Уильямс Тэд

Дневник Дракона

Дневник дракона

Тэд Уильямс

Diary of a Dragon Copyright © 2013

Cover and interior illustrations Copyright © 2013

by William Eakin.

Дорогой Дневник

Сегодня ходил за покупками. Набрал полдюжины овец, двух свиней и принцессу. Овцы до уныния тощие, свиньи и принцесса — немного меньше. Ветер с гор был очень холодным и мои суставы ноют. Я становлюсь староват для этих глупых налётов.

Позже:

Я обнаружил угрожающего вида стрелу, застрявшую в чешуйках моей подмышки. Несомненно, кто-то из того замка. Как будто у них не было ещё трёх или четырёх принцесс поблизости и многих десятков в других замках. Я уверен, что это загноится. Даже если мне повезёт, и не дойдёт до гангрены, то, конечно, будет зудеть. Подлые маленькие людишки. Мне они никогда не нравились.

Дорогой Дневник

Овцы были жилистыми, как я и опасался. Если кто-то оставляет на поле старую баранину под видом весенних ягнят, они должны повесить на ней большой знак, гласящий «баранина», чтобы бедное старое существо, вроде меня, не напрягало свои больные крылья, возвращая её назад.

Свиньи выглядят более обнадёживающе. На завтрак у меня будет одна из них, а на десерт — принцесса. Прежде чем сьесть, я заставлю её посмотреть на эту раздражающую стрелу под моей передней лапой, чтобы она по-настоящему почувствовала свою вину.

Дорогой Дневник

Принцесса — ужасная дрянь. Она уползла в дальний конец моей пещеры, где я не могу дотянуться до неё, и не хочет выходить и быть съеденной. Полагаю, я мог бы зажарить её своим огненным дыханием, но тогда она просто останется там, и моё старое логово никогда не будет таким чистым, как раньше. (Памятка: выкинуть овечьи кости в мусорную кучу. Одну сохранить здесь, как напоминание не посещать то пастбище ещё раз.)

Я пытался рассуждать с ней, но это было бесполезно. Не в первый раз, удивляюсь, как у настолько глупого племени может быть такой замечательный обычай — овцы. (Хотя, видимо, племя, к которому принадлежит эта принцесса, отстает от других в сельском хозяйстве, если качество того, что я прихватил вчера, для них типично.)

Позже:

Ужасная принцесса всю ночь пела песни. Мои старые кости ноют, а в глазах такое ощущение, будто я пролетел через песчаную бурю. Я пригрозил зажарить её, но она просто громче запела. Вдобавок, к моей досаде, оставшаяся свинья испачкала пол. Я оттирал и отчищал мокрой берёзой, но вонь всё ещё чувствуется. Мой желудок чуть не вывернулся наизнанку, и я думаю, что сейчас не оценил бы принцессу, даже, если она поступила бы правильно и вышла.

Кроме того, теперь мне будет нужно найти место, чтобы помыть эту свинью, прежде, чем я смогу её съесть, но если я оставлю логово, то эта ужасная дрянь — принцесса, убежит, и мне придётся долгое время рыскать вокруг на холодном ветру, пока я не найду её. Я очень недоволен.

Дорогой Дневник

Вчера, после обеда, принцесса увидела меня пишущим в Дневнике, и спросила, — “Драконы умеют читать и писать?” На что я ответил (немного раздражённо), — “Лучше, чем принцессы умеют петь”.Это унизительно — опускаться до такого уровня, но я опять не выспался прошлой ночью. Я не знаю, кто учил эту гадкую девчонку музыке, но кто бы это ни был, его следует немедленно убить. Если можно, два раза.

Дорогой Дневник

На улице ненастье. Вот замёрзший медведь. Это тот полный дурень, о котором я писал прошлой осенью — который не знал, что нужно ложиться в спячку.

