Анна Хогтон

Маска Арибеллы

Посвящается Мэтту и Сью

Магия – это вера в себя.

Если ты можешь поверить, ты можешь всё.

Иоганн Вольфганг фон Гёте

Anna Hoghton

THE MASK OF ARIBELLA

Copyright © Anna Hoghton, 2020

This edition published by arrangement with Madeleine Milburn Ltd

and The van Lear Agency LLC

© Куклей А.Л., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Послание из «Chicken House»

Я никогда не думал, что прочту ещё одну историю о Венеции, которая будет такой же душевной, волнующей и неожиданной, как «Король воров» Корнелии Функе. Но мудрая Анна Хогтон наполнила этот туманный и таинственный водный мир новой магией. В «Маске Арибеллы» она подарила нам захватывающую историю об удивительных масках, верной дружбе и сражении со смертельным врагом. Блистательно! Пришлите мне гондолу, немедленно!

Барри Каннингем,

издатель,

«Chicken House»

1

Арибелла и её друг Тео сидели рядышком на палубе рыбацкой лодки, глядя на свой родной остров, лежащий по другую сторону лагуны. Вдалеке уже показались ярко раскрашенные домики Бурано.

Стояло последнее утро сентября. Завтра у Арибеллы день рождения: ей исполнится тринадцать…

– Эй, не хочешь помочь? – крикнул отец Тео, сражаясь с парусом. – Нас обгоняют!

Тео возвёл глаза к небу, но поднялся на ноги. Арибелла осталась сидеть. Девица в лодке – к несчастью, так говорили рыбаки. К счастью, отец Тео не был столь суеверен и взял Арибеллу на борт. Правда, конечно же, никогда бы не позволил ей прикоснуться к парусу. Арибелла не жаловалась; отец Тео и так уже проявил к ней доброту. Однако она внимательно наблюдала, как Тео возится с верёвками, пытаясь запомнить как можно больше.

Грязноватый старый парус то и дело обвивался вокруг скрипящей мачты; но вот наконец он распрямился и поймал ветер. Тео издал восторженный вопль.

– Браво! – крикнул его отец, поворачивая руль.

Видавшая виды рыбацкая лодка плавно заскользила по тёмной воде, набирая скорость, и быстро догнала небольшую флотилию, плывущую к главному острову Венеции.

Мальчишки с сонными глазами настороженно смотрели на Арибеллу с других лодок. Она потупилась. Девочка привыкла к таким взглядам.

Тео плюхнулся рядом с ней.

– До сих пор не понимаю, зачем ты сюда приходишь, – сказал он, опустив носок башмака в воду. – У меня-то нет выбора, но ты?.. По утрам могла бы найти себе занятие повеселее – лазать по крышам, купаться, играть с Луной или…

– Мне нравится здесь, – перебила Арибелла, кутаясь в плащ.

Тео фыркнул:

– Кому может понравиться с головы до ног измазаться рыбьими кишками?

– Я не против, – настаивала она.

– Ладно, как скажешь, – насмешливо отозвался Тео, но улыбнулся ей.

Лагуна и небо окрасились в розовые и оранжевые цвета. Мир, тонувший в мягком тумане, выглядел волшебно. Рыбаки с других лодок окликали отца Тео, приветствуя его, и он весело отвечал им. Арибелла глянула на его открытое бородатое лицо, и ей стало тоскливо. Он был таким бодрым, полным жизни… таким непохожим на её собственного отца.

Она любила помогать на рыбном рынке Пескерье, потому что тогда хотя бы на краткое время могла почувствовать себя частью чего-то, ощутить, что чему-то принадлежит. И хотя было стыдно это признавать, Арибелла искала возможности сбежать из мрачного дома отца, где он сидел день за днём, плетя свои кружева, молчаливый и вечно погружённый в траур.

Прошло уже десять лет с тех пор, как умерла мама, но отец так и не оправился от горя. Арибелла была тогда совсем маленькой и почти не помнила мать. Она постоянно переживала за отца – и лишь на рынке могла на некоторое время позабыть обо всём этом. Правда, потом ей становилось мучительно стыдно за это…

Тео откинулся назад, опершись на локти, и закрыл глаза. Арибелла же смотрела по сторонам, глядя на пробегающие мимо острова.

Вот Сант-Эразмо, где жили фермеры. Здесь растили овощи и фрукты для всего города. Несколько мальчишек с Бурано однажды попытались украсть там артишоки, и их прогнали палками… От острова отплыли несколько лодок и присоединились к флотилии, спешащей к рынку.

Вот позади остался Мурано – знаменитый остров стеклодувов, а потом Сан-Микеле – остров-кладбище.

Вдалеке кричали чайки. Из моря выскользнуло солнце, и небо покрылось тонкими голубыми полосами. А впереди показался – во всей своей ослепительной красе – главный остров Венеции.

Площадь Сан-Марко уже была запружена народом. Восходящее солнце осветило красный кирпич кампанилы – колокольни – и замерцало на бледных стенах Дворца дожей, низкого прямоугольного здания, украшенного, словно великолепный торт, с каменными арками, замысловатыми, как папино кружево. Ряды тёмных окон смотрели на лагуну, похожие на пустые глазницы венецианских масок.

Когда лодка подплыла ближе, Арибелла увидела на стене дворца голову льва. Оскаленную львиную пасть… Она была ещё слишком далеко, чтобы прочитать надпись под ней, но Арибелла и так знала, что там сказано. Даже дети, ещё не умеющие читать, знали. Per Denontie Segrete – «Для тайных доносов».

Родители предупреждали своих расшалившихся отпрысков, что их имена попадут в пасть льву, и тогда стражники дожа явятся и накажут их…

Конечно, на самом деле львиная пасть предназначалась не для непослушных детей. Там могло оказаться имя любого, кого считали опасным. Никто не знал, что происходило с такими людьми после того, как за ними приходила стража. Некоторые говорили, что их бросают в тюрьму дворца. Другие уверяли, будто ночью их вешают между колоннами на площади Сан-Марко… Одно можно было сказать наверняка: никто не хотел бы это узнать.

Арибелла вздрогнула.

– Эй? Арибелла?

Тео помахал рукой перед её лицом.

– Прости. Я, кажется, была далеко отсюда. – Она улыбнулась. – Что ты говорил?

Что бы ни говорил Тео, в следующий миг всё было позабыто. Тео вскочил на ноги – так, что лодка опасно закачалась, – и вытянул руку, крича:

– Санто чьело! Дож!

