Виталий Зыков

Школа пепла

Братство – сообщество магов, исповедующих одинаковые взгляды и объединенных конкретной целью. Члены братств традиционно практикуют схожие или близкие по сути Тайные Искусства и закрыты для посторонних. На территории Борея деятельность любых братств запрещена, однако ограничения носят сугубо формальный характер. Многие подобного рода сообщества сейчас вполне комфортно себя чувствуют под вывеской официальных Школ.

Из учебника истории борейских Школ для студентов Колледжа Белых Перчаток[1]

Дружить всегда легче не ради чего-то, а против кого-то!

Из мемуаров Архимага Ллойда Гарроты, Канцлера Авалона

Часть 1

Слуга двух господ

Глава первая,

в которой героя зовет дорога

Потолок спальни леди Марой был украшен в стиле борейской моды конца прошлого столетия. Еще тех времен, когда страна была монархией, во дворце в Варганде сидел император, а соблюдение религиозных канонов воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Полтора десятка миниатюр по периметру и одна крупная картина в центре изображали сцены из Послания потомкам, где Святые творили могучую волшбу, воодушевляли людей перед сражениями и громили демонические орды. Смотрелось это все ярко и красиво, но, на вкус Малка, совершенно не подходило для комнаты молодой и любящей жизнь леди. Однако кто он такой, чтобы лезть со своим мнением?!

Малк вернул на место соскользнувшую с бедер простыню и, убрав за голову руки, продолжил лениво изучать творение неизвестного ему художника.

– Проснулся? – сонно простонала лежащая рядом Терри, даже не пытаясь шевелиться. – Давно?

– Давно, – хмыкнул Малк, покосившись на девушку.

Сейчас она никак не напоминала ту элегантную и утонченную леди Марой, образ которой так тщательно пестовала на людях. Взлохмаченные волосы, тени под глазами, потрескавшиеся губы и общий бледный вид – два дня и две ночи, что они вместе провели в постели, не прошли для нее даром. Даже Малк с его повышенной жизнестойкостью и выносливостью был как выжатый лимон, что уж говорить о даме…

Вопреки его ожиданиям, Терри вдруг проявила удивительную живость и, резко повернувшись, закинула на него ногу.

– И чем тогда занимался, если давно проснулся? – промурлыкала она.

Малк ухмыльнулся уголком рта.

– Просто лежал, отдыхал… и пытался не думать, что уже сегодня меня ждет поезд до Варганда.

– Ой, до вечера еще полно времени, – отмахнулась Терри.

– Как сказать, как сказать… – не без самодовольства возразил Малк. – Два дня назад я тоже планировал лишь нанести визит вежливости одной очаровательной леди, а в итоге… вон как все завертелось.

И тут же заработал шутливый тычок кулачком под ребра.

– Эй! Это правда! – возмутился Малк, прикрываясь локтем.

Визит к леди Марой действительно оказался полон неожиданностей. Истерзанный общением с госпожой Леарой Малк, конечно, надеялся, что приглашение в гости от Терри не сведется к чинной беседе в гостиной, но и о том, что флирт столь стремительно перерастет в нечто большее, даже не мечтал. И дело тут вовсе не в какой-то чрезмерной раскрепощенности леди Марой – хотя и это тоже со счетов сбрасывать не стоило! – а скорее в его собственном желании нырнуть в омут страсти и хоть ненадолго забыть о мире вокруг.

Что ж, последнее ему и вправду удалось! Разговор за чашкой чая, с которого начался его визит к леди, очень быстро перешел к теме отношений, приобрел игривую тональность… и вот уже Малк сам не понял, как так получилось, что он, не прерывая поцелуев, несет девушку в спальню. В спальню, которую они не будут покидать следующие двое суток.

– Ты уверен, что хочешь уехать? – вдруг спросила леди Марой, подставив под голову согнутую в локте руку и глядя в лицо любовнику.

Малк неопределенно дернул плечом.

– Не знаю. Еще позавчера сказал бы, что да, а сегодня… сегодня все прошлые тревоги кажутся глупыми и ненастоящими, – протянул он задумчиво. Однако память тотчас услужливо подсунула подробности разговора с госпожой Леарой, и он уже гораздо более уверенным тоном продолжил: – Хотя чего себя обманывать… Останься я здесь, и моя дальнейшая жизнь будет яркой, счастливой, но, увы, очень недолгой. Так что… дороги назад нет.

Малк извиняюще улыбнулся и поцеловал Терри в кончик носа.

– Да, ты в Андалоре от души покуролесил, – ответила девушка и мелодично засмеялась. – С той Ночи Йорроха, когда мы познакомились, о начинающем маге по имени Малк заговорили в определенных кругах даже некоторые Младшие Магистры. Что для Адепта далеко не самого престижного заведения Борея уже немалое достижение.

Услышанное заставило Малка нахмуриться.

– Меня обсуждают? А подробнее? – спросил он.

– Это так важно? – улыбнулась Терри. Сейчас, вырвавшись из тесных рамок этикета, она выглядела удивительно милой и… словно бы домашней. А еще – зверски соблазнительной.

Однако Малка в данный момент подобным было не смутить.

– Для такого, как я, очень важно, – пояснил он. – Я про себя многое тебе не рассказывал, но…

– Ой, не смеши! – перебила его Терри. – Неужели ты думаешь, что я лягу в постель с первым встречным?! Разумеется, Джон узнал все, что только можно. Про тебя, твое «обычное» происхождение, сложности с обучением, маленькую войну с лоялистами и очевидный разлад с подругой. – Девушка, сразу став чем-то похожей на госпожу Леару, снова рассмеялась. – Как видишь, мне известно все, что действительно важно!

Она особо выделила слово «действительно». И Малк понятливо кивнул, растянув губы в невеселой улыбке. О том, что у него и у нее важность подобного рода вещей может сильно разниться, он предпочел не говорить. А то и в самом деле, Йоррох его побери, увлечется да и докопается до связей Малка с Канцелярией, узнает о получении Наследия Кетота, доберется до преследования со стороны «этого деда Бонифация». Уж этого ему точно бы не хотелось!

– Тем более. Я как-то привык думать, что отъезд с Борея закроет проблемы с недовольством знати… Кто будет охотиться на сбежавшего к Йорроху на рога «таракана»? Но если дошло уже до досужих разговоров, то…

– То ничего страшного не случилось, – перебила его Терри. – Тебя вовсю обсуждают наши доблестные вояки. И даже не столько тебя, сколько твое везение. Нечасто им приходится встречать Адептов из «городских неженок», которые ухитряются пережить полноценный поединок авалонского Младшего Магистра с не самым слабым на этом свете демоном!

– Вот как… – пробормотал Малк, переваривая услышанное. И довольно бестактно спросил: – Как понимаю, спрашивать, откуда одной далекой от армии леди известны частные беседы борейских офицеров, смысла нет?

В глазах леди Марой что-то мелькнуло, однако если ей вопрос и не понравился, то больше она это никак не показала.

– Почему же? Ответ очевиден: от моего генерала, – с удивительной непосредственностью ответила Терри.

Малк не нашелся даже что сказать на это. Хотя… она ему не жена и не подруга. А раз так, то и не ему осуждать не слишком-то отягощенную моралью даму. Особенно лежа голым в ее постели.

Тем не менее в комнате повисла неприятная тишина. И, чтобы сменить тему, Малк сказал:

– Кстати, прости, но твой платок я потерял.

Поймал недоумевающий взгляд леди Марой и пояснил:

– Ну тот, который ты мне подарила после Ночи в храме Архонта. С особыми свойствами!

То ли Терри играла, то ли и вправду забыла, но об изолирующей магические эманации вещице она вспомнила только после пояснения Малка.

– А, его… Да ерунда. Глупая игрушка, сделанная еще в те времена, когда я надеялась найти себя и вырваться за рамки искалеченного Дара, – отмахнулась девушка с напускным равнодушием. Причем чувствовалось, что реакцию вызвал не факт потери подарка, а то, что стояло за этим. История его создания и собственно тема таланта к магии. – Совершенно бессмысленная вещь. – И тут же остро глянула на Малка. – Удивлена, что ты распознал в этой тряпке не просто платок!

Малк, который помнил, как отнесся к «тряпке» старый оружейник, лишь неопределенно покрутил в воздухе пальцами.

– Погоди, а что не так с твоим Даром? – спросил он, вдруг заинтересовавшись. – Если Джон копался в моем прошлом, то ты должна знать про то, что я бывший «пустышка». Так что перед тобой, можно сказать, специалист по проблемам с талантом…

– Специалист? Тогда ладно, если специалист… – снова перебила его Терри с тихим, но не обидным смешком, однако тут же серьезно продолжила: – У меня мутировала Родословная. Не как у тебя, когда в крови даже следа ее не осталось, а иначе… когда дарованный предками талант трансформируется в нечто иное, кривое и убогое. В итоге пройти инициацию я смогла, а вот взять планку ранга Ученик уже нет.

– И ничем не помочь? Подобрать Тайное Искусство, поэкспериментировать с алхимией, Запретными Техниками… – сочувственно спросил Малк. Понятно, что леди Марой рассказала далеко не все, но даже услышанного хватило, чтобы ощутить с ней какое-то сродство.

– Ты представляешь, сколько это будет стоить? – меланхолично сказала Терри. – Будь я дочерью Патриарха Дома или главы Семейства, может, и была бы надежда исцелиться, а так… быть мне Адептом до смерти. – Она помолчала и продолжила: – Нашлись, правда, советчики, что надо обратиться к «демонолюбам». За должное подношение демоны и не такое исправляют, но…

– Но? – вскинул брови Малк.

– Но меня хоть и сложно назвать высокоморальным человеком, все же есть границы, которые никогда не переступлю. И на сделку с врагами человечества я не пойду ни за что, – с неожиданной серьезностью сообщила леди Марой, а у Малка где-то в глубине души вдруг шевельнулось непонятное облегчение. Отчего-то подобный ответ девушки был ему весьма приятен… Интересно, уж не клятва ли милес Драго себя так проявляет?

– А какая у тебя Родословная? – спросил Малк, несколько ошарашенный услышанным и потому напрочь забывший о существующих у магов табу. Тут же вспомнил, спохватился и торопливо добавил: – Но, если это секрет, можешь не отвечать!

Однако бестактный вопрос девушку совсем не разозлил. Наоборот, она вдруг улыбнулась, оценивающе посмотрела на Малка и со знакомым ему по прежним встречам хищным блеском в глазах сказала:

– Это не секрет, но… просто не скажу! Должна же быть во мне загадка?

Вопрос подразумевал только один возможный ответ. Малк молча обнял девушку и прильнул в поцелуе к ее губам. На какое-то время в комнате опять воцарилась тишина, прерываемая звуками поцелуев. Впрочем, во что-то большее это не переросло – в какой-то момент Терри отстранилась от Малка и, сообщив, что собирается распорядиться насчет обеда, выпорхнула из спальни.

Малк остался в одиночестве. Он наконец получил возможность хорошенько обдумать случившееся, благо и вправду было на что обратить внимание.

И прежде всего это касалось самой причины, по которой они с леди Марой сблизились. Если с ним самим все было понятно, то во внезапно вспыхнувшую страсть столичной красавицы к не самому симпатичному – особенно после трансформации под влиянием магии Жизни – колхаунскому парню Малк не верил. Терри вообще не походила на человека, способного поддаться порыву. Не манипулятор уровня госпожи Леары, конечно, но и не салонная вертихвостка с ветром в голове. Есть у нее на его счет какие-то планы, ради которых можно и с наставником по гаданию помочь, и даже в постель затащить. Наверняка есть! Но вот какие именно – вопрос. Уж точно не связанные с его неземным талантом и умопомрачительным богатством.

Особенно ясно это стало после рассказа о проблемах Терри с Родословной и Даром. В подобного рода ситуации решительно настроенная дама неизбежно будет стремиться развивать отношения с могущественными и влиятельными магами, завязывать знакомства с редкими специалистами вроде Старика, искать возможности для развития собственного дела… Однако Малк-то тут каким боком затесался?! Нет, определенно что-то здесь не то.

Но их невозможными отношениями происходящее не ограничивалось. Говоря о Родословной, Терри ни словом не обмолвилась о своих родичах. Как и не коснулась темы недоброжелателей, преследование которых заставило ее сделать себе защищающую от гадания колдовскую татуировку. К слову, весьма симпатичную – за прошедшие двое суток он успел на нее насмотреться.

А ведь Малк до сих пор помнил те ощущения, что возникли в ходе проведенного для леди Марой ритуала прорицания! И о совете Старика не связываться с тем, чье внимание обратила на себя девушка, тоже не забыл.

«А может, в татуировке и дело? Дерек Урвал город покинул, проводить поддерживающие ее Силу ритуалы больше некому. Вот Терри меня в качестве запасного гадателя и держит?» – предположил Малк.

Догадка выглядела разумно, однако душа у него к ней почему-то не лежала. И все больше казалось, что он что-то упускает. Какой-то момент, полностью меняющий сложившуюся картину…

Хотя, с другой стороны, какая ему разница? Замуж леди Марой он звать не собирается, иллюзии относительно уз между ними не питает. Так стоит ли голову себе забивать ерундой насчет зачем и почему?! Тем более что, даже если забыть о близости, у Малка все равно оставался перед Терри долг. Может, это ей ничего и не стоило, но в нужный момент – когда Малк искал учителя гадания – она не отмахнулась от просьбы и помогла. А это дорогого стоит. И потому, если вдруг за поддержкой обратится уже леди Марой, он не откажет.

Размышления Малка прервал донесшийся из коридора стук каблучков. Дверь в спальню с треском распахнулась и в комнату ворвалась раскрасневшаяся Терри.

– Живо собирайся! – с порога крикнула она, попутно пытаясь придать волосам хотя бы видимость прически. – Паромобиль генерала к воротам подъехал!

– Чего? – тупо спросил чересчур расслабившийся Малк. – Г-генерала?

Появление официального любовника леди Марой стало для него полнейшей неожиданностью. Он незаметно для себя перенял ту легкость, с которой девушка относилась к своему прежнему партнеру – она даже по имени его никогда не называла, ограничиваясь званием или, в редких случаях, магическим рангом. Но, как выяснилось, списывать того со счетов было преждевременно.

– Если хочешь, я могу с ним встретиться и поговорить, – предложил Малк неловко, собирая раскиданные по спальне вещи и натягивая их на себя.

– Ты с ума сошел?! – в непритворном ужасе округлила глаза леди Марой. – Маг из него, конечно, так себе, и чин он получил только по протекции отца, но… Малк, ты ему точно не соперник! Ты же это понимаешь?

Малк мрачно кивнул. Сильный Адепт, разумеется, может составить конкуренцию средненькому Ученику и при большой удаче может даже навредить Бакалавру, но для магов старшего ранга он не более чем пыль под ногами. Даже для так себе чародеев. Так что, положа руку на сердце, предложение Малка вполне тянуло на экзотический способ самоубийства.

– Он уже у входной двери! – охнула Терри, прислушавшись. – Йоррох! Вниз тебе нельзя… Давай туда!

Сунула в руки Малку его ботинки и подтолкнула в сторону окна.

– Иди-иди! – зашипела она. Вдруг замерла, явно задумавшись, коршуном метнулась к письменному столу, что-то накорябала самопишущим пером на прямоугольном клочке бумаге и, вернувшись назад, сунула его в карман жилета Малка. – Это номер моего мыслеграфа. Я его раз в несколько седмиц проверяю, так что не пропадай… Обещаешь?

Леди Марой требовательно заглянула в глаза Малку, а когда увидела что-то одной ей понятное, поддалась порыву и прижалась к его груди.

– Все, уходи! Он уже на этаж поднимается, – разорвав объятия сообщила Терри.

Дождалась, пока Малк выберется через окно на идущий вдоль стены здания карниз, закрыла за ним створку и кинулась к постели. Своего генерала она очевидно планировала встретить, томно раскинувшись на подушках. Правда, Малк последних деталей уже не видел. Все его внимание занимала узенькая каменная полоска, на которой ему приходилось теперь с трудом балансировать. И не то чтобы он боялся упасть в раскинувшийся под окном палисадник – высота позволяла не покалечиться, – но оставлять там характерные следы, способные натолкнуть разумного человека на опасные мысли, не хотелось.

Мысленно прикинув, что если он доберется до угла дома, то сможет перебраться на крышу сарая, а оттуда уже незаметно спрыгнуть на садовую дорожку, Малк осторожно, приставным шагом двинулся прочь от ставшей опасной спальни. Он даже успел преодолеть первую сажень, как покинутое окно вдруг со стуком открылось, раздалось шипение, которое может издавать только зажженная сигара, и потянуло запахом дыма. Гость Терри – да поимеет его разом Йоррох со всем своим воинством – решил закурить. И стоило ему чуть сильнее высунуться наружу, как он тотчас увидел бы застывшего столбом соперника.

– Опять ты куришь! Заканчивай быстрее и иди ко мне! Для кого я новый пеньюар надела?! – донесся до Малка воркующий голос Терри.

Не успел он подивиться женскому коварству, как следом раздалось невнятное мужское бурчание, зажженная сигара кометой улетела в палисадник, и снова бухнули створки окна. Малк опять остался в гордом одиночестве.

М-да, одно дело спать с женщиной Младшего Магистра, и совсем другое оказаться от этого Младшего Магистра на расстоянии вытянутой руки! Мысль была достаточно здравая, но несколько запоздавшая. Так что Малк вытер покрывшийся испариной лоб и продолжил движение по карнизу. Слава Святым, единственное попавшееся ему на пути окно было закрыто ставнями, поэтому он быстро его проскочил, добрался до угла здания, ступил на крышу сарая и… гигантским прыжком добрался до садовой дорожки. На мгновение замер, ожидая окрика невольных свидетелей, а когда убедился, что остался незамеченным, ринулся в сторону ведущего на соседнюю улицу забора. Ботинки он надевал, уже оказавшись снаружи.

Любовное приключение, едва не ставшее катастрофой, благополучно закончилось…

Следующие несколько часов Малк целиком посвятил беготне по городу. Съездил в Общество, где получил в паспорт мага отметку об успешном окончании курсов, немного обновил гардероб, купил всякие необходимые в дороге мелочи, закрыл счет в банке. А еще добрался до мастерской, где ему продали Зеркало Друзала, и вернул им обломки за смешные полдрахмы. На фоне прошлой своей сделки, когда за фокусирующие кристаллы из первого артефакта ему предложили одиннадцать драхм, это выглядело откровенным издевательством, но… но Малк даже не стал спорить. Побывавшее на поле битвы между Младшим Магистром и демонами Зеркало даже выглядело как куча оплавленного металлолома. И то, что ему вообще за них заплатили, было уже неплохо…

Последним Малк забрал из камеры хранения на вокзале потрепанный саквояж и сразу же проследовал на пропахший угольной гарью перрон. До отправления оставался еще почти час, но обладателей билетов первого класса – госпожа Леара отчего-то явно расщедрилась – пускали в вагон уже сейчас, чем Малк и воспользовался. Быстро нашел свое купе, повесил верхнюю одежду в шкафчик, заказал у проводника чай, плюхнулся за столик и… и, Йоррох побери, только тогда вдруг осознал, что он действительно сидит в поезде и собирается покидать Андалор. А ведь еще год назад все его помыслы и жизненные цели были связаны с культурной столицей. И он верил, что та станет его домом как минимум на следующее десятилетие.

М-да, в свете нынешних реалий его прошлые планы теперь казались еще более наивными и глупыми. Секретный дневник вел, варианты будущего рассчитывал, да вон как все сложилось! Он снова в поезде, позади полыхают сожженные мосты, в кармане жалкие гроши, а впереди неизвестность. Все почти как в прошлый раз, разве что только теперь он один, имеет кучу врагов и сидит на крючке у страшной Канцелярии. Прекрасный образчик воплощения в жизнь юношеских фантазий!

Несмотря на горечь, которой отдавали его мысли, Малк, к собственному удивлению, по-настоящему расстроенным не был. Наоборот, сам себе он казался каким-то обновленным. Словно бы освободившимся от цепей и обретшим крылья. Ведь если подумать, то магом он стал, кучу навыков приобрел, на жизнь трезвым взглядом смотреть научился. Более того, он уцелел там, где люди гораздо опытнее его пророчили ему смерть, обрел истинные цели и смысл жизни – «то, ради чего он встает по утрам»[2] – и даже увидел настоящие лица тех, кто прятался под масками его друзей. Правда, все еще нет-нет да и всплывала в сердце обида на предательство Хелавии, но и эта боль не была острой или мучительной… Хотя тут свою роль, очевидно, сыграли ночные безумства с леди Марой. Помнится, в интернате почувствовавшие вкус взрослой жизни пацаны любили учить «малышню» чужой премудрости. «Чтобы забыть одну женщину, надо провести ночь с четырьмя другими», – говорили они, и благодаря Терри Малк начал воплощать данный совет в жизнь. Что будет дальше неизвестно, однако пока рецепт явно работал.

Не все так плохо было и с деньгами. В Андалор Малк вез одолженные отчимом сорок драхм, и этих денег ему едва хватило на первое время. Покидал же он культурную столицу с честно заработанными пятьюдесятью восемью драхмами, что почти в полтора раза превышало прежнее его «богатство». Да и в остальном Малк был в изрядном прибытке… Проклятый нож, револьвер, даже, поимей их Йоррох, маска Лиса и статуэтка рыцаря от таинственного Зала Помнящих – все это были символы новой жизни, жизни ходящего по грани Одаренного. И Малк наконец это осознал и принял всей душой.

Но самая главная ценность, что сейчас имелась в его распоряжении и которая больше всего сказывалась на его психическом состоянии, это рекомендации специалистов Канцелярии по формированию Нимба и преодолению границы ранга Ученика. Именно наличие в багаже данных записей стало для Малка зримым подтверждением воплотившейся в жизнь мечты и… ключом к будущему развитию.

От одной только мысли о том, что его ждет по приезде в Варганд, Малка охватывало нервное возбуждение, которое приходилось подавлять усилием воли. Ведь именно в столице он собирался провести необходимые ритуалы и штурмом взять новую вершину своего развития как мага. Именно там, подальше от обиженных им аристократов, заготовленных против него схем активных противников храма Кетота и коварных планов представителей авалонского посольства, Малк хотел стать Учеником. Да, переезд ничего не менял – влияние всех его врагов сохранялось и в столице, – но он делал ставку не на это. Малк верил, что на его стороне неожиданность, отчасти даже наглость и… большое разнообразие магических организаций в Варганде.

Интересно, предполагала ли нечто подобное госпожа Леара или думала, что жадность в нем победит и он таки рискнет воспользоваться помощью магов Общества?! Хотя какая, к Йорроху, разница! Решение принято, Малк в поезде и уже понимает, кого именно ему надо искать по приезде. Осталось лишь добраться до столицы, причем желательно не попав в очередные неприятности. Без всех этих демонов, террористов или проклятого Святыми карлика, под влиянием прошлой поездки ставших для Малка неизменными атрибутами железной дороги.

Ну а если все же не повезет…Что ж, он готов ко всему. В саквояже, поверх вещей, лежит заряженный многоствольный пистолет, проклятый кинжал в ножнах заткнут под рубашкой за пояс брюк, а заклинание Искры в любой миг готово сорваться с языка. Справится, со всем справится. Не впервой!

Однако на этот раз все прошло на удивление гладко и обыденно. Никто не поднимал по тревоге солдат из конвоя, никто не стрелял из пушек, не устраивал перестрелок в вагонах-ресторанах. Мало того, все два дня, пока поезд добирался до конечной станции в Варганде, Малк был в купе совершенно один, избавленный от утомительной обязанности терпеть какого-нибудь особо говорливого попутчика. Так стоит ли удивляться, что с поезда он сошел в прекрасном расположении духа, максимально подходящем для ритуала?

– В восточный филиал Школы Зеленого Света, – бросил Малк извозчику, садясь в пролетку при выходе с вокзала.

Днем ранее в ходе беседы с проводником он случайно узнал об имеющейся в поезде дорожной библиотеке. Сходил туда, хорошенько покопался в зачитанных до дыр книгах да и обнаружил «Вестник учебных заведений». Справочник, который считался в Борее основным источником знаний по существующим в стране магическим организациям. Остальное было делом техники, так что уже к вечеру на руках у Малка имелся список наиболее подходящих для его целей колдовских сообществ. И Школа Зеленого Света занимала там первую строчку. Неплохая экономия времени для того, кто планировал первый день в Варганде потратить на поиски нужных сведений в местной публичной библиотеке!

Как выяснилось, добираться до нужного адреса было недолго, хорошо если десять – пятнадцать минут. Малк даже насладиться поездкой не успел – вроде только начал любоваться окрестностями, как пролетка уже остановилась перед коваными воротами величественного особняка, а извозчик прокуренным голосом предложил вылезать.

Набранный ранее темп удалось сохранить и дальше. Чтобы пройти на территорию, оказалось достаточно показать жетон мага охраннику, а оплата «сбора за беспокойство» в три десятка оболов на входе в само здание Школы открыла перед Малком остальные двери. Не потребовалось даже сидеть в очереди перед нужным кабинетом – специалист, к которому направила Малка симпатичная девушка-Ученица в вестибюле, принял его сразу, без всяких задержек.

– И что же заставило уважаемого Адепта, проходившего обучение в Андалоре, выбрать для прорыва через ранг Школу Варганда? – баском поинтересовался у Малка Бакалавр Школы Зеленого Света, после того как ознакомился с переданными ему бумагами. – У вас там организаций магов хоть и не столь много как в старой столице, но большинство из них вполне соответствует высокому званию Школы. Зачем ради не самой сложной процедуры ехать через полстраны?

Не ожидавший подобного вопроса Малк нахмурился.

– Вам доверия больше, – наконец выдал он после короткой паузы.

– Доверия, значит… – протянул маг Школы и снова взялся за бумаги. Некоторое время задумчиво их листал, после чего уронил на стол и решительно сообщил: – Это хорошо, когда так. Потому что лично у меня следовать данным, с позволения сказать, рекомендациям пока нет никакого желания!

Малк покосился на полученные от госпожи Леары документы, перевел взгляд обратно на хозяина кабинета и замер в ожидании объяснений.

– Бывший «пустышка», перекос Дара в сторону Пневмы, чересчур сильная Власть, отравление Жизнью, неудачный набор заклинаний… Каждого из этих пунктов достаточно, чтобы усложнить процедуру перехода через границу ранга, а здесь они все в кучу собраны. – Бакалавр с осуждением помотал головой и вздохнул. – То, что кто-то вообще согласился при таких условиях давать какие-то рекомендации без предварительного исследования, просто выше моего понимания!

Слова мага звучали убедительно. Под таким углом на советы экспертов госпожи Леары Малк не смотрел.

– И как тогда быть? – спросил он с некоторым напряжением.

Представитель Школы Зеленого Света пожал плечами.

– Сначала пройти диагностику, а дальше принимать решение! – Он немного помедлил и добавил: – Одиннадцать драхм, и риск опасной ошибки будет сведен к минимуму.

Озвученная цена заставила Малка потрясенно втянуть в себя воздух. Пятая часть всех его денег! И это еще без трат на сами ритуалы!!! Йоррох и все его демонические орды… Первым порывом было желание забрать документы и покинуть территорию Школы. Все же в его списке Зеленый Свет был не единственной организацией, предоставляющей магам услуги по поддержке продвижения между рангами, но… но кто сказал, что в остальных местах с ним будут разговаривать как-то иначе?! А уж если вспомнить, что о его изрядно подросшей Власти специалисты госпожи Леары попросту не знали, то ценность их советов и вправду становилась сомнительной.

– Хорошо, согласен! Когда начнем? – сказал Малк твердо.

И заскучавший было Бакалавр моментально расплылся в довольной улыбке.

– Да прямо сейчас, чего тянуть-то?! – объявил он, с готовностью поднимаясь из-за стола и жестом приглашая Малка пройти в дальний угол кабинета, где серым пятном выделялся участок в три-четыре квадратные сажени, выложенный плиткой из дикого камня.

Малк окинул предложенное место внимательным взглядом и тихо хмыкнул. Ни знаков Руноглифа, ни магических кругов на полу он не увидел, а значит, методы Школы несколько отличались от того, чему их учили в Обществе. Зато наверху, аккурат над серым квадратом, висела сложная конструкция из зачарованной меди и закаленного стекла, всю поверхность которой покрывало бесчисленное множество колдовских знаков и узоров, а по бокам свободно свисали четыре изогнутых манипулятора с хрустальными иглами на концах.

Жестом попросив Малка подождать, Бакалавр с усилием выдвинул из стены спрятанную в ней металлическую панель и наложил сверху раскрытую ладонь. Одновременно он принялся читать длинное заклинание, в котором каждое произнесенное слово словно бы собирало отовсюду потоки зеленого света и вливало его в кажущееся безжизненным устройство. Спустя десяток секунд механизм отозвался басовитым гудением, во встроенных в него кристаллах заплясали огоньки света, а то, что Малк принял за манипуляторы, рывком разошлось в стороны.

– Раздевайтесь и становитесь по центру. Будем смотреть, что и как, – проронил Бакалавр небрежно.

Управление устройством очевидно не вызывало у него никаких проблем.

Малк выполнил распоряжение. И едва он оказался под гудящим агрегатом, как механические конечности снова пришли в движение и нацелили на него хрустальные иглы. Макушка, точка между бровями, центр груди и низ живота – мишенями стали главные энергетические центры тела. И если Малк правильно понимал происходящее, то дальше должно было быть весьма больно…

Он не успел даже испугаться, как иглы зажглись зеленым, вокруг них возникла корона энергетических разрядов, и в него устремились четыре магических луча. Каждый кинжалом пронзил кожу и мышцы и проник куда-то глубже. Ну или, по крайней мере, ему так показалось. Дождь боли, закаливший волю, позволил сдержаться и не вскрикнуть, но менее мучительно все равно не стало.

– Будет немного больно, потерпите! – донесся до Малка голос, и он, сжав зубы, кивнул.

В ответ сверху повеяло Силой, пришла в движение Власть Бакалавра, и на Малка, словно на ось, одна за другой опустились нарисованные прямо в воздухе магические фигуры. Теплым потоком прошли через голову, отозвались холодом, когда скользили по туловищу, укололи тысячами булавок, пробежавшись по ногам, и в конце попросту сгинули в камнях пола, миновав стопы. И так три раза, пока вложенная хозяином кабинета Сила не была исчерпана и процедура не завершилась.

– Все? – спросил Малк, когда гул прекратился, а огни погасли. – Можно одеваться?

– Да-да, конечно, – буркнул Бакалавр и, забрав с собой пластину панели, на которой он в течение всего ритуала держал ладонь, вернулся за стол.

Некоторое время он изучал появившиеся на металлической поверхности значки, водил пальцем по странного вида линиям, после что-то считал на механическом вычислителе. Пока наконец не оттолкнул пластину прочь и с прищуром не уставился на Малка.

– Что? – спросил Малк.

– Ничего. Просто интересная картина складывается. И для меня, как специалиста, весьма любопытная, – усмехнулся Бакалавр. – Во-первых, тело ваше не просто отравлено Жизнью, а подверглось полноценной мутации. И теперь самостоятельно поглощает из еды, воздуха и света столько жизненной силы, что не знает, куда девать избытки. Вы, как понимаю, пытались «сжигать» их, занимаясь физическими нагрузками, но это полумера. Без обуздания процесса и получения полного над ним контроля все закончится плохо…

– Насколько плохо? – уточнил Малк, резко помрачнев.

– Настолько, что если оставить как есть, то совсем скоро вы умрете из-за «сошедших с ума» клеток вашего тела, – скривился его собеседник. – Но это еще полбеды. Есть еще и «во-вторых». Ваш Дух отторгает Жизнь. И чем дальше, тем более явно это происходит. Так что стать лекарем или специалистом по закаливанию тела, у которых заклинания должны быть именно из этой сферы, вам точно не светит.

– А кем светит? – немедленно поинтересовался Малк, чем явно разозлил хозяина кабинета.

– В-третьих же, – с напором продолжил тот, – в-третьих, вы чересчур увлеклись развитием Власти. Шагать через ранги здорово в плане могущества, но очень обременительно для тела…

– Так с этим же у меня как раз все отлично. Крепкое, сильное – многое выдержит. В чем проблема? – удивился Малк, вспомнив, что о чем-то таком же его предупреждала и госпожа Леара.

– Выдержало бы, контролируй вы потоки жизненной силы в своем организме! А так Власть лишь еще больше разгоняет процесс поглощения энергии. Понимаете?! – гневно воскликнул Бакалавр, резко замолчал и спустя мгновение уже спокойно продолжил: – Вас до сих пор спасает только прекрасно развитый для Адепта Дух и некоторые контакты с магией Смерти. Подробнее разобрать не получается, нужно более дорогое сканирование, но есть следы некоторых ритуалов, которые чуточку восстанавливают нарушенный баланс в вашем организме.

Малк понятливо кивнул, мысленно радуясь словам, что для получения детальной информации требуется более тщательное и дорогое обследование. И значит, Семя Духа, о котором он, честно говоря, забыл, представитель Школы Зеленого Света не нашел.

– Так что же мне делать-то тогда? Какие рекомендации? – спросил Малк немного резковато, за что тут же извинился.

– Рекомендации простые. Как можно скорее формируйте Нимб – он еще больше укрепит Дух и замедлит идущие в вашем теле процессы. Затем, не затягивая, переходите в ранг Ученика. Причем забудьте обо всех советах. Иного выхода для вас, кроме как сделав центром Нимба «лечилку», нет. Заклинание это, по сути, позволяет управлять жизненной силой, и освоение его на более глубоком уровне рано или поздно позволит сделать навык контроля над телом естественным, как дыхание. – Бакалавр улыбнулся и развел руками. – Это все… А, чуть не забыл! Еще, став Учеником, постарайтесь сделать акцент на освоении магии Смерти. По идее, это окончательно вернет вашему организму требуемое равновесие… Вот теперь точно все!

В кабинете наступила тишина. Маг Школы Зеленого Света, видимо, и вправду сказал все, что хотел, а вот Малк… Малк молчал совсем по другой причине. Пока наконец не справился с эмоциями и не спросил в лоб:

– А разве в отвергнутых вами рекомендациях не говорилось то же самое, по крайней мере, насчет «лечилки» в центре Нимба?!

– Возможно, – усмехнулся Бакалавр. – Но одно дело пустые рассуждения, и совсем другое, когда они подкреплены научным подходом. Понимаете разницу?

Малк стиснул зубы и несколько раз медленно кивнул. Конечно, он понимает. Как не понять! Особенно про потерянные одиннадцать драхм… На языке вертелся десяток-другой ругательств, однако озвучивать их Малк не стал. Скандалить и даже провоцировать Бакалавра – пусть даже, возможно, никогда не сражавшегося на дуэли – в его ситуации было откровенно глупо. И он принялся отсчитывать в протянутую руку золотые кругляши…

Несмотря на задранные к небесам цены и склонность драть с соискателей три шкуры даже в случаях, когда вполне можно сэкономить, искать другое место для рывка к следующему рангу Малк все же не стал. Слишком уж хвалили Школу Зеленого Света в «Вестнике», да и сам он уже оценил уровень имеющегося здесь оборудования и квалификацию работников, чтобы искать что-то новое.

Вернувшись в вестибюль, Малк заплатил аж тридцать четыре драхмы – услышав цену, он все же едва не передумал! – и сразу же отправился в нужную ему комнату. Не задерживаясь у порога, вошел и тотчас закрыл дверь на магический замок. Теперь без специального магического ключа попасть внутрь было невозможно, что на фоне развивающейся у Малка паранойи выглядело весьма приятно.

Боль из-за потраченных драхм в его сердце уменьшилась еще немного, когда Малк осмотрелся внутри заклинательного покоя. На фоне аналогичного помещения в Андалорском Обществе магов, где убранство сводилось к голым, лишенным окон стенам, грязному сводчатому потолку и земляному полу, здесь все выглядело значительно приятнее. Стены из белого мрамора, мозаичный потолок со спящими защитными формулами в качестве украшений, дающие мягкий свет светильники и… пол. Пол здесь оказался особенным, целиком устланным кристаллическим песком. Да не какой-то взятой непонятно где дешевкой, а уже прошедшим алхимическую обработку материалом.

Определенно это стоило своих денег!

Кивнув собственным мыслям, Малк расслабленно замер и, втянув носом воздух, попытался «распробовать» царящую в этом месте атмосферу. Попытался ощутить ту ауру, что отличает данный заклинательный покой от любого другого. И когда спустя несколько минут что-то такое получилось и он перестал себя ощущать чем-то инородным, только тогда шумно выдохнул и принялся неспешно снимать одежду – дальнейшие ритуалы настоятельно рекомендовалось проводить полностью обнаженным.

Раздевшись догола, прошел в центр комнаты и прямо поверх песка постелил небольшой, купленный еще в Андалоре коврик. Пару секунд им полюбовался и, используя его в качестве центра, принялся чертить Защитный Круг. У него, конечно, к карлику много претензий, но то, что тот научил Малка ценить правила техники безопасности, это факт!

Подготовка много времени не заняла, так что совсем скоро Малк залпом опрокинул в себя небольшой пузырек с самым дешевым укрепляющим зельем – им он тоже разжился в Андалоре, – отбросил пустую посудину в кучу одежды у входа и уселся на коврик. Сердце вдруг начало колотиться как сумасшедшее, но Малк постарался успокоиться и не обращать внимания на подобную ерунду. Наступал один из самых важных моментов в его жизни за пределами интерната, так что в волнении не было ничего страшного. Главное, чтобы оно не стало чрезмерным… Но с этим он уж точно должен справиться!

Через минуту состояние вернулось в норму, и Малк, сосредоточившись, скользнул во Дворец Духа…

Внутри все оставалось по-прежнему. Неотвратимо наполняющаяся жизнью ментальная пустыня, бескрайнее небо и – сегодняшняя цель Малка – Кристаллическое Сердце с вращающимися вокруг заклинаниями спутниками на месте «Солнца».

– Искра, Рассеивание, «лечилка»… – Он и сам не знал, зачем начал перечислять свои полностью освоенные заклинания вслух. Но так было отчего-то спокойнее, а потому, учитывая важность правильного настроя и внутреннего состояния, зачем себя сдерживать?!

Заклинания отозвались сотрясшей весь Дворец вибрацией. Малк задумчиво хмыкнул, еще раз вспомнил о том, как мечтал взять в качестве основы для Нимба то Искру – и в будущем стать боевым магом, то Рассеивание – и продолжить карьеру борца с магическими загрязнениями, после чего потянулся вниманием к Кристаллическому Сердцу и… сжал его Властью.

Созданная Тайным Искусством структура отозвалась физической болью, туманящими разум вибрациями и чередой внезапных импульсов, едва не сбивших «спутники» со своих орбит. Наверное, это выглядело бы опасно и в другой ситуации Малк мог запаниковать, если бы не его достижения в плане Власти. Йоррох их знает как остальные справляются в подобных случаях, его палочкой-выручалочкой были именно обретенные благодаря Наследию Кетота навыки. Или просто он слишком привык на них полагаться и не смыслит, как можно колдовать иначе?! В адское болото все! Он работает, как умеет!

Продолжая «сжимать» трепыхающееся Кристаллическое Сердце – можно даже сказать, что он стал им на какое-то время, – Малк одним махом распространил во все стороны свою Власть. Да так, чтобы получившийся домен охватил все три заклинания разом, и… зафиксировал их в одном положении.

Боль тут же начала нарастать, появилось ощущение, что так делать не надо и на Малка из-за его действий теперь надвигается какая-то дикая, сумасшедшая опасность, но он все равно продолжил начатое. С натугой сначала переместил в центр Сердца спутник-«лечилку», затем зафиксировал в новом положении свое любимое Рассеивание, а под конец, так чтобы через три точки получилось провести правильно ориентированную плоскость, «передвинул» Искру.

На мгновение все замерло, возникло опасение, что конструкция в таком виде самостоятельно существовать не будет и через миг развалится с самыми печальными для Малка последствиями… Однако Малк даже не дрогнул, сохраняя выдержку, и по-прежнему держал энергетическую структуру Властью. Что и оказалось залогом успеха.

Ментальная плоскость, которую он провел через три точки вдруг налилась светом и принялась стремительно вращаться, порождая настоящий смерч в небе Дворца Духа, а затем столь же стремительно остановилась. И Малк осознал, что в своих мысленных тисках он теперь сжимает нечто вроде кольца, охватившего Кристаллическое Сердце.

Нимб был готов.

– Святые и все их помощники!!! – потрясенно воскликнул Малк, возвращаясь из глубин Дворца в реальным мир и понимая, что его лицо и грудь покрыты засохшей кровью, резерв опустошен практически полностью, а Дух… Дух ощущается так, словно он нечто материальное и несколько дней подвергался избиениям.

Но все это были такие мелочи, что Малк даже не удостоил их вниманием. Гораздо больше сейчас его волновало совершенно иное. Словно опасаясь, что она вот-вот исчезнет, Малк напряг ранее не существовавшую духовную «мышцу» и с восторгом ощутил, как раскручивается еще не до конца уплотнившийся, но вполне реальный Нимб. И как в его опустошенные резервы вливается тонкая струйка энергии.

– Прирост более чем одна десятая эрга в час! – мысленно подсчитав, не удержался от восклицания Малк.

Все как и обещал в Обществе господин Лок, когда еще только знакомил его с Тайным Искусством. И теперь скорость поглощения Силы выросла у Малка до одной целой и одной десятой эрга в час, что снижало время восполнения запасов магии до смешных восемнадцати с оболами часов.

Последнее, что требовало проверки, это ставшая центром Нимба «лечилка». Не желая откладывать дело в долгий ящик, благо носовое кровотечение до сих пор продолжалось, Малк мысленно потянулся к чарам, но не пытаясь, как раньше, активировать знаки Руноглифа, входящие в заклинание, а… просто желая его использовать. И у него получилось. К пострадавшему месту тотчас последовала волна тепла, и стекающие из ноздрей красные струйки моментально иссякли.

– Не знаю, как там насчет роста контроля, но лечит точно быстрее, – озвучил свои наблюдения Малк.

После чего покинул Защитный Круг и проследовал к своим вещам. Тратить время на пустой отдых и откладывать собственно переход к Ученику он не собирался, планируя сделать все одним рывком. Однако для этого требовались силы, восполнить которые мог лишь хороший обед. И он принялся доставать из сумки заготовленные ранее питательные брикеты. Впереди его ожидало много скучной и утомительной работы…

На то, чтобы полностью восполнить резерв, у Малка ушло около десяти часов. Где-то неподалеку располагался полноценный источник Пневмы второго, а может, и третьего класса, так что воздух был насыщен Силой и формула сбора почти удваивала скорость поглощения энергии. В ситуации Малка это было довольно полезно и удобно. А заодно он узнал о том, что такое взаимодействие с хорошим источником, что тоже было большим плюсом. Потому как после проблем с работой в лечебнице и отравлением Жизнью об этой части магического Искусства у него сложилось весьма предвзятое впечатление.

Наконец, предварительно хорошенько размявшись, Малк вернулся на коврик в центре заклинательного покоя. Пришла пора заняться второй частью его преображения как мага. И он отчего-то не сомневался, что это пройдет столь же гладко, как и формирование Нимба.

– Рывком! Одним махом! Без всяких запасных вариантов, здесь и сейчас! – принялся накручиваться себя Малк, чеканя слова, а затем и вовсе добавил: – И да начнется пытка!

Господин Лок, как отвечающий за обучение Тайным Искусствам наставник, говорил, что преодолевать барьер между рангами надо с помощью Зеркала Друзала. Так безопасно и надежно, однако в данном вопросе Малк почему-то больше верил господину Хордолу. На факультативе толстый маг убеждал студентов не идти по легкому пути и попробовать силы в самостоятельном прорыве – «как древние маги», – а если не получится, то пытаться тогда уже с артефактом. Мол, так будет проще потом «закончить фундамент»… что бы это ни значило. Беда в том, что у предлагаемой господином Хордолом методики был недостаток. Всего один, однако настолько большой, что перевешивал любые выгоды. И имя ему было – боль!

Но вот как раз с ней у Малка были особые отношения…

Смысл прорыва к следующему рангу заключался в организации мощной атаки того барьера, что мешает двигаться дальше и развивать тонкое тело. Для чего маг должен собрать всю доступную ему силу, плотно сжать, а затем попробовать втянуть в себя еще немного Силы… чтобы снова сжать и снова втянуть… и так до тех пор, пока способен выносить ту боль, которую причиняет разрывающая Дух магия. Когда же терпение заканчивается, то чародей выпускает собранную Силу внутрь Дворца Духа и… молит Святых, чтобы у него все получилось. Чтобы не оказалось слишком мало энергии, чтобы она имела нужную плотность, и чтобы не был чересчур крепким барьер.

В случае когда используется Зеркало Друзала, оно не только позволяет с большей точностью рассчитывать потребные объемы энергии, но и забирает какую-то часть мучений. Так что с ним действительно легче. Но вот результативность… впрочем, об этом лучше думать, когда дело уже сделано! И Малк решительно принялся сжимать всю доступную ему магию.

Ну что сказать, это действительно было больно. Казавшаяся ранее такой послушной Сила категорически не желала подчиняться и в ответ на каждый импульс Власти, на каждое ментальное движение Малка – давила, давила во все стороны, распирая энергетические каналы и копьями вонзаясь в Дух. И пусть закаленная Дождем воля позволяла как-то это все терпеть, к пятому шагу, когда Малк начал сжимать энергию уже в пятый раз, мука стала поистине невыносимой. Возможно, Малк бы даже сдал назад и отказался от самостоятельного прорыва, если бы не понимание, что ему некуда девать собранную и сжатую донельзя Силу. Отпусти ее он сейчас – и пусть не смерть, но сильнейшие травмы обеспечены. А там… пока будет лечиться, уйдет время для оптимального перехода в Ученики, и он навеки застрянет в Адептах.

Нет уж, Малк будет терпеть!!!

И он терпел, попутно продолжая собирать Силу, переламывая ее строптивый характер и выискивая те неуловимые признаки, которые подскажут, что пришло время выбрасывать все накопленное в одном могучем ударе.

«Если сейчас появится Бонифаций, мне крышка!» – некстати подумалось Малку, и он аж заскрипел зубами от злости. Секундное волнение сказалось на контроле над Силой, и вся эта мощь моментально отозвалась пугающей дрожью.

– А-а-а!!! К Йорроху!!! – Понимая, что он допустил ошибку и дальше будет только хуже, Малк запредельным усилием еще раз сдавил распирающую резервы Силу Властью и шарахнул всем этим кошмаром куда-то внутрь Дворца Духа.

Что было дальше, он даже толком не помнил. Вроде бы небо внутреннего мира заволокло тучами, причем настолько густыми, что пропало с глаз даже Кристаллическое Сердце. Налетел порывистый ветер, который сорвал всю ту зелень, что скрывала под собой песок пустыни, а возникший из ниоткуда столб черного смерча перепахал землю. Появилось чувство, что Дворец Духа вот-вот снова опустеет и на этот раз в него больше не удастся вернуть жизнь…

Однако как скоро выяснилось, Малк все же выполнил требуемые условия. Сжатая в таран Сила не рассеялась, достигла границ внутреннего мира, наткнулась там на кажущиеся нерушимыми стены и… со всей той мощью, что только может дать оранжевый ранг Власти, их сокрушила. Дворец в последний раз содрогнулся, словно бы сжался, а затем рывком вырос практически вдвое.

И Малк стал Учеником. Вот только принять данный факт он смог далеко не сразу.

Глава вторая,

в которой есть море и его обитатели

Чтобы прийти в себя после прорыва к новому рангу, Малку потребовались целые сутки. Слишком сильный удар получил его Дух – который сначала был едва ли не разрушен, а потом внезапно трансформирован в нечто новое, – чтобы вести себя как ни в чем не бывало. Мало того, он даже заклинательные покои в Школе Зеленого Света покинул не самостоятельно. По истечении первых суток аренды хозяева, озабоченные тем, что он до сих пор не вышел, пришли с проверкой. И обнаружили Малка лежащим без сознания на полу комнаты. Так что траты вынужденно увеличились еще на одну драхму за услуги опытного лекаря в ранге Бакалавра.

Однако он был не в обиде. Наверное, если бы местные рвачи забрали у него вообще все до последнего обола, он бы и тогда не испытывал никаких негативных эмоций. Все застилала эйфория от перехода через барьер Ученика. Йоррох побери, Малк просто отказывался поверить, что он – бывший «пустышка» и нищий провинциал, целый год стремившийся вырваться из-под давления правила первого года, – достиг нужного результата и теперь может немного перевести дух. Ведь мало того, что он стал Учеником, так еще и верхняя граница беспроблемного развития отодвигалась для него на десять лет вперед!

Одно омрачало его радость – у Малка не было даже примерного понимания, как расти дальше. Если не считать рассуждений Бакалавра Школы Зеленого Света и рекомендаций специалистов госпожи Леары, разумеется. Потому как на главные вопросы советчики ответов все равно не давали. И Малк не знал, ни какое Тайное Искусство ему стоит выбрать – или, что вернее, какое именно из потенциально доступных имеет смысл искать, – ни какой стратегии следовать, когда придет время выбирать три обязательных заклинания теперь уже первого круга. По сути, он вообще мало что знал о ранге Ученика, до того будучи целиком сосредоточенным на развитии навыков Адепта.

Была, правда, надежда, что модифицированный Семенем Духа сплав из Кристаллического Сердца и Дождя боли окажется эффективен и на новом ранге. Однако первая же медитация разбила ее в прах. Ни одна тренировочная формула больше не работала. И только формула сбора все так же поглощала Силу, раскручивая только-только сформированный Нимб. Впрочем, можно было обойтись и без подобного рода сложностей – теперь достаточно было пожелать, и вращающееся вокруг Сердца кольцо самостоятельно начинало втягивать во Дворец энергию, делом подтверждая слова наставников Общества о коренном различии в развитии даже не Адепта и Ученика, а Адепта с Нимбом и Адепта без Нимба.

С Семенем Духа тоже никаких чудес не произошло. Ничего сверх того, что дал Малку переход Власти на оранжевый ранг, он не приобрел. Ощущал и то слабо, что уж там говорить о каком-то на него влиянии. И как Малк подозревал, без развития Власти все так и останется. О том, что полученные через Наследие упражнения для развития силы Духа тоже перестали работать, и упоминать не стоило…

Малк, как ни печально это осознавать, вновь оказался на перепутье. С мрачноватым прошлым и затянутым туманом будущим. Тьму на его уходящей в неизвестное дороге разгоняло лишь задание госпожи Леары, которое предполагалось выполнять в самой настоящей Школе. И хотя Малк ранее хорохорился, утверждая в беседе с представительницей Канцелярии, что снова учиться не планирует, близость к источнику знаний несколько скрашивала погрязшую в неопределенности действительность.

Правда, сначала до этой самой Школы еще предстояло добраться, потому как Варганд был далеко не последней точкой в маршруте Малка. Если верить тому, что было написано на врученном ему еще в Андалоре едином проездном билете, на третий день после прибытия Малка в столицу ее уютную гавань покидал параходофрегат «Ярый демоноборец», где для новоявленного агента Канцелярии было зарезервировано место в пассажирской каюте.

Так что проведя в городе две ночи в недорогой ночлежке – с учетом в очередной раз опустевшего кошелька запросы пришлось заметно урезать, – в нужный день Малк отправился в городской порт, где и принялся искать необходимое ему судно.

Малк был искренне убежден, что опыт – все же вырос в трех шагах от моря и в портах бывал не раз, – позволит с легкостью справиться с данной задачей, и от услуг мальчишек-проводников, стайкой вьющихся у выхода из морского вокзала, отказался. Смело миновал пункт охраны, поднялся на взгорок, где скучали несколько носильщиков и откуда открывался прекрасный вид на акваторию, приметил направление на причальную линию и… и потерялся в лабиринте пакгаузов, тянущихся из ниоткуда в никуда заборов, сложенных из ящиков пирамид и наваленных кое-как мешков. Как здесь ориентировались местные, было решительно непонятно. Во всяком случае, Малк оказался на это неспособен. И за свою самонадеянность едва не поплатился.

На входе в непонятного предназначения тоннель, куда его вывела случайно выбранная тропка в нагромождении штабелей строевого леса, дорогу ему заступили сразу четверо оборванцев. Грязных, вонючих, но внешне довольно крепких и вооруженных ржавыми ножами. Что им нужно и зачем они здесь, такие красивые, нарисовались, Малк даже спрашивать не стал. Наученный горьким опытом противостояния с лоялистами, он без разговоров уронил саквояж в пыль, метнулся к перегородившей вход в какую-то подсобку железной решетке, вцепился в нее обеими руками, поднатужился и рывком выломал один из прутьев. Перехватил поудобнее и с оскалом развернулся к грабителям.

– Вот это он здоровый, поимей меня Йоррох… – протянул один из оборванцев.

Переглянулся с товарищами, и они не сговариваясь убрали ножи и бочком-бочком освободили проход. И Малк их прекрасно понимал. С кем-то его габаритов он тоже не захотел бы связываться. Почти сажень ростом, широченная грудь, пугающие предплечья… Собственно, для закрепления эффекта он и устроил шоу с выломанной железякой. Доставать из саквояжа тесаки, револьвер или колдовать Искру – это означало неизбежную драку и высокий риск ранения, не говоря уж об опасности появления друзей грабителей. Малк же предпочитал лишних приключений для себя не искать.

Закинув прут на плечо и подхватив свободной рукой саквояж, он дождался, когда дорога будет свободна, и неторопливо двинулся дальше. Добрался до входа в тоннель, однако затем, кое-что вспомнив, остановился и через плечо спросил:

– Это дорога к пирсам?

Со стороны подобное, наверное, выглядело как проявление крайней наглости и уверенности в себе, однако Малк понял это несколько позже. Единственное, о чем он думал в тот момент, это скорое время отправления корабля и то, что без чужой помощи в портовых дебрях можно блуждать до следующего утра. Какие мысли возникли в головах оборванцев, Малк даже примерно не представлял, однако после короткой растерянной паузы самый говорливый из них осторожно помотал головой и, перемежая речь ругательствами, принялся объяснять дорогу.

И ведь, демонов мерзавец, не обманул! Следуя его указаниям, Малк уже через десять минут вынырнул чуть в стороне от причальной линии, а еще через пятнадцать стоял у трапа «Ярого демоноборца».

– Пассажир? – лениво поинтересовался у Малка седоусый матрос, сидящий неподалеку на чугунном кнехте[3].

Малк кивнул и, отбросив в сторону забытую железяку, потянулся за билетом.

– На корабле юнге покажешь, а пока жди. Видишь, родовитые грузятся? – скучающим тоном продолжил матрос, ткнув погасшей трубкой в компанию из четырех, судя по вышитым на сюртуках гербам, членов Семейств, которые яростно ругались с бригадиром портовых носильщиков.

В сторону Малка они если и смотрели, то брезгливо наморщив носы – скромно одетый и с единственным саквояжем на фоне той горы вещей, что принадлежала им, он попросту терялся. Хотя что дворяне, собеседник Малка его тоже явно воспринял как человека простого, не требующего особого отношения. Иначе бы не тыкал и не вел себя столь наплевательски…

Однако Малка таким было не пронять. Деньги, ценные украшения, богатая одежда – в его глазах это было что-то вторичное. Лишь собственное развитие и личное могущество имели значение, все остальное – тлен и прах. Он даже вытягивать медальон мага из-за отворота рубахи не стал, предпочтя остаться для окружающих смертным пассажиром, неизвестно зачем отправляющимся в морское путешествие.

До своей двухместной каюты, расположенной неподалеку от корабельного гальюна, Малк добрался примерно спустя час. Закинул на багажную полку вещи, познакомился с валяющимся на одной из кроватей соседом – тот оказался торговым представителем известной компании, занимающейся производством паровых двигателей, – и поднялся на палубу. Начало своего первого морского путешествия он предпочитал встретить именно так, собственными глазами наблюдая за удаляющимся берегом, а не предаваясь безделью в духоте каюты. Занял место на корме – так, чтобы не мешать членам экипажа, – да и уставился вдаль, в очередной раз глубоко задумавшись о своей судьбе и о том, насколько далеко он отклонился, казалось бы, от раз и навсегда определенного еще в интернате маршрута.

– Вот, как и ты, решил наверх выбраться, воздухом подышать, – нарушил уединение Малка его сосед по каюте, неожиданно появившись из кормового люка и встав рядом.

– Тоже первое плавание? – поинтересовался Малк, с неохотой поддерживая беседу.

– Не… Уже шестое, – отмахнулся торговец, заработав удивленный взгляд Малка. – Чего?! Мне хоть и двадцать три, но отец меня по делам фирмы с восемнадцати лет гоняет. Так что на том же Релаке я уже в четвертый раз буду.

– Релак? Мне казалось, что корабль на остров Римма идет, – нахмурился Малк.

Его билет был именно до этого острова, и он наивно полагал, что из Варганда «Ярый демоноборец» отправится прямиком туда. О том, что предстоит заходить в промежуточные порты, он как-то не думал.

– Римма ведь северо-западнее Релака, и это такой крюк… – протянул Малк.

Торговец, ранее представившийся Тилем Калакаром, радостно засмеялся.

– Ага! Наш старенький пароходофрегат пока половину прибрежных поселков на южном побережье Борея не обойдет, море пересекать не будет. Так что я, если Святые будут благосклонны, в пункте назначения буду через седмицу, а ты – через все полторы!

Малку оставалось лишь тихонько присвистнуть. Полторы седмицы! Хорошо хоть питание в стоимость билета входит, а то совсем беда бы была. А ведь он после «предложения» госпожи Леары настраивался на нечто легкое и необременительное… М-да, не получается из него пока бывалый путешественник.

Пока они болтали, трап тем временем убрали, корабль отшвартовался и с утробным пыхтением неторопливо двинулся к выходу из акватории порта. И Малк еще более ясно, чем в поезде, осознал, что за спиной остается весомая часть его жизни, а впереди… впереди темнеет громада неизвестных неприятностей и пугающих опасностей. В свое светлое и беспроблемное будущее, лишенное подводных камней и скрытых течений, он не верил.

– Слышал, среди моряков тот рейс, что обходится без нападений морских монстров, считается осененным благодатью Девятерых и лично госпожой удачей? – спросил Малк, чтобы как-то отвлечься.

Тиль криво усмехнулся.

– Я тоже это слышал… И в первое свое плавание от каждого плеска волны за бортом вздрагивал, – торговец покосился на Малка, выдержал паузу и неожиданно подмигнул, – но после того, как понял, что ничего кроме встреч с однозвездными тварями, которые дохнут после первого же попадания из носового орудия, не происходит… вот тогда успокоился!

– Но я же читал, как в позапрошлом году наш конвой из пятнадцати судов столкнулся с нападением целой стаи монстров. В результате треть кораблей затонула, а остальные вернулись в порт в состоянии как после сражения с вражеским флотом! – возразил Малк, который новостную хронику в газетах проглядывал регулярно. – Да и в Беспокойном море даже рыболовецкие флотилии без пары-тройки Бакалавров Школы Вечной Сини в море не выходят!

– Ну ты хватанул – Беспокойное море! Там помимо монстров еще рейдеры Хеймдарка шалят, а это, я тебе скажу, те еще ребята… – оживился Тиль, явно любитель поспорить. – К тому же упомянутый тобой разгром весеннего Большого конвоя тоже не абы где случился. Яванский пояс! Там, по слухам, не то что достигшие седьмой звезды монстры водятся, так еще и демоны в ранге Повелителя Бедствий появляются. – Для придания своим словам вескости торговец поднял указательный палец. – Помнится, три десятка лет назад Борей потерял конвой, куда два броненосца и четыре канонерки входили. И никого это не удивило.

– Это понятно… Но почему тогда здесь, как ты говоришь, спокойно? – удивился Малк.

– Ответ прост: рядом четыре военно-морских базы нашего флота. И они хорошо чистят воды между Бореем и Релаком, – развел руками Тиль. Правда, затем нахмурился и уже другим тоном продолжил: – Впрочем, это не спасло моего деда, погибшего в таком же вот рейсе два десятка с лишним лет назад…

– Сочувствую, – кивнул Малк и поинтересовался: – И как же тебя тогда отец в море отправляет? Не боится?

– Боится? Не знаю, возможно. Но только что делать-то, если надоело быть рядовым борейцем и хочется достичь чего-то большего? – не без гордости сказал Тиль. – У родителей нас шестеро – четверо сыновей и две дочери. Из них двое с Даром, и вся семья сейчас работает, чтобы помочь им Бакалаврами стать. Дед-то Учеником был, отец до Бакалавра дорос, и вот теперь братьев тянем. Если выдюжим, то в роду сразу двое дворян могут появиться. А это… в деловых вопросах это ух какое подспорье!

– И тебя такая несправедливость не… беспокоит? – заинтересовался Малк, помня о собственных отношениях с матерью.

– Да какая же тут несправедливость?! У меня Дара нет, у них – есть. Вот всей родней и помогаем… А как придет время, так они нам помогут, – кажется, даже не понял вопроса Тиль.

Малк больше ни о чем спрашивать не стал. Потому как именно такие отношения и были правильными. Не грызня из-за наследства, детских обид и собственных амбиций, а коллективная работа на общий успех. И тогда, тогда семье, быть может, действительно удастся стать чем-то большим. Получить дворянское достоинство, приобрести статус Семейства, а то и вовсе дорасти до полноценного Дома!

Ему, увы, ничего подобного не светило. Мало того что родня по отцу отказалась от «пустышки», так еще и мать воспринимает едва ли не как выродка. Хорошо хоть с сестрами и отчимом повезло, иначе совсем бы сиротой себя ощущал! Малк невольно вспомнил письмо из дома и помрачнел. Подсознательно он все равно ожидал от матери какой-то теплоты, добрых слов, а получил едва ли не чиновничий канцелярский запрос. Но что самое обидное – отказать в этой просьбе он не мог. И дело даже не сестрах, которых он действительно любит и всегда готов поддержать, и не в тех сорока драхмах, которые занимал у отчима перед отъездом в Андалор… Нет, если бы мать попросила о помощи лично для себя, Малк все равно бы ее поддержал. Потому как… потому как это просто правильно, Йоррох побери!

Вот только следовать моральным принципам всегда было накладно. Так что отправив днем ранее почтовый перевод на шесть драхм, Малк нанес очередной, видимо, уже добивающий удар по своему кошельку. И его денежные резервы в момент уменьшились до пяти драхм с полусотней оболов. Для человека, который еще несколько дней назад с легкостью тратил десятки золотых на ритуалы, это даже звучало неприятно!

Задумавшись, он не заметил, что их с Калакаром разговор угас, и далее за удаляющимся берегом они следили уже молча…

Как Тиль Калакар и предупреждал, путешествие на корабле и вправду затянулось. Старенький пароходофрегат сначала несколько дней шел вдоль южного побережья Борея, заглядывая, наверное, в каждую мало-мальски оборудованную для приема судов бухту. Где-то забирал редких пассажиров, почту или грузы, где-то просто пополнял корабельные припасы. Один раз загрузил в бункеры уголь. Последнее мероприятие настолько впечатлило Малка своей трудоемкостью, что он дал себе зарок никогда не идти на корабль матросом.

Все это время у пассажиров пароходофрегата, лишенного удобств действительно больших кораблей, было фактически всего два развлечения – прогулки по палубе и беседы друг с другом на отвлеченные темы. Капитан, правда, иногда еще устраивал вечера в кают-компании, где играл патефон и была возможность сыграть в карты, но там было настолько тесно, что популярностью посиделки не пользовались. В итоге большую часть времени все сидели по каютам и общались с соседями, и слава Святым, что Тиль оказался весьма интересным собеседником. Для Малка, жизненный опыт которого ограничивался учебой в колхаунском интернате и андалорской эпопеей, человек, побывавший на куче островов и повидавший немало такого, что и не снилось рядовым борейцам, стал настоящим сокровищем. Ведь он мало того, что любил делиться воспоминаниями о своих поездках, так еще и знал кучу поистине фантастических историй. Голодные призраки, атакующие пассажирские дилижансы, проклятые дома, заманивающие путников в свои стены, мстительные духи, уничтожающие целые Семейства, морские твари, враждебные как людям, так и порождениям Пекла, – он мог рассказывать о них часами. И пусть торговец неуклонно повторял, что услышал большую часть историй от отца или деда и верит им, как себе, Малк воспринимал их именно как сказки. Сказки, в которых Святые оставили метрополии лишь Ночи Йорроха да странствующих демонов и отгородили от настоящих ужасов.

Однако если общение с Калакаром удалось наладить сразу, то найти подход к остальным пассажирам не получилось. И не то чтобы Малк не пытался – будучи запертым с кем-то на одном судне, сложно избегать контактов, – просто прочим путешественникам он явно пришелся не ко двору. Если парочка едущих к родне влюбленных да мрачный старик с секретарем-телохранителем, которые взошли на борт в следующем после Варганда порту, вообще не стремились к разговорам, то четверка дворян-Учеников явно имела претензии именно к личности Малка. Отношение, которое они продемонстрировали к нему на пристани, молодые маги сохранили и на корабле. Обменивались в его присутствии многозначительными усмешками, в голос обсуждали нищебродов, философствовали на тему аристократического «прирожденного» достоинства и «порченой» крови – ничего такого, что могло бы спровоцировать вызов на дуэль, но все равно достаточно неприятно.

Хотя, положа руку на сердце, Малк их понимал. Магом, какими их описывают в книгах и газетах, он и вправду не выглядел. Отравление Жизнью превратило его в человека, которого с легкостью можно представить с кистенем в подворотне, но никак не в библиотеке, корпящим над свитком с заклинанием… Впрочем, это его понимание ничуть ему не помешало бы при случае набить ублюдкам морды!

Одно хорошо, к андалорским лоялистам они никаким боком не относились, а значит, ничего кроме подколок на почве личной неприязни ждать не стоило. А это уже плюс, хоть здесь не надо беспокоиться. Еще не было бы угрозы от куда-то снова пропавшего карлика, и совсем хорошо…

Несмотря на слова Тиля о вычищенном участке моря между Бореем и островом Релак, в одиночку пересекать пролив капитан «Ярого демоноборца» не рискнул – во всяком случае, так им было объявлено – и присоединился к конвою из трех судов: двух парусных шхун и грузового парохода «Гордый». Вот только у Малка правдивость слов капитана вызвала серьезные сомнения, что и немудрено. Достаточно взглянуть на вооружение и совокупную магическую мощь. Если пароходофрегат был вооружен девятью орудиями, то корабли конвоя могли похвастать лишь наличием картечниц – по паре на каждом из парусников и три на пароходе. Не лучше было и с магической поддержкой: капитан «Гордого» давно уже застрял в ранге Ученика, а его коллеги с шхун и вовсе остались Адептами. Так что «Ярый демоноборец», где капитаном был Бакалавр, и в этом смысле смотрелся весьма выигрышно…

Какая уж тут совместная защита!

– Да зарабатывает он так! Иначе с грузоподъемностью пароходофрегата, числом пассажиров и ценами на билеты рейс практически не приносил бы прибыли. А так владельцы этих трех посудин скинутся за сопровождение их до какого-нибудь порта Релака, и наш капитан будет в прибытке! – пояснил Малку Тиль. – Уверен, он и за магов-пассажиров наценку сделал. Если вдруг что случится, в стороне вы ведь стоять не будете, а за это и денежку можно взять. Заранее!

Аргументы Калакара звучали разумно, что сильно подпортило Малку настроение. Ему было бы гораздо спокойнее, присоединись «Ярый демоноборец» по-настоящему к сильному конвою. Такому, чтобы ни у одной твари не возникло даже желания попробовать его на зуб… Однако, увы, мнение Малка никто спрашивать не собирался. И очень зря. Потому что, разумеется, все произошло именно так, как он опасался. На шестой день после того, как «Ярый демоноборец» покинул порт Варганда, или на второй день перехода через пролив, практически в двух шагах от берегов Релака, конвой был атакован обитателями морских глубин.

Само начало нападения Малк банальным образом проспал. Накануне он допоздна просидел с Калакаром за партией в шахматы, а потому утром к завтраку решил не вставать и остался в постели. В отличие от Тиля, который сначала дисциплинированно отправился на камбуз за всем уже остодемоневшими хлебом, ветчиной и горячим какао, а затем поднялся на палубу… Где и стал свидетелем того, как прямо по курсу «Демоноборца» неожиданно всплыли два небольших «острова» из водорослей и выпустили в корабль что-то вроде невидимого лезвия. Недостаточно мощного, чтобы вскрыть корпус судна, точно консервную банку, но вполне подходящего, чтобы срезать одну из мачт и край дымовой трубы. Но даже не это заставило Калакара – как он после рассказывал Малку – нестись обратно в каюту. Что его действительно напугало, это появление монстров-абордажников. Прежде чем капитан успел активировать артефактные Щиты, вода по левому борту вскипела от десятков тел, и корабль, точно крепость, принялись штурмовать морские твари.

– Вставай! Вставай!! Вставай!!! – с порога каюты заорал Тиль, выдергивая Малка из нежных объятий сна.

В голосе торговца звучала самая неприкрытая паника. Сам же он подбежал к своему шкафу и дрожащими руками принялся рыться в вещах.

– Какого Йорроха? – спросил Малк, ничего спросонья не соображая.

И словно в ответ на его вопрос, в коридоре зазвучала сирена, а корпус корабля содрогнулся от грохота носовых орудий.

– Атака, девять болячек мне на задницу!!! Гребаное нападение морских тварей!!! – сорвавшись на визг, возопил Тиль, но, видимо обнаружив, что искал, резко замолчал и отступил к кровати.

В руках у него был дорогой даже на вид револьвер и поясная сумка-«авалонка». Причем последнюю, путаясь в ремешках, он тут же принялся пристраивать себе на пояс.

– Да чтоб меня! – вырвалось у Малка.

Сон моментально с него слетел, и он, повторяя действия соседа, кинулся к своему саквояжу. Мгновение, и вот уже ножны с проклятым клинком занимают место за поясом на спине, в левой руке зажаты рукояти тесаков, а правая ласкает всегда заряженный шестиствольный револьвер. О том, что он до сих пор босиком и на нем ничего нет, кроме белых подштанников и нижней рубахи, Малк вспомнил в последнюю очередь.

Будь у него время, он бы наверняка переоделся, но нападающие ему такой возможности не дали. И в тот самый момент, когда Тиль, бледный, с трясущимися губами, раздавил в руке сосуд с заклинанием Щита, с иллюминатора сорвали бронезаслонку. Еще через секунду полетели осколки разбитого стекла, и внутрь каюты сунула свою башку жуткого вида гадина. Покрытое жесткой чешуей тело, бахрома из омерзительных на вид лапок, вонючая слизь вокруг шеи – все это Малк увидит потом. Первым в глаза бросился ярко-желтый уродливый клюв, ожерелье черных глаз и гроздья похожих на осьминожьи щупалец.

Одновременно с появлением твари Дух Малка царапнуло, как от соприкосновения с чужой Властью – середина красного ранга, не выше. Но прежде, чем он успел данный факт как-то осмыслить, клюв раскрылся и из него вылетела порожденная магией волна. Наверное, если бы удар был более сконцентрированным, нацеленным на кого-то одного, урон был бы значительно выше, но монстр поступил иначе и атаковал сразу и Малка, и Тиля. Что и стало причиной его гибели. Заклинание нулевого ранга, к тому же не достигшее пика мощности, не только не смогло пробить Щит Калакара, но даже не оглушило Малка. Какой-то урон он, конечно, получил, но хватило одного лишь желания исцелиться, и посланный «лечилкой» поток тепла мгновенно омыл пострадавшие органы. Даже полного эрга не было истрачено, а Малк уже вернулся на пик формы.

– На, тварь! Н-на, получай!!! – заорал Тиль и первым принялся палить из револьвера.

Увы, паника и дрожащие руки – плохие помощники в бою. В цель не попала ни одна из выпущенных им пуль, зато Тиль обратил на себя внимание монстра. Следующая «волна» явно адресовалась уже персонально ему… вот только выпустить ее обитатель глубин уже не успел. Он едва снова раскрыл клюв, как терпеливо ждущий этого момента Малк сделал шаг вперед, уткнул револьвер в распахнувшийся зев и последовательно разрядил в беззащитное нутро все шесть стволов. Пережить такое не смог бы даже сильный Демонический Воин, что уж говорить про низкоранговую морскую гадину. По телу твари пробежала дрожь агонии, она вся обмякла, щупальца повисли… и туша намертво застряла в иллюминаторе. Проход для других чудовищ оказался полностью перекрыт.

– Х-ха! К-как ты его! – сообщил Калакар прыгающими губами и принялся перезаряжать оружие.

Руки у него, кажется, тряслись еще пуще прежнего, поэтому выполнить задуманное никак не получалось. Порох из пороховницы сыпался мимо зарядных камор, пули же отказывались становиться на положенные им места и выскакивали из-под рычага-шомпола.

– Да Йоррох подери!!! – заорал торговец, теряя терпение.

Однако Малка его проблемы волновали мало. Сам он тоже задумался было поначалу о перезарядке своего шестиствольного револьвера, но прикинул, сколько на это уйдет времени, и вернул оружие в саквояж. Судя по доносящимся из коридора звукам, товарки убитой твари уже вовсю там хозяйничали, а значит, сейчас наступал час боевой магии и обнаженных клинков. Единственное, чем Малк озаботился, это одежда. Босиком и в подштанниках драться было несподручно, так что он спешно натянул брюки и сунул ноги в ботинки.

– Ты куда?! – испуганно спросил Тиль, когда Малк с тесаком в каждой руке направился к выходу из каюты.

– Помогать разбираться с тварями, разумеется, – усмехнулся Малк. – В нашем случае спасение утопающих – дело самих утопающих.

В отличие от соседа по каюте он никаких эмоций, кроме легкого возбуждения, не испытывал. То ли сказывался обретенный боевой опыт, то ли так проявлял себя преобразованный практикой Кристаллического Сердца Дух, но Малк сейчас вел себя скорее как ветеран морских сражений, чем как студент и недавний Адепт.

На пороге он замер, прислушиваясь к нарастающим крикам сражающихся за свою жизнь людей и пробирающему до костей шипению монстров, повел плечами, покрутил шеей и, словно с головой в омут, решительно шагнул в коридор… чтобы через секунду со сдавленным ругательством отшатнуться обратно. Невидимая до того тварь «выстрелила» в него воздушным лезвием.

Магия еще не успела до конца развеяться, как Малк снова шагнул вперед и одну за другой метнул в перегородившего проход монстра две Искры. Благодаря власти оранжевого ранга и формированию Нимба примитивные в общем-то чары стали гораздо более опасными и смертоносными. При расходе в один эрг на заклинание и активации менее чем за секунду Искры, ранее способные лишь оставить на коже синяк и сбить с ног, теперь до кости рассекли плоть монстра и заставили исторгнуть вопль боли.

Малк, воодушевленный первым успехом, ринулся к твари. И едва не прозевал встречную атаку: растущие из головы гадины щупальца, удлинившись, выстрелили ему в грудь. Малк лишь чудом смог увернуться – что, впрочем, не помешало ему попутно полоснуть по отвратительным даже на вид конечностям сразу обоими клинками. Брызнула зеленая кровь, а обитатель морских глубин истошно завопил.

Сейчас ошеломленного врага следовало бы добить, однако Малк краем глаза поймал позади себя какое-то движение и потому вместо атаки резко присел, разворачиваясь лицом к новому врагу и скрестив перед собой тесаки. Почему вместо напрашивающейся сейчас Искры он выпустил Рассеивание, Малк и сам не знал. Но именно это в его ситуации и оказалось самым правильным. Вторая тварь ударила по нему магией Воздуха, и, запоздай Малк со своим заклинанием хотя бы на мгновение, в него бы точно вонзилось что-то вроде прозрачного веретена. А так он принял полурассеянные чары на клинки и, пусть до конца погасить энергию атаки не сумел, в результате отделался не слишком удачным падением прямо в лужу вонючей зеленой крови первой твари.

– Йоррохова подстилка!!! – выдохнул Малк, елозя ногами по полу и спешно стараясь если не встать, то хотя бы отползти подальше от чересчур ловкой гадины.

Но получалось у него плохо. Монстр неотвратимо приближался и уже раскрыл клюв для новой волшбы. Не унимался и его недобитый сородич. Продолжая истекать кровью, он приподнял верхнюю часть тела и нацелился обрушиться всем весом на лежащего рядом человека.

– Да сдохните же!!! – зарычал вконец рассвирепевший Малк, выпуская из ладоней рукояти тесаков.

Дико изогнувшись, вытянул из ножен на пояснице проклятый клинок, чтобы затем одним махом вогнать его куда-то в район шеи вставшей на дыбы твари… И сразу, не тратя ни секунды, отправил во второго монстра до предела накачанную энергией Искру – заклинание вобрало в себя четыре эрга и достигло размера детского кулака.

Ш-шаа-щщщ!!!

Истошный вой атакованных гадин перекрыл даже буханье пушек на батарейной палубе. Первым от ножа сдох подранок. Магические или жизненные силы, правда, вытянуть Властью не получилось – в чудище отсутствовала скверна Пекла. Но хватило и просто раны от клинка. Лезвие рассекло какую-то жилу, и мерзкий гость из глубин за мгновения истек кровью. Следом пришла очередь твари, попавшей под Искру. Видимо, она собиралась сделать последний рывок перед прыжком на Малка, начала приподниматься и… буквально поймала башкой заклинание. Чтобы убить ее на месте, этого оказалось недостаточно, но вполне хватило, чтобы сбить с ног и отбросить на пару саженей назад. Туда, где из своих комнат гурьбой вывалились те четверо Учеников, с которыми у Малка не задались отношения. И надо сказать, ублюдки сработали на славу. Один принял летящую тушу на Водный Щит, а остальные трое разрядили во врага самые убойные из своих чар. Огненная и Воздушная Иглы, Водный Кулак – магия Стихий в очередной раз доказала свою убийственную мощь, пережить которую морской гость уже не смог.

– Там еще кто-нибудь есть? – гаркнул Малк, быстро поднимаясь на ноги.

Проклятый нож он вернул в ножны и снова вооружился тесаками.

– У нас никого, только одна тварь пыталась через иллюминатор прорваться. А вот насчет остальных пассажиров не знаю, – немного помедлив, за всех ответил Ученик, который принял атаку твари на Водный Щит.

– Я видел, как старик с телохранителем несколько минут назад к трапу бежали, – подал голос еще один. – А вот о парочке любовничков что-то даже не слышно…

Малк кивнул и подал пример, направившись в тот конец коридора, где жили остальные пассажиры. Перед каютой старика замер и, оглянувшись на дворян, принялся ждать. Игра в героя, пока остальные отсиживаются в сторонке, его совсем не прельщала. И надо сказать, этот его посыл Ученики поняли сразу. Недовольно переглянулись, затем к Малку подошел все тот же мастер Щита и встал по другую сторону двери.

– На счет три! – предложил дворянин.

Малк хмуро кивнул и принялся демонстративно загибать пальцы. На третьем он решительно нажал на ручку и толкнул дверь. Створка бесшумно распахнулась… и их напряженным взглядам открылась абсолютно пустая каюта. С совершенно целым закрытым на защелку иллюминатором и отсутствием каких бы то ни было следов борьбы.

– И чего тут старику не сиделось? Зачем бежать? – озвучил их общие мысли родовитый маг и, убрав Щит, шагнул в комнату.

Боевого опыта новоявленному напарнику Малка определенно не хватало, иначе столь безалаберно он бы себя точно не повел. Малк, в отличие от него, в комнату входить не стал, замер на пороге. Так что когда границы его Власти, весьма чувствительной благодаря Наследию Кетота, коснулась чья-то духовная сила, сумел вовремя среагировать.

– Назад!!! – заорал Малк не раздумывая и, схватив родовитого за камзол, втянул обратно.

Толкнул дурака за спину и одновременно принялся закручивать потоки Силы на выходе из каюты. Согласно ощущениям неизвестный собирался ударить по ним магией, так что ничего лучше проверенного «вихря Силы» ему на ум не пришло. Что-то подсказывало, что ни на обычное Рассеивание, ни на крепость тела рассчитывать сейчас не стоило.

Успел он в последний момент. Энергетическая воронка только-только закончила формироваться, как в нее влетело нечто полупрозрачное, напоминающее человека с головой осьминога, словно бы вырастающего из бесформенного скопления водорослей. Этакая химера, Йоррох знает для чего и кем созданная. Но что самое важное, в отличие о прежних противников Малка от нее ощутимо веяло энергией Пекла.

– Это демон! – прорычал Малк, прикладывая серьезные усилия, чтобы едва видимая глазом тварь не вырвалась из ловушки. – Есть что против него?

Не дожидаясь ответа и до предела напрягая свой Дух, Малк вогнал в центр воронки еще и самое мощное свое Рассеивание. Из прошлого опыта он знал, что для бестелесных сущностей данные чары были особенно вредоносны.

Увы, нагрузка на Дух и тело были слишком высоки. Тварь изо всех сил вырывалась, заставляя Малка разрываться между управлением сразу двумя энергетическими конструкциями. Мало того, даже обычно не требующее никакого напряжения магических сил Рассеивание на этот раз заставило выложиться на полную. Да так, что из носа Малка полилась кровь.

Однако несмотря на все старание, энергетическая оболочка призрачного монстра напору поддавалась медленно, и тварь лишь наращивала сопротивление. Долго ее Малку было не удержать.

– Дерек, белый болт! Быстро!!! – закричал с пола наконец вышедший из спячки Ученик.

И пока неизвестный Малку Дерек искал нужное оружие, сам родовитый с двух рук ударил по твари потоком Огня. Это была не оформленная в виде заклинания атака, а именно манипуляция Силой Стихии. Нечто вроде того вихря из Пневмы, что применил Малк, только гораздо более примитивное и грубое в использовании. Малк даже примерно представлял, сколь Силы ушло у напарника на удар. Если его вихрь стоил ему порядка восьми эргов, то на выплеск магии Стихии ушло никак не меньше десяти. Одна беда, эффективность у данной атаки оказалась еще ниже, чем у Малка. Ему, по крайней мере, удалось задержать призрачную гадину и нанести какие-то травмы. Родовитый же со своим Огнем не добился ничего – не хватило едва-едва достигшей пика красного ранга Власти.

Тем не менее их совместные усилия демонического призрака не только задержали, но и немного ослабили. Ровно настолько, чтобы появившийся спустя пару минут Дерек смог вогнать в центр пойманной сущности из небольшого арбалета тот самый белый болт. Болт, после которого яркая вспышка поглотила тварь, и она с хлопком исчезла.

– Чтоб вас Йоррох сожрал, обратно изрыгнул и снова сожрал!!! – с неожиданным пылом выдал, поднимаясь, позвавший Дерека родовитый.

– Согласен, – поддержал его Малк, облизывая пересохшие губы и оценивая понесенные потери.

От резерва осталось сильно меньше половины, Дух словно пропустили через мясорубку, а голова гудела, точно колокол. Правда, последнее удалось быстро исправить. «Лечилка» из центра Нимба не подвела и на этот раз. Волна исцеляющей магии прокатилась по телу от макушки до стоп, возникло ощущение как от бегающих под кожей муравьев, и вот уже спустя минуту Малк совершенно здоров.

– Последнюю каюту проверяем? – спросил он у еще не отошедшего от запредельного напряжения духовных сил родовитого.

Тот промычал нечто невразумительное и отвернулся. Остальные желание лезть в пекло тоже больше не демонстрировали. Схватка с демоническим призраком очевидно стала для них чем-то вроде убивающего дурной энтузиазм холодного душа.

– Может, подождем, пока капитан кого-то из команды сюда пошлет? – подал голос из-за спин четверки дворян, все-таки высунувший нос в коридор Тиль Калакар. – Корабельные Щиты уже развернуты, так что новым монстрам на борт не попасть. А с теми, что уже здесь, можно будет и потом разобраться…

– Ага. А еще лучше подождать, пока они нажрутся, тогда точно можно будет расслабиться! – презрительно скривился Малк, ожег родовитых сердитым взглядом и решительно зашагал в сторону последней оставшейся каюты.

У двери замер, прислушиваясь, затем пинком распахнул створку и… оказался на самой настоящей бойне. Потолок, пол, стены, мебель – все было залито кровью и заляпано ошметками плоти. У пролома на месте иллюминатора лежало нечто изуродованное, в котором с трудом удавалось распознать человеческое тело. Видимо, кто-то из обитателей каюты стоял у окна, когда внутрь ворвались твари. Еще одно тело обнаружилось в углу справа от входа. Точнее, его половина. Остальное, помогая себе щупальцами, запихивала в распахнутый клюв – полностью раскрытый, он напоминал горловину мешка – морская тварь. Гадина была настолько сосредоточена на данном занятии, что даже не заметила, как в каюте появился Малк.

Сдерживая отвращение, он приблизился и сначала с силой рубанул монстра тесаком по шее, а затем, наискось, уже вдоль тела. И то ли тварь была не готова к нападению, то ли просто Малку ничего на этот раз не мешало, но удары получились что надо. Из наполовину перерубленной шеи и вспоротого точно бурдюк корпуса тотчас толчками полилась кровь вперемешку со слизью. Обитатель глубин в панике дернулся, попытался развернуться к Малку, но силы его покинули, и он благополучно издох.

– Девятеро!!! – раздался из-за спины Малка сдавленный возглас, сменившийся звуками рвоты.

Четверка Учеников все же устыдилась своей трусости и двинулась за ним следом. Однако к увиденному они оказались не готовы. Выдержки не хватило, и все четверо принялись избавляться от съеденного завтрака.

– Чего там с нашими голубками? – спросил Тиль, когда Малк растолкал бледных и весьма непрезентабельно выглядящих коллег и выбрался в коридор. – Живы?

– А ты сходи посмотри, – огрызнулся Малк.

В тесноте зачищенной от монстров пассажирской палубы ему вдруг стало ужасно душно. Стены и потолок словно давили на мозг, и находиться внутри стало решительно невозможно. Он направился в сторону трапа, с каждым шагом ощущая нарастающую усталость. Не столько физическую, сколько психическую, но все равно усталость. И только поэтому то, что на корабле что-то изменилось, Малк осознал, лишь поднявшись на несколько ступенек.

– А почему такая тишина? – спросил он у оставшихся внизу товарищей по несчастью.

Однако вместо ответа он услышал грохот открывающегося люка и злые голоса матросов. Кажется, бой закончился, и капитан все-таки вспомнил о пассажирах, направив вниз спасательную команду.

Глава третья,

в которой герой ощущает себя ценным призом

Трое убитых, считая истерзанную несчастную парочку, шестеро раненых и двое с магическим истощением – вот итог нападения монстров на конвой. Причем наибольший урон получил именно «Ярый демоноборец». И совсем не потому, что корабль Малка, не жалея сил, защищал другие суда. Просто именно пароходофрегат илл-хоты – так называли тварей члены команды – выбрали своей целью и именно на него лезли, не считаясь с потерями. Малк уже было списал такую упертость на свой счет – опыт общения с карликом выработал у него такую привычку, но после разговора с юнгой отправил все домыслы на помойку. Илл-хоты развивались, поглощая жизненную сущность магов, а потому и лезли туда, где Одаренных было больше. В данном случае на «Ярый демоноборец».

Удалось разобраться и по каким причинам пассажиры так долго оставались без помощи. Прямо о том никто не говорил, но Малк умел делать выводы из услышанного и потому ни капли не сомневался в преступной небрежности капитана. Сразу после магического удара, нанесенного одной из жизненных форм илл-хотов – те самые всплывшие по курсу «острова» из водорослей, – он вместо немедленной активизации артефактных Щитов и подготовки к отражению абордажа затеял с тварями артиллерийскую дуэль. И мотив понятен – ядро из плоти, прячущееся под наслоениями водорослей-симбиотов, содержало ценнейший алхимический ингредиент, заполучить который стремился каждый охотник на монстров. Но они-то ведь не охотники! И когда спохватившийся о защите капитан поднял-таки магические Щиты, борта уже облепили десятки низших илл-хотов, а в одну из пассажирских кают забрался и самый опасный представитель данной породы – демонический призрак с телом человека и головой осьминога.

Для противоабордажной команды низшие были не слишком-то и опасны. При наличии доспехов, хорошего оружия и головы на плечах тварей можно было убивать без особых сложностей. Единственный погибший матрос нашел свою смерть по глупости: он неудачно свалился за борт во время первого залпа и на поверхность уже не всплыл. Но вот с пассажирами ситуация иная. Маги, что бы там Малк о себе ни думал, были откровенно слабы и к бою не готовы, а неодаренные вовсе не обладали никаким военным опытом. И в этом смысле гибель всего двоих – большая удача, жертв могло быть значительно больше.

Когда Малк высказал Тилю свои соображения, тот с ним полностью согласился, а заодно предположил, что у задержки активации Щитов была и другая причина. Еще более прозаическая. Артефакты пожирают энергию из накопителей, которая стоит немало звонких драхм. И капитан вполне мог руководствоваться соображениями экономии.

– Жадная сволочь! – выругался Малк, чем вызвал у Калакара приступ смеха.

– Привыкай. Чем дальше в море, тем меньше ценятся человеческие жизни. Это ты еще с него не пробовал компенсацию стребовать… Тебе такой счет за нанесенный пассажирской палубе ущерб выставят, что мало не покажется! – сообщил сосед по каюте, отсмеявшись. – Так что жив и радуйся! – Доверительно наклонился к Малку и добавил: – Считай это дружеским советом…

– Но хотя бы свою долю с трофеев… какие бы они ни были!.. Можно получить? – спросил Малк, памятуя свой опыт убийства демонической гусеницы в Ночь Йорроха.

– А вот это святое! – важно заметил Тиль. – Ты достаточно этих… илл-хотов… накрошил, чтобы рассчитывать хоть на какую-то награду.

И торговец оказался прав. По распоряжению капитана уже на подходе к порту Нимад – единственному порту острова Римма и финальной точке в путешествии Малка – стюард принес ему в каюту шесть флакончиков со «Слизью илл-хота». Так назывался двухзвездный эликсир, весьма полезный для магов. Корабельный врач, а по совместительству алхимик, несколько дней «варил» его из полученных трофеев, и вот теперь капитан использовал препарат как награду для участников морского сражения, претендующих на часть добычи.

У Малка мелькнула мысль потребовать больше, но Тиль – единственный доступный ему знаток цен и нюансов торговли – несколькими днями ранее сошел на берег, а сам он в стоимости алхимических зелий не разбирался. Так что понять, насколько его обманывают, попросту не мог. Пришлось смириться с тем, что дают. В конце концов, и этого могло не быть, ведь правда?

В порту Нимад Малк сходил на берег не один. Его примеру последовали и четверо магов из членов Семейств. Пусть отношения так и не наладились, после совместной драки они хотя бы начали с Малком здороваться. И прекратили подколки на тему «нищебродства». Впрочем, он и сам не хотел с ними сближаться, и потому, когда родовитые вновь затеяли скандал на корабле по поводу отправки свои вещей, подхватил саквояж и легко сбежал по трапу на пристань. В отличие от них у него багаж только уменьшился. После сражения, где он с ног до головы вывалялся в крови илл-хотов, комплект одежды пришлось выкинуть…

– Парень, ты не с «Ярого демоноборца», часом? – остановил Малка на выходе с пирса чем-то похожий на Толфана толстяк.

Вместо привычных для моды Борея костюмов на нем были светлые брюки, белая рубашка и необычного вида сюртук. Который, во-первых, имел ярко-желтый цвет, а во-вторых… во-вторых, Йоррох побери, вскоре стало понятно, что он соткан из самых настоящих золотых нитей. Мало того, в тон сюртуку на поясе висела внушительного размера закрытая фляга и тоже, видимо, из золота. Сколько драхм стоила эта вопиющая, вульгарная роскошь, Малк боялся даже представить.

Так что нет ничего странного в том, что серебряный медальон с рунической четверкой на груди незнакомца Малк заметил в последнюю очередь.

– Господин Младший Магистр, Ученик Малк приветствует вас! – объявил Малк, отвесив торопливый поклон. – Да, я с только что сошел с «Демоноборца»!

– А еще четырех других обалдуев в ранге Ученика ты там на борту не встречал? – радостно спросил толстяк.

– Они немного задержались. Я ушел раньше… – начал было Малк, но Младший Магистр беспардонно его перебил.

– Ф-фух! Значит, успел. А то собирай вас потом по всему острову, – сообщил толстяк и наконец представился: – Меня зовут Жак Улей, из Дома… Хотя какая разница, клянусь Рзавианом! Я – Улей и горжусь данным прозвищем гораздо больше, чем наследием третьесортного рода… И еще я Младший Магистр внешней фракции Школы Пепла, но это ты и так должен знать. Правильно? – Немного помедлил, искоса посмотрел на Малка и с нажимом спросил: – Тебе же одна наша общая знакомая сказала, у кого именно ты будешь служить помощником в этой гребаной Школе?!

– Все, что сказали, это то, что меня встретят, – нахмурился Малк.

– Вот я тебя и встречаю! Ты же не думаешь, что у Младших Магистров нет других дел, кроме как забирать из порта новичков?! – блеснул глазами Жак Улей, вдруг напомнив какого-то зверя из Пекла. – Но без некоторых формальностей все же не обойтись…

По спине Малка пробежал предательский холодок, и он торопливо достал данную госпожой Леарой рекомендацию.

– Вот бумага, – сообщил он.

Младший Магистр с этакой барской ленцой забрал документы из его рук и провел засветившейся ладонью над каждым из листов. Те отозвались жемчужным сиянием, и поверх текста всплыла череда замысловатых узоров, скрепленная колдовскими символами.

– «Андалорское Общество магов самым положительным образом отзывается о выпускнике Малке и рекомендует его на должность ассистента…» – вслух прочитал Жак Улей, затем по-хитрому сложил пальцы и… удовлетворенно кивнул, когда все еще плавающие над документом узоры сложились на какой-то миг в образ госпожи Леары. – Все верно.

И замерший точно перед прыжком зверь исчез, уступив место прежнему толстяку. Малк же вдруг осознал, что испытывает к своему будущему начальнику не только неприязнь из-за сходства с Толфаном, но и некую опаску.

Однако Жак Улей, похоже, даже не заметил, какое впечатление произвел, и, картинно щелкнув пальцами, обратил рекомендации в пепел.

– В канцелярии Школы я тебя сам зарегистрирую, так что тебе эти бумажки больше не нужны, – пояснил он и небрежно уточнил: – С отметками в паспорте о ранге Ученика у тебя, кстати, все нормально? Школа не любит принимать Адептов.

Малк кивнул и, достав медальон из-за отворота сорочки, влил в кругляш Силу. Над паспортом возникло светящееся облако с плавающими внутри рунами, и в него тут же впился взглядом господин Жак.

– Так… Учился в Андалорском Обществе магов, это понятно, а статус… статус Ученика получал в варгандской Школе Зеленого Света… К чему такие сложности? – удивился толстяк.

Малк пожал плечами:

– Так получилось… Воспользовался ресурсами Школы Зеленого Света для перехода в новый ранг, а они бонусом взяли на себя все хлопоты по регистрации. Сам не ожидал.

– Бонусом, говоришь? – Жак Улей расплылся в улыбке и подмигнул Малку. – А может, просто они содрали с тебя столько звонких драхм за услугу, что самим перед Святыми стыдно?

Увидев, как исказилось лицо Малка, толстяк гулко захохотал своей догадке. И на этом с формальностями было покончено. Тема происхождения отметок его очевидно не интересовала.

– О! А вот и остальные подоспели… Это ведь твои попутчики? – спросил Жак Улей, глянув в сторону ведущей на пристань дороги.

Малк оглянулся и увидел компанию родовитых с «Ярого демоноборца», за которыми следовали четверо носильщиков, навьюченных вещами точно мулы.

– Они, – кивнул он.

– Рзавиан свидетель, хотя бы эти парни понимают, как важно путешествовать с комфортом! – сообщил толстяк одобрительно и покосился на единственный саквояж своего нового ассистента. Но, заметив, что Малк даже бровью не повел, фыркнул и отвернулся.

Малк же вдобавок ко всему с тоской понял, что еще даже не приступил к исполнению своих обязанностей – какие бы они ни были, – а от Жака Улья уже устал. И чем дальше, тем меньше ему нравится «назначение» госпожи Леары!

Коротко представившись задержавшимся Ученикам, Жак Улей повел всех к выходу из порта. В местных лабиринтах он ориентировался неплохо, так что уже спустя десять минут компания грузилась в сильно устаревшую, но еще исправно работающую модель паромобиля. Трое Учеников, в том числе Малк, сели в салон к толстяку, оставшиеся двое заняли место рядом с водителем. Багаж отправился на крышу, где для этой цели обнаружились специальные крепления. Было немного тесновато, однако Малк не жаловался. Наоборот, он в очередной раз подумал, что, став могучим и состоятельным чародеем, обязательно приобретет паромобиль. И возможно, водителем – не просто ответственным за управление машиной, но и следящим за функционированием защитных артефактов – у него будет, как и у Жака Улья, настоящий Адепт. От мечты, правда, немного отдавало мещанством и филистерской примитивностью, ну так Малк же и не строил из себя эстета да аристократа с прославленной Родословной?!

– Ехать нам часа два, а то и все три, так что предлагаю скрасить ожидание беседой, – важно причмокнул губами Жак Улей.

Что Малк, что двое родовитых – все они теснились на одном диванчике. В отличие от толстяка, который с комфортом занял отдельное сиденье и теперь снисходительно поглядывал на жмущихся Учеников. Было неприятно, однако не с их могуществом оспаривать, пусть даже в такой малости, авторитет Младшего Магистра. В салон пустил, а не на крышу к сумкам выгнал, и то хорошо. Чем дальше от метрополии, тем большей властью обладали маги. Особенно старшие маги. И как Малк догадывался, где-нибудь на периферии, если бы такому вот Жаку пришло в голову использовать всех четверых для опытов или потренироваться на них в вивисекции, препятствий этому он бы просто не нашел. Разве что поостерегся бы связываться с членами влиятельных Семейств или Домов, но тут тоже все зависит от личного могущества. Иные маги сравнимы по влиянию с целыми Школами!

– Ладно, клянусь Рзавианом, у меня сегодня настроение поболтать! – объявил Жак Улей, так и не дождавшись ответа ни от Малка, ни от его родовитых коллег. – И начну я с истории Школы. Чтобы вы не тратили время на притирку к нашим порядкам и сразу включились в обучение и… – толстяк повернулся к Малку, – работу!

Откашлялся и уже другим, поставленным голосом хорошего лектора начал рассказ о Школе Пепла. И надо сказать, история в его изложении получилась весьма занятной. Ведь что знал Малк о месте своего будущего трудоустройства из все того же «Вестника учебных заведений», добытого в поезде по пути в Варганд? Что это откровенно низкопробная двухзвездная Школа, созданная практиками Огня и Смерти с весьма своеобразным Тайным Искусством. В чем именно данная своеобразность заключалась, правда, не говорилось, но догадаться было можно. Наличие «Пепла» в названии очевидно предполагало нацеленность магических приемов Школы на использование некой вторичной комбинации Стихий Огня и Смерти… А малое количество звезд указывало на их «эффективность»! В свете чего становилось понятно, почему директор только Магистр.

Но со слов Жака Улья складывалась несколько более интересная картина.

Еще две сотни лет назад Школа Пепла гордилась четырехзвездным рангом и имела в этой части Беспокойного моря весьма дурную славу. Силами внутренних учеников Школы и Наследников ее Мастеров вырезались враждебные Семейства, разорялись целые острова и грабились конвои неугодных Домов. Хеймдарк, безымянные Архимаги из Яванского пояса и столь же безымянные высшие монстры – никто не смел смотреть на Школу Пепла свысока. Даже находящиеся ныне на коне Колледж Белых Перчаток и Школа Железа и Крови не рисковали с ней связываться.

Но со временем, накопив нужные ресурсы, обретя соответствующую репутацию и утвердившись в мире магов, Школа Пепла остепенилась. Ее директор и Мастера решили завязать с войнами, а нужные им ресурсы теперь не захватывали, а покупали. Мало того, они даже дали клятву верности императорскому Дому Борея и стали одной из его опор в противостоянии Пеклу… Тогда это решение казалось верным, однако история расставила все по своим местам. И в ходе Восстания, закончившегося падением правящего Дома, пала и Школа Пепла.

– В чем конкретно выразилось это падение? – не удержался от вопроса Малк.

Толстяк пожал плечами:

– Погибли почти все маги Школы рангом старше Бакалавра, а многие из тех, кто не погиб, получили ранения, которые свели их в последующие годы в могилу. В результате в Школе вообще не осталось тех, кто развивал бы ее магическое достояние, ее Тайные Искусства до высших рангов. Некому стало учить, и цепочка передачи знаний прервалась.

– А книги, артефакты, рецепты зелий? – продолжил спрашивать Малк.

– Многое осталось, собственно поэтому Школа до сих пор существует, – дернул уголком рта Жак Улей, – но еще больше безвозвратно потеряно. – Толстяк шумно вздохнул, цыкнул. – Есть, конечно, надежда на появление самородков и гениев, которые сами найдут тропки в дебрях метафизических принципов высшей магии Школы, но… сами понимаете, рассчитывать на такое не стоит.

– Но если все настолько плохо, то почему тогда в Школу до сих пор приходят новые студенты? – не удержался от вопроса Малк.

Услышанное сильно подпортило ему настроение. Как бы то ни было, но он надеялся несколько на иное.

– Почему, почему… Потому что из-за низкого статуса здесь и плата за получение знаний тоже ниже! В то время как достояние достаточно богатое, чтобы заинтересовать не только магов-одиночек, но и членов Семейств и даже малых Домов! – вдруг вместо Жака Улья резко ответил один из родовитых. Тот, что сидел на противоположном конце дивана. – Сам-то зачем сюда приехал, а?!

– Малк сюда приехал, потому что мне ассистент с определенными навыками понадобился и я его из Андалорского общества магов сманил, – закудахтал толстяк. – А вот вы почему сюда прибыли? В Школах Варганда вроде всегда рады талантливым Ученикам… Да и с платой у вас проблем нет. Или, клянусь Рзавианом, ваши Семейства настолько молоды, что не имеют собственного наследия?! И вынуждены выстраивать обучение своих членов с нуля?!

Родовитым услышанное не понравилось. Оба сердито засопели, переглянулись, затем ближайший к Малку заговорил:

– Младший Магистр, все у нас есть. И неплохие Тайные Искусства, и деньги, и даже в родовых библиотеках совсем не пустые полки. Но…

– Но не хватает глубины и знаний по каким-нибудь смежным дисциплинам, – как обычно перебил толстяк. – На что нацелились – на изучение призыва, комбинирования Стихий, на редкое применение магии Смерти или Огня?

– Последнее, – ответил сидящий рядом с Малком член Семейства.

– Ну с этим в Школе все нормально, – расплылся в улыбке Жак Улей. – Пепел, с которым здесь некоторые работают, и сам по себе интересная субстанция, а уж сделанные с его помощью открытия и вовсе заметно расширяют горизонты магии. Так что не зря сюда пришли, точно не зря!

Малк ощутил, что родовитых медленно отпустило охватившее их было напряжение. Они расслабились и заулыбались. Однако сам он, наоборот, еще больше помрачнел. Огонь и Смерть, какой-то призыв… Для чистой Пневмы или чистой Смерти совсем ничего нет? Да если так пойдет и дальше, то ему здесь подходящее Тайное Искусство точно не найти. Йоррох!

Время шло, и паромобиль сначала покинул Нимад, затем около часа петлял по каким-то лесным дорогам, миновал пару поселков и уже на исходе третьего часа, возможно, в начале четвертого вырулил к горам, где в отдалении, в окружении скал показалась группа строений.

– Вот мы и приехали! Там администрация и кампус, тут учебные корпуса и лаборатории… – принялся показывать похожим на сардельку пальцем Жак Улей. – Как видите, тихое и уютное место, идеальное для исследователей магических секретов павшей Школы!

Младший Магистр столь демонстративно дистанцировался от прежней Школы Пепла, что Малк ощутил укол неприязни. Вроде никакого отношения к данной организации не имеет, а все равно какая-то обида появилась. Как бы то ни было, а следовало уважать былую славу основателей Школы!

– Это ведь только публичная часть, открытая всем желающим и принадлежащая внешнему кругу? – не удержался от вопроса Малк.

Жак Улей нахмурился.

– Да, но на внешнюю фракцию Школы все равно смотреть снисходительно не стоит! Именно здесь, на обломках прошлого, куется будущее, достигаются новые горизонты, взращиваются молодые и перспективные маги – потенциальные Магистры и Младшие Магистры, – с чувством сообщил он и несколько презрительно бросил: – А еще именно усилиями магов внешнего круга по зарабатыванию средств к существованию внутренние Мастера и директор могут продолжать свою работу по восстановлению достояния Школы!

– А директор и Мастера… они здесь же работают? – проявил любопытство один из родовитых, избавив Малка от необходимости озвучивать этот вопрос.

– Внутренняя фракция находится по ту сторону горы, в двух часах езды отсюда, на берегу небольшой бухты, – пренебрежительно бросил Жак Улей. – Внешние ученики иногда получают задания от внутренних Мастеров или даже директора, так что вполне возможно, что сможете побывать там лично. Но это будет потом, пока же от вас требуется уладить административные вопросы…

Паромобиль миновал ворота Школы и въехал во двор. Пассажиры теперь не со слов Младшего Магистра, а собственными глазами могли увидеть положение дел в некогда самом влиятельном учебном заведении острова Римма и его окрестностей. И реальность их не разочаровала. Да, здания из красного кирпича очевидно разменяли сотню лет со дня постройки, палисадники и клумбы требовали ухода, а эстакады и галереи между домами нуждались в ремонте, но… но современные веяния здесь тоже присутствовали. На уровне второго-третьего этажа тянулись чугунные трубы пневмопочты, вдали над крышами возвышалась труба котельной, а когда паромобиль заехал на стоянку, то их выгрузку и последующую проверку документов контролировал механизированный воин борейского производства. Чувствовалось, что внешнее отделение Школы Пепла хоть и не процветало, но развиваться все же развивалось. И десятки людей в студенческой форме, снующие между домами, это только подтверждали.

– Кабинет приемной комиссии там… – махнул родовитым Жак Улей в сторону приземистого здания, почти полностью скрытого под плющом. Малку же он бросил короткое: – Ты со мной!

Оставив четверку Учеников разбираться с багажом, толстяк важно зашагал к зданию, выглядевшему наиболее современным среди всего архитектурного ансамбля Школы. Своего будущего ассистента он даже взглядом не удостоил, явно ожидая от него беспрекословного подчинения. От подобной бесцеремонности у Малка внутри поднялась буря, но сделать он ничего не мог и под смешки дворян заторопился следом за Младшим Магистром.

– Я здесь пользуюсь некоторым авторитетом, так что сделай все, чтобы не опозорить меня. Понял? – уже на крыльце, перед входом в здание, сказал Малку толстяк. И от него снова слабо повеяло жутью.

Малк понятия не имел, что Младший Магистр подразумевает под своими словами, но на всякий случай кивнул. Впрочем, этого его жеста Жак Улей уже не видел: распахнув дверь, он скрылся внутри здания, и оттуда тут же донесся его зычный голос. Толстяк с кем-то здоровался, с кем-то обменивался мнениями насчет погоды, а кого-то хвалил за вчерашнюю демонстрацию Силы. Малку ничего не оставалось, кроме как догонять работодателя.

Они поднялись на второй этаж и, миновав шумную канцелярию, где ожидали несколько Бакалавров и один Младший Магистр, вошли в приемную.

– Жди, я сейчас, – приказал толстяк Малку и, кивнув на ряд стульев, скрылся в кабинете.

Малк остался в одиночестве. Однако просто сидеть было скучно, так что он принялся прогуливаться по коридору, попутно разглядывая плакаты на стенах. Благо это были не какие-то бесполезные агитационные или рекламные афиши, а списки изучаемых во внешней фракции предметов. Тех самых, из которых студент мог составить свою персональную учебную программу.

И надо сказать, посмотреть было на что. Наряду с ожидаемыми курсами, вроде «Расширенного набора знаков Руноглифа», «Общей магии», «Ритуалистики» и общеобразовательных предметов, присутствовало и много всего нестандартного. «Вторичные законы Огня», «Смерть как иной взгляд на Жизнь», «Смешение Стихий», «Боевые марионетки» и даже «Метафизика Силы» – одни лишь названия разжигали любопытство Малка. Когда же он пытался реконструировать по данному списку специализацию магов Школы, то пламя интереса и вовсе грозило обернуться всепоглощающим пожаром. Слишком все разнопланово и уходит в плохо стыкующиеся области знаний.

На землю его возвращали только указанная рядом с каждым предметом цена. И если для изучения традиционной «Ритуалистики» учащийся должен был внести всего пятнадцать драхм за полугодие – плата вполне посильная большинству Учеников, то для тех же «Вторичных законов Огня» требовалось расстаться с тридцатью драхмами и десятком неких квалификационных баллов Школы. Что вызывало вопросы.

– Изучаешь? – Вопрос неслышно подкравшегося Жака Улья заставил Малка вздрогнуть.

– Да, заинтересовался. Даже жаль, что я здесь не студент… – криво усмехнулся он и осторожно спросил: – Господин Младший Магистр, а почему здесь ни слова про Пепел? Ни про Тайные Искусства с ним связанные, ни про особенности практики?

Толстяк недовольно засопел и неприятно пожевал губами.

– Что касается последнего, то магия Пепла полноценно изучается только студентами внутренней фракции, – ответил он наконец. – А что до первого… кто сказал, что ассистенты или преподаватели не могут при некоторых условиях получать знания Школы наравне со студентами? Все зависит от конкретного человека и его стремления к знаниям… В твоем же случае, – Жак Улей тихо рассмеялся, – клянусь Рзавианом, в твоем случае доступ к знаниями будет зависеть лишь от того, насколько хорошо ты будешь выполнять задания одной нашей общей знакомой, а значит, и… мои. Понимаешь?

Малк привычно уже кивнул, однако, перехватив мелькнувшее в глазах Жака Улья недовольство, рассыпался в благодарностях и заверениях стараться изо всех сил. Младший Магистр с показным равнодушием отмахнулся от его слов, но было видно – ему нравилось ощущать свою значимость. Подобное поведение вместе с тягой к аляповатой роскоши указывало на мстительную и поверхностную натуру. Угодишь такому – и будешь как сыр в масле кататься, а вызовешь раздражение – и ничего кроме неприятностей не жди!

Для Малка, с его гордостью и непокорностью, служба под началом подобного человека обещала стать серьезным испытанием. Потому как он хоть и понимал важность иерархии, однако поступаться достоинством был готов лишь до определенного предела. И что-то ему подсказывало: для Младшего Магистра достигнуть данного предела было раз плюнуть!

Конечно, он не в армии, не в секте и не в военизированном ордене, а значит, когда слишком сильно прижмет, всегда можно уйти… если бы не одно «но»! За Жаком Ульем стояла госпожа Леара с Темной Канцелярией, а служба толстяку была заданием Малка, и он попросту не мог послать его к Йорроху. Такая вот неприятная ситуация.

– Господин Жак, простите за неожиданный вопрос, но, как понимаю, вы прихожанин церкви Рзавиана? – неожиданно для себя задал Малк уже несколько часов мучающий его вопрос. – Здесь есть его храм?

Чем привел толстяка в некоторое возбуждение.

– Ты тоже считаешь Святого Рзавиана своим покровителем?! – вскричал Жак Улей.

Малк помотал головой.

– Нет, просто… Я из Колхауна, а у нас принято с уважением относиться к Святым. Вот я и спросил про храм.

– А-а-а… – протянул Младший Магистр, резко поскучнев. – Да, храм есть. В Нимаде. И он единственный на Римме. Так что если захочешь посетить другие, придется плыть на соседние острова. Архонт, Дорана, Кетот… при желании и при хорошем ветре до их земных обителей можно добраться за час или два. – Он задумчиво пошлепал губами и, словно вспомнив, деловитым тоном спросил: – Ладно, Святым святое, а демонам демоново! Чего не спрашиваешь про свое зачисление в ассистенты?

Вопрос застал Малка врасплох. Уж чего-чего, а такого он не ожидал.

– Разве с этим могут быть какие-то проблемы? Я думал, это не более чем формальность. Вы даже рекомендацию мою забрали…

– А-а-а! – махнул рукой Жак Улей. – Не дают тебя просто так к себе взять. Говорят, что нанимать тебя будет Школа, хоть и по моему запросу, а значит, надо следовать стандартным правилам. Тем самым, что ввел кто-то из первых директоров пару сотен лет назад и которые до сих пор не отправили в утиль! – Толстяк посмурнел и рубанул кулаком воздух. – И все мастера внутренней фракции! Вцепились в эти свои традиции и нормальным людям жизни не дают. А ведь именно мы – маги внешнего круга – для них деньги зарабатываем, не они для нас!

В очередной раз Малк убедился, что тема конфликта между внешним и внутренним отделениями Школы Пепла Жак Улей воспринимал чересчур болезненно. Словно за этим крылось нечто личное.

В другое время он хорошенько обмозговал бы данную мысль, но сейчас перед Малком стояли гораздо более насущные вопросы.

– Так что делать? Что за «стандартные правила», которым я должен следовать? – спросил он.

– О, да ничего особенного. Ты все равно мой человек, и тебя ждет чистая формальность. Сейчас пойдем на площадку испытаний, где в компании знакомых тебе четверых дворян покажешь, на что способен, – сообщил толстяк, успокаиваясь. И тут же искоса глянул на Малка. – Надеюсь, с этим у тебя никаких проблем нет? И наша общая знакомая сделала правильный выбор, когда отправляла тебя сюда?

– Все в порядке, – кивнул Малк, чувствуя, как сжимаются в холодный комок внутренности. – Я готов! Только… – Он немного помедлил. – Можно узнать, в чем будет заключаться испытание? Что не письменный экзамен, я уже догадываюсь, но все же?

– Еще Бакалавром я пытался стать в Школе Зеленого Света помощником внешнего Мастера. Так там испытуемый должен был с завязанными глазами, на время искать среди вороха артефактов те, что испускали нужные вибрации Силы. В Школе Пустоты, со слов приятеля, проверяется выносливость тела – маг должен выдержать заданное время под ударами Стихии Земли, – не стал скупиться на объяснения Жак Улей. – В Школе же Пепла свой способ проверки. Будущие студенты и ассистенты преподавателей Школы обязаны доказать свою способность выдерживать давление Силы непосредственно на Дух. Это не очень приятно и чуточку опасно, однако… вполне по плечу хорошему Ученику. Понимаешь?

– Да, но… я же только-только прорвался через ранг! – забеспокоился Малк. Перспектива получения на ровном месте травмы Духа его совсем не обрадовала.

– Ничего, так даже лучше, – равнодушно отмахнулся толстяк и добавил не очень понятное: – Быстрее Нимб стабилизируешь.

Малк бы попросил разъяснений, но Младший Магистр уже напустил на себя неприступный вид и двинулся к лестнице.

Площадка испытаний выглядела откровенно непритязательно: обычный круг из утоптанной земли диаметром в пять-шесть саженей, заключенный в кольцо из гранитных бордюров, а в центре – мраморная стела в виде вытянутой правильной четырехугольной пирамиды с гальдраставами из знаков Руноглифа на каждой грани. Со стороны и не скажешь, что перед тобой сложный артефакт. Ни дуновения Силы, ни характерных вибраций, как от близости к источнику, ни напряжения сконцентрированной в одном месте Власти – не ощущалось ровным счетом ничего! Словно это не более чем архитектурный элемент, «украшающий» по задумке создателя архитектурный ансамбль Школы.

Пока Малк изучал взглядом и доступными ему магическими способами каменную стелу, на площадке испытаний в сопровождении женщины-Бакалавра лет сорока пяти появилась знакомая четверка. На этот раз без багажа, несколько растрепанные и растерявшие привычную спесь. Святые знают, что там у них произошло, но на спутницу они поглядывали уважительно, а на площадку – с очевидной опаской.

– Мина опять новичков напугала. Ох и нравится ей это дело… – осклабился Жак Улей, украдкой бросая на женщину сальные взгляды.

Как по Малку, то дама совсем не выглядела любительницей нападок на молодежь, но Младшему Магистру было виднее.

Тем временем толстяк приблизился к магичке и о чем-то вполголоса с ней переговорил. Вернулся к Малку и бросил:

– Ты последний пойдешь. Они все же выходцы из Семейств, а значит, и обучены лучше… Во всяком случае, лучше, чем вчерашний Адепт из Йоррох знает какого Общества!.. А ты на их примере поучишься.

Слова Жака Улья прозвучали несколько обидно, но нельзя было не признать его правоту. Если сравнивать курсы Андалорского Общества магов и домашнее образование в нормальных Семействах – не у каких-то выскочек, а нормальных! – то он действительно будет в числе отстающих. Другое дело, что сейчас будут проверять не их знания, а тренированность Духа, в которой Малк способен обойти даже некоторых членов старых Домов… Но говорить о том Младшему Магистру он смысла не видел. Испытание покажет. Сейчас для Малка гораздо важнее было то, что стояло за неприятной репликой толстяка. Жак Улей очевидно пытался ему помочь, что несколько выходило за рамки того образа, который сложился в голове у Малка. Проявление заботы от высокомерного, чванливого и спесивого мага было неожиданным. И это следовало ценить!

Пока они шептались, для дворян проверка способности уже началась. Заняв позиции напротив граней пирамиды, они направили ладони на гальдраставы – каждый на свой – и принялись вливать в них Силу. На глазок определять точные объемы используемой другими энергии Малк не умел, но артефакту родовитые передали в сумме никак не меньше сорока эргов. Стела на это отозвалась ощутимой через стопы вибрацией и после повелительного жеста магички Мины начала испускать нечто вроде светящегося газа.

За считаные мгновения его собралось столько, что он покрыл не только каменную пирамиду, но и поглотил четверых Учеников. Изнутри донеслись несколько сдавленных криков, кто-то помянул Йорроха и его орды, потом наступила тишина. Но длилась она недолго. В какой-то момент облако газа пришло в движение, закрутилось спиралью и одним махом поднялось вверх, к острию шпиля, где образовало плоское вращающееся золотистое кольцо. Этакий артефактный Нимб.

– Ну-ка! – воскликнул Жак Улей и азартно подался вперед.

Судя по его реакции и реакции остальных зрителей – а помимо Малка и двух преподавателей Школы к началу «представления» собралось еще десятка два человек, – начиналось самое интересное. И они были правы. Потому как артефактный Нимб внезапно прекратил движение, несколько раз стрельнул разрядами в стелу и сразу же вспыхнул серебряным пламенем. Пламенем, так сильно напоминающим то, что сжигало Дух Малка во время прорыва его Власти в оранжевый ранг!

Следом за появлением огня от Нимба отделились четыре нити, вошли Ученикам в макушки, и по ним, точно по трубам, в тела родовитых перетекли остатки светящегося газа. На этом пламя погасло, и исчезли любые внешние проявления магии. Теперь если что и происходило, то только внутри Дворцов Духа четверки дворян.

– Слабаки! – вынес вердикт Младший Магистр, наблюдая за тем, как новые студенты Школы падают на колени и истошно стонут, царапая пальцами землю. У того, которого, как помнил Малк, звали Дереком, и вовсе пошла носом кровь. – Требованиям соответствуют, но… работать с ними и работать! Иначе толковых магов не выйдет.

В последний раз негодующе фыркнув, Жак Улей повернулся к Малку.

– Они так долго могут валяться! Так что давай, твоя очередь.

Малк вежливо поклонился и без споров переступил через гранитный бордюр. Незаметно принюхался, пробуждая духовные чувства, но тут же разочарованно поморщился. Никаких следов магии, никаких остаточных флюидов в воздухе не витало. Словно теперь уже окончательно свалившиеся на землю дворяне оказались там не по причине колдовского воздействия, а из одного лишь дурного желания.