Дорогой Дневник

Мерзкая, мерзкая тварь шантажирует меня! Она сказала мне, что скучает и хочет рисовать, и, если я не дам ей мой Дневник и чернила, она будет петь ночь напролёт каждую ночь. И, что ещё я должен кормить её. Я онемел от гнева и, в ярости, удалился от этого закутка за логовом, слишком узкого, чтобы я туда влез, с моей больной спиной и прочим. Я опять испытываю желание испепелить её, но опасаюсь, что всё это так и будет продолжаться, только с подпалённой и недосягаемой принцессой …

Ужасно. Да, я по-настоящему в ярости. Если удасться решить проблему бегства, то, пожалуй, я выйду и найду нечто, что можно убить, чтобы выпустить пар.

Позже:

Я загородил валуном вход в пещеру (и, конечно, потянул мышцу в передней лапе, которая теперь жутко пульсирует), и вышел наружу. Я гнался за оленем, но он убежал в чащу, и я поцарапался. Когда я накладывал снег на раны (и ждал, пока чаща догорит), я решил, что будет легче дать ей, что она хочет. Если мы выработаем некоторое доверие, некоторое взаимопонимание, то, возможно, когда-нибудь она выйдет, и тогда я смогу её съесть.

Дорогой Дневник

Эта дрянь — принцесса рисует картины. К моему ужасу, я обнаружил, что она — одна из тех людей, которые поют, когда рисуют.

Разумеется, я не отдал ей Тебя, дорогой Дневник. Но я отдал ей несколько старых овчин, немного чернил и иглу. Когда я бросил их в её убежище, она сказала «спасибо». Спасибо! Как будто я какой-то добродушный старичок, который дал ей конфетку, а не благородный дракон, вынужденный выполнять угрозы и капризы малолетнего преступника. Самовлюблённая девчонка. Одну минуту, она что-то говорит.

Ха. Она хочет знать, могу ли я придумать способ как-то растянуть эти шкуры, чтобы их разгладить. “Когда у тебя будет минутка-другая”, — сказала она.

Я буду поедать её очень, очень медленно.

Дорогой Дневник

Вот картина, на которой она изобразила меня. Хотя она заставила меня выглядеть гораздо старше, чем я есть (вместо того, чтобы польстить её хозяину, она сделала наоборот), я полагаю, что это довольно похоже. Если бы она не была человеком и ужасной поющей дрянь-принцессой, то я, возможно, даже похвалил бы её за это. Как бы то ни было, я помещу эту картину сюда, между Твоими страницами, дорогой Дневник, и, может быть, я позволю ей прожить немного дольше, только, чтобы увидеть, сможет ли она создать портрет, лучше показывающий благородные черты моего лица.

(Клянусь, что никогда не смотрю искоса и таким нелепым образом!)

Дорогой Дневник

Трудно поверить, но, по-видимому, у этой дрянь-принцессы, есть поклонник. Большой (по стандартам этого вида) и очень глупый (по любым стандартам) человек сегодня объявился у двери пещеры, обозвав меня “Грязным Похитителем Целомудренной и Прекрасной Лилиан” — что, по-моему, является именем дрянь — принцессы — и вызвал меня на бой.

Что было странно, так это то, что принцесса появилась, в ярости от всего, что я делал. Она продолжала вопить на нас обоих, чтобы мы остановились — бронированного человека, видимо, зовут «сэр Грег» — и когда мы сражались уже некоторое время, около часа, и сделали небольшой перерыв, она закричала, что я держу её в плену магическим заклинанием, и что, если этот Грег убьёт меня, она тоже погибнет.

Хотя я признаю, что несколько тяжело дышу, я уверен, что, когда отдышусь, я одержу над ним победу, поэтому я не испытал ни счастья, ни облегчения, когда он поймал её на слове и возвратился в замок. Я спросил, что, по её мнению, она сделала, поскольку благородный дракон никогда не станет забавляться такой подлой человечьей вещью, как заклинания.

“Пыталась помешать двум идиотам убивать друг друга”, — был её ответ. Самодовольное, приводящее в бешенство создание.

