сразу закрылись, в ангаре оказалась ещё одна "легковушка" и два "помела".

— Группа! На выход! — рявкнула Натача, вынимая из ящика под сиденьем автомат.

— Натача! Стой! — крикнул Али, но его никто не услышал. Его жёны, с автоматами наперевес, высыпали наружу, образовав живое ограждение.

Пассажиры-нарушители поначалу с весёлыми воплями устремились к ним, но затем остановились, растерянно разглядывая вооружённых женщин.

— Натача, успокойся! — начал Али. — Давай я с ними поговорю.

— Не вздумай! Я тебя не пущу! — старшая жена загородила проход. — Кто знает, что у них на уме? Уже забыл про инцидент на Горгоне? А маньяки с Лурра? Те вообще с улыбкой приносят свои кровавые жертвы.

— Да мы же не на Лурре! Это Самма, чудеснейшая из планет!

В это время один из молодых парней, стоявших ближе всего к вооружённому кордону, мускулистый красавец в голубых шортах и бандане, в чёрной футболке с золотым изображением орла, заговорил:

— Вы нас простите за вторжение. Но наши подруги захотели с вами познакомиться поближе. Вы же сами объявили, что…

— Я ничего не объявлял! — заверил Али. — Моё желание жениться не означает, что вы можете устраивать здесь конкурсы невест.

Старшая жена, не опуская автомата, сказала:

— Претендентка на роль жены Султана Али должна прежде всего понравиться всем другим жёнам. Сомневаюсь, что слишком настырные могут устроить меня и остальных.

Рослый красавец усмехнулся:

— Ты сама, подруга, совсем не тихоня… Как и остальные.

Натача двинулась в его сторону.

— Ты хочешь поговорить со мной об этом? — она точным движением отбросила от себя автомат, который ловко поймала Изабель.

Парень был, как минимум, на голову выше её, но сразу же отступил с вежливой улыбкой.

— Зачем говорить, и так всё понятно.

— Тогда зачем вы здесь?

— Девочки хотят пообщаться.

— Султан Али не располагает временем для таких пустяков!

Натача ответила как камердинер, хорошо поставленным голосом, не допускающим никаких возражений. Тем не менее, парень возразил ей:

— Всё равно вас будут доставать. Не мы, так другие.

Он развернулся, чтобы идти, и его спутники начали рассаживаться по своим машинам.

— Постойте! — вдруг сказала старшая жена.

Она приблизилась к остальным женщинам.

— Если процесс нельзя остановить, его нужно организовать, — объявила она негромко.

— Хорошая мысль! — кивнул головой Али. — Займись этим, пожалуйста.

— Придётся! — и Натача опять направилась к гостям. — Уважаемые дамы и господа! Нам ещё предстоит обсудить в семейном кругу форму, в которой может происходить знакомство Султана Али с претендентками на роль новой жены. О возможном конкурсе будет объявлено в течение ближайшей недели в ваших средствах массовой информации.

Посетители удовлетворённо расселись по машинам, потом Фарида открыла ворота ангара, и они улетели.

— Чёрт меня раздери! — изливала эмоции Натача. — Я устала вести такие переговоры. Мне легче их было всех перестрелять.

— Я могла бы заняться переговорами, — тут же объявила вторая жена, и старшая жена сразу смолкла.

Фарида открыла шлюз корабля, Али с жёнами зашёл внутрь. Он на ходу размышлял вслух:

— Неделя… Мы не успеем отремонтироваться за неделю. И я ещё дела не закончил, мне с управляющими дочерних фирм надо кучу вопросов порешать.

— Я не поняла, Али, — удивилась Натача. — Ты что, собираешься смыться отсюда? Извини, дорогой! Это недостойное поведение. Так нельзя.

— А ты серьёзно это? Насчёт конкурса невест?

— А что делать? Ты сам к этому пришёл.

— И вы собираетесь меня насильно женить? — захлёбываясь от негодования спросил Али.

— Ну что ты, дорогой! — с улыбкой ответила старшая жена. — Насильно тебя никто не женит, успокойся.

За ужином Али был сильно возбуждён. Он оглядывался по сторонам и много раз уже открывал рот, намереваясь начать разговор, но потом снова закрывал его. Сидящая слева старшая жена ухмыльнулась. Дежурная секретарша Изабель не вынесла этой пантомимы.

— Али! Да что с тобой такое?

— Ты ещё спрашиваешь! — Али воздел руки кверху. — О, Аллах! Ты что, витала в облаках в то время, как Натача объявила о конкурсе невест для меня?

За столом прокатился лёгкий смех.

— Али! — Натача положила руку ему на плечо. — Это же для успокоения общественности. Ты сам в передаче заявил, что у тебя сейчас четырнадцать жён, а значит, ты в самое ближайшее время…

— Я не говорил о ближайшем времени! — почти выкрикнул Али. — Да что ж это делается? Я ещё в трауре, считай, после ухода Зульфии, а вы уже меня сватать собираетесь.

— На Кате ты женился всего через два месяца после ухода Вайноны. Тебя это не смущало. И учти, что наш экипаж сократился, нам нужно заполнить вакантную единицу, — Натача улыбалась так, чтобы муж этого не видел. Али не видел не только этого, но и того, что улыбаются все, сидящие за столом. — Мы уже полгода летаем без нашей Зульфии, и испытываем неудобства, потому что сократились периоды всех дежурств и вахт. Опыт показал, что 15 человек — самый оптимальный размер гарема.

Хозяин корабля "Родник в пустыне", его Капитан, а также господин гарема сидел с понурым видом, не замечая царящего вокруг него веселья.

— Ну хорошо! — вдруг согласился он. — Я буду знакомиться с кандидатками, но уже прошедших ваш предварительный отбор. — Али вздохнул. — Ну времени совершенно нет ни на что. И, если вы заметили, у нас уже давненько не было хороших изобретений, на которых можно было бы построить очередной взлёт. Конкуренты наседают.

Он вдруг поднял глаза на Изабель.

— А ты, как профессионал, скажи, не могут ли использовать мою женитьбу, как средство в борьбе против меня?

— Ф-ф-ф! — фыркнула Изабель. — Элементарно! Тут нужен глаз да глаз.

— Не беспокойся, Али, — заверила его Саль-яла. — Та, которая пойдёт на такой шаг, очень сильно об этом пожалеет!

— Нет! Я больше не буду жениться, — заявил Али, вызвав этим очередную волну веселья.

— Конечно, дорогой! Никогда больше не женись! — Натача прыснула в кулак.

Ушла на вахту Габриэла, а через пять минут пришла Фарида, средняя дочь Натачи. Она окинула взглядом всех присутствующих.

— Чего вы смеётесь? — она выслушала от соседок последние сплетни и сразу заявила: — Пап! Я тебя поздравляю!

Али раздражённо ударил кулаком по столу.

— Да что вы, с ума все посходили, что ли? — он вскочил из-за стола и удалился в свою каюту.

Натача, молча глядя на дочь, красноречиво постучала пальцами по лбу. Она собралась идти следом за мужем, но Изабель остановила её:

— Расслабься. Я позабочусь о его душевном спокойствии.

Глава 3

Брут Диксон, ощутив начинающийся приступ головной боли и сухость во рту, полез в нижний ящик стола.

Проклятье! Ведь ему говорили друзья, чтобы прекращал баловаться этой дрянью. А он им уверенно отвечал, что всегда сможет "завязать". Так и втянулся. Да… Когда-то у него были друзья.

Ладно бы, приходилось колоться. Он никогда не любил никаких инородных предметов в своём теле, и иглу тоже не потерпел бы, но эти новые методы инъекции… Это так легко — помазал лоб — и готово.

Этот подонок, Готье, который предложил впервые попробовать, утверждал, что ломка и привыкание бывает только у тех, кто колется. Новые технологии позволяют вводить лекарство сквозь кожу при помощи веществ-носителей. Более того, при введении любого лекарства в кровь, лишь мизерная часть проходит церебральный барьер, который защищает мозг. Приходится применять большие дозы, вот печень и бунтует. В то же время, достаточно нанести капельку лекарства на лоб, виски или темя, и оно беспрепятственно в мозг попадает. Диксон на это купился, и теперь может утверждать, что этот способ не лучше старого, а может быть — даже хуже. Например, наркотики действуют гораздо жёстче, а контроль теряется незаметно.

Брут Диксон, или Б.Диксон, Большой Диксон, как его обычно называла пресса, владел огромной бизнес-империей, уже захватившей несколько планетных и звёздных миров. Его не любили, его боялись. Кое-кто называл его "падальщиком", потому что он снимал сливки с развивающихся фирм, а когда фирма начинала терять темпы роста прибылей, "падать", довольно дорого продавал их. Новые владельцы не оставались в накладе, но доходы, конечно, были уже не те. Брут Диксон не вникал в технологии, развитие науки. Его интересовала только экономика, а практика показала, что этот подход — самый продуктивный. Новые хозяева, иногда, поднимали фирму на новые высоты, но Диксона это уже мало интересовало. Нужно получать выгоду при минимальных затратах.

Диксон помазал лоб возле висков специальным маленьким карандашом. В голове появилось лёгкое приятное опьянение. Боль ушла, зато появилась бодрость, мышцы налились энергией. Они думают, что его организм уже ничто не спасёт. Он им ещё покажет!

На столе лежали отчёты, подготовленные секретарём. Диаграммы, графики, таблицы. Как он проглядел этого выскочку?

Сидел этот Али Мухаммед в своём захолустье, торговал всякой дребеденью с дикарями, и вдруг!… Ни с того, ни с сего, этот безграмотный торгаш, который, наверное, с трудом произносит "мой твоя не понимать", оказался владельцем сети, именно СЕТИ фирм, производящих взаиморасчёты между планетами. Он как-то совершенно незаметно проник в банковские структуры, он теперь ведёт дела так, что ему даже летать никуда не надо — все расчёты по долгам делают с его многочисленными филиалами в разных мирах. Диксон подозревал, что восемьсот миллиардов федеральных солей — только вершина огромного айсберга, которым является эта бурно растущая империя. Попытки других фирм вклиниться в эту систему взаиморасчётов ничего не дали — все предпочитали иметь дело с проверенной структурой, с Мухаммедом Али, которого поддерживал Исламский Банк. Впрочем, возможно, что это Али поддерживал этот банк. А сам Али держался благодаря жёнам. Набрал крутых специалисток, они ему поставили всё дело, советуют, как надо поступать, готовят обзоры, отчёты… Ему только подпись остаётся поставить. Жёны всё делают за него, ещё и в постели ублажают.

Б.Диксон испытывал лютую ненависть к этому инородцу. Всё он делает играючись, с усмешкой. На людях почти всегда в окружении своих сияющих красавиц. Он, Диксон, из шкуры вон лез, чтобы подняться до вершин, не спал ночами, испортил себе здоровье. С ним спать не согласится ни одна нормальная женщина, а у Али… И как это легко у него всё выходит?

Диксон оттолкнул от себя бумаги, и они растворились в воздухе. Он снял ком-очки и откинулся на спинку кресла. Ладно бы этот Али занимался только взаиморасчётами. Но он прибирает к рукам самые ключевые отрасли. Он ставит своих менеджеров, и фирмы продолжают работать, будто у них проснулось второе дыхание. Он даже снижает цены. А что такое снижение цены для предприятия с рентабельностью в несколько процентов? Не-е-ет! Его надо остановить! Глядишь, скоро топ-менеджеры на биржу труда в очередь выстроятся. Али не берёт тех, кто расходится с ним во взглядах на управление. А какие у него самого взгляды — не поймёшь. В интервью какие-то басенки рассказывает. Личные контакты, семья… Впрочем, это всё так и есть. Семья!

Заиграла музыка телефона.

— Что такое, Моррис? — недовольным тоном проворчал Диксон.

— Сэр! Очень интересная информация! — доложил секретарь. — Про Султана Али.

— Что именно?

— Он снова собирается жениться.

— Ну и что? Какое это может иметь отношение к делу? — лёгкость мышления и тела начинала медленно снижаться, и Диксон понимал, что за этим придёт апатия, потом раздражение, иногда переходящее в ярость.

— Султан Али собрался жениться, но ещё не знает, на ком, сэр!

— Хм-м-м! Пусть это будут его проблемы! — Брут Диксон собирался закончить разговор, хотя не допускал мысли, что секретарь стал бы беспокоить его по пустякам.

— Сэр! Эту проблему должны решить мы, и тогда у Султана Али появится множество других проблем.

Моррис молчал, а Диксон обдумывал ситуацию. Ну как он сразу не додумался? Если Али держится за счёт своих жён, то…

— Так-так-так! Моррис, если дело выгорит, то я смогу вас хорошо отблагодарить! Кстати, пригласите мне этого…

— Босуорта?

— Да-да! Его! На…

— В четырнадцать двадцать у вас свободно.

— Да! На четырнадцать двадцать!

— Хорошо, сэр!

Малкольм Босуорт сидел в кресле с напряжённым подобострастным видом и, периодически приглаживая и без того гладкие и блестящие волосы, слушал Диксона. Он был ловким малым, сделавшим свой бизнес на секс-услугах самым высокопоставленным особам. С его участием была организована каждая вторая свадьба среди местного бомонда. Он был уважаемым человеком, хотя, скорее всего, с ним просто боялись портить отношения.

Эти свадьбы приносили Босуорту просто невероятные барышы. Жених согласен был платить огромные деньги за то, чтобы невеста не оставила его с носом, а завистники и конкуренты платили совсем невероятные деньги, чтобы пустить его по миру. И та, и другая сторона знала о действиях противника, и цена услуги росла как на лучших аукционах. Босуорт умудрялся балансировать на лезвии ножа, делая вид, что устраивает дела и тех, и других, во всяком случае, так было до сих пор. Он виртуозно устраивал знакомства, и даже матёрые профессионалы не всегда могли разгадать те ходы, которыми он добивался нужного результата. Потом он устраивал шумные бракоразводные процессы, и обе стороны благодарили Бога и его, Малкольма Босуорта, что так легко отделались.

Разумется, Большой Диксон обратился к нему именно за этим. Во всей Солнечной Федерации только Малкольм Босуорт мог обтяпать такое дельце — женить самого Султана Али! Ладно бы, задурить голову "космическому султану", но нужно было ещё обставить и его гарем. Очень быстро уяснив возможные препятствия, Босуорт перешёл к торгу.

— Вы представляете себе сложность этой задачи? — важно произнёс он. — Султан Али может жениться только при полном согласии всего своего гарема.

— Назовите вашу цену! — небрежно бросил Диксон.

Босуорт усмехнулся про себя. Диксон его раздражал, а сейчас ещё, кажется, и унижает. Он задумался.

— Сложность задачи возрастает пропорционально двойке в степени, где показатель степени — это число принимаемых в расчёт лиц. Если в работе заняты жених-султан, его невеста, она же наша подставная особа, да плюс четырнадцать нынешних жён…

— Короче! — Диксон поморщился от начинающейся головной боли.

"Наркоман чёртов!" — подумал Босуорт, а вслух сказал:

— При моих тарифах, десять тысяч за активную связь, получается ровно 655 миллионов 360 тысяч солей.

Он ожидал, что Большой Диксон откажется, вернее скажет, что подумает над этим предложением, а потом никогда о нём не вспомнит, но тот сказал:

— Вы получите миллиард, если ваша цыпочка поможет мне развалить его империю. Принимайтесь за работу! Представьте калькуляцию необходимых расходов и я их оплачу прямо сейчас.

— Хорошо, сэр! — Босуорт выскользнул из кабинета.

Обычно он в душе издевался надо всеми своими клиентами, но в этот раз у него это не получилось. Его ошеломила и задача, и сумма сделки, и возможный гонорар. Босуорт припомнил одну из фраз знакомого русского миллионера: "Это вам не лаптем щи хлебать!"

Разумеется, эта задача потребует от него полной отдачи, она чертовски рискована, но каков итог! И, конечно, будет что вспоминать на заслуженном отдыхе. Босуорт незамедлительно взялся за дело.

Первым делом Босуорт пригласил свою "штурмовую группу". На самом деле эти люди, совсем не похожие на бравых воинов из экранных экшэнов, почти никогда не покидали своих насиженных мест. Они никогда не принимали участия в конкретных делах. Они никого не уговаривали, и никого ни к чему не принуждали. Для этого существовали другие люди. А их технология заключалась в другом.

Группа занималась "мозговым штурмом". В ходе обсуждения, иногда бурного, иногда взвешенно-рассудительного, принимались решения по действиям, которые и должны были привести к желаемому результату. Малкольм собирал этот коллектив по крупицам. Он очень дорожил этими людьми, поскольку именно они и добивались поставленной цели. Здесь были два игрока: в рулетку и преферанс, были психотерапевт и лихой пройдоха-авантюрист, знающий всё про людские устремления и низменные желания… Кроме этих четверых была одна женщина, про которую никто из мужчин ничего не знал, да и не пытался узнать. Каждый очень мало знал о других участниках группы. Дело в том, что Малкольм, когда начинал только заниматься своим делом, потерял одного человека. Его похитили и жестоко пытали, намереваясь узнать о дальнейших планах Босуорта. Он абсолютно ничего не сказал, потому что не знал, и это создало группе репутацию идеальной неподкупности и железной дисциплины.

Один из игроков сказал Малкольму, что человек легко поддаётся манипуляциям, когда не знает о том, что им манипулируют. Если человек знает об этом, ситуация усложняется, но не намного. Просто часть тех, кто об этом узнал, делает всё с точностью наоборот, а другая часть ещё вернее движется в заданном направлении. Знание психологии позволяет разделить и тех, и других. Вы сомневаетесь? Тогда вспомните историю Тесея. Или царя Ирода.

Когда Босуорт объявил собравшимся о цели новой работы, в комнате на несколько минут повисла глубокая тишина.

— Господа! — нарушил молчание один из экспертов. — Задача должна решаться в строжайшей тайне. Если Султан Али узнает о нашем участии, он просто сотрёт нас с лица земли.

— А мы не могли бы использовать утечку информации как способ его раскошелить? — предложил другой.

— В этом нет нужды, — напомнил Малкольм. — Сумма гонорара позволяет не задумываться об этом. К тому же Али, в некотором роде, идеалист. Он может попытаться свести с нами счёты, даже если физическая расправа обойдётся ему дороже откупа.

— Значит… Нам надо обезопасить себя на этот случай.

— Это не помешает. Ходят слухи о том, как Али разделался с пиратским кораблём "Весёлый охотник".

— Болтают! — буркнул кто-то. — Доказательств нет!

— Ну, разумеется, нет! Али не такой профан. У меня есть сведения, что он включал свои термоядерные движки. При осмотре специалисты нашли следы эрозии на элементах конструкции. Возможно, он просто сжёг "Охотника".

Все замолчали.

— Он оборудовал свой корабль как боевой крейсер, — заметил психотерапевт и поёжился. — Может и планету сжечь.

— Скажете тоже! Планету! Город — ещё возможно. А планету — нет! — заверил Босуорт.

— И вы предлагаете устроить ему пакость? — спросил один из игроков.

— Каждый из вас получит не менее ста миллионов! — напомнил Малкольм.

Опять в комнате повисла тишина.

— Да-а-а! — заметила женщина. — Не те пошли нынче мужчины. Была бы я помоложе…

— Сомневаюсь, что ваши чары способны пробить эту многослойную броню, — хмыкнул авантюрист. — Вообще, господа, эта затея мне кажется обречённой на полный провал. А вы, Малкольм, разве другого мнения?

Босуорт хмыкнул.

— Мне предлагают за работу миллиард, и я намерен этот миллиард получить, во что бы то ни стало.

— Это другой разговор! — кивнул головой один из игроков и раскурил сигару.

За столом на пару минут воцарило оживление. Щелчки открываемых портсигаров, гильотинок, отрезающих кончики сигар, зажигалок. Женщина достала из пачки и закурила тонкую ароматную сигарету. Эти элементарные, привычные действия позволили хоть немного собраться с мыслями.

— Я всё-таки не представляю, как мы сможем подсунуть Али стерву, которая обведёт его вокруг пальца как последнего лоха, — пуская дым, задумчиво произнёс психотерапевт. — Мы все знаем, что единственная засомневавшаяся жена остановит её матримониальное шествие.

— Ну вы и загнули, мистер! — рассмеялся авантюрист. — Но в целом вы правы.

— Значит, стервой она должна стать уже в процессе, или после женитьбы, — подсказала женщина.

— Скажите, с какой это стати? Она будет довольна своим положением на много лет вперёд! — возразил второй игрок.

— Не факт! — тут же парировал его ход авантюрист. — Люди с авантюрным складом ума и характера не успокоятся на достигнутом. Вы бы успокоились, выиграв миллион? Или даже два? А десять!?

— Чудесно! — пробормотал Босуорт. — Просто чудесно! И где можно найти такого человека? То есть, женщину?

— Ну, хотя бы среди бизнес-леди, — подсказал авантюрист.

— Среди молодых бизнес-леди! — поправил его психотерапевт. — Желательно из неполной семьи, без отца. Куча комплексов, злость на всех мужчин… Но очень глубоко запрятанная, чтобы не сразу проявилась.

— Какая прелесть! — бормотал Босуорт, барабаня пальцами по столу. — Ну, какая прелесть!

— Желательно, чтобы из сельской местности, — добавил первый игрок.

— Деревня? — ужаснулся Малкольм. — Да вы что?

— А разве не деревенские красотки составляют большую часть ваших "невест"? — с усмешкой спросил игрок.

— Да я же беру их из-за тупости. И они послушны, во всяком случае, на первых порах.

— Хм-м-м! А вы меня удивили, — заметил второй игрок. — Это почти классика: провинциалки гораздо более амбициозные, упорные в достижении цели, сильные и выносливые. Достигнув вершин, они не отказывают себе в удовольствии размазать сопли тем, кто раньше измывался над ними. Вы посмотрите, в столице полно бывших провинциалов, которые успешно задвинули аборигенов на задний план. Их тупость — всего лишь результат недостатка информации. Зато чистые, не обременённые информационным хламом мозги впитывают нужные знания, как губка.

— Не уверен, господа! — вздохнул Малкольм. — Это так тривиально, что ни у кого сомнения не будет в нашем вмешательстве. По одному из наших сценариев, женщину обижают, а будущий жених просто обязан будет её защитить, если он не последний негодяй, конечно. В нашем случае это может быть наезд конкурентов.

— Так это же вообще великолепно! — психотерапевт замахал руками от возбуждения. — Она должна быть конкуренткой Большого Диксона!

— Что за ерунда! Какая конкурентка!? Да ещё у Диксона! Никто не поверит. Его конкурентом может быть только Султан Али!

— Значит, надо симитировать! Да так, чтобы поверили!

Все замолчали, глядя на Босуорта, и это был признак всеобщего одобрения. Малкольм задумался на минуту, потом махнул рукой:

— Похоже, что этот вариант нам подойдёт. Кое-что ещё надо обдумать, но как основа — вполне годится. Та-а-ак! Идём дальше! В отличие от всех предыдущих случаев, наша "актриса" не должна догадываться о своём предназначении!

— Конечно! Разумеется! — раздались возгласы одобрения. — Ни в коем случае!

— Значит нам надо обсудить методы воздействия на всех наших персонажей. Их шестнадцать.

— Но у четырнадцати персонажей однотипное поведение. Их можно рассматривать как групповой персонаж с усреднёнными характеристиками.

— Принимается! Средства воздействия на людей!?

— Мэйл! Телефоны! Записки! Рекламные листовки! Газетные объявления!…

— Это только носители!

— Угрозы и обещания! Шантаж!

— Вы с ума сошли! Я ещё пожить хочу!

— Тогда шоу, конкурсы… Под нашей эгидой, конечно.

— Это уже лучше!

Малкольм Босуорт спал этой ночью хорошо как никогда. Его группа не просто разработала план по женитьбе Султана Али. Эти "мозги", возможно, лучшие в Галактике, придумали и ещё несколько вариантов, на случай, если что-то пойдёт не так. Они вместе заработают этот миллиард. Если окажется дураком Али, то за его счёт. А если нет, — за счёт Диксона. Это — всего лишь бизнес, ничего личного.

Глава 4

Маргарита была занята изучением содержимого своего "кошелька". На самом деле, это была пластиковая карточка с крохотным пультом, миниатюрным устройством памяти и процессором, который шифровал и дешифровал данные, записанные в этой памяти. Кроме этого, специальные устройства непрерывно снимали хроматограмму владельца, чтобы сравнить с кодом в карточке. Никто другой не мог воспользоваться ею, поэтому эти карточки быстро заменили собой обычные деньги и кошельки.

В отличие от старой банковской карточки, у "кошелька" была особенность — он позволял обмениваться деньгами с другим таким же устройством, не пользуясь услугами посредников. Банкиры "кошельки" не любили, но им приходилось их признавать и обслуживать. Государственные деятели тоже не любили "кошельки", потому что те невозможно было заблокировать, и неугодный человек мог продолжать пользоваться своими накоплениями, а самое главное — их операции очень трудно облагались налогами. И именно поэтому "кошельки" пользовались заслуженным уважением и у фермеров, которые считали, что чиновники — это бездельники и паразиты на теле трудового народа, и у интеллигентов, которые полагали, что народ достаточно умён, чтобы самому формировать бюджет, и у деловаров, которые не желали тратиться на социальные программы для пьяниц, наркоманов и бродяг. Марго пользовалась кошельком вместо банковской карты, по очень простой причине: кошелёк позволял ей пополнять бюджет за счёт мелких студенческих подработок, не связываясь с налоговыми органами.

Подработки давали неплохой доход. Среди студентов всегда полным-полно таких, которые считают учёбу своего рода повинностью, налагаемой стариками на жизнерадостную молодёжь, чтобы жизнь мёдом не казалась. Они всегда согласны были заплатить кому-нибудь за выполнение курсовой и дипломной работы. Правда, Марго быстро сообразила, что индивидуальная работа даёт малую производительность и раскрутила это дело более серьёзно.

Знаете ли вы, уважаемые читатели, благодаря чему добился успеха старина Генри Форд? В основе его успеха была правильная организация производства. Каждый в отдельности рабочий не мог бы изготовить автомобиль, так как не обладал способностями мастера. Зато весь коллектив заводов Форда очень быстро собирал качественные и дешёвые автомобили. Маргарита быстро собрала коллектив, который как на конвеере мог выполнить любую работу, и не только учебную. Когда ей предложили выполнить несколько лабораторных опытов за большие деньги, Марго поняла, что пришла пора заняться бизнесом всерьёз.

Она пробежала пальцами по клавишам своей книжки и вывела на страничку-экран таблицу расчётов по проделанной работе. После уплаты аренды лабораторного оборудования, вознаграждений всем участникам работы, осталась очень приличная сумма. Собственно, сумма выглядела почти неприлично. Её нужно было с пользой потратить, и такая огромная трата, конечно же, моментально заинтересует налоговую инспекцию. Марго задумалась. За два последних месяца она получила доход почти в сто тысяч федеральных солей, и ей намекнули, что будут пользоваться её услугами и впредь. И, чтобы впредь у неё не возникало проблем, надо регистрироваться. Она посмотрела на сайте Министерства Экономики правила регистрации, список необходимых данных. Оказывается, это не сложнее, чем контрольная работа по финансам.

Стукнула дверь — это пришла Жанетта. Раздражённо кинув сумочку на кровать, она рухнула рядом, не переодеваясь, в воздушном полупрозрачном платье и туфлях. Потом, спохватившись, она всё-таки скинула туфли и перевернулась на бок, лицом к стене.

— Что случилось? — встревоженно спросила Марго.

— А-а-а! — Жанетт махнула рукой.

Вошла Лизабет. Увидев лежащую на кровати Жанетту, хмыкнула и подошла к ней.

— Говорила я тебе остановиться? — она села рядом. — Чего теперь ревёшь?

— Я не реву! — ответила Жанетт сквозь слёзы. — Если бы ты заняла мне хотя бы пятьдесят, я могла бы отыграться. Тоже мне, подруга называется.

Марго аж подскочила.

— Вы что, в казино ходили?

— Ходили… — почти простонала Бетти. — Она же ни за что мимо не пройдёт. Как я её отговаривала.

— Лучше бы заняла, когда мне нужно было, — опять заныла Жанетта.

— Я тебе уже заняла один раз. На второй раз у меня денег нет.

— Жанетт, ты что, не понимаешь, что просто выбрасываешь деньги на ветер? — попыталась вразумить её Марго.

Жанетт вдруг поднялась с кровати и вытерла ладонью лицо, размазав тени по щекам.

— Ты знаешь, я, кажется, поняла, как можно выигрывать! Я чувствую цифры… Я проверила несколько раз, не делая ставок, и у меня получилось! — голос Жанетты задрожал от воодушевления.

— Ты что, полагаешь, что в рулетку можно зарабатывать себе на жизнь?

— Конечно! Ведь кто-то выигрывает эти деньги!

— О, Господи! — вздохнула Лизабет. — Если хочешь зарабатывать на казино, тебе его придётся купить. И никак иначе. Хозяева могут обогащаться только за счёт разорения игроков. Ведь так, Марго?

Подруги сидели в обнимку на кровати, Марго и Бетти успокаивали плачущую Жанетту, а та сквозь слёзы повторяла:

— Мне так хотелось выиграть! Мне казалось, что ещё немного, ещё чуть-чуть… На что мы теперь жить будем?

Марго чуть не потеряла бдительность. Она уже открыла рот и слова готовы были сорваться с её губ, но сказала она совсем другое:

— А вы знаете, мне предложили недавно одну левую работу, я не знала, брать или нет? Сделать экономическое обоснование внедрения новой технологии. Возьмёте?

Жанетт вытерла глаза:

— Сколько дают?

— Пятьсот солей.

— Ух ты! Берусь! Бетти, подключаешься?

У Жанетты моментально улучшилось настроение. Она вскочила, переоделась в домашнее и, напевая себе под нос весёлую песенку, набрала на телефоне номер службы доставки, заказала ужин.

— Ты что делаешь? — спросила Лизабет.

— Как что? Мы же можем отметить это событие?

— Ты, всё-таки, ненормальная! — сказала Лиз. — Отмечать надо, когда работа сделана.

— А-а-а! — махнула рукой Жанетт. — Что мы, не справимся, что ли?

За ужином Жанетт мимоходом рассказала последние новости и сплетни, почерпнутые в туалетах, коридорах и на улице.

Какая-то фирма спонсировала грандиозное шоу, на которое соберутся более сотни двойников Султана Али. Это шоу состоится завтра, прямо в городском парке. Заодно будет куча концертов, приедут именитые "звёзды" эстрады. Будет феерверк.

— Представляете, ходит слух, будто на конкурсе двойников будет настоящий Султан Али! — Жанетт откусила кусок от бутерброда с ветчиной и с набитым ртом продолжала: — Ещё говорят, что та, которая среди двойников найдёт настоящего, вне очереди будет принята в кандидатки на роль жены Али.

— Детки! Вы верите? — хмыкнула Лизабет. — Поражаюсь я тебе, Жанетт! Тебе скоро двадцать пять стукнет, а ты не можешь отфильтровать вымысел от правды.

— Так ты, что, считаешь, что это неправда? — искренне удивилась та.

— Именно! Даже газета "Нувель де Ситэ" не сможет меня убедить, что это правда.

— Хочешь сказать, что пресса нагло врёт?

В разговор включилась Маргарита:

— Жанна, ты могла бы уже сама заметить, что мир не просто несовершенен. Очень многие люди придерживаются довольно лицемерных принципов. Например, простакам внушают, что нужно быть честным, а буржуа — бесчестные и беспринципные, наглые негодяи, с них не нужно брать пример, не нужно становиться такими, как они. В результате — что?

Жанетт замерла с открытым ртом.

— Что — в результате?

— Не хочешь думать, — разочарованно произнесла Марго. — Тебе, чтобы зарабатывать, остаётся идти на поклон к этим самым беспринципным "негодяям". Потому что им можно быть бесчестными, а тебе — нет! Ну, правда, можешь ещё перебиваться на государственной службе.

Жанетт захлопнула рот и часто заморгала глазами.

— Нас всех пытаются надуть на каждом шагу, — продолжала Марго. — И всё это делается с милыми улыбками, под прикрытием благородных целей. Ты думаешь, зачем городские власти согласились на это шоу? Они под его прикрытием перекачивают деньги из городской казны в свой карман. Я уверена, что настоящего Султана Али не будет, но в статье расходов ему выпишут кругленькую сумму. А шоу близнецов — вообще идеальное поле для махинаций. Сто людей с одинаковой внешностью… Во-первых, их никто не сумеет сосчитать, их никто не будет проверять сканером, и никто не будет выяснять, получили ли они эти деньги. Скорее всего, это загримированные артисты. На вопрос о полученных когда-то деньгах они запросто ответят "я не помню, узнайте у моего импрессарио" или ещё что-то подобное.

— Так что, мы не пойдём завтра на это шоу? — обиженно надулась Жанетт.

— Отчего же! Пойдём! Всё уже оплачено.

— Класс! — Жанетт по детски захлопала в ладоши. — Слушайте, девчонки! Если мне удастся подцепить завтра какого-нибудь красавчика, я ночевать домой не приду! Не пугайтесь!

— Ну, не ты одна! — улыбнулась Бетти. — Мне кое-кто как раз на завтра свидание назначил.

— Так вы меня одну, что ли, оставляете? — вздохнула Марго.

— А ты не сиди одна! Завтра обязательно с кем-то познакомишься. Комната в твоём распоряжении.

Ночью Маргарите приснился удивительный сон. Нет, конечно, не в том смысле, что он её удивил. Он поразил её в самое сердце. Сон был эротический. Её ласкал мужчина, ласкал очень нежно. И, хотя она не видела его лица, но чувствовала, что этот мужчина — не кто иной, как Султан Али. От его прикосновений замирало сердце и перехватывало дыхание. Она одновременно жаждала его ласк, но и стеснялась их. В какой-то момент она осмелела и обхватила его руками, сжала сильно, как только было возможно, и с ужасом ощутила, что руки провалились в какую-то пустоту.

— Не уходи! — простонала она, пытаясь поймать недавнее наслаждение и обхватить его за плечи.

Сон ушёл, руки комкали край одеяла, в глазах стояли слёзы, а в душе осталось щемящее чувство безвозвратной утраты. "О, Боже!" — подумала Марго. Конечно, она размышляла на тему, каким мужем мог бы быть Султан Али, но до эротических фантазий у неё не доходило. Интересно, он спит с каждой женой по очереди, или сразу с несколькими?

Марго вспомнила, как в одной книге читала, что жёны в гаремах очень ревниво относятся одна к другой. Если одна жена пользуется успехом у мужа, то другие ей устраивают пакости, иногда доходит до убийств. "Любимая жена" тоже не остаётся в накладе, подговаривая мужа против остальных.

— Нет, не дай Бог! Меня в этот гадюшник и на аркане не затащишь! — решила она. А если Марго что-то решила, то можно быть уверенным, что так оно и будет.

Жанетт и Лиз весь день усердно занимались полученной работой. Ровно в 16.00 они закончили последние исправления и отправили документы заказчику.

— Ну что, гуляем? — подружки принялись собираться. — Марго! Ты с нами?

— Что за вопрос! — Маргарита сорвалась с места и тоже принялась мыться, причёсываться, краситься и одеваться.

Делала она это с необыкновенным энтузиазмом, не отдавая себе отчёта, что ею движет потаённая мысль — встретиться с Султаном Али. Если бы кто-то вздумал ей об этом сказать, она бы обиделась, даже наговорила бы грубостей. Ведь она всё окончательно решила! Никакого Султана! Ещё чего не хватало! Конечно, в церковь она не ходила много лет, стала почти атеисткой, но воспитание у неё было христианское. Так что, даже мысль о принятии Ислама была для неё недопустимой. А вот интересно, как можно сменить веру, если её вообще не было?

В Парке Первооснователей столицы Саммы Ситэ царило оживление. Рядом, на площади, возле огромной сцены, уставленной свето- и звукотехникой, толпился народ.

Девушки купили себе мороженного и теперь шли, поедая лакомство ложечками из стаканчиков-термосов. Жанетт уже несколько раз напоминала, что конкурс двойников будет первым. Тот, который будет признан наиболее похожим на Али, будет слушать концерт на специальном помосте, сидя. А перед конкурсом будут разыграны пары. Избранница Али будет сидеть весь концерт вместе с ним.

— Я не поняла, — сказала Марго. — Если среди двойников будет настоящий Али, то о какой схожести может идти речь?

Жанетт с энтузиазмом продолжала:

— Так в этом, как раз, и весь прикол! Толпа выбирает наиболее похожего, а настоящий Али в это время…

— … В кусты ягнёнка поволок! — закончила Маргарита и подруги весело рассмеялись.

— Ладно, девочки! — Лизабет глянула на свои часики. — Я убегаю. Меня уже, наверное, ждут. Приятно вам провести время.

— И тебе того же! — почти хором ответили Жанетт и Маргарита.

Они двинулись в сторону сцены.

— Смотри! Это дурдом какой-то! — Жанетта показала пальцем в сборище абсолютно одинаковых людей. — Как клоны! Ещё и одёжка одинаковая. Как можно определить, кто больше похож на Султана Али? Его же вблизи никто не видел. А телевизор не считается.

Марго окинула взглядом толпу двойников и вдруг ощутила какое-то омерзение. Это было ненормально! Не может быть такого количества абсолютно похожих людей.

— Ты что, не идёшь? — стросила Жанетт. — Сейчас уже начнётся.

Марго ещё колебалась. Когда она приняла решение и двинулась вслед за подругой, к ним подошла пара полицейских.

— Я прошу прощения, но вы должны проследовать с нами! — старший сержант вежливо козырнул.

— Э-э-э! Что такое? — возмутилась Жанетт. — С какой стати?

— Видите ли, мы получили приказ задержать девушку с похожей внешностью, — полисмен показал выведенный на экране своей книжки рисунок. — Скорее всего, вы ни при чём. Но эта мадам должна вас опознать. Это по поводу каких-то махинаций с жильём.

— Я не занималась жильём! — ответила Марго.

— Это не займёт много времени, — полицейский был вежлив, но только пока она не оказывала сопротивления.

— Ну, хорошо! Идём!

— Я с тобой! — заявила Жанетт и пристроилась рядом. Подруга она или нет, в самом деле?

В полицейском участке они пробыли не более получаса. Как и говорил полицейский сержант, её изображение показали женщине, пострадавшей от чьих-то махинаций, та немного помялась, но потом уверенно заявила, что "это не она". Экран видеофона был отключен, но голос был слышен хорошо.

Когда подруги вышли из здания полиции, Жанетт удовлетворённо вздохнула:

— Ну вот! С тобой всё в порядке, и я за тебя спокойна! — она глянула на часы. — Конкурс, конечно, уже прошёл, но меня интересуют не копии этого "султана". Пока концерт идёт, я попробую наверстать упущенное. Пока! — и Жанетта, махнув Маргарите рукой, нырнула куда-то в соседнюю улочку.

На площади Первооснователей уже начался концерт. Музыка была слышна на расстоянии в несколько километров, но подойти достаточно близко не получалось. Люди заполнили не только площадь, они толпились и на прилежащих улицах. Марго весьма прагматично подумала, что ничего особенного не увидит, подойдя близко к сцене, и решила пройтись по парку. Если на площади было душно, то в окружении зелёных деревьев и кустов царила приятная вечерняя прохлада. Ароматно пахли цветы на клумбах. Пахла недавно политая трава. Пахла мокрая земля. Кое-где в парке были размещены фонтаны, от которых тоже веяло прохладой.

Погрузившись в глубину тенистых аллей, Марго прогуливалась не спеша. На одном из поворотов она увидела полицейский патруль и подсознательно свернула в сторону, где не маячила голубая форма. Рядом проходили парочки, и Марго испытала лёгкую зависть. У Бетти свидание, Жанетт тоже не останется одна. Только у неё никого. И почему так складывается жизнь? Собой не дурна, образована. Может быть, образование мешает? Жанетт утверждает, например, что мужчины не любят умных женщин. Может быть и так! Очень многие, узнав, что перед ними Маргарита Рошфор, почему-то быстренько смывались.

Марго села на свободную лавочку и задумалась. Интересно, а Султан Али как относится к умным женщинам? Его жён глупыми не назовёшь. Да и характеры такие, что палец в рот не клади — в момент откусят.

— Вы разрешите? — вдруг спросил чей-то голос.

— Что? — переспросила Маргарита.

— Я спросил, можно ли присесть! — ответил мужчина тридцати с небольшим лет. — У меня здесь назначено свидание, именно на этой лавочке.

— А-а-а! Конечно! Пожалуйста!

Марго отвернулась, но краем глаза рассматривала соседа. У всех в этом парке свидания, кроме неё одной. Вот и у этого тоже. Маргарита вдруг спохватилась — у мужчины была знакомая бородка, знакомая причёска, лицо. Можно даже сказать — знакомые всему миру. Или — известные на весь мир.

— Вы участник конкурса двойников? — вдруг спросила она.

— Что? — удивлённо спросил мужчина. — А-а-а! Да! Конечно!

— А как вас зовут? — почему-то с этим человеком, наверняка артистом, она почувствовала себя уверенно.

Её собеседник усмехнулся.

— Меня зовут Али!

— Это по роли. А в жизни как вас зовут? — Марго не допускала, что этот человек — иностранец-инопланетник. Уж очень хорошее у него было произношение, без следа акцента.

— Зовите меня Али. Так будет правильно!

— Да-да! Я понимаю. А вы ждёте подругу? — не унималась Марго.

— Вроде того, но, похоже, что я или опоздал, или она не пришла. А вы давно здесь сидите?

— Не очень. Менее получаса.

— И сюда никто не садился?

— Никто, — ответила Марго, уже открыто рассматривая этого "Али". Немного подумав, она спросила: — А как должна была выглядеть ваша подруга?

— Не знаю, — мужчина пожал плечами. — Я получил сообщение на телефон, но перезвонить не удалось, абонент постоянно вне зоны доступности. Может, это чей-то розыгрыш? Глупая шутка?

— Всё по закону кармы. — Марго улыбнулась. — Вы тоже участвовали в грандиозном розыгрыше, выдавая себя за Султана Али. Что ж удивительного в том, что кто-то разыграл вас?

— Да! В этом что-то есть! — Али закивал головой. — А вы были на конкурсе двойников?

— Не довелось. Но. мне кажется, что там не могло быть ничего интересного.

— Да! Наверное, вы правы! — опять кивнул головой Али. — Может быть, давайте погуляем? Чего на одном месте сидеть?

Они бродили по парку, по ближайшим улицам, обсудили городские дела, потом проблемы экономики, потом перешли к бизнесу.

Марго не сразу заметила, что этот "Али" с интересом рассматривает её. При этом он восхищался её хорошим знанием дела, и это восхищение было лишено фальши, которая выводила Марго из себя, и которой часто грешили многие её знакомые.

— А вы танцуете? — вдруг спросил Али.

— Вы имеете в виду настоящий танец или топтание на месте, которое большинство и называет танцем? — Марго смотрела на него, ожидая реакции.

— А вы мастерица по части уколов. Я имел в виду настоящие танцы.

— Я танцую, хоть и не на высоком уровне. Но мы не сможем продемонстрировать здесь своё мастерство. К тому же, сильно пить хочется.

— А мы сейчас что-нибудь найдём, — с этими словами Али подхватил Маргариту под руку и увлёк за собой.

Пробежка по аллеям парка и ближайшим улицам ничего не дала, все кафе, киоски и павильончики оказались почему-то закрытыми.

— Вот так дела! — проворчал Али. — У меня настоящее свидание, и оно может сорваться из-за нехватки воды. Ну что за планета?

Марго усмехнулась. Играл он свою роль мастерски, непринуждённо. Вот только акцент, а вернее — его отсутствие. А так он ей понравился. Может быть именно поэтому она вдруг предложила, переходя на "ты":

— А давай зайдём ко мне! Выпьем чего-нибудь.

— Я не пью алкогольное.

Это было странно. Впрочем, Марго попадались парни, которые таким образом пытались произвести впечатление на подругу.

— Тогда чайку попьём. И можем потанцевать. Или тебя кто-то ждёт?

Али серьёзно и внимательно на неё посмотрел.

— Хо-ро-шо! — немного нараспев произнёс он. — Только скажи, как тебя зовут?

— Но ты же не захотел мне называть своё настоящее имя!

Он пожал плечами.

— По удивительному стечению обстоятельств меня действительно зовут Али. Как "султана".

— Ну, тогда меня зовут Марго! Как королеву.

Он удивлённо поднял брови и улыбнулся.

— А это впечатляет. "Королева и Султан"…

Они пришли к Марго, попили чаю, причём дважды, затем сидели и болтали почти до полуночи, а потом как-то, будто мимоходом, он обнял её, поцеловал, и она чуть не задохнулась от нахлынувшей волны желания. Он был настойчив, но не навязчив. Он ощущал, чего ей хотелось, но не спешил её удовлетворить. Они двигались вместе к наслаждению, медленно, но неуклонно, и, когда это произошло, Маргарите показалось, что рушится весь мир, что её несёт водопадом, что она гибнет и рождается заново, как Вселенная в Большом взрыве. Она стиснула его плечи и испытала почти такое же щемящее наслаждение, как в недавнем сне. А он продолжал гладить её, но уже успокаивающе, шептал ласковые слова, едва касаясь губами её уха, и периодически целовал виски, шею, плечи. Её возбуждение постепенно засыпало, и только оставалось приятное томление от чувства прижатого горячего тела, от щекочущего шею и волосы дыхания.

А утром Марго проснулась в панике, с тем же вчерашним ощущением, как исчезает из её рук желанное тело, оставляя только скомканное одеяло и невероятную боль утраты. Слёзы хлынули из глаз, и она не стала их сдерживать. Они сбегали по щекам на подушку, стекали по шее до самых плечей, и с этим состоянием полной обречённости ничего нельзя было сделать.

Внезапно она услышала какой-то шум. Из-за кухонного шкафа-перегородки выглянул Али.

— О-о-о! Королева проснулась! И я как раз успел приготовить утренний кофе. Ты пьёшь по утрам кофе?

Слёзы снова брызнули из её глаз.

— Что случилось? Отчего плачешь? — Али огорчился. Он озабоченно разглядывал лицо Марго.

— Да так! От счастья плачу, — ответила она.

Было очень рано. Маргарита обычно не вставала раньше восьми, а для Али, похоже, это было привычно. Они пили горячий кофе из маленьких чашечек, и Марго спросила:

— А ты чего так рано вскочил? Мне казалось, что артисты спят подолгу. Концерты до полуночи, а то и до утра, потом надо отсыпаться.

— А я не артист, — ответил Али. — И у меня есть срочное дело. В противном случае, у меня могут быть большие проблемы. Да и не у меня одного.

Они обменялись телефонами, условившись связаться через некоторое время. Когда он уходил, на Марго опять накатила тоска, которую она сумела подавить, но едва закрылась дверь, дала волю слезам.

Глава 5

Натача, Старшая Жена Султана Али, вспоминала те тревожные часы, когда они разыскивали своего мужа.

Время клонилось к обеду, она как раз вылезла из отсека, где принимала выполненную ремонтниками работу. Конечно же, если бы дело касалось не термоэлектрического преобразователя, а чего попроще, она не подпустила бы никого к Кораблю и всё сделала бы сама. Но работа была сложная, тонкая, то есть, именно такой, которая требовала настоящего умения, наработанного многими годами, опыта, характерного только для настоящих мастеров-профессионалов. Этим не жалко было заплатить такие большие деньги. И проверка качества работы была почти что формальной. Конечно, ничего ужасного не произойдёт, если у преобразователя не выдержаны нужные параметры, просто мощность будет меньше. Но, во время перелётов, если в схемы гиперскачка не подать нужную мощность, может случиться большая неприятность. Всё равно как прыгнуть через ров и не долететь до другого края десять сантиметров.

Натача подписала акт приёмки работы, провела ремонтников до ворот ангара и столкнулась с Изабель. Та была чем-то обеспокоена.

— Натача! — Изабель схватила её за руку. — У меня странное ощущение, будто Али нет на Корабле.

— Он к Назире должен был на профилактику пойти, — отмахнулась Натача.

— Но Назира уже час как в бассейне с детворой.

— Значит он ещё где-то! Телефон что отвечает?

— Ничего! Али его не берёт.

— Так найди, где он! — Натача стала раздражаться. — Мне что, тебя учить надо?

Изабель ушла, а ещё через полчаса стало понятно, что Али игнорирует звонки и более того, отключил определение координат. Натача стала проявлять обеспокоенность, но тревогу не поднимала. Ещё через полчаса опрос всех жён и детей показал, что Али никто не видел, по крайней мере, с пятнадцати часов. Сперва Старшая жена пообещала задушить мужа и Господина голыми руками, потом согласилась всё простить, если он появится в течение ближайшего часа. Прошло время ужина, а Али так и не объявился.

Джень, двенадцатая жена Али, просмотрела записи всех сообщений, проходящих по внутренней телефонной сети Корабля, и нашла короткое текстовое сообщение: "Мы не виделись 15 лет. Давай встретимся на 1-й лавочке 3-й левой аллеи Парка Первооснователей в 19.00". Она попыталась найти номер телефона, с которого сообщение отправили. Номер оказался дезактивированным. Джень доложила Натаче, и та сразу же собрала консилиум.

Саль-яла пыталась остудить атмосферу.

— Натача, не горячись! Скорее всего, у Али опять какой-то бзик. Взял и пошёл на концерт. А может решил затесаться среди двойников.

— Что-о-о? — взвилась Натача. — Двойники? Кто-то хочет нам подсунуть клона! С нами играют по крупному! Надо перестроить наши сканеры на большую степень распознавания. "Пса" на входе — в первую очередь. Всем ходить с оружием! Так-так! Изабель! Корасон! Саль-яла! Джень! Хелена! Вы летите со мной!

— Альбу возьмите! — подсказала Дейла. — И лучше бы вы действовали через нашего представителя на Самме. Под его началом есть и охранники, и целый отдел безопасности.

— Некогда разбираться! — отмахнулась Натача, вызвав недоумённое пожатие плечей у четвёртой жены.

Натача так нервничала, что Хелена предложила себя на роль водителя. Изабель уселась со Старшей женой рядом:

— Ты не переживай! Скорее всего, он сам туда поехал.

— Именно это мне и не нравится. Кто она такая, с кем он не виделся пятнадцать лет? А его не могли загипнотизировать?

— Только не по телефону.

— А что ты думаешь по поводу телефонного номера?

— Дилетанты работали, — заверила Изабель. — А может, наоборот, крутые проффи. И этот номер — часть их игры.

— Каким образом? — поинтересовалась Натача.

— Они его кому-нибудь всучат, чтобы перевести стрелки в нужное русло. В зависимости от обстановки.

— Хм-м-м! Значит, в стане наших врагов нет ни уверенности в победе, ни единства, — подвела итог Старшая жена.

Женщины были все одеты в костюмы спецназа, с проложенной под верхней одеждой "вязкой бронёй". Шапочки, маски, в руках автоматы. Ножи, гранаты и по паре пистолетов на поясе, не считая внутренней кобуры, пары ножей в ножнах на голенях, обойм в карманах на плечах и бёдрах. Когда они подъехали к полицейскому участку и выгрузились, дежурный замер, разинув рот.

— Мне нужен ваш старший офицер! — заявила Натача, на что дежурный заплетающимся языком ответил:

— Проходите!

Бригадир-лейтенант оказался довольно любезен. Он вежливо выслушал Старшую жену Султана Али и обещал оказывать любую возможную помощь. Правда, после этого он посоветовал женщинам возвращаться домой, оставив заявление, и объяснил, что через 72 часа вся полиция города, а может быть и всей планеты, сломя голову бросится искать пропавшего "космического султана", если тот к тому времени не вернётся. К концу его блистательной речи Изабель вовсю стучала боевым ножом в ножнах, Хелена вертела на пальце за кольцо плазменную гранату, а Корасон гремела пулемётной лентой, непрерывно поправляя её в коробке-питателе. Когда офицер громко откашлялся, он увидел, что в комнате присутствует ещё чудовищная механическая собака, которая при любом громком звуке приподнималась и раскрывала боковые кассеты с ракетными снарядами. Бригадир-лейтенант не был уверен, что среди них не затесалась тактическая ядерная боеголовка. Он замолчал и это дало возможность Старшей жене доходчиво объяснить ему, что она не остановится ни перед чем, чтобы найти мужа, потому что по её мнению ему угрожает опасность. Их вооружения достаточно, чтобы выполнить эту задачу, даже если мешать им будут все вооружённые силы планеты, и в этом последнем случае она снимает с себя всю ответственность за здоровье и благополучие обитателей Саммы, а также — благополучие её экономики и финансовой системы. Бригадир-лейтенант не был ограниченным человеком, он иногда смотрел новости по телевидению или Интернету, а поэтому знал о возможностях самого Султана Али и его жён тоже. Но главное, — он умел быть дипломатичным.

— Извините, мадам! Я понимаю вашу ситуацию, но в таком случае мне необходимо согласовать свои действия с начальством.

Бригадир-лейтенант протянул руку к телефону и тот в этот миг зазвонил.

— Бригадир-лейтенант Бланшар слушает! О-о-о! Да-да! Хорошо, господин полковник! — он положил трубку и с удивлённым видом минуту что-то обдумывал. Потом сказал: — Наше начальство даёт согласие. А я распоряжусь оказывать вам всяческую поддержку. Итак, чем я могу вам помочь?

— Нам нужны записи ваших камер наблюдения, — ответила Натача.

— Хорошо! — Бланшар набрал номер на своём аппарате. — Дидье? Зайдите ко мне!

Худощавый мальчишка-стажёр в свободной форме, с короткими торчащими дыбом волосами, с причудливо изогнутой шеей и выступающим кадыком, провёл шестерых женщин в технический отдел. Натача успела толкнуть Изабель в бок и спросила:

— Ты поняла, что происходит?

— Дейла отработала по своему каналу, — спокойно ответила та. — Ты зря игнорируешь её советы.

Натача с нахмуренным видом обдумывала ситуацию.

Тем временем стажёр Дидье объяснил начальнику технического отдела суть проблемы, тот долго вёл телефонные переговоры с бригадиром-лейтенантом, потом опять долго куда-то звонил, что-то занудно выяснял. Когда Натача стала терять терпение, он посоветовал ей остыть и расслабиться. Он ещё не ужинал, вот поест и тогда… Это было ошибкой.

— Я покормлю тебя! Из вот этой ложечки! — свирепо проворковала Натача, вынимая из кобуры автоматический пистолет. — Ану, давай мне записи камер! Быстро! Или я тебя уволю!

— Вы не можете меня уволить. Это может сделать только мой начальник, — пытаясь сохранять спокойствие, пробормотал начальник техников. Его сотрудники в это время усиленно прятали ехидные улыбки, делая вид, что ничего не замечают.

— Он это сделает, по факту смерти! А, впрочем, нет! — Натача вздохнула, успокоилась, перезвонила Дейле, та переключила её на представителя Али на Самме, а ещё через пять минут в комнату ворвался багровый от ярости бригадир-лейтенант Бланшар и объявил, что отныне начальником технического отдела является Виллок.

— Вам это даром не пройдёт! — огрызнулся прежний начальник. — Вы знаете, кто стоит за мной?

— Если бы вы знали, кто мне сейчас вставлял дыню, то заткнули бы язык в одно место и молчали как рыба! — ответил Бланшар.

— И кем вы теперь меня назначите?

— Вас? А вы вообще уволены! — Бланшар аж засмеялся. — Я не упущу такого момента! Извините, мадам! Теперь у вас всё пойдёт как по маслу.

Внешне медлительный Виллок быстро организовал работу. Он рассадил женщин возле специалистов так, что они могли легко общаться и заодно видеть на всех экранах их содержимое. Изображение нужной лавочки было найдено аж с трёх разных точек. Лицо женщины, с которой беседовал Али или его двойник, тоже было хорошо видно.

— Я сейчас найду вам её в нашей базе! — сказал один из специалистов.

— Это может ничего не дать, — охладил его пыл Виллок. — Мы узнаем её место жительства, но она может быть где угодно. Наши опера работали бы сразу по двум направлениям, а то и трём. Нужен только хороший сканер-нос. Мы поедем на место и пройдём по следу. Если спецслужбы пойдут вам навстречу, то дадут вам такой сканер.

— У нас есть такой, — подсказала Хелена и похлопала по спине механическую собаку.

— Тогда нет проблем! — заверил Виллок. — А мы проследим, куда ваш Али двигался, и кто эта дама.

Старенький компьютер медленно и нудно перемалывал бездну данных в своих недрах, пообещав дать ответ не позднее следующего полудня.

— Вы не беспокойтесь! — стал объяснять один из техников. — По теории вероятности нужный файл должен быть найден посредине, примерно к утру.

— По закону подлости он окажется последним! — пошутил другой.

— А по спутнику мы можем отследить их путь? — спросила Натача.

— Если вы не заказывали этого заранее, то вряд ли. Положитесь тогда на своего поводыря! Надеюсь, у вас есть хроматограмма вашего мужа?

— Ну а как же! — тряхнула головой Натача. — Альба! Вперёд!

Оказалось, что без тренировки идти по следу с механической собакой — нелёгкое занятие. Они много раз сбивались со следа, путались, пока Корасон на экране своих коммуникаторов-очков не смогла применить какой-то цифровой фильтр. После этого они увидели, где следы свежие, где более старые. Они смогли различить, по какой дороге шёл Али раньше, а по какой позже. Нарисованная трасса показала все перемещения Али.

— Чего он петлял? — удивилась Натача. — Он пил, что ли? Или это наркотик?

— Нет, следов наркотиков не обнаружено! — ответила Корасон. — Есть интересный след… Хм-м-м! Это дезодорант для ног! Ну правильно! Девушка пользуется дезодорантом! Вот этот след, идущий рядом со следами Али.

— У неё воняют ноги, что ли? — скривилась Натача.

Изабель всхрапнула, подавляя смех.

— Нет! Всё проще! Она надела новые туфли. — Изабель показала на хроматограмме несколько пиков. — Это компоненты клея, пластификаторов, остаточные мономеры из пропитки. При эксплуатации обуви эти пики быстро исчезают. Так вот! Если не сбрызнуть туфли изнутри чем-то антибактериальным, ноги пекут до ужаса. А ты разве этого не знала?

— Ладно, проехали! — буркнула Натача. — Так что со следом?

— Они танцевали! — Корасон сбросила картинку Натаче на очки. — Видишь? Их следы ритмично пересекаются. Но это на небольшом участке. Дальше они шли ровно, возможно что под ручку.

Уже забрезжил рассвет, а они петляли по городу, вызывая удивление редких прохожих. Натача торопила всех, но неожиданно всегда спокойная Корасон взбунтовалась:

— Чего мы дурью маемся, хотела бы я знать? Али нашёл себе какую-то бабу, оторвался по полной программе, а мы, якобы, спасаем его жизнь! Нелепее быть ничего не может!

— Он не отвечает на звонки! — напомнила Натача.

— П-ф-ф-ф! Естественно! Он же не хочет, чтобы мы испортили ему всю малину! В общем так! Если сейчас же не пожрём, я никуда не сдвинусь!

Натача нахмурилась, но потом признала её правоту. Они нашли маленькое кафе, которое только открылось, принимая своих первых посетителей, спешащих на работу, учёбу, по другим делам. Корасон, прикончив огромный бутерброд с ветчиной, сыром и зеленью, довольно вздохнула и выразила готовность идти дальше.

Натача опять набирала телефон Али.

— Сейчас он нам ответит, и окажется, что мы зря бегали всю ночь!

— И я тебе о том же! — ответила Корасон. — Или тебе хотелось поймать его на горячем?

— Что ты несёшь! — обиделась Натача. — Его номер, кстати, сейчас заблокирован. Идём дальше?

Их дорога завершилась всего через сотню метров у входа в студенческое общежитие.

— Студентка! — задохнулась от возмущения Натача.

— Всё правильно! — поддела её с улыбкой Хелена. — Ротация кадров! Молодым везде у нас дорога…

— А как же пятнадцать лет? Ей пятнадцать лет назад было около десяти! Или ей сейчас уже…

— А может, это вообще не её сообщение на телефоне.

Натача уже взялась за ручку входной двери, как позвонил Виллок.

— Мадам! Мы нашли её! Это Маргарита Рошфор, дипломница Академии экономики и финансов. 23 года. Живёт в общежитии по улице Марти, комната 401. Только не спешите туда врываться. Для соблюдения формальностей я пришлю к вам сержанта.

Натача решила, что можно и не врываться. Если Али будет выходить, они его увидят. Они уселись на лавочку перед самым входом и стали ждать.

По всему пространству между домами проехала целая кавалькада роботов-мойщиков, оставляя за собой тёмные полосы мокрого асфальта и запах свежести. По ущельям улиц на разной высоте мчались по своим делам в машинах обитатели города. Восходящее солнце сверкало на стёклах кабин, в окнах домов и витринах магазинов.

Наконец, приехал сержант. Он был в гладкой выутюженной форме, свеженький, выспавшийся. Конечно, он почти ничего не знал о потрясших участок событиях. Пока они поднимались в лифте на нужный этаж, сержант занудно разъяснял Натаче, что задержание, осмотр помещения и прочее может делать только он, как представитель правоохранительных органов.

— Ладно! — сказала Натача. — Будешь представителем. Джень, давай!

Они подошли к нужной двери, и Джень ловко, при помощи отмычки, открыла замок.

— Что вы де… — начал было сержант, и Натача показала ему кулак.

"Пять, четыре, три", — она показывала отсчёт пальцами левой руки. Тихо защёлкали предохранители и затворы. Наконец, долгожданный знак "НОЛЬ", он же — знак "окей"! Они ринулись в комнату как горная лавина, и, если бы сержант вздумал их остановить, его постигла бы печальная участь. Но он предусмотрительно отошёл в сторонку. Не стоит стоять на дороге у женщины, когда она устремлена к цели. И вообще — дам надо пропускать вперёд!

Марго шаталась по комнате, не зная, чем себя занять. Спать уже не хотелось, но и оставаться в этом угнетённом состоянии было невозможно. Парадокс: чем больше жизнь подбрасывает тебе счастья, тем страшнее бывают приступы отчаяния. Нет! Это недопустимо! Надо хоть чем-то себя занять! И Марго вынула книжку, чтобы просмотреть ещё раз состояние своих дел.

В какой-то момент её внимание привлёк едва заметный шорох за дверью. Казалось, что кто-то очень осторожно подбирает ключи к замку.

Марго напряглась, отложила книгу, но, едва собралась встать, дверь распахнулась, и в комнату буквально влетело несколько вооружённых человек, в закрывающих всё лицо масках и в чёрных костюмах, как у спецназа.

— На пол! — крикнул низкий женский голос. — Лицом вниз!

Поскольку Марго не успела понять, что происходит, женщина в чёрном костюме схватила левой рукой её за волосы и повалила. В затылок упёрся ствол пистолета.

Остальные члены группы быстро обшарили комнату.

— Никого нет! — сообщил другой женский голос. — Пусто!

— Где он? — Марго ощутила боль от стянутых волос, а пистолет ещё сильнее надавил на кожу. — Говори! Живо!

У женщины был заметный акцент. Обычно такой акцент бывает у русских.

— Кто вам нужен? — спросила Марго. — Кто вы такие?

— Здесь я задаю вопросы! — пистолет опять дёрнулся на затылке.

— Мадам! Вы нарушаете процедурное законодательство! — послышался мужской голос. — Я должен буду доложить начальству. А мадемуазель имеет право написать на вас жалобу.

— Натача! Отпусти её! — спокойно, но твёрдо потребовал второй женский голос.

Марго ощутила, как исчез нажим пистолетного ствола, рука отпустила её голову, потом её легко подняли и поставили на ноги. Она развернулась. В комнате было шесть женщин в чёрных костюмах спецназа и сержант полиции. Женщины снимали маски. Та, которая стояла совсем рядом, встряхнула головой, расправляя волосы, и глянула Марго в глаза. Она сразу узнала этот пронизывающий, властный взгляд, взгляд Старшей Жены Султана Али.

— Так где он? — Натача в упор посмотрела на Марго.

— А кого вы ищете?

— Мухаммеда Али, разумеется! — на скулах Старшей жены заиграли желваки.

— Вы, наверное, ошиблись! — стала убеждать её Марго. — На конкурсе вчера было около сотни двойников. Я познакомилась с одним из них.

Натача ненадолго задумалась.

— Он тебе оставлял свой номер телефона?

— Да, — немного поколебавшись, ответила Марго.

— Дай глянуть!

— Только не стирайте!

Натача глянула в телефон и усмехнулась:

— Это его номер!

Маргарита вдруг ощутила, что окружающий мир стал каким-то нереальным. Вокруг всё плыло, а ватные ноги с трудом держали тело.

Старшая жена набрала вызов, приложила аппарат к уху.

— Та-а-ак, он по-прежнему недоступен. — Она вернула аппарат Маргарите. — Как тебя зовут, подруга?

— Марго.

Натача с каким-то странным вниманием рассматривала её лицо. Потом вдруг начала бродить кругами по комнате, разглядывая обстановку, остановилась возле стоящих на столике кофейных чашек, взяла одну из них и стала внимательно изучать её поверхность. Глянула также внутрь и на донышко. Осмотрела ложечки. Провела пальцем по столешнице и подоконнику.

— Значит так, Марго! Если Али будет звонить тебе, посоветуй ему связаться с нами и сообщить, где он находится. Да! На всякий случай вот тебе карточка с нашими телефонами. Если что — звони, — голос Старшей Жены можно было назвать дружелюбным.

— Я предпочла бы больше не иметь с вами дела! — твёрдо ответила Маргарита.

Натача как-то странно засмеялась.

— Уже не получится! Али тебя выбрал. Ты уже даже не кандидатка на роль жены. — Она осмотрела её фигуру, ноги, грудь и живот. — Ты уже практически жена. Остались несущественные формальности.

— А если я не соглашусь?

Натача подошла вплотную и устремила на Марго свой взгляд. Марго сумела удержаться, чтобы не отвести глаза. Старшая жена хмыкнула:

— А ты крепкая штучка! Али таких любит. Он добъётся того, что ты согласишься.

Жёны Али направились к выходу. Полицейский сержант принялся им втолковывать ситуацию:

— Вы же понимаете, что я вынужден буду всё изложить в своём рапорте. У вас могут быть крупные неприятности!

Натача спокойно возразила:

— Что может быть хуже, чем потеря мужа. А на ваш рапорт я чихала! Мы платим городу больше миллиарда налогов в год. Значит, вы должны защищать наши интересы. Или, по-вашему, это неправильно?

Едва они вышли, в комнату влетела Лизабет.

— Кто это такие? Жанетт мне вчера звонила, рассказала, как тебя в участок водили. Это продолжение?

— Нет! — ответила Марго. — Это… Даже не знаю, как сказать. Оказывается, сегодня ночью я переспала с Султаном Али.

— Это он тебе такое сказал? — иронично скривилась Лиз.

— Нет! Это мне сказали его жёны.

— Так это были они? — лицо подруги вытянулось в изумлении. Она издала сдавленный смешок и серьёзно добавила: — С ума можно сойти!

Глава 6

Натача молча сидела в салоне флайера, который возвращался на Корабль. Али, оказывается, давно был там. Старшей жене очень хотелось устроить скандал, но она уже привычно подавила в себе такое желание. Что поделать, ей приходилось подавать остальным жёнам пример. В противном случае, если каждой жене захочется выплеснуть свои эмоции, то потонут в этом океане все.

Она припомнила, как покидали общежитие, и сержант заметил:

— Вы рассматривали эту девушку, как привередливая свекровь свою невестку.

— Я её рассматривала как новую жену своего мужа. Поверьте, всё это гораздо сложнее.

Старшая жена уже пятнадцать раз женила своего мужа. Судя по всему, на очереди шестнадцатая женитьба. Она глянула на вторую жену, и та, будто прочтя её мысли, спросила:

— Ну что? Какие результаты осмотра на месте?

— Пока что не всё понятно. Девушка очень аккуратная, может быть даже чересчур. Такие люди иногда свихиваются на чистоте и порядке. Если это мания, то… В общем, я не знаю, как к этому отнестись. Ты заметила? Она способна быть жёсткой! А вот может ли она быть мягкой?

Саль-яла улыбнулась:

— Наверное может. Иначе, Али не провёл бы с нею ночь. А ты как считаешь, Изабель?

Изабель пожала плечами, зато ответила Хелена.

— Али мог бы провести с ней ночь, но он ещё и оставил свой номер телефона. А это уже другой уровень.

Али прибыл на Корабль всего четверть часа назад. Он спохватился, что не разблокировал телефон. Сняв блокировку, он прошёл в свою каюту, стараясь не попадаться на глаза своим домашним. Странно было, что кто-то из вахтенных должен был его видеть, но к нему никто не пришёл.

Зашумел транспортный шлюз. Наверное, прилетел какой-то флайер. По коридору прошли несколько человек, громко ступая тяжёлыми ботинками. Что происходит? Али выглянул — никого нет.

Он прошёл по пустому коридору до командной рубки. Там, склонившись за пультом, стояли Девика и Натача. Старшая жена была одета в жёлтую футболку и чёрные брюки. На ногах — армейские ботинки.

Натача, тыча пальцем в изображение, выспрашивала вахтенную:

— Эти входы тоже проверили? А старые сканеры куда дели?

Они обе явно не желали замечать мужа. Его словно вообще не было рядом. Али постоял рядом ещё пару минут и, когда все сомнения исчезли, спросил:

— Натача, что здесь происходит?

Жена развернулась на голос и с некоторым удивлением рассматривала стоящего рядом мужчину. Потом ответила:

— Это я у тебя хотела бы стросить, что происходит? Мы для тебя уже ничто? Ты исчезаешь, никого не ставя в известность. У тебя выключен телефон, а если и включен, ты нас игнорируешь! Ты спишь неизвестно с кем! А после этого невинным голосом, дрожа от справедливого гнева, вопрошаешь "что здесь происходит?"

Она готова была сорваться, но Али подошёл к ней, обнял и погладил ей голову.

— Так ты её видела? — он не оправдывался. Его голос был похож на голос мальчишки, гордо демонстрирующего какую-то невероятную находку. — Ты говорила с ней?

Старшая жена фыркнула, затем её начал одолевать истерический смех.

— Она чудесная… Правда? — не унимался Али. — А какая у неё улыбка…

— От дурень! — вздохнула Натача. — Его разыскивает четырнадцать жён, а он тайком встречается со студенткой. Тебе мы надоели?

— Ну что ты! — горячо стал уверять жену Али. — Как ты можешь даже думать такое! Но, если ты видела её улыбку…

В глазах его зажглись романтические огоньки. Али вздохнул. Натача тоже вздохнула. Конечно, можно было собрать всех жён, чтобы обсудить ситуацию, но от этого ничего не поменяется. Натача это хорошо знала. Ни одна женщина, которую выбрал Али, не вызвала отторжения у остальных. Особенно, если учесть, что все они долго присматривались к кандидатке, прежде чем давать согласие на новую свадьбу.

— Ладно, Али! Что ты намерен делать дальше? Мы должны все познакомиться с этой Марго.

— Конечно! Я хочу её пригласить к нам.

— А если она не согласится? — и Натача выжидательно посмотрела на мужа.

— Как это? Не согласится? — голос Али моментально из восторженного стал больным. — Почему не согласится? Ты ей что-то сказала? Говори! Что ты ей сказала!

— Я ничего не сказала! — ответила Натача. — Но она до нашего визита не подозревала, что ты и есть Султан Али. Она была уверена, что ты его двойник, кто-то из артистов.

— Ну да! Конечно! Я должен был ей сказать прямо. А она подумала, что я так играю. Мне нужно с нею встретиться!

И Али уже начал искать нужный номер на видимой только ему панели меню.

— Али! — вдруг сказала Натача. — Не вздумай только её умолять. По-моему, эта женщина не любит проявления слабости у мужчин.

— Я понял! — кивнул он головой.

Марго согласилась встретиться неожиданно для себя. После ураганного налёта на неё утром, она даже подумывала, не стереть ли номер Султана Али из телефонной книжки. Какое-то сомнение не дало ей этого сделать. И вот теперь она даже согласилась прийти в вечернее кафе.

У кафе была не очень хорошая репутация. Цены были здесь высоки для студентов, поэтому и посетителями была совсем другая публика. Кроме того, в вечернее время здесь в меню появлялись спиртные напитки. С чего это Али, который, как он сам утверждает, не пьёт алкоголь, назначил встречу именно здесь?

Маргарита вспоминала, как много раз подряд принимала решение, что, в случае звонка Али, скажет "у меня нет возможности с вами встречаться". А потом вспоминала его руки, его поцелуи, его губы и ласковые слова… Внутри всё начинало дрожать. Когда он позвонил, она согласилась, не думая. Вот дура! Могла же, хотя бы, другое место выбрать.

Собираясь на свидание, она надела своё лучшее вечернее платье, долго вглядывалась в зеркало, отыскивая изъяны в макияже, и прикидывая, насколько хорошее впечатление она произведёт на Али. Он не врал, назвав своё настоящее имя. Поверила бы она, если б он сказал, что и есть тот самый Султан Али? Вряд ли! Даже после появления его жён она сомневалась! И даже после слов Старшей жены ей не хотелось верить. Или просто она боялась поверить? Боялась, что это он, или, наоборот, боялась, что это не он?