И впрямь: перед ними, двигаясь намного быстрее рыбачьих лодок, скользили элегантные гондолы, ведомые дворцовыми стражниками в масках. В центральной гондоле сидел человек в белоснежной мантии и маске, украшенной сверкающими алмазами. Дож Венеции.

Арибелла тоже вскочила на ноги. Дожа не видели за пределами дворца месяцами; вот уже много лет он был болен.

Дож поднял руку, затянутую в перчатку, и помахал в знак приветствия. Он всегда был щедр к бедным – по крайней мере до того, как заболел.

– Приятно видеть его в добром здравии, – сказал отец Тео.

Дож повернулся в их сторону. Алмазная маска сверкала на солнце так ослепительно, что Арибелла зажмурилась. Когда она снова открыла глаза, гондола дожа уже плыла к дворцу.

– Как думаешь: дож надевает маску, чтобы скрыть, насколько он болен? – спросила она у Тео.

Тот пожал плечами:

– Может быть. Помню, я видел его, когда был маленьким. И тогда, могу поклясться, никакой маски он не носил. А ты в то время ещё даже не родилась, – поддразнил он. – Может, она ему просто нравится. Если б у меня была маска с таким количеством бриллиантов, я бы никогда её не снимал. Хотя, вообще-то, его маска мне ни к чему. А вот если б…

– Гондолу, – закончила Арибелла.

Тео улыбнулся.

– Ты только глянь на них. Какие они быстрые! Ты знаешь, что гондолы делают из нескольких пород дерева? Дуб, вишня, вяз, сосна…

Арибелла знала. Тео говорил об этом сотню раз.

– И один борт немного выше другого. Это делают специально, чтобы сбалансировать вес гребца на корме, – продолжал Тео. – А этот изогнутый гребень на носу называется «ферро». Да, папа? Эх, хотелось бы мне однажды заиметь гондолу!

Тео тяжко вздохнул. Его отец промолчал.

– Ну, может, она у тебя и будет когда-нибудь, – ободряюще сказала Арибелла.

Тео не ответил – лишь снова вздохнул, и Арибелла пожалела о своих словах. Она знала, о чём думает её друг. Лишь те, кто родился в богатой венецианской семье, может надеяться на собственную гондолу. А Тео всю жизнь будет рыбаком. Как его отец, как его дед… Что ж, по крайней мере, он знал, где его место в этом мире. Арибелла завидовала этой ясности. Её собственное будущее было таким же мутным, как вода в канале.

Флотилия гондол подплыла к причалу. Дож вышел из лодки, вместе с охраной миновал арку и скрылся во дворце. Несколько рыбаков огорчённо охнули, когда дож исчез, и пожелали ему здоровья.

Рыбачьи лодки миновали дворец, оставили позади колокольню и вошли в Гранд-канал – главную водную артерию города, изгибавшуюся в форме буквы S. Этим утром, как и в любой другой день, кроме воскресенья, здесь царило невероятное оживление. Канал был забит лодками с самыми разными товарами, среди них яркие помидоры и сверкающие сардины.

Торговцы здоровались с отцом Тео, а тот кричал в ответ:

– Чао! Бонжорно!

И Арибелла раздувалась от гордости просто потому, что сидела с ним в одной лодке.

Она смотрела на огромные палаццо по обе стороны Гранд-канала – дома самых богатых семей Венеции. Покрытые цветами балконы, красивые причалы и обрамлённые арками двери… Эти здания совсем не походили на скромные хижины острова Бурано.

Многие из них были достойными соперниками самого Дворца дожей; солнце скользило от окна к окну, словно не могло решить, где остановиться. Арибелла и Тео провели много утренних путешествий, фантазируя, каково это – жить в палаццо. Тео всегда дразнил Арибеллу за её любимое палаццо, на полпути по Гранд-каналу, прямо перед мостом Риальто. Оранжево-пурпурные витражи были разбиты и заколочены, а канареечно-жёлтая краска отслаивалась. Удивительно, что его не снесли, но Арибелла была рада, что палаццо по-прежнему стоит. Было в нём нечто, неизменно притягивающее её взгляд.

Вокруг внезапно стало сумрачно и прохладно – их лодка вплыла в тень под мостом Риальто. Арибелла и Тео играли в обычную игру, касаясь пальцами нижней части моста. В детстве достать до него было ой как непросто, но сейчас они с лёгкостью дотягивались до слизистых кирпичей. Это напомнило Арибелле, что её дни на рынке с Тео сочтены. Тринадцать лет – уже взрослая девушка. Тео будет рыбаком, но кем станет она? Кружевных дел мастером, как отец?

Она была неуклюжей, и её шитьё выглядело просто ужасно. Но как ещё им с отцом выжить, когда его зрение начнёт сдавать? А это рано или поздно случится…

Арибелла выбросила из головы эти заботы, когда они вновь оказались в ярком солнечном свете, по другую сторону моста. Как обычно, она уловила солёный и резкий запах рынка Пескерье, который так полюбила. Вскоре показалось пёстрое нагромождение лотков, заполонявших пространство под арками крытой галереи. Отец Тео подогнал лодку к причалу торговцев и ушёл устанавливать собственный лоток, оставив Арибеллу и Тео выгружать рыбу. Сегодня – как и весь год – ящики были полупустыми. С недавних пор рыбы в лагуне стало заметно меньше, и это тревожило каждую семью на Бурано. Никто не хотел лишиться заработка.

– На этой неделе опять неважный улов, – пробормотал Тео.

– У всех так, – отозвался рыбак в соседней лодке. – Должно быть, направление зыби меняется или что-нибудь в этом роде.

– Тьфу! – буркнул другой рыбак. Лицо его было мрачным. – Восемь месяцев такая история. Восемь! Я вам скажу, в чём дело. Гадалка уверяла, что грядёт кровавая луна. И вы знаете, что это значит?

– И что же? – спросил первый рыбак.

– Плохое предзнаменование. Очень плохое.

Мужчина подозрительно покосился на Арибеллу, но та сделала вид, что не замечает его взгляда.

2

– Что за кровавая луна? – прошептала Арибелла, когда они с Тео несли ящики к прилавку.

– Не знаю. Очередная чушь. – Он пожал плечами.

Как и отец, Тео не обращал внимания на сказки и прочие «чепуховые суеверия».

– Папа сказал, что тот человек тратит деньги на гадалок и хиромантов вместо того, чтобы купить хлеб для своей семьи, – пренебрежительно добавил он.

Гадалки постоянно отнимали у рыбаков с таким трудом заработанные монеты. Однако Арибелла не могла выкинуть из головы взгляд, которым наградил её тот мужчина. Она привыкла, что другие дети косо на неё смотрят, но взрослые, как правило, ею не интересовались.

