Иствик Доминик

Проникнуть в ее стаю

Доминик Иствик

Проникнуть в ее стаю

Волки Блэк-Хиллс, книга 20

Внимание!

Текст, предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Над переводом работали:

Перевод: Ольга, Дарья, Варвара, Кира, Карина, Юлия, Элли

Редакция: Алена

Сверка: Юлия

Вычитка: Мария

Русскоязычная обложка: Asteria

Глава первая

Тишина — полная и абсолютная тишина.

Зед (п.п. — в оригинале героя, зовут Z) замер на мгновение, позволяя ей прокатиться сквозь него. Ах, знакомая атмосфера враждебности и недоверия. Ничего нового, и именно так, как ему нравилось. Если волки в комнате, внезапно проникнутся доверием или желанием побыть в его присутствии, тогда они знают о нем больше, чем он хотел, чтобы они знали, и больше, чем было безопасно. Один за другим клиенты за столами в старой, грубо сработанной забегаловке в Лос-Лобос начинали болтать, хоть и тише и напряженнее, чем раньше.

— С возвращением, Зед, — Джи, владелец бара и историк стаи, приветственно махнул рукой, даже не взглянув в его сторону, когда Зед приблизился к стойке. Но бармену и не нужно было смотреть, кому в его заведении оказывают такой прием. Если бы все в помещении закричали имя Зеда, это было бы не так эффективно, как оглушительное молчание, которое всегда приветствовало его возвращение. Никто ничего не знал о нем, кроме его имени — Зед.

Просто Зед.

Хотя он предпочел бы отправиться прямо в комнату, которую снимал, этикет требовал, чтобы он хотя бы поздоровался с хозяином. Зед поместил обычную большую картонную коробку, которую принес, на исцарапанную деревянную поверхность между ними и ждал, зная, что медведь-оборотень долго не выдержит.

Джи поднял голову от того, что делал, и облизнул губы. Столь тихо, что даже Зед должен был напрячься, чтобы услышать, он спросил:

— Это то, что я думаю?

— Почему бы не открыть и не узнать? — Зед подтолкнул коробку немного ближе.

Джи сделал шаг. Протянув руку, чтобы потрогать упаковку, он остановился и посмотрел на Зеда.

— Это ведь не одна из тех проклятых свечей из пчелиного воска?

— Нет, никаких свечей. Тебе не понравилась свеча, я так понимаю? — честно говоря, Зед не знал, что делать со свечой, но владелица магазина предоставила ее ему бесплатно, когда он купил каждый из ее сортов меда. Итак, он подумал, может быть, парень сожжет ее или отдаст в подарок своей дочери.

— Ты хоть представляешь, сколько времени мне понадобилось, чтобы выковырять воск из зубов? — обнажая их, проворчал Джи.

— Ты съел ее!

— Не мог бы приглушить свой проклятый голос? — он оглядел комнату, чтобы убедиться, что никто не обратил на них внимание, прежде чем снова сосредоточиться на коробке.

— Она пахла, как мед, и я был… не в себе.

— Не в себе? В тот раз было двадцать четыре пластиковых банки в виде медведя! — Зед не мог остановиться — он откинул голову назад и расхохотался. Смеялся, пока его бока не заболели, и когда Джи ударил его по руке, чтобы заставить остановиться, это только усилило его веселье. Посетители снова примолкли, никто из них никогда не видел проявления человеческой стороны Зеда. Только Джи, и только тогда, когда они вдвоем встречались ради выпивки и карт. Джи что-то пробормотал, чего Зед не мог расслышать за своим хихиканьем. — Тебе нужна помощь, медведь, и в качестве реабилитации… — Зед вытащил образец в качестве доказательства. — Как видишь, это все густой, золотисто-сладкий мед.

Джи снова облизнул губы, прежде чем схватить контейнер и прижать его к груди.

— Ты можешь потише? — потребовал он снова.

— Чего ты боишься? Что выйдет наружу тайна, что у тебя есть серьезная зависимость от сладкого?

— Я бы предпочел избежать сравнения с Винни-Пухом, с твоего позволения.

— Со мной твой секрет в безопасности, — закрыв коробку, Зед постучал по крышке.

— Могу я получить пиво?

— Какое бы тебе хотелось? — спросил Джи, снова открывая крышку и поднимая каждую банку меда, пробегая шершавым пальцем по этикеткам, написанным вручную, прежде чем осторожно вернуть их на место.

— А есть выбор?

— На самом деле нет, но ты можешь выбрать, из какого кулера я его налью.

— Серьезно, чувак, тебе нужно что-то сделать, чтобы улучшить этот бар. Даже если это единственное место в городе, сделай это ради самоуважения и гордости.

— Людям нравится, как есть, — Джи, как ребенок, отмахнулся. — Северная Каролина? — спросил он, обращаясь к лейблам Сделано в Нью-Йорке.

— Да, хорошая порция жареного мяса и сладкий чай, который сделает даже здорового человека диабетиком.

Никто кроме Дрю, альфы стаи, не догадывался, куда направлялся Зед и откуда приходил. Возможно только Инфорсер Дрю, Райкер, догадывался, но Зед и Инфорсер не слишком много разговаривали, Зед не знал, какой информацией Райкер обладал о нем, как о нарушителе границы. И даже если так, Райкер не скажет. Итак, Джи стал полагаться на мед, как на способ слежения, где был Зед.

— Вот твое пиво. Постельное белье там же, где всегда. И не стесняйся присоединиться ко мне за ужином сегодня вечером, если ты в настроении.

— Посмотрим. Конечно, к тому времени ты можешь быть во власти медовой комы.

— Возможно, ты прав. И в этом случае тебе нужно будет пойти в бар.

Зед фыркнул, схватил пиво и поднялся по лестнице на второй этаж.

— Ах да, и Дрю хочет увидеть тебя, как только попадешь в город, — закричал Джи.

Ну, вот и отдохнул. Зед потер лицо и подвигал плечами, разминая их. Повернувшись направо к комнатам, он прошел через весь второй этаж, остановившись только перед шкафом для белья, чтобы взять набор чистых, пожелтевших от времени простыней. Внизу снова раздавался равномерный гул голосов, от которого он отвык. В самом конце коридора остановился у последней двери, убеждаясь, что ловушки, которые он установил, все еще остались нетронутыми, а затем открыл ее.

Зед выдохнул заклинание, пока мягкое свечение не озарило чары, и они ожили, прежде чем рухнуть в груду пыли у его ног. Отбросив ее в сторону носком сапога, он пересек порог, убедившись, что комната не была потревожена, с того времени, когда оставил ее три с половиной недели назад. Он доверял Джи, Дрю и даже Райкеру, но у него не было оснований доверять кому-либо еще в стае Тао больше, чем они доверяли ему. По этой причине необходимость убедиться, что даже пустая комната оставалась нетронутой, должна была иметь первостепенное значение.

Он бросил обе простыни и сумку на двуспальную кровать, прежде чем подошел к окну, повторяя тот же ритуал, что и у двери, прежде чем его открыл. Сделав большой глоток пива, он наблюдал за людьми на пыльной главной улице. Понемногу маленький городок и стая ремонтировались и исцелялись. Пройдут годы, прежде чем они смогут отойти от злой хватки своего бывшего Альфы, Магнума, но Дрю, новый лидер стаи, значительно преуспел там, где его отец потерпел неудачу.

Вдыхая свежий воздух, Зед оценивающе оглядел старый город. Некоторые здания выглядели ухоженными. Прогресс был медленным, но неуклонным. Он потянулся, зевая. Зед жаждал оказаться на маленькой кровати в углу, мечтая — нет, нуждаясь в продолжительном сне. Прошли недели с тех пор, как он отдыхал на подушке, под крышей того, кому он доверял. Неделями спал в пол глаза, прислушиваясь к малейшему шороху. Хотя здешний народ не доверял ему, он доверял Джи и мог опустить защиту… немножко.

Женщина бета в одиночку прогуливалась по дороге перед баром. Зед также ощущал двух молодых мужчин, которые на расстоянии следовали за ней, хотя их не было видно. Но он не чувствовал никакого всплеска тестостерона, который предупредил бы его, что женщина может быть в опасности. В настоящий момент мальчики не проявляли к ней никакого интереса.

Закрыв окно, он снова повернулся к комнате. Поднял голову, вдохнул и расслабился. Затем со следующим вздохом перекинулся. В отличие от большинства оборотней, чье изменение формы от человека к волку может занять некоторое время, Зед и все представители его вида имели возможность перекидываться за секунду.

Он потерся о металлическую раму кровати, затем о старое деревянное кресло, оставив свой аромат в комнате. Любой на втором этаже почувствовал бы его присутствие, даже самые тупые из Волков. Убедившись, что кто-то, достаточно глупый, чтобы искать его, поверит, что он остался в комнате, Зед в последний раз тряхнул шерстью, уничтожая свой аромат на ней.

Он покинул комнату и, остановившись на площадке, закрыл глаза, чтобы определить местоположение каждого в баре внизу. Единственный человек находился в кухне, а не в главном зале, что облегчало его побег, а медведь слишком сосредоточен на своей новой коробке с медом, чтобы брать его в расчет. Беда волков, как, впрочем, и других оборотней, они давно перестали полагаться на зрение и позволяют своему нюху предупреждать их об опасности. Люди, однако, делают наоборот — полагаются на зрение и забывают о своем обонянии. Они поверят тому, что видят, а не тому, что унюхают. Зед совсем недавно был свидетелем того, что люди не заметили волка на вечеринке, списав все на шампанское.

Как и ожидалось, Зед незамеченным выскользнул из бара, и вышел из передней двери. Он прошел долгий путь по центру города, чтобы добраться до офиса Дрю, желая оценить любые недостатки, которые могли пропустить Альфа и его Инфорсер. Они отлично справлялись, но иногда требовалось окинуть все свежим глазом, чтобы увидеть недостатки. И как лазутчик, никто не мог сделать работу лучше, чем Зед. Если он не мог пройти через охрану, никто не сможет.

Лазутчики были похожи на ниндзя из мифов. Некоторые полагали, что их не существует, и большинство, кто знал о них, не прожили достаточно долго, чтобы рассказать. Вспоминая список тем для обсуждения с Дрю, Зед вошел в старый сарай. Заглянув во все углы, он избежал чьих-либо взглядов. Дрю сильно продвинулся, исправляя трудности, которые правление его отца принесло в стаю. Подойдя к разбитой двери в комнату, которую Дрю использовал для офиса, Зед прислушался и принюхался, прежде чем спокойно повернуть за угол и через щель в двери попасть в офис.

Зед прошел половину комнаты, прежде чем альфа оторвался от бумаг и принюхался, почуяв неладное. Хороший знак. В прошлые разы Дрю не улавливал присутствия разведчика до самого конца. Должно быть до него дошли слухи о появлении в городе того странного волка.

Как по команде, в офис ворвался Райкер, Инфорсер стаи, ощетинившись неизрасходованной яростью.

— Он вернулся! — большой парень скрестил руки на груди, блокируя дверь.

— Он? — Дрю не переставал работать над бумагами перед ним.

— Зед.

Альфа положил ручку и взглянул на инфорсера.

— Хорошо. Я ожидал его возвращения не раньше следующей недели.

— Я ему не доверяю.

— Ты почти никому не доверяешь.

— Ему и его роду меньше всех.

Зед незаметно сдвинулся и скользнул со своего места в углу, подготовленный к нападению Райкера, если инфорсер почувствует желание обрушить свою ярость ему на голову, когда осознает, что его проклятие находится в комнате.

— Мудрое решение, — сказал он. — Моему роду никогда не следует полностью доверять.

Дрю поднялся, готовый прекратить драку.

— Черт возьми, Зед, не раздражай его.

Зед, который был на несколько дюймов ниже двух мужчин, просто пожал плечами.

— Это часть моего очарования.

— Очарование, да уж. Садитесь оба.

Хотя Дрю не был его Альфой, Зед все же соблюдал соглашение. Угрюмый и недовольный, Райкер занял место. У этого человека не могло быть много друзей, но он оказался одним из самых уважаемых живущих инфорсеров. Он придерживался своих кровных клятв и каким-то образом защищал стаю от безумия предыдущего Альфы, насколько мог. Следовало сказать, что в списке дел Зеда не было пункта вступать в бой с человеком, кулаки которого были размером с кувалды.

Очевидно, оценивая вероятность драки, Дрю перешел к делу.

— Что у тебя есть для меня?

— Стаи Смоки Маунтин не имеют ни малейшего представления о том, где скрывается отребье Малкольма. Я выследил двоих в районе Бун, Северная Каролина. У меня есть ищейки, но не так глубоко в лесной чаще, а эти леса дремучие. Это может занять некоторое время, но когда-нибудь они выйдут в город, и мои дамы будут там, когда это произойдет.

— А угроза из стаи в Джорджии?

— Подтверждено, но на данный момент эта стая не высовывает носа из своей задницы и преследует собственный хвост.

— Твоими стараниями, я понимаю?

— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть мое участие.

— Значит, я могу не ждать, что их Альфа в ближайшее время бросит вызов Дрю? — спросил Райкер.

Качая головой, Зед сосредоточил свое внимание на противнике.

— Через несколько недель я схожу еще раз, но у них есть другая рыба, чтобы поджарить, и она ближе к дому. Сунувшись сюда, они останутся открытыми для атаки из других стай.

Дрю откинулся на спинку стула, провел пальцами по голове и сделал глубокий вдох.

— Что думаешь об улучшениях в городе? — он не имел в виду новый слой краски в магазине.

— Я был впечатлен. Мне потребовался целый час, чтобы пройти через патрули. Они более наблюдательны. Но им нужно встряхнуться. Наблюдая в течение часа, я отследил график их передвижений и проскользнул. Предлагаю сделать его менее предсказуемым.

— Ты скрыл свой запах?

— Нет.

— Так как же мы должны обороняться от твоего вида? — спросил Райкер.

— Никак. Но если вы смогли бы научить этих щенков держать глаза открытыми, не полагаясь только на нос, у вас было бы чуть больше шансов. Или же рекомендую включать людей в патрули.

Инфорсер просто зарычал.

— Труднее обмануть две расы одновременно. Еще один пункт — это безопасность ваших женщин. Я шел следом за одной из групп, испуская запах агрессивного мужчины и никто не заметил.

— Эта тонкая грань между тем, чтобы позволить всем дышать свободно и охранять их, — Дрю утер свое усталое лицо.

— Вот почему у меня нет желания, когда-либо идти по стопам отца, и становится Альфой.

— Твой отец — альфа? — Дрю бы несколько шокирован этим заявлением, комментарий Зеда заставил его вскинуть голову. Зед редко рассказывал о своей стае.

— Да, но преемника в стае выбирают голосованием.

— Интересно. Я не знал об этом. Кажется, гораздо более цивилизованным, чем я ожидал. — Дрю улыбнулся. — Я снова провалил твой тест, когда ты проник.

— Ты не прошел, но не потерпел неудачу. Ты знал, что что-то не так. Теперь знаешь. Это огромный шаг. Сомневаюсь, что смогу снова обмануть тебя.

Когда Зед впервые встретил Дрю, волк был зол, одинок и растерян, потерянный амулет лишил его единственной защиты от наступающего полнолуния. Дрю зависел от полной луны и был вынужден перекинуться. Зед, рожденный зависимым от луны, даже столетие спустя помнил боль, принуждающую его перекинуться. Лазутчики были носителями мутантного гена, который позволял им, при должных стараниях, управлять своей потребностью и способностью к изменению формы. С невыносимой болью инициации, терпением и силой со стороны старейшин в его стае он, в конце концов, сломал свою связь с луной.

Способность лазутчиков разбираться в характере человека воспитывалась в них как ключ к выживанию. Зед немедленно разглядел порядочность в юном Дрю. Будучи в курсе того хаоса, который раньше творился в стае, Зед обследовал Дрю в поисках признаков безумия, которыми был печально известен его отец. Он изучал молодого волка издалека, но увидев, как Дрю мучается под полной луной, не смог оставаться в стороне.

На протяжении нескольких лет он встречался с Дрю, убеждаясь, что тот получает всю помощь, которую готов принять, все время, контролируя его душевное здоровье. Лазутчики отслеживали Дрю, поскольку стая Тао стремительно деградировала. Ни о чем из этого Зед не сообщал Дрю, поскольку вмешиваться в уготованное судьбой было против правил его стаи. Лазутчики могли защищать, они могли разыскивать, а, в крайнем случае, сражаться, но их главной целью была информационная разведка.

Это не значит, что Зед не принимал участия в промывании мозгов людям или отвлечении их от того, на что они были сосредоточены. Тех, кто атаковал стаю Тао, пока они все еще не могли полностью защитить себя, тщательно обрабатывали. И, как и большинство лазутчиков, Зед всегда мог найти лазейки в любом кодексе права, соблюдая лишь один — если кто-то в беде, он первым вступится и поможет; однако в вопросах дел стаи, где требовалось сменить Альфу, он ничего не мог сделать. В этом кодексе не было лазейки, и наказание было быстрым и неотвратимым.

— У меня есть еще одна работа, если ты не против.

— На данный момент у меня нет ничего другого, — стая Зеда хотела, чтобы он отчитался лично, но это может подождать еще несколько недель. Если бы произошло что-то критичное, они сказали бы ему, когда он проверял телефон в начале недели. Хотя, он действительно предпочел бы провести неделю, отсыпаясь.

— Я все еще не могу себе позволить заплатить за твою работу.

— Я не просил ничего, кроме комнаты, — за которую он заплатил, но Дрю не знал этого. Он, по крайней мере, чувствовал, что хоть что-то делает для Зеда. — Кроме того, однажды я могу попросить об одолжении.

Дрю вытащил файл из ящика стола.

— Неделю назад меня посетила Рипли Грейстон из стаи Грейстон.

— Грейстон? — было не так много стай, о которых Зед не знал. — Я никогда не слышал о них.

— Вот и я тоже, — Дрю протянул фотографию восемь на десять с изображением блондинки. — Она подошла ко мне, пытаясь защитить свою стаю.