Маргарита совсем запуталась. Она не могла сказать, чего ей хотелось на самом деле. Что это с ней? Она попыталась вспомнить его лицо и с ужасом поняла, что не может этого сделать. Её охватила паника. Что она делает? И что ей надо делать? Это был уже конкретный вопрос. И он требовал конкретных дел. А делать дело Маргарита умела. Она успокоилась, заказала такси, обулась, ещё раз взглянула на себя в зеркало. "Только бы не встретиться с его жёнами!" — вдруг подумала она. Ведь, согласитесь, идиотская ситуация — ехать на свидание с мужчиной, у которого уже четырнадцать жён. Правда, для многих женщин наличие у своего избранника жены не является препятствием. И количество роли не играет.

Это кафе было больше похоже на среднего уровня ресторан. Её провели к заранее заказанному столику, предложили ознакомиться с меню. Едва Марго принялась за его изучение, подошёл Али. Его гарема, к счастью, рядом не оказалось.

— Здравствуй! — просто приветствовал он её. — Ты уже что-то выбрала?

— Пока ещё нет! — Марго подняла голову. — Как тебе удалось оторваться от своих жён?

— Извини, что твоё знакомство с ними оказалось таким малоприятным. На самом деле они все…

— Да-да! Я знаю! Они все просто очаровашки! — съязвила Марго. — И чего это ты от них так бегаешь?

Она не должна была этого говорить. Али на мгновение застыл, его глаза блеснули искрами, но потом опять смягчились.

Подошёл официант, принял заказ. Али молчал, не решаясь начать разговор, а Марго ругала себя за неосторожные слова. Её горло будто сжимала чья-то рука, её наполняла какая-то дрожь, и Марго боялась, что потеряет контроль над собой. А то и вовсе сделает какую-нибудь глупость.

Официант принёс заказ, но едва Али с Марго принялись за еду, к ним подскочил мужчина с восточной внешностью и на плохом фарси произнёс:

— Послушай, дорогой! Разреши пригласить твою красавицу на танец!

— Не спеши, дорогой! — в тон ему ответил Али. — Моя дама ещё не успела поесть. Как-нибудь попозже.

Не прошло и пары минут, как горячий мужчина подошёл снова.

— Дорогой! Разреши пригласить твою королеву на танец!

— Извини, дорогой! У нас важная встреча! Возможно, что позже.

Али замолчал. Ситуация была очень знакомая. Он даже знал, что последует далее. Так и есть — Маргарита подняла голову и с вызовом сказала:

— А почему вы не спросите разрешения у меня?

Горячий "поклонник" бросил на неё презрительный взгляд:

— А ты помолчи, овца крашенная, когда мужчины разговаривают!

— Ты как её назвал? — взвился Али. — Шакал вонючий! Сын шакала!

Он схватился за пояс, на котором, естественно, кинжала не было. Тогда Али рванул обидчика за грудки и опрокинул на стол. Раздался треск дерева, звон посуды. Брызги вина и ошмётки еды полетели во все стороны. Его противник быстро, по-кошачьи извернулся и, вскочив на ноги, так же ловко кинул Али через бедро. Али перевернулся на руки, но встать не успел.

— Лежать! — его опрокинули опять на пол, уложили лицом в паркет. В затылок упёрся ствол, а на спине, между лопаток, удобно легла рубчатая подошва армейского ботинка.

Рядом кто-то трепыхался, был слышен шум борьбы.

— Ай! Пусти! Больно! — кричал горячий мужчина.

— А ты не дёргайся! — отвечал ему голос Натачи. — А то руку сломаю!

Раздался щелчок запираемых наручников. Только после этого голову Али развернули вбок.

— Ой! Извини, Али! Я тебя не узнала! — Корасон отпустила мужа, подхватила за руку и поставила вертикально. — В суматохе действуешь автоматически.

Её извинения были искусственными, зато довольная улыбка сияла на всё лицо.

— Ничего! Не страшно! — ответил Али, отряхиваясь. — Главное, чтобы ты автоматически меня не пристрелила.

Он огляделся: в суматохе Марго успела исчезнуть, а Натача настояла, чтобы возвращались на Корабль.

Вся потасовка заняла не более десятка секунд, тем не менее, следующим утром все газеты и сайты Саммы опубликовали на первых полосах фотографию, где Али лежит на полу лицом вниз, на его спине ботинок Корасон, а в затылок упирается ствол ручного пулемёта. На последующих страницах шла статья некого Сэмюэля Дойла, названная "Султан Али под каблуком у своих жён". Там были и другие фотографии, ненамного лучше первой: Изабель в агрессивной позе с ножом в руке, Натача, вынимающая из сумочки пистолет, Саль-яла с автоматом, в боевом скафандре… В статье делались какие-то тёмные намёки на незаконные действия в других мирах, которые "головорезы" Али успели натворить.

— Это нельзя так оставлять! — кипела всегда спокойная Дейла. — Ты, Али, только заявление подай в суд, а я уже доведу это дело до нужной кондиции.

Али был расстроен исчезновением Марго и тем, что ему не удалось с ней как следует объясниться.

— Да ну их! Была бы охота тягаться с жёлтой прессой! Это ниже моего достоинства.

— Хочешь сказать, что потомку Пророка плевать на то, что его поливают грязью?

— Собаки лают, а караван идёт! — ответил Али. — Но вам тоже не помешало бы думать, прежде чем что-то делать. А, кстати, мы же собирались лететь по делам нашего филиала на Авроре.

Они сидели в командной рубке за пустым столом и решали семейные дела. Здесь были все жёны, включая вахтенную. Заботу о младших детях поручили Фариде.

— Али! — напомнила ему Хелена. — Ты же на прошлой неделе говорил, что там всё нормализовалось и мы можем сидеть здесь ещё хоть целый месяц!

— Да? Я так говорил? — Али сделал вид, что не помнит.

Вечно прямолинейная Хелена портит картину. Не могла промолчать. Неужели ей не видно, что это хороший повод улететь с Саммы и не разбираться с гадкими издателями. Он ещё надеялся, что ему поможет кто-то из женщин, но Натача неожиданно сказала:

— Ты ещё не все дела здесь закончил.

— Напомни! — Али в упор посмотрел на жену, раздражаясь, что всё пошло не так.

— Конкурс невест, например! — Натача тоже в упор посмотрела на него.

На Востоке нельзя смотреть в упор человеку в глаза, но большинство жён Али — выходцы из других культур. Натача всегда утверждала, что человек, не желающий ответить тебе открытым взглядом — жулик и лжец. Али почти привык к этому, но не до конца. Сейчас взгляд Натачи нёс в себе угрозу. Странно! Почему она вцепилась в этот конкурс?

— Ладно! Уговорили! — отмахнулся Али. — А по местному филиалу у нас всё в порядке?

— Всё не может быть в порядке, — ответила Катерина. — Здесь самый крупный заправила — некто Брут Диксон. Ему наши филиалы как заноза в заднице. Но он работает только традиционными средствами. Пытается раскачивать биржу, вызывает резонансные обвалы акций и подсаживает разные фирмы на кредиты. Потом им гайки закручивает, чтобы продавали фирмы ему. Но нас он взять не сможет, мы работаем с серьёзными технологиями.

— Ты не будь так уверена! — ответила Натача. — Али! Мы с Изабель затеяли расследование. Нам кажется, что этот Диксон причастен к сообщению на твой телефон и…

— Что за глупость! — воскликнул Али. — Он причастен к моему знакомству с Марго, хочешь сказать?

— Всё может быть! — подтвердила Изабель.

— Это какая-то паранойя! — буркнул Али.

— Ты зря так, — остановила его Девика. — Действия спецслужб, охранников часто напоминают паранойю. Но только так можно спастись от серьёзного покушения. Составители заговоров все действия строят так, чтобы они выглядели не связанными, совершенно случайными и естественными событиями. Ты даже не представляешь, какими способами управляется этот мир.

— Вы хотите сказать, что Марго работает на наших конкурентов?

— Она может этого даже не знать, — взгляд Натачи смягчился, и на лице заиграла улыбка. — Каждый человек летит по жизни, как метеор во Вселенной. И он может не знать, что в конце пути его ждёт столкновение с другим человеком, которое закончится трагически для обоих. Ты не хочешь гибели Марго?

— Что за вопрос? Конечно нет!

— Вот для этого мы должны провести расследование. Чтобы ваше столкновение не было фатальным.

— Но как оно может быть фатальным? — удивился Али.

— О-о-о! — многозначительно произнесла старшая жена и процитировала: "Есть много странного на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам!"

Глава 7

— Ты это видела? — спросила у Марго Лизабет, тыча пальцем в фото на скачанной из Сети страничке.

— Видела! — спокойно ответила Марго.

— Это произошло при тебе?

— Это произошло из-за меня! — она улеглась на бок, глядя на подругу.

Лиза пила чай, заканчивая завтрак, а заодно знакомилась с последними новостями.

— Так вы не нашли общий язык? Я имею в виду — ты с его жёнами.

— Ну какой общий язык? Эти мегеры Али мордой… то есть, лицом, в паркет уложили!

— Охренеть! — подала голос Жанетт. Она недавно проснулась и ещё не успела покинуть постель. — Мне удивительно, Марго… Ты хаяла этого Султана Али, отговаривая нас с Бетти даже думать о нём, а сама вляпалась!

— Успокойся, Жанна! — оборвала её Лизабет. — У них это произошло по взаимному согласию. Не думаю, чтобы нам с тобой так повезло.

— Спаси меня, Святая Мария, от такого везения! — Жанна встала и пошла умываться. — А вы на выпускной банкет не собираетесь, что ли?

— Собираемся! — вяло ответила Марго.

Странно, она не испытывала радости от того, что закончила Академию. Для большинства выпускников это означало начало новой жизни. А для неё — ничего нового. И диплом ей, как это ни странно, тоже не нужен. Диплом нужен, чтобы показать его работодателю. А кто она? Она владелец хоть и маленькой, но фирмы. То есть — работодатель! Это ей будут приносить дипломы и справки, свидетельства и ещё бог знает какие бумаги, подтверждающие уровень квалификации, психологической устойчивости, совместимости с коллективом. О, чёрт! Как же она забыла! У неё встреча с заказчиком сегодня! А как же выпускной? И Марго схватила телефон, чтобы перенести встречу. Про выпускной она совсем забыла! Не занесла в своё расписание — и вот, полюбуйтесь!

Маргарите удалось встретиться с заказчиком раньше договоренного времени. На банкет она немного опаздывала, но это ничего. Поймала такси, назвала ресторан. Машина, свистя турбинами левиторов, набрала высоту и влилась в общий поток транспорта. Водитель, лихо вертя штурвал на поворотах, спросил:

— Вы от кого-то скрываетесь?

— А вас что-то смущает? — удивилась она.

— Да вон за нами машинка прицепилась. Идёт, как приклеенная! Только высоту иногда меняет.

— Так, может они тоже в ресторан? — спросила Марго.

Они как раз подлетели к стоянке, летевшая за ними машина отвернула куда-то в сторону.

— Да… Похоже, что так, — успокоенно ответил таксист.

Марго уже заходила внутрь, оглянулась на стоявшую в стороне машину. Из неё никто не вышел. И стояла она подальше, словно опасаясь, что её заметят.

Банкет прошёл великолепно. Марго веселилась так, как никогда. Даже попыталась кокетничать с ребятами своего курса. На эти действия никто не отреагировал, даже когда уже все были изрядно выпивши. Марго даже стало как-то обидно. Инопланетник, чужеземец нашёл её достаточно привлекательной, а свои от неё шарахаются.

На выходе из ресторана она увидела, что от какой-то весёлой компании откололась троица парней. Она их не знала. Скорее всего, они тоже что-то отмечали, но в другом зале.

— Девушка! Разрешите с вами познакомиться! — парни, похоже, ещё не навеселились.

— Вам этого так хочется? — спокойно удивилась Марго. — Почему вы тянули так долго? А сейчас мне уже некогда!

Толпа людей быстро рассаживалась по такси. Поблизости никого из знакомых не оказалось, и Марго испытала некоторую тревогу.

— Так ты что, красавица, откажешь в любезности таким хорошим ребятам, как мы? — назойливо приставал один из троицы.

Два других стали усиленно теребить его за рукав, а потом просто подхватили и почти силой поволокли к стоянке машин. Марго вздохнула и вдруг почему-то обернулась. Она увидела такое, что встали дыбом волосы. Потом рассмеялась. Ну, конечно, там стояли три жены Султана Али, одетые в чёрные костюмы, с автоматами, ножами, гранатами и неизвестными намерениями. Правда, Марго почему-то была уверена в своей безопасности. Она помахала им на прощание и пошла ловить такси. Можно было бы нагло подойти и попросить подвезти её домой, но Марго подумала, что этого делать не стоит. У каждого своя роль: они следят за ней, а она их подопечная. Интересно только, зачем они за ней следят?

Весь следующий день Марго оформляла бумаги, подписывала обходные листы, прощаясь с заведением, где провела почти пять лет. В одном из коридоров встретила Лизу.

— Ты уже жильё себе нашла? — спросила она.

Бетти замялась.

— Мне не нужно. Я… Мы… Мы подали уже заявление. В общем, мы будем жить вместе с Даниэлем. Я тебе, если хочешь, расскажу о нём подробно.

— Очень хочу! Но ты меня расстроила. Я хотела снять квартиру с тобой на пару.

— Не расстраивайся, подруга. Тебе лучше иметь больше свободы. Кроме того, создавай свой имидж.

— Деньги на ветер? Буду иметь миллионы — тогда можно. Но не сейчас.

— Тогда Жанетте предложи. Она с радостью согласится!

— А разве она не собирается обратно, в свой родной город?

Лиза изобразила изумление и рассмеялась.

— Жанетта приехала покорять столицу, найти богатого жениха, стать светской львицей…

— А зачем же она время на учёбу тратила? — удивилась Марго.

— Значит не совсем потерянная. Я, кстати, мельком слышала, что она в банк работать идёт. Только не знаю, в какой.

— О-о-о! Там она найдёт себе миллионера или миллиардера.

— Вряд ли! — скривилась Лизабет. — Правительства Большой Двадцатки сейчас принимают новые антикризисные меры. Так что среди банкиров миллиардеров уже не будет.

— Жалко Жанну! Она так надеялась.

Лиза и Марго разошлись по своим делам и встретились только через неделю.

— О, Марго! — воскликнула Лизабет, появляясь на пороге её маленького кабинета.

Подруги обнялись и поцеловались.

— Ну как идут твои дела? — Лиз огляделась, и этот беглый осмотр её вполне удовлетворил. — Я вижу, что они быстро идут в гору.

— Да! Применяю свою технологию, — скромно ответила Марго.

— Ну-ну! Скромность тебе не идёт! Я слыхала, что ты выполняешь обычные заказы чуть ли не в десятки раз быстрее, чем конкуренты?

— Примерно так.

— Поделись секретом, — Лиз склонилась к Марго. — Я больше никому не расскажу.

Марго фыркнула.

— Да хоть всему миру рассказывай! Я доказывала возможность такой работы на занятиях, с преподавателями спорила. Я же диплом хотела по этой теме писать, но меня наш руководитель отговорил.

— И что?

— Я всё применила на практике. Как Генри Форд применил конвеер на заводе, так я применила конвеер для информационных задач. Даже там, где нет алгоритмов, эта технология работает. У меня отдел из десятка человек делает любую программу за день. В среднем, конечно.

— Не верю! — удивилась Лиз. — Так ты занимаешься программами?

— Не только. Я любую работу делаю. Я за неделю приняла к себе сотню человек. Они ведут полтысячи проектов.

— К-к-как это? — Лизабет еле верила своим ушам.

— Проекты идут конвеером, один за другим. Люди делают обычную работу: один разбивает проект на модули, другой выявляет его связи, третий набирает стандартные модули, а те, которых нет в наличии, запускаются в разработку. Например, программы. У меня есть специалисты, которые изучают новые программные системы и делают стандартные схемы разработки. Другие эти схемы применяют, не вникая в суть, не зная всей системы. У меня даже телефонисты ведут переговоры с клиентами по конвееру. Как только возникает проблема, он передаёт клиента другому специалисту. Специалист может разобраться всего с пятью, ну с десятком клиентов за день. А телефонист обзвонит за смену до сотни.

— И что, никто другой не пробовал применить это на практике?

— Ты не поверишь! Обычный подход начальников: "ты чего, придурок, не можешь сам разобраться с этим вопросом? Тебе нянька нужна?" Никто не хочет выглядеть придурком, а в результате его производительность ниже в десятки раз, чем в моих подразделениях. Ты видишь, чем я занята?

— Нет! — ответила удивлённая Лизабет.

— Я на страже! Как только возникнет проблема, я её буду решать!

— А проблема есть?

— Так видишь — пока что нет!

Подруги рассмеялись.

— Ну а как твои дела? — спросила Марго у Бетти.

— О-о-о! Скоро у меня свадьба. Вот тебе приглашение. Я работаю у Даниэля секретаршей. И у него дела идут хорошо. Правда, похоже, что не так хорошо, как у тебя. Слушай, а давай в кафе заскочим, пообедаем? У меня перерыв.

Зазвонил телефон.

— Да! — ответила Марго. Она слушала почти минуту, а потом хлопнула ладонью по столу. — Что значит, требуют? И кто они такие? Кто-о-о? Проведите их ко мне! — Она повернулась к подруге. — Извини! Кажется, у меня появилась проблема, и её нужно срочно решать. Встречу в кафе придётся перенести.

Марго пришлось решать неожиданную проблему. Представители какой-то комиссии выявили, что она слишком сильно снижает расценки по отрасли, вызывая падение уровня доходов инженерных работников. Назначено расследование. Справки, отчёты, проверки… Марго доказывала, что масса народа страстно желает работать у неё, поскольку зарплаты в её фирме были в разы выше, чем у других. Пара месяцев, проведённые будто на вулкане, тем не менее, дала хороший прирост доходов. Марго опять расширила свои штаты. Опять новые комиссии, новые проверки, заявления от профсоюзов, переговоры с лидерами движений.

Марго удалось найти себе сноровистую, в меру нахрапистую секретаршу и сбросить на неё большую часть работы. У той было воинственное имя Марсия, и она оправдывала его. Тем не менее, молодая женщина, старше своей хозяйки на пять лет, называла её "мадам".

Однажды Марго услышала неистовый крик Марсии и грохот за дверью. Она едва привстала, как вдруг в её кабинет ворвались пять человек с хмурой внешностью и атлетическим телосложением. Один из посетителей остановился возле стола Марго и, опёршись на его край руками, сказал:

— Мой хозяин, Железный Палец, недоволен тем, что ты делаешь дела на его территории и не платишь дань. Наши парни разузнали, что у тебя очень хороший доход. Железный Палец хочет половину от твоих заказов. И не вздумай упираться! Здесь всё под его контролем! Ты поняла?

— Как, половину? — выдавила из себя Марго. — У меня только федеральные налоги больше тридцати процентов! Да в местный бюджет! Вы в своём уме?

— Ты не хами! — угрожающе склонился к ней бритой головой посетитель. — А не то мои ребятки тебя научат вежливости! И как встречать гостей — тоже научат! Каждый месяц, в конце, мы будем приходить за положенной данью. И не забудь, что за первые три месяца ты не платила. С тебя причитается! И не вздумай всякие глупости с полицией выделывать. У нас всё схвачено, а тебя придётся наказать… Больно… Чтобы помнила. Тебе всё ясно?

После ухода посетителей Марго долго не могла прийти в себя. Правда, ей пришлось оказывать помощь Марсии, мазать гелем синяки на её лице, а потом подкрашивать.

— Вот заразы! — ругалась секретарша. — Я надеялась, что до вас не доберутся. Да, похоже, они всех под себя подминают.

— И это нельзя решить никаким путём? Только платить? — ужаснулась Марго.

— Я работала уже в двух фирмах, — напомнила секретарша. — Одна еле сводит концы с концами, и я оттуда ушла к вам. А перед этим была фирма, которую просто раздавили. Представьте, прихожу утром и вижу: наш хозяин в ярости ломает мебель, бьёт оборудование и приговаривает: "Ничего вам не достанется! Ничего!"

Они сели возле стола на стулья для посетителей. Марго хотелось получить какую-то долю уверенности, чувствовать себя не так одиноко, и она обняла за плечи Марсию. Та тоже склонилась к ней, и Марго ощутила как женщина мелко дрожит. Нет, уверенности так не приобретешь.

— Что же делать? — вздохнула Марго. — Это просто патовая ситуация.

— А почему вы не хотите обратиться к вашим защитникам? — вдруг спросила секретарша. — Или у вас с ними не всё гладко?

— Что вы имеете в виду? — удивилась Марго. — Каким защитникам?

Теперь удивилась Марсия.

— Да вон тем! — кивнула она в окно. Напротив входа в офис стоял микроавтобус, а на водительском месте сидела хорошенькая черноволосая женщина с восточной внешностью. Женщина рассматривала себя в зеркальце заднего вида и подправляла карандашиком форму бровей. Марго не помнила её имени, хотя знала эту женщину.

— О, Боже! Я про них почти забыла! — Марго рассмеялась. — Но это не лучший вариант. Я не уверена, что они будут мне помогать. Опасаюсь, что это они навели бандитов на меня. И ещё опасаюсь, что они вообще всё разгромят в офисе.

— А вы попробуйте! — настаивала Марсия. — Вдруг вы ошибаетесь? Терять всё равно нечего.

Весна на Самме была в полном разгаре. Эта чудесная планета отличалась от ряда других миров тем, что имела только два времени года: весну и лето. Очередное жаркое лето кончилось, опали сухие листья, и зарядили прохладные весенние дожди. Ещё месяц и на деревьях опять проклюнутся почки, кое-где уже появилась свежая трава, которая потом превратится в сплошной зелёный ковёр, загудят насекомые-опылители, отыскивая в душистых цветах сладкий нектар.

Обычно весной у всех людей наступает эйфорическое состояние. Маргарита была не исключением. Она обожала весну. Гуляя в это время по цветущим аллеям, она испытывала волнение, ощущала набирающую силу жизненную энергию. Ей хотелось смеяться, веселиться. Но вот только сегодня её настроение было не радостным, потому что был последний день месяца. Как предупредил бритоголовый, день сбора дани.

В этот последний месяц Марго сильно изменилась. Ей перестала доставлять удовольствие еда. Она прекратила прогулки по городским улицам. А на прошлой неделе она взяла и купила себе машину. В принципе, машину ей всё равно следовало купить. Мало ли по каким делам придётся ехать! А брать каждый раз такси… Марго поймала себя на том, что просто боится городского транспорта, других людей, и в том числе — такси.

Машина была новенькая, хоть и не очень вместительная. И, как сказал продавец, имела хорошую скорость набора высоты. Глядя на изящные обводы корпуса, Марго выслушала лекцию о том, что до средины 21-го века машина с такими формами вызывала брезгливое или пренебрежительное отношение у крутых бизнесменов. Тогда толстосумы предпочитали покупать внушительной формы внедорожники, способные мчаться по пахоте, газонам, перескакивать через бордюры и пробивать могучей радиаторной решёткой заборы и стальные ворота. Сейчас гравиподвеска сравняла возможности машин. Розовые и красные дамские "туфельки" с тем же успехом преодолевали лесную чащу и открытые гранитные карьеры, как и строгой расцветки "мужские" модели.

Марго плавно пошла на снижение и из интереса глянула в зеркало заднего вида. Светло-серый фургончик нырнул следом за ней. На повороте стала видна надпись на боковой поверхности "Местные экскурсии". Марго задумалась.

В последнее время она сталкивалась с множеством разных людей, разных характеров, точек зрения, привычек. Она уже начинала различать тех, кто способен был сделать гадость. Она каким-то нюхом начинала узнавать своих возможных врагов. И вот теперь она вдруг поняла, что жёны Али ни к тем, ни к другим не принадлежат. И тот факт, что их флайер тащится за ней от самого её дома, не только не вызывал чувства опасности, но даже наоборот.

Странно! Уже прошло три месяца с той встречи в ресторане. Али перестал звонить, и его жёны тоже её не беспокоят. Вот только этот постоянный "хвост".

Марго припарковалась возле своего офиса и уже собиралась войти, как увидела пятерых мужчин, выходящих из стоящей неподалёку машины. У всех в руках были бейсбольные биты. Марго прикинула, что может успеть вбежать в помещение, закрыть двери и бронеставни и вызвать полицию. Но надо очень поторопиться!

Вдруг прямо перед ней на асфальте появилась тень, и сопровождаемый лёгким присвистом генераторов и левиторов с неба опустился светло-серый фургон. Зашипели пневмоприводы открывания дверей, и перед фургоном выстроился десяток человек в костюмах "спецназа".

— Клади дрова на землю! Руки на затылок! Лицом к стене! Ноги на ширине плеч! — низкий, с хрипотцой голос Старшей жены звучал спокойно и уверенно.

— По какому праву? — возмутился бритоголовый главарь, размахивая битой. — Да ты знаешь, кто я?

Натача хладнокровно нажала на спуск и тот, уронив биту, схватился за простреленную ногу.

— Лежать! — резко крикнула Натача. — Лицом вниз! На счёт "три" стреляю на поражение! Раз!

— Да ты у меня в тюряге сгниёшь! — заорал бритоголовый.

— Два! — повысила голос Натача.

Главарь растянулся на асфальте лицом вниз.

— Я знаю свои права! Я на вас прокурора спущу! — прохрипел он. — Вы нарушаете процедурное законодательство. Вам это боком вылезет!

— Мы не полиция! — размеренным голосом сообщила Натача. — Мы действуем согласно правилам для федерального спецназа. Всё происходящее пишется на камеры. Ты дёрнешся — и я тебя пристрелю. Руки за спину! Джень! Наручники! Этого перевяжи! Жить будешь, сволочь! Но только до нашей следующей встречи! Ты меня понял?

Марго смотрела на это и чувствовала какое-то удивление. Всё произошло так буднично, как чистка зубов после сна или мытьё полов. Она прошла в свой кабинет и села в кресло. Марсия поставила перед ней чашку кофе и вышла. Марго подняла чашку, прикоснулась к ней губами, чтобы отхлебнуть глоток, и ощутила как зубы стучат по краю. Она поставила чашку обратно на стол и спрятала на коленки дрожащие руки.

В кабинет вошла Старшая жена Султана Али. Она откинула автомат за спину и уселась за стол напротив Марго. Марго заметила, что у той красивые серые глаза, с зеленоватым отливом.

— И зачем надо так себя изводить? — с добродушным укором спросила Натача. — Почему раньше не сообщила?

Марго не ответила. Она опасалась, что голос тоже будет дрожать, а ей не хотелось выставлять себя в таком невыгодном свете.

Натача хмыкнула, бесцеремонно взяла со стола мобильный телефон и заглянула в список номеров. Найдя номер Али, она успокоилась и положила телефон на место.

— Кстати! Советую тебе записаться на айкидо! — Натача с интересом начала разглядывать Маргариту.

— Я не люблю восточные единоборства, — ответила та. — Они чересчур опасны. Я боюсь, что кому-то что-нибудь сломаю. И будет человек калекой на всю жизнь.

— Ну, допустим, не на всю жизнь… Сейчас это всё лечится, вправляется. — Натача глянула в окно. Полицейская машина забирала задержанных, Саль-яла, сверкая белками глаз, что-то рассказывала лейтенанту полиции, жестикулируя руками. — Айкидо, в первую очередь, — это философия. И жизненная позиция. И выработанная привычка. Не всегда даже нормальные люди пребывают в хорошем настроении. Бывают неправильно понятые слова, ситуации. Люди склонны в таких случаях к насилию. Путь айкидо не позволяет причинить вред ни нападающему, ни тому, кто подвергается нападению. Примерно так взрослый не позволяет заигравшемуся малышу ударить себя, и заодно ушибиться при этом.

— Но ты не мастер айкидо? — с иронией спросила Марго, незаметно перейдя на "ты".

— Я? — удивилась Натача. — Конечно нет! Но, может быть и зря? — Её лицо вдруг посерьёзнело. — Скажи, ты не хочешь встречаться с Али, потому что…

— Я уже говорила, я не знала, что он и есть "Космический Султан". И меня не устраивают ваши семейные… отношения.

— Хм-м-м! — произнесла Натача. — Полгорода такие отношения устаивают, а её, видите ли, нет! Ты слыхала про конкурс?

— Невест? — уточнила Марго.

— Невест! Смотри не упусти своей шанс!

Она ушла, даже не попрощавшись. А вечером, возвращаясь на машине домой, Марго смотрела в зеркальце заднего вида и видела там светло-серый фургон с надписью "Местные экскурсии". От этого ей становилось спокойно.

Глава 8

Очередь двигалась довольно быстро, но тем не менее, размеры этой людской массы были ужасающими. Было видно, что здесь собрался чуть ли не самый цвет женского населения Саммы. Здесь встречались девушки из деревни, одетые в невзрачные, а иногда в нарочито крикливые наряды, с вызовом взирающие на окружающих, были столичные красотки в суперновых супермодных одёжках от самых лучших модельеров. Были и женщины в возрасте, возможно считавшие, что смогут покорить Султана Али своими душевными качествами, а за это Али оплатит им генетическую коррекцию, и они станут к тому же ещё и писаными красавицами.

Соседки по очереди то с опаской поглядывали друг на дружку, то вдруг начинали живо обмениваться мнениями, советами и новостями. Ведь у Али уже было 16 жён! Может он ещё и не одну себе возьмёт.

Очередь была организована так, что покидающие здание не встречались с входящими в него. Никто не знал, какие каверзные вопросы задавались кандидаткам, что понравилось жёнам, а что — нет. Рекомендации исходили от тех, кто побывал на конкурсе несколько недель назад и пересказал всё подругам, соседкам и знакомым.

Конкурс вызывал неоднозначные отношения среди горожан. Молодые мужчины возмущались, правда "бить морду" Султану Али никто не предлагал. Ведь отобрана будет только одна кандидатура, ну две-три. Никакого урона планета не понесёт. Торговцы извлекали из него максимум пользы, организовав лотки с едой и напитками. Владельцы гостиниц, кафе и ресторанов потирали руки и считали доходы, каких не было даже во время гастролей эстрадных знаменитостей. Заодно с изрядной перегрузкой работали экскурсионные бюро, увеселительные заведения, транспорт. Получается, что вся столица жила в эти дни единым событием, и это был конкурс невест Султана Али.

Маргарита Рошфор считала, что это она придумала и внедрила конвеер для обработки интеллектуальных задач. Она бы удивилась, увидев систему, по которой происходил отбор кандидаток на роль невесты. Собственно, Старшая жена, устраивая этот отбор, была уверена в том, что невеста у её мужа уже есть, но… мало ли что! Она намеревалась просто подобрать совместимый по всем параметрам персонал для дальнейшей работы на фирмах Али. Женщины и девушки проходили по сложной системе коридоров, комнаток с кучей дверей, которые блокировались в зависимости от того, понравилась ли кандидатка или нет. Весь первоначальный поток разбивался на 14 ручейков, из которых только незначительная часть перенаправлялась для знакомства с другими жёнами. На втором проходе опять шёл отсев, и на третьем, и на четвёртом…

Кандидатки вели себя по-разному. Некоторые входили в помещение высокомерными, кто-то с напускным равнодушием, но этот обман легко разрушался неровным взволнованным дыханием. Тысячи взглядов, улыбок, поз. Им задавали редкие вопросы, и они уходили навсегда, расстроенные, потерянные, разочарованные и в себе, и в этой жизни.

— Натача! Что мы делаем? — спросила её Девика. — Я опасаюсь, что некоторые чуть ли не все надежды возлагали на этот конкурс. Уж лучше бы его вообще не было. Наш отказ для них как смертный приговор.

— А разве они не понимают, что женой Али должна стать одна-единственная? И уж наверняка это будет не она! — губы Натачи сжались, а глаза стали похожи на щёлки. — И ты тоже проходила такое испытание! Жива?

— Ну уж нет! Не такое испытание! Совсем не такое!

Натача вдруг приняла решение и, временно остановив поток претенденток, уединилась с Джень. Незначительная поправка в компьютерной программе, и людской поток изменил порядок движения: теперь все кандидатки проходили всех жён, но зато появились баллы, отражающие симпатию или антипатию всего гарема к конкретной личности.

— Теперь ты довольна? — спросила Старшая жена у Девики.

— Теперь всё выглядит справедливее! — ответила та.

— Именно! Выглядит! — буркнула Натача и вернулась к себе. Нажала кнопку на переносном пульте. Машина отбора снова заработала.

Очередная претендентка вошла в её кабинет. Она была в летах, но сохранила ещё стройную фигуру. Усталое лицо, усталые движения… Наверняка вырвалась с работы. Похоже, что жизнь её изрядно побила. Осторожный внимательный взгляд кого-то напоминал. Натача глянула на экран оценок и удивлённо подняла брови — все жёны, которых претендентка прошла, поставили плюсы, Девика задавала вопросы и проставила кучу высоких баллов за эрудицию, контактность, общий уровень культуры. Она тоже спросила:

— Вы хотите замуж именно за Али?

Женщина пожала плечами.

— Я не общалась с ним непосредственно, поэтому не могу определённо сказать. Но то, что я видела и читала, убеждает меня, что он хороший человек. И я вижу, что у него хорошая семья.

— Я представляю, что вы читали! — вспыхнула Натача.

— Газета "Мир семьи" написала о вас очень хорошую статью. Большинству других изданий я не верю.

— И всё-таки… Али уже склоняется к одной кандидатуре…

— Я понимаю! — ответила женщина. — Это я так, на всякий случай. Вдруг произошло бы невероятное.

— Так вот! — продолжила Натача. — Целый ряд претенденток может получить приглашение на работу в офисах и на предприятиях Султана Али. У нас не работают отморозки. Вы сможете найти себе мужчину по душе. Как вы на это смотрите?

— Очень хорошо! — женщина сверкнула глазами. — Я не против! А мои данные?…

— Всё в компьютере! — успокоила её Натача. Потом вдруг спросила: — Вы могли бы рискнуть жизнью? И ради чего?

— Наверное. Ради друга, любимого, подруг, детей… Может, даже, просто хорошего человека. Я не знаю… А что?

— В ближайшее время я хотела бы продолжить с вами разговор, если вы не против.

Женщина уходила, и её походка тоже была знакомой. Натача глянула на фамилию, имя. Анжелина Грасс… Никаких ассоциаций. Она вызвала номер Изабель, Саль-ялы, Роксаны… Показала им фото. На кого похожа? Все пожимают плечами, только Изабель странно смотрит и тоже молчит.

В конце дня женщины усаживались в машину, чтобы вернуться на Корабль. Охрана офисного здания заперла двери, включила сигнализацию. Изабель, усевшись рядом со Старшей женой, вдруг сказала:

— Я знаю, кого она напоминает!

— И кого же? — Натача сразу поняла, о ком речь.

— Тебя! — ответила Изабель. — Тебя, но прошедшую через все несчастья жизни. Тебя, не встретившую своего Али. Тебя без детей, любимого занятия, без любящего окружения. Но держится она стойко! А ты ей…

— Я поставила ей плюсик. И баллы. Может быть, для неё не всё потеряно?

Изабель стиснула ей ладонь.

— Как я тебя люблю! Что бы мы все без тебя делали?

Жёны застали своего мужа в мрачном настроении. Он только закончил переговоры с управляющим местным филиалом, тот нарисовал ему радостную картину, но настроение Али от этого не улучшилось. Он бурчал себе под нос, пока Габриэла быстро готовила ужин. Усаживаясь за стол в кают-компании, Али словно нехотя принимал поцелуи от жён и детей. Натача, как Старший помощник, уселась слева. Справа разместилась Роксана, как дежурная секретарша.

— Ну, что там у нас? — спросил Али.

Роксана доложила, сколько претенденток пропустили за сегодняшний день. Сколько отфильтровали. Али сможет с ними познакомиться, когда пожелает.

— Марго была? — спросил он и, не дождавшись ответа, молча принялся ковырять салат, перемешивая его с картофельным пюре.

— Может быть, тебе следует уступить первому? — предложила Натача.

— Ты сама сказала, что она не любит мягкотелых мужчин!

— Я имела в виду совсем другое! Считай, что ты проявишь дипломатичность.

— Да? — Али задумался и принялся есть.

Натача как бы между прочим сказала:

— Мы получили от нескольких агентов сведения, что на фирму Марго завтра должен произойти налёт.

— Неужели тот самый Диксон?

— На первый взгляд эта шайка к нему не имеет никакого отношения, но глубокое бурение показало, что работают на него.

— Марго ему так сильно мешает?

— Пока что это комаринные укусы. Но комарик Марго вот-вот превратится в хищного птеродактиля. Она увела из под носа Диксона парочку хороших зданий в самом центре города. До сих пор Диксон только чесал затылок, но он не привык к таким досадным проигрышам. Он захочет наказать Марго.

— Так! Я тебя понял! Когда?

— Вроде бы вечером. Но я намерена поставить там пост на весь день.

— А почему они не напали сегодня, к примеру?

— Выходной день! Никого нет! Пугать некого.

Али немного задумался.

— Так наш Корабль в полном порядке?

— Да!

— Всё работает? Реакторы? Генераторы? Пушки проверяли?

— Ага! — тряхнула головой Натача и устремила на мужа смеющийся взгляд. — Ты думаешь то же, что и я?

Марго, усевшись за свой стол, перевела дух. Прошло две недели после ареста напавших на неё бандитов, и пока что противники не предприняли никаких действий. Из-за двери раздался строгий голос секретарши:

— Погодите, я узнаю, не занята ли она!

Дверь распахнулась и на пороге появились две женщины.

— Послушайте, нельзя так! Я же вам говорила…, - возмущалась Марсия.

— Ну неужели моя подруга так занята, что не найдёт для меня времени? — это оказалась Лизабет. — И я совсем ненадолго.

Она чмокнула Маргариту в щеку и развернулась, чтобы принять ответный поцелуй.

— Я на полчасика! Даниэль мне поручил заехать к нотариусу и в налоговую, ну я немного задержусь, чтобы с тобой пообщаться.

Лиз была одета не совсем как секретарша. Немного легкомысленная шляпка… Чуть более пышные волосы, чем допустимо секретарше… Правда, платье с некоторой натяжкой, но было в пределах.

— Балует тебя твой Даниэль! — заметила Марго и тут же поинтересовалась. — Ты довольна?

— Вполне! — ответила Лизабет. — Фирма даёт приличный доход, нам достаточно для счастья. А как у тебя дела?

Марго помрачнела, и подруга сразу пожалела о том, что задала этот вопрос.

— Что, местные рекетиры?

Марго кивнула.

— Так переберись в другой район! Наши тоже снимают "налоги", но это же не сравнимо!

— Здесь аренда меньше! — пояснила Марго.

— Потому и меньше, что никто не хочет здесь размещаться. Ну, а на личном фронте? — Бетти выругала себя, потому что Марго опять помрачнела. — Ты всё по нему сохнешь? Слушай, но если он не хочет с тобой встречаться, то…

— Нет! — остановила подругу Марго. — Это я не хочу с ним встречаться!

— Ты что? — Лизабет несколько секунд рассматривала её, а потом вздохнула: — Ты совсем с ума сошла!

Они ещё минут пять посидели на диванчике в обнимку, и Лиз засобиралась уходить.

— Слушай! А может зря ты так? Пытаясь держаться от него на расстоянии, ты только распаляешь себя. Попробуй пойти на сближение. Может быть, ты увидишь у него кучу недостатков, какие-то неприятные черты характера. Заодно переругаешься со всеми жёнами. После этого он точно оставит тебя в покое! И ты тоже забудешь его, как мимолётный сон.

Марго вздохнула. Она не могла забыть Али как сон. Наоборот — даже сны с Али врезались в память, терзали и мучили её, вызывали то сладкую дрожь, то мучительную боль в сердце. Но, может быть, Лизабет права? Грубая реальность разрушит фантастическую сказочность снов и успокоит её душу. Она вздохнула.

— Пойдём, я тебя до выхода проведу.

Дежурный охранник в вестибюле всматривался в окно и жестом остановил Марго.

— Вам пока что лучше не выходить! Там что-то происходит.

На улице, действительно, происходило что-то неладное. Возле офиса остановилось около десятка машин. Вместительные, с высокими потолками и широкими сиденьями, такие модели предпочитали богачи и, как ни странно, бандиты всех разновидностей. Из машин пока что никто не появлялся.

— Я вызову полицию! — сказал охранник, нажимая кнопки телефона.

Почему-то именно в этот момент двери всех машин одновременно распахнулись и оттуда хлынула угрюмая злобная масса, в которой невозможно было разглядеть человеческих лиц. Выступающие брови, перекошенные губы, руки, размахивающие битами.

— Немедленно уходите! — крикнул охранник и бросился следом, на ходу вынимая из кобуры и взводя пистолет.

Внезапно свет на улице померк и в помещении тоже стало совершенно темно. Марго остановилась, пытаясь наощупь найти перила лестницы, ведущей на второй этаж.

— Что это такое? — удивлённо спросила она.

А в следующий миг вестибюль снова наполнился светом.

— Всем стоять! — от этого всепроникающего голоса зазвенели стёкла в окнах и дверях, застучали подвески в светильниках и задрожали бетонные полы и лестничные пролёты.

Марго замерла от неожиданности. И почти сразу она узнала этот голос.

— Лечь лицом вниз! — звучало со всех сторон. — Руки на затылок! Ноги на ширину плеч!

Лизабет поёжилась.

— Ты странная! Мне бы раза хватило, чтобы не хотелось даже думать об Али и его жёнах.

— Наверное я странная! — согласилась Марго.

На улице в свете ярких фар огромного звездолёта двигались чёрные силуеты, затем с сиренами подъехала полиция. В дверь вошли полицейский сержант и одна из жён Али. Охранник поспешил им навстречу.

— Вы же видите, никто не пострадал! — сержант водил руками, показывая мирную обстановку внутри. — А ваши действия являются незаконными!

— Получается, по вашим законам, я должна была позволить им изувечить несколько человек и нанести материальный урон? Разве это не является преступлением?

— Поймите и вы нас! — оправдывался сержант. — Ходить с буковой палкой не является противозаконным действием! Мы не можем арестовывать всех, кто ходит с палкой, берёт в руки камень или бутылку. Они не совершили ничего незаконного. Максимум, мы сможем подержать их 48 часов, а потом с извинениями выпустим.

— Когда будете приносить им свои извинения, добавьте, что наше воспитание и наши законы позволяют выстрелить в человека, имитирующего нападение, демонстрирующего целый ряд жестов, считающихся оскорбительными, корчащего рожи и так далее. Если потом их родственники смогут доказать, что в их действиях не было ничего предосудительного, я принесу им свои самые искренние извинения.

— В этом случае вы становитесь преступницей! — напомнил сержант.

— Я буду живой и как-нибудь разберусь в ситуации! — женщина потеряла интерес к сержанту и обратила внимание на Марго. — О! Жива и даже не в обмороке! Валерьянка не нужна? — она широко улыбнулась.

— Я не пользуюсь наркотиками, — с иронией ответила Маргарита. — Вот только уши заложило.

— Натача может прочистить! — добавила женщина. Марго немного порылась в памяти и вспомнила её имя. Изабель! Ну, конечно, испанка! Личная охрана Султана Али! А вот и он сам!

Али вошёл в сопровождении всего своего гарема. Можно даже сказать "вплыл". Сержант, увидев, что его подчинённые уже собираются уезжать, выскользнул в дверь, охранник — вслед за ним, и в вестибюле остались Али в окружении жён, Лизабет и Марго. Али остановился возле неё, зачем-то взяв за руку.

— Ты не пострадала? — он ловил её взгляд, а она старательно отводила глаза в сторону.

— Что?

— Ты цела? Они ничего не успели сделать? — допытывался Али.

— Кто?

— Ей точно, уши надо прочистить! — тихо произнесла Изабель. Странно, что эту фразу Марго услышала хорошо.

— Я рад, что с тобой всё в порядке! — Али нёс какую-то бессмыслицу.

Натача, стоя рядом, вспоминала своё знакомство с ним. Ей кажется, что он не был в разговорах с ней таким тупым. А вот потом каждое новое знакомство — и его болтовня всё глупее и глупее. Интересно, это не старческий маразм? Ему же скоро полтинник стукнет! А может, это она становится всё менее эмоциональной?

— Я хочу тебя познакомить со своими жёнами! — продолжал Али.

— Зачем? — Марго как будто не понимала, что происходит вокруг неё.

— Я предлагаю тебе стать моей женой! — Али сжал её руку.

— Идиот! — прошипела Натача. — Ты не получил ещё согласия своих жён. Ты всё перепутал!

— А ты против? — спросил Али прямо.

Натача замерла с открытым ртом. Потом ответила вопросом на вопрос:

— А ты уже получил согласие своей возлюбленной?

— А как я могу получить её согласие, не делая предложения? По-моему, это ты что-то путаешь!

Али видел, что Старшая жена увиливает от ответа.

— Так что? Да? Нет?

Натача колебалась.

— Я не могу дать ответа сейчас. Мне надо подумать. Но ты не получил согласия от Марго!

— Аллах великий! Я приду свататься только при вашем полном согласии!

— Тогда жди!

— Сколько?

— Сколько нужно! — Старшая жена направилась на улицу, а следом за нею ушли все остальные жёны.

Али всё ещё держал Маргариту за руку. Лиз стояла рядом с вытаращенными глазами.

— Ты мне не ответила! — обратился к Марго Али.

— Я тоже не могу дать ответ сейчас. Извини. Мне нужно работать.

Марго и Лизабет сидели в маленьком павильоне в летнем кафе с банальным названием "Парижская сирень". Сирень возле кафе, конечно, была, но к земной столице Франции имела очень отдалённое отношение. Лизабет, как знаток национальной кухни, скептично рассматривала меню.

— Вот это блюдо тоже гораздо более позднее, оно появилось здесь. Наверное, на Земле его тоже готовят, но к традиционной кухне оно имеет весьма…

— Лиз! Ну чего ты прицепилась к этим блюдам? Было бы странно, если бы здесь такое не готовили.

Была суббота, то есть выходной день. Подруги встретились, чтобы поговорить и заодно решить кое-какие проблемы. Большей частью, конечно, речь должна была пойти о проблемах Марго.

Лизабет, проглотив кусочек чудесных голубцов с телятиной в томатной соусе и пригубив сухого красного вина, начала важный разговор:

— Так что же ты решила? Ты будешь развивать отношения с Али или нет?

— Если бы я что-то решила, то уже приступила бы к реализации этих решений, — ответила Марго.

— Ну, так что тебя смущает? Его гарем?

— Меня всё смущает! Я сейчас свободна и ни перед кем не отчитываюсь. И мне не хочется быть младшей женой в его гареме.

— А старшей женой ты бы согласилась? — поинтересовалась Лиз.

— Неуместный вопрос! У Али уже есть Старшая жена. Никто другой не сможет занять это место.

Бетти помолчала и перевела разговор на другую тему.

— Как у тебя обстоят дела за прошедший месяц?

— А-а-а! — непринуждённо махнула Марго рукой. — Ещё один офис открыла. Но самое главное у меня сейчас в Сети. Я набрала много надомников. Аренду помещений им оплачивать не нужно. Транспортные расходы отсутствуют. Вся документация существует только в электронном виде. И работают они не хуже тех, которые сидят в офисах. А ещё я придумала игру… Практически, это вымышленный мир. Но в нём нужно делать конкретные дела. Все, кто участвует в этой игре, создают новые изобретения, исследуют физические эффекты, пишут книги и статьи, верстают газеты и журналы. В этом мире существует своя денежная система, есть банки. Эти банки выпускают в этот мир свои деньги и производят обмен их на деньги реальные.

— Ну, и что такого в этой игре интересного по сравнению с обычной, реальной жизнью?

— Мои разработчики добавили туда возможность путешествия по времени. Очень многих это привлекает. Правда, это больше похоже на маскарад. Всё то же, что и в обычной жизни, но одежды другие.

— А ты сама в эту игру играешь? — вдруг спросила Лизабет.

Марго замотала головой.

— Времени нет! И меня больше привлекает окружающий мир, — ответила она. — А твой Даниэль намерен расширять бизнес?

— А зачем? — пожала плечами подруга. — Сейчас у него достаточно свободного времени на всё. Если он захочет добавить к общему доходу ещё несколько процентов, ему придётся пропадать всё время на работе. Смысла нет!

— А я бы попробовала всё-таки увеличить доход.

— Это потому, что ты одна и ни с кем не встречаешься, — пояснила Лизабет и осеклась. — Извини!

— Да ничего страшного! — махнула рукой Маргарита. — Я уже знаю теперь, кто такие эти мужики и что ими движет.

Лизабет остолбенела.

— Слушай! Твои разговоры приобретают форму бурчаний старой девы! Ты не находишь? Я-то не могу с тобой согласиться. Перед моими глазами совсем другой пример.

— Ну, конечно! Твой Даниэль — это уникум!

— Не он один! Ты же не просто так прикипела к Али?

— Хм! — выдавила из себя Марго. — Я не думала выходить замуж за него.

— Неужели? — засомневалась Лиз.

— А самое главное — я не собираюсь "выходить замуж" за его гарем!

— А если бы это была обычная семья с десятью сёстрами, тётками, кузинами и так далее?

Марго задумалась.

— Но они, хоть, не спали бы с ним!

— Тебя только это беспокоит?

— Ещё — Ислам!

— А, по-твоему, Натача приняла мусульманство?

— Не знаю!

— И до сих пор не узнала?

Марго, насупившись, обдумывала ситуацию.

— Слушай, Лиз! Мне кажется, что ты ведёшь себя как тот психотерапевт, к которому пришёл клиент с жалобой на энурез. Через пару недель энурез не исчез, но клиент стал им гордиться. Ты уговариваешь меня смириться с ситуацией!

— А ты странная, Марго! — Лизабет вздохнула. — В центре города уже больше двух месяцев продолжается предварительный отбор кандидаток в жёны Султана Али. Со всей планеты прут сюда жаждущие занять это место, а ты…, - её голос задрожал. — А ты меня обижаешь! Я же тебе помочь хочу! — и Лизабет заплакала.

Марго обняла её за плечи.

— Ну, что ты! Извини меня, Лиз! Я просто измучилась от всего этого!

— Так выйди замуж — и всё!

— Ты с ума сошла! А я ещё нет! — голос Марго тоже задрожал от слёз.

Усаживаясь в машину, они уже мило щебетали о всяких пустяках, словно сговорившись не затрагивать тяжёлую для них тему. Вдруг откуда-то сверху спикировала машина и приземлилась, зацепив машину Марго бампером и выдавив на её крыле длинную глубокую вмятину. Из машины выскочили два здоровенных парня. Один подчёркнуто громко возмущался:

— Ты чего, курица, водить не умеешь? Кто тебе права выдавал?

— Вот попали в переделку! — ужаснулась Лиз.

— Не переживай! — успокоила подругу Марго. — Смотри, что будет!

Парень, который громко возмущался, не обратил внимания на своего напарника. И даже, когда тот бросился бежать, всё ещё продолжал играть свою роль. Только через несколько секунд он оглянулся и увидел подельника лежащим на дороге с руками на затылке. Оценив ситуацию, он поднял руки.

— Ну что? Как тебе? — спросила Марго, разглядывая, как жёны Али, на этот раз в какой-то белой форме, "упаковывали" задержанных.

— Уже начала привыкать, — ответила подруга. — И даже начинает нравиться.

— Натача! — окликнула Старшую жену Маргарита. — А ты мусульманка?

— Православные мы! — ответила та. — И ещё я служительница Унитарной церкви Аль-Канара.

— Натача! — опять сказала Марго. — Я могу сейчас с тобой поговорить?

Глава 9

— Натача! Я хочу с тобой поговорить! — раздался над ухом голос Катерины.

Старшая жена только вылезла из сплетения кабелей в узком канале между отсеками. Всю работу здесь делали "наёмники", а их постоянно приходится проверять. Она уже не раз говорила Али, чтобы не глупил. Если на проверку тратится столько же времени, как и на работу, то зачем платить кому-то, проще самому всё сделать. Тем более, что на Самме специалистов не так уж и много, цены высокие, а качество — что лучше и не вспоминать. Правда, Али таким образом хочет связать планеты вместе. Самма должна Аурелии, а та, в свою очередь, — Аль-Канару. Долг можно получать разными способами. Натаче этот способ не очень нравился. Лучше бы на Гитании закупить новую полевую защиту от "тормозного" излучения, а ремонт сделать своими силами.

Она закрыла лючок и обернулась к Кате.

— Что ты хотела?

— Я по поводу конкурса, — перешла сразу к делу Катерина. — Ты почему-то ни с кем не обсуждала его форму…

— Это так для тебя существенно? — немного агрессивно спросила Натача.

— Это существенно для всех нас! Мы потратили на это мероприятие уйму денег, ничего не получив в замен. Одна только аренда дворцового комплекса чего стоит!

— Не поняла! Ты что, хочешь брать с участниц плату за участие?

Катя хмыкнула и, поджав губы, посмотрела на Старшую жену.

— Ты что, не понимаешь, что из этого конкурса можно сделать невероятно красочное шоу?

На этот раз Натача, поджав губы, искоса посмотрела на неё.

— Ты же сказала, что у нас и так потрачена куча денег! Какое ещё шоу?

— Грандиозное! Такое, чтобы на него летели со всей планеты! С других планет!

— Ты не ответила на мой вопрос! Откуда деньги?

— Натача! — воскликнула Катя. — Такие шоу сами приносят прибыль, если только их умело организовать.

— Ты что, специалист? — недоверчиво насупилась Натача.

— Я деловая женщина! Я умею добывать деньги из всего, что попадётся под руку. В данном случае может быть проведена масса конкурсов с детальным показом в новостях, трансляцией самых увлекательных сцен по видео, конкурсы талантов, мастерства и так далее. Сколько рекламы туда можно втиснуть! К нам очередь стоять будет. Теперь по делу. Нас, то есть жён, четырнадцать. У каждой свои предпочтения. Мы сперва проводим индивидуальный отсев, а потом наступает общий конкурс. Допустим, мы отбираем двести самых лучших кандидатур, из которых Али…

— Двести? — уточнила Натача. — А у нашего Али не слипнется одно место от такого количества кандидаток? И учти, что он уже сделал свой выбор.

Натача собрала инструмент и уже была готова уйти, но Катя кинула ей вдогонку:

— Ты не отбрасывай идею сразу! Пусть она у тебя поварится в голове. Ответь, скажем, завтра утром.

Натача пришла в свою каюту, нырнула в душ, а в голове вертелся разговор с Катериной. Конечно, она доказала свою способность зарабатывать деньги везде, где можно и даже там, где нельзя. Может быть, пусть сама и возится с этим "шоу"? Она хотела переговорить с Али, но его телефон оказался заблокированным. Ну что это опять такое!?

Она позвонила Роксане, которая была сейчас дежурной секретаршей.

— Привет! — ответил усталый голос седьмой жены. — Что-то случилось?

— Пока что нет! Али где?

— С Хеленой кувыркается!

— А ты что же?

— Я? Я груз на двести тонн по отсекам размещала, а Хелена на вахте изнывала от эротических фантазий!

— Да? Ладно, иди отдохни хорошенько, а ночью покажи этому сластолюбцу всё, на что способна!

Натача отключила телефон. Не первый раз они на планетах, и почему-то именно на планетах у Али наступает такое помешательство: он нарушает графики, обходя, таким образом, дежурную секретаршу. И чаще всего с Хеленой. Что ей, нравится когда недовольные дежурные мечтают ей фэйс начистить?

За ужином Натача изложила план Кати Али. Тот равнодушно махнул рукой, мол, согласен. Он не слушал? Или после часа развлечений с Хеленой ему всё равно? Она вопросительно глянула на Роксану. Та исправно всё занесла в бортовой журнал. Если Али заявит, что ничего не знает и ему не докладывали, в журнале есть запись. Знали бы те дурочки, что их ожидает в случае "успеха", разбежались бы в один миг. Или же нет? А Марго? Натача задумалась. Эта девчонка ей понравилась. Как сказал бы её покойный отец-десантник: "с нею можно идти в разведку". Воспоминания об отце согрели её и настроили, почему-то на лирический лад. Она зашла к Фариде, обсудила с ней её подростковые проблемы, потом зашла к младшим детям и почти два часа провела с младшей дочкой, Никой.

Вертлявая непоседа трёх лет сыпала вопросы со скоростью пулемёта.

— А что означает имя Ника? А Фарида?

— А где сейчас Лейла? Почему она не с нами? Мы с ней увидимся?

— А у Лейлы есть дети? И у меня тоже будут?

— А мы полетим к Лейле? А что такое Нукан?

— А что такое Аль-Канар? Что такое Лютеция?…

Натача расстроилась от воспоминаний. Она не видела старшую дочь больше года. У той родился малыш, которого Натача ещё не подержала в руках. А из-за Али и конкурса невест всё может затянуться ещё надолго. Самма тоже хорошая планета, но Аль-Канар стал второй родиной. Там живут Вайнона и Фазиль, там Лейла с Олегом Марковым, там Фархад, Пунь-туль и Зульфия. И ещё там родина Кати. Там неподалёку чудесная, перспективная планета Лютеция, и надо не затягивать её освоение, пока какой-нибудь нетерпеливый шустряк не подал в Комитет по новым планетам заявление, чтобы все права передали ему, поскольку нынешние хозяева не способны справиться с нею.

Конкурс невест Султана Али занял ещё два месяца.

Катя не занималась им сама, но она знала, к кому обращаться в подобных случаях. Конечно, на планете нашлось множество специалистов, которые умели это шоу создать и извлечь из него прибыль.

Конкурсанток красили, делали им самые разные причёски, каждый раз новые, подбирали соответствующие наряды. Разумеется, перед конкурсами девушек обучали всему, что должна была уметь и знать жена Султана Али, а потом проверялась степень владения полученными навыками. Девушки дни напролёт стреляли из разнообразного оружия, швыряли набитые песком чучела, искали и устраняли неисправности то в системах огня, то в силовой установке, то в поломоечном роботе. Они свободно могли говорить на куче языков и диалектов, готовили любимые блюда Али, читали стихи Омара Хайама и делали ремонт кают.

Несмотря на жёсткие требования, количество претенденток оставалось огромным. Их было во много раз больше двухсот человек, которыми собиралась ограничиться Катя.

Опасения Натачи не оправдались. Али не был в восторге от необходимости выбирать из такого количества.

— Что вы мне здесь устроили?! Я уже выбрал девушку! И мне больше никто не нужен!

В один из вечеров Али пришёл к Натаче в каюту.

— Что такое? — забеспокоилась Старшая жена. Без повода её муж не показывался в гости.

— Марго не отвечает! — пожаловался Али.

— И как давно? — быстро успокоившись, спросила она.

— Неделю!

— А ты ей раньше звонил?

— Звонил! Но тогда она просто не брала трубку, а сейчас номер заблокирован.

Али был похож на выброшенного на улицу котёнка.

— Вы за ней по-прежнему следите?

— Конечно! С ней всё в порядке! — успокоила Натача. — Не переживай!

Али медленно встал и поковылял к выходу. Когда створки двери со щелчком сомкнулись, Натача схватилась за телефон.

— Алло! Хелена! Ты очень нужна!… Нет, не мне!… Да-да!… Родина вас не забудет!… Я тебе не фюрер! Яволь?

Конкурс подходил к концу. Сопродюсеры уже несколько раз предупредили Катерину, что растягивать резину дальше уже невозможно.

— Шоу маст гоу он! — настаивала Катерина.

— Да сколько же можно!? Народ начинает терять терпение! Наши эксперты считаают, что рейтинг передач может рухнуть в один момент.

Катя на семейном собрании объявила, что Али должен сделать выбор.

— Я не собираюсь жениться на этих женщинах! — истерически заявил Али.

— Ты их даже не смотрел! — недовольно заметила Старшая жена. — Вдруг какая-нибудь кандидатка тронет твоё сердце.

— Моё сердце уже занято! — важно ответил Али.

— Четырнадцатью жёнами и одной возлюбленной! — не удержалась от шутки Эллида. — Может ещё одно-два местечка найдётся?

Али молча отодвинул стул и ушёл, не сказав ни слова.

На следующий день за завтраком он объявил, что согласен пойти на уступки, будет делать всё, что положено по программе конкурса, но это ещё ничего не значит.

— Как это "не значит"? Ты выберешь девушку, а потом скажешь, что пошутил? — уточнила Натача.

— Нет! Просто мой выбор ещё не гарантирует женитьбы. Более близкое общение может… э-э-э…

— Ну вот и чудесненько! — обрадовалась Натача. — У тебя есть запасной выход. Катя! Сообщи на студию, что Али согласен!

Финал конкурса растянули ещё на несколько дней. Все предварительно отобранные конкурсантки ещё раз демонстрировали свои многогранные умения. Но, в отличие от предыдущих конкурсов, этот последний конкурс судило жюри, в составе которого был Султан Али. Драки, захваты с применением оружия и без, ремонты пылесосов остались позади. Теперь были представлены только изящные искусства: танцы, пение, стихи.

Все жёны удивлялись перемене, которая произошла с Али, едва он увидел первое выступление. Он горячо апплодировал девушкам, его глаза заблестели, а на пятой минуте Натача, склонившись к нему, тихо произнесла:

— Челюсть подними!

— Какие девушки! — восхищался "жених". — Где вы только таких нашли?

— К нашим услугам была целая планета! — напомнила жена. — Но у тебя теперь нелёгкая задача.

— Да-да! — пробормотал Али, глотая слюну.

— Тихо-тихо! Расслабься! И не захлебнись!

Внезапно Али преобразился. Он принял положение охотничьей собаки, учуявшей дичь.

— О-о-о! — буквально простонал он. — Кто она?

— А какая разница? Что тебя смущает?

— Она… она… она похожа…

Он внезапно вскочил и бросился за кулисы.

— Али! Стой! — кричала ему во след Старшая жена.

Она настигла его в каком-то тупике. Али тряс ручки запертых дверей и выл как загнаный зверь.

— Али! Что с тобой? — Натача пыталась привести его в чувства.

— Ты подлая! Вы все подлые, никчемные люди! Вы специально подсунули мне этот конкурс, чтобы я забыл её.

Али горько зарыдал.

— Я знаю, это ты Хелену мне подослала! Чтобы я забыл её! Вы всё делали, чтобы я забыл её!

Он опять затряс ручку запертой двери.

Натача обхватила его за плечи, а он упирался и пытался сбросить её руку.

— Уйди! Я не хочу тебя видеть! Я никого не хочу видеть!

Натача стиснула его до боли.

— Тебе надо это увидеть! Пойдём! Ты обязан это увидеть! И ты всё поймёшь!

— Уйди!

— Пойдём! — напористо повторила жена, разворачивая Али в нужную сторону.

В одной из комнат Али увидел ту самую девушку, которая была так похожа на Марго. Он отпрянул, но Натача подтолкнула его именно туда.

— Я не хочу! — взмолился он.

— Ничего страшного! — перебила его Старшая жена. — Вот! Познакомься с одной из претенденток на роль твоей новой жены. Маргарита Рошфор!

Али сглотнул воздух, сделал несколько шагов в сторону Марго и рухнул на колени.

— Я не верю глазам своим! Моя драгоценная! Радость моей жизни! Ты как роса на губах страдающего от жажды! Ты свет глаз моих!

— Мошенник! — сказала тихо Натача, утирая глаза носовым платочком. — Мне ты такого не говорил! Я уже молчу про стояние на коленях!

— Я что, не стоял перед тобой на коленях? — возмутился Али.

— Потом, бывало, стоял! А вот поначалу… Ну, ладно! Вы тут поворкуйте, а мне ещё нужно кое-какие проблемы решить!

Когда Натача ушла, Марго прижала к себе Али.

— Ты как попала на конкурс? — спросил он.

— Меня уговорили твои жёны! Правда, я не сильно упиралась.

— Как? Два месяца ты вертелась здесь? Зачем?

— Я поняла, что мне нужно пройти подготовку! — Марго рассмеялась. — Я ни в чём не уступаю другим участницам. Здесь всё честно. И Натача говорит, что мы одним выстрелом убили трёх зайцев.

— Не знаю, где Натача нашла третьего зайца? Я вижу только двоих!

С этими словами Али вскочил, обхватил Маргариту и поднял.

— Ой! Пусти! Пусти, — слабеющим голосом произнесла она, трогая руками его волосы, плечи.

В этот момент вернулась Натача.

— Стоп! — сказала она. — Не увлекайтесь! Для полного счастья необходимы ещё некоторые формальности.

Тишину чудесного воскресного утра нарушил звонок консьержа:

— Мадам! К вам гостья!

Жозефина Рошфор недовольно глянула на экран. И кого это черти принесли в такую рань? Она ни с кем не договаривалась. Все нормальные люди хотя бы по мобильному предупреждают о своём приходе, а ненормальных надо посылать куда подальше! Но на экране домофона она увидела изображение своей ненормальной дочери и выкрикнула:

— О-о-о! Конечно! Впускайте!

Она едва успела сменить халат на домашнее платье, и любимая дочь, проказница, "шалунья и плутовка" уже была в её объятиях.

— Ну кто же так в гости приезжает? — возмутилась мать. — Трудно было позвонить заранее? Я бы приготовила твой любимый пирог с абрикосовым джемом.

— Прости, мама! Я прямо сегодня решила. Хотелось тебе сделать приятный сюрприз. И ещё!…

Маргарита нахмурилась.

— Что-то случилось? — забеспокоилась мать. — Кстати! Что это за история с Султаном Али? Ты вздумала участвовать в конкурсе! Что за легкомыслие? И это видела вся планета!..

— Ой, мама! — только и смогла вздохнуть Марго.

— Я понимаю, что ты у меня красавица. Ты самая лучшая девушка на свете! А понимает ли это твой многожёнец? Чего тебя так угораздило? Неужели не нашлось нормальных мужчин?

— Кого ты называешь нормальными?

— С нашим, христианским воспитанием! Разве мало на свете добрых католиков?

— Может быть и нашлось бы, но так сложилась судьба.

— Доченька! Ты меня пугаешь! Ты что, влюбилась в него?

Маргарита молча кивнула и прижалась к матери.

Жозефина вдруг залилась слезами.

— Как же так? Неужели у тебя всё повторится, как у меня?

— Мама! Перестань!

— Твой отец… Я не хочу сказать, что он был негодяй, но он, видите ли, влюбился! Из-за этого он бросил и меня, и тебя, когда тебе было только три годика. А если вдруг этот твой Султан вздумает опять влюбиться?

— Ой, мама! — опять вздохнула Марго. — Единственно что я знаю — он не бросит меня!

— Откуда такая уверенность?

— Его четырнадцать жён! Он никого не бросает.

— Да! Просто женится ещё и ещё!

— Но он любит всех! И старших и младших.

— Кого? — не поняла мать.

— Жён своих… И старших и младших! И даже тех, с кем развёлся.

— И чего же он с ними развёлся?

— Они нашли себе новую пару, у них новые семьи.

— Кошмар! — встряхнула плечами Жозефина. — И он тебе уже сделал официальное предложение?

— Ещё нет!

— Вот! Уже чувствую мужика! И чего же он тянет?

Маргарита глянула на бласлетик с часами.

— Думаю, что это произойдёт через полчаса!

Мать непонимающе посмотрела на дочь.

— Ты… Ты хочешь сказать, что он… они будут здесь…?

Дочь кивнула.

— Десять-ноль-ноль! Его любимое время!

— А-а-а-а-а! — издала душераздирающий вопль Жозефина, срываясь с места. — Ты почему меня не предупредила? Я ненакрашенная, с немытой головой, без маникюра! Ну, чего сидишь? Хотя бы прибрать в доме помоги!

— Что-то припаздывает твой жених! — недовольно заметила Жозефина, глянув на циферблат старинных настольных часов. Она спешно срывала бигуди с волос и вгрызалась в непослушные пряди расчёской.

— Он даёт нам время привести себя в порядок, — вступилась за Али Маргарита. — Его жёны всё делают вовремя, им он не дал бы этих десяти минут.

Она закончила подправлять свой макияж и стала помогать матери.

— Эти часы у тебя по-прежнему спешат?

— Да! Минут на пять!

— Тогда у нас ещё две минуты! — уверенно заявила Марго.

Зуммер домофона заиграл, когда Жозефина нанесла лак на последний ноготок.

— Чёрт меня возьми! По нему время сверять можно! — она передвинула стрелку на часах.

Маргарита открыла дверь. Впереди стоял Али, а за ним двумя рядами расположились его четырнадцать жён. Жозефина вышла на средину прихожей, жестом приглашая гостей входить. Марго подошла и стала рядом с ней.

Подойдя ближе, Али смотрел только на невесту. Жозефина придирчиво рассматривала жениха. Иногда она бросала взгляды на двух красавиц, разместившихся по обе стороны от него. Натача была в любимом серебристом с зелёным отливом платье. Изабель по такому поводу отказалась от куртки с ножами и надела чёрное короткое платье с лаконичным белым узором. Она окинула взглядом помещение: никакой опасности для её любимого мужа нет. Натача тоже успела рассмотреть всё вокруг: скромная, но не бедная обстановка, отсутствие видимых дефектов отделки, мусора нет, пыли нет.

Саль-яла разлядывала хитрый узор на обоях и гадала, каким таинственным образом королевская лилия связана со звездой Давида. Хелена, вспоминая эмоциональную речь жителей Саммы, снисходительно думала: "Ох, эти французы!". Корасон почему-то раздумывала о том, как "это" было у Али с Марго. Девика рассматривала лица матери и дочки и пыталась докопаться до сути их характеров…

Али глянул на Старшую жену:

— Ну? Мне что, самому всё решать?

— Нет-нет! Извини! — спохватилась Натача. Она напряглась так, что это стало заметно.

— У вас принцесса! — тихо подсказала Хелена.

— У вас товар, у нас — купец! — вдруг выпалила Натача.

— Король, а не купец! — попыталась исправить ситуацию Хелена, потом махнула рукой.

— Ладно! Вы мне зубы не заговаривайте! — вдруг заявила Жозефина. — Моя дочь — не какой-то залежалый ящик с ананасами, который можно взять по дешёвке! Не выйдет!

— Мама! — вскрикнула Маргарита.

— А что? Я тебя растила, я тебя лелеяла…

Жозефина не могла понять, почему с каждым её словом Али улыбается всё шире.

— Я с вами совершенно согласен, мадам! — воскликнул он. — Ваша дочь заслуживает самого лучшего жениха, которого только можно найти в ближайших окрестностях Галактики.

— Уж не хотите ли сказать, что вы и есть тот единственный и неповторимый, который принесёт моей дочери счастье.

— У меня есть веские причины считать именно так! — кивнул головой Али.

— Ой, ла-ла! Не сильно ли сказано? — всплеснула руками мать невесты. — Мне нужны более веские доказательства, чем слова!

Али отступил в сторону и кивнул в сторону своих жён.

— А разве этих доказательств мало? У вашей дочери, кроме любящего мужа, будет и четырнадцать подруг, которые смогут прийти на помощь, и никому не дадут в обиду. Даже мне, если такое приключится.

— Вы хотите сказать, что находитесь "под каблуком" у своих жён? — с ехидцей спросила Жозефина Рошфор.

— Иногда я им это позволяю, — с улыбкой ответил Али.

Жозефина внимательно посмотрела на женщин, проследила их обмен взглядами, мимику, жесты. Потом глянула на Натачу. От её опытного женского взгляда ничто не могло ускользнуть. Натача спокойно восприняла этот экзамен.

— Гарантирую, что всё это правда! — подтвердила Старшая жена.

— Ну ладно! — подумав, ответила Жозефина. — Я согласна! А ты, доченька?

Глава 10

Старшая жена Султана Али тихо завидовала младшей жене, вернее той, которая ею скоро должна стать. Когда Натача выходила замуж, всё было гораздо скромнее. Даже Катина свадьба была почти невзрачной, хотя все жёны потихоньку добавляли в свадебный обряд новые и новые увлекательные детали. Подарки невесте от жениха были уже тривиальными, официальная церемония — тоже. Правда, на свадьбах всех жён были свои особенности. Так, к Саль-яле при невероятном скоплении народа с неба спускался огромный звездолёт, и из него выходил Али, который после церемонии унёс невесту на руках. Их до границы атмосферы провожали флайеры звёздной пехоты Сабонии.

На свадьбе Хелены самой важной частью была грандиозная попойка. Удивительно, что ничего не поломали и никто не попал в больницу.

Свадьбу Габриэлы отмечали скромно, в семейном кругу. Правда, Али носился с хрупкой чернокожей девушкой, как со стеклянным изваянием: пытался угадывать все её желания наперёд и следил за каждым шагом. Сейчас Габриэла уже не нуждалась в такой опеке, три года после генетической коррекции сделали из неё полноценную женщину.

Натача спохватилась. Время идёт, а она не придумала, как должен проходить обряд, да и вся свадьба в целом.

Заиграл сигнал двери — это пришла Катя.

— Натача, у меня появились кое-какие идеи.