Арибелла постаралась выбросить это из головы и сосредоточиться на работе. Утро выдалось хорошее. Они с Тео красиво разложили рыбу на лотке и уже продали приличное количество. Тео рассмешил её, взяв омара и заставив его танцевать на прилавке, словно тот был живой. В обед отец Тео принёс им тёплые булочки; они уселись на прохладный камень у канала и ели, болтая ногами над водой.

Осенью от канала пахло намного лучше, чем летом, и хотя было холодно, Арибелле нравилось сидеть тут на солнце, рядом с Тео.

– Вы с папой завтра устраиваете что-нибудь? – спросил он.

– Нет. С какой стати?

– Как это с какой? У тебя же день рождения! Тринадцать лет – важная дата.

– О!.. – Арибелла покраснела.

Она почти забыла об этом, да и папа вряд ли вспомнит. Когда Арибелла была маленькой, отец покупал ей кусочек торта, но с годами это прекратилось. Как будто каждый день рождения напоминал ему, что минул ещё один год без мамы.

– Ничего не будет, – торопливо пробормотала она. – Ты же знаешь, какой у меня папа.

– Всё ещё грустит? – спросил Тео. – Прости. Я просто хочу сказать… ну, уже ведь десять лет прошло.

– Знаю. Но кажется, ему становится только хуже.

Арибелла отвела взгляд и с трудом сглотнула. Если она слишком долго думала об этом, начинало щипать глаза.

– Прости, Ари. Я не хотел тебя расстроить. Просто… ну, может, как-то напомнить ему? Наверняка он решил бы устроить праздник.

– Возможно, – откликнулась Арибелла.

Тео очень добрый. Но она никак не могла представить, что папа захочет праздновать.

Тео собирался сказать ещё что-то, но тут насмешливый голос заставил их обернуться.

– Так-так-так, гляньте-ка, что кот притащил.

У Арибеллы свело живот.

Гиан. Высокий парень с засаленными волосами. Он улыбался, не разжимая губ. Впрочем, улыбался Гиан нечасто и, как правило, – чтобы над кем-то позлорадствовать.

Тео замер.

– Исчезни, Гиан.

– Я-то имею полное право тут быть, – отозвался Гиан. – В отличие от неё. Она не одна из нас.

Тео уже раскрыл рот, чтобы ответить, и Арибелла поспешно шепнула:

– Всё в порядке.

Она уже успела выучить, что поддержка Тео только ухудшит ситуацию. Гиан искал повод подраться. Арибелла знала, что лучше всего просто на него не реагировать. К сожалению, Гиану сегодня было скучно.

– Что это у тебя? – Он выхватил у Арибеллы оставшуюся половину булочки и сунул её в рот. – Тьфу, чёрствая. – Гиан выплюнул непрожёванный кусок в канал.

Арибелла смотрела, как тонет её булка, и старалась не думать о том, что очень скоро голод напомнит о себе.

– Так не годится, – сердито сказал Тео. – Вот, возьми.

Он протянул Арибелле остаток своей булочки, но она покачала головой.

– Ничего. Я уже наелась.

Гиан по-прежнему нависал над ними как грозовая туча.

– Вы слышали, что болтают на рынке? О кровавой луне и всяком таком?

Тео закатил глаза:

– Может хватит уже слушать глупые россказни, Гиан?

– Они не глупые! Кровавая луна реальна. Это предзнаменование.

– Предзнаменование чего? – усмехнулся Тео.

Гиан сделал драматическую паузу:

– Что восстанут мёртвые. Злые призраки, пожирающие души. Они выйдут из лагуны.

Арибелла почувствовала, как приподнимаются волоски на шее. Слова Гиана повисли в воздухе. Тео молчал. «Он поверил»? – подумала Арибелла, но тут же поняла, что её друг просто изо всех сил старается не смеяться. Страх тут же исчез. Они с Тео захихикали.

Гиан покраснел как помидор.

– Если ты в это веришь, – проговорил Тео, утирая выступившие слёзы, – значит, ещё глупее, чем выглядишь. А это о многом говорит.

Красное лицо Гиана теперь стало багровым.

– Что ты сказал? – рявкнул он, выпучив глаза.

– Ничего, – отозвался Тео с невинным видом. – Ари, кажется, Гиан слышит какие-то голоса.

– Может, это злые духи? – пробормотала она, и они с Тео согнулись от хохота.

Лицо Гиана стало мрачнее зимнего шторма. Он схватил Тео за ворот рубашки и вздёрнул его на ноги.

– А ну отпусти! – крикнула Арибелла.

Гиан проигнорировал её.

– Тебе следует поосторожнее выбирать друзей, Тео, – сказал он и сплюнул. – Они с папашей даже не уроженцы Бурано. Никто не знает, откуда они. Это чужаки.

Тео вывернулся из рук Гиана.

– Заткнись!

Глаза парня блеснули от злости:

– Почему её отец не выходит из дома? Почему ни с кем не разговаривает? А что случилось с её мамой? Она не знает! Говорят, она не знает даже, как звали её родную мать!

Арибелла старалась не обращать на него внимания, но щёки стали горячими от стыда. Как можно не знать имя собственной мамы?.. Сколько бы она ни просила, отец отказывался рассказывать о матери хоть что-нибудь.

– Не смей так говорить о семье Арибеллы! – гаркнул Тео.

– Знаете, что я думаю? – с ухмылкой спросил Гиан.

– А ты умеешь думать? Вот так сюрприз! – в тон ему отозвался Тео.

– Тео, прекрати! Пожалуйста! – взмолилась Арибелла.

– Я думаю, что папаша убил её мать, – сообщил Гиан. – Вот почему он такой странный. И вот почему всё это окружено такой тайной.

– Неправда! – крикнула Арибелла.

Она не хотела вестись на провокацию Гиана, но не могла спокойно слушать, как он называет папу убийцей. Её родители любили друг друга – она была уверена. За эту истину Арибелла держалась, когда становилось совсем тоскливо. Её отец когда-то был счастлив. Порой только эта мысль и поддерживала её.

У неё вдруг начало покалывать пальцы – словно в них впились иголки. Сперва Арибелла решила, что виновата рыба. Она всё утро чистила и разделывала её без перчаток. Но ощущение было настолько странным, что она глянула на свои руки. Они покрылись какими-то пятнами. Арибелла стиснула кулаки.

– Моя мама тоже умерла, – прорычал Тео. – Может, скажешь, что отец её убил?

– Твоя умерла от воспаления лёгких, это все знают. Тут нет никакой тайны.

– Тео, давай вернёмся за прилавок, – попросила Арибелла.