Дорогой Дневник

Она рисует и рисует, почти всё время. Некоторые картины по-своему хороши, и время от времени я буду немного использовать Твои священные страницы, о дражайший Дневник, чтобы их показать.

К своему ужасу, я обнаружил, что она уже нарисовала саму себя и другие вещи на Твоих полях, мой бедный испорченный Дневник — наверное, я оставил Тебя слишком близко к её убежищу, когда та невоспитанная свинья со своим свинячьим пищеварением доставила хлопот — и эти страницы уже являются свидетелем её, в общем и целом, преступного характера.

Нет, я несправедлив. Только её музыкальные предпочтения можно назвать по-настоящему преступными. Прочие её выходки просто отвратительны. На самом деле она рисует довольно неплохо и, хотя её самодурство и эгоцентризм ужасны — только сегодня она сказала, что, если бы она шла своим путём, я никогда бы даже не подумал её съедать — она далеко не худшая из своей шумной мягкокожей породы.

Дорогой Дневник

Я обнаружил, что иногда почти приятно слышать другой голос возле пещеры — спешу рассказать, пока этот голос не начал петь. Но когда кошачий концерт прекращается, время от времени мы беседуем, и я наслаждаюсь этим обменом мнениями.

Принцесса Лилиан не кажется сильно скучающей по замку. “Они там никогда не позволяли мне что-нибудь делать”, — пояснила она. “Никто не разрешает мне рисовать — они настаивают, что это не подобает леди. Всё, чего они хотят от меня — это стоять рядом и падать в обморок от статных рыцарей. Ну и чушь, говорю тебе”.

Это имело некоторый смысл, но затем она спросила меня, почему я живу один, что вообще не имело никакого смысла. Как ещё я должен жить, не мог сдержать я вопроса. Драконы не собираются в стада, как овцы и люди.

“Но ты никогда не был женат? Не было никаких женщин-драконов?”

Я указал, что выбрал одинокую, даже монашескую жизнь, иными словами, на мои заслуги. Это сохраняет моё высокое и благородное предназначение.

“И какое же это предназначение?”, — спросила она.

Люди — для еды, и только для еды. Разговаривать с ними бессмысленно. Я буду помнить это впредь.

Дорогой Дневник

Принцесса Лилиан очень занята чем-то, хотя она не показывает мне, что это. Тем временем, или её пение улучшилось, или мой музыкальный слух был расстроен её постоянным немелодичным щебетанием, потому что сегодня, в середине безмятежного дня (я доделывал вчерашнюю дверь, а она работала над своим теперешним таинственным проектом), я поймал себя на притопывании к одной из её мелодий.

Думаю, у меня в запасе ещё много веков до наступления старческой дряхлости, но это меня беспокоит.

Дорогой Дневник

Сэр Грег (который считается наименее неприятным из всех рыцарей, хоть и “не самая”, как она выразилась: “тугая лента на майском дереве”) опять появился перед пещерой. Но прежде, чем я смог выйти и сразиться с ним огнём и когтем, принцесса попросила, чтобы я взял кое-что для него. На самом деле, две вещи: один большой конверт и один крошечный, человеческого размера.

После того, как сэр Грег прочитал содержание маленького, он, без единого слова, развернулся и поскакал прочь на своей лошади. Я был полностью готов к жестокому сражению, поэтому, конечно, я был очень разочарован, но это оставит больше времени для чистки моей коллекции шлемов крестоносцев.

Когда я спросил Лилиан, что всё это значило, она только улыбнулась. Я уверен, она делает это нарочно — возможно, даже практикуется, когда я сплю. Никто не может быть таким раздражающим ненамеренно.

Дорогой Дневник

Я проснулся этим утром от крайне необычного звука. Когда я открыл глаза, я был вдвойне удивлён, во-первых, обнаружив, что принцесса Лилиан покинула свою потайную нору, а во-вторых, увидев, что она прибирается в пещере!