Покосившись на лицо того дворянина, с которым они вместе входили в одну из облюбованных илл-хотами кают – ранее гордое и высокомерное, а теперь залитое кровью, покрытое мелкой сеточкой полопавшихся сосудов и искаженное от боли, – приблизился к стеле. Без паузы, как и коллеги-Ученики несколькими минутами ранее, принялся вливать Силу в ближайший гальдрастав. Однако передал не ожидаемые десять эргов, а все пятнадцать: колдовской узор был подобен бездонной бочке, которую невозможно наполнить. После чего принялся ждать…

И сам не заметил, как острая боль пронзила макушку, а его сознание едва не затянуло во Дворец Духа. Но кто сказал, что надо выполнять все, чего от тебя требуют непонятные артефакты? Так что идти на поводу у загадочного механизма он не стал. Принялся сопротивляться, сначала просто ставя на пути у вторгающейся в него безликой магии барьеры из собственной Власти, а затем, когда духовная Сила хлынула в тело, дополнил привычной практикой очистки организма с помощью Рассеивания. Кое-что еще оставалось, часть артефактной волшбы все же добиралась до его Духа, но с этим неожиданно самостоятельно справился его собственный Нимб. Который втянул ее в себя, минуя волю Малка, и, судя по появившемуся жжению, принялся ее как-то перерабатывать.

В таком состоянии он пробыл несколько минут. Артефакт давил, Малк отбивался. И пусть было немного больно, желания падать на колени или делать еще что-то столь же постыдное у него не возникало. Что надо благодарить за подобную стойкость – Дождь боли или чересчур развитую даже не для Ученика, а вообще для идущего стандартным путем мага Власть – Малк не имел ни малейшего понятия, но одно осознавал ясно: кажется, в его случае надо либо проводить другое вступительное испытание, либо это считать пройденным.

Он открыл глаза и, найдя взглядом Жака Улья, с кривой улыбкой сказал:

– Это все?

Уже начавших подниматься с земли и теперь завистливо косящих в его сторону родовитых он вниманием не удостоил.

– Кто бы мог подумать, что он такой ловкий, а? – горделиво сказал толстяк, повернувшись к стоящей рядом Мине. Будто это он сам так натренировал столь блестяще прошедшего испытание Ученика. И уже Малку крикнул: – Конечно, все! И мы сейчас же пойдем в администрацию, чтобы записать тебя в качестве моего…

Вот только договорить он не успел. Толпа зрителей внезапно подалась в стороны, и к границе площадки для испытаний вышла колоритная парочка. Эффектная брюнетка в темно-зеленом брючном костюме, без головного убора, но зато с шпагой на поясе, и экстравагантный мужчина в немного старомодном высоком цилиндре, двубортном сюртуке и с черно-белой тростью в руках. На лице у него была красно-белая маска в форме черепа… Точнее, Малку сначала показалось будто это маска, но спустя некоторое время он разглядел, что это и есть лицо новоприбывшего. Вернее, то, что у него вместо нормального лица!

– Я забираю этого Ученика! Ассистент с такими способностями мне не помешает, – хрипло объявил человек с черепом. И что странно, челюсти у него при этом не шевелились. Голос просто зазвучал в воздухе, словно сам по себе.

– Младший Магистр Тияз! Вы забываетесь!!! – взорвался Жак Улей, мгновенно среагировав на слова обладателя пугающего «лица». – Именно по моей просьбе этот юноша прибыл в Школу, именно с моей подачи прошел испытание и именно я возьму его к себе помощником! Ясно?!

С каждым словом толстяк распалялся все больше и больше. Он был настолько зол, что даже утратил в некоторой степени контроль над магией. И воздух вокруг задрожал от просочившейся вовне Власти.

– Он либо идет со мной, либо убирается из Школы! – В противовес толстяку названный Тиязом мужчина был абсолютно спокоен и непрошибаемо уверен. – Ты же знаешь законы наших фракций… К чему эти споры?

– Знаю, очень хорошо знаю, Тияз. И напомню тебе, что просто так, по одному своему желанию, даже внутренний Мастер не может забрать у кого-то студента или ассистента! – Толстяк уже практически кричал, багровый от злости.

Выглядел он смешно, однако никто не веселился. Наоборот, после его слов собравшиеся едва ли не кинулись врассыпную.

– Ты хочешь… поединка? Со мной?! – все так же сохраняя челюсти сомкнутыми, удивился заявивший права на Малка Младший Магистр. Посмотрел сначала на свою явно скучающую спутницу, потом на Малка и лишь в конце вперил взгляд в Жака Улья. – Ну тогда… твой ход, коллега! Покажи, как вырос за последние годы… Мало ли, вдруг тебе повезет!

– Везение для слабых, – с неожиданным достоинством парировал толстяк и, разведя руки в стороны, выпустил на волю свою магию. – Раз ты продолжаешь упорствовать, то не вини меня потом в проигрыше… господин Младший Магистр Тияз Череп!

Почему он выделил слово «младший», Малк не понял, но сейчас его это особо и не интересовало. Чего уж там, в данный момент он даже старательно не думал о том, что в споре мастеров Школы стал не более чем ценным призом. Хотя подобное отношение было мало того, что оскорбительно, так еще и вмешивалось в планы самого Малка и его куратора из Темной Канцелярии. Все его мысли занимала предстоящая схватка между двумя старшими магами. Между людьми, которые настолько выше Бакалавра, насколько тот выше обычных смертных! Ведь именно через наблюдение за могучими чародеями Ученик вроде него может получить знания, в иных случаях ему недоступные, и приобщиться к чужому опыту. А на этом фоне меркнет все остальное.

– Отойдем, здоровяк, сейчас здесь будет жарко, – раздалось за спиной Малка, заставив его вздрогнуть.

Каким-то образом рядом с ним оказалась спутница Тияза Черепа и теперь мягко тянула за рукав в сторону находящихся саженях в пятнадцати скамеек.

– Оттуда все будет прекрасно видно, зато нас не достанет, – улыбнулась она какой-то мальчишеской улыбкой. – Заодно выслушаешь мой совет, как следует вести себя в твоей ситуации. Ну как, пойдем?

Малк, уже собравшийся выдернуть край одежды из тонких пальчиков, замер и, подумав, кивнул. Йоррох побери, он и вправду находился чересчур близко к месту предстоящего поединка. И упрямиться, оставаясь на месте, было глупо: вон, даже родовитые уже убрались. Что до совета… почему нет? Как появится такая возможность, он обязательно его выслушает. В конце концов, все слишком неожиданно завертелось, чтобы огульно принимать решение. Как там этот Тияз сказал: либо со мной, либо пусть проваливает? Вдруг это не фигура речи, а реальная перспектива на ближайшее будущее? Нет уж, если он и задумает отвергнуть «предложение» этого Младшего Магистра, то только осознавая последствия во всей полноте…

Пока они шли к скамейкам, по разным углам расползлись и остальные зеваки. В том, как они освобождали место для драки и искали подходящие для наблюдения уголки, чувствовался немалый опыт.

– Почему здесь, а не на подходящем для боя полигоне? Они же здесь все уничтожат! – хмуро спросил Малк, наблюдая за занимающими позиции друг против друга Младшими Магистрами.

Спутница Тияза издала короткий смешок.

– Не уничтожат. Это не бой насмерть, а состязание в мастерстве: кто обыграет другого, тот и победитель. При таких условиях редко случаются масштабные разрушения… с небольшими же прекрасно справляются специализирующиеся на Жизни или Земле студенты. И им тренировка, и Школе польза.

Малк моментально зацепился за оговорку про условия. Так и подмывало спросить, не случаются ли здесь другие схватки, где задействуются совсем иные силы, однако решил промолчать. И сосредоточился на уже начинающемся поединке…

То, что боевые стили Младших Магистров серьезно различаются, стало понятно с первых мгновений боя. Если Тияз Череп полностью отдавал инициативу первого удара противнику и просто стоял со скучающим видом, оперевшись обеими руками на трость, то Жак Улей был сторонником активных действий. Едва заняв позицию перед противником, он на одном дыхании выдал какое-то длинное заклинание, сорвал крышку с висящей на боку фляги и с яростным оскалом ее перевернул. Наружу вырвался черный рой пчел, зависший перед толстяком. И тому понадобилось изобразить пару сложных жестов кистью правой руки, чтобы кусачие твари поднялись выше и закрутились в жужжащем хороводе.

– Пчелы?! – вырвалось у Малка, который ждал от сотрудничающего с Темной Канцелярией мага чего-то гораздо более внушительного.

– Они самые, – чересчур сухо для женщины рассмеялась стоящая рядом с Малком спутница Тияза Черепа. – Младший Магистр Жак – призыватель. Не самый талантливый, но весьма сильный. Так что я бы не стала относиться к его подопечным снисходительно или вообще принижать его способности. Смотри и сам все увидишь!

Последний совет был очевидно лишним. Малк уже заметил, как от вспыхнувшей вокруг Жака Улья ауры Огня к рою пчел потянулись нити Силы. Силы, которую крылатые гадины принялись жадно поглощать, попутно раздуваясь в размерах и приобретая черты элементалей Стихии.

Это была поистине удивительная трансформа, сам факт которой казался Малку невозможным и выходил далеко за рамки его понимания магии. Однако то, что для Ученика считалось едва ли не чудом, для Младшего Магистра являлось частью его повседневной колдовской практики. За считаные удары сердца едва видимые взгляду пчелы стали размером с большой палец руки, а весь рой, все так же крутящийся в вихре, вырос в высоту почти до сажени. Подопечные Жака Улья, поначалу казавшиеся едва ли не смешными, приобрели грозную мощь и теперь ничего кроме опасливого уважения не вызывали.

Но Младший Магистр на этом не остановился. Последовало еще одно заклинание, крутящийся рой налился изнутри Огнем, словно бы одним большим глотком поглотил остатки ауры толстяка, а затем принялся втягивать в себя разлитую в окружающем воздухе Силу. Немного, но ведь втягивать!

В воздухе повис тяжелый давящий гул.

– Призыватель уровня Жака Улья с помощью своих пчелок способен уничтожить трех-четырех Бакалавров в полном механизированном доспехе. А если дать час на подготовку, то и целый десяток потянет! – с непонятной гордостью сообщила спутница Тияза Черепа.

Малк понимающе кивнул. Силы в каждую из пчел было влито предостаточно, хватит на полноценное боевое заклинание нулевого или даже первого круга. Если же добавить сюда их количество, способность летать по произвольным траекториям и гораздо более длительное «время жизни», то и вовсе становилось страшновато. Особенно если представить, как маг теряет над своими подопечными контроль и те в поисках жертв разлетаются во все стороны. Кому как, а лично Малку, чтобы отправиться к предкам, хватит одной-двух таких вот жужжалок.

Размышления о потенциале магии призывателей натолкнули Малка на мысль о том, что ему чужд подобный путь развития. Отравление Жизнью закрывало для него дорогу в магию контроля живых существ, а отсутствие сродства со Стихиями делало невозможным изучение всевозможных стихиальных усилений и модификаций. Тогда что оставалось? Что Жак Улей мог ему дать кроме общих знаний по той же Жизни?!

Напрашивающийся ответ Малка совершенно не устраивал. И он впервые после начала поединка Младших Магистров задумался о том, что переход в подчинение к другому магу, возможно, не так уж и плох. Если забыть о задании госпожи Леары, разумеется.

И он перевел изучающий взгляд на господина Тияза.

– Почему он ничего не делает?! – помимо воли вырвалось у Малка спустя несколько ударов сердца.

В отличие от противника Череп сохранял расслабленную позу и не проявлял ровным счетом никакой активности. Единственным проявлением магии с его стороны стало пятно густой тени под ногами, граница которого не выходила дальше кончиков пальцев вытянутой руки. Но что это и для чего нужно, Малк не имел ни малейшего представления.

– А зачем? Мастерство мага проявляется не во внешних эффектах, а в способности справляться с проблемами, затратив минимум усилий! – хрипло рассмеялась собеседница Малка.

– Ну а хотя бы на чем господин Тияз специализируется, можно узнать? – спросил Малк, чувствуя раздражение.

Йоррох побери, не он ведь навязал девушке свое общество. Так почему тогда он едва ли не клещами из нее ответы вытягивает?!

– Мастер Череп – кукловод с уклоном в управление некротическими конструктами, – с усмешкой покосившись на Малка, ответила девушка.

– То есть, говоря простым языком, некромант, – мрачно кивнул Малк. – И где же его… куклы?

– О, если бы мы их могли видеть, было бы не так интересно! – решила напустить туману собеседница Малка.

Она говорила что-то еще, но Малк ее уже не слушал. Жак Улей наконец закончил подготовку и нанес свой первый удар… а затем еще один и еще, мгновенно приковав к происходящему внимание собравшихся.

Атака толстяка ожидаемо была завязана на использование пчел. Раскрутившийся до огромной скорости, вобравший в себя прорву Силы вихрь принялся бомбардировать противника Жака Улья крылатыми «снарядами». Да так, что каждый летел не по прямой, легко предсказуемой траектории, а совершая сложные маневры и выдавая хитрые финты. На порядок усложняя задачу обороняющегося.

Слабого мага вроде Малка в подобной ситуации мог спасти либо артефактный механизированный доспех, либо высокоуровневый защитный амулет. Сильного же… сильный чародей должен был иметь свои способы спасения. Иначе какой же он тогда сильный?!

И Тияз Череп полностью оправдал данную аксиому. Стоило какой-то из «заряженных» Огнем пчел приблизиться к магу на расстояние вытянутой руки, как из тени под его ногами выстреливал вверх сгусток праха и разворачивался на пути вражеского снаряда в небольшой полукруглый Щит. Наполненный Силой ровно настолько, чтобы хватило на убийство крылатой твари и нейтрализацию заложенной в нее магии. Причем, что особенно интересно, кажется, никакого особого внимания своей защите Череп не уделял и она срабатывала сама собой.

Очень экономно и чрезвычайно эффективно!

Происходящее не укрылось от внимания Жака Улья, и он попробовал «перегрузить» магическую оборону противника. Еще немного нарастил скорость вращения роя, увеличил частоту атак, попробовал наносить одновременно по два-три удара… Бесполезно! Магия господина Тияза работала как часы, а сам он даже не удосужился сменить позу.

И этим окончательно разозлил толстяка. Жак Улей вдруг встал поудобнее, набычился, развел руки и… полностью сменил способ атаки. Повинуясь его воле, рой за считаные секунды распался на две части и образовал пару ладоней с растопыренными пальцами. И уже этими наколдованными, испускающими нечеловеческий жар конечностями толстяк попробовал схватить господина Тияза.

Малк ждал чего угодно – применения некромантом нового защитного заклинания, появления оборонительного артефакта или даже панического бегства. Однако маг Череп смог его удивить. Он мало того, что позволил себя поймать, так еще и сопротивляться не стал. Словно не выдержав столкновения с аурой Огня вокруг пчел, просто осыпался на землю кучкой праха.

– Какого… – вытаращился на происходящее Малк.

Но закончить мысль не успел. Казалось уже погибший, Тияз Череп внезапно появился из-под покрова теней саженях в пяти от своего прежнего местоположения. И было напрочь непонятно – то ли он перенесся сквозь пространство, то ли изначально там прятался и участвовал в схватке через… через марионетку, да?!

Малка так и подмывало спросить об увиденном, но он боялся даже на миг отвлечься от происходящего на поле битвы. Слишком быстро все менялось, чтобы праздно болтать.

Толстяк, поняв, что промахнулся, попробовал быстро перенацелить атаку – он даже успел поднять наколдованные руки вверх, – но инициатива была уже на стороне господина Тияза. Тень под ногами некроманта вскипела, появилось такое чувство, будто рядом забил мощный источник Смерти, а вся зелень на десять – пятнадцать шагов вокруг начала стремительно умирать, осыпаясь прахом. Но не это было главное! Прямо перед Черепом проступали черты гигантского – значительно выше кукловода – скелета. С серыми тусклыми костями и полупрозрачной плотью, четырьмя руками и сросшимися в нечто единое ребрами. Скелета, который, так до конца и не сформировавшись, выхватил из рук создателя трость, разделил ее на короткий клинок и ножны и ринулся к Жаку Улью.

Выглядело это достаточно жутко, чтобы даже Малка пробрала дрожь. Чего уж говорить про ставшего целью атаки толстяка. Забыв о нападении, тот спешно принялся ставить на пути скелета сформированные из огненных пчел барьеры. А когда нежить прошла через них, точно игла сквозь марлю, вовсе отказался от манипулирования роем. Потратив прорву эргов, воззвав к Стихии и напрямую работая Властью – возможно, Малк ошибался, но она ощущалась даже не на пике желтого ранга, – Жак Улей в сажени от себя создал полноценную Огненную Стену. Вполне достаточную, чтобы остановить слона и… абсолютно бессильную перед творением Тияза Черепа. Скелету хватило одного взмаха позаимствованным клинком, чтобы Стена распалась и толстяк оказался перед ним абсолютно беззащитен.

– Сдаюсь! – мрачно объявил Жак Улей, не сводя взгляда с клинка в руке скелета.

– Кто бы сомневался, – с каркающим смехом ответил Тияз Череп.

Подчиняясь безмолвному приказу, порождение Смерти тотчас развернулось и поплыло обратно к создателю. И уже через минуту снова ставшее тростью артефактное оружие вернулось к господину Тиязу, а сам скелет втянулся в тень под его ногами.

– Договор в силе? – продолжил некромант.

Толстяк лишь махнул рукой:

– В силе!

Сказал и угрюмо побрел в сторону кампуса. О Малке, который в растерянности ждал от него хоть какого-то знака, он даже не вспомнил…

– Пойдем. Я хоть ничего тебе объяснить толком и не успела, но… ты ведь уже понял, что выбора нет? – внезапно подала голос девушка и опять требовательно потянула его за рукав.

До Малка же вдруг дошло, что он предоставлен самому себе и, какое бы решение сейчас ни принял, договоренности с Темной Канцелярией будут нарушены. И отвечать за это предстоит тоже ему…

Йоррох!

Глава четвертая,

в которой герой узнает о милых привычках некоторых магов

До внутренней фракции Школы Пепла Тияз Череп, его похожая на мальчишку спутница и Малк добирались на потертой, устаревшей еще лет сто пятьдесят назад карете. И было непонятно, то ли Младший Магистр настолько консервативен во вкусах, то ли попросту плевать хотел на условности и внешний антураж, сосредоточив внимание на чем-то ином. Малк склонялся к последнему, но даже не представлял, чем же настолько может быть увлечен могущественный маг.

Увы, впечатляющую победу над Жаком Ульем и завоеванное право на службу Малка господин Тияз не счел достаточным поводом для общения с новым подчиненным. Молча кивнув ему, он проследовал в карету, где и замер в раздумьях, одним махом став похожим на злобного демона, неудачно маскирующегося под человека. Его лицо – лишенное кожи, с полупрозрачными и словно бы истаявшими мышцами и сосудами, с просвечивающимся сквозь их остатки черепом – приковывало взгляд. Малку стоило больших усилий не смотреть в его сторону. Вряд ли старший маг имел такую внешность от хорошей жизни, а значит, и злить его любопытными взглядами было чревато самой непредсказуемой реакцией.

Поначалу сохранялась какая-то надежда на общительность говорливой спутницы Тияза Черепа, но и она словно воды в рот набрала. В присутствии мага-кукловода девушка присмирела и благопристойно поглядывала в окно, напрочь игнорируя Малка…

И зачем, спрашивается, он тогда им понадобился?! Может, все-таки стоило хотя бы попытаться объяснить происходящее?!

Несмотря на кипящее в душе возмущение, озвучивать свои вопросы Малк побоялся. Было в облике Тияза Черепа и его манере держаться нечто такое, заставляющее сдерживать свои порывы и… молчать. Молчать, пока тебя не спрашивают.

Мысленно пожав плечами и решив, что отказаться от «сотрудничества» с господином Тиязом он всегда успеет, Малк принялся наблюдать за проплывающими за окном пейзажами.

Вопреки обещанным еще Жаком Ульем двум часам до места они добирались все три. Причин было много. Дорога, разбитая, поросшая травой и постоянно петляющая между хаотично разбросанными валунами; заросли шиповника, кое-где настолько густые, что громоздкая карета там не ехала, а буквально ползла; кучер, напрочь отказывающийся понукать лошадей… Младшего Магистра со спутницей, впрочем, все устраивало. И Малку не оставалось ничего иного, кроме как терпеливо ждать.

Но рано или поздно все заканчивается. Поросший лесом склон горы, где, как казалось, навечно увяз транспорт господина Тияза, сначала сменился подлеском, а затем дорога и вовсе свернула к каменистому побережью, где, кроме редких кустов дурмана, почти не встречалось никакой растительности. Правда, до бухты, где располагалась внутренняя фракция Школы, пришлось добираться еще около получаса, но такую малость можно было потерпеть.

Уже стемнело, когда лошади втянули экипаж в узкий проход между скалами и по длинной пологой насыпи спустились к чему-то, сильно смахивающему на каретный сарай.

– Приехали. Поздравляю, ты теперь в истинном сердце Школы Пепла! – с пафосом объявила спутница Тияза, но продолжить не успела.

– Не юродствуй, – проронил господин Тияз и, не глядя на Малка, первым покинул карету. – Покажешь новичку его жилье и можешь познакомить с Больдо. Завтра же приведешь ко мне – нам предстоит небольшая прогулка.

Малк опомниться не успел, как Младший Магистр растворился в темноте. Разговор о роли завоеванного в качестве приза Ученика в планах господина Тияза снова откладывался. И Малк в очередной раз задушил вспыхнувшее в глубине души раздражение.

– Я, кстати, Эйша! Или просто Змея. Как больше нравится, – сообщила спутница господина Тияза, нарушив молчание.

– Очень приятно. Малк! Хотя… ты ведь мое имя уже давно знаешь! – не смог удержаться от шпильки Малк и принялся оглядываться.

Темнота уже скрыла многие детали, но череду одно- и двухэтажных домиков с масляными лампами над парадными входами, уходящую в море каменную пристань и темнеющую вдалеке громаду какой-то статуи разглядеть все же получилось… Как и подсвеченный изнутри алым пламенем гигантский череп, высеченный в скале. Последний оставлял довольно жуткое впечатление – в темноте казалось, что это не плод усилий неведомых камнетесов смотрит с горы на акваторию бухты, а самый настоящий гость из Пекла обозревает свои угодья.

– А это что? – мрачно спросил Малк.

– Ты про главную достопримечательность внутренней фракции? Считай это приветом из славного прошлого Школы и… проходом к источнику Силы второго класса. По архивным записям, правда, его рейтинг когда-то равнялся шести, но те времена ушли, – не без сарказма сообщила Змея, посмотрела на Малка и добавила: – Хотя последнее тебе должно быть не так уж и интересно.

– Почему это?! – набычился Малк.

– Потому что в данном источнике Смерть и Огонь порождают Пепел, который тебе, если я правильно поняла насчет предрасположенности к Пневме, даром не нужен, – парировала девушка. Затем хмыкнула, ткнула Малка локтем под ребра и предложила: – Что, здоровяк, идем заселяться?

И первой подала пример, заторопившись в сторону слабо освещенной улицы. Малку ничего не оставалось, как подхватить саквояж и поспешить следом.

В отличие от внешней фракции, которая уже пережила стадию падения и осторожно двигалась к рассвету, во внутренней части Школы, в ее ядре, всюду лежала печать запустения. Поросшие травой щели в брусчатке под ногами, покосившиеся чугунные фонарные столбы, заколоченные окна и двери на домах в начале улицы и проплешины обвалившейся штукатурки на всех остальных. Складывалось впечатление, что вопросы хотя бы косметического ремонта здесь никого не интересовали в принципе и все чаяния местных жителей связаны лишь с их собственными магическими изысканиями. А то, что обитатели здешнего кампуса подобных вещей не чураются, стало ясно, едва Малк поравнялся с первым домом с незаколоченной дверью – оттуда так и тянуло смесью магии Огня и Смерти, которую здесь называли Пеплом.

– Отчего здесь все так?.. – не удержался от вопроса Малк.

– Так плохо? – невесело засмеялась Эйша. – Ты историю Школы Пепла хотя бы знаешь?

– Да, Жак Улей успел рассказать, – кивнул Малк. – Славное прошлое, связь с императорским Домом, затем Восстание и падение…

– Падение! – повторила Змея презрительно. – Да Школу просто уничтожили! Сокровищницу разграбили, источник угробили, но главное – линию прямого наследования Тайного Искусства прервали! Когда же гражданская война закончилась и началось всеобщее «замирение», победители собрали уцелевших Учеников, чудом выживших Бакалавров да подыхающих от ран и проклятий Младших Магистров и облагодетельствовали их разрешением восстановить Школу.

– Хоть так! Могли вовсе забыть, что были такие маги Пепла, чтобы конкурентов не плодить, – пожал плечами Малк.

– А может, так и лучше было бы! – угрюмо сказала Эйша. – Может, тогда бы уцелевшие не старую дорогу к могуществу нащупывали, а по новой тропе пошли…

– Как господин Тияз? – повинуясь наитию, спросил Малк.

– Как господин Тияз, – кивнула Змея. – Который мало того, что был свидетелем и активным участником той войны, так еще пережил большинство своих ровесников и дорос до звания Мастера Школы.

– Эйша, прости, но Школа Пепла не настолько внушительно выглядит, чтобы получение звания старейшины казалось чем-то особенным, – возразил Малк.

Он ожидал любой реакции – обиды, раздражения, даже гнева, однако спутница смогла его удивить. Она презрительно рассмеялась.

– Более сотни лет назад Тияз Череп, а тогда – Тияз Любимец Пепла – был одним из трех Наследников Школы. Маг, достигший пика ранга Магистра до своего шестидесятого дня рождения и обещающий вот-вот стать Старшим Магистром. Личный и любимый ученик директора, его гордость и надежда… – произнесла Змея задумчиво. – Да, ты прав. Для человека, который должен был в будущем стать главой четырехзвездной Школы, звание Мастера сродни насмешке…

– И как так получилось? – заинтересовался Малк.

– Тогда Школу удостоил своим визитом лично Патриарх Дома Черингар. Маг вне категорий, который в компании брата-Архимага раскатал в блин силы защитников. Часть старших магов убил в бою, часть – наградил иссушающими огненными проклятиями, – устало пояснила Эйша. – В итоге двое других Наследников умерли сразу, а господин Тияз получил жуткие травмы тела и Духа. Каким-то чудом выжил, но Дар упал до нижней границы ранга Бакалавра, способности к Огню оказались безвозвратно потеряны, а большая часть плоти на голове и шее сожрана неизвестным ядом.

– И то, что он сейчас Младший Магистр… – начал в восхищении Малк.

– Да, и то, что он за сотню лет смог собрать в единое целое распадающийся Дух, развить другое Тайное Искусство, преодолеть пик Бакалавра и стать Младшим Магистром, – это заслуга его выдающейся воли к жизни и чудовищного таланта! – продолжила Змея. – Увы, выше нынешнего уровня ему уже не подняться. Это его потолок, о котором знают все. – Девушка искоса посмотрела на Малка, и ее глаза блеснули в свете фонаря. – И теперь подумай, как выглядят твои насмешки насчет Мастера…

Малк лишь обескураженно развел руками. Кто же знал! Он немного помедлил и все же спросил:

– А что с дальнейшим развитием господина Тияза? С лечением его… лица? Все, больше ничего не изменить?

Девушка пожала плечами:

– Чудеса не повторяются дважды. Он и так сделал невозможное. Конечно, обладай учитель какой-нибудь подходящей Родословной, можно было бы попробовать пройти через обряд Пробуждения Крови, но… Тияз Череп не маг Родословной!

Девушка, идущая на полшага впереди Малка, неожиданно свернула с дороги к небольшому дому и, покопавшись в сумочке на поясе, ключом открыла дверь.

– Входи. Дом полностью в твоем распоряжении. Грязно, конечно, но тут ничего не поделаешь. Придется самому как-то с этим разбираться, – сказал Эйша, вручая Малку ключ и хлопая по плечу. – Ладно, до завтра. С утра за тобой зайду: задание господина Тияза, сам слышал! – Она совершенно по-мужски хохотнула. – Может, повезет и уже завтра с коллекцией Мастера ознакомишься…

– Что за коллекция и почему мне с ней надо знакомиться? – уже вдогонку уходящей девушке спросил Малк.

– А разве я не сказала? – через плечо бросила Змея. – Это я зря… У господина Тияза на фоне его травмы развилась некая милая особенность, он коллекционирует лица своих врагов. И о-очень любит показывать ее всем новеньким! Даже не знаю почему…

И, рассмеявшись в голос, Змея скрылась в темноте.

– Собирает лица врагов… – несколько обалдело повторил Малк. – Какое милое увлечение, Йоррох меня подери!

Ни магических светильников, ни нормальных керосиновых ламп в доме не обнаружилось, так что комнаты пришлось обходить с зажженной свечой, благо несколько восковых огрызков хранилось на стойке у входа. Спальня, гостиная, крохотная кухня с дверью черного хода, еще более крохотная кладовка и миниатюрная прихожая, откуда можно попасть либо в гостиную, либо на заваленный хламом чердак, – вот и все жилье. Практически без мебели, с удобствами на заднем дворе и грязное настолько, что кажется, будто в нем не убирали с момента постройки. Однако Малк был доволен – по крайней мере, на улице ему спать не придется. Что до удобств… С этим можно разобраться позднее, когда станет понятно, зачем он господину Тиязу, какая здесь выгода самому Малку и… и, хм, как, Девятеро, не пополнить коллекцию Младшего Магистра собственным лицом! Если он, конечно, правильно понял намеки Эйши Змеи.

Однако разбираться со всем этим ему предстояло завтра, сейчас же его ждал сон. Малк стянул с кровати остатки постели, смахнул пыль и, подложив под голову вместо подушки саквояж, с наслаждением растянулся на досках. Поначалу боялся, что в непривычной обстановке не сомкнет глаз, но сам не заметил, как навалилась темнота и он погрузился в крепкий сон сильно вымотанного тяжелым днем человека…

Чтобы внезапно осознать себя в центре знакомого помещения, сочетающего в себе красоту и возвышенность служения Девятерым с поклонением Пеклу и его порождениям. В месте, где сцены из Послания потомкам и иллюстрации подвигов героев времен Второй Волны сочетались с картинами пыток, казней и изображениями невиданных монстров и неописуемых тварей… и где Малк однажды стал свидетелем сражения двух могучих магов.

Следы той битвы присутствовали в зале и сейчас. Демонические барельефы потрескались, мозаичный пол местами вздыбился, местами был словно бы расплавлен, две из девяти колонн обрушились. Даже рисунки на сводчатом потолке и те теперь были заляпаны непонятного происхождения пятнами. В центре зала все так же находился расколотый на три части камень с черными рунами, но прежняя аура потусторонней жути и грязи Пекла, что ранее била по чувствам, больше не ощущалась.

Это было явно продолжение одного и того же сновидения. И единственным отличием от прошлого раза была вернувшаяся к Малку свобода действий. Он больше не был бессильным наблюдателем и теперь мог свободно перемещаться в пределах зала.

Чем Малк тотчас и воспользовался, обежав комнату по периметру в поисках выхода, а когда ничего не обнаружил, вернулся к камню. Решил, раз уж появилась такая возможность, изучить покрывающие его поверхность знаки Руноглифа…

Однако реализовать свои планы он не успел. В спину будто подуло ледяным ветром, и возникло ощущение чужого присутствия. Памятуя о том, как сражавшийся с демонологом старик «приласкал» его своей магией, Малк стремительно развернулся и… столкнулся взглядом с карликом.

«Этот дед Бонифаций», который не беспокоил Малка уже несколько седмиц, стоял на обломках одной из колонн и мрачно покачивался на носках. После пожирания добытого в храме Кетота трофея уродец выглядел заметно окрепшим, и больше не было ощущения, что он развеется под внезапным порывом ветра. Наоборот, Бонифаций излучал уверенность в своих силах и готовность применять их против Малка.

Молча, никак не комментируя свои действия, карлик окинул Малка придирчивым взором, презрительно скривился и сделал замысловатое движение кистью правой руки. Чувствуя опасность, Малк попробовал отскочить в сторону, но не успел. Обломки рунного камня внезапно превратились в густую черную жижу, которая волной накрыла его ноги и… моментально затвердела. Малк оказался в ловушке, и даже со своей возросшей силой он никак не мог освободиться.

Впрочем, дернувшись пару раз, он вовремя опомнился и обратился к магическим способностям. Рассеивание в руках мага с Властью оранжевого ранга во сне ожидаемо оказалось весьма эффективным оружием, и каменные путы тотчас рассыпались пылью.

– Со мной это не сработает! – зло бросил Малк.

Но в ответ услышал лишь презрительный смех. И прежде чем успел среагировать, вновь попал в плен теперь появившейся словно из ниоткуда черной жижи. На этот раз в ней увязли не только ноги – выстрелившие вверх языки зафиксировали руки Малка, шею и даже туловище. Он даже пошевелиться не мог. В ответ он попробовал повторить трюк с Рассеиванием, однако непонятная субстанция все прибывала и прибывала, замещая разрушенное и сводя на нет все усилия Малка.

– Да какого Йорроха тебе надо?! – прохрипел Малк, задыхаясь.

Как и раньше, ответа он не получил. Зато карлик с каким-то поистине безумным и… да, голодным блеском в глазах спрыгнул со своего постамента и направился в его сторону. Пальцы уродца беспрестанно шевелились, словно поглаживая некий невидимый инструмент. То ли нож, то ли клещи, то ли нечто вовсе невообразимое, потребное лишь практикующим вивисекторам и палачам.

Прошлый опыт с атакой седовласого старика подсказывал, что и на этот раз все будет всерьез. И если карлик до него доберется, то… то что будет дальше, Малку не хотелось даже думать. Он зарычал и с утроенной силой принялся пытаться освободиться. Однако его трепыхания карлика лишь веселили. «Этот дед» даже остановился, любуясь отчаянием Малка. Растянул жабий рот до ушей, принялся облизывать губы черно-фиолетовым языком… и подскочил в неподдельном испуге.

На глазах у ничего не понимающего Малка карлик вдруг со страхом заозирался, потом сделал решительный шаг в его сторону, снова остановился, а затем с нарастающей паникой кинулся обратно к обломкам колонны. Он уже был в двух шагах от цели, когда реальность сна вдруг пошла мелкой зыбью, образы начали расплываться и, прежде чем сознание Малка окончательно пробудилось, перед его глазами мелькнула какая-то хищная тень. Тень, что изо всех сил пыталась добраться до Бонифация. Но вот удалось ей это или карлик опять улизнул, Малк увидеть не успел. Все вокруг завертелось в калейдоскопе огней, и он проснулся…

– Это было страшно!.. – простонал Малк, медленно поднимая задеревеневшее тело с кровати и вытирая со лба липкий пот.

Встал, покачиваясь, оглядел комнату и мысленно прикинул, как будет чертить здесь Защитный Круг. Наладившаяся было жизнь, поманив свободой и относительной безопасностью, возвращалась в привычную колею, и теперь без поднятых магических барьеров он спать не ляжет. Особенно зная, что помимо карлика по ту сторону границы сна – где бы это ни было! – есть еще и другие обитатели. Хищные, злые и способные напугать даже «этого деда Бонифация»!

Теперь главное благополучно разрешить вопрос с господином Тиязом. Будет ли Малк ассистентом любителя коллекционировать чужие лица, выставят ли его за порог Школы или он сам сделает все возможное, чтобы убраться отсюда подальше, зависело от сегодняшнего разговора. И было бы весьма неплохо, если бы Малк к его началу находился в своей лучшей форме!

Еще раз окинув взглядом приютившую его на ночь комнату, Малк подхватил саквояж и вышел на крыльцо. Первые лучи солнца уже тронули верхушки домов, так что до прихода Эйши оставалось не так уж и много времени. Малк уселся на ступеньки и, подставив лицо утреннему бризу, принялся жевать сухофрукты, горсть которых смог найти во внутреннем кармашке саквояжа. Мысли норовили вернуться к случившемуся ночью, но он старательно гнал их прочь. Ничего нового он не придумает и только измучает себя сомнениями. Так зачем зря тратить силы?

Тишину утра неожиданно нарушил ритмичный металлический лязг, как если бы закованный в латы рыцарь бежал по мостовой. Звук шел с того направления, где располагалась скала с высеченным на ней гигантским черепом. И неотвратимо приближался.

Малк торопливо проглотил остатки своего скудного завтрака, поднялся на ноги и отряхнул ладони. Бросил взгляд на саквояж, где лежал заряженный револьвер, но доставать не стал. Во всяком случае пока. Потом вспомнил, что он вроде как тут гость и бояться каких-то внезапных инспекций не должен, и усмехнулся своим мыслям.

Йоррох, все-таки от кошмара он еще не отошел! Надо бы за собой последить…

Погрузившись в себя, он пропустил момент, когда из ближайшего переулка показался высокий – почти на голову выше его самого – латник с двуручным фламбергом на плече и, приблизившись к дому, замер столбом. Забрало шлема гость не поднимал, однако Малк кожей чувствовал, как он буравит его взглядом.

– Чем-то помочь? – спросил он настороженно.

Но ответа не было. Рыцарь все так же стоял и смотрел, и Малк понятия не имел, как реагировать на такое поведение. Особенно когда осознал, что от новоприбывшего ощутимо тянет Огнем и Смертью, и это совсем не похоже на то, как «пахнут» маги! В какой-то момент у него даже возникло желание скрыться в доме, но тут появилась Змея в сопровождении высокого широкоплечего парня, и проблема исчезла сама собой.

– Доброе утро, Малк! – крикнула девушка, будучи еще саженях в десяти от Малка. А когда подошла ближе, уже рыцарю бросила: – А ты свободен!.. Хотя я ума не приложу, какого Йорроха ты вообще со своего поста сюда приперся!

Она не успела договорить, как молчаливый латник развернулся и, забыв об объекте своего недавнего интереса, затопал прочь. Эйша же повернулась к Малку.

– Ты чего тут, колдовал, что ли? Проклятия насылал, порчу наводил или демонов призывал? Признавайся!

Малк от такого напора даже растерялся и замотал головой.

– Змея, отстань от парня. Знаешь же, что Стражей регулярно на новеньких клинит! И они каждого так встречают… – вступился за Малка спутник девушки.

– Это да, но… так рано ни один из них ведь никогда не приходил! – неуверенно ответила Эйша, затем тряхнула коротко стриженными волосами и бросила: – А, к Йорроху все! – Ткнула пальцем в сторону парня. – Это, кстати, Больдо, но его все зовут Голем. Он третий ученик Тияза Черепа, сильный боец и единственный известный мне Бакалавр, построивший свое развитие на овладении мощью высокорангового артефакта… Так что радуйся удачному знакомству!

Малк кивнул и пожал протянутую ладонь парня. Несмотря на всю свою силу, на миг было решил, что стискивает пальцами скалу, но соревноваться в крепости рукопожатия не стал. И вместо этого, памятуя о вечернем разговоре с Эйшей, с кривой улыбкой спросил:

– Тоже пришел взглянуть, как господин Тияз будет пополнять свою коллекцию?

Голем недоумевающе нахмурился, посмотрел на стоящую с невинным видом девушку и лишь затем рассмеялся.

– А-а-а!!! Понял. Змея опять по милому увлечению нашего мастера прошлась? Сказала, что если окажешься не по нутру, то мигом коллекцию пополнишь, да? – Больдо прекратил веселиться и устало вздохнул. – Забудь. Чтобы оказаться достойным данной «награды», ты должен не просто очень насолить господину Тиязу, но и стать как минимум Младшим Магистром, а то и забраться на ранг повыше. Ясно? Что до тебя, Эйша, – он строго посмотрел на девушку и продолжил, – завязывай с такими шутками. Узнает Мастер – мало не покажется…

– Да-да! Осознала и уяснила, – отмахнулась девушка и живо спросила у Малка: – Готов? Если да, то экипаж уже ждет.

– Но господин Тияз сказал везти к нему… – попробовал возразить Малк.

– Вот к нему и поедем, – перебила его Эйша и с намеком добавила: – Только надо поспешить… А то господин Тияз очень не любит, когда кто-то заставляет его ждать!

Чувствуя, что его опять втягивают в какую-то если не авантюру, то наверняка в нечто неприятное, Малк кивнул и заторопился следом за учениками Тияза Черепа.

Несмотря на непростую ночь, чувствовал себя Малк прекрасно. Неясное ближайшее будущее, странный интерес со стороны некроманта-кукловода, сама необходимость кому-то подчиняться – все отступило на задний план. Даже сама внутренняя фракция Школы Пепла теперь, при солнечном свете, больше не выглядела обнищавшей, неухоженной и разоренной. Наоборот, все то, что раньше отвращало, теперь казалось милым и по-домашнему уютным.

– Уже заметил? – перехватив несколько растерянный взгляд Малка, спросил Больдо.

– Заметил что? – уточнил Малк.

– Как все меняется при свете… Негатив отступает в тень, а все положительное, напротив, выпячивается. Разруха теперь вовсе не разруха, неухоженность уютна, а заброшенность мила. Чего уж там, даже череп на скале теперь взгляд радует… – рассмеялся Голем. – Скажешь, не прав?

Малк с облегчением помотал головой. Он уж начал сомневаться в собственном психическом здоровье, а тут какой-то секрет, оказывается…

– Старое искусство геомантии. В свое время, когда у Школы еще были деньги на подобные глупости, директор пригласил специалиста, и тот организовал местное пространство так, чтобы жить здесь всем было максимально комфортно. Даже магам Смерти и отмороженным кукловодам, – принялся объяснять Больдо. – И, как видишь, все до сих пор работает…

– Это все можно и после рассказать! – вмешалась в беседу Змея. – Мастер ждет. И я очень не хочу быть человеком, который выведет его из терпения!

Ее слова прозвучали настолько убедительно, что даже Малк проникся. Не говоря уж о Големе. И до уже снаряженного для поездки экипажа они добирались в тишине…

Сама поездка много времени не заняла. Пять-десять минут по тракту вдоль побережья, еще столько же по разбитой дороге, петляющей меж цветущими лугами, и еще минут пятнадцать по уже начавшей зарастать лесной тропе. Пока наконец путь не вывел к входу на древнее, заброшенное кладбище. Малк даже не сразу понял, что это именно кладбище – ограда отсутствовала, надгробия прогрузились в землю, все заросло крапивой, лебедой и осокой, – пока не увидел осколки разбитой стелы с выбитыми на ней обрывками молитвы Девятерым.

Тияза Черепа он увидел в последнюю очередь. Маг стоял, опираясь на трость, на том самом месте, где когда-то находились ворота. Кажущийся настолько приметным и выделяющимся в любой толпе, сейчас он буквально сливался с окружающей зеленью. И то, что Малк и остальные его заметили, очевидно было его желание, а не их заслуга.

– Учитель! – на два голоса заговорили Змея и Голем, покидая карету.

Малк последовал их примеру и отвесил Младшему Магистру церемонный поклон. Впрочем, господин Тияз на их появление не отреагировал, продолжая что-то изучать в глубине кладбища. Малку в компании с учениками ничего не оставалось, кроме как терпеливо ждать, когда лишенный лица маг обратит на них внимание.

– Тебя ведь зовут Малк? – вдруг хрипло спросил Тияз Череп, не меняя позы.

– Совершенно верно, господин Тияз, – ответил Малк и, тщательно подбирая слова, чтобы не оскорбить могущественного чародея, сказал: – И мне весьма приятно, что вы ради работы со мной приложили столько усилий. Однако все же хотелось бы получить некоторую ясность…

– Вон там, – перебил Малка некромант и показал куда-то вдаль тростью, – находится Призрачное Древо. Старое, полностью развившееся и почти до донышка высосавшее Силу этого жальника[4]. Мне нужно, чтобы ты сорвал один из его плодов и принес сюда.

Слов Малка он будто и не слышал, чем вызвал некоторую оторопь. Потому что было непонятно, как вести беседу с человеком, который сильнее, влиятельнее и могущественнее, имеет на тебя виды и при том совершенно не ограничен рамками закона и морали. Насчет последнего Малк даже не сомневался – маг, переживший Восстание и помнивший еще имперские времена, вряд ли проникся новомодными веяниями в политике и склонен к чрезмерному гуманизму. А значит… значит, другого выхода, кроме как пытаться выполнить его «пожелание», у Малка нет.

– Прошу прощения, но я прибыл в Школу работать ассистентом вполне конкретного мага. С понятным кругом задач. И то, что Жак Улей лишился права сотрудничать со мной, не означает, что я обязан выполнять любые ваши пожелания… Во всяком случае, предварительно не оговорив условия сотрудничества, – все же попробовал отстоять свои позиции Малк.

Реакция Младшего Магистра, конечно, страшила, но и сдаться «без боя» Малк тоже не мог.

– Условия? – переспросил Череп, не поворачивая головы. – Что ж… они простые. Если ты приносишь призрачный плод, то становишься моим ассистентом и персональным учеником. И уж поверь, для обладателя твоего Дара предложение подобного рода следует считать неслыханной удачей. Если же что-то не устраивает, то… у тебя есть время до завтрашнего утра, чтобы убраться с острова. – Господин Тияз повернул к Малку свое пугающее лицо и насмешливо произнес: – Такие условия подходят?

Малк растянул губы в неживой усмешке и медленно поклонился.

Как быстро изгнание из Школы превратилось в изгнание вообще с острова… Интересно, следующий шаг в наказании за строптивость, часом, не смерть на месте? В том, что старый монстр вроде господина Тияза способен с легкостью воплотить все свои угрозы, Малк ни секунды не сомневался.

Мазнув взглядом по явно скучающим Эйше с Больдо и не найдя у них поддержки, Малк вернулся к карете и достал саквояж. Задание Черепа хоть и звучало просто, но несомненно таило в себе неприятные сюрпризы. И разбираться с ними было много удобней будучи хорошо вооруженным.

Однако не успел он щелкнуть замком, как был остановлен резким окриком:

– Иди как есть. Без артефактов, амулетов или чего еще у тебя там лежит. Понял?

Мысленно помянув Йорроха, Малк швырнул саквояж на прежнее место и вернулся. Некоторое время изучал территорию кладбища, выискивая указанное Младшим Магистром Древо. А как нашел нечто похожее – речь скорее всего шла о лишенном листвы черном кряжистом дубе в центре погоста, – сразу же зашагал в нужном направлении. С дурацким заданием хотелось покончить как можно быстрее.

Нет, будь у него такая возможность, Малк обязательно предварительно изучил бы описание демонова Призрачного Древа, нашел бы уязвимые места и подобрал наиболее эффективное оружие. Но, увы, его желания и привычки никого не волновали. Тияза Черепа очевидно интересовали именно его навыки, а не способность находить правильную тактику и выстраивать верную стратегию.

Что ж, Малка не страшили трудности, и, пережив охоту лоялистов и битву Младшего Магистра с могучим гостем из Пекла, он уже не слишком-то опасался какого-то дерева. Пусть даже и призрачного…

К черному, словно обожженному, дубу он двинулся напрямик – не срезая углов и лишь перешагивая через едва видимые земляные холмики да скопления камней на месте древних могил. Со стороны он наверняка смотрелся расслабленным и беспечным, однако внутри Малк был собран, цепок и внимательно отслеживал любые изменения окружающей обстановки.

И, видимо, именно эта его нацеленность на внезапное появление внешних угроз сыграла с Малком дурную шутку. Слишком много внимания уделял ближайшему окружению и слишком мало следил за тем, куда именно он идет. Вроде бы вот дуб, прямо впереди, надо только десяток-другой шагов сделать… И Малк шел. Пока мир перед глазами внезапно не сделал крутой разворот, и он не осознал себя стоящим перед кустами на противоположной от входа стороне кладбища. Проклятое же дерево, будто издеваясь, теперь торчало за спиной.

От кареты донесся смех Эйши, и Малк почувствовал, что краснеет. Выделился, Святые его раздери!

Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов и вернув себе спокойствие, Малк попробовал понять, в чем его ошибка. То, что он имеет дело с мороком, понятно, другой вопрос, как с ним справиться. Особенно зная, что тот же Жак Улей перед иллюзией господина Тияза тоже не устоял. Или Череп думает, что Малк окажется более успешен в ситуации, схожей с той, где был обманут Младший Магистр? Хотя… если уровень Призрачного Древа сравним с его рангом, то задача должна иметь решение.

Малк в очередной раз проклял свою необразованность. Насколько же легче сейчас было бы, знай он, что за монстр ему противостоит! Однако бестиологию на курсах Общества не преподавали, как и не давали сведений по наиболее распространенным низшим заклинаниям. А значит, и выкручиваться предстояло, опираясь только на имеющиеся знания и способности.

Вполголоса выругавшись для поднятия духа, Малк снова направился к Призрачному Древу. Только на этот раз концентрировал внимание не на окружении, а именно на самом дереве. Попутно подкреплял ментальные усилия Властью.

Поначалу показалось, что ничего не изменилось. Древо находилось на прежнем месте, а само кладбище все так же сохраняло прежнюю ауру спокойствия и умиротворенности. Но так продолжалось недолго. Стоило Малку приблизиться к своей цели на шесть или семь саженей, как он помимо своей воли свернул вправо и направился в обход дерева. При этом, если бы Малк не фиксировал местоположение своей цели Властью, он бы этого воздействия даже не заметил. Так бы и шел себе спокойно, пока на радость Эйше снова не оказался на границе кладбища.

Криво усмехнувшись, Малк решительно вернулся на прежний путь, сделал пару шагов и… словно бы прорвался сквозь невидимую пелену, скрывающую истинный облик Призрачного Древа.

Изменения оказались значительные. То ли засохший, то ли обгоревший остов некогда могучего дерева обернулся вполне живым, одетым в шелестящую листву дубом. Правда, не привычно материальным, а каким-то полупрозрачным, будто шагнувшим на грань между Жизнью и Смертью да там и застрявшим. Преобразилась и зелень под ногами. Там, где раньше росли осока с лебедой, теперь чернели проплешины мертвой земли, а кусты крапивы сменились пучками покрытых листвой щупалец.

Последние Малк на всякий случай попробовал обойти, однако в своем намерении не преуспел. Порождения несомненно злой магии внезапно выстрелили в его сторону десятками хищных плетей и вмиг опутали ноги. Да так крепко, что освободиться у Малка получилось, только приложив некоторые усилия. Ничего серьезного, но кто послабей вполне мог здесь и увязнуть. Тем не менее, если рассматривать загадочные щупальца в качестве некой линии обороны вокруг Призрачного Древа, то защитники из них получились так себе. Даже штаны на Малке не порвали, пока он вперед пробивался. Сразу понятно, что кладбищенский монстр больше полагается на морок.

Воодушевленный успехами Малк не спеша сделал несколько шагов и вступил под призрачную крону. Появилось ощущение, что главная цель достигнута. Он на месте и даже видит один заказанный плод – испускающий холодное зеленое свечение желудь с кулак размером, свисающий с ветки в полусажени от земли. Осталось только подойти ближе, сорвать и…

Йоррох знает кто создавал эту тварь, но он явно очень хорошо понимал человеческую психологию. Близость к победе на какой-то миг притупила бдительность, и Малк едва не влез в расставленную ловушку. Коварную и смертельно опасную, заметить которую удалось лишь благодаря совпадению двух обстоятельств. Во-первых, наличию у Малка высокой чувствительности Духа к манипуляциям чужой Силой – итог его изучения Наследия Кетота. И, во-вторых, из-за имеющейся привычки постоянно отслеживать вниманием состояние организма, выработанной в ходе борьбы с отравлением эманациями Жизни. Так что когда на границах его Власти пришла в движение энергия Смерти, а в потоках жизненной энергии в теле начали накапливаться токсины, Малк вовремя заметил происходящее и немедленно среагировал.

Пущенная по телу волна Рассеивания мгновенно изгнала невидимый магический яд, а отправленная следом «лечилка» принялась восстанавливать нанесенные организму повреждения. В том числе те, о которых Малк и не знал. Его тело буквально омывали потоки структурированной магической энергии, создавая непроницаемей заслон на пути новых порций отравы.

Интересно, как быстро свалился бы от яда маг, у которого не было таких способностей? Малк криво усмехнулся. Получается, и его набор навыков на что-то сгодился, а сформированный в ранге Адепта фундамент не такой уж и дрянной, да?!

Мельком отметив возросшее бурление сил Смерти и увеличившийся расход энергии из резерва, он приблизился к свисающему желудю, протянул руку. На этом чаша терпения – если можно так говорить о древесном монстре – Призрачного Древа переполнилась, и оно напрямую атаковало Властью. Для чего собрало рассеянную в воздухе отраву в четыре гигантских щупальца, опутало ими Малка и изо всех сил сдавило.

Оранжевая Власть, пик ранга! Малк машинально отметил уровень развития противника и принялся активно сопротивляться. Сгустил собственную Силу, принялся огрызаться точечными ударами Рассеивания. Резерв тут же просел до восьми эргов, но главного Малк добился – нанести серьезный урон у Древа не получилось. И ведь обладающий подобными же способностями маг наверняка добился бы много большего! Начал бы играть с плотностью сотворенных конечностей, жонглировать зонами с повышенной концентрацией токсинов, чередовать атаки и отступления, и Малк наверняка бы проиграл. Хотя бы по причине слишком большой разницы в развитии Власти и размерах резерва. Но Призрачное Древо нужной гибкостью не обладало и продолжало давить тупой мощью, впустую растрачивая магический потенциал.

У Малка мелькнула было мысль сорвать желудь и отступить, но гнев на чересчур агрессивного монстра заставил выбрать более жесткий сценарий. Приблизившись вплотную к стволу и машинально отметив, что здесь его вращающийся Нимб вытягивает из окружающего пространства много больше Силы, чем обычно, он вонзил в ствол проклятый клинок. То самое оружие, что он после отбытия с Борея теперь постоянно носил спрятанным под жилет и о котором не знал господин Тияз, запретивший ему пользоваться арсеналом из саквояжа.

В последний момент возникло опасение, что Младшему Магистру его действия могут не понравиться, но что-то менять уже было поздно. И Малк продолжил атаку. Сконцентрировался на лезвии, приложил к нужной точке Власть и потянул из ствола энергию… Однако верное оружие на этот раз подвело. Вместо поглощения большей части жизненной силы врага Малк смог выдавить из таинственного дуба лишь несколько жалких капель магии, которые на фоне того буйства Жизни и Смерти, что отчетливо ощущались под полупрозрачной корой, казались истинной насмешкой.

Результат обескураживал. Ожидавший совсем иного Малк принялся было лихорадочно перебирать другие варианты атаки, но вскоре замер и с изумлением принялся наблюдать за происходящими в Древе изменениями. Несмотря на неудачу с ножом, монстр очевидно счел действия Малка достаточно угрожающими, чтобы… немедленно прекратить свое сопротивление, убрать щупальца, яд, а затем и вовсе отказаться от любой внешне магической активности. Он словно бы отдавал себя на милость победителя.

И это выглядело как минимум странно.

Подождав пару мгновений и убедившись, что нападений больше не будет, Малк пожал плечами, вернул клинок в ножны, Властью сорвал желудь и зашагал обратно к входу на кладбище. Задание Младшего Магистра было выполнено.

– Столько возни с каким-то жалким древесным монстром? Ты меня разочаровываешь, – прокричала Эйша, не дав Малку даже выбраться за границы жальника.

– Можешь сходить и попробовать, – огрызнулся Малк, чувствуя, что уже говорил кому-то такую же фразу, – а я посмотрю!

Видимо, сказывалась пережитая схватка, потому как изображать пай-мальчика ему надоело и терпеть подколки, по крайней мере, учеников Тияза Черепа он больше не желал.

– Плод! – прервал начинающуюся пикировку Младший Магистр и звонко щелкнул пальцами.

Рядом моментально появился Больдо с раскрытой нефритовой шкатулкой. Терпеливо дождался, когда Малк уложит желудь внутрь, торопливо ее закрыл и направился к карете.

– Первый урок. Любой трофей, полученный с магических монстров любого из миров, следует запечатывать в особых сосудах. И чем раньше, тем лучше, – не двигая челюстью, проскрипел Череп и неторопливо направился следом за Големом.

– Благодарю за объяснение, но… я принят? – спросил Малк с поклоном.

– Принят, принят! – вместо Младшего Магистра ответила Змея. Фыркнула и добавила: – Мало того, в отличие от остальных тебя даже откачивать после яда не надо!

– Остальных? – нахмурился Малк.

– А ты что думал? Учитель использует Древо для проверки всех новых учеников! – издевательски рассмеялась Змея. – И далеко не все проверку проходят. До тебя был маг-огневик, который так увлекся попытками сжечь этот несчастный дуб, что не заметил, как яд поразил все внутренние органы…

– И что с ним случилось? – еще больше помрачнел Малк, до того считавший, что погибнуть ему бы не дали.

– Умер, – пожала плечами Змея. – И теперь уже после смерти служит Школе… Ты его, кстати, видел. Рыцарь, что сегодня утром к твоему дому приперся, тот самый маг-огневик и есть.

– В каком смысле «тот самый маг-огневик и есть»?! – в полнейшем обалдении переспросил Малк.

– В самом прямом. – Эйша ослепительно улыбнулась. – Или ты думаешь, что наш учитель считается кукловодом-некромантом только для вида?

Шокирующая новость заставила Малка остановиться и в полнейшем обалдении вытаращиться на Змею. Сначала коллекционирование лиц, затем использование тел учеников для посмертной службы… Йоррох, что дальше-то?! Куда он вляпался, пожри его Пекло?!

Охватившая его оторопь заметно обрадовала Змею. Она даже открыла рот, чтобы как-то это прокомментировать, но вмешался господин Тияз.

– Хватит болтать! Поторопитесь! – донесся из кареты властный окрик и тем самым поставил точку в их беседе.

В экипаж что Малк, что Змея садились в полнейшей тишине.

Нарушил молчание уже сам господин Тияз. Они только-только отъехали от кладбища, как он, даже не глядя в сторону Малка, внезапно сказал:

– Как я понимаю, будучи Адептом, ты практиковал однозвездное Тайное Искусство зеленого ранга. Скорее всего какую-то вариацию Кристаллического Сердца. Так? И прорвался ты в Ученики всего несколько седмиц назад?

Малк хотел было поправить Мастера, сообщив, что ранг у его Сердца все-таки желтый, но потом вспомнил, как оно сливалось под воздействием Семени Духа с Дождем боли и согласился.

Тияз Череп же продолжал:

– Тогда даю три месяца на стабилизацию Нимба и изучение нужных материалов. Как закончишь – придешь ко мне, и выберем тебе подходящее Тайное Искусство. Но это потом, сначала стабилизация и обучение!

Немного помолчав, Младший Магистр повернул жутко выглядевшее лицо к Эйше и распорядился:

– Организуешь ему все допуски и подготовишь список литературы к обязательному прочтению.

– Все как обычно? – уточнила Эйша деловито.

Младший Магистр кивнул, и в салоне экипажа снова стало тихо. Господин Тияз, надвинув на глаза поля шляпы, то ли дремал, то ли медитировал, Больдо со скучающим видом таращился в окно, а Змея мрачно листала извлеченную из кармана книжицу – видимо, выполняла поручение Учителя. Малк же получил возможность спокойно подумать и хотя бы попытаться разобраться в тех ощущениях, что нахлынули на него после «сдачи экзамена».

Вот казалось бы – получил в наставники настоящего Младшего Магистра, да не абы какого, а разменявшего целый век старого монстра. Приобрел в жизни некоторую ясность. Начал налаживать общение с коллегами… Однако легче все равно не стало! И дело вовсе не в том, что его желания были, по сути, проигнорированы и за него, не спросив, решили, кем ему быть и к чему стремиться. Сказать категорическое нет, пусть даже чреватое самыми серьезными последствиями, в конце концов, можно всегда. Проблема крылась в другом. Во всей этой ситуации с приемом в качестве ученика и ассистента Малк видел некое сходство с тем, как его, начинающего Адепта, принимали на работу в лечебницу. Тогда тоже были сплошь одни плюсы: начали платить нормальную зарплату, обеспечили возможность для развития, дали шанс узнать новое заклинание… а на деле цинично воспользовались его неопытностью и породили целую цепочку проблем, связанных с отравлением Жизнью. Проблем, которые еще долго будут аукаться на его пути мага!

Уж нет ли в странном интересе к нему со стороны Тияза Черепа второго или даже третьего дна? Не кроется ли за фасадом отношений учитель – ученик нечто более глубокое и опасное?! Малк всем нутром чуял, что какой-то подвох точно есть. Вот только какой именно… этого он понять не мог. И от своего непонимания испытывал сильнейшую злость.

Глава пятая,

в которой герой живет спокойной, мирной жизнью

Вопреки всем опасениям и уже сложившимся представлениям о мире следующие три месяца были, наверное, самыми спокойными в жизни Малка после прорыва через Границу Говарда. Ни тебе проблем с лоялистами, ни конфликтов с жандармами, ни интриг Темной Канцелярии или нервотрепок из-за катящихся под откос отношений с Хелавией.

Даже «этот дед Бонифаций» – его персональная Немезида и наказание за Святые ведают какие проступки – и тот больше не появлялся. И как Малк подозревал, если не покидать пределы Школы, то карлика и дальше можно было не опасаться. Серая тень, которая в последний визит обратила уродца в паническое бегство, скорее всего относилась к одному из защитных рубежей Школы Пепла. Только если несостоявшийся Ученик Тияза Черепа, превращенный в немертвого рыцаря, открыто патрулировал улицы, то данное порождение магии внутренних Мастеров Школы отвечало за более тонкие планы реальности.

Но не это в своей жизни за пределами цивилизованной части Борея Малк считал особенно ценным. Гонка со временем закончилась, точка невозврата, после которой Ученик уже не сможет стать Бакалавром, отодвинулась в будущее на целые десять лет, появился пусть своеобразный, но знающий наставник, и Малк теперь мог развиваться именно в том темпе, в каком ему было удобно. Да, никуда не делась привычка выкладываться на полную и ему все так же претила мысль о безделье, но ушло выматывающее душу давление. И сразу же стало легче.

Чего уж там, Малк – человек, для которого окружающий мир ранее сводился лишь к учебе, работе и тренировкам, – даже потратил несколько дней на приведение в порядок домика, который ему выделила Школа! Вычистил его сверху донизу, кое-где выполнил небольшой косметический ремонт. А ведь раньше подобное отвлечение любому из его близких могло показаться чем-то невозможным!

Начал он налаживать и отношения с остальными членами внутренней фракции. Если сам Мастер Тияз, как и остальные старшие маги, постоянно пропадал в своей лаборатории или в «поле», практически не пересекаясь с кем-то вроде Малка, то студенты – личные и внутренние ученики, допущенные к каким-то исследованиям учащиеся внешней фракции, – в кампус заглядывали достаточно часто. И у Малка постепенно начали появляться хорошие знакомые и пусть не приятели, но те, с кем можно при случае переброситься парой фраз.

Однако ближе всего Малку стали те, кого многие столетия назад называли братьями и сестрами по учителю, а сегодня – скромным словом «соученики».

Из всех наиболее часто он общался с Больдо и Эйшей. Причем, что самое занятное, каких-то общих дел с парнем у него не было. Тияз Череп заботу о новом Ученике поручил Змее, и именно к ней обращался Малк всякий раз, когда ему требовалось попасть в библиотеку Школы, когда он нуждался в разрешении на допуск к нужным артефактам или когда у него просто возникали какие-то бытовые вопросы. Все решала Эйша! К Голему Малк обратился всего однажды – ему потребовалась консультация по применению полученной после морского приключения слизи илл-хота, и Змея переадресовала вопрос к Больдо, как к более знающему. Остальные их встречи происходили уже из-за девушки, которую Голем навещал гораздо чаще, чем того требовали приличия.

Двух других учеников Тияза Черепа Малк не видел ни разу. Со слов Змеи, их звали Кэйталин Птица и Стево Крыс, и они вечно пропадали за пределами острова, выполняя задания наставника. Однако те обмолвки и крохи сплетен, что доходили до Малка, рисовали в воображении картинку весьма жестких и амбициозных магов, далеко опередивших в развитии ту же Эйшу и первых кандидатов на прорыв через границу ранга Младшего Магистра во всей внутренней фракции.

Воспитанники Тияза Черепа вообще были в Школе Пепла на особом счету. Видимо, сказывалось прошлое лишенного лица Младшего Магистра. И что четверо старых учеников, что теперь Малк – все обладали гораздо большей свободой и возможностями, чем остальные.

Прежде всего это проявлялось в самом важном – в обучении и тренировках.

Уладив бытовые дела, злоупотреблять бездельем Малк не стал и тотчас озаботился выполнением распоряжения Мастера о стабилизации Нимба. Для кого-то с таким же образованием, как у него, получение Нимба воспринималось лишь как ступенька перед рывком к следующему рангу. Сформировал, попробовал взять штурмом границу следующего уровня способностей, а дальше два варианта – либо ты преуспеваешь и начинается новый виток тренировок, либо попытка заканчивается провалом и ты скорбишь об упущенных возможностях. Однако для тех, кто знал и понимал чуточку больше, правильное формирование Нимба влияло на все будущее магическое развитие, и отнестись к нему следовало со всей серьезностью…

Укрепление Нимба, его стабилизация, в разных Школах и Домах происходило по-разному. Где-то молодых магов прогоняли через особый Зал Молниевой Закалки, где помимо Нимба обработке магией Молнии подвергался еще и их Дух. Где-то недавних Адептов помещали в створ врат, ведущих на стихиальный план реальности: так чтобы хрупкие организмы не попадали под удар дикой магии, но ее отголоски «задевали» тонкие тела. А где-то особенно отмороженные Мастера устраивали для своих учеников омовения в купелях, полных демонической крови. Вариантов было множество. Свой подход имелся и в Школе Пепла.

Стабилизацией Нимба студенты внутренней фракции занимались в особой комнате рядом с источником Силы. Достаточно близко, чтобы сохранялась чистота магии Пепла, и достаточно далеко, чтобы чародей не был сожжен потоками энергии. Причем особенности Дара учащегося не имели значения. Укрепление Духа и отдельных его частей достигалось за счет агрессивного характера сплава Смерти с Огнем и никак не влияло на сродство со Стихиями.

По сути, метод был ничем не лучше и не хуже любого другого, но при его использовании неизбежно всплывал один недостаток. Комнатой-«давилкой» – такое прозвище ей дали студенты – можно было пользоваться всего несколько седмиц в сезон, когда деградировавший источник Школы выходил на пиковую активность. В остальное время в нее никого не пускали: траты энергии на поддержание работы «давилки» были достаточно велики, чтобы директор Школы сделал выбор в пользу экономии Силы.

И вот тут-то преимущества ученичества у Тияза Черепа выходили на передний план!

Когда Малк впервые приблизился к неприметному проходу в скале, неподалеку от высеченного в камне черепа, и попросил открыть ему «давилку», его попросту подняли на смех охранники. Не помогли ни полученная днем ранее перфорированная картонка пропуска, ни даже поручительство Змеи. «Ждите два месяца!» – вот то единственное, что удалось добиться от стражей источника. И они категорически не желали отступать от имеющихся правил.

Чтобы все препоны были убраны, понадобилось вмешательство господина Тияза. Короткая записка с его подписью, и вот уже Малку приносят извинения и с готовностью распахивают все закрытые ранее двери.

– Чего удивляешься? Я же говорила, что Мастер в пределах Школы способен решить любые вопросы, – сообщила Эйша, верно истолковав выражение лица Малка. – В конце концов, размеры кредитной линии, которую ему открыла Школа, таковы, что ему вполне по силам просто арендовать для тебя эту йоррохову «давилку»!

– Не удивляюсь, просто… как-то неожиданно! – пожал плечами Малк. – Слишком большой подарок для только принятого то ли ученика, то ли ассистента! А я совсем не верю в бескорыстие.

– И правильно делаешь, что не веришь! – скривилась Эйша, напрочь игнорируя присутствие с любопытством прислушивающихся охранников. – Рано или поздно, а платить придется за все… Вопрос только, когда наступит это «счастливое» время!

Змея хрипло расхохоталась, но объяснять больше ничего не захотела. В том числе отвечать на вопрос, почему с Малка – далеко не самого талантливого на свете Ученика – никто не спрашивает плату за обучение. Плату, которая даже для студентов внешней фракции была по карману лишь членам небедных Семейств. О том, что если он считается ассистентом, то гонорары полагаются уже ему, Малк даже заикаться не стал…

Сама процедура укрепления Нимба выглядела достаточно просто. Местный служитель – внутри скала оказалась буквально испещрена ходами – провел Малка в небольшой каменный зал, все стены и потолок которого были усыпаны друзами и отдельными кристаллами горного хрусталя. В центре находились две светящиеся колонны-призмы, и они давали достаточно света, чтобы в лишенной окон комнате не было нужды ни в фонаре, ни в факеле. Однако самый важный элемент «давилки» располагался аккурат между колоннами. Это была ритуальная фигура, вырезанная на каменном полу и представляющая собой головоломное сочетание хорд, окружностей всевозможных радиусов и фраз из знаков Руноглифа. Малк попробовал с ходу вникнуть в суть колдовского рисунка, но уже спустя пару секунд запутался в хитросплетении линий и с сожалением отказался от данной затеи.

Все то время, пока Малк утолял свое любопытство, местный работник – надо сказать, обычный Адепт – терпеливо ждал у входа. И лишь когда Малк, несколько огорченный неудачей, сел по-стиксонски в выделенный красным круг, лишь тогда одобрительно кивнул и принялся крутить укрытые в технологической нише верньеры, дергать за непонятные рычаги и шептать заклинания активации.

Возился он довольно долго – Малк уже даже начал раздражаться, – но, когда спрятанные в стенах трубы наконец утробно загудели, ритуальная фигура под ногами засветилась бледно-розовым, а от двух здоровенных призм потекли потоки незнакомой Силы, все посторонние мысли вылетели из головы. И объяснение тому было простое. Процесс стабилизации Нимба оказался настолько необычным и… Йоррох побери, болезненным, что он не оставлял никакой возможности для отвлечения.

Началось все с возникающего прямо в воздухе серого дыма. Неосязаемый, лишенный даже запаха, несколько десятков ударов сердца он просто клубился вокруг, пока не образовалась завеса, полностью отгородившая Малка от служителя. Однако на этом все не закончилось. И следующим шагом струи дыма принялись втягиваться в рот и нос Малка, никак не влияя на дыхание… но вызывая нарастающую, адски жгучую боль в духовном теле. Настолько нестерпимую, что начинало казаться, будто Малк снова вернулся в те времена, когда он, «пустышка», с подачи Реслана Скома занимался Дождем боли и Запретная Техника корежила его скудный Дар.

Не помогала даже обещанная повышенная терпимость к любым мучительным ощущениям. Секунда за секундой Малк переживал самую настоящую пытку, которой не было ни конца ни края. Чтобы хоть как-то уйти, отстраниться от переживаемых страданий, Малк проскользнул в свой Дворец Духа и сконцентрировался на тревожно мерцающем Нимбе вокруг Кристаллического Сердца. Боль это не уменьшало, но хоть как-то позволяло зафиксировать сознание. И держаться, держаться, Йоррох побери этот гребаный мир!!!

То, что скрытые механизмы отключены и процесс закалки Нимба завершен, Малк понял далеко не сразу. Еще несколько минут он продолжал сохранять прежнюю позу, мобилизуя внутренние резервы и сопротивляясь накатывающим волнам безумия. А чтобы привести Малка в чувство, безымянному Адепту потребовалось потрясти его за плечо.

– Уже все? – прокаркал Малк и не узнал собственный голос.

– Да, полчаса истекли. Можно и дольше, но… – Служитель усмехнулся. – Но лучше не надо. Процесс несколько… неприятный.

– Неприятный?! Да я чуть не сдох!!! – простонал Малк, поднимаясь.

– Такое тоже бывает, – пожал плечами служитель. – Если есть проблемы с духовным телом или Дар искажен, стабилизация Нимба может стать поистине мучительной.

– И что делать? – нахмурился Малк, подозревая, что это как раз его случай. И к визитам в «давилку» он теперь будет относиться как к растянутой во времени казни.

– Пить эликсиры и терпеть, – рассмеялся Адепт, но тут же посерьезнел. – Хотя в самых плохих случаях это не помогает, и тот же господин Тияз тренироваться в источнике уже не способен. – Он доверительно наклонился к Малку. – Но считайте, что я этого вам не говорил!

Малк кивнул, хотя и не видел смысла в подобной осторожности. История Тияза Черепа явно считалась главной местной сплетней, и ее не обсуждали только ленивые. Так что пока болтун не выдаст что-то подобное в присутствии Младшего Магистра, можно особо не беспокоиться.

На выходе из пещерного комплекса, к удивлению Малка, его ждала Змея. Стоило ему выйти наружу, как она тотчас подскочила и с живостью спросила:

– Ну как? Смотрю, ты какой-то бледный…

Малк мысленно помянул Йорроха, вслух же в двух словах описал пережитое и передал слова служителя.

– Он прав, так бывает. И тут либо надо бросать, забыв о развитии, либо… – Змея хищно, по-мужски усмехнулась, – либо пить слизь илл-хота, про которую ты спрашивал у Голема, и… да, терпеть!

В словах девушки прятался некий подтекст, уловить который Малк смог лишь спустя пару секунд. А уловив, хрипло сказал:

– Передай Мастеру Тиязу, что я буду терпеть!

И криво усмехнулся, когда Эйша кивнула с заметным облегчением. Значит, второе дно в ее словах все-таки было… а у Тияза Черепа были большие планы на его счет.

В дальнейшем к источнику Малк ходил уже один, без сопровождения Змеи. Через день, три раза в седмицу. Мог бы и чаще – никаких ограничений не было, у него даже разрешающие документы на входе больше не спрашивали, пуская сразу после проверки личности. Однако все упиралось в его собственные пределы. Терпеть пытку каждый день он был попросту неспособен. Да, слизь илл-хота помогала и несколько сглаживала процесс… вот только ее было всего шесть бутылочек, и их едва-едва хватало на три месяца. Малк подумывал приобрести еще, даже интересовался этим в канцелярии Школы, но, узнав цену в десять драхм за пузырек, от идеи немедленно отказался и помянул добрым словом капитана «Ярого демоноборца». Зря он плохо о нем отзывался – доля в трофеях, которую Бакалавр выделил участвовавшим в морском бою пассажирам, была более чем богатая.

Однако помимо лекарств была еще одна причина, позволяющая Малку держаться в течение всей закалки. Она по-настоящему его мотивировала, и без нее завершить начатое точно не получилось бы. Речь идет о зримых изменениях, происходящих со способностями Малка попутно с прогрессом стабилизации Нимба.

Первые признаки начавшихся трансформаций он заметил через полторы седмицы после первого визита к источнику, когда во время вечерней прогулки по окрестностям столкнулся с бродячей собакой. Бедолага то ли где-то подхватила бешенство, то ли словила демонические эманации, но одинокий Ученик для бегущей по тракту собаки показался идеальной целью для нападения. И она набросилась на него с утробным воем.

Малк машинально встретил атаку Искрой и потянулся за спрятанным на пояснице проклятым ножом – господин Тияз, видевший оружие во время испытания на кладбище, никак его наличие не прокомментировал, и его новый ученик счел это молчаливым разрешением на использование. Однако клинок Малк так и не обнажил. С некоторым обалдением он вдруг осознал, что заклинание не просто пулей влетело в слюнявую пасть бешеной твари, но и напрочь сломало косматую шею животного. Добивать не потребовалось. Искра, казалось бы достигшая в своей мощи верхнего предела, вдруг приобрела несвойственную ей плотность, скорость и силу удара, почти догнав по разрушительной способности простейшую вариацию стихиального Кулака нулевого круга.

В тот же день Малк проверил и остальные свои чары. И как выяснилось, изменения затронули и их. Рассеивание стало процентов на десять – двадцать эффективнее, а «лечилка» и вовсе начала сливаться с духовным телом Малка, все больше превращаясь в инструмент естественного контроля циркуляции жизненной силы в организме.

Преобразования были настолько приятными, что Малк на волне энтузиазма озаботился полным тестированием своих способностей. Для чего отправился во внешнюю фракцию, где за драхму арендовал Зеркало Друзала… Увы, ожидания не оправдались. Наоборот, он мало того, что убедился в отсутствии прогресса в основных характеристиках – резерв все так же застрял на границе в двадцать эргов, а скорость восполнения энергии не превышала одной целой и одной десятой эрга в час, – так еще и в очередной раз подтвердил полнейшую неэффективность прежних тренировочных формул. Ни Тайное Искусство, ни Наследие Кетота использовать для развития больше не имело никакого смысла. Малк об этом знал, но надеялся, что закалка Нимба как-то сдвинет ситуацию с мертвой точки и улучшит хотя бы Власть. Однако все зря. Если для Учеников, чья сила Духа никак не могла достичь оранжевого ранга, «давилка» порой становилась спасением, то для Малка в этом смысле она была совершенно бесполезна.

Только зря деньги потратил!..

Помимо мучений в источнике Пепла были у Малка и другие занятия. И, наверное, главным из них следовало считать чтение. Неожиданно для себя завсегдатай интернатской библиотеки, как-то подзабывший в Андалоре об этом своем увлечении, он вновь получил возможность заниматься любимым делом. Да не урывая возможность у сна, а вполне «законным» путем, выполняя распоряжение господина Тияза. Книги из списка, который дала ему Змея, оказались далеко не так скучны, как можно было бы ожидать. А некоторые из них Малк и вовсе читал с неподдельным удовольствием. Красочные анатомические атласы, мудреные труды по философии магии и учебники по магической математике чередовались с биографиями великих магов, дневниками исследователей Яванского пояса и заметками видных демоноборцев. Малк порой настолько увлекался, что необходимость заниматься чем-то еще вызывала у него гнев.

И хорошо, если занятие это было связано с посещением библиотеки внутренней фракции Школы! Ведь порой ему приходилось тратить время и на совсем другие заботы…

Не важно, о студенте какой фракции идет речь – внешней или внутренней, – в Школе Пепла все они обременены целым рядом обязанностей. Новички или кто послабей следят за порядком, обслуживают артефакты или помогают внешним Мастерам в преподавании. Набравшиеся сил, знаний и опыта выполняют поручения по всему острову Риммы, и далеко не все из них безопасны для магов низких рангов. Ветераны же и вовсе участвуют в открытых или тайных операциях Школы по всей территории Борея. Такова цена получения недоступных большинству знаний. И чем больше у студента заслуг перед Школой, тем больше у него квалификационных баллов – этой внутренней валюты Школы – и тем больше возможностей для развития…

Не стал исключением из данного правила и Малк. Раз в седмицу он теперь был обязан посещать внешнюю фракцию Школы и помогать тамошним студентам тренировать их навыки. Едва узнав содержание задания, Малк попробовал возмутиться – какой из него «учитель», он сам ничего не знает и не умеет, чтобы других тренировать! – однако на деле все оказалось гораздо проще. Руководство Школы, ну или кто там принимал решение, учли его экстраординарное телосложение и видели Малка не в качестве преподавателя, а в роли груши для битья. Этакого точильного камня, с помощью которого предстояло довести умения студентов до нужной остроты… А заодно поспособствовать развитию и самого Малка, но это он понял уже несколько позже.

– Твоя задача – продержаться против этого парня настолько долго, насколько способен. Ясно? – На месте задание давала госпожа Мина. Та самая женщина-Бакалавр, что в первый день сбила спесь с четырех родовитых спутников Малка.

– Его же цель, – магичка ткнула пальцем в скалящегося на противоположной стороне дуэльной площадки Ученика, – заставить тебя сдаться… Наносить смертельные удары запрещается под угрозой исключения!

Малк серьезно кивнул и испытующе глянул на противника. Настрой партнера по тренировке, достигшего середины ранга Ученика, сильно ему не нравился – слишком нагло тот себя вел. Словно не учиться собирался, а свою значимость доказывать. А раз так, то следовало настраиваться на самые неприятные сюрпризы.

– Как я понимаю, он маг Воды и специалист по призыву элементалей? – уточнил Малк у госпожи Мины.

– Да, как и я, – усмехнулась Бакалавр.

– Хорошо, тогда такой вопрос… А контратаковать я могу или должен от защиты работать? – с невинным видом спросил Малк.

Мысленно он уже представлял, как в первые же мгновения схватки от души вмажет по улыбающейся роже чересчур увлекшегося управлением призванной сущностью мага, но слова госпожи Мины вернули его на землю.

– Можно, но только в крайнем случае. Когда все остальные способы защиты будут исчерпаны. В конце концов, ты не победить должен, а показать, как простой маг может сопротивляться элементалю… – принялась объяснять Бакалавр, но ее перебил студент.

– Госпожа Мина, да пусть делает что хочет! Здоровяков, у которых вся магия в мышцы ушла, я на завтрак по десятку съедаю! – пренебрежительно бросил противник.

И Малк окончательно понял, что проучить гада все-таки придется. В воспитательных целях. Здесь не Андалор, и терпеть спесь родовитого – а студент был дворянином – он не собирался… Особенно когда тот задевает его больное место – телосложение.

Госпожа Мина от слов Ученика вспыхнула было гневом, но затем глянула на Малка, на его партнера по тренировке и с усмешкой кивнула. Одним жестом списав будущие травмы чересчур спесивого студента на неизбежные последствия получения хорошего жизненного урока.

– Тогда начинаем, – широко улыбнулся Малк, вдруг осознав, что Бакалавр очевидно считала его гораздо более серьезным бойцом, чем собственного студента. И такое мнение заметно льстило его самолюбию. – Ваш ход первый, коллега.

Малк сделал приглашающий жест рукой и, не торопясь, с показной ленцой принялся отцеплять от пояса тесаки. После случая с бешеной собакой пределы кампуса он теперь покидал только полностью вооруженным. И настала пора показать кое-что из своего арсенала. Револьвер против студента, конечно, он применять не станет – еще убьет ненароком, – но тяжелые клинки на роль укротителя чужих амбиций вполне подходили.

Тем временем противостоящий ему Ученик уселся по-стиксонски на песок и, гневно блеснув напоследок глазами, сложил пальцы в замысловатую фигуру. Прошипел короткую фразу-заклинание, затем изобразил пальцами прямо в воздухе какой-то знак и словно бы подтолкнул его в сторону Малка.

На все у него ушло около полутора минут – адски долго по меркам реального боя. Если же учесть, что противник предварительно даже не озаботился защитой, то в настоящей битве до призыва магического помощника он бы просто не дожил.

Покосившись на явно все понимающую госпожу Мину, Малк в очередной раз усмехнулся, вполголоса прошелся по непуганым дуракам и неторопливо направился на «вражескую» сторону дуэльной площадки, для большего эффекта с лязгом проведя клинками друг о друга.

Со стороны подобное поведение выглядело как преступное пренебрежение противником. И наблюдающий за ходом схватки десяток соучеников мага-кукловода возбужденно загомонил. Кажется, они считали, что Малка ждал час расплаты за… все!

Вот только сам он так не думал и уже давно отслеживал духовным вниманием все изменения в окружающей Силе. Ожидая и внутренне готовясь к появлению элементаля…

К своему стыду, тварь он все же едва не проморгал. Вопреки сделанным жестам и всему своему поведению, кукловод схитрил и в лоб не атаковал. Вместо того чтобы сразу проявиться в реальности и с завыванием броситься в бой, подчиненное ему создание Воды возникло из воздуха у Малка за спиной и практически в упор выстрелило сосулькой из льда – заклинанием первого круга, в руках умелого Ученика способным убить даже Демонического Воина. Убивать Малка, правда, студент не хотел и нацелился в район плеча, но… попади чары в цель, мало бы все равно не показалось.

Сосульку Малк уничтожил ударом тесака, укрепленным Властью. Развернулся вполоборота и вдребезги разбил материальную основу чужих чар. Даже удивительно, насколько легко это у него получилось. Как-то он не подумал, что Ученик с Властью оранжевого ранга не сможет призвать столь же сильного элементаля, и чуточку переборщил с мощью. Однако быстро перестроился и дальше действовал уже с учетом нового знания.

Оказавшись лицом к лицу с тварью – элементаль выглядел как слепленное из воды карикатурное подобие человека, – Малк буквально выплюнул в нее Рассеивание. И пока та боролась с воздействием заклинания, пытаясь сохранить целостность скрепляющих ее связей, вонзил в самый центр «туловища» один из тесаков. Если верить вычитанному в книге по философии магии, элементаль всегда служит пусть слабым, но отражением телесной формы своего кукловода. Вплоть до внутреннего устройства. Старшие маги о том знают и заботятся о защите, младшие же… младшие обычно чересчур увлекаются внешней формой в ущерб основам. И этим можно воспользоваться!

Ожидания Малка полностью оправдались. Едва кончик клинка оказался в районе «сердца» элементаля, как он влил туда пять эргов, закрутил их в миниатюрном вихре и… сам не заметил, как разорвал все те незримые нити, что соединяют создателя с творением. Элементаль в один миг пролился в землю потоком обычной воды, а самоуверенный противник завопил от внезапной боли и, наклонившись вперед, прижал к груди кулак.

Учебный бой закончился.

– Как я понимаю, все? – спросил Малк, повернувшись к госпоже Мине.

Та с удовлетворением кивнула. Несмотря на поражение студента, результатом она явно была довольна.

Вот только ее ученик думал иначе!

– Нет!!! Я могу еще драться!!! – заорал он и с некоторым трудом навел руку на Малка, видимо собираясь бросить в него какое-то заклинание. Возможно, еще одну сосульку.

Но Малк ему такой возможности не дал. Через разделявшее их расстояние молнией пролетел совершенно не предназначенный для бросков клинок и вонзился в песок у ног кукловода.

– Хватит! Следующий брошу в грудь. Открытой раны не будет, но ребра точно переломает. Хочешь? – спросил Малк с угрозой, надавив взглядом на противника.

И тот наконец сломался. Бормоча под нос что-то угрожающее, маг Воды медленно поднялся и заковылял к зрителям… Но прежде чем Малк спросил у госпожи Мины о своих дальнейших действиях, в дуэльный круг вышел следующий студент.

– А со мной так сможешь?! – кипя от возмущения, воскликнул он.

Не дожидаясь ответа, новый противник создал водный же Щит, а затем принялся наколдовывать что-то между сведенными перед грудью ладонями. На Малка он при этом не обращал внимания.

В обалдении посмотрев на госпожу Мину – та еле заметно пожала плечами, – Малк покачал головой, пригнулся и… со скоростью пассажирского экспресса ринулся несколько наискосок и вправо. В принципе он мог бы пойти и врукопашную – телосложение и сохранившиеся резервы Силы позволяли. Но зачем тратить энергию там, где можно обойтись малым? Тем более когда соперник и без того подставляется.

Так что достигнув в два прыжка границы дуэльной площадки, он стремительно развернулся к уже заподозрившему нечто неладное студенту и с двух рук, одну за другой, бросил в него две Искры. На каждую ушло по одному эргу Силы, но настолько сжатой, что в недруга заклинания полетели лишь чуть медленней, чем пули. Первая прошла аккурат под нижним краем Щита – маг Воды забыл, что оборонительные чары имеют границу, – и попала в ногу. Когда же противник начал заваливаться вперед, вторая Искра проскользнула уже над верхним краем магического барьера и далее вдоль макушки. Особого вреда не нанесла, но концентрацию окончательно сбила. В результате неудачник потерял контроль над почти законченной волшбой и… пусть не сильным, но взрывом от резко высвободившейся энергии Воды был отброшен почти на сажень назад.

Второй бой закончился еще быстрее первого, не успев даже толком начаться.

– Слушайте, и это ваши студенты? Они что, вообще ничего не умеют?! – вырвалось у Малка, обескураженного произошедшим.

Он, конечно, ждал победы, но не настолько же легкой!

– Умели бы – помощь студента внутренней фракции нам бы не понадобилась! – язвительно сказала госпожа Мина и уже посмурневшим зрителям бросила: – Хватайте этого дурака и тащите к лекарю. Занятие закончено.

Однако, как тут же выяснилось, это было еще не все. У преподавательницы оставалась пара слов для Малка.

– Что до тебя… – Госпожа Мина, которую Жак Улей однажды охарактеризовал как любительницу сбивать спесь с гордецов, криво усмехнулась и нарочито медленно, глядя Малку в глаза, сделала пасс рукой. – Ты поработай над цельностью… Дух, тело и связи между ними у тебя в таком раздрае, что этим грех не воспользоваться!

Уже расслабившийся было Малк моментально всполошился. Принялся обшаривать духовными чувствами окружающее пространство, но все равно упустил главное – направление атаки госпожи Мины. Так что когда из лужи под ногами, образовавшейся из-за разрушенного элементаля первого его противника, вылетел Водяной Кулак и вонзился ему в живот, он даже не успел среагировать. И получил сполна. Дыхание перехватило, внутренности скрутило судорогой, и на землю он не рухнул лишь благодаря своей тренированной Дождем воле.

– Ждем тебя через седмицу! Не забывай, – сквозь пелену страданий донеслось до него напоминание госпожи Мины, и он остался один. Взбешенный, злой и… разочарованный собственной невнимательностью.

Впрочем, долго яриться у него не получилось. Он и вправду чересчур много возомнил о себе из-за имеющегося боевого опыта. Решил, что на голову выше «этих золотых мальчиков», выросших в тепличных условиях своих Семейств и никогда не нюхавших жизни. И теперь его вернули на землю. В не слишком приятной для самолюбия манере, но… так устроен мир. Лучше сразу это принять и сделать выводы из урока, чем растрачивать силу на нытье и обиды. Он делал так раньше, дома и в Андалоре, будет так поступать и впредь.

Тем не менее история первого трудового дня Малка в Школе была бы неполной, если не упомянуть еще об одном деле, с которым он успешно справился. Деле важном, серьезном и давно уже назревшем!

Речь идет о последствиях насильной смены наставника. Проверка господина Тияза, обустройство на новом месте – все это как-то отодвинуло на задний план собственно то, ради чего Малк прибыл на остров Римма и заявился в Школу Пепла. Главную его цель, за достижение которой с него в любой момент жестко спросит госпожа Леара и стоящая за ней Темная Канцелярия… И больше откладывать решение данного вопроса было нельзя!

Поэтому только-только очухавшись после удара госпожи Мины, Малк сразу же отправился на поиски Жака Улья. И через полчаса беготни между учебными корпусами, административным зданием и кампусом переступил порог кабинета своего несостоявшегося учителя.

– А-а-а, ты… Заявился, клянусь Рзавианом! – проворчал Жак Улей, увидев Малка.

– Прошу прощения, что не прибыл раньше, но… сами понимаете, как все завертелось, – извиняющимся тоном сообщил Малк, толком не зная, как себя вести.

Сложно выбирать стратегию поведения с тем, кого ты практически не знаешь, но от кого очень может быть, что зависит твоя если не жизнь, то свобода.

– Да-да, Череп, он такой… Если уж вцепится во что, то все. Пока своего не добьется, уже не отпустит, – согласился толстяк.

Встал из-за стола, где сидел на момент появления гостя, подошел к окну и там замер, повернувшись спиной к Малку. По тону голоса, по жестам и самому поведению было видно, что на господина Тияза у Жака Улья имеется большой зуб.

– Ну да ничего… настанет и мое время… – с угрозой протянул толстяк, словно забыв о присутствии Малка. Затем вдруг резко бросил через плечо: – А ты зачем пришел?

Малк немного растерянно переступил с ноги на ногу.

– Прояснить ситуацию. Насчет госпожи Леары, вас и моих дальнейших действий…

– А ничего прояснять не надо. – Толстяк развернулся к Малку лицом и внезапно расплылся в довольной улыбке. – Все и так, хвала Рзавиану, сложилось самым лучшим образом!

– Не понял… – нахмурился Малк.

– Чего тут непонятного-то?! – Жак Улей разве что руками не всплеснул. – Я зачем кого-то вроде тебя из Андалора вызвал? Серьезно считаешь, что ради помощи в работе? – Толстяк даже хохотнул. – Нет, мне нужен был тот, кто под моим умелым руководством сможет обратить на себя внимание внутренних Мастеров. И будет принят ими во внутреннюю фракцию… Такая игра вдолгую, рассчитанная на появление в стане этих замшелых ретроградов из клики директора Школы человека, верного мне и… госпоже Леаре.

Слова «Темная Канцелярия» хоть и не прозвучали, но явно подразумевались.

– А что в итоге получилось? Десять минут моего позора, и ты ученик Тияза Черепа… девять тысяч раз прокляни его Рзавиан… Личный ученик того, к кому я и не мечтал столько близко подобраться! – Громкий хохот господина Жака сменился мелким противным хихиканьем.

– То есть никаких проблем нет? – не смог скрыть облегчения Малк.

– Да какие проблемы, родной?! Лучше просто не бывает, – сообщил толстяк довольно, однако затем как-то странно повернул голову и искоса посмотрел на Малка. – Ты, главное, хотя бы раз в седмицу или две не забывай делиться тем, что узнаешь о своем гнилом, как душа лича, учителе, и все будет в порядке. Тебе еще за это, глядишь, госпожа Леара потом медаль вручит. Как герою-разведчику. Смекаешь, о чем я?

Малк кивнул.

– Это моя единственная задача?

– Пока да, – улыбнулся Жак Улей. – Что там дальше – видно будет. Пока же…. пока садись передо мной и рассказывай. Все, что узнал и что запомнил, а я решу, насколько эти слухи да сплетни ценные.

И Малк, чувствуя себя донельзя странно, принялся пересказывать все то, что случилось с ним с момента расставания с Жаком Ульем. История его заняла почти полтора часа, и за все это время толстяк задал ему всего несколько наводящих вопросов, всерьез заинтересовавшись лишь однажды. Странное дело, но толстяка откровенно шокировала новость о том, что Тияз Череп распорядился открыть для Малка «давилку». Услышав это, он вскочил, принялся мерить шагами комнату, затем резко сел, вперил в Малка тяжелый, давящий взгляд и задумчиво протянул:

– Говоришь, личные ученики у него такую поддержку получают, да? Э-э-э нет. Ошибаешься. Только особенные… Что-то он в тебе должен был увидеть, чтобы так расщедриться, что-то эдакое, важное лично ему. Но вот что… вопро-ос!

Однако обсуждать данную тему господин Жак категорически отказался. Что, с точки зрения Малка, выглядело не менее подозрительно, чем необычный интерес к его персоне со стороны нового наставника. Впрочем… их взаимоотношениям подобная скрытность никак не мешала, а большего Малку пока и не требовалось. К выполнению задания госпожи Леары он приступил, занятия магией продолжил, ну а что будет дальше – покажет время. Главное, соблюдать разумную осторожность и держать ухо востро, и тогда из любой неприятной ситуации можно выйти с минимальными потерями.

После того как восстановил отношения с Жаком Ульем и пусть худо-бедно, но разобравшись с кругом своих обязанностей – хоть роль коварного лазутчика ему и претила! – Малку показалось, что повторения безумия прошлого года точно не будет. И он настроился на спокойный ритм жизни, искренне убежденный, что в закрытом от внешних сил сообществе Школы уж точно не найдет дурных приключений себе на голову.

Тем неприятнее ему было уже через пару месяцев после начала работы на благо внешней фракции вдруг столкнуться с последствиями своего чересчур успешного выступления в роли «точильного камня». Дети богатеньких родителей, отправленные учиться в знававшую лучшие времена и некогда прославленную Школу, оказались не готовы к местным стандартам обучения. Особенно в той его части, где с чересчур много мнящих о себе молодых магов пинком сшибают гонор в поединке со «здоровяком, у которого в башке нет ни одной извилины».

Сначала они роптали и пытались жаловаться своим Мастерам. Но те, даром что называли себя будущим Школы и противниками ретроградов из внутренней фракции, имели четкие представления о правильных тренировках. И не терпели, когда какие-то студенты ставят их методы под сомнение. Кто-то, как Жак Улей и несколько его коллег, под смешки и шуточки демонстративно завалил жалобщиков на ближайшем контрольном испытании и для допуска к повторной сдаче выставил неприличный даже для богатых Семейств счет. Кто-то, как Мина и некоторые другие любители ежовых рукавиц, устроил нытикам веселую жизнь на практических занятиях, не скупясь на синяки. Но при этом всех их объединяло одно – преподаватели в приказном порядке обязали Малка прекратить жалеть «дворянчиков» и максимально доходчиво вколачивать в них реалии окружающего мира. Того самого, где правит личная сила и отличные оценки по академическим предметам неравнозначны обладанию подлинным могуществом.

И в результате то, что поначалу казалось Малку способом набраться опыта и потренировать собственные способности, превратилось в противостояние с группой обиженных и униженных студентов. Малк, конечно, и сам виноват – стоило держать язык за зубами и никак не комментировать умения богатеньких задир, – но он, в конце концов, тоже не железный, имеет право на эмоции… да и сделанного не воротишь! В глазах оскорбленных словом и действием внешних студентов Школы Малк стал главным противником. Олицетворением традиционной неприязни между внешней и внутренней фракциями, а также той ступенькой, которую каждый побитый им маг просто обязан преодолеть!

Причем сначала все выглядело достаточно цивилизованно. Униженные проигрышем Ученики подналегли на тренировки и теперь на каждом занятии с «грушей для битья» принялись подбирать ведущую к победе стратегию. Такой подход Малку даже нравился, вынуждая его ради сохранения чемпионского статуса также выкладываться на полную. Беда в том, что далеко не все из проигравших обладали должной выдержкой и готовностью к долгой работе над собой. В какой-то момент их терпение лопнуло, и от попыток добиться реванша честным путем они перешли к более радикальным мерам.

После очередного побоища, где Малк пусть с трудом, но победил сразу двоих Учеников-призывателей, на обратном пути во внутреннюю фракцию его встретили шестеро внешних студентов. Четверо дворян, чаще всего становящихся противниками Малка, и двое неродовитых, чересчур близко принявших к сердцу его слова насчет их неспособности творить примитивную магию. Гнев коллег по Школе был настолько велик, что их не отпугнула даже начавшаяся непогода. И они под проливным дождем и в продуваемом всеми ветрами подлеске почти три часа прождали Малка, сначала нанесшего традиционный визит к Жаку Улью, а потом задержавшегося в читальном зале библиотеки.

Ничего этого Малк не знал, иначе обязательно сделал бы крюк, обогнул место засады выше по склону и уж точно не попал бы в расставленные сети.

– Малк, для человека, обидевшего столь многих, ты ведешь себя как-то чересчур беззаботно, – сообщил один из недовольных, когда они, мокрые и злые, продрались сквозь заросли шиповника и заступили ему путь.

Зачинщиком неожиданно оказался Дерек – один из той четверки членов Семейств, плывших вместе с Малком на «Яром демоноборце». В морском бою он себя никак не показал, но в Школе удивительным образом развернулся. С первых же дней с неподдельным рвением взялся за учебу и за какой-то жалкий месяц выбился в отличники, оставив далеко позади своих прежних товарищей. И так получилось, что Малк стал первым препятствием на его пути в становлении звездой курса.

– А разве я кого-то обижал? – удивился Малк.

Он и вправду не считал происходящее на тренировках способом кого-то обидеть. Пережив конфликт с лоялистами и столкновения с демонами, он теперь на все смотрел через призму этого опыта. И пока не было большой крови и его визави не несли серьезные потери, считал любые стычки не стоящими внимания.

Но, видимо, зря!

– Нигде кроме как на занятиях наши дорожки не пересекались, родичи не враждуют, и нет долгов крови… Откуда взяться конфликту? – усмехнулся он и не без презрения добавил: – Или все упирается в происходящее на тренировках?.. Если да, то вы, парни, меня удивляете… У каждого из вас есть возможность сторицей воздать за нанесенное оскорбление. Причем честно, открыто, не прибегая к подлым атакам. Однако ж вы почему-то здесь… Не понимаю!

Судя по тому, как дернулся Дерек, слушать Малка ему было неприятно. Правда всегда жалит больнее лжи, когда же ее бросают в лицо вот так небрежно…

– Оно и видно, что ничего ты не понимаешь. Во внутреннюю фракцию вошел, личным учеником старого Мастера стал, кое-каких навыков поднабрался… и уже гонору выше крыши! – процедил Дерек, и по его знаку остальные студенты разошлись в стороны, охватывая Малка дугой. – А ведь от тебя всего-то и надо, что уважения к окружающим!

– Уважения? – осклабился Малк, в этот раз как никогда ясно понимая, что быть ему битым. С двумя или даже тремя Учениками он вполне мог справиться, но не с шестью! – А это как?! Поддаваясь и сливая схватки, позволяя себя колошматить, да?

– Хотя бы… – зло усмехнулся Дерек и с издевкой обратился к остальным студентам: – Кстати, братья, мы ведь не звери? И наверняка разрешили бы ему иногда выигрывать, а? Что скажете?

Пока противники развлекались, Малк осторожно бросил взгляд за спину, оценивая возможность отступления. Дорога обратно во внешнюю фракцию вроде бы была открыта, но… на успешную ретираду рассчитывать не стоило. Это был едва ли не самый сложный участок пути – земля неровная, много камней и скрытых в траве ямок, да и двигаться пришлось бы, как назло, вверх в гору… Нет, бегство не вариант, а значит, драка неизбежна.

Мысленно помянув Йорроха со всем его воинством, Малк еще раз оценил свои шансы на успех. Из оружия – два тесака, револьвер и проклятый нож, из магии – наполовину опустошенный резерв и полное отсутствие артефактов, амулетов и сосудов с заклинаниями. Так что рассчитывать придется больше на свои воинские способности, чем на волшбу.

А что по противнику? Дерек и еще один студент по имени Ганс – чистые огневики-элементалисты, из боевого арсенала владеющие только Щитами и Кулаками. Остальные либо водники-кукловоды, либо чистые марионеточники-недоучки, только-только начавшие изучать выбранный раздел магии. Будь они хотя бы на уровне того парня, которого выставила на первом занятии против Малка госпожа Мина, и можно было бы сразу сдаваться. А так… так он еще побарахтается. И пусть поражение неизбежно, за свою победу противнику придется дорого заплатить.

– Дерек, хватит болтать. Иначе Малк подумает, что мы решили заговорить его до смерти! – неожиданно подал голос Ганс, прервав разглагольствования Дерека. – Он вон уже, смотрю, десять раз прикинул, как морды нам бить будет, а мы все шутки шутим… Давай начинать! А то я продрог, как последний нищий, и хочу вернуться в кампус до ужина!

Малк, до того имевший крайне невысокое мнение о Гансе, с удивлением на него покосился. Какая проницательность! И не удержался от реплики:

– Расслабься, Ганс. Хуже, чем сейчас, я о вас все равно думать не стану… – Немного помедлил и резко бросил: – Потому что после вашего появления здесь пасть еще ниже попросту невозможно!

Заниматься дальнейшими расшаркиваниями, как и давать противнику право первого удара, смысла не было. Малк решительно кинулся в атаку, на бегу доставая тесаки. Чем Йоррох не шутит, вдруг эти бараны растеряются и запоздают с защитой?! Тогда, глядишь, и шансы Малка пусть не на победу, но на успешное бегство подрастут…

Увы, чему-то его противники все же научились. Малк был всего в сажени от Ганса с Дереком, когда перед ними развернулись алые полотнища Щитов. Оба огневика выбрали путь развития с опорой на защиту и поместили оборонительное заклинание в центр Нимба, что помимо мгновенной активации обещало повышенную устойчивость к атакам. Будь у Малка время или проходи схватка один на один, он бы лишь рассмеялся – даже не используя Рассеивание, с помощью Власти и физической силы боец вроде него пробьет подобного рода барьер за считаные секунды. Но это была коллективная битва… и потому драться ни с Гансом, ни с Дереком Малк не планировал с самого начала. Его целью были только-только собравшиеся колдовать кукловоды. Кукловоды, которых должны были прикрывать огневики и которые из-за их чрезмерной осторожности оказались теперь совершенно беззащитны!

Х-ха!!! Первый же специалист по призыву духов Воды, которому не повезло оказаться на пути Малка, рухнул как подкошенный после удара тесаком плашмя по голове. Он даже толком понять ничего не успел.

Второй продемонстрировал несколько более высокий класс мастерства и вместо попытки призвать подчиненного элементаля, сосредоточился на создании Щита. Данное заклинание явно не было частью Нимба водника, но, как выяснилось, он достаточно ловко обращался со знаками Руноглифа, чтобы закончить волшбу аккурат к моменту появления Малка. Овал Щита Воды стремительно развернулся и… маг вместе со своим заклинанием отлетел далеко назад. Малк влепил мощный пинок в самый центр барьера, погасить импульс которого поверхностно освоенное заклинание просто не смогло. И еще один колдун пусть ненадолго, но выбыл из схватки.

Малку бы радоваться столь мощному началу, но в дело наконец вступили боевики и ему в спину прилетели сразу два Огненных Кулака. Слабая Власть не позволила выжать из заклинаний весь заложенный в них потенциал, поэтому обошлось без переломов. Однако на ногах Малк не устоял и рухнул на колени, лицом вперед. Тут же поднялся, но темп был упущен. Двое кукловодов уже призвали своих элементалей, а прикрытые Щитами огневики нацеливали следующую партию Кулаков.

Йоррох!!! Малк дернулся влево, пропуская мимо одну из огненных сфер, одновременно отмахнулся укрепленным Властью клинком и, к своему удивлению, даже ухитрился отбить вторую. Развернулся к кукловодам… и с проклятиями скрестил перед собой тесаки. Оба элементаля успели полностью сформироваться и теперь дружно атаковали Малка Искрами.

Предосторожность была излишней. Чары оказались настолько слабы, что их вполне можно было попробовать встретить грудью – остались бы максимум синяки. Однако противник и не задавался целью как-то его ранить. Маги Воды отвлекали его внимание и сковывали движения, с чем справились просто блестяще. И на новую пару Кулаков Огня не успевающему увернуться Малку пришлось расходовать драгоценную Силу, уничтожая чары Рассеиванием.

И снова атака Искрами от элементалей, которые вовсе не изображали неподвижные мишени и неотвратимо приближались к Малку. Какие еще фокусы у них есть в запасе, выяснять не хотелось. Из-за низкой Власти их создателей Малка ничуть не пугали вполне вероятные Бичи, Иглы или Лезвия – они даже мышечный корсет ему не пробьют, – но вот их способность сковывать движения… С этой мыслью он дернулся вбок и, как назло, вляпался в разлитую под ногами лужу. Второй поверженный им кукловод вдруг проявил фантазию и, не вставая с земли, наколдовал что-то вроде Водных Пут. Наверняка добился этого, растратив прорву Сил и выжав до предела свою скудную Власть, но… победителей ведь не судят?

Малк потерял равновесие и упал прямо в воду. Чувствуя нарастающую угрозу, в панике ударил во все стороны Рассеиванием, моментально освободился и даже вскочил… Чтобы получить Кулак Огня точнехонько в лоб и рухнуть обратно. Сам не понял, как активизировал «лечилку», и, пока место травмы омывали потоки тепла, уводя боль и проясняя разум, перекатом ушел в сторону.

Судя по звукам, там, где он только что лежал, в землю вонзились Искры. Малк отметил это краем сознания, однако развить мысль не успел. Взгляд зацепился за два силуэта, вывалившихся из леса на дорогу, все тело пронзила молния узнавания и… он истошно заорал:

– Сзади, йорроховы дети!!! Сзади!!!

Видимо сочтя его крики уловкой, огневики свою атаку не остановили и влепили в Малка еще пару Кулаков. Боль скрутила дугой, добавляя работы «лечилке». Вот только на поведение Малка это никак не повлияло.

– Да оглянитесь же, тупицы!!! – продолжал орать он.

И, отбросив все еще остававшиеся в его руках тесаки, потянулся за револьвером.

Наверное, он выглядел достаточно убедительно, чтобы один из кукловодов последовал его совету и… поддержал паническим воплем:

– Демоны!!!

Появившиеся на лесной дороге силуэты принадлежали двум похожим на саблезубых кошек со снятой шкурой демонам. Один крупный – в холке до полусажени, и один мелкий – ростом почти в два раза ниже. Какой ранг у них, было непонятно, вряд ли выше Демонического Воина, но для компании Учеников этого вполне могло хватить. Потому что Демонические Воины тоже бывают разные…

– А-а-а!!! – принялись надсаживаться водники, оказавшиеся ближе всего к гостям из Пекла.

Принялись что-то спешно колдовать, но куда там… Большая тварь дважды плюнула в них какой-то магией, и вот уже студенты сбиты с ног, облепленные черно-зеленой гадостью, а их элементали развеяны. И у демонов стало на двух противников меньше.

Подобно тому, как совсем недавно его атаковал водник, Малк, не вставая с земли, принялся палить по тварям из револьвера. Как ни странно, попал: меньшая гадина, самая быстрая и юркая, словила четыре пули из шести и кубарем покатилась по траве. Вот только назвать это успехом было сложно. Кошачий демон встал на лапы, еще злее прежнего и снова ринулся в бой. И своей целью на этот раз он выбрал именно Малка.

– Давай, вместе!!! – донеслось до Малка, и он краем глаза увидел, как Ганс и Дерек дружно пытаются принять на сомкнутые Щиты атаку взвившегося в воздух крупного демона.

Вроде бы даже что-то получилось. Во всяком случае, до них тварь не добралась. Однако магические барьеры один за другим схлопнулись, и оба огневика оказались беззащитны перед следующим ударом. Чтобы выжить, им следовало бы уйти в стороны, на миг дезориентировав противника, а затем ударить Кулаками Огня – раз уж они так ловко ими владеют. Или потратить время и сотворить что-нибудь более мощное. Но оба сделали иной выбор и снова прикрылись Щитами. Как будто кому-то удавалось выиграть войну, сидя в обороне.

– Идиоты, – простонал Малк, отбрасывая разряженный револьвер и выдергивая из ножен проклятый нож.

Взгляд выхватил мелькнувшую среди деревьев новую тень: видимо, еще одна тварь пыталась нагнать своих товарок. Однако вникать в детали не было никакой возможности. Все внимание Малка занял приближающийся меньший демон. Извернувшись, он только успел привстать на одно колено, как гостья из Пекла в длинном прыжке атаковала его горло. Мелькнули зубы, когти, полыхающие адским пламенем глаза и… Малк тренированным движением вонзил проклятый клинок чудовищному зверю между ребер. Уже по привычке закрутил вихрь Силы, потянулся за отчетливо ощущаемую скверну, чтобы спустя пару ударов сердца с удовлетворением кивнуть в ответ на тоскливый вой умирающего монстра.

Напрочь игнорируя рухнувшую на траву тушу, которая прямо на глазах серела и превращалась в высохшую мумию, Малк резко выпрямился и повернулся к второму демону. Если он сейчас присоединится к огневикам, то вместе они… Увиденное заставило Малка зло помянуть Йорроха и его флур. Ганс уже лежал на земле, придавленный лапой демонической кошки, а Дерек с искаженным от ужаса лицом медленно пятился от нее прочь. Рассчитывать на их помощь больше не приходилось.

Ну какого, а?! Как засаду против Малка организовывать и общими усилиями его добивать, так они первые. А как с реальным демоном драться, так… тьфу!!!

Малк хрустнул шеей и, не сводя глаз с повернувшейся к нему мордой демонической кошки, чуть подался вперед. Внешне он демонстрировал уверенность в себе и угрозу, но внутренне был совершенно растерян. Скорость и сила ударов, показанные тварью, возносили ее на пик ранга Демонического Воина, а значит, полагаться на собственную физическую мощь и скромный набор заклинаний не стоило. Нож оставлял некоторые шансы на победу, но им еще надо успеть правильно воспользоваться… Чего с гостьей из Пекла могло и не получиться.

Пока он мысленно перебирал возможные стратегии, тварь определилась с дальнейшей целью и неторопливо зашагала по направлению к Малку. То ли сочла его более опасным, то ли планировала отомстить за убитую товарку.

Даже успела сделать несколько шагов, как вдруг тяжело загудел потревоженный воздух, мелькнула отливающая металлом тень и… лишенная кожи кошка была пришпилена к земле здоровенной алебардой. Подобного рода оружие в принципе не было предназначено для бросков, однако его владелец справился. И, если Малк правильно понимал судорожные подергивание окровавленных лап, одним ударом убил тварь.

Кажется, он ошибся и замеченная в лесу тень принадлежала не демону.

– Кому-то сегодня везет, да? Заскучал, отправился на прогулку по лесу и… обнаружил следы двух адских кошек. Начал погоню… и ухитрился успеть как раз к финалу их охоты на студентов собственной Школы. Чудеса! – раздался веселый голос, и на дорогу вышел Больдо. – Так теперь еще и выясняется, что один из горе-вояк – мой собрат по учителю!

Голем повелительно крутанул правой кистью, и пронзившая адскую кошку алебарда моментально рассыпалась ворохом искр. На такое были способны только могучие артефакты, да и то не все. И Малк запоздало вспомнил, что приятель Эйши выбрал для себя особый путь к вершинам магии – центром его Нимба была могущественная колдовская алебарда.

– Я бы справился, – хмуро сказал Малк, которого неприятно царапнуло сравнение с горе-вояками. – С этой же получилось…

Он кивнул на высохшее тело меньшей из тварей.

– С этой да, но вторая… она посильнее будет, – осклабился Голем и поинтересовался: – Кстати, а чего вы тут собрались-то?

Окинул взглядом Малка, его еще не сошедший с лица синяк, оценил общую диспозицию. Догадливо кивнул:

– Ах, вон оно в чем дело. Старые добрые межфракционные дрязги! Понимаю, проходили.

И не обращая внимания на остальных студентов, деловито склонился над убитой адской кошкой. Какое-то время ее изучал, а затем громко, ничуть не скрываясь, как бы между делом сообщил:

– Десять драхм, и я каждую седмицу буду выбивать из них дерьмо… Хоть из всех разом, хоть из каждого по отдельности. По рукам?

Малка предложение соученика застало врасплох. Как, впрочем, и его недавних противников. Все они в присутствии Больдо и без того вели себя тише воды ниже травы – не важно, раненые или нет, – а после его слов и вовсе впали в ступор. Все они явно знали Голема и связываться с ним категорически не желали!

– Благодарю, но я как-нибудь сам, – глухо ответил Малк.

Сложившаяся ситуация заставляла его чувствовать неловкость. Он впервые оказался в положении младшего брата, которого пришел защищать старший. И как реагировать, толком не понимал. Не знали, как себя вести, и его противники, так что дальнейшее происходило в полной тишине. Больдо сосредоточенно возился с тушами демонических кошек – особо не заморачиваясь с обычаями, он забрал себе обеих тварей. Малк накладывал «лечилку» на раненых, а не пострадавшие от нападения демонов студенты помогали ему с перевязкой. Все были при деле. И это тоже сильно отличалось от того, к чему привык Малк в Андалоре.

Глава шестая,

в которой герой узнает о себе кое-что новое

Малк сидел за столом в своей спальне и задумчиво буравил взглядом лежащую перед ним записку. Вроде бы всего четыре цифры и две буквы, а сколько всего с ними связано! Он невесело усмехнулся и принялся пальцем гонять листок по поверхности стола.

Йоррох, как же поступить?! Надо сказать, в подобной ситуации он оказался впервые и потому чувствовал некоторую растерянность. Писать или не писать?

Мыслями Малк еще раз вернулся к ситуации, в которой леди Марой передала ему этот код – ее адрес в сети мыслеграфа, – и покачал головой. Проклятье, ведь ничто их практически не связывает, и чувств никаких друг к другу не испытывают, а выкинуть бумагу и забыть о Терри совершенно не хочется. И не важно, что тому виной – пережитая близость или имеющийся перед ней долг, – рвать отношения Малк не желал. А может, все дело в том, что он подсознательно воспринимает леди если не как друга, то… как партнера? С которым можно и в бой пойти, и в развлечения с головой окунуться? Да Святые ведают! Кем он ее точно не считал, так это своей девушкой.

Проблема не стояла бы столь остро, не требуй использование мыслеграфа денег. Отправил бы письмо и забыл… Да вот беда, стоимость передачи сообщения нормального размера способна пробить брешь и в более внушительных, чем у него, бюджетах. И значит, нужно стараться ужать послание в пару-тройку коротких фраз. Но как это сделать?! Он ведь не о каких-то результатах рапортует и не распоряжения подчиненным отправляет, а подруге пишет! А раз так, раз лаконичным быть нельзя, то… проклятье, писать или не писать?!

За размышлениями Малк не увидел в окно, как к его домику кто-то подошел. И среагировал, лишь когда услышал, как хлопнула входная дверь и в прихожей раздались шаги.

Из головы моментально выдуло лишние мысли, он схватил лежащий рядом револьвер и, выскользнув из-за стола, спрятался за дверью. Школа Школой, безопасность безопасностью, но, попав в засаду студентов внешней фракции, Малк избавился от последних иллюзий о спокойной жизни и вновь вспомнил об осторожности. Заглянуть «на огонек» мог кто угодно, так что лучше чуточку перегнуть палку и потом извиниться, чем сдохнуть от руки незваного визитера.

Створка тихонько скрипнула, открываясь. Послышался шорох одежды, и гость – точнее, гостья – застыл на пороге.

– Маа-алк? – послышался подозрительный голос Змеи. – Маа-алк! Я знаю, ты дома…

Малк мысленно помянул Йорроха и, незаметно сунув револьвер на полку, вышел из-за створки.

– Давно не виделись, Эйша! – поприветствовал он девушку.

Змея вздрогнула и стремительно повернулась к нему лицом.

– Малк, что за шутки?! – воскликнула она возмущенно. Затем осеклась, окинула Малка оценивающим взглядом и… словно бы стала другим человеком. Изобразила томный взор, чуть приоткрыла рот и демонстративно провела кончиком языка по губам. – Или ты решил… поиграть со старшей соученицей, а? Ну так я всегда готова.

Каким-то нечеловеческим движением она сократила разделяющее их расстояние и попыталась грудью прижаться к Малку. Однако получилось это у нее не столько возбуждающе, сколько хищно, словно у ядовитой рептилии. И совершенно растерявшийся от такого поворота Малк рефлекторно выставил вперед руку, пытаясь сохранить дистанцию. Получилось, правда, не слишком удачно. Ладонь легла на шею девушки, и со стороны теперь выглядело так, будто он ее душит.

– О-о-о, какая экспрессия… – карикатурно закатила глаза Эйша, чуть отстранилась и, повернувшись к Малку спиной, не спеша направилась к постели.

В какой момент девушка успела расстегнуть сорочку и оголить правую лопатку, Малк не заметил. Зато машинально отметил удивительно белую кожу и наличие красной татуировки. Что за рисунок, понять не было никакой возможности, но змеиный мотив угадывался четко.

– Если ты еще не догадался, то я не возражаю продолжить разговор там… – совершенно по-деловому бросила Эйша через плечо и вильнула глазами в сторону кровати.

Все еще находящийся в полнейшем обалдении Малк нахмурился.

– Ты же вроде с Големом? Или я чего-то не понимаю?

– Я с тем, с кем хочу. Ни больше и ни меньше, – со знакомой хрипотцой ответила Эйша, останавливаясь. – Ну так что?

– Пожалуй, в другой раз, – ответил Малк осторожно.

В отношениях он предпочитал играть более активную роль, и подобный напор его особо не вдохновлял. Как, впрочем, и вся эта ситуация. Вопрос в том, как воспримет отказ Эйша…

Однако девушка смотрела на подобные вещи с поистине мужской простотой.

– Как скажешь! – Эйша равнодушно пожала плечами и вернула одежду на место.

Затем, словно ничего и не было, повернулась к Малку лицом, обвела взглядом комнату и проследовала к единственному здесь стулу.

– Тогда займемся делом… – Она плюхнулась на потертое сиденье и, подперев щеку ладонью, потребовала: – Рассказывай, что там с тобой произошло, пока я по делам Мастера моталась. Он вчера закончил свои эксперименты и сегодня-завтра потребует отчета. Так что хочу быть готовой к любым его вопросам.

Мысленно обозвав гостью сумасшедшей, Малк кивнул и после короткой паузы принялся описывать события последнего месяца. Ну а так как основное, что случилось, это его столкновение с внешними студентами, то ему он и уделил больше всего внимания. Упомянул работу на Школу, описал нарастающее напряжения на тренировках и чрезмерную обидчивость своих противников. Но основной акцент все же сделал на стычке с группой наиболее недовольных… Вот только Эйшу, как выяснилось, занимало совсем не это. Установив факт драки, она моментально заинтересовалась поведением в ней Малка. Как двигался, как бил, какие чары применял… Малк даже толком все не помнил. Однако Змея продолжала настаивать на подробностях, и разговор затянулся.

– Ладно, я поняла. Вести правильное магическое сражение тебе пока не по силам, и во всех схватках ты делаешь упор на сочетание высокой Власти и развитого тела, – наконец вынесла вердикт Эйша и покачала головой. – Не то чтобы я одобряла такой подход… Но могло быть и хуже. По крайней мере, ты не долбишь всех противников по голове здоровенной артефактной алебардой, пока их защита не схлопнется, параллельно принимая контратаки на закаленные магией Земли мышцы!

– Это ты о Больдо? Мне казалось, он весьма ловок в сражении, – удивился Малк.