Покалывание в пальцах становилось всё сильнее; под ногти словно вонзались иглы. Что происходит?! Арибелла сунула руки в карманы и, оттолкнув Гиана плечом, направилась обратно к их рыбному лотку. Тео двинулся следом.

– Да. У нас есть работа, к твоему сведению, – сказал он Гиану.

Однако Гиан увязался за ними.

– Неужто не понимаешь, что я хочу тебе помочь, Тео? Не болтайся рядом с ней, а то подхватишь какую-нибудь заразу.

– Если я чего и боюсь, так это заразиться твоей… тупостью, – парировал Тео.

Глаза Гиана вспыхнули. Он сильно толкнул Тео, и тот отлетел, ударившись о ящик.

Арибелла почувствовала, как кровь приливает к кончикам пальцев. И было что-то ещё – горячее и злое, нахлынувшее как волна. Раньше она никогда не ощущала ничего подобного. Её обдало жаром, словно кто-то поднёс спичку, и тело разом превратилось в фейерверк, готовый взлететь в небо и взорваться. Пальцы раздирало пульсирующей болью – да так, что слёзы навернулись на глаза.

Гиан шагнул к Тео. Арибелла, не задумываясь, выдернула руки из карманов и потянулась к нему; вцепилась, пытаясь оттащить, как вдруг… Её пальцы вспыхнули. Арибелла не сразу поняла, что видит. Руки горели! Ярко-жёлтые искры танцевали на кончиках пальцев, словно они разом превратились в спички. Что, во имя лагуны…

Она услышала, что Гиан кричит. Её охватила паника. Разжав руки, Арибелла отшатнулась. Искры исчезли. Парень с грохотом повалился на соседний лоток; угри разлетелись по булыжникам.

Гиан орал не переставая, корчась на земле среди угрей. Арибелла увидела, что рубашка прожжена там, где она схватила его. Она действительно это сделала?.. Арибелла уставилась на свои руки. Пальцы были ярко-красными и влажными, словно она приложила их к горячей плите. И они дико болели.

Подскочил Тео, схватив её за плечи:

– Ари, ты в порядке? Что ты сделала?

Арибелла открыла рот, желая объяснить, но… и правда: что она сделала-то? Она не знала.

– Она обожгла меня! – выдавил Гиан, обретая голос.

Вскочив на ноги, он закричал:

– Я знал, что она зло! Я знал! Вот причина знамений! Она проклята! Она демон! Ведьма!

– Нет! – выдохнула Арибелла.

Неправда. Такого просто не может быть! Тело ныло и болело, словно она переплыла всю лагуну.

Арибелла вдруг с ужасом поняла, что над рыбным рынком повисла зловещая тишина. И все вокруг смотрели на неё.

Тео стоял рядом, и она не смела поднять на него взгляд. Что она увидит на его лице? Растерянность? Злость? Страх? Она не вынесла бы этого.

– Ведьма! – снова проорал Гиан. – Я положу твоё имя в львиную пасть! Твоё и твоего странного папаши. Ведьма! Ведьма! Ведьма!

Арибелла застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова. Торговцы толпились вокруг. Другие парни и девушки подхватили крик Гиана:

– Ведьма! Ведьма! Ведьма!

Чьи-то руки тянулись, чтобы схватить её.

– Постой! – крикнул кто-то. Может быть, Тео?.. Но Арибелла уже уворачивалась от протянутых рук, уже бежала прочь от рынка, и её башмаки стучали по булыжникам в унисон с бешено бьющимся сердцем.

Что она наделала? Как это случилось?

Арибелла не смела оглянуться. Она промчалась по Риальто, протолкнувшись через толпу на мосту, и нырнула в путаницу узких улочек по другую сторону канала.

Жуткие крики неслись ей вслед, догоняя за каждым поворотом, и Арибелла не могла понять, правда ли слышит их или крики лишь у неё в голове.

Ведьма! Ведьма! Ведьма!

Далеко не убежишь. Как только её имя окажется в львиной пасти, явятся стражники.

И что тогда делать?..

3

Оставшуюся часть дня Арибелла пряталась на главном острове, скрываясь от чужих глаз в тёмных переулках. В конце концов она пришла к колокольне на площади Сан-Марко, полагая, что стражники не станут искать её так близко к Дворцу дожей.

Интересно, сколько надо времени, чтобы тебя начали разыскивать, когда твоё имя оказалось в «львиной пасти»?..

Арибелла дёрнула дверь, ведущую на колокольню, и обнаружила, что она не заперта. Преодолев несколько сотен ступеней, она оказалась на самой вершине. Сидя под огромным золотистым колоколом, Арибелла смотрела на город, который так любила. Крыши почти смыкались, и казалось, они нашёптывают друг другу какие-то секреты. Словно они были одной большой семьёй, к которой не принадлежала Арибелла. Она сьежилась, разглядывая свои пальцы, покрывшиеся волдырями. Арибелла силилась понять, но рассудок не находил объяснений.

Как всё это случилось?..

Она сидела так, пока у неё не затекли ноги. Каждый час колокол над её головой разражался звоном, вспугивая голубей, и Арибелла зажимала уши ноющими от боли пальцами.

Солнце садилось. Колокол прозвенел пять раз, и она увидела маленькие силуэты рыбачьих лодок, плывущих обратно на Бурано. Гиан, должно быть, уже отправил имя Арибеллы в «львиную пасть». Вписал ли он и имя её отца?.. Стража явится на Бурано прямо сегодня? А может, уже явилась? Ей следовало подумать об этом раньше! Может, если она вовсе не вернётся домой, отца не тронут? Но надо было предупредить его, если ещё не слишком поздно. А что, если она опоздала?! Надо было уйти давным-давно.

Арибелла растёрла ноющие ноги и поспешно спустилась на площадь. Её живот урчал как дикий зверь. Она опустила голову и бросилась к пристани. Здесь ей удалось уговорить стеклодува с Мурано отвезти её на Бурано – в обмен на платок, отделанный кружевом. К счастью, ей не задали вопросов.

Пока лодка пересекала лагуну, солнце опустилось за горизонт. И к тому времени, когда стеклодув оставил её на берегу Бурано, небо потемнело. Арибелла бежала по мощёным улочкам, но приостановилась, добравшись до моста, который вёл к виа Фортуна. Название их улицы всегда казалось Арибелле горькой насмешкой, учитывая, как бедны здешние обитатели. Единственное, что можно считать удачей, – неподалёку жил Тео.

В домиках было тихо, но окна светились, наводя на мысли о тёплых очагах и горячем ужине. Арибелла шла по улице, надеясь, что никого не встретит. Никогда ещё она не чувствовала себя такой чужой, такой далёкой от этой жизни – словно и впрямь была призраком, проникшим в мир людей.