— Это хорошо, но принимать решение придётся мне!

— Я у тебя эту функцию не отбираю! — недовольно ответила Катя. — Но советы послушать ты, надеюсь, можешь?

— Страна советов! — буркнула Старшая жена. — Ладно! Что у тебя?

Конечно, ей не следовало пренебрегать советами других жён. Катя, например, очень талантливо организовывала шоу. Натача почти со всем согласилась. Потом пришла Корасон со своими идеями. Когда пришли Габи и Изабель, было решено перебраться в Большой Зал, где за большим столом смогли разместиться все желающие. Предложения сыпались со всех сторон. Натача поначалу пыталась их отсеивать, но Катя вежливо её остановила. На первых порах принимались любые идеи.

Был составлен список приглашений, перечень мероприятий. Предстояло договориться с местным гарнизоном Федеральных сил, чтобы организовали эскорт. Аренда ресторана "Небо Саммы"… Фотосессия с гостями…

— Натача! — произнесла Хелена. — Как ты планируешь проводить обряд?

— По нашим традициям!

— То есть, ты сама? Это напоминает обычную церемонию у атеистов. А Марго, вроде как, католичка.

— Не страшно! Я, кажется, знаю, что надо сделать!

Марго с лёгким страхом ждала дня собственной свадьбы. Обычная свадьба вызывает нервное состояние и у невесты, и у жениха. А такая свадьба — это просто что-то невообразимое.

Она привычно ездила на работу, решала рутинные дела и каждый вечер думала, сколько дней осталось.

В один из дней, после обеда, она услышала в приёмной голоса:

— Я доложу, что вы здесь! — говорила Марсия.

— Я что, должна испрашивать высочайшего разрешения на аудиенцию? — Марго узнала недовольный голос Натачи.

— Я не буду испрашивать разрешения! Я просто поставлю мадам в известность!

— Ну-ну! Только она ещё не мадам! — голос Старшей жены смягчился.

После доклада секретарши в кабинет сразу вошли Натача и Девика.

— Цём! Цём! Цём! — произнесла Натача, трижды целуя Маргариту.

Та никогда не ожидала от неё таких нежностей. Она до сих пор панически боялась Натачи, хотя в некоторой степени уже свыклась с ней.

Девика тоже трижды поцеловалась с невестой. Они все уселись и на несколько секунд в комнате наступила тишина. Затем Натача переглянулась с Девикой, вздохнула и начала:

— Марго! Поскольку Али мусульманин, а ты католичка…

У Марго сжалось сердце. Они будут предлагать ей принять ислам?

— … мы решили предложить такой вариант. Мы проведём обряд по схеме Унитарной церкви Аль-Канара.

— Простите! Я не понимаю, о чём речь, — произнесла Маргарита.

— Объясняю! — продолжила Натача. — Унитарная церковь мира Аль-Канар объединяет в себе все главные мировые религии. Поэтому, она позволяет браки между сторонниками разных конфессий.

— Как это возможно? — удивилась Марго. — Разные религии одни и те же действия могут трактовать с противоположных точек зрения.

— Это возможно! — ответила Натача. — У всех религий есть общее: почитание Бога и деяния в его благо. На благо Всевышнего является развитие торговли и ремёсел, производств, правда не всех, освоение новых земель и миров, познание тайн Вселенной. Есть спорные вопросы, но в главном все сходятся: мир нужно строить, а не разрушать. В церкви Аль-Канара разрешены многие ритуалы, характерные для разных религий. В особых случаях, как наш, существуют новые ритуалы, чтобы не ущемлять религиозных чувств верующих разных конфессий. И даже атеистов! Ты же знаешь, что сам Будда был безбожником?

— Но как же происходили свадьбы до того, как Али познакомился с Унитарной церковью Аль-Канара?

— А-а-а! — Натача махнула рукой. — Как придётся! Что мы придумывали сами, то и делали. У нас и так полно собственных традиций. Но твоя свадьба должна быть особенной: Али и ты — большие фигуры в этом мире. Регистрацией в мэрии вам не обойтись!

Когда женщины уходили, Марго бросила взгляд на улицу. Она увидела, что в конце улицы стоит светло-серый фургон, но Натача и Девика сели в другую машину. Она пригляделась: на водительском месте сидела молоденькая женщина, но лицо на таком расстоянии нельзя было разглядеть.

Возвращаясь домой, Марго видела фургон позади себя. Интересно, конечно, кто там сидит. У жён Али забот выше крыши, кто же занимается ею?

По мере приближения свадьбы в СМИ появились броские заголовки, извещающие об этом событии. Типичным было: "Султан Али женится на Королеве Марго!". Как-то в разговоре Марго спросила у Лизабет, кто её назвал "королевой"? Подруга пожала плечами, а Марго поделилась с ней подозрениями. Она сказала о себе так в присутствии Али. Так это он пустил эту кличку в печать?

— Что ты себе голову морочишь? — сказала Лиз. — Это же на поверхности лежит! Штамп! Три… мушкетёра, три поросёнка, королева… Марго. Было бы странно, если бы медисты не придумали броский заголовок. Представь "Султан Али и Марго"! Не звучит! Чего-то не хватает! А так — "Султан Али и Королева Марго". Совсем другое дело! Тем более, что он тоже не настоящий султан. Но, раз у него есть бизнес-империя, да ещё гарем, то слово "султан" напрашивается само собой. И, поскольку у тебя тоже есть своя, хоть и не очень большая империя, то что напрашивается?.. Королева Марго!

В какой-то момент Маргарита обратила внимание, что все её встречи с Али обязательно происходят в присутствии его жён. Она звонит ему, или же он звонит ей, они договариваются о встрече, и на этой встрече обязательно стоят рядом или сидят в сторонке ещё три-четыре женщины. Они ни разу не позволили им уединиться! Он правда под каблуком у жён?

Когда до свадьбы оставалась ещё целая неделя, жёны стали приезжать к ней домой. Примеряли платье, перчатки, кольца, ожерелья, туфли, чулки… В какой-то момент Марго перестала обращать внимание на то, что ей предлагают померять. Но с неё снимали очень странные мерки: отпечаток ладони в раскрытом и сжатом состоянии, отпечаток спины, стоп, груди. Что-то делали лазерным сканером, и она вертелась перед ним в чём мама родила, а что-то при помощи силиконовой массы, которой заливали ноги или руки. Чуть позже на неё стали одевать какие-то странные одёжки, ящики с торчащими рычажками.

— Что это будет? — не утерпела она.

— Космический скафандр! — ответила Джень, проверяя движение рукавов.

Потом к ней опять прикладывали какие-то куски мягкой пластиковой массы, резали лазером, клеили.

— А это что?

— Броне-ЖЕ-ЛЕт! — по слогам ответила Изабель.

— ЖЕ…? — уточнила Марго.

— ЖЕ-ЛЕ-т! — подтвердила Изабель и прыснула от смеха.

Одновременно с этими процедурами Маргарите делали причёску, мазали какими-то кремами едва заметные родинки, полировали ногти, делали ванночки для рук и ног. Марго даже не спрашивала, зачем это. Когда она ойкнула в процессе эпиляции, Натача с невозмутимым видом произнесла:

— Терпи, коза! Так надо!

На другой день, входя в зал, где собрались управляющие её подразделений, она услышала шёпот восхищения. Мужчины замерли, не имея возможности оторвать взгляд, некоторые женщины издали завистливый стон. Марсия, выкладывая на стол диктофон и книгу, произнесла:

— Мадам! У меня просто нет слов! Вы выше всяких похвал!

В этот день Марго ужасно устала. Пришлось разбираться с претензиями по одной из разработок. Начальник лаборатории, которая провела оригинальное исследование, вполне обоснованно поставил свою подпись под лабораторным отчётом. Какой-то никому не известный самоучка подал на них в суд, будто бы у него украли идею. Он такое проделывал не раз, дела он свои проигрывал, но к моменту принятия решения изрядно успевал попортить кровь ответчикам. Оказалось, что некоторые фирмы, чтобы не затевать дрогостоящее расследование, экспертизу, предпочитали откупаться от вымогателя. К вечеру все сотрудники разбрелись по домам едва живые. Марго мечтала о горячей ванне, потому что с обеда шёл прохладный дождь и она чувствовала себя нехорошо. Но на пороге её офиса уже стояли Старшая жена и Изабель.

— Святая Мария! — выдохнула Маргарита. — А нельзя сегодня устроить выходной?

— Мы именно это тебе хотим предложить, — Натача критично оглядела её. — Сегодня ты будешь у нас в гостях.

— Но мне нужно привести себя в порядок! Я целый день провела в душных помещениях…

— Нет проблем! — спокойно ответила Натача.

Маргариту привезли в баню, почти два часа парили, массировали, а потом провели в медицинский кабинет. Она догадалась, что это очень важная процедура, поскольку вокруг было множество сложного оборудования, экранов, проводов. Командовала здесь светловолосая женщина с очаровательной улыбкой и внимательными добрыми глазами. Её имени Марго не помнила.

Маргариту укладывали, садили, ставили перед датчиками в разных позах, заставляли дышать в разные трубочки.

— Назира! Ну что? — Натача стала проявлять нетерпение после получаса обследования.

— В принципе, ничего страшного. Полечим, вылечим!

— А человеческим языком?..

— Паразитарные инфекции самого разного плана. Печень затронута совсем немного, но запускать нельзя. Полно всякой дряни в крови. Немного подкожных паразитов, но с ними быстро разберёмся. Поражение среднего уха, носоглотка… Но такое встречается практически у всех. Микозы разной степени…

— Сколько надо времени?

— Неделю ударной терапии, потом достаточно раза в месяц, плюс профилактические осмотры.

— Что-то серьёзное? — спросила Марго у Натачи.

— Да так… С этим ты могла бы прожить ещё полсотни лет. А без этого — раз в десять дольше.

Потом они все прилетели к кораблю Али. Он был в полном порядке, тоже вычищенный, отполированный, покрашенный. Марго была здесь впервые. В транспортном отсеке, куда влетел флайер, возились двое. Натача их окликнула и направилась к ним. Отсек был огромный, и на таком расстоянии невозможно было разглядеть лиц.

Назира куда-то ушла, с Марго осталась ещё Изабель.

— Подожди меня! Я на пять минут… — и она тоже нырнула в одно из ответвлений огромного коридора.

В другом ответвлении был слышен шум пылесоса. Красивый женский голос напевал арию из оперы "Орбита любви". Марго заглянула туда. Хорошенькая женщина в короткой юбочке, клетчатой рубашке с закатанными рукавами ходила с пультом за роботом-уборщиком, подправляя его действия. Внезапно она обернулась и увидела Маргариту.

— Привет! — сказала Марго.

— Стоять! — резко выкрикнула женщина. Через секунду она уже держала в руке пистолет.

— Лицом к стене! Руки за голову! — она развернула Марго и собиралась её обыскивать. Потом ещё раз посмотрела на неё. — Тьфу ты! Марго! Эскузе муа! Я тебя не сразу узнала. Ты такая красивая… Я начинаю ревновать к тебе Али.

Это была Роксана.

Появилась Изабель, с лёгкой усмешкой выслушала только что произошедшую историю и сказала:

— Через десять минут у нас ужин. А сейчас, Марго, я проведу тебя в твою каюту. Она полностью готова к использованию. Ты будешь в ней жить.

Марго впервые была на Корабле. И она впервые присутствовала на трапезе. Иначе невозможно было назвать это действо, происходившее четыре раза в день. Это не какой-то там фаст-фуд или забегаловка. Всё обстоятельно… В кают-компанию входят женщины и дети. Они тысячу раз могли видеться до этого, но они обходят всех и обмениваются поцелуями. Появляется Али в сопровождении дежурной секретарши, Эллиды. Он тоже обходит всех и целуется. Обмен любезностями, шуточками… Подходит к Марго, останавливается и долго её разглядывает.

— Ты неописуемо прекрасна! Я на тебе женюсь ещё раз, чтобы увидеть тебя такой же красивой!

Али усаживается, Эллида садится справа от него и что-то рассказывает про дела какого-то филиала. Натача усаживает Марго возле Эллиды, а сама садится слева от мужа.

Начинается ужин. Разговоры ни о чём… Али пытается заговорить с Марго, но Эллида настойчиво возвращает его к начатой теме.

— Они в прошедшем месяце показали спад объёмов! — говорит Лида, а Али рассеянно кивает. — Катя считает, что управляющий принял неправильное решение. Он сократил фонд заработной платы, чтобы увеличить доход…

— Это не может подождать до завтра? — спросил Али и глянул на Марго.

— Терпение, Али! Терпение! Свадьба через два дня! — напомнила Натача.

Марго эту ночь впервые спала на корабле "Родник в пустыне". Обстановка каюты ей не очень понравилась. Наверное, это отразилось на её лице, потому что Натача сказала:

— Это предварительный вариант. Мы не изучили твои вкусы. Потом всё можно будет переделать.

Утром, после завтрака, Натача отвезла её на работу и, прощаясь, напомнила:

— До вечера!

Старшей жене Султана Али в один из этих дней позвонил Виллок, начальник технического отдела полицейского участка.

— Мадам! Я вам очень признателен за оборудование, которое вы нам прислали. Бригадир-лейтенант Бланшар передаёт вам заверения, что всегда к вашим услугам.

— Я рада, что мы смогли вам помочь. Полиция не должна побираться за счёт нераспроданного старья…

— Да! Наши ребята передают привет Джень, они не работали с этими функциями системы и не знали как это настроить. Спасибо ей!

— Спасибо, передам!

— И ещё!.. — Виллок запнулся. — Парни сортировали архив и обнаружили интересные вещи. Маргарита Рошфор в тот день, когда вы искали Али, задерживалась по подозрению в квартирных махинациях. Почему-то этим занимался наш северо-западный участок. Она оказалась ни при чём, а дело закрыли через месяц, истец просто забрал заявление. Это раз…

— Было ещё что-то? — нарушила возникшую паузу Натача.

— Да! Хотя это может не иметь отношения к делу. Вы знаете, кто организовал шоу в тот день?

— Просветите меня!

— Это две фирмы. Одна — под Брутом Диксоном, у другой есть некий формальный хозяин, а фактически — Малкольм Босуорт. Вам знаком этот господин?

— Ещё бы! — у Натачи перехватило дыхание.

— Я в курсе того, что происходит у вас, — сказал Виллок. — И мне показалось странным такое совпадение. Я имею в виду готовящуюся свадьбу.

— Да-да! Спасибо! Я могу к вам подъехать сегодня? Хочу кое-что уточнить…

— Конечно! Будем рады помочь!

* * *

Самма и её столица Ситэ ощутили приближение свадьбы Султана Али и Королевы Марго за много дней. К назначенной дате стали прибывать высокие гости из разных миров. Их встречали эскорты Космических сил Саммы. Гостей размещали по гостиницам постоянным и специально построенным к этому событию. Банки профинансировали строительство завода, который потоком выпускал мобильные аппартаменты. Их можно было собирать в комплексы любой формы. Как основу использовали каркасы стандартных жилых домов, дополнив их площадками для флайеров, гаражами, бассейнами. Это всё нагромождение этажей требовалось хорошо освещать, чтобы никто из обитателей не ощущал себя ущемлённым. Для этого каждый этаж имел потолки, снизу буквально устеленные световодами. В результате всё пространство оказывалось освещенным чуть менее ярким светом, чем прямые солнечные лучи. Этот свет не так слепил и от него было не так жарко.

В связи с приездом большого числа гостей, вся Самма находилась в состоянии повышенной боевой готовности. Полицейские посты почти на каждом шагу, у всех подъездов, на всех этажах общественных зданий. Спецслужбы регулярно проверяли все закоулки, участковые внимательно следили за своими территориями.

В день свадьбы к Марго домой приехал целый кортеж машин, из которого высыпал чуть ли не десяток жён Али. Правда, Марго не смогла правильно их посчитать, потому что вместе с жёнами приехал ещё десяток женщин. Марго их лица показались знакомыми, но кто они, она не знала.

Невесту опять несколько часов красили, правили причёску, надевали платье, прикалывали банты, ленты, шлейф. Подружка Лиз была уже готова, но Натача, мельком глянув на неё, сказала:

— Ну-ка, присядь! Я тебя чуть подправлю!

— Кто ведёт невесту к алтарю? — спросила Лизбет.

— Один из родителей. В данном случае — её мать! — ответила Натача.

В назначенное время кавалькада флайеров подлетела к дому Марго. От посадочной площадки до входа в квартиру выстроился ряд сикъюритэ, и по проходу важно прошёл Али, сопровождаемый остальными жёнами и детьми. Фарида вдруг подбежала и повисла на шее у Марго, а рядом бегали и радостно прыгали ещё десяток детей.

— Ты будешь моей мамой и моей подружкой! — громко шепнула на ухо Маргарите Фарида.

— Мама! Мама! — со смехом завопили малыши и устроили бурную беготню.

— Мама! — крикнула Марго. На её зов появилась Жозефина Рошфор и взяла невесту под руку.

Натача быстро оглядела всех.

— Ну что? Все в наличии! Пошли!

Дальше у Маргариты всё в голове премешалось. Её усадили во флайер. С одной стороны сидела Лиз, с другой — мать.

— А что Жанетт? Она приехала? — спросила Марго.

— Её вообще нет на Самме! — ответила Лизабет. — А где — никто не знает.

Когда кавалькада машин тронулась, всё небо озарилось цветным дымом и россыпью огней. Пышный эскорт с длинными лентами, длинная череда гостевых машин. На многих из них развевались флаги других миров.

Церемония бракосочетания происходила на огромной открытой площадке, скорее напоминающей стадион. Два ряда мест для важных гостей… Стоячие места для остальных. Сзади площадки над поверхностью земли висел корабль. Его распахнутый шлюз с длинным трапом был похож на огромную пасть сказочного чудовища с высунутым чёрным языком.

— Оно проглотит меня! — вдруг с ужасом подумала Маргарита. Но, стоило ей вспомнить Али, как на душе стало тепло и радостно.

Посредине площадки стояло какое-то круглое арочное сооружение. Жозефина взяла дочь за руку и по кругу подвела её к нему. Марго увидела, что с другой стороны к ним приближается Али… с Натачей. Посредине шли Лизабет и какой-то мужчина. Новобрачные вошли внутрь арочной конструкции. Натача стала с краю, на равном расстоянии от жениха и невесты. Чуть дальше стояла Лизабет и незнакомец-мужчина. Марго вдруг пригляделась к нему и обомлела, — это был президент Саммы. Заметив удивлённый взгляд невесты, Президент ободряюще ей улыбнулся.

Ещё через несколько мгновений до Марго дошло, что Натача исполняет роль священника. Она произносит фразы, которыми святые отцы напутствуют молодых перед вступлением в брак. На ней белая сутана…

— Обязуешься ли ты, Али, заботиться о Маргарите…

— Да!

— Обязуешься ли ты, Маргарита, — как будто издалека доносился к Марго голос Натачи, — … покуда смерть не разлучит вас?

— Да!

Всё происходило будто в каком-то сне. Али надел Маргарите на палец кольцо, поцеловал, а потом пошли опять какие-то странности: прямо сверху на свадебное платье он надел ей кобуру, на лицо — коммуникационные очки, подхватил на руки и внёс по трапу в шлюз своего корабля. Внутри он опустил её на ноги, и они тут же вышли наружу под громогласные вопли гостей и жён Али. Те уже стояли возле трапа, ожидая молодую жену. В следующий миг они схватили Марго за руки и увлекли в хоровод. У Марго закружилась голова… Крики, музыка, грохот петард и хлопки салюта…

Потом был огромный банкетный зал с множеством гостей. Периодически к молодожёнам кто-нибудь подходил с поздравлениями, произносили тосты и уходили на свои места. Неожиданно для себя Марго спросила:

— Али! А своих родителей ты приглашал на свадьбу?

Али рассмеялся.

— Мой отец прислал поздравление по Интернету. Говорит, что, если на каждую мою свадьбу будет ездить, то некогда будет заниматься делом.

Внезапно его глаза расширились от удивления.

— Отец? Что ты… Ты же…

Мужчина, очень похожий на Али, подошёл к нему вместе с парой десятков женщин.

— Марго, познакомься! — засуетился Али.

Он сперва представил ей свою мать, начал перечислять остальных жён отца, потом запнулся.

— Да, сынок, — прервал его отец. — Я хотел тебя познакомить со своими новыми жёнами…

Марго было удивительно. Она привыкла к мысли, что Султану Али положено иметь много жён, но, что кто-то ещё живёт такой же семьёй, было необычно.

Пока мужчины говорили о своём, женщины тоже не тратили время зря. Они делились друг с дружкой какими-то своими, только им известными, секретами. Правда, Марго в туалетной комнате подслушала разговор Натачи с Изабель:

— Ты представляешь!? Она до сих пор считает, что я её драгоценному сыночку не пара! Полчаса вправляла мне мозги, рассказывала, как я себя должна вести при муже, как стоять, что говорить и как смотреть…

Марго подумала, что Натача, привыкшая командовать остальными жёнами, давно не попадала в такую ситуацию, когда приходится подчиняться.

С заходом солнца молодожёнов отправили спать, а гости веселились до полуночи. Завершилось всё невероятным по красоте фейерверком. Утром банкет продолжился. Потом для увеселения гостей были выступления фокусников, танцоров, певцов. Вечером — опять грандиозный фейерверк. И так три дня подряд. В околопланетном пространстве светились нарисованные парами натрия, кальция, стронция огромные изображения сердечек. Влюблённые парочки рассматривали их часами во время своих ночных прогулок и целовались в их призрачном свете.

На четвёртый день гости разъехались. Сотни уборщиков, дирижируя армадами роботов, выметали город и его парки, скверы. Обыватели начали обмен впечатлениями: как выглядела невеста, как выглядел жених, хорошо ли было платье, причёска? Марго пребывала в блаженном состоянии. Но, как известно, всё хорошее быстро кончается, лишь плохое может длиться бесконечно.

Глава 11

— Какой только мерзости не напридумали люди! — произнесла Лизабет, разглядывая витрину магазина спецтехники.

— Даниэль подозревает, что у вас это уже есть? — спросила Марго.

— Что ты, как ребёнок! — возмутилась подруга. — Эта дрянь есть почти у каждого. Так что гигиена ни в коем случае не помешает.

— Мадам! — перед посетительницами возник бодрый и энергичный продавец. — Вы уже что-то выбрали? Или я могу посоветовать?

Маргарите не понравился его тон, как и чрезмерная энергичность.

Лизабет достала свою книжку и начала зачитывать по пунктам:

— Сканеры нанообъектов с распознаванием активных передатчиков. Репрограмматор кварцевый. Картридж для сканер-хроматографа. Жидкость ионопроводящая…

Продавец с серьёзным видом подсчитал сумму.

— У-у-у-п-с-с-с! — произнесла Лиз и глянула в свой "электронный кошелёк".

— Погоди! — тихо сказала Марго. — Репрограмматор меняем на бактерицидную лампу, жидкость на хлорку… Это всё есть в магазине на соседней улице, раз в десять дешевле.

— Хорошо. Это из списка уберём.

Продавец, выбивая в кассе чек, спросил:

— Султана Али тоже не миновала эта участь?

Марго многозначительно промолчала. Когда они вышли из магазина, Бетти поинтересовалась:

— Он нас обеих принял за жён Али?

— Скорее всего! Меня он наверняка запомнил. Да и ты тоже засветилась.

— Хм! У меня могут возникнуть пикантные ситуации, — заметила Лизабет. — Слушай, давай заедем ко мне! Посидим, поболтаем!

— Лучше ко мне! — возразила Марго. — И мне не будет так тоскливо.

Прошёл почти месяц после свадьбы. Марго в первые дни не могла поверить, что её сказочный сон сбылся. Но в конце недели Али поставил молодую жену в известность, что должен улететь по делам. Он обещал вернуться через два месяца.

Конечно, учитывая, что они знакомы почти полгода, но у них практически не было близости, два месяца не должны были быть длинным сроком, однако Марго была потрясена. Конечно, она не собиралась улетать с Али, во всяком случае — сразу. Но это расставание оказалось ужасно мучительным.

На семейном совете, где присутствовали все жёны Али, было решено, что Марго пока не стоит срывать с места, но дела в ряде других миров требовали срочного вмешательства. И её оставили одну! Марго несколько дней проплакала. Ей было невероятно обидно, хотя она умом понимала, что так и должно было быть. Время тянулось очень медленно. Прошёл только один месяц, а впереди ещё один!

Дела у Марго шли довольно успешно. Она опять расширила свою фирму, создала один внешний филиал. Какая замечательная штука Интернет! С его помощью она управляла всеми подразделениями, проводила совещания, получала заказы и оплачивала все работы. Интересно, что постоянным консультантом у неё была подруга Лиз. Она советовала, как подбирать персонал, как различить способности подчинённых, как уволить не очень аккуратного сотрудника, не нанеся ему психологической травмы и не вызвав у него материальных проблем.

Удивительно было то, что некоторые уволенные "лентяи" организовали свои фирмы, которые активно сотрудничали с Марго и исправно делали свою работу.

— Есть разные категории работников, — разъясняла этот парадокс Лизабет. — Для одного достаточно размеренной подённой работы. Другой, если ему не давать развернуться, работает через пень-колоду и проявляет активность только при полной свободе. Но таких не очень много. Социум сам себя регулирует.

Марго одно время пыталась делать как можно больше сама. Но поняла, что хорошо организованный коллектив перемалывает всю работу быстрее и качественнее, чем талантливый одиночка. Лизабет тоже говорила:

— Доверь другим то, что они делают лучше тебя, а себе оставь только то, что делаешь лучше других. Правильно расставишь людей, и машина дальше покатится без твоих усилий.

— Как ты красиво рассказываешь! — рассмеялась Марго однажды. — А почему твой Даниэль не следует твоим советам?

— Он тугодум! Мы набираем обороты, но очень медленно. И, кроме того, Даниэль не любит рисковать. Если он что-то делает, то это наверняка, с гарантированным попаданием в "десятку". Он неделями обдумывает новые идеи, и только потом внедряет.

Маргарита задумалась. Внезапно ей в голову пришло интересное сравнение.

— Смотри, Лиз! Ваша фирма похожа на неповоротливое травоядное животное. Как бы на вас кто не напал!

— Марго! Твоя фирма тоже не похожа на шустрого хищника. Ты тоже питаешься мелкими заказами от самой разной клиентуры.

Марго задумалась.

— Да, моя фирма тоже похожа на травоядное животное. Даже, скорее всего — на огромного кита. Чем питается кит? Планктоном! Крилем! Мелочь, но её много!

— Да, только не забудь, что у китов тоже есть враги.

Эту истину Марго знала всегда. И знала, что враги могут быть и у неё. Она стала принимать меры для защиты от преступников, от обычных грабителей до компьютерных взломщиков. Правда, до личной охраны дело пока не дошло. Марго пока решила ограничиться охраной офисов и квартирой в хорошем районе. В доме была своя охрана, сразу на всех жильцов, а это обходилось гораздо дешевле.

Выйдя из машины на гаражном этаже, Марго и Лизабет прошлись немного пешком.

— Ты тренировки не забросила? — поинтересовалась Лиз.

— Только ими и спасаюсь! Весь день почти сижу, а часик размяться — просто блаженство!

Марго приложила ладонь к "носу" и дверь открылась. Она не обратила внимания, что не мигнул зелёный огонёк, просто вошла, скинула лёгкую кофту на услужливо выехавшую из шкафа вешалку и направилась в кухню.

— Марго, — сдавленно прошептала шедшая сзади Бетти.

— Тихо! Тихо! — произнёс скрипучий мужской голос. — Не надо нервничать и дёргаться! Тогда из вас никто не пострадает!

Марго не спеша обернулась. В прихожей были ещё двое мужчин в масках и с пистолетами в руках. Она прислушалась к себе и с удивлением обнаружила, что ни капли не взволнована. Немного напряглось тело, готовое к напряжённой работе.

Грабители вели себя неосторожно. Они, похоже, считали, что две женщины не смогут оказать им сопротивления. И, кажется, они не представляли, куда влипли.

— Вы что-то хотели, месье? — спросила Маргарита.

— Да! — поспешно ответил один. — Всё!

— Не тяжело будет? — Марго показала на большой кухонный холодильник.

— Ты знаешь, что я имею в виду! — поспешил исправиться грабитель.

— Кошелёк! Быстро! — скомандовал второй.

— Может дадите воды выпить? Я умираю от жажды! — Марго направилась к холодильнику.

— Стой! — прикрикнул грабитель.

— Вы тоже можете выпить! — гостеприимно предложила Марго.

— Ну, хорошо! — согласился один.

— Нечего тут воду пить! Кошелёк давай! — возражал второй.

Они уже спорили друг с другом, потеряли бдительность, и Марго парой быстрых движений обезоружила одного, а затем свалила на пол второго.

— Ты чего! — возмутился он.

— Лежать! — рявкнула Марго. — Руки на затылок! Ноги на ширину плеч! — Она поразилась уверенности, с которой это всё проделала. — И ты тоже! Дёрнешься — стреляю!

— Дурак ты, Гастон! — ворчал на подельника мужчина, укладываясь на пол. — Жена Султана! Денег куры не клюют!

— Я ж не думал, что она, как все… Или Али только таких выбирает?

— Молчать! — приказала Марго. — Лиз! Вызови охрану!

* * *

Босуорт убрал изображение газетной страницы и снял очки. Всё шло прекрасно! Первый этап позади! Второй — тоже! Выбранная цель совсем близка. Правда, сложность задачи, с одной стороны, снижается, а с другой…

Конечно, даже в самый последний момент от всех персонажей можно ожидать подвоха. Он опять надел очки и глянул на изображение Марго. Чертовски красиво смотрится эта молодая женщина, в стильной одежде от хорошего модельера и с серьёзной крупнокалиберной машинкой в руках. Просто готовое фото для глянцевого мужского журнала. Мужики от такого должны с ума сходить!

Малкольм Босуорт задумался. Мужчины должны сходить с ума, но вот Султан Али, почему-то, покинул молодую жену в медовый месяц.

Он вызвал перед собой изображение телефонной книги и выбрал нужный номер.

— Том! Скажи, куда так спешно исчез наш Султан?

Выслушав доклад, он выключил телефон и сплюнул. Брут Диксон вздумал судиться с Али по поводу какого-то старого завода. Сам Диксон — это ещё одна связь в клубке той игры, в которую ввязался Босуорт, и ведёт себя эта связь совсем не так, как следовало бы. Или, наоборот, его воздействие можно использовать на пользу? Ну, конечно! Ещё и как можно!

Рано утром Марго проснулась от мелодичного перезвона мобильного телефона. Письмо! Она радостно схватила аппарат и быстро нашла новое сообщение. Обратный адрес отправителя был не указан. Неужели Али возвращается и передал ей эту весть по Сети?

Она вывела текст на экран. Там было написано:

Ваш муж, пользуясь особенностями федерального законодательства, намерен прибрать к рукам все ваши предприятия.

Доброжелатель.

Сердце Марго сжалось. Горло будто сдавила чья-то железная рука. Она не хотела верить этому сообщению, но, с другой стороны, прекрасно понимала, что и такое возможно. Или нет?

Утрений сон был испорчен. Возможно, что весь день — тоже. А, может, и вся жизнь?

Марго набрала номер секретарши. Сонный голос Марсии ответил почти сразу:

— Да, мадам?

— Марсия! Очень срочно! Найди мне хорошего специалиста по федеральному семейному праву. Меня интересуют права свободных торговцев и их членов семьи. Ты меня поняла?

Марсия её поняла, потому что на том конце линии раздался захлёбывающийся всхлип, потом хриплый выдох, и наконец:

— Это так серьёзно? — она чуток подождала и закончила: — Я всё поняла! Кошмар какой!

Специалист-правовед был найден за пару дней. Он приехал в роскошной машине, демонстрируя клиентам не столько свою состоятельность как специалиста, сколько свои претензии на высокий гонорар. Марсия сказала хозяйке об этом открыто.

— Ничего! Посмотрим, что он нам скажет! — ответила Марго.

— Посмотрим, что он скажет… Услышим, что покажет! — процитировала секретарша. — Эти господа любому голову задурят.

Юрист, пройдя в кабинет Марго, разложил на столе кучу бумажных документов, игнорируя электронные средства хранения.

— Мадам! — начал он сочувственным голосом. — Это очень тяжёлый случай! По законам, утверждённым ещё три века назад, вы изначально не имеете никаких прав ни на что. Вот кодекс Ассоциации Свободных торговцев… Первая же часть, глава первая, параграф первый, первый пункт гласит…

От его монотонного голоса, похожего на голос гипнотизёра, Марго будто впала в транс. Он читал написанные слова и эти слова будто раскалённый металл прожигали всю её насквозь."… на усмотрение мужа", "согласно традициям, жена не должна…", "… не может", "не имеет права", "только с согласия мужа".

— Вот ещё интересный момент, — бормотал правовед. — "Каждая жена имеет право на равную долю имущества семьи, но не более, чем…". Здесь какая-то казуистика, и специалисты трактуют этот пункт по-разному. Практическки, эта доля оговаривается в брачном контракте, который подписывается при оформлении брака. Это очень важный момент. Если эта доля была оговорена, то никакой суд уже не сможет её изменить. Припомните, пожалуйста, вы подписывали брачный контракт или нет?

— Кажется, да! — выдавила из себя Марго, ощущая, как покрывается холодным потом. — Но я не помню его содержания…

Как часто новобрачные, наивно верящие, что их счастливая жизнь будет длиться вечно, игнорируют изучение и правильное оформление этого документа. Марго, зубы съевшая на договорах, допустила промашку. Она была, наверное, в опьянении от радости и любви, потому что не исследовала этот документ как следует.

— Вам обязательно следует посмотреть этот документ. Обычно брачный договор составляется в двух, а иногда и в трёх экземплярах. У вас должен быть один из них!

Марго только пожала плечами.

— Я не помню, что там было. И не знаю, где мой экземпляр.

Консультант вздохнул.

— Это очень неосторожно с вашей стороны. Ведь в документе может быть сказано, что вы отдаёте мужу собственность, которой владели до брака.

— Но что мне теперь делать?

— Самое простое — попытаться спросить у мужа.

— А если его здесь нет?

Специалист пожал плечами.

— Нужно ждать. Права собственности у нас переходят только решением суда. Вас хотя бы поставят в известность.

— А филиалы в других мирах?

Юрист развёл руками.

— Это уже в зависимости от законодательства тех миров. Но в основе, всё равно, лежит федеральное законодательство. Вас должны поставить в известность.

Марсия, глядя на взлетающий флайер, сказала:

— Мне это кажется хитрой игрой.

— Чьей? — уточнила Марго. — Не знаешь? Вот в этом и проблема. Куда же я могла задевать второй экземпляр? И был ли он?

День, действительно, был испорчен. Марго сидела за столом и не могла ничем заняться. Взгляд блуждал по цветам, стоящим на подоконнике, по фасаду здания напротив.

— Мадам! — вдруг спохватилась Марсия. — Я чуть не забыла! С вами хочет поговорить один человек.

Марго с трудом вернулась к действительности.

— Кто он? И что хочет?

— Ищет инвестора. Изобрёл что-то очень важное, но нужны эксперименты и так далее.

— Что за изобретение?

— Антигравитация!

— Хм! Антигравитация изобретена уже больше века назад.

— Я не сильна в физике. Он сказал, что это нечто принципиально новое.

— Новое… — неспешно произнесла Марго. — Новое — это хорошо забытое старое. Ладно! Я побеседую с ним!

Изобретатель пришёл на пять минут раньше условленного времени. Он сидел на стуле напротив Марсии, тяжело и шумно вздыхал и часто поправлял волосы на голове, отчего они приходили во всё больший беспорядок.

Ровно в назначенное время Марсия напомнила Маргарите о посетителе.

— Пусть войдёт! — кивнула Марго.

Мужчина вошёл несмелой походкой. Когда он увидел её вблизи, его движения стали хаотичными. Он смущался всё больше и больше, чувствовал нелепость своего поведения и от этого смущался ещё сильнее. Марго решила разорвать этот заколдованный круг.

— Присаживайтесь, пожалуйста! — указав на стул, предложила она. — Меня зовут Марго!

Разумеется, он уже знал, как её зовут, но только так можно было вывести его из ступора и вынудить представиться.

— О, мадам! — пробормотал он. — Очень приятно!

Прошла почти минута, прежде чем изобретатель сообразил, что не назвал себя.

— Простите! Меня зовут Пьер!

— Пьер? — переспросила Марго после долгой паузы.

— Да, Пьер… Верден.

Он опять замолк и Марго глянула на браслет с часами.

— Так что же вы хотели?

Он раздумывал. Марго понимала, что человеку, погружённому в науку или технику, окружающие могут казаться абсолютно тёмными, безграмотными невеждами. Но, в конце концов, это не она к нему, а он к ней пришёл. И тратит её время!

— Я вас слушаю! — сказала Марго.

— Видите ли, я изобрёл… вернее сказать, открыл, гравитацию и всё, что связано с массой.

— Насколько мне известно, искусственная гравитация и гравиподвески существуют уже не один год.

Верден скривился с видом умудрённого опытом знатока.

— Это не совсем гравитация. А точнее — совсем не гравитация. Её так назвали, но на самом деле и подвеска, и искусственная гравитация — это удачно сфазированное электромагнитное взаимодействие между генератором и посторонними телами. Вы же знаете, что нормы безопасности ограничивают мощность излучения генераторов и имеют запрет на ряд частот. Возможен нагрев объектов в СВЧ-левиторах. Люди испытывают дискомфорт, попадая в зону действия тягового луча. И это потому, что СВЧ-гравитация не является гравитацией. Вы меня понимаете?

— Конечно! — Марго кивнула головой. — Но, насколько мне известно, со времён Эйнштейна в области гравитации ничего путного сделано не было.

— Совершенно верно! — согласился Верден. — И, по моему мнению, Эйнштейн завёл науку в глухой тупик, где она простояла почти три века.

— Вы опровергаете Эйнштейна? — в лоб спросила Марго.

— Нет! Что вы! Я просто нашёл формулу у того же Эйнштейна, из которой вытекает гравитация. После этого я разработал представление об инерции.

— Вам следовало бы опубликовать статью в научном журнале!

— Нет! У меня не приймут! Я не научный сотрудник. Я не имею никаких работ, званий. Я практик.

— У вас есть работающая установка?

— Не совсем. Эта установка демонстрирует уменьшение гравитации на пару процентов.

Марго задумалась на минутку.

— Но зачем такая установка, если у нас есть СВЧ-гравитация? Эффективность у неё гораздо большая.

— Всё правильно! Но это только начало.

Пьер Верден вздохнул, собираясь с мыслями, и начал.

— Я могу вам всё рассказать буквально "на пальцах". Давно известно, что магнитное поле является релятивистским эффектом обычного электростатического взаимодействия. Пока заряды в материи неподвижны, они взаимодействуют строго по закону Кулона. Но, как только они начинают двигаться, к силе добавляется крохотная частичка, зависящая от скорости.

— Поправка Лоренца! — вспомнила Марго.

— Совершенно верно! — обрадовался Верден. — И, хотя вся материя, например, кусок металлического провода, остаётся электрически нейтральной, движение электронов порождает силу, которая зависит от величины тока. Это называется магнитное взаимодействие. Теперь перейдём к главному!

Представьте, что в каждом атоме движение электронов вокруг ядра порождает ток. Величина этого тока громадна! В атоме водорода движение единственного электрона эквивалентно току в 1,5 ампера! Этот ток играет важную роль при взаимодействии ядер, электронов между собой, но на большом расстоянии магнитное взаимодействие между оболочками быстро убывает. Однако, я обнаружил силу, которая убывает обратно пропорционально квадрату расстояния, а её величина близка к расчётной величине гравитации.

— Смотрите! — Пьер вынул из кармана ручку, лист бумаги и стал рисовать схемы и формулы.

— А у вас нет готовых формул? — спросила Марго.

— Ой! Извините! — Верден достал из сумки книгу и раскрыл её. На экране замелькал набранный текст. — Вот смотрите! На первый взгляд, если токи в оболочках направлены в обе стороны, мы получаем отсутствие каких-либо сил. Притяжение между разнозаряженными протонами и электронами равны отталкиванию протонов между собой и, аналогично, электронов. Но это только на первый взгляд. На самом деле, силы не уничтожаются. И всё потому, что скорости складываются не 1+1=2, а по более сложной релятивистской формуле. Видите? Движущиеся в разные стороны электроны испытывают отталкивание более слабое, чем притяжение между электроном и протоном. У нас осталась нескомпенсированная сила! И это — сила притяжения!

— Так-так! — сказала Марго, разглядывая выводы. — Замена знака заряда, например вещества на антивещество, не меняет знак силы.

— Правильно! Антиматерия точно так же притягивается сама к себе.

— Сама к себе? — переспросила Марго. — А материя с антиматерией… отталкиваются?

— Да! — крикнул Верден. — Вы видите? Эта формула объясняет, почему мы не видим вокруг себя антиматерии. Она просто выталкивается из нашей Вселенной. Но где-то могут быть галактики из антиматерии.

— Это хорошо! Но где же практическое применение вашего открытия?

— Как это — где? Электрическими токами можно устранить гравитацию! Или наоборот — создать! Кроме того, отсюда вытекает, что инерция любой массы — результат наведенных в окружающем пространстве и телах токов. Это нечто сродни токам самоиндукции в катушках с током. Мы сможем управлять силами инерции! Вы представляете?

Марго быстро пробежала взглядом по формулам.

— Но у вас, похоже, для этого требуется просто невероятно огромный ток. Это за гранью технических возможностей.

— Я уже добился двух процентов и, думаю, при надлежащем финансировании, могу дойти и до ста.

Марго задумалась.

— То есть, вы предлагаете мне финансировать ваши исследования.

— Именно!

— Какой мой интерес в этом?

— Проценты от прибыли.

— Прибыль ещё под большим вопросом, как вы сами должны понимать…

— Ну почему же! Это элементарно!

— Потому что до внедрения нового принципа в производство могут пройти годы! Годы испытаний, разрушенных образцов, сгоревших приборов, взорванных сверхпроводящих катушек…

— Вы излишне драматизируете!

— Нисколько! В жизни будет ещё хуже.

Они спорили долго, каждый пытался убедить собеседника в своей правоте. Вдруг Верден спросил:

— Вы это делаете специально? Создаёте впечатление сложной проблемы, чтобы ничего не платить?

— А вы излишне всё упрощаете. — Марго помолчала. — Вы сколько хотите с этого поиметь?

— Процентов пятьдесят! — без смущения заявил Верден.

— Вы с ума сошли? Десять! Максимум! — она выдержала паузу. — Вы считаете, что ваши формулы дают решение всех проблем? Они только указывают путь. А на самом деле над этими проблемами будут биться тысячи людей, сутками, месяцами пробуя новые и новые варианты. Это они будут проектировать схемы управления для вашего устройства, считать режимы, искать новые сверхпроводники, и так далее, и так далее… Эти полупромышленные испытания могут тянуться годами, не принося ни цента дохода, но высасывая миллионы, а то и миллиарды. В результате я могу или вылететь в трубу, или прекратить работы, так и не вернув потраченного. А десять процентов — это огромные деньги. Вы даже не представляете, какие это огромные деньги. Если дело пойдёт…

Верден покрутил головой.

— Мне говорили, что вы прижимистей многих мужчин, но я не верил. Я поищу другого спонсора.

— Под такую тему нужен очень богатый спонсор. Уж не Диксона ли вы хотите использовать?

— Нет! Я подожду прилёта Султана Али. Всего хорошего.

— Пятдесят процентов? — хмыкнула Марго. — Что ж, обращайтесь к Султану Али!

Верден собрал свои вещи и ушёл, а Марго задумалась. Получается, что Али — её конкурент? И как быть в таком случае? Можно ли доверять Али? Можно ли ему рассказывать о своих делах? О проблемах? Не будет ли сам Али проблемой для неё? Она вспомнила пришедшее утром письмо и на душе стало совсем мерзко. Этот "Доброжелатель" действительно хочет добра для неё или же — только для себя? Она склонялась ко второму варианту ответа, но… Али точно так же может преследовать свою цель, игнорируя её интересы.

— Мамочка! Как мне тяжело! — простонала Марго. Конечно, мама не могла подсказать ей решение проблемы.

Глава 12

Али Мухаммед был в ужасном расположении духа. Он буквально по часам считал время, которое осталось до встречи с Марго, он мечтал, как прижмёт её к себе, как будет ласкать её и голубить, целовать её прекрасные глаза, щёчки и губы. Он расскажет ей о своём коротком путешествии, которое казалось таким долгим и будет расспрашивать, как ей жилось здесь. Он готов был с замиранием сердца выслушивать жалобы младшей жены на вынужденное одиночество, томление от ожидания его, мужа… Её холодный приём был для него как ушат холодной воды на голову. Он не видел, как переглянулись между собой Натача и Изабель, как задумалась Дейла…

Собственно, ничего страшного не произошло. Марго, как глава фирмы, была загружена по самые уши какими-то проблемами, делами, совещаниями с управляющими подразделениями, встречами с заказчиками и прочее, и прочее… Но Али вернулся на корабль совсем больной, заперся в своей каюте и не выходил до самого ужина.

Перед ужином откуда-то вернулась Джень и сразу прошла к Старшей Жене.

— Натача! Послушай вот это! — она перебросила Натаче на очки файл.

Натача включила воспроизведение, и услышала какие-то стоны и истерические рыдания.

— Что это такое? — удивлённо спросила она.

— Я поставила новую прослушку у Марго. Эта фонограмма показывает, что с ней было, когда она отказалась встретиться с Али утром.

— О, Боже! Это невозможно слушать, — Натача выключила проигрыватель. — Что ты по этому поводу можешь сказать?

— Ты меня удивляешь! Здесь всё проще простого. Она отказывается встречаться, а сама потом рыдает. Кто-то вклинился между нею и Али, пока мы были в полёте.

— А почему не работает старая прослушка?

— Она её просто "продезинфицировала". Возможно, в порядке обычной профилактики.

— А твою новую не постигнет ли та же участь?

— Не-е-е-т! Я применила принципиально другое устройство. Оно гораздо дороже, но и надёжнее. Его может убить только электромагнитный импульс.

— Та-а-а-к! — задумчиво протянула Натача. — Не звонил ли ей кто-нибудь в наше отсутствие? Или письма присылал.

— А может личная встреча?

— Нет! Наши противники действуют скрытно.

— Да разве ж это скрытно? Письмо по почте или звонок…

— Всё равно, надо проверить.

— Виллок? — уточнила Джень.

— Он самый! — кивнула Натача. — Всегда готов оказать услугу. Заодно пообщаешься с ним на предмет благотворительной помощи. У нас есть с десяток ненужных сканеров, а они будут просто счастливы их заполучить.

Марго провела бессонную ночь, несколько тысяч раз прокручивая в памяти разговор с Али.

— Извините, я очень занята сейчас, — это она ответила законному мужу и другим жёнам, которые ввалились шумной гурьбой в её офис.

Али раскинул руки для объятий, его лицо сияло улыбкой, а потом он только недоумённо хлопал веками, руки медленно опускались, как крылья подбитой птицы. Он ещё несколько раз звонил, но она раз ответила, что занята и не может говорить, а потом только отбивала звонки.

Вечером к ней приехала Лизабет.

— Ну? И что ты с этим собираешься делать? — спросила она, утирая подруге лицо влажным полотенцем.

— Де здаю! — ответила Маргарита и пошла в ванную высморкаться.

Когда она вернулась, Лиз уже что-то придумала.

— Слушай! Всё упирается в этот чёртов брачный договор! Скажи Али об этом прямо, и дело с концом!

Марго со стоном вздохнула.

— Ты что, боишься спросить? — уточнила Лизабет и получила в ответ кивок. — Так может мне выступить в этом деле посредником?

Марго опять кивнула.

Лизабет обняла её, прижала к себе её голову.

— Бедная моя подружка. А я тебе даже начинала завидовать. Ты так светилась от счастья на свадьбе… Я думала, что у тебя всё будет чудесно. И на тебе!

У неё в сумочке заиграл телефон. Лиз вынула аппарат и удивлённо уставилась на имя абонента.

— Да! Я слушаю! Хорошо! — сказала она и отключила трубку. — Угадай… кто звонил?

— Не удивлюсь, если Али.

— Почти угадала! Натача.

— И что она от тебя хотела?

— Она просила передать тебе, что ты должна забрать свой экземпляр брачного договора.

— И больше ничего?

— Ничего. Но голос у неё, тебе скажу…, - Лиз покачала головой.

Марго огляделась по сторонам, подошла к окну и, раздвинув жалюзи, выглянула наружу.

— Слушай, я не уверена, что хорошо продезинфицировала помещение. У меня чувство, будто Натача слышала нас.

Утром, придя в офис, Марго встретилась с Марсией.

— Мадам! У вас в кабинете посетительница.

— Почему вы пустили её в мой кабинет? — Марго сразу подумала, что это Натача. — Здесь я хозяйка! Никаких исключений! В том числе и для старших жён!

— Извините, мадам. Но она назвалась вашей дочерью…

— Что?! — Марго поспешила к себе.

Она открыла дверь и увидела на диванчике для посетителей чернявую девчонку-подростка.

— Фарида? Что ты здесь делаешь?

— Марго! — Фарида бросилась к ней на шею. — Что случилось? Вы что, с папой поругались? Он больной ходит уже два дня. Мама чернее тучи, то вдвоём с Изабель что-то решает, то иногда всех собирает, будто война какая. Тебя обидели? Ты только скажи! Я им всем устрою! Ну! Что такое?

Марго рассмеялась и одновременно слёзы брызнули из глаз.

— О! Я знаю! — Фарида вдруг немного отодвинулась и посмотрела на сводную мать. — Ты, наверное, какую-то гадость в газетах прочла. Не читай эти газеты! Они всё переврут! Они кого угодно с грязью смешают. Не верь им! Папа никогда тебя не обидит. Разве что сгоряча. А потом он обязательно попросит прощения, и всё сделает правильно.

Марго только слушала, а Фарида всё говорила и говорила. Она так убедительно говорила, даже забывалось, что она дочь Натачи.

— Мадам! — в переговорном устройстве раздался голос секретарши. — К вам Лизабет Буше.

— Да! Пусть заходит!

Вошла Лиз.

— К тебе становится всё сложнее зайти.

Она положила на стол круглый аккуратный пенал.

— Что это? — удивилась Марго, разглядывая сердечки, цветочки, поцелуйчики на его поверхности.

— Твой экземпляр брачного договора.

Марго открыла пенал и вынула свёрнутый лист бумаги. Глянцевый лист со сложным тиснением, узорами и водяными знаками имел длину чуть ли не метр, и на его обеих сторонах мелким шрифтом перечислялись права и обязанности мужа и жены. Маргарита прочла весь документ сверху донизу, потом отдала Лизе.

Лиз изучала его чуть ли не четверть часа.

— Я не вижу в нём никаких пунктов, которые хоть как-то ущемляли бы твои интересы. Разве что, ты вздумала бы завести любовника… И то, этот вариант предусматривает прекращение брака по обоюдному согласию. Твоя собственность неприкосновенна. Более того, ты в случае развода получаешь долю, которая в несколько раз превышает размер твоей нынешней собственности. Правда, тут есть несколько оговорок. Не сразу, а через несколько лет. Впрочем, в случае оскорбительного поведения Али по отношению к тебе… Слушай, Марго! Я давно не видела ничего подобного! Жёны Али вправе обижаться на него, если их договоры составлены раньше и не имеют таких выгодных условий.

Маргарита вздохнула, взяла брачный договор и, бережно свернув, вложила в пенал.

— О, Боже! Какая я дура! Поверила этому негодяю…

— Ты это о ком? — осторожно спросила Лизабет.

— Да об этом "доброжелателе"! Как аккуратно и точно ударил! Если бы не Фарида…

Она обернулась к тихо сидящей в сторонке девочке.

— А ты как здесь оказалась?

— Меня девчонки из охраны подбросили, — и она ткнула пальцем в окно.

На противоположной стороне улицы стоял знакомый светло-серый фургон. Марго думала недолго.

— Лиз, подруженька, спасибо тебе за участие. Сейчас мне нужно отлучиться. Марсия! Меня сегодня не будет! Фарида! Ты со мной?

Марго подлетала к кораблю "Родник в пустыне". Наделала она, конечно, глупостей. Вот и сейчас сделала ещё одну: никого не предупредив, помчалась, сломя голову. А вдруг у Али включена какая-нибудь установка для отстрела воздушных целей… Она на всякий случай перешла в режим "пользовательский". Если корабль не признает за своих, то даст команду автопилоту, чтобы уходил. А вот если автопилот не среагирует, может открыть огонь. Марго это помнила с занятий на конкурсе невест.

Автопилот ответил, но продолжал сближение. Машина развернулась немного влево и нацелилась на ворота ангара, где стоял корабль. Ворота распахнулись и почти сразу за ними распахнулся транспортный шлюз корабля. По экрану на пульте машины ползли сообщения, появлялись и исчезали кнопки, переключались сами собой режимы. Машина вошла в отсек и остановилась. Затихли турбины.

Марго оглянулась назад. Створки шлюза закрывались. На фоне неба мелькнул силуэт фургона.

— Так что это за девчонки, о которых ты говорила? — спросила она Фариду.

— Да те же, кто с тобой в конкурсе участвовал. Они классные! Жаль, что папа не может на всех сразу жениться.

Марго чуть не подавилась от смеха. А заодно вдруг ощутила укол ревности. Она уже смирилась с существованием старших жён, но, чтобы у Али был ещё кто-то!?

Динамики машины вдруг ожили.

— Наш экипаж приветствует вас на борту корабля "Родник в пустыне". Температура в салоне 22 градуса Цельсия, давление 1001 гектопаскаль. Всегда к вашим услугам капитан корабля Али Мухаммед, старший помощник Натача, штурман…

— Мама, прекращай дурачиться! — крикнула в микрофон Фарида и выскочила из машины.

Марго не спеша последовала за ней. В отсеке было пусто, но вдруг всё пространство наполнилось звуками марша, и в отсек ворвались все жёны Али, дети от мала до велика, а самым последним появился Али. Все бросились обнимать Маргариту, тормошить, целовать. Младшие дети повисли на руках, дёргая её сразу во все стороны.

Натача, притиснув к себе младшую жену, шепнула ей на ухо:

— Как ты нас напугала…

Марго заметила, что Али стоит в стороне, переминаясь с ноги на ногу. Она попыталась двинуться в его сторону и оказалось, что это можно сделать совсем легко. Али обнял её за плечи и прижался колючей щекой.

— Я…, - начала Маргарита и смолкла, не зная, что сказать.

— Ничего не говори! — остановил её Али. — Главное, что ты здесь, с нами. Здесь с тобой ничего плохого не случится. Поверь.

Она кивнула и заплакала, в который раз за последнее время. Правда, на этот раз плач принёс необыкновенное облегчение. После него Марго смогла даже улыбнуться.

А потом был полдник, и Марго сидела справа от мужа. Справа от неё сидела Корасон, которая объяснила, что, мол, хватит отлынивать от работы, с полудня она дежурная секретарша Господина — Корасон это сказала совершенно серьёзно, без намёка на шутку — и ей предстоит вести бортовой журнал, учёт телефонных переговоров, сами переговоры, записывать все замечания Господина и прочая и прочая…

Маргарита взяла в руки книгу и сразу вспомнила занятия на конкурсе невест. В принципе, любая из девушек, прошедших там подготовку, могла выполнять роль секретарши. Естественно, их не обучали тому, что делали секретарши Али ночью. Но это отдельный разговор. Примерно раз в две недели они были просто жёнами. Марго этой ночью тоже была просто женой, любимой женой, желанной женой. А поэтому вечером Али не сильно загружал её работой, отодвинув на другие дни свои телефонные звонки и переговоры, встречи и обсуждения.

Утром, ровно в семь часов, Марго проснулась от мелодии будильника. Она не испытывала ужаса от просыпания, уверенно ощущая тело Али рядом с собой. К ней начинала возвращаться радость, как в первые дни после свадьбы. Он был рядом, и он никуда не денется. Никто не разлучит их теперь. Она прижалась к мужу и обвила его руками.

— Солнышко моё! Пора вставать! — немного назидательно произнёс Али, не выпуская её из своих рук.

— Я не могу встать, пока ты держишь меня, — ответила Марго.

— А как я могу отпустить тебя? Я так долго ждал встречи с тобой.

— И как же нам тогда быть? — спросила Марго.

В этот момент заиграл её телефон.

— Я слушаю! — ответила Маргарита.

— Нужно говорить "Да, мэм!", — рассмеялась в трубку Натача. — Бегом вставай и ко мне!

— А уборка?

— Сегодня Али пусть сам справляется. А нам с тобой надо поговорить.

Марго объяснила мужу ситуацию, оделась и поспешила в каюту к Натаче. Она получила разнарядку на весь день, связалась с Марсией и сообщила, что опять её не будет. Весь день были обсуждения работы филиалов Али в множестве миров, анализ экономического состояния… Марго спорила, рекомендовала, настаивала и возражала… К концу дня голова шла кругом, но у неё появились идеи, как можно реорганизовать работу своих фирм. Она позвонила Марсии и отдала распоряжения на завтра: назначить встречу, переговоры, выделить новое подразделение, сформировать бизнес-план…

Ночевать она осталась на корабле. Ей хотелось быть с Али, но ещё днём на должность секретарши заступила Назира. Лёжа в постели и мучаясь от ревности, Марго вдруг ощутила, что одновременно она как бы сочувствует другим жёнам. Это как солидарность единого коллектива. Они все в одном положении, уступают мужа другим жёнам, а те в свою очередь…

Она ворочалась в постели, не имея возможности сомкнуть глаз. Всё понимает логически, но какая-то часть мозга бунтует.

Зазвенел колокольчиком телефон: пришло сообщение. У Марго замерло сердце. Она вывела сообщение на экран:

Султан Али перехватил вашего недавнего клиента.

Доброжелатель

Она прочла сообщение несколько раз. Удивительно! Она боялась этого сообщения, но только до того, пока не узнала его содержания. А сейчас… оно оставило её равнодушной. Ей было без разницы, договорился Али с этим неуступчивым Пьером Верденом или нет. Её эти условия не прельстили, так чего же переживать! Правильно говорит Лиз, не нужно стараться схватить всю работу — всех денег не заработаешь. Пусть этот сомнительный клиент ушёл к Али, ей это всё равно! Она опять перевернулась на другой бок и… уснула.

Прошла ещё неделя. Марго начала открывать новый вкус к жизни.

Она теперь лишь изредка приезжала к себе домой, ночуя на корабле. Она выполняла кое-какие работы по уборке, наладке. Приняла участие в генеральной уборке корабля. Это ей очень понравилось. Два десятка человек, включая всех жён, самого Али и старших детей, таскали кабели, красили трубы вентсистемы, перекладывали настил в отсеках, разбирали старые агрегаты… Марго была в восторге от хорошей слаженной работы. Во время полдника она сказала о своём впечатлении от увиденного, и Али на это ответил:

— Ты же понимаешь, что мы не просто притёрлись между собой. Мы выбирали друг друга по признаку этой схожести. У нас недопустимы конфликты в процессе работы. Если бы кто-то начал скандал из-за того, что его неправильно поняли, то я бы просто расстался с виновником этого.

— А разве у тебя не бывает недоразумений с жёнами?

— Бывает, но очень редко. И не из-за работы. Мы все стараемся не наступать на одни и те же грабли. Из каждого конфликта должен быть сделан вывод и принято решение по дальнейшему поведению. А если нет…

— Понятно! Ты разводишься с женой!

— Хм! Правильно! Но ни разу мне не пришлось разводиться по этой причине.

— А почему же ты разводился?

— Обе мои жены нашли себе пару. Вайнона, пятая жена, вышла замуж за моего сына. Ну, ты должна знать про это. А Зульфия нашла мужчину на Аль-Канаре. Когда она в него влюбилась, я это сразу понял по блеску глаз.

У Али немного задрожал голос. Неужели он, и правда, любит всех своих женщин? Это же просто невероятно! Впрочем, Марго не могла пожаловаться на недостаток внимания со стороны мужа. И это несмотря на то, что вокруг него вертится полтора десятка жён! Он успевал обнять, поцеловать, сказать комплимент, улыбнуться, приветливо махнуть рукой, спросить, понравилась ли еда? А как салат? Хафиза — просто мастерица! А это кушанье она готовит по рецепту Роксаны. Вкусно?

Марго ощутила, что влюблена в мужа сильнее, чем до свадьбы, а ещё, как ни странно, во всех его женщин. Она по вечерам уже привычно заходила в гости то к одной жене, то к другой, обсуждала с ними дела Али, тенденции в мировой литературе, достижения кинематографа, высокотехнологичные прибамбасы, последние разработки в оружии, в тактике ведения боевых действий, новые идеи в педагогике…

Когда Хелена однажды предложила остаться ночевать у неё, Марго немного испугалась. Она слышала, что жёнам Али приписывают лесбийские наклонности. Но Хелен вдруг жалобно сказала:

— Не думай о всяких глупостях. Одной тоскливо спать, даже если знаешь, что за этой стенкой спит ещё кто-то. Мне спокойнее, если слышу чьё-то дыхание, шевеление. У нас все так делают. Кстати, ты не храпишь во сне?

Приближалось время её секретарского дежурства. Марго ждала его с нетерпением. Она опять будет с мужем!

Маргарита украдкой наблюдала за поведением Али. Вот он сидит за завтраком с Дейлой, она до полудня его секретарша. Взгляды, полные тайного смысла, понятные только им двоим… Он проводит пальцами по её запястью. Что-то говорит ей на ухо и Дейла улыбается своей удивительной улыбкой. Назира тоже смотрит на них и что-то шепчет Эллиде. Та смеётся и откровенно разглядывает сидящую рядышком пару. Натача нарушает эту идилию, сказав что-то Али. Он картинно сердится, потом отмахивается от старшей жены и опять возвращается к разговору с четвёртой.

Вдруг Натача бросает взгляд на Марго, поворачивается к Изабель и делает ей какой-то знак. Та кивает головой. У Марго почему-то возникает ощущение тревоги. Оно медленно уменьшается, но не исчезает до конца. Может, она экстрасенс? Хотя, кто такой экстрасенс? Наверное, Природа просто уничтожала тех, кто не мог по едва заметным признакам определить надвигающуюся опасность. Это значит, что почти каждый ощущает эту опасность и как-то на неё реагирует. Марго эта способность не раз позволяла спасти фирму, отказав сомнительному клиенту. Вот она отказала Вердену… Но почему ей так неспокойно, когда она вспоминает о нём? Это упущенная выгода? Или что-то другое?

При удобном случае Марго спросила прямо:

— Али! Ты имел дело с неким Пьером Верденом?

— А-а-а! Этот? Я заключил с ним договор. Но мне он показался довольно скользким типом.

— Да? А что тебя смутило?

— Даже затрудняюсь сказать… Уж очень резко он сбросил свои требования. Он поначалу потребовал…

— Пятьдесят процентов! — подсказала Марго и тут же отругала себя за несдержанность.

— Да! — сказал Али, внимательно приглядываясь к младшей жене. — Я его вежливо послал. Он сразу согласился на десять. Но я оговорил, что это только в случае успеха. В худшем варианте я просто закрываю проект и снимаю финансирование.

Али вдруг взял её за руку и прикоснулся её ладонью к своей щеке.

— Ты чем-то расстроена? Что-то случилось?

— Нет-нет! Всё в порядке! — Марго скрылась за улыбкой, как улитка в раковине. Она не догадывалась, что произойдёт потом, иначе именно в этот момент попыталась бы изменить весь ход событий. Увы! Этого не произошло.

Глава 13

В один из дней Натача перед ужином доложила мужу:

— Али! По почте пришла повестка в суд.

— Опять этот Диксон?

— Ну да!

— Что на этот раз?

— Нарушение авторских прав, кража идей.

Казалось, что неприятная новость никак не отразилась на аппетите Али Мухаммеда. Он с удовольствием поел, но потом поспешно удалился к себе в каюту, сопровождаемый Натачей и секретаршей Саль-ялой и до утра не появлялся. Вызвал Дейлу, Хелену и Джень. Они сидели с ним допоздна.

Утром Али в сопровождении всего гарема отправился в суд. Единственным исключением была Маргарита, которая поехала на работу. Правда, долго там пробыть ей не удалось, так как на телефон ей тоже пришёл вызов в суд, в качестве свидетеля.

— Мадам! — встретила хозяйку секретарша. — Вас дожидается начальник одного подразделения. Это очень срочно!

— Нет времени! Я уже уезжаю! — заявила Марго, с порога возвращаясь к своей машине. — Все дела потом!

— Ты что здесь делаешь? — спросил Али, увидев Марго в коридоре Дворца Правосудия.

— Меня тоже вызвали, — объяснила она.

— Мне это совсем не нравится, — хмуро сказал Али. — Что-то этот Брут нам готовит.

Поначалу процесс выглядел совсем обычно. Фирма Брута Диксона возбудила иск к Али, который, якобы, украл идею антигравитатора. Али представил документы, из которых следовало, что носитель идеи, Пьер Верден, предложил провести серию исследовательских экспериментов для подтверждения идеи и определения нужных коэффициентов и поправок. В качестве оплаты предлагалась передача прав на использование изобретения. Всё было, как будто, просто, но сам Верден на заседание не явился. Представитель от Диксона размахивал как флагом бумагой, где также стояла подпись Вердена о проведении серии экспериментов и передаче прав… Ну дальше почти всё было понятно.

Однако Диксон сделал не все ходы. Представитель заявил, что документ Али вообще фальшивка. Он продемонстрировал на большом экране изображение, где договор с Али был как две капли воды похож на договор с Диксоном, отличаясь только подписью Али и датой.

— Видите ли, господа, электронная подпись не позволяет сделать дату раньше, чем на самом деле. Её можно только снять и поставить заново. То есть, господин Али Мухаммед вульгарно удалил с готового документа существующую подпись и поставил свою.

Эксперт доказал истцу, что такая процедура не могла быть выполнена из-за особенностей шифрования данных при наложении цифровой печати. Тогда адвокат Диксона заявил:

— Это нисколько не меняет дела, так как Мухаммед Али располагал неподписанным оригиналом.

Зал зашумел, а истец потребовал пригласить своих свидетелей.

Марго, пытаясь понять происходящее, давала ответы на вопросы адвоката истца.

— То есть, одно из ваших подразделений могло выполнить такую работу, не поставив вас в известность?

— Это возможно!

— Вы хотите сказать, что договор на несколько миллиардов федеральных солей был заключён, минуя вас, главу фирмы?

— Я расстанусь немедленно с работником, который допустил такое.

— Ну конечно! Можно задним числом замести следы. Но вот запись из вашего журнала приёма посетителей… Пьер Верден…

У Марго в голове всё перемешалось. Неужели Марсия предоставила им эти данные? Она работает на Диксона? Неужели никому нельзя верить?

— Так это была ваша идея? — наступал адвокат истца.

— Какая идея? — Марго ничего не понимала.

— Это же вы предложили Вердену заключить договор ещё с Али Мухаммедом. Вот запись, полученная в вашем кабинете…

Марго слушала запись. Её голос, её слова… "Обращайтесь к Али"… "пятьдесят процентов"… Ей показалось, что фраза звучит как-то не так… Но она не могла вспомнить — как. Всё получалось так, будто она подсунула Али недобросовестного учёного, который продал свои разработки сразу нескольким клиентам. Диксон был первым, он мог расчитывать на признание своих прав, а вот остальные… Они покупали краденное!

Али в какой-то момент не выдержал. Он вскочил и закричал на весь зал:

— Ты подлая змея! Так это ты подстроила мне этот договор! Ты меня опозорила на всю Галактику! Ты мне больше не жена! Ты дрянь! Дрянь! Змея!

У Марго внутри всё похолодело. Всё было так плохо, что хуже не бывает. И вот теперь ещё это! Мир вокруг потерял свою реальность. Как сквозь вату доносились какие-то голоса, но Марго их не воспринимала. Она слышала только удары собственного пульса и слова Али "Дрянь! Змея!" Как это могло произойти? У неё подкосились колени и она чуть не рухнула на пол.

Зал бурлил, адвокаты переругивались, судья стучал молотком, призывая к порядку.

Кто-то взял Марго под руку. Она подняла взгляд и увидела подругу Лизабет.

— О-о-о! Лиз! Как же это?

Ей хотелось, чтобы это был сон. Пусть мерзкий, ужасный, но только сон. Впрочем, какой-то частью сознания она понимала, что это всё — реальность. Мерзкая и ужасная реальность. И как дальше жить, после того, что произошло?

Еле переступая на ватных ногах и пытаясь сохранить какую-то улыбку на сведённом судорогой лице, Марго плелась туда, куда её вела Лизабет. Она попыталась отыскать в зале Али, но почему-то никого не могла узнать. Всё было совершенно нерезким, как будто в неправильно подобранных очках.

Али сидел, втупив глаза в пол. Он прикидывал, во что выльется решение данной ситуации. Диксон наверняка захочет выдрать у него штраф на несколько сот миллионов, ну миллиард, максимум. Правда, это ерунда в сравнении с потерей престижа. И сущая ерунда на фоне предательского удара, который нанесла Марго.

Он глянул на младшую жену. Она это сделала по неопытности, халатности или с умыслом? Впрочем, после того, что он произнёс, она ему больше не жена.

Марго покидала зал, прямо держа голову. На её непроницаемом лице невозможно было прочесть и тени раскаяния. Только уверенность и твёрдость. Выходя в дверь, под руку с Лизабет Буше, она со злорадной усмешкой окинула взглядом присутствующих, мельком скользнула по лицу Али, даже не задержавшись. У Али внутри всё закипело. Он встречал разных негодяев, но такого равнодушия после разгромной победы не видел ни у кого. Взгляд, полный холодного презрения.

Али застонал сквозь зубы. Сидящая рядом старшая жена сжала его руку.

— Спокойно, Али! Спокойно! Мы и не из такого дерьма выползали! Разберёмся!

Зал уже успокоился. Судья объявил продолжение заседания.

Возвратившись на корабль после суда, Али расспрашивал Дейлу:

— Какие ещё могут быть проблемы? Сколько Диксон может из меня выдрать?

— Если сильно постарается, то до сотни миллиардов?

— Да ну? Что-то многовато!

— Судьи на его стороне. Им тоже хочется урвать от тебя сколько смогут.

— И как нам это обойти?

— К сожалению… Ты заранее распределил доли всех своих жён, им ничто не грозит. Но твоя часть…

Али схватился за голову.

— Но почему так много? Я не встречал ещё таких огромных штрафов.

— Главная беда в том, что ты под этот проект стал выпускать акции. Практически, Диксон имеет право забрать себе всё строящееся производство, исследовательские центры.

— О-о-о! — опять завыл Али. — Какой ужас! Как я наказан!

— Спокойно, Али! — уверенно заявила Натача. — Ещё не вечер!

Али глянул в "окно". Красивый багровый закат на фоне тёмного леса. Вот только, в зависимости от настроения, может нагонять тоску.

— Вечер! Ещё и какой!

Марго ночевала дома впервые за много дней. Вместе с ней была подруга Лиз, и это было кстати, иначе она или сошла бы с ума, или покончила бы с собой.

— Что мне делать, Лиз? — спросила она, не имея даже сил плакать.

— Поплачь! Обязательно поплачь! Легче станет, — настаивала подруга.

— Не могу. Будто слёзы высохли… Как же это? Как это получилось?

— Ну, как получилось, это ты завтра разберись. Кто тот умник, который взял заказ… Слушай! Адвокат говорил про какие-то миллиарды. Ты убедись, что это так. А то они тебе платят центы, а штрафовать готовы на сумму в тысячи раз больше?

Марго несколько раз пыталась перевести разговор на более актуальную тему — как объясниться с Али, но Лизабет ловко уводила разговор на другое.

Одновременно Лиз приготовила лёгкий ужин, расставила всё на стол и открыла бутылку арманьяка.

— Я не буду! — заявила Марго, когда подруга разлила напиток по рюмкам.

— Надо! — категорично ответила Лизабет.

Они выпили раз, другой… После третьего раза Марго вдруг всхлипнула и громко зарыдала. Лиз спрятала её лицо на своей груди и гладила руками волосы, приговаривая:

— Всё будет хорошо! Всё наладится! У нас будет ещё куча женихов, один другого лучше…

— Я не хочу других! — прокричала сквозь слёзы Маргарита. — Не нужны мне другие, никакие!

Через четверть часа она стала затихать, а ещё через десять минут уснула, лишь изредка всхлипывая во сне.

Спала она беспокойно. Лиз несколько раз за ночь поправляла ей одеяло, успокаивая, гладила по голове. Утром Марго проснулась опять в слезах, потому что… словом, ей опять приснился этот уже надоевший кошмар. Сперва она обрадовалась, что это был только сон, но вспомнив всё, что было вчера, опять зарыдала.

Марго была человеком долга. Не совсем даже веря в существование Бога, она полагала, что каждый человек обязан делать некое дело, изначально предназначенное ему Всевышним. Раз она создала свою фирму, то теперь она же должна следить за её исправной работой, за тем, как поступают новые заказы, как идут платежи, как люди получают зарплату.