Зед дернул головой в направлении инфорсера.

— Кажется, это скорее его сфера, чем моя.

— Обычно, да. Но когда красивая женщина, очень красивая и физически сильная, ищет помощи стаи, которая все еще восстанавливается, у меня шерсть встает дыбом.

— Насколько сильная? — Зед взглянул на папку с файлами перед ним.

— Она одна из самых сильных женщин, которых я видел. Заметил, что она помогает одному из наших. Она подняла камень, для которого потребовалось бы двое наших мужчин, а затем поместила его под колесо фургона, как будто он ничего не весит.

— Итак, почему такая крутая женщина-бета нуждается в защите?

— В точку. Если беты такие сильные, какими должны быть их доминанты или Альфа? И зачем посылать женщину на грязную работу?

— Подозрительно.

— Джи ничего не может сказать по этому вопросу или стае, за исключением того, что он думал, что они вымерли несколько десятилетий назад.

— Значит, вы боитесь, что это может быть способом разделить ваши ресурсы.

Райкер ухмыльнулся.

— Или проникнуть в наш город.

Зед снова просмотрел изображение. Женщина не выглядела мускулистой, но ее красота заставила его замолчать.

— Насколько велика стая?

— Она не сказала, так что понятия не имею, и также не сказала, зачем ей нужна наша защита.

— Ты должен был поверить ей на слово?

— Видимо, — Дрю постучал по столу. — Я сказал ей, что без дополнительной информации не могу помочь. Она, казалось, приняла это, даже поблагодарила меня за потраченное время, но, когда она повернулась, я увидел ее отчаяние. В тот момент волна ее безнадежности рухнула на меня, и кое-что еще.

— Что еще? — Зед боролся с желанием снова взглянуть на изображение. Раньше ему не требовалось бросать второй взгляд на цель, и он не хотел привлекать внимание к своему странному влечению к женщине на фотографии или уступать, непонятному побуждению погладить черно-белое изображение ее лица.

— Страх, — Дрю встал и подошел к маленькому окну, которое выходило на главную улицу. — Ее страх схватил меня и грызет с тех пор, как она ушла. Не могу спать, пока не узнаю, что эта женщина не в такой ситуации, в которой когда-то была моя стая. Я оставил свою пару страдать по вине одного сумасшедшего. Не могу оставить другую женщину.

— Независимо от того, что я найду, не могу сместить их Альфу.

— Я и не прошу тебя об этом, — Дрю повернулся к Зеду. — Скажи мне, что происходит, чтобы я мог принять обоснованное решение.

— Я отправлюсь утром.

— Проконсультируйся с Джи. Он может дать некоторую информацию.

— Мне показалось, ты упомянул, что он ничего не сказал.

— Он этого не сделал, но я не лазутчик, и у меня нет никакого секретного оружия, которое ты, кажется, имеешь в своем арсенале. Не поделишься, что это за секрет?

— Не в твоей жизни, Альфа, — встав, чтобы выйти, Зед погладил инфорсера по плечу. — Всегда рад поболтать с тобой, Райкер. Дрю, ты все узнаешь, как только я узнаю.

Оказавшись снаружи сарая, Зед поймал сигнал на свой мобильный телефон, что не всегда легко в изолированном городе. Открыв безопасную поисковую систему своей стаи, он ввел в поиск Рипли Грейстон. Сразу же на экране запрыгали генеалогия и родословные. Он просмотрел изображения. Удивленный тем, что выпало, он увеличил изображение, связанное с сообщением в блоге на туристическом сайте о поездке на рафтинг в Уайтвотер. Зернистая фотография друзей, снятых на сотовый телефон, сопровождала эту статью, а на заднем плане стояла Рипли. Если бы она была инструктором по рафтингу, это бы объясняло, откуда взялась ее физическая сила. Но, если ее стая в целом была необычайно сильной, это также объясняло бы выбор профессии речного гида. Так что он не ответил ни на один из своих вопросов.

Затем он отыскал рафтинговую компанию.

Качая головой, он перебрал фотографии. «Это не может быть так просто». Для стаи, исчезнувшей с лица земли, они прятались на виду. Речные туры Грей Вулф(п.п. — Серый Волк). Однако ни одна фотография Рипли Грейстон не украшала их веб-сайт. Итак, Зед набрал указанный номер, возвращаясь обратно к Джи.

— Речные туры Грей Вулф, чем я могу вам помочь? — раздался голос у него в ухе.

Для Зеда не осталось незамеченным, что человек не назвал свое имя. Прикинувшись невежей, Зед ответил.

— Хм, да, мой друг рекомендовал вас, ребята.

— Это здорово, мы рады слышать это, — гордость наполнила голос человека. — Какой уровень вашего мастерства?

— Это будет мой первый опыт рафтинга.

— Не проблема, каждый должен где-то начинать. Хорошо, давайте посмотрим… У меня есть несколько вопросов. Когда вы хотите быть в этом районе и сколько человек в вашей партии?

— В эти выходные я буду неподалеку, и это только я.

— Только вы, — подозрение пронизывало слова мужчины.

Черт возьми. Зед замер в середине шага. Время изменить курс.

— Мой приятель хочет совершить пятидневный тур по рафтингу, но мне бы не хотелось добраться до воды и понять, что я страдаю от морской болезни или, что еще хуже, вообще ненавижу рафтинг. Я думал, что поучаствую в вашей ночной поездке. Таким образом, когда выйду с другом позже, не буду чувствовать себя таким дураком на воде.

— Я полностью понимаю это, чувак.

Недоверие смягчилось, когда парень рассмеялся. Зед подозревал, что имеет дело с омегой. С облегчением он продолжил прокладывать себе путь по Мейн-стрит, бронируя себе место.

— Давайте посмотрим, у нас есть несколько мест на выходные на ночь.

— Фантастика. Меня зовут Зеймс с З, — поддельное имя скатился с его языка, не задумываясь. Каждый лазутчик, выходя на дело, адаптировал полное имя, чтобы предотвратить подозрения. Он передал остальную информацию, а затем сказал: — О, я знаю, что это всего лишь пожелание, но мой приятель сказал, что его проводником была Роли.

— Роли? О, вы, должно быть, имеете в виду Рипли. Она не является проводником тура этого уик-энда, но вы будете довольны любым из наших гидов.

Завершая вызов, Зед немедленно отправил текст своей сестре, Эн (п.п. — в оригинале героиню зовут N), которая возглавляла информационный центр истории стай. Эн, как и все лазутчики, носила в качестве имени только букву, номер или символ. А — Альфа и Б его бета. Когда будет избран новый Альфа, он возьмет новую букву-имя, как и его пара, освобождая свои старые символы для новых щенков.

Зед: Эн, любую информацию о стае Грейстон с реки Грей Вулф как можно скорее.

Войдя в бар, он проигнорировал молчание и направился к Джи.

— Найдется столик, чтоб пообедать и выпить?

— Ты пришел за информацией? — Джи направился к задней двери, и Зед последовал за ним. — Это о той девушке, которая приехала в город, надеясь на помощь?

Когда они сели за стол для пикника, расположенный за кухней, Зед сказал:

— Стая Грейстон.

— Честно говоря, я думал, что стая вымерла несколько десятилетий назад. За несколько лет они прошли путь от величия к забвению.

— Величия в чем?

— Большие, мощные, но не злые или жестокие.

Официант принес их еду. Зед посмотрел вниз на бургер, его голод скрашивал отсутствие восторга от еды, поставленной перед ним. Конечно, варианты были ограничены бар-гамбургером или гамбургером, а в некоторые ночи чизбургером.

Как только омега благополучно отошел подальше, Джи продолжил:

— Последнее, что я помню, слышал, их Альфа умер, но никогда не слышал, кто взял на себя ответственность. Никогда об этом не думал.

— Как они зарабатывали на жизнь, помнишь? — спросил Зед.

— Ловили рыбу. По-моему, без рафтинговых туров. Странный выбор, но кто я такой, чтобы говорить, как кто-то должен зарабатывать на жизнь? По крайней мере, они никому не причиняют вреда, верно?

Пискнул телефон Зеда, и он взглянул на него. Текстовое сообщение от Эн не могло ждать.

— Прости, я должен прочесть.

Джи махнул рукой, его рот был наполнен гамбургером.

На экране высветилось сообщение Эн.

Эн: Ничего Зед… абсолютно ничего

Блядь. Как он и подозревал.

Зед: Спасибо, что посмотрела.

Как только он нажал кнопку отправки, появилось следующее сообщение Эн.

Эн: A хочет, чтобы ты проник и получил информацию для файлов хранителя.

Зед посмотрел на небо. Какого черта они думали, он делал? Вместо того чтобы рассказать сестре, что это было не первое его родео, он набрал другое.

Зед: Этим и занимаюсь. Последний известный Альфа умер сорок лет назад, и теперь стая работает в рафтинговой компании. Все, что я знаю.

Эн: Поняла. Когда ты придешь домой? Я скучаю по моему старшему брату.

Зед: Скоро.

Ложь, и она это знает.

Эн: Конечно. Слышала это раньше. Береги себя.

Зед: Всегда.

Он нажал кнопку удаления, и разговор исчез.

— Мои хранители ничего не знают.

— Ну, это заставляет меня чувствовать себя лучше, — Джи поднял пиво и рассмеялся.

Глава вторая

Рипли ненавидела бумажную работу… счета и бухгалтерию…, но больше всего она ненавидела застревать в помещении. Она жаждала быть на реке, в лесу, бегать в волчьей форме… быть свободной. На данный момент она не могла ничего из этого сделать. Бросив карандаш на стол, она протопала к окну. Ее сестры имели дело с речными экскурсиями, выходили и помогали загрузить лодки для туристической поездки во второй половине дня.

Дверь открылась, и Джейни, ее младшая сестра, вошла, вытирая заднюю часть шеи банданой.

— На сегодня мы закончили. Последние две лодки экспресс-туров вышли, и скоро прибудут ночные пассажиры. Не помню такого загруженного лета.

— Бизнес определенно идет хорошо, — луч надежды по сравнению с тем, что их стая в настоящее время боролась с серьезными проблемами с группой койотов. — Возможно, теперь мы сможем нанять какую-нибудь защиту.

— Ты действительно думаешь, что это потребуется?

— Я не знаю, но не доверяю койотам. — В течение многих лет койоты пытались захватить или объединить стаю Рипли и их группу вместе. За последние несколько лет, отказ от отношений ее стаи с ними был встречен враждебно, и в последнее время, хотя Рипли не могла доказать, что это койоты были виновниками, происходило много насилия. Ничего серьезного, что само по себе вызвало больше вопросов, но вместе с ее подозрениями, это заставляло ее нервничать за свою стаю. Такие мелочи, как мертвые животные, оставленные на ступеньках ее офиса, уничтоженный рекламный щит, пропавшие весла и небольшие проколы в одной из лодок.

Новый, блестящий черный внедорожник въехал на гостевую парковку, и высокий, модно одетый мужчина вышел, потянулся и понюхал воздух, волосы на ее затылке встали дыбом. Мало того, что мужчина тут казался неуместным…, слишком богатым для ее обычной клиентуры… он как будто сразу же сошел с обложки GQ.

— Джейни, сколько человек прибудет сегодня вечером?

Заглянув в холодильник в офисе, Джейни вытащила кувшин с водой и начала заполнять бутылку водой.

— Две семьи, которые, по-видимому, дружат. Они отдыхают каждый год вместе. И парень, который звонил два дня назад.

— Один?

— Да.

— Это ни у кого не вызвало тревогу?

К сожалению, Рипли, казалось, была единственной, кто видел в мире опасность и людей в нем не всегда добрыми.

— Уолтер спросил мужчину о том, почему он хотел бы приехать на рафтинг и кемпинг один.

— И? — Почему никто не хочет свободно давать информацию?

— И его объяснение показалось Уолтеру логичным.

Уолтер, один из многих омег в стае, кто работал в офисе в будни и занимался бронированием. Для него приемлемо все, что угодно, что бы ему ни сказали. Его доброе сердце не могло видеть, что у какого-либо человека может быть более мелочная причина, чем та, что он сказал. Рипли не была такой понимающей или доверчивой. Она не могла себе этого позволить…, ей нужно было думать о безопасности стаи.

Дверь открылась, и запах одеколона мужчины ударил по ее чувствам, как стена, что затруднило дыхание. Ее соски затвердели, а давно спящие гормоны встрепенулись. Закрыв глаза, она позволила подавляющему сексуальному влечению омыть ее. Она схватилась за прилавок, надеясь получить обратно контроль. Если он заметил ее реакцию на него, он это никак не показал. Он даже не взглянул в ее сторону.

— Добро пожаловать. Я могу вам помочь? — голос Джейни, обычно высокий и задорный, упал до хриплого тона, когда она флиртовала с незнакомцем. Хотя это не должно было беспокоить Рипли, в первый раз стройное тело с полной грудью ее сестры беспокоило ее.

Мужчина поднял солнечные очки и положил их на голову, а затем улыбнулся Джейни убийственной улыбкой. Зубы, идеальные и белые, блестели за полными, соблазнительными губами.

— Надеюсь. Я звонил насчет сегодняшней экскурсии.

— Вы, должно быть, Зеймс? — Джейни наклонилась, подчеркивая свое декольте и подталкивая планшет. — Прочтите это и подпишите отказ претензий, здесь и здесь. Если у вас есть еще какие-либо вопросы, то, пожалуйста, не стесняйтесь, спрашивайте.

Схватив ручку и планшет, высокий-темный-и-великолепный уселся на скамейку. Большинство людей не смотрели на отказ, и правила, но он, казалось, прочитал каждое слово, прежде чем подписать Зед с хвостиком в двух местах, которые она указала.

— Я не единственный, кто собирается сегодня вечером, не так ли?

— Нет, остальная часть группы еще не прибыла. Они должны быть здесь с минуты на минуту, — сказала Джейни.

— Пока вы ждете, если у вас есть еда, можете поместить ее в холодильник, мы так же можем сесть в лодку, и я смогу вам упаковать герметичный мешок, — Рипли проигнорировала вопросительный взгляд сестры. Правило всегда было таково: если ты это принес, ты это и упаковываешь. Но она не могла доверять своим инстинктам с этим человеком. Конечно, те же самые инстинкты говорили ей сорвать с него одежду и объезжать его, пока она не сможет ходить. — Это ваши сумки рядом с вашим автомобилем?

— Да, — передав планшет обратно Джейни, Зеймс быстро замолчал и пошел за Рипли, когда она вышла на улицу, а затем поравнялся с ней шагом, подняв рюкзак. Он последовал за ней к руслу реки. — Должен ли я упаковать свой мобильный телефон?

На мгновение, посмотрев в его зеленые глаза, ей было трудно вспомнить, о чем они говорили.

— Гм… сотовый телефон. Вам только нужно положить его в герметичный пакет, если вы хотите, чтобы он работал по приезду. Ваша поездка сегодня очень спокойная, но живописная. Большинство людей хотят сделать несколько фотографий, чтобы вспоминать этот опыт. Вы можете немного промокнуть, но шансы выпасть почти равны нулю, если Вы, конечно, не захотите прыгнуть или не решите поплавать.

— Я обещаю не прыгать.

— Очень хорошо, и ваш гид даст вам знать, где безопасно плавать, если вы так решите, — она вытащила один из черных мокрых пакетов, который напоминал большую сумку из резины. — Вам что-нибудь из него нужно? — спросила она, потянувшись за рюкзаком. Было необходимо его коснуться.

Передав его ей, он покачал головой и повернулся, когда два больших внедорожника Америка-Трэвел подъехали, и шумная куча подростков выскочила из них.

— Вечеринка прибыла.

— Удачи. В конце концов, может, вы захотите спрыгнуть, — она скатала верхнюю часть пакета, пока тот не был плотно закрыт. Освободив место в моторной лодке, заполненной кулерами и принадлежностями для ночного кемпинга, она положила сумку спереди, так чтобы еще было достаточно количество места для других. — Возьмите спасательный жилет. И мы продаем пиво внутри. Возможно, вы захотите взять упаковку пива. Так или иначе, Ваш гид будет здесь в ближайшее время. Приятного путешествия.

После краткого приветствия вновь прибывших Рипли вернулась в главное здание.

Прежде чем она успела войти, ее сестра зашипела ей на ухо.

— Какого черта это было? С каких это пор мы помогаем кому-то с их снаряжением, и почему ты все время его нюхаешь?

Ревность, отличающаяся от той, что Рипли когда-либо чувствовала, разорвала ее.

— Беспокоишься, что я покушаюсь на твою территорию?

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — ее сестра принюхалась, прежде чем поднять руки в воздух. — Что на тебя нашло? Ты ведешь себя как сумасшедшая.

Что она делала? Почему она чувствовала такую враждебность? Это было совсем не похоже на Рипли. Повернув шею, пока та не хрустнула, она глубоко вздохнула.

— Ты права, я сама не своя. Я ему не доверяю. Что-то в нем не совсем то, чем кажется.

— И, возможно, ты видишь бугимена там, где его нет.

— Возможно, хотя мне на всякий случай нужно было пройтись по его снаряжению. Но я не могла позволить ему узнать об этом, поэтому прикоснулась к нему на случай, если он почувствует мой запах после того, как я проверю его.

— Он человек. Он бы не узнал.

— Я не была бы настолько уверенна.

Это привлекло внимание ее сестры.

— Ты что-нибудь почувствовала? Я не смогла, кроме этого, опьяняющего одеколона, сделанного специально для него.

— Нет, вот как раз отсутствие других запахов беспокоит меня. Если человек, конечно, не живет в зоне, свободной от животных и растений, и никогда не сталкивался ни с чем из природы, но тогда он, должно быть, живет в пузыре.

— Возможно, он принял душ.

О, боже милостивый. Изображения его обнаженного, стоящего под струями воды, заставили Рипли сжать бедра.

— Доверься мне, пожалуйста.

— О чем ты думаешь? Койот?