Проходя мимо дома Тео, она не удержалась и заглянула в окно кухни – и тут же об этом пожалела. Внутри был накрыт стол, а младшие брат и сестра Тео, смеясь, играли с отцом. При виде этой счастливой сцены Арибелла ощутила тоску, глубокую, словно океан. Пусть в семье Тео тоже не было матери, но их кухню наполняло тепло, которого никогда не знала она сама. Эта маленькая хижина была настоящим домом.

Сестрёнка Тео – Мия – вдруг подняла голову, увидела Арибеллу и улыбнулась. У Арибеллы перехватило дыхание. Она прижала палец к губам и скользнула обратно в тень. Если б Мия была постарше и понимала, что случилось сегодня на рынке, то не улыбалась бы ей. И что насчёт Тео? Он теперь ненавидит Арибеллу? Эта мысль пронзила её ужасом.

Чувствуя себя совершенно несчастной, Арибелла побрела дальше по тёмной улице, вздрагивая от каждого звука – крика совы, скрипа двери. Наконец она дошла до белого коттеджа отца, тусклого и бесцветного на фоне соседних ярко раскрашенных домиков.

Арибелла помедлила. Что, если стражники уже внутри? Она прислушалась, но везде было тихо.

Мелькнула чёрная тень, и Арибелла подскочила от неожиданности.

– О, Луна, слава богу, это всего лишь ты, – прошептала она.

Сердце перестало бешено колотиться. Чёрная кошка потёрлась о её ноги, и Арибелла улыбнулась ей. Она взяла кошку и уткнулась лицом в тёплый мех.

Ещё детьми они с Тео подобрали её в гавани и назвали Луной. Они подкармливали её кусочками рыбы, оставшейся после продажи, и часто спасали от пинков Гиана.

Арибелла снова вспомнила, что произошло на рынке, и поспешно выпустила кошку. Та недовольно мявкнула.

– Прости, Луна. Это небезопасно. Я могу сделать тебе больно.

У Арибеллы задрожали губы, а глаза наполнились слезами. Она отвернулась и вошла в дом – в крошечную кухню, моргая, чтобы глаза привыкли к темноте. Как обычно, отец не зажёг никаких свечей, и единственный тусклый свет исходил от очага, где дрова уже почти прогорели. На кухне было почти так же холодно, как на улице. И никаких стражников.

Отец сгорбился в своём кресле-качалке, накрыв хрупкие плечи одеялом. На коленях лежала полоса кружева, и пальцы отца летали взад-вперёд, словно пауки, плетущие замысловатую паутину. Даже сейчас, хотя Арибелла была сама не своя от страха и растерянности, она не могла не восхититься его мастерством. Техника, которую он использовал, называлась «punto in aria» – «вышивание в воздухе». Но обычно кружева плели женщины – ещё одна причина, по которой её отец считался парией.

На кухне пахло варёным луком; Арибелла увидела чёрный котелок, висевший над огнём. Отец, должно быть, сварил суп.

Арибелла закрыла дверь и остановилась, пряча свои покрытые волдырями пальцы. Она не знала, с чего начать.

– Папа, я сделала нечто ужасное, – наконец сказала Арибелла.

Отец поднял голову. На его лице мелькнула тревога. Так много времени прошло с тех пор, как он проявлял хоть какие-то эмоции! Арибела больше не могла сдерживаться – горючие слёзы побежали по щекам.

– Я что-то сделала, папа. Я не хотела… я даже не знаю, что это было.

Она сознавала, что это полная бессмыслица. Но как объяснить отцу, если даже она сама не могла ничего понять?

– Я очень рассердилась, – начала Арибелла, глядя в пол. – На одного мальчишку. Он говорил гадости на рынке. О маме. Тео пытался заступиться за меня, но тот парень набросился на него. И тогда… я не знаю, что случилось. Я просто жутко разозлилась… и вроде как взорвалась. Возникло такое сильное чувство… оно прошло через меня, насквозь…

Она замолчала, пытаясь припомнить, как именно это было.

– Пальцы стало покалывать. А потом вдруг из них вылетели искры. И появились маленькие огоньки. Я знаю, что звучит безумно, но клянусь, это правда! А теперь Гиан – тот парень – собирается положить моё имя в львиную пасть. И, наверное, твоё тоже, папа. В любой момент может прийти стража. Мне так жаль! Я сама не могу поверить, что сотворила такое. Не знаю, как я это сделала и что это было. Как будто какой-то жуткий сон! Как кошмар…

В груди вдруг стало тесно. Арибелла едва дышала. Но, по крайней мере, она наконец-то рассказала всё отцу. У них больше не было тайны друг от друга.

И, однако, что всё это значит? Она правда проклята? Она ведьма?..

Арибелла подняла взгляд. Глаза отца расширились, он был бледен.

– Кто-нибудь это видел?

Арибелла не знала, что изумило её больше – необычные нотки в голосе отца, его странная поспешность или тот факт, что он поверил ей. Она думала, отец скажет, что такого не могло быть, что она выдумывает. Но нет. Казалось, он был испуган, но ничуть не удивлён. Словно ожидал подобного.

Она виновато кивнула:

– Это произошло на рынке. Не знаю точно, сколько людей видели, но в любом случае, Гиан всем расскажет. Мне так жаль, папа! Я подвергла тебя опасности. И даже не могу понять, что случилось. Надо уезжать из Венеции. Прямо сейчас!

Отец откинулся на спинку кресла и устало потёр лоб.

– И куда же мы поедем?

– Не знаю, – пришлось признать Арибелле.

У них не было ни денег, ни лодки. Не было родственников и друзей, которые могли бы помочь. А папа так слаб…

– Мы не можем убежать, Белла, – тихо сказал отец. В его голосе слышалась обречённость.

Арибелле хотелось, чтобы он обнял её и сказал, что всё будет хорошо, но он просто сидел в своём кресле, глядя на огонь, и снова был уже очень-очень далеко отсюда.

– Съешь суп, – проговорил он.

– Я не голодна, – запротестовала Арибелла, но её живот предательски заурчал.

– Съешь суп. – Это было не предложение.

Арибелла взяла котелок и налила лукового супа в миску. Она не стала черпать его ложкой – просто поднесла миску к губам и выпила через край. Суп был тёплым и безвкусным, но он наполнил желудок. Арибелла покачнулась, осознав, что у неё слипаются глаза. Все мышцы болели.

– А теперь иди спать, Белла.