— Я инструмент в руках божьих, — считала она с детства. Если ей удалось занять некое положение в обществе, в экономике, она должна следить и за собственной правильной работой. Да, у неё рушится личная жизнь, но её фирма работает, и её место там, в кабинете, возле компьютера и телефона.

Лизабет проводила подругу до двери офиса, пообещав заехать в обеденный перерыв. Марго глянула в зеркало, висящее в вестибюле. Лицо в норме, припухлостей на глазах не видно, тени наложены правильно.

— Здравствуйте, Марсия! — приветствовала она свою секретаршу.

— Здравствуйте, мадам! — ответила та. — У вас… посетительница… Извините…

У Марго внутри всколыхнулась волна неописуемой радости. Это Фарида! Она, как настоящая подруга, приехала посочувствовать ей, успокоить…

Маргарита открыла дверь. В её кресле сидела Старшая Жена Султана Али. Радость моментально испарилась, а сердце упало куда-то в пятки.

От Натачи не скрылись эмоции, промелькнувшие на лице Маргариты. Любая деловая женщина умеет скрывать свои чувства. Так какой же силы они должны быть, чтобы вырваться наружу и предстать на всеобщее обозрение. Правда, Марго быстро взяла себя в руки и уже через секунду маска спокойной невозмутимости овладела лицом.

— Что вы здесь делаете? — официальным тоном спросила она. — Не могли бы вы освободить моё место?

— Разумеется! — спокойно ответила Натача, вставая с кресла. Она прошлась по кабинету, потом сдвинула один из стульев так, что он оказался по ту сторону стола, где сидела Марго, и села, развернувшись в её сторону.

— Марго! — начала разговор Натача. — Скажи мне, пожалуйста, любишь ли ты ещё Али?

Она внимательно смотрела на бывшую младшую жену, на бурю чувств на её лице. Марго не могла ответить на этот вопрос. Она боялась, что сейчас расплачется, и вместо каких-либо слов смогла выдавить только какой-то глухой хрип.

— Ладно! Не говори! — распорядилась Натача. — Но у меня к тебе есть деловое предложение.

— Какое? — тихо спросила Маргарита.

— Согласно брачному договору ты получаешь некоторую долю от имущества Али. Договор составлен хитро: каждый год твой процент растёт и достигает максимума через пять лет. С момента твоей свадьбы прошли всего четыре месяца. С одной стороны, тебе не на что надеяться. Но, с другой стороны, если Али допустит по отношению к тебе оскорбительные действия — а он их позволил себе совершить привселюдно — ты вправе требовать компенсации в полном объёме.

Натача смотрела на Марго и не могла понять, слушает она или нет? На лице молодой женщины сейчас невозможно было ничего прочесть. Ровное дыхание. Даже пальцы не двигаются. Никакого дрожания, никакой нервозности. Спокойное лицо, как у статуи. Если бы она не была здесь минуту назад, ни за что не поверила бы в такое.

Марго задерживалась с ответом. Потом ровным голосом спросила:

— У вас в этом какой-то интерес?

— Разумеется! — ответила Натача. — Ты могла заметить, что всё имущество Али распределено по жёнам. Практически все предприятия Али — коллективная собственность всей семьи. Мы все управляем этим хозяйством, но Али постоянно кажется, что всем управляет он, что он полновластный и единственный хозяин, а мы так — бесплатное приложение. Это положение существует главным образом потому, что у Али есть его доля. Если он её лишится, то сразу станет податливый и кроткий, как ягнёнок.

Марго как будто облили кипятком. Натача строит заговор против мужа!

— Но как он может лишиться своей доли…

— Через пять лет он тебе мог бы накопить нужную сумму. Сейчас же, если ты подашь на него в суд, ему придётся расплачиваться из своих денег.

— Так ты хочешь поставить его на место?

— А ты разве нет? — Старшая Жена посмотрела на неё, прищурив глаза. Она увидела едва заметную улыбку, и это было всё.

Марго задумалась. Взгляд стал строгим и даже каким-то жёстким, если не сказать жестоким.

— Что для этого нужно?

— Всё это очень просто. Отправляешь заявление в суд. Контрольная сумма, цифровая печать… Обязательно с запросом о получении. Копия брачного договора… Всё!

Марго задумалась. Натача добавила:

— Только отправлять нужно прямо сейчас.

— Почему сейчас?

— Потому что сейчас у него уже есть процесс с Диксоном. Он не справится с двумя одновременно. Кроме того, тебе надо опередить Диксона, иначе он всё приберёт к рукам.

Марго опять замолчала на несколько минут.

— Ну? В чём дело? — спросила Натача.

— Я не буду этого делать!

— Почему? Он тебя прилюдно оскорбил! Я бы такое не простила.

— Всё равно не буду! — упрямо повторила Марго.

Неожиданно Натача рассмеялась.

— Успокойся! Мы всё правильно делаем! Никто не догадается, почему мы так делаем. Будут думать, что ты вымещаешь на нём свою злобу. А ты отправляй заявление. Ведь ты любишь Али?

У Марго вдруг задрожал подбородок. Она всхлипнула, шморгнула носом, потом лицо опять приняло безмятежный вид. Натача обхватила её за плечи, прижалась щекой к щеке и зашептала на ухо:

— Миленькая Марго! Мы всё делаем правильно. Эта несдержанность Али играет ему же на руку. Ты мне веришь?

Выяснение отношений между Брутом Диксоном и Али Мухаммедом растянулось на несколько недель. Дейла несколько раз вынудила судью переносить заседание. То требовались новые данные, то находились новые свидетели.

Наконец, дело сдвинулось с мёртвой точки и легко покатилось дальше. Председательствующий судья, подозрительно поглядывая поверх экранов-очков в зал, произнёс фразу "Суд удаляется на совещание". Совещание длилось недолго, судьи вошли в зал, уселись, председатель трижды постучал молотком.

Было объявлено, что Али должен возместить материальный ущерб истцу в размере ста миллиардов федеральных солей…

По залу пронёсся ропот.

К судье в этот момент подошёл секретарь и положил на стол бумажку. Через минуту председатель объявил перерыв, так и не произнеся заключительную фразу приговора.

После перерыва было озвучено новое решение суда. Стало известно, что Султан Али лишился всей своей собственности в результате другого судебного процесса. Теперь, поскольку он не может расплатиться с истцом, он объявлен банкротом и приговаривается к лишению свободы на срок в шесть месяцев. Ходатайство о замене заключения на условное отклонено.

Али прямо в зале взяли под стражу и увели. Натача скрипела зубами:

— Я испепелю эту планету! На ней даже микробов не останется!

— Успокойся! — сказала ей Дейла. — Там, где можно влиять на судей, как правило, легко покупается и персонал тюрем. Али спокойно отсидит свой срок и даже сможет с нами видеться каждый день. Нам важнее предотвратить дальнейшие наезды на наши филиалы и подразделения.

Пресса перемывала кости Али ещё неделю. Разбирали его развод с Королевой Марго, её неожиданное возвышение. Потом постепенно ажиотаж улёгся, и газеты, телевидео, Интернет переключились на более свежие новости. Оказалось, что певец Перишон развёлся со своей супругой, потому что она родила ребёнка от его приятеля. Народ бросился пережёвывать эту жвачку. Журналисты раскопали, что приятель был голубым, а поэтому не могла женщина от него забеременеть. Певец просто не мог иметь детей. К концу месяца выяснилось, что супружеская пара прибегла к процедуре искусственного оплодотворения, но персонал лечебницы что-то напутал. Страсти вспыхивали на страницах изданий и в новостях ещё чуть ли не три месяца, и про Султана Али как-то благополучно забыли. Впрочем, не все.

Глава 14

— Да-да! Входите! — буркнул Брут Диксон в ответ на несмело просунутую в дверной проём физиономию.

Босуорт прошёл к столу Диксона плывущей неслышной походкой и присел на краешек стула. Хозяин кабинета молча подтолкнул ему коробку сигар. Налёт подхалимской почтительности моментально улетучился. Малкольм спокойными уверенными движениями вынул сигару, срезал карманной гильотинкой кончик и раскурил её. Он откинулся на спинку стула и немного поёрзал, располагаясь поудобнее. Он ждал, когда Диксон заговорит первым.

— Честно говоря, я не совсем доволен вашей работой! — начал тот. — Вы мастерски всё разыграли, но… Во-первых, империя Али не развалилась, потому что его собственность распределена по жёнам…

— Здесь я бессилен что-либо сделать, — развёл руками Босуорт. — Этот способ сохранения имущества стар как мир, часто применяется и хорошо себя зарекомендовал. Но доля Али оказалась сосредоточена в регионе, где вы хотели его подвинуть. Теперь он вам не конкурент.

— Да! Он не конкурент… Он не конкурент! — неожиданно вскричал Брут Диксон. — Зато конкурентом стала Королева Марго, чёрт вас раздери, и её тоже!

— Неужели эта девчонка представляет собой такую опасность? — деланно изумился Малкольм Босуорт.

— Хм! — проворчал Диксон. — Если бы вы её не трогали, она сожрала бы Али сама, но они хоть годик ослабляли бы друг друга. А так…

— А так она сожрала Али в течение пары месяцев.

— Вот именно! Она в течение месяца удваивает свои доходы! Вы слыхали когда-нибудь о таком "экономическом чуде"? Забрав долю Али, она увеличила свои объёмы в пару десятков раз. Если правильно реорганизует бывшие филиалы мужа, то дальнейшие темпы роста…, - Диксон захлебнулся в хриплом кашле, — я даже затрудняюсь назвать. Она настигает меня, как гоночный флайер старую телегу!

Босуорт призадумался. Похоже, что он поставил не на ту лошадь. Марго раздавит Диксона, и плакал обещанный миллиард. Правда, половина его уже заплачена, но хорошо бы ещё получить и вторую половину… В другой ситуации Босуорт с удовольствием понаблюдал бы за её взлётом. Такое редко увидишь! Но сейчас Марго наносила урон не только Диксону, но и ему, Босуорту.

— Да-а-а! — протянул он. — Я не ожидал, что попадётся такой уникум. И главное, как легко ею было управлять. Очень эмоциональна… Правда, сейчас она стала чаще закрываться, как улитка в своём домике, но поначалу работать с ней было просто удовольствие.

— Ладно! Хватит лирики! — недовольно произнёс Диксон. — Вы в состоянии исправить ситуацию?

Босуорт ненадолго задумался.

— Конечно! Элементарно! Нужно только ваше согласие.

— Какое ещё согласие? — вспылил Диксон. — Вы наломали дров, вам и исправлять!

— Ну-у-у, это не совсем так, — на лице Босуорта проскользнула загадочная улыбка. — Маргарита Рошфор всплыла бы, независимо от того, что делали мы. Мне удалось использовать её способности, чтобы убрать Султана Али, но о ней самой речи не было. И вы, и я предполагали, что она, максимум, пустит состояние Али на ветер…

— Как же! — опять разразился недовольством Диксон. — Она подмяла под себя всю полицию, армейские чины к ней каждый день на доклад ходят, Президент раз в неделю приглашает на приёмы. Она купается сейчас в заказах, Парламент под неё законы издаёт, — он выдохнул со стоном, вынул из ящика стола карандашик и мазнул по лбу, не смущаясь посетителя. Ну его к чёрту! Они повязаны так, что можно не скрывать секреты, которые и так известны всем.

— Тем более! — вежливо напомнил собеседник. — Мы не договаривались, что будем как-то устранять Марго. Это отдельная работа, и отдельные деньги.

Диксон заёрзал. Он давно понял, куда клонит Босуорт, но делал вид, что ему невдомёк. Малкольм курил, не спеша, он знал, что его добыча от него не уйдёт. Диксон ещё поёрзал в кресле, повздыхал и выдавил:

— Ещё немного, и я вообще не смогу вам ничего предложить.

— Ну-ну! Не прибедняйтесь! Сейчас задача, в некоторой степени, стала проще. Я не требую от вас сумасшедших денег. Меня устроят 500 миллионов.

— Что? Пятьсот? Миллионов?

— Вы не ослышались. Да, задачка стала проще. Но не намного. Королева Марго стоит Султана Али!

— Да я за такие деньги найму целую армию убийц. Они весь город подорвут, а оставшихся в живых перережут.

— Не тешьте себя иллюзиями! Марго прошла подготовку на конкурсе невест Султана Али. Если вы помните, она сама обезоружила двух грабителей, легко… Её отдел безопасности — один из лучших в Галактике.

— И каким же образом вы с нею справитесь? — поинтересовался Диксон.

— А вот это мой секрет! — хитро улыбнулся Босуорт. — Так каким будет ваш ответ?

Брут Диксон колебался. Он разорил множество мелких фирм и успел заметить, что с женщинами лучше не связываться. У мужчин иногда тоже бывают приступы мстительности, но у женщин они приобретают маниакальную форму. Ему удалось отбиться от нескольких разорившихся хозяек с помощью своих судей и полиции. Но что будет, если он попытается нагло наехать на "Королеву Марго".

— Вы обещаете сделать всё аккуратно?

— Конечно! Она не узнает даже, почему с ней это произошло.

— А если полиция затеет расследование?

— Они спишут всё на случайность. Гарантирую!

— Ну, хорошо! Уговорили! — согласился Диксон после небольшой паузы. — И вот после исчезновения Марго я с вами расчитаюсь.

— Искренне на это надеюсь, — ответил Босуорт. — Всего хорошего!

Сев в машину и выбрав в автопилоте нужный маршрут, Малкольм Босуорт уже решал новую задачу. Ему для этого не понадобились даже его эксперты. С ними он рассчитался за ту работу, а за эту получит сам. Если только Диксон не вздумает опять юлить. Но, если такое ему придёт в голову, пусть пеняет на себя. У Босуорта оставался ещё один запасной ход. Он был почти уверен, что ему придётся им воспользоваться.

Марго возвращалась с совещания, где управляющие докладывали об итогах работы всех подразделений. Они это делали каждую неделю. Такой порядок Маргарита ввела с самого начала. Были ещё оперативные совещания каждое утро, длительностью не более десяти-пятнадцати минут. Иногда Марго искала выход из сложной ситуации, а иногда всё шло гладко. В такие дни ей делать было нечего. Чётко отлаженная машина крупного производства вертелась сама. Тогда она оставляла всё на Марсию и уезжала загорать на пляж, бродить по магазинам или к подруге Бетти.

Лизабет иногда вздыхала, встречаясь с ней.

— Ты стала такой важной дамой! — говорила она.

— А ты что, меня боишься? — спрашивала Марго.

Это были только шутки. Отношения с Лиз были такие же хорошие, хотя Марго и ощущала некоторую неловкость со стороны подруги. Да! Она стала очень крупной фигурой на Самме. Скоро станет такой и в других мирах.

До недавних пор такой же фигурой был Султан Али. Теперь Али отсиживал свой срок, Марго не встречалась ни с кем из его жён. Охрана была у неё своя собственная, но иногда ей казалось, что за ней ходит или летает "хвост". Правда, это не был фургон "Местные экскурсии". Марго казалось, что она контролирует на этой планете всех, но покидая магазин, она не могла отделаться от мысли, что продавщица, набирая номер на своём мобильном телефоне, кому-то докладывает о её перемещениях. Какие-то подростки, пролетая на "мётлах" мимо её машины, как будто наблюдают за ней. Полисмен докладывает по рации о том, что она проехала по такой-то улице. Официант в ресторане что-то говорит бармену за стойкой, и тот тоже кому-то звонит. Это или паранойя или…

Однажды ей пришло в голову позвонить Натаче. Ведь сейчас по её просьбе могли смягчить режим Али Мухаммеду. Как-никак, а в тюрьме он отчасти по её вине. Она несколько раз набирала номер Натачи, но телефон то оказывался заблокированным, то звонок сбрасывали. После неизвестно какого по счёту звонка Натача буркнула в трубку: "Вам не стоит сюда звонить! Нам не о чем разговаривать!"

Марго расстроилась, но и удивилась. Ей казалось, что они на одной стороне. Марго впервые за много месяцев уселась перед телевизором и тупо смотрела какой-то бесконечный сериал.

Утром секретарша ей перебросила несколько пришедших писем.

— Мадам! Посмотрите на это. Оно мне совсем не нравится — анонимка.

У письма вообще не было ни подписи, ни обратного адреса, но Марго заподозрила, что его автор — "доброжелатель". В письме сообщалось о нарушениях в управлении одним из новых филиалов. Ничего больше. Впрочем, возможно, что кто-то надеется продвинуться на следующую ступеньку карьерной лестницы.

Марго задумалась. Что может случиться страшного, если она навестит этот филиал? Она в любой момент могла бы слетать туда. Это даже необходимо. Непосредственное общение позволит ей понять, кто управляет предприятиями на местах. Она глянула в ежедневник, вот — через неделю у неё будет время. В три-четыре дня она управится. Решено! Она позвонила своему заместителю, предупредила Марсию, начальника охраны. Тот настаивал на десятке человек сопровождения, но Марго подняла его на смех… Они спорили почти полчаса. Закончился спор компромисом, пять человек и ни одним меньше!

Марго, устраиваясь в купе-люкс скоростного лайнера, поинтересовалась у секретарши:

— Марсия, кто нас будет встречать?

— Мне кажется, что приедет не менее полусотни человек. По телефону я смогла только понять, что они все ужасно перепугались.

— С чего бы это?

— Самая первая причина — возможные перетасовки в руководстве и увольнения.

— Но я не увольняю просто так!

— Они вас ещё не знают. Но знают, как вы обошлись с Али. Они воображают вас монстром.

— Если они плохо работают, то я для них буду и монстром и концом света.

— Но этих людей подбирал Султан Али… Возможно, что кто-то из его жён.

— Вы полагаете, они не допускают ошибок?

По внутренней связи стюардесса объявила взлёт и попросила пассажиров на всякий случай занять сидячее положение и пристегнуться. Через пять минут она сообщила, что взлёт прошёл нормально, можно вставать и ходить.

Раздался звонок — это начальник охраны, Дэн Рувэ, интересовался их самочувствием. Заодно он спросил, не нужно ли чего.

— Я хочу отдохнуть и поэтому прошу меня не беспокоить, — ответила Марго, устраиваясь на постели. Почти сутки полёта, связи нет, можно только отдыхать.

Секретарша не знала, чем себя занять. Она вертелась на постели, пытаясь заснуть, но спать было рано. Она пыталась читать какую-то приключенческую книжонку, но было похоже, что чтение не давалось. Наконец, помучившись, она спросила:

— Мадам! Я вам не нужна сейчас? Хочу пройтись.

Марго отпустила её, а сама лежала в блаженной полудрёме, наслаждаясь покоем и тишиной. Собственно, настоящей тишины не было, вся конструкция лайнера слегка вибрировала, разнося по отсекам шум различных агрегатов, но этот шум можно было легко перестать замечать. В быту люди давно перестали обращать внимание на шум водяных насосов, приводы лифтов, дверей, кондиционеров, вентиляторов и прочих необходимых механизмов. Агрегаты лайнера, в том числе и его основные двигатели, издавали шум не больший, чем бытовая техника.

Через три часа Марсия вернулась и предложила поужинать. Марго согласилась.

Они сходили в ресторан, где просидели ещё пару часов. Меню было без выкрутасов: пицца с рыбой, пицца с сыром, пицца с мясом и томатами, пицца с овощами. Был неплохой набор вин, но Марго ограничилась бокалом красного, Марсия отказалась. Охрана, сидящая за соседним столиком, позволила себе по кружке пива.

После ужина Марго сразу легла спать. Из соседней каюты едва слышно доносились голоса бодрствующих охранников — как минимум, двое из них должны всегда быть начеку. Через четверть часа Маргарита уснула, убаюканная мерным гулом звездолёта.

Она не сразу поняла, почему проснулась. Стояла полная тишина, которая не характерна для нормального полёта. Где-то далеко что-то лязгнуло, и опять всё стихло.

За стенкой голос охранника кому-то докладывал: "Я не знаю, что у них произошло, но мне это не нравится!"

Марго встала и начала одеваться. Вдруг ожили динамики, и испуганный, запинающийся голос стюардессы произнёс:

— Уважаемые господа! Убедительно вас прошу не беспокоиться. Мы по причине отказа в навигационной аппаратуре попали в другой район Галактики. Нас сопровождает местный военный патруль. Просьба всем одеться, взять свои вещи и проследовать на выход.

Динамики смолкли и опять воцарила пугающая тишина. Кто-то постучал в дверь. Это оказался Дэн Рувэ.

— Мадам, я опасаюсь, что нас захватили пираты.

— Но стюардесса сказала…

— Её заставили говорить.

— Какие у нас варианты?

— Если мы останемся здесь и затаимся, нас всё равно отыщут. У них хорошие сканеры. Если принять бой…

— Можете не продолжать, — ответила Марго. Для неё ситуация была понятной сразу. Она надеялась, что вдруг что-то упустила, вдруг есть выход. Выход был только один, если исключить заведомую смерть. — Тогда идём?

Они все вместе двинулись к главному шлюзу. По дороге нагнали группу девушек, которые весело щебетали и хихикали. Похоже, им нравилось это приключение.

"Если бы вы знали, куда влипли" — подумала Марго сочувственно.

Девушки были, как с конкурса красоты, подкрашенные, в хорошо сшитых на заказ платьях. Марго почему-то бросилась в глаза рука одной из них: коротко подстриженные ногти и какие-то исцарапанные пальцы.

Возле шлюза образовалась приличная толпа, которая медленно продвигалась наружу. Точнее было бы сказать, — из одного корабля в другой. То, куда они все попали, действительно было похоже на патрульный корабль, правда, довольно крупный. В коридоре вдоль всего маршрута следования стояли люди в военной форме с короткоствольными автоматами. Правда, если они и были в чьей-то армии, то скорее всего это была армия разгильдяев. Форма была разной, обувь тоже была разной, различались головные уборы. Одни вояки были стрижены налысо, другие имели длинные волосы, у кого-то волосы были схвачены сзади в хвостик. Были бородачи.

Всех пассажиров собрали в каком-то тесном зале. Через некоторое время туда ввели экипаж лайнера. К капитану бросились с вопросами, но в этот момент на небольшой помост вышел один из военных и громко объявил:

— Господа! Ваш корабль по воле всевышнего оказался в пространстве нашего мира. Теперь вы — наша добыча. Не вздумайте оказывать сопротивление! Этим вы только сделаете хуже себе и другим. Покладистый характер существенно облегчит вашу участь. В этом случае вы можете попасть к добродушному господину. В противном случае…

По мере осознания того, что он говорил, среди пассажиров нарастал ропот. Один из мужчин выступил вперёд и крикнул:

— Что вы себе позволяете?

Его голос заглушил выстрел. Толпа отхлынула в стороны от падающего человека. Некоторые пассажиры с ужасом рассматривали на своей одежде капли крови.

— В противном случае, — повторил военный, — вы будете убиты на месте. Капрал! Пересчитайте пассажиров, все ли здесь?

Марго увидела, как Дэн Рувэ подошёл к капитану лайнера, перебросился с ним парой фраз и вернулся обратно.

— Что хорошего вы нам скажете? — спросила Марго.

— Боюсь, что хорошего мало, — ответил тот. — Мы попали на Лурр.

Марго в который раз заметила, что окружающий мир как будто отодвинулся куда-то в даль. Она как будто наблюдала за собой со стороны. И всё это происходит не с ней, а с какой-то другой женщиной.

Она слышала не раз, что такое этот Лурр. Мерзкая планета, которую не стали заселять, во всяком случае, официально. Планета была признана опасной для жизни. Никто не финансировал её развития. Никто не взялся строить здесь города, предприятия. Но люди сюда почему-то прилетали. Многие брали билет на последние деньги, а купить обратный уже не могли. Причина была простой — полное отсутствие привычной для большинства работы. Те же, кто смог зарабатывать на Лурре, не хотели покидать этот ужасный мир, поскольку их умения в других местах вряд ли пригодились бы. Кроме того, за эти "умения" в других мирах их ждала тюрьма или даже смертная казнь. Лурр был миром рабов и рабовладельцев, а ещё Лурр был миром ужасных паразитов и их жертв. Человек, побывавший на Лурре, должен был проходить строгий карантин и тяжёлые процедуры лечения.

Местное население было поголовно заражено паразитами. Никакие меры предосторожности не гарантировали защиты от них. Кто-то пытался выгонять заразу крепкими алкогольными напитками, настойками разных трав, кто-то пытался изолироваться от окружающих. Однако, на Лурре даже воздух был, как будто, заразным. Паразитов переносили всякие кровососы: насекомые, похожие на комаров, мелкие твари, наподобие постельных клопов, даже местные "муравьи", которые тоже были кровососущими.

Особые опасения учёных, которые исследовали планету, вызвали крохотные личинки, которые питались любыми живыми существами, и которые откладывали яйца в лёгких. С мокротой эти яйца разлетались по воздуху, заражая всё вокруг. На Лурре часто можно встретить людей в марлевых повязках или респираторах, но это характерно для тех, кто ещё не заразился. Заражённые ходили, как ни в чём ни бывало, кашляли и чихали в буквальном смысле на всех.

На Лурре был Чистый город. Его жители пытались противостоять инфекциям. Система вентиляции Чистого города имела встроенные средства обеззараживания. Вода тоже тщательно обрабатывалась. Эти меры существенно снижали заболеваемость и позволяли новичкам продержаться здоровыми довольно долго. Богачи могли рассчитывать на мощь местной медицины, которая какими-то ужасными химикатами на время убивала зловредных гостей, людям со скромным достатком рассчитывать было не на что. Смертность здесь была высокой, трупы сжигались в обязательном порядке в специальных солнечных печах. Естественно, что печи располагались на открытой местности. Живущие вне города иногда подсовывали в эти печи своих покойников, но обслуга не обращала на это внимания. Гораздо хуже было то, что некоторые секты устраивали в этих печах сожжение своих осуждённых. Но, в основном, и на эти события закрывали глаза.

Марго заметила, что вояки затеяли сортировку пленных: отдельно женщины, отдельно мужчины… К главарю подошёл один из младших офицеров и что-то сказал. Марго удивилась, так как услышала их речь. О-о-о! Это же работают ком-очки!

— Среди пассажиров нет стариков, — сказал офицер.

— Чудесно! Хорошо заработаем на них.

— Что-то подозрительно. И детей нет.

— Не дури! Список пассажиров есть?

— Да! С ними летит Маргарита Рошфор, — офицер показал пальцем на Марго.

— Может быть хороший выкуп, — главарь потёр руки.

— Она же жена Султана Али!

— Бывшая!

— У Али не бывает бывших. Я бы затолкал всех их обратно и ручкой помахал.

— Идиот! Это такие бабки! А ты что, трусишь? — главарь криво усмехнулся.

— Предчувствие нехорошее. А оно меня ещё ни разу не подвело.

Некоторые пассажиры не желали вести себя как послушные овечки. Несколько человек пытались наброситься на солдат. Тогда главарь выбрал из них одного, один из его команды, одетый в защитный костюм, мазнул выбранную жертву кисточкой за ухом, после чего солдаты увели его.

Главарь, всё так же усмехаясь, громко сказал:

— Те, кто не будет подчиняться приказам моим или моих людей, будет подвергнут такой же казни. Результат вы сможете увидеть через несколько часов.

Сортировка людей продолжилась и почему-то никто уже не сопротивлялся. Всем захваченным пассажирам на шею одели кольца с какими-то кодами, а затем всех вместе провели по коридору в какой-то отсек.

Похоже, что это был изолятор для инфицированных больных. Толстая стеклянная перегородка отделяла часть помещения. Там стоял стол-каталка, застеленный зелёной клеёнкой. На этой клеёнке лежал человек, вернее — то, что от него осталось. По этой массе, отдалённо похожей на человека, ползали мириады червей, пожирая остатки плоти. Кому-то стало плохо. Некоторые женщины рухнули в обморок.

— Теперь вы поняли, что не стоит портить со мной отношения, — сказал главарь. — Будете хорошо себя вести, проживёте долгую жизнь.

На самом деле долгой жизнь могла быть не у всех. На планете, где любая хозяйственная деятельность была связана с риском заразиться, только рабы занимались ею. И, естественно, их жизнь была очень короткой.

Глава 15

— Добро пожаловать, господин прокурор! — произнёс сержант и протянул руку, чтобы взять карточку разового пропуска.

Он сунул карточку в специальную машинку, которая проверила её подлинность и добавила в узор на её поверхности едва уловимые штрихи, означающие, что пропуском воспользовались и больше он для прохода не пригоден. Тюрьма есть тюрьма! Всё строго!

Пока прокурор терпеливо ждал завершения необходимых формальностей, за его спиной громыхнула тяжёлая металлическая дверь, зацокали каблучками лёгкие женские шаги, и волна тонких чарующих духов окатила его. Сержант расплылся в улыбке:

— О, мадам! — он козырнул кому-то.

Прокурор недоумевающе оглянулся. Волшебная фея, в шелках, в золотых украшениях с множеством драгоценных камней, с обворожительной улыбкой положила на столик пакет с ароматными фруктами.

— Угощайтесь, Мопертюи! А кто этот господин? — её живые карие глазки пробежались по фигуре прокурора. — О! Да вы же Шарль Котильон, прокурор!

— Да, мадам! Я к вашему мужу.

— Так идёмте. Вы его уже оформили, сержант?

"Чёрт возьми!" — подумал прокурор. — "Кажется, будто я заключённый, а она — как минимум, комендант". Это безобразие, конечно, но сложившуюся систему сломать за один раз невозможно, и Али этим обстоятельством вовсю пользуется.

Котильон прошёл за женой Али, которая вела себя здесь, как настоящая хозяйка. Она обменялась приветствиями со всеми встречными охранниками. Охранники пропускали её, жену заключённого, но требовали пропуск от него, прокурора!

Ну, конечно, камера у Султана Али тоже была соответствующей. Она вся была задрапирована тканями, устелена коврами, на коврах лежали кучи подушек, а на подушках сидел сам Али в окружении четырёх жён. На женщинах были тонкие шёлковые шальвары, полупрозрачные рубашки с короткими рукавами. На руках — браслеты, на шее — монисто или золотые цепочки. Словом, выглядели они, как настоящие восточные женщины, изнеженные и избалованные.

— Какие люди! — воскликнул Султан Али, всплеснув руками. — Назирэ! Помоги гостю сесть! Хафиза, чаю!

— Сесть я ещё успею, — пробормотал прокурор. — А вот присесть можно.

Он кое-как примостился на подушках, подобрав под себя ноги. Прямо перед ним, словно по мановению волшебной палочки, появился низенький столик с сладостями и фруктами. Чьи-то руки поставили чашечку и налили густой душистый чай. К аромату чая добавился едва заметный, терпкий запах женского тела, и у Шарля Котильона перехватило дыхание. Какая-то полупрозрачная лента скользнула по его руке, и в глазах потемнело. Звучала тихая музыка, будто убаюкивая. Прокурор встряхнулся, отхлебнул немного напитка.

Он знал, что на самом деле жёны Али одеваются почти как все женщины Саммы. Несколько раз на сайте новостей ему встречались их фото в камуфляжной форме. На многих эти фото действовали сильнее, чем танцы стриптизёрш: резкий контраст между нежным женским личиком, которому даже не нужен макияж, и орудиями смерти, которое они держали в руках. А полосы боевой раскраски на лице вообще сводили с ума. Та одежда, в которую жёны Али были одеты сейчас, тоже выполняла определённую роль. Она очаровывала, отвлекала. Невозможно было поверить, что эти воздушные создания способны скрутить кому-то голову или даже просто сказать грубое слово. Но прокурор знал, насколько обманчива их внешность. Удивительно, что они не отбили Али силой прямо в здании суда. Значит, такое положение вещей их устраивает.

Шарль Котильон ещё отхлебнул чаю и протяжно, с присвистом выдохнул, выражая этим своё удовольствие от хорошего напитка. Сидевшая слева от Али старшая жена внимательно на него смотрела, давая понять, что пора начинать разговор.

— Чудесный чай! — произнёс прокурор и чуть отодвинул чашечку. — Вчера я получил ответ из Верховного суда Саммы… Они удовлетворили ваше ходатайство о сокращении срока заключения. И ещё… Истец удовлетворился уплатой ему десятой части требуемой суммы. Завтра вам оформят все необходимые документы и вы можете быть свободны.

Али с улыбкой кивнул.

— Я всегда верил в высшую справедливость и в то, что правосудие возьмёт верх.

В его словах ощущался двойной смысл, но прокурор не стал вникать в тонкости.

— Арест с вашего корабля снят и вы беспрепятственно можете им пользоваться.

Прокурор не знал, что ещё можно было бы сказать. Все его слова — пустая болтовня, формальность. И Али тоже только делает вид, что сидит в тюрьме. Его корабль мог бы проутюжить Самму так, что потребовалось бы вмешательство терраформистов. Али мог бы плюнуть на приговоры любых судов, так нет же — делает вид, что отбывает наказание. Впрочем, он получил в пользование целую планету, вот и тренируется быть справедливым владыкой. "Закон един для всех". Правда, тех, кто его судил, уже успели отправить на пенсию. Он, Котильон, не раз сталкивался с их произволом, но ничего не мог поделать. А Али убрал их играючи, сидя в тюрьме.

— Вы не откажетесь разделить с нами ужин? — вдруг спросил Али. — Такой повод грех не отметить!

Котильон глянул на наручные часы. В принципе, рабочий день уже окончен и, если кого-нибудь не убьют на улице, он мог бы быть свободен.

— Не откажусь! — кивнул он головой.

— Натача! — ворчливым тоном произнёс Али. — Может быть хватит играть в древний Восток? У меня уже ноги затекли.

Женщины вспорхнули, как бабочки, освобождая место. Откуда-то появился довольно большой стол, нормальные стулья, скатерть, тарелки, вилки и ложки, керамические рюмочки. Посредине стола появился высокий сосуд с тонким горлышком. Али взял сосуд и налил его содержимое прокурору и себе. В воздухе запахло хорошим коньяком.

Жёны Али тоже уселись за стол. Старшая жена побарабанила пальцами по поверхности стола. Её прищуренные глаза смотрели на мужа.

— Али! Дамам наливают в первую очередь!

Али поиграл с женой в гляделки, потом с некоторой неохотой налил и жёнам. Котильон на миг ощутил себя мухой, попавшей между половинками динамического кузнечного молота. Натача прекратила барабанить пальцами, и это чувство прошло.

— За справедливость! — сказала старшая жена, поднимая свою рюмку. — В смысле: чтобы она восторжествовала!

— А разве… — Али глянул на Натачу, — нет?

— Ещё всё впереди! — образ загадочной восточной женщины испарился. Теперь это был командир боевого подразделения, только почему-то одетый в шёлковые полупрозрачные одежды. Эта полупрозрачность создавала иллюзию, будто сквозь ткань видно тело. На самом деле даже контуры были размыты, но воображение дорисовывало недостающие детали. Шарль Котильон старался не смотреть на жён Али. Это стоило ему больших усилий. Коллеги рассказывали историю, что кто-то из мужчин слишком откровенно разглядывал Натачу, и она через полминуты, взяв его одной рукой за галстук, прошипела "А в глаз?!" Заигрывать с жёнами Али было равносильно заигрыванию с кобрами.

Собственно, ему, прокурору, намекнули, что этим визитом он засвидетельствует своё хорошее отношение к Султану и сможет убедиться, что неожиданное "счастье" в виде преждевременной пенсии ему не грозит.

Прокурор задержался у Али допоздна. Приходил начальник охраны, начал требовать, чтобы прокурор соблюдал режим. Одна из жён объявила ему, что Али завтра выходит, угостила коньяком и дала с собой ещё несколько бутылок. Начальник сразу сильно подобрел и заявил, что прокурор может сидеть сколько ему угодно, после чего рассмеялся, довольный своей шутке. Уходя по коридору, он напевал какую-то весёлую мелодию.

Котильон покидал тюрьму уже в глубоких сумерках. Два сержанта провожали его до ворот. Они тоже были навеселе, но в пределах приличия. А прокурор шёл только благодаря двум плечам, на которые мог опираться. Эти два мордоворота казались ему необыкновенно симпатичными и он сочувствовал тому, что им досталась такая неблагодарная работа. И его потянуло с ними пооткровенничать:

— Представляете, ребята? Этот Али, в сущности, такой же простой человек, как и мы. Вы знаете, он рассказал мне интересный анекдот… Идёт патруль по городу и встречает пьяного…

Малкольм Босуорт опять сидел в кабинете Брута Диксона. Тот опять был в плохом настроении, уже не стесняясь мазал себе лоб наркотическим карандашом, и постоянно бурчал:

— Я почти на нуле. Мне пришлось согласиться на выплату Султаном Али десятой части того, что положено по решению суда. Марго исчезла, но её предприятия исправно увеличивают оборот и свои доходы. Они теснят меня с рынка. Они давят меня, как пресс давит сок из яблок. Я только в прошлом месяце уволил десять процентов своих работников. Я близок к катастрофе! А вы требуете с меня плату за работу, которая принесла мне пшик. Скажите, за что вы требуете плату?

— Мы с вами договорились, — стараясь сдержать раздражение, напоминал Босуорт, — что я устраняю Королеву Марго. Ваши условия были такими. Я должен был её устранить и ничего более!

— Но я по-прежнему падаю в пропасть! — запричитал Диксон. — Из под меня выдернули стул, как из под висельника!

— А это уже ваши проблемы! — огрызнулся Босуорт. — Меня не интересует, зачем вам нужно устранять Марго. Я выполнил свою задачу. Заплатите мне за выполненную работу!

Диксон насупился.

— Её собственность до конца года будет под надзором суда. Только после этого можно будет отсудить какую-то долю по искам. Тогда вы и получите оговоренную сумму.

К удивлению Диксона, Босуорт кивнул головой и встал, чтобы попрощаться. Когда дверь за ним закрылась, Диксон вздохнул. У него не было сомнений, что Босуорт будет одним из первых, кто подтолкнёт его к краю пропасти. Он достал из стола заветный карандашик и провёл им по лбу. Он ощутил облегчение и даже какую-то радость. На остальное ему было наплевать.

— Али! С тобой хочет поговорить Малкольм Босуорт, — голос вахтенной Эллиды прозвучал в телефонах ком-очков.

— О-о-о? Соединяй! — Али отодвинулся от стола-планшета, на котором он рассматривал маршрут движения лайнера, вместе с которым исчезла Марго.

Босуорт появился в виртуальном пространстве его очков. Он выглядел именно так, как Али привык его видеть в электронном досье: прилизанный, в белом пиджаке с цветастым узором. Правда, в досье Босуорт выглядел подобострастным и угодливым. Сейчас он имел вид рассудительного предпринимателя. И он сразу начал с главного.

— Здравствуйте, Али! Я приношу вам свои извинения, поскольку был вынужден согласно договору играть против вас. Но эта игра давно вышла за рамки дозволенного…

— Вам не заплатили? — в лоб спросил Али.

Босуорт на пару секунд замешкался, затем продолжил:

— Мой наниматель меня нагло кинул. Я готов предоставить вам всю информацию по данному делу. Не бесплатно, конечно…

— И какого типа эта информация?

— Имя заказчика…

— Я его знаю! — осадил его Али.

— Цель и характер действий…

— Я это тоже знаю!

Босуорт решил сильнее раскрыть карты:

— Но вы, наверное, не знаете, что Маргарита Рошфор не имела против вас злого умысла. Это наши действия создали иллюзию, будто она играла против вас. И…, - Босуорт на несколько секунд запнулся, — мне кажется, что она искренне вас любит.

Али, выслушав эти слова, погрузился в размышления. Затем спросил:

— Её исчезновение — ваших рук дело?

— Да! Мой агент вывел из строя навигационную аппаратуру. Скачок в пространстве привёл лайнер в непредусмотренный район Галактики. Вернее — в предусмотренный.

— Могу примерно представить, в какой, — хмыкнул Али. — Район, откуда они не могут послать сообщение по гиперсвязи. Вотчина одного из пары тысяч царьков или князьков местного масштаба, не подчиняющихся Солнечной Федерации.

— Совершенно верно! — Босуорт замолчал, давая возможность созреть мыслям собеседника.

— И во сколько вы оцениваете свои сведения о нынешнем положении лайнера?

— М-м-м! — Босуорт сделал вид, что раздумывает, хотя сумма уже давно приобрела законченный вид. — Я полагаю, что 500 миллионов солей для вас не будут в тягость?

Али думал недолго, чем убедил Босуорта, что не только Марго влюблена в Али. Впрочем, если он делает это из мести, то это уже не его, Босуорта, проблема.

— Меня устраивает ваша сумма, — на лице Султана Али невозможно было прочесть каких-либо эмоций. — Так где же это место?

— Не могли бы вы показать мне карточку, на которой числилась бы названная мною сумма?

— Я могу перебросить её на ваш электронный кошелёк. Может, вас это больше устроит? — Али набрал необходимые данные на своём кошельке.

— Ну хорошо! — согласился Босуорт. — Вы уважаемый человек. Не то, что Диксон. Я назову вам это место. Марго вместе с лайнером оказалась в плену на Лурре.

Несколько секунд длилось затишье, а потом…

— У-у-у! — взвыл Али. — Ах, ты, мерзавец! Подлый шакал! О-о-о! Если бы я не обещал тебе эту сумму… Но я не обещал тебе сохранить твою гнусную жизнь!

У Босуорта душа провалилась в пятки. Али — не тот человек, угрозами которого можно пренебречь. Но судьба смилостивилась над ним. Али сглотнул воздух и сказал:

— Впрочем, если Марго окажется жива и здорова, я пощажу тебя! — он натиснул кнопку перевода денег и отключил связь.

Босуорт перевёл дыхание, осознавая то, что произошло. Прозвучал сигнал: это кошелёк показал, что деньги приняты. Ровно пол-миллиарда. Будет, на что отдохнуть полсотни лет.

Босуорт призадумался. А ведь Али тоже любит Марго. Дай Бог, чтобы он успел её вызволить! Будет тогда, что рассказывать внукам. Не каждому выпадает такая честь — женить Султана Али, да ещё дважды. Если всё обернётся благополучно, то второй свадьбы не миновать. А Босуорту, почему-то казалось, что всё окончится благополучно. Сейчас, когда его жажда наживы оказалась удовлетворённой, он сочувствовал и Али, и Марго. Нет! Он не будет больше так рисковать! Всего минуту назад его жизнь висела на волоске. Не стоит испытывать божье терпение дважды.

На следующий день он сходил в церковь на исповедь, передал настоятелю аж целых две тысячи на приюты для нуждающихся и решил, что с этого дня у него началась новая жизнь.

Глава 16

Камаль Малей испытал раздражение, когда в зал вошёл, склонившись, его визирь. Малей махнул рукой и танцовщицы замерли, смолкли звуки музыкальных инструментов.

— Что случилось? — ворчливо спросил он, приподнявшись с мягких атласных подушек.

— Господин! У вас просит аудиенции капитан Гаррисон. — Визирь застыл неподвижно, ожидая ответа.

— О! Пусть войдёт! — он снова махнул рукой. Танцовщицы и музыканты бесшумно удалились.

Визирь попятился назад, пока не оказался напротив входной двери, развернулся и кому-то кивнул. Послышался грузный топот тяжёлых сапог и в зал вошёл крупный мужчина в тёмно-синей форме, которая сияла множеством золочёных нашивок, шнурочков, кантиков. У капитана были ещё пышные эполеты, как будто скопированные с мундиров 19-го века, куча орденских ленточек и целый иконостас из разного рода орденов и медалей. Малей иронично улыбнулся — эти "награды" не были заработаны на службе у правительства какой-либо планеты, а приобретены банальным грабежом. Так называемый "капитан" Гаррисон запросто присваивал себе то, что случайно оказывалось среди его добычи. Гаррисон грабил в околопланетном пространстве Лурра случайно оказавшиеся там корабли и продавал пленных Малею.

— Камаль! Дружище! — Гаррисон развёл руки в стороны, а затем обхватил хозяина, как медведь обхватывает свою жертву. — Как я рад тебя видеть!

— Здравствуй-здравствуй! — Малей махнул рукой слуге, и тот быстренько придвинул гостю большое удобное кресло. — Ну что? Чем порадуешь? Я слышал, что ты снял хороший урожай? — Он указал на столик с кальяном, который поднесли слуги. — Попробуй! Это нечто новое!

Гаррисон кивнул головой, взял в рот мундштук и затянулся, прикрыв глаза. Через минуту он опять открыл их.

— Да! Это… нечто! Хорошо пробирает! — Он опять затянулся.

Малей не торопил гостя. Дела никуда не денутся. В этом мире только Гаррисон безраздельно хозяйничает в околопланетном пространстве, и только Камаль Малей покупает у него пленных, чтобы перепродать их на внутреннем рынке. Всё благополучие этого мира держится на них: капитане Гаррисоне и торговце Малее. Будет мало пленных, значит будет мало рабов, и они будут стоить дорого. Но денежки всё равно будут.

Капитан отодвинул от себя мундштук и ешё несколько минут сидел в блаженном состоянии.

— Да! Я взял в этот раз хорошую добычу! Почти три сотни человек. Заблудившийся лайнер. Аппаратура отказала… Много молодых женщин…

— О? — Малей оживился. — Я могу посмотреть?

— Ну конечно! — Гаррисон вынул из нагрудного кармана коммуникатор с голографическим проектором и направил его немного в сторону от себя. — Полагаю, тебе они понравятся.

Он начал демонстрировать объёмные снимки захваченных пассажиров. Камаль Малей рассматривал их внимательно. Мужчины достаточно молодые и крепкие, чтобы за них дали настоящую цену. Женщины в основной массе — молодые и красивые.

— Ну как? — спросил Гаррисон, когда просмотр закончился.

Он ожидал восторгов, но их почему-то не последовало. Малей сидел, задумавшись, и оттопыривал верхнюю губу. Капитан по своему опыту уже знал, что это плохой признак.

— А ну-ка, я хочу посмотреть всё это ещё раз! — распорядился торговец.

В этот раз он сам взял в руки проектор и очень медленно просмотрел снимки, подолгу задерживаясь на каждом из них, иногда по нескольку раз возвращаясь назад.

— Что такое? Что тебя смущает? — не выдержал, наконец, капитан.

Малей насупился. Он долго о чём-то думал, вздыхал, опять начинал прокручивать снимки.

— Дорогой! — наконец, он нарушил молчание. — Что я тебе такого сделал? Разве я тебе мало платил?

Капитан от неожиданности замер, хлопая веками.

— Что та… Я не понял! Ты это о чём?

— Я тебе мешаю? — продолжал Камаль Малей. — Ты решил меня сжить со света?

— Да что случилось? — капитан затряс головой. — Ничего не понимаю!

— Кто это? — торговец показал один из снимков. — Ты мне ответь, кто это?

На снимке была очаровательная девушка.

— П-п-пассажирка! — в смятении пробормотал Гаррисон. — Тебя интересуют её имя и фамилия?

— Нет! — отрезал Малей, снова начавший пролистывание снимков. — И меня не интересуют имена и фамилии всех этих людей. Меня интересует имя и фамилия человека, из-за которого они все были на этом лайнере.

Капитан поперхнулся.

— Ты хочешь сказать, что все эти люди летели этим лайнером только с одной целью?

— Это же очевидно! Ты посмотри на них!

Гаррисон пожал плечами.

— Я ничего особенного не замечаю.

Малей хмыкнул и снова принялся листать снимки.

— Посмотри на этих мужчин! А эти девушки… Правду говоря, я не позавидую тому глупцу, который их купит… У тебя есть список пассажиров? — вдруг спросил он.

Капитан на несколько минут замешкался, но потом кивнул головой. Он нашёл в коммуникаторе нужный документ и вывел его на проектор. Малей быстро пробежал его глазами, потом откинулся на подушки.

— Ты хочешь сказать, что не обратил внимание на вот это? — он ткнул толстым пальцем куда-то в средину списка.

Капитан изобразил беззаботность. Он даже не стал присматриваться к этому списку, потому что заранее знал, кто привлёк внимание Малея, но до последнего надеялся, что удастся выкрутиться. Он повертел в воздухе ладонью.

— Дружище! По-моему, ты слишком всё драматизируешь. А может, ты не знаешь последних новостей? Я знал про Маргариту Рошфор, что она летит на этом корабле. Ну и что из этого? Она разругалась и развелась со своим мужем. Она отсудила у него чуть не всё его состояние. Ему даже на руку её исчезновение…

— Идиот! — Камаль Малей ухватился за голову. — При чём здесь её муж? Она сама по себе как гремучая змея у тебя под подушкой. И с ней две с лишним сотни её охраны. Они вместе представляют собой угрозу для всего нашего мира. Чтобы скинуть правительство достаточно полтора десятка обученных людей. А что сделают две сотни профессиональных диверсантов?

— Ты шутишь! — недоверчиво прохрипел Гаррисон. — Какие две сотни? Да они всю нашу команду просто смели бы. Если они проходили подготовку у Султана Али…

— А если у них просто другая задача? — Камаль Малей замолчал, уставившись в груду орденов на груди Гаррисона.

— Так это же чудесно! — капитан захихикал. — Мы быстренько продадим всех невольников, а остальное — не наше дело. Действительно, если они не накинули петлю нам на шею в первый же момент, то значит — их цель не мы.

— Хм-м-м! А это интересная мысль! — Малей криво усмехнулся. — Я даже знаю, кому можно их продать. Всех сразу…

— Что, неужели у тебя есть враги? — с нескрываемой иронией спросил Гаррисон.

— А у кого их нет? — в тон ему ответил Малей. — Только давай договоримся: в этот раз я передам тебе деньги после завершения дела.

— Договорились! — неожиданно быстро согласился Гаррисон и стал прощаться.

— Ты уже отобрал себе несколько красоток? — напоследок спросил у него Малей.

Гаррисон усмехнулся.

— Да у меня пока что своих хватает.

— Вот это ты сделал хорошо! — кивнул головой Малей. — Ты негодяй! Но мне было бы жалко тебя потерять.

— Хозяин! Телефон звонит! Хозяин! — занудно бубнил голос Тома.

Хорхе Мендес буркнул сквозь сон:

— Пусть звонит! Я отдыхаю. Меня ни для кого нет.

— Но это звонит сам Камаль Малей! — слуга разрывался между разными способами угодить господину. В данном случае он считал, что хозяин не простит ему, что не разбудил вовремя.

Мендес сел на кровати.

— Ах, чтоб тебя! Прости меня господи! Камаль Малей, говоришь? Заклятый друг… Тысяча чертей ему в селезёнку! Ну, ладно! Давай!

Он включил связь.

— Я слушаю тебя, дорогой! Ну, конечно, всё благополучно, куда я денусь! Что? Предлагаешь мне купить всю партию? Сколько единиц? А чего это так дёшево? Ты что-то не договариваешь… Нет-нет! Я смогу купить. И куда пристроить — тоже найдётся. Мне люди всегда нужны, сам знаешь. Ну, конечно! Сбрось мне всё на почту, я посмотрю. Спасибо! Спасибо! И тебе того же!

Хорхе Мендес отключил телефон и несколько минут задумчиво рассматривал противоположную стенку в комнате. Тонкая полоса света пробивалась сквозь плотные шторы. Жирная муха билась о стекло снаружи, пытаясь спрятаться от жаркого полуденного солнца. Она была еле видна сквозь поляризованное зеркало, покрывающее снаружи весь купол. Чего же она, дурочка, не спрячется в тень на другой стороне здания? Или своим особым зрением она видит здесь прохладное помещение? А, скорее всего, она видит живое существо, под кожу которого можно отложить яйца, обеспечив питанием своё потомство.

— Чует моё сердце, что Камаль мне свинью подсовывает! — задумчиво буркнул себе под нос Мендес.

— Он предлагает вам партию рабов? — вежливо осведомился Том.

— Да! Причём, огромную партию. Всю добычу, что они взяли. С чего бы это? Здесь какой-то подвох.

— А вы поручите разобраться в этом деле Саманте! Она умеет ладить с людьми. Вы же заметили, что за все десять лет, которые она у нас, не было ни одного бунта. Она не посоветует глупости какой.

— Саманте? — Мендес немного помолчал. — Саманте… Наверное, ты прав, Том. Пригласи её ко мне.

Хорхе прошёл в ванную и сполоснул влажное от пота лицо. Вода была противно тёплой. Кондиционер работает на пределе. Правда, вот-вот должны начаться прохладные дожди… Может станет дышать чуть легче. Хотя, сезон дождей — это сезон почти поголовной заболеваемости работников. Сколько из них он опять потеряет?

Мендес посмотрел по своей книге распределение мощностей на ферме. Скверно! Накопитель разряжается. Солнечные батареи не справляются с нагрузкой. Может, отключить одну из электродуговых печей? Но тогда недостающий металл придётся покупать на стороне, а это существенно дороже. Построить конверторную печь на угле? Кто-то из купленных им работников уверял, что это будет дешевле, но расчёты… Добываемый его соседом уголь идёт по такой цене, что это может быть только дороже. Кабурия, расположенная около Северного полюса, с радостью уголь покупает. Ну, и металл тоже хорошо покупает. Они и рабов тоже покупают, дают им "свободу", но только на своей территории. Хочешь уехать — заплати все долги. А зарплаты в Кабурии мизерные, за всю жизнь не накопишь нужной суммы. В Кабурии всё, якобы, бесплатное. Государство оплачивает. В результате все её граждане постоянно в долгу перед государством. То, что любая работа там стоит гроши, в расчёт не принимается. Тебе всё оплачивают, зачем тебе большая зарплата?

Мендес задумался. Что он сделает, когда у него будет свыше двухсот новых работников? Их ещё надо рассортировать, определить способности. Может, Малей уже определил уровень этой рабочей силы, потому и отдаёт задёшево? Офисные работники? Дьявол! Ему нужны техники, специалисты, учёные. Впрочем, владение компьютерными сервисами, характерное для офисников, делает их вполне приличной рабочей силой. Где же подвох?

Звякнул сигнал электронной почты. Ага! Список "товара"… фотографии… Мендес мельком пробежал по списку. Так и есть, офисные работники… Менеджеры, секретарши, охранники… Интересно, эти охранники стрелять не разучились? Клерки, экономисты, бухгалтера… Бизнес-вумен раз, бизнес-вумен два, три… Да сколько же их? Хозяйка охранного аагентства… Вот эта фифочка? Мендес пригляделся к смазливенькой мордашке на голофото. Анжелина Грасс… Она хоть себя сможет защитить? Он ещё раз глянул на фото… потом ещё. Через минуту он почувствовал себя неуютно. Чёрт!.. А это её сотрудница? Чёрт! Чёрт! Чёрт! А это? Три тысячи чертей! Ему всё больше не нравился взгляд хозяйки охранного агентства и её подчинённых. Ещё через несколько минут ему перестали нравиться все женщины и все мужчины, которые были на снимках. Лица улыбались, а глаза были ледяные. Спокойно-внимательные. Колючие. Изучающие. Следящие и оценивающие каждое движение. Готовые использовать любой промах в свою пользу. Ну, вот эти четверо, кажется, не из их компании. Сосредоточенные, но и немного растерянные. А, спортсмены… А это? Скауты? Тоже не суперагенты…

Хорхе Мендес снова и снова просматривал снимки. Экономист, секретарша… Фигуры без признаков целлюлита. Юбки и брюки, не стесняющие движение. Мозоли на костяшках пальцев. Он вдруг обратил внимание на пальцы. Ни у кого из женщин нет длинных ногтей. С чего бы это? Впрочем… Нет, есть длинные ногти. Кто такая?

Мендес глянул на сопроводительный текст и ощутил, что в комнате стало невыносимо холодно. Маргарита Рошфор…

Ему сразу стало всё понятно. Почему Малей продаёт этих рабов так дёшево. Почему не требует за них выкупа. Вот только, его хитрость хороша до тех пор, пока информация о невольниках не просочится во внешний мир. Он надеется, что все будут молчать? Но обязательно найдётся идиот, которому захочется получить крупную сумму в обмен на освобождение невольников. Так почему же сам Малей не предложил Королеве Марго свободу в обмен на кругленькую сумму? Боится привлечь внимание?

Он снова начал листать список и вдруг понял причину такого поведения Малея. Маргарита Рошфор попала сюда не спроста. Бессмысленно предлагать ей свободу в обмен на деньги. То есть, и Гаррисон, и Малей сделали вид, что всё идёт, как и прежде. Они решили ограничиться вполне сносной суммой денег, которая кое-как покрыла их затраты, и не вникать в происходящее. Они могут сказать, что не смотрели список или не обратили внимание на какую-то там Маргариту Рошфор. А что же теперь делать ему, Хорхе Мендесу?

В дверь постучали и в приоткрывшуюся щель просунулась голова Тома.

— Хозяин! Пришла Саманта Шеридан!

— Пусть заходит!

Глава 17

Саманта Шеридан, бывший сержант Федеральных Вооружённых Сил, легко спрыгнула с подножки транспортного флайера на бетон оптового рынка. Следом за ней выгрузилась конвойная рота. Огромные мужики словно игрушки несли на себе ручные пулемёты и всё остальное снаряжение. Своды огромного закрытого ангара многократно отражали все звуки, искажая их до неузнаваемости. Сухощавая фигура Саманты контрастировала на фоне огромных, широкоплечих фигур конвойных. Тем не менее, слушались её беспрекословно.

— Становись! — скомандовала Саманта, похлопывая по сапогу наконечником стека. — Равняйсь! Смирно! — и через несколько секунд добавила: — Вольно!

— Итак! Ещё раз повторяю! — продолжила она. — С новым пополнением обращаться вежливо и предупредительно. Ни в коем случае не стрелять! Никого не провоцировать! Желательно оружие не наводить. Если возникнет заварушка и вы, случайно, останетесь жить, то знайте, что это ненадолго. Виновных я сама пристрелю, без долгих разбирательств. Всем понятно?

— Так патроны ж холостые! — заметил один из конвойных.

— Тихо! — прошипела Саманта. — Об этом никто не должен знать. Если вам не удастся сохранить порядок, то боевые патроны не помогут. Лучше не оказывать сопротивления. Нале-е-е-во! За мной!

Она оставила конвой у самого входа в контору, быстро нашла управляющего Малея, оформила купчую на всю партию невольников, перевела деньги. Управляющий проверил прохождение денег на счёт, что-то набрал в своём коммуникаторе и сказал:

— Ну всё! Можете забирать товар! — в его голосе чувствовалось облегчение, словно он избавлялся от тяжкого бремени.

"Товар" находился в большом ангаре, провонявшемся испражнениями и потом, несмотря на дезодоранты и антисептическую обработку. Почти три сотни невольников бесформенной кучей сгрудились посредине, подальше от всяких мест, где могла затаиться какая-нибудь зараза. Саманта сразу заметила, что в этой куче сохраняется порядок. И при этом не было видно руководителя. Они все двигались, как слаженная команда, и это пугало.

Саманта вышла вперёд.

— Внимание! Всем внимание! — моментально наступила тишина. — С сегодняшнего дня ваш хозяин — Хорхе Мендес. Вами, а также всеми вашими проблемами и делами буду заниматься я, Саманта Шеридан. Сейчас все проходят в транспорт, а через час с небольшим вы расположитесь в общежитии, которое на первое время станет вашим домом. Там вас ждёт обед и отдых. Вопросы есть?

— Есть! — молодой мужчина вышел вперёд. — Как к вам обращаться? Саманта? Сэм?

— Мэм! — поправила его Саманта. — Некоторым я разрешаю называть себя "сержант". Но это ещё надо заслужить. Ещё вопросы есть?

Вопросов не было. Люди рассматривали её и конвойных спокойно, неторопливо и внимательно, Саманта ощутила тревогу. Спокойно, Саманта! Здесь важно не паниковать и иметь уверенный вид и командный голос.

— Ну, что ж! Раз так… В колонну по четыре становись!

Колонна построилась за полминуты без суеты, шума и толкотни. В сопровождении конвоя быстро прошли на транспортную площадку и загрузились во флайер. Тяжёлый транспортник, натужно гудя моторами, поплыл к владениям Мендеса.

Саманта приглядывалась к пленным. Они вели себя спокойно, можно даже сказать, непринуждённо. Будто на пикничок едут. Девушки смеялись, кокетничали с парнями, строили глазки. Довольно непривычно. Обычно рабы пребывают в совершенно подавленном состоянии. О! А это что? Несколько каких-то жестов… Необычные жесты… Вернее — самые обычные, для тех, кто служил в спецвойсках. Да… Мендеса чутьё не подвело. Ну, что ж, Саманта, начинай работать. Пока они извещают друг друга, что всё идёт по плану, и всем ждать дальнейших распоряжений. Это время надо использовать для налаживания отношений.

Маргарита была удивлена тому, что происходило вокруг неё. С какого-то момента жёсткость обхождения с пленными снизилась. Пираты перестали цепляться к женщинам, и, как оказалось, разделение на мужчин и женщин провели только для больших удобств в стеснённых обстоятельствах. Дэн Рувэ пересказал ей это, когда их снова объединили уже на планете, в огромном ангаре оптового рынка.

— Нас продадут поодиночке? — спросила у него Марго. Сидящая рядом Марсия вздрогнула.

— К счастью — нет! Капитан пиратов быстро сплавил нас местному работорговцу, а тот ещё быстрее продал всех скопом какому-то промышленнику. Тому всегда нужны люди, он расширяется.

— Это странно! — заметила Маргарита. — Мне попадались заметки в новостях, что рабы на Лурре стоят чуть ли не в десять раз дороже, когда продаются поодиночке.

— Я подозреваю, что капитан нас раскусил, — развёл руками Рувэ. — И не хочет неприятностей.

— Что вы имеете в виду?

— М-м-м… — начальник охраны никак не мог начать. — Видите ли… Когда вы собирались лететь в этот филиал…

— Я запретила брать много людей, — напомнила Маргарита.

— Ну да! И я не послушался вас. Сделал всё на своё усмотрение.

— И сколько же вы взяли на своё усмотрение?

— Практически все пассажиры этого лайнера работают на нас. Исключение — вон та пожилая супружеская пара, отряд гёрл-скаутов и компания молодых людей.

— Вы с ума сошли! — усмехнулась Маргарита. — А как же Анжелина Грасс со своим охранным агентством? Она не из моей структуры.

— Она из структуры Султана Али. И… — Рувэ немного замялся, — они охраняют вас по заданию вашего мужа.

— Бывшего мужа! — напомнила Маргарита.

— Не бывает бывших шпионов, бывших полицейских. А у Али не бывает бывших жён. Во всяком случае — до сих пор не было.

— Ладно! А кто были те мужчины, которых…

— К счастью или несчастью, они не из наших. Мы бы тогда уничтожили этот гадюшник в момент.

— Ну да. И потеряли бы несколько десятков человек. — Марго задумалась. — Но с этими негодяями надо будет разобраться.

— Сделаем, но чуть позже. А сейчас следует оценить обстановку и найти оптимальный выход из ситуации. О! Кажется, это наши новые "хозяева".

Марго рассматривала женщину, которая их купила. Та привычно раздавала приказы своим конвойным и купленным рабам. Форма в обтяжку. Высокие сапоги. Из под фуражки с большим козырьком не выглядывало ни одного локона. Тёмные очки на пол-лица. Вид угрюмо-жестокий.

— Какое мерзкое слово — "раб", — почти прошептала Маргарита.

— Считается, что это слово пришло из египетского языка, — начал рассказывать ей Рувэ. — Слово "герой" означает человека, посвятившего жизнь служению богине Гере. А рабы — это те, кто находится в услужении у бога Ра. Строит храмы, пирамиды и прочее. В ряде языков это слово прижилось.

Полёт в транспортном флайере был долгим, но спокойным. Салон охлаждался кондиционерами, что Маргариту очень удивило.

Дэнис Рувэ объяснил:

— Без кондиционера в этих широтах вообще жить невозможно. А наш новый хозяин знает истинную цену людям. Посмотрите на наш конвой. Не удивлюсь, если у них оружие с холостыми, а то и вообще без патронов.

— Как это? — Маргарита аж приподнялась в кресле. — Так, может, мы прямо сейчас…

— Нет-нет! Ни в коем случае! — начальник охраны занервничал. — Мы всегда успеем это сделать. А сейчас — не самый удачный момент. Стоит осмотреться. Познакомиться с хозяином.

Марго гянула в сторону и добавила:

— И с Самантой Шеридан — тоже!

Саманта в это время ходила по проходу, проверяя обстановку. О чём-то поговорила с руководительницей девочек-скаутов, отправила пару конвойных за ящиками с водой. Пластиковые бутылки быстро пошли по рядам.

— Она вполне адекватный человек, — заметила Марго. — Хотя в первый миг меня от неё аж передёрнуло.

— Дай Бог, чтобы это так и было, — ответил Рувэ.

Наконец, флайер пошёл на снижение и сел. Охранники вышли первые, затем вышли остальные. Марго с интересом осмотрела огромный ангар. Сквозь мутное стекло на потолке пробивался рассеянный свет. В ангаре было жарко.

Саманта построила всех буквой "П" и объявила:

— Вы находитесь в одном из новых подразделений хозяина Мендеса. Сейчас вы все пройдёте медосмотр, санобработку и будете распределены по комнатам, потом идёте на обед, после обеда все собираются здесь. Всех новоприбывших хочу поставить в известность: перемещаться по территории лучше всего по нарисованным дорожкам. Они моются регулярно, и на них безопасно. Избегайте грязных закоулков. Любое загрязнение смывайте немедленно. Краны с водой, как вы увидите, здесь на каждом углу. Не пытайтесь пить воду из под крана. Впрочем, если у вас всё нормально с нюхом, вы и не станете её пить. Эта вода для дезинфекции. Для питья пользуйтесь только водой, полученной в пищеблоке. Дышите только носом. Если нос плохо работает — немедленно обращайтесь в санчасть, чтобы вам его вылечили. Когда будете уходить из столовой, обязательно прихватите с собой жевательный дезинфекционный пакет. В каждом лежит два десятка жевательных пластинок. Вам покажется, что они противные. Но! Пока вы их жуёте, гарантирую, что никакая зараза в вас не проникнет через носоглотку. Избегайте тереть глаза! Не ковыряйтесь в носу! В ушах! С любой царапиной обращаться в санчасть! Любой нарывчик может стать причиной вашей смерти! На каждом шагу вы сможете найти медицинского работника, который даст совет, осмотрит вас, а в крайнем случае, отведёт в санчасть, где вам окажут более сложную помощь.

Сейчас на вас ваша прежняя одежда. Но я хочу предупредить: не носите одежду больше одного дня! Более того, если ваша одежда не выдерживает нагрев более 160-ти градусов, немедленно от неё избавьтесь. Все наши стиральные машины обязательно стерилизуют одежду перегретым паром.

И ещё! Вам может не понравиться наша еда. Она обрабатывается паром при высокой температуре. Она обязательно содержит листья и стебли ботоки, местного растения. С непривычки оно отвратительно, похоже на хину. Но со временем начинает проявляться жгучий привкус ботоки, похожий на вкус перца. Я советую вам: ешьте ботоку всегда, в каждый приём пищи. Его действие усиливается в присутствии спиртного. Сразу предупреждаю, спиртным не злоупотребляйте! А это растение — сильнейший антисептик, известный в цивилизованном мире. Он защитит вас от всякой кишечной гадости, и, даст Бог, вы проживёте долгую жизнь! У меня всё! Разойдись!

Маргарита заметила, что конвой лениво разбрёлся, кто куда, зато появились какие-то люди в серой рабочей форме, которые управляли всем процессом.

Всех выстроили в цепочку, которая медленно стала втягиваться в двери санпропускника. Сперва с них сняли ошейники, надетые ещё головорезами капитана Гаррисона, а взамен выдали жетоны на цепочках. В жетонах, под толстым слоем пластика была залита микросхема с пассивной антенной, по которой всегда можно было найти координаты человека. Эти жетоны сразу дали всем понять, что они стали… почти свободными людьми.

Подходя к очередной двери, Марго услышала, как кто-то громко говорит, почти кричит: "Я не позволю меня оболванить!" Быстро промелькнула фигура Шеридан, и внутри уже звучал её голос:

— Это необходимо! Поймите! Эта зараза убивается только солациллином. После него волосы крошатся как стекло…

Марго вошла в ужасную дверь. Женщина в белом халате и в тёмных очках осветила её голову какой-то лампой.

— Стричь! — привычно бросила она, подтолкнув Маргариту к другой двери.

— Как, стричь? — она не могла поверить, что с ней могут такое сделать. — Да в нашем мире любую заразу…

— У нас с этим проблемы, — сказала появившаяся рядом Саманта Шеридан. — У нас нет многих технологий, которые есть в вашем цивилизованном мире. Если хотите жить — срочно стригитесь! Эти паразиты пока отложили яйца у вас на волосах. А через пару дней личинки начнут вгрызаться в кожу.

Марго подумала и согласно кивнула:

— Стригите!

— Вот так-то лучше! — усмехнулась Саманта и сняла фуражку. Её голова была гладко выбрита.

Маргарита вместе со всеми прошла санитарную обработку, медосмотр. Получила какую-то серую робу. Женщины и девушки получали свёртки со своими вещами, прошедшими стерилизацию. Рядом снова крутилась Саманта Шеридан. Она ухитрялась отвечать на ещё не заданные вопросы.

— Ваши телефоны, коммуникаторы и книжки продули озоном. Карточки с записями не затронуты, в чём вы сможете убедиться. Но не пытайтесь дозвониться своим близким и родственникам — в нашем мире отсутствует ретрансляция сигналов. Причина до банального проста: у каждого хозяина территории есть своя вышка для собственных нужд, но нет единого оператора, который обслуживал бы межпланетную связь. Правда, не всё так плохо. У нас вы сможете подключиться к мировой электронной сети, получать и отправлять электронные сообщения. Правда, с очень большой задержкой.

— А почему же вы не можете подключить к сети телефонный ретранслятор? — спросила одна из девушек.

— Вы это сможете сделать? — сразу заинтересовалась Саманта.

— Конечно!

— Прекрасно! Завтра подойдите ко мне, напомните. Девушки! — крикнула она кому-то. — Не забывайте после вытирания намазаться гелем! Вам может не понравиться, что тело немного липнет. Но, это ещё одна линия защиты против местных паразитов. Не пренебрегайте ею. Чтобы одежда не липла, используйте тальк! Может быть, кто-то из вас работал с "жидкими перчатками". Это очень похоже. Если нашим работникам приходится работать без скафандров, то они обязательно используют такое покрытие. Каждый вечер вы должны смывать старое покрытие, на котором полно заразы, и наносить новое…

После санобработки следовало размещение по комнатам. Марго отыскала Марсию и они вдвоём пошли смотреть комнаты. Едва они сунулись в одну из дверей, как оттуда выдвинулась лысая женщина и перекрыла дорогу.

— Извините, девочки, но наша комната укомплекто… Стоп! — вдруг крикнула она. — Заходите! Я вас не узнала. Чёрт! Али меня уволит…

Маргарита едва узнала в лысой обитательнице комнаты Анжелину Грасс.

— Ничего! Мы скоро опять начнём узнавать друг дружку.

— В прямом и в переносном смысле, — добавила Анжелина.

Комната выглядела полупустой. Кроме кроватей там стояли только странного вида тумбочки без дверок и почти такой же шкаф. У всей "мебели" были закруглённые формы, удобные для мытья. Никаких узких мест. Никаких щелей. Ничего закрытого. Из коридора слышался приближающийся голос Шеридан:

— … и не допускайте скопления вещей и всякого хлама. Если дома у вас это было только вашим личным делом, то здесь вы подвергаете опасности не только себя, но и соседей. Грязнули у нас долго не живут.

— А сколько они живут? — поинтересовалась Марго.

Её вопрос прозвучал совсем невинно, но Саманту словно током ударили. Она остановилась рядом и тяжело дышала.

— Как правило, они живут не больше месяца. Хотите попробовать? — её голос приобрёл угрожающую окраску.

— Нет! Что вы! Чисто праздный интерес! — как можно миролюбивее ответила Марго.

Саманта раскачивалась на носках и рассматривала Маргариту, похлопывая стеком по сапогам.

— Мне показалось, или вы развлекаетесь таким образом? — напряжение в её голосе выросло.

— Вам показалось! — всё так же спокойно ответила Марго.

В наступившей тишине были слышны удары стека и, как показалось Марго, скрип зубов Саманты.

— Вы хотите сказать, что я страдаю галюцинациями? — она придвинулась почти вплотную.

Марго заметила, что в коридоре стало тесно. Их окружили очень плотно девушки из охраны и из агентства Анжелины Грасс. Саманта была в абсолютном меньшинстве. Сама Анжелина вклинилась между Самантой и Марго.

— Мэм! Успокойтесь!

— Какая я тебе мэм? — взорвалась Саманта. — Я младше тебя! Вы… нахальные, невоспитанные… Вы ведёте себя, как у себя дома. А здесь не ваш дом. Вас много! Вы думаете, что вы сильнее меня, всех нас. А Хорхе Мендес каждый год покупает работников чуть ли не по сотне, и к следующему году этой сотни уже нет! И эти комнаты… Здесь жили люди… До вас. И этих людей уже нет! Они были разные. Были самоуверенные, были пугливые. Были оптимисты и пессимисты. Одни мечтали о том, что вернутся домой. Другие думали, что обзаведутся семьёй здесь. И большую часть их уже сожрали черви. Потому что кто-то ленился мыть руки перед едой, кому-то хотелось пройтись босиком по песочку, а кто-то просто не любил вкус и запах ботоки. У вас даже мысли не должно быть, чтобы нарушить правила. Иначе, в конце концов, это может осуществиться.