— Если это так, то он самый красивый, ухоженный койот, которого я когда-либо видела, — преуменьшение века. Он был из тех мужчин, к которым женщины, которых они выбрали, цеплялись за футболки. — Посмотри на него. Ни один койот не может позволить себе жить так, как он живет, и они, конечно, не наняли бы его.

— Итак, какой у нас план?

— Альберт возьмет лодку и провизию в лагерь. Я встречусь с ним вверх по течению, пройдусь по его вещам задолго до того, как другая лодка прибудет, и у меня будут ответы на некоторые вопросы.

— Боже, Рипли, ты действительно думаешь, что он угроза?

Определенно угроза для нее, если не для Стаи. Влечение к нему беспокоило ее так, как ничто другое. И то, что он, казалось, не обращал на это и на нее внимания, не помогало ей.

— Не знаю, но я не готова поставить безопасность стаи на то, что он всего лишь какой-то парень.

— Какой-то сексуальный парень.

Закончив с разговором и с ее надоедливой сестрой на данный момент, Рипли сменила тему.

— Джейни, я думала, что у тебя еще экскурсия.

— О, черт, ты права, — завизжала она, схватив ключи от старого школьного автобуса, который они использовали, чтобы собирать стропила после их приключения на порогах. — Будь осторожна.

— Осторожность — мое второе имя, — пробормотала Рипли.

Оказавшись в своем офисе, она наблюдала, как кулеры и герметичные пакеты загружались в старую красную подвесную моторную лодку. Таинственный человек, чье имя, согласно документам, было Зеймсом Смитом, болтал с другими туристами, прежде чем сел на плот и переместился в заднюю часть. Рипли подозревала, что он переместился туда, чтобы допросить Эрика, их гида. Спасибо Боже за Эрика. Он мог бы быть поразительно великолепен, но был глупым, поэтому любой разговор, который Зеймс думал провести ним, к сожалению, не получится.

Альберт махнул группе и сказал то, что заставило людей на плоту усмехнуться, прежде чем он умчался на место встречи. Выйдя через боковую дверь, Рипли направилась в лесистую зону позади здания. Убедившись, что ее не видно, она изменилась. Короткий электрический ток, сопровождаемый раскалыванием костей и болью, а затем так же быстро все исчезло. Изменение — отстой, но необходимость в ее жизни.

Она следовала за плотом в течение часа, наблюдая с безопасной Речной заросли, пока, наконец, не вышла, задаваясь вопросом, что бы сделал Зеймс, если бы увидел волка. Он взглянул на нее несколько раз, хорошо осознавая ее присутствие. Вместо того чтобы вести себя, как любой нормальный турист… предупредить всех, что он видел волка, он оставался тихим, как будто увидеть волка в дикой природе было для него обыденно. Он просто наблюдал за ней.

Снова выйдя с безопасной заросли, она помчалось на полном ходу. Альберт ждал, не глядя на другую лодку. Она ожидала, что он бросит ей герметичный пакет, но вместо этого он помахал ей.

— Возможно, ты захочешь поехать в лагерь. Проверишь, наблюдается ли там активность койотов.

Изменение в человеческую форму заняло секунды, она позволила дискомфорту пройти, прежде чем стала иметь дело с заявлением Альберта.

— В лагере? Но это будет означать, что они пересекли воду, — это также означало, что Уилл, повар в кемпинге, был там один.

— Или они подняли свои ленивые задницы и прошли пятнадцать миль и засели там в засаду. Мне это кажется довольно отчаянным.

— Мне тоже.

Койоты были в отчаянии. Их лидер поставил ей ультиматум… стать его парой и объединить их группы, или он возьмет ее и стаю силой. Но до сих пор, только Джеб, Койот Альфа, показывал какие-то яйца. Остальные все еще бежали при мысли о том, чтобы быть рядом с волками.

— Уилл предложил, и я согласен с ним, что тебе лучше разнести свой запах по всему лагерю. Они запуганы, бояться тебя, и, если твой запах удерживает их вне комплекса, возможно, он и будет удерживать их вне лагеря.

Как только они достигли берегов площадки, Рипли помогла выгрузить пакеты и кулеры в зону ожидания вдоль дорожки, где гости позже разберут свои вещи, чтобы подняться на двести ярдов вверх к кемпингу. Она тут же схватила герметичный пакет Зеймса, открыла его, вытащила дорогой черный рюкзак и порылась в его вещах.

— Кто берет только новые вещи, когда идет в поход? Каждая вещь в этом рюкзаке, от зубной щетки до джинсов, совершенно новая.

— Уолт сказал, что он в этом районе по делам и решил попробовать. Может, у него были только костюмы-тройки.

— Я могла бы поверить в это, если бы, по крайней мере, его туалетные принадлежности и нижнее белье не были бы недавно куплены, — выложив содержимое рюкзака на скамейку, она начала обыскивать дно.

— Что именно ты ищешь?

— Я не знаю, но этого здесь нет, это точно, — положив все как было, она вернула рюкзак в герметичный мешок и положила его к остальным, чтобы туристы взяли его с собой в лагерь. — Тебе нужна помощь с кулерами?

— Нет, я разберусь с ними. Кроме того, если ты хочешь уехать к тому времени, как плот доберется сюда, тебе лучше выдвигаться, леди босс.

Подмигнув, она направилась в лес, решив, что каждое животное в этом районе теперь будет знать, что она была здесь.

***

Ее запах пропитал все в этом районе от гребаных ветвей до его проклятой палатки.

Бросив рюкзак на одну из трех деревянных кроватей в полупостоянной палатке, которую он выбрал себе на ночь, Зед склонился над ней, поскольку похотливые позывы, которых он не испытывал в течение тридцати семи лет, разрывали тело. Его желание загнать свой член в Рипли Грейстон было сильнее, чем даже побуждения, которые у него были с его умершей парой, с 21, или с Ти (п.п. — в оригинале девушку звали Т), как все ее звали. Попав под машину во время миссии, Ти не смогла исцелиться. Прежде чем он успел до нее добраться, она умерла. Одна из его вида, она была чертовски хорошим лазутчиком.

Они росли вместе, охотились и тренировались. Какое-то время они даже ходили на миссии как пара, пока стая не назначила их работать отдельно. В течение почти четырех десятилетий после ее смерти Зед был доволен одиночеством и работой одному.

Теперь, после того, как его либидо бездействовало так долго, оно взревело в полном объеме, его эрекция стояла в полную силу. Не помогало и то, что все, что он желал в женщине, было в Рипли… независимость, физическое здоровье, и не худая, у нее было мясо на костях, с бедрами, которые безумно хорошо заполняли джинсы. Но, больше всего на свете ему нравилось то, что она была естественной, без макияжа, с россыпью веснушек на носу, которые придавали ей вид невинности.

Она была здесь недавно, на самом деле, в течение нескольких часов, и Зед бы поспорил, что серый волк, которого он видел на берегу реки, и Рипли были одним и тем же лицом. Она была по ветру от него, поэтому он не смог узнать все, что хотел, но шерсть на его шее поднялась, и его волк рычал, чтобы потребовать ее… свою пару.

Он не знал, что она чувствует. Спрятав свой запах, он понятия не имел, что это сделает с ее естественным инстинктом встречи со своей парой. Определенно, он почувствовал ее возбуждение в тот момент, когда оно ударило по ней, и, в результате, он не смог прочитать ни слова в отказе, который они ему дали.

Теперь у него был выбор. Он мог закончить свое задание и уйти от нее, что было не так умно, либо он мог следовать желанию каждого своего нерва в теле, потребовать… потребовать ее и трахать, пока она не подчинится ему. К сожалению, на данный момент, он должен был продолжать еще некоторое время изображать человека. Зед все еще должен был выяснить, что происходит с ее стаей. Хотя он не чувствовал никакого зла не от одного из Грейстонов, он еще не встретил их Альфу и Инфорсера, которые оба будут показателем того, почему Рипли попросила Дрю защиты, действительно ли она нужна, либо их Альфа, либо Инфорсер не знают, что Рипли на это пошла.

Выйдя из палатки, Зед направился по старой грунтовой дороге мимо других палаток и других кемперов. Он отказался от пива, которое они предложили, но пообещал присоединиться к ним позже, чего не планировал делать. Двигаясь дальше, он продолжал идти до палатки под открытым небом, где Уилл, повар, занимался приготовлением стейков.

Молодой блондин омега закричал.

— Ужин будет готов примерно через полчаса. Не стесняйтесь стащить немного сальсы, разжечь костер, если хотите, или возьмите стул.

— Спасибо. Что бы ты ни делал, пахнет потрясающе.

— Подожди, пока не попробуешь. Мы гордимся самыми сочными и нежными стейками, — Уилл положил обернутое фольгой мясо рядом с грилем. — В конце концов, если еда не вкусная, а также не питательная, зачем ее готовить?

— У меня есть друг, который мог бы взять у тебя несколько уроков, — зачерпнув немного сальсы, Зед сунул ее в рот. Он закрыл глаза, когда вкус взорвался на его вкусовых рецепторах. Если Омега мог сделать сальсу почти оргазмическую, что, черт возьми, он мог сделать со стейком и бобами? — Ты все время в лагере?

— В значительной степени. В течение лета я здесь шесть дней из семи. Я бы оставался все время, даже в межсезонье, если бы Рипли не думала, что мне нужно возвращаться в город раз в неделю.

— Значит, даже когда нет ночевок, ты остаешься?

Уилл поднял крышку, чтобы проверить бобы в чугунном горшке.

— Да, конечно. Кто-то всегда находится на местности по нескольким причинам. Во-первых, мы не хотим, чтобы поселенцы приходили и оставались. А еще есть дикие животные. Когда меня нет здесь, кто-то другой должен быть.

— Даже в межсезонье?

— Нет. Палатки убирают, и этот кулинарный райский уголок разбирают на зиму, все должно быть восстановлено в первую оттепель весны. Это хороший бизнес, если ты можешь им заниматься.

— Как давно ты в Речных Турах Грэй Вулф?

— Около двух сезонов.

Ложь. Гид по реке, Эрик, дал точно такой же ответ, и, хотя их цвет волос и стили изменились, и теперь Уилл носил бороду, фотография четырехлетней давности на сайте показывала тех же людей. Интернет сделал скрывание паранормального немного сложнее, так как продолжительность жизни большинства оборотней была в три раза больше, чем у человека. Скрыть этот факт и медленный процесс старения могло быть трудно.

— Звучит как идеальная работа.

— Не могу придумать места, где бы я предпочел быть, — Уилл улыбнулся, и, несмотря на его оговорки, Зед нашел радость в молодом мужчине заразной.

Стая хорошо обращалась с омегами. Многие этого не делали, и Зед счел это ободряющим. Три Омеги, которых он встретил, были счастливы, разговорчивы и хороши в том, что они делали. Они были физически сильными, а не заурядными омегами, но любой оборотень, стоящий его зубов, мог легко различить омегу. Даже те в лагере, кто выглядел как доминанты, были покорны. Но все женщины были сильными бетами, сильнейшими, которых он видел.

Зед резко повернулся, когда ветка сломалась на тропе, ведущей к реке. Меньше, чем через секунду его член был готов к полному вниманию. Каждая клеточка его существа знала, кто подошел.

— Рипли, что ты здесь делаешь? — спросил Уилл, неподдельное удовольствие было написано на его лице.

Она стянула волосы в конский хвост и надела грузовые шорты, походные ботинки и майку, которая не полностью прикрывала ее полную грудь. Некоторые мужчины предпочитают игрушки из черного кружева. Не Зед. С красивой женщиной в этом ансамбле, он стал бы игрушкой в ее лапках.

— Привет, Уилл. Я беру на себя обязанности Эрика. У Джемма начались схватки, и она хочет, чтобы ее муж был рядом. Итак, вот я здесь.

— Круто… Пойду, сообщу Эрику, что он собирается стать папой и что ему нужно доставить свою шкуру к жене, — сказал Уилл, прежде чем обратиться к Зеду с впечатленным взглядом. — Тебе повезло. Никто не знает эту реку лучше Рипли. Черт, я не думаю, что есть гид, который лучший в спуске на плотах, чем она.

— Точно, — казалось странным, что на веб-сайте не было упоминания о Рипли, если ее таланты были настолько удивительными. Уилл поднялся к палаткам, установленным на холме вдали от остальных гостей. Зед посмотрел на Рипли. — Как давно ты занимаешься рафтингом?

— Всю жизнь. Думаю, я плавала по этой реке до того, как смогла ползти, — любовь к воде светилась на ее лице и в ее голубых глазах.

Потянувшись к миске чипсов, он схватил одну, оставаясь беззаботным, когда все, что он хотел сделать, это пометить ее как свою. Что-то, чему казалось, сложнее противится, чем дольше они оставались вместе.

— Так это единственная река, с которой ты сплавляешься?

— Какое-то время так и было, но в двадцать я занялась рафтингом в Колорадо и на Снейке (п.п. — приток реки Колумбия). Провела сезон на Салмоне (п.п. — река на севере штата Орегон). Но эта река зовет меня.

Типично для многих стай, когда волки проходили половое созревание, их отправляли в самостоятельную жизнь, чтобы найти себя и отточить свои навыки. Обычно доминирующие самцы уходили, но иногда и сильные беты.

— Итак, расправив крылья, ты вернулась домой.

— Здесь моя семья, — электрический заряд, вызванный ее улыбкой, почти поставил его на колени. — Итак, что привело тебя в нашу рафтинговую компанию?

— Друг предложил, — сказал Зед.

Очевидно, она охотилась за своими ответами, пытаясь вытащить из него любую информацию, какую могла. Не то, чтобы он собирался облегчить ей задачу.

Он добавил:

— Я приехал сюда для работы, когда понял, что нахожусь в этом районе, и подумал, какого черта. Мой друг пытался уговорить меня на пятидневный рафтинг, но я решил, что сначала должен попробовать однодневный. К счастью, в городе поблизости было все снаряжение, которое я смог купить. Почему-то мне показалось, что костюмы-тройки не подходят.

Ее плечи расслабились от его ответа, ее стены опустились, хотя бы немного.

— Умный ход — совершить короткую поездку. Нет ничего хуже, чем через час многодневного тура узнать, что ты его ненавидишь.

— Это часто случается? — он надеялся, что чем больше с ней поболтает, тем больше подробностей сможет узнать о стае и о проблемах, которые у них были. Он исключил жестокого Альфу. К омегам относились хорошо, и они были бы первыми в очереди, как боксерские груши для больных, жаждущих власти Волков. А беты, за исключением Рипли, были полны улыбок и веселья. Она, с другой стороны, казалась, осторожна и всегда настороже.

— Не слишком часто, но чаще, чем ты думаешь, — она повернулась к Уиллу, когда он подошел к грилю. — Когда будет готова еда?

Он понюхал воздух… ничего, что заметил бы человек.

— Около двадцати минут. Достаточно времени, чтобы проверить следы, которые я нашел на холме.

— В точности мои мысли, Уилл.

— Следы животных? Не возражаешь, если я присоединюсь? — спросил Зед. Высокий холм даст ему лучшую точку обзора, чтобы рассмотреть местность, и рядом с ней он также сможет почерпнуть некоторую информацию от нее.

— Нисколько.

Но она была против, ее челюстные мышцы сжались в улыбку. Тем не менее, она не остановит платящего клиента от изучения территории.

Направляясь к крутому холму за столовой палаткой, она спросила:

— Много знаешь о выслеживании животных?

Они вдвоем начали подниматься на холм, Рипли шла впереди, ее задница была на уровне глаз Зеда, и его член указывал прямо вверх. Он снова сосредоточился на том, о чем она его спросила.

— Мой отец в детстве учил меня, как выслеживать койотов на нашей земле.

Она споткнулась и упала вперед, а он схватил ее за талию.

— Эй, ты в порядке.

Она прислонилась к его груди и должно быть узнала о его эрекции. Она оставалась неподвижной мгновение, и Зед тоже не мог пошевелиться, боясь, что это будет единственный раз, когда она будет так близко к нему. Ее жар передался в его кровь. Как он мог забыть эту близость с женщиной? Ах да… потому что думать об этой части жизни было слишком тяжело после смерти Ти.

Прошло пять минут или тридцать секунд, он понятия не имел, сколько точно, но Рипли, наконец, отошла и продолжила идти вверх по холму.

— У нас проблемы с койотами. Возможно, ты сможешь помочь.

Хотя она звучала так, будто ничего не произошло, ее голос был немного хриплым, что не имело ничего общего с перенапряжением, хотя Зед полагал, что она надеялась, что он поверит в это. На вершине холма он сразу же заметил следы койотов, их лапы были ясно видны в засохшей грязи. Опустившись на колени, он проследил за отпечатками подушечек лап.

— Сколько дождя было на этой неделе?

— Достаточно.

Он предпочел бы быть в форме волка для этого расследования, но это должно было подождать до темноты, пока все не уснут. Надежды на ночь беспрерывного отдыха разлетелись, как пыль на ветру. — Достаточно, чтобы смыть какие-либо улики?

— Нет, просто небольшой дождь. А что?

— Видишь вот здесь? Несколько отпечатков лап. Эти — он жестом указал на несколько, — принадлежат одному койоту. Видишь, какое глубокое вдавливание? Но они принадлежат двум другим. Четвертая подушечка согнута под странным углом, как будто что-то застряло в лапе, или животное было ранено, и лапа неправильно зажила.

— Хорошо, так ты думаешь, мы имеем дело, по крайней мере, с тремя?

Пока она искала вокруг еще отпечатки, он поднял нос, чтобы понюхать воздух, но ее запах захлестнул его до такой степени, что устранил все остальные.

— Они провели здесь много времени. Но нет никакого помета.

Она открыла рот и отвернулась от него.

— Может быть, мы пропустили его.

Тираннозавр оставил бы меньший след. Нет, это означало, что это был не койот животное, а койот оборотень и Зед поставил бы на это большую часть своего банковского счета, проблемы ее Стаи вращались вокруг этого события. У него все еще было больше вопросов, чем ответов, но, по крайней мере, на данный момент Стая Грейстон не представляла угрозы для Тао. Встав, он не знал, что она вернулась, чтобы опять изучить следы, пока не стало поздно.