– Но папа! – Как могла она спать в такой момент? – Что, если…

– Ступай в постель. Сейчас же.

Голос отца вдруг стал резким, как грохот захлопнувшейся двери. Его тон ошеломил Арибеллу, но она послушалась. Что ещё ей оставалось?..

С тяжёлым сердцем она поднялась по шаткой лесенке в свою спальню. В душе теплилась надежда: если стражники до сих пор не пришли, может, Гиан не сунул её имя в львиную пасть? Может, Тео остановил его. Или дож просто не поверил…

Однако эти мысли не слишком успокаивали. Всё, о чём могла думать Арибелла, – пламя на её пальцах. Что грозит тем, кого она любит? Если она ведьма или проклята, ей нельзя оставаться на Бурано рядом с отцом, с Тео и всеми остальными.

4

«Спальня» было слишком громким названием для тесной комнатушки, где у стены лежал тонкий комковатый тюфяк Арибеллы. Пожалуй, хорошо, что у неё всего две смены одежды – её просто некуда было положить. А низкие стропила означали, что постоянно приходилось нагибаться. В этой комнате летом всегда стояла липкая жара, а зимой царил холод.

Арибелла сняла башмаки и, не раздеваясь, легла на свой тюфяк, понимая, что всё равно не уснёт. Её одолевали бесчисленные вопросы. Что она будет делать, если явится стража? И если б у них с отцом были деньги, куда они могли бы уехать? Венеция была её домом, и она бесконечно любила этот плавучий город и его острова. Арибелла почти ничего не знала о матери, но та родилась и умерла в Венеции. И пока они жили здесь, словно оставалась какая-то связь с ней. Возможно, именно поэтому отец тоже не хотел уезжать. Но почему он совершенно не удивился произошедшему?..

В лунном свете, лившемся из окна, Арибелла разглядывала свои пальцы. Впрочем, нет, это не мог быть лунный свет – слишком уж он странного цвета. В недоумении Арибелла подняла голову и выглянула в окно. Полная луна висела низко, и она… была красной. Ужас пронзил Арибеллу словно иглой. Кровавая луна реальна! Это предзнаменование! Возможно ли такое? Тот рыбак на рынке и Гиан были правы?

Она вскочила на ноги, ударилась о стропила и рухнула на колени.

– Ой!

Тут же пришлось замолчать. Внизу, на улице, раздались шаги. Тяжёлые шаги мужчин, обутых в сапоги. Стражники! Это наверняка они!

Страх стиснул сердце Арибеллы.

БУМ! БУМ! БУМ! Кулаки заколотили в дверь их коттеджа.

– Открывайте!

Арибелла услышала внизу шаркающие шаги отца.

Нет, папа, не впускай их!

– Открывайте! – повторил резкий голос. И почти тут же послышался треск дерева. Стражники ломали дверь!

Снова раздались грубые голоса. А потом она услышала, как вскрикнул отец.

Надо помочь ему!

Внезапно раздался новый звук – прямо у неё за спиной. Кто-то лез в окно! Арибелла приподнялась и ринулась к двери. Рука схватила её за плечо, а вторая зажала рот. Арибелла задыхалась, отчаянно пытаясь вырваться.

– Тс-с, Ари. Это я.

Тео?

Она замерла.

– Я увидел, как к вам идут стражники, – быстро проговорил он. – Надо вытащить тебя отсюда.

Внизу разбилось стекло. Снова раздались крики.

– Я должна помочь папе! – прошептала Арибелла.

– Ты не сможешь, – с отчаянием ответил Тео. – Они сейчас придут сюда. Надо уходить.

Арибелла слышала, как на улице перекликаются соседи, спрашивая друг друга, что творится в белом коттедже.

– Луна! – произнёс кто-то. – Знамение!

Тяжёлые сапоги затопали по лестнице. Оставалось лишь несколько секунд, чтобы принять решение, и Арибелла понимала, что Тео прав. Они вылезли из окна на крышу – как раз вовремя.

БАММ! Дверь спальни распахнулась.

Арибелла и Тео отползли подальше от окна, оскальзываясь на ненадёжной черепице. Они присели, ухватившись за дымовую трубу и прижимаясь друг к другу; необычная луна заливала их своим странным светом. Резкий холодный ветер овевал их, словно тоже хотел схватить.

Арибелла услышала шаги в своей комнате; стражники приближались к окну. На несколько жутких секунд они с Тео затаили дыхание, прижимаясь к дымоходу, – и эти секунды, казалось, растянулись на целую вечность. Сердце Арибеллы колотилось так громко, что она была уверена: стража услышит этот стук…

Наконец мужской голос крикнул:

– Её здесь нет!

Шаги удалились, и Арибелла судорожно сглотнула. Но облегчение длилось недолго.

– Вы двое отвезёте старика в дворцовую тюрьму, – сказал стражник. – Отстальные, обшарьте остров. Она не могла далеко уйти.

Арибелла и Тео дрожа сидели на крыше, пока стража рыскала по Бурано. Они стучали в двери и обыскивали дома, расспрашивая испуганных жителей, облачённых в ночные сорочки. У Арибеллы заныло сердце, когда она увидела, как двое мужчин уводят её несчастного отца. Тео пришлось схватить её и крепко держать, чтобы не дать спуститься и кинуться следом.

Наконец фонари стражников двинулись в сторону гавани и исчезли во мраке лагуны. Лишь тогда Тео отпустил руку Арибеллы.

– Я должна была сдаться им! Чтобы забрали меня! – прорыдала она.

Тео покачал головой.

– Этим ты не спасла бы его, Ари. Гиан положил в льва оба ваших имени. И чем ты поможешь отцу, если тебя схватят?

– А сейчас я чем ему помогу?

– Ты можешь пойти и поговорить с дожем. Объяснить ему. Он добрый человек. Я уверен, что он…

– Что? Объяснить? – огрызнулась Арибелла.

Ей стало стыдно за свой резкий тон, но всё казалось таким безнадёжным. Как объяснить дожу то, чего она сама не может понять?

Арибелла вздохнула.

– Прости, Тео.

– Всё в порядке.

– Нет. Спасибо, что помог мне. – Арибелла вновь глянула на зловещую красную луну и вздрогнула. – Луна, Тео… это кровавая луна. Гиан был прав.

Тео поднял голову и ухмыльнулся.

– Если так, то это случилось в первый раз.

Но ей было не до смеха.

– Ты должен уйти, Тео, – прошептала она. – Ты был очень добр ко мне, но я для тебя опасна.

– Ерунда, Ари.

– Но что, если я проклята? Может, Гиан и тут был прав?