Саманта начала гнуть свой стек в руках. Анжелина наклонилась к ней и шепнула на ухо:

— Если вам кого-то хочеться ударить, можете ударить меня. Но, только не её!

Саманта вдруг усмехнулась.

— Это что, так заметно? — она увидела едва заметный кивок головы. — Чёрт! — Она вздохнула сквозь сжатые зубы и продолжила: — Как ни парадоксально, самыми приспособленными оказываются слабые. А ершистые и упрямые гибнут в первую очередь. Вы должны умерить свою гордыню и строго следовать моим ре-ко-мен-да-ци-ям! Дайте пройти!

Все расступились и Саманта ушла на другой этаж.

— Бр-р-р! — сказала Маргарита, войдя в комнату. — Есть только один человек, который нагоняет на меня такой же страх.

— Неужели ваш муж? — с ехидцей спросила Анжелина.

— Не угадали! Его Старшая жена!

— А-а-а! Сочувствую! Но по вам этого не было заметно, как и в данном случае с Самантой. Не сердите её. По-моему, она гораздо лучше, чем может показаться.

— Ещё лучше? — удивилась Марго. — Мне она сразу понравилась, но я её всё равно боюсь.

— Не завидую я тем, кого вы боитесь! — вздохнула Анжелина.

Глава 18

Маргарита была уверена, что Саманта Шеридан специально назначила её на кухню, а не на какую-то другую работу. Правда, ей пришлось назначить и ещё четверых девушек. Марго видела, как чертыхалась Саманта, беседуя с Дэном Рувэ и Анжелиной Грасс. Конечно, эти четверо — её охрана.

Кроме них, на кухне были ещё полтора десятка девушек, наверное, из другого подразделения. Управляющая, без тени улыбки, строго рассказывала, что им предстоит делать.

— Первая смена уже отработала и отдыхает. Вы работаете 5 часов и после этого тоже отдыхаете. Через пол-часа начнут подъезжать смены. В среднем 1200 человек в час. Распределяйтесь так: двое — на один конвеер на вход, двое — на посудомоечный агрегат, двое — выем посуды, двое — на развозку посуды на раздачу. То же — для второго конвеера. Один человек — отдел салатов. Ещё двое — помощники повара. Ещё два — мой резерв. Но не расслабляйтесь, вами я буду затыкать дыры. И ещё — я буду перемещать вас, чтобы не загнулись на одной работе. Как известно, лучший отдых — это смена деятельности.

Марго ужаснулась объёмам работы, которые им предстояли. Повар уже требовала рабочих рук, и две девушки тут же отправились с нею. Другие грузили посуду на тележки и развозили её по линии раздачи. Марго никогда не думала, что посуда может быть такой тяжёлой. Она с трудом стронула гружёную тележку и покатила её в зал. Когда она ехала пустая назад, её окликнули:

— Деточка! Помоги поднять кастрюльку!

В "кастрюльке" было не менее 50 килограмм содержимого.

Возвращалась она через огромный зал, в котором стояли ещё более внушительные "кастрюльки", покрытые толстой эмалью, на бетонных постаментах, с толстыми кабелями, ведущими к нагревателям, кнопками управления размером с ладонь. Две помощницы повара как раз загрузили в такую "кастрюльку" пару мешков лапши и наполняли её горячей водой из шланга, больше похожего на пожарный брандспойт.

Новый рейс с тележкой, полной стаканами, потом — с кастрюлей супа.

— Осторожнее! — тихонько приговаривала раздатчица. — Не расплескай!

В зале повариха "чистила" картошку. Огромный агрегат, в который высыпали целый мешок, быстро избавил клубни от кожуры. Помощницы мыли чистый картофель водой из шланга. Девушки из "резерва" драили пол в углу, поливая его из шланга дезраствором.

Марго снова везла посуду, потом огромную пачку подносов, ставила стопки тарелок на конвеер, опять везла стаканы.

— Детка! Помоги! — новая кастрюля поднята на конвеер.

В большом кухонном зале сливали воду с лапши и промывали её струёй из большого шланга. Потом помощницы повара нагребали огромной блестящей лопатой лапшу в кастрюлю.

Ещё несколько рейсов… Марго глянула на часы. Прошло только 25 минут! Впереди ещё 4 с половиной часа!

— Быстрее! Быстрее! Сейчас смена приедет!

Как по заказу, за окном раздался свист турбин и мелькнула тень транспортника.

Марго привезла в зал две кастрюли с лапшой. Управляющая поймала её за плечо:

— Тележку на место, сама становись на приём посуды с конвеера.

В кухонном зале гору сваренного картофеля с примесью ботоки помощницы нагребали лопатами в нечто наподобие мясорубки. С другого конца прямо в кастрюлю ползла масса картофельного пюре.

Из зала столовой слышались голоса, звон посуды, топот ног. Включили конвеер. Управляющая запустила посудомоечный агрегат.

— С Богом, девочки! А я побежала, посмотрю, всё ли в порядке на раздаче.

Пошла потоком грязная посуда. Марго стояла на приёме, в её задачу входило удаление остатков пищи из тарелок перед мытьём. Остатков было не очень много, но чан для отходов стал наполняться с катастрофической быстротой. Как по волшебству, в какой-то момент появилась управляющая с помощницами, которые забрали полные чаны и оставили пустые.

— Переходим! — скомандовала управляющая. — Ты! — она махнула кому-то рукой. — Становись сюда!

Теперь Марго была на закладке посуды в посудомоечный агрегат. Очищенные от остатков пищи тарелки были скользкие и липкие. Некстати скользкие, и некстати липкие. Она еле успевала ставить их между зубцами конвеера, который увозил их внутрь, в струи воды, мыла и пара. На противоположной стороне другая девушка одевала на зубцы стаканы. У неё получалось всё быстро и ловко.

— Что, первый раз? — стросила девушка.

— Да! — ответила Марго, поправляя косо стоящие тарелки.

— Ничего, быстро привыкнешь! Бери по две штуки сразу… вот… молодец! А меня зовут Нола…

— Маргарита, или Марго…

Спина быстро устаёт. Немного помогает смена позы. Чуть другой наклон туловища и уже легче. Стук тарелок, брызги воды…

Снова перестановка людей. Марго едва успела помыть руки. Нола стояла с противоположной стороны и прихватывала посуду, которую не успевала вынуть Марго. Принимать посуду оказалось не более лёгким делом, чем закладка. Горячие тарелки следовало сложить в стопки по размеру. Стаканы — на подносы. Вилки и ложки, правда, были сразу в большом сетчатом поддоне. В какой-то момент несколько стаканов соскользнули с подноса и посыпались на пол.

— Спокойнее! Не нервничай! — вездесущая управляющая уже была рядом. — Девочки! Переходим!

Разбитые стаканы быстро убрали, на приёме посуды уже стояла другая пара, а Марго получила тележку и снова возила посуду на раздачу.

— Деточка! Помоги поднять!

— Захвати на раздачу кастрюлю!

В кухонном зале ей поставили на тележку кастрюлю, полную котлет, и она поволокла её к конвееру раздаточной. В новую пустую кастрюлю робот-манипулятор быстренько сбрасывал с вертящейся сковороды поджаренные котлеты. Рядом автоклав пропаривал эти котлеты острым паром. Повариха колдовала над котлом с гуляшом, а помощницы загружали резанное мясо из огромного лотка.

Снова тарелки. Марго поставила последнюю стопку на тележку и, поднатужившись, двинулась к раздаточной. Вдруг в самом узком месте, на повороте, в её тележку врезалась другая. Марго запомнила это мгновение, которое удержалось в памяти. Она какое-то время смогла прокрутить картинку события и детально проанализировать. Сомнений не было, с ней столкнулись специально. Та, которая это устроила, очень удачно выбрала момент, хорошо разогнала свою тележку, а когда обе тележки падали, рассыпая по бетонному полу посуду, ещё и толкнула Маргариту бедром.

Марго едва успела прийти в себя от произошедшего и встать, а виновница всего уже набросилась на нею с бранью:

— Ах ты ж, зараза! Ты что наделала? — она схватила осколок одной из тарелок и, похоже, собиралась использовать его в качестве холодного оружия.

Откуда-то появилась Нола.

— Джилл, прекрати! Опять твои выходки?

— Не поняла! Ты что, за неё?

Рядом с агрессивной Джилл появилась ещё одна девушка. На её лице застыла кривая усмешка.

— Таких сволочей надо учить! — она тоже стала надвигаться на Марго. — Сейчас посмотрим, какая ты королева!

Одна из тележек с грохотом отлетела в сторону. В коридоре появились четыре охранницы.

— Ага! Нашей королеве пришли утереть сопельки!

— Стоять! — раздался вопль из другого конца коридора. Саманта Шеридан как молния подлетела к Джилл, вышибла из руки острый осколок, а затем ударила её по скуле рукоятью пистолета. Та упала.

— Лицом к стене! — Саманта навела пистолет на соучастницу Джилл и сняла с пояса наручники. — Руки назад!

— Это она виновата! — девушка кивнула на Марго.

— Я всё видела! — ледяным тоном сказала Саманта. — Вы получите по заслугам!

— Что вы хотите с ними сделать? — спросила Марго.

— То, что положено делать в таком случае. Я до сих пор такого не делала, но, похоже, что некоторые от этого только наглеют. — Саманта замкнула наручники на руках одной, потом другой девушки. — Встали! Пошли!

— Мэм! Простите нас! Это была просто глупая выходка.

Марго заметила, что девушки еле двигаются от ужаса.

— Эт-то больше н-н-не по-о-вторится, — у Джилл начали цокать зубы. — Пожалуйста!

Саманта вытерла вспотевший лоб рукавом.

— Вы у меня уже раз выпросили прощение. Именно вы, двое! С тех пор вы не поумнели. Вперёд! Пошли!

— Так что вы хотите с ними сделать? — опять спросила Марго. На этот раз её голос был твёрдым.

— Я вытолкаю их наружу! — объяснила Саманта Шеридан. — Раз они не умеют жить с людьми, пусть попробуют жить сами, если получится.

— Не слишком ли это жестоко?

— А за что они собирались тебя порезать, можешь сказать? Я вздохну спокойно, избавившись от них. У меня есть десяток подозрительных смертей, которые наверняка устраивались этой парочкой, но без прямых доказательств. Грязь с яйцами паразитов в постели у патологической чистюли, поцарапанное плечо у соседки по комнате и так далее. Я спасу многих людей, убрав этих двоих. Ну! Пошли!

За пару минут, которые длилась эта беседа, управляющая нашла людей, которые убрали осколки, заменили одну помятую тележку на новую, подмели и протёрли пол.

— Девочки, не прохлаждайтесь! У нас полно работы! Саманта, найди замену этим двоим, у меня напряжёнка!

Марго снова взялась за тележку. Тарелки… Стаканы…

— Детка! Помоги поставить! Одну кастрюлю сюда!…

В какой-то момент Марго ощутила, что стало трудно двигаться. Она вытерла рукавом вспотевший лоб и тяжело вздохнула.

— Деточка! Иди сюда! — позвала её пожилая женщина на раздаче. — На! Пей! — Она поставила перед Марго сразу три стакана компота из местных фруктов и та влила в себя весь напиток без затруднения.

— Спасибо!

— Ты не стесняйся! — сказала женщина. — Нужно каждый час выпивать не меньше стакана, а не то упадёшь.

Марго вцепилась в тележку и двинулась к посудомойке. За окном свистели турбины очередного транспорта, который привёз рабочих.

Они ели в столовой после окончания рабочего дня. Анжелина поглядывала на Марго, видно уже зная о происшествии, но при Марсии расспрашивать не стала. Марсия интересовалась:

— Что, рабочий день всего пять часов? Здорово… В прачечной все восемь! Так у вас ещё оставалось свободное время?

— Угу! — вяло буркнула Маргарита. Если только его можно назвать свободным.

Когда она пришла после работы в комнату, то рухнула на кровать и проспала эти три часа как убитая. Чувство, будто тебя выжали как тряпку.

Она отнесла к транспортёру поднос с тарелками и подумала, что там, за стенкой, кто-то вытряхивает эти тарелки в чан, ставит в посудомоечную машину, кто-то вынимает, везёт их на тележках. Интересно, похоже, что за эти считанные часы она перемыла и перетаскала больше посуды, чем за всю прошлую и будущую жизнь!

Марсия нагнала её на выходе.

— Мадам! Саманта Шеридан хочет с вами поговорить.

— Как? Она не наговорилась со мной за эти два дня?

Марсия пожала плечами.

— Она ждёт вас в двадцать-ноль-ноль в своём кабинете.

— Это где?

— Это на первом этаже… да, впрочем, я проведу!

Марго успела искупаться, прежде чем идти на встречу с Шеридан. По коридору ходила женщина и пронзительным голосом объявляла:

— В двадцать один ноль-ноль в актовом зале состоится встреча с хозяином Мендесом. Вы сможете задать ему любые интересующие вас вопросы. Явка обязательна. Те, кто не придёт, будет на себе остатки волос выщипывать, потому что хозяин Мендес не часто балует нас свои посещением.

Этот голос было слышно даже сквозь шум воды.

Марго одела свежую одежду и пошла в комнату за Марсией. В коридоре стояла вонь от антисептиков, это дежурные по этажу мыли полы и стены.

Марсия провела её к самому кабинету Саманты. Марго вошла в дверь одна, но перед этим увидела, что рядом остановились две девушки и двое мужчин. Они профессиональным движением развернулись спинами к стене, руки зачем-то сцепили спереди, и с ленивым интересом стали рассматривать коридор и противоположную стену. Марго усмехнулась.

Саманта сидела за столом лицом к двери, увидела её улыбку и хмыкнула.

— Я рада, что пребывание у нас не сказалось на вашем настроении пагубным образом.

— Да это я так… — неопределённо проговорила Маргарита. — Моя охрана, видите ли…

— Я как раз об этом с вами и хотела поговорить. Присаживайтесь!

Марго уловила нюанс — Саманта, которая с самого начала обращалась к ней на "ты", теперь говорила "вы".

— Видите ли, Марго, до последнего времени у нас устраивать расправу имели только некоторые, специально уполномоченные люди. С некоторого момента в это число попала я. Ни вы, ни ваша охрана не имеют таких полномочий. И, поскольку законы нашей территории едины для всех, то их нарушители должны быть наказаны. Надеюсь, что вы меня понимаете? Моё вмешательство сегодня спасло вашу охрану от этого наказания.

— Интересно, какое же наказание несут те, кто обороняет свою жизнь?

— Свою жизнь вы можете оборонять. Но, только оборонять! Вы можете блокировать удары, защищаться любыми предметами, но не имеете права сами наносить удары. А тем более, этого не имеет права делать ваша охрана. Здесь не ваш дом! Я вам это уже говорила.

Марго ненадолго задумалась.

— Но согласно кодексу Федерации…

— Здесь не действуют законы Федерации. Федерация сама отказалась от этой планеты.

— Тогда у меня есть ещё один довод. Меня защищает правительство Аль-Канара.

— А! Ну да! Правительство вашего бывшего мужа. Я слышала про эту аль-канарскую фишку, но ни разу не слышала, чтобы эта система сработала.

— То есть, вы хотите увидеть её в действии? — Марго сжала губы.

Саманта немного помолчала, собираясь с мыслям.

— По идее, ваше правительство уже должно было стать на защиту ваших интересов.

— А оно уже стоит на защите моих интересов. Моя охрана зарегистрирована на Аль-Канаре, правительство моего мужа — тоже. Как и охранное агентство Анжелины Грасс. Могу сказать, что многие пользуются этой особенностью аль-канарского законодательства. Мы пока не обращались к Президенту Аль-Канара за помощью, но будьте уверены, что препятствие в нормальной работе всех, кто меня охраняет, вызовет бурную реакцию. Должна заметить, что Аль-Канар с недавних пор пользуется особой поддержкой всех органов Солнечной Федерации. Кроме того, я ещё и гражданка Саммы.

Саманта помолчала, тихо барабаня пальцами по столу. На её лице появилась странная улыбка.

— Круто! А скажите… чтобы стать подданным…

— Протеже, — подсказала Марго.

— Хм! Протеже… Аль-Канара, вы должны были лететь на эту планету?

— Вовсе нет! Правда, ситуация облегчалась тем, что я вышла замуж за главу одного из правительств Аль-Канара, но это тоже не обязательно. Вся моя охрана, как я понимаю, защищается всей мощью законов Аль-Канара и Федерации тоже.

Саманта опять побарабанила пальцами.

— Вы хотите сказать, что любой человек, обратившийся к любому правительству Аль-Канара, где бы он ни находился, сможет пользоваться его защитой?

Марго опешила от этой формулировки.

— Получается, что так!

— И их правительство, в отличие от Солнечной Федерации, не беспокоит факт, что вы находитесь вне территории Аль-Канара?

— Именно так!

— Интересный прецедент получается, вы не находите? — Саманта сидела за столом в своей фуражке с длинным козырьком, в тёмных очках на пол-лица, барабанила пальцами по столу и улыбалась. — А если правительство откажется от выполнения своих обязательств?

— Его расформируют, а все члены этого правительства никогда не попадут в другое правительство.

— А они могут отказать в регистрации м-м-м… протеже?

— Ни в коем случае! Достаточно заплатить налоги за один месяц и всё. Любой документ, подтверждающий платёж, является доказательством того, что вы протеже этого правительства.

— Совсем круто! — восхитилась Саманта. — И как платятся налоги?

— Элементарно — через Сеть! — Марго посмотрела на Саманту. Улыбка продолжала блуждать по её лицу. — Постойте! Вы что, хотите стать…

— А почему бы и нет?

На этот раз Марго раздумывала почти минуту.

— Я не знаю всех тонкостей, но вы автоматически попадаете под действие законов Федерации. Если на вас уголовное преступление, то вам лучше этого не делать.

— Не думаю, что я могла так набезобразничать, — беззаботно изрекла Шеридан.

— А что произошло с теми девушками, что напали на меня?

— А! Вас это беспокоит? Я решила не мараться. Мендес мог их казнить, как принято на Лурре повсеместно, но решил посоветоваться со мной. А вдвоём мы нашли лучшее решение. Я отправлю их завтра же на рынок и перепродам какому-нибудь заклятому другу Мендеса.

— Постойте! Во-первых, вы поставите под угрозу кого-то из его невольников. А во-вторых, вы сразу попадаете под федеральную статью о работорговле!

— Чёрт! — Саманта помрачнела. — Я не могу, значит, стать протеже никакого правительства? Этим двум дурам я могу, конечно, дать свободу… За забором территории Мендеса…

— Неоказание помощи в ситуации, опасной для жизни, — напомнила Марго. — А другие случаи продажи людей были?

Саманта смолчала. Сквозь очки не было видно глаз, а лицо застыло неподвижной маской.

— Ладно! — вдруг сказала она. — Отложим этот разговор на потом. А сейчас я хотела бы узнать, что вы собираетесь делать дальше?

— А у нас есть варианты?

— Конечно! — удивилась Саманта. — Как я поняла, вы не собираетесь здесь засиживаться. Меня интересует срок. Меня интересует цель. Меня интересуют возможные потери для Мендеса и для меня.

Марго хмыкнула.

— Вы, похоже, не поняли… Мы оказались здесь случайно. Но, я прикинула, что мы пробудем у вас около месяца. Я могу запросто выплатить вам сумму, которую вы внесли за всех нас.

— Вы настолько богаты? — удивилась Саманта.

— М-м-м-да! Похоже, что по вашему Интернету новости приходят с большим запозданием. Я могу купить всю вашу планету, если бы только кто-то вздумал объявить её цену.

— Ну-ну! Не надо так сильно заноситься. У нас были всякие пленники. Мы пытались иногда некоторых спасать. Они обещали нам деньги за помощь. Вот только никто, почему-то, не спешил к ним на выручку, а наши усилия пропадали зря.

Марго задумалась ненадолго.

— Тогда давайте поговорим как деловые люди. Я могу организовать доставку любого груза, который вам нужен. В качестве предоплаты.

— У нас есть печальный опыт подобных заказов. Ни одна фирма не взялась за доставку груза.

— Ну, понятно… Капитан Гаррисон, — припомнила Марго. — А у него много кораблей?

— Это сложный вопрос, — ответила Саманта. — Он часто берёт в компанию разный сброд. Он позволяет промышлять в своём пространстве пришлым пиратам, а они ему за это платят долю. Я помню, что Федеральные силы несколько раз пытались навести здесь порядок. Не всегда их миссия была успешной. Но, даже в случае успеха, как только патрулирование ослабевало, пираты тут же захватывали инициативу в свои руки. Федерация здесь ничего не получила. Зато не раз теряла корабли и личный состав.

— А вы…

— Меня взяли в плен ровно одиннадцать лет назад. Продали в рабство. Я благодарна хозяину Мендесу, который отнёсся ко мне как к человеку. Я считаю, что он лучший хозяин на всём Лурре. Но я опасаюсь за его жизнь, как и за жизни всех нас.

— Почему? — встревожилась Марго.

— На него многие имеют зуб. Иногда здесь происходят маленькие войны: один хозяин нападает на другого. Эти конфликты никого не интересуют. Кто победил, тот и прав. У Мендеса сейчас напряжённая ситуация, он зависит от солнечных электростанций, у него мало транспортов, мало оружия. Он слишком много средств тратит на охрану здоровья работников. При этом все его здания, производства, фермы зависят от централизованных систем подачи энергии. Они слишком уязвимы для нападения.

— То есть, на Лурре широко практикуется обычный грабёж?

— Да! Именно так.

Они сидели некоторое время молча. Вдруг Марго спросила:

— Саманта, а вам не жарко ходить в такой форме? Остальные все ходят в шортах.

— Мне по штату не положено ходить в шортах, — хмуро ответила Саманта. — А кроме того… мне не хотелось бы, чтоб кто-то видел мои ноги. Много лет назад меня еле спасли от кожных паразитов. Это не очень аппетитное зрелище.

— Но как вы выдержали столько лет на этой планете?

— У Мендеса это не проблема. Хорошо работающие санитарные службы, ответственный персонал. Они очень хорошо делают свою работу. Кстати… — Саманта сделала длинную паузу, — мне понравилось, как вы работаете. Напористо, без надрывов, но и без расслабления. Мне попервах показалось, что вы белоручка.

— Никогда этим не страдала, — немного смутившись, ответила Марго. — Среди моих знакомых, которые добились серьёзных успехов, нет бездельников. Они умеют и знают очень много и готовы взяться за любое дело.

— Не опасаясь замараться? — Саманта уставилась на неё странным взглядом.

— Смотря, что под этим словом понимать. Они не боятся никакой работы, даже грязной. Но не станут марать свою репутацию.

— О-о-о! Репутация… В разных цивилизациях это были иногда очень разные вещи.

— Но есть и нечто общее. Подлость, предательство однозначно понимаются в многих культурах.

— А по-моему, вы ошибаетесь…

Марго немного удивил переход их беседы на темы морали, нравственности, общечеловеческих ценностей. Они обсуждали примеры из истории, где Саманта показала себя неплохим знатоком, Библии. Они обсуждали пути развития человечества. Они рассматривали традиции разных народов. Вдруг Саманта, будто мимоходом, спросила:

— А каким в этом отношении выглядит Султан Али?

Марго задумалась. Она так давно не была с ним вместе. Кажется, она даже стала забывать его. Если точнее, она не успела его даже изучить. И что она может про него сказать?

— Даже не знаю… Могу рассказать гораздо больше про его жён.

Саманта хмыкнула.

— Марго, скажите, его старшая жена…

— Натача?

— Да-да, Натача… Как её фамилия? Я имела в виду — девичья.

— Н-н-не знаю. А что?

— Да так. Праздное любопытство. Ну, ладно! Уже 21:00. Идём, Хорхе Мендес уже, наверное, пришёл.

Глава 19

Внешне Хорхе Мендес не произвёл на Марго особого впечатления. Пожилой, уставший мужчина, немного грузный. Волосы с проседью. На нём были шорты (похоже, что ему плевать на то, что о нём подумают) и рубашка с короткими рукавами, почти такая же, как и у всех присутствующих. Он сидел на одном из металлических стульев, стоящих чуть в стороне от других, и его можно было принять за простого работника. Когда Саманта Шеридан его представила, весь зал зашумел.

Хозяин встал, чуть поклонился аудитории и снова сел. Маргариту это удивило. Она была уверена, что Хозяин не может кланяться своим невольникам.

Мендес вынул из нагрудного кармана листок бумаги, глянул в него и начал:

— Дамы и господа! Много лет назад меня угораздило попасть на эту планету. Это было не так, как с вами. Я прилетел сюда свободным человеком, поэтому моя участь была с самого начала не такая уж унылая. Я имел на руках данные геологической разведки. Потратив почти все свои деньги, я привёз сюда специалистов и оборудование и начал разработку и переработку полезных ископаемых, которыми богата эта планета. К несчастью, самое ценное, а именно люди, очень быстро стали гибнуть в этом мире. Я приложил все усилия, чтобы сберечь их жизни, чтобы не пропадали даром жизни тех, кого мне удаётся выкупить. Тем не менее, смерть почти каждую неделю получает свою жертву.

Вы уже знакомы с Самантой Шеридан. Она — моё доверенное лицо во всех делах. Она знает этот мир как облупленный. Если она советует вам что-то делать — обязательно делайте! Если советует не делать — обязательно не делайте! Она прожила здесь больше десяти лет. Этим она показала, что здесь можно жить долго.

На первых порах я занимался только разработкой руд и выплавкой металлов. Но здесь не очень развита экономика, и мне пришлось начать выпуск многих изделий, необходимых для жизни. На моих предприятиях делают почти всё, включая купола, строительные и отделочные материалы, мебель. Кроме этого, я начал расширять производство медицинской техники, ультрафиолетовых излучателей, стиральных машин и прочего. Теперь я перейду к рассмотрению ваших судеб.

Мендес откашлялся.

— Я вас купил, то есть, заплатил за вас деньги, как это принято в здешнем мире. Цена совсем небольшая. Если у вас будет возможность улететь отсюда, я не буду вам препятствовать. Примерно за полгода работы вы окупаете затраченные деньги и начинаете приносить прибыль. Часть денег вы будете получать наличностью, — ну мало ли, куда вам захочется сходить и где повеселиться… Так вот — через полгода эта плата возрастёт почти в пять раз. Через полгода вы сможете сами выбирать, где работать. У нас вы сможете сменить специальность, повысить квалификацию. Словом — вы здесь не в неволе, а как бы в коллективе тех, кто как и вы оказался в не очень хороших условиях жизни.

— А сейчас я хочу немного обрисовать вам внешнеполитическую ситуацию, гм-м-гм-м, — Мендес как-то странно откашлялся. — Почти вся территория планеты поделена между крупнейшими хозяевами. Каждый хозяин вводит свои порядки и правила. Так вот, по моему мнению, ни у кого нет таких благоприятных условий, как в моих владениях…

— Ну, ещё бы! — подумала Марго. — Кто бы сомневался. Никто из хозяев не скажет, что у соседа условия лучше.

Мендес тем временем продолжал:

— У кабурийцев преимуществом является только то, что сезонные колебания температуры в значительной мере уничтожают паразитов и микробов. Но у них средняя зарплата почти такая же, как будет у вас с первых же дней работы.

— А вы не пробовали их переманивать? Они пошли бы с радостью! — кринул кто-то из зала.

— Мне нет нужды их переманивать, — спокойно ответил Мендес. — Многие не любят нашей жары. Они хотя бы иногда могут погулять по природе без скафандра или гелевой защиты. Кроме того, мы не граничим с Кабурией. А их соседи — настоящие рабовладельцы. Правда, бывает, что люди попадают к нам в контейнерах с товарами, но очень редко.

— Зачем же они так рискуют? — опять спросил кто-то.

— Кабурия возникла почти сразу как политическое государство. Естественно, что у них есть диссиденты…

— Но почему их просто не вышлют?

Мендес заулыбался.

— Вам ещё нужно время, чтобы понять тонкости этих политических игр… Диссиденты не согласны с управлением страной, но они не хотят менять её на другую. Их иногда высылают, чтобы они сразу попали в настоящее рабство. А тех, кто самостоятельно убегает из страны, считают изменниками. Их ловят, показательно предают суду, а потом направляют на принудительные работы. Правда, за прошедшие двадцать лет их режим сильно смягчился, но пока что далёк от идеала.

— Кто ваши соседи? — задала вдруг вопрос Марго. — Что они собой представляют?

Хозяин Мендес с какой-то полуулыбкой почти минуту рассматривал её лицо.

— Наши… — он выделил это слово, — соседи не очень приятные люди. К счастью, нас разделяет несколько сотен километров пустыни, горы и один морской залив. Точнее это может рассказать Саманта.

Саманта поставила на стол головизор и, манипулируя руками в воздухе, стала показывать карты, схемы, диаграммы. Территории, принадлежащие соседям. Экономическое положение. Численность охраны. Наличие вооружения. Кого-то она Маргарите напоминала. Командир разъясняет задачу подчинённым… Натача! Её манеры. Её интонации. Голос, правда, другой, но похожий. Бывает же такое!

Марго не заметила, как доклад перешёл в обсуждение. Спрашивала она сама, задавали вопросы Рувэ и Анжелина Грасс. Были очень специфические вопросы из зала:

— Этот Рахман имеет боевые флайеры!

— Какие средства доставки у Симонэ?.. Только пехота? В смысле — обычная охрана?

— Какова толщина стенок у ваших бункеров на побережье?

— Ваши технологические лазеры предусматривают военное применение?…

Когда лавина вопросов иссякла, у Марго вызрел ещё один вопрос.

— В случае повреждения солнечных электрогенераторов на сколько хватит запаса энергии?

Саманта не ответила сразу. Она сперва глянула на Мендеса и дождалась его кивка.

— К сожалению… на полчаса полноценной работы. И от пяти до десяти минут работы всех лазерных установок. Но есть и более неприятный момент: если кто-то испортит солнечные генераторы, то больше делать ничего не надо — при минимальной нагрузке электроника накопителей превратит всю энергию в тепло за двое суток. После этого наши лазеры равноценны куче металлолома.

— Тогда у меня для вас есть отличное предложение, — голосом уличного продавца произнесла Марго. — Вам знаком генератор Зурхеда?

— А-а-а! Этот… — Саманта презрительно скривилась. — Иногда его называют генератором Шеремета. Мы пробовали делать. Ерунда это всё. Сказочка для простофиль.

— Не может быть! — возмутилась Маргарита. — На нём вся жизнь и экономика Аль-Канара держится!

— Ну, если продавать патенты и чертежи генератора во всех мирах, то очень даже возможно! — рассмеялась Саманта.

— Ладно! Отложим пока это дело. Я могу воспользоваться Интернетом?

— Конечно! — улыбнулась Шеридан. — Но у нас хорошо работает только локальная сеть. Глобальные запросы на ответы идут очень долго. Только режим офф-лайн. Оказалось, что ближайший ретранслятор находится в пределах кометного пояса. Это почти неделя туда, и неделя сюда. Телефонная гиперсвязь не работает…

— Понятно… — промычала Марго. — Капитан Гаррисон всё вычистил.

— Мы надеемся, что решим эту проблему, но не сразу, — продолжала Саманта. — Ваши товарищи обещали, что смогут смонтировать промежуточный ретранслятор, но готовый модуль был бы лучше.

— Я это устрою! — сказала Марго. — И генераторы Зурхеда тоже…

— Вы, всё-таки, уверяете, что кто-то доставит ваш груз? — скептически усмехнулась Шеридан.

— Я знаю службы, которые смогут доставить холодильники в преисподнюю.

— Ну-ну! Поживём, увидим, — с тем же скептицизмом буркнула Саманта.

Глава 20

— Мадам! Это катастрофа! — секретарша Марсия, обмахиваясь жёстким файликом вместо веера, шлёпнулась на стул возле стола, где уже сидели Марго, Анжелина Грасс и её помощница, Мадлен Лимож.

— Что такое? — Марго оглянулась по сторонам. — Эта новость такая срочная, что не могла подождать до конца ужина?

Марсия запнулась и тоже огляделась по сторонам.

— Так что же случилось? — Маргарита с аппетитом поглощала пюре. Она сегодня работала в прачечной, естественно устала. Физическая работа приглушает душевные переживания и отодвигает их на второй план.

— Пришли ответы на ваши запросы. Даже не знаю, с чего начать…

— Начните с главного! — усмехнулась Марго.

— Главное… — секретарша потёрла переносицу. — Прошёл срок уплаты налогов. Мы все теперь без крыши.

— Та-а-а-к! — протянула Маргарита. — А есть ещё что-то?

— Есть! — Марсия опять сделала паузу. — Поскольку вы пропали, а Брут Диксон возбудил какое-то дело против вас, на всё имущество наложен арест. Он ничего не сможет сделать до истечения года, но и вы ничего не можете.

Анжелина Грасс с удивлением наблюдала, как Марго продолжает есть. Вот это нервы! — подумала она. — Я бы подавилась. Как минимум, дважды!

Марго проглотила очередную порцию и отложила вилку. Потом закрыла лицо ладонями. Через пол-минуты раздался сдавленный выдох. Она встала и, пошатываясь, направилась к выходу. Марсия вскочила и помчалась следом за ней.

— Что-то Марсия сдавать позиции стала, — проворчала Анжелина, забирая со стола оставленный поднос и тарелки с недоеденным ужином. — Ну кто же подобными вещами ужин портит?

Марго лежала на кровати в верхней одежде, явным образом нарушая правила. В комнате никого не было. Марсия, было, ткнулась к ней, но потом оставила в покое. Вдруг в коридоре раздался шум, дверь распахнулась и вошла Саманта Шеридан.

— Встать! — рявкнула она. Саманта вся дрожала от ярости. Стек непрерывно хлопал по сапогу, как хвост разъярённой кошки. — Что это за выходки? Вы какой пример другим подаёте?

Марго вяло встала. Её лицо было пятнистым. Голос Саманты вдруг смягчился.

— Я вижу, вы получили ответ по Интернету.

Марго молча кивнула.

— Можете ничего не рассказывать, — Саманта подошла вплотную. — Я вас предупреждала! Но это не повод загонять себя в могилу.

Марго издала какой-то хриплый звук. Шеридан ожидала увидеть слёзы, но их не было. Зато боль как будто пыталась вырваться наружу, вызывая в женщине настоящие судороги. Саманта обхватила Маргариту за плечи.

— Девочка! Успокойся! Ты пыталась достичь результата, выбрав единственный путь. Он оказался непригодным. Но это не значит, что нет других путей! Мне кажется, что ты сможешь найти этот другой путь!

Маргарита вдруг уткнулась в её плечо лицом и, наконец, заплакала.

— Спасибо вам!

— Э! Пока что не за что! — бывший сержант Звёздной пехоты Федерации достала платок и принялась вытирать лицо Маргарите. — Кстати! У меня есть один чудак, свихнутый на Вечном Двигателе. Давай, завтра вечером ты берёшь его и столько человек, сколько надо, и занимаетесь генератором энергии. Докладываешь результаты мне, а я смогу задействовать любое наше производство. Если заработает лабораторный образец, то вы будете заниматься только Двигателем.

Марго обратила внимание, что Саманта снова называет её на "ты", но в этом обращении нет высокомерия. Это скорее был знак особого, дружеского расположения.

— Хорошо, мэм!

— Да ладно тебе! Называй меня Самантой. Можно Сэм…

— Добрый вечер, мэм! — молодой чернявый парнишка чуть поклонился Маргарите. — Я Джордан Капоне. Меня прислала к вам Саманта Шеридан.

— А-а-а! — протянула Маргарита. — Так что там с Вечным Двигателем?

Они сидели в зале, в котором проходили все общие собрания. Часть пластиковых стульев, тщательно протёртых антисептиками, была сдвинута к столу, вокруг которого собрались более десятка человек.

— Вы зря иронизируете! — заметил Капоне. — Я знаком, как минимум, с пятью разновидностями Двигателя. Они все вполне работоспособны, нужно только выбрать наиболее подходящий для нас вариант.

— И какой же, по вашему мнению, наиболее подходящий?

— Тот, который использует капиллярные явления… Во всяком случае, у меня он не вызывает никаких сомнений.

— Эффект известен давно, — продолжал Джордан. — Если у нас есть капля жидкости в насыщенном паре, то наблюдается следующее. Давление жидкости под поверхностью зависит от её кривизны. И давление пара тоже зависит от кривизны. Если капля лежит на несмачивающейся поверхности, то кривизна поверхности капли разная в разных местах. Капля испаряется там, где кривизна больше, и вбирает, конденсирует пар, там, где кривизна меньше. Интересен также случай двух капель, большой и маленькой. Физики неоднократно наблюдали, как маленькая капля в насыщенном паре продолжает испаряться, а большая капля, кривизна которой меньше, растёт за её счёт.

Представьте теперь, что мы берём капиллярную трубку. Внутри она сделана из смачиваемого жидкостью материала, а снаружи — из несмачиваемого. Особенностью капилляров является то, что в атмосфере насыщенного пара в них начинается конденсация жидкости. Именно так древесный уголь впитывает тяжёлые газы. Мелко измельчённая платина, палладий сгущают водород. Он разогревается при этом настолько, что, при наличии в смеси газов кислорода, происходит воспламенение. Но это я немного отвлекаюсь.

Если мы капилляр расположим вертикально, то под действием тяготения жидкость сместится вниз. В верхней части получается вогнутый мениск, а в нижней — выпуклый. На выпуклом мениске жидкость будет интенсивно испаряться, на верхнем — конденсироваться. Если капилляр сделан из теплопроводного материала, то разница в температуре зон испарения и конденсации получится минимальной. Зато появится разность давления между зоной испарения и конденсации. И эта разность соответствует высоте столба жидкости.

— И какое же давление можно при этом получить? — с сомнением спросила Марго. Она привыкла, что изобретатели "выбивают" из неё деньги под свои, не всегда реализуемые, прожекты.

— Вот, по формуле… — Капоне показал ей результат. — Для этого диаметра капилляров — до пяти сантиметров водяного столба. Поверьте, ветряная турбина сможет извлечь из потока до 50 процентов механической энергии, и это будет приличная мощность.

— Молодой человек! Вы вводите меня в заблуждение! Вы смешиваете понятия давления и мощности. А мощность в данном случае будет зависеть от теплопроводности стенок капилляров. По моим оценкам, эта величина примерно…

— До 5 киловатт на метр квадратный, при разнице температур в один градус, — подсказал Джордан. — Но это речь о тепловой мощности и мощности потока пара. Электрическая мощность будет не более 1–2 киловатта с квадратного метра.

Марго ещё почти минуту смотрела на формулы и таблицы, прежде чем согласилась с этими данными.

— Вообще-то это огромная мощность! Как-то не верится. Я организовала не одно исследование, но ничего подобного не было. Капиллярные явления исследовались чуть ли не с 18-го века. Почему никто не создал Вечный Двигатель на этом принципе?

— Трудно сказать! — ответил Капоне. — Тем более, что не один век известна такая игрушка. Герметичная посудина разделена пополам горизонтальной перегородкой из пористого материала, пропитанного летучей жидкостью. Немного жидкости есть на дне посудины. Тонкая трубка ведёт от самого дна, сквозь перегородку, в верхнюю половину. Из-за выпуклого мениска в нижней части и вогнутого — в верхней между половинками посуды возникает перепад давлений, который приводит к выдавливанию жидкости с дна в верхнюю часть. Из трубочки непрерывно капает. Учёные и инженеры могли видеть эту игрушку, кажется, с конца 19-го века. Её ещё называют "фонтан Кулибина".

— Почему-то никто не построил Вечного Двигателя на его основе, — опять напомнила Маргарита. — И мне чутьё подсказывает, что вы ошиблись на пару порядков… как минимум!

— Вряд ли. А в неиспользовании этого принципа сыграли роль научные предрассудки, скорее всего, — предположил Капоне. — Вы слышали про русского учёного Циолковского?

— Да! Русские считают его чуть ли не гением. Основоположник космонавтики…

— Очень неоднозначная фигура! — Капоне удобно расположился в кресле, готовясь к длительной лекции. — Его ещё при монархии считали просто чокнутым. Представьте, он считал, что в будущем человечество оживит всех мертвецов. Он задумал космические полёты, чтобы помогать ангелам на небесах…

— Однако, многие его идеи оказались очень даже реальными, — напомнила Марго.

— Некоторые! — уточнил Джоржан. — Его судьба была такая же сложная, как судьба любого изобретателя в России: невозможность проверить изобретение на практике, внедрить и получать за это деньги. Граф Цепеллин практически украл его идею цельнометаллического дирижабля, ракетные системы все использовали его идею многоступенчатости…

— Вы знаете, что, кроме голой идеи, ценность представляет ещё комплекс знаний в конкретной области. У Циолковского, похоже, с этим было не очень благополучно. Я где-то читала, что он работал в множестве направлений, но нигде сильно не углублялся.

— Может, вы и правы. Но разве ценность идей от этого уменьшается?

— К сожалению, деньги платят за перспективу. Если с изобретателя больше ничего нельзя получить, то ему перепадают крохи. Поэтому так часто попадаются ловкачи, которые доят спонсоров не один год, прежде чем дадут результат. Бывает, что результат так и не появляется.

— А это вам за пренебрежение к изобретателям! — рассмеялся Капоне. — Как вы к ним, так и они к вам. Третий закон Ньютона. А с Циолковским вообще была почти детективная история. Множество историков техники было уверено, что Циолковский общался с Сергеем Королёвым, ну, вы знаете, кто это… Королёв даже в Калугу к Циолковскому приезжал. Но потом он нигде и никогда не упоминал про эту встречу. Правда, он как-то называл Циолковского своим учителем, возможно, в широком смысле. А мне эта ситуация представляется очень понятной. Королёв, практик до мозга костей, в процессе беседы увидел истинное положение дел. Да, Циолковский был способен открыть формулу движения тела с переменной массой, или придумать многоступенчатую ракету, но его нельзя было показывать людям. Он, чаще всего, фантазировал на темы применения своих изобретений, чем прилагал усилия для их внедрения. Поэтому Королёв никогда и не упоминал о своей встрече, он не хотел дискредитировать того, кого считал своим учителем.

— Кажется, мы основательно отвлеклись, — заметила Марго.

— О, нет! Вернее — не совсем! — ответил Джордан и продолжил: — У Циолковсого была ещё одна идея-фикс, которая не совпадала с устоявшимися представлениями официальной науки. Он верил в реализуемость Вечного Двигателя 2-го рода. Один из вариантов этого Двигателя даже носит его имя. Может знаете — две колонны с разными газами? Упомянутая мною игрушка, по утверждению некоторых, тоже была опробована Циолковским. Я, правда, нигде не нашёл этому подтверждения. После моего рассказа о Циолковском, вы должны понять отношение серьёзных учёных и инженеров к Вечному Двигателю Циолковского.

— Мне кажется, что в некоторых справочниках упоминается формула Циолковского. Так называют распределение температуры атмосферы по высоте.

— Наверное, это в справочниках, изданных русскими, — Капоне иронично посмеялся. — Русские утверждают, что даже динамит был, на самом деле, украден Нобелем у некого Петрашевского. Тот сразу в качестве стабилизирующего наполнителя для своего "русского пороха" применил минерал кизельгур, а Нобель долгие годы пытался найти другое вещество. Когда потерпел неудачу и увидел, что русские так ничего и не запатентовали, внаглую подал заявку на динамит с кизельгуром. А русские по своей привычке всё засекретили, патентовать запретили. Нобель сколотил состояние и получил известность, а Петрашевский затерялся в архивах.

— Ну, да! Конечно! Русские всё изобрели! Только мир об этих изобретениях не знал. Если Яблочков захотел, чтобы мир узнал о его "свече", то мир узнал! Доливо-Добровольский тоже смог добиться признания трёхфазного тока. Бенардос, Славянов, Патон тоже добились, что их знают.

— Как говорят русские — "широко известны в узких кругах", — посмеялся Капоне. — Кстати, вы сейчас перечисляли изобретателей, которые добились окончательного результата и довели его до промышленного применения. Вы откуда про них знаете, да ещё в подробностях?

— Мне постоянно приходится разбираться в изобретениях. Иногда мне пытаются подсунуть идею, уже припавшую пылью.

— Ну, в нашем случае мы эту пыль веков изрядно стряхнём.

Марго собрала для создания лабораторного образца наиболее сведущих в инженерном деле людей. Шеридан выделила им уголок в лаборатории. На замечание, что там слишком тесно, Саманта отвечала:

— Докажите, что это работает, тогда позволю расшириться!

Иногда Маргарите казалось, что она воюет сама с собой. Она наперёд знала, к чему прицепится Саманта в каждом конкретном случае. А та нашла ещё пару человек, которые появлялись в лаборатории только к концу смены, практически сходу тыкали пальцем в изображение узла и говорили:

— Это ерунда! Работать не будет!

Один из них, уже седоволосый мужчина, явно не сделавший себе генкоррекции, с вечно недовольным выражением лица, попросил показать ему обоснование всего проекта. Он детально проверил все формулы, табличные данные, потом швырнул на стол листочки, на которых вручную вёл расчёт:

— Вы совсем обленились считать! Для вас компьютер — это непогрешимый авторитет. А поскольку формулы программировали вы сами, то вы попали в зависимость от собственной безграмотности. Вон, посмотрите! Вы ошиблись! Не 1–2 киловатта, а 1–2 ватта с метра квадратного! Вы перепутали граммы с килограммами, килоджоули с джоулями… Это же надо? "Перпетуум мобиле"… Да! Ваше устройство создаёт перепад давлений или температур, но КПД никто не отменял. При этой разнице температур вы получите КПД чуть более десятой доли процента, то есть мощность не более 1–2 ватта.

Джордан после проверки расчётов впал в столбняк. Самая эффективная по его представлениям машина оказалась почти что неработоспособной. Но Марго безо всякой паузы предложила:

— А если мы увеличим разность температур, то КПД вырастет?

— Конечно! — буркнул инженер. — Только вряд ли вам это удастся…

— Ну, отчего же… Поры уменьшим, столб жидкости увеличим… При диаметре пор меньше микрона можно получить перепад в несколько градусов. А ещё, делаем систему многоступенчатой, как ракету начала космической эры. КПД растёт пропорционально перепаду, а полученная мощность в итоге — пропорционально квадрату разницы температур. Правильно?

— Гм! Правильно, — немного неуверенно добавил инженер.

— При десяти каскадах получаем мощность…

— Один киловатт, — удивлённым голосом произнёс инженер. — Ничего не понимаю! — он швырнул новые листочки, на которых проверял идею. — Бред это всё! Всё равно ЭТО работать не должно!

Удивительно, но ЭТО заработало.

Воздушно-лёгкая турбинка вертела крохотный 10-ваттный генератор, размещённый внутри устройства, к выходящим наружу проводкам был прикреплён маленький реостат и измерительные приборы. Ваттметр показывал выходную мощность, реостат грелся…

Саманта Шеридан, придя поглядеть на этот "грандиозный" успех, только скептично скривилась.

— Это же лабораторный образец! — доказывала ей Марго. — И к вашему сведению, его удельная мощность почти сравнима с первыми двигателями Стирлинга, правда, с учётом котла для сжигания топлива. Но нам не нужно топливо вообще. И я уверена, что мы сможем повысить удельную мощность ещё в несколько раз. Мы не нашли ещё оптимальных соотношений для капилляров, даже общая схема далека от совершенства.

— И как долго вы будете искать это оптимальное соотношение? — у Саманты не было за очками видно глаз, но губы продолжали недовольно кривиться.

— За месяц мы могли бы существенно улучшить эти показатели. — Марго вдруг подумала, что её подчинённые точно так же пытались выкрутиться из аналогичных ситуаций, и теперь очень хорошо понимала, что они чувствовали.

Шеридан опёрлась подбородком на ладонь и уставилась куда-то в угол.

— Не уверена в этом! Хотя, в игре "Звёздная Империя" вы могли бы этот генератор продать. Уж там бы он работал наверняка, — она усмехнулась. — Вам даже доводить его не пришлось бы.

— Как вы сказали? — не поверила своим ушам Марго. — У вас есть игра "Звёздная Империя"?

— А что вас удивляет? Она расползлась по всей Галактике. У нас все, кто имеет доступ к компьютерам и Сети, обязательно играют в неё. Просто безумие какое-то. Их даже не смущают задержки в связи. Денежки перечисляются с запозданием, но исправно. Кстати, у вас там не завалялась пара сотен империалов?

Марго ощутила, что её колотит лихорадочная дрожь. Она никогда не играла в эту игру, но, как у владельца и правообладателя этой игры, у неё был неограниченный счёт в банке "Звёздной Империи". Ей было неинтересно играть, пока у неё был реальный бизнес, но теперь она могла использовать эту игру в своих интересах.

— Саманта, я должна заглянуть в эту игру, — Марго с удивлением ощутила на своём носу ком-очки. Она, кроме нескольких элементарных операций, ничего с ними не делала. "Идиотка!" — подумала она про себя.

— Ага! Значит, вы тоже играли в "Империю" и пара сотен на счету у вас есть, — хмыкнула Шеридан. — Должна предупредить, — если вы надеетесь купить чертежи Вечного Двигателя, то он будет таким же работоспособным, как и ваш, а может оказаться и совсем неработоспособным. Ну, ладно! Я добавлю в вашу группу людей. От других работ вы освобождаетесь. Вдруг, и правда, ваш двигатель станет источником энергии.

Глава 21

— Марсия! А вы играете в "Звёздную Империю"? — спросила вечером у своей секретарши Маргарита. В комнате, кроме них, никого не было.

— М-м-м… Я-а-а… — невразумительно ответила та, потупив взгляд.

— Говорите правду! — Марго не отводила глаз. — От вашего ответа, возможно, зависит наша жизнь.

— Правда? — удивилась Марсия. Она немного пожала плечами, вздохнула. — Ну, бывает иногда, дома, или когда совсем нечего делать…

— И вы хорошо знаете правила?

— Ну-у-у, в общем… да!

— Расскажите мне. Кстати, кто вы в "Империи"?

— М-м-м… Я… начальник дворцовой стражи, — Марсия смутилась.

— Вы далеко пробились… А кто Император, не знаете?

— Ну что вы! Откуда? Кстати, в каждом мире существует своя Империя и свой расклад сил. Есть свой Император…

— А кто в игре самый главный? В смысле — самый могущественный.

— А? Кронос, конечно! Он — Верховный Бог. Он может всё. Во всяком случае, в правилах так написано. Но он никогда никуда не вмешивается. То есть, я никогда не встречалась ни с ним, ни с его вмешательством.

— "Может всё" — это как понимать? — заинтересовалась Марго.

— Буквально всё! Он может повернуть вспять время, может разрушить континенты, может сместить полюса, может распылить всю Галактику…

— Ну, это слишком. А более прозаические дела он может сделать? Кому-то обернулась удача, выигрыш в казино…

— Ой! Такое скажете! — Марсия залилась звонким смехом. — Элементарно! Только он до такого не снисходит. Зачем ему? Это же Кронос!

— А мы сейчас это узнаем. Включайте вашу книгу!

Маргарита аж извелась вся от нетерпения, пока вошла в локальную сеть и в игру. Набрала логин и пароль. Она не сомневалась в том, чьё место занимает. Логин тоже не давал поводов сомневаться — "Кронос". Вряд ли в игре настоящий бог Кронос называется как-то иначе. Ком-очки — отличное изобретение! Никто не видит её экран, даже не видит кнопки, которые она нажимает.

Она просмотрела возможности Кроноса. Действительно, он мог всё. Маргарита нажала одну из непонятных кнопок и увидела какую-то карту. Карта отображала расположение в пространстве персонажей игры, карта была больше всей Империи. И это была карта Лурра. Марго добавила увеличение. Вот рядом с ней, Кроносом, сидит Марсия, она же начальник дворцовой охраны. Кем мечтает стать начальник стражи Марсия? Ну, конечно… Советником Императора. Это можно устроить! Предсказательница в Храме Судьбы известит Верховного жреца, а тот — Императора… А кто же сейчас Советник? Ой-ла-ла! Их уже с пару сотен. Одним больше, одним меньше…

— Ой! — вскрикнула Марсия. — Император назначил меня своим Советником! Ура! Ура! Мадам! Вы представляете? Что такое?

Марсия с некоторым изумлением уставилась на Маргариту. Та сдержанно улыбалась.

— Марсия! Мы теперь можем сделать всё! Действительно всё! Теперь я смогу проплатить любой заказ, мы сможем выбраться отсюда.

— Что вы имеете в виду? — секретарша ещё не полностью осознала ситуацию. — Постойте! Так вы что, подобрали пароль к Кроносу?

— Не подбирала я пароль! Я и есть Кронос! Но я никогда не играла эту роль. Это игра нашей разработки. Я была введена в список с самого начала.

— Свихнуться можно! — с натугой выдохнула Марсия. — А вы в курсе, что игровые империалы можно получить на руки в виде любой валюты Галактики? И любой банк с радостью проделает эту операцию.

— Да! Я это знаю! И я возлагаю на эту возможность большие надежды. Только не говорите об этом никому. Хорошо?

Марсия как-то хитро поплевала на пальцы, на пол, перекрестилась, поплевала через одно плечо, потом другое и сказала:

— Провалиться мне на этом месте!

Дни летели один за другим. Марго иногда собирала несколько человек, в основном руководителей групп охраны, давала им задания разузнать обстановку. Охранники как настоящие сыщики методично выясняли сведения о планете, взаимоотношениях между хозяевами, а также ситуацию во владениях Мендеса. Они добыли отличную литературу по флоре и фауне Лурра, данные по климату. Оказалось, что на Лурре работает научная экспедиция Федерации, которую давно никто ничем не снабжает, а поэтому учёные перешли на "подножный" корм, выполняя мелкие работы для местных заказчиков и выдавая регулярные прогнозы погоды по разным районам. Прогнозы оставляли желать лучшего, так как на стационарной орбите висело всего три спутника, которые кое-как позволяли предсказать приближение ураганов, дождей или ясной погоды.

В один из дней Маргариту вызвала к себе Саманта Шеридан.

Марго пришла к ней в уже знакомый кабинет, села на стул, любезно предложенный хозяйкой и приготовилась выслушать причину, из-за которой её оторвали от доводки генератора. В последние дни они продвинулись ещё дальше. Пара полупромышленных образцов мощностью по паре киловатт исправно давала в сеть энергию, заодно освежая внутренние помещения. Инженеры придумали ещё один выкрутас, который позволил увеличить удельную мощность на целую четверть, удешевили производство капиллярной перегородки, опробовали многокаскадную схему, чем существенно подняли КПД преобразователей, вместо турбины поставили МГД-генератор на высоких частотах, что дало больший выход электричества… В общем, продвижение было существенным. Но, судя по взгляду Саманты, она была чем-то очень недовольна.

— Марго! — начала Саманта, почему-то опустив глаза. — Мне очень неприятно начинать этот разговор… Дело в том, что среди наших работников, я сюда не включаю ВАШИХ, которые реально подчинены именно вам, наблюдаются подозрительные действия. Мне доложили, что некто собирает данные обо всём, что касается хозяйства Хорхе Мендеса. Я бы не заводила с вами этот разговор, если бы не одно "но"… Я недавно упоминала игру "Звёздная Империя"… Так вот! Кто-то в этой игре предлагает действующим лицам собирать данные о мире не игровом, а о мире реальном. За хорошо выполненную работу персонажи получают повышения, что влечёт за собой рост жалованья, успехи в бизнесе, если игрок-персонаж этим занимается, и так далее. И у меня есть все основания подозревать вас!

Саманта официально обращалась к Марго на "вы" и это обращение коробило её, резало, доставляя нестерпимую боль. Марго подумала, что, может, не стоит утаивать свою роль в происходящем.

— Вы правы! Это я собираю сведения о хозяйстве Мендеса. Но хочу вас успокоить: эти сведения никуда не попадают. Они оседают у меня. И данные о Мендесе — лишь часть всех данных. Я также собираю данные обо всех соседях Мендеса.

— Это интересно! — усмехнулась Саманта. — Вы, конечно, можете в игре затеять любое действие, совершаемое в реале. Но за это надо платить. Я знаю, что империалы конвертируются, но для этого у вас должен быть астрономический счёт. Вы кто в игре, — Император? Но, насколько мне известны правила и возможности персонажей, Императором тоже могут манипулировать, у него есть родственники, его могут скинуть, устроив революцию и так далее. Где гарантия, что вы не работаете ещё на кого-то.

Марго усмехнулась.

— И тем не менее! Я не Император, мне некого бояться. Меня не смогут скинуть, мне плевать на любые революции. Я могу всех участников игры заставить, вернее, мягко говоря, простимулировать в нужном направлении, чтобы получить нужный результат. Не только в игре, но и в реальном мире тоже можно подтолкнуть людей делать нужное дело, мягко, незаметно, ко всеобщему удовольствию.

Саманта нервно побарабанила пальцами по столу.

— В игре есть некоторое количество персонажей, которые повыше Императора. Вы — из них?

— В некотором роде! — туманно ответила Маргарита.

— Но у них тоже есть иерархия… Верховный бог — Зевс Громовержец. Вы — Зевс? — Саманта вдруг сняла свои очки и в упор глянула в глаза Маргарите.

— Я не Зевс, — спокойно ответила Марго. — Зевс не имеет достаточной власти над игрой.

— О? Вот как? Тогда, кто вы? — Саманта придвинулась к ней, и Марго подумала, не пора ли звать охрану.

Именно в этот миг у Шеридан заиграл телефон. Она молча выслушала доклад, положила аппарат на стол и сказала:

— Как жаль, что я вам поверила. Вас следовало бы арестовать, но мне это не под силу. Правда, я могу вас убить прямо здесь, но это не исправит положения.

Взгляд Саманты стал злым, а голос, ставший совсем незнакомым, хрипел. Марго почти ощутила её мысли. Та думала о том, стоит ли ударить рукой или воспользоваться пистолетом.

— Что произошло? Почему так изменилось ваше отношение ко мне?

— Святая простота! Она не понимает… — Саманта схватила Маргариту за рубашку. — Твои подельники уже начали наступление. Ты выпытывала у нас все сведения о слабых местах, мы перераспределили планы работ, надеясь на твой долбаный генератор, вместо того, чтобы добавить солнечных установок и лазеров. Но я тебе обещаю, живой ты отсюда не уйдёшь…

— Успокойтесь! Кто начал наступление? — Марго сдерживала нажим руки Саманты, но чувствовала, что долго не выдержит. — Да успокойтесь вы!

— Нет, голубушка! На этот раз тебе меня обойти не удастся! — Саманта привстала.

"Жаль, что я не последовала совету Натачи и не пошла на айкидо", — подумала Марго, нанося Саманте точный удар в нервный узел. Она усадила обмякшее тело в кресло и позвала охрану.

— У-у-у-пс! — произнесла одна из девушек, входя в кабинет. — И что теперь делать?

— Приведите её в чувство, — распорядилась Марго. — И не отходите!

Пока Саманта, всхлипывая и хрипя, пыталась совладать со своими лёгкими, Марго вошла в игру. Ввела логин и пароль, осмотрелась в реальной обстановке. Так… Хабиб Рахман вздумал отхватить у Мендеса владения? Кто может его приструнить? Она с удивлением увидела, что этот Рахман и есть Император в игре. Но вот что интересно: у него есть один из советников… По игре он является дальним родственником Императора и может претендовать на престол. Это чудесно! Кроносу пора встряхнуть этот мир, пусть даже один из очень многих…

— Да сбудется воля богов! — пробормотал Хуан Карлос Эстебан, получив сообщение, что может претендовать на трон Императора. Он мало играл в эту игру, попросту говоря, она его не заводила. Как-то случайно ему удалось стать советником этого урода-императора, который не понимал, зачем он здесь и в чём вообще смысл его существования.

— Вот был бы я Император! — думал иногда Хуан. — Я сделал бы Империю райским местом.

Он иногда подумывал о судьбе властителей мира, об их высшем предназначении. Иногда представлял, что сам мог бы сделать на месте могущественного владыки, но этим мечтам не суждено было сбыться. В современном мире можно стать толстосумом-олигархом, но императором — никогда.

Когда всего полгода назад он узнал об игре "Звёздная Империя", то решил посмотреть, а что же это такое. Игра его поначалу увлекла. Она была в достаточной степени реалистичной, тем более, что многие действия происходили как бы в друх реальностях: одна — настоящая, другая — игровая. Эстебан даже сумел пробиться в окружение Императора, стать его Советником, но дальше начинались вполне реальные дрязги, заговоры, криминальные разборки, в которые он не хотел лезть ни в реальности, ни в игре.

Не думайте, что Хуан Карлос Эстебан был трусом! Ни в коем случае! Вступившись пару раз за своих соседей, он заработал себе известность как справедливый и принципиальный хозяин. Однажды, Камаль Малей рассказал ему, что в мире Аль-Канар официально существует система правительств, покровительствующих своим налогоплательщикам.

— Эта система начинает распространяться по всей Федерации, — задумчиво бормотал он, шевеля толстыми пальцами в золотых перстнях. — Надо, чтобы она не застала нас врасплох.

— И что ты предлагаешь? — спросил он тогда у Малея.

— Я ничего не предлагаю, — сладким голосом пропел тот. — Я не люблю изменений. Я привык жить так, как жил мой отец. Но, если ты возглавишь подобное правительство, то я спокойно доверю тебе защиту своих интересов.

— Дорогой, невольники, которых ты перепродаёшь, тоже могут пожелать, чтобы я защищал их интересы.

— Хм-м-м! Ну, тогда, — Малей ненадолго задумался. — Тогда я возглавлю какое-нибудь агентство по трудоустройству. — Он захихикал, потирая ладошки. — Когда-нибудь умники, там, в Федерации, найдут управу на наших паразитов, и наш мир тоже станет цивилизованным.

Эстебан встряхнул головой, прогоняя воспоминания. "Назначение" его Императором требовало некоторых действий в реальном мире. Его хотят использовать? Или это что-то другое?

Он глянул на предложение. Ничего такого, что бы он отказался сделать. Рахман напал на Мендеса… Леховски, может быть, сам был бы не прочь прихватить богатые рудники, но он довольствуется доходами от перевозок сырья и полуфабрикатов по своей территории. При этом, он не хотел бы иметь с Рахманом никаких дел.

В целом, складывалась вполне приятная картина: он завоюет… нет, не Мендеса. Он завоюет авторитет, организует правительство по аль-канарскому образцу, он получит в игре титул Императора, а это, как ни странно — хорошие доходы и некоторые реальные возможности. Эстебан, не долго думая, вынул из кармашка телефон.

— Джозеф! Собери мне командиров подразделений, и пока они прибудут, дозвонись до Леховски, Мендеса, Рахмана, Симонэ, Малея… Да, ещё представительство Кабурии.

Хабиб Рахман рассматривал на карте Империи свои земли. Понятно, игра совсем свеженькая, Империя — совсем молодая. Её территория совпадает с территорией его собственных владений. Те, кто был более наблюдательным, сразу знали, кто в этом мире Император. Когда он заявил своим подданным, что намерен увеличить владения, никто не возразил. Вот красивая анимашка: он объявляет о начале завоеваний, и массы народа восторженно кричат и бросают вверх головные уборы. Но это было вчера. Сегодня его отряды уже захватили несколько предприятий Мендеса. На самом деле, это всего сотня головорезов, но в игре это целая армия. Армады боевых флайеров, огромные транспорты с тысячами солдат на борту, ракетные установки, лучевые пушки на околопланетной орбите. Он сделал захват без кровопролития. Никто не сопротивлялся.

Появился один из Советников.

— Что-то их много развелось! — подумал Рахман. — Проедают имперский бюджет, паразиты. Надо бы сократить. Впрочем, это лучше сделать чуть позже, если что-то пойдёт не так. Тогда народный гнев довольно легко направить на чужие головы. Плохие советчики виноваты, а Император всегда прав!

Советник выглядел испуганно. Он отвесил поклон.

— Ваше Императорское Величество! Ваш четвероюродный брат по двоюродной тёте вашего отца поднял бунт. Заговорщики уже в столице. Боюсь, они уже во Дворце.

— Что?! Начальника лейб-гвардии ко мне!

— Простите, но он не придёт!

— Почему?

— Он уже два месяца не получал жалование. Он примкнул к заговорщикам.

В этот момент в зале появился начальник лейб-гвардии со взводом гвардейцев. Красиво развевались перья на армированных шлемах. Мундиры блестели золочёными украшениями. Рукояти плазменных мечей сияли россыпями драгоценных камней. Древка лучевых копий были увиты шёлковыми лентами. Взвод гвардейцев подошёл почти вплотную и встал, повинуясь приказу командира.

— А ты говорил, что он не придёт, — усмехнулся Император Советнику. — Э-э-э… генерал! Мне доложили, что против меня затевают заговор. Поймайте немедленно всех заговорщиков и повесьте!

Генерал ухмыльнулся.

— Именем нового Императора я объявляю вас арестованным, а всё ваше правительство — низложенным.

— Да вы, хоть, знаете, с кем имеете дело? Да… я… Я занял этот трон по воле богов!

— Всё в этом мире по воле богов, — философски изрёк генерал. — Уведите арестованного!

Солдаты встали по обе стороны от него…

— О, Аллах! — взвизгнул Хабиб Рахман, срывая с головы ком-очки.

Он увидел, что в комнате, кроме него, находится секретарь.

— Ты давно здесь?

— Простите, я только вошёл. Что-то случилось? Вы так кричали.

— Ничего страшного. От нашего передового отряда есть сведения?

Секретарь помялся.

— Полевой командир Касим хочет поговорить с вами.

— Ну, соедини!

Рахман ощутил тревогу. Если Касим хочет удостовериться, что ему переведена условленная сумма, то он мог бы это сделать через свой коммуникатор.

— Что ты хотел, Касим? — перешёл сразу к делу Рахман.

— Хозяин! — голос Касима был раздражённым. — Мы же договаривались, что ты сразу переведёшь мне и моим людям условленную сумму. Без неё мы не станем двигаться дальше.

— Что ты говоришь! Я всё перевёл, как положено! — Рахман ощутил панику. Он вытащил из кармана карточку-кошелёк и набрал запрос. Карточка была пуста. Это значит, что сумма переведена только с карты, а банковский счёт заблокирован.

— Ты перевёл по десять тысяч десяти человекам, и кинул остальных и меня в том числе! — Касим начал срываться на крик. — Если ты немедленно не исправишь положение, то я за себя не ручаюсь. Я достану тебя из под земли!

Рахман отложил телефон в сторону и сказал секретарю:

— Я сейчас подойду.

Он вышел из комнаты и больше с тех пор никто его нигде не видел. Может быть, он выскочил наружу, где подвергся заражению паразитами и те оставили в пустыне только его обглоданный скелет. А может, его захватили в плен полудикие племена. Им тоже нужны рабы.

Касим со своим отрядом сдался в плен. Сдался штатским, которых он перед этим "завоевал". И хозяин Мендес — очень неплохой вариант, его ребята согласились на это почти не раздумывая. Правда, десять человек куда-то исчезли, но может это и к лучшему. Всё в этом мире делается по воле богов.

Глава 22

Саманта пребывала в каком-то полубреду несколько дней. Она относилась к Маргарите почти как к дочери, или к подруге. И вдруг, такое предательство… Ей сразу сделали какую-то инъекцию, спазмы горла и грудной клетки прекратились, но на разум нашло какое-то помутнение. Она лежала в постели, свернувшись калачиком, как любила делать в детстве; ей было не интересно, что происходит там, снаружи. Про судьбу Мендеса она даже боялась думать, и так потрясений более чем достаточно. Она не в силах оказалась совладать со слаженной командой профессиональных диверсантов.

Кто-то тронул её за руку. Так неохота открывать глаза! Наверное, за границей её век поджидает очередное разочарование. Например, Марго. Саманта ощутила, как сжалось горло и слёзы брызнули из глаз.

— Смотрите! Она плачет! — произнёс знакомый голос. — Саманта! Что с вами? Уже всё плохое прошло! Саманта!

Саманту Шеридан передёрнуло. Ну, конечно, это голос Марго! Но как нежно говорит, как щебечет! Невинная пташка…

Саманта раскрыла глаза. Действительно, рядом сидела Марго и держала её за руку. На белой больничной табуретке пристроился Хорхе, с тревогой всматривающийся в её лицо. Начальник охраны Луи Лопес широко улыбнулся из-за его спины, видя её раскрытые глаза.

— Она смотрит! Саманта, вы узнаёте нас?

Удивительно! Как будто ничего не произошло. Мендес здесь, Лопес тоже здесь… В голове быстро наступало просветление.

— Что с нападающими? Где Рахман?

— Всё нормально! — ещё больше расплылся в улыбке Лопес. — Касим со всем отрядом сдался, а Рахман… Бог его знает, где он. Хуан Карлос Эстебан вздумал организовать правительство по подобию аль-канарского. Он быстренько зарегистрировал его в нашей локальной сети, принял налоги от нескольких хозяев, после чего выслал спецбригаду для ареста Рахмана. Вот только арестовывать оказалось некого.

Саманта с некоторым удивление рассматривала всех окружающих. Дольше всего её взгляд задержался на лице Марго, словно изучая мельчайшие подробности. Маргарите аж стало нехорошо от этого. Внезапно Саманта вскочила, схватила Маргариту за голову и повалила на кровать.

— Она не в себе! — крикнул кто-то. — Врача! Санитаров!

В Саманту вцепились сразу несколько рук, пытаясь оттащить от Маргариты.

— Паразитолога! Быстро! — заорала Саманта, удерживая Марго на кровати. — Волосяной червь! Пинцет дайте!

Кто-то дал ей пинцет, и она захватила головку паразита, который выглянул наружу возле брови. Врач быстро приготовил и сделал Маргарите укол, потом ещё один.

— Боюсь, что это мало поможет. Стадия такой личинки означает, что заражение уже зашло далеко.

Марго молчала, будучи шокированной таким известием.

— Сколько у неё времени? — спросила Шеридан у врача.

— С интенсивными инъекциями — около недели. Есть, правда, немного нетрадиционный способ. Это яд степной осы. Каждый укус отодвигает финал ещё на неделю. Если организм выдержит, то можно делать укусы ежедневно, это гарантирует излечение.

— Я помню, мне делали такое же. Дайте мне телефон! — крикнула Саманта. — Телефон! Немедленно!

Мендес дал ей аппарат, после чего тут же был выдворен из палаты вместе с другими мужчинами.

Саманта, стоя босыми ногами на полу, отдавала кому-то распоряжения. Марго переодели, уложили на каталку и перевезли в соседний бокс. Там уже висела приготовленная капельница. Марсия, Анжелина Грасс, её помощники и помощницы растерянно бродили по коридору. Наконец, Анжелина улучила момент, когда Саманта прекратила очередной телефонный разговор.

— Саманта! Что мы можем сделать?

Саманта думала недолго.

— В больнице полно работы. Я буду назначать вас сюда.

Через полчаса, примерно, привезли в баночках несколько ос. Врач сделал Маргарите пробу на аллергию, удовлетворённо кивнул.

— Ну, голубушка, держитесь! — сказал он. — Эти осы жалят сильнее земных.

Он осторожно захватил специальным пинцетом осу и посадил Маргарите на внешнюю сторону бедра. Оса моментально ужалила.

— О-о-о! — взвыла Маргарита. — Как больно!

Её как будто ударило током. Пронизывающая нервная боль, от которой заныли все суставы, кости, зубы. Затрепыхалось сердце, горло сдавило. Врач рассматривал зрачки пациентки.

— Придётся потерпеть! Через три-четыре дня попробуем сделать ещё укус. Посмотрим на переносимость. Если всё будет нормально, то сократим интервалы. После недели ежедневных укусов осы от паразитов, как правило, не остаётся и следа. Но на весь курс лечения уйдёт примерно месяц. Так что крепитесь!

— То есть, вы можете или оттянуть мой конец на месяц, или даже вылечить?

— Да! Я месяц гарантирую! Вы или вылечитесь, или не выдержит организм.

Врач вышел, и почти сразу в бокс вошли санитарки, которые тщательно вымыли полы. В соседнем пустом боксе сквозь опущенные наружные жалюзи пробивался зеленоватый свет бактерицидной лампы.

Марго увидела на столике свои ком-очки. Они, похоже, прошли обработку озоном, после чего были запакованы в стерильный пакет. Марго надела очки, включила их и вошла в игру.

Как здорово получилось с этой игрой. Большинство народа использует для управления ком-очки. В этих очках отображается весь окружающий мир. Кронос, пользуясь своим особым статусом, может слышать и видеть всё, что слышат и видят игроки, даже когда не играют. И, значит, Марго имеет возможность управлять всем миром, даже за пределами "Звёздной Империи".