– Сейчас да. Но до того, как пришел к учителю, не умел ровным счетом ничего! – презрительно бросила Эйша. – Это сейчас он второй по могуществу среди всех учеников господина Тияза, а до этого представлял собой удручающее зрелище.

– Ого, не знал, – нахмурился Малк.

– А ты думал, почему я его Големом назвала? Именно за тупую мощь и силу! – бросила Эйша и доверительно добавила: – Кстати, давать прозвища – мой талант! Всем нашим именно я придумала. – Отстранилась, выжидая, но, так и не увидев нужной реакции, пояснила: – Да, тебе я тоже придумала!

Чувствуя подвох, Малк недовольно потер лоб.

– И какое же?

– Эттин. Сначала хотела Огром назвать, но… нет, Эттин тебе подходит лучше, – прищурив один глаз, сказала Эйша.

Благодаря колхаунским сказкам Малк теперь неплохого ориентировался в народной демонологии. И кличка его не обрадовала. Мало хорошего, когда тебя сравнивают со злобным двухголовым великаном, но еще хуже осознавать, что великан этот славен отсутствием интеллекта[5].

– А что насчет остальных? Почему у них такие имена?! – нахмурился Малк.

– У Стево, первого и старшего ученика Мастера, идущего по пути мага Пепла и потенциально способного стать долгожданным Наследником Школы… так вот, у него – Крыс. Причем по очень простой причине: в бою он сражается, натравливая на противника слепленных из Пепла крылатых крыс, – с готовностью принялась объяснять Змея. – Тут, сам понимаешь, другое имя и захочешь не дашь.

– А Кэйталин почему Птица? – скривился Малк, вспомнив имя еще одной ученицы господина Тияза, с которой они до сих пор не были знакомы. – Вместо крыс стаю птиц вызывает?

– Почти, – изобразила недовольную гримасу Эйша. – В бою она управляет огненным фениксом. Да так умело, что, если Больдо не врет, может даже на время сливаться с ним в единое целое.

– О! Тогда почему бы ее именно так и не назвать – Фениксом? – оценил грозное имя Малк.

И тем самым наступил на больную мозоль Змеи.

– Потому что слишком жирно будет для этой стервы! Птица она и быть ей таковой, пока я жива!!! – сорвалась на шипение Эйша, разом став похожей на подарившую ей прозвище ядовитую тварь.

Вспышка гнева Эйши заставила Малка удивленно вскинуть брови. Как-то это было чересчур бурно для просто женского соперничества. И немного приоткрывало завесу над взаимоотношениями между учениками господина Тияза. Братской и сестринской любовью там точно не пахло.

А еще его так и подмывало ехидно пройтись по второму имени самой Эйши, но он смог сдержаться… Впрочем, девушка рассказала сама.

– Что до того, почему такая замечательная я и вдруг Змея… – Она по-мужски расхохоталась. – Ну уж точно не потому, о чем ты там успел тайком нафантазировать! Я – Змея, потому что я – маг Родословной. И кровь монстра именно этой породы течет в моих жилах. Ясно?

– Да! Но… – Малк помедлил, однако решил сразу расставить все точки на «i». – Но сразу скажу, что твой Эттин меня не устраивает. Никаких двухголовых великанов! – Он принялся мысленно перебирать наиболее подходящие слова и образы. В памяти тотчас всплыла до сих пор лежащая в саквояже маска Лиса, и Малк решительно кивнул: – Если уж без прозвища нельзя, то лучше я буду Лисом!

Почему-то ему думалось, что никаких сложностей с его просьбой не будет. И потому был сильно удивлен, когда Эйша в ответ обидно захихикала.

– Ты сейчас серьезно?! – через смех выдавила девушка. – Малк, Святые ведают кем ты там себя мнишь, но кем ты точно не являешься, так это лисом. В глазах окружающих ты – здоровенный детина с двумя мясницкими тесаками. Ни больше и ни меньше! – Немного успокоившись, она добавила: – Конечно, ты можешь против этого выступать… как истеричка Кэйталин… бороться и всячески сопротивляться, но для всех все равно навсегда останешься огром, громилой, здоровяком или вовсе бычарой. Так что поверь, «эттин» далеко не худший вариант. Хотя бы звучит красиво…

Верить Эйше Малк не хотел, она зря сотрясала воздух. И упрямо решил, что ни на какие прозвища реагировать не будет и в будущем сделает все, чтобы отбить у подобного рода шутников всякую охоту юморить на свой счет. Он даже задумался о том, как бы это подоходчивей объяснить Змее – вот уж кто своему второму имени соответствует, так это она! – но девушка отвлеклась. Бросила случайный взгляд под ноги, чем-то вдруг заинтересовалась, вскочила и начала оглядываться.

– Погоди, это ведь законченный Защитный Круг на полу, да? – спросила она наконец, ткнув пальцем в почти правильный овал вокруг кровати.

Малк недовольно дернул уголком рта. Заметила все-таки! И как теперь все объяснять?!

– Он самый. Собственными руками линии вырезал и знаки Руноглифа наносил. Люблю, знаешь ли, чувствовать себя в безопасности! – попробовал отшутиться Малк.

Однако Змея была настроена неожиданно серьезно.

– Хоть ты и Эттин, но мозги все же имеешь. А значит, просто ради развлечения защитный ритуал проводить не будешь, – принялась рассуждать она, не сводя с Малка взгляда. – И какой отсюда вывод? Правильно, ты чего-то боишься. А раз так… раз так, Мастер обязан об этом знать. – Прервав попытку Малка объясниться, решительно бросила: – Ничего не говори. Идем к господину Тиязу, вот там все и расскажешь!

И, не дав Малку опомниться, выскользнула из комнаты.

Йоррох! Малк представил, как совсем скоро будет рассказывать лишенному лица Младшему Магистру о своем противостоянии с карликом, и его прошиб холодный пот. А ну как после его объяснения господин Тияз увидит в преследовании Малка магом или существом неизвестной силы угрозу для себя лично? Что тогда?! Уж чем-чем, а чрезмерной гуманностью он точно не отягощен. За примером даже ходить далеко не надо: достаточно вспомнить не прошедшего отбор ученика, превращенного в немертвого рыцаря, и воображение тут же начинает рисовать еще более мрачные картины.

А все Эйша, поимей ее воинство Пекла! Принесла же ее нелегкая…

Ничего удивительного, что к Мастеру он шел как на казнь. Ну а так как в гостях у Младшего Магистра Малк еще ни разу не был, то от его жилища он подсознательно ожидал чего-то пугающего и в то же время невероятного. Может быть, скрытого в тенях дворца с охраной из мертвецов, спрятанной под иллюзорными барьерами маленькой крепости с призраками на страже или вовсе таящегося в пространственной складке манора с десятком подчиненных демонов у входа… В общем, чего угодно, но никак не обычного двухэтажного коттеджа на берегу моря, подходящего скорее для состоятельного Бакалавра, чем для жутковатого и могущественного Тияза Черепа.

– Зачем пришли? – вместо приветствия сказал Младший Магистр, едва они вошли в небольшую гостиную на первом этаже дома. Сам хозяин в этот момент, сидя на жутко неудобном даже на вид стуле, читал какой-то околонаучный журнал, от которого он даже не удосужился оторвать взора. – Эйша, ты же знаешь, что сегодня у меня выходной и я не люблю отвлекаться на ерунду.

– Это не ерунда! – возразила Змея, ничуть не смущенная холодным приемом. – Я совершенно случайно обнаружила, что у вашего нового ученика есть некая проблема, из-за которой он даже во внутренней фракции спит внутри Защитного Круга! И вот…

– Тихо! – Шипение Черепа, казалось, заморозило все вокруг. Во всяком случае, Малку показалось, что даже часы стали тише тикать. – Я сам посмотрю.

От журнала Младший Магистр так и не оторвался. Однако чтобы вывернуть Малка наизнанку, это ему и не требовалось. Малк вдруг ощутил, как его сначала сдавило невидимыми тисками, а затем незримые щупальца проникли в голову и принялись шарить в мозгах. Впрочем, это могло быть лишь особенностью восприятия – насколько верным было его понимание происходящего, он не имел ни малейшего представления. Чего уж там, вздумай сейчас Малк оказать сопротивление, и он даже сделать ничего бы не смог. Слишком велик был разрыв и во Власти, и в умении ею владеть, и, Йоррох побери, в знании!

Все, что ему оставалось, это терпеть. И надеяться на благодушие господина Тияза.

– Вижу старую метку на Духе… Работа сложная, хитрая, сильно завязанная на Смерти и Иллюзиях. Раньше, до перехода в ранг Ученика, с ней вполне можно было что-нибудь сделать, но сейчас… сейчас поезд уже ушел. Она уже часть тонкого тела. И может быть разрушена лишь в ходе череды трансформаций Духа и тела, – заговорил господин Тияз лишенным эмоций голосом. – Что до остального… Нет ни следов вселения, ни потустороннего влияния или духовного перерождения под влиянием иномирной скверны. Он чист!

– Чист?! Но ведь есть метка! – воскликнула Эйша, отодвигаясь от Малка.

Господин Тияз издал свистящий звук, видимо заменяющий ему вздох, аккуратно закрыл журнал и отложил его в сторону.

– Теперь рассказывай, – приказал он Малку.

И Малк не без внутреннего напряжения принялся излагать свою историю взаимоотношений с «этим дедом Бонифацием». Знакомство в поезде во время нападения террористов и последующие столкновения на почве контактов со Смертью, ожившие картинки, кошмарные сны и всевозможные подлости, завязанные на потусторонней активности, – на эти темы Малк говорил максимально открыто, не скупясь на подробности. Умолчал он лишь о Семени Духа – раз уж исследование господина Тияза его не обнаружило, то и знать о нем ему не следовало.

– Дух из-за грани, вот уже год тебя преследующий и жаждущий сожрать… к тому же специалист по Смерти и Иллюзиям… Хм, это может быть кто угодно. Начиная от случайного обитателя какого-нибудь плана и заканчивая неправильно убитым демоном или бегающим от конечной смерти магом. Последние, кстати, встречаются довольно часто. В молодости с одним таким был даже знаком. При жизни он был Бакалавром Школы Песчаных Бродяг, а после смерти, пока не смог захватить себе подходящее тело, полсотни лет преследовал род убийцы, – после короткого размышления принялся объяснять господин Тияз.

– То есть этот проклятый Святыми карлик жаждет украсть мое тело? – осторожно спросил Малк. Кажется, его история никого здесь не удивила и уж тем более не напугала, а значит, подобно Хордолу умывать руки никто не станет.

– Необязательно. Укрепление собственного тонкого тела, похищение некоторых особых навыков, создание жизненно важной призрачной марионетки, часть эволюции особо редкого Тайного Искусства, в конце концов… Причин может быть великое множество! – развел руками господин Тияз, что в его случае выглядело верхом эмоциональности.

– И как мне тогда быть? Чего ждать и с чем бороться? – спросил Малк озадаченно.

– А как ты раньше действовал? Беречься, осторожничать, а попутно становиться сильнее и набираться знаний, по возможности в самых разных сферах магии. Тогда со временем, глядишь, и либо метку уберешь, либо карлика этого грохнешь… – Малку показалось, что Младший Магистр хищно усмехается, однако челюсти черепа были все так же сомкнуты. – Защитный Круг, кстати, вполне действенная мера. Во внутренней фракции, как ты сам убедился, несколько излишняя, но вне Школы – обязательная.

Череп замолчал и снова потянулся к журналу. Словно ни Малк, ни Эйша его больше не интересовали.

– Мастер, и это… все? Вы мне не поможете? – спросил Малк разочарованно.

Только-только пришло понимание, что жизнь его свела с достаточно сильным и знающим чародеем, чтобы не бояться «этого деда», как вдруг такое крушение надежд.

– Наличие врага или соперника – великолепный стимул к развитию. Другим приходится подобные ситуация специально организовывать, а у тебя уже все само собой сложилось. Такую удачу надо ценить! – ответил господин Тияз, и снова появилось впечатление хищной усмешки.

Про «стимул к развитию» Малку уже приходилось слышать раньше – аналогия была неприятной, и он недовольно нахмурился. Немедленно собрался возразить, принялся подбирать доводы, но… но затем глянул на то, что было у Тияза Черепа вместо лица, вспомнил про его падение и не произнес ни слова. Если кто что-то и понимал в стимулах, то именно Младший Магистр. И не Малку с ним спорить.

Он уже решил было, что беседа окончена, когда господин Тияз вдруг снова повернул к нему голову.

– К слову, о развитии… Ты закончил стабилизацию Нимба?

– Два последних посещения «давилки» хоть и не принесли никаких изменений, но… не знаю, – неуверенно ответил Малк.

Застой в уплотнении Нимба совпал с исчерпанием его запасов «Слизи илл-хота», так что в данный момент он ломал голову над тем, где раздобыть еще пузырек. И к такой постановке вопроса оказался не готов.

– Покажи, как работает сбор! – приказал Череп.

Малк кивнул и мысленно активировал формулу. До того медленно вращающийся Нимб моментально набрал скорость, и впитываемые Духом крохи Силы сменились на тоненькие ручейки. Причем произошло это гладко, ровно и совершенно естественно, без внешнего принуждения. Словно подобное было присуще Духу Малка с момента рождения.

– Отлично, – сказал господин Тияз удовлетворенно и, жестом отправив Эйшу прочь из комнаты, кивнул Малку на стул. – Раз фундамент для следующего рывка готов, пришло время обещанного тебе разговора. Садись.

Малк занял место по ту сторону стола, за которым сидел Младший Магистр, и выжидательно на него уставился.

– Ты уже убедился, что прежние методы тренировок не работают? – спросил господин Тияз, откинувшись на спинку стула.

Малк кивнул. О том, что Кристаллическое Сердце позволяет Духу развиться только до стадии Ученика, а дальше бесполезно, он знал и раньше. Но Мастер прав: принять данный факт он смог, лишь сделав несколько бесплодных попыток.

– И что думаешь? – спросил господин Тияз.

– Нужно искать Тайное Искусство, максимальное близкое к тому вектору развития, что задало Кристаллическое Сердце, – пожал плечами Малк, немного помедлил и добавил: – И которое не будет вредить моему и без того… пострадавшему организму.

Последние слова понравились господину Тиязу, и он хрипло засмеялся.

– О да, отравление Жизнью не менее неприятно, чем отравление Смертью… или любой другой Стихией. И при неправильном выборе направления развития чревато самыми пугающими отклонениями в практике!

Намек был понятен. Падение бывшего Наследника Школы Пепла очевидно было связано в том числе с отравлением Стихией, и, учитывая предпочтения Дома Черингар – врага Школы, – Малк даже догадывался, какой именно.

– И где ты думаешь брать нужное тебе Искусство? – продолжил импровизированный допрос господин Тияз. – Учитывая отсутствие связей и свою черную звезду в паспорте?.. Да-да, я знаю про твои проблемы с законом Борея…

Малк вздохнул. Ведь понятно, что Мастер подводит его к конкретной мысли, но зачем-то делает это окольными путями. Почему бы не сказать что нужно прямо?!

– Рассчитываю на вашу помощь. Благо после моего испытания на кладбище вы что-то подобное говорили…

Малк открыто встретил взгляд господина Тияза, но спустя пару ударов сердца отвернулся. Плещущаяся в глубине глаз Младшего Магистра Бездна откровенно пугала.

– На самом деле при наличии денег, времени и некоторого понимания того, как устроен этот мир, ты можешь достать несколько неплохих и вполне подходящих тебе Тайных Искусств. Достаточно добраться до хотя бы того же Содружества Ганзур, и местные за пять-шесть тысяч драхм продадут отличную трехзвездную методику развития… если не решат, что выгодней тебя продать на тот же Фэйду или не сдадут тамошней Темной Канцелярии, разумеется! – небрежно бросил в ответ господин Тияз и веско добавил: – Это я к тому, что есть возможность выбора, и тебя никто не принуждает принимать мою помощь…

Младший Магистр замолчал, словно давая подумать. Малк едва не расхохотался ему в лицо. Никто не принуждает?! И это после того, как его уже поставили ранее перед выбором между ученичеством у Тияза Черепа и изгнанием с острова?! Подобное лицемерие он разве что в исполнении госпожи Леары наблюдал…

Впрочем, в эту игру можно играть и вдвоем.

– Мастер, я все понимаю. И готов самым внимательным образом выслушать любой ваш совет, – изобразив поклон, произнес Малк.

– Хорошо, – удовлетворенно прошипел Череп. – Тогда слушай… Я хочу, чтобы ты занялся изучением Трех Призрачных Пульсов. Это голубое трехзвездное Тайное Искусство, добытое мной в одном брошенном стиксонском форте в Яванском поясе. Оно укладывается во все имеющиеся у тебя ограничения на развитие и идеально состыковывается с Искусствами, в основе которых лежит Кристаллическое Сердце… Ясно?

Как здорово, «я хочу»! Не «тебе больше подходит», не «у меня есть подходящее для тебя Искусство», а именно «я хочу». Но главное… главное, что никто никого не заставляет! Малка так и тянуло выругаться, но он молчал и прокручивал услышанное в голове. Йоррох! Голубое трехзвездное Тайное Искусство… Это ведь всего два шага до фиолетового ранга, которым владеют лишь высокие Дома! Мало того, если он его примет, то ему и о дальнейшем развитии не придется задумываться. По крайней мере, до пика ранга Бакалавра он точно сможет дорасти.

– И в чем особенность Трех Пульсов? Какие выгоды дает в ходе практики? – спросил Малк заинтересованно.

– Главная особенность в том, что это упрощенная версия гораздо более серьезного Тайного Искусства – Восемь Призрачных Пульсов. Которое имеет фиолетовый ранг и является частью той ветви развития, что практикуют некроманты нескольких Школ Стиксона, – со значением ответил господин Тияз.

– Некроманты… – протянул Малк.

О том, что для него жизненно важно на уровне Ученика изучать Смерть, он знал давно, но становиться некромантом… как-то это, на его вкус, было чересчур. В Борее такие маги почетом не пользовались.

– Чистый некромант из тебя уже не получится, можешь расслабиться. У всех следующих путями немертвых магов в центре первого Нимба всегда ключ на план Смерти – таково требование Восьми Призрачных Пульсов и других подобных Искусств, но вот упрощенная версия… здесь все гораздо примитивнее. И требования к практике далеко не столь жесткие, хватит склонности Духа к Смерти, – принялся объяснять господин Тияз.

– А кто получится? – подозрительно спросил Малк.

– Неплохой марионеточник, – пожал плечами Младший Магистр. – С уклоном в Смерть и способностью на пике Бакалавра управлять одновременно тремя куклами… Ну а что именно это будут за куклы – артефакты, духи-элементали или специальные марионетки – зависит от тебя.

Малк озадаченно наморщил лоб. Все, что он знал о марионетках, сводилось к паре параграфов из учебника для студентов Андалорского Общества магов и короткому сотрудничеству с кукловодом-неудачником в бытность грузчиком на вокзале. И образцом для подражания чародеи данной специализации ему не казались.

Хотя с другой стороны… господин Тияз ведь тоже марионеточник, который совсем не выглядит слабым или недостаточно влиятельным. Наоборот, в умении нагнать жути он далеко обогнал всех знакомых Малку магов. Авалонский Младший Магистр, давший бой демону, и тот внушал меньше уважения и страха, чем «какой-то кукловод» Тияз.

Так что, может быть, не все так и плохо?

– Кажется, мне не остается ничего другого, кроме как поблагодарить Мастера за щедрость, – с поклоном сказал Малк. – И я с радостью принимаю это Тайное Искусство!

Однако сказанного было явно недостаточно. Малк перехватил требовательный взгляд Младшего Магистра и лишь тогда запоздало вспомнил о цене. Магический мир Мритлока стоял на том, что за знания надо платить и ничто не дается даром. А значит, имелась своя стоимость и у Трех Призрачных Пульсов…

– Мои долги перед вами только растут. И я понятия не имею, как буду расплачиваться, – торопливо добавил Малк, разводя руками.

Сказанного оказалось достаточно, чтобы Тияз Череп перестал буравить Малка взглядом и медленно кивнул.

– Если ты про помощь со стабилизацией Нимба, то это долг перед Школой. Его ты выплачиваешь, работая во внешней фракции, – сообщил Младший Магистр. – К этому я не имею никакого отношения. – Далее он встал, подошел к окну и замер, скрестив руки за спиной. – Что до обязательств передо мной… У Эйши есть список заданий, выполнения которых я жду от своих учеников. Настоятельно рекомендую заглядывать в него почаще!

Несмотря на то что совет звучал как неприкрытая угроза, Малк несколько приободрился. Во взаимоотношениях с господином Тиязом наконец-то появилась некоторая определенность. И теперь больше не надо гадать, зачем Младшему Магистру вообще понадобился кто-то вроде него. Нужные ответы он сможет найти в списке Эйши… ну или хотя бы попытаться это сделать!

– А сейчас пойдем со мной. Раз уж ты решил практиковать Три Призрачных Пульса, то чем раньше начнешь, тем лучше! – бросил задумавшемуся Малку господин Тияз и, немного прихрамывая, направился в соседнюю комнату.

Причем о ее существовании Малк узнал, лишь когда Младший Магистр самолично открыл дверь. До этого момента на месте входа виделась ровная стена, а в голову не приходила даже мысль о наличии на первом этаже коттеджа еще одного помещения. Какой-то морок? Если добавить сюда же тот хитрый финт с обманкой из поединка с Жаком Ульем, то… то становится понятно, что интересы господина Тияза в магии выходят далеко за рамки общепринятых путей развития. И это делает его еще более привлекательным в качестве наставника.

– В виде записей нужное тебе Тайное Искусство я не храню, но, как ты сейчас убедишься, при наличии хорошего инструмента они и не требуются, – проскрипел господин Тияз из глубины тайной комнаты, а когда Малк переступил порог, встретил его неожиданным: – Надеюсь, ты лишен глупых предрассудков?

Малк вопроса не понял, да и не до того ему было. Помещение, куда его пригласил Младший Магистр, оказалось лабораторией, так что он – помня указание своего «начальника» от Темной Канцелярии – вовсю глазел по сторонам. Заставленные реактивами столы, несколько несгораемых шкафов, сложная конструкция из медных трубок, магических кристаллов и циферблатов на одной из стен, колбы с уродцами всевозможных форм и размеров на добром десятке полок и… Йоррох побери, парящее над колдовским рисунком в центре комнаты лицо. Просто одно лицо, с провалами на месте глаз и рта, подсвеченное изнутри розовым светом.

– Ч-что? – переспросил Малк, уставившись на самый яркий экспонат в лаборатории учителя.

– Предрассудков, спрашиваю, лишен? – уже раздраженно спросил господин Тияз и, поманив маску в виде лица пальцем, заставил ее перелететь к одному из столов. – Сам с моим самым ценным инструментом работать будешь или тебя заставлять придется?

– А что делать надо? – спросил Малк, сглотнув.

История про коллекцию, которой его пугала Змея, приобретала совсем иное звучание.

– Ничего особенного: надеть маску и влить в нее пару эргов Силы, – пояснил господин Тияз и показал пальцем на стул. – Но сначала сядь!

Тон не располагал к пререканиям, так что Малк быстро выполнил распоряжение учителя. Стоило ему плюхнуться на сиденье, как маска мгновенно выстрелила в его сторону и словно прилипла к лицу. Он даже дернуться не успел. Пересилил первое желание сдернуть ее и прислушался к себе. Каких-то неприятных ощущений необычный инструмент Черепа не дарил – на ощупь он был бархатистым и теплым, – но все равно вызывал подсознательное отвращение. И корни его крылись в происхождении маски. Почему-то Малк ни на мгновение не сомневался, что когда-то она была лицом живого человека.

– Не спи! – зло проскрипел Череп, и Малк, опомнившись, принялся выполнять нужную последовательность действий.

Сосредоточился, обхватил маску Властью, наполнил ее двумя эргами Силы… и едва не выругался, когда в его Дворец Духа ворвался поток структурированной энергии. Процесс занял всего несколько секунд, но был настолько болезненным, что у Малка вся спина покрылась потом.

– У тебя три дня на то, чтобы хорошенько все изучить и закрепить в памяти. Иначе полученное знание будет отторгнуто. Ясно? – небрежно бросил господин Тияз, жестом возвращая маску обратно в центр колдовской фигуры.

Малк, уже собравшийся было потребовать подробностей, вместо этого догадливо кивнул и скользнул сознанием в Дворец Духа. Быстро огляделся и среди имеющейся там зелени неожиданно обнаружил небольшой участок с голубыми цветами. Хватило одного касания вниманием, чтобы перед внутренним взором возник образ древнего рукописного фолианта и голос господина Тияза принялся читать описание Искусства Трех Призрачных Пульсов…

– Да, Мастер, яснее не бывает! – сообщил Малк, открывая глаза. И хотя следующий вопрос задавать не хотелось, все же спросил: – Как быстро я должен освоить это Тайное Искусство?

Младший Магистр издал холодный смешок.

– В нем шесть слоев. Три изучаются на уровне Ученика, еще три – на Бакалавре. И хотя обычно после перехода в ранг Ученика маги расслабляются и начинают тренироваться спустя рукава, я этого не одобряю. Поэтому жду, что ты доложишь о завершении изучения первого слоя через четыре-пять, может быть, семь месяцев, – небрежно сказал господин Тияз, словно речь шла о сущей ерунде, а не об изучении трехзвездного Тайного Искусства. – И как можно скорее подошел к изучению того, что составляет истинную ценность Трех Пульсов.

– Мастер, я буду стараться, но… после изучения Искусства еще будет время вырасти до пика ранга Ученика. Десять лет же впереди! – осторожно возразил Малк.

Но Череп не желал ничего слушать.

– В Школах Стиксона настоящие таланты за два года не то что Тайное Искусство осваивают, а пика ранга достигают! – жестко припечатал он.

– Но я не талант! – воскликнул Малк.

– Я знаю! Но если через полгода или около того не увижу подвижек в освоении первого слоя… Тебе это точно не понравится! – рявкнул господин Тияз.

После чего сделал повелительный жест, перед глазами Малка все завертелось, и он осознал себя стоящим на крыльце дома Мастера, уткнувшимся носом в запертую дверь.

– Выставил? Бывает… – раздался насмешливый голос Эйши, которая, как оказалось, никуда не ушла и ждала его здесь. – По слухам, Стево Крыса он однажды вообще своей артефактной тростью отлупил, и тот две седмицы с постели не поднимался. Так что, считай, повезло.

Однако Малк от слов Змеи лишь отмахнулся и осторожно спросил.

– А в какого Святого верит учитель?

Отношение господина Тияза к угрозам, привычка магией выставлять надоедливых гостей за порог – со всем этим Малк уже сталкивался в Андалоре, в храме Кетота. Если же вспомнить про излюбленную манеру другого Младшего Магистра – Жака Улья – к месту и не к месту поминать Рзавиана, то вопрос веры могущественных магов было далеко не столь праздным, как могло показаться.

– Учитель? Верит? Да плевать он хотел на всех Святых, вместе взятых. Он сам по себе. И верит только в себя, – засмеялась Эйша и знакомым движением потянула Малка за рукав. – Пойдем, наставник раньше говорил, что тебя надо приобщать к делам соучеников. И думаю, сейчас самое время этим заняться…

Впрочем, в тот день Малк с Эйшей не пошел. Мозги кипели от внедренного в них знания: полученную информацию было необходимо срочно «переварить» и сделать частью своей памяти. Причем уложиться следовало в три дня, и Малк до последнего не был уверен, что он справится.

Однако и бесконечно оттягивать знакомство с заданиями тоже не получилось.

Уже на четвертый день Эйша сама заявилась в дом к Малку, сунула ему под нос стопку листков, буркнула «Разбирайся!» и бесцеремонно завалилась на кровать. У Малка мелькнуло желание выгнать нахалку прочь, но он заглянул в первый же документ и… забыл, что хотел. Слишком любопытным оказался список заданий Мастера, чтобы обращать внимание на прочую ерунду.

– Восемь стеблей кровавника шестицветного, три корня зеленой лохматки, одиннадцать унций коры зеленой березы, один желудь Призрачного Древа… о, последнее я знаю! – пробормотал Малк, пробегая глазами по строчкам.

– Да, благодаря твоему испытанию ближайшие полгода никому из нас не надо будет ездить на это йоррохово кладбище, – сообщила Змея, закинув руки за голову и уставившись в потолок. – Еще бы как-то с травами разобраться… Хотя мне только за корой зеленой березы осталось съездить, а вот Больдо за свою часть из списка трав даже не брался. Неудачник! Не уложится в срок – Мастер ему такой пистон под хвост заправит, что мало не покажется…

Малк заглянул в следующие шесть листов, и в них также были перечислены каких-то редкие растения. Однако содержимое седьмого уже отличалось – там требовалось достать непонятную сущность крови Демонического Воина, а на восьмом и вовсе шло перечисление необходимых частей тела демонов и монстров уровня Охотник за плотью и даже Сборщика душ.

– Этим тоже ученики господина Тияза должны заниматься?! – спросил Малк ошарашенно, оторвав взгляд от потрясшей его бумаги.

– Ты про охоту на демонов? – Змея даже не повернула головы. – Да, но это необязательные задания и за них идет оплата. Если мне не изменяет память, то заказ на сердце Охотника за плотью оценивается в тридцать драхм и десять черных камней, а палец Сборщика душ стоит почти восемьдесят драхм и сорок камней…

– Не понял, что за камни? – нахмурился Малк, мимоходом отметив, что цены в драхмах страшно занижены.

– А, забыла… – Эйша покосилась на Малка и тяжело вздохнула. – Так господин Тияз оценивает те знания, что нам дает. На тебе вот сейчас долг в пятьдесят камней, на Больдо почти в сотню, а на мне в три десятка.

– Чем дальше, тем хуже, – пробормотал Малк, растирая вдруг заломившие виски. Оказывается, его долг имеет конкретное воплощение в собственной валюте Мастера. Очень интересно. – А что насчет Птицы и Крыса?

– Знаешь, вообще говоря, чужой карман это чужой карман, и лезть в него не следует. Но раз уж мы начали, то… Ни Стево, ни Кэйталин ничего Мастеру давно уже не должны: Крыс сам расплатился по счетам и Птице помог, – с плохо скрытым раздражением сказала Эйша. – И теперь их связывают с Мастером совсем иные, чем нас, отношения.

– Здорово, – криво усмехнулся Малк и отложил стопку листов в сторону.

Эйша немедленно возмутилась.

– Эй! – воскликнула она, приподнимаясь на локте. – Ты до самого важного не дошел! Самый последний листок…

Малк нахмурился, достал нужную бумагу и вчитался в текст.

Йоррох! Он действительно едва не пропустил то, что пропускать совсем не следовало. Свое первое персональное задание, стоящее, к слову, целых пять черных камней.

– Расследовать пропажу скота в деревне Моченые Хутора, найти виновного и покарать. К работе разрешается привлекать местные органы правопорядка и представителей власти. Избегать любых сопутствующих жертв среди населения и массовых разрушений, – вслух прочитал Малк и посмотрел на Змею. – Расследовать? Серьезно?!

Эйша пожала плечами.

– Остров Римма находится в зоне ответственности Школы Пепла. И власти имеют право просить о помощи в случае появления любой вредоносной магической активности. К тому же… – Эйша фыркнула. – Ведь именно ты первым столкнулся с источником данной проблемы, значит, тебе эту тему и развивать!

– Я?! – вырвалось у Малка.

– Дорогой Эттин, не заставляй в тебе разочаровываться! – грозно сказала Эйша.

И только тогда до Малка дошло, что речь шла о его столкновении с кошкодемонами, которые непонятно откуда появились в окрестностях внешней фракции и решили разнообразить рацион молодыми магами.

– А там точно те же самые твари? – спросил он подозрительно и принялся снова вчитываться в текст задания. Затем опомнился и добавил: – И я не Эттин!

– Эттин, Эттин… – отмахнулась, как от мухи, Эйша и продолжила: – Что до дела… Приедешь – узнаешь. Но можешь радоваться! Чтобы помочь втянуться в работу, в первый раз я буду тебя сопровождать. Радуйся!

Малк не выдержал и помянул Пекло, заставив Змею хрипло расхохотаться.

В Моченые Хутора они отправились в тот же день. Взяли уже знакомый Малку экипаж и двинули вдоль побережья по направлению к Лакону. Однако до самого городка пару верст не доехали, свернули в глубь острова. И почти полтора часа тряслись по ухабистой дороге до нужной деревни.

– Нормального транспорта разве нет? – в какой-то момент спросил Малк, не выдержав болтанки и отбив все бока о стенки кареты.

– Внутренним Мастерам и этого хватает, у них другие приоритеты в жизни, и личному комфорту отводится крайне мало места. Что до остальных… остальные терпят. Или на свои деньги покупают то, что им больше по душе, – пожала плечами Эйша и, доверительно наклонившись к Малку, добавила: – Хотя если честно, то у остальных едва-едва достает денег на собственное развитие, какая уж тут роскошь?!

Малка объяснение не устроило, на его вкус, с аскетизмом Школа явно перебарщивала. Вот только кто он такой, чтобы лезть со своим мнением?

Как бы то ни было, но до Моченых Хуторов они все же добрались. Экипаж не без лихости затормозил перед домом старосты, сначала Змея, а потом Малк выбрались наружу и немедленно принялись разминать затекшие члены. Впереди их ждало весьма утомительное дело, заниматься которым ни один из них не желал. И оба старательно оттягивали момент, когда им придется идти и искать представителей местной власти.

Однако те их нашли сами.

– Господа! Вы маги Школы Пепла, да благословят ее директора и Мастеров Девятеро?! – Из калитки в заборе внезапно выскочил бородатый мужик лет пятидесяти и принялся раболепно кланяться. – Я староста деревни и счастлив видеть в ней столь славных чародеев!

– Маги, маги… – со вздохом сказала Эйша, покосившись на Малка. С одной стороны, задание было его, но с другой… Именно Змея должна была учить Малка работать над поручениями Мастера и Школы, а значит, и общаться с местным населением предстояло тоже ей.

– Вот и славно, вот и славно, – запричитал староста и тотчас услужливо распахнул перед ними калитку. – Тогда прошу во двор. Только-только самовар поставили, за чаем будет ой как удобнее о нашем деле говорить…

Однако тратить слишком много времени на пустые беседы Малк не желал. И, поняв, что Змея возражать местному начальству не собирается, планируя сделать их пребывание в йорроховых Хуторах максимально невыносимым, взял переговоры в свои руки.

– Где околоточный? – спросил он решительно.

Староста осекся.

– Так ведь… я почему запрос в Школу-то отправил? Тварь, что к нам в деревню заглянула, именно околоточного-то первым и порвала, – с осторожностью начал он. – Сначала его, а потом знахаря нашего…

– И все? – нахмурился Малк.

– Слава Святым, да! – поклялся староста, приложив ладонь к сердцу. И перевел непонимающий взгляд на Эйшу.

Та пожала плечами.

– У господина Малка Эттина это первое задание, так что его невнимательность при чтении материалов вполне простительна… – с показным сожалением сказала Змея, повернулась к Малку и, достав из поясной сумки несколько заполненных бланков, помахала ими в воздухе.

Вот ведь стерва! Малк едва не взорвался. Значит, были еще бумаги, которые девушка из желания над ним поиздеваться даже не соблаговолила показать?!

Но демон уже вырвался из ловушки и толику уважения в глазах старосты он уже потерял, так что не оставалось ничего другого, кроме как продолжать гнуть свою линию.

– Я не книжный червь, чтобы ковыряться в бумажках! Рассказывайте, как все было, – с каменным лицом сказал Малк.

И местный начальник с готовностью закивал…

Со слов старосты, все началось седмицу назад, когда местный околоточный во время обхода деревни пересекся с неизвестной тогда хищной тварью и был зверским образом убит. Сначала все грешили на волка или рысь, случайно забредших в деревню, но затем из Лакона вернулся местный знахарь, провел вскрытие и обнаружил отсутствие сердца и почек. Для жертв дикого зверя это было несколько странно.

Знахарь сразу заподозрил демона, а вот староста больше грешил на заглянувшего в их глушь культиста. И настаивал на самостоятельных поисках – хотел выслужиться перед Школой. Что, как вскоре выяснилось, было большой ошибкой. Они только успели пару раз пройтись с проверками по дворам, прочесали ближайшие рощи, как следующим утром тварь – теперь уже были свидетели, которые разглядели истекающий кровью призрак человека без кожи, но с головой быка – наведалась в дом уже знахаря и устроила там бойню…

– Знахарь был магом? – спросил Малк.

– Только-только вытянул на Адепта, а вот околоточный тот почти до пика ранга добрался… – с непонятной гордостью сообщил староста.

– А еще Одаренные есть? – подала голос Эйша.

– Да чего им в нашей дыре делать-то? Они все в город рвутся… – грустно сообщил староста.

Малк и Змея переглянулись.

– Ну тогда новых убийств больше быть не должно. Тварь добралась до всех, кто ее интересовал. И скорее всего, сейчас она уже далеко отсюда! – сказала Эйша.

Малк не стал ей возражать. Благодаря книгам, которые он последние месяцы читал по рекомендации Мастера, Малк отлично знал, зачем кому-то могли понадобиться почки и сердце Одаренных. Все дело в жизненной силе, которой у магов в разы больше, чем у простых смертных. И раз обладателей колдовских способностей в деревне не осталось…

Малку неожиданно пришла в голову идея.

– А где останки жертв? – спросил он, чувствуя, как внутри разгорается азарт.

Староста странно на него посмотрел и перевел взгляд на Эйшу – кажется, он считал ее в паре магов наиболее адекватной. Та успокаивающе кивнула.

– Дык, похоронили их давно. Три дня уже как… – осторожно сказал староста.

– Веди! Хочу посмотреть на могилы, – потребовал Малк, подчеркнуто игнорируя поведение деревенского начальника.

Тот еще раз вздохнул, помянул Девятерых и, закрыв калитку в свой двор на навесной замок, повел их к деревенскому кладбищу. Оно располагалось в полуверсте от околицы, у самой опушки леса, так что многие могилы прятались среди деревьев. Привычной ограды здесь тоже не было – мир живых от мира мертвых отделяло кольцо камней, почти потерявшихся в траве. Впрочем, внутрь заходить и не понадобилось. Обе жертвы твари, даром что при жизни они считались в деревне уважаемыми людьми, были похоронены чуть в стороне от основного кладбища.

– Они… слишком плохо умерли, нельзя их к остальным, – набычился староста, поймав осуждающий взгляд Малка, а Эйша небрежно бросила:

– Местный обычай…

Малк равнодушно дернул плечом. В Колхауне у них тоже было полно заморочек с суевериями, но к своим, пусть даже мертвым, они относились со всем уважением!

До двух свежих могил компания, к которой присоединилось десятка полтора местных зевак, все же не дошла. Остановилась в паре саженей. Малк отправился дальше один – Эйша предпочла роль безучастного зрителя.

Присел на корточки у ближайшего могильного камня и, убедившись, что здесь похоронен именно бывший околоточный, запустил пальцы в рыхлую землю. Сосредоточился, сконцентрировал Власть на кончиках пальцев и с удовлетворением ощутил близость холодного сгустка энергии Смерти, смешанной с остатками жизненной силы. Недостаточно плотный, чтобы измерять его эргами, но вполне подходящий… для гадания.

– Что ты собрался делать? – спросила Эйша, все же не сдержав любопытства и подойдя ближе.

– Просто небольшой эксперимент… – огрызнулся Малк.

Постороннее внимание его раздражало. Будь у него сейчас под рукой гадательные кости, так выручавшие его в Андалоре, все было бы гораздо проще. Артефакты из демонической плоти сами брали на себя большую часть работы, и ему оставалось лишь правильно воздействовать Властью да не жалеть Силы. Но костей с ним больше не было, и Малк снова находился на перепутье, безуспешно пытаясь понять, сработает очередной ритуал или нет. И пусть теперь он разбирался в прорицании много лучше и мог избежать самых распространенных ошибок, гарантировать успех все же не мог.

А тут еще зрители, поимей их Йоррох своим флуром!

Волевым усилием стряхнув раздражение, Малк снова сосредоточился и нащупал найденный сгусток энергии смерти. Сформулировал четкое намерение узнать местоположение убийцы, принялся шептать нужную гадательную формулу и… к своему потрясению, осознал, что категорически не хочет заниматься здесь прорицанием. Не потому что боится, чувствует угрозу или предполагает неудачу – наоборот, надежда на успешное гадание вдруг сменилась твердой уверенностью! – а просто не хочет. Словно задуманное противоречило каким-то внутренним его принципам.

От понимания абсурдности происходящего с ним Малк ошеломленно выпрямился и медленно отряхнул ладони. Насколько было бы проще, будь это результатом внешнего воздействия, но… увы, ничего такого он не замечал. Странное нежелание гадать, используя посмертную энергию околоточного, было его собственным, пришедшим из глубин разума, оттуда, где хранилась память о…

– Клятва!!! – прошептал Малк потрясенно.

Клятва всегда и везде быть верным человечеству и не вставать под знамена Пекла – вот корень проблемы. Используя посмертную энергию околоточного, Малк приближался к той области магии, за которую традиционно «отвечали» демоны, и это пусть не напрямую, но конфликтовало с данным перед лицом статуи Кетота словом. И именно поэтому Малк подсознательно не желал гадать на остатках жизненной Силы, густо замешанной на энергии Смерти несчастного околоточного.

– Что случилось? – спросила Змея обеспокоенно.

Однако Малк лишь отмахнулся.

– Ничего… – Повернулся к старосте и, ни на что уже особо не надеясь, спросил: – А могильник для падшей скотины у вас есть?

Начатое следовало довести до конца. И раз насчет людей у него нарисовались неожиданные запреты, следовало проверить силы на животных.

– Есть, как не быть. Аккурат вон за тем ельником… – вместо старосты ответил какой-то мужик, и остальные зеваки одобрительно загудели.

Малк благодарно кивнул и решительно отправился в указанном направлении… чтобы спустя десять минут замереть перед участком свежевскопанной земли.

– А здесь что? – спросил он подозрительно. – Почему комья еще сырые?

– Так мы ж это… корову знахаря здесь закопали, и коня околоточного тоже… – вдруг став жутко косноязычным, заговорил староста.

Тут уже не утерпела Эйша.

– А кто говорил, что только околоточный и знахарь погибли?! – зашипела она точно змея.

Староста принялся переступать с ноги на ногу, пряча глаза.

– Разве скотина – это люди? – наконец выдал он, заставив Эйшу шептать ругательства.

– Как они умерли? – пресек бессмысленное выяснение отношений Малк, опускаясь, как и у могилы околоточного, на корточки.

Староста со вздохом пожал плечами:

– Да кто же его знает… Ни крови, ни требухи по стенам… Просто сдохли, и все. Ну а мы жадничать не стали и сюда их сволокли. Что там и как непонятно, но то, что тварь тому виной, можно даже не сомневаться…

Дальнейшее Малк уже не слушал. Снова запустил пальцы в землю, ощутил сгусток посмертной энергии, сконцентрировался на гадании… и через секунду вскочил.

На этот раз все было по-другому. Никакого внутреннего отторжения, никакого сопротивления Силы… Магия с неожиданной готовностью подчинилась его воле, словно он не Ученик с изуродованным Даром, а опытный прорицатель. И тому могло быть всего два объяснения. Либо так проявляло себя использование гадательных костей в ритуале трансформации Власти – хоть Малк о подобном и не слышал, но оно вполне укладывалось в логику законов магии, – либо… либо запрос «Где убийца?» был сделан в непосредственной близости от объекта поисков.

Словно подтверждая эти выводы, ритуал вытянул из его резерва единственный эрг Силы, соединил со сгустком посмертной энергии, таящимся под землей, и… заставил выплеснуться куда-то вовне, попутно создав в воздухе перед Малком сотканную из тумана стрелку.

Стрелку, наконечник которой смотрел строго вниз.

– Назад!!! – даже быстрее Малка среагировала Эйша, абсолютно верно интерпретировавшая происходящее.

И сама подала пример, отскочив подальше от участка свежевскопанной земли. Малк с радостью последовал бы за ней, но из-за ритуала его немного повело. Так что он оступился и упал на одно колено. А когда поднялся, отступать было уже поздно. На глазах у остолбеневших зрителей из-под земли выплыла тварь из рассказа старосты. Полупрозрачная, напоминающая лишенного кожи мускулистого человека с головой быка, и очень, очень злая!

– А-а-а!!! – истошный вопль кого-то из деревенских нарушил оцепенение, и пришедшие поглазеть на работу магов зеваки с завываниями рванули по направлению к деревне. Попутно едва не стоптав Эйшу.

На какое-то время Малк остался с тварью один на один.

Быкоголовый, продемонстрировав зачатки разума, выгоду ситуации моментально оценил и кинулся к кажущемуся беззащитным магу. На лету он уплотнялся и приобретал черты вполне реального, а не бестелесного монстра.

Только Малка неожиданными поворотами было не удивить. Немалый опыт позволил даже в таком положении сохранить голову трезвой, и, оценив перспективу схватки с обретшей плоть тварью, он сам рванул ей навстречу. Согнул пальцы на манер когтей, сконцентрировал на самых кончиках Власть и сложным движением вцепился человекобыку в грудь. Находящийся в пограничном состоянии монстр ничего не почувствовал и расплылся в уродливой улыбке, стереть которую получилось, лишь когда за физическим ударом последовала атака Рассеиванием. Для призрачного тела разрушающая энергетические структуры магия оказалась весьма неприятным сюрпризом. Тварь истошно завыла и, резко отшатнувшись, последним усилием воплотилась в реальном мире. Как знак успешного удара, на груди у нее осталась рваная рана, лишь самую малость не доставшая до сердца.

Вот только Малка теперь устраивал и такой вариант. Плавным движением вытянув из-за спины проклятый нож, он снова сократил дистанцию и в длинном выпаде попробовал довершить начатое. Клинок нацелился точно в центр раны – если бы атака Малка увенчалась успехом, то на этом бы бой и закончился! Однако списывать тварь со счетов было еще рано. В последний момент быкоголовый перехватил руку с ножом за запястье, а когда немного растерявшийся Малк попробовал освободиться, ответил мощный пинком в грудь.

В тот миг Малку показалось, что его лягнула настоящая корова. Ребра протестующе затрещали, дыхание перехватило, и он точно пушечное ядро отлетел в соседние кусты. Причем противник и не думал ему давать шанс прийти в себя. Быкоголовый сразу же кинулся за ним следом и… и с ходу влетел в возникшее перед ним облако сине-зеленого тумана. В облако, которое не только смогло его удержать лучше иных цепей, но и принялось разъедать его тело словно сильнейшая кислота.

– Малк, йоррохов ты сын!!! Вылезай и вжарь этой мерзости всем, что у тебя есть в запасе!!! – сквозь стиснутые зубы простонала Эйша, чья магия и спасла Малка от новых травм. – Долго я его не удержу, мой яд его плохо берет!

Девушка замерла в трех саженях от монстра и, вытянув в его сторону отсвечивающие сине-зеленым пламенем руки, словно бы стискивала пальцами нечто невидимое. Судя по искаженному напряжением лицу, справлялась она с трудом.

– Уже иду, – прорычал Малк, выпутываясь из кустов и одновременно запуская «лечилку». – Мне нужна пара минут!

Боль в груди тут же сменилась ощущением как от сотен и тысяч муравьев, запущенных под кожу. Но он этому не уделил ровным счетом никакого внимания. Главное сейчас было разобраться с тварью, все остальное – потом!

С тоской посмотрев на так и не выпущенный из руки проклятый нож, Малк покачал головой и его острием принялся вычерчивать вокруг плененного монстра оградительную линию. Благо, набив руку с Защитным Кругом, он мог это делать весьма и весьма быстро.

– Идиот, что ты делаешь?! – процедила Эйша. – Просто зарежь бычару!!!

– Рад бы, но, боюсь, против него это все же не сработает… – пыхтя ответил Малк.

И, дополнив рисунок десятком знаков Руноглифа, замер, сложив перед грудью ладони и мысленно настраиваясь на необходимое для обряда экзорцизма ощущение. Сформировал эмоциональный посыл к силе Четвертого Святого, вложил в него более половины резерва, скрутил все Властью и… и хлопнул засветившимися золотом ладонями по земле за границей нарисованного круга. Линии колдовской схемы отозвались мощной вспышкой желтого света, вторя которой человекобык тоскливо завыл и принялся вырываться с утроенной силой.

Однако было уже поздно. Изрядно поредевшее облако магии Эйши вдруг заиграло всеми оттенками радуги, закрутилось вихрем, а затем словно втянулось в тело твари… чтобы спустя удар сердца обернуться столбом пламени, очень похожим на то, что терзало Дух Малка во время ритуала трансформации Власти.

Когда же оно опало, то от человекобыка не осталось ни следа.

– Не знала, что ты владеешь экзорцизмом, – сказала Эйша хриплым голосом и осторожно опустила подрагивающие руки. – Вроде слабый гад, а неудобный просто сил нет. Скользкий, противный… Самый неудачный для меня противник. Во всяком случае, пока не стала Бакалавром…

– А что изменится тогда? – не удержался от вопроса Малк, разглядывая ладони.

Пропущенная через них Сила повредила кожу и пострадавшие места теперь ощутимо жгло.

– Бестелесные перестанут быть для меня проблемой, – пожала плечами Змея. – Знаешь ли, одно из преимуществ мага Родословной в том, что ты всегда знаешь, какой маршрут выберешь, шагая по дороге развития… – Прищурившись, она посмотрела на Малка. – А вот с тобой все гораздо интереснее. Мало того что жреческие штучки знаешь – хоть это и не редкость, – так еще и умеешь к месту их применять! Вот откуда тебе было известно, что экзорцизм против этого человекобыка сработает?!

– Я и не знал. – Малк усмехнулся. – Но догадывался. В Андалоре в схожих ситуациях он меня пару раз выручал, так почему бы не повториться этому и здесь?

– Да? Ну тогда, кажется, знаю, на какое задание тебя следует выманить, когда прорвусь в Бакалавры. Там твои навыки будут в самый раз! – совершенно серьезно заметила Змея, но пояснять свои слова категорически отказалась. Лишь на вопрос о своей странной уверенности в скором повышении ранга, покровительственно улыбнулась. – Что поделаешь, таков удел гениев!

Малку оставалось только сдавленно выругаться…

Увы, никаких трофеев победа над быкоголовым им не принесла. Демоническая плоть после смерти твари моментально распалась и грязной жижей впиталась в землю. И ни костей, ни каких-то иных полезных частей не осталось.

Единственная радость – это благодарность селян. После того как вернувшиеся в деревню Малк и Эйша смогли убедить прячущегося в доме старосту в гибели демонического монстра и даже сопроводили его с инспекцией на могильник, довольный глава Моченых Хуторов вдруг так расчувствовался, что вдобавок к бумаге о завершении задания расщедрился еще и на денежную награду. Малк и Эйша получили по три драхмы, что, может, и выглядело как сущая мелочь для богача вроде Жака Улья, но для сильно поиздержавшегося Малка стало настоящим спасением. Как и для готовящейся к переходу в Бакалавры Змеи.

Так что домой студенты Тияза Черепа возвращались несколько повеселевшими.

– Слушай, Эйша… А как здесь вообще зарабатывают? – Неожиданный денежный приз натолкнул Малка на новую мысль, и он поспешил ее озвучить.

– Если нет хорошей профессии с устоявшейся клиентурой, то выполняют задания, конечно, – по-мальчишески ухмыльнулась Змея.

– Но этого мало! – возмутился ответом Малк.

– Так бери больше! – парировала Эйша и рассмеялась. – И учись находить общий язык с местными. Как видишь, это полезно!

– Да кто спорит… конечно, полезно! Только если постоянно работать, времени на тренировки может и не хватить! – нахмурился Малк.

И, услышав вполне ожидаемое «Старайся успевать!», отвернулся к окну. Он весь прошлый год так старался, и больше что-то не хотелось! Но с другой стороны… если Эйша не знает ответа на его вопрос, это ведь не означает, что его не существует, правильно? А раза так… раз так, то этим следует заняться. Во всяком случае потом, когда появится чуть больше свободного времени. Сейчас же дома его ждала практика нового Тайного Искусства, и Малк был уверен, что, пока не достигнет в ней хотя бы минимального понимания, ни на чем другом всерьез сосредоточиться не сможет!

Глава седьмая,

в которой на остров Римма приходит Ночь

Хранилище артефактов во внешней фракции Школы Пепла представляло собой лишенное окон полуподвальное помещение со стенами из корабельной брони и входной дверью, толщине которой позавидовали бы иные банки. О магической защите и говорить не стоило – Малк даже на своем уровне развития ощущал работу по крайней мере трех следящих заклятий.

– Опять за Зеркалом? – Из подсобки, позевывая, выглянул работник хранилища.

– А зачем же еще?! – поморщился Малк. – Уж точно не потому, что у меня чересчур много драхм и я решил по доброте душевной добровольно с ними расстаться.

Ответом ему был лишь вежливый смех работника – так и не ставший Адептом Одаренный опасался чересчур фамильярничать с Учеником.

Что до йоррохова Зеркала Друзала, то ситуация с ним и вправду была… сложной. Руководство Школы не торопилось заниматься благотворительностью и задрало ставку аренды артефакта до одной драхмы в день. Если для дворян и детей богачей это и не было разорительно, то для кого-то вроде Малка сразу ложилось весьма тяжким бременем на бюджет.

И ведь ничего не сделаешь, ничего!

Нет, сначала Малк пытался практиковаться в новом Тайном Искусстве, что называется, честно, без внешних инструментов. Не из каких-то идеологических соображений, разумеется, а просто за неимением денег – на тот момент вместе с полученным от старосты Моченых Хуторов подарком у него было всего восемь драхм. Однако когда спустя месяц нашел-таки себе источник дохода, а заодно убедился в крайне низкой результативности чистых тренировок – освоение первого слоя Трех Призрачных Пульсов едва-едва сдвинулось с мертвой точки, – то сразу же озаботился арендой Зеркала. Точнее, сначала попробовал его купить, даже съездил ради этого в Нимад и Лакон, но, не найдя ничего подходящего для ранга Ученика, был вынужден воспользоваться услугами школьного хранилища артефактов. И теперь, зная о тамошних расценках, он совсем не удивится, если кто-нибудь скажет, что это именно руководство Школы убрало с рынка техномагических устройств двухзвездные Зеркала.

Но и это не все! Для получения артефакта мало иметь средства, необходимо еще и накопить некоторые квалификационные баллы. Та самая внутренняя валюта Школы, стимулирующая студентов выполнять нужные для руководства задания. И слава Святым, что Малка так удачно нагрузили работой в качестве «груши для битья». Как выяснилось, получаемых за нее баллов вполне хватало, не только чтобы покрывать ежемесячные выплаты по долгу за стабилизацию Нимба, «бесплатно» питаться в столовой и жить в собственном домике, но и иметь доступ к хранилищу. Одно слово – повезло!

Если бы еще эти баллы шли в зачет его кредита у господина Тияза, но увы, увы. Черные камни Младшего Магистра с внутренней валютой Школы никак не пересекались, и от персональных заданий было не отвертеться…

Однако в данный момент все это Малка волновало мало. И стоило заполучить в свои руки артефакт, он целиком сосредоточился на практике нового Тайного Искусства. Той вещи, что должна открыть перед ним двери могущества.

– Держите. Как всегда, возврат не позднее полуночи. Иначе штраф! – Из подсобки вернулся работник хранилища и поставил перед Малком коробку с Зеркалом.

Малк придирчиво осмотрел артефакт на предмет повреждений – полностью прозрачный куб с двумя окулярами на одной стороне и плавающей внутри решетчатой сферой хоть и имел на одной из граней несколько царапин, но на функциональности они никак сказаться не могли, – одобрительно кивнул и, прижав Зеркало Друзала к груди, покинул подвал. Впрочем, ушел он недалеко. Зал для медитаций находился в соседнем здании, Малку потребовалось лишь пересечь аллею и зайти в первую же дверь. А там… нашел свободный стол, снарядил артефакт к работе и начал тренировку.

Раньше ему казалось, что опыт работы с Дождем боли и Кристаллическим Сердцем станет серьезным подспорьем в изучении следующего Тайного Искусства. Что там может быть принципиально нового? Все то же погружение в Дворец Духа, та же настройка на колдовские фигуры и выстраивание циркуляции Силы… Ан нет, реальная практика быстро расставила все по своим местам. Сложность занятий Тремя Призрачными Пульсами находилась на совершенно ином уровне! И дело было не в каких-то особенно головоломных образах, цепочках символов или способности к концентрации Власти – хотя это тоже присутствовало. Нет, главная трудность в освоении «подарка» господина Тияза крылась в понимании метафизических принципов Искусства. В том, что плохо поддавалось описанию, не укладывалось в рамки примитивных словесных схем и требовало свободного владения принципиально новыми смысловыми концепциями. Не начни Малк с подачи Мастера изучать философию магии, и новое Тайное Искусство ему точно оказалось бы не по плечу!

А еще только после начала занятий стало ясно, почему для передачи Трех Пульсов Черепу понадобилось использовать посредника в виде загадочного лица-маски. Вместе с описанием Искусства пугающая «игрушка» давала понимание всех необходимых для тренировки первого слоя правильных настроек тонкого тела и выводила на нужные ощущения в практике. И это настолько облегчало обучение, что Малка просто не находил слов…

Очистив разум и отринув эмоции, Малк сформировал перед внутренним взором первый цветовой узор и, прислушиваясь к возникающим внутри Дворца Духа вибрациям, принялся корректировать ориентацию фокусирующих кристаллов и расположение пластин с колдовскими печатями. Ощутил усиление ментальной «дрожи», зафиксировал состояние и… следующий узор, следующее изменение настроек!

На двенадцатом шаге во Дворце чуть выше и левее Кристаллического Сердца возникло радужное мерцание, сложившееся в «диск» с сакральным рисунком. Внешне примитивным, но приобретающим невиданную глубину при более внимательном взгляде. Появлялось ощущение, что таящиеся за разноцветными линиями и пятнами смыслы как-то меняют мышление, капля за каплей преображают и трансформирую Дворец Духа, изгоняют лишнее и приумножают действительно ценное в тонком теле…

Увы, долго сохранить подобное состояние у Малка не получалось. Уже через час после начала тренировки, истратив пятнадцать эргов Силы, он терял концентрацию и загадочный «диск» пропадал из Дворца. Так повторялось раз за разом. И о том, что какой-то прогресс все же был, Малк мог судить лишь по все более и более ясному сакральному узору. Рано или поздно он обещал стать настолько четким, что намертво впечатается в реальность Дворца и уже больше никогда не исчезнет.

Завершения создания первого «диска» – а значит, и прохождения первого слоя – Малк ждал где-то через пару месяцев. Будь у него доступ к источнику Пневмы или чистой Смерти, то было бы быстрее, но пока он мог рассчитывать только на собственные силы. Они были, увы, не беспредельны. Те же пятнадцать эргов, уходящие на тренировку, Малк восстановил бы в подходящем источнике часов за семь, затем еще раз повторил практику Трех Пульсов и, как следствие, сократил оставшееся время занятий до месяца или около того… Однако ничего подобного у Малка не было. Единственный источник Школы представлял собой адскую смесь Огня со Смертью, что совершенно не подходило для его занятий. И слава Святым, что ему хотя бы пока не требовались эликсиры. Иначе совсем беда!

Ну да ничего, главное, дело двигается, и столь непростые в освоении вещи постепенно обретают духовное воплощение. Сначала первый слой, второй, третий… А там и до завершения освоения всего Тайного Искусства рукой подать! И тогда Малк наконец-то снова начнет развивать свои способности, шаг за шагом приближаясь к вершине ранга. Благо путь этот больше уже не был затянут туманом.

Единственное, что немного беспокоило Малка, это засевшее в глубине его Духа Семя. После трансформации Кристаллического Сердца оно больше никак себя не проявляло. Не помогало налаживать связи между новым и старым Искусством, не добавляло знаний, не расширяло способности и не трансформировало Три Пульса в нечто принципиально иное. Его словно бы не существовало! И если бы Малк своей Властью не ощущал слабые отголоски его присутствия в своем Дворце, он решил бы, что чужое Наследие разрушилось в процессе перехода на новый ранг.

Или все дело в том, что Три Призрачных Пульса еще не завершены?! Кристаллическое Сердце начало сплавляться с Дождем боли уже много позже завершения их освоения, а значит, и с новым Искусством могло быть точно так же. И какие-то шевеления следовало ждать не раньше, чем Малк станет Бакалавром и не пройдет в своей практике через все шесть слоев… Так получается? Ответа Малк не знал. И хотя он рад был бы обратиться за советом к учителю, делать это все же опасался. Непонимание мотивов господина Тияза, принявшего в помощники и ученики откровенно бесталанного мага, будило слишком много подозрений и на корню рубило любые ростки доверия…

По окончании тренировки оставлять у себя Зеркало Малк не стал и сразу же вернул его в хранилище. И так как в этот день занятий со студентами госпожи Мины не ожидалось, тотчас направился в кабинет к Жаку Улью. С толстяком он не встречался уже больше четырех седмиц, и у того наверняка накопились вопросы.

– Давно не виделись, «ассистент»! – вместо обычного приветствия сказал его несостоявшийся наставник, едва Малк появился на пороге. – А я уже было решил, ты так увлекся служением Черепу, что сюда совсем дорогу забыл.

Малк изобразил на лице виноватую улыбку. Возразить было нечего. Он и вправду слишком долго избегал визитов к толстяку. И оправдание придумать было сложно. Не скажешь же, что тебя вполне устраивает роль ученика и ты тяготишься необходимостью доносить на своего учителя? Причем не из-за какой-то особой верности к господину Тиязу – нет, настолько крепкие узы их еще не связывали, да и свяжут ли, – а из-за общей порочности подобного рода действий…

– Забыл? Как можно! – все же попытался изобразить возмущение Малк и извиняющимся голосом добавил: – Просто все как-то так сложилось: тренировки, учеба… С господином Тиязом опять же практически не виделся и заданий от него не получал…

Малку казалось, что этих слов будет вполне достаточно для оправдания, и он был совершенно не готов к взрывной реакции толстяка.

– То есть теперь ты здесь решаешь, когда и как приходишь ко мне на доклад?! – на манер злящегося Тияза Черепа прошипел Жак Улей. – Так получается?!

Обычно благодушное лицо толстяка вдруг исказилось, и в сторону Малка выстрелил сгусток структурированной магии Жизни. Он даже вздрогнуть не успел, куда уж там защититься, как заклинание Младшего Магистра вошло ему в грудь, кислотой растеклось по жилам и заставило застыть в колдовском ступоре.

– Надо было сразу это сделать, чтобы избавить от иллюзий и указать твое место. Но я, увы, слишком добр… И все этим пользуются! – сообщил самодовольно толстяк, понаблюдав некоторое время за потугами Малка пересилить его магию и вернуть себе способность к передвижению.

Картинно щелкнул пальцами и… похолодевший от ужаса Малк, переставляя конечности точно деревянная марионетка, сначала пересек комнату, а затем, вопреки своей воле, принялся передвигать тяжелый комод около одной из стен. Не помогли ни его явное нежелание это делать, ни сопротивление с помощью Власти, ни использование Рассеивания – Малк оказался просто не в состоянии сломить колдовское воздействие Младшего Магистра. И стал его живой куклой.

– Вот, теперь в самый раз… – Жак Улей окинул критическим взглядом новое местоположение комода и удовлетворенно кивнул. – Знаешь ли, давно хотел внести изменения в обстановку, да все недосуг. А тут ты так удачно подвернулся… – И издевательски добавил: – Так что спасибо тебе!

В тот же миг Малк ощутил, как к нему вернулась способность управлять собственным телом, и он обессиленно рухнул на удачно оказавшийся рядом стул.

– Урок понятен? – уточнил толстяк, удовлетворенно причмокнув.

– Понятен… господин Жак, – через силу выдавил из себя Малк, утирая льющийся по лицу холодный пот.

До настоящего момента он не испытывал ничего подобного. Пережитое чувство абсолютной беспомощности, слабости и тотального унижения чернильным пятном легли на его самолюбие и породили не страх, как, возможно, ожидал маг-призыватель, а глухую ярость. Ярость, которой он никак не мог дать выхода!

– Подобная небрежность больше не повторится, – продолжил он, приложив все силы, чтобы не показать бушующие внутри эмоции.

И, судя по реакции господина Жака, ему это удалось.

– Вот и ладненько… Так что ты мне расскажешь сегодня о своем наставничке? – с видом пастуха, вернувшего заблудшую овцу в стадо, спросил толстяк.

Малк дернул щекой. После столь жесткого прессинга со стороны куратора – пожалуй, именно как к куратору от Темной Канцелярии к толстяку теперь и стоило относиться, без всех этих «несостоявшихся наставников» – требовался четкий и ясный ответ. Но вот с этим и была проблема.

– Прошу прощения, но… докладывать по большому счету не о чем. За те два месяца, что прошли после получения от Младшего Магистра Тияза Тайного Искусства, я с ним виделся всего два раза. И за рамки короткого обсуждения моего понимания Трех Пульсов мы не выходили, – сказал он осторожно.

Жак Улей недовольно засопел. Затем окинул Малка придирчивым взором и хмыкнул.

– Про свои успехи в тренировках можешь не рассказывать. Вижу, что, даже едва прикоснувшись к изучению Искусства Смерти, ты уже получил кое-какую пользу. И дисбаланс между телом и Духом начал потихоньку исправляться…

Малку и самому казалось, что с некоторых пор ощущает себя… свободнее, что ли. Словно раньше у него была некая застарелая проблема, давно привычная и потому незаметная, а теперь она вдруг стала отступать, принося вполне ощутимое облегчение. В комментариях куратора он не нуждался, однако все равно с подчеркнутым уважением кивнул.

– Меня Тияз интересует, понимаешь? Так что давай с самого начала все, что про него вспомнишь. И не беда, если придется повториться. Понял? – сказал Младший Магистр вальяжно.

– Конечно, господин Жак. – Малка аж с души воротило от собственной услужливости, но изменить он ничего не мог, и приходилось, сжав зубы, терпеть. – Но сразу скажу, что интересующую вас легендарную коллекцию «лиц» Тияза Черепа я не видел! Единственное, с чем пришлось столкнуться, это артефактная маска… Но я не уверен, следует ли ее считать «лицом»…

– Ты про Морду? – странным голосом, в котором угадывались нотки черной зависти, спросил Жак Улей. – Это не совсем то, но… про нее во всех подробностях! Слышишь?! Во всех!

Малк, впервые узнавший, что загадочный инструмент, посредством которого он изучил новое Тайное Искусство, имеет название, даже немного растерялся от подобного напора. Эта… Морда настолько уникальна? Или жгучий интерес к ней куратора Темной Канцелярии имеет какую-то другую причину? Вопросы множились, но ответы на них никто давать ему не спешил. И он, вздохнув, в который уже раз принялся описывать свой опыт знакомства с необычным магическим инструментом Тияза Черепа.

Судя по всему, история Малка оказалась достаточно интересной, потому как под конец встречи к Жаку Улью вернулось благодушное настроение, и он принялся посматривать на своего… видимо, все-таки агента с молчаливым одобрением. Малк, сделавший достаточно уступок своему характеру, не удержался и повернул беседу в несколько неожиданное для толстяка русло.

– Господи Жак… А можно личный вопрос? – спросил он со всем возможным смирением.

Дождался, когда толстяк, погруженный в какие-то свои мысли, кивнул, и сказал:

– В свете того, кто является нашим общим покровителем и работодателем, хочу просто уточнить один момент в нашем с вами сотрудничестве…

– Какой же? – мгновенно насторожился толстяк.

– О, ничего особенного! Всего лишь мое вознаграждение… – Малк с безмятежным видом улыбнулся. – Нет, каково наказание, я примерно понял, но… там где кнут, должен быть и пряник. Так что я получу за то, что вынужден доносить на своего наставника?

Просьба даже на слух звучала мерзко. Но, как говорил когда-то Толфан, даже попадание в дерьмовую ситуацию – не повод отказываться от получения выгод. Вот Малк и старался следовать наставлению своего бывшего друга. А вопросы морали и собственной верности пока предпочел оставить на потом.

– Что, прости, получишь? – переспросил чуточку растерявшийся толстяк, который явно с особым трепетом относился к теме богатства.

– Десяток драхм за… – Малк не без презрения к себе хмыкнул, – за донос вполне пристойная цена. Сами знаете, практика требует денег. Так почему бы вам, как куратору, не сделать мой путь развития более гладким?

Это было попадание в десятку. Толстяк, до которого даже не сразу дошло, о чем Малк ведет речь, аж задохнулся от возмущения. Покраснел, вытаращил глаза, принялся гневно трясти пальцем. Малк уже приготовился к злой отповеди или, того хуже, повторному превращению в марионетку, но… господин Жак отчего-то сдержал ярость. А как немного успокоился, ровным голосом сообщил:

– Как принесешь что-то достойное внимание, я… обдумаю твою просьбу. А пока же… пока пошел вон!

И выставил Малка за дверь. Попытку обогатиться за счет представителя Темной Канцелярии можно было считать провалившейся.

Впрочем, Малка это особо не беспокоило. Своей эскападой он не столько рассчитывал добыть денег, сколько пытался проверить границы своей свободы. Превращение в марионетку его откровенно напугало, и возник страх, что помимо тела призыватель влияет еще и на его разум. Но способность «ударить» по больному месту толстого любителя золота эти страхи развеяла. Что уже было неплохо.

Малк вышел на улицу и замер на крыльце. Несколько раз сжал и разжал кулаки, осторожно повел плечами, хрустнул шеей – вдруг накатило ощущение, что тело снова не его собственное, а затем решительно встряхнулся и направился к одной из административных построек внешней фракции. Впереди его ждала следующая встреча, так что переживания по поводу выпавшего на его долю испытания следовало до поры до времени отложить.

– Ты опоздал! – вместо приветствия сказал невысокий бородач, гремя ключами у дверей склада, куда Малк прибежал сразу после беседы с Жаком Ульем.

Малк виновато развел руками:

– Что поделаешь, учеба… А ты деньги приготовил?

Бородач хмуро на него покосился из-под густых бровей, засопел, после чего спрятал ключи и отошел к притулившемуся у окна столику. Еще раз бросил мрачный взгляд на Малка и бухнул на столешницу туго завязанный кожаный кошель.

– Вот, как и договаривались… Сорок три драхмы! – буркнул он.

– И двадцать оболов, – педантично добавил Малк.

– Ладно, и двадцать оболов, – покладисто согласился бородач. И демонстративно доложил в мешок две мелкие монетки. После чего потребовал: – С тебя «лечилки». Сорок восемь штук, как обещал!

Малк широко улыбнулся и принялся выкладывать из специально захваченного с собой саквояжа коробки с кристаллическими стержнями, заряженными Малыми исцеляющими чарами.

– Здесь сорок девять. Одна для проверки, – сообщил он наконец, когда пять упаковок заняли свое место около мешка с деньгами.

Бородач довольно кивнул и, бегло проглядев содержимое, вытащил наугад один сосуд. Повертел в руках, зачем-то понюхал, разве что на зуб не попробовал, и решительно сломал. На непонимающий же взгляд Малка пояснил:

– Утром локоть ушиб, до сих пор ноет. Так что сам понимаешь…

Подождал пару минут и закатал рукав. На коже красовалась уже подсохшая ссадина и легкая припухлость, которая бледнела на глазах.

– Ага, работает… – довольно пробормотал бородач и, забыв о локте, принялся перекладывать коробки уже в свою сумку. – Я завтра в Нимад еду и попробую твои игрушки морякам продать: им чем дешевле, тем лучше. А то наши больно разборчивые стали. От «лечилки», сделанной из чистой Пневмы, нос воротят. Все им Жизнь подавай… На то же, что запечатанное в сосуде заклинание сотворено Властью в оранжевом ранге, им плевать! Идиоты… Правильно говорю?

Малк кивнул. Хотя он бы сделал это, даже если бы у него и имелись какие-то возражения. Бородач, а по совместительству ответственный за закупки помощник управляющего всем хозяйством внешней фракции, вот уже второй месяц был его главным источником дохода в Школе Пепла. И портить с ним отношения он категорически не желал.

Началось все после дела с расследованием убийств в деревне Моченые Хутора. «Подарок» старосты словно пробудил Малка от спячки, напомнив, что неплохо бы задуматься о восстановлении потерянного благосостояния. И он принялся перебирать все доступные варианты… которых, увы, оказалось совсем мало. Находящейся на отшибе Школе не требовался специалист по уборке стен от низкоуровневых магических воздействий, работа грузчика предполагала каждодневные многочасовые поездки в тот же порт Нимад, а местная лечебница была полностью укомплектована сертифицированными магами-лекарями. Так что выбирать приходилось между пассивным ожиданием денежных заданий от Школы или Мастера и… изготовлением одноразовых артефактов-«лечилок» с последующей самостоятельной продажей.

Была, правда, еще одна возможность. Малк, сколь бы это ни было унизительно для Ученика, мог тупо продавать излишки энергии Пневмы Школе. И он даже узнал расценки. Но заявленные восемь оболов за десять эргов – против одной драхмы в метрополии – заставили махнуть на данный способ заработка рукой. Мало того что позорно для мага его уровня, так еще и деньги приносит откровенно смешные. Нет уж, хватит с него налога на Одаренных. По доброй воле заниматься бессмысленной тратой своего потенциала он не станет!..

С заданиями, правда, тоже получалось не очень – осыпать золотом при минимуме усилий его не спешили, – и он сосредоточил свои усилия на том, что наловчился делать еще в Андалоре, на «лечилках». Купил в хранилище артефактов заготовки под сосуд, благо стоили они примерно так же, как и в метрополии – один кристаллический стержень продавался по пятьдесят оболов, – и приступил к работе.

Причем математика была простая.

На его нынешнем уровне на создание заклинания «лечилки» уходила одна и шесть десятых эрга – один тратился на само заклинание, и шесть десятых забирало запечатывание. Резерв же Малка составлял двадцать эргов, и после ежедневной утренней тренировки с Тайным Искусством он уменьшался до пяти. В течение последующих пяти часов запасы магии Малка восстанавливались до уровня в десять с половиной эргов, а значит, он мог себе позволить сделать четыре «лечилки». Что снова опускало уровень наполнения резерва до чуть более четырех эргов. К сожалению, естественным путем восстановиться к следующей тренировке после подобного падения было невозможно, и Малку приходилось медитировать с формулой сбора. Три часа перед сном, которые он вполне мог бы потратить на что-то более полезное вроде чтения книг или дополнительных тренировок. Но… увы, увы! И все опять возвращало Малка к необходимости иметь доступ к подходящему источнику. Источнику, которого рядом просто не было.

Первые свои «лечилки» Малк пытался продать сам. Нимад, Лакон… он не побрезговал заглянуть даже в пару деревень, однако наладить контакт с местными, как советовала Змея, не смог. Принимать одноразовые заклинания у неизвестного Ученика перекупщики и приказчики в лавках магических товаров явно не спешили. Малк даже начал было отчаиваться, как вдруг услышал разговор двух преподавателей внешней фракции про ушлого помощника управляющего, и его осенило: зачем брать на себя работу, в которой он ничего не смыслит, если можно положиться на профессионала? И пусть при наличии посредника о большой прибыли можно забыть, свой кусок пирога он все же получит. Главное, найти правильного человека.

Таким человеком и стал для Малка бородач. Его даже особо убеждать не пришлось. Достаточно было показать имеющиеся сосуды с заклинаниями, немного поторговаться, чтобы торгаш не только согласился выкупать у Малка «лечилки» по цене в сто сорок оболов за штуку, но и предложил помочь с закупкой заготовок под сосуды в счет следующей партии…

И вот сегодня они закрывали первую их действительно крупную сделку. Сорок три драхмы и двадцать оболов! Кошелек Малка уже истосковался по подобным суммам! Одна беда, тридцать драхм из нее сразу же уходили на оплату месячной аренды Зеркала Друзала, что оставляло Малка с жалкими тринадцатью драхмами, но и это было неплохо. Добавить сюда чуточку подросший запас в одиннадцать драхм, и уже понятно, что край финансовой бездны потихоньку отдаляется.

Территорию внешней фракции Малк покидал в несколько приподнятом настроении, которого не смогло испортить даже воспоминание о неожиданном повороте в «общении» с Жаком Ульем. Всегда легче жить, когда можно не думать о финансах. Тогда остается время и на фантазии о будущем, и на обдумывание способов достижения вполне реалистичных целей. Вроде и не в деньгах счастье, а без них никак…

Он уже миновал ворота Школы и направился к повороту на дорогу во внутреннюю фракцию, как был неожиданно остановлен окриком:

– Чего радостный такой? Клад нашел?

Сегодня явно был день встреч. Чуть в стороне от входа стоял знакомый экипаж, и из распахнутой дверцы весело скалился Больдо.

– Давай сюда, дело есть! – махнул второй по могуществу ученик господина Тияза.

И Малк нехотя двинулся к карете. Он-то предполагал, что сейчас за несколько часов доберется до дома, распечатает припасенную бутылку вина и устроит в честь завершенной сделки вечер отдыха с хорошей книгой, но… видимо, сегодня не судьба.

– Что такое? – спросил он, нахмурившись.

Вообще, с Големом они не так чтобы сильно приятельствовали. И встреча именно с ним, а не с Эйшей, выглядела необычно.

– Задание Мастера, что ж еще может быть? – оскалился Больдо. – Крыс с Птицей сейчас в Яванском поясе шорох наводят, Эйша с поручением на соседний островок отправилась. Вот нам за всех теперь и отдуваться…

– Задание? – переспросил Малк, усаживаясь рядом с братом по учителю. – Ночь на носу. Какие сейчас могут быть задания?!

На острове Римма и вправду неумолимо приближалось время очередной Ночи Йорроха. Местное бюро бедствий уже распространило информацию, что Пекло предпримет попытку прорваться в реальность Мритлока вечером следующего дня. И Малк даже не поленился узнать дорогу до входа в укрытие внутренней фракции Школы – чтобы не пришлось в последний момент опять бегать по улицам. Но вот чего он не предполагал, так это подобного поворота, грозящего мрачной перспективой провести еще одну Ночь снаружи.

– В этом и вся соль, дружище! – рассмеялся Больдо. – Именно с Ночью наше поручение и связано.

Малк помрачнел, достал из сумки небольшую фляжку с отваром шуйсю – после успешного гадания в деревне Моченые Хутора у него снова появилась демоническая отметина – и сделал солидный глоток. Едкая горечь прояснила мозги лучше крепчайшего кофия, и он наконец решительно кивнул.

– Я готов, излагай!

– Ты чего так напрягся-то? Расслабься, обычное же дело! – сказал Голем, толкнув Малка локтем.

Однако заметив, что соученик сохраняет серьезность, вздохнул и принялся объяснять.

Новое задание было продолжением истории с убийством околоточного и знахаря. В то время как Малк считал, что демон найден и дело закрыто, в действительности число схожих нападений продолжало расти. В Нимаде уже трижды в ходе облав уничтожали похожих на кошек порождений Пекла, еще десяток бестелесных тварей с головами коров упокоили в селах по всему острову, и еще столько же случаев только предстояло расследовать. Остров Римма словно охватила эпидемия убийств слабых Одаренных, которой не было ни конца ни края. Жандармы сбивались с ног, пытаясь разобраться сразу со всеми случаями, и запросили помощи у Школы Пепла…

– То есть этим не только ученики господина Тияза занимаются? – перебил его Малк.

– Разумеется. Половину внутренней фракции привлекли. – Больдо хищно ухмыльнулся. – Тех, кто послабей, отправили на усиление охраны ключевых населенных пунктов. Сильных же… М-да, к сильным в Школе особый подход. Вот и задания у нас тоже свои.

– Больдо, хватит ходить вокруг да около! И не забудь про связь с Ночью, – поторопил Голема Малк.

– Ладно-ладно, – рассмеялся Больдо и, посерьезнев, принялся объяснять: – Мастера Школы считают, что нашествие демонических тварей это лишь вершина айсберга. И за ними прячется активность одной, но довольно-таки специфической гадины. Любительницы загребать жар лапами свежеслепленных миньонов… всех этих кошкодемонов и человекобыков.

– Что-то вроде матки в улье? – уточнил Малк.

– Не совсем, – замотал головой Больдо, – но смысл похожий… Так вот, все происходящее не более чем дымовая завеса, и главный удар еще впереди. А раз так, то нанесен он будет в момент, когда тварь будет находиться на пике могущества. То есть в Ночь Йорроха.

– Может, Мастера и о имени гадины догадываются? – спросил Малк.

– Конечно. Все сходятся на том, что это «шалит» Трехголовый из Хеймдарка. – Голем пожал плечами. – Тварь своеобразная, уровня Охотника за плотью.

– Охотник за плотью… – повторил Малк ошарашенно. С противниками, сопоставимыми по силе с Бакалаврами, он еще не дрался. – И какая у нашего Трехголового цель? Кто достоин его личного участия в нападении?

– Про достоин это ты хорошо сказал, – скривился Больдо. – Подобного рода твари на мелочи не размениваются. Им подавай резню и ручьи крови, никак не меньше…

– Убежище! – догадался наконец Малк. – Мастера думают, что в Ночь Йорроха этот гребаный Трехголовый нападет на убежище… Нигде больше столько смертных и слабых Одаренных, собранных в одном месте, ему точно не найти! – Однако тотчас пришедшая в голову мысль заставила его нахмуриться. – Но разве это возможно? По идее, стены должны даже Слушающего Бездну без проблем останавливать, а наша тварь…

– …а наша тварь для этого слишком слаба! – с полуулыбкой кивнул Больдо. – Вот мы и посмотрим, как Трехголовый собирается выкручиваться.

Увы, добираться до места назначения пришлось долго. Убежище, где Малку с Больдо предстояло встречать Ночь Йорроха, располагалось на северной оконечности острова, в городке под названием Толок. И дорога туда заняла почти десять часов.

По приезде сразу же направились гостиницу – местный мэр заранее распорядился подготовить им лучшие номера, – так что к гигантскому трехбашенному флактурму у них получилось отправиться лишь утром следующего дня.

– Слушай, я вчера еще заметил: ты чего грудь трешь? Рана? – неожиданно спросил Больдо, когда они после завтрака наконец оказались перед входом в убежище.

И замерли, меланхолично наблюдая за вереницей людей, входящих в черный зев широко распахнутых врат. Местная власть очевидно не любила, когда население ударяется в панику, и предпочла провести эвакуацию заранее.

– Ерунда. Я крепкий, да и «лечилка» помогает. Так что сегодня-завтра все заживет, – отмахнулся Малк, но, поймав серьезный взгляд Голема, со вздохом пояснил: – На занятие, где я в качестве «груши» подрабатываю, заявился студент, который уже четыре года во внешней фракции учится. И…

– И показал тебе, куда Святые Йорроха гоняют! – засмеялся Больдо. – Это нормально. А то ты небось уже себя непобедимым возомнил. Решил, что сильней тебя Учеников больше и нет…

Малк, у которого и в мыслях не было ничего подобного, лишь неопределенно дернул плечом. Опыт опытом, но особо сильным он себя не считал. Разве что так, самую малость. Поэтому и к поражению от коллеги, успевшего продвинуться в развитии чуточку дальше, отнесся философски. Он ведь по большому счету все тот же Адепт: ни освоенного Тайного Искусства, ни новых заклинаний, ни расширенного арсенала ритуалов и знаков Руногоглифа. Единственное, чего достиг за шесть с лишним месяцев обучения в Школе Пепла, – это расширил свое понимание принципов магии и… все. Начало тренировки первого слоя Трех Призрачных Пульсов не в счет. А раз так, то и поражения неизбежны. Сегодня его раскатал в блин маг-элементалист, владеющий Огненной Ладонью, завтра заставит сдаться призыватель, а послезавтра… что ж, возможно, послезавтра уже он возьмет реванш и считать синяки и трещины в ребрах будут его противники.

– Жаль, конечно, что ты не идешь по пути закалки тела, – продолжил рассуждать Больдо. – Для такого здоровяка, как ты, трансформация в неуязвимого воина, который кулаками крушит высокоранговые Щиты и до определенного момента не боится атакующей магии, самое оно. – Соученик с усмешкой покосился на Малка. – Будешь… как там тебя Эйша назвала… Эттином не по имени, а по сути!

– Больдо, хоть ты-то не начинай, – поморщился Малк, который уже устал ругаться со Змеей из-за придуманного ею прозвища.

– А что? Нормальная кличка, боевая! – совсем уж неприлично заржал Больдо. – Ничего, ты подожди. Эйша девчонка деятельная, рано или поздно доберется до внешней фракции и сделает все, чтобы о твоем втором имени знало как можно больше народу. Вот тогда ты запоешь…

Малка при этой мысли передернуло. Он постарался свернуть разговор с раздражающей темы.

– К Йорроху Эттина! Лучше про свое развитие расскажи… Эйша что-то про артефакт говорила, и, на мой вкус, это гораздо более удивительно, чем путь закалки тела!

– Да, я парень особенный, – ухмыльнулся Больдо, однако продолжил все же серьезно: – Насчет артефакта Змея правильно сказала. Это Каменный Крушитель – магическая четырехзвездная алебарда синего ранга. Она уже четыре века в нашей семье от отца к старшем сыну передается и служит основой развития как магов. Но вот насчет сравнения с путем закалки тела… Малк, одно другому не мешает. Крушитель – игрушка серьезная и просто так в руки не дается. Чтобы полноценно владеть ей, нужно быть Младшим Магистром. Если же начинаешь с ней работать раньше, то… возможны проблемы. Вплоть до смертельного исхода…

– Почему? – перебил Малк.

– Организм не выдерживает мощи артефакта, – скривился Больдо. – Так что слава Святым, что жизнь меня свела с господином Тиязом. Именно он показал мне дорогу развития тела, и именно благодаря ему я стал тем, кто есть сейчас, и с оптимизмом смотрю в будущее. Не будь его, и кончил бы как мой дед, не дожив до сотни. Теперь же… – Голем поднял валяющийся под ногами камень, демонстративно его сжал и… высыпал из ладони песок. – Теперь многим Бакалаврам на моем пути лучше не становиться!

Малк задумчиво посмотрел на его руку, потом на свою – у него лапища была никак не меньше, но камни крошить в песок он не мог – и едва слышно хмыкнул. Действительно впечатляет. Добавь к этому устойчивость к магии, магическую броню, разного рода усиления, вручи заговоренный меч или, как у Больдо, алебарду, навесь пару амулетов – и получится настоящая машина смерти. Может, и вправду засунуть куда подальше Три Призрачных Пульса да и попросить господина Тияза помочь перейти на путь закалки тела?

А, к Йорроху! Коней на переправе не меняют. К тому же Малк ко всем этим отклонениям от ортодоксального развития мага, где Дух первичен, а тело вторично, относился весьма скептично. Не по душе ему это, слишком противоречит внутренним устремлениям и жизненным ориентирам! Все-таки цель мага – развитие не тела, но Духа…

Малк ненадолго задумался, перестав обращать внимание на окружающих. Поэтому пропустил момент, когда Голем обратился к нему с вопросом. Старшему соученику пришлось повторить сказанное еще раз.

– Говорю, все забываю у тебя спросить, зачем ты к Жаку Улью ходишь. Мне уже несколько человек донесли, что уведенный нашим Мастером ученик что-то зачастил к своему прежнему учителю. Вот и интересуюсь, – сказал Больдо с некоторым недовольством.

И Малк мысленно помянул Йорроха. То, что равно или поздно, но объяснять свою «дружбу» с Младшим Магистром все-таки придется, он знал, но почему-то надеялся, что время это настанет несколько позже.

– Даже не знаю, как это объяснить. Просто… просто в период учебы в Андалорском Обществе магов, когда мне, как провинциалу, очень не хватало поддержки, господин Жак очень помог со своими поисками ассистента. Уж понятия не имею, какие там у руководства Общества взаимоотношения с Младшим Магистром, но они настойчиво искали того, кто согласится отправиться к нему на остров Римма. Сам понимаешь, желающих было мало. И мне удалось в обмен на свое согласие выбить некоторые льготы… – озвучил Малк заранее заготовленную легенду. Врать было неприятно, тем более относительно общения со столь мерзко показавшим себя Младшим Магистром, но… какой у него выбор? – Ну а теперь я всего лишь выполняю свой долг перед… благодетелем. Помогаю в некоторых его опытах, выполняю мелкие поручения. Понимаю, что это может несколько огорчить господина Тияза, поэтому – какие бы истории ни рассказывали доносчики – и встречаюсь с Жаком Ульем не так чтобы часто.

– А… долг, обязанность, прочая ерунда, – поморщился Больдо, выслушав Малка. – Ты еще не понял, что обязательства у мага могут быть лишь перед Учителем, родом и государством – да и то с оговорками, все остальное лишь препятствия на его пути к могуществу. Ну да ничего, рано или поздно поймешь! – Старший соученик коротко хохотнул. – Что до возражений господина Тияза… расслабься, ему наплевать. Он считает себя выше подобных мелочей. И пока твои увлечения и посторонние занятия не мешают его планам, в том числе на тебя, можешь заниматься чем угодно.

Проявленное Больдо равнодушие, конечно, порадовало Малка, однако само объяснение его видения ситуация откровенно настораживало. То есть получается, что доверие между магами, на его взгляд, невозможно? Все решает выгода? Как бы то ни было, но Малк подобный цинизм принять не мог. Даже в условиях, когда один Младший Магистр в любой момент готов его превратить в марионетку, а другой завоевывает точно вещь, не давая никакого реального выбора, необходимость лгать и двурушничать Малка несколько угнетала. Интересно, а окажись Больдо на его месте, он бы чувствовал хоть какую-то неловкость или считал частью пути мага? Действительно, вопрос… Хорошо хоть теперь ясно одно: слишком доверять Голему пожалуй что не стоит!

Продолжить разговор они не успели. Рядом с воротами флактурма открылась неприметная дверка, и к ним вышел младший офицер. Военный быстро проверил их жетоны магов, поводил над головами жезлом-детектором и пригласил войти внутрь. И хотя действия его выглядели вполне профессионально, ощущалось, что к службе он все же относится с прохладцей. Словно ему давно уже все остодемонело, и единственное, о чем он думает, это скорое завершение его дежурства. Если и остальные служащие гарнизона убежища были такими же, то… Йоррох побери, план неизвестного Трехголового о проникновении во флактурм больше не казался невозможным. В конце концов, лазейку можно найти всегда.

– Кстати, чего-то мы тогда заболтались, а я так и не спросил тебя насчет Трехголового. Кроме его ранга и привычки загребать жар чужими руками ты ведь так ни о чем не сказал, – вполголоса обратился к Больдо Малк, направляясь следом за офицером. – Ни как выглядит, ни как предпочитает сражаться…

Больдо, до того о чем-то задумавшийся, недовольно нахмурился.

– А, да… точно, – протянул Голем и потер шею. – Я сам с ним никогда не сталкивался, но от Мастеров слышал, что у него три человекоподобных тела и весьма неплохая физическая мощь. Швыряться магией, по идее, не должен… Вроде все.

– Три тела?! – удивился Малк, покосившись на ушедшего чуть вперед офицера.

– Чего ты удивляешься? Одна личность и несколько тел, бывает и не такое. Тут их хотя бы всего три. И далеко друг от друга они обычно не уходят – можно избавиться одним махом, – немного рассеянно ответил Больдо и вдруг сказал: – Меня другое интересует… Почему у встреченных нами солдат нашивки нимадского флактурма? Это что за нововведение?

Малк, к своему стыду, данный факт пропустил и развел руками. Вместо него ответил сопровождающий.

– Это не нововведение. Еще вчера пришел приказ усилить наш гарнизон, вот парней из Нимада сюда и перебросили. С ними еще Младший Магистр вашей Школы прибыл. – Офицер усмехнулся. – Так что теперь мы самое защищенное убежище острова.

– Про Младшего Магистра мы в курсе, – кивнул Голем и специально для Малка сказал: – Господин Конт Два Зеркала из внешней фракции. Ты должен его знать.

Малк промычал нечто одобрительное. Конта Два Зеркала он и вправду знал, несколько раз пересекались в коридорах внешней фракции. И этот преподаватель боевой магии Огня оставил у него самое неприятное впечатление, которое сводилось к трем словам: высокомерный напыщенный болван. Перспектива работать с таким его совсем не радовала.

Но в данный момент заботило его совсем не это.

– Офицер, а среди нимадского усиления смертные есть? – спросил Малк. – А то я сейчас начал присматриваться и вдруг понял, что мне только Одаренные встречаются.

– Смертные? – переспросил офицер и странно посмотрел на Малка. Сам он явно относился к слабым Адептам. – Вроде нет. Но разве в этом есть что-то неправильное? Так мы будем только сильнее…

– Мы-то да, а как насчет нимадского флактурма? – медленно роняя слова, произнес Малк, глядя на Больдо.

Тот помрачнел, но ничего не сказал. Да и что тут скажешь: ослаблять одно убежище ради усиления другого явно было плохой идеей… Если, конечно, тут нет какой-то хитрой ловушки, о которой никто не счел нужным сообщить двум внутренним студентам.

На подземном этаже, куда их привел офицер, было многолюдно и несколько тесновато. Вопреки ожиданиям – все-таки наземная часть выглядела внушительно даже для метрополии – при строительстве нижнего уровня создатели флактурма нещадно экономили. Вместо множества герметичных секций, отделенных друг от друга бронированными переборками, с постами охраны у проходов и магическими оборонительными формациями, был всего один зал, сильно напоминающий из-за множества скамеек амфитеатр. И пусть на потолке присутствовала громадная защитная фигура, а в центре возвышался обязательный алтарь Девятерых, выглядело все это как-то слабовато. Для обычной Ночи Йорроха, какие приходили в Мритлок последнюю сотню лет, этого хватит, но если вернутся прежние времена, то… то Малк лучше будет встречать прорыв Пекла снаружи.

– Интересно, сколько людей здесь будет? – пробормотал он, ни к кому особо не обращаясь, но офицер его услышал.

– Четыре тысячи восемьсот один, практически весь Толок. И триста солдат гарнизона, – отчеканил он, помедлил и тихо добавил: – Среди гражданских тоже полно Одаренных. Согласно прошлой переписи – никак не меньше четырехсот человек…

– Действительно полно, – подал голос Больдо, оглянулся и с намеком сказал: – Не справимся – и тварь очень большой урожай собрать сможет.

Здесь Малку следовало бы выдать что-нибудь оптимистичное, в духе «Значит, справимся!», но он промолчал. Чем дальше, тем подозрительней ему казалось происходящее. И самое разумное здесь было держать рот на замке да поглядывать по сторонам.

– О, вижу господина Конта Два Зеркала! Надо подойти поздороваться и договориться о взаимодействии, – неожиданно бодро воскликнул Голем и двинулся к компании военных, окруживших довольно скромно одетого господина.

Малк не без труда узнал в нем Младшего Магистра из внешней фракции – в Школе тот предпочитал носить нечто более нарядное и соответствующее моде, чем костюм из серого сукна и кожаные сапоги. Да и вообще выглядел он сейчас каким-то потерянным и болезненным. Лицо бледное, глаза запали, щеки ввалились, а движения стали нервными и дергаными. Связываться с находящимся в таком состоянии Младшим Магистром себе дороже, так что Малк предпочел остаться в стороне. Благо он не в армии, чтобы докладывать о прибытии.

Вместо этого, попрощавшись с выполнившим свою задачу дежурным офицером, Малк отправился в центр зала к алтарю Девятерых. Не то чтобы с профессиональным интересом, но… Клятву Кетоту он дал, часть Наследия принял – считай, свой человек для жречества, и игнорировать данный факт не стоило. Тем более что рано или поздно, но ему придется озаботиться поисками методики развития Власти на оранжевом ранге. И хорошие отношения со слугами Девятерых тут точно не помешают…

Говорят, раньше у каждого алтаря всех Святых имелся собственный служитель, который проводил нужные обряды и ритуалы. Однако со временем должность упразднили и данные обязанности стали брать на себя жрецы из располагающихся поблизости храмов. Ну и так как флактурм находился в зоне «ответственности» храма Рзавиана, именно его последователь и готовил подземный алтарь к скорой службе.

На появление Малка жрец поначалу никакого внимания не обратил. Поток людей, вливающийся в убежище, нет-нет да и приносил верующих, жаждущих прикоснуться к мощи Святых перед приходом Ночи. Они совершали ритуальный обход вокруг кольца из девяти колонн, прикладывались лбом к тому камню, что символизировал выбранного ими покровителя, и уходили. Надолго никто не задерживался. Так что Малк, который сразу проследовал к столбу с именем Кетота да там и замер, сильно выбивался из общей картины.

– Благословят вас Девятеро и покровитель мой Рзавиан, – нараспев сказал жрец, поворачиваясь к Малку. Подошел ближе, прочитал имя Святого на колонне и нахмурился. – Плохая идея просить о помощи у Покровителя малефиков, тем более в Ночь Йорроха.

– Да, и почему же? – немного невпопад спросил Малк.

По уму следовало бы смолчать, но в этот момент он ощутил текущую в столбе Силу сродни той, что активизируется во время обряда экзорцизма, коснулся ее Властью и… с интересом принялся наблюдать за тем, как Дух отзывается на контакт слабой вибрацией.

– Потому что лекарство страшнее болезни! – припечатал жрец, затем присмотрелся к Малку, а точнее, к тому, чем он занимается, и словно выплюнул: – А-а-а, так ты послушник Четвертого… И как же это я сразу-то не понял?.. С-семя зла!

Жрец демонстративно расправил изображенный на накидке знак Рзавиана и, резко развернувшись, направился внутрь круга из колонн Святых. Наладить контакты явно не получилось. Малку ничего не оставалось, кроме как досадливо покачать головой, в качестве протеста стряхнуть с имени Кетота накопившуюся пыль и оставить алтарь в покое.

– Чего с жрецом не поделил? – спросил нарисовавшийся рядом Голем. – Ты его не обижай, он дядька незлобивый. Даром что Бакалавр, а Власть лишь на пике оранжевого ранга, и заклинаниями владеет только бытовыми. Поэтому на рожон никогда не лезет и конфликтов избегает. Зато проповеди читает… Заслушаешься!

– Ничего особенного. Просто, видимо, я не любитель проповедей, – недовольно ответил Малк, затем спросил: – Что господин Конт сказал?

Теперь пришел черед Больдо хмуриться.

– Велел смотреть в оба и не путаться у него под ногами, – сообщил он, немного помедлил и добавил: – А вообще, странный он. Говорит невпопад, весь дерганый, злится на пустом месте. С вояками еще нормально общается, я же только подошел, как он сразу же окрысился.

– Может, Ночь в этом убежище какие-то его планы поломала? – предположил Малк, который хоть Конту Два Зеркала и не симпатизировал, но раньше за ним подобного поведения не замечал.

– Может, и так, – протянул Больдо и глубоко задумался.

Кажется, происходящее в убежище нравилось ему все меньше и меньше. Однако обсуждать это Голем очевидно не желал, и потому к подготовленным для них местам у поста охраны они добирались в молчании. Хотя какой смысл в разговорах? До начала сопряжения сфер и прорыва Пекла в Мритлок оставалось всего ничего, и скоро они сами все узнают…

Эвакуация жителей Толока проходила на удивление организованно. Люди были разделены на группы, сообразно адресу проживания, за порядком следили выбранные главы уличных комитетов, авторитетные старшины, и они же отвечали за соблюдение очередности прохода в убежище. Ни тебе паники, ни хаоса или давки – все происходило чинно и спокойно. И даже на лицах хоть и присутствовало некоторое напряжение, страхом или ужасом его назвать было сложно. Горожане просто занимались унылым и неприятным делом, если и грозящим неприятностями, то только потенциально. Главное, не нарушать порядок вещей и слушаться начальство, а там все будет в порядке.

Последний человек вошел внутрь флактурма примерно за час до начала Ночи. Еще через пятнадцать минут завершились последние проверки и была дана команда задраивать ворота. На фоне бардака в андалорском флактурме, заложником которого стал Малк, происходящее казалось чем-то невероятным. И было совершенно непонятно – это заслуга коменданта убежища или особенность местного менталитета.

В изолированном укрытии следить за явлениями, обычно предвещающими приход Ночи – кровавыми отблесками на тучах, ледяным ветром, утробный воем, – по очевидным причинам было невозможно. И все до последнего момента не знали, открылись ли проходы в Пекло или нет. Лишь когда ноги ощутили слабую вибрацию пола, в обычно ровном течении Силы появились странные колебания, а в коридорах и залах флактурма с пятиминутной задержкой зазвучала сирена, лишь тогда стало понятно – началось.

– Как дальше действовать будем? Обходы организуем или, может, в боевой зал поднимемся? – спросил Малк, едва смолкли звуки системы предупреждения.

– Пока сидим. К чему суетиться, если в общем зале все и так как на ладони, а к управлению защитными контурами нас просто не допустят? – равнодушно бросил Больдо.

Сам соученик, правда, был далеко не так спокоен, как пытался показать. Не успела Ночь Йорроха начаться, как он тотчас натянул кожаные перчатки, материализовал свою алебарду и словно бы принялся сканировать окружающее пространство всеми органами чувств. Да не просто так, а уделяя весомую часть своего внимания одному конкретному человеку – Конту Два Зеркала.

– Думаешь, с ним что-то не так? – спросил Малк, одними глазами показав на Младшего Магистра.

– С ним точно что-то не так! Весь вопрос в том, как это связано с нашей задачей… – мотнул головой Больдо.

Малк, разделяющий опасения старшего товарища, кивнул. Чем больше он об этом думал, тем ярче перед его глазами появлялась сцена в храме Кетота, где переродившийся милес Драго пытался скрыть произошедшие с ним изменения. Непонятное поведение господина Конта от той ситуации, конечно, заметно отличалось, но и сказать, что не было ничего общего, Малк тоже не мог. Было, точно было!

Он хотел предложить Больдо перебраться поближе к Младшему Магистру, как его внимание внезапно привлек жрец Рзавиана. Ненавистник Четвертого Святого только-только завершил ритуальный обход всех девяти колонн, зажег закрепленные на них светильники – считалось, что их пламя отгоняет порождения Пекла, – и уже шагнул внутрь алтаря, как вдруг со странной поспешностью вернулся и принялся бегать от камня к камню. Малк поначалу даже не понял, в чем дело, и лишь спустя десяток секунд до него дошло: одна за другой гасли посвященные Святым лампы. И это никак нельзя было списать ни на плохое масло, ни на внезапно налетевший сквозняк.

Тем временем запаниковавший было жрец на мгновение замер, успокаиваясь, затем выдернул из петли на поясе позолоченный жезл и, прикоснувшись к колонне с именем Рзавиана, выкрикнул скороговоркой магический ключ. Артефакт в его руке – а это был несомненно артефакт! – отозвался желтой вспышкой. Дым от погасших ламп закрутился воронкой, собрался в небольшое, но очень плотное облако, и тотчас перетек в форму стрелы. Стрелы, указывающей куда-то в сторону… Конта Два Зеркала!

– Больдо!!! Алтарь! – крикнул Малк, вскакивая.

Соученик, от которого происходящее на алтаре до того оставалось скрытым, бросил быстрый взгляд в указанном направлении и, изменившись в лице, встал рядом с Малком.

– Нехорошо! – выдохнул он, повернулся к Младшему Магистру и зло припечатал: – Все-таки он…

Сейчас уже не понять, что стало первопричиной – Конт Два Зеркала начал изменяться под воздействием магии светильников или его изменения сказались на жреческом ритуале, – важен сам факт преображения. Младший Магистр, одним своим появлением способный переломить ход боя, вдруг побагровел, выпучил глаза и, схватившись за горло, повалился на пол. Изо рта у него пошла желтая пена, на лице вздулись черные вены, ногти на руках посинели и словно бы удлинились. Но самые пугающие метаморфозы начались с тонким телом. В обычном состоянии пылающее от распирающей его Силы, сейчас оно стремительно усыхало и рассыпалось на истаивающие в воздухе части, а накопленная энергия уходила куда-то вовне. Куда-то в те сферы, к которым не было доступа у магов ниже уровня Младшего Магистра.

Где-то Малк подобное уже видел или скорее даже читал…

– Больдо, убей его!!! – заорал Малк, вспомнив наконец одну из глав «Философии магии», где автор рассуждал о круговороте магических энергий, влиянии на него скверны Пекла и о том, какие фокусы могут выкинуть демонологи в Ночь Йорроха, имея под рукой правильно подготовленный сосуд с жизненной силой. – Он – маяк!

Голем на мгновение замешкался – как бы то ни было, но Малк предлагал ему убить мага на ранг выше, чем у него, – а когда все же решился и взялся за алебарду, было уже слишком поздно. Младший Магистр, до того просто бьющийся в падучей, вдруг свернулся в клубок, пошел мелкой дрожью, затем замер и… взорвался облаком брызг и кровавых ошметков. Под удар попал не только десяток находившихся рядом солдат и офицеров, но и полтора десятка или даже больше мирных горожан. Никто вроде бы не погиб, но легче от этого не стало. В подземном зале начался сущий кошмар.

Едва до людей доходило, в чем заляпаны их лица и что стекает с их рук и одежды, как они принимались выплескивать под ноги содержимое желудков. И не имело значения, о ком идет речь – о военном или о гражданском. Боевой дух потеряли абсолютно все. Не лучше себя вели и те, кому повезло не попасть под дождь из плоти. Они вскакивали с лавок, кричали, пытались убраться как можно дальше от места трагедии и… сеяли, бесконечно сеяли панику.

Однако даже не это в случившемся было самое плохое. Взрыв запустил какие-то странные и малопонятные для Малка процессы на духовном плане, расходящиеся во все стороны и влияющие на все вокруг. Люди, вещи, само пространство зала – незримая магия все пробовала «на зуб». В большинстве своем это ни к чему не приводило, но были и исключения. В тех, кто пострадал от взрыва господина Конта, выпущенная на волю Сила будто вцеплялась клещами, разжигала в их душах странный огонь и заставляла буквально истекать в духовном зрении… скверной Пекла!

– Тих-ха-а-а-а!!! – заорал Больдо, указывая вверх острием алебарды.

С кончика лезвия сорвался белый луч и вонзился в центр потолка. Тотчас адски грохнуло, зал хорошенько тряхнуло, а прокатившаяся по нему взрывная волна раскидала самых нестойких по полу. Меньше всех, как ни странно, пострадали лишь те, на кого попала кровь Младшего Магистра. Наоборот! Теперь они не выворачивали внутренности в приступе рвоты и не бились в падучей. Словно спровоцированные действиями Голема, они медленно выпрямляли спины, крутили конечностями и… оглядывались вокруг с видом хищника.

Все происходило настолько быстро, что Малк, к своему стыду, несколько запаздывал с реакцией. И слава Святым, что в зале был человек, который, по крайней мере, догадывался, что надо делать.

– Бейте их! Они больше не люди!!! – завопил жрец Рзавиана и первым подал пример, подскочив к ближайшей жертве взрыва.

И пусть Больдо отзывался о нем как о совершенно безобидном маге, драться он немного умел. Короткое заклинание, и валяющийся на полу солдатский шлем впечатывается в голову крепкого на вид бойца. А пока тот, ошеломленный, пытается восстановить равновесие, его товарищу на макушку обрушивается жреческий жезл. Малк со своего места видел, как полетели осколки треснувшего черепа, и, будь противник жреца человеком, это была бы гарантированная смерть. Но… человеком он больше не был. Раненый солдат, взревев по-звериному, ринулся на последователя Рзавиана, сбил его с ног, навалился сверху и попробовал вцепиться зубами в шею.

Однако удалось ему это или нет, Малк уже не разглядел. Потому как начинался второй акт разыгранной перед ними пьесы, и для праздного любопытства не осталось никакой возможности.

Извне, из мира, где сейчас бушевала Ночь Йорроха, в магические барьеры вокруг флактурма ударила чужая магия. И если в обычной ситуации она бы их даже не поцарапала – уровень Силы был недостаточно высок, – то теперь, после выпущенной на свободу со смертью Младшего Магистра волшбы, потустороннее колдовство пронзило защиту, точно игла гнилое полотно. Оно как будто шло на свет маяка, обходя Щиты, избегая ловушек и ускользая от ловчих чар. Да, это был не полноценный прорыв обороны, а не более чем единичное проникновение, но… проклятье, врагу большего и не требовалось. В воздухе над местом гибели Конта Два Зеркала возникла кровавая трещина, ее края на какую-то пядь раздались в стороны, и внутрь зала скользнула изломанная тень, будто слепленная из трех разных тел.

Трехголовый, ради которого Малк с Больдо прибыли в Толок, явился во флактурм собирать урожай жизненной силы…

– А я ведь до последнего надеялся, что все обойдется, – зло прорычал Больдо, направляясь к месту появления демона.

От него все больше и больше фонило активной магией. Сначала донельзя уплотнилась аура, затем начало заворачиваться в Щиты Земли тело. Два или три удара сердца, и вот уже по залу шагает не здоровяк Больдо, а самый настоящий каменный голем. Финальной точкой в преображении стала алебарда – она мало того, что засветилась алым, так еще и принялась испускать такое давящее чувство, что просто находиться с ней рядом было уже невозможно.

Малк только теперь понял слова Больдо о том, что его родовое оружие слишком обременительно для тела. Без магической закалки к артефакту даже соваться не стоило!

– Что мне делать? – крикнул Малк в спину Голема.

С его рангом начинающего Ученика и фактической силой Адепта в бою, где появлялись тяжеловесы уровня Бакалавра и выше, делать было нечего.

– Если можешь драться – дерись, нет – просто постарайся не сдохнуть. Это будет жаркая Ночь! – тяжело бросил Больдо и, уже забыв о соученике, взмахом алебарды отправил в Трехголового алый полумесяц из сжатой до предела Силы.

– Почему-то я так и думал, – одними губами усмехнулся Малк.

Пущенный Больдо заряд магии прошел через тело Трехголового и, не причинив ему никакого вреда, пошел дальше. И слава Святым, что траектория его движения проходила над головами впавших в ступор людей – в отличие от демона обычные смертные встречу с заклинанием точно не пережили бы.

Несмотря на отсутствие внешнего эффекта, опасаться себя Больдо все же заставил. Тварь хоть и не удостоила Голема взгляда, повторения атаки ждать не захотела и… с поразительной легкостью разделилась на три тела, которые ринулись в разные концы зала.

– Дерьмо! – донеслось до Малка, однако дальнейших действий старшего соученика он уже не видел.

Заранее прикинув свои действия в случае плохого развития событий, Малк кинулся к алтарю. Когда своих силенок не хватает, не стыдно пользоваться и чужой. Тем более если опыт применения мощи того же Кетота у него уже был – подаренная милес Драго филактерия однажды спасла ему жизнь. Так почему бы не попробовать повторить прежний успех?

Он был на полпути к алтарю, когда по залу прокатилась волна утробного воя – он даже перекрыл шум уже отошедших от шока и бьющихся в истерике гражданских – и переродившиеся жертвы самоуничтожившегося Младшего Магистра принялись завершать свою трансформацию. Одна за другой они удивительно мощными движениями срывали с себя одежду – причем вместе с огромными кусками кожи! – их лица вытягивались, а из висков начинали расти небольшие рога. Коварная схема, соединившая в одну цепь жертвоприношение Конта Два Зеркала, заражение магией множества неспособных к сопротивлению людей и прибытие во флактурм Трехголового, была успешно завершена. И тварь из Хеймдарка, если верить Больдо, получила под свое начало небольшую армию быкоголовых.

– Дерьмо, дерьмо, дерьмо!!! – У Малка не выдержали нервы, и он прямо на бегу принялся изрыгать проклятия.

Кажется, кое-кто считал, что нет ничего хуже, чем тварь уровня Охотника за плотью в замкнутом пространстве убежища? Что ж, сегодня их горизонты будут расширены!

– И главное, зачем меня сюда притащили?! Что человек с моими навыками может сделать в такой… мясорубке?! – бормотал Малк, не столько жалуясь на судьбу, сколько сбрасывая накатывающее напряжение.

Хотя доля правды в его словах тоже была. Несмотря на имеющуюся в своем активе победу над одним быкоголовым, Малк не обольщался. Обряд экзорцизма он тогда смог провести только потому, что монстра сдерживала Эйша, и она же потихоньку воздействовала на него своей ядовитой магией. По силам ли ему провернуть то же самое в одиночку… это он узнает совсем скоро!

Он уже был почти у цели, когда дорогу внезапно перекрыла толпа бегущих гражданских, которую преследовали сразу два быкоголовых. Твари не успели переродиться, как сразу же занялись охотой. И робкие попытки солдат из гарнизона флактурма им не были в том помехой. По паре быкоголовых вели огонь из ружей и револьверов сразу пятеро бойцов, однако твари не обращали на огонь ровным счетом никакого внимания. Чего не сказать о Малке. Одна из пуль, на излете, чиркнула его по плечу, а другая прожужжала над самым ухом.

Легкое ранение, ради исцеления которого пришлось запускать «лечилку», привело Малка в ярость. И он, безжалостно расшвыривая заступающих ему путь людей, ринулся к ближайшему быкоголовому. В три прыжка преодолел разделяющее их расстояние и с размаху обрушил на гадину сразу два укрепленных Властью тесака. На особый успех не надеялся – лишь бы от гражданских отвлечь, – а потому был крайне удивлен, когда лезвия, почти не встречая сопротивления, прошли через демоническое тело и отсекли одновременно обе руки.

Х-ха!!! Подшаг с одновременным разворотом, новый удар, наискосок и сверху вниз, и один из клинков играючи смахивает с человеческих плеч все более похожую на бычью голову. Монстр упал как подкошенный.

И это тот самый быкоголовый, которого удалось одолеть только с помощью экзорцизма?!

Малк растерялся. Правда, тотчас пришла догадка, что так легко крушить можно только новорожденных тварей, еще не вошедших в силу и не развивших способности вроде перехода в бестелесное состояние, однако стоит дать им время и… чего там дальше, он додумать не успел. Второй быкоголовый, опровергая все его рассуждения, сиганул в воздух и так влепил ему в грудь сразу обеими ногами, что его сшибло на пол точно после выстрела картечью. Затем, правда, гадина сглупила: наклонилась над Малком, протянула когтистую лапу к груди – будто намереваясь вырвать ему сердце, но подобные ошибки в бою можно было только приветствовать. И Малк, перехватив лапу за запястье, потянул нечисть на себя, одновременно наносят удар острием удачно выхваченного из ножен проклятого клинка.

Прошлый раз это не сработало, ну так и других вариантов у него не было. Так что Малк вогнал нож прямо в раскрытую пасть твари и изо всех отмеренных ему сил принялся втягивать Властью всю доступную скверну.

Вопреки его страхам у Малка снова все получилось. Усиленная версия быкоголового все равно уступала той твари, что он победил лишь вместе со Змеей. Так что сначала ее башка, а потом и все остальное тело посерело, сморщилось, а затем и вовсе развалилось на куски. И он смог подняться на ноги…

В зале царил хаос. Всюду бегали, кричали и плакали люди, кто-то жался к стенам, а кто-то, наоборот, ломился к выходу. Несколько десятков уже лежали на полу, залитые кровью, а над ними стояли, склонившись, быкоголовые. Были жертвы и среди тварей. Трое солдат с нашивками нимадского флактурма пронзили одну такую сразу тремя явно зачарованными мечами прямо на глазах у Малка, а еще одной в башку в упор разрядил что-то вроде ручной мортирки унтер уже толокского убежища.

Так что с быкоголовыми вполне можно было справиться и даже обычным военным, но… но вокруг находилось слишком много гражданских. И именно их убийство было главной целью монстров. Малк машинально переключился на духовное зрение и увидел – пусть расплывчато и нечетко – собирающуюся где-то под потолком подземного зала багровую тучу. Тучу, из которой к поверженным людям тянулись похожие на хоботы энергетические отростки и жадно выкачивали из них остатки жизненных сил. И чем больше «глотков» они делали, тем гуще и плотнее становилось облако над головами.

Йоррох, а где Больдо?! После гибели Младшего Магистра именно на него, как на самого старшего представителя Школы, должна лечь вся ответственность за охоту на Трехголового. И Малк, честно говоря, очень рассчитывал, что он не подкачает! Потому как если не выгорит единственная имеющаяся у него задумка, то… то, полюби его все демоны Пекла, Малку останется лишь доблестно сдохнуть.

Голема он обнаружил почти сразу. Старший соученик с блеском доказывал статус второго по силе среди подопечных Тияза Черепа и сражался точно машина смерти. За считаные секунды он сначала снес одну бычью башку ударом алебарды, затем прыгнул вперед и сокрушил всем своим закованным в каменную броню телом тушу второго демона, ну и наконец, выпустив очередной луч с острия своего оружия, поразил одну из аватар Трехголового. Убить, правда, не убил. Тварь оказалась крайне крепкой, словно занимающийся закалкой тела маг, и магия разве что оставила на ее плече ожог. Однако своего Больдо все же добился: гадина выпустила из лап кричащего от боли солдата и стремительно развернулась в его сторону.

Вряд ли с ней удастся расправиться столь же быстро, как и с остальными, а значит, и о Големе на время можно было забыть. Рассчитывать следовало только на себя. Малк снова направился к алтарю, безжалостно расчищая себе дорогу ударами кулаков и радуясь, что комплекция ему вполне это позволяет.

Второе тело Трехголового он увидел, уже находясь в двух шагах от входа в круг из каменных колонн. Тварь, при более внимательном рассмотрении оказавшаяся химерой – она сочетала в себе одновременно черты человека, прямоходящей ящерицы и богомола, – яростно билась сразу то ли с шестью, то ли с семью солдатами и – вот ведь сюрприз – жрецом Рзавиана. Непримиримый ненавистник Кетота, даром что уже весь был залит кровью, дрался врукопашную. Не обращая внимания на удары когтистых лап, непрерывно читая молитвы своему покровителю, он бешено гвоздил гадину светящимся золотом жезлом. И небезуспешно. Во всяком случае, Малк был готов поклясться, что, если бы не он и не покровительство Святого, Трехголовый наверняка бы уже если и не разорвал наглых людишек, то точно бы сбежал.

Мысленно порадовавшись за успехи «коллеги» и пожелав ему додавить мерзкую гадину, Малк еще раз оглянулся. Получалось, что неизвестным оставалось местоположение лишь третьего тела Трехголового. Вместо того чтобы открыто броситься в битву, тварь поступила хитрее – коварно перешла в бестелесное состояние и затаилась. А значит, теперь любой, кто будет представлять угрозу для ее планов, станет первоочередной целью.

Йоррох! Мысль, что рядом свободно шатается демон уровня Охотника за плотью, как-то совсем не грела. Малк чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы каждое из тел Трехголового было занято своим противником. Вот чего бы им всем сразу на Больдо не навалиться?! Он бы точно выдержал!

Будто соглашаясь с Малком, в той стороне, где Голем сражался со своим противником, громко бахнуло, после чего истошный нечеловеческий визг сообщил о ранении монстра. И все находящиеся поблизости быкоголовые ринулись на помощь к своему демоническому хозяину. Надеясь, что возросшее число врагов не станет проблемой и вслух пожелав теперь уже Больдо удачи, Малк наконец добрался до алтаря и скрылся внутри. Пришла пора и ему внести свою лепту в разгром противника!

Он замер в центре круга из каменных колонн и попробовал отрешиться от происходящего снаружи. Досчитал до девяти, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом принялся настраиваться на работу с той Силой, что ощущалась во всех священных для культа Святых предметах. Получилось почти сразу – пара ударов сердца, и в сознании один за другим зажглись девять золотистых огоньков. Восемь отдающих обжигающим холодом и один испускающий потоки тепла. И Малку не надо было объяснять, какому именно Святому принадлежало «дружелюбное» пламя.

Первый шаг был сделан!

Вообще жреческая магия до сих пор оставалась для Малка большим секретом. Все его знания о возможностях последователей Девятерых демоноборцев сводились к ограниченному набору примитивных навыков по работе Властью, ритуалу экзорцизма и воспоминанию о необычайно могучем артефакте-филактерии. С одной стороны, крайне мало, а с другой… с другой, большего ему и не требовалось. Во всяком случае сейчас. Потому как именно экзорцизмом Малк планировал ударить по неистовствующим во флактурме демонам и именно энергию алтаря он собирался использовать в качестве источника Силы ритуала. Если хватит духу, способностей и знаний, разумеется.