– Ладно, допустим, луна красная, – сказал Тео. – Но ты всерьёз веришь, что это какое-то знамение? Что мертвецы восстанут?

Арибелла покачала головой.

– Я не знаю.

Она перестала понимать, во что верить. Отвернувшись от Тео, Арибелла поползла по крыше обратно к окну и скользнула в свою комнату. Её спальня выглядела нетронутой, но на первом этаже царил полнейший разгром. Разломанная дверь болталась на одной петле. Угли в очаге растоптаны. Немудрёное имущество отца валялялось по всей кухне – в основном в виде обломков и осколков. Миски, тарелки, стаканы… Его красивые кружева были разорваны в клочья.

Арибелла опустилась на колени.

– Мяу! – послышалось из дверного проёма.

– Луна!

Кошка прыгнула Арибелле на руки и уткнулась лбом ей в грудь, словно понимая, как болит сердце девочки. Стало немного легче – но не сильно.

– Ох, Ари, мне так жаль, – пробормотал Тео.

Арибелла была не в силах вымолвить ни слова. Она покрепче прижала к себе Луну.

– Мне ты можешь всё рассказать, Ари, – сказал Тео так тихо, что Арибелла едва услышала его. – Ну, о том… что случилось на рынке. Ты же знаешь, что мне можно доверять.

– Знаю.

Если и был в мире человек, которому она могла довериться, то это Тео. Но что ему сказать? Вероятно, из-за неё он тоже оказался в опасности.

Арибелла не успела ничего прибавить. Кошка вдруг напряглась, вырвалась из рук и кинулась на улицу.

– Луна! Вернись!

Арибелла бросилась следом – и замерла. В конце виа Фортуна маячила тёмная фигура в маске. Арибелла метнулась обратно в дом.

– Тео! Там ещё стражник!

– Он тебя видел?

– Я не знаю.

– Моя лодка, – тут же сказал Тео, словно давно уже придумал этот план. – Мы будем плавать вокруг острова, пока он не уйдёт. Быстро лезь обратно на крышу!

5

Двигаясь со всей возможной скоростью, на какую они осмелились, не боясь нашуметь, Тео и Арибелла помчались в спальню. Тут Арибелла натянула башмаки, и они снова выбрались через окно на крышу. Потом, опираясь на подоконники, спустились на землю по задней стене дома и кинулись в гавань, где была привязана лодка Тео.

Здесь покачивалась на волнах незнакомая чёрная гондола, неуместная среди рыбачьих судёнышек как жеребец в табуне пони. Арибелла глянула на неё с опаской, а Тео – с восхищением. Она заметила на боку гондолы изображение золотого льва – символ Венеции.

Тео подарили лодку на тринадцатый день рождения. Она досталась ему от рыбака, чей сын перерос её. Лодку много раз латали, краска отслаивалась, как старая рыбья чешуя, но всё равно это была гордость и радость Тео.

Едва Арибелла вскочила на борт, он отвязал швартовую верёвку и забрался в лодку сам. Она закачалась от ударов вёсел, и Арибелле пришлось крепко держаться, когда Тео повёл лодку прочь от безопасной гавани Бурано.

Холодный ветер пробирался под одежду, и Арибелла порадовалась, что на ней плотная шерстяная кофта. Но на дне лодки плескалась ледяная вода, и её дырявые башмаки моментально промокли.

У Тео не было даже фонаря, который мог бы их выдать, и они тихо плыли в темноте, ориентируясь лишь по алой луне. Нынче ночью даже звёзды попрятались.

Лагуну укутывал густой белый туман. Арибелла услышала наверху звук: словно кто-то хлопал в ладоши, надев кожаные перчатки. Она подняла голову и увидела маленькую тёмную фигурку, летящую на фоне красной луны. Обыкновенная летучая мышь – ничего особенного, но Арибелла вздрогнула, глянув на дрожащую чёрную воду под ними.

– Тео, помнишь, что говорил Гиан о кровавой луне и лагуне?

– Ари, с каких пор ты начала верить в россказни Гиана? Может, луна и красная, но никакие злые призраки, пожирающие души, за нами не придут. Меня гораздо больше беспокоит тот стражник. Но я надеюсь, что, если мы поплаваем тут какое-то время, ему в конце концов станет скучно. А если он решит искать нас в лагуне, мы заметим его фонарь за милю. Не переживай.

Тёмное море между лодкой и островом Бурано было пустынным, а впереди виднелись лишь клубы белёсого тумана.

Наверное, Тео прав. Арибелла осознала, что боится дышать и, наконец, заставила себя вдохнуть полной грудью и попыталась расслабиться. Это всё лишь глупая сказка. Никаких злых духов не бывает, и в лагуне нет призраков… но и человеческие пальцы обычно не вспыхивают огнём…

– Тео!

За его спиной в темноте мерцало и покачивалось пятно света. Фонарь гондолы! Стражник! Как он успел подобраться так близко, а они ничего не заметили?

– Тео, греби! – прошипела она.

– Что?

– Я думаю, это тот стражник.

Тео заработал вёслами энергичнее, загребая изо всех сил. Арибелла увидела изящные очертания гондолы; она скользила по воде точно по шёлку, быстро нагоняя их.

Арибелла в отчаянии оглянулась. Марево тумана, висевшего над лагуной, было всё ближе. Тео храбро улыбнулся.

– Какая удача! В тумане он быстро нас потеряет.

– А что, если мы заблудимся сами? – нервно спросила Арибелла.

Меж тем гондола быстро приближалась. У них не оставалось выбора. Туман объял лодку со всех сторон, и они оказались внутри влажного белёсого облака. Разом исчезли и гондола, и кровавая луна. Арибелла даже Тео могла разглядеть с трудом.

– Санта чьело! Какой густой! – Голос Тео звучал словно с другого конца длинного туннеля.

Внезапно накатила волна, закружив лодку. Арибелла схватилась за борта. Её замутило. Потом раздался стук, и Тео простонал:

– О, нет! Я упустил весло.

В его голосе слышалось отчаяние.

– Прости, Ари.

– Всё в порядке, не волнуйся.

Она пыталась успокоить Тео, но знала, что с одним веслом им далеко не уплыть. Они ведь в рыбацкой лодке, а не на гондоле.

Туман окружал их со всех сторон, стерев весь остальной мир. Волны сотрясали лодку, и она беспомощно кружилась на месте – кружилась так долго, что Арибелла уже точно не знала, где Бурано. Она попыталась справиться с нарастающей паникой.

Арибелла не боялась воды, когда та была спокойной и гладкой. Иначе трудно жить в Венеции, расположенной на множестве островов и пронизанной бесчисленными каналами. Но её пугала вода бурная, дикая и необузданная – та, что разрушает корабли и отнимает жизни.