Сейчас она убедилась, что плата за монтаж ретранслятора проведена, произошёл перевод денег спецподразделению по охране грузоперевозок, а ещё… Нет, конечно, в любом цивилизованном мире она бы себе такого не позволила… Она нашла какого-то беднягу, который никак не мог утилизировать несколько миллионов тонн хлор- и бром-содержащих углеводородов, разрушающих озоновый слой. По воле Кроноса он выльет эти углеводороды прямо в атмосферу Лурра, за что получит очень кругленькую сумму на свой счёт. Озон разрушится в верхних слоях, в результате жёсткий ультрафиолет дойдёт до самой поверхности и простерилизует её, как это делает бактерицидная лампа. За год-два уровень озона опять поднимется, но этим процессом можно управлять. Достаточно будет понемногу сбрасывать аналогичные отходы, чтобы не дать тучам паразитов размножаться. Научная станция, на которой трое немного свихнутых учёных упорно продолжали исследовать природу Лурра, с радостью ухватилась за работу по контролю за составом атмосферы. Марго предложила им расширить сеть наблюдения, с соответствующим финансированием. На своём пульте, точнее — пульте Кроноса, она наблюдала, как начальник станции строчит сообщение в Академию Наук и заказывает новое оборудование.

Марго шевельнулась и тело пронзила боль от укуса. Боль была чуть глуше, но всё-таки ужасной. Да, такой способ лечения не может быть универсальным.

Она тоже заказала оборудование. Медикаменты, бригада врачей-добровольцев. Удивительные среди них бывают люди. В то время, как основная масса всю жизнь тратит на зарабатывание денег и ещё раз денег, эти самоотверженные человеки рассматривают свою жизнь совсем с другой точки зрения. Некоторые считают, что их жизнь — это служение Богу, Природе, всему человечеству. Деньги — всего лишь расходный материал, как, впрочем, и их собственная жизнь. Человек приходит в эту жизнь голый и босый, и уходит, в общем-то, таким же, не имея возможности забрать с собой ни квартиру, ни должность, ни банковский счёт.

Марго на какое-то время стало жутковато. Неужели её жизнь закончится в самом ближайшем будущем? "Нет-нет! Я не могу умереть! Как может быть, чтобы я перестала себя ощущать? Как я могу НЕ БЫТЬ?" Паника захлестнула её всю. Стало жалко себя, просто невыносимо! Из глаз выступили слёзы. А Натача рассказывала, что нужно свои действия рассматривать с позиции Бога. Не в том смысле, что "делаю, что хочу". А в смысле: "Как я поступлю, если моя жизнь не имеет конца?" Девика говорила, что человек — это крохотная частичка Бога. Его личность получает на время независимость, а после смерти тела сливается с божественным разумом, обрабатывает полученные результаты, подводит итоги и вырабатывает планы на дальнейшее. Каждая жизнь — как эксперимент, проводимый над тяжёлой, неповоротливой материей. Потом может быть новая жизнь, полная тяжких испытаний. И так, пока не приобретёшь нужные знания!

Марго размазывала по щекам слёзы и думала: "У меня остался, может быть, только один месяц! Попытаться связаться с Али?"

А потом в ней просыпалось какое-то упрямство и она решала, что справится и сама. Нечего нюни распускать! Какой-то год назад она сама справлялась со всеми неприятностями, которые выпадали на её долю. Что же теперь она? Размякла?

Лечение двигалось медленно. Чувство воткнутой постоянно в руку иглы… Капли лекарства в капельнице, подвешенная к стойке бутыль. Марго ощущала протест тела, которому надоело лежать неподвижно. Она вертелась на кровати, иногда осторожно садилась, вставала. Медперсонал проверял положение иглы и всей системы, и поскольку всё было на месте, ей не запрещали это делать. Иногда по два раза в день её посещали то Марсия, то Ден Рувэ, то Анжелина Грасс, то Шеридан.

Во время очередного посещения Саманта в какой-то момент вдруг решилась:

— Извини, Марго… Я дурное про тебя подумала. Запаниковала, а в голову такие глупости полезли, что сейчас и вспомнить страшно.

— Я понимаю вас, — кивнула головой Марго.

— Давай уж, будем на "ты", — предложила Саманта. Она чуть не коснулась Маргариты рукой, но вовремя спохватилась. — И называй меня Самантой.

— Хорошо! — согласилась Марго.

Они помолчали.

— Видишь ли, — вдруг сказала Саманта. — Много лет назад меня… предали. Впрочем, я даже не знаю сейчас, было ли это предательство. По-моему, он даже этого не понял. А я сходила от него с ума, бесилась. Потом, всему миру назло, и особенно ему, я записалась в Звёздную Пехоту.

— Так всё-таки, — переспросила Марго. — Он… тебя предал или нет?

Саманта грустно улыбнулась.

— Вот, как, по-твоему, — Али предаёт своих жён, когда женится снова и снова?

— Гм! Это особый случай. Али получает разрешение у своих жён на право ещё раз жениться. Вообще-то у мусульман старшая жена имеет право развестись с мужем, если ей не нравится его выбор. Ей причитается какая-то компенсация. У космических торговцев ситуация аналогичная. Жена может развестись с мужем, если он вздумал вновь жениться. Это такой протест против новой женитьбы. Своего рода ультиматум. Если учесть, как много у торговцев зависит от слаженной работы всей семьи, то не удивительно, что со старшими жёнами разводятся очень редко. Уж скорее мужчина откажется от новой жены.

Марго умолчала, что провела первую ночь с Али против воли его жён. Когда они на следующий день прилюдно уложили его на пол, это была своего рода маленькая месть.

Саманта заметила улыбку на её губах.

— Он с тобой развёлся, а ты улыбаешься. Впрочем, если учесть, что тебе досталось… сколько миллиардов? Извини! Меня опять заносит, — спохватилась Шеридан, глядя, как сдвигаются брови Маргариты. — Так ты его любишь? — Марго молча кивнула, а Саманта выдохнула: — Просто удивительно! А как бы ты посмотрела, если бы он вздумал снова жениться?

— Если новая женщина мне понравится, то — нормально. — Марго припомнила вечера, которые проводила то с одной женой Али, то с другой. Припомнила кухню, где Хафиза показывала ей свои секреты готовки, беседы с Натачей, Хелену, которая часы напролёт могла обсуждать разные открытия и изобретения, Роксану, знающую уйму песен на французском, которые давно уже забыли на Самме…

Саманта имела другую точку зрения на данный предмет. Она скривилась.

— Похоже, этот мир окончательно сошёл с ума! А я не захотела мириться с тем, что он был женат и не думал разводиться. Он уверял меня в своей любви, встречался со мной чуть ли не каждый вечер, а потом возвращался в свою семью. Ну, да ладно! Это всё уже в далёком прошлом.

Саманта вздохнула и засобиралась уходить.

— Ну, здесь всё понятно, — произнесла Марго. — У христиан нет многожёнства.

— А я разве говорила, что он христианин? — Саманта задержалась у выхода из бокса. — Он был мусульманин. И у него уже было м-м-м… три жены.

В один из дней Маргариту посетил Хорхе Мендес. Он сел почти возле самой кровати, потом увидел за стеклом недовольное лицо дежурной медсестры и отодвинулся подальше.

— Чего она на меня так смотрит? — проворчал он. — Эта зараза передаётся только при непосредственном контакте или через заражённые предметы. А здесь всё стерильно…

Он снова глянул на медсестру, подождал пока она займётся своими делами и тихонько придвинул стул.

Начал он издалека. Интересовался самочувствием Маргариты, как она проводит время, кто её посещает. Одним словом: вежливый разговор ни о чём. Потом Мендес перешёл к делу.

— Маргарита! Я хотел с вами обсудить некоторые вопросы, имеющие для меня очень важное значение.

— Да-да! Пожалуйста! Спрашивайте! — ответила Марго, немного сбитая с толку.

Мендес опять глянул сквозь стекло в коридор, словно опасаясь, что его услышат.

— Я слышал, что любой человек в Галактике может стать… э-э-э, протеже любого правительства планеты Аль-Канар.

Марго ощутила, как помимо её воли брови ползут вверх. Через мгновение её лицо снова приобрело прежнее спокойное выражение. Получается, Саманта обсуждала этот вопрос с Мендесом?

— Но перед человеком, жившим на Лурре, возникает серьёзное препятствие, — Мендес внимательно следил за лицом Маргариты, словно пытаясь прочесть на нём нужный ответ. — Можете ли вы сказать, что будет, если житель Лурра станет протеже правительства, зарегистрированного здесь же?

Марго ощутила, что её компетентности недостаточно для решения такой проблемы.

— Не могу ничего сказать определённого. Если ваше правительство возьмёт обязательство действовать по законам Федерации, то, скорее всего, значительная часть жителей Лурра окажется преступниками. Если правительство решит создавать свои законы, то оно окажется без поддержки Федерации. А вы это спросили…

— Вы, наверное, догадались… Я не стану скрывать, мы с Самантой любим друг друга. Одно время я подумывал улететь отсюда. Но тогда пришлось бы бросить всё. А я не уверен, что смогу начать всё заново. Да ещё добавилось это… Я никогда не измывался над своими работниками. Но у нас хозяин территории исполняет функции и законодательных, и правоохранительных органов. Не всегда мои действия были в согласии с федеральными законами. Саманта меня поддерживала, помогала разбираться с многими делами. Я готов ради неё на всё. Но, если я увезу её в другой мир, и ей предъявят там обвинение в гибели людей… Марго! Вы, ведь, уже прочувствовали, как легко схватить инфекцию на этой планете. У многих в наших условиях сдают нервы. Иногда приходится кого-то изолировать, от некоторых необходимо избавляться. Наш мир очень хрупкий. Один негодяй способен погубить сотни и даже тысячи людей. Такие решения даются непросто, но они необходимы. Решительные меры могут спасти людей.

Мендес замолчал, не зная, что же ещё добавить.

— Мне это всё хорошо знакомо, — задумчиво произнесла Маргарита. — Но у вас гораздо более тяжёлая ситуация.

Мендес хмыкнул.

— Извините! — вдруг сказал он. — На самом деле, самая тяжёлая ситуация у вас. А я досаждаю вам своими проблемами. Но вы не теряйте надежды. Даст Бог — вы выздоровеете. Желаю удачи!

Мендес ушёл, но Марго не чувствовала себя одинокой. При помощи ком-очков она руководила доводкой генератора, рыскала по Мировой Сети, добралась до правительственных сайтов Аль-Канара, где заплатила налоги какому-то Братству. Теперь, по логике, они отвечают за неё и всю её команду. Интересно, это религиозное братство? Марго детально просмотрела все ссылки на сайте, но ни о какой религии речи не шло. Потом она увидела сайт правительства Али Мухамеда. В ней проснулось какое-то озорство и она заплатила налоги ещё и ему. Прошлась по ссылкам. Да, знакомые имена: Фазиль, Вайнона… Имена почтовых ящиков, телефоны экстренной связи.

Её занятие прервал врач.

— Ну что, голубушка! Давайте сделаем ещё одну посадочку. Второй раз вы воспримете это легче. Если нет, то это плохо, но такое бывает очень редко.

— Какую посадочку? — не поняла Марго.

— Оску вам посадим, вот какую!

Было всё равно больно. Впрочем, может доктор и прав? Кажется, что чуть легче. Уже не стискивается сердце, не хватает спазмами горло. Больно! Но нет чувства, будто сверлят кости и распиливают суставы. Врач проверил показания электронного диагноста, посмотрел зрачки.

— Чудненько! Вы, похоже, пойдёте на поправку. Ещё одну посадочку сделает вам через два денька.

Довольно мурча под нос песенку, он удалился. Маргарите принесли ужин, потом сменили постель, бельё и капельницу, после чего оставили в покое. У неё повысилось настроение, исчезло беспокойство, досаждавшее последние дни, она спокойно уснула и безмятежно проспала до самого утра.

Глава 23

Так называемый капитан Гаррисон "гулял" уже несколько недель. Вырученные за последнюю партию товара деньги были совсем небольшой суммой. Они не позволяли затеять перевооружение флагмана, на них невозможно было приобрести новый корабль. Оставалось только одно — прокутить их и забыть. Тем более, что команде всё равно платить надо. Правда, Гаррисон использовал продукты и выпивку с захваченного лайнера, а женщин… У него был свой резерв. Не хватало ещё женщин с планеты брать!

Вообще-то практика показала, что большое количество выпивки делает женщин ненужными. И без них хорошо! Вот как раз сейчас Гаррисон был в хорошем хмелю, слушал пьяные истории, которые рассказывал лейтенант Фернандес, смеялся вместе со всеми… Ему больше ничего не было нужно.

Подошёл старпом Смит.

— Капитан! Что-то вокруг нас непонятное происходит.

Капитан прошлёпал заплетающейся походкой в рубку. Всегда трезвый и угрюмый Николя Дюваль показал ему трассу полёта каких-то крупных обломков.

— Ну, и что ты мне тычешь? — рассердился Гаррисон.

— Обратите внимание, капитан… Масса этих так называемых обломков почти одинакова. Траектории их движения такова, что они попадают прямёхонько в атмосферу Лурра.

— Ну и что с того? — не хотел понимать очевидного Гаррисон.

— Эти объекты искусственные! Это могут быть гамма-бомбы… Они летят с небольшой задержкой по времени, как раз, чтобы за один оборот планеты накрыть всю доступную территорию.

— Стой-стой! — Гаррисон не блистал остротой ума, но был достаточно хладнокровным. — Какая у них масса?

— Около пятисот тонн у каждого! — доложил Дюваль.

— Ха! Это не гамма-заряды! — капитан успокоился и намеревался продолжить попойку.

— Капитан! Но их кто-то запустил! — не унимался Дюваль. — А зачем? Мои расчёты показали, что они могли быть прицельно сброшены с пролетающего за кометным облаком корабля.

Гаррисон почесал затылок.

— Я не удивлюсь, если какой-то кретин на высоком посту, там, в Федерации, вздумал превратить Лурр в галактическую помойную яму. Тогда нам придётся отсюда линять.

— Так, может, взглянуть на один из объектов?

Гаррисон почти в упор посмотрел на назойливого подчинённого.

— Ну, хорошо! Посмотри! Можешь взять малый разведчик.

— Благодарю, сэр! — аж подпрыгнул на месте Николя.

— Дурак! — тихо буркнул капитан, направляясь в кают-компанию, к прерванному застолью.

— Мадам! К вам посетители! — прозвучал в динамиках очков голос секретарши.

— Да-да! Я готова!

Марго легла поудобнее на кровати. Вставать ей сейчас не стоило. Очередной укус степной осы… Доктор своё дело знает. Этот сеанс она перенесла спокойно, но трубки, иглы, капельница оставались приклеенными к её руке. Да и какая нужда вставать? Эстебан знает, в каком она положении.

Хуан Карлос Эстебан, глава первого правительства Лурра, пришёл в сопровождении целой свиты. Охранники видны сразу, а остальные старательно делали вид, что ему очень нужны, толкались вокруг, пытаясь придвинуться ближе. Охрана, со своей стороны, следили, чтобы никто особо не приближался. В бокс Эстебан вошёл один, сел на стул, стоящий на заранее заданном расстоянии. Он начал с длинных приветствий на испанском, потом, спохватившись, что собеседница его не понимает, перешёл на английский. Марго его успокоила:

— Я понимаю ваш язык. У меня в очках программа-переводчик.

— О, да! Конечно! Я забыл, с кем разговариваю!

— И с кем же, по-вашему?

Эстебан чуть придвинулся к ней и едва шевеля губами произнёс:

— Я в курсе, какую роль вы играете в Звёздной Империи.

Марго не понравилось, что её тайна раскрыта.

— Вам что, рассказал это один из ваших советников?

— От вас ничто не скроется, — улыбнулся он. — Таким и должен быть великий бог времени. Я только не ожидал, что это будет женщина. Хотя, великие люди — это особая категория.

— Давайте перейдём к делу! Вы же не для того сюда пришли, чтобы восславлять мои доблести?

— Ну, во-первых, я хотел бы выразить вам свою благодарность за своё назначение, гм, Императором. А во-вторых я здесь, чтобы координировать с вами свои действия.

— Что вы имеете в виду?

— Я хотел бы знать, что за контейнеры летят к Лурру?

Марго приподняла бровь.

— Вам доложил капитан Гаррисон? — она быстренько вывела на экраны своих очков нужную информацию. Оказалось, что Императору докладывал не Гаррисон.

— Нет! Один из его людей работает на меня. За деньги, разумеется.

Марго моментально проверила это утверждение. Похоже, что Эстебану можно верить.

— Я заказала для Лурра гиперретранслятор, кое-какое оборудование…

— В контейнерах для мусора и токсичных отходов? — недоверчиво скривился Эстебан.

— Да. Но контейнеров гораздо больше. И там — настоящие отходы, которые вызовут снижение уровня озона в верхних слоях и увеличение его доли в нижних. Заодно я замаскировала ценный груз в массе помех. Гаррисон не будет проверять их все.

— На это он не пойдёт. Но он может расстрелять эти контейнеры на некотором расстоянии от планеты.

— Думаю, что он не успеет.

После этой фразы наступила тишина. Хуан Карлос задумался, потом решился.

— Я понял, что Императору следует спросить совета у Кроноса, как поступить правильно.

Марго ответила в том же духе:

— Императору следует подчинить себе пиратов. В ином случае постребуются большие расходы на создание нового флота.

— Я понял! — Эстебан кивнул и стал прощаться.

— Подождите! — остановила его Марго. Она бегала по своим каталогам, свойствам, файлам, но нигде не было данных о том, что Императору докладывали о Кроносе. — Кто вам раскрыл тайну Кроноса? — Она увидела, что Эстебан колеблется. Конечно же, он не хочет раскрывать причастие к этому Марсии. — Я не стану её увольнять, — добавила она напоследок.

Эстебан вежливо улыбнулся.

— Вы не сможете этого сделать. Она не работает на вас. Кроме того, она не играет в вашу игру. Сведения о Кроносе я узнал в личной беседе.

Марго удивилась. Если это сделала не Марсия, то… Саманта? Она проверила файлы Саманты. Та играла в "Империю", но с Эстебаном вообще не встречалась. Загадка…

Да! Совсем скверно! О её статусе скоро будут знать все. Но почему не зафиксирован разговор о Кроносе в файлах Эстебана? Похоже, что он в этот момент не пользовался очками, вот и всё! Кто же ещё в курсе?

— Вы можете мне, всё-таки, назвать этого человека? — настаивала Маргарита.

— Извините, нет! — твёрдо произнёс Эстебан. — От этого зависит и ваше благополучие тоже. Никому не следует знать всей цепочки событий, связанных с вами. Я могу только догадываться о них, но лучше не произносить вслух.

— Тогда — всего хорошего! — попрощалась с посетителем Марго.

Хуан Карлос поклонился и вышел. Его заверили, что этот отказ не вызовет неприятных последствий, но он не мог отделаться от мысли, что его ждёт "дворцовый переворот". Впрочем, переворот ему мог бы устроить человек. Именно человек, со всеми своими комплексами, обидами, эмоциями. Но Кронос был выше этого. Эстебан только через неделю понял это. "Она достойна быть в списке богов" — подумал он о Маргарите. "Она — богиня. И она — королева".

Глава 24

— Открыто! Входи! — крикнул Али в ответ на звонок входной двери.

Щёлкнули створки, мягко заурчали двигатели. Вошла Натача.

— Ты долго намерен так валяться? — спросила старшая жена, разглядывая мужа, лежащего на кровати.

Али в ответ только вздохнул, продолжая разглядывать ткань балдахина над головой.

— Ты не собираешься вытягивать Марго из рабства? — Натача уселась рядом на покрывало.

— О каком рабстве ты говоришь? — скривился Али. — Она совсем не нуждается в моей помощи! Мне пришёл доклад от Анжелины Грасс — это вообще ни на что не похоже! Они сейчас все заняты разработкой генераторов нового типа и строительством новой политической структуры по типу аль-канарской. Марго заправляет там почти всем. К ней постоянно обращаются за советом то глава первого демократического правительства Лурра, то хозяин Мендес, у которого она, якобы, в рабстве. Она заказывает оборудование для новых медицинский центров, для развития коммуникационных сетей и так далее. Она проплачивает работу по прогнозированию терраформистских операций. И это при условии, что Брут Диксон умудрился арестовать её собственность… Для неё вообще нет ничего невозможного! Зачем ей нужен я?

Натаче показалось, что Али на грани истерики. У мужчин, как и у женщин, тоже бывают истерики, но они носят очень специфический характер. Стоит попробовать увести его мысли на что-то более полезное.

— Ладно! — сказала первая, она же старшая жена. — Если ей не нужна помощь, мы навязываться не будем. Но, неужели ты оставишь в покое этого негодяя Диксона? Хелена и Катя сделали анализ его экономического положения. Он не спроста согласился на десятую часть от первоначальной суммы иска. Он несёт потери по всему фронту. А самое интересное, Джень нашла информацию, что Диксон пытается продать ту самую разработку, из-за которой мы погорели.

— Ну, пусть пытается, — буркнул Али.

— А ты утратил к ней интерес?

Али почесал бороду.

— Не совсем! А за сколько он её продаёт?

— За сто лимонов, — ответила Натача.

— Слушай! Что у тебя за жаргон?

— Ну миллионов, — поправилась жена. — Чертовски дёшево!

— Да! — согласился Али. — Похоже, дела у него совсем плохи. Может, помочь бедняге? — его глаза странно заиграли.

— Ты что? — Натача удивлённо подняла брови. — Помочь этому негодяю?

— Ну, конечно! — с той же меланхолией в голосе произнёс её муж. — Именно помочь… чтобы не долго мучился. Разузнай подробности.

Вы, уважаемые читатели, наверное помните, что основой основ капитализма является рынок. Причём, рынок этот обязательно стихийный. Любые попытки рынок регулировать модифицируют капитализм, и чем средств регулирования больше, тем больше он напоминает социализм, правда, с человеческим лицом. А регулировать рынок приходится. Хотя бы потому, что по мере экономического роста субъектов рынка их количество уменьшается, а влияние на рынок растёт. Несколько крупных игроков в какой-либо отрасли способны совместными усилиями сделать с рынком всё, что угодно. Обычно нормальные государства вводят антимонопольные законы, ответственность за сговор по контролю за рынком. Брут Диксон приложил все усилия, чтобы в ряде миров, где хозяйничает он, таких законов не было. Сейчас, когда влияние Диксона стало снижаться, отсутствие антимонопольных законов сыграло против него. Али, совместно со своими жёнами, начал раскачивать цены на ряде бирж. Брокеры Диксона, в результате, провели несколько операций, которые нанесли Диксону и им самим очень серьёзные убытки.

В этот день Брут Диксон метался по своему кабинету. У него было скверное настроение, у него болела голова, тряслись руки и ноги. Наркотический карандашик уже мало помогал, вызывая облегчение всего на несколько минут.

— Проклятие! — бормотал Диксон себе под нос. — Я уже в глубокой заднице. Мои предприятия терпят убытки. От меня уходят работники и менеджеры. Меня уже не называют Большим Диксоном. Если пишут "Б.Диксон", то под этим "Б." подразумевают совсем другое. Одна газетёнка даже написала "б… Диксон".

Что же случилось? Многие бизнесмены довольствуются тем, что для них зарабатывают нанятые менеджеры. Почему же у него все менеджеры такие пройдохи и кретины?

Один умник, которого характеризовали как лучшего в отрасли аналитика, заявил, будто вся структура предприятий Диксона заражена как вирусом патологическими идеями. Эти идеи сейчас приносят ему убытки, подчиняют себе всех новых людей и убивают всё на корню. Диксон выгнал его, даже не заплатив. Вместо того, чтобы предлагать дело, он повторяет статейки из дешёвых бульварных изданий.

Заиграл внутренний телефон.

— Сэр! — доложил секретарь. — Начальник лаборатории уже здесь.

— Хорошо, Моррис! Пусть войдёт!

Диксон всё ещё возлагал надежды на разработку, которую он буквально зубами выдрал у Султана Али и Марго. Антигравитатор! Конечно, разработка имела значительную теоретическую часть. Для этого нужны не менеджеры, а головастые теоретики. А с этим в последнее время туговато. Вот, возьмите, например, Фарадея. Он вывел основные закономерности, которых достаточно, чтобы строить все электрические машины. Человек без образования, самоучка. Он сформулировал концепцию, основу. А уж после него появилась масса последователей, которые, не имея возможности сказать что-то новое, просто жонглируют формулами, громоздя их одна на другую, словно говоря: "Вот я какой умный!" В этих формулах не способны разобраться ни инженеры, ни студенты. Даже большая часть учёных, если они не работают в данной области, тоже в этом ничегошеньки не понимает. Во всех учебных заведениях на голову неофитов вываливают эти горы научного хлама, который способен вызвать только стойкое отвращение. В школах на любом уроке рисуют какие-то стрелки, схемы… Как будто они способны облегчить понимание. Это же идиотизм, вводить новый, незнакомый язык для человека, который и так плохо понимает происходящее. Так что, ничего удивительного нет в том, что светлых голов в мире стало меньше.

Начальник лаборатории, наверное, перегруженный работой, тоже не был светлой головой. Он запинался, объясняя Диксону возникшие проблемы, путался в доводах, многократно повторялся.

— Понимаете?.. Это какой-то тупик… Гравитационная установка нужна не только для того, чтобы удерживать летательный аппарат над планетой. Внутри аппарата мы должны обеспечивать искусственную гравитацию. То есть, мы должны решать противоречивую задачу: отталкиваться от планеты, но создавать тяготение для экипажа и пассажиров. Установка, смонтированная в днище аппарата, будет отталкивать от себя не только планету, но и экипаж. Наши изобретатели предложили монтировать установку в верхней части аппарата. В результате получается, что пассажиры отталкиваются от потолка, то есть, прижимаются к днищу. Но есть и неприятность. Величина этого притяжения зависит от массы летательного аппарата и массы планеты. Это совсем неприемлемо.

— Короче! — остановил его Диксон. — Вы не видите возможности заменить старые СВЧ-установки на новые?

— М-м-м, — замычал посетитель. Потом добавил: — Да!

— Ну, вот! Опять убытки! — думал Диксон после его ухода. — Деньги потрачены, а отдачи ноль.

Он опять мазнул лоб карандашиком. Встал, подошёл к окну. А, может, удастся продать разработку? За сто миллионов никто не хочет, так пусть за пятьдесят. Или за десять… С паршивой овцы хоть шерсти клок. Если Али вздумает купить… пусть!

Али купил разработку антигравитатора.

Рассматривая схемы работы, диаграммы ускорений поля тяготения, он решал почти ту же проблему, что и Диксон.

— Хелена, солнышко, здесь нет возможности стабилизировать внутреннее тяготение. Смотри! Если мы неподвижно удерживаем аппарат над планетой, то пассажиры испытывают тяготение, будто находятся на её поверхности. Это совершенно не годится! Кажется, мы потратили деньги зря! — Али задумчиво потёр кончик носа. — Получается, Диксон напоследок нас ещё раз нагрел.

Хелена, его третья жена, усмехнулась.

— Сразу видно, Али, что ты мало тренирован в изобретательстве. Эта задачка решается элементарно. Правда, установка усложняется в два раза. Смотри! В корабле есть две установки: вверху и внизу. Ускорение тяготения, развиваемое каждой, это две неизвестные. Ускорение суммарное должно быть равно, например, ускорению поля тяготения планеты. А разность ускорений равна величине ускорения в салоне. Две неизвестных, два линейных уравнения… И всё!

— Хм! — Али почесал затылок. — А у Диксона, похоже, не оказалось таких умных сотрудников…

— Да нет! Оказалось! — заверила Хелена. — Вот только они не горели желанием ему всё выкладывать.

— Та-а-а-к! И они, наверное, хотят к нам на работу?

— Угадал!

— Ну, что ж! Хорошие специалисты везде нужны. Я не против.

В один из дней, усаживаясь завтракать в кают-компании, Али слушал доклад дежурной секретарши Кати. Состояние дел в компаниях, в подразделениях его фирм. Неожиданно Катя сделала паузу.

— И ещё! — она пролистала статью из сети. — Брут Диксон объявлен банкротом… Имущество будет распродано с аукциона за долги… О! Бывший глава найден сегодня утром в своём кабинете мёртвым. Следствие озвучило наиболее вероятную версию смерти — передозировка наркотиков.

Али пробормотал молитву за упокой души.

— Ты думаешь, он достоин такой чести? — спросила Натача.

— После смерти каждая душа сливается с Всевышним! — ответил Али. — Уж ты должна это знать! Пусть успокоится и не доставляет больше никому неприятностей. А, кроме того…, - Али запнулся, — С его подачи я познакомился с Марго.

За столом наступила некоторая тишина. Стучали столовые приборы, шуршали по полу подошвы дежурной по кухне Эллиды. Ушла на вахту Роксана, пришла с вахты Корасон… Вдруг Катя аж подпрыгнула на месте и стала быстро двигать в воздухе руками. Было видно, что она активно работает с документом в ком-очках.

— Али! Марго зарегистрировалась на сайте как твоя протеже. И ещё более двухсот человек вместе с нею. Текущее местоположение — Лурр. Так… эти фамилии всем нам знакомы… Анжелина Грасс со своим агентством. У-у-у-пс! Хорхе Мендес! Знаешь такого? Какая-то Саманта Шеридан…

Фото Мендеса и Саманты быстро разлетелось по экранам очков. Али не проявил никакого интереса, зато Натача заинтересовалась. Саманте было почти сорок, а на вид… В общем — ничего опасного.

— Почему она лысая? — спросила Назира.

— Потому что Лурр! — ответил Али. — Аллах великий! Они же все сейчас на Лурре! Вы знаете, что такое Лурр? Их всех надо оттуда забрать!

— Ну, хорошо! — пожала плечами Натача. — Завтра вылетаем!

Али после завтрака вернулся к себе в каюту с тревожно бьющимся сердцем. Он очень старался, чтобы никто ничего не заметил. И, кажется, это удалось… Его жёны ни о чём не знали, пусть и дальше не знают.

Саманта… Неужели это та Саманта, с которой он встречался вечерами на Аурелии? Он с трудом узнавал её. Неужели она или её родители не сделали генетической коррекции? Вообще-то похожа на ту Саманту, но в то же время, как будто, нет. Или это не она? У той были очаровательные губы. Когда она улыбалась, у Али начинало всё внутри трепыхаться. В такой момент он был готов прыгнуть в пропасть, к чёрту на рога. У Саманты были такие нежные пальчики… Он их обожал целовать. А ещё у неё были необыкновенно красивые каштановые волосы. Ему нравилось перебирать их пальцами и вдыхать их аромат. Где же эти волосы? Или это не та Саманта?

Натача, воспользовавшись отсутствием мужа, пригласила всех жён в командную рубку. Вместе со всеми туда же сунулась и Фарида, но Натача остановила дочь:

— А ты куда?

— Мне тоже интересно! — заявила девушка. Сзади стояли дети помладше, надеясь на положительное решение вопроса.

— Извини! Тебе пока что рано вникать в ряд проблем, — Натача закрыла дверь.

Она осмотрела всех присутствующих и начала:

— Девочки! Я вас собрала по следующему поводу… Вы видели фотографию Саманты Шеридан. Если бы наш муж стал её рассматривать, это было бы вполне естественно. Однако, он повёл себя необычно — ушёл к себе, чтобы ознакомиться с фото одному. Вы видели его глаза?

— Я видела его руки, — заметила Изабель. — И сразу поняла, что с ним что-то происходит.

Натача вывела на общую картинку ком-очков присутствующих два графика.

— Посмотрите эти хроматограммы! Программа распознавания утверждает, что это один человек!

— Я не совсем понимаю, о чём речь! — произнесла Дейла.

Натача прокашлялась.

— Я сейчас всё разъясню. Чуть более пятнадцати лет назад мы садились на Аурелию. Торговля шла кое-как. Я удивлялась, какого чёрта мы торчим там. Вы уже знаете, что в подобных случаях через полгода поток доходов сокращается настолько, что необходимо сворачиваться и улетать. На Аурелии мы сидели целый год. И я теперь только понимаю, что это был за год. А в конце что-то произошло.

У Али тогда было три жены. Мы пахали как папа Карло, и думали, что Али тоже пашет. Он пропадал где-то днями, хотя чаще всего это были вечера. Если бы он вздумал исчезнуть на ночь, его ожидал бы грандиозный скандал. Но он был очень осторожен. Когда я поняла, что у него появилась новая любовь, то ожидала, что дальше всё пойдёт уже установившимся порядком: он знакомит нас со своей избранницей, а мы выносим решение — согласны-несогласны. Когда ожидание стало надоедать, я сняла с Али хроматограмму и выделила спектр той, с которой он встречался. Это потребовало некоторой обработки данных, но…

— Не понимаю, зачем ты это делала? — Дейла, кажется, была недовольна. — И какое ты имела право?

— Я почувствовала, что всё идёт не так как надо! Мы были согласны ждать ещё, но пауза сильно затянулась.

— Догадываюсь, что из-за этого Али попал в ту финансовую западню, когда мне пришлось его спасать.

— Да, ты права. Али думал, что никто ничего не замечает, но для нас не сложно было заметить его состояние. Поначалу он был возвышенно-вдохновлённым. Потом — безумно-влюблённым. Когда наступил конец учебного года в ВУЗах Аурелии, Али был несчастен и опустошён.

— Ещё одна студентка! — хмыкнула Хелена. Натача зыркнула в её сторону, и она стала оправдываться: — А что я такого сказала?

— Так что же произошло? — спросила Эллида.

— А ты про себя вспомни! — напомнила ей Роксана. — Кто кричал, что не потерпит мужа-многожёнца?

— Будто ты сразу была "за"!

— Я не задаю дурацких вопросов!

— Тихо! — прикрикнула Натача. — Кому не интересно, может гулять. — Она дождалась наступления тишины. — Вы помните, с чего началась история с Марго? Али получил сообщение на телефон: "Мы не виделись 15 лет".

— Ты считаешь, что этот "б. Диксон" был в курсе событий 15-летней давности? — подхватила идею Изабель.

— Думаю, что в курсе был Босуорт.

— Профессионал! Что ещё сказать? Но что ты хочешь сделать дальше?

— Разыскать эту Саманту, что ж ещё? Устроить встречу с Али.

— Ну, да! — иронично произнесла Эллида. — Особенно здорово будет, если он одновременно увидит её и Марго.

Натача задумалась.

— Нет! Такого допускать нельзя! Только по очереди! А то у Али будет короткое замыкание.

— Но ты не досказала, что произошло! — на этот раз добавился голос Корасон. — Почему Саманта оказалась на Лурре?

— В её анкете указано, что она служила в Звёздной пехоте Федерации и попала в плен. Думаю, что тогда, 15 лет назад, она психанула… Обычное поведение женщины, когда избранный ею мужчина занят, — требовать, чтобы он развёлся с прежней женой. А Али отказался.

— Заметьте! — Дейла подняла вверх руку. — Али даже не ставил перед вами такого выбора.

Впервые заговорила Саль-яла:

— А я иногда сомневалась, что он любит меня…

Малкольм Босуорт грелся на чудесном солнышке на самом лучшем курорте Аурелии. Планета с ласковым, мягким климатом, постоянно дующим лёгким ветерком, смягчающим жару днём и не позволяющим переохлаждаться поверхности ночью. Почти каждый день здесь тёплый дождик. Иногда просыпаешься утром — трава полита, улицы дышат свежестью, крыши мокрые. Рай, а не планета! Никаких ураганов, единственный крупный вулкан, немного гейзеров, — ровно столько, чтобы туристам было на что посмотреть. Но главное — множество мелких морей, обширная береговая линия, словом — сплошной пляж.

Босуорт был здесь уже почти месяц. Всё, казалось бы, идёт чудесно, но что-то гложет его, не даёт спать спокойно. Конечно, ему надоело быть не у дел. И интересно, всё-таки, как там разворачиваются события у Султана Али? А вдруг он даст маху, и красавица, умница Марго погибнет на этом дурацком Лурре.

Босуорт включил очки и нырнул в информационную сеть. Слава богу, он может продолжать загорать и купаться, а заодно может корректировать действия Али и Марго. Согласитесь, что это ненормальная ситуация, — он уже месяц как известил Али о местоположении Марго и — ничего… Ну хоть бы в газетах что-то написали, хоть пару слов в новостях, нет — сплошное молчание.

В Сети были кое-какие изменения: заработала гиперсвязь с Лурром. На самом Лурре образовалось несколько правительств по образцу аль-канарских. Конечно, там пока что ещё кутерьма, никто не знает, как регулировать множество самых обычных вопросов. Федерация тут же сунулась туда, чтобы вмешаться в ход событий, но снова, как и много лет назад, столкнулась с местными пиратами. Пираты сейчас ведут переговоры с самым сильным правительством Лурра. Глава правительства, Хуан Карлос Эстебан наклоняет их подчиниться, стать платным вооружённым формированием и наводить порядок в солнечной системе Лурра. Капитан Гаррисон, глава пиратов, пока что упирается, он многое теряет. К тому же, ему не нравится требование исполнять Закон. Обычно он привык его нарушать.

Босуорт задумался. Нигде не было никаких упоминаний Маргариты Рошфор, но чутьё подсказывало, что эти события произошли из-за её появления.

— Мистер! — раздался рядом мальчишеский голос. — Вы, кажется, обгорели с одной стороны!

Вот чёрт! Увлёкся! Босуорт снял очки и оглядел себя. Действительно, даже ласковое солнышко Аурелии обожгло его непривычную кожу. Он целый месяц загорал под навесом, тщательно следя за временем, а сейчас забыл обо всём. Конечно, ничего страшного, но придётся мазаться кремом и мазью от ожогов. Говорят, что кожа может облезть вместе с частью загара, и надо начинать всё снова. Он перебрался под навес, после чего вымазал на себя половину тюбика мази.

Солнце клонилось к горизонту, тихо плескался прибой, щебетали детские голоса неподалёку… Босуорт ощутил себя на вершине блаженства. До сих пор он брал деньги за свою работу. Сейчас у него денег более чем достаточно. Он может сделать что-нибудь для души…

Вот у классиков фантастики, например… Азимов… "Конец Вечности". Агенты порой добиваются нужного результата, просто перекладывая вещи. Иногда достаточно, чтобы два человека не встретились, и мировая история пойдёт другим путём. Или, наоборот, — два человека встретились. Он-то понимает, что отправив на Лурр Марго, изменил тем самым историю. Потом те же историки будут рассказывать сказки о невероятном стечении обстоятельств, о божественном предначертании, и, наверняка, никто не вспомнит его, Босуорта. Хотя, а нужно ли ему чьё-то внимание или похвала? Богу нужна похвала людей? Интересный вопрос… Люди уверены, что да, потому как сами нуждаются в ней. А на самом деле? Если он, Босуорт, поступает как бог, то должен ли ещё кто-то знать о его участии?

Малкольм Босуорт погрузился в изучение событий на Лурре. Итак, Марго торчит там больше месяца, Али сидит у себя и не предпринимает никаких действий. Неужели у них всё кончено? Неужели таким гигантам тесно рядом? Или они такие гордецы, что каждый стесняется первым сделать шаг навстречу?

Кое-что здесь понятно. Марго, как настоящая бизнес-вумен, привыкла полагаться на себя. Это даже некая спортивная страсть, — а смогу ли я переломить ситуацию? С Али тоже почти понятно. Он чувствует себя неловко возле женщины, которая способна обойтись без мужской поддержки. И это скверно! Такая ситуация может привести к краху. Босуорт быстро извлёк из головы готовое решение проблемы: надо изменить ситуацию так, чтобы Марго понадобилась помощь. Пусть не задаётся! Когда-то, в эпоху расцвета Римской Империи, военачальников-триумфаторов, едущих перед вопящими приветствия толпами, сопровоздал человек, который нашёптывал ему, что он не бог, а всего лишь человек, простой смертный. Все мы смертны. И мы не боги. Это полезно не забывать никому.

Анжелина Грасс проснулась от того, что кто-то тормошил её за плечо.

— Анжелина! Вставай! Скорее! У нас ЧП! — это была Мадлен Лимож, её помощница.

Анжелина разлепила глаза и увидела вокруг себя массу народа. Здесь была секретарша Маргариты Рошфор, девушки из её же охраны и из агентства её, Анжелины.

— Что случилось?

— Похитили Марго! — доложила Мадлен.

— Как это?

— Похоже, вылазка одного из диких формирований. Они прорезали газорезками внешнюю оболочку, проникли внутрь, уложили охрану и забрали Марго.

Анжелина уже вскочила и принялась одеваться.

— Кто погиб? Наши есть?

— К счастью, все живы. Но нападающие использовали ВЧ-станнеры. Сотня народа, как минимум, с парализованными мышцами. Удивительно, как сердце и лёгкие не отключились.

— Отследить отход удалось?

— Да! — ответила Мадлен и показала на коммуникаторе маршрут. — Саманта подняла уже две роты охраны Мендеса и они вылетели на перехват.

— Соедини меня с Самантой!

— Ок, мадам! — на гасконский манер ответила Лимож.

Они встретились с Самантой Шеридан в её кабинете, куда подтянулись мужчины.

— Не стоит вам в это дело соваться, — сразу остановила бывший сержант попытки Анжелины. — Будь вы хоть суперагенты. Они друг друга знают в лицо, а вы не знаете даже местности. Эти дикари положат вас ещё на подступах к их пещерам. Днём вас могут поджарить лазерами с солнечной накачкой, а ночью просто пощёлкают, как мишени в тире. У них у всех очки ночного видения.

— Это у вас такие дикари? — удивилась Анжелина.

— Ну, это мы их так называем. Они не подчиняются никакому хозяину. Поэтому дикари.

— А откуда же у них такое оснащение?

— Покупают, крадут, грабят…

— Класс! И никто с ними не может справиться?

— Их часто используют в междуусобных войнах, поэтому не трогают.

— Понятно… Опять что-то наподобие Гаррисона, только более аморфное, — Анжелина всё больше нервничала. — И что вы предлагаете делать?

— Я сейчас пытаюсь провести переговоры. Правда, пока без результата. У меня впечатление, что им не нужен выкуп. А вот что?

В этот момент у Саманты заиграл телефон. Она глянула на номер абонента, нахмурилась.

— Кажется, это похитители! Тихо! — она включила связь. — Алло? Я слушаю! Да, это я! Да… регистрировалась! — её голос стал удивлённым. — Нет, моей жизни ничто не угрожает, но есть угроза для Маргариты Рошфор…

После окончания разговора она выключила телефон и ошарашенно оглядела всех присутствующих.

— Вы не представляете, кто сейчас мне звонил…

В этот момент заиграли телефоны ещё у двоих, потом мелодии и трели заполнили всю комнату.

— Я слушаю! Да, это я! Регистрировалась…

— Это я! Регистрировался! Да, не могу вернуться!

— … да, вы не сможете с ней связаться. Её похитили и удерживают силой.

Едва на убыль пошла эта лавина звонков, как началась вторая. Анжелина Грасс отчитывалась перед кем-то:

— Мы оказались бессильны перед ними… Сейчас пытаемся что-то придумать… Хорошо, подождём!

— Кого подождём? — удивился Дэн Рувэ.

— Звонила Старшая жена Султана Али. Они уже на подлёте.

— Погодите! — крикнула Марсия. — Но перед этим звонили не от Султана Али!

— Это правительство Аль-Канара, — ответил ей кто-то из мужчин. — Я, например, регистрировался в Федерации Геи.

— А мне звонили из Всемирного Братства…

— А у меня — Мир и Разум…

— А моё правительство…

— Интересно, — заметила Саманта, — на Аль-Канаре остались ещё незадействованные правительства?

Глава 25

Хуан Карлос Эстебан уже начинал терять терпение. Он разрисовал Гаррисону всю красоту положения, в котором тот окажется. И в одном, и в другом случае. Если согласится на его предложение и если откажется. Он обещал этому головорезу амнистию, если тот прекратит дальнейшие грабежи и будет следить за порядком в системе солнца Лурра. Он обещал ему соответствующее обеспечение, ремонтную базу для его флота, даже государственное финансирование. Эстебан очень осторожно намекал Гаррисону, что в ином раскладе того ждёт преследование Федерации, экономическая блокада, уголовная ответственность. После почти четырёх часов бесплодных попыток Хуан Карлос ощутил, что его сопровождения явно маловато. Он чувствовал, что как только попытается уйти, его тот час же арестуют. Поэтому он снова и снова говорил, убеждал, доказывал, пугал и соблазнял. Этот так называемый капитан, по которому давно плачет верёвка, не только насмехался над всеми доводами Эстебана, но и стал провоцировать на недипломатичное поведение. Его вояки торчали здесь же и громким хохотом выражали поддержку грубым выходкам своего заводилы.

— Экономическая блокада? — делая круглые глаза, притворно ужасался Гаррисон. — Как я боюсь! Срал я на вашу блокаду! Это я сделаю вам блокаду! И вы будете меня умолять пропустить к вам какое-нибудь ржавое корыто с отбросами, которые не удалось продать в других мирах. И я подумаю ещё, сколько с вас содрать…

Корабль вздрогнул. Раздался какой-то лязг, потом рокот каких-то механизмов.

— Эй! Что там такое? — недовольно крикнул Гаррисон старшему помощнику. — Вы что, режете корабль президента на металлолом? Я не давал ещё приказа!

Из коридора послыщался грохот каких-то молотков, скрежет металла, удары.

— Ну что там за уроды?..

Гаррисон не успел договорить. В большую кают-компанию флагмана ворвалась масса вооружённых людей в боевых скафандрах.

— Всем на колени! Руки за голову! Быстро!

Капитана без долгих разговоров стащили со стула на пол. Эстебан поспешил исполнить приказ, не дожидаясь принуждения. Он увидел, как без возражений разоружаются вояки Гаррисона.

— Хуан Карлос Эстебан? — прозвучал над ухом громкий голос из динамика. Боец в скафандре держал в руке сканер-нос, нацелив его на президента.

— Да, это я.

— Следуйте за мной!

Эти люди были явно не с Лурра. Звёздная пехота Федерации? Хорошего в этом мало. Почти каждый второй на Лурре хоть в чём-то да виновен. Не дай Бог, если Федерация сгоряча начнёт вводить свои порядки. Впрочем, знаки различия и эмблемы бойцов не похожи на федеральные.

Эстебана провели к внешнему пассажирскому шлюзу. Здесь была толкучка. Два чёрных пластиковых мешка для трупов и дыры в панелях свидетельствовали о недавней перестрелке, но было похоже, что президентский челнок цел и невредим. Уже хорошо. Внутри челнока Эстебан увидел свою охрану и ещё двух бойцов в доспехах. Человек в командирском скафандре открыл шлем.

— Так! Давайте присядем и оформим всё как полагается, — он вынул свою книгу и что-то стал набирать в ней. — Итак… Вы зарегистрированы как протеже аль-канарского правительства Всеобщее Братство и правительства Али Мухаммеда.

— Честно говоря, я об этом слышу впервые, — Хуан Карлос был в недоумении.

— Да? Ничего страшного! Налоги за вас уплачены, так что…

Эстебан вдруг вспомнил анекдот: "Драку заказывали? Да вы не беспокойтесь! Всё уже оплачено!"

— Простите, я не понимаю, что происходит, — ответил он.

— Ничего особенного! Мы получили сигнал, что вас удерживают силой. И вот мы здесь! Кроме того, так называемый капитан Гаррисон принял ваше предложение?

— Н-н-н-ет! — ответил Эстебан.

— Значит, мы его арестуем! Распишитесь в протоколе! И вот здесь тоже… Большое спасибо!

Бойцы аль-канарского правительства покинули челнок так же быстро, как проникли на флагман Гаррисона.

— Вот это работа! — покачал головой помощник президента Эстебана. — Похоже, что они каждый день кого-то спасают, вдираются в чужие корабли и арестовуют преступников.

Хуан Карлос в это время был увлечён созерцанием того, что происходило за бортом. В окружающем пространстве почти каждую секунду вспыхивали искорки света: это была армада кораблей, прилетевших к Лурру исполнять обязательства, взятые правительствами перед своими "избирателями".

— Да-а-а! — протянул Эстебан. — Чувствую, у нас будет жестокая конкуренция. Придётся серьёзно попотеть.

— Ну, для начала мы все попотеем, чтобы выплатить затраты на эту операцию. Наверняка она обошлась в десяток миллиардов федеральных солей.

— А разве их командир не сказал, что налоги оплачены?

— А вы видели в глаза условия именно этого правительства? Налоги могут быть отдельно, а издержки конкретной операции — отдельно.

Президент Эстебан задумался и схватил свою книгу, чтобы найти нужные сведения. У него отлегло от сердца. Какой-то очень богатый спонсор оплатил специальный пакет услуг Братства. Хуан окликнул свою команду:

— Парни! Вы только послушайте эту формулировку! "Пакет "Экстрим" предусматривает, что при первом же обращении клиента спецгруппа вытащит его из любой задницы. Диапазон расстояний, на котором действует данная услуга, лежит в пределах видимой Вселенной".

Марго поначалу не поняла, что вокруг происходит. Какие-то люди в спецодежде, в респираторах, с каким-то экзотическим вооружением взломали бокс, в котором она находилась, погрузили её на носилки и куда-то понесли. Собственно, несли её не люди. Два человека только тянули ручки носилок, а механические ноги несли всю тяжесть груза, причём необыкновенно осторожно, мягко, без сотрясений.

— Кто вы такие? — спросила она.

К ней подошёл один из сопровождающих и брызнул в лицо каким-то аэрозолем. Она моментально отключилась и пришла в себя уже в месте назначения. Пустая комната, беленные стены. Стойки с капельницей не было, иглы в вене — тоже. На потолке светилась полоса световода.

Пробуждение было неприятным. Ещё во сне её начали терзать какие-то кошмары. Она силилась что-то важное вспомнить, что-то сделать. Уже проснувшись, Марго с трудом могла пошевелить вялыми руками. Руки не слушались, тело тоже не слушалось. Веки сами собой слипались, и сознание проваливалось снова в сон. Наконец, она пришла к выводу, что сделать пока ничего не сможет, а значит, надо отдохнуть и собраться с силами. Марго снова уснула, но это был спокойный, здоровый сон, вернувший ей силу и бодрость.

После пробуждения она более подробно осмотрела комнату. Помещение, похоже, было вырублено в каком-то мягком камне, оштукатурено и побелено. Пол, стены и потолок представляли собой сплошную одинаковую массу, только пол был покрашен масляной краской, скорее всего — самодельной. Ни трещинок, ни стыков. Все переходы слегка закруглённые, а вместо плинтусов была просто полоса той же половой краски вдоль низа стены. Марго мазнула пальцем по стене, — никаких следов. Эмульсионная краска?

В комнате стояла только кровать, да вплотную придвинутый к ней стол. Пластик, в соответствии с санитарными нормами.

Марго перешла к изучению двери. Твёрдая, плотная древесина, не волокнистая плита и не картон. Не сломается. Правда, в двери — вверху и внизу — насверлены аккуратные отверстия, наверное для вентиляции. Скважина для ключа есть, ручка есть, но дверь заперта снаружи. Маргарита перешла к изучению замка. Конструкция знакомая, одна из самых распространённых. Джень на "курсах невест" уделила такому довольно много внимания. Была бы у неё шпилька или спица, можно было бы с ним справиться за несколько минут. Дверь, к сожалению, открывается вовнутрь, выбить её будет невозможно. Но дверная коробка расположена вровень со стеной, при открывании двери есть возможность за ней спрятаться, — это хорошо…

Из-за двери раздались шаги, затем мужской голос приказал:

— Отойдите в глубь комнаты, чтобы я вас видел!

Марго не стала испытывать судьбу и села на кровать. Дверь открылась, и в помещение вошло трое мужчин. Двое были довольно молодыми, но с серьёзными, непроницаемыми лицами, они сразу заняли положение возле двери. Третьим оказался седовласый старик с живыми, подвижными глазами и сам подвижный, как ртуть. Он нёс с собой лёгкий раскладной стульчик, на который моментально уселся в некотором удалении от Марго.

— Как наша девочка себя чувствует? — с радостной улыбкой осведомился он.

— А вы не хотели бы для начала представиться?! — сразу перешла в наступление Марго.

— Да-да! Конечно! — старик принялся кивать, кланяться, вставать и приседать… Он складывал руки на груди, потом тут же соединял их ладошками, сцеплял пальцы. Руки потом перемещались в положение как при рукопожатии, потирали одна другую, опять сцеплялись пальцами… — Вы извините, мы очень спешили. У нас не оставалось времени на разъяснения. Стоило нам задержаться на пару секунд, и были бы жертвы. А так — никто не пострадал. У нас все невредимы, у вас — все парализованы, хе-хе-хе… День-два, и они снова смогут нести свою службу.

— Их служба — охранять меня!

— Вот и хорошо! День-два — и они снова смогут вас охранять, — снова захихикал старик.

— Но я же здесь! — начала терять терпение Марго.

— Вот и чудненько! Они всё равно пока что не могут вас охранять.

— Вы можете сказать, кто вы, и зачем я вам понадобилась?

— Это совсем неважно! — старик перестал хихикать, но улыбка не покидала его лица, а руки продолжали непрерывно двигаться. — День-два, и всё закончится.

— Что закончится? — спросила Марго.

— Ах, молодость! — вздохнул старик. — Вечно спешащая жить молодость. Узнаю себя… Такой же был горячий и нетерпеливый. Но вы успокойтесь, деточка. Всё будет чудесно.

— Что будет? — опять спросила Марго.

— О, нет! Я не могу сказать! Это будет… м-м-м… не интересно.

Он помолчал. Марго перестала спрашивать, понимая уже, что это бесполезно.

— Послушайте! — вспомнила она. — У меня же курс лечения! Мне делают инъекции…

— Да-да! Я знаю! — снова закивал головой старик. — Эти мясники-эскулапы… Им бы коров на бойне резать. Мы вам сейчас всё исправим. Всего пять минут…

Вошёл человек в белом халате с пневматическим инъектором.

— Э-э-э! — закричала Маргарита. — Я не разрешаю ничего мне колоть!

Старичок возобновил движения руками: потирание, пожатие, соприкосновение ладоней с растопыренными пальцами…

— Вы не переживайте. Это совсем не больно, и гарантирует иммунитет до конца ваших дней. А он, надеюсь, наступит ещё не скоро.

— Объясните мне подробнее! — потребовала Марго.

— О! Это очень просто! Мы вводим вам слегка модифицированный грибок. Он размножается очень медленно, довольствуется совсем небольшой данью со стороны организма, но не позволяет селиться в организме-хозяине никаким другим паразитам. Впрочем, обычные гигиенические правила всё равно следует исполнять. Грибок не позволяет образоваться второму поколению, но первое поколение паразитов может нанести серьёзный ущерб. Мы все имеем эту прививку.

— Ну? Вы разрешаете сделать вам инъекцию? — спросил человек в белом халате.

— А этот грибок даёт побочные эффекты?

— Он не любит переохлаждения. На коже у носителя появляется сыпь, похожая на аллергическую. Эта сыпь быстро проходит, но кожа буквально горит, как ошпаренная кипятком. Почти как естественная реакция. Если регулярно обливаться холодной водой, то такое состояние переносится легко.

— Ладно! Колите! — и Марго кивнула головой.

Шприц щёлкнул, оставив под кожей порцию жидкости.

Все направились к выходу, и только старичок остался сидеть на своём стуле. Его глазки изучающе продолжали бегать по лицу Маргариты.

— Вы не будете возражать, если я немного у вас задержусь?

— Не буду, если только вы ответите на мои вопросы.

— О, нет! Я не могу на них ответить! — всё так же настойчиво сказал старичок. — Поверьте мне, так надо!

— Ещё раз спрашиваю: кто вы такие и что вы от меня хотите?

Старичок тяжело вздохнул, встал, забрал свой стульчик и вышел. Щёлкнул запираемый замок и всё стихло.

Марго осмотрела ещё раз помещение. Никаких вещей… На столе лежат её очки, и всё. О! Очки! Их никто не забрал. Она надела очки, включила. Как компьютер очки работали, но связи с внешним миром не было. Марго ещё раз глянула на стены своего помещения. На какой глубине она находится, если не работает связь? Десять метров? Сто? Пятьсот? На такой глубине её не просто обнаружить. Что этот старик говорил про день-два? Зачем им это нужно?

Маргарита вновь принялась ходить по комнате. Прислушалась. За дверью стояла абсолютая тишина.

Она попыталась покрутить круглую ручку двери. Замок щёлкнул, и дверь открылась.

Марго осторожно распахнула её. За дверью был крохотный коридор, заканчивающийся ещё одной дверью. Дверь сбоку. Наверное санузел.

Да. Жизненное пространство оказалось чуть больше размером. Но и только. Когда она попыталась подойти к наружной двери, включилась пронзительная сирена. Она выла почти минуту. Затем голос из динамика потребовал, чтобы Марго вернулась в комнату. И всё!

Корабль "Родник в пустыне" вынырнул в непосредственной близости от Лурра. Третья жена хозяина корабля, Хелена, исполняющая обязанности первого пилота, хлопнула ладошками по поверхности пульта.

— Вы только посмотрите, какой кошмар! Как на базаре в рыночный день!

На экране, который отображал внешнюю обстановку, аж рябило от рисочек и надписей, обозначающих летающие объекты.

— Наконец, Лурром заинтересовались, — шутливо проворчал Али. — А где в этой каше эскадра Гаррисона?

— А вот! Их эскортируют Братство, Федерация Геи и… гм… футбольный клуб "Разряд".

Дежурная секретарша Али, Изабель, расхохоталась.

— Это те ребята, которых в позапрошлом году чуть не разогнали из-за драк на стадионах?

— По-моему, неплохой способ выпустить им пар, — заметил Али. — Их адреналину нашлось достойное применение.

— Если они кого-то не прибьют! — категорично заявила Хелена, вводя новую программу полёта.

На пульте-столе замигало какое-то окошко.

— Али! Это вызывают тебя! Лично! — и Хелена включила канал связи.

Али сел к экрану. Лицо собеседника казалось знакомым. Круглое улыбчивое лицо, короткая стрижка. Тот приветливо махнул рукой и сразу перешёл к делу.

— Али! Тут такая хе… извини…те. В общем, мы могли бы сами спасти твою бывшую жену, но пацаны базарят, что лучше это сделать тебе самому. А? Что скажешь?

— Скажу "спасибо"! И с меня ещё причитается. Сам я не очень разбираюсь в напитках, но девочки мне помогут.

— Стоп! Пока ещё ничего не сделано. Кроме того, мой лучший кореш любит говорить: "После изобретения человечеством денег любые другие виды благодарности мне кажутся излишними". Давай! Действуй! Все исходные данные сейчас тебе отправлю.

Экран связи погас, но появилось сообщение о принятых данных. Старшая жена, Натача, уселась за другой пульт и вывела данные на монитор.

— О, Али! Ребята хорошо потрудились! Координаты… Данные о численности отряда… Контактный номер телефона… Позвонить?

— Ну конечно! Что за вопрос? Только голос сделай мягче, — Али с улыбкой рассматривал жену. — Сначала разведай обстановку, и только потом угрожай.

— Ф-ф-ф! Будто я не понимаю! — Натача уже вводила номер.

Переговоры получились какие-то странные. Похитители Марго не возражали её вернуть. Они не требовали денег. Их единственным условием было, что забирать Марго должен Султан Али, лично. Назначили место… Хелена на карте моментально нашла нужные координаты. Это была одна из рабочих площадок территории Мендеса.

— Что-то здесь не так! — буркнула Натача, уже отключив связь. — Али! Ты должен быть в броне. Я опасаюсь, что Марго служит лишь наживкой. А настоящая цель — это ты.

— А чем я мог насолить здешнему населению? — удивился Али.

— Здесь иногда оказываются люди, которым не место в других мирах, — напомнила Натача. — Ты мог кому-то перейти дорогу.

— Ну… Я не могу упомнить всех тех, кому когда-то перешёл дорогу, — заметил Али. — Просто все будем внимательнее.

— Ладно! Подгоним корабль к месту встречи! — Старшая жена размышляла вслух. — Если кому-то вздумается сделать гадость, то далеко он не уйдёт.

Маргарите уже в который раз снился всё тот же сон. Вот только, когда она стала просыпаться, а Али стал будто растворяться в воздухе, появилось чувство уверенности, что он где-то рядом, совсем близко. "Он здесь!" — радостно подумала Марго и вскочила с постели.

Часы на календарике с самоклеящейся основой, прилепленные на стену, показывали почти 8 часов. Марго умылась и привела себя в порядок. Лихорадочное возбуждение не покидало её.

Громыхнула дверь. Это принесли завтрак.

Мужчина, принесший поднос с едой, удалился, а в комнату вошёл подвижный старичок.

— О! Я вижу, что у вас хорошее настроение! — он одним уверенным движением раскрыл складной стульчик. — Это чудесно! И у меня для вас есть радостное известие.

— Я вас внимательно слушаю! — пробубнила Марго с набитым ртом.

— Да! Я полагаю, что это известие улучшит ваш аппетит. Через пару часов вы встретитесь с вашим мужем.

Старичок захихикал и принялся потирать руки, а у Маргариты вдруг упало настроение. Почему-то… Только что она была полна радужных надежд, и вот… Она вспомнила почему-то последнюю встречу с мужем в суде, с трудом проглотила кусок и вздохнула.

— Мы с Али в разводе. Он мне не муж.

— Ой! Это такие глупости! Мы в курсе того, что делается в мире. Вы были такими чудесными супругами. Если бы не этот негодяй Диксон…

Маргарита отодвинула тарелку.

— А вы не думаете, что интерес Али ко мне продиктован исключительно желанием вернуть свою собственность?

Старичок замахал руками.

— Да Бог с вами! Что за глупости? Я уверен, что он даже не вспомнит об этой своей бывшей собственности. А вот вы, если захотите расширяться, не обойдётесь без Султана Али. Вы сможете развиваться только в связке с ним.

Старичок замолк ненадолго, и Маргарита спокойно допила компот.

— Извините моё праздное любопытство, — вновь начал он. — Мне интересно знать, вы будете продолжать инвестиции в экономику Лурра?

— А чем продиктован ваш интерес? — сделала встречный ход Марго.

— Всё очень просто. Вы стронули историю нашего мира с мёртвой точки. Но моё дальнейшее поведение сильно будет зависеть от темпов дальнейшего развития. Может мне стоит перебираться куда-то в другое место?

— На Лютецию?

— Ну, хотя бы туда.

Маргарита задумалась.

— Вас здесь ничто не держит… Всё ваше имущество вмещается в голове?

— В головах! — поправил её собеседник. — Я управляю коллективом, который сделал некоторые очень интересные разработки. Это золотые головы. Бриллиантовые. Они на пустом месте способны сделать рай земной. Я не хочу терять этих людей, а они ценят меня как руководителя. До сих пор нам приходилось развиваться в очень стеснённых обстоятельствах. Уйму времени мы потеряли, чтобы решить проблему паразитов. Мы её решили, но как бы мы продвинулись, если бы к нашим услугам была нормальная промышленность.

— У вас есть патентопригодные разработки? — у Маргариты вдруг проснулся охотничий азарт. Она тоже может приложить свои способности к этому делу.

— Конечно есть! — движения старичка вошли в норму. Он уже не суетился. Жестикуляция стала почти спокойной. — Мои ребятки штампуют новые идеи как печенье.

— С такой же частотой?

— Так же легко… У нас есть генераторы концепций, некоторые вычленяют общие элементы, классифицируют, есть люди, которые виртуозно создают новые сочетания свойств классов. И, наконец, есть люди, которые доводят идею до логического завершения. У нас просто море разработок, за которые можно в нормальном мире получить миллиарды или даже триллионы солей.

— Ну, например?

— Генератор энергии из тепла.

Марго усмехнулась.

— Вечный двигатель?

— Ну, можно и так назвать. Мы научились делать наносхемы, в которых выработка энергии производится непосредственно от ударов молекул воздуха. Это то, что называется броуновским движением. Молекулы слишком маленькие, но объём воздуха с размерами в несколько нанометров находится в постоянных сотрясениях от их движения. Плёночка на поверхности микросхемы способна обеспечить её энергией для работы. Вот, смотрите сами.

Марго увидела перед собой движущуюся открытку. Играла негромкая музыка, забавная собака на картинке размахивала большой коробкой, из которой вылетали чудесные подарки. А вот другая открытка — невеста в свадебном платье.

Маргарита вдруг ощутила, что её захлёстывает волна паники. Она встретится с Али… и что? Что скажет ей он? И что скажет ему она? Горло перехватило спазмом, а на глаза стали навёртываться слёзы. Она вернулась в действительность. Старичок тараторил без остановки:

— Эти устройства не нуждаются в блоках питания. Они могут работать годы и десятилетия, передавая информацию по линиям радиосвязи. Обратите внимание, что формально всё происходит в соответствии со вторым законом термодинамики — ячейки питания принимают высокочастотное тепловое излучение, а излучают низкочастотные радиоволны.

— Вы меня заинтересовали, — ответила она. — Нам с вами надо будет тесно поработать.

— Да-да! Я рад, что вы заинтересовались. Мы вас не разочаруем. — Старичок глянул на наручные часы. — О-о-о! Пора! Давайте только договоримся… вот, кстати, мой номер телефона, вы перезвоните мне.

— А вы так и не представились, — напомнила Маргарита.

Старичок снова захихикал.

— Ну, вы, допустим, тоже. — Его руки снова начали всё тот же неугомонный танец. — Впрочем, это совершенно несущественно. Вас я знаю. А меня завут Жискар Кретьен. — Он заметил ироничную улыбку на лице собеседницы. — Вас смущает моя фамилия? Да, я происхожу из тех самых горцев, которые не имели фамилий, а звали себя просто "христианин", то есть "кретьен". А какой-то умник этим именем стал называть больных с недостаточным умственным развитием. Зато мои предки наделили меня упорством в достижении цели. И это бывает важнее необыкновенного ума. Приведите себя в порядок, вам сейчас принесут одежду, респиратор. Всего хорошего!

— Анжелина! Мы договорились, что Марго привезут в квадрат "16А", там есть площадка на метке одиннадцать секунд, вернее — почти одиннадцать.

Голос Хелены в телефонах был хорошо слышен. Анжелина Грасс водила пальцем по карте в своих очках. Мадлен Лимож не столько помогала, сколько мешала:

— Там две площадки почти рядом! Которая из них?

— Я же сказала, "почти одиннадцать секунд".

— Мы явно не вместимся в ту, вторую, — продолжала Хелена. Её голос постоянно прерывался голосами Натачи, Изабель и другими.

— Ладно, я думаю, что это не проблема, — заявила Анжелина. — Они совсем рядом. Мы тоже обязательно будем рядом. Вы с этим Жискаром как договорились?

— Он выйдет на связь, когда мы сядем. Не хочет лишний раз светиться в эфире. Надеюсь, что ты определишь наш корабль без лишних переговоров?

— Да! Конечно! Конец связи! — Анжелина увидела, как Саманта Шеридан махнула ей рукой. Рота охраны хозяина Мендеса уже закончила погрузку в транспортный флайер. Шум и гул под куполом не позволяли общаться голосом, жесты были в большем почёте, да ещё телефоны…

— Анжелина! Живее! Ваши уже уселись! Мы прилетим впритык по времени, даже развернуться не успеем. Хорошо, если всё пойдёт нормально.

Анжелина вбежала по широкому трапу внутрь, и тотчас зарокотали механизмы, закрывшие люки. Она протиснулась по проходу в ту сторону, где виднелись парни и девушки из её агенства, но тут её за рукав поймала Саманта.

— Садись сюда! Ты с кем говорила? Какая обстановка?

Анжелина принялась разъяснять ситуацию Саманте.

— … в эти координаты корабль Али успевает раньше нас. Мы можем оцепить площадку и выставить наблюдение. Кстати, а кто такой этот Жискар Кретьен?

— А-а-а… Кретьен? — Саманта хмыкнула. — Это местный… будем говорить "сумасшедший". В принципе, сравнительно безобидный. Иногда встряёт в сомнительные дела, а в целом ведёт себя пристойно.

— Что есть что? — спросила Анжелина. — Что вы называете сомнительным, а что пристойным?

Саманта криво улыбнулась.

— Пару лет назад среди наших "дикарей" прокатилась какая-то религиозная волна. Масса придурков, иначе их не могу назвать, стали выдавать себя за посланцев Бога. Вот этот Кретьен тоже себя вздумал провозгласить. Это я называю "сомнительным делом". А потом нашлись какие-то маньяки, которые стали этих "мессий" отлавливать и отстреливать. Появилось целое движение против лжепророков и тех, кто называет себя Богом или его сыновьями. И вот как раз Кретьен, используя свои вооружённые формирования и своё влияние, разрушил массовую истерию и прекратил эту "охоту на ведьм". Это я называю "пристойным поведением". Он встречается с многими из этих "пророков", обсуждает с ними какие-то вопросы. Наладил даже интернет-газету по этой теме. Я читала кое-что. Попадаются очень здравые идеи. Ну, например, что добычу пропитания, то есть зарабатывание денег, не нужно делать целью жизни. Цель у человечества совсем другая. А деньги, экономика — всего лишь средство движения к этой цели.

— Так вы думаете, что нам не грозит вооружённый конфликт?

— Думаю, что не грозит! — Саманта глянула на часы и встала. — Так… Я к пилотам. Мы уже должны быть на подлёте.

Глава 26

Маленький флайер на десяток человек стоял на краю каменистой площадки. Почти со всех сторон её окружали невысокие горы, прохладная тень от которых могла продержаться здесь ещё около часа. Кондиционер был включён на самую малую мощность, зато ионный фильтр работал на полную.

Марго была в полевом комбинезоне, который ей подобрали перед самым вылетом. Удивительно, но он был ей как раз впору. Фантом-часы в ком-очках показали условленное время.

— Что за чёрт! — начал нервничать командир взвода, который сопровождал Маргариту. — Они что, заблудились?

Он только взялся за телефон, но один из бойцов крикнул:

— Есть! Вот они!

На карте воздушного пространства появились две метки: одна маленькая, а другая крупнее. Они проползли до площадки, расположенной совсем рядом, и замигали.

Командир разразился проклятиями:

— Какого дьявола!? Чего они там сели? У них с навигацией туго?

— Они боятся, что не втиснутся сюда, — объяснила Марго. — У Али корабль триста метров в длину и двести в ширину.

— А зачем они весь корабль сюда тащили? Могли же маленький флайер прислать.

Марго задумалась.

— Что-то здесь не так. А давайте пройдёмся пешком до этой площадки. Мне не совсем понятно, почему там ещё кто-то.

Командир думал недолго. Бойцы взяли с собой лёгкое оружие, приборы наблюдения и быстро двинулись в сторону севшего корабля. Они прошлись по узкой тропинке между скалами, поднялись на невысокий холм с каменной верхушкой и остановились. Марго только сейчас поняла, почему командир выбрал этот маршрут: каменная верхушка была похожа на торчащие из земли зубы огромного животного, между которыми легко было притаиться.

На сравнительно ровной площадке разместился корабль Султана Али. Он висел в воздухе, касаясь трапом каменистой террасы. Ни на самом трапе, ни возле него никого не было видно. Правда, от Марго не могло укрыться то, что на огромной поверхности корабля открыто множество отверстий — орудийных портов.

На небольшом удалении от него стоял, опираясь на четыре гидравлические опоры, малый транспортник с эмблемами хозяина Мендеса. Его основной трап был выпущен, но тоже никто не появлялся. Марго зашевелила пальцами и на виртуальном пульте двинула ползунок увеличения изображения. В зеркальных иллюминаторах отражались холмы, дальние скалы, облака на небе, но не было видно никаких лиц. Часы в углу экрана ком-очков неспешно отсчитывали секунды и минуты.

— Они, наверное, ждут нас? — предположила Марго. — Может быть, выйдем?

— Погодите, — негромко прозвучал в динамиках голос командира.

В это время в проёме люка транспортника показались люди. Они хлынули мощным потоком на площадку, растекаясь во все стороны плотным кольцом. Затем в люке появилась одинокая фигура. Это была Саманта Шеридан.

Али сидел в командной рубке, наблюдая за внешней обстановкой при помощи камер внешнего обзора. Рядом были Натача, Хелена, Саль-яла. Изабель вышла куда-то, и только по репликам старшей жены было понятно, что с ней поддерживается постоянная связь. Согласно докладам из отсеков, в резервном пульте управления артсистемы сидела Корасон, в транспортном отсеке дежурила Катя и ей в меру сил помогала Фарида. Габриэла сидит с младшими детьми, хотя большинство более старших тоже держатся возле неё.

— Али! — окликнула старшая жена. — Это флайер Мендеса. Там все наши.

— Вокруг всё чисто? — поинтересовался Али. — Тогда пусть выходят.

— Зачем им выходить? — пыталась возразить Натача. — Мы можем справиться без них, а они на открытой местности рискуют…

Впрочем, что-то менять было поздно, потому что охрана Мендеса, Маргариты Рошфор и агенты Анжелины Грасс уже окружали площадку. Они что-то высматривали в бинокли, ставили какие-то антенны на треногах, разворачивали короба с приборами.

— Боже мой! — схватилась за голову Натача. — Их всех следует уволить за профнепригодность!