Далее следовало изобразить хотя бы подобие круга. В любом другом месте он его попросту нацарапал бы проклятым ножом прямо на полу, но идея использовать в сосредоточении могущества Святых оскверненный предмет показалась кощунственной. Поэтому Малк не задумываясь полоснул клинком по левой ладони и собственной кровью прочертил неровную линию. Потом от нее добавил цепочки из знаков Руноглифа к каждой колонне – получилось этакое кровавое солнце, – пару мгновений полюбовался результатом и торопливо выпрямился.

Шум за пределами алтаря нарастал, так что следовало поторапливаться, и Малк мысленно потянулся к огонькам в своем сознании. Сначала сразу ко всем девяти, но затем, прислушиваясь к кричащей в голос интуиции, все же сосредоточился на том, что соответствовал Кетоту. И откликнувшееся золотое пламя моментально заслонило собой все остальное.

Начиналась самая нелюбимая Малком часть, однако ритуал есть ритуал, и он со вздохом принялся читать гимн Кетоту. Славил великого Святого, его деяния и просил помочь пройти по проторенному пути в борьбе с Пеклом. Вроде ничего особенного, обычные слова, но каждая рифмованная строфа вызывала в ментальном пламени заметный отклик. Когда же Малк добавил к чтению гимна еще и мысленный образ закрытой книги, то связь с Силой Кетота увеличилась многократно. Считаные мгновения, и вот уже испускающая свет книга – на вид неотличимая от настоящей – из разума перекочевывает в пространство между ладонями Малка, медленно раскрывается и… исчезает во вспышке. Вовне же выплескивается поистине потустороння мощь, многократно превышающая способности Малка.

Один за другим от него побежали девять расходящихся кругов разных оттенков желтого. Проходили, не затрагивая, сквозь каменные столбы алтаря и исчезали в глубине зала, каждый раз порождая всплески истошного рева и тяжелого, как от огромного костра, гула. Откуда-то Малк знал, что это горят быкоголовые. И от одной этой мысли у него становилось приятно на душе.

Однако в йорроховом мире не бывает подарков. Свою цену имело и использование заемной Силы. Так что не успел исчезнуть последний круг света, как Дух уже самого Малка охватило белое пламя. Малк упал на колени, рыча от боли. Какой-то реально опасности его тонкому телу огонь не нес – возможно, перенапрягшееся сознание Малка просто в такой форме отобразило сделанный им шаг за пределы дозволенного, – однако легче от этого не становилось. Пытка Духа отражалась и на теле Малка, вызывая ожоги-стигматы и заставляя сочиться кровью руки, грудь и почему-то живот.

Превозмогая себя, он попробовал запустить «лечилку», но тотчас разразился бессильными проклятиями. Экзорцизм забрал из резерва аж девятнадцать эргов Силы, и сейчас он был откровенно неспособен творить волшбу. Немного выручали запущенные ранее для исцеления раненого плеча чары, но вложенный в них эрг энергии вот-вот должен закончиться, и Малку скоро предстояло надеяться только на жизнестойкость своего тела…

Однако словно случившегося было недостаточно, у входа в алтарь появились две человекоподобные фигуры. На секунду замерли, изучая обстановку внутри, а потом с утробным воем ворвались в круг.

– Да какого флура?!! – зарычал Малк, рывком поднимаясь с пола и, несмотря на боль, вновь хватаясь за оружие.

Тесаки он потерял раньше, так что в левую руку он взял проклятый клинок, в правую – револьвер и двинулся навстречу тварям.

И ведь он перед самым обрядом экзорцизма думал, что как бы не пришлось драться с Трехголовым! Боялся этого, считал, что оставшееся в резерве тело вполне может выбрать его своей целью… Так вот на, получай! Да не одно из тел, а сразу два. Причем второе, судя по ранам и покрывающей его крови, еще недавно было противником жреца Рзавиана. Как так, а?! Какого Йорроха этот ненавистник Кетота так опростоволосился-то?!

Именно раненую гадину Малк и выбрал своей целью, благо та двигалась чуть впереди. Направил в ее сторону револьвер и последовательно разрядил все шесть стволов. Все разы попал – одна из пуль ухитрилась оторвать монстру нижнюю челюсть, – однако на его активности это никак не сказалось. И уже через мгновение Малку пришлось ударом ножа встречать выпад когтистой лапы.

Пекло! Ну почему Больдо валит тварей с такой легкостью и небрежностью, а ему для каждого боя приходится едва ли не наизнанку выворачиваться?! Может, попросить дать несколько уроков?

Совершенно неуместные в данной ситуации мысли шли фоном, ничуть не отвлекая от разгорающейся схватки. Выпад, уклонение, контратака, снова уклонение… Малк даже одной гадине проигрывал вчистую, а в драку вот-вот должна была вмешаться вторая! Единственная хорошая новость – куда-то ушла боль и стихло полыхающее вокруг Духа пламя, но в сложившейся ситуации радоваться вряд ли стоило.

Спасение пришло откуда не ждали. Как и в случае с памятным нападением кошкодемонов, противник Малка внезапно замер, не закончив движения, в его груди проклюнулось острие алебарды, и он, закатив глаза, рухнул на пол.

Увы, оценить подарок судьбы Малк не успел. Второе тело Трехголового, ничуть не устрашенное случившимся, перепрыгнуло через мертвую тушу и врезалось в Малка. Оба тут же оказались на полу, причем тварь сверху. И Малк моментально познакомился со всеми «достоинствами» чудовища из Хеймдарка. Щелкающие у самой шеи зубы, вцепившиеся в руку с ножом лапы, давящая на мозги ментальная мощь… Последнее было особенно неприятно, и хорошо, что только неприятно. Закаленное Кристаллическим Сердцем сознание приобрело некоторую устойчивость к подобного рода атакам, и с наскоку взять Малка под контроль не получилось. Со временем, возможно, но вот его-то как раз у Трехголового и не было: раздался топот и на входе в алтарь появился Больдо.

Однако застать тварь врасплох не вышло. Она отскочила от Малка, попутно с возмутительной ловкостью освободившись от его захвата. С ненавистью на него посмотрела и… растворилась в воздухе.

– Цел?! – крикнул Голем, с сожалением проводив взглядом истаявшую мерзость.

– Вроде цел, – отозвался Малк немного растерянно. Перед самым исчезновением Трехголового ему показалось, что он похож на кого-то хорошо знакомого. Но вот на кого именно, память умалчивала.

С болезненной гримасой он поднялся с пола, окинул взглядом сначала себя, потом Голема и теперь уже с сожалением подумал, что для боев подобного рода его навыков определенно не хватает.

– Ну и слава Святым! Потому как жалко будет, если человек, ухитрившийся грохнуть сразу всех быкоголовых, сдохнет от рук неполноценного Охотника за плотью! – хохотнул Больдо, возвращая себе алебарду.

Внутри алтаря он задерживаться не стал и сразу же вышел наружу. Малк же замешкался. Зачем-то глянул себе под ноги, на натекшую из-под дохлого Трехголового лужу крови и… замер. В ней, точно в зеркале, отражался такой знакомый силуэт «этого деда Бонифация». Вот только на этот раз не было издевательского оскала. Карлик с безумной жадностью в глазах и одновременно душевной болью таращился куда-то за плечо Малка.

Он не выдержал, оглянулся и мрачно помянул Пекло. Облако жизненной силы, которое так старательно собирали быкоголовые, уже втянуло в себя все хищные хоботы и теперь закручивалось спиралью. Быстро, стремительно и не оставляя наблюдателям никакой возможности как-то этому помешать. Малк даже рта не успел раскрыть, чтобы предупредить Больдо, как похожая по цвету на кровь субстанция собралась в плотный шар, затем вдвое или даже втрое сжалась, а потом и вовсе исчезла в возникшей на какой-то миг трещине в пространстве. То, ради чего все затевалось – Малк в этом уже почти не сомневался, – благополучно уплыло из их рук.

Единственной хорошей новостью могло бы оказаться исчезновение из отражения в луже «этого деда», однако Малк на это почти не обратил внимания. Ему как-то резко стало не до того. Словно жирная точка во всей этой истории, восемь из девяти колонн прямо у него на глазах внезапно осыпались мелким крошевом, оставив на месте священного круга лишь символ Четвертого Святого. Кетота, Повелителя малефиков.

И к Малку пришло четкое понимание, что, по крайней мере, на острове Римма на дружбу с жрецами Девятерых ему можно не рассчитывать.

Глава восьмая,

в которой герой развивает навыки торговли

Всякий раз, когда ему приходилось наблюдать за тем, как Больдо творит волшбу – не пробуждает ставшие частью Нимба заклинания, не манипулирует своим Каменным Крушителем, а именно создает чары с помощью известных ему знаков Руноглифа, – Малк испытывал странное чувство. Вроде бы сильный маг перед ним, целый Бакалавр и владелец могучего артефакта, а значит, и в колдовстве дока, и в заковыристых Тайных Техниках специалист, но… но как доходит до дела, так остается лишь одно недоумение. В настоящей магии, в том, что составляет саму суть Искусства и выходит за рамки боевых навыков или владения заклинаниями из Нимбов, Больдо оказался позорно слаб.

И, к сожалению, категорически не желал с этим смириться.

– Ф-фух! Последняя строчка осталась, – пробормотал Больдо и, утерев со лба пот, затянул второе за последние сорок минут заклинание.

Малк украдкой вздохнул и, подойдя ближе, забрал две сотворенные из камня дубинки. Теперь осталось дождаться, когда Голем магией Земли сотворит для себя еще одну пару каменных орудий, и можно заняться тем, ради чего он уже второй месяц раз в седмицу ходит к второму по силе ученику Тияза Черепа – тренировками…

Опыт последних схваток с демонами показал Малку, насколько хромает его боевая подготовка, и ему волей-неволей пришлось озаботиться исправлением этого изъяна в своих умениях. Благо далеко ходить не требовалось, и Больдо с удовольствием согласился за четыре драхмы в месяц – по одному золотому за занятие – подтянуть младшего соученика во владении парными тесаками.

Своих денег он стоил, учил на совесть. И если в мастерстве тому же Гарену из андалорского Боевого Зала, возможно, уступал, для уровня Малка его способностей хватало за глаза. Стойки, переходы, восприятие пространства, атаки и контратаки, жесткая защита и отводящие удары – благодаря поединкам с Големом все это заново укладывалось в голове Малка, превращая царящий там хаос в гармоничную и понятную картину. Если бы еще Больдо постоянно не искал повода попрактиковаться в собственных колдовских умениях, создавая тренировочный инвентарь, совсем было бы хорошо!

– Готово! – наконец объявил старший соученик, подхватил с земли свежесотворенные дубинки и… с оглушительным рыком ринулся на Малка.

Предупреждения, формальные вызовы и прочие аристократические расшаркивания Больдо считал в настоящем бою излишними и потому Малка ими не баловал.

– Голова! – заорал он, оказавшись рядом и словно бы обозначая цель атаки.

Однако наметив одной дубинкой удар в левую скулу, кончиком правой ткнул Малка в живот. Чтобы отбить выпад, пришлось сильно постараться. Слава Святым, Малк успел привыкнуть к подлянкам Больдо и после провального первого занятия теперь постоянно был настороже.

Не сумев подловить Малка, Больдо тотчас сменил формат тренировки и теперь каждый свой удар принялся комментировать. Объяснял плюсы и минусы, показывал возможные трансформации. Получалось интересно и увлекательно, так что оба не заметили, как пролетели полчаса.

И вот когда Малк максимально расслабился, Больдо снова, пусть теперь уже и молча, молниеносно сделал выпад ему в живот. Х-ха!

– Да поимей тебя все Йоррохово воинство! – рявкнул Голем, когда его дубинка вместо мягкого брюха натолкнулась на укрепленный Властью пресс и разлетелась на несколько осколков.

Сам Больдо не пострадал – даже ладонь не поцарапал, чего нельзя сказать о его противнике. Малк, который выполнил защитный прием на одном лишь инстинкте, со сдавленным вздохом отступил на шаг, прижал ладонь к пострадавшему месту и тотчас принялся активировать «лечилку». Несмотря на свою развитую Власть и звериную по сравнению с обычным человеком жизнестойкость, специалисту по закалке тела он был не конкурент. Знакомство с дубинкой Голема было… неприятным.

– Так и знал, что под конец выкинешь что-нибудь в таком роде, – простонал он, чуть согнувшись.

– Ты мне за это деньги платишь, младший брат, – оскалился Больдо и тут же посерьезнел. – Ты удивительно ловок с Властью для своего ранга. Аж зависть берет. Порой даже хочется попробовать себя в жречестве, но стоит вспомнить всю ту недобрую молву, что ходит о вашем пути к могуществу, и сразу же отпускает!

После разрушения алтаря Девятерых во время штурма флактурма Толока, Больдо постоянно проходился по его «жречеству». И никакие объяснения, что Малк к священникам никакого отношения не имеет, его не трогали. Младший соученик теперь был в его глазах именно что жрец, но не из тех, что носят соответствующие одеяния и ведут службы, а… жрец-расстрига. Изгнанный из храма и теперь находящийся в сложных отношениях со служителями Девятерых. Чем это его заблуждение чревато, если свою глупость он начнет распространять, Малк не хотел даже думать!

– Кстати о деньгах… Ты награду за защиту убежища получил? – спросил Малк, переводя разговор на больную для всех младших магов тему.

– Разумеется! – оживился Больдо и аж зажмурился от удовольствия. – Двадцать драхм за тела Трехголового и еще десять за оборону флактурма. Красота! – Голем перестал улыбаться и глянул на Малка. – Тебе ведь за быкоголовых тоже должно было что-то накапать?

– Угу, те же самые десять драхм… – нахмурился Малк. – Комиссия Школы сочла монстров слишком слабыми и заплатила по самой низкой ставке. Гады!

– Э, брат, тут ничего не поделаешь. Дело было в убежище, мы считались призванными на службу, а значит, и трофеи принадлежали государству и Школе. Тут ничего не попишешь: надо радоваться тому, что дали, – принялся объяснять Больдо.

– Радоваться? Да если бы… Алтарь был приписан к церкви Рзавиана, и ее руководство выставило счет за разрушение святыни. Начали с двухсот драхм, но после вмешательства Школы снизили запросы до двадцати двух. И вместо награды в десять драхм пришлось расстаться еще с двенадцатью, – раздраженно бросил Малк. – Они ведь еще тему осквернения пытались продавить, тогда бы вообще мало не показалось!

– Слышал эту историю, слышал, – скривился Больдо и ободряюще похлопал его по плечу. – Ничего, и такое бывает. Главное, что ты ведь все равно не в обиде, правильно?

Малку ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Потому что он действительно был не в том положении, чтобы жаловаться. Вместо денежного вознаграждения и ожидаемого списания некоторой части долгов перед Школой или Мастером буквально седмицу назад ему вручили «белую грамоту» от наместника. «Белую грамоту»! Документ, позволяющий сделать шаг к отмене черной звезды!

Правда, чтобы из паспорта исчезли все ограничительные отметины, таких бумаг должно быть девять, но и Варганд не сразу строился! Если Святые будут благосклонны, то и остальные «грамоты» он доберет…

– Не знаешь, кто от Школы документы ездил заполнять? – вдруг кое-что вспомнил относительно награды Малк и подозрительно уставился на Больдо. – Это ведь не господин Тияз был, так?

Больдо лукаво усмехнулся.

– Нет. Это была Эйша. – Он не выдержал и расхохотался. – Что, Малк Эттин в официальном документе глаз режет? Ну так поздно метаться. Теперь твое прозвище в официальный реестр занесено. И убрать его оттуда будет ой как непросто.

Малк скривился и процедил сквозь зубы ругательство. Йоррох, проклятая змеюка все же добилась своего! И кажется, теперь он начинает понимать нелюбовь до сих пор незнакомой ему Кэйталин Птицы к стерве Эйше…

Впрочем, в Пекло Змею!

– Слушай, Больдо, а есть какие-нибудь подвижки в расследовании произошедшего во флактурме? Все-таки столько людей погибло, – спросил Малк, взъерошив волосы.

Старший соученик помрачнел.

– Примерно полсотни обычных смертных и двадцать один Одаренный, если уж быть совсем точным. Не говоря уж о раненых… Да, ловушка на Трехголового, скажем прямо, не получилась!

– Ну так и какие изменения? Разобрались с причинами случившегося с Контом Два Зеркала? Ведь с него все началось, – уточнил Малк.

Больдо помотал головой.

– Куда там, все только окончательно запуталось. Столько шума было, следственная группа аж с Релака прибыла, а толку ноль. Да, преступной небрежности в организации ловушки не выявлено, да, уязвимость в обороне флактурма возникла из-за демонической трансформации Младшего Магистра, и да, за несколько дней до Ночи он очевидно был заражен скверной… И на этом все, краткий итог почти двухмесячного расследования!

– Заражен? – уцепился за слово Малк.

– Именно. Кем-то или чем-то. Может, в нехорошее место влез, способное даже Младшего Магистра сожрать и выплюнуть, может, пленен был и особому ритуалу подвергся… Кто знает! – поморщился Больдо. – Мастер разрешил седмицу назад предварительный отчет просмотреть, так там сказано, что за два дня до Ночи господин Конт плавал на один из малых островов, которых вокруг Риммы аж два десятка разбросано. Но на какой именно неизвестно. И что там с ним в действительности случилось, тоже никто не знает…

– А зачем его туда понесло-то? – удивился Малк. – Красотами любоваться?

– Нет, не ими, – усмехнулся Больдо. – Со слов твоего большого друга Жака Улья, господин Конт бредил поисками демонических артефактов, способных помочь усилить его склонность к Огню. Это его навязчивая идея была, все хотел что-то свой родне из Дома доказать… Без подробностей, конечно, но такое бывает. В чужих шкафах полно скелетов. Во всяком случае, то, что в семье его не любили, это точно. Иначе родичи не ответили бы на сообщение о его смерти в том духе, что туда болвану и дорога. – Голем неодобрительно покачал головой. – И ведь вроде Дом небольшой, должны за Младших Магистров держаться, как вдруг такое отношение!

Однако Малк, помня о поведении господина Конта во внешней фракции, недоумение старшего соученика не разделял. В конце концов, отличные маги, пользующиеся поддержкой Семейства или Дома, от хорошей жизни в преподаватели заштатной падшей Школы не идут. Правдоподобно звучали и причины, погнавшие его на неизвестный остров… Проблема в другом. Кто был настолько силен, чтобы не просто победить целого Младшего Магистра, но и подвергнуть его столь сложному магическому воздействию?! И как все это соотносится с нападениями Трехголового?!

Малк озвучил свои вопросы Больдо, однако ничего кроме разведенных рук и пожимания плечами в ответ не получил. Не знали ответов, видимо, и заезжая группа следователей, и Мастера Школы, а значит, дело о массовой гибели Одаренных грозило остаться открытым… Хотя, с другой стороны, Малк-то тут при чем? У него своих забот выше макушки!

– Может, вернемся к тренировке? – спросил он, приглашающее взмахнув дубинками.

– Давно пора, – осклабился Больдо, которого уже утомили разговоры.

Что он действительно любил, так это драться. Поэтому, отбросив оружие, Голем сжал кулаки и, даже не став укреплять себя магией Земли, ринулся в бой. Рукопашной схваткой заканчивалось большинство их занятий, и Малк уже знал, что сейчас можно не сдерживаться. Воин-маг был способен выдержать, не защищаясь, отдельные атаки сильных Бакалавров, что уж говорить про Учеников. И потому прежде, чем прикрыться тяжелыми дубинками, Малк встретил старшего соученика Искрой в правое колено…

Домой Малк вернулся спустя полчаса. Упавший до пяти эргов резерв, три работающие «лечилки», два незалеченных ушиба и подрагивающие от усталости мышцы – вот итог занятия. Но Малк не жаловался. Сегодня он впервые за все время смог выскользнуть из хитрого захвата Больдо и взять его на контрприем. Пусть тут же пришла расплата за ловкость – Больдо, невзирая на вовремя использованную Малком Власть, сначала кулаком вышиб из младшего соученика дух, а потом швырнул его об землю, – начало было положено. И когда-нибудь в схватках с Големом он перестанет выглядеть столь жалко!

У последней тренировки имелась и еще одна цель. Малку крайне необходимо было истощить свои магические и жизненные силы, и он успешно с этим справился. А раз так, то дальше его ждало новое занятие, теперь уже самостоятельное. И Малк очень надеялся, что сделанных приготовлений будет достаточно для достижения успеха!

Задуманное требовало не так много места, поэтому ломать голову с поиском подходящего помещения Малк не стал. Освободил центр спальни да и уселся по-стиксонски прямо на пол. Он бы даже лег, но боялся уснуть из-за усталости. Затем дотянулся до ящика в прикроватной тумбочке, достал лежащий там флакон и поставил перед собой. Взбаламученная жидкость за закаленным стеклом отозвалась таинственным зеленым мерцанием, из-за чего возникло ощущение, что в полумраке комнаты загорелся болотный огонек. Наверное, это было красиво, но внешняя сторона Малка сейчас интересовала меньше всего. Все его мысли занимало предстоящее действо, и сохранять спокойствие у него получалось с трудом.

– Эликсир Пробуждения, уже третий за полторы седмицы. Просто рехнуться можно, – облизав пересохшие губы, пробормотал он.

После чего решительно взял флакон в руку, посмотрел на него и… выругавшись, поставил обратно. Йоррох, Йоррох, Йоррох!!! Если и в этот раз не получится, то он даже думать не хочет, что с ним сделает Тияз Череп!

Эликсир Пробуждения, который ему предстояло принять, помогал магам Смерти преодолеть барьеры в практике Тайных Искусств. Такое было не редкость. Кто-то недостаточно хорошо подходил для выбранного колдовского пути, кому-то мешали травмы, а кто-то просто оказался недостаточно талантлив – магическая медицина решала многие вопросы. Малк вот, к примеру, вновь оказался чересчур живой для достижения первого слоя Трех Призрачных Пульсов.

И ведь до последнего он верил, что справится сам! Но нет, едва появились признаки завершения формирования первого диска рядом с Кристаллическим Сердцем, как прогресс немедленно остановился. Сила впустую рассеивалась, ментальные формулы не оказывали никакого эффекта, а каждое занятие с Зеркалом Друзала заканчивалось зверской головной болью. Тупик, настоящий тупик!

Впустую промучившись седмицу, Малк отправился за советом к господину Тиязу. Он ожидал всего – насмешек, обвинений в никчемности и угрозы изгнания, но не понимающего кивка и… выставленного перед ним флакона с эликсиром Пробуждения.

– Ты – не гений, чтобы обходиться без поддержки. И слишком живой! – вот единственный комментарий, который дал Мастер.

– И сколько мне он будет стоить? – помня о главном законе магов, спросил Малк.

– Пять черных камней, – припечатал Тияз Череп.

И Малку ничего не оставалось, как смириться с предложенной ценой. В свою бытность Адептом он достал аналогичное зелье лишь, как выяснилось позже, с протекцией госпожи Леары. Заполучить в руки алхимические препарат гораздо более высокого ранга для него было и вовсе невозможно… ну или настолько затруднительно, что надежды на полное освоение первого слоя следовало отодвинуть далеко в будущее!

После того разговора Малк почему-то не думал, что одного эликсира Пробуждения ему может не хватить. Видимо, слишком был рад, надеялся взять недоступную вершину одним махом. Но, увы, первый прием алхимического средства ожидаемого результата не принес. Нужный образ сформировался, стал более явным, но закрепиться во Дворце Духа не смог и снова исчез. Малк же опять отправился на поклон к господину Тиязу.

– Гении осваивают первый слой сами, таланты – после первого эликсира, обычные маги – после второго, а посредственности – после третьего, – расщедрился на очередное пояснение Мастер, выставляя следующий флакон.

А Малк принялся кивать, точно глиняный болванчик из Койдана…

Этот флакон был уже третий, долг перед Тиязом Черепом с сорока пяти черных камней вырос до шестидесяти, и четвертая попытка не предусматривалась. Видимо, поэтому Мастер сделал несколько подсказок, способных помочь в прорыве через слой. С его слов, Малку требовалось избавиться от всех помех, способных нарушить нужные ощущения внутри Дворца Духа. Убрать излишки жизненных сил, снизить объемы резерва до того уровня, ниже которого невозможна тренировка с использованием эликсира, и ни в коем случае не пользоваться Зеркалом Друзала – то есть сделать все то, что, по мнению Малка, должно было максимально усложнить стоящую перед ним задачу!

Ну и как в таких условиях тренироваться?!

– А! В Пекло все! – рявкнул Малк, наконец решившись, и опять взял в руки флакон. Криво усмехнулся и добавил: – Твое здоровье, Кетот!

И опрокинул содержимое пузырька в рот. Зажмурился, сдавленно выдохнул – горло и пищевод ожгло точно кислотой, – после чего скользнул разумом во Дворец и принялся повторять давным-давно заученные формулы. Без Зеркала так без Зеркала – хуже уже не будет!

Реакция на прием алхимического препарата возникла практически сразу. Сначала в области желудка возник сильный жар, затем он распространился на живот и перетек на копчик, где сконцентрировался в небольшой горячий шар. Пара ударов сердца, и этот шар принялся подниматься по позвоночнику к голове. Малк больше не был безучастным свидетелем и помогал продвижению своей Властью. Наконец достигнув макушки, сгусток таящейся в эликсире Силы скользнул внутрь черепа и… перед глазами Малка взорвался калейдоскоп красок.

Сознание так и норовило поддаться гипнотическому влиянию бешеной смены цветов, однако Малк волевым усилием избавился от наведенных ощущений и вернулся сознанием во Дворец Духа. Начиналась самая важная часть. Он с максимально возможной концентрацией принялся воссоздавать уже десятки раз сотворенный «диск» с сакральным узором.

Во время тренировки с Зеркалом большую часть работы брал на себя артефакт – с ним легче было манипулировать энергией, фиксироваться на нужных схемах, сохранять от распада уже готовые части картинки. И поначалу было не очень понятно, зачем господин Тияз так настойчиво рекомендовал Малку на финальном шаге освоения первого слоя Трех Пульсов полагаться только на свои силы. Однако дальше… дальше ответ нашелся сам собой.

Как выяснилось, артефакт жутко фонил, забивая «шумом» от своей работы те тончайшие вибрации, что вызывала практика Искусства. И пусть без него процесс грубого преобразования Духа мог затянуться на годы, с ним Малк за границы внешней формы практики точно бы не переступил. И не заметил бы то, что следовало заметить.

То ли сыграл опыт прошлых неудачных прорывов, то ли сказался эффект накопления от приема уже третьего эликсира, но едва «диск» принял мало-мальски законченный вид, как Малк ощутил – совершенно ясно и отчетливо! – испускаемые кристаллическим солнцем в небе Дворца волны. Они были полностью незримыми, однако менее реальными оттого не становились.

Все, что требовалось, это настроиться на «частоту» Сердца и… и остальное произошло словно само собой. Свежесотворенный «диск», как зримое воплощение освоенного первого слоя Искусства, начал испускать точно такие же вибрации. Они наложились друг на друга, после чего моментально произошло их кратное усиление и взаимная сонастройка образов. Весь Дворец вздрогнул, само его пространство пошло рябью, возникла череда вспышек. Малку даже показалось, что вот-вот все рухнет, но предчувствие оказалось ложным. Несколько мгновений, и все успокоилось, а о произошедшем напоминали лишь висящий чуть выше и левее Кристаллического Сердца «диск» с сакральным узором и разросшийся до размера огромного луга участок с голубыми цветами – след Тайного Искусства, полученного от маски Мастера.

Первый слой Трех Призрачных Пульсов был полностью завершен!

– Даже не верится! – простонал Малк, вытирая со лба пот и медленно поднимаясь.

На душе была не столько радость, сколько облегчение от взятия вдруг показавшейся недостижимой вершины. И ведь какая удивительная штука: знай он Адептом, что когда-нибудь сможет сделать этот шаг, то с ума сходил бы от счастья, а теперь все, на что его хватает, это мысль о том, как будут проходить следующие занятия. Детство закончилось, да? Началась взрослая жизнь?

Докладывать господину Тиязу об успехе Малк направился в тот же день. Можно было и не спешить, но слишком уж задела его собственная бесталанность, слишком хотелось как-то реабилитироваться в глазах Мастера. Вот он, едва успев принять душ да легко перекусив, и рванул к знакомому коттеджу.

– Неплохо. Хорошая основа получилась. – Господин Тияз встретил Малка в своей фирменной манере. Никаких вопросов, один-единственный пронзительный взгляд, и сразу же вердикт. – И каково это, впервые ощутить резонанс двух Тайных Искусств?

– Незабываемо, – усмехнулся Малк, вспомнив, как содрогнулся весь Дворец Духа и возникло ощущение, что вот-вот все рухнет. Затем посерьезнел и задал вопрос: – Мастер, вы ведь не просто так об этом спросили, да?

Тияз Череп впервые на памяти Малка открыто рассмеялся. Тихо, не разжимая челюстей, но рассмеялся. И получилось у него это настолько холодно, зло и страшно, что у Малка на голове зашевелились волосы.

– Разумеется, – с прежним равнодушием шепнул он. – Потому как если есть желание освоить остальные слои Искусства, тебе придется данное ощущение всячески поддерживать и развивать. Понял?

Малк ответил вежливым поклоном. В том пакете информации о Тайном Искусстве, что он получил через лицо-маску, про резонанс тоже было кое-что сказано. Однако не так явно и менее убедительно. Поэтому напоминание господина Тияза не было лишним.

– Это ведь и есть та изюминка Трех Пульсов, о которой вы однажды говорили? – помедлив, все-таки спросил Малк.

– Узнаешь, когда придет время, – хмыкнул господин Тияз и, отвернувшись, принялся греметь колбами на алхимическом столе.

Их разговор происходил в лаборатории Младшего Магистра, куда он пригласил Малка, едва тот появился на пороге. И, как оказалось, сделал это неспроста. Разговор, который, по мнению Малка, уже можно было заканчивать, кажется, плавно перетекал в очередной урок. Насколько он знал натуру Мастера, тот точно не обещал быть простым!

– Расслабься, проверять твое понимание основ философии не буду, – с интонацией Больдо, зовущего поохотиться на могучего демона, сообщил господин Тияз и сунул в руки Малка извлеченный из завалов… кусок сморщенной плоти, очень сильно напоминающей язык. Очень даже может быть, что человеческий. – Раз ты сдвинулся с мертвой точки в освоении Пульсов, пришла пора задать тебе еще одно направление для учебы… Положи на ладонь и попробуй исторгнуть в него часть своей жизненной силы!

Малк, никогда и ничем подобным не занимавшийся, вздрогнул. Требование было настолько неожиданным, что он даже безропотно принял врученную ему гадость. Не уронил, не отбросил брезгливо, а взял в руку и… после минутного раздумья выполнил приказ Мастера.

Ларчик открывался неожиданно просто. Единственным способом манипуляции жизненной силой, известным Малку, было использование «лечилки». И вся разница с заданием господина Тияза заключалась в конечной цели заклинания. Обычно он направлял энергию своего тела в место травмы, а теперь конечная точка сдвигалась чуть дальше. Потери при этом обещали быть жуткие, но… приказы Мастера не обсуждаются, да?

Малк активировал чуточку видоизмененную «лечилку» – пластичность чар еще немного повысилась и это удалось без особых сложностей, – возникший же теплый поток направил в ладонь. Когда же появилось чувство жара, попробовал Властью протолкнуть энергию дальше, за пределы кожи… И с некоторым удивлением увидел, что у него получилось. Да, в высохший кусочек плоти вошла лишь капля жизненной силы, но ведь вошла же!

– Отлично! – кивнул господин Тияз, от которого не укрылся успех его студента. – Теперь смотри.

Вытянув руку, он прямо в воздухе написал цепочку из восьми знаков Руноглифа и заставил ее слабо светиться. После чего требовательно посмотрел на Малка.

– Базовая форма заклинания Рассеивания, – пожав плечами, сообщил Малк. – Давно стала частью моего Нимба…

– Верно. – Возникло ощущение, что господин Тияз зло усмехается. – А теперь?

Младший Магистр в быстром темпе последовательно прикоснулся к каждой руне, отчего те буквально вывернулись наизнанку. Немного полюбовался получившимся результатом, добавил сверху и снизу несколько дополнительных знаков, после чего сгребающим движением собрал все в кучу, сжал и… выстрелил светящейся точкой в лежащий на руке Малка язык.

Прошла секунда, другая. Ничего не происходило, и Малк недоуменно перевел взгляд с куска высохшей плоти на Мастера.

– И что дальше… – начал было он, но тут заклинание наконец пробудилось, и ему резко стало не до разговоров.

Капля жизненной силы внутри «языка», которую Малк до сих пор ощущал, внезапно сжалась еще больше, следом усилился жар в центре ладони, и по руке снова потекла энергия, чтобы затем прорваться наружу. Не по воле Малка, но подчиняясь магии Мастера.

Он попробовал сопротивляться, воздействовать Властью и собственным Рассеиванием – бесполезно. Волшбу Младшего Магистра ему было не пересилить. А пока он пытался бороться, некогда мертвая плоть наливалась жизнью, расправляла складки и… все больше походила на самый настоящий язык.

– Что я сделал с Рассеиванием? – чеканя слова, спросил Младший Магистр.

Выглядел Мастер пугающе, и хотя Малк подозревал, что, чтобы освободиться от чар, достаточно отбросить подальше заколдованный кусок мяса, сделать это он так и не решился.

– Преобразовали его в… в Сбор или что-то вроде этого? – ответил Малк после нескольких секунд лихорадочных размышлений.

– Именно! – довольно закхекал Младший Магистр, и отток жизненной силы моментально прекратился. – Рассеивание превратил в его полную противоположность… Понимаешь, куда я клоню?

Малк потрясенно выдохнул короткое «да». Возможность превращать заклинания в их зеркальные аналоги… Не заучивание дополнительных рун, а преобразование уже имеющихся… Йоррох, да у него слов не хватает, чтобы описать открывающиеся перспективы!

– Разного рода недомаги ограничиваются изучением небольшого набора знаков Руноглифа, формируют на его основе заклинания, входящие в Нимбы, и этим ограничиваются. Те, у кого в башке есть хоть немного ума, идут дальше – расширяют свое знание рун, адаптируют их под себя и через них выводят формулы стандартных ритуалов и чар[6]. Я же предлагаю шагнуть еще дальше и добавить к строгому языку математики чуточку творчества, – ровным голосом сообщил господин Тияз и с намеком добавил: – Все, что от тебя требуется, это научиться слушать «звучание» чар и… правильно подбирать их антиподы. Шаг в нужном направлении, освоив первый слой Тайного Искусства, ты уже сделал.

Малк бросил изумленный взгляд на Мастера и тут же потупился. Похвала от Черепа? Это что-то новенькое. А где привычная мотивация в виде плохо прикрытых – или совсем неприкрытых – угроз?

– И какой шаг должен быть следующим? – спросил он, не поднимая глаз.

Младший Магистр покровительственно фыркнул.

– Тренироваться дальше и… да, и расширять свое понимание Руноглифа. Без этого все же никак, а твои полсотни базовых знаков – это… это просто какой-то позор! – Господин Тияз немного помедлил и, предвосхищая следующий вопрос Малка, сказал: – Можешь обращаться за помощью к старшим соученикам. Этими знаниями я им делиться разрешаю… А теперь свободен!

Момент, когда он снова оказался перед входом в дом Мастера, Малк опять пропустил. Пространство мигнуло, секундное головокружение, и вот он уже стоит на улице, едва ли не уткнувшись носом в дверь. Словно Малк был в гостях не у бывшего знатока магии Пепла и нынешнего некроманта, а у специалиста по локальной телепортации.

Интересно, а есть в магии темы, в которых господин Тияз не разбирается? Иллюзии, могущественные артефакты, разного рода проклятия, духи-марионетки – список знаний Мастера падшей Школы внушал уважение. Теперь вот добавилось умение работать с духовным резонансом и весьма глубокое понимание законов построения заклятий. В другой ситуации Малк сходил бы с ума от радости, что у него такой учитель, но полнейшее непонимание планов господина Тияза на его счет приучало к сдержанности. За все надо платить, даже за сущую мелочь, а раз так, то какова же будет цена всего того, что на него свалилось? Прошло уже столько месяцев с начала его ученичества, а больше ясности не стало…

Несмотря на рекомендацию Мастера обратиться за помощью в изучении знаков Руноглифа к остальным соученикам, сразу к ним Малк не пошел. Сначала решил узнать о соответствующих курсах во внешней фракции Школы – надеялся, обучение по официальным каналам окажется выгоднее. Однако когда увидел, что за двадцать драхм предлагается всего восемь уроков по изучению почти сотни рун, к идее моментально охладел. Новые знаки отличались от базовых гораздо большей сложностью. С первого раза изучить их было решительно невозможно, и даже помощь Бакалавра на пике ранга ситуацию не исправляла.

И он проторенной дорогой отправился к Больдо. Вот только там его ждал неприятный сюрприз.

– Э-э-э, брат Малк. Чистая магия не моя тема! Поднатаскать тебя в боевке, дать кому-нибудь по башке, помочь с экскурсией по самым дрянным местам острова – это я всегда готов, но Руноглиф… Нужные тебе руны я, конечно, знаю, но передать их кому-то… Слишком муторное дело, – огорошил его Голем, едва понял суть просьбы. – Ни за какие деньги не соглашусь. И не проси!

Воин-маг возражал столь решительно, что аж раскраснелся. Чувствовалось, что младший соученик невольно задел больную тему и уступать он не намерен.

Впрочем, как и Малк.

– А если не за деньги? – вкрадчиво сказал он, невольно копируя голос Толфана, торгующегося с охранником интерната о разрешении на тайную отлучку.

– Извини, но что ты можешь мне предложить? – немного обидно ухмыльнулся Больдо.

Однако смутить Малка ему не удалось.

– Например… помощь в сборе трав из списка Мастера. Эйша говорила, что у тебя с выполнением поручений учителя возникли какие-то сложности? – вернул он улыбку.

И не смог сдержать смеха, когда увидел, как вспыхнул интерес в глазах Голема.

– Ты видел мой список заданий? Он немал! – со значением сказал Больдо.

– Так я его весь выполнять и не собираюсь, – осклабился Малк, – но с парой-тройкой позиций помочь точно смогу!

– Шесть видов трав или плодов. На меньшее я не согласен! – бухнул Голем, словно и не он совсем недавно отказывался даже говорить на тему учебы.

– Три. Мой максимум – три позиции из списка. И уступать я не намерен, – покачал головой Малк.

На какой-то миг ему показалось, что он перегнул палку – слишком уж сильно помрачнел от его слов Голем, – но только на какой-то миг. Спустя пару секунд раздумий Больдо сверкнул улыбкой и протянул руку для рукопожатия. Похоже, Малк таки получил своего учителя Руноглифа!

– Только сразу предупреждаю: все известные мне руны нацелены либо на защиту, либо на укрепление тела. Хочешь чего-то большего – иди к кому-нибудь другому, – словно спохватившись, сказал Больдо.

Скрыть удовольствие от того, что ему удалось утаить от Малка столь важную информацию, он даже не пытался.

– С моими заклинаниями такой набор знаков будет в самый раз, – дернул уголком рта Малк и будто невзначай спросил: – А к кому, ты говоришь, подойти, если вдруг… большего захочу?

Больдо понимающе подмигнул.

– К Эйше, конечно. Это она у нас все за рамки пути мага Родословной вырваться хочет. Значит, с ней и разговаривать надо. – Старший соученик немного помедлил, но все же продолжил: – А еще можешь попробовать с Крысом пообщаться, когда тот вернется. Он больше всех знает и может, только вот… делиться этим не любит. И помощью в сборе нескольких травок ты не отделаешься! Ясно?

О Кэйталин Птице Больдо не сказал ни слова, а переспрашивать Малк не захотел. Хватало и того, что он услышал. Да и не до того было – его ожидал очередной раунд торговли, правда, на этот раз из-за содержания заданий, которые предстояло выполнять в качестве «помощи». И что-то подсказывало: упертость Голема в важных для него вещах раскроется здесь во всей своей полноте…

Чтобы не откладывать взятые на себя обязательства в долгий ящик, на поиски «травок» Малк отправился уже на следующий день. Почему-то ему казалось, что лень – единственная причина отставания Больдо от графика исполнения распоряжений господина Тияза. Зная названия колдовских растений, их описание и район произрастания, при должном усердии можно управиться весьма быстро. Надо только стараться. Ну и думать головой, когда выбираешь, что и, главное, где ищешь.

Малк вот думал и поэтому в ходе торговли с Больдо нацелился именно на те ингредиенты для будущих зелий, что росли как можно ближе друг к другу. Все боялся, старший соученик будет возражать, подсовывая растения на разных концах острова. Однако тот оказался неожиданно покладист, и теперь, если удача не отвернется, Малк мог рассчитывать закончить карьеру травника всего за день.

«Адский цикорий, пальцы мертвых, демон-и-демоница – все три считаются растениями Смерти, для устойчивого развития требуют наличия в окрестностях повышенного энергетического фона и вне кладбищ встречаются весьма редко», – еще раз перечитал описание Малк и торжествующе усмехнулся.

После разговора с Больдо он сразу заглянул к одному специализирующемуся на зельеварении студенту внутренней фракции – тоже личному ученику Мастера и Младшего Магистра. И тот всего за полдрахмы показал на карте все старые и новые кладбища, подходящие под требования «травок» из списка. Отметок получилось довольно много, но Малк сразу уцепился за ту, что ближе всего располагалась к внутренней фракции. Это был тот самый жальник, где росло Призрачное Древо и где его способности проверял господин Тияз. Место уже знакомое, вроде бы безопасное… Так почему бы с него и не начать поиски?!

Сказано – сделано, и уже в девять утра Малк стоял перед проходом в ограде, а доставивший его до места возница разворачивал экипаж для возвращения в Школу. Обратно младший ученик господина Тияза намеревался добираться самостоятельно.

– Что ж, начнем! – Малк аккуратно спрятал документ за пазуху, одернул жилет и ненадолго замер, прикрыв глаза.

Вряд ли столь ценные травы, что могут заинтересовать даже Младшего Магистра, будут находиться на виду и ждать, когда их сорвут. Нет, поиски их наверняка будут сродни охоте, а значит, подходить к ним надо со всей тщательностью. Не пренебрегать даже советом, который вложил в уста одного бывалого травозная создатель «Сборника колхаунских народных сказок». И раз согласно ему, шерстя всевозможные укромные местечки, травник должен мысленно постоянно представлять образ нужной травы, значит, так Малк и будет поступать.

Вдруг поможет?!

В том, что далеко не всем приметам и советам, пусть даже из десять раз древних и сто раз засекреченных сборников, стоит верить, он убедился спустя восемь часов. Малк обошел все могилы, сунул нос во все мало-мальски привлекательные заросли, даже у подножия Призрачного Древа покопался – все без толку. Ни одна из «травок» в руки ему так и не далась. Дошло до того, у Малка появилась мысль, что, возможно, и с неудачливостью Больдо в плане сбора не все так просто. И лень не единственное оправдание его неудач в выполнении заданий.

– Йоррох! – выдохнул Малк, устало распрямляя спину.

По ощущениям в полусогнутом состоянии он провел никак не меньше пяти-шести часов, и тело просило отдыха. Еще раз окинув взглядом уже, казалось, вдоль и поперек исхоженный жальник, Малк подошел к Призрачному Древу и уселся у его подножия. После той истории с вонзенным в ствол проклятым ножом, прикидывающееся старым обгорелым дубом колдовское создание не только больше не проявляло по отношению к нему никакой угрозы, а, наоборот, всячески выказывало свое расположение. Не пряталось за мороками, не натравливало пучки щупалец, не атаковало с помощью Власти, а когда Малк оказывался в непосредственной близости, и вовсе старалось создать вокруг него максимально комфортную атмосферу.

Это было… странно. Призрачное Древо словно бы видело в Малке своего дальнего родственника и теперь всячески пыталось его поддержать. О причинах можно было только догадываться. Необычное соединение испорченного Жизнью тела и стремящегося к Смерти Духа, какие-то неуловимые вибрации от его Власти, просто личные симпатии полуразумного создания к победителю – это могло быть что угодно. Однако Малк, честно говоря, вникать в подробности не желал. Драться не надо, и ладно, он сюда не ради исследований приехал.

Просто сидеть, скучать деятельная натура Малка считала излишним расточительством. И, пока тело отдыхало, сознанием он скользнул во Дворец Духа – проверить изменения после достижения первого слоя Тайного Искусства и немного попрактиковаться в техниках следующего. В конце концов, без Зеркала прогресс в освоении Трех Пульсов хоть и двигался черепашьим шагом, но ведь двигался же!

Полюбовавшись парившим рядом с Кристаллическим Сердцем «диском», Малк быстро пробежался по последовательности образов – они облегчали настройку Духа на тренировку, – и сконцентрировался на чувстве резонанса. Именно от него следовало отталкиваться при дальнейшей практике Трех Пульсов, а значит, данное ощущение следовало тщательно развивать и взращивать.

Нужное состояние пришло почти сразу, и внутренний мир Малка тотчас преобразился. Кристаллическое Сердце, Нимб и входящие в него заклинания, «диск» – все они предстали в виде определенных вибраций, складывающихся в нечто единое и не диссонирующее друг с другом. И оттого вдвойне удивительнее, что рядом, но все же за пределами Дворца Духа, Малк внезапно обнаружил еще один источник духовных колебаний. Причем источник очевидно созвучный его Духу!

Призрачное Древо?

Влекомый любопытством Малк осторожно подстроился под новую волну, затем потянулся навстречу Властью и… ощутил немедленный отклик. Его тонкое тело словно бы слилось с телом колдовского дуба – теперь это было уже совершенно ясно, – стало больше, массивнее и обрело некие дополнительные способности. Прежде всего те, что отвечали за поглощение Силы.

Малк машинально выполнил формулу сбора и какое-то время наблюдал за тем, как энергия ручейком вливается в его резерв. Затем прикинул размер входного потока и мысленно присвистнул. Без Зеркала точно не скажешь, но то, что скорость поглощения магии увеличилась более чем в полтора раза, тут никаких сомнений. Да, это, конечно, еще не источник, но однозначно лучший из известных Малку Очагов!

При мысли, что он нашел себе идеального помощника в его занятиях с Зеркалом, Малка охватило возбуждение. Йоррох, если все правильно организовать, то он и два раза в день практиковать сможет!!!

Эмоции переполняли, и сохранять необходимое для нахождения во Дворце Духа сосредоточение дальше было невозможно. Так что Малк, стряхнув с себя навеянную возвращением в тело сонную одурь, медленно раскрыл глаза… чтобы тут же с проклятиями зажмуриться. Когда он садился медитировать, уже начинался вечер и солнце только-только зашло за верхушки деревьев, теперь же оно приближалось к зениту и светило прямо в лицо.

– Святые демоноборцы, целую ночь, что ли, просидел?! – пробормотал Малк, со стоном поднимаясь. Конечности затекли от долгой неподвижности, и теперь со стороны его движения напоминали шевеления паралитика. – Вибрации, резонанс, совместимость… Кажется, с этими штуками следует быть поосторожней. Иначе сядешь так потренироваться и не заметишь, как седмица пролетит.

Вернув членам былую подвижность и хорошенько проморгавшись, Малк двинулся было в сторону выхода с кладбища, как вдруг едва ли не споткнулся о пять похожих на белые сосиски отростков, торчащих из земли. Пару ударов сердца тупо таращился на них – на какой-то миг ему показалось, что это мертвяк тянет из-под земли руку, – и лишь затем с удивлением узнал в необычном растении потребные ему пальцы мертвых.

Они что, под самым носом у него росли, что ли?

Травник из Малка, конечно, тот еще, но пропустить находящиеся под ногами колдовские «травки» даже для него было чересчур. Потрясенный, он перевел взгляд дальше и тотчас наткнулся на нечто и вовсе невообразимое – в пяти-шести саженях от Призрачного Древа десяток кустиков адского цикория окружали могильный холмик, сплошь затянутый множеством пучков демона-и-демоницы. Тут уже стало понятно, что ни о какой случайности не могло быть и речи. Малк наблюдал плоды стараний хозяина жальника. И не важно, поспособствовал ли колдовской дуб росту этих растений или просто убрал мешающие его двуногому «другу» мороки, главное другое – Малк получил возможность собрать все нужные ему травы одним махом.

И отказываться от этого подарка он не собирался! Поэтому поблагодарив Призрачное Древо коротким духовным импульсом и услышав в ответ явственный скрип покачивающихся веток, Малк опустился на колени и принялся рыхлить землю вокруг пальцев мертвых. Первый кандидат на отправку в коробку для хранения особо ценных ингредиентов уже определился, и теперь Малк пытался понять, хватит ли у него нефритовых шкатулок, чтобы собрать урожай всех растущих перед ним трав…

Кладбище Малк покидал с ощутимо потяжелевшим мешком и уверенностью, что он не только закрыл свой долг перед Больдо, но и разделался с некоторыми пунктами уже из собственного списка заданий. И это было настолько здорово, что Малк поддался охватившей его эйфории и позволил себе немного помечтать о будущем. О том, как освоит Тайное Искусство, как разнообразит арсенал ритуалов и чар, как расплатится с иными долгами – в том числе моральными, – и как станет по-настоящему свободным!

Малк не заметил, как увлекся и перестал следить за окрестностями. Шел себе и шел, лениво переставляя ноги, и был совершенно не готов встретить на полузаброшенной лесной дороге кого-либо еще.

Он только-только вывернул из-за кустов, густо разросшихся на обочине, как вдруг словно гром среди ясного неба внезапный крик:

– Святые, и кого же я вижу?! Неужели запропастившегося демоны знают где Малка Эттина?!

Малк вздрогнул, цапнул рукояти тесаков и только потом узнал голос. Разумеется, это была Змея – только она так цеплялась за проклятое прозвище. Девушка стояла на подножке застрявшего в выбоине экипажа и энергично махала ему рукой.

– Сиськи Дораны! Разве можно так пугать?! – пробормотал Малк несвойственную ему грубость и уже громче сказал: – И тебе не хворать, Эйша! Не скажешь, чего забыла в такой дыре?

– Фу, как неприветливо! – ответила Змея, соскакивая на землю и направляясь навстречу младшему соученику. – А где же «рад тебя видеть, моя дражайшая Эйша»?

Малк досадливо поморщился. Какая еще, к Йорроху, «дражайшая»?! После Эттина в «белой грамоте» она для него навсегда станет «занозой в заднице» или еще кем похлеще.

– Ты сегодня непривычно одета, – сказал он. – Что изменилось?

Старшая соученица вместо традиционного брючного костюма щеголяла в черном мужском жилете поверх белой сорочки с закатанными рукавами, черных же бриджах для верховой езды и коричневых высоких ботинках. Но больше всего привлекали внимание два темно-зеленых браслета, охватывающих оба запястья девушки. За те восемь месяцев, что Малк знал Эйшу, с подобными украшениями она появилась впервые.

– Пока ничего, но скоро, очень скоро… – хрипло рассмеялась Эйша, любовно поглаживая один из браслетов.

Несмотря на отсутствие магического фона, у Малка начало крепнуть подозрение, что это артефакты. И получила их Змея явно в одной из тех поездок, в которые Мастер периодически отправляет старших учеников. Интересно, какие у них свойства? Защитные, атакующие или какие-то еще?

– Больдо говорит, ты тут старшим товарищам надумал помогать? – вдруг спросила Эйша провокационным тоном.

Малк нахмурился.

– Если договоримся о цене, – осторожно поправил он старшую соученицу. – Ты за этим сюда приехала?

– Почти, – усмехнулась Эйша. – Вообще думала подождать, когда вернешься, но тебя все нет и нет. Вот я и забеспокоилась.

На языке хоть и вертелось, что они не в тех отношениях, чтобы беспокоиться друг о друге, но озвучивать эту мысль Малк не стал. Он равнодушно пожал плечами и бросил:

– С чего бы это? Меня дома всего сутки не было…

– Серьезно? А вот согласно записям в журнале охраны, ты уже три дня как покинул пределы внутренней фракции, – изобразив на лице задумчивую мину, сообщила Эйша, чем привела Малка в крайнюю растерянность.

– В смысле, три дня?! Я же только вчера медитировать сел… – осторожно сказал он.

У Змеи вырвался странный смешок.

– О, кто-то чересчур увлекся практикой… С некоторыми Искусствами такое бывает, да. А уж если человек везунчик, то при неосторожности процесс может настолько затянуть, что самостоятельно из ментальных дебрей и не выбраться! Так что ты там поосторожнее.

Акцент на «некоторых Искусствах» хоть и был едва уловим, но все же был. Малк сделал мысленную пометку хорошенько обдумать этот момент, однако вслух спросил:

– Может, у старшей сестры по Мастеру есть какой-то более практичный совет?

– Как ты заговорил… – восхитилась Эйша. – Ну да ладно, вежливость надо ценить. Совет простой: либо практикуй с Зеркалом Друзала – с той моделью, где есть контроль времени, либо покупай магический будильник и перед медитацией цепляй себе на руку. Без артефактов не тренируйся! – Видимо, для большей значимости девушка поводила перед носом Малка указательным пальцем. Затем с улыбкой спросила: – Такой совет тебя устроит?

Малк кивнул. Эйша тут же весело скомандовала:

– Тогда, если с расспросами покончено, помоги вознице развернуть экипаж, и поехали. Раз ты теперь охотник за редкими травами, хочу показать одно «рыбное» место… Из тех, что для меня в данный момент «закрыты». Понял?.. А! Ни Йорроха ты не понял!!! Ладно, приедем на место, и сам во всем разберешься… Главное, пошевеливайся! Нам надо до вечера успеть…

Малк, несколько оторопевший от напора Змеи, поначалу хотел было послать нахалку со всеми ее инициативами подальше, но затем прикинул, что ему и вправду в будущем придется договариваться с ней насчет ее порции знаний о Руноглифе, и… кивнул. Раз уж Эйше так хочется его куда-то отвезти, что она лично отправилась на его поиски, то почему бы не пойти даме навстречу? Вдруг попутно удастся узнать кое-что сверх того, что ему отмерила хитрая, как демоническая змея, Ученица?

И он с показной ленцой направился в сторону кареты…

Несмотря на то что Эйша говорила об одном вполне конкретном месте, к нему они поехали далеко не сразу. Сначала девушка долгие несколько часов возила младшего соученика по самым укромным урочищам на востоке острова Риммы, пригодным для произрастания колдовских «травок». И лишь когда Малк отметил их все на карте, попутно уяснив ценность полученных знаний, лишь тогда велела вознице править на Змеиный холм.

– Что это за место? – устало спросил Малк, которому уже остодемонело мотаться по бездорожью и слушать лекции о бесчисленных сорняках.

– Настоящая жемчужина в нашей сегодняшней коллекции, – с загадочной улыбкой сказала Эйша, выглянув на мгновение в окно. Возникло ощущение, будто она хотела убедиться, что день уже клонится к закату. – Кстати, единственная точка в этой части Риммы, с которой в любую погоду можно увидеть Левого и Правого Братьев… Если смотреть на них с любого другого места, то они всегда затянуты туманом, а вот если отсюда, то, уж не знаю по какой причине, оба как на ладони.

– Эйша, какие еще, к Йорроху, Братья? – спросил Малк почти ласково. – Нас вроде как колдовские травы интересуют. Или уже нет?

Змея с едва заметной улыбкой покачала головой.

– Братья – это два острова. Небольших, почти крохотных. На одном перед Восстанием рыбацкий поселок располагался, а на другом – усадьба Младшего Магистра Школы. Однако после гражданской войны ничего не осталось… И да, к нашей поездке они никакого отношения не имеют, просто забавный факт, – сообщила она и деловым тоном добавила: – Но вот что нам действительно важно, так это наличие на вершине холма крохотного источника Пневмы. Его даже полноценным первым классом назвать сложно, к тому же он загрязнен смесью Жизни и Смерти. Но именно благодаря ему Змеиный холм считается раем для тех травников, кого интересуют весьма специфические травки…

– То есть я правильно понимаю, что такое хорошее место известно всем и каждому, благодаря чему там теперь не найти даже самого завалящего цветочка? – скептически уточнил Малк.

– Если бы! – снисходительно усмехнулась Эйша. – Холм не просто так называется Змеиным. И любой неосторожный любитель пособирать редкие колдовские растения рискует встретить очень рассерженных его обитателей.

– Обычных змей? – поморщился Малк.

– Нет, призрачных. Которых не берет ни обычная магия, ни доступное простым смертным оружие, – с намеком сказала Эйша. Немного помедлила, не сводя с Малка глаз, а затем пояснила: – Я, как ты уже знаешь, с бестелесными созданиями пока справиться не в силах. Чего нельзя сказать о тебе…

Малк нахмурился:

– Это ты на экзорцизм намекаешь?

– Может, на экзорцизм, а может, на твою чересчур сильную Власть или удивительную способность противостоять охотящемуся на тебя бестелесному карлику. Сам думай… – Эйша хитро ему подмигнула и деловито поинтересовалась: – Ну так что, проверишь силы или боишься?

Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: Змее зачем-то очень надо затащить Малка на этот холм в вечернее время, причем ради этого она готова пойти на любые ухищрения. И с одной стороны, надо бы от подобных дел держаться подальше, а с другой – кто знает, ответы на какие вопросы найдет Малк, когда поднимется на вершину?

А, к Йорроху все!

– Так что, мне одному идти? – чувствуя, что он обязательно о том пожалеет, спросил Малк с кривой усмешкой.

– Разумеется. Я ведь уже все объяснила, для меня Змеиный пока «закрыт», – с видимым облегчением заулыбалась Эйша.

– Ну тогда проследи за вещами, хорошо? – небрежно бросил Малк, кивая на мешок с урожаем кладбищенских трав.

Уже сделал было движение, чтобы вылезти из экипажа, но вдруг кое-что вспомнил и потянулся к своим вещам.

– Что такое? Боишься, ценности твои украду? – обиделась Змея.

Малк помотал головой:

– Нет. Просто хочу кое-что забрать.

Он достал из горловины мешка две «авалонки». Сражение во флактурме кое-чему его научило, и наряду с идущими на продажу артефактами Малк сделал несколько штук и для собственного использования. Две «лечилки» и восемь Искр – ровно столько, чтобы поместилось в две стандартные сумки-«авалонки». Причем сосуды с боевым заклинанием он создавал на свой страх и риск. Изготовление оружейных артефактов без имеющихся на то разрешений и лицензий каралось властями самым решительным образом. Но когда приходится выбирать между спасением жизни и проблемами с законом, выбор очевиден.

Прицепив обе сумки себе на пояс, Малк отсалютовал странно поглядывающей на него Эйше и энергично зашагал к холму. Призрачные змеи, говорите? Что ж, он готов на них посмотреть. Как и на то, что в действительности находится на вершине…

Впрочем, сразу наверх Малк не полез. Поначалу он прошелся вдоль основания холма, разыскивая подходящие тропинки. И лишь когда ни одну не нашел – что косвенно подтверждало слова старшей соученицы о непопулярности Змеиного среди смертных сборщиков трав, – лишь тогда принялся карабкаться по заросшему склону.

– Не забывай про призрачных тварей!!! – донесся до него крик Эйши, когда в особо сложных для подъема местах он начал помогать себе руками.

Малк едва сдержался, чтобы не ответить грубостью. Советчица йоррохова! Чем заботу изображать, лучше бы объяснила, за каким демоном действительно его наверх послала!

Впрочем, раздражение раздражением, а совету он внял и стал более внимательно поглядывать по сторонам. И когда из-за неприметной кочки вдруг прямо по воздуху в его сторону выстрелила полупрозрачная вытянутая тень, к ее появлению он оказался полностью готов. Поймал гадину защищенной Властью ладонью и без затей отшвырнул прочь. Мог бы вовсе убить, но, честно говоря, пожалел энергию на Рассеивание. И, как оказалось, не зря. Ни эта конкретная змея, ни ее товарки больше не нападали. Да и вообще при виде Малка все обитатели Змеиного холма в дальнейшем спешили убраться прочь, превращая потенциально опасный подъем едва ли не в увеселительную прогулку.

Наконец Малк оказался наверху, если верить духовному чутью – в трех саженях от центра упомянутого источника Силы. Он был готов к чему угодно – к нападению всех призрачных змей разом, к открытию портала в Пекло и даже к появлению господина Тияза собственной персоной. Чего он точно не ожидал, так это того, что после подъема на холм ровным счетом ничего не произойдет. Будто все, что ему до того сказала Эйша, было сущей правдой, и единственное, чего она хотела, это прояснить саму способность Малка преодолеть кордоны бестелесных защитников Змеиного.

– Проклятье, это как-то даже обидно… – протянул Малк, чувствуя себя жертвой розыгрыша.

Еще раз огляделся, нашел взглядом несколько знакомых ему колдовских трав – их здесь было действительно немало, даже пальцы мертвеца имелись – и помянул Йорроха. Нет, что-то здесь не так! Точно не так! Раздраженно мотая головой, Малк решительно направился к источнику. Если и надо искать где-то подвох, то именно в нем!

Однако спустя несколько минут он убедился, что и здесь все тоже было в порядке. Как и говорила Эйша, это был слабенький природный источник Пневмы, настолько загрязненный всевозможными флюидами, что Малка передергивало при одной мысли зачерпнуть из него Силу. Ничего опасного или хотя бы просто подозрительного.

Если бы Малк не был нацелен на поиск всевозможных странностей, явно выбивающихся из общего фона, он бы, наверное, так и отправился обратно. И даже потом выяснять отношения с Эйшей не стал бы. Но он именно что искал все необычное. И наконец нашел. По непонятной причине в центре источника не было ни одного растения, требовательного к повышенному магическому фону. Вместо ожидаемых колдовских трав там росли более чем обычные полевица, овсяница и ситник. Ни тебе следов магических мутаций, ни признаков химеризации, ни последствий отравления Силой. Все нормально настолько, что это уже само по себе вызывало подозрения.

Уже догадываясь, что сейчас увидит, Малк приблизился к необычному участку, присел на корточки и кончиком тесака подцепил участок дерна. Надавил, потянул, и вот уже вслед за клинком поднимается целая полоса, кем-то заботливо вырезанная и аккуратно размещенная в источнике. А под ней… под ней в неглубокой яме лежал скелет человека.

Малк снова помянул Йорроха, а следом и всех Девятерых поименно. Встал, посмотрел вниз – Эйша вместо того, чтобы скучать в салоне, увлеченно копалась в багажном отделении позади экипажа – и снова повернулся к своей находке.

Скелет, серьезно?! Змея хотела, чтобы он нашел обычный скелет?

Малк торопливо расчистил подобие могилы от остатков дерна и после минутного изучения подтвердил прежний вердикт: кости действительно принадлежали человеку. Смертному, без травм и магических отметин. И это… это превращало происходящее в абсолютную бессмыслицу. Кому понадобилось помещать находящиеся в идеальном состоянии человеческие останки в центр слабенького природного источника? Будь здесь следы ритуала или окажись вместо скелета тело целиком, Малк бы понял. Проведя восемь месяцев во внутренней фракции Школы, где полно кукольников, и имея в учителях самого настоящего некроманта, сложно не знать о некоторых нетрадиционных методах создания немертвых марионеток. Но кости…

Или это такая маскировка? Малк нахмурился, сотворил в ладони самое мощное свое Рассеивание – восемь эргов не пожалел – и шлепнул его в середину грудной клетки своей находки.

Реакция последовала незамедлительно. Место, куда он применил чары, засветилось серебром, от него потекли во все стороны струйки тумана, и так до тех пор, пока весь скелет не скрылся от взгляда Малка. Затем короткая вспышка и… и Малк с проклятиями отшатнулся от могилы, на ходу вытягивая сразу из обеих «авалонок» сосуды с Искрами. Морок, прикрывавший кости, исчез, и открылся истинный облик умершего. Хотя почему умершего? Вполне себе живого и здравствующего! Вместо смертного человека из ямы на Малка свирепо сверкал глазами самый настоящий демон. Да не какой-то неизвестный, а старый знакомец Трехголовый – эта омерзительная смесь человека, ящерицы и богомола.

– Вот куда ты раны приполз зализывать, – процедил Малк, продолжая пятиться. – Лучше места не нашел или именно такой источник тебе больше по вкусу приходится?

Ответа он не ждал, болтая больше для собственного успокоения. Поэтому, когда монстр неожиданно распахнул пасть и выдохнул протяжное «Ты-ыыы!», даже растерялся. Гадина настолько разумна, что способна говорить? В убежище она ему показалась несколько менее развитой… Или тогда просто было не до того?

Знакомое лицо словно пробудило Трехголового от спячки. Издав утробный вой, он одним прыжком вылетел из могилы и с каким-то металлическим скрежетом вместо рычания ринулся на Малка. Четыре шага – вот сколько их отделяло друг от друга. И три из них демон преодолел за какую-то секунду. Он сделал бы и четвертый, но тут Малк раздавил между пальцами сосуды с чарами и практически в упор выпустил в грудь Трехголовому сразу две заряженных до предела Искры. Тварь споткнулась, едва не упала и… получила в то же самое место еще два магических снаряда. А затем еще два и еще.

Несмотря на всю сложность ситуации, каждый истраченный одноразовой артефакт отзывался в сердце Малка самой настоящей болью. Учитывая, сколько сейчас стоил сосуд с боевым заклинанием нулевого круга, он не заклинания бросал в демона, а полновесные драхмы… И ладно бы был какой-то результат! Израсходовав все свои запасы, единственное, чего Малк добился, это остановил атаку Трехголового. Да и то временно. Если он собирался выйти из драки победителем, следовало придумать нечто более действенное!

Вопреки словам Больдо о том, что демон из Хеймдарка не владеет серьезной магией, тварь вдруг замерцала, пошла рябью и разделилась надвое. Перед похолодевшим Малком оказалось сразу два противника. Мысль, что лишенная большей части тел гадина достаточно восстановилась, чтобы вернуть себе хотя бы часть потерянных сил, ужасала. Враг, владеющий третью мощи Охотника за плотью, – это совсем не то же самое, что враг, владеющий двумя третями!

Мысленно уже прикидывая, как будет бежать со ставшего ловушкой холма, Малк взялся за револьвер. Шесть следующих друг за другом выстрелов, затем еще четыре Искры, теперь уже «честно» наколдованные самим Малком, и под конец два Рассеивания, высосавшие последние остатки свободных эргов.

Свою ошибку при выборе атак он понял уже в конце, когда пара выпущенных в конце чар накрыла обоих Трехголовых и те вдруг лопнули, точно мыльные пузыри. Только тогда стало очевидно, что демон если и восстановил часть своего могущества, то явно не настолько, чтобы создавать реальные тела. И то и другое тело были иллюзиями, а настоящий Трехголовый к этому моменту подобрался к Малку на расстояние вытянутой руки и попытался вцепиться в горло.

Спасли Малка лишь наработанные в схватках с Больдо инстинкты. Слишком он привык к подлым атакам, чтобы забывать о защите. Так что когтистая лапа впустую скользнула по защищенной Властью коже, а Малк моментально контрактовал слитным ударом обоих тесаков. Тяжелые лезвия вспахали демону грудь, рассекли нижнюю челюсть и под конец сшибли кончик рога на левой скуле.

Трехголовый, явно не ожидавший такого поворота, тотчас потерял весь задор, заметался, начал хаотично размахивать лапами и тут же заработал еще одну рану – обратным движением Малк отсек твари левую кисть.

Увы, но праздновать победу было рано. Полученные раны Трехголового если и ошеломили, то лишь на какой-то миг. Боль и страх моментально сменились исступленной безумной яростью, демон, наплевав на возможные новые раны, ринулся вперед и… всем телом сшиб Малка на землю. Сам же навалился сверху и, даже не пытаясь снова добраться до горла, вонзил когти ему в грудь, аккурат напротив сердца.

– Я сожру твои сердце и почки!!! – глядя прямо в глаза Малку, то ли прошипел, то ли передал ментально Трехголовый, вновь становясь похожим на кого-то неуловимо знакомого.

Однако если он надеялся вселить в противника страх, у него не получилось. Стиснув зубы, Малк продолжал упорно сопротивляться. Одной рукой он перехватил терзающую грудь лапу, а другой, точнее, зажатым в ней клинком принялся наносить слабые удары по шее демона.

В борьбе на какое-то мгновение наступило хрупкое равновесие, когда ни одному из сражающихся не удается завоевать решающее преимущество. И если спросить сейчас Малка, кто победит, он бы не смог дать точный ответ. Все решало время и способность бойцов терпеть боль.

В какой-то миг и он, и демон явно настроились на долгое противостояние, но… но тут башка Трехголового внезапно взорвалась, забрызгав кровью и мозгами лицо Малка, а следом ветер принес эхо выстрела. Эйша, пусть и столь неожиданным образом, все-таки вмешалась в битву.

– Проклятье! Проклятье!! Проклятье!!! – прорычал Малк, стирая с лица содержимое черепной коробки демона и едва сдерживая рвотные позывы.

С трудом спихнул рухнувшее на него тело твари в сторону и медленно поднялся на колени. В который уже раз за сегодняшний вечер глянул вниз и увидел Змею. Явно довольная, девушка сидела на крыше экипажа, держа на коленях здоровенную винтовку, и махала ему рукой.

– Цел?

Цел?! Она издевается?! Хоть Малка никто на холм и не тащил – сам залез, влекомый любопытством, но сейчас ничего, кроме злости, он не испытывал. Эйша все знала, не могла не знать. И про скелет в источнике, и про того, кто им притворялся. А раз так, то к чему был весь этот йоррохов балаган?!

Малка так и подмывало спуститься вниз и высказать все, что накипело, Змее в лицо. Но… но вместо этого он решительно выдохнул, успокаиваясь, достал проклятый нож и склонился над телом демона. Скандалы, выяснения отношений, взаимные обвинения – все это эмоции, для которых всегда можно найти время. Трезво смотрящий на вещи маг должен уметь верно расставлять приоритеты. Например, в данный момент Малк ясно понимал, что на первом месте у него стоит сбор трофеев. И да сожрет его сердце и почки возродившийся Трехголовый, если он упустит хоть что-то из полагающейся ему добычи!

Глава девятая,

в которой к герою возвращается однажды утерянное

Обнаружение и окончательное убийство Трехголового учениками господина Тияза наделало много шума. Тварь, повинная в смерти множества людей и успешно скрывавшаяся не только от колдунов Школы, но и от специально собранной следственной группы, вдруг погибает от рук столь слабых чародеев. Ну не удивительно ли?

Увы, в чудеса высокоранговые маги не верили и взялись за чересчур везучих студентов всерьез. Два дня допросов у дознавателей, несколько задушевных бесед с Мастерами внутренней и внешней фракции и одна, пусть короткая, но все же встреча с директором Школы. Последнего Малк вообще увидел впервые. Обычно Магистр Клайд Книжник пропадал в своей лаборатории, практически не уделяя никакого внимания делам подчиненной ему организации, а тут вдруг оживился и соблаговолил пообщаться с двумя студентами.

Беседа, правда, получилась довольно странной. Йоррох знает о чем господин Клайд спрашивал Эйшу, но в разговоре с Малком его интересовали вещи, не имеющие практически никакого отношения к убийству демона. Тоскует ли он по Колхауну, доволен ли обучением у Тияза Черепа, кем себя видит через десять – пятнадцать лет – вопросы Магистра шокировали своей простотой и неуместностью. Заставляли думать, что могучий маг хотел не столько услышать Малка, сколько посмотреть на него своим духовным зрением.

Вопреки прилагаемым усилиям обнаружить в поведении Малка и его старшей соученицы нечто опасное или внушающее подозрение ни у кого так и не получилось. Спустя седмицу их все же оставили в покое, видимо в качестве отступных за излишнее волнение вручив «наградные» пять драхм. В другой раз размеры премии, может, и показались бы Малку оскорбительными – одни только ингредиенты из тела Охотника за плотью стоили в три раза дороже, – но свой трофей он уже получил и потому к пяти золотым отнесся с философским спокойствием.

То же самое ему советовал и Больдо.

– Забудь! Им плевать, на службе ты был или грохнул демона как вольный стрелок, – нормальных денег никогда не заплатят! Всегда найдут какие-нибудь отговорки, нарушения или проступки и отсыплют монет по минимальной ставке, – поделился жизненным опытом Голем, когда Малк все же посетовал ему на случившуюся несправедливость. – К тому же… Очаг Силы ты вырезал, и сдать его от тебя никто не потребовал. А все, что сверх, считай, твой прибыток!

– Да я и не спорю, но… вся эта ситуация какая-то неправильная. Вроде и всеми разыскиваемого демона нашли, и убили его, а ощущение такое, что не Трехголовый здесь главное зло, а мы с Эйшей, – поделился наболевшим Малк. – И вместо извинений за непонятные подозрения – пять драхм в зубы и едва ли не коленом под зад.

– А как иначе-то? Люди погибли? Погибли. Виновные до сих пор не найдены? Не найдены. Вот власти и цепляются за кого только можно и нельзя, – развел руками Больдо. – А тут ты такой красивый нарисовался. И в убежище себя проявил, и последнее из тел Трехголового выследил… Это настолько подозрительно, что не может не требовать проверки.

– То есть в следующий раз лучше не выделываться с публичными подвигами и по возможности все делать по-тихому? – скривился Малк.

– Э-э-э, брат. Открою тебе большой секрет: вообще все надо делать по-тихому! Иначе обязательно найдется кто-нибудь, кто возжелает повставлять тебе палки в колеса, – покровительственно сообщил Голем. – Относительно же нашей ситуации… Нам вообще повезло, что любые огрехи и провалы на покойного Конта Два Зеркала списать можно. Иначе совсем швах. Если стоит вопрос, кого назначить жертвенным козлом – какого-нибудь Младшего Магистра или Бакалавра с Учеником, – то, думаю, ты понимаешь, какой будет ответ.

– В смысле, жертвенный козел?! Реальное положение дел вообще никого не волнует? – возмутился Малк.

– А что не так? Демон окончательно мертв и твоими стараниями восстановиться уже не сможет, ошибки планирования тоже есть на кого списать… – нейтральным тоном принялся перечислять Больдо.

– Угу. Только вот Трехголовый со своими миньонами не просто так резню устроил, он жизненную силу собирал. И плодами своих усилий воспользоваться точно не успел. Тогда где вся эта прорва энергии? – сказал Малк, зло сощурившись.

– А вот это уже не нашего ума дело, понял? – моментально вскинулся Больдо. – Стоял ли кто-то за Трехголовым или он «работал» один, ушла ли собранная жизненная сила к неведомому заказчику или ситуацией воспользовался кто-то третий… Пусть об этом болит голова у тех, кому ранг позволяет. Для нас с тобой убийца – демон. И точка.

Воспитание требовало от Малка возмутиться подобным приспособленчеством. Его так и подмывало выдать Больдо что-нибудь на тему справедливости, соблюдения законности и честности, но… но тем и отличается человек с опытом от неоперившегося юнца, что первый живет в реальном мире, а второй – в своих фантазиях. Потому вместо обличительной речи Малк поблагодарил старшего товарища за разумный совет и закрыл тему.

Точнее, сделал вид, что закрыл. Раз некоторые вещи нельзя узнать обычным способом, значит, следует воспользоваться обходным путем. И таковым для Малка был господин Жак Улей. С толстяка ведь не убудет ответить на некоторые его вопросы, правильно? Вот он их ему и задаст.

Примерно с такими доводами Малк и заявился в гости к Младшему Магистру, чтобы внезапно выяснить, что агент Тайной Канцелярии, прикрываясь необходимостью проведать заболевшего друга, взял у руководства Школы небольшой отпуск и отбыл в неизвестном направлении. О том, чтобы как-то предупредить своего помощника, господин Жак и не подумал. Малк остался предоставлен самому себе.

Огорчило ли это его? Не слишком. Задвинув на задворки памяти волнующие его вопросы, Малк со спокойной душой снова сосредоточился на тренировках. Практика второго слоя Тайного Искусства, заучивание знаков Руноглифа, осторожное изучение духовного резонанса – ему было чем заняться и помимо выяснения чужих тайн и секретов. Йоррох, да на одну только разгадку хорошего к нему отношения Призрачного Древа могли уйти дни, если не седмицы! А ведь вокруг полно и других вещей, требующих самого пристального внимания…

В итоге следующую седмицу или около того Малк безуспешно старался везде успеть, разрываясь между множеством дел. Однако хватаясь за все подряд, быстрого прогресса не добиться. Поэтому в какой-то момент он был вынужден сказать себе стоп и по старой привычке засесть за составление планов. Сначала выделил глобальные задачи, требующие каждодневной работы – то есть то, без чего развитие на текущем этапе попросту невозможно. И тут у изучения Трех Призрачных Пульсов и духовного резонанса не было никакой альтернативы!

Затем разделил оставшиеся дела по степени важности и требуемым на их решение усилиям. Так, изучение философии магии ушло в конец списка, зарабатывание денег и отработка долгов отправились в его середину, а завершение изучения доступных знаков Руноглифа поднялось на самую вершину.

Получилась вполне понятная и наглядная схема занятий, однако после некоторого размышления Малк был вынужден внести в нее важное изменение. Отдельной графой он выделил все то, что могло повысить его шансы на выживание. Вопрос собственной безопасности Малка и раньше волновал – не зря же он с Больдо заниматься начал! – но ведь и подходить к его решению можно по-разному. Можно выбрать игру вдолгую и постепенно повышать свои боевые навыки через тренировки, можно сосредоточиться на зарабатывании денег и через старших соучеников или Мастера приобрести подходящие артефакты, можно пойти по проторенному пути и запечатать в одноразовые сосуды еще несколько десятков Искр и «лечилок»… А можно воспользоваться удачным стечением обстоятельств и сделать инструмент, с которым любая опасность перестанет быть смертельной неожиданностью! Причем не когда-нибудь в обозримом будущем, а буквально через считаные дни.

И вот как раз с претворения в жизнь последнего пункта Малк и принялся реализовывать составленный план.

– Зачем тебе нужен верстак? – ровным, безэмоциональным голосом спросил господин Тияз в ответ на просьбу Малка поработать за имеющимся в распоряжении Мастера артефактным столом.

– После убийства Трехголового мне достался его Очаг Силы. И вот теперь хочу сделать из него что-то полезное, – честно сказал Малк. – Нет, могу и сам… Очистить кость через ритуал, затем воспользоваться проклятым ножом в качестве резца, но зачем, если все можно сделать быстрее, качественнее и лучше с помощью гораздо более подходящего инструмента?

Видимо, своей просьбой Малк смог удивить Мастера. Тот даже отложил неизменную книгу и пристально на него посмотрел.

– Насколько я помню, артефакторику ты не изучал…

– Зато изучал гадание, – пожал плечами Малк.

Больше ничего объяснять не понадобилось. Череп тут же понятливо кивнул.

– Ясно… Гадательные кости, верно?

– И рад бы что другое попробовать, но я только с ними умею работать, – с сожалением сказал Малк. – Так что да!

Господин Тияз задумчиво побарабанил пальцами по столу и снова остро глянул на Малка.

– И ты понимаешь, чем для мага чревато гадание? Пусть оно даже будет тысячу раз примитивным и лишенным того влияния, что оказывает на Дух настоящее пророчество?

– Да, – твердо ответил Малк, чувствуя, что именно сейчас решается, получит он доступ к магическому верстаку или нет. – Я беден, мой Дар слаб, а знания ограниченны. Но это не повод всю жизнь оставаться слабаком! И я верю, что гадание поможет если не найти собственную тропинку к могуществу, то хотя бы сгладить некоторые углы.

В комнате, где господин Тияз принимал Малка, повисла тишина. Кажется, что-то в словах младшего ученика заставило Мастера всерьез задуматься, но вот что именно, он озвучивать не торопился.

– Хорошо, разрешаю. И заниматься гаданием, и пользоваться верстаком, – проронил Тияз Череп, когда ожидание стало казаться Малку совершенно невыносимым. – Каждый день с трех до шести стол в твоем распоряжении… Но если не хочешь, чтобы я пожалел о своих словах, управляющие кристаллы заряжаешь сам и по завершении наводишь порядок!

– А плата? – осторожно уточнил Малк, до которого только сейчас дошло, что во власти Мастера вмешаться в его планы и запретить заниматься некоторыми практиками.

– У меня сегодня хорошее настроение, так что обойдемся без нее, – издал шипящий смешок господин Тияз и прежним ровным голосом добавил: – И да, чтобы ты меня каждый раз не дергал, завтра дам ограниченный доступ в лабораторию…

Если разрешения пользоваться верстаком он все-таки ждал – иначе ни за что не сунулся бы к Мастеру со своей просьбой, – то новость об открытии для него святая святых любого мага Малка откровенно ошеломила. Да, никакими особенными правами он обладать там не будет, но… Йоррох побери!!! Это же лаборатория Младшего Магистра, старейшины Школы!!!

Малк понятия не имел, какими соображениями руководствовался господин Тияз, обещая нечто подобное, но в его собственных глазах это был акт доверия. Доверия, предать которое он не мог!

– Мастер… Простите, Мастер, но… Не надо доступа! – медленно сказал Малк, облизнув враз пересохшие губы, а потом начал говорить, тщательно подбирая слова: – Старые связи самые крепкие, их не всегда получается порвать. И став вашим учеником не совсем… привычным образом, я…

– Ты продолжаешь общаться с Жаком Ульем! – не без раздражения продолжил за него господин Тияз. – Ты действительно думаешь, что, забирая тебя у этого жирного ублюдка, я считал, что будет как-то иначе? – В голосе Мастера теперь звучала неприкрытая насмешка. – Или я столь глуп, что верю в способность недавнего Адепта устоять перед желанием пусть даже столь никчемного, но все же Младшего Магистра добиваться ответов на свои вопросы?

– Нет, но… но тогда почему?! – выдохнул Малк растерянно.

– Какие вы все одинаковые… Сколько учеников, а все задают одни и те же вопросы, – рассмеялся Тияз Череп неприятным каркающим смехом и с неопределенной интонацией продолжил: – А правда в том, что я выше подковерной возни Жака. Пусть копает, пусть вынюхивает… Да и ты все равно ничего серьезного пока не знаешь.

– Пока? – ухватился за нужное слово Малк.

– Пока! – подчеркнул господин Тияз и вновь потянулся за книгой, намекая, что аудиенция окончена.

Продолжать беседу было чревато наказанием, поэтому Малк понятливо кивнул и, поблагодарив за оказанное доверие, в растерянных чувствах покинул коттедж. Общение с Мастером дало ему несколько больше, чем он рассчитывал, и теперь это следовало как-то переварить. Все-таки он столько месяцев жил под гнетом моральной дилеммы – терпел, мучился, не знал, как разобраться с нарастающим конфликтом, наконец решился открыться… чтобы неожиданно выяснить, что никакой проблемы нет и таковой она является только в его глазах. Определенно, это стоило хорошенько переосмыслить!

Тем не менее на следующий день он точно в срок явился в дом господина Тияза за обещанным допуском к магическому верстаку. И пусть хозяина на месте не оказалось, что входная дверь, что дверь в лабораторию – все они открылись при первом его касании. А нужный Малку артефактный стол и вовсе переместился из дальнего угла комнаты в самый ее центр. Так что теперь за ним можно было работать без особых проблем.

Тияз Череп держал слово. И пусть можно было не сомневаться, что никаких секретов Малк действительно не увидит, а в комнатах, вполне возможно, присутствует незримая система наблюдения, подобное доверие… подкупало. И совершенно не хотелось каким-нибудь поступком заставить Мастера пожалеть о своем решении.

Поэтому ни слоняться впустую по лаборатории, ни даже чересчур сильно глазеть по сторонам Малк не стал. Он ведь просился поработать за верстаком? Вот к нему он и проследовал.

– Итак, с чего начинаем… – вслух принялся рассуждать Малк, едва присев за стол и окинув взглядом представленный на нем инструментарий.

Здесь было все, о чем только может мечтать начинающий артефактор: тиски, всевозможные резаки и сверла, неплохой граверный набор и целая батарея баночек с красками и алхимическими растворителями. Однако самое важное было встроено непосредственно в каменную крышку стола и представляло собой умопомрачительно сложный заклинательный круг. Именно ради него Малк и обратился со своей просьбой к господину Тиязу.

Проведя ладонью над поверхностью колдовской фигуры и ощутив легкое покалывание – конструкция не была нарушена и сохраняла остаточный заряд Силы, – он кивнул и осторожно выложил в центр свой трофей, полученный из тела Трехголового. Это был угловатый и невозможно уродливый «позвонок», липкий на ощупь и к тому же постоянно фонящий скверной. По сравнению с ним кость, полученная в Андалоре из «гусеницы», казалась едва ли не приятной глазу! И, честно говоря, если бы не ценность данного предмета, Малк ни за что бы к нему не прикоснулся.

Йоррох, именно в такие моменты становилось понятно, какую потерю он понес, лишившись платка леди Марой! От скольких проблем бы избавился, будь тот по-прежнему у него. Хранение, переноска, сокрытие – экранирующая магические и демонические эманации тряпка была пригодна для всего! И теперь ее у него нет…

Помотав головой, Малк еще раз окинул взглядом кость. Затем положил ладони по обе стороны от колдовской фигуры – нужные места были соответствующим образом выделены – и принялся вливать Силу. Хватило двух эргов, чтобы по внутреннему кругу магического рисунка забегали два голубых огонька, а перед внутренним взором развернулась лента с десятком разного рода пиктограмм. Так и подмывало изучить каждую из них, но Малк сюда заявился не ради праздного любопытства. Он быстро нашел узор с пламенем в круге и выделил его вниманием.

Устройство верстака тотчас отозвалось толчком в ладони, а откуда-то из недр каменной столешницы пошел поток мощной Силы, которая, пройдя через сложные трансформации в заклинательном круге, сфокусировалась на «позвонке». В воздухе раздался слабый треск, трофей из Пекла охватило бездымное белое духовное пламя, которое не столько сжигало скверну, сколько изгоняло ее. С «позвонка» потекла черная жижа, которая ничуть не боялась огня и неведомым образом впитывалась в поверхность стола. Очистка демонической кости, в свое время потребовавшая от Малка столько усилий, началась…

Следующие двадцать минут прошли для Малка невыносимо скучно. Ни тебе напряжения всех сил, ни опасений влезть в сферы, куда не стоит влезать низкоранговым магам – просто сиди себе за столом, прижимай руки к крышке и изредка корректируй поток Силы Властью. И все!

Единственное, что несколько напрягало, это расход заряженного кристаллического песка. За время работы колдовской фигуры ушло почти сорок эргов, и Малку их все придется восполнять. Но это была такая мелочь, что даже упоминать ее не стоило.

– Так… еще несколько раз повторить, и через пару-тройку дней можно будет обрабатывать! – озвучил свои мысли Малк, закончив очистку и достав кость из круга.

Выглядела она теперь гораздо более гладкой, чистой и уже совсем не такой отталкивающей. Заметно уменьшилось и количество источаемой ею скверны… При мысли о потусторонней грязи, исторгнутой из кости, Малк помянул Святых и достал из ножен проклятый нож. И в кое-как слепленном на коленке ритуале, и при использовании весьма дорогого артефактного стола – везде скверну требовалось сначала куда-то собрать, а потом уничтожить. О чем Малк едва не забыл.

Нож занял место демонической кости, и Малк выбрал следующий режим работы – пиктограмму с воронкой. После чего с отвращением принялся наблюдать за тем, как внутри колдовской фигуры раскручивается красно-бурая спираль, а лезвие клинка покрывает та самая мерзкая жижа. Однако безучастным остаться не получилось. Без хозяина, и прежде всего без давления его Власти, оружие категорически отказывалось поглощать скверну, так что в какой-то момент Малку пришлось активно включиться в процесс и хорошенько выложиться.

– И как ты только с этой мерзостью можешь работать?

Верстак только-только закончил работу, и Малк уже доставал нож из центра фигуры, как внезапно раздавшийся из-за спины голос едва не заставил его подпрыгнуть до потолка.

Проклятый клинок полетел на пол, а сам Малк, до сих пор считавший, что он в лаборатории один, резко повернулся к говорившему.

– Какого… Эйша?! – воскликнул он, увидев стоящую в проходе Змею.

Та криво усмехнулась.

– Что, думал, ты единственный, кому Мастер сделал допуск в лабораторию?

Вопрос застал Малка врасплох. Он об этом как-то не задумывался и теперь пытался понять почему. Ведь действительно, с чего он решил, что данное господином Тиязом разрешение пользоваться лабораторией есть акт доверия именно к Малку, а не… некая стадия, которую проходят все ученики Мастера?

– Нет, просто рассчитывал, что мне никто не будет мешать! – сухо ответил он.

Поднял нож и, обойдя стоящую столбом Эйшу, покинул лабораторию. После той истории с Трехголовым, где девушка убеждала его подняться на гору, на которой прячется демон, они больше не общались. Ни когда возвращались домой, ни когда их начали мурыжить на допросах – Малк подчеркнуто игнорировал Эйшу. Не потому что обиделся, нет, просто считал неразумным общаться с человеком, способным по своей прихоти втянуть его в подобные неприятности.

Остановить его старшая ученица и не пыталась…

Однако, как выяснилось, это совсем не означало, что девушка решила оставить попытки возобновить общение с ним. В последующие дни, когда Малк приходил чистить «позвонок», Эйша уже ждала его в лаборатории. Ничего не говорила, спокойно читала книгу и лишь изредка косила глазом, наблюдая за занятиями младшего брата по Школе.

Малк предпочитал делать вид, что не понимает сути происходящего, и сосредоточивал свои силы на обработке демонической кости. Тем более что с каждым разом это требовало от него все больше и больше внимания. То нож перестанет принимать скверну и, чтобы сломить его сопротивление, приходится напрягать до предела Власть и до донышка опустошать резерв, то, наоборот, «позвонок» приобретает сопротивление к духовному огню и для усиления артефактного воздействия требуется проведение ритуала экзорцизма… В общем, следующие четыре дня – а вовсе не два-три, как думал вначале, – выдались для Малка крайне напряженными. Тут уж точно не до выяснения отношений с Эйшей.

Ситуация изменилась, когда Очаг Силы был избавлен от грязи Пекла и мерзкий даже на вид «позвонок» превратился в аккуратный белый костяной брусок. Приятный на ощупь и хорошо резонирующий с Пневмой. У Малка даже мелькнула соблазнительная мысль использовать его в качестве катализатора для сбора Силы, но он все же ее отверг. На роль Очага гораздо больше подходило Призрачное Древо, его же цель – получить новые инструменты для гадания.

С таким настроем он зажал кость в тисках и только склонился над ней с металлической линейкой, как на край верстака присела Змея.

– Все, сдаюсь. Игру в молчанку ты выиграл, – объявила она, хмуро глядя на Малка. – Я хочу извиниться!

– Не понимаю, о чем ты, – буркнул Малк, шилом делая на бруске ряд отметин.

– Ой, ладно, а! Все ты понимаешь, – поморщилась Эйша. – Не хотела я тебя с Трехголовым подставлять… Просто так получилось.

– Не хотела, но получилось? – вскинул брови Малк. Помялся, не зная, говорить или нет, но затем все же решительно бросил: – Напомню, что на холм меня ты затащила. Я о нем вообще не знал. И время так специально подгадала, чтобы наша с Трехголовым встреча произошла вечером, когда солнце на его призрачную природу почти не влияло. Ну и наконец, ружье с собой ты тоже не просто так захватила… Еще перечислять?

– Не надо, – помотала головой Эйша. – Все так. И потому хочу извиниться!

Малк отложил инструменты в сторону и пристально глянул в лицо Змеи.

– Меня интересует одно: зачем все это понадобилось?

– Хотела кое-что проверить, – со вздохом ответила Эйша. – Прости, но с тех пор, как Мастер обнаружил на тебе метку, я стала считать тебя несколько… подозрительным. И постоянно искала возможность устроить что-то вроде теста.

– Метка? – нахмурился Малк. – Да господин Тияз при тебе же говорил, что с ней все нормально и никаких проблем со мной нет!

– Учитель тоже не всезнающ, а я привыкла доверять инстинктам, – пожала плечами Змея. – А так… пройти мимо твари ты не мог – я все сделала, чтобы ты заподозрил подвох и начал поиски. И тут уже или она бы на тебя напала – подтверждая, что ты чист, или нет – и тогда тебя следовало тащить к Мастеру как «демонолюба».

– Напомню, что демон был на уровне Охотника за плотью, а я всего лишь начинающий Ученик, – зло сощурился Малк.

Эйша фыркнула.

– Не драматизируй! Последнее тело Трехголового, только-только начавшее восстанавливаться в слабеньком источнике, это в лучшем случае средненький Демонический Воин… Ну а я, как ты заметил, хорошо стреляю!

– Все равно не понимаю… Ладно, допустим… замечу, лишь допустим!.. что ты права и хотела меня лишь проверить, но к чему такие сложности с винтовкой? Поднялась бы следом, сама бы организовала стычку с демоном и из первых рядов понаблюдала за нашими с ним «танцами»! – сказал Малк скептически.

Вместо ответа Эйша протянула обе руки и потрясла уже виденными ранее Малком браслетами. Поймала недоуменный взгляд Малка и со вздохом пояснила:

– Все дело в них. Пока на мне эти игрушки, опасных авантюр лучше избегать.

Слова Змеи звучали по меньшей мере странно. Малк открыл было рот, чтобы потребовать дополнительных комментариев, затем прислушался к тому «звучанию», что издавал Дух девушки, и промолчал. Внешне старшая сестра по Школе ничуть не изменилась, но если приглядеться… еще недавно находившаяся на пике Ученика магичка теперь находилась на уровне пика Адепта. И это было не результатом какой-то болезни или катастрофической травмы, а скорее ее собственным выбором.

Все дело в браслетах, да? Очень может быть. Главное, зачем Эйша их носит. Благодаря несколько расширившемуся за последние месяцы магическому кругозору Малк догадывался, что все дело в Родословной девушки. Если предположить, что браслеты вместе с некими колдовскими воздействиями не вызывают деградацию Дара, а лишь как-то ограничивают таящуюся в крови Змеи Силу, то… то, значит, рано или поздно ей станет тесно за наложенными барьерами, и она прорвется. И очень может быть, что Змея станет кем-то большим, чем Ученица.

Неожиданная новость.

– Так что насчет прощения? – нарушила затянувшуюся паузу Эйша.

Малк помедлил и раздвинул губы в улыбке.

– Считай, что оно у тебя есть.

Изображать обиду перед будущим Бакалавром и вероятным Младшим Магистром – кто знает, какой потенциал у Родословной Эйши? – он точно не планировал. Да и вообще, зачем множить конфликты там, где их можно сгладить. Мало ли как жизнь повернется. Главное, за внешним антуражем не забывать об истинных взаимоотношениях. Чтобы в тяжелый час не оказаться в положении, когда рассчитываешь на человека, который легко может тебя подставить. Или как там Эйша сказала, проверить? Ну тогда чтобы очередная «проверка» не стала смертельным сюрпризом!

Видимо подчеркивая важность разговора, больше в лабораторию Эйша не ходила, и Малк получил возможность сосредоточиться на работе над костями. Благо с его набором инструментов это не требовало ни особых усилий, ни каких-то потрясающих ремесленных навыков. Быстро разделил костяной блок на шестнадцать частей, отполировал, вырезал с двух сторон гадательные руны, подвел линии краской, затем покрыл каждую костяшку лаком.

Причем в отличие от прошлого раза, когда из-за несовершенного инструмента он запорол часть заготовок и набор получился неполным, теперь Малк сознательно придерживался уже один раз сработавшей схемы. Не зря же Старик говорил, что в том числе несбалансированная связка гадательных рун помогла нерадивому ученику прорваться через ограничения и стать слабым прорицателем. Вот Малк его совета и придерживался.

И, как выяснилось, не зря. На шестой день работы, наведя последний лоск, ссыпав костяшки в подготовленный мешочек, а тот повесив на пояс, Малк внезапно испытал чувство удивительной завершенности. Сам того не ведая, он так привык иметь под рукой инструмент для прорицания, что, потеряв его, словно лишился части себя. Сейчас же все снова вернулось на правильные места…

Окончив работу над гадательными костями, Малк обратился к прежним планам. Выделив утро под тренировки по освоению второго слоя Тайного Искусства, день отвел на изучение знаков Руноглифа и связанных с ними ритуальных практик. Причем сначала «добил» то, что ему мог дать Больдо – благо за эти знания он уже расплатился травами со Змеиного холма, а потом переключился на колдовские символы, известные Змее.

К сожалению, не обошлось без разочарований. Поверив словам Больдо об Эйше, которая «старается прыгнуть выше головы», Малк ожидал увидеть обширный колдовской арсенал, и тем обиднее было столкнуться с реальностью. Как выяснилось, девушка владела уже известными Малку благодаря Голему знаками Руноглифа, нацеленными на укрепление тела, и сверх того лишь двумя десятками рун, в большинстве своем относящимися к магии Родословной. Не то чтобы подобного рода знания были для Малка лишними, но он все же рассчитывал на магические символы более общего характера. Поэтому, занимаясь с Эйшей, Малк постоянно ощущал, что его обманули. Но не девушка, а… судьба? удача? или тот, кто служит ее орудием? Ведь это господин Тияз дал разрешение торговать знаниями с учениками, и вполне в его духе было указать те границы, в пределах которых Малку дозволялось проявлять любопытство… Увы, узнать правду Малк был сейчас не в силах. Все, что ему оставалось, это изучать то, что дают, и искать возможность ухватить чуточку больше!

Так продолжалось две седмицы. И за прошедшее время девушка ни словом не обмолвилась о плате за учебу. Словно данная тема ни капли ее не интересовала. Когда же Малк пробовал завести на этот счет разговор, она отшучивалась и говорила, что скоро сочтутся… И действительно не обманула.

На их последнем запланированном уроке Руноглифа, после проверки освоения Малком всех изученных знаков, Эйша вдруг замялась и сообщила:

– Не знаю, как сказать, но… у Мастера есть для нас задание. Он хочет, чтобы завтра мы отправились в развалины поселка на Левом Брате и привезли оттуда проклятый песок.

– Раз уж это задание господина Тияза, ты-то тут при чем? – сказал Малк раздосадованно.

У его делового партнера во внешней фракции закончились «лечилки», и в следующую седмицу он собирался поработать над изготовлением новой партии одноразовых артефактов. Как вдруг предложение, от которого нельзя отказаться!

– Погоди… Или ты хочешь сказать, что мое участие – это твоих рук дело? – догадался Малк.

– Изначально у тебя был выбор, браться за задание или нет, но после того, как я попросила, господин Тияз сделал его обязательным, – неловко улыбнулась Эйша. – Я могла бы промолчать, но… не хочу нарушать то доверие, что возникло между нами.

Малк мысленно помянул Йорроха. Какое еще доверие? Змея может изображать что угодно, он не поверит ей ни на пол-обола. Другое дело, что непонятно: Малк нужен на острове, потому что так надо самой девушке, или таково изначальное желание Мастера, которое она лишь прикрывает.

– Разумеется, все долги между нами после этой поездки будут закрыты! – поторопилась добавить Эйша, когда молчание несколько затянулось.

– Тогда совсем хорошо. Значит, потрачу время с пользой! – оживился Малк.

И незаметно погладил висящий на поясе мешочек с гадательными костями. После их возвращения у него выработалась привычка регулярно касаться его пальцами. Не из какого-то практического смысла, а просто ради успокоения.

– Ты главное скажи: зачем я тебе там понадобился? – наконец задал он так и напрашивающийся вопрос. – Если дело в твоей временной слабости, то ты и без магии прекрасно с врагами справляешься. На Змеином одного выстрела хватило, чтобы мозги Трехголовому вышибить. А если хочешь дополнительной поддержки… – Малк дернул плечом. – Зови Больдо. С ним вообще в бой ввязываться не придется. Он кого хочешь своим Каменным Крушителем обратно в Пекло отправит.

– Больдо вчера уехал, – словно невзначай сообщила Эйша. – Да и специалист по закалке тела не самый лучший спутник для визитов в подобного рода места…

– Опять что-то вроде призрачных змей будет, да? – устало перебил девушку Малк. – А потом снова внезапно вылезет какой-нибудь недобитый демон?

Эйша поморщилась с показной обидой.

– Зачем ты так, Малк? Мы ведь уже все в прошлый раз обговорили! – воскликнула она. – К тому же на этот раз скорее всего драться вовсе не придется… Мы просто прибудем с утра на остров, обойдем развалины, наберем песка и до темноты вернемся на корабль. Без шума, гама, боевых чар и защитных артефактов.

– А я нужен для подстраховки? – уточнил Малк.

– А ты, как и выданный Мастером Гром-Колокол, всего лишь подстраховка! – обреченно повторила Эйша.

Малк же скептически покачал головой, но затем все же решительно сказал:

– Раз так, то хочу услышать задание полностью. И чтобы во всех подробностях, а не как в тот раз, когда мы в Моченые Хутора ездили…

Видимо, ничего нехорошего действительно не планировалось, потому как юлить или отшучиваться Эйша не стала и честно выдала всю подноготную нового поручения господина Тияза.

С ее слов, все упиралось в проклятый песок, с него начиналось и им заканчивалось. Использовался он во многих ритуалах, завязанных на магию Смерти или Разрушения, однако в продаже встречался редко, и потому у всех старших магов был собственный источник данного ингредиента. Кто-то собирал его на полях магических битв или добывал в массовых захоронениях монстров, кто-то брал обычный кристаллический песок и осквернял его через жертвоприношения демонам, а кто-то ждал, когда он образуется естественным путем под воздействием загрязнения от их магических практик… Господин Тияз нашел свой персональный способ, причем получаемый им ингредиент был самого высокого качества. Он брал песок в месте, где граница реальности истончилась и регулярно происходили прорывы Запредельного.

Эта часть рассказа Эйши заставила Малк моментально сделать стойку. Запредельного? Не Пекла, а именно Запредельного? Он было решил, что Змея оговорилась, но девушка отрицательно помотала головой. Никакой ошибки не было. Речь шла именно о тех мирах и планах бытия, что в силу своей чуждости были бесконечно враждебны не то что к людям, а вообще ко всем, кто обладал телами или их подобием.

– Демоны, по сути, близки нам, жителям Мритлока. Да, они извращены скверной, активно используют чужую плоть и жизненную силу в собственном развитии, а на нас смотрят как на еду или рабов, но у них есть тело, Дух и магическая сила. Они как мы или мы как они. И несмотря на непримиримую вражду, в некоторых случаях мы можем договариваться… – принялась объяснять Эйша. – То, что старшие маги любят прикрывать словами о Запредельном, другое. Не живое и не мертвое, просто другое… И при том абсолютно враждебное всему и всем!

– Как интересно, – пробормотал Малк.

Неожиданно рассказ Эйши заставил его вспомнить о перерожденном милес Драго. Затянувшая храм кровавая паутина, голова на извивающемся щупальце, извращенный Дух и мерзейшие мысли… Даже для порождения Пекла, которым он его тогда считал, подобное существование было чересчур… или даже запредельно иррационально.

– И ты хочешь сказать, Левый Брат соседствует именно с этой неведомой жутью? – уточнил Малк.

– Когда Школа идет на Школу, а Архимаги воюют с Архимагами, случаются и более плохие вещи. На обоих Братьях хотя бы только поубивало всех людей и истончило границу миров… Лет пятьсот назад на острове Коро после сражения стиксонских и авалонских Архимагов возник материальный якорь для одного из высших демонов Пекла, а сто лет спустя в Яванском поясе после разрушения гигантского портала на план Огня сразу шесть островов накрыло огромным куском живой плоти, ради уничтожения которого потребовалось заключать военный союз аж трем соседним державам, – усмехнулась Эйша. – Так что нам еще повезло. Обоих Братьев при соблюдении некоторых условий можно вполне безопасно посещать…

– Вот здесь поподробнее, – поторопил Малк.

Эйша пожала плечами:

– Да ничего особенного. Не лезть в темные места, не оставаться на острове на ночь, не спать, держать под рукой защитные артефакты, владеть экзорцизмом и уметь сражаться с бестелесными тварями.

Последние два пункта заставили Малка криво усмехнуться. Вот теперь стало понятнее, зачем он нужен. А то все одни недомолвки да загадки…

– Ну что, я на все твои вопросы ответила? – фыркнула Эйша, от которой не укрылась мимика младшего соученика.

– Почти, – кивнул Малк. – Осталось объяснить, почему все эти ужасы, про которые ты говоришь, вечно случаются в местах изолированных. Далеких от цивилизации. А например, в том же Колхауне на Борее я ни о чем подобном не слышал, пусть вся провинция и считается рассадником «древнего мракобесия».

– Потому что в каждой стране есть силы, в обязанности которых входит забота именно о Запредельном. Они не воюют с понятными нам демонами, почти не сражаются в обычных войнах и уж точно не участвуют в грызне за власть. Они – стражи Границы и те столпы, что не позволяют нашему миру окончательно рухнуть в пучину безумия и хаоса, – странно задумчивым голосом сообщила Эйша.

Малк нахмурился и сказал:

– Как понимаю, речь идет о храмах?

– Не совсем. Когда-то этим занимались только они, но особенность их пути к могуществу такова, что вершин достигают немногие. И потому с годами последователи Девятерых становились все слабее и слабее, пока не выродились в тех, какими мы их знаем сейчас.

– Все, кроме служителей Архонта, – ввернул замечание Малк, заслужив одобрительный взгляд Эйши.

– А, что-то все же знаешь… Однако ты не совсем прав, не только Архонта. Служители Дораны тоже сохранили свою позицию одного из столпов Борея. И теперь они вместе Четырьмя Домами противостоят рвущемуся в наш мир безумию. – Змея быстро глянула на Малка и, заметив вопросительное выражение на его лице, закатила глаза. – А! Четыре Дома – это те, кто много веков назад пришел на смену ослабевшим храмам. Они не лезут в политику, их фамилий нет в открытых списках Бархатной книги, а имена их членов не мелькают в светской хронике. Приходят и уходят династии, монархистов сменяют лоялисты, а лоялистов открытые «демонолюбы», но позиции Четырех Домов и Двух Храмов неизменны. Они – неприкасаемые и всегда над схваткой.

– Почему? – нахмурился Малк.

– Потому что есть зло понятное и привычное, а есть зло абсолютное. И кто-то должен ему противостоять. Чего уж там, думаю, случись Пеклу снова завоевать Мритлок, а людей низвести до положения скота, даже демоны не тронут Шесть Столпов Борея. Ведь и они не хотят связываться с теми, кто «стучится» к нам с той стороны… Впрочем, хватит об этом! Я и так сказала больше, чем тебе положено знать!

Эйша замолчала, оставив Малка с целой кучей не озвученных вопросов. Какие имена у Четырех Домов? В каких они отношениях с таинственным Залом Помнящих, который так внезапно отметил Малка каменной статуэткой? И наконец, кто решает, что Малку положено знать, а что не положено?!

– Но хотя бы сказать, какого рода запредельные твари могут нам угрожать на Левом Брате, ты можешь? – спросил Малк.

Змея, в ходе беседы растерявшая вид пай-девочки и вернувшаяся к себе прежней, решительно кивнула.

– Конечно. Учитель называет их Голодными Мороками, и, как по мне, они полностью соответствуют своему названию!

Домой Малк возвращался в сильном смятении. Вроде бы устоявшиеся представления о мире после разговора с Эйшей вновь встали с ног на голову, порождая неуверенность в выбранном жизненном пути. Если такие секреты и тайны открываются на ранге Ученика, то что же таится на более высоких ступенях развития? Малк не хотел об этом даже думать. Слишком богатая у него фантазия, можно до такого додуматься, что и умом тронешься!

Поэтому вместо того, чтобы ломать голову над тем, что таится во тьме его невежества, Малк сосредоточился на более насущных проблемах. И прежде всего на подготовке к предстоящей поездке. Истончившаяся Граница, следы старых битв, Голодные Мороки… Любую опасность можно представить в виде череды вполне четких и понятных угроз, а уже к ним подобрать соответствующие защитные меры. И если они будут опираться на доступные знания и навыки, ну и хотя бы частично снижать вероятный риск вляпаться во что-нибудь неприятное, то будут оправданы любые усилия.

Во всяком случае, Малк думал именно так. И даже такая крайность, как гадание на исход вояжа к Левому Брату, в данный момент не казалось ему чрезмерной. От демонической метки в конце концов можно избавиться, а вот жизнь, потерянную из-за недостаточно серьезно оцененной опасности, уже не вернуть.

Так что едва оказавшись внутри защитного круга своей спальни, Малк первым делом потянулся к висящему на поясе мешочку. Дальше пересыпал руны в стакан, быстро напитал их энергией – видимо, сказалось то, что они были изготовлены из Очага Силы, – настроился на нужный образ, прошептал над костями заклинание и без затей высыпал их на стол. Пока по шагам проходил ритуал, все думал, что забыл подготовить лист бумаги и самопишущее перо. Подставлять результат в формулы и проводить вычисления удобнее, когда можешь записать промежуточные результаты. Однако стоило глянуть на получившийся расклад, и мысли обо всех расчетах были забыты. Полученная комбинация не предполагала иного толкования, кроме смертельной угрозы – чтобы расшифровать это, никаких вычислений не требовалось. А стоило коснуться подушечками пальцев нужных рун, как и вовсе перед внутренним взором мелькнул образ того, как на Малка обрушивается свора полупрозрачных тварей, лишенных конкретного облика и различающихся лишь по степени отвратительности внешнего вида.

– Голодные Мороки, да? – пробормотал Малк, вытирая разом вспотевший лоб. – Можно ничего не бояться?

Приличных слов, чтобы описать вырисовывающиеся перспективы, у него не было. Так что следующие несколько минут Малк потратил на перечисление всех известных ему ругательств, а когда немного успокоился… тогда все-таки достал лист, перо и принялся вычерчивать схему ритуала, пригодного для защиты от бестелесных тварей. Впереди его, конечно, не ждет ничего хорошего, но теперь хотя бы появилась какая-то определенность. И с этим можно работать!

– Чего глаза такие красные? Всю ночь не спал, что ли? – сказала Малку вместо приветствия Эйша, когда он согласно их договоренности в семь утра заявился на причал внутренней фракции и, пройдя по трапу, спрыгнул на палубу небольшой двухмачтовой шхуны «Римма».

– Вроде того, – буркнул не расположенный к общению Малк, который действительно успел перехватить только пару часов сна.

Все корпел над слишком долго не желавшей получаться колдовской схемой – в новом ритуале оказалось задействовано большинство недавно изученных знаков Руноглифа, и он постоянно делал ошибки.

– А в мешок, как понимаю, ты месячные запасы продуктов нашей столовой засунул? – продолжала шутить Змея, кивнув на раздувшийся рюкзак у ног Малка.

Объяснять, что там не только все нужные для нового ритуала ингредиенты, но и все имевшиеся в доме запасы кристаллического песка, емкостью почти в сорок эргов, Малку было лень. Так что он лишь огрызнулся:

– Ты же разрешила подготовиться, вот я и подготовился!

Сказал и больше на подначки девушки не реагировал.

Через несколько минут после его появления на борту капитан отдал команду отчаливать, и под свежим восточным ветром шхуна заскользила в открытое море. Со слов матросов, при такой скорости к месту назначения они должны были приплыть часа через два, так что Малк, не обращая внимания на явно выказанное Змеей желание пообщаться, отошел к палубной надстройке и, устроившись так, чтобы не мешать команде, благополучно заснул.

Неприятности он предпочитал встречать хорошо выспавшимся…

– Хватит дрыхнуть. Подходим, – разбудила его Эйша, пнув по ноге носком ботинка.

– Уже? – удивился Малк, которому показалось, что он только-только прикрыл глаза.

Однако Змея вместо ответа лишь неопределенно махнула рукой. Малк кряхтя поднялся и, оглядевшись, несколько обалдело присвистнул. Засыпал он при ярком солнце, а теперь шхуна шла в густом тумане, расступающемся саженях в сорока перед носом корабля и смыкающемся в стольких же саженях за кормой. Малк только собрался спросить, каким образом капитан в таких условиях определяет верное направление, как внезапно туманная мгла исчезла и «Римма» оказалась перед входом в ярко освещенную крохотную бухточку.

– Вот теперь прибыли, – удовлетворенно выдохнула Эйша и бросила младшему соученику: – Давай в шлюпку. У нас не так много времени до того, как стемнеет, так что надо поторапливаться.

И первой подала пример, направившись к лодке, которую спускали явно хорошо знающие свои обязанности матросы.

– Кстати, держи платок. Его надо будет на лицо повязать. – Когда шлюпка уже покачивалась на волнах, Эйша сунула в руки Малка кусок синей ткани. На внутренней стороне несмываемой краской кем-то был нарисован небольшой колдовской чертеж.

– Зачем это? – удивился Малк.

Однако спорить не стал и послушно прикрыл платком нижнюю часть лица, а заодно низко надвинул купленный в прошлую поездку в Нимад цилиндр – солнце немилосердно слепило глаза.

– Как на берег сойдем, так сразу поймешь. И спасибо скажешь, – хмыкнула Эйша, после чего добавила: – В узор вливай где-то пол-эрга, не больше. Этого тебе до самого возращения хватит…

Распоряжения старшей соученицы по-прежнему звучали совершенно непонятно – до берега было уже рукой подать, и Малк не видел ни одной причины, из-за которой он должен был бы защищаться заговоренной маской. Зеленая травка, аккуратно подстриженные кусты, крепкий деревянный причал и выглядящие как новые кирпичные дома с черепичными крышами – и не скажешь, что поселок и остров пострадали от магической войны.

Наверное, Малк бы это как-то прокомментировал, но тут лодка, миновав причал, уткнулась в песчаный берег, он спрыгнул в набегающую волну прибоя и… и все вокруг преобразилось. Исчезла не только сочная трава, но и вообще вся растительность. Красивые домишки обернулись уродливыми развалинами, а земля сменилась бескрайним морем раскаленного песка, по которому суховей гонял одинокое перекати-поле.

Но даже не это ужасало больше всего. Изменилось само восприятие мира. Куда ни кинешь взгляд – воздух дрожит и предметы расплываются, сделаешь вздох – и горло саднит от горечи, а ноздри жжет от мелкой пыли. Малк сам не понял, как последовал совету Эйши и напитал платок-маску Силой. И лишь когда большая часть негативных ощущений куда-то пропала, лишь тогда с облегчением выругался.

– Ну и дыра!

– Бывает и хуже, брат по Школе. Бывает и хуже, – из-под такой же маски проговорила Эйша и быстрым шагом, насколько это позволяли вязнущие в песке ноги, направилась куда-то в глубь развалин.

– Куда уж еще-то? – удивился Малк, следуя за девушкой.

Та коротко засмеялась.

– Когда окажешься на Правом Брате, тогда поймешь. Тут хотя бы с порога тебя никто сожрать не пытается, удобного часа выжидает. – Эйша остановилась, повертела головой, а затем ткнула пальцем куда-то на восток. – Хотя вон там есть развалины храма, и я тебе не советую в них заглядывать даже днем. Уж лучше к Правому Брату сплавай…

– Храм? – удивился Малк. – И какому Святому посвящен?

– Точно не знаю, но, кажется, Кетоту, – пожала плечами Эйша. – Хотя какая разница…

Малк ничего не ответил, однако для него разница все же была. Сначала работа за магическим верстаком, когда в самые напряженные моменты у него вдруг не оказывалось нужных сил; потом обучение знакам Руноглифа и оказавшийся недостаточно высоким для быстрого запоминания некоторых сложных символов уровень Власти; и наконец, ночная работа над колдовской схемой, в ходе которой ему дважды пришлось перепроверять формулы из-за чересчур строгих требований получающегося ритуала к силе Духа… Малк уже перерос начальный этап оранжевой Власти, и ему следовало расти дальше. Но вот с этим и были проблемы. Проведенный по всем канонам Наследия Кетота ритуал повышения ранга намертво привязывал Малка к данной системе развития Дара. И теперь, чтобы улучшить Власть, ему следовало найти следующий фрагмент методики Четвертого Святого. Фрагмент, который до настоящего момента ему просто негде было взять!

– Далеко идти? – спросил Малк, когда Эйша внезапно свернула на запад и вместо песка они побрели по узкой полосе растрескавшейся красно-коричневой земли.

– Уже пришли, – буркнула чем-то недовольная Змея и, перешагнув через пару валунов, замерла на краю неглубокой траншеи.

Малк встал рядом и заглянул вниз. Слой странной на вид почвы оказался довольно тонок, и под ним действительно обнаружился целый пласт бледно-розового, спекшегося в гигантский блин, проклятого песка. То, ради чего они и прибыли на йоррохов остров.

– Хочешь – начинай копать, а я пока подготовлюсь, – сообщил Малк, склоняясь над рюкзаком.

– К чему подготовишься?! – воскликнула Эйша, которая, видимо, уже нарисовала в голове мрачную картину, где она следующие несколько часов в одиночку долбит молотком по глыбе, а Малк занимается своими «приготовлениями».

– Ты же сама сказала: к Голодным Морокам! – даже не пытаясь сделать свои слова менее издевательскими, ответил Малк.

И уже не обращая внимания на возмущение старшей ученицы, принялся за работу. Раз гадание говорит, что на него нападут, значит, так и будет. А раз нет ясности со временем атаки, то чем раньше он будет к ней готов, тем лучше.

Нескольким энергичными движениями расчистив участок площадью в квадратную сажень, он сгреб в его центр нечто более или менее подходящее под определение глины и смочил водой из фляги. Царящая на острове жара и обжигающий ветер обещали высушить влагу за считаные минуты, но для задуманного Малку слишком много времени не требовалось. Придал сырой глине некое подобие человека, хорошенько его обхлопал ладонями, а потом пальцами выдавил на уже твердеющей поверхности под три десятка знаков Руноглифа – вот и все дела. Главное, не ошибиться в колдовских символах: они складывались в заклинательную фразу, призванную придать кое-как сляпанной фигуре некие свойства живого организма. Ненадолго, на минуту или две, но для целей Малка достаточно.

Когда с муляжом было закончено, проклятым ножом Малк заключил его сначала в круг, потом в многогранник и снова в круг. Внутрь вписал несколько «слов» из рун, напротив нужных вершин прямо в землю воткнул тщательно подобранные пучки колдовских трав, а внешний периметр щедро обсыпал привезенным из дома кристаллическим песком…

– Теперь-то готов поработать? – мрачно спросила Эйша и, показав подбородком на получившийся магический рисунок, добавила: – И я даже вникать не хочу в то, что ты там накрутил!

– И не надо. Если Святые будут благосклонны, то это нам и не понадобится, – без особой убежденности в голосе заявил Малк, спрыгивая в траншею к Змее и забирая у нее молоток. – Хотя я бы на твоем месте этот твой Гром-Колокол все же достал…

Впрочем, слова его лишь впустую сотрясли воздух. Змея сделала вид, что его не слышит, и, сев на край траншеи, принялась болтать ногами. И это получалось у нее настолько беззаботно, что, если бы не вчерашнее гадание, Малк счел бы все ее прежние грозные предупреждения глупым розыгрышем.

Следующий час они провели в молчании. Эйша предавалась безделью, а Малк напряженно работал, набивая крепкий мешок кусками то ли спекшегося, то ли слипшегося под воздействием магии проклятого песка. Впрочем, он не возражал: с его силой дело спорилось гораздо быстрее, а значит, ближе было и время возвращения.

– Да чего ты постоянно выглядываешь? Ничего опасного не происходит. Слышишь? Ничего! – вдруг подала голос Эйша, когда Малк, наверное, уже в двадцатый раз выпрямился и глянул поверх края траншеи. – Для меня это уже десятая поездка и ни разу не то что не дралась, а даже защитный артефакт не доставала.

– И с кем же ты тут была? – спросил Малк, наклоняясь за очередным куском превратившегося в камень магического песка.

– Сначала с Крысом, потом с Больдо… А что? – поинтересовалась Змея.

– А то, что не всем так везет, – хмуро сообщил Малк.

Он вдруг замер, хлопнул ладонью по странно раскачивающемуся кошелю с гадательными костями, ощутил идущую от них вибрацию и… завопил:

– Артефакт!! Доставай артефакт!!!

Не раздумывая ни секунды, подхватил не до конца заполненный мешок и одним прыжком выбрался из траншеи. Бросил взгляд в сторону разрушенного рыбацкого поселка, увидел накатывающую волну полупрозрачных тварей – почти в точности как показало гадание! – и, уронив на землю плоды их с Эйшей трудов, ринулся к подготовленному чертежу. Упал на колени, прижал ладони в выбранном ранее месте и выплеснул вовне шестнадцать эргов Силы. Не столько для питания самого ритуала, сколько в качестве катализатора для запертой в кристаллическом песке энергии.