Несколько дюймов разделяло их, и потребовалась вся сила воли, которую он имел, чтобы бороться со стремительным желанием схватить ее в объятия. Ее дыхание участилось, и когда он посмотрел в ее голубые глаза, грубая чувственность заставила его еще глубже провалиться в пещеристую яму, в которую он упал, когда впервые увидел ее.

Слова прозвучали шепотом.

— Ты тоже это чувствуешь, не так ли?

— Это притяжение? — Зед приподнял бровь.

Она закрыла глаза.

— Ничего не выйдет. У меня есть секреты, которые ты никогда не поймешь.

— У нас у всех есть секреты, — сказал он, а затем отдался своей животной природе и потребовал ее губы, хотя хотел ее касаться везде. Он сжигал себя в ней, заставляя отказаться от своих слов отрицания.

Это сработает. Он не знал, как, но не думал, что сможет снова уйти от этих чувств. Гарантировав, что Стая Грейстон не представляет угрозы для стаи Тао, он может сделать своим главным приоритетом безопасность своей пары. Его вторым приоритетом было бы выяснить логику наличия пары не из его стаи.

Ее низкий стон пронзил его, и все мысли, кроме Рипли, исчезли. Страсть закружилась и что-то новое, что-то другое… что-то большее, сопровождаемое шипением, бегущим по его позвоночнику и через его нервную систему, зарядило его силы. Желание выть стало невыносимым.

Раздался звон обеденного колокола, заставивший его прервать поцелуй. Они смотрели друг на друга в течение минуты, прежде чем она поднесла дрожащие пальцы к губам. Когда она отвернулась, он схватил ее за руку.

— Прежде чем мы вернемся, скажите мне, насколько агрессивны койоты в этой местности.

Она глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки.

— Их становится все больше. Но они здесь не местные, и ближайшая переправа для них в десяти милях вниз по реке, — она потерла свои бедра. — Итак, до того, где они обычно рыщут, добрые пятнадцать миль.

— Ты сказала, переправа через реку?

Рипли указала направление того, где, по его мнению, будет точка переправы.

— Да, как я уже сказала, это вниз по реке отсюда. Это единственное место, где можно переправиться, примерно в сорока милях.

— Да, но они умеют плавать.

Она в шоке посмотрела на него.

— Это невозможно.

— Они очень хорошие пловцы, на самом деле.

— Мой отец всегда говорил нам, что они ненавидят воду. Вот почему мы поставили этот лагерь здесь, — страх на ее лице перекрыл любые другие чувства. — Вот же невезение!

Были гораздо более сильные слова, которые он лично использовал. Но, возможно, она привыкла скрывать ругательства, потому что дети могут быть в пределах слышимости.

— Если бы они переплыли, как близко они могут быть?

— Принимая во внимание, что никто не может плавать через некоторые места с водоворотами?

— Что, черт возьми, такое водовороты?

— В основном там, где вода взбивается. Есть некоторые смертельно опасные места. Вот почему нужно разрешение на плаванье на лодках по Волчьей реке.

Зед понимал ее недоверие. Если бы ее Альфа сказал ей, что они в безопасности, она бы поверила ему. К сожалению, безопасность была иллюзией. Теперь, чтобы получить всю информацию, которую он мог, надо лучше понять, как далеко живет группа койота. Потому что это были не просто три одинокие собаки. Где-то их ждали другие. Следы, которые он и Рипли заметили, были оставлены разведчиками.

— Хорошо, принимая во внимание безопасное место для плавания, как далеко они могут находиться? — снова спросил Зед.

Она повернулась обратно к реке.

— Слишком близко. Меньше трех миль отсюда.

Гораздо ближе, чем он предпочитал. И почему ее отец позволил своей стае поверить, что койоты не умеют плавать? Это подвергало их и их туристических гостей опасности с ложным чувством безопасности. Эти койоты за что-то охотились и набирались храбрости, понял он по маленьким уликам, которые смог собрать.

Зед, никогда ничего не приукрашивавший, не с безопасностью своей пары, спросил:

— Уилл здесь один. У него есть средство защиты?

— У него есть пистолет.

Волк с ружьем не уменьшил Зеду забот.

— Он умеет им пользоваться?

Ее плечи упали от поражения.

— Нет.

— Ты не можешь оставить его здесь одного. Когда мы завтра уедем, он тоже должен.

— Кто ты? — она понюхала воздух.

Игнорируя ее, Зед спросил:

— Завтра ты найдешь какое-нибудь уединенное место, чтобы мы смогли поговорить? Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать, — он взял ее лицо в ладони. Как он хотел, чтобы его запах вернулся, снять заклинание, которое он наложил, чтобы скрыть его от всех. Но он не мог, пока нет. Эмоции захлестнут ее, как только она почувствует его. И если ее феромоны станут сильнее, он не сможет остановить ни одного из них от требования друг друга. — Но сегодня ты должна мне доверять. Ты можешь это сделать?

Она кивнула, отступив, перед тем, как начать спуск с холма.

— Я не должна доверять тебе. Ничего в тебе не сходится. Но, как и наша связь, я знаю, что должна доверять тебе.

Очевидно, она все еще считала его человеком, но ей нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах. Как только у Рипли будут факты, все кусочки встанут на место, заставляя ее увидеть, что они пара. Он догадывается, какая у нее будет реакция, но он не поступит так с ней, не тогда, когда вокруг была дюжина людей и члены ее стаи. Он даст ей пространство сегодня вечером, и это даст ему время, необходимое для разведки в этом районе. Но знание того, что она спит в палатке в нескольких ярдах отсюда, может оказаться самым тяжелым, что он когда-либо игнорировал.

Глава третья

Иногда единственное, что тебе нужно, чтобы оставаться нормальным — это чем-то себя занять, поэтому следующим утром Рипли почувствовала, что она в норме. Прошлой ночью поцелуй Зэйма ошеломил ее. И, хотя остаток вечера мужчина соблюдал дистанцию между ними, она чувствовала его прожигающий взгляд.

Он подкараулил Рипли после завтрака, когда она осталась в одиночестве, и они говорили об их соглашении, пока он не поцеловал ее как в сцене из слезливой мелодрамы. Он также поддержал девушку, когда она попросила Уилла вернуться в лагерь.

— Рипли, это глупо. Я не пропаду.

— Не спорь, — Рипли никогда не повышала голос на своего Омегу, но сейчас должна была заставить его понять, что она не примет никаких аргументов. Его безопасность и безопасность тех, кто находился под ее защитой, были на первом месте. Если бы она думала, что объединение с койотами — правильное решение, способное обеспечить лучшую, более безопасную жизнь, она отбросила бы гордость и сделала это. Но койоты — худшее, что могло с ними случиться, а Джеб, их лидер, злобный и эгоистичный, был бы худшим Альфой. — Пожалуйста, Уилл, не заставляй меня волноваться. Я хочу, чтобы ты остался с нами и ушел, когда мы уйдем.

— Да, босс, — саркастично согласился он. Каждому было ясно, что с приказом он не согласен.

После завтрака они переправлялись через реку. Она пыталась работать в команде с водой — одна путешествовала, другая определяла направление. Сидящие в лодках гребли. Она была невероятно сосредоточена, так как не хотела подвергать их опасности упавших деревьев и каменистых отмелей. Кроме того, напряженная занятость позволяла ей не думать об этом дурацком поцелуе. Ладно, поцелуях.

— Вперед, — крикнула Рипли, команды привычно слетали с языка.

Сидящий на носу лодки с веслом в руках Зэймс взял на себя командование, и все начали грести. Рипли все бы отдала, чтобы у него был ген перевертыша, чтобы они были истинной парой, и чтобы он взял под защиту ее стаю. Им нужен был Альфа, и если Дрю Тао не заинтересован в этом, то следовало расширить поиск. К сожалению, Зэймс не был решением их проблемы. Человек, каким бы альфа-самцом он ни был, все равно не смог бы держать койотов в узде.

— Всем стоять, — крикнула она, замедляя лодку.

Отсюда начинались трудности. Дождя долгое время не было, река обмельчала. Пороги, обычно низкого класса III, стали классом IV из-за того, что камни оказались ближе к поверхности. Рипли могла преодолеть их без проблем, но для этого пассажирам придется работать вместе с ней, слушать ее команды и использовать свои весла только в том случае, если она сочтет это необходимым. Чтобы все закончилось благополучно, они должны стать командой.

— Я хочу, чтобы вы все хорошо поработали веслами на следующих трех порогах.

— Помните, что нужно четко следовать за тем, кто впереди, — авторитетно заявил Зэймс, и никто не стал спорить.

Зэймс, постоянно проверяя спасательные жилеты, собрал маленьких детей ближе к центру, сказав кому-то, чтобы цеплялась за него, если испугается. Это не было похоже на действия человека, невежественного в вопросах активного отдыха, даже если его познания в рафтинге были невелики.

Рипли добавила.

— И, если вдруг кого-то выбросит, не забудьте, что следует развернуться ногами по течению и держать их на поверхности. Я обещаю, что вы останетесь в лодке.

— У тебя когда-то кто-то выпадал из лодки? — спросила одна из матерей.

— Это было очень давно, — Рипли улыбнулась, она не могла сосчитать, сколько лет прошло с тех пор. — С вами все будет хорошо. Упритесь ногой в край плота, чтобы получить больший контроль. Дважды проверьте, что ваши спасательные жилеты плотно застегнуты.

— Я едва могу дышать в нем, — пожаловалась одна из женщин.

— Хорошо. Значит, он сидит идеально, — подмигнула ей Рипли.

Остальные плоты были в поле зрения, поэтому она развернула свой и набирала скорость. Сердце затрепетало, и она вдохнула окружавшие ароматы. Свежий воздух, пресная вода, человеческий страх и волнение. Схватив весла, она направила лодку вверх.

— Все вперед.

Плот накренился, и они отправились дальше, в какой-то момент она почувствовала себя одним целым с плотом, проводя его и пассажиров через пороги, пока они снова не вернулись в спокойные воды, с другой стороны, мокрые, но все в целости и сохранности.

Вот почему Рипли любила это, река отдавала столько, сколько забирала, столь же мирная, сколь и жестокая, и, в конце концов, постоянно меняющаяся, потому что вода, окружавшая их, никогда не будет прежней.

Пассажиры радовались тому, что преодолели пороги. Рипли подошла к краю воды и развернула лодку, чтобы лучше наблюдать за двумя другими. Она не сомневалась в своих гидах, так как лично обучила каждого. Обе лодки прошли без проблем. Летом они проводили по три переправы в день, если был спрос.

Через тридцать минут она подтащила плот к разгрузочной док-станции.

Тесса, одна из ее бет, которая водила автобус, встретила их.

— Как река? Играла по правилам?

— Так же, как и всегда, — Рипли не могла отрицать, что чувствовала себя лучше, чем в течение многих недель, а может быть месяцев до этого. То, что она вышла к воде, снова заставило ее хотеть жить и надеяться на лучшее.

— Уилл вернулся в штаб? — спросил Зэймс, помогая ей затаскивать лодку на бетонный док.

— Ты говоришь как солдат, знаешь об этом? — Рипли подтолкнула его локтем и стала снимать спасательный жилет.

Тесса без труда вытащила из воды последнюю, самую маленькую лодку.

— Уилл еще не пришел, когда я уходила из офиса.

— А когда ты ушла? — Рипли попыталась отогнать накатывавшую панику.

— Минут сорок назад.

— Он уже должен был прийти. Что-то не так, — сказала Рипли.

— Оставь плоты, — попросил Зэймс. — Оставь эти чертовы плоты, сейчас же. Приведи нас туда, откуда мы сможем вернуться в лагерь.

Страх поглотил ее. Зэймс не повышал голос и не чертыхался в течение двадцати четырех часов, с тех пор, как вошел в ее жизнь. Ясно, что такое поведение было для него нетипично, это значило, что они должны действовать без промедления.

— Что ты об этом думаешь? — спросила она.

— Думаю, у него проблемы. Собери всех в автобусы так быстро, как только возможно, не поднимая тревоги. Можешь позвать своего Альфу и попросить, чтобы он послал кого-нибудь на разведку? Может быть, Инфорсера или каких-нибудь сильных самцов, чтобы они все проверили до того, как мы там появимся?

Замерев, она повернулась к нему.

— Что ты сказал?

— Найди помощь, — ответил он, не делая паузы.

— Нет, ты говорил не о помощи. Ты знаешь о моих людях? — она понизила голос на последнем слове. Что, черт возьми, знал этот человек?

— Знаю, но сейчас не время. Уилл…

Говорить шепотом, чтобы никто не услышал, было невероятно тяжело, ведь все, чего ей хотелось, это кричать на мужчину.

— Я не позволю тебе находиться рядом с моей стаей до тех пор, пока…

Он обхватил ее лицо ладонями.

— Слушай меня очень внимательно. Я не враг, не причиню тебе вреда. Я просто не смогу. Обещаю все рассказать тебе после того, как мы разберемся с Уиллом. Сейчас тебе нужно послать охрану в лагерь. Немедленно.

— Мы близко. У нас спрятана лодка недалеко от лагеря. Можем взять ее, пойти и посмотреть, может быть Уилл все еще там, — Зэймс был прав. Сначала нужно убедиться, что Уилл в безопасности. Что-то говорило ей, что Зэймсу можно доверять, и это пугало ее.

Рипли подошла к проводникам.

— Можете подготовить все это к следующему путешествию?

— Конечно. Что случилось? — спросила Анна, старший гид.

— Пока не знаю, но очень надеюсь, что ничего.

— Рипли, кто этот парень? — и, хотя вопрос задала Анна, приподнявшиеся брови Тессы и Бабс подсказали Рипли, что они задавались тем же вопросом.

— Он… друг.

Губы Бабс дернулись.

— Хм, друг? Мне бы понравился такой друг.

Как бы Рипли ни хотелось ответить на подначивание возбужденной троицы, в данный момент Уилл был ее единственной заботой. Пересчитав всех по головам, она зашла в автобус и села рядом с водителем. Зэймс сел рядом, от него исходило тепло, прогонявшее холодную дрожь.

— Я должна была убедиться, что он уехал.

— Он взрослый мужчина, и пообещал, что уйдет сразу после нас.

Рипли привалилась к его плечу, и он поцеловал ее в макушку перед тем, как приобнять одной рукой.

— Можешь отогнать автобус, чтобы Тесса и я могли проверить Уилла? — спросила она.

— Я тебя не оставлю.

Повернувшись так, чтобы лучше его видеть, она покачала головой.

— Не могу позволить тебе сделать это.

— О сохранности, каких бы секретов ты ни переживала, перестань беспокоиться. Мы разберемся с этим позже, пока нам есть на чем сосредоточиться.

Десять минут, что потребовались для того, чтобы добраться до лодки, показались десятью часами. Ни она, ни Зэймс не подумали о спасательных жилетах. Когда они вошли в лагерь, моторная лодка, на которой должен был уплыть Уилл, показалась на глаза как дурное предзнаменование, открытые камеры для хранения продуктов лежали рядом на песке. Зэймс выпрыгнул, вытянул лодку на берег и приложил палец к губам. В лагере не наблюдалось следов жизни. Это подтвердило то, о чем она боялась даже подумать.

Он двинулся к Рипли с хищной грацией морского котика. Если бы только он был волком, он был бы замечательной парой, может быть даже Альфой.

Ее кожа покрылась мурашками, когда она услышала пронзительный крик и стоны мужчины. Когда они с Зэймсом обернулись, показались койоты. Один из них пнул что-то, или кого-то, возле костра.

— Прекрати, — крикнула она, неспособная остаться в стороне, когда они били то, что должно было быть Уиллом. Выбежав на открытое место, она застыла. Пять койотов уставились на нее.

— Вы добрались быстрее, чем мы ожидали, мисс Рипли, — сказал один из мужчин, хорошо, что она стояла с подветренной стороны потому, что она почти могла видеть исходящее от него зловоние.

Когда двое из них шагнули к ней, Зэймс отодвинул ее себе за спину, убеждаясь, что стоит между ней и нападавшими.

— Еще один шаг по направлению к моей паре, и я разорву вас на кусочки.

Пара? Он сказал пара?

Самый мощный из нападавших сделал шаг вперед и засмеялся.

— И что ты сделаешь, человек? Позвонишь 911?

Секундой раньше привлекательный мужчина стоял перед ней в защитной позе, а теперь его заменил огромный черный волк, который рычал и скалил зубы. Это случилось так быстро, что Рипли до сих пор искала Зэймса глазами. Невозможно. Ни один перевертыш не может измениться так быстро и так легко. Мир вокруг нее завертелся, и ее желудок сжался.

Койоты сделали несколько шагов, затем также быстро поджали хвосты и убежали.

Краем глаза Рипли заметила какое-то движение, и это вернуло ее в реальность. Но до того как она смогла добраться до Уилла, черный волк превратился в человека и опустился на колени возле него.

— Достань воды и какие-нибудь тряпки, быстро, — прорычал он.

— Зэймс, я не понимаю…

— Зед. Мое имя Зед, и я обещаю все тебе рассказать. Но в данный момент мне нужна вода.

Она забежала в столовую в нескольких футах от нее. Она нашла контейнеры с водой на десять галлонов, и, мысленно благодаря Уилла за то, что послушался и не выбросил их, поместила один на плечо. Найти полотенца было сложнее, но она обнаружила несколько, сваленных в кучу, за кухонной утварью. Когда она подходила к Зеду, он уже превратился в волка и тащил спальные мешки из ближайшей палатки. Она не беспокоилась о том, что он оставил Уилла. Его внимание было сфокусировано на Уилле, когда он складывал спальные мешки вокруг раненного омеги.

— Он в шоке. Нужно согреть его. Есть здесь телефон или рация, чтобы мы могли вызвать помощь?

— Нужно доставить его к нашему врачу, — вытирая ладони о брюки, она пыталась сосредоточиться. Ее мысли крутились на месте, потеряв надежду прийти к какому-либо заключению, нуждаясь в рассказе черного волка о том, что произошло.