Но это были ещё не все испытания на сегодняшний день. Когда она увидела Саманту, то чуть не разразилась проклятиями. К несчастью, Али тоже увидел Саманту.

— Открой шлюз! — распорядился он.

— Али! Не сейчас! — почти простонала жена.

— Что такое? Что-то не так? — Али преспокойно направился на выход, не дожидаясь ответа.

— Всё не так! — крикнула она, но дверь рубки уже сомкнулась. — Осталось напасть каким-нибудь дикарям и это будет конец…

Али очень спешил. Он ничего не видел и не слышал вокруг. Он не заметил, как его догоняет собака-робот, включенная кем-то из обеспокоенных жён. Он сбежал по трапу и оказался всего в полусотне шагов от трапа транспортника. Возле трапа стояла Саманта Шеридан.

— Саманта! — хрипло произнёс Али. — О, Аллах! Это ты…

Больше он ничего не смог из себя выдавить. Он хотел было взять её за руки, но не смог. Руки бывшей возлюбленной совсем не были похожи на те руки, за которые он держал её много лет назад: жилистые, в каких-то припухлостях и шрамовидных разводах, в рыжеватых пигментных пятнах. Лицо тоже было не совсем её: грубоватое, обветренное, с множеством мелких морщинок…

— Да, Али! Это я! — выдохнула Саманта. — Я сильно изменилась за эти пятнадцать лет. А ты, как будто, всё такой же. Молодой и красивый… Только число жён возросло. Сколько их у тебя сейчас?

Али заговорил с лихорадочной дрожью в голосе:

— Разве это важно? Ты тоже можешь стать молодой и красивой. Сейчас это всё просто делается.

— Может быть для тебя это просто. А для меня — нет. И ты уже не единственный мужчина, ради которого я была готова жертвовать всем. У меня есть любимый.

— Это неважно! — горячился Али. — Мои жёны тебя подлечат… У меня есть нужное оборудование… Можно также обратиться в хорошую клинику…

— Ты хочешь меня вернуть? — прямо спросила Саманта.

— Я не смею даже мечтать об этом. Но я готов сделать для тебя всё, что тебе угодно.

— А что по этому поводу скажут твои жёны? — она кивнула куда-то назад, за спину Али.

— Так мы прямо сейчас и узнаем! — с неподдельным воодушевлением крикнул Али и, схватив её за руку, повлёк в сторону своего корабля.

Возле трапа стояли около десятка женщин, одетых кто в камуфляж, кто в спецовки. Среди них ярким пятном выделялась Хелена в гламурно-розовом коротеньком платье и светлыми до белизны волосами. Али подвёл к ним Шеридан, вдохнул воздух в лёгкие и вдруг спросил:

— А кто на вахте? Почему все бросили свои посты? Это что за безобразие?

В ответ он услышал дружный хохот. Изабель первая ответила:

— Ты видишь, Саманта? — тебе ещё повезло. Думаю, твой командир был к тебе мягче, чем был бы Али.

— Мы рады с тобой познакомиться! — просто высказалась Корасон.

— Мы в курсе всего! — похвасталась Хелена. — Али был готов за тебя отдать Корабль.

На неё моментально зашипели. Али стоял с разинутым ртом.

— Так вы знаете про Саманту?

— Знаем! — прозвучал дружный ответ.

Вдруг все замерли. Вокруг что-то происходило. Анжелина Грасс отдавала какие-то команды жестами, несколько групп исчезли за ближайшими скалами. В наушниках ком-очков раздался голос Натачи:

— Али! Отдай Анжелине Альбу. Марго уходит!

Марго наблюдала из-за камня как Али подводит за руку Саманту к своимм жёнам. Те смеются и приветствуют Саманту как старую знакомую. Хелена в ярком платье берёт Саманту за локоть и что-то говорит на ухо.

У неё в голове складывается головоломка: пятнадцать лет назад у Али было три жены… Он неоднократно бывал на Аурелии… Так, а что рассказывала Дейла про финансовую яму, в которой побывал тогда Али? И… у него была Саманта…

Она поднялась и двинулась куда-то в сторону. У него были не только жёны, а ещё и Саманта. И сколько ещё женщин у него по множеству миров? Бабник — это слишком мягко сказано! Он, похоже, не пропускает вообще ни одной юбки. Он прилетел забирать её, Марго, а встретил Саманту, и Марго ушла на второй план.

— Стойте! Вас заметят! — крикнул командир отряда.

Он вскочил следом за Марго, но она вдруг, неожиданно для себя, рванула вперёд на полной скорости. Ноги ловко ступали по песку, камням. Она проскользнула в узкую щель в скале, на развилке быстро перескочила через большой валун, втиснулась в каменную нишу и вдруг ощутила, как земля под ногами поддалась и она проваливается, летит куда-то вниз.

Анжелина почти пять минут по телефону выслушивала от Старшей жены поток выражений, в которых та характеризовала её командирские и профессиональные способности. Напоследок та выдала:

— И как это вы могли допустить, чтобы Саманта прибыла на место встречи Али с Марго?!

— А почему я не должна была этого допускать? Саманта заправляет здесь всем. А вы чего-то мне не договариваете!

Натача замолчала и только было слышно её тяжёлое дыхание. Наконец, она решилась:

— Да, я это упустила из виду. Саманта — бывшая подруга Али. Они хорошо знакомы. Похоже, что их встреча шокировала Марго.

— Могу только догадываться, — буркнула Анжелина. — Так что мне теперь делать? Преследовать её с собакой?

— Собака вам для того, чтобы Марго не затерялась. Командир отряда, что сопровождал Марго, вне себя от ярости. Она ускользнула от него, как ящерка. Он не может её найти. Кретьен его прибьёт за такое.

Натача вышла и лично передала Альбу "из рук в руки". Она разъяснила собаке-роботу её полномочия, обязанность слушаться нового поводыря и главную задачу — искать Марго и быть рядом до подхода главных сил. Анжелина с отрядом ушла, с ней ушёл отряд Мендеса, а Саманту уговорили остаться. Саманта нервничала, ей положено было возглавлять своих людей, хотя она понимала тонкость ситуации. Но ко всем неприятностям прибавилась ещё одна: в то время, как все женщины Али отнеслись к ней доброжелательно, Старшая жена её невзлюбила. Она демонстративно игнорировала Саманту, даже не смотрела в её сторону.

— Да! — подумала Саманта. — Хорошо, что я не согласилась на уговоры Али тогда.

Все сидели в командной рукбе корабля "Родник в пустыне". Разговоры утихли. Али не находил себе места, бегая по помещению. Натача, раскачиваясь в большом операторском кресле, обменивалась редкими фразами с Анжелиной Грасс. В какой-то момент она громко заявила:

— Все возвращайтесь! Вам не стоит дальше идти! Я принимаю картинку от Альбы. Пока всё в порядке.

Она развернулась к Али.

— Ну вот! Марго опять похитили! Роль у неё такая, что ли? Это уже третье похищение!

— Кто похитил?

— Снова "дикари", то есть отряды, нигде официально не зарегистрированные и не подчиняющиеся никому.

— О, Аллах! Мы можем что-то сделать? — Али забегал по рубке ещё энергичнее.

— Думаю, что это опасно. Опасно для всех нападающих. Опасно для Марго. Кроме того, там много других людей, которых удерживают силой.

— Почему опасно? — удивился Али. — Разве мы не можем их всех перещёлкать? С нашими устройствами наведения.

— Они обитают где-то в карстовых пещерах. Очень глубоко. Сигнал от передатчика Альбы вот-вот пропадёт. Скорее всего, мы не сможем наблюдать за ними.

— А я думаю, что сможем! — заявила Хелена. — У нас есть камеры терагерцового диапазона. Правда, сигнал с камеры Альбы мы не поймаем, и команды передать не сможем. Но Альба будет охранять Марго. Она не позволит причинить ей вред.

— Вот это уже хорошо! — обрадовался Али. — Натача! Куда мы сейчас направимся?

Старшая жена скривилась.

— Визит вежливости к Мендесу, — и она впервые глянула на Саманту. — Прикажите вашим людям возвращаться!

Альба быстро нашла дыру, в которую провалилась Марго. Она соскользнула в проход и, поджав лапы и закрыв глаза-камеры, дождалась конца стремительного падения. Запах Марго чувствовался хорошо. Альба переключила чувствительные элементы и двинулась по неширокму, извилистому проходу. Вокруг витали запахи различных минералов, мизерные примеси нефтяных масел, метана и сероводорода, немного аммиака, сложная органика. Вот какое-то разветвление. К запахам Марго добавились запахи других людей. Запахи оружия, пороха, взрывчатки… А это что? Наркотики… марихуана, табак. Альба прибавила ходу и через десять минут увидела мелькающие световые пятна от ручных фонарей. Она снизила скорость и ещё полчаса неспешно двигалась в конце процессии.

Люди, которые захватили Маргариту, вели себя уверенно. Похоже, что где-то здесь место их постоянного обитания. Они громко разговаривали, смеялись и иногда громко покрикивали на свою пленницу. Альба придвинулась ближе, но пока её вмешательство не требовалось. Маргарита шла без наручников, сама.

Вот в конце длинного тёмного туннеля показался свет. Туннель выходил в огромную пещеру, по краям которой виднелось множество отверстий в другие туннели. По каменным стенам были развешаны светильники, к которыми вели электрические кабели. На входе группу встретили несколько человек, среди которых выделялся высокий бородач с арабской внешностью.

Командир группы, обращаясь к нему, сказал:

— Аллах ниспослал нам удачу, Рашид! Ты посмотри, кто попал к нам в руки!

Бородач присмотрелся к пленнице.

— Ба-а-а! Маргарита Рошфор! Действительно, Аллах к нам милостив. Он оказал нам великую честь. Отведите её в четвёртую камеру.

Маргарита поначалу воспряла духом, но последняя фраза показала, что радоваться рано. Если бы не предательство Али, она, может быть, попыталась вырваться из плена. Что такое для неё два конвоира? Но ей сейчас было всё равно.

Её провели в одну из пещер, невдалеке от главной. В сумерках виднелась металлическая решётка, которую один из сопровождающих открыл большим ключом. Когда Марго входила в камеру, позади раздался шум.

— Это ещё что? — кричал конвойный. — Пошла вон!

Громадная механическая собака, рыкая и скалясь эмалированными зубами, прошмыгнула вслед за пленницей.

— Надо сказать Рашиду! — пробормотал один.

— А вдруг он нас накажет? — засомневался другой. — Просто сделаем вид, что никого не было.

— Правильно! У тебя умная голова, Мустафа!

Они ушли, тщательно заперев дверь.

— Альба! — позвала Марго.

Собака-робот сидела в углу и не шевелилась. Зато в другом углу вдруг возникло движение и знакомый голос спросил:

— Марго, это ты? — из глубины пещеры к ней бросилось одетое в тряпьё вонючее существо. — Ты как здесь оказалась? Тебя сюда сплавил твой муж?

Маргарита вгляделась в темноту.

— Жанна? А ты что здесь делаешь? Ты здесь откуда?

— Оттуда же, откуда и ты! — Жанна Арно захлюпала носом. — Этот долбаный миллионер не нашёл ничего лучше, чем спровадить меня сюда. Да и твой, я вижу, тоже.

— Да ничего подобного! — Марго вдруг задумалась. Как в пару минут можно объяснить подруге свою ситуацию? — У меня всё не так!

— Да знаю я! — буркнула Жанна. — Читать ещё не разучилась. Он тебя бортанул, но и ты его хорошо отделала. Я не сомневалась, что он тебе отомстит.

— Ничего ты не знаешь! — огрызнулась Марго. — Сама я сюда попала, по собственной глупости. И чем больше от него бегаю, тем в более глупые ситуации попадаю.

— Ну, хуже тебе уже не будет! — вздохнула подруга. — Просто, хуже некуда. Это вообще маньяки. Какие-то фундаменталисты. За идею угробят кого угодно. Привяжут к тебе десяток кил астерезина, накачают наркотой и отправят… к Эстебану, например. Они его очень не любят.

— Думаю, что до этого не дойдёт! — Марго вгляделась в темноту. — Альба! Альбочка! — Собака не шевелилась. — Не хочет слушаться, жестянка чёртова! — Она вздохнула. — Так расскажи, что у тебя произошло?

Жанна, умываясь слезами, ещё долго рассказывала Маргарите историю своего несчастного замужества. Она, ведь, была уверена, что ухватила судьбу за хвост, а вот нет! Муж оказался подонком. Уже через полгода после свадьбы он завёл себе любовницу. Когда Жанна устроила ему скандал, он решил от неё избавиться. Заплатил кому надо… Её поймали на улице, пшикнули чем-то в лицо. Потом она помнит только тесные каюты, размером меньше чем японская "гостиница", и угрюмые небритые физиономии. Её продали на Лурр. Какой-то перекупщик предупредил, чтоб вела себя хорошо. Но Жанна каждый раз устраивала шум, даже под воздействием наркотиков. В итоге она оказалась здесь, где с нею иногда развлекались сразу несколько мужчин. Она стала пренебрегать гигиеническими процедурами. Тогда её засунули в эту каморку. Она здесь уже два сна…

Маргариту резануло это слово. Жанну держали без света, и она считает время количеством сна. Впрочем, это очень ненадёжный способ измерения времени. Ну, ничего! Она придумает, как выкрутиться.

Марго подумала, что её ситуация не сильно отличается от ситуации Жанны. Её муж, теперь уже бывший, тоже имеет кучу любовниц. Её ужаснуло, что у него ещё была Саманта. А в принципе, что это меняет? Да, сейчас об этом должна болеть голова у его старшей жены, в первую очередь, потом у остальных жён… Интересно, они вполне доброжелательно общались с Шеридан. Это значит, что они её приняли? А как же Хорхе Мендес? Так, может быть, Саманта для них никакой угрозы не представляет?

Марго начала засыпать. Матрац, припитанный антисептиками так, что щипало нос и слезились глаза, казался мягким. В мозгу вертелись обрывки мыслей, воспоминания… Потом всё это подёрнулось пеленой и растворилось во сне.

— Так что, Руслан, ваша команда мне поможет? — спросил Али у собеседника.

Круглолицый командир "братков" усмехнулся на весь экран.

— Да ты чё, в натуре, спрашиваешь? Святое дело! Пока твоя жена не будет сидеть рядом с тобой, мы не в праве улететь отсюда. Она же и наша протеже.

— Ну, она, к сожалению, сейчас не моя жена…

— Нет, Али, я шизею! Разве с женщинами так можно? Я тоже, иногда, из себя выхожу, но потом попрошу прощения, цветочки там куплю, в ресторан сходим… Женщина, она ведь тоже человек! Ну, ладно! Это тебе будет не очень дорого стоить, калькуляцию пришлём после завершения. Мы пяток кораблей оставляем на орбите, это полторы тысячи человек. Не затягивай только. Надо будет гору взорвать — взорвём! У нас есть сонный газ. Дунем, куда надо, — и выноси кого хошь!

— Это хорошо! Может быть придётся воспользоваться. Но пока я попытаюсь решить проблему малыми усилиями. К тому же, здесь полно местных, которые хорошо знают и противника, и обстановку.

— Это и правильно! А когда понадобятся наши грубые усилия, ты только просигналь! — к улыбке добавился стилизованный салют.

Али выключил экран видео и развернулся к старшей жене.

— Что у тебя?

— Вояки Мендеса готовы участвовать в любой момент. Саманта перевела их в круглосуточный режим. Жискар Кретьен рвёт и мечет. Говорит, что может своими землеройными машинами вскрыть пещеры, где удерживают Марго.

— Чего это он так зашевелился?

— Считает себя виновным. Кроме того, говорит, что с Марго достиг очень перспективных договорённостей, за которые согласен голову сложить.

— Ого! — Али глянул на жену. — Кстати, ты никогда мне не говорила, как ты сама относишься к Марго. Я только вижу, что ты для неё готова сделать очень многое. Почему?

Натача приподняла брови.

— Странно, что ты спрашиваешь об этом. Если ты меня знаешь, то не должен задавать глупых вопросов. Марго почти всегда выступает… м-м-м, как слуга божий. Она всегда пытается найти самый лучший вариант для всех. Она переделывает миры, она меняет жизнь окружающих. Мне хочется помогать ей. И мне интересно, что будет дальше.

— А что будет дальше? Я имею в виду — с Марго?

— Мне Кретьен рассказал… не очень интересную историю. Короче, эти похитители — религиозные маньяки. Они, скорее всего, попытаются совершить сожжение в солнечной печи. Ты, может, в курсе? Марго в интернет-игре "Звёздная Империя" выполняет роль бога Кроноса.

— Марго? Кронос? — приподнял брови Али. — Ну, я, в общем-то, почти в неё не играл.

Жена продолжала:

— Она привела в движение массы народа на Лурре и в ряде соседних миров. Для этих же маньяков, она чуть ли не Сатана.

— Почему в солнечной печи? — дрогнувшим голосом спросил Али. — Они разве не могут совершить убийство в пещерах?

— Это их традиция. Божественный огонь, исходящий от Солнца, должен уничтожить ложного бога. Вот, вкратце, и вся идея.

— Так чего же мы ждём?

— Мы ждём, что однажды утром эти фанатики выведут Марго на поверхность, чтобы совершить свой ритуал.

— И как мы об этом узнаем?

— Мы узнаем об этом по картинке, полученной от Альбы.

— А если они затаятся?

— Вот это вряд ли! Кретьен им не позволит долго тянуть. Его машины сильно шумят при работе. Он уже переполошил, наверное, всех.

— А может стоит привлечь к операции Братство?

— Нет! Держи их наготове, но выход из пещер пусть будет свободен.

Сидящая на вахте Корасон потянулась.

— Так что, сможем немного размяться?

— Не расчитывай! — охладил её пыл Али. — Я надеюсь, что мы всё проделаем бескровно.

Марго ощутила, как её толкают в ноги. "Хорошо хоть не в бок", — подумала она, открывая глаза.

— Вставай и выходи! — рявкнул человек в тюрбане, стараясь держаться подальше от Альбы. Скорее всего, именно её присутствие не позволило ему пнуть женщину в живот или в голову.

Марго двинулась на выход. Жанна бросилась к ней, обхватила руками и прижала к себе.

— Марго! Прощай! И прости меня!

— За что? — удивилась подруга.

— За всё! Я не знаю, за что, но прости!

— Быстрее! — поторопил ещё один, стоящий снаружи. — Эй! А ты куда!?

Он пытался остановить выходящую следом Альбу. В глазах собаки-робота загорелись красные огоньки. Марго вдруг поняла причину этого. В воздухе пещеры стали видны красные нити лазерных прицелов, упирающиеся в лоб охраннику. Тот тоже увидел их и отступил.

Марго и Альба, сопровождаемые двумя охранниками с автоматами, прошли по главной пещере, затем свернули в один из туннелей. Там к ним присоединились ещё почти десяток человек. Высокий бородач, которого звали Рашид, удивился появлению Альбы.

— Мустафа! Что это такое?

— Рашид! Я не знаю, откуда она взялась. Она не мешает, но ей нельзя ни в чём препятствовать.

— А пристрелить пробовали?

Собака рыкнула и моментально раскрыла все свои кассеты. Кроме двух пулемётов роторного типа в кассетах находилось около двух десятков реактивных гранат.

— Да я пошутил! — громко заявил Рашид.

Собака сложила свой арсенал так же быстро, как и раскрыла. Дальше шли молча. Рашид что-то обдумывал.

Через какое-то время туннель упёрся в большую железную дверь, которую Рашид открыл своим ключом. За дверью была небольшая бетонированная площадка, окружённая круглыми стенами, а вверх уходила винтовая металлическая лестница. Посредине спирали лестницы проходили покрытые толстым слоем теплоизоляции трубы.

"Солнечная печь!" — с ужасом подумала Марго. Она обернулась к своим конвоирам, как вдруг ощутила щлепок по руке и услышала щелчок инъектора. Наркотик?

— Альба! Помоги! — голос был совсем слабым.

Собака-робот спокойно стояла рядом, не предпринимая никаких действий.

— Тебе ничто не угрожает, — спокойно сказал бородатый Рашид. — Мы привяжем тебя снаружи, где твои друзъя смогут тебя найти.

— Альба! — почти прошептала Маргарита.

Её подняли по лестнице наверх. Слабые ноги едва переступали по ступенькам. Металлические решётки, скрипучая металлическая дверца. Снаружи едва серел приближающийся рассвет. Двое прислонили Марго к перилам ограждения и примотали её руки скотчем.

Напоследок Рашид вздумал сказать речь. Он уже набрал воздуха в лёгкие, потом глянул в сторону Альбы, на розовеющий горизонт и ограничился совсем короткой фразой:

— Нет бога, кроме Аллаха. Всякий, кто посмеет объявить себя богом, будет покаран. Да свершится правосудие Всевышнего!

Они исчезли за скрипучей дверцей, но ещё минуту были слышны их гулкие шаги по лестнице.

Марго, пытаясь совладать с вертящимся во все стороны изображением окружающего мира, снова пыталась докричаться до Альбы.

— Альбочка, милая! Помоги! — едва шептали её губы. — Ну помоги же, жестянка чёртова! Свяжись с кем-нибудь! Ты меня слышишь?

Собака спокойно сидела рядом и рассматривала её. Затем её глаза-объективы замерли, прекратилось любое движение и шевеление механизмов. Робот перешёл в режим экономии энергии, то есть уснул.

Али проснулся от воя сирены. Его дежурная секретарша Девика с резким выдохом вскочила с кровати и быстро стала одеваться.

— Боевая тревога! — громыхал голос вахтенной Хафизы. — Альба на связи! Есть картинка и координаты! Всем собраться в командной рубке!

Когда Али, поправляя футболку и штаны, вбежал в рубку, то там уже были почти все жёны, включая старшую. Натача с кем-то беседовала по телефону и водила указательным пальцем по столу-экрану. Камеры показывали быстро бегущий под кораблём горный пейзаж.

— Доложите ситуацию! — привычно распорядился Али.

— Мы засекли Альбу более получаса назад, — заявила Хафиза. — Её положение менялось, и мы решили подождать. Потом появилась картинка… Натача вдруг решила, что Марго ведут к солнечной печи…

— Её ведут именно к солнечной печи! — зарычал Али. — Теперешние координаты Альбы есть? Надеюсь, вы расчитали момент восхода солнца!

— Сейчас сделаю! — ответила Хелена. Через минуту она ответила: — У нас всего пять минут.

— О, Аллах! — буквально завопил Али. — Мы не успеем её освободить! Кто-то из наших союзников есть поблизости?

— Братство и флайер Саманты Шеридан, — ответила Натача. — Но они летят медленее нас.

— А мы сможем высадить маленький флайер на башню печи?

— Можем! Но это очень рисковано, можно поджариться всем вместе…

— Али! Солнце восходит! — почти простонала Хелена.

Розовый краешек светила окрасил всю местность в красивый нежный цвет. Натача обернулась.

— Али! Что делать? Мы не успеем забрать Марго до восхода!

— М-м-м… — вклинилась Хелена. — Можно расстрелять зеркала… Хотя, нет! Лучше систему наведения.

— И где она? — спросила Натача.

— Ладно, всё равно не знаем…

— Зачем сразу расстреливать? — раздался голос Фариды. — Можно закрыть зеркала от солнца.

— Какая ты умная! — рассердилась Натача. — Сама будешь с тряпками по площадке бегать?

— Зачем бегать? У нас есть корабль. Триста метров в длину…

— Молодец дочка! — ответила Натача, сразу изменив положение корабля.

Огромный вытянутый эллипсоид подлетел к равнине, на которой стояла одна из печей Хорхе Мендеса. Огромная тень легла на зеркала. Начинавшая розоветь местность снова будто погрузилась в ночь. Зашумел главный шлюз — от корабля отделился маленький флайер, сразу взявший курс на башню. Корасон непрерывно комментировала свои действия и обстановку. Вдруг она сказала:

— Натача! Тень быстро ужимается в направлении запад-восток. Скоро часть зеркал окажется освещённой.

Натача тут же переключилась на канал связи с Братством и разъяснила ситуацию. Три подлетевших корабля затенили опасные зеркала. Тем временем маленький флайер уже висел над служебной площадкой солнечной башни.

— Кто там, с Корасон? — спросил Али.

— Саль-яла и Изабель! — ответила старшая жена.

— Что они так долго? — нервничал Али. — Тень скоро снова ужмётся.

Действительно, пара зеркал уже бросили свой отблеск на башню. Через полминуты — ещё два.

— Быстрее! — шептал Али.

Яркость солнечных зайчиков росла, по мере того, как солнце выбиралось из-за горизонта. Вдруг из-за каменистого хребта вынырнул флайер с эмблемой хозяина Мендеса. Он почти над самой землёй на медленной скорости двинулся к полю зеркальных гелиостатов, завис над ними. Открылся люк, и на одно из зеркал соскользнуло большое чёрное полотнище.

— А Саманта, всё-таки, решила зеркала закрыть, — с издевательскими интонациями произнесла старшая жена.

Но Саманта не стала закрывать остальные зеркала. Они все развернулись в вертикальное положение без фокусировки.

— По-моему, она закрыла тканью датчик наведения, — заметил Али. — Какая умница!

— Гм! — только и смогла сказать Натача.

Маргарита с трудом могла вспомнить, как и кто её снимал с башни солнечной печи. Зрение расфокусировалось, глаза бегали по сторонам, и казалось, будто весь мир вертится в разные стороны. Она пыталась всё время разглядеть поле гелиостатов. Именно от них, она знала, исходит опасность. Но внизу под башней стояли сумерки, в то время как уже вся долина была залита ярким утреним светом.

— Каррамба! — чертыхался кто-то рядом. Огромный нож кромсает скотч, но прочные нити крепёжной ленты сопротивляются, и низкий женский голос снова изрыгает проклятия.

Её несли на плече. Где-то внизу качались ступеньки трапа, а ещё дальше, на огромном расстоянии, качалось бетонное основание башни и ряды зеркал. Потом был пол флайера, который в один короткий миг крутанулся и превратился в потолок. Мутная волна тошноты подкатилась к горлу и её вырвало.

— Святая Мария! — воскликнул чей-то голос.

Потом её снова несли, перекладывали на каталку. Стремительно двигался потолок, и желудок снова взбунтовался.

— Назира! Ты готова?

Яркий свет. Марго закрывает глаза, но слепящее освещение проникает сквозь веки, окрашенное в кроваво-красный цвет. Железное звяканье инструментов. Покалывание иглы, введённой в вену. Прохладная струя какого-то лекарства. Постепенно наступает успокоение. Мир прекращает бессмысленную пляску и Марго оказывается в блаженном расслаблении.

— Спи, Марго! Отдыхай! Теперь уже всё в порядке!

Чья-то рука ложится ей на лоб и это прикосновение действует не хуже лекарства. А затем пришёл сон.

Глава 27

— К сожалению, я не могу вам её дать! — словно в подтверждение своей неуступчивости Натача взгромоздила на пульт командной рубки свои ноги в армейских ботинках.

— Да, конечно! Я вас понимаю! — Жискар Кретьен вздохнул на том конце линии связи. — А может быть, вы сможете встретиться со мной?

— Вы тоскуете без очередного заложника? — Натача подсознательно положила руку на кобуру подмышкой.

— Нет-нет! Вы не то подумали. У меня есть что сообщить вам.

— Если сообщите сейчас, то я буду к вам более снисходительна! — голос старшей жены зазвенел металлом.

— Именно поэтому мне хотелось бы иметь Марго в качестве адвоката, — захихикал Кретьен. — Но я уверяю вас, что вам нечего бояться. Мы на одной стороне баррикад.

— Ну, разумеется! Когда наши "братки" распотрошили гнездо этих дикарей, вы уже на нашей стороне.

— Я всегда был на вашей стороне! — собеседник обиделся. — Именно поэтому я и хочу вам сообщить ЭТО! Но ни в коем случае не по телефону.

— Ну, хорошо! Я согласна с вами встретиться! Где? Когда?…

Лёгкий четырёхместный флайер сел на крохотную площадку в узком ущелье.

Натача поправила очки, проверила подключённый арсенал.

— Так что, Корасон, ты уже пробовала стрельбу в таких условиях?

— Пробовала! — ответила восьмая жена. — Поскольку нет прямой видимости, лучше использовать реактивные гранаты. Они входят в зону наведения, а дальше управляешь ими ты с очков.

— Жалко, что пулемёты корабля нельзя использовать. Гранаты — это как-то грубовато.

— Ничего страшного. Я свой любимый пулемёт прихватила с собой. А по мелочи Изабель поможет, — Корасон похлопала по корпусу машинки.

Изабель усмехнулась и подмигнула Натаче. Затем распахнула полы куртки, продемонстрировав весь набор метательных и обычных боевых ножей во множестве кармашков.

— Это хорошо. Главное, чтобы этот Кретьен не потребовал, чтобы мы разоружились.

— С какой это стати он нам будет диктовать условия? — Изабель щёлкнула одним из ножей в ножнах.

Натача пожала плечами. В этот миг заиграл телефон.

Жискар Кретьен был одет в длинный плащ с капюшоном. Респиратор закрывал почти пол-лица. Он почти сразу начал диктовать условия:

— Простите за настойчивость, но я хочу вас сперва попросить оставить во флайере очки, телефон, все электронные устройства. Ваши… э-э-э, подруги, тоже должны на время нашего разговора снять очки и отложить их в сторону.

— Ещё чего! — возмутилась Натача. — Может сразу скажете поднять руки и сложить оружие?

— Нет-нет! Вот этого не нужно! Оружие можете оставить при себе. Мне важно только, чтобы на вас не было никакой электроники, а ваши подруги не могли использовать дистанционные микрофоны.

"Паранойя!" — подумала Натача, но исполнила все его требования. Похоже, что этот старичок не простак, знает, что делает.

Кретьен отошёл вместе с ней в сторонку и провёл несколько раз сканером в пространстве вокруг. Убедившись, что индикатор горит зелёным, он сделал знак, один из сопровождающих его людей забрал сканер и удалился.

— Итак! — нарушила тишину Натача. — Что вы такого секретного хотели мне сообщить.

— У меня есть для вас два сообщения: хорошее и плохое. Впрочем, это, наверное, оба плохих. С какого начать?

— Начните в логической последовательности, если она заметна.

— Да! Именно! Заметна! — старичок кивнул головой. — Возможно вы знаете, а может и нет, что Марго заказали. Босуорт. — Натача открыла рот, но Кретьен остановил её движением руки. — Как он мне сказал, он это сделал из благих побуждений.

— Скотина! — прошипела Натача.

— Ну… как сказать, — пробормотал Кретьен. — Его беспокоил углубляющийся разрыв между Марго и Али.

— Вон как? — Натача приподняла в удивлении брови.

— Он решил эту проблему в характерной для него манере.

— Да уж! — брови Натачи сдвинулись к переносице. — Ну а вы зачем встряли в это грязное дело? Затосковали по острым ощущениям?

Кретьен бросил взгляд на Изабель, жинглирующюю своим ножом.

— Я надеялся, что смогу решить одним махом множество проблем.

— И не побоялись приобрести новые?

Кретьен улыбнулся.

— Нельзя съесть виноград, не сорвав его. Во-первых, мне хорошо заплатили за эту проделку. Во-вторых, другой исполнитель мог что-то сделать не так. Босуорт особо отметил, что доверяет мне. В-третьих, я увидел возможность достичь с Марго некоторых очень выгодных для меня договорённостей. Во всяком случае, я её уже заинтересовал. Это выгодно не только для меня. Думаю, что она восстановит сотрудничество с Али, и это принесёт пользу и ей, и Али, и мне. Лурру тоже. Если б вы знали, как изменился Лурр с появлением Марго…

— Мне кажется, что вы отвлекаетесь! — остановила Натача словоохотливого собеседника.

— Ах, молодость! — усмехнулся тот. — Зачем вы все так спешите? Лет через пятьдесят вы с наслаждением будете вспоминать эти мгновения… Ну, ладно! Теперь о том, ради чего приняты такие меры безопасности. Где-то возле Марго вертится человек Босуорта.

Он остановился, наблюдая как застыла фигура Натачи. Её мозг лихорадочно работал.

— Какими фактами вы располагаете? — взгляд Натачи сосредоточился на его лице, отслеживая любые изменения мимики, жесты, частоту дыхания. Ей не нужен детектор лжи, она сама как детектор!

— Этот "кто-то" устроил утечку информации. Вы знали, что Марго — это Кронос в игре…?

— … "Звёздная Империя"? Да, я знаю об этом!

— От кого?

Натача смолчала.

— Может именно этот человек…

— Я займусь этим вопросом. У меня есть подозрение, но я не хочу раньше времени на него указывать. За этим слишком многое последует. Я попробую решить проблему с другой стороны.

— А ещё, возможно, этот человек подстроил похищение Марго во второй раз.

— Погодите! Это всё произошло совершенно случайно!

— Профессионалы от Босуорта работают именно так. Все думают, что это случайность. Вспомните, почему Марго не встретилась с Али?

— Та-а-ак! Всё сходится! — Натача приобрела решительный вид.

— Но вы обязательно ещё перепроверьте! — настаивал Кретьен. — Человеческие отношения — ужасно хрупкая вещь! Они рвутся из-за таких мелочей…

Сидя в кабине флайера, Натача кусала ноготь на большом пальце.

— Так что сказал Кретьен? — пыталась узнать Изабель. — Ну чего молчишь?

— Мне надо обдумать! — отмахивалась старшая жена. Потом погружалась в размышления и начинала приговаривать: — Ну какая же скотина! Как это я раньше не поняла? И там! И здесь! Как всё сходится! Задушу голыми руками!

Саманта Шеридан следила за погрузкой оборудования на корабли Братства. Рядом стоял круглолицый улыбчивый Руслан и допытывался:

— Так всё-таки, почему вы не поговорите об этом с Али? Он реальный пацан! Не отказал бы. К тому же, его корабль приспособлен к таким перевозкам, не то что наши. За один раз забрал бы и людей, и груз. Вы чего, на ножах с ним?

— Это не то, что вы подумали! — Саманта поправила кепку на голове. — Когда-то у меня с ним был роман. Потом мы разошлись. А теперь у меня есть возлюбленный. Я не хочу, чтобы между ними возник конфликт.

— Ну, это понятно! — Руслан покачался на носках вперёд-назад. — Так вы могли быть одной из его жён?

— Я не могла быть всего лишь одной из… его жён! — буркнула Саманта.

— Понятно! — ещё раз произнёс тот и, махнув кому-то рукой, двинулся в сторону одного из кораблей.

Саманта вздохнула. Она убегает непонятно от чего. Пытается избегать Али, но они с Мендесом уже решили перебраться на Лютецию. Неужели она думает, что сможет избегать его и далее? Неужели она надеется, что затеряется в полутысяче людей, которые решили сменить планету вместе с ними?

Солнце припекало всё сильнее. Если им повезёт, то закончат погрузку до самого солнцепёка. Промелькнула по земле тень летательного аппарата. Саманта запрокинула голову — прямо на неё летел флайер, плавно снижаясь. Кому это она понадобилась? К сожалению, против солнца не разглядеть опознавательных знаков.

Флайер сел в десятке метров, всё так же, со стороны солнца. Прикрывшись ладонью, Саманта разглядела, что это флайер Али, и в её сторону уже идут трое: Натача, Изабель и Корасон. Корасон была нахмуренная, с виноватой улыбкой на лице. Изабель и Натача… Сердце у Саманты дрогнуло. Она вдруг с места рванула в стремительный бег. Если тебе не нравится выражение лица приближающегося человека, не раздумывай долго, лучше беги.

— Стой! — прозвучало совсем рядом. Затем была виртуозно проведенная подножка, и Саманта полетела на каменистую почву, обдирая руки, плечи и лицо. Она вскочила знакомым и многократно отработанным движением. Напротив стояла Изабель, без ножа, но готовая в любой момент нанести удар. Быстро подлетела Натача, а с небольшим опозданием и Корасон.

— Ага! — довольно произнесла Натача. — На воре шапка горит? Можно ничего не объяснять?

— Отчего же? Объясните! — Саманта крутилась на месте, пытаясь обеспечить безопасность с тыла, но шансов у неё не было никаких.

— А чего же ты бежала?

— Многолетняя привычка! — огрызнулась Саманта. — Когда тебя окружают придурки и маньяки, то только такое поведение и спасает.

Она взглянула в сторону, откуда только что бежала. Люди Мендеса с удивлением озирались на четверых женщин, между которыми явно назревала драка. Одна фигура качнулась, было, в их сторону, затем в нерешительности замерла, не отрывая взгляда. Анжелина Грасс… К ней подбежали несколько её подчинённых, но она отпустила их движением руки. Это ей она, наверное, обязана вниманием со стороны жён Али?

— Так что вы от меня хотели?

— Мы хотели поговорить! — с приторно сладкими интонациями произнесла Натача.

— Вижу! Очень хотели!

— Да! Очень! — Натача сделала приглашающий жест в сторону флайера, потом поправила кобуру подмышкой и добавила: — Не вздумай бежать! Больше за тобой гоняться не будем. А пуля догонит.

Саманта молчала всю дорогу. С ней и не пытались говорить. Интересно, это Али вздумал побеседовать с ней? Она удивилась, когда её провели куда-то вглубь корабля, в отсек, где перестали работать телефон, индикатор координат и ком-очки. Маленькое неудобное кресло, в которое её усадили, не давало сосредоточиться. Кресло стояло между двумя высокими громоздкими столами. Натача уселась на стол спереди, а Корасон и Изабель сзади.

— Ну, начинай! — нарушила тишину Натача. — Рассказывай! Желательно подробно! С указанием дат и мест.

— Что рассказывать? — искренне удивилась Саманта. — Ты о чём?

— Ну не прикидывайся! Мы всё знаем!

— А что тогда рассказывать, если знаете? Да уже я стала всё забывать.

— Ты начинай, а я буду подсказывать, — голос старшей жены напоминал мурчание кота, играющего с пойманной мышью.

— Я была тогда на четвёртом курсе, — вздохнув, начала Шеридан. — У нас намечалась практика…

— Стоп-стоп! Что ты нам лажу грузишь? Нас это не интересует. Нас интересует, когда ты узнала про Марго?

— При чём здесь Марго? И что я про неё узнала?

— Кронос, — напомнила Натача. — Как ты узнала, что Марго — Кронос?

— Она сама об этом сказала, — пожав плечами, ответила Саманта. — Не напрямую, правда. Но я догадалась.

— И дальше?

— Что дальше? Я никому об этом не говорила! Думаю, что об этом могла знать Марсия и… всё!

Натача, раздражаясь, что проигрывает битву, потребовала:

— Дай-ка твои очки!

Саманта, насупившись, отдала ком-очки на досмотр.

Натача, порывшись в архивах, радостно вскрикнула:

— Ага! Здесь всё, что за прошлый месяц, удалено!

— Ну и что! — возмутилась Саманта. — У меня старенькая модель. Приходится регулярно чистить.

— Как правдоподобно!

— Я не пойму, в какую вы игру играете?

— Я — ни в какую! А ты играешь в "Звёздную Империю"?

— Ну и что?

— Ты работаешь на Босуорта и ты сообщила дикарям, что Марго — Кронос!

— Зачем?

— Затем, что ты хотела убрать конкурентку!

— А смысл? — пожала плечами Саманта. — К тому же, если бы я ставила перед собой такую цель, то просто не спасала бы Марго от паразитов. На данный момент вы уже могли бы любоваться её могилкой.

— Натача! — вклинилась Изабель. — У тебя же против неё ничего нет!

Натача отмахнулась.

— Она чисто играет! Не придерёшься. Пятнадцать лет назад Али просто чудом спасся, благодаря Дейле. Тогда Саманта хорошо поработала. И сейчас она хорошо поработала. Концов не найти. Но мы-то знаем, что почём! Так, Саманта? Твои предки, наверное, в гробу переворачиваются, глядя на твои деяния! Впрочем, яблочко от яблони недалеко падает.

— А ты моих предков не тронь! — вспылила Саманта. — Они ничуть не хуже твоих!

Она вдруг прыснула от смеха, и в её глазах заплясали чёртики. Натача же нахмурилась.

— Так! А теперь вслух произнеси то, что ты подумала! Можешь не цензурировать и не вырезать выражений. Мы — люди привычные.

Она привстала и угрожающе надвинулась на Саманту. Саманта усмехнулась.

— У нас с тобой общие предки, сестричка! Уж не знаю, к счастью или нет?

— Что ты сказала? — Натача остановилась.

— Я навела справки, — спокойно разъяснила Саманта. — У нас с тобой общие прабабушка и прадедушка. Их сын, Николай Шеремет, поселившийся в Америке, сменил фамилию на Шеридан.

Натача недовольно изучала лицо своей вновь обретёной сестры.

— А с какой это стати ты наводила справки обо мне? — с подозрением спросила она.

— У нас в семье есть странное предание, — начала рассказ Саманта. — В конце 20-го века произошёл какой-то прокол в пространстве-времени, и наш предок Алексей Шеремет на короткие периоды оказывался в 24-м веке. Более того, он будто поселялся в тело некого Космического Султана Али. Он рассказывал детям о быте семьи Али, обо всех его жёнах, о множестве приключений, которые с ними происходили. Для меня эти рассказы были своего рода арабскими сказками. Я не испытывала никаких неудобств, знакомясь с Али. Мне даже казалось значимым, что моего избранника зовут, как героя этих сказок. Потом я узнала, что у него есть уже три жены. А потом, почти через год, я узнала их имена… У меня сложилась полная картинка: время и персоны. И тогда я поняла, что не могу быть его женой.

— Да-а-а! Долго ты соображала! — подколола Натача. — И что же тебя испугало? Почему ты отказалась?

Саманта запнулась. Она ещё никогда даже себе не признавалась в истинной причине своего шага.

— Меня испугало то, что в перечне его жён нет женщины по имени Саманта.

— Неискоренимая славянская душа! — вздохнула Натача. — Фатум и авось!

Она вдруг прижала к себе Саманту и обе женщины дружно заревели, громко хлюпая носами и размазывая слёзы по щекам. А ещё через несколько секунд к ним присоединились Изабель и Корасон.

Изабель, помахав рукой отлетающему флайеру, спросила:

— Корасон! А чего ты разревелась? Ну, я понимаю, Натача с Самантой ревели от избытка чувств. Сёстры, всё-таки… А ты?

— А сама чего ревела? — Корасон шморгнула носом.

— Наверное, за компанию! — ответила Изабель, и они рассмеялись.

Натача, меняя курс флайера, спросила у Саманты:

— Скажи, сестричка, каким образом ты оказалась на встрече с Али раньше Марго?

— Хороший вопрос! — нахмурилась та. — Я не помню точно… Анжелина перезванивалась с этим Кретьеном, меня тормошил Мендес, требовал распоряжений командир конвоя. Я заикнулась Анжелине об охране, а она настояла, что моё присутствие обязательно. Честно говоря, я не предполагала, что могу такую кашу заварить.

— А Анжелина говорила, что ты диктовала ей каждый шаг!

— Подиктуешь ей! Мне постоянно приходилось следить, чтобы наши ребятки чего-нибудь не натворили. Ну, в смысле, чтоб не спровоцировали этих командос Анжелины. Обычно они вели себя спокойно. А иногда казалось, что достаточно чихнуть, и они сметут нас в один миг. Не могла я ей ничего диктовать.

— Ну да Бог с ней. Скажи, всё-таки, что ты знаешь про Босуорта?

— Да ничего не знаю! Кто это?

— О-о-о! Такого человека не знать! Одна из самых известных фигур Галактики. Он, похоже, с тобой знаком. Малкольм Босуорт, специалист по бракам. Мастер по устройству знакомств…

— Стой! Малкольм? Малкольм Босуорт? Проныра Малкольм? — Саманта засмеялась. — Он что, значительная фигура? Его никто не прибил до сих пор? О, Боже! Я знакома с этим ненормальным.

— Так! Уже хорошо! И как давно ты с ним знакома?

— О! Очень давно! — Саманта погрузилась в воспоминания. — Этот шизик учился на нашем курсе. Он ухлёстывал за мной, а когда я сообщила ему, что люблю другого, он тут же предложил всё устроить в лучшем виде.

— О-па! — воскликнула Натача. — Пятнадцать лет назад… Как тесен этот мир! Среди трёхсот шестидесяти миллиардов обитателей нашей Ойкумены постоянно попадаются одни и те же люди. А он знал, кто твой… э, избранник?

— Я этим не интересовалась, но не удивлюсь, что он был в курсе.

Натача высадила Саманту у входа в ангар хозяйства Мендеса и быстро вернулась обратно. Первым делом она встретилась с Изабель:

— Ну что? Какие результаты?

— Ты о чём? — удивилась седьмая жена.

— Как? Вы не отправили образцы ДНК Саманты на генетический анализ?

Изабель вспылила:

— Я что, должна телепатом стать? Читать на лету твои мысли?

— А просто догадаться не могла? Сама! Без указаний!

Изабель молча ушла, а через полчаса поймала Натачу в коридоре и сообщила:

— Она действительно твоя сестра, э-э-э, троюродная или что-то возле этого.

— Спасибо! — ответила Натача. На её лице заблестели слёзы.

— Да не за что! — буркнула Изабель.

Хорхе Мендес перед отлётом устроил настоящий банкет.

По такому поводу были приглашены также президент Эстебан, кое-кто из соседей. Были и представители прессы. Какой-то приставучий мальчишка допытывался у Мендеса:

— Вы не захотели брать всю свою команду или они сами решили остаться?

— Они сами так решили. Со мной полетят около полутысячи человек. Сейчас, когда вовсю внедряются новые методы борьбы с паразитами, многие захотели остаться. Они жаждут покоя.

— А разве вам не хочется более спокойной жизни? Новая планета — это новые хлопоты.

Мендес доверительно склонился к корреспонденту:

— Я открою вам секрет. Новую планету будет осваивать новый коллектив. Я люблю общество первопроходцев. Это люди, не боящиеся трудностей, умеющие хорошо трудиться. Если им нужна свободная земля, они отвоёвывают её у пустыни, у Бесконечности, а не судятся годами с соседом. Если им не хватает энергии, они строят новую электростанцию, открывают новый вид энергии, применяют новые технологии. Они не воруют её у других, и они не оббирают бедных и неграмотных деревенских жителей. Они ведут людей за собой и учат добиваться успехов. Я люблю таких людей! Я хочу жить среди таких людей! И я хочу умереть ради таких людей!

— Спасибо! — пролепетал парнишка и унёс драгоценную запись, чтобы побыстрее отправить её в студию.

В одном из переходов Мендеса поймал Эстебан.

— Хорхе! Как я тебе завидую! И как я хочу полететь с тобой! Но на мне сейчас груз ответственности. Мне доверяют. Я доведу это дело до конца.

— У тебя ещё будет возможность перебраться поближе ко мне, — пошутил Мендес. — Когда твои избиратели вывалят на тебя вину за собственную лень и пассивность и переизберут.

— Боюсь, что ты не понял. Аль-канарская система плоха тем, что правительство работает всю свою жизнь. Все, кто недоволен, просто избирают новое правительство. Но старое продолжает исполнять свои функции для всех, кто остался ему верен.

— Но ведь ты выйдешь когда-то на пенсию? Вот тогда и приезжай к нам.

Они помолчали. Эстебан поинтересовался:

— Скажи, Хорхе, каким таким образом ты оплатил свой переезд? Я же знаю, что ты едва сводил концы с концами.

Мендес улыбнулся.

— Часть денег я наскрёб. Мне заплатили за оставляемую здесь недвижимость, оборудование. А остальное… Я подписал договор, что пять лет не сменю правительство.

— Что-то мне это не нравится. А если они нарушат договор?

— На этот случай есть суд. Уверяю тебя, что аль-канарскому суду можно верить. А ситуация интересна ещё потому, что на первых порах вмешательство правительств почти не нужно. Они будут получать денежки почти задаром. В других мирах все правительства имеенно так и поступают. Наобещают с три короба, а потом — большой кукиш своим избирателям.

— Мне ли не знать этого? — усмехнулся Эстебан. — Но вообще-то я надеюсь, что смогу защищать своих избирателей именно так, как эти ребята защитили меня. В любой точке видимой Вселенной…

Они ещё побродили среди гостей, Мендес угостил Эстебана винами, которые специально доставили к этому событию. Странно, с этим человеком он раньше почти не общался, а теперь испытывает к нему нечто вроде дружеского чувства. Потом Мендеса окружили его бывшие работники, желали успехов в дальнейшем, здоровья, удачи и любви.

— Саманта…, - подумал Мендес. — Самое главное, что я увезу с собой Саманту. Увезу туда, где не придётся каждый миг дрожать за свою и её жизнь. Может быть, там у нас будут дети… Ведь сейчас медицина и это может. И, возможно, Саманта там будет счастлива.

Марго пришла в себя на третьи сутки. Наверное, в этом не было необходимости, но Назира вколола ей изрядную долю лекарств, добавив снотворного.

Постепенно выныривая из сна, Маргарита пыталась догадаться, где она, какой обители принадлежит потолок, нависающий над ней. Потом пришла Натача, и события недавних дней как вспорхнувшие птицы заметались, а потом снова уселись на свои места. Она вспомнила всё. Но она ещё вспомнила и то, что предшествовало им. Вспомнила прошедшие на Лурре два месяца, вспомнила свой полёт в дальний филиал, вспомнила суд и разрыв с Али.

— Как самочувствие, подруга? — спросила Натача. И предупредила: — Только не вздумай сразу вставать.

— Ничего самочувствие, — ответила она. — Я где?

Натача усмехнулась.

— Что, уже забыла? Ты на корабле. Нашем корабле. Мы сейчас летим на Аурелию.

— Зачем?

— Да так… Кое-какие дела…

Марго подумала, что ей показалось, будто за качнувшейся шторой кто-то прячется, но там сперва произошла какая-то возня, потом послышался громкий шёпот, потом из-за шторы выглянули любопытные детские мордашки, а потом ребячья толпа, шумная и неугомонная, окружила Марго со всех сторон.

— Тихо! — прикрикнула Натача. — А то сейчас всех выведу! У Марго от вашего галдежа уши лопнут.

Они толкались вокруг, трогали её за руки. Кто-то громко шептал: "Ну, хватит тебе! Дай и мне подержаться!" Она засмеялась. Приняв это за своего рода разрешение, малышня наперебой стала рассказывать Марго про свои дела, достижения. Кто какой фильм смотрел, кто что читал. У них был довольно хороший французский, у некоторых даже без акцента. "Дети-полиглоты" — подумала она.

Через десяток минут у Марго стали снова слипаться глаза.

— Всё! Всё! На выход! — забеспокоилась Натача. — Марго ещё нужно отдохнуть. На выход! Все на выход!

— Натача! — засыпая, позвала Марго. — На Лурре осталась Жанна. Жанна Арно…

— Ребята из Братства всех освободили, не переживай! — Натача стиснула её ладонь. — Я наводила справки. Её отправили на Самму.

— Как ты узнала?…

— Альба пишет всё в память. Я просмотрела фильм, потом навела справки.

— Спасибо… — Марго нырнула снова в сон.

В следующий раз она проснулась от прикосновения чьей-то руки. Через какой-то миг она поняла, что это может быть только его рука. Сильная и нежная одновременно. Немного шершавая и в то же время чувствительная.

Она открыла глаза. Али сидел рядом и разглядывал её лицо.

— Смею ли я надеться, что ты простишь меня?

Она улыбнулась и вместо ответа просто на время прикрыла веки.

— Ты меня тоже прости. Я не сразу смогла разобраться в ситуации с этим изобретателем. Я подставила тебя.

Улыбка сама испарилась с её лица. Внутри зрел вопрос — заведёт Али разговор про возврат собственности или нет? Али ничего не спросил. Он просто сидел рядом, гладил её руку и молчал.

К вечеру Марго уже встала, ужинала вместе со всеми, наблюдала знакомый ритуал докладов, отчётов, замечаний и планов. Она вернулась к себе в каюту, немного побродила по ней, вспоминая и привыкая. Потом пришла Фарида. Она принесла какие-то сладости: что-то хрустящее, пахучее, густо посыпанное сахарной пудрой. Не иначе как работа Хафизы. Через четверть часа Марго стало казаться, что ничего не изменилось с момента свадьбы. Фарида рассказывала какие-то смешные происшествия, в которых фигурировали жёны Али, которые произошли на Аль-Канаре, на Заре… Вдруг Маргариту будто сдавило. Ведь это только кажется, что ничего не изменилось! Назад возврата быть не может!

— Фарида! — сказала она. — Пожалуйста! Мне нужно побыть одной.

— Ну что? Как успехи? — спросила Натача у дочери.

— Так себе! — Фарида махнула рукой. — По-моему, она выгнала меня, чтобы нареветься вдоволь.

— Это ещё не самый плохой вариант! — Натача задумалась на секунду и отправилась к мужу.

Али уединился с Девикой, но заняты они были разглядыванием какого-то альбома: сидели в креслах рядышком, с надетыми очками, и водили в воздухе руками. По отдельным репликам Натача догадалась, что это не Кама-сутра, а карта Галактики.

— Али! Мне надо с тобой поговорить.

Девика, дежурная секретарша, медленно направилась к выходу. Она надеялась, что Натача её остановит, но та молчала, пока створки двери не закрылись за тринадцатой женой.

— Что-то случилось? — Али чуть нахмуренно смотрел на старшую жену.

— Случилось! — Натача выдержала паузу. — Марго пребывает в катастрофической депрессии. Её надо срочно спасать!

— Депрессия? — Али озадаченно потёр подбородок. — Мне показалось, что она идёт на поправку и у неё всё хорошо.

— Ну да! Всё хорошо! Просто чудесно! — Натача не замечала, что быстро переходит на крик. — У неё не было секса бог знает сколько месяцев. С мужем в разводе. Имущество арестовано. Ты намерен ей предложить снова выйти за тебя замуж?

Али замотал головой.

— Погоди, солнышко! С женитьбой не всё так просто. Согласно нашим традициям, которые идут из шариата, я не могу снова взять в жёны женщину, с которой развёлся. Она должна стать на время женой другого мужчины.

— Как я забыла про ваши традиции? — вздохнула Натача. — А ты уверен, что: первое — она захочет стать женой кого-то другого, второе — захочет ли она после этого замужества снова становиться твоей женой?

Али что-то пробормотал нечленораздельное.

— С тобой всё понятно, — вздохнула Натача. — Опять мне решать. Хотя, что тут решать? Здесь вопрос жизни и смерти. И вопрос больших денег. Ты хочешь вернуть свои миллиарды?

Али совсем позеленел.

— Я что, должен жениться на ней из-за её денег? Я и так довольно быстро привожу свои дела в порядок.

— Но так ты убъёшь сразу несколько зайцев.

— Зачем мне твои зайцы?

— Ну, допустим, это твои зайцы. Вернее, могут быть твоими. Или могут стать чьими-то.

Али вздохнул и поскрёб бороду.

— Я подумаю!

— Вот, наконец, осмысленный ответ! — жена чмокнула его в щеку и выскользнула из каюты.

Али пришёл к Марго перед самым отбоем. Она уже собиралась лечь спать, но в последнюю минуту решила посмотреть состояние дел своих предприятий. Как правило, дела отвлекали её от мрачных мыслей.

Али позвонил по телефону, она отперла дверь. Он уселся на ковёр перед ней и прикоснулся к её коленкам.

— Марго, солнышко… — он замолчал. — Радость моя. Простишь ли ты меня? Я предлагаю тебе снова стать моей женой.

Марго прислушалась к себе. Внутри всё будто затаилось, сжалось в пружину. Она не знала, во что выплеснется столько времени сдерживаемое напряжение. Может это будет фонтан слёз радости, а может — ненависти? И она ответила:

— Я не знаю, Али. Мне надо подумать.

Он ушёл, и вся его фигура выражала уныние. "Как побитая собачонка" — подумала она. Внутри что-то шевельнулось, но потом успокоилось. Она легла спать, долго ворочалась без сна. В голове вертелись какие-то глупые мысли. "Он сейчас передо мной устроил спектакль, а ночь проведёт с дежурной женой".

Марго почему-то стала представлять, чем конкретно он занимается, ну, например, с Натачей. Картина не вызвала возмущения. Али был несчастным, Натача гладила его голову, целовала в лоб, как ребёнка, баюкала и успокаивала. Марго встала, включила свет, полезла в аптечку, пытаясь найти упокоительное. Раздался звонок телефона. Напялив ком-очки, ответила.

— Марго, — раздался голос старшей жены. — Может, прийти к тебе? Или ты ко мне приходи.

— М-м-м… зачем? — Маргарита не могла собраться с мыслями.

— Я же вижу, что ты не спишь. Приборы показывают расход электроэнергии.

— Тебе энергии жалко?

— Мне тебя жалко! Приходи! Если спать не можешь, то поболтаем.

— Нет, спасибо. Мне хочется побыть одной.

— Ладно! Будь! Только не слишком этим увлекайся, — Натача отключилась.

Несколько дней проползли примерно в том же унылом ритме. Однажды вечером Марго снова попыталась взглянуть на состояние своих предприятий. Она отправила заявление, что нашлась, готова приступить к выполнению своих функций, но ей ответили из какого-то суда, что уже было слушание, вынесено решение и её предприятия пущены с аукциона. Уже почти всё распродано, но, если у неё есть деньги, то может успеть выкупить пару филиалов, не представляющие особого интереса. Марго спокойно отметила, что это сообщение не вызвало никаких эмоций. Её грандиозная, взлетевшая словно ракета империя рухнула и рассыпалась на множество мельчайших осколков. Отдельные предприятия сохранили целостность, а вся структура — нет.

Она задумалась. В голове начиналась чехарда мыслей. Сложная сеть ассоциаций вытягивала из каких-то глубин образы, факты, лица и имена. Она прекрасно знает, кто и чем занимается в этой отрасли. Она ещё помнит множество тем, направлений. "Погодите! Я вам не Брут Диксон" Марго прикинула: как быстро она сможет всё восстановить? В прежние времена банкиры были согласны кредитовать её проекты. Они знают, сколько с неё можно получить. Это главное. Она сможет подняться почти с той же скоростью.

Марго выстроила последовательность действий. Потом запустила игру "Звёздная Империя", попыталась войти… На экране появилась надпись: "Вы набрали неверный пароль. Пожалуйста, повторите ввод". Она попыталась войти ещё раз. Потом ещё. Безрезультатно. Кто-то, где-то сменил её пароль, отрезав, таким образом все возможности. На миг накатило отчаяние, но только на миг.

— Я вам не Брут Диксон! — почти прокричала Марго.

Глава 28

Малкольм Босуорт снова сидел на пляже.

Он уже привык к этому образу жизни. Лёгкий завтрак утром, потом ланч, чай в 14.00, чай файв оклок, обед, ужин. Пляж с утра. Дневной сон. Пляж вечером. Прогулка по барам… Он хорошо загорел. Кожа приобрела устойчивый красивый цвет. Женщинам это нравится.

Он огляделся по сторонам. Большинство народа приезжает на неделю-две, не больше. А те, кто на дольше, это или вахтовые работники, или те, кому врачи приписали. Недели для лёгкого романа вполне достаточно, уже вторая неделя ему в тягость. Женщины, которые сюда приезжают, и сами не намерены развивать серьёзные отношения. Эти две красавицы, которых он подцепил, и сами остались довольны, и Босуорту доставили удовольствие. Уже почти неделя прошла, можно заводить новое знакомство.

Босуорт поглядел на проходящих по пляжу женщин. Вон та, беленькая? Нет, полновата… И лицо глупенькое. Ему не нравились глупые женщины. Правда, слишком умные — тоже ничего хорошего. А если ещё и агрессивные…

Он припомнил Саманту Шеридан. Вот подходящая для него спутница жизни. Сглупил он тогда, в горячей молодости. Впрочем, могло ли у них что-то получиться? Когда Саманта узнала подробности про Али, ох как рассвирипела! Хотя, было в её бегстве что-то паническое. Смог бы он её удержать возле себя?

Малкольм снова скользнул взглядом по женщинам. О-о-о! Вот эта хороша! Гибкая, подвижная, но не суетливая. И подруга у неё подходящая. Ай, какие фигуры! А какие попки! Ничего, что чёрненькая. Шоколадка.

Ему показалось или чёрненькая посмотрела на него? Он махнул рукой. Темнокожая красавица махнула ему в ответ. Она что-то прошептала подруге, они рассмеялись и глянули на него. Какое приключение! Босуорт опять махнул рукой, и девушки, перешёптываясь, направились к нему. Добыча сама идёт в руки. Босуорт привычно огляделся и испытал тревогу: совсем рядом стояли ещё две красавицы, стройные, подтянутые (за счёт упражнений, а не пластической операции), мускулистые.

Он оглянулся назад. В его сторону двигалась троица с модельной внешностью. Улыбки на лицах и уверенные движения пантеры, подбирающейся к добыче. Что будет, если он попытается бежать? Или лучше просто закричать? "Грабят!" Или, может "Спасите, насилуют!"?

— Малыш! Ты меня ещё не забыл, мой пупсик? — это было сказано громко, после чего последовал громкий визг и смех.

Сидящие невдалеке мужчины завистливо оглядывались на него. Если он начнёт звать на помощь, то окружающие просто рассмеются.

Напротив Босуорта остановилась высокая, светловолосая красавица. Слегка улыбчивые губы и насмешливая серьёзность глаз.

— Малкольм Босуорт! Следуйте с нами! И не вздумайте своевольничать. Я глупостей не выношу.

Две женщины подхватили его под руки и повели. Ещё пятеро создавали живописное окружение. Они все смеялись и визжали. Ни у кого не возникнет сомнений, что удачливый толстосум подхватил девочек для развлечения.

До Босуорта вдруг дошло, что он знает этих женщин. Он никогда не видел их вблизи, только на фото или на экране. Более того, он видит их очень, очень раздетыми. Полуголые жёны Султана Али. Если бы не ужас ситуации, он бы повеселился.

— Редкое зрелище! — стараясь не выдать дрожи, произнёс Босуорт. — А ваш муж в курсе, что вы ходите в таком виде?

— В глаз хочешь? — с обыденными интонациями спросила старшая жена.

Они его не смущались, и в голову стали закрадываться мысли, одна страшнее другой.

— Что вы хотите со мной сделать? — голос предательски сорвался на сиплый шёпот.

— Да не нервничай ты так! — заявила Натача. — С тобой хотят поговорить.

— И для этого вы проделали столь длинный путь? — удивительно, голос ещё звучал.

— У каждого свои заморочки! — они как раз подошли к стоящему на площадке флайеру и втолкнули пленника в салон.

Внутри сидели две женщины: одна, с монголоидными чертами, совершенно крохотная, можно сказать миниатюрная, особенно по сравнению с соседкой. Та головой почти упиралась в потолок, бицепсы на руках были сравнимы с бёдрами Босуорта, и всё это дополняли великолепный бюст и миловидное лицо с крупными и правильными чертами.

Босуорт собирался только сказать ещё какую-то глупость, но в руке у китаянки блеснул инъектор, щёлкнул, и весь мир погрузился в сонный туман.

Когда человек спит, то не замечает, как проносится время. Но Босуорт чувствовал, что времени прошло действительно немного. Он находился в какой-то полудрёме и слышал как громыхнул по металлическому настилу флайер, как зашумели створки шлюза. Он слышал голоса снаружи, топот ног.

— Хватит спать! — кто-то толкнул его в бок. — Ты здесь не для этого.

По щекам небольно пошлёпали ладонью. Нос уловил нежный аромат дорогих духов. "Как жаль, что наша встреча происходит в таких ужасных условиях…". Он открыл глаза.

— Босуорт! Ты что, недосыпаешь? — старшая жена Али всмотрелась в его зрачки. — Джень! Ты не ошиблась с дозой? Что-то он вялый.

Босуорт зевнул и потёр глаза.

— Уже хорошо! — обрадовалась Натача. — Тот, кто зевает днём, тот не зевает ночью. Так? Босуорт! Женщины покоя не дают?

— Вы первые за эту неделю, — пошутил Малкольм.

Его подхватили под руки и провели в небольшую каюту с несколькими столами и стульями. Семеро женщин по-прежнему сопровождали его. Все были одеты, кто — в камуфляж, кто — в обычный костюм "рубашка-юбка-жилетка", кое-кто — в шорты и футболку. Было видно, что они кого-то ждут.

Пришёл Али. На нём был обычный наряд из немного затёртых джинсов и плотной кремовой рубашки с едва заметным клетчатым рисунком. Да… высокой модой здесь не пахнет, впрочем, материалы, похоже, натуральные, не синтетика.

— Здравствуйте, Босуорт! — несмотря на радушное приветствие, Али не подал ему руки. — До вас, похоже, туго доходит. Вы продолжали делать мелкие и крупные пакости. Думали, что вам это сойдёт с рук?

— Извините! — Малкольм развёл руками. — Я, действительно, надеялся, что вы до меня не доберётесь. Но разве ж я вам сделал что-то плохое?

— Пх-х! — вырвалось из горла у Али. — Смело, но глупо! Факты налицо!

— Совсем нет! — возразил Босуорт. — Я вынужден был сделать этот ход. Более того — это вы меня вынудили. Ну что это за отношения такие: женщина застряла на этом чёртовом Лурре, а вы ждёте непонятно чего?

— Вы хотите сказать, что всё это было безопасно?

— Ну… вообще-то рискованно. Но я уговорил на эту операцию Кретьена. Он сам хоть и из психов, но действует аккуратно. Он не мог отказаться, я ж его знаю.

— Ну, ладно! До сих пор всё сравнительно просто и прозрачно. А что произошло потом?

— Потом? А что было потом? Потом вы сами всё спутали.

— Он врёт! — спокойно констатировала Натача.

— Та-а-ак! Будем отпираться?

Босуорт заметил, что Али, буквально сверливший его взглядом, отвёл глаза в сторону. Ему припомнилось из каких-то глубин памяти, что многие люди не смотрят в глаза тому, кого хотят предать смерти. Встали две женщины и взяли его под руки. Он ощутил, как судорожно затряслось всё тело.

— Й-й-й-я ск-к-к-ажу! — ему на миг показалось, что он не успеет произнести эти слова и его лишат жизни.

— Говори! — Али кивнул головой, и женщины отодвинулись.

— Она сама сделала это, без моего разрешения. Я знал, что она влюблена в Али и попробует устранить Марго. Но не судите её строго, это несчастная женщина. Она первая бросилась её спасать, но Натача дала приказ вернуться. И она не предполагала, что так всё обернётся.

— Она решила встретиться с Али раньше Марго? — уточнила Натача.

— Нет! Она устроила встречу Али и Саманты! Как раз для того, чтобы Марго увидела их вместе.

— У-у-пс! — произнесла Натача. Её глаза выдавали неразбериху мыслей. — Она надеялась, что это что-то изменит?

— Я ж вам говорю, она не желала зла Марго. Хотя, возможно, подсознательно, надеялась на такое развитие событий. Я, конечно, не предполагал, что Анжелина пойдёт на это.

— Стоп! — Натача выдохнула воздух и снова вдохнула. — Анжелина? Ты говоришь об Анжелине Грасс?

— Ну да! Она хороший агент! Работает профессионально. Но её стало заносить в последнее время.

— Так это Анжелина нарушила работу навигационной аппаратуры лайнера?

— Да. Она хорошо разбирается в этом.

— А кто узнал, что Марго — это Кронос?

— Анжелина! — кивнул Босуорт. — Обратите внимание на смягчающее обстоятельство: по её подсказке возникло сотрудничество Марго и Эстебана.

— А нападение Рахмана на хозяйство Мендеса?

— А что? Красивая и хитрая комбинация. Я горжусь этим! Но без Анжелины я был бы как без рук. И она подстраховывала Марго на всякий случай. Заодно — охрана. Самый лучший агент — это человек с полномочиями. Что толку от подневольных шестёрок? — Малкольм Босуорт постепенно обретал уверенность в голосе.

— Ладно! — проворчал Али. — С Анжелиной мы ещё разберёмся. А что с тобой сейчас делать?

— Хоть спасибо скажите! — пошутил Босуорт. — Я не заключал с вами договор и действовал по собственной инициативе. И разве получился плохой результат? Марго жива? Жива! Кстати, вы уже ей сделали предложение?

— Али! Пристрелить его сейчас? Здесь же? — старшая жена извлекла откуда-то серьёзный армейский пистолет.

— Ну-ну! Зачем же? — Али уселся на стол и покачивал ногой вперёд-назад. Его уголки рта изогнулись в улыбке.

— Не убивай меня, добрый молодец! Я тебе ещё пригожусь! — пролепетал тоненьким голоском Босуорт. Было непонятно, то ли он шутит, то ли пытается сделать вид, что шутит. Голос был на грани срыва и заметно дрожал.

— Мне тоже так кажется! — Али с интересом разглядывал его. — Ты сделаешь свою обычную работу. А в качестве платы получишь жизнь.

— Ага! Вы хотите, чтобы я устроил вашу свадьбу с Марго? — Босуорт улыбнулся с видом профессионала. По его виску сбежала капелька пота.

— Именно! Если всё получится хорошо, то я не буду тебя беспокоить. А если нет, то во Вселенной не найдётся места, где ты смог бы спрятаться.

— Да! Конечно! Я согласен! Вот только у меня будет к вам просьба.

— Что ещё за просьба? — нахмурился Али.

— Я никогда не был ни на чьей свадьбе…

— Хорошо! Ты будешь гостем! Всё?

— Это всё! Спасибо!

Али ушёл, женщины собирались отвезти Босуорта в гостиницу, а он не мог встать.

— Босуорт! Ты долго, черти б тебя взяли, собираешься сидеть здесь? Поднимайся!

— Сейчас! — бормотал он, будучи не в силах подняться.

Одна из женщин взяла его за руку, проверила пульс, что-то прошептала Натаче.

— Пора тебе завязывать с такими приключениями, Босуорт! — Натача подождала, пока ему сделают инъекцию. — Сердечко еле бьётся. Бледный весь. Держишься хорошо, но только сверху. Пора чем-то спокойным заняться. И часто у тебя такое бывает?

— Сегодня впервые!

Натача поправила ком-очки и сказала куда-то в пространство:

— Назира! Здесь клиент для тебя. Приведи его в норму… Да, сейчас привезём.

— Саманта! Ну где ты там? Уже все на местах. Тебя ждём, — голос Хорхе в телефоне был беспокойным.

— Погоди! Анжелина куда-то пропала. Со мной десять человек.

— Ну вот! Только этого нам не хватало!

Мендес отключился, а Саманта махнула рукой своей группе, мол, продолжайте работать. Они обзвонили всех бывших работников Мендеса, Анжелина как сквозь землю провалилась.

— Вы на пост "12" позвоните! — посоветовал кто-то. — Она могла туда полететь.

— Зачем? — удивилась Саманта. — Мы все улетаем с минуты на минуту.

Звонок на пост ничего не дал, но Саманта дала приказ проверить все флайеры. А через пять минут Анжелину нашли.

— Тащите её на корабль! — рыкнула в микрофон Саманта. — Там разберёмся!

— Её нельзя на корабль! — ответил один из агентов. — Она уже по дороге в реанимацию.

— Что? Не поняла!

— Она чего-то наглоталась. Мы её нашли в одной из кабин с сумеречным сознанием. Она брыкалась и говорила, что не хочет в тюрьму.

Саманта припомнила недавние допросы, которые ей устроили жёны Али. Так значит, была серьёзная причина. Натача была на грани срыва и собиралась прикончить виновного или виновную прямо на месте. Спасёт ли Анжелину реанимационная палата на Лурре? Вряд ли.

— Везите её на корабль! Нечего ей тут делать!

Взлёт прошёл успешно. Сманеврировали, набрали скорость, сделали скачок в промежуточную область. Здесь следовало опять сделать манёвр и изменить скорость для следующего скачка. Помощник командира корабля нашёл Саманту в кают-компании, где она проводила время вместе с другими пассажирами. Мендес удивлённо поднял голову, когда помощник что-то прошептал ей на ухо и она быстро направилась к выходу. В главном коридоре Саманта услышала топот ног и увидела группу людей в камуфляже серо-стального цвета. Впереди уверенным шагом двигалась Натача, старшая жена Султана Али.

— На ловца и зверь бежит! — промурчала она, подхватывая Саманту под локоть. — Так что, сестричка, ты на чьей стороне?

— Здравствуй, для начала! — буркнула Саманта. — А с кем ты воюешь?

— Пока ни с кем. Но когда начну, мало не покажется!

— Намекаешь, что никогда не ошибаешься?

— Я такого не говорила. Я всегда сперва разбираюсь.

— Твои разборки мало отличаются от войны.

— Это зависит от начальных условий. Ты можешь их изменить.

Они как раз подошли к командной рубке и один из сопровождающих открыл дверь.

Командир корабля пригласил всех садиться.

— Так что, Натача? Какие у вас проблемы? Чем мы можем вам помочь?

— На вашем корабле находится человек, подозреваемый в ряде серьёзных преступлений против э-э-э, наших протеже. Нам бы хотелось провести с ним, то есть с ней, предварительную беседу.

— А! Я понял, о ком вы говорите. Должен вам сообщить, что она ещё находится под присмотром врача в специальной каюте. К ней приставлены часовые. Но, пока не было суда, и пока не вынесен приговор, она вправе отказаться видеться с вами.