Я подумал о её пожирании, больше по привычке, чем по какой-либо другой причине, но теперь я предпочитаю избегать таких мыслей. Однако, я задался вопросом, не могла ли она воспользоваться удобным случаем, чтобы удрать из пещеры и вернуться в замок и семью, которая, наверное, скучает по ней. Вместо этого, она вымела мусорную кучу за переднюю дверь (я уверен, что у меня там было несколько овечьих костей с отличным костным мозгом!), а потом почистила шлемы крестоносцев (боюсь, что опять забыл это сделать), и даже привела в порядок старые тома моих записей. Затем она взяла ещё овчин и вернулась в своё убежище.

Это означает, что она действительно хочет оставаться здесь? Со мной? Что за странная идея.

Дорогой Дневник

Принцесса Лилиан решила по вечерам выходить в основную часть пещеры, она сказала, что там лучше освещение для рисования. По её просьбе я даже зажёг огонь. Теперь нам будет нужен дымоход. Женщины — это невероятное беспокойство! Мне всё больше ясно, почему я так счастлив своей холостяцкой жизнью.

Однако, не так уж неприятно иметь какую-то компанию.

Дорогой Дневник

Ха! Я знал, что это было ошибкой — стать таким сентиментальным и снисходительным. Эта дрянь-принцесса забрала себе совершенно недопустимую волю. Я разъярён! Если бы я уже опрометчиво не пообещал ей, что не сожру или не причиню ей вреда по-другому и если бы слово дракона не было его священной клятвой, я поджарил бы её на месте.

Она послала своего безмозглого поклонника на поиски местонахождения женщины-дракона, и хуже того, он её нашел! Сегодня утром он прискакал и оставил на моём пороге это письмо.

Уважаемый г-н Вермисторикс,

(Эта мерзавка Лилиан узнала моё имя из моих дневников! Вот вам и частная жизнь!)

Я с интересом прочитала Ваше письмо.

(Какое письмо?)

Да, я тоже часто думаю, что это позор, что мы, драконы, должны держать наши владения вдалеке друг от друга. Хотя я и счастлива в моём высоком горном доме, в компании с моими книгами и моей пумой, Брауникиным …

(Брауникин! Это похлеще, чем я мог себе представить! Неудивительно, что я остаюсь холостяком.)

… бывают минуты, когда я тоже задаюсь вопросом, как бы это выглядело — проводить время в обществе родственной души.

(Читая это, я не могу не думать, какую же чушь обо мне дрянь-принцесса написала в своём поддельном письме.)

Если Вы захотите переписываться, этот любезный маленький человечек говорит, что будет рад послужить гонцом для любого послания, которое Вы можете пожелать отправить.

С уважением,

Г-жа Офидия Монтедрако

Самое поразительное, что принцесса даже не устыдилась. Более того, она притворилась, что не понимает, почему я возмущён. “Ты одинок”, — сказала она. “И я не смогу всегда быть рядом”.

У меня пропал дар речи. Я опять загородил вход скалой — по крайней мере, это оставит её побег с её дубоголовым возлюбленным только замыслом — и отправился в налёт на несколько ферм. Я сжёг сарай и заброшенную церковь, очень глупо почувствовав себя после этого. Вся эта растрата пламени и полёты, и не одной пойманной овцы, испепелённого рыцаря, или сожжённой нахальной принцессы.

Дорогой Дневник

Так или иначе, меня уговорили отправить ответ г-же Монтедрако — г-же? Теперь даже драконы скатились до модернистской чуши? Какая-такая г-жа? Это звучит, как гудение насекомого. Вот копия того, что я написал.

Уважаемая и т. д.

Очень приятно получить известие от Вас. Разумеется, я — убеждённый холостяк, и вполне доволен своей судьбой в жизни, но, пожалуй, согласен время от времени грешить культурной перепиской.

С уважением, и так далее.

Принцесса, не удовлетворившись разрушением моей мирной жизни, также настаивает на том, чтобы послать мой портрет, хотя я понятия не имею, для чего. Она думает, что г-жа Монтедрако никогда раньше не видела другого дракона?