В ту ночь, когда умерла мама, был шторм – так сказал ей отец. Сказал, что она утонула, но не объяснил, что мама там делала и почему оказалась одна в лодке, ночью, посреди лагуны. Неужели она так же потерялась в тумане?..

Арибелла не хотела сейчас думать о матери, но та словно сама собой возникла перед её глазами – призрачная и загадочная; не лицо, а скорее, ощущение, мимолётное чувство. Арибелла могла вспомнить только запах её волос и мягкие руки.

Тео меж тем снова попытался грести, но с одним веслом это было бессмысленно. Арибелла постаралась успокоиться. Она вглядывалась в туман, ища знакомые очертания. Они должны быть к северу от Бурано, посреди лагуны, направляясь на… восток?

Внезапно туман расступился, и красная луна осветила тёмную громаду острова. Сердце Арибеллы подпрыгнуло от радости. Земля! Слава богу! Но тут же она поняла: это не их остров. В центре возвышался большой холм, на вершине которого стояло полуразрушенное палаццо. Вокруг острова клубился туман, и казалось, он не поднимается из воды, а парит в воздухе. А в следующий миг пелена тумана вновь сомкнулась, и остров исчез из виду. Арибелла моргнула, прерывисто дыша.

Она уже собиралась сказать об этом Тео, когда в тишине раздалось резкое шипение – словно порыв ветра пронёсся сквозь ветви деревьев. Но здесь не было деревьев, только туман и море… Арибелла оглянулась, ища источник звука. Туман, казалось, становился всё плотнее, давя на глаза и уши, оглушая и ослепляя её.

Снова раздался тот же звук – из-за спины Тео. Раздался громче и яснее. Будто весло чиркнуло по воде или пронеслась мимо морская змея. Арибелла обернулась. Что-то бледное возникло из тумана за кормой лодки. Нечто настолько странное и ужасное, словно оно явилось из кошмарного сна. Две тёмные глазницы на блестящем, белом, как кость, лице… В воздухе плыл человеческий череп – один лишь череп, окружённый туманом.

Мёртвые восстают, как и сказал Гиан!

Арибелла услышала свой крик ещё прежде чем поняла, что закричала.

– Ари? Что с тобой?

Тео огляделся по сторонам и обернулся к ней.

– Ты в порядке?

Он не видел череп. И ничего не слышал, – поняла она, охваченная новым приступом страха.

Но почему?

Череп приблизился к Тео, раскрыв тёмный рот, и издал ещё одно жуткое шипение, от которого Арибеллу пронзило холодом до самых костей.

– Тео! – крикнула она.

Тео вскочил на ноги. Лодка качнулась под его весом. Арибелла приподнялась и схватила весло, когда страшные челюсти впились Тео в лицо. Тот отшатнулся назад, вскрикнув. Он не видел череп, но определённо чувствовал его.

Что было сил Арибелла шарахнула по черепу веслом, но он растворился в тумане, и весло ударило Тео по голове. Жуткий хруст пронзил тишину ночи, и Тео как подкошенный свалился на дно лодки.

6

– Нееет!

Арибелла бросила весло и подползла к Тео. Глаза его были закрыты, он не двигался.

– Пожалуйста, не умирай!

Снова раздалось шипение черепа. На сей раз над её головой. Страх, словно ледяная вода, стекал по позвоночнику, но теперь к нему примешивалась ярость – неистовая, безудержная и горячая. Арибеллу охватила дрожь; жар прошёл сквозь неё, сосредоточившись в кончиках пальцев и пронзив их болью. У неё затряслись руки.

Это снова происходит!

Арибелла отшатнулась от Тео. Едва начавшая заживать кожа на кончиках пальцев вновь загорелась, и Арибелла закричала от боли. Яркие жёлтые искры слетали с рук, разгоняя тьму. Повинуясь какому-то непонятному инстинкту, она вскинула руки над головой, посылая огонь в сторону черепа.

Боль в пальцах стала невыносимой. В голове словно что-то взорвалось, рассыпавшись звёздами; перед глазами поплыли чёрные пятна. Но она держалась.

Череп взвизгнул и зашипел, уносясь в туман. Отражение пламени танцевало на волнах. Мир вокруг Арибеллы стал огнём и водой. Череп взлетал всё выше, издавая жуткое шипение, пока белёсое марево не поглотило его.

Тяжело дыша, Арибелла сжала кулаки, и искры погасли.

– Тео!

Она кинулась к нему, но зацепилась ногой за весло и повалилась на бок. Лодка, опасно качнувшись, зачерпнула воды и перевернулась. Арибелла и Тео полетели в лагуну.

Арибелла задохнулась от холода. Пальцы, ещё недавно горевшие, заледенели. Она попыталась вдохнуть, но втянула воду и захлебнулась. Её стремительно тянуло вниз. Руки стали точно свинцовыми, сдавило грудь – но она не имела права сдаться. Нужно было помочь Тео.

Отчаянным движением она рванулась вверх. Отяжелевшие руки не слушались. А поверхность воды была так далеко! Но теперь Арибелла видела над собой блестящие звёзды.

Она уже решила, что ей конец, когда сильные руки схватили её за запястья и дёрнули. Арибелла выскочила на поверхность, и руки, перетащив её через борт, кинули в лодку.

Арибелла скорчилась на дне. Промокшая насквозь одежда холодила тело, а волосы облепили лицо. Туман исчез, а луна снова стала серебряной.

Отдышавшись, Арибелла поняла, что те сверкающие жёлтые звёзды, которые она увидела из-под воды, были украшением на чёрной бархатной маске, сшитой так искусно, что даже её отец не сумел бы справиться лучше.

У Арибеллы возникло странное чувство, когда она перевела взгляд с маски на ночное небо. Казалось, блёстки на чёрном бархате точно повторяют расположение настоящих звёзд. Несколько мгновений она была поглощена этой мыслью и красотой маски и почти позабыла, что всё это значит. Но восхищение быстро сменилось страхом, когда она осознала, что лежит на дне чёрной гондолы. Стражник всё же поймал их!

В прорезях маски сверкали глаза. Человек носил плащ цвета индиго, а его лысую голову покрывали татуировки.

С другого конца гондолы послышался стон. Там лежал Тео. Он по-прежнему был без сознания.

– Тео!

Арибелла подползла к нему. Она сморщилась при виде желтоватого кровоподтёка на виске, куда пришёлся удар веслом. Но с другой стороны веснушчатого лица Тео виднелась гораздо более жуткая отметина. Паутина переплетающихся чёрