Данияр Сугралинов

Дисгардиум 2. Инициал Спящих

***

Страница книги

Первая книга – «Дисгардиум. Угроза А-класса».

Третья книга – «Дисгардиум 3. Чумной мор».

Что было в предыдущей книге

Краткая история будущего

В 2048 году население Земли достигло пятнадцати миллиардов. Практически всю работу выполняют роботы. Число нетрудоспособных людей растет в геометрической прогрессии, они, будучи трутнями, отъедают более половины мировых ресурсов. Под гнетом огромных подоходных налогов по всему миру вспыхивают бунты и восстания, один за другим следуют теракты.

Пророки и предсказатели предвещают конец света. Часть стран отказывается от содержания армии, не в силах прокормить собственных граждан. Мировые корпорации диктуют условия странам и регионам. Бунтующие громят ненавистных эксплуататоров, но остаются без гуманитарной помощи. Против этих территорий введено торговое эмбарго.

В Азии вспыхивает эпидемия. От нулевого пациента до гибели миллиардной жертвы нового вируса проходит неделя. Африка вымирает от нехватки питьевой воды и голода. Миллионы беженцев каждый день вторгаются на территорию Европы и Азии. США закрывают границы. Религиозные радикальные секты каждый день объявляют о новых независимых территориях.

Китай вторгается на Дальний Восток, в Корею, Таиланд, Вьетнам и Японию. США использует ядерное оружие, Россия отвечает, что провоцирует новые природные катаклизмы. Северные провинции Китая перестают существовать, их территории превращаются в радиоактивные пустоши. Ответный удар Китая русским удается предотвратить за счет превентивного саботажа, но это только начало.

Силы НАТО вторгаются в Россию, однако приостанавливают вторжение под угрозой полномасштабной ядерной войны. Стороны садятся за стол переговоров и заключают мир. Третья мировая война длилась меньше месяца.

В 2052-м начинается принудительная глобализация силами миротворцев. ООН становится фактическим мировым правительством. После ряда принятых законов вводится показатель социальной значимости. Отныне блага и привилегии цивилизации доступны лишь гражданам – людям, имеющим значимость для общества. Порядок сохраняется только на гражданских территориях.

Неграждане живут в местах, признанных непригодными для жизни в силу плохой экологической обстановки, климата или повышенной радиационной опасности.

С каждым годом ООН ужесточает наказания за любые преступления. Даже банальное воровство в супермаркете может караться смертной казнью.

Все направлено на «очищение и селекцию человеческого вида». Набирает популярность евгеника. От масштабного геноцида власти удерживает страх перед хаосом и вооруженным сопротивлением (у каждого миротворца есть родственники среди неграждан) и потенциально необходимые человеческие ресурсы для колонизации Солнечной системы.

Ученые предсказывают крах системы гражданства и кризис продовольствия. Более того, недовольство растет, бурно развиваются оппозиционные течения, жестоко подавляемые силами миротворцев. Криминал по большей части процветает среди неграждан, и самые богатые из них выстраивают себе огромные особняки и дворцы в зонах, признанных неподходящими для жизни граждан.

Чтобы занять людей, в 2055-м корпорация «Сноусторм» (51% участия ООН) создает игру с полным погружением – «Дисгардиум». Неграждане получают работу в виртуальном мире (рудокопы, уборщики, пастухи, сборщики фруктов), а граждане – минимальную зарплату за восьмичасовой игровой день, просто за «оживление» мира.

Игра максимально усложнена, чтобы дать преимущество богатым и растянуть игровой процесс на десятилетия: игровые предметы дороги, прокачка квестами и убийствами мобов чрезмерно длительна. Максимально достигнутый уровень в игре за почти двадцать лет – 398-й, причем в Дисгардиуме существуют зоны для уровней 1 000+. Даже логистика в игре приближена к реалу – до неоткрытых континентов с текущими максимальными уровнями просто не добраться из-за враждебной морской фауны, погодных катаклизмов и скорости передвижения парусников.

Каждый разумный моб и NPC управляется собственным ИскИном с заложенными целями: выживание, развитие, продолжение рода. Экосистема и пищевая пирамида строго выверены и соблюдены архитекторами.

Баланс мира – краеугольный камень, заложенный основателями. По задумке создателей, после запуска игры в нее нельзя внести никаких изменений. Ядро всегда остается одним и тем же, а многочисленные бывшие, настоящие и будущие игровые события происходят сами, естественным путем или от срабатывания какого-либо игрового триггера.

Для сохранения баланса «Сноусторм» вводит в Дисгардиуме политику «угроз», чтобы игровыми методами выбивать несбалансированных (imba) персонажей. Такие игроки объявляются «угрозами».

Любого игрока-угрозу, идентифицированного артефактом Истинного пламени, можно навсегда выкинуть из игры, проведя несложный ритуал. Ликвидатор получает награды, соответствующие потенциалу «угрозы».

Сама «угроза» тоже награждается: чем выше ее класс, тем больше компенсация, но тем труднее ее устранить. Если статус мощной «угрозы» достигнет предельных значений, ликвидировать ее будет практически невозможно. Таким образом, ликвидаторам (или превентивам, как они себя называют) выгоднее уничтожать «угрозы» до того, как те усилятся.

Самим же «угрозам» важно скрываться и развиваться. Их награда после ликвидации высчитывается не от потенциала, а от текущего уровня развития статуса, где A – максимальный, а Z – минимальный.

К концу 2074 года, за почти двадцать лет с запуска «Дисгардиума», мир так и не увидел ни одной «угрозы», которой был бы присвоен потенциал A…

«Дисгардиум 1. Угроза А-класса»

Население планеты превысило двадцать миллиардов. Как минимум треть – неграждане, люди, признанные бесполезными для общества, а значит, не имеющими прав на блага цивилизации. Граждане разделены на категории, где А – наивысший статус, элита общества, а L – низший.

Согласно рекомендациям Департамента образования ООН, каждый подросток с четырнадцати до шестнадцати лет должен проводить в игре «Дисгардиум» час в день. Считается, что эта важная часть воспитания даст подростку необходимые навыки социализации и подготовит ко взрослой жизни.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Школьник Алекс Шеппард при регистрации берет себе игровое имя Скиф. Неверно создав персонажа и столкнувшись со сложностями, он быстро теряет интерес к игре и больше года проводит обязательные часы в песочнице, сидя на лавочке у таверны.

Его родители собираются развестись, из-за чего снизится их гражданский статус, уменьшатся доходы, и они не смогут оплатить образование Алекса, который мечтает стать космическим гидом – начата колонизация Марса, разрабатываются планы по смещению с орбиты Венеры.

За полгода до окончания школы Алекс вынужден начать играть в «Дисгардиум» по-настоящему, ему нужно заработать на оплату обучения.

Алекс-Скиф становится «угрозой» с потенциалом L из-за нескольких маловероятных событий, произошедших одновременно. Его проклинает NPC Патрик О’Грейди (первый человек, чье сознание было успешно перенесено в игру), тем самым заставляя возрождаться на месте смерти, а другой NPC-лич, босс подземелья, как оказывается, отыгрывается человеком-негражданином Андреем Клейтоном и входит с Алексом в контакт. Клейтон был пилотом космического грузового шаттла и после аварии лишился гражданства. Видя упорство Скифа, раз за разом гибнущего, но не сдающегося, он поддается и позволяет себя убить.

От погибшего окончательной смертью финального босса Скиф получает Метку Чумного мора, то есть возможность переносить любой урон, не умирая. Вкупе с проклятием Патрика это позволяет ему добраться до необитаемой территории в Болотине, где дремлет затухающий аватар Бегемота – одного из пяти древних богов, именуемых Спящими.

Скиф становится инициалом Спящих и получает первое задание: построить храм и посвятить его Бегемоту. Это повышает потенциал его «угрозы» до максимального уровня – A.

Пролог. Тобиас

Тобиас «Утес» Ассер, сколько себя помнил, всегда жил с Ним. Творец всего сущего неизменно присутствовал рядом. С его именем мальчик просыпался, с ним же засыпал, и даже успешно сходив по нужде, мысленно благодарил Творца. Не то чтобы он был таким набожным, напротив, оставаясь наедине с собой, в мыслях Тобиас ненавидел Его. Но даже себе боялся в этом признаться.

Тем не менее именно в Нем и Его поучениях Тобиас видел причину всех своих неудач. Своих и родительских. Если бы не их фанатичная вера, то, может, их не устроила бы гражданская категория L, самая низкая, какая только может быть. Ниже некуда, ниже только неграждане.

Но родители не стремились ни к чему большему – довольствовались малым сами и учили тому же его. Каждое их слово, каждый поступок в отношении сына были направлены только на одно – воспитание его благочестивым и богобоязненным мальчиком. Все остальное не имело значения. Только Слово Творца.

Им всегда было безразлично, как к Тобиасу относятся в школе, какие оценки он получает и есть ли у него друзья. Одежду ему покупали, только если он совсем из нее вырастал, а протертую дыру всегда можно было зашить, наложив заплатку. Игрушки в семье считались излишеством, как и любые другие способы развлечения – от книг до фильмов.

Не видать бы ему и виртуальных миров, если бы не обязательное для всех подростков время в Дисгардиуме. С каменным лицом мать наблюдала за тем, как работники Департамента образования заносят и настраивают капсулу погружения. Дешевая базовая модель, но Тобиас был рад и ей. Разве что пришлось изобразить недовольство и деланно посетовать на глупое законодательство, заставляющее его заниматься тем, чем совсем не хочется.

Там, в богомерзком языческом мире, все было иначе. Он навсегда запомнил свой первый день в Дисе (который он и «Дисом» стал называть много позже, обходясь в разговорах с родителями нейтральным «там»).

В тот самый первый день – день его четырнадцатилетия – он так и не вышел из гостевого холла здания городского совета. Все новички уже давно распределили очки характеристик и убежали осваиваться, а он все сидел, высунув язык, и медленно вникал.

У него не было опыта подобных игр, он не изучал какие бы то ни было гайды, а все его знания базировались на подслушанном в школе. Но он полностью прочитал текст введения в мир, слушая и боясь прервать чудесный женский голос, рассказывающий о волшебной вселенной, полной захватывающих приключений, о мире, где живут сотни рас, а королем и героем может стать каждый. Ему виделись картинки будущего, где он превращается в героя и спасает мир, но Тобиас бил себя по рукам за такие фантазии и молил Творца о прощении.

В тот день настоящего Диса он так и не увидел. Первый советник Уайтекер произнес приветственную речь и отправил новичков к писарю Карлсону. Стесняясь что-либо спрашивать у него при других, мальчик дождался, пока партия новичков разойдется, а потом долго пытал писаря, выясняя, что к чему. Обязательное время истекло неожиданно – отец врубил внешний экстренный выход. Из капсулы Тобиас вылезал ошарашенный, с усилием вливаясь в серую и унылую реальность. Все вокруг теперь казалось тусклым, а на поверку было таким всегда, но понял это Тобиас, только побывав в Дисе.

Освоился он не сразу, но довольно быстро. Даже сам не ожидал, что так легко воспримет мир игры как настоящий и свыкнется с интерфейсом. Понимание того, что такое очки характеристик, цифры урона, развитие навыков и ремесел, – все это пришло позже, пока же он просто радовался тому, как реален Тристад и населяющие его неписи. В то, что это неигровые персонажи, управляемые искусственным интеллектом, он поверил с большим трудом, уж больно живыми они казались.

В первые дни Тобиас честно пытался выполнять социальные квесты: разносил почту, пропалывал огороды и убирал мусор. Делал все это он с куда большим удовольствием, чем когда практически то же самое совершал в реальном мире. Только там в обязательном порядке помогал родителям с хозяйством, и лучшей наградой было отсутствие побоев. В Дисе же его хвалили, благодарили, награждали очками опыта и репутации и медяками, на которые можно было что-то купить! В первые дни он потратил все сбережения на мороженое и конфеты. Виртуальные, нарисованные, несуществующие – да какая разница? Они были сладкие, в тысячи раз вкуснее картонной еды в его мире. В мире того Творца, который требовал не только непоколебимой веры, но и бесконечных молитв, и соблюдения правил, и отказа от всего интересного, а за исполнение не награждал ничем, кроме загробной райской жизни.

Но рай, в понимании Тобиаса, оказался куда ближе. В Дисгардиуме.

К тому же в Дисе бесконечно и беспрестанно оставаться благодарным было вовсе не обязательно. Богов много, выбирай любого! Или не выбирай. Хочешь веровать – пожалуйста, нет – твое право. Соблюдай законы тех, кто сильнее, и будешь вправе сам отбирать то, что тебе нужно, у слабых. Это нехитрое правило Тобиас уяснил уже на вторую неделю.

С социальными квестами он к тому времени завязал, как отказался и от группового фарма мелких мобов. Командная игра ему не понравилась. На лидера он не тянул, не умея толком общаться, а постоянно выполнять чужие приказы и выслушивать обвинения в криворукости… Нет, спасибо.

То ли дело самостоятельная игра! Иди куда хочешь, делай что хочешь… Тобиас дорвался до свободы и не собирался менять ее ни на что. Он бродил по округе Тристада, осторожно выпуливая одиночных мобов и планомерно копя очки опыта. Простота правил поражала: чем сильнее ты становишься, тем больше тебе дается, и чем более сильных мобов ты убиваешь, тем богаче с них лут и мощнее твоя экипировка. Колесо силы – так он тогда назвал свою философию.

Колесо силы сделало полный круг и ударило по самому Тобиасу. Долгие недели он медяк к медяку копил деньги на новый меч, присмотренный в оружейной лавке. Не ел, не пил, отказывал себе во всем, а когда накопил и приобрел…

Те ганкеры с ним не церемонились – просто убили, быстро и без лишних разговоров. Парень потерял все, включая вожделенный клинок.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Едва оправившись от удара, он, голый и несчастный, набрался духа и, выйдя с кладбища, пошел бесцельно бродить в районе Тремители там, где река успокаивалась и несла свои воды тихо и размеренно. Он любил наблюдать за течением воды. Это его умиротворяло.

У реки он увидел, как непонятно зачем забредшая туда группа новичков толпой забивала дикого вепря 3-го уровня. Тот дико визжал и сопротивлялся, прикончил двоих, но и его самого почти убили.

Тобиас, внезапно для себя, что-то дико заорал и с голыми кулаками набросился на игроков сзади. В неразберихе нубы даже не поняли, что происходит. Он успешно уложил одного, второго, потом третьего, после чего пришла очередь вепря.

Возвышаясь над грудой трупов и пытаясь отдышаться, он счастливо глазел на привалившее богатство. Один из погибших был хорошо одет – потом уже Тобиас сообразил, что тот был донатером. Но тогда он просто ошалел от простоты, с которой получил несколько серебряных монет – гораздо больше, чем заработал за все время в Дисе, – много хорошего и не очень шмота, гору опыта с вепря и ингредиентов с него же: шкуру, мясо, печень. Распродав барахло, Тобиас понял, что нашел свое призвание. И золотую жилу.

Он приспособился вылавливать новичков-одиночек на точках фарма, коварно нападая сзади в тот момент, когда игрок просто не мог отвлечься от моба. Какое бы решение ни принимала жертва – добивать моба или защищаться и мочить Тобиаса – почти всегда исход был предопределен. Атакуемый с двух сторон игрок погибал, а свежий и полный сил ганкер добивал моба.

Так прошел год. Тобиас прокачался до 10-го уровня, и, к сожалению, это был его потолок при родительском лимите на игру. Они строго контролировали проводимое там время, которого и так было мало и ни на что не хватало. К тому же отец повредил спину, пытаясь заработать нелегально и конкурируя в доках с автопогрузчиком, и все тяжкие бытовые обязанности легли на плечи пятнадцатилетнего подростка. С деньгами дома стало совсем туго.

Жаль, что в песочнице нельзя было выводить голду в реал, хоть какое-то вышло бы подспорье. Тем не менее совершеннолетие, а вместе с ним и большой Дис, были не за горами, а значит, заработок в игре станет вполне реальным.

Тобиас упорно думал и надумал, что ганкерство – путь в никуда. С нубов падал хлам и жалкие медяки, а с 10-м уровнем многие вступали в кланы, и попадать ни в один КОС-лист Тобиас не хотел.

Все взвесив, он решил стать членом клана. Небольшого, с такими же, как у него, целями и с хардкорным геймплеем – не ради фана, а именно для заработка, сейчас и в будущем.

Помониторив доски объявлений Тристада, он обратил внимание на слаженную четверку Краулера: жрица-хил, маг огня с уроном по площади, воин-танк и вор, выдающий взрывной дамаг по одиночным целям. Учитывая, что полноценных хилов в Тристаде было раз-два и обчелся, а магов и того меньше, группа казалась очень перспективной. Он встретился с ними и предложил свои услуги. С классом Тобиас еще не определился и, помимо воина, мог выбрать головореза или джаггернаута – идиотский класс с потенциально огромной броней, но отрицательной меткостью. Краулер сказал, что второй танк – оффтанк, могущий наносить урон, – им не помешает, и Тобиаса взяли на испытательный срок. Так он стал воином, вторым танком клана «Дементоры».

Пользуясь беспомощностью отца, жестко поговорил с матерью и объяснил, что благодаря Творцу у него появился верный шанс крепкого заработка, но для этого надо посвящать больше времени Дисгардиуму. Не сказать что она осталась довольна: парень слышал, как ночами мать плакала и молила господа вразумить сына, но в его дела не вмешивалась, и это его устраивало.

По крайней мере, включать экстренный выход она перестала, за исключением того раза, когда отцу стало плохо. Его вырвали из инста в разгар битвы с боссом, и из капсулы Тобиас вылетел разъяренный, готовый орать на мать, если не хуже, но сдержался, увидев, в каком состоянии отец. Он мычал, стонал и бормотал нелепости, захлебываясь клочьями пены, бешено вращая выпученными глазами, скрюченные пальцы скребли пол. Людей ближе, чем родители, у Тобиаса не было, а за отца он даже испугался. К счастью, ничего страшного тогда не случилось, медицинский бот ввел необходимые препараты, чем свел последствия инсульта к минимуму. Отцу перекосило рот, и его молитвы стали не особенно разборчивыми, но в остальном ничего не изменилось. Даже работы он не лишился, вступился профсоюз.

«Дементоры» дали Тобиасу кое-что новое. Пожалуй, впервые в жизни он общался с девушкой, и та была не против. Тисса для всех была кем-то вроде сестры, но даже с такой условностью разговоры с ней стали важным жизненным уроком – парень узнал, что девчонки, какими бы красивыми они ни были, такие же люди. Не принцессы. И они абсолютно так же писают и какают, в чем он, честно говоря, до этого сомневался. Но убедился, когда «дементоры» стали брать его с собой на вечеринки. Алкоголь им не продавали, но у Тиссы имелся знакомый охранник в клубе, который их пропускал, Ханг всегда знал, как добыть бухла, да и балкон Эда всегда был к их услугам.

До сих пор Тобиас жалел, что так глупо подставился. Краулер его предупреждал, что не потерпит ганкеров в клане, и Тобиас действительно завязал. Но один раз не удержался: в Мраколесье девчонка, одетая в синеву с головы до ног, в одиночку противостояла паку умертвий. По самым скромным прикидкам, добыча могла превысить тысячу голды, а тысяча – это всегда тысяча.

По факту вышло бы почти в два раза больше, но распродать лут он не успел. Отец девочки вышел на Большого По, тот надавил на Краулера, который приказал немедленно все вернуть, компенсировать моральный ущерб и извиниться.

Тобиас скрепя сердце так и сделал. Но девчонке этого было мало, она потребовала извинений на коленях. Такого он стерпеть не мог – даже перед Творцом парень вставал на колени лишь в церкви. Так что он смачно плюнул ей под ноги и ушел.

Краулер влепил ему первый страйк, объявив, что второго не будет – Тобиас вылетит из клана за любой проступок, бьющий по репутации «дементоров». Объяснения никого не интересовали, и даже Тисса, которая всегда была готова выслушать и относилась к Тобиасу дружелюбно, и та не сдержалась и всадила несколько крайне обидных слов, причем «дебил» и «придурок» оказались самыми мягкими.

Он ушел из клана, психанув и хлопнув дверью. То есть сначала хлопнул дверью в гараже отца Тиссы, где они поругались, а потом и в Дисе.

Несколько дней он постоянно следил за девчонкой и наконец подловил ее. Но в этот раз спрятал все награбленное, а сам решил стоять до конца – пошел к Большому По и заявил, что так дела не делаются, а ганк – часть игрового процесса, и если Большой По снова вздумает давить на него и требовать возврата шмоток, то он, Тобиас, пошлет всех в задницу, закроется в своей личной комнате и не высунется оттуда до выхода в большой мир. Полинуклеотид долго смеялся, похлопал его по плечу и сказал, что пускай девчонка разбирается с Тобиасом сама, а он может катиться в бездну и больше не попадается ему на глаза, если не хочет сидеть в личной комнате и в большом Дисе, где Большой По, случись что, найдет его, чего бы ему это ни стоило.

В дальнейшем Утес был осторожнее. Выбрал стиль игры поспокойнее, не усердствовал с ганкерством, качался и выполнял квесты, втайне надеясь сколотить свой клан и заняться тем же, чем с «дементорами» – фармом данжей. Он присматривался к новичкам и по мере сил помогал им, проповедуя собственную философию колеса силы. Так в его окружении появился Рашидос, а потом прибилась Виста, из которой он надеялся сделать жрицу Нергала, то есть хила для группы. Все шло хорошо.

Рушиться идиллия начала, когда он пересекся со Скифом. Тобиас и думать забыл об их первой встрече – той самой, на которой он познакомился с Вистой. Нуб порвал ей платье, и Тобиас произвел на девушку нужное впечатление.

А вот на следующий день началось то, что обычно называют началом конца, вот только, пытаясь выторговать у нуба синий пояс, Утес об этом и не подозревал. Конечно, стоило поступить умнее – отследить и отобрать шмотки там, где Скиф был бы беззащитен. Но увидев нехилую вещицу, которая отлично пошла бы Рашидосу – а он в тот момент думал только об усилении подопечного, – Утес потерял голову.

Скиф был чудаком, просидевшим почти полтора года у «Буйной фляги», и неожиданный отказ неприятно удивил Тобиаса. Нуб выставил его каким-то дебилом! С самого раннего возраста, едва мальчик научился разбирать речь, родители называли его дебилом, и слышать подобное еще от кого-то?! А Скиф, он был уверен, именно так его про себя и называл. Тобиас затаил злобу.

Настоящим подарком судьбы стал день, когда в таверне Скиф вступился за одного оницо по имени Мэнни, случайно толкнувшего Утеса. Нуб предложил дуэль, поставив на кон синий пояс, а Тобиас, конечно, отказываться не стал. Но лучше бы он не соглашался, потому что, проиграв Скифу на глазах многих зрителей, в считаные дни Тобиас растерял репутацию, соратников, дорогую экипировку, все сбережения и стал посмешищем на Арене, проиграв кучу денег и влетев в долги из-за неудачной ставки. Кто же знал, что Скиф задрал показатели Безоружного боя и Устойчивости к небесам?

Уже потом, проиграв дуэль, Утес читал логи и тихо шалел от цифр урона. Получается, пока все думали, что паренек валяет дурака, тот как-то и где-то втихую качал кулаки и защитные навыки? Да уж, нуб оказался с сюрпризом, напомнив знаменитого Магвая, топ-1 игрока мира. Тот тоже долго и скрытно прокачивал Устойчивость, а потом как пошел побеждать всех подряд! Нет, не просто так Краулер взял к себе Скифа…

История незадачливого ганкера Утеса стала достоянием общественности, и на него объявили охоту. Найти и прикончить его стало модным развлечением.

Само собой, его многократно ганкнули, полностью раздев даже соратников. Не вытерпев этого, Рашидос сбежал в другой клан, а Виста стала встречаться с каким-то парнем и проводила время в игре только с ним, и он – грозный воин Утес, назвавшийся так в честь легендарного пулемета, – остался совсем один. После череды унизительных смертей на него снизошло смирение.

К тому же мать начала сдавать, и на Дис оставалось все меньше времени. Он продолжал заходить в игру, забив на ганкерство и проводя обязательные часы так, как умел лучше всего, – молился в храме Нергала Лучезарного. Делать что-то еще ему не хотелось. Путь одиночки, путь члена клана, путь лидера – все оказалось не по плечу. «Может, местное божество даст больше, чем Творец?» – думал парень.

Он и сам понимал, насколько глупы эти мысли, но рассчитывал, что намоленные очки веры откроют ему путь к чему-то важному, великому – туда, куда он не смог прийти другими способами. Уж что-что, а молиться он умел, как никто другой. Во второй половине двадцать первого века, когда вера в бога уступила вере во множество других вещей и понятий, люди перестали молиться.

Дни у лика Лучезарного бога, проведенные в монотонных, самолично выдуманных молитвах, привлекли к парню внимание. Сначала жрецов: каждый, проходя мимо, угощал его божественным нектаром или одаривал благословением. Потом ссутулившегося, поникшего Тобиаса заметил и верховный жрец, который подолгу стоял рядом, вслушиваясь в его молитвы. Утес же не обращал ни на что внимания, полностью погруженный в свои исповеди, просьбы, жалобы и просто мысли о мироустройстве, справедливость которого подвергалась им сомнению как в реале, так и в Дисгардиуме.

К тому времени он перестал считать часы. Впадал в транс и исступленно молился, выпрашивая хоть что-то, что изменило бы его жизнь. Он не жаждал мщения, да и некому было мстить. Не горел желанием стать сильнее всех на свете – это требовалось для грабежей, а он больше грабить никого не хотел. Не просил власти и денег – они развращали и испытывали, а он устал от испытаний и хотел спокойствия. А еще – немного возможностей, чтобы вылечить отца, помочь матери, изнуренной жалкой жизнью, и успокоиться самому. Ему необходимо было ощущать, что он защищен и, если потребуется, может сам кого-то защитить, потому что ни Рашидосу, ни Висте он помочь не смог.

И тогда на него обратил внимание сам Нергал. Лучезарный ответил посреди ночи, когда в храме остался лишь один Утес, все так же смиренно молясь и говоря с богом.

– Я услышал твои молитвы, – раздался в голове ласковый голос. Тобиас открыл глаза и сглотнул подкативший к горлу комок. – Ты получишь то, о чем просишь, хотя и сам не знаешь, что именно тебе нужно.

Лик бога снова застыл, и ничто не напоминало о разговоре с Нергалом. Утес решил, что ему почудилось, но догадался заглянуть в профиль персонажа. В списке навыков и способностей появилась новая красная строчка: «Гнев Нергала».

В описании пассивной способности говорилось, что она активируется, если Утес подвергнется нападению. Только в этом и никаком другом случае на все время боя способность повысит его характеристики в десять раз – и это на 1-м уровне навыка! Более того, божественная способность защитит и боевых товарищей Утеса, то есть тех, с кем он в группе.

И только после того, как он осознал, что намолил, завыла сирена:

Зарегистрированы искажения струн мироздания! В Дисгардиуме пробудилось то, что может нарушить баланс сил и воцарить хаос!

Оценка потенциального класса угрозы: D.

Оценка текущего класса угрозы: Z.

Вероятная локация аномалии: невозможно распознать.

Не дайте пробудившемуся зачатку хаоса набраться сил, уничтожьте его раньше – и награда сильных мира сего будет щедрой!

Храбрецы и герои, да будут благосклонны к вам боги!

Тобиас Ассер, он же Утес, поднялся и расправил плечи.

Глава 1. Альянс превентивов

Семь часов назад мой персонаж Скиф стал «угрозой» с наивысшим возможным потенциалом. «Угроза» A-класса! Случилось это во время встречи со Спящим богом Бегемотом, чей угасающий аватар я нашел в Болотине.

Когда Бегемот исчез, поручив мне построить первый храм Спящих, я вышел из Диса, выбрался из капсулы и, едва передвигая ноги, рухнул в кровать. Сон был беспокойным, и часа через три я проснулся от кошмара.

Пробудившись злой и разбитой, топовая «угроза» начала яростно приводить в порядок квартиру и себя. Это касалось и учебы. Количество пропущенных дней в школе достигло критической отметки, и в том, что родителей уже уведомили, я не сомневался. Несколько звонков, на которые я не ответил, и гневное сообщение от мамы были тому подтверждением.

Так что я спешно наверстывал пропущенное, штудируя учебники. В это время позвонила моя одноклассница Тисса, чтобы узнать, как дела и где я оказался после Глубинной телепортации, выданной нам в награду за Первое убийство в подземелье «Зло из глубин». Инстанс был окружен разъяренными бойцами «Аксиомы», желающими нас разорвать, потому пришлось экспериментировать с новой абилкой.

– Нас раскидало по самым отдаленным частям песочницы, – пожаловалась Тисса. – Нескоро доберемся до Тристада… Надеюсь, тебя забросило ближе?

– Ближе некуда. Я в центре Болотины!

– Ох! Хуже не придумаешь… Скажу парням, чтобы не ныли – нам еще повезло! Слушай, завтра после школы мы собираемся у Эда отпраздновать Первое убийство Мракисса. Хочешь с нами?

– С удовольствием…

Договорив, я снова засел за учебники. Когда дошел до квантовой теории поля, пройденной без меня на физике, входная дверь открылась и в квартиру завалились донельзя уставшие и мрачные родители.

– Алекс, Алекс… – покачала головой мама. Но, вопреки ожиданиям, не начала сразу орать. – Тебе несколько месяцев до гражданских тестов, потом придется жить самому. На что ты рассчитываешь с таким отношением к учебе?

Пока она читала нотации, отец потрепал меня по затылку и закрылся в ванной. Следующие полчаса оттуда доносились брызги, бульканье и кряхтение.

– Как слетали? – поинтересовался я.

– Так себе… – буркнула мама и долго молчала. – Они не приняли проект. Хорошо, аванс не заставили возвращать, хотя могли.

– Как так? Почему не приняли?

– Мы с ним снова сильно поссорились, – нехотя призналась мама, и я понял, что речь об отце. – Расчеты пошли к чертям, и на испытании полезли критичные баги. Заказчики были в ярости. Они готовятся к какому-то глобальному ивенту в Дисгардиуме, новой локации с топовым рейд-подземельем. Их инсайд в «Сноусторме» выдал характеристики и механику боссов, и нашей задачей было, используя эти данные, собрать им бета-полигон.

– А что за клан?

– Один из самых влиятельных в Дисе – «Модус». Победители последней командной Арены и самые успешные превентивы.

– Почему они не дали вам время все исправить, мам?

– О, им вдруг стало не до нас. В Дисе появилась новая «угроза» A-класса. Подобной еще никогда не было! Естественно, что они встали на уши и теперь роют землю, чтобы найти ее! – Мама засмеялась. – Может, потому они и не настаивают на возврате аванса. У них там срочный сбор ведущих превентивов…

– Сбор? Зачем, мам? Они ведь обычно стараются найти «угрозу» первыми, чтобы не делить награды.

– После ликвидации «угрозы» D-класса никому не известный клан «Экскоммьюникадо» из восьмой тысячи топа вошел в десятку лучших. Как думаешь, Алекс, эти ребята знают, что могут получить за «угрозу» тремя уровнями выше, за класс A? Там ведь награды чуть ли не в геометрической прогрессии растут с каждым уровнем! Мне удалось подслушать, что они собираются создать Альянс превентивов.

Только в этот момент до меня дошло во всей красе, с чем мне придется столкнуться. Один против всего мира, если не считать неведомый Чумной мор и кучку протоплазмы, называющую себя Спящим богом.

Почти один, если не считать подругу детства, соседскую девчонку Еву О’Салливан, и одноклассников – Тиссу, Эда, Ханга и Малика. С Евой все сложно, и, боюсь, если я не отвечу на ее чувства, они кардинально изменятся. А «дементоры» рядом – это как привязанная пороховая бочка. Ее можно путать с пивной, но ровно до момента, пока одноклассники не поймут, с кем связались. Если уже не поняли…

Завтрашняя встреча на многое откроет мне глаза. Думаю, алкоголь развяжет «дементорам» языки, и я пойму, как себя с ними вести в дальнейшем.

– Мам… – Я запнулся, формируя мысль помягче. – А вы с папой…

– Что, Алекс?

– Вы с папой не пробовали помириться? Вы же столько лет вместе!

Мой вопрос застал ее врасплох. Она долго не отвечала, делая вид, что готовит чай, а когда все-таки села напротив, поставив передо мной чашку, в ванной стихла вода – папа закончил мыться. Мы молча сидели, слушая, как отец по старинке бреется электробритвой, вместо того чтобы раз и навсегда удалить щетину кремом (он считал, что щетина придает ему мужественности). Я повторять вопрос не решался, а мама отвечать не хотела.

Но все-таки сказала, когда папа зашелестел полотенцем, вытирая лицо:

– Я не люблю твоего отца, сынок. Я не люблю Марка. У меня есть другой.

Я догадывался об этом, но подтверждение ударило под дых сильнее Молота. В горле встал ком. Чувствуя, как кривится рот, а на глаза наворачиваются слезы, я закрыл лицо ладонями. Это был окончательный приговор.

Всю прошедшую неделю я еще на что-то надеялся, рассчитывал, что они все-таки перебесятся и изменят свое решение, но теперь все кончено. Папа не будет жить с ней, зная, что у нее есть любовник. Мама тем более ждет не дождется свободы, чтобы поскорее перебраться к своему…

Я посмотрел на нее другими глазами – ей тридцать девять, она все еще привлекательна, и у нее сногсшибательная фигура. И теперь ее обнимает не папа?

Меня захлестнула ненависть к придурку, заморочившему маме голову, и я ушел к себе, не допив ее порошковый чай. Старик Фуртадо был прав: то, что сделала мама, не имело никакого отношения к благородному напитку.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Чтобы отвлечься, я попробовал связаться с Евой, но ее комм был недоступен. Тогда я с головой ушел в физику. «Квантовая теория систем с бесконечным числом степеней свободы…»

Захватывающее чтиво.

***

С последним на сегодня звонком класс зашумел, поднимаясь со стульев и направляясь к выходу. Я потянулся вслед за «дементорами» – мы собирались лететь к Эду праздновать Первое убийство, но меня остановила рука учителя.

– Шеппард, задержись, – сказал мистер Ковач, не отрывая глаз от панели с моей успеваемостью.

– Да, Грег? – Я остановился рядом с учителем. Он удивленно вскинул глаза, хотя сам на прошлой неделе предложил называть себя по имени, и я поправился: – Мистер Ковач.

– Мы подождем, – кивнул мне Эд, и задержавшиеся «дементоры» вышли из класса.

– Лучше присядь, – мистер Ковач указал мне на стул рядом с его столом. – У нас будет долгий и серьезный разговор, Шеппард.

Подобное на моей памяти было впервые. Никогда раньше он не говорил со мной таким официальным тоном, называя по фамилии. Обычно он играл в равенство между собой и учениками.

Мистер Ковач встал, закрыл дверь и вернулся. Побарабанил пальцами по поверхности стола и резко сказал:

– У меня мало времени, Шеппард, поэтому буду немногословен. Посещаемость последнего блока – 80%. Комплексный показатель успеваемости – 79%. Еще не фатально, но очень близко к этому. Допустить подобное я не могу. Поэтому связался утром с твоими родителями, чтобы выяснить причину происходящего, и знаешь, что они мне сказали?

– Что разводятся?

– Что? – удивился мистер Ковач. – А они разводятся? Тогда многое проясняется… – Он снова застучал пальцами. – Так-так… Что ж, я чувствую, что несу еще большую ответственность за твое будущее, Алекс. – Его тон смягчился. – Я назначаю тебе два дополнительных урока каждый день, пока не исправишь комплексный показатель успеваемости. Начиная с сегодняшнего дня. Учебное место в лабе на тебя уже оформлено, так что сразу после нашего разговора можешь идти туда и приступать.

Я ничего не ответил и просто кивнул. Как он говорил, не смертельно, переживу. Да я и сам понимал, что надо подтянуть учебу. Прослушать в обычном VR-шлеме пропущенные уроки и повторно сдать по ним тесты – ничего страшного.

– Это не все. Миссис Шеппард сообщила мне о твоем нездоровом увлечении Дисгардиумом.

– Что? Нездоровом? Вы хотите сказать, что весь мир страдает нездоровой фигней?

– Возможно, я неправильно выразился. Впрочем, я лишь передал эпитет твоей мамы. Скорее всего, она имела в виду твой резко выросший интерес к Дису. Ты знаешь, я не сторонник конкретно этой рекомендации Департамента образования… Как бы помягче… Мне кажется, они перегибают палку с обязательным временем в игре. Понимаешь? Это могло бы сгодиться низшим гражданским статусам, потому что им действительно после школы идти некуда и Дис отлично снимает социальную напряженность в этом плане… – Он пожевал губами и почесал нос. – Но ведь ты из благополучной семьи, Алекс! Категория F! Тебе прямая дорога в полноценные члены общества!

– Вы забыли? Они разводятся!

– Но еще не развелись! – Грег треснул ладонью по столу и привстал. В его глазах плескалась ярость, и от неожиданности я откинулся на спинку стула. – И если они достаточно разумны, то не станут этого делать как минимум до твоих гражданских тестов!

Он был прав. Высокий гражданский статус родителей может накинуть мне баллов и сделать комиссию более благосклонной. А может и не накинуть, это лишь слухи, но упорные, и статистика их подтверждает.

Хотя, вероятно, все дело в том, что у высокостатусных семей больше возможностей дать отпрыскам лучшее здоровье, социальные навыки и обучение с самого детства, если не сказать с момента зачатия. Генетические корректировки стоят больших денег, но они возможны и доступны почти всем желающим, только плати.

Мистер Ковач долго буравил меня взглядом, но, наконец, морщинка, залегшая между его бровями, разгладилась, ноздри перестали грозно раздуваться, а сам он сел на стул и продолжил своим обычным тоном, словно и не было той вспышки:

– Час назад я подал прошение в Департамент образования о временном бане твоего персонажа в Дисгардиуме. Привел все формальные обоснования, в том числе учитывал твою потенциальную ценность для общества… этого мира, а не Диса. Прошение удовлетворили. Твой персонаж забанен на две недели. Надеюсь, тебе хватит этого времени, чтобы наверстать упущенную программу.

– Что? Вы, наверное, шутите, мистер Ковач? Вы не можете!..

Я чуть было не рассказал о своем обязательстве как «угрозы» проводить в игре не менее трех часов в день, но он меня, к счастью, перебил.

– По-твоему, я похож на шутника? Еще как могу! – Он снова разъярился. – Встать, Шеппард! В VR-лабораторию на дополнительные уроки! Немедленно!

Захлопывая за собой дверь, я подумал, что слухи о боевом прошлом нашего школьного учителя имеют под собой основания. В коридоре я увидел изумленные лица подслушивавших «дементоров» и Ханга, шутовски вытянувшегося по стойке «смирно».

– Сэр, да, сэр! – заорал он, выпучив глаза.

– Ханг Ли! – донесся из класса голос Ковача. – Два дополнительных урока вместе с Шеппардом! Выполнять!

***

Из солидарности остальные нас дождались. Полтора часа погружения в пропущенные лекции по бионике лично для меня пролетели довольно быстро, но вот Ханг Ли был очень недоволен. Снимая VR-шлем, он повел плечами, покрутил головой и чертыхнулся:

– Говорят, в нормальных школах полноценные капсулы, а не это древнее барахло. – Он стянул перчатки-манипуляторы, бросил их на полку и треснул кулаком по ладони. – Валим?

– Ага, – я кивнул. – Но было интересно. Не, правда! Не думаю, что получил бы эти знания по своей воле, но теперь хотя бы знаю, что еще сто лет назад ты бы так и ходил одноглазым.

Ханг рефлекторно дотронулся до левого глаза. Он был бионическим и неотличимым от настоящего, утерянного в детстве во время какой-то игры.

– Сто лет назад? Дед рассказывал, в то время у всех была работа. Хотя он тогда маленьким был, может, чего и выдумывает. Он вообще много всяких небылиц рассказывает! – Ханг треснул меня по плечу и как-то невесело засмеялся. – Какие у тебя планы, Алекс? Мы все гадаем, чего тебя так понесло в Дис?

– Расскажу у Эда. Не хочу повторять одно и то же.

«Дементоры» ждали у взлетной площадки с флаерами. Завидев нас, они поднялись, отряхиваясь от снега.

– Наконец-то! Мы уже тут жопы себе отморозили! – закричал Малик.

Вряд ли одежда с подогревом допустила бы такое, но щеки и у него, и у Тиссы с Эдом порозовели. Ночью выпал первый снег, и навалило его столько, что климат-контроль площадки не справился, и сугробы просто сгребли к краям крыши. Там-то «дементоры», видимо, и играли в снежки, дожидаясь нас с Хангом.

Мы впятером залезли во флаер, и Родригез забил точку назначения. В дороге мы болтали о всякой ерунде, избегая – не знаю почему – любых упоминаний Дисгардиума. Даже поднятая мною тема бана аккаунта на две недели реакции не вызвала – Тисса покачала головой и мягко дотронулась до моей груди, одними губами шепнув: «Потом».

Через четверть часа мы уже приземлялись на крышу жилого комплекса, где обитал Эд.

Это был район категории H, заселенный гражданами низкого гражданского статуса. Отличия бросались в глаза сразу: здания невзрачнее, плотность застройки выше, меньше зелени… Даже окна казались уже, чем у нас.

– Идем. – Эд провел нас через стоянку комплекса, ткнул пальцем в панель управления замком. Тот щелкнул – и дверь поднялась. – Стряхните снег с обуви.

Мы вошли в лифт, Эд нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Между статусами F и K всего две категории, но до чего же ощутима разница! Взять хотя бы лифт. Он был не такой быстрый, не такой бесшумный и не такой просторный, как в нашем доме.

В длинном коридоре мы остановились возле одной из дверей. Пока Эд открывал замок, подставив лицо камере распознавания, Малик насвистывал какую-то новую песенку и даже пытался пританцовывать, но Тисса шикнула:

– Тихо ты! Бабушку Эда разбудишь!

Едва дверь открылась, я услышал звонкий девчачий крик:

– Эдди!

Девочка лет пяти бросилась к Родригезу, напрыгнула, обхватив руками и ногами, и повисла на нем.

– Кто там, Полианна? – донесся женский голос из глубины квартиры. – Эдвард, это ты? Ты задержался, Эдвард!

– Да, бабушка! Были дополнительные уроки у мистера Ковача! – крикнул Эд через голову девочки.

Та спрыгнула с брата, обняла Малика с Хангом, а потом повисла на Тиссе. Видимо, они были здесь частыми гостями. Мелисса что-то нежно прошептала девочке на ушко, а та кивнула и рассмеялась, лукаво поглядев на меня.

– Меня зовут Алекс, – я протянул ей руку.

– Полли, – она дотронулась своей ладошкой до моей и смутилась.

– Я пока поговорю с бабушкой, – сказал Эд. – Кока-кола в холодильнике, берите и приземляйте свои задницы на балконе. Полли, малышка, ты ела? – Девочка кивнула. – Хорошо, тогда поиграй пока в своей комнате.

Я с интересом изучал квартиру Эда. Она была просторной, не меньше нашей, хоть и ниже категорией. Парни вытащили из холодильника пару двухлитровых бутылок газировки, Тисса взяла пакет с одноразовыми картонными стаканами и несколько упаковок чипсов.

Со всем этим мы переместились на широкий застекленный балкон, откуда открывался вид… на обшарпанную серую стену соседнего здания. Зато здесь умещалось четыре стула и небольшой пластиковый столик. Остальное свободное место было занято грудой запылившихся вещей: картинами, какими-то незаконченными статуэтками, коробками. В доме чувствовалась некоторая запущенность, будто он давно не видел женской руки или хотя бы манипуляторов робота-уборщика. Его я, впрочем, не заметил.

– Здесь должно жить человек пять, – заметил я, пока мы ждали Эда. – Большая квартира.

– Они и жили, – хмуро ответил Ханг. – Пока родители Эда не подхватили в Африке вирус Рока три года назад.

– Он же излечим? – удивился я.

Новые болезни появлялись чуть ли не каждый год, но медицина успешно находила противодействие даже такой адской хрени, как вирус Рока, заживо разлагающей здоровые клетки.

– Это было в самом начале, – пояснила Тисса, вскрывая пачку чипсов. – Они попали в первую волну, тогда даже диагноз ставить не умели.

– Но они были хорошими художниками, – добавил Ханг.

– Как там было? – Тисса закатила глаза, вспоминая. – Ценность культурного вклада их работ… бла-бла-бла… В общем, это сохранило гражданский статус бабушке Эда, и они смогли остаться в этом доме.

– А что с бабушкой? – спросил я. – Может, сходить к ней поздороваться?

– Не надо, – помотала головой Тисса. – Она тяжело ходит, глуховата и не любит чужих. А ты для нее пока такой.

– И останешься таким, если не познакомишься, – хмыкнул Малик. – На самом деле хорошая идея, сходи и представься.

Я поднялся со стула и направился к двери, но на пороге балкона появился Эд.

– Давайте потише! Бабуля легла отдыхать. Ты чего встал, Алекс? Туалет?

– Нет, хотел познакомиться с твоей…

– В другой раз, – перебил Эд. – Ей нужен покой. Так… Нам не хватает еще одного стула…

Он исчез из дверного проема и вскоре появился с табуретом в руке. Плотно закрыл дверь балкона и устроился с нами. На его лице застыла легкая улыбка, он обвел нас взглядом и остановился на здоровяке:

– Ханг, ты взял?

– Конечно! – Бомбовоз втянул носом воздух и широко ухмыльнулся. – Мы здесь праздновать собирались вообще-то! Так что… – Он достал из внутреннего кармана объемную фляжку и потряс ею в воздухе. – Чистый виски, пацаны! Из бездонных запасов моего папаши!

– Первое убийство, виски с колой… Дай подумать… – Эд потер ладони. – Мы теряем время! Танкуй, Бомбовоз!

Глава 2. Запрет на погружение

Письмо от «Сноусторма» пришло, когда я еще проводил время с «дементорами» у Эда. Как бы я ни затуманил себе мозги крепким алкоголем, мне хватило ума не читать письмо сразу.

Прикрыв экран, я глянул на уведомление в коммуникаторе, из плывущего текста вычленил название корпорации и тут же закрыл, пока не вчиталась любопытствующая Тисса. Она сидела между мной и Эдом, периодически касаясь меня то плечом, то волосами, а пару раз клала руку мне на колено. Справедливости ради, другая ладонь в то же время лежала на колене Эда – как будто наши ноги заменяли ей отсутствующие ручки кресла.

Вскоре я почувствовал, что поплыл и у меня вот-вот окончательно развяжется язык – даже не столько от непривычного алкоголя, сколько от душевности посиделок и дружелюбного тепла.

Я скомканно распрощался, но они не дали мне уйти одному. Вышли всей компанией проводить до флаера, Ханг убедился, что я верно назвал точку назначения, потом они долго обнимали меня, хлопая по спине, а Эд заплетающимся языком говорил, что они проведут ревизию налутанного в данже «Зло из глубин», начнут неспешно распродавать все ненужное, и я обязательно получу свою долю за весь инст, а не только за последнего босса.

Всю дорогу до дома я дремал, а потому не знаю, сколько проспал, сидя в приземлившемся на крыше нашего дома флаере, – может, минуту, а может, час. Потом я, врезаясь плечами в косяки и протирая стены, доковылял до квартиры, дотащил себя до кровати и провалился в густой дремучий сон.

Проснулся только под утро от раздирающей нутро жажды, причем раздетый и накрытый одеялом – кто-то из родителей позаботился о своем впервые в жизни напившемся сыне. На прикроватной тумбочке стояла бутылка воды и стакан, а рядом белел диск шипучей таблетки, хорошо знакомый мне по отцовским похмельям.

Утолив жажду минерализованной болеутоляющей жидкостью, я поднялся с кровати. Эйты лежал рядом, опустив голову на лапы. Заметив мое пробуждение, он поднял ухо, но, считав настроение, подходить не стал.

С раскалывающейся башкой я бесцельно побродил по комнате, собираясь с мыслями. До школы было еще много времени, и начал я с самого простого: прибег к помощи «Домашнего доктора», а потом забрался в душевую кабину и долго стоял под струями, оживляющими тело и разум. Боюсь даже представить, сколько денег скрутил счетчик потребления воды.

Зато мне полегчало. Решив проверить, насколько угрозы Грега реальны, я залез в капсулу, но ожидаемо услышал сообщение о временном запрете на погружение во все игровые миры. Тогда-то я и вспомнил о письме от корпорации.

Дорогой Алекс!

Настоящим письмом я хочу сообщить, что мы уведомлены о поступившем на ваше имя школьном запрете на двухнедельное посещение Дисгардиума.

Принимая во внимание ваш особенный статус в мире и обязательства по времени нахождения в игре, я решила написать вам лично, чтобы успокоить. Все мы здесь, в «Сноусторме», когда-то учились в школе:-) Так что прекрасно вас понимаем и готовы войти в положение.

На время школьного запрета мы снимаем с вас все обязательства по присутствию в мире «Дисгардиума».

Желаю как можно скорее решить все вопросы, препятствующие погружению! Пусть небо Дисгардиума всегда будет чистым над вами!

С дружеским приветом,

Марианна Да Силва, специалист отдела по работе с клиентами,

«Сноусторм Инкорпорейтед».

Удовлетворенно хмыкнув, я собрался в школу и выбрался из своей комнаты. Втянув шею, под сочувственным взглядом отца выслушал мамины нотации, позавтракал и полетел на учебу.

Уроки промелькнули незаметно. Впервые за последнее время я почти не думал о Дисе, внимательно слушая преподавателей и добросовестно выполняя задания. На переменах мы болтали с «дементорами». Они предвкушали, как доберутся до Тристада и сдадут квест первому советнику Уайтекеру – с финального босса всем нам выпал скорпионий глаз, ставший квест-стартером.

В честь грядущего Дня благодарения Грег не стал настаивать на дополнительных уроках, но я их все равно отсидел, наверстывая упущенное.

Четыре праздничных выходных дня пронеслись как один. В четверг к нам пришли гости и смели со стола все, что наготовила мама. Хотя «наготовила» звучит слишком громко, это заняло у нее не больше часа: она просто «развернула» в кухонном комбайне премиальный кулинарный набор «День благодарения» стоимостью всего девяносто девять фениксов. Стол, не считая прочего, украсили запеченная индейка, картофельное пюре, сырная запеканка с кукурузой и тыквенный пирог.

В пятницу по гостям пошли уже мы. Родители скрывали свой будущий развод и искусно разыгрывали счастливую семью. Подыгрывать им было легко, они почти обманули и меня, я бы поверил, не признай мама до этого, что больше не любит отца.

В субботу и воскресенье я занимался обычными делами: учился, смотрел кино и видеоматериалы марсианской экспедиции Лемана, а еще безуспешно пытался вытащить на свидание Тиссу. Она долго не отвечала, зависая в Дисе, но когда написала, ее сообщение прозвучало сухо: «Не могу. Не до этого». Я еще подумал, стоит ли обижаться, но решил, что абсолютно точно нет.

Со скуки я даже пытался связаться с Евой, но вместо подруги ответила ее мать, сказав, что процесс восстановления затягивается, так как «дочка вошла во вкус».

В общем, за выходные я успел подустать от отдыха, а в понедельник полетел в школу с радостью. Там-то все и выяснилось.

***

Убитые горем. Мрачные. Опустошенные и сокрушенные. Именно такими я нашел Тиссу, Эда, Ханга и Малика в школьном дворе. И хотя с безоблачного неба ослепительно светило солнце, вокруг «дементоров» царили холод и уныние, будто они стали теми, в честь кого и назвали клан.

На первом уроке их не было, на второй они явились с опозданием. На перемене меня задержал Грег, и только после мне удалось найти их. Они сидели на скамейке, нахохлившись, как замерзшие воробьи.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Привет… – осторожно протянул я. – Как дела?

– Привет, – хмуро ответила Тисса и отвернулась.

Остальные промолчали. Их ощутимо напрягало мое присутствие: похоже, я прервал разговор, а продолжать при мне они не хотели.

– К черту, – выплюнул Ханг. – Его это тоже касается.

Эд смерил меня ничего не выражающим взглядом и опустил голову, закрывшись руками.

– Что случилось? Кто-то умер?

– Да мы все умерли! – нервно рассмеялся Малик. – И очень много раз!

– Ладно… – пробормотал Эд, что-то решив для себя. Он поднял голову и воскликнул: – Алекс, мы в полной заднице!

– Это я уже понял. – Я сел на скамейку, распихав Ханга и Малика. – А подробнее?

– Аксиома… – начал было пояснять Малик, но Эд его остановил и заговорил сам:

– В прошлый четверг Большой По занес нас всех в КОС-лист и объявил награду: пятьдесят золотых за каждое убийство любого из нас.

– И меня?

– Насчет тебя мы не уверены, но можешь посмотреть форумы, – ответил Эд. – Там пока только четыре имени: я, Тисса, Бомбовоз и Инфект. Что касается тебя, то у них есть вопросы, но, если что, мы сказали, что тебя с нами не было.

– Вы хоть лут донесли?

– Донесли! – неожиданно взорвался Ханг. – Но свой шмот почти весь потеряли! Никто из нас до города не дошел! Перехватили каждого!

– Где вы сейчас?

– Все там же, – буркнул Ханг. – На точке возрождения в Олтонских каменоломнях.

– Всех опустили до 10-го уровня. Раздели полностью! – Эд шумно вдохнул носом. Его голос сел, и он сказал едва слышно: – Я свой эпик потерял. Плащ Огненного Урфина. Выйти не дают, там постоянно пасутся хедхантеры, чередуют киллы, чтобы не сработал диминишинг на убийство.

– Это что такое?

– Нельзя одному и тому же игроку или его группе убивать другого в течение суток более трех раз подряд, – пояснила Тисса. – После третьего их атаки перестают наносить урон. Вот они и меняются.

– А телепорт?

– Каст быстрый, но не мгновенный, – пожаловался Ханг. – Контролят, не дают свалить. Эд вон успел разок – попал к нагам, те его быстро сложили.

– А что я мог сделать? – фыркнул Эд. – Голый, на 10-м уровне!

– И долго это будет продолжаться? – спросил я.

– Пока не покинем песочницу. Мы вместе с Хангом слетали к Большому По сегодня утром. Хотели договориться… – Эд сплюнул. – Он только посмеялся! Заявил, что оценивает моральную и материальную компенсацию в сто тысяч золотых. У нас никогда не было таких денег, так что…

– Что?

– Не знаем, Алекс! – простонала Тисса. – Не знаем! Подождем несколько дней, может, все утихнет. Нам главное – добраться до города и одеться. Оттуда мы уйдем куда-нибудь в безлюдные края, в ту же Болотину, и будем качаться там. Другого выхода нет.

– Если это не сработает, тогда бросим Дис до выхода в большой мир, – отрезал Эд и спохватился: – Слушай, а давай с нами? Если найдем новый инст, можно спокойно только там и качаться! Алекс!

– Не получится, Эд. На мне больше нет того проклятия.

– Как нет? – всполошился Родригез. – Почему?

– Я выполнил квест Патрика, и проклятие снялось.

– Бездна! – «Дементоры» выругались одновременно…

– Значит, все… – выдавил Эд.

Все… Так прервалась моя короткая дружба с «дементорами». Напрямую об этом никто не говорил, но это чувствовалось. Нас связывал Дисгардиум, но когда исчезли общие интересы, общаться стало не о чем. Они молча отсиживали уроки, сухо отвечали на мои приветствия, не выказывая желания разговаривать, а на переменах где-то пропадали. Впрочем, я не навязывался, да и времени совсем не было. Единственное, что удалось узнать через неделю, – им все-таки удалось прорваться в Тристад, привязаться там, и теперь они готовятся к задуманному побегу в Болотину.

Грег, обрадовавшись моему вновь вспыхнувшему интересу к учебе, грузил не только на дополнительных уроках, но и в домашних заданиях, не ограничиваясь рамками обязательной школьной программы. Я же старался уйти по ней вперед, максимально полезно используя время перед возвращением в игру.

Дома родители заключили пакт о ненападении, и в этом шатком перемирии и отец и мать были особенно осторожны в словах и поступках. Он бросил пить, она перестала пилить – и оба погрузились в новый проект, решив не налажать и заработать как можно больше денег до развода. Не знаю, как там мамин хахаль, но она за все две недели моего бана ни разу не покидала дом без отца. Все как будто стало по-прежнему и даже лучше, но это была лишь иллюзия благополучия.

Ева, едва выписавшись из клиники, улетела на юг восстанавливаться. Миссис О’Салливан, видимо, договорилась в школе о дистанционном обучении на это время. Встретиться со старой подругой так и не получилось, но мы пообщались по комму. Она сильно изменилась – ничего, кроме лица, мне разглядеть не удалось, но и того, что я увидел, хватило, чтобы впечатлиться. Ева стала совершенной. Идеальной. Но все так же не в моем вкусе.

Вечером последних суток бана мне снова пришло письмо от Марианны. Она поздравляла с окончанием срока запрета на погружение и напоминала о возобновлении обязательного времени в Дисе. Это был вторник.

А в среду сразу после школы я пообедал и полез в капсулу.

Добро пожаловать в Дисгардиум, Скиф!

Глава 3. Кто хочет стать миллиардером?

Островок, где я встретил Бегемота, за две недели моего отсутствия увеличился за счет понизившегося уровня воды и порос травой. О Спящем боге ничего не напоминало – остатки накопленной энергии он, видимо, влил в меня, дав силу новым навыкам, и теперь дремал в ожидании новых адептов и храма.

В момент погружения я успел подумать о том, как насыщенность и яркость жизни меняют восприятие времени: с известия о разводе родителей я провел в Дисе неделю, а после бана от Грега не заходил сюда две, но по ощущениям казалось иначе. Будто в мире «меча и магии» я прожил всю жизнь, был из него изгнан и, наконец, возвращаюсь. Странное чувство, особенно учитывая, как скучно мне было в Дисе раньше.

Какое-то время я размышлял над тем, с чего начать. Горевшие иконки конвертов, уведомлявшие о новых письмах, системные сообщения о невыбранном классе и нераспределенных очках характеристик, несданные Патрику и Уайтекеру квесты, сетовый эпик в инвентаре – все было любопытно, но хотелось… посмаковать, что ли.

Здесь же, на болоте, на меня в любой момент могут напасть местные агрессивные твари, и противопоставить им теперь нечего. Если погибну, то потеряю опыт и окажусь на кладбище Тристада. Метка Чумного мора мне здесь не помощник – проклятие нежити давно слетело, а вероятность того, что метка снова прокнет, лишь 8%.

Значит, решено: мне надо в Тристад, в личную комнату, и как можно скорее. Но там, скорее всего подстерегают люди Большого По. Не думаю, что они меня отпустят прежде, чем вытрясут все, что их интересует.

Дело за малым – чтобы великий глубинный рандом навыка телепортации сработал как нужно. Ну, Спящий, не подведи… Глубинная телепортация!

Но оказался я не в городе.

Болотный пейзаж, уныло-тоскливый, но все же ярко освещенный солнцем, сменили вечные сумерки Мраколесья. Едва я это понял, как сразу же рухнул на сухую растрескавшуюся почву, спрятавшись в Скрытности. Подо мной что-то хрустнуло, впилось в грудь, а руки тут же оказались в зеленоватой слизи.

Вокруг звенел трескучий шорох. Осторожно оглядевшись, я вскочил на ноги – поле зрения завалило уведомлениями о проваленной проверке на скрытность. Но никакая конспирация не спасет, если ты оказался в центре огромной охраняемой кладки паучьих яиц. За стенами растянутой паутины не было видно деревьев! Тысячи яиц усеивали пространство вокруг, и из некоторых уже пробивались паучки. Но все это меркло в сравнении с чудовищными силуэтами взрослых арахнидов. Я быстро просканировал одного из них:

Порченый арахнид-страж, инсектоид 14-го уровня

Рядом с ним возвышались ноги-колонны существа помощнее – Порченый арахнид-смотритель выводка 17-го уровня.

Собственно, на этом демонстрационная часть экскурсии в новое Мраколесье была окончена. В следующий миг все пауки одновременно атаковали.

Под Каменной кожей мне удалось выстоять полторы минуты. За это время я уложил полдесятка пауков, не щадя чумную энергию и Жуткий вой, но итог был закономерен. Без висящего на мне проклятия нежити глупо надеяться на благополучный исход поединка.

Новорожденный арахнид нанес вам урон: 16.

Вы мертвы.

Погибнув, я не торопился возрождаться. Логи говорили о том, что вся моя Устойчивость яйца выеденного не стоит против мобов уровнями намного выше, а здесь даже новорожденный паучок сразу 13-го. За каждый уровень разницы с противником я теряю 10% срезаемого урона. В итоге получилось, что пауки, хоть и били меня вполсилы, но превосходили количеством, а я… Мой текущий объем жизни – это на два-три удара такому, как Порченый арахнид-смотритель выводка.

Таймер отсчитал последнюю секунду в теле трупа. По привычке я возрождался, держа наготове связку навыков, чтобы моментально включиться в бой, но в этот раз она не понадобилась – передо мной высилась стена Тристада. Никто не спешил на меня нападать – я появился на городском кладбище. Перед глазами в воздухе зависло предупреждение:

Штраф за смерть: −550 очков опыта.

Прикинув, я вспомнил механику расчета штрафов в песочнице: текущий уровень, помноженный на полсотни. Стоимость примерно десятка убитых мобов. Неприятно, но терпимо – в большом Дисе штрафы намного жестче. Проблемой это становится, если тебя держат на точке респауна.

Смахнув уведомление, я проверил инвентарь. Спасибо редкой сумке, лут из «Зла из глубин» был на месте. Мысленно составив маршрут, я спокойно добрался до городских ворот, а оттуда трусцой побежал к «Буйной фляге», решив, что, пока не разберусь с письмами, классами и планами, из комнаты не выйду.

Визуально город не изменился, разве что народа на улицах бродило чуть больше, чем обычно. Причина этого выяснилась, когда я подбегал к таверне. У дверей «Буйной фляги» надрывал глотку разбойник Грейкилла:

– Голосуйте на выборах в городской совет! Впервые в них участвует игрок, известный каждому! Голосуйте за Большого… тьфу… Голосуйте за уважаемого Полинуклеотида! Его главная цель – повышение наград за социальные задания! Кроме того, игроки смогут обзавестись недвижимостью в черте…

Подивившись, я хотел узнать подробности, но вдруг обнаружил на себе чей-то пристальный взгляд. Повернув голову, понял, что меня засекли: курьерша 14-го уровня из «Аксиомы» по имени Вишенка беззвучно шевелила губами перед амулетом связи. Убедившись, что я смотрю, она направила на меня палец, что можно было понять как «Стой на месте!»

Нет, спасибо. Качнув головой, я прошмыгнул в таверну и поднялся к себе. Говорить с ними придется, но лучше не сейчас, когда я в одних трусах и с нераспределенными очками характеристик. Если расценивать предстоящую беседу с точки зрения психологии, то я в невыгодном положении, а значит, ничего хорошего не выйдет.

В комнате я растянулся на кровати и облегченно вздохнул. Полмесяца назад я выходил отсюда, будучи 6-го уровня. Вернулся с 11-м…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Что ж, пора разбирать подарки. Я свернул окошко с выбором, с удивлением заметив названия классов, предлагаемых системой: «Соло-приключенец», «Странствующий монах», «Предвестник». Ни одно мне ни о чем не говорило, но разбираться с этим я буду после.

Открытый почтовый ящик высветил ряд непрочтенных писем, и самое свежее, суточной давности, было от Тиссы:

Алекс!

Прости, что пишу только здесь и сейчас. У Эда паранойя, и в реале мы стараемся ни с кем не общаться до поры до времени. Даже с тобой. Я знаю, что это глупо, но мы так решили. Еще раз извини.

Кстати, Ханг был прав. ГТ на 3-м уровне позволяет выбирать две точки назначения. А там – как повезет.

Понятно, что «ГТ» – это Глубинная телепортация. Значит, они каждый день использовали ее, пытаясь вырваться, пока все не оказались в Тристаде? Возьму на заметку. Но что мешало написать мне хотя бы на комм? Или сказать то же самое в школе? Странно вся эта таинственность выглядит. Отвечать я не стал, решив поговорить лично.

Потом открыл следующее письмо – от Перевес:

Привет, Скиф!

Ты давно не появлялся, вот и решила напомнить о себе. Сегодня перебирали с Недом шмотки, ну, знаешь, сделали что-то типа ревизии. В общем, мы наткнулись на набор экипировки на 5-й уровень, что Нед откладывал для тебя. Как ты там, сделал уже пятый?

Перевес (Рита).

Сделал ли я 5-й уровень? Я ухмыльнулся и быстро накатал ответ: «Рита, привет! Прости, не заходил в Дис две недели. Загляну к вам на днях!» Не знаю, буду ли что-нибудь у них покупать, но увидеться с девушкой не откажусь.

Еще одно письмо, открытое мною, написал Большой По:

Шеппард!

Я знаю, что ты там был. Надеюсь, при встрече ты не будешь отпираться и отрицать это. Твои друзья уже наказаны, и заслуженно. Если ты еще не в курсе, единственная причина, по которой ты пока не в нашем КОС-листе, – мне бы хотелось поговорить с тобой до того, как ты озлобишься. Ответь сразу, как появишься в Дисе и прочтешь это. Не оттягивай неизбежное.

Большой По.

Мой ответ ему был еще короче, чем Рите: «Через час в таверне». Он прав, ни к чему затягивать – лучше решить вопрос и потом строить планы. Правда, я решил сначала разобраться с классом и очками характеристик. А заодно глянуть, что изменилось после того, как повысился мой потенциал «угрозы» миру.

Тем более следующее письмо было именно на эту тему. Начиналось оно уже знакомым приветствием:

Боги Дисгардиума приветствуют тебя, Скиф!

Заржавевшие шестеренки мироздания провернулись и дали толчок, великое множество независимых событий случилось, приведя к невозможному, и в одном разумном столкнулись две ужасающие напасти старого и нового миров!

Со времен Демонического пакта мир не видел угрозы страшнее той, в которую ты можешь превратиться!

Потенциальный класс твоей угрозы миру: A.

Текущий класс твоей угрозы миру: Q.

Тематика угрозы: явная, Спящие боги, Чумной мор, раскол, пандемия, взрывное развитие персонажа, глобальный катаклизм, война богов, скрытое преимущество в боях с многократно превосходящими по уровню противниками…

Далее шли знакомые слова с предупреждениями и штрафами за разглашение. Еще говорилось, что за достижение класса L – предыдущего потолка «угрозы» – я все равно получу новейшую капсулу с полным жизнеобеспечением, массажем и стимуляцией мышц, а также прочими важными и неважными «плюшками». Типа той же лучшей скорости передачи данных от мозга в Дис, за счет которой владельцы таких капсул, пусть и на доли секунды, но опережают остальных.

Но это меркло в сравнении с тем, что было в самом конце. Там шли строчки о новой награде за развитие «угрозы» до максимума. Причем мне пришлось дважды пересчитать нули. Я не ошибся, и потом долго, не веря своим глазам, пялился, пока нули не поплыли.

Девять нулей после единицы. Миллиард фениксов за полностью прокачанный класс «угрозы»! Но и это было не все. Еще они обещали полноценный трудовой контракт со «Сноустормом» и должность консультанта департамента «угроз»! С восьмизначной годовой зарплатой! И это без бонусов!

Мое сердце забилось так сильно, что я почувствовал это в Дисе. Большой По, «дементоры», школа и даже Тисса – все поблекло, стоило мне только подумать о наградах. Они решали вообще все вопросы! Образование за счет «Сноусторма»! Гражданский статус не меньше C – это уровень миллиардеров! Космогид? Ха, да за сотню миллионов можно купить новую космическую яхту и летать сколько угодно!

Я нажал «Принять», но пока соглашение действовало только в Дисгардиуме, надо было заключить договор еще и в реальном мире.

Не теряя времени, я вышел из игры, выждал минуту адаптации в полной тьме, пока интра-гель возвращал мне контроль над телом, выбрался из капсулы и открыл уже реальную электронную почту, чтобы подписать обновленное соглашение со «Сноустормом». Не ленясь – какая лень, когда на кону такое? – я внимательно прочитал все девять страниц договора и влепил электронную подпись везде, где это требовалось. Не знаю, как корпорация этого добилась, но не требовалось даже одобрение родителей.

Сразу после, проявившись в Дисе, я хотел было перейти к выбору класса, но в личку настойчиво постучали:

Игрок Полинуклеотид (Уэсли Чоу) хочет добавить вас в друзья. Принять?

Уэсли Чоу, он же Полинуклеотид, он же Большой По, напомнил о себе и о нашей встрече.

Глава 4. Слишком много «По»

В той части «Буйной фляги», где вольготно расположился Большой По с его бойцами, пространство будто вымерло. Народ, перемещаясь по залу, обходил стороной свободные столики вокруг «Аксиомы».

Причина выяснилась, когда я подошел ближе и уперся в невидимую завесу. Под моим напором она поддалась, но ощущение было такое, словно я снова в трясине Болотины, – на тело давило со всех сторон, уши заложило, и стало тяжелее дышать. Что говорили за столом топ-клана, слышно не было, но я увидел, как Большой По шевельнул губами, пелена исчезла, и я по инерции провалился внутрь «пузыря».

Одновременно почти все аксиомовцы встали и, пару раз толкнув меня плечами, направились к выходу из таверны. Я обратил внимание на имя одного из покинувших нас – Джей-Джей, бард 19-го уровня, бывший лидер клана «Ночные сталкеры», ставший заместителем Большого По после объединения.

Остались только двое – рядом с Уэсли Чоу сидела девушка с огромными голубыми глазами, выбритыми висками и длинным синим хвостом. Ее лицо показалось мне знакомым, но где его видел, так и не вспомнил.

– Уэсли, Ирина, – я кивнул и, не дожидаясь приглашения, сел за стол.

Они оценивающе рассматривали меня, а я изучал их.

Полинуклеотид, человек 19-го уровня

Клан: Аксиома.

Настоящее имя: Уэсли Чоу.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: вождь.

Ирина была мистиком двумя уровнями ниже. И если о ее классе я слышал, то «вождь» мне ни о чем не говорил.

– Интересный у тебя класс, Большой По… – протянул я, чтобы хоть как-то разбавить затянувшееся молчание. Из-за установленного «пузыря» тишина стояла оглушающая – я слышал биение своего сердца. – Это хотя бы боевой класс?

Лидер «Аксиомы» поднял указательный палец, призывая помолчать, а сам, не отводя взгляда, склонился к Ирине. Та довольно отчетливо зашептала:

– Сорок четыре тысячи очков опыта набрано за последнюю неделю, плюс-минус день. В среднем пять тысяч очков в сутки. Класс не выбран, похоже, не успел. В наш инст заходил на 6-м, после инста получил школьный бан. 11-й уровень взят за сутки, предшествовавшие бану. Он был там.

Большой По откинулся назад, забросив руки на спинку лавки, и обратился ко мне:

– Ты все слышал, Шеппард. Мой аналитик уверен, что ты был с «дементорами».

– А как же «здравствуй, Скиф», «рад знакомству», ну или, на худой конец, «долго же мы тебя ждали, дорогой Алекс»?

– Не хами, – отрезала Ирина. – Ты здесь никто и звать тебя никак. Поблагодари По за то, что он решил выслушать, прежде чем объявлять на тебя охоту.

– Огромное спасибо, Большой По! – Я привстал и шутовски поклонился. – А почему именно «большой» По? Не средний, не мелкий, а именно большой?

Не знаю, что на меня нашло. С перспективами, нарисовавшимися десять минут назад, стоило бы быть повежливее с главой сильнейшего клана песочницы. К чему обострять и без того напряженную обстановку? И я был бы вежлив, будь вежливы они.

– Понторез. Погром. Мой кузен Полинуклеар, – стал перечислять Уэсли, загибая пальцы. – Слишком много «По» в одном клане. Я крупный, у меня что-то не так с обменом веществ. Поэтому я «большой». Еще вопросы?

– Пока нет. Спасибо, что ответил, – смущенно кивнул я. Он меня обезоружил. Я ожидал чего угодно, вплоть до мгновенного занесения в КОС-лист, вспышки ярости, перевернутого стола, но не простого и понятного ответа.

– Тогда ответь и ты мне. Ты был в инсте?

– Да.

– Назови хоть одну причину… – Большой По сделал паузу, чтобы глотнуть имбирного пива. – Почему я должен тебя простить?

– Простить меня? – Я рассмеялся. – За что? Ваш боец сам разрешил мне зайти в данж. Как его там звали? Арадор?

Лидер «Аксиомы» кивнул и спросил:

– Что было дальше?

– Дальше все было просто. Инст закрылся на техническое обслуживание, и я вышел до того, как меня выкинуло…

– Ну-ну… – не поверила Ирина. – Ври дальше.

– Утром я зашел, убедился, что перс все еще внутри, и позвал «дементоров». Дальше вы знаете.

– Он врет! – безапелляционно заявила девушка и повернулась к Большому По. – При технических работах подземелье полностью перегружается, всех игроков выкидывает на точку респа.

– Смотри, Шеппард. – Уэсли лег большим пузом на стол, прищурил и без того узкие глаза. – С Краулером и его ребятами покончено. До выхода в большой мир игры им не будет, это я гарантирую. А рыпнутся, поимеют проблем и в реале. Они кинули меня на Первое убийство созревшего данжа, такое не прощается, за такое в большом Дисе могут убить. Ты же понимаешь, какие ставки? По нашим наблюдениям, вы там урвали кое-что поценнее низколевельных эпиков. Да черт с ними, их можно купить. А вот способность телепортации – это то, что мы никогда не получим. Понимаешь?

– Твое разочарование – да, а вот почему «никогда не получим» – нет. С какой стати? У вас вся жизнь впереди, будут и на вашем веку Первые убийства.

– Черта с два! – По грохнул кулаком по столу. – Топ-кланы контролируют все. Если новый данж найдут какие-нибудь нубы, они скорее продадут координаты большой десятке, чем рискнут проходить его сами. Это и выгоднее, и надежнее. У топов скаутские сети покрывают весь известный Дисгардиум, и сети эти с мелкой ячейкой! Так что, если вдруг нам повезет, абсолютно не факт, что за Первое убийство, если оно вообще удастся, дадут именно телепортацию.

Закончив жаркую речь, По присосался к бокалу с пивом. Пока он жадно смачивал горло, ко мне обратилась Ирина. Говорила она тихо и размеренно, но в каждом ее слове чувствовалась горечь:

– Скиф, ты вообще в курсе, сколько стоят услуги магов по открытию порталов в большом Дисе? В зависимости от расстояния стоимость разового перехода может доходить до десяти тысяч золотом. Мало быть магом, надо специализироваться именно на пространственной магии. Стоимость полного курса обучения, необходимых фолиантов и свитков может измеряться десятками миллионов. Плюс класс совсем небоевой и прокачивается обычно сильным кланом для собственных нужд. Стационарные телепорты работают только в городах и тоже недешевы. Вы с этими придурками из Азкабана оторвали бесценные навыки…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Бездна! – Уэсли витиевато выругался, описав, как и в каких позах он вступит в половой акт с Эдом Родригезом и его кланом. Тиссу он не упомянул. – Хрен с ним, с этим латиносом, но Ханг! Да он же мне почти родственник! Если бы только я уговорил его тогда перейти к нам… Без танка Краулер просто в очередной раз бы соснул леденца в данже, и все было бы нормально!

Наблюдал я за их откровениями с некоторым удивлением. Нет, я верил в их гнев и негодование, в горечь и разочарование, но ведь до этого они исполняли совсем другие роли – сильных, хладнокровных, просчитанных. Не зря же «Аксиомой» назвались! И вдруг такой спектакль? К чему они клонят? Хотят завиноватить, чтобы я сам признал несуществующую вину? Если так, то не сработало.

– Значит так, Шеппард, – хмыкнул Большой По, все это время наблюдавший за моей реакцией. – Расскажешь, что вы на самом деле провернули в данже, назовешь лут, выпавший с ласта, и скинешь полное описание полученной способности. И тогда я подумаю, валить тебя или нет.

Он еще не закончил говорить, как я уже все решил. Признаваться им в том, что было на самом деле, не стану. Ни одного намека на мой истинный статус, ведь у Большого По есть завязки среди превентивов. А занесут в свой КОС-лист – свалю в Болотину или вообще буду в личной комнате положенные часы отсиживать.

– Нет.

– Что «нет»? – изумился Уэсли. – Не валить?

– Не расскажу. Я этот ваш Дис терпеть не могу и продолжать играть не собираюсь. У меня универ, учеба, плюс гражданские тесты на носу – не до игры будет.

– У всех тесты… – пробормотала помрачневшая Ирина.

– Значит, вы меня можете понять. Эд, Ханг, Малик и Тисса – мои друзья. Я их с первого класса знаю, а вас впервые в жизни вижу. Если они не рассказали, то и я не буду.

– Позиция понятная, – кивнул Уэсли. – Принимается. В КОС-лист заносить тебя не буду.

– Серьезно? Так просто?

– Абсолютно. Ты был прав, сказав, что мой человек сам запустил тебя в инстанс. Он, кстати, уже не в клане. Насколько я понимаю, обещания не убивать Мракисса ты ему не давал? – Он расхохотался. Ирина тоже улыбнулась. – Не давал же?

– Нет, не давал.

– Тогда вопросов больше нет. Гуляй, Шеппард. Ты уж прости, но мы за тобой понаблюдаем немного… Ненавязчиво.

– И все? – Я не поверил своим ушам и ждал подвоха. – Понаблюдаете – и все? Никаких претензий?

– Решишь поделиться информацией, пиши, – пожал плечами Полинуклеотид. – Могу даже в клан пригласить, если вдруг захочешь серьезно поиграть в Дис…

– У меня вопрос, – встряла Ирина. – Качался сам или «Дементоры» паровозили?

– По-всякому, – неопределенно ответил я и встал из-за стола. – Ладно, пока.

– Ага, пока… – ответил он. – Кстати, Шеппард…

– Да?

– Вождь – это боевой класс, – сказал он и спрятал улыбку, склонив голову.

Я улыбнулся в ответ – Большой По ярко продемонстрировал позицию сильного, не оставив без ответа ни одного вопроса.

Ирина сняла недоступную взору пелену «пузыря», и в уши ударили басы и звенящая музыка группы веселых бардов, играющих на сцене, и галдеж гостей таверны. В зале находились только игроки и неписи – работяги еще батрачили на смене. Патрик, которому я хотел сдать квест, тоже отсутствовал. Карта показала, что он отирается возле торговой площади Тристада, и тем лучше – не стоит сдавать квест при невидимых шпионах «Аксиомы».

Оглянувшись, я увидел, как Большой По шепчет что-то в амулет связи, а Ирина раздает команды разбойнику Грейкилле и головорезу Атиякари, непонятно как оказавшимся возле нее. Они что, все это время сидели с нами за столом? Имя второго роги показалось знакомым, но я не вспомнил, где его видел.

Беседа с лидером «Аксиомы» оказалась не такой неприятной, как я ожидал. Кроме того, это дало мне своего рода переоценку ценностей: Глубинная телепортация в моих глазах стала дороже любой легендарки. Особенно если учитывать, как важно мне быть мобильным – она просто спасение, если попаду в окружение врагов.

Я бегом поднялся по лестнице на второй этаж, проскочил коридор, наткнувшись на обнимающуюся парочку четырнадцатилетних нубов, и окунулся в портал личной комнаты.

Сегодня я выберу класс. Принятие решения затянется – изучу описания и вылезу из Диса, чтобы почитать гайды. Ошибка в выборе класса, конечно, не фатальна, ведь при выходе в большой Дисгардиум можно будет перегенерировать персонажа, сохранив набранные уровни, но это не мой случай. Слишком много я потеряю: статус «угрозы», достижения и приобретенные навыки вроде того же Жуткого воя и телепортации. К тому же тогда будет возможен выбор только стандартных классов, пусть даже их сотни, и это не считая специализаций – от курьера до оружейника. А вот уникальные… хорошо-хорошо, редкие классы специальный ИскИн игры выдает только в песочнице, оценивая стиль геймплея.

Итак, что у меня в наличии: «Соло-приключенец», «Странствующий монах» и «Предвестник». Передо мной встали в полный рост три моих аватара.

Первый, облаченный в латные доспехи, покрутил мечом и закинул его за плечо. Второй, в шароварах и красной жилетке на голое тело, выдал серию приемов ногами и руками, совершил сальто и застыл в боевой позе. Третий, в поглощающей свет броне и черненой короне, просто стоял, сложив руки на груди и зловеще мерцая глазами, сияющими зеленым.

Его я решил оставить на сладкое и начал с самого понятного:

Странствующий монах

Редкий боевой класс (выбран менее чем 0,001% игроков).

Специализации: боец ближнего боя, боец поддержки.

Бонусная характеристика: ловкость.

В сокрытых в отдаленных частях Дисгардиума монастырях, о местоположении которых знают лишь избранные, монахов обучают не только вере и использованию защитных и наступательных аур, но и смертоносным приемам боевых искусств…

Читая описание класса, я машинально поцеловал костяшки правого кулака. Мои губы растянулись в улыбке: если я необученным нубом выдаю Молотом ядерный урон, то что будет, когда меня обучат связкам-комбо и «смертоносным приемам», а я приправлю их чумной энергией?

Глава 5. Сложный выбор

Как оказалось, странствующие монахи – очень своеобразный класс. У них нет родины, они не могут принадлежать ни к одной фракции или придерживаться культа какого-то божества. Проповедуют альтруизм и не имеют права первыми начать бой, в противном случае дерутся с огромными штрафами на силу веры и запретом на использование классовых боевых приемов.

Терпимым минусом стало то, что странствующие монахи не должны иметь никаких профессий. Кроме того, им запрещено отказываться от квестов и носить тяжелые доспехи.

И все же, чем больше я изучал этот игровой класс, тем больше мне хотелось его выбрать.

Во-первых, выяснилось, что помимо маны, используемой для активации заклинаний, монахи применяют дух. Это дополнительный ресурс, влияющий на силу заклинаний и приемов, а его мощь и объем зависят от силы веры. Это не то, чем оперируют жрецы многочисленных богов Дисгардиума, а, может быть, кое-что противоположное.

Если последователи культов верят в могущество своего божества и получают за это крупицы репутации и очки веры, на которые потом активируют бафы и новые способности, то…

…Странствующие монахи, благодаря неистовой вере в то, что мир, хоть и создан богами, податлив и формируется силой мысли разумных, действительно могут гнуть и искажать реальность.

Их безоружные атаки наносят не только физический, но и мысленный урон, который тем не менее становится сокрушающим.

Силой веры монахи могут контролировать скорость течения времени в бою, что невероятно повышает возможность уклониться или нанести за доли секунды град неотразимых ударов. И чем сильнее сила веры и развитие приемов, тем кошмарнее становится монах для своих противников.

Монах, пожалуй, один из наиболее скоростных классов Дисгардиума. И самый непредсказуемый. Ведь он владеет сильнейшим боевым приемом. В прямом смысле слова разрывая ткань реальности силой мысли, монах в состоянии с некоторой вероятностью уничтожить любого противника. Конечно, вероятность крайне мала, и чем выше уровнем противник, тем меньше, но она есть. Всегда. В бою с любым врагом любого уровня и при каждой атаке.

В то же время монах может быть ценным бойцом поддержки. Его защитные ауры повышают шансы на уклонение и незначительно укрепляют броню всех союзников, лечащие ауры восстанавливают очки жизни, а наступательные непрерывно наносят урон противникам, оказавшимся в радиусе действия ауры.

Классовые бонусы:

+5 к ловкости за каждый уровень.

+1% к скорости восстановления жизни, маны и духа за каждый уровень.

+30% к урону безоружного боя.

+25% к урону древковым оружием.

+10% к скорости атаки.

+15% к скорости передвижения.

Значит, никаких мечей, кольчуг, лат? Что ж, мне не привыкать. Я почти все бои провел в одних трусах! Кроме того, класс хоть и редкий, но отлично маскирует мои способности. Дерусь кулаками? Потому что монах! Хожу с голой задницей? Табу на штаны! Редко появляюсь в городе? Монахам нельзя ночевать в тавернах и проводить более суток в городах. Это, кстати, правда.

В общем, изучение остальных классов может стать формальностью, но, учитывая необратимость выбора, надо внимательно просмотреть все. Потом неспешно покурить форумы и посидеть с калькулятором, прикидывая билд и распределение характеристик. Их у меня, с учетом бонуса за класс, будет сто двадцать. Короче, торопиться некуда, сделаю все по уму.

На случай, если информации о классе не окажется в сети, я сохранил снимок описания и открыл следующий:

Соло-приключенец

Редкий смешанный класс (выбран менее чем 0,001% игроков).

Специализации: авантюрист, универсальный боец.

Бонусная характеристика: две любые на выбор.

Путь одиночки в Дисгардиуме тернист и извилист. Там, где группа единомышленников пройдет, расчищая путь огнем и мечом, одиночный приключенец двинется в обход, но, если придется, примет бой и будет драться за троих…

Пока я читал, мой аватар несколько раз полностью сменил экипировку: покрасовался с двумя искривленными кинжалами в руках, затянулся в кожаный доспех, сменил его на кольчужный, а потом на латный. Кинжалы растеклись в короткий узкий меч, который на глазах удлинился в двуручный, преобразовался в копье, алебарду, а потом вспыхнул и превратился в составной лук с наложенной стрелой. Анимация пошла по второму кругу…

…Героям-одиночкам не привыкать надеяться только на себя. И путь они выбирают свой.

Авантюрист предпочитает незаметность, внезапные атаки, и там, где можно обойтись без боя, справится одним лишь убеждением, а если не сумеет убедить, то так заморочит врагу голову, что тот на время станет ему другом.

В то же время разные ситуации требуют разных умений, а потому некоторые соло-приключенцы славятся способностью постижения сущности. Владея одним видом оружия, они с большой вероятностью освоят искусство поединка смежными типами. Мечник будет одинаково хорош и с палицами, и с топорами, а научившись стрелять из лука, герой сможет использовать арбалеты и пращи.

В зависимости от выбранного пути разнятся классовые бонусы и возможности. Авантюрист, хотя и может надеть тяжелые доспехи, но никогда не станет этого делать, чтобы не потерять своих преимуществ. Универсальные бойцы с одинаковым успехом носят любую броню и используют любое оружие.

Торговцы и владельцы таверн испытывают симпатию к героям-одиночкам, предоставляя им хорошие скидки.

Умение постигать сущность дает приключенцу знание об уязвимых точках противников, а умение правильно укладывать походный скарб и добычу позволяет переносить больше груза.

Однако главной и сильнейшей стороной соло-приключенца является его независимость. Не являясь членом клана, он получает огромные бонусы к характеристикам, и еще большие – вне группы…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

В отличие от класса странствующего монаха, этот давал разные бонусы к навыкам в зависимости от выбранной специализации. К сожалению, совместить их было нельзя. Но нашлись и общие, причем как бонусы, так и штрафы.

Классовые бонусы:

+3 к двум любым характеристикам за каждый уровень.

+10% ко всем основным характеристикам (вне клана).

+20% ко всем основным характеристикам (вне группы).

+30% к скорости восстановления жизни и маны вне боя.

+20% к критическому урону.

+15% к грузоподъемности.

+5% к скорости передвижения.

+10% к торговым скидкам.

+100% к объему инвентаря.

+1% к шансу получить улучшенную добычу.

Классовые штрафы:

−10% от всех основных характеристик (в клане).

−20% от всех основных характеристик (в группе).

Количество бонусов соло-приключенца внушало восхищение. Стандартные классы получают лишь +5 очков к бонусной характеристике за уровень, соло – в сумме шесть. Причем к любым на свой выбор, балансируй как хочешь. Эта единичка преимущества на 110-м уровне вырастает в сотню плюсовых очков характеристик, а за счет бонусов – в сто тридцать. Без клана, вне группы, зато машина для убийств. Странно, что класс такой редкий… Хотя в Дисе в одиночку только под проклятием нежити реально проходить подземелья и тех же рарников валить, а так, без группы, ты никто. В общем, сидеть мне с калькулятором и сидеть, как бы голову не сломать – надо ведь учитывать потенциальные бонусы от культа Спящих и Чумного мора.

Культ! Бездна, а ведь странствующим монахам нельзя быть членами культа! Это что же, я класс не смогу выбрать? Или меня заставят отказаться от квеста Бегемота и снимут инициацию?

А Чумной мор? Это божество или что? Я вытер со лба выступивший пот и растянулся на кровати. Стул подо мной жалобно скрипнул, и я чертыхнулся. В комнате ощутимо пахло затхлостью, а в лучах солнца, пробивавшихся через запыленное стекло, плавали, поблескивая, пылинки. Проапгрейдить личную комнату, что ли? Кто знает, может, мне здесь теперь много времени придется проводить…

Я нехотя закрыл окошко класса и перешел к следующему. Название интриговало:

Предвестник

Уникальный класс (никогда не выбирался игроками).

Специализации: нет.

Бонусные характеристики: харизма и удача.

Только отмеченный богами может стать предвестником грядущих изменений мира. А поскольку таковые не намечаются, но мистер Инганнаморте настаивает на внедрении всех возможных классов до запуска Диса, то я тупо набиваю текст. Бла-бла-бла, великий предвестник чего-то там, все дела. Нергал пускает молнии из задницы! Или свет? Да пофиг. Мой кот нассал мне в ботинок, скотина! Ох… Эльза, немедленно перестань крутить жопой перед этим ублюдочным Рамачандрой! Что вообще значит это имя? ОМГ, столько работы, а я должен набивать знаки! Это никогда не пригодится!

Так, я сходил за кофе. Чел, кто бы ты ни был, если читаешь этот текст, то знай – это мой последний рабочий день в «Сноусторме». Так, сколько там еще надо? Пять тысяч знаков – и это только в описании. Бездна! Надеюсь, этот текст достаточно уникален, мистер Инганнаморте? И куда вы так спешите с запуском?

Мне еще бонусы вбивать, а этот чертов отдел классовых специализаций, конечно, ни черта не прислал! Лол. Кто в здравом уме может придумать десять тысяч разных классов? Кому они нужны? Зачем придумывать сто вариаций воина? Латы, меч – воин. Нет, надо штамповать смежные классы на любой вкус! Пф-ф… Если назвать класс «богатырь», он не перестанет быть воином. Но как же, у нас огромный русский рынок! Больше модификатор урона от силы? И для этого нужен отдельный класс? И это я молчу о китайских. Воин шу и воин цзи. Кодерам одну строчку изменить, а нам тут сидеть и отдельные описания клепать…

– Наша игра будет саморегулируемой! – Ага, конечно.

Костыль на костыле. Это же идиотизм: целый департамент год пилил функционал Спящих богов, которых в игре даже нет! У нас должны быть Спящие боги, они есть в каждой уважающей себя игре. Конечно, мистер Инга-поцелуй-меня-в-зад-ннаморте! Никто не будет играть в вашу поделку. Это полная хрень, и никакие новомодные технологии погружения вам не помогут! Одно дело – жать на кнопки, совсем другое – получать реальным мечом в живот. Где вы найдете столько мазохистов?

Не более двенадцати бонусов и штрафов на каждый класс. Так-так-так… Две тысячи символов есть…

Подобный бред тянулся еще долго. Первой мыслью было сообщить в службу поддержки «Сноусторма», и я бы так и сделал, не дочитай до классовых бонусов.

Классовые бонусы:

+100 уровней к навыку убеждения.

+5 к харизме и удаче за каждый уровень.

+50% к урону дистанционным оружием.

+30% к скорости передвижения.

Навык «Сокрытие сущности».

Навык «Имитация».

Навык «Предвестник» (разовый).

Навык «Божественное озарение» (спонтанный).

Классовые штрафы:

−50% от торговых скидок.

−30% от грузоподъемности.

−90% от объема инвентаря.

−50% от показателя брони.

Уникальный класс, принят автоматически. Отказаться невозможно!

Финальные строчки описания уникального класса глумливо сообщали:

«Русский рандом в действии! Фигачь теперь как можешь, чел. Сочувствую! А я первым флаером валю домой! Будешь в Оренбурге, заглядывай «К Михалычу», спроси Вову Картавого, расскажешь, как тебя угораздило поймать это».

Глава 6. Предвестник

Отрицание, гнев, торг, депрессия и смирение – пять стадий принятия неизбежного. Стадия отрицания и гнева у меня прошла довольно быстро, а вот на стадии торга я застрял, изучая классовые навыки.

Сокрытие сущности 1-го уровня

Классовый навык.

Знание того, кто твой противник, зачастую является определяющим в бою. Теперь вы можете скрыть свою сущность, лишив врага важной информации о себе.

На текущем уровне скрывается: имя персонажа.

Возможно, с развитием навыка скрыть можно будет больше, чем одно имя. Впрочем, в моем случае навык пока бесполезный – вызовет больше вопросов, да и гордое звание предвестника никуда не денется. Кроме того, в песочнице отображаются реальные имя и возраст, а об их скрытии речи вообще не идет. Я даже понял почему: класс и его навыки закладывались на этапе разработки игры много лет назад, а требование департамента образования о выводе реальных имен появилось через несколько лет после запуска.

Намного полезнее может быть…

Имитация 1-го уровня

Классовый навык.

Путь предвестника нового времени чрезвычайно многосложен и тернист: где бы он ни был, глашатай новых богов и грядущих изменений везде подвергается гонениям. Умение стать двойником доступно не каждому предвестнику, но только истинным из них.

Для использования выберите оригинал (должен быть в зоне прямой видимости).

На текущем уровне имитируется: класс персонажа.

Я резко вскочил с кровати. Зачесались руки проверить действие навыка. Выбравшись из комнаты, быстро оглядел коридор – никого. Даже если Большой По приставил ко мне соглядатая, здесь, в свете специальных светильников, его незаметность не сработает. Если меня и пасут, то с улицы на выходе из таверны.

Осторожно посматривая вниз, я спустился по лестнице, но и там никого не было. Вдоль стены проскользнул мимо кухни к общему залу. Оттуда доносился мерный гомон.

У входа я остановился и аккуратно заглянул в зал, стараясь не попасться на глаза – мой класс предвестника показывать нельзя. Пусть даже его напрямую не привяжешь к статусу «угрозы», особое внимание и расспросы обеспечены.

Вечер еще не наступил, и в «Буйной фляге» было относительно тихо. Группа бардов репетировала вечернее выступление и переговаривалась на сцене. Ближайшие ко мне два столика заняли работяги, за следующим что-то бурно обсуждали воин и друид. Я водил взглядом по таверне – скрывший лицо капюшоном вор, что-то втолковывающий ему игрок без класса, жадно присосавшийся к кружке варвар, зависший возле смазливой официантки лучник… О, лучник подойдет! Учитывая мой бонус к урону дистанционным оружием, хорошее прикрытие!

Я активировал навык, и все фигуры в поле зрения обвелись зеленым контуром со всплывшей подсказкой-вопросом:

Имитировать воина 10-го уровня Дровосека?

Имитировать игрока без класса 3-го уровня Зузувелу?

Имитировать лучника 11-го уровня Даплоласа?

Да. Я сфокусировался на лучнике и взглядом вдавил кнопку. Но это оказалось не все. Система посчитала нужным предупредить:

Возможна имитация только класса. Выбрать класс «лучник»?

Да. Я открыл профиль, чтобы убедиться, что навык сработал как нужно.

Скиф, человек 11-го уровня

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Отображаемый класс: лучник (имитация).

С души свалился огромный камень. Я уже прикидывал, как Глубинной телепортацией свалю отсюда подальше, чтобы не светить новым классом, но благодаря Имитации это теперь необязательно.

Весело насвистывая, я вернулся на лестницу и, поднимаясь, наткнулся на спускавшегося хмурого Утеса. От неожиданности я его поприветствовал:

– Здорово! Как дела?

Битый мной на Арене воин обернулся и, к моему удивлению, не стал рассыпаться в проклятиях, а остановился и ответил:

– Нормально. Сам как? Давно не видел тебя здесь…

Он был все того же 12-го уровня, но одет уже не так дорого, как раньше. Какие-то разнородные доспехи, ржавый меч, на спине убитый серый щит. Из всей экипировки лишь сапоги были синего качества. Все остальное пестрело серым, белым и зеленым. Похоже, после нашей дуэли дела его пошли не очень хорошо.

– В школе забанили из-за учебы.

– 11-й уже… Лучник? – Он удивленно вскинул брови. – Думал, ты в милишники пойдешь.

– Потому и взял рейнджа, надоело в лоб получать. Сам как?

– Понятно… – Утес замялся, не ответив на вопрос, потер лоб и, глядя в пол, пробубнил: – У тебя мелочи нет? Монеты-другой? Одолжишь?

Я оценил. Видимо, дела совсем плохи, раз обратился ко мне. И деньги у меня есть – двадцать два золотых с аукционных продаж как раз перед дуэлью с ним. И с инста накапало…

– Пожалуйста… – добавил он неуверенно.

– Нет, Тобиас, – я покачал головой.

Он кивнул и молча направился к выходу из таверны. На секунду мне захотелось его окликнуть и дать пару золотых – мне не критично, а ему поможет. Но я стряхнул эту мысль. Чего жалеть ганкера?

В комнате я продолжил разбираться с классовыми навыками. В этом списке Божественное озарение было написано серым. Ни описания, ни требований для открытия, только информация в скобках – «спонтанный». Хотя чего ждать от забагованного класса? Мне кажется, он сам спонтанный.

Читая описание последнего навыка, я рассмеялся. Бездна, да это же то что нужно!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Предвестник

Разовый классовый навык.

Повышает уровень любого уже открытого, кроме классовых, навыка до максимального значения текущего ранга.

Выбирал я недолго. У меня и без того почти все развито чуть ли не до предела. Так что… Поле зрения засыпало строчками уведомлений:

Навык «Предвестник» утерян.

Улучшен навык «Метка Чумного мора»: +92. Текущий уровень: 100.

Шанс получить «Проклятие нежити»: 100%.

Навык «Метка Чумного мора» достиг максимального уровня и преобразован!

Предвестник Чумного мора

При активации вы получаете «Проклятие нежити». В этом случае вы начинаете гнить заживо, но остаетесь живы, а весь получаемый вами урон сокращается на 100%.

Проклятие будет активно до тех пор, пока вы полностью не восстановите очки жизни или не отмените его сами.

Кажется, мне больше не надо умирать.

***

Изучив классовые навыки предвестника, я был готов проскочить депрессию и сразу перейти к финальной стадии, приняв неизбежное. Но мне хотелось расставить все точки над i.

Подумав, стоит ли писать в техническую поддержку корпорации, я сначала откинул эту мысль, побоявшись репутации «проблемного» игрока – все-таки уникальный класс, и терять его теперь, когда я получил контролируемый «режим бога», то есть полной неуязвимости, не хотелось. А шанс потерять был – учитывая, какой он читерский и несбалансированный, «Сноусторм» может его отобрать.

Но написать все же решился, чтобы избежать проблем в будущем. И получил ответ довольно быстро:

Здравствуйте, Скиф! Ваш запрос в службу технической поддержки получен и рассмотрен.

Мы внимательно изучили предоставленные данные. Вами получен уникальный класс «Предвестник», поздравляем! Скажите, что именно вас смущает?

Что касается бонусов и штрафов «Предвестника». Вы же могли ознакомиться с ними до того, как выбрали класс, как и с предупреждениями о невозможности в будущем изменить выбор. Если вы выбрали класс и спустя время решили его изменить, к сожалению, мы не можем вам с этим помочь. Однако смена класса станет возможной при выходе из песочницы.

Пожалуйста, обратите внимание, что в случае, если ответ от Вас не будет получен в течение двух дней, запрос будет расценен как решенный или не требующий ответа и будет автоматически закрыт.

С уважением, служба технической поддержки «Сноусторм Инкорпорейтед».

Кажется, они не поняли. Тем более у меня не было никаких предупреждений! Я начал слегка закипать и излил негодование в ответном письме, упомянув, что класс был выбран автоматически, а описание сгенерировано не ИскИном, а вполне конкретным человеком. К письму я прикрепил сохраненный до этого скриншот описания класса предвестника. Полученный ответ корпорации был краток:

Здравствуйте, Скиф! Ваш запрос в службу технической поддержки получен и рассмотрен.

Еще раз ставим вас в известность, что игровые классы не выбираются, как вы выразились, «автоматически».

С уважением, служба технической поддержки «Сноусторм Инкорпорейтед».

Ни слова о кривом описании. Более того, сразу после получения письма пришло уведомление, что «инцидент решен». И эта странность меня насторожила. Осталось ощущение неправильности происходящего, да и на сердце было неспокойно. Что-то меня смущало.

В горле пересохло так сильно, что я вылез из капсулы попить и проверить почту. А заодно почитать, что люди пишут об уникальных классах.

На кухне, застав ужинающих родителей, я замер на полпути к холодильнику, но был замечен.

– Давай к столу, Алекс, ты как раз вовремя! – приказала мама.

– Составь компанию, – добавил папа и подмигнул. – Расскажешь, что у тебя в школе и в Дисе.

Отказываться я не стал. Кто знает, сколько еще раз мы соберемся за столом вместе?

Около часа мы ужинали и пили чай с приготовленным мамой яблочным пирогом. Отец с интересом выслушал о предлагаемых мне классах, перечисляя которые, пришлось схитрить, а потом принялся советовать:

– Выбор сложный, сынок. С одной стороны, я бы выбрал лучника. У них, в отличие от комплексных рейнджей, вроде тех же охотников, бешеный урон по одиночной цели. В любом рейде лучник всегда будет в топе по нанесенному урону. Да и безопаснее – меньше уворачиваться на боссах придется. Но плюсы монаха потрясающие! Они легко компенсируют недоступные ему бонусы последователей богов и членов фракций. А шанс на убийство одним ударом? Шикарный класс! – Папа восхищенно покачал головой. – Бери его, сынок, не ошибешься! А про соло-приключенца забудь. В одиночку не видать тебе рейдовых подземелий, а значит, и хорошей экипировки. Да и весь смак игры в групповых прохождениях, в кланах и группах. А в них способности соло будут ущербными.

Мама укоризненно посмотрела на отца, но промолчала. Но и без слов было понятно, что она хотела сказать: «Не тому ты учишь сына, Марк». Думаю, она все еще винила Дис в разрыве с отцом, ведь если бы папа не пропадал сутками в рейдах, глядишь, и мама бы не стала искать утешения на стороне.

После ужина я вернулся к себе. Новых писем не было, и я погрузился в форумы, включив поиск по уникальным классам, а также по тем двум, что мне не удалось выбрать.

В обсуждениях монаха, коих набралось всего с пару десятков, общая тональность сводилась не к его крутости, в чем никто не сомневался, а в нереальности его получения. Никто не понимал, от чего зависит его появление в списке доступных классов, при перегенерации персонажа варианта «Странствующий монах» не было, только стандартный «Монах», плюсы которого были не такими очевидными.

Люди пробовали качаться только на кулаках или посохах, избегали групп и не заходили в город – ничего не помогало. Подумав, я решил, что, возможно, триггером является одиночное прохождения инста? Или еще что-то, что возможно только с таким читерским навыком, как Метка Чумного мора?

Соло-приключенец встречался в мире Диса чаще, но популярностью не пользовался по причинам, озвученным отцом. Впрочем, сильнейший соло-приключенец Диса – игрок 380-го уровня Дэка – опровергал отцовские теоретические выкладки, в одиночку зачищая высокоуровневые данжи. В отдельной теме, полностью посвященной Дэке, нашлось этому разумное объяснение – «пузырь» и меч с вампиризмом. За счет прокачанной до небес репутации с Нергалом Лучезарным этот приключенец мог на тридцать секунд окружать себя невидимым пузырем, полностью поглощающим любой урон, а быстрый легкий меч с высоким процентом лайфстила, то есть конверсии урона в поглощенную жизнь, перманентно его выхиливал.

Но Дэка был исключением из правил. Те, кто пытался повторить его путь, не учитывали, как долго их образец для подражания шел к своей цели, годами добиваясь задуманного. Зато теперь, когда добился, активно наемничал, участвуя в осадах замков за тот или иной клан. Да и как телохранитель зарабатывал огромные деньги.

Уникальные классы в результатах поиска упоминались больше миллиона раз. Каждый, начавший играть в Дисгардиум, мечтал и стремился получить именно такой класс. Их еще называли эпическими, легендарными, но неофициально.

Что удивительно, уникальный класс не обязательно был сверхкрутым. Формально, чтобы система считала его уникальным, в нем должно было совпасть два параметра. Первый – не менее двенадцати бонусов и штрафов. Второй – никто из игроков ранее не должен был его получить. Если уникальный класс выпадал кому-то еще и был выбран, то терял уникальность. Как писали на форумах, после такого класс появлялся чаще и со временем становился довольно популярным. Так было с «Белым некромантом», «Крестоносцем» и… «Странствующим монахом». А вот «Соло-приключенец» изначально был заложен в игру как стандартный класс.

Тренькнул комм, сообщая о новом письме. Я вывел проекцию изображения перед собой и открыл почту. Новое письмо было со встроенным свойством «После прочтения сжечь», но на этот раз не от Кано, а от некоего Райдена:

Алекс, привет!

Прежде всего уведомляю тебя о том, что вся информация, предоставленная в этом письме, носит неформальный характер и не является официальным заявлением или позицией компании «Сноусторм Инкорпорейтед», а также всех ее аффилированных и дочерних структур, включая, но не ограничиваясь…

Как обычно у этих таинственных людей. Я промотал до сути:

Спасибо, что поставил в известность. Не обращай внимания на ответы технарей из поддержки – до них твои запросы дошли, скажем так, в подкорректированном виде.

Извини, что так получилось с твоим классом. Я посмеялся, читая последний привет от Владимира. Так вышло, что я его знал.

Запуск «Дисгардиума» происходил в диком аврале, переносить запуск было нельзя ни в коем случае, и мы запустили как есть. Проблема в том, что ядро Диса всегда неизменно. Планировалось, что после запуска мир игры заживет своей жизнью и к определенному моменту, после серии добавлений и исправления багов, нашего вмешательства более не понадобится.

Так оно и вышло. Дис живет своей жизнью. Наши вторжения минимальны и не затрагивают ядро. По правде сказать, это нереально. Если затронуть ядро, Дис придется перезапустить, и никто не гарантирует, что он останется прежним, если вообще не полетит к чертям.

Так что изменить описание «Предвестника» невозможно. К тебе никаких претензий нет, но если ты захочешь изменить класс, то потеряешь статус «угрозы». Надеюсь, о том, что не стоит светить описание, можно не говорить?

Штрафы у тебя адские, сочувствую. Набор бонусов вообще непонятный, такое ощущение, что Влад накидал их случайным образом, кроме навыков – они шли в комплекте изначально. Не знаю, как ты справишься, но я покрутил твое возможное развитие – оно вырисовывается довольно забавным и перспективным. Единственное – учитывай, что «Харизма» работает только на NPC, а от «Удачи» зависят все показатели, где встречается слово «шанс». Ты понимаешь, о чем я?

Да, и не ищи никакого «Вову Картавого». Он давно не с нами.

Успехов!

Райден (нет).

Стиль письма очень напоминал Кано. Разве что теперь шуток было поменьше. Мне оставалось только гадать, кто этот человек и какую должность он занимает в «Сноусторме». Явно высокую, раз участвовал в разработке с самого начала и может перехватывать информационные потоки.

Ладно. Раз «Сноусторм» дал добро, пусть даже неформально, можно наконец-то начать играть. Распределю только очки характеристик и отправлюсь за луком на аукцион. А там Патрик, квест Бегемота и жесткий, бессовестный, ничем не прикрытый соло-кач.

Все, как я люблю.

Глава 7. Рождение фарм-машины

Сложно удивляться постоянно. Радость тоже не бесконечна, особенно если поводы появляются один за другим. Я бы даже сказал, что невозможно радоваться беспрерывно.

На уроках биохимии нам объясняли: любая эмоция, испытываемая человеком, сопровождается всплеском гормонов, что, по сути, и есть реакция на изменение внешних или внутренних обстоятельств. Способность восторгаться или изумляться, переживать что-то, что ранее не вписывалось в жизненный опыт, – это тоже эмоция.

Истощенный бурными реакциями, я, изучая свой профиль предвестника, лишь подмечал, как это круто, офигенно и так далее. Любой другой игрок ради такого годами трудился бы и выполнял бесконечные квестовые цепочки, причем без гарантии успеха. Но радоваться и удивляться я все равно не мог.

Среди вала системных уведомлений я не заметил пачку усилений проклятия нежити. Объем чумного резервуара повысился и теперь преобразовывал в энергию больший процент полученного урона. Финальное уведомление выглядело так:

«Проклятие нежити» усилено!

Объем чумного резервуара: 100 000 единиц.

10% урона, полученного вами в состоянии «Проклятие нежити», преобразовывается в чумную энергию и скапливается в резервуаре.

Чумная энергия может быть использована для усиления боевых приемов как частями, так и в полном объеме, в соотношении: единица затраченной энергии на единицу усиления урона.

Сто тысяч единиц? Да я таких, как Крушитель, могу теперь вязанками с одного удара укладывать! Я все еще не знал, кто или что такое этот Чумной мор, но возможности, которыми он награждал своих последователей, казались чем-то абсолютно нереальным. Учитывая то, что теперь я могу включать проклятие нежити силой мысли, прокачка персонажа станет легкой прогулкой…

Мои мысли прервали фанфары, нарушившие тишину личной комнаты.

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Клан «Аксиома» совершил в Мраколесье первое убийство локального босса Живоглота! Жители и гости Тристада! Приветствуйте клан «Аксиома»! Слава героям! Слава игрокам Полинуклеотиду, Ирине, Погрому, Понторезу, Полинуклеару, Джей-Джею, Махану, Грейкилле, Атиякари, Вишенке, Луке, Комару, Зубоскалу…

Полный список рейда «Аксиомы» включал примерно сорок имен. Промелькнула легкая досада: ведь это достижение мог сделать я, если бы не терял время – после беседы с Большим По и Ириной прошло около трех часов.

Вроде бы и бездна с ним, всех достижений не получишь, но очевидность потери Первого убийства заставила разозлиться на себя. Сижу тут, рассусоливаю, переписываюсь с админами… Тем не менее прежде чем мчаться сломя голову на поиски приключений, надо было распределить очки характеристик. По пять за 11-й уровень уже прибавились к удаче и харизме.

Я стал прикидывать. С чумной энергией полагаться на силу смысла нет, мой урон и без того чудовищен. Аналогично из-за проклятия нежити не очень важна выносливость.

Грузоподъемность, учитывая мои штрафы на инвентарь, вообще ни к чему. В имеющемся рюкзаке я могу переносить только три предмета. И даже если куплю за сотню тысяч золотых эпическую сумку наилучшего качества, это поднимет количество слотов только до сотни, но из-за классового штрафа останется лишь десять.

В общем, хорошо бы обзавестись компаньоном с огромной грузоподъемностью…

Я оставил эту мысль на задворках сознания и перешел к оценке того, как на персонаже сказались классовые бонусы и штрафы.

В навыках добавилось:

Убеждение 100-го уровня

Общаясь с разумными, вы воздействуете на их сознание, снижая критичность воспринимаемых доводов. В процессе разговора ваша репутация с собеседником повышается в 10 раз.

Достигнут предельный показатель убеждения на текущем ранге!

Я открыл вкладку с таблицей значений репутаций, чтобы просчитать, что дает навык. Ага, если навскидку, то равнодушные неписи будут относиться ко мне с дружелюбием, а дружелюбные – с симпатией или уважением. Смущало лишь, что навык работал только в разговоре.

На торговых скидках навык визуально не отразился, зато на них сказался классовый штраф. Судя по профилю, теперь все цены торговцев увеличились на 43%, но сам штраф просчитывается, к счастью, от базового значения скидок. Таким образом, с повышением харизмы положение постепенно выправится. Я поиграл с плюсиками к ней: если вложить всю сотню очков в эту характеристику, то скидки выйдут в плюс и достигнут 47%. Отлично. Разве что всю торговлю пока придется вести через Неда с Перевес.

Грузоподъемность снизилась, но это так несущественно при моем ограничении на инвентарь, что можно не обращать внимания.

Добавилась строчка с показателем бонуса к дистанционному урону, напоминая о желании купить лук. Лучник я или кто, в конце концов? Я улыбнулся – еще один повод заглянуть к Неду.

Моя скорость передвижения повысилась на 30%, но, наворачивая круги по комнате, эффекта я не заметил. Как это реализовано физически? Шаги стали шире? Ноги длиннее? Или я просто быстрее хожу? Да вроде как обычно. Ладно, проверю позже.

Я вернулся к распределению очков и, все покрутив и обдумав, решил сделать упор на интеллект и восприятие. Из любви к круглым числам довел до них остальные характеристики и в результате получил персонажа – фарм-машину!

Скиф, человек 11-го уровня

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Основные характеристики:

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Сила: 25.

Восприятие: 40.

Выносливость: 20.

Харизма: 10.

Интеллект: 40.

Ловкость: 20.

Удача: 20.

Второстепенные характеристики:

Очки жизни: 784 / 784.

Очки маны: 50 / 50.

Очки чумной энергии: 258 / 100 000.

Скорость восстановления: 60 очков жизни в минуту.

Бонус к скорости передвижения: 50%.

Базовый урон: 9.

Грузоподъемность: 228 кг.

Меткость: 210%.

Бонус к силе заклинаний: 48%.

Шанс уклонения: +31%.

Шанс критического урона: +41%.

Торговые скидки: −40%.

Бонус к шансу получить уникальный квест: +1%.

Бонус к шансу получить улучшенную добычу: +2%.

Бонус к дистанционному урону: +50%.

Известность: 0.

Навыки:

Безоружный бой: 72.

Дробящее оружие: 1.

Ночное зрение: 30.

Одноручные мечи: 1.

Плавание: 40.

Скрытность: 63.

Убеждение: 100.

Устойчивость: 90.

Приемы и способности:

Каменная кожа: 90.

Коварный удар: 1.

Кулак-молот: 72.

Таран: 1.

Ремесла и профессии:

Кулинария: подмастерье (0 / 250).

Особые навыки и способности:

Глубинная телепортация: 1.

Жуткий вой: 9.

Предвестник Чумного мора.

Классовые навыки:

Божественное озарение (спонтанный).

Имитация: 1.

Сокрытие сущности: 1.

Божественные способности:

Единство.

Касание Спящих.

Достижения:

«Лич умер! Да здравствует новый…»

«Первое убийство: Крушитель»

«Первое убийство: Мракисс»

«Пришел, увидел, победил»

«Я в огне снова и снова!»

Скрытый статус: Посланник Чумного мора.

Скрытый статус: Угроза Q-класса с потенциалом A.

Заглянув в описание Кулака-молота, я ухмыльнулся: урон, наносимый этим приемом, стал под тысячу единиц. К фарму готов.

***

Я встретил его у фонтана – излюбленное место свиданий игроков в Тристаде – по пути к Неду. Он терся возле лавки уличного торговца едой и водил носом, жадно втягивая запах запеченного мяса и чеснока. «На ловца и зверь, то есть квестгивер, бежит», – подумал я и пошел навстречу.

– Мистер О’Грейди?

Тронув его за плечо, я отшатнулся: Патрик был мрачнее тучи. Высморкавшись, он сначала неприветливо затянул свою постоянную шарманку:

– Пацан, найди медяшечку почетному гражданину… – но, узнав меня, запнулся. – Я не нахожу слов, чтобы достойно извиниться перед тобой, малой… Отправить тебя на верную смерть! О, нет же мне прощения!

Он спрятал лицо в ладонях и забормотал неразборчиво. Городской пропойца убивался так искренне, что мне стало стыдно. Он знает, что мы не умираем?

– Я был у Бегемота, Патрик. Поговорим?

Он поднял голову, неверяще открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов, будто боялся услышать то, что окончательно лишит его надежды.

– Джейн жива. Она…

– Тсс… – Он ткнул грязным пальцем мне в губы, но я успел отстраниться, заметив его черные ногти. – Не здесь. Власти города объявили единобожие. За одно упоминание кого-то, кроме Нергала Лучезарного, кинут в острог.

– Э… И что тогда…

– Ступай за мной, – Патрик качнул головой.

Не уверен, что подействовало лучше – успешное выполнение квеста или навык убеждения – но он перестал называть меня «пацаном» и стал обращаться по имени.

Всю дорогу до городских ворот, а пьяница вел меня именно туда, я крутил башкой, ощущая, что знакомые улицы неуловимо изменились. Стало больше жрецов светозарного бога, больше стражи. Повсюду были развешены плакаты с изображением Большого По – кандидата в члены городского совета.

Патрик лавировал между прохожими, но его координация оставляла желать лучшего: он периодически врезался в людей, задевал их плечами, ноги его заплетались, отчего пьяница пару раз свалился, искусно чертыхаясь и поливая бранью всех вокруг.

Жизнь за городской стеной тоже изменилась. Хотя уже наступил поздний вечер, на месте хаотичных торговых рядов шла стройка: плотники сколачивали лавки, рабочие бойко ровняли землю, да и вообще было очень оживленно. Заложив руки за спину, прохаживался первый советник Уайтекер, окруженный помощниками. Среди них я заметил и Ирину из «Аксиомы». Топ-клан песочницы, похоже, стремился к абсолютной власти в городе.

– А куда дели тех, кто стоял здесь раньше? – спросил я у Патрика.

– Город расширяется, – пояснил он. – Теперь, если хочешь торговать у стены, надо получить лицензию. Дикие торговцы переместились ближе к лесу. Вон, гляди… – он показал пальцем. – Видишь?

И правда, в нескольких сотнях шагов от городских стен расположились торговцы. В сумерках участок на границе пустыря с лесом выделялся огнями факелов и магических светильников.

– Прогуляемся туда? – предложил я. – Мне все равно надо кое с кем повидаться.

– Как скажешь, Скиф.

Когда мы отдалились от людной стройки, Патрик замедлил ход и потребовал:

– Ну давай, рассказывай, не томи!

Его трясло. Волнуясь, Патрик тяжело дышал. Нелегко ему далась эта четверть часа пути от городского фонтана. Но мы почти дошли до опушки леса, и продолжать разговор возле торговцев мне не хотелось.

– Вы были правы, Патрик. В Болотине смертельно опасно, столько мерзких и опасных тварей я никогда не видел. Если бы не ваше проклятие, я бы ни за что не добрался туда живым… относительно живым.

– И? Ты встретился с Бегемотом?

– Да. Вы знаете, кто это? Это один из Спящих богов.

– И? – нетерпеливо сказал Патрик, дернув меня за руку. – Что сказал Спящий? Ты выполнил то, что он требовал?

– Да, – ответил я, и Патрик побледнел. – Но я не сделал ничего постыдного! Не знаю, о чем он просил вас, но в моем случае ему для общения хватило жизней тех поганых тварей, что обитают в трясине.

– Как тебе удалось? – Он пошатнулся, но я ухватил его за локоть и не дал упасть. – Как?

– Мистер О’Грейди, давайте присядем. Вас ноги не держат.

Патрик кивнул. Я помог ему опуститься на траву и присел рядом.

– Бегемот посчитал, что вы выполнили свое обещание, пусть и не напрямую, но послав к нему меня. Взамен он выполнил свое. Джейн жива, но она не помнит того, что была вашей невестой.

– Где она?

– В Даранте. Учится там в Университете магии.

Патрик резко поднялся, сразу забыв обо мне и бормоча:

– Дарант… Дарант… До Туафа пешком доберусь, там устроюсь на корабль и морем…

– Постойте, Патрик. Спящий сказал, что в таком виде вам к ней ехать нельзя. Вам надо вернуть утраченный человеческий облик! Привести себя в порядок, перестать пить… Джейн вас просто не узнает! Кстати, на медальоне изображена она?

– Ах да… – Патрик, начавший подниматься с земли, снова сел. Кажется, из всего, что я ему сказал, он услышал только последнее. – Могу я на него взглянуть?

– Я вообще хочу вернуть его вам. – Я достал прихваченный медальон, но пока передавать не стал. – Есть еще кое-что, Патрик. Бегемот назвал меня инициалом Спящих и сказал, что вы должны стать их первым последователем, как единственный, кроме меня, кто его видел.

С этими словами я отдал ему медальон. Он раскрыл его и уставился на портрет девушки…

Задание Патрика О’Грейди «Невыполненное обещание» выполнено!

Очки опыта: +1 200.

Очки опыта на текущем уровне (11): 7 740 / 8 800.

Ваша репутация с Патриком О’Грейди повышена: +150.

Текущая репутация: симпатия.

Патрик со щелчком закрыл медальон и аккуратно сложил его во внутренний карман потрепанной жилетки. Я заметил, как его ранее ссутуленная спина выпрямилась, плечи расправились, а в глазах появился огонь, словно он принял решение жить дальше и бороться за свое счастье.

– Как и обещал, расскажу тебе свою историю, Скиф. Ты хороший парень и заслужил мое доверие. Единственное, у меня будет просьба. И ты и Бегемот правы. Если Джейн увидит меня таким – опустившимся, грязным, вонючим и слабым… Хорошо, если она меня просто не узнает! Я не могу ее снова потерять! – Он горько улыбнулся. – Я готов последовать за тобой и Спящим, но прошу тебя помочь мне вернуть мою невесту!

– Сделаю все, что в моих силах, мистер О’Грейди… – осторожно произнес я, прикидывая, во что мне встанет следующий квест цепочки.

– Патрик, дружище. Для тебя просто Патрик.

– Хорошо, ми… Патрик.

– Знаешь, для тебя, Скиф, я теперь сделаю все, что скажешь… Я уже и не надеялся, думал, так и сдохну в канаве… – Он сорвал травинку и закусил ее, мечтательно уставившись в звездное небо. – А знаешь, с чего все началось?

– Вы были капитаном патрульного отряда стражи?

– Да, я был капитаном, – согласился он. – Но знаешь, Скиф… Воспоминания путаются. Я знаю, что был в страже Тристада, что влюбился в долговязую тощую девчонку с острыми коленками, дочку торговца дорогими тканями, и ждал, когда она вырастет. Еще помню, как до этого три года служил в армии Содружества во времена Второй войны с Роем… Но знаешь, что странно?

– Что, Патрик?

– До всего этого я участвовал в другой войне. В Третьей мировой, так она называлась. А я, хоть убей, не соображу, что это была за война и кто с кем воевал. Помню лишь, кем я тогда был – пилотом боевого меха. И пусть меня утащит в Бездну, если я знаю, что это значит!

Глава 8. Большой привет

Городской пьянчуга Патрик О’Грейди – самый странный NPC из всех, кого я только встречал, а Тристад, подозреваю, – самая странная песочница. Я вспомнил, что именно этот тощий, с испитым и изборожденным морщинами лицом, неигровой персонаж неопределенного возраста наградил меня проклятием, ставшим первым шагом к статусу «угрозы». Не сжалься тогда надо мной покойный Клейтон, управлявший Дарго, все бы на том и закончилось, но началась-то эта история именно с пьяницы.

Вспомнились мне слова Бегемота о том, что Джейн никогда не была невестой Патрика, он просто напутал, разучился разделять реальность с бредом. А теперь еще упоминание Третьей мировой войны… Вопреки зловещим прогнозам, она стала самой короткой в истории человечества, причем ядерное оружие почти не использовали. И мехи, то есть боевые машины, передвигающиеся при помощи ног и пилотируемые человеком, находящимся внутри, в ней активно использовались.

Однако гадать и выяснять причины прямо сейчас не хотелось. Стихийные торговцы, судя по гаснущим огням на опушке леса, уже расходились, а получить лук нужно сегодня же, чтобы, не теряя времени, начать прокачку навыка. И так много времени потратил, выслушивая историю пьянчуги.

Патрик рассказал, как он дошел до жизни такой: как служил в городской страже, влюбился в Джейн и в последний день перед свадьбой перебил весь свой отряд, поддавшись влиянию то ли таинственного тумана, то ли дыхания Спящих. История была трагической, но абсолютно не в стиле корпорации, ведь обычно она так не жестила, и это добавило странностей в копилку…

– Дальше ты знаешь, – закончил свою историю Патрик. – А потому, дружище, прошу, помоги! Теперь, когда в моей жизни снова появился свет, мне как никогда нужна помощь!

Доступно новое задание: «Стать человеком».

Почетный гражданин Тристада, бывший капитан патрульного отряда стражи, Патрик О’Грейди, узнав, что его невеста жива, воспрянул духом и обрел вкус к жизни. Помогите ему снова «стать человеком», вернув былую репутацию и авторитет в обществе.

Награды:

– 2400 очков опыта;

– ваша репутация с Патриком О’Грейди повысится на 250 очков;

– следующее задание в цепочке квестов.

В отличие от начала цепочки, тут отказ или неисполнение никакими штрафами не грозили, поэтому я согласился не раздумывая:

– Конечно, Патрик. Помогу всем, чем смогу! Разве что…

Задача в первоначальном описании квеста была размытой, но прояснилась, когда открылись квестовые прогресс-бары. Тогда-то я и понял, что задание невыполнимо. Разве что я забью на все остальное и годами буду заниматься только помощью бывшему капитану патрульного отряда стражи.

Алкоголизм

Дней без алкоголя: 0 / 21.

Внешний облик

Харизма: 2 / 15.

Физические характеристики

Сила: 9 / 45.

Ловкость: 6 / 35.

Выносливость: 4 / 35.

Восприятие 9 / 30.

Репутация

Тристад: 25 / 2 000 (недоверие).

Джейн: 0 / 2 000 (недоверие).

Похоже, задание выполнится, когда все индикаторы будут заполнены, вот только виделся мне тут подвох. Как довести репутацию Патрика с городом до уважения, то есть до двух тысяч очков, за то время, что мне осталось провести в песочнице? Невыполнимо! Все остальное можно будет сделать и в большом мире, и даже морщины сойдут с его лица, если поднимем харизму, но репутация с городом? Или после снятия дебафа алкоголизма что-то изменится? Может, именно он сейчас срезает цифры характеристик Патрика?

Бум!

Грянул гром, и глобальное уведомление оповестило о появлении очередной «угрозы» – класса D. Я запаниковал, но быстро сообразил, что речь не обо мне. Сообщалось, что установить местоположение «угрозы» невозможно. Представляю, как всполошились превентивы!

Патрик тем временем будто ничего не заметил. Странный NPC кинулся трясти мою руку и благодарить:

– Спасибо, Скиф!

У меня ушло несколько секунд, прежде чем я понял за что.

– Но предупреждаю – больше никакого алкоголя! – строго сказал я. – Хоть раз увижу, что ты выпил, – сам свою Джейн возвращай. Понял?

– Даже эльфийского белого нельзя? Оно ж как ягодный взвар…

– Ни эльфийского вина, ни дворфийского пойла. Это самый важный шаг на пути к возвращению твоей невесты!

– Хорошо, – серьезно сказал Патрик. – Не думал, когда просил тебя наведаться к Бегемоту, что это к чему-то приведет. Но раз такое случилось, значит, боги ясно дают мне понять, что мой путь не закончен.

– Кстати, насчет богов… – Я вспомнил рекомендацию Бегемота. – Спящий…

– Я готов, – перебил он меня, усмехнувшись. – Что для этого надо сделать? Принести кого-то в жертву? Дать клятву верности? Отказаться от…

– Ничего подобного, – перебив его, я покачал головой. – Дай мне руку, Патрик.

Он протянул грязную ладонь и напрягся. Я сжал его руку и активировал Касание Спящих. Патрик едва заметно кивнул и стиснул в ответ мои пальцы. Визуально больше ничего не произошло, но у Бегемота и его летаргических друзей появился первый последователь.

Патрик О’Грейди обращен в нового последователя Спящих богов.

Как инициал Спящих теперь вы видите информацию о новообращенном в специальной вкладке в своем профиле. Пока это только общая информация, но чем больше храмов будет у Спящих, тем больше вы будете знать о последователях.

Вольный город Тристад добавлен в список городов, в которых живут последователи Спящих.

Недостаточное количество последователей Спящих в Тристаде, чтобы объявить его городом под сенью Спящих! Требуется: более 50% жителей – последователей Спящих. В настоящий момент: менее 1%.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Доминирующим богом Тристада в настоящий момент является: Нергал Лучезарный.

Очки опыта за привлечение нового последователя: +100.

Очки опыта на текущем уровне (11): 7 840 / 8 800.

Эффект Единства: +1 к силе.

Желаете произвести Патрика О’Грейди в жрецы Спящих?

Жрец получает способность привлекать новых последователей, получая дополнительные бонусы за каждого.

Не более одного жреца при текущем количестве активных храмов Спящих (0).

Непись – жрец Спящих? Идея показалась мне привлекательной, а легенда более чем подходящей: пьяница вдруг уверовал и подался в проповедники, завлекая в секту новичков. Но все оказалось не так просто: Патрик не принял назначение.

– Не гони лошадей, падре, – объяснил он свой отказ. – Прежде расскажи мне о Спящих. Слышал я о них много, но ничего хорошего. Одно дело такому безбожнику, как я, потрафить другу, объявив себя последователем, – он согнул пару пальцев, изображая кавычки, – а совсем другое – заманивать в культ безвинных людей.

– Да я и сам пока знаю немного, Патрик. – Я поднялся и помог встать ему. У меня появилась мысль, как убить двух зайцев: и ему помочь, и свой план по прокачке реализовать. – Пойдем к торговцам, пока они не разбрелись. Надо бы и тебя приодеть… Ты чем дерешься, мечом?

– А что, идем куда-то, что ли? – поинтересовался он. – Биться с кем?

– Вот именно. Нечисть будем зачищать. Видел, на сколько монстров городской совет награду объявил? Вот ими мы и займемся.

– Так у меня все есть! – воскликнул он. – Я, конечно, все пропил, даже разум, но доспехи и меч сохранил. Рука не поднялась продать. Надо только домой заглянуть.

В торговом ряду я не обнаружил ни Недовеса, ни Перевес. Может, оно и к лучшему – не потерял время на разговоры и расспросы, за десять серебра купил обычный белый лук у зевающего продавца низкоуровневой экипировки.

Многослойный изогнутый лук

Обычное оружие дальнего боя.

Урон: 7-10.

Прочность: 55 / 55.

Требуется уровень: 10.

Цена продажи: 3 серебряных монеты, 25 медных монет.

Потом мы с Патриком потащились в город, завернули к городской тюрьме, где в свете фонарей я обновил список квестов на головы разыскиваемых монстров и беглых преступников. Вообще, это была больше условность, полезная самому игроку, – чтобы знать, на кого охотиться, и иметь представление о местах обитания тварей. Для того чтобы сдать голову той же зловещей Ведьмы Мередит, заманивающей к себе путников, квест не нужен: принес доказательство, что ведьма мертва, – получай награду.

Встреченные игроки с удивлением провожали нас взглядами, но, если бы задали вопросы, у меня имелась легальная причина быть рядом с неписем – квест. И я мог легко его засветить любопытствующим – квест, может, и был уникальным, но ничего такого, чему стоило бы завидовать, в нем не содержалось.

– Эх, малой! Как представлю, что снова увижу Джейн, пусть полюбуюсь ею только издалека, так у меня внутри все поет! – мечтал Патрик. – И даже если она меня знать не захочет или забыла, например, я не расстроюсь. Одного того, что она жива, мне хватит. А я все теперь сделаю, чтобы ее любовь вернуть!

После тюрьмы мы поперлись на другой конец города, чтобы Патрик экипировался. К этому моменту он уже прилично меня достал, потому что на любой случай у него была припасена история, и не одна. Он начал рассказывать о том, как, будучи младшим сыном крестьянина, завербовался в армию, а потом вернулся к теме отказа от жречества и развил ее вообще в другом направлении.

– Знавал я, Скиф, одного бородатого проповедника, – начал Патрик, провожая взглядом вход в таверну и рефлекторно облизываясь. – Вот только вещал он не о вере в божество какое-нибудь, а совсем даже напротив. То ли Карлос, то ли Маркус его звали, уже и не помню, но он все призывал к коллективной жизни, к равенству и прочей подобной белиберде – мол, заработки общие, все общее, и жены, стало быть, тоже. Его, кстати, потом с позором разжаловали и изгнали из армии: капраловскую жену оприходовал, шельмец! Перепутал, стало быть, чужое с общим. Но одно мне запомнилось особенно. Говорил он, что нет якобы никаких богов, а есть только дурман для народа. И боги все – сплошь выдумка жрецов, набивающих мошну пожертвованиями прихожан. Ему говорят – дурачок, откуда тогда благословения берутся, если не от богов? А тот уперся – обычная магия и ничего более…

Патрик остановился возле небольшого домика с покосившимися ставнями. Низкий щербатый забор напоминал старческую челюсть, где зубы через один, а калитка так и вовсе валялась на земле.

– Мы пришли. Извини, в дом не приглашаю… пока. У меня там немного не прибрано… Стыдно, – признался он и спросил с надеждой: – У тебя, часом, нет больше никаких дел? Я бы помылся, не хочется марать форму…

– Дела есть, – подтвердил я. – Но не знаю, выполнимы ли они сейчас. Патрик, ты же всех в городе знаешь, не подскажешь, где я могу найти мастера безоружного боя?

– Так ты же вроде лук купил? Думал, ты лучник…

– Лучник и есть. Только стрелять не умею.

– Ну ты даешь! – расхохотался Патрик. – Тебе кто-нибудь говорил, что за головы тех страшилищ, на которых ты собираешься идти, не просто так награда назначена? Они опасны! И как ты собираешься с ними разбираться? Если понадеялся на меня, то не хочу тебя разочаровывать, но я вроде бы не в форме, если ты понимаешь, что я имею в виду… Или решил таким образом от меня избавиться? Так для этой цели у тебя слишком изощренный план, малой! Сдохнуть я могу и немытым!

– Нет такого плана и не было, но я уже начинаю жалеть, что согласился тебе помочь. Я прямой вопрос задал, а в ответ услышал…

– Все-все-все, – Патрик примиряюще поднял ладони. – Извини, я же уже второй час как ни капли в рот, а это непросто дается! Трубы горят, в горле дерет… Ладно, переживу. Слушай, учитель драки на кулаках, мастер Сагда, живет в оружейном квартале. На вывеске у него кулак нарисован красный, не пропустишь. Он, кстати, и ногами машет – дай Нергал, тьфу, Спящий, каждому! Что твоя мельница! Там же, если захочешь, найдешь и охотника Конрада. Он мастер лука – с пяти сотен шагов белке в глаз стрелу засаживает! Правда, ночь на дворе, и вряд ли они тебя примут, но ты попытай счастья…

Патрик широко зевнул, и, глядя на него, я тоже разинул рот, прикрыв его рукой. Первый после бана день затянулся, а я так ничего и не сделал.

– Знаешь что, малой? Может, лучше завтра? – предложил мой подопечный. – Я посплю, с утра приведу себя в порядок, начищу доспехи, заточу меч, а ты спокойно обучишься у мастеров и…

В первые мгновения я не понял, что произошло. О’Грейди вдруг задергался, захлебнулся словами, забулькал, а из его рта полилась кровь, черная в свете Геалы. Тело городского пропойцы рухнуло, а за ним обнаружился темный силуэт убийцы. В его руках хищно изгибались дымящиеся кинжалы.

Убегать он не стал. Невозмутимо облутав труп, сверкнул белозубой улыбкой.

Атиякари, человек 20-го уровня

Клан: Аксиома.

Настоящее имя: Санджи Редди.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: головорез.

Имя отозвалось узнаванием. Это же тот самый парень, с которым я фармил кроликов в свой первый день в Дисе! Однако Атиякари меня не узнал. Изучив лут, он радостно воскликнул:

– Ого, почти золотой серебром! Вот же попрошайка, всегда знал, что у него есть деньги! Черт, минус тридцать репы с городом…

– На фига? – только и вымолвил я.

– Обломалась уникальная цепочка? Сочувствую, – никакого сочувствия в его голосе не чувствовалось.

– На фига, Санджи?

– Без понятия, – он пожал плечами. – Я просто выполнил приказ.

– Чей? – спросил я, хотя мог бы не спрашивать.

– А, ну да, забыл. Тебе большой привет от Большого По!

Головорез растворился во тьме. Я смотрел на лужу крови, расплывавшуюся под Патриком, и слышал за спиной стихающий в ночи смех.

Глава 9. Дилемма судьи Кэннона

В остекленевших глазах Патрика отражалось звездное небо. Шок от внезапности прошел, и его сменил главный вопрос: как много услышал Атиякари, незримо находясь рядом, пока мы обсуждали Спящих?

Пустынная окраинная улочка ожила, осветилась факелами, а лязг доспехов известил о приближении стражи. Меня окружил сразу десяток городских стражников, один из которых ощупал труп Патрика.

– На землю! – рявкнул чей-то властный голос. – Руки за голову! Не двигаться!

Меня сбили с ног, скрутили и обезоружили. Схватив за волосы, стражник приподнял мою голову, и в нос ударил запах мяса и лука. Кривя губы, уже знакомый старший стражник Гейл с ненавистью вперился в мое лицо:

– Гость Тристада Скиф! Ты обвиняешься в преднамеренном убийстве почетного гражданина города, бывшего капитана патрульного отряда стражи Патрика О’Грейди! – объявил он. – Тащите его в тюрягу, ребята!

– Это не я, стражник Гейл! – заорал я, придя в себя. – Я видел, кто это был! Это сделал…

Жесткий удар под дых не дал мне договорить. Гейл больно схватил меня за уши, резким ударом лбом сломал нос и, бешено вращая глазами, проревел:

– Заткнись, твою мать! Пасть раскрывать будешь только тогда, когда тебя спросят!

В тот же час моя репутация с городом рухнула до враждебности. Мелькнула мысль активировать Жуткий вой и сбежать из города, но я ее отмел. Это равносильно признанию вины, а лучше посмотреть на дальнейшее развитие событий. Разумеется, я отказался и от идеи перебить стражу. После такого о городах Содружества можно забыть навсегда.

Кто меня так подставил, натравив мирно пировавших в таверне стражников, можно было не гадать. Демонстративно проявив великодушие, Полинуклеотид затаил злобу и однозначно будет и дальше гадить везде, куда дотянется. А что может быть хуже, чем облом уникальной квестовой цепочки и минусовая репутация с единственным городом нашей песочницы? Единственным населенным пунктом, где обычный игрок может закупиться и распродаться на аукционе, починить экипировку, передохнуть, навестить учителей и получить квесты?

Вот только эта сволочь не учла одного: игрок я далеко не обычный…

За квартал до тюрьмы я вспомнил, как Гейл вымогал у меня три медяка, чтобы отпустить без суда за порванное платье Висты, и решил попробовать договориться. Подумал, что это вернет репутацию с городом. Да и когда еще проверять, как работает мой навык убеждения, если не сейчас?

– Сэр! У меня есть деньги, – шепнул я в затылок идущему впереди Гейлу. – Может, решим вопрос без участия судьи? Ночь на дворе, зачем беспокоить старого человека?

Меня словно не услышали, и тогда я озвучил сумму:

– Тридцать золотых, сэр. А если подождете, то будет и больше…

Гейл резко остановился, и ведущие меня стражники встали как вкопанные. Старший подошел ближе. По его лицу было видно, как в нем борются алчность и долг службы. Он поиграл желваками и миролюбиво произнес:

– Ты мне тут не «сэркай»! Можешь звать меня Дэвид. По правде сказать, за любого другого горожанина мы, возможно, и договорились бы… убийца. Впрочем, это еще не доказано… Скиф. Но капитан О’Грейди – не любой другой! Так, ребята?

– Так точно! – раздались голоса вокруг. – Он наш!

– Вот именно, – кивнул Гейл. – У нас бывших не бывает!

– Я и сам горжусь мистером О’Грейди! – воскликнул я. – Мы с ним весь вечер провели вместе, спросите кого хотите, нас многие видели, сэр… Дэвид! Мы собирались пойти с ним на поиски преступников, досаждающих горожанам. Тех, за чьи головы объявлена награда! Мистер О’Грейди хотел бросить пить и вернуть себе былое уважение! Любой Арбитр это подтвердит!

– Это так не работает, – поморщился Гейл. – Арбитры не привлекаются судьей для разрешения дел между гостями Тристада и городом, Скиф. Там, где речь идет о горожанах, их способности бессильны.

Похоже, этот функционал для разрешения споров только между игроками… Бездна! Все-таки мне очень не хватает фундаментальных знаний об игре, ведь будь иначе с Арбитрами, вряд ли Большой По стал бы придумывать эту комбинацию – она ударила бы по самой «Аксиоме». Член клана, возглавляемого кандидатом в городской совет, убивает почетного гражданина города? Не лучший расклад для их шансов на выборах.

– Сэр, неужели нет никаких вариантов? Я клянусь вам, что не виновен! Да и как бы я смог убить мистера О’Грейди? Вы посмотрите на меня, Дэвид, да я бы даже поранить его не сумел!

Гейл скептически оглядел меня, оценил уровень и несколько виновато произнес:

– Понимаешь, Скиф… Наводка на тебя сверху пошла. Дело на особом контроле, так что не выгорит никак.

Резко отвернувшись, он дал команду продолжать движение, а если я снова заговорю, разрешил сломать мне руку. О том, что это он так пошутил, подсказал гогот конвоиров.

Я шел опустив голову и возле портала в инст, в правое крыло тюрьмы, периферийным зрением заметил скалящегося Атиякари, реального убийцу. Похоже, сегодня его смена следить за мной. Если они решили наблюдать постоянно, то мне стоит быть осторожным и не активировать проклятие нежити, пока не буду уверенным, что рядом никого нет.

Небольшое помещение зала суда находилось прямо в здании тюрьмы, и из него вело два выхода: в тюремные камеры и на волю. В тюрьме Гейл передал меня из рук в руки уже знакомому седовласому тюремщику Древнику. Тот за весь путь до зала суда не вымолвил ни слова и, лишь оставив меня, одними губами произнес:

– Удачи, Скиф.

Сам он встал рядом. Меня тут же окружило энергетическое поле, а ноги сковали магические кандалы. Более того, теперь я не мог выйти из Диса до оглашения приговора.

Никакой торжественностью не пахло: слабо освещенное помещение, чадящие факелы на стенах, нетерпеливо переминающиеся охранники, зевающий судья Кэннон, которого, похоже, выдернули из постели. Но хуже всего было то, что на мне повис дебаф усмирения: все характеристики снизились до единицы. Понятно, что убедить судей в собственной невиновности мне не удастся.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

За короткой трибуной рядом с престарелым Кэнноном находился начальник тюрьмы Купер. Он что-то прошептал судье на ухо, и тот без лишних церемоний огласил:

– Гость города Тристада Скиф! Вы обвиняетесь в преднамеренном убийстве почетного гражданина Тристада Патрика О’Грейди. Вам есть что сказать в свое оправдание?

– Подонок! – выкрикнул Купер. – Мерзавец!

– Тишина в помещении! – призвал судья.

Каким бы хилым и болезненным ни казался Кэннон, голос у него был командирский – густой и басовитый. Судья перевел требовательный взгляд на меня:

– Скиф?

– Я невиновен, господин судья. Мистера О’Грейди убил не я.

Судья недоверчиво склонил голову на тонкой старческой шее. Пошамкав губами, он спросил:

– Есть ли хоть кто-то, кто может подтвердить ваши слова, обвиняемый?

– Кроме нас с Патриком О’Грейди и убийцы по имени Атиякари, рядом никого не было, господин судья. Но, возможно, кто-то из жителей…

– Достаточно! – взревел начальник тюрьмы Купер. – Господин судья, давайте не будем затягивать с приговором? Гость Тристада, именуемый Скифом, за все время пребывания в городе ни разу не показал себя с хорошей стороны, не заслужив ни достойной репутации, ни уважения горожан! И на вашем месте…

– Я бы вас попросил помолчать! – недовольно проговорил судья, прерывая Купера. – Вы не на моем месте, слава Нергалу! Командовать будете у себя в тюрьме, а у нас здесь справедливый суд! Введите свидетеля!

В зал суда ввели Атиякари. В тот же момент я понял, что мне ничего не светит, и стал пытаться предугадать, как игровая механика накажет за убийство NPC. Минусовая репутация? Изгнание из города? Несколько суток в тюрьме? Работа на рудниках? Денежный штраф?

Головорез из «Аксиомы» тем временем соловьем пел о том, как он прогуливался по ночным улицам, наслаждаясь тишиной и сочиняя поэму в честь этого прекрасного города, но вдруг заметил, что некий игрок, то есть я, оскорбляя и избивая, клеймит беззащитного городского попрошайку. Атиякари хотел вступиться, но не успел – беззащитный мистер О’Грейди, к слову, почетный гражданин города, уже пал под смертельными ударами моих кинжалов. Не мешкая, Атиякари побежал к ближайшему патрулю городской стражи, одновременно передавая по амулету связи своим друзьям, чтобы те срочно прислали подмогу. Вступать в единоборство он не рискнул, зная о моих преступных наклонностях. На этих словах он запнулся, перехватив скептический взгляд судьи, понял, что перегнул палку, и стушевался.

– Не, ну правда, господин судья! – воскликнул убийца. – Этот Скиф, знаете, какой зверь? Он известного всем и прославленного воина Утеса одними кулаками уложил!

– Голыми руками? – переспросил Кэннон и обратился ко мне: – Стало быть, вы мастер безоружного боя, обвиняемый? Логичный вопрос: досмотр тела убитого показал, что он был заколот кинжалами, но никакого оружия ни на месте преступления, ни при досмотре не выявлено. Свидетель, как это соотносится с вашими показаниями?

– Да мне откуда знать, господин судья? – удивился Атиякари. – Темно было, может, и не кинжалы то были.

К судье склонился Купер и, активно жестикулируя, что-то зашептал. Старик покивал:

– Хорошо. Принимается. – Он посмотрел на меня. – Обвиняемый, прошу вас предоставить полный доступ к содержимому вашей сумки.

Равенство в действии. Неписи не только знают о нашем внепространственном инвентаре, но и сами его активно используют. Я снял рюкзак, открыл доступ судье и, дождавшись отключения энергетического поля, передал Древнику. Охранник, в свою очередь, отнес рюкзак Кэннону.

Тот брезгливо покопошился внутри и достал огромный, размером с кочан капусты, глаз скорпиона.

– Нергал Лучезарный! – Кэннона передернуло, и он отбросил глаз на стол. – Что это такое? Глаз Мракисса? Того самого, что захватил Олтонские каменоломни? Какое отношение вы имеете к этому, обвиняемый?

– Самое непосредственное, господин судья. Я был в группе тех, кто изгнал зло из глубин Олтонских каменоломен.

Насколько я понимал механику таких инстов, после того как мы побили Мракисса, инстанс из активной фазы перешел в пассивную: он остался доступен для прохождения другим группам, но уже не влиял на окружающий мир. Грубо говоря, шахтеры теперь работали там спокойно, по крайней мере до тех пор, пока не начнется новая фаза.

– Да? – негромко хмыкнул Древник, но его услышали. – Неожиданный поворот! Насколько я помню, Уайтекер много чего обещал за ликвидацию скорпида. Две с половиной тысячи золотых, если я не ошибаюсь, и…

– Умолкни, сержант! – гаркнул Купер и уже спокойнее продолжил: – Один гад прикончил другого, ничего более. Нам это, конечно, на руку, но не оправдывает убийства уважаемого О’Грейди! Судья Кэннон! Первый советник Уайтекер прямо дал понять, что…

– Передайте господину Уайтекеру мои искренние пожелания не лезть в чужой огород! – Кэннон одарил начальника тюрьмы таким презрительным взглядом, что тот заткнулся и больше говорить не пытался.

Я же ломал голову, пытаясь понять, как «Аксиома» достигла такого влияния в городском совете, что Уайтекер лоббирует их пожелания. Тем временем судья продолжал, и его бас монотонно заполнял помещение:

– Однако стоит признать справедливость слов господина начальника тюрьмы. С тем, что в свете рассматриваемого дела былые заслуги нельзя рассматривать как весомые, я, пожалуй, соглашусь. Но все же приму во внимание это деяние обвиняемого. Итак… – Он откашлялся, отпил воды и продолжил: – Выслушав все стороны, я пришел к выводу, что вина Скифа в убийстве Патрика О’Грейди не доказана. – Кэннон нахмурился, заметив мою улыбку. – Не спешите радоваться, обвиняемый! Ваша вина не доказана, но так же не доказана ваша невиновность! А потому я передаю правосудие в руки богов! Решение суда – ордалия[1]! – Он грохнул молотком по столу. – Привести приговор в исполнение! Увести обвиняемого!

Ожидая, когда Древник освободит меня, я заметил, как Купер потирает руки. Судья повернулся к нему:

– Что, Эдвин, много у вашего брата там скопилось?

– Все камеры Винкулы забиты, господин судья! Под завязку!

– Это хорошо, – удовлетворенно произнес судья. – Это хорошо.

Рядом раздался смех. Парень из «Аксиомы» встал рядом и фальшиво посочувствовал:

– Ты попал, Скиф. После ордалии обычно начинают заново.

– Да что там такое?

– Там? Закрытый данж, забитый преступниками со всего Диса. По разным причинам казнить их не могут, поэтому отдают все на суд богов – через портал закидывают в одну закрытую локацию. Последний, кто останется жив, будет оправдан. Ну или как-то так. Сам я там не был, как ты понимаешь.

– А в чем подвох-то? Убьют меня там, так я воскресну на городском кладбище, да и все. Делов-то…

– Видишь ли, Скиф… – ухмыльнулся Атиякари. – Ты не воскреснешь.

[1] В средние века – так называемый «суд божий», то есть испытание обвиняемого какой-нибудь пыткой (например, огнем, водой), которую он должен был выдержать, чтобы доказать свою невиновность.

Глава 10. Чумной мор

– Видишь ли, Скиф, ты не воскреснешь… – ухмыльнувшись, сказал Атиякари.

Он говорил что-то еще, но я больше ничего не услышал. Головорез растворился в воздухе, а вслед за ним исчез и весь мир. В мимолетной вспышке пропал зал суда вместе с судьей Кэнноном и начальником тюрьмы Купером, исчезла стража с внедренным в непися Древника жителем Калийского дна…

В ту же секунду я осознал, что нахожусь на Моховой улице, в нескольких кварталах от дома Патрика. Сам пьянчуга обогнал меня на несколько шагов и вещал то, что я уже слышал:

– …стало быть, завербовался в армию. Вербовщик, конечно, был тот еще искуситель! Послушать его, так выходило, что война – это сплошь развлечения и удовольствия: путешествия, девочки, выпивка и легкие, неутомительные пробежки…

Не зная, что обо всем этом думать, я догнал его и покрутил головой. Все было спокойно, лишь подвыпившая группа дворфов, шатаясь, еле передвигалась по другой стороне улицы.

Вдруг сработало оповещение, не сопровождавшееся шумовыми эффектами. Текст, оформленный как стандартное уведомление, проявился перед глазами:

Спонтанная активация Божественного озарения!

Извини, дружище, что без предупреждения, но так оно и задумывалось. Навык сырой и не дает большой точности, не хватило времени даже залегендировать описание, но суть ты, наверное, понял: исходя из известных ИскИну данных, касающихся твоего персонажа, моделируется ближайшее будущее. Этакий персональный инстанс с копиями неигровых персонажей и игроков, с которыми ты взаимодействуешь или потенциально будешь взаимодействовать в ближайшее время.

Время в процессе «Божественного озарения» течет иначе, чем в реальной жизни, так что не удивляйся, если предвидение покажет тебе час будущего, а по факту пройдет пара секунд.

Навык срабатывает внезапно и только перед потенциально ключевыми для твоего персонажа событиями. Надеюсь, поможет. Главное, учитывай, что моделирование будущего идет довольно грубо, без детализации, и при переигрывании, вполне возможно, все пойдет совсем не так.

Да, этот текст больше не появится. Удачи, предвестник!

Буквы растворились в густом влажном воздухе. После того, как описывался класс предвестника, удивить меня было сложно, но я все же изумился, ведь моделирование моего персонального инстанса было таким реальным! Разве что сейчас, уже пытаясь вспомнить, я осознавал, что многих деталей не хватало, а воспоминания были словно флэшбеки: смерть Патрика, непонятно откуда появившиеся стражники, короткий разговор с Гейлом – и бац! – сразу скоротечный суд. Словно мне приснился короткий яркий сон, подробности которого обесцвечиваются и угасают после пробуждения.

Вспомнив, что рядом с нами ошивается убийца, я придержал Патрика, который к этому моменту перешел на историю об одном бородатом проповеднике: то ли Карлосе, то ли Маркусе.

– Постой. – Я приложил палец к губам.

Патрик остановился и, непонимающе глядя, замолчал. Я прикинул, где мы находимся, и повел его в таверну, благо до нее надо было пройти один квартал.

– Давай заглянем в «Буйную флягу», – предложил я.

– У нас изменились планы?

– Да. – Я предложил ему стать жрецом Спящих. – Ради твоей же безопасности прими предложение и никак его не комментируй!

«Уши» Большого По могли быть рядом, и допускать ту же ошибку я не собирался.

Ошарашенный моим напором, Патрик молча согласился – и одной проблемой стало меньше. Возможно, теперь, когда он не просто NPC, а первый жрец нового культа, убить его станет не так просто.

Мы добрались до таверны, высмотрели свободный столик и направились к нему. На полпути я оглянулся и совсем не удивился, увидев входящего Атиякари. Не сегодня, гад…

– Поужинай, сними комнату в таверне и иди спать, – тихо сказал я, когда мы уселись за стол, и я убедился, что головорез идет к своим соклановцам. – Утром выбирайся из города и направляйся в Дарант.

– К Джейн? – Щербатая улыбка озарила его лицо, но тут же угасла. – Ты же обещал помочь…

– И помогу. Но кое-что изменилось. В этом городе у меня появились враги, и, поняв, что ты со мной заодно, они не дадут тебе спокойной жизни. Ты же пока слишком слаб, чтобы противостоять им, а я не смогу все время быть рядом и защитить тебя. Да я и сам пока… не особо крут. Себя бы уберечь.

– Я так понимаю, речь идет о тех, – Патрик кивнул в сторону стола «Аксиомы», откуда нас буравил взглядом Большой По, склонившийся ухом к Атиякари. – Слышал я, как они тебя обсуждали. Крепко ты им насолил, видать! Ладно, сделаю все, как ты сказал. В Даранте… можно мне встретиться с Джейн?

– Я не могу тебе запретить видеть ее, но постарайся все не испортить. Ты сейчас совсем не тот храбрый и сильный воин, Патрик, каким был. Но теперь, когда знаешь, что твоя невеста жива, просто должен стать прежним! Главное – не пей. Возобнови тренировки, займись чем-нибудь полезным в столице. Вот деньги на первое время, – я протянул в сжатом кулаке десяток золотых. – Не уверен, знаешь ли ты, но до весны я не могу покинуть земли Тристада…

– Слышал о таком, – кивнул Патрик. – Вы, я имею в виду гостей города, попадаете к нам из другого мира, будучи подростками, и с совершеннолетием уходите в большой мир.

– Да, так оно и есть. Ты посмотрел, что нам дают новые адепты?

– Каждый сделает нас сильнее. Я оценил, – шепнул он и, прикрывшись ладонью от чужих глаз, быстро показал большой палец. Почесав голову, он возвел глаза к потолку и спросил: – Эти… Они хотя бы хорошие, Скиф?

– Не знаю, – честно признался я. – Но суть в том, что, если они не вернут силу, мир покатится в Бездну.

– Да, похоже на то, – согласился он. – Постараюсь привлечь больше последователей. Уходишь?

– Да, пора. Ладно, удачи тебе на пути в столицу, Патрик! – Я встал из-за стола и протянул ему ладонь.

– И тебе, малой! – Бывший пьяница сжал мне руку и, не отпуская, спросил: – Какой он – тот мир, откуда ты родом?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Почему ты спрашиваешь?

– Никак не могу забыть вкус одного напитка – сладкий такой, с кислинкой, шипучий, пузырьки так и щекочут язык и глотку, когда пьешь. Пьешь его, пьешь и не можешь напиться! Сроду не пробовал такого, хотя много где побывал. Вдруг подумалось, может, у вас он есть?

– Сладкий, шипучий и с кислинкой? – переспросил я и соврал: – Нет, такого у нас нет.

– Значит, привиделось… – Он отвел взгляд и пробормотал еле слышно: – Странные мне сны снятся, Скиф, да, впрочем, в бездну их! Я увижу Джейн!

– Конечно увидишь.

На следующий день, судя по метке на карте, Патрик был уже на пути в Дарант.

***

Ночь прошла беспокойно. Первый раз проснулся я оттого, что болела голова. Долго стоял на балконе, вдыхая прохладный воздух и пытаясь перетерпеть, но ломота в висках не уходила, въевшись изнутри и выдавливая глаза.

Я некоторое время копался в настройках «Домашнего доктора», пока от шума не проснулась мама. Она выяснила причину и настроила аппарат на обезболивающий эффект. Благодаря этому удалось уснуть. Потом, уже под самое утро, я вскочил от кошмара весь в поту, но не вспомнил, что снилось. Перевернув подушку, я некоторое время валялся и ждал продолжения, но сон не возвращался.

В итоге не выспался и в школе клевал носом. Мистер Ковач, заметивший это, покачал головой, но промолчал. На перемене я попытался выяснить у «дементоров», сохранили ли они эпический лук, полученный в Олтонских каменоломнях. Я нашел их в том же закутке, где они когда-то уговаривали меня помочь со «Злом из глубин».

– Выставили на аукцион, но пока не продали, – сказал Эд, перекинувшись взглядами с Тиссой и Бомбовозом. – Деньги нужны, так что цену задрали. А что?

– Я выбрал класс, – ответил я. – Лучник. Как понимаешь, эпик-лук был бы кстати.

– Не вопрос, если не выкупили, сниму с аука сегодня же, – не стал возражать Эд. – Твое право. Рвану с последнего урока, пока «Аксиома» в школе, и сделаю. Скину тебе почтой.

– Отлично, спасибо. Могу взамен отдать перчатки из эпического сета.

– Пока не стоит, сохрани у себя, Алекс, – сказала Тисса. – Мы сейчас стараемся не надевать ничего дорогого, все равно снимут. Даже у эпика есть 10%-я вероятность выпасть после смерти, не стоит рисковать. Тем более, насколько я помню, вещь на 20-й уровень и в ближайшее время нам точно не пригодится.

– Так может, тогда продать? Если вам деньги нужны, то…

– Ни в коем случае! – перебила Тисса. – 20-й нам в песочнице не светит, а вот в большом Дисе перчи пригодятся! Они и мне, и Эду будут очень в тему!

– Хорошо, как скажете…

– Как ты, Алекс? Как твой первый день после бана? – спросил Ханг. – Слышали, ты общался с Большим По?

– Да, он снял претензии. Но наблюдает за мной, рядом – в незаметности – постоянно крутятся его ребята, вынюхивают что-то. Да, про то, что было в инсте, я не рассказал, и спасибо, что и вы этого не сделали.

– Ты нас за уродов-то не держи! – рявкнул Ханг. – Мы знали, во что ввязываемся, и благодарны тебе за ачивку. Все это фигня, на самом деле, таланты-то у нас никто не отнимет!

– Да, телепортация – вещь! – воскликнул Малик, которого я сначала даже не заметил, хотя в реале у него никакого стелса, понятно, не было.

– Какие у вас планы?

Они снова переглянулись, и когда я подумал, что ответа не будет, он все-таки прозвучал:

– Фармим инст гноллов и подводные пещеры мурлоков, – ответил Эд. – Все сливаем вендорам и на аукцион. Обычно утром, пока все в школе. Если ты заметил, на первом уроке кого-то из нас не бывает. А вообще копим деньги на большой Дис, в прокачку не упираемся, просто стараемся выжать максимум голды из того времени, что нам осталось в песочнице.

– А ты чем будешь заниматься, Алекс? – спросила Тисса.

– Ну, проклятия у меня больше нет, так что фиг его знает. Может, прибьюсь к какому-нибудь клану, может, сам попытаюсь покачаться, а может, ударюсь в социалку…

– Так давай с нами! – предложила она.

– Ага, – поддержал ее Ханг. – Без танка тебе лук тяжело будет прокачивать, а так – стой себе в сторонке да постреливай. Тем более ты сейчас такого же, как мы, уровня, раз класс получил. – Он засмеялся, но как-то невесело.

– Может быть. – Я решил не отказываться прямо. Может, и похожу с ними, чтобы не вызывать подозрений. – Закончу только с одним квестом…

Вернувшись домой, я пообедал с родителями, потом пару часов поспал, а проснувшись, нырнул в капсулу, надеясь, что выполнять план прокачки мне больше никто и ничто не помешает.

Перед тем как пробежаться по разыскиваемым преступникам, я планировал заглянуть в городской совет и сдать Глаз Мракисса – деньги и очки репутации с городом не помешают. Потом надо заглянуть к наставнику безоружного боя мастеру Сагде и к учителю стрельбы охотнику Конраду. Кроме того, были мысли все-таки прокачать Кулинарию, а потом забежать к Недовесу с Перевес…

Но стоило мне проявиться в Дисгардиуме и выйти из личной комнаты персонажа, как я наткнулся на высокую, на голову выше меня, массивную фигуру. Человек то был или эльф, орк или минотавр – не понять. Черный струящийся плащ скрывал тело, а тень капюшона – лицо. Над головой не выводилась никакая информация, и даже понять, игрок то или непись, было невозможно.

Я вытянул руку, дотрагиваясь до неизвестного. Тело было реальным, но от него исходил холод. Существо шумно выдохнуло и приблизилось вплотную. Лицо было нечеловеческим. Безгубый рот, провал там, где должен быть нос, и черные глазницы.

– Скиф. – Оно открыло рот, и щеки, раздвинувшись в стороны, обнажили не то жвала, не то щупальца, а мне в лицо дохнуло гнилью, и в голове зазвучал вибрирующий голос: – Я посланник Чумного мора.

Я оглядел коридор, надеясь, что никого из игроков рядом нет. Не хватало еще, чтобы меня заметили рядом с этим чучелом!

– Не беспокойся, меня видишь только ты, – прошуршал голос посланника. – Ядро довольно тем, как ты развиваешься, и готово проверить тебя. Тебе выпала великая честь: Тристад должен стать оплотом Чумного мора! У тебя три месяца, предвестник!

С этими словами он исчез, оставив меня наедине с новой способностью и квестом, от которого нельзя было отказаться.

Вы получили способность «Чумное поветрие» 1-го уровня!

Заражает живых чумой мертвых. После смерти зараженные восстают нежитью и подчиняются тому, кто их заразил. Требует касания жертвы.

Стоимость использования: 10 000 единиц чумной энергии.

Доступно новое задание: «Прорыв Чумного мора».

Ядро Чумного мора хочет вас испытать и дает первое задание: захватить Тристад. Вы должны заразить критическую массу горожан. Это позволит подготовить город к вторжению, накопить достаточное количество чумной энергии и открыть портал легионам нежити.

Прогресс выполнения: 0%.

Срок выполнения: 90 дней.

Награды:

– 1 000 000 очков опыта;

– следующий ранг в иерархии: «Легат Чумного мора».

Штрафы в случае невыполнения задания:

– лишение Метки Чумного мора;

– лишение ранга Предвестника Чумного мора.

С тихим хлопком из портала, ведущего в личную комнату игроков, появился варвар 15-го уровня Скиссор.

– Твою мать! – отталкивая, обругал он меня. – С дороги! Ты чо тут встал, нубяра?

Изрыгая проклятия в адрес дебилов, заполонивших Дис, он спустился по лестнице. Я же, почувствовав, как подгибаются ноги, медленно опустился по стене и задумался. Я, может, и «нубяра», но могу стереть с лица Диса всю песочницу в самое короткое время.

Глава 11. Отщепенцы

Встретившись с посланником Чумного мора, я малодушно отказался думать о его квесте. Заразить горожан и открыть портал нежити? За последнюю пару дней я и без того принял массу сложных решений, да еще и осуществлять их постоянно что-то мешало.

У меня есть три месяца, чтобы выполнить квест Чумного мора, квест на восстановление храма Спящих вообще бессрочный – можно не гнать флаеры выше скорости звука. В бездну все, у меня руки чесались подраться, а застывшие цифры уровня нервировали до такой степени, что я плюнул и на мастера безоружного боя, и на запланированную прокачку Кулинарии. Правильнее, не теряя больше времени, рвануть на фарм опыта.

В общем, я так спешил, что даже не сдал квест на очищение Олтонских каменоломен, и Глаз Мракисса все так же занимал одну из трех ячеек моего заштрафованного классовыми «бонусами» инвентаря.

Разве что к наставнику по стрельбе из лука заглянул, чтобы открыть навык. А то глупо имитировать лучника, не имея соответствующего боевого навыка. Учитывая, что это игра, я мог бы использовать лук и без него, как в свое время дрался мечом и дубинкой, но от развития навыка сильно зависела успешность использования – как точность, так и наносимый урон. Даже при высочайшем уровне меткости неумение владеть оружием накладывало штрафы.

Охотник Конрад, благодушный и приветливый, слегка прихрамывающий на левую ногу, погладил бедро, поморщился и пояснил:

– Медвежья услуга… Черт меня дернул лезть в его берлогу, чуть ногу не потерял!

Узнав о цели моего визита, обрадовался и назвал цену – один золотой. Получив деньги, немедленно приступил к обучению: отвел меня на стрельбище на заднем дворе, выдал тренировочный лук и показал, как правильно держать оружие, целиться и стрелять. После нескольких выстрелов в молоко мне, наконец, удалось попасть в мишень.

Вы изучили навык стрельбы из лука 1-го уровня!

Точность выстрелов и урон, наносимый из лука, повышены на 10%.

Продолжайте совершенствовать навык в боях с противниками вашего уровня или выше для получения дополнительных бонусов и новых приемов.

Вы изучили новый прием: «Быстрый выстрел»!

Наносит 120% от обычного урона.

Так я получил десять очков опыта за честно «выученный» навык Стрельбы из лука.

Потом Конрад объяснил, как действует механизм использования разных стрел. Их в игре было множество! На любой садистский вкус: от замораживающих и воспламеняющих до стрел с расщепляющимся внутри тела наконечником, материал которого тоже мог быть разным, например, адамантитовым с зачарованной взрывной боеголовкой, да еще и с нанесенным ядом для пущего эффекта. Но мне об этом пока можно было только мечтать.

– Желаешь ли обучиться владению арбалетом или стрельбе из ружья? – поинтересовался охотник, закончив урок.

– Э… Думаю, в другой раз, – отказался я.

– Возвращайся за новыми знаниями, когда будешь готов. Доброй охоты, Скиф!

Выйдя от него, я вспомнил про обещанный Краулером эпический лук, но в почте ничего не оказалось. Более того, ни одного «дементора» не было в игре.

Из города я ушел Глубинной телепортацией, чтобы оторваться от наблюдателей «Аксимоы», и попал в Мраколесье. Оттуда я рванул на северо-восток, начав свой великий поход за головами самых разыскиваемых мобов. К сожалению, найти их не так просто, потому что квестовые метки не указывали на конкретное место, а очерчивали на карте ареал обитания элитного моба, и чтобы исследовать его полностью, можно было убить весь день.

Но мне повезло. Час блужданий, скрашенный выкосом низкоуровневых мобов, и я наткнулся на кобольдов. За голову их вождя была назначена награда.

Я разделся и оставил шмотки под деревом, чтобы не снижать получаемый урон и прочность вещей, подкрался к мобам.

Военный лагерь кобольдов расположился возле каверны в скале и жил своей жизнью: несколько дозорных вглядывались в туман, пара бойцов суетилась у большого котла на костре, остальные расселись полукругом и общались. Один что-то рассказывал, остальные внимали и вставляли комментарии. Гортанно-лающий язык был мне незнаком, но рассказчик, похоже, говорил что-то смешное, потому что раскаты хохота раздавались регулярно.

Обмотанные грязными тряпками гуманоиды то ли охраняли вход в убежище, то ли были изгнаны из родного племени и не знали, чем себя занять. Ясно одно – их вождь изрядно насолил Тристаду, раз за его голову назначена награда аж в пять золотых. Не бог весть что, но меня заклинило – захотелось помочь обреченному городу хотя бы так.

Нужный мне кобольд, вождь Грог’хыр, увлеченно счищал ржавчину с тяжелой кирки. Выглядел он чуть выше и массивнее своих соплеменников – мне примерно по грудь, зато втрое шире в плечах. Огромное пузо свисало ниже ремня, выполнявшего декоративную функцию, – кобольд, нисколько не смущаясь, обходился без штанов, щеголяя в одной набедренной повязке. Но больше всего поражали его несоразмерные росту полуметровые ступни.

Серебристый череп перед именем говорил, что моб элитный:

Грог’хыр, кобольд 13-го уровня

Вождь племени кобольдов-отщепенцев.

Значит, изгнанник. Тогда понятно, почему рудокопы вдруг вышли на большак, грабя путников и совершая набеги на фермеров, проживающих в окрестностях Тристада.

Все это время я лежал в Скрытности, не столько продумывая грядущий бой, сколько отслеживая других игроков. Заодно почитал игровую энциклопедию: «Кобольды компенсируют слабость и малый рост числом, свирепостью в бою и умелой тактикой с применением ловушек. Их жестокость оправдывается тем, что на них охотятся все от мала до велика…»

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Тем временем главный свирепый тактик почесал киркой пятку и зевнул. Любитель поспать после сытного обеда? Я внимательно обвел взглядом его подручных. Десяток бойцов 11-го уровня и престарелый ссутуленный шаман 12-го, который, ни на кого не обращая внимания, пританцовывал и напевал у костра.

Выждав еще пару минут и не заметив ничего подозрительного, я выдвинулся на позицию. Мог бы прикончить элитника с его восьмьюстами очками жизни одним выстрелом из лука, даже не заходя в агро-зону, но чумной резервуар был почти вычерпан. Так что раз уж придется постоять голым под атаками немытых пещерных жителей, то хотя бы с пользой.

Вытащив лук, я вытянул руку, другой взялся за тетиву и почувствовал материализовавшуюся стрелу. Переключение между стрелами, имеющимися в стандартном колчане, производилось активацией соответствующей иконки в интерфейсе, но у меня там сиротливо мерцала только одна Обычная стрела с каменным наконечником. До снарядов помощнее я не дорос ни уровнем навыка, ни финансово. Стремный лук, каменный наконечник, из всей одежды лишь неснимаемые трусы – все как у пещерных людей. Вот только у них вряд ли была чумная энергия.

Я прицелился, усилил стрелу и выстрелил в шамана. Сказал бы, что этот сгорбленный старикашка мне сразу не понравился, но на самом деле я руководствовался другим: в любом паке первым из строя надо выводить мага – жизни в нем меньше, зато по опасности даст фору всему паку. Урона должно было хватить, чтобы отправить шаму в его любимый астрал.

Каково же было мое разочарование, когда стрела ушла мимо! Просвистела в воздухе прямо над мясистым ухом цели, и это не осталось незамеченным – воины моментально вскочили на ноги и обеспокоенно завертели косматыми головами. Вождь пролаял ряд команд, указав в мою сторону, но, вопреки ожиданиям, атаковать никто не кинулся.

Бойцы выстроились вокруг вождя лицом ко мне. Рядом встал шаман и немедленно принялся колдовать. Что именно он сделал, я понял, выпустив из лука серию Быстрых выстрелов. Все снаряды увязли в невидимой преграде, замедлились до полной остановки и растворились. Очередной лай вождя – и шаман призвал аддов. Почва вспучилась, выпуская наружу небольших, с самого шамана ростом, духов земли.

Оформившись, они получили команду и снова провалились под землю. Почва, вспучивавшаяся по ходу движения, показала, что направляются они ко мне. Проклятие нежити позволяло не беспокоиться, но я все равно отступил на пару шагов, когда, разбрызгивая комья и камни, передо мной взорвалась земля.

Духи обрели плоть и дружно атаковали, а вслед за ними, поняв, где скрывается враг, рванули и кобольды. Вождь остался на месте – то ли собравшись прикрывать шамана, безостановочно призывающего новых духов, то ли решив, что с единственным противником его бойцы разберутся сами. И разобрались бы – мои очки жизни сливались крайне быстро, но…

«Проклятие нежити» активировано: весь получаемый урон снижен на 100%!

Заподозрив неладное, шаман застрочил заклинания как из пулемета, и, честно говоря, ничего хорошего в очередном паке призванных аддов не было – ни опыта, ни лута – так что я решил следовать плану и первым упокоить дедушку. Причем лук я закинул в инвентарь, чтоб не мешал работать кулаками.

Разогнав и воинов и аддов Жутким воем, я бросился к шаману. За мной увязались два бойца, на которых вой не подействовал, но, учитывая мой бонус на скорость, они быстро отстали.

Вождь проявил доблесть, грудью загородив шамана. Я замахнулся, но кобольд поднял руку когтистой ладонью вперед и заговорил на всеобщем:

– Постой, человек!

Это было так неожиданно, что я остановился. Говорящие мобы существуют, но обычно они встречаются в рамках квестов или внутри подземелий. Обычные мобы сначала атакуют, а потом разбираются. Хотя этот именной, еще и квестовый…

– Твои слабоумие и отвага не знают границ, чужеземец! – задрав подбородок и скаля зубы, пролаял Грог’хыр. – Вы, люди, любите воевать, с головы до пяток спрятавшись в железе, но ты! Ты пошел в бой в одной лишь набедренной повязке и с этой смешной деревяшкой, которую и луком-то не назовешь! Воистину, ты спятил! Или ты самоубийца, человек?

– Вовсе нет, кобольд. Я не спятил и не самоубийца.

– Значит, твое безумие зашло еще дальше! Как и коварство! Затаился в кустах и подло пустил стрелу в уважаемого Рыг’хара, говорящего с духами! Тебя прислали Теневые проходчики?

– Понятия не имею, о чем ты, вождь.

– Тебя прислал наш бывший клан Теневых проходчиков?

– Нет, Грог’хыр. Ты преступник, и за твою голову в Тристаде назначена награда. Сейчас… – Я открыл квестовое окно и зачитал: – Лидер банды кобольдов-отщепенцев. Убийца, грабитель.

– Значит, ты пришел за мной. – Вождь почесал пузо, раздирая когтями наросшую на шерсть грязевую коросту. – Скажи, человек, откуда взялась твоя уверенность? Ты слаб. Ты один. А нас…

Я оглянулся и увидел, что окружен воинами и земляными духами, каждый направлял копье на меня, разве что у духов копья были каменными. Кобольды рычали и источали смрад, что можно было воспринять как психологическую атаку. И тогда я рассмеялся – они были такими забавными в своей непреодолимой уверенности, что держат ситуацию под контролем.

– Разве ты, Грог’хыр, не видишь, что я не совсем человек?

В задумчивой тишине отчетливо раздалась команда шамана. За спиной послышался треск и шуршание, и меня накрыло тенью. Я обернулся. Все духи слились в одного мегадуха земли в несколько человеческих ростов. В отличие от своих маленьких составляющих этот имел ноги, а туловищем оформился в каменного гиганта, вырезанного из цельного куска скалы, – без шеи, но с колоссальными руками, каждая из которых могла без труда раздавить человека. В кулаке он держал массивную палицу, при одном взгляде на шипы которой становилось дурно.

Элементаль земли 15-го уровня

Замахнувшись, элементаль попробовал вбить меня в землю. Атака была столь же неожиданной, сколько и бесполезной. Я даже устоял на ногах, а вот палица развалилась на тысячу осколков.

Благодаря мощнейшему удару резервуар наполнился на четверть. Я подошел к стихийному созданию и впечатал в его каменное колено Кулак-молот, плеснув собранной чумной энергией. Чудовище взорвалось и осыпалось комьями грязи, глины и скальной пыли.

Вы нанесли урон Элементалю земли: 1 217.

Элементаль земли мертв.

Кто-то шумно прочистил горло. Воины застыли каменными изваяниями.

– Если разговор окончен, давайте приступим. – Я хрустнул пальцами. – А вообще, это было крайне подло, шаман.

– Согласен. Старик, ты поступил бесчестно! – возопил Грог’хыр, с негодованием поворачиваясь к «уважаемому Рыг’хару».

– От него несет мертвечиной и злым могуществом! – сварливо заметил шаман, невозмутимо раскуривая самокрутку. Пыхнув пахучим дымом, он пожал плечами: – Я вижу в нем силу, но не могу понять ее источник. Я проверил его, и он доказал, что биться с ним бесполезно и лучше бы тебе, вождь, сдаться. Глядишь, люди не казнят тебя сразу, а отправят в тюрьму. Тебе там понравится, я как-то побывал…

Говоря, он пятился к каверне. Отследив направление его движения, вождь нахмурился, вздохнул, махнул рукой и повернулся ко мне. Его лапы сжимали и разжимали рукоять кирки.

– Живым не дамся! – прорычал он. – Прошу только пощадить моих соплеменников и предлагаю честный поединок: только ты, человек, и я.

– Как скажешь. – Я пожал плечами, не собираясь затягивать время, но тут меня осенило. – Стой! Грог’хыр, а ведь есть и другой выход!

– Это какой же? Правителей вашего города устроит голова старого Рыг’хара?

Остановившийся шаман снова попятился.

– Да бездна с ними, с правителями. Кому вы поклоняетесь?

– Бог-кобольд Куртулмак ведет народ кобольдов к господству и превосходству над высокими расами, – не задумываясь ответил Грог’хыр. – Особенно Куртулмак ненавидит дворфов. Будь ты им, я бы с тобой и говорить не стал!

– Но теперь вы, кобольды-отщепенцы, вышли из подчинения вашему божеству?

– Это еще почему? – удивился вождь, и бойцы приглушенным рычанием его поддержали.

– Да потому что вы больше не нормальные кобольды, а бандиты. Живете не в пещерах, а снаружи, и промышляете не тем, чем положено любому уважающему себя кобольду, а грабежами и воровством! Вряд ли Куртулмак одобрил бы это.

– Мы не отщепенцы! – взъярился Грог’хыр. – Так сложились обстоятельства! И не от хорошей жизни мы… сменили деятельность. Мы воины! А оставшееся племя прячется по норам и носа высунуть не смеет при виде человека!

– Не вы такие, жизнь такая? Что за чепуху ты несешь, вождь? Мир всегда одинаков, меняются лишь те, кто его заселяет. И если бы ваш бог хотел, чтобы вы искали золото – солнечные угольки, кои вы обязались вернуть солнцу, – а ты решил жить иначе, то либо осмеливаешься признать, что более не подчиняешься своему богу, либо все-таки делаешь все по его правилам. Где ваши свечи? – пафосно вопросил я, радуясь, что не зря почитал игровую энциклопедию.

– Мы не носим свечей, человек, – голос вождя прозвучал глухо. – В этом больше нет нужды, да и слишком поздно возвращаться к прежней жизни.

– Никогда не поздно! – крикнул я, но он отвернулся, и я не стал продолжать.

Грог’хыр надолго ушел в себя, а его воины, поняв, что драка откладывается на неопределенный срок, расселись вокруг. Зарядил дождь, и их мокрые морды с жесткими твердыми усиками стали еще больше напоминать крысиные.

– Что ты предлагаешь? Войти в твою стаю? Но у тебя нет стаи, человек!

– Не в мою, но идею ты уловил верно, Грог’хыр… За много-много зим до того как Куртулмак появился на свет, миром правили другие боги. Ты их знаешь как Спящих…

Кобольды вздрогнули, но заинтересованно приблизились и навострили уши. Вождь слушал внимательнее всех, но по его окаменевшей морде было не понять, проникается ли он или просто удовлетворяет любопытство.

– …силой единства, которая усиливает всех последователей! И это не пустая вера за эфемерные временные усиления. Это гарантированный рост не только силы, выносливости и ловкости. Вы даже станете умнее и удачливее! И я позволю тебе, Грог’хыр, первым среди твоих вступить в ряды последователей Спящих.

Вождь кобольдов-отщепенцев окинул взглядом стаю, посчитал в уме количество получаемых бонусов, скрестил лапы на груди и пролаял:

– Я уверую в твоих богов, как только увижу обещанное. Что надо сделать?

Спустя минуту вместо головы Грог’хыра я получил сразу двенадцать новых последователей Спящих и столько же случайно распределенных очков характеристик. Тысяча двести очков опыта и 12-й уровень стали приятным бонусом. Огорчало только то, что новых последователей до восстановления храма Спящих не будет, о чем сообщал соответствующий прогресс-бар:

Последователей Спящих: 13 / 13.

К моему удивлению, в иерархии крысолюдей-рудокопов я сразу же занял первое место, и кобольды изъявили желание следовать за мной, что мне совершенно ни к чему.

– Грог’хыр, вам надлежит оставаться в этих краях и беречь стаю. Придет время – и каждый боец будет важен. Избегайте людей, подобных мне, и становитесь сильнее как воины.

Такие именные элитники после смерти и сдачи квеста не возрождаются. Они исчезают, а вместо них является кто-то иной: чаще всего очередное чудовище. И только после того, как оно засвечивается в криминальных, скажем так, хрониках Тристада, за его голову объявляют награду.

– Я вас понял, повелитель. – Грог’хыр и его клан склонили головы. – Будут ли еще приказания?

Он сказал «повелитель»? Забавно. Так недолго и в черные властелины податься, особенно учитывая, с кем я повелся – со смертельным Чумным мором и кошмарными Спящими.

– Только одно. Если будете общаться с кем-то из бывших соплеменников, а может, с другими разумными – троллями, троггами, гноллами…

– Гноллы – наши исконные враги! – подал голос дотоле смущенно молчавший шаман.

– Буду иметь в виду. Так вот, я уж не знаю, с кем вы пересекаетесь, но с кем бы ни общались, несите им имя истинных богов.

– Будет исполнено, повелитель! – гаркнул Грог’хыр. – Увидимся ли мы еще?

– Я буду у вас появляться… иногда, – неопределенно ответил я. Жреца среди них я назначить не могу, а значит, придется их навещать – на случай, если они привлекут кого-то еще. – Обещаю.

Глава 12. Реванш

Из лагеря кобольдов я направился прямиком в Мраколесье. Там, на границе с горной грядой, согласно квесту, затаился огр-людоед – особая разновидность разумной расы, играющей не последнюю роль в мире. Людоеды жили отшельниками и из-за своего специфического пристрастия не стремились к социализации. Тем более они не делали разницы между людьми, эльфами, гномами, дворфами, троллями, гоблинами и орками в своем рационе.

К следующей точке я пошел без проклятия. К тому моменту отваливающиеся лоскуты кожи и гниющей плоти стали заметны издалека, и рисковать без причины не стоило. Тогда же мне в голову пришел вопрос, а что, если дождаться окончания трансформации? Если дать проклятию нежити превратить меня в полноценную нежить, изменится ли что-то? Или это просто визуальные спецэффекты?

Додумать я не успел, атакованный бешеным вепрем 8-го уровня. Зверь с разгону воткнул клыки мне в филейную часть, и пару секунд я провел в полете, оглашая окрестности криком. На этом триумф дикой свиньи закончился.

С пары ударов свалив вепря, я двинул дальше. Со штрафами на инвентарь я даже котелок с дровами и огнивом не мог с собой таскать, а так бы приготовил кабанятину на месте.

Мобы в этой части песочницы были невысокого уровня, и игроки встречались довольно часто. Приметил я и ганкеров, склонившихся над исчезающим трупом игрока, но они были начинающими и, оценив мой уровень, предпочли обойти стороной.

По дороге я выкашивал разную живность, часто натыкаясь на разрозненные группки низкоуровневых разбойников из банды Крапивы – одного из разыскиваемых Тристадом преступников, которого никто не мог найти. Квестовая метка указывала на всю область песочницы, и складывалось впечатление, что главарь банды может быть где угодно.

Разбойники были обычными мобами, хоть и людьми. Они выкрикивали повторяющиеся фразы и вели себя бестолково. Классические мобы для прокачки с 1-го по 10-й уровень. Вырезанные бандиты за четверть часа респаунились, и искать в них хотя бы зачатки разума было бесполезно – думал я, примеряя на разбойников роль новых адептов. Раз с кобольдами сработало, то, по идее, могло получиться и с бандитами – в том случае, разумеется, если я решу вопрос с храмом.

Смущало только то, что лидер банды, в которого никто не верил, все-таки существовал. Ну не будет же город объявлять премию за голову мифического моба? Эти домыслы породили другие: Крапива реален, но это не обычный элитник или рарник, а самый настоящий рейд-босс.

Дорога затянулась. Без проклятия нежити чумной резервуар не пополнялся, и драться приходилось, рассчитывая только на честный урон. Я пулил мобов выстрелом из лука и успевал пальнуть еще раза три, прежде чем приходилось вступать в ближний бой. Кулак-молот все решал, и с особыми сложностями я не столкнулся. За все время моя жизнь лишь раз опустилась ниже половины – когда я схлестнулся со стаей Матерых волков, а со спины на меня вдруг напал прогуливавшийся Ветвисторогий олень, которому ни с того ни сего показалось, что я нарушил границы его территории. К веселью присоединился Черный медведь, и хорошо, что большая часть волков к тому моменту уже не дышала.

Оставляя волчатину, медвежатину и оленину неподобранным лутом, я вздохнул: будь рядом Патрик, нашлось бы место и для добычи.

Солнце скрылось за горизонтом, стемнело, на небосклоне проступили звезды, а я еще не добрался до логова огра-людоеда. Уже на подходе понял, почему с ним никто не связывается, а квест на его голову не пользуется популярностью. Награда в десять золотых не стоила затрачиваемых усилий, учитывая отдаленность разыскиваемого рарника и его уровень:

Уот’ал, огр-людоед 17-го уровня

В отличие от Крушителя, за убийство которого можно было получить достижение, этот огр не считался локальным боссом. Обычный именной моб, разве что… отожравшийся! Легкая добыча. Я вытащил лук и приготовился активировать проклятие нежити, но рядом раздался шорох.

Из кустарника вылез Утес. Небрежно пиная лежащие под ногами камни, воин подошел ко мне. Он не осторожничал, готовясь в любой момент дать стрекача, а двигался вполне уверенно, походкой вразвалочку, и в глазах его затаилась усмешка.

– О, и ты здесь, Скиф… – Он на секунду скосил глаза и считал данные над моей головой. – К огру?

Воин-ганкер изменился с момента нашей последней встречи. Поднял уровень, приоделся. Это, конечно, была не та блистающая экипировка, в которой он щеголял в прошлом, но и не разнородный вчерашний хлам. Опять взялся за старое? Успешный ганк? Или нашел денег и купил? И взгляд парня тоже изменился – теперь в нем читалось какое-то затаенное превосходство.

– Да. Ты тоже?

– Можно и так сказать, – прокряхтел он, окончательно выходя на свет Геалы. Смерил меня взглядом, чему-то улыбнулся и сплюнул мне под ноги. – Только один вопрос решим. Между мной и тобой, помнишь?

– Вопрос был закрыт на Арене. И лучше бы тебе не связываться со мной, если ты еще не понял…

– Ну раз ты так считаешь, тебе тем более нечего бояться. Смотри, я даже без оружия! – Он демонстративно сложил меч в ножны.

– Да мне плевать, я здесь не ради этого.

– Что, без своих «дементоров» кишка тонка?

Я присмотрелся, пытаясь понять его задумку. Актер из Утеса неважный, и догадаться, что он замыслил какую-то подлость, несложно. Но что? Подначивает ведь не просто так! В этой зоне нет смысла провоцировать, чтобы я ударил первым, – его репутация не пострадает. Тогда что? В кустах затаились помощники? Впрочем, раз он хочет, чтобы я начал с ним драться, значит, именно этого и надо избегать.

Не обращая внимания на ганкера, я спокойно направился к логову огра. Моих бонусных характеристик хватит, чтобы прикончить целый пак таких, как Уот’ал, даже если в спину ударит ганкер. Плюс Жуткий вой, Устойчивость и полторы минуты Каменной кожи – даже проклятие нежити не понадобится, чтобы в случае чего убить этих двоих: редкого огра Уот’ала и еще более редкого идиота Утеса.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Эй, ты куда? – раздалось за спиной.

– Отвали!

– Хм, ладно…

Воин скрылся в глуби леса, продемонстрировав напоследок оттопыренный средний палец.

Я заглянул в пещеру. Три десятка метров в глубину, чуть меньше в высоту и в ширину от стенки до стенки. У дальней горел костер, и в его переменчивом свете тени мельтешили так, что сбивали с толку. Рядом с огнем здоровенный огр восседал на некоем подобии табурета и шумно жрал, зачерпывая половником прямо из котла. Размеры людоеда впечатляли – за любой ногой огра мог бы скрыться средних размеров кобольд!

Я вошел в Скрытность и замер у входа, чтобы проверить, где ганкер. На подъеме к пещере видно никого не было, и я почти удостоверился, что Утес ушел. Окончательно в это поверить не позволял опыт общения с мистером Ассером – всегда крайне негативный, не без ударов в спину.

Выждав еще пару минут, я так и не заметил никакого движения за спиной и дальше перестраховываться смысла не увидел. Огр продолжал жрать и, судя по объему котла, предаваться этому занятию мог еще долго. Мысленно извинившись за то, что прерываю ужин, я рванул к рарнику.

На ходу зарядив в него серией Быстрых выстрелов – все мимо, – я спрятал лук и с размаху залепил в обиженно заревевшего людоеда Молотом.

Вы нанесли урон Уот’алу: 937.

Очки жизни: 1 663 / 2 600.

В его руке появился массивный тесак, которым он без замаха рубанул меня в лицо. Уклониться я не успевал, но Каменная кожа была наготове.

Уот’ал нанес вам урон: 18.

Очки жизни: 918 / 936.

Полученный урон был урезан и Устойчивостью и Каменной кожей, и потому ничтожен, но удар чуть не оторвал мне голову. Будь ноги сцеплены с землей, так бы оно и случилось, но игровая физика оказалась на моей стороне: тело оторвалось от пола и взлетело. Уже в воздухе меня догнало копье огра, однако не пронзило насквозь, а придало еще большее ускорение, пройдя по касательной.

Уот’ал нанес вам урон: 11.

Очки жизни: 907 / 936.

Несколько раз кувыркнувшись назад, я уперся в чьи-то ноги. Утес! Черт, знал же, что он пасется рядом и ждет момента, но надеялся успеть вырубить рарника раньше!

Вскочив, я заметил в его руке меч. Пока нет повода для беспокойства, ведь Каменная кожа еще действовала, и за это время я рассчитывал добить огра. Оттолкнув ганкера, я Жутким воем отправил его бегать и бояться – чтобы не путался под ногами – а сам рванул к Уот’алу. Огр тоже не стоял на месте, плотоядно скалил зубы и чуть не облизывался, тяжелой поступью направляясь ко мне.

В этот раз то ли я удачно поднырнул под просвистевшим тесаком, то ли сработало уклонение, но он меня не задел, и я с разбегу вломил ему Молотом выше колена. Критануло знатно!

Вы нанесли критический урон Уот’алу: 1 376!

Очки жизни: 287 / 2 600.

Не собираясь затягивать, я добавил серию ударов, и в этот момент огр, воющий от боли, поднял меня над собой. Под сводом пещеры я успел окинуть ее взглядом – Утеса видно не было.

Людоед собирался меня бросить оземь, но не успел: откатился Молот, а отвратительная рожа огра оказалась в зоне досягаемости.

Вы нанесли урон Уот’алу: 937.

Уот’ал мертв.

Очки опыта: +140.

Очки опыта на текущем уровне (12): 390 / 10 100.

Получен квестовый предмет «Голова Уот’ала».

Задание городского совета Тристада «Живым или мертвым: Уот’ал» выполнено!

Сообщите первому советнику города Тристада Питеру Уайтекеру о своих успехах, чтобы получить награду.

Ноги огра подкосились, и он с грохотом, сотрясающим пещеру, рухнул. Его хватка ослабла, и я скользнул по его туловищу и оказался на ногах. Потянулся, чтобы посмотреть лут…

А через мгновение из моей груди высунулось острие меча, которое тут же исчезло, сменившись градом ударов. Даже несмотря на кап Устойчивости, они были очень чувствительными.

Резко развернувшись, я перехватил руку Утеса, чтобы воспользоваться преимуществом в силе, но произошло невероятное: ганкер легко освободился и пнул меня ногой в живот так, что я отлетел к дальней стене пещеры – прямо в костер.

Игрок Утес (Тобиас Ассер) нанес вам урон: 42.

Очки жизни: 865 / 936.

Удивление сменилось пониманием – ну конечно! Он же воин, у него силы больше! Для меня-то она, с учетом чумной энергии, не играет критического значения, а вот для воина… Но ведь… Задумываться о том, почему не сработала Устойчивость или откуда у этого парня такой бешеный, перекрывающий ее урон, было некогда.

Утес, подняв щит и меч, шел ко мне. Внезапность и коварство первых атак дали ему незначительную фору, но на этом его удача закончится.

Мы снова вступили в ближний бой, только теперь я был готов. Он бил, я уклонялся, стараясь ударить в ответ, но то попадал в щит, оставляя в нем чудовищные вмятины, то просто промахивался – у парня был на редкость высокий шанс уклонения и парирования.

На очередном Молоте щит ганкера развалился, и Утес спокойно отбросил его в сторону.

Дрался он молча и сосредоточенно, не ухмыляясь, как раньше. Мы обменивались атаками в гнетущей тишине, разбавляемой лязгом оружия и тяжелым дыханием.

Полжизни у меня еще оставалось, и я не паниковал. Такого, как Утес, я вынесу с одного удара Молотом. Главное – сделать этот удар. А валяться мне не впервой. И уж тем более мне не пришло в голову активировать проклятие нежити. Не стоила эта мелкая стычка гарантированного афиширования статуса «угрозы».

У Утеса прошел очередной удар, и моя жизнь опасно приблизилась к желтой зоне. Попытки сблизиться он пресекал, легко отталкивая меня то плечом, то пинком, и это было очень чувствительно, будто столкновение с грузовиком. Ганкер старался прижать меня к стене, но я каждый раз выскакивал из западни. Его шкала жизни тем временем не опустилась даже на четверть, несмотря на прошедший у меня Молот… Что? Больше трех тысяч жизни? Как?

Мельком я успел отругать себя за опустошенный чумной резервуар и поклясться, что больше меня никто врасплох не застанет.

– Ты все в выносливость влил, что ли? И Устойчивость прокачал? – вдруг остановившись, спросил Утес, и прозвучало это так обыденно, будто мы с ним старые друзья – сидим на диване и просто общаемся.

– А ты чего такой здоровый? Нереально так выносливость прокачать на твоем уровне! Обычно с моих ударов ложатся сразу, а у тебя шкалу жизни как приморозило…

– Все реально, – меланхолично заметил он и снова пошел в атаку. – И слава Нергалу!

Воин провел несколько ударов, в построении которых читалась заученная комбинация. Лезвие клинка размазалось в воздухе, опуская мою жизнь в красную зону, и сражайся мы в реальном мире с реальной физикой, я не пережил бы и одного удара. Впрочем, там мне и не удалось бы нанести удар подобной мощи: нырнув Утесу под руку, я вошел в клинч и, схватив левой рукой его за шею, другой вбил кулак ему в нос.

Вы нанесли критический урон игроку Утесу (Тобиас Ассер): 872!

Очки жизни: 1 964 / 3 610.

Хрустнуло, ганкер вскрикнул и, вырвавшись, отступил. На своем уровне он не владел большей частью атакующих приемов воина, иначе давно бы оглушил Рывком.

Развивая преимущество, я обрушил на него град ударов, но слишком увлекся. Эффект кровотечения, обновляемый с каждой ранящей меня атакой, достиг 8-го уровня, и тики дота стали слишком ощутимы. Интерфейс замигал красным, и я чуть не включил проклятие нежити.

Использовать откатившийся Молот не успел – завершающий удар Утеса кританул и снес мне голову.

Игрок Утес (Тобиас Ассер) нанес вам критический урон: 118!

Очки жизни: 0 / 936.

Вы мертвы.

Зависнув в великом ничто в ожидании реса, я озадаченно подумал: с этим парнем что-то не то.

Глава 13. Веселящий эликсир

Появившись на кладбище Тристада, я вышел из круга возрождения и сел на землю. Как с максимально прокачанной Устойчивостью, адски развитым Безоружным боем, с бонусными ста тринадцатью очками характеристик я проиграл игроку, практически равному мне по уровням?

Что-то с ним было нечисто, но что мне делать с этой информацией, я понятия не имел. Написать превентивам? Скажут «пришли логи боя», а там такие логи, что я прежде всего сдам сам себя. Без логов же сочтут, что проиграл бой ганкеру и обиделся. В бездну, время покажет, «угроза» он или просто накачался эликсирами.

Разочарование от проигрыша было столь велико, что я отказался от дальнейшей игры. Время близилось к полуночи, и рыскать по Мраколесью или сырым данжам не было абсолютно никакого желания. Весь надетый шмот выпал, а запасным комплектом я не обзавелся. Хорошо хоть квестовый Глаз Мракисса не выпал. Дабы не позориться, я заглянул в комнату, чтобы одеться в обычные штаны и рубаху.

В сундуке все так же ожидал своего часа Свисток призыва легендарного пета, эпические сетовые перчатки и несколько редких синих предметов. Некоторые я уже мог использовать, но глупо надевать их на фарм – и так в инвентаре мало места, а на себе носить – снижать их прочность.

Спустившись в общий зал, я решил посидеть со всеми, как обычный казуальный игрок. Не гоняться по лесам и подземельям, фармя опыт и лут, не умирать раз за разом, прокачивая умения, а просто провести время с такими же праздными игроками.

У входа я покрутил головой, выискивая свободный столик, и заметил, как мне машет Перевес. Рита сидела со своим братом-торговцем Недовесом и компанией. Я направился к ним, в этот момент стихла музыка, и раздались аплодисменты.

– Спасибо! Поблагодарим замечательную Лану за ее прекрасные песни! – прокричал со сцены ведущий, некий Клаудио. – А сейчас… Приветствуем «Воинов-гитаристов»!

Я приблизился к сдвоенному столу с шумной компанией, и Недовес, завидев меня, воскликнул:

– Ничего себе! Все в этой жизни течет и изменяется, и только Скиф всегда в своем стиле! Штаны и рубаха, что еще нужно человеку, для того чтобы почувствовать себя счастливым? Вопрос риторический, друзья, отвечать на него необязательно! Знакомьтесь с нашим особым клиентом Алексом! Легендарный в нашей песочнице персонаж, прошу заметить…

Пока Недовес распинался о том, как я полтора года просиживал штаны на лавочке («Скиф, а не те ли самые это штаны на тебе?!»), я пожал протянутые руки. Кто-то похлопал меня по плечу, кто-то дал «пять», и в итоге меня усадили за стол между Ритой и смешливой блондинистой девчонкой по имени Кряпота. Она изучила меня и, похоже, осталась довольна увиденным, потому что тут же предложила выпить «за знакомство».

Передо мной поставили бокал со сливочным пивом, но когда я взялся за него, Кряпота придержала мою руку:

– Уоу-уоу! Не спеши! Эрл, плесни-ка своего волшебного зелья!

С другой стороны стола поднялся краснощекий улыбчивый парень, вытянул руку и что-то капнул в мой бокал. Через секунду описание содержимого изменилось, и вместо «Сливочного пива» проявился другой текст:

Веселящее сливочное пиво

Изготовитель: Эрл.

– Поясни, – панибратски обратился я к Кряпоте.

– Умение превращать любой напиток в собственное подобие, но дающее эффект, близкий к алкогольному опьянению, доступно не каждому алхимику, – ответил вместо нее Эрл. – Особая ветка, заточенная на пищевые продукты.

– Ага, – радостно подтвердила Кряпота. – Эрл только сегодня достиг этого умения, к нему уже очередь на месяц вперед!

– Да, к сожалению, откат на изготовление крайне велик… – внес ремарку алхимик.

– Все равно круто, поздравляю!

Я поднял пиво и кивнул алхимику, выражая почтение. Мы чокнулись, кто-то заорал, что негоже пить без участия остальных, и следующие секунд десять все дружно стукались бокалами, проливая на стол янтарный напиток со сладкой сливочной пенкой.

– Как дела, Скиф? – спросила Рита, когда мы выпили. – Получила письмо о том, что ты не играл две недели. Случилось что-то?

– Да ничего особенного. Учительский бан.

– Проблемы с учебой? – удивилась она. – Ты не производишь впечатления тупого!

– Ты посмотри на мой уровень, Рита…

– Ага, теперь понятно! Забил на все и качался? Прогресс впечатляющий! Слышала, тебе «дементоры» помогали?

Я неопределенно кивнул.

– Ну понятно. Кто бы им самим теперь помог. Уэсли был вне себя, когда они его с достижением кинули!

– Ты с ним знакома?

– Да подкатывал как-то, – отмахнулась она. – Мы же в одной школе учимся, пересекаемся в паре классов. Не в моем вкусе.

– Дурак он, – встряла Кряпота. – Для него что игра, что реал – все одно. Слышали, как он избил парня, с которым не поделил лут? В прошлом году это было.

– Избил? И ему ничего за это не было?

– Тот парнишка струсил и не стал рассказывать, а в школе дело спустили на тормозах. У нас и так рейтинги невысокие…

В ходе беседы выяснилось, что все сидящие за столом учатся в одной школе. В шумной компании из двенадцати человек было представлено три клана и торговцы Перевес с Недовесом. Эти двое принципиально отказывались входить в любой, даже фановый, клан и видели себя только торговцами.

Достигнув недавно 10-го уровня, они добились своего – система предложила им этот класс. Как оказалось, прокачиваться в игре можно не только битвами и убийством мобов, но и выполнением классовых квестов. Торговцы Крис и Рита Вуд за каждую операцию получали опыт, причем чем удачнее и выше маржа, тем больше опыта. Развиваясь, со временем можно открыть свой магазин, а то и торговую компанию. Именно к этому брат с сестрой и стремились, уделяя все свое время торговле и связанным с ней квестам…

Время летело незаметно, а я потерял счет выпитым кружкам пива, куда Эрл не переставал подливать свой волшебный веселящий эликсир. Раскрасневшийся Недовес тем временем приклеился к смазливой рыжухе Рейвен, цветом волос напомнившей Еву О’Салливан. Торговец, судя по всему, включил все свои навыки уговоров, и вскоре парочка исчезла.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– А где твой брат? – спросил я между делом, указывая на его пустующее место.

– Крис? Поднялся с Рейвен наверх, наверное, – пожала плечами Рита. – Как обычно.

– Они встречаются?

– Кто «они»? – изумилась она. – Нет, что ты! Рей едва рассталась со своим парнем, а с Крисом они только сегодня познакомились!

Пока Рита отвлеклась, отвечая на чей-то вопрос, блондинка Кряпота тронула мой рукав:

– Эй, Алекс, может, потанцуем?

Девчонка показалась мне симпатичной, и я не видел причин отказывать. Но ответить не успел.

– Кря, можно тебя на минутку? – откинувшись на спинку стула, вкрадчиво спросила Рита.

Девчонки отошли подальше, о чем-то поговорили, и Рита Вуд вернулась одна.

– Крякряшечке внезапно понадобилось выйти, – сказала она. – Так что я ее заменю.

– Э… заменишь в чем? – затупил я.

– Пойдем, Скиф, потанцуем. Умеешь?

Я умел. С детства на всех семейных торжествах Ева приглашала меня на белый танец. Музыканты на сцене как раз зарядили что-то романтичное и, я бы сказал, унылое, но незачем обижать группу. Барды старались. Не знай я, что это такие же, как все мы, школьники, принял бы их за профессионалов. Хотя механика мира им помогала, конечно. Уверен, у бардов умение играть на музыкальных инструментах и пение качаются так же, как у меня боевые навыки. Использованием.

– За ноги можешь не переживать. Есть у меня талант не наступать во время танца.

Поднявшись, я подал руку Рите и повел танцевать. Площадка быстро заполнялась парочками. Все двигались как умели, но большинство без изысков – в варианте, позволяющем максимально плотно прижаться друг к другу и дать рукам оперативный простор.

Я обнял девушку за талию, отметил, что она тоньше, чем казалось поначалу, и мы закружились в танце. Рита прильнула ко мне и положила голову на плечо. От девушки исходил легкий аромат пива и чего-то цветочного – я не знаток, но запах мне нравился.

– Ты не торопишься? – шепнула она мне в ухо.

– Прости, давай двигаться медленнее…

– Нет, я про Дис. Может…

Активирован экстренный выход: поступила внешняя команда капсулы погружения!

До выхода: 3…

– Рита, прости, кто-то активировал экстренный выход! – выпалил я, исчезая из ее объятий.

Что она ответила, я уже не услышал.

Пробыв некоторое время в темноте капсулы, я выждал, пока вернется контроль над телом. Из комнаты доносились приглушенные голоса. Интра-гель схлынул, створки разошлись, и я увидел маму.

– Алекс, я не знала, что делать… – растерянно проговорила она. – Но это важно.

Из-за ее спины вышла Тисса, и выглядела она ужасно.

Глава 14. Заведомо проигрышный спор

– Здравствуй, Тисса, – сказал я.

– Привет… – тихо ответила она, не зная, куда деть руки. – Я… у меня…

Она запнулась. Тисса попала под ливень и вся промокла, но вряд ли это ее бы расстроило. Ясные глаза девушки покраснели, на правой скуле просматривался кровоподтек, а по щекам катились безмолвные слезы. Не помню, чтобы Мелисса Шефер когда-нибудь плакала. А я ее знаю с пяти лет.

Во втором классе чрезмерно суровый отец побрил Тиссу наголо. Вряд ли мистер Шефер хотел наказать ее или сделать посмешищем, скорее это вписывалось в его представления о разумности и практичности. Ежик волос не надо часто мыть, он требует меньше шампуня, быстрее сохнет и не нуждается в расческе. Отец Тиссы вообще воспитывал дочь как мальчика и до средних классов одевал соответственно. Первый раз увидев Тиссу после летних каникул, мы засмеялись, и даже мистер Ковач не сдержал улыбки. Но девочка отшутилась, не обращая внимания на издевки.

Не плакала она ни тогда, когда вывалилась из переполненного школьного флаера, сломав левую руку, ни когда пребольно получила в лоб открытой мною дверью, ни когда третьеклассник Эд Родригез дернул ее за косы, а маленький Ханг отобрал сумку и закинул на крышу флаера.

Но сейчас в ее глазах плескались слезы. Девушка топталась возле моей мамы, прикусив губу, но не проронила ни слова, пока я спешно одевался.

– Ладно, я, пожалуй, оставлю вас, – сказала мама. – Если захотите горячего шоколада или перекусить, только скажите. Да… Мелисса, уже поздно, ты можешь остаться у нас переночевать. Я постелю тебе в гостиной на диване.

Не дождавшись ответа, мама ушла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

А я приблизился к Тиссе и молча обнял. Не знаю как, но мне удалось понять, что в этот момент лучше ничего не говорить. Она прижалась к моему плечу и разревелась, пропитывая слезами футболку.

Стояли мы так довольно долго. Крепко обняв, она почти повисла на мне, и, почувствовав, как подгибаются колени, я повел девушку к кровати.

– Давай сядем. После капсулы шатает.

Она молча кивнула. Забралась на кровать, подтянув колени к груди.

– Расскажешь, что случилось?

– Да, – тихо ответила она. – Только мне бы переодеться в сухое.

– Конечно.

Я вытащил чистую черную футболку с голопринтом Солнечной системы и протянул ей:

– Вот, возьми, я пока схожу и принесу нам что-нибудь поесть.

Оставив ее одну, я пошел на кухню. Папа смотрел новости по комму, мама суетилась у комбайна и обеспокоенно поинтересовалась:

– Как она?

– Пока не знаю. Оставил ее переодеться.

– Пицца и горячий шоколад?

– Да, отлично. Спасибо, мам.

– Будет готово через три минуты. Дождешься или вам принести?

– Дождусь.

– Тогда помогай – достань нож для пиццы… – Мама помолчала. – Давно вы стали снова общаться?

– Не очень.

– Будь с Мелиссой поделикатнее, – добавил папа. – Я слышал, у ее отца проблемы. Возможно, это сказывается на их отношениях. Она тебе нравится?

Я кивнул. Отец подмигнул, показал большой палец и снова погрузился в комм.

– Марк, я думаю, Алекс сам разберется, – недовольно заметила мама. – Но, сынок, вот что я тебе скажу. Если у девушки проблемы, и она летит за помощью именно к тебе, то это о чем-то говорит.

– Подтверждаю, – хмыкнул папа, не отрываясь от экрана.

Мама закатила глаза. В этот момент щелкнул таймер, и она достала из кухонного комбайна дымящуюся пиццу.

– Готово!

Четырьмя сноровистыми движениями порезала круг «Пепперони» на части.

– Соус?

– Нет, спасибо, мам.

Она помогла мне донести пиццу и кружки с горячим шоколадом, а там их перехватила переодевшаяся Тисса. Мы снова остались одни.

Судя по сушившимся на спинке стула штанам, на девушке осталась только футболка, если не считать нижнего белья. Как бы то ни было, ее длины хватило, чтобы прикрывать эти предметы гардероба… почти все время.

На обжигающую дымящуюся пиццу она накинулась чуть ли не с утробным урчанием. Впрочем, и я проголодался.

– Спасибо, Алекс, – прожевав первый кусок, сказала Тисса. – Мне правда некуда было идти.

– А парни?

– Парни в больнице, – помрачнела она. – Не знал? Сегодня на них напали, причем в «слепой» зоне! Отделали битами, переломали кости… Хорошо, череп никому не проломили.

– Кто? – от таких новостей я поперхнулся. – Нашли тех, кто это сделал?

– Какие-то оницо.[1] Ханг сорвал с одного маску, но ему удалось запомнить только то, что тот был азиатом.

– Установили личность?

– Алекс, нет! Я же говорила, это произошло в «слепой» зоне, а по данным контролера нападавшие вообще там не находились! Якобы парни там были одни. Конечно! И сами себя избили!

– Думаешь, это свободные?

Я имел в виду набирающее популярность общественное движение тех, кто отказался от встроенных медицинских чипов. Изначально чипы при рождении устанавливали каждому, чтобы мониторить состояние организма и вовремя оказывать медицинскую помощь. С развитием технологий «медицинские» чипы стали выполнять все больше функций, и одна из них – непрерывная слежка государства за каждым гражданином и негражданином.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Возможно.

– Ты была с ними?

– В том-то и дело, что нет! – сказала Тисса так, будто могла помешать нападению. – Они полетели одни, потому что меня забрал отец. Над свалкой их флаер неожиданно сошел с маршрута и приземлился.

– Как так?

– Ручное управление заблокировалось, а автоматическое кто-то перехватил… Алекс, это или свободные, или те, кто перепрошил чип, ведь если они могут перехватывать управление флаером, это точно не обычные хулиганы!

Ее слова меня ошеломили. Там, где есть автоматика, всегда найдутся уязвимости и хакеры, готовые ее взломать, но в обычной жизни с этим редко кто сталкивался. Сеть теперь намного прозрачнее, чем в первые годы развития, и полная анонимность стала чем-то недостижимым. Все коммы, как интегрированные в тело, так и внешние, персонифицировались и были привязаны только к своему владельцу. Без комма в сеть не выйдешь, несанкционированная попытка в тот же момент будет пресечена!

Виртполиция стала настолько мощной организацией, что количество ее сотрудников и задействованных охранных ИскИнов в разы превышало силы обычных органов правопорядка. Тем более полицейские все чаще замещались робокопами, название которым фантасты придумали задолго до появления первого прототипа.

Тисса прожевала последний кусок пиццы и виновато посмотрела на меня:

– С утра ничего не ела, со школы домой, оттуда в больницу, дома поругалась с отцом… До ночи блуждала по городу, не зная куда пойти. Еще раз – спасибо.

– Да брось, ерунда. Я вот что подумал. Всегда надо смотреть, кому выгодно. Их… – Я запнулся: у Тиссы немного задралась футболка, и мой взгляд застрял на оголенном бедре. – Их ограбили?

– Нет. Ничего не взяли. Но кто это затеял, можешь не гадать, Алекс… – Тисса вздохнула. – Избив парней, кто-то из напавших напоследок сказал, что через две точки можно провести только одну прямую. И заржал, будто выдал что-то невесть какое смешное.

– Одну прямую… через две точки… Это аксиома?

– Ты умнее, чем парни, – печально улыбнулась Тисса. – Утверждение, не требующее доказательств. Они не поняли, пока я не догадалась. Это точно «Аксиома», а если точнее – Большой По. Уэсли хренов Чоу!

– Как они?

– Я навестила их в больнице. Через день будут в порядке, переломы зарастут уже завтра. Полицейский офицер, расследующий дело, записал показания, пообещал допросить Чоу, но доказать его вину невозможно. Все это, как он сказал, очень притянуто за уши и выглядит как попытка очернить человека, с которым случился конфликт в Дисгардиуме. Да и вообще его больше беспокоит перехват управления флаером! Придурок! Будь мы выше категорией, он бы вел себя иначе! И знаешь что, Алекс?

Я с трудом оторвал взгляд от белеющего участка ее кожи, приоткрытого задравшейся футболкой. Он контрастировал с красивыми загорелыми ногами и притягивал взгляд.

– Что?

– Этот злобный мстительный идиот не остановится! Тебе тоже надо быть осторожнее!

– Как и тебе. Бездна, это нельзя так оставлять!

– И что ты сделаешь? – насмешливо поинтересовалась Тисса.

– С ним надо поговорить! Выяснить, он это или нет…

– Так он тебе и скажет!

– Признается или нет, но какие-то выводы можно будет сделать по его поведению. Я пошел…

Я вскочил с места и, на ходу снимая одежду, направился к капсуле.

– Да подожди ты, Алекс! – вскричала девушка. – Уже ночь, вряд ли он там! Завтра поговорим! Слетаем вместе к нему в школу…

Только остановившись, я понял, что снова стою перед ней в одних трусах. И на этот раз мне точно стоило прикрыться. Краска залила лицо, и я, спотыкаясь и не попадая ногой в штанину, смутился еще больше. Тисса залилась беззлобным смехом, и я бросил в нее подушкой.

– Отвернись!

Одевшись, я сел рядом.

– Повезло, что ты была не с ними.

– Может, повезло, может, нет, – она неопределенно пожала плечами. – Ко мне он относится лучше, чем к парням.

– Минутку… Так если ты была не с ними, тогда откуда у тебя… – Я показал на скулу. – Что с парнями – понятно. А что случилось с тобой?

Она помрачнела и опустила голову.

– Если ты не против, я бы не хотела это обсуждать. Я могу остаться у вас на пару дней? Вот придет отец в себя – тогда и вернусь домой…

– Так дело в нем? Он тебя ударил?

– Нет, Алекс, не выдумывай! – Тисса вскочила, схватила меня и затрясла, глаза у нее загорелись. – Не смей! Никому! Рассказывать! Ты меня понял?

– Понял.

Она убрала руки и принялась нервно ходить по комнате. Я счел за лучшее помолчать и дождаться, пока она успокоится – в реальной жизни жрица света славилась вспышками гнева и быстрой отходчивостью. Так и произошло, через несколько минут ее грудь перестала ходить ходуном, глаза – метать молнии, и девушка присела рядом.

– Если об этом узнают, папу лишат отцовства, – тихо сказала она. – Он этого не переживет! Я – все, что у него осталось. Просто у него… трудности, и в такие моменты он… Я сама виновата, наговорила ему…

– И часто у твоего отца… трудности?

– Нет, что ты! – Она испуганно вскочила. – Нет! Просто ему надо успокоиться… Прийти в себя. Так я останусь?

– Конечно оставайся! – Мысли об отце Тиссы мгновенно выветрились, едва я осознал, о чем она просит. Взбудораженный, я вскочил с кровати и заметался по комнате. – Если хочешь, можешь лечь в моей кровати, а я посплю в гостиной.

– Спасибо, Алекс. – Она чмокнула меня в щеку и зевнула, прикрывшись ладошкой. Потерла глаза. – Тогда, если ты не против, давай спать…

***

Ночь на диване в гостиной выдалась беспокойной. Сокровенные мысли крутились, наслаивались, и осознание того, что в моей постели сейчас спит Тисса, будоражило, лишало сна. К полуночи мне удалось совладать с воображением, но в голове закрутилось другое – нападение на «дементоров». Что-то в этом выходило за рамки привычного переплетения реалий нашего мира и Диса. Неужели Большой По настолько мстителен, что не погнушался криминалом?

Не сходилось. Кто такой Уэсли Чоу? Такой же подросток, как и я, из самой обычной семьи. Мы с ним даже не граждане! У нас нет денег, нет влияния, нет связей. Его клан зарабатывает неплохие деньги, но вывести их пока невозможно! Встретиться с игроками из большого Диса нельзя, и даже почта туда не ходит, так что…

Все это сводилось к одному: если произошедшее с «дементорами» – дело рук Большого По, то как он это организовал? Ведь нападающие – не простые безработные оницо, они из криминального мира. Из тех, кто не носит чипа, не стремится к гражданству и кому плевать на закон.

С этими мыслями я уснул, а едва закрыл глаза, меня уже будили мама с Тиссой. Я ощутил запах тостов и свежезаваренного кофе.

– Вставай, лежебока!

Тисса пихнула меня в плечо и рассмеялась. Она уже оделась и выглядела очень свежо, намного лучше, чем накануне. Синяк на скуле был залечен «Домашним доктором», и о случившемся ничего не напоминало.

– Поднимай, поднимай его, Мелисса! – подначивала мама. – Алекс всегда готов променять горячий завтрак на двадцать минут лишнего сна!

– Лишнего сна не бывает, мам! – заорал я, вскакивая с дивана, и побрел умываться.

Мы позавтракали без папы. Он, как оказалось, всю ночь провел в симуляции нового проекта и сейчас отсыпался. Мама, накрыв на стол, выпила с нами чашку кофе и тактично оставила одних.

– Надо лететь сейчас, – сказал я. – Прогуляем школу, конечно, но не смогу успокоиться, пока мы не решим вопрос с Большим По.

– Согласна. Летим! – Тисса была полна решимости. – Посмотрим, что скажет этот жиробас!

***

Школа «Летящие паруса», где учился Уэсли Чоу и, как вчера выяснилось, Недовес, Перевес и Кряпота, была той же категории, что и наша с Тиссой. Находилась она в другой части дистрикта, и лететь туда пришлось почти час, но в компании Тиссы он промелькнул незаметно. Понятно, что нас туда не пустили, оставив ждать Чоу на аллее перед главными воротами, причем предварительно пришлось назвать имена и цель посещения. Такие меры предосторожности стали обычными для школ после многократных случаев появления «стрелков» – тех, кто без причины убивал школьников.

Ждать пришлось долго: сначала звонка, потом самого Большого По, который мог бы и не выйти, не захоти он общаться. Но он захотел – скорее всего, просто стало любопытно. Или парень горел желанием лишний раз постебаться над нами. Из опыта общения с ним сложилось впечатление, что Уэсли никогда не упустит случая напомнить, кто на свете всех важней.

Его массивную рыхлую фигуру было сложно перепутать с чьей-либо еще, хотя я впервые видел его в реальной жизни. Мы с Тиссой одновременно поднялись со скамейки, и мне пришлось ее придержать – девушка кипела праведным гневом и порывалась накинуться на Уэсли с кулаками, от чего я весь полет уговаривал ее воздержаться.

– Надо же, кого принесло! Шеппард! Тисса! Решились вступить в «Аксиому»? Для этого не обязательно было прилетать сюда!

Руки он не протянул. Встал перед нами и осклабился.

– Говорите.

– Вчера кто-то избил Эда, Малика и Ханга, – сказал я. – Мы уверены, что ты приложил к этому руку.

– Краулер, Инфект и Бомбовоз избиты? Какая жалость… Ничего об этом не знаю. – Он развернулся, чтобы уйти. – В любом случае примите мои соболезнования.

– Ах ты, лживое дерьмо! – заорала Тисса, бросаясь на Большого По, но я ее остановил.

Уэсли удалялся, подняв руку с вытянутым средним пальцем. Оставив Тиссу, я догнал его у ворот.

– Постой, Уэсли! – Я схватил парня за плечо, но тот вырвался.

– Без рук, Шеппард!

– Хорошо. Ответь только на один вопрос…

Он демонстративно посмотрел на часы и кивнул:

– Говори быстрее, мне надо возвращаться на урок.

– Просто скажи, как это остановить?

– Остановить что? – Насмешка в его голосе сняла все сомнения. Он презрительно сплюнул мне под ноги. – Ну! Конкретнее!

– Ты знаешь.

– Знаю. И они знают, ну и что? – Он пожал плечами. – Я им говорил: сто тысяч голды – и инцидент исчерпан. Но знаешь… даже если они найдут такую сумму, я скажу, что ставка увеличилась! И потребую сто пятьдесят!

Большой По мерзко захихикал. Вот серьезно, крайне мерзко! Мне захотелось вбить это хихиканье ему в глотку, но я сдержался.

– Значит, только деньги, и даже они ничего не изменят?

– Ну… почему же только деньги? Деньги как раз таки – самое неинтересное. А вот какой-нибудь артефакт… – Большой По почесал затылок и ухмыльнулся.

– Артефакт? Легендарка устроит?

Черта с два ему, а не легендарку, мне просто хотелось вытащить из лидера «Аксиомы» больше информации, глядишь, что-то и пригодится.

– Вполне! – Его глаза загорелись, в них вспыхнуло подозрение. – Откуда у такого нищеброда легендарный предмет? Я чего-то о тебе не знаю, Шеппард?

– Погоди, я не до конца понял. Просто подарить тебе артефактную или легендарную шмотку, и ты все забудешь? Отстанешь от нас и в реале, и в Дисе?

– Скиф, да пошел он к черту! – влезла Тисса. – Не видишь, он же просто издевается!

– Нет, не подарить! – Уэсли не обратил на нее внимания. – Такой подарок просто так не сделаешь, все подобные сделки под особым контролем корпорации и обеих полиций. Знаешь, сколько было случаев шантажа и вымогательства в реале? Сколько так отмыли денег? Сколько взяток было роздано виртуальными шмотками? Нет, Скиф, это не так просто.

– Тогда как?

– Предположим, тебе есть что предложить. Тебе, потому что договариваться с Родригезом и его парнями я не буду, я им больше не верю. Но допустим, у тебя есть некий легендарный меч…

– Ага. Или маунт. Или кольцо.

– В этом случае могу предложить тебе поставить своего маунта или кольцо на кон в нашем споре. Споре, который ты проиграешь.

– Споре о чем?

– Понятно, что не о погоде. Этот должен быть спор, влекущий действие. Дуэль на Арене?

– Скиф, не вздумай! – прошипела стоящая рядом Тисса.

– О, у меня идея намного лучше! – воскликнул Большой По. – Думаю, Краулер ухватится за нее двумя руками!

– Какая? – прищурившись, спросила Тисса.

– Как насчет клановой Арены? Это будет моя последняя Арена в песочнице, и я с огромным удовольствием размазал бы вас по песку на глазах у миллионов зрителей!

Игры ежегодной юниорской Арены проводились среди песочниц. Они, конечно, были не так популярны, как Арена большого Диса, но все равно привлекали миллионы зрителей по всему миру. «Аксиома» в прошлом году заняла самое высокое место в итоговом рейтинге среди наших кланов и автоматически стала топ-кланом песочницы Тристада.

– Оставь свои влажные фантазии своей девушке, если она у тебя есть, – фыркнула Тисса.

– Боже, Шеппард, как ты ее терпишь? Она хоть когда-нибудь улыбается? – хохотнул Уэсли. – Короче, займешь со своим кланом место выше, чем «Аксиома», – я забуду про свои претензии к «дементорам». И к тебе лично, каким бы изворотливым ты мне ни казался. Не сможешь – отдашь легендарку… которой у тебя нет. Ладно, мне пора. Если что, после школы я буду в «Буйной фляге» – вдруг захочешь зарегистрировать спор…

Уэсли, насвистывая, удалился. Тисса посмотрела ему вслед и произнесла сквозь зубы:

– Перебьется, гад. Да даже если бы нам было что поставить, шансов победить нет! Вот же урод, а…

– Главное, мы поняли, что это он. Ты записала, что он говорил?

– Да… Только это бесполезно, Алекс! Он ни в чем не признался. Офицер пошлет меня вместе с записью куда подальше.

– Значит, придется спорить, – вздохнул я. – Когда там Арена начинается?

[1] Особь, не имеющая ценности для общества.

Глава 15. Пробужденные

«Ты такой же азартный, как твой отец, – любила говорить мама. – Если чем-то серьезно увлечешься, то отдаешься этому с головой и надолго… до следующего увлечения».

Сейчас я сильно увлекся Дисгардиумом. Задор и кураж наложились на злость от нахального поведения Уэсли Чоу, умножились врожденным обостренным чувством справедливости, душевной теплотой, испытываемой к «дементорам», и привязанностью к Тиссе. Но все равно, прежде чем дать сердцу принять решение, я все просчитал. По крайней мере, попытался, исходя из имеющихся данных и логических выводов.

То, что я замыслил в отношении Большого По, базировалось на большом количестве «если». Слишком большом. Для успеха должно сойтись много факторов, и некоторые из них были пока только гипотезами. И тем не менее идея потягаться с «Аксиомой» захватывала воображение.

После школы мы слетали с Тиссой к парням в региональную больницу. Мы встретились в парке, полном вековечных дубов, на безмятежной аллейке у фонтана, который, к сожалению, не работал из-за холода. Дул сильный ветер, пригибающий небольшие деревья, залезающий под одежду, заставляя поеживаться, и мы все мерзли, но внутрь клиники не шли. У Эда в голове сидел огромный таракан насчет тем, которые нельзя обсуждать в общественных местах и внутри помещений. А разговор об «Аксиоме» и Дисе возглавлял рейтинг подобных табу. Выглядели парни нормально, только Ханг немного прихрамывал.

Из их объяснений я не узнал ничего нового, кроме того, что нападавшие выглядели старше и было их шестеро. В красочном исполнении Тиссы услышав подробности нашего разговора с Большим По, Эд психанул:

– Да я этот китайский мешок с дерьмом на части разорву! Он что, совсем озверел? Еще, сука, издевается! Арена! Ага, конечно! Нашел идиотов – проще забить на Дис.

– Хорошо, что до выхода в большой мир недолго осталось… – протянул Малик. – И да, Алекс, забей ты на него. Никто нас больше не тронет, так, припугнули разок, на этом все и закончится.

– Спустить ему это с рук? – зарычал Ханг. – Хрена с два! Не знаю как, но я отвечу! Год, два, десять – неважно! Не забуду!

– До Арены мало времени, – бесстрастно заявил Эд. – Все команды с низким рейтингом поделят на группы по пять, из которых только две выйдут в плей-офф. С уровнем ниже 20-го туда никто не суется. И у нас нет шансов уравняться даже с ними, не говоря уже об «Аксиоме».

– Они так сильны? – спросил я.

– Были сильны. На прошлой клановой Арене среди песочниц Большой По был маленький, но его все равно взяли в команду запасным. Они достойно выступили, попав в топ-100. Лучше всех из нашей песочницы! С того времени в основном составе PvP-команды «Аксиомы» никого не осталось, кроме самого Полинуклеотида, – Эд выговорил ник скороговоркой, будто выплюнул. – В бою один на один ему нет равных, а ведь у него еще есть назгулы…

– Будь мы с ними одного уровня, имело бы смысл, – заявил Ханг. – Мы слажены, скоординированы, у нас огромный опыт…

– Вот только мы не одного с ними уровня, – горько бросил Малик. – Скиф – 12-го, у Краулера – 11-й, у остальных – 10-й. Год кача коту под хвост.

– Да… – вздохнул Ханг. – Даже будь у нас что поставить, выше 15-го раскачаться не успеем. И то, если круглосуточно из данжей не вылезать…

– Да пошел он в задницу! – неожиданно взорвалась Тисса. – Все, забыли! Уязвимость флаеров уже закрыли – утром в новостях сообщили. В школе мы в безопасности. А Дис… Продолжаем в том же духе! Мы больше никуда не торопимся, качаемся по мере возможности, копим ресурсы, в городе появляемся только утром, пока все в школе…

– Как крысы! – перебил ее Ханг.

Повисло тягостное молчание. Тисса ворошила носком опавшие листья, Малик обнял себя за плечи и клацал зубами, Эд щурился от ветра и грыз губы, а Ханг уселся на мокрую скамейку и вытянул ноги. Правая зажила не до конца, хотя кости уже срослись.

Я – не в силах решиться – напряженно размышлял, но потом собрался с духом и выпалил:

– Мы с детского сада знакомы. Считай, десять лет уже. Так скажите мне, Эд, Тисса, Ханг, Малик… Я могу вам доверять?

– Конечно! – синхронно ответили «дементоры».

– Короче… Есть один вариант, при котором мы можем надрать «Аксиоме» задницу…

Я замолчал. Сначала они удивленно смотрели на меня, ожидая продолжения, а потом понеслось. Малик заорал что-то ликующее, Тисса, завизжав, повисла на моей шее, а Ханг приподнялся и стукнул меня по плечу:

– Я знал! Я всегда и всем говорил: Алекс Шеппард – самый чертовски хитрожо… прости, Алекс… Самый толковый парень в нашей чертовой школе! И у него завсегда найдется сюрприз! Ведь так, дружище? – Он взволнованно встал, наступил на больную ногу и выругался.

– Алекс, ты можешь нам доверять, – сказал Эд, когда все устали радоваться столь шумно. – Но я бы хотел тебя предостеречь. Понимаешь, я, кажется, догадываюсь… не конкретно, нет, но в общих чертах. У тебя есть некий талант или квест, или абилка, не суть. Так вот, болтать об этом не нужно. Вообще.

– То есть вы просто-напросто поверите мне и будете делать, что скажу?

– Почти так, но есть нюанс, – Эд рассуждал сдержанно и размеренно. – Вечером мы уже будем дома и я распущу клан «Дементоры». Большой По ведь предлагает спорить именно с тобой и твоим кланом? Не кланом, в котором ты можешь состоять, а именно с твоим, понимаешь? Вот ты его и создашь. А подписи, которые для этого нужны, вместе с нами у тебя будут.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Не вижу разницы, честно говоря…

– Разница есть, Алекс, – вмешалась Тисса. – И ты поймешь.

***

Чтобы войти в игру, Тиссе пришлось лететь домой. Клан мы могли создать и без ее участия, но пропустить такой момент она не могла, к тому же ей хотелось быть формальным «сооснователем».

Я сидел в своей комнате и не заходил в Дис, пока не дождался ее звонка:

– Я дома, папаша спит. Через пять минут буду внутри.

– Понял, захожу…

– Алекс! Постой. К ночи он проснется и опять будет не в себе. Как закончим с кланом, я к тебе, ладно?

– Не вопрос. Ты же обещала моим…

Появился я прямо посреди танцевальной площадки таверны, где вчера танцевал с Ритой. Никого из «дементоров» онлайн пока не было, и я потащился к зданию городского совета. Там мы договорились встретиться с парнями и Тиссой, а заодно я сдам завалявшийся Глаз Мракисса.

Вечер в Тристаде радовал погодой, в особенности после промозглой сырости и ветра в реале. Темнеющую синеву, на западе подкрашенную красно-оранжевым, не затеняло ни единое облачко. Жару смягчало дыхание морского бриза, прилетевшего с побережья – того самого, где обитали наги.

К грядущим выборам в городской совет приводили в порядок центр города: улицы и площадь перед храмом Нергала тщательно подметали как неписи, так и игроки, взявшие социальные квесты, фасады домов украшали цветными лентами, на шестах поднимали флажки с гербом вольного города Тристада.

Насколько я понял, впервые в истории песочницы одним из кандидатов в городской совет стал игрок. Эд прояснил, как Полинуклеотиду это удалось: максимальная репутация с городом, со всеми городскими фракциями и отдельными уважаемыми персонажами, такими, как первый советник Уайтекер или глава купеческой гильдии Афанасий.

К сожалению Большого По, игроков со статусом «житель Тристада» было немного. По пальцам можно пересчитать тех, кто упорно фармил репу с городом, выполняя социальные квесты, вместо того чтобы искать приключений за городскими стенами, хотя это и имело смысл – репутация с Тристадом косвенно отражалась на отношении всех остальных городов Содружества. «Гости города», такие, как я, в голосовании не участвовали, иначе пост в совете можно было бы вручать Большому По досрочно. Думаю, «Аксиома» нашла бы рычаги воздействия.

Первого советника Уайтекера я перехватил, когда он уже собирался идти домой, хотя часы говорили, что до закрытия ратуши еще больше часа. Советник, над головой которого вращался вопросительный знак награждающего за выполненный квест, судя по всему, спешил.

– Скиф! Какая отрада видеть вас в добром здравии! – возгласил он, впрочем, без воодушевления. – Питаю надежду, вы не ко мне? Мне надо отойти, и я спешу.

– Добрый вечер, советник! У меня для вас отличные новости! – Я поочередно извлек из рюкзака глаз скорпиона и голову огра, сложил у его ног. – У города двумя проблемами меньше, сэр!

– Фу, какая мерзость! – поморщился Уайтекер приглядевшись. – Зло из глубин и каннибал Уот’ал? Превосходно! Отлично! Прекрасно, Скиф! Будьте добры, придержите это покамест при себе. Прошу в мой кабинет.

Мы миновали гобелен, где было изображено пиршественное застолье трех уже скончавшихся королей: человека, эльфа и дворфа, основоположников Содружества, – свернули в коридор, пропахший старым деревом и пылью, прошли его до конца и уперлись в дверь. «Питер Уайтекер. Первый советник», – гласила табличка на входе. Хозяин кабинета погремел ключами, отпер дверь и приглашающе повел рукой:

– Давайте скорее, уважаемый Скиф. Бросайте свои трофеи в корзину, а я пока отсчитаю ваше вознаграждение.

Я остановился возле упомянутой плетеной корзины размером, наверное, с мусорный бак и заглянул внутрь. Там было пусто. Надпись над корзиной уведомляла, что она означена как «Склад бессрочного хранения вещественных доказательств». Я бросил туда тяжеленную голову огра, но она не долетела до дна, исчезнув в середине пути. Некий стационарный портал? И куда в итоге падают все эти головы, клешни, глаза и прочие «вещественные доказательства»? А, плевать.

Задание городского совета Тристада «Живым или мертвым: Мракисс» выполнено!

Очки опыта: +5 000.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5 390 / 10 100.

Ваша репутация с городом Тристадом повышена: +50.

Текущая репутация: равнодушие.

Задание городского совета Тристада «Живым или мертвым: Уот’ал» выполнено!

Очки опыта: +300.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5 690 / 10 100.

Ваша репутация с городом Тристадом повышена: +5.

Текущая репутация: равнодушие.

Обернувшись, я наткнулся на внимательный взгляд Уайтекера. В руках он держал два мешочка, причем один из них даже на первый взгляд выглядел тяжелым и набитым под завязку.

– Господин Скиф, – сменившийся тон Уайтекера стал первым признаком улучшившейся репутации с городом. – Пятьсот золотых за решение осточертевшей всем, а в особенности шахтерам, проблемы с глубинным скорпидом Мракиссом. Совокупная награда, назначенная городом, возросла до двадцати пяти сотен золотых, но, как я уразумеваю, вы одолели чудовище с помощью приятелей. Они, кстати говоря, уже сдали свои Глаза Мракисса. Сколько всего имелось глаз у этой твари?

– Много, мистер Уайтекер. Бой был нелегким.

– О, поверьте мне, я располагаю сведениями. Неслучайно вознаграждение так долго ждало своих героев! Но позвольте мне закончить, как уже говорил, я спешу, а мне еще предстоит очередной брифинг с гостями, впервые попавшими в Тристад. Возьмите награду за огра-людоеда. Попортил он нервов нашим фермерам и собирателям необычных целительных трав, каковые, как назло, растут только в тех краях, где промышлял Уот’ал.

Мешочки испарились с ладони, едва я пересыпал золотые монетки в рюкзак. Таким богатым я себя никогда не ощущал ни здесь, ни в реальном мире.

– Премного благодарен, что участвуете в жизни города, Скиф, – на прощание изрек советник. – Продолжайте в том же духе, и я найду вам дело поувлекательнее, если вы заинтересованы в том, чтобы стать еще полезнее.

У входа в здание меня уже ждали «дементоры». Краулер негромко проронил:

– Протяни руку. Я вложу эпик, убери его немедленно.

Ощутив тяжесть эпического лука в ладони, я тут же убрал его в инвентарь, а затем занялся изучением характеристик:

Лук Жгучих Стрел

Эпический лук.

Урон: 28-42.

Вероятность поразить противника в дальнем бою заклинанием «Жгучая стрела», наносящим 12 единиц урона от огня.

+15 к ловкости.

+12% к шансу критического урона.

Прочность: 300 / 300.

Требуется уровень: 25.

Цена продажи: 85 золотых монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

Шикарный лук! Краулер кивнул, соглашаясь с моим невысказанным восхищением. Использовать его я пока не мог, но может, успею к Арене достичь нужного уровня? Маловероятно, конечно. А пока положу его на хранение в сундук.

– Ну что, идем? – нетерпеливо поинтересовался Инфект. – Публика местная уже пялится, опять телепортом уходить придется, а он у меня на кулдауне.

– Ничего страшного, – фыркнула Тисса. – В таверне тушки бросим, с утра уберетесь своим ходом. Давайте сделаем это скорее, у меня папаша вот-вот проснется.

– Ну, тогда ливайте из клана, – угрюмо произнес Краулер. – Ну!

– Кто первый? – осведомился Инфект.

– А, к черту, – Бомбовоз махнул рукой, и через мгновение строка о клановой принадлежности под его ником исчезла.

Его примеру последовали Тисса с Инфектом, и лишь Краулер не мог решиться. Даже тут, в вирте, я слышал, как скрипят его зубы. Палец повис в воздухе, и, переступив через себя, парень ткнул в невидимую нам кнопку выхода из клана.

В городском чате появилось скупое уведомление:

07.12.2074 18:36> Игровой клан «Дементоры» расформирован.

Из Эда Родригеза как будто выпустили воздух. Но на его лице отражались не только печаль о несбывшемся и сумрачная решимость, но и нечто большее. Надежда.

– Что нос повесили, а? – гаркнул Бомбовоз. – Не на похоронах ведь! Это просто-напросто строчка над башней. А так – мы все еще вместе! И с нами теперь Алекс!

– Да как-то… – Тисса прикусила губу. – Помните, как мы мечтали, что «Дементоры» прогремят на весь мир?

– А мы все равно прогремим! – ухмыльнулся Бомбовоз. – Да, Скиф?

– Я тебя только об одном прошу! – взмолился Инфект. – Не называй свой клан сопливо, а? Ну, знаешь, все эти «Рыцари света», «Защитники Тристада», «Лесная братва» и все такое.

– Чем тебе «Лесная братва» не угодила? – притворно возмутился Бомбовоз. – По мне, так крутое название! Только можно не лесной назваться, а поэкзотичнее – болотной…

– Заболотная братва! – расхохотался Инфект. – Может, «Реактивные засранцы»?

– Реактивные? – подняла бровь Тисса.

– Ну да! Мы же все с телепортацией – будем самыми мобильными засранцами в мире!

– Тогда уж «Джамперы»… – проворчал Краулер.

– «Шило в заднице «Аксиомы»»? – продолжали сыпать своими вариантами Бомбовоз с Инфектом. – «Теорема Пифагора»? «Парагон»? «Экзодус»?

– Ладно, хорош, парни, теряем время. Скиф, давай к писарю Карлсону, – Эд шагнул на ступеньку, ведущую в городской совет. – Десять золотых на регистрацию клана есть, Скиф?

– Найду.

– По названию – вместе будем выбирать или ты уже принял решение?

– Решил.

Моя немногословность объяснялась опасением, которое я тщательно скрывал, гадая, что произойдет, когда мы станем соклановцами. Не выведется ли им сразу информация о моем статусе?

Писарь Карлсон, только выпустивший очередную партию новеньких, облегченно перевел дыхание, обтер высокий лоб неразрушимым – в статусе так и было написано – эпическим платочком и достал из внутреннего кармана камзола серебристую фляжку, и тут появились мы. Он недовольно отставил ее в сторону и хмуро поприветствовал:

– Добрый вечер, гости Тристада Скиф, Краулер, Тисса, Бомбовоз и Инфект, – он перечислил наши имена, начиная с самого высокого уровня. – Чем обязан?

– Добрый вечер, мистер Карлсон!

– Я вас внимательно слушаю, – писарь попытался изобразить любезность. – Однако поторопитесь, ведь мой трудовой день скоро заканчивается. Цель вашего визита?

– Регистрация клана.

– Требуется три подписи лиц уровнем не ниже 5-го. – Вытянув указательный палец, он посчитал нас. – В наличии. Все присутствующие желают присоединиться к создаваемому клану?

– Все.

– Требуется уплатить пошлину за регистрацию клановой единицы в соответствующем реестре – пять золотых. И еще столько же за предоставление одного из стандартных клановых символов. Если желаете выбрать собственные цвета, символ, звуковой позывной, оформить внутриклановую почту, амулеты связи, банк, арендовать клановое хранилище, а также ознакомиться с полным перечнем клановых сервисов…

– Бери дефолтный, – шепнул Краулер. – Потом сменим за те же деньги. Сами, без этого жука, через настройки.

– Спасибо, мы ограничимся только регистрацией, – подняв руку, я вежливо не дал писарю закончить.

– Существует возможность отказаться от клановых цветов и символа. В этом случае на всех членов клана накладывается ограничение на начисление репутации…

– Нас вполне устроит стандартный символ, писарь Карлсон.

– Как знаете, – он недовольно пожал плечами. – Пять да пять – десять. С вас десять золотых.

Я протянул деньги, и монеты мистическим образом мгновенно исчезли. Вместо них перед нами открылось окно создания клана.

Регистрация нового клана требует не менее 3-х подписей игроков уровнем не ниже 3-го.

Прикоснитесь в соответствующей строке, чтобы подписать заявку.

Первый подписант (основатель и глава клана): …

Второй подписант: …

Третий подписант: …

Четвертый подписант: …

Пятый подписант: …

Я коснулся первой строки, и там добавилось: «Скиф, человек, предвестник 12-го уровня». Повторным прикосновением я подтвердил данные.

– Предвестник? Как так? – удивился Краулер, переглянувшись с парнями. – Ты же лучник! Расскажешь, что за класс?

– Без проблем, только не сейчас, – ответил я, решив отложить щекотливую тему на будущее. – Все объяснения потом.

Когда все строчки заполнились, проявилась кнопка финального подтверждения, которую требовалось нажать основателю клана. Я это сделал. Следующее окно предложило выбрать символ, который ни на что не влиял, но придавал уникальности и работал на узнаваемость. Из нескончаемого списка я выбрал вкладку «Звери» и ткнул в бегемота, распахнувшего пасть.

– Надеюсь, это не намек на то, что я толстая, – нервно пошутила Тисса.

Заключительное окошко предлагало вбить наименование клана. Я чувствовал за спиной горячее взбудораженное дыхание бывших «дементоров».

– Про… Профи? – гадал Инфект, пока я вводил название. – Бу… Пробу что?

Регистрация клана завершена.

Название: Пробужденные.

Дата основания: 7 декабря 2074.

Основатель и глава клана: Скиф.

Состав клана: Скиф, Краулер, Тисса, Бомбовоз, Инфект.

– Пробужденные! – выдохнула Тисса, когда мы оставили канцелярию, и расплылась в улыбке. – А что, мне нравится!

Она хотела сказать что-то еще, когда все пришло в движение. Парни отпихнули девушку в сторону, Инфект окинул взором помещение, выглянул за дверь и доложил:

– Чисто!

Бомбовоз схватил меня за руку, а Краулер задрал рукав моей рубахи и ткнул пальцем в запястье.

– Я же говорил! – прошипел он.

***

Уши после телепорта, как всегда, заложило. В голове еще звучал хлопок, ознаменовавший наше появление в этой части Мраколесья, когда откуда-то издалека, будто сквозь вату, до меня донесся голос Бомбовоза:

– …место. Здесь шныри Большого По нас не найдут. Только надо пройтись до лесной хижины, она у реки, никто к нам не подберется, даже черепашка-ниндзя.

– Черепашка? И ниндзя? Тебе надо заканчивать с отливом алкоголя у своего папаши! Ты бы еще «улитка-спринтер» сказал! – залился Инфект.

Этого парня вообще нетрудно рассмешить, только дай повод обнажить белоснежные зубы в улыбке.

– Так, парни, я в любой момент могу вылететь, – в который раз уведомила нас Тисса, – если отец продерет глаза и активирует экстренный выход. Не хотелось бы с ним встречаться, мне еще к Скифу лететь…

– Вот не понимаю, зачем к нему-то? Могла бы ко мне, – пробурчал Краулер, шедший вслед за Бомбовозом. – Или к парням, если ко мне не хочешь.

– Во-первых, твоя бабушка меня не любит, – начала оправдываться Тисса. – Во-вторых, отец в первую очередь ей начнет звонить, как в тот раз. В-третьих, у Малика полный дом родственников, а в таком бедламе только такие, как Инфект, могут выжить. У Ханга, кстати, не лучше, только еще вонючими специями все пропахло!

– Полегче, сестренка! – упрекнул Бомбовоз. – Когда ты пожирала димсам и свинину в медовом соусе, что-то я от тебя таких претензий не слышал!

– Да ну тебя… – отмахнулась Тисса. – А главное, я уже пообещала родителям Алекса, что еще вернусь. Дядя Марк хотел поговорить про Дис, а тетя Элен сказала, что приготовит особый ужин и бездну историй про мелкого Шеппарда. Так что выбор здесь однозначен!

Мы вышли к заброшенной хижине. По словам Бомбовоза, в ней периодически заводился рарник – Воющее привидение или Лич-отшельник (в зависимости от того, как лягут кости рандома) – но сейчас там было пусто.

– Чисто, – подтвердил Инфект, владевший прокачанным умением видеть скрытое: ловушки, западни, потайные двери и невидимок в стелсе.

– Хорошо, тогда оседаем прямо здесь, – предложил Краулер и, когда мы уселись тесным кружочком, заговорил прямо: – Скиф, извини за грубость, мы хотели сразу разрешить для себя этот вопрос, не оттягивая. Вряд ли ты бы сам нам рассказал, но теперь, когда мы знаем, что ты «угроза», я открою секрет. Поскольку мы в одном клане, это разрешено. Я тоже был «угрозой»…

Я облегченно выдохнул, ведь, после того что они увидели на моем запястье, подумал, что планам конец, а меня провели, как ребенка. К счастью, информация об уровне и потенциале им осталась неизвестна, иначе «дементоров» бы удар хватил. Они едва скрывали радость, но не оттого, что раскрыли меня, а потому что появился шанс на лучшее будущее. В подробности вдаваться не стали, но я и так понял, что говорить о подобных вещах в центре Тристада самоубийственно. Краулер попросил всех заткнуться, а Бомбовоз создал группу и утащил нас телепортом в свое, как он выразился, секретное место. Пятый уровень Глубинной телепортации это позволял.

Из повествования Эда я узнал, что в самом начале своей игры он набрел на подземную пещеру в горах. Случилось это еще до того, как стало позволено играть Тиссе, Хангу и Малику.

Накануне сошла лавина. Разбушевавшаяся стихия выдрала с корнями деревья и кустарник, перекрывавшие узкий потайной лаз, и маленький – всего-то 2-го уровня – Эд, персонажа которого в то время звали Нагваль, на него набрел. Первые дни в Дисе у каждого связаны с изучением мира, и он не стал исключением.

Парень пополз вглубь, и чем дальше продвигался, тем больше ругал себя последними словами, потому что лаз сужался, и вскоре Эд мог только двигаться вперед без шансов выползти обратно. Так он добрался до спуска, который вел в безжизненную пещеру, освещенную льющимся с потолка мертвенно-белым светом, и наткнулся на чернеющее озерцо. Поверхность была гладкая, как стекло, а брошенные камни тонули без всплеска и кругов. По словам Эда, тягучая и вязкая, как смола, жидкость и водой-то не была. Стоило Эду приблизиться, уровень озера резко поднялся, и парень еле унес ноги, разумно полагая, что ничего хорошего субстанция не принесет.

К лазу он не успел, а потому зацепился за торчавший из-под потолка камень, взобрался по стенке и там повис. Субстанция поднялась и так же быстро схлынула. Тогда-то Эд и увидел, что она оставила.

На полу валялся рассыпающийся скелет, обыскав который, Нагваль обнаружил флакон с эликсиром, переливающимся всеми оттенками фиолетового. Дойдя до этого места истории, Эд замер, а его лицо приняло мечтательное выражение. Он вздохнул:

– Глупец я был! Мне бы отложить его до открытого мира, добраться до фронтира и только потом пить. Вот бы я развернулся! Да чего теперь лить слезы, что сделано, того не воротишь!

«Соль Мефистрота», а именно так назывался эликсир, Нагваль проглотил немедленно, предполагая, что живым из пещеры ему не вылезти, и флакона он все равно лишится. А если даже выберется, может натолкнуться на ганкеров. Сначала ничего не произошло, а потом внутри будто бы вспыхнуло пламя. Нагваля начало выворачивать, ломать, конечности гнулись так, как гнуться не могли…

Так в Нагваля вселился внеуровневый демон, что дало одноразовую способность приручить, любого моба любого уровня, переселив в него демона. Демонический пет, как объяснялось в описании навыка, рос в уровнях вместе с владельцем, но с двойным коэффициентом, то есть всегда превосходил Нагваля уровнем в два раза. А погибнув, возрождался через определенное время, что превращало пета в бесплатный паровоз по инстам Дисгардиума, ведь заработанные очки опыта полностью шли хозяину.

Едва Нагваль это осознал, прошло глобальное уведомление о новой «угрозе» с потенциалом U. Эд не помнил, как выбрался из пещеры и покинул Дис, не зная, что делать. Дальше все было почти как у меня: ошеломление, письмо от корпорации, изучение информации в сети, паническое планирование и невозможность ни с кем поделиться. Положение парня осложнялось тем, что над ним повис дебаф – или баф, как посмотреть, – одержимого. Опыт набирался с удвоенной скоростью, пока демон был внутри, но по той же причине Нагваль стал походить на кого угодно, только не на человека: белки глаз залило маслянисто-черным, кожа побагровела, отросли когти, пробив сапоги и перчатки. На людях в таком виде появляться было нельзя.

Эд стал думать, кого приручить, чтобы снять эффект одержимости.

– Я выбрал Москито, – рассказывал он. – Был в то время на краю Болотины такой локальный босс – эдакий комар величиной с грузовой флаер. 25-й уровень, самый высокий, что мне был доступен в песочнице. Приручение прошло спокойно, демон только покинул мое тело, и – бац! – он уже в Москито. Комарик преобразился и стал еще кошмарнее!

– И что пошло не так? – спросил я, хорошо понимая, что чувствовал Эд в тот момент.

– Его нельзя было отозвать. Никак. Он всегда сопровождал меня, над ним красовалась четкая и понятная каждому надпись, что это мой прислужник – Демонический Москито… А, и у меня рухнула репутация сразу со всеми фракциями Содружества. До ненависти.

Дни напролет Эд проводил в пустынных областях и подземельях, фармя золото, вещи и опыт. Вот только сделать с добычей он ничего не мог, ведь путь в город был заказан. Он не имел возможности даже отправлять добытое знакомым через игровую почту, ведь стал врагом всех людей, эльфов, гномов, дворфов и прочих рас Содружества.

Это был тупик, но не конец. Оставалось тянуть время до выхода в открытый мир, а там двигать на фронтир или к темным расам. Но его заметили, и парень едва удрал. А когда вошел в Дис на следующий день, округу уже прочесывали. И все шло к устранению его как «угрозы» в ближайшее время.

Нагваль затаился в горах, в одной из тех пещер, где никогда никто не появлялся. Заходил в Дис, проводил положенное время не высовываясь и возвращался на следующий день, чтобы делать то же самое, а вернее – не делать ничего.

В очередной раз появившись, он нарвался на группу приключенцев. Демонический Москито атаковал без приказания, группа легла без единого шанса на победу, но место, где прятался Нагваль, было раскрыто. На «угрозу» началась охота.

К тому времени в Дисе уже зарегились Ханг с Маликом и вот-вот должна была появиться Тисса. И Эд решил сдаться. Но сдаться своим, чтобы разделить награду за ликвидацию. Он скинул парням ссылку на материал о ликвидации угроз, добавив, что надо прочесть и усвоить, а потом сообщил, где и в какое время им надо быть в Дисе.

Не предупрежденные об истинном статусе Эда, парни пришли в указанную точку. Москито агрился на всех, кто появлялся в зоне видимости, и его требовалось устранить заранее. Для этого хозяину пришлось помучиться. Ранним утром он пробрался в высокоуровневый данж, и Москито собрал паки мобов. Усилиями враждебной фауны подземелья демонического пета убили, и получасовой откат на перерождение создал то самое окно, когда Эд спокойно пообщался с друзьями с глазу на глаз.

При виде Нагваля парни не растерялись. Убивая несопротивляющуюся «угрозу», им пришлось повозиться, но процедура ликвидации прошла как надо. «Я изгоняю тебя из Дисгардиума навсегда!» – пафосно воскликнул Ханг, воткнув кинжал в сердце погибшего Нагваля в те несколько секунд, пока труп еще не развоплотился.

Краулер, новый персонаж Эда, названный так в память о бесконечных ползаньях по пещерам и тоннелям, получил от разработчиков немного денег, эпический плащ и постоянный бонус +10% к скорости набора опыта. А вот невольные превентивы Инфект с Бомбовозом взяли бонусы посерьезнее: фолиант магии огня, фолиант магии света, десять тысяч золотых, масштабируемый эпический меч и сходный кинжал.

В итоге это стало стартовым капиталом клана «Дементоры», к которому вскоре присоединилась и Тисса. Краулер стал огненным магом, Тисса – магом света, а на будущих классах Инфекта и Бомбовоза сказались поделенные между ними эпические клинки.

– Потрясающая история! – Я взглянул на Эда другими глазами.

– Да, я рассказал это, чтобы донести до тебя кое-что другое. Тогда, едва все закончилось, я просто помешался на «угрозах». Да все мы будто с ума сошли! Но, в отличие от превентивов, стремились не к тому, чтобы найти и уничтожить, а к тому, чтобы кто-то из нас снова ею стал. Облазили всю песочницу, совали нос в каждую дыру, надеясь найти хоть что-то подобное… Мы потратили кучу денег на информацию и вот что выяснили. Девять из десяти «угроз» в момент получения статуса состояли в клане. А от соклановцев такое не скроешь, они начинают видеть метку «угрозы» на руке. Понимаешь?

– Пока не очень.

– Слушай дальше, – сказал Краулер. – Со статусом «угрозы» возможен только путь одиночки. Если «угроза» не лидер клана, то ему сразу, еще до глобального уведомления, предлагается или покинуть его, или отказаться от статуса, заодно со всеми приобретенными способностями и плюшками. Других вариантов нет. Такая же фигня происходит, если «угроза» вступит в чужой клан: или отказ безо всяких «наград» с утерей имба-навыков или… никакого клана. Кнопка вступления просто не появится.

– Но если «угроза» – лидер клана… – догадался я.

– Тогда всякий соклановец, обнаруживший метку, сам становится «угрозой»! – не выдержал Бомбовоз. – Другие варианты не имеют смысла!

– Есть еще кое-что, – добавил Краулер. – Лидер клана, являющийся «угрозой», может принять к себе другую «угрозу». Но это на уровне слухов…

– Да ладно! И вы тоже стали?

– Не совсем так, – прохрипел Эд, отпил из фляжки с холодным чаем и разъяснил: – Мы теперь «субугрозы». А это меняет весь расклад! Во-первых, мы не можем тебя убить. Во-вторых, если тебя ликвидируют, мы не заработаем ничего, кроме штрафов за то, что не уберегли. В-третьих, если мы кому-то тебя сдадим – корпорация узнает, и нам влепят пермабан со всеми вытекающими, вплоть до понижения категории или лишения гражданства. Теперь ты понимаешь, как сильно мы повязаны? Помочь тебе достигнуть максимального потенциала – наша задача. Потому что нас наградят, только если ты достигнешь максимума. Думаю, это реально сделать уже в песочнице, ведь вряд ли у тебя потенциал выше P? Вообще, это был наибольший когда-либо полученный в песочницах. Какой у тебя в настоящий момент класс «угрозы»?

– Прежде чем я тебе что-то отвечу… Эдвард Родригез, ты как-то можешь подтвердить свои слова? О «субугрозах» и прочем…

– Легко. Загляни в закрытый пользовательский раздел игровой энциклопедии. Тот самый, куда ты, как «угроза», мог бы и сам давно заглянуть. А ты не поинтересовался, иначе бы не спрашивал, – усмехнулся Краулер.

– Нет, как-то не догадался… – Краска залила лицо. – А что…

– Ну да. Твой статус – тоже часть игрового процесса. А раз так, она должна быть описана разработчиками, но доступна только тем, кого это затрагивает напрямую. Не упрекай себя, я был таким же. Мог сэкономить клану уйму денег, если бы узнал все оттуда, а не из платных источников, когда утратил статус.

Игровая энциклопедия в разделе «Субугрозы» полностью подтверждала слова Родригеза. Бывшие «дементоры» сейчас заинтересованы в моей безопасности больше, чем я сам! Потому что я получу награды, пусть и другого размера, при любом развитии потенциала. А они – только при максимальной прокачке моего статуса. Бинго! Мои губы растянулись в улыбке.

– Текущий статус моей «угрозы»… – сказал я, записывая на видео выражения их лиц. Сохраню для истории, чтобы пересматривать, когда будет грустно. – Текущий статус: Q.

– Ого! – воскликнула Тисса.

– Круто! – кивнул Краулер. – Значит, до максимума осталось совсем немного!

– Поделим награды, прокачаем тебе нового чара и разорвем «Аксиому»! – Малик готов был танцевать от радости.

– Минутку… – самой здравомыслящей оказалась Тисса. – Алекс, а какой у тебя потенциал?

– Потенциал? A.

Все замерли, на их лицах проявились нетерпение и возбуждение.

– А что? Ну, договаривай!

– А! А у меня потенциал!

– Да мы поняли, что у тебя потенциал! Класс какой? А, а! Заладил… – Бомбовоз беззвучно шевелил губами и хлопал глазами.

– Угроза с потенциалом класса А… – прошептал Краулер. – Твою мать!

Огласивший округу торжествующий рев спугнул с деревьев ворон.

Глава 16. Саботаж

Между заброшенной деревянной хижиной, где мы сидели, и лесом не было просвета, листва молодых деревьев и редких кустов можжевельника спутывалась с ядовитым плющом, цеплявшимся за хижину. Мне показалось, что там, снаружи, что-то появилось.

Тем временем ликование бывших «дементоров» сменилось унынием – никто не представлял, возможно ли вообще раскачать статус «угрозы» до такого высокого уровня, – а потом снова безграничной радостью уже от того, что с таким имбой, как я, у них появились объективно реальные шансы утереть нос «Аксиоме». Меня забросали вопросами о возможностях класса «предвестник», и я ответил, правда не особо вдаваясь в детали. Самому бы изучить сначала все свои возможности.

Заканчивая говорить, я вдруг почувствовал, как по щеке, щекоча и присасываясь, что-то ползет. Что-то липкое и скользкое. Резко хлопнул себя по тому месту, но пальцы не нашли ничего чужеродного.

Соклановцы умолкли и обеспокоенно завертели головами. Ощущение, что мы не одни, появилось не только у меня. Воцарившуюся мертвую тишину прерывал лишь едва уловимый неестественный звук, доносящийся снаружи, на рубеже слышимости что-то слабо шелестело, будто флаги на ветру.

А потом в воздухе распространился запах падали. Сладковато-резкий, тошнотворный.

Краулер коснулся губ указательным пальцем, призывая хранить молчание, и кивнул Бомбовозу. Тот потянулся за спину. Меч, медленно выползая из матово-антрацитовых, покрытых эльфийской серебряной вязью ножен, блеснул над его головой.

– Медленно встаем, чтобы не сагрить. Бом, заберешь его, как выйдем. Инфект, сбивай касты. Тис, ты на… Короче, все, как обычно, – быстро прошептал Краулер. – Скиф, будь рядом с Инфектом, если решишь драться в мили, или рядом со мной, если стрелять.

– Лук я вчера потерял, – я покачал головой. – Утес ганкнул. Так что буду драться кулаками. Вот только с кем?

Они удивленно повернули головы, недоумевая, как «угроза» A-класса могла проиграть какому-то спустившемуся до 10-го уровня ганкеру, но промолчали.

– Лич-отшельник зареспаунился. Видимо, откатился, – объяснил Краулер. – 17-й уровень, не выше, еще не успел отожраться. Но бьет больно, вешает смертельные доты и сумасшедшие дебафы, так что фактически снизит каждого на несколько уровней. Аддов быть не должно, поэтому сразу вливаемся в босса. Все, выходим.

Мы замерли у хижины, изучая противника. Я мог бы завалить его один, причем не особо напрягаясь, но следовало отрабатывать командное взаимодействие, принимая во внимание будущие бои на Арене.

Локальный рарник, хоть и имел в названии слово «лич», совсем не походил на лича Дарго, отыгрываемого покойным Клейтоном. Отшельник парил в воздухе, его нижние конечности, больше похожие на призрачные щупальца осьминога, извивались в метре над землей. У твари было серое лицо, прищуренные желтые глаза с вертикальными зрачками и узкие щели вместо носа. Уши отсутствовали, как и рот.

Лич-отшельник, нежить 18-го уровня

Локальный босс.

Тварь оказалась стремительной: атаковала сразу, стоило Бомбовозу сделать шаг навстречу. Ее щупальца вытянулись в струну, напряглись, задрожали и выстрелили чернильными струями какой-то мерзости. Залп получился сверхточным: все наши характеристики обрушились на 30%, а танка вообще перехватило в процессе Рывка и так замедлило, что его сверхскоростное передвижение к рарнику превратилось в неторопливый шаг.

Лич распахнул пасть – оказалось, рот у него все-таки есть, безгубая щель – и невнятно заговорил. Из прогнившего отверстия потекло заклинание, он развел руки, и вся поверхность в радиусе двадцати метров задымилась коричневыми клубами. Мы стали задыхаться и кашлять, земля пошла пузырями. Скорость передвижения снизилась еще больше, ноги вязли, а лич, до которого оставалось метров семь-восемь, не собирался останавливаться. Об этом говорила замершая полоска произносимого заклинания.

Жуткий вой по нему не прошел, лишь Краулер понимающе спросил:

– Крушитель? После него ты стал «угрозой»?

Я покачал головой, но в объяснения вдаваться не стал. Самое время было подкопить чумной энергии.

– Не удивляйтесь тому, что увидите! – предупредил я, активируя проклятие нежити.

Рассказать о том, что конкретно делает меня угрозой столь высокого класса, я не успел: сначала все слишком бурно веселились, расспрашивали о классе «предвестник», а потом появился лич.

Соклановцы бросили на меня любопытные взгляды и не увидели ничего необычного. Большого урона от бьющей по площади магии рарника я не получал, а только проявившееся проклятие нежити тут же спало – здоровье восстановилось до максимума. А все потому, что Тисса сохраняла спокойствие и не прекращала хилить. Вспышки света от ее фигуры расходились кольцами и лечили всю группу.

В подобной ситуации боеспособным оставался только Краулер, заливавший босса всеми разновидностями огненной магии, но из-за слишком высокой разницы в уровнях заметного урона это личу не нанесло, а дебаф снижал усилия мага еще больше.

Я пожалел, что остался без лука, но Инфект, смекнув, что таким манером до Лича-отшельника не добраться, метнул в него кинжал. Меткий бросок сбил каст, и, вернув почву под ногами, мы с Бомбовозом и Инфектом рванули к твари.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Однако вгрызться в нее нам не удалось. Лич окружил себя непроницаемой пеленой оранжевого марева и протяжно завыл. Звук, огласивший окрестности, леденил кровь в жилах. На зов последовал ответ: из земли полезли мертвецы и скелеты, а в лесу пронзительно заверещала банши. Эд ошибался, у босса появились адды.

– Бом, забирай! Тисса, вливайся пока в босса! – крикнул Краулер. – У тебя же дополнительный урон по нежити! Скиф, что ты можешь?

– Пусть Бомбовоз не отвлекается, я беру аддов на себя! Тисса, меня не хиль!

Я снова активировал проклятие нежити и побежал по спирали, стягивая на себя мертвецов. 14-15-й уровни, обычные мобы, но много. Я крушил кости и пробивал зияющие дыры в их телах, Молотом срывая черепа скелетов и разнося в клочья гниющую плоть зомби. Криты укладывали их сразу, после обычных ударов приходилось добивать, но я не останавливался. Через минуту не осталось ни одного адда, но показались новые: до места боя добралась призванная из леса банши, а следом из кустов выскочил огромный волк.

Каратель, нежить 16-го уровня

Локальный босс.

Вассал Чумного мора.

Последнюю строчку видел только я. Это была «скрытая информация, доступная только посланнику Чумного мора».

– Твою мать! – закричал во все горло Краулер. – Это вайп! Скиф, если ты можешь что-то сделать, то самое время!

– Могу, – ответил я и побежал, набирая скорость, навстречу волку. – Каратель мой!

Эд что-то прокричал, но громкие чужие мысли заглушили его слова: «Приветствую тебя, предвестник. Ты позвал, и я пришел». Слов как таковых не прозвучало, появилось лишь понимание: Жуткий вой на короткой дистанции призывает Карателя, воспринимающего меня… нет, не как хозяина, скорее как союзника.

Волк дружелюбно ткнулся мне в плечо носом. Никаких дополнительных кнопок управления им в интерфейсе не появилось, и я не понимал, как давать команды. На мысленные он не среагировал, и я подтвердил голосом:

– Убей Лича-отшельника!

Волк прыгнул к боссу и вцепился в свисающее щупальце. Лич, определив новую угрозу как самую опасную, переключился на Карателя. Его длань зависла над лобастой мордой, заклубилась мгла, и волк душераздирающе заскулил.

Используя момент, я одним мощным Молотом врезал по башке лича, а вторым ударом перебил руку, которой тот напускал черное колдовство на волка-нежить.

Вы нанесли урон Личу-отшельнику: 635.

Очки жизни: 1 541 / 2 300.

Вы нанесли урон Личу-отшельнику: 37.

Очки жизни: 1 504 / 2 300.

Тварь заволновалась, забыла про волка и отпрянула подальше, но вырваться ей не удалось. Каратель, держа щупальце зубами, мотал башкой, стараясь его оторвать.

Воткнув очередной Молот в босса, я бросил взгляд за спину. Банши, отвратительного вида старуху в лохмотьях и с распущенными волосами, перехватил Бомбовоз и вместе с Тиссой и Краулером успешно сносил ей остатки жизни. Старуха завизжала, рассыпаясь в пыль.

Лич затеял очередное заклинание, бьющее по площади, пузыря землю и затягивая поле боя коричневым токсичным дымом, но каст не продержался даже двух секунд – Инфект оказался за спиной босса, Пинком прервал заклинание и вгрызся кинжалами в спину лича. Следом Рывком оглушил босса Бомбовоз, я вбил Молот, а световой луч и прилетевшая с неба тяжелая Длань Нергала в исполнении Тиссы заставили мертвого колдуна задымиться, а потом он воспламенился от краулеровского Поджигания. Раздирание волка довершило взрывной групповой урон. Издав шелестящее шипение, Лич-отшельник спущенным шариком приземлился и растекся по земле смоляной лужицей.

Лич-отшельник мертв.

Очки опыта: +70.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5 760 / 10 100.

Волк пихнул меня мордой в грудь. Я схватился обеими руками за его мокрую, попахивающую гнилым мясом башку. Один глаз помощника загноился, и, увидев в нем быстро скрывшуюся полоску трупного червя, я едва сдержал рвотные позывы, подумав, что в здравом уме играть за такую фракцию, как Чумной мор, никто бы не стал.

– Спасибо, – сказал я, глядя в здоровый глаз волка.

– Зови, если понадобится помощь, предвестник, – пронеслись в голове чужие мысли. – В пределах леса, если я буду поблизости, приду. Доброй охоты во имя Чумного мора!

Лизнув меня холодным склизким языком, он в пару скачков исчез за деревьями.

Бомбовоз переглянулся с Инфектом, откашлялся и осведомился:

– Этот волчара – твой пет? И… Что у тебя с лицом? У тебя кожа отваливается и видно кости черепа!

– Стоп, не отвечай, Скиф! – резко сказал Краулер. – Не здесь и не сейчас. Потом. Кто будет сборщиком лута? Предлагаю оставить Бомбовоза – у него почти двести ячеек и большая грузоподъемность. Скиф?

– Согласен. Тем более у меня с этим проблемы, не могу…

Краулер поднял ладонь, и я понял. Потом так потом.

– Заодно решим вопрос с Большим По. Предлагаю расходиться, меня сестренка ждет, соскучилась, пока я был в клинике.

– Да, мне тоже пора выдвигаться к Алексу, – согласилась Тисса.

Наш танк наклонился, чтобы подобрать лут.

– Так, с банши пыль, белый хлам и немного серебра. С лича… О, смотрите, синька!

Рука Векны

Редкий жезл.

Урон: 11-15.

+13 к интеллекту.

+4 к выносливости.

+3% к критическому урону.

Требуется уровень: 15.

Цена продажи: 11 золотых монет, 49 серебряных монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 50%.

Прочность: 150 / 150.

– Я заберу? – спросила Тисса. – Лучше той зелени, что у меня сейчас. Надеюсь, скоро пригодится.

Возражений не последовало.

– Скиф, тогда на сегодня все? – спросил Краулер. – Пока мы все не просчитаем, лучше ничего не делать.

– Могли бы пофармить лес… – протянул Инфект.

– Нет, – я покачал головой. – Краулеру и Тиссе надо офлайн, да и у меня еще есть дела.

Мы пожали руки, прощаясь, а потом один за другим вышли из Диса. Но за мгновение до сработавшего таймера я передумал, отменив выход.

До прилета Тиссы еще было время, и я подумал, что могу его провести полезнее.

Активированная Глубинная телепортация доставила меня туда, куда я и собирался.

***

Куда ни глянь – никого. На краю зрения маячила далекая стена леса из обомшелых стволов, а по остальному обозримому пространству растянулись бесконечные болота. Навык глубинного переноса страдал погрешностями, я оказался не на островке Бегемота, а немного в стороне от него. К счастью, на твердом участке.

Улучшен навык глубинной телепортации: +1. Текущий уровень: 2.

Время восстановления снижено с 24-х до 16-ти часов.

Определившись с направлением по метке на карте, я побрел через топь, по корням засохших деревьев, прыгая по валунам и камням и балансируя на пружинящем ковре из мха и ряски. Моя тканевая рубаха, разодранная скелетами и зомби Лича-отшельника, пропиталась потом и поднимавшейся от болота сыростью. Ближе к крохотному островку Спящего я погрузился в трясину с головой, безжалостно атакуя болотных тварей, они агрились, рвали меня, кусали, и чумной резервуар наполнялся, а заодно Бегемот подпитывался их жизненной силой.

– Ты пришел… – прозвучал слабый голос в голове, когда я выбирался на сушу.

При моем появлении лужица протоплазмы заволновалась и пошла кругами.

– С какой целью, инициал? Ведь храм еще не восстановлен…

– Кое-что изменилось, Спящий.

– Подойди ближе и впусти, – донесся стихающий голос.

Я дошел до лужи и поставил ногу рядом. Она втекла в меня, и в то же мгновение напротив воплотилась проекция разума – аватар Спящего бога. Кошмар во плоти.

– Большое спасибо за новых последователей, – искренне поблагодарил Бегемот. – Это росинка от того океана веры, что нам необходима, чтобы вернуть контроль над снами, но благодаря ей мы снова можем общаться.

– Вы?

– Да, мы, Спящие, чьи имена позабыты разумными этого гибнущего мира: Левиафан, Кингу, Тиамат и Абзу.

У разработчиков явно были не все дома, когда они давали такие имена. Все пятеро богов у древних народностей считались сущностями недобрыми.

– О чем ты хотел поговорить, инициал? – прогудел Бегемот. – Поддержание аватара энергозатратно, поспеши!

– Чумной мор, метку которого ты видишь на мне, поручил помочь ему с вторжением в Тристад. Это единственный крупный город на ближайшие сотни километров, и его захват…

– Его захват необходимо предотвратить! – рявкнул Спящий. – Сущность, выставляющая себя как бездумная стихия, таковой не является! О нет, это проявление темной стороны убогого Познавшего силу, называемого вами богом, и его усиление ускорит прорыв Бездны!

– Кто же этот убогий, Спящий? О ком ты говоришь?

– Кто-то из новых божков, коих развелось больше, чем может себе позволить один мир с ограниченным объемом энергии. Тот, кто пометил тебя… Его отпечаток смазан порчей, которой он подвергся. Так Бездна поглощает миры, соблазняя сильнейших еще большей силой. Что тебе грозит, если ты откажешься делать то, что требует Чумной мор?

– Потеряю все способности, которые он мне дает, Бегемот. Это неуязвимость, когда…

– Вижу! – перебил меня бог. – Когда ты пришел в первый раз, я снял слепок плетений и сделал то же самое сейчас. Ты стал сильнее. Теперь ты сам контролируешь проявление заражения… Ну-ка, ну-ка… Поразительно! Это примитивная, грубая, но действенная магия плоти, помноженная на бесконечность Бездны. И, что неудивительно, она работает только с такими же пришельцами в этот мир, как ты. Любого местного проклятие пожрало бы в считаные дни, преобразовав в бездумную тварь и полностью подчинив Чумному мору. Но не тебя! Твоя природная способность к регенерации сильнее проклятия…

– И если я потеряю эту примитивную способность, мне станет много тяжелее.

– Ты ее не потеряешь, – промолвил Бегемот. – Восстанови храм, и у меня будет достаточно силы, чтобы одарить тебя чем-то подобным.

– Мне туда не добраться в ближайшие три месяца, Спящий. Остров, о котором ты говорил, находится за пределами территории, где я – пришелец – могу находиться. А у задания Чумного мора определенный срок…

Мое нытье осталось без ответа. Последние слова я произносил в никуда. Бегемот развоплотился, оставив после себя только спокойную лужицу протоплазмы и открывшийся квест.

Доступно новое задание: «Саботаж».

Спящий бог Бегемот хочет, чтобы вы предотвратили захват Тристада Ядром Чумного мора.

Награды:

– 10 000 очков опыта;

– божественная способность «Неуязвимость Спящих»;

– божественная способность «Возмездие Спящих».

Штраф в случае невыполнения задания:

– лишение статуса «Инициал Спящих».

Конечно, от задания отказаться было никак нельзя. И мне предстояло выбрать, чью сторону принять: гниющих мертвецов, угрожающих миру смертельной эпидемией, или мутных Спящих, ни одно из имен которых, не говоря уже об облике Бегемота, не внушало доверия.

Глава 17. Меж двух огней

После того как Бегемот оставил меня одного, до приезда Тиссы я решил потратить время на фарм, благо толстых и злых мобов в трясине водилось много. По отработанной схеме я погрузился в болото и около часа геноцидил гадов, рептилий, магических шаров и мириады живности поменьше вроде кровососущих пиявок длиной в локоть.

Проклятие нежити, как всегда, не подвело. Дождавшись, пока жизнь снизится до оранжевой зоны, я активировал неуязвимость и добил опыт до следующего уровня – на пролитую кровь собралось достаточно голодных мобов.

Новый уровень! Текущий уровень: 13.

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Пять очков ушли в выносливость, самую проседающую характеристику. Из лута ничего интересного не выпало, кроме разномастных алхимических и кожевенных ресурсов, а также странных кулинарных ингредиентов.

Ядовитое филе болотного голована с кровью

Кулинарный ингредиент.

Стоимость: 27 медных монет.

Ими я и забил под завязку две ячейки инвентаря, больше не влезло, третий слот оставался занят эпическим луком. Можно было бы поэкспериментировать с Кулинарией, но без огня и котелка это проблематично. Попробую что-нибудь приготовить в таверне, если шеф-повар Арно позволит.

Получив левел ап, я выбрался на сушу. Сначала добил тех, кто вылез меня преследовать, потом дождался, пока спадет режим боя, и, оставив персонажа на островке посреди Болотины, покинул Дис.

За раздвинувшимися створками стояла Тисса и насмешливо качала головой:

– Ай-ай-ай, Алекс, променял девушку на игрушку!

Смутившись своей наготы, я присел и сменил тему:

– Ты ела, девушка? А то я голоден как волк.

– Кстати, о волке. Он часть твоей «угрозы»?

– Если честно, я так не думаю. Он не мой пет, управлять им я не могу, и даже призвать на помощь, как оказалось, его реально только в Мраколесье, и то только, если он недалеко. А вообще, к черту Дис, обсудим завтра с парнями…

Одевшись, я выглянул из комнаты и прокричал:

– Мам! Что на ужин?

За столом папы не было, он проводил вечер с заказчиком. В наш век развития виртуальных переговорных, когда люди из разных частей света могли не выходя из дома встретиться с кем угодно, просто используя капсулу, общение с глазу на глаз стало чем-то столько же редким, сколь и избыточным. Но когда дело касалось секретных проектов, серьезные люди выбирали безопасность и конфиденциальность личных встреч. Как раз на такую и полетел отец.

Мама с Тиссой сразу нашли общий язык. Тисса рассказала о том, как потеряла свою маму, моя всплакнула, и я глазом не успел моргнуть, как представительницы прекрасного пола начали шушукаться о своем, о женском, а потом вообще свалили в другую комнату секретничать. Я озадаченно почесал репу, думая, чем бы заняться, и выбрал уроки.

Закончив с ними, собрался идти отбивать Тиссу, но она вернулась сама. Закрыла за собой дверь и смущенно хихикнула. Вместо ночнушки она снова надела мою футболку, и было в этом что-то интимное. Вчера девушка промокла, но что сегодня? Заметив, куда я смотрю, она поправила задравшийся край, подошла ко мне и обняла.

– Спасибо, Алекс. За все. Вчера был ужасный день и мне казалось, что жизнь рухнула, а дальше будет только хуже. Ну, ты понимаешь? В Дисе без перспектив, а в реале… Да я и, честно говоря, не надеялась, что ты и твои родители так легко позволите мне остаться. Мы же давно не общались… Но ты сделал намного больше! Одно то, что ты, даже не зная последствий, решил нам помочь…

– Ни слова о Дисе! – Я протестующе поднял руки.

– Ладно, ладно! – засмеялась она. – А еще огромное спасибо твоей маме! Она у тебя замечательная! С ней так легко говорить…

Девушка замолчала, но я понял, что она имела в виду. Есть темы, которые девочки могут обсудить только с матерью, особенно если все твои друзья – парни. Ну а если мамы нет… Я думал об этом, продолжая обнимать Тиссу, и сердце пело от счастья, потому что она не отстранялась.

Я прервал неловкое молчание, сменив тему разговора:

– Слушай, всегда хотел спросить… А почему «Дементоры»?

– Ты знал, что Эд болел за Волдеморта? – Тисса улыбнулась. – Ему казалось, что у Гарри Поттера с его неуязвимостью к магии Лорда какой-то чит-мод, и как бы бедолага ни клепал крестражи, все тщетно… Несправедливо! А мы сразу решили, что как только выйдем в открытый мир, перейдем на сторону темных рас. «Пожиратели смерти» были заняты, так что мы выбрали другое название.

– Как-то это… мрачно.

– Сам-то! Ты видел себя в зеркало, когда превращаешься в мертвеца? И-у… – Девушку передернуло. – А вообще, светлые боги, добрые расы… Нет ни хороших, ни плохих, Алекс, тем более в Дисе, где у каждого народа своя правда. Вот назови хотя бы одну абсолютно злобную расу!

– Хм-м… Огры? Нет, эти просто дикие. Наги?

– Да, наги поддержали темное божество, но ты знаешь их предысторию? У них не было выхода! Иначе они бы вымерли!

– Демоны?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Да, демоны символизируют абсолютное зло, но! Во-первых, это неигровая раса, а во-вторых, они же искажены Хаосом! Рождаются в перенаселенном сообществе, дерутся за еду… Ими управляют настоящие диктаторы, высшие демоны – князья Преисподней. А эти, чуть что, сразу развоплощают. И как тут не быть злым?

Пока Тисса рассказывала о демонах, я вдыхал запах ее волос. Вздрогнул, когда раздался звонок открывающейся входной двери. Послышался мамин голос. Девушка обеспокоенно посмотрела на дверь, но я ее успокоил:

– Это отец.

– Дядя Марк?

– Ага. О, сейчас ты с моим папой еще ближе познакомишься, и вам точно будет о чем поговорить! Ведь он несколько лет безвылазно просидел в Дисе! Рейды водил еще тогда, когда…

Уткнувшись в шею девушки, я не видел двери, а потому смутно знакомый женский голос стал полнейшей неожиданностью:

– Привет… Алекс… Мелисса?

Медленно отстранившись от Тиссы, я обернулся. На пороге стояла едва знакомая мне девушка, распознать в которой Еву О’Салливан было дьявольски сложно. Я ошарашенно вглядывался в незнакомое лицо, подмечая результаты пластики.

– О’Салливан, ты ли это? – ахнула Тисса.

– Ева, здравствуй! Прекрасно, – протянул я, – выглядишь…

Мое замешательство было легко понять. Евины обтягивающие короткие шорты не скрывали длинные, идеально ровные ноги. Свитер с высоким горлом заканчивался под грудью и открывал плоский загорелый животик. Бюст, грозящий разорвать топ, визуально стал объемнее, но все было в меру. Я не разбираюсь в размерах, но уверен, что мне понадобились бы обе ладони, чтобы прикрыть одно полушарие. Волосам Евы изменили пигментацию: они из ярко-рыжих превратились в светло-русые.

Но наибольшим корректировкам подверглось лицо. И хоть глаза изменили цвет на ярко-синий, хирурги сохранили индивидуальность Евы, преобразив ее черты так, что девушка стала очень привлекательной. Безумно привлекательной. Я с трудом отвел взгляд, стыдясь Тиссы.

– Спасибо… – Ева ответила машинально, не сводя глаз с гостьи в моей футболке. В замешательстве я убрал руки, перестав обнимать Тиссу. – А что… вы здесь делаете?

– Ничего особенного, – быстро ответила Тисса и лукаво улыбнулась. – Разве что…

Я одарил ее взглядом, призывающим заткнуться и не разжигать, а сам вскочил и схватил Еву за руку:

– Извини, подруга, за замешательство. Присаживайся! – Я подставил стул, и она нехотя уселась на самый краешек, сложив руки на коленях. – Просто это так неожиданно! И твой визит, и… то, как ты изменилась. Нет, правда, хоть и знал, что это произошло, и общался с тобой по комму, но все равно – увидеть собственными глазами… Выглядишь потрясающе! Как твое восстановление? Как все прошло?

Ева прикусила губу. Привычки не изменишь, и я понял, как сильно подруга расстроена. Только сейчас заметил, что она судорожно стискивает небольшой пакет. Ева протянула его мне.

– Это тебе. Футболка. В темноте она отображает именно те звезды, которые в тот момент над тобой… – Ева вытащила и расправила подарок. – А если переключишь режим, будет видна Солнечная система целиком. В динамике. Вот, смотри… Прикоснись к любой планете, и она увеличится. Клево, да?

– Мне очень нравится!

– Я рада, – ответила она безжизненным голосом. – Увидела ее в сувенирной лавке лунного космопорта и сразу вспомнила, как ты любишь космос.

– Спасибо, Ева. Хочешь посидеть с нами?

– Я бы с удовольствием, Алекс, но мне кажется, я не вовремя. Не буду вам мешать. Пока, Мелисса.

Поднявшись со стула, она скользнула взглядом по Тиссе и направилась к двери. Провожая Еву, я невольно залюбовался ее походкой, высоко поднятой головой и расправленной спиной. Ей исправили осанку, догадался я. Входная дверь поднялась, выпуская гостью, а она и не думала оборачиваться.

– Ева!

Остановившись, девушка посмотрела на меня:

– Да?

– Спасибо, что заглянула. И за подарок.

– Пустяки, Алекс. Доброй ночи… А еще знаешь что? – В ее глазах застыли слезы. – Пошел ты!

***

На следующий день после школы мы впятером полетели на юго-восточное побережье. Я не понимал, почему мы не можем обсудить планы просто на улице, но соклановцы настояли.

Место выбрал Ханг, сказав, что там можно недорого перекусить китайской едой. Через сорок минут полета мы приземлились на взлетной площадке и, скрывшись под капюшонами от сильнейшего ливня, добежали до закусочной.

На улице, тянувшейся вдоль пустынного пляжа, располагались десятки кафе и ресторанов. В один из них, с иероглифами на вывеске и тесно сдвинутыми пластиковыми столами внутри, мы вошли и заняли место у окна.

– В детстве по выходным отец всегда возил нас с мамой сюда. В это время года здесь редко кто бывает, потому любой приземляющийся флаер заметим заранее, – сказал Ханг.

– И ради этого мы улетели за две сотни километров? – скептически спросил я. – Оно того стоило?

– Мы пересекли границы дистрикта, Алекс. Теперь, если кто-то из пре… кхе-кхе, – Эд как-то ненатурально закашлял, – вен… кхе-кхе… тивов засечет разговор удаленной прослушкой по ключевым словам, то они как минимум ошибутся песочницей.

Сначала я подумал, что одноклассники перебарщивают с паранойей, но вспомнив, что стоит на кону, мысленно поблагодарил их за предусмотрительность.

К нам подошла официантка – миловидная девушка азиатской наружности. Ханг сделал заказ на всех, причем по-китайски. После он сказал что-то еще, и та отошла. Вернулась с плетеной корзинкой.

– Снимайте коммы и кидайте сюда, – сказал Ханг. – Потом вернут.

Глядя на остальных, я отцепил свой и кинул в корзину. Когда официантка унесла ее, Ханг удовлетворенно кивнул и пояснил:

– Мы не знаем, с кем имеем дело. Если они перехватывают управление флаером, то вполне могут слушать нас через коммы.

– И даже после этого лучше перестраховаться, – добавил Эд. – Поэтому смотри…

Он вывел на салфетке: «угроза = гражданство, класс = категория, превентивы = учителя».

– Понял?

Я кивнул. Эд скомкал салфетку и сложил в карман.

– Хорошо, тогда рассказывай, в чем суть твоего «гражданства», и как ты получил такую высокую «категорию».

Пока я рассказывал о своем «гражданстве категории A», Эд с Тиссой делали пометки и расчеты прямо на салфетках. Периодически в их размышления вмешивался Малик, всегда славившийся математическими способностями, и только Ханг сидел, чуть прикрыв глаза и загадочно улыбаясь. Мимоходом я упомянул легендарный Свисток призыва, который поставлю на кон в споре с Большим По, и вздрогнул от того, что сидящая рядом Тисса нашла под столом мое колено и крепко его сжала.

Удивленные глаза одноклассников постоянно увеличивались, и к окончанию рассказа, когда я после Чумного мора перешел к Спящим и их бонусам, челюсти у соклановцев совсем отвалились. Краулер и Тисса сразу включили внутренних аналитиков и некоторое время хмыкали, осмысливая открывшуюся по божествам информацию. Подобрав челюсть, Эд заговорил первым:

– Потенциально направление Спящих намного перспективнее. Но! Скиф достиг предела на прием новых последователей, так?

– Откуда уже столько верующих в Спящих, Алекс? – обеспокоенно спросила Тисса.

– Не переживай, пока, кроме меня, в Спящих богов верят только неписи.

Я рассказал об изгнанном клане кобольдов-отщепенцев и о миссии Патрика, закончив с сожалением:

– Так я набрал кобольдов, и стало ровно тринадцать, включая меня. Жаль, что я пока не могу принять вас.

– Ты же не знал, что будешь с нами, – утешила Тисса. – А храм – это за пределами песочницы. Раньше выхода в большой Дис туда не попасть.

– Да, нужен храм, – заявил Эд. – Но давайте исходить из того, что реально. Если По примет спор, то на Арене особого преимущества Единство последователей Спящих нам не даст. Плюс десяток-другой к характеристикам получит только Скиф, как инициал. На Арене эта разница компенсируется одной приличной шмоткой, а мы там в зелени никого не увидим, это я гарантирую.

– Да и в синьке туда мало кто сунется, – добавил Инфект. – Разве что на отборочном этапе.

– Так что пока есть время до конца квеста Чумного мора, надо использовать его на всю катушку, – продолжил Эд. – У нас есть Камень возрождения, полная неуязвимость и сумасшедший урон Скифа. Ежу понятно, что он будет ваншотить любого босса. В плане прокачки это фантастика! Оптимальный маршрут, локации, подземелья – это все на мне с Тиссой. Просчитаем темп в соотношении время – очки опыта, определим точки с учетом респауна мобов и отката пройденных данжей. Голда – дело второстепенное, оденемся в инстах.

– Можем использовать тот план, что мы применяли сами, – заметила Тисса.

– Да, но ты забыла о скорости. С Алексом у нас будет зеленый свет и сверхзвуковые прохождения. Главное – не спалить его способности на открытом пространстве…

– Не спалим, – уверенно заявил Ханг. – У него Устойчивость на максе, он и без своих абилок может танковать лучше меня.

– Как же здорово, что его чумные удары логируются как обычные! – воскликнул Малик, отрываясь от бурого риса с курицей.

– Тисса, как твой папаша?

– Оклемался. После встречи я домой.

– Тогда приступим завтра! – заявил Эд и виновато посмотрел на меня. – Алекс, ничего, что я командую? Ты лидер…

– Но опыта у тебя больше, – ответил я. – Так что продолжай в том же духе. Но сначала смотрите, какие у меня мысли. Я вижу три важных направления нашей деятельности. Первое, насчет кача. Инсты инстами, но если они постоянно будут на техническом обслуживании, это вызовет вопросы. Рано или поздно кто-то сложит два и два. Поэтому предлагаю зафармить Болотину. Есть что-то, что поможет нам не утонуть? Мне-то все равно…

– Зелье хождения по воде, – быстро сказала Тисса. – Стоит серебряк за стак, начальное у алхимиков. Аук им забит.

– Отлично. Насколько я знаю, в Болотину почти никто не ходит. Так, делают квесты на границе у лагеря Охотников на монстров, но вглубь не лезут. А мобы там высокоуровневые.

– Ох, складывать нас там будут, Алекс, – поморщился Ханг. – Ты уверен? Там же паки сумасшедшие, сагришь один – пол-локации сбежится! Мы туда не совались даже до конфликта с «Аксиомой», а теперь на наших уровнях…

На несколько секунд все утихли, только челюсти работали, перемалывая пищу.

– Надо попробовать! – поддержал меня Малик. – Кто знает, может, мы разыщем там новый инстанс? Да и потом, ну ляжем, и что? Алекс поднимет Тиссу, а она – остальных. Что мы, не вайпались никогда? Помните, как «Зло из глубин» траили? Не ленились же бегать от точки респа! А тут все условия: бессмертный танк-ваншотер с Камнем возрождения! Это же мечта донатера!

– Ладно, примем как вариант, – резюмировал Эд. – Алекс, что второе?

– Храм. Без него количество адептов ограничено, вы знаете. Но я бы все-таки ставил его одним из важнейших приоритетов.

– Квест Спящих важен, согласен. Но добраться на тот остров пока нереально, в океане сработает Изнеможение. Пока не выйдем в открытый мир, о храме можно забыть. Да и где мы возьмем строителей? И даже если восстановим храм, как набирать адептов в песочнице? Это сразу привлечет внимание «учителей», – он согнутыми пальцами изобразил кавычки. – Что дальше?

– Арена, – сказал я. – Вечером я встречусь с Большим По. Один, не стоит его лишний раз нервировать вашим появлением. Так вот, я поставлю своего Призрачного волка, стоимости которого хватило бы, чтоб оплатить часть учебы. Как будем отрабатывать тимплей, чтобы я его не потерял?

– Он у нас отработан, – заявил Ханг, палочками подцепляя последнюю рисинку в тарелке. – Осталось вписать туда тебя.

– Впишем, – уверенно сказал Эд. – Нам вообще всю тактику надо будет пересмотреть, ведь Скиф не просто дамагер. Но сначала, Алекс, недельку побегаем вместе – я присмотрюсь к твоему стилю боя, изучу характеристики. Нам мало выигрывать. Нам надо выигрывать так, чтобы никто не догадался о твоем «гражданстве».

Глава 18. Равноценная ставка

Домой я вернулся к вечеру. Посидел с родителями, пока они ужинали, поклевал немного из тарелки, выслушивая мамины причитания о «бедной девочке» Тиссе и о том, чтобы я не смел ее обижать, а потом нырнул в капсулу.

– Ты пришел… – простонала протоплазма Спящего.

– И ушел, – ответил я, активируя Глубинную телепортацию. – Увидимся, Бегемот!

Оказался я, к сожалению, не в Тристаде и, к счастью, не в локации Олтонских каменоломен. В Мраколесье, недалеко от города. Добрался до него я без приключений и, пройдя ворота, направился в «Буйную флягу». На центральной площади, заметив указатель оружейного квартала, я вспомнил про неосвоенные приемы Безоружного боя и решил, наконец, встретиться с наставником.

Найти нужное здание, затерявшееся среди массы похожих, оказалось непросто. Зазывалы, заглушая друг друга, кричали о непревзойденных наставниках и скидках, а вывески пестрели рекламой. Я заметил школу мечников мастера Кирито, академию – я не шучу, она так и называлась, – искусства боя на топорах прославленного мастера Фигли, дворфа, судя по выгравированному на вывеске портрету, а также конкурирующие магазины бронников, оружейников и кузнецов разного уровня мастерства и на разные кошельки.

– Не подскажете, где найти школу безоружного боя? – спросил я у зевающего стражника Малоуна. – Мастера зовут, кажется, Сагда.

– Тебе-то он зачем, оборванец? – Он покосился на мои лохмотья. – Тебе портной нужен! И баня!

– Хочу научиться драться. – Я был воплощением терпения. – Так где я его могу найти?

– Это который бьется на кулаках? Бу Сагда? – хохотнул Малоун. – Он закрыл школу. Клиентуры нет, так что Бу зарабатывает не наставничеством. Ищи его или на заднем дворе таверны, где Ташот проводит подпольные бои, или в Доме удовольствий мадам Лакиши. Он там подвязался вышибалой. Хотя тебе туда рановато, парнишка. Не отросло еще кое-что. Если хочешь, я могу сам проверить, там ли сейчас Бу. Но… – Стражник склонился и зашептал: – Ты же понимаешь, там вход не бесплатный. Золотой компенсируешь?

– Спасибо, я как-нибудь сам.

Дом удовольствий… Заветная и пока недостижимая мечта многих, попавших в песочницу. О нем ходили легенды, но никому из игроков побывать там не удалось. Мы просто не могли зайти: отбрасывала невидимая пелена в дверях, и срабатывало предупреждение о возрастном цензе. Что интересно, ни у кого не возникало вопросов, зачем такое заведение в песочнице. Как бы там ни было, Тристад считался развитым городом, где обитали неписи, живущие полноценной жизнью, и рабочие, которым и в таверне подавался настоящий эль. Им-то в Дом удовольствий позволялось входить, только плати.

Искать мастера я решил завтра, как и экспериментировать с Кулинарией. Сейчас важнее проблема с Уэсли Чоу. Поднявшись в личную комнату, я скинул лут, достал из сундука Свисток призыва и направился в общий зал, где веселье шло полным ходом.

– А ну-ка, крошка, подай мне еще пива! – перекрикивая музыку, заорал бородач у барной стойки.

Он пританцовывал под энергичные гитарные риффы, воспроизводимые тройкой бардов, среди которых была милая девушка с голосом поразительной чистоты. Нежно допев куплет о юной разбойнице, безответно влюбленной в бессердечного рейд-лидера и решившей привлечь внимание парня лиройдженкинством, она набрала побольше воздуха, выпучила глаза и во все горло совершенно немелодично захрипела:

– Это вайп! Вайп, вайп, вайп! Получай! Вайп, вайп, вайп!

От такого резкого перехода бородач вздрогнул, а потом вскинул кружку с пивом и принялся размахивать в такт припеву. То ли песня понравилась, то ли тема вайпов была ему близка.

По таверне растекались аппетитные запахи жареного мяса, свежей выпечки, пряных трав и эля. Официантки носились по залу, как расторопные белочки, за ними строго присматривал хозяин заведения Ташот, немолодой чернявый мужчина с пузом и блестящей проплешиной. К нему регулярно подходили разные люди, причем и игроки тоже, и тогда Ташот доставал пухлый потрепанный блокнот и делал записи.

В дальнем углу в окружении офицеров «Аксиомы» сидел Большой По. Вообще, судя по его манере игры, он гораздо больше времени уделял стратегии и управлению, нежели собственной прокачке. Впрочем, одно другому не мешало.

Я остановился у столика, накрытого Куполом безмолвия. Полинуклеотид кивнул, дав понять, что заметил меня, и продолжил говорить. А потом ткнул в меня пальцем, беззвучно расхохотался, и его веселье поддержали остальные аксиомовцы. Вытирая слезы, Большой По поманил меня рукой. Купол исчез, и я сел на свободное место.

– «Пробужденные»! Он реально создал свой клан, парни! Ну здорово, Шеппард! Я смотрю, ты не тот человек, что бросает слова на ветер. Готов спорить? – Он ухмыльнулся. – Только я не спорю с нищебродами, ты уж извини…

– Перестал отвечать за слова, Уэсли? – поинтересовался я. – Бросаешь их на ветер?

– Нет, что ты… – Он не смутился. – Но я однозначно дал понять, что ставкой приму только предмет качеством не ниже легендарного. А судя по твоему виду, у тебя нет денег даже на зелень, так что…

– Вот моя ставка! – Я продемонстрировал легендарный Свисток призыва и дал им считать показатели, после чего вернул в инвентарь. – Ну что, спорим? Призываем Арбитра?

Об Арбитрах – специально выделенных ИскИнах, отвечающих за разрешение спорных ситуаций, – мне рассказал Эд. Он же скинул в почту заготовку соглашения, и сейчас я бросил ее Полинуклеотиду.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– А ты везучий, Скиф! – воскликнул он. – Ну надо же, где ты его выбил?

– Там уже нет. Изучи текст.

Парень побуравил меня взглядом, но сюрпризов не дождался. Картинно вздохнув, начал читать.

– Какой продуманный… сукин сын, – задумчиво сказал Большой По. – Ирина, Джей-Джей, ознакомьтесь. Принимаем?

– На весь срок действия спора клан «Аксиома» обязуется снять преследование с каждого члена клана «Пробужденные» как в Дисгардиуме, так и в реальном мире… – процитировала Ирина. – Они пытаются нас развести. Тянут время, По. Три недели до старта отборочных, потом полмесяца Арены…

– Ну как сказать… – Уэсли машинально потер лоб. – Дорого им обойдется этот выигрыш времени. Ладно, беру ответственность на себя. Что делать с маунтом, решим потом. Может, я его выкуплю у клана для коллекции.

Он переглянулся с офицерами, в ответ получил кивки и отчетливо, глядя в потолок, произнес:

– Я, Полинуклеотид, призываю Арбитра для регистрации спора между мной и игроком Скифом.

Над столом с тихим гудением воплотилось пылающее синим Око – внеуровневый Арбитр, фиксирующий сделки между игроками.

– Предмет спора?

– Итоговая позиция кланов «Аксиома» и «Пробужденные» в предстоящей Арене. Если «Аксиома» займет место выше «Пробужденных», игрок Скиф обязуется передать мне Свисток призыва легендарного Призрачного волка. С момента регистрации соглашения клан «Аксиома» обязуется прекратить преследование членов клана «Пробужденные». Полный текст соглашения прилагается.

– Процесс регистрации спора активирован, – хрустальным голосом объявил Арбитр. – Изменение предмета спора невозможно. Сторона, инициирующая расторжение соглашения, объявляется проигравшей. Условия спора проанализированы и признаны неравноценными. Игрок Полинуклеотид, пожалуйста, подтвердите, что данный спор не является следствием воздействия на игрока Скифа в другом мире или способом нелегальной передачи ценного артефакта.

– Ни в коем случае! – воскликнул Большой По. – Арбитр, все в рамках игрового процесса! Наш клан имеет превосходство в силе и развитии, и с кем воевать, а с кем нет, мы выбираем сами! Ведь это одна из целей прогресса клана! Скиф предложил прекратить войну, и я согласился в том случае, если его клан окажется лучше нашего на Арене. Если выйдет иначе, я бы хотел получить компенсацию за то, что даю им передышку.

– Отклонено. Игрок Полинуклеотид, это финальное предупреждение. Желаете сделать равноценную ставку или признаете себя проигравшей стороной?

– Ирина, быстро в хранилище! – Уэсли треснул кулаком по столу, опрокидывая бокал со сливочным пивом. – Принеси любую легендарку подешевле…

– У вас десять секунд, – бесстрастно объявил Арбитр. – Девять… Восемь…

На Большом По лица не было. Трясущимися руками он стал выгребать из инвентаря эпики, тем же самым занялись офицеры клана, но на каждый выложенный предмет Арбитр непреклонно изрекал:

– Отклонено. Стоимость неравнозначна. Четыре… Отклонено… Три…

И тогда клан-лидер надвинулся на Джей-Джея и рявкнул:

– Доставай горн! Резче! – Бард не среагировал, и Большой По взмолился: – Пожалуйста! Джей, под мою ответственность!

Сделав страдальческое лицо, Джей-Джей нехотя выложил на стол:

Горн распорядителя Арены

Легендарный музыкальный инструмент.

Уникальный предмет.

+20% ко всем характеристикам всей группе.

Использование: Призыв огров-гладиаторов, которые будут сражаться за вас до конца боя. Уровень огров всегда выше уровня призывателя на 3.

Восстановление: 24 часа.

Только для класса «бард»!

Шанс потерять после смерти снижен на 100%.

– Ставка принимается. Спор зарегистрирован. Ставки будут изъяты до завершения сделки и выданы победителю. Удачи.

Арбитр исчез вместе с двумя легендарками, оставив после себя затихающий звон хрусталя. Взмокший По сидел с разинутым ртом.

– Капец… – донеслось от кого-то из офицеров «Аксиомы».

– С тобой приятно иметь дело, Полинуклеотид. – Я встал из-за стола, пожал пухлую руку Уэсли. – Хорошего вечера!

Выбравшись из-под Купола безмолвия, я направился в противоположный конец зала. Сделку стоило отметить.

Глава 19. Мастер Сагда

Отвалив подальше от штаб-стола «Аксиомы», я ненадолго остановился у барной стойки и покрутил головой, выискивая знакомых. Бывшие «дементоры» в Дис пока не вошли, а потому компании на вечер у меня не было.

Звякнуло уведомление, что Тисса зашла в Дис, а через мгновение в клановом чате появилось ее сообщение: «Ну как?». О чем она спрашивает, догадаться было несложно, так что ответил я сразу: «Он принял условия! Подробности завтра». Тисса отправила довольный смайлик и тут же вышла из игры. Видимо, чтобы сообщить мой ответ парням. Каждый из них старался провести этот вечер с близкими, потому что следующий месяц, за вычетом времени на сон и учебу, нам предстоит прожить в Дисгардиуме.

За дубовыми столами вовсю веселился народ – как неписи и игроки, так и неграждане. Парочку я узнал, и губы невольно растянулись в улыбке.

В дальнем углу зала сидели мои старые знакомые из Калийского дна: рудокоп Мэнни, за которого я вступился перед Утесом, и Трикси. Все неграждане, Трикси не исключение, выглядели в Дисгардиуме как в реале. Старый знакомый болтал ногами и бешено махал руками, стараясь привлечь мое внимание. Я сделал ответный жест и направился к ним.

Семеро работяг запивали жаркое темным дворфийским элем и зыркали на томную красотку из неписей. Мэнни представил меня своей бригаде, напомнив, что я для него сделал, и их отношение заметно изменилось. Мне пылко пожали руку, похлопали по плечам, а соскользнувший с места Трикси устремился за еще одним стулом – для меня.

– Сядешь с нами, Алекс? – спросил Мэнни. – Извини, что не предлагаю выпить, ты же знаешь про эффект возрастной адаптации…

– Это когда твой алкогольный эль в моих руках преобразуется в сливочное пиво?

– Ну да, типа того. – Бригадир рудокопов кликнул официантку и сделал заказ. – Причем даже если оно останется в моих руках, а ты просто отхлебнешь, напиток поменяет свойства. Так что не будем переводить продукт.

– А почему вы не выпиваете в реале? Там дороже?

– Да не особо, – нахмурился Мэнни. – Здесь на все аналогичные блага цивилизации цены не ниже. Казалось бы, продают цифровой код, проекцию моего разума… Вот ты знаешь, что со мной делает это дворфийское пойло? – Мэнни поднял бокал. – Вирткапсула просто активирует нужные участки мозга, имитируя воздействие алкоголя. Но суть в том, что эффект настоящий. Такой же, как от реального бухла, только нет вреда для организма. Понимаешь? Без побочных эффектов вроде перегруженной печени, интоксикации и похмелья.

– Ваш заказ. Сливочное пиво. – Официантка, отыгрываемая Джерси Локателли из нашей школы, поставила передо мной кружку.

Я сделал несколько больших глотков и слизнул с губ сладкую пену.

– Как твои дела, Алекс? – спросил Трикси. И добавил: – А я теперь рудокоп!

– Я знаю, Трикси. – Я улыбнулся. – Дела у меня хорошо. Как дедушка?

– А… – Карлик махнул рукой. – Ворчит. Все ему не так. Велел передать тебе привет, если встречу. Передаю.

– Сдает старик Фуртадо, – вздохнул Мэнни. – Ладно, не будем о грустном…

Его перебил знакомый и несколько удивленный голос Риты Вуд:

– Скиф? Это ты?

– Привет, Перевес! – обернувшись, ответил я. – Хочу извиниться за тот танец… Мама активировала экстренный выход.

– Я так и поняла. Надеюсь, ничего страшного? Все хорошо?

– Да, все нормально… – Я замялся, и с ней хотелось пообщаться, и бросать на полуслове разговор с Мэнни и Трикси было некрасиво.

– Если что, я здесь, – сказала она. – Вон за тем столиком. О боже, Кряпота уже пишет мне в личку, чтобы я тебя пригласила. В общем, будет желание – присоединяйся!

Похлопав меня по плечу, Рита удалилась. Я мысленно поблагодарил ее за то, что не стала акцентировать внимание на том, с кем я сижу за одним столом. Это, мягко говоря, считалось странным.

– Мэнни, – я вернулся к беседе с бригадиром, – а чем ваши капсулы от обычных отличаются?

– Ха! – воскликнул он. – Ну ты спросил! Да всем! Наши рабочие гробы заточены только на Дис, бесплатно выдаются самим «Сноустормом» для поддержки неграждан. И знаешь, что это значит?

Я помотал головой, и Мэнни ответил:

– А то, что персонаж, вошедший через подобную капсулу, – это отдельный класс. Не игрок, не NPC, это чертов работяга! Опыт не капает, соответственно, уровни не растут – это раз. Боевые навыки отсутствуют – это два. А значит, прокачивать можно только ремесленные и добывающие профессии – это три. Хвала всем богам, что нам хотя бы оставили полное восприятие. Но у этой медали есть и обратная сторона – болевые ощущения имеют стопроцентную передачу. Так что хочешь не хочешь, а единственное, что остается, – это трудиться.

– Или в данже сидеть, – встрял Трикси.

Мэнни шикнул и дал карлику подзатыльник.

– Тебе сколько раз можно повторять, чтобы ты держал рот на замке, Вератрикс? – зашептал он.

– Так Алекс знает, – пожал плечами карлик.

– Да? – в свою очередь удивился Мэнни. – Но здесь не только он, балда!

Возникшее неловкое молчание я прервал давно интересовавшим меня вопросом:

– Мануэль, а что вам мешает приобрести нормальные капсулы? Смогли бы качаться, играть, как все, и зарабатывать фармом…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– После выхода из песочницы для неграждан, а это… – помрачнел Мэнни. – А, к черту, вряд ли тебе это интересно. В общем, ничего не мешает, формальных запретов нет. Только цена. На капсулу самой низкой категории мне, бригадиру, при том, что я получаю на 10% больше остальных, зарабатывать лет двадцать. А ведь надо семью кормить…

– А были прецеденты? Может, кому удавалось?

– Удавалось, конечно, – пожал плечами Мэнни. – Но это как лотерея, понимаешь? Среди миллиарда всегда найдется несколько тысяч тех, кому повезет. Вот, например, несколько лет назад в Калийском дне жила такая Рейчел Кесслер. Работала мойщицей посуды в таверне, сблизилась с поварами. Они с мужем во всем себе отказывали, копили на капсулу… Скопили – но это только начало. Не так просто отбить даже эти вложения. Ну она, значит, припомнив свой опыт, освоила кулинарное ремесло. Поначалу скупала у нубов ингредиенты: кроличье мясо, ягоды, оленину, – ну, знаешь, то, что в нубятниках каждый игрок фармит. Потом им же, только уже в виде еды, продавала фактически по себестоимости. Так и прокачивала профессию. Экспериментировала, конечно.

– А я помню тетю Рейчел! – похвастался Трикси.

– Помнит он… – усмехнулся Мэнни. – Кто же ее не помнит? Сейчас в Даранте у нее свой ресторан, а ее фирменными блюдами бафается большинство топовых кланов! Ну и, конечно, гражданство получила – ты же знаешь, что успехи в Дисе приравниваются к реальному миру? А у Кесслер одних легендарных рецептов, ею изобретенных, три десятка! Сейчас, может, и больше…

После разговора с Мэнни я, помахав рукой Рите с Кряпотой, жестами показал, что скоро вернусь, и направился в кухню таверны. История Рейчел Кесслер вдохновила, и я решил подтянуть ремесло, ведь грядущей клановой прокачке поможет каждый бонус, который даст правильная еда.

Но из зала выйти не успел. Музыка вдруг затихла, и на сцене появился хозяин заведения Ташот. Он начал говорить, и я, заинтересовавшись, вернулся.

– Уважаемые жители и гости Тристада! – важно надувшись и артистично жестикулируя, объявил Ташот. – Напоминаю, что сегодня наша очередная еженедельная индивидуальная мини-арена, турнир «Буйной фляги»! На данный момент зарегистрировано только семь участников, и нам нужен еще один боец! Вступительный взнос – сто золотых! Победитель получает все! – Он откашлялся и добавил: – За вычетом небольшой комиссии организаторам. Напоминаю, что арбитр турнира – неподражаемый мастер безоружного боя Сагда!

Возле Ташота незаметно очутился невысокий обнаженный по пояс мужчина в широких штанах. Его длинные черные волосы были заплетены в косичку, кончик которой опасно поблескивал. Он крутанулся на месте, оторвался от сцены и провел ряд молниеносных ударов руками и ногами, зависнув в воздухе. Затем поклонился, сорвав аплодисменты. То, что продемонстрировал мастер Сагда, напоминало магию – траектория ударов полыхала затухающим синим огнем, а от точек пространства, пораженных кулаками мастера, расходились концентрические круги.

– Напоминаю, что принимаются ставки! – поаплодировав арбитру турнира, сообщил Ташот. – Их вы можете сделать у любой из наших девочек или лично у меня. Старт турнира через полчаса на заднем дворе!

Сквозь рассаживающихся по местам игроков, часть которых ломанулась к Ташоту делать ставки, я продрался к мастеру Сагде, занявшему отдельный столик. Закрыв глаза, он с наслаждением опустошал бокал с темным элем, заливаясь им, как путник, несколько дней проведший в пустыне.

– Мастер Сагда, добрый вечер! Могу я с вами поговорить?

Он недовольно отставил бокал и обернулся. Его лицо не выражало ничего хорошего.

– Я ставки не принимаю, лучник. Обратись к владельцу этого притона или к одной из его девиц.

– Я насчет обучения безоружному бою…

– А! – понимающе воскликнул он. – Так ты из этих, лучник? Слыхал я, что есть придурки, осваивающие все виды боя. Глупцы! Нет смысла изучать что-то еще, не освоив одно, а освоить одно невозможно даже за несколько жизней! Дилетанты! Терпеть не могу таких! Так что исчезни с моих глаз!

Язык у него не заплетался, но этот тип пьяного мышления я знал. Бывают люди, что строят предположения, развивают их и выносят вердикт, даже не попытавшись разобраться. Как моя мама, например, выпив вина, спросит что-то, сама ответит и, базируясь на этом, приходит к выводу, не имеющему отношения к теме разговора. «Алекс, ты обедал в школе? Конечно же нет, и до добра это не доведет! Ты понимаешь, что ты не даешь растущему организму необходимые для развития элементы?» И даже ответ: «Мам, я обедал!» – ничего не изменит.

Хоть передо мной не человек, а NPC, но ИскИн развил у него именно такой характер.

– Еще эля! – заорал Сагда, грохнув пустым бокалом по столу. Он нахмурился сильнее, заметив, что я не ухожу. – Ты тупой?

– Вы какой-то непозитивный, мастер Сагда. За долгое время к вам впервые пришел настоящий ученик, и вы его проглядели, заливая глаза дешевым пойлом в таверне. Здесь ваше место? Вам действительно нравится роль арбитра в показных боях на потеху публике?

Сагда окинул меня холодным, как бозе-эйнштейновский конденсат, взглядом. Мне стало не по себе, и я уставился на свои босые ноги, чувствуя, как в горле поднимается комок необоснованного страха. Нет причин бояться мастера, не так ли? Но мне почему-то очень захотелось взять свои слова обратно.

А в следующее мгновение пол ушел из-под ног, и я приложился затылком о пол – в локте от моего лица, кривя губы, шипел мастер:

– Ты, помесь осла с кобольдом, совсем потерял рассудок, если думаешь, что можешь безнаказанно говорить мне такое!

Мужик изрыгал проклятия, брызжа слюной, но я улыбался. Он мог говорить что угодно, но плюс пять очков к репутации с мастером однозначно свидетельствовали: я до него достучался. На шум прибежал Ташот:

– Этот гость вам докучает, мастер? – поинтересовался владелец таверны.

– Нет, все нормально, – подумав, ответил Сагда. – Небольшая демонстрация силы этому недоверчивому юноше, господин Ташот.

Усмехнувшись, толстяк немедленно удалился. Мастер помог мне подняться, протянув руку, и вернулся за стол. Я набрался наглости и сел напротив.

– Что? – Он поднес кружку с элем ко рту, но не стал пить, глядя на меня поверх пенной шапки.

– Научите меня драться, мастер!

– Я не обучаю стрельбе из лука, лучник! – Последнее он выплюнул с таким презрением и хлещущей ненавистью, что можно было подумать, кто-то из стрелков увел у него невесту.

– Мой навык боя без оружия намного выше, чем стрельбы. Разве вы, с вашим огромным опытом, не понимаете, что нельзя судить человека по первому впечатлению?

– Боги не ошибаются, а их подсказка говорит, что ты лучник, – уже спокойнее проворчал мастер и снова присосался к кружке. Отпив половину, он вернул ее на стол. – Но даже если ты не тот, за кого себя выдаешь, я завязал с наставничеством. Ищи себе других учителей.

Он жестом велел мне испариться, потеряв всякий интерес к разговору, и начал подпевать песне, звучавшей со сцены. Женская бард-группа исполняла вечный хит этого мира о ганкерах, подошедших из-за угла.

– Посмотри на звезды, посмотри на это небо… – ужасным и проникновенным голосом тянул Сагда.

Бездна! Если я с задранной харизмой и навыком убеждения так с ним мучаюсь, как справляются другие? Или этот NPC окончательно сменил профессию, и теперь ИскИн просто выдумывает причины, чтобы отшить меня? Об этом говорила и подпись под именем: никакого «Наставника безоружного боя», как, например, у охотника Конрада, обучавшего меня стрельбе из лука.

– Сто золотых, – привел я последний довод. Эта сумма превышала ту, что я отдал охотнику, ровно в сто раз. – Научите меня приемам.

Сагда протяжно рыгнул, всхрапнул, хохотнул и посмотрел на меня с нескрываемым одобрением.

– Ты как тот репей, что прицепился ко мне в степях Харестана, лучник. Вырывать пришлось с мясом, а потом весь день выковыривать застрявшие шипы. Чему мне тебя учить? Как бить кулаком? – Он вытянул руку. – Учу бесплатно, цени! Показываю: собираешь пальцы в кулак, замахиваешься, резко на выдохе выпрямляешь руку, целясь вот этими двумя костяшками в нужное место. Гони сотню!

– Я серьезно, мастер.

– Тогда и я серьезно. Докажи мне, что стоишь того. Ты еще успеешь записаться на турнир, а деньги, судя по щедрым обещаниям, у тебя в наличии. Нам как раз нужен восьмой. Бои на вылет, выиграй хотя бы в одном.

– И тогда вы обучите меня?

– Всему, чему ты в состоянии обучиться на этом уровне развития. А ты способен на многое, как мне подсказывает чутье, так что за все – пять сотен. А если тебя что-то не устраивает…

– Меня все устраивает. Уговор? – Я протянул руку.

Моя репутация с ним подскочила еще на десять очков. Все еще равнодушие, но даже в рамках одной степени репутации это имело значение. Он с размаху пожал мне руку, да так крепко, что у меня из глаз брызнули слезы.

– Иди записывайся, – удивленно хмыкнул он, поняв, что я не собираюсь визжать от боли. – Посмотрим на тебя в деле… лучник. И имей в виду, никакого лука и стрел. По крайней мере, не в качестве основного оружия. Как я уже говорил, я не учу стрельбе.

Глава 20. Деритесь!

Я слегка переживал, что бои увидит кто-то из «Аксиомы», но их столик уже опустел. Не тот уровень, похоже.

До начала турнира оставалось минут десять. Я изучал вывешенный на стену список соперников. На грифельной доске мелом была нарисована сетка из восьми участников от 13-го до 15-го уровня. В 1 / 4 финала меня ждал бой с шаманом-воздушником 14-го уровня Джаспером.

– Сноси его тотемы, – проговорил за спиной мастер Сагда. – Если он поставит три, можешь сдаваться. Он станет в три раза быстрее, обзаведется воздушным щитом и элементалем, который не только тебя замедлит, но и будет прилично долбить издалека Воздушным рассечением…

Когда я оглянулся, Сагда, насвистывая, уже беседовал с Ташотом. Владелец таверны на радостях, что получил восьмого участника турнира, объявил мне, что на всю неделю я получаю скидку в 10%. С учетом моего классового штрафа это казалось ерундой, но я не забыл поблагодарить хозяина. Из-за вежливости, или скорее благодаря участию в боях, моя репутация с ним повысилась на пять очков.

Куда больше, чем турнир, меня беспокоило другое.

Во-первых, нужно не выделяться. Понятно, что я не стану использовать проклятие нежити, но светить максимально прокачанную Устойчивость тоже не хотелось. Значит, бои нельзя затягивать. Чем короче бой, тем меньше урона я получу, и тем меньше логов будет для последующего изучения. Но и ваншотить нельзя. В общем, попробую взять на вооружение ту же тактику, что применил на Арене против Утеса.

Во-вторых, деньги. Их хватит, чтоб оплатить учебу у Сагды, но тогда я останусь совсем пустой. Сотня за участие, полтысячи мастеру – и все, я снова нищий, и надежда только на победу в турнире. Нищий… Черт, я же в базовой одежде новичка!

Через весь зал я направился к столику Перевес. Кряпота, завидев меня, радостно заулыбалась.

– Привет, Алекс! – воскликнула она. – Наконец-то ты присоединился!

Рита покачала головой.

– Кря, ты слишком бурно выражаешь свои восторги! Веди себя прилично, – шепотом сделала она замечание подруге и перевела взгляд на меня. – Алекс, ты к нам? Составишь компанию?

– Пока нет, я записался на турнир. Слушай, Рит, надо поговорить. Наедине. Отойдем? – Ожидая ответа, я кивнул симпатичной подружке Перевес: – Прости, Кряпота.

– Вот оно что! – Та изумленно распахнула глаза. – Рита, так ты сама на него глаз положила? В тихом омуте…

За столом сидели еще две девчонки, мулатка и рыженькая, которые прыснули.

– Недоступная Рита Вуд не такая уж и недоступная? – съязвила рыженькая.

– Не говорите глупости! – вспыхнула Перевес, поднимаясь. – У нас со Скифом деловые отношения!

– Вот оно как теперь называется, – подняв указательный палец, протянула мулатка. – Деловые отношения!

Развеивать подозрения Кряпоты и подружек я не стал. Рита в самом деле мне нравилась, что вызывало некоторое смятение. Вконец запутавшись, я смутился, и лицо залило краской.

– Увидимся, – сказал я, хватая Риту под руку.

Мы отошли к колонне в центре зала. Не понимаю, почему не спросил на месте? Что в этом секретного? Ничего не изменилось, рядом с девчонками я все так же превращаюсь в идиота.

– А Нед не с тобой? – спросил я.

По-хорошему, мне нужен был ассортимент обоих торговцев.

– Крис? Он наказан, уроки делает. Совсем отстал по учебе, препод скинул страйк предкам, уже второй в этом году, вот те и злятся. Хотели и меня заодно наказать, но с оценками все нормально. Минутку… – Она подняла глаза, вчитываясь в текст надо мной. – Ты вступил в клан? «Пробужденные»? Не слышала о таком…

– Да это фан-клан.

– А, понятно. Кто клан-лид?

– Э… Я.

– Ты создал свой клан? – Она застыла с открытым ртом. – Бездна! Ничего себе скачок от того-самого-нуба-с-лавочки до своего клана! Как тебе в голову такое пришло? И зачем?

– Да так…

– Это как-то связано с «Аксиомой»? Видела тебя с ними. Вы так мило болтали… – Она вдруг оборвала сама себя. – Ладно, не отвечай. Я уважаю коммерческую тайну! Давай говори, что у тебя. А то опоздаешь… – она кивнула в сторону сцены, где Ташот начал объявлять о начале турнира.

– Мне надо срочно одеться. Во что угодно, главное, забить все слоты. Товар при тебе?

– Точно! А я смотрю на тебя и не понимаю, как ты собрался драться в этом? Что-то при мне, что-то в сундуке, сбегаю наверх. Особые пожелания есть?

– Нет, положусь на твой опыт. Главное, быстро. Оружие не нужно, только если плюсовое, драться все равно буду без него.

– Сделаю. Подберу все так, чтобы ты в этом мог и дальше ходить. Через десять минут принесу, к началу боев.

Мне понравилось, как невозмутимо она среагировала на нерядовую ситуацию.

– Это все?

– Нет. Еще кое-что. Это не срочно, но мне нужны деньги. Ты не могла бы…

– Сколько? – перебив, спросила Рита. – У меня есть почти тридцать…

– Нет-нет, – снова смутился я. – Ты не так поняла. В общем, не спрашивай почему, но у меня дикие штрафы на торговые операции. Есть несколько шмоток на продажу, ты не могла бы за меня скинуть их на аук?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Ее лицо озарилось пониманием, а голос приобрел деловые интонации:

– Конечно, Скиф! У меня же 75% скидки на комиссию аукциона! Приоритет в выводе лотов покупателям! Зря, что ли, навык качала? Вообще, мы с Недом берем 5% от финальной стоимости за посреднические услуги, но мне от тебя ничего не надо. Что у тебя конкретно?

– Слушай, я просто скину тебе почтой все, что есть, лады? А свой процент вычти, потому что это не разовая акция, Рита. Я теперь все через тебя буду сливать. Спасибо!

– Тогда за шмотки можешь сегодня не платить, чтобы деньги туда-обратно зазря не гонять…

Я, сам от себя такого не ожидая, чмокнул ее в бархатистую щечку, для чего понадобилось привстать на цыпочки, и рванул на задний двор. Мой бой последний в этом раунде, но посмотреть на противников в деле надо обязательно.

***

Вытоптанная земля, огороженная мерцающим в воздухе магическим барьером, служила площадкой для дуэлей. Несколько десятков зрителей, не выпуская из рук бокалов со сливочным пивом и темным элем, окружали арену и бурно выражали свои предпочтения.

Первые участники уже стояли по углам импровизированной арены, проверяли снаряжение и обновление бафов. Оба бойцы ближнего боя, только один – воин, а другой – ассасин. Первый, Терри, был упакован в полный латный доспех, прикрывался большим ростовым щитом, в другой руке сжимал короткий меч. Ассасин Мангуст щеголял кожаной броней и интересным оружием – небольшим топориком с изогнутой рукоятью и кинжалом, исходившим черной копотью. Экипировка обоих бойцов пестрила зеленым и синим в названиях, и только щит – как я понял, гордость воина – был эпического качества.

На середину площадки вышел безмерно довольный Ташот. Ходили слухи, что в прошлом он сам был бойцом, участвовал как в официальных турнирах Содружества, так и реальных боевых действиях. Выйдя на пенсию, открыл таверну и оброс жиром, но любви к хорошей драке не потерял. Ко всему прочему, такой турнир позволял посетителям спускать пар и выяснять отношения, не круша заведение.

– Дорогие жители и гости города! – улыбнувшись от уха до уха, проговорил Ташот. – Добро пожаловать на наш еженедельный турнир «Буйной фляги»! Первый из четырех поединков первого раунда вот-вот начнется, а я напомню вам правила! Бои ведутся на вылет! Ограничений на использование бафов, эликсиров, зелий и свитков нет, как нет их и на уровни участников! Максимальная продолжительность поединка – пять минут! Если к этому времени победитель не определится, бойцов настигнет проклятие Внезапной смерти, снижающее уровень жизни на 1% каждую секунду! В общем, все как всегда, правила стандартные для любой арены Содружества! Сегодняшние участники все как один опытные и закаленные турнирными боями поединщики, кроме одного новичка. Его вы увидите в бою, завершающем раунд. Нас ждет жара!

– «Буйная фляга»! Первый бой! – прогремел магически усиленный голос мастера Сагды. – Одна четвертая финала! Двукратный чемпион турниров «Буйной фляги», воин 14-го уровня, Терри против трижды финалиста, ассасина 13-го уровня, Мангуста! Участники, приготовились! Три! Два! Один!

– Деритесь! – взвыла толпа одновременно с комментатором.

Фигура ассасина размазалась в воздухе и сразу воплотилась позади воина, фантастическим прыжком взвившись на пару метров ввысь и обрушившись прямо ему на голову. Терри отпрыгнул, рубанул мечом, но промазал. Мангуст медленно, грациозно переступая ногами, развернулся, обошел его и снова напал, замахиваясь топором.

Воин ждал, вытянув меч в сторону нападающего, и в самый последний момент прыгнул на противника, не уходя с линии атаки. Рубанул наотмашь так, что взвыл воздух. И снова промахнулся. Терри не ожидал встречной атаки, а потому выбился из ритма и уклонился с секундной задержкой. Ассасину хватило заминки, и он ошеломил воина. Тот, оглушенный, закачался. Мангуст дважды что-то выкрикнул, и его силуэт вспыхнул желтым, потом полыхнул красным и очертился оранжевой с огненными прожилками аурой.

– Хо-хо-хо! Мангуст использовал ожидаемую связку Консервный нож и Жажда крови! Полное игнорирование брони и удвоенный урон! – воскликнул мастер Сагда, комментирующий поединок. – Не рано ли? Критический момент поединка!

Ассасин вгрызся в противника, начав со специальной атаки. Топорик врубился воину в шею, пробив латы, а кинжал, игнорируя броню, заработал, как нож мясника, шинкуя внутренности бедолаги. Застонав, тот оттолкнул кровожадного ловкача, развернулся на месте, перенес вес тела на правую ногу, резко ударил… и снова не достал очень подвижного врага.

С начала поединка прошло секунд двадцать, а жизнь воина уже снизилась на две трети. Ассасин развивать преимущество не стал и отскочил на безопасное расстояние. Потускнев, его вулканическая аура погасла.

Оскалившись, он выкрикнул оскорбление, но противник не отреагировал. Терри с характерным звуком откупорил зубами Великое зелье здоровья и в один глоток опустошил флакон. Все, второй раз за бой использовать такой вид лечения нельзя.

– Кажется, ассасин Мангуст не жилец, – услышал я рядом голос Ташота.

Так же считал и мастер Сагда. Не знаю, слышали ли его бойцы, но воин зло оскалился и пальцем поманил шустрого убийцу. А я понял, что ничего не понимаю. Почему ассасин не жилец, если он показал явное преимущество в первой же стычке? Абилки, позволившие нанести взрывной дамаг, на откате?

Воин тем временем, прикрываясь щитом, уверенно надвигался на противника. Мангуст бросил ему в глаза песок и, воспользовавшись ослеплением Терри, провел серию ударов, но без Консервного ножа урон от них получился незначительным. Оправившись, воин снова двинулся к ассасину. Рывок! Рога включил Уклонение и избежал большого урона.

Кошки-мышки продолжались еще с минуту, пока у роги оставались активные трюки в запасе, но вскоре Терри добился своего. Зажав Мангуста у барьера, он оглушил его Ударом щита, а потом провел Погибель – такую сокрушительную атаку, что ассасин пал от одного удара мечом. Что-то не припомню подобного приема у Бомбовоза. Может, у воинов разные ветки прокачки? Ханг все-таки танк.

– Какое исполнение! – воскликнул Сагда. – Терри берег свой коронный прием до лучшего момента! Потрясающая выдержка!

– Победитель первого поединка четвертьфинала – воин 14-го уровня Терри! – объявил Ташот.

Воин помог поверженному ассасину подняться. Оба улыбались, что-то обсуждая, а Сагда тем временем объявлял следующую пару: друида-пантеру и охотника со здоровенным медведем.

Посмотреть бой мне не удалось. Рита тронула за плечо и проговорила:

– Скиф, принимай.

Открылось окно обмена, полилась поставленная и убедительная речь прирожденного продавца:

– Весь шмот на десятый уровень. Ничего феерического, но добротно и уж точно лучше того, что на тебе сейчас. Прочность у всех предметов на максимуме, долго прослужит без ремонта. Все – зелень, на ловкость и выносливость, пара колец на силу, аксессуар даст слабый Малый щит поглощения на сто единиц, если жизнь рухнет ниже 10%. Ожерелье было только одно, на ману, давать? Ок, лови! – Она добавила в слот обмена ожерелье. – Вся броня кольчужная, надеюсь, пятнадцать силы у тебя есть? Гуд, – сказала она, когда я кивнул, и продолжила: – Ты лучник, поэтому я все-таки добавила лук и колчан на плюс к урону при стрельбе. Еще плюс к скорости передвижения и навыку скрытности. Не благодари.

– Все равно спасибо! Сколько я тебе должен?

– Кстати, да! – Она хлопнула себя по лбу. – Смотри, по стоимости вышло чуть больше шестидесяти золотых. Запишу на тебя пятьдесят пять с учетом скидки за опт. Все, готовься, а я вернусь с девчонками, поболеем за тебя.

Она собралась уходить, но я задержал ее:

– Постой, Рита.

– Да?

Я протянул ей пятьсот золотых, полученных за Мракисса.

– Поставь на меня, ладно? На победу в турнире.

– Что? – Она захлопала глазами. – Скиф, это огромная сумма! Ты новичок, и ставки на твою победу пятнадцать к одному!

– Вот именно, Рита. Вот именно. Сделай, как я сказал.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Она вздохнула, приняла деньги и направилась к Ташоту. Я с трудом отвел взгляд от маятника ритмичного покачивания ее бедер и спешно стал одеваться. Фокус на предмете – надеть, повторить. Успел до того, как захлопнулось окно обмена. Забрать все сразу не мог, ведь в урезанную классовым штрафом сумку не влезло бы.

Чтобы не забивать сумку, без сожалений уничтожил холщовые рубаху и штаны новичка. Попрыгал, присел, вызывая недоуменные и возмущенные взгляды соседей, – все село как влитое. Игровая механика в действии: одна и та же одежда всегда как раз и гному и троллю. Причем любого пола.

Пока я занимался шопингом, охотник заканчивал расстреливать друида. Тот выбрал форму пантеры (упор на урон, слабая защита), за что и поплатился. Сагда, комментируя поединок, отметил, что охотник взрывным и опасным атакам друида грамотно противопоставил Морозные капканы и танкующего медведя. Вкупе с Замедляющими и Калечащими выстрелами это держало друида на расстоянии и снижало его здоровье. Закончил бой охотник красиво: прыжком назад ушел от Животной ярости пантеры и расстрелял ее в упор Очередью. Дворфийские ружья – страшная сила.

В третьем бое, который я смотрел уже в компании девчонок, Плазма, магичка иллюзий, легко разобралась с варваром двумя уровнями ниже. Беря во внимание, что магичка или охотник – мой следующий противник, я отметил, что Плазма создает иллюзии, доводя их число до трех. Варвар, выбирая цель, всегда ошибался, уничтожая ближние иллюзии. Подсознательно или намеренно, но оригинал Плазмы неизменно располагался на шаг-другой дальше от противника. Кроме того, двуручная секира варвара была слишком медленным оружием против блинкующейся по откату магички. Короткими телепортациями и иллюзиями она одурачила соперника, так ни разу и не дав по себе ударить.

– На арену вызывается последняя на сегодня пара участников! – прогремел голос мастера Сагды. – Против однократного чемпиона и дважды финалиста турнира «Буйной фляги» шамана 15-го уровня Джаспера выходит новичок, лучник 13-го уровня Скиф! Поприветствуем Скифа, рискнувшего отдать за свое участие сумму, превышающую стоимость его экипировки! Поистине безумная отвага!

В ответ на шутку комментатора зрители расхохотались. Рита стояла, поджав губы, и явно переживала за полтысячи моих золотых. Ее подруги, а громче всех Кряпота, кричали:

– Удачи, Алекс! Давай, Скиф!

Я прошел сквозь магический барьер, изучая выскочившее окошко с предупреждением:

Турнир «Буйной фляги»

Первый раунд: Джаспер vs Скиф. 1 / 4 финала.

Организатор: Ташот Саркиссон.

Лицензия на проведение турниров и техническое сопровождение арены: гильдия азартных игр «Зеленая лига» (центральный филиал в Содружестве: Дарант, Бойцовый квартал).

Тип поединка: нерейтинговый.

Игрок Скиф (Алекс Шеппард), ваше участие подтверждено. Доступ разрешен.

Условия поединка: зелья и усиления разрешены, прочность экипировки не меняется, смерть персонажа отсутствует.

При снижении очков жизни до нуля игрок объявляется проигравшим.

Подтверждением участия в дуэли считается десятисекундное нахождение на арене.

Отрешившись от гомона зрителей и голоса язвительного комментатора, предлагавшего делать ставки на то, какая секунда станет для меня последней, я изучал шамана. Он быстрый, говорил Сагда. Но для заемной быстроты ему нужны тотемы, а тотем ставится три секунды, спасибо игровой энциклопедии, изучил. Я же буду возле него к четвертой. Площадка небольшая, а скорость передвижения у меня фантастическая. Чумной энергии во мне хватит на сотню Джасперов, вопрос только в том, на сколько ударов размазывать урон…

– Деритесь! – заорали зрители.

Вместе с ними что-то бессвязное заорал шаман, призывая духов и устанавливая тотем. Я ошибся, на установку первого (с привязанным воздушным элементалем) у него ушло полторы секунды. То ли баф, то ли особая абилка, то ли эффект экипировки. Элементаль, напоминающий небольшой черно-белый торнадо, тут же рванул ко мне, осыпая градом Воздушных рассечений. В последний момент перед столкновением я прыгнул в сторону, перекатился и снова вскочил, в воздухе заводя кулак и готовясь прожать Молот.

– Уо-хо-хо! – раскатом донеслось до меня. – Лучник стремится в ближний бой, что за идиотизм?! Он даже не стал доставать лук!

Перед Джаспером встал выбор: уходить с линии атаки или заканчивать установку второго тотема. Он выбрал второе. Его тут же окружил воздушный, точь-в-точь мыльный, пузырь, и за миг до того, как мой кулак, пробив щит, врезался ему в грудь, я влил в урон сотню очков чумной энергии. Щит, лопнув, срезал урон, но шаману досталось прилично.

Вы нанесли урон игроку Джасперу (Дарсан Октай): 682.

Очки жизни: 278 / 960.

Удар его опрокинул. Я же, чувствуя, как спину царапают невидимые лезвия элементаля, не пожалел энергии и, пользуясь временным ошеломлением противника, уничтожил оба тотема. Запаса прочности в них, к счастью, было немного – по двести единиц.

На этом все для Джаспера закончилось. Утратив преимущество в скорости, шаман попытался задавить разницей в уровнях, но до моих характеристик ему было далеко. Он кинулся в атаку, я встретил его Молотом, а потом за пару секунд добил обычными ударами, укрепленными запасами чумного резервуара. Он даже не успел использовать зелье здоровья.

– Да, неожиданный исход, – пробормотал мастер Сагда и, встрепенувшись, начал анализировать: – Шаман недооценил лучника… да что там, все мы его недооценили! Кто ожидал, что он полезет биться голыми кулаками? Воистину, идиотизм, помноженный на удачу, иногда творит чудеса! Минутку… – Чей-то тихий шепот пронесся по затихшему дворику. – Мне сообщили, что победитель боя Скиф уже одерживал победу в подобной манере в дуэли с воином Утесом, частым участником наших прошлых состязаний. Что ж, это многое объясняет… – голос комментатора понизился и снова стал напоминать размышления. – Многое объясняет…

Я вернулся к девчонкам, которые будто задались целью задушить меня в горячих объятьях. Они кричали, вопили что-то радостное, поздравляя с первой победой. Где-то в просвете между шеей Кряпоты и грудью Рейвен, рыженькой подружки Неда, я увидел протянутый кулак Перевес и выставил свой в ответ. Они соприкоснулись.

– Какой уровень безоружки? – спросила она. – И почему тогда лучник?

– Очень высокий, Рита, – ответил я, освободившись из объятий. Странное было чувство: я их практически не знаю, а поздравляют как старого друга. – Мог выбрать монаха, но захотелось поиграть рейнджем.

Объяснение ее удовлетворило, и больше подобных вопросов не звучало.

В первом полуфинале в затяжном бою, в котором по истечении пяти минут даже включилось проклятие Внезапной смерти, воин одолел охотника. После небольшого перерыва, связанного с желанием зрителей освежить бокалы, на арену вызвали нас с Плазмой.

– Что ж, своей неожиданной победой Скиф изменил расклад ставок на этот турнир! – объявил Ташот. – Но тем не менее те, кто решится поставить на лучника, все еще могут прилично заработать! Текущие коэффициенты на победу: воин Терри – полтора к одному, магичка Плазма – два к одному, лучник Скиф – пять к одному! Делайте ваши ставки, жители и гости…

Бой не начинали, пока не собрали ставки со всех желающих. Причем участвовали не только игроки, но также неписи и неграждане. Судя по довольному выражению лица Ташота и очереди к нему, ставили активно. Воспользовавшись этим, Плазма подошла ко мне и тихонько, чтобы никто не услышал, предупредила:

– Смотри, Скиф. В деле серьезные люди, а на кону большие деньги. Я должна победить в турнире. Если не хочешь проблем, ложись – и получишь тысячу сразу после этого боя.

– Какие серьезные люди? – Я удивился этому факту больше, нежели предложению слить бой. – Кому интересен турнир в этой забегаловке?

– Такие турниры не контролируются, а у Ташота состояние в несколько миллионов, он выплатит любые выигрыши, – разоткровенничалась магичка. – Так что турнир интересен многим.

– И ты сомневаешься, что победишь? Без моих поддавков? А как же воин?

– Терри в теме. Что касается тебя, шансов нет, но я решила подстраховаться. А то ты какой-то странный, а я странности не люблю. Я вообще готовилась к шаману, а тут из ниоткуда вдруг ты появился! Всю сетку нам сломал!

– Слушай, Плазма, тогда почему бы твоим серьезным людям не поставить на меня? Больше выиграют…

– Ты смеешься? – Она зло усмехнулась. – Ладно, забудь. Я тебя и так порву, придурок!

Осклабившись, Плазма отошла к барьеру, и в этот момент комментатор вместе со зрителями начал обратный отсчет.

– Деритесь!

С периодичностью в пару секунд магичку начали окружать иллюзии – копии Плазмы. Едва появившись, они моментально менялись местами – друг с другом и с оригиналом, полностью повторяя ее движения. Четыре магички начали обстреливать меня заклинаниями. Над ними маячили такие же надписи, как и над оригинальной Плазмой, и определить, кто из них копия, а кто игрок, на глаз было невозможно.

Но я и не собирался делать это на глаз. Вытащив лук, застрочил по каждому силуэту, вливая по триста очков чумной энергии сверху. Как и тотемы шамана, копии большим количеством жизни похвастаться не могли и со звоном рассыпались на призрачные осколки при первом же попадании. Уверен, мастер Сагда поймет, что это применение лука было критически необходимо.

Не прекращая отстрел иллюзий, я под Каменной кожей побежал к магичке. По урону, нанесенному по оригиналу, определил истинную Плазму и, спрятав лук, пошел работать кулаками. Тряпичные одеяния магички упростили задачу, и после пары блинков на несколько метров, которые ее не спасли, Плазма погибла. В отличие от неповоротливого варвара, я оказался весьма быстр.

С ненавистью посмотрев на меня, девушка поднялась, проигнорировав протянутую руку. Быстро исчезнув с площадки, она пробралась сквозь недовольно гудящую толпу к хмурому Терри и что-то быстро зашептала. Слушая ее, воин еще больше нахмурился, а потом сплюнул, покачал головой и направился к Ташоту. Туда же двинулась и Плазма.

Я снова вернулся к девочкам, обреченно готовясь к новым излияниям радости и восторга. Так оно и произошло, только теперь к подружкам присоединилась сияющая Рита Перевес.

После очередного объявления Ташота мастер Сагда, подогревая интерес публики, провел анализ финалистов, акцентируя внимание на том, что мне впервые за турнир попался латник, и, откровенно говоря, мои шансы невелики:

– Да, Скифу удалось дважды удивить публику, но посмотрите сами, кого он одолел? Шамана и магичку! Кожа да тряпки! Теперь же ему будет противостоять сам Терри, чемпион, который, мало того что выше уровнем, так еще и носит экипировку намного лучше той, в которую одет Скиф! Нет, господа, думаю, на сегодня сюрпризы закончились! Исход финала предрешен!

Как бы легко мне ни дались предыдущие бои, опасения за финал присутствовали. Слишком свежи были воспоминания о проигрыше Утесу, тоже воину. Я помнил, как долго не мог пробить его щит и как прилично срезали мой урон его латные доспехи.

– Деритесь! – В заключительный на сегодня раз прозвучало на заднем дворе «Буйной фляги».

– Давай, Терри! Сделай его! – проревел кто-то из неписей, судя по габаритам, кузнец.

– Скиф! Скиф! – донеслось с другого конца, и в этих криках поддержки я узнал зычный голос Мэнни и надтреснутый – Трикси.

Посмотрев туда, я поднял кулак и попер на воина. Помня, как действовал ассасин, я решил драться в той же манере.

Но Терри разыграл другой сценарий. От резкого Рывка воина мне уклониться не удалось, и он врезался в меня, как грузовой флаер на полном ходу. Много жизни я не потерял, врубив Каменную кожу, но прием меня обездвижил, и Терри использовал свое главное умение – Погибель, которая предрешила исход поединка с ассасином. Сокрушительной мощи удар вбил меня в землю, рассекая дешевую броню, разрывая мышцы и круша кости. Фонтан взлетевшей крови вызвал как вопли разочарования, так и восторги тех, кто ставил на воина.

Терри, воодушевленный атакой, не обратил внимания на то, что его удачно проведенный прием не отнял у меня даже трети жизни. Откинув щит, он перехватил меч двумя руками и налетел, бешено рассекая воздух, чтобы добить меня. Но к этому времени я уже стоял на ногах и под удивленные крики – кто-то обратил внимание на мой показатель жизни – ринулся в контратаку. Сжав зубы, я принял удар на руку и впечатал Кулак-молот ему в голову.

Прицел у Терри явно сбился: вмятый металл шлема сузил обзор, и вояка не сразу обнаружил, что перед ним меня уже нет. Я же обрушился со спины, вколачивая сгустки чумной энергии и чередуя со своим единственным приемом по откату. Жизни у него было меньше, чем у Утеса, а потому он не выстоял. Попытка отмахнуться ни разу не принесла успеха. Тяжелые латы снижали скорость, моя же, напротив, превышала обычную. Однако некоторые его удары все же достигали цели, понемногу сокращая мое здоровье.

Дождавшись отката, он снова сделал Рывок в моем направлении, но пронесся мимо. Впрочем, того, что он задел меня плечом, хватило, чтобы я отлетел в сторону и потерял несколько секунд под станом – чертова игровая механика. Но именно благодаря ей мои кулаки прошибали его латы, как жестяную банку.

Поняв, что запахло жареным, Терри использовал все, что у него было. Опустошив красный флакон, полностью восстановил жизнь, вернул щит и поменял сломанный шлем на другой. Все началось сначала, только я остался с половиной жизни, удивляясь своей самонадеянности – хотя бы зельями здоровья стоило запастись перед турниром.

Остаток времени до срабатывания проклятия Внезапной смерти Терри осторожничал. Спрятавшись за полутораметровым щитом, он делал резкие выпады, стараясь дотянуться мечом, и не открывался, чтобы не дать мне шанса пробить защиту. Его тактика меня не удивила – у ультимативной абилки, которой он почти уложил ассасина, большой откат, и парень ждал его завершения. Кроме того, сыграет на руку Внезапная смерть, ведь у него жизнь полная, в отличие от меня.

– Финальный поединок, начавшийся столь ярко, перешел в разряд скучнейших! Самый скучный бой из всех, что мне доводилось видеть, – докатился до меня голос комментатора. – Моральное превосходство за Скифом, но одна оплошность – и выжидательная тактика предоставит воину преимущество…

В поле зрения проявился таймер, отсчитывающий последние тридцать секунд до срабатывания Внезапной смерти. Терри перестал наступать, наоборот, разорвал дистанцию, затягивая время.

Я достал лук. Натянул тетиву, ощущая, как материализуется стрела, влил тысячу единиц чумной энергии и побежал на воина. В трех метрах от него я спустил стрелу и, отбросив ставший бесполезным лук, сиганул вперед.

Выстрел превзошел все ожидания: эпический щит, до того изрядно потерявший в прочности после моих бесчисленных Молотов, треснул и рассыпался на куски, оставляя в руке Терри одну рукоять, а сам он наконец-то прочувствовал, как врезается поезд. Инерция отбросила его на магический барьер. Брызнули искры, запахло жареным мясом, а арену огласил крик боли.

Подняться я ему не дал, окончательно разбив шлем сильными ударами и парой Молотов.

– Внезапная смерть! – проревел демонический голос.

Таймер проклятия тикнул, снимая с Терри последний процент жизни.

Под звучание фанфар над ареной закружилась надпись: «Скиф победил Терри! Скиф – чемпион турнира «Буйной фляги»!»

Что тут началось! Восхищенного Ташота перебивали визжащие девчонки, кто-то бранился, оплакивая проигранное, кто-то сыпал проклятиями в адрес «лузера» Терри, что-то возбужденно кричал мастер Сагда… Я помог воину подняться, и, в отличие от Плазмы, он пожал мне руку:

– Слава богу, эпик восстановился, – сказал он, подбирая щит. Смахнув с лица кровь, Терри оскалился. – Я смотрел то видео с Утесом. Ты натурально задрот, Скиф! Так прокачать безоружку… Тебя любой клан в открытом мире сразу в основу на зарплату затащит!

– Не ожидал, что ты серьезно будешь сопротивляться, – сказал я. – Плазма говорила, что все решено и ты сольешь ей турнир. Мол, серьезные люди…

– Кто? Плазма? Деньги тебе предлагала? Да она знатная разводила, слушай ее больше! – воскликнул Терри. – Она так прошлый полуфинал типа выиграла. Понятно, никаких денег тому лоху никто за слив не заплатил.

– Думал, вы с ней договорились, – сказал я, вспомнив, как они разговаривали перед финалом.

– А, да. Она предлагала мне слить бой, решив ставить на тебя, чтобы отбить проигранное.

– А ты?

– Я отказался, и она побежала ставить на меня. Вот же не повезло дурочке, да?

– Так ты тоже ставил перед финалом, я видел…

– Скиф, я в порядке, не парься. – Он приобнял меня за плечи и повел с арены. – Я поставил сотню на свой проигрыш, так что был бы в плюсе при любом исходе. Ладно, идем внутрь, сейчас будет награждение.

Зрители возвращались в таверну, а у барьера остались только Ташот, Сагда, Мэнни с Трикси и мои девчонки. Принимая поздравления, я ощутил цепкий взгляд наставника безоружного боя. Он кивнул, хапнул меня за голову, уперся лбом в лоб и тихо проговорил:

– Завтра в восемь утра возле моей школы. В тебе есть потенциал, парень.

Интерлюдия 1. Беллами

Комната для чрезвычайных совещаний по особым проектам Беллами Дрейку никогда не нравилась. Настоящая нора в подземном бункере безо всякой связи. Непроницаемые для любых излучений и волн стены капсулировали, казалось, не только пространство, но и время. Такой клаустрофоб, как Беллами, мог бы согласиться посовещаться в этом бункере раз в год, но только за очень большие деньги. Причем всего минут десять. И то не факт.

Но должность обязывала. В последнее время проекты «Пилигрим» и «HCMO[1] – Калийское дно» стали пересекаться, и подобные встречи проходили все чаще. Предыдущая была месяц назад, и вот снова – то, что нельзя озвучивать в самом надежном виртуальном мире, в отдельном рабочем пространстве сотрудников компании, обсуждалось в реале. В настоящем бункере на глубине в три тысячи метров.

Глава проекта «Пилигрим», вечно молодой Киран Джексон, человек с индийскими корнями и собственным островом в Тихом океане, работал в «Сноусторме» так долго, что из присутствующих никто не мог похвастаться большим стажем. Даже Питер Говатски – куратор проекта, связанного с Калийским дном, проработавший в «Сноусторме» почти двадцать лет.

Оба руководителя сейчас угрюмо переглядывались, слушая доклад ответственного за проект «Пилигрим».

– Как видите, дальнейшее развитие темы HCMO не представляет для нас интереса, – подвел итоги докладчик.

– Какова максимальная продолжительность игровой сессии контрольных образцов? – осведомился Джексон.

– Двадцать один час, Киран, – ответил докладчик. Джексон требовал, чтобы сотрудники обращались к нему по имени. – У всех испытуемых капсулы негражданского образца с урезанным функционалом. Поддержка жизнеобеспечения в них отсутствует.

– Отобрать десять наиболее успешных испытуемых. – Киран рублеными фразами говорил куда-то в пустоту. – Обеспечить их капсулами с жизнеобеспечением. Мягко порекомендовать постепенно увеличивать продолжительность игровых сессий, начиная с двадцати четырех часов, с шагом на шесть. Фиксировать все отклонения в бытовом и игровом поведении, отслеживать малейшие изменения в структуре головного мозга.

– Что с остальными? – поинтересовался Говатски.

– Зачистить, – отмахнулся Киран, недовольный тем, что приходится разъяснять простейшие вещи. – Инсульт, инфаркт, организуйте им что-нибудь. Трагические случаи в капсулах неграждан происходят каждый день.

– Принято, – кивнул Питер.

– Ладно, по HCMO на сегодня закончим. Или есть еще какие-то вопросы по Калийскому проекту?

– Нет, Киран, все понятно, – отозвался Питер.

Беллами подумал, что идея отдавать неигровых персонажей в управление людям – затея глупая. Но она была тесно связана с его «Пилигримом», и в успехе он был заинтересован не меньше самого Говатски. Дождавшись, пока предыдущий докладчик освободит место, он собрался духом и вышел на всеобщее обозрение.

– Белл, прошу, – кивнул Киран.

– Коллеги, я сразу к делу, – прочистив горло, начал Беллами. – Как вы знаете, помимо моей основной деятельности в проекте «Пилигрим», я также руковожу департаментом «угроз». Так сложилось исторически, я был одним из инициаторов этого направления и продолжаю за ним наблюдать. Как вам известно, объект «Патрик» – единственный относительно успешный опыт переноса человеческого сознания в Дисгардиум. Патрик О’Грейди, инвалид Третьей мировой войны, судимый за массовое убийство – для тех, кто не в курсе, он расстрелял собственную невесту и друзей за день до свадьбы, – был приговорен к смертной казни. Его перевели к нам в тюрьму для исполнения приговора. Три года назад нам удалось полностью перенести его сознание в неигрового персонажа Патрика О’Грейди, созданного нами за год до эксперимента. Реальное тело при этом подверглось ЭВС – эффекту внезапной смерти, причем без каких-либо нарушений в жизнедеятельности организма. Разум испытуемого перенесся в виртуальный мир, а тело погибло: мозг перестал подавать признаки активности, сердце остановилось. Это стало отдельной темой наших исследований…

– Белл, – прервал его Киран. – Ближе к делу.

– О’кей, – согласился Дрейк. – Все мы помним, как праздновали первый успех. Нам казалось, что осталось повторить все сопутствующие условия, и – готово! Перенос можно ставить на поток, решая проблему перенаселения и осуществляя первый этап проекта «Пилигрим». Но радовались мы рано, ни с одним из последующих образцов повторить перенос не удалось. Более того, и поведение оцифровавшегося Патрика не поддавалось рациональному объяснению. Тщательно подготовленная легенда – история его персонажа – посыпалась, он сохранил отрывочные фрагменты памяти из прошлой жизни. Его разум отторг навязанные воспоминания и по сей день путает реальные события из земной жизни с фальшивыми. В какой-то момент мы уже поставили было на нем крест, решив изолировать, но кое-что изменилось.

– Что именно? – спросил кто-то из команды Говатски.

Беллами по привычке, забыв, что он в реале, всмотрелся в профиль над головой задавшего вопрос, перевел взгляд на бейдж: «Макс Колесников».

– Я уже упоминал, что курирую департамент «угроз», Макс? – Он обращался к Колесникову, но, рассказывая, постепенно обводил взглядом всю аудиторию. – Эта саморегулируемая система создана специально и убивает несколько зайцев. Во-первых, выводит из мира дисбалансных игроков, а таковые всегда будут, ведь все предусмотреть невозможно. Во-вторых, и это маркетинговая фишка, наличие «угроз» дает обычным игрокам будоражащий кровь геймплей и элемент неожиданности. В-третьих, то, о чем мы не говорим. Ярлык «угроза миру» навешивают от начала двадцатого века. Коммунизм, ядерная война, исламские террористы, наркокартели, глобальное потепление, бунт машин, лунные повстанцы, перенаселение – благодаря всему этому человечество обучается объединяться перед лицом общей угрозы. После глобализации мира людям нужны новые угрозы, чтобы сохранять единство и оставаться управляемой толпой. Теперь реальные угрозы сменились надуманными из Дисгардиума. Но недавно в Дисе обнаружилось нечто новое – вполне существенная, настоящая опасность. Не созданная намеренно.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Белл, спасибо за отступление, но давай ближе к делу, – сказал Киран.

– Уже, – кивнул Беллами. – Все слышали, что в Дисе появилась угроза с потенциалом А-класса? Именно Патрик, как оказалось, инициировал цепочку крайне маловероятных событий. Во время помутнения рассудка он исчез из города привязки и забрел в зону, недоступную обычным игрокам. Неписи туда не суются, они просто не замечают этот район. На краю локации – она называется Болотина – есть лагерь неписей, дающих квесты на местных монстров, но уже в десяти километрах оттуда начинается «слепая» зона. Игрокам туда не добраться – их засасывает трясина, а если они используют Зелье хождения по воде, со всей Болотины собираются и агрятся бесчисленные мобы с пятисекундным респауном. Там не пройти никому. А огородили мы локацию из-за зашитого в ядро сценария «Пробуждение Спящих».

– Здесь бы поподробнее, – попросил Киран. – Не все присутствующие в курсе этой проблемы, Беллами.

– Конечно, – с готовностью откликнулся Дрейк. – Еще до запуска темы с «угрозами» один из первых ведущих разработчиков внедрил в ядро сценарий глобального апокалипсиса. На тот момент его запуск привел бы к однозначному концу света. Сейчас…

– Минутку, – перебил его Говатски. – Беллами, если это такая ядерная бомба, то почему сценарий просто не удалили?

– Это невозможно, Питер, – ответил за Дрейка Киран. – Ядро игры неизменно, это физика мира, его суть и правила, по которым он живет. Это все равно, что перезапустить наш мир – вся текущая цивилизация будет уничтожена, стерта, а жизни придется заново развиваться из бактерии…

– Новая эволюция, зарождение разума, причем им могут обладать не люди. Это понятно, Киран… – Говатски зевнул и, покопавшись в кармане, достал и впрыснул в рот «Ускоритель» – легализованный наркотик, разгоняющий мыслительную деятельность и снимающий усталость. Наркотик обладал анестезирующим эффектом, и следующую фразу он произнес невнятно: – Но ведь Дис не реальный мир. Локации, мобы, неигровые персонажи – все прописано раз…

– Нет. Это будут уже другие неписи, Питер, разве ты не понимаешь? ИскИны живут в этом мире, не догадываясь, что они – не более чем разумный кристалл. Они осознают себя людьми, орками, да кем бы они там ни были, и, умирая, перерождаются в новых персонажах, начиная все с нуля. Тебе надо сделать передышку от ускорений, ты себя убиваешь. Не говоря уже о том, что не помнишь базовых вещей.

– О мой бог, Киран! – Питер закатил глаза. – У меня еще две дозы до достижения доказанного предела прочности, потом лягу спать. Все нормально, не переживай. Беллами? Прости, что прервали, продолжай, пожалуйста.

Беллами улыбнулся и вывел на всеобщее обозрение слайды:

– Итак, коллеги, произошло просто фантастическое совпадение маловероятных событий!

Заинтересованный народ поднялся с кресел и окружил панораму. На каждом трехмерном голослайде прокручивались разные сцены. Дрейк принялся давать пояснение к каждой:

– Событие первое. Объект «Патрик» подвергается действию флешбэка из прошлой жизни и сходит с ума, уничтожая отряд патрульной стражи. Единственная выжившая – неигровой персонаж Джейн, магичка, оставляет вместо себя иллюзию собственного трупа и сбегает. Заблудившись, истощенная и без запасов маны, она попадает в лапы разбойников из банды Крапивы.

– Крапивы? – переспросил Говатски. – К чему такая детализация? Нам это обязательно знать?

– Это непростой NPC, завязанный на отдельный игровой план. На Преисподнюю…

– Неважно, – поморщился Киран.

– Джейн захватывают близ Туафа, – кивнув, продолжил Беллами. – Разбойники продают ее в гарем местного правителя, но девушке удается сбежать и добраться до Даранта. Там она узнает, что ее отец покончил с собой, считая дочь мертвой. Джейн остается в столице Содружества, поступив в Университет магии.

Слушали Беллами, затаив дыхание. Об «угрозе» A-класса все присутствующие уже знали, но о том, какие могут быть последствия и как это завязано на проекты «Пилигрим» и «HCMO – Калийское дно», слышали впервые. Только Киран уткнулся в комм – он не узнал ничего нового.

– Событие второе. Объект «Патрик» блуждает по Мраколесью и забредает в Болотину. Происходит ложная инициация сценария «Спящие боги». Вернувшись в город, Патрик приходит в себя и не выполняет условий запуска сценария.

Беллами промотал слайды, и на общее обозрение всплыл босой худощавый юноша в холщовых штанах и рубахе.

– Событие третье. Игрок 1-го уровня Скиф, с самого старта полтора года не развивавший персонажа, доводит ИскИн «Питера Уайтекера» до бешенства и получает квест на зачистку зоны X4, одной из…

– Управляемых нами, – подал голос Говатски, нависнув над слайдом. – «Подвал храма Нергала Лучезарного» в Тристаде. Я помню тот инцидент. Зона была под управлением HCMO Андрея Клейтона, инвалида и негражданина. Клейтон поддался Скифу.

– Вы опережаете события, Питер. – Беллами мягко отодвинул его и продолжил: – Событие четвертое. Объект «Патрик» просит подать ему на выпивку, игрок Скифа ему отказывает и – внимание! – Патрик проклинает его!

– В смысле? – хором спросили несколько человек.

– В прямом. Из-за незавершенного запуска сценария, а также не совсем обычной природы объекта «Патрик», между ним и одним из Спящих богов, Бегемотом, сохранилась связь. Спящий уловил силу пожелания Патрика и реализовал его в постоянное проклятие «Мятежная душа». Ввиду отсутствия данных в оперативной базе, дебаф, повисший на Скифе, даже не отображался другим. Это событие четыре.

– А есть еще? – спросил Колесников.

Этот парень не понравился Беллами – слишком любопытный и говорит, когда его не спрашивают. Но, по слухам, Колесников один реализовал половину всей работы проекта «HCMO – Калийское дно», и с ним стоило держать ухо востро. В «Сноусторме» взлеты так же стремительны, как и падения.

– О, и не одно! – воскликнул Беллами. – Но спасибо за хороший вопрос, Макс! Смотрите… Событие пятое. То, о чем упомянул Питер: Клейтон поддается Скифу, поняв, что парень будет перерождаться рядом с ним бесконечно, а именно так работало проклятие Патрика. Здесь видно, что он писал свои вопросы на полу, но вот ответы Скифа нам неизвестны.

– Да-да-да… Сколько раз я говорил, что мы должны логировать все звуковые разговоры игроков, а не только те, что передаются по амулетам связи! – воскликнул Колесников, и Беллами с удивлением заметил, что его никто не осаживает. Похоже, у парня еще больше авторитета, чем он думал. – Что заставило объект «Клейтон» сдаться? Он же знал, чем рискует!

– Да, но записи ведутся! – не согласилась девушка из того же департамента. Ее имени Беллами точно не знал, он видел ее впервые. – Все, что произносится игроками в зонах X, пишется!

– Стало писаться после того инцидента, – хмуро заметил Говатски. – Ладно, Белл, продолжай.

– Событие шестое, исходящее из пятого, – невозмутимо проговорил Дрейк, когда понял, что разборов эпизода закончен. – Клейтон включает окончательную смерть, чем активирует маловероятную передачу случайного скилла из арсенала Чумного мора. И Скиф получает… получает Скиф… Та-дам! – пропел Беллами так торжественно, будто сам вручил парню абилку. – Метку Чумного мора, которая при получении смертельного урона с некоторым шансом активирует полную неуязвимость – проклятие нежити! Скилл легатов, которых еще не видел ни один игрок. Холдест-то не открыли!

– Тем не менее это дало ему всего лишь угрозу L-класса, – добавил Киран.

– Дальше еще невероятнее! Событие седьмое: используя проклятие нежити, Скиф совершает первое убийство Крушителя – мелкого рарника из Мраколесья. Все бы ничего, но выстреливает полупроцентная вероятность слутать… та-дам! Квестовый! Медальон! Патрика! А? Улавливаете, чем пахнет?

– Патрик сгенерировал квест? – спросил Говатски.

– Да. Сработал триггер на события до встречи О’Грейди с Бегемотом. Увидев медальон в руках Скифа, Патрик дал ему задание попасть к Спящему. И здесь мы плавно переходим к восьмому событию, уже вполне вероятному, учитывая, как сходятся звезды. Недоактивированный сценарий закольцевался, и система, выискивая варианты развития, выкидывает Скифу за первое убийство в локации «Зло из глубин» – снова та-дам, – без всякого выражения произнес Беллами, – навык глубинной телепортации. Согласно сценарию, это один из вероятных навыков жреца Спящих, и именно им ИскИн Бегемота награждает Скифа, используя единственную возможность! Почему единственную? Да потому что в этой песочнице только «Зло из глубин» имело тег «дыхание Спящих», а навык можно было вручить только за первое убийство! Ну же, коллеги, вы осознаете, какова была вероятность такого совпадения?

– Я так понимаю, есть еще и девятое событие?

– Ну, это не событие, а так, мелочь. Глядите. – Беллами открыл последний слайд: Скиф активирует телепортацию, после чего будто проваливается сквозь землю. – ИскИн Бегемота перехватывает Скифа на пути в Тристад, куда его должно было перенести, и отправляет в Болотину. Будь на месте парня любой другой игрок, для него все этим бы и закончилось. Хотя бы потому, что там бы никто не выжил! Никто! Или потонул бы в трясине, или был бы сожран болотной фауной! Но это оказался именно Скиф, всегда возрождающийся на месте гибели, да еще и с вероятностью стать неуязвимым. И он им стал. Заодно прокачал навык устойчивости до максимума – для своего уровня, конечно. Наше счастье, что не первым в истории! Вы помните, какое достижение за это получил Магвай?

– Да помним, помним, – проворчал Говатски. Топ-1 игрока мира знали все. – Что в итоге-то?

– Бегемот сделал парня инициалом Спящих. Пока это не дает Скифу никаких преимуществ, но потенциально, учитывая Чумный мор, он может уничтожить весь мир. Не так, как планировал тот разраб, заложивший бомбу, потому что вряд ли Скифу удастся обратить к Спящим больше половины населения Диса – полного пробуждения не будет. Но просто представьте, что произойдет, если парень заразит тот же Дарант? Да половина мирового распределения сил: экономика, взаимосвязи, квестовые цепочки, лидеры Содружества… Все рухнет! Мир уже никогда не станет прежним!

– Что мешает просто забанить его аккаунт?

– Мы не можем, – покачал головой Киран. Все обернулись к нему. – Мы не можем вообще ничего сделать. Даже если сам парень… ну… скажем, неожиданно разобьется на флаере, система просто перехватит его персонажа, как это случается с любыми «угрозами» в таких случаях. Он уже часть Диса, это не изменить никак, кроме как игровыми методами.

– Превентивы? – Беллами озвучил очевидное.

– Да, но не так, как ты предполагаешь. – Глава проекта «Пилигрим» знаком показал всем вернуться на свои места. – Никаких сливов информации кланам-превентивам, никакой помощи и подсказок. Это всем ясно? – Киран повысил голос, и кое-кто вжал голову в плечи. Джексон движением пальца мог облагодетельствовать или пинком свалить с Олимпа любого присутствующего. – Хорошо. Для тех, кто еще сомневается, уточню – это желание отца-основателя. Майк присматривает за парнем.

– То есть мы просто наблюдаем? – воскликнул Колесников. – Из-за него весь «Пилигрим» может…

– Питер, угомони своего бойца, – лениво произнес Киран. – Напомни ему, что «Пилигримом» руковожу я, а ваша задача остается прежней. Обеспечить полноценный перенос сознания в Дис. Иначе «Пилигрим» закроют.

– Может, хотя бы поговорить с этим парнем? – предложил Беллами. – Ну чтоб дров не наломал. Пообещать ему денег, универ оплатить… Ну не знаю, может, гражданскую категорию повысить? Пусть сидит тихонечко, рейдовые инсты фармит, зачем ему мир завоевывать?

– Нет, – отрезал Киран. – Мы поступим иначе…

[1] HCMO – Human-Controlled Mobile Object, то есть моб под управлением человека.

Глава 21. Трудные уроки

Дни после вынужденного двухнедельного отлучения от Диса были так богаты событиями, что я долго ворочался, пытаясь заснуть. В голове крутился миллион мыслей, среди которых были и приятные: победа на мини-арене, возможность отношений с Тиссой, будоражащая симпатия Риты, яркое и светлое будущее, если удастся прокачать статус «угрозы».

Но не давали покоя и опасения, которых хватало с избытком. Я видел тревожные кошмары: как меня раскрывают и истребляют как «угрозу»; люди, которым я доверился, предают; как заваливаю тесты на гражданство и теряю гражданский аккаунт, а игроки, встречающие меня в роли рудокопа, посмеиваются и показывают пальцем. И больше всех хохочет Большой По.

Хорошо, что утром, каким бы разбитым и невыспавшимся я себя ни чувствовал, переживания потускнели и почти истерлись из памяти. Я начал собираться в школу, потом потащился завтракать, и тут-то меня и осенило: мастер безоружного боя ждет!

Я бросил взгляд на часы – половина восьмого. Оставалось полчаса на то, чтобы объяснить родителям, как важно пропустить школу ради Диса, нырнуть в капсулу и добежать до здания, где находится школа мастера.

– Мам, пап… – заговорил я, но продолжать не пришлось.

– Хорошего дня, Алекс! – с одной стороны меня чмокнули в щеку, с другой потрепали по волосам.

Родители встали из-за стола.

– Вы уезжаете? – не понял я. – Или что?

– Прости, Алекс, – ответила мама. – Вчера ты вышел слишком поздно, а с утра у меня голова совсем не работает! Забыла сказать, мы с твоим папой улетаем в Новую Зеландию. Вернемся поздно вечером, а может, там заночуем.

– Зачем?

– Надо сделать съемки для нового заказа. Марк договорился, и заказчик все затраты взял на себя. Веди себя хорошо!

Отец подмигнул, улыбнулся чему-то своему, получил укоризненный взгляд мамы и, приобняв ее, увел к выходу. Вопрос, как отпроситься от школы, разрешился сам собой.

Уже через пять минут я стоял у входа в таверну и, щурясь от прямых лучей взошедшего солнца, пытался сориентироваться и проложить кратчайший маршрут. Тристад хоть и небольшой город, но пешеходный – общественного транспорта здесь нет.

Определившись с направлением, я рванул по оживленным улицам, удивился, откуда так много игроков, и только тогда понял, что сегодня – воскресенье. Уже проснувшийся город продолжал жить своей вполне насыщенной энписишной жизнью: подметались улицы, у торговой площади скапливались повозки со свежей рыбой, дичью, овощами и фруктами, лавочники протирали витрины. Мимо меня к городскому совету пронеслась карета с Уайтекером. Пробегая вдоль жилых кварталов, я видел, как за столиками в уютных двориках устраиваются старики, как матери прогуливаются с детьми и хозяйки развешивают белье.

Тристад казался полноценным городом, способным прожить и без нашего участия, и мне стало любопытно, что станет лет через двадцать, если оставить неписей существовать самостоятельно? Наверное, то же самое, что и с любым настоящим городом. На форуме писали, что тот же архивариус Торан, поручавший мне очистить подвал от крыс, много лет назад был обычным уличным мальчуганом, иногда выдающим квесты: найти его потерявшегося кота, помочь покрасить забор или привести его домой из пещеры в Безымянных горах, где маленький Торан заблудился.

За этими праздными наблюдениями я сам не заметил, как добрался до школы безоружного боя и даже не запыхался благодаря подросшей выносливости.

Мастер Сагда уже стоял у двери, привалившись к стене и сложив руки на груди. Заметив меня, он сдержанно сказал:

– Я надеялся, что ты опоздаешь или, что было бы совсем хорошо, не придешь.

– И вам доброе утро, мастер Сагда…

– Первый урок, ученик. Забудь это обращение! – Наставник недовольно поморщился. – Я и не мастер, и не Сагда.

– Как так? – опешил я.

– Сагда – фамилия моего отчима. Не самый приятный был человек, и слышать в очередной раз его фамилию… Вызывает плохие воспоминания. Фамилия моего настоящего отца – Буако.

Мелькнула мысль, что мне-то несложно переключиться, но почему он позволяет другим называть себя «Сагда»? Вчера хозяин таверны Ташот не раз оглашал это имя.

– Что касается звания «мастер», то и здесь есть несоответствие, – продолжал говорить наставник. – Я достиг уровня гранд-мастера, но мой учитель, легендарный гранд-мастер Ояма, который может подтвердить мое звание, несколько лет назад ушел в созерцание и до сих пор не вернулся из своего затянувшегося путешествия по астралу.

– Тогда как мне к вам обращаться? Гранд-мастер Буако?

– Нет, ученик. Зови меня просто Бу, – с непроницаемым лицом произнес он и протянул руку. – Принес оплату?

Я передал полтысячи золотых, которые мастер мгновенно сгреб. Деньги исчезли, а он молча зашел в здание. Я направился следом и сразу начал чихать от пыли, кружащей в воздухе.

В затхлом зале, забитом всякими ящиками, мастер Сагда, то есть Бу, приказал мне расчистить пространство.

– Аккуратнее, ученик! – рявкнул он, когда я чуть не уронил тяжеленный ящик. – Это продукция торговца Афанасия, и если ты что-то повредишь, будешь возмещать стоимость.

– У вас тут что, склад? – изумился я.

Вслед за этим я схлопотал чувствительный удар длинной гибкой тростью.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Второй урок: никаких вопросов не по предмету обучения!

С каждой минутой я закипал все больше. Второй час я приводил зал в порядок, а до учебы мы так и не добрались. И ладно если бы это было в форме квестов вроде «Уберись в тренировочном зале» с наградой пусть даже в пару очков опыта, но нет. Я дивился хитроумию и коварству ИскИна мастера, за мои же кровные пять сотен золотых решившего получить халявную уборку.

Расчистив пространство, я, понукаемый Бу, притащил метлу и долго выметал мусор, чихая от поднявшейся пыли. Этим уборка не закончилась, напротив, она только начиналась, и после я мыл полы, вытряхивал коврики, вытирал пыль с окон и вычищал из потолочных углов скопившуюся паутину. И ради этого я хотел пропустить школу?

Разблокировано достижение «Наивный глупец»!

Заплатите 500 золотых за право убраться в школе безоружного боя мастера Сагды.

Награда: стыд за бездарно потерянное время.

Примерно такое достижение я мысленно вывел у себя в голове, маленькой тряпочкой оттирая винные пятна с растрескавшегося деревянного столика. Уборка к тому времени уже переместилась в спальню Бу. Мастер накачивался чем-то из фляжки и на глазах становился веселее, не уставая выдавать очередные перлы и «уроки»:

– Урок двадцать первый, ученик, – сказал он, обгладывая баранью ногу. – Тарелка, свалившаяся со стола, почти всегда разбивается, особенно если пол не деревянный, а каменный. А теперь живо убери осколки!

Я много раз порывался послать «учителя» и его «уроки» куда подальше, но было безумно жалко потерянного времени и чуть не заработанного, если бы не выходной, страйка за пропуск настоящих уроков в школе. Так что я, стиснув зубы, продолжал терпеть издевательства поехавшего крышей и обнаглевшего искусственного интеллекта.

К полудню и тренировочный зал, и жилые комнаты наставника сияли чистотой, а сам он, изрядно окосевший, сыто рыгнул и бросил:

– Во дворе умывальник. Помой руки – и в зал! У меня там чисто, понимаешь ли, и не хватало еще, чтобы ты мне все запачкал.

Радостно кивнув, я помчался во двор и кинулся к умывальнику. Там-то снова и обломался: воды в нем не было. Чертыхнувшись и помянув бездну, я представил Бу в адском котле и решил, что даже там он будет вальяжно валяться и гонять чертей за бухлом.

Взгляд наткнулся на пустое ведро. Схватив его, я ринулся за водой к колодцу, залил в умывальник, наскоро ополоснул руки и вернулся в зал. Пьяный мастер стоял там и глазел в одну точку.

– Бу? – окликнул я его, решив, что тот уснул.

– Ты задержался, – констатировал наставник, зевая.

Я уже ждал очередного наказания, но он просто позвал меня в центр зала и наконец-то начал учить безоружному бою.

Процесс сильно отличался от обучения у охотника Конрада, мастера стрельбы из лука, и это легко объяснялось – к Конраду я пришел, вообще не владея навыком, а к Бу – с 72-м уровнем Безоружного боя.

– Я многому могу тебя научить, Скиф, – серьезно произнес Сагда.

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам выбрать один из следующих трех боевых приемов:

Удар скорпиона 1-го уровня

Вероломный удар с дальней дистанции: после прыжка вперед вы приземляетесь на руки и бьете согнутыми ногами. Наносит 300% от обычного урона. Ввиду внезапности прием игнорирует 25% брони противника.

Хвост дракона 1-го уровня

Удар ногой с разворота, как правило, в голову противника. Наносит 250% от обычного урона. С вероятностью 10% ошеломляет противника на 1 секунду.

Оглушающий пинок 1-го уровня

Простой, но оттого очень эффективный удар. Наносит 150% от обычного урона. С вероятностью 30% оглушает противника на 3 секунды.

– И все? – поразился я скудности выбора.

– На твоем уровне развития можешь выбрать четырнадцать из более чем четырех сотен приемов, – ответил наставник. – Но не все сразу. Сейчас ты определяешься с базовым приемом, и от него зависит, что я смогу предложить дальше.

– Тогда я выбираю Оглушающий пинок, – заявил я.

– Не спеши, ученик. – Сагда взял меня за подбородок, приподнял голову и внимательно посмотрел в глаза. – Я тебе объясню, как это обычно происходит… кхм-кхм… с не такими одаренными учениками, как ты. Они развивают навык и каждые пять его уровней получают возможность выбрать один из трех открывшихся приемов разных школ боевых искусств.

– И от чего зависит, какие приемы откроются…

– Не перебивай! – Очередной хлесткий удар палкой заставил меня заткнуться. – Приемы могут быть атакующими, защитными, контратакующими – всякими, в том числе смертельными с определенной долей вероятности. От набора освоенных приемов и их уровня развития зависит, какой стиль боя станет для ученика основным, и в дальнейшем новые варианты будут предлагаться только в этой сфере. Но! – Наставник склонил голову, покрутил указательным пальцем и выдержал паузу. – Если ученик скопил достаточно места здесь…

Наставник постучал пальцем по лбу, и я понял, что он имеет в виду неизрасходованные очки обучения, которые я получал за каждые пять уровней боевого навыка. Формально за каждое такое очко я мог изучить новый прием, а я их накопил аж четырнадцать.

– …то и возможностей перед ним открывается куда больше, – продолжал Сагда. – Многие, идущие по пути безоружного боя, слишком спешат, торопятся узнать новый прием в надежде разнообразить стиль и получить что-то новое, более мощное, но все они кое-что упускают. Осваивая разное, ни в чем не добиваются серьезного успеха. Тот же, кто продолжает совершенствоваться в одном, не распыляясь на многое, способен на большее. Такой ученик может повысить эффективность известного приема.

Я насторожился. Мой Кулак-молот развивался, становясь эффективнее, и так, безо всякого «усовершенствования» у наставника за пять сотен золотых, но, может, он говорит о чем-то другом?

– А освоив хорошо известный прием на новом уровне, боец тратит на него меньше маны, может использовать чаще, а сила его удара возрастает! – торжественно заключил наставник, а потом снова поднял указательный палец. – Подобное возможно только дважды, после чего боевой прием достигает совершенства в исполнении. И ты мой первый ученик, Скиф, кому я могу преподать такой урок.

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам усовершенствовать прием «Кулак-молот»:

Тяжелый кулак-молот

Оттачивая мастерство, вы улучшили эффективность боевого приема.

+5% от обычного урона за каждый уровень приема.

+0,5% к точности за каждый уровень приема.

+0,1% к игнорированию брони за каждый уровень приема.

Стоимость: 5 очков обучения.

Сообразив, каким грозным может стать и без того бешено прокачанный Кулак-молот, я без промедления согласился. Едва заметно улыбнувшись, наставник тут же предложил еще один апгрейд:

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам усовершенствовать прием «Тяжелый кулак-молот»:

Сокрушающий кулак-молот

Оттачивая мастерство, вы достигли совершенства в использовании боевого приема.

+10% от обычного урона за каждый уровень приема.

+1% к точности за каждый уровень приема.

+0,2% к игнорированию брони за каждый уровень приема.

Стоимость: 5 очков обучения.

Я принял и это предложение, а потом невольно расплылся в улыбке, отмечая, как круто выглядят цифры моего единственного, но зато улучшенного приема:

Сокрушающий кулак-молот 72-го уровня

Наносит 4420% от обычного урона. Точность: 437%. Игнорирование брони: 85,4%.

– Мудрый выбор, ученик, – сказал мастер Сагда. – Осталась последняя ступень, получив которую, ты сможешь не кривя душой сказать, что познал прием Кулак-молот полностью.

– Учитель, но вы же говорили, что у любого приема только три ступени?

– Ступени три, и я не отказываюсь от своих слов. Но на максимальном уровне любого приема открывается дополнительная возможность наносить непрерывные серии ударов. Комбо! У него есть особый эффект – только мастер выше уровнем может его прервать, а ошеломленный противник не будет способен на противодействие!

Я открыл рот, чтобы разузнать больше, но не решился прерывать Бу. Он продолжал рассказывать о связках приемов, применяя которые в определенной последовательности, можно не только значительно повысить свой урон, но и развивать их:

– Изучив метод проведения серий однотипных приемов, ты будешь способен на все более сложные серии. Легендарный гранд-мастер Ояма способен проводить связки из более чем тысячи ударов и приемов! – В его голосе прозвучало неподдельное восхищение, и я решил найти этого мифического наставника. – Как правило, в реальном бою он никогда не успевал провести ее полностью – противник погибал раньше или начинал молить о пощаде. У тебя еще достаточно сил, чтобы освоить и Комбо. Желаешь ли ты это сделать, ученик?

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам изучить новый боевой прием:

Комбо 1-го уровня

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Количество слотов в связке: 2.

Стоимость: 3 очка обучения.

В отличие от обычных приемов со стандартным пятисекундным откатом, Комбо требовал больше времени на повторное использование. Однако согласился я не раздумывая: два Молота подряд с отдельным откатом – страшная сила! Усвоив новый прием и собрав связку ударов, я загорелся желанием поскорее испытать их в деле, бросив взгляд на стоящий в углу манекен, но наставник умерил мой пыл:

– Не спеши, ученик. Ты можешь изучить еще один прием. Выбирай мудро!

Вернулось самое первое окно с выбором между Ударом скорпиона, Хвостом дракона и Оглушающим пинком.

Я прикинул, что прокачка новых приемов займет время, а ощутимого преимущества они мне не дадут. Разве что Оглушающий пинок, который хоть и наносит мало урона, но имеет шанс оглушить противника, что на Арене может переломить ход поединка. Рассуждая таким образом, я выбрал этот прием.

– И снова мудрый выбор, ученик! – довольно осклабился мастер Сагда. – Это все, чему я могу тебя обучить сегодня. Теперь оттачивай мастерство. Зал в твоем распоряжении, а я пойду вздремну.

После его ухода я остановился напротив тренировочного манекена с меня ростом. Хотя, когда я впервые зашел в зал, мне казалось, что он был выше – этакая ростовая деревянная кукла без рук и ног, закрепленная на прочной толстой пружине.

Тренировочный манекен

Уровень всегда равен уровню тренирующегося. Развитие навыков и приемов происходит в десять раз менее эффективно, чем в бою с настоящим противником.

Прочность: неразрушим.

После первого же пробного удара включился режим боя и пошли логи. Я провел Комбо и понял, что теперь и без чумной энергии наношу бешеный урон.

***

До появления бывших «дементоров» оставалось время. Мы договорились встретиться после обеда: Эд повел сестренку в парк развлечений, а с ним увязались и остальные.

Я же собрался провести свободные часы с пользой. Во-первых, прокачать ремесло кулинарии, заодно попробовав сообразить что-нибудь из стаков с мясом болотных тварей; во-вторых, поискать на аукционе Внутренности крысы-зомби. Чумной мор появлялся не только в Тристаде, и я надеялся, что без готовых рецептов игроки дешево сливают тошнотворную требуху на ауке, а скупив все, я запасу побольше Запеченной крысиной требухи нежити, что ускоряет прогресс навыков, а это будет нелишним ни мне, ни соклановцам, откатившимся вниз по уровням.

Шеф-повар Арно в мыле метался по кухне, подгоняя помощников. На плитах жарилось, варилось и бурлило, из печки, где что-то запекалось, просто умопомрачительно пахло, и ни одного свободного очага я не обнаружил.

– Скиф! – воскликнул Арно. – Зашел перекусить? Тогда тебе в зал, дружище… – Он отвлекся и заорал на юную повариху Раду: – Да кто так режет лук?! Дай сюда нож!

Чертовы игровые условности! У меня три слота в инвентаре, все забиты, и некуда положить котелок, дрова и огниво, без которых не развести костра и не начать готовку. Я задумался. В этот момент Арно с мускулистым низкорослым поваром сняли с огня огромный котел, где бурлила то ли каша, то ли похлебка.

Дымящуюся посудину переставили на каменный стол, а Арно, удостоверившись, что помощница правильными порциями разливает варево, уселся на стул и, обращаясь ко мне, пожаловался:

– И так каждый день. Хозяин придумал этакую штуку – с часу до двух в таверне комплексные обеды. Первое, второе и третье. И требует каждый день новых блюд! Компот уже сварен, лесная каша с мясом и ягодами доходит, вон, томится на плите, а вот для запланированной рыбацкой ухи у нас не оказалось рыбы! Можешь себе представить, Скиф? Разбойники ограбили утренние поставки с моря, вот, пришлось срочно бежать на рынок и закупать речную – сплошь чешуя да кости! Тьфу! Еле успели!

– Сочувствую, дядя Арно, – сказал я.

Просить его о чем-то было пока некстати.

– Так, а ты чего сидишь? – встрепенулся повар. – Видишь, уже разносят! Иди в зал, все подадут!

– Я не обедать пришел. Выдалось свободное время, хотел посвятить его ремеслу, а для этого мне нужен ваш очаг.

Арно изучающе посмотрел на меня, что-то прикинул и предложил:

– Вижу, что в развитии ремесла тебе помогут блюда из речной рыбы. Вон там, в мешке, ее еще много осталось: караси, уклейки, ерши да окуни, – он указал в дальний угол кухни. – Мелочь, да и пропадет быстро. Если хочешь, можешь воспользоваться нашими запасами, Скиф.

Поблагодарив Арно, я направился к мешкам, одновременно пролистывая список известных мне рецептов. Названия блюд серого цвета прироста ремесла мне не дадут, зеленые – с очень маленькой вероятностью. Желтые при готовке почти точно повысят уровень, а вот красные – повысят однозначно, но есть риск испортить ингредиенты. Впрочем, экономить то, что предлагается бесплатно, я не собирался.

Перетащив мешок к свободному очагу и взяв у Арно котелок в аренду, я готовил Копченых окуней, Жареных карасей, Хрустящих ершей, Рыбную жареху, и уровень ремесла рос на глазах. Приготовленным я забивал корзину, выделенную шеф-поваром.

На 250-м уровне ремесла Арно, одобрительно похмыкав, сам предложил мне повысить степень кулинарии. И снова бесплатно!

Ваша степень ремесла кулинарии повышена до умельца!

Шанс успешно приготовить блюдо по известному рецепту: 100%. Шанс успешно приготовить новое кулинарное блюдо: 15%.

Добавлены кулинарные рецепты: сочный стейк из мяса льва, сытная носорожья похлебка, горячий яблочный сидр, жареный моллюск, жареное крыло гуся, острая волчья грудинка, мясо в соусе «Дыхание дракона», камнешкурая рыба в кляре…

Продолжайте совершенствовать ремесло: готовьте по известным рецептам, придумывайте свои, экспериментируйте с ингредиентами.

Очки опыта за повышение степени ремесла: +50.

Рыбы я попортил немало, ведь делал упор на красные блюда, но попутно изобрел новый рецепт – Хорошо прожаренный карась в сметане. Как туда попала сметана, я понятия не имею – просто от скуки плеснул в котелок с жарящимися карасями прокисшего молока. Не сказать что блюдо вышло очень полезным: восстанавливало двадцать очков жизни, если его съесть полностью, и давало десятиминутный баф +10% к скорости восстановления маны. Разве что для низкоуровневых игроков оно станет настоящим подарком.

Получив разрешение Арно, я сложил все приготовленное в ту же корзину, чтобы отнести на аукцион и выставить на продажу. За все заработаю меньше золотого, но мне все равно надо туда – проверить, есть ли Внутренности крысы-зомби.

Блюда из речной рыбы все посерели, и я дожаривал остатки скорее из принципа. Прогресс ремесла замер, и мне пришлось экспериментировать.

Я выгреб из рюкзака Ядовитое филе болотного голована с кровью и для начала попробовал просто его пожарить. Раз за разом мне удавалось получить только угольки или несъедобную отвратительного вида массу – мясо сгорало и разваривалось, а уведомления сообщали:

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Провал!

– Скиф, позволь дать совет, – вмешался Арно, когда я испортил первый стак и перешел ко второму. – Не знаю, чье это мясо, но выглядит оно очень нежным. Попробуй добавить немного яблочного уксуса, зелени и вот этого красного лука. Возможно, и огонь не понадобится. Да, и побольше перца! Попробуй черный и огненный…

Он указал на мешочки с приправами, и я последовал его рекомендациям. Снял котелок с огня, выложил порцию мяса болотного голована и сделал все, как сказал Арно. В первые три раза ничего не вышло, и я стал менять количество уксуса и приправ, а потом подумал, что, может быть, игре нужен огонь как основное условие приготовления пищи.

Я снова все разложил в котелке, помял содержимое и поставил на угли. А через три секунды вытащил.

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Успешно! Вы создали новый кулинарный рецепт: «Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью»!

Очки опыта за новый кулинарный рецепт: +100.

Вы приготовили «Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью».

«Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью» (1) добавлено в ваш инвентарь.

Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью

Редкое кулинарное блюдо.

Ингредиенты: ядовитое филе болотного голована с кровью, яблочный уксус, черный перец, огненный перец, красный лук, зелень.

Страшно ядовитое мясо болотного голована при правильной готовке превращается в настоящий деликатес! Его изобретатель Скиф провел не один эксперимент, прежде чем нашел верное соотношение приправ и огня.

Особые эффекты при поглощении: +10 к наивысшей основной характеристике на 3 часа.

Эффект снимается после смерти.

Стоимость: 54 серебряные монеты.

Кулинарное ремесло: +10. Текущая степень: умелец (14 / 500).

Результат впечатлил не только меня. Арно возбужденно подскочил, обнял и начал меня трясти:

– Два новых блюда меньше чем за час! Скиф, в тебе скрыт огромный потенциал кулинарного мастера! Я советую, нет, я настаиваю! Ты обязан принять участие в «Кулинарном поединке»!

– Дядя Арно, это же просто случайность! – отнекивался я. – Фактически этот рецепт ваш! Почти все ингредиенты ваши!

– Нет, молодой человек! – потряс головой шеф-повар. – Мне никогда и в голову бы не пришло поставить подобный маринад на угли! Это совсем не в моем стиле!

Он долго распинался и рассказал о кулинарном турнире, проводимом каждое воскресенье среди мастеров ремесла по всему Дисгардиуму. Чтобы подать заявку на участие, следовало отправить свое фирменное блюдо организаторам в гильдию кулинаров, основное условие – чтобы участники готовили только авторские блюда. Если претендент проходил отбор, ему высылалось приглашение на очередной турнир – письмо, в нужный день активирующее телепорт в главное здание гильдии.

– Знаешь ли ты, Скиф, что как изобретатель нового блюда будешь получать 1% с каждой его продажи? Естественно, для этого надо зарегистрировать рецепт в гильдии кулинаров…

Я вспомнил о том, что за мной числятся еще два новых блюда: Запеченная крысиная требуха нежити и Хорошо прожаренный карась в сметане, – и согласился.

– Что от меня требуется, дядя Арно?

– С твоего позволения, я заберу то, что у тебя получилось, и сам займусь заявкой. У меня будет лишь одна просьба. Тебе позволено взять с собой одно сопровождающее лицо. Я бы с удовольствием посетил гильдию, у меня там скопилось много дел. А если на турнире ты объявишь меня своим наставником, то этим изрядно польстишь старику…

Арно застенчиво посмотрел в потолок, и я улыбнулся. Кем-кем, а стариком этот полный сил мужчина точно не был.

– Конечно, дядя Арно!

Шеф-повар обнял меня и растроганно стер слезу. А я с уже готовым рецептом на руках доготовил остатки мяса болотных тварей, а заодно решил забить сумки Бомбовоза ингредиентами для моего нового блюда, чтобы на месте, прямо в Болотине, сразу готовить.

Закончив, сказал Арно, что не прощаюсь и скоро вернусь, одолжил корзину, забитую приготовленной рыбой, и побежал на аукцион. Соклановцы должны были вот-вот войти в Дис, а я хотел успеть добить тему с кулинарией и усилить наш будущий прогресс Запеченной крысиной требухой нежити.

В итоге я полностью разгрузил и корзину, и рюкзак, выставив на продажу все наготовленное. Копеечные блюда заявлял за символическую стоимость в один-два медяка, Карась в сметане пошел по три, а вот Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью я оценил аж в три золотых. Не знаю, может, его раскупили бы и по десять, но учитывая неиссякаемый ресурс основного ингредиента в Болотине, я ничем не рисковал.

Внутренности крысы-зомби на аукционе были представлены слабо: всего двенадцать штук от разных продавцов на весь Дисгардиум. Цена варьировалась, причем если большинство лотов были оценены в три-четыре серебра, то на два от одного торговца была выставлена космическая стоимость в тысячу золотых. Похоже, не понимая, с чем имеет дело, он заломил цену от фонаря, подозревая, что редкий малоизвестный алхимический и кулинарный ингредиент может стоить и таких денег. Парень был недалек от истины, но покупать его лоты я не стал, хотя мог бы за счет победы и выигранной ставки на турнире «Буйной фляги».

Через десять минут я выгреб из ящика покупки, на кухне приготовил крысино-зомбячьи внутренности, чем поднял ремесло еще на десять, и, тепло распрощавшись с Арно, двинул в общий зал «Буйной фляги». Соклановцы уже собрались в Тристаде и двигались к таверне, месту встречи клана «Пробужденные».

Нас ждал многочасовой фарм в Болотине, а я даже не пообедал. Надеюсь, парни и Тисса войдут в положение.

Системное сообщение поймало меня, когда я озирался в зале, высматривая соклановцев.

Состоялись выборы в городской совет Тристада!

Вместо вышедшего на пенсию Варма Торгердсона избран новый советник – господин Полинуклеотид.

Торжественная церемония состоится на Центральной площади перед зданием городского совета в 20:00.

А следом почти сразу всплыло еще одно оповещение, и оно было насколько же странным, настолько невыполнимым был содержавшийся в нем квест:

Доступно новое задание: «Праздник к нам приходит!»

Советник Полинуклеотид хочет, чтобы вы украсили праздничными гирляндами все улицы города Тристада.

Прогресс выполнения: 0 / 63.

Срок выполнения: до начала торжественной церемонии в честь окончания выборов в Городской совет (05:18).

Награды: 30 очков опыта; 3 серебряные монеты.

Штраф в случае невыполнения или отказа от задания: ваша репутация с городом Тристадом снизится до уровня «Враждебность».

Принять или отказаться?

Глава 22. Заклятые друзья

– Как тебе мой уникальный квест, Скиф? – Из-за колонны выступила фигура Большого По. Он ухмыльнулся и глумливо объявил: – Тебе выпала огромная честь украсить город к торжественной церемонии!

Не успел я придумать, что ответить и чем выразить негодование, как в таверну влетела Тисса, а вслед за ней и остальные «пробужденные».

– Привет! – Я утонул в объятьях девушки, а потом на меня обрушились тяжелые похлопывания парней.

– А этому что еще нужно? – Краулер смерил Большого По взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

– Ох, как удачно получилось! – Уэсли Чоу потер ладони, посмотрел на парней, задерживаясь на каждом, и кивнул, скрывая улыбку. – Счастливо вам выполнить квест, неудачники!

Он направился к своему излюбленному и уже оккупированному офицерами «Аксиомы» столику. Судя по раскрасневшимся лицам, те уже выпили не простого сливочного пива, а с добавлением веселящего эликсира алхимика Эрла.

Краулер на мгновение замер, а потом разразился проклятиями в спину Полинуклеотида:

– Какого хрена, По? Как?

По остановился и неторопливо развернулся. Его взор полыхнул ненавистью:

– А ты думал, зачем нам было нужно место в совете, кусок идиота? В том числе для такого. Чтобы вам, неудачникам, жизнь медом не казалась! Квест вы не сделаете, это я вам гарантирую. Так что валите отсюда на фиг, пока на вас весь город не сагрился!

Мы проводили его взглядами, после чего я кивнул на незанятый столик и подал пример, усевшись за него. На бывших «дементоров» обратили внимание, и, игнорируя любопытство посетителей «Буйной фляги», соклановцы последовали моему примеру.

– У всех один и тот же квест? – спросил я.

– Украсить все улицы гирляндами, – ответила Тисса. – У тебя?

– Да, такой же. Отказываться нельзя, остается только принять. Выиграем время. Где можно взять эти чертовы гирлянды?

– Продаются в сувенирной лавке старого Джа, – ответил Инфект. – Но для такого квеста их нам бесплатно выдаст Уайтекер.

– Только нам это не поможет, – мрачно изрек Краулер. – Ты когда-нибудь развешивал гирлянды, Скиф? К любому из праздников Уайтекер просто сыпал такими квестами: от украшения елки до раскладывания пасхальных яиц.

– Нет, – я покачал головой.

– Чтобы их «развесить», – Эд показал пальцами кавычки, – вдоль одной улицы, нужно потратить около часа. При открытом квесте система подсвечивает тебе точки на стенах, где можно прицепить гирлянду. Ты подходишь туда и типа «прикрепляешь» – ждешь, пока заполнится прогресс-бар. Минута на точку, сорок-пятьдесят точек на улицу. До торжественной церемонии пять часов, нас пятеро, а это значит, что в лучшем случае за отпущенный срок мы развесим гирлянды…

– На двадцати пяти улицах, – перебил я его.

– Вот именно. Лидер «Аксиомы» хороший математик. Если верно то, что я читал об этом, при генерации задания игроком система не дает возможности создать невыполнимое. Этот квест выполним. Я уверен, что, кроме нас, По выдал его нескольким соклановцам с прокачанной репутацией с Тристадом. Так что, если бы каждый вступил в дело, мы бы успели.

– А «аксиомовцы», понятное дело, выполнять квест не будут, – вздохнул Бомбовоз. – Но они же тоже понизят себе репу?

– Вряд ли их это беспокоит, Бом, – ответил Краулер. – Завтра Большой По сгенерит им еще какое-нибудь задание, и все потерянное вернется. Ладно, что делаем, Скиф? Командуй.

Тисса покачала головой официантке, подошедшей принять заказ, и взгляды «пробужденных» обратились ко мне.

– Народ! – встрепенулся я, озаренный идеей. – А чего мы так легко сдались-то? Я же при Арбитре спорил с Большим По? Он не должен вставлять нам палки в колеса!

– Ну да! Точно! – вскричал Краулер. – Вызывай!

– Минутку… – Тисса подняла руку, подзывая официантку. – Можно нас накрыть Куполом безмолвия?

– Конечно, – кивнула та.

В «Буйной фляге» была и такая платная услуга. После того, как купол отсек все внешние звуки, я выдал стандартную формулировку призыва ИскИна, разрешающего споры. Вообще, если вызывать Арбитра по пустякам, упадет репутация с Небесным арбитражем – отдельной фракцией, куда входили судьи. Поговаривали, что плохие отношения с ними могут повлиять на решение споров, а поскольку никто не знал, как улучшить эту репутацию, то и по пустякам звать Арбитров не рисковали.

Метрика пространства над столом на миг искривилась, и из образовавшегося пролома выпала небольшая, с яблоко величиной, сфера. Издающее слабый мерный гул Око, потрескивая синим пламенем, обратилось ко мне:

– Изложите суть обращения, игрок Скиф.

Я изложил, а Тисса, вклиниваясь со своими замечаниями, добавила красок. Око на мгновение замерло, изучая подробности, и невозмутимо огласило вердикт:

– Задание выдано в рамках игрового процесса. Исполнители определены избранным советником, игроком Полинуклеотидом, исходя из собственных предпочтений, что не противоречит правилам.

– Но квест невозможно выполнить в срок! – Тисса старалась не орать, но все равно получился возмущенный крик. – Потому что игроки из «Аксиомы», так же получившие задание, не собираются его выполнять!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Око обернулось к девушке, сделало просчет сказанного и разродилось решением:

– И это тоже в рамках игрового процесса. Провал задания приведет к штрафным санкциям со стороны городского совета. Вопрос считается разрешенным.

Око исчезло, оставляя нас в гнетущей тишине. Случившееся было насколько несправедливым, настолько и неисправимым – для роста репутации нам оставался только крайне нудный и долгий фарм врагов города и выполнение малозначимых квестов в других локациях, косвенно повышающих отношение к нам Тристада. В преддверии Арены это стало бы бессмысленной тратой времени, к тому же пока Большой По советник, нам всегда могут выдать еще один сгенерированный невыполнимый квест.

– Всем светит враждебность за невыполнение задания? – осведомился я, подавив гнев.

Соклановцы застыли, изучая свои профили. Глаза Тиссы распахнулись:

– Бездна! Если я не смогу войти в город, будет полная задница! С каждым днем без молитвы в храме очки веры будут снижаться в геометрической прогрессии! Через пару недель я потеряю статус жрицы Нергала! О нет… – Тисса подняла руки и взмолилась, глядя в потолок. – За что? Столько времени на это убила…

– Ты все равно его потеряешь, когда мы станем адептами… – не договорив, Краулер кивнул в мою сторону.

– Это еще не проверено! – прошипела девушка. – Можно прокачивать веру с разными божествами.

– Магию света тоже потеряешь? – обеспокоился я.

– Нет, не потеряет, – ответил Краулер. – Магия с фолианта, но от Нергала ей идут нехилые бонусы. В общем, понятно, что в город мы через пять часов больше войти не сможем.

– Раз так, надо использовать это время по максимуму. Продукты, питье, зелья, ремонтные наборы…

Я перечислял все, что, по моему мнению, нам понадобится, но заметил, что Краулер хочет что-то сказать.

– Да, Эд?

– Скиф, доверься в этом вопросе нам, – сказал он. – Мы уходили в двухнедельные рейды, когда осваивали инсты, и переносили точку реса туда же. Меня беспокоит другое – есть у нас хоть кто-то, кому мы здесь сможем доверить торговлю? Я не про мелочь, это можно через любого из одноклассников провести, но вдруг нам выпадет что-нибудь дорогое? Эпик, например? Выслать такой предмет почтой равнозначно дарению, и любой Арбитр это подтвердит. Меня как-то Рассел на две синьки кинул, помните?

– Угу, – хмыкнул Бомбовоз. – И ведь не докопаешься, и предъявить нечего. Ты сам ему выслал.

– У меня есть такой человек, сейчас приглашу на разговор…

Я скинул сообщение Перевес, предлагая встретиться возле таверны. Она ответила, что скоро будет.

– Лучше бы нам сменить место беседы, учитывая, сколько здесь ушей, – сказала Тисса.

– Тогда выдвигаемся. Бом с Инфектом на закуп, а мы с Тиссой и Скифом пообщаемся с его торговцем. – Эд повернулся к парням. – Закупайтесь по обычной программе, просто берите всего раз в пять больше. Склянки, чистые свитки и ингредиенты к Алхимии не забудьте. Варить зелья будем на месте…

Дзынь! Звякнуло уведомление о том, что продались все лоты моего особого блюда из болотного голована. По три голды за штуку! Значит, можно повышать цену… Черт, аукцион! Я совсем забыл, что хотел слить через Риту ненужные шмотки, а ведь после выхода из города я вряд ли скоро получу доступ к сундуку.

– Отлучусь на две минуты, – сказал я. – Срочное дело.

– Если ты в туалет, то, надеюсь, тебе дали достижение как первому игроку, которому он понадобился? – Жизнерадостный гогот Бомбовоза преследовал меня до выхода на лестницу.

В комнате я наскоро провел ревизию, выслал всю синеву Рите, а потом ломал голову, что делать с эпиками: луком и перчатками. Они понадобятся не скоро, и до того мы с «пробужденными» будем умирать чаще, чем хотелось бы. Шанс потерять эпическую шмотку низок, но он есть. И тогда я отправил их отдельным письмом Перевес с припиской: «Сохрани, пожалуйста, у себя. Объясню при встрече».

Вернувшись к соклановцам, я тут же подвергся допросу Инфекта: его интересовало, что мне нужно в длительном рейде, а может быть, даже в долгом изгнании – ровно до выхода в большой мир.

– Да мне вроде ничего не надо, – машинально отозвался я.

– Точно? Подумай хорошо, вдруг у тебя есть особые пожелания? – поинтересовался Ханг.

– Да, есть, – кивнул я, вспомнив о том, что хотел готовить еду из мяса тварей Болотины…

Я перечислил Бомбовозу необходимые кулинарные ингредиенты, заказал пару стаков разных приправ на случай, если удастся налутать новых ресурсов для готовки, а потом скинул в клан-чат описание Запеченной крысиной требухи нежити.

– Ни фига себе! – присвистнул Эд. – Откуда? Сколько есть?

– Сам приготовил. Есть полстака, но если знаете, где можно найти Крыс-зомби, приготовлю еще. А ты, Бом, глянь аук, нужны ключевые ингредиенты. Забей в поиск «Внутренности крысы-зомби».

– Понял, – кивнул воин.

Они с Инфектом поднялись из-за стола. Бомбовоз зачем-то похлопал себя по карманам и повел шеей, разминая затекшие мышцы. Привычки реала часто переносятся в Дис.

– Постарайтесь управиться за час, – напутствовал их Эд. – До выхода в поле нам надо решить много вопросов. Перебрать комплекты шмотья, провести полный ремонт…

С шорохом бумаги загорелась строчка с личным сообщением от Риты: «Я у двери. Мне войти?»

– Мой человек пришел, – сказал я Тиссе и Краулеру. – Идемте пообщаемся.

Рита Перевес, высокая, фигуристая и особенно красивая в легком светлом платьице, не скрывающем коленей, удивленно вскинула голову, поняв, что я не один. Тисса рядом с ней смотрелась совсем подростком. Просто, глядя на Риту, я видел в ней… как бы это сказать… женщину? С Мелиссой я рос с детского сада. Знавал ее и смешным карапузом с бантиками в косичках, с разбитыми коленками, и видел в ней друга, пусть и другого пола, хотя, понятно, испытывал к Тиссе очень нежные, волнующие чувства.

С Ритой Вуд все иначе. Эта девушка пробуждала во мне что-то другое. Что-то, идущее не от сердца и уж точно не из головы. Чувство будоражило и заставляло бурлить кровь.

– Привет, Алекс! – первоначальная растерянность сошла с лица Риты, и она широко улыбнулась.

– Привет! Рита, знакомься, это мои друзья и одноклассники…

– Бывшие, как я понимаю, «дементоры» Краулер и Тисса, – продолжила Вуд и сухо сказала: – Мы знакомы.

– Это и есть твой «надежный человек»? – не отводя глаз от Перевес, спросил Эд.

– Да, я доверяю ей. А что?

– А то, что она с ее братом Крисом кинули нас! – воскликнула Тисса. – Пойдем отсюда!

– Стоп, стоп! Не так быстро! – Я удержал ее за руку.

Тисса нехотя остановилась, а Эд стал меня убеждать:

– Скиф, тут пасется «Аксиома» – это раз. Нельзя подобные разговоры вести здесь. А Вуды те еще кидалы, и уж с кем с кем, а с ними точно нельзя иметь никаких дел – это два!

Рита молчала, но выражение ее лица, сжимающиеся кулаки, вздымающаяся грудь и подозрительно заблестевшие глаза говорили, что сейчас взорвется бомба. Я взял ее за руку, не отпуская при этом Тиссу, и потащил их в таверну.

– Что? Отпусти! Куда? Немедленно отпусти меня, Алекс Шеппард! Зачем? – одновременно завозмущались девчонки, сопровождая слова кошачьим шипением.

– Краулер, сними, пожалуйста, комнату у Ташота. Слышал, там установлен Полог тишины – проверим, как он работает.

Обычно команды в Дисе раздавал он, и было заметно его секундное напряжение, но Эд послушал меня и рванул к стойке. Через полминуты, позвякивая ключом, он начал подниматься по лестнице на второй этаж, а я с упирающимися девчонками последовал за ним. Слава Чумному мору, сила у меня была прокачана больше, чем у них вместе взятых.

Зайдя в комнату последним, Краулер запер дверь.

– Это что, похищение? – спросила Рита, поправляя сбившееся платье.

– Это попытка сохранить нашу дружбу, – ответил я.

Рассаживаться никто не стал, все продолжали стоять: я у окна, девчонки, бычась, по разные стороны комнаты, а Эд у двери. Я быстро огляделся, потому что в таком номере таверны был впервые.

Он оказался очень уютным – просторным, с огромной кроватью у стены, панорамным окном, выходящим на улицу, и обилием предметов интерьера. На стенах были развешаны картины с красотками, млеющими в объятиях кавалеров, на столе стояла ваза с букетом свежих цветов, подсвечник, бокалы и чаша с фруктами. Заострять внимание на деталях я не стал, просто понял, как в Дисе работает недешевый апгрейд гостиничного номера. Комната располагала к мирной беседе.

Я сел в глубокое мягкое кресло у окна, вытянул ноги и предложил сделать то же самое остальным. Моему примеру последовала только Тисса, опустившись в другое кресло. Эд остался у двери, а Перевес сложила руки на груди и кусала губы.

– Рита, я прошу прощения, но поговорить на людях мы не могли. Скажу тебе прямо, пока мы ни о чем не договорились…

– Скиф! – встрепенулась Тисса, но я остановил ее жестом.

– У нас меньше пяти часов. Полинуклеотид, ставший городским советником, выдал нам невыполнимый квест. Уже этим вечером отношение Тристада к нам станет враждебным. Выводы сделай сама.

– Твою мать, Шеппард! – ругнулся Эд, но больше ничего говорить не стал.

– Родригез, – ответил я ему в тон. – Мы еще дойдем до вашей истории взаимоотношений, о’кей? Сейчас я хочу объяснить Рите наше положение.

– Алекс, как только ты закончишь и прежде, чем выслушаешь друзей, мне хотелось бы самой рассказать, что тогда произошло, – попросила Перевес.

Тисса метнула в ее сторону злющий, как Эвилский плесневик, взгляд.

– Обязательно, Рит, – пообещал я. – Все происходит из-за вражды с «Аксиомой» и лично Большим По. А началась она после того, как мы увели у них Первое убийство в Олтонских каменоломнях. Это мало кто знает, потому что ни они, ни мы тему не поднимаем, но от тебя, как видишь, я этого не скрываю. Важно, чтобы ты понимала, во что я хочу тебя втянуть.

– И во что же ты хочешь меня втянуть, Алекс? – Рита едва заметно улыбнулась.

Тисса, наблюдавшая за моей собеседницей сквозь тень опущенных ресниц, уловила томные вибрирующие интонации Перевес и мгновенно среагировала:

– Губу назад закати, Вуд! Никто тебя ни во что втягивать не собирается. Алекс просто не знает, кто ты на самом деле!

– Тисса! – мне пришлось повысить голос. – Мы теряем время!

– О’кей, босс, – донеслось из кресла.

Она подобрала ноги и сделала вид, что накидывает на голову капюшон. Вот только мы не в реале, и никакого худи на ней нет, как и любимых штанов, а только платье жрицы Нергала, и ей, спохватившись, пришлось быстро скрестить ноги.

Спрятав усмешку, я продолжил говорить с Ритой:

– Ни во что криминальное я тебя втягивать не собираюсь. Мы уходим в поле на длительную прокачку и фарм и, как понимаешь, не сможем пользоваться аукционом, чтобы продавать лут. Кроме того, нам надо будет пополнять запасы зелий, эликсиров, алхимических, кулинарных…

– …и всех прочих ремесленных ингредиентов и ресурсов, – закончила мысль Перевес. – Я поняла, Алекс. Без вопросов, ты же знаешь, что можешь на меня рассчитывать. Мои условия тебе тоже известны, как и то, что для «Пробужденных» это будет выгоднее, чем заниматься торговлей самим. Я, кстати, уже закинула твои шмотки на аук, но что делать с… – Она запнулась, не зная, можно ли говорить о моих эпиках при Тиссе и Краулере.

– Что делать с эпиками? Сохранить их и выслать мне, когда попрошу.

Я чувствовал, как Тисса с Эдом буравят меня взглядами, но разъяснять что-либо при Рите не собирался. Это наши внутриклановые дела, и рисковать, как бы я ни доверял Перевес, не хотел. Ни к чему это.

– Хорошо, я так и сделаю, – кивнула она. – Что-то еще?

– Нет. Это все, что мне от тебя нужно.

– Тогда выслушай мою версию наших с Недом разногласий с «дементорами».

– Разногласий? – хмыкнул Эд. – Вы нас кинули!

– Вовсе нет, – не согласилась девушка. – Не было с нашей стороны ни кидалова, ни обмана…

– Ни фига! – крикнула Тисса.

Перебивая друг друга, они рассказали, из-за чего весь конфликт. И выяснилось следующее.

Примерно год назад, когда «дементоры» освоили своего первого рейдового босса, им выпала редкая синяя шмотка: Меч то ли сотни, то ли тысячи истин, мнения разделились. У Бомбовоза уже был масштабируемый эпик за устранение «угрозы», Инфект бегал с кинжалами, а магам Тиссе и Краулеру оружие было без надобности. Потому его решили продать.

Черт его знает, почему они надумали сделать это через Вудов – то ли до аукциона было далеко, а Недовес оказался рядом, то ли Крис сам предложил им, но вышло так, как вышло. Когда Рите все-таки дали вставить слово, она пояснила, что Нед в те времена ходил по отдаленным локациям, скупая у игроков налутанное. Так, собственно, он и создавал их первоначальный капитал – честно предупреждая, скупал дешевле и продавал дороже.

Низкоуровневые игроки были не против. Более того, они даже радовались, что ради продажи барахла не надо тащиться в город – сумки у всех в основном были стандартные, вмещалось туда мало, и освободить слоты от хлама, не сходя с точки фарма, мало кто отказывался. Недовес же мог унести много – и за счет дорогих объемных сумок, и за счет развитой силы. За харизму, важную в общении с торговцами, в их тандеме отвечала Перевес.

Дальше, по мнению Риты, все было предельно честно, а вот по мнению соклановцев – полным разводом и кидаловом: они продали Неду редкий меч за семьдесят голды, а тот перепродал почти за семьсот, о чем и не преминул наивно похвастаться в таверне. Информация дошла до «дементоров», и те кинулись разбираться. Недовес отмел все претензии и, по-моему, был абсолютно прав. Он предложил цену, парни сами согласились, и никто бластер у виска не держал.

К тому же Рита объяснила, что когда Крис оценивал меч, он и не предполагал, что тот стоит дороже сотни, и то в лучшем случае. Учитывая комиссию аукционера, он планировал заработать на шмотке не больше десяти-пятнадцати золотых. А синька на самом деле больше и не стоила, если смотреть только на характеристики, и цена поднялась из-за того, что за нее принялись драться коллекционеры. Именно этот меч выпадал только в песочнице Тристада, а потому был крайне редок.

Разобравшись, в чем дело, я, вопреки ожиданиям соклановцев, принял сторону Вудов:

– Эд, Тисса, это точно нельзя назвать кидаловом. Так что забудьте о претензиях, начнем отношения с Перевес и ее братом с чистого листа. Если у вас есть неуверенность в честности Вудов, я беру ответственность на себя. Обещаю компенсировать все возможные последствия этого решения. Договорились?

– Скиф, ты, кажется, не понимаешь! – возопил Эд. – Я бы и слова не сказал, даже если бы он продал меч раза в два дороже, но в десять? Полтыщи голды прибыли, когда мы на тот момент полгода собирали столько же? Тебе не кажется, что это как-то несправедливо?

– Алекс, ты, может, не в курсе, но мы тогда в школе даже не обедали – все откладывали на Дис, – добавила Тисса. – И то, как нас развел Вуд, просто в голове не укладывается! Даже сейчас… Ты что, реально веришь, что ее брат не знал истинной стоимости шмотки?

– Я ей верю. И на этом закрыли тему, а если вы и дальше хотите обсуждать это, то обсуждайте. Но без меня.

Нехотя и сквозь зубы соклановцы согласились больше об этом не вспоминать. На том и порешили.

Тем временем Рита отвлеклась, глядя в интерфейс.

– Крис интересуется, куда я пропала, – озабоченно сказала она. – Если мы закончили, я, пожалуй, пойду.

– Тебя никто не держит, – заметила Тисса.

– И передай брату большой привет от меня лично, – сказал Краулер.

– Хорошего фарма и быстрой прокачки, Алекс! – сказала Рита, будто не замечая их подначек. – Шептались, что ты забился с Большим По, кто будет выше в юниорской Арене, и если так, удачи тебе и твоим друзьям!

– Спасибо, Рита…

Она не дала договорить – обняла меня и прошептала в ухо:

– Не хочешь слетать на рок-фестиваль в Гластонберри на следующие выходные? В реале, настоящий. Крис будет со своей девушкой, и Кряпота хочет, чтобы ты к нам присоединился.

– Кряпота? А ты?

– И я хочу, – легко согласилась она.

Подумав, я решил отказаться. Это будет легкомысленно.

– Спасибо, но вряд ли. Нам надо готовиться к Арене, и дорог каждый день.

– Жаль, – ее голос чуть дрогнул. – Ладно, я все-таки буду надеяться. Если что, позвони. Номер моего комма у тебя в почте.

Чмокнув в щеку, она нехотя отпустила мою руку и вышла из номера.

– Это что-то новенькое, Шеппард, – холодно заметила Тисса. – Ты не говорил, что у тебя есть девушка.

– Она мне не девушка. Мы просто друзья.

– А кто такая Кряпота? – поинтересовался Краулер, у которого оказался превосходный слух.

– Эд, не разжигай, – взмолился я.

Он, глядя на закипающую Шефер, расхохотался.

– Ай да Алекс, ай да ловелас!

– Не смешно, Эдвард! – гаркнула девушка. – К черту, давайте уже займемся делом! Второй час в Дисе, а я еще никого не убила!

– Да, этот ненужный разговор занял слишком много времени. – Краулер поднялся и сообщил: – Парни уже все закупили и идут сюда.

– Тогда пусть поднимаются, – ответил я.

– Зачем?

– Есть у меня одна идейка, надо обсудить. – Предложение Риты слетать через океан в Гластонберри натолкнуло меня на мысль. Казалось, что решение рядом, но я никак не мог его нащупать. Оно витало вокруг, и, возможно, обсуждение с «пробужденными» поможет. – Это насчет Спящих…

– Молиться будем? – ухмыльнувшись, перебил Краулер.

– Великий и ужасный Бегемот – это вам не какой-то задрипанный лучезарный бог. Он не нуждается в молитвах…

Договорить мне не дали. Эд пал ниц, вскинув руки, а Тисса мстительно дала ему пинок под ребро:

– Это тебе за то, что смеялся надо мной, бездушное животное!

Глава 23. Начало похода

В присутствии симпатичных девушек я начинаю нещадно, прямо-таки люто тупить. Вот и сейчас, то ли после предложения Риты Вуд, то ли из-за непонятной реакции Мелиссы Шефер, я замер, плохо понимая, что происходит.

– Думаешь, это смешно? – Тисса не угомонилась и еще раз приложила Краулера, но тот только продолжал посмеиваться. – Эдвард Родригез!

– Все, все, я сдаюсь!

Эд поднялся, силясь сохранить серьезное выражение лица, но ему не удалось – парень прыснул и снова залился смехом.

– Да что за фигня происходит? – не сдержался я.

– Скиф, ты когда-нибудь видел, как жрецы Нергала молятся? – сквозь смех поинтересовался он.

Теперь уже застыла Тисса. Она недоверчиво посмотрела на Эда и успокоилась.

– То есть ты решил, что это из-за твоего тупого передразнивания? – осведомилась она.

Ответить Краулер не успел. В дверь условно постучали, я отомкнул замок, и в комнату ворвались Инфект и Бомбовоз.

– Так что за идея, Скиф? – спросил Краулер, решив использовать момент для смены темы. – Ты говорил, надо обсудить что-то по Спящим.

Радость озарения к этому моменту уже исчезла. Я дошел до решения сам, и оно уже не казалось мне хорошим – слишком мало времени, и слишком много сил понадобится даже не на воплощение, а чтобы только проверить теорию. Так что решил ничего не рассказывать и не обсуждать.

– Обсудим позже, – предложил я, ощутив рези в желудке. Горло тоже пересохло – реальное тело напоминало, что его пора бы заправить. – Это не срочно, а может, и не актуально пока.

– Тогда выходим? – спросил Эд, и все посмотрели на меня.

Лидерство мне не нравилось: я пока не привык нести ответственность за других. Но все же решил, что придется учиться, в одиночку у меня нет шансов развить потенциал.

– Я с восьми утра здесь, – сказал я. – Сгоняю в реал перекусить – и выдвинемся. Вернусь через двадцать минут.

Выбравшись из капсулы, я поел, напился, справил остальные потребности и вернулся в Дис. Соклановцы, ожидая меня, все так же сидели в комнате и обсуждали план действий на сегодня.

– Скиф, – кивнул Краулер, когда я появился. – Времени мало, поэтому предлагаем выдвинуться пешком к руднику гноллов…

– Почему не телепортом? – удивился я.

– Слишком много прыгать, – пояснил он. – По пути будет несколько жирных рарников, мы к ним регулярно заглядываем. Судя по известному листу дропа, с них выпадают эпики. Крайне маленький, но шанс все-таки есть. Да и идти не так далеко.

Город мы покинули задолго до окончания квеста Большого По. Обогнули городские стены с запада и добрели до подножия Безымянных гор. С возвышенности Тристад был как на ладони. Тисса остановилась и долго смотрела на город, где провела практически всю жизнь в Дисгардиуме.

– Весь последний год я мечтала поскорее свалить из этого городишки, – вздохнула она. – Но сейчас грустно.

– Не грусти, сестренка, – сказал Бомбовоз. – Когда-нибудь мы вернемся в Тристад. Но сейчас лично мне больше хочется выбраться из чертовой песочницы, чем возвращаться в город.

– Кстати, насчет большого Диса. Мне осталось провести здесь три с половиной месяца, – сказал я. – У меня день рождения двадцать седьмого марта.

– Двенадцатого февраля, – хмуро отозвался Краулер. – Я выйду первым.

– У меня тоже в марте, – сказал Бомбовоз, – пятнадцатого.

– Восьмого апреля, – ухмыльнулся Инфект.

Тисса промолчала, но мы это уже обсуждали раньше – ей исполнится шестнадцать позже всех, только второго июня. И она очень переживала, что проведет здесь несколько месяцев без нас.

Под горой шумел неугомонный ручей. Мы наполнили фляжки под струей водопада, ниспадающего с голубоватого камня в человеческий рост. Вода (+5% к восстановлению бодрости) была ледяная, и мы, радостно пыхтя и отфыркиваясь, умылись. Бомбовозище, как обычно, не удержался и забрызгал всех с ног до головы.

– Знаешь что, Мелисса? – довольно заявил Ханг, вытирая об одежду руки. – А ведь, если наш план удастся, у тебя будет шанс получить Великое достижение!

– Какое? – встрепенулась девушка.

– Ты можешь добиться самого высокого уровня, достигнутого в песочницах! Рекорд пока принадлежит одному парню из Сеула – у него апнулся 30-й за день до выхода в большой Дис!

– 30-й! – воскликнула Тисса. – Тот парень, наверное, вообще отсюда не вылезал?

– Да, он не ходил в школу, – подтвердил Бомбовоз. – Его родители из топового азиатского клана изначально планировали, что сын будет делать карьеру в Дисе…

Ханг с удовольствием погрузился в рассуждения о том, каково быть отпрыском таких родителей, а я окинул взглядом всех «Пробужденных», включая себя, и зафиксировал в памяти характеристики как некую стартовую точку клана:

Скиф, человек 13-го уровня

Клан: Пробужденные.

Основатель и глава клана.

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Класс: предвестник.

Отображаемый класс: лучник (имитация).

Краулер, человек 11-го уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-тактик.

Настоящее имя: Эдвард Родригез.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: маг огня.

Тисса, человек 10-го уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-аналитик.

Настоящее имя: Мелисса Шефер.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: маг света.

Бомбовоз, человек 10-го уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-интендант.

Настоящее имя: Ханг Ли.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: воин.

Инфект, человек 10-го уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-разведчик.

Настоящее имя: Малик Абдуалим.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: вор.

Должности в клане я назначил чисто условно, исходя из того, что знал о друзьях. Мы пока не заморачивались и не станем этого делать и впредь – «Пробужденным» суждено оставаться небольшим и крайне закрытым кланом.

Эд Родригез, иногда занудный до невозможности, в который раз изложил наш маршрут, но, к моему удивлению, никто не возмущался и не торопил – все были так внимательны, словно слышали его впервые. Похоже, в клане «Дементоры» повторение считалось основой всего, и во многом благодаря ему они и достигли такого прогресса – отличного, надо признать, для маленького клана.

– Заглянем в Виноградники Пакстона, там иногда спаунится Древний лепрекон. Оттуда в Воющий склеп и Загоранскую запруду – много времени не займет, но оно того стоит. – Краулер посмотрел на меня, потому что остальные все это и без того знали. – В склепе дропается Костяной конь. Теоретически, потому что за последние года четыре никому не повезло. В запруде закинем удочки…

– Э…

– Ханг у нас рыбак, – пояснила Тисса.

– Займет не больше минуты, – продолжил Краулер. – Бомбовоз пытается сделать ачиву и поймать там Золотую рыбку. Она ловится только с первого за неделю броска.

– Да можно пропустить, фигня это все, – пробасил Ханг. – Сказки.

– Ничего не сказки! – резко сказал Эд. – Доказано неоднократно, просто нужно терпение.

Я не стал спрашивать, что это ему даст, но Тисса объяснила:

– Золотая рыбка дает единственное задание – просит отпустить, и наградой можно выбрать случайный предмет, обычно качеством не ниже эпика, или постоянное повышение любой основной характеристики от двадцати до ста очков плюсом.

– Может выпасть и легендарка, – добавил Бомбовоз. – Но я бы взял плюс к стате. Раньше выбрал бы выносливость, но с Алексом можно вкладываться и в силу…

– Да, стратегически это намного выгоднее, – согласился Краулер. – Но давайте вернемся к плану. Закончим мы на сегодня Заброшенными копями. Раньше это был действующий рудник, но запасы исчерпались, его оставили, и шахты захватили гноллы. Так что в ходу другое название – Рудник гноллов. Ничего полезного там особо нет, но нам нужен одноразовый ключ, который дропается с ласта. Без него в Ущелье Горо, рейдовый инст огров, не проникнуть. Оттуда заглянем в Мраколесье. Тисса, твой выход.

– Да, это было мое предложение, – подтвердила Шефер. – В глуби леса кое-что появилось. Вообще, там когда-то была деревенька лесорубов. Когда лес подвергся дыханию Бездны, люди обратились в чудовищ, сохранив, правда, свой облик. Они пожирали заблудших путников, пока Тристад не снарядил карательный отряд и не зачистил деревню. Недавно кто-то из «Дождевых раков» забрел в ту часть леса и издалека заметил квестгивера, какого-то призрака, тот шатался по деревне. Но получить задание не успел – его убили умертвия. Ну и написал об этом на форуме.

Я вспомнил, как Тисса рассказывала, что они всем составом «Дементоров» постоянно мониторят форум песочницы как раз на такой случай: кто-то где-то увидел что-то чудное, не понял, что именно, и поспешил поделиться.

– Короче, я предлагаю заглянуть туда и проверить, вдруг там что-нибудь стоящее?

– Принимается, – кивнул я. – Там же можно будет поднять по уровню-два – места безлюдные, а злых высокоуровневых мобов много.

– Мне нравится твой настрой, Скиф! – Бомбовоз двинул мне по плечу, выражая этим восторг. – Поднимем по уровню-два! Ха-ха! Из твоих уст это прозвучало, будто раз плюнуть!

– А что такого? – не понял я.

– Ты знаешь, сколько времени это бы заняло у нас без тебя?

– Догадываюсь, – вздохнул я. – Много.

– Значит, проверяем ту деревушку, фармим по уровню и идем дальше – через Тремитель к лагерю Охотников на монстров у Болотины, – сказала Тисса.

– Может, ну их на фиг? – предложил Инфект. – Рванем сразу вглубь…

Включился Эд и объяснил, что Охотники на монстров – отдельная фракция, не имеющая отношения к Тристаду, однако, выполняя их квесты, можно немного нарастить репутацию и с городом. Друзья все-таки не теряли надежды восстановить доброе отношение места, где родились наши персонажи.

Потом Эд в который раз растолковал нашу тактику на случай встречи с ганкерами, за это время мы перекусили походной едой на баф к скорости передвижения, а Тисса присовокупила к нему еще и своей магии.

Легкие ноги

Свет озаряет вам путь!

+10% к скорости передвижения.

Срок действия: 1 час.

Снялись и выдвинулись мы в седьмом часу вечера. День выдался ясный, алое солнце, уже скрывавшееся за горизонтом, успело накалить землю, и воздух тянулся вверх прозрачными струйками.

Спустились напрямик, перешли ручей, а там опять вверх-вниз по высоким склонам, и так от холма к холму. Не считая одного разъяренного могучего медведя и пака глупых низкоуровневых грабителей из банды Крапивы, никто не агрился – мелочь просто разбегалась, а одиночные звери, равные нам по уровням, здраво оценивали превосходство группы.

Обещанные Краулером рарники никаких проблем не доставили, правда, ни Древний лепрекон из виноградников, ни Барон Дастбрингер лута, на который мы надеялись, после себя не оставили. Бомбовоз же, забросивший удочку (+5 к ремеслу рыбной ловли), вместо золотой рыбки поймал какого-то особенно дерзкого Полосатого окуня, сожравшего и крючок с наживкой, и – почти – полпальца незадачливого рыболова Ханга, пока тот пытался снять добычу.

– Отдам Скифу, он тебя поджарит, – мстительно буркнул он, забрасывая трепыхающегося окушка в инвентарь.

Багрово-красное закатное солнце совсем потускнело, когда мы дошли от запруды до дороги, изначально ведущей к Мраколесью. Но она круто свернула направо, к океану; по левую руку зеленели поля и виноградники без конца и края, а перед нами высились скалы и темнели овраги. Туда мы и направились.

Пыльная дорога все петляла, забегала на холмы и снова ныряла вниз, а закончилась пологим спуском в узкое ущелье.

– Как зайдем в инст, я приму неуязвимую форму и, стягивая на себя всех мобов, побегу к первому боссу, – объявил я. – Вы никого не агрите и просто бежите в отдалении за мной…

– Мы все помним, Алекс, – успокоила меня Тисса. – Не переживай.

Но я все равно переживал. Инст с гноллами они изучили вдоль и поперек, вот только танковал всегда Бомбовоз, а мое предложение ускорить фарм хоть и вызвало их энтузиазм, беспокоило меня самого – а вдруг кто-то сагрится на соклановцев? Смерть любого некритична, ведь Тисса способна поднять погибших, а я всегда могу воспользоваться Камнем возрождения и поднять ее саму. Но смерть будет значить потерю опыта, а это регресс в прокачке. Такого допускать нельзя.

– Скиф! – Ханг положил мне на плечо тяжелую руку. – Все будет хорошо, не переживай! В твоей группе самые рукастые и опытные рейдеры в этой песочнице. Просто делай все, как обычно делал сам, а мы подстроимся.

Малик с Эдом одобрительным хмыканьем подтвердили, что да, все так и будет – они подстроятся.

– Тогда погнали, – сказал я и первым направился к спуску в рудник.

Вход охраняли три пака дозорных 11-го уровня – ничего особенного, даже не элита. Мобы примерно такого же уровня были внутри подземелья, разве что усиленные элитным статусом.

Гуманоидные собаки – вот что первое приходило на ум при виде гноллов. Я слышал, что в мифологии гноллы считались помесью гномов и троллей, но в Дисе многое было основано не на мифах и легендах, а на образах, привычных по первым фэнтэзийным играм начала века. Гноллы Диса были чуть выше двух метров ростом, с мощными звериными лапами, редкой свалявшейся гривой вдоль хребта, прямоходящие, покрытые зеленовато-серой шерстью.

А еще даже с такого расстояния от них исходил острый, густой и тяжелый запах псины. Именно родство с собачьими, видимо, и легло в основу их организации – гноллы разделялись на внушительные стаи, и где-то на севере континента у них даже существовало свое государство, признанное как темными фракциями, так и Содружеством.

– Давайте уже, во имя Спящих! – возбужденно шепнул Эд. – Скиф, танкуй вместе с Бомом…

Дозорных, Гноллов-разведчиков, устроившихся у костра, разобрали быстро и как по маслу. Мне даже чумная энергия не понадобилась – Комбо из двух Кулаков-молотов валило насмерть. Мы с Бомбовозом перехватили по пачке, остальные вливались уроном – на вынос всех гноллов у входа у нас ушло меньше десяти минут.

Собрав нехитрый лут, мы зашли в подземелье, на наше счастье оно было свободно от игроков. Лутать решено было вообще все, а с добычей разбираться позже – Бомбовоз тащил на себе пять синих рюкзаков и мог похвастаться почти двумя сотнями свободных ячеек.

К сожалению, сделать так же, купив несколько сумок, я не мог: таскать на себе больше одной – прерогатива силовых классов. В Дисе существовали даже так называемые «бегающие сейфы-хранилища» и «грузчики» – рабочие классы с огромной грузоподъемностью и стопроцентной сохранностью содержимого.

Зайдя в шахту, я огляделся, прикидывая, куда идти. Вглубь вел широкий просторный проход, но это был не единственный путь – сбоку виднелись другие.

– В рукава и карманы заходить не нужно, – сказал Эд. – Двигаемся по основному тоннелю, он в виде незамкнутой окружности. После финального босса отвалится загораживающий камень, так что выйдем отсюда же. Напоминаю, нам нужен только ключ к Ущелью Горо, а он выпадает с ласта.

– О’кей, – кивнул я, врезал по себе несколько раз, снижая очки жизни, и активировал проклятие нежити.

– Твою мать! Мало того, что ты явно мазохист, так еще и… прости, Скиф, но выглядишь, как чертов зомби! – заорал Инфект.

– А знаешь почему? – усмехнулся я, чувствуя, как кожа покрывается трупными пятнами. – Потому что я такой и есть!

Больше не говоря ни слова, я побежал по тоннелю, разражаясь серией ударов по очередному встреченному паку и стараясь никого не обделить.

Рудник был чистым – никаких тебе органических наростов на стенах или ядовитых луж, только груды камней, руды, тут и там расставленные вагонетки на узкоколейных рельсах и брошенные тачки у стен.

Все встреченные мобы были, как один, гноллы и разделялись на два вида: рабы, военнопленные из конкурирующих кланов (помельче и безоружны, зачастую прикованные кандалами к месту работы) и воины из клана владельцев рудника. Вторые делились на арбалетчиков и мечников и при виде меня издавали нечто среднее между собачьим лаем и человеческим смешком. Возможно, так хохотали гиены, но я ни одной гиены, тем более хохочущей, в жизни не видел – вымерли как вид – а потому не могу утверждать.

К первому боссу я добрался, волоча за спиной длиннющий пассажирский паровоз рычащих, визжащих и хохочущих гноллов. Судя по показателям фреймов членов группы, соклановцы были целы и даже умудрялись сносить отстающих мобов, о чем свидетельствовали капающие крохи опыта.

Я дождался, когда группа забежит в центр пещеры с первым боссом – высоким, на три головы выше меня, гноллом в массивной кольчужной броне и с тяжелой дубиной в руках.

Кровозуб из стаи Чернолапов, гнолл 13-го уровня

Босс подземелья.

Босс – или управляющий им ИскИн – немного затупил, а когда опомнился и издал боевой клич, вскинув дубину, для него все закончилось. Экономить чумную энергию я не стал, врезав кулаком в его необычайно широкую грудь.

Вы нанесли критический урон Кровозубу из стаи Чернолапов: 9 458!

Кровозуб из стаи Чернолапов мертв.

Очки опыта: +85.

Очки опыта на текущем уровне (13): 1 665 / 11 400.

После смерти босса меня завалило полусотней разъяренных гноллов, и пришлось разгонять их Жутким воем.

Когда действие эффекта закончилось, мобов в живых осталось меньше половины, и все они снова бросились на меня, так что дрался я, не видя ничего, кроме оголтелых гноллов, и задыхаясь от запаха псины.

О том, что мобы закончились, я узнал из возбужденных и радостных комментариев:

– Скиф, это самый адский чит из всех, что я видел! – огласил пещеру восхищенный крик Инфекта.

С Кровозуба выпали синие латные ботинки, которые немедленно выдали Бомбовозу. Ничего особенного в них не было, но они точно лучше, чем та зелень, которую он носил за неимением чего-нибудь приличного.

Через час с небольшим подземелье было пройдено. Из лута нам пригодился только синий кожаный ремень с предпоследнего босса Шкуропляса – он ушел Инфекту. И хоть опыта накапало не очень много, примерно по тысяче очков каждому, самое главное, ради чего зашли в рудник гноллов, мы получили – ключ к рейдовому инсту огров. Именно там мы надеялись не только нафармить больше опыта, но и приобрести хотя бы один эпик.

Сидя у выхода из инста, мы подбили итоги: Инфект и Бомбовоз взяли по уровню, догнав Краулера, а Тиссе до левел апа не хватило совсем чуть-чуть. Пользуясь тем, что весь урон приходился в меня, соклановцы подняли что-то из отстающих приемов и навыков.

У меня же подрос Жуткий вой и не по разу повысились уровни новых приемов.

Жуткий вой 10-го уровня

Вы воете, нагоняя страх на своих врагов. Кровь леденеет в их жилах, душа уходит в пятки, а волосы встают дыбом, когда они панически бегут прочь.

Навык воздействует на всех противников, однако чем их уровень выше вашего, тем у них больше шансов игнорировать воздействие.

Срок действия: 20 секунд.

Радиус действия: 20 метров.

Оглушающий пинок 3-го уровня

Простой, но оттого очень эффективный удар. Наносит 160% от обычного урона. С вероятностью 32% оглушает противника на 3 секунды.

Комбо 3-го уровня

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Количество слотов в связке: 2.

Оглушающий пинок постепенно наращивал шанс оглушения, и качать его по максимуму однозначно стоило – единственный в моем арсенале стан. Что касается Комбо, то третий слот в связке я получу только на 5-м уровне приема.

– Схема признается отработанной и успешной, – объявил Эд. – Повторные испытания состоятся завтра в Ущелье Горо и далее по разработанному плану. А на сегодня предлагаю закончить.

– Согласен, – сказал я. – Завтра комплексный тест, проваливать который никому из нас нельзя категорически. Иначе дополнительные уроки и пересдача, а времени и так в обрез. До отборочных к Арене меньше трех недель.

– Бездна, придется не спать и зубрить, – почесал затылок Бомбовоз.

Спрятавшись неподалеку под выступающую скалу, мы распрощались до завтра и покинули Дисгардиум.

Глава 24. Непредвиденные обстоятельства

Отец с мамой так и не вернулись, сообщив, что остаются в Новой Зеландии на ночь. Выглядели они радостными – похоже, съемки прошли успешно.

Я наспех утолил голод и свалился в кровать, а погружаясь в сон, думал о том, что они зачастили в совместные поездки. Пусть и по работе, но ночуют-то родители вместе? Будет хорошо, если они помирятся. При мысли об этом я глупо ухмыльнулся, и дело было не в моей учебе и их гражданском статусе. Мне очень хотелось, чтобы они оставались семьей.

А первая половина следующего дня показала, как важно ходить на тесты подготовленным. Я был уверен, что готов, но…

Иногда складывается впечатление, что мой мозг не сильно парится, обрабатывая новую информацию, и попросту перезаписывает ее поверх старой. Я завалил ряд вопросов, ответы на которые раньше совершенно точно знал. Может, в итоге ответил бы правильно, вспомнив, но счетчик таймера был неумолим – на каждую группу из шестидесяти вопросов предоставлялось лишь двадцать минут, а ведь еще требовалось время, чтобы их прочитать. Капитан нашей футбольной команды Тим все время из-за этого страдает, просто-напросто не успевая вовремя уяснить, в чем суть вопроса.

Дисгардиум все больше вытеснял реальную жизнь, и это начинало пугать. Я ответил правильно только на 77% вопросов, что было критически близко к той планке, ниже которой начинаются проблемы. Меня элементарно могут не допустить к гражданским тестам, если на выпускном экзамене я получу меньше 75%!

С этими тревожными мыслями я возвращался после школы домой. На взлетной площадке встретил Еву и предложил полететь вместе, но она покачала головой, села в другой флаер. Поднявшись в воздух, я увидел, что Ева полетела в сторону, противоположную нашему дому.

Дома на кухне уже вовсю хозяйничала мама. Напевая, она с полотенцем на голове готовила обед, и папа насвистывал ту же самую мелодию – видимо, слушали в дороге, пока летели.

За трапезой они рассказали о Новой Зеландии, ставшей одним из самых респектабельных мест для жизни на планете, о ее нетронутой природе, а я не стал лгать о сегодняшних тестах. Отец, как раньше, подтрунивал над мамой, строящей предположения, как сын провел ночь, и на мгновение мне показалось, что у них все хорошо. Но только на мгновение – маме позвонили, и она ушла в другую комнату. Значит, не по работе.

Я уже раздевался, чтобы залезть в капсулу, когда позвонила Тисса – удостовериться, что не опоздаю. А через три минуты мы стояли лицом к лицу в Дисе с ней и остальными.

– Я перебрал вчерашний лут, – сказал Бомбовоз. – Две синьки и три стака реагентов для Алхимии и Кузнечного дела. Нам ничего не нужно, так что принимай обмен, вышлешь своей торгашке.

Меня неприятно задело то, как он назвал Риту, и я сказал:

– Давайте договоримся. Торговец, Рита, Перевес, Вуд – называйте как-то так.

– Барыга? – поинтересовался Инфект.

– Нет.

Они переглянулись.

– О’кей, – ответила за всех Тисса и добавила в голос яда: – Мне нравится «Перевес». Очень хорошо отражает ее… некоторые особенности.

Я счел за лучшее промолчать. Ссориться с друзьями не хотелось.

Отправка ненужного заняла некоторое время – единовременно я мог принять от Бомбовоза только два предмета. Третий доступный после классовых штрафов слот был сначала занят Камнем возрождения, который я отдал Хангу, а потом вернул.

Дорога до Ущелья Горо заняла около часа. Я шел первым, собирая на себя паки гноллов, сменившихся сначала на кобольдов, а потом и на огров. У последних в каждом отряде присутствовал маг, и танковать было сложнее, но не сильно – просто пришлось использовать лук. Тот самый, что мне продала Перевес перед мини-ареной в таверне.

Улучшен навык стрельбы из лука: +1. Текущий уровень: 2.

Точность выстрелов и урон, наносимый из лука, повышены на 15%.

Улучшен прием «Быстрый выстрел»: +1.

Наносит 150% от обычного урона. Игнорирует 1% брони.

Проклятие нежити я не применял – вдруг кто-то увидит? – хватало Устойчивости и Каменной кожи. Опыта с этих паков мы получили мало, но ценно каждое очко. У входа в ущелье мы перетащили точки возрождения, сменив «Кладбище Тристада» на «Ущелье Горо».

А минут через пять добрались до входа в инст. Первым к нему приблизился Краулер.

– Черт, занят! – Он разочарованно пнул каменный столб, один из двух, между которыми мерцала пленка портала в инстанс. – Они на пятом боссе. Вся группа жива. Ждем?

– Всего восемь? – уточнил я.

– Девять, – ответил Краулер. – Если они решат убивать всех, то можно вызвать девятого, но он необязательный.

– Сколько у них уйдет времени?

– Часа два минимум, – встрял в разговор Инфект.

Краулер изучил список друзей и сообщил:

– В инсте клан In Vino Veritas. Я их знаю – их основной статик почти весь 14-го уровня, танк – 15-го. Возиться будут долго…

– Если не вайпнутся раньше, – заметил Бомбовоз. – Какие предложения? Скиф?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Здесь есть поблизости место, где можно хайлевелов пофармить? Чтобы много и недалеко?

«Пробужденные» задумались, а Тисса с Краулером, судя по застывшим взглядам, открыли карты. Девушка откликнулась первой:

– Куцый Вражек.

– Скальные многоножки! – вскричал Инфект.

– Будет больно, – засомневался Бомбовоз.

– И мерзко, – вставила Тисса.

– Зато опыта вагон, – резонно подвел итог Краулер.

– А теперь подробнее, – попросил я.

Из их лаконичного рассказа выяснилось, что неподалеку от Ущелья Горо есть некий Куцый Вражек – узкая и очень глубокая расщелина, кишмя кишащая огромными, с руку длиной, Скальными многоножками от 15-го до 18-го уровня.

Никто в здравом уме туда не лез, это гарантированный вайп. Если сагрится одна, считай, что сражаешься со всеми – при виде врага многоножка издает раздирающее душу стрекотание на грани ультразвука – сигнал «здесь еда»! «Дементоры» как-то обвесили себя защитными бафами и наглотались эликсиров, но продержались меньше минуты. «Аксиоме» тоже не удалось, хотя они собрались всем кланом и залили овраг бьющей по площади магией. Твари обладают огромным резистом к любой волшбе и повышенным показателем защиты, и бить их надо строго по фасеточным глазам – единственному уязвимому участку тела.

– Идем, – не сомневаясь, заявил я. – В трясине Болотины водятся гады похуже…

Мы выбрались из ущелья и обогнули его с юга, прижимаясь к горе – недалеко находился военный пост стражи Тристада. Увидев нас, они бы точно атаковали, а вступать в бой, еще больше портя репутацию с городом, не хотелось.

Я покрутил головой, запоминая местность. Позади нас остались Безымянные горы, где выше всех возносился Орлиный пик. С его скалистых склонов спускались длинные языки ледников и снега, из-за чего он казался укутанным белыми шарфами, а вершину накрывала вуаль облаков. Впереди расстилалась равнина, вдали поблескивала извилистая ниточка Тремители.

– Вон он, – Тисса указала на зияющий чернотой провал под нами. – Куцый Вражек. А вон там, правее, Дольмен Рока. Заглянем?

– Если останется время, – сказал Эд. – Мобов там нет, но могут быть Могильные грибы, если только что не собрали. Респаун – два часа.

Я вспомнил, что Краулер взял ремесло алхимии, и поинтересовался, для какого рецепта нужны эти грибы.

– Призрачное зелье, – ответил он. – Тридцать секунд невидимости для мобов. В бою не действует, так что польза для наших целей сомнительная.

– Тогда не будем терять время, – сказал я. – Бом, доставай жратву. Бустанем прокачку.

Ханг вытащил Запеченную крысиную требуху нежити и раздал всем. Вкусом в процессе никто не наслаждался, как и не думал о том, из чего это приготовлено, но ели с энтузиазмом.

– Тыща процентов к скорости развития навыков! – воскликнул Бомбовоз. – Прокачаю стойки и пару ударов, ведь развитие будет в десять раз быстрее!

– В одиннадцать, – поправил Инфект. – Итоговая скорость – тыща сто процентов, дубина…

– Ладно, пора, – сказал я, не дожидаясь, пока все дожуют, а Ханг вникнет в разъяснения Малика. Баф короткий, надо выжать из него максимум. – Выпуливайте по одной, не больше. Прокачивайте основные боевые приемы. Ханг, ты – атакующие…

– Иди уже! – рявкнул Краулер. – Баф тикает!

Спустившись с возвышенности, я ускорил шаг на пути к оврагу. Друзья отставали метров на двадцать – свою часть опыта они получат, просто находясь рядом.

Овраг тянулся с запада на восток метров на пятьдесят. С востока спуск в него был относительно пологим, а потому оттуда я и пошел. В ширину овраг не превосходил флаер – два с половиной метра. Края поросли травой, но внутри растительностью и не пахло – оттуда несло мертвечиной и сыростью. Дна я не увидел, пока не спустился: внизу клубились белесые испарения.

– Как дела, Скиф? – Сверху, метрах в восьми ото дна, на фоне ярко-синего неба появилась голова Бомбовоза. – Если что, Инфект проверил округу – чисто!

– Здесь точно кто-то водится? – спросил я, и все пришло в движение.

Мой голос неоднократно отразился от возвышающихся стен, и их поверхность, вспухая, ожила – изнутри полезли многоножки. Я вскрикнул: что-то впилось мне в ногу. Лодыжку обвило узкое, как веревка, упругое и жгучее тело моба, и оно стягивалось, одновременно впиваясь подвижными жадными отростками, расположенными по всему туловищу. Я вскользь оценил характеристики напасти:

Скальная многоножка, инсектоид 17-го уровня

Меня передернуло от отвращения, и я быстро защитился неуязвимостью:

«Проклятие нежити» активировано: весь получаемый урон снижен на 100%!

Ничто не вызывает во мне такой ужас и брезгливость, как подобные гады. Человечество задумывается о терраформировании Марса и основывает там первые поселения, но все так же не может справиться ни с гриппом, ни с тараканами. Даже в жилье нашей, далеко не низкой, категории можно порой встретить черных с лоснящимися боками усачей. Маленьким я просто убегал, завидев таракана, повзрослев – с отвращением прихлопывал, но меня всегда передергивало от одного их вида. В сравнении со Скальной многоножкой, мгновенно возглавившей мой личный топ отвратительных насекомых, таракан был просто милашкой.

Я едва поборол панику, поняв, что стою по грудь в гуще тварей, заполонивших овраг, и распугал часть мобов Жутким воем. Эффект сработал не на всех и ненадолго.

Сверху мелькали силуэты – друзья у края оврага вчетвером пытались завалить одну многоножку и, судя по всему, успешно, потому что через время сверху прилетел файрбол Краулера, выпуливающий очередную тварь. Это здорово, потому что мобы на 5-6 уровней выше них, и рост навыков с бустом от Запеченной крысиной требухи нежити должен быть космическим.

Цифры полученного урона сменялись так часто, что чумную энергию можно было не экономить – она восстанавливалась много быстрее. Не дожидаясь откатов Сокрушающего кулака-молота, я заколотил по колышущейся и жгучей хитиновой массе, вкладываясь в каждый удар с запасом, чтобы наверняка. Не знаю, попадал ли я по глазам, но многоножки дохли и так – с моим-то уровнем игнорирования брони!

Соклановцы говорили, что у многоножек высочайшее, если не полное, сопротивление любой магии, но, видимо, к чумной энергии это не относилось.

Наверху кричали «пробужденные», наблюдающие за боем и пытающиеся меня ободрить, но отвечать им я не рисковал. При одной мысли, что в рот может заползти многоножка, я стискивал зубы и сжимал губы как можно крепче. Даже старался не дышать, выбивая из чудовищных насекомых жизнь.

К пятой минуте я совсем освоился, здраво рассудив, что после битвы с болотными тварями в трясине мне уже ничего не страшно. Разве что там никто не кричал на грани ультразвука – зато здесь кулаки работали намного эффективнее, чем в толще грязи.

Опыт лился рекой даже мне, что уж говорить о соклановцах. Свой уровень я взял, когда уже начал думать, что это какой-то баг, а многоножки просто бесконечно респаунятся сразу, как только я их убиваю.

Новый уровень! Текущий уровень: 14.

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Я отстранился от боя на несколько секунд, чтобы вложить все пять очков, как и планировал заранее, в ловкость. Она отставала от прочих характеристик больше всего. А затем снова принялся раздавать тумаки не глядя: куда ни ткни, везде копошились и змеились отвратительные насекомые.

Не знаю, сколько тварей полегло, но в какой-то момент поток многоножек иссяк. Последнюю я мощным Молотом сбил со своей груди. Стало тихо. Вокруг валялись незалутанные останки насекомых. И от них, и от желтоватых лужиц гемолимфы исходил чужеродный мускусный запах.

Я обессиленно съехал по стенке оврага. В пылу боя не заметил, что повысились Комбо и Оглушающий пинок. Правда, получил всего по четыре уровня – не так уж и велика была разница между мной и мобами, да и бой длился не так долго, как в Болотине в тот памятный день после победы над Мракиссом.

Оглушающий пинок 7-го уровня

Простой, но оттого очень эффективный удар. Наносит 180% от обычного урона. С вероятностью 36% оглушает противника на 3 секунды.

Комбо 7-го уровня

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Количество слотов в связке: 3.

Откат Комбо незначительно повысился, но куда важнее стал открывшийся третий слот в серии. Подумав, включил туда завершающим приемом не очередной Молот, а Оглушающий пинок, чтобы использовать его чаще. Комбинацию ударов в любой момент можно будет изменить.

Сквозь заложенные уши я начал различать крики «пробужденных». Кто-то, кажется, Эд, завопил:

– Скиф, мы спускаемся!

Пока ждал их, ради интереса проверил, что выпало с одной из многоножек, и получил:

Щетинка Скальной многоножки

Редкий ремесленный материал.

Используется в швейном и кожевенном ремесле.

Стоимость: 1 золотая монета, 48 серебряных монет.

– Два уровня! – сияя, сообщила Тисса, бросаясь мне на шею. Когда первые эмоции сошли, она резко отстранилась и фыркнула: – Фу! Ой. Прости, Алекс, но… ты как живой труп… и весь в крови этих…

Она пнула многоножку, окончательно смутившись. Парням, видимо, стало неловко за поведение подруги. Бомбовоз демонстративно обнял меня, поднял в воздух и заревел:

– Дорогу властелину мертвых!

– Самый быстрый левел ап на моей памяти! – драл горло Инфект, выплясывая джигу на хрустящем хитине мертвых многоножек. Остановившись на пару секунд, он заметил: – Слушай, Алекс, тебя под грудой инсектоидов даже видно не было!

– Да ладно, я и без вас знаю, что выгляжу как дерьмо, – ухмыльнулся я. Отменив действие проклятия нежити, жестом показал на трупы: – Лутайте сами. Я на этих тварей даже смотреть не могу.

Соклановцы в четыре руки довольно быстро собрали лут: синие наплечники для Краулера, две зелени на продажу и десять с половиной стаков Щетинок Скальной многоножки.

Результат был ошеломляющим. Никто не знал, сколько может стоить ремесленный ингредиент, но даже по себестоимости выходило больше трех сотен золотых. Но еще важнее то, что все взяли по уровню, а Тисса сразу два, менее чем за четверть часа. Все они стали 12-го, так что мысль продолжать фармить опыт здесь родилась у всех одновременно:

– А зачем нам вообще Болотина? – первым спросил Бомбовоз.

– А что если… – одновременно с ним заговорила Тисса.

– Может, осядем здесь? – закончил мысль Краулер. – Осталось только разобраться со временем респауна многоножек…

Инфект продолжал пританцовывать и кивать, мол, а почему бы и да? Они все обращались ко мне, потому что, с их точки зрения, выбор был однозначен – неизвестная мерзкая Болотина или уютное, с их позиции, место фарма опыта.

– Вы кое-что забыли. В Болотине мобы 20-25-го уровня, и опыт там будет фармиться быстрее. Но это не главное. Важно то, что пусть в овраг и не суются, но место открыто и доступно каждому. А вы можете гарантировать, что этот аттракцион невиданной неуязвимости не заметил кто-то из скаутов «Аксиомы»? И не обнаружит кто-то еще?

– Бездна! – Инфект сорвался с места. Через пару минут сверху раздался его голос: – Чисто!

– Он бдел, пока ты дрался, – сказал Эд. – Но ты прав. Это слишком палевно. Прости, что показали себя эгоистами, просто…

Он замялся и не стал продолжать. Да и не было в этом смысла: судя по виноватому виду, друзья осознали, к чему может привести беспечность.

Инфект, беззаботно спускавшийся к нам, вдруг взлетел в воздух, нелепо размахивая руками и оглашая окрестности криком. Мы вскочили на ноги – из дальнего, пологого, конца оврага, разбрасывая груды земли, выбралась огромная хреновина размером с вагон аэропоезда.

Мок’Рисса, Скальная мать, инсектоид 19-го уровня

Локальный босс.

Босс ощетинился длинными, в метр-полтора, щетинками. Каждая из них отливала металлическим блеском и заканчивалась острием. Сама Мок’Рисса выглядела как чудовищно увеличенная, сильно заматеревшая многоножка. Ее панцирь был покрыт ороговевшими наростами, жвала напоминали гигантские изогнутые ножницы.

– Забираю! – заорал я, на ходу активируя проклятие нежити. За спиной Краулер выкрикивал команды, выставляя формацию, и я решил дать парням порезвиться. – Вливайтесь тоже!

Я с ходу воткнул сдвоенное Комбо, усиленное чумной энергией, но убивать босса сразу не стал, снял 15% жизни – в том числе в воспитательных целях. Привычка – вторая натура. Привыкнут соклановцы, что во время боя можно лениться и играть роль зрителей, и это нам аукнется.

Бум! Откуда-то сзади в морду твари прилетело Воспламеняющее ядро Краулера, а следом от Тиссы жахнула тяжелая и ослепляющая Длань Нергала. Инфект, пострадавший больше морально, чем телесно, вскинул сочащиеся ядом кинжалы и вгрызся в бок твари, активировав Мясорубку. Рядом с ним пыхтел и ухал при каждом ударе Бомбовоз, включивший Атакующую стойку. Его Рывок прокнул, Скальную мать на пару секунд оглушило, что позволило Хангу нанести ей кровоточащие Глубокие раны.

Как бы все это грозно ни звучало, урон они наносили мизерный – слишком велика разница по уровням. Но ускорять ход боя я не стал, продолжая концентрировать внимание босса на себе и практически не используя чумную энергию.

Вы нанесли урон Мок’Риссе, Скальной матери: 2 489.

Очки жизни: 11 187 / 16 000.

Когда у колоссальной многоножки, занявшей почти половину оврага, осталась половина жизни, ее однообразные физические атаки изменились. Тварь распахнула пасть, обнажив ряды заостренных клыков, и завизжала. Эффект Парализующего стрекота, специальной абилки босса, в прямом смысле ошеломил всю группу – нас оглушило на пять секунд, и этого Мок’Риссе хватило, чтобы прикончить всех, кроме меня. Судорожно сжавшись, она выкинула тело вперед и оказалась перед соклановцами. Меня сначала придавило хвостом, прижав к сырой поверхности дна Куцего Вражека, а потом в живот и бедро воткнулись извивающиеся щетинки. Босс стал выкачивать из нас жизнь.

В считаные секунды портреты во фрейме группы посерели, а в логах появилась информация, что друзья мертвы.

Затягивать бой дальше я не видел смысла. Едва спал стан, вскочил на ноги и, влившись в финальное Комбо чумной энергией, отправил босса туда же, где уже осваивалось ее многочисленное потомство, – в Бездну.

Мок’Рисса, Скальная мать, мертва.

Очки опыта: +65.

Очки опыта на текущем уровне (14): 545 / 12 900.

Разблокировано достижение «Первое убийство: Мок’Рисса, Скальная мать»!

Вы первым в песочнице одолели локального босса – Мок’Риссу, Скальную мать! Чудовищная многоножка была одним из правящих лидеров нации инсектоидов, разумных сарантаподов, в Скальном Улье.

Мок’Рисса, Скальная мать, погибла, но перед смертью непредумышленно передала вам толику своей силы.

Награда: свойство «Похищение жизни».

Похищение жизни

Позволяет присвоить любому боевому приему свойство «Похищение жизни»: переводит 1% нанесенного урона в очки жизни.

Слава герою!

Желаете обнародовать свое имя? Это даст +100 очков к репутации с городом Тристадом и +5 очков к известности.

Соклановцы, не дождавшись, пока я воскрешу Тиссу, уже бежали ко мне, забрасывая клановый чат восторженными сообщениями и рекомендациями обнародовать имя. Я осмотрел шмотки, утерянные ими после смерти, – ничего из важных вещей не выпало, а всякий зеленый хлам я собрал в кучу у края оврага.

Потом согласился на «Славу герою» и снял с себя проклятие.

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Клан «Пробужденные» совершил у подножия Безымянных гор первое убийство локального босса Мок’Риссы, Скальной матери! Жители и гости Тристада! Приветствуйте клан «Пробужденные»! Слава героям! Слава игрокам Скифу, Краулеру, Тиссе, Бомбовозу и Инфекту!

Ваша репутация с городом Тристадом повышена: +100.

Текущая репутация: недоверие.

Отлично! С таким показателем можно будет войти в город – стражники не сагрятся. На радостях, не дожидаясь остальных, я положил руку на труп босса, чтобы собрать лут, но начало происходить странное.

Огромная нора, откуда появился босс, завибрировала и расширилась. Я не глядя сгреб лут и заелозил ногами, стараясь отодвинуться подальше. Земля подо мной продолжала дрожать и осыпаться. Запаниковав, я побежал к дальнему краю оврага, по крутому склону взобравшись наверх.

Периферическим зрением я заметил приближающиеся фигуры друзей, сам же наблюдал за локальным природным катаклизмом. Если это и было землетрясение, то очень небольшое. Овраг ширился, заставляя меня отступать, углублялся, и когда я уже решил делать ноги, потому что скорость преобразования локации увеличивалась с каждой секундой, все вдруг стихло, замерло, и даже комья осыпающейся земли остановились.

Дыру на дне затянуло переливающейся зеленым тканью портала, а следом бахнуло:

Глобальное уведомление по всей песочнице!

У подножия Безымянных гор открыто новое подземелье – Улей сарантаподов.

В недрах подземных тоннелей зародилось и множится потомство древнего бога Шог’рассара, праотца цивилизации разумных инсектоидов – сарантаподов. Исчерпав ресурсы материнского улья, сарантаподы готовятся к выходу на поверхность близ Тристада.

Рекомендуемый уровень прохождения подземелья: 18+.

Бонусы первого посещения: +50% к получаемому опыту, +10% к шансу получить улучшенную добычу, +5% к шансу выпадения предмета качеством выше обычного.

– Ни фига себе! – раздался незнакомый девчачий голос. – Это мы удачно мимо проходили! А где остальные герои? Похоже, вайпнулись?

Обернувшись, я увидел полную группу игроков 14-го и 15-го уровней из клана «Засада»: четырех девушек и одного парня-охотника, которого звали… Никкин! Имя ганкера, убившего меня в мой первый день в Дисе, причем подлым выстрелом в спину, я не забыл, но, скрипнув зубами, сдержал порыв броситься на него и решил посмотреть, как будет развиваться ситуация.

– Привет, Скиф! – дружелюбно обратилась ко мне невысокая коренастая девчонка-разбойница по имени Белена. – Что здесь произошло?

От моего внимания не ускользнуло то, что пока Белена, поигрывая кинжалом, отвлекает меня, две других девчонки и Никкин обходят провал, выискивая, откуда спуститься.

– С неба свалился метеорит, – ответил я и рванул к яме. Не знаю, дают ли достижение за то, что первым вступишь в инст, но рисковать не стоит.

Добраться до входа первым не удалось. Я спрыгнул с обрыва, включив Каменную кожу, когда сзади раздался крик Белены: «Затормози его!» – и уже в полете в спину вонзилась стрела.

Игрок Никкин (Николас ван Арле) нанес вам урон: 3.

Очки жизни: 1 247 / 1 250.

Вы замедлены: −50% от скорости передвижения в течение 3-х секунд.

На дно провала я рухнул бесформенной кучей, потому что Замедляющий выстрел охотника хоть и не оглушил меня, но спутал сетью по рукам и ногам, не дав сгруппироваться в падении.

Тем не менее в провале я очутился первым, а Каменная кожа позволила безболезненно пережить падение и стрелу в спине. Вскочив на ноги, я медленно, пока не спали путы, брел в сторону портала, и все это время лихорадочно размышлял, как поступить: вступить в бой, чтобы не дать погибнуть друзьям, или бежать и занимать данж?

Второе было чревато тем, что, стоит мне войти в инст, появится сообщение о технических работах в подземелье. Может, ганкеры ничего и не поймут, но скоро здесь окажется половина песочницы с «Аксиомой» во главе, и Большой По будет неизбежно проинформирован о том, чего ему лучше не знать. Свести один к одному его аналитикам труда не составит – аналогичные технические работы были в данже «Зло из глубин», когда я туда проник.

Так что я встал у входа в портал, мысленно приготовившись прожать Жуткий вой и вломить чумным Комбо по любому, кто подступит, а сам быстро отправил в чат:

[16:58] [Клан] [Скиф]: Открылся новый инст! Стою у портала, защищаю от группы из 5 человек 14-15 лвл. Клан «Засада». Лидер – Белена.

Первым откликнулся Эд:

[16:58] [Клан] [Краулер]: Не сходи с места, а лучше займи данж! Мы на подходе, разберем уродов.

Разберут, как же! Я сделал еще шаг назад. Силуэты сверху заметались, я видел, что члены «Засады» тоже понимали, что скоро здесь будет не протолкнуться, и потому спешили. Собравшись в кучу, они начали спуск.

– Скиф, давай к нам в группу, вместе пройдем инст, – елейный голос Белены сочился патокой. – Ну не твоего уровня же! Ну!

– Стойте, где стоите! – крикнул я. – Иначе я зайду.

Они остановились и нерешительно затоптались, переглядываясь и перешептываясь.

– Договоримся, Скиф! – пустив петуха, крикнул Никкин. – Не валяй дурака!

Нашел дурака, дурачок. Так они меня и примут в группу, ага. Примут, войдут в инст и тут же вычеркнут, чтобы убить. А не убьют, так вне группы меня выкинет из инста в тот же миг.

Охотник продолжал что-то кричать и увещевать, когда фигура Белены растворилась в воздухе. Три… два… раз! Жуткий вой! Из Скрытности девушка вывалилась в двух метрах от меня и, потешно размахивая руками, в ужасе унеслась в сторону, врезалась в стену и побежала вдоль нее. До остальных эффект способности не достал. Никкин натянул тетиву.

В следующее мгновение с края оврага ринулся вниз Бомбовоз. Массивный силуэт воина понесся по направлению к столпившимся девчонкам с Никкином и, видимо, из джентльменских соображений врезался в охотника. Следом за ним уже съезжал ушедший в невидимость Инфект, а Тисса с Краулером кастовали на головы попавшихся в ловушку «засадников» что-то смертоносное.

– Скиф! В данж! – закричал Краулер.

Колебался я долю секунды: очень хотелось помочь друзьям и вырубить хотя бы Белену, но здравый смысл взял верх. Смерть соклановцев приемлема, а вот шанс на первое прохождение дается лишь раз. Большой По и «Аксиома» не дадут соврать. А ведь еще будут повышенные для первооткрывателей подземелья шансы на улучшенную добычу!

С этими мыслями я сделал шаг назад, в портал подземелья «Улей сарантаподов».

Телепортация, в том числе при входе в закрытые локации вроде инстансов, в Дисе всегда мгновенна, но выполнена достаточно деликатно. По ощущениям она напоминает секундное падением в пропасть с закрытыми глазами. Будто зажмурился, ухнул в бездну, оглянулся – а перед тобой уже другая местность.

За мгновение переноса я успел продумать последствия: «Технические работы», призванные замаскировать мое нахождение в инсте, сейчас послужат прямо противоположному. Наше несоответствие уровню данжа вкупе с итоговым, я надеюсь, Первым убийством, пусть и будет подозрительным, но хоть как-то объяснимым – на выходе друзья возьмут по уровню-другому. А вот то же самое Первое убийство в инстансе, закрытом на технические работы, причем не в первый раз, обязательно вынесут на обсуждение всем миром, а там и до пристального внимания превентивов считанные часы.

Портреты соклановцев были пока цветными, но жизни у всех оставалось меньше половины. И тогда я ступил обратно в портал. Плевать мне и на инст, и на достижения, если моих друзей бьют, а я стою в сторонке, зная, что могу помочь.

Переход от сумрачного света подземелья к яркому дневному послужил образцом реализма Диса – на то, чтобы привыкнуть, ушла пару секунд. Что там, виртуальные фоторецепторы – колбочки да палочки – моих виртуальных глаз перестраивались?

Бой на дне оврага переместился ближе к порталу. Краулер с Тиссой тоже спустились и стояли, прижавшись к стенке, за спинами Бомбовоза и Инфекта, который включил Уклонение. Ханг же, вытащив щит, отражал наскоки Белены и девушки-варвара Аманиты. Охотник Никкин и чернокожая Ошандра, держащая длинное копье, игнорируя Ханга и Малика, сфокусировались на Тиссе. Еще одна «засадница», друид Дейдре, приняла форму медведицы и с оглушающим ревом раздирала прикрывшегося Огненным щитом Эда – и если бы не умелый хил нашей подруги, кто-то из друзей уже был бы на точке респауна. Шкура зверя тлела: Краулер запалил в него Воспламеняющим ядром, после чего сфокусировался на другой цели. Бить танка первым – верх глупости.

Жуткий вой мало того, что повысил уровень, так еще и сработал на всю группу «Засады». Медведица, обиженно ревя, бросилась прочь. Девчонки разбежались в разные стороны, а Никкин, истошно вопя, ломанулся вверх по стене. Насколько я помнил по бою с Крушителем, победа над которым и подарила мне этот навык, игрок в данный момент не контролирует тело, и оно бежит сломя голову в смертельном ужасе.

Отмахнувшись от уведомления, я бросил друзьям: «Хильтесь!» – и кинулся за охотником, выбрав его целью номер один. Хотелось отомстить за выстрелы – сегодня и тогда – в спину. Ганкер в этот момент безуспешно карабкался по вертикальной стенке оврага. Вскинув кулаки, я провел по нему тройное Комбо, заряженное толикой чумной энергии, чтобы наверняка. Завершающий серию Оглушающий пинок прошел вхолостую: парень погиб раньше.

Никкин (игрок Николас ван Арле) мертв.

Действие Жуткого воя заканчивалось, и я метнулся к Белене. Лидер группы пробежала ко входу в подземелье, и только чудом игровой рандом не отправил ее прямиком в портал: проскочив, девушка уткнулась в стену. Второе Комбо добило ее, когда действие эффекта Страха закончилось, девчонка успела только выкрикнуть команду, качнув головой в сторону портала:

– Ама! Оша!

Белена (игрок Мэдисон Райсман) мертва.

Я повернулся. Бомбовоз предотвратил захват инста, Рывком оглушив Аманиту. Соклановцы сфокусировали на ней огонь, пока Тисса висела на Ошандре, не давая ей сдвинуться с места. Подбежав, я успокоил вырывающуюся Ошандру Пинком. Тем временем Дейдре обратилась в волчицу и бросилась бежать.

Аманита (игрок Лори Симмонс) мертва.

– Забираю друида! – крикнул я и кинулся в погоню.

В следующую секунду в спину волчицы впился метательный кинжал Инфекта и Воспламеняющее ядро Краулера, после чего друзья переключились на Ошандру. На секунду оглянувшись, я увидел, как девушка бешено вращает копье, не давая к себе приблизиться, и что-то орет.

Дейдре в форме волчицы получала +30% к скорости передвижения. Но у меня в запасе было больше: +30% от классового бонуса, +10% – от колчана, купленного у Риты, и еще столько же – от бафа Легкие ноги.

Ошандра (игрок Ошандра Нгуен) мертва.

«Ага, добили-таки копьеносицу», – заметил я, догоняя друидку. Настиг ее почти в конце подъема. Сбил с ног Оглушающим пинком, и, хоть стан и не прошел, Дейдре, заскулив, кувыркнулась и цапнула меня за руку. Я влепил три Молота подряд – обычный и в составе серии – в широкий лоб, завершив Комбо эффектным Пинком.

Дейдре (игрок Дейдре Дуглас) мертва.

Погибнув, друидка вернулась в человеческую форму. Сумка у нее была стандартная, все содержимое выпало, а потому, спустившись, я отправил Ханга за лутом. Остальные уже разобрали свои вещи, дропнувшиеся после смерти, и облутали других «засадников». Никкин, как выяснилось, потерял синий лук, а остальные – всю зелень. «Что с бою взято, то свято», – вспомнил я любимую дядину присказку, когда Тисса протянула оружие мне.

– Твой вроде зеленый, лучник? – улыбнулась она. – Этот точно лучше, бери.

Ядовитый удар

Редкий лук.

Урон: 16-18.

С некоторой вероятностью каждая атака может поразить цель ядом, наносящим 5 единиц урона.

+9 к ловкости.

+11 к выносливости.

Требуется уровень: 14.

Цена продажи: 9 золотых монет, 45 серебряных монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 50%.

Прочность: 80 / 80.

Я снял с себя зеленый лук и произвел обмен с Тиссой. Угрызений совести я не испытывал: да, раздетой «Засаде» теперь придется непросто, но это был их выбор, они атаковали меня первыми, причем впятером на одного.

– Пока никого вокруг, – доложил Инфект, осмотревшись сверху.

– Заходим? – спросил меня Краулер.

– Все, кроме Малика, – ответил я. – Надо проверить, что будет отображаться на входе.

Я с замиранием сердца ждал вердикта, готовясь писать в техническую поддержку о том, что их «маскировка» демаскирует меня, и хорошо бы ее убрать, но этого не понадобилось.

Через пару минут, когда мы осматривались внутри Улья, вор отписал:

[17:14] [Клан] [Инфект]: Ничего необычного. Показывает, что внутри 4 / 5 членов группы. Я захожу.

Похоже, прикрытие техническими работами исчезло вместе с проклятием Патрика? Что ж, одной головной болью и поводом вызвать подозрения Большого По меньше. Осталось решить, проходить ли нам инст и стоит ли возможная награда за достижение разоблачения статуса «угрозы».

Так что, когда Инфект зашел в подземелье, Бомбовоз развел костер, поднимающий скорость восстановления бодрости, мы расселись вокруг него и начали думать. Глаза бывших «дементоров», готовящихся пройти новейший инстанс и взять Первое убийство, горели так ярко, что хоть сейчас принимай любого в адепты Лучезарного. Краулер – человек, готовый рискнуть многим за любое игровое достижение, – высказал благоразумную мысль:

– Надо валить отсюда, – немного неуверенно заявил он. – Очень и очень палевно!

– Что?! – заревел Бомбовоз. – Ты в своем уме? Когда нам еще так повезет? Вспомни, что нам дал Мракисс! Это же на всю жизнь! А ты боишься спалиться перед каким-то Поли-что-то-там? Да пошел он в зад Пифагора! Мы его через три-четыре месяца, может, больше вообще никогда не увидим!

– Бом, ты делаешь успехи! – заржал Малик. – И кто такой, по-твоему, Пифагор?

– Не сейчас, – оборвал его маг.

– Краулер? – Тисса подняла бровь, ожидая объяснений по поводу его заявления, и перевела взгляд на меня.

– Он прав, – хмуро сказал я. – Мы в одном шаге от того, что По натравит на нас превентивов, если сам не решит заняться моей ликвидацией. Пока от активных действий его удерживает наш спор, но если подозрения этого парня укрепятся, я думаю, он легко пожертвует легендаркой ради много большего.

– Да он все равно не сможет тебя убить, Шеппард! – рявкнул танк.

– А на выходе из песочницы соберутся все превентивы. Выяснить мой день рождения труда не составит, и встречать меня будут с песнями, красной ковровой дорожкой и заостренными кольями в руках.

– Но убить же не смогут? – уточнил Инфект.

– Парни, даже если не смогут, о нормальной игре можно будет забыть…

Я не сказал об ахиллесовой пяте своей способности: никто не помешает превентивам оглушить и выхилить меня, чтобы положить с одного удара. Вряд ли даже с максимальной для моего уровня Устойчивостью я удержусь против топа 300-го уровня. Штрафы за такую разницу сделают навык бесполезным.

А ведь меня могут просто обездвижить и приковать где-нибудь в подвале кланового замка. Способов много, и если они это провернут, наверняка разберутся, что делать дальше. Может, используют какой-нибудь нейтрализатор или подавитель магии, чтобы убить? Не знаю, не хватает информации. Но пока не хочу об этом думать. Ведь если я попаду в руки превентивов, потеряю статус «угрозы».

– Может, хотя бы первых боссов зачистим? – с надеждой в голосе предложил Инфект.

– Нет, – сказал Краулер. – Боссы здесь не ниже 20-го уровня. Прогресс отобразится на входе, и как мы это будем объяснять? Уверен, здесь даже «Аксиома» с первого раза не зачистит инст – освоение и изучение тактик боссов займет кучу траев.

– Давайте качаться по плану, – предложил я. – Мы и так на ровном месте оторвали по вампиризму, или как оно там называется?

– Похищение жизни, – ответила Тисса. – Ой, а я и забыла. Надо приклеить к Длани Нергала, от нее у меня больше всего урона.

Некоторое время парни выбирали, какому приему придать свойство. Я схитрил и выбрал Комбо – теперь каждый удар связки будет похищать жизнь.

– Всего 1%, – хмыкнул Ханг. – Негусто.

– Зато с каждого удара, – ухмыльнулся Краулер.

– Друзья, это все замечательно, но предлагаю валить отсюда Глубинной телепортацией, – сказал я. – У входа нас точно вынесут.

Инфект с Бомбовозом громко вздохнули, и я попробовал их успокоить:

– Да не расстраивайтесь вы так! Сделаем 20-е уровни и вернемся. Если Большой По со своими орлами так долго не мог пройти «Зло из глубин», то здесь они и подавно застрянут.

– Точно! – просветлел Бомбовоз. – Откат на рейдовые подземелья – неделя. А с такими темпами прокачки мы вернемся сюда дней через пятнадцать!

– А еще надо посмотреть лут с Мок’Риссы, – добавил Краулер. – Ты, дорогой Скиф, то ли забывчивый, то ли все такой же хитро… умный. Что ты там с нее снял, в чате не видно.

Я заглянул в инвентарь и улыбнулся:

– Потом покажу. Валим отсюда, мне здесь не нравится.

Глава 25. Призрак Вильяма Стаффорда

Солнце скрылось за верхушками деревьев, когда перед нами, сразу за буйной речкой Тремителью, простерлось редколесье, вдалеке сливавшееся с темнеющей стеной мертвых деревьев. Ферма Макгрегора, куда нас перенес Краулер, была за спиной. Эд не стал портировать нас прямо в Мраколесье – выкинуть могло где угодно, а хотелось оказаться поближе к вымершей деревушке лесорубов.

В поле, помимо самого фермера и его семьи, копошились магические големы-харвестеры, что-то типа древнего трактора, только на двух деревянных ногах и с опасно выглядящими лезвиями на верхних конечностях. Еще я заметил пару бегающих по полю игроков 2-го уровня.

– Делал тут квесты? – поинтересовался у меня Краулер. Я качнул головой, и он продолжил: – Иногда харвестеры ломаются, и старший Макгрегор дает квест на их усмирение и ремонт. А те вон, что носятся туда-сюда, занимаются отловом Сусликов-вредителей. Кошмарный квест, весь день ковыряться.

– Я, помню, пугалом у Макгрегора работал, – с некоторой ностальгией вспомнил Бомбовоз. – Ворон с поля шугал. И как-то доигрался – спутал их с вороном, а он вообще не нейтральный моб! Сагрился…

– И что?

– Заклевал до смерти, – грустно ответил танк.

В Ущелье Горо мы решили сегодня не возвращаться. Соклановцы хотели сходить туда, чтобы приодеться, пусть и в синий шмот, но там иногда выпадали и эпики. Вот только из-за нового инста в округе сейчас наверняка столько активности, что светиться без особой необходимости не стоит. Одеться к Арене мы успеем. Сейчас важнее вытянуть всех по уровням.

– С Мок’Риссы выпало две шмотки. Смотрите… – Я достал лут из рюкзака, начав с эпика.

Пояс Глубинного зла

Эпический тканевый пояс.

Часть комплекта Глубинного зла.

Броня: 18.

+15 к интеллекту.

+15 к выносливости.

+12% к скорости регенерации маны.

+5% бонус к силе заклинаний.

Прочность: 250 / 250.

Требуется уровень: 20.

Цена продажи: 189 золотых монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

Комплект Глубинного зла

Эпический комплект брони.

Состоит из 8 предметов: пояс, наручи, корона, перчатки, оплечье, одеяние, сандалии, штаны.

2 / 8 комплекта Глубинного зла: +15% к магическому урону.

4 / 8 комплекта Глубинного зла: +100 к броне.

6 / 8 комплекта Глубинного зла: +50 к интеллекту, +33% к регенерации маны.

8 / 8 комплекта Глубинного зла: При получении урона в бою дает шанс закрыть носителя астральным щитом, поглощающим 500 единиц урона.

Требуется уровень: 20.

– Повезло Тиссе… – завистливо вздохнул Инфект и перевел взгляд на Эда. – Или Краулеру.

– Тиссе, – покачал головой тот. – Ей скорость регена маны и сила заклинаний важнее. Ко всему с дамагом у нас все в порядке, а от хила на Арене будет многое зависеть.

Мелисса Шефер засияла, как истинная жрица Нергала Лучезарного, – на 20-м уровне ее ждали два сетовых эпика вместе с бонусом за обладание парой предметов комплекта.

– Скиф, не томи! – взмолился Инфект. – Что там еще?

Я вытащил следующую находку. Переводя взгляд с одного расплывающегося в улыбке лица на другое, не сдержался и усмехнулся сам.

Осколок печати Шог’рассара

Квестовый персональный предмет.

Изгнанный из этого пласта реальности Спящими богами древний маг Шог’рассар в другом мире сам стал богом, покорив народ сарантаподов. С тех пор он не оставляет надежды вернуться. Сквозь пробитый им межмировой портал он отправил в Дисгардиум передовой отряд сарантаподов.

Мощность портала пока невелика и не позволяет вернуться самому Шог’рассару. Чтобы его расширить, генералы передового отряда решили затаиться, скопив силы и ресурсы, а потом обрушиться на Дисгардиум всей мощью и гневом изгнанного божества, щедро наделившего силой своих подопечных.

Каждый из трех генералов отряда вторжения владеет собственным осколком печати. Семь осколков, собранных воедино и размещенных у основания портала в Улье сарантаподов, позволяют призвать Шог’рассара, Бога сарантаподов.

Собрано: 1 / 7.

– Я что-то не понял, – задумчиво произнес Бомбовоз. – Боссов три, а собрать надо семь?

– Ага, – радостно кивнул Краулер. – Понимаешь, в чем фишка?

– Пока нет, – нахмурился танк.

– Все просто, Бом, – встрял Инфект. – Даже если «Аксиома» убьет всех в Улье, у них будет только три осколка. Они не смогут призвать финального босса. Этого, как его… Шог’рассара.

– Вообще, смогут, но как минимум через три недели. Им нужны две полные зачистки инста, чтобы собрать шесть осколков, – поправила Тисса. – Не забывайте про недельный откат. Седьмой они получат с третьей попытки.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– И фарм разными группами им тоже не поможет – осколки персональные, – добавил Эд. – Скорее всего, По отправит несколько групп на разведку, изучать инст, после чего пойдет основным статиком.

– Все-таки надо было положить хотя бы пару боссов, раз так, – вздохнул Бомбовоз.

– Нет, сейчас к этому месту слишком пристальное внимание, – не согласился я. – И вообще, когда сами будем зачищать Улей, пойдем с утра, пока все в школах. А оттуда уберемся телепортом. Копить осколки надо тайно. Жаль только, что лут подобрал я…

– Почему? – не понял Бомбовоз.

– Потому что у Скифа теперь забито два слота из трех, вот почему, тормоз! – ответил за меня Инфект.

Закончив с этим – эпик Тиссы до поры до времени Ханг спрятал к себе, – мы поднялись и выдвинулись к Мраколесью.

Узкая дорога вдоль реки нескончаемой бечевой вилась на восток. В сотне шагов впереди мы заметили группу игроков 7-го и 8-го уровней.

– О, бродячий торговец! – изумился Бомбовоз. – Давненько я их не видел…

Игроки столпились у необычно выглядящего непися с чалмой на голове и огромными многоуровневыми сумками за спиной. Рядом с торговцем топталась небольшая лошадка, навьюченная так, что из-под груза торчали только голова и грива.

– Пойдем глянем, что у него, – предложил Краулер. – Иногда встречается то, что больше нигде не… – Он вдруг запнулся, вытянул шею, приложив руку ко лбу, всмотрелся и сорвался с места, крича: – Вы что творите, олухи?! Идиоты!

Соклановцы бросились вдогонку, а вслед за ними, недоумевая, и я. Впрочем, удивлялся недолго, увидев, что игроки вступили с торговцем в бой.

Не добежав до места драки шагов двадцать, Краулер остановился, обернулся к нам и развел руки, останавливая:

– Все, стоп. Поздно, не успеем уже никого спасти. Не входим в зону агро!

– Почему? – спросил я.

– Это бродячий торговец, – пояснила Тисса. – Из гильдии. Они носят с собой товара на десятки тысяч золотых и передвигаются безо всякой охраны. Как ты думаешь почему?

– Ну… Если такого ограбят, напавшие станут врагами гильдии бродячих торговцев?

– Куда хуже, – сказала Тисса. – Смотри, скоро сам увидишь.

Один из игроков, дерущихся с торговцем, обернулся к нам и заорал:

– Эй! Валите отсюда! Это наша добыча!

– Смотрите не подавитесь, – хмуро заметил Эд, играя желваками.

Торговец, низенький мужчина со сморщенным, как сушеный виноград, лицом оказался всего 10-го уровня. Он был бос, одет в замызганный цветастый халат и шаровары. Ни брони, ни оружия, так что дрался он голыми руками, и не сказать что успешно – скорее просто отмахивался, а потом его свалили на дорогу и начали добивать. Лошадка, в которой вблизи я опознал стригущего ушами ослика, в бой не вступала, пока ее не задело размашистой атакой. «И-а!» – возмущенно проорал ослик 5-го уровня и лягнул копытами.

Через несколько секунд все было кончено. Чалму с торговца сбили в пыль, сам он, скрючившись, бездыханным валялся на обочине, а рядом растекалась кровь ослика.

Игроки, распихивая друг друга, бросились лутать трупы. Копошась в сумках и громогласно радуясь находкам, они не заметили, как над телом бродячего торговца вознесся смолисто-черный дух. Мгла расходилась клубами и, сужаясь, вытягивалась в жгуты. Через мгновение дух полностью рассеялся, влившись в самих грабителей.

– Ну и идиоты… – восхищенно-удивленно закачал головой Ханг.

– Вашему вниманию: нубы обыкновенные, альтернативно одаренные, – объявил Инфект. – Вместо мозга – солома, вместо рук – клешни, а вместо лута…

– Проклятое дерьмо, – глубокомысленно хмыкнул Эд.

Набив сумки, грабитель-разбойник пожаловался, что больше нет места. Другой прилюдно заявил, что отхватил эпик, принялся пританцовывать, продолжая потрошить сумки. А потом ники над головами нубов покраснели, а сами они, пошатнувшись, рухнули.

– Ладно, спектакль закончен, можно идти, – сказал Краулер.

– Так что это было?

– На них легло проклятие бродячих торговцев, – объяснил он. – Залутанное обратилось в проклятые вещи, воздействующие на персонажа даже в инвентаре: все плюсы стали минусами. А награбили игроки много. Так что все характеристики у них в глубочайшей… большом минусе, в общем.

– А выкинуть?

– От них невозможно избавиться. Ни потерять, ни выкинуть, ни тем более продать. Только тащиться в Дарант и вымаливать прощение, выплатив компенсацию в десятикратном размере и вернув все награбленное. Но им в ближайшие… – Краулер присмотрелся к профилям грабителей, – полтора года никакого Даранта не видать.

– Написать в техподдержку?

– И получить ответ, что все в рамках игрового процесса. Тем более торговец их предупреждал, что пожалеют, но они не прислушались. Ладно, валим отсюда.

– Жалко дедушку, – всхлипнула Тисса.

– Может, прикончим придурков? – предложил Инфект. – Они же на своих минусах даже до города не доползут.

– И поделом, – жестко сказал я.

Смерив их презрительным взглядом, Ханг первым вломился в кустарник, которым порос в этом месте берег Тремители.

Речку преодолевали, выпив Зелья хождения по воде, но даже так это требовало сноровки. Поверхность словно затвердевала при каждом шаге, и из-за бурлящей стремнины поставить ногу ровно было непростой задачей.

Кроме того, при нашем появлении вода вскипела от налетевших со всей округи Каменных рвачей. Они выпрыгивали, хватая нас зубастыми пастями за ноги, и по-бульдожьи трясли головами, но сейчас я был с ног до головы облачен в кольчугу и кожу. Похоже, агрессивные рыбки, вцепившись, разжать челюсти уже не могли, так что на берег мы выбрались, увешанные трепыхающимися тельцами рвачей, как рождественские елки украшениями.

Там нас уже встречали привлеченные шумом Магнетические жабы 8-го уровня. Они сели рядком, как бабульки с лавочки на крыше моего жилого комплекса, и безуспешно пялились, пытаясь парализовать нас взглядом.

Бом, собравший всех рвачей в сумку, скормил им несколько рыбешек и, смутившись, объяснил:

– У меня в детстве был лягушонок. Я его еще головастиком на речке поймал, держал в бутылке. А когда он метаморфировал в лягушонка, помню, так радовался… – Суровый здоровяк сглотнул подкативший комок. – На следующий день пришел из школы, а его наш тупой кошак схавал.

После этого удивительного признания последовал эмоциональный рассказ о глупом шотландском вислоухом котейке, и мы сделали передышку, чтобы освободить сумки. Весь ненужный лут, включая вещи «Засады» и стаки Щетинок скальной многоножки, я отправил Перевес. Происходило это на глазах требовательно зыркающих жаб, так что в итоге, не выдержав, мы скормили всех рвачей им.

Потом Тисса обновила бафы, мы поели блюд с бонусом на характеристики и выдвинулись в путь. Пройти надо было около десяти километров вглубь Мраколесья по едва заметной тропинке.

В сумраке леса длинные и пугающие тени деревьев протянулись по хищной траве, пытавшейся впиться в наши ноги. Пробираться было нелегко не только из-за попадавшихся мобов, ноги застревали в дерновине, мы спотыкались о кочки и неровную почву, да и деревья заслоняли путь, сплетаясь ветками и стволами.

Шли осторожно, хотя в этой части леса бродили мобы, посильные любому из группы. Не хотелось отвлекаться и терять время.

Но мобы все равно, понятное дело, часто агрились – иначе здесь было бы не протолкнуться от игроков. Мраколесье – этакая лайт-версия Болотины. Группы неприятных мобов вроде гигантских пауков, жутких умертвий или бешеных волков встречаются часто, они не стоят на месте, потому велика вероятность сагрить сразу не один пак. Для обычного игрока или неслаженной группы такое, как правило, заканчивается вайпом.

Из-за всего этого до заброшенной деревушки мы добрались только ночью, не откладывая на завтра загадочный квест. Дома еще не рассыпались в труху, но были близки к этому. Почерневшие остовы выделялись на фоне подозрительно светлой поляны. Нагнувшись, я набрал в ладонь серой земли, поблескивающей в свете Геалы, и сказал:

– Похоже на пепел.

– Пепел и есть, – подтвердил Краулер. – После зачистки здесь все сожгли к чертям собачьим.

– Странно, что за столько лет его не разнесло по окрестно…

– Алекс, забирай! – заорала Тисса.

Я заметался, пытаясь вычленить в сумерках угрозу. Опасность была повсюду: со всей деревни к нам стекались аспидные, поглощающие лунный свет, тени умертвий. Эд раздавал команды, выстраивая защитную формацию. Я оценил уровень противников:

Безмолвное умертвие, нежить 19-го уровня

Первой задачей было собрать агро на себе, и я занялся этим, стягивая мобов. А спустив уровень жизни до половины, активировал проклятие нежити.

Умертвий вокруг меня собралось, конечно, меньше, чем многоножек в Куцем Вражеке, но все равно прилично. Физический урон по ним проходил с большими штрафами, так что пришлось активно использовать чумную энергию. Соклановцы делали то же самое, что и возле оврага: выпуливали мобов по одному и били как могли, им важнее было не валить их, а прокачивать навыки.

Передо мной полыхнуло пламя: Краулер выставил Огненную стену. Я мысленно одобрил, ведь чем больше урона она нанесет, тем быстрее будет качаться заклинание. Думая об этом, улыбнулся – бой с тремя десятками элитных высокоуровневых мобов стал для меня рутинным делом.

Я чередовал Комбо с Молотом, понимая, что в будущем надо быть аккуратнее. Похищение жизни лечило, а это значит, что с моими показателями урона на высоком уровне развития способности надо будет следить за тем, чтобы неуязвимость не слетела в самый неподходящий момент.

Убитые умертвия превращались в чернильные кляксы, с шелестом опадая на землю. Вскоре не осталось ни одного: мне хотелось спать, и чумную энергию я не берег. Бой отнял минуты три.

Вмешиваться в драку бывших «дементоров» я не стал – они справлялись и так, но Бомбовоз взмолился:

– Скиф, сними его с меня! Хочу Атакующую стойку покачать…

Парой обычных ударов я переключил внимание моба на себя, и, попыхтев, соклановцы завалили последнее умертвие. Бом собрал лут, и мы пошли исследовать деревушку.

На загадочного квестгивера наткнулись в дальнем доме, вернее, в том, что от него осталось. Умертвие, силуэтом напоминающее рыцаря в полном латном доспехе, облегченно застонало и подлетело к нам. Над его головой светился значок того, что у непися для нас задание.

Призрак Вильяма Стаффорда, нежить 20-го уровня

– Приветствую вас, доблестные путешественники! – завыл призрак. – Как же я рад вас видеть! Наконец-то хоть кто-то добрался до этой забытой всеми богами деревни!

Из его долгой и пространной речи, которую мы слушали, зевая и чуть не сворачивая челюсти, выяснилось, что он возглавлял тот самый карательный отряд, уничтоживший деревню. Боги, по его словам, прогневались, и он сам стал одержим тем же, чем и проклятые лесорубы. Случилось это за пределами Тристада, в Даранте, и его быстро прикончил отряд городской стражи.

В результате после смерти мужчина вдруг оказался здесь, на месте своего нечестивого деяния, без возможности его покинуть. Люди в сожженной деревне появлялись редко, да и тех быстренько разрывали на части живущие вокруг умертвия, так что поговорить призраку было не с кем. А излить душу ему очень важно, ведь в Тристаде у него остался сын, не знающий, где отец спрятал семейные сбережения. Вильям переживал, что отпрыск лишился всех средств, и был готов поделиться частью накопленного с тем, кто расскажет сыну, куда старый Стаффорд закопал деньги.

Доступно новое задание: «Наследник».

Призрак Вильяма Стаффорда хочет, чтобы вы освободили его душу, уничтожив призрачную форму и передав его сыну Альфреду информацию о месте, где спрятаны семейные сбережения.

Срок исполнения задания: 7 дней.

Награды:

– 100 очков опыта;

– ваша репутация с Альфредом Стаффордом повысится на 250 очков;

– ваша репутация с городом Тристадом повысится на 5 очков;

– 5 золотых монет.

Штрафы за невыполнение задания:

– на вас ляжет проклятие Вильяма Стаффорда;

– ваша репутация с городом Тристадом снизится на 15 очков.

– Да уж… – Инфект почесал затылок. – Стоило оно того?

– Ну… Пять золотых – это пять золотых, – выдал сентенцию Бомбовоз и тоже почесал в затылке. – По золотому на брата.

– Репа тоже на всех будет поделена? – спросил я.

– Нет, каждый получит, – ответила Тисса. – Давайте возьмем? Задание – фигня, прикончить духа и забежать в Тристаде к его сыну. Плевое дело!

– Ладно, – кивнул я. – Не дадим Альфреду сгинуть в нищете!

Мы приняли квест, и Вильям заговорил снова:

– Спасибо, доблестные путешественники! Теперь, когда вы скрепили свое обещание перед богами, я открою вам, как освободить мою душу, и расскажу, где находятся мои сбережения.

– Мы все внимание, – сообщил Бомбовоз. – Пожалуйста, продолжайте, сэр Стаффорд!

– Деньги закопаны под деревом на заднем дворе нашего дома. Надо сделать пять шагов на север: там, на полуметровой глубине, сундучок с золотом.

Призрак вдруг заволновался и сделал паузу.

– Мы сообщим Альфреду, – пообещала Тисса.

– Благодарю, – дух положил руку на сердце. – Что касается освобождения моей души, то все не так просто. Боги будто посмеялись надо мной, сделав эту форму бытия невосприимчивой к магии и физическому урону. Есть только один способ – обратиться за помощью к шаманам в прериях Оцеолы…

Вильям продолжал увлеченно рассказывать об астрале, духах и специальном обряде, но мы уже схватились за головы, не слушая Вильяма.

– Бездна! – выругался Краулер. – Прерии Оцеолы вообще на другом континенте! Это фейл! Это адский фейл!

На Тиссе лица не было.

– Ну зачем я предложила сюда идти?! – кричала она, заламывая руки.

Это было так искренне, что мне самому захотелось расплакаться.

Чем грозит проклятие Вильяма Стаффорда, нам только предстояло узнать. Воображение рисовало жуткие картины – слишком свежа была память о грабителях, пораженных наказанием бродячего торговца.

Призрак закончил говорить и потерял к нам интерес. Он парил вокруг и довольно ухал, пока парни пытались вытащить еще хоть слово о том, что за проклятие тот собирается наслать.

– Долбаный ИскИн! – ругалась Тисса. – Кто только такой дебильный квест засунул в песочницу?

Инфект ушел в незаметность и вынырнул оттуда за спиной призрака, чтобы нанести удар двумя кинжалами сразу. Оружие прошло насквозь, не нанеся бесплотному телу даже единицы урона. Бомбовоз осуществил Рывок и влетел в обвалившуюся стену. То же самое случилось с файрболами Эда и световой магией Тиссы. Все удары были тщетны. Его не брали ни магия, ни физическое оружие.

И тогда я, неспешно подойдя ближе, вломил ему чумным Молотом.

Призрак Вильяма Стаффорда рассыпался в прах. Что-то звякнуло, и от пола на три метра ввысь вознесся золотистый сияющий лучик.

– Это же леген… – прошептал Краулер.

– Подожди, подожди! – перебил Инфект скалясь.

– …дарка! – заорала Тисса, закончив предложение.

Под ее радостные визги и наш рев Бомбовоз подобрал лут.

Сложно описать счастье, охватившее друзей. Мой папа как-то, повествуя о своих рейдах в Дисгардиуме, сравнивал это ощущение с радостью от поклевки на рыбалке, куда он в детстве ездил с моим дедом. Убийство босса, просмотр лута и…

Если даже у отца в этот момент каждый раз замирало сердце, то что уж говорить о бывших «дементорах», впервые увидевших легендарку в собственном луте.

– Кольцо! – не своим голосом закричал Инфект.

В групповом чате появилась информация о том, что именно подобрал Бомбовоз.

Отвага Свентовита

Легендарное кольцо.

Уникальный предмет.

+12% ко всем основным характеристикам.

Поглощает весь урон от одной летальной атаки. Срабатывает не чаще раза в 2 минуты.

Количество гнезд для самоцветов: 1.

Только для класса «воин»!

Шанс потерять после смерти снижен на 100%.

Двухметровый Бомбовоз уже вовсю подпрыгивал на одной ноге и тряс лапой, исполняя вокруг нас первобытный танец, сдобренный лязгом доспехов.

– Повезло же Хангу! – завистливо воскликнул Малик.

– Повезло! – согласился я.

Подняв руку, я дал «пять» проскакавшему мимо Бомбовозу и широко улыбнулся. Не видя большой ценности в таких шмотках для себя, просто радовался за друга, а о деньгах в тот момент даже не думал.

– Погодите, – поспешил охладить наш пыл Краулер. – Танкует у нас Скиф. Нам точно нужно это кольцо? Оно не такой уж большой прирост даст Бому даже на 20-м уровне. А вот хайлевелам… Боюсь предположить, сколько оно может стоить! Так что послушаем, что скажет клан-лид.

– Уоу-уоу, полегче! – Ханг уселся рядом с нами. – Вы чего?! Это же легендарка! Как ее можно продавать? Вы в своем уме?

– Ханг Ли! – строго одернула его Тисса, копируя интонации мистера Ковача. – Ты ведешь себя эгоистично! Алекс не побоялся рискнуть своим легендарным маунтом и ради нас поставил его на кон! А сейчас, если б не он, никакой легендарки ты бы не получил…

– Народ… ну это же… – Бомбовоз смутился, его губы задрожали. – Ну как же…

– Не вижу пока причин продавать, – сказал я. Ханг просветлел и с надеждой посмотрел на меня. – Любые доспехи, купленные на вырученные деньги, станут бессмысленной тратой. С нашими возможностями мы оденемся без подобных вложений, а ни на что другое нам деньги пока ни к чему. Забыли, что мы их даже вывести не можем? Выставим на аук, только если другого выхода не найдем, а деньги будут крайне нужны. Бом, надевай кольцо. Станет нашим депозитом на черный день. Договорились?

– Ски-и-и-иф-ф-ф-ф! – заорал Ханг.

Я едва уклонился от налетевшей туши:

– Без обнимашек! Ты стал слишком сентиментальным!

Сдачу квеста решили не откладывать. «Аксиома», как мы считали, скорее всего, крутится внутри и вокруг нового подземелья, так что можно наведаться в город.

Инфект перетащил нас в Тристад, а я подумал, что такими темпами нескоро прокачаю собственный навык глубинной телепортации. Озвучив свои опасения, тут же получил от Тиссы предложение:

– Алекс, сдадим квест – и давай прыгнем вместе. У тебя же 2-й уровень? Значит, выбора, куда двигать, пока нет. А оттуда я нас верну…

Дом, где жил молодой Альфред Стаффорд, находился в богатой части города, но выглядел неухоженным: забор покосился, краска облупилась, а садик порос бурьяном.

Стучаться пришлось долго, там уже спали, судя по темноте в окнах и тишине внутри. Наконец, за дверью послышалось старческое шарканье. Кто-то долго копошился с замком, а когда открыл дверь, мы увидели заспанного и зевающего парня лет двадцати.

– Али, я оттарабанил две смены подряд! Даже не проси… – Он поднял глаза, понял, что ошибся, и откашлялся, придавая голосу серьезность: – Прошу прощения, принял вас за сменщика в страже. Доброй ночи, гости Тристада! Чему обязан?

– Альфред Стаффорд? – вежливо поинтересовался я, хоть и знал, что это он. Парень подтвердил, и я продолжил: – Прошу прощения за то, что нарушили ваш сон, но дело не терпит отлагательств.

– Раз так, пройдемте в дом, – неопределенно качнул головой Альфред.

Внутри царил еще больший беспорядок, чем снаружи. Заметив наши взгляды, он, будто извиняясь, объяснил:

– После смерти отца слегла матушка. Таяла на глазах. Возил ее в Дарант, истратил все деньги, но ничего не помогло. Тамошние целители только пожимали плечами, мол, от тоски не лечим. Вскоре ушла и она, а я остался один. Работаю в городской страже в дальних патрулях, до домашних забот руки не доходят…

Я заметил, что соклановцы не торопят непися, внимательно слушают и даже… сочувствуют? У меня сложилось впечатление, что «дементоры» относятся к истории парня как к настоящей. Хотя… Бездна! Она и была реальной! Конкретно этот ИскИн, учитывая давность мира игры и свежесть событий, на самом деле родился, вырос с родителями, потерял их и сейчас пытается, оставшись один и тоскуя, как-то справиться со своей жизнью.

– Альфред… – проговорила Тисса. Мы договорились, что квест будет сдавать она. – Мы искренне сочувствуем твоей потере! Но у нас для тебя хорошая новость! В Мраколесье нам встретился дух твоего отца Вильяма. Его душа не могла найти покоя, не в силах сообщить тебе кое-что важное…

Через пару минут мы помогли парню выкопать небольшой сундук. Все сбережения старого Стаффорда оказались в целости. Парень долго сидел у вырытой ямы, держа в руках сундучок и опустив голову. По его щеке пробежала слеза, и все это время мы тактично молчали, не решаясь напомнить о награде.

– Думаю, это ваше по праву, – сказал он, протягивая нам долю, обещанную его отцом.

Задание призрака Вильяма Стаффорда «Наследник» выполнено!

Вы освободили его душу и сообщили Альфреду, где спрятаны семейные сбережения.

Очки опыта: +100.

Очки опыта на текущем уровне (14): 1 060 / 12 900.

Ваша репутация с Альфредом Стаффордом повышена: +250.

Текущая репутация: доверие.

Ваша репутация с городом Тристадом повышена: +5.

Текущая репутация: равнодушие.

Настроение Альфреда изменилось. Он воспрянул духом и собрался бежать и просить руки любимой у ее папаши. Жениться на ней раньше он не мог, не имея возможности обеспечить семью.

– Теперь он точно не откажет! – ликовал парень.

Нам едва удалось убедить его отложить задумку на утро.

Тепло распрощавшись с Альфредом, мы вышли на улицу. Шел второй час ночи, пора бы заканчивать. Мне оставалось только одно – отправить свою тушку куда-нибудь, чтобы прокачать навык телепортации. Друзья вызвались составить компанию:

– Мало ли куда вас с Тиссой выкинет, – сказал Краулер. – Прыгаем вместе.

Глубинная телепортация, активированная мною, отправила нас в Олтонские каменоломни, а оттуда Тисса вернула всю группу в Тристад. Уровень навыка у меня, правда, не поднялся, но прогресс-бар показал, что еще одно использование – и будет повышение.

– А вообще, замечу, что нам в каком-то смысле повезло, – вдруг заявил Инфект, когда мы прощались. – То, что кольцо классовое, спасло Скифа от необходимости принимать трудное решение. Если бы он забрал его себе как лидер клана, это не вызвало бы вопросов, но все равно, осадок бы остался…

– Ну ты и жук, Малик! – Бомбовоз треснул Инфекта по плечу. – А теперь у тебя осадок, что кольцо взял я?

– Да, я завидую и честно это признаю! – гордо объявил вор и ухмыльнулся. – Никакого лицемерия, удачливый ты сукин сын!

– А если бы выпало кольцо не на наш класс, а на какого-нибудь шамана? Давайте порадуемся за Бома, ведь будь иначе… Согласитесь, это смазало бы радость… – добавила Тисса. – Ведь так?

– Ну и продали б его к чертям! – подвел я итог дискуссии.

На этой философской ноте закончился наш второй день фарм-похода. Как ни посмотри, а гриндинг опыта и шмоток можно было назвать успешным. Одно Первое убийство Мок’Риссы чего стоит!

Глава 26. Охотники на монстров

Днем позже наша клановая казна, роль которой пока исполняла сумка Бомбовоза, пополнилась на девять с лишним сотен золотых, а моя личная – еще на пятьдесят два. Перевес успешно распродала почти все, что мы ей высылали. К письму был приложен перечень с указанными расчетами по каждой позиции: средняя стоимость на аукционе, за сколько реально ушли лоты, и какая комиссия удержана. Краулер дотошно проверил цифры и, кажется, остался доволен. Правда, промолчал, лишь кивнул. Зная парня, уверен, что будь у него претензии, молчать бы не стал.

Ради интереса и пользуясь тем, что мы в Тристаде, Эд промониторил рынок легендарных колец без требований к уровню – а кольцо Отвага Свентовита было именно таким – и прикинул, сколько может стоить наше, оказавшееся не очень-то и крутым. Топовые давали до 30% к характеристикам. Вроде бы существовали еще лучше, но продавались они не на открытом аукционе. Что касается нашего кольца, то если бы не удачное свойство по поглощению летального урона, его стоимость была бы ниже, чем сто двадцать тысяч золотых.

После победы на турнире в «Буйной фляге» мой капитал превысил семь тысяч золотых, но что делать с этими деньгами, я пока не знал. Возможно, они понадобятся, чтобы докупить недостающие предметы экипировки перед Ареной.

На дела в городе ушло около часа. Друзья заглянули к классовым учителям, чтобы приобрести новые умения или повысить имеющиеся, я же впервые задумался о том, насколько куцый мой класс. Где мой наставник? Как получать новые умения?

Чтобы прояснить это, я, пока ждал соклановцев, даже написал в поддержку, надеясь на перехват тем же самым высокопоставленным сотрудником «Сноусторма». Ответили мне очень коротко, правда, чтобы прочесть, пришлось вывалиться из Диса и проверить почту на коммуникаторе. Письмо с одноразового ящика было коротким и без формальностей:

Алекс!

Игровой механикой классовый наставник предвестников не предусмотрен. Подразумевается, что ты будешь получать навыки от покровительствующего тебе божества.

Джексон Бриггс (или Соня Блейд, как пожелаешь).

Похоже, это все тот же Кано и Райден, писавший ранее. Его ответ меня не расстроил – лучше пара суперспособностей, чем два десятка обычных.

Вернувшись в игровой мир, я прогулялся по центру города и у храма Нергала заметил Афродиту, то есть Еву. Я приветливо помахал ей рукой. Но девушка отвернулась, и только тогда я понял, что она не одна. Рядом шел Утес. Обернувшись, он помахал рукой и широко улыбнулся, обнял Еву за талию и повел в храм.

Ева достигла 7-го уровня, а воин-ганкер – 15-го. В последний раз, когда я его видел, в пещере Уот’ала, Утес был 13-го, а ведь прошло… всего-то четыре дня! Надо же, какой прогресс…

Никого из «Аксиомы» я так и не заметил. Пустовал и их столик в «Буйной фляге». Бродя по залу таверны, я прислушивался к разговорам, и большая часть была о новом инстансе «Улей сарантаподов». Удалось выяснить, что за прошедшее время подземелье ни разу не пустовало.

Вопреки ожиданиям, первыми после нас в инст проникли не люди Большого По, а… «Засада»! Они примчались на место смерти раньше всех, а данж к тому времени уже пустовал: мы ушли. Безо всякой подготовки они проникли внутрь и, конечно, обломались. Им не удалось добраться даже до первого босса, ганкеры вайпнулись на первом же паке.

Потом инстанс заняла «Аксиома» и более никого туда не пускала. Уэсли Чоу разбил всех своих бойцов на смены, чтобы обеспечить круглосуточное дежурство у входа. Свободные группы поочередно проникали внутрь, по амулету связи докладывая о происходящем в штаб, организованный прямо в овраге. Аналитики обрабатывали поступающую информацию в режиме реального времени, стараясь найти в базе похожих боссов с аналогичными способностями.

До первого удалось дойти только третьей группе, но они не выбили даже половины его очков жизни. К утру пятая группа убила первого, но не дошла до второго – паки мобов становились все больше и злее.

В школу «аксиомовцы» не явились. К полудню у По был полный расклад по тактике на первого босса и приблизительные расклады по второму. С час назад он с основным составом зашел внутрь.

Если они не добьются успеха, нам откроется прямая дорога к Первому убийству.

***

Три зоны – Мраколесье, Болотина и Окрестности Тристада – тянулись на десятки километров, включая в себя сторожевые посты, фермы и рудники. На границе между ними, на небольшой возвышенности над Тремителью, расположился пятнистый тент высотой в два человеческих роста. Рядом приткнулись четыре невзрачных палатки, между которыми на костре запекали дичь. Запахи оттуда доносились сногсшибательные. Я невольно сглотнул слюну.

– Добрались, – выдохнула Тисса. – Вот он, лагерь Охотников на монстров. Главный у них – Гэррисон Альт, он же единственный, у кого здесь можно получить задание.

По дороге от Мраколесья, куда нас перенес Бомбовоз, соклановцы рассказали о фракции Охотников на монстров. У этих серьезных мужчин и женщин разных рас в крови бурлил взрывной коктейль из любви к природе, жажды приключений и желания принести пользу обществу. Шило в заднице прилагалось бонусом. Они были своеобразными защитниками всего живого, кроме опасных монстров. К подобным охотники относили те виды, что напрямую угрожали разумным. Скажем, у них не было никаких претензий к ограм, но если где-то появлялся огр-людоед, на него объявлялась охота.

Местное подразделение фракции обосновалось здесь надолго. Живность этого леса и болот была смертельно опасной, и обе локации не заселялись разумными. Даже туповатые кобольды и гноллы обходили эти места стороной. Так что забот у Гэррисона Альта и его сподвижников хватало.

– Чем они зарабатывают? – поинтересовался я.

– Им платит город, – ответил Краулер. – Если бы не они, с монстрами не справился бы никакой пограничный патруль стражи. Кроме того, у них много других источников дохода, завязанных на переработку и продажу добычи. Опасные монстры – дорогой лут. Редкие шкуры, внутренности, клыки…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Не теряя время, мы направились прямиком к главному тенту. Гэррисон Альт, беседовавший с игроком-охотником 13-го уровня, завидев нас, похлопал парня по плечу и вышел нам навстречу. Это был видный мужчина, высокий и крепкий, в тяжелых сапогах, штанах из прочной ткани и кожаной куртке. Но первым, что привлекало внимание, были его волосы – абсолютно белые, цвета снега на вершинах гор, собранные в хвост и спускающиеся ниже плеч. За спиной крест-накрест крепились два длинных узких меча, в руках он держал гномье двуствольное ружье.

– Как вам моя малышка? – Он с любовью продемонстрировал нам оружие. – Бьет на полтыщи шагов! Валит с ног пещерного медведя! А вот это видите? – Гэрр Альт показал на закрепленную наверху между стволами металлическую трубку с линзами внутри. – Алмазный прицел!

Мы восхитились, а Тисса попросила подержать ружье, в чем Гэррисон ей отказывать не стал. «Эпик! Персональный! – восхищенно прошептала она. – С привязкой к владельцу. Вещь!»

– Меня зовут Гэррисон, но вы можете звать меня Гэрр. Гэрр Альт, – представился он мне, и я ответил тем же. – Ваших друзей я знаю – перспективные молодые люди!

– Мы сделали первые восемь квестов цепочки, – тихо разъяснил мне Краулер. – Репутация с Охотниками на монстров достигла дружелюбия.

– Что вас привело в эти гиблые земли? – крепко сжав мою ладонь, поинтересовался Гэрр Альт.

– Желание помочь славному делу Охотников на монстров, – отозвался я. – Надеюсь, смогу быть полезным.

– Весьма похвальное желание, молодой человек! – обрадовался охотник. – Прямо сейчас нам необходима подмога в прореживании рядов Камышовых котогаторов. Не обманывайтесь словом «кот» в названии этих омерзительных тварей. Все мы любим котиков, у меня в Даранте даже есть ручная пантера, которую я котенком подобрал в Урсайских джунглях. Но котогаторы – это совсем другое. От славного семейства кошачьих в них давно ничего не осталось. Это скорее чешуйчатые рептилии, покрытые отвратительной слизью, нежели коты.

Я не удержался от вопроса:

– Тогда откуда взялось название?

– Они мяукают, – недовольно признал Гэрр Альт. А помолчав, добавил: – И мурлыкают. Но знаете, когда они это делают?

Я покачал головой.

– Выгрызая внутренности своей жертвы! Принесите мне для начала хвосты десяти котогаторов, и если вам это удастся, нам найдется о чем еще поговорить.

Доступно новое задание: «Смерть в камышах».

Гэррисон Альт, руководитель лагеря Охотников на монстров, предлагает вам пройти испытание: уничтожить 10 камышовых котогаторов и в доказательство собрать их хвосты.

Награды:

– 30 очков опыта;

– 50 серебряных монет;

– ваша репутация с Охотниками на монстров повысится на 10 очков;

– ваша репутация с городом Тристадом повысится на 1 очко.

– Я принесу вам хвосты, – сказал я, принимая квест.

– Замечательно, – расплылся он в улыбке, а потом перевел взгляд на соклановцев. – А вы, друзья? Удалось ли вам справиться с гнездом Болотных иглоколов?

– Еще нет, Гэрр, – откликнулся Краулер. – Мы решили помочь товарищу с вашими тестовыми заданиями, чтобы потом заняться этим вместе.

– Разумно, – согласился он. – Вопросы?

– Никаких, – ответил я.

– Тогда не смею вас больше задерживать! – воскликнул он и оставил нас, вернувшись к тенту.

На мини-карте появилась метка, где водились котогаторы.

– Нам точно нужна эта цепочка? – обратился я к друзьям, имея в виду иглоколов. – Сколько она займет? Одни перемещения чего стоят…

– Нужна! – ответили они чуть ли не хором.

Переглянувшись, соклановцы дождались, пока Инфект кивнет, обозначая отсутствие лишних ушей, и Краулер жарко зашептал:

– Никто не делал эту цепочку до конца, Скиф! За всю историю песочницы – никто!

– В чем подвох?

– Иглоколы. Откладывают личинок под кожу, те зарываются в плоть, прям ввинчиваются внутрь.

Тиссу передернуло, и я заразился ее отвращением – мурашки пошли по коже.

– Ну и? Что такого? Ребята, не темните, меня травили кислотой, сжигали, рвали на части живьем, отрубали голову… Что в иглоколах такого, что никто их пройти не может?

– Да никто не темнит, Скиф, – забасил Бомбовоз. – Личинки иглоколов обладают странной природой. Они материальны, но при этом как бы… нематериальны. Этакие астральные существа, привязывающиеся не к телу, а к душе. Они вешают на тебя дебаф, который не исчезает даже после смерти. Держится неделю, и если за это время не произошло обновления, а оно, как правило, бывает при любой встрече с иглоколами, то дебаф спадает.

– Но?

– Дебаф сопровождается прогресс-баром, который показывает, как много в тебе личинок, – терпеливо начал объяснять Краулер. – Одна личинка – 1% бара. На столько же у тебя снижается максимальный запас очков жизни. Когда индикатор достигает 100%, иглокол разрывает тебе грудную клетку и выбирается наружу. А ты умираешь и возрождаешься уже без дебафа.

– Все осложняется тем, что выполнить квест можно только в один заход, – продолжил Инфект. – Вайпнулись – начинайте все сначала. Только в вас уже будет полно личинок, а живут они неделю. Теперь понимаешь, почему еще никто не разорил гнездо?

– Минутку… – Паззл в моей голове окончательно сложился. – Так это инст?

– Вот именно, Скиф, – осклабился Инфект. – Ты чуешь, чем это пахнет?

Я чуял. Первым убийством. И чем-то особенным от Гэррисона Альта.

Глава 27. Паразит внутри

Всю цепочку вплоть до получения финального квеста на зачистку гнезда Болотных иглоколов я выполнил за два дня. Это заняло бы больше времени, но друзья хорошо ориентировались на местности, и все прошло предельно эффективно.

После первого разговора с главой лагеря мы сходили на озеро, все побережье которого заняли Камышовые котогаторы, действительно омерзительные рептилии. Округу жуткой какофонией заполонил оглушительный кошачий мяв. Маленькие змееподобные крокодильчики, блеснув серебристой чешуей, при нашем появлении мгновенно скрылись в грязи. Некоторые, судя по вспухающей полосами земле, направились навстречу. 12-й уровень рептилий не представлял сложностей, разве что бить было неудобно из-за их небольшого размера – по колено. Нужное количество хвостов я намолотил минут за пять.

В копилку капнуло сто очков опыта, а Гэрр выдал мне пятьдесят серебра и следующее задание цепочки – Волки-убийцы. С ними тоже все прошло просто, и десять Клыков волка-убийцы я обменял на опыт и монеты. Одновременно шли очки в копилки репутации с фракцией Охотников на монстров, лично Гэрром Альтом и Тристадом.

Потом Альт облагодетельствовал меня тремя заданиями одновременно, и все на геноцид опасных хищников. Ядовитые стервятники, Электрические гекконы и Гигантские нетопыри-кровопийцы пополнили известный мне бестиарий песочницы. Кроме того, дроп с них забил рюкзаки Бомбовоза всякими ингредиентами для ремесел, группа получила опыт за убийство, а я – еще и за выполнение квестов. Гэрр Альт поощряюще хлопал меня по плечу и продолжал выдавать серебро и очки опыта. Стоит заметить, что ни за один квест он не дал больше золотого.

Очередные три задания тоже были выданы единовременно, поскольку никто не знал, где именно элитные монстры – объекты охоты. Они передвигались по обширной территории, и в поисках игрок мог наткнуться на любое из разыскиваемых чудовищ.

– Рарники, – пояснил Эд.

Рарники отняли у нас весь следующий игровой день. Грязная тень, босс стервятников, нашелся в дупле огромного дерева; Грозавр, атакующий электрическими разрядами ящер, грелся на солнце, развалившись на равнине восточнее лагеря; Клыккинга, больше смахивающего на птеродактиля, чем на нетопыря, мы прикончили на границе с Мраколесьем.

Все элитники были 15-го уровня, но против слаженной группы сделать ничего не могли. Никто из наших даже не умер ни разу, хотя Инфект был очень к этому близок: я решил покачать Оглушающий пинок, бил Грозавра только им, и вор монстра переагрил. Впрочем, внимание ящера я вернул одним Молотом. На Клыккинге мы увидели действие легендарного кольца Ханга воочию. Танковал босса он, и Тисса, увлекшись прокачкой атакующих заклинаний, его недохилила.

Разыскивая рарников, мы постоянно натыкались на агрессивную фауну локации, что продвигало нас в прокачке, но до космических темпов Куцего Вражека было далеко. Связано это с тем, что я не рисковал использовать проклятие нежити на открытой местности – кругом сновали игроки. Так что по итогам второго дня никто не взял даже уровня, хотя и приблизились к этому вплотную. Зато навыки и боевые приемы качались, и несколько левел апов получил каждый.

– Впечатляет, – сказал Гэрр Альт, когда я сложил перед ним перо, хвост и клык с трех рарников. – Эти звери размножаются быстрее, чем мы успеваем их проредить, – пожаловался он. – Убьем одного вожака, тут же появляется другой. Чтобы не плодить сущности, даем им одни и те же названия.

Он поманил рукой кого-то из своих, и трофеи унесли. Гэрр смерил меня взглядом, прежде чем выдать финальный квест цепочки:

– Я чувствую, что ты готов, Скиф. Долгие годы нас беспокоят Болотные иглоколы. Эти исчадия Бездны прежде были обычными насекомыми-переростками. Вот такими, – он смерил руку по локоть. – Но несколько лет назад все изменилось. Лес и болото заполонили монстры и чудовища, иглоколы тоже превратились в монстров, причем наимерзейших. Сколько бы мы их ни уничтожали, все тщетно, пока жива их матка. Убей ее, разори гнездо – и ты вытащишь огромную занозу из нашей задницы!

Доступно новое задание: «Гнездо болотных иглоколов».

Гэррисон Альт, руководитель лагеря Охотников на монстров, хочет, чтобы вы уничтожили Чаф, Матку болотных иглоколов, и разорили ее гнездо.

Награды:

– 3 000 очков опыта;

– 300 золотых;

– ваша репутация с Охотниками на монстров повысится на 50 очков;

– ваша репутация с городом Тристадом повысится на 10 очков;

– один классовый предмет из комплекта «Охотник на монстров».

Я согласился выполнить задание. Гэрр пожал мне руку и, пожелав нам удачи, вернулся под тент. Подозреваю, что спать, потому что подняли мы его почти в полночь.

– Продолжим завтра, – сказал я, зевнув.

***

Подземелье такого типа я видел впервые. Никаких длинных извилистых тоннелей и коридоров – просто одна большая подземная пещера.

Правда, на поверхности пришлось пробиваться через группы Болотных иглоколов – этаких гигантских мух-мутантов с толстым жалом на яйцекладе, торчащем из нижней части туловища. Мобам, впрочем, не повезло – мы положили их издали, не давая даже приблизиться. Дистанционные атаки были у всех: Инфект метал ножи, я стрелял из лука, Тисса с Краулером били заклинаниями, а у Бомбовоза всегда при себе имелся арбалет, чтобы пулить мобов.

«Очередной инст с насекомыми, – подумал я. – Наверняка это неслучайно, учитывая, как Департамент образования жестко цензурирует все песочницы, ведь убивать, пусть даже в вирте, насекомых, это не то же самое, что…»

– Ни с места! – предупредил Краулер, сбивая меня с мысли. – Скиф, напоминаю тактику до того момента, что нам известен. В центре пещеры кладка огромных яиц…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Фигня какая-то, – пробормотал я. – Они плодятся яйцами или откладывая личинок?

– Черт его знает, – пожал плечами танк. – Тебе не все равно?

– Да просто дизайнеры этих мобов не дружили с биологией, вот и все, – предположил Инфект.

– Уничтожить яйца сможем, подозреваю, только когда расправимся с Чаф, – продолжил рассказывать Эд то, что уже объяснил по пути сюда. Но теперь это было наглядно. – Она появится после неизвестного количества волн иглоколов. Они все одинаковые, но постоянно растут в уровнях и количестве. До последней волны мы не дошли. Вроде ничего сложного, несколько десятков мобов до 16-го уровня в восьмой волне, вот только к тому моменту у всей группы дебаф снижает почти всю жизнь…

– Это точно! – нервно хохотнул Бомбовоз. – Я тогда танковал и, как понимаешь, собрал больше всех личинок. Восьмую волну встречал с 6% жизни – и это при максимальном отхиле!

– Между волнами есть минутный перерыв, – добавила Тисса. – Если б не дебаф, пройти инст было бы раз плюнуть – отожрался, отпился, обновил бафы – и вперед!

– Вы говорили, что пытались, – сказал я. – Почему так мало? Вы то же «Зло из глубин» траили кучу раз, а здесь то же самое – никем не освоенный данж…

– Даже третья попытка уже была лишняя, – поморщился Инфект. – Это математически понятно. Каждый иглокол успевает отложить две-три личинки, причем хоть и атакуют они танка, но для дебафа выбирают случайную цель. Вот и считай. А убивать их раньше, чем они отложат личинку, не хватало урона. И представь – потом неделю с таким дебафом ходить? Из города не вылазили, от любого чиха помирали…

– Задача понятна. – Я вытащил лук, собираясь отстреливать тварей чумными стрелами. – На объем жизни мне плевать, но вот вы рискуете до босса не дожить. Может, дождетесь его за пределами инста? А то с таким дебафом вам потом туго придется.

– Я за! – воспрянул духом Инфект.

– А опыт? – Тисса посмотрела на Краулера.

– Скиф прав, – ответил тот. – Мы же потом неделю фармить не сможем, а ходить за ним с каплями жизни, рискуя умереть и потерять опыт… Не, не вариант. И вообще, странно, что мы сразу об этом не подумали!..

На том и порешили.

Один за другим мои одноклассники покинули пещеру, и я остался один. Присев, задумался – а что, если дебаф проигнорирует проклятие нежити? Получу свою сотню личинок – и что? Разорвет меня на части или как?

«Не попробую – не узнаю», – подумал я и поднялся. Сделав пару шагов, остановился и натянул тетиву. Впереди раздался треск, и из ближнего ряда яиц, светлеющих в темноте пещеры, одновременно взмыли в воздух несколько иглоколов.

Болотный иглокол, инсектоид 12-го уровня

Ага, значит, это не совсем насекомые. Что-то типа подопечных Мракисса – мутировавшие и не совсем нормальные существа. Это объясняет и яйца и личинок. Возможно, второе появилось из-за дыхания Бездны.

Я пустил стрелу, оценил объем жизни иглоколов и прицельно расстрелял всю пачку. Чумной энергии было столько, что индикатор наполненности резервуара даже не колыхнулся.

Две секунды на выстрел, двадцать – на первую волну. Эти нехитрые расчеты привели меня к мысли, что, может быть, стоит вернуть соклановцев. Но, все взвесив, я не стал этого делать, ведь выводы были основаны лишь на первом паке. На пятом вылупится полсотни иглоколов, и я просто не успею отстрелять всех. Дебафы неизбежны.

Первую личинку я получил на третьем паке. Долетевший иглокол вонзил в меня жало, проткнув кольчугу, судорожно выгнулся, по яйцекладу пробежала волна, и в месте прокола вдруг стало очень, прямо-таки адски больно. Жжение прошло, и меня чуть не стошнило, когда я увидел, как под кожей, приподнимая даже кольчугу, перемещается хрень величиной с бильярдный шар. Покрутившись, она отыскала теплое местечко где-то в районе живота и унялась.

Паразит внутри – 1

В ваше тело отложена личинка болотного иглокола. Часть ваших жизненных сил уходит на развитие паразита.

−1% от объема жизни.

Паразитов до полного слияния: 1 / 100.

Срок действия: 7 дней.

Боль стихла, но я в очередной раз задумался о странностях с болевыми ощущениями. Это следствие статуса «угрозы»? Ведь никто из обычных игроков даже близко не испытывал ничего подобного тому, что ощущал в боях я.

Воспользовавшись моим замешательством, напали еще два иглокола, а третий зудел рядом и готовился атаковать, раззявив жвала и ощетинив иглы. «Ну и страшилище!» – подумал я, в панике раздавая обычные удары вперемежку с Молотами. В Комбо необходимости не было – чумную энергию экономить незачем, а для прокачки приема я найду место поуютнее.

Четвертая и пятая волны показали, за что Болотные иглоколы заслужили свое название. Десятки гадов расстреливали меня сотнями острых ядовитых игл с палец величиной и наваливались кучей, вбивая в тело своих личинок.

Паразит внутри – 99

В ваше тело отложена личинка болотного иглокола. Часть ваших жизненных сил уходит на развитие паразита.

−99% от объема жизни.

Паразитов до полного слияния: 99 / 100.

Срок действия: 7 дней.

Ощутив очередной укол жала, я напрягся. Личинка скользнула по яйцекладу и застряла там, не в силах проникнуть в мое тело. Слава Чумному мору!

Прогресс-бар дебафа замер на 99%! Проклятие нежити сработало, не дав убить меня сотой личинкой. Я демонстративно хрустнул пальцами и пошел раздавать удары направо и налево. Жуткие насекомые взрывались литрами слизи, лимфы и хитина – я овердамажил, чтобы наверняка.

Странно, но ни один из мобов не оставлял после себя лута. В перерывах я отписывал в групповой чат текущий статус и читал сообщения друзей. Понимая положение, они развлекали меня как могли.

[18:12] [Клан] [Краулер]: Аксиома установила цену на право войти в Улей сарантаподов. Тысяча золотых!

[18:13] [Клан] [Скиф]: Большой По в своем репертуаре! Не съем, так понадкусываю, как говорил мой дядя Ник! Ха-ха! Кстати, уже восьмая волна на подходе.

[18:13] [Клан] [Тисса]: Алекс, ты удивишься, но очередь до конца недели!

[18:14] [Клан] [Инфект]: А вообще, пора собирать на амулеты связи!

…

[18:16] [Клан] [Скиф]: Я так скоро мастером лука стану – уже 5-й уровень навыка! Кстати, девятая волна…

[18:16] [Клан] [Краулер]: Ну ты крут, Шеппард! Мы тогда возвращаемся. Отходили на минутку к озеру – Тисса собирала цветочки, а Бомбовоз расчехлил удочку и качал профу, но, кажется, ни черта не поймал.

[18:17] [Клан] [Тисса]: Не цветочки, а корешки! И, между прочим, для тебя, Эд!

[18:18] [Клан] [Бомбовоз]: Эй! Я наловил Масляных сазанчиков! Покачаешь кулинарку, Скиф!

Тисса взяла Травничество, а Краулер – Алхимию, отличное сочетание завязанных друг на друга профессий. Самое странное ремесло выбрал Инфект – он занялся Археологией. Это было совсем глупо, потому что в песочнице ему, по сути, негде было проводить раскопки, но менять профессию наш арабский Индиана Джонс не собирался.

К этому моменту я действовал механически: отмахивался от иглоколов, успевая отстрелять полтора-два десятка на подлете, поглядывал в чат, кружил по пещере, пытаясь обнаружить скрытые тайники, проходы или клады. Ничего не нашел, и это противоречило выкладкам моего папы – он говорил, что непройденные инсты хранят утерянные вещи игроков. А судя по истории «Гнезда болотных иглоколов», таковых должно быть очень много.

Когда я закончил с десятой волной, Оглушающий пинок поднялся до 9-го уровня, навык стрельбы из лука и Быстрый выстрел – до 6-го.

Я написал в чат, чтобы соклановцы быстрее заходили в инст, ведь если появится босс, сделать это они не смогут.

В пещере соклановцы появились, когда задрожал свод, а земля под ногами заходила ходуном. У дальней стены открылся широкий проход, и оттуда вывалилась колоссальная туша матки.

Чаф, Матка болотных иглоколов, инсектоид 21-го уровня

Босс подземелья.

Чаф, покрытая белесой слизистой шкурой, сразу напомнила мне урок биологии – жирный опарыш с коротким телом. Конечностей у нее не было, зато по всей туше раскрылись сочащиеся слизью отверстия, и оттуда с хлюпаньем вылезли длиннющие извивающиеся щупальца с десяток метров длиной. Увенчивали их жала, схожие с яйцекладами иглоколов, только много массивнее.

– Что они курили? – спросил Инфект. – Кто в трезвом рассудке мог такое придумать?

Тварь поперла на нас, и если Мок’Риссу по десятибалльной шкале омерзительности я бы оценил на десять, то Чаф – на все пятнадцать. Тошнило от одного ее вида.

– Эх, пожрать Крыс-зомби не успели, – огорченно произнес Бомбовоз. – Может, успеем?

– Не надо, – сказал я. – Драться вам не придется.

Затягивать бой я не собирался. Мне до нее даже дотрагиваться было противно! Так что я вскинул лук, натянул тетиву и выпустил стрелу, усиленную двадцатью тысячами очков чумной энергии. Просвистев в воздухе, та вонзилась в белесую склизкую шкуру.

– Поздравляю с первым… – начал говорить я, улыбаясь, но осекся, неверяще пялясь на индикатор жизни босса. Он оставался полным. – Что за…

Всхлипнув, Чаф на миг застыла, а потом продолжила надвигаться. Оставляя за собой широкий слизистый след, она решительно направилась ко мне.

Я изучил логи:

Вы нанесли критический урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 20 011!

Весь урон поглощен «Неуязвимой шкурой Чаф», фактический урон: 0.

Ноль? Почему? Я вогнал еще две чумные стрелы в тушу Чаф, замечая, как тает индикатор чумной энергии, прежде чем понял, что делаю не то.

Друзья не паниковали: Краулер начал отдавать привычные распоряжения, на ходу обмениваясь со мной и Тиссой комментариями:

– Она еле движется, можно кайтить! Рассредоточились! Скиф, забирай и таскай у дальней стенки!

– Двадцать четыре тонны жизни! – кричала Тисса. – Надо найти уязвимое место…

Чаф была на два уровня ниже, чем памятный Мракисс, а того мы завалили безо всякого читерства. Вот только группа тогда была сильнее, так что дамаг соклановцев получится символическим, и надеяться я мог только на себя. Они были слишком мелкими в сравнении с противником.

Я ринулся на Чаф, чтобы проверить ее неуязвимость в ближнем бою. Разряженное Комбо ушло вхолостую – все так же ноль урона.

Ш-ш-шух! Длинные пурпурные щупальца матки выстрелили во все стороны и безошибочно вонзились в каждого из нас.

– Личинки! – возопил Инфект. – Взял две!

Остальные тоже озвучили, сколько дебафа отхватили, но я ничего не расслышал. В меня воткнулось сразу четыре жала, завибрировав, они протолкнули в плоть личинок!

Не контролируя тело, я мешком свалился на землю. Меня корежило и разрывало изнутри, кровь залила глаза, и если б не прокачанная Устойчивость, я наверняка умер бы от кошмарной боли.

Паразит внутри – 100

Слияние! Вы ценой собственной жизни даете жизнь Болотному иглоколу!

С раздирающим хрустом из моей груди вырвался зрелый иглокол 19-го уровня. Глядя на него, я не верил, что подобное происходит, и только вбиваемая в башку мантра о том, что все нереально, это просто проекция виртуального мира в сознание, позволяла сохранить хладнокровие.

Рождение паразита сопровождалось уроном, десятикратно превышающим мой объем жизни, и я бы умер, не будь проклят.

Весь урон поглощен «Проклятием нежити», фактический урон: 0.

Адская боль прекратилась так же внезапно, как возникла. Одновременно вернулись слух, зрение и контроль над телом. Первым осмысленным движением я взорвал чумным Оглушающим пинком вылезшую из меня и зависшую в воздухе тварь. Она разлетелась ошметками и брызгами гемолимфы.

Потом я огляделся, оценивая поле боя. Чаф, решив, что со мной покончено, переключилась на Инфекта как на самого, на ее взгляд, опасного. Вор попытался выйти из боя, включив Уклонение и Исчезновение, но из Скрытности его безошибочно вывело очередное щупальце. Проявившись, фигура вора откатилась в сторону и дала деру. Матка медленно двинулась вслед за ним, периодически выстреливая жалами по окружающим. По всем, кроме меня.

Только тогда я расслышал, что Краулер истошно дерет горло, обращаясь ко мне:

– Скиф, щупальца! Щупальца! Выноси хоботки!

Бросив взгляд на боевые логи, я заметил, что, хоть и измеряемый единицами, но урон проходит! Краулер, Тисса и Бомбовоз молотили абилками по щупальцам!

– Понял! – заорал я, поддаваясь адреналиновому буйству вокруг.

Сколько там? Шестьсот очков жизни у каждого щупальца. Фигня вопрос!

Три ближайших ко мне я раздербанил в труху обычными ударами, заряженными чумной энергией. Остальные, войдя в азарт, принялся отстреливать из лука. С утратой каждой конечности Чаф сочно всхлипывала, содрогалась и старалась сменить позицию так, чтобы спрятать открытые раны на месте оторванных щупалец.

Увлеченный расстрелом, я не заметил, как и когда погиб Инфект, принявший на себя большую часть личинок во время очередного выброса и попавший под Бросок Чаф. Остальные тем временем сфокусировались на одном щупальце – Бомбовоз забрал агро босса, повис на конечности и чуть ли не зубами пытался ее отгрызть, пока Тисса вливалась светом, а Краулер огнем. Им втроем едва-едва удалось снять половину жизни единственного щупальца. А их колыхалось в воздухе еще очень много.

«Неужели придется сносить все?» – подумал я, вгоняя в них стрелы.

Меньше чем за минуту отстреляв пару десятков, засек, как из полностью зачищенного от них участка туловища Чаф сочится бурая густая жидкость. Я натянул лук и в открытую рану запулил стрелу Быстрым выстрелом.

Вы нанесли урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 7.

Очки жизни: 23 993 / 24 000.

Ухмыльнувшись, я повторил выстрел в то же место, добавив ровно двадцать четыре тысячи чумной энергии. С ма-а-аленьким запасом.

Вы нанесли критический урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 24 006!

Очки жизни: 0 / 24 000.

Чаф, Матка болотных иглоколов, мертва.

Очки опыта: +150.

Очки опыта на текущем уровне (15): 50 / 14 400.

Новый уровень! Текущий уровень: 15.

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Матка застыла на месте. Оставшиеся щупальца поникли и легли на землю. Фигуры друзей осветились вспышками золотого света – все они заработали по уровню, кроме Инфекта, оштрафованного за смерть на шестьсот очков опыта. И все стихло.

В нависшем безмолвии тихонько гудел каст Тиссы, поднимающей незадачливого вора.

Зеленовато-голубые яйца в центре пещеры вдруг затрещали, но оттуда никто не вылупился – только вылилось содержимое, и даже скорлупа поблекла, омертвев.

– Да-а-а-а! – пещеру огласил рев ожившего Инфекта.

– Да-а… – без энтузиазма протянул Бомбовоз. – Кстати, дебаф вроде полностью отвалился вместе с киллом босса! Но появился другой: «Дохлый паразит внутри». Срок – трое суток. Все показатели снижены на 16%. У всех так?

– Похоже, у всех, – ответила Тисса. – Только у меня на 9%.

– У меня ничего, – сказал я. – Личинка вылупилась, а новых не завезли…

Я подошел к соклановцам и похлопал по выставленным вялым ладоням. Некоторое время все молчали. Убийство босса не принесло ожидаемого.

Недоуменное молчание затягивалось, никто даже не попытался взглянуть, что в луте – соклановцы переглядывались и разводили руками.

– Где наше Первое убийство? – озвучил Краулер вопрос, одолевавший всех.

– Может, мы не первые? – предположил я.

– Да как не первые? Первые! – уверенно заявил он. – Никто до нас даже босса не видел, не то чтобы убить его…

Бомбовоз, сложив руки за спиной, задумчиво бродил по пещере. Он дошел до стены, откуда явилась Чаф, на пару секунд замер, вглядываясь под ноги… А потом поднял тяжелый меч и со всего маху врезал по раскисшей от слизи земле.

– А так? – оскалившись, прокричал он. – Тут какой-то жгут типа пуповины тянулся от стены к боссу. Ну я его и того…

– Смотрите, смотрите на босса! – истошно завопила Тисса, тыча пальцем в Чаф.

Мы синхронно обернулись. Туша матки на глазах превращалась в иссушенный остов огромного насекомого. Выглядело это, будто ее выставили под палящие лучи солнца и показали в многократно ускоренной съемке: щупальца высохли, отвалились и рассыпались в пыль, туловище сжалось, сморщилось, съежилось и… Тоже опало прахом!

Та-дам! Бум! Громыхнуло под сводами пещеры так, что заложило уши. Звуковые и визуальные эффекты полученных достижений закончились, но шум только нарастал – бывшие «дементоры», выпучив глаза, вчитывались в уведомления, и чем дольше читали, тем больше орали во все горло.

Это надо было видеть! Я сделал несколько кадров для истории клана: Малик, ходящий на руках и дрыгающий ногами, Ханг, выплясывающий джигу вокруг дохлой Чаф, визжащая Тисса и хохочущий Эд.

– Ачивка! Еще одна! Питомец! Иглокол! – не сдержавшись, орал обычно невозмутимый Краулер. – Персональный! А-а-а-а!

– Пришел, увидел, победил! Пришел, увидел, победил! – напевал Инфект, стоя вниз головой. – Семьдесят пять халявных очков характеристик! Пришел, увидел, победил!

Не выдержав, я поддался всеобщему веселью, а через несколько мгновений оказался в объятьях друзей.

Разблокировано достижение «Первое убийство: Чаф, Матка болотных иглоколов»!

Вы первыми в песочнице одолели финального босса «Гнезда болотных иглоколов» – Чаф, Матку болотных иглоколов! Просочившееся дыхание Бездны извратило ее сущность, превратив ее потомство в опаснейших созданий Дисгардиума.

Награда: «Яйцо болотного иглокола».

Яйцо болотного иглокола

Привязано к душе Скифа.

Эпический питомец.

Болотные иглоколы – измененные прорвавшимся дыханием Бездны гигантские болотные мухи. Мутация дала рождение новому виду – агрессивному, безжалостному и безмерно преданному Гнезду. Ваш питомец – один из пяти последних представителей вида. Его родительское Гнездо разорено, а потому он будет предан только вам.

До вылупления: 0 / 1 000 очков опыта.

Скиф, определите долю выделяемых питомцу очков опыта.

Сейчас: 0%.

Внимание! Достижение «Пришел, увидел, победил» улучшено до «Снова пришел, увидел, победил»!

Вы получили очередное достижение категории «Первое убийство» с первой же попытки! Видимо, боги Дисгардиума не только благоволят вам, но и выделяют из массы других героев!

Награда: +10% постоянного бонуса к следующим второстепенным характеристикам: скорость передвижения, меткость, шанс уклонения, шанс критического урона, бонус к силе заклинаний, дистанционный урон.

– Фу, мерзкий иглокол! – фыркнула Тисса, ознакомившись с наградой за достижение. – Не буду его вылуплять!

– Не торопись с выводами, подруга, – заметил Краулер. – Личный боевой пет! Только представь…

– А вдруг он милаха? – предположил Бомбовоз. – Лично я вгоню в него 100% опыта, лишь бы скорее вылупился! Его же еще потом качать надо будет!

Я смахнул предложение настроить очки опыта для питомца, решив заняться этим позже. Все поле зрения, выделенное мною под уведомления, и без того засыпало окнами.

Задание Гэррисона Альта «Гнездо болотных иглоколов» выполнено!

Вам удалось убить Чаф, Матку болотных иглоколов, и разорить ее гнездо. Неизвестно, возродится ли она, но на время жители округи получили передышку.

Сообщите Гэррисону Альту, руководителю лагеря Охотников на монстров, о своих успехах, чтобы получить награду.

Очки опыта за прохождение подземелья «Гнездо болотных иглоколов»: +200.

Очки опыта на текущем уровне (15): 250 / 14400.

Слава герою!

Желаете обнародовать свое имя? Это даст +150 очков к репутации с городом Тристадом и +10 очков к известности.

– От славы отказываемся, – предложил я. – Добро?

– Однозначно, – поддержал меня Краулер. – На фиг нам такая слава…

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Игроки, пожелавшие остаться неизвестными, совершили в локации «Гнездо болотных иглоколов», что близ Болотины, первое убийство финального босса Чаф, Матки болотных иглоколов! Жители и гости Тристада! Приветствуйте игроков, пожелавших остаться неизвестными! Слава героям! Слава игрокам, пожелавшим остаться неизвестными!

К этому моменту все расселись кружочком, копаясь в интерфейсе и распределяя очки характеристик. У меня начала отставать выносливость, и я все пять очков добавил к ней. Активное использование лука повысило навык и Быстрый выстрел еще на единицу – то и другое выросло до 7-го уровня. Настало время заглянуть к наставнику Конраду за новыми приемами.

Я закинул ссылку на «Снова пришел, увидел, победил» в клановый чат. Они все еще не подозревали, что для меня это уже второе подобное достижение.

– Зацените, как вам? – поинтересовался у одноклассников.

– Ни фига себе! – воскликнул Бомбовоз. – Некисло!

– Крутяк! Это же второе? Надеюсь, и мы его получим когда-нибудь! – загорелся Краулер. – За что дали первое? За Крушителя?

– За «Зло из глубин». Только мне дали сто очков. Ни за Крушителя, ни за Мок’Риссу я ничего подобного не получал, за них только Первое убийство.

– Логично, – сказала Тисса. – Это, похоже, дается только за инсты. Они намного сложнее, чем рарники.

– Да, ачивка идет только за первый бой, – подтвердил Инфект. – Я раньше слышал про нее: получить можно лишь за Первое убийство в первом же бою с финальным боссом. Друг старшего брата брал – дали пятьдесят свободно распределяемых очков. Ему тогда повезло: из основного статика выбыл дамагер, и парня взяли на его место.

– А нам отвалили по семьдесят пять, а не по пятьдесят, – задумалась Тисса. – А Скифу вообще сто!

– Хм… – Эд почесал затылок. – Наверное, потому что он тогда совсем маленький был относительно босса. Как и мы сейчас, но тут разница в уровнях меньше. Эти награды за ачивки просчитываются ИскИном динамично, и, возможно, он решил, что Скиф заслужил удвоение. Ну а нам дал в полтора раза больше.

– Кстати, о наградах! – Бомбовоз вскочил и направился к трупу босса. Сунув руку в лут, он прокричал: – Проверьте в сумках, особенно ты, Скиф!

Я заглянул в рюкзак и увидел, что заняты все три доступные ячейки. Там лежали Камень возрождения, Яйцо болотного иглокола и Осколок печати Шог’рассара. Подойдя к трупу босса, обнаружил там квестовый предмет Засохшее жало Чаф. Пришлось брать в руки.

В чате появилось сообщение о выпавшем луте:

Пелерина из шкуры Чаф

Эпический кожаный плащ.

Броня: 15.

С некоторой вероятностью может полностью отразить урон, нанесенный в спину.

+14 к интеллекту.

+14 к выносливости.

+18% бонус к силе заклинаний.

+3% к шансу критического урона.

Прочность: 200 / 200.

Требуется уровень: 20.

Цена продажи: 75 золотых монет, 45 серебряных монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

– Больше ничего? – с тайной надеждой поинтересовался Инфект.

– Не-а, это все, – ответил Бомбовоз.

– Опять кастерская эпическая тряпка! – горестно высказал Инфект. – И опять Тиссе?

– Я бы не отказался взамен моего… Того эпика, что из меня выбила «Аксиома», – пробурчал Краулер. – Но важнее усилить хила! С уроном у нас, как я уже говорил, все в порядке!

– Эд… Может, тебе? – засомневалась девушка.

– Он прав, – настал мой черед поддержать Краулера в его нелегком решении. – Шмоток мы еще набьем, урона хватает, а вот сильный хил нужен уже сейчас. Особенно на Арене.

– Согласен, – встрял Ханг. – Усиление эффективности лечения на 18% даст нам больше, чем увеличение урона Краулера. Тисса, принимай…

Из инстанса мы портанулись напрямую в лагерь. Громыхнувшее глобальное уведомление могло вызвать интерес, а терять очки славы за просто так не хотелось.

Когда мы выложили Засохшие жала Чаф перед Гэрром Альтом, он не сразу пришел в себя. Долго удивленно изучал конечности, обнюхивал, качал головой, а потом удовлетворенно кивнул и молча поманил за собой.

Охотник на монстров остановился у сундука, открыл его и бросил туда все жала. Пришло сообщение о выполненном квесте, о подросшей репутации с фракцией и городом, о трех тысячах очков опыта. Появилась и материальная награда, правда, сначала прозвучала торжественная речь:

– Вы настоящие герои! – заявил Гэрр Альт. – Подумайте о карьере в нашей гильдии, молодые люди! Ваши отвага и умение находить выход из самых сложных ситуаций, ваше непримиримое желание служить на благо общества и бороться с опасными монстрами – все это получит достойную оценку. Я сегодня же вышлю в Дарант мои лучшие рекомендации каждому из вас! Будете там или в любом другом нашем лагере, коих по всему миру десятки, обращайтесь к моим коллегам не раздумывая!

Закончив говорить, он выдал нам мешочки с золотом, а следом поочередно вытащил по одному классовому редкому предмету из комплекта «Охотник на монстров». Каждый получил сапоги: я кольчужные, Бомбовоз латные, Инфект кожаные, а маги тканевые. Тиссе достались атласные, а Краулеру шелковые. Предметы были на 20-й уровень, и я свои отдал на хранение Бомбовозу.

Покрутив трофей в руках, Эд недовольно бросил его в сумку и в сердцах заявил:

– Я в этом ходить не буду!

Глава 28. Болотные гады

И лягушки квакали как-то иначе, и цапли жалобно подвывали совершенно не по-птичьи. Но все равно удивительно было встречать нормальных нейтральных зверей и птиц, не обезображенных извращенным воображением гейм-дизайнеров и не стремящихся вгрызться в твое тело. Я даже заметил настоящего белого аиста 20-го уровня, и его метка тоже оказалась нейтральной – такой не нападет, если только ему не придется защищаться.

За пару часов до этого я снова использовал услугу «Туда и обратно», телепортировавшись случайным образом в Мраколесье, а оттуда Краулер вернул меня назад, к лагерю. Навык глубинной телепортации наконец-то подрос, и у меня появилась возможность выбрать две точки назначения из всех доступных. Вероятность попасть не туда, куда нужно, снизилась до 50%, а там, как когда-то писала мне Тисса, дело случая.

Мы продирались сквозь заросли камыша и осоки и двигались зигзагами – от пака к паку, которые я агрил выстрелами из лука. Иглоколов вылуплять не стали – слишком экстремальные условия, не до питомцев.

Так и забрели в самую глубь Болотины, употребив Зелья хождения по воде. Под ногами хлюпала застойная топь, поверхность которой застлало ряской, но сапог мы не намочили – зелье работало исправно.

– Здесь точно никого не встретим, – задыхаясь на бегу, сообщил Инфект. – Чисто на километры вокруг.

– Согласен, – поддержал друга Бомбовоз, замыкающий группу. – Сюда и хайлевелы не дойдут…

В сгущающейся тьме я увидел вдали знакомый островок, окаймленный редкими зарослями рогоза и тростника.

– Впереди суша, примем мобов там! – обернувшись, прокричал я.

За спиной мы оставили горы вражеских трупов, подняв всем бывшим «дементорам» по уровню, но главное нас ожидало впереди. Хотя это как посмотреть. Для нас, взмыленных и бегущих на крохах бодрости, пополняемой эликсирами, оно в прямом смысле было позади – наступало на пятки, грызло и впивалось в них по мере возможности.

Когда отошли на пяток километров от лагеря Охотников на монстров, агро встреченных паков начало работать так же, как и у многоножек в Куцем Вражеке. Стараясь убежать подальше, мы собрали длиннющую стаю преследователей из всяческой болотной живности: чрезвычайно агрессивных и шустрых двуногих Трясинных ящеров, плюющих ядом Камуфляжных жаб, крайне навязчивых Кислотных дракончиков. Под ногами вились в мутной жиже Пиявки-бурдюки, уже известные мне Болотные голованы и светящиеся синим магические Шары-удильщики.

Добежав до маленького и единственного в округе островка суши с небольшим пригорком в середине, мы забрались туда. Я остался чуть ниже, на откосе, чтобы перехватывать всех беснующихся тварей. На сотню метров вперед бурлила живая река приближающихся монстров, и я переживал только за то, что под этой кишащей массой просто не смогу затащить все агро на себя. Проклятие нежити поглощало урон, наплевав на биологию и анатомию, но соблюдало физические законы, так что навалившаяся масса меня задавит так, что не выберешься, пока не убьешь. Работать я смогу только боевыми приемами – этим законы физики до зеленого фонаря.

Так и вышло. Я успел выпустить с десяток стрел, прежде чем меня настиг мегапак мобов. Первыми один за другим прыгнули Трясинные ящеры – этакие велоцирапторы человеку по бедро. С расстояния в десять-пятнадцать шагов они взмывали в воздух и летели нижними лапами вперед, готовые раздирать длинными крепкими когтями любого в багровые ошметки. Инерция скачка рептилий сбила меня с ног, и, не успев порешить первых, я был накрыт вторыми. Захлюпали плевки Камуфляжных жаб, с резким струящимся звучанием дракончики обдали мою гниющую тушку кислотным дыханием.

Серией разящих ударов я пробил пространство над собой, каким-то чудом – лежа! – совершил Оглушающий пинок и поднялся на ноги. Фреймы соклановцев отображались в цвете, но всматриваться и оглядываться – значило терять время, так что я продолжил биться.

Первыми ушли на перерождение ящеры. Они атаковали в ближнем бою, а потому вначале я боролся только с ними. Подводные твари на берег вылезти не могли, как бы ни старались; жабы и дракончики расстреливали с дистанции, и тогда я, свернув Молотом вытянутую зубастую морду последнего динозавра, поднял лук.

Правда, зона видимости сократилась из-за парящей вокруг кислотной взвеси, а сам я был с головы до ног захаркан тупыми жабами. Эти все ждали, когда я двину кони и переварюсь, чтобы приступить к пиршеству, и, будь у них мозги, давно бы сообразили, что ужин отменяется.

– Скиф, помоги!

Сквозь заглушающую все другие звуки какофонию плевков и кислотного дыхания я услышал визг Тиссы.

Выпустил наведенную стрелу в уже готовую плюнуть беззубую пасть глупой жабы и обернулся. Несколько ящеров, не добравшись до меня, перекинулись на Бомбовоза. Тот уже держался на соплях, хотя Тисса вливалась в него хилом по полной. Воин, заслонившись щитом, обрушивал меч на ближайшую цель, но сомневаюсь, что удары наносили хотя бы полсотни урона. Рядышком валялись трупы Инфекта и Краулера.

В следующее мгновение я уже прыжками бежал к соклановцам, но близко подступать не стал, чтобы не затащить к ним еще и безумствующую орду любителей поплевать отравой и кислотой. Вытащив лук и не жалея чумной энергии, я снял с Бомбовоза особо ретивого ящера, потом еще двух, а последнего, подранив, оставил им развлекаться и качать навыки. 20-й уровень моба поможет Бомбовозу хорошо поднять танкоскиллы, а Тиссе – атакующую магию света.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

А потом я устроил форменный тир. Для начала перестрелял дракончиков, чтобы убрать, наконец, досаждающее туманное марево кислотных испарений. Кинул взгляд назад и убедился, что Тисса, воспользовавшись выходом из режима боя, подняла на ноги Эда с Маликом. Потом занялся жабами.

Когда на суше не осталось ни одного моба, у всех соклановцев уровень вырос до 15-го, а я вплотную приблизился к 17-му. Тисса, получив долгожданный уровень, достала из сумки Руку Векны – синий жезл с навершием в виде засохшей скрюченной кисти с выпяченным средним пальцем (мы его сняли с Лича-отшельника возле лесной хижины). Любовно его оглядев, она пропела:

– Братик-пальчик, братик-пальчик, где же ты? Вот он я, вот он я! Как дела?[1] – при этом она «кивала» средним пальцем.

Выглядело это забавно. Отпустив ряд шуточек разной степени пошлости, мы подвели краткие итоги дня.

– Закончим на сегодня? – спросил Краулер, пока остальные в три руки собирали лут.

– Нет. Смотри туда, – я показал на воду, где сконцентрировались болотные твари.

Там – и на глубине, и у поверхности – бесновались пиявки, голованы и удильщики, от последних из слоя воды исходил рассеянный синий свет.

– В среднем 20-й левел. Их тоже можно перестрелять.

Эд задумался. Что-то прикинув, он предложил:

– Не слишком быстрый прогресс? Может, отложим на завтрашний день?

– Не думал, что когда-нибудь добровольно откажусь от халявного уровня, но я согласен с Краулером, – заметил Ханг. – До Арены без малого три недели, скорость прокачки в Болотине нам теперь хорошо известна, и она, конечно, более чем впечатляет…

– Ха! Впечатляет? Да она самая читерская из всех самых читерских прокачек в топе читерских прокачек! – воскликнул Инфект. – Два уровня за три часа! Даже с учетом того, что темп будет падать, скоро мы все окажемся выше 20-го! Ю-ху!

– Скиф, – окликнул меня Бомбовоз. – Тут, кстати, до фига кулинарных ингредиентов. Я скину названия, а ты бы посмотрел, что с ними можно сделать. Если что, рецепты можно прикупить на ауке.

– Ага, кидай. Только тех гадов, что у берега, я все-таки перестреляю. А потом познакомлю вас кое с кем…

Здраво рассудив, мы съели по последней порции Запеченной крысиной требухи нежити, подняв скорость развития навыков на 1 000%. Лучшей ситуации для использования этой еды с часовым эффектом не придумать.

– Ну что, голованчики, пиявки и шарики! На мертвечинку налетай! – Я сунул носок в болото и взбаламутил жижу.

В следующую секунду вода у берега заклокотала, а пару присосавшихся к сапогу пиявок пришлось сносить Молотом – я чуть не запаниковал, представив, что меня сейчас снова утащат в трясину.

А дальше начался отстрел. Навык стрельбы из лука достиг 10-го уровня, и я мечтал, что у наставника Конрада окажется что-нибудь, бьющее по площади: какие-нибудь взрывающиеся стрелы идеальны для таких ситуаций.

Выстреливать гадов по одному стало занятием долгим и муторным, но важным. И не только потому, что я прокачивал себя и друзей. Жизнями тварей я подпитывал поблескивающую в свете звезд лужицу протоплазмы. В таком виде показывать великого Бегемота – курам на смех.

Закончив разбирать и сортировать лут – выпало с полдесятка зелени, редкие кожаные штаны на Инфекта и просто гора кулинарных и алхимических ингредиентов, – парни и Тисса принялись помогать мне, чем могли.

Эд с Тиссой кипятили воду файрболами и лучами света, Малик пытался исчерпать свой бесконечный запас метательных ножей, а Ханг лениво постреливал из арбалета. После отката к 10-м уровням их боевые навыки не упали, но возможности вот так долго и безопасно качать их на высокоуровневых мобах не было, а потому соклановцы выжимали из ситуации максимум.

Времени на это ушло очень много. Когда погас последний мерцающий источник света в толще грязной мутной воды, давно перевалило за полночь.

Я сделал 18-й уровень, а соклановцы – 16-й. До следующего уровня им не хватило чуть-чуть. Краулер – так точно бы взял, если б не умер в начале, потеряв опыт.

– Хорошо, что они водятся только в этой части Болотины, – заметил он. – Иначе бы все рейнджи так качались.

– Залутаем? – справился Бомбовоз, указав на место бойни.

– Нет, спасибо, – отказался я, представив себя в толще холодной болотной жижи во тьме. – Там глубина метров двадцать. Я не полезу.

– Эх, жаль… – вздохнул Инфект. – Вдруг там эпик? Блин, я же теперь спать не смогу, представляя, что там могло быть!

– Не унывайте, пацаны, – сказал я. – Особенно ты, Малик. На выходных зайдем в «Улей сарантаподов», налутаем эпиков…

– Как? – закричал Краулер.

Заинтригованные, они загомонили и облепили меня не хуже Трясинных ящеров, но быстро отшатнулись.

– Скиф, ты бы снял с себя… У тебя уже вон ребра видно и мясо отваливается, – зажав нос, прогундосил Бомбовоз.

Принюхавшись, я поморщился и едва сдержал рвотные позывы – от меня несло сладковато-тошнотворным запахом гниющей плоти. Деактивировав проклятие нежити, стряхнул омертвевшие куски тела и, ухмыляясь, наблюдал, с каким неподдельным интересом друзья смотрят, как на мне все заживает. Первой в себя пришла Тисса:

– Алекс! Платить штуку этому жирному ублюдку? Пошел он!

– Ну, может, и заплатим, в нашем случае это точно окупится, – заявил я. – Но есть у меня еще одна идейка. Там кое-что надо будет проверить, и если сработает, платить не придется, как и прорываться с боем.

– Расскажешь? – девушка наглядно показала, что в своем любопытстве на голову опережает всех остальных.

– Обязательно. Но не сейчас. Сейчас… – Я сделал несколько шагов к лужице, обернулся и позвал за собой. – Идемте. Я хочу вам кое-кого показать…

«Приветствую, инициал! Кого ты привел? – поинтересовался голос в голове. – Союзники?»

«Именно, Спящий, – ответил я. – Проявишься? Надо впечатлить, так что не жалей воображения!»

Лужа пошла кругами, но заметил это только я. Соклановцы пока не обращали на нее внимания, и это было на руку. Пусть явление великого и могучего Бегемота станет неожиданным…

В полной тишине в небо ударил широкий смоляной столб мглы с серебристыми завихрениями. Отпрянул даже я, так это внезапно получилось. А через три биения сердца мгла собралась в исполинскую фигуру бога, а нас просто разметало на несколько метров вокруг.

– Дракон! – прошептал Краулер.

Он попытался подняться, но что-то его удержало.

– Ангел! – восхищенно произнесла Тисса.

– Иблис! – возопил Инфект.

Самым оригинальным стал Бомбовоз:

– Твою мать! Это еще что за херня?

Я же видел все того же кошмарного монстра с кучей пышущих паром зубастых отверстий и хоботов по телу, только ростом раз в шесть выше, чем при нашей первой встрече. Ни драконом, ни ангелом назвать его у меня бы язык не повернулся, но я уже понял, что Бегемот создал индивидуальную проекцию своего аватара в разумах всех присутствующих.

– Знакомьтесь, народ. Перед вами Спящий бог Бегемот.

Никто не ответил. Похоже, тот забрался в голову каждому и беседовал мысленно.

– Не могу их принять в твои последователи, Спящий, – пожаловался я. – Набрал кобольдов-отщепенцев, теперь места нет.

– Это не имеет значения, – ответило божество. – Спящим одинаково дороги все последователи. И рабы, и императоры. Важно, что твои единомышленники верны тебе. Ты больше не один, это главное. Ты же помнишь? В единстве сила!

– Помню, Спящий. Что будет, если кто-то из последователей погибнет? Остальные потеряют часть силы Единства?

– Никаких потерь. Если последователь ушел на перерождение, веруя в Спящих, его вера продолжит крепить силу Единства. А сейчас пора прощаться… Слишком много энергии уходит на поддержание пяти различных аватаров. Продолжай развиваться, помогай друзьям и никогда не отказывайся от новых. Даже если они раньше были твоими врагами. До встречи, инициал…

Голос угас, а фигура бога растаяла в воздухе. Застывшие и сосредоточенные лица одноклассников потихоньку оживали.

– Но как? – вдруг проронил Краулер. – Я буду стараться, но…

– Что. Это. Было? – отчетливо выговаривая слова, спросила Тисса.

– Спящий бог, я же говорил, – отозвался я. – Что он вам сказал?

– Лично мне, что моя судьба переплетена с судьбой Скифа, и чтобы я относился к нему как к брату, – сообщил Инфект. – Будто мне своих братьев мало!

В большой арабской семье Инфекта числилось столько родственников, что количеству его братьев и сестер разной степени близости мы всегда завидовали. Тем более их не делили на двоюродных, троюродных и еще каких-нибудь – все считались родными, даже если ты седьмая вода на киселе.

– Становиться еще одним братом Малика я даже врагу не пожелаю! У них там кто старше, тот и прав, а младшие вечно на побегушках, – пробасил Бомбовоз. – Инфект, мне Спящий говорил примерно то же самое, что и тебе. Судьбы, жизни, будущее, сила, единство… Короче, придется с тобой общаться и после песочницы, Шеппард! И никуда ты от меня уже не денешься – сам бог велел!

– Вы хоть поняли, что видели разные проекции?

Четверть часа мы увлеченно обсуждали, кто и что видел, о чем говорил с божеством, а потом кто-то зевнул, и это заразило остальных. Громче всех, с рычанием и всхрапыванием, раззявил пасть Ханг. Я на секунду даже спутал его с Бегемотом.

– Расходимся. Как насчет того, чтобы сделать завтра 20-й уровень? – улыбаясь, предложил я.

– Я тут подумал… – ответил Эд. – За уровни к Арене я теперь спокоен. Со шмотками тоже проблем не вижу – нафармим, а чего не хватит, докупим на аукционе. В крайнем случае, продадим легендарку…

– Эй! – запротестовал Бомбовоз.

– Я сказал «в крайнем случае»! Короче. Давайте завтра отработаем тактику. Только полезем не на нашу Арену, чтобы не палиться, а на Поля боя. Туда идет призыв со всего Диса, так что спокойно обкатаем PvP-тимплей в самых разных ситуациях.

– А куда? – подал голос Инфект.

– Чтобы не толпиться, предлагаю погонять десять на десять, – сказал Краулер. – Как насчет «Захвата флага», народ? Алекс?

– Хорошо, – кивнул я. – Только при одном условии…

– Каком? – насторожился Краулер.

– Завтра в школе Малик на глазах всего класса исполнит такой же дурацкий танец, как сегодня – сначала в данже, а потом обретя новые штаны. Если он синьке до такой степени радовался, боюсь, ничего лучше выдавать ему нельзя. Покалечится.

– Он еще и споет, – пообещал Бомбовоз.

[1] Finger Family Song – популярная во всем мире детская обучающая песенка о семье пальчиков.

Глава 29. Поле боя

Класс по здоровью был обязательным, а посему мисс Калинович, или попросту Лену, как она просила себя называть, знал каждый старшеклассник нашей школы. И неистово ею восхищался.

Не только потому, что именно от нее, по предположению директората, мы узнавали детали интимной жизни, но и потому, что длинноногая стройная Лена была сногсшибательно красива. Злые (как правило, девчачьи) языки твердили, что внешность учительницы – результат комплексной пластики, но даже если так, никто из нас не видел в этом ничего плохого.

В общем, наверное, поэтому мы хорошо учились в ее классе и мне очень запомнилась одна вещь: сон – важная составляющая развития и восстановления организма. Во сне мы растем, во сне обновляются клетки, а мозг стирает неважную информацию, структурирует оставшуюся и проводит дефрагментацию. Ее последствия мы видим в своих грезах, кои мисс Калинович назвала отражением действительности.

Вот только для меня там отражалась не действительность, а виртуальность. И мозг, видимо, выдавал то, что собирался стирать: иглоколов, личинок в теле, их движение под кожей… Кошмар с разрывом грудной клетки напомнил VR-ремейк старого фильма о Чужих. Проснувшись под утро, я долго себя ощупывал, чтобы убедиться в том, что это был только сон.

У кровати встрепенулся Эйты. Котопес почувствовал мое настроение и лизнул ладонь. Я потрепал его за ухом и, не убирая руку с лобастой морды, снова провалился в сон.

Через мгновение меня снова разбудили – вначале будильник, затем, когда я его отключил и снова уснул, мама.

За завтраком я клевал носом. Мама заявила, что нарочно заходила проверить, когда я лег спать, и осталась чертовски недовольна тем, что в два часа ночи моя постель пустовала, зато вирткапсула была полна интрагеля. И если продолжится в том же духе, сказала мама, то… Она много чего сказала, но смысл свелся к тому, что все будет скверно. Папа ее поддержал.

В дороге я поставил флаер на автопилот, чтобы вздремнуть. В школе попытался урвать хоть немного сна на переменах, и даже танцующий на руках Малик не сумел меня оживить. Честно говоря, все соклановцы были примерно в таком же состоянии, а потому мое предложение встретиться в Дисе не сразу после школы, а ближе к вечеру, чтобы поспать днем, нашло живейший отклик и понимание.

– Мы сейчас не «Пробужденные», а почти спящие, – скаламбурил Бомбовоз, широким зевком сворачивая челюсть.

На одной из перемен ко мне неожиданно приблизилась Ева. Даже в далекой от фривольности школьной форме она выглядела убойно – Тим, проходящий мимо, не смог отвести глаз и врезался в мистера Фульца, директора школы.

Ева не реагировала на повышенный интерес – то ли привыкла, то ли не замечала. Вообще, повела она себя намного увереннее, чем раньше, и это выразилось в прямом – безо всяких вступлений – вопросе:

– Привет, Алекс! Скоро новогодний бал. Пойдешь со мной?

– Э… Бал?

Мысли заметались: а когда там Новый год? какое число? идти на бал или не терять время? с Евой? или с Тиссой?

Видимо, это не ускользнуло от внимания Евы, и озвучивать ответ не понадобилось.

– Понятно, – кивнула она. – О’кей.

О’Салливан упорхнула к группе ожидавших ее девчонок, что-то им сказала, и те заулыбались, одаривая меня взглядами, полными презрения. Мелькнула мысль, что Ева становится популярной. Я вспомнил, как нерешительно она предлагала посмотреть вместе материалы Марсианской экспедиции чуть больше месяца назад… Мы оба с того времени изменились.

По домам спящие «пробужденные» летели в одном флаере. Парни рассказывали о Полях боя и объясняли, что это нечто совсем иное, нежели привычные для меня бои против мобов.

– Очень важно знать способности классов, против которых сражаешься, – добавил Бомбовоз. – Но сколько ни учи, пока не проведешь сотню боев против того же друида или шамана, не сообразишь, чего и когда от него ждать. Поэтому внимательно слушай команды Эда.

В который раз посетовав на дороговизну амулетов связи, он вдруг посерьезнел:

– На Арене без связи делать нечего. На пять амулетов нам нужно пятьдесят тысяч, не меньше. Если не успеем нафармить, давайте продавать кольцо.

Дома, пообедав с родителями, я свалился в кровать и отдал голосовую команду домашнему помощнику. Многие их персонифицировали, придумывая внешность, имена и голоса знакомых или кинозвезд. У Эда, например, домом управлял виртуальный образ его погибшей мамы, а сказки сестренке рассказывались голосом отца. Но мои родители оставили стандартные настройки и бесполое имя «О».

– О, ночной режим.

Окна потемнели, потеряв прозрачность. Помощник установил в комнате комфортную температуру, а кровать перестроилась в спящий режим – разложилась и выдвинула подушки.

– О, режим сна. Разбуди в шесть…

***

Аванпост войск Содружества размещался на рубеже Окрестностей Тристада и речных земель мурлоков. Вольному Тристаду они не подчинялись, но обозначали присутствие – только там находился стационарный портал, откуда, в случае угрозы, хлынут передовые отряды армии короля Бастиана Первого.

Чтобы попасть к аванпосту, мы сначала телепортировались на Загоранскую запруду, где Бомбовоз снова не выловил Золотую рыбку, а оттуда через те же грибные места – Воющий склеп и Виноградники Пакстона – добрались пешком до аванпоста. Маунт не выпал, а лепрекона на месте не оказалось.

Заворачивали и к «Улью сарантаподов», чтобы посмотреть и оценить обстановку. У портала в подземелье крутилась группа «Аксиомы». Мы их заметили издали, но подходить не стали.

– Может, расскажешь, Алекс? – попросила Тисса. – Как мы туда попадем?

– Меньше знаешь – лучше спишь, Мелисса, – ответил я.

Я ее не дразнил, как и остальных, просто сам был не уверен в своей идее, а проверить ее пока не доходили руки.

До аванпоста добрались без приключений. Одноклассники, поняв, как быстро и просто теперь можно качаться, перестали агрить каждую мелочь ради капли опыта, и весь путь от пруда до цели занял около часа.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Аванпост спланировали со знанием дела и применением природных укреплений. С высокой каменной башни нас окликнул караульный:

– Кто, откуда и с какой целью? – лениво пережевывая травинку, осведомился он.

Угрозы в нас он не видел – кто мы против его 50-го уровня?

– Гости Тристада, хотим потренироваться на Поле боя, – ответил я.

– Заходите.

Ворота между выдающейся башней и высокой скалой отворились.

Капитана войск Содружества Николаса Гумилевского мы нашли на втором этаже сторожевой башни. Бравый вояка с отекшим лицом, сливообразным носом и резкими морщинами под глазами выглядел уставшим, но взбодрился, услышав о цели нашего визита:

– Отрадно видеть, что не перевелись воины в Тристаде! Первые добровольцы за сегодня!

Парни уже рассказывали, что в песочницах Поля боя большой популярностью не пользуются: слишком много беготни и куча затрачиваемого времени за бесполезные Знаки доблести. Их выдавали по одному за участие, по три за победу и еще три самому ценному игроку сражения. Можно снять знак с поверженного врага. Ни тебе очков опыта, ни лута, только крохи крох очков репутации с фракциями Содружества. По крайней мере, на тренировочных полях. На реальных, конечно, плюшки куда ценнее, вплоть до эпических гладиаторских сетов – специально заточенных на PvP комплектов экипировки. Что уж говорить про транслируемые на весь мир бои высшей лиги Полей боя – за ними наблюдало не меньше зрителей, чем за чемпионатом мира по футболу.

В песочницах же бесполезными Знаки доблести считались потому, что приобрести на них можно было только временные усиления, а использовать их разрешалось лишь на Полях боя.

Так что записывались в основном ради фана. Или, очень редко, ради тренировок тимплея – особенно те, кто спал и видел себя будущей звездой баттлграундов.

– Выберете случайное Поле боя или какое-то конкретное? – спросил Гумилевский.

– Лишерская низина, сэр! – браво гаркнул Бомбовоз, щелкнув подошвами латных сапог. – Желаем отработать взаимодействие и тактику малых групп, сэр! Во благо Содружества! Сэр!

От такого рвения капитан восторженно выпучил глаза, цокнул языком и, сняв шлем и вытерев со лба пот, похлопал Ханга по плечу.

– Вольно, боец! Отличный выбор! – одобрил Гумилевский. – Правила боя этой тренировочной зоны известны?

– Так точно, сэр!

– Молодцы! Но я все равно обязан вам о них рассказать. Буду краток: две команды по десять человек, каждая владеет базой – небольшим укреплением, в недрах которого сокрыт флаг. У красных, значится, красный, а у синих, стало быть, синий. Прошу обратить внимание на карту… – Из кучи свитков капитан безошибочно выудил нужный и дальше указывал пальцем. – От базы до базы – километр. По ширине Поле ограничено горами. Ровно посередине протекает река. Боевая задача: выкрасть флаг противника и донести его до своей базы. Если при этом собственный флаг находится на месте, команде засчитывается очко. Вражеский флаг возвращается на базу. То же самое происходит, если убивают того, кто его несет. Боевая задача понятна?

– Сэр! Так точно, сэр!

– Все желают принять участие? – уточнил Гумилевский.

– Мы хотим зарегистрироваться всей группой, – ответил я.

– Похвально, – кивнул капитан. – Лидер группы должен подтвердить регистрацию…

Он достал механический шар, подсвеченный изнутри, и покрутил его половинки. При каждом вращении шар менял цвет, Гумилевский остановился на лиловом. После чего установил артефакт в подножие портального круга.

Проход открылся.

– Удачи, бойцы! – пожелал капитан. – Не посрамите честь Тристада! И пусть земля горит под ногами ваших противников!

***

Локация «Лишерская низина» на севере Безымянных гор относилась к тренировочным: в боях на ней принимали участие только представители Содружества.

По всему Дисгардиуму располагалось множество Полей боя, но до 30-го уровня доступ к реальным баталиям, где награды выдавались на порядок весомее, разрабы закрыли, а игроки песочниц до 30-го не успевали развиться. Собственно, потому и участниками тренировочных Полей боя были только люди – в песочницах других рас нет.

Пройдя через портал первым, я очутился в большом зале с сырыми каменными стенами. У задней по центру возвышался постамент с синим флагом. Там же крутились несколько игроков, но сначала мое внимание привлекли огромные буквы:

С прибытием на Поле боя, новичок!

Скиф, ваша группа прикреплена к синей команде.

Состав синих:

Мойлорд-Питерборо, человек, паладин 19-го уровня, клан «Сыны анархии»

Карамба-Питерборо, человек, гренадер 19-го уровня, клан «Сыны анархии»

Диггерша-Ансан, человек, головорез 19-го уровня

Морти-Вильреаль, человек, охотник 18-го уровня, клан «Задница Денизы Ле Бон»

Виталик-Любеч, человек, воин 18-го уровня, клан «Виталик»

Скиф-Тристад, человек, лучник 18-го уровня, клан «Пробужденные»

Краулер-Тристад, человек, маг огня 16-го уровня, клан «Пробужденные»

Тисса-Тристад, человек, маг света 16-го уровня, клан «Пробужденные»

Инфект-Тристад, человек, вор 16-го уровня, клан «Пробужденные»

Бомбовоз-Тристад, человек, воин 16-го уровня, клан «Пробужденные»

До начала сражения: 02:07… 02:06… 02:05…

Основной вводный текст исчез, но цифры таймера остались. Две минуты до боя.

– Черт, дебаф! – шепнул Краулер. – С урезанным объемом жизни мы тут много не навоюем…

В это время Мойлорд, коренастый сердитый паренек с двуручником за спиной, приблизился к нам. Подняв забрало, он скользнул взглядом по нашим никам, нахмурился и сплюнул.

– Ну капец! – выругался он. – Что за непруха, то крабы с раками в команде, то вот теперь полсостава нубов! Эй, ты! – он обратился ко мне. – Скиф, вы опыт на Полях боя имеете?

– Не-а, в первый раз тут, – признался я.

Ну а что? Врать смысла нет, все равно правда обнаружится сразу же.

– Кхе-кхе, – откашлялся Краулер, привлекая внимание. – Мойлорд… бездна! Короче, Лорд, мы бывали на бэгэ[1] вообще и в этой низине в частности. На уровни не смотри, откатились.

– Ну-ну, – встряла в разговор Карамба, плечистая девушка с гномьей переносной пушкой на плече. – Радует хоть, что группа слаженная. Ведь так?

– М… да, – неопределенно ответил я.

– Короче, времени нет, – резко сказал Мойлорд, – кто у вас тут типа опытный, слушай сюда: держите подземный тоннель. Защищайте проход, если будут ломиться толпой, сразу сообщайте! Мы с Карамбой будем таскать флаги, остальные трое – Морти, Диггерша, Виталик – на вас защита флага. Верхний проход держать смысла нет: через него толпой не бегают, слишком узкий и длинный. Там ползти надо, а с одним вы и втроем справитесь. Будут переть на главный – Скиф и его группа заходят им в спину, остальные встречают на базе. Все ясно?

– А чего это гренадерша за флагом будет бегать, не поняла? – удивилась Диггерша. – У нее базука полцентнера весит и скорость низкая. Я в стелсе могу проникнуть, пока…

Таймер начал отсчитывать последние секунды. Цифры увеличились, и бесстрастный женский голос озвучил обратный отсчет:

– Три! Два! Один! Бейтесь!

Бахнуло будто из пушки. Битва за флаги на Поле боя началась.

– Диггерша, тогда ты с нами, – переиграл Мойлорд. – Мы с Карамбой отвлечем защиту, ты лезь поверху. Отключишь из стелса…

– Не учи ученую! – эти слова прозвучали из воздуха – головорезка скрылась из виду, и о ее существовании напоминал едва видимый только союзникам прозрачный силуэт.

Чертыхнувшись, Лорд побежал за Диггершей, а следом, гулко стуча тяжелыми сапогами, рванула и Карамба.

Охотник Морти воткнул в стену Факел обнаружения, раскидал у входов Сигнальные огни, обложил флаг Морозными капканами, а потом метнул «кошку», зацепился за крюк под потолком и, как паук, пополз наверх.

Краулер, глядя на него, одобрительно кивнул:

– Включит Маскировку. Оттуда Замедляющими выстрелами будет тормозить тех, кого встретит воин. Ладно, за мной!

Краулер побежал к проему, и мы припустили за ним. Там нам открылся тусклый тоннель, ведущий вниз. Оттуда дохнуло теплым и затхлым.

Спустившись, мы – по колено в грязной воде – прошли его полностью и оказались за пределами нашей маленькой крепости. Вдали на фоне заходящего солнца виднелось такое же укрепление с красными полотнами, развешенными по периметру. По краям Поля боя нависали неприступные вертикальные скалы.

– Этот Лорд сам нубас еще тот, – признал Эд. – И флаг они не возьмут. Обычно на захват идут большой группой, потому что в защите не меньше пяти человек. А у противников все 19-го. В общем, не смотрим на результат, просто тренируемся биться против игроков.

– Как обычно? – из невидимости донесся голос Инфекта.

– Да, мы – как обычно. Скиф, ты по ситуации, но старайся фокусить ту же цель, что и Инфект. По откату врубай Оглушающий пинок, авось прокнет стан. А вообще ты пока у нас как джокер, надо собрать больше статистики боев, чтобы делать выводы. Так, все готовы?

– Вижу пять целей, – доложил Инфект из инвиза. – Воин, шаман, маг, жрец и друид-сова. Бегут к главному входу. Встречаем?

– Нет, – ответил Краулер. – Рейд-лид сказал пасти тоннель. Пасем тоннель. Потом зайдем в спину. Разве что… Инфект, иди за ними. Отпишешь, что там.

Всмотревшись, я увидел, как в центре бегущей группы противников расцвели огненные цветы взрывов. С дистанции по ним палила Карамба.

– Все, отстрелялась, теперь куча времени на перезарядку, – подметил Бомбовоз. – Сняла примерно по трети жизни.

По фигурам атакующих пробежали волны целительного света, но противники и не подумали останавливаться или отвечать на нападение гренадерши.

– Мы так и будем стоять? Эд, я не понимаю, – признался я. – Вот мы, вон – враг. Почему мы медлим?

– Потому что, если начнем заниматься самодеятельностью, точно проиграем, – наставительно ответил он. – А если кто-то не согласен с рейд-лидером, пусть и самоназначенным, надо было озвучивать свое несогласие до боя, а не во время. Все, Скиф, расслабься. Это просто тренировка.

А дальше стало не до разговоров. Начался штурм.

Враги ворвались в крепость через главный вход, вынесли и охотника Морти, и воина Виталика, мимоходом выцепили из стелса Инфекта, захватили флаг и так же, через главный вход, побежали прочь. Мы перехватили их у входа и ничего не успели сделать. Наступательная группа с несущим флаг воином в считаные мгновения слила Краулера с Тиссой, оглушила Бомбовоза и прихлопнула меня. И никакая Устойчивость с Каменной кожей не помогли. Меня замедлили, оглушили и врезали всей совокупной мощью пяти топов.

Вместе с остальными я в форме духа оказался на кладбище позади крепости и пятнадцать секунд ждал воскрешения. За это время противники хладнокровно отразили наскок Мойлорда, Карамбы и Диггерши, дотащили наш флаг до своей базы и повели в счете – 1:0.

При счете 3:0 Виталик взбунтовался и побежал за вражеским флагом вместе с Морти. Видя такой раздрай, Инфект в инвизе тоже бросился за злополучным стягом. Мы оставались на охране базы: Тисса закатывала глаза при каждом сообщении в логах о смерти кого-то из команды, Краулер мрачно улыбался и не уставал повторять, что это просто тренировка, но, судя по нецензурно ругающемуся Бомбовозу, все были не в восторге. Проигрывать, тем более так бездарно, никому не нравилось.

Что касается меня, то я просто учился драться, не применяя читерские абилки. В этом сражении я осознал, насколько беззащитен против слаженной подготовленной группы противников, где каждый знает, что делать.

У меня напрочь отсутствовали способности, снимающие контроль, а потому нечасто удавалось даже приблизиться к кому-либо, чтобы нанести удар. Меня вязали внезапно выползающими из-под земли корнями, заковывали в куб льда, отравляли замедляющим ядом, ослепляли, ошарашивали щитом – все мое первое Поле боя стало вереницей разнообразных смертей и постоянным пребыванием то в стане, то в виде призрака на погосте. Причем с каждым разом откат возрождения увеличивался, и к концу боя я проводил призраком по три минуты.

Инфект с Краулером набили по паре фрагов, но это в свалке, когда они смогли просто добить кого-то. Я сдерживался, как бы мне ни хотелось влить в очередной слабый выстрел из лука немного чумной энергии, злясь, что снова не могу шевельнуться, хотя при желании легко отправлю на кладбище издевающегося надо мной разбойника.

О да! В выражениях никто не стеснялся. Это была не песочница, и ненормативная лексика лилась с обеих сторон, но самые яростные проклятия как в наш адрес, так и в сторону противников, изрыгал Виталик. Благодаря встроенному переводчику, я постиг значение многих русских слов, но все они означали или половые органы, или акты, с ними связанные. Что удивительно, совершаемые в немыслимых – да вообще нереальных физиологически! – позициях.

Окончательно психанув от тупизны Мойлорда, Виталик обругал того падшей женщиной и гомосексуалистом одновременно, а Карамбу и Диггершу неострыми вагинами, совершенно утвердив меня в мысли, что русские дьявольски изобретательны, и дальше откровенно спамил в рейд-чат заковыристыми язвительными комментариями.

Издёвки противников, снимающих с моего трупа Знак доблести, довели до исступления. В очередной раз возродившись, я разыскал и издалека пристрелил вражеского рогу, присовокупив к каждому выстрелу по сотне очков чумного урона.

Потом врезался в схватку Бомбовоза, вместе с Мойлордом отражавшего натиск врагов, и с одного чумного Комбо выпилил зловредного фрост-мага, а потом снял с Ханга вгрызающегося в него особенно дерзкого и недоброжелательного шамана с нашим флагом. Обнаглевший флагоносец даже не стал убегать, стараясь добить Бомбовоза, оставшегося с 1% жизни. Но у того сработало кольцо Отвага Свентовита, и воин выжил.

Видя локальные успехи, к нам примкнули остальные, и по итогу Инфекту удалось достать и донести до нашей базы неприятельский флаг. Так что первое Поле боя мы проиграли не всухую – 14:1.

До конца дня провели еще шесть боев. Слили все, но с каждым разом я чувствовал себя все уверенней, а проигрывали мы уже не так разгромно.

Тренировочный день и несколько зачисленных на баланс Знаков доблести можно было занести в актив.

[1] Бэгэ, баттлграундс (игровой сленг от англ. battlegrounds) – Поля боя.

Глава 30. Гластонберри

Следующим утром я получил сообщение от Риты. Она напомнила, что к обеду собирается лететь в Гластонберри на рок-фестиваль, и осторожно выразила надежду, что я отправлюсь с ней и Кряпотой. Ответил, что я бы с удовольствием, но не смогу – дела. «Жаль», – пришло в ответ.

За завтраком я заметил, как родители просматривают варианты жилья, куда собирались разъехаться после развода. Это напомнило о реалиях и недалеком будущем, когда мы перестанем быть семьей. Настроение рухнуло так сильно, что «Домашний доктор» незамедлительно отреагировал, предложив вкатить дозу детских антидепрессантов. Я мысленно послал и его, и родителей в сумеречную зону, а сам залез в Дис. Соклановцы в игру пока не вошли.

В почтовом ящике меня ждали письма. Первое от организаторов кулинарного турнира. В конце приглашения стояла печать: магическое клеймо-портал в виде зажаренного окорока. От письма пахло умопомрачительно вкусно – запеченным мясом, свежим хлебом и жареным чесноком. Воспользоваться порталом предстояло завтра, в воскресенье, в восемь вечера.

Во втором письме шеф-повар «Буйной фляги» Арно писал, что получил свое приглашение и надеется увидеться со мной на конкурсе. Ингредиенты надо приносить свои, но за приправы и специи можно не переживать – он их возьмет с собой.

Закончив разбирать почту, я решил чем-нибудь заняться. Глубинная телепортация отправила меня в Олтонские каменоломни, и я не упустил возможность пообщаться с Мэнни и Трикси. Неграждане с раннего утра добывали руду, и когда карлик, поморщившись, вытер со лба пот, я вспомнил, что их капсулы передают боль и ощущения на сто процентов. При таких условиях даже едкий пот, попавший в глаза, вызывает дискомфорт.

– Нашел колечко, – похвастался Трикси, продемонстрировав палец с неказистым медным украшением. – Зеленое! Плюс два к силе дает!

– Да, подфартило мелкому, – завистливо проронил рудокоп из бригады Мэнни.

Сам бригадир рассказал, что даже такое небольшое повышение основной характеристики прилично ускоряет процесс добычи. Их бодрость завязана на выносливость: безостановочно стучать киркой невозможно, всегда надо делать перерыв на восстановление. Повысившаяся сила позволит Трикси наносить меньше ударов за каждый кусок горной породы.

От шахты я прогулялся в горы, чтобы познакомиться с местной живностью. Пострелял по местным Стервятникам-трупоедам и Скальным койотам, набрел на гнездо Одичавших гарпий – отвратительных, грязных и вонючих карикатурных женщин с большими крыльями, серповидными когтями и скрюченными неразвитыми ногами. Они были практически голые, но ничего привлекательного в этой наготе не усматривалось – все скрывал слой грязи. Лутом из них выпадали Перья одичавшей гарпии и медяки. Рюкзак не забивал, перья были грошовым ингредиентом Алхимии и Портняжного дела.

Поднятый уровень навыка стрельбы из лука напомнил мне о соклановцах. Забеспокоившись, я вышел из Диса и позвонил Тиссе. Она не ответила, и тогда я стал звонить каждому. Не отвечал никто.

Наконец, вместо подруги ответил ее отец.

– Кто это? – строго спросил он, сверкнув такими же синими, как у дочери, глазами из-под кустистых бровей.

– Э… Мистер Шефер? Меня зовут Алекс Шеппард…

– Я знаю, что ты Шеппард, Алекс. Я умею пользоваться коммом, он высветил твои данные. Говори, что тебе нужно от моей дочери?

– Мы договаривались с ней и парнями встретиться в Дисгардиуме. Но ни она, ни остальные не отвечают. Что-то случилось?

– Мелисса заболела. У нее какая-то инфекционная лихорадка, но диагноз поставить не могут. Непонятно даже, как передается эта болезнь. Ночью я отвез дочь в больницу. Я здесь, с ней рядом.

– В какой вы больнице, мистер Шефер? Могу я ее навестить?

– Не можешь, – ответил он, чуть смягчившись. – Это инфекционное отделение, парень. Ты знаешь значение слова «инфекция»? Это может быть заразно.

– Знаю, мистер…

– Тогда ты должен понимать, что тебе здесь не место, – перебил меня он. – Если ты, конечно, не хочешь тоже слечь. Насколько я понимаю, ее придурочные друзья тоже там. Сам их не видел, но общался с родными парней.

– Врачи не говорили, когда приблизительно можно будет с ними созвониться?

– Они в лечебных капсулах, Шеппард. Погружены в сон. Смотреть, конечно, будут по состоянию, но самое меньшее – двое суток им там придется провести. Будут наблюдать и отслеживать развитие инфекции. Мне пора. Будь здоров, парень.

Шефер отключился. Я некоторое время отрешенно смотрел на комм в руке, откуда мне улыбалась Тисса, посылая воздушный поцелуй.

Что с ними случилось? Почему они заболели, а я – нет? На всякий случай я воспользовался «Домашним доктором» и провел диагностику. Не считая плохого настроения, он не нашел ничего – никаких болезнетворных бактерий и вирусов. Разве что зарождающийся прыщик на лбу, который док тут же залечил.

Отправив друзьям сообщения с пожеланием поскорее поправляться, я задумался. Что делать дальше? Качаться одному? За прошедшую неделю Дис засел в печенках. Я уже почти решил взяться за уроки, но вспомнил о Рите и рок-фестивале. От одной мысли о том, что собираюсь развлекаться, пока мои друзья больны и даже неясно, насколько серьезно, я ощутил угрызения совести. Пока колебался, в комнату зашла мама:

– Сынок, ты не в капсуле? Поразительно! – притворно удивилась она.

– Что-то случилось?

– Случилось, – согласилась мама. – Уведомление о результатах твоего последнего теста. Ты его чуть не провалил!

– Но не провалил же…

– Еще не хватало, чтобы провалил, Алекс! Ты так добьешься того, что тебя просто-напросто не допустят к гражданским тестам!

– Это вряд ли…

Я попробовал ее успокоить, сообщив, что как раз собираюсь посвятить выходные урокам, но она ответила нешаблонно:

– Тебе бы проветриться, сынок. Школа да Дис! Успеешь еще пожить там, – мама кивнула в сторону капсулы. – Используй остатки детства на что-то другое. Сходи в кино, слетай на пляж, покатайся в парке аттракционов… А хочешь, сгоняем на Луну? Все вместе – ты, я, папа?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Когда, сегодня?

– М-м-м… Сегодня не получится. – Она расстроилась. – И завтра тоже, но, может, на следующие выходные? Идет?

– Конечно, – я улыбнулся. – А на сегодня у меня тогда другие планы. Знакомая пригласила в Гластонберри на рок-фестиваль. С ночевкой. Я слетаю?

– Что за знакомая? – встрепенулась мама. – Мелисса?

– Нет, Рита. Ты ее не знаешь, она из другой школы…

Папа, подслушивавший наш разговор за дверью, загоготал. Мамины зрачки расширились, и пару минут я ей объяснял, что с Ритой у нас ничего такого, просто я, кажется, ей нравлюсь, да и она вроде ничего, но мне нравится Тисса, а вообще все сложно, в итоге и маму запутал, и сам запутался.

Сконфузившись, выпроводил родительницу из комнаты, а сам связался с Перевес. Как бы она ни пыталась скрыть радость, ей это не удалось. И не только ей. В кадр влезла стоявшая рядом Кряпота:

– Где тебя забрать? Мы залетим!

Блондинка выглядела отлично, разве что густо подведенные глаза видеть было непривычно. И только потом до меня дошло, что ни одну из собеседниц в реале я никогда не встречал.

***

– Да что вы все о Дисгардиуме да о Дисгардиуме, – капризно надула пухлые губки Кряпота, которую на самом деле звали Кариной.

Перелет через океан длился уже третий час. До британского дистрикта оставалось немного, но почти весь путь заняли разговоры о Дисе. Мы летели втроем, а в другом флаере брат Риты, Крис, наслаждался уединением со своей девушкой Рейвен.

Личных тем пока избегали – может, потому что впервые встретились, и после игрового мира требовалось время, чтобы привыкнуть друг к другу.

Рита Вуд, кстати, в жизни оказалась стройнее, чем в игре. «Похудела», – смущенно пояснила она. Вообще, обе подруги выглядели намного лучше своих персонажей. Подросли с момента первого сканирования в четырнадцать лет.

– Так что с Ульем? – спросил я. – Ты сказала, там что-то происходит. Они внезапно понизили ставку за вход?

– Не, там другое. Ты же знаешь Джей-Джея? – дождавшись моего кивка, Рита продолжила: – Бывший клан-лид «Ночных сталкеров». После объединения с «Аксиомой» он стал заместителем Большого По.

– Что они не поделили?

– Это все из-за Маришки, – ответила Карина. – Она девушка Джей-Джея.

– Ага, – подтвердила Перевес. – После открытия нового инстанса и первых забегов Большой По пересобрал основной состав статика, поставив Ирину вместо Маришки. Дамагер из нее так себе, она же мистик, и ее магия действует эффективно только на разумных. Но когда выяснилось, что сарантаподы вполне себе разумные, и Ирина их хорошо контролит, Уэсли тут же внес коррективы. И, конечно, Маришка с Джеем остались очень недовольны.

– Ха! – воскликнула Кряпота. – Недовольны! Да они скандалили на всю таверну! Даже Купол безмолвия им не помог! Маришка чуть ли не когтями в лицо Ирины вцепилась!

– Кря немного преувеличивает, но в целом – да, так и было, – согласилась Рита. – Первое убийство – слишком лакомый кусочек. В итоге Джей психанул: ливнул из клана вместе со своей девушкой, танком, хилом и топовым дамагером. Ребята сказали, что им плевать на По и его правила и они будут ходить в Улей по откату без всякой оплаты.

– А что По?

– Злится, – пожала широкими плечами Рита. – Что ему остается? Удвоил охрану у данжа, но и все. Награду за головы ренегатов назначать не стал – его просто не поймут в клане. Свои же, хоть и бывшие. Друзья. Тем более многие ропщут – считают несправедливым, что основного бойца Уэсли заменил на… ну, это на уровне слухов… на свою девушку.

– Ирину?

– Ага. Их не раз видели вместе в реале…

После этого о Дисе больше не говорили. Девчонки, подначивая друг друга, вывалили на меня ворох личной информации, и за общением мы не заметили, как долетели. Тысячи приземляющихся и взлетающих флаеров производили впечатление пчелиного улья.

– Реальный концерт! Настоящие музыканты! А-а-а! – восторженно орала Кряпота.

Я ее понимал. Для меня самого все было в новинку! Разинув рот, я осматривался, не понимая, куда идти. Вокруг толпился народ, разодетый так необычно, что уже одно это приводило в восторг, создавая ощущение праздника.

– Бездна! Это вам не вирт, сопровождающих гидов не будет. Давайте ориентироваться по указателям, – предложила Рита. – Вон, видите?

В воздухе высоко над землей зависли огромные голографические буквы и стрелка:

Добро пожаловать в Гластонберри на лучший в мире рок-фестиваль!

Пирамидальная сцена – туда!

Покрутив головой, я увидел такие же указатели, только ведущие на несколько дополнительных сцен, а также к цирку и аттракционам.

– Вы как хотите, но я хочу выпить, – заявила Кряпота. – Причем прямо сейчас!

– Поддерживаю! – обрадовался Крис. Он что-то прошептал на ухо Рейвен, и та рассмеялась. – Рей с нами! Кто еще?

Отказываться никто не стал. Мы нашли мобильный бар и – о, чудо! – нам продали алкоголь, даже не проверяя личную информацию и возраст. Это на самом деле был фестиваль свободы.

Взяв по бутылке темного пива, мы влились в толпу шествующих к главной сцене. Оттуда уже доносились гитарные риффы и хриплый голос.

Народ вокруг бурлил, радовался и по-хорошему бесновался. Кто-то танцевал, кто-то пил, кто-то смеялся. Встречные говорили нам «Привет!» и улыбались, мы отвечали тем же. Расслабленный, довольный, на подходе к сцене я услышал, как мне звонят.

Ответил и увидел бледное лицо Тиссы. Она лежала в медицинской капсуле.

– Алекс, – ее голос был слаб. – Ты как?

– Хорошо. Я звонил тебе все утро, но мне ответил мистер Шефер. Он рассказал, что случилось.

– Да, отец упоминал. Я только проснулась. Они снова хотят отправить меня в сон, но я попросила позвонить. Ты здоров?

– Здоров. Что говорят врачи?

– Какая-то странная и непонятная хрень. Диагноз поставить не могут – просто держится высокая температура. И у парней то же самое. Ох, что там вокруг тебя за шум? Ты где?

– Я… Я в Гластонберри. С Вудами и их друзьями. Мистер Шефер сказал, что вы до вечера воскресенья не проснетесь, а качаться в Дисе без вас я не захотел.

– С Вудами? И эта… Перевес тоже там?

– Да, она рядом. Передать ей от тебя привет?

– Вот еще, – фыркнула Тисса.

– Хочешь, я прилечу к тебе?

– Нет, что ты! Отдыхай! Оторвись там за нас всех! Только… не позволяй себе лишнего, Алекс. Я ревную!

Сразу после этого связь прервалась. На моем лице застыла дурацкая ухмылка.

Все, что происходило дальше, слилось в непрерывное смазанное безумие. Мы бесились на концерте, вкусно ели, много пили, знакомились и общались…

К вечеру с непривычки у меня болели ноги и спина – позволил Карине сесть на шею, чтобы ей было лучше видно сцену. Голова – так вообще просто раскалывалась.

После полуночи мы втроем, укутавшись в пледы, уютно расселись в креслах на балконе гостиницы. Складывалось впечатление, что девчонки устроили турнир на выносливость: кто кого переупрямит и не заснет. Соревновались они между собой, надеясь, что кто-то не выдержит и уйдет, оставив меня с победительницей.

К рассвету я уже не хотел ничего, кроме как лечь и отдохнуть, и то же самое чувствовали девчонки. Карина не выдержала первой. В их споре выиграла Рита, но это была пиррова победа – пока я провожал Карину до ее номера, Перевес уснула на моей кровати. Пришлось мне спать в кресле.

В общем, если и задумывалась между нами романтика, то ее не случилось. И хорошо. Потому что за спиной Тиссы это… Мне не по душе, а отказ обидел бы девчонок. А так все решилось естественным образом.

Поспать толком не удалось. С утра под окнами и в отеле расшумелись люди, со сцены доносился саунд-чек музыкантов, а за стенкой кто-то активно занимался. Чем именно, не скажу, но догадываюсь.

Первой поднялась Рита. Стараясь не шуметь, она покинула номер и ушла к себе.

Оказавшись впервые за сутки в одиночестве, я привел себя в относительный порядок и засобирался домой. Надо было наверстать обязательное по договору со «Сноустормом» время в Дисе, проведать друзей и поучаствовать в кулинарном турнире. На победу я не надеялся, но подводить Арно не хотелось. Ну и самому интересно, конечно, побывать за пределами песочницы.

После завтрака мы еще погуляли, посетили несколько сцен, но особого удовольствия не получили – сказывалась усталость. Даже брат Риты, живчик Крис, беспрестанно зевал, а его девушка Рейвен вообще осталась в номере.

Как бы Рите с Кариной ни хотелось задержать меня до вечера, к обеду я улетел.

Домой добирался на автопилоте и всю дорогу проспал.

Глава 31. Кулинарный турнир

Вернувшись из Гластонберри домой, я созвонился с Тиссой. Ее не лихорадило, температура спала до нормы, и чувствовала себя подруга лучше, а голос звучал почти обычно и уж точно намного бодрее, чем вчера:

– Они так ничего и не нашли. Сказали, понаблюдают до утра, и если все будет в порядке, выпишут. Я тебе позвоню сразу же, как это случится. Как потусил на фестивале?

– Весело. Но лишнего себе не позволял, так что можешь быть спокойна.

– Алекс! Вот еще! – возмутилась Тисса, но голос выдал ее радость. Так что я не удивился, когда она прибавила: – Ладно, поверю на слово. Какие планы?

Я рассказал о кулинарном турнире, и Тисса заявила, что мне непременно надо вступить в гильдию и закупить особые рецепты, доступные только ее членам. Мы еще немножко поговорили о пустяках и попрощались.

Поужинав с родителями, я поведал им, как все прошло в Гластонберри, и неохотно полез в капсулу. Слишком устал, но надо было нагонять время, недобранное за вчерашний день.

Стоило оказаться посреди величавых Безымянных гор недалеко от Олтонских каменоломен, вялость прошла. На меня дохнуло студёным бодрящим воздухом с вершин, обдало ароматом горных трав и хвои, и я пробудился, перестав ощущать и усталость и сонливость. Вдохнув полной грудью, потянулся и развел руки – захотелось охватить всю эту неимоверную красоту.

До турнира оставалось меньше десяти минут. Я открыл письмо-приглашение, усмехнулся, снова почуяв дух жареного мяса, и активировал клеймо-портал.

Мир на мгновение померк, а когда проявился, передо мной простирался просторный холл, а под потолком светилось: «Добро пожаловать в гильдию кулинаров!»

– А вот и Скиф! – услышал я. – Эй, Боб, передай шефу, что последний участник прибыл!

Ко мне приблизился кряжистый бородатый дядька. Он твёрдо пожал мне руку, и только почувствовав, как ладонь утопает в его лопатообразной лапище, я осознал – дворф! Видал в Тристаде его соплеменников, но никогда не общался – город человеческий, и прочие расы Содружества там обычно проездом.

– Добро пожаловать, Скиф! – обратился он. – Я мастер Ромм, помогаю госпоже Блумфи в организации кулинарного турнира. Как добрался?

– Глазом не успел моргнуть…

– Да? – нахмурился Ромм. – Даже ничего не почувствовал?

– Нет. Я активировал портал в приглашении и моментально очутился здесь. А что?

– Боб! – гаркнул дворф, обернувшись. – Что за ерунда? Почему доставка без эффектов? Почему мгновенно? Вы там вообще все мозги элем залили? – Он снова обратился ко мне: – Прости, Скиф. Мы заплатили кучу денег за эксклюзивную доставку гостей! По задумке, процесс телепортации должен был длиться около трех секунд, а ты за это время мог успеть ощутить вкус одного из наших лучших кулинарных достижений. Не знаю какого, каждый раз что-то новое. Ты точно ничего не почувствовал? Да? Ну ладно. Следуй за мной.

Он привел меня в небольшой актовый зал, где уже собрались участники – все, как один, высокоуровневые игроки. Никого ниже 100-го уровня я не увидел, как не увидел и Арно, который, наверное, улаживал свои дела в гильдии.

Ромм усадил меня с краю, на свободное место, похлопал по плечу и удалился.

– Итак, все участники турнира в сборе! – объявила со сцены женщина…

Точнее, не вполне женщина. На небольшом постаменте стояла высокая эльфийка. Ее красота меня сразила. Даже голос ее звучал так мелодично и казался таким юным, что я не мог наслушаться.

– Представлюсь тем, кто меня не знает. Я Юнифельда, заместитель главы гильдии кулинаров. Наша организация существует с незапамятных времен, когда первые разумные научились пользоваться огнем, и примерно с тех же пор мы проводим этот турнир. Последние сто четыре года все кулинарные поединки показываются по маговидению и будут транслироваться еще двести лет точно. Совсем недавно мы продлили права гильдии магов-визоров на трансляцию именно на такой срок. Интерес к нашим турнирам очень велик!

Присутствующие игроки одобрительно захлопали. Похоже, каждый из них жил ремеслом и всей душой переживал за дело. Я почувствовал себя выскочкой и лишним в этой компании единомышленников.

– Даже наши скоротечные еженедельные турниры приобрели огромную аудиторию поклонников, – продолжала Юнифельда. – Именно поэтому участвовать будут не все из вас, так как это затянет шоу. Я проведу короткий отбор, основываясь на ваших знаниях ремесла, – буду задавать вопросы, и каждому, кто первым даст верный ответ, будет зачислено очко. По итогам викторины определятся основные участники.

Никто не удивился. Видимо, подобное происходило каждое воскресенье. Пришло ясное понимание, что мне ничего не светит. Сказались загадочная болезнь друзей, поездка на рок-фестиваль и ночные посиделки с девчонками – ничего не продумав и все забыв, я даже не взял с собой ингредиентов. Планировал же отхватить у Бомбовоза стак Ядовитого филе болотного голована с кровью, но ячейки были заняты, а уже следующей ночью его госпитализировали.

«Бездна! – подумал я. – Мог же настучать ресов в Болотине, предварительно сгрузив в личный сундук квестовые вещи! Да и Камень возрождения, с которым таскаюсь, точно не пригодится!»

– Без какого важного ингредиента нельзя приготовить Острую похлебку Оцеолы? – пока я занимался самоистязанием, Юнифельда задала первый вопрос отборочной викторины.

– Вяленое мясо бизона! – быстро отозвался голосок с первого ряда.

Привстав, я увидел макушку полурослика. Надо же, живой хоббит!

– Правильно! Очко Дженкинсу. Следующий вопрос: сколько Жгучего перца используется в приготовлении Улиток в чесночном соусе?

– Нисколько! – завопило сразу несколько глоток. – В ястве применяется синий, а не жгучий перец!

– Очко в пользу Бари! – Крики возмущения не смутили эльфийку. – Он ответил первым. Следующий вопрос…

Я потерял счет этим загадкам. Их сложность росла, и за правильные ответы начислялось больше очков. Волшебное табло, зависшее за спиной Юнифельды, показывало, что много раз отличились хоббит Дженкинс с толстым гномом Бари. Им в спину дышал убеленный сединами человек Оливер. Другие безнадежно отстали. В конце списка фигурировало несколько имен, включая мое, с нулем баллов.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

И вдруг я услышал знакомое сочетание слов:

– …болотного голована с луком и зеленью?

Целиком вопроса я не расслышал, но по догадкам участников сообразил.

– Сопротивление ядам?

– Повышение выносливости?

– Отравление?

– Болотная аура?

Они продолжали гадать, но осторожничали – за два неверных ответа подряд балл снимался. Стало понятно, что речь идет об эффектах блюда. Подняв руку, я громко и четко произнес:

– Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью дает следующий бонус: плюс десять к наивысшей основной характеристике на три часа.

– Прекрасный ответ! – обрадовалась Юнифельда. – Развернутый и абсолютно верный! Пять очков в пользу Скифа!

«Кто это?», «Откуда взялся этот нуб?», «Что это вообще за блюдо?», «У кого есть рецепт?» – посыпались вопросы участников. Внимание всех в зале обратилось на меня, и, не зная, куда деваться, я начал считать знаки на табло участников. Положение спас непонятно откуда взявшийся Арно.

Он взревел как раненый слон и начал трясти меня за плечи. На него зашикали, и Арно снова исчез. Оглянувшись, я заметил, что зрители скопились у двери в актовый зал. Там же, горделиво приосанившись, стоял шеф-повар «Буйной фляги».

– На этом отборочный раунд завершен! – объявила Юнифельда. – Итак, в основной воскресный турнир проходят следующие участники: Дженкинс, Бари, Оливер…

Арно болел за меня больше, чем я сам: стиснул пудовые кулаки, скрипел зубами и затаил дыхание. Так что, когда последним назвали мое имя, сдерживаться он не стал.

– Не спешите радоваться, дядя Арно. – Я выскользнул из его объятий. – Так вышло, что я не взял абсолютно никаких ингредиентов. Мне нечего готовить!

Дядя Арно сделал вид, что поник, – на его лбу залегла морщинка. А потом он расплылся в улыбке от уха до уха и воскликнул:

– Не беда, Скиф! То, что тебя пригласили и ты участвуешь, уже основание для вступления в гильдию! Ты ведь не против?

– Абсолютно нет. – Я улыбнулся. – Но что готовить? Я же не могу…

– Ты придумаешь, что сделать. Совершенно случайно, – он подмигнул, – я прихватил с собой запас с кухни. Рыба, мясо, овощи, фрукты. О приправах и специях и упоминать не буду, они неизменно при мне. Думаю, с твоей-то фантазией ты что-нибудь сообразишь?..

***

Главный турнир проводили в громадной кухне с несколькими десятками печей, плит и столов. Устроители предоставляли массу ингредиентов – только мяса всяческой дичи я насчитал три десятка видов, но все они были общеизвестными, и создание чего-то нового из этих продуктов казалось невозможным.

Над каждым участником маги-визоры разместили Око Эгерии – магические шарики, передающие все, что попадает в зону их обзора, в центральную маговизорскую башню. Оттуда уже шла передача владельцам зачарованных Шаров Эгерии.

Вообще, понимая, как важно влияние средств массовой информации на сообщество, «Сноусторм» извратился, выдумывая аналоги технологических способов передачи данных. Вместо коммов – амулеты связи, вместо радио – божественные уведомления, ну а вместо объемного телевидения – Шары Эгерии. Последние стоили относительно недорого, но в песочницах были под запретом.

Всех нас условно разбили на пары, из которых жюри откинет по одному уступившему сопернику, а потом будет сравнивать творения победителей.

Каждый участник турнира должен приготовить одно блюдо по собственному рецепту. Результат оценивается жюри по нескольким категориям: «вкусовые качества», «полезные эффекты», «уникальность» и «изысканность». Если с первыми тремя критериями все было ясно, то я понятия не имел, что они подразумевают под последним. То есть слово-то известное, но как изысканность оценивается с точки зрения игровой механики?

Арно помог с ресами, свалив на мой разделочный стол груду рыбы и дичи, овощи, фрукты и зелень с рынка Тристада. Отдельно он выставил баночки с приправами.

Юнифельда, закончив приветственную речь для зрителей, сделала упор на то, что блюда должны быть новыми или как минимум созданными по авторским рецептам. Потом она представила участников и в итоге объявила:

– Условные пары соперников определены слепым жребием! Великий мастер Дженкинс против искусника Блохи, мастер Бари против мастера Силка, великий мастер Нобу против мастера Кима… – перечисление заняло время. – И, наконец, великий мастер Оливер против умельца Скифа, – она усмехнулась, и многие участники ее поддержали. – Начали!

Ударили в гонг. Я быстро осмотрелся: все немедленно принялись за готовку, и у меня снова сложилось впечатление, что я здесь лишний. У всех есть заготовки, каждый уверенно что-то делает, и только Скиф стоит и нещадно тупит.

За столом напротив расположился Оливер. Он подмигнул и улыбнулся в усы, кивнув на мои ингредиенты. Выглядели они не так роскошно, как то, что аккуратно разложил мой соперник. Опрятные пучки зелени, аппетитные куски мяса, в том числе дорогущее лоснящееся филе киммерийского вепря, чистенькие луковички, склянки с приправами, баночки с крупами… Когда же он вытащил на свет эпический нож и набор посуды из зачарованной синей стали, завистливо ахнул даже Арно:

– Поразительно! Этот малый знает толк в готовке!

Я, меланхолично перебирая рыбу, кинул взгляд на экипировку Оливера – она вся была на повышение уровня ремесла. От поварского колпака и фартука до кастрюлек и сковородок. Посуда ускоряла время приготовления и снижала риск испортить блюдо.

Среди рыбы я обнаружил множество Каменных рвачей, от которых исходил сильный запах свежих огурцов. Их оскалившиеся пасти и тощие костистые тельца не оставляли надежд на то, что рыбешки на что-то сгодятся, поэтому я с них и начал. Попытка не пытка.

Поставил котелок, выделенный организаторами, на плиту разогреваться, а сам взялся за Универсальный нож Деба, в описании которого было сказано, что он годится практически для любых операций с рыбой, а ее очистка повышает шансы на дополнительные бонусы блюда. Его и еще ряд поварских инструментов – не таких хороших, как у Оливера, – выдали всем участникам.

– Экспериментируй, ученик! – выкрикнул Арно из зрительского ряда, протянувшегося вдоль стены.

И я принялся экспериментировать. Участникам выделили час, и за это время я израсходовал и запорол почти все продукты. Жарил и запекал на углях мясо, пытался сделать что-то вроде похлебки или ухи из рыбы, добавлял овощи, мариновал в уксусе, сочетал несочетаемое… Все тщетно. У меня получались либо общеизвестные блюда, либо несъедобное месиво. Что касается Каменных рвачей, то за неимением рецептов с этой рыбой, ничего толкового не выходило.

Правда, попутно изобрел бредовое блюдо под названием Уха шахтерская, когда от отчаяния плеснул в бурлящее варево с подгоревшим рвачом и чечевицей рюмку эльфийского бренди: +1 к силе, −1 от силы. Как такое вообще возможно, я не представлял, но, похоже, система так по-идиотски сгенерировала бонусы блюда, взяв по параметру от каждого ингредиента. Я отставил Уху шахтерскую в сторонку, решив выдать как результат, если не выйдет ничего лучше.

Прорыв случился, когда я прекратил метаться, очистил посуду от испорченных продуктов и на минутку остановился.

Оливер уже закончил со своим блюдом и о чем-то оживленно общался с Дженкинсом. Мастера посмеивались, поглядывая на меня.

Я помахал им рукой. Оба сделали удивленные лица, полурослик что-то сказал, и они расхохотались.

«Так, в бездну обоих, – подумал я. – Выигрывать все равно не собирался, но и так позориться тоже не дело!» Пожалел только, что нет при себе Болотных голованов – не бог весть что, но уникальное же блюдо!

Успокоившись, включил логику и подсознательную память: мне все-таки доводилось видеть, как готовят в уличных фургонах и как по особым случаям колдует у плиты мама. Повинуясь интуиции, отсыпал в посудину муки, бухнул туда соли и перца. Потом почистил пару оставшихся рвачей, причем только требуху. Тонкую шкурку чешуи снимать не стал. Забил рыбок нарезанной зеленью, обсыпал приправами, обмакнул в муку и бросил в кипящее масло. Выдержал несколько секунд и перевернул.

Сработало!

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Успешно! Вы создали новый кулинарный рецепт: «Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью»!

Очки опыта за новый кулинарный рецепт: +100.

Вы приготовили «Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью».

«Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью» (1) не может быть добавлен в ваш инвентарь!

Недостаточно места в сумке!

Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью

Редкое кулинарное блюдо.

Ингредиенты: очищенный каменный рвач, мука, растительное масло, соль, черный перец, майоран, укроп, петрушка, розмарин, тмин.

Плотоядный каменный рвач водится в быстрых горных реках с чистейшей водой. Благодаря этому его нежное мясо при правильной готовке обладает сильнейшими магическими свойствами. Скиф, создатель блюда, придумал его в рамках турнира, устраиваемого гильдией кулинаров Содружества.

Особые эффекты при поглощении:

+50 к харизме;

– значительно повышает привлекательность в глазах противоположного пола;

– визуально омолаживает.

Длительность эффекта: 24 часа.

Стоимость: 350 золотых монет.

Кулинарное ремесло: +10. Текущая степень: умелец (77 / 500).

Я тут же, не вчитываясь в сообщения, снял сковороду с огня.

– Сервируй блюдо! – закричал довольный Арно.

Я взял большую плоскую тарелку, выложил туда рыбу, добавил пару долек помидора и кружок лимона. Чего-то не хватало. Вспомнив наши с родителями походы в ресторан, добавил листья салата. Подумав, пихнул салат под рыбу.

– Готово! – Я поднял руку.

Коротко протрубила сирена, и вокруг меня вспыхнул зеленый столб света. Игриво одетая эльфийка подхватила мое блюдо и унесла к жюри, заседавшему на другом конце зала. Не зная, чем заняться дальше, я отошел от плиты к Арно. В ожидании вердикта судей мы поболтали о последних городских событиях, а потом объявилась Юнифельда, обвела всех участников загадочным взглядом и огласила итоги:

– Наши зрители уже догадываются, какие оценки выставили досточтимые судьи, ведь они видели их реакцию в процессе дегустации блюд. Лишь главные действующие лица, непосредственные участники турнира, замерли, ожидая решения жюри, которое возглавляет, напомню, сама глава кулинарной гильдии, гранд-мастер, госпожа Эйприл Блумфи!

Публика в зале зашепталась, и из комментария Арно я уяснил, что эта великая женщина – автор сотен рецептов эпических блюд и подруга бывшей негражданки Рейчел Кесслер из Калийского дна. Игрок!

– Итак… – Юнифельда развернула свиток и застыла, вчитываясь. Через несколько секунд она откашлялась, смутилась и заговорила: – Уважаемые зрители! На моей памяти такое впервые, а я, поверьте, многое повидала! Единогласным решением судей безоговорочным победителем этого воскресного кулинарного турнира объявляется участник, не являющийся членом нашей гильдии! Победителем становится… умелец Скиф из вольного города Тристада!

Что тут началось! Шум, гам, крики возмущения и удивления! Пока Арно душил меня в объятьях, я заметил игровые уведомления о росте ремесла сразу на сто очков, повышении моей известности и репутации с гильдией кулинаров, Тристадом, Юнифельдой, Эйприл Блумфи, шеф-поваром «Буйной фляги» и еще целым рядом незнакомых имен. Маговидение – страшная сила!

После объявления итогов больше всего меня удивили полурослик Дженкинс и Оливер. Оба, не скрывая удивления, поздравили с заслуженной, как они выразились, победой.

– Ты молодец, парень! Мы тебя недооценили, конечно, – признал Оливер. – Хочу сделать небольшой подарок. Видел, как ты заглядывался на мой нож. Подарить его не могу, он персональный – получил за победу в ежегодном турнире – но зато у меня есть еще такой.

Он протянул ладонь, и в ней материализовался немыслимой красоты и функциональности нож.

Шеф-нож Кайдзен

Редкий кухонный нож.

Пища, приготовленная с использованием этого ножа, удваивает длительность полезных эффектов.

Создатель: Мияби.

Цена продажи: 150 золотых.

Прочность: 120 / 120.

Я принял подарок и кинул его в карман. Не инвентарь, конечно, и можно потерять или воры стащат, но до личной комнаты как-нибудь донесу.

Дженкинс ничего не подарил, но пригласил в некое закрытое сообщество кулинаров:

– Добавь меня в друзья, Скиф. Выйдешь из песочницы, напиши. Мы с коллегами собираемся раз в месяц в чьем-нибудь ресторане и делимся секретами. Гильдия гильдией, а только самые топовые рецепты кому попало не уходят. Сам понимаешь, это большие деньги. И дам совет на будущее – не делись с ними рецептами.

Он указал глазами на главу гильдии, таинственно усмехнулся и отошел. Награждала меня под вспышки магических шаров лично Эйприл Блумфи, очень привлекательная под бафом от моего блюда. Женщина средних лет, с собранными в пучок темными с проседью волосами, в черно-золотой мантии гранд-мастера, выдала поздравительную речь и напутствовала:

– У вас дар, молодой человек. Вы настоящий талант! Не зарывайте его в землю. В вашем возрасте обычно тянутся к приключениям, но я вам так скажу: мы, кулинары, знаем, что настоящее приключение всегда требует много сил и энергии. А это дает только вкусная и питательная еда!

Она посмеялась своей шутке, я вежливо улыбнулся. В ее словах я уловил намек на то, что рейдеры многими стаками скупают дорогущие блюда, и пометил развитие ремесла как запасной вариант на случай, если мне все же придется зарабатывать в Дисе.

Под аплодисменты собравшихся госпожа Блумфи посвятила меня в члены гильдии и вручила рецепт эпического рейдового блюда «Горское застолье» (+200 к наивысшей основной характеристике, +50 ко всем остальным, +50% к регенерации жизни и маны). И все это счастье на три часа или до смерти. Рецепт требовал полтора десятка редких ингредиентов, и, по самым скромным прикидкам, себестоимость одной порции на рейдовую группу вставала в тысячу-другую золотых. Продавать его я не планировал, но и выучить сразу не мог – не хватало степени ремесла. За неимением свободного места отправил рецепт и кухонный нож Бомбовозу на хранение. При встрече заберу и перекину в сундук.

После церемонии награждения у меня взяли интервью для всеобщего «Вестника Содружества» и «Дисгардиум Дейли». Вторая газета существовала только для игроков, и более дурацких вопросов, чем от «Дисгардиум Дейли», я не слышал. Впрочем, старательно отвечал на все.

– Скажите, Скиф, каково это – быть подростком в такой дыре, как Тристад?

– Мы всем Тристадом готовы ответить на этот вопрос, если вы приедете к нам и зададите его еще раз.

Служащий гильдии по имени Боб позволил прикупить в гильдейском магазине ряд рецептов на мой уровень ремесла. Он же зарегистрировал мои авторские рецепты. С учетом тех, что уже зарегистрировал на мое имя Арно, в гильдии стало числиться четыре моих рецепта: Хорошо прожаренный карась в сметане, Уха шахтерская, Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью и Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью.

По совету Дженкинса, рецептом Запеченной крысиной требухи нежити я делиться не стал.

– Гильдия завтра же включит ваши рецепты в реестр предлагаемых к реализации. У вас есть банковский счет? Еще нет? Ничего страшного, мы будем делать ваши авторские отчисления по почте. 1% от суммы всех продаж ежемесячно. Однако имейте в виду, Скиф! – сказал в заключение Боб, пожимая мне ладонь. – Чем необычнее рецепт блюда и полезнее его свойства, тем выше процент!

Потом мы тепло распрощались с Арно, и встречавший дворф, мастер Ромм, отправил меня туда же, откуда я прибыл.

Интерлюдия 2. Ева

Афродита, чуть приотстав, шла за Утесом и любовалась парнем. Ей сложно было разобраться в своих чувствах, но, главное, она ему нравилась. Она, Ева О’Салливан в истинном обличье.

После пластической операции Ева долго не могла привыкнуть к собственному отражению. При всей его красоте сложно было сознавать, что это она.

Большие изменения в строении тела, когда ей даже вытягивали кости и позвоночник, чтобы увеличить рост и удлинить ноги и руки, привели к тому, что девушке пришлось заново учиться ходить и управлять новым телом. Она была как нескладный подросток, внезапно за лето вымахавший на двадцать сантиметров и теперь не знающий, что делать и как справляться со всем этим добром. Собственно, Ева и была нескладным подростком – вчерашней девочкой, игравшей в куклы, а теперь ей пятнадцать, и гадкий утенок превратился в лебедя.

После пластики пришлось лететь на Луну в специальную клинику, где в условиях пониженной гравитации она проходила реабилитацию. Алексу девушка тогда сказала, что отправляется отдыхать. Хотя отдыхом это было назвать сложно. Там Ева свыклась и даже полюбила боль. Она была полезной – значила, что тело крепнет.

Вернувшись домой, а вместе с этим и в Дис, она неприятно удивилась тому, что ее персонаж – Афродита – выглядит по-прежнему. С лишним весом, жировыми складками и двойным, если не тройным, подбородком, пухлыми щечками, набрякшими веками и блеклыми ресничками.

Срок давности ее соглашения с «Аксиомой» об ускоренной прокачке истек, а принимать новый заказ их лидер отказался. Так что, не зная чем заняться, она вернулась на излюбленную скамейку у «Буйной фляги». В первый день на нее обращали внимание и даже спрашивали, где пропадала и куда подевался ее извечный напарник.

На второй – она снова стала никому не нужна. Даже Алекс, теперь везде появлявшийся в компании одноклассников и Тиссы, ее не заметил.

В тот же вечер Ева набралась отваги и зашла к нему домой. Она была готова ко всему, но только не к тому, что Алекс будет не один. Там была Мелисса Шефер, и, судя по тому, как вольготно и развязно она себя вела… Это уничтожило все. Надежды и мечты Евы оказались иллюзиями, развеянными образом полуголой Мелиссы на коленях Алекса.

Уму непостижимо! Они развратничали с позволения его родителей!

Следующие дни пролетели в тумане. Ева жила как андроид: просиживала уроки, в прострации возвращалась домой и так же на автомате заходила в Дис, чтобы отсидеть там, на лавочке, положенный час. Ее мысли закольцевались, снова и снова возвращаясь к мыслям: почему? За что? Мелисса ведь пустышка, в ней ничего нет, кроме смазливой мордахи! Если бы Ева сделала пластику раньше, выбрал бы ее Алекс? Девушка заставляла себя думать о том, что он просто бабник, и все равно ничего хорошего из их отношений не получилось бы, но вскоре самоедство выходило на новый виток.

В один такой же пустой день рядом устроился высокий воин в полном латном доспехе и сказал: «Привет».

Так она познакомилась с Тобиасом. Они стали общаться, нашли много общего: Утес так же не имел друзей в реале и страдал, как решила Ева, от одиночества. А еще он был очень чутким – когда девушка рассказала о том, что «Аксиома» отказалась ее паровозить, а к кому еще обратиться, она не знает, тот предложил помощь. Причем абсолютно бесплатно.

Они тепло попрощались. Когда обязательное время закончилось, Ева собралась выходить из Диса, но с удивлением поняла, что не спешит.

На следующий день Утес уже сам поджидал на той же лавочке.

Блуждание по Дису с ним напоминало приятную прогулку. Воин легко побеждал даже многочисленные паки высокоуровневых мобов, никому не давая подругу в обиду. Они прошли подземелье «Городская тюрьма» и даже ни разу не погибли, хотя инстанс был рассчитан на группу из пяти человек. Напротив, сделали всех играючи. Ко второму боссу Ева вошла во вкус и азартно отстреливала мобов, наседавших на Утеса. Ее так толком никто и не коснулся.

Вообще, ей и самой стали намного легче даваться бои. Сейчас, вспоминая, как страдала и погибала от зубов и когтей агрессивных кроликов 2-го уровня, она не понимала, как такое могло происходить.

Поняв, что девушка боится боли, Утес подарил ей полный комплект зеленого снаряжения и синее гномье ружье.

– Легкое, удобное, самозарядное, – сияя, сообщил Утес. – Все, что тебе надо будет делать, навести ствол и нажать на спусковой крючок.

Ружье изменило все. Если не считать боссов, оно убивало любого моба с одного-двух выстрелов! Это казалось невообразимым, но Еве настолько понравилось, что она стала задерживаться в Дисе куда дольше, чем требовалось. Правда, почему-то она усиливалась только тогда, когда Утес был рядом.

– У меня особая аура, – широко улыбнувшись, сказал Тобиас. – Не, я серьезно. Особый классовый талант – в группе со мной ты становишься сильнее.

Ни он, ни она не любили скопления народа. Чтобы общаться, оставалось гулять по песочнице и бить встречные паки мобов. О встрече в реале речи пока не заходило.

Который день они бродили вдали от людских поселений. Купались в речке – там, где Тремитель расширялась и умиротворенно несла свои воды, а злобные зубастые рыбки не водились. Собирали ягоды на виноградниках, дурачились у запруды, запуская «лягушек».

Для Тобиаса все это было в диковинку. Он не делился с ней информацией о своей семье, но Ева сделала вывод, что парня не баловали. Осознав это, девушка увлеклась им еще сильнее – Алексу ее разговоры были неинтересны, Тобиас же внимал, затаив дыхание.

– Слышала о новом инстансе? – спросил парень. – Его так никто и не смог пройти. Хочешь, сходим туда? Интересно?

Ева, улыбнувшись, просто кивнула. С Тобиасом в этом мире ей было интересно все.

Об инсте они узнали из глобального уведомления. Заинтересовавшись, пошли в Тристад и там, на площади у храма Нергала Лучезарного, выяснили, где находится новое подземелье. Тогда же Ева снова увидела Алекса, и тот даже помахал ей. Смутившись, она отвернулась. Вместо нее ответил Тобиас.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Ты его знаешь? – удивилась тогда Ева.

– Ага. Странный малый, – лаконично ответил он. – Такой же, как я.

Сегодня они гуляли не просто так, а с целью. Тобиас излучал уверенность, что они легко пройдут «Улей сарантаподов» и получат достижение. Пробираясь сквозь паки мобов Ущелья Горо, Тобиас ни на минуту не замолкал, рассказывая о достижениях, о том, как они высоко ценятся, и как им повезло, что еще никто не прошел новое подземелье полностью.

– Первое убийство, представляешь, Ева? – горячо говорил он. – Это круто! Раньше я о таком мог только мечтать!

– И что случилось? – лукаво улыбнулась она.

– Я встретил тебя, – ответил Тобиас.

Это был правильный ответ. Парень не колебался, не размышлял над ее словами, в отличие от Алекса, приглашенного на новогодний бал.

То было импульсивное желание проверить свои чары. Но события развивались не по плану: Шеппард что-то замямлил – и задумка не удалась. А жаль. Если б согласился, она с большим удовольствием рассмеялась бы ему в лицо и сказала что-нибудь в духе: «Только в твоих мечтах, неудачник!»

Ну а кто он еще? Родители, и так звезд с неба не хватавшие, разводятся; в школе его успеваемость, судя по чартам, падает; а главное, даже в Дисе он лузер. Неудивительно, если он и гражданские тесты провалит. И поделом! Повелся на смазливое личико вертихвостки Шефер, не сумев разглядеть истинную внутреннюю красоту и чувства подруги детства!

Зато в этом преуспел Тобиас. Представляя, как тот удивится, увидев ее в реале, Ева тихонько рассмеялась. Оба оттягивали момент встречи, просто наслаждаясь общением в Дисе. То, что это происходило как бы не по-настоящему, придавало им смелости – они уже целовались, а о большем Ева пока и думать боялась. По крайней мере, проявлять инициативу точно не собиралась. Другое дело, если Тобиас сам предложит ей встретиться, пригласит на свидание, и тогда… Ева покраснела.

– Кажется, пришли, – голос Утеса привел ее в чувство. Хорошо, что парень смотрел в другую сторону и не увидел румянец на ее щеках. – Что-то народу там много. Занят, похоже. Ладно, пойдем на месте разберемся.

Тобиас взял ее ладонь, пальцы весьма естественно переплелись, и пара направилась к широкой расщелине. Там, внизу, у дальнего края, мерцал овал портала в подземелье.

Ева поежилась, вспомнив, как впервые побывала в подобном с Алексом. Вроде прошло немного времени, а ощущение, словно минуло уже несколько лет. Она больше не боялась, напротив, руки чесались вскинуть ружье, выпалить Очередью или Разрывным выстрелом какому-нибудь монстру в морду и увидеть взметнувшиеся кровавые брызги и белеющие осколки черепа. Ева понимала, что испытывает не очень нормальные для юной девушки желания, но каждое такое убийство придавало уверенности, в очередной раз подтверждая, что та Ева – стеснительная и боязливая – в прошлом. Тем более в «Дисгардиуме» все понарошку.

В очередной раз погрузившись в воспоминания, она не сразу поняла, что Тобиас с кем-то ругается.

– Ты что, не понял? Вали отсюда! – отразился от стен расщелины чей-то глумливый голос. – И телку свою прихвати!

Подняв взгляд, Ева увидела, как ее парень, склонив голову, выслушивает издевки членов клана «Аксиома». Одного из них она знала – водил группу, которая ее паровозила, – головорез 20-го уровня Атиякари. Именно он и назвал ее «телкой»! Кровь застила глаза.

– Кого ты назвал телкой, придурок? – закричала она, направляясь к нему.

Тобиас мягко встал у нее на пути и, обняв, отвел в сторонку.

– Не надо, – прошептал он. – Этот чудак того не стоит, Ева. Лучше уйдем отсюда.

Гнев схлынул. Утес парой слов всегда мог ее развеселить или успокоить. Как сейчас.

– Но почему? – решила все-таки прояснить она. Ведь они планировали пройти это подземелье. И она хотела его пройти! – Подземелье занято?

– Нет, – чуть поколебавшись, признал Тобиас. – На инст наложила лапу «Аксиома». Еще вчера можно было войти за тысячу золотых, но с утра доступ закрыли всем. Большой По хочет получить Первое убийство, после этого инстанс отдадут всем желающим.

– Но это же нечестно! – вскрикнула Ева. – Какое у него право запрещать? С какой стати? Я понимаю, если бы данж был занят, но он свободен! Почему никто не возмущается? Я этого так не оставлю!

Последние фразы она, как обычно, когда сталкивалась с несправедливостью, прокричала во весь голос. Причем в полной тишине – члены «Аксиомы» с интересом прислушивались к их разговору, пытаясь скрасить скучное дежурство хоть как-то.

– Что, Утес, твоя толстая подружка качает права? – озабоченно поинтересовался Атиякари. – Она типа тоже ганкер?

Его друзья, среди которых было несколько девчонок, с готовностью заржали.

– Не бери в голову, – шепнул Еве Тобиас. – Я разберусь. Сам.

Оставив ее, он приблизился к задире и громко спросил:

– Знаешь, Санджи, я бы насчет этого поспорил. Еве очень далеко до твоей подружки – Большого По. Мы же все понимаем, что значит «По»? Она у него реально огромная! И ты ей прислуживаешь…

Атиякари изменился в лице. Его соклановцы синхронно и удивленно присвистнули, готовясь к представлению.

– Не нарывайся, сектант, – с угрозой сказал головорез. – Мало в КОС-листе просидел? Так мы можем добавить!

– Слушай, я не хочу проблем, – признался Тобиас. – Ты оскорбил мою девушку, я ответил. Ты извинишься, я извинюсь, мы уйдем.

Ева порывалась добавить что-нибудь от себя, но разум возобладал над чувствами – Тобиас прав, им и так хорошо. К черту инст. Извинений будет достаточно.

– Я? Извинюсь? Может, мне еще поклониться? На колени встать? В чем я не прав? Она жирная? Жирная. Телка? Ну да, не парень же. Она качала права? Еще как. Так что катись отсюда, дебила кусок… – Атиякари сплюнул под ноги Утеса и исчез в инвизе.

А через секунду проявился за его спиной и от души врезал Тобиасу под зад. Издевательский гогот аксиомовцев стал отправной точкой – Ева поняла, что включился режим боя.

Громче всех, причем не над Тобиасом, а над ней, показывая пальцем, смеялась Малышка – высокая блондинистая деваха с острыми скулами. Она не прекратила хохотать, даже когда рядом с ней мелькнул меч Тобиаса и снес ее соседу голову с плеч.

Ева вытащила ружье и оскалилась. Направила ствол в лицо блондинки… Разрывной выстрел! Очередь!

Голова взорвалась, разбрасывая кровь и сгустки мозга, а тело, чуть постояв, рухнуло наземь. Тобиас двумя ударами располосовал Атиякари и врезался щитом в ближайшего противника. Ева начала упоенно расстреливать остолбеневших охранников подземелья…

Она что-то весело кричала и даже не дрогнула, когда к ней понесся огромный варвар. Того перехватил Утес, и Ева с огромным удовольствием накормила гада свинцом.

Через пару минут аксиомовцы были мертвы. Тобиас, с головы до ног в чужой крови, деловито облутал всех, порадовался выпавшему эпику, а потом крепко-крепко обнял Еву и поцеловал. «Наверное, это и есть счастье», – подумала она.

Отстранившись, Тобиас нахмурился.

– Будут проблемы, – сказал он. – Но семь бед – один ответ.

– Мы их преодолеем, любимый, – ответила Ева. – Вместе.

– Тогда пойдем, поиграем.

Они вошли в «Улей сарантаподов».

Глава 32. Имитация

Обратная телепортация из гильдии кулинаров вернула меня в район, находящийся недалеко от Олтонских каменоломен. Сидя на большом и до блеска отполированном дождями и ветром камне, я долгое время приходил в себя – благодаря участию в кулинарном турнире я попробовал большой Дис на вкус, и он мне понравился. Я ощутил, как огромен и многогранен мир, где необязательно фармить мобов и промышлять рутинными квестами. В нем действительно можно жить и заниматься тем, к чему лежит душа.

Но до большого мира оставалось еще три месяца, и, отбросив фантазии, я задумался о ближайших целях. Даже не о грядущей Арене, а о своей идее проникнуть в Улей сарантаподов.

Активировав Глубинную телепортацию, я получил возможность выбрать две точки. Взял Тристад и Виноградники Пакстона как ближайшую локацию к городу. Рандом сыграл на моей стороне – меня забросило именно туда, куда я и хотел.

Сняв комнату в «Буйной фляге», я заперся там и устроился у окошка, откуда было хорошо видно прохожих. Пришло время проверить теорию на практике.

Несмотря на позднее время, улица под окном бурлила – народ гулял, носился по делам, веселился или просто праздно шатался. Я выбрал первую же цель, на которую наткнулся взглядом, спешащую куда-то девушку в одеянии жрицы Нергала, и активировал классовый навык.

Имитировать жрицу света 13-го уровня Хильяну?

В мгновение ока Скиф стал жрецом света, но только для остальных.

Улучшен навык имитации: +1! Текущий уровень: 2.

На текущем уровне имитируется: класс и уровень персонажа.

Задуманная авантюра перестала казаться сумасбродной. Как я и надеялся, с ростом уровня Имитация копировала больше, чем просто класс другого игрока.

Я немедленно нашел новую цель – шамана 18-го уровня Махана из «Аксиомы», и перенял не только класс, но и уровень. Дело, казалось, пошло, я сменил десяток образов, но навык не рос, а никаких системных подсказок, даже индикатора прогресса способности, для предвестника не предусматривалось.

В итоге, остановившись на варваре 12-го уровня, я прекратил перебирать имитации и лег спать там же, в снятой комнате таверны. Проснувшись через пару часов, никакого прогресса не обнаружил. Снова сменил класс и уровень – улицы к тому времени уже опустели, но редкие игроки по городу еще бродили.

Даже не читая уведомления, я понял – сработало!

Улучшен навык имитации: +1! Текущий уровень: 3.

На текущем уровне имитируется: класс, уровень и экипировка персонажа.

Эх, жаль, что только внешний вид. А круто было бы не просто скопировать чужую броню, но и получить все ее бонусы! Вообще, прогресс навыка утвердил меня в мысли: для прокачки неважно количество использований, играет роль только время, проведенное в чужом облике.

Я снова лег спать, поставив системный будильник на утро. Проснувшись, разочарованно выдохнул: уровень Имитации не поднялся.

На дальнейшие эксперименты времени не оставалось, нужно было лететь в школу. Там я встретился со всеми «пробужденными» – они выздоровели, выглядели отдохнувшими и свежими, проведя двое суток в оздоровительных капсулах.

– Так чем вы болели-то? – поинтересовался я.

– Врачи так и не поняли, – пожал плечами Малик. – Их медицинский ИскИн чуть с ума не сошел, пытаясь определить причину воспаления.

– А я знаю, от кого и что мы подцепили, – объявил Ханг. – Это все Скиф виноват!

– Точняк! – захохотал Эд.

– Заразил нас проклятием нежити! – поддержал Малик, но тут же получил от Эда подзатыльник. – За что?

– За языком следи! – Родригез сделал большие глаза и качнул головой. – Могут подслушать!

– Ладно, посмеялись и хватит, – прошипела Тисса, недовольно глядя на Малика. – Какие планы на сегодня?

– Разрываем Болотину? – с надеждой спросил Ханг.

– Типа того, – пожал я плечами, зевнув.

Тисса как-то странно на меня посмотрела:

– Если б я с тобой вчера не разговаривала по комму, подумала бы, что ты всю ночь кутил в Гластонберри и только вернулся…

– Эй! Я вообще-то вчера еще и кулинарный турнир выиграл! Зацените рецепт, которым меня наградили, эпик!

Я вывел с комма описание рейдового блюда «Горское застолье».

– Крутяк! – обрадовался Эд. – Ингры дорогие, но оно того стоит!

Говорить друзьям о своих экспериментах с Имитацией я не стал. Если выгорит – пусть станет для них приятным сюрпризом.

Вернувшись домой, я сразу залез в Дис – не терпелось посмотреть прогресс навыка. Увидев, разочарованно вздохнул, потому что уровень Имитации был тот же.

Так я понял, что в зачет прогресса навыка идет только активное время в чужом обличье, но даже если невидимая мне шкала достигнет 100%, повышение произойдет лишь после очередного использования навыка. Смысла сидеть в личной комнате не было, и я, вернув свой облик, пошел встречаться с соклановцами.

У таверны друзья взяли меня в группу, и, не дав никому опомниться, я использовал глубинку и перенес всю группу в Мраколесье.

Улучшен навык глубинной телепортации: +1. Текущий уровень: 5.

Доступен выбор конкретной точки переноса. Время восстановления снижено до 4-х часов.

Пока я молча выплясывал джигу, отмечая полученную наконец-то полноценную личную телепортацию, Инфект рефлекторно ушел в стелс и уже оттуда спросил:

– Э… Зачем?

– Скиф качает навык, – понял Краулер. – Еще пры-ы-ыж-ж-жок!

И нас перетащило в Мраколесье. Рядом поблескивали воды Тремители.

– Сюда-то зачем? – удивилась Тисса.

– Какая разница? – ответил маг. – Все равно планы обсуждать придется, тут хоть лишних ушей нет.

– Дальше прыгаем? – поинтересовался Бомбовоз. – Мне тоже нужно глубинку качать!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Погодите… – Я направился к реке и, когда спускался, задел камень – тот скатился, бултыхнулся в воду. Поверхность у берега тут же вскипела от выпрыгивающих Каменных рвачей. – Ага, это нас удачно занесло!

– Что такое?

– Смотрите, что я вчера изобрел… – Я показал им рецепт Перченого жареного каменного рвача, фаршированного зеленью. – Как думаете, взлетят эти редкие рыбки в цене? Повара вчера удивлялись, похоже, в большом Дисе таких нет.

Идею тут же уловили. Бом расчехлил удочку и сменил шлем на рыбацкую шляпу. Я же под проклятием нежити полез в воду ловить на живца и вскоре выбрался, весь увешанный Каменными рвачами. Они чуть не рычали, как бульдоги, тряся пастями в попытках вырвать кусок моей гнилой плоти.

– Да ну тебя! – махнул рукой рыбак, сворачивая удочку. – Всю рыбу распугал!

Пока снимали с меня рвачей, упаковывая их стаками в инвентаре Бомбовоза, собралась армия Магнетических жаб и устроила сеанс гипноза и концерт одновременно. Жабы снова выпрашивали еды, но на этот раз получили кукиш с маслом.

– Обойдетесь! – воин пнул латным сапогом одну тварь, и та, возмущенно квакая, улетела в воду, став добычей Каменных рвачей.

Набив сумки, мы переместились к Загоранской запруде. Пока Бомбовоз рыбачил, я, сидя на берегу, сымитировал его имя, класс и экипировку.

– Нифига себе, Скиф! Ты как Бомбовозом стал? – подошедший Инфект начал трогать экипировку. – Капец, как настоящие!

– Терпение, скоро все объясню…

В этот момент поплавок, попрыгав, резко ушел под воду, Бомбовоз подсек, потянул, удочка согнулась… Что-то сверкающее пробкой вылетело из воды и плюхнулось на берег.

– А-а-а-а-а!!! – завопил наш рыбак, схватив улов. – Золотая рыбка!

Мы ломанулись к нему: я, громыхая сымитированными латами; Тисса, отбросив выдранные из земли корешки; Краулер, опрокинув походный стол алхимика; Инфект, включив Спринт.

– Дала квест? – жадно поинтересовался Инфект, глядя на беззвучно разевающую рот рыбку.

– Ага, – осклабившись, кивнул Бомбовоз и, присев, нежно отпустил улов обратно в воду. – Есть! +75 к силе навсегда!

Пока он тряс кулаком, Инфект заметил на его пальце блеснувшее легендарное кольцо. Видимо, это что-то всколыхнуло в его памяти, и приятель чуть не удавился от зависти:

– Да что за фигня?! – завопил вор. – Почему только вам так везет?!

– Да ладно тебе! – начали мы утешать друга. – Брось, Инфект! Будет и на твоей улице праздник!

– Вы всегда так говорите! – заорал он и запальчиво начал загибать пальцы, перечисляя, в чем нам везет, а ему нет. – Так нечестно!

– Да ну тебя в бездну, – сказал ему Бомбовоз, оправившись от изумления.

Надувшись, Инфект рекордное время прожил под контролем своей жабы, испуская лучи недоброжелательности, и если бы не цепной хомяк Краулера, мы бы Малика потеряли. Ну, я к тому, что зависть – очень разъедающее чувство, и гасить такое надо в зародыше. Вот Эд и раздавил, напомнив, благодаря кому вор бегает с масштабируемым кинжалом. Это он на себя намекнул – как пожертвовал статусом «угрозы». Потом кивнул на меня:

– Ты посмотри на Скифа, дружище. Внимательно посмотри! Во что он одет?

– В латы Бомбовоза, – несколько удивленно ответил вор.

– Скиф, сними свою маскировку на время, – попросил Краулер. – Вот, Инфект, смотри теперь – он одет, как распоследний нуб! И, если ты забыл, напомню, что Скиф поставил на кон ради наших задниц! Легендарку!

Этого хватило. Поразмыслив, Инфект осознал и извинился, но не сразу, а уже в Болотине, куда мы отправились после рыбалки.

Там все прошло как и в первый раз. Я, снова в облике Бомбовоза, собрал мегапак болотных тварей, и когда мы его вынесли, я взял 20-й уровень, Краулер за счет бонуса прокачки 19-й, а остальные 18-й. Бомбовоз ухмыльнулся и торжественно выдал мне Заклятый смертью хауберк – эпический нагрудник на 20-й уровень:

– Помнишь наше первое прохождение «Зла из глубин»? Ты же тогда спать ушел, а этот эпик выпал с Локуста.

Пока я радостно примерял обновку, Краулер озабоченно изучил наши профили и вздохнул:

– Ну все, нужно скрывать уровни. Такой прогресс не объяснить…

Так мы и сделали, спрятав информацию о персонажах, а заодно решив притормозить прокачку. К тому же нашлось, куда сливать опыт – мы вылупили боевых питомцев, Болотных иглоколов 1-го уровня. Толку от них сначала не было – иглоколы умели летать, жалить, но никакими личинками еще и не пахло, и это понятно, ведь появились питомцы мелкими, не больше мухи.

Мы дали им имена. Я своего назвал Игги – ну, потому что иглокол. В нашей семье все просто – котопес Эйты, домашний помощник О. Удивительно, что меня родители назвали Александром, а не просто Элом.

А вот остальные проявили фантазию:

– Мой будет Чужой, – довольно проурчал Краулер, рассматривая свою муху на ладони.

– У меня точно девочка, поэтому Колючка! – засмеялась Тисса.

– Хрень, – сказал Бомбовоз.

– В смысле? Чем тебе Колючка не нравится? – возмутилась девушка.

– Мой иглокол – Хрень. Имя такое, – ответил воин. – Ну а что это еще? Мелочь пузатая, даже не понять, что такое… Как ты вообще определила, что у тебя девочка?

– Не знаю, – пожала плечами Тисса. – Просто чувствую.

– А мой точно парень! Его будут звать Хоботок, – сообщил Инфект. – Только я не уверен, что от петов будет толк! Их любой воробушек схарчит!

На несколько часов все озаботились тем, чтобы поскорее вырастить иглоколов. На 10-м уровне они стали с кулак Бомбовоза, а вот на 18-м уже больше походили на своих диких вымерших предков. В итоге довели питомцев до 20-го, сливая им по 100% опыта.

Главного мы достигли: Игги, Чужой, Колючка, Хрень и Хоботок научились откладывать личинок. Раз в минуту, но их же пятеро! Пришло время проверить петов в деле – мы прыгнули в Олтонские каменоломни.

Испытания в данже «Зло из глубин» показали, что пять иглоколов за пять минут боя с боссом подземелья сокращают его жизнь на четверть. Мы специально затянули процесс, чтобы оценить эффективность петов. Особый смак придавало то, что они не забирали агро на себя и погибнуть могли только случайно – от чего-то, бьющего по площади. Так почти все они сгинули на Мракиссе. Выжил только Хоботок – Инфект отозвал его на последних процентах.

Зато мы отхватили просто до фига синевы и два эпика! На этот раз повезло не только Тиссе, получившей корону, третий предмет в Комплект Глубинного зла, но и мне. Я обзавелся прекрасными фиолетовыми кольчужными сапогами Сумеречные хитиновые ботинки, в сравнении с которыми награда охотника на монстров Гэррисона Альта казалась дешевкой. Честно говоря, мой показатель силы уже позволял легко носить и латные вещи, но Бомбовоз был в приоритете.

Тем более я и так был в латах, имитируя воина и щеголяя в его скопированной экипировке, пока не сымитировал Краулера. Уровень навыка сразу поднялся:

Улучшен навык имитации: +1! Текущий уровень: 4.

На текущем уровне имитируется: класс, уровень, экипировка и внешность персонажа.

Не сходя с места, я скопировал Инфекта и стал вором 18-го уровня, один в один в его экипировке и, самое главное, с точно такой же внешностью.

– Эй, Малик! – позвал я, причем его же голосом. – Теперь я знаю все твои мысли!

– Что за фигня? – завопил оригинал, отвесив челюсть.

Пока парни хохотали, а Тисса восторженно бегала то ко мне, то к Инфекту, трогая и щупая лица, вор, глядя на себя со стороны, ошалел и ушел в прострацию, временами поглядывая на меня-себя.

После инстанса решили заканчивать игру, время было за полночь. Дождавшись, пока друзья уйдут, я вернулся в Тристад и снова остался ночевать в Дисе ради прокачки Имитации…

Следующим недобрым утром мои мышцы ныли, ноги подгибались, но хуже всего – сон получился неполноценным. Казалось бы, какая разница, где спать? Если я вырубился в Дисе, то и реальное тело должно погрузиться в сон, пусть и болтаясь в интра-геле… Ни черта! Мозг в виртуальном сне не отдыхал, продолжая взаимодействовать с капсулой и подгружать происходящее вокруг.

Из-за суррогатного сна наутро в классе я клевал носом и получил замечание от мистера Ковача. Глядя на это, Тисса не выдержала и во время перемены смоталась в ближайший супермаркет за энергетиком. В школе их не продавали.

– Давай, Алекс, соберись! – подбадривал Эд. – Сегодня большой день!

– Отложим, – предложил Ханг. – Пусть хоть часа три поспит, успеем!

Подремав по пути домой и доспав дома, я к шести вечера зашел в Дис.

Сегодня мы планировали зарегистрировать «Пробужденных» на юниорской Арене, а для этого пришлось вернуть свою внешность и скопировать класс первого попавшегося лучника.

Гордо вышагивая по улицам Тристада, мы добрались до места, где велась регистрация. Из здания навстречу вышли бойцы «Аксиомы» с Большим По.

Мы остановились друг напротив друга. Вождь ухмыльнулся:

– Вы что, серьезно собрались участвовать? – Обернувшись к своим, воскликнул: – Ну дебилы! Могли бы просто не явиться и не позориться. Арбитрам-то все равно!

– Даже уровни скрыли, чтобы не срамиться, – хохотнул Атиякари. – Вам, рукожопым крабам, и правда лучше просто не регаться!

– Ага, щас, – дерзко ответил Бомбовоз. – Порвем мы вас, как писарь Карлсон бумагу!

– Черта с два, – ответила мистик Ирина. – Команды из одной песочницы сеют по разным группам, а вы из своей не выйдете!

– Зря стараешься, – сказал ей Большой По. – Эти придурки даже правил не знают…

– Сам-то читать умеешь, Уэсли? – ядовито поинтересовалась Тисса.

– Да уж получше тебя, Белоснежка! – ответила за По Ирина.

В общем, они еще немного погавкались, и я увел своих, пока лидер «Аксиомы» не растерял добродушия. И так задумал для него большую подставу, не хватало еще, чтобы парни с Тиссой все испортили на ровном месте.

От одного клана можно было заявить одну команду, зато с запасными. Таковых у нас не имелось, и в перечень я вписал только пятерых.

– Вы уверены? – решил уточнить регистратор. – Не дозволяется дозаявлять новых участников по ходу турнира.

– А что будет, если кто-то из нас заболеет? – спросил я.

– Будете биться вчетвером против пятерых, – хмыкнул тот в ответ. – Минимальный состав, допущенный к участию, – двое. Но в этом случае проще не явиться на бой. Результат будет тем же – техническое поражение.

– Все равно у нас никого больше нет, – сказал я. – Регистрируйте пятерых.

После подачи заявки мы посидели в «Буйной фляге». Соклановцы рассказали, что в юниорской Арене участвуют лишь действительно сильные кланы. Низкоуровневые даже не рыпаются, чтобы не рисковать тысячей золотых за взнос. Несправедливо? Как сказать, финансовая успешность считается еще одним показателем уровня клана. Тем более вступительные сборы идут в призовой фонд, и без того огромный за счет спонсорских денег.

Организаторы же зарабатывают, продавая права на трансляцию Арены в реал, и получают деньги от рекламодателей, контракты с которыми заключаются на годы вперед. Вполне логично, учитывая золотоносность подростков. В необязательном классе маркетинга, который я посещал, рассказывали, что мы самый лакомый кусок пирога на рынке. Мол, какие бренды полюбим в этом возрасте, тем и будем хранить верность до конца жизни.

В таверне сидели недолго, там объявилась «Аксиома», и конфликт разгорелся с новой силой. В итоге я увел друзей, но подначки Большого По так задели соклановцев, что все загорелись прокачивать командное взаимодействие, и весь оставшийся вечер ушел на тренировки на Полях боя.

К десятой игре наш тимплей прилично улучшился, особенно если сравнивать с первыми попытками, а мы стали настолько уверенными, что в каждой битве сразу брали лидерство в свои руки и командовали всей десяткой. Инфект таскал флаги, мы с Бомбовозом, Тиссой и Краулером защищали свой и так в этом преуспели, что даже несколько раз выиграли.

После этого мы вернулись в Тристад. Скопировав внешность Краулера, я прыгнул на остров Бегемота в Болотине, чтобы расспросить его о классовых навыках. Божество пообещало наделить дополнительными способностями сразу после постройки храма, но какими именно, не сообщило.

– Я приму решение по ситуации, – пророкотал Бегемот, исчезая.

Он окончательно утвердил меня в мысли, что предвестник – абсолютно непродуманный класс. Скорее всего, ИскИн генерирует квесты, навыки и историю Спящих на ходу. Впрочем, насчет последнего не уверен.

После полуночи, проснувшись после полудремы, я попрощался с Бегемотом и прыгнул в Тристад. Дошел до таверны и, спотыкаясь, поднялся в снятую комнату.

Сквозь приспущенные веки нашел за окном новую цель и принял ее облик…

Улучшен навык имитации: +1! Текущий уровень: 5.

На текущем уровне имитируется: класс, уровень, экипировка, внешность и данные персонажа.

Да! Идея сработала! Достигнутое заставило проснуться окончательно – я научился копировать еще и системный текст над головой: ник, имя, расу и клан. Теперь можно прикинуться кем угодно, причем без отката, лишь бы цель была в пределах видимости.

Я направился в общий зал, чтобы найти хоть кого-нибудь из «Аксиомы». Подставлять никого другого не хотелось. В полупустом зале, где уже даже музыка не играла, Большой По и его офицеры сидели, как обычно, в дальнем конце под Куполом безмолвия. Лидер «Аксиомы» вскочил на ноги и, багровея лицом, заорал на своих. Однако что он кричал и о чем, из-за купола слышно не было.

Не став заморачиваться, я быстро сымитировал вождя 22-го уровня Полинуклеотида и вернулся в личную комнату. Оставив там персонажа, вышел из Диса и лег спать.

Ранним утром, едва поднявшись, я сразу связался с друзьями:

– Сегодня будет два Больших По. Один – в реале, в школе… – Выдержав паузу, я дождался нетерпеливых понуканий и, улыбаясь от уха до уха, сказал: – А второй, вместе с другими «пробужденными», будет проходить охраняемое подземелье «Улей сарантаподов»!

Глава 33. Улей сарантаподов

Утро в Дисгардиуме – лучшее время, чтобы побыть наедине с природой и увидеть, как она просыпается. Как бледнеет, растворяется в небе Геала и восходит алое солнце. В песочнице это редкий момент, когда мир живет собственной жизнью почти без участия игроков. «Почти», потому что мы в полном составе в игре: соклановцы ждали сигнала в Тристаде, пока я приближался к Куцему Вражеку.

Пару минут изучал обстановку: на дне прилично увеличившегося оврага было тихо, только шептались двое из «Аксиомы». Парень, Детрове, развел костер и собирался готовить кофе; девушка, Энамаси, громко зевала и потягивалась.

– Скорее бы закончились эти дежурства, – пожаловался Детрове. – У меня уже два страйка в этом семестре!

– И что? – вопросила девушка. – Расслабься, Первое убийство – огромный задел на будущее. Даже если мы не в основе, это усилит клан! В большом Дисе нам всем будет проще… По?

Глаза Энамаси распахнулись при виде подходящего к ним лидера клана Полинуклеотида.

– Эна, Дет, я снимаю вас с дежурства, – сказал я, переняв манеру Большого По сокращать имена.

– Но почему? Что случилось? – возмутился парень, только что так переживавший из-за пропуска занятий. – Все нормально, По?

– Наши нахватали слишком много страйков, – ответил я, придав голосу озабоченный тон. – Давайте валите из Диса – еще успеете к первому уроку. У меня освобождение по болезни, подежурю за вас.

Они еще какое-то время поломались, убеждая меня в том, что их дела в школе в полном порядке, но я видел, что «аксиомовцы» рады. Через пару минут оба вышли из мира.

[07:36] [Клан] [Скиф]: Все чисто. Прыгайте к данжу. Я захожу.

Я вошел в инст и наконец-то выдохнул. Пока ждал соклановцев, примостился у стенки и прикрыл глаза, наслаждаясь несколькими минутами покоя. Ожидание затянулось, и я открыл игровую энциклопедию, чтобы больше узнать о подземелье. Прочитал, что бедолаги-сарантаподы, попав в наш мир, оказались в крайне сложном положении. Они были привязаны к порталу, через который прибыли. Вокруг него распространилась биосфера их мира, но за пределы инста не вышла из-за нехватки ресурсов. Планируемый прорыв наверх должен был стать отчаянной попыткой сарантаподов успешно завершить миссию и призвать их божество – Шог’рассара…

Тихие всплески портала известили о появлении друзей. Они улыбались, Бомбовоз с Инфектом обменивались шуточками, но я не поддержал их игривого настроения. Очень устал за эти дни, и конца края этому не было видно.

Плевать мне и на сам инст, и на боссов. Важно просто пройти его как можно скорее, исчезнуть и вернуться после отката, чтобы получить «Первое убийство». Полезные абилки важнее, чем временные усиления эпической экипировки. Хорошо хоть, когда вырастем из нее, можно будет продать.

– Ориентировочное время прохождения – три часа, – сказала Тисса. – Я знаю одну девчонку из «Аксиомы», она поделилась тактиками на боссов. Если не вайпнемся, уложимся в два с половиной часа.

– Давайте сделаем это за час, – сказал я. – Просто бегите позади и подбирайте лут. Я буду всех ваншотить…

До первого босса, гигантского богомола Ва’Риссы, я добежал с дорожкой из мелких мобов, кишащих за спиной. Друзья их не трогали, чтобы не сорвать агро, я же копил чумную энергию.

Ва’Рисса застрекотала, но этот звук оборвался после первого же чумного Молота. Скопившиеся мобы, более крупные версии Скальных многоножек, облепили меня с головы до ног.

– Гасите массовыми за… – быстро проорал я и захлебнулся какой-то дрянью, забравшейся мне в рот.

Взревев, перекусил сарантапода, выплюнул ошметки и пошел размахивать кулаками. С разгона Рывком в меня врезался Бомбовоз, прибив несколько налипших тварей. Краулер не стал жалеть гниющего друга и залил меня огнем. Я заорал от адской боли, но сквозь зубы – мысль о многоножке в глотке доводила до исступления. Тисса жахнула серией световых заклинаний, а к свисту волшбы и треску пламени добавилось тарахтение призванных питомцев, застрочивших из иглометов. Минуты через две все враги были мертвы.

Передохнув и дав восстановить ману Тиссе и Краулеру, мы двинули дальше и чем дальше пробирались по тесному подземному лабиринту, тем жестче и многочисленнее становились мобы. Инфект насчитал не меньше шести видов, но для меня все они слились в одну колышущуюся массу, жалящую, грызущую и рвущую острыми хитиновыми конечностями на части.

Второй босс, Анто’Рисса, напоминал гигантского муравья с двумя головами по обеим сторонам панцирного туловища. Головы втягивались под броню, регенерируя, а по остальным частям тела урон не проходил, поэтому пришлось помучаться. Анто’Рисса заливала пол кислотой и призывала аддов, которые едва не сложили группу, но, поняв механику босса, я не дал ее головам ни шанса. Обе башки взорвались после ударов чумным Кулаком-молотом, выплеснув бурую жижу.

Наши мучения вознаградились эпическим лутом – хитиновым нагрудником для Инфекта на ловкость. Но он все равно остался недоволен:

– Да блин, что за фигня? От эпика только фиолетовый цвет в названии! Где нормальный шмот?

– Не нравится, верни, – сказал Краулер. – Продадим.

Вор помотал головой и заткнулся. Я же подумал, что Малику сложно угодить. Такому все отдай – будет мало…

Участок подземелья между вторым и третьим боссом оказался коротким, но проходили его мы дольше всего. Разумные сарантаподы понастроили там ловушек, соклановцы гибли один за другим, а однажды, угодив в замаскированную под пол яму, залитую кислотой, полегла вся группа, кроме меня. Тогда-то и пригодился Камень возрождения.

Сколо’Рисса, последний, но пока не финальный босс Улья, смутно напоминала Мок’Риссу. Эти две матки сарантаподов были словно сестры, только первая явно постарше – крупнее, мощнее, матерее. И даже цвет ее ороговевших наростов был темнее.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Механика не преподнесла сюрпризов, а рисковать я не стал – врубил мельницу Комбо и последним ударом оборвал враждебный стрекот. Ее смерть принесла нам четвертый Осколок печати Шог’рассара.

Спустя семь дней, незадолго до Нового года, ранним утром, пока все еще спали, мы повторно прошли подземелье. Куцый Вражек никто не охранял, потому что «Аксиому», по слухам, раздирали внутренние противоречия и скандалы, и от дежурств отказались. А может, им просто перестало хватать людей.

Вторично прикончив Сколо’риссу, мы получили седьмой Осколок печати Шог’рассара. Я объединил все осколки, собрав целую печать, и вставил ее в постамент портала. Он набрался силы, полностью высосав энергию из печати, разрушил ее в труху и многократно увеличился. Пелена портала разорвалась, выпуская финального босса. Так мы выполнили миссию за сарантаподов – вернули их божество в Дисгардиум.

Если босс когда-то и имел человеческий облик, то за вечность в ином мире потерял его. Перед нами предстала колышущаяся масса, напоминающая гигантский бурдюк и обросшая десятками конечностей. От человека осталась только голова размером с половину Мок’Риссы, усыпанная сотнями глаз.

Царственно вывалившись в наш пласт реальности, Шог’рассар распахнул все глаза и очень удивился, вместо слуг увидев нас. Он говорил на всеобщем, но очень сильно шепелявил – видимо, сказывались века, проведенные среди инсектоидов. Хоть бог сарантаподов и потерял человеческий облик, но угрожал нам не хуже дяди Патрика:

– Гнус-с-с-сные человечиш-ш-ш-ш-ки! Сверш-ш-ш-ш-шилось…

Время было дорого, и дослушивать я не стал, убил его с одного Комбо, не пожалев для высокого гостя чумной энергии. Вопреки ожиданиям, босс-бурдюк не взорвался, а просто сдулся, растекся по полу быстро сохнущей слизью.

Шог'рассар, Бог сарантаподов мертв.

Разблокировано достижение «Первое убийство: Шог'рассар, Бог сарантаподов»!

Вы первыми в песочнице одолели финального босса «Улья сарантаподов» Шог'рассара, Бога сарантаподов! Изгнанный из этого пласта реальности Спящими богами древний маг Шог’рассар в другом мире сам стал богом, покорив народ сарантаподов. С тех пор он не оставлял надежды вернуться в Дисгардиум. Сквозь пробитый им межмировой портал он отправил в наш мир передовой отряд сарантаподов, а вскоре явился и сам.

Награда: божественный знак «Защита Шог’рассара».

Слава герою!

Желаете обнародовать свое имя? Это даст +200 очков к репутации с городом Тристадом и +15 очков к известности.

Так мы получили «Первое убийство» за призванного финального босса. Награда не сказать что разочаровала, но ничего сверхъестественного в ней не было, хотя парни со мной не согласились. Получили мы не навык, не шмотку, а ни много ни мало – божественный знак!

Защита Шог’рассара

Божественный знак.

+50% сопротивления урону от инсектоидов.

+100% сопротивления ядам.

Знак сначала выглядел как красная татуировка на предплечье, потом поблек и вовсе исчез. Божественные метки видят только боги. Подозреваю, на мне их стало три, но знаки Спящих и Чумного мора никаких бонусов мне не дают. Просто отметки – мол, этот человечек мой. И еще одна как у «угрозы».

Всего за два прохождения «Улья сарантаподов» мы выбили до фига отличной экипировки. Разок даже сработал шанс на улучшение лута, когда с обычного моба свалился эпический латный нагрудник для Бомбовоза. В сумме мы сорвали куш в пять эпиков и десяток редких вещей. Все на 20-й уровень.

Моим любимым боссом стал первый – Ва’Рисса. С нее мне выпали эпические Поручи Непроглядной Бездны и, в другой раз, эпический Убийственный колчан с бонусом на ловкость, выносливость, урон и скорость атаки из лука.

Больше всех повезло Тиссе. Она получила еще один предмет сета – Одеяние Глубинного зла. Четыре собранные вещи дали ей дополнительный бонус: +15% к магическому урону и +100 к броне.

От «Славы героям» за Первое убийство мы отказались, даже несмотря на то, что охотились сейчас не на меня.

За прошедшую неделю в Тристаде поднялась шумиха вокруг произошедшего в Куцем Вражеке. Как выяснилось, Утес и моя подруга Афродита каким-то образом вынесли обе группы дежурных «Аксиомы», причем почти не прилагая усилий. По рассказам очевидцев, обоих якобы не брало ни оружие, ни магия, а убивали они чуть ли не щелчком пальца. Это привело всех к очевидным выводам: кто-то из этих двоих является «угрозой». В их поисках перерыли всю песочницу, но тщетно. Оба как сквозь землю провалились, а скорее – прятались в личных комнатах, заходя в Дис только на обязательное время.

Получив такие новости, я тут же связался с Евой, чтобы попробовать что-то узнать. Ее семья уже переехала в район классом выше.

Ева ответила, но на мой прямой вопрос о статусе «угрозы» – ее или Утеса – ничего толком не рассказала:

– Конечно, весьма мило, что ты беспокоишься, но переживать не о чем. Понятия не имею, о чем ты говоришь. Мы просто гуляли с Тоби, а те люди стали нам грубить! И Тоби за меня заступился…

– Ну ладно, – сказал я. – Но все же, если ты общаешься с Утесом, скажи ему, что его везде ищут.

– Ну… Ладно, скажу… – Она замолчала.

– Как твои дела, Ева?

– Дела? Все очень хорошо! Очень! Во много раз лучше твоих! – не удержалась от колкости старая подруга.

– Я правда рад за тебя…

Мы поговорили о всяких пустяках, и разговор сложился почти по-старому тепло, мы даже условились как-нибудь встретиться.

Что касается Утеса, у его одноклассников удалось выяснить, что парень все подозрения о статусе «угрозы» отвергает и ведет себя как обычно. То есть никак – общительным его никто и никогда не назвал бы, скорее он был замкнутым и угрюмым. Я предположил, что Тобиас решил отсидеться до выхода из песочницы, но свои мысли держал при себе.

Узнать что-то еще никому из нас не удалось, но я все-таки написал Утесу:

Привет, Тобиас.

Мы не друзья, но я побывал в твоей шкуре. «Аксиома» роет землю, чтобы найти тебя, и если не обнаружит, перекинется в реал, а может, уже успела это сделать. Так что дам совет: не высовывайся.

Скиф.

Ответил он на следующий день: «Знаю. Спасибо».

Учитывая, что мы притормозили прокачку персонажей, а делать в Дисе что-то еще я не привык, появилось много свободного времени. Несмотря на каникулы, я налег на учебу, пару раз слетал с соклановцами на юг поплескаться в Мексиканском заливе, а на выходных встретился с Ритой Вуд. Девушка пригласила попить кофе, а причин для отказа я не видел.

Очень мило пообщались.

– Кстати, ты видел, какой шум подняла «Аксиома»? – спросила Рита. – У них там такое бурление! Говорят, к «Улью сарантаподов» пришел двойник Большого По!

– Ничего себе! – почти искренне удивился я. – И что он сделал?

– Все уверены, что это был Утес. Алекс, я уверена, что он и есть «угроза» A-класса! Сам посуди, он выбил топовых бойцов «Аксиомы», стороживших вход в инстанс, – раз! Научился принимать чужой облик – два!

– Первое убийство – тоже он?

– Конечно!

Перемыв кости Утесу и «Аксиоме», Рита сменила тему и заикнулась о том, что не прочь войти в наш клан, уж больно примечательный лут мы скидываем ей на реализацию. В этот момент мне показалось, что, говоря об Утесе, она все же допускала мысль, что «угроза» – я. Вспотев, не стал ей отказывать напрямую:

– С удовольствием бы тебя принял, – ответил я, – но не уверен, что остальные легко согласятся. Может быть, после выхода из песочницы вернемся к этой теме?

– Я не настаиваю, – пожала плечами Рита. – Но если вы продолжите в том же духе, у «Пробужденных» отличные перспективы в большом Дисе. И тогда… Ни одному клану не помешает свой прокачанный торговец, ведь так?

Не знаю, чего в ее желании к нам присоединиться больше: бизнеса или стремления чаще быть рядом. Она показала себя прагматичным дельцом, но очевидным было и то, что я ей нравлюсь. Недоверие соклановцев не подтвердилось: она вернула отданные ей на хранение эпики. Лук жгучих стрел с Мракисса пришлось, правда, пока отложить в сундук. Он требовал 25-го уровня.

За день до старта наших боев на Арене мы все-таки зашли в Дис на фарм.

Первым делом прошли рейдовый инстанс «Ущелье Горо», ключ к которому залежался с нашего первого дня фарма после зачистки Рудника гноллов. Подземелье населяли только огры, а сам инстанс «дементоры» неоднократно зачищали еще до меня, так что прошли его, как нож сквозь масло. Выбили один эпический пояс, который забрал Инфект.

Накануне мы изучили прогресс команд-противников. Многие скрыли свои характеристики, но средний уровень тех, чьи данные были в открытом доступе, вырос, в сравнении с прошлым годом, до 21-го. Мы решили не отставать и даже взяли с запасом – после инста огров пошли в Болотину, где добили уровни до 22-х, на этом притормозив. На Арене это будет в пределах нормы и не вызовет вопросов.

Излишки опыта сливали подросшим и, я бы сказал, возмужавшим иглоколам. Колючка Тиссы и Хрень Бомбовоза оказались девочками, у них даже цвет туловищ стал нежнее, чем у самцов. Те и стрекотали грубее, и вообще вели себя по-хамски. Игги, например, все время норовил сагриться первым, игнорируя команду находиться рядом и защищать хозяина. Пока бродили по топи, он пару раз умудрился чуть ли не нырнуть под воду, чтобы напасть на голованов. Диковатый он пока.

На 25-м уровне иглоколы достигли размеров взрослой особи и теперь выглядели весьма внушительно. Здоровенные, с теленка размером, и опасные – это тебе не какой-то там карманный Нивельский шпиц, кои из-за дешевизны стали самыми распространенными питомцами в Дисе. Те только тявкать и умеют, хотя вроде тоже считаются боевыми питомцами. Ага, боевыми. Против тапок?

Нигде, кроме подземелий и Болотины, иглоколов мы не призывали и не собирались этого делать. Грозная пятерка станет нашим оружием последнего шанса.

Каждый иглокол приобрел собственную абилку. Игги мог издавать Смертельный стрекот – массовый стан всех врагов в радиусе десяти метров на одну секунду. Вроде мелочь, но эта секунда способна изменить исход боя.

Хоботок забрасывал в цель не одну личинку, а сразу две. Хрень научилась разливать под ногами противника лужицу замедляющей слизи, наносящей урон. Колючка – щетиниться, как дикобраз, и атакующий сам получал урон даже на расстоянии – такая вот магия.

Нам в головы закрались мысли о том, что ИскИн отреагировал на клички питомцев. Подозрения подтвердились, когда Чужой при получении ран стал фонтанировать кислотой.

– «Сноусторм», вы серьезно? – восхитился Краулер. – Личинки, кислота…

– Эх, – позавидовал Инфект. – Надо было мне тоже как-то так назвать… Хищник!

– Не-а, поздно, – вздохнул Бомбовоз. – Быть ему Хоботком!

Закончив с прокачкой, мы отправились в город, чтобы докупить недостающие элементы экипировки. Общим решением постановили не тратиться на эпики – просто сменили синие низкоуровневые шмотки на актуальные, рассчитанные на наши уровни. Уложились в полторы тысячи золотых.

Экипировавшись, наша группа перестала напоминать бомжей. Наоборот, своим видом мы теперь внушали уважение большинству игроков песочницы. Бомбовоз даже заикнулся о трансмогрификации экипировки под какой-нибудь красивый комплект, чтобы не ударить в грязь лицом на Арене.

– Тысячу голды или даже больше трансмогрификаторам только за то, чтобы ты там покрасовался? – усмехнулась Тисса. – Может, ты еще макияж себе наложишь? Волосы завьешь? Ты боец или «красивый»? И вообще, я хоть и девочка, но даже не задумывалась об этом.

«Красивыми» называли тех, кто смыслом жизни сделал внешние данные. Эти ребята были заточены на заботу о физическом совершенстве и красоте. В ход шло все: от пластики до банальной косметики. Вроде бы ничего необычного, но они вообще не видели берегов. Так и говорили: «Красота не имеет границ». Некоторые ими восхищались, но мы не видели в их действиях смысла. Понятно, Дениза Ле Бон, которая зарабатывает красотой, но зачем это рядовому дизайнеру ресторанных меню?

Устыдившись, Ханг тут же дал задний ход и почему-то стал извиняться перед Тиссой. Женская магия, не иначе: виноватить парней на ровном месте так, чтоб это каждый раз срабатывало.

– Ладно, закругляемся, – сказал Краулер. – Надо выспаться перед завтрашним днем.

Начинались отборочные игры юниорской Арены. Она, вообще-то, уже стартовала, но наши первые бои должны были состояться только завтра.

Попрощавшись, друзья вышли из игры. Я же остался – из головы не выходили слова Бегемота, и мне хотелось проверить кое-что еще.

Глава 34. В единстве сила

Начался третий день юниорской Арены – и первый для отборочной группы, где собрали пять команд из песочниц нашего региона.

За пару часов до боя нас призвали в Дарант. Телепортация активировалась так же, как на кулинарном турнире, нажатием на печать в пригласительном письме. Жаль, что большой Дис ограничивался для нас только пределами главной Арены Содружества. Выход в город блокировался незримыми стенами.

Мы побродили по зданию, заглянули в сувенирный магазин, полюбовались финальными поединками прошедших турниров, поглазели на движущиеся портреты чемпионов разных лет, а потом пошли готовиться в выделенной нам комнате.

Расположившись в креслах и на диване вокруг столика с прохладительными напитками, мы ждали, когда закончится бой соперников по группе: «Аста-Расты» и «Изумрудного сна». Наблюдали мы за поединком по Шару Эгерии, подвешенному под потолком.

Эд, поглядывая на дерущихся противников по группе, занялся тем же, чем и перед любым важным боем, – принялся проговаривать тактику. В данный момент он изо всех сил готовил нас выступить против первого противника, команды клана «Корпус тьмы».

– Еще раз! Глушим «танка», быстро сносим «тряпок». Последними добиваем «рейнджей». А теперь конкретно…

В Дисе слишком много классов. Так что глобальной градацией бывшие «дементоры» не заморачивались: «танки» – любые персонажи с наибольшим количеством брони и жизни; «тряпки» – маги, жрецы, чародеи и им подобные в тканевых одеяниях; «мили» – бойцы ближнего боя; и «рейнджи» – соответственно, дальнего. А еще «саппорт» (то есть классы поддержки): барды, инженеры, феи, знаменосцы, целители – в общем, все, кто больше усиливал союзников, чем наносил урон.

– Скиф, как сблизимся, сразу врубай Жуткий вой, разрядим им медальоны. Инфект ошеломит паладина, и все вливаются в него до «пузыря». Скиф, важно, чтобы ты его тормознул до его неуязвимости! Бом с Инфектом в это время рвутся к магу и жрецу, Тисса их держит, а мы со Скифом возьмем на себя следопыта и охотника, одновременно будем кайтить пала. Как выйдет из пузыря, сразу фокус на нем, Скиф! И не забывай про Замедляющие выстрелы!

– Давайте я из лука просто сразу кончу их хилера? – предложил я. – Никто и не поймет…

– Алекс, я тебе сто раз говорил и скажу в сто первый! Как бы ни сложилась ситуация, ни в коем случае!.. – Краулер беззвучно зашевелил губами, не говоря вслух про мои экстраординарные способности, но имея их в виду, а потом зашипел: – Завтра все логи боев будут изучаться под лупой. Аналитики, заметив любое отклонение от нормы, обязательно заострят на нем внимание. От этого до интереса «учителей» – доли секунды…

– Да понял я, понял, – огрызнулся я.

На чемпионате мира среди зануд Краулер взял бы первое место. С нашего первого Поля боя, когда я, психанув, пошел всех крушить чумой, он каждый день нудел о недопустимости подобного, ведь был заинтересован в развитии потенциала «угрозы» чуть ли не больше меня.

– Просто помни, если проиграем, потеряем всего лишь твоего легендарного пета. Он дорог, не спорю, но ставки на порядок выше, понимаешь? – говорил он мягко и спокойно, будто втолковывал что-то своей младшей сестренке Полианне.

– Хорошо. Не волнуйся, я буду действовать как лучник. Даже кулаки использовать не стану.

За счет задранных основных характеристик, 75-го уровня Стрельбы из лука и развитых новых выстрелов, которым меня обучил наставник Конрад, я мог драться на Арене как настоящий лучник.

– Даже?! – воскликнул Бомбовоз. – От твоих Молотов вековые деревья рушатся, и кто поверит, что ты лучник?! Спалишь «гражданство»!

– Палить – это по части Краулера, – отшутился я.

– Жаль все-таки, что мы не накопили на Медальоны гладиатора, – вздохнула Тисса. – Они есть у всех топовых команд.

Остальные печально вздохнули. Медальоны, снимающие эффекты контроля раз в пять минут, можно купить только за Знаки доблести, и мы надеялись, что в первых боях удастся обойтись без них.

– Для всех, кто только присоединился к нашей трансляции: э-э-э-то-о-о Ар-р-р-ре-е-н-на! – прорычал бессменный комментатор Дариуш Ковальски по маго-визору.

Дариуш не игрок, но человек. «Сноусторм» переманил его из Мировой лиги боевых роботов лет десять назад, и с тех пор все состязания комментировал только он в компании приглашенного гостя.

– Арена, но юниорская, – заметил Рэм Мей, второй комментатор. – Напоминаю зрителям, что в ней участвуют только игроки подростковых песочниц!

– Ох уж эти подростковые бои, – засмеялся Ковальски. – Бессмысленные и беспощадные!

– Здесь я с тобой не соглашусь, коллега, – сказал Рэм. – Множество чемпионов взрослой Арены вышло из таких вот песочниц…

– И ни одного в составе «Модуса»! Действующих чемпионов! – перебил его Дариуш. – Никто из них не блистал в песочнице, но скажи, Рэм, чьи лица в небе ты видел, когда летел в студию? Команды «Модус»!

– Это да. Но я тоже могу кое-что напомнить. Двенадцать лет назад на этой самой Арене чемпионом стал один пятнадцатилетний мальчишка. Его звали Магвай. Помнишь такого?

– Кто не знает лучшего игрока мира? – смутился Дариуш Ковальски, но тут же взял себя в руки. – Мы отвлеклись! Итак, продолжаем отборочную серию игр следующим боем…

– На Арену вызываются команды кланов «Пробужденные» и «Корпус тьмы»! – раздалось в комнате. – Минутная готовность!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, одновременно поднялись. Двадцать секунд ушло на то, чтобы экипироваться, и мы стояли, ожидая, когда нас пригласят на поединок, – стянувшись в круг, обнявшись и склонив головы.

– Клан «Пробужденные», представляющий Тристад, встретится с «Корпусом тьмы» из Эбенгарда, – затараторил Дариуш. – Обе команды из отборочной группы NA-12. Всего в ней пять команд. Все сойдутся в бою друг с другом. За победу начисляется одно очко, за поражение – ноль. Две лучшие команды группы выйдут в основную сетку плей-офф, откуда начнут свой путь к званию чемпиона этого года!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Ш-шу-у-ух-х! Только что мы находились в тишине, а в следующее мгновение оказались на стартовой позиции Арены, бурлящей от зрителей.

Пара секунд ушла на то, чтобы перестроить зрение. Нас перенесло так же, как мы стояли, кругом. Разделившись, мы сначала осмотрелись, ведь ландшафт боевой зоны каждый раз генерировался случайным образом. Все выглядело настоящим, да оно таким и было – маги просто копировали реально существующий участок местности. Справа виднелся заброшенный трехэтажный дом, слева – заросли колючего кустарника с Опасными мухоловками, а в дальнем от нас конце поднимался непроглядный лес, где виднелась стая Свирепых волков 19-го уровня – мобы на Арене служили неожиданным элементом, который требовалось учитывать в стратегии. В центре поля боя возвышался раздвоенный холмик…

– Народ, вы видите их уровни? – нервно спросил Инфект.

Бездна! У противников были 23-и уровни! Осознать это мы не успели, потому что комментатор Дариуш закричал:

– Мы расскажем вам о составах команд сразу же, как только начнется бой! А сейчас… Три! Два! Один!

– Деритесь! – взорвались трибуны.

Как и намеревались, сразу после «Деритесь!» мы пошли на сближение. Не сработал мой Жуткий вой – у врагов нашлось, чем моментально снять Страх, но, что бы это ни было, оно ушло на откат. Инфект из стелса успешно ошеломил паладина, и мы разделились: воин и вор рванули на «тряпок», а мы с Краулером расстреляли паладина. Тот закрылся «пузырем» за мгновение до того, как в него влетела тормозящая стрела, и рванул на нас.

Пока Инфект и Бомбовоз добежали до мага, скрывшегося в доме, тот сотворил четыре иллюзии. Как оказалось, следопыт разбросал вокруг дома ловушки, на которых наши и подорвались. Тисса метнулась им на помощь, но вражеский охотник захватил удобную позицию на возвышенности и натравил на нашу жрицу медведя, который не давал ей хилить парней и гонял по Арене. Вражеский маг в это время из укрытия добивал застрявших в капканах Инфекта и Бомбовоза.

Краулер схлестнулся со следопытом, я атаковал охотника, но тут на нашего мага набросился неуязвимый паладин. Краулер ушел Скачком, но недалеко, и паладин перехватил его чем-то, подтащил к себе, при этом оставаясь неуязвимым, и обрушил на мага серию ударов.

Я тупо не знал, что делать, тем более и охотник ушел из зоны досягаемости моих выстрелов, так что я начал стрелять во всех подряд…

В общем, сложили нас одного за другим – под улюлюканье зрителей и едкие комментарии Дариуша – стремительно и профессионально. Я, честно, растерялся и умер последним только за счет быстроты ног, Каменной кожи и высокой Устойчивости. Короче говоря, первые секунд десять боя удались на славу, а дальше все пошло наперекосяк. Пока меня пытались добить, я сумел все-таки отправить на перерождение их охотника, но, если честно, мы слили вообще без шансов.

– Короче, Скиф! – зло говорил Краулер в подтрибунном помещении, пока мы ждали следующего боя. – Для кого мы продумываем тактику? Почему ты оставил пала? Ты должен был тормознуть его Замедляющим выстрелом до «пузыря»!

– Так я стрельнул, но он закрылся!

– И напал на меня! А будь он замедленным, не добрался бы! Да и потом, у тебя скорость выше, мог бы закайтить!

– Одна ошибка – и слив! – рубанул ладонью Бомбовоз. – Ты понимаешь, Скиф? Краулер почти добил их следопыта и, если б не паладин, прикончил бы, а потом помог тебе с охотником. Все! Хорошая игра, всем спасибо! Впятером без проблем справились бы с остальными!

– Так, парни, спокойнее, – сказала Тисса. – Одно поражение ничего не значит, проехали. А ты, Алекс, будь внимательнее и следуй плану. Думай! Что по следующему противнику?

– «Изумрудный сон»? Если мы и им продуем, можно на следующие бои не приходить, – пробурчал Инфект.

– Ага. У этих отморозков даже хилера нет! – рявкнул Краулер. – Короче, слушайте тактику внимательно, особенно ты, Скиф!..

Клан «Изумрудный сон» казался слабее, чем «Корпус тьмы», и мы надеялись реабилитироваться. И вроде не зря, потому что в первом туре наш противник тоже проиграл – клану «Аста-Раста».

– Короче, их состав, – начала Тисса. – Стрелок, чернокнижник, разбойник, шаман воды и лучник. Команда явно несбалансирована, и если нейтрализовать рогу, с остальными справимся.

– И все равно давайте осторожнее, – сказал Краулер. – Предлагаю драться от обороны. Держаться будем вместе, чтобы Скиф мог использовать Жуткий вой чаще и на как можно большем числе соперников…

Предложенную магом тактику приняли и действовали осторожно. В начале поединка нам удалось вытащить из инвиза дерзкого вражеского разбойника, зашедшего со спины. Загнав его в стан, больше оттуда не выпускали и, убив рогу, получили численное преимущество.

Соперник, казалось, потерял голову, окружив нас и начав палить по кому попало. Грохотали выстрелы, свистели стрелы, шипели темные заклинания… «Изумрудный сон» атаковал с дистанции, причем не фокусируясь на одной цели, это показалось глупым. Тем более и Жуткий вой был наготове…

Я завыл, но враги или не попали в зону действия, или сразу же сняли Страх, тут-то и выяснилось, что они специально атаковали нас всех сразу. Противники одновременно переключились на Тиссу и снесли ее быстрее, чем мы опомнились.

Потом под раздачу попал Краулер. Пока он пытался уйти от кругового обстрела, Бом разметал стрелка и лучника, а мы с Инфектом вгрызлись в их чернокнижника… и через секунду сами побежали в Страхе к краю поля боя, где сагрили пак Зловонных гиен 20-го уровня.

Вражеский лок, получив свободу действий, призвал Демона бездны, который связал боем Бомбовоза. Краулера убили, пока мы с вором бегали в стороне и отбивались от гиен, а когда вернулись, наш воин уже пал под огнем рейнджей и от размашистых ударов пламенеющей алебарды демона.

Инфект слился в самоубийственной атаке на шамана воды, которого я прикончил, по традиции уже оставшись один.

А потом добили и меня.

***

Сразу после позорного поражения нас отправили в родную песочницу. Мы были настолько опустошены, что не стали садиться в общем зале «Буйной фляги», а поднялись в снятую комнату. Не хотелось терпеть насмешки других игроков, тем более Большого По.

Хотя и «Аксиома» начала Арену не лучше нас, слив оба боя. В первом поединке они разгромно продули юниорской команде «Модуса», «Т-Модусу», а во втором по глупости сами отдали победу – убили двоих, оставшись в полном составе, но вместо того чтобы отступить, залечить раны и спокойно вынести троицу противников, кинулись добивать. Не смогли, подорвались на магической мине и застыли на десять секунд. Соперникам этого хватило, чтобы обратить результат в свою пользу.

До решающих двух боев оставалась неделя, но, если что-то не придумать, мы и их проиграем. То ли скилла нам не хватало, то ли опыта PvP, то ли сыгранности. А может, всего вместе.

Турнирная таблица нашей отборочной группы выглядела так:

Всемирная Арена. Юниоры (до 16 лет)

Группа NA-12 (победы / бои)

1. «Корпус тьмы» из Эбенгарда – 1 / 1.

2. «Волки Кальи» из Питерборо – 1 / 1.

3. «Изумрудный сон» из Хиджала – 1 / 2.

4. «Аста-Раста» из Азшары – 1 / 2.

5. «Пробужденные» из Тристада – 0 / 2.

Из группы выходят только две команды, и даже если мы победим в оставшихся боях, не факт, что займем место выше третьего.

Когда царившее молчание стало совсем тягостным, Краулер предложил:

– Ладно, давайте все успокоимся и спокойно проанализируем?

«Спокойный анализ», прошедший в криках и спорах, привел нас к следующим выводам. Нам не хватало сыгранности, а компенсировать ее было нечем – все участники экипировались не хуже нас, а кто-то и намного лучше, ко всему еще и уровнями нам никто не уступал. Наш 22-й был нижним пределом, и это стало сюрпризом. Оказалось, что заявленные параметры участников фиксировались на момент регистрации, а за время до начала Арены все активно качались.

Все мои убер-плюшки использовать было нельзя: ни чумную энергию, ни Болотных иглоколов, ни тем более проклятие нежити. За счет высокой Устойчивости и бонуса к скорости передвижения меня убивали последним, но командная Арена – не турнир одиночек. Гордиться нечем.

Единственной необычной способностью, что я использовал, был Жуткий вой, но погоды он не делал: у всех соперников нашлось, чем снимать эффекты контроля. А вот насчет иглоколов мы поспорили.

– Я не понимаю, почему мы не может использовать петов?! – заныл Инфект.

– Логическая цепочка, – сказал Краулер, глядя на него. – Иглоколы «Пробужденных» – Первое убийство Чаф – кто-то в нашем клане «гражданин». Нет, я против.

Против были я и Тисса, Бомбовоз сомневался, и только Инфект, страстно желающий победить, продолжал настаивать, но и он отказался от идеи, оказавшись в меньшинстве. Верно говорил Эд, ставки слишком высоки. Если и рисковать, то за что-то большее, чем легендарный маунт.

Выплеснув эмоции, мы снова надолго замолчали.

– Ладно, не кисните, – нарушил я гнетущую тишину. – Есть у меня один запасной вариант. Пока не знаю, удастся ли реализовать. Слишком много «если», но, может, сумеем что-то придумать совместными усилиями.

Друзья встрепенулись, а Бомбовоз в возбуждении по привычке врезал мне по плечу, но остановился, не понимая пока, есть ли повод для радости.

– Говори, – потребовал Краулер.

– Дело было так… Вчера, вы все свалили спать, а я решил проверить одну старую идейку. Она пришла мне в голову, когда мы разбирали давний инцидент с «кидаловом» Криса и Риты Вудов, помните? Как раз перед выходом на наш первый фарм. В тот день я на нее забил, решив, что проверка займет слишком много времени…

Я рассказал, как после разговора с Бегемотом снова задумался о храме. Оставшись один, освободил инвентарь, запасся зельями и отправился пешком на запад. Преодолел речные земли мурлоков и владения нагов и вырвался к Бездонному океану. Бежал я так быстро, что сагрившиеся мобы отставали, не выходя за пределы своей территории.

Квестовая метка на карте показывала, где я должен отыскать руины древнего святилища – место силы, расположенное ближе всего к Спящим. Примерное расстояние я оценил в сто двадцать километров. В жизни столько не пробежал бы, если бы не игровые условности. Дыхалка была заточена на выносливость, а скорость передвижения у меня с 70%-м бонусом. Решил, что добраться вполне реально, лишь бы прокатило.

Выпив Зелье хождения по воде, я побежал к метке. Что там находится, из-за тумана на карте я не видел, но был уверен, что найду остров.

Когда позади остался километр, меня настиг дебаф Изнеможения. Жизнь стала таять, и если первый тик снял лишь 1% жизни, то дальнейший урон только нарастал. Грозное уведомление утверждало, что если не поверну обратно в песочницу, то неотвратимо погибну. Конечно, я двинул дальше, врубив проклятие нежити.

Уже светало, когда я добежал. Вернее, доплыл – все зелья закончились, и пришлось качать Плавание, оно повысилось до 66-го уровня.

Соклановцы слушали меня затаив дыхание.

– В итоге я открыл остров. Система предложила дать ему новое или вернуть забытое название бывших обитателей – Кхаринза. Я не стал мудрить и согласился на старое.

– Назвал бы «Остров Скифа», – улыбнулся Инфект. – Или «Остров Пробужденных»! Эх ты, лапоть!

– Слушай дальше, остряк. За уважение, проявленное к аборигенам, получил триста очков к репутации с фракцией Ушедших. Хрен его знает, кто это, но все равно круто, да?

– Посмотрел в игровой энциклопедии. Ни единого упоминания Ушедших, – тут же откликнулся Краулер.

– По однокоренным словам тоже ничего, – покачала головой Тисса.

– Ладно, слушайте дальше. Бродил я там, бродил и добрался до места, отмеченного на карте. Какие-то руины с непонятными знаками, все заросло на фиг, и черт его знает, что с этим делать. Я покрутился вокруг, но так и не сообразил. К тому моменту мой мозг отказал полностью. Оставлять персонажа там не стал, вернулся в город и вышел из Диса. Потом до обеда отсыпался, чуть не пропустил Арену.

Какое-то время соклановцы переваривали услышанное. С одной стороны, проложенный путь к острову давал надежду на постройку храма, ведь у нас есть телепорт, а с другой… Слишком мало времени и слишком смутны перспективы находки. Так что одноклассники захотели получить больше исходных данных:

– Какой там уровень мобов? – деловито спросила Тисса.

– Насколько большой остров? – одновременно с ней задал вопрос Краулер.

– Офигеть! – воскликнул Инфект. – Может, там даже новый данж есть?

И только Бомбовоз промолчал. Он сидел, опустив голову, и о чем-то думал. Дождавшись, когда все заткнутся, пробасил:

– Успеем еще там пофармить, если, конечно, есть что фармить. Я о другом…

– Это вряд ли, – не дал я договорить Бомбовозу. – Изнеможение не слетело с меня и на острове. Можно, конечно, рискнуть и портануть вас туда…

– А давай, – легко согласились друзья.

Меньше чем через три минуты мы вернулись в Тристад – стоило нам оказаться за пределами песочницы, как жизнь начала утекать. Молча добрались до таверны и вскоре снова сидели там же, откуда прыгали на остров Кхаринза. Даже места заняли те же.

– Я продолжу? – невозмутимо спросил Ханг, дождался кивков и заговорил: – Хорошо. Так вот, все вы, кроме Скифа, понятно, думаете не о том. Он-то как раз молодец. Вспомните, что говорил Бегемот? В единстве сила. Откроем храм, сможем стать последователями Спящих.

– Ну и где мы наберем столько народу, чтобы от этого был прок? – спросил Краулер.

– Набрал же Скиф без нас двенадцать последователей? Было бы предложение, а желающие найдутся, так ведь? По неписям прошвырнуться…

– По неписям? – с сомнением протянула Тисса. – Ты серьезно? Тристад под Нергалом, там ловить нечего. У Охотников на монстров свои боги, а…

– NPC не нужны, – перебил я. – Пару недель назад я общался со знакомыми негражданами в Олтонских каменоломнях. Там один работяга выкопал медное колечко на плюс два к силе. Так вы не представляете, сколько народу ему завидует! Даже такой мизер для них – повышение продуктивности, а значит, и дохода. Реального, замечу, на который они кормят свои семьи. А неграждане отыгрывают не только рудокопов. Уборщики, строители, каменщики, дровосеки, плотники…

– Ну, допустим, строителей мы найдем. Среди неграждан их немало – популярная рабочая профессия. Но что ты предлагаешь? Слетать в какие-нибудь трущобы оницо и покричать на улице? – саркастично поинтересовалась Тисса. – Веруете ли вы в Спящих? Уверуйте же, помогите нам отстроить храм и получите плюс к характеристикам!

Краулер, глядя на нее, улыбался. Когда девушка закончила ерничать, он сказал:

– Тисса, двадцатью секундами ранее Скиф во всеуслышание объявил, что у него есть знакомые рудокопы. Смена у них уже закончилась, так что можем пообщаться завтра.

– К чему ждать завтра? Полетели сегодня. Я знаю, где найти их в реале.

– Э… Ты серьезно? – вытаращился Инфект.

– Это опасно! – воскликнула Тисса.

– Куда лететь? – скрестив руки на груди, спросил Краулер.

Ответил я сразу всем:

– Серьезно. И не очень опасно. А лететь надо в Калийское дно…

Полчаса мы собирались, потом три часа летели. Приземлившись на крыше дома Трикси и Мэнни, вошли внутрь. Потом долго плутали по коридорам и, только одарив какого-то мальца пачкой жвачки, нашли каморку старика Фуртадо.

Хозяин усадил нас пить чай. Правда, места было всего два: мне и деду. Пока одноклассники жались к стенке, не участвуя в беседе, Трикси их о чем-то пытал, гипнотизируя Тиссу. Девушка смущалась, но терпеливо отвечала на по-детски наивные вопросы карлика о мире за пределами Калийского дна.

Я же рассказал о своей задумке деду Трикси. Тот вызвал братьев Алмейда: Мэнни и Хэнка, который, впрочем, не явился.

– Брат теперь круглосуточно в капсуле, – объяснил Мэнни отсутствие Хэнка. – Корпорация предложила ему улучшенные условия контракта, но надо подолгу сидеть в Дисе.

Вникнув в идею Единства, Мэнни чрезвычайно взволновался и кликнул друзей и коллег. Через четверть часа в маленькой клетушке старика Фуртадо стало невыносимо тесно, и все заинтересованные лица перебрались на крышу. Мы, Мэнни, Трикси с дедом и еще пять человек. Все трудились в нашей песочнице, и если б не это условие, собрался бы весь район.

В Калийском дне наступили сумерки, прохладный ветерок разогнал малышню, и мы заняли детскую площадку.

– Все вы знаете Алекса! – проникновенно заговорил Мануэль. – К нему хорошо относился покойный Клейтон, он помог мне и всегда уважительно относился к каждому из нас. В Дисе он Скиф, вы его наверняка видели в «Буйной фляге». Парень заслуживает доверия и… нашей помощи. Тем более она станет взаимовыгодной! Кто знает, может, для нас это будет тем самым шансом на лучшую жизнь, о котором мы мечтали? Но обо всем по порядку. Рядом с Алексом его товарищи…

Одноклассники представились, и Алмейда продолжил:

– Все, что вы услышите, должно остаться между нами. Даже родным ни слова! Если информация просочится хоть где-то, хоть намеком, все пойдет крахом! Это всем ясно?

Народ отреагировал согласием. Тогда Мэнни попросил меня повторить то, что я рассказал ему.

– Э… – уверенно начал я. – Всем привет! Дело такое. В Дисе появились новые боги. Спящие. Так вышло, что мы получили от них квест на восстановление храма. Место находится за пределами песочницы, и нам туда не попасть, наши персонажи до совершеннолетия привязаны к песочнице Тристада. Да и строителей и каменщиков среди нас нет…

– Еще бы, – фыркнул широкоплечий мужик в кепке. – Зачем, если есть мы…

На него зашикали, но я успокаивающе поднял руку и обратился к нему:

– Простите, как вас зовут?

– Дьюла, – буркнул мужик.

– Дьюла, сколько вам лет?

– Сорок восемь.

– А мне пятнадцать. Систему гражданства придумало ваше поколение, а не мое. Хотите найти виноватого, ищите среди них.

Побагровев, Дьюла сплюнул, что-то прошипел и направился прочь, но его остановил Мэнни:

– Дослушай, Дьюла! Богом клянусь, ты не пожалеешь! – Склонившись ко мне, он негромко сказал: – Он же прокачанный строитель! У нас таких больше нет!

Мэнни вернул Дьюлу и принялся с ним шептаться. Неловкую тишину нарушил звенящий голос Тиссы:

– И вообще, мы еще даже тестов на гражданство не прошли! А вы нас обвиняете? Знаете, как мы хотим вам помочь? Да у вас все изменится!

Трикси, не отрывавший от нее взгляда, вдруг выскочил в центр сборища и закричал:

– Мелисса хорошая! Алекс хороший! Ханг хороший! Эдвард хороший! Малик хороший! Они хорошие! Хотят помочь!

Он повторял эти слова раз за разом – похоже, его заклинило. Внимание всех было приковано к нам. Мэнни призвал карлика к порядку, а остальных попросил говорить тише. Когда воцарилось молчание, я перешел к сути…

Примерно через час все было решено. Мы нашли трех надежных строителей, и у одного, того самого Дьюлы, даже был проект храма.

Дело оставалось за малым – найти на острове строительные ресурсы и обеспечить охрану. У рудокопов персонажи 1-го уровня, их любой агрессивный воробушек заклюет до смерти.

Глава 35. Первый храм

Чтобы не терять время, уже после полуночи мы с Мэнни и Дьюлой встретились в «Буйной фляге», отошли в безлюдное место и оттуда перенеслись на Кхаринзу. Бывших «дементоров» тащить с собой смысла не было – и двух минут не продержатся, погибнут ни за что.

Перенос Глубинной телепортацией произвел на работяг ошеломляющий эффект. У Мэнни даже голова закружилась, и он присел. Дьюла замер, боясь пошевелиться:

– Здесь точно нет мобов?

– Не знаю, пока не видел ни одного. А что?

– Наши капсулы без болевых фильтров, – буркнул строитель.

Так оба и держались возле меня, надеясь в случае чего найти во мне защиту.

Втроем мы блуждали по ночному острову и в глубине джунглей, ближе к скальной гряде, обнаружили пригорки. Там нашлись и камни, из которых можно было вытесать строительные блоки, и какие-то редкие руды.

Мэнни профессионально повел горбатым носом, поработал киркой и выдал вердикт:

– Концентрация руд неимоверна! Странно, что сюда еще не явились горнодобывающие компании! Вижу следы мифрила, но добыть не могу. Степени ремесла не хватает. На медных рудниках сильно не прокачаешь. Может, здесь есть адамантит? С самоцветами, думаю, тоже богато… Эх, сюда бы наших притащить…

Бешеный рев прервал возбужденный ход его мыслей. Донесся топот. Размеренный, гулкий. С каждым шагом неведомого исполина земля тряслась все сильнее, а потом, проломившись сквозь высоченные деревья, появился он. То есть мы так подумали, но в действительности это была одна нога. Задрав головы, мы увидели всю громаду целиком.

Выбравшись из леса, он остановился и издал леденящий душу рев. Иссиня-черный, высотой метров тридцать, с колоссальными лапами-колоннами и длинной мощной мордой. В ярком свете местной луны Геалы особенно выделялись чудовищные клыки монстра.

Монтозавр, зверобог ???-го уровня

Древний ящер.

Глобальный босс.

Босс был настолько силен, что я не смог определить его уровень! Расстояние между нами измерялось несколькими сотнями шагов, но эффект рева все-таки нас зацепил – оглушило на пару секунд. Вернуться в город мы не могли, Глубинная телепортация не откатилась. И произойти это должно было нескоро – мы ведь только-только сюда прибыли.

Едва оглушение спало, я скороговоркой выпалил план действий:

– Мужики, я отвлеку его и утащу подальше отсюда. Вы же бегом к святилищу! Оттуда выходите из Диса. Встретимся завтра – после школы я прилечу к вам. Обсудим, что да как.

Рванув к Монтозавру, я привлек его внимание и побежал подальше от работяг. На бегу запулил в босса Замедляющим выстрелом, влив в него весь объем чумного резервуара на сто тысяч единиц. Стрела бессильно отскочила от бронированной груди монстра. Эффект замедления и урон от самой стрелы, разумеется, не прошли.

Вы нанесли критический урон Монтозавру: 100 000!

Очки жизни: 59,9 млн / 60 млн.

Нашла коса на камень! Шестьдесят миллионов жизни! Я только подумал, как долго мне придется его пилить, чтобы прикончить, но разочарованно выдохнул: у босса была бешеная регенерация. Сто тысяч урона восстановились за три биения сердца.

Включив запись, я снял, как громадная туша издает Леденящий рев и не торопясь движется ко мне, парализованному Ужасом.

Ужас спал, и я помчался по трясущейся и уходящей из-под ног земле. Но далеко уйти не удалось. Монтозавр легко меня настиг и, схватив верхней лапой, потащил в неохватную пасть. Перепугавшись, я заорал, но тут же закашлялся от смрадной вони, исходящей из пасти ящера. «Чем он здесь питается? – мелькнула мысль. – Он же всех сожрал давным-давно!»

Монтозавр сомкнул зубы. Такой жуткой боли я не испытывал никогда в жизни! Кошмарные челюсти сжимали, рвали, грызли и пытались перемолоть меня в кашицу. Туловище и конечности послушно сминались, кости ломались и рассыпались порошком, но на части тело не распадалось.

Так и не сумев пережевать, босс попытался меня проглотить и подкинул вверх, чтобы перехватить удобнее. Я не стал этого ждать и, врезав Молотом в титанический клык, по инерции отлетел в сторону. Грохнувшись оземь, прыгнул в чернеющее рядом отверстие в скале, не дав монстру шанса меня раздавить. Протиснулся глубоко внутрь, как таракан, и замер, лапа ящера заскребла за спиной длинными мощными когтями.

Тем временем Мэнни написал в личку, что они с Дьюлой успешно добрались до святилища. Спрашивал, все ли у меня в порядке и могут ли они покидать Дис. Я ответил, что могут, а через некоторое время, когда Монтозавр сдался и перестал грызть базальтовую скалу, внутри которой я засел, режим боя слетел, и я спокойно вышел из игры.

Наутро в школе одноклассники рассказали, что обнаруженный остров отсутствует на всех картах, территория относится к неизведанной части Дисгардиума. Единогласно решили, что это нам на руку.

В тот же день выяснилось, что в радиусе трех сотен метров или около того вокруг руин святилища все мертво. Растительность есть, а животных, птиц, насекомых или агрессивных мобов – нет. Видимо, какая-то аура или дыхание Спящих отпугивали все живое.

Это стало лучшей новостью дня. Основывать храм можно, не боясь динозавра. Дьюла возглавил строительство.

– Я примерно прикинул, как здесь было раньше, – сказал он. – Руины древние, но система в их расположении прослеживается четко. Возводить храм будем на старом фундаменте.

– В неделю уложимся?

– Можем и раньше, – почесав затылок, ответил Дьюла. – Проект малого храма для меня новый, достался по случаю от наставника. Не думал, что он когда-нибудь понадобится. Нужно больше рабочих. Требуется: каменных блоков четыре тысячи шестьсот двадцать, древесины…

С добычей ресурсов пришлось поизвращаться. На постройку малого храма шли камень, лес и песок, все это можно было «создать», но куда дешевле и быстрее оказалось найти готовое. Все необходимое обнаружили у реки за пределами защиты святилища.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Перспектива появления новых, пусть и надежных, по словам Мэнни, лиц заставила задуматься о конспирации. Как выяснилось, Сокрытие сущности тоже прекрасно качается. Чем дольше я его использовал, тем больше мог скрывать, и вскоре, буквально к концу третьих суток, окружающие вместо меня стали видеть лишь дымчатый тёмный силуэт без информации.

А еще навык успешно маскировал мою расползающуюся гниющую плоть – на острове я мог жить только под проклятием нежити.

Изнеможение напомнило, как я качал Устойчивость. Я подал соклановцам идею, и они с радостью ее поддержали. Хлопки телепортов стали раздаваться у святилища с завидной регулярностью, одноклассники прыгали сюда по откату, под массовым хилом Тиссы выживали сколько могли и за секунду до смерти возвращались в песочницу. До капа они не добрались даже близко, но и двадцать с лишним полученных уровней навыка заметно повысили выживаемость «Пробужденных».

После очередной агитационной компании Мэнни Алмейды соклановцы перетаскали на остров еще человек двадцать рудокопов, лесорубов, каменщиков и строителей. Все они были жителями Калийского дна. И каждый, включая Трикси, после рассказов Мэнни о незанятом богатом руднике рискнул: уволился из компании и отправился работать на «Пробужденных». Не знаю, чего они себе напридумывали, но идея имела смысл. Если мы сможем сами добывать руду и отливать из нее слитки, при содействии Перевес можно будет поднять доходы неграждан в несколько раз! И это с учетом интересов клана.

Моей же задачей оставалось охранять бригады, добывающие ресурсы. Монтозавр патрулировал остров и появлялся у рудника несколько раз в день, но без всякой системы. Предугадать его визит не представлялось возможным.

Я перехватывал агро, убегал к своей норе, а рабочие организованно пережидали под охраной святилища, пока босс не свалит по своим делам…

У меня ехала крыша от переизбытка Диса, откуда я выходил только для того, чтобы перекусить, сделать несколько упражнений вроде приседаний и отжиманий, справить естественные надобности и принять душ. На большее времени не оставалось – мы спешили.

Соклановцы тем временем не оставляли надежд нафармить Знаки доблести на Полях боя. Один Медальон гладиатора стоил сто двадцать пять знаков, а потому Инфект, Краулер, Тисса и Бомбовоз практически не вылезали из Лишерской низины.

Незадолго до окончания строительства храма Дьюла и Мэнни вызвали меня на разговор.

– Алекс, надо здесь обосновываться, – сказал рудокоп, раскидывая руки так, словно хотел обнять Кхаринзу. – У Дьюлы есть предложение.

– Какое?

– Когда вы, ребята, планируете выбираться из песочницы? – спросил строитель.

– Месяца через три. Кто-то раньше, кто-то…

– Я понял. Смотри, парень, бесхозных ресурсов здесь полно. Я могу отстроить вам клановый форт 1-го уровня. Ничего особенного, но мы с мужиками сможем здесь обосноваться и работать дальше. Для начала возведем жилые помещения, таверну и клановое хранилище. За счет этого поднимем ремесло и сможем проапгрейдить форт до 2-го уровня. Там есть куда развиваться, поверь, вплоть до кланового замка. Стационарный телепорт, магазины, отделение аукциона, мастерские…

– Мне нравится. Что для этого нужно?

– Для форта хватит того, что мы добываем здесь. А вот апгрейды и новые здания потребуют огромных вложений, – ответил за товарища Мэнни. – Какие-то ресурсы сможем добывать здесь, за счет этого и мы, рудокопы, поднимем уровни ремесла, чтобы добывать новые руды. Излишки можно продавать, но заняться этим лучше тебе и твоим людям. У нас большие штрафы на торговлю. И… – Он запнулся. – Вот еще что. Свой клан мы создать не можем. Уровнями да рылами не вышли. Но если ты примешь нас в свой, это решит кучу вопросов…

– По сути, наймешь нас на работу… – Дьюла смутился. – Сможешь платить? Нам надо кормить семьи.

– Держите, – я вытащил три тысячи золотых и передал Мэнни. – Это за храм, форт и на то время, пока вы будете без работы. На три месяца хватит?

Последовало шокированное молчание, его нарушил тихий возглас Мэнни:

– Пресвятая дева Мария! Этих денег более чем достаточно!

– Это только начало, мужики. Дайте лишь выйти из песочницы… Развернемся! И не забывайте про бонусы от Спящих!..

Дьюла ничего не сказал, но по тому, как заблестели его глаза, я понял, что он растроган. Утвердился я в этой мысли, когда он обнял меня и крепко стиснул. Интересно, каково это – обнимать дымчатую бесформенную сущность?

По храму и форту все было решено, а вот что касалось остального… Я пообещал все обдумать, но не раньше, чем выйду в большой Дис. Принять их в клан – значит расписаться в том, что я «угроза». Кто знает, хватит ли у них духу не предать меня за условный миллион фениксов? Слышал, как некоторые оницо родных детей продавали: на органы, в проституцию, в независимые колонизаторские группы на Марс… Нет, не хочу пока рисковать. И так уже прилично засветился.

Соклановцы новость о клановом форте встретили с бешеным восторгом. Даже сооружение 1-го уровня стоит огромных денег – нам повезло, что не нужно тратиться на ресурсы. Только на каменные блоки израсходовали бы почти девять тысяч золотых, и это без учета транспортировки…

На восстановление святилища ушло четверо суток. К концу последнего дня строительства Дьюла написал мне в личку: «Готово. Принимай».

***

Таинство посвящения храма божеству должно проходить без участия посторонних. Могут присутствовать только последователи, так сообщила короткая справка в описании алтаря.

В несколько заходов «Пробужденные» вернули строителей в Тристад. Я остался один.

Положив ладонь в специальную выемку, активировал алтарь.

Непосвященный храм

Для посвящения требуется адепт статусом не ниже «жрец».

Идентифицирован: инициал.

Требования соблюдены.

Скиф, желаете посвятить храм Спящим богам?

Я подтвердил. Следом над алтарем всплыла справка:

Первый храм Спящих богов, посвященный Бегемоту

Инициал (1 / 1): Скиф.

Жрецы (1 / 3): Патрик О’Грейди.

Последователей Спящих: 13 / 169.

Объем веры: 574 / 28 561.

Постройте второй храм и посвятите его одному из Спящих богов, чтобы увеличить возможное число последователей и максимальный объем веры.

Прижав ладонь к алтарю, на всплывшей панели управления я увидел, откуда идут очки веры. Около сотни от меня, чуть меньше от Патрика, а вот большую часть намолили кобольды-отщепенцы вождя Грог’хыра. Магическая диаграмма также отображала скорость поступления веры от последователей, текущий расход на поддержание аватара Бегемота, на подкрепление остальных Спящих… Я смахнул магическую диаграмму и вдруг потерял равновесие и опору.

Повышена оценка угрозы! Текущий класс: L.

Уведомление растаяло, а я словно завис в космосе, на мгновение слившись разумом с храмом и всеми Спящими, чувствуя весь спектр эмоций: боль, гнев, ярость, тревогу, спокойствие и чистую, ничем не замутненную радость. Восторг. Восхищение!

– Отважен… – признала Тиамат.

– Терпелив… – присовокупил Кингу.

– Разумен, – прошептал Левиафан.

– Слаб, – засомневался Абзу.

– Но готов стать сильнее! – отмел Бегемот. – Он достоин!

Очнувшись, я обнаружил, что храм преобразился. Грубые каменные блоки стен скрылись под матовым темно-серым покрытием с зеленоватым отливом. В центре зала разверзлась круглая дыра, затянутая чем-то беспроглядным и вязким. Эта субстанция вращалась, будто воронка густой тягучей жидкости, и приковывала взгляд. С трудом оторвавшись от нее, я посмотрел на алтарь. Он стал таким же, как стены, на нем выступил барельеф – ухмыляющаяся клыкастая морда бегемота. Не бога, но животного.

Бегемот подмигнул. Я оторопел, а через биение сердца оказался лицом к лицу с богом.

Задание Спящего бога Бегемота «Первый храм» выполнено.

Вы построили храм Спящих на острове Кхаринза в Бездонном океане. Спящие боги стали сильнее!

Награды:

– классовый навык «Освобождение»;

– классовый навык «Летаргия».

Очки опыта: +5 000.

Очки опыта на текущем уровне (22): 27 000 / 27 300.

Ваша репутация со Спящим богом Бегемотом повышена: +1 000.

Текущая репутация: доверие.

Ваша репутация со Спящей богиней Тиамат повышена: +100.

Текущая репутация: симпатия.

Ваша репутация со Спящим богом Кингу повышена: +100.

Текущая репутация: симпатия.

Ваша репутация со Спящим богом Абзу повышена: +100.

Текущая репутация: симпатия.

Ваша репутация со Спящим богом Левиафаном повышена: +100.

Текущая репутация: симпатия.

Я убрал эти уведомления, чтобы почитать о полученных классовых навыках.

Освобождение 1-го уровня

Классовый навык.

Автоматически снимает любой эффект контроля. С вероятностью 1% отразит эффект контроля.

Время восстановления: 5 минут.

Летаргия 1-го уровня

Классовый навык.

Отправляет цель в летаргический сон. Эффект невозможно снять.

Навык воздействует на всех противников, однако чем их уровень выше вашего, тем у них больше шансов игнорировать воздействие.

Срок действия: 1 час.

Радиус действия: 10 метров.

Время восстановления: 24 часа.

Бегемот дал мне время ознакомиться с новыми способностями. Я же… Ликуя, старался держать лицо, но улыбка все равно растянулась от уха до уха.

– Спасибо, Спящий!

– Ты справился и заслужил, – благодарно прогудел он. – Мои силы многократно возросли, но другие аспекты мироздания все еще мучаются кошмарами и слишком слабы. Только ваша вера в них удерживает Тиамат, Кингу, Абзу и Левиафана от забвения.

– Что от меня требуется? Еще один храм? Четыре храма?

– Не сейчас, инициал. Сначала тебе надо завершить дело с другим твоим покровителем. Пока его метка гниет на твоем теле, нам от него ничего не скрыть. С этим храмом у нас не было другого выхода, но в дальнейшем мы будем действовать вне поля зрения мстительной и алчной сущности, паразитирующей на разумных.

– Может, ты все-таки объяснишь мне, что это за сущность?

– Может быть. Но не сегодня…

Он резко повел носом, гулко принюхался и… Подхватив меня под руки, Бегемот резко приблизился и сощурился. В горле у меня встал комок. Я чувствовал, как тону в бездне.

Щупальца бога вытянулись и задрожали, из пор выступила дымящаяся кислота, могучие плечи ощетинились кривыми костяными клинками, и я едва успел отклониться. Поперечные гребни и многочисленные складки на его голове раскрылись и сделали его еще кошмарнее. Он зашипел и, вперив в меня взгляд, произнес:

– Ты, называющий себя Чумным мором! К тебе обращаюсь я, Бегемот, один из пяти Спящих, в чьих кошмарах ты паразитируешь! Я приду за тобой, глист!

Он откинул меня и вернул прежнюю форму.

– У тебя все в порядке, Спящий? Какая-то немотивированная вспышка агрессии! И что-то не то с регуляцией пота – ты потеешь кислотой, в курсе? – От шока и испуга меня понесло. – А вообще, прости, что вмешиваюсь не в свое дело, но с твоим аватаром надо что-то делать! Ты так всех адептов распугаешь!

Миниатюрные кратеры на его теле выпустили струйки пара. Он веселился.

Отсмеявшись, Бегемот мгновенно сменил облик. Передо мной стоял очень высокий, метра три ростом, широкоплечий человек в черненой латной броне. Все в нем было обычное, только… Я поднял глаза. Человек с головой бегемота.

– Так лучше, инициал? – Он снова засмеялся, оскалив здоровенную пасть.

– Намного, Спящий. Только зубы почисти, пожалуйста. У тебя… изо рта дурно пахнет…

Днем позже Мэнни с Дьюлой отобрали сто пятьдесят самых надежных и ответственных человек для работы на Кхаринзе. Каждый признал своими богами-покровителями Спящих и за счет Единства получил бонусы к основным характеристикам. Вместе с кобольдами и «Пробужденными» у Спящих стало сто шестьдесят девять последователей плюс инициал.

Первожрецом остался Патрик, вторым служителем культа я сделал Мэнни Алмейду – как человека, которого знал лучше остальных неграждан. К тому же он считал себя обязанным мне, а его брат Хэнк уже доказал, что этой семье можно доверять.

Третье, последнее, вакантное место заняла Тисса, отрекшаяся от Нергала. Учитывая, что жрец получает от Единства столько же бонусов, сколько и инициал, за позицию разыгрался спор. Инфект считал, что для равновесия в его душе и баланса «плюшек» жрецом должен стать он:

– У Тиссы эпический сет! Бомбовоз получил легендарное кольцо и поймал Золотую рыбку! Краулер – заместитель Скифа, про которого я вообще молчу… А я?

– А ты вор, – хмыкнул Краулер. – Короче, жрец получит на десяток-другой больше очков, чем остальные «Пробужденные», это же мизер!

– Малик, ты офигел?! – возмутилась Тисса. – Я, понимаешь, от Нергала отрекаюсь, теряю кучу бонусов от него, поэтому должна быть жрицей!

– Мне тоже пофиг, – сказал Бомбовоз. – Скиф, выбирай между Тиссой и Инфектом, или пусть сами решают.

В итоге разыграли жречество на «камень-ножницы-бумагу». Причем в реале – на следующий день после возведения храма, в школе. Выиграла Мелисса.

Малик посетовал на удачливость Тиссы, по-видимому, прокачанную не только в Дисе, но этим все и закончилось. Разница в полученных бонусах была невелика, что понимал даже наш завистливый друг.

Я переживал из-за того, что на Арене Тисса останется без своих самых мощных заклинаний Нергала, и спросил:

– Ты же больше не жрица Лучезарного. Значит, и Длани Нергала у тебя не осталось?

– Это заклинание из фолианта, оно у меня всегда было, – ответила девушка. – Просто название такое.

В общем, жрица света осталась жрицей света, просто потеряв определенные усиления, зато приобретя кучу рандомных очков характеристик, что в итоге дало даже большие бонусы.

В тот же день мне привезли подарок от «Сноусторма» за достижение класса L, первоначального максимального потенциала «угрозы». Это была «Альтера Вита», капсула, выпущенная в лимитированной премиальной серии. Изучив ее, папа завистливо покачал головой. Представляю, какие злачные места он бы с удовольствием посетил, если бы мог ею воспользоваться. За счет расходных картриджей капсула осуществляла внутривенное питание, гидратацию и первичную медицинскую помощь. Кроме того, она могла воздействовать на эмоции, а активный интра-гель стимулировал мышцы и массировал тело. При желании я мог погрузиться на несколько дней, а если бы кто-то менял расходники, то и на больший срок, но в любом случае подобные периоды погружения были противопоказаны.

Перед решающими боями в отборочной группе мы прокачались до 25-го уровня, не боясь выделиться, – Арена этого года показала, что средний уровень участников прилично вырос. Также мы обзавелись новыми боевыми приемами и улучшили имеющиеся.

Кроме того, выбили еще три эпика, но главное, друзья наконец накопили пятьсот Знаков доблести и купили себе четыре Медальона гладиатора! Я же, из-за занятости на охране строительства храма, так и не заработав на медальон, надеялся, что мне хватит Освобождения.

Из-за суточного отката Летаргии опробовали ее лишь раз, и она нас удивила! Важнее всего было проверить, пробивает ли она эффекты антиконтроля Медальонов гладиатора, которые все использовали на Арене. Я отправил Бомбовоза поспать, и испытание прошло успешно – не выручил его медальон! Немудрено, хоть Летаргия и классовый навык, но получен-то он от Спящего, а значит, почти божественный!

С учетом всего этого мы стали чувствовать себя намного увереннее, но чего стоит наша уверенность, покажет только завтрашний день.

Глава 36. Morituri te salutant!

Удивительно, но ночью перед решающим, третьим, поединком я спал как убитый. Успокаивала мысль, что даже проигранный Большому По спор не конец света, ведь у нас есть храм Спящих, собственный остров и всякие интересные перспективы по игре в большом Дисе. Лишь бы туда спокойно прорваться. По слухам, превентивы еще больше усилили контроль всех новичков из песочниц.

Утром наших персонажей перенесло на Арену. Перед боем миниатюрная гномка Винни из «Вестника Содружества» брала интервью у нас и у наших противников из клана «Аста-Раста»:

– Скиф, довольно необычно видеть улыбку на лице капитана команды, лишившейся почти всех шансов на выход в плей-офф. Неужели вы совсем не волнуетесь?

– Волнуюсь, – признался я. – Все мы волнуемся, но, с другой стороны, раз уж мы почти вылетели и нас списали со счетов, можно же теперь просто наслаждаться игрой?

Блеснув синими линзами очков, Винни хмыкнула и обратилась к шаману, капитану противников:

– А что чувствуете вы, Раста? В отличие от «Пробужденных», у вас сохранились шансы на победу в группе. Переживаете за исход боя?

– Ха! – широко улыбнувшись, ответил шаман. – В первом туре мы легко одолели «Изумрудный сон», который, в свою очередь, просто разорвал «Пробужденных». Из-за чего нам переживать?..

Видимо, самоуверенность и подвела Расту и его соклановцев. С новыми классовыми навыками и бонусами от Единства среди расслабленных оппонентов я чувствовал себя как хулиган в детском садике. Летаргию после недолгих размышлений решили все-таки использовать – не мы одни владели редкими талантами. Так что с самого начала боя я отправил спать лидера «Аста-Расты», а потом помог парням выпилить их топового дамагера – лучника Асту. Противник потерял двух игроков в первые же тридцать секунд!

Сразу после этого Тисса по отмашке Краулера переключилась с исцеления на нанесение урона – мы в рекордное время убили их воина и друида-целителя, потом гонялись за прячущимся в стелсе ассасином, а когда выбили его оттуда, снесли в три секунды.

Добивать Расту, спящего летаргическим сном, последнего из противников, было неспортивно, но необходимо. Мы победили, а из наших даже никто не погиб!

– И снова мы увидели то, что так часто встречается на подростковой Арене, и никогда – на взрослой! – комментировал итоги боя Дариуш Ковальски. – Классическая недооценка противника!

Такая же история чуть не случилась с кланом «Корпус тьмы». Они тоже недооценили соперника и чуть не проиграли «Волкам Кальи», считавшимся аутсайдерами: к Внезапной смерти осталось по одному бойцу с каждой стороны, но у охотника из «Корпуса тьмы» был медведь. Он и решил исход встречи в пользу фаворитов.

Четвертый раунд мы пропускали, наблюдая за ходом боев соперников по группе: «Корпус тьмы» подтвердил звание фаворита, буквально размазав «Аста-Расту», а наши обидчики из «Изумрудного сна» проиграли «Волкам Кальи», с которыми нам предстояло провести решающий поединок.

Перед последним туром в нашей группе шансы оставались почти у всех команд, кроме «Аста-Расты». Эти ребята свое отыграли и могли претендовать лишь на почетное предпоследнее место за счет победы над «Изумрудным сном» – при условии, что те проиграют финальный бой.

Всемирная Арена. Юниоры (до 16 лет)

Группа NA-12 (победы / бои)

1. «Корпус тьмы» из Эбенгарда – 3 / 3.

2. «Волки Кальи» из Питерборо – 2 / 3.

3. «Изумрудный сон» из Хиджала – 1 / 3.

4. «Пробужденные» из Тристада – 1 / 3.

5. «Аста-Раста» из Азшары – 1 / 4.

Нам же, чтобы выйти в следующий круг, обязательно надо победить «Волков Кальи» и ждать исхода боя между «Корпусом тьмы», которому уже ничего не нужно, и «Изумрудным сном». Если вторые выиграют, нам ничего не светит даже при победе над «волками», так что мы вместе с «Аста-Растой» болели за «Корпус тьмы».

Осознав, что все еще имеем шансы на выход в плей-офф, мы распереживались так сильно, что не знали, какую тактику выбрать. Все ходили по комнате, а Краулер в сотый раз повторял:

– У «волков» нет хилера!

– У «Изумрудного сна» тоже нет, а мы им слили, – заметила Тисса.

– Но это было до постройки храма! – заметил я. – Жаль, что Летаргия на откате…

– Короче! – гаркнул Бомбовоз. – Предлагаю сначала играть от защиты, подловим их на Жутком вое.

– Только сначала отправим на откат Медальоны гладиатора, – добавил Краулер. – Инфект, я, Тисса и Бом заюзаем свои станящие абилки сразу, потом, когда враги соберутся в кучу, Скиф провоет…

– Да все будет нормально, – спокойно заявил Инфект. – Я смотрел, во что одеты «волки». Там половина шмота – синева, так что справимся!

План почти сработал, но все равно бой с «Волками Кальи» проходил ожесточенно. Противники хоть и уступали нам в экипировке, показали себя тактически выученной и крепкой командой. Они попытались зергануть Тиссу, но разбежались от Жуткого воя. Зализав раны, стали осторожничать и дотянули до Внезапной смерти. А там выяснилось, что без хила на Арене делать нечего, пусть даже у тебя в команде пять крутых дамагеров.

«Изумрудный сон» свой бой проиграл, мы сравнялись по очкам с «Волками», но обошли их за счет победы в очной встрече. «Пробужденные», как и еще пятьсот одиннадцать команд, вышли в плей-офф!

***

Плей-офф – это драки на вылет, и первый же бой в 1 / 256 финала выпал нам на следующий день. Так что на празднование времени не было, и мы изучали противника – победителя группы NA-48, команду клана «Поющие гориллы».

– Теперь только по одному бою в день, – сказал Краулер. – С учетом того, что Скиф поднял Летаргию до 2-го уровня, ее откат всего двадцать часов, а значит…

– Значит, все следующие бои мы будем вести с преимуществом в одного игрока, – улыбнулся я.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

На радостях мы решили рискнуть и поставили через Перевес тысячу золотых на свой выигрыш в Арене. От себя Рита добавила еще сотню. Нам хватило здравого смысла не ставить больше, но мы не устояли перед шансом, пусть и призрачным, увеличить клановую казну на полмиллиона. Букмекеры оценивали нашу команду ниже всех: 500 к 1, что мы станем чемпионами. Для сравнения – на «Т-Модус» давали 3 к 1.

Ложкой дегтя в бочке радости были новости из соседней отборочной группы, где играла «Аксиома». Поначалу у вражеского клана дела шли не лучше наших, однако в последних двух поединках вождь Большой По сплотил команду, в которой, помимо него, играли мистик Ирина, головорез Атиякари, разбойник Грейкилла и паладин Погром. В запасе числился еще и кузен Уэсли, воин Полинуклеар.

Впрочем, мы словно забыли, зачем вообще участвуем в Арене. Нас охватил азарт и любопытство – что дальше? На что мы способны?

Первый наш бой на вылет против «Поющих горилл» должен был ответить на эти вопросы, но, на удивление, стал самым легким для «Пробужденных». Противников подвела самоуверенность – они вышли, заменив жреца света мощным чародеем. Я готовился усыпить хилера и замешкался, но принял решение сам и нейтрализовал кастера. После боя лидер «горилл», крестоносец 25-го уровня Кико, жаловался, что я обломал им всю стратегию, которая строилась на умении чародея превращать врагов в овец.

В 1 / 128 финала нам противостояли «Хранители», и здесь уже самоуверенность сыграла против нас. После Жуткого воя Инфект увлекся и бросился догонять сразу трех убегающих в Страхе врагов, осыпая их ударами, ну и доигрался. Так никого и не убил, зато те трое, вернув контроль над персонажами, сгрызли дерзкого вора, а потом еще и чуть не положили Бомбовоза, которого спасло только легендарного кольцо.

Оправившись от потери, мы собрались и переломили ход драки, хотя был момент, когда Краулер заорал, что пора призывать иглоколов, но тут же отменил решение, увидев, что я выбил вражеского шамана. С каждым боем мы все лучше чувствовали друг друга, и даже отсутствие амулетов связи не мешало действовать сыгранно.

Настоящая проверка того, на что мы способны, случилась в следующем круге. В 1 / 64 финала нам выпала «Аксиома».

Накануне боя мы встретили их в «Буйной фляге», но, вопреки нашим ожиданиям, Большой По обошелся без подначек. Смерил всех нас оценивающим взглядом, будто увидел что-то новое.

– Ох, не к добру это… – поделился опасениями Инфект, когда мы заперлись к комнате наверху. – Что-то По подозревает.

– Поподозревает да бросит, – скаламбурил, отмахнувшись, Бомбовоз. – Его сейчас больше наш бой волнует.

– Все равно нужно подумать, как объяснить наш повышенный урон и Летаргию Скифа, – предложила Тисса.

– Чаф, – начал загибать пальцы Краулер. – Мок’Рисса, Шог’рассар. Три Первых убийства. Делиться подробностями наград за достижения мы не обязаны, а об остальном пусть гадают, сколько хотят. Тут и объяснять нечего! Никто же не требует от Большого По признаться, откуда у него Клич Саурона!

Краулер говорил об имба-способности Полинуклеотида призывать девять призрачных всадников на три уровня ниже, чем он сам. Над самими прислужниками значилось лишь «Всадник», но, конечно, все называли конницу По назгулами.

На следующий день, после обеда, мы в подтрибунном помещении готовились к главному поединку. Связка Летаргия-Жуткий вой позволяла не экспериментировать со стратегией, спорили лишь о том, кого отправлять спать: Большого По или Ирину. Мнения разделились поровну, и решающий голос остался за мной:

– Я за мистика, – сказал я. – Ее Контроль разума пострашнее моей Летаргии, и если она натравит меня на вас… Короче, первой убираем Ирину.

Напарником Дариуша Ковальски в этот день был знаменитый Гай Бэррон Октиус. Мне его имя ни о чем не говорило, но соклановцы рассказали, что мистер Октиус – главный распорядитель Демонических игр, одного из самых престижных соревнований в Дисгардиуме. Это был крупный мужчина с недельной щетиной.

Что за Демонические игры, я вникать не стал, где-то читал, что в Дисе несколько сотен крупных всемирных соревнований, так что одним турниром больше, одним меньше… Понял лишь, что эти Игры как-то связаны с демонами (сарказм).

– Следующий бой 1 / 64 финала состоится между командами из одной песочницы! – объявил Ковальски. – Напомню, что клан «Аксиома» из Тристада уже доходил до этой стадии год назад, но тогда вождь Полинуклеотид был лишь запасным среди более опытных товарищей. Сегодня же он капитан «Аксиомы»!

– И кто же им противостоит? – спросил Октиус. – Простите, я не большой знаток детской Арены…

– Юниорской, Гай! – поправил Ковальски. – Как говорил мой сокомментатор Рэм Мей, выходцы юниорской Арены позже блистают на взрослых ристалищах, а скауты топ-кланов отбирают молодняк именно здесь! Так вот, противостоит «Аксиоме» малоизвестный клан «Пробужденные», который может похвастаться сбалансированным составом и потрясающей волей к победе. Ребята вышли из своей отборочной группы, с треском проиграв первые два боя!

– Из досье «Пробужденных» я вижу, что их стратегия базируется на двух особенных способностях капитана, лучника Скифа… – добавил Октиус. – Жуткий вой имеет много аналогов у других классов, разве что с большим откатом, а вот Летаргия… Пожалуй, Сон магов сравним с этой способностью, однако, в отличие от него, эффект способности Скифа невозможно рассеять или снять даже прямым уроном! Интересно…

– Поверь мне, Гай, ребятам из «Аксиомы» будет чем ответить!

– Что ж, тогда я напомню, что участие в финале гарантирует приглашение на Демонические игры! – воскликнул Октиус.

– Прекрасная мотивация! А сейчас… Команды вызываются на Арену!

Из подтрибунного помещения нас перенесло на поле боя. Я скользнул взглядом по соклановцам: Тисса сжала кулаки; Бомбовоз набычился, разве что ногой землю не рыл; Инфект переминался с ноги на ногу, и получалось изящно, будто он танцует; Эд замер изваянием, а взгляд у него был, словно он перемножает в уме многозначные числа.

Ландшафт большой роли для нашей стратегии не играл, но я все равно изучил его и подметил удобный овраг ближе к нам, где враги могут скрыться от выстрелов и заклинаний – моих, Тиссы и Краулера. А вот в их группе рейнджей не было, если не считать Ирину…

Мы встретились лицом к лицу: я и Полинуклеотид. Только тогда я понял, что он волнуется! Шлем Большого По не скрывал лицо, парень кусал губы и хмурился.

До выхода на Арену у меня подрагивали руки, теперь же, слава Спящим, отпустило, я сосредоточился на цели.

– Удачи, – пожелал я ему.

Он кивнул:

– И вам.

– Удивлен, что мы дошли до этого? – выпятив грудь, спросил Инфект, но вождь его проигнорировал.

Комментаторы вместе с трибунами начали отсчет:

– Три! Два! Один!

– Деритесь! – взревели зрители.

Уйдя в стелс, Инфект рванул по дуге за спины врагов. То же самое сделали Грейкилла и Атиякари. Ирина, прячась за могучими Полинуклеотидом и Погромом, осторожно направилась к нам. Готовясь кинуть Летаргию на мистика, я рванул им навстречу.

– Скиф, берегись их рог! – крикнул вслед Краулер, набросив на меня Огненный щит.

Предупреждение было лишним, я знал, что наткнусь на кого-то из стелсеров, и оба начнут атаку с Ошеломления или Подлого трюка, но против этих приемов у меня было Освобождение.

Первым проявился мой старый недруг Атиякари, и он же сам себя наказал! Сработал мизерный шанс отразить эффект контроля, и в головореза ударило отраженным Ошеломлением! Я был быстрее, а потому разорвал дистанцию со все еще невидимым Грейкиллой и отправил спать Ирину.

Следующей целью наметил Большого По. За его спиной уже проявился Инфект. Вор застанил вождя, врубил Мясорубку, и Полинуклеотид задергался под градом Ударов в спину. Я тут же выпустил в него очередь разнообразных стрел – станящих, замедляющих, поджигающих и отравляющих.

По сути, игра была сделана, а Полинуклеотид даже не поднял своих назгулов. Их он призвал уже позже, когда за счет классовой абилки вырвался из-под наших атак, прибил Инфекта и исцелился. Но к этому моменту он остался один: Атиякари уложили Краулер с Бомбовозом, Ирина спала, Грейкилла с Погромом, бегая в Страхе и теряя жизнь, сагрили парочку Зловредных умертвий 23-го уровня и погибли до того, как спал эффект контроля.

Вчетвером мы быстро выпилили Полинуклеотида. Ирина сдалась – хоть и «спала», кнопка была ей доступна.

– Да! – взревел Бомбовоз и, лязгая доспехами, с распахнутыми объятиями бросился ко мне.

Налетел, стиснул и еще раз взревел, запрокидывая голову и теряя шлем:

– Д-а-а-а!!!

С другой стороны напрыгнула Тисса, и мы завалились на землю, жрица оказалась сверху, по ее раскрасневшимся щекам текли слезы радости.

А меня будто бы пришибло, напряжение все не отпускало, и мозг, приготовившийся к изнурительной битве, не верил, что можно выдыхать. Краулер, с трудом сдерживающий улыбку, протянул руку, помогая подняться, сжал кисть, рывком привлек меня к себе и похлопал по спине:

– Размотали, как дракон кроликов!

– Победа, одержанная на классе! – восторгался Ковальски. – Что скажешь, Гай?

– «Пробужденные» допустили пару помарок, но все же сыграли хорошо, – признал Октиус. – Замечу лишь, что им повезло. Освобождение Скифа, имея незначительный шанс, отразило Ошеломление Атиякари, и это предрешило ход поединка…

Сразу после боя Арбитр признал меня победившим в споре с Большим По и выдал личное уведомление. Через мгновение в почтовом ящике тренькнуло сообщение, что поступил Свисток призыва и легендарный Горн распорядителя Арены.

Все эмоции мы оставили там, на песке Арены, а в Тристаде выкинули спор с Полинуклеотидом из головы и задумались о следующем противнике.

Вечером, когда мы все-таки праздновали победу вместе с Перевес и ее подругами в «Буйной фляге», мне довелось увидеть кислую мину Полинуклеотида. Он сделал вид, что не заметил нас, и исчез из таверны…

С каждым следующим раундом противники были все прокачаннее, но мы научились взаимодействовать, что упрощало задачу. Если после победы над «Поющими гориллами» в нас продолжали не верить и даже коэффициент особо не опустили, то уже к четвертьфиналу ставки принимали как 25 к 1.

Наши работяги Мэнни, Трикси и Дьюла так в нас верили, что собирались тоже поставить деньги, но я им запретил. Не прямо, скорее, переубедил. Спросил, сколько они собираются вложить. Выяснилось, что по золотому. Договорились, что в случае победы я сам выдам им по двадцать пять золотых. Так что они ничего не потеряют, если мы проиграем.

После «Аксиомы» мы выиграли пять боев кряду. Тяжелее всего пришлось в полуфинале с молодежной командой «Экскоммьюникадо». Этот клан, наряду с «Модусом», «Странниками» и «Лазурными драконами», входит в Альянс превентивов и десятку самых влиятельных и богатых в мире.

Противники, юные «эксы», щеголяли в полностью эпической экипировке, в которой бриллиантами сверкали отдельные легендарные предметы! Но… Воюют люди, не вещи, а против Летаргии так никто и не нашел противодействия, поэтому мы справились. Даже до Внезапной смерти не дошло, хотя уже к середине боя мы снова потеряли Инфекта и Тиссу.

Тем временем учеба в школе уже шла полным ходом, и мистер Ковач в первый же день новой четверти уведомил, что за любое нарушение и плохие результаты по тестам я получу длительный бан на Дисгардиум. Родители тоже присовокупили: мама прочла нотацию о важности успешного окончания школы, а отец припечатал угрозой лично приходить в девять вечера и врубать экстренный выход с дальнейшим отключением капсулы с выставленным «Родительским контролем».

Но даже это меркло рядом с осознанием того, что мы вышли в финал…

***

В воскресный день мы – «Пробужденные» и «Т-Модус» – стояли в центре кипящей Арены в лучах магических прожекторов и улыбались. Не знаю, как остальным, а мне это давалось очень тяжело. За нашей спиной выступали «Драконы бесконечности» – самая популярная рок-группа в обоих мирах, которую «Сноусторм» специально пригласил разогреть публику перед финалом.

До нас в битве за третье место «Фералы» победили «Экскоммьюникадо». В юниорской Арене-2075 остался последний бой, и только одна победа отделяла нас от звания чемпионов.

Где-то там, на трибунах, расселись наши болельщики: горожане Тристада и Патрик О'Грейди, письмом сообщивший о том, что будет присутствовать. Приехал весь, кроме Большого По, городской совет, возглавляемый Питером Уайтекером. А еще шеф-повар Арно и Ташот, мастер Бу, он же Сагда, начальник городской тюрьмы Эдвин Купер, писарь Карлсон, наставник Конрад, тайная возлюбленная первого советника госпожа Гройсман из «С пылу с жару», Альфред Стаффорд, стражники Миллс и Гейл. С каждой победой наша репутация с Тристадом и его ключевыми неписями росла и уже достигла уважения.

Тисса взяла меня за руку и крепко сжала. Я повернул голову и увидел, что у нее глаза на мокром месте.

– Это… это потрясающе! – прошептала девушка. – Алекс, это все твоя заслуга! Месяц назад мы с парнями не знали, куда деваться. Мы были унижены, ограблены, избиты, лишены веры в лучшее. И вот… мы стоим здесь, а весь мир смотрит на нас.

Мы обнялись, а потом к нам присоединились Эд, Малик и Ханг. Так мы и застыли, прижавшись друг к другу. Музыка стихла. Зрители на трибунах проводили «Драконов» аплодисментами, и над затихающей Ареной прозвучал бодрый и напряженный голос Дариуша Ковальски:

– Вы только посмотрите! Это самая трогательная сцена, что я видел! «Пробужденные», видимо, сами не верят в то, чего достигли!

– Знаешь, Дариуш, мне кажется, и мы с тобой не верим своим глазам! – к Ковальски присоединился глубокий голос Васа Даксона, звезды спортивной журналистики. – Это же самая настоящая история Золушки, только…

– У нас их сразу пять, – неуклюже пошутил Дариуш. – Итак! Достопочтенные жители Содружества! Дамы и господа! Граждане и неграждане! Вашему вниманию представляется главное событие вечера! Финал юниорской Арены!

– В бою встречаются, – вступил Вас Даксон, – безусловный фаворит, юниорская команда чемпиона взрослой Арены, клана «Модус» – «Т-Модус» из Брокен Хиллс. И темная лошадка турнира, еще пару недель назад никому не известный клан «Пробужденные» из Тристада!

– Пробудитесь, «Пробужденные»! – снова пошутил Дариуш. – Соперники, пожмите друг другу руки!

Мы поприветствовали друг друга. Лица противников не выражали никаких эмоций. Разбойник Филекс, воин Карт, колдун Олаф, друид Кану и лучница Йен, все 26-го уровня, были уверены в себе. Этих парней и девчонку знал каждый тинейджер: «Т-Модус» поставлял призеров юниорской Арены каждый год, и информация о новом составе распространялась задолго до начала турнира. Впрочем, мы тоже сделали 26-е уровни, и в этом им не уступали. Но у них было кое-что еще.

За спиной капитана «Т-Модуса» разлегся самый настоящий дракон, боевой питомец Филекса. 25-й уровень, испепеляющее дыхание и массивная туша, которой легко можно придавить любого из нас. Рядом паслись остальные питомцы соперников: медведь, тигр, вепрь и крокодил. Эти были уровнями пониже, но ненамного. Именно потому все ставки были против нас.

– Удачи, – сухо пожелал Филекс, их капитан.

– И вам, – ответил я.

Мы заняли позиции на нашей половине поля, встав в специально отмеченные на земле круги, и замерли в ожидании сигнала к началу поединка. Инфект, нервничая, в который раз проверял снаряжение. Краулер смотрел прямо перед собой, но сжатые кулаки выдавали его волнение. Тисса закусила нижнюю губу. Бомбовоз поднял забрало и почесал лоб.

– Генерация зоны поединка… – объявил женский голос. – Локация создана.

В доли секунды поле Арены трансформировалось. За нами вырос холм, вытянулись деревья, на половине «Т-Модуса» вознеслась небольшая крепость, а на поле появилась река.

– Схема шесть, – сказал нам Краулер.

– Согласна, – оглянувшись, ответила Тисса.

У остальных его предложение возражений не вызвало. Шестая схема подразумевала ложное отступление и выбивание одиночных целей, если такие будут. Если нет, схема трансформировалась в седьмую. Схватка лоб в лоб, Жуткий вой, чтобы посадить их медальоны на откат, и Летаргия на вражеского хилера, друида Кану, или их топ-дамагера, лучницу Йен.

Огромные, всем видимые цифры обратного отсчета появились прямо в воздухе.

– Три! – хором с комментаторами проревели трибуны. – Два! Один! Деритесь!!!

Мы побежали назад, к присмотренному заранее холмику с рощицей. К нему вел только один подъем, и обойти нас было невозможно. Мы забрались в рощу и затаились. Инфект выглянул и доложил:

– Их лучница заняла позицию в крепости. До нас не добьет никак. К нам бежит кабан. Отстает медведь, за ним дракон. Крокодил плетется сзади. Тигр с хантом. Рога в инвизе заходит справа. Остальные слева, но дру в форме дерева держится чуть сзади. Остановились. Дальше не идут. Встречайте кабана!

Через секунду мы призвали питомцев, уравняв составы. Трибуны ахнули, а Дариуш забился в истерическом восторге.

Захрустели ветки, и из кустов вырвалась туша могучего вепря. Раздался свист. Окинув нас взглядом, вепрь хрюкнул и развернулся, чтобы вернуться к хозяину. Но не ушел – я его замедлил, Бомбовоз врезал Погибелью, и этого хватило. Минус вепрь.

Мы привязали иглоколов к Инфекту, и он отправился перехватывать Филекса. На 30-м уровне у Хрени открылся талант зреть невидимое.

Сами же мы вышли из рощи на расстояние выстрела до ближайшего противника, коим оказался медведь, и положили его издали, причем большую часть урона нанес я. Мой Усиленный быстрый выстрел после апгрейда стал снимать немногим меньше, чем Сокрушающий кулак-молот!

– Помогу Инфекту, – сказала Тисса, заметив, как друид бежит к месту стычки нашего вора с их разбойником.

Фрейм Инфекта показывал, что тот дерется, но чувствует себя лучше Филекса – сложно выдержать совокупный удар пяти иглоколов, фигачащих из всех орудий!

Мы отступили обратно в рощу, когда Инфект, Игги, Чужой, Колючка, Хрень и Хоботок вынесли Филекса. Минус разбойник, а вместе с ним и его дракон, который даже не успел вступить в бой – вражеский разбойник, уйдя в Скрытность, оставил его в тылу, чтобы не светить свое местоположение.

Сгруппировавшись, мы сами пошли в атаку. Игги зафигачил Смертельным стрекотом, ненадолго обездвижив противников, а потом все наши питомцы сфокусировались на воине, как на самом «толстом».

Я приблизился к друиду и, пока тот отчаянно пытался выхилить воина, отправил его в летаргический сон. Для Кану бой был завершен. Минус друид.

Победа была делом техники. Жутким воем я отправил врагов бегать в Страхе, Освобождением отразил Парализующий выстрел лучницы и помог остальным добить Карта. Минус воин.

Олаф еще побарахтался, но недолго. Лучница Йен сдалась.

– «Пробужденные» победили! – оглушительно завопил Дариуш. – Безупречная победа!

Потом мы вместе с «Т-Модусом» и их запасными в общей комнате долго ждали, что будет дальше. Огромный эпический Великий шар Эгерии показывал ревущие трибуны и взрывающиеся в небе фейерверки, а после – магов, меняющих ландшафт.

– Вы молодцы, – сказал Филекс, капитан «Т-Модуса», и пожал мне руку.

– Мы молодцы! – откликнулся Бомбовоз.

Наш воин уже вовсю флиртовал с запасной проигравших – храмовницей Элисон. Девушка подняла голову и помахала мне рукой:

– Эй, «Пробужденные»! А у Ханга точно нет девушки? А то он мне тут заливает…

– У него есть парень – Малик! – отшутился Краулер и обратился к лучнице: – А вот я абсолютно свободен, Йен. Познакомимся?

Лучница не возражала. Воин Карт попытался подкатить к Тиссе, но, наткнувшись на мой насмешливый взгляд, стушевался и отошел. Противники интересовались нашими питомцами, и, как обычно, с шутками-прибаутками о Болотине и Чаф рассказал Инфект.

Тем временем в центре Арены возвели пьедестал почета, состоящий из трех частей: самой высокой, золотой; серебряной – пониже; и бронзовой – самой низкой. Пока все это делали, в другой части Арены отрывались поклонники «Драконов бесконечности», рокеры вышли спеть еще пару песен, пригласили своих поклонников танцевать, и фанаты группы начали покидать трибуны.

Потом было награждение. Нас снова перенесли на Арену, и три команды призеров поднялись на пьедестал. Тогда-то и высветилось:

Разблокировано эпическое достижение «Morituri te salutant!»

Вы стали чемпионом юниорской Арены!

Награды:

– звание «Юный гладиатор»;

– перк «Юный гладиатор» (+5% к урону в боях против игроков; +5% к устойчивости в боях против игроков; +10 ко всем основным характеристикам).

Больше всех нам, наверное, завидовал Арон Квон, мой старый друг, с которым мы перестали общаться, после того как родители подарили ему робота-любовницу с внешностью Денизы Ле Бон. Ведь награждала нас сама Дениза Ле Бон! Ну не сама, конечно, а ее персонаж в Дисе, но это все равно была она!

Мы страшно смутились, даже Тисса замялась и слова не могла вымолвить. Не растерялся только Бомбовозище – обнял мировую звезду и чмокнул в щеку. Так он стал единственным среди нас, кому довелось прикоснуться, пусть и к виртуальным, но таким же, как настоящие, прелестям Денизы.

Сразу после награждения мы раздали кучу флэш-интервью и счастливые направились в зону телепортации, откуда нас должны были вернуть в Тристад. Но не успели. Группа впечатляюще экипированных игроков преградила нам путь, и восхищенные перешептывания друзей подсказали, кто хочет с нами пообщаться.

Первым заговорил мощный орк по имени Хорвац, лидер одного из топ-кланов «Странники». После обмена любезностями он перешел к делу:

– Готов принять всех вас к себе. Без испытательных сроков. Ускоренная прокачка, крафтовая экипировка, лучшие шмотки из кланхрана.

– Хорвац забыл сказать, что вам придется переметнуться к темным! – вмешался высокий лесной эльф Ягами. – Охота вам жить в Дисе с такой уродской внешностью? Забудьте о «Странниках», у меня точно такое же предложение, друзья, но в несколько раз лучше. Клан «Мизаки» поставит вам годовой оклад в размере сто тысяч фениксов…

– Двести тысяч, – перебил эльфа-японца титан Глиф, лидер «Лазурных драконов», топ-клана азиатского сегмента. – И не верьте Ягами, он сладко поет, но…

– Шлите этих неудачников подальше, – растолкав всех, посоветовал крупный мужчина и протянул мне руку. – Ярослав. Давайте, ребятки, к нам, в «Модус».

Это был Ярый, воин класса «богатырь» 390-го уровня, один из трех лидеров «Модуса», топового клана Альянса превентивов! Я жал его руку, глядя в стальные глаза с хитрым прищуром, а видел смерть Скифа.

– А можно автограф? – поедая глазами Ярого, попросила Тисса.

Нас пытались схантить даже такие экзотические кланы, как «Белые амазонки». Их глава – Элизабет, больше известная как Охряная ведьма, – прицепилась к Тиссе, предлагая встретиться в реале. «Милая, посидим в чудесной кофейне, выпьем… – сказала она жрице Спящих. – Прекрасно проведем время!»

Тисса тактично пообещала подумать – ответила так же, как и всем остальным. Думать-то здесь было нечего, потому что мы решили развивать свой клан.

Вскоре нас вернули в песочницу. Там-то, в Тристаде, мы ощутили все прелести превознесения – максимума репутации.

Город бурлил. Все вышли на улицы: радовались, праздновали, веселились и «в воздух чепчики бросали». Нас носили на руках, и первый советник Уайтекер, когда-то угрожавший выкинуть меня из города, бурно радовался и кричал, что отныне в Тристаде у «Пробужденных» стопроцентная скидка на все муниципальные услуги. Даже скупердяй Ташот наделил нас пожизненным правом бесплатно обслуживаться в его таверне.

Отдав дань уважения горожанам, мы пошли к зданию местной Арены, чтобы получить свой выигрыш – полмиллиона золотых! Огромные, просто нереальные деньги!

– Эх, надо было тысяч десять ставить, – посетовал Инфект. – Получили бы пять миллионов!

Почти весь выигрыш на тотализаторе и приз за победу мы торжественно внесли на банковский счет клана. «Дисгардиум Банк», хоть и управлялся Лигой гоблинов, по факту принадлежал самому «Сноусторму».

Потом встретились с Мэнни и Трикси, чтобы вручить им их «выигрыш», то есть то, что они могли бы выиграть, поставь на нас. Подумав, удвоили эту сумму, а заодно попросили Мэнни помочь вывести немного денег в реал.

– Мне придется объяснять, откуда я взял деньги, – засомневался рудокоп. – Но давайте попробуем, только не больше тысячи. Скажу, что продал вам руду. У меня как раз со всей бригады накопилось…

Закончив с делами, мы вышли из Диса, чтобы встретиться в реале. Из капсулы я выбрался в тишине и темноте, а потом вдруг зажегся свет, и я увидел ликующих родителей. Хорошо хоть им хватило терпения дождаться, пока я оденусь, и только потом они стали душить меня в объятиях.

– Мы так тобой гордимся, сынок! – вытирая глаза, сказала мама. – Но ты не зазнавайся! Дис – просто игра, а тебе надо учиться!

– Элен! – удивился папа. – Ну хоть сегодня обойдись без нравоучений…

Мама напряглась, но событие было слишком значимым, чтобы ссориться. Тем более я пообещал, что теперь буду учиться с большим усердием. Быстро отметив с родителями победу, я отпросился к друзьям.

И только выйдя на крышу, понял, что наша популярность достигла мирового масштаба – меня тут же окружила толпа репортеров и стайка дронов-операторов. Только закон о правах несовершеннолетних не позволил сотрудникам медиа разорвать меня на части, к тому же полиция выделила мне охрану.

Одноклассники залетели за мной, а с крыши моего дома мы прорывались в сопровождении полицейского эскорта, разогнавшего назойливых журналистов и папарацци. По пути, по рекомендации офицера полиции, спустились в крытую общественную парковку, где сменили флаер.

Праздновать чемпионство мы прилетели в тот самый ресторанчик, где недавно бывшие «дементоры» требовали от меня выдать подробности моего статуса. Мы заняли столик, сделали заказ и долго молчали, осмысливая достигнутое… Бурлящие эмоции выкипели, оставив лишь странную, хоть и радостную, пустоту.

В тиши полупустого зала приглушенно бормотал головизор. Вдруг кадры сменились, показывая церемонию награждения юниорской Арены.

Ханг встрепенулся, поднял пиво и заревел:

– А-а-а!!!

Мы переглянулись, а Ли продолжал орать, глядя на нас смеющимися безумными глазами.

– А-а-а-а-а!!! – поднявшись, заорали мы все вместе и расхохотались.

– Это только начало, друзья! – объявил Эд. – «Пробужденные» еще прогремят на весь мир! Ура!

– Ура!

Громыхнули кружки, проливая пиво на стол. Мы выпили и потом пили еще, общаясь и вспоминая наш общий путь сюда, который начался у городских стен Тристада. В ту ночь «дементоры» защитили меня перед Утесом, Рашидосом и Вистой. Казалось, это случилось годы назад, но прошло лишь два месяца.

Глядя на счастливые лица друзей, я наполнялся теплом и радостью. Проклятие Патрика О’Грейди и прощальный подарок Андрея Клейтона наделили меня сверхспособностями, которые принесли игровые успехи, но главным моим достижением стали друзья. Прав был Бегемот, когда говорил, что сила в единстве. В одиночку даже топовая «угроза» неспособна на то, что возможно с соратниками.

А дальше… Только Спящие знают, что нас ждет. Для начала было бы неплохо просто выйти из песочницы, сохранив статус «угрозы» A-класса.

Но прежде мне предстоит сделать нелегкий выбор: помочь Чумному мору уничтожить Тристад или выполнить квест Бегемота и потерять проклятие нежити…

Конец второй книги

Читайте следующую книгу серии «Дисгардиум 3. Чумной мор» на

https://litnet.com/ru/book/disgardium-3-chumnoi-mor-b155573

Группа автора во «Вконтакте»

https://vk.com/levelupkniga

Послесловие @books_fine

Книга подготовлена и выложена каналом @books_fine – крупнейшим литературным каналом Телеграмма.

Не забывайте о том, что ваша поддержка важна для КАЖДОГО автора. Ведь чем больше людей покупает его книги – тем больше времени он может уделять их написанию и радовать нас новыми произведениями. Если вам нравится книги и вы ожидаете продолжения – поддержите автора на официальной странице книги: https://litnet.com/book/102114

В случае, если с финансами совсем туго – минимальный размер награды – ВСЕГО 10 РУБЛЕЙ!

Content

Данияр Сугралинов
Дисгардиум 2. Инициал Спящих

***

Что было в предыдущей книге

Пролог. Тобиас

Глава 1. Альянс превентивов

Глава 2. Запрет на погружение

Глава 3. Кто хочет стать миллиардером?

Глава 4. Слишком много «По»

Глава 5. Сложный выбор

Глава 6. Предвестник

Глава 7. Рождение фарм-машины

Глава 8. Большой привет

Глава 9. Дилемма судьи Кэннона

Глава 10. Чумной мор

Глава 11. Отщепенцы

Глава 12. Реванш

Глава 13. Веселящий эликсир

Глава 14. Заведомо проигрышный спор

Глава 15. Пробужденные

Глава 16. Саботаж

Глава 17. Меж двух огней

Глава 18. Равноценная ставка

Глава 19. Мастер Сагда

Глава 20. Деритесь!

Интерлюдия 1. Беллами

Глава 21. Трудные уроки

Глава 22. Заклятые друзья

Глава 23. Начало похода

Глава 24. Непредвиденные обстоятельства

Глава 25. Призрак Вильяма Стаффорда

Глава 26. Охотники на монстров

Глава 27. Паразит внутри

Глава 28. Болотные гады

Глава 29. Поле боя

Глава 30. Гластонберри

Глава 31. Кулинарный турнир

Интерлюдия 2. Ева

Глава 32. Имитация

Глава 33. Улей сарантаподов

Глава 34. В единстве сила

Глава 35. Первый храм

Глава 36. Morituri te salutant!

Послесловие @books_fine