Не отрывая глаз от Уилла, Зед подтащил очередной спальный мешок к телу омеги.

— Твой Альфа должен притащить сюда свою задницу и разобраться со всем происходящим.

Она схватила спутниковый телефон, прикрепленный к одному из палаточных столбов, который они использовали в экстренных ситуациях. Младшая сестра Рипли, Джордан, ответила, но Рипли не стала дожидаться обмена любезностями.

— Срочно пошли Джейни в лагерь.

— Она с Джеммой.

Зед выхватил телефон у Рипли.

— Скажи Джейни, что, хотя у Джеммы скоро роды, для Уилла сейчас это вопрос жизни и смерти. Чем скорее она придет, тем лучше.

Он отбросил телефон и обернулся к Уиллу, чьи стоны стали тише. После того, как связь прервалась, она опустилась на колени возле омеги. Она отерла его лицо, чтобы лучше рассмотреть повреждения. Зед что-то тихонько напевал, и, хотя она внимательно прислушивалась, так и не смогла разобрать слов. Но Уилл постепенно успокаивался, и наконец, погрузился в целительный сон.

Зед встал и потянул ее за собой.

— Он отдохнет, пока не придет Джейни. Мы больше ничего не можем для него сделать.

— Я не хочу оставлять его.

— Мы будем недалеко. Ровно настолько, чтобы он нас не слышал. У тебя есть вопросы, но ответы должна услышать только ты одна.

Она взяла его за руку и прошла к лавочкам, что стояли неподалеку.

— Кто ты?

— Твоя пара.

Она вырвалась, и тут же пожалела об утраченном прикосновении.

— Это я поняла, но почему ты здесь? И почему я не могу тебя учуять?

— Мое настоящее имя Зед, не Зэймс. Дрю Тао прислал меня.

Неспособная усидеть на месте, она подскочила. Почему это Альфа Тао прислал кого-то, когда ясно дал понять, что не сможет помочь им?

— Почему?

— Ему нужна была информация, которую ты не могла или не хотела ему предоставить.

— Что ты делаешь для них?

— Я не принадлежу к стае, но помогаю Дрю, когда могу. Я лазутчик.

— Лазутчик, — минутой раньше Рипли не могла усидеть на месте, теперь чувствовала, как застывают ее ноги в грязи. — Имеешь в виду существа, про которых мамочки и папочки перевертыши говорят своим детям, будто они могут прокрасться в ночи и украсть их, если те не будут слушаться? Монстр из легенд?

— Мы не монстры, но проникнуть в жилище можем. Лучше думать о нас как об оборотнических Джеймсах Бондах.

— И что… тебя послали шпионить за нами? — несмотря на все проблемы, с которыми они столкнулись в последнее время, шпион в стае казался худшей из них.

— Дрю обеспокоен.

Ее смешок получился злым, что не странно, учитывая ее настроение.

— Почему? Ему понадобилось пять минут, чтобы решить, что он не хочет нам помогать, и оставить на растерзание койотам.

— Рипли, — Зед потянулся, чтобы успокоить ее.

— Нет. Не надо, — если он прикоснется к ней, то вся испытываемая злость улетучится под наплывом гормонов, которые она не могла контролировать.

— У Дрю не было выбора. Ты не помогала ему. Ему нужно было больше информации.

— Поэтому, когда я не предоставила ее добровольно, он подослал своего питбуля.

— Стая Тао за последние пятьдесят лет прошла через ад, но ты не знаешь этого потому, что твоя стая спряталась ото всех. Все, что знал Дрю, что Альфа послал тебя разнюхать что-то об их слабостях.

Рипли отступила при упоминании об ее Альфе, и, судя по приподнятой брови Зеда, он это заметил. Она сомневалась, что было хоть что-то, чего бы он ни заметил.

— Скажи мне, Рипли, где Альфа Грейстон? Твой Охранник? Хотя бы один мужчина, который не был бы Омегой?

— Кажется, я слышу лодку, — она надеялась, что слышала, что угодно лишь бы Зед не задавал вопросов, на которые она не могла ответить.

Он схватил ее за руку, разворачивая так, чтобы она смотрела на него.

— Скажи то, что я уже знаю. Подтверди то, что подозреваю.

— Не могу. Даже тебе.

— Ты доверяешь мне?

Качая головой, она попыталась вырваться из его хватки, но он был гораздо сильнее.

— Я не знаю тебя.

— Твоя душа знает, — он закрыл глаза и выдохнул, и внезапно его аромат окружил ее, поглощая и заполняя ее чувства. Она зарычала, ответная необходимость покрыть его своим ароматом овладела ей. Это взывало к ее волку, требуя, чтобы они соединились. — Ты принимаешь то, что я твоя пара.

Она кивнула, ее колени ослабели.

— Я не могу изменить судьбу.

— Может быть, ты не понимаешь, но я не смогу причинить тебе вред, и никому не позволю. Как моя пара ты под моей защитой вне зависимости от того, принимаешь ты меня или нет.

Она взглянула в его глаза, чтобы разоблачить его ложь, но увидела в них только правду.

Когда он заговорил, его голос смягчился.

— Расскажи мне.

Судорожно вздохнув, она закрыла глаза, готовясь озвучить то, что никогда не говорила.

— Альфы нет, больше нет. Нет доминантных самцов, как нет и инфорсера, и не было с тех пор, как я родилась.

— Последний Альфа?

— Мой отец умер двадцать лет назад, когда мне было двадцать три. На меня легли обязанности по обеспечению безопасности стаи. С тех пор мы не подпускаем койотов.

Она не знала, чего ожидать, но только не того, что Зед притянет ее в свои объятия.

— Мне так жаль.

Жаль? О чем он может сожалеть?

— Что? Почему?

— Так давно, с тех пор как умерла моя жена, я запретил себе чувствовать что-либо. Она не была моей истинной парой, все знали об этом, но я любил ее. И потому что я… не думал, что в мире найдется кто-то, кто захотел бы быть со мной, — он отклонился ровно настолько, чтобы запечатлеть поцелуй на губах Рипли. — Я предал тебя, скрыв от самого себя тот факт, что во Вселенной есть кто-то еще.

Она проговорила в его грудь.

— Все, что нам нужно — это Альфа, и ты будешь…

— Я не могу.

— Что значит «не можешь»? Ты достаточно силен, — она попыталась отступить, но он держал крепко.

— Мне запрещено претендовать на место Альфы в стае, — когда она, разозлившись, попыталась оттолкнуть его, Зед сказал, — подожди минутку, успокойся. Я попрошу Дрю взять вас под крыло. Он может быть вашим Альфой.

— Мы не хотели его в качестве Альфы. Мы лишь просили защиты от Джеба и его псов.

— Джеб?

— Альфа койотов, если можно так его назвать, — Рипли хотела немного пространства, но тяга прикасаться к Зеду была сильней.

— Что не так с Дрю?

— Причина, по которой наша стая скрылась много лет назад — отец Дрю, Магнум Тао. Магнум был психически неуравновешенным. Мой отец знал, что у нас были проблемы, и то, что Тао был безжалостным. Он опасался за безопасность дочери.

— Дрю не его отец.

— Что, если его отец передал свое безумие сыну?

— Тогда он умрет от моей руки, или от руки кого-то из охраны. Он взял с нас слово.

Приподняв ее подбородок так, чтобы она смотрела ему в глаза, Зед добавил.

— Он хороший человек. Неужели ты думаешь, что я бы доверил защиту моей пары любому волку?

Рипли чувствовала, что он сказал бы больше, но шорох, раздавшийся за ними, сказал о чьем-то приближении, что прервало диалог. Уилл требовал их внимания. Они так долго жили без Альфы, несколько дополнительных часов или дней, ничего не решат. Кроме того, в их стае появился доминантный волк, по крайней мере, на какое-то время, и койоты уже знают о нем.

Глава четвертая

Сестра Зеда ответила на звонок.

— Что случилось?

— Почему что-то должно случится, Эн?

— Потому что ты иногда пишешь сообщения, но никогда не звонишь.

А теперь сложная часть, как получить то, что ему нужно, не отвечая на вопрос лучшего дознавателя и хранителя информации стаи.

— Близнецы все еще под арестом?

— Да, проклятый совет не понимает, что отстранять их от работы и заставлять оставаться здесь — наказывает тех из нас, кто решил остаться на стороне стаи.

— Мне нужно, чтобы они помогали мне здесь. Ты можешь это устроить? Скажем, «привезти их сюда в ближайшие четыре часа»?

— Ты? Ты хочешь их?

Зед ожидал ее скептической ответной реакции. Он никогда не просил о помощи и ни с кем не работал. С тех пор, как Ти умерла.

Эн вздохнула.

— Хорошо, что происходит, и я буду знать, если ты лжешь. Это связано со стаей Грейстон, верно?

— Да, — он наблюдал за уже пустой стоянкой на участке Речные рафтенговые туры Грей Вулф здания с деревянной террасы, которая выходила на сторону здания. Рипли пошла в офис, чтобы убедиться, что все туры, происходившие, в конце недели были оговорены. У них не было еще одной ночи в течение нескольких дней, что дало бы Зеду возможность добавить защиту лагерю. Он взял перерыв, чтобы вызвать подкрепление. — У стаи нет альфы на протяжении десятилетий, и ее преследует грязная шайка койотов.

— Есть ли какой-нибудь другой вид койота? — спросила Эн, ее отвращение было очевидно даже по телефону.

Его сестра, больше, чем большинство из его вида, ненавидела койотов. На нее напала группа койотов-разведчиков во время одной из ее первых миссий. Зед прибыл вовремя, чтобы спасти ей жизнь, но он никогда не знал, сколько вреда на самом деле было нанесено. Когда он закончил с собаками, то не мог отличить их кровь от ее. После этого Эн никогда не возвращалась на поле, но решила работать изнутри безопасности стаи.

— Насколько мне известно — нет, но, несмотря на это, у стаи должна быть защита, — сказал Зед.

— Зед ты предоставил информацию, не заставляя меня вытаскивать ее из тебя?

И сестра, которую он так любил, та, которая ворчала и ворчала, пока не вытащила из него каждую каплю информации из него, звучала потрясенной. Если бы ситуация не требовала немедленного внимания, он мог бы насладиться моментом.

— У меня нет на это времени. Ты можешь доставить близнецов сюда или нет? У этой стаи серьезные проблемы.

— Так почему бы не отправить их в другую местную стаю, например, я не знаю, Tао?

Расстроенный, Зед зарычал.

— Ты хочешь, чтобы я сделал так, чтобы они перестали тебе докучать или нет?

— Да, но ты не можешь винить меня за любопытство к своему старшему брату. Потому что со всем, чем ты свободно делишься, есть кое-что, о чем ты мне не говоришь, — она не отпустила бы это, она бы писала и звонила, и в конце концов появилась сама, чтобы изводить его, пока он не сдался.

Сделав глубокий вдох, он собрался.

— Лидер стаи — моя пара. Ее зовут Рипли, и я позже расскажу тебе больше. Прямо сейчас, ты должна отправить наших младших братьев на самолете в моем направлении.

— Подожди, ты не можешь…

Закончив звонок, Зед стоял снаружи и наблюдал за Рипли через окно, когда она передвигалась по своему офису. Она казалась неуверенной в себе, в один момент вертела карандаш, а затем в следующий переминалась с одной ноги на другую. Он не мог винить ее за это. В отличие от нее, он когда-то любил, а затем десятилетиями ничего не чувствовал, кроме оцепенения. Он благодарил судьбу за эмоции, которые теперь пробудили его.

Сделав несколько шагов, он закрыл глаза и открыл свои чувства всему вокруг, убедившись, что никого не было рядом. Затем он вошел в здание и обнаружил Рипли, склонившуюся над столом. У него во рту пересохло, представляя, что он может сделать с ней на этой плоской поверхности.

Чтобы отвлечь свое внимание, он подошел к кофейнику и налил чашку.

— Мои братья-близнецы будут здесь к вечеру. Один останется и поможет патрулировать безопасность стаи, а другой останется с тем, кто находится в палаточном лагере.

Она фыркнула.

— Перенимаешь власть, я погляжу.

— Что касается твоей безопасности и безопасности твоей семьи, ты чертовски права. Ты не должна принимать то, что дает судьба, и я, конечно, не буду заставлять тебя, но что касается вашей безопасности, я не буду вести переговоры. И у тебя не будет никаких других вариантов, кроме как принять помощь, которую я сейчас оказываю.

Ее плечи опустились в поражении.

— Это было неуместно. Извини. Я все еще злюсь из-за Уилла и чувствую себя виноватой. Затем этот водоворот эмоций вокруг вас. Я понятия не имею, как с тобой обращаться.

Поставив чашку кофе перед ней, он прислонился к стене.

— Для тебя это были адские двадцать четыре часа.

— Я не чувствую, что в этом аду есть конец.

Он мог просто поднять ее на руки и забрать в безопасное место. Может быть, где-то в безопасности с большой кроватью и обслуживанием номеров. Вместо этого, он будет делать то, что он никогда не делал, будет бескорыстными.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? Достаточно близко, чтобы если ты позвонишь, я смог быть здесь, но достаточно далеко, чтоб у тебя было пространство?

Ее голубые глаза сжигали его душу.

— Нет, предпочитаю ближе.

Его член привлек к себе все внимание.

— Насколько близко?

Глаза ни разу не покидали его, сначала она сняла фланелевую рубашку, которую носила, позволив ей беззвучно упасть на пол. Затем сделав еще несколько шагов к нему, она расстегнула джинсы. Его рот наполнился слюной, когда она толкнула джинсовую ткань по ягодицам и бедрам. Он понятия не имел, когда девушка сняла туфли, но она стояла перед ним, сексуальнее Афродиты, в белых хлопчатобумажных трусиках, обтягивающей мужской белой майке и серых шерстяных носках, собранных вокруг ее лодыжек. Он позволил ей сделать еще один шаг, прежде чем схватил ее. Его член напрягся против новых черных джинсов, к которым у него еще не было шанса привыкнуть. Она потянула за его футболку, борясь с тканью, чтобы снять ее через голову. Она была решительной женщиной, единственной мыслью которой явно было раздеть его.

В точности, как и его мысли.

— Пространство — это последнее, чего я хочу. Мне нужно, чтобы ты полностью утвердил меня своей парой.

Слова искрились через него, словно фитиль динамита, огонь постоянно разрастался все ближе к своему конечному пункту. Его рот обрушился на ее, утверждая, клеймя. Ее майка, хоть и тонкая, встала между ними, препятствуя его продвижению. Он провел пальцем по декольте, прежде чем легко разорвать ее на части обеими руками. Ее полная грудь подпрыгнула, соски напряглись.

Скинув свои ботинки и избавляясь от джинсов и нижнего белья одним быстрым движением, он поднял ее за задницу, пока она не уперлась в него. Ему нравилось чувствовать ее вес в его руках, мягкость ее бедер, обвивающих его талию, и ее грудь, прижимающаяся к его сердцу, которое билось одновременно с ее.

Подводя их к ближайшей стене, он использовал ее как рычаг и толкнулся в нее. Он почувствовал ее возбуждение, мускусный запах, поднимающий его либидо на новую высоту. Когда они в первый раз стали одним целым, он, наконец, понял так много, чего не понимал раньше, важность истинной пары, связи и удивительного количества силы, которая мчалась через него, когда он утверждал ее.

Она встречала каждое погружение с силой, толкая пятками его бока, чтобы принять глубже. Ее ногти скребли его спину, проливая кровь, когда ее внутренняя волчица вышла.

Если она продолжит, он не продержится.

— Дай мне руки.

— Зачем? — хоть она не спорила, и не боролась с ним, когда он взял ее запястья и поместил их над ее головой. Поцеловав ее в шею, он низко зарычал, когда она задыхалась.

— Зед…

— Чего ты хочешь? — он точно знал, чего она хочет, но должен был услышать, как она произносит эти слова.

— Пожалуйста. Помоги мне.

Неопределенность не срабатывала с ним, никогда. Так что, он замедлил свои движения, растягивая каждый толчок, пока ее тяжелое дыхание не превратилось в хныканье.

Ее бедра сжались крепче, и она боролась с его хваткой удерживающей ее на месте.

— Пожалуйста, позволь мне кончить.

— Я живу, чтобы исполнять любое твое желание, — он захватил ее губы своими, и его язык танцевал с ее губами. Увеличивая скорость, чувствуя, как сжимаются ее внутренние стенки, когда она приблизилась, и наконец, взлетела, он позволил себе присоединиться к ней, пролив свое семя глубоко внутри нее.

Он отпустил ее, наслаждаясь ощущением ее пальцев, когда она проводила ими через его волосы. Зед удивился искре в ее глазах и блеску ее кожи, который не имел ничего общего с блеском пота, который они оба имели.

— Ты самое прекрасное, что я когда-либо видел, — сказал он между глубокими вдохами.

— Я никогда не думала, что почувствую это, никогда не думала, что смогу найти свою пару, — она погладила ладонью его лицо, сосредоточившись на его глазах. — Пожалуйста, будь нашим альфой.

— Я могу быть твоим, но не твоей стаи.

Входная дверь кабинета распахнулась, и Бабс и Анна вошли, вернувшись из своего второго рафтингового путешествия за день.

— Ты слышала, что он сказал о речном пороге? Если этот осел подумал, что это было грубо, он не… О, Боже мой!

Закусив губу, Рипли заглянула через плечо Зеда на своих товарищей по стае и прошептала:

— В следующий раз, мы должны запереть дверь.

— Наверное, это было бы разумно, — пробормотал он. То, что его задница была обнажена перед двумя из ее проводников, не было ситуацией, в которой он когда-либо ожидал оказаться, но когда его пара желала его, он никогда не мог отказать ей. Стиснув зубы, и ни разу не отводя от нее взгляда, он спросил. — Вы двое не могли бы выйти на минутку?

— О, точно. Мы выйдем наружу, — ответила один из них.

— Это была бы фан-черт возьми-тастическая идея.

Как только дверь захлопнулась, он крепко поцеловал Рипли, прежде чем позволить ее ногам коснуться пола. После того, как они нашли свою одежду, они помогли снова друг другу одеться между ласками. Как только он застегнул джинсы, мужчина позволил девочкам вернуться в офис.

— Теперь вы можете поболтать со своим боссом.

— Мы действительно сожалеем. Мы понятия не имели, что вы двое… ну, вы знаете.

— Да, хорошо нас это тоже удивило, — Рипли засмеялась, завязывая шнурки на ботинках. — Бабс и Анна, познакомьтесь с Зедом, моей парой.

— Пара? Я думала, что ты человек, — сказал Бабс, выглядя ошарашенной.

— Это быстро закрутилось, — одновременно сказала Анна.

— Люди могут спариваться с оборотнями. — Зед подошел к Рипли, обняв ее за талию.

— Но я действительно волк.

— Но я не почувствовала…? — начала Анна, но была слишком смущена, чтобы закончить свою мысль.

Рипли сказала:

— Он стоял с подветренной стороны. Ты не могла почувствовать его запах. И я могу подтвердить, что он величествен в форме волка.

— Ты и сама настоящая волчица, — он потерся костяшками пальцев о ее шею.

— Думаю, меня стошнит от всей этой вязкой сладости, — Бабс сымитировала рвотный рефлекс.

Полагая, что смена разговора будет оценена, Зед спросил:

— Итак, как Уилл?

— Джейни устроила его поудобнее, — ответила Анна.

Рипли встала, взяв его руку в свою.

— Пойдем, проверим его, хорошо?

Она прикасалась к нему, чтобы подтвердить их связь. Некоторым парам требовался постоянный контакт, и как ее пара, Зед мог сделать не меньше, чем дать то, что она искала. Он предположил, что, поскольку ее стае не хватало доминантов, ни один бета не поймет, какие изменения могут произойти вовремя и после спаривания, или чего ожидать. И хуже того, он слишком поздно понял, что приведет двух одиноких и обычно озабоченных близнецов в логово волчицы. Зед усмехнулся. Он не мог дождаться, когда мальчиков «съедят заживо».

***

От пальцев рук до кончиков пальцев ног тело Рипли все еще кипело. Каждый раз, когда это ощущение становилось слишком сильным, почти невыносимым, Зед тянулся к ней, прикасался губами в области открытой кожи. Он понимал, что ей нужно еще до того, как она сама осознавала. По дороге к лагерю, он проинформировал ее о своей стае и правилах, которые управляли им и его стаей, а также о двух волках, которые собираются обрушиться на нее.

Она не могла сказать, что полностью поняла, но, по крайней мере, знала, почему он не может быть альфой, а ни не хотел быть альфой. Клятва, которую он давал годами ранее, по-прежнему связывала его, мешая принять эту должность или мешая другим занимать эту должность. Знание этого не делало Рипли счастливой, но она не могла ничего сделать, чтобы убедить его передумать. Не то, чтобы она не пыталась.

Таким образом, некоторые области имели больше смысла, но она все еще не совсем понимала, наименование вещей, которые у них были: символы, буквы и цифры.

— Это желание прикоснуться к тебе, нормально? — спросила она, как только они проверили Уилла и поприветствовали нового члена стаи, еще безымянного мальчика омегу, который родился вскоре после того, как Джейни вернулась с Уиллом.

— Все, что ты пожелаешь, будет нашей нормой. Не важно, что делают другие.

— Значит, это ненормально?

Он пожал плечами.

— Что, в самом деле, нормально? Я наблюдал больше пар, чем могу сосчитать. Некоторые, как ты, должны регулярно прикасаться к своим партнерам, в то время как другие, казалось, едва замечают присутствие остальных. Моя стая не может выжидать, чтобы найти себе пару, но обычно мы находим кого-то подходящего, с кем можно было бы размножаться.

— В твоих устах это звучит так бесстрастно, — она отстранилась. — Я постараюсь быть менее прилипчивой.

Зед улыбнулся, прислонившись к ней.

— Все нормально. Я не могу думать ни о ком, кого бы предпочел приблизить к себе. Просто потому, что мои люди не преисполнены проявлений публичной привязанности, не означает, что ты не можешь ее проявлять. Будь собой, Рипли. Поэтому судьба выбрала меня для тебя.

— Как это будет работать? — она не была уверена, какую часть этого она имела в виду. Было так много вещей, которые она не знала, как будут работать. Так что, она решила, что он может выбрать, и предпочесть, на что ответить.

— Я могу сделать это своей базой, но мне нужно путешествовать. Плохие парни редко приходят ко мне, какая жалость.

— Так это правда, — проговорил у них за спиной глубокий мужской голос.

Кто-то другой добавил:

— Одиночка Зед обзавелся парой.

Повернувшись, Рипли увидела двух мужчин, точных копий, стоящих перед ней. Такой же высоты, как и Зед, их единственное различие заключалось в том, что они были стройными, когда у Зеда было более мускулистое тело. Они также обладали мальчишеской и озорной стороной, которой недоставало Зеду. У них была шаловливость, равная серьезности ее пары.

— Рипли, познакомься с моими младшими братьями, Ди (п.п. — в оригинале героя зовут D) и Тупой.

— Не тупой, мудак, — тот, кто справа, протянул руку, чтобы поприветствовать ее. — Я Сэвэн (п.п. — в оригинале героя зовут 7, что звучит, как «сэвэн»), но все, кроме этой Задницы, зовут меня Сэв.

Задница? Ей было трудно поверить, что эти двое были связаны родством с Зедом.

— Приятно познакомиться с вами обоими.

Братья кружили вокруг нее.

— Все интересуются тобой.

— Эн не может держать рот на замке, не так ли? — спросил Зед, но он не адресовал комментарий никому в частности.

Кроме того, Рипли была слишком занята, пытаясь сосредоточиться на том, как они ее окружили.

Наконец, переключив свое внимание, Ди оценил общую площадь небольшого комплекса, занимающие общую кухню, столовую и четыре жилых здания.

— Ты предполагал, что она может?

Близнецы быстро остановились и принюхались. Сэв тихим голосом спросил:

— В каком направлении группа койотов?

Рипли указала на юго-западный угол владения, и они изменились в черных волков так же быстро, как и Зед, выбегая полностью наружу в противоположном направлении, куда она указала. Несмотря на то, что они были большими, их размер не мог сравниться с размером Зеда, но у них была ловкость, которую она раньше не видела ни у одного волка. Минутой позже визг донесся из лагеря, а за ним последовали черные волки, которые тянули сопротивляющегося человека.

— Они могут быть несносными, но я бы не доверил никому другому вашу защиту, — сказал Зед.

Оба волка изменились обратно так быстро, что у койота не было шанса двинуться, прежде чем он снова оказался в пределах их досягаемости.

— Мы тебе не сторожевые собаки, Зед, — прорычал Сэв.

— Вы хотите вернуться к исполнению наказания Совета? Что это… реорганизация всей их учетной документации?

— Просто зови меня Ровер, — проворчал Ди, подталкивая незваного гостя к ногам Зеда.

— Там есть еще три других. Хочешь, чтобы мы их забрали? — спросил Сэв, снова принюхиваясь.

— Нет, они следили за нами с тех пор, как мы прибыли. Но я ждал, пока вы двое доберетесь сюда. Хочу, чтобы они увидели нас и принесли новости своему ублюдку Альфе, что в этой стае снова есть доминанты.

— Ты знал, что они там были? — спросила Рипли, пытаясь игнорировать агрессивного человека, тщетно пытающегося уйти от близнецов, — Зед, здесь есть дети, которые играют снаружи.

— Я не был бы хорошим лазутчиком, если бы не почувствовал их присутствие. Что касается детей, они все в безопасности в одном из домов. Койоты должны поверить, что беты больше не одиноки. Но, если они не получат сообщение, я приглашу себя в гости.

— Зед, в их группе более тридцати человек.

— Я должен уничтожить только одного.

Ди подошел и слегка толкнул ее локтем.

— Зед, она не очень верит в твои способности.

— Она знает меня всего двадцать четыре часа. Еще не видела моих способностей.

Она видела некоторые его способности. Хорошо, может быть, не видела так много, как чувствовала, и те доказали, что он может нести их обоих. Она покачала головой, чтобы выбросить эти мысли.

Ди послал ей одобряющий взгляд.

— На самом деле, у них нет шансов. Они не узнают, что он там, пока не станет слишком поздно.

— И даже тогда большинство вообще не узнает, что он когда-либо приходил, — добавил Сэв.

— Это была настоящая заноза в заднице, когда мы были моложе, — Ди поморщился и потер руку, как будто вспоминая давно ушедшее, но все еще болезненное воспоминание детства.

— Вы двое допросите этого, а затем займитесь вопросами безопасности по периметру. Возьмите бету или двух с собой, в помощь, — протянув руку, Зед потянул Рипли к себе. — Где мы можем поговорить наедине?

— Когда ты говоришь, наедине…? — спросила она.

— Наедине, чтобы уши койота не могли услышать.

Ее щеки покраснели, так как ее мозг и либидо не думали о разговоре наедине, а скорее об уединении, раздеться.

— Поняла. Сюда. Столовая должна быть пуста в это время суток.

— Что заставило появиться этот восхитительный румянец на твоих щеках? — дразнил Зед. Она уже сомневалась, что он позволил своей игривой стороне выйти. Он добавил:

— Честно говоря, после нескольких десятилетий целибата, спальня с тобой в течение месяца звучит чертовски потрясающе.

Они заняли место в конце коридора. Рипли прикусила губу, сильно стараясь не тянуться к нему. Она так долго была без мужчины, но боролась с незнакомым желанием прикасаться к нему, чтобы успокоиться.

— Ты ведь идешь за ними, не так ли?

— Другого способа нет.

— Но, теперь я в паре. Джеб не причинит вреда…

— Он все еще хочет эту стаю, и здесь есть масса неспаренных женщин. Он будет продолжать приходить. Они слишком глупы, чтобы поступить иначе.

— Тогда я пойду с тобой.

— Нет.

Оскорбившись, ярость поднялась в ней. Она ожидала этого от некоторых доминантов, но не от своей пары. И не направленное на нее.

— Почему? Потому что я женщина?

— Нет, потому что я работаю один. Я всегда работаю в одиночку.

Она встала.

— Это глупо. Я знаю, где они живут.

— Могу следовать их запаху. Они не смогут его скрыть. Поверь мне, один из твоих щенков может их найти.

— Я последую за тобой, — руки на бедрах, она показала ему сильную бету, которой всегда была. Он может быть ее доминантом, но это не означало, что она станет покорной в одночасье и подчинится каждой его воле. Это не было частью ее натуры, и как она была воспитана.

— Конечно, последуешь, — он вздохнул и изучил ее. — Ты обещаешь делать то, что я скажу? Не потому, что ты не можешь постоять за себя, и не потому, что я не могу выполнять твои приказы. Я подчинялся на реке просто отлично сегодня, но это то, что я делаю. И не могу бороться с теми, кто идет на меня, пока беспокоюсь о тебе позади меня.

— Обещаю, — компромисс, с которым она могла бы жить, и ей не нужно было быть в гуще событий. На самом деле, она ненавидела сражаться, когда могла предотвратить это, но она должна была охотиться рядом с ним в качестве его пары, даже если только в качестве проводника, будь то на реке или ведущий его к врагу.

— Звучит как вечеринка, — сказал Ди, почти заставив ее выпрыгнуть из кожи. Проклятые близнецы могут показать Бомбардировщику-Невидимке пару вещей. — Мы можем поиграть?

— Нет.

— Да ладно, Зед. Мы нужны тебе.

— Я не нуждаюсь в вас.

— Да, нуждаешься, брат. Подумай об этом, ты не можешь сказать ей «нет», — Сэв усмехнулся, словно наслаждаясь дискомфортом своего брата. — С другой стороны, мы не страдаем от вашей болезни. Поэтому мы нужны тебе.

— Чтобы сказать ей «нет»?

— Не совсем, — Ди продолжил там, где остановился Сэв. — Если ты делаешь свое дело, то она остается незащищенной. Наша работа — защищать ее, пока ты не можешь, так что ты можешь сосредоточиться.

В любой другой ситуации Рипли была бы оскорблена, но ее пара, казалось, полностью вышел из своей зоны комфорта.

— У них есть своя точка зрения.

— Она только что согласилась с нами? — спросил Ди.

— Она мне нравится, — вставил Сэв.

Разочарованный, Зед провел пальцами по волосам и поднял бровь в направлении Рипли.

— Пожалуйста, не поощряй их.

Наклонившись, Ди прошептал ей на ухо, по крайней мере, она подумала, что это был Ди:

— Никто никогда не соглашается с нами.

Прежде чем она смогла спросить, почему, Зед взметнул руки в воздух в поражении и направился к выходу.

— С меня хватит.

— Он любит нас.

— Он пока этого не знает.

Она уставилась на мужчин, все еще не в силах их различить, и впервые за долгое время рассмеялась, позволив смыть свои неприятности.

Глава пятая

Земля утопала под лапами Зеда, дождь, что прошел ранее на этой неделе, сделал землю мягкой. Четырем волкам пробраться незамеченными будет сложнее и тяжелее это будет скрыть. Перед тем как покинуть территорию, он отдал указы трем друзьям, что шли за ним, чтобы быть уверенным, что они усвоили правила. Его правила. Безопасность Рипли на первом месте и в приоритете. Он не хотел допустить ни одной возможности того, что она пострадает. Они будут держаться подальше и не вступят в логово койотов. И Рипли ни при каких обстоятельствах не войдет в лагерь койотов. Близнецы не отойдут от нее ни на шаг.

Луна отражалась в ее серебристо-сером мехе и это еще одна причина, почему он не хотел, чтобы она шла с ними. В отличие от всех в его стае, чей мех скрывал их в темноте, ее выглядел, как нити серебра.

Зловоние исходило от ближайшей долины, отвлекая его, заставляя, остановится. Он желал, чтобы у него была телепатическая связь с его парой. Но к его несчастью, только близнецы обладали таким талантом. Чем ближе они были к банде, тем больше вопросов у него возникало. Его ноздри были словно в огне от такой сильной вони, и он задался вопросом, что, если безумством Магнума страдают также и койоты. Им, безусловно, насрать на свое логово.

Рипли достигла назначенной точки остановки и обернулась. Беспокойство светилось в темно-синих омутах ее глаз. Чего она не знала, не могла знать потому, что они пробыли вместе недостаточно долго для того, чтобы она узнала, так это то, что проникновение в логово было его детской игрой. Было не так уж и много таких же хороших в этом деле, как Зед. Если бы он подумал хоть на минуту, что эта маленькая миссия, которая была у них, оставит ее в одиночестве вновь, он бы призвал больше помощи. Близнецы не в счет. Близнецы были хороши в защите и охране, но разведка… не особо.

Зед коснулся ее, зарылся своей мордой в ее густой, мягкий мех. Вместо того, чтобы позволить своему запаху исчезнуть с подветренной стороны так, чтобы никто не смог унюхать его присутствие, как он обычно поступал, он намеренно оставлял запах на ней, предупреждая каждого, кто подберется достаточно близко или попытается схватить его пару, и, убеждаясь, что им будет чертовски хорошо известно, что она принадлежит ему. Затем он растворился в темноте. Спокойно, бесшумно и незаметно для любого идиота, который задумал нападение на ее семью.

Он проник в их логово, состоящее из заброшенных лачуг, жалкое подобие домов, что были усеяны в этом районе. Некоторые из них имели только потрепанный, старый брезент над покосившимся деревянными рамами, что укрывали от непогоды. Место для костра было с восточной стороны лагеря. Пять мужчин и две женщины были не в курсе, что он следовал за ними, они выпивали из одной большой, прозрачной, стеклянной бутылки. Поверх этой вони, он не смог определить, что именно они разделяли, но догадывался, что это было дешевое вино или даже более дешевый самогон. Один из мужчин встал, когда почувствовал, что опасность была ближе, чем горящие угли. Это не имело значения, эти семеро его не волновали.

Рипли верила, что стая койотов состоит из двадцати двух самцов и нескольких самок. Нехватка самок привела их к волкам, но Зеду необходимо выяснить, почему они не обратились к своему собственному виду. В конце концов, единственная вещь, о которой он действительно заботился, так это убедится, что эти чертовы собаки будут держаться достаточно далеко от ее стаи.

Пьяная самка вывалилась из самой лучшей лачуги. Она захихикала перед тем, как направится к костру, чтобы присоединиться к остальным. Зед закрыл глаза и послал толчок своей силы, определяя только одну кинетическую энергию человека в лачуге. Пробравшись во все еще открытую входную дверь, он оценил убогую, неопрятную, освещенную фонарями комнату. Она была незначительно обставлена: старенький телевизор, дополненный комплектом из антенн, металлический каркас с голым и очень испачканным матрасом. Запах, что исходил от него, практически заставил завтрак Зеда вернуться обратно.

Через единственную другую дверь, Альфа вошел с литром пива в одной руке и почесывая задницу другой. Он был только в белых трусах, которые уже пожелтели и выглядели также плохо, как и пахла кровать. Все это место заставляло Зеда хотеть блевать. Даже мысль об этом мужчине или любом другом, что находится здесь, который будет прикасаться к Рипли или к одной из ее сестер, посылала через него ярость и воспламеняла его кровь, заставляя обернуться обратно в человеческую форму.

— Какого черта? — альфа койотов воскликнул, отступая назад в пьяном смятении.

Зед не теряя времени, воспользовавшись моментом слабости в свою пользу. Обернув руку вокруг худой шеи мужчины, он толкнул его напротив облезлой стены.

— Ты должно быть Джеб.

Не в состоянии говорить с пальцами Зеда обернутыми вокруг своего горла, мужчина кивнул с широко раскрытыми глазами.

— Я хочу, чтобы ты меня выслушал и выслушал внимательно. Рипли моя.

Койот попытался обернуться в свою животную форму, царапая Зеда, чтобы тот отпустил его. Очевидно, трусы, которые приходили на базу Рипли тем вечером, не проинформировали своего Альфу о такой маленькой детали, как то, что доминант был в Грейстоне. По факту, Зед не видел тех визитеров вообще, в связи, с чем он считает, что они видели надпись на стене и решили отвалить по собственному желанию.

— Ты откажешься от своих посягательств на нее и ее стаю.

— У них… нет… Альфы, — проскрипел койот.

— Уже есть, — у Зеда в действительности еще не было пока согласия Дрю по этой части, но Джебу не обязательно знать об этом. — Ты возьмешь свою банду и свалишь отсюда. Я хочу, чтобы ты исчез до полной луны. Я слышал, что Йеллоустоун — хорошее место сейчас для койотов.

Недоверие светилось в глазах другого мужчины. Они оба знали, что после восстановления волков в парке, Йеллоустоун был каким угодно, но только не безопасным для его вида. Не говоря уже о том, что оборотни-медведи держат участки парка в стальных лапах.

Зеда это не волновало, лишь бы эти койоты держали дистанцию между ними.

— Я все доходчиво объяснил?

Койот кивнул и Зед освободил его от захвата, отступая.

Джеб задыхался, уставившись на него.

— Ты не имеешь никакого права указывать, что мне делать со своей бандой.

— В нормальных условиях я бы согласился, но так как ты атаковал стаю моей пары, я оставляю за собой право защищать их. Тебе повезло, что я не разорвал тебя на куски. Но эта никчемная банда снаружи не будет иметь того, кто сможет их возглавлять, и я беспокоюсь, что они покажутся людям. Только по этой причине я позволю тебе уйти живым. Но не делай глупостей, если найду тебя или твоих оборотней вокруг моих, я перегрызу твою глотку.

Джеб начал оборачиваться, но он, к сожалению, не знал ни скорости, ни ловкости Зеда. Перед тем, как четыре конечности Джеба коснулись земли, чтобы начать свою трансформацию, Зед обернулся в полную форму оборотня и атаковал.

Койот закричал в агонии, когда Зед укусил его руку, вытаскивая Альфу из лачуги на грязную тропу, претендующую на звание дороги. Внезапно банда окружила Зеда. Он разжал свои зубы, его шерсть на загривке поднялась, пусть кто-то посмеет показать ему хоть каплю смелости. Ни один из членов банды не отдаст свою жизнь за их лидера или имеет достаточно большие яйца, чтобы выйти вперед из остальной банды.

Мгновение спустя, вернувшись в человеческую форму, он еще раз жестко ударил Джеба в бок перед тем, как поставил мужчину на ноги.

— Если кто-либо из вас подойдет близко к Грейстону или даже дыхнет в сторону моей пары вновь, я оторву ваши ебучие бошки. Это понятно?

Койоты колебались между тем, чтобы шагнуть вперед для защиты собственных прав и тем, чтобы зажаться в углу лагеря, но они только кивнули.

Джеб опустил голову, не в состоянии вынести взгляд глаза в глаза с доминантным волком и объявил сдавленным голосом:

— Мы переедем.

— Это вероятно первое умное решение, что ты когда-либо сделал для своей стаи, — отбросив мужчину от себя, Зед заметил движение со стороны края дорожки. Он должен быть удивлен тем, что Рипли шла через кромку леса с близнецами по обе стороны, что ж в действительности он не был.

— Мы пришли к соглашению, что ты позволишь мне разобраться с этим, — сказал он.

— Она плохо слушала, — пробормотал Ди.

— Это очень раздражает, — согласился Сэвэн.

Зед заметил, что близнецы делают ту же ошибку, что и в другое время.

— Рипли?

— Я хотела посмотреть на шоу, — она зарычала на койота, который шагнул в ее сторону. Когда животное заскулило и побежало, Зед почувствовал, как странное чувство гордости накрыло его.

— Я не сомневалась, что ты разберешься с ними.

Он кивнул.

— Джеб тут сказал, что они собираются покинуть этот район.

Рипли улыбнулась Зеду, который все еще держал Альфу в смертельной хватке перед тем, как приблизится.

— Джеб, сукин ты сын. У тебя не было яиц, чтобы напасть напрямую, так ты напал на моего омегу. Ты не осознавал, что наши омеги в почете из-за своих собственных талантов, и мы не запугиваем и не обращаемся жестоко с их эмоциями.

Оттопырив верхнюю губу в рычании, он выплюнул:

— Они слабы.

Рипли вновь зарычала, обнажая зубы, замахнулась и ударила Джеба с такой силой, что мужчина погас, как свечка.

Зед споткнулся и уронил бессознательного койота на землю, даже не пытаясь предотвратить его падение. После вытер свои кулаки об штаны, он переступил через него, затем обернул свои руки вокруг своей пары. Он взял ее руки в свои. Осмотрев покрасневшие костяшки пальцев, он поднес их к своим губам и нежно поцеловал.

— Отличный удар.

— Спасибо. Мой отец научил меня.

— Умный мужчина. Ты готова убраться отсюда? — он не ожидал ответа на этот вопрос, и она должно быть почувствовала это, поскольку последовала за ним молча. Он встретился взглядом с доминантными койотами, если их так можно назвать, сидящих возле внешней границы. Когда он шагнул в их сторону, они опустили голову.

— У этой банды неделя и не дня более, чтобы очистить эту землю и убраться отсюда. Не попадайтесь мне на глаза или на нюх больше вновь.

Альфа пришел в себя, встал на неустойчивые ноги.

— Куда к черту, мы должны податься?

— Как я сказал ранее, попробуйте Йеллоустоун.

Йеллоустоунская стая волков не допустит никакого дерьма от этих собак. Члены их стаи сильны, но трусливы. Медведи другой вопрос, но не Зеду волноваться об этом.

Проходя, он схватил Джеба за воротник и, понизив свой голос так, чтобы остальные также смогли услышать.

— Если я когда-либо услышу, что ты терроризируешь другую стаю, я выслежу тебя даже под землей, и твои самые худшие ночные кошмары не смогут сравниться с тем, что я сделаю с тобой. Я лазутчик, а тебя предупреждали о нас еще с младенчества. Могу сделать так, что никто не найдет даже и следа от тебя или так, что твое тело послужит предупреждением остальным. Я был обучен таким видам пыток, что могут заставить тебя бояться закрыть глаза вновь.

Запах страха ударил его за секунду до того, как кислотный, вонючий запах мочи перебил его. С отвращением, Зед оттолкнул Джеба в сторону вновь. Он донес свою точку зрения.

— Я думаю, мы поняли друг друга.

Один за одним, он смотрел на каждого доминанта до тех пор, пока они не отводили взгляд или не показывали свое подчинение. Когда ни нашлось, ни одного смельчака, чтобы бросить ему вызов, Зед повернулся к ним спиной. Часть его надеялась, что хоть один из них имеет яйца, чтобы подойти или, по крайней мере, затеять ссору. Тестостерон все еще тяжело перекачивался через его вены, и уступка Джеба не усмирила жажду правосудия или крови. Как этот идиот стал Альфой навсегда останется для него загадкой.

Мягкое, нежное прикосновение его пары вытянула его с омута гнева и успокоила его внутреннего волка.

— Зед, ни один из этих койотов не стоит твоей энергии.

— Безусловно, не стоит отдавать им энергию, которую я могу потратить на тебя, — он все еще сердился и, несмотря на то, что она успокаивала его, он не осмелился обернуться, не тогда, когда он все еще оставался напряженным. Никогда еще схватка не была такой личной или эмоциональной для него, и он пока не знал, как справиться с эмоциями, что накатывали на него. Вместо этого он последовал в сторону опушки леса.

— Мы прикроем твою спину, Зед, — прокричал один из близнецов.

Они уже прикрыли и иногда, когда он проводил годы в одиночестве, не подпуская кого быто ни было близко, он забывал об этом. Что ему следует сделать, так это взять ускоренный курс сплоченности, но прямо в этот момент ему нужно бежать быстро и сильно.

Он обернулся, туманно услышал, как Рипли спросила, как он может делать это так быстро, перед тем, как сбежал в лес. Он прошел добрые шестьдесят ярдов перед тем, как она догнала его, следуя с боку от него. Сильнее поднажав, он побежал, но она знала эту землю лучше него. Секунду спустя она толкнула его кубарем на траву.

Он поджал ее под себя, и она цапнула его, ее голубые глаза были полны игривости. Отпрыгнув, он дал ей шанс унестись, и она понеслась, очевидно, желая, чтобы он устроил погоню. Его пара могла позволить ему пробежаться самостоятельно, давая выход его разочарованию. Его первая жена отпустила бы его, но Рипли, как часть его души, понимает, как на самом деле усмирить его зверя.

Ее серебряная шерсть сияла, как светлячок под светом луны, призывая его, как маяк в туманную ночь. Он сильнее летел сквозь лес, позволяя ветру выдуть запах койотов до тех пор, пока он не унюхал запах свежего ночного воздуха и своей пары, она оставила свой запах для него для преследования.

Впервые за большое количество лет, он чувствовал себя живым. Выйдя на открытое поле, он остановился на своем пути. Ее серебряный волк был посередине оборота, это заставило его сердце подскочить. Ему было ненавистно смотреть на ужасную боль на ее красивом лице, но она вскоре сменилось на мирное выражение лица в свете луны. С каждым сделанным шагом, она снимала часть своей одежды.

Она предстала полностью и восхитительно обнаженной перед тем, как он добрался до нее. Каждый ее дюйм — сладкое совершенство. Он сдерживал своего оборотня, его человеческая сторона кричала, чтобы быть с ней, а волк требовал заклеймить ее. Потираясь своим мехом напротив ее кожи, он помечал ее тело полностью своим запахом. Только тогда он обернулся. И когда это должно было быть быстро, но, увы, его способности к раздеванию были не такими быстрыми, как у нее.

— Позволь мне, — она закусила губу, когда выдернула его черную футболку из-за пояса джинсов. Снимая каждую часть одежды с мучительной медлительностью, она изучала и ласкала каждый дюйм его тела, пока он не предстал перед ней таким же обнаженным, как и она.

Разместив свои ладони над его сердцем, она взглянула в его глаза.

— Я благодарю богиню за то, что привела тебя ко мне.

— Я надеюсь, ты будешь также себя чувствовать, когда я на днях уеду на недели.

— Тогда я буду благодарна за расстояние.

Он услышал колебание в словах. Она не справиться хорошо с его отсутствием, и он должен убедиться, что первые несколько отлучек будут краткосрочными. Ее нужда в физических касаниях росла сильнее, чем он мог даже представить. У его первой жены — Ти никогда не возникало проблем провести год без того, чтобы увидеть друг друга. Но, Зед уже понял, что то, что он чувствовал к ней, меркнет по сравнению с новыми желаниями, что росли в нем к его паре. Он обожал Ти, но на уровне друга, который внезапно стал любовником.

Голос Рипли был полон трепета.

— Твое сердце бьется в такт с моим.

Он накрыл ее руку своей.

— Как много тебе рассказал твой отец о том, как это быть в паре?

— Не много. Моя мама последняя женщина в паре в нашей стае. Несколько, что поженились, сделали это, поскольку они влюбились. Но стая вымирала за долго до того, как моя мама умерла. Мой отец был последним сильным Альфой, рожденным в стае. Мы породили сильных бет, но не так много доминантов.

Зед опустил их на мягкую траву, притянув ее в свои объятия. Он лежал на спине, а она лежала на нем. Смотря на звезды, он несколько минут молчал.

— Красивая, сильная женщина. Какова численность твоей стаи?

— Семнадцать бет, восемь омег и двадцать один, нет, зачеркни, двадцать два ребенка. — Он слышал улыбку в ее голосе, когда она вспомнила самого последнего члена ее семьи.

— Я хочу, чтобы ты поехала в Лос-Лобос со мной, когда я обращусь к Дрю и хочу, чтобы ты ответила на любой его вопрос честно.

— Но…

Зед переместил ее так, что она была вынуждена встретиться с его глазами. Она должна понять важность того, чтобы довериться Дрю.

— Он тот самый необходимый волк, который поможет твоей стае. И господь знает, они могут использовать услуги Уилла по приготовлению пищи в его городе.

Рипли уставилась на него и кивнула перед тем, как положить свою голову обратно на его грудь.

— Что, если он скажет, нет?

Зед не мог ответить, потому что он не будет использовать силу или шантаж для того, чтобы затянуть Дрю в Грейстон. От этого не будет никакой пользы и это сведет на нет все то хорошее, что Дрю мог бы сделать. Зед только мог надеяться, что Альфа возьмет их под свое крыло. Если Дрю не возьмет их к себе, Зеду придется найти того, кто сможет восполнить весьма реальную проблему в ее стае. Он может взять Рипли обратно к нему, но никого из других членов ее стаи, что делает его дилемму — щекотливым делом. Он никогда не делал ставки все в одном месте, также он никогда не шел на встречи большим количеством под ударом.

Рипли оттолкнулась от него, ее волосы каскадом спускались по ее плечам.

— Зед?

Он пропускал ее локоны сквозь свои пальцы.

— Я уверен, что моя стая позаботиться о твоей, так если она их собственная. И я найду тебе Альфу.

— Но не ты?

Он должен был бы знать, что она не оставит это.

— Не я.

— Есть что либо, что я могу сделать, чтобы изменить твое решение? — карабкаясь по нему, она вдавила свой таз в его паховую область.

Его член пришел в полную боевую готовность, и он простонал.

— Ты можешь попытаться.

Схватив ее бедра, он поощрял ее продолжить трение между ними.

Она склонилась над ним, ее грудь прижалась напротив его груди, Рипли удерживала свои губы на минимальном расстоянии, она отодвинула свои бедра на достаточное расстояние для того, чтобы образовалось место между ними, чтобы направить его в нее.

— Ох, я хороша в убеждении, — он не сомневался, что она была хороша, но его время на разговоры закончилось, и он просто хотел чувствовать. Клеймя ее рот, он позволил ей убеждать его, так как она хочет.

Глава шестая

Зед и Рипли прогулялись по городу и направились прямо к сараю. Охрана, хоть и хорошо осознавала их присутствие, не остановила их, но, несомненно, побежала доложить Райкеру. Сочтет ли инфорсер необходимым присоединиться к ним, Зед скоро узнает.

Он прошел в кабинет Дрю, оставив Рипли в зале, чтобы самому сначала поговорить с Альфой. Он не хотел, чтобы кто-то чувствовал себя некомфортно. Он слишком уважал Дрю, чтобы заманить его в засаду. Хотя он замаскировал свой запах, только чтобы скрыть свой спариваемый статус, Зед не переходил в волчью форму, и не применил ни одну из его тактики скрытности.

— Зед, понятия не имею, почему ты меня испытываешь, — Дрю бросил карандаш на стол и откинулся на спинку стула. — И теперь ты просто гуляешь по городу с Рипли Грейстон?

— Никакого испытания.

— Присаживайся, — Дрю подождал, пока он не сядет. — Не думал, что ты скоро вернешься. Не пришло и недели с твоего ухода.

— Проблемы с Грейстонами были довольно предсказуемы, — Зед говорил довольно расплывчато, поскольку Рипли разрешала большую часть проблем, а не он. — Я думаю, ты должен еще раз послушать ее.

— Без дополнительной информации я все равно не могу им помочь.

— Она готова предоставить тебе всю информацию, которую ты попросишь.

— В своей обычной двусмысленной манере, ты можешь хотя бы сказать мне что-нибудь?

Он кивнул и наклонился вперед, положив локти на колени.

— Дрю, Грейстоны нуждаются в твоей защите. У них нет Альфы, и я верю, что ты тот, кто может выполнять эту роль.

Дрю глубоко вздохнул, сосредоточившись на потолке.

— Понятно.

Они сидели молча, Зед терпеливо ждал, когда Дрю обработает эту информацию. Взять на себя ответственность за еще одну стаю, когда все еще строишь свою собственную, может быть немного больше, чем он мог потянуть

Наконец, Дрю произнес:

— Пригласи Рипли, пожалуйста.

— Есть кое-что еще, что ты должен знать, но я не хочу, чтобы это могло повлиять на твое решение, — сказал Зед, подходя к двери. Только когда он открыл ее и жестом пригласил Рипли, он перестал маскировать свой запах.

— Вы спарились, — реакция Дрю ни о чем не сказала.

— Думаю, ты знаком с моей парой, Рипли, — Зед провел ее к стулу, который он недавно освободил, и встал позади нее, мягко и успокаивающе массируя ее плечи.

Дрю ничего не упустил, и по опыту, каждый раз, он получал более необходимую информацию.

— Привет, Рипли.

— Альфа Тао, — ответила она, опустив взгляд из уважения.

— Я узнал, что ты хочешь, чтобы я был Альфой твоей стаи.

— Нет, — она подняла подбородок.

— Зед? — Дрю посмотрел на своего лазутчика.

В то же время Зед застонал.

— Рипли.

— Я хочу, чтобы Зед был нашей альфой, но он отказался, — она посмотрела на свою пару, прежде чем вернула свое внимание к Дрю.

— Неоднократно, — сухо согласился Зед.

Дрю скрестил пальцы за головой и улыбнулся.

— И, если ты не совсем поняла, Рипли, твоя пара никогда в жизни не согласится стать вашим Альфой.

— Он так и сказал

— Неоднократно, — снова сказал Зед, и сжал ее плечо, мягко призывая продолжать.

— Итак, поскольку твой первый претендент не может взять на себя эту роль, ты пришла, чтобы спросить меня, в качестве последнего варианта, — Дрю поднял руку, когда Зед начал протестовать. — Рипли, в последний раз, когда ты была здесь, ты просила мою помощь, но отказалась предоставить мне какую-либо информацию, чтобы принять разумное решение. Зед уверяет меня, что теперь ты готова рассказать мне то, чего не могла раньше.

— Так и есть, — она судорожно вздохнула. — Зед уверяет, что ты не похож на своего отца. Но именно из-за твоего отца, мне пришлось прятаться.

Это привлекло внимание Дрю. В его глазах читался интерес.

— Мой отец нанес большой урон, и, кажется, все больше разрастается. Продолжай, пожалуйста.

— Мой отец боялся за стаю и моих сестер. Твой отец несколько лет назад приходил, пытаясь взять власть в свои руки. Тогда один из его людей увидел мою младшую сестру и задался идеей заполучить ее. К сожалению, в нашей стае не было сильных мужчин. Тонны бет, но нам нужна была новая, сильная кровь.

— И твой отец слышал, что мой сошел с ума.

Она кивнула.

— С тех пор мы скрывались. Пока…

— Пока койот не задался идеей, что она должна быть его, — сказал Зед.

— Полагаю ситуация с койотом больше не проблема? — спросил Дрю, не обращая на него никаких сомнений.

— Не для кого в Блэк-Хиллс. Они переезжают в Йеллоустоун.

— Ой.

— В точку.

В течение следующих пятнадцати минут Дрю задавал вопросы, и Рипли отвечала на них честно и полностью. Она дала ему цифры и то, что они могли принести в его стаю, в основном сильных женщин, талантливых омег и большой приток наличных денег. Но кулинарные таланты Уилла, казалось, вызвали наибольший интерес у Альфы. И Зед воспользовался этим, соблазняя его рассказами о каждой порции еды, которую ел в кемпинге.

Дрю, не в силах выдержать медленную пытку Зеда, наконец, поднял ладони в капитуляции.

— Что ты будешь делать, если я не смогу взять их стаю?

Зед встретился взглядом с другим мужчиной.

— Продолжу поиск кого-то, кто их защитит. Теперь они моя семья.

Дрю кивнул и повернул стул к окну.

— Останетесь на ночь. Не могу сказать, что ужин будет чем-то стоящим, но отвечу вам завтра утром.

Зед поблагодарил его и вышел с Рипли. Когда они были вдали от сарая, она скинула с себя его руки.

— Он нас не возьмет, не так ли?

— Ты этого не знаешь. Он хочет поговорить с Джи и его Инфорсером. Поверь мне, его осторожность делает его отличным альфой. Перестань беспокоиться. Даже если он не станет вашим лидером, мужик не оставит твою стаю незащищенной.

Они вошли в бар, в котором началась покраска, пока его не было. На этот раз обычная тишина приветствовала его, но только потому, что в это время все работали, оставив бар пустым.

— У тебя с собой тот кувшин с медом, что твоя сестра налила для нас, прежде чем мы уехали вчера?

— Да, — Рипли залезла в сумку и вручила ему стеклянную банку с золотистым медом.

— Постой здесь секундочку, — Зед поцеловал ее нос и подошел к бару. Поднеся банку на потертую поверхность, он засмеялся, когда медведь схватил ее перед тем, как она ударилась о столешницу.

— Никакой этикетки, — сказал Джи с улыбкой. — Ну, тогда я знаю, где ты был на этот раз. Видимо, нашел больше, чем рассчитывал.

— Меня ждало, больше, чем я думал, — признался Зед.

— Хорошо, не оставляй ее там, как потерянного щенка, — Джи махнул рукой, понизив голос, чтобы услышал только Зед. — Ты не сказал ей о моей, эм… ну, ты знаешь.

— Медовой зависимости? Нет, не рассказал, — Зед сделал все возможное, чтобы скрыть свою ухмылку, но медведь заметил ее.

Игнорируя Зеда, Джи улыбнулся и поприветствовал своего гостя.

— Ах, Рипли из Грейстонского парка, полагаю.

— Рипли, это Джи.

Она улыбнулась и принюхалась.

— Ты медведь.

— Был им в последний раз, когда проверял. Но не вини меня за это.

Зед сел на табурет и наблюдал, как Джи делает все возможное, чтобы выудить у нее информацию. К его большому восторгу, она была идеальной парой Зеда, неуловимой и ходить с медведем вокруг да около, пока большой парень, наконец, не вздохнул и не отмахнулся, прежде чем спросить, хочет ли Зед больше пространства.

— Зачем? — спросил Зед.

— Не могу представить, зачем. Ты знаешь, где все, — подняв подбородок, Джи указал на его плечо.

Обхватив рукой ее талию, Зед направил ее наверх.

Проведя пальцем по пыльным перилам, она повернулась к нему.

— Как долго ты здесь живешь?

— Живешь громко сказано. Я сплю здесь между заданиями, — он замолчал на мгновение, чтобы достать чистое белье из шкафа, прежде чем пошел с ней по коридору. — Я бы сказал, что пробыл здесь всего двадцать пять ночей. В значительной степени входил, оставался на ночь, и снова уходил.

Даже с изнеможением, наступающим на него, он сообразил проверить, что все его ценности остались нетронутыми, а комната не пострадала. Используя вековые песнопения своих людей, он подождал, пока мягкое сияние не поманило его. Он открыл дверь и жестом пригласил ее войти, прежде чем последовать за ней.

— Возможно, поэтому он спросил, хочешь ли ты комнату побольше.

Он позволил своему взгляду проследовать за ее к двуспальной кровати в углу. Пройдя к окну, он снова повторил песнопение, прежде чем смахнул оставшиеся чары.

— Мы лишь поспим здесь.

Она пожала плечами.

— Не то, чтобы мы по-настоящему спали вместе.

Пока они спали только в одном положении: он на спине, и она прижатая с боку. И если бы он имел право голоса, это было бы единственное положение, в котором они когда-либо спали. Тем не менее, не выспавшись как следует, он провел ладонью по лицу, внезапно сваливаясь от усталости.

Зед снял рубашку через голову и накинул на голый матрас тонкую простынь.

— Я абсолютно измучен.

Подойдя к нему, она провела пальцами по его руке, пока их ладони не сплелись вместе.

— Когда ты в последний раз спал? Я имею в виду, по-настоящему спал?

— Три недели назад. Нет, уже четыре.

Она отошла, схватила простынь и застелила кровать.

— Тебе нужно поспать. Залезай.

Между зевками он спросил:

— Чем ты будешь заниматься? Вероятно, лучше не уходить слишком далеко.

— Я почитаю книгу, которую купила на заправочной станции, когда мы остановились, — она вытащила любовный роман из своего рюкзака и помахала ему. — Ты можешь спать, я удостоверюсь, что ты в безопасности.

Он фыркнул, хотел доказать, что это он всегда будет защитником, но что-то внутри него расслабилось. С того момента, как он стал подростком, никто никогда не убеждался, что он в безопасности, когда спит. По мере того, как истощение окутало его, его окружало странное теплое осознание безопасности.

***

Стук в дверь отвлек ее от момента в книге, где героиня рассказывает герою о своей большой тайне. Не вовремя, по мнению Рипли, она не хотела, чтобы ее беспокоил кто-то другой, кроме ее пары, которого всегда будет недостаточно. Позволила себе взглянуть на него спящего. Тремя часами ранее, у него был чуткий сон, открывал глаза на каждый шум.

Первоначально она читала в кресле в другой стороне комнаты, но поняла, что он мог расслабиться лишь, когда ощущал ее прикосновение. Таким образом, она передвинула кресло ближе и проводила пальцами по его волосам, пока не услышала признаки глубокого сна в его тихом храпе. С учетом всего, что он сделал для ее стаи, дать ему спокойный сон, казалось, меньшим из того, что она могла сделать.

Второй стук, немного громче прежнего, вывел ее из размышлений. Положив книгу на стол, Рипли направилась к двери. Предполагая, что это будет волк-перевертыш или, возможно, медведь, она не удосужилась объявить о своем приближении. Они будут знать, и чем меньше звук, тем лучше. Она хотела, чтобы Зед поспал как можно дольше.

Приоткрыв дверь, она с удивлением увидела Дрю на другой стороне.

— Альфа Тао? — она открыла дверь чуть шире.

— Мы можем поговорить, или хочешь подождать, пока не проснется «Спящая красавица»? — Дрю ухмыльнулся, кивая на спящего Зеда.

Рипли вышла в зал, закрыв за собой дверь.

— Зед не спал неделями. Я бы предпочла дать ему отдохнуть.

— Приятно видеть, что ты заботишься о нем. Кто-то должен убедиться, что он время от времени делает перерыв, — Дрю кивком предложил отойти от двери.

Звуки беседы доносились из столовой, но она не собиралась покидать Зеда. Рипли обещала присматривать за ним, пока он спит, и так и будет. Он предупредил ее, что еда не будет той, к чему она привыкла, поэтому она упаковала кое-что в сумку, и отходила от него лишь в уборную, оставаясь рядом с ним,

— Я бы предпочла остаться здесь.

— Понял, — опираясь на перила, Дрю скрестил руки на груди, а затем скрестил ноги. — Я поговорил с моим инфорсером и Джи. Не хотел ждать до утра, оглашая решение.

— Я ценю это, — у нее свело живот, когда нервы поглощали ее так же, как в первый день, когда она приблизилась к Альфе Тао.

— Мне жаль, что ты не была более открыта со мной во время нашей первой встречи, — он поднял ладонь, останавливая все, что она могла сказать в свою защиту. — Но понимаю, почему ты не могла. У моей собственной стаи все еще трудное время с доверием, почему я не должен ожидать этого от соседних стай? Сказав это, не могу полностью сожалеть о том, что ты этого не сделала, потому что, если бы тебя не было, я бы не послал Зеда, и он бы не нашел свою пару.

Рипли чувствовала то же самое. Хотя мысль о ком-то пославшем шпиона в ее лагерь, чтобы получить информацию о ней, все еще раздражала ее. Однако это сработало в лучшую для нее сторону. Как сказал Дрю, она нашла свою пару, и ее стая избавлена от их заклятого врага, койотов. Теперь будущее ее стаи лежало в руках мужчины, стоящего перед ней.

— Я был закрыт в своем кабинете с тех пор, как вы ушли от меня этим утром. Обсуждал ваше предложение с моим инфорсером, которого беспокоит то, что он недостаточно знает о вашей стае, чтобы перераспределить и без того шаткие силы. Джи верит, что мы должны сосредоточиться на развитии собственной стаи, прежде чем разветвляться. Моя пара думает, что стая сильных бет может вызвать внутренний хаос внутри наших бет и вызвать борьбу за доминирующие позиции.

Жизнь была бы настолько легка, если бы Зед сам занял позицию Альфы. Рипли кивнула.

— Я понимаю. Как только Зед проснется, я попрошу его проводить меня в мою стаю, — рука на ее локте остановила ее, оттого чтобы полностью отвернуться.

— Я еще не закончил. Это были минусы, но есть и плюсы. Райкер не доверяет Зеду, потому что он не может поклясться в своей лояльности ко мне или стае. Это, и причины существования Зеда заключается в том, чтобы доказать, что может пробраться мимо охраны и получить информацию без того, что кто-то узнает.

— Он сказал мне, по пути сюда, что если он не может куда-то проникнуть, то никто не сможет.

— Точно. Но Райкер считает, что если ты поклянешься в верности стае Тао, тогда и Зед заинтересуется привязанностью к стае. Джи согласился с Зедом, чтобы я был вашим Альфой, и мы, в свою очередь, могли использовать вас, — Дрю сделал паузу. — Конечно, это еще может быть вызвано тем, что Джи хочет, чтобы истории, которые он слышал о вашей стае, были правдой и Уилл мог прийти и научить его поваров готовить что-то от чего у нас могли бы потечь слюнки. Наконец, и личное пристрастие, самый важный человек, который может повлиять на мое мнение, моя пара, Бетти, верит, что хотя и будут проблемы между некоторыми бетами, наличие сильных женщин, которые будут одинаково сильными в бизнесе, могут дать другим бетам стимул стать более активными, и, я упоминал об Уилле?

Комическое замечание позволило Рипли расслабиться.

— Ты упоминал и поверь, он потрясающий.

— Готова ли ты и можешь ли поклясться верностью мне как своему Альфе за себя и, по доверенности, за свою стаю?

— Да.

— Хорошо. Встретимся утром в сарае, сделаем это официально. Каждый из твоей стаи должен будет сделать это лично, когда смогут. Это может подождать до межсезонья, но я полагаю, что, не смотря на присутствие Зеда и его братьев-близнецов, твоя стая не может дождаться, когда я дам вам свою защиту. Вы слишком богаты ресурсами и бетами. Кроме того, койоты слишком глупы, чтобы свалить.

— Благодарю тебя от всех Грейстон.

— Я должен был пригласить тебя и Зеда к нам на ужин, но передам твои извинения Бетти.

После нескольких минут обсуждения Дрю откланялся. Рипли вошла в комнату, наполненную мягким приглушенным лунным светом. Она открыла окно, позволяя свежему ночному воздуху заполнить ее легкие. Безопасность ее стае гарантирована, позволив напряжению, которое она носила, осесть, а надежде воспрять. Раздевшись догола, она забралась в кровать между Зедом и стеной. Его рука обхватила ее, прижимая к себе. Сон быстро нашел ее в надежных объятиях ее пары.

Эпилог

Четыре месяца спустя…

Рипли поместила последний из речных плотов на склад. Еще один сезон позади, и впервые она с нетерпением ожидала некоторого времени вдалеке от воды. Потирая свой живот, она улыбнулась.

— Малыш, ты полюбишь реку.

— Мамочка, не должна сама погружать эти плоты, — глубокий, знакомый голос ее пары окутал ее.

Повернувшись, она бросилась к Зеду, и он поднял ее на руки.

— Когда ты прибыл?

Пройдя по направлению к офису, он поймал ее губы своими. Три недели были слишком длинными и, имея всего два дня между двух-с-половиной недельной миссией для своей стаи и еще трехнедельной для Дрю, она соскучилась по своей паре.

Она провела руками по его груди и под футболкой, зашипев, когда ее сила взлетела.

— Мы не будем это делать в твоем офисе снова.

— Это то, что ты сказал в прошлый раз.

Оказавшись внутри, он опустил ее на ноги.

— Где все, и почему они не помогают тебе закрывать магазин? И почему ты не подождала меня, чтобы сделать это?

— Один вопрос за раз, шпион короля. Все отправляются в путешествие в Лос-Лобос. Уилл очень волнуется о поставке продуктов на вечеринку, Дрю позволяет нам все бросить, чтобы поблагодарить Тао, все бегают, чтобы найти нужные ингредиенты.

— Тао будут довольны всем, что не сделано из гамбургера, поверь мне. Итак, почему ты не подождала?

— Потому что я не думала, что ты вернешься, до того, как мы уйдем. Это не так, как если бы ты пробивал таймер и мог просить выходные. Я это поняла, когда подписала контракт, — и как только Рипли преодолела непрекращающееся желание прикоснуться к нему, соглашение хорошо сработало для нее. Она имела свою свободу заниматься рафтинговой компанией и турами по своему усмотрению, а когда Зед приезжал в город, он либо присоединялся к ее турам, либо она брала отпуск. — Кроме того, плоты не так уж и тяжелы.

— Что, если бы человек прошел здесь? Ни одна человеческая женщина не смогла бы поднять этот плот самостоятельно. Ты должна быть более осторожной, и я не говорю о том, что ты беременна, и Джейни уже предупредила тебя о подъеме тяжестей, — положив открытую ладонь на ее живот, Зед осторожно надавил. — Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал.

— Мы в порядке теперь, когда ты здесь.

— Запирай, и давай перейдем к соединению. Уверен, Уилл занят достаточно, чтобы не беспокоить нас. Я могу помочь тебе закончить подготовку к зиме здесь, после церемонии лояльности с Дрю.

— Ты вернешься после встречи с Дрю?

— Пробуду здесь пару недель, прежде чем мы должны вместе прибыть к моему Альфе.

Она остановилась на своем пути.

— Подожди. Ты забираешь меня в свою стаю? Я думала, это большое «ни-за-что».

— Похоже, осознание того, что наш ребенок может иметь силы лазутчика заставило их переосмыслить свою позицию. Полагаю, что потребуется две недели, чтобы помочь тебе подготовиться к встрече. Близнецы попросили остаться после того, как стая вернется сюда, так что у меня был еще один предлог. Я снова подумал, что ребенок поможет нам получить все, что мы хотели.

Рипли заперла за ними дверь и держала его руку, когда они шли к внедорожнику. Когда он помог ей сесть на переднее сиденье, она задержалась.

— Ты же знаешь, что я уже поклялась в своей верности Альфе. Я не нужна там на самом деле.

Глаза Зеда потемнели от желания.

— Но все остальные должны быть там.

— Это то, что я люблю в тебе. Этот твой мозг работает прямо в сердце проблемы, — она опустила его голову, чтобы могла ласкать его шею своими губами.

— Я все еще должен встретиться с твоим Альфой.

Между поцелуями она спросила:

— Он ждет тебя?

— Он всегда ждет меня, и никогда в то же время.

— Значит, пока тебя никто не видел, и я заявляю о небольшом утреннем токсикозе, никто не задастся вопросом, почему нас там нет.

— Лагерь все еще не тронут? — спросил он.

— Да, — промурлыкала Рипли ему на ухо.

— Там еще есть лодка, вверх по реке?

— Ага.

Схватив мобильный телефон, который он купил для нее до своей первой миссии вдали от нее, он положил его в ее руки.

— Позвони своей сестре. Скажи ей, что ты вернешься на природу, чтобы успокоить духа-наставника — своего ребенка.

— Она никогда не купиться на это.

Нажав на телефон, он сказал:

— Звони.

И она сделала, и часом позже она и ее пара лежали голыми в случайной палатке, слушая звуки природы вокруг них и их собственное сердцебиение, прекрасно проводя время, друг с другом. Дрю доказал, что он хороший Альфа, и она надеялась, что ее стая окажется для него таким же хорошим риском.

Но она любила Зеда, и хотела видеть только его. В конце концов, их Альфа был фигурой, требовавшим держать других в страхе, а Зед был человеком, который показал ей, как жить и как любить.

И она была благодарна звездам за то, что он проник в ее стаю.

Конец

Content

Иствик Доминик Проникнуть в ее стаю