— О каком суде речь? — Натача чуть склонила голову. — На Самме её элементарно оправдают.

Командир усмехнулся.

— Как ни странно, Анжелина Грасс пожелала, чтобы её судили на Аль-Канаре.

Натача почти минуту переваривала услышанное.

— То есть, она согласна принять приговор аль-канарского суда… И этот приговор будет признан всеми мирами Солнечной Федерации.

— Совершенно верно! — кивнул головой командир.

— Но на Аль-Канаре нет смертного приговора.

— А вы так жаждете её крови? Она и так будет ущемлена в правах. Её карьера в охранной сфере полетит к чёрту. Ей придётся начинать почти с самого нуля, как школьнице, опять завоёвывая доверие и авторитет. А ещё ей придётся выплачивать огромную компенсацию за погибших, если суд признает её прямую вину в их смерти.

Лицо старшей жены исказила гримаса. Она побарабанила по столу пальцами, а командир ощутил, что его пульс подскочил почти до ста пятидесяти ударов в минуту.

— А если ей предъявит обвинение Маргарита Рошфор? Она потеряла почти всё своё имущество, положившись на агентство Грасс.

У командира на лице снова мелькнула улыбка.

— Не забывайте, что это агентство сделали вы. И вы заключали с Грасс контракт на охрану Маргариты Рошфор.

Натача скрипнула зубами.

— А вы в курсе всего дела.

Командир постарался скрыть улыбку. Натача встала, и казалось, что из её ноздрей сейчас вырвется пламя.

— Так что? — остановил её командир. — Вы будете беседовать с ней?

Натача несколько раз вздохнула.

— Ну, конечно! — нежно проворковала она. — Если Анжелина не против.

Анжелина была не против. Вот только попросила, чтобы рядом присутствовали представители Братства. Натача вошла с Изабель и Самантой. Грасс лежала на кровати, её лицо по цвету мало отличалось от подушки. Саманта с удивлением заметила, как её агрессивная троюродная сестра вдруг стала тихой. Все разместились вокруг кровати на табуретках.

— Привет, Анжелина! — довольно мирно начала Натача. — Как это ты дошла до жизни такой?

— Так получилось! — кратко ответила Анжелина. — Я не надеялась, что смогу прорваться сквозь кучу претенденток на роль невесты Али. А Босуорт предложил деньги. Заранее. До того, как я вообще пошла на конкурс. Я была на полном нуле. А тут мама позвонила, сказала, что отец попал в больницу и требуется операция. Я те деньги сразу и потратила. Я не знаю, как Босуорт смог всё просчитать, но через месяц ты пригласила меня на работу и даже доверила агентство.

— Пройдоха Босуорт! — хмыкнула Натача. — Ну, допустим, ты ему оказалась должна, но разве ты не понимала, что иногда совершала преступления?

Анжелина стала совсем неотличима от подушки.

— Я…, - она сглотнула. — Я понимала. Но отцу понадобилась новая операция. Мать заложила дом, а я — квартиру. Кроме того, Босуорт утверждал, что ничего страшного не произойдёт. И он говорил, что это необходимо для Марго и Али.

— Ладно! С этим всё понятно! — Натача махнула рукой, словно отметая проблему. — А зачем ты устроила встречу Саманты с Али, зная, что вот-вот должна появиться Марго? Тоже Босуорт потребовал?

Саманта ощутила, что наступил какой-то важный момент. Натача что-то знает особенное. Наверное она знает, что требовал Босуорт, и проверяет Анжелину. Анжелина молчала. Все сидели и ждали.

— Ну! Я жду внятного ответа! — глаза старшей жены сузились. Изабель взяла её за руку.

— Натача, не дави на неё!

— Я не давлю! Но она обязана ответить!

Саманта глядела в расширенные глаза Анжелины и вдруг поняла причину всего произошедшего. Та не посмеет назвать эту причину. Женщина почти сорокалетнего возраста, с неудачной судьбой, вдруг по невероятному стечению обстоятельств оказавшаяся рядом с Султаном Али… В какой-то момент она очутилась в плену иллюзий, приревновала к Али Маргариту. Маргариту, которая стала ей почти как подруга.

— Так ты будешь говорить? — рявкнула Натача.

— Сколько ты ему задолжала? — вдруг спросила Саманта.

— Сто пятьдесят тысяч! — моментально ответила Анжелина.

Натача испепеляющим взглядом посмотрела на Шеридан, встала и вышла. Следом поднялись Изабель и представители Братства. Саманта осталась. Анжелина необычайно живо ухватила её за руку.

— Спасибо тебе! Я думала, что мне конец!

— Не радуйся раньше времени. Подумай, как ты можешь компенсировать свои прежние действия, и тебе зачтётся. Если Босуорт тебя ценил, то ты многое можешь сделать.

— Босуорт ценил? — с удивлением произнесла Анжелина.

— Как бы то ни было, но ты была его главным агентом на Лурре. Успеешь до прилёта на Аль-Канар, и тебе зачтётся.

Глава 29

Марго всё-таки ухитрилась раздобыть деньги. Чего только ей это стоило! Банкир, который на ней сколотил себе целое состояние, упирался, накручивал проценты, требовал в залог недвижимость.

— А вы не хотели бы рискнуть? — уговаривала его Марго. — Вы же видели, что я могу!

— Да! Я видел! Но я видел не только грандиозный взлёт, но и ещё более грандиозное падение. Вы можете с уверенностью заявить, что с вами захотят иметь дело?

Аналогичная история повторилась ещё с одним банкиром, и ещё с одним… И вдруг, какой-то удивительный благодетель. Марго не общалась с ним лично, а только через секретаря.

Невзрачный мужчина средних лет, во всяком случае, именно так он выглядел на экранах ком-очков, говорил:

— Мой хозяин поддержит ваше желание выкупить оставшиеся филиалы. Цена будет известна только в ходе аукциона, но можете торговаться смело. Он полагается на ваш опыт и интуицию.

Марго ринулась в непроходимые дебри Интернета и вскоре уже знала адрес сайта, где проводится аукцион, правила торгов. Зарегистрировалась, внесла залоговую сумму.

Торги начались именно в тот момент, когда на корабле "Родник в пустыне" происходил ужин. Марго сделала экраны полупрозрачными, чтобы видеть происходящее вокруг неё, и управляла своим электронным представителем в промежутках между отправлением очередной порции еды в рот. Она, конечно, старалась всё сделать незаметно для окружающих, но Старшая Жена как-то неодобрительно поглядывала в её сторону.

Эти филиалы, в которые Марго вцепилась буквально зубами, были важны с точки зрения разворачивания нового производства. Хорошее оборудование, хоть и подержанное. Вряд ли кто-то даст за него высокую цену, но Марго знала, чего оно стоит. И коллектив ещё не весь разбежался. Они могут окончательно оставить свои места, только убедившись, что новый хозяин не разбирается в сути их работы. И у этих людей сохранились связи, обычные личные связи с рядом других работников, которые остались в других фирмах или уже сменили работу. Да, вернутся они не все и не сразу. Но через год-два самых лучших уже можно будет снова собрать вместе. И они ещё утрут носы не одному бизнесмену, из тех, что сейчас рвёт на части остатки её "Королевства".

Марго легко приобрела один из своих филиалов. Во втором лоте победа далась ей с гораздо большим трудом. За следующий она выложила просто астрономическую сумму. Какой-то покупатель никак не мог успокоиться, устроив с нею самые настоящие гонки. Цена филиала дошла до пятисот миллионов, что явно не соответствовало реальной цене. С какой это стати и кому он так понадобился?

Марго перевела деньги продавцу. Если так и дальше пойдёт, то на последний лот денег уже не хватит. Она вдруг прислушалась: рядом кто-то жалобно скулил. Сделав очки почти прозрачными, Марго огляделась. За столом остались только она и Али. Все остальные уже встали, Габриэла наводила порядок.

Натача, остановившись рядом, негромкко сказала:

— Мне кажется или вы с Али играете в одну и ту же игру?

Так вот кто пытался вырвать у неё её филиалы! Али из-за очков не видел, что происходит вокруг. Он выл и стонал от отчаяния, сжимая кулаки и ударяя ими об стол.

— Я никому не уступлю своё производство! — так же тихо ответила Марго.

Натача склонилась к ней.

— Удивляюсь… какая ты умная и… одновременно непробиваемая дура. Чтобы мужчина носил тебя на руках, нужно… ему это позволить делать. Понятно?

— Но это мои филиалы…

— Вот я и говорю — "дура"! — Натача молча ушла, а следом за ней тихо ушла из кают-компании Марго.

Она сидела в своей каюте и наблюдала, как продают её последний филиал. За него довольно живо поторговались, но цена остановилась на ста миллионах. Большая, конечно, цена, но почти что реальная. А ещё через минуту к ней ворвался сияющий Али и сообщил, что он выкупил один из её филиалов и уже всё переоформил на её имя.

— Извини! Я не был готов к таким гонкам, которые там развернулись. Кто-то прямо у меня из под носа увёл все остальные филиалы. Каждый раз, когда я предлагал невероятно огромную сумму, этот кто-то предлагал ещё большую. Впрочем, у него, похоже, кончились деньги.

Марго обхватила его за шею.

— Спасибо, Али! Но у меня не кончились деньги. Просто Натача указала, что мы с тобой воевали один против другого. Совершенно глупо.

Али перестал улыбаться.

— Так это была ты? — он нахмурился. — И откуда у тебя взялись деньги? Мне доложили, что у тебя не осталось ни гроша.

— Мне предоставили ссуду.

— Кто? — не унимался Али.

— Какая разница?

— Ай, женщина! Как можно брать деньги у чужих людей, когда у тебя есть…, - он поперхнулся. Помолчал. — Так кто он? — Али предпринял попытку освободиться от объятий.

— Али! Ты чудак! — Марго стало немного смешно. Она отпустила его шею, но руки перенесла на плечи. Али не стал противиться. — Мне постоянно приходится иметь дело с разными мужчинами. Неужели ты будешь ревновать ко всем им? — Она провела рукой по его шее и ощутила как он буквально тает. — У нас контракт. И ничего лишнего я ему не позволю.

— Если что, то ему не поздоровится! — пробормотал Али, ныряя лицом в её волосы. Он привлёк Маргариту к себе. — Моя королева!

Заиграла мелодия телефона. Али вынул аппарат из кармашка.

— Что случилось, солнышко? Хорошо, сейчас приду!

Он повернулся к Марго.

— Извини! Это Натача. Срочно меня требует.

Марго кивнула и только фыркнула, когда за Али сомкнулись двери. Кто бы сомневался, что Натача достанет мужа в любой момент, даже в такой. Вернее — именно в такой!

Воспользовавшись свободным временем, Маргарита надела очки, вошла в Сеть, отыскала контакты с управляющими новыми филиалами. Ну что же, — вперёд! Какие последние контракты? Что сделано? Что уже закрыто? Что осталось? Чем располагаем? Она нажала на строку в списке.

— Алло! Реваз Туни? Вас беспокоит Маргарита Рошфор. С сегодняшнего дня я ваш хозяин и генеральный директор. Вы уже в курсе? Хорошо! Я хочу сделать ряд изменений…

Али и Натача сидели в больничной каюте, где отлёживался Босуорт. Табуреты были жёсткими и холодными, Али подумывал, что это неспроста. Наверное, чтобы посетители не слишком засиживались.

Босуорт уже имел приличный вид, его щёки были немного розовыми, да плюс ещё загар…

— Повторите для Али то, что рассказывали мне! — предложила Натача.

Али прослушал довольно длинное изложение плана, который выдвинула Анжелина Грасс, и который, по мнению Босуорта, сильно поможет Маргарите. Али путался в фразах и именах, — большую часть всего этого он слыщал впервые.

— Поверьте мне, Марго очень обрадуется такому подарку! — со странной настойчивостью повторял Босуорт.

Али пожал плечами и посмотрел на старшую жену.

— Натача! Может ты мне доходчиво объяснишь, почему для Марго так важна именно игра "Звёздная Империя"?

Жена хмыкнула.

— Ты даже представить не можешь, что Марго сумела сделать при помощи этой игры! Полагаю, что и в дальнейшем смогла бы. С этой игрой можно буквально править миром.

— Ну, ладно! Так почему невозможно эту игру купить?

— Она была приобретена вместе с рядом предприятий при разделе "империи" Марго. Не очень дорого. Мне кажется, что здесь не обошлось без махинаций. Истинная цена игры на сегодняшний момент перевалила за триллион федеральных солей. Ты, в принципе, можешь игру купить, но новый хозяин запросит с тебя по полной.

— Да… такая сумма мне не по карману, — Али задумчиво потёр бороду. — И теперь ещё раз о сути вашего предложения, — он перевёл взгляд на Босуорта.

— Технология очень проста, — тот освободил руки и начал ими жестикулировать. — Вы не сможете приобрести именно эту игру. Но!… Большая часть наработок и идей кроется в другой игре, которая не получила такой популярности. Часть коллектива, который создавал всё это, по-прежнему работает в филиалах, которые сейчас у Марго. Кстати, Марго является автором идеи. А если вы припомните законодательство Аль-Канара о правах авторов…

— Я догадываюсь, о чём вы говорите, но эти авторы живут в основном на Самме.

— Вы меня удивляете! — Босуорт изобразил улыбку. — Что им мешает стать протеже Аль-Канара? А Марго вправе выпустить новую игру на той же основе.

— Но народ же вовсю увлечён "Империей". Чего он станет играть в новую игру?

— А оттого, что "Империю" заблокируют по решению суда. И вы постараетесь держать её в таком состоянии как можно дольше. Перед арестом, заблаговременно, необходимо пустить слух в СМИ. Народ ринется переводить свои прежние виртуальные деньги через реальные банки в новые виртуальные, но уже в новой игре.

— Но там же у них целая иерархия, посты поделены, должности…

— Когда не кем управлять, то грош цена постам и должностям. Я, правда, вижу сильное препятствие для нашего плана. Тот, кто сейчас владеет игрой, может, как это сделала Марго, направить ход событий в нужное ему русло. Но у Анжелины есть способ ему воспрепятствовать.

Натача нахмурилась.

— Анжелина! Опять Анжелина! Что вы её так выгораживаете?

— Ценный работник, знаете ли! — Босуорт поворочался на кровати, занимая удобное положение. — Я не хочу её терять даже на один день. А вы, судя по всему, собираетесь её засадить очень надолго.

— Я бы её не просто засадила! Я бы её…, - старшая жена от избытка чувств потеряла дар речи. — Как по мне, то лучше б я её вообще больше не встречала.

— Зря вы так, — умиротворяющим тоном произнёс Босуорт. — Если у вас с ней будет полный контакт, то…

— … то она уже не встанет! Это я гарантирую! — закончила Натача.

Босуорт вежливо улыбнулся.

— А ведь она очень похожа на вас. Напор! Натиск! И я имел в виду психологический контакт, а не этот, как его… боевой.

Босуорт вдруг заметил, что выражение глаз старшей жены изменилось. Так! И что его ждёт на этот раз?

Натача слегка наклонилась в его сторону.

— Босуорт! Вы обещаете, что не будете больше строить нам козней? — её лицо приобрело невинное, почти ангельское выражение.

"Бить не будут, но только если я соглашусь", — понял он.

— Обещаю! Что за вопрос? — он улыбнулся как можно более искренне. Что это у неё на уме?

— Тогда я полагаю, что Анжелина Грасс, которая в данный момент ещё и хозяйка охранного агентства, должна быть вне вашего влияния. У неё слишком большая ответственность и слишком важная работа, чтобы отвлекаться по пустякам. Вы согласны?

Босуорт кивнул. За полудетским взглядом склонившейся к нему женщины невозможно было ничего прочесть, но и так уже всё понятно. Он попытался ещё сыграть непонимание.

— А какая у неё работа? Она же под судом.

— Ну, под судом она будет недолго, — Натача чуть скривила губки, и Босуорта аж передёрнуло. — Она всё ещё охраняет Марго. Контракт, видите ли!

Он опять кивнул.

— И если вдруг окажется… — Натача внимательно посмотрела на Босуорта. — Вы меня хорошо поняли?

— Но она должна мне уйму денег! — возразил он.

— Если я начну проверять ваши долги и обязательства, то, скорее всего, вы ей окажетесь должны. Она провернула для вас такую операцию! Вы заработали такую кучу бабла! Вам мало?

— Но погодите! — возразил Босуорт. — Совсем недавно я предложил вам план, который вам позволит вернуть очень большие деньги. Разве эта услуга ничего не стоит?

— Совсем недавно вы говорили, что этот план разработала Анжелина.

— Но я же принимал участие в этой работе?

— Премия посредника в 15 % вас не устраивает? — Натача изобразила удивление. Али с интересом наблюдал за круговертью событий.

Босуорт хитро улыбнулся.

— Но речь идёт о сумме примерно в триллион федеральных солей!

— Вот именно! — старшая жена замолчала и сложила руки на коленках. Али молча хлопал глазами.

— И в каком виде я эту сумму получу?

— Полагаю, вас устроят акции? — Натача глянула на мужа. Тот согласно кивнул.

— Да! — с неприличной поспешностью выкрикнул Босуорт.

— Вот и договорились! — Натача и Али встали и попрощались с пациентом.

Когда дверь закрылась, Малкольм Босуорт перевёл дух. "Мне это не приснилось? Это всё правда? Меня не прибьют здесь тайком?" По мере осознания произошедшего его начала бить дрожь. Прибор на столике запищал и почти сразу появилась Назира, восьмая жена Али.

— Так. Что здесь произошло?

— Да всё в порядке. Немного поволновался.

Она повертела ручки на панели, и писк исчез. Сделала инъекцию.

— И охота вам нервы себе трепать? Женитесь лучше. Хотя бы оправдание какое будет для пошатнувшегося здоровья. А если женитесь удачно, то даже укрепите его. Вы знаете, что женатые мужчины, особенно счастливые в браке, живут намного дольше холостяков?

— Не знаю, на знаю! Я пока что обходился без столь радикальных мер. — Он вдруг ощутил неудержимое желание поиграть с огнём. — Впрочем, на вас я, может быть, и женился бы.

Назира рассмеялась.

— Вряд ли! Я не принадлежу к охотницам за наследством. А вам, если не смените образ жизни, недолго осталось. Сейчас вам повезло. Но, в другой раз приступ может привести к летальному исходу.

— А вы не похожи на обычных врачей. Говорите прямо, ничего не скрываете.

Он попытался поймать её руку.

— А вот это лишнее! — она легко освободилась. — Или вы решили покончить с жизнью прямо сейчас?

— Из ваших рук хоть яда чашку!

— С ядом сложновато, а в глаз могу дать! — улыбка Назиры искривилась.

— А как же клятва Гиппократа?

— Когда вы снова станете пациентом, я буду исполнять свой долг до конца. До своего или, скорее всего, до вашего.

Назира поправила ему одеяло, проверила работу приборов и ушла, даже не взглянув. Да! Для жён Али он даже не мужчина.

Глава 30

Новый незнакомый мир. Новые люди. Новые впечатления. У Марго голова шла кругом. Она до сих пор не покидала Саммы. Лурр был единственным миром, в котором она побывала. Впечатления были соответствующие. А тут… Аль-Канар! Мир, который набирает авторитет в Галактике. Мир, с которым мечтают торговать все остальные миры.

Шлюзовая створка отъехала в сторону и Марго, опережая Али и остальных женщин, ринулась вперёд по коридору.

— Марго! Солнышко! Это всего лишь орбитальная станция. Пограничный контроль, — попытался охладить её восторженное состояние Али.

Возле шлюза стояло с десяток человек. Они, похоже, встречали именно их. Марго узнала Олега Маркова и Лейлу, — их фотография занимает постоянное место на обоях каюты старшей жены. Остальные были ей незнакомы. Марго остановилась, поджидая остальных. Ахи-охи. Приветствия. Вот только Марго не владеет русским. Про себя она решила в ближайшем будущем заполнить этот пробел в образовании. Конечно, неудобно, когда все владеют множеством языков, а тебе приходится переспрашивать. Лейла часть фраз произносит на французском, а потом переводит мужу и другим, кто не понимает по-французски. Потом возле Маргариты пристроилась Фарида, выполняя роль переводчика-синхрониста. Это у неё очень хорошо получалось.

Маргариту представили местному начальнику, которого Али называл Альберт, и его двум жёнам, Ольге и Барбаре. Странно, она была уверена, что у русских многожёнство не принято. Фарида на ухо стала ей рассказывать тонкости местного законодательства. Ага! Али их "крышует". А что такое "крышует"? А! Местный термин. Али — их правительство, а они — его протеже. Всё понятно!

Альберт пригласил всех в гости. Во время обильного ужина Марго узнала, что Али иногда выпивает. Правда, когда Альберт налил третий раз, Натача одарила его таким взглядом, что больше предложений не поступало. Марго подумала, что вряд ли сможет когда-нибудь выработать у себя такой взгляд.

После ужина Марго шаталась по станции на пару с Фаридой. Фарида, судя по обилию подробных сведений, которые она выдавала, знала здесь всё. Там реакторная зона, жилые отсеки персонала, гостиничные номера. Вот-вот начнутся регулярные рейсы. Там ремонтные мастерские. Секции причалов. Кафе и рестораны. Вон из того иллюминатора видна вторая группа причалов, её только начали строить. Станция расширяется.

Марго и Фарида прогулялись по коридорам вдоль причалов. Они были запружены массой народа. В основном это были представители разных правительств, только что вернувшиеся с Лурра.

— Марго! — окликнули её. Из толпы вынырнула Саманта Шеридан. — Слава богу! С тобой всё в порядке. А почему ты здесь?

— Насколько я поняла, вы все должны пройти через суд. Я буду свидетельницей, — она удивилась, ощутив волну радости от этой встречи.

Саманта смотрела на неё как-то странно, будто хотела что-то сказать. Но дальнейшая беседа затронула лишь обычные бытовые мелочи. Саманта, казалось, вот-вот начнёт нужный ей разговор, но так и не решилась.

— Как самочувствие Анжелины? — спросила Марго.

У Саманты будто сорвали кран. Она подробнейше пересказала всё, что видела и знала, и только после этого успокоилась.

Когда они распрощались, Марго спросила у Фариды:

— Тебе не показалось поведение Саманты немного странным?

— Нисколечки! — ответила та. — Мама на Анжелину наехала конкретно, хотела надолго засадить. Но после одной из бесед с Босуортом она сменила гнев на милость. Теперь ветер её настроения дует в другую сторону. Саманта может быть спокойна.

— За что наехала? — Марго заметила, что осваивает местный жаргон, даже не зная русского.

— За то, что Анжелина тебя подставила. Она и нас всех подставила. Ей доверяли.

До самого возвращения на корабль Марго молчала. Али хочет её вернуть. Натача хочет её вернуть. Фарида хочет её вернуть. А хочет ли возвращаться она?

Вечером её никто не беспокоил. Фарида повертелась рядышком, но не получив явного приглашения, ушла к себе. Марго, завалившись на кровать, наблюдала за часами на обоях. Часы вдруг мигнули и изменили показания на целых два часа. Надпись поясняла, что это "Время Нукана".

Марго вскочила и, поправив одежду, двинулась к командной рубке. Там вовсю кипела работа. Корабль уже был отстыкован от причала и плавно завершал разворот. Экраны на стенах изображали величественную картину происходящего. Гигантская станция уходила вдаль, а планета приближалась. Играла негромкая музыка, словно на каком-то празднике. У пульта сидели трое: Лейла, Натача и Хелена. Ещё с десяток человек сидели вдоль задней стены как зрители. Их взгляды были прикованы к экранам.

Роксана первая заметила Маргариту и помахала ей приглашающе рукой. Саль-яла, сидевшая возле Али, вскочила и предложила своё место. На лице Али блуждала улыбка какого-то опьянения. Он схватил Марго за руку и прерывающимся от волнения голосом выдохнул:

— Аль-Канар!

Поверхность планеты из круглой становилась почти плоской. Изображение подёрнулось оранжеватой дымкой. Натача переключилась на другие камеры и дымка исчезла. В рубке царило необычайное оживление.

— Смотрите! Белый залив! Вон, огоньки на побережье!

— Сан-Клер!

— Катя! Смотри! Грюнвэй!

Они все будто возвращались домой. Натача полезла за носовым платком чтобы высморкаться. Катя не скрывала своих слёз. Хелена тайком вытирала уголки глаз.

Когда скорость снизилась и исчезло оранжевое свечение, в рубку ворвалась лавина голосов. На плоских экранах большого пульта замелькали лица. Почти все сидящие напялили на носы ком-очки и принялись с кем-то болтать. "Дурдом!" — подумала Маргарита, а через несколько секунд раздался перезвон её телефона. Она тоже надела ком-очки. Номер телефона был незнакомым, но с именем "Марсия". Она включила соединение.

— Алло! Я слушаю!

— Здравствуйте, мадам! Это я, Марсия! — и правда, это голос её секретарши. — Я здесь, на Аль-Канаре. Уже почти неделю вас ждём. Меня вызвали повесткой, а ребята из "Федерации Геи" предложили подвезти. Бесплатно, представляете?

— Какая повестка? — переспросила Марго.

— Ну как? По поводу ваших предприятий. Они год не имели права ничего трогать, а через два месяца уже начали распродавать ваши филиалы и разработки. Кому-то придётся долго сидеть или осваивать новые земли на Лурре. Кстати, мадам, здесь находится ваша подруга Жанна Арно.

— Её тоже вызвали в суд?

— Нет! Она заранее приехала на вашу свадьбу. Ведь вы же здесь в этот раз будете отмечать?

— Марсия! Насчёт свадьбы! Ещё ничего не решено!

— А? Ну да! Ладно, до встречи.

Марсия отключилась, Марго сняла очки. В командной рубке стояла мёртвая тишина и все взгляды были обращены на неё. Лейла садила корабль по каким-то знакомым ориентирам, она была занята выше головы, но ухитрялась бросать любопытные взгляды в сторону Маргариты.

— Солнышко! Ты что-то сказала насчёт свадьбы? — нарушил молчание Али. — Ты согласна?

— Не давите на меня! — вдруг выкрикнула Маргарита. — Я боюсь сделать неправильный шаг.

— Но, ведь, ты уже была замужем? И это не было ужасно? — Али поцеловал кончики её пальцев.

— Ужасно было потом! Во время суда! — Марго ощутила, что дрожит.

— Я понял! — сказал Али. — Мы вернёмся к этой теме после суда. — Он сжал её ладонь между своими. — Не переживай. Всё будет хорошо.

Где-то в дальних уголках корабля визжали механизмы, гупали шаги, звучали голоса, но в каюте почти ничего не было слышно. Часы показывали полночь по местному времени, и Марго легла спать. Уже засыпая, она отметила, как стало тихо вокруг. Потом протопали шаги по коридору, негромко хлопнули створки дверей в чьей-то каюте… А потом пришёл сон.

Ей снилось, будто она ходит по своему дому. Это даже не дом, а огромный дворец. По коридору, с шумом и криками, бегут мальчишки и девчонки, на ходу бросая ей "Привет, Марго!". Огромная дверь в торце коридора открывается прямо в сад. Сочная зелень деревьев, голубое, с редкими облаками, небо. На газоне стрижёт траву электрокосой Корасон. Она машет Маргарите рукой и продолжает работу. Из глубины дома появляется Али в окружении пяти женщин. Они все в строгих деловых костюмах, с ком-очками. У Натачи привычно оттопыривается пиджак подмышкой. Женщины чмокают Маргариту в щеку, а Али берёт за руку.

— Солнышко! Мы едем на встречу с Тони Катано! Тебе это интересно? Тогда поторопись. Корасон! Ты с нами? Через 15 минут собираемся в гараже!

Она бежит в свою комнату, но не может её найти. Всё время попадает то в мастерскую, то в прачечную. Потом ловит за руку кого-то из малышей.

— Мишенька! Помоги найти мою комнату! Я, кажется, заблудилась!

— А у тебя нет своей комнаты! — отвечает мальчик. — Ты же ещё не замужем за Али. Ты пока что гостья.

Марго проснулась и долго не могла придти в себя.

— Это же надо, какие глупости!

Она вспоминала фрагменты сна и удивилась, какое удовольствие они ей доставляют. Свой дом. Своя комната. Своё дело. Ведь не бросит же она любимое занятие из-за замужества? Кстати, а чем занимается Натача? Она говорила, что все жёны Али имеют свои фирмы. Можно же и кооперироваться? Особенно, если учесть, что фирмы Маргариты Рошфор дёшево выполняют очень сложные разработки, то должна быть приличная выгода для всех.

Движимая этой идеей, Марго пришла к Натаче, но той в каюте уже не оказалось. Пришлось её вызванивать. Натача выслушала общую концепцию, но потом возразила:

— Сейчас мало смысла заниматься этим. Мы сперва разберём вопрос с твоим имуществом. Я очень надеюсь, что удастся вернуть почти всё. А после этого мы обсудим твоё сегодняшнее предложение. Уверена, что это будет полезно для всех нас.

Глава 31

Судебные разбирательства тянулись почти два месяца. Марго стала замечать, что события на Лурре, хоть и хорошо запомнившиеся, стали казаться чем-то очень давним, далёким, словно из другой реальности. А, собственно, что тут удивительного? Действительно, другой мир! И другая реальность.

Суд разбирал статус множества жителей Лурра, пожелавших выехать в другие миры. Им всем ограничили временно свободу, разрешив 15 лет осваивать новые планеты. Их "крышам" вменялось в обязанность наблюдать за тем, как их новые протеже соблюдают федеральное законодательство. Многим присудили выплаты пострадавшим, если таковые были, родственникам или в благотворительные фонды, поддерживающие калек и оплачивающие им генные и восстановительные операции.

Как-то в перерыве Натача спросила у Марго:

— Когда будет слушаться дело Рошфор против Грасс? Я что-то не могу найти его в списке.

— Я не подавала иска, — ответила Марго.

Натача посмотрела на неё каким-то особым внимательным взглядом.

— Тогда как ты посмотришь, если Али снова наймёт её агентство для той же работы?

— Это пусть решает сам Али. Вот только не слишком ли накладно использовать две сотни охранников для одной особы?

Натача усмехнулась.

— А ты сама посуди. Твоя империя развалилась из-за прокола в охране. Урон для всей Галактики, я считаю. Потери гораздо больше, чем трата на охрану.

— Но мне странно, что в проколе виновна Анжелина, а Али снова ей даёт ту же работу.

— Главное это — у кого руль. Я перехватила рычаги управления на себя. Теперь Анжелина неуязвима для внешнего влияния. А ещё запомни, — тот, кто тебя охраняет, рискует так же, как и ты. А значит, он должен иметь почти те же прибыли, что и ты. Понятно? А в случае твоей гибели его благополучие должно понести ту же трату, как и твоё. То есть, нет тебя, и благополучию охраны приходит полный трындец!

Марго минуту обдумывала эту мысль. Потом едва заметно кивнула в сторонку:

— А кого сейчас охраняют эти ребята и девушки?

— Ну… сложно сказать. И тебя, и меня, и Али. Людям кушать надо? Пусть работают, а не прохлаждаются. Есть интересные факты из жизни животных. Когда летучая мышь ломает себе крыло, то её подкармливают другие мыши. Как правило, подкармливают только те, кто сам ломал крыло и его кормили другие. Люди, прошедшие через передряги, и которым помогли, способны самоотверженно помогать другим. Так устроен мир. Учитывай это. Эти ребята ради нас жизни не пожалеют, так не жалей для них денег. А если у них какая-то неприятность случается, помогай разобраться. Потому что деньги не всё могут.

— Да, деньги могут не всё! — Марго неожиданно обняла Натачу. — Спасибо тебе!

— Ладно-ладно! — дрогнувшим голосом произнесла Натача. — Что-то меня в последнее время на сантименты потянуло.

Она достала носовичок и шумно высморкалась.

В один из дней Али устроил в кают-компании небольшое совещание. Были почти все жёны. Была Марго и Марсия. Секретарша впервые посетила корабль Космического Султана, она смущалась и робела. Маргарита сама встретила её на входе и провела через шлюз, мимо охранной системы, которая сразу встрепенулась и, даже после многократного согласия на проход гостьи, отправила сообщение в корабельный архив.

На одной из стен, временно превращённой в экран, Дейла вывела схему предприятий Маргариты. Зелёным были помечены те, которые уже удалось вернуть. Красных оказалось совсем немного.

Дейла докладывала:

— Все эти предприятия, как показал анализ, находятся в руках хороших хозяйственников. Они согласны доплатить некоторую сумму, но с условием, чтобы Марго не забирала собственность. Катя, проведя анализ ситуации, предлагает согласиться на это. Твоё объединение, Марго, оказывается монополистом в области новых разработок. Федеральное законодательство требует наличия конкурентов, а иначе налоги сильно возрастут. А при сложившейся расстановке сил ты всё равно диктуешь рынку свои условия.

— Хорошо! — согласилась Марго. — Я, честно говоря, даже не надеялась, что удастся вернуть столько. Да ещё с доплатой!

— И не совсем маленький, но очень неприятный вопрос, — продолжила Дейла. — Мы наняли группу экспертов, которая в рамках этого же иска попыталась вернуть права на игру "Звёздная Империя". С игрой произошла странность: новые хозяева заявляют, что ничего не знают про неё, а значит — не могут и вернуть. Суд хотел бы заблокировать игру, но у него нет возможности этого сделать. Ни с одного из серверов разработчиков, ни с одного рабочего места игра не управляется. Документация отсутствует. То есть, справочные файлы есть, но и только. Официальных бумаг на игру не найдено. Кто-то скрывает их. Эксперты заявляют, что у игры сейчас есть только один хозяин, а именно — владелец пароля к персонажу "Кронос".

Все повернули голову в сторону Марго. Она развела руками.

— Этот пароль больше не работает. Я уже пробовала. Кто-то поменял его. И этот "кто-то" по-настоящему владеет и игрой, и миром. Я в этом уже убедилась. При умелом подходе с её помощью можно подталкивать людей к нужным действиям. Даже в жизни так легко не получается.

Она вдруг спохватилась.

— О, боже! Спрячьте ком-очки, телефоны, любую электронику в изолирующий шкаф! Нас могут слышать!

Старшая жена нахмурилась.

— Если только я узнаю, что кто-то использует эту штуку против нас, то ему не помогут ни игра, ни вооружённые силы всей Галактики. — Она вдруг махнула рукой. — Расслабьтесь! Мы же в прошлом году дорабатывали наш корпус. Теперь у нас такой экран, что снаружи не пробить, а пакеты, проходящие через сетевой шлюз, фильтруются. Джень знает толк в этом. Так что не беспокойтесь. А у меня, кстати, идея. Мы привлечём к этому делу Босуорта.

— Не стоит! — вдруг отозвался Али. — Давайте на время забудем об этой проблеме. Мне кое-что нужно обдумать. Потом я расскажу вам про свои соображения.

На этом совещание было завершено. Марго прямо из своей каюты сделала несколько звонков руководству подразделениями. Все уже были в курсе произошедших перемен, поздравляли Маргариту с успешным окончанием судебного процесса, высказывали готовность к новым трудовым свершениям. Когда эта канцелярщина Маргарите надоела, она решила прогуляться. Известила Натачу. Та сразу сделала звонок кому-то, потом сказала:

— Тебя будут сопровождать две пары от агентства Грасс. Можешь взять своих. Дэн Рувэ извёлся весь. Его не пускают на корабль и он торчит у входа в ангар почти весь день. Пусть втягивается в работу. Тебе нужен сопровождающий по городу?

Марго сразу поняла, о ком речь.

— Ты имеешь в виду Фариду? Давай!

День клонился к закату. На Аль-Канаре конец лета. Фарида рассказывала про другие времена года, иногда пускаясь в описание мелких подробностей. Маргарите было страшновато даже представить себе зиму. Самый сильный холод, с которым ей пришлось столкнуться, это плюс пять по Цельсию. Что такое минус тридцать, ей представить было невозможно. Твёрдая вода! Как в морозильной камере холодильника! С неба сыплет ледяная крупа. Или мягкий, пушистый, но невероятно холодный снег. Неужели в таком климате можно жить? На Самме возле полюсов никто не селится. В средних широтах только посёлки рудокопов, да и те приезжают туда только на пару месяцев, чтобы потом иметь законный месяц отпуска. А здесь люди ещё и на работу ходят! По морозу! В многослойной одежде. Машины с обогреваемыми салонами, как для космоса. Обогрев зданий. Странно, на космических станциях труднее избавиться от тепла, чем добыть его. А здесь всё время приходится греться. Осенью и ранней весной льют дожди со снегом. Солнце скрыто за свинцовыми тучами. Серые сумерки, грязь и слякоть. Промозглая сырость. И это занимает чуть ли не полгода. Что здесь может нравиться? Странные здесь живут люди.

Фарида рассказывала про всё, что только приходило ей в голову. Её потешало поведение Маргариты. Когда Фарида описывает катание на санях с обязательным падением в сугроб, Марго втягивает голову в плечи и зябко ёжится. Когда она рассказывает про дожди, Марго начинает поджимать ноги, будто прямо под ней разлита лужа. Марсия возмутилась:

— Что ты нам такие ужасы рассказываешь? Лучше что-нибудь весёленькое!

— Да разве ж это ужасы? Это так здорово! Ты знаешь как капельки шлёпают по жёлтым листьям? А ты идёшь под зонтиком. Ветра почти нет, капли по зонту шлёп-шлёп! Воздух холодный, а на тебе тёплая одежда. Тебе не холодно! И это так здорово! И запах! И листья сыплются на дорожки и шелестят. И сухие шелестят, и мокрые. А в ясную погоду перед морозами по небу пролетают птицы в тёплые края. Они кричат что-то на своём языке, будто зовут за собой, аж в душе что-то щемит. А как здорово, когда утром мороз лужи ледком прихватывает! Они так хрустят под ногами! И туман. А потом однажды выпадает снег. Утром выглядываешь, вся земля белая-белая! Первый снежок мокрый. Он хорошо лепится в снежки. Мы год назад прилетали прямо в снегопад, выскочили кидаться снежками. У Миши потом горло болело, наверное воздухом холодным надышался. А остальным ничего не было. А руки от снега аж горят. Вы даже не представляете себе, как это здорово!

Марго обняла и притиснула к себе девочку. "У меня обязательно будет такая же дочка" — подумала она.

Они гуляли по парку, который тоже был посвящён Первооснователям, как и на Самме. В глубине парка стояло здание, стилизованное под мечеть. Было в нём много от готического стиля, поэтому отдельные части напоминали католический храм. Возле здания толпилась масса народа. Фарида, совсем не страдая стеснительностью, спросила, что происходит? Оказалось, очередная проповедь Ксенофонта, священника Единой Церкви Аль-Канара.

— О! Вам обязательно надо это послушать! — почти крикнула Фарида и ввинтилась в толпу. Марго и Марсия еле успевали за ней.

Внутри здание имело приподнятую сцену с кафедрой, ряды кресел. Сцена пока пустовала, но все сидения были уже заняты. Фарида протиснулась вперёд как можно ближе. Марго увидела, как трое мужчин встали и предложили им свои места. Она вдруг услышала тихий разговор:

— Какие красотки! Проводим их домой? Может и ещё что удастся?

— И не думай! Это же Маргарита Рошфор! Ты что, не узнал? Не удивлюсь, если неподалёку… А! Вот и охрана! Двигайся!

Крепкие мускулистые ребята пристроились возле сидений, где разместились Марго, Марсия и Фарида. Внезапно зал зашумел. К кафедре прошёл мужчина и поднял руку, призывая к тишине. Его костюм был самым обычным. Правда, кое-какие детали делали его похожим на костюм армейского капеллана. Зал взревел восторженными голосами, а потом очень быстро стих. Мужчина откашлялся.

— Братья и сёстры! Сегодняшнюю беседу я хотел бы посвятить проблеме конкуренции. Наверняка вы знаете, что конкуренция считается основой основ капиталистического мира и даже основой мира вообще. Более жизнеспособные формы вытесняют менее жизнеспособные. Это основа естественного отбора, которую провозгласил великий естествоиспытатель Чарльз Дарвин. Долгое время церковь подвергала критике учение этого великого человека. Очень многие обыватели издевались над этой теорией. Причина была проста. Людям не хотелось думать, что они родственники обезъян. Это первое. И людям не хотелось принимать модель мира, где человек человеку волк.

Про обезъян мы поговорим как-нибудь попозже, а сейчас поговорим о естественном отборе. Чарльз Дарвин был верующим человеком и, формулируя очередной закон природы, он восхищался искусству Создателя этой Природы. И закон естественного отбора великий учёный представлял совсем иначе, чем его стали подавать бездумные последователи или его противники. Нет! Человек человеку не волк! Любой вид животных выживает не только за счёт индивидуальных способностей каждого, а ещё и за счёт взаимодействия индивидуумов.

Вы каждый день ходите на работу. Почему? Потому что один человек не в состоянии сделать всё то многообразие продуктов, которые ему нужны для нормальной жизни. Люди, организовавшись в коллективы, создают здания и машины, которые помогают им выжить в суровых условиях Космоса, которые облегчают жизнь ежедневно. Людские коллективы создают множество мелочей, без которых невозможно представить нормальное существование. В чём же смысл конкуренции? Кто с кем конкурирует? Если один человек хорошо и быстро делает лопаты, а другой точно так же хорошо выращивает лук или картофель. Имеет ли смысл конкуренция между ними? Вы говорите "нет"?

Давайте представим себе простую картину: есть на острове всего два жителя, один, кузнец, может делать лопаты, грабли, плуги. Другой, фермер, может только сеять хлеб, садить и выращивать картошку, капусту, разводить яблони. Понятно, что тот, который способен выращивать продукты питания, вынужден будет обеспечивать пропитание своего соседа, который делает для него лопаты, вилы и прочие инструменты. Представьте, что этот сосед ленится и делает только лопаты. Тогда его сосед-фермер не сможет сеять хлеб и кузнец сможет питаться только тем, что он произвёл. То есть, попытка словчить, обойти соседа, сделать меньше, а получить больше, пагубно сказывается на всех участниках производства. Конфликт есть, но конкуренции нет!

А теперь ситуация, когда на остров попадает ещё двое: кузнец и фермер. И этот новый кузнец способен делать и лопаты, и вилы, и плуги, и пилы. Он обеспечивает инструментом обоих фермеров, но прежний кузнец оказывается без работы. Это уже конкуренция!

Но я хочу вам показать, что скрытая конкуренция может быть везде. Представьте себе, что у фермера появились новые растения, которым не нужна вспашка земли. Или он садит растение, которое позволяет не окучивать, не поливать его, не уничтожать сорняки, и при этом приносит регулярный урожай. А может быть и такая ситуация, когда фермер, раздражённый неумение кузнеца, сам делает себе часть инструмента. Вы согласны? Это тоже конкуренция!

Вообще, братья и сёстры, всё нужно делать с умом и мыслью о благе не только своём, но и вашего ближнего. Если кто-то легко делает вашу работу, то, может быть, вам стоит найти себе другое занятие? Не вытеснять более способного, а найти себе дело по душе. В мире придумано множество вещей, но я удивлюсь, если первый попавшийся человек не назовёт сходу предмет, который не выпускается промышленностью. Возможно, его просто не придумали. А может быть, просто делают по привычке давно устаревшее, не желая усложнять себе жизнь. А бывают случаи, когда изготовитель специально делает некачественные изделия, чтобы к нему чаще обращались. В этом случае пусть будет благословенна конкуренция. Вы тогда проигнорируете изготовителя некачественного товара. И если вы тоже что-то изготавливаете, то имейте это в виду. Вы должны понимать, что за низкое качество вас постигнет расплата. Не ловчите. Делайте качественные изделия, долговечные. У вас всё равно найдутся покупатели. Вы сможете сделать то, что нужно вам самим, вашим друзьям, знакомым и знакомым ваших знакомых. Вам не нужна будет реклама. О вашем продукте люди будут рассказывать друг другу, оказывая таким образом услугу. А ваши конкуренты пусть пошевелят мозгами. Если они не способны сами думать, то за них должны подумать вы. Вы пригласите их на работу к себе. Уверяю вас, многие будут нормально работать на вашем производстве, не создавая проблем ни вам, ни другим.

Возвращаясь опять к Чарльзу Дарвину, я хочу подчеркнуть, что он понимал под приспособлением к действию естественного отбора ещё и способность живых существ помогать друг другу. Даже волчья стая представляет собой такое сообщество. Если бы каждый волк беспокоился только о себе, то стаи не возникали бы. Правильно? Всё, что на благо выживаемости, то полезно. По мере развития жизни формы организации живых существ усложнялись. У человека стали появляться государства. Их известно на данный момент много. И эти формы конкурируют между собой, доказывая, какая из них более способна к дальнейшему развитию. Самая оригинальная форма государственных образований существует у нас на Аль-Канаре. Суть этой системы состоит в том, что каждое правительство вынуждено конкурировать с множеством других. Если правительство жульничает, впустую разбазаривает ваши налоги, то оно моментально вылетает в трубу. Оно не может утаить своих незаконных действий, поскольку конкуренты не дремлют. Как мы видим, и здесь конкуренция во благо. Во множестве других миров, как вы знаете, существует традиционная система выборных правительств. Часто бывает, что на выборы приходим меньшинство населения. Однако, по результатам выборов остальные вынуждены терпеть политику этого правительства. Бывает, что некое правительство побеждает с минимальным перевесом. В результате почти половина недовольных испытывает на себе правление людей, которых они не хотели. А разве редки случаи подтасовок? Как потом развивается экономика в этих мирах и странах, можно легко представить. Только здоровая конкуренция способна навести порядок в нашей среде обитания.

Наши предприятия конкурируют между собой не только на рынке продуктов, не только на рынке сырья, но и на рынке рабочей силы. И это очень похоже на поведение правительств. Правительства предлагают свои пакеты услуг, а предприятия предлагают свои условия для работы и развития каждого работника. Но, кроме конкуренции, то есть, таких отношений, когда все участники находятся в соревновании один с другим, существует и поддержка, взаимовыручка.

Например. Вы участвуете в спортивном соревновании, пусть это бег на длинную дистанцию по пересечённой местности. Вы спокойно оставляете позади своих соперников, но вдруг замечаете, что один из них падает, потеряв сознание. Человеческое чувство взаимовыручки призывает вас помочь пострадавшему. Не оставляйте его в беде! Уверяю вас, найдутся люди, которые помогут и вам, случись с вами беда. Эту способность живых существ помогать другим выжить также имел в виду Чарльз Дарвин.

Вливаясь в ряды предпринимателей, вы иногда можете слышать от некоторых, дескать "бизнес — это жестокий мир!". Эти люди не хотят признать, что жестоким его делают они сами. Вы должны знать, что все наши правительства в обязательном порядке выполняют благотворительные акции. Они оказывают помощь людям, которые даже не являются их протеже, они оказывают помощь людям, которые не могут найти работу и не могут платить налоги, они платят благотворительные пенсии людям, которые неосмотрительно выбрали неудачное правительство. То есть то, которое было распущено по финансовой несостоятельности или за правовые нарушения. Придерживайтесь в своей деятельности того же принципа! Не обязательно сразу бросаться на помощь человеку, который едва оступился. Если он сам способен встать, его ваша помощь оскорбит. Избегайте оказывать помощь людям, которые привыкли быть нахлебниками. Ваша помощь их ничему не научит, а вы впустую потратите своё время. "Не мечите бисер перед свиньями!" — говорил Иисус. Но умейте распознать нуждающегося и во-время придите к нему на помощь. Вы сделаете богоугодное дело!

— И последнее! — выступающий откашлялся. — Вы по роду своей деятельности организовуете или вступаете в коллективы людей, которые имеют перед собой определённую цель. Внимательно обдумайте эту цель. Соответствует ли она божьему замыслу? Будет ли она на благо людям? Если целью является процветание небольшой части в ущерб множеству других людей, то такая цель не угодна Богу! Внимательно присмотритесь: соответствует ли заявленная цель тем методам, которые практикуются в этом коллективе? Если нет, то скорее всего, это тоже не богоугодное дело. Находите людей, с которыми вам хорошо. С которыми хорошо работать, отдыхать, которые научат вас и с благодарностью будут учиться у вас. Объединяйтесь с ними! С такими людьми вам не страшны никакие испытания. Вы свернёте горы и низвергнете Зло в Преисподнюю. Да поможет вам Бог!

Зал зашумел аплодисментами. Марго склонилась к Фариде:

— Я чего-то не поняла. Это была проповедь или лекция по политэкономии?

— Тут всякое бывает! — махнула рукой та. — Самое интересное бывает в конце, когда задают вопросы.

Вопросы посыпались со всех сторон.

— Скажите, как быть, если мой конкурент действует грубыми методами?

— Когда на вас нападают с топором, нужно иметь достаточно ловкости, чтобы увернуться. А если у вас недостаточно ловкости, то вам придётся совершить убийство. А это Богу противно. Учитесь уворачиваться, держитесь в форме!

— У меня иногда в часы пик не хватает мастеров, чтобы обслужить клиентов. Я опасаюсь, что люди уйдут к конкурентам, мастерская которых в глубине квартала.

— Вы можете и сами направлять клиентов к ним. Можете даже кооперироваться. Небольшая специализация ваших мастерских расширит ваши возможности, а нынешние конкуренты при случае тоже вам помогут.

— Каким образом Чарльз Дарвин пришёл к идее эволюции и естественного отбора? Ведь за историю биологии не было фактов появления новых видов животных.

— Всё очень просто. Во времена Дарвина многие аристократы и обычные крестьяне занимались созданием новых пород растений и животных. Среди них новые породы собак, лошадей, домашних птиц. Это был искусственный отбор. Вполне естественным был вывод об эволюционном отборе, который производит сама Природа. Кстати, многие противники Дарвина — городские жители, в глаза не видевшие ни эволюции, ни отбора, ни сельской живности вообще.

— Подскажите, как мне быть? Мои конкуренты — семейная фирма, которая еле сводит концы с концами. Если их не проглочу я, это сделает через пару месяцев кто-то другой.

— Предложите им сотрудничество на взаимовыгодных условиях, но уже как вашего подразделения. Думаю, они трезво оценят ситуацию. Пусть ведут оценку работы подразделения после слияния. Их это убедит в ваших способностях руководителя и в вашем праве командовать ими. И сохраняйте человеческие отношения на любом уровне иерархии. Для Бога вы все братья и сёстры.

Вдруг священнику передали записку. Он откашлялся и начал читать:

— Святой отец, помогите! Я полюбил женщину. Не представляю себе жизни без неё. Но я уже женат и по-своему люблю и прежнюю жену и детей.

— Ещё лет пять назад я не знал бы что ответить. Призывал бы сохранить прежний брак за счёт отказа от новой любви. А сейчас… Сейчас вы можете построить большую семью с горячо любимой женщиной и тепло любимой женщиной. Законодательство это не возбраняет. Главное — это благо ваших ближних и ваших детей.

Марго, выйдя из помещения на воздух, шла молча. Нельзя сказать, что этот священник её поразил. Она была уже знакома с аль-канарской церковью и системой её взглядов. Но сейчас услышанные слова оказались именно тем, что ей было нужно. "Ищите людей, с которыми вам хорошо". Ей хорошо с Али и с его жёнами?

Она должна была признать, что первые месяцы просто не поняла, что с ней произошло. А теперь она понимает?

Фарида, взяв за руки Марго и Марсию, шла посредине. Она пританцовывала, напевала себе под нос какую-то мелодию, но не пыталась говорить. И это было хорошо. Охрана топала на расстоянии пяти шагов сзади, и ещё две пары медленно двигались чуть впереди по бокам.

Марго представила, что было бы, если бы они шли в толпе. Получилось бы классическое кольцо или "коробочка".

Охрана вдруг засуетилась. Они сомкнулись вокруг трёх подопечных, образуя круглую стенку.

— Мадам! — крикнул Рувэ. — Стойте!

Со всех сторон полились слова скороговоркой: "неожиданное нападение", "Подкрепление! Срочно!".

Марго увидела, как перед ними и чуть сзади чиркнули по асфальту садящиеся флайеры без номеров и опознавательных знаков. Где-то за ними уже началась пальба.

— Андрэ! Нужен флайер! Подбиты? А Колен? Дьявол! Всем-всем! Занимаем круговую оборону!

Рувэ придвинулся почти вплотную к Марго. Он вздрагивал и делал странные движения всем телом. Его костюм разлетался клочьями. "Да он же пули ловит собой" — догадалась Маргарита. Ещё два человека образовали живой щит, заслоняя их бронированными спинами. Их лица и головы закрывали маски с капюшонами. Треск бьющих по армированному пластику пуль…

— Фарида! На землю!

Марго поправила очки, быстро включила нужное меню, выбрала оружие, нажала все гашетки, какие только можно. А в следующий миг флайеры нападающих словно взорвались. Та-а-к! Эти готовы! Теперь задние! Готовы! Негодяи… тоже готовы! Неистовый треск выстрелов прекратился.

Она внимательно осмотрела поле боя. Десяток трупов противника. От флайеров одни обломки. Марсия поцарапалась при падении, у одного парня из агентства Грасс прострелена кисть. У остальных… ничего. Наверное, синяки будут, несмотря на "вязкую броню".

Буквально через полминуты с неба, мигая бортовыми фонарями, спустились ещё флайеры. Это была подмога от Али. Он сам и весь его гарем высыпали наружу. Можно было бы посмеяться в другое время от вида Хелены в короткой полосатой юбочке и в бронежилете, с автоматом в руках, огромной красавицы Корасон, в броне поверх синей пижамы, в шлёпанцах и с пулемётом на плече. У Саль-ялы смешной халатик в бледно-голубой горошек…

Следом начали садиться флайеры агентства Анжелины Грасс, охраны Всемирного Братства, Федерации Геи, городской полиции, от Специального Бюро Расследований при Президенте Аль-Канара. Натача, убедившись, что все живы, прихватила Дэна Рувэ и отправилась осматривать поле боя и разбираться с силовиками.

— Хвала Аллаху! Вы живы! — Али хватал по очереди то плечо Маргариты, то Фариду, то руку Марсии. — И даже не ранены?

— Там, парень с ранением руки, — Марго кивнула в сторону охранников, которые спешно бинтовали руку коллеге.

Назира приняла командование процессом. Охранника уложили в один из флайеров, рядом сели ещё двое его товарищей, и Назира улетела с ними.

— Я тебя больше не отпущу никуда! — голосом, преисполненным волнения, бормотал Али. — Я же с ума сойду, если тебе какой-то негодяй что-то сделает!

Он обхватил Маргариту за плечи и боялся отпустить.

— Ну ты же видел, что я делаю с такими негодяями, — пошутила Марго.

— Просто в этот раз мы были рядом. И хорошо, что всё было в пределах действия корабельного вооружения.

Фарида не удержалась, чтобы не высказаться:

— О! Пап! Это было так здорово! Марго только очки надела, как колдунья так руками повела, а потом как жахнет! Поворачивается так, и опять как жахнет! А от этих только обломки полетели! Класс!

— Да! Я представляю. Хорошая вещь — крупнокалиберный пулемёт!

Подошла Корасон.

— Ты должна обязательно сохранить архив видео со всеми событиями, — сказала она. — Тебе придётся перед судом отчитываться.

Появилась Изабель.

— Поздравляю с боевым крещением! Хорошая работа! — она обняла Маргариту. — Все хорошо сработали, только водители не успели среагировать. Всё произошло в доли секунды. Два флайера теперь нуждаются в основательном ремонте. Один ваш, другой — Анжелины.

Марго ощущала неистовое лихорадочное возбуждение. Кажется, что если захочешь, то и на небо сможешь запрыгнуть. Что захочешь, то и сделаешь.

Назад ехали в большом семейном флайере. Натача уселась на водительское место, и во время полёта устроила воздушные танцы.

— Натача! — взмолилась побледневшая Дейла.

Старшая жена прекратила издеваться над желудками пассажиров, но начала напевать довольно громко песню на русском:

На-а-а-м не-е-е-т прегра-а-а-а-д

Ни в море, ни-и-и на су-у-ше-е!

На-а-м не-е страшны-ы-ы

Ни льды, ни о-о-блака-а-а…

Её адреналину требовался выход. Али слушал не совсем правильный вокал старшей жены и счастливо улыбался. Вдруг к пению Натачи подключились Фарида, Роксана, Хелена, потом и остальные женщины. Марго плохо понимала слова, но запомнила припев. Когда она спела его вместе со всеми, то ощутила, как слёзы градом льют по её лицу, а она — самый счастливый человек в мире. Потому что рядом находится её любимый. Потому что рядом с ней люди, с которыми хорошо. Потому что они все поют эту старую песню, от которой мурашки бегут по спине и… хочется… плакать… от счастья.

Глава 32

— Согласна ли ты, Маргарита, взять себе в мужья Али, сына Мухадди, быть его верной помощницей во всех делах его пред Всевышним и людьми, в горе и радости, здравии и болезни…

Священник, с которым Марго познакомилась всего неделю назад, на православный манер читал положенную формулировку. У него это получалось нараспев. "Как покойника отпевает" — подумала Маргарита и вдруг улыбнулась. Али улыбнулся ей в ответ.

Она ответила "да", и священник произвёл какие-то магические жесты, символизирующие завершение таинства. Он прочитал напутствия молодожёнам, пожелал благополучия всем родственникам и близким, друзьям и будущим детям. Напоследок, вместе с прислужником, священник провёл молодых к выходу из храма.

В этот раз Марго запоминала всё, что видела и слышала. "Только ради этого стоит выходить замуж во второй раз". Она чуть не рассмеялась. "В третий раз, наверное, не стоит"

Али снова нёс её на руках по трапу корабля. Его губы улыбались, но взгляд был почти серьёзным. "Какая это у него по счёту свадьба?" — снова подумалось Маргарите. Получалось, что восемнадцатая. "Ну и что? Его отец больше двадцати раз женился. Правда, отец же старше сына!"

— Всё! Я больше ни на ком жениться не буду! — словно услышав её мысли, совершенно искренне заявил Али.

— Говорят, примерно полгода назад ты такое уже заявлял! — напомнила Марго вновь обретённому мужу.

— Ну не мог же я тебя потерять! А кроме того, я заявлял, что хочу жениться на тебе ещё раз, чтобы снова увидеть в свадебном наряде.

— Да! Действительно! Было такое!

— А ещё…, - продолжал Али, — Мы в этот раз подготовили каюту как раз по твоему вкусу. — С этими словами он опустил молодую жену перед дверью её каюты.

Створки разъехались в разные стороны, и Маргарита ахнула. Она завидовала каютам Хелены, Натачи, Катерины, но её каюта была просто супер. Трансформируемая кровать, на которой можно полулежать, как в кресле, несколько стульев типа "бутон", светло-голубая полуволна потолка. А ещё — встроенный шкаф, который на первый взгляд не существует. Разве можно подумать, что в этой странно выгнутой стене можно спрятать шкаф?

Али не дал ей времени на рассмотрение всего этого.

— Пойдём к гостям! — поторопил он. — А то они неизвестно что подумают.

Они поцеловались прямо в дверях и так застыли на несколько минут, наслаждаясь близостью друг друга.

— Люди! Совесть имейте! — раздался совсем рядом голос старшей жены. — Хотя бы усадите всех за столы и начините банкет. А потом можете хоть совсем исчезнуть!

Она оказалась не одна. Терпение лопнуло у всех жён. Поэтому они тихонько подкрались к двери и устроили громогласные поздравления. Они тормошили мужа и его новую жену. Роксана, тиская Марго, произнесла:

— Как хорошо, что ты снова с нами!

Эту фразу Маргарита слышала уже много раз. Выходя замуж за Али в первый раз, она побаивалась его жён. Сейчас у неё было необыкновенное чувство, будто она вернулась домой. Домой!

"Это мой дом и моя семья!" — думала она, и с каждой секундой осознание этого делалось всё сильнее.

По трапу она спускалась не только в окружении других жён, но и облепленная малышнёй. Саид вешался на её руки, цепкий, словно маленькая мартышка. Ника ухватилась за подол платья, и нужно было соблюдать осторожность, чтобы её не уронить. Откуда-то вынырнул крошка Микис, сын Эллиды, и тоже вцепился в платье. Натача стала наводить порядок:

— Фарида! Заведи детей внутрь! Мы сейчас будем перелетать! Заина! Хэрри! Помогите сестре!

Банкет происходил в огромном зале. Как объяснил Али, это фантастическое сооружение его хозяева создали за счёт аванса, который… Али замялся. Сооружению был примерно год. Марго хорошо умела оценивать степень износа недвижимости.

— Ты год назад планировал проводить свадьбу здесь?

Али немного смутился.

— И здесь тоже. Но возникли непредвиденные обстоятельства. В результате масштабы этого события пришлось немного ужать. Зато теперь я могу сыграть свадьбу именно там, где планировал изначально. И именно так, как мне хотелось.

— Наверное, ты ещё хотел видеть людей, которые не смогли добраться до Саммы.

— Наверное, это главное! — согласился Али.

Он знакомил Марго с множеством людей. Хозяева зала оказались супружеской парой средних лет. Они не были для Али наёмными работниками. Они были друзьями. И среди друзей были президент Аль-Канара, несколько местных миллиардеров, какой-то заученый мужичок, с всклокоченными волосами, учительница, пара байкеров, фермер, полицейский, офицер Космических Сил.

Представляя офицера, Али сперва начал с его жены:

— Зульфия. М-м-м… моя бывшая пятнадцатая жена. Тодор Карев, её муж, майор.

А дальше, почти без перерыва:

— Вайнона. Моя пятая жена. Фазиль, мой старшенький и, по совместительству, её супруг. Вайнона, солнышко, хорошо выглядишь!

— Так, Лейлу и Олега ты уже знаешь… Пунь-туль, моя вторая…

— Жена? — ошарашенно подсказала Маргарита.

— Нет! Вторая доченька. Николай Самойлов, её супруг.

Маргарите стало казаться, что все присутствующие на свадьбе так или иначе являются настоящими или бывшими членами семьи Али. Но следующая пара уже нарушила этот ряд. Али вскинул руки, когда появилась эта пара.

— Егор! Светлана! Рад вас видеть! Я не слишком поздно вам приглашения направил?

— Ничего! Ты же успел получить ответ? А мы люди привычные. Сегодня не знаем, что будет завтра, а завтра не знаем, что было сегодня.

Гость рассмеялся.

— На работе предупредил секретаршу, что еду на свадьбу к другу. Назвал тебя. А она говорит: "Так он же уже женился полгода или год назад!" Представляешь? Я ей напомнил, что ты ещё женился три года назад. А она сказала, что ты несерьёзный мужчина.

Марго обратила внимание, что смех Егора Фостера кажется ей немного преувеличенным, зато его жена внимательнейшим образом разглядывала её, невесту. Она уже решилась, было, попытаться заговорить с ней, как увидела Лизабетт Буше, свою подругу.

— Ли-и-и-з! — она замахала руками.

Лизабетт подошла и они обнялись. Расспросы, поздравления, воспоминания. Али оставил их вдвоём, отойдя с Фрсиером и его супругой немного в сторону.

— Марго! Как я рада за тебя! — Лиз понизила голос до шёпота. — У вас всё наладилось?

Марго кивнула.

— Я как домой вернулась. Меня вдруг так проняло. Так хорошо стало, аж плакать иногда хочется.

— Это в каком смысле? — серьёзно уточнила Лизабетт.

— В хорошем! Иногда, правда, боюсь, что опять это потеряю.

Подбежала Фарида.

— О! Лиза! Привет! Папа! Марго! Всем предлагается садиться за стол. Аня Самойлова покажет места.

Все уже усаживались, когда в зал ввалилась небольшая толпа, человек в сто. Они все направились к молодожёнам. Марго не ожидала, что будет так рада их появлению.

— Саманта! Хорхе! Спасибо! Жанна? Ты получила моё приглашение? А я опасалась, что оно тебя не найдёт.

— Разве ж такое может быть? — посмеялась Жанна Арно. — Новые технологии такого не допустят! Я тебя поздравляю, подружка! Наконец мне удалось побывать на твоей свадьбе. Пусть даже со второго раза.

Она поцеловала Марго и отошла, освобождая место другим.

— Мамочка! — воскликнула Марго. — А я думала, что ты не решишься ехать.

— Она думала! — проворчала Жозефина Рошфор. — Ты думала что-нибудь полгода назад? Что это за дурные манеры: туда-сюда, развод-замуж? Ты такое безобразие прекращай! Это твой безродный папаша может себе такое позволить, а ты из аристократов. Будь умницей! И будь счастлива!

Следующих гостей Марго не знала. Вернее, не была уверена, кто они. Знакомые лица, но где они виделись? О!?

— Отец! — Али протянул руки. — Как я рад!

— Сынок! Ты меня начинаешь беспокоить! — родитель был серьёзен. — Дела нужно делать так, чтобы не пришлось переделывать.

Али рассмеялся.

— Думаю, что такого больше не повторится!

— Смотри у меня! Разве можно разводиться с такой красивой, такой очаровательной, умной и способной женщиной. Поздравляю, Марго! Кстати, — он склонился к ней, — если этот негодник будет плохо себя вести, ты жалуйся мне лично. У меня в шкафу висит бо-о-ольшой ремень. Я Али никогда им не бил, но раз десять этот ремень показывал. Никогда не поздно наверстать упущенное.

Марго из жён отца помнила только мать Али. Женщины, поздравляя её, обнимали и целовали, и называли себя. Пока черёд дошёл до последней, у Марго в голове была уже каша. Айриша, Зайнава, Айгулем, Зухра, Мариам… Как можно запомнить такие имена? Она к жёнам Али с трудом привыкла. А у них хоть часть имён более-менее европейские.

Застолье продолжалось очень долго. Множество поздравлений, звучавших от гостей, прерывались выступлениями артистов, разными увеселениями, играми и конкурсами. Утомлённая Марго отошла в сторонку и ощутила, как её ухватили за руку. Обернулась. Это была Айриша, мать Али. Сердце слегка ёкнуло. Главная свекровь будет учить жить? Натачу же она учила?

Айриша ободряюще улыбнулась Маргарите и склонилась к её уху.

— Деточка, не сильно потакай мужским прихотям. Мужчины не любят слишком мягких женщин. Да, они не любят сильного сопротивления. Но и не любят его отсутствия. Иногда давай понять, что ты тоже человек. Держись за Старшую жену. Как по-моему, она всё делает довольно толково.

Маргариту это наставление заставило задуматься. Потом всё стало на свои места. Всё правильно. Младшей жене рекомендуется подчиняться старшей, а старшей — холить и лелеять мужа. Муж при этом не должен пренебрегать интересами младшей жены.

Она увидела Саманту и подошла к ней.

— Как у вас дела? Где вы сейчас?

— Мы сбросили груз на Лютецию. Там пока что совсем маленький городок из герметичных куполов. Али прислал приглашения, мы не могли отказаться. Когда ещё выпадет такой случай?

— Так вам предписано пребывание на Лютеции на все 15 лет? Как лагеря строгого режима.

— Ну, не совсем лагеря. Там мы свободны. Сидят наблюдатели от исполнительной системы, играют с нашими в бильярд или преферанс, каждые два месяца меняются. А мы просто обустраиваем свой быт. Создали пока что пару купольных садов. Самые первые шаги. А что планируете вы?

— О! У Али грандиозные планы! Он хочет напустить на Лютецию одну лабораторию биотехнологии.

— Звучит жутковато! — усмехнулась Саманта.

— Вам почти не придётся ничего делать руками. Самый минимум, да и то, только в первые месяцы.

— Даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Привет, сестричка! — тихо подошедшая Натача ухватила за руку Саманту. — Всё-таки выбрались?

— А ты надеялась, что у меня не получится? — подколола Саманта.

— Хорошего ты обо мне мнения! — скривилась Натача.

— Только на основании обработки фактического материала!

— Ну-ну! Не наезжай! Кто тебе поможет, кроме родственников? Даже друзья, большей частью, разбегаются, когда у тебя появляются серьёзные проблемы.

— Когда у меня были проблемы, я родственников, почему-то, вблизи не обнаружила! — Саманта нахмурилась.

— Да ладно тебе! Кто вас вытащил из этой дыры? — Натача обхватила её за плечи. — Мы теперь будем всегда рядом.

— А вы что, действительно сёстры? — удивилась Марго.

— Троюродные! — кивнула Саманта.

— А что? Не похожи? — добавила Натача.

— В том и дело, что похожи! И теперь понятно, почему.

Они снова вернулись за стол. Гости ещё несколько раз произнесли поздравительные речи за новобрачных, выпили. Марго с интересом наблюдала, что пьют отец Али и его гарем. Какой-то лёгкий напиток…

Опять какой-то конкурс, с беготнёй, шумом и криками. Марго, отдыхая в уголке, увидела Анжелину Грасс. Та подошла совсем вплотную и склонилась к самому уху Марго.

— У меня есть очень важное сообщение для тебя. Запомни его!

И она прочла совсем тихо какой-то жутко неприличный стишок из пары куплетов.

— Не поняла! — удивилась Марго. — Что это за ахинея?

— Ты его запомнила? Повторить сможешь?

— Смогу! Только зачем?

Саманта опять склонилась к самому её уху.

— Пароль, — почти неслышно произнесла она. — Немедленно уединись в надёжном месте и измени его на свой, который никогда не существовал в письменном виде. Немедленно. И никто не должен видеть твоих движений.

— А как… — Марго хотела спросить, как Анжелина узнала тот, прежний пароль, но смолкла. Она представила, что Анжелина всего лишь записала на камеру её движения при наборе этого пароля. Потом несложная обработка по известным алгоритмам… Перенос данных и блокирование доступа такой специалист как Анжелина мог сделать играючи.

— Давай! Не тяни! Враг не дремлет!

— Что, здесь есть враги? — удивилась Марго.

— Беспечные друзья могут быть не лучше врагов, — Анжелина даже старалась говорить, чтобы никто не видел движение её губ, а громкость чтобы была на пределе слышимости. — Я не могу сейчас отлучаться. Попроси Натачу проводить тебя на корабль. Степень шифрования поставь по максимуму. Желательно, чтобы ключ был не меньше размера сообщения.

Марго всё проделала быстро. Позвала старшую жену, уединилась на пару минут в спецкомнате, сменила пароль на тот, который могла знать только она. Это тоже был стишок, и тоже неприличный. Такое творчество в Интернет не выставляют, а она — тем более такого не сделает. Это… ну, совсем неприличная вещица. Она никогда не решилась бы кому-то её рассказать.

Натача ничего не спрашивала, только внимательно взглянула на неё. Марго склонилась к её уху:

— Я — снова Кронос!

Натача понимающе кивнула и только сжала её руку.

— О-кей! Ты всё сделала? Никому не говори об этом. Ну что, идём гулять дальше?

Они вышли из недр корабля в тот момент, когда начался необыкновенный феерверк. Подошёл Али, полуобнял её за плечи.

— Ты сегодня просто обворожительная. Если бы у меня была возможность…

— Ни в коем случае! — возмутилась Марго. — Не хочешь ли ты сказать, что женишься на мне ещё раз, чтобы всё это повторилось?

Али смутился.

— Нет! Я только имел в виду, что хотел бы, чтобы этот праздник…

— Просто мы будем помнить его всю жизнь! Ведь так?

Али молча кивнул головой.

Опять продолжилось застолье, опять зравицы за молодых. Снова танцы, песни, весёлые розыгрыши. Марго в какой-то момент показалось, что она зайка из рекламы, и её батарейка вот-вот разрядится. Она рухнула на стул и ощутила, что кто-то тронул её за локоть. Это была Жанетт.

— О! Марго! Как я рада за тебя! Ты молодец! Я даже не предполагала, что ты так выкрутишься. Я за какими-то придурками банкирами гонялась, а ты себе самого Султана Али оторвала. Молодец! Так держать!

Марго устало улыбнулась.

— Жанна, Жанна! Если бы ты только знала, чего мне это стоило!

Марго оглядывала зал и гостей.

Возле одной из колонн Фостер опять предлагает Али провернуть какую-то операцию. Он увлечённо жестикулирует, забыв про свою жену, которая быстро нашла себе партнёра. Натача о чём-то тараторит с Самантой. Казалось, что у них соревнование — кто больше слов произнесёт. Анжелина оживлённо беседует с Дэном Рувэ. У неё счастливая улыбка. Возможно, что из этого что-то получится. Марсия танцует с крепким парнем из агентства Грасс. Ох, как они держатся друг за дружку. Тоже возможная пара. Гм! Малкольм Босуорт… Наверное, рассказывает этой девице, как ухитрился дважды женить самого Султана Али. Бракодел несчастный!

Подошла Фарида с малышами. Микис сразу начал карабкаться Маргарите на колени. Саид и Женя вздумали играться её платьем. Миша серьёзно заявил:

— Теперь ты снова моя мама!

— И моя! И моя! — закричали дети наперебой.

"Сейчас батарейка сядет!" — подумала Марго.

В этот момент появился Али.

— Ты что-то устало выглядишь. По-моему, тебе уже пора отдыхать! — он взял её за руку и увёл на корабль.

Они просто спали в эту ночь, уставшие и счастливые.

А потом было утро и новый день.

Content

Бахмет Александр
Космический султан: Охота на султана

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32