Именно сейчас все должно было решиться – допустил ли Малк где ошибку или все сделал правильно. Если ошибся – мир потонет в грохоте взрыва, нет – вырезанные на земле линии нальются голубым светом, знаки Руноглифа таинственно замерцают, и это магическое свечение перекинется на подобие человеческой фигуры в центре рисунка. Ну а напоследок в воздухе закрутится воронка из чистой Силы, вбирающая в себя любую магическую конструкцию и загоняющая ее в глиняную оболочку.

От волнения Малк даже зажмурился, но прошла секунда, другая, а взрыва не произошло. Зато в разы превышающий расчетные размеры магический вихрь хищно изогнулся и со свистом втянул в себя неосторожно приблизившиеся первые ряды бестелесных тварей, а когда те, сжавшись в единый ком, скрылись в груди грубого подобия человека, снова скачкообразно вырос и поглотил еще несколько десятков находящихся в отдалении Голодных Мороков.

– Ты с ума сошел?! – прокричала наблюдавшая все это Эйша, едва ли не срываясь на визг. – Твоя идиотская оболочка их не удержит. И когда они вырвутся, их уже ничто не остановит!!!

– Гром-Колокол! Доставай Гром-Колокол!!! – рявкнул Малк. – А с этим я справлюсь!

К этому моменту воронка, поглотив большую часть бестелесных тварей и исчерпав вложенную в нее энергию, начала постепенно рассеиваться в воздухе. Не лучше обстояло дело и с глиняной куклой. Подтверждая слова Змеи, она вся дрожала, ее поверхность расчерчивали многочисленные светящиеся трещины, и с каждым ударом сердца крепло ощущение, что она вот-вот взорвется.

Вот только Малк пассивно ждать этого момента не собирался. Он переступил через уже погасшее кольцо из колдовских знаков, наклонился над подобием человека… после чего с размаху вонзил в середину «тела» проклятый нож и изо всех сил потянул через него соприкасающуюся с клинком скверну.

– А-а-а! – заорал Малк, когда через рукоять ему в руку выстрелили сотни разрядов боли и в воздухе завоняло горелой плотью.

Вопреки всем ожиданиям, доведенная ритуалом до немыслимой концентрации скверна удивительно легко поддалась его усилиям и потоком хлынула в нож. Голодные Мороки, утробно воя, теряли свое извращенное подобие жизни, а проклятый нож вел себя как ненасытный хищник, обжирающийся дармовой энергией. Малк же… перед Малком в полный рост встала проблема не сбора запредельной энергии, а ее удержания и контроля.

И вот тут снова проявила себя недостаточно мощная Власть. Ее категорически не хватало для того, чтобы держать в узде одновременно и уже пресытившийся скверной клинок, и рассыпающуюся на части ловушку, и бастующее под напором адской боли тело. Так что не доведя задуманное до конца, Малк выдернул сыто подрагивающий нож из образовавшейся на месте муляжа глиняной кучи, одним движением вогнал его в ножны и, расцепив на рукояти сведенные судорогой пальцы, зарычал:

– Колокол!

Подсознательно Малк ждал, что, как только он спрячет нож, из колдовского плена тотчас вырвутся все не поглощенные Мороки и скопом ринутся на обидчика. Для того он и требовал активировать защитный артефакт, но, видимо, нанесенный бестелесным тварям урон был достаточно велик, чтобы лишить их последних крох стабильности, и яростная контратака обернулась легким дуновением насыщенного скверной воздуха. Что тоже не подарок, но благодаря заговоренному платку для жизни совершенно безопасно.

И, видимо, Эйша была права, что до сих пор не активировала артефакт.

– Рог Йорроха мне в бок! А говорила, я ерундой занимаюсь, – простонал Малк, тряся пострадавшей рукой и медленно поворачиваясь к Эйше. – Вон сколько твоих Голодных Мороков покрошил! Эдак скоро освоимся и по развалинам шарить начнем, а там и до храма Кетота дойдет!

Не то чтобы Малк говорил все это всерьез, но пережитое требовало разрядки. Вот он и болтал без умолку, пока до него не дошло, что Змея ведет себя неестественно странно. Бледная, глаза на пол-лица, губы прыгают, а сама стоит столбом и судорожно тискает в руках небольшой колокольчик.

– Ты чего? – разом насторожился Малк.

Видимо, эти его слова сломали какую-то плотину внутри Эйши, поскольку в ответ девушка вздрогнула, по-мужски выругалась и лишь затем взмахнула артефактом. И пусть последний не подвел – над головами у них так грохнуло, словно Левого Брата накрыла праматерь всех гроз, – в первый момент показалось, что это стало единственным зримым эффектом. Понадобилось несколько ударов сердца, чтобы осознать, насколько легче теперь дышать и как посветлел окружающий воздух. А вьющиеся поодаль последние уцелевшие Мороки взорвались облачками быстро истаивающего дыма.

Малк удивленно присвистнул и только собрался отпустить на этот счет какую-нибудь реплику, как Эйша, не выпуская из рук Гром-Колокола, стремительно развернулась и понеслась по направлению к бухте. Ему же она через плечо крикнула:

– Беги, идиот!!! Беги!!!

Несколько растерявшийся Малк, к тому же ошеломленный близким грохотом, сначала заторможенно проводил Эйшу взглядом, затем медленно оглянулся и… едва ли не подскочил на месте, когда до него дошло, что же он видит. Откуда-то из глубины острова в их сторону единым фронтом накатывала гигантская волна из бестелесных тварей, наверное, в сотню раз превышающая ту, что Малк уничтожил в своей ловушке. Против такого не могла помочь ни его магия, ни мощь артефакта – бегство было единственным спасением. Поэтому схватив в одну руку мешок с камнями, в другую свой полупустой рюкзак, Малк последовал совету старшей ученицы и побежал.

Святые, как же быстро он побежал…

Глава десятая,

в которой кое-что проясняется

Пережитое в тот день на Левом Брате Малк, наверное, не забудет до конца своих дней. Потому как там он столкнулся не с понятными и подчиняющимися привычным законам демонами Пекла, магическими монстрами или призрачными гостями с плана Смерти, а с чем-то невообразимо чуждым. С чем-то таким, что разум просто отказывался воспринимать напрямую, прячась от накатывающего ужаса за хоть как-то объяснимыми образами. И если поначалу, когда он с помощью ловушки и проклятого клинка уничтожал Голодные Мороки, прочувствовать их инаковость он не успел, то позже… о, позже, когда они с Эйшей спасались бегством от накатывающей волны бестелесных тварей, порочность жителей Запределья открылась перед ним во всей ее полноте. А открывшись, молотом жахнула по разуму и чувствам, вывернула наизнанку Дух и отравила тело.

– Святые любят нас!!! – с небывалой искренностью воскликнула Эйша, когда они после десяти минут сумасшедшего бега по раскаленному песку добрались-таки до берега и увидели, что лодка все еще дожидается их рядом с причалом. А потом еще раз, когда утлое суденышко за считаные минуты доставило их на борт «Риммы».

И Малк в тот момент полностью разделял ее чувства. Как там говорят: на войне нет безбожников? Что ж, глядя на колышущееся море постоянно меняющихся фигур, хлынувшее на берег, когда их лодка уже отплыла на добрый десяток саженей, и остающееся там до самого отбытия корабля, ему и вправду хотелось поверить в покровительство высшей силы. Хоть того же Кетота! Потому как стоило ему представить, что Голодные Мороки их все же догнали, и Малку тотчас становилось дурно. Но не от страха перед смертью, нет, а от какой-то иррациональной и необъяснимой жути, густо замешанной на… отвращении.

Он тогда все-таки не выдержал и, перевесившись через борт корабля, выплеснул содержимое желудка в воду. А потом еще раз и еще, пока не полегчало. И ничуть не стыдился показанной слабости. К Девятерым условности, он не Младший Магистр и даже не Бакалавр, чтобы подобные встречи считать чем-то нормальным. Ну а если кому-то его реакция покажется смешной… что ж, юморист может отправляться на берег и там доказывать свою смелость!

Единственное, Малк немного опасался реакции Эйши, но, когда она сначала так же, как и он, повисла на перилах, издавая звуки рвоты, затем залпом выпила где-то раздобытую бутылку рома, а потом, пьяно размахивая кулаками, попробовала дать ему по роже, – успокоился. Если кто и будет обвинять младшего брата по Школе в недостойном поведении, то точно не она!..

Как ни странно, особых наград столь опасная миссия им не принесла. В обмен на почти полный мешок проклятого песка что у Эйши, что у Малка из долга перед Мастером было списано по одному черному камню. И если бы не полностью закрытые обязательства перед Змеей, Малк вообще счел бы поездку убыточной.

– Левый Брат безопасен. И если бы ты не светился, как праздничная гирлянда, от свежих меток на Духе, то все бы обошлось, – бросил в ответ на его возмущение господин Тияз и закрыл тему.

Эйша же, стоило им покинуть дом Мастера, яростно добавила:

– Так и думала, что вся эта каша из-за тебя заварилась… Уже жалею, что так слабо по роже съездила!

Она гневно фыркнула и оставила младшего соученика в одиночестве, заставив его испытать нечто похожее на смущение. Йоррох ведает что в действительности спровоцировало столь бурную реакцию населяющей Левого Брата мерзости, но незадолго до отплытия у Малка действительно прибавилось духовным меток. Переработка демонической кости, гадание – все оставило свой след. О чем Малк прекрасно знал, но отчего-то и не подумал предупредить Эйшу: а ведь учитывая специфическое развитие старшей соученицы, проблемы чужой практики могли и ускользнуть от ее внимания.

И вот теперь приходилось расплачиваться за умолчание…

Впрочем, если своей обидой Змея рассчитывала добиться от него каких-то моральных терзаний, то она ошибалась. Убедившись, что никому его оправдания неинтересны, Малк пожал плечами и вернулся к плану тренировок. В какой-то мере даже обрадовавшись, что теперь может сосредоточиться на занятиях, не отвлекаясь на посторонних.

Ежедневная поездка во внешнюю фракцию за Зеркалом и практика второго слоя Трех Пульсов, изготовление одноразовых артефактов на продажу и «про запас», возобновление спаррингов с Больдо… Малк сам не заметил, как пролетела седмица. И главное, подобная рутина ничуть его не утомляла: путешествие в гости к порождениям Запределья если не сделало из него домоседа, то точно отбило на ближайшие месяцы тягу к приключениям.

Так что ничего удивительного, что появившегося у него на пороге Голема Малк встретил крайне недружелюбно.

– Что-то случилось, старший брат по Школе? – хмуро спросил он у жизнерадостно улыбающегося Больдо. – Неужели хочешь сказать, наша завтрашняя тренировка отменяется?

– Почему это? Все в силе. У меня на твою драхму серьезные планы! – загоготал воин-маг. – И вообще… Почему сразу случилось? Может, я просто в гости заглянул, узнать, как дела у младшего соученика?

Понимая, что отделаться от Голема не получится, Малк едва заметно выдохнул сквозь сжатые зубы.

– Хорошо, начнем с конца. Мои исследования духовного резонанса топчутся на месте, надежды на быстрый прорыв нет, и ты прервал мои размышления над способом решения возникшей проблемы, – сообщил он максимально ровным голосом и после заминки спросил: – Так зачем ты здесь?

Раньше он и подумать не мог, что когда-нибудь будет таким тоном разговаривать с Бакалавром, но… в личном ученичестве у могучего Мастера порой появлялись весьма неожиданные плюсы.

– Чтобы открыть перед тобой настоящий мир, разумеется! – воскликнул в ответ Больдо, настроение которого, кажется, ничто не могло сегодня испортить. – Бросай все и бегом на главный полигон. Мастер Эрик проиграл пари директору и теперь обязан показать студентам, что такое Младший Магистр, сражающийся в полную силу! Упустить такое – преступление.

Возразить Малку было нечего. Для начинающих магов наблюдение за тем, как колдуют их старшие товарищи, считалось частью практики. Слишком часто вдохновленные примером могучих чародеев студенты совершали прорывы в освоении Тайных Искусств или заклинаний, чтобы кто-то мог это игнорировать. Но Мастер Эрик? Что-то он не припоминал такого имени в списке старейшин внутренней фракции!

– Господин Эрик Красивый на особом положении. Категорически не желает, чтобы его называли Мастером и всячески противится назначению на официальную должность, однако с удовольствием пользуется соответствующими привилегиями, а саму Школу считает своим домом, – пояснил Больдо, догадавшись о причине недоумения младшего соученика.

– Красивый? – вырвалось у Малка. – Он настолько хорош в общении с дамами?

И этим своим предположением вызвал у Больдо приступ смеха.

– Господин Эрик? С дамами? Поверь, ужину с нашим Младшим Магистром даже самая неразборчивая куртизанка предпочтет бурную ночь с адским тигром! – сообщил он, немного успокоившись. – Красивым он в юности стал, лет сто – сто пятьдесят назад, а сейчас его между собой все Сумасшедшим называют… Впрочем сам все увидишь. Поторопись!

Как очень скоро выяснилось, на неожиданную демонстрацию возможностей господина Эрика собралась едва ли не половина студентов внутренней фракции – все, кто присутствовал в данный момент на ее территории. И странного тут ничего не было, каждый желал получить просветление от навыков Младшего Магистра. Удивляло другое – поведение зрителей. Никто не кричал и не смеялся, друг к другу собравшиеся обращались шепотом, а места на трибунах, вопреки здравому смыслу, занимали максимально далекие от магического ристалища.

– Помимо обращения к себе как к Мастеру, господин Эрик также ненавидит чужую недисциплинированность и несдержанность, – принялся Больдо на ухо объяснять происходящее Малку.

– А задние ряды почему? – заразившись чужим настроем, прошептал Малк.

– Потому что Сумасшедший! – непонятно хихикнул Голем и, согнав с облюбованных мест двух Учеников, плюхнулся на каменную лавку. – Садись быстрей. Он вот-вот появится!

Больдо оказался прав. Малк только-только пристроился рядом со старшим соучеником, как на трибунах стихли последние шепотки, и все взоры устремились на поле для тренировок. Туда, где прямо из воздуха появилась странно одетая фигура.

Скажи кто раньше, что это могучий маг, Малк поднял бы его на смех. Кто угодно – цирковой артист, исполняющий обет ревностный последователь Девятерых, городской сумасшедший, наконец, – но не маг!

Первым к себе приковывало внимание лицо новоприбывшего. Его красные навыкате глаза, перекошенный рот, кажется уже несколько лет не стриженные бакенбарды. Потом взгляд цеплялся за серые драные подштанники вместо нормальных брюк и старый потертый фрак на голое тело, зачем-то застегнутый на все пуговицы. И в последнюю очередь приходило понимание, что крест-накрест стягивающие грудь Младшего Магистра перевязи это никакие не ремни, а самые настоящие цепи.

Красивый?! Йоррох побери, да тогда Малк со своим новым обликом просто само очарование!

– Кстати, господин Эрик хороший приятель учителя, – насладившись реакцией Малка, уголком рта сообщил Больдо.

– Почему-то даже не сомневался, – едва заметно кивнул Малк.

Он еще подумал, не спросить ли, какими еще причудами помимо «необычной» манеры одеваться и нежелания называть себя Мастером славен господин Эрик, как маг внезапно начал свое «выступление», и стало не до болтовни.

Свирепо зыркнув в сторону трибун, Младший Магистр яростно топнул грязной пяткой и требовательно вытянул перед собой руку. Его движения выглядели бы потешно, если бы в тот же миг не вскипела окружающая Красивого аура обычного смертного, а в его раскрытой ладони не возникла серая сфера, в которую принялись отовсюду стягиваться бесчисленные светло-серые ручьи Силы. Десять ударов сердца, и вот уже в руке господина Эрика материализовался длинный посох. Не артефакт – обычное творение магии, пусть и чрезвычайно качественно выполненное. Малк даже сказал бы, что ничего особенного, если бы, вторя его мыслям, Младший Магистр не шарахнул оружием по земле и та не отозвалась весьма чувствительной дрожью. И это на расстоянии полусотни саженей от эпицентра удара, каково было бы, окажись Малк в непосредственной близости!

Но господин Эрик только начал разогреваться. И принялся исполнять незнакомый Малку комплекс с шестом, периодически повторяя вызывающие локальное землетрясение удары. Да не просто так, а подстраиваясь под определенный ритм, из-за которого с каждым разом тряска становилась все сильнее и сильнее, грозя перерасти в нечто такое, что разрушит все постройки на десятки саженей вокруг.

Для Малка, привыкшего наблюдать в лучшем случае способности Бакалавров – поединок Младших Магистров в день его прибытия в Школу не в счет, – подобное проявление мощи были в новинку. Он едва удержался, чтобы не захлопать.

– Чего улыбаешься? – в редкую паузу между грохотом ударов процедил Больдо. – Все только начинается!

Видимо, уровень атак Младшего Магистра достиг некоторой границы, потому как кристаллические тумбы по периметру полигона заиграли всеми цветами радуги и поле накрыла прозрачная полусфера. Тряска сразу же стала едва ощутимой. Вот только поставленные на пути его буйства Щиты сильно не понравились Эрику Красивому. Его лицо еще больше исказилось, он повернулся к трибунам и, направив в их сторону навершие посоха, выстрелил довольно медленно летящим серым сгустком.

Малк ожидал чего угодно: яркой вспышки, эффектного взрыва, зрелищного фейерверка, но не того, что на подлете к барьеру комок Силы внезапно увеличится в несколько раз и окажется огромным – едва ли не с человека размером – серым кулачищем, столкновения с которым магическая защита попросту не переживет. И что, оставив после себя гигантскую прореху, колдовской снаряд полетит в зрителей.

– Пошла жара! – азартно воскликнул Больдо, облизывая явно пересохшие губы и бессознательно заворачиваясь в какое-то защитное заклинание.

Малку же ничего кроме бегства на ум не приходило, однако он все же остался на месте и не прогадал. В последний момент, когда до первых рядов оставалось не больше локтя, на пути колдовского кулака возникло столь же серое марево, в котором снаряд господина Эрика благополучно растворился. После чего несколько поредевшая дымка устремилась к защитной полусфере и, словно заплатка, затянула место разрыва.

– Вот сейчас они защиту поля еще на пару уровней усилят, господин Эрик попробует ее пробить, и как не получится… вот тогда-то ты его истинный облик и увидишь! – продолжил просвещать Малка Больдо.

– Хорошо бы, потому что пока ничего сильно выходящего за рамки возможностей Бакалавра я не увидел. За исключением вложенной мощи, разумеется, – не выдержал Малк.

– Не спеши, все будет, – хмыкнул Голем.

И указал подбородком на полигон, где Красивый уже выпустил еще пару Кулаков и те, как предсказывалось, даже не поколебали барьер.

Неудача очевидно плохо воздействовала на психику мага. Будучи и без того не в ладах с головой, теперь он окончательно пошел вразнос. Отбросил посох прочь, разорвал на груди фрак, потом зачем-то поднял лицо к небу и обреченно завыл.

Зрелище получилось не слишком приятное и не вызвало у Малка ничего, кроме жалости. Он уже начал поворачиваться к Больдо за комментариями, как Младший Магистр вдруг грохнулся на четвереньки, замер и… из его спины, точно клинок из ножен, медленно вышел полупрозрачный бледно-серый лев. Но не величавый и гордый повелитель саванны, а его демоническое подобие. Извращенное, злое и совершенно безумное.

Твари хватило одного взгляда в сторону трибун, чтобы все ощутили сильнейшее давление чужого Духа. Настолько могучего, что его не могли сдержать никакие Щиты. Когда же она сделала единственный шаг и издала низкий, на грани слышимости, рык, то воздействие усилилось настолько, что многие зрители попросту не могли его выдержать. Текла кровь из носа у Бакалавров, теряли сознание Ученики… Малк оказался в числе самых стойких. Власть и общая развитость Духа удержали от обморока, а «лечилка» в основании Нимба – точнее, проявившаяся благодаря ей способность манипулировать жизненной силой – спасла от травм. Хотя на фоне Больдо, на которого воздействие Эрика Красивого вообще не оказало никакого влияния, его достижения заметно блекли.

– Сильно, – пробормотал Малк, переводя дух.

– Сильно? – переспросил Голем с усмешкой. – Нет, сильно будет вот только сейчас!

Сказал и вжал голову в плечи. А господин Эрик, будто ожидал именно этой команды, вдруг снова слился со львом, одним движением поднялся на ноги и… беззвучно, лишь губами, произнес единственное слово. Слово, будто разорвавшее саму реальность и выплеснувшее в нее Силу Пепла.

На какое-то время мир перед глазами Малка померк. Не осталось ничего, кроме серой мглы, непонятно откуда взявшегося запаха гари, пробивающегося сквозь дымную завесу солнца да стремительно накатывающей боли. Боли, которая обжигала кожу, терзала мышцы, разрывала внутренние органы и вгрызалась в кости.

Однако все прекратилось столь же внезапно, как и началось. Вроде только что Малк задыхался в магическом тумане и стирал зубы в песок, сдерживая крик, как вдруг снова сидит на трибуне. Всех отличий, что теперь его окружают залитые потом коллеги по несчастью, а еще недавно буйствовавший господин Эрик Красивый теперь стараниями четверки воинов в механических доспехах бешено бьется под накинутой на него металлической сетью.

– Слово Пепла! Ну надо же, а говорили, что его только Магистры могут освоить, – простонал Больдо, хрустя шеей и вслед за остальными студентами поднимаясь со скамейки.

Представление, очевидно, считалось законченным.

– И что, ради этой пытки мы сюда приходили? – угрюмо сказал Малк, которому пережитое, мягко говоря, не понравилось.

– Мы сюда приходили расширить горизонты, а пытка это… – Больдо пошевелил пальцами подбирая слово. – Это бонус!

И довольно засмеялся. Но вдруг осекся, нашел взглядом господина Эрика Красивого, которого окончательно запеленали в сеть и теперь уносили с поля, и лишь тогда облегченно вздохнул.

– Мстительный дядька, – ответил он на невысказанный вопрос Малка. Подумал и добавил: – Впрочем, как и все старшие маги.

– А почему он… такой? – Малк неопределенно покрутил пальцем в воздухе.

Больдо пожал плечами:

– Последствия старых травм. Во времена Восстания он был учеником одного из Наследников Школы и попал под удар Патриарха Дома Черингар вместе с наставником. Его задело самым краем – внешне почти не пострадал, но вот мозги… мозги набекрень. И пусть большую часть времени он относительно нормален, в бою иногда накатывает…

– Только в бою? – не удержался от любопытства Малк.

– Бывает, что и не только. – Больдо поморщился. – У него травма вызвала фатальное отклонение в практике, из-за которого собственная магия теперь постоянно толкает его рассудок за грань безумия. Эликсиры и заговоренные вериги, конечно, спасают, но… но в сражении он становится собой настоящим. Жаждущим битвы безумцем, способным творить невозможные для многих вещи!

– И такого человека директор подбил продемонстрировать способности перед студентами? – спросил Малк ошеломленно.

– Должны же мы как-то учиться… Тем более риск был в пределах нормы! – равнодушно бросил Больдо.

– Это смотря что считать нормой… – пробормотал Малк, но продолжать спор не стал.

Тем более что Голем был прав, и он действительно вынес из устроенной демонстрации немало интересного. Слово Пепла, материализация похожего на артефакт оружия, давление Власти… Да хотя бы тот же лев, вышедший из тела господина Эрика! Малк готов побиться об заклад, что так проявляет себя пробужденная Родословная. Причем не абы какая, а относящаяся к одному из «старых» Домов Авалона – адские львы вроде только у их потомков были замечены… Все это определенно стоило увидеть!

Покинув полигон, Малк повернул было в сторону своего дома, как был остановлен Больдо:

– Куда? Наша сегодняшняя культурная программа выступлением господина Эрика не ограничивается!

– У нас есть какая-то культурная программа? – удивился Малк.

Голем довольно рассмеялся.

– Разумеется. И пришло время для основной ее части… – Старший соученик посерьезнел и уже спокойно сообщил: – Наставник распорядился привести тебя к нему в лабораторию. В настоящую лабораторию!

Новость, мягко говоря, шокировала. И не столько тем, что Больдо взял на себя смелость отложить немедленное исполнение распоряжения господина Тияза – в конце концов, он не озвучил, когда именно должен был привести Малка, – сколько той частью, где говорилось о «настоящей» лаборатории. Получается, место, куда Малк ходил работать над костями, таковым не считается? Или он чего-то не понимает? Да и вообще, что стоит за этим приглашением: он прошел некую проверку, дорос до уровня полноценного ученика-ассистента или, того хуже, ему уготована роль объекта экспериментов? Увы, задать все эти вопросы Малк не мог, как и добиться ответов от господина Тияза. А значит, до всего снова предстояло доходить самому.

Настоящая лаборатория находилась недалеко от старой, буквально на соседней улочке, в подвале нежилого коттеджа, и, чтобы попасть внутрь, понадобилось пройти аж тройную проверку. Назвать пароль охраняющему вход в дом немертвому рыцарю – возможно, тому же самому, что приходил к Малку в первое утро во внутренней фракции, активировать головоломный колдовской узор на стене крохотной прихожей, а уже внизу, сразу на выходе с лестницы, капнуть кровью на заговоренные нефритовые пластины. Причем последнее пришлось делать и Больдо, и Малку.

Поначалу было непонятно, к чему такие сложности. Но когда, переступив порог, Малк увидел десяток стеклянных чанов с плавающими в них фигурами гомункулусов, прозекторский стол с уже вскрытым телом похожего на гигантскую летучую мышь демона, заставленный флаконами с алхимическими зельями, пилюлями и декоктами шкаф, а рядом стеллаж с кучей банок с заспиртованными органами, очень сильно смахивающими на человеческие, то предпринимаемые Мастером меры безопасности показались даже недостаточными. Малк, конечно, не специалист, но инстинкт подсказывал, что далеко не все из хранящегося здесь можно безопасно показывать представителям Триумвирата.

– Впечатляет, да? – спросил Больдо, толкнув его локтем под ребра. – Ты туда посмотри!

Малк перевел взгляд в глубь помещения и сдавленно выругался: большую часть дальней от входа стены украшали маски в виде человеческих лиц. Или, что точнее, маски, сделанные из человеческих лиц. Кажется, это была та самая коллекция Мастера Тияза, которой его в первые дни в Школе пугала Эйша.

– Просто чудесно, – пробормотал Малк, ощущая, как колотится сердце.

Только теперь он окончательно осознал, что переступает некую грань, после которой дороги назад уже не будет. И, глядя на обстановку в лаборатории, он был больше не уверен, что действительно хочет делать этот последний шаг.

– Да? – со сомнением спросил Больдо, явно не уловивший иронию. – Я вот уже шесть лет здесь работаю, а до сих пор никак не привыкну. Я как-то на поле боя чувствую себя увереннее, чем в этом царстве некромантии и вивисекции.

– Но ведь продолжаешь работать… – не удержался Малк.

– Продолжаю, – покладисто согласился Голем. – А что делать? Мое развитие как специалиста по закалке тела невозможно без использования крайне дорогих эликсиров и сложных ритуалов, так что я не вылезаю из долгов. И слава Святым, что Мастер дает возможность их отрабатывать.

Малк, прекрасно помнивший, с каким трудом Больдо творил магию, выходящую за рамки заклинаний из Нимбов, с сомнением покачал головой.

– Чего? Не веришь? – возмутился старший соученик.

– Не то чтобы не верю, но… чем ты тут занимаешься? – осторожно спросил Малк.

Больдо недовольно вздохнул.

– Я анатом. Помогаю с исследованием строения демонов, работаю на подхвате во время операций по химеризации, помогаю внедрять разного рода артефакты в живых марионеток…

При упоминании о живых марионетках Малк вспомнил, как господин Жак Улей взял контроль над его телом, и ощутил, что в сердце поднимается буря. Участвовать ни в чем подобном он категорически не желал!

– Последнее, кстати, самое интересное, – продолжил как ни в чем не бывало Больдо. – Мастер пытается создать идеальную боевую марионетку, соединяющую в себе пластичность живого тела и преимущества нежити. И хотя до завершения еще очень далеко, определенные результаты уже есть…

– Здорово. И что же… или кто… используется в качестве основы для кукол господина Тияза? – не выдержал Малк.

– А гомункулусы, – равнодушно бросил Больдо, махнув в сторону стеклянных чанов. – Ни души, ни разума, ни даже примитивных инстинктов – идеальный материал для работы.

Малк, узнав, что идти на компромисс с совестью не придется, незаметно выдохнул. Повезло. Не хотелось и думать, что бы он делал, если бы господин Тияз проводил опыты на живых людях.

– Ты сказал, результаты уже есть… А можно на них посмотреть? – спросил Малк, заполняя паузу.

– Почему нет? – пожал плечами Больдо. – Мастер как раз сейчас должен подгонять одну химеру под требования заказчика… – Заметив, как Малк вскинул брови, старший соученик поморщился. – Чего? Или думаешь, Младшим Магистрам не нужны деньги?

– Почему же, нужны, но… живые марионетки? – осторожно сказал Малк.

– А… чего ты понимаешь. Знаешь, сколько стоит гомункулус с прижившимся управляющим кристаллом, но без дополнительных модификаций? Около сотни драхм! Доведи его до уровня полноценной боевой марионетки, подходящей что некромантам, что призывателям уровня Бакалавра, и цена взлетит уже до четырехсот драхм, – глядя на него как на последнюю деревенщину, сказал Больдо.

– Ого! – присвистнул Малк.

– Вот тебе и ого…

Больдо щелкнул языком и, поманив Малка за собой, направился к неприметной двери в дальнем углу лаборатории. Однако сразу входить не стал, сначала громко постучал костяшками пальцев по косяку и, лишь дождавшись одобрительного ворчания, повернул ручку замка.

– Учитель, как вы и просили, Ученик Малк доставлен! – с порога бодро отрапортовал Голем, хлопая Малка по плечу.

Однако несмотря на несколько развязный тон, чувствовалось, что старший соученик прекрасно знает, где находятся рамки допустимого, и даже не мыслит их нарушать.

– На Сумасшедшего Эрика смотрели? – спросил господин Тияз безжизненным голосом.

На момент появления своих студентов Мастер стоял на коленях перед невысокой – Малку по пояс – лысой обезьяной с горящими зеленым глазами и водил руками над ее макушкой. И, судя по вливающимся ей в глаза, уши, ноздри и рот струйкам черного дыма, прерывать свое занятие он не собирался.

– Разумеется, – словно бы даже обиделся Больдо. – Мастер ожидаемо сорвался и шарахнул по зрителям. На этот раз, правда, Словом Пепла…

– Хорошо, – перебил его господин Тияз, – что наш младший ученик?

Малка и он, и Голем подчеркнуто игнорировали, обсуждая словно товар на рынке.

– Выдержал. Сознание не терял, сбежать не пытался… Крепкий парень! – одобрил Больдо, только теперь повернувшись к Малку и демонстративно подмигнув.

Но Малк его легкомыслия не разделял. В очередной раз осознавать себя предметом чьих-то исследований – особенно когда не понимаешь их конечной цели – было неприятно. И противоречило всем его жизненным устремлениям. Вот только как об этом сказать кому-то вроде Тияза Черепа?

– Я понял. Оставь нас, – подал голос Мастер и, не дожидаясь, когда Больдо выйдет, без прелюдий холодно спросил: – Ты ведь уже начал осваивать второй слой Трех Пульсов? Есть какие-то успехи?

Одновременно с вопросом господин Тияз поманил пальцем, и из сгустка теней между двумя книжными шкафами выплыла та самая маска, с помощью которой Малк изучал Тайное Искусство. На этот раз она фонила Силой и испускала сильные колебания Власти начального желтого ранга. И вот ее-то Мастер одним движением ладони припечатал к морде обезьяны.

Раздалось шипение, гомункулус вздрогнул, и вокруг него возникла пусть слабая, но магическая аура.

– Конечно, занимаюсь! И духовные вибрации ощущаю все лучше, но… называть это успехами не стал бы. Нужно время и… ресурсы, – осторожно сказал Малк, не сводя взгляда с облепившей обезьянью физиономию маски.

Йоррох, а он-то, пока с верстаком возился, все гадал, куда господин Тияз Морду дел. А она, оказывается, у него чем-то вроде универсального инструмента служит. И Тайные Искусства хранит, и над марионетками работать помогает, и кто знает для чего еще используется…

– Что успех, а что нет, давай все же оценивать буду я, – холодно проронил господин Тияз.

Поднялся с колен, сел в стоящее неподалеку кресло и небрежно махнул рукой:

– Внутри гомункулуса звериный дух, пойманный мной на плане Смерти. Услышь его, настройся на испускаемые им пульсации и заставь провести марионетку по комнате.

– Но я не знаю как, – растерялся Малк.

Господин Тияз презрительно фыркнул, достал с расположенной рядом полки песочные часы и перевернул их.

– У тебя десять минут. Начинай!

Что будет, если Малк не уложится в обозначенное время, он не сказал, но можно не сомневаться – ничего хорошего. История с избиением того же Стево Крыса говорила сама за себя. Поэтому уняв вспыхнувшую в сердце злость, Малк уселся перед обезьяной по-стиксонски и сложил пальцы в знак концентрации.

На то, чтобы поймать нужный настрой, у него ушло не больше девяти ударов сердца. Затем еще столько же на фокусировку духовного внимания на живой кукле и порождение волны духовных вибраций. Следующий шаг – поиск отклика звериного духа – при правильном исполнении требовал и того меньше времени, однако именно здесь для Малка и крылась главная сложность. То ли он брал неправильную частоту, то ли ему на хватало чувствительности, но… но поймать духовный резонанс с марионеткой у него не получилось ни через минуту, ни через две, ни через десять. Лишь когда в нижнюю часть часов падали последние крупинки песка, он что-то такое уловил и смог ввернуть сжатый Властью мысленный приказ.

Иди, поимей тебя Пекло! Иди!!!

И этот его ментальный посыл был настолько силен, что изображавшая статую обезьяна дернулась и вместо того, чтобы сделать полноценный шаг, нелепо подпрыгнула.

– Слабо, очень слабо! – ледяным тоном сказал господин Тияз, который не отводя глаз наблюдал за мучениями ученика.

– Понимаю, но прошло очень мало времени… – совершенно справедливо попробовал возразить Малк, но тем самым лишь еще больше разозлил Мастера.

– Мне неинтересны отговорки, мне нужен результат! А его-то как раз и не видно, – зло прошипел господин Тияз. Помолчал, явно успокаиваясь, и прежним холодным тоном сказал: – Раньше ты вполне здраво оценивал свои способности и соответствующим образом планировал практику. А что теперь? Ты себя возомнил гением, которому достаточно ежедневных занятий с Зеркалом Друзала?

Малк помотал головой. Доля истины в словах Мастера была. Он и вправду не пил эликсиров, не медитировал в подходящем источнике и в преодолении проблемных мест не пользовался магической поддержкой старших товарищей. Йоррох, он даже к Призрачному Древу не ездил! Но с другой стороны…. у всего есть причина, а в его случае даже две! Во-первых, он категорически не желал и дальше влезать в долги, а во-вторых, некоторые вещи ему были попросту недоступны. То же Зеркало Друзала… Без него практика у Призрачного Древа становилась малоэффективной, однако в хранилище артефактов дольше чем на несколько часов его не выдавали, а значит, регулярное посещение лесного жальника становилось невозможным. И студенту вроде него изменить ничего нельзя – правила Школы!

Тогда в чем вина Малка?

– Мне просто нужно больше времени… – все же выдавил он из себя.

– Всем нужно больше времени. Только кто ж его нам даст? – рассмеялся господин Тияз и покосился на обезьяну.

Та одним прыжком взвилась на верхнюю полку ближайшего шкафа, достала небольшую шкатулку из зеленого нефрита, вернулась назад и сунула добычу в руки Малка.

– Открой! – потребовал господин Тияз.

Малк немедленно подчинился. Внутри оказался кусок мрамора, отличающийся от обычного камня лишь витающей над ним легкой серой дымкой и… и да, явственным ароматом Смерти. Стоило же его коснуться Властью, как в ушах зазвучал вой жестоко страдающих людей.

Проклятье, тут какой-то морок или…

– Это ведь энергия жертвоприношения? – спросил Малк, чувствуя, как внутри разливается убийственный холод.

– Верно, – одобрительно прошептал господин Тияз, не сводя с него насмешливого взгляда.

Малк судорожно сглотнул.

Йоррох, Йоррох, Йоррох!!! Как жертвоприношения?! Как?! Тияз Череп ведь не маг-изгой, не демонолог и не презренный лоялист. Он старейшина известной Школы, отвечающий за безопасность множества людей. Причем не только в учебном заведении, но и вообще на острове Римма. Откуда у него этот камень?!

В памяти всплыла недавняя история с атакой флактурма. Сражающиеся люди и демоны, десятки погибших Одаренных, облако жизненной силы убитых жертв под потолком зала и… и кровавый разлом, втягивающий в себя весь собранный Трехголовым «урожай». Да, там была жизненная сила слабых магов, но кто сказал, что ее нельзя трансформировать в чистую Смерть?!

Проклятье! Получается, что за случившимся стоит именно Тияз Череп? И Больдо, советуя принять официальную версию произошедшего, о том прекрасно знал?

– Я не приемлю демоническую магию и связанные с ней человеческие жертвоприношения, – мрачно, точно перед эшафотом, сообщил Малк и осторожно положил ящичек на ближайшую полку. – Клятву давал.

– Похвальная твердость, – одобрил господин Тияз. – Но ты понимаешь, что без энергии Смерти, которая даст толчок трансформации второго слоя Искусства, быстрого прогресса не будет?

Все еще ошеломленный сделанным открытием Малк медленно пожал плечами.

– Попробую обойтись без подобных… методов. Тем более что возможность приобщиться к энергии Смерти у меня есть, – сообщил он максимально ровным голосом. – Надо лишь подумать, как ею воспользоваться.

– Кладбище! – моментально догадался Мастер и тем самым показал, что в курсе особых взаимоотношений Малка с Призрачным Древом. – А то, что все может внезапно поменяться и оно перестанет быть для тебя безопасным, ты учитываешь?

– Без риска нет прибыли, – криво усмехнулся Малк.

Разговор давался ему все трудней. Мысли снова и снова возвращались к камню с энергией Смерти. Он пытался понять, зачем господину Тиязу понадобилось раскрывать ему такую улику, и не находил ответа.

– Риск, поиск своего пути… Это слова. Я же хочу, чтобы ты подкреплял их делами. И пока результаты меня не впечатляют, – тем временем проскрипел Череп. – Не хочешь пользоваться энергией жертвоприношений… твое дело! Заставлять не буду. Но тогда будь готов к тому, что в какой-то момент опять уткнешься в тупик и прибежишь за помощью. И тогда тебе понадобятся эликсиры. Много очень дорогих эликсиров!

Описанные господином Тиязом перспективы выглядели настолько мрачными, что Малк отвлекся от мыслей о камне. В конце концов, развитие в качестве мага было для него второй по важности вещью после забот о собственной жизни.

– А без них точно никак? – нахмурился он.

Господин Тияз с заметным сожалением покачал головой.

– Вини свой талант, точнее, его отсутствие. Когда давал тебе Тайное Искусство, то даже не предполагал, что все будет настолько плохо…

Фраза повисла в воздухе. Мастер словно предлагал Малку осмыслить свое будущее, а осмыслив, принять верное решение.

– Ладно, раз уж ты не хочешь торопиться с освоением второго слоя Трех Пульсов, начинай изучать заклинания. Эйша ведь давала список чар, из которого ты можешь выбрать? – видимо сочтя паузу достаточной, снова заговорил господин Тияз.

Малк, который получил нужный документ еще несколько месяцев назад, энергично кивнул. Перечень он давно изучил самым тщательным образом и успел определиться со своими приоритетами. Однако озвучить их он не успел.

– Хорошо. Тогда имей в виду, что одним из заклинаний должны быть Призрачные Руки. И это не обсуждается! – сообщил господин Тияз не терпящим возражений тоном. – Ну а в качестве утешительного приза, так и быть, серьезно скину цену на эликсиры…

– А если откажусь? Выберу то, что считаю более подходящим? – сказал Малк, едва сдерживая ругательства.

– Тогда считай свое ученичество законченным, возвращай все, что в тебя вложено, и свободен, – бросил господин Тияз небрежно, но за этой его небрежностью таилась неприкрытая угроза.

«Что в тебя вложено» – понятие растяжимое. Его можно так вывернуть, что сколько ни старайся, а расплатиться не сможешь. Сложившаяся ситуация почему-то напомнила Малку работу по изготовлению «лечилок» в андалорской клинике. Там он тоже на первый взгляд получал одну лишь выгоду. Оплачиваемая работа, возможность изучить заклинание, тренировка навыков работы с энергией… А в итоге все закончилось отравлением магией и телесным преображением. Вот и здесь ему сначала рассказывали о куче преимуществ учебы у могучего Младшего Магистра, а потом по истечении времени начали вытаскивать наружу всевозможные «дополнения» и «уточнения».

И за каким Йоррохом ему нужны эти Призрачные Руки?!

– Мастер, не спрашиваю, зачем вам нужно, чтобы я изучил данное заклинание, но… как его увязать с чарами из первого Нимба? Второе ведь должно опираться на первое, однако Призрачные Руки с моими Рассеиванием, Искрой и «лечилкой» никак не состыкуешь, – попробовал подобрать правильный аргумент Малк.

Вот только господина Тияза таким было не пронять.

– Думай, ученик. Думай! Ответ ты знаешь, теперь осталось найти правильный способ решения… – рассмеялся он хрипло, и Малку не оставалось ничего иного, кроме как попытался отстоять часть проработанных ранее планов.

– Но хотя бы начать изучение заклинаний я могу не с Призрачных Рук? С чего-то более подходящего для походов в опасные места вроде того же самого кладбища?

– Разумеется, Малк. Свой путь в маги ты выбираешь сам. Я лишь вношу небольшие коррективы, – расслабленно бросил господин Тияз и со смешком добавил: – И ставлю сроки…

На этом разговор закончился, и Малк был отправлен домой. Зачем понадобилось его приглашать для беседы в эту конкретную лабораторию, показывать разработки и делать столь щекотливые предложения, он решительно не понимал. Если бы они пообщались у господина Тияза дома, ничего ровным счетом бы не изменилось, и при том Малка не пришлось бы посвящать в разного рода пугающие секреты.

Особенно его беспокоил йоррохов камень! Мысль, что именно господин Тияз и есть та третья сторона, которая вмешалась в противостояние между Трехголовым и защитниками убежища, Малка откровенно страшила. И даже не столько нежеланием связываться с кем-то вроде Черепа – хотя делать врагом мага такого калибра по меньшей мере глупо и смертельно опасно, – сколько мрачными перспективами уйти по ту сторону закона. Который Малк хоть и не любил, но предпочитал по возможности соблюдать.

Девятеро, а он ведь только-только поверил в господина Тияза, даже признался в сотрудничестве с Жаком Ульем. Теперь же снова надо решать, с кем он – со ставшим вдруг крайне подозрительным наставником или с работающим на Темную Канцелярию толстяком. И ответ был не настолько очевиден, как могло бы показаться ранее.

Так что в следующую седмицу Малк попытался с головой уйти в тренировки и исследования, чтобы на пугающие мысли не оставалось времени. Часами сидел в библиотеке – изучал описание Призрачных Рук, «жонглировал» ранее выбранными для освоения заклинаниями, пытаясь понять, от чего теперь придется отказываться, оценивал перспективы обучения и потребные для него ресурсы… И определенный результат был. Хотя успокоительное из этих занятий получилось так себе, ясность в тему новых чар привнести все же удалось. Если раньше Малк только предполагал, что за освоение заклинаний второго круга без доступа к источнику и Зеркалу Друзала лучше даже не браться, то теперь знал это совершенно точно. Толка не будет!

Однако как согласовать имеющиеся потребности с существующими возможностями, он не имел ни малейшего понятия…

Из пучины невеселых дум, куда Малк успел погрузиться, его вытянул прибывший из внешней фракции курьер. В доставленном им письме сообщалось, что «добрый друг» Малка господин Жак Улей наконец вернулся в Школу и желает встретиться. Незамедлительно! Раньше ультимативный тон письма вызвал бы у Малка только гнев, но сейчас он испытал облегчение. Слишком уж сильно по нему ударило подозрение о возможном участии господина Тияза в атаке на флактурм, чтобы оставаться с этой мыслью наедине. И общение с Жаком Ульем – единственным, с кем он мог поделиться, – больше не казалось ему предательством пусть навязанного силой, но все же учителя. До встречи в «настоящей» лаборатории – да, теперь – нет.

К тому же… ему ведь все равно разрешили общаться, с кем он хочет, правильно? Вот он и пообщается.

Вопреки опасениям искать господина Жака по приезде во внешнюю фракцию Малку не пришлось. Несмотря на ранний час, Младший Магистр работал в своем кабинете, имитируя серьезную занятость. Однако стоило ему увидеть Малка, как он в крайнем волнении выскочил из-за стола и завопил:

– Ну наконец-то! Сколько можно ждать… Стоило мне покинуть ненадолго Школу, как ты, оказывается, столько всего тут натворил, что голова кругом! Рассказывай от начала и до конца!

Малк от такого напора даже растерялся.

– Что рассказывать? Про флактурм или…

– Про убежище я уже давно все знаю, и получше тебя. Ты про то, как Трехголового убивал, давай. Да в подробностях! – воскликнул толстяк, азартно потирая ладони.

Потом, правда, предложил Малку присесть и даже налил стакан холодного лимонада из кувшина на столе, но на этом его вежливость закончилась. И дальше он все больше молчал, лишь изредка задавая наводящие вопросы.

Один же момент в истории Малка его заинтересовал особо.

– Как, говоришь, ты на Змеином холме оказался? Эйша привела? – наверное, в третий уже раз спросил господин Жак, буравя Малка взглядом.

– Эйша… Сказала, что не доверяла суждениям господина Тияза и хотела так проверить мою преданность идеалам Школы, – терпеливо повторил Малк.

– Идеалы Школы… Ну надо же! – восхитился Жак Улей и погрузился в размышления.

И Малк не выдержал.

– Господин Жак, вы считаете, что… Тияз Череп связан с нападением на флактурм? – озвучил он, запинаясь, уже седмицу беспокоящий его вопрос.

Младший Магистр вздрогнул и из-под нахмуренных бровей остро глянул на Малка.

– Почему ты так решил?

– Не знаю. – Малк пожал плечами. – Раньше счел бы подобное предположение глупостью, но сейчас… сейчас уже не так уверен.

– Ну-ка, ну-ка… С этого места поподробнее! Что такого случилось, что ты изменил свое мнение? – моментально оживился толстяк.

– Да много на самом деле всего… – Малк замялся. Несмотря ни на что, рассказывать о секретах или то, что он считает секретами учителя, ему категорически не нравилось. – И прежде всего то, что Мастер пустил меня сначала в свою домашнюю лабораторию, а потом в ту, что его ученики называют настоящей…

– Ты был в его главной лаборатории?! – вскричал господин Жак, снова вскакивая из-за стола, куда он успел вернуться. – Гомункулусов видел? Может, с Мордой опять работал? Или… или, может, такая колонна, вся увитая золотыми трубками, на глаза попадалась?!

На последнем вопросе голос Младшего Магистра даже осип.

– Про колонну ничего не знаю, – замотал головой Малк.

И с удивлением увидел, как разочарованно вытягивается лицо господина Жака.

– А… жаль, – протянул толстяк и словно спохватился: – Так чего ты там говорил насчет твоего изменившегося отношения к Тиязу?

– После проверки прогресса в моей практике он предложил воспользоваться камнем, заряженным энергией от жертвоприношений, – решительно сказал Малк, которого утомили перепады настроения толстяка. – А как вы знаете, во флактурме демоны не просто убивали, а собирали…

– Да-да, жизненную силу. И ты думаешь, что это Тияз? – перебил его господин Жак, сделав непроницаемое лицо.

Малк твердо сказал:

– Я ничего не думаю. Просто знаю, что убивать людей ради Силы – зло!

– Вообще есть варианты, но… ты прав! И похоже, Тияз действительно совершил преступление, – с важным видом закивал господин Жак.

Однако чувствовалось, что говорит он не всерьез, больше для вида. В действительности же думает о чем-то ином.

– И как тогда быть? – все равно решил додавить тему Малк.

– Никак. Доказательств у тебя нет, а если бы и были… слово Ученика против слова Младшего Магистра. – Господин Жак равнодушно пожал плечами. – Клянусь Рзавианом, да даже будь иначе, он тебя прямо в здании суда грохнет, и никто слова не скажет. Разве что штраф заплатит, да и то если только дело будет происходить в метрополии. Здесь же, случись такое, все заметкой в газете ограничится, причем в разделе курьезов.

Возразить Малку было нечего, и больше вопросов он не задавал. Собственно, теперь его беспокоило только одно: зачем он вообще должен следить за господином Тиязом, если даже факт человеческих жертвоприношений не является для его куратора от Темной Канцелярии чем-то интересным. Однако спрашивать об этом у господина Жака он не рискнул. Потому как тот тоже Младший Магистр и уже успел показать, как поступает с разгневавшими его ослушниками.

– Так мне просто взять и обо всем забыть? – мрачно поинтересовался Малк.

– Если ты так ставишь вопрос, то да. Это для тебя вообще должно стать привычной схемой действия. Что-то происходит, ты рассказываешь об этом мне, а потом берешь и обо всем забываешь. Идеально! – Толстяк для весомости поднял было палец, но не выдержал и засмеялся. И лишь спустя какое-то время, посерьезнев, продолжил: – К тому же имей в виду: не все, что ты видишь в исполнении Тияза, правда. Он известный лжец и притворщик, любящий поиграть на чужих эмоциях. А еще, клянусь Рзавианом, высокомерен, как Архонт. Смотрит на всех свысока и дразнит, дразнит…

Последняя фраза была сказана неожиданно зло, словно касалась взаимоотношений Тияза Черепа не с людьми вообще, а с вполне конкретным человеком. С Жаком Ульем. Однако Малк сделал вид, что данной оговорки не понял и подозрительный взгляд толстяка встретил расстроенной полуулыбкой.

– А хочешь правду о своем учителе? – с неожиданным пылом сказал господи Жак. – Мир стал гораздо спокойнее, когда Тияз поднялся до Младшего Магистра. В те годы, когда он пытался найти лекарства от ран и боролся с распадом своего Духа, о нем шла крайне недобрая молва. Убийства соперников, воровство чужих секретов, рискованные рейды в Яванский пояс, заканчивающиеся подозрительной гибелью большинства участников, смерти личных Учеников…

– Простите, последнюю часть можно как-то поподробнее? – забеспокоился Малк.

Толстяк гулко захохотал.

– Что, испугался? Расслабься, у него уже лет двадцать Ученики не умирали, остепенился, видимо, слава Рзавиану.

– В смысле, остепенился? Зачем нужно убивать собственных учеников?! – возмутился Малк.

– Не убивать. Ставить на них эксперименты, после которых крайне сложно выжить, – пояснил господин Жак доверительным тоном. – Или ты думаешь, в мире существуют Тайные Искусства, которые могут восстановить полуразрушенный Дух с выкорчеванным сродством со Стихией Огня? Нет, Тияз разработал его сам. Сначала добывал Искусства с нужными характеристиками, затем на их основе разрабатывал собственные техники и уже из них собирал цельные системы развития.

– А испытывал, значит, на учениках? – процедил Малк, чувствуя, как внутри все сжимается от злости.

– Разумеется, – загоготал толстяк. – И так он постепенно довел свои Искусства до ума. Сам восстановился и из других никчемышей нормальных магов делать начал. – Господин Жак изобразил самую добрую свою улыбку и подмигнул. – Говорю же, тебе повезло. Наиболее опасная часть его исследований завершилась, теперь он разве что пытается нащупать пределы развития своих практик и убрать последние шероховатости… До той поры, пока у Черепа нет интересов в действительно опасных областях, можешь не беспокоиться…

– Господин Жак, опасные области… вы сейчас о Запределье? – торопливо спросил Малк, у которого сложившаяся было в уме картина мира снова претерпевала изменения. – А то мы с Эйшей недавно плавали к Левому Брату и там…

– Столкнулись с Голодными Мороками? Бывает, – отмахнулся господин Жак, опять о чем-то глубоко задумавшись. К беседе, так взволновавшей его поначалу, он очевидно охладел, и у Малка возникло ощущение, что его вот-вот попросят уйти.

Вот только Малку тоже было о чем поговорить с Младшим Магистром.

– Господин Жак, скажите, на этот раз добытая мной информация была… полезной? – спросил он осторожно.

Толстяк вздрогнул, перевел на него задумчивый взгляд и медленно кивнул.

– М-да, разумеется… Сегодня наша беседа была очень продуктивной. – Тут до него что-то дошло, и господин Жак уже иначе, резко и нетерпеливо сказал: – Понял… хочешь награду, да?!

Прозвучало это весьма воинственно, словно некий враг покушался на самое святое, что есть у Жака Улья. И Малк поспешил его успокоить:

– Я не прошу ничего особенного. Достаточно, чтобы мне разрешили арендовать Зеркало Друзала сроком хотя бы на один месяц. Это ведь в вашей власти, как Мастера внешней фракции?

Судя по выражению лица, первым порывом толстяка было ответить отказом, однако, немного подумав и испытующе посмотрев на Малка, он все же кивнул и потянулся за писчими принадлежностями. Кажется, из сегодняшней беседы он и вправду вынес немало полезного.

Малк же… Малк смотрел в его хитрые глазки, изображал на лице искреннюю благодарность и изо всех сил старался спрятать в потайных уголках души злость по отношению к обоим Младшим Магистрам. Что Тияз Череп, что Жак Улей – оба одного поля ягоды. Решают свои вопросы, стремятся к своим целям, а на окружающих глядят лишь как на инструменты, ранжируя их по принципу удобства использования. Кого-то наградят, кого-то пустят на опыты, кого-то заставят быть пешкой в закулисной борьбе, а кого-то принесут в жертву ради нужной в данный момент порции жизненной силы.

Соблюдать верность таким людям, быть с ними честным и открытым? Да ни за что в жизни! Главное, не забывать прятать истинные чувства под маской… И он, радуя Младшего Магистра, с поклоном принял написанное господином Жаком гарантийное письмо в хранилище артефактов.

Часть 2

Выбор

Глава одиннадцатая,

в которой успехи идут рука об руку с неудачами

Чем дольше Малк жил во внутренней фракции, тем больше осознавал, как же он от всего устал. От манипуляций вцепившихся в него точно клещами Младших Магистров, от подыгрывающих чужим интригам соучеников, от чужой жестокости и беспринципности… Ну почему нельзя просто оставить его в покое и позволить развиваться, строить новую жизнь, делать карьеру? Зачем раз за разом макать по маковку в дерьмо?!

Увы, ответ был очевиден: потому что Малк слаб. Был бы силен – и не было бы ни унижений от господина Жака, ни изощренных угроз господина Тияза. Одна лишь личная сила – и не важно, завязана она на магии, богатстве, влиянии или всем, вместе взятом, – только она определяет пределы свободы. И один лишь Малк виноват в том, что эти самые пределы в настоящий момент оказались настолько тесными.

Поэтому ничего удивительного в том, что осознание собственной ничтожности снова подстегнуло его активность. Получив от жизни очередной мотивирующий пинок, Малк стряхнул сонную одурь размеренного ритма жизни, оценил перспективы скорого обретения вожделенного могущества, ужаснулся и… принялся готовиться к полному погружению в практику, без отвлечений на быт и прочую ерунду.

Все-таки в чем господину Тиязу не откажешь, так это в умении смотреть на вещи под правильным углом. Если он сказал, что Малк расслабился в учебе, значит, так оно и есть. Пусть даже на первый взгляд кажется, что совсем наоборот. Малк действительно слишком поддался очарованию обучения в комфорте, забыв, что для бывшего «пустышки» этот путь закрыт. Там, где остальные обходятся минимумом усилий, он должен выворачиваться наизнанку. И пусть время для чего-то действительно радикального еще не пришло – да Малк и не знал ничего такого, что могло продвинуть его магические способности еще дальше, – стоило начать хотя бы с полного погружения в занятия в подходящем месте и в правильной компании.

И первым шагом в данном направлении стало получение Малком Зеркала Друзала. Гарантийное письмо господина Жака оказало поистине магическое воздействие на работников хранилища артефактов и в казавшихся ранее непреложными правилах моментально появились исключения. Правда, цена аренды с одной драхмы в день тотчас выросла до полутора в сутки, но это была такая мелочь, что Малк не счел ее даже достойной серьезного внимания. Или это потому, что он успел накопить неплохой денежный запас, покрывающий подобного рода траты? К Йорроху, в любом случае он получил в руки необходимое ему магическое устройство и мог перейти к следующему этапу. Причем этапу настолько для Малка важному, что одна лишь мысль о нем вызывала крайнее волнение.

Ведь он собирался просить Мастера Тияза выдать ему заклинания для формирования второго Нимба.

– Зачем тебе учитель? – в лоб спросил Больдо, когда Малк, не найдя Младшего Магистра у него дома, пришел в настоящую лабораторию и обнаружил там старшего соученика.

– Думал получить от него заклинания. Одно он мне назвал обязательным к изучению, а вот два других разрешил выбрать самому, – осторожно сказал Малк.

Не то чтобы он особо скрывал направление своего развития от Голема, но разговор с человеком в заляпанном кровью кожаном фартуке на голое тело, который к тому же увлеченно расчленяет похожую на обезьяноподобного козла тварь, требовал взвешенного подхода.

– Дозрел наконец. Наставник уже несколько дней как свиток с Призрачными Руками вон на ту полку положил, а тебя все нет и нет, – усмехнулся Больдо, тыльной стороной руки смахивая со лба пот.

– Но мне не только Призрачные Руки нужны… – сообщил Малк, покосившись в указанную сторону.

Помимо означенного свитка там лежала стопка потертых блокнотов и несколько тетрадок в кожаных обложках.

– Да не вопрос. Если вдруг что, Мастер все равно с тебя спрашивать будет, – заухмылялся Больдо и кивнул все на ту же полку. – Выбирай.

Малк вздохнул и, не дожидаясь повторного приглашения, направился к полке. Провел пальцем по корешкам, вчитался в названия и… нахмурился. Все чары помимо Призрачных Рук относились к разделу защитной магии. Так что ему если и был предоставлен выбор, то в весьма узком диапазоне. И от того, что среди имеющихся заклинаний присутствовало нужное Малку, легче не становилось.

– Вот это возьму. – Малк потряс тонким блокнотом. – Панцирь.

– Уверен? – поморщился Больдо. – Может, лучше чистый Щит? Он проще в изучении, легче встраивается в Нимб и весьма универсален в бою…

– Уверен, уверен, – фыркнул Малк. – В плане сложности соединения с чарами из первого Нимба Панцирь ничем не отличается от Щита, зато относится к первому кругу.

– У него и энергоемкость выше. – Голем вздохнул и пожал плечами. – Честно говоря, я бы вообще на твоем месте с защитой не торопился. Раз уж на Адепте ее не взял, мог бы и до Бакалавра подождать. А там на полноценный Доспех замахнулся, который на две головы лучше Панциря. Ну да тебе решать…

Малк, которому хорошо была понятна логика старшего соученика, не без раздражения дернул уголком рта. Можно подумать, он сам не понимает той выгоды, что дает Доспех в третьем кольце Нимба. Да только до следующего ранга еще дожить надо. И пусть прежние враги остались в далеком Андалоре, здесь хватает своих опасностей. Нет уж, хватит ему чужие заклинания грудью встречать, пора и о защите подумать!

– А ты, случайно, не знаешь, почему Мастер для обучения больше не предлагает воспользоваться его… маской?.. – спросил Малк, пряча свиток с блокнотом в поясную сумку.

– Говори как все, Мордой! Учитель ей название не дал, так что имеем полное право именовать как вздумается, – заулыбался Больдо. – Что до вопроса… Знать не знаю, но догадываюсь. Суть в том, что заклинания мы должны не получать готовыми, а пропустить через себя, взращивая их в своем Духе. Этим они отличаются от Тайных Искусств, которые предполагают обязательное следование некоему шаблону. Отошел от него – и получай отклонение в практике. Вот потому в прошлый раз господин Тияз тебе и помог…

Старший соученик снова склонился над расчлененным телом демона.

– Понятно, – протянул Малк. – Тогда еще вопросы. Ты не знаешь, где Эйша? А то на время изучения заклинаний собираюсь уйти в затворничество и хотел бы уладить возникшие у нас с ней разногласия.

– Разногласия? – Больдо коротко хохотнул. – Говори уж прямо: Змея взъелась на тебя за какую-нибудь ерунду и теперь изображает обиду.

Малк замялся.

– Не совсем ерунду… И обиделась, как мне показалось, всерьез, – сказал он наконец.

Больдо покачал головой и покровительственно посмотрел на Малка.

– Запомни, когда Эйша действительно на кого-то обижается, то этот кто-то очень скоро попадает в руки наших лекарей с диагнозом отравление неизвестным магическим ядом. А если обида велика, то и на кладбище, – сообщил он доверительным тоном. – А то, что ты описал… это легкая форма недовольства. Поэтому наплюй!

Услышанное Малка несколько шокировало. Все-таки у него уже сложились определенные представления об Эйше, и теперь Больдо не оставил на них камня на камне. Или Голем преувеличивает? Да вроде не похоже. Если же вспомнить о том, что он до сих пор имеет лишь весьма приблизительное представление о жизни своих собратьев по Школе, то… все может быть.

– Ну так где она? – повторил вопрос Малк.

– Немного занята. Тоже, как ты говоришь, ушла в затворничество. А зачем и почему… вернешься и сам спросишь, – загадочно ухмыльнулся Больдо. – Кстати. Ты со своими тренировками надолго не пропадай. Через пару месяцев Стево с Кэйталин должны вернуться, что, как подсказывает практика, часто сопровождается раздачей особых заданий от Мастера. Поэтому лучше в такие моменты быть рядом.

Малк изобразил на лице полное понимание, мысленно же раздраженно помянул Девятерых. Опять какие-то тайны на пустом месте. Что в истории с Эйшей, что со старшими соучениками – везде одно и то же. И если насчет Змеи у него были определенные догадки, то с Крысом и Птицей была полнейшая неопределенность. Ну какого Йорроха, а?! Неужели сложно сказать открыто и прямо, зачем это все?!

К господину Тиязу после разговора с Больдо Малк не пошел – не хотел лишний раз раздражать. Достаточно того, что хоть кто-то из команды Младшего Магистра знает, чем он планирует заниматься. А вот господину Жаку после некоторого размышления пришлось отправить с курьером письмо. Слишком сильно врезалась в память прошлая воспитательная беседа с превращением в марионетку, чтобы просто взять и пропасть из виду. Вот он, стиснув зубы, и извинялся за будущие пропущенные встречи…

Последним шагом в подготовке к затворничеству стала поездка в Лакон. Тренироваться он предполагал не только за пределами внутренней фракции, а вообще в достаточном удалении от человеческого жилья, и без целой кучи вещей было не обойтись. Палатка, одеяло, сухпайки, вода – ты можешь быть хоть десять раз магом, но будучи лишенным бытовых мелочей очень быстро забудешь о волшбе.

И тут все снова упиралось в деньги… Деньги, которых, как всегда, не хватало! Те пятьдесят пять драхм, что он успел накопить, после аренды Зеркала превратились в жалкую десятку. И переданные намедни бородачу двенадцать «лечилок» – все, что он успел сделать чуть ранее, – ситуацию почти не исправили. Двадцать одна драхма и шесть оболов на фоне всех трат Малка – грядущих и нынешних – смотрелись довольно жалко.

Проблему снова предстояло как-то решать, но… потом. Пока же Малка ждали магазины и лавки Лакона.

В городок он отправился на школьном экипаже. Большую часть пути, несмотря на тряску, пытался изучать содержимое блокнота, из-за чего его немного укачало. Так что по приезде Малк сначала минут десять отпаивал себя крепчайшим кофием и лишь затем отправился в вояж по торговым рядам.

Как Малк ни торопился, но на следующую пару часов он буквально выпал из жизни. Несмотря на небольшие размеры городка, в нем были представлены филиалы многих известных торговых компаний Борея, и Малк не смог отказать себе в удовольствии обойти их все. «Колониальные товары Руза», «Абрикосов и сыновья», «Часовые механизмы Буре»… Цены в них, конечно, кусались, но и качество товаров было на высоте. Малк сам не заметил, как помимо палатки, одеяла, месячного запаса сухпайков и двух корчаг воды разжился хорошим порохом, пулями, капсюлями, тремя десятиэрговыми банками заряженного кристаллического песка, зачем-то набрал дорогих ганзурских сластей и уже в последнем магазине, куда зашел «просто поглазеть», приобрел здоровенный будильник. Последний стоил почти драхму, и Малк в иных обстоятельствах счел бы его покупку явно лишней, но тут неожиданно вспомнил слова Эйши об опасности чересчур длительных медитаций и… не смог пройти мимо.

В результате багажный отсек экипажа оказался забит доверху, а кошелек Малка стал легче еще почти на восемь драхм. Размеры трат несколько выходили за рамки ожиданий Малка, но тому была весьма веская причина – во всех лавках только и говорили о пропаже какого-то корабля с грузом авалонских товаров для купеческой гильдии острова Риммы. Вроде и два Бакалавра на борту были – кто-то вовсе про целого Младшего Магистра упоминал, – и самые опасные воды судно прошло, а все равно. Сгинул корабль в море со всем экипажем, и концов теперь не найти. А торговцам приходится цены повышать, чтобы хоть как-то потери компенсировать.

Еще Малк заскочил наконец на мыслеграф и отправил послание домой и Терри. Столько думал, гадал, взвешивал за и против, а все же махнул рукой на жадность и расщедрился еще почти на шесть с лишним драхм. И не потому, что очень соскучился, просто… устал от ощущения одиночества. Несмотря на общение с соучениками и студентами Школы, всерьез он ни с кем не сблизился и жил как анахорет. Тренировка, изучение теории, походы в столовую и снова возвращение к занятиям… Теперь вот в затворничество собрался… Йоррох, при таком времяпрепровождении даже те редкие задания, которые он выполнял вместе с Эйшей или Больдо, уже начинали восприниматься как способ отвлечения от унылой повседневности!

Нет уж, превращаться в мизантропа Малк не желал, и поэтому, если была возможность напомнить себе лишний раз, что он не отгородившийся от всего мира чудак, а человек, у которого есть родственники и близкие друзья, он ей не мог не воспользоваться. Пусть и за такие, рог Йорроха ему в бок, деньжищи…

А еще при посещении мыслеграфа у Малка произошла неожиданная встреча. В очереди в кассу он увидел того самого старика, с которым путешествовал несколько дней на «Яром демоноборце» и который со своим секретарем-телохранителем чудом выжил во время нападения илл-хотов. Помощник, правда, в этот раз отсутствовал, но Малк был уверен: старик именно тот самый. Желчное вытянутое лицо, застегнутый на все пуговицы полувоенный камзол, сто лет как устаревшие башмаки с железными пряжками – такое сложно забыть. И ведь Малка этот недавний собрат-пассажир тоже узнал. Окинул таким взглядом, точно снимал мерку для гроба, злобно что-то сказал одними губами и презрительно отвернулся. Ничего такого, что можно было бы счесть публичным оскорблением, но все равно раздражало.

Можно подумать, Малк сделал что-то лично ему неприятное!

Впрочем, особо заморачиваться случившимся Малк не стал. Покинув защиту Школы, большую часть внимания он уделял поискам следов «этого деда Бонифация» и отвлекаться на всякую ерунду считал опасным. Слишком много в Лаконе выставленных в витринах картин, изрисованных вывесок и просто открытых зеркал, чтобы терять бдительность. Чуть зазеваешься, и очередной лучник с какой-нибудь незамеченной афиши на рекламной тумбе пустит в спину стрелу. Разве Малку это надо?

Однако часы шли, а карлика все не было. И если бы не то его появление во флактурме, Малк обязательно бы решил, что школьные запреты растянулись на весь остров. Но в чудеса он не верил, а значит… значит, следовало сохранять настороженность.

Городок Малк покидал около трех часов пополудни. Вся публичная жизнь в Лаконе к тому моменту полностью засыпала, так что его экипаж выезжал через восточную жандармскую заставу в гордом одиночестве. Да и по дороге к лесу на границе внешней фракции Школы они тоже почти никого не встретили. Несколько телег и паромобиль со знаками нимадской жандармерии не в счет. Лишь на повороте к заброшенной лесной дороге, ведущей к памятному жальнику, они едва не сбили мужика с топором на плече. То ли пьяный, то ли полностью поглощенный мыслями о житейских неурядицах, дровосек вывалился из кустов едва ли не под копыта лошадям. И только молниеносная реакция кучера позволила избежать смертоубийства.

Как же возница орал на этого несчастного, какими словами костерил… Малк аж заслушался. Что до мужика, когда он отошел от шока – и надо сказать, случилось это удивительно быстро, – то на все вопли лишь униженно кланялся и лепетал нечто бессвязное.

Интересно, кто он? Деревенский из местных? Так до ближайших населенных пунктов вроде далековато. Да и за дровами не с одним топором ходят, нужна еще хотя бы лошадь. Тогда какие остаются варианты? Разбойник, идущий проверять тайник с награбленным, беглый преступник, решивший спрятаться под боком у магов, или просто браконьер, вышедший на промысел и взявший для маскировки топор… Малка так и подмывало затеять расспросы, но он сдержался. Какое ему в общем-то дело? Он не жандарм и не направленный Школой на подработку студент, он просто человек, едущий по своей надобности в лес. И его совершенно не волнуют чужие секреты!

Поэтому убедившись, что «дровосек» не имеет к нему претензий – хотя какие претензии, мужик до сих пор кланялся, – Малк приказал кучеру двигать дальше. И уже совсем скоро разминал ноги перед входом на заброшенное кладбище.

Увы, на помощь в транспортировке багажа непосредственно к Призрачному Древу рассчитывать не приходилось. Выглядевшее как обгорелый дуб магическое создание хоть и приветствовало Малка шелестом незримой листвы, к остальным относилось заметно иначе. И тот же возница, окажись он по ту сторону ограды, рисковал стать удобрением для хозяина жальника. Магия Древа и так уже задела его самым краем, заставляя нечеловечески зевать и словно бы прислушиваться к чему-то, доносящемуся из сердца кладбища.

Малк сгрузил все вещи чуть в стороне от входа, наложил на кучера Рассеивание да и отправил его обратно в Школу с наказом вернуться через месяц. Когда у Малка закончатся припасы и… желание практиковать в одиночестве. Сам же он, не тратя время впустую, принялся перетаскивать багаж под крону черного как уголь дуба.

– Привет, привет, – сказал он испускающему волны довольства Призрачному Древу.

То ли сказывалось общее развитие Духа, то ли незаметно укрепилось понимание духовного резонанса, но эмоции хозяина кладбища были теперь для Малка как открытая книга. Более того, он даже начал ощущать с ним нечто вроде родства. Пусть не в буквальном смысле, а на уровне тонких вибраций, но ведь ощущал!

– Не знаю, насколько разумна вся эта затея, но попробовать стоит, – не столько для Древа, сколько для себя сказал Малк.

Мрачно посмотрел на уже касающееся верхушек деревьев солнце и со вздохом принялся устанавливать палатку под призрачной кроной. Потому как если где и имело смысл жить на лесном жальнике, то только под защитой призрачного «друга».

Вопреки собственным опасениям – навыков походной жизни у него практически не было – уложился до темноты. Оборудовал постель, подготовил место для небольшого костерка, аккуратно сложил остальные вещи. И сразу же взялся за магию.

Господин Тияз ведь говорил быть осторожнее… Что ж, он будет следовать заветам своего Мастера и выжмет максимум возможного из своих способностей.

– Не уверен, понимаешь ли ты меня, но знай – это необходимо, – обратился Малк к Призрачному Древу, обходя его по окружности.

Затем сверился с будильником, заглянул в походный астрологический справочник, прикинул уровень своей Власти, доступные резервы, подозрительно окинул взглядом практически сровнявшиеся с землей могильные холмики… После чего выругался и в разы уменьшил аппетиты. Изначальная идея прикрыть Защитным Кругом и Древо, и палатку теперь казалась откровенно непосильной.

Нет, простой базовый ритуал Малк выполнил бы без проблем – и руку уже набил, и знаний поднабрался, – но ему ведь надо нечто большее. Зря, что ли, уже больше восьми месяцев в личных учениках у Мастера Тияза? Вот и приходилось выбирать между желаниями и возможностями.

Ну а дальше все было ясно и понятно. Проклятым ножом с одновременным контролем Власти начертить вокруг палатки одну за другой три окружности. Затем поверх слабо светящихся линий насыпать тоненькие дорожки из кристаллического песка – все три банки на это ушли, едва хватило. А под конец усилить связку из трех Кругов стандартной рунной цепочкой, подсмотренной в одной из книг. Если описывать словами, то звучит просто. Однако на деле Малк едва не запорол весь ритуал. На последнем знаке Руноглифа, призванном активировать всю конструкцию, его рука дрогнула, колдовской символ «поплыл» и потянул за собой остальные. Возникла опасность, что весь рисунок, уже успевший вобрать в себя из кристаллического песка все три десятка эргов, жахнет в одной мощной вспышке. Малку потребовалось приложить все силы и вплотную подобраться к пределам своей Власти, чтобы удержать магию под контролем и завершить ритуал.

Впрочем, как он уже позже думал, причина возникших сложностей могла быть и иной. Проклятый нож, «переевший» во время инцидента на Левом Брате, полученную скверну так и не «переварил». В силу чего из категории инструмента с интересными возможностями внезапно превратился в кусок переполненного энергиями Запределья металла. Что тоже неплохо, но… для многих задач уже не подходит.

Малк прошел практически по грани, однако результат стоил риска. Новая вариация Защитного Круга теперь не только мешала проникать внутрь разного рода магическим недругам, но и была способна выдержать несколько атак на физическом уровне. Десять – двенадцать выстрелов из штатной армейской винтовки, пара десятков ударов мечом – вроде не особо много, но этого вполне достаточно, чтобы успеть озаботиться более серьезной защитой или бежать.

На этом тот день для Малка и завершился…

А уже утром следующего дня он сидел, привалившись спиной к стволу Призрачного Древа, и изучал оставленные господином Тиязом документы.

– Итак, с чего начать? С Панциря или с Призрачных Рук? – вслух принялся рассуждать Малк.

Вопрос был риторический. При всем уважении к желаниям господина Тияза, на первом месте у Малка была собственная безопасность. Поэтому и не было изучению Панциря никакой альтернативы. И пусть содержимое свитка с описанием Рук он все же просмотрел, основное внимание Малк сразу сконцентрировал на защитном заклинании.

– Так… знаки Руноглифа либо общеизвестные, либо легко выводящиеся через базовый набор. Это легко. А вот с надстройками над ними придется повозиться, – задумчиво протянул Малк. – Не математика, а чистая метафизика! Ощущения, трактовки, интерпретации… Даже намеки на резонанс есть! И вот как это все увязывать с имеющимися уже заклинаниями из Нимба?

Малк открыл чистый блокнот, записал в него названия трех заклинаний – «лечилка», Рассеивание и Искра, – обвел каждое кружком, а чуть ниже добавил еще один с надписью «Панцирь». В центре же схемы поставил большой знак вопроса.

– Ладно, что такое Панцирь? Это защитное заклинание, которое одинаково эффективно как против магических атак, так и против физических. Этакий барьер из уплотненной Силы, в котором некоторые атаки попросту вязнут, а некоторые рассеиваются или отклоняются. – Малк усмехнулся и дважды подчеркнул «уплотненной» и «рассеиваются».

С первой попытки и попадание в десятку. Даже слишком глубоко копать не пришлось, он сразу нашел нужную подсказку. Ведь что такое уже имеющаяся Искра? Это сжатая энергия. А Рассеивание? Нечто обратное к сжатию, его антипод. Отсюда получается, что если выделить нужные фрагменты в заклинании Панциря и выразить их через ключевые блоки рун из Искры и Рассеивания, то Малк не только получит адаптированные к его Духу чары, но и увяжет их с уже имеющимися.

Догадка не то чтобы была особо выдающейся, однако нащупать верное решение было приятно. Малк быстро дополнил схему необходимыми описаниями, провел связи и, полюбовавшись мгновение результатом, с энтузиазмом засел за расчеты.

Первую формулу он вывел уже через полчаса. Немного чистой математики, толика старания, и цепочка из двадцати одного знака Руноглифа оригинального заклинания вырастает до тридцати. Получилось красиво, элегантно и… абсолютно нефункционально. Увлекшись чистым расчетом, Малк упустил из виду то, что отделяет чары первого круга от нулевого – стоящие за алгебраической конструкцией метафизические смыслы. То есть все то понимание и ощущение магии, что позволяет универсальное заклинание превратить в нечто особенное и сделать частью Духа мага.

На получение второго варианта у Малка ушло уже гораздо больше времени – почти четыре часа. Тридцать знаков Руноглифа увеличились до сорока трех, ментальная часть заклинания обогатилась набором сложных образов, а от Духа теперь требовалась подстройка под определенные вибрации. Конструкция даже на бумаге выглядела откровенно монструозной, едва ли не на порядок сложнее в освоении, чем исходные чары. Так что Малк результатом был откровенно недоволен. Да вот беда, как все исправить, он попросту не понимал.

Чувствуя, что вот-вот взорвется от переполнявших эмоций, Малк отложил черновики в сторону и, закрыв глаза, погрузился во Дворец Духа. Ему сейчас срочно требовалось отвлечься, и ничего лучше медитации ему в голову не приходило. Впрочем, даже практика техник второго слоя Трех Пульсов помогала слабо. Йоррохова формула так и крутилась в голове, занимая все мысли.

Однако продолжалось это недолго. В какой-то момент рядом с сознанием Малка возникло нечто большое и дружелюбно настроенное, которое принялось передавать ему череду быстро сменяемых образов. Совершенно непонятных Малку, но в то же время вызывающих у его Духа некий отклик и наполняющих разум отголосками новых смыслов. На ход размышлений это никак не влияло. Зато чуточку сдвигало точку зрения, позволяя взглянуть на проблему немного с другого ракурса. В итоге переусложненная конструкция Панциря дрогнула, начала разворачиваться совершенно необычным образом… и вот именно в этот самый миг в голове у Малка словно взорвалась бомба.

Кто знает, что тому послужило причиной – перенапряжение умственных сил или вмешательство Призрачного Древа, – но полузабытое Семя Духа внезапно пробудилось и отправило в сознание Малка блок структурированных знаний. Нечто такое, что резко расширило его понимание законов преобразования заклятий и на одном вздохе позволило еще раз трансформировать многострадальный Панцирь.

Малк, несмотря на нарастающую головную боль, торопливо открыл глаза и принялся записывать новую версию заклинания. Сорок три знака Руноглифа уменьшились в ней до тридцати пяти, ментальная составляющая исчезла вовсе, а Дух в процессе освоения чар теперь следовало держать в состоянии резонанса с Искрой и Рассеиванием из первого Нимба. Результат все равно смотрелся довольно тяжеловесно, но больше его менять Малк не собирался. Как он ни крутил получившуюся формулу в голове, а всякий раз ощущал одно и то же – некое внутреннее сродство, которое делает заклинание подходящим именно ему и никому другому.

– Это уже что-то… – пробурчал Малк.

О спровоцированном посторонней помощью озарении – то же Семя Духа своим он до сих пор не считал – Малк старался не думать. Да и какая разница, если в итоге все обязательно упирается в тяжелый труд. Хочешь чего-то добиться – работай так, чтобы устрашились шахтеры в забое! Вот это ему в ближайшие дни или даже седмицы и предстояло…

Потянулись рабочие будни. Утро, день, вечер… Малк практиковал постоянно. Если не заклинание, то медитация на восполнение резерва, если не сбор энергии, то чтение полученного от господина Тияза блокнота. Он набрал столь хороший темп, что порой забывал поесть, не умывался – каждую свободную минуту тратил на занятия.

Вот только отдача от вложенных усилий была не слишком велика, и учеба давалась Малку непросто. Не помогали ни поддержка Призрачного Древа, ни активное использование Зеркала Друзала и детальная проработка структуры заклинания. Рунные цепочки рвались, энергетические связи запутывались, а требуемое состояние Духа при малейшей ошибке так и норовило ускользнуть. Нет, определенный результат все же был, и через две, а то и три седмицы столь напряженной учебы Малк надеялся освоить-таки базовый уровень Панциря, но… после семи дней интенсивных занятий первоначальный запал успел иссякнуть. И чтобы продолжать дальше, ему требовался перерыв.

Еще в Андалорском Обществе магов учителя в таких случаях рекомендовали хорошенько расслабиться и озаботиться получением новых чувственных впечатлений. Прогуляться по городу, заглянуть в музеи или выставочные залы, посетить хорошую ресторацию, провести ночь с любимой женщиной – в общем, заняться всем тем, что может как-то разгрузить голову и снять напряжение Духа.

Совет однозначно хорош, вот только какие развлечения могут быть на заброшенном лесном кладбище? Малк выспался, повалялся в постели, побаловал себя остатками сластей – на этом культурная программа закончилась. Дальше начиналась такая скука, что любая работа была только в радость. Поэтому, чтобы хоть как-то развеяться, Малк отправился бродить по окрестностям. В лес особо углубиться, правда, не получилось – пространство между деревьями оказалось завалено непролазным буреломом, – но периметр жальника он обошел… И в какой-то момент искренне пожалел, что не сделал этого раньше.

Потому что вокруг кладбища творилось нечто непонятное. На коре многих деревьев присутствовали, на взгляд Малка, лишенные смысла узоры и знаки – причем не столько вырезанные, сколько вырубленные топором, в паре мест на траве и листьях темнели следы засохшей крови, а к стволам трех самых высоких рябин неизвестный живодер гвоздями прибил тушки крысы, дворового кота и лисы. Малк счел бы это подготовкой к какому-то ритуалу, но ни следов Власти, ни эманаций Силы он не нашел. Все выглядело так, словно здесь поработал сумасшедший, к тому же лишенный художественного таланта и вкуса.

Разумеется, Малк первым делом вспомнил про встреченного недавно лесоруба, но кроме подозрений никаких реальных улик у него не было. Не будешь же обвинять человека Йоррох знает в чем только на основании того, что он гулял в лесу с топором? Правильно? Вот и Малк так думал. Тем не менее все имеющиеся проходы на кладбище на предмет чужих следов он проверил, а вернувшись в лагерь, заново перезарядил револьвер и тщательно изучил целостность своего тройного Защитного Круга. Ничего не нашел, но береженого Святые берегут, ведь так?

– Будем надеяться, что твои мороки нас прикроют. И чужак, кто бы он ни был, просто не сунется в сердце кладбища, – сообщил Малк Призрачному Древу.

И тотчас получил в ответ одобрительное покачивание ветвями. Из хозяина жальника собеседник был так себе, но эмоции он ощущал и соответственно реагировал. Малк вообще все больше и больше симпатизировал Древу. Никаких подвохов, никаких упреков или условий – одна лишь помощь, причем в данный момент весьма уместная. Понятно, что это все не просто так, но… тем не менее Малк полуразумному растению был искренне благодарен.

Историю с загадочными следами вокруг кладбища Малк уже на следующее утро выкинул из головы и снова сосредоточился на обучении. Разве что на этот раз не пытался освоить опостылевший до зубовного скрежета Панцирь, а взялся за Призрачные Руки. Без какой-то конкретной цели, из одного лишь желания ненадолго отвлечься и переключиться на что-нибудь другое.

Быстро набросал формулу, затем вывел ее через обратное к имеющемуся у него Рассеиванию уплотнение и… удивился полученному результату. Заклинание хоть и выросло до сорока пяти знаков Руноглифа, тем не менее совсем не казалось неказистым или переутяжеленным. Более того, наработанный контроль над Рассеиванием по выкладкам должен был не только сохраниться, но и достичь новых высот. А значит, регулируя плотность Силы, Руки действительно можно было сделать «призрачными».

Несмотря на оставшееся у него недовольство – слишком уж не хотелось тратить одно из мест во втором Нимбе на «ненужное» заклинание, – Малк принялся увлеченно проверять ход вычислений. А когда убедился, что все верно, тотчас попытался сформировать данное заклинание во Дворце Духа.

В отличие от плохо поддающегося усилиям Малка Панциря работа с Призрачными Руками далась ему гораздо легче. Руны хоть и дрожали, но все же одна за другой занимали полагающиеся места, а духовные вибрации шаг за шагом подстраивались под нужный ритм. Малк даже растерялся от такой легкости, попутно начиная подозревать, что и требование господина Тияза обязательно изучить Руки, видимо, тоже возникло не на пустом месте.

А потом рядом снова появилось чужое присутствие. Заинтересованно прикоснулось духовным вниманием к тонкому телу Малка, дождалось разрешения и тут же с ним слилось, чтобы спустя считаные удары сердца подхватить и увлечь в какие-то неведомые глубины. Разум моментально затопили всевозможные образы, философские концепции и магические принципы, большую часть которых Малк попросту не успевал осознать или хотя бы даже уловить. Но и того, что ему удавалось выхватить из общего потока, хватало, чтобы изменить мозаику представлений Малка.

Призрачное Древо понимало изучаемые им чары совсем иначе, не так, как он сам или даже господин Тияз. И это понимание отличалось трудноуловимой, но фундаментальной инаковостью, влияющей не только на восприятие Призрачных Рук, а и вообще на все чары Малка.

Во Дворце Духа поднялся страшный ураган изменений. Небо затянули белые облака, Кристаллическое Сердце принялось тревожно мерцать, а зеленые лужайки накрыло чем-то вроде лебяжьего пуха. Однако сильнее всего преобразилась рунная цепочка Призрачных Рук. Сохранив форму и количество знаков Руноглифа, она изменилась качественно. Стала чем-то большим, чем была раньше… и замерла в одном шаге от завершения. До полного освоения начального уровня заклинания не хватало какой-то капли, последнего толчка.

Малк напрягся, лихорадочно выискивая что-то такое, что могло бы продвинуть практику чуточку дальше. Успел расстроиться, когда понял, что у него нет на сей счет ни малейшей идеи, а затем с опаской принялся наблюдать за уже вторым по счету пробуждением Семени. На этот раз легкого и ненавязчивого, но все равно достаточно мощного, чтобы завершить начатые Призрачным Древом преобразования Рук.

– Святые Демоноборцы! – с чувством прохрипел Малк, разлепляя глаза.

Горло адски пересохло и жутко саднило, язык еле ворочался, руки и ноги ощутимо затекли. Машинально запустив «лечилку», Малк сначала надолго припал к валяющейся рядом фляге с водой, а утолив жажду, посмотрел на часы. Изделие компании Буре полностью оправдывало свою репутацию: судя по дате, он просидел в медитации чуть больше трех дней, и будильник до сих пор продолжал работать. И теперь он испытывал двоякие ощущения. С одной стороны, забыв настроить звонок и опять зависнув в трансе, он едва не вляпался в неприятности, а с другой… с другой, иначе он бы не смог совершить невозможное и освоить заклинание едва ли не молниеносно.

Криво усмехнувшись потрескавшимися губами, Малк медленно встал – подстегнутая «лечилкой» жизненная энергия быстро вернула ему подвижность, – сосредоточился и принялся читать заклинание. Заняло это у него никак не меньше половины минуты, а резерв опустел на семь эргов. В финале же внутри возникло нечто похожее на щекотку, и из центра его груди вылезла полупрозрачная длань, ощущаемая как-то странно, однако вполне подчиняющаяся мысленным командам. Не живая рука, но нечто отдаленно похожее!

Развлекаясь, Малк наклонился и попробовал поднять лежащий на траве тесак. Призрачные пальцы послушно сжали рукоять и… проскользнули внутрь. Клинок даже не шевельнулся. Малк нахмурился и принялся перебирать остальные свои вещи. Пистолет, носовой платок, фляга с водой… свежесозданная рука не оказывала на них ровным счетом никакого воздействия. Проклятье, да она даже траву была неспособна пошевелить!

Окончательно разозленный Малк схватился за проклятый нож. И с теми же последствиями. Сердце Малка предательски дрогнуло. А он так надеялся, что хоть артефакты будут подчиняться новой магии и она не окажется совсем уж бесполезной. Но увы, увы. Расстроенный, он бездумно подстроился под резонанс клинка, ощутил его духовную составляющую и попробовал взяться теперь уже за нее… Мгновенно ощутил какой-то отклик и с довольной руганью принялся наблюдать за взмывшим в воздух ножом.

Получилось, всех Святых к нему в гости! Получилось!!! Мало того, управление самой Рукой давалось ему все легче и легче, и тот же клинок Малк с некоторым усилием смог заставить выписывать сложные кривые.

Ф-фух!!! Испытывая не столько восторг, сколько облегчение, Малк медленно побрел к палатке. После такого следовало как минимум хорошенько отдохнуть. И, пожалуй, поесть.

Погруженный в свои мысли, он не заметил, что на кладбище больше не один. Внезапно раздавшийся голос едва не заставил его подпрыгнуть.

– Поздравляю. Для «пустышки» у тебя удивительно хорошее понимание данного заклинания, – совершенно безжизненным голосом сказал неизвестный.

Малк стремительно развернулся в сторону говорившего и увидел того самого дровосека. Больше не кланяясь, он стоял все с тем же топором на плече на границе действия Власти Призрачного Древа и мерзко скалился.

– Ты хорошо придумал здесь заниматься. Но прятаться от этого деда за иллюзиями… это как-то уж чересчур смело! И глупо!

До Малка с некоторым запозданием дошло, о каком деде идет речь. Карлик? Здесь карлик?! Но как…

Последнее он, видимо, произнес вслух, потому как казавшийся ранее жалким мужик с прежним безжизненным выражением лица одной рукой развязал на рубахе завязки и открыл голый торс. Торс, на котором из линий старой татуировки складывалась мерзкая рожа Бонифация.

– Что тебе надо? – зло спросил Малк, медленно наклоняясь и поднимая с земли тесаки и револьвер.

– Ты ведь знаешь ответ, – захихикал карлик.

Зрелище получилось жуткое. Вроде мимика подвижная, губы шевелятся, а звук издает не уродец, а попавший в его когтистые лапы человек.

Стараясь не отвлекаться, Малк прислушался к излучаемым тандемом дровосека и карлика вибрациям. До последнего боялся узнать, что ранг «этого деда» достаточно высок, чтобы сделать бессмысленным любое сопротивление. И потому испытал облегчение, когда увидел в лучшем случае пиковый уровень Ученика. Даже не Бакалавра. Правда, если попробовать ощутить ранг непосредственно Властью, то ответ получался гораздо более расплывчатым – Бонифаций то казался страшно могучим, то вдруг, наоборот, жутко слабым.

Интересно, это издержки нынешнего состояния или последствия неких травм?

– Ты ведь когда-то был магом, да? – наугад спросил Малк и по тому, как непроизвольно вздрогнул карлик, понял, что попал в точку. – Сильным, могучим. Возможно, даже Младшим Магистром или кем-то постарше… Но что-то пошло не так… Что-то случилось: ты проиграл битву, заболел, заработал отклонение в практике, и это сделало тебя… ничтожным. Я прав?

Узнав о ранге недруга, Малк несколько успокоился и, раз уж ему выпала такая возможность, захотел поговорить.

– О, мальчик поумнел, – расплылся в противной улыбке карлик.

И почему-то остался стоять на том же самом месте. Малк же, наоборот, сделал осторожный шажок к палатке.

– Куда уж мне. Я всего лишь в твое отсутствие… – Он презрительно усмехнулся и уточнил: – В твое вынужденное отсутствие… смог хорошенько подумать и сложить из имеющихся фактов максимально связную картинку… – Он резко посерьезнел и требовательно спросил: – Ты ведь не за мной, ты за Семенем Духа охотишься? Точнее, за твоим Семенем Духа, да?

Уродец мерзко оскалился.

– Думаешь, тебе это знание чем-то поможет?

– Кто знает, кто знает… – продолжая двигаться в сторону палатки, сказал Малк. – Теперь я хотя бы догадываюсь, почему ты меня сначала чужими руками убиться пытался, а потом личных встреч стал удостаивать.

– И почему же? – словно давая Малку выговориться, спросил «этот дед».

– Очевидно же. До обретения Дара Семя Духа просто хранилось в моем тонком теле, и после моей смерти любой желающий мог наложить на него лапу. А вот затем… затем Семя начало сливаться с Духом, и просто убить стало мало. Так? – продолжил озвучивать свои предположения Малк.

– Может, еще скажешь, зачем мне это Семя нужно? – с нарастающей злобой в голосе поинтересовался «этот дед».

– Конечно, скажу. Ты огрызок кого-то более великого. И для скорейшего возрождения тебе нужно вернуть как можно больше частей своего Духа. – Малк остановился на границе своего Защитного Круга и, немного подумав, добавил: – Или сожрать части чужого… Такой вот паразит!

– Да как ты смеешь… – сорвался на свистящий шепот карлик, однако вконец осмелевший Малк его перебил:

– Отчего нет? Ты всего лишь Ученик, оседлавший бесталанного смертного. Что ты мне сделаешь?

– Что я могу сделать? Что я могу? – особенно выделяя «я», вскипел карлик и тотчас вскричал: – Ничтожная креветка, да что ты вообще знаешь о мире и о магии?!

Оба начали действовать одновременно.

Яростно орущий голосом Бонифация дровосек замахнулся топором, Малк же стремительно отступил внутрь Защитного Круга. И не прогадал. Карлик так и не решился перешагнуть через некую незримую границу, отказавшись от рукопашной схватки. Вместо этого он со страшной силой швырнул свое оружие в Малка и, если бы не магический барьер, отклонивший топор в сторону, обязательно бы попал.

– Теперь мой черед, – улыбнулся одними губами Малк, начиная стрелять из револьвера.

Голова, сердце… Малк сделал шесть выстрелов, и все попали в цель. Вот только на носителя «этого деда» смертельные ранения не произвели никакого впечатления. Пули лишь оставляли в теле аккуратные отверстия, из которых даже не вытекала кровь.

В ответ карлик нечеловечески захохотал, после чего молниеносно растворился в облаке набежавшей неизвестно откуда молочно-белой мглы. Свободным от тумана остался лишь участок под кроной Призрачного Древа, но и то казалось, что под напором чужого колдовства граница будет прорвана и неизвестная субстанция ворвется внутрь.

Йоррох!!! Малк, до того напряженно вглядывавшийся в мутные глубины чужой волшбы, вздрогнул и отшатнулся. Во мгле он увидел двигающееся колоссальное змееподобное тело, неотвратимо стягивающее кольца вокруг воздвигнутых хозяином кладбища барьеров. Однако прежде, чем он успел по-настоящему испугаться, чудовищный змей взорвался гигантским бордовым фонтаном, моментально заляпавшим все вокруг омерзительными воняющими сгустками. Не помогла никакая защита. Кровавые потеки покрыли Призрачное Древо, палатку, самого Малка. А когда стало казаться, что это единственные последствия странного колдовства, вся эта грязь превратилась в мелких шевелящихся червей. Каждый из которых так и норовил забраться под кожу.

Боль была сумасшедшая. Привычно активировав «лечилку» и сожалея о так и незавершенном Панцире, Малк принялся смахивать червей руками. Спустя секунду понял, что это у него не получается, а спустя еще несколько догадался воспользоваться Рассеиванием. По телу прокатилась волна колючей магии, и все до единого черви растворились в воздухе.

Так просто? Но почему тогда защита не сработала?! Малк наморщил лоб, затем нарисовал в воздухе несколько рун, влив в них последние остатки Силы и с удовлетворением принялся наблюдать, как перестраивается встроенная в тройной Круг рунная цепочка. Еще два удара сердца, и изменилась вся структура магического барьера, отрезая все внешние влияния. Стоило же процессу завершиться, и пространство вокруг палатки полностью очистилось от колдовской дряни.

Малк вздохнул спокойнее. У него даже мелькнула предательская мыслишка, что теперь он вполне может отсидеться за защитой, но потом глянул на ползающих по стволу Призрачного Древа червей и мрачно покачал головой. Бросать в такой ситуации союзника последнее дело!

Туман тем временем немного поредел, сгущаясь в череду тонких вихрей, закручивающихся над могилами. И вращались они не просто так, а явно что-то из земли вытягивая, что-то незримое и трудно уловимое. Ну а добившись желаемого, тут же сливались, образуя все более и более крупные объекты.

Наконец осталось лишь три слегка подсвеченных изнутри красным вихря, которые принялись медленно вращаться, ожидая непонятно чего. Однако продолжалось это недолго – откуда-то из-за пределов кладбища в их сторону потек тонкий ручеек вполне живых тварей. Собранные чужой волей мыши – их было больше всего, – лисы и непонятно откуда взявшиеся в лесу кошки. Каждое животное подходило к одному из трех вихрей, чтобы затем исчезнуть внутри длинным прыжком. Обратно они уже не появлялись, зато сами сгустки тумана приобретали все больший объем, плотность и… форму. В какой-то миг Малк осознал, что наблюдает не за крутящимися столбами, а за вполне человекоподобными фигурами.

Которые почему-то с яростью вдруг бросаются на Призрачное Древо!

– Пошла жара, – прорычал Малк, подбадривая себя и перехватывая поудобнее тесаки.

Кажется, кто-то хочет лишить его единственного союзника, а заодно редкой возможности срезать углы в развитии, да?! А не слишком ли много этот кто-то на себя берет?!

К тому моменту, когда Малк выбрался за пределы Защитного Круга, фигуры из тумана уже были под кроной Призрачного Древа. Не обращая внимания на активное противодействие хозяина кладбища, две из них принялись дубасить неожиданно здоровыми кулачищами по стволу, а третья нацелилась на Малка.

– Ах ты ж сволочь!! – выдохнул он, принимая удар сразу обеих рук противника на скрещенные тесаки.

Догадываясь о природе творения чужой магии, он заранее укрепил оружие Властью. Поэтому обычная сталь и смогла составить конкуренцию наколдованной плоти. Однако это был единственный его успех.

Сила в руках творения карлика оказалась невероятной, как, впрочем, и его ловкость. И следующие несколько минут Малк только и мог, что отбиваться под свирепым напором противника. Когда же попробовал сменить рисунок боя, монстр моментально поймал его на ошибке и вцепился пальцами в запястья.

– Пусти, девять болячек тебе на задницу!!! – заорал Малк, бешено вырываясь.

Но чудовище держало крепко, к тому же постоянно наращивая давление. В какую-то секунду Малк осознал, что еще чуть-чуть и его кости не выдержат. Он и так сопротивлялся слишком долго для человека, чурающегося пути закалки тела. Нужно было срочно что-то делать.

Внезапно пришло понимание, что внутри его груди до сих пор таится активированное заклинание Призрачных Рук. Если он очень постарается и дотянется до проклятого клинка… Монстр сдавил конечность как-то особенно сильно, и Малку стало резко не до размышлений. Поэтому вместо того, чтобы нашаривать превратившийся в заготовку под артефакт клинок, Малк согнул пальцы на Призрачной Руке на манер кошачьей лапы, сконцентрировал Власть на подушечках, зажег там духовное пламя и ударил ими противника сверху вниз.

То, что произошло дальше, стало для Малка полнейшей неожиданностью. Могучий и опасный враг вдруг лопнул точно мыльный пузырь, не оставив после себя ровным счетом ничего. Словно его никогда и не было.

Пока Малк растерянно пялился на место гибели монстра, Призрачное Древо тем временем исхитрилось и острыми как копья ветвями пронзило вторую фигуру из тумана. Точно с таким же результатом. Третье чудовище осталось на поле боя в одиночестве, но именно оно и добилось наибольших успехов. Воспользовавшись тем, что и Малк и Древо немного отвлеклись, оно вдруг выломало огромный кусок коры, сунуло руку в обнаружившуюся под ним трещину и с силой выдернуло оттуда что-то светящееся.

Энергетическое сердце?! Целью созданий карлика было получение энергетического сердца Призрачного Древа?! Впрочем, достаточно посмотреть на хозяина кладбища, который трясся мелкой дрожью и испускал вовне похожие вопли боли духовные импульсы, как все становилось понятно.

Союзника срочно надо было спасать! Малк огляделся в поисках чересчур ловкого монстра и с некоторой оторопью понял, что тот, точно пассажирский экспресс, мчится к выходу с жальника. Когда ж он успел, рог Йорроха ему в бок?!

Эту мысль Малк обдумывал уже на бегу. Отбросив мешающие бежать тесаки, он рванул следом за беглецом. Пересек все так же затянутую туманом границу влияния Призрачного Древа и… едва не полетел кубарем, когда осознал, что никакой мглы вокруг нет. Мутное марево присутствовало на крайне узком участке вокруг центра кладбища, лишь создавая иллюзию масштабной атаки.

– Вот ведь лживая тварь, – не без восхищения прорычал Малк, прибавляя скорости.

И, к собственной радости, понял, что нагоняет. Казавшийся таким грозным монстр не просто замедлялся с каждым сделанным шагом, но и словно бы сдувался, принимая облик измученного и изможденного человека. Человека, которому не посчастливилось стать носителем карлика.

Наконец он упал, выпустив светящийся сгусток из рук. Сделал попытку встать, не смог и перевалился на спину, открыв подбегающему Малку высохший до состояния мумии торс. Однако жертва «этого деда» волновала сейчас Малка в последнюю очередь. Потому как вытатуированное изображение Бонифация вдруг поплыло, возвращаясь к прежнему виду, а сам карлик завис над телом дровосека невесомым призраком, который успел завладеть сердцем Древа.

– Да чтоб тебя!!! – заорал Малк, надсаживаясь и пулей пролетая оставшиеся сажени.

Бонифаций только и успел откусить один раз, как взмах укрепленного Властью проклятого клинка отсек ему руку. Энергетическое сердце упало на землю. Вот только карлика действия Малка не особенно-то огорчили. Сделав глотательное движение, «этот дед» буркнул что-то полупрезрительное, крутанулся на месте и… просто исчез.

Йоррох! Пожалуй, сравнивая «этого деда» с Младшим Магистром, Малк слишком уж занизил его способности. Познания карлика в магии ужасали. Слабый, потерянный, лишенный практически всех способностей, он и в таких условиях ухитрился создать настоящий колдовской шедевр. Малк даже отсюда ощущал клочья чужой магии, клубящиеся вокруг тех самых деревьев с бессмысленными знаками. Магии, с помощью которой Бонифаций смог создать удивительно грозную мистификацию и… получил шанс вернуть себе еще кусочек могущества.

Малк выругался, поднял Призрачной Рукой остатки сердца и зашагал обратно к Древу. Проклятье, сам того не желая, он навел на своего единственного союзника весьма грозного врага. И кто знает, как такой поворот теперь скажется на их с хозяином кладбища взаимоотношениях.

Впрочем, одно Малк знал совершенно точно. Когда он вернет растительному монстру сосредоточие его мощи, то обязательно доберется до тела дровосека и самым внимательным образом изучит его татуировку. Татуировку, которая изображает кого-то сильно смахивающего на Трехголового.

Глава двенадцатая,

в которой героя учат жизни

После устроенного «этим дедом» побоища Малк провел на кладбище еще две седмицы. И, надо сказать, это были далеко не самые плодотворно проведенные седмицы в его жизни. То, что начиналось как качественное и глубокое погружение в тренировки, вдруг превратилось в бесконечные попытки реанимировать пострадавшее Призрачное Древо и редкие занятия на остатках Силы. Ни тебе больше прорывов, ни нарабатывания необходимого опыта, ни накопления понимания нюансов практики или более полного освоения второго заклинания – за оставшееся время он не добился ровным счетом ничего.

Признаться честно, Малк не раз думал бросить раненого древесного монстра и убраться обратно во внутреннюю фракцию, но всякий раз его что-то останавливало. Может, благодарность неожиданному союзнику за помощь в занятиях, а может, и чувство вины – вполне вероятно, что без Малка хозяин кладбища просто не попался бы на глаза озабоченному восстановлением потерянной мощи карлику и ничего этого бы не произошло. В любом случае он не только вернул Древу остатки его энергетического сердца, но и приложил все силы, чтобы полуразумный дуб ожил.

Впрочем, надо быть честным, ничего особенного Малк и не делал. Поместил энергетический сгусток на полагающееся ему место, замазал глиной трещину, а дальше только вливал в Древо попеременно то жизненную силу, то энергию Смерти. То есть занимался всем тем, из-за чего хозяин кладбища изначально и воспылал к нему такой любовью.

Малк, правда, опасался, что Древо в какой-то момент обвинит его в своем ранении и попробует отомстить, но растительный монстр преподнес сюрприз. Вместо обиды или злости он проникся к Малку еще большей любовью и принялся всячески демонстрировать свое доверие. Дошло до того, что колдовской дуб ухитрился передать Малку мысль о том, что главная его беда не рана, а… кладбище. Старое и без того почти полностью опустошенное Призрачным Древом, после визита карлика оно лишилось последних остатков Силы Смерти. Теперь ему неоткуда было брать нужную для лечения и развития энергию. И потому хозяин жальника очень рассчитывал на то, что Малк поможет ему вернуть былое изобилие.

На вопрос, как именно, четкого ответа получить не удалось, но из той череды образов, которую Древо на него обрушило, Малк ухватил главное – от него ждали жертвоприношений. Пусть не торжественной гекатомбы из пары сотен пленников, но от пары-тройки правильно умерщвленных Адептов хозяин кладбища точно бы не отказался.

Ответ Малка был очевиден. И дело даже не в клятве Кетоту: он и раньше не стал бы устраивать ритуальные убийства, однако теперь данное Святому слово стало для него удобной отговоркой… Которую совершенно не понял йоррохов дуб и оттого принялся донимать Малка своей просьбой с утроенной силой!

Стоит ли говорить, что появление возницы Малк воспринял с неподдельным облегчением и к экипажу, нагруженный вещами, попросту бежал?

– По дому соскучились, господин Ученик? – спросил обычно молчаливый кучер.

– Хуже, дружище. Много хуже! – отмахнулся Малк. – По людям!

Его собеседник одобрительно крякнул, однако Малк его уже не слушал. Оглянувшись на шумящего кроной хозяина кладбища, он мысленно пожелал тому скорейшего восстановления и… как можно более долгого «переваривания» добытого карликом. Возвращения «этого деда» Древо точно не перенесет.

Сердце опять кольнуло чувство вины, но Малк решительно отогнал неприятные мысли прочь. Какой смысл сожалеть о прошлом, если живешь в настоящем? Чем тратить нервную энергию на эмоции, лучше направить ее в более полезное русло. Например, на то, чтобы исправить допущенные ошибки и помочь колдовскому дубу. Пусть сейчас Малк и не представлял, как это сделать…

В Школе Малк был к обеду. Закинул вещи в пустой дом и, проигнорировав посещение столовой, заторопился на полигон. Именно там в это время обычно тренировался Больдо, так что если откуда и следовало начинать поиски старшего соученика, то именно оттуда.

– О, вернулся? – вместо приветствия сказал Голем при виде Малка и насмешливо сверкнул глазами. – И опять с каким-то вопросом, да?

Сам воин-маг, видимо, только что закончил тренировку и теперь, развалившись в кресле из ротанга и вытирая пот, лениво наблюдал за тем, как обслуга убирает изрубленные его алебардой тренировочные манекены.

– Что поделаешь: ты самый сведущий из тех, кто соглашается делиться со мной знаниями, – развел руками Малк, присаживаясь в соседнее кресло.

– Самый сведущий или самый бескорыстный, не требующий с тебя за разговоры звонких драхм? – тем не менее польщенно засмеялся Больдо. – Ладно, давай излагай.

Темы успешности затворничества Малка он не касался. Складывалось ощущение, что в его понимании Малк вообще никуда не пропадал и они теперь лишь продолжают начатый ранее разговор.

Малк задумался. Столкновение с Бонифацием внесло некоторый диссонанс в уже сформировавшуюся у него в голове стройную картину мира – диссонанс, который он настолько остро хотел убрать, что это затмевало даже желание помочь Призрачному Древу! – но с чего начать рассказ было непонятно.

– Все подряд можешь на меня не вываливать. Переходи сразу к сути, – проявил Больдо неожиданную для Малка проницательность и жестом поторопил младшего соученика.

– Как скажешь, – не без облегчения ответил Малк и, помедлив, выдал: – Тогда если коротко… Возможно ли проводить ритуалы без использования Силы?

Брови Больдо поползли вверх.

– Странный вопрос… А я уж думал, что-то действительно интересное, – протянул он наконец. – И еще мне казалось, что ты прекрасно знаешь, для чего все ритуалисты закупают заряженный кристаллический песок…

– Нет, ты не понял. Без песка, без вложений собственной Силы – вообще без всего. Просто изобразить несколько закорючек, может, парочку животных в жертву принести, а потом шарахнуть волшбой, которая Бакалавра попотеть заставит, – поморщился Малк.

– Так, значит… – Голем ожесточенно потер лоб, искоса глянул на Малка и все же продолжил: – Ну как сказать… Для кого-то вроде нас с тобой это невыполнимо. Заклинания без энергии не работают – слишком уж это фундаментально.

– Но… – поторопил его Малк.

– Но сильный Магистр, а еще лучше Старший Магистр, такой фокус вполне потянет, – не стал слишком долго тянуть паузу Больдо. – Подкорректирует в нужном месте потоки Силы, потом Властью чуточку изменит локальные законы магии и… вуаля. На пустом месте пробуждается какое-нибудь неприятное для окружающих заклинание. Вряд ли высокоранговое и чересчур мудреное, но против тех же Бакалавров вполне эффективное.

– Обалдеть, – выдохнул Малк, качая головой.

Мысль, что «этот дед Бонифаций» – павший Магистр или кто похуже, вдруг получила неожиданное подтверждение.

– А ты думал, – неправильно истолковал удивление младшего соученика Больдо. – Адепты и Ученики создают фундамент, Бакалавры изучают точечные воздействия, Младшие Магистры учатся работать по площадям, а все кто старше творят то, что принято называть высшей магией. И мы сейчас просто неспособны осознать доступные им возможности.

Малк машинально покивал и озвучил внезапно пришедшую в голову мысль:

– Погоди, но тогда так можно и с человеком или вообще живым существом. Поставил Дух в определенные условия, сформировал нужную ментальную конструкцию и… прощай свобода, да здравствует рабство!

Голем фыркнул.

– Можно, конечно. И для этого необязательно быть даже Магистром. Достаточно практиковать особые техники, иметь мощную Власть и разбираться в менталистике сильно лучше, чем жертва. – Старший соученик подмигнул Малку. – Теперь понимаешь, почему вся сфера ментала в Борее находится под строгим контролем Триумвирата?

– Да. Чтобы только они могли промывать мозги недовольным, – немного невпопад ответил Малк, вызвав у Больдо приступ смеха.

Сам же он вдруг вспомнил Конта Два Зеркала. Младшего Магистра, про которого говорили, что он был изменен «демонолюбами» где-то на островах, и ставшего причиной проникновения Трехголового во флактурм. Значит, какой-нибудь умелец мог сотворить с ним такое и здесь, под носом у магов Школы, жандармов и Темной Канцелярии? И даже без привлечения внушительных затрат Силы?

Малк поднял глаза на Больдо и по его серьезному лицу вдруг понял, что тот знает, о чем он думает. И затрагивать данную тему категорически не желает… Впрочем, Малк его понимал: лезть в разборки влиятельных чародеев не хотелось и ему.

– Слушай, а есть какие-нибудь ограничения на подобного рода воздействия? – спросил Малк.

– Думаю, да. Точно, конечно, не знаю. Но чисто теоретически все должно быть завязано на магию, которую человек практикует, и связанные с тем изменения Власти, – сообщил Больдо. Однако сообразив, что собеседник не очень понимает о чем речь, принялся объяснять: – Если ты не знаешь, то при развитии Власть постепенно вбирает в себя некоторые аспекты Силы мага и приобретает что-то вроде окраса. Власть чистых огневиков – если они, конечно, правильно ее развивают – наносит огненный урон даже без вложения Силы. Сила Духа практиков Молнии бьет разрядами и может вызвать шок, водники же…

– Извини, но меня больше кукловоды интересуют, – вставил свои пять оболов Малк. – Как их Власть преображается?

– А сам что думаешь? Тебе в любом случае виднее, – пожал плечами Голем.

Малк же вспомнил о духовном резонансе. Что, если это и есть основной инструмент марионеточника? И он из-за собственной зашоренности неверно оценивает его потенциал?.. Девятеро, как все сложно. И почему нет такой книги, где все было бы разложено по полочкам и каждый мог подобрать себе развитие по душе?

– Тогда что насчет… – Малк хотел сказать «насчет тебя», но вовремя одумался и выразился более нейтрально: – Насчет магов с артефактом в Нимбе?

Больдо тактичность Малка оценил и, помедлив, материализовал своего Каменного Крушителя. Источающая смертельную угрозу алебарда зависла перед ним в воздухе, а сам воин-маг принялся задумчиво ее изучать.

– Я всегда на работу с алебардой нацелен был и потому Власть никогда особо не развивал. Даже когда стал специализироваться на закалке тела, и то отношение не поменял, – ответил наконец Больдо. – Однако быть магом и не колдовать невозможно, а значит, и избежать приобретения некоего окраса Власти. Вот и в моем случае так же: Каменный Крушитель улучшил контроль над Стихией Земли и развил во мне способность управлять другими артефактами. Что будет дальше… не знаю.

Больдо властным жестом заставил могущественный артефакт вновь исчезнуть. Малк же не без сомнения задумался о том, что старший соученик, кажется, чересчур преувеличивает свои способности в манипулировании заклятиями. Практически перед каждой их совместной тренировкой Голем создавал оружие с помощью Стихии Земли, и у Малка язык не поворачивался назвать не раз виденные навыки ну… хотя бы пристойными.

Проклятье, и это «улучшенный контроль»? Тогда страшно представить, каким он было раньше.

Впрочем, чужие слабости Малка не трогали. Что гораздо важнее, разговор натолкнул его на интересную идею. У него ведь тоже есть артефакт – проклятый нож. Некогда казавшийся ему чем-то вроде последнего довода в боях с демонами, а теперь, после истории с тварями Запределья, вдруг потерявший способность поглощать скверну и оттого утративший свою полезность. Однако что, если зайти с другой стороны? Почему бы не попробовать поиграть с тем, что таится внутри оружия и откликается на попытки Малка нащупать резонанс? В конце концов, с Призрачным Древом подобного рода эксперименты принесли немало полезного, что, если и здесь удастся найти нечто подобное?

Вопрос требовал самого тщательного изучения, и Малк ненадолго выключился из беседы. Что не укрылось от внимания Больдо.

– Чего задумался? Прикидываешь, как артефакт подходящий достать и к тренировкам приспособить? – спросил он язвительно.

Малк открыл было рот, но был остановлен старшим соучеником.

– Только не говори, что собрался честно отвечать! – рявкнул он грозно и, насупившись, продолжил: – Серьезно, ты собрался рассказать мне один из своих секретов?

От неожиданного поворота в беседе Малк растерялся.

– В смысле? Ты спросил, и я ответил. Что тут такого? – осторожно уточнил он. – Ты же мне помогаешь, даешь советы, подсказываешь что-то и про себя все рассказываешь. Разве это не подразумевает некоторую открытость с моей стороны?

Больдо поджал губы и с осуждением покачал головой.

– Эх, Малк, Малк… Вроде и Ученик уже, а правил взаимоотношений чародеев так и не понял. Запомни, о чем бы тебе ни говорили, какими бы «секретами» не делились, никто в здравом уме тайны своего пути в маги не раскроет. А значит, и ты держи рот на замке, смекаешь?

– Погоди. Но ты же ничего не скрываешь… Алебарда, сложности с сотворением заклинаний, закалка тела… – нахмурился Малк.

– Да? И какие же чары тогда у меня в Нимбах помимо Каменного Крушителя? Что за ресурсы и какие методы я использовал, чтобы справиться с травмами от владения подобным артефактом и стать воином-магом в ранге Бакалавра, а? Чего молчишь? – обидно засмеялся Больдо. – А вот я про тебя очень много знаю. Слишком много даже для собрата по Учителю.

Малк ощутил, что краснеет. Действительно, обрадовавшись возможности задавать любые вопросы, он слишком увлекся игрой в честность. И раз за разом делился с Големом все более и более важными секретами. Про госпожу Леару и Темную Канцелярию пусть не проболтался, но вот о своих взаимоотношениях с храмом Кетота упоминал. Как и о проблемах с лоялистами и дворянскими семьями Андалора. А уж про то, что он постоянно обсуждал с Больдо свои магические экзерсисы, и упоминать не стоит.

– Хорошо, уяснил. Я глупый болтун, а ты хитрый жучила, – пожал плечами Малк. – Буду теперь держать рот на замке. Только… самому-то тебе не тошно от такой скрытности?

– Да ничего ты не уяснил, – поморщился Больдо. – Обиделся только. Я же тебе о чем толкую? Дело не во мне или в остальных соучениках – что надо мы друг о друге всегда узнаем. Дело в другом. В принципе поменьше о себе надо рассказывать. Об освоенных заклинаниях, слабостях Техник или отклонениях в практике. Даже о том, какие эликсиры пил или пьешь, и то надо молчать. Потому как это все – твои слабые места. И знание о них поможет умному врагу нанести максимальный урон.

– Но ты же не враг? – из чистого упрямства возразил Малк.

Потому как в действительности и без объяснений понимал, что сегодня перед ним стоит друг, а кем он будет завтра уже неизвестно. В мире смертных и то чересчур распускать язык не рекомендуется, что уж говорить о мире магов с их культом личной силы!

– Малк, пора взрослеть, – словно не слыша вопроса, сказал Больдо. – И вырабатывать правильные привычки. Держать рот на замке, показывать слабость там, где силен, и силу, где слаб… А еще лучше вообще стать в глазах окружающих слабым, недальновидным и немного глуповатым. Чтобы, пока ты копишь мощь, ни у кого и мысли не возникло тебя воспринимать всерьез.

– Ясно. Ты предлагаешь стать йорроховым Эттином, да? – фыркнул Малк.

Какой интересный у них разговор получился. С вопросов магии вдруг перескочили на тему большей закрытости, а закончили и вовсе обсуждением полноценной стратегии поведения в обществе помешанных на культе силы магов.

– Почему нет? – вскинул брови Голем и с намеком сказал: – Считай формулу «будь не тем, кем кажешься» руководством к действию для всех учеников Мастера.

– И для самого господина Тияза? – уточнил Малк.

– Особенно для господина Тияза! По такому принципу он сам живет и тому же учит других. Так что считай мои слова прямым руководством к действию, полученным от наставника, – важно кивнул Больдо.

Ну да Малк и не сомневался в ответе. В его понимании господин Тияз мастерски умел напустить тумана, скрывая как свои умения, так и конечные цели. Йоррох, да Малк до сих пор в точности не знает профессию своего Мастера! Слишком разносторонне развит, слишком многими знаниями и навыками обладает, чтобы делать какие-то выводы. Может, кукловод, может, чистый некромант или вовсе хозяин могучего артефакта. Даже слова Змеи об отсутствии у господина Тияза Родословной и те он сейчас ставил под сомнение.

А может, именно так и надо? Чтобы никто не мог подобрать команду убийц, чья специализация учитывает твои сильные и слабые стороны, чтобы стратегия противника не строилась на использовании заранее подготовленных контрзаклинаний, а все попытки предсказаний вероятных шагов изначально исходили из неверных предпосылок.

Хвост Йорроха, действительно очень интересная мысль…

Увы, как вот так с ходу разобраться, как можно реализовать подкинутую Больдо идею, Малк не имел ни малейшего понятия. И хотя следующие после их разговора четыре седмицы он нет-нет да и возвращался к этой теме, ничего стоящего ему в голову так и не пришло. Да, неплохо вводить всех вероятных недругов в заблуждение, однако когда все твои навыки либо на виду, либо легко просчитываются, это не более чем фантазия.

И потому он со спокойной душой сосредоточился на своей практике, тем более что с ней тоже скучать не приходилось.

Спешное изготовление одноразовых «лечилок» для пополнения опустевшего кошелька. Практика второго слоя Трех Призрачных Пульсов – отсутствие денег и невозможность медитировать у Древа вновь вернули его к прежней схеме с ежедневным посещением хранилища артефактов во внешней фракции. Упорные попытки овладеть на базовом уровне проклятым Панцирем. Размышления о выборе третьего входящего в Нимб заклинания и поиски в трактатах соответствующей подсказки… Малк тонул во всем этом, проклиная требовательность господина Тияза. Насколько бы легче было, будь у него возможность самому выбирать очередность занятий – например, сначала закончить освоение Панциря, потом заработать денег, а лишь затем взяться за остальное. Однако Мастер ставил жесткие условия по срокам, и уже разработанные планы тренировок отправлялись демону под хвост.

Через седмицу после возвращения Малка с кладбища к нему от господина Тияза прибыл курьер. Довольно пожилой Адепт передал шесть флаконов эликсира Зов Ночи и письмо, в котором приводилась схема приема препарата и настоятельно рекомендовалось не злоупотреблять благорасположением наставника. Намек был прозрачен дальше некуда – Мастер не собирался бесконечно поддерживать Малка. И если он не справится с этим набором зелий, еще один точно не получит…

Так что волей-неволей Малк старался изо всех сил, выкладываясь на полную и не радуясь промежуточным результатам. А они не заставили себя ждать. На восьмой или девятый день после начала приема Зова Ночи удалось полностью овладеть Панцирем. И одновременно сдвинулось с мертвой точки изучение Тайного Искусства. Нужные структуры теперь удивительно бойко формировались во Дворце Духа, и граница слоя зримо приближалась с каждой тренировкой. Малк успел даже расстроиться и в очередной раз проклясть свою сущность «пустышки» – без колдовской медицины нормально заниматься он был практически не в состоянии. Однако изменить что-либо было невозможно. И он, сцепив зубы, продолжал идти выбранной дорогой.

А еще ему все так же было решительно непонятно, зачем он такой бесталанный нужен господину Тиязу. Если уж родной отец отказался, сочтя требуемые для развития вложения чрезмерными, то откуда такая благосклонность Младшего Магистра? Он уже вложил в Малка столько, что представить страшно. И выросший с тридцати девяти черных камней сразу до сотни долг это только подтверждал. Неужели все лишь из желания изучить даруемые Тайным Искусством эффекты, как утверждает господин Жак? Что-то Малк сильно сомневался… Хотя факт существования не всегда положительных побочных явлений отвергать тоже глупо. То самое «залипание» в медитации, заставившее купить будильник, повторялось уже несколько раз. И если бы не совет Змеи, кто знает, чем бы все закончилось…

Постоянно работать в напряжении крайне сложно, поэтому когда все тот же курьер доставил приказ явиться к господину Тиязу, Малк воспринял это как удачный повод отвлечься. Он отправился в настоящую лабораторию едва ли не с облегчением. Плюс ему почему-то казалось, что срочный вызов связан с давно обещанным возвращением Стево Крыса и Кэйталин Птицы, и он не ждал никакого подвоха.

Однако Мастер смог преподнести сюрприз.

Пройдя все уровни безопасности и переступив порог главного зала, самых старших учеников господина Тияза Малк так и не встретил. Зато с ходу обратил внимание на случившиеся здесь изменения: что, впрочем, и немудрено – не заметить такое было невозможно.

Вся мебель, большая часть шкафов и лабораторных столов, включая артефактный верстак, были сдвинуты в дальний конец комнаты. Исчезли чаны с гомункулусами и ряд малопонятных Малку техномагических приборов, ранее пылившихся на полках. Пропали книги и коллекция алхимических реактивов. На своих местах остались лишь те предметы обстановки, что были вмурованы в пол и стены либо являлись частью постоянно активной артефактной сети лаборатории.

Но появилось и кое-что новое. Около левой стены теперь стояла медная колонна, увитая разного рода золотыми трубками, соплами и держателями магических кристаллов, на вершине которой в гудящей, светящейся желтым сфере парила Морда. Малк понятия не имел, для чего именно предназначался данный агрегат, однако он совершенно точно знал две вещи. Во-первых, от него жутко фонило Силой. И, во-вторых… именно о нем однажды расспрашивал Малка господин Жак.

Йоррох, а вот это уже плохо. Влезать в тайны, интересные Младшим Магистрам, опасно для здоровья!

Однако данный факт Малк отметил лишь мельком, с его глаз вдруг словно спала незримая пелена, и он увидел самое важное из того, что было в лаборатории. Опирающегося на свою верную трость господина Тияза, нарисованный на полу колдовской рисунок и… сидящую в его центре Эйшу.

Малк мысленно помянул всех демонов Пекла. Да как он всего этого не заметил-то?! И ладно Мастера – тот вообще любитель прятаться от любопытных глаз. Но магический узор, все линии которого пылают белым пламенем Духа? Или абсолютно голую, даже без привычных браслетов, Змею, уставившуюся в пространство остановившимся взглядом?

– Сколько знаков Руноглифа узнаешь? – требовательно спросил наставник, не здороваясь и даже не поворачиваясь к младшему ученику.

Все его внимание целиком занимала Эйша. И именно с нее он не сводил пронзительного, как укол шпаги, взгляда.

Вопрос заставил Малка вздрогнуть.

– Не знаю… Может, полсотни или около того, – ответил он, торопливо осмотрев странно выглядевший узор.

В отличие от канонических фигур, где в основе всегда лежала вариация ритуального круга, этот представлял собой какую-то мешанину из красных, зеленых полос и пятен, в которой почти потерялись изображения разного рода пресмыкающихся, и внешние никак не связанные рунные цепочки «слов». Хотя… нет, связь все же имелась. Только не внешняя, в виде силовых линий, а невидимая, опирающаяся на духовный резонанс.

Малка так и подмывало спросить наставника, как он организовал подобного рода фокус, но вместо этого он осторожно поинтересовался:

– Мастер, а зачем я здесь?

Вопрос словно повис в воздухе. Сохраняя полнейшую невозмутимость, господин Тияз продолжал буравить Эйшу взглядом, никак не реагируя на Малка. Он будто погрузился в какой-то иной мир, недоступный пониманию простых смертных и позволяющий игнорировать любое беспокойство. Лишь спустя минуты две Череп пришел в себя и, ткнув в сторону Змеи тростью, проскрипел:

– Скоро она будет прорываться в Бакалавры. И я хочу, чтобы ты при этом присутствовал.

Малк нахмурился. Нет, событие это как минимум интересное, спору нет. Какой Ученик не хочет знать, как стать Бакалавром? Однако ему ведь до границы между рангами еще годы и годы упорной практики, а потому спешить откровенно некуда. К тому же есть у медали и вторая сторона – слишком разными путями идут они с Эйшей. Если Малк классический маг, то Змея маг Родословной. И опыт ее прорыва очень даже может быть, что для него бесполезен. А значит, отсюда все тот же вопрос: зачем он здесь?

Но спорить с Младшим Магистром, который в том числе подозревается как минимум в участии в массовых жертвоприношениях, это спорт для безумцев. Так что Малк покорно и со словами благодарности почтительно встал подле учителя и подобно ему повернулся ко все так же неподвижно сидящей в центре колдовского узора Эйше.

За прошедшее после их последней встречи время девушка сильно изменилась. Осунулась, похудела и, несмотря на отсутствие одежды, напрочь не вызывала никаких неприличных желаний. Более того, не надо быть девяти пядей во лбу, чтобы догадаться, что в данный момент Змея находилась в беде. Дыхание прерывистое, на лбу бисеринки пота, все тело периодически сотрясают приступы сильнейшего тремора, а Дух испускает вовне разрушительные вибрации Власти.

О каком прорыве в подобном состоянии может идти речь непонятно, однако господин Тияз сохранял невозмутимость и не вмешивался в происходящее.

Прошли томительные десять минут, прежде чем Эйша пошевелилась, слепо нашарила слабой рукой стоящий неподалеку фиал и… осушила его одним решительным глотком.

– Зелье Очистки Родословной. Изготавливается из десяти произрастающих только в потусторонних планах трав. И хотя великие Дома, некоторые четырехзвездные Школы и ассоциации магов активно исследуют близкие к Мритлоку реальности, цена на него сохраняется стабильно высокой и спрос превышает предложение, – разразился неожиданной лекцией господин Тияз.

– А сколько зелье стоит по вашему курсу? – немного помедлив, спросил Малк.

Череп явственно усмехнулся.

– Сорок камней, – сказал он и спустя секунду добавил: – Но для магов с обедневшей Родословной его ценность не описать словами. Если у них нет возможности влить в свои жилы Сущность Крови предка-прародителя, то зелье Очистки – их единственный способ прорываться через ранги.

Малк удивленно покачал головой. Ни о чем подобном он даже не слышал. И теперь несколько иначе смотрел на собственную историю. Получается, если род отца так резко оборвал все связи с ребенком-«пустышкой», то дело вовсе не в ограничениях его Дара, недостатки которого всегда можно компенсировать правильно подобранной алхимией, а именно в слишком «жидкой» крови? В том наследии предков, что Дом изо всех сил пытался сохранить? Но что это может быть за Родословная, чтобы лишенных ее безжалостно изгоняли из рода?

Пока Малк находился в тягостных раздумьях, принятое Эйшей зелье начало действовать. Над ее головой закрутилась видимая только в духовном зрении энергетическая воронка, которая принялась не столько собирать разлитую вокруг Силу, сколько вытягивать из девушки нечто эфемерное и трудноуловимое. Один удар сердца, второй, третий… Взгляд не фиксировал никаких внешних изменений. И Малк впервые ощутил всплеск беспокойства со стороны господина Тияза.

Что-то шло не так?

Не успел он об этом подумать, как в тот же миг все изменилось. В воронке неожиданно замелькали десятки образов самых разных змей. Они отличались цветом, размером, поведением, но всех роднило одно – им не хватало четкости. Постоянно казалось, что они вот-вот потеряют форму, расплывутся грязными кляксами, распадутся ворохом световых искр.

Внезапно со стороны колонны, над которой парила Морда, раздался грозный гул, и в вихрь ударила розовая молния. Затем еще одна и еще, каждым разрядом уничтожая по иллюзорной змее… и одновременно с этим добавляя деталей остающимся. Пока наконец в воронке не осталась крутиться одна-единственная темно-зеленая тварь, внешне ничем не отличающаяся от настоящей кобры. Шум стих. Некоторое время призрачная змея свободно крутилась над головой Эйши, пока вращение не ускорилось и проекцию Родословной не затянуло в точку «место ста встреч»[7].

Все? Малк, завороженный открывающимся перед ним действом, покосился на учителя. Однако тот сохранял прежнюю позу и все так же сосредоточенно следил за Эйшей.

– Помоги ей стабилизировать Дух, – не терпящим возражений тоном вдруг сказал господин Тияз.

Застигнутый врасплох Малк вздрогнул.

– Что? Но я не умею! – попробовал возразить он.

Только сейчас до него дошло, что с поглощением иллюзорной змеи должна была исчезнуть и воронка. А раз этого не произошло, то ничего хорошего ждать не стоило.

– В этом нет ничего сложного. Видишь, как хвост гуляет? Держи его Властью и не позволяй сорваться, а дальше Эйша все сама сделает, – проскрипел господин Тияз. – Она бы и сейчас справилась, но из-за особенностей Родословной Власть на текущем уровне не ее сильная сторона… Так что помогай!

– Хорошо, но я никогда такого не делал! – предупредил Малк.

– Вот и попробуешь. Поторапливайся и не болтай! – оборвал дискуссию Череп и стукнул тростью по полу.

Откликаясь на его действие, линии колдовского узора тут же погасли. Малк получил возможность свободно подойти к девушке.

Несмотря на все свои возражения, предстоящего Малк ни капли не боялся. Властью, пусть и ни капли не выросшей за последний год, он владел отлично, так что подобного рода задания его не смущали. Если для получения успешного результата достаточно его начального оранжевого ранга, то он точно справится. Главное, чтобы Эйша выдержала.

Поэтому особо тянуть с раздумьями и подготовкой он не стал и, едва оказавшись в шаге от Змеи, сформировал над «местом ста встреч» нечто вроде трубы из двух эргов Силы и загнал в нее нижнюю часть воронки. Заранее был готов к тому, что придется какое-то время потерпеть, пока Дух вернется в тело, однако, как вскоре выяснилось, он слишком пессимистично смотрел на вещи. Чтобы вихрь втянулся в энергетическую точку на макушке, хватило одной секунды, и почти сразу пришел отклик от Эйши. Впервые за все время ритуала она вздрогнула, застонала и повалилась на пол.

– Не трогай ее! – потребовал господин Тияз, едва Малк сделал попытку наклониться. – Все, что ей сейчас надо, это покой. Закончит трансформацию и сама встанет.

Малк понятливо кивнул, сделал было шаг обратно и… вдруг осознал, что Череп как-то слишком внимательно на него смотрит. Словно чего-то ждет. Он едва не спросил, чего именно, как внезапно понял, что дрожит. Где-то внутри, там, где плоть соединяется с Духом. И в ответ на эти вибрации откликается парящая в небе Дворца Духа проекция незавершенного второго слоя Трех Пульсов.

– Йоррох! – то ли сказал, то ли подумал Малк.

И опустился на колени. Голову прострелило болью, лицо вспыхнуло жаром, а под носом захлюпала кровь. Однако ни на что из этого он не обратил внимания. Рядом с Кристаллическим Сердцем внезапно возник второй «диск», пару мгновений тревожно померцал, а затем исчез… чтобы спустя несколько секунд появиться снова! Все это сопровождалось волнами Силы, что прокатывались по телу от макушки до пят, вымывая осевшие в органах непереваренные излишки зелья Зов Ночи, да нарастающим в Духе чувством пресыщения.

Возникла опасность, что большая часть внезапного всплеска будет потрачена впустую, чего категорически нельзя было допускать. Поэтому Малк достал проклятый нож, настроился на него и, используя его духовную проекцию в качестве фильтра, принялся прогонять через него энергию, не столько очищая, сколько преобразуя ее в нечто близкое для всех призрачных созданий. Вокруг Малка вспыхнуло белое духовное пламя, многократно усилилась боль, однако он лишь терпеливо прикрыл глаза. Без страданий нет преображения, а он очень хотел измениться!

– Тебя можно поздравить с успехом? – явно насмешливо спросил господин Тияз, когда спустя полчаса Малк медленно поднялся с пола и, пошатываясь, подошел к Мастеру.

– Да. Уже на границе второго слоя. Ощущения четкие, ясные. Так что рано или поздно, но прорвусь! – прохрипел он.

Вот только то, что в глазах Малка было успехом, господин Тияз считал неудачей.

– Будь на твоем месте какой-нибудь талант из средней руки Семейства, то он не только границы бы достиг, но и третий слой бы завершил. Ты же… – презрительно бросил Череп.

Малк, у которого на языке вертелось много весьма резких ответов, сжал зубы и покладисто склонил голову. Проклятье, уверенность в прорыве в течение ближайших месяцев, это плохо? Да он еще сегодня утром думал, что ему до перехода на третий слой никак не меньше полугода!

– Тебе требуется отдых? – внезапно спросил господин Тияз.

Малк растерянно заморгал. В смысле, отдых?! Мастеру от него еще что-то надо? Нет, за помощь в практике он учителю бесконечно благодарен, но… господин Тияз ведь не из-за обострения бескорыстия с ним возится. Во всем есть второе и третье дно, а значит, и для Малка безопаснее всего держаться от Черепа и его «поручений» как можно дальше.

Ну да кто его спрашивал…

– Нет. Резерв почти полон, а тело и само по себе очень быстро восстанавливается, так я еще «лечилку» запустил, – сообщил Малк.

– Отлично. Тогда видишь эту леди? – Череп невежливо ткнул кончиком трости в сторону свернувшейся калачиком Эйши. – Ей снова нужна твоя помощь…

– Но вы же говорили, что… – нахмурился Малк.

– Говорил. Но, видимо, у меня сегодня день разочарований в учениках, – хмыкнул господин Тияз. – Родословная Эйши завязана на работу с ядами. И чем чище становится ее Родословная, тем сильнее удар по телу. Вообще говоря, она должна сейчас практиковать свое Искусство, устанавливая контроль над токсичной Силой, но, как видишь… не практикует.

– Но почему? – удивился Малк.

– Потому что кое о чем забыла! – презрительно бросил господин Тияз и ожег Малка взглядом. – Ты ведь выполнил задание и освоил Призрачные Руки, верно?

Малк в который уже раз за беседу вздрогнул. Святые Демоноборцы, а что, если бы нет?! Что, если бы не повезло с вмешательством Призрачного Древа и пробуждением Семени Духа и он сосредоточился бы на чем-нибудь другом?

– Освоил на базовом уровне, – сухо сказал он.

– Хорошо, – удовлетворенно прошипел Череп. – Вот сейчас и покажешь, что у тебя получилось… Удали из тела Эйши все посторонние магические включения, и я буду считать, что ты выполнил свое задание.

Господин Тияз замолчал. Малк едва сдержал ругательство. А разве вводная не слишком короткая?! Можно хотя бы сказать, что и, главное, как искать?!

Впрочем, злился он зря. На то, чтобы найти аномалию, у Малка ушла минута. И не потому, что таинственный яд был как-то хитро запрятан, – просто он долгое время не понимал, на что именно надо ориентироваться в поисках. Когда же перестал пытаться услышать вибрации тела, а сосредоточился на более тонких духовных колебаниях, то сразу же добился результата. Искомое обнаружилось в сердце девушки: на уровне ощущений инородный объект воспринимался как черный пульсирующий сгусток энергии, который практически не имел под собой материальной основы. Удалить такой обычными средствами было невозможно, и становилась понятна ценность заклинания Призрачные Руки.

Потратив еще три минуты на активацию чар – волшба постоянно срывалась и приходилось начинать заново, – Малк все же сотворил себе полупрозрачную конечность и, показав ее внимательно наблюдающему Черепу, склонился над Эйшей. Сделал парочку энергичных вдохов-выдохов и… наконец пустил ее в ход.

Вытянуть черноту из сердца девушки удалось где-то за полчаса. Призрачной Руке не хватало силы, и она не могла вырвать всю магическую гадость за раз, приходилось делать несколько заходов. Когда Малку начало казаться, что уже все закончилось, незримые пальцы сжали сгусток структурированной энергии и вытянули его наружу. На обычное заклинание он был не похож, однако что-то смутно знакомое и весьма своеобразное все же ощущалось.

– Учитель, что это? – Малк повернулся к господину Тиязу и показал добычу.

Тот отреагировал тихим смешком.

– Это проклятие. – Господин Тияз протянул руку ладонью вверх и принялся создавать над ней «лечилку».

Затем сосредоточился, сжал пальцы в кулак, а когда раскрыл их, то привычное заклинание преобразовалось в нечто иное.

– Похожи, – пробормотал Малк, издалека изучив творение Мастера.

– Хуже, – фыркнул господин Тияз. – Точные копии. Потому что в сердце Эйши его поместил тоже я!

Череп повертел головой, зацепился взглядом за сидящего в одиноком аквариуме тритона и метнул в него свои чары. Тот даже пискнуть не успел, как магия начала работать и за считаные мгновения превратила несчастного в высушенную до предела мумию.

– Но зачем, учитель?! – воскликнул Малк, не сводя взгляда со скрюченного тельца. Зажатый в Призрачной Руке сгусток Силы вдруг показался ему невозможно противным и опасным.

– Чтобы подавить ее жизненную силу, разумеется. Если растянуть действие проклятия по времени, то тело ненадолго потеряет способность бороться с заразой, станет уязвимым и… укрепление Родословной с последующим прорывом будет протекать более гладко, – расщедрился на объяснения господин Тияз. – Ясно?

Малк согласился и примерился метнуть грозное проклятие в останки все того же несчастного тритона, но тут вмешался господин Тияз. Прошипев короткий приказ, он словно вдохнул в заклинание жизнь, и прежде, чем Малк успел среагировать, оно выскользнуло из Руки и ввинтилось к нему в тело в районе солнечного сплетения.

– Йоррох!!! – рявкнул Малк, лихорадочно пытаясь нашарить Рукой коварную волшбу внутри собственного живота.

Однако проклятие вдруг стало скользким точно угорь и постоянно вырывалось из призрачных пальцев.

– Мастер, зачем?!! – наконец не выдержал Малк, с трудом подавляя накатившую панику.

– Считай это тренировкой и одновременно наказанием. Убить проклятие не убьет – слишком в тебе много для этого жизненной силы, – но помучиться заставит. Так что чем более старательным ты будешь в использовании Призрачных Рук, тем скорее избавишься от моих чар, – ответил господин Тияз ледяным тоном. – А то что-то у меня появилось ощущение, что без мотивации ты недостаточно старателен…

Недостаточно старателен?! Это он-то недостаточно старателен?!! Да Малк себя уже не человеком, а безмозглым автоматоном ощущает, который только знай себе работает и работает!!!

В сердце вскипела злость. Причем злость настолько сильная, что ее никак не удавалось погасить. И Малк, больше не обращая внимания на господина Тияза, сел на пол и принялся вслушиваться в свой организм. Не искал духовный резонанс, нет, а банально пробегал вниманием по энергетическим каналам в поисках посторонних включений. И почти сразу обнаружил комок проклятия. Коварный конструкт переместился в точку между почками, да там и застыл, постепенно присасываясь к этим резервуарам жизненной силы.

Уже неплохо навострившись манипулировать наполняющей тело энергией, Малк немедленно перекрыл все ведущие к проклятию каналы и активировал Рассеивание. После череды недавних прорывов входящие в первый Нимб заклинания снова начали потихоньку изменяться, так что пластичность волшбы повысилась, и Малк теперь мог формировать из нее полноценный магический скальпель. И вот уже им он прошелся по периметру «подарочка» Мастера, отсекая все его якоря.

Дальше можно было бы попробовать извлечь гадость с помощью Власти, но Малк от этой идеи отказался. Призрачные Руки даже в нынешнем состоянии обладали гораздо большей точностью движений и сильно экономили энергию. Так что полупрозрачная рука нырнула в живот, нащупала растерявший всю прыть комок силы и… медленно вытянула его наружу.

– Спасибо за задание, Мастер. Но я с ним уже справился, – прохрипел Малк, с трудом сглатывая слюну и поднимаясь на ноги. Проклятие лежало в его призрачной ладони точно ждущая своего часа бомба. И Малк не без вызова показал ее господину Тиязу. – Могу ли я его забрать себе?

Несмотря на его усилия, внешне Мастер сохранил полнейшую невозмутимость. Однако Малк почему-то не сомневался: учитель удивлен и… угасший было к нему интерес вспыхнул с новой силой.

– Свободен, – вместо ответа вяло шевельнул кистью Мастер.

После чего пространство вокруг Малка по привычной схеме сдвинулось, мигнуло, и он оказался перед входом в лабораторию. Единственное отличие было в том, что на этот раз все произошло отчего-то тягуче медленно. В карусели мельтешащих образов Малк неожиданно для себя успел вычленить невзрачного вида шкаф с прозрачными дверцами, верхняя полка которого была завалена удивительно знакомыми каменными фигурками.

Интересно, это морок или где-то в недрах лаборатории реально хранятся «награды» от уже изрядно подзабытого Малком Зала Помнящих? Увы, узнать ответ здесь и сейчас не было возможности. Да и не хотел он ни во что такое сейчас вникать. В данный момент на Малка снова накатила волна обиды и злости, и все, чего он хотел, это хоть как-то спустить пар.

С ненавистью глянув на все так же сжимающую комок проклятия Призрачную Руку, он медленно втянул магическую конечность обратно в тело и осторожно прислушался к ощущениям. Ничего вроде бы не поменялось: пробудиться заклинание Мастера не пыталось, а незримые пальцы не стремились разжаться. Мысленно прикинув, что естественное поглощение энергии полностью покрывает расходы на поддержание активной Руки, Малк на этом и успокоился. После чего направился к стоянке экипажей. Его душа срочно требовала драки, а раз так, то почему бы не совместить приятное с полезным и не взять у Школы «боевое» задание?

В итоге договор о разовой помощи островной жандармерии он подписал в Зале Задач внешней фракции уже через полтора часа. Подобного рода заданий оказалось необычно много, так что Малк смог подобрать такое, чтобы оно покрывало весь его месячный долг перед Школой. Все-таки грушей для битья он работать больше не успевал, и возможность закрыть задолженность по заслугам оказалась весьма кстати.

Ну а еще через полчаса Малк уже трясся на дороге в Толок, рассчитывая ночью прибыть в гостиницу, а с утра заглянуть к стражам правопорядка.

– Итак, вы утверждаете, что жестокое убийство двух стариков, произошедшее полторы седмицы назад, было совершено учеником внешней фракции Школы? – злым голосом спросил не выспавшийся Малк у следователя, к которому его направили сразу после появления на пороге жандармского управления.

– Не учеником, а бывшим учеником. Он отучился примерно полгода, но потом что-то произошло, ему перестали присылать деньги, и парня быстро выпнули из студентов, – мрачно поправил его взлохмаченный поручик. – Несколько месяцев он мотался без дела, пропивая вещи, а потом…

Офицер замолчал. Малк с раздражением уточнил:

– Потом что? Взялся за нож и отправился людей резать?.. Они хотя бы ростовщиками были?

Он снова закопался в разложенные перед ним бумаги, где сухим языком казенных отчетов описывались места преступлений и давались общие сведения о пострадавших.

– А, вижу, что не ростовщики… Обычные приказчики. Так, а что насчет ран? – забормотал Малк, бегая взглядом по строчкам. – И там и там по две колотые раны, нанесенные трехгранным штыком. Первый удар всегда наносился сначала со спины, в одну из почек, а потом в сердце. – Малк откинулся на спинку стула и пробарабанил пальцами по столу. – И что, никаких следов применения магии?

– Нет. Не то что магии, вообще ничего, что хоть как-то наводило бы на мысль о колдовстве, – покачал головой поручик. – Мы и к Школе-то обратились лишь потому, что это ваш бывший студент. Иначе своими силами бы его искали.

– Ну допустим, пока у вас это не очень-то получается. И если бы не случайный свидетель, до сих пор бы гадали, кто тут такой ловкий резвится, – фыркнул Малк.

Он понимал, что ведет себя не слишком-то вежливо, но ничего поделать с собой не мог. Злость, накатившая на него после общения с господином Тиязом, никак не желала отпускать и постоянно искала выхода. Слишком много раздражения в нем накопилось, чтобы вот так вот сразу успокоиться.

– Меня другое интересует. Почему никто не обратил внимания на неестественно сильное разложение тканей по краям ран? – Малк отчеркнул ногтем нужную строчку.

Следователь пожал плечами.

– В мире полно артефактов. Преступник маг, к тому же член небольшого Семейства, поэтому вполне может владеть стилетом с вложенным заклинанием Смерти…

– Все так, но наш герой маг Воды. И растрачивать заряд Силы в артефакте на простых смертных, зная, что он потом не сможет ее самостоятельно восполнить… Это как-то слишком уж неразумно, вы не находите? – хмыкнул Малк.

– Почему простых смертных? Оба приказчика считались Одаренными. За границы предела в восемь эргов так и не вышли, но для их образа жизни большего и не требовалось, – нахмурился поручик, которого доводы Малка явно заставили задуматься.

– Одаренные?! – перебил его Малк, вскакивая с места. – Так почему же в бумагах о том ни слова?!!

Плюхнувшись обратно на стул, он принялся лихорадочно размышлять. Странные раны с характерными следами то ли магии Смерти, то ли использования демонических сил, опять всплывшие убитые Одаренные, обиженный на всех Ученик-неудачник и… татуировка с Трехголовым на груди у лжелесоруба, ставшего носителем для «этого деда». Все детали мозаики вдруг начали вставать на свои места и формировать новую картину происходящего на острове.

– Как понимаю, где искать убийцу, вы не знаете? – уточнил Малк.

– Пока да, но в городе усилены меры безопасности и до всех сотрудников жандармерии доведено описание разыскиваемого преступника. Так что рано или поздно найдем, – пожал плечами следователь, а затем добавил: – Но если вы готовы помочь…

До Малка только теперь вдруг дошло, насколько скептически относится офицер к его появлению. Как же, заявился какой-то юнец-недоучка, всех достоинств у которого это ранг Ученика да обучение у Мастера внутренней фракции, и отрывает людей от серьезных дел. Небось будь он сам магом, давно бы уже послал Малка куда подальше!

Снова вспыхнуло раздражение. Кругом одно и то же, сколько бы он ни старался, а все равно считаться с ним никто не желает.

– Мне нужны личные вещи убитых, – решительно сказал Малк и твердо посмотрел в лицо поручику. – Прямо сейчас.

Жандарм уже плохо скрывал свое недовольство, но требование Малка все же было выполнено. Через полчаса на столе перед ним лежали перламутровый медальон с изображением Архонта и потертый монокль. Вещи, с которыми погибшие не расставались до самой смерти.

У поручика явно имелись вопросы, однако Малк удовлетворять его любопытство не спешил. Он положил левую руку на доставленные предметы, в правой сжал стакан, куда пересыпал свои гадательные кости, после чего постарался поймать нужный для успешного прорицания настрой. Несмотря на переполнявшие сердце эмоции, задуманное получилось у него практически сразу, так что он прошептал нужную формулу и… раскрутив костяшки в стакане, высыпал их на стол.

– В городе есть одноэтажные дома с флюгером в виде вставшего на дыбы рогатого демона? – спросил Малк, держа вниманием возникшую перед внутренним взором картинку. – Там еще какой-то сквер рядом, с памятником в виде якоря.

– Про флюгер ничего не скажу, но сквер знаю, – кивнул офицер.

Недовольство было забыто, и теперь он смотрел на Малка с изрядной долей любопытства. Словно впервые наблюдал работу гадателя и жаждал увидеть, чем все это закончится.

– Тогда едем. Я хочу разобраться с ренегатом до обеда, – бросил Малк, вставая.

Окинул взглядом получившийся расклад и удовлетворенно хмыкнул. На этот раз он никакой угрозы для себя не напророчил, что откровенно радовало. Еще бы метка на внешние слои Духа не вернулась, и совсем было бы хорошо!..

Искомый домик они нашли спустя почти час. Могли бы и раньше, но поручик почему-то решил, что искать надо со стороны городской окраины, куда примыкал сквер. И лишь убедившись, что там ничего нет, они обратили внимание на ту часть, что располагалась рядом с оживленной улицей.

– Может, следовало подождать ребят из особого отряда? Все-таки против магов лучше бойцов в механизированных доспехах выставлять! – вдруг забеспокоился поручик, когда они подходили к воротам дома из видения Малка.

Видимо, до последнего считал, что Малк занимается ерундой и никакого дома со странным флюгером нет. И лишь убедившись в своей ошибке, начал сожалеть, что взял с собой лишь двух рядовых.

– С магами должны драться маги, – парировал Малк и сделал жандармам приглашающий жест в сторону ворот.

Сам же принялся начитывать заклинание Панциря, радуясь тому, что впервые пойдет в бой под нормальной защитой.

На активацию ушло более сорока секунд. К тому времени, как вокруг его тела возникла невидимая силовая пленка – более плотная в области корпуса и заметно более тонкая у головы, – рядовые успели убедиться, что калитка закрыта изнутри, и один из них теперь лез через забор.

– Осторожней там!.. – прикрикнул на них поручик.

У Малка же при виде этой картины возникло ощущение полнейшего непрофессионализма жандармов. То ли они слишком расслабились здесь, то ли просто ему так повезло попасть не на тех людей, но бойцы из них были так себе. И о том, как правильно штурмовать дома, не имели ни малейшего понятия.

Будто подтверждая его слова, из-за забора донесся крик, свистнуло перелетевшее через весь двор заклятие – Малк даже смог на слух определить, что это Водяной Кулак. За время своих бесконечных тренировочных драк со студентами Школы Малк изучил их магические арсеналы вдоль и поперек, а потому проблем с идентификацией не возникло. Затем в забор с грохотом впечаталось застонавшее тело жандарма. Чтобы пробить с одного удара служебный защитный амулет, требовалось быть Бакалавром или кем-то постарше. Поэтому за жизнь рядового Малк не беспокоился, но ставить на отсутствие ран не стал бы.

Второй рядовой вместе с поручиком снова кинулись к калитке, а Малк разбежался, подпрыгнул и, зацепившись за край забора, перемахнул на ту сторону. Перед глазами мелькнула голубая вспышка, и только-только приземлившийся на ноги Малк словил в грудь второй Кулак. Вот только человека с его габаритами волшба коллеги-студента сбить с ног не смогла, и он, презрительно поморщившись, окинул имеющуюся диспозицию.

Водник обнаружился в дальнем конце двора. Видимо, жандарм появился как раз в тот момент, когда бывший студент уложил в грубо начертанный на земле круг спящую девушку и готовился к ритуалу, отбивая поклоны намалеванному на доске изображению Трехголового.

И выглядело это все настолько отвратительно и унизительно для достоинства чародея, что Малк не находил слов. Неужели именно за тем предки умирали на алтарях и в тайных лабораториях, нащупывая путь к могуществу, чтобы впоследствии их потомки кланялись никчемным тварям Пекла, вымаливая блага?

– Как же ты мерзок, – процедил Малк, глядя в покрытое оспинами лицо своего коллеги.

Тот как раз примеривался бросить в Малка еще один Водный Кулак, но сказанные с таким чувством слова испортили ему настрой и заклинание сорвалось. Демонопоклонник выругался, с ненавистью посмотрел на Малка, после чего вытащил из кобуры на поясе однозарядный пистолет и почти не целясь выстрелил. Несмотря на гадание, калибр оружия противника внушал уважение, так что Малк не стал надеяться на Панцирь и резко отшатнулся влево. Однако спустя секунду понял, что мог бы и не стараться – продавшийся Пеклу маг дико промазал. Пуля свистнула сильно выше головы Малка.

Однако подобная наглость требовала соответствующего ответа. Малк достал собственного шестиствольного монстра и бахнул из одного ствола. Рукоять упруго ударила в ладонь, и «демонолюб» с криком повалился на землю, зажимая ладонью плечо.

– Мерзок и жалок, – продолжил Малк, кривя губы.

Покосился на девушку – судя по серому цвету кожи, она была отравлена и долго могла не выдержать, – после чего отправил в ее сторону «лечилку». Брать на душу ответственность за гибель жертвы лишь потому, что он не дал ей хоть какой-то шанс, Малк категорически не желал.

Вот только в бою, пусть даже со столь слабым противником, отвлекаться нельзя. Сочтя его ранение достаточно серьезным, Малк перестал воспринимать «демонолюба» как опасного. И совершенно зря!

Охочий до легкого могущества ублюдок дрожащей рукой достал из-за пазухи трехгранный стилет и, тоскливо завыв, вонзил его себе в сердце. Малк решил было, что противник собрался покончить жизнь самоубийством, и даже несколько растерялся, но тут камень в рукояти оружия «демонолюба» сыто моргнул красным, и мотивы поступка стали ясны. Почуяв, что победы ему не видать, недавний студент воспользовался последним средством…

Капли крови из его раны не успели упасть на землю, как «демонолюба» выгнуло дугой, и он, почему-то совершенно беззвучно, забился точно в припадке. И чем дольше его корежило, тем сильнее менялось его тело. Стремительно почернела и покрылась чешуей кожа, черты лица расплылись, теряя все человеческое, а конечности превратились в пугающие лапы. Однако до полноценного демона экс-студенту было все так же далеко. И вместо оригинала из Пекла он превращался в нечто промежуточное. Этакую заготовку, из которой могло вырасти все, что угодно.

Инстинкт требовал разрядить во врага оставшиеся пять стволов, а потом для надежности проклятым ножом отделить голову и вырезать сердце, но Малк сохранял неподвижность. Он хотел увидеть, что за тварь получится из «демонолюба», на кого он станет похож. На абстрактного демона или… на кого-то весьма известного? Малк покосился на изображение Трехголового, затем на перерождающегося врага и сравнил. Однозначного ответа не было, и он раздраженно скривился. Йоррох, догадка пока оставалась только догадкой…

Внезапный прыжок на него из положения лежа, который совершил убийца, не застал Малка врасплох. Но вместо того, чтобы встретить ублюдка ударом ноги в грудь или срубить с плеч башку взмахом тесака, он нехорошо оскалился и Призрачной Рукой швырнул ему навстречу «подарочек» от господина Тияза. Не забыв сорвать все ограничения и убрать барьеры.

Уже приготовился наблюдать за тем, какой эффект окажет на мерзавца заклинание Смерти, и… оказался совершенно не готов к тому, что последовало дальше. Полудемон вдруг принялся истошно орать и, бухнувшись на спину, начал раздирать когтями себе грудь. Потекла черная кровь, завоняло серой, но не это беспокоило попавшего под проклятие противника. Существо, пережившее удар в сердце, стремительно теряло жизненную силу. Ее из него буквально высасывало, последовательно «убивая» внутренние органы и высушивая энергоканалы.

Выглядело все это откровенно жутко, но Малк старательно сохранял невозмутимый вид. Лишь раздумывал, стоит ли ему прибить тварь проклятым ножом или же все-таки позволить проклятию закончить начатое. О жандармах он фактически забыл… а зря. Потому как происходящее во дворе вызвало у наконец перебравшегося через забор поручика совсем не ту реакцию, что Малк мог ожидать.

– Уважаемый! Господин Тияз же обещал, что никогда более ни он, ни его ученики не будут устраивать на острове свои фокусы! Почему вы нарушаете слово своего учителя?! – яростно вращая глазами и тыча оголенной саблей в подыхающего полудемона, зашипел жандарм. – Обещал!!!

Малк же, смущенный напором, мог лишь обалдело моргать. Фокусы! Какие, к Йорроху, фокусы?! Он предавшую человечество тварь убил, что не так-то?!!

Глава тринадцатая,

в которой жадность не доводит до добра

Очередная встреча с господином Жаком вопреки обыкновению произошла не у него в кабинете и не в учебных корпусах внешней фракции, а на свежем воздухе. На небольшой пасеке на границе школьной территории. Туда Малка направил секретарь кафедры магии призыва, где преподавал толстый любитель золота, и именно там он нашел своего куратора. Жак Улей, полностью оправдывая свое прозвище, возился с несколькими переносными ульями и не оторвался от своего занятия даже после появления гостя.

– Знаешь, почему я люблю моих пчелок? – спросил он вместо приветствия, с прищуром изучая сидящее на ладони неестественно крупное насекомое.

Малк, уже заготовивший оправдание по поводу очередной своей задержки с докладом, недоуменно покачал головой. Однако господин Жак в его ответе, кажется, не нуждался.

– Потому что с ними мало мороки, – с какой-то хищной задумчивостью продолжил он и, еще раз полюбовавшись пчелой, принялся нашептывать над ней необычно длинное заклинание.

Едва отзвучали последние «слова», как вокруг насекомого вспыхнула аура Силы, оно странным образом раздулось и с заметной глазу скоростью начало расти дальше. Через минуту достигнув размеров крупной виноградины, пчела расправила крылья, тяжело взлетела и принялась неторопливо нарезать над господином Жаком круги.

– Магии хорошо подчиняются, приказов слушаются… Чудесные твари, иначе не скажешь! – захихикал Младший Магистр, потом вдруг замолчал, набычился и щелчком пальцев заставил заколдованное насекомое взорваться ворохом брызг. – И с ними всегда можно поступить вот так!

Малк, который моментально уловил суть данной демонстрации, судорожно сглотнул и, тщательно подбирая слова, заговорил:

– Понимаю ваше раздражение, господин Жак, но… и вы поймите. Я не в том положении, чтобы посещать вас так часто, как вам этого хочется. Тренировки, обязательства перед Школой и господином Тиязом… Да банальная осторожность, в конце концов! Мое поведение и так уже немало вопросов вызывает, если частить с визитами начну, то это точно ничем хорошим не закончится!

Осознавая, что сейчас он ступает по очень тонкому льду, Малк облизал губы и добавил:

– Может быть, мне лучше свои доклады в письменном виде оформлять и передавать их вам каким-то менее наглядным способом?

Честно говоря, вся эта ситуация со службой двум Мастерам, пусть и в столь странном виде, ему порядком остодемонела. Он с радостью перевел бы ее в какие-то более разумные формы, но… но как эту мысль донести до своего куратора?

– Тренировки, менее наглядный способ… – опустив уголки губ, повторил господин Жак и, обращаясь к ближайшему улью, пожаловался: – Ну что я говорил? Разве милые пчелки такое скажут?

Возникла неприятная пауза, и Малка моментально прошибла испарина. Разговор шел именно по тому сценарию, которого он больше всего боялся.

– Мастер, я… – начал было он, но был прерван утробным рыком толстяка.

– Гаденыш, ты кем себя возомнил, чтобы советы мне давать, а?! Младшим Магистром?! – Господин Жак наконец посмотрел Малку в глаза, и тот вздрогнул от плещущейся в них ярости. – Забыл, зачем в Школу приехал?! Так я напомню. Ты не студент и не наемный работник, ты мой подчиненный. Твоя обязанность – выполнение моих приказов! Любых приказов! И если я говорю, что ты должен на виду у всех бегать ко мне с доносами на своего ублюдка-учителя, ты берешь под козырек и бегаешь… Попутно можешь радоваться, что служишь на благо Борея, но это уже по желанию.

Последнюю фразу господин Жак произнес с нескрываемой издевкой. Словно сам факт службы государству вызывал у него насмешку.

– Тогда прошу простить за мою самонадеянность, – опустив голову, пробормотал Малк.

Причем он сделал это не из показной покорности, а просто чтобы скрыть исказившую лицо злость и играющие от ярости на скулах желваки. Необходимость терпеть самодурство человека, который способен его убить точно таким же щелчком пальцев, как и до этого несчастную пчелу, дико угнетала. Но… какой у него выход? Терпеть, копить силы и ждать своего часа – вот все, что он мог. И Малк терпел.

– И что же заставляет тебя думать, будто мне интересны просьбы о прощении? – процедил Улей, который не желал успокаиваться.

Малк ощутил, как его словно накрыло невесомое облачко и кожу начало слабо-слабо покалывать. В случайные совпадения он не верил, а значит, винить в происходящем следовало конкретного человека.

Опять пытается взять под контроль?! Но ведь в прошлый раз ничего подобного не было… Или было, просто Дух Малка на тот момент не достиг нужного уровня чувствительности?.. А Йоррох его знает! Но одно ясно совершенно точно: если он не сможет дать господину Жаку нечто достаточно интересное, чтобы унять раздражение, ничем хорошим их беседа не закончится!

– Недавно я видел ту самую колонну, про которую вы спрашивали меня раньше, – с трудом сказал он, чувствуя, как начинают холодеть ноги.

И в тот же миг все неприятные ощущения пропали, будто их никогда и не было!

– Колонну? Рассказывай!

Все, больше нет рассвирепевшего Младшего Магистра – ему на смену снова пришел привычный толстяк. В меру чванливый, чуточку самовлюбленный и безмерно любопытный.

Малк, отметив подобную метаморфозу, лишь дернул щекой, после чего с максимально невозмутимым лицом принялся рассказывать господину Жаку о прорыве Эйши в Бакалавры и той роли, что сыграла в нем упомянутая колонна.

– Все-таки вывел Тияз эту стерву в люди, да… – протянул толстяк, едва дослушав Малка. Чувствовалось, что от истории с колонной он ждал чего-то большего. И то, что надежды не оправдались, его сильно разочаровало. – Не понимаю, зачем Черепу возиться с неудачниками? То таланта нет, то тело разрушается, то Родословная один Рзавиан скажет во что выродилась… Столько мороки, и все ради чего? Ради шлифовки лично тебе не нужного Тайного Искусства?! Или из расчета на будущую верность?

Господин Жак издевательски захохотал, показывая свое отношение к человеческой памяти и способности платить добром за добро. После чего снова повернулся к ульям.

– А что с колонной-то? Зачем она вообще нужна? – спросил Малк, в принципе догадываясь об ответе.

Но сейчас он не столько хотел узнать нечто новое, сколько стремился принизить свою значимость в глазах Младшего Магистра. Люди ведь любят считать себя выше других, особенно такие, как господин Жак, так почему бы не дать ему возможность насладиться данным чувством… Тем более что это вполне укладывается в совет Больдо не показывать себя настоящего.

– Колонна… – Господин Жан остро глянул на Малка, задумался, но, видимо, все же решил снизойти до ответа. – А колонна эта считается довольно сложным и дорогим алхимическим инструментом, помогающим очистить Родословную от примесей. У Эйши твоей в крови было столько всего намешано, что сам Рзавиан не разберет. Тияз же с помощью колонны всю эту мешанину убрал и оставил именно то, что нужно. Пусть слабое и едва заметное, но теперь способное расти и укрепляться. И, как ты мог убедиться, этих крох чистой Родословной хватило, чтобы Змея стала Бакалавром.

Ответ был достаточно исчерпывающим, и Малк поблагодарил Младшего Магистра коротким поклоном. На языке, правда, так и вертелся вопрос о причинах столь пристального внимания господина Жака к чужому инструменту для работы с Родословной, но озвучивать его было опасно. Терпение куратора не беспредельно.

– А еще… не уверен, что вам это интересно, но… я видел в лаборатории у господина Тияза шкаф со странными статуэтками, – сменил тему Малк. – Из тех, что Зал Помнящих особо отличившимся магам дарит. И их там много.

Поначалу касаться таинственного Зала в разговоре с толстяком он не собирался, но настрой Младшего Магистра заставил переменить мнение. Кажется, пришло время доказывать свою осведомленность.

– Что? – переспросил задумавшийся господин Жак. – А, статуэтки…

Младший Магистр помотал головой.

– Для старших магов Школы – не важно, из внешней они фракции или внутренней – тут никакого секрета нет. Все Мастера знают о том, что в свое время Череп из кожи вон лез, чтобы перед эмиссарами Зала выслужиться. Угодные им задания выполнял, правильным людям средства жертвовал… Все надеялся, они его к своим архивам допустят и помогут потерянные силы восстановить. – Жак Улей криво усмехнулся. – Да вот только все зря. Фигурки свои идиотские они ему присылать присылали, а к себе так и не позвали. Удивлен, что он до сих пор их хранит. Думал, выкинет….

– А чем этот Зал занимается? Я слышал слухи про противодействие демоническим влияниям и защиту человечества, но как-то это слишком уж… громко звучит, – осторожно заметил Малк.

– Вот этим самым и занимается, – насмешливо сказал толстяк. – А еще собирает всякого рода тайные знания, отбивается от всех тех, кто жаждет подмять их под себя, и интригует, интригует, интригует… – Увидев вскинутые в удивлении брови Малка, господин Жак добавил: – Я, кстати, слава Рзавиану, к Залу Помнящих никак боком не отношусь. И тебе стремиться туда не советую. Либо выжмут как тряпку, а потом выбросят… Во славу человечества, понятное дело… Либо попросту сожрут, пока по ступенькам их иерархии подниматься начнешь.

– То есть это что-то вроде общества, про которое не говорят, но о котором все знают? – уточнил Малк.

Господин Жак изобразил рукой нечто неопределенное.

– Вроде того. Простые смертные и маги, вышедшие из смертных, о них обычно даже не слышали. А вот члены влиятельных Домов, отдельные студенты мощных Школ и личные ученики старших магов – вот они в курсе дела. – Толстяк неожиданно задумался и посмотрел на Малка из-под нахмуренных бровей. – Погоди, а ты откуда знаешь? Для Тияза это тема запретная, попусту болтать о ней он точно не станет, так что… госпожа Леара просветила, да?

Малк кивнул. Говорить, что он сам получил подобную статуэтку, ему от чего-то не хотелось.

– Вот ведь… – Последнее слово Жак Улей проглотил, из-за чего понять, как именно он назвал завербовавшую Малка даму – то ли шлюхой, то ли ведьмой, – было решительно невозможно. – Вечно она лезет куда не просят.

– А есть что-то плохое в том, что я теперь знаю о Зале Помнящих? – насторожился Малк.

И этим вызвал у господина Жака неприязненную улыбку.

– Это с какой стороны посмотреть. Если в башке ветер, то слова о защищающей человечество тайной организации ложатся на благодатную почву и Зал за просто так получает еще одного сторонника. Собственно, все эти их ничего не стоящие фигурки на то и нацелены. Люди горы сворачивают, а в награду лишь никчемные игрушки получают! И все довольны. До поры до времени. – Толстяк обличающе ткнул в Малка пальцем. – Ты вот сам честно скажи, при мысли о том внимании, что тебе может уделить древний орден, щемит сердце-то, а? А?! Вот то-то и оно! На таких вот сопляков все и рассчитано. А госпожа Леара эту игру поддерживает!

Малк, который в словах куратора определенную логику все же увидел, медленно кивнул. С этой стороны на фигурки Зала он не смотрел.

– Ладно, считай, простил я тебя, – вдруг вернулся к началу их беседы господин Жак и, похлопав Малка по плечу, принялся снимать с улья крышу. – Вроде и не за что, но… отходчивый я. И сердце у меня большое. Цени!

Звучало это откровенно издевательски, но толстяк вел себя таким образом, словно именно так и надо. С непринужденным видом он склонился над пчелиным жилищем, что-то там некоторое время изучал, потом потянулся за дымарем и… отложив его в сторону, снова повернулся к Малку.

– Впрочем, кое в чем ты и вправду реабилитировался. И доказал, что можешь держать глаза открытыми…

Господин Жак недовольно поморщился, принялся озираться, словно что-то разыскивая, затем хлопнул себя по лбу и показал на прислоненную к улью плоскую крышу.

– Увидишь где вот такой прибор, сразу ко мне. Бегом! Понял? Бего-ом!!! – с нажимом повторил он, и одновременно с его словами на выбеленной солнцем доске возникло изображение странного инструмента.

Больше всего он походил на нечто вроде здоровенного металлического шприца без поршня, к которому сначала безумный механик зачем-то приделал прозрачный блок со множеством шестеренок, а затем не менее безумный артефактор прикрепил пластину с рунным кругом и десяток мелких зачарованных кристаллов. Понять, зачем нужна подобная монструозная конструкция, было решительно невозможно… Но ведь нужна же!

– Так, вижу, что понял, – одобрительно продолжил толстяк, понаблюдав за тем, как Малк пытается запечатлеть в памяти странное устройство. – Даже наградить тебя захотелось…

Слова про награду в устах жадного Младшего Магистра звучали откровенно странно. И поэтому когда толстяк торопливо пояснил, что призом становится ответ на любой вопрос его «агента», Малк испытал что-то вроде облегчения. Мир не ухнул в Пекло, и хоть какие-то вещи в нем остаются неизменными!

Вообще ответ на вопрос, пусть даже всего на один, и вправду был немалой наградой. Можно ведь попробовать узнать про что угодно – про необходимость открыто ходить на беседы к господину Жаку, про взаимоотношения Шести Столпов с Залом Помнящих, или хотя бы напроситься на консультацию по проблемным местам в изучении магической теории. Но ничего из этого Малк делать не стал. Что бы там Младший Магистр ни говорил, но свои желания надо соразмерять с тем, что действительно можно и чего ни в коем случае нельзя.

Подумав пару секунд, Малк принялся пересказывать свой недавний разговор с жандармским поручиком о «фокусах» Тияза Черепа.

– Ты смог найти в Толоке демонопоклонника? – едва дослушав, спросил господин Жак. – Но каким образом?

Малку почему-то показалось, что в голосе толстяка звучит не столько удивление, сколько… возмущение и недовольство?

– Гаданием. У меня иногда получается… – пожал плечами Малк. У него крепло ощущение, что он снова рассказал нечто такое, о чем говорить не стоило.

– О как… Я не знал, – протянул Младший Магистр и, странно прищурившись, принялся изучать Малка.

Выглядело это откровенно подозрительно и даже несколько пугающе. Возникло ощущение, что старший маг вдруг увидел в своем подчиненном нечто новое и теперь думал, как это новое использовать в своих планах.

– Так что насчет «фокусов» Мастера Тияза? Вы можете рассказать поподробнее, а то как-то непонятно… – подчеркнуто спокойным голосом спросил Малк, чем вывел толстяка из задумчивого оцепенения.

– А, да… – Господин Жак потер лицо и уже обычным тоном сказал: – Считай это приветом из относительно недавнего прошлого. Лет десять тому назад Тиязу в его опытах потребовался некий ингредиент. Какая-то сущая ерундовина, продающаяся в любой алхимической лавке. И он отправил за ней своего тогдашнего ученика… По-моему, это был первый и последний Адепт, взятый им в обучение. Беглец откуда-то из Содружества Ганзур: то ли бывший раб, то ли последний выживший из разгромленного клана… Не важно. По моему мнению, как маг он был с абсолютно никакущим талантом, но Тиязу глянулся. Работать с ним начал, ресурсы вкладывать. А потом взял и отправил никчемыша в Толок…

Господин Жак усмехнулся каким-то своим мыслям и не без удовольствия продолжил:

– Да вот беда… Слабосилок этот с местными бандитами столкнулся. И то ли не поделил с ними чего-то, то ли оскорбление нанес, но… грохнули они его, не сходя с места. Даже пикнуть не успел!

– И что дальше? – заинтересовался Малк.

– А дальше история дошла до Тияза и сильно его огорчила, – скривился господин Жак. – Не думаю, что его именно смерть ученика расстроила, скорее о каких-то далеко идущих планах надо говорить, но… Факт остается фактом, Череп прибыл в Толок, быстро вышел на банду, в которой состояли убийцы, и, не разбираясь, кто виноват, а кто просто мимо проходил, вывернул всех ее членов наизнанку. Буквально. Говорят, зрелище получилось такое, что видавших виды гробовщиков потом полчаса полоскало…

– То есть просто взял и… убил? – удивился Малк. – В городе, где действуют законы Триумвирата?

– А чего ему будет-то? Мы ж не метрополия, – неподдельно удивился господин Жак. – Заплатил штраф, дай Рзавиан памяти, то ли в три сотни драхм, то ли в пять… Хотя нет, пять за ту шваль слишком много… И пообещал больше в городе не безобразничать, вот и все. – Толстяк вдруг весело усмехнулся и подмигнул Малку. – Твой же поручик решил, что Тияз договор обойти вздумал и вместо того, чтобы лично кровушку лить, ученичка отправил… Хотя будь я на его месте, так же бы подумал. Репутация у Черепа та еще… С иным демоном рядом безопаснее находиться, чем с ним.

Малк моментально вспомнил камень, заряженный жертвенной Силой, и зябко повел плечами. Да уж, образцом гуманности Мастер не выглядел. И было бы неплохо, чтобы история с «нарушением слова» до него не дошла. Какие меры применит к невольно проштрафившемуся ученику суровый маг, он не хотел даже думать…

Недовольства господина Жака можно было какое-то время не опасаться, и Малк получил возможность вновь сосредоточиться на воплощении в жизнь уже собственных планов. Следующие две седмицы он снова штурмовал верхние границы второго слоя Трех Призрачных Пульсов, периодически практиковал оба изученных на базовом уровне заклинания первого круга и… занимался изготовлением проклятых одноразовых «лечилок». Деньги утекали из его карманов, точно вода сквозь решето, и создание примитивных артефактов занимало все больше его времени, отнимая его даже у столь необходимых тренировок. Причем ладно бы это было хотя бы интересно или полезно для развития, однако для мага его уровня подобная деятельность давно превратилась в монотонную, навевающую скуку работу, с каждым разом все более и более ненавистную.

Йоррох, а ведь когда-то он радовался, что практикуется в магии и одновременно получает за это огромные деньжищи!

Огромные… То, что казалось немыслимым богатством для простого интернатского паренька, Ученик воспринимал как нечто незначительное, едва-едва покрывающее траты. И ведь Малк с радостью занялся бы чем-то другим, но альтернативы мелкому ремесленничеству не было. Поэтому приходилось, сцепив зубы, продолжать возиться с «лечилками» и… завидовать господину Тиязу, зарабатывающему поистине фантастические средства на побочных продуктах своих исследований. Сотни драхм за гомункулусов! Просто с ума сойти! Хотя… кто знает, может, он тоже не удовлетворен своими доходами и периодически завидует каким-нибудь Магистрам или вовсе Архимагам. И, надо сказать, эта простая мысль Малка пусть немного, но грела.

Еще одной причиной для недовольства Малка стали подведенные им итоги своего развития – после отъезда из Андалора прошло уже больше года, самое время оценить полученные результаты. Как выяснилось, похвастаться ему было практически нечем. Если в первый год своей магической карьеры Малк ухитрился обрести Силу, изучить Тайное Искусство, развить до двух десятков единиц резерв, сформировать Нимб и перевести Власть в оранжевый ранг, то во второй достижения получились гораздо более скромными. Заклинаний изучено всего два, да и то на самом примитивном уровне, Тайное Искусство до сих пор не завершено, а резерв, скорость поглощения энергии и Власть вовсе остались без изменений.

Девятеро, а ведь при таких темпах десять лет на достижение звания Бакалавра уже не выглядят таким уж большим сроком! И если развитие первых двух характеристик должно было начаться сразу после завершения освоения Тайного Искусства, то с Властью все гораздо печальнее. Решение прорываться через ранг по методу милес Драго поставило крест на традиционных способах тренировок через практику чар или изучение какого-нибудь подходящего Малого Тайного Искусства. Чтобы двигаться дальше, Малк нуждался в Наследии Кетота… Наследии, которое ему просто неоткуда получить. Действующих храмов Четвертого Святого на острове нет, а даже и были бы, кто сказал, что тамошний жрец переступит через ограничения Триумвирата и поделится знанием с заявившимся к нему на порог Учеником?

Нет, нужно искать другой вариант. И, слава Демоноборцам, кажется, Малк его нашел!

– В смысле, ты хочешь получить любое задание, требующее для выполнения поездку на Левый Брат? Забыл, что было в последний раз? – несколько растерянно спросила Эйша, когда к ней впервые после ее прорыва в Бакалавры зашел Малк и попросил показать список поручений Мастера.

– Вся проблема была в метках на моем Духе. И я ее решил! – пожал плечами Малк.

Он и вправду разобрался, как сделать, чтобы его тонкое тело больше «не светилось как гирлянда». Рецепт оказался прост: никакой работы с частями тел демонов, две седмицы перерыва после последнего гадания, ведро выпитого отвара шуйсю и активное использование заклинания Призрачных Рук для удаления самых стойких отметин. Впрочем, будь его изучение духовного резонанса чуть менее успешным, столь бодро рапортовать о своих результатах он бы точно не смог. Ну так зря тренируется, что ли?!

– Решил, да? – протянула Эйша, не сводя с Малка взгляда. – А что, если нет? Что, если ты ошибаешься и тебе присущи какие-то такие особые черты, привлекающие тварей Запределья, избавиться от которых просто невозможно?

– Я все же рискну, – усмехнулся уголком рта Малк.

Его так и подмывало сказать, что есть у него козырь и на столь крайний случай, но… что там Больдо говорил про чересчур открытых магов?

– Так дашь задание или мне к Мастеру идти? – снова спросил он.

– А, к Йорроху! Твоя жизнь, и тебе решать – поостеречься или в Пекло ее спустись по глупости, – раздраженно фыркнула Змея и сунула в руки Малка листок с изображением странно выглядящего подсолнуха. – Держи, привезешь хотя бы один – четыре черных камня заработаешь. И радуйся, что «Римма» сейчас у причала стоит. Если погода позволит, то завтра с утра уже сможешь отправиться на свой трахнутый всеми демонами Пекла остров! Ясно?

Девушка не без раздражения выслушала благодарности Малка, после чего добавила:

– И да, если ты вдруг питаешь такие иллюзии… Отправишься туда один. Ни я, ни Больдо ни на один из Братьев по собственной воле не поплывем, а Стево и Кэйталин до сих пор где-то пропадают. Поэтому выкручивайся сам!

Заверениям Малка, что у него и в мыслях не было ничего подобного, она, кажется, не поверила. Впрочем, Малк особо и не старался ее в чем-либо убеждать. Своей цели он добился – повод и способ попасть на остров, где, как он знал, располагались развалины храма Кетота – получил, а все остальное уже не важно. Беседа, правда, заставила немного заинтересоваться чересчур длительным отсутствием старших соучеников, чье возвращение ему уже неоднократно обещали, но не более того. Задержало ли их срочное дело, или именно они были теми Бакалаврами, что пропали вместе торговым судном, как гласила народная молва, для него дело десятое. Лично он с ними незнаком, так что не ему и переживать об их судьбе!

На следующее утро никаких сложностей с отбытием у Малка не возникло. Судно уже было готово к плаванию, поэтому все, что от него требовалось, это подняться на борт, показать медальон Ученика и… отправиться в каюту, чтобы не путаться под ногами у команды и не мешать ее членам выполнять свои обязанности. Впрочем, Малк на этот раз на палубу особо и не рвался. Перед тем как корабль войдет в бухту Левого Брата, ему предстояло еще раз проверить единственный козырь, без которого соваться на остров было откровенно глупо. И отвлекаться на что-то постороннее он не хотел!

Заперев дверь каюты, Малк сел по-стиксонски на пол и воткнул перед собой в щель между досками проклятый нож. Лезвие, покрытое мерзкого вида пленкой, после поглощения десятков бестелесных тварей приобрело странным образом вызывающий тошноту масляный блеск. Теперь даже смотреть в его сторону лишний раз не хотелось. С другой стороны, сохрани он прежнюю способность поглощать скверну – то есть всю ту мешанину из стихиальных Сил, которая царила во многих потусторонних планах реальности, – и Малку было бы плевать на подобные мелочи. Но клинок изменился, возможно, что безвозвратно, и слава Святым Демоноборцам вместе с невольно подкинувшим эту идею Больдо, что ему нашлось не самое плохое применение.

Прикрыв глаза, Малк мысленно настроился на таящуюся в ноже Силу убитых Голодных Мороков, ощутил нужные вибрации, поймал резонанс и… сцепив зубы, отпустил контроль над собственным Духом. На деле он уже пробовал несколько подходов к работе с испорченной потусторонними энергиями сталью, однако данный способ, к слову вычитанный в одном из учебников, был среди них самым лучшим. Вот только слишком уж болезненным…

Лишенное диктата воли и влекомое резонансом тонкое тело еще на один крохотный шажок приблизилось к заданному ножом стандарту. Но так как оно не было монолитным, у какой-то части это получилось в большей степени, у какой-то в меньшей. Возник конфликт, и за считаные мгновения весь Дух Малка оказался охвачен призрачным пламенем. Пламенем, в котором отвергающие близость к энергии Смерти и всему тому, что призрака делает призраком, части сначала сгорали дотла, а потом возрождались из пепла уже в новом качестве.

Ощущения при этом были незабываемые, но результат стоил мучений. Всего несколько тренировок, и вот уже Призрачные Руки лучше подчиняются приказам Малка – собственно, если бы не это, отметки после гадания он бы вряд ли снял так быстро, – а сродство между тонким телом и Тремя Призрачными Пульсами поднимается еще на одну пусть крохотную, но ступеньку.

К сожалению, на Семя Духа метаморфозы никак не влияли. Повторения того удачного момента, когда чужое Наследие вдруг на что-то среагировало и помогло продвинуться в изучении заклятия Рук, ни разу не случилось. Однако Малк все равно был доволен. Когда же до него дошло, что в подобном состоянии он, по идее, становился малозаметен для «живых» Голодных Мороков, то и вовсе счел свою находку подарком Святых. Имея возможность при нужде спрятаться от тварей Запределья, отказ от поездки к разрушенному храму Кетота был сродни преступлению. Вот он гневить удачу и не стал…

На проклятый берег Малк высадился в полдень. Убедился, что вокруг тихо и под прикрытием иллюзии его не ждут орды бестелесных тварей, после чего отправил заметно нервничающих матросов обратно на шхуну, а сам, скрыв нижнюю половину лица под платком с колдовским чертежом и низко надвинув на глаза цилиндр, двинулся в восточном направлении. Туда, где, со слов Эйши, располагались развалины храма Кетота.

К сожалению, на легкую и быструю прогулку рассчитывать не приходилось. Жара, сухой, обжигающий ветер, разлитая в воздухе ядовитая горечь, противный мелкий песок под ногами – все это страшно усложняло жизнь и вносило коррективы в планы. К примеру, на дорогу к храму по задумке Малка следовало потратить всего полчаса, затем несколько часов провести в поисках Наследия Кетота и до темноты вернуться на корабль. Однако на деле все вышло совсем иначе. Только на то, чтобы дойти до развалин храма, у него ушло почти в три раза больше времени, чем предполагалось. Что его ожидало дальше, Малк даже не хотел думать…

– Какое там одно из самых важных правил выживания на острове? Не лезть в темные места и не оставаться на ночь, да? – с мрачным видом пробормотал Малк, окинув внимательным взглядом храм Четвертого Святого. – Так это прям как для меня сказано! До ночи времени всего ничего, а нужный мне храм, видимо, и есть то самое темное место в округе. Лучше не придумаешь!

Когда Эйша говорила о развалинах, Малк почему-то представлял полуобвалившиеся стены, отсутствующую крышу, провалы на месте окон. И потому совсем не ожидал увидеть практически полностью сохранившееся здание. О том, что оно брошено, говорили лишь заколоченные досками окна, кое-где обвалившаяся штукатурка и висящая на одной петле створка входной двери. В остальном здание было целехонько… и это откровенно настораживало.

– И что же внутри тебя такое сидит, что Эйшу напугало? – задумчиво протянул Малк.

Он впервые с момента принятия решения о поездке на Левый Брат пожалел, что у него нет чего-то вроде Гром-Колокола Змеи. Пусть в прошлый раз артефакт им и не помог, но с ним Малк чувствовал бы себя спокойнее… Хотя, с другой стороны, кто бы ему его дал? Ни один маг по доброй воле делиться своими колдовскими инструментами не станет – собственно, поэтому он у Эйши ничего и не просил, – а обращение за помощью к господину Тиязу чревато самыми неожиданными поворотами. Кто знает, что Черепу в голову придет? Возьмет и запретит показываться на острове или, того хуже, потребует отказаться от изучения жреческого Наследия. Как тогда быть? Мысль о том, что выданный артефакт банально увеличит долг перед Мастером, вообще вгоняла Малка в уныние… Нет уж, он как-нибудь сам.

Прикинув положение солнца на небосводе, Малк решительно подошел к ближайшему окну храма и принялся отдирать доски. Логика его действий была простая: раз уж оговариваются такие правила насчет темноты, то почему бы для начала не добавить света, верно? Хуже ведь все равно уже не будет! Вот он и решил проверить эту догадку, благо силы позволяли.

На то, чтобы убрать преграды со всех шести окон, у Малка ушло двадцать минут. Еще пять на то, чтобы своротить замок на двери, и десять… на банальное ожидание. Здание почти сотню лет оставалось закрытым, а значит, его как минимум следовало хорошенько проветрить. И лишь убедившись, что в храме безопасно – хотя бы внешне, – лишь тогда Малк рискнул переступить порог. Замер ненадолго в дверях, давая незримому врагу возможность себя проявить, затем осторожно обошел внутренние залы по периметру, внимательно осматриваясь и выискивая любые опасности.

Однако ничего угрожающего так и не встретил. Если внутри когда-то и пряталось нечто плохое, те времена давно прошли. Сейчас храм был пуст, благодать Четвертого Святого его покинула, а демоническая скверна ей на смену не пришла. Обитель одного из Девятерых превратилась в обычное брошенное здание с разгромленным внутренним убранством.

– И кто же, интересно, во время гражданской войны тут порезвился? Кому Кетот не угодил? – протянул Малк, сначала изучив словно бы изрубленный топором алтарь, а потом переведя взгляд на валяющуюся у стены треснувшую статую Покровителя малефиков.

Малк не был истово верующим – и это несмотря на все его особые взаимоотношения с храмом! – хотя понимал значимость религии и следовал определенным канонам Девятерых. Но даже у него вид оскверненных атрибутов Кетота вызвал сильнейший дискомфорт. И он, не выдержав, принялся наводить порядок. Очистил от грязи алтарь, вернул на место статую, вытащил из кучи мусора обрядовую жаровню, расставил по местам уцелевшие свечи. И пусть на фоне царящей внутри разрухи его усилия были практически незаметны, Малк все равно чувствовал удовлетворение от хорошо выполненной работы. Да, храм мертв, в нем больше нет того ощущения, что дарит благословение одного из Святых, но он при этом не забыт. И это показалось Малку крайне важным!

Тем не менее время шло, и риски столкнуться с кем-то вроде Голодных Мороков только увеличивались. Так что если в планах Малка все-таки значилось получение Наследия Кетота, ему следовало поторопиться. И он с не меньшим рвением, чем при наведении порядка в храме, принялся обшаривать все подходящие под организацию тайника места. Простукивал стены, переворачивал вверх дном полуразвалившиеся шкафы, с головой закапывался в кучи мусора.

Увы, угробив целый час, найти он так ничего и не смог. Одно из главных сокровищ любого храма – страницы Наследия Святого – как в воду кануло. Малк решил бы, что местный жрец увез его с острова, когда на Левом Брате еще только начиналась заварушка с участием высших магов, но затем нашел останки человека в характерной робе и от этой мысли отказался. Судя по рубленым ранам на ребрах, случившуюся здесь драку местный смотритель если и пережил, то ненадолго.

А значит, Наследие где-то здесь. Но где?!

Малк еще раз пробежался взглядом по убранству храма, чтобы в конце концов остановиться на только-только приведенном в порядок алтаре. Алтаре, выполненном в виде здоровенной, в полтора обхвата, мраморной тумбы, внутри которого в принципе можно было спрятать много всего интересного, начиная с Наследия и заканчивая коллекцией артефактов. Вопрос в том, как это все оттуда достать. Причем желательно не превращаясь в вандала…

Идея пришла почти сразу. Учитывая уже имеющийся опыт работы с храмовым артефактом, достучаться до жреческих «игрушек», можно лишь обладая определенным уровнем Власти и имея зримое подтверждение своей приверженности делу борьбы с Пеклом. То есть нужно нечто вроде магического ключа… на роль которого вполне может претендовать хорошо изученный Малком экзорцизм. Не глобальный ритуал, затрагивающий демонов и тварей Запределья, а нечто гораздо более локальное и малозаметное, способное лишь пробудить глубоко спрятанную магию Кетота.

Не откладывая дело в долгий ящик, Малк шагнул к алтарю, сложил перед собой ладони и принялся нашептывать нужные формулы, попутно приводя Дух в требуемое для ритуала состояние. Потянулись томительные мгновения, прежде чем между руками Малка вдруг вспыхнуло маленькое солнце, которое он с удовольствием и припечатал о поверхность алтаря.

Пол ощутимо дрогнул. Где-то внизу загудели незримые механизмы, зазвенели цепи, а когда через десяток ударов сердца все стихло, раздался крайне неприятный, словно иглой по стеклу, скрип, и на поверхности алтаря проявилась прямоугольная рамка в пару пядей длиной и в одну шириной.

– И это все? – настороженно спросил Малк, на всякий случай отступив к выходу.

Однако подождав еще немного и убедившись, что скрытые механизмы закончили свою работу, он снова медленно приблизился к тумбе. Остановился, бросил обеспокоенный взгляд в окно – появление Голодных Мороков сейчас было бы совсем некстати, – после чего положил на прямоугольник ладонь и сначала чуточку, а потом с заметным усилием надавил. Раздался все тот же противный скрип, и из алтаря на высоту локтя выдвинулся небольшой блок с полостью у самого основания.

Внутри что-то лежало. Малк протянул подрагивающую от волнения руку и достал книгу карманного формата, почти блокнот. Ни названия, ни автора на потертой обложке из дешевой кожи не было, но Малк и без того знал, что это за вещь. Слишком уж характерные покалывания в ладонях вызывала находка, чтобы заподозрить обычный предмет Силы. Такая насыщенность Власти была характерна только для предметов культа Святых, а значит… Решительно выдохнув, Малк раскрыл томик и пролистал несколько страниц. Взгляд тут же начал цепляться за знакомые по прошлому изучению Наследия обороты, названия характерных упражнений и славословия Кетоту.

Ну-ка, последняя проверка… Малк пролистал до самого конца, вчитался в финальные строчки и потрясенно помянул Девятерых. Сказать, что ему повезло, это ничего не сказать! Он держал не просто копию некоторых выдержек из Наследия Кетота, а ту его часть, что позволяла искателю могущества шаг за шагом подняться аж до зеленого ранга Власти. И это означало, что теперь Малку по крайней мере пару уровней можно будет не задумываться о поиске руководств для развития…

– Ф-фуух! С ума сойти! – не смог сдержать радости Малк и отсалютовал томиком статуе Кетота.

Цель его поездки на Левый Брат была достигнута, так что теперь он мог смело возвращаться.

– Если еще и на обратном пути Голодных Мороков не встречу, то, клянусь, полсотни драхм первому же действующему храму пожертвую! – на волне энтузиазма пообещал Малк и двинулся к выходу.

Однако не успел он сделать пары шагов, как блок, где до того хранилось Наследие, с громким стуком вдруг задвинулся обратно в тумбу. Внутри раздался металлический лязг, но не как при работе нормально функционирующего механизма, а такой, который бывает, если этот самый механизм кто-то начинает активно ломать. Затем послышалось омерзительное шипение, треск и… весь алтарь рывком сдвинулся в сторону.

Там, где раньше стояла каменная тумба, открылся темный зев колодца. Из его мрачных глубин тотчас потянуло холодом, серой и застарелым запахом крови. Уже понимая, что избежать неприятностей не получилось, Малк сунул томик Наследия за отворот жилета и, теперь уже боком двигаясь к выходу, потянулся за тесаками.

До двери оставалась всего пара саженей, когда из колодца внезапно выпрыгнула черная тень и жестко приземлилась перед Малком. Замерла, развела руки и торжествующе зашипела. Только тогда он смог разглядеть воняющего серой гостя, а точнее, гостью. Из заточения под алтарем вырвался самый настоящий суккуб – чернокожая, красноглазая демоница, с двумя рядами больших и малых рогов на голове, когтистыми конечностями и длинным, хлещущим по бокам драконьим хвостом. И судя по тому, как она ощущалась Властью, ранг у нее был никак не меньше Охотника за плотью.

– Дерьмо, дерьмо, дерьмо!!! – зарычал Малк, принявшись мысленно активировать цепочку рун в заклинании Панциря и одновременно делая угрожающие движения тесаками.

Последнее, чего он сейчас хотел, это драться один на один с представительницей разумной жизни Пекла. Тем более когда та выше его на целый ранг, а то и полтора. И пусть суккуб в данный момент вряд ли находился в своей лучшей форме – Малк успел разглядеть и чересчур бледную кожу, и следы застарелых ожогов, и заметный тремор конечностей, – но… Йоррох побери!!! Охотник за плотью есть Охотник за плотью, а начинающий Ученик есть начинающий Ученик.

Силовое поле вокруг него только-только успело сформироваться, когда гостья из Пекла обратила наконец на него свое внимание. Прекратив изображать радость, она вдруг сфокусировала взгляд налитых кровью глаз на Малке, зачем-то принюхалась и медленно растянула черные губы в совершенно акульей улыбке.

– Ч-человек! – протянула она с жутким акцентом. – Вкусная душа и сладкая плоть… И главное, какая ирония. Жрец поймал меня, чтобы возвыситься, а Служитель освободил, чтобы возвысилась уже я сама!!! Сегодня определенно мой день…

Пока тварь говорила, на Малка одна за другой начали накатывать волны возбуждения. Не то мягкое, будоражащее чувства волнение, которое вызывала в нем Терри, и не туманящая разум страсть, как у леди Леары, а тяжелое, давящее животное безумие, норовящее полностью растворить в себе личность Малка. И полностью активированный Панцирь совершенно не был тому помехой!

Впрочем, было у Малка решение и на этот случай. Посвятив пару седмиц изучению системы энергетических каналов человека и обретя через значительно усложнившуюся «лечилку» контроль над своей жизненной силой, теперь подобного рода воздействия не слишком-то его пугали. Едва осознав, что барьеры воли вот-вот падут под натиском наведенного желания, Малк принялся спешно корректировать схему циркуляции энергии, попутно запустив внутрь нужных узлов особым образом свернутое Рассеивание.

Конечно, полностью подавить воздействие ауры суккуба у него не получилось – демоница была для того слишком сильна, – но этого и не требовалось. Достаточно того, что оно не выходило за определенные рамки и не мешало разумно мыслить. Ну а дальше… дальше все равно все должна решить честная схватка.

И Малк рубанул демоницу сразу обоими тесаками, вложив в движение всю мощь мышц.

Видимо, гостья из Пекла слишком рассчитывала на силу своего темного обаяния, потому как атаку эту она пропустила. Клинки прочертили через все ее тело две кровавые полосы, а сама она оказалась отброшена почти на две сажени назад. Вот только смертельным ранение для нее не стало. Может быть, чуть ослабило, но не более того. Зато совершенно точно оно ее запредельно разозлило.

– Я высосу мозг из твоих костей, ч-человечек!!! – завизжал суккуб и, сгруппировавшись, прыгнул с места на Малка.

Он собрался было повторить успех предыдущего удара, но одновременно с прыжком демоница атаковала и на ментальном плане. На Дух Малка обрушилась сжатая в таран Власть обитательницы Пекла. И хотя благодаря практике Кристаллического Сердца он имел определенную устойчивость к данному виду воздействий, нужного эффекта тварь все же добилась. Мышление Малка замедлилось, реакция резко притупилась, а мышцы стали реагировать на приказы со значительным запозданием. В результате выполнить задуманный прием он так и не успел. Суккуб врезался в него всем своим телом и, одним махом пробив Панцирь, сшиб с ног.

Боль от удара на мгновение вернула Малку контроль над конечностями, и он попробовал рывком освободиться. Но куда там… Тварь вцепилась в его руки когтями – что сразу же навеяло воспоминания о ранах погибшего жреца, – а хвостом обхватила за колени, да так крепко, что быстро освободиться было решительно невозможно.

– А душу, душу твою я оставлю на потом!!! – тем временем уже в лицо Малку торжествующе прошипел суккуб.

И потянулся к нему губами.

Чем именно ему грозил поцелуй демоницы, Малк не знал и знать не хотел. Поэтому, подстегиваемый ужасом, он немедленно сконцентрировал собственную Власть на одном-единственном желании. Напрягся раз, второй, третий, пока наконец не прорвал наложенные на него ограничения и не смог сосредоточиться на контроле одного из своих заклинаний – Искры. Вроде бы слабое и неэффективное, по некоторым позициям оно вчистую выигрывало у других чар. Вот одну из таких особенностей Малк и собирался сейчас использовать.

Надув щеки, он незаметно создал на кончике языка Искру, вложил в нее половину резерва, сжал до предела и… выплюнул прямо в лицо суккуба.

Удар получился что надо. Будь на месте твари Пекла человек, ему попросту снесло бы голову, но гадина отличалась значительно более крепким телосложением. Так что внезапная атака лишь разбила в кровь зубастую физиономию и до хруста в шее заставила демонессу запрокинуть рогатую башку. Малк даже успел пожалеть, что не мог вложить в чары больше эргов. Вдруг бы получилось убить противницу с одного маха?

Впрочем, делать ставку на Искру, как на смертельное оружие, он все равно бы не рискнул. Все, ради чего он затевал свою атаку, это отвлечение внимания суккуба и получение еще толики контроля. Хотя бы над одной рукой. И своего он таки добился!

Пока демоница что-то возмущенно вопила, Малк вытянул из-за пазухи Наследие Кетота и прижал его к груди противницы. Та моментально вздрогнула, попробовала рефлекторно освободиться, но Малк ей такой возможности не оставил. Едва обложка книги коснулась чужой кожи, как он обхватил томик вниманием, сконцентрировал всю доступную ему Власть и попутно мысленно потянулся к тому образу Кетота, с которым удалось познакомиться в храме милес Драго.

– Во славу… Кетота! – прошипел Малк.

И с огромным наслаждением принялся наблюдать за тем, как меняется выражение лица суккуба. Торжество и какое-то извращенное наслаждение вдруг трансформировались в недоумение и опаску, а затем стремительно переросли в страх и самый настоящий ужас.

– Нет, нет!!! – завопила она, но было уже слишком поздно.

Книга в руке Малка начала испускать золотистое свечение мощного экзорцизма, которое быстро перекинулось на тело суккуба, накрыло ее плотным пологом и сдавило в удушающих объятиях. Минута, и бездыханное тело гадины рухнуло на пол рядом с Малком.

– Всех Святых ко мне в гости, чуть не сдох, – простонал он, тяжело поднимаясь.

В голове была совершеннейшая каша. В момент смерти демоницы она оказалась ментально связана с Малком, поэтому часть пережитого ею досталось и ему. А заодно и куча посторонних мыслей, плотно сжатых в блок. Что за секреты там таились, еще предстояло разобраться, но в данный момент перед ним стояли более насущные задачи.

Едва встав, Малк первым делом склонился над демоницей и принялся тесаком вырубать у нее из груди все еще испускающее эманации скверны сердце. Согласно прочитанному в библиотеке Школы бестиарию, оно считалось сосредоточением Силы суккубов и весьма ценилось на рынке магических ингредиентов. Главная сложность здесь была в правильном его хранении: сразу после гибели твари сердце следовало как можно быстрее поместить в нефритовый контейнер. Запоздаешь хотя бы на минуту, и драгоценная добыча превратится в кусок бесполезной гнили!

Так что едва черный уродливый комок пульсирующей плоти оказался вырезан из тела демонической гостьи, как он тут же отправился в заготовленный для адского подсолнуха контейнер.

К выпавшему в момент гибели суккуба Наследию Малк вернулся, лишь закончив прятать трофей в рюкзак и тщательно оттерев руки от демонической крови. Никакого подвоха он не ожидал, поэтому когда от его касания крепкий даже на вид томик вдруг взорвался облачком пыли, он испытал самый настоящий шок.

– Нет, нет, нет!!! – завопил Малк, падая на колени и вороша оставшийся после книги ворох мусора.

Нащупал несколько вроде бы целых листков, поднес их к глазам и через секунду разразился площадной бранью. От руководства, способного помочь в развитии Власти до весьма немаленьких высот, сохранилась лишь та часть, что касалась тренировок на оранжевом ранге. Остальное безвозвратно пропало. И день, казавшийся невообразимо удачливым, тут же окрасился в серые тона.

– Да как так-то?!! – прорычал Малк и, злобно посмотрев на тело убитого суккуба, с яростью его пнул. – Все из-за тебя, адская сука!!!

Сердце щемило от душевной боли, однако Малк не пошел на поводу у эмоций. Выплеснув напряжение, он торопливо убрал уцелевшие листы Наследия в карман и, закинув рюкзак на плечо, покинул храм. Пришла пора возвращаться обратно…

Но, видимо, черная полоса в его жизни еще не закончилась. Не успев удалиться от обители Четвертого Святого и на пару десятков шагов, он стремительно развернулся и кинулся обратно. С того направления, где находилась бухта, накатывала волна Голодных Мороков. И на этот раз убежать от нее не было никакой возможности.

Малк даже ругаться не стал. Счет шел на минуты, если не на секунды, и тратить время на бессмысленную болтовню было даже не глупо, а смертельно опасно. Заскочив в храм, он метнулся к телу суккуба и, периодически макая в его кровь ладонь, принялся выводить на полу Защитный Круг. Ровно такой, чтобы можно было сесть по-стиксонски, не боясь задеть линии чертежа одеждой. Не больше и не меньше. Затем добавил несколько рунных надписей – не только укрепляющих физическую защиту, но и препятствующих проникновению бестелесных созданий, – а под конец капнул уже собственной кровью.

Десятки прочитанных в Школе Пепла книг серьезно обогатили его знания в области магии, а общение с господином Тиязом научило в трудные моменты проявлять решимость. Поэтому если раньше Малк в подобной ситуации даже не подумал бы воспользоваться в защитном ритуале кровью демона Пекла, то теперь он лишь жалел, что та недостаточно свежая.

Голодные Мороки появились внутри храма, когда Малк уже вливал в Круг остатки резерва. Немного повертевшись у входа, бестелесные твари одна за другой устремлялись к колдовскому барьеру и с налету пытались его преодолеть. Когда же это у них не получалось, то, несколько обескураженные, они отступали… чтобы затем с новыми силами повторить попытку.

Ритуальная защита, на которую Малк делал большую ставку, стремительно теряла энергию. Не помогало ни использование демонических сил, ни компактные размеры. Оборону Малка попросту истощали бесконечной чередой атак, ставя крест на его планах пересидеть всплеск активности Мороков. Если он хотел жить, пора было выкладывать единственный козырь. Козырь, позволяющий стать для порождений Запределья невидимкой и тем самым уйти из тупика прямого противоборства.

Уняв бешено бьющееся сердце и старательно игнорируя пляшущих в безумном хороводе на расстоянии вытянутой руки бестелесных монстров, Малк закрыл глаза и мысленно настроился на проклятый нож. Что-то ему подсказывало – на этот раз обычной работой с духовным резонансом ограничиться не получится. И он, окончательно и бесповоротно сделав ставку на придуманную маскировку, принялся один за другим отключать свои органы чувств. Когда же его сознание оказалось заперто в тюрьме тела и происходящие в нем процессы стали как никогда ясны, он взялся за работу с энергетическими каналами. Ведь мало сделать свой Дух незримым для Голодных Мороков, надо скрыть от них и тело! Вот он и скрывал, заставляя саму жизненную силу вибрировать в одном ритме с тонким телом.

Финальным же аккордом превращения в «невидимку» стало погружение сознания Малка в глубины Дворца Духа. Туда, где не было ни чувств, ни времени, ни мыслей. И где он мог бесконечно ждать спасения или… смерти.

Глава четырнадцатая,

в которой кое-кого бьют тростью

В мир Малк вернулся максимально неприятным для себя образом. Вместо плавного обретения ясности сознания его сначала выдернули из тьмы беспамятства, затем словно бы ударом кувалды вогнали обратно в тело, которое, в свою очередь, «гостеприимно» встретило его приступами спазматической боли и прокатывающимися от макушки до пят волнами нестерпимого жжения.

– Ы-ы-ы!!! – зарычал Малк, лишь каким-то чудом сдерживаясь, чтобы не заорать в голос. – К-какого флура…

Он, конечно, ждал, что выход из столь глубокого транса, к тому же завязанного на работу с весьма непростыми вибрациями, будет как минимум сложным, но не настолько же! Да и если верить его внутренним часам, после начала медитации прошло слишком мало времени. А значит, что-то его вытянуло наружу… Или кто-то.

– Малк, живо приходи в себя, и будем уматывать отсюда! – сквозь застилающую все его чувства пелену донесся до Малка нервный голос Эйши.

Это стало последним штрихом, окончательно вернувшим Малку некоторую ясность восприятия.

– Змея? Ты-то как здесь оказалась? – с трудом шевеля сведенными судорогой губами, спросил Малк и попробовал встать.

Через секунду с проклятиями упал обратно и не раздумывая активировал «лечилку». Запоздало вспомнил об опустошенном резерве, дернулся было развеять чары, но тут же осознал, что никаких проблем с использованием магии нет и быть не может. Нимб потихоньку собрал необходимую для Малка Силу даже без его непосредственного участия.

– Как-как… Тебя спасать прибыли! – прошипела Эйша и снова принялась тормошить Малка.

Стало понятно, что времени на то, чтобы не спеша прийти в себя, ему не дадут, и Малк в очередной раз попробовал подняться. Вторая попытка оказалась удачной. Он смог утвердиться на ногах, и лишь тогда до него вдруг дошел смысл слов Змеи. Прибыли? Больдо же вроде с бестелесными тварями драться не умеет… Или соученица имеет в виду вовсе не здоровяка с колдовской алебардой?!

То ли сказывалась запущенная «лечилкой» ускоренная циркуляция жизненной энергии, то ли начали отступать постэффекты от самодельной медитации, но еще недавно страдающий от дикой слабости Малк вдруг ощутил прилив сил и принялся торопливо озираться.

Отметив мимоходом следы полностью выгоревшего Защитного Круга, зафиксировав пропажу останков суккуба и подивившись покрывающему пол слою бледно-розовой пыли, он наконец перевел взгляд на проход в храм и криво усмехнулся. В дверях, прямо на пороге, скрестив по-стиксонски ноги и глядя наружу, сидел незнакомый маг в дорожном костюме, без головного убора и маски. Он был молод, однако между бровями у него пролегли несколько глубоких вертикальных морщин. Зрачки в чуть запавших глазах светились красным, мочки ушей оттягивали тяжелые костяные кольца, на шее же из-под стоячего воротника виднелась татуировка крыльев. А еще, несмотря на молодой вид, к возрасту незнакомца отчего-то очень хотелось накинуть пару десятков лет, так же как и поднять слишком явственно ощущаемый ранг Адепта на две-три ступени сразу.

Отвлекшись на незнакомого мага, Малк едва не пропустил странную пелену из пепла, которая затянула окна. И очень зря, потому что сотворить такое не мог ни один из знакомых ему Бакалавров. Как там господина Тияза до ранения называли? Любимец Пепла? Что ж, похоже, сегодня он познакомится с тем, кто способен оспорить данное прозвище.

– Приветствую брата по учителю, – с трудом проталкивая слова через пересохшее горло, прохрипел Малк. – Как я понимаю, Стево Крыс?

– Для тебя – господин Стево Крыс, – ледяным тоном отрезал сильнейший ученик Черепа.

И повеяло от него чем-то таким, что пропало всякое желание возражать. Как и вообще общаться.

– Малк, быстро приводи себя в порядок, и будем убираться отсюда. Наш старший брат, конечно, хорошенько здесь все подчистил: ни одного Голодного Морока не осталось. Но надолго этого не хватит. Еще минут десять – пятнадцать, и все, их здесь будет столько, что и Мастер не справится, – горячо зашептала Эйша, принявшись совать Малку в руку здоровенную лечебную пилюлю.

Не размениваясь на споры, Малк взял лекарство, прикончил его в пару укусов[8] и, забросив на плечо рюкзак, решительно кивнул:

– Готов.

Ничем не обоснованную резкость Стево он решил проигнорировать. Да и не в том Малк был положении, чтобы изображать обиду: в конце концов, соученики здесь из-за него, а значит, терпимость к чужим манерам это самое малое из того, что он может сделать в качестве ответной благодарности.

– Ну так выходим тогда, выходим! – нервно прошипела Эйша.

К слову, Крыс, пока они шептались, покинул облюбованное место и теперь торчал посреди остатков того, что когда-то было улицей, сосредоточенно шепча колдовские формулы и совершая загадочные пассы руками. Малку волшба его была незнакома, однако догадаться, в чем она заключалась, было нетрудно. Стево убирал закрывающие окна пологи из Пепла.

– Так, Малк, двигаемся сейчас очень быстро. Слышишь? Очень быстро! – принялась командовать Эйша, едва они с Малком оказались снаружи. – Я бы сказала, побежали, но тогда не получится отслеживать перемещения Мороков. А без этого до берега не добраться!

– Почему? – нахмурился Малк. – В прошлый же раз ведь получилось.

– Да потому что ты своими экспериментами с духовной маскировкой – или как там ты ее называешь – довел Мороков едва ли не до безумия. Все шаблоны поведения им поломал. Забрался в самое сердце их владений, хорошенько покрасовался перед «зрителями», а потом сгинул неизвестно куда. И найти тебя ни у одной твари не вышло! – на ходу объясняла Эйша, между делом наколдовав вокруг своего тела нечто вроде светящегося зеленым ореола. – Когда мы сюда прибыли и в спину им ударили, они нас даже заметили не сразу. До последнего все пытались тебя «нащупать».

Малк, заметив, что находится чересчур близко к границе магической ауры Змеи, сделал торопливый шаг в сторону. Если он правильно все понимал, то Эйша активировала что-то из арсенала магии Яда.

– Странно. Был уверен, что если транс продлится несколько дней, то к моменту, когда очнусь, Мороки про меня забудут и расползутся по своим щелям… – протянул он, пусть с некоторым запозданием, но все же накладывая на себя Панцирь. И подозрительно уточнил: – А долго я так… прятался?

– Сутки или чуть больше, – фыркнула Эйша. – Ты как к вечеру на борт «Риммы» не вернулся, так капитан сразу же в Школу направился и господина Тияза искать начал. И слава Святым, что Мастер на тот момент не погряз в очередном витке своих экспериментов. Иначе несмотря на очевидные успехи, до выхода из транса ты бы не дожил – твари все силы бы истратили, но тебя нашли.

Насчет последнего Малк бы поспорил, но… какая разница, если команда спасения уже прибыла и он спешит на корабль?

Они уже довольно далеко удалились от храма, когда их догнал Стево и мрачно бросил Эйше:

– Будь готова, они возвращаются.

Малка он отчего-то игнорировал. То ли имел на него по какой-то причине зуб, то ли считал неподходящим на роль равного собеседника. Ну да и Йоррох с ним! Что гораздо важнее, Малк не понимал, к чему Эйша может сейчас готовиться. До прорыва в Бакалавры способностью бить бестелесных она точно не блистала. Или в том-то все и дело? Что ж, сам Малк, как и в прошлый раз, делал ставку на быстрые ноги и знание экзорцизма. Благо в примитивной форме даруемую данным ритуалом способность он давно научился повторять – уж на это его уровня владения Властью вполне хватало…

Несмотря на предупреждение Стево, некоторое время их троица двигалась совершенно спокойно, без каких-то помех. Впереди, светясь от странной магии, точно витрина лавки в канун празднования Нового года, шла напряженная до предела Эйша. Следом шагал несколько ошарашенный сменой декораций Малк, а завершал процессию завернувшийся в кокон из Пепла Крыс.

И лишь когда вдали показались мачты корабля, лишь тогда Голодные Мороки сделали свой ход.

Песчаный холм, мимо которого проходили соученики, вдруг содрогнулся и, точно йоррохов вулкан, принялся извергать из себя настоящие потоки Голодных Мороков. Бесформенные, лишенные материальных тел твари, едва оказавшись в новой для себя реальности, не тратили ни секунды на адаптацию и, словно повинуясь внутреннему компасу, сразу же брали курс на троицу магов. Точнее, ни у кого в том не было никаких сомнений, на одного конкретного мага.

– Что-то с твоей маскировкой явно пошло не так, – едко процедила Эйша, покосившись на Малка. – Наверное, порождения Запределья не очень любят, когда кто-то пытается открыть их секреты.

Малк лишь сдавленно выругался. Похоже, он и вправду несколько переборщил с тем, что попробовал изменить вибрации не только Духа, но и тела. В тот момент это решение казалось абсолютно правильным – и то, что он жив, прекрасно это доказывает, – но теперь пришла пора расхлебывать последствия.

– Видимо, обратная метаморфоза прошла не так гладко, как хотелось бы, вот их и тянет на аномалию, – хмуро сообщил Малк, стискивая тесаки.

Собственные навыки должны позволить какое-то время продержаться перед натиском бестелесных, но… но слишком уж тварей много!

– Так врубай свою маскировку обратно! Видишь, что творится?! – взвизгнула Эйша, которую уже заметно трясло.

У девушки определенно имелись какие-то фобии насчет Голодных Мороков. Не зря же так реагирует.

Малк собрался было огрызнуться, что так просто такие вещи не делаются, как Змея вдруг грязно выругалась и рванула навстречу валу Мороков. На какой-то миг показалось, что она сделала это будучи в дикой панике, но затем Малк увидел, как молниеносно разъедает ядовитой Силой всех тех призрачных монстров, что соприкоснулись с аурой девушки, и успокоился. Переход в Бакалавры и вправду серьезно усилил ученицу Черепа. А значит, несмотря на все свои страхи, она точно знала, что делает.

И вторя его мыслям, под грохот грома от Змеи во все стороны побежали кольца Силы, разрывающие Мороков в клочья. Девушка активировала свой любимый Гром-Колокол.

– Ну и стоило ли так выпендриваться? – донесся недовольный голос Стево.

Сам он остался на прежнем месте, лишь натравив на десяток ускользнувших из-под удара Эйши тварей сотворенную тут же колдовскую крысу почему-то с птичьими или даже ангельскими крыльями. Она сделала над его головой круг, а потом спикировала на врага, самостоятельно наводясь на цели и пронзая их точно бронебойный снаряд. Вжух – и вот уже грозные Мороки развеиваются розовой пылью, а изрядно уменьшившийся в размерах вредитель возвращается к Стево.

– Йоррох побери, это было до обидного быстро! – пробормотал себе под нос Малк и, наложив на клинок сначала Рассеивание, а затем впустив в честную сталь свет экзорцизма, крест-накрест рубанул единственную добравшуюся до него гадину. Удар несчастная, разумеется, не пережила, но свои успехи Малка отчего-то больше не радовали.

Подобного рода «вулканов» на пути к кораблю они встретили еще четыре, и, будь их хотя бы на один больше, все трое остались бы на острове. Просто не хватило бы сил на сопротивление. И так если в борьбе с последствиями второго извержения Эйша еще участвовала – ее ядовитая аура вкупе с Гром-Колоколом косили тварей точно траву, – то далее Стево сражался фактически в одиночку. Орудовал уже не одной крылатой крысой, а сразу шестью, что очевидно не способствовало сохранению его сил.

Малк по мере возможности тоже помогал, но тут все упиралось в пределы его способностей. Младшие Магистры борются с отрядами врагов, основная масса Бакалавров специализируется на схватках один на один, а Ученики с Адептами… да кто, поимей их Святые, вообще рассматривает Учеников с Адептами в качестве серьезных бойцов?! Хорошо уже то, что Малка не надо было прикрывать от одиночных тварей.

Конечно, дай ему гору заряженного кристаллического песка, пару часов времени на расчеты и подготовку ритуала, и он бы что-нибудь придумал. Но… так и Эйша со Стево в таких условиях способны на большее. Только кто же им такие условия даст?

Когда они измученные и опустошенные все же поднялись на борт корабля, то сами поначалу в это даже не поверили. Во всяком случае, первые десять или пятнадцать минут они просто валялись на палубе и бессмысленно таращились в сторону берега, где с каждой секундой появлялось все больше и больше Голодных Мороков. Мороков, которые снова упустили своих жертв.

– Это была последняя моя поездка к Левому Брату, – объявила, отдышавшись, Эйша. – Пускай Мастер навешивает какие хочет долги, но я сюда больше ни ногой. – И уже персонально Малку бросила: – И тебе не советую.

После чего, не обращая ни на кого внимания, скрылась в палубной надстройке. Ну а так как в ее привычках вряд ли что-то поменялось, то можно было не сомневаться – ближайшее время девушка проведет в обнимку с бутылкой.

Не стал задерживаться и Стево Крыс. Не удостоив Малка и взгляда, лучший ученик господина Тияза удалился вслед за Эйшей. Судя по тому, как спустя несколько минут в сторону пассажирских кают потянулись потоки Силы, там он озаботился пополнением растраченных резервов.

И лишь сам Малк никуда уходить не спешил. Как и в прошлый раз, нашел себе спокойный уголок, уселся поудобнее и… занялся тем, что кладовщики любят называть инвентаризацией. Принялся проверять свое состояние и оценивать прибыль и убытки. Тем более что и вправду было над чем подумать.

На первом месте, разумеется, стояло телесное и духовное здоровье. Глубокий транс с одновременной подстройкой под содержимое проклятого ножа запустил цепочку сложнейших преобразований, смысл которых еще только предстояло понять. Чтобы убедиться в этом, Малку не надо было даже особо сильно напрягать духовное внимание. Все было видно буквально невооруженным взглядом. И пусть некоторые вещи были достаточно очевидны – как, например, рост сродства Духа со Смертью и появление у тонкого тела близости к некоторым призрачным созданиям, – кое-что оказалось неожиданностью.

Столь долго сражаясь с последствиями отравления Жизнью, Малк привык, что его тело способно выдержать любое давление. Собственно, на это он и рассчитывал, маскируясь под Голодного Морока. Однако чего он точно не ждал, так это появления в потоках его жизненной силы пусть едва заметных, но все же нитей некротической энергии. Мешать они не мешали, но определенные избытки телесной мощи на себя все же оттягивали. И что самое странное, не поддавались попыткам Малка очиститься от магической грязи. Словно они не были чем-то посторонним, а являлись его неотъемлемой частью.

Раньше Малк этого бы и не заметил, но сейчас… сейчас его контроль на внутренней энергией еще немного вырос. И многие вещи стали гораздо более наглядными. Проклятье, а ведь помещая в центр своего Нимба «лечилку», он даже не думал, какие возможности это перед ним откроет! Считал необходимость принятия подобного решения своим невезением. Теперь же все стало с ног на голову.

Произошли изменения и во Дворце Духа. На просторах его внутренних лугов внезапно появилось странного вида растение. Ржаво-коричневое, с торчащими во все стороны колючими стеблями и фиолетовыми цветками. Оно было настолько чуждо всей внутренней обстановке, что Малк сразу понял, от кого ему достался подобный подарочек. Это был ментальный след суккуба, попытавшейся мысленным усилием поджарить ему мозги. Чтобы разобраться, что он собой представляет, требовалось время. Единственное, что понятно было уже сейчас, это наличие в полученном подарочке некоторых знаний по основному языку демонов. Но вот насколько они были полными, он пока не знал.

На взгляд Малка, это было не самое полезное приобретение на свете, но и не полностью же бесполезное! Вдруг когда-нибудь пригодится?! Хотя в данный момент он предпочел бы какой-нибудь более материальный трофей. Например, запасы того же адского подсолнуха, под предлогом поисков которого он и отправился на Левый Брат. Из-за всей этой истории колдовскую траву он так и не собрал, а значит, не просто задание Мастера не выполнил, но еще и так ситуацию повернул, что к нему подмогу пришлось отправлять. И теперь можно было смело ждать серьезного увеличения задолженности перед господином Тиязом.

Последнее соображение было особенно неприятно, так что Малк быстро завязал с самокопанием и переключился на медитацию по восполнению резерва, в которой и провел все оставшееся до прибытия в порт время.

Ну а там его ждал сюрприз.

– Эттин, ты со мной! – объявил Стево Крыс, когда матросы скидывали на причал громыхающие сходни. – Учитель ждет!

Он первым быстро сбежал на берег и, не оглядываясь, заторопился куда-то в сторону нагромождения скал, находящегося за источником Школы. Туда, где располагались продуктовые склады и где им двоим попросту нечего было делать. Увы, послать старшего соученика куда подальше он не мог. Поэтому Малку ничего не оставалось, кроме как молча позавидовать все так же пропадающей где-то в каюте Эйше и постараться не отставать.

В итоге большую часть территории внутренней фракции они пересекли едва ли не бегом. Миновали несколько постов охраны, обогнули по широкой дуге скалу с высеченным на ней черепом, долго петляли между нагромождениями гранитных валунов, пока наконец не добрались до теряющегося на фоне камня прохода в пещеру.

Стево сунулся было внутрь, но тотчас сдал назад и торопливо согнулся в вежливом поклоне. Как и Малк, отставший от старшего товарища всего на несколько секунд. Из зева пещеры неожиданно появился Эрик Красивый, и ни у одного из них не хватило смелости вызвать на себя гнев этого безумца, нарушив этикет. Впрочем, маг их вряд ли даже заметил. Младший Магистр был погружен в какие-то мысли, и они, судя по его гримасам, ничего хорошего окружающим не обещали.

– Куда мы пришли… господин Стево? – спросил Малк подчеркнуто ровно, однако не забыв паузой выделить «господина», когда фигура Эрика скрылась за частоколом камней.

– Сейчас поймешь, – ответил Крыс прежним высокомерным тоном.

И поманил в глубь пещеры.

Далее они миновали что-то вроде прихожей, затем по каменной лестнице спустились саженей на десять вниз, недолго петляли по коридорам, спустились еще немного, пока наконец не оказались на пороге хорошо освещенного, но очень холодного зала. Зала, вдоль стен которого тянулись десятки полок и где лежали тела самых настоящих демонов. Знакомых Малку и незнакомых, имеющих человеческие черты и вообще ни на что не похожих.

В самом же центре стояли четыре каменных саркофага, один из которых был перевернут, а его крышка расколота. Тут же рядом обнаружился и демонический «жилец». Черное татуированное тело, раскинув когтистые лапы, лежало на спине, а его почему-то отрубленная голова валялась у противоположной стены.

Однако самое примечательное здесь было вовсе не это. Около изуродованного тела демона стояли двое – господин Тияз и Больдо. И Мастер самозабвенно лупил артефактной тростью своего ученика. Причем получалось это у него настолько ловко, что воин-маг, способный принимать на закаленное тело даже боевые заклинания, болезненно морщился и прикрывал лицо руками.

Картина выглядела настолько сюрреалистично, что Малк даже растерялся. А когда все же заставил себя собраться, заподозрил, что именно он станет следующим кандидатом на избиение. Никакой вины он, правда, за собой не чуял, но… кто сказал, что Тиязу Черепу нужен повод?

– Приехали? – бросил через плечо господин Тияз, обнаружив посторонних.

Стево кивнул и, почтительно приблизившись, что-то зашептал Мастеру на ухо. До Малка доносились только отдельные обрывки. Что-то про «следы демона», «взломанный алтарь», «Власть», «опасные медитативные практики» и «недовольство тварей». Ни про то, как его искали, ни о том, как прорывались обратно, Крыс не сказал ни слова. Словно это была ничего не значащая ерунда. Не задавал дополнительных вопросов и господин Тияз. Внимательно выслушав Стево, он одобрительно похлопал его по плечу, а затем что-то приказал вполголоса. Крыс, кажется, удивился, но спорить не стал и с поклоном удалился.

Через несколько секунд следом за старшим учеником Череп отослал и Больдо. Правда, чтобы отправить прочь здоровяка, все это время угрюмо разглядывавшего тело безголового демона, хватило одного холодного: «Свободен». Больдо с сочувствием посмотрел на Малка и не без облегчения покинул зал.

Малк и господин Тияз остались одни.

– Ты помнишь, в каком качестве я тебя к себе брал? – властно спросил Младший Магистр.

– Разумеется. Студента и помощника, – вежливо ответил Малк, предпочтя не напоминать про насильственный характер вербовки.

Череп кивнул.

– Помощника… Только что ж ты за помощник такой, если для твоего спасения приходится товарищей от серьезных дел отвлекать, а?! – с нажимом потребовал ответа господин Тияз.

Малк пожал плечами и, постаравшись, чтобы в голосе не звучал вызов, сообщил:

– Видимо, просто очень слабый… Но я исправлюсь!

– Слабый? – Если бы у Черепа сохранилось нормальное лицо, он наверняка бы хищно ухмыльнулся. – Нет, твоя проблема не в слабости. Твоя проблема другого характера… Ты слишком много думаешь там, где следует не думать, а принимать жесткие решения и идти к цели.

Малк недоуменно уставился на наставника.

– Простите, учитель, но я не понимаю. Что я сделал не так? Мне нужно было попасть в храм на острове, и я сделал все, чтобы поездка прошла гладко. Даже козырь на случай проблем с Запредельем подготовил. И, собственно, благодаря ему выжил… Да, собратьям по Школе пришлось меня выручать, ну так никто от неудач не застрахован. Я сделал максимум возможного.

– Максимум возможного ты бы сделал, если бы не встал в свое время на путь Кетота! – повысив голос, перебил Малка господин Тияз. – Теперь же ты просто пожинаешь плоды своей ошибки. Имеешь проблемы с развитием, лезешь туда, куда смертельно опасно соваться с твоим рангом и твоими возможностями, наконец, отказываешься идти проверенными путями…

Тому, что Череп все о нем знал, Малк даже не удивился. Но что за проверенные пути?!

– Я все равно убежден, что сделал максимум возможного в моих условиях! – упрямо наклонив голову, сказал Малк. – Что еще-то можно было сделать? И при чем здесь жесткие решения?!

– Например, ты мог бы не злоупотреблять непроверенными практиками, а обеспечить себе защиту более традиционным способом. Договорился бы с жандармами, выкупил у них убийцу или насильника, привез на остров, да и принес бы в жертву тварям Запределья. Уж поверь, отказываться они бы не стали… А там и своими делами бы занялся!

– Жертву? – переспросил Малк. – Но… нет, я не приемлю жертвоприношений. Категорически.

Господин Тияз издал противный смешок.

– Говорю же – чистоплюй. Жертвенная энергия тебе не нравится. Но что в ней плохого? Убив парочку-другую головорезов, врагом рода человеческого не становишься, хвост и рога не отращиваешь. А раз так, то зачем отказываться?

– Потому что путь в Пекло именно так и начинается, – мрачно ответил Малк, не к месту опять вспомнивший о том, как Череп предлагал ему шарик с жертвенной силой.

Этим он окончательно развеселил господина Тияза. Оперевшись на трость, Мастер запрокинул голову и принялся громко хохотать. И было непонятно, он то ли радуется наивности студента, то ли так выражает свое отношение к пути в Пекло…

Рассерженный издевательствами Черепа Малк зло отвернулся. Зацепился взглядом за тело демона, посмотрел ниже, на разлившуюся по полу лужу крови, и вздрогнул. Там, точно в зеркале, отражался «этот дед Бонифаций».

Йоррох! Он-то как здесь оказался?! Неужели съеденное пошло-таки впрок и уродец достаточно окреп, чтобы подобрать ключик к защите Школы?! Тогда это плохо, очень плохо!

Тем временем до карлика дошло, что Малк его заметил. Он широко заулыбался, показал большой палец, а затем изобразил, как губами что-то втягивает через невидимую трубочку. Тварь!!!

Малк забыл, где и с кем находится, и все свое внимание сконцентрировал на «этом деде». Что, как вскоре выяснилось, делать совершенно не стоило. Потому как если чего господин Тияз и не терпел, так это пренебрежительного к себе отношения.

– Я так понимаю, кто-то решил, что на меня можно смотреть свысока? – прошипел он, моментально приведя Малка в чувство.

Словно точно зная, куда именно надо смотреть, повернулся к луже крови, вперил в нее взгляд и… одним махом превратил в пятно быстро разлагающейся слизи. Отражение в тот же миг пропало, а на грани слышимости раздался затихающий гневный крик карлика.

Малк не успел порадоваться неудаче Бонифация, как пришел его черед получать наказание.

– Разве я разрешал отвлекаться?! – процедил господин Тияз.

Однако вместо ожидаемых ударов тростью он обрушился на Малка со всей своей Властью. Не столько пытался раздавить, сколько принуждал к покорности.

По всему телу Малка моментально разлилась режущая боль, а Дух ощутил чудовищное и ни с чем не сравнимое давление. Так и хотелось склонить голову и опуститься на колени. Вот только Малк уступать не собирался и, мобилизовав собственную Власть, принялся бороться.

Увы, с Черепом он находился в разных лигах. Поэтому совсем скоро бунт был подавлен, он упал на одно колено… и господин Тияз обратился к нему с неожиданными словами.

– Неплохо для рядового студента, но для моего ученика… отвратительно. Слишком все предсказуемо и гладенько, нет нужной для боя безжалостности к себе и к врагам. Впрочем, – господин Тияз хищно сверкнул глазами, – последнее еще можно исправить! Верно, ученик?

Малк, которого только-только выпустили из тисков чужой Власти, даже не знал, что на это сказать, и лишь молча кивнул. Чем, видимо, окончательно вернул своему учителю душевное спокойствие. Напрочь игнорируя причины недавней вспышки – и прежде всего в плане изгнания Бонифация, – господин Тияз как ни в чем не бывало подошел к одному из саркофагов, сдвинул крышку и требовательно поманил к себе Малка.

– Подойди.

Малк тяжело поднялся и, вытерев со лба испарину, осторожно приблизился. Заглянул внутрь и… вздрогнул, встретившись с горящим взглядом скованного параличом гостя из Пекла. Тело обезьяны, голова пса – уж кем-кем, а красавчиком демон точно не был. Впрочем, красота ему и не требовалась. Малк ни капли не сомневался: дай они твари волю, и та из кожи вон выпрыгнет, чтобы залить все вокруг кровью невинных жертв.

– Это Демонический Воин. В меру слабый, чтобы его легко было поймать, и достаточно могущественный, чтобы соответствовать нашим целям… – хорошо поставленным голосом лектора начал господин Тияз.

Однако Малк его перебил:

– Но откуда здесь демоны?! Вроде же Ночь уже закончилась!

– Здесь закончилась, а где-то еще не начиналась, – недовольно скривился Мастер. – Стево и Кэйталин хорошо на этот раз поработали, можешь потом поблагодарить их за качественный лабораторный материал. Пока же… – Череп с прищуром покосился на Малка. – Ты ведь помнишь те учебники по демонической анатомии, которые я заставлял тебя учить примерно год назад? Ничего не забыл?

– Нет, – медленно покачал головой Малк.

Кажется, он начал догадываться, каким образом господин Тияз планировал развивать в нем безжалостность. Раз уж насчет людей у Малка, по мнению Черепа, пунктик, то теперь он задумал зайти с другой стороны. С демонической. И надо сказать, Малк против такого не возражал.

– Тогда держи документ и начинай искать в теле твари вибрации описанных там энергоузлов. А как найдешь, делай проекцию на кожу и рисуй руны из списка, – принялся объяснять господин Тияз.

Малк тотчас глянул в бумагу и с облегчением понял, что все нарисованные там знаки Руноглифа ему известны.

– Рисовать чем? – уточнил он, чем снова развеселил господина Тияза.

– Ножом, Малк, ножом! А как закончишь и последовательно активируешь, колдуй Призрачную Руку и извлекай из сердечной мышцы твари имеющуюся там кровь. Достаточно одной капли, но ее ты обязан достать! Понял? – сказал Мастер непререкаемым тоном.

Однако у Малка все равно нашлось что возразить:

– Но ведь кровь материальна, а Призрачная Рука…

– Для получения этой крови именно что Призрачная Рука и нужна! – оборвал все возражения господин Тияз и, повысив голос, приказал: – Начинай!

Малк покосился на Мастера, затем глянул в данную ему бумагу, поиграл желваками и… полез за проклятым клинком. Резать живого демона ему, конечно, не хотелось, но и причин отказываться он тоже не видел. Демоны – исконные враги человечества. Мир между ними невозможен, как невозможен мир между львом и отарой овец. Рано или поздно останется кто-то один. А значит, и относиться к тварям следовало соответственно!

И он с решительным видом принялся кончиком ножа царапать на коже гостя из Пекла требуемые знаки, благо энергоузлы у него получалось найти на удивление быстро. Рычание и утробный вой демона Малк подчеркнуто старался игнорировать…

Увлекшись работой, Малк не заметил, как прошел почти час и наступила пора финала. Окинув напоследок взглядом получившийся результат, он влил в созданную цепочку рун почти десяток эргов и последовательно их активировал. Жизненная сила демона моментально пришла в движение, отчего тварь утробно завыла и даже на мгновение разорвала оковы колдовского паралича, дернув лапами. Однако силы ее быстро иссякли, и она снова замерла. Малк же смог воочию наблюдать, как то здесь, то там в жилах демона вспыхивали Силой энергетические сгустки, как их становилось все больше и больше, пока они не соединились в единый поток, который, точно в воронку, влился в сердце, да там и осел.

– Последний шаг! – напомнил о себе господин Тияз.

Малк кивнул и одним решительным взмахом клинка рассек тело гостя из Пекла в области груди. Заранее активированной Призрачной Рукой залез внутрь раны, попробовал найти там что-нибудь интересное и, к собственному удивлению, через секунду вытянул наружу бордово-черную упругую горошину. Уже не кровь, но пока еще и не сгусток чистой энергии. Нечто среднее…

– Надо же, с первого раза получилось, – нарушил тишину Череп. – Молодец, не ожидал.

– Что это? – спросил Малк, перенося каплю в протянутый господином Тиязом нефритовый флакончик.

– Сущность Родословной, – неожиданно честно ответил Младший Магистр. – Та самая субстанция, в которой собраны все секреты могущества демонических рас! Представляешь?

Малк покачал головой, отвлеченному теоретизированию предпочтя более практические вопросы.

– То есть этой капли хватит, чтобы пересадить демоническую Родословную человеку? – удивился он.

– Вообще говоря, этого маловато. Да и сложно представить себе идиота, которому понадобится родословная слабенького Демонического Воина, но… при некотором везении, да, – что-то мысленно прикинув, ответил господин Тияз.

– И это всегда так сложно? – продолжил интересоваться Малк.

– Нет, конечно. Так добывали Сущность Родословной первые маги. Теперь же полно других способов.

Череп подошел к одной из полок и достал оттуда странный агрегат, выглядевший почти как полная копия того, что показывал Малку господин Жак.

– И да, если ты еще не догадался, извлечение Родословной абсолютно запрещено что в Борее, что во многих других странах. За хранение и использование данного инструмента дают пять лет каторги, а за проведенную тобой операцию – все семь. Так что считай себя каторжанином. Потенциальным. – И господин Тияз в очередной раз за этот день засмеялся.

Малк же с холодком понял, в какую дрянь снова вляпался. Потому как теперь у Черепа – если он вдруг озаботился записью происходящего в полном живых и мертвых демонов зале – было доказательство участия Малка в серьезном преступлении. И это еще одной ниточкой привязывало его к Мастеру.

Впрочем, случившееся его не напугало по-настоящему. С ним за последние два года столько всего произошло, что проблемы с законом не так уж и страшили. Когда во сне и наяву тебя постоянно хочет убить древний маг, а в обыденной жизни ты мечешься между двумя Младшими Магистрами, способными превратить тебя в лужу слизи щелчком пальцев, все остальное кажется не таким уж и жутким…

Однако на получении Сущности Родословной участие Малка в делах господина Тияза не закончилось. Добив и без того едва дышащего демона, Малк в сопровождении Мастера вернулся на поверхность, к входу в пещерный комплекс. Там, как оказалось, его ждало еще одно задание.

Уже вечерело, поэтому Малк далеко не сразу разглядел приличных размеров сундук, прячущийся в небольшой темной нише пещеры-«прихожей». Чего не скажешь про господина Тияза, который, едва оказавшись наверху, сразу же направился к этому месту и загремел замками.

– Подойди сюда, – требовательно позвал он, поднимая крышку.

Малк приблизился и с некоторой оторопью увидел, что в сундуке лежит здоровенная, похожая на волка собака. Мускулистая, короткошерстая, с вытянутой мордой и странными, похожими на руки лапами. Глаза у зверя были закрыты, однако он не спал. Дыхание отсутствовало, и единственным признаком жизни можно было считать пробегающую по его телу мелкую дрожь.

– Это… гомункулус? – догадался Малк.

Господин Тияз оставил его вопрос без ответа. Вместо этого достал флакон с Сущностью Родословной, встряхнул, зачем-то посмотрел на свет и требовательно протянул его Малку.

– Капни сюда своей кровью. Быстро! – проскрипел он.

И Малк, даром что при словах о крови у него поднялись на коже все до единого волоски, прокусил большой палец и уронил в сосуд несколько капель. В любом случае, если господин Тияз захочет ему навредить, то воспрепятствовать Малк ему точно не сможет. Тогда какой смысл упорствовать и отказываться?

Однако Череп его терзаний не заметил. Или не захотел заметить. Забрав флакончик, он добавил в него жидкость еще из двух пузырьков, хорошенько перемешал и, прошептав короткое заклинание, вылил полученную смесь в точку между ушами гомункулуса. В воздухе тотчас раздалось шипение, завоняло кровью и какими-то травами, а загадочная жидкость принялась стремительно впитываться в кожу рукотворного монстра. Минута, другая, третья… и вот уже мелкая дрожь, бьющая мышцы гомункулуса, сменяется самыми настоящими судорогами, он беззвучно разевает пасть и делает натужный вздох.

– Быстро настройся на него и поймай резонанс! Только очень быстро! – рявкнул господин Тияз, не сводивший со своего «питомца» взгляда.

Малк покладисто кивнул, встал поудобнее, сосредоточился и… вдруг осознал, что не нуждается в привычных формулах и способах настройки Духа. Все получалось словно бы само собой. Более того, испускаемые творением господина Тияза вибрации казались необычайно отчетливыми, хорошо ощутимыми. И для вхождения с ними в резонанс требовалось всего ничего: пробить неведомо откуда возникшую в глубинах Дворца Духа пелену и… и что дальше, Малк пока не знал. Но планировал выяснить. Он сосредоточился, надавил Властью, чтобы спустя миг понять, что для прорыва совершенно не требовалось столько усилий. Кажущаяся крепкой стена оказалась не толще стенок мыльного пузыря, который лопнул от единственного касания.

– Х-ха! – вырвался у Малка потрясенный вздох, и ему вторил точно такой же вздох гомункулуса.

Сам не понимая, как он это делает, Малк заставил монстра выпрыгнуть из сундука, сделать вокруг них с господином Тиязом небольшой круг, а затем по-собачьи сесть рядом.

– Ну и как ощущения на третьем слое? – непонятно спросил господин Тияз, снисходительно наблюдая за движениями рукотворного пса.

– В смысле… – начал было Малк, но затем прислушался к себе и потрясенно помянул флурово семя.

Он прорвался?! Столько месяцев старался, из кожи вон лез, в долгах погряз, а потом вдруг раз – и вот так вот незаметно прорвался на третий слой своего Тайного Искусства?! Это было настолько неожиданно, что Малк даже не испытывал радости. Просто удовольствие от хорошо сделанного дела.

– Дальше будет легче. У третьего слоя нет пределов, через которые следует пробиваться силой. Достаточно за три-четыре седмицы закрепить обретенные навыки, и можно считать, что Три Призрачных Пульса полностью освоены. И можно будет приниматься за тренировку поглощения Силы и развитие резерва, – принялся объяснять господин Тияз. – Что до работы с резонансом, то он теперь будет даваться все легче и легче, пока не станет обыденностью. Всего-то и надо, что тренироваться. Но, как понимаешь, с этим у тебя больше проблем не будет.

Мастер, прощаясь, приподнял шляпу и неторопливо зашагал в сторону жилой части внутренней фракции, оставив Малка наедине с рукотворным монстром.

– Господин Тияз, а с гомункулусом-то что дальше делать? – крикнул Малк, не выдержав.

– Попробуй приспособить по хозяйству. Вдруг получится, – закхекал из темноты Череп, впрочем этим и ограничившись.

Стоит ли говорить, что до дома Малк добирался в полном обалдении. Управлять марионеткой с каждым мгновением становилось все легче и легче, это отнимало все меньше и меньше внимания, так что в какой-то миг он вдруг сам себе стал напоминать прогуливающегося с домашним питомцем горожанина. Всех отличий, что его подопечный гораздо более послушный и… неживой. Точнее, гомункулус был одновременно и жив, и мертв. Но, чтобы хорошенько в этом разобраться, следовало обладать знаниями господина Тияза, поэтому Малк пока решил подобными вещами себе голову не забивать. Впрочем, как и ценой йорроховой игрушки!

– Какой насыщенный сегодня день, – пробормотал Малк, усаживаясь на стул перед лежащим на полу гомункулусом. – И событий полно, и подарков…

Последнее его особенно взволновало. Причем речь шла, разумеется, не о марионетке господина Тияза. Гораздо больше Малка потряс прорыв на третий слой Тайного Искусства. Прорыв, весь последний час вновь и вновь заставляющий его напрягать духовные чувства и вслушиваться в окружающие вибрации.

Повинуясь наитию, он обратил внимание на себя. Вошел в нужное состояние, попробовал ощутить правильную волну и… резко открыл глаза. Через голову стянул с себя рубаху, внимательно изучил левое плечо, потом обшарил его духовным вниманием и снова вслушался в испускаемые телом вибрации. Как и в первый раз, в едином хоре голосов кто-то натужно фальшивил. И он очень хотел выяснить кто!

Не раздумывая сотворил Призрачную Руку и погрузил ее в плечо. Настроился на долгие поиски, но колдовские пальцы моментально нащупали нечто такое, чего внутри тела Малка просто не могло быть. Крепко сжал находку и с осторожностью принялся вытягивать ее наружу. Проклятый паразит так и норовил спрятаться обратно, но Малк был настойчив и через десять минут напряженной борьбы с ненавистью уставился на извивающегося червя. Полностью живого и в отличие от собственного тела Малка лишенного даже крох Смерти. А еще сохраняющего остатки чужой Власти. Причем Власти столь серьезной, что ею не могли обладать ни Ученики, ни обычные Бакалавры.

– Йоррох! – пробормотал Малк враз пересохшими губами. Немного подумал и глубокомысленно добавил: – И все его легионы!

Глава пятнадцатая,

в которой совершаются шаги с далеко идущими последствиями

Вопреки опасениям Малка за время его отсутствия на лесном жальнике никаких серьезных изменений с Призрачным Древом не произошло. Колдовской дуб все так же одиноко торчал среди могил, на его коре по-прежнему темнела не зарастающая трещина, а поникшая крона, как и в прошлый раз, с трудом собирала разлитую вокруг Силу Смерти.

Была, конечно, у Малка надежда, что Древо если не исцелится полностью, то хотя бы встанет на путь выздоровления, но и так тоже было неплохо. По крайней мере, Бонифаций визитов сюда точно больше не наносил.

– Да-да, я тоже рад тебя видеть! – сообщил он приветственно зашелестевшему Древу и, скинув у ствола рюкзак, полез за рулеткой.

Возни сегодня предстояло много, так что он был совершенно не в настроении тратить время на пустые расшаркивания. Хозяин кладбища, правда, пытался транслировать какие-то образы, но, когда стало понятно, что это опять неизменное «жертвы, нужны жертвы!», Малк лишь отмахнулся и занялся делом.

Неподалеку от внешнего кольца охраны Древа он отмерил окружность с радиусом в сажень и сразу же принялся очищать отмеченный участок от травы. Причем не стесняясь использовать для этого проклятый нож – не потому, что тут требовался именно магический инструмент, а просто потому, что им было удобнее работать. И пока в земле не осталось ни одного корня, к следующему шагу он не приступал.

Затем пришел черед собственно магической фигуры. Тут Малк решил изменить своим привычкам и вместо неизменного клинка использовал специально подготовленный рябиновый колышек. Побоялся, что испорченный Силой Запределья нож может исказить колдовские потоки. Отметил центр, провел линию окружности, внутрь вписал квадрат, да так, чтобы вершины оказались сориентированы по сторонам света. Когда же основа была готова, принялся дорабатывать чертеж в соответствии со своими заметками. Выпуклые и вогнутые фигуры, пересекающиеся под всевозможными углами хорды, кривые с тщательно рассчитанной кривизной и, самое важное, правильно подобранные цепочки знаков Руноглифа – все это головоломным узором заполняло внутренности получившегося круга.

Пару раз Малк сбивался и принимался все заново перепроверять. Один раз обнаружил серьезную ошибку в расчетах, не учитывающую понизившуюся напряженность магического поля, из-за чего был вынужден спешно уравновешивать большой чертеж парочкой мелких пентаграмм. И наконец, трижды переделывал отдельные фрагменты по причине получившихся чересчур грубыми линий.

Выматывала такая работа страшно, и оставалось лишь удивляться, насколько ему везло при организации всевозможных ритуалов в Андалоре. Ведь знал и умел тогда в разы меньше, а энергию впустую не растрачивал и магических взрывов не устраивал. Даже когда листы с домашними заготовками использовал, и то ни разу не попал в ситуацию, когда заранее рассчитанные параметры не соответствуют требованиями реальности. Хотя, с другой стороны, работай он не с примитивными вариациями Защитного Круга, а с чем-то более сложным, не спасла бы никакая удача.

Подправив последнюю завитушку, Малк полюбовался результатом и, отбросив свое новоявленное стило, отправился за рюкзаком. Недолго в нем покопался, после чего уже с нефритовой коробкой в руках вернулся к чертежу. Настал черед поместить в точку фокуса колдовского рисунка главный «ингредиент» задуманного ритуала. Сердце суккуба – вот ради чего он все затеял. Если Малк все верно рассчитал, то этот донельзя уродливый и до сих пор сохраняющий подобие жизни демонический орган станет для Призрачного Древа идеальным источником жизненной силы и скверны. Причем энергию эту даже не потребуется откуда-то добывать – благодаря ритуалу она сразу же будет преобразована в наиболее подходящую для хозяина кладбища форму. Другой вопрос, что никто не застрахован от ошибок, но тут уж ничего не попишешь. Малк и так делал максимум возможного.

Медленно достав все еще ритмично сокращающееся сердце из коробки, Малк в последний раз окинул его хмурым взглядом и тяжело вздохнул. Как же жалко тратить такой трофей на Древо! Какой соблазн взять и отдать его тому же господину Тиязу в счет списания долга – благо такая позиция присутствует в списке заданий – или банально продать алхимикам… Йоррох, да даже сейчас, взвесив все за и против, Малк не был уверен в правильности сделанного выбора! Понятно, что, подкармливая колдовской дуб, помогая ему исцелиться, Малк, по сути, ремонтирует собственную тренировочную площадку. Возвращает в свои руки персональный очаг, заменяющий ему отсутствующий на Римме источник Силы нужного «окраса» и стимулирующий развитие нужных ему заклинаний. Но ведь и в статусе должника Младшего Магистра тоже радости мало!

Малк невольно покосился на гомункулуса, статуей замершего в кустах. Подаренная господином Тиязом марионетка очень быстро стала для него одновременно и инструментом самосовершенствования, и мощным оружием, терпеливо ждущим своего часа. Однозначно полезная вещь! Вот только никак не утихали сомнения: а не потянет ли она его на долговое дно и не превратит ли обязательства перед Мастером в нечто действительно неподъемное?

А, к Йорроху все! Малк помотал головой и торжественно водрузил комок черной плоти на полагающееся ему место внутри колдовского чертежа. Сколько можно голову ломать?! Решил, значит, решил!

Чтобы вернуть Духу прежнюю безмятежность, крайне рекомендуемую при проведении разного рода обрядов, Малк отошел от места ритуала чуть в сторону и лег на траву. Положил руки под затылок, устремил взор в небо и попробовал освободить голову от любого негатива. Поначалу получилось так себе, но затем мысли перескочили на тему недавних успехов в практике, и кривая настроения снова поползла вверх.

Проклятье, Малк ведь практически полностью освоил самую важную на уровне ученика часть Искусства Трех Призрачных Пульсов! До последнего в себя не верил, но все-таки освоил. И теперь буквально физически ощущал, как с каждым днем занятий – в том числе с подаренным гомункулусом – растет его понимание духовного резонанса и приближается момент завершения третьего слоя. Ну а дальше… дальше останется только определиться с третьим заклинанием, и можно будет потихоньку браться за развитие таких характеристик, как резерв, скорость поглощения энергии и Власть. А это уже далеко не столь обременительно, как изучение высокорангового Тайного Искусства.

Ф-фух! Столько дней уже после прорыва прошло, а Малк до сих пор себя чувствовал так, словно с его плеч упала гора. Ни тебе давления скрытых страхов, ни неуверенности из-за чересчур сложных практик, ни прочих больших и мелких проблем. Только облегчение и радость от полученного результата.

Заодно пришло осознание, что зря он сетовал на слишком медленный рост – особенно в сравнении с прогрессом на уровне Адепта. Наоборот, при поддержке господина Тияза и в силу удачно сложившихся обстоятельств Малк развивался как-то даже чересчур быстро. Практически на уровне какого-нибудь таланта из крупной Школы или Дома. Ведь что заклинания, что Тайное Искусство, что иные знания – все то, что Малк практиковал будучи Учеником, все было минимум на ступеньку выше того, что он изучал в Обществе. Однако он справился, и справился неплохо!

Хотя, положа руку на сердце, это он сейчас так радуется. Уже достигнув каких-то результатов. А прогрессируя в том темпе, что соответствовал уровню его таланта, можно не сомневаться – ничего кроме уныния он бы не испытывал и ближайшее будущее видел бы только в мрачных тонах.

Да, все-таки люди сильно зависят пусть от маленьких, но побед. Очень сильно…

Малк со вздохом поднялся и вернулся к ритуальной фигуре. Еще раз удовлетворенно ее осмотрел, после чего достал блокнот и принялся освежать в памяти следующий этап. Вот вроде бы подобными делами уже занимался – выкачивание из демонических тел энергии и преобразование ее в определенную форму не настолько уж сложная задача в сравнении с очисткой заготовок для Очага или гадательных костей, но везде свои нюансы. Суккуб после заключения в алтаре большую часть Силы уже растерял, а значит, его реальный ранг мог как достигать пика Охотника за плотью, так и соответствовать полноценному Сборщику душ. И работа с сосредоточением Силы такого монстра выходила далеко за рамки компетенции обычного Ученика.

Вот Малку и приходилось стараться, выворачивая мозги наизнанку, в поисках способов усилить мощь ритуала и заступить за границу недосягаемых для него пока сфер. Ради такого все в ход пустил. Знание Руноглифа и возможность инвертирования отдельных его знаков, понимание духовного резонанса, малоизвестные метафизические принципы и философские концепции. Чего уж там, он даже до полученного от того же суккуба языкового блока добрался.

Последнее оказалось особенно интересно. Ведь язык существует не сам по себе, не в виде слов и правил. Нет, язык это еще и некий набор смыслов, плотно увязанных как с кругозором его носителя, так и со способом мышления. И вот именно это было самым важным! Знакомство с новым взглядом на вещи позволило Малку чуточку расширить видение известных ему символов Руноглифа и изученных заклинаний. Не то чтобы это были какие-то фундаментальные изменения, но капля камень точит. И кто знает, быть может, когда-нибудь его понимание станет достаточно глубоким, чтобы трансформации входящих в Нимб чар продвинулась еще дальше. И он бы стал чуточку сильнее!

Сильнее, м-да…

Малк помрачнел и, спрятав блокнот, вытащил из внутреннего кармана флакончик с пойманным паразитом. Последнее время у него выработалась привычка смотреть на него всякий раз, когда ему казалось, что жизнь складывается как-то очень уж для него хорошо. Растут навыки, знания, нет не решаемых проблем с деньгами, отсутствуют конфликты с дворянами, снижается до приемлемого уровня давление со стороны карлика… Стоило его эмоциям подняться на волне энтузиазма слишком уж высоко, Малк доставал йоррохова червя, и тот сразу же с треском возвращал его на землю. Потому как сильному такое бы не подсадили, сильного просто побоялись бы трогать! А раз он слаб, то какого флура он в эмпиреях-то витает?! Работать надо, работать!

Малк криво усмехнулся и встряхнул плавающую в консервирующей жидкости гадину – после извлечения из тела паразит благополучно издох.

А вообще хотелось бы понять, что это. Средство контроля, инструмент наблюдения, способ отстроченного убийства?! Одни только догадки и никакого понимания. И спросить некого. Дошло до того, что он плюнул на перспективу получения метки на Духе и устроил сеанс гадания. Однако ничего, кроме малоинформативного «червь опасен», узнать не смог. Можно подумать, он и сам этого не знал! Кто его подсадил и зачем, вот что Малка волновало прежде всего. Но тут прорицание оказалось бессильно. И теперь Малк отказывался верить вообще всем знакомым.

Нет, наибольшие подозрения, понятное дело, вызывал господин Жак – Малк даже мог вспомнить момент, когда тот похлопал его по тому самому плечу. Но… но и господина Тияза с учениками тоже со счетов сбрасывать не стоило. Череп вообще не походил на человека, ограниченного какими-то нормами или правилами. Так что если сочтет нужным подсадить в ученика некую тварь, то обязательно это сделает.

И как в такой ситуации поступить Малку? С кем сотрудничать? На кого опереться?

Йоррох, вот угораздило же вляпаться! Ну почему, почему госпожа Леара не оставила ему канал для связи? Где обещанная работа на Темную Канцелярию?! Почему все больше и больше крепнет уверенность, что Малка просто отдали, а то и вовсе подарили Жаку Улью?! Будь все иначе, может, и не пришлось бы ему метаться между двумя Младшими Магистрами, болтаясь точно тряпка на ветру. Которые, между прочим, вообще непонятно во что играют и на чьей стороне находятся.

Взять, к примеру, Жака Улья. Толстяк высокомерен, чванлив и страшно не любит всех тех, кто сильнее, богаче или влиятельнее его. Ну а учитывая прошлое господина Тияза и его многочисленные победы над несостоявшимся Мастером Малка, становится понятно, почему он – идеальный кандидат в персональные враги Улья. И ограничься господин Жак шпионажем, мелким вредительством или поиском слабых мест, все было бы нормально. Житейская, можно сказать, ситуация! Вот только в схему категорически не желает укладываться показное сотрудничество с Малком. Хочешь навредить – делай тайно. К чему эта театральщина?

Конечно, Малк допускал мысль, что господин Жак таким образом пытается сохранить лицо. Мол, хочет доказать всем и каждому, что, даже проиграв поединок, Улей все равно сохранил власть над своим ассистентом, но… но каким боком это относится к целям Темной Канцелярии? Малк не мальчик с улицы, его в Школу Пепла для неких целей направили. И теперь получается, что ресурсы всемогущей особой службы были задействованы для утоления чувства собственной важности одного Младшего Магистра?

Даже звучит смешно.

С господином Тиязом тоже не все слава Святым. Легендарный Мастер внутренней фракции сначала тратит усилия на получение контроля над Малком, затем продавливает его развитие именно в нужном ему направлении, расходует кучу ресурсов и… после всего этого вдруг заявляет, что ему плевать на сотрудничество нового Ученика с открытым недругом и конкурентом. Серьезно? А может, было бы проще закрыть этот вопрос раз и навсегда, благо он достаточно силен и победить Жака Улья для него не проблема?

Но нет, господин Тияз почему-то игру Улья поддерживает. И, в свою очередь, постоянно подталкивает Малка во вполне конкретном направлении. То через Больдо посылает именно в то убежище, где появляется Трехголовый, то уже при посредничестве Эйши затаскивает на холм, где в источнике восстанавливается демон… В объяснения Змеи Малк ни тогда, ни сейчас не верил… Потом появляется секретная лаборатория, гомункулусы, теперь вот пришел черед Родословной. И пусть Малк допускал возможность, что именно для работы с Силой Крови его и готовили – слишком уж специфический набор навыков у него получается, но ощущение постановочности происходящего никак не уходило.

Чего уж далеко ходить, вот за что господин Тияз лупил тростью Больдо?! За то, что он убил какого-то демона, да? Родословную не дал добыть, ценный ресурс истратил… Все вроде понятно и логично, да вот только не слишком ли много шума из-за обычного низкорангового Демонического Воина?! А раз так, значит, и сделано это было специально. Кое-кто, очевидно, желал, чтобы Малк обратил на происходящее внимание и… рассказал своему «другу».

Мысли Малка неожиданно нарушил треск и шум со стороны Призрачного Древа. Колдовской дуб, ощущая близость такой нужной для него жертвы, негодующе тряс ветвями. Он категорически не понимал, почему двуногий союзник тянет и не начинает ритуал…

– Да подожди, немного осталось! Не шелести, – нахмурился Малк.

И принялся размещать в нужных местах магического чертежа заранее подготовленные мешочки с кристаллическим песком. Работа была простая, не требующая концентрации, и он вернулся к прежним мыслям.

Так что там было такого особенного в убитом Больдо демоне, о чем стоило бы рассказать заклятому другу Жаку? Ведь что-то точно было, не могло не быть.

Малк сосредоточился, представил открывшуюся тогда перед ним сцену и тотчас удовлетворенно кивнул. Вот оно. Татуировки! У демона было очень много специфических татуировок на теле. Сначала он не обратил на это внимания, а теперь понимает, что все узоры на коже гостя из Пекла были на птичий мотив. Перья, крылья, снова крылья… Вот только что в этом особенного? Или, если спросить иначе, зачем господин Тияз желает, чтобы данная деталь обязательно дошла до Жака? А ведь еще есть возня с Родословной и инструмент для ее получения, а перед тем была колонна для очистки Сущности Крови…

Глупо думать, что это просто способ поддразнить господина Жака! Скорее речь идет о целенаправленной провокации. Но зачем, в чем смысл?! И почему Улей на них не поддается? Вопрос… Особенно когда понимаешь, что подобную выдержку демонстрирует человек, отличающийся мелочной мстительностью, жадностью и глуповатой тягой «ко всему блестящему». Не срастается что-то… Такое возможно только при условии, что все вышеперечисленное для Жака не более чем ширма. Ширма, за которой прячутся его реальные интересы и занятия.

Йоррох, как же сложно! И до сих пор непонятно: стоит ли во все это влезать Малку. Не слишком ли он мелок для разборок Младших Магистров?!

Малк криво усмехнулся, похлопал ладонью по карману, куда спрятал флакон с червем, и помотал головой. Да кто его вообще спрашивал, хочет он куда-то влезать или нет. Он с первых дней на острове в самом центре всего этого дерьма, и нет тому конца и края!

Малк вытер отчего-то вспотевший лоб и продолжил рассуждать.

Если господин Жак действительно что-то скрывает, то что? Какие это такие секреты, что для их сокрытия приходится сооружать подобного рода ширму?! На ум ничего не приходило, вопрос повис в воздухе. Интуиция в голос кричала, что все это как-то связано с «демонолюбами» и жертвоприношениями по всему острову Римма. Однако как это все увязать…

Впрочем, если подумать, то намеки на это были, и немало. То господин Тияз предлагает Малку жертвенную силу почти сразу после резни во флактурме. То господин Жак куда-то пропадает на момент нападения Трехголового и при том совершенно случайно оказывается именно тем, кто что-то знает про погибшего Конта Два Зеркала.

Нет, оба мага определенно замешаны здесь по уши. А значит, и копать надо именно в этом направлении. Вот только еще бы понять, как именно «копать»…

Малк встряхнулся, сбрасывая напряжение, после чего сосредоточился на том, чтобы очистить разум от посторонних мыслей и утихомирить эмоции в сердце. Сделал восемь вдохов-выдохов, а на девятый достиг требуемого состояния покоя и перешел собственно к обряду. Сконцентрировал Власть на первом слове заклинательной цепочки, «зажег» его Силой и начал двигаться далее, тщательно соблюдая очередность магических элементов. Первое, второе, третье… Не прошло и пяти минут, как графическое заклинание оказалось полностью активно, и для его завершения потребовался лишь последний штрих. Малк создал между ладонями самое сильное свое Рассеивание и метнул его в сердце суккуба.

Затрещали магические разряды, слабо запахло грозой. Над всей фигурой, по линиям которой теперь ручьями текли вереницы голубых искр, возникла прозрачная полусфера. Раздался тихий гул – правда, очень быстро смолкший! – и сосредоточение жизненной силы демонессы принялось истекать черной жижей. Крупные капли непонятной субстанции мгновенно впитывались в землю, заставляя замершее на заднем фоне Призрачное Древо едва ли не сладострастно содрогаться.

Однако хотя процесс явно протекал сообразно выведенным формулам, Малк начал хмуриться. С такой скоростью извлечения жизненной силы и скверны заряд в кристаллическом песке закончится раньше, чем исчерпаются резервы в сердце суккуба. И ритуал придется повторять, причем хорошо, если один раз. Увы, но магия Малка пока еще была слишком слаба для таких задач, и он понятия не имел, что в подобной ситуации можно сделать…

Помощь пришла совершенно с неожиданной стороны. В кроне жадно наблюдающего за происходящим Древа вдруг вспыхнул Силой небольшой листок, затрепетал на несуществующем ветру, а потом стремительно слетел вниз. Аккурат туда, где располагалось сердце суккуба. Малк и сделать ничего не успел, как полыхающий желтым «подарок» колдовского дуба лег поверх демонического органа, чтобы через секунду рассыпаться облачком невысокой пыли.

Ответная реакция появилась почти сразу. Вялотекущий процесс извлечения жизненной силы и скверны повел себя точно пришпоренная лошадь. Что-то зашипело, затрещало, на поверхности сердца вздулись кровавые пузыри, после чего на смену редким каплям магической субстанции пришел настоящий поток, а сам демонический орган принялся на глазах опадать, будто пустеющий мешок. Практически одновременно с этим начали происходить изменения и с Древом. Испуская во все стороны волны одобрения, оно на глазах перешло в призрачную форму, и стало видно, как по слабо светящимся линиям то ли меридианов и коллатералей, то ли древесных аналогов вен и иных сосудов бежит темно-красная энергия. Часть уходит в крону, часть собирается вокруг не зарастающей трещины в коре, а самая большая часть втягивается внутрь серого вихря на месте сосредоточения Силы дерева.

Процесс исцеления пошел полным ходом, однако мысли Малка были сейчас совершенно в другом месте.

– Катализатор. Точно, мне нужен катализатор! Если я хочу вылезти из болота, куда меня затянули добрые господа Младшие Магистры, ситуацию надо хорошенько подстегнуть. А потом выбрать правильную сторону, – медленно роняя слова, сказал он, немного подумал и добавил: – Ну или хотя бы попытаться это сделать!

К сожалению, планы далеко не всегда совпадают с реальностью, и принятое решение хоть и побуждало Малка к действию, взяться за его претворение в жизнь он смог только через три седмицы после завершения «кормления» Призрачного Древа. Сначала занимался изготовлением очередной партии «лечилок» – этому занятию он в последние месяцы уделял совсем мало времени, так что кошелек снова начал пустеть. Потом о нем вдруг вспомнил господин Тияз, и полторы седмицы Малк разрывался между работой в прозекторской в компании с Больдо и извлечением демонической Родословной под присмотром самого Мастера. Когда же показалось, что его наконец оставили в покое, на порог заявилась Змея и напомнила о не выполненных ученических заданиях. И Малк несколько дней мотался по острову, собирая нужные травы, коренья, минералы и образцы древесины. Ничего действительно трудновыполнимого на этот раз ему не поручили, однако времени на поиски все равно ушло немало.

Стоит ли говорить, что в какой-то момент Малк попросту растерял весь свой запал и у него пропало всякое желание «вылезать из болота»? Мотивация ведь штука такая – сегодня она есть и ты горы готов свернуть, а завтра пропала и ты либо возвращаешься киснуть в свою нору, либо дальше действуешь на одной лишь силе воли. Превозмогая лень, косность и банальную трусость.

Вполне вероятно, что Малк отказался бы от опасной идеи – возможные риски он вполне представлял, – если бы во время поездки в соседний Лакон ему не показалось, что на одной из увиденных им афиш ожил рисунок. Как тут же выяснилось, то была лишь случайная игра теней, но Малк успел вспомнить об «этом деде Бонифации». Вспомнил, представил, как в игру Младших Магистров включается изрядно окрепший карлик, и… по возвращении домой с проклятиями засел за проработку своей дальнейшей стратегии.

Правда, стратегия – слишком громко сказано, потому как на ум ему пришли лишь два возможных шага. Отправка с курьером письма господину Жаку, в котором будет чуточку подправленное описание истории с извлечением Родословной – не зря ведь толстяк так интересовался тем монструозным инструментом? И более активное участие в расследовании преступлений «демонолюбов». Во втором случае Малк не то чтобы сильно надеялся на успех, но, по крайней мере, рассчитывал найти какие-то зацепки на тему связей отдельных Мастеров Школы и череды убийств. Главное, в обоих случаях слишком уж сильно не увлекаться – иначе можно добиться обратного результата. И вместо прояснения ситуации получить двух разгневанных Младших Магистров.

Так что отправив послание Жаку Улью, Малк собрал вещи и поехал в Толок. Туда, где произошел самый кровавый эпизод в истории с жертвоприношениями и где у него уже были знакомые среди жандармов…

– Господин Эттин, после того как я сегодня утром увидел, как жена чинит перья моей любимой опасной бритвой, я думал, уже ничего хуже не произойдет. Однако вот я вижу вас и понимаю, что для плохих вестей в жизни всегда найдется место, – мрачно сообщил поручик Ламврош, увидев Малка на пороге своего кабинета.

Фамилию поручика, вместе с которым они охотились на продавшегося демонам студента внешней фракции Школы, Малк, к своему стыду, узнал только сейчас, прочитав табличку на двери. И потому испытывал некоторое смущение. Чего нельзя было сказать о самом хозяине кабинета.

– Ну вот скажите, зачем вы сюда пришли? Почему именно ко мне, а не к любому другому из моих коллег? – страдальчески морщась, спросил поручик. – Почему, а?

Судя по тому, как изменилось его обращение к Малку, он до сих пор находился под впечатлением от той надуманной истории с убийством подозреваемого. И явно не собирался менять свое мнение.

– Меня интересуют подробности расследования всех дел, связанных с появлением на Римме Трехголового, – максимально нейтральным тоном сказал Малк. – Из прошлого нашего разговора у меня сложилось впечатление, что вы достаточно сведущи в данном вопросе. Поэтому и ехал я сюда не просто в жандармерию, а именно к вам! Я ведь не ошибся?

– Не ошиблись, – скривился господин Ламврош. – Я действительно вхожу в следственную группу, занимающуюся поисками убийц-демонопоклонников, но… с чего вы решили, что сможете от меня что-то узнать? Вся информация закрыта и для посторонних недоступна. Даже для учеников господина Тияза Черепа! – Поручику, видимо, пришла в голову какая-то мысль, потому как он вдруг прищурился и не без подвоха спросил: – А вообще при чем здесь вы, господин Малк? Какое дело вам, магу и студенту, до забот жандармерии? Или… понравилось убивать и теперь хотите, прикрываясь благим делом, повторить имеющийся опыт?

Последняя фраза заставила Малка поморщиться. Ну вот какого Йорроха, а?! В прошлый раз ведь уже объяснял, что в основе случившегося лежит обычное недопонимание. Однако жандарм продолжал упорствовать, и оттого ситуация лишь усугублялась.

– Поручик, что вы несете?! Какие убийства?! Школа несколько раз поручала мне дела, связанные с проблемой «демонолюбов» и поклонением Трехголовому, и не более того. Все, чего я хочу, это закончить начатое, – вопреки желанию послать дурака в болото сказал Малк и выжидательно уставился на собеседника.

Тот угрюмо засопел. Как понимал Малк, будь на его месте кто-то другой, этот кто-то уже отправился бы далеко и надолго, но личность господина Тияза в качестве учителя взывала к осторожности.

– Никаких важных подробностей не будет! – огрызнулся поручик, сдавая позиции.

– Отлично. Что можно рассказывать, а что нет, решать вам, – покладисто согласился Малк. – Повторюсь, меня секреты не интересуют. Все, что надо, это ответы на простые вопросы. Например, когда вся эта эпопея с жертвоприношениями вообще началась. Кто-нибудь пытался разобраться?

Поручик посмотрел на Малка как на идиота и презрительно фыркнул.

– Разумеется. – Он немного помедлил, но, видимо, все же решил ответить: – Убийства начались в этом году. К слову, спустя некоторое время после вашего приезда на остров… И да, список людей, осевших на Римме как минимум за полгода до появления первой жертвы в деле присутствует. Таких почти три сотни человек, считая вас и ваших коллег из внешней фракции Школы.

– И что с ними? – оживился Малк.

Вспоминая, как на него насели после окончательного убийства Трехголового, всех тех, кому не повезло оказаться в данном списке, просто обязаны были проверить вдоль и поперек.

– А ничего! – скривился поручик, закурил сигарету и, выпуская дым в потолок, продолжил: – Никакой связи с демонами. На время пока Трехголовый со своими миньонами охотился за Одаренными и устраивал резню во флактурме, у всех фигурантов есть гарантированное прикрытие. Кто в кабаке зависал, кто у любовницы был, кто слугам глаза мозолил… Вон, некоторые вроде вас вообще в центре событий присутствовали… Тупиковая версия.

– Ладно. – Малк потер лоб. – Тут ничего не нашли. А что насчет связи кого-то из этих трех сотен с теми убийствами, что начались уже после уничтожения Трехголового? Помнится, в Зале Задач Школы было полно предложений принять участие в расследовании и поисках преступников…

Ламврош выдохнул облако дыма и с интересом посмотрел на Малка.

– В правильном направлении смотрите, уважаемый Ученик. Из вас получился бы неплохой следователь…

Малк равнодушно выслушал похвалу и поторопил поручика:

– Ну так что с этим?

– Здесь уже интереснее, одно пересечение точно есть. – Беседа очевидно увлекла жандарма, и он уже не вспоминал про свое нежелание раскрывать материалы дела. – Некий господин Фьердаллен, прибывший на Римму с целью дальнейшего проживания, по словам свидетеля, пару раз угощал хорошо знакомого вам изгнанника из Школы обедом в нашем местном трактире.

– И? – прищурился Малк.

– И опять ничего. Старик, если верить его объяснению, случайно познакомился с парнем на улице. Счел его положение достаточно отчаянным и решил поддержать. О том, что ублюдок спустя несколько дней отправится убивать людей, он и подумать не мог… Такое вот совпадение, – развел руками поручик. – Кстати, доброхот этот с вами тоже неким образом связан…

– В смысле? – сделал стойку Малк.

– Господин Фьердаллен прибыл на остров на том же самом корабле, что и вы, – пожал плечами поручик. – Так что готов поклясться – вы с ним как минимум виделись.

– Погодите-погодите… – нахмурился Малк. – Но из пассажиров были только студенты вроде меня и… Старик, Йоррох побери, это тот старик! – Он задумчиво покачал головой, потом вдруг вспомнил их случайную встречу в Лаконе и остро глянул на поручика. – Погодите. Вы говорите, этот Фьердаллен – единственный, кто сталкивался с «демонолюбами»-убийцами. Но с ним ведь еще телохранитель должен быть! Его вы проверяли?

Господин Ламврош медленно потушил сигарету в пепельнице и, глубоко задумавшись, принялся барабанить пальцами по столу.

– С охранником все сложно. Как утверждает господин Фьердаллен, он отбыл обратно в метрополию. Уже полгода или около того. Вроде бы какие-то семейные дела… – наконец произнес поручик.

Малк издал неопределенный смешок.

– Серьезно? Богатый старик отправляется к Йорроху на рога, где режут людей во флактурмах, убивают Одаренных и призывают демонов практически при полном бессилии властей, и соглашается остаться без охраны? У него вообще нет чувства самосохранения, что ли?

– Согласен, нестыковка. Но кто сказал, что он не может нанять наших местных охранников? Пара компаний, которые предоставляют подобного рода услуги, у нас есть, – возразил поручик. – А значит…

– А значит, ему все равно нужен телохранитель. Потому как кто будет сторожить сторожей? – парировал Малк. – И раз уж зашел разговор… Вы проверяли, кого он нанял?

Господин Ламврош отрицательно покачал головой. Малк изобразил пару вялых хлопков в ладоши.

– Великолепно! Нет, я не настаиваю, и старик, вполне может быть, ни в чем не виноват, но… вам самому не кажется, что подход «команды следователей» к проверке подозреваемых явно оставляет желать лучшего?

Критика поручику сильно не понравилась. Он помрачнел, сдвинул брови и нехотя сказал:

– Возможно, что и так. Но, с другой стороны, нас оправдывает, что разыскиваемые демонопоклонники очевидно маги, чего нельзя сказать о господине Фьердаллене. Вот под него никто всерьез и не копал…

– А про то, что он неодаренный, так в его паспорте написано? Или ваши специалисты его проверяли? – продолжил добивать поручика Малк. Уж сколько у него претензий к столичной жандармерии, но столь халатного отношения к делу они себе не позволяли. – Скажу больше, сейчас, вспоминая наше со стариком совместное путешествие, я бы не был столь категоричен в оценках… Один простой факт. Когда мы сюда плыли, на наш корабль напали илл-хоты. Если не знаете, то это такие морские монстры, весьма охочие до жизненной силы человеческих магов. И вот они вместо того, чтобы атаковать каюты всяких Адептов и Учеников, первым делом попробовали вломиться к уже знакомому вам господину Фьердаллену и его телохранителю. Потом, конечно, твари полезли к остальным, но первым они атаковали именно «неодаренного» старика.

– Действительно, важное наблюдение, – протянул поручик, задумчиво облизав губы. – И как же они уцелели?

– Сбежали, – пожал плечами Малк. – И я не удивлюсь, если они это сделали до того, как к ним в каюту начали лезть илл-хоты… – Он не выдержал и рассмеялся. – Ну так что, по-прежнему будете говорить, что вы все проверили и нет никаких зацепок?

– Нет, пожалуй, что не буду, – медленно протянул поручик, очевидно что-то лихорадочно обдумывая.

Он вдруг вскочил, сказал, что скоро вернется, и выбежал из кабинета. Малк, который не ждал от визита к жандарму ничего серьезного и считал его лишь отправной точкой в собственном расследовании, мысленно помянул Девятерых. Уж чего-чего, а с первой попытки наткнуться на столь очевидную недоработку властей он даже и не помышлял. В силу чего задумался: а не влезает ли он опять туда, куда не следовало бы?

Поручик вернулся через полчаса и, не садясь за стол, с ходу выложил перед Малком заполненный бланк типового контракта.

– Что это? – подозрительно спросил Малк, уже догадываясь об ответе.

– Документ, согласно которому жандармерия города Толока нанимает студента Школы Пепла Малка Эттина для участия в операции второго класса опасности, – сообщил Ламврош, отдуваясь. – Я изложил ваши доводы насчет господина Фьердаллена начальству, и их сочли настолько убедительными, что было принято решение срочно организовать проверку. Во избежание вероятных утечек. По этой же причине предлагают и вас задействовать: искать кого-то еще – пустая трата времени.

Малк от такого напора даже растерялся.

– Оплата по стандартным расценкам плюс официальное письмо руководству Школы об оказанной жандармерии помощи, – не дал ему вставить ни слова поручик. – Согласны?

Малк сдавленно фыркнул, собираясь отказаться, но вспомнил о еще восьми «белых грамотах», необходимых для снятия черной звезды в паспорте, и все его возражения умерли, так и не родившись. От такой возможности подружиться с жандармерией отказываться было как минимум глупо.

– Хорошо, но почему только второй класс опасности? – спросил он.

Поручик пожал плечами:

– А какой еще? Трехголового больше нет, а после его гибели никто старше Ученика или Адепта нам не попадался. Вот и получается, что второй класс – это максимум… Так вы согласны?

Малк, чувствуя, что жадность доведет-таки его до беды, кивнул и приложил к документу свой медальон. Последовала слабая вспышка, и вот уже на бумаге проявился характерный только для его паспорта узор. Пути назад больше не было.

В Лакон, где, по сведениям жандармерии, и жил господин Фьердаллен, спешно собранная боевая группа выехала на трех больших паромобилях. Второй класс вторым классом, но на случай внезапных эксцессов руководство все же подстраховалось. Помимо Малка с поручиком на проверку старика отправилось отделение городских стражников, два Адепта в механизированных доспехах и специализирующийся на сражениях Бакалавр. Причем последний отчего-то крайне нервно реагировал на сопровождающего Малка гомункулуса и даже отказался ехать с ним в одном экипаже. Либо он знал о марионетке что-то такое, чего не знал ее хозяин, либо принимал ее за что-то другое. Спросить Малк не успел…

Хотя ему было особо и не до разговоров. Как только стали понятны реальные масштабы задействованных сил, на Малка вдруг навалились сомнения. Легко рассуждать, когда от твоего мнения ничего не зависит. А ну как он ошибается? Как тогда в глазах участников операции выглядеть будет?

Свой вопрос Малк не удержался и озвучил поручику. Тот неопределенно развел руками:

– А если не ошибаетесь? Маги старика ведь действительно не проверяли. Посчитали неодаренным да и отпустили на все четыре стороны. А теперь, когда возникли серьезные сомнения в его невиновности, любой контакт с ним чреват непредсказуемыми последствиями. Йоррох, да у него дома вообще может твориться что угодно… Все это понимают и, если честно, очень надеются, что вы, господин Эттин, и вправду ошибаетесь.

Возразить на это Малку было попросту нечего.

Прибыв в Лакон и пообщавшись в жандармском отделении с местными знатоками округи, члены сводного отряда неожиданно выяснили, что принадлежащий Фьердаллену дом расположен не в самом городе, а в пяти верстах восточнее. В ныне обезлюдевшей деревне, на опушке небольшого леска. Это моментально добавило очков версии Малка. Для одинокого старика этот господин как-то слишком уж далеко забрался.

Проклятье, туда даже дороги нормальной не было: в какой-то момент паромобили завязли в грязи, и к затерянной в глуши усадьбе отряду пришлось добираться пешком. И надо отметить, чем ближе был дом Фьердаллена, тем нервознее выглядел командующий операцией поручик и тем сильнее мрачнел самый сильный в команде маг. Все выглядело так, что если они даже ничего не найдут и старик снова окажется вне подозрений, то поверить ему уже никто не поверит. И признание из него будут буквально выбивать.

Однако вопреки общим ожиданиям по пути к усадьбе ничего подозрительного или странного они так и не встретили. Ни признаков присутствия демонов, ни магических эманаций, ни даже следов деятельности человека – все было настолько спокойно и обыденно, что уже одно это преумножало общие подозрения. В какой-то момент Малк начал прикидывать, а не махнуть ли ему на имеющиеся на Духе демонические отметины и не попробовать ли силы в гадании, как события наконец сдвинулись с мертвой точки. От гомункулуса, который сопровождал его в этой операции и находился с ним в постоянной связи, к Малку вдруг пришло непонятное ощущение. Не мысль, не желание и уж точно не отклик на управляющую команду – чувство. Малк не сразу понял, что марионетка – может, в силу заложенных господином Тиязом управляющих блоков, а может, благодаря поглощенной Сущности Родословной – совершенно по-собачьи чуяла запах крови.

И было это настолько очевидно, что Малк сразу же сообщил остальным.

– Но все чисто, – неприязненно ответил так и не представившийся Бакалавр, поколдовав над сжимающим его левое предплечье артефактным браслетом. На всех шести циферблатах стрелки стояли на нуле. – Рядом нет никакой активной магии.

– Магии, может, и нет, но, судя по той вони, что я ощущаю, неподалеку как минимум скотобойня, – сказал Малк, решив не объяснять причины своей уверенности. – И смердит аккурат с той стороны, где находится дом Фьердаллена.

Кстати, сам дом они уже видели. Двухэтажное бревенчатое здание с дворовыми постройками, окруженное самым настоящим частоколом, было перед ними как на ладони – до ворот оставалось пройти саженей пятьдесят. И ничего необычного, кроме загадочной безлюдности, в нем не было.

Тем не менее игнорировать слова Малка никто не стал. Поручик кивнул одному из Адептов в механизированных доспехах, и тот, перейдя на бег, быстро преодолел отделяющее их от усадьбы расстояние. Встал перед воротами и заколотил по ним бронированным кулаком, да так сильно, что створки при каждом ударе прогибались внутрь. Одновременно с этим он через встроенный в шлем магический рупор раз за разом повторял требование впустить «особый жандармский отряд» во двор.

– Ох и не нравится мне все это… – услышал Малк бормотание поручика Ламвроша. – Жутко не нравится… Рассыпаться цепью и продолжать движение! Оружие держать наготове, но без команды не стрелять!

Впрочем, приказы его в основном касались солдат, каждый маг готовился к бою по-своему. Малк принялся наколдовывать Панцирь, оставшийся с отрядом Адепт начал что-то увлеченно переключать в управляющем доспехом браслете, а Бакалавр… один лишь Бакалавр оказался выше этой мышиной возни. За долю секунды сотворив Щит, он с щегольской небрежностью растянул его на все тело и завернулся как в кокон. Причем плотность магического барьера у него получилась такая, что заклинание, которое изначально относилось к нулевому кругу, теперь вполне могло претендовать на повышение минимум в две ступени. Чувствовалось, что развитие Бакалавра проходило в правильном направлении и заклинания в Нимбах у него трансформировались как надо…

– Господин поручик, тут черепок какой-то странный! – крикнул один из жандармов, когда они прошли половину оставшегося пути до усадьбы.

Малк и его нелюдимый коллега моментально кинулись на крик. И спустя несколько ударов сердца стояли перед частично вросшим в землю странного вида бараньим черепом.

– Что это за каракули? – хмуро спросил Бакалавр, ткнув пальцем в покрывающие кость резные письмена.

Этим он крайне удивил Малка. Потому как в его глазах означенные «каракули» пусть не без некоторых оговорок, но узнаваемо складывались в написанное на демонском наречии число «восемнадцать». Как бы намекая, что там, где восемнадцать, есть как семнадцать, так и, возможно, девятнадцать.

Однако показывать свое знакомство с языком Пекла он не стал и вместо этого крикнул:

– Ну-ка, гляньте, чуть дальше еще такого черепа нет?

Один из жандармов, дождавшись одобрительного кивка поручика, кинулся проверять… И спустя пару минут доложил о новой находке.

– Господин Малк вы знаете, что это такое, да? – настороженно спросил Ламврош.

Остальные, включая Бакалавра, выжидательно уставились на Малка.

– Одни только догадки, но если я прав, то вы сейчас сами все поймете. – И с хеканьем рубанул первый череп тесаком, прежде чем кто-либо успел его остановить.

Малк до последнего боялся, что благодаря магии бараньи кости приобрели какую-то удивительную крепость. И потому был приятно удивлен, когда череп с первого удара раскололся на десяток-другой частей. После чего затрещал, покрылся черной, быстро испаряющейся росой и… выплеснул вовне таящуюся внутри Силу.

Не было ни взрыва, ни вспышки, ни чего-то столь же разрушительного. Просто с окружающего пространства словно сдернули незримую пелену и… на всех присутствующих обрушилось то тягостное ощущение, что возникает у разумных от контакта с Пеклом в Ночи Йорроха.

– Скверна!!! – первым отреагировал Бакалавр, доказав, что все же не зря представляется специалистом по боевой магии.

Словно имея глаза на затылке, он стремительно развернулся к усадьбе и почти не целясь метнул в ее сторону нечто вроде каменного ядра. Один удар сердца, и вот уже снаряд сшибает с платформы за частоколом человекоподобного демона. Тварь слишком рассчитывала на морок и не успела вовремя отреагировать на его исчезновение.

Однако Бакалавру одной удачной атаки показалось мало, поэтому он тут же создал Каменный Меч и с неотвратимостью парового локомотива ломанулся вперед. Все прочим ничего не оставалась, кроме как последовать за ним.

– А ведь кто-то говорил, что зря сюда едем, а?! – заорал на бегу поручик. – Как минимум один Демонический Воин!

Малк хотел посоветовать не говорить гоп раньше времени, но тут все стало ясно и без его реплик. На стоящего у ворот Адепта прямо через гребень частокола набросились сразу три похожих на обезьян твари. Здоровенные, волосатые, может быть и лишенные неких талантов, но достаточно могучие, чтобы связать боем воина в механизированном доспехе. Словно же этого было недостаточно, следом появился десяток или около того удивительно крупных летучих мышей. Стая адски пищащих тварей сделала круг над головой Адепта, однако затем, вместо того чтобы помочь своим союзникам, предпочла выбрать другую цель… И разумеется, ею стал Малк.

Может, на фоне закованного в механизированный доспех второго Адепта и размахивающего клинком Бакалавра он показался им самым безобидным, а может, причина нападения крылась в демонических метках – в данный момент это было не важно. Главное, Малк подвергся атаке, и от него теперь требовалось сделать все, чтобы мерзкие твари жестоко пожалели о своем выборе.

Револьвер словно сам прыгнул в руку Малка, и шесть пуль мгновенно проредили пищащую стаю. Дальше пришлось взяться за тесаки, лишь изредка вспоминая про Искры. В завертевшейся мясорубке от клинков толку было явно больше, чем от все еще недостаточно мощного заклинания. Пару раз Малку удалось удачно применить гомункулуса, но он не слишком-то обольщался по поводу своих успехов. Резонанс резонансом, но командовать марионеткой в спокойной обстановке и управлять ею в бою – тем более в бою, где ты сам бьешься врукопашную, – это разные вещи.

Наконец последняя летучая мышь, разрубленная надвое тесаком, упала на землю, и Малк получил возможность перевести дух и оценить обстановку.

Как выяснилось, в данный момент он находился в тылу отряда. Остальные успели далеко его опередить и теперь либо рубились неподалеку от входа, как это делал второй владелец механизированного доспеха в компании с жандармами – в противники им досталась демоническая гусеница, некогда «подарившая» Малку его первый Очаг, – либо сражались непосредственно на стене, как это делал Бакалавр. Причем если Малк правильно понимал ход битвы, «боевик» драку постепенно проигрывал. Выступив одновременно против вызывающего одним своим видом омерзение человека с щупальцами вместо ног и еще одной гусеницы, он, очевидно, сильно переоценил собственные способности.

И лишь тот воин в доспехе, что первым начал сражение, был сейчас относительно в выигрышном положении. Вырвавшись из окружения, он смог прижаться спиной к частоколу и теперь удачно отстреливался от наседающих тварей из пневматического метателя.

– Ну хотя бы не стоит вопрос, кому помогать… Тут все очевидно, – пробормотал Малк и, тяжело вздохнув, порысил в сторону окончательно ушедшего в глухую оборону «боевика».

Наблюдая за его трепыханиями, Малк, откровенно говоря, испытывал что-то вроде стыда. Слишком уж он привык за время общения со своими соучениками-Бакалаврами, что маги данного уровня хорошо умеют драться и крайне редко нуждаются в чужой помощи. И вдруг такой сюрприз! И, главное, не от какого-нибудь книжника, а от «боевика»-практика!

Или, быть может, он слишком многого хочет от обычного выпускника какой-нибудь рядовой Школы, а то и вовсе получившего домашнее образование? Да Святые его знают. Но то, что в будущем он постарается избегать любых заданий, где будет задействован данный персонаж, это совершенно точно.

Малк добежал до частокола и пулей взлетел на самый верх. Плечом сшиб зазевавшегося человека-осьминога и одновременно внезапным ударом снес пару щупалец на голове гусеницы. Когда та знакомо сгорбилась, намереваясь плюнуть ядом, подгадал момент и сам выплюнул ей в морду сжатую до предела Искру.

Тварь мгновенно растеряла весь свой задор и принялась беспорядочно мотать башкой.

– Я сам!!! – донесся до Малка обиженный крик Бакалавра, однако он никак на него не прореагировал.

Не теряя темп, снова заработал тесаками по гусенице, попутно подгоняя волевыми импульсами карабкающуюся на частокол марионетку. Выждал момент, когда тварь сосредоточила на нем все свое внимание, после чего заставил «пса» прыгнуть ей на загривок.

Увы, несмотря на то что идея с атакой из засады была действительно неплоха, сильно подкачала реализация. Драться и одновременно управлять гомункулусом оказалось для Малка чересчур сложно. В итоге он слишком много внимания уделил контролю над «псом», перестал следить за боем и немедленно получил в грудь мощнейший удар. И пусть серьезного ранения удалось избежать, Панцирь он все же потерял.

Но, что самое обидное, не добилась поставленной цели и марионетка…

– Я сказал, что справлюсь сам!!! – заорал вошедший в раж Бакалавр и, едва ли не оттолкнув Малка, вколотил в башку твари Каменный Меч.

Малк лишь равнодушно дернул плечом, Искрой сбил попробовавшего подняться обратно на помост человека-осьминога и, сделав в его сторону приглашающий жест, принялся спешно перезаряжать не иначе как чудом оказавший в кобуре револьвер. За тем, как жутко ругающийся Бакалавр добивает мерзкую химеру Каменными Кулаками, он наблюдать не стал.

Тем временем постепенно затихали и остальные схватки. Отбился от демонических обезьян Адепт у ворот, расправился с гусеницей его заметно менее опытный коллега, и члены отряда потянулись к воротам.

– Тупиковая версия, говорите? – не без издевки крикнул Малк баюкающему прокушенную руку поручику.

Тот болезненно скривился и здоровой конечностью изобразил неопределенный жест. Мол, с кем не бывает. Чем сильно поднял Малку настроение. Потому как это была его собственная инициатива сунуть нос в расследование деятельности «демонолюбов», и он понятия не имел, что она приведет к столь блистательному результату!

– Чего расслабились?! Ничего еще не закончилось! – вдруг подал голос Бакалавр, снова прикипев взглядом к шкалам приборов на своем левом предплечье.

Малк со своего места видел, как скачут на них стрелки. Сам он, правда, ничего не ощущал, ну так это же не повод опускать руки, правильно? Поэтому привалился спиной к частоколу, прикрыл глаза и, скользнув во Дворец Духа, попробовал воспринять разлитые вокруг вибрации. В настоящий момент его чувствительности хватало саженей на десять, поэтому особо ни на что он не рассчитывал. И оттого вдвойне удивительнее, что его духовное внимание смогло вычленить источник тяжелого низкого гула, находящийся заметно дальше данной границы.

– Нашел? Это за домом. И видят Святые, я понятия не имею, что это такое! – отбросив всю свою спесь и недовольство, вдруг отвлекся от избиения уже агонизирующего демона Бакалавр.

– Пока сами не посмотрим – не узнаем, – равнодушно сказал Малк, и «боевик» зло рассмеялся.

– Тоже верно… Ну а на тот случай, если проблемка окажется нам не по зубам, Ламврош в Лаконе депешу в Школу Пепла отправил. И теперь если вдруг что, то окончательно пропасть мы уже не пропадем. Рано или поздно прибудет кто-нибудь из Мастеров и покажет местным, почем пуд лиха!

Чувствовалось, что Бакалавр верит в то, что говорит. Малк впервые с момента знакомства ощутил к нему нечто вроде жалости. В отличие от «боевика» у Малка уже сложилось некоторое представление о школьной бюрократии, а потому на прямую помощь он даже не рассчитывал.

Пока отряд шел по направлению ко внутреннему двору, Малк попробовал оценить собственную готовность к новой схватке и не без раздражения понял, что к бою практически не готов. Резерв опустел, даже на новый Панцирь не хватит, заклинания недостаточно мощные, а значит, все, на что Малк теперь должен был опираться, это рассованный по карманам запас одноразовых Искр, пара тесаков и… да, еще марионетка.

За этими мыслями Малк сам не заметил, как в компании жандармов оказался на заднем дворе усадьбы Фьердаллена. Их общее внимание приковала к себе чернеющая в центре участка огромная, заваленная костями яма. Яма, около которой валялись четыре истекающих кровью тела и которая теперь с демонической жадностью вытягивала из них Силу.

– Это еще что такое?! – выдохнул Малк, уже догадываясь, что видит перед собой источник того самого таинственного гула.

– Да кто бы знал, – огрызнулся Бакалавр. – Но одно можно сказать точно: подыхать эти четверо точно не собирались!

Малк кивнул. Судя по всему, «демонолюбы» проводили какой-то ритуал, когда у них на пороге вдруг появились члены жандармского отряда и сначала разрушили маскирующее заклинание, а затем принялись колотить в двери бронированными кулаками. Вот они внешнего давления и не выдержали…

Внезапно тишину заднего двора нарушил похожий на гром утробный вздох. В яме началось какое-то непонятное шевеление, послышались треск и шорох. Они усиливались и усиливались, пока наконец во тьме рукотворного провала не заворочалось нечто непонятное. Бесформенное, грязно-серое, сплошь состоящее из соединенных вместе частей тел людей и монстров. Оно было настолько отвратительно, что от одной лишь мысли о мирном сосуществовании с ним все внутри переворачивалось.

В тот же миг все не сговариваясь принялись дружно разряжать в обитателя ямы оружие и метать заклятия. Вряд ли это как-то по-настоящему ему мешало, но то, что злило, это совершенно точно. С каждым выстрелом, с каждыми выпущенными на свободу чарами, в голосе монстра слышалась все более и более нарастающая ярость. Пока наконец земля не содрогнулась и не исторгла из себя проклятую тварь.

Во дворе моментально воцарился хаос. Большая часть неодаренных побросала оружие и в ужасе кинулась прочь, маги же приняли бой. Причем если оба Адепта и Бакалавр схватились с тварью лоб в лоб, то Малк выбрал иную тактику и атаковал монстра со спины.

Удар – отскок, удар – отскок! Сражаться с порождением ямы было крайне сложно. И в одиночку Малк точно бы не справился. Однако против безымянного демона работала полноценная команда, а значит, тот был обречен.

Сначала один из Адептов как-то удивительно ловко смог нанести удар молотом, знатно ошеломив монстра. А там уже свое слово сказал и Малк. Вложив всю силу в удар, он рубанул гадину сверху вниз, и его укрепленные Властью тесаки буквально распахали чудовищную тушу надвое. Тварь дико завыла, впустую молотя воздух конечностями, однако достать Малка так и не смогла. Он же продолжил тенью скользить вокруг чудовища и при каждом удобном случае наносить все новые и новые удары.

Наконец рана оказалась достаточно глубока, чтобы нутро твари раскрылось и в разрезе стал виден пульсирующий черный шар. Шар, который был сосредоточением Силы гадины и без которого она не могла существовать.

Ощущая смертельную угрозу, порождение ямы стремительно развернулось мордой – или тем, что ее заменяло, – к Малку и попробовало провести контратаку. Вот только маг именно на это и рассчитывал. И, оттянув на себя внимание монстра, Малк тем самым открыл дорогу для своей марионетки. Следуя уже один раз опробованной схеме, творение господина Тияза прыжком взлетело на спину твари, вгрызлось в рану и рывком выдернуло шар. Затем сделало прыжок назад, уже из-под падающей туши, и… рефлекторно, совершенно выходя за рамки приказов Малка, попыталось проглотить трофей.

– Стой!! – завопил Малк, забыв на мгновение, что это не зверь, а его собственная марионетка.

– Действительно, стой! – поддержал его знакомый голос.

В тот же миг неведомая сила разжала гомункулусу пасть, извлекла черную сферу… и перенесла трофей в протянутую ладонь господина Жака Улья. Появившийся словно из ниоткуда Младший Магистр со странным выражением лица повертел добычу в руках, затем небрежно сунул ее в сумку на поясе и медленно, почему-то не сводя с Малка внимательного взгляда, произнес:

– А у вас тут весело!

Глава шестнадцатая,

в которой есть лишь видимость выбора

Появление господина Жака вызвало у участников зачистки усадьбы далеко не однозначную реакцию. Если жандармы воспринимали его не иначе как неожиданно быстро прибывшую помощь из Школы, то Малка терзали вполне определенные сомнения. Он как не верил в способность школьной бюрократии быстро работать, так и сильно сомневался в том, что Зал Задач отправит помогать каким-то жандармам аж целого Мастера внешней фракции. В конце концов, на момент подачи запроса о помощи никто не имел ни малейшего представления, что за жуть творится во владениях старика Фьердаллена.

Еще эти его странные взгляды, непонятные интонации… Ладно, допустим, он так себя ведет из-за письма Малка, но тогда как толстый любитель золота смог найти своего строптивого помощника? Адреса ему никто не оставлял!

Или дело в другом и Младший Магистр нашел Малка иным способом? На ум сразу же приходили самые разные методики. Гадание, незримые метки, призрачные спутники, паразитарные организмы со всевозможными способностями – Малк, набравшийся за последний год некоторых знаний, уже мог составить общее представление о ситуации. Если же вспомнить о лежащем в кармане паразите, то предположение, что господин Жак действительно явился за Малком, и вовсе не кажется таким уж фантастическим. При условии, конечно, что именно Улей подсадил йоррохову тварь…

А еще Младший Магистр как-то слишком много внимания уделил гомункулусу Малка. Чем-то марионетка сильно ему не понравилась, настолько сильно, что на какой-то миг при виде ее лицо господина Жака исказила гримаса сильнейшей злобы. И чтобы спрятать ее обратно под маску брезгливого равнодушия, толстяку потребовалось некоторое усилие.

У Малка пухла от подозрений голова, однако он старался этого не показывать, искренне надеясь, что любые огрехи в его поведении будут списаны на нервозность обстановки. Благо ни членам сводного отряда, ни господину Жаку было не до изучения чужих реакций – убедившись, что демоны уничтожены, они принялись переворачивать усадьбу вверх дном. Правда, как очень скоро выяснилось, жандармы искали господина Фьердаллена, а заявившийся к шапочному разбору Младший Магистр интересовался совсем иными вещами. Точнее, вещью. Когда обыск завершился и никого не обнаружившие участники штурма покинули дом, господин Жак вышел на крыльцо, держа под мышкой сложенный треножник.

– Опасный демонический артефакт. Ни на минуту нельзя оставлять без присмотра, – туманно объяснил он, увидев озадаченные взгляды Малка и Ламвроша, а для вескости добавил: – Клянусь Рзавианом!

И если командира сводного отряда подобное объяснение полностью удовлетворило, то Малка лишь укрепило в его подозрениях. Сначала Младший Магистр забрал черное сосредоточие Силы – даже не поинтересовался, кто владелец трофея, – теперь вот захватил загадочную треногу. Интересно, это проявление характера Улья или тут кроется нечто большее?

Определенно жаль, что поиски ответа на этот вопрос заботили только Малка.

– Еще раз к яме сходил и на гнусь ту посмотрел. Туша уже разлагается вовсю! – объявил появившийся со стороны заднего двора Бакалавр. – Впервые такое вижу…

Последнее предложение он произнес явно с вопросительной интонацией, и господин Жак не стал отмалчиваться.

– Обычное дело. Что химеры, что Големы Плоти – в том числе стихийно возникающие – все они есть насилие над природой, противоестественный сплав Стихий! Нарушь хрупкое магическое равновесие, и некогда грозный монстр моментально превратится в кучу смердящего мяса, – сообщил Улей, с важностью кивая собственным словам.

Все присутствующие, как один, брезгливо поморщились. Сравнение получилось удивительно метким.

– И охота на эту мерзость лишний раз глядеть… – пробурчал господин Ламврош. – Как по мне, так мага-анатома из Толока надо ждать. Ему по должности во всякой гадости положено копаться!

– Так-то оно так, но сколько тел погибших ушло на формирование порождения ямы, можно и без всякого анатома сказать, – возразил Бакалавр. – И то, что я увидел, мне совсем не нравится.

– Около десятка? – вставил свои пять оболов Малк.

– Может, даже чуть больше, – кивнул Бакалавр, старательно не глядя на Ученика. Кажется, решающая роль Малка в победе над Големом Плоти вызвала у него если не ревность, то раздражение. – И это точно не простые смертные. Что подводит к мысли: а откуда «демонолюбы» вообще взяли столько Одаренных? Во всяком случае, в сводках пропавших без вести они не появлялись.

Малк покосился сначала на Бакалавра, потом на поручика и незаметно ухмыльнулся. Сводки… К Йорроху ваши сводки! Вы и Фьердаллена из-под подозрений вывели, какие уж тут пропавшие.

Тем не менее вслух он сказал совершенно иное:

– Если не пропадали здесь, значит, пропадали где-то еще. Возможно, на соседних островах или вообще в море. Думаю, доставить одурманенного пленника на Римму не так уж и сложно…

Тут же ему на ум пришли слухи о пропавшем торговом судне с парой Бакалавров на борту. Кто знает, может быть, из тел этих несчастных и вырос Голем Плоти! А если подумать, то в принципе в яме мог оказаться и сам Малк. Он ведь со стариком на одном корабле путешествовал.

От этой мысли Малку стало как-то особенно неуютно.

– Думаю, идея насчет привозных пленников вполне здравая, – поддержал его поручик. – Торговые суда в порту, конечно, шерстят, но… но при некотором усилии любые меры можно обойти.

– Угу, например используя не торгашей, а корабли дипломатов, – кивнул Малк.

И замер. Потому как если он прав, то пусть кровавый и смертельно опасный, но все же внутриборейский конфликт мгновенно перерастет в нечто большее. В нечто такое, что увяжет в один клубок «демонолюбов», хеймдаркских тварей и… и кого еще? Кто не побоится запачкаться сотрудничеством с Пеклом и с готовностью сунет нос в грязное белье чужой страны?

Ошеломленный открывающейся бездной Малк невольно посмотрел на господина Жака и не без удивления понял, что тот показывает ему большой палец. То ли одобряет ход рассуждений, то ли вообще поддерживает его активность на ниве сотрудничества с органами безопасности. Ну ни дать ни взять мудрый отец на успешном выступлении любимого чада!

– А с Фьердалленом что? В розыск объявлять будем? – нарушил повисшее молчание Бакалавр.

Господин Ламврош собрался было ответить, но его перебил Младший Магистр:

– Зачем розыск? Дом пропитан ароматом ауры хозяина. Так что если вы здесь закончили, то я в любой момент готов провести вас по следу мерзавца!

С момента появления господина Жака в усадьбе это была его первая инициатива. До настоящего момента он занимал странно выжидательную позицию, противоречащую всему тому, что доселе о нем узнал Малк. Не ругань, не обвинение всех и вся, не раздача порой бессмысленных указаний и не повторение пронизанных самолюбованием историй, а… молчаливое наблюдение. Складывалось ощущение, что Улью вдруг стало тесно в пределах своего привычного образа и он теперь изо всех сил сдерживался, чтобы невольно не проявить себя настоящего.

Вполне возможно, что это впечатление было неправильным, однако избавиться от него Малк не мог, а потому принялся готовиться к самому непредсказуемому развитию ситуации. И начал с того, что активировал формулу сбора Силы. Исчерпанные в бою резервы следовало восстановить как можно скорее.

Тем временем господин Жак, дождавшись горячего одобрения не верящего своему счастью поручика – тот, кажется, мысленно уже представил, как они изловили старого «демонолюба» и начальство осыпало его наградами за успешную операцию, – достал из фляги на поясе одинокую пчелу, что-то над ней пошептал и выпустил на волю. Полосатое насекомое, деловито гудя, принялось нарезать над головой хозяина широкие круги, пока наконец не определилось с направлением и не полетело на восток.

– Не отставайте! – с прежним высокомерием бросил господин Жак и затрусил за питомцем.

Ждать он очевидно никого не планировал, так что остальным пришлось поторапливаться. Ламврош спешно назначил среди солдат старшего, приказал организовать охрану усадьбы, после чего лично повел поредевший отряд из мага-«боевика», двух Адептов и одного не в меру подозрительного Ученика в компании с жутковатым гомункулусом по следам уже скрывшегося среди деревьев толстяка. Поручик не скрывал охватившего его азарта, как, впрочем, и остальные: что «боевик»-Бакалавр, что оба облаченных в механизированные доспехи Адепта – все вели себя так, будто они охотники за редкой дичью, которым для получения вожделенного трофея осталось сделать последний рывок и которые обязательно его совершат. Малк и сам едва не поддался общему настрою, а когда это осознал, мгновенно насторожился. Потому как это были не его чувства и не его эмоции, а нечто такое, что пришло извне. А раз так, то и ничего хорошего ждать не стоило.

Впрочем, ни через час, ни через два ничего особенного не произошло. Ведомая Младшим Магистром группа успела пересечь пару небольших лесков, перебралась через глубокую балку – члены отряда мимоходом порадовались, что не стали возвращаться к паромобилям, – затем некоторое время двигалась по тракту, пока наконец не свернула к побережью. И ни тебе засад, ни внезапных встреч – ничего такого, что оправдывало бы наведенное магией возбуждение. А раз так, то, может, Малку и вовсе… показалось? Он, правда, все же попробовал по дороге намекнуть сначала поручику, а потом магу-«боевику», что надо сохранять спокойствие и быть осторожными, но понимания не нашел и развивать тему дальше не стал. Как не стал и тратить драгоценные эрги на Рассеивание – разрушить волшбу Младшего Магистра, если таковая есть, ему в любом случае было не по силам.

Они уже приближались к гряде невысоких холмов, когда господин Ламврош догнал идущего впереди Улья и взволнованно сказал:

– Господин Младший Магистр, я вот тут подумал… По некоторым сведениям, ранее Фьердаллена всегда сопровождал охранник, однако позже он пропал. То ли отбыл домой, то ли просто уволился… А что, если этот человек никуда не уезжал и все это не более чем ширма для прикрытия каких-то темных дел? И мы в данным момент не преследуем беглеца, а полным ходом двигаемся в давным-давно подготовленную ловушку? Этим охранником подготовленную!

Малк, которому подобная мысль уже приходила в голову, машинально кивнул и с облегчением понял, что мозги поручик все же сохранил.

Вот только господин Жак рассуждения жандарма не оценил.

– Вряд ли, – снисходительно бросил толстяк. – Если этот ваш Фьердаллен, поцелуй его Рзавиан, действительно стоит за большей частью демонической активности на острове, как вы говорили в усадьбе, то бояться охранника не стоит. Он давно мертв.

– Почему? – удивился Ламврош.

Как, впрочем, и все остальные члены отряда, незаметно подтянувшиеся поближе к беседующим лидерам.

– Да потому что в таком случае охранник и есть ныне покойный Трехголовый. Данный демон ведь не из тех, что лишены тела. Он вполне материален и неспособен долго существовать сразу в трех ипостасях, а значит, и на Римму он мог прибыть только в своем естественном, так сказать, состоянии, – расщедрился на пояснения господин Жак. – Замаскируйте, придайте облик человека, и вот уже тварь Хеймдарка ходит среди людей, а никто и в ус не дует.

– Но разве так… – выдавил из себя поручик.

– …Можно? – со смешком продолжил толстяк. – А почему нет? Не владей Хеймдарк подобного рода фокусами, то он не считался бы одной из трех главных язв на теле Мритлока, а его хозяева сотню лет назад не расправились бы с последним императором Борея. – Улей рассмеялся и издевательски развел руками. – Демоны сильны, а хеймдаркские демоны еще и коварны! Рзавиан не даст соврать!

– То есть раз Трехголовый мертв, значит, мертв и спутник господина Фьердаллена, – осторожно сказал Бакалавр. – Но ведь могут быть и другие… союзники. Тех же магов, чьи силы Голем Плоти высосал, старик как-то ведь на свою сторону привлек.

– Этих недоделков? – презрительно фыркнул толстяк, разом став похожим на себя прежнего. – Да кто их вообще всерьез рассматривает? Талантливый маг в подмастерья к демонопоклонникам не пойдет, а чтобы разогнать всех этих изгнанных из Школы бездарностей да неизвестно зачем пробудивших в себе Дар болванов – всех тех, кого потенциально способен привлечь ваш Фьердаллен, – хватит одного подготовленного Адепта в механизированном доспехе!

Господин Жак еще раз фыркнул, зачем-то покосился на Малка и с решительным видом принялся карабкаться по склону преградившего им путь холма. Некоторое время группа двигалась в тишине, прерываемой лишь натужным сопением вымотанного марш-броском поручика и жужжанием алхимических движителей механизированных доспехов. И лишь когда они забрались на вершину и перед ними открылся прекрасный вид на бухту внутренней фракции Школы, лишь тогда Малк не выдержал и заговорил.

– Господин Жак, а это ведь не простой холм у нас под ногами? Это курган? – спросил он, чем вызвал на лице у Младшего Магистра неприятную улыбку.

– Один из самых старых на острове! – сообщил тот с непонятной гордостью.

– И где-то здесь наверняка есть источник Силы? – продолжил допытываться Малк, с каждым вопросом чувствуя, как по всему телу дыбом встают волосы.

– Есть, как не быть. Слабенький, загрязненный дикой смесью Смерти и Земли, но есть, – рассмеялся толстяк и ткнул рукой в каменистый холм с плоской как тарелка вершиной, почти на десяток саженей возвышающийся над всей остальной грядой. – Вон там.

Все посмотрели в указанном направлении и не без удивления обнаружили находящегося там человека. Человека, который при виде них сделал приветственный жест и начал спускаться вниз.

– Это ведь старик Фьердаллен? – осторожно спросил поручик, еще не понимая, что происходит, но уже ощущая некую неправильность.

Малк кивнул и боком двинулся прочь, стараясь убраться от Младшего Магистра как можно дальше. Перед внутренним взором у него с дикой скоростью складывалась мозаика тех событий, в которые он невольно был вовлечен сразу после прибытия на остров. Факты, догадки, новые интерпретации старых событий – все выстраивалось в понятную и логически выверенную картину. И надо сказать, полученный результат не просто ему не нравился – он его пугал.

Не выдержав, Малк быстро глянул на толстяка и… встретился с ним взглядом. Господин Жак, от которого не укрылся маневр помощника, наблюдал за ним и, не скрываясь, усмехался.

– Господин Жак, почему этот демонопоклонник так странно себя ведет?! – уже иным, гораздо более грозным тоном спросил Ламврош, вытягивая из кобуры на поясе штатный искромет.

Остальные последовали его примеру. Прикрылся Щитом Бакалавр, потянулись за пневматическими метателями Адепты. Будь у них в противниках кто-нибудь рангом пониже, и этих действий было бы вполне достаточно. Однако опасные вопросы они задавали Мастеру внешней фракции не самой простой Школы и агенту Темной Канцелярии. Так что и ответная реакция пришла незамедлительно.

Вздохнув, господин Жак картинно щелкнул пальцами, и забытая всеми пчела камнем упала на шею поручика. Тот вскрикнул явно от сильной боли, хлопнул ладонью по месту укуса, однако гибель жужжащей гадины ничего изменить уже не могла. Колдовской яд попал в кровь, и спустя пару мгновений странно посиневший Ламврош со всхлипом кулем повалился на землю.

Гибель жандарма и дальнейшее развитие схватки стали прекрасной иллюстрацией сильных сторон опытного мага-призывателя. Отправляя пчелу в атаку, Улей тем самым серьезно снижал затраты внимания на бой с одним конкретным противником и получал возможность быстро ударить по следующему. Это было его преимуществом перед классическими магами, чьи боевые заклинания требовали гораздо большей сосредоточенности на применении боевых чар.

Так произошло и на этот раз. Поручик был еще жив, когда из фляги на поясе господина Жака вылетел увенчанный огненной аурой небольшой рой пчел. Сжался в плотный ком и уже через секунду кувалдой врезался в Щит «боевика». Тот даже ничего атакующего создать не успел, как в его магическом барьере образовалась дыра, и несколько уцелевших насекомых зачарованными пулями навылет прошили его грудь.

Однако не один господин Жак умел быстро действовать. Пока толстяк расправлялся с жандармами, Малк не только успел создать из имеющихся крох энергии средненький Панцирь, но и натравить на ставшего врагом Мастера внешней фракции так раздражающую того марионетку. Увы, в отличие от вполне живых орудий Улья гомункулусом управляли интеллектуальные блоки, и их едва хватало для выполнения самых примитивных действий. Самостоятельно вести полноценный бой творение Тияза Черепа было просто неспособно – требовался постоянный контроль через духовный резонанс. Что очевидно серьезно замедляло скорость реакции Малка и сильно снижало его меткость при стрельбе из револьвера. Из шести сделанных выстрелов в цель попали всего три, да и они исчезли в появившемся на их пути огненном Щите. Чуть большего удалось достичь с помощью марионетки. Во всяком случае, гомункулус все-таки смог преодолеть колдовской барьер, поднырнув под его нижнюю границу, и даже попробовал вцепиться в икру толстяка, но на этом все и закончилось. Тут же последовало возмездие, и удар сконцентрированной Силой сшиб магическую куклу с вершины холма. Возникло даже ощущение, что сделано это было с какой-то непонятной мстительностью…

При всем при том самого Малка Жак Улей атаковать даже не пытался, предпочтя сконцентрировать свои усилия на обладателях механизированных доспехов. Выпустив все из той же фляги еще один рой пчел и передав ему огненную ауру, Младший Магистр натравил его сразу на обоих Адептов. Со стороны такой поступок выглядел несколько самонадеянно – зачарованная броня с активированным артефактным Щитом поднимала оборонительные способности своего владельца до уровня Бакалавра, – и сперва даже показалось, что атака господина Жака провалилась. Пробить магические барьеры пчелы не смогли, из-за чего они попросту облепили фигуры жандармов с ног до головы и те приобрели несколько пугающие очертания. Тем не менее на жизни, здоровье и способности сражаться это никак не сказалось, и бойцы принялись обстреливать толстяка из пневматических метателей.

Перед глазами замелькали вспышки от сгорающих в магическом барьере пуль, появилась надежда, что хоть так удастся продавить защиту Младшего Магистра, но… тщетно. Толстяк презрительно захохотал, протянул в сторону Адептов руки и демонстративно медленно сжал кулаки. Его противники вздрогнули, явно сопротивляясь какому-то воздействию – они даже стрелять прекратили. Но против Мастера внешней фракции подобного рода вещи не помогали. Полюбовавшись чужими трепыханиями, господин Жак наконец сделал вращательное движение кистями, словно бы открывая ключами сразу два замка, и… аура пчел будто перетекла на Адептов, охватив их головы и шеи. Возникла странного рода вибрация – уровня освоения Малком духовного резонанса недоставало, чтобы разобрать детали, – после чего жандармы повернулись друг к другу, погасили артефактные Щиты и снова открыли огонь.

Через минуту все закончилось.

– О, даже пытаться бежать не будешь? – спросил господин Жак, вдруг обнаружив, что Малк больше не стреляет, не бросается заклинаниями и не лезет в рукопашную, а только стоит и с мрачным видом смотрит на своего куратора.

– А есть смысл? Далеко я от ваших пчелок убегу? – хмуро ответил Малк, которому подобная выдержка стоила немалых усилий. – Тем более… вы же не просто так меня не тронули!

– Тоже верно, – хохотнул толстяк. – Вот бездарен ты до изумления, а головой работать умеешь. Иногда.

Младший Магистр подошел к уже затихшим Адептам и сначала у одного, а потом у другого набрал какую-то комбинацию на управляющих блоках их доспехов. Постоял над ними некоторое время, но, так и не дождавшись никакой реакции – видимо, механизмы брони получили слишком серьезные повреждения, – с проклятиями вернулся обратно.

– Столько стараний, а все зря. С таким же успехом можно было их в усадьбе оставить! – несколько издевательски пожаловался он Малку и неторопливо повернулся на раздавшийся неподалеку шорох.

Сердце Малка дало было сбой – ему вдруг показалось, что это пришла подмога, – но он тут же преисполнился разочарования. Это были никакие не маги Школы, а старик с «Ярого демоноборца». Тот самый господин Фьердаллен, за которым они так безрассудно охотились.

– Все готово? – спросил у новоприбывшего господин Жак на неприятном, царапающем слух наречии, в котором Малк с удивлением узнал язык Пекла.

Причем вел себя толстяк так, словно с демонопоклонником они давние знакомые и не нуждаются в особых приветствиях. Старик, впрочем, тоже не злоупотреблял вежливостью. Буркнув в ответ нечто неопределенное и многообещающе посмотрев на Малка, он приблизился к телу Бакалавра, одним мощным магическим импульсом вскрыл ему грудную клетку и вырвал сердце. Небрежно спрятал его в сумку и лишь тогда бросил Улью все на том же языке:

– Принес?

Толстяк кивнул и передал ему тот самый треножник, который он тащил всю дорогу от усадьбы, а потом нагло захваченное сосредоточие Силы твари из ямы. И сразу стало понятно, зачем он вообще появился в доме Фьердаллена. Видимо, слишком важное место занимали оба предмета в затеянном стариком действе – а в том, что он не просто так скучает на холме с источником, можно не сомневаться, – раз для их транспортировки понадобилось прикрытие аж целого Младшего Магистра.

– Тогда я начинаю! – проскрипел Фьердаллен и с молодой прытью порысил обратно к каменистому холму.

– Какой у него ранг? – неожиданно для себя спросил Малк.

И, к собственному удивлению, услышал ответ.

– Невысокий. На наш пересчет – средненький Бакалавр, – хмыкнул, покосившись, Младший Магистр.

– На наш? – уточни Малк.

– Ну Фьердаллен же с Хеймдарка, его сложно считать нашим, – засмеялся толстяк. – Он, кстати, на тебя очень обижен. Трехголовый был его фамильяром, в развитие которого он вложил немалые средства. А ты пришел, когда тот в источнике восстанавливался, и все его многолетние усилия испортил. Так что большого врага ты себе нажил, очень большого. Мстительного, изощренного. Ты бы слышал, как он утром просил разрешить забрать себе твою душу… У-у-у, чуть не поддался!

– А что так? – дернул уголком рта Малк.

– Потому что добрый я, – снова развеселился господин Жак, затем вдруг посерьезнел и проронил: – Хотя кто сказал, что еще нельзя все отыграть обратно? Так что все теперь от нашего с тобой разговора зависит…

– О чем? – спросил Малк, впрочем, зная ответ.

– Да о всяком-разном. Например, о том, куда ты дел моего червя – его, между прочим, выращивать тоже было непросто, – что за письмо странного содержания ты прислал и… да, почему ты после всего увиденного такой спокойный… Пока вроде все. А там, может, еще что на ум придет. – Господин Жак по-птичьи склонил голову набок и, прищурившись, спросил: – Так что скажешь?

Малк, с трудом уняв внутреннюю дрожь, пожал плечами.

– Червя? Никуда не девал. Нашел и просто убил. Если надо, могу вернуть его останки. – Он невесело усмехнулся. – Хотя, если честно, вы меня удивили. Я до последнего считал, что это не вы, а господин Тияз мне его «подарил»…

Договорить толстяк ему не дал и требовательно протянул ладонь. Малк понятливо кивнул и, достав из кармана флакончик с телом паразита, передал Улью. Тот так же молча спрятал его в поясную сумку и повелительно помахал кистью: мол, продолжай, продолжай.

– Относительно же письма… – Малк посмотрел на лежащие в траве тела и тяжело вздохнул. – Вы же сами хотели, чтобы я для вас шпионил. Так почему тогда спрашиваете? Я узнал нечто действительно важное, а так как вопреки всем стараниям лично прибыть не смог, отправил письмо… Про правила общения, которые надо соблюдать, помню, но тут решил, что речь идет о слишком серьезном деле!

– О! Так, может, тебя еще наградить? – развеселился толстяк. Потом испытующе глянул на Малка и кивнул: – А, понимаю. Так вот почему ты спокоен. Надеешься, что я по старой памяти и за верную службу тебя под крыло возьму? Хм, молодец, быстро перестроился. А чего тогда по мне стрелял, а не по жандармам?

– Потому что растерялся, – максимально проникновенным тоном и стараясь не думать о данной однажды клятве именем Кетота, сказал Малк. – А как смог подумать, тут же принял верное решение…

– И ты думаешь, что я поверю в твою внезапно вспыхнувшую преданность? – с каким-то даже восторгом спросил господин Жак.

Малк в который уже раз за их беседу пожал плечами.

– Почему нет? Жить-то мне хочется. Тем более что претензий к службе у вас быть не должно… Особенно если вспомнить, что мне изначально совсем другая роль отводилась.

– Догадался-таки? – удивился господин Жак и совсем по-другому на него посмотрел.

– Было бы странно не догадаться, – фыркнул Малк. – Даже не обладая нужными навыками и знаниями, я понимаю, что внедрение шпиона в ряды внутренней фракции происходит несколько иначе. Для этого не берут простого парня «с улицы» и уж точно его не отправляют сначала в качестве помощника к оппозиционному руководству Школы Мастеру. Я ведь был нужен лично вам, да? Для какого-то ерундового дела, и лишь сложившиеся обстоятельства постепенно вынудили относиться ко мне всерьез…

Предположение заметно развеселило господина Жака.

– Всерьез? Ой, парень, не обманывай себя. Всерьез я тебя никогда не рассматривал. Просто в какой-то момент твои рассказы стали чуточку любопытны. Но не более того… – сообщил он небрежно.

– Но все же зачем я вам был нужен? – спросил Малк, чутко уловив изменения в тоне беседы.

Изменения, которые могли хоть немного, но отодвинуть его вполне вероятную гибель.

– В качестве ширмы, разумеется, – презрительно бросил Младший Магистр. – Госпожа Леара, эта грязная шлюха, таким образом получила от «трусливого и лишенного вкуса толстяка» подтверждение, что «он» работает. Так трудится ради родной Канцелярии, что аж помощник потребовался! Скажу больше, я для закрепления легенды ей потом про тебя даже в отчетах писал. О том, как ты под моим руководством с демонами воюешь! Такой герой, такой герой получился… Думаю, тебе даже медальку дадут. Или две. Возможно, посмертно. – Толстяк залился смехом. – Что до местных… Из-за жадности Тияза, укравшего у меня ассистента, они были убеждены, что я окончательно поехал умом на почве ненависти. Пытаюсь через тебя узнавать секреты, строю планы мести и даже не догадываюсь, что все в курсе этого моего интереса. То есть в их глазах я стал предсказуем, а значит, управляем и не опасен… И так это все удачно сложилось, что я до сих пор нарадоваться не могу.

Малк вдруг заметил, как преобразился во время их беседы господин Жак. Куда делся недалекий, чванливый и жадный любитель «всего блестящего», к месту и не к месту поминающий Рзавиана? Сейчас перед ним стоял совсем другой человек. Целеустремленный, осознающий свою силу и оттого совершенно иначе смотрящий на мир вокруг.

В этот момент от холма, куда ушел старик, неожиданно сильно потянуло энергией Смерти и Земли. Будто имеющийся там источник вдруг стал в два или три раза мощнее. Не на уровне полноценного первого ранга, но все равно мощнее! Причем ни скверной, ни чистой Смертью, как можно было бы ожидать, в воздухе «не пахло». Что означало одно: либо Малк чего-то не понимал, либо возросший отток магии маскировал реальную деятельность Фьердаллена.

– О! Время-то идет, – сказал господин Жак, оглянувшись на холм. – А я тут с тобой заболтался… – И вдруг резко и требовательно рявкнул, параллельно зажав Дух Малка в тиски своей Власти: – Рассказывай про письмо! В подробностях, быстро!!!

Несколько расслабившийся Малк дернулся, попробовал освободиться, но тщетно. Тягаться с Младшим Магистром ему было не по плечу. И почти сразу ощутил, как из мыслей уходит ясность. Возможно, не так быстро, как хотелось бы Жаку Улью – не зря ведь первое Тайное Искусство Малка славилось повышением устойчивости перед ментальными техниками, – но все равно уходит. И чтобы сохранять хоть какой-то контроль над разумом, приходилось прикладывать старания.

– Вы про извлечение Родословных и обезглавленного демона в «крылатых» татуировках? – наконец выдавил Малк, лишь чудом не падая на колени от вдруг накатившей слабости.

Спустя удар сердца он осознал, что все-таки проиграл битву умов.

– Демона?!! – прорычал господин Жак и так надавил Силой, что Дворец Духа Малка затрещал, грозя рассыпаться.

– Да, демона, – понимая, что дальше скрывать бесполезно, выдохнул Малк. – Изначально был демон. А я вам написал про молодую девушку… Хотел так внимание привлечь. И видимо… был прав. – Несмотря на боль и очевидную угрозу гибели, он все же растянул губы в усмешке. – Значит, Череп вам интересен не из-за его экспериментов с демонами, а охотой за какой-то особой Родословной, да?

Вопрос не успел отзвучать, как подлетевший к Малку господин Жак так врезал ему в грудь кулаком, что не помог ни Панцирь, ни мощное тело. Казавшийся чистым магом толстяк бил, словно он специализировался на укреплении организма. Ребра ощутимо хрустнули, стрельнув сильнейшей болью, а сердце дало предательский сбой. На какое-то мгновение сознание Малка выключилось, и обрушившийся на него град новых ударов он уже не заметил. Когда же очнулся, то осознал себя лежащим у ног Улья и лишь чудом продолжающим дышать.

– Служить, говоришь, мне хочешь? Ну так я тебя научу правильной службе! – прорычал господин Жак, пнув, правда уже без прежней силы, Малка под ребра.

– П-почему? – несмотря ни на что продолжил играть выбранную роль Малк.

Все, что ему сейчас оставалось, это тянуть время, прикидываться дураком и ждать, надеясь на удачу…. и на те элементы общей картины, которые ему, как казалось, ранее удалось разглядеть.

– Потому что ты меня расстроил. Поманил красивой и, главное, такой ожидаемой сказочкой, а потом обманул, – протянул Улей, несколько нервно прохаживаясь перед Малком. – Йоррох, а ведь я нечто такое предполагал! Для того и червя подсадил. Думал, смогу так контролировать, сколько в твоей болтовне правды, а сколько вранья. И так опростоволосился! Письму твоему поверил… Сволочь!!!

Вспыхнув от злости, толстяк принялся яростно пинать Малка ногами. А когда устал, остановился и, отвернувшись к морю, медленно сказал:

– Из-за тебя, получается, я такого человека обманул, такого человека…

– Ч-человека? Может, демона Х-хеймдарка? – удивляясь собственной живучести, простонал Малк.

Вопреки опасениям реплика новой вспышки гнева не вызвала. Улей вроде бы даже задумался. И пока он опять не вспомнил о помощнике, Малк перевернулся на живот и незаметно раздавил сразу три извлеченных из кармана «лечилки». Правда, в то, что удастся скрыть творимую под носом у господина Жака волшбу, он всерьез не верил, но… чем Йоррох не шутит?

– Нет, все же человека. Они там хоть и увязли в Пекле так, что дальше некуда, но совсем уж от людской природы не отказались… – вдруг поделился своими мыслями Улей и спросил: – Догадался все-таки?

Малк, чувствуя, как живительная сила затягивает самые тяжелые из ран, растянул губы в неприятной усмешке и медленно кивнул.

– Согласен. Много ума тут не требуется, – хмыкнул господин Жак, затем посерьезнел и, покосившись на то место, куда Малк несколькими минутами ранее отбросил осколки сосудов с «лечилками», произнес: – Возвращаясь к прежней теме. Получается, исследования Черепа все так же топчутся на месте, и Стево никого, кроме некоторых демонов-неудачников, так ему и не нашел… Плохо. Но что еще хуже, непонятно, как это ты так метко выстрелил со своей фантазией насчет девчонки. Слишком уж удачное для простой случайности совпадение. Тем более для ни Йорроха не понимающего бездаря… Подсказал кто?!

Малк внутренне содрогнулся. Когда затевал игру с Младшими Магистрами, ему как-то и в голову не приходило, что все повернется вот так и его заподозрят в игре за другую сторону. Проклятье, да сам он за себя, сам за себя!!! Вот только как об этом убедительно соврать, если при мысли пусть даже о невольной службе демонам его передергивает, а смерть кажется вполне нормальной альтернативой принятию над собой власти Пекла?

От ответа на неприятный вопрос его избавило вспыхнувшее на холме с источником багровое пламя. Возникший из ниоткуда столб огня сначала вырос никак не меньше, чем на высоту в шесть-семь саженей, затем опал… снова вырос и снова опал… Пока наконец не достиг необходимого равновесия и не уменьшился до совсем небольшого магического костерка. Костерка, от которого жутко, невыносимо смердело скверной!

– Это ведь что-то вроде маяка, да? – догадался Малк, с трудом сдерживая приступ паники и обшаривая взглядом окрестности.

Если когда и стоило ждать помощи, то именно сейчас. Потом будет уже слишком поздно.

– Вроде того. Метка для портала и одновременно ключик, открывающий брешь в защите острова. И теперь в эту брешь пройдет кое-кто очень настойчивый! – с явно слышимым облегчением сказал господин Жак.

Кажется, он до настоящего момента боялся, что все сорвется. И только теперь, когда точка невозврата была пройдена, избавился от давящего на плечи груза.

– Но зачем? Вам, Младшему Магистру и Мастеру Школы, это зачем?! – демонстрируя крайнее волнение, повысил голос Малк.

При этом он впился взглядом в небольшой, практически лишенный травы участок на склоне каменистого холма, над которым едва заметно подрагивал воздух. Это была единственная замеченная им аномалия, и он очень хотел верить, что правильно понимает ее происхождение.

Ну же! Ну?!

– А вот это уже не твое дело, – словно сквозь туман, донесся до него вдруг поскучневший голос Улья.

Младший Магистр говорил еще что-то про встречу дорогого гостя и необходимость прощаться, однако Малк его не слушал. Все его внимание было сосредоточено на том месте, где он подозревал наличие хитрого морока. И его поза была настолько выразительна, что странность его поведения заметил даже господин Жак.

Тихо хмыкнув и тем самым выказав свое отношение к столько дешевым трюкам, он все же скосил глаза в нужном направлении. Правда, не забыв поднять собранные в заклинательном жесте пальцы и явно уже в следующую секунду планируя добить исчерпавшего полезность помощника. У Малка на какой-то миг даже возникло ощущение, что у него это получится, но… тут со звуком разрывающегося полотна морок спал и перед ними появилась готовая к бою группа учеников Тияза Черепа. Стево и Больдо впереди, Эйша и Кэйталин – ее Малк увидел впервые – чуть позади.

– Вы?! – аж задохнулся от неожиданности Улей.

– Мы, мы, господин Жак. И уже изрядно устали ждать, когда вы наговоритесь, – слишком нагло для простого Бакалавра перед лицом враждебно настроенного Младшего Магистра ответил Стево.

И вот этого Жак Улей не стерпел. Заклинание, которое уже висело у него на кончиках пальцев и которым он планировал расправиться с Малком, моментально вобрало в себя кучу дополнительных эргов Силы и вместо элегантной Иглы выстрелило в учеников господина Тияза самым настоящим Копьем.

Будь на их месте Малк, подобный удар оставил бы от него хорошо если горсть золы. Однако для собратьев по Школе атака очевидно не стала сюрпризом, иначе они бы не действовали столь слаженно. Сначала на пути магии господина Жака развернулся сотканный из Пепла барьер – тут явно постарался Стево. А затем благодаря выигранным секундам в дело вступил Больдо. Обладатель артефактной алебарды без затей подставил ее под удар Копья, и заклинание нулевого круга в исполнении Младшего Магистра поднявшееся в плане мощи почти сразу на две ступеньки, с грохотом взорвалось. Однако ни Голем, ни находящиеся за ним соученики не пострадали.

На взгляд Малка, это был прекрасный образчик боевой координации, вот только Улья впечатлить не получилось. Наоборот, господин Жак рассмеялся и крайне уничижительным тоном сказал:

– Серьезно? Я бросил практически случайное заклинание, а вы, чтобы отбить его, тут целое представление устроили? И такими силами со мной драться собрались? Со мной?!

Господин Жак даже к Малку повернулся, словно ища сочувствия. После чего жестко потребовал:

– Где ваш Мастер? Где этот ублюдок Тияз?! У нас с ним есть о чем поговорить…

В схватке, столь внезапно начавшейся, возникла пауза. И Стево, как лидер учеников господина Тияза, очевидно не хотел форсировать события.

– Мастер занят – готовится к встрече гостей. Точнее, гостя. – Крыс кивнул в сторону костерка на месте источника Силы. – Вы ведь маячок для Зарраха Колосажателя зажгли, а? Ведь это он ваш дорогой друг, которому вы с готовностью продались? Вот его-то Мастер и ждет. Давно-о уже! Настолько давно, что истомился весь. Как вдруг такой подарок…

Слова Стево прозвучали откровенно издевательски, но Улей воспринял их на удивление спокойно.

– Ждали, значит? – протянул он и спросил у Малка: – Получается, с их подачи ты про девку с Родословной написал, да?!

Однако ответить Малк не успел. Вместо него снова подал голос Стево.

– Будете смеяться, но нет, – сообщил он доверительным тоном. – Мы столько усилий приложили, чтобы через Малка подтолкнуть вас в правильном направлении, – не сосчитать! А все равно получилось не так, как планировали. Только-только заготовили парочку постановок на горячую тему, как этот умник начал отсебятину нести. И вот результат – вы спешите, мы спешим…

– Действительно забавно, – несколько натужно засмеялся господин Жак. – И защиту над островом вы, как понимаю, тоже специально ослабили?

– Разумеется, – не без высокомерия улыбнулся Стево. – Мастер седмицу директора уламывал, чтобы тот согласился в пространственных барьерах над внешней фракцией щелку оставить. Думали, клюнет хеймдаркец на приманку, да куда там. Полгода прошло, всякая нечисть к нам уже полезла, а дорогой гость все не идет и не идет. – Крыс замолчал, невольно давая Улью переварить услышанное, и повернулся к Малку. – А ты поднимайся, хватит разлеживаться. Отсидеться в стороне, как та обезьяна[9], ты точно не сможешь!

Реакция Стево Малку не слишком-то понравилась, но… кто сказал, что команда господина Тияза будет рукоплескать его попытке заставить их сыграть втемную? Хотя, с другой стороны, вины Малк тоже не чувствовал. Он использовал их, они использовали его – все по-честному. Не так ли?

Он осторожно поднялся на ноги и начал бочком отступать в сторону соучеников. Благо после трех «лечилок» умирающим Малк больше себя не ощущал.

– Так, значит, дело не в наивной надежде на мою благосклонность, да? Ты из-за них такой спокойный был? Верил, что в беде не оставят? – спросил господин Жак, не пытаясь ему воспрепятствовать.

– Все так, – развел руками Малк. – Правда, до последнего момента не понимал, кто из вас будет спасителем, а кто злодеем…

– Да? Интересно, а им тогда ты какую историю скормил? – со странной интонацией уточнил Улей.

– Не историю, – покачал головой Малк. – Я перед тем, как письмо вам писать, решил комнату свою на предмет следящих артефактов проверить. Через духовный резонанс. И, к собственному удивлению, один такой нашел. Не сразу, практически случайно, но ведь нашел… И тогда же додумался использовать его для информирования о происходящем Мастера Тияза. Всего-то и дел – оставить на некоторое время письмо открытым, а с остальным владелец следящего устройства сам справится! Правда… – Он помедлил, не зная, говорить или нет, но все же продолжил: – Не думал, что мои собратья по Школе окажутся настолько медлительными!

Подпущенную шпильку Стево если и заметил, то высокомерно проигнорировал. А вот господин Жак молчать не стал.

– Это ты им насчет убитых мною жандармов пеняешь? – Улей зло рассмеялся. – Тогда можешь не стараться. Череп тоже не на стороне закона играет. И если бы не я, то с ними бы расправились твои славные собратья. Потому как наши с ними разговоры не для посторонних. И прежде всего не для слуг Триумвирата. Больше скажу, они и тебя позволили бы грохнуть, да только уж больно специфический инструмент из тебя сделать можно… Тияз за такое по голове не погладит!

– Может быть, хватит? – все-таки вмешался в разговор Стево.

Господин Жак лишь неопределенно дернул плечом.

– Да я уже сказал, что хотел. – Немного помолчал и продолжил: – А вообще… признаю, с этими историями про демонические и не очень Родословные вы действительно меня переиграли. Я столь сильно хотел поверить в ваш успех, что принял все на веру. И побежал открывать ту самую дверку, которая, оказывается, и без меня была приоткрыта… Так что да, вашими стараниями меня ждет ой какой непростой разговор с господином Колосажателем! Но, с другой стороны, если он получит голову своего старого врага, его учеников и разрушит враждебную Хеймдарку Школу, то ведь должен сменить гнев на милость, а?

Вторя его словам, соседний холм неожиданно содрогнулся, костерок вспыхнул маленьким солнцем, и из него вверх ударил ярко-алый луч. Он не просто вонзился в ставший вдруг видимым магический купол у них над головами, но и с адским грохотом вышиб из него приличных размеров фрагмент.

– Дырявая защита, говорите? Так я это давно заметил. Вот только подбирать ключик не захотел, а нашел слабое место и просто выбил замок… Руками специалиста из Хеймдарка, правда, но какая разница? – с плохо скрытым торжеством в голосе объявил Улей и, уже откровенно глумясь, сообщил: – А потом мне показалось, что этого недостаточно, и я подготовил еще один сюрприз.

Со стороны бухты, на берегу которой располагалась внутренняя фракция, донесся мощнейший взрыв. Улей довольно осклабился.

– А вот и береговая батарея взорвалась. Вот что значит с людьми правильно работать!

– С людьми, это как с Контом Два Зеркала? – подал голос доселе молчавший Больдо.

– Именно, дорогой друг. Именно! Правда, пришлось Фьердаллена на помощь звать, уж больно крепким орешком Конт оказался, а тут своими силами справился! – Господин Жак счастливо захохотал. – Впрочем, чего это я… Настало время главного события этого дня. Коллеги, приготовьтесь: третий сюрприз!

Йоррох знает как у него получилось так подгадать, но в небе снова загрохотало. Над бухтой, на высоте в пять-шесть саженей возникла черная точка, которая стремительно разрослась и превратилась в гигантское облако. Облако, из которого, точно заяц из шляпы фокусника, в воду опустился здоровенный, окутанный клубами дыма боевой крейсер авалонской постройки!

– Как видите, господин Заррах решил не мелочиться и выбрал для визита транспорт посовременней. Согласитесь, дорого, но весьма эффектно. Или вы думали, он на традиционной костяной галере с немертвыми гребцами сюда прибудет? – торжествующе осклабился господин Жак.

Что ему ответили, Малк не слышал. Добравшись до соучеников, он принялся перезаряжать револьвер и уделял этому максимум внимания. Да, против сильных магов подобного рода оружие помогало слабо, но без него он ведь вообще был беззащитен! Резерв пуст, марионетка не пойми где и ее духовные колебания еле ощущаются, а по карманам хоть и рассован целый десяток одноразовых Искр, урон от них даже меньше, чем от пуль. Есть еще, конечно, тесаки, но… к Младшему Магистру, который одним взмахом руки проломил ему Панцирь, Малк приближаться больше не хотел.

Он уже ставил последний капсюль, когда со стороны магического маяка – уже практически погасшего – вдруг раздался крик Фьердаллена. Старый «демонолюб» на наречии Пекла орал то ли «чисто!», то ли «пусто!». Малк недослышал, однако господин Жак своего напарника явно понял правильно. И сделал выводы.

– О, мне тут подсказывают, что кроме нас с вами здесь больше никого нет… И это прекрасно, а то я уже устал время тянуть. До последнего опасался, что кто-нибудь из старших коллег все-таки решил подстраховать вашу задорную компанию. И вдруг такой сюрприз! – с очевидным облегчением сказал Улей и неприятно улыбнулся.

В тот же миг его лицо резко побагровело, вздулись мышцы, а сам он стал словно выше ростом. И не было бы в этом преображении ничего действительно пугающего, если бы вслед за телесными трансформациями не начались трансформации энергетические. Присущая человеку аура пошла волнами – ее будто распирало изнутри, – затем резко увеличилась, приняла форму огромного пса и, просуществовав в таком виде пару ударов сердца, снова изменилась. У адской гончей выросло еще две головы, появились рожки и несколько лишних пар глаз, а хвост стал чем-то напоминать драконий. Выглядело это достаточно угрожающе, и лишь некоторая бледность тонкого тела указывала на то, что явленная мощь не достигла своего пика.

– Так вот ради чего ты все это заварил, да? Тебя купили Родословной Цербера? – презрительно поджав губы, бросил Стево.

Возникло ощущение, что действия Улья не беспокоили сильнейшего ученика господина Тияза. Ну а так как в глупости Крыса заподозрить было нельзя, это означало только одно – за пазухой у него определенно лежал какой-то козырь!

– Не всем же так везет с предками. Кому-то они великий талант к магии передают, а кому-то только дерьмовую Родословную… да-да, я про своего адского пса, по которому ваш ублюдок-учитель так любил проходиться! – откровенно нечеловеческим голосом прорычал-просипел господин Жак, без сомнения задетый за живое. И ожег Малка взглядом. Будто он тоже был уличен в распространении тех самых «шуточек». – Так что моя вечная благодарность владыкам Хеймдарка за то, что помогли повысить ее класс. И чуть меньшая благодарность уже вам за то, что я могу проверить, насколько она теперь сильна!

Поставив в разговоре жирную точку, Улей развел руки в стороны и, прикладывая хорошо заметное усилие, поднял их ладонями вверх. В воздухе тотчас раздался многоголосый гул, и из травы на одном из склонов вылетел огромный рой пчел. Вряд ли толстяк смог вот так сразу зачаровать такое количество насекомых, а значит, это была домашняя заготовка. Некая страховка, которая ждала своего часа и которую Младший Магистр теперь собирался пустить в ход. Так что можно было не сомневаться – сдерживаться он не станет.

Уже знакомая огненная аура вспыхнула вокруг пчел едва ли не молниеносно. Еще какие-то секунды назад это были обычные полосатые трудяги, и вот они уже охвачены колдовским пламенем и неотвратимым потоком мчатся на учеников Черепа. Так мало того, и сам господин Жак решил не оставаться в стороне – с минимальной задержкой пустил следом еще и Огненную Стрелу второго круга…

Малк, который находился чуть в стороне и хорошо видел эту прикрытую роем насекомых атаку, тотчас выкрикнул предупреждение, однако, похоже, коллеги в его помощи не нуждались.

Первым свой ход сделал Стево, до последнего казавшийся рассеянным и абсолютно расслабленным. Набрав полную грудь воздуха, он вдруг сделал шаг вперед и… выдохнул на пути крылатых убийц огромное облако Пепла. Вложил он туда эргов пятнадцать – двадцать Силы, так что уровень атаки был соответствующий. Хилые, несмотря на всю вложенную в них магию, пчелы дождем посыпались на траву.

Правда, на то, чтобы убить абсолютно всех подопечных Улья, облака не хватило – часть насекомых выжила, – однако с ними уже разобралась Кэйталин. Вечно пропадающая Йоррох знает где девушка-Бакалавр непонятным для Малка образом создала перед собой колдовской чертеж из светящихся красным линий, активировала его и призвала на помощь кого-то вроде фамильяра. Из клубов алого дыма в центре рисунка высунулась птичья голова и втянула в себя всех остающихся в воздухе пчел. Р-раз, и готово!

Некоторую опасность представляла Стрела, которую по ходу атаки попытался ускорить господин Жак, но ее взял на себя Больдо. Встав на пути магического снаряда, он покрылся каменной коркой, разом напомнив статую, и грудью принял удар… Правда, на взгляд Малка, свои силы Голем все же переоценил. Потому как волшба Улья не только пробила каменную оболочку и оставила на закаленной плоти Больдо внушительных размеров рану, но и вышибла его с вершины холма. И теперь, прежде чем Голем вернется в бой, должно было пройти какое-то время…

Из четверки старших учеников в прямое противостояние не полезла только Эйша. Вместо этого кажущаяся необычайно молчаливой девушка завернулась в светящийся зеленым кокон, а уже от него к остальным членам отряда протянула мостики энергетических линий. Дотянулась одна такая и до Малка. А спустя секунду через нее прошла порция структурированной Силы и зажгла вокруг заряженного револьвера убийственную ауру смертельного яда.

– Да сдохните же!!! – рассвирепел из-за первой неудачи господин Жак и в открытую принялся выкрикивать скороговорку заклинания.

Ему вторил Стево. И Стево же оказался чуточку быстрее. Откуда-то из-за спины сильнейшего ученика Черепа выпорхнули шесть крылатых, окруженных аурой яда крыс и устремились к толстяку. Улей сосредоточился на создании из оставшихся во фляге пчел чего-то вроде Огненного Бича, которым он и хлестнул, спустя какие-то секунды, по колдовскому рисунку Птицы. Одного удара хватило, чтобы рассыпалась искрами рассеченная надвое птичья голова и с хлопком даже не лопнул, а взорвался контур ритуальной фигуры. Он попробовал возвратным движением достать и кого-нибудь из подопечных Стево, но те оказались слишком ловкими. Увернулись от контратаки и вцепились когтями в тело Улья.

Вот только если Крыс ждал какого-то значимого результата, то зря.

– Да, да!!! Вот она, сила!!! Оно стоило того! – завопил от нестерпимого восторга господин Жак, убедившись, что ни одна из тварей не нанесла ему даже малейшей царапины.

Тело, которое распирало от Силы Родословной, пепельным крысам было не по зубам.

Видимо, на волне энтузиазма, а может, потеряв на мгновение контроль над эмоциями, господин Жак упал на четвереньки и как есть помчался на Стево. Крыс он оставил на теле… И это оказалось ошибкой. Повинуясь воле создателя, они мгновенно перебрались к нему на спину, слились в одну здоровенную гадину, и уже та вцепилась господину Жаку в загривок.

– А если так, а?!! – продолжил вопить Улей.

На его шее вдруг выросла призрачная собачья голова, и, в свою очередь, укусила крысу за бок…

Господина Жака от Стево отделяло всего полсажени-сажень, когда толстяк взвился в каком-то зверином прыжке и попробовал то ли сбить лучшего ученика Черепа с ног, то ли вырвать ему зубами горло, однако так ничего и не добился. Стево вдруг обернулся столбом дыма, сквозь который пролетел разъяренный Больдо, и на встречном движении вонзил алебарду в грудь Младшего Магистра.

– Ха-ааа! – заорал Улей, чья защита все-таки была пробита.

Разбрызгивая кровь, он голыми руками вцепился в Каменный Крушитель и попытался отобрать его у Больдо. В помощь себе он отрастил еще одну призрачную голову, и та даже попыталась вонзить зубы в лицо Голема. Однако соученика Малка спасла Змея. Девушка попросту влепила в распахнутую пасть ядовитый магический шар, от которого голова Цербера резко позеленела, а затем и вовсе начала стремительно оплывать точно свеча…

Вот только неудачи ничуть не сказались на жажде битвы господина Жака. Вместо того чтобы попытаться отступить, он хитро извернулся, сбил Больдо с ног и попробовал добить упавшего. И ему это, вероятно, даже удалось бы, но свою лепту внес Малк. Все шесть отравленных пуль его револьвера вонзились в грудь бывшего куратора, отбросив его назад и заставив яростно вопить нечто нечленораздельное.

Впрочем, спустя секунду господин Жак успокоился, в его руке появились одноразовые «лечилки», и он принялся их крошить в ладони, оглядываясь в поисках пропавшего Стево и попутно рыча:

– А ты, Крыс, молодец! Утаил-таки, что прорвался в Младшие Магистры, утаил! Никому не сказал…

Внезапно отбросив в сторону остатки сосудов с заклинаниями, Улей принялся водить перед собой руками, лихорадочно колдуя. Через несколько секунд формула была завершена, и в противников покатилась волна бледно-розового цвета.

Что это такое, понимание пришло, лишь когда сдавило тисками череп, в мыслях появилась путаница и началось головокружение. Во всяком случае, так было у Малка. Что почувствовали остальные, он не имел ни малейшего понятия. Достаточно того, что Эйша моментально хлопнулась в обморок, Больдо забился в странных судорогах, а Птица… Птица, пожалуй, была единственной – кроме исчезнувшего Стево, – кто не попал под воздействие ментальной волшбы. Хотя была ли в том именно ее заслуга, Малк был не уверен. Уж больно странно пульсировали два техномагических браслета у нее на предплечьях.

Именно этот момент общей слабости выбрал Фьердаллен для вмешательства в схватку. Пока они в большинстве своем отходили от ударившего по мозгам заклинания, «демонолюб» спустился с холма и с ходу атаковал… Малка. Видимо, Улей все же не врал и мерзавец имел-таки на убийцу Трехголового большой зуб. Причем ладно бы он просто напал – с оружием или даже с заклинаниями, – нет, для драки старик сменил внешний облик. Выглядело это одновременно страшно и омерзительно. Чтобы описать его боевую форму, достаточно соединить вместе адскую гусеницу, саблезубого волка и человека. Потом перемешать, раскидать по телу кроваво-красные глаза, и вот тогда, быть может, удастся получить примерное представление о внешности хеймдаркца.

– Умри!!! – зашипела химера то ли головой старика, то ли расположенной в середине волчьего туловища пастью, то ли «клювом» гусеницы. – Умри!!!

По бокам у монстра появились щупальца, из пасти вылезли истекающие ядом клыки, а сам он весь напружинился, как перед прыжком… И болезненно взвизгнул, когда Малк шарахнул по нему сразу всеми имеющимися у него одноразовыми Искрами. Мало того, пока ошеломленная ударом тварь пыталась прийти в себя, он метнулся к лежащему неподалеку телу поручика Ламвроша, завладел его искрометом и снова открыл огонь.

Как же хеймдаркский выродок заорал! Как завыл! Как от него во все стороны полетели ошметки плоти и брызги зеленой крови! Любо-дорого посмотреть. Одна беда, заряд искромета очень быстро закончился, и Малку ничего не оставалось, кроме как взяться за тесаки и приготовиться к рукопашной схватке.

– Умри, умри, умри!!! – самым безумным образом завыла химера и взбешенным быком ринулась на Малка.

Успела сделать два шага, потом перед глазами Малка мелькнула алебарда, и вот уже голова «гусеницы» летит в сторону, а основное тело кубарем катится ему под ноги. Фьердаллен попробовал было хлестнуть недруга щупальцами, но не успел. Малк махнул тесаками, и вторая, теперь уже человеческая голова химеры улетела в траву, а Бакалавр-недоделок забился в смертельной агонии.

– Спасибо! – выдохнул Малк.

Больдо, весьма удачно до того изображавший эпилептический припадок, лишь отмахнулся и ринулся к главному их противнику.

К господину Жаку.

Правда, там его помощь особо не требовалась. Стево, как позже выяснилось весьма умело пользующийся маскирующими артефактами, выпав из поля зрения Улья, успел подготовить новую атаку. Собрал Властью оставшуюся от прошлых ударов и рассеянную вокруг Силу Пепла, сотворил из нее нечто вроде цепей и сковал ими господина Жака. Вряд ли этого хватило бы, чтобы надолго удержать того на одном месте – слишком могучим было его измененное Родословной тело и велика Власть, – но такую цель никто перед собой и не ставил. Все, чего Крыс хотел, это дать время Кэйталин для подготовки самого мощного ее атакующего заклинания. И девушка не подкачала. Господин Жак уже освободил одну ногу, когда сверху на него спикировала сотканная из Пепла птица, вонзила в грудь когти и… взорвалась!

– Больдо, держи его! – скомандовал Стево, подлетая к окровавленному, но еще шевелящемуся телу Улья.

В руке у него как по волшебству появился нож, и он начал наносить им удары по конечностям раненого Младшего Магистра, делая невозможной любую попытку пошевелиться. Появившийся чуть позже Больдо действовал иначе. Пяткой материализовавшейся алебарды он коснулся точки между бровями господина Жака и, используя оружие как проводник, щупом Силы принялся раздражать энергетический узел, отвечающий за ясность мышления.

Зачем такое изуверство, Малк поначалу даже не понял. И лишь когда Больдо крикнул, чтобы Птица дала Малку зелье второго ранга «Регенерация энергии», а сам он, в свою очередь, получил приказ собирать Силу, достаточную для активизации Призрачной Руки, лишь тогда до него дошло: все дело в Родословной. В йорроховой Родословной, которую в окружении Черепа никто не хотел упускать. А еще в том, что извлекать ее придется из еще живого Младшего Магистра Жака Улья. И если Малк на это согласится, дороги назад, в мир свободы от власти Тияза Черепа, для него уже не будет…

Вот только есть ли у него выбор?!

Глава семнадцатая,

в которой завершается игра

Восстанавливать энергию Малку пришлось в весьма сложных условиях. В небе грохотала непрекращающаяся артиллерийская канонада, земля под ногами содрогалась от мощных взрывов, а в душе нарастало ощущение огромного кризиса. Уж чего-чего, а оказаться в самом центре противостояния Школы с овеянным мрачными легендами Хеймдарком он точно не планировал. И дело вовсе не в том, что Малк хотел избежать войны, – свой долг как гражданина Борея и мага он знал хорошо. Просто до сих пор наивно надеялся, что исполнять его придется хотя бы после достижения ранга Бакалавра. Ведь кто он сейчас? Обычный Ученик, который в способностях и навыках лишь самую малость возвышается над вступившими на путь Силы Адептами. Тогда как главные действующие лица разворачивающейся битвы – Магистры и Младшие Магистры. Да тут Бакалавру выжить проблема, что уж про Ученика говорить!

Тем не менее на глубине погружения в недра сознания и качестве работы с формулой сбора энергии переживания Малка никак не сказались. Сейчас перед ним стояла вполне конкретная цель, а значит, для ее достижения следовало собрать все свои силы. Вот он и собирал. Благо соученики не только сыпали приказами, но и не поскупились на помощь.

Помимо зелья «Регенерация энергии», которое, как выяснилось, увеличивало скорость пикового сбора энергии почти на полтора эрга в час, Стево также вручил ему небольшой накопитель с чистой Пневмой. С подобными «игрушками» Малк ранее не сталкивался, поэтому для него было неким сюрпризом узнать, что использование заряженных Силой кристаллов сродни медитации в источнике магии первого класса. Учитывая же даваемое Кристаллическим Сердцем удвоение скорости поглощения энергии, за час он смог вытянуть вместо одной целой и одной десятой эрга аж две целых и две десятых.

Не осталась в стороне и столь нелюбимая Эйшей спутница Крыса. Кэйталин оказалась специалистом по ритуалам и перед началом медитации Малка взмахом руки воздвигла вокруг него узор собирающей Силу магической формации. Большого эффекта это не принесло – на создание колдовского рисунка ушло гораздо больше Силы, чем удалось получить, – но и половина эрга в ситуации Малка тоже имеет значение.

Добавляем сюда же эффект зелья, остававшийся про запас один эрг, и вот уже после часа работы резерв Малка достигает пяти целых двух десятых эрга. Вполне достаточно для тех задач, что поставил перед ним сильнейший ученик господина Тияза.

Правда, без ложки дегтя не обошлось. Совместное использование зелья и ритуала оказывало колоссальную нагрузку на организм. Все тело ломило, во рту разливался металлический привкус, а перед глазами кружились черные мушки. И это у Малка, который пережил подстегнутую отравлением Жизнью трансформацию! А что насчет магов с обычной конституцией? Или подобного рода средства рассчитаны только на тех, кто специализируется на закаливании тела?!

Впрочем, возмущаться тем, что его вынудили использовать средства с неясными побочными эффектами, он не стал. Принцип «могущество имеет цену» Малк давно уже уяснил и смотрел на окружающий мир через призму этого знания. И пока цена не становилась чем-то непомерным, его все устраивало…

На то, что происходит совсем рядом, Малк смог обратить внимание, лишь когда наполнение его магического резерва перевалило через планку в четверть от максимального объема. Открыл глаза, огляделся и застал самый конец разговора между частично вернувшим себе разум господином Жаком и Стево Крысом.

Окровавленный, распластанный на земле Улей, еще недавно казавшийся умирающим, не просто хрипел какую-то бессмыслицу, а, зверски выпучив глаза, сыпал вполне внятными угрозами:

– Заррах сровняет ваше гнилое гнездо с землей… Слышишь, Крыс, с землей! И ни ты, ни твой полумертвый Мастер, и уж точно не вся эта свора живущих прошлым магов ничего не сделаете! Понимаешь? Ничего! А закончив с вами, Колосажатель косой смерти пройдется по острову и соберет столько жертвенной силы, что как на крыльях взлетит к следующему рангу!

– Возможно, однако ты этого уже не увидишь, – ничуть не впечатленный словами пленника, с ленцой сообщил Стево.

Чего уж там, он и не смотрел-то на него толком. Словно успел вычеркнуть господина Жака из списка живых.

– Кто знает, Стево, кто знает… Уж пару-тройку суток сохранить целостность Духа после смерти я смогу, а там, может, и Заррах вспомнит о том, кто двери Школы перед ним открыл. А вспомнив, поможет воскреснуть! – задыхаясь от ненависти, процедил господин Жак.

– Очень даже может быть, – пожал плечами Стево и несколько рассеянно бросил: – Вот только сначала твоему хозяину надо не просто выжить, а победить. Насчет чего у меня есть сомнения… – И, обращаясь к своим соученикам, сказал: – Больдо, Эйша, мы уходим. Кэйталин, остаешься с Эттином. Проследишь, чтобы он закончил с этой падалью, а затем отведешь его в точку сбора.

И ни слова для Малка. Самого младшего ученика своего Мастера он опять подчеркнуто игнорировал, хоть и видел, что тот открыл глаза.

Через минуту троица соучеников спустилась с холма и быстрым шагом двинулась по направлению к Школе. Туда, где гремели взрывы и где могучие маги готовились сойтись в бескомпромиссной схватке. Не было никаких сомнений, что пленение господина Жака для них не более чем эпизод в большой и запутанной игре. Игре, которую Малк пока что не понимал.

– Ты готов? – подала голос Птица, одновременно с этим подкручивая миниатюрные верньеры и щелкая наборными кодовыми дисками на своих браслетах.

Прежде чем Малк ответил, девушка плавно развела руки в стороны, зажгла вокруг ладоней рунические круги и, прикрыв глаза, принялась в одном ей известном ритме шевелить пальцами. Отзываясь на ее действия, вокруг тела Улья зажегся светящийся красным круг, и уже в нем принялись всплывать группы значительно более мелких геометрических фигур и рунных цепочек. И никакой тебе возни с вычерчиванием знаков и линий на земле! На фоне подобной красоты попытки Малка оптимизировать свои ритуальные экзерсисы выглядели откровенно жалко.

Наконец пространство вокруг господина Жака последний раз полыхнуло огнем, и на земле остался колдовской рисунок из слабо тлеющих красным линий. Кэйталин же встряхнула кистями рук, словно убирая усталость, и сделала Малку приглашающий жест.

– Прошу!

Малк вежливо кивнул и, упруго поднявшись с земли, приблизился к бывшему куратору от Темной Канцелярии.

– А, вот и до помощничка очередь дошла… Что, думаешь, продался великому Черепу и удачу оседлал, да? И теперь фениксом полетишь к вершинам могущества? – захрипел господин Жак. – А вот шиш тебе! Ты не Наследник магии Пепла вроде Стево и не гений ритуалов, как эта сучка, что меня сейчас в круг Силы заключила. Не-е-эт, ты – бездарность. Пшик. Пустое место. И удел твой – быть инструментом в руках Тияза. Слышишь? Инструментом! Вещью, которую он рано или поздно сломает и выбросит!

Последнюю фразу Улей проорал. Святые знают, чего он хотел этим добиться – может, внести смуту в разум бывшего подопечного, а может, добиться от него какой-то помощи, – но желаемого не получил.

– Я знаю, – криво усмехнулся Малк, покосившись на стоящую со скучающим видом Кэйталин.

Он и вправду все это знал. Однако ничего изменить пока не мог, а потому ему оставалось только ждать, копить силы и надеяться, что в нужный момент сможет вывернуться из любой ситуации, в которою его ввергнет Тияз Череп. Вот только озвучивать эти его мысли не было никакого смысла.

Тем временем магия Птицы начала действовать, и господин Жак замолчал. По всему его телу точно змеи поползли цепочки из знаков Руноглифа, то здесь, то там начали загораться миниатюрные многолучевые звезды, а следом принялись собираться энергетические потоки внутри тела.

Мысленно поблагодарив Кэйталин за то, что она взяла на себя весомую часть работы, Малк создал Призрачную Руку и погрузил ее в середину грудной клетки Улья. Его ждала утомительная процедура извлечения Родословной…

Как ни удивительно, но поначалу особых проблем у него не возникло. Улей, даром что Младший Магистр, стараниями магии Кэйталин никак его действиям не мешал, Сущность Крови выделялась с минимальным сопротивлением организма, а ответная реакция начинающего идти вразнос тонкого тела была столь незначительна, что ею можно было пренебречь. Малк даже успел порадоваться, насколько все легко получается, как находящийся без сознания господин Жак вдруг захрипел, его лицо исказила судорога, и он… умер. Тело же его принялось стремительно усыхать и сморщиваться, так что не прошло и десятка секунд, как от пышущего здоровьем толстяка осталась лишь мумифицированная оболочка.

Йоррох! Малк скривился как от зубной боли. Он, конечно, старался не думать о том, чем занимается, но мыслям-то не прикажешь. И пусть в самом факте смерти врага он не видел ничего предосудительного – наоборот, подобные вещи Малк всячески одобрял, – то, как именно это произошло, его совсем не радовало. Все-таки в использовании недруга в качестве источника Родословной было что-то извращенно неправильное. Да, возможно, корни подобного отношения крылись в его излишнем чистоплюйстве, но причин отказываться от своего мнения Малк все равно не видел. Неправильно это, неправильно!

Малк медленно вытянул Руку из груди господина Жака и посмотрел на зажатую между пальцами огненно-красную бусину. Внимательно ее изучил, попробовал ощутить резонанс и резко помрачнел. Добыча оставляла странное чувство неполноты.

– Что-то не так! – пробормотал он и вздрогнул, когда в ход его мыслей вмешался немного недовольный голос Кэйталин:

– Конечно, не так.

Девушка подошла ближе и, вставив в правый глаз монокль в латунном корпусе, принялась рассматривать через него содержащуюся в крохотном шарике Сущность Родословной. Наконец кивнула и убрала оптический прибор обратно в поясную сумочку.

– Как я и думала. Жак обладал Родословной, на десять процентов соответствующей Родословной истинного Цербера, а то, что ты добыл, и один процент не обеспечит. Мало того, столь малый объем Сущности попросту потеряется в процессе пересадки, что низводит до нуля вообще все наши старания, – сказала она, с сожалением качая головой.

– Погодите, я думал, Улей заполучил полную Родословную… – удивился Малк, вдруг выяснив, что знает по данной теме далеко не так много, как ему казалось.

– Ага, конечно. Задавили бы мы его тогда, – рассмеялась Кэйталин. – Полноценную Родословную нельзя привить одним махом – обязательно загнешься в процессе. Можно лишь с помощью Сущности Крови запустить череду преобразований тела и Духа, достичь в них некоторого уровня соответствия оригиналу, а дальше… дальше через медленное развитие двинуться к цели. Чтобы Жак мог раскрыть мощь короля адских псов, требовались годы, если не десятилетия поэтапного раскрытия спрятанного в этих десяти процентах потенциала. А уж сколько это пожрало бы ресурсов… – Девушка снова с сожалением покачала головой. – Теперь представь, какие усилия придется приложить, чтобы вырастить Родословную, имея на руках лишь добытую тобой капельку. Жуть, да?

– Йоррох… – выдохнул Малк, с отвращением разглядывая «бусину».

– Ничего страшного, так бывает, – успокоила его Птица. – И чем выше уровень Родословной, тем чаще случается неудача. Повысить шансы на успех можно, но для этого нужен большой опыт, сильная Власть и высокий ранг. Чего у тебя, увы, нет. Если это тебя обрадует, то скажу, что инструментальным способом мы бы и таких крох не извлекли!

– И что теперь делать? – спросил Малк.

Девушка ободряюще улыбнулась:

– Попробуй скормить своему гомункулусу, если он еще цел. Вдруг что интересное получится…

Надо сказать, за чередой событий Малк о своей марионетке позабыл. И в настоящий момент понятия не имел, что с ней стало после того, как господин Жак скинул ее с вершины холма. Так что он незамедлительно «прислушался», попробовал ощутить резонанс и… с облегчением нашел пусть слабое, но вполне узнаваемое «биение» тонкого тела создания господина Тияза.

– Вроде еще барахтается, – буркнул он и бегом спустился по склону.

Гомункулус лежал в зарослях репейника, и, будь это человек или иное живое существо, Малк решил бы, что перед ним труп. Все тело изломано, спина покрыта рваными ранами, а в боку и вовсе зияет дыра с кулак размером – в падении тварь на что-то крайне неудачно налетела. Однако духовные вибрации говорили об обратном, а значит, можно попробовать все исправить.

Покосившись на подошедшую Кэйталин, Малк вздохнул и уронил каплю Сущности прямо в самую большую рану. Подсознательно он ожидал, что сразу же последует какая-то реакция – раздастся шипение, начнут затягиваться раны, появится магическое свечение, – и потому был сильно разочарован, когда ничего подобного не произошло. Он даже заподозрил, что все зря, как вдруг вмешалась Птица. Девушка сменила в браслетах заряженные стержни из прессованного кристаллического песка, протянула над марионеткой ладони и уже знакомым Малку способом начала создавать какую-то ритуальную фигуру. А как закончила, влила в нее четыре или пять эргов собственной Силы и прошептала слово-активатор.

– Да все без толку… – начал было Малк, как вдруг откуда-то появилось облако густого тумана и полностью скрыло изуродованное тело.

Гомункулус пропал, и лишь смутное ощущение того, что внутри туманного кокона происходит некое движение, подсказывало: ничего еще не закончилось.

– А все-таки, что такое Родословная? – спросил Малк через пять или шесть минут молчаливого ожидания. – Раньше думал, что это просто естественным образом зародившаяся среди потомков одного рода способность или склонность к определенной магии. Потом узнал про демонов-прародителей некоторых старых Родословных. Теперь вот вы говорите, что ее надо как-то развивать… Не слишком ли сложно?

– В самый раз, – развеселилась Кэйталин. – Родословная – это все то, что ты сказал, и еще немного больше. Она действительно может спонтанно зародиться в крови старой чародейской династии, но в то же время может быть насильственно захвачена и при некоторой удаче привита лишенному ее человеку. Однако и в том и в другом случае Родословная не более чем потенциал, с которым надо работать. Ее надо сгущать, уплотнять, убирать лишнее, усиливать важное. Потом вскармливать. Так Эйша стала Бакалавром – Мастер очистил и укрепил ее Родословную. А вот Жак пошел по другому пути и с помощью хеймдаркцев переродил доставшееся от предков мусорное наследие в нечто более высокое… – Чародейка внезапно посерьезнела и предостерегающе посмотрела на Малка. – Главное помнить, что именно в Родословной запрятаны корни могущества многих магов. И они очень не любят, когда посторонние не просто проявляют к теме раздражающее любопытство, а еще и смотрят на вещи в… практической плоскости.

Намек был более чем прозрачен. Малк с серьезным видом кивнул, подтверждая свое полное понимание вопроса.

Наступило неловкое молчание, которое спустя несколько секунд нарушила Кэйталин.

– Скажи… а зачем ты в том письме к Улью написал именно про девушку? Почему не парень или мужчина? – спросила она задумчиво и застала Малка врасплох.

– Девушку? Не понял, какую… А! Так вроде уже говорил, что случайно получилось. Решил сделать историю более контрастной, – далеко не сразу поняв суть вопроса, ответил он.

– Контрастной? – нахмурилась Птица.

Малк недовольно поморщился. Объяснять ему совершенно не хотелось.

– Именно, – наконец заговорил он. – Возьмите полотно, в центре изобразите красивую даму с шикарным декольте, а на заднем плане поместите шагающих механизированных воинов с коровами в кабинах. И можете не сомневаться – рогатых водителей если кто и заметит, то далеко не сразу. Или наденьте ярко-красный, вырвиглаз камзол, аналогичную шляпу, ботинки, отправьтесь на самую многолюдную площадь и при всех совершите преступление. Как вы думаете, какую вашу самую броскую примету опишут свидетели жандармам? – Малк скривился и помотал головой. – Это и есть контрасты. В любом деле именно их мы цепляем вниманием и крайне редко двигаемся дальше. Вот и я решил поступить аналогично. Ведь что может быть заметнее, чем несчастная белая девушка с мистическими татуировками, находящаяся в окружении черных-пречерных демонов? Так сразу и не придумаешь, да? А значит, этим образом можно прикрыть разного рода натяжки и неточности…

– А можно поинтересоваться, где это ты таких премудростей нахватался? Неужели в своем Обществе? Если да, то, пожалуй, стоит туда заглянуть. Вдруг чего нового узнаю… – протянула Кэйталин, широко раскрыв глаза и уставившись на кокон вокруг марионетки.

– Да при чем тут Андалорское Общество?! Я еще в интернате книжку на эту тему прочитал. Там, правда, больше про картины было, но принцип-то один, – сказал Малк, помедлил и все же осторожно уточнил: – А что, с этой девушкой действительно связано какое-то серьезное дело?

– Угу. Связано… – кивнула Кэйталин, прикусив нижнюю губу. – И ты в это «связано» своим «контрастом» от души вляпался. Причем ладно, если выдумка эта останется между нами и об истинной причине появления Зарраха у ворот Школы никто не узнает. Однако что будет, если про твою белую девушку узнают другие заинтересованные стороны… Даже думать не хочется!

Птица с мрачным видом замолчала, ясно показав, что других подробностей не будет. Не стал проявлять лишнее любопытство и Малк. Интерес к данной теме определенно плохо сказывался на здоровье.

Однако и отказать себе в возможности расспросить столь знающего человека он тоже не смог.

– Кэйталин, я тут вдруг подумал… А вы ничего не знаете про нападение на толокский флактурм? Меня особенно пропавшая жертвенная энергия волнует. За всем тем, что здесь происходило, мне так и непонятно, кто же собрал «урожай» Трехголового. Это был господин Фьердаллен, Жак Улей или… наш с вами учитель, раз уж он подобного рода Силами балуется?

Он был готов к тому, что девушка его вопрос проигнорирует. Однако Птица искоса на него поглядела, иронично фыркнула и спросила:

– А сам что думаешь?

Малк пожал плечами:

– Не знаю…

– Вот и не знай дальше, – поставила точку в беседе Кэйталин и кивнула в сторону марионетки. – Тварь твоя, кстати, уже восстановилась. Так что забирай ее, и уходим. А то мы и так задержались.

На взгляд Малка, разговор завершился на чересчур неприятной ноте, однако кто он такой, чтобы спорить с Бакалавром. Тем более со столь опытным Бакалавром! Поэтому он покладисто обернулся, убедился, что кокон действительно пропал, а гомункулус совершенно целехонек, и принялся восстанавливать контроль над своим подопечным…

На все про все у него ушло минуты три, после чего, как и Стево с остальными соучениками до них, они спустились с холма и по неприметной тропинке поспешили по направлению к внутренней фракции. И хотя Малк не очень понимал, что они будут делать там, где до сих пор говорили орудия – канонада не стихала, – свое мнение он держал при себе. Среди его соучеников идиотов не было, а значит, есть какой-то план!

– Если выживем, то кому-то точно не сносить головы. Прошляпить батарею… Ну это ж надо такое учудить! – с хорошо ощутимой досадой бросила на ходу Кэйталин.

У Малка возникло подозрение, что именно с переживаниями из-за нападения связана ее чересчур резкая реакция на некоторые его слова. Если для него Школа все еще была лишь местом, где он получал знания, то для Птицы это был не только дом, но и семья. Семья, на которую напал враг.

– А если бы она уцелела, это что-то изменило бы? – не удержался Малк.

– Может, и изменило бы! – огрызнулась Кэйталин, правда, тут же поправилась: – Хотя да, пушки там старые были. Часть еще со времен Восстания сохранилась. Сто раз директору говорили, что надо провести модернизацию, но все отказывался. Нет денег, нет денег… А их всегда нет! Зато теперь, когда фракцию с землей сровняли, они у него точно будут!

Они миновали гряду холмов и спустились к побережью, откуда как на ладони была видна и бухта, и большая часть внутренней фракции. Точнее, ее остатков. Потому как после двухчасовой артподготовки от пусть мрачноватого, но все же симпатичного на вид поселка остались лишь дымящиеся развалины.

Малк собрался было спросить про явно отсутствующую магическую защиту, но вспомнил про деградацию источника Школы до второго класса и сдержался. Выглядеть идиотом в глазах Кэйталин не хотелось.

Тропинка свернула к лабиринту из огромных валунов и скал, так что на какое-то время картина сражения снова пропала из поля зрения. А когда они наконец вышли на открытый участок, то стали свидетелями некоторого изменения в ходе боевых действий. С вершины той скалы, где был высечен гигантский череп и где находился источник Школы, в крейсер вонзился хорошо заметный на фоне клубов дыма алый луч света. И, судя по тому, что вражеский корабль прекратил стрельбу и спрятался под многослойным панцирем из стихиальных Щитов, ответ защитников был достаточно зубастым даже для броненосца.

– Сильный бы нам источник, и никакие бы пушки не понадобились, – с горечью сказала Кэйталин, невольно подтвердив недавнюю догадку Малка. – А так… не то что сражаться толком не можем, едва-едва хватает мощности покрывать каждодневные потребности фракции. Чего уж там, Мастера в очереди стоят, чтобы разрешение на проведение экспериментов получить…

– Кэйталин, простите, но… а нам вообще будет кто-нибудь помогать? – перебил девушку Малк, внимательно оглядывая кажущийся абсолютно пустынным берег.

– Ты о чем? – немного растерянно спросила Птица.

– О союзниках. И о том армейском гарнизоне, что размещен на острове. Они нас поддержат или Триумвират в подобных вопросах не вмешивается? – пояснил Малк.

– А, эти. Они пока не знают, поддержат или нет. До той поры, пока не появится ясность, на чьей стороне сейчас перевес, что армейцы, что жандармы будут оставаться в местах размещения и охранять вверенные им объекты. Ну сам подумай, вдруг в их отсутствие такой же крейсер в порту появится и десант высадит? Что тогда? Как они перед трибуналом оправдываться станут? – не без издевки сказала Кэйталин.

– Но это же корабль Хеймдарка!!! Да, вы сами его сюда заманили, но… остальные ведь этого не знают! – возмутился Малк, чувствуя, как поднимает голову прячущийся у него в душе колхаунец.

– А что Хеймдарк? – пожала плечами Птица. – Флаг его над кораблем не развевается, демонической магией не воняет, и даже мирных жителей пока никто не трогает. Считай, обычный конфликт между Школами магов, влезать в который без особой на то надобности не будет даже Триумвират.

– О том, что, когда перечисленное все же начнется, будет уже поздно, никто не думает? – возмутился Малк.

И получил в ответ равнодушное:

– Таков реальным мир. Привыкай!

В точке сбора, куда их направил Стево, они оказались спустя десять или пятнадцать минут. Как раз когда заклинание Школы, так и не пробив обороны крейсера, погасло и возобновился обстрел. Пробежали по узкой извилистой щели между двумя скалами, потом нырнули в небольшой, идущий под уклон ход, который вывел их к замаскированной под серый камень двери. Там немного задержались – в спешке Кэйталин ошиблась, когда рисовала на специально подготовленной пластине ключ-пароль, и пришлось повторять ввод, – но все же попали внутрь, где и встретились наконец со своими соучениками.

– Где Стево? – с порога спросила Кэйталин у склонившейся над оружейным ящиком Эйши.

О том, что их встречает именно Змея, Малк понял с некоторым опозданием. Девушка впервые на его памяти была облачена в механизированный доспех и даже без шлема выглядела как незнакомка.

– Больдо пошел менять движитель – чего-то у него там барахлит. – В отсутствие сильнейшего ученика Тияза Черепа Эйша снова не стеснялась проявлять характер и с очевидным наслаждением принялась поддразнивать Кэйталин. – Что до Крыса… – Она демонстративно сделала паузу. – Он у Мастера.

– Уже?! – обеспокоенно воскликнула Птица, игнорируя вызывающее поведение соученицы.

– Уже, – кивнула Эйша и, подмигнув Малку, рубанула кулаком воздух. – Скоро начнем!

Кэйталин вздохнула, приблизилась к одному из стоящих вдоль стен шкафов и принялась возиться с замком. О Малке она словно забыла.

Впрочем, достаточно было того, что о нем помнила Эйша.

– А ты чего стоишь? – удивилась Змея. – Через десять минут выдвигаемся на позицию, и без брони там делать нечего. Сдохнешь в момент!

Она выкатила из ниши тележку с механизированным доспехом и поставила перед Малком.

– Забирайся, – скомандовала она.

Он окинул предложенное ему творение техномагов скептическим взглядом. Надо сказать, выглядело оно не слишком презентабельно. Много царапин, потертостей, вмятин, имеются хорошо различимые следы ремонта. Вдобавок ко всему это еще была и старая, если не древняя модель, место которой в музее, а не на поле боя.

– А смысл? Сначала подогнать под мои габариты надо, а уже потом внутрь лезть! – угрюмо сказал он, ни на что особо не надеясь.

– Подогнали, не сомневайся. Уж чего-чего, а твои размеры нам известны, – захихикала Змея и подмигнула замершему в углу гомункулусу.

Малк запоздало вспомнил про имеющийся у него в комнате наблюдательный артефакт. Действительно, глупо получилось.

Он торопливо снял ботинки, жилет, шляпу, отцепил пояс с оружием и, зайдя со спины, принялся протискиваться в открытое нутро механизированного доспеха. Между делом оглянулся на Кэйталин – хотел увидеть, какая броня досталась ей, – и завистливо присвистнул. Пока он возился со своим старьем, девушка-Бакалавр успела войти в вызванный ею же столб желтого света и теперь терпеливо ждала, пока парящие в воздухе металлические детали соберутся вокруг нее в полноценный доспех. Ловко!

Неожиданно о себе напомнила Эйша. Видимо устав наблюдать за его барахтаньем, она самолично затолкала его внутрь, захлопнула крышку люка, закрыла замки и помогла надеть здоровенный короб с алхимическим преобразователем и набором заряженных кристаллических стержней. И она же произнесла заклинание, пробуждающее энергосистему доспеха.

В ответ на ее действия тотчас загудели скрытые моторы, отчего сразу стало легче стоять и держать равновесие, а перед внутренним взором пробежала голубая рябь и появился ряд небольших значков – число шестьдесят, затем изображение щита и отдельно изображение молнии. И слава Святым, что тут не требовалось каких-то пояснений. Число обозначало емкость накопителей – ни много ни мало, а резерв Бакалавра, – что до щита и молнии, то они отвечали за управление оборонительными и атакующими возможностями доспеха.

– Видишь управляющие глифы? – донесся до Малка несколько приглушенный шлемом голос Эйши. – С ними все просто. Фиксируешь внимание на щите, произносишь заклинание Панциря, однако Силу не вливаешь – это за тебя сделает генератор чар, – и наслаждаешься колдовской броней. Аналогично с Искрой. Здорово?

– Здорово, – прогрохотал Малк. – Только, как понимаю, от моей Власти тут уже ничего не зависит? Раз чары генератор создает?

– Зато никакого расхода собственных резервов, – развела руками Эйша и со смешком добавила: – Да и вообще, бери, что дают. Привередничает тут…

Убежище, или тайную оружейную, они покидали все вместе. Впереди – вернувшийся после замены движителя Больдо, за ним Кэйталин и Эйша, Малк, как самый слабый, замыкал процессию в компании со своей марионеткой. Причем он до последнего думал, что к выделенному им месту в рядах защитников Школы они будут добираться под землей, чтобы избежать обстрела. Однако вопреки его ожиданиям группа почти сразу поднялась по широкому проходу на поверхность и вышла неподалеку от скалы с источником.

– Артподготовка закончилась, – бухнул Больдо, предупреждая вопросы соучеников. – И если хотим успеть к началу десанта, то лучше поверху. Так быстрее.

Будто в насмешку над его утверждением о прекращении обстрела, в воздухе раздался истошный то ли вой, то ли рев, столь похожий на звук летящего снаряда, что сердце само ухнуло в пятки. И лишь спустя какое-то время пришло понимание: этот жуткий звук издавало живое существо. Существо, заглянувшее к ним из таких глубин Пекла, про которые кто-нибудь вроде Малка мог узнать только из сказок.

– Слышали? Вот-вот высадку начнут! – бросил через плечо второй по силе ученик господина Тияза и с шага перешел на легкий бег.

Вслед за ним ускорились и остальные.

Несмотря на спешку, Малк не забывал смотреть по сторонам. И увиденное его откровенно шокировало. Старшую ветвь Школы можно было считать окончательно разрушенной. Если при осмотре издали еще оставалась какая-то надежда, что хоть что-то уцелело, то теперь она пропала окончательно. Ни одного целого дома, только развалины. Что не разрушено, то горит, что не горит, то дымится. Убитых, правда, не видно, но и это ни о чем не говорило. Под руинами вполне могли находиться и погибшие.

На фоне подобной разрухи неожиданно целехонькой выглядела скала с источником. Ни выщербины, ни трещины… Череп и тот уцелел! Видимо, совсем уж экономить Силу директор не пожелал и защитил хотя бы главную ценность Школы.

Неподалеку от этого места под прикрытием каменной насыпи они встретили отряд из сотни немертвых латников – родных братьев того рыцаря, что заглядывал к Малку «на огонек» в первое его утро на территории внутренней фракции. Командовал же ими малознакомый Малку Младший Магистр, использующий вместо механизированного доспеха тело созданного им из Пепла двухсаженного голема. Их группу он проводил внимательным взглядом, но ничего так и не сказал.

Дальше начинался район плотной застройки, где вовсю полыхали пожары. Однако благодаря доспехам жара почти не ощущалась, и они смогли пройти напрямую, не отвлекаясь на поиски обходного пути. Малка немного беспокоила марионетка, но та высокую температуру словно и не заметила.

В той части кампуса, где находились дом и лаборатория господина Тияза, разрушения были особенно сильными. Чувствовалось, что именно сюда обрушился основной гнев хеймдаркских канониров. И тем удивительнее было встретить почти десяток студентов внутренней фракции в таких же, как у них, доспехах, аж двух Младших Магистров – Малк их раньше не видел – и Эрика Красивого. Сумасшедший маг что-то бессвязно выкрикивал, корчил в сторону моря рожи, периодически начинал пускаться в пляс. Однако при этом испускал настолько удушающую ауру всесокрушающей мощи, что она оттеняла его эксцентричное поведение.

Здесь Больдо впервые ускорился по-настоящему, очевидно стремясь оставить между собой и безумным магом как можно большее расстояние. И Малк не мог его осуждать…

Конечная точка их маршрута лежала на окраине кампуса. Наверное, наименее пострадавшей части фракции. Здесь даже уцелело несколько складских зданий и один из учебных корпусов, где Мастера иногда читали лекции. Вот только было непонятно – то ли хеймдаркцы не видели тут достойных целей, то ли постарались защитники.

К слову, последних оказалось довольно много. Один слившийся с телом голема из Пепла Младший Магистр, десяток Бакалавров, три с половиной десятка студентов – все в старинных доспехах, – с ними почти полсотни откровенно древних автоматонов. Внушительная сила, если подумать. Вот только хватит ли ее против десанта хеймдаркцев?

– Вот и наше место! – объявил Больдо, салютуя кулаком Младшему Магистру.

Тот ответил точно таким же жестом.

– А Мастер и Стево где? – оглядываясь и чувствуя, как его начинает охватывать предбоевой мандраж, спросил Малк.

– У них своя задача, – вместо Голема мягко ответила Кэйталин и, приблизившись к воину-магу, что-то принялась с ним вполголоса обсуждать.

Не задержалась рядом с Малком и Эйша. Змея смешалась со стоящими поодаль Бакалаврами, оставив младшего соученика в одиночестве. Впрочем, скучать ему не пришлось. Со стороны уцелевшего склада пара автоматонов притащила несколько свертков, из которых школьный инструктор за несколько минут собрал артефактный дальновизор. Еще три-четыре минуты на подбор параметров, и вот уже на розовом экране появляется вражеский крейсер…

– К-красавец! – вырвалось у стоящего неподалеку студента.

Малк медленно кивнул. Внешний вид корабля и вправду впечатлял. Черный, весь расписанный мистическими знаками – Руноглиф и демонические письмена смешивались там в каком-то безумном коктейле, – с башнями и палубными надстройками, украшенными рогами и черепами, он одновременно пугал и притягивал взор. Но особо выделялась боевая рубка. Сквозь щели в бронеставнях, закрывающих обзорные иллюминаторы, нет-нет да и виднелись всплески адского пламени, превращающие крейсер в нечто потустороннее.

– Палуба пустая. Кто ж так орал-то? – вполголоса спросил все тот же студент.

Его лицо скрывал шлем, и был ли это кто-то из его немногочисленных знакомых или недавно появившийся во фракции новичок, Малк не знал.

– Чего тут думать? Демон это! У Зарраха как раз фамильяр то ли в ранге Сборщика душ был, то ли Слушающего Бездну, точно не помню, – сообщила вернувшаяся к Малку Змея и гораздо тише добавила: – Главное, чтобы он Повелителем Бедствий не оказался. Тогда все в Пекло экспрессом отправимся!

– А что, у хеймдаркских магов принято иметь демона в помощниках? – не сдержал любопытства Малк.

– Угу, особенность их Школы, – принялась объяснять Эйша. – Еще на заре Второй Волны они обычным братством были, вроде нас. С демонами активно воевали, Святых чтили. А потом, ради благого дела, постепенно начали отходить от уже сложившихся правил. Сначала порабощали низших тварей Пекла и заставляли сражаться на своей стороне, потом додумались некоторых монстров нанимать, после чего недалеко уже было до поры компромиссов и появления особого взгляда на магию… Ну а чем все закончилось, ты знаешь: достаточно вспомнить Фьердаллена. Когда сильный маг получает возможность принимать боевую форму – это может быть химера, элементаль, не важно что, – то он все равно остается человеком. Потому что второй облик для него вторичен. У Фьердаллена же та химера – это его истинный облик, а человек – маскировка. Потеря человечности – вот выбор Хеймдарка.

За разговором они не заметили, как до сих пор остающийся в центре бухты корабль вдруг окутали клубы дыма и он, медленно набирая скорость, двинулся по направлению к берегу. Одновременно с этим вокруг него начала сгущаться ощутимая даже через артефакт аура. Плотная, текучая, на глазах принимающая узнаваемую форму. Минута, и вот уже не понять – то ли по волнам идет корабль, то ли… то ли бредет по пояс в воде одетый в медвежью шубу, огромный рогатый великан.

В шлеме у Малка внезапно запищало, а на глаза опустилась пластина фильтра. И только тогда он осознал, что у него по лицу текут слезы, к горлу подкатил комок тошноты, а в висках стучит кровь. Еще немного, и ему точно стало бы не до боя.

Девятеро! И ведь это не настоящая магия уровня Магистра, а лишь ее отголоски. Отзвуки грома, который еще только-только собирается бахнуть над головой, но уже пробирающие до самых печенок.

– Как идет, сволочь… – произнес кто-то из студентов.

Возможно, тот же самый, который восхищался красотой крейсера. А вот его товарища волновали более практические вещи.

– Что это за волшба такая? Ни разу не слышал. Какое-то специфическое заклинание?

– Нет, конечно. Директор Клайд говорил, что так выглядят способности Магистра на пике формы и в паре шагов от прорыва на следующий ранг, – подал голос доселе молчавший Младший Магистр.

И сложно было сказать, чего там было больше – опасений или зависти.

– Это называется «в паре шагов»?! Да еще немного, и он полноценный домен развернет! – тихо, чтобы слышал только Малк, сообщила Эйша.

Новый термин моментально заставил Малка навострить уши, но никаких объяснений не последовало. И ему ничего не осталось, кроме как сделать мысленную зарубку поискать ответы в библиотеке. Тем не менее одно было совершенно ясно: Йоррох знает что такое «домен», но, когда задействованы такие силы, обычным людям на поле боя точно делать нечего.

– Всем активировать защиту доспехов. Сейчас начнется! – вдруг объявил Младший Магистр и подал пример, окончательно спрятавшись внутри голема.

Сделал он это весьма вовремя, потому что спустя секунду враг атаковал. В руке великана вдруг из клубов черного дыма возникла огромная сучковатая дубина. Он яростно рубанул ею воздух, и в центр кампуса устремилась волна пространственной ряби. Ряби, оставляющей после себя частокол костяных копий.

На первый взгляд ничего особенного – впечатлял только масштаб. И это даже не воспринималось бы магией, достойной Магистра, если бы выросшие из земли острия не обладали странной аурой. Такой, что, соприкасаясь с ней, крошились в пыль камни и обращалась в песок земля.

– Запомните это зрелище, ученики! Вот так выглядит магия Разрушения, – снова подал голос Младший Магистр, но он тут же растворился в адском грохоте.

Атаку Зарраха Колосажателя лоб в лоб встретил Эрик Красивый. Несмотря на то что он считался Младшим Магистром, а противостоять пришлось противнику на ранг выше, при поддержке пары коллег он смог жестко сфокусировать мощь своего Слова Пепла в одном направлении… и вот уже оба заклинания исчезают во вспышке взаимного уничтожения.

Великан встретил первую неудачу громоподобным хохотом, отчего Малку сразу вспомнился момент покушения на Ярвока Неистового. Магистр Школы Железа и Крови тогда тоже смеялся над жалкими попытками террористов нанести ему вред, а потом бил так, что не оставалось выживших.

От пришедшей на ум аналогии по коже побежали мурашки, и Малку понадобилось некоторое усилие, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Раскисать еще даже до начала настоящего боя было как минимум глупо.

Сотворенный магией здоровяк тем временем двинулся дальше, занося дубину в новом замахе. И не похоже, что это стоило ему каких-то серьезных усилий. Наоборот, в следующий удар он вложил еще большую мощь. Еще явственнее проявила себя в реальности порожденная им рябь, и еще разрушительнее стало воздействие ауры частокола копий.

То, что ведомые господином Эриком Младшие Магистры смогли отразить и эту атаку, Малку показалось настоящим чудом. Слишком уж неравными были силы. Артефакт дальнозоркости хоть и зацепил троицу защитников лишь самым краем, Малк все же успел заметить и неестественную бледность одного мага, и кровь, текущую по подбородку другого. Не было никаких сомнений – Мастера бились так, что не щадили ни жизни, ни сил.

Вот только смогут ли они и дальше противостоять магии Магистра на пике мощи? Малк сильно сомневался… Хотя с другой стороны, а сможет ли сам Заррах Колосажатель выдержать заданный темп?

Видимо, он произнес вопрос вслух, потому как стоящая неподалеку Эйша начала объяснять:

– По слухам, на авалонских крейсерах стоят самые мощные из ныне известных генераторов заклинаний. Если они настроены именно на поддержку любимого Заррахом Леса Копий, а дело к тому и идет, плюс часть неизбежного отката от магии подобного порядка принимает на себя демонический фамильяр, то… до той поры, пока есть магия в накопителях корабля.

– А у нас есть подобные генераторы? – спросил Малк.

Эйша невесело засмеялась.

– Кто ж нам разрешит? Мы же Школа, некогда выступившая против сторонников Восстания. Нам только по старинке жить можно.

Однако эта ее реплика понимания у Малка не нашла.

– Тогда стесняюсь спросить, на что вы все рассчитывали, когда сюда Зарраха заманивали?! – наклонив шлем в сторону Эйши, прогудел Малк.

Та фыркнула и не без высокомерия бросила:

– Увидишь!

Разгоряченный ожиданием драки Малк наверняка не удержался бы и сказал Змее много чего лишнего, если бы в этот момент от великана в их сторону прямо по воде не протянулось нечто вроде серой тропы. А по ней, как по тракту, на берег устремились силы хеймдаркского десанта.

Всем резко стало не до разговоров. Тем более когда расплывчатые поначалу силуэты атакующих вдруг приобрели четкость, и защитники Школы увидели, с кем им предстоит сражаться.

Улюлюкая и завывая, на них неслись сотни уродов. Покрытые белой шерстью, кривые, косые, с лишними конечностями, изуродованные нарывами и вылезшими в неожиданных местах костяными шипами – они напоминали орду прокаженных. Однако несмотря на внешний вид, все они явно прекрасно себя чувствовали, энергично размахивали оружием, в том числе огнестрельным, и буквально рвались в бой.

Снова накатил мандраж. Несколько раз сжав и разжав пальцы, Малк взял в руки тесаки и сделал несколько энергичных взмахов. Движениям доспех вроде бы не мешал, так что, немного успокоившись, он мысленно обратился к марионетке. С его нынешними навыками тащить ее в грядущую свалку было бессмысленно, поэтому Малк отправил тварь прятаться в находящихся неподалеку развалинах дома.

К тому моменту первые ряды атакующих уже достигли кромки берега, и из укрытий застучали редкие картечницы. Несколько раз ухнули пушки, но как-то жалко, не впечатляюще. Чувствовалось, что с огневой поддержкой у Школы все не слава Святым. Так что и особого влияния на наступающих это не оказало. Редкие снаряды и пули вязли во вспыхнувших индивидуальных Щитах.

– Приготовились!!! – голосом Младшего Магистра проревел сотворенный магией Пепла голем.

И первым двинулся навстречу волне десанта…

Внезапно небо над ними вспыхнуло красно-белыми огнями, молниеносно сгустившимися в сотни похожих на ножи осколков. Они со страшной скоростью устремились туда, где находился Малк и его группа защитников. Стало очевидно, что с крейсера их увидели и решили уделить внимание.

Однако не дремали и в руководстве Школы. На пути «дождя из ножей» появилась огромная, заполненная знаками Руноглифа пентаграмма, и все магические снаряды разбились о нее, точно стекло о каменную стену.

– А вот и господин Клайд! – с хорошо заметным восторгом крикнула Кэйталин, оглянувшись на Малка с Эйшей.

И махнула рукой в сторону скалы с черепом. Там, на ее вершине в луче серого цвета парил директор Школы. Перед ним левитировала действительно огромная, в половину его роста, книга – ее давящую ауру Малк ощущал даже отсюда. А под ладонями горели два небольших заклинательных круга.

Кто именно так вовремя создал пентаграмму, можно было не сомневаться. Правда, в данный момент Книжник стоял лицом к великану и что-то определенно делал с зависшим в воздухе фолиантом. Вот он полыхнул желтым, и тут же с обеих сторон от хеймдаркского гиганта возникли две многолучевых звезды. В центре каждой закрутилась воронка из похожей на пепел субстанции, а уже оттуда выстрелили пучки чудовищно больших щупалец. Они моментально опутали великана, сжали, начали тянуть на себя. Плененное чудовище отозвалось на это жутким ревом, начало бешено вырываться.

А потом Малку стало не до наблюдений. До их группы добралась-таки толпа уродов, и все его внимание поглотила закипевшая схватка.

Первый удар принял на себя Младший Магистр. Отказавшись от дальнобойных атак и головоломной волшбы, он целиком сосредоточился на развитии своего голема. И это дало результат. Двухсаженный магический монстр, внутри которого прятался маг, подобно неприступной крепости возвышался в море врагов и стремительными взмахами конечностей одну за другой крушил хеймдаркских тварей.

Не подкачали и остальные – Бакалавры с Учениками. Молнии, Стрелы, Искры, вполне материальные мечи, молоты и копья – в ход пошло все, чем они умели пользоваться. Кто-то сжигал сразу по несколько врагов в облаках огня, кто-то сбивал их с ног Кулаками Воды или Огня, а добивал вручную. Были и те, кто вовсю пользовался магией призыва, атакуя неприятеля одновременно со своими питомцами.

Накала схватки не выдерживали только автоматоны. Если прикрытые Щитами и механизированными доспехами маги позволяли себе разменивать удар на удар, то устаревших железных солдат воинство Хеймдарка громило едва ли не играючи.

Впрочем, все это Малк видел лишь урывками. На него одновременно насело трое громил, похожих на четырех- и пятируких обезьян. И пусть первый, не иначе как по глупости, подставился под тесаки и сразу же лишился башки, второй и третий оказались умнее. Пока один связал Малка боем – монстр использовал двуручный меч, – другой раскрутил над головой шипастый шар на цепи и с одного маха пробил ему Панцирь. Так что если бы рядом не появился Больдо и в два движения не расправился с ублюдками, Малку наверняка пришлось бы туго.

– Будь внимательнее!!! – рявкнул старший соученик, и череда завязавшихся схваток снова унесла его куда-то в сторону.

Тем не менее полученной встряски Малку хватило, чтобы полностью включиться в сражение. Глупых ошибок он больше не совершал, и совсем скоро его персональный счет пополнился еще тремя убитыми монстрами.

Через какое-то время, отбиваясь от двух наседающих на него уродов, Малк столкнулся с Эйшей. Девушка рубилась с каким-то костяным, похожим на двуногого таракана выродком, а вокруг нее со следами зеленой энергии на телах умирали в судорогах еще четверо таких же. Своей магией яда девушка собирала здесь обильную жатву…

Когда на поле боя появились три гигантских двухголовых монстра, Малк не заметил. К тому моменту, как он разделался со своими противниками, твари уже вовсю раскидывали защитников, и никто не мог их остановить. Ведь помимо собственной телесной мощи, здоровяки также опирались еще и на разнообразные технические улучшения. На спине и боках своеобразными нарывами у них торчали пышущие паром клапаны, уязвимые места прикрывали блоки брони, а таинственно мерцающие кристаллы росли прямо на голове.

Это заставляло задуматься о происхождении чудовищ. Пошедший по нетехнологическому пути Хеймдарк создать их вряд ли мог.

– Знакомься, Малк, это эттины! – хрипло дыша, прокричала язва Эйша.

Уже добивая противника, она подставилась под выстрел кого-то из уродов, и теперь через всю ее кирасу тянулась трещина, из которой медленно сочилась кровь. Змею шатало, голос из-под шлема звучал крайне слабо, но отказаться от своих выпадов она все равно не могла. Удивительного характера девушка, да…

Мимо пронесся Младший Магистр и тараном врезался в одного из эттинов. Тот с ревом упал, а магический голем начал осыпать двух других тварей градом из Стрел Пепла. И вроде бы даже добился какого-то результата – тела громил покрылись множеством ран. Но на их боеспособность это не повлияло, чувствовался такой знакомый Малку излишек жизненной силы.

К сожалению, возникшая пауза сыграла на руку ранее сбитому с ног эттину. И теперь уже он повторил маневр Младшего Магистра, ударив в корпус всей своей массой. Однако магическому голему удалось извернуться, сохранить равновесие, и между могучими гигантами завязалась рукопашная схватка.

Малк уж было думал, что двое других не преминут воспользоваться шансом и тоже навалятся на Младшего Магистра, но те предпочли поступить иначе. Рыча и гукая, эттины повернулись к сражающемуся собрату спиной и явно нацелились продолжить охоту за гораздо более слабыми защитниками Школы – за ее Учениками.

И вот тут Младший Магистр показал настоящий класс. Несмотря на напряженное противостояние, Мастер Школы нашел возможность сотворить нечто вроде здоровенного ядра и выстрелить им в затылок одного из громил. Тот рухнул как подкошенный. Его товарищ на какое-то время остался в одиночестве.

Этим тотчас воспользовался Больдо. Коршуном налетев на эттина, он активно заработал светящимся от вложенной Силы Каменным Крушителем, и монстр не смог проигнорировать его атаку. Нанес один ответный удар, другой, третий… И вдруг оказалось, что для победы над Больдо, даром что он Бакалавр, этого недостаточно. От одного выпада он увернулся, другой отвел древком артефакта, что до третьего, то его Голем без затей встретил грудью. Его механизированный доспех давно был покрыт каменной броней, так что все, чего добился эттин, это лишь заставил отступить на один шаг.

Видимо, первый успех вскружил Больдо голову, потому что, когда шея громилы вдруг раздулась и из раскрытой пасти вырвался поток какой-то мерзости, он замешкался. И наверняка бы стал жертвой скрытой атаки твари, если бы не вмешалась появившаяся как демоненок из табакерки Кэйталин. Вся покрытая светящимися колдовскими узорами, с обхватывающими запястья аурными кольцами, в которых плавали сотни знаков Руноглифа, она взмахом руки сотворила перед Больдо светящуюся вертикальную пентаграмму. Вся выплеснутая эттином гнусь бессильно растеклась по колдовской фигуре.

Тем временем на земле завозился ранее оглушенный Младшим Магистром здоровяк, и ловкостью, с которой подруга Стево Крыса может создавать магические фигуры, Малку пришлось восхищаться уже на бегу. Позволить этой машине для убийств вернуться в бой было категорически нельзя.

Увы, но так уж легко до места схватки было не добраться: постоянно мешали алчущие крови уродцы. И в какой-то момент, чувствуя нарастающий кризис, Малк снова обратился к марионетке. Приготовился к тому, что, как и раньше, придется уделять ей большую часть внимания, и… в полном обалдении понял, что теперь управление дается ему значительно проще. То ли сказалась та капля Сущности Родословной Цербера, то ли повлияло восстановление в коконе Кэйталин, но четвероногий гомункулус, подчиняясь воле Малка, стрелой вылетел из своего укрытия, прыгнул на спину эттину и вгрызся в загривок.

Монстр снова рухнул и завопил на два голоса. И, надо признать, этим весьма помог Малку. До того вечно бросающиеся ему наперерез хеймдаркские солдаты теперь рвались на помощь попавшему в переплет двухголовому громиле. Все, что Малку теперь требовалось, это бежать следом и рубить, рубить проклятых сторонников Пекла.

– Во славу людей и Святого Кетота!!!

Это вырвалось у него как-то само собой, но пришлось настолько к месту, что дальше Малк уже специально выкрикивал этот призыв при каждом ударе. Пока не добрался до уже почти освободившегося от захвата эттина и не срубил ему обе головы.

Возникла небольшая пауза, во время которой Малк получил возможность перевести дух и оглядеться.

На их стороне все складывалось относительно неплохо. Кэйталин с Больдо добивали доставшегося им двухголового, Младший Магистр схватку уже закончил – с необъяснимой жестокостью он попросту разорвал своего эттина на две части – и теперь крошил последнюю группу десанта. Правда, жертв среди учеников было многовато. На ногах осталась хорошо если треть, а остальные лежали погребенные под телами хеймдаркских уродов. И что-то подсказывало, что далеко не все из них были просто ранены.

Сам Малк с удивлением осознал, что он тоже прошелся по грани. Броня во многих местах оказалась погнута, а некоторые фрагменты вовсе исчезли. От резерва доспеха, равного шестидесяти эргам, осталось ровно пять. Он поймал себя на том, что уже в который раз пытается эти остатки пустить на создание «лечилки» и уже в который раз безуспешно. Генератор с нацеленными на внутреннюю работу заклинаниями работать категорически отказывался.

Чтобы понять, как обстоят дела на остальных участках линии обороны, потребовалось взобраться на завал из битого кирпича и хорошенько оглядеться.

В море куда-то пропал великан, и вместо него теперь вновь был крейсер. Правда, далеко уже не столь красивый, как в начале сражения. Труба повреждена, и у нее из всех щелей идет почему-то багровый дым. Одна башня из четырех вырвана с корнем, а остальные напоминают сплющенные молотом болванки. Появилась вмятина в районе боевой рубки… Случившиеся изменения, конечно, радовали сердце Малка, но главное не изменилось: корабль был на плаву и по-прежнему представлял угрозу.

Также исчезли наколдованные Кладом щупальца, а скала с черепом, где он находился, теперь была окутана черным дымом. Изнутри нет-нет да и прорывались голубые вспышки. Однако что там в действительности происходит и кто побеждает, было решительно непонятно. Сложившейся неопределенностью пытались воспользоваться хеймдаркцы. К скале изо всех сил пробивалась маленькая копия великана, ведущая за собой пять или шесть эттинов. Но им противостояли немертвые рыцари под предводительством Младшего Магистра, и, раз до скалы враги так и не добрались, видимо, у них неплохо это получалось.

Самая жестокая битва происходила в центре.

Неведомо откуда взявшаяся орава черных гиен крутилась в адском хороводе вокруг Эрика Красивого и подчиненных ему магов. Словно ведомые незримым кукловодом, монстры то наскакивали на защитников с неожиданного направления, то возвращались обратно… чтобы через мгновение напасть уже в другом месте!

О том, что жертв хватало, Малк видел даже со своей позиции. На ногах оставались всего трое израненных студентов и один помятый Младший Магистр. Сам Эрик, правда, был живее всех живых, но он проходил совсем по другой категории…

А где Мастер, Йоррох побери?! Почему нигде не видно Тияза Черепа?!

Будто отзываясь на его мысли, вода в бухте внезапно почернела, пошла огромными, наполненными нестерпимой вонью – Малк учуял даже со своего места – пузырями. В ней начала массово всплывать дохлая рыба и непонятного вида твари с щупальцами… и, наконец, пик происходящего – из глубин вырвались две гигантские костяные руки, обхватили корабль и рывком затянули под воду.

Все произошло настолько внезапно, что Малк вздрогнул.

Тут же стопы уловили упругий толчок, затем от того места, где пропал корабль, во все стороны побежали расходящиеся круги, а под конец на поверхности воды и вовсе появилось мазутное пятно.

Э-э-э… все, что ли?!

Малк не успел порадоваться перевернувшейся с ног на голову ситуации, как из воды вдруг вылетело черно-красное нечто. Бухнулось перед Эриком Красивым и, наплевав на его попытку сопротивления, одним ударом оторвало голову. Тут же подставило под вытекающую из шеи кровь раскрытую пасть, сделало глоток и с торжеством замерло. Только теперь получилось по-настоящему разглядеть его облик. В две сажени ростом, черная с красными подпалинами кожа. Ног две, но обе узловатые, с дополнительными суставами. Зато верхних конечностей четыре, и они лишь отдаленно напоминают человеческие руки. Еще обращали на себя внимание костяные выросты на спине. С некоторой натяжкой их можно было бы назвать крыльями – если допустить, что бывают крылья с костяными лезвиями вместо перьев. И последним, что разглядел Малк, была уродливая рогатая голова аж с тремя светящимися адским пламенем глазами.

Демон! И возможно, тот самый, что так жутко орал перед началом высадки десанта…

Сделать какие-то выводы Малк не успел, потому как новоприбывший гость из Пекла вдруг безумно захохотал – этот его смех болью отозвался в ушах всех защитников, – а потом заорал:

– Нашел тебя, наконец-то!!!

И тут стало понятно, что он не просто так изображал пугало. Демон кого-то искал, и Малк теперь прекрасно понимал, кого именно.

Раскаты демонического голоса еще звучали в воздухе – неведомым образом он словно бы впечатался в реальность, – как демон метнулся в сторону и, точно крот, принялся зарываться в землю. Можно было не сомневаться – именно там находилась подземная лаборатория учителя.

Однако господин Тияз, видимо и ставший причиной столь впечатляющего уничтожения крейсера, пассивно ждать, пока до него доберется враг, тоже не стал. Сначала из глубин земли ударил поток Силы, который отбросил тварь от уже вырытой ямы на два десятка саженей, а затем на поверхность поднялся закутанный в бесформенный балахон призрак с плавающим вокруг него пугающего вида лезвием. И хотя оружие выглядело сейчас несколько иначе, Малк не сомневался – это тот самый клинок, что обычно прятался в трости у Черепа.

Спустя пару ударов сердца к артефакту добавились еще семь сотканных из серого дыма черепов. Они принялись кружиться вокруг создателя, а Малк вдруг ощутил нечто вроде родства с ним. Его преобразованный Тремя Призрачными Пульсами Дух чувствовал проявление силы более продвинутого Искусства – Восьми Призрачных Пульсов. И то, как господин Тияз им владел – а в том, что призрак и есть Мастер, он уже не сомневался, – находилось выше понимания Малка. Потому как черепа вдруг синхронно разлетелись в стороны и ударившими из глазниц лучами принялись жечь возвращающегося демона. Вложенная в это действо магия была столь могучей, что ставила Младшего Магистра Тияза в один ряд с Магистром Заррахом.

– Смотри, смотри во все глаза, как сражается наш учитель на пике мощи! – сказала Кэйталин, поднявшись к Малку и встав рядом.

– Он Магистр? – спросил он.

– В данную минуту да. Пока Стево питает его спрятанное в подземелье тело Силой и не дает плоти превратиться в гниющую слизь, господин Тияз способен вернуть себе тот уровень могущества, что пристал магу его статуса, знаний и опыта. Жаль только, очень ненадолго. Слишком велика нагрузка на раненый Дух, и всегда есть риск, что все закончится полным разрушением тонкого тела.

– Погодите, как ненадолго?! – выхватил главное Малк. – А если он за это время не успеет справиться с Заррахом?

– Значит, мы все, скорее всего, умрем. И умрем очень мучительно, – развела руками Кэйталин и вернулась к наблюдению за схваткой двух могущественнейших магов.

Вот только Малк не мог последовать ее примеру. Ждать и ничего не делать было выше его сил. Так что он спустился с завала, подцепил валяющуюся картечницу и пусть с трудом, но затащил ее наверх. Дальше было дело техники. Зафиксировать между двумя крупными обломкам, найти и установить новый зарядный ящик, прикинуть сектор ведения огня и предварительно прицелиться… Его возня не укрылась от Кэйталин. И пусть сначала она безучастно за ним следила, но в какой-то момент не выдержала и принялась что-то нашептывать над стволами. Побежавшие же по металлу цепочки рыжих символов ясно показали, что делала она это не просто так.

Последним появился сильно хромающий и опирающийся на свою алебарду Больдо. Фыркнув при виде подготовленной к стрельбе картечницы, он тем не менее по-хозяйски сел на место стрелка, как и Малк, попробовал прицелиться, после чего коснулся зарядного ящика Каменным Крушителем и тоже принялся что-то нашептывать.

– Ублюдку это все равно что слону дробина, но… Малк, ты прав. Там с нашей силой делать нечего, а так хоть попробуем при случае свою лепту внести!

Малк кивнул и посмотрел в ту сторону, куда махнул рукой старший собрат по Школе. За всей этой суетой у него не было возможности следить за ходом поединка, и потому открывшийся ему вид стал весьма неожиданным.

Та часть кампуса, которую выбрали в качестве поля боя могучие маги, теперь была затянута стелящимся по земле туманом. Каждую мало-мальски заметную возвышенность «украшали» торчащие колья, на которых почему-то корчились гиены – твари, доставившие защитникам центра так много беспокойства, – а ближе к морю находился сильно выделяющийся кол с насаженной на него головой Эрика Красивого.

Малк было решил, что у Зарраха не все в порядке с мозгами, но заметил нити Силы, тянущиеся от каждого кола к демону. Последний в данный момент стоял к Малку спиной, и было хорошо видно, что каждая из этих линий свободным концом входит в точку в нижней части позвоночника, аккурат туда, где у человека находился один из важнейших энергетических центров.

– Видишь? Заррах не просто боевую форму принял, но еще ее и со своим фамильяром слил. И считай, силы свои удвоил, – сообщил Больдо, видимо слышавший ранее его разговор с Эйшей.

Малк понятливо кивнул. Мысленно же добавил, что лучше бы ему ничего подобного не видеть и не встречать. Ну да опять же кто его спрашивал…

Сражение Тияза с Заррахом было в полном разгаре. Обмен ударами, обманные финты, ловушки, атаки и контратаки – они не жалели ни сил, ни средств, попутно разрушая все, что попадалось им на пути. И если хеймдаркский Магистр вел себя как варвар, то Череп следовал определенной стратегии. Действуя точно настоящий призрак, он то бил Колосажателя магией Смерти, то вдруг начинал отступать, в последний миг подставляясь под удар. И когда разъяренный враг все-таки его наносил, попросту пропускал чужую волшбу сквозь ставшее бесплотным тело и оглушал хеймдаркца вызывающим ступор воем.

Правда, говорить, что у него все шло гладко, не стоит. Заррах тоже кое-что умел, так что от семи черепов осталось всего три – причем два были уничтожены у Малка на глазах. В какой-то момент Колосажатель топнул ногой, из земли ударили два столба красного света, и попавшие в них творения Мастера тотчас лопнули, как мыльные пузыри.

С другой стороны, три оставшихся черепка все равно доставляли хеймдаркцу хлопот. Лучи, бьющие из их глазниц, теперь приобрели еще более грозную мощь, так что каждое попадание оставляло на теле демона заметные раны. И они что-то не спешили затягиваться. Мало того, изредка Мастеру удавалось пустить в ход и артефактное лезвие, что тоже не добавляло Зарраху здоровья – так, он успел лишиться «крыла», а одна его рука стала вполовину короче.

Тем не менее хеймдаркский Магистр продолжал давить. И небезуспешно. В какое-то мгновение стоящий намертво Тияз Череп вдруг начал отступать. Появилось ощущение, что с каждой пропущенной через себя атакой он все медленнее и медленнее реагирует на происходящее, а значит, становится слабее и все ближе подходит к той грани, после которой драку можно считать с треском проигранной.

Видимо уловивший данный момент Заррах начал что-то орать на демонском наречии. Что-то про Родословные, тайны, про казнь Тияза и всех магов Школы, про вскрытие черепов, плененные души и по крупицам собранные воспоминания. И пусть на словах это звучало весьма грозно, все же болтовней драку было не выиграть.

Колосажатель, чересчур увлекшийся фантазиями на тему победы, не заметил главного – отступающий Тияз незаметно вывел его к развалинам своего дома. Когда до него оставалось пройти саженей двадцать – двадцать пять, то над вроде бы разрушенным зданием вдруг возникло серое марево, оттуда выстрелил крюк на цепи и вонзился в тело демона. Цепь тут же натянулась, последовал мощный рывок, затем короткий миг полета, и вот уже могучий маг втянут в загадочное облако. И то, что Магистр принялся активно сопротивляться, ничего не меняло. Внутри дымки что-то долго грохотало и рычало, затем она рассеялась, а изломанный Заррах упал на землю. Вместо ног обрубки, руки висят как плети, один рог отсутствует, и во лбу теперь пустая глазница. Правда, он все равно попытался встать, но… Тияз этого ему уже не позволил. Влив в артефактный клинок поистине огромную Силу – Малк мог ошибаться, но по ощущениями там было тридцать – сорок эргов, – Череп попросту разрубил демона на две части и замахнулся для следующего удара.

– А-а-а!!! – истошно завопил демон, и теперь этот его крик был просто криком, а не бьющей по мозгам магией.

И он же стал сигналом для Больдо, который тотчас приник к прицелу.

– По команде крути ручку. Дадим ублюдку прикурить, – с азартом сообщил он.

Малк, искренне убежденный, что уже все закончилось, помрачнел. Посмотрел на и не думающего опускать клинок Мастера, потом подозрительно покосился на останки демона… И застал как раз тот самый миг, когда обе половинки твари взорвались фонтаном крови, а уже оттуда спиной вперед вылетел обнаженный старик со спутанными волосами.

Хотя стариком Малк назвал его только из-за человеческого лица. Остальное тело больше подходило гостю из Пекла – чешуйчатая кожа, странного вида наросты на суставах, маленькие рога на голове. И вот это существо, бешено изрыгая хулу на все и вся, приземлилось прямо на линии огня их картечницы.

– Подарок Святых!!! – завопил Больдо, нажимая на спусковой рычаг. – Давай, Малк!!!

И Малк дал, принявшись с яростью раскручивать связку из шести стволов.

Магистр даже руками взмахнуть не успел, как словил в спину очередь из заряженных силой Каменного Крушителя и отравленных магическим ядом пуль. Его сбило с ног, покатило по земле. Правда, на этом успехи стрелков и закончились – картечница не выдержала одновременно воздействия магии Кэйталин, соприкосновения с силой артефактной алебарды и интенсивной стрельбы и банально развалилась. Но и того, что они сделали, хватило господину Тиязу, чтобы поставить в бою окончательную точку.

Ошеломленный, потерявший темп Заррах еще только начал подниматься на ноги, как рядом с ним из тени выплыл уже виденный Малком воин-скелет, навалился сверху, обхватил руками, вцепился зубами в глотку… И хотя, судя по бешеному сопротивлению Колосажателя, а также по вспыхнувшей вокруг него ауре Разрушения, долго бы питомец господина Тияза все равно не продержался, он добился главного. Позволил Черепу хорошенько прицелиться, подгадать наиболее удачный момент, а затем точечными ударами клинка пронзить Зарраху сердце, в трех местах повредить позвоночник, а под конец вколотить острие меча в точку между бровями.

– Ну теперь-то все?! – прорычал Малк.

Однако ответа соучеников он не услышал. Из носа у него вдруг брызнула кровь, а где-то глубоко внутри черепной коробки раздалось пугающее шипение, а затем узнаваемый шепот Тияза Черепа:

– Живо ко мне!!!

Малк сам не понял, как едва ли не кубарем скатился с развалин, домчался до Мастера, все так же парящего над поверженным хеймдаркским Магистром, и замер в почтительном отдалении. Возникла мысль, что теперь ему опять придется добывать Родословную, но он вспомнил, что в бою Заррах подобной магией не пользовался, и моментально оказался охвачен вспышкой страха. В голове замелькали все более и более пугающие предположения, вроде того, что явно чувствующий себя не лучшим образом Тияз желает забрать себе его тело. Или что ему предназначена участь жертвы, которая вернет Мастеру потраченные силы.

Однако все оказалось гораздо прозаичнее.

– Возьми маску и наложи на лицо этого недоноска. Потом настройся на нее, но не через резонанс, а с помощью Власти, и отдай приказ на поглощение! – все так же мысленно принялся объяснять господин Тияз.

Потом протянул призрачную ладонь, над которой парила бледно-розовая Морда, и властно показал на тело Магистра.

– Но у меня не осталось Силы… – несколько растерянно сказал Малк.

– Сила тебе не понадобится. Главное, чтобы маска тебя знала, а с этим все в порядке, – устало пояснил Череп.

Малк машинально кивнул. Если смотреть с этой стороны, то да. Тайное Искусство он действительно изучал с помощью Морды. Однако и ввязываться в дело, где замешана подобная магия, ему не хотелось.

– Но почему я? – осторожно спросил Малк.

– А кто еще? Я еще немного и просто развалюсь к йорроховой матери! Стево, который обычно и занимается подобными вещами, сейчас точно не до того… Остаешься ты, – сначала спокойно, а потом все более и более раздражаясь, прошипел господин Тияз. – Так что живо за дело!

Продолжать упрямиться было опасно. Дождавшись, когда Мастер уберет клинок, Малк наложил маску на искаженное гневом лицо хеймдаркца и прикоснулся к ней Властью. Череп не обманул и вливать в отличие от прошлого раза пару эргов Силы не понадобилось. Морда сама пошла на контакт с Духом Малка, а получив приказ, отреагировала слабым всплеском самой настоящей радости…

В ту же секунду хрупкий контакт исчез, потерявший вдруг все свои силы Малк со стоном опустился на землю и уже оттуда с ужасом принялся наблюдать за тем, как тело Магистра накрывает облако Смерти, как шипит под маской разъедаемая кожа и как еще секунду назад казавшееся мертвым тело кричит от нестерпимой боли.

– Я же говорил, что рано или поздно заберу твое лицо, выродок! – с торжеством в голосе объявил Мастер.

Поманил пальцем, и через секунду Морда самостоятельно вернулась к нему в руки.

Что до хеймдаркца, то его тело – теперь уже окончательно лишенное жизни – стремительно разлагалось. Правда, сколь бы быстро это ни происходило, то, что осталось от лица Магистра, Малк увидеть все же успел. И теперь ни капли не сомневался в том, чей образ будет преследовать его в кошмарах.

Пока он пялился на убитого, Тияз успел скрыться. Предоставленный самому себе Малк поднялся и, с ужасом ощущая, как ему все тяжелее и тяжелее передвигать конечности – с исчерпанием резерва доспеха остановились и встроенные в него движители, – заковылял к своим соученикам.

Битва закончилась, он жив и здоров. Казалось бы, радуйся, но Малк ничего кроме опустошения не ощущал. Опустошения и некоего смутного предчувствия, что смерть Жака Улья и завершение большой интриги Тияза Черепа лишь начало чего-то большего. Чего-то такого, в чем он увяз настолько глубоко, что выбраться уже не было никакой возможности.

Липецк – Заречье – Антиповка – Липецк

Март 2020 – ноябрь 2020

Глоссарий

Мир Мритлок

Краткая история

Мритлок – мир бесчисленных островов. Древние хроники гласят, что когда-то, десятки тысяч лет назад, на планете существовали семь материков, но затем катастрофы, войны, стихийные бедствия так изуродовали ее облик, что все крупные участки суши были расколоты на множество фрагментов. На острова – сорок один относительно крупный и бессчетное количество гораздо более мелких. Откровенно говоря, сколько именно островов в Мритлоке, не знает никто. И, увы, так будет всегда. В мире из-за вулканической активности ежедневно исчезают и вновь появляются десятки мелких островов. Но не это главная причина сложностей с подсчетом – потрясшие мир катаклизмы затронули само пространство.Лакуны,искажения, стихийные и блуждающиепорталы,провалы на иные планы – все это давно уже стало частью мироустройства, сделав невозможным создание точных карт. Достаточно сказать, что на некоторые острова попасть можно лишь раз в году, когда в барьере пространственных искажений вокруг них открывается проход, а чтобы добраться до некоторых островов, формально находящихся в прямой видимости, надо сделать крюк в несколько тысяч миль.

Как такое стало возможно? Ответа два – магия и последствия вторжения демонов из соседних реальностей. С первым все понятно. Источники магии влияют не только на живых существ, наделяя их новыми способностями и трансформируя тела, не только порождают тектонические сдвиги и вызывают буйство природных сил, они еще и рвут саму ткань пространства. И ничего с этим поделать нельзя.

С демонами же все гораздо сложнее. Считается, что десятки тысяч лет назад, когда облик планеты был другим, в мире не было магии и человеческая цивилизация шла по пути технологического развития. Корабли, машины, разного рода механизмы… Сложно сказать, сколь высокого уровня удалось достичь предкам – до нас дошли лишь отдельные артефакты той эпохи, – ясно одно: магии они не знали. Иначе демоныЙорроха никогда не захватили бы этот мир и не правили в нем примерно полторы тысячи лет.

Эпоха владычества демонов в современной истории называетсяТемными веками. Эпоха, когда люди были низведены до уровня скота, откармливаемого на убой. Те кровавые времена достойны отдельного разговора, поэтому здесь лишь скажем, что послеВосстания Девяти владычество демонов закончилось и большая их часть была низвергнута обратно в Пекло. Человечество вступило в эпоху Возрождения, а день Восстания принято считать началом нового летоисчисления. На месте городов и доминионов демонов возникали людские государства, возрождалась культура, наука. Из оплаченных кровью демонических знаний выросла человеческая магия.

Казалось, что наступил Золотой век. Но, увы, люди не могут долго жить мирно. С годами память об общем жутком кровавом прошлом тускнела, множились взаимные обиды, усугубленные обособленностью островных государств, и вот уже единый союз распался. Началась грызня, очень скоро переросшая в череду полномасштабных войн, ныне именуемыхВойнами за Наследие. Войн, снова отбросивших людей до уровня дикарей. Еще помнившие сражения с демонами Архимаги, без оглядки применяемые жутковатые механизмы и прекрасно оснащенные солдаты – все они косой смерти прошлись по островам, едва не закончив то, что пытались сделать демоны в период Восстания Девяти.

Наверное, люди бы так и поубивали друг друга, но в мир вернулся старый враг – озлобленный, гораздо более подготовленный, – и распри пришлось забыть. Новая война с демонами, илиВторая Волна, началась в год 1789 и длилась сто лет. Полуторамиллиардное население сократилось почти в двадцать раз, цивилизация снова была разрушена, а и без того истончившаяся ткань реальности оказалась разорвана во множестве мест. И пусть численность человечества постепенно восстановилась, а цивилизация опять возродилась, но мир нанесенные ему раны так и не залечил. И знаком той болезни сталаНочь Йорроха.

С той поры каждую зиму мир – обычно на несколько часов, но в плохие годы бывало, что и на целую седмицу, – погружается в сумрак, и вместе с темнотой в города людей приходит истинная Тьма. Граница миров истончается и рвется, на улицах же появляются кровожадные твари. И горе тем, кто оказался вне убежища или защищенной усадьбы!..

Таков мир, в котором мы живем. И не стоит надеяться, что когда-нибудь он станет лучше.

Политическая карта мира

На момент написания данного труда (3011 год от В. Д.) на планете сложилась следующая политическая обстановка.

Выделяются шесть основных и наиболее влиятельных игроков. Это Авалон, Арктавия, Борей, Стиксон, Тарахонт и Содружество Ганзур.

Авалонские острова расположены южнее Яванского пояса и западнее Россыпи Риды. Географически представляют собой два крупных острова и полтора десятка мелких. И именно здесь возникло государствоАвалон – самое могущественное и развитое во всем Южном полушарии. Правит страной Канцлер, на четыре года избираемый Советом Домов. Господствующая идеология – личная свобода и развитие без ограничений. Здесь разрешены постоянные трансформации человеческой сущности, вмешательство в наследственную информацию и любые магические эксперименты. Последние, правда, при строжайшем контроле Совета Домов. Авалон обладает самым крупным броненосным флотом среди всех цивилизованных стран и больше, чем кто-либо, использует в армии боевых химер. Слава сильнейших менталистов также принадлежит чародеям Авалона.

Главный соперник Авалона на море –Содружество Ганзур, располагающееся в Восточном полушарии, севернее Яванского пояса. Четырнадцать крупных островов, четырнадцать стран с политическим строем от монархии до самых диких форм деспотии, объединены в союз, который призван защищать их торговые интересы на просторах Мритлока. Если Авалон хотя бы пытается прикрывать свои желания ширмой из привлекательных лозунгов, то Содружество на такие мелочи не разменивается. Их цель – нажива. И нет никакой разницы, с кем торговать. Хоть с демонами Йорроха, благо один из немногих сохранившихся доменов демонов – Фэйду – у них прямо под боком. Военный флот Содружества делает упор на огромные корабли с не менее огромными пушками, а армия опирается на силу призванных из иных сфер тварей и некротических конструктов.

Тарахонт располагается восточнее Россыпи Риды на одноименном острове. И несмотря на формальную близость к Авалону, колоссальные пространственные искажения в районе Россыпи делают их соседство относительно безопасным. Редкий корабль способен прорваться через архипелаг из десятков тысяч островов, а потому Тарахонт практически не боится угрозы со стороны жадного до чужих земель Авалона. Мало того, даже не обладая впечатляющей магической, технической или военной мощью, данное государство ухитряется вполне успешно доминировать над своими ближайшими соседями. И лишь визиты налетчиков из Стиксона или пиратствующих торговцев Содружества не позволяют Тарахонту окончательно расслабиться. Основная сила этого государства – морские бестиологи, чьи питомцы обеспечивают надежную защиту острова от вторжения врагов.

Стиксон – наверное, самое мрачное государство Мритлока. По неясным причинам в эпоху обеих демонических войн его население полностью уничтожалось, словно у вторженцев из иных планов был на обитателей острова особый зуб. Битвы прошлого не могли не оставить свой след на этой многострадальной земле. Местная почва дает скудные урожаи, пейзажи унылы, а магические аномалии не поддаются никакому учету. Тем не менее Стиксон никто не назовет слабым или небогатым. Скудость ресурсов эта страна компенсирует мощью магов. Наследие древних войн и изобилие источников магии позволило взрастить сильнейшую Школу малефиков и несколько Школ боевых чародеев. Флот Стиксона в основном парусный, но колдовские щиты и стационарные артефакты компенсируют технологическое отставание.

Ну и наконец, два последних государства Мритлока, входящих в «старшую» лигу. Речь идет оБорее иАрктавии. Еще шестьсот лет назад они были частью одной страны, претендующей на мировое господство, но трагическая гибель тогдашней династии в одну из самых долгих Ночей Йорроха стала причиной сначала гражданской войны, а затем и распада. И если Арктавия в конце концов вернулась к монархии, то в Борее после случившегося относительно недавно Восстания правит Совет Регентов, состоящий из представителей трех наиболее влиятельных Домов. Отношения соседей можно охарактеризовать как вооруженный нейтралитет – воевать не воюют, но порох держат сухим. Борей помимо одноименного острова контролирует еще и остров Релак, что до Арктавии, то в зоне ее влияния находится Сконд. Сколько более мелких островов и островков и кому они принадлежат, никто толком не знает. До той поры, пока у этих стран не получается договориться, можно не бояться их экспансии. Не зря флот обеих стран состоит из броненосных батарей прибрежной зоны и торговых парусников. И лишь их сухопутные силы отличаются завидной мощью. Если чародеи севера издревле славились глубиной своих знаний и властью над магией, то управляемые механизированные големы и тяжелая механизированная же пехота в армиях Борея и Арктавии появились относительно недавно. И успели прекрасно себя зарекомендовать в отражении набегов с проклятого Хеймдарка.

Сословное деление

Элита абсолютно всех стран Мритлока сплошь состоит из магов. И пусть технический прогресс немного подвинул чародеев на их пьедестале, серьезно изменить расклад сил он не смог.

Рядовые граждане (подданные) – обычные жители страны, лишенные магического Дара (неодаренные). Никакими преимуществами не обладают. Обычно могут занимать любые должности, специально не требующие наличия Дара, за исключением командных и высоких управленческих постов.

Одаренные – люди, прошедшие инициацию и обладающие способностью к аккумулированию и последующей манипуляции магической энергией. Последние годы в цивилизованных странах какими-то серьезными привилегиями по сравнению с рядовыми гражданами не обладают, за исключением доступа к магическим библиотекам и источникам Силы. Во многих странах, например в Борее и Арктиде, облагаются дополнительным налогом в виде обязательной сдачи государству нескольких эргов энергии.

Дворяне – люди, обладающие Даром выше среднего (Младший Магистр и выше) или же имеющие предков-магов (Ученик и выше) не менее чем в трех поколениях, что должно быть подтверждено документами. У них есть право нанимать личных слуг-магов, держать лавки, торгующие магическими предметами, управлять алхимическими лабораториями и им открыт доступ к гораздо более серьезным магическим знаниям.

Семейство. Высокоранговые маги-дворяне (Магистр и выше), дети которых также демонстрируют признаки наличия Дара, имеют право основать Семейство. Основатели Семейств получают право на приобретение земли для постройки манора (родового замка). Также каждое Семейство имеет право на владение источником Силы до третьего класса включительно и на свободное обучение своих членов боевым заклятиям вплоть до четвертого круга. Отличительный знак принадлежности к Семейству – герб в виде прямоугольного щита с родовым символом в центре.

Дом. Несколько Семейств, объединенных едиными кровными признаками(Родословной) и общей склонностью к магии, могут образовать Дом. Они получают доступ практически к любым (за исключением особого списка) знаниям, какие только могут предоставить государственные библиотеки и лаборатории, право на владение источником Силы вплоть до шестого класса включительно и даже перенести манор в складку пространства. В наиболее древних и могущественных Домах железной рукой правят Патриархи – высшие маги, настолько далеко ушедшие по пути познания Силы, что их уже не всегда можно называть людьми. Во всяком случае, в плане психики и взглядов на мир точно. Отличительный знак принадлежности к Дому – герб в виде прямоугольного щита с символом основателя рода в верхней половине и знаком Семейства в нижней (для членов правящего Семейства к изображению добавляется корона). Щит обязательно увит лентой с девизом.

Особняком к традиционным наследным сословиям в ряде стран стоитслуживое сословие. К нему причисляют либо магов-одиночек, присягающих на верность государству (и тогда они получают в плане личного развития почти те же самые привилегии, что и члены Домов), либо выходцев из Семейств (и только Семейств!), члены которых на протяжении всей их истории служат государству. В Борее подобное сословие называютПурпурной Палатой.

Взаимоотношения между дворянами (не важно, одиночками или членами Домов и Семейств) регулируются дворянским собранием.

Религия

Все люди верят в единого Творца, ему же и молятся. Однако считается, что у Творца было Девять возлюбленных детей, Девять Святых воинов, Девять Святых Демоноборцев. Легендарные герои, которые подняли восстание против владычества Йорроха и освободили порабощенное человечество. Каждый из Святых считается покровителем той или иной сферы человеческой деятельности, и для успеха в делах надо выбрать своего покровителя.

Архонт. Изображается в виде белокурого воина в доспехах, с белоснежными крыльями за спиной и огромным двуручным мечом в руках. Покровитель благородных людей, воинских искусств и вообще военного дела. Самые известные прозвища – Первый и Воитель.

Йеля. Изображается в виде юной девушки в облегающем платье и с покрытой головой. Покровительница лекарей и ментальных магов.

Лорианна. Всегда улыбающаяся рыжеволосая красавица в откровенном платье. Покровительница соблазнов, искушений и любых тайных дел.

Кетот. Изображается в виде человека в плаще с глубоким капюшоном, лица не видно. Руки всегда спрятаны в рукава. На поясе на цепи висит книга в металлическом окладе с хитрой застежкой. Покровитель искателей тайных знаний и людей, ходящих по грани. Самый нелюбимый в народе Святой (иногда именуется как Четвертый, или Покровитель малефиков).

Дорана. Мрачная воительница в железной полумаске и пластинчатом доспехе, на поясе всегда изображают бич, а у ног непонятного вида монстра. Покровительница охотников на демонических тварей, убийц и палачей. Самое известное прозвище – Охотница.

Друзал. Классический архимаг, какими рисуют их писатели и поэты. Мантия, окладистая борода, посох и кожаная сумка на поясе. Покровитель всех идущих путем знаний и силы.

Муррташ. Кряжистый мужик в кольчуге и с топором на поясе. Иногда под ногами у него размещают башку какого-нибудь демона. Покровитель всех, кто работает руками.

Рзавиан. Изображают в виде худощавого высокого мужчины с желчным лицом, в сюртуке, наглухо застегнутом на все пуговицы, и магическим жезлом на поясе. Этакий классический образ ревизора. Считается покровителем всей чиновничьей братии, техномагов-артефакторов и почему-то селян.

Чилкара. Выглядит как эффектная брюнетка в кожаном костюме для верховой езды. В руках у нее всегда сабля, а из-за спины торчит тул со стрелами. Считается покровительницей стражей порядка и путешественников.

Святые были первыми магами людей, достигшими вершин могущества. В отличие от современных чародеев они практиковали колдовское искусство, целиком и полностью построенное на росте Власти. Причем достигался этот рост не только путем тренировок, но и через особые демонические ритуалы. Однако в силу чрезвычайной опасности данных методик обретения могущества в оригинальном виде они больше не используются. Их место заняли комбинированные системы, хорошо сосуществующие с «классическими» путями развития.

Методики тренировок разнятся для каждого из Святых и содержатся в соответствующихНаследиях.

Священнослужители – вне зависимости от Святого, которому служат, – делятся на следующие ранги.

Ранг в храмовой иерархии Уровень Власти

Послушник – Красный

Служитель- Оранжевый

Жрец – Желтый

Изгоняющий Словом – Зеленый

Карающая Длань – Голубой

Хранитель Печати – Синий

Привратник – Фиолетовый

Учитывая разницу в подходах к присвоению рангов, возможны ситуации, когда священник будет иметь магический ранг Бакалавра и быть служителем или считаться Учеником, а в храмовой иерархии иметь ранг Жреца. Более сильный разрыв (например, Адепт и в то же время Изгоняющий Словом) невозможен.

Технологический уровень

Мир Мритлок – это мир пара, в котором нет земляного масла, газа и электричества. Точнее, последнее как раз есть, но магия не дает возможности его использовать. Изоляторы моментально выходят из строя, а генераторы горят. Точно так же не развито воздухоплавание (пространственные искажения, воздушные магические аномалии, летающие монстры и демонические создания делают массовые полеты попросту невозможными). Единственный способ путешествия по миру – корабль, лучше бронепалубный, с большим количеством пушек и на славу зачарованный. Еще, правда, передвигаться можно порталами, но тут только на свой страх и риск. Порой бывают такие помехи, что путешественники добираются до места по частям… или вовсе не добираются!

Магия

Основная ценность Мритлока не золото и не драгоценности, высшая ценность здесь – знания. Потому как только знания определяют личное могущество, и от уровня доступности некоторых знаний зависит спокойствие в обществе. Поэтому заклятия, способы развития Дара и вообще большинство теоретических работ по магии разделены на уровни доступа (которые не стоит путать с принадлежностью тех же заклятий к определеннымкругам).

Заклятия в зависимости от вкладываемой силы и сложности исполнения делятся на круги от нулевого до девятого (более высокие пока неизвестны). Если нулевой круг – это уровень чар для розжига костра и сушки одежды, то девятый часто требует совместного участия нескольких Архимагов и способен обрушить в море иной остров.

Каждое заклятие требует энергии, которая измеряется вэргах. Один эрг способен в течение четырех дней обеспечить энергией трехкомнатную городскую квартиру, пять эргов – это небольшой Огненный Пульсар, а с сотней эргов и некоторыми знаниями чародей способен сровнять с землей деревню или даже небольшой город.

Резерв Архимага в среднем начинается от трехсот эргов.

Резерв Одаренного (человека, прошедшего инициацию, но так и не получившего права именоваться магом) – от одного до шести, в редких случаях до восьми эргов.

Резерв слабого мага начинается от девяти эргов.

Помимо объема резерва также важна еще и скорость его восполнения. В условиях близости к местам с высоким естественным фоном магии резерв среднего начинающего мага восполняется со скоростью одна-две десятых эрга в час. Три-четыре десятых эрга – это заявка на неплохое будущее.

За первый год-полтора после инициации мага резерв увеличивается вдвое (при соответствующих тренировках).

Следующие десять лет резерв ежегодно прирастает примерно на десятую часть.

Следующие двадцать – примерно на одну сороковую.

Дальше хуже, прирост составляет от одного и менее эргов в год. Хотя, опять же, числа довольно условные. Все зависит от места занятий, количества тренировок и правильно подобранногоТайного Искусства.

Чисто теоретически Архимагом можно стать за сто пятьдесят – сто шестьдесят лет практики, но на деле такой результат достигается редко. Очень редко.

Следует отметить, что самые могущественные Архимаги помимо большого резерва также обладают еще и прямым каналом связи с тонкими планами, что эквивалентно обладанию собственным источником Силы третьего-четвертого класса.

Вообще же существуют следующие ранги магов (в скобках уровень доступных заклинаний):Адепт (0 круг),Ученик (1 круг),Бакалавр (2 круг),Младший Магистр (3 круг),Магистр (4 –5 круг), Старший Магистр (6 –7 круг),Архимаг (8 круг),Великий маг (9 круг).

Особняком стоятПатриархи – основатели древних Домов. Будучи Архимагами или Великими магами и имея доступ к родовому источнику на протяжении нескольких столетий, а то и тысячелетий, они настолько сливаются с его Силой, что могут считаться чародеями вне категорий. Однако таких древних колдунов не так много, и покидать свои маноры они сильно не любят.

Источники магии (Силы) бывают следующихклассов (степеней):

Первый – просто место с повышенным фоном, облегчающее восполнение резерва для двух-трех магов уровня Ученик или десятка Адептов.

Второй – место с сильно насыщенным фоном, из которого при некотором усилии можно пробить канал на богатые Силой тонкие планы. Способно обеспечить энергией десяток не слишком активно колдующих Младших Магистров или до нескольких десятков Бакалавров.

Третий – стихийно (или созданный из источника второй степени) возникший источник, пригодный для использования тремя-четырьмя Магистрами. Развиваться до более высоких степеней может, но потребует для этого поистине запредельных усилий.

Четвертый – стабильный стихийно образовавшийся канал, пригодный для снабжения энергией небольшой Школы магии или манора молодого Семейства. Может развиваться до более высоких степеней.

Пятый – стабилизированный разрыв в ткани реальности. Идеально подходит для снабжения крупных Школ, лабораторных комплексов или небольших укрепрайонов. За несколько сотен лет способен развиться до шестой степени. Или, если не повезет, деградировать и закрыться.

Шестой – фиксированный провал в иные планы, способный снабжать энергией целый город или даже стать основой для полноценной складки пространства.

Седьмой – двусторонний постоянно действующий портал в иные планы, пригодный для передачи энергии. Встречается крайне редко и является национальным достоянием каждого государства, основой экономики.

Стоит отметить, что градация источников достаточно условна, как и объемы поставляемой ими энергии. В Ночь Йорроха, к примеру, отмечены как случаи «пересыхания» источников, так и их чрезмерная активность, порой имеющая катастрофические последствия.

Стоимость энергии. Десять эргов продаются в среднем за одну золотую драхму (цена варьируется в зависимости от государства и текущего предложения на рынке энергии). Так, в Борее энергия весьма дорога, а вот в Стиксоне, наоборот, весьма дешева.

Способность мага определяется по следующим характеристикам: по объему резерва, скорости восполнения резерва (естественной и с использованиемформулы сбора), «цвету» личнойВласти, наличию Родословной.

Тайное Искусство – методика развития Дара мага от Адепта и далее (при этом учитывается или не учитывается Родословная Одаренного, его родство со Стихиями и прочие особенности). Оценивается в звездах. Одна звезда – это возможность развития от начальной стадии Адепта до ее пика. Две – до пика Ученика. И так далее, до восьмой звезды и уровня Великого мага.

Возможность получения либо приобретения того или Тайного Искусства:

Одна звезда – свободно распространяемые техники, преподают на общедоступных курсах или продают в магазинах и библиотеках за относительно небольшие деньги.

Две-три звезды – обучают в Школах магии либо с минимальными ограничениями продают в магазинах и библиотеках (однако цена существенно выше, чем для одной звезды, которая может быть вообще бесплатной).

Четыре звезды – доступны для обучения лишь в серьезных Школах, армии или могут быть получены по наследству. В свободной продаже практически не появляются.

Пять звезд – доступны для изучения в гвардии, особых службах или сильнейших Школах, обладающих многовековой историей. Также является частью наследия аристократических Семейств и Домов.

Шесть-семь звезд – национальное достояние каждого государства. Получить можно, лишь будучи представителем высшей аристократии, либо через личное ученичество у магов уровня Архимаг и Великий маг.

Восемь звезд – способ получения неизвестен. Любые достоверные сведения о Тайных Искусствах данного ранга повсеместно засекречены.

Каждое Тайное Искусство имеет свои ограничения и требования к практике. Чем выше звезды, тем требования выше. Учитывается все – и объем резерва, и Родословная, и близость к Стихиям, и Власть, и Святые знают что еще.

Некоторые Тайные Искусства способны усиливать склонность к определенным видам или направлениям магии, давать какую-то дополнительную способность или вовсе перерождать в нечто новое. Большинство легкодоступных однозвездных Тайных Искусств имеют лишь ограничение по объему резерва (между девятью и двадцатью – двадцатью пятью эргами).

Также существует градация согласноцветовой шкале оценки.

Тайное Искусство может включать в себя техники по развитию различных аспектов способностей мага. Например, красные однозвездные Тайные Искусства обычно сосредоточены только на развитии объема резерва, причем далеко не самым эффективным способом.

Родословная – особого рода магическое наследие, таящееся в крови магов и демонов. Может либо образоваться самостоятельно, у членов достаточно древнего и могущественного Дома или Семейства, либо быть искусственно «привито» после похищения Сущности Родословной у других колдовских созданий. Облегчает развитие, но в то же время делает его довольно узким, ограничивая рамками строго определенных направлений магии. Со временем или при несоблюдении простейших евгенических правил способна вырождаться.

Высшие учебные заведения и магические организации

Академия Четырех Стихий (четыре звезды) – одна из сильнейших Школ магии Борея. Директор – Архимаг. Ориентирована на развитие стихийных магов. Строгие требования по знаниям, Дару и Родословной.

Ашалек – стиксонское Братство магов-убийц, о котором общественности неизвестно ничего, кроме слухов.

Банк магии (Государственный банк магии) – организация, иначе именуемая как Хранилище энергии. В каждом государстве носит стратегический характер и отвечает за контроль над источниками Силы, сбор, очистку и хранение запасов энергии. Не имеет права создавать и поддерживать собственные военизированные охранные структуры, обучать магии и участвовать в политической деятельности. В Борее Банк магии подотчетен непосредственно Триумвирату.

Гильдия Сновидцев – организация, в ведении которой находится практически все, что связано с деятельностью Сновидцев. Это сохранение и изучение результатов их исследований, оценка влияния новых знаний на стабильность государства и их коммерциализация. Гильдия Сновидцев имеет монополию на все, что было получено ее членами из Мира Снов, включая зрительные образы, отпечатки чужих мыслей и созданные на их основе продукты. Гильдии всех крупных стран активно сотрудничают с Залом Помнящих в тех вопросах, что касаются безопасности человечества.

Зал Помнящих – тайная организация, целью своего существования считающая противодействие демоническим влияниям и выживание человечества. По легенде основана Девятью Святыми в период между двумя демоническими войнами. Теоретически должна носить межгосударственный характер и не подчиняться правительствам отдельных стран, однако в реальности отдельные ее филиалы давно уже потеряли автономию. Тем не менее требования к членству стандартны – как минимум средние магические способности, стойкость к демоническим влияниям и приобщенность к тайным знаниям. Иерархия Зала (от младшего к старшему) – Кандидат, Подмастерье, Мастер Шепота, Хранитель Памяти (или Старейшина).

Колледж Белых Перчаток (пять звезд) – сильнейшая Школа магии Борея. Директор – Архимаг. Ориентирована на обучение будущих высших управленцев и магов широкого профиля. Жесточайшие требования для поступления (Родословная, богатство, потомственное дворянство, верность Триумвирату).

Школа – центр обучения магии и одновременно объединение учащихся и выпускников в некое братство во главе с директором (ректором). Каждая влиятельная Школа обладает как достойным магическим наследием (Тайные Искусства и Техники, уникальные заклинания и методики их применения, способы развития Власти и Родословной, собственный взгляд на законы магии), так и серьезной материальной базой (собственные магические источники, каналы получения требуемых для развития магов ресурсов, возможно, даже порталы на близкие планы реальности). Обычно Школы являются опорой правящих режимов, но нередки случаи, когда они уходят в оппозицию и становятся причиной больших войн. Структура Школ:внешние ученики (учащиеся, которые обучаются по обычной, часто упрощенной программе),внутренние ученики (учащиеся, занимающиеся по углубленной программе и получающие некоторые особые ресурсы),личные ученики (особо талантливые учащиеся, занимающиеся по углубленной программе и получающие поддержку от старших магов) иНаследники (выдающиеся таланты, дающие клятву верности Школе или конкретному магу и получающие всю полноту знаний Учителя).

Школа Вечной Сини (две звезды) – не слишком известная Школа Борея, специализирующаяся на обучении корабельных магов. Директор и основатель – Магистр. Требования к поступлению – близость к Стихии Воды, способности к корабельным наукам и готовность работать на благо Школы следующие десять – двадцать лет сразу после завершения обучения.

Школа Железа и Крови (четыре звезды) – одна из сильнейших Школ Борея. Директор – Архимаг. Ориентирована на обучение боевых магов. Строгие требования по богатству, Дару, Родословной и репутации (социальному статусу).

Школа Зеленого Света (четыре звезды) – самая известная Школа Борея из тех, что специализируются на обучении алхимиков, травников и лекарей. Штаб-квартира в Варганде (имеет восточный и западный филиалы). Директор – Старший Магистр.

Школа Пепла (две звезды) – некогда прославленная четырехзвездная Школа, чей ранг после завершения гражданской войны упал до двух звезд. Внешняя фракция специализируется на обучении магии призыва, манипулировании куклами и некоторых аспектах Стихий и Смерти. Внутренняя фракция нацелена на обучение использованию некой вторичной комбинации Огня и Смерти, называемой Пеплом. Директор Школы – Магистр. Для поступления достаточно иметь склонность к магии и деньги.

Школа Трех Святых (три звезды) – достаточно известная Школа магии. Директор – Старший Магистр. Для поступления необходимы хорошие отметки, склонность к магии и деньги.

Школа Хаори (четыре звезды) – авалонская Школа, специализирующаяся на подготовке магов-убийц. Вся прочая информация засекречена.

Общие сведения о мире

Бархатная книга – основной свод сведений по магическим Домам и Семействам Борея, информация в котором регулярно обновляется. Оригинал сделан из магически обработанной кожи и хранится в Главном государственном архиве (бывший Имперский архив), бумажные копии можно найти во многих крупных библиотеках.

«Белая грамота» – документ, «обеляющий» гражданина. Выдается администрацией города или целого острова. При наличии девяти подобных грамот возможна либо отмена в паспорте одной черной звезды, либо добавление одной золотой.

Библиотека Регентов – самая большая библиотека Борея, находящаяся под патронатом непосредственно Триумвирата. Высокие требования к гражданскому статусу (для доступа к некоторым разделам требуется иметь до пяти золотых звезд в паспорте), дорогие абонементы (разовое посещение к разделу, не требующему каких-то допусков, стоит десять оболов).

Большая андалорская читальня – одна из самых популярных общественных библиотек Андалора, в которой некоторая скудность литературных фондов компенсируется доступностью (читательский абонемент стоит всего четыре обола и не имеет ограничений по гражданскому статусу).

Бюро бедствий – правительственная организация Борея, в ведении которой находится сбор сведений обо всех происходящих в мире катастрофах, изучение их последствий и предсказание повторного появления. Основной объект исследований – Ночи Йорроха.

«Вестник учебных заведений» – регулярно обновляемый справочник всех Школ и иных образовательных учреждений Борея, доступный к ознакомлению во всех публичных библиотеках.

Восстание – мятеж ряда аристократических Домов против императора Борея, повлекший за собой долгую и кровопролитную гражданскую войну. Закончилось свержением династии и сменой государственного строя (Борей стал республикой с тремя Регентами во главе).

«Голос магната и негоцианта» – андалорский таблоид. Выходит каждую седмицу и ориентирован на интересующихся новостями торговли и промышленности читателей.

Дворянское собрание – официальное объединение всех дворян (не важно, наследственное дворянство или приобретенное), играющее одновременно роль некоего клуба по интересам и регулирующего органа (в частности, именно дворянское собрание дает или не дает разрешение на дуэль, в том числе между не дворянами). В некоторых случаях решение подвергнуть «плохо себя ведущего» члена собрания общественному остракизму оказывается более действенным наказанием, чем те, что доступны судебной системе государства.

«Демонолюбы» – просторечное название тех, кто ратует за поиск компромиссов с разумными расами демонов, более лоялен к магическому наследию демонических реальностей и добивается отказа от чрезмерного использования вооруженных сил во время Ночей Йорроха.

Драхма – золотая монета, общепринятое в Мритлоке название денежных единиц. Ценность меняется от государства к государству, поэтому, например, одна борейская драхма совсем не равняется по стоимости одной драхме Стиксона. Одна драхма содержит сто оболов (серебряная монета).

Зова Ночи эликсир – лекарственное средство, помогающее магам Смерти преодолевать барьеры в освоении Тайного Искусства и соответствующих заклинаний. Схема приема зависит от конкретного человека и его способностей. Имеет побочные эффекты.

Иерархия демонов (демонопоклонников) –Демонический Воин (уровень Адепта – Ученика),Охотник за плотью (уровень Бакалавра),Сборщик душ (уровень Младшего Магистра),Слушающий Бездну (уровень Магистра),Повелитель Бедствий (уровень Старшего Магистра) иЛорд Инферно (уровень Архимага). Высший ранг называетсяВладыка Огненного дворца (соответствует Великому магу), однако в Мритлоке Владыки во плоти не появлялись вот уже несколько тысячелетий.

Илл-хоты – вид полуразумных морских монстров. Имеет три жизненные формы: гигантская «гусеница» с головой и щупальцами вокруг шеи, плавучий шар из водорослей с ядром из плоти и призрак с телом человека и головой осьминога. Обладают врожденными заклинаниями Стихии Воды. Живут сообществами, в которые входят все три формы. На человека нападают с целью изъятия Родословной и поглощения магического Дара.

«Магия и пар» – старейшая газета Андалора. Выходит каждую седмицу и посвящена прежде всего новостям политики, магии и науки.

Мастер – 1) уважительное обращение к любому профессионалу своего дела (и не важно, Одаренный он или нет); 2) старший маг внешнего или внутреннего отделения Школы. Внутренние Мастера в иерархии всегда выше внешних.

Механизированный воин – продукт соединения науки и передовых магических разработок. Представляет собой шагающую человекоподобную машину, управляемую магом-водителем. Вооружение механизированного воина состоит из разнообразного холодного и огнестрельного оружия, а также усилителей магических заклинаний. Особенности управления определяют ключевые требования к водителям – помимо магических способностей уровнем не ниже Ученика крайне важны выносливость и физическая сила.

Механизированный доспех – упрощенная версия механизированного воина (не шагающая машина, а индивидуальный доспех с некоторыми доработками).

Милес – уважительное обращение к любому священнику вне зависимости от пола. Происхождение слова неизвестно, скорее всего какой-то диалект эпохи додемонического владычества.

Налог на Одаренных – общепринятая во многих странах Мритлока практика, при которой обладатель Дара обязуется выплачивать ежемесячный налог в несколько эргов. Причем объем взимаемой энергии отличается от государства к государству. Где-то речь идет о нескольких эргах (Борей, Арктавия), где-то фиксированная сумма заменена процентом от резерва и ежемесячные выплаты порой доходят до нескольких десятков эргов (Авалонские острова). В большинстве стран замена энергии денежным эквивалентом прямо запрещена.

Паспорт Одаренного – основной документ любого обладателя Дара. Выпускается в виде металлического жетона с набором вложенных контролирующих заклинаний. Для простых Одаренных изготавливается из бронзы, для Адептов, Учеников и Бакалавров – из железа, для любого из Магистров – из серебра, для Архимага – из золота. Для Великого мага зарезервирован платиновый жетон, однако существуют ли подобные документы в реальности (как и сами Великие маги) широкой общественности неизвестно.

Послание потомкам – свод текстов, написанных предположительно между концом Восстания Девяти и Второй Волной. Содержит краткое изложение истории войны человечества с демонами-поработителями, жизнеописания всех Святых и их наставления потомкам.

Призрачное Древо – дерево, вобравшее в себя эманации Смерти, но сохранившее свою жизненную силу. Обладает зачатками разума и способностями к некоторым магическим действиям (простейшие проклятия, мороки, вампиризм, манипуляции с ядами). Чаще всего зарождается на старых кладбищах или захоронениях, где погребены без надлежащих ритуалов маги, монстры и демоны.

Рассвет – момент окончания Ночи Йорроха.

Совет Регентов (Регенты, Триумвират) – структура, управляющая республикой Борей. Состоит из представителей трех наиболее влиятельных Домов (Черингар, Лупергот, Кравгам).

Хранилище книг стран Мритлока – вторая по величине библиотека Борея. Практически не содержит напрямую связанных с магией разделов и нацелена прежде всего на хранение книг по географии, природе и истории Мритлока и соседних планов реальности. Допуск к книгам зависит от гражданского статуса и материального положения – самый дешевый разовый абонемент стоит восемь оболов.

Цветовая шкала оценки – в Мритлоке мощь или качество чего-либо оценивается не только в звездах, но и по цветовой шкале. Выделяют семь ступеней (классов, рангов) или попросту цветов: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый. Самым низким считается красный, самым высоким – фиолетовый.

Артефакты, заклинания, ритуалы и эликсиры

«Авалонка» – особая сумка для хранения стеклянных цилиндров с одноразовыми заклинаниями.

Адский подсолнух – магическое растение, ингредиент многих эликсиров. Обычно произрастает в местах с высокой активностью скверны.

Аппарат для чтения памяти – устройство, традиционно создаваемое в виде стеклянного куба со сложным механизмом внутри. На крышке два отпечатка ладоней. Содержит ментальное заклинание второго круга.

Водные Руки (Руки Огня, Руки Земли и т. п.) – заклинание первого круга, создающее магу дополнительные конечности (причем в зависимости от версии чар конечности их можно призывать в непосредственной близости от цели).

Воздушная Подушка – заклинание первого круга из арсенала Стихии Воздуха. Предназначено как для защиты от падений, так и в качестве заградительного барьера.

Воздушный Диск – заклинание нулевого круга из арсеналов Стихии Воздуха. Обладает множеством применений – от средства полета-парения до оружия, все зависит от уровня развития заклинания (от нулевого до второго круга).

Голем Плоти – искусственное магическое создание, порождение магии Смерти. В качестве материала используются мертвые тела (людей, демонов, монстров).

«Давилка» – устройство (артефакт, особое помещение), предназначенное для стабилизации Нимба. Принцип действия построен на закаливающем воздействии некоторых стихиальных излучений на духовное тело мага.

Дальновизор – техномагическое устройство, позволяющее наблюдать находящиеся в отдалении объекты.

Защитники – группа маломощных гражданских артефактов, направленных на облегчение быта Одаренных. Вариации бывают самые различные, но в названии всегда фигурирует слово «защитник». Так, для борьбы с гнусом и комарами используют Защитника от насекомых, для изгнания крыс и прочих грызунов покупают Защитника от крыс.

Защитный Круг – простейший магический ритуал, призванный создать некую защищенную от внешних влияний область. Базовый элемент многих других ритуалов.

Зеркало Друзала – один из основных инструментов в практике самосовершенствования магов Мритлока. Позволяет развивать различные грани магического Дара, усиливает эффекты Тайных Искусств и ускоряет процесс обучения.

Изгнание заразы – лечебное заклинание нулевого круга(Пневма, Стихия Огня), цепочка описывающих его Руноглифов включает десять знаков. Принцип действия основан на уничтожении имеющихся в крови болезнетворных организмов (с одновременным стимулированием иммунитета). Для использования на базовом уровне требует шесть эргов энергии. Наиболее эффективное применение достигается с использованием либо Смерти, либо Стихии Огня.

Искра – простейшее боевое заклинание нулевого круга, не имеющее привязки к Пневме или Стихиям (то есть бывает просто Искра, Огненная Искра, Искра Грома или же полные аналоги из других Стихий, как, например, Водная Капля, Ядовитая Капля, Каменная Пуля и т. п.). Состоит из шести знаков Руноглифа. После активации представляет собой сжатый до материальной плотности сгусток энергии, наносящий дробящий или проникающий урон. Легко модифицируется или усиливается. Для использования на базовом уровне требует двух эргов энергии.

Искрометы – ручные дальнобойные артефакты с мощностью выстрела, соответствующей заклинанию Огненной Искры.

Каменная Ладонь (Огненная и т. п.) – заклинание первого круга на стыке Земли и Огня, после создания принимающее форму большой ладони. В разы сильнее соответствующего заклинания Кулака.

Кинетический Толчок – общее название либо для способа применения заклинания телекинеза, либо для его более «продвинутой» (первый круг) версии. В последнем случае заклинание генерирует мощный кинетический удар.

Кулак Ветра (Воды, Огня, Грома, Каменный Кулак и т. п.) – слабое атакующее заклинание нулевого, иногда первого, круга воздушной (или любой другой) Стихии. Представляет собой сферу из сжатой до материальной плотности энергии Воздуха (или иной Стихии). Цепочка Руноглифов включает пятнадцать знаков. Для создания требуются три эрга энергии.

Ловец снов – маломощный артефакт производства Гильдии Сновидцев. Предназначен для облегчения засыпания и защиты от кошмаров, порожденных случайными флуктуациями магических энергий.

Магматический Меч – любимое заклинание Бакалавров, специализирующихся на изучении такого сплава Огня и Земли, как Магма, и предпочитающих ближний бой. Каждый чародей разрабатывает свою собственную вариацию, наделяя Меч самыми разными свойствами.

Магматический Шар – разрушительное заклинание второго круга на стыке Стихии Огня и Земли.

Малые исцеляющие чары («лечилка») – исцеляющее заклинание нулевого круга(Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает двенадцать знаков. Принцип действия основан на ускорении процессов восстановления организма с параллельной подпиткой энергией. Для использования на базовом уровне требует два эрга энергии.

Мыслеграф – магический артефакт, позволяющий передавать сообщения в виде до предела сжатых мысленных посланий. Представляет собой два приемно-передающих устройства, соединенных жилой из желтой магической меди.

Очаг Силы – артефакт (чаще всего природного или естественного происхождения), облегчающий практику сбора магической энергии.

Очистка крови – исцеляющее заклинание нулевого круга(Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает четыре знака. Принцип действия основан на стимулировании ответственных за очистку крови внутренних органов с параллельной подпиткой энергией. Для использования на базовом уровне требует полтора эрга энергии. Наибольший эффект достигается при использовании либо Жизни, либо Стихии Воды.

Панцирь – защитное заклинание первого круга (любая Стихия). Формирует вокруг мага нечто вроде энергетического кокона, более плотного в центре и гораздо более слабого на вершинах. Способность сопротивляться атакам зависит от мастерства чародея, используемой Власти и вложенных эргов.

Питание тела – исцеляющее заклинание нулевого круга (Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает четыре знака. Принцип действия основан на подпитке энергией отдельных (ослабленных) органов тела. Для использования на базовом уровне требует от одного до четырех эргов энергии. Наибольший эффект достигается при использовании Жизни.

Призрачного корня эликсир – лекарственный препарат, предназначенный для облегчения и ускорения прохождения отдельных слоев в нацеленных на работу с Пневмой Тайных Искусствах. Препарат из списка Особого контроля. Для создания требуется участие алхимика не ниже Ученика.

Призрачные Руки – заклинание первого круга (Пневма или Смерть). Создает одну (на начальном уровне освоения) или две (при полном освоении) дополнительные конечности, способные напрямую работать с нематериальными объектами.

Пробуждение Крови – обряд, направленный на пробуждение спящей в теле Одаренного Родословной. Вне зависимости от конкретной Родословной имеются жесткие требования по месту, магическим формулам, ингредиентам и концентрации Родословной в крови.

Пробуждения эликсир – лекарственное средство, помогающее магам Смерти преодолевать барьеры в практике Тайных Искусств. Имеет побочные эффекты.

Проклятый песок – подвергшийся особого рода воздействию (чаще всего скверны) кристаллический песок.

Пульсар (Огненный, Водный и т. п.) – разрушительный сгусток магической энергии с самыми разнообразными свойствами. Для своего создания требует глубокого понимания конкретной Стихии (а значит, и развития на уровне пика ранга Ученик или даже Бакалавра).

Рассеивание – заклинание нулевого круга (Пневма). Цепочка описывающих его Руноглифов включает восемь знаков. Предназначено для снятия последствий внешних магических воздействий (проклятия, зачарованность, ограничительные чары и т. п.) и очистки объекта заклинания от загрязнения энергией. Для использования на базовом уровне требует два эрга энергии.

Регенерации энергии зелье – лекарственное средство, увеличивающее скорость поглощения энергии магом в среднем на полтора эрга в час. Оказывает существенную нагрузку на организм, из-за чего принимается с большой осторожностью.

Силовой (энергетический) камень – природное или синтезированное в алхимической лаборатории хранилище энергии. Самая распространенная емкость камней, доступных рядовым Одаренным, находится в интервале от одного до четырех эргов.

«Слизь илл-хота» – двухзвездный эликсир, в основе которого выделения особых желез илл-хотов. Применяется для укрепления организма перед процедурой управляемой мутации обедневшей Родословной и в качестве вспомогательного средства при уплотнении Нимба до ранга Бакалавра включительно.

Слово Пепла – сильнейшее боевое заклинание магии Пепла, вариации которого попадают в интервал от третьего круга до пятого. Представляет собой волну магии, которая поражает цели одновременно силами Смерти и Огня. Помимо прямого урона в момент удара возможно поражение разного рода проклятиями. Воздействует на большую площадь.

Сонар – звуковое заклинание нулевого круга магии Воздуха, с возможностью роста мощности до уровня первого круга. Является примером мультифункциональных заклинаний. В зависимости от желания мага, может использоваться как в качестве сканирующего, так и боевого атакующего. В духовном зрении выглядит как выпускаемый из ладони поток расходящихся концентрических кругов. Состоит из пятнадцати знаков Руноглифа и требует для активации четыре эрга энергии.

Сталагмитовая ловушка – заклинание второго круга магов Земли. Выглядит как вырывающиеся из почвы каменные шипы. В зависимости от уровня освоения заклинания, понимания законов Стихии Земли и Власти число шипов, их размеры и крепость может меняться.

Стрела Ветра (Огня, Воды и т. п.) – заклинание нулевого круга из арсеналов Стихии Воздуха (или иной Стихии). Едва ли не самое мощное из тех, что доступны Адептам вне высокорейтинговых Школ, сект и Домов.

Сфера Ка – устройство, используемое, во-первых, для определения склонности человека к магии до прохождения инициации Силой, во-вторых, для проведения самой инициации. Какого-то единого стандарта нет. На практике используются как Сферы производства крупных фирм, так и разработки малоизвестных групп магов и механиков.

Телекинез – заклинание, позволяющее манипулировать материальными предметами. Количество, вес предметов, а также прочие параметры зависят от мастерства мага и уровня освоения заклинания. В отличие от прямого использования Власти для движения материальных объектов, телекинез не так требователен к Духу, затратам энергии и более гибок в использовании.

Трех семян ритуал – гадательный ритуал, в качестве посредника использующий семена фасоли. При удаче заклинатель получает магический компас, способный в течение суток показывать направление на объект поиска. Или не показывать, если жертва защищается особыми средствами.

Шоковая плеть – нелетальное магическое оружие, после применения награждающее жертву судорогами, приступами дикой боли и слабыми ожогами.

Щиты (Водные, Огненные, Магматические, Молниевые, Пылевые, Туманные и т. п.) – группа или класс заклинаний оборонительного типа, объединенных общим названием. Различаются сложностью, используемыми Стихиями и уровнями (кругами).

Тайные искусства и общая теория магии

Боевой маг – маг, специализирующийся на разрушительных аспектах магии Стихий. Путь развития полностью опирается на изучение защитных и атакующих заклинаний.

Гадатель – маг, специализирующийся на работе с силами Судьбы. Сильно нелюбим демонами. Также не существует гадателей старше ранга Бакалавра.

Граница Говарда – барьер, отделяющий Дух человека от мира тонких энергий. По сути, инициация есть не более чем прорыв через него.

Дворец Духа – некое ментальное пространство, являющееся отражением состояния Духа мага. Практика Тайного Искусства или Тайных Техник прежде всего заключается сначала в проникновении во Дворец, а потом в его преображении.

Демонолог – маг, специализирующийся на изучении демонической магии, традиционно знаток ритуалов и хороший теоретик. Большой минус: если у демонолога нет поддержки в Пекле (то есть пока он остается на стороне человечества), то его Дух неизбежно получает отметину, и жизнь чародея становится омрачена постоянным агрессивным вниманием потусторонних тварей. Самые сильные демонологи всегда обладают соответствующей Родословной.

Диаграмма магии – представления чародеев Мритлока о том, что магическая энергия делится на пять основных «оттенков», или типов: на Пневму, Огонь, Воду, Воздух и Землю. Причем каждый из типов имеет уклон в положительный или отрицательный спектр. Когда говорят о спектре Стихий или их сочетаний, то чаще всего используют термины «магия Созидания» и «магия Разрушения». Для Пневмы – первичной энергии, или космического дыхания, некогда породившего все остальные Стихии, – положительный и отрицательный спектр соответственно именуют магией Жизни и магией Смерти.

Дождь боли – техника развития Власти (желтый ранг), переданная Малку, Хелавии и Толфану их наставником Ресланом Скомом в интернате. Относится к Запретным Техникам.

Душа Огня – весьма требовательное Тайное Искусство (шесть звезд, голубой ранг), направленное на последовательное повышение способностей Одаренного к огненной Стихии (дает шанс на трансформацию Одаренного в огненного элементаля или иного обитателя огненных планов). Обязательным условием начала практики является наличие пробужденной огненной Родословной, как у Дома Черингар, большого резерва и Власти не ниже начала оранжевого уровня. Пик развития – готовность практика к прорыву барьера, отделяющего Одаренного от уровня Архимага.

Закалка тела – направление развития мага, когда все усилия практика в ущерб развитию прочих граней Дара направляются на повышение физической мощи тела и его устойчивости к внешним воздействиям. Выбравших подобный путь магов называютвоинами-магами. Чисто колдовские способности у них крайне ограниченны (часто все ограничивается умением активировать артефакты и творить примитивную волшбу), зато устойчивость к боевой магии сравнится с эффективностью некоторых Щитов.

Заклинание – проекция воли мага в мир. Подчиняется определенным законам и составляется из символов Руноглифа, возможны два способа применения. Первый предполагает предварительный процесс изучения (освоения), в ходе которого цепочка знаков сначала отпечатывается в Духе мага, а затем появляется возможность быстрой (мгновенной) их активации. В этом случае выделяют три степени (ранга) освоения заклинания: низшая, средняя и высшая (пик). Четвертая степень предполагает использование заклинания в качестве главной опоры для магического Нимба. Чем лучше маг освоил заклинание, тем лучше его характеристики. Второй способ предполагает последовательную активацию известных знаков Руноглифа (напрямую или в ходе ритуала). Данный метод является самым медленным и неэффективным, градация по степеням освоения отсутствует.

Запретные Техники (Искусства) – любые приемы и методы развития магических способностей (а также временного или постоянного их повышения), либо калечащие практиков, либо наносящие вред окружающим. Подавляющее большинство демонических Искусств относится к Запретным Техникам.

Знак Огня – Тайное Искусство (одна звезда, фиолетовый ранг), специализирующееся на подготовке практика к освоению гораздо более серьезных Искусств, как, например, Душа Огня (шесть звезд, голубой ранг). Собственность Дома Черингар. Позволяет максимально полно раскрыть Родословную Дома и пробудить врожденные магические способности.

Кристаллическое Сердце – Тайное Искусство, специализирующееся на укреплении сродства с Пневмой (одна звезда, желтый ранг). Из минусов – никак не развивает сродство со Стихиями и не содержит техник развития Власти. Тем не менее считается неплохим (не лучшим, но неплохим) в плане формирования фундамента начинающего мага. Хорошо тренирует скорость восполнения резерва. В начале занятий увеличивает поглощение энергии на одну десятую эрга в час, со временем этот прирост может вырасти до трех или четырех десятых эргов в час. На тело практикующего практически не влияет. В качестве побочного эффекта увеличивает способность сохранять ясный ум в сложных условиях, а также немного повышает устойчивость к ментальным воздействиям, призрачным влияниям и проклятиям.

Кукловод (марионеточник) – маг, специализирующийся на управлении механизмами или бездушными куклами, в том числе неразумной нежитью и бестелесными созданиями. Выбор Стихии или Пневмы в качестве основы магии зависит от конкретной Школы марионеточника. Плохой кукловод способен управлять парой-тройкой боевых големов, отличный – целым отрядом, а великолепный может в одиночку командовать броненосным крейсером.

Лекарь – маг, специализирующийся на исцелении. Несмотря на то что специализация на магии Жизни предпочтительна, весьма много отличных лекарей, выбравших изучение магии Созидания из раздела Стихий.

Малефик – маг, специализирующийся на насылании или снятии проклятий. Данные маги отличаются высокой Властью, склонностью к Смерти или магии Разрушения.

Малое Тайное Искусство – упрощенная (в сравнении с Тайным Искусством) методика развития некоторых качеств мага, не входящая в Тайное Искусство, но в то же время с ним не конфликтующая. Встречается не слишком часто и обычно является собственностью влиятельных Домов, Семейств, Школ и Боевых Залов.

Менталист – не слишком распространенная магическая профессия, нацеленная на манипулирование разумом и Духом людей или демонов. Все менталисты обязательно контролируются государством и аристократическими Домами.

Метаморф – маг с демонической или ангельской Родословной, способный частично или полностью менять свой облик. Все метаморфы традиционно неплохие боевые маги с уклоном в ближний бой.

Мир Снов – некое духовное пространство, объединяющее миры и вселенные (официальная позиция Гильдии Сновидцев). В нем находят отражение как происходящие в иных пространствах события, так и отдельные идеи или концепции. Доступ к Миру Снов могут получить только Сновидцы.

Наследие – некая совокупность знаний о борьбе с демонами, на протяжении тысячелетий сохраняемая жрецами Девятерых для потомков. В зависимости от конкретного Святого содержание Наследия может меняться, однако всегда сохраняется общая ориентация на развитие Власти. Современные маги считают Наследия либо полностью устаревшими, либо потерявшими всякий смысл (или даже опасными) и потому подходящими только для развлечения верующих.

Нимб – светящееся кольцо вокруг энергетического центра (ядра) мага во Дворце Духа, являющееся пиком освоения формулы сбора практикуемого Тайного Искусства. Формируется из полностью освоенных заклинаний (их число должно быть не меньше трех). В центр Нимба во время ритуала перехода через границу ранга помещается одно из заклинаний, что делает его словно бы частью духовного тела мага. Как итог, для данной магической конструкции приобретается возможность мгновенной активации и заметно увеличивается ее пластичность.

Отклонения в практике – нарушения в физическом или тонком теле (Духе) Одаренного, вызванные ошибками в понимании или исполнении практикуемого Тайного Искусства.

План реальности – некое пространственное образование или целый мир, сосуществующий «рядом» с Мритлоком. Чаще всего каждый план либо привязан к какой-то конкретной Стихии (план Огня, Смерти и т. п.), либо «созвучен» вполне определенному типу магических «вибраций» (план демонов или план Пекла, план Неба).

Призыватель – маг, специализирующийся на управлении живыми созданиями, а также способный попутно их усиливать и видоизменять.

Руноглиф – язык магов, предназначенный для создания заклинаний.

Семя Духа – часть тонкого тела принявшего Наследие высокорангового мага, отвечающая за взаимодействие с определенным типом магии. Нечто вроде полностью интегрированных в Дух чар. Но только если заклинания реализуют одно единственное действие, то Семя расширяет возможности мага по целому направлению искусства волшбы.

Сновидец – маг со специфическими свойствами Духа, лишающими его всех магических способностей за исключением тех, что открывают доступ к Миру Снов.

Стандарт Рзавиана – требование к способности мага полностью восполнять резерв в течение суток, без которого успешный прорыв в следующий ранг считается либо невозможным (верно для перехода в ранг Ученик или Бакалавр), либо затрудненным (все остальные ранги).

Стихиальная трансформация (Огненная, Водная и т. п.) – преобразование тела и Духа мага в некое новое состояние, больше присущее элементалям, высшим сущностям и обитателям соответствующих Стихий.

Сущность Родословной – полуматериальная субстанция, таящаяся в крови магов древних родов и демонов. Является квинтэссенцией их потенциала развития и жизненной силы. Чем выше концентрация Сущности, тем выше способности мага, тем большими особыми способностями он обладает и тем дальше в своем развитии может дойти.

Тайная Техника – некий набор приемов, направленных на работу с конкретной характеристикой практикующего (техника развития Власти, техника поглощения энергии и т. п.). Вне использования в рамках породившего ее Искусства часто приводит к серьезным негативным последствиям (отклонениям в практике).

Тайное Искусство – методика тренировок, позволяющая развивать Дар мага. Представляет собой совокупность взаимосвязанных техник, нацеленных на проработку таких характеристик, как размер резерва и скорость его восполнения, Власть, развитие тонкого тела (иногда говорят про развитие Духа или Тела Света) и сродство со Стихиями, пробуждение Родословной.

Техномаг – маг, специализирующийся на изучении и создании разного рода магических механизмов. Самая востребованная после лекарей профессия.

Три Призрачных Пульса – трехзвездное Тайное Искусство голубого ранга. Позволяет магу дорасти до пика Бакалавра и состоит из шести слоев. Первые три слоя изучаются на ранге Ученика, три последних – на ранге Бакалавра. Ключевой момент практики – освоение духовного резонанса. В случае успеха на третьем, пятом и шестом слоях маг получает в управление по одной марионетке за слой. Требования к кукле – сродство со Смертью.

Формула сбора – входящая в каждое Тайное Искусство методика сбора энергии. Друг от друга могут крайне сильно отличаться в зависимости от Стихии, Родословной или вида Искусства.

Хеймдарка магические практики – школа магии, последователи которой проходят через череду особых трансформаций. В результате человеческий облик становится для них маскировкой, а боевая форма – истинным обликом (что сильно повышает боевую эффективность). Еще одним бонусом в развитии является наличие демонического фамильяра, облегчающего сбор энергии, расширяющего границы метаморфоз и открывающего путь для приобретения демонических навыков.

Четыре Грома – однозвездное Тайное Искусство голубого ранга, направленное на укрепление сродства с Молнией (вторичная Стихия, возникающая после смешения Пневмы, Воздуха и либо Огня, либо Воды). Практикующий приобретает повышенную устойчивость к магии Молнии, а также способность интегрировать суть Искусства в заклинания других Стихий (в итоге Стрела из чистой Пневмы в руках мастера Четырех Громов будет наносить еще и урон как молниевыми разрядами, так и акустическими громовыми атаками). В противостоянии с призраками специалист в Четырех Громах имеет гарантированное преимущество, однако преимуществ в отношении магов «чистых» Стихий практически нет. Требования к практике весьма суровые: большой резерв, высокое сродство с Воздухом и Огнем (Водой).

Щит Святого – Тайное Искусство, незначительно укрепляющее родство с Землей (одна звезда, красный ранг). Простое и нетребовательное в плане практики, вполне подходит для изучения даже самыми слабыми из Одаренных (стартовый резерв менее восьми эргов). Главный минус – для достижения стадии выполнения Стандарта Рзавиана с его помощью потребуются весьма серьезные усилия. Слабо укрепляет тело практикующего. В качестве побочного эффекта повышает устойчивость к низшей демонической магии.

Элементалист – маг, специализирующийся на какой-то одной конкретной Стихии (или сочетании Стихий, как, например, маг Молнии). Уже на ранних стадиях развития магам-элементалистам становится возможен доступ на стихиальные планы (хотя бы в виде Духа), а в перспективе и полная элементализация материального тела. Для достижения высоких рангов требуется наличие хорошей Родословной.

Сноски

1

См. глоссарий в конце.

2

Во вполне земной Японии для состояния, когда «человек знает, ради чего встает по утрам», даже отдельное слово есть – икигай. – Здесь и далее примеч. авт.

3

Кнехт – тумба на корабле или причале, служащая для крепления тросов.

4

Жальник –здесь: старинное заброшенное кладбище.

5

Эттины – уродливые великаны из шотландского фольклора, отличающиеся низким интеллектом в сочетании с коварством и изощренной жестокостью.

6

Перевод формул из одной знаковой системы в другую (включая допустимые операции) изучает реально существующая наука дискретная математика в разделе «Теория алфавитов».

7

Знатокам традиционной китайской медицины данная точка больше известна под названием «бай хуэй». – Здесь и далее примеч. авт.

8

В традиционной китайской медицине и сейчас существуют лекарственные препараты, изготавливаемые в виде больших пилюль. Иногда их размеры сравнимы с средним мандарином.

9

Речь идет об известной восточной мудрости: «В схватке дракона и тигра побеждает сидящая на дереве обезьяна».

Content

Виталий Зыков
Школа пепла

Часть 1 Слуга двух господ

Глава первая, в которой героя зовет дорога

Глава вторая, в которой есть море и его обитатели

Глава третья, в которой герой ощущает себя ценным призом

Глава четвертая, в которой герой узнает о милых привычках некоторых магов

Глава пятая, в которой герой живет спокойной, мирной жизнью

Глава шестая, в которой герой узнает о себе кое-что новое

Глава седьмая, в которой на остров Римма приходит Ночь

Глава восьмая, в которой герой развивает навыки торговли

Глава девятая, в которой к герою возвращается однажды утерянное

Глава десятая, в которой кое-что проясняется

Часть 2 Выбор

Глава одиннадцатая, в которой успехи идут рука об руку с неудачами

Глава двенадцатая, в которой героя учат жизни

Глава тринадцатая, в которой жадность не доводит до добра

Глава четырнадцатая, в которой кое-кого бьют тростью

Глава пятнадцатая, в которой совершаются шаги с далеко идущими последствиями

Глава шестнадцатая, в которой есть лишь видимость выбора

Глава семнадцатая, в которой завершается игра

Глоссарий

Мир Мритлок

Высшие учебные заведения и магические организации

Общие сведения о мире

Артефакты, заклинания, ритуалы и эликсиры

Тайные искусства и общая теория магии

Сноски