Я не надевал ни одной из этих вещей с выпускной пирушки в Университете Рептиликус, века тому назад. Однако, они удивительно хорошо подходят, не правда ли?

Дорогой Дневник

Сэр Грег прискакал и ускакал назад с другим письмом. Я обнаружил, что необычайно стремлюсь его прочитать, поэтому я отложил его до вечера. Полагаю, это не так уж плохо — немного побеседовать с кем-то другим из моего вида за столько лет.

Уважаемый Фламмиферус (если я могу называть Вас по имени),

(И кто сказал ей моё имя? Я подписал своё послание представительным “Ф. Вермисторикс, эсквайр”),

Ваши смелые слова заинтриговали меня. Несмотря на то, что я примирилась с положением старой девы, сейчас я чувствую некий огонь, горящий в моём женском сердце, где после многих холодных лет, почти погасли последние тлеющие угольки.

(Смелые слова? Это про моё осторожное использование глагола, «грешить»? Я долго его обдумывал.)

Я долго и крепко думала о Вашем приглашении и полагаю, что смогу найти какое-то время в моём расписании и посетить Вас в конце месяца. Девичья скромность запрещает мне намекать, с каким нетерпением я ожидаю личной встречи.

ЧТО?!

Ваша тлеющая,

Офидия

Дорогой Дневник

Я немного пришёл в себя после вчерашнего расстройства, и большая часть дыма уже выветрилась из пещеры.

Принцесса Лилиан с невероятной наглостью распекала меня за мою вспышку. “Ты подпалил кромку моего платья”, — сказала она. Я ответил, что ей повезло, что я не поджарил её, как баранину.

“Многие люди нервничают в такой ситуации”, — сказала она мне. “Я уверена, что ты ей понравишься — в конце концов, ей ведь понравился твой портрет”.

Почему-то я утратил способность спорить с этой сумасбродной девчонкой. Единственный выход, доступный мне теперь — это сбежать, улететь прочь. Где-нибудь в южных пустынях должна быть пещера, где старый отшельник может прожить свои последние дни, не тревожимый ни принцессами, ни хищными драконьими девицами. Сегодня вечером я соберу вещи.

Дорогой Дневник

Загвоздка в том, дорогой Дневник, что, если я уйду достаточно далеко, чтобы скрыться от этого ужасного существа Монтедрако, я не смогу взять всё своё имущество, включая все Твои предыдущие тома, мой ненаглядный дневник. Если я поселюсь достаточно близко, чтобы совершить несколько рейсов, то Грег ужасно скоро выследит меня. У него нюх на драконов, как у ищейки, будь он проклят.

Полагаю, я не смогу уйти сегодня. Но как только я решу эту проблему, я уйду.

Дорогой Дневник

Я пока ещё не ушёл, но уже скоро. Ужасная, ужасная принцесса, видимо, сегодня в отличном настроении. Наверное, разрушение моей жизни было её целью всё это время. Если так, то она блестяще преуспела.

Я потребовал объяснений, почему она улыбается. “Старый Грэгги не такой идиот, как я его представляла”, — ответила она. “Вообще-то он довольно милый … своим мальчишеским образом”.

Я должен был съесть её, когда у меня была возможность. Я должен был. Но теперь она оставила бы в моей пасти вкус горького пепла. Горького пепла и масляной краски.

Дорогой Дневник

Это существо, Монтедрако, прибывает завтра, и я всё ещё не решил, что делать. Принцесса Лилиан, с помощью вечно раздражающего сэра Грега, взяла это на себя, чтобы разрушить мою жизнь ещё больше уборкой всей пещеры целиком. “Ты захочешь, чтобы твоему гостю было приятно”, объяснила она — одно из самых бессмысленных высказываний, которые я когда-либо слышал.

Но она не может остаться здесь, в моей пещере, сказал я. Это совершенно невозможно!

“Я буду здесь, как компаньонка”, — сказала мне принцесса. “Так что всё будет в порядке”.

Я уверен, что когда-то моя жизнь имела смысл. Но я обнаружил, что уже не могу его вспомнить.

Дорогой Дневник

Я скажу это про Офидию — я имею в виду, г-жу Монтедрако. Она — не проныра. Она очень вежлива и учтива, как и подобает одной из наших высших разновидностей. И она принесла мне шлем крестоносца для моей коллекции — мальтийский Гроссмейстер, один из тех, которых у меня не было! Она сказала, что его владелец был удивительно жирным и вкусным, и она подозревает, что он не так уж много сражался.

Вот портрет Офидии, который сделала принцесса Лилиан. Я не уверен, что он полностью воздаёт ей должное — что ни говори, стройность её задних лап и поистине очаровательную переливчатость её чешуек не перенесёшь на растянутую овчину.

Разумеется, я решительно сказал ей, что, хотя я рад с ней познакомиться, пока она у меня в гостях, она должна уважать мои устоявшиеся холостяцкие обычаи.

Дорогой Дневник

Кто-то повесил новые занавески. Они поистине возмутительные, солнечно-жёлтые.

Я сказал Офидии, что понимаю, что она и принцесса Лилиан могут желать переделать весь мир, но, что ни при каких обстоятельствах я не позволю разрушать мою жизнь. В конце концов, это домашнее беспокойство может отвлечь меня от моего высокого и благородного предназначения.

Дорогой Дневник

По всей видимости, дорогой Дневник, завтра я женюсь. Я не уверен точно, как это получилось. Принцесса Лилиан говорит мне, что я безумно рад этому. В этом я также точно не уверен, но должен признать, что перспектива Офидии, заканчивающей визит и возвращающейся на свою далёкую гору, огорчает меня.

Однако, не может ли быть какого-нибудь менее радикального способа разрешить эту проблему?

Вы сердечно приглашаетесь на Свадебный Банкет

Фламмиферуса Вермисторикса, эсквайра, и г-жи Офидии Монтедрако

В Первую Среду Апреля

на Большом Поле за Вратами Замка Респектабль

Из Уважения к Высоким Чувствам (и Вкусам) некоторых Гостей (некоторые из Которых являются Людьми), Животные, Более Сложные, чем Овцы, не будут Поедаться.

Дорогой Дневник

Мы решили сделать это двойной свадьбой. Принцесса Лилиан даже спела песню. Кажется, сэр Грег и гости вытерпели это весьма отважно.

Офидия и я планируем провести медовый месяц в Южных Морях, где, по-видимому, есть несколько горячих лавовых бассейнов, в которых, говорит Офидия, “старые кости почувствуют себя, словно новые”. Поживём-увидим. Это длинный путь для перелёта, но я действительно предвкушаю его. Наверное, я правда немного засиделся дома последние несколько веков, как намекают некоторые. Не то, чтобы я потерял всё достоинство и начал поступать, как двухсотлетний юнец. В конце концов, я — зрелый дракон, с определённой солидностью, и высоким и благородным предназначением.

Принцесса Лилиан оставила нам копию этого, на память. Она возвращается в замок с сэром Грегом. К моему сожалению она ничуть не исправилась и всё ещё говорит самые ужасающие вещи, даже не краснея. Она сказала нам, что ожидает вскоре услышать “топоток чешуйчатых ножек” и потребовала разрешения нарисовать официальные портреты “прелестных сладких малюток”. Я едва могу вынести, когда она об этом толкует.

Брачный Договор между Принцессой Лилиан из замка Респектабль и Сэром Грегом из Ле Шато дю Бо Идеаль.

1. Никто и Ничто не должны Приказывать Принцессе или Пытаться Остановить её Рисование.

2. Сэр Грег Может Продолжать Поиски и Сражения с Драконами, при Условии, что Он Получит Разрешение на Подобное (и Драконы Не Пострадают Во Время Боя.)

3. Смотри пункт номер (1) Один.

подписано: (принцесса, и Грег «X».)

Content

Уильямс Тэд Дневник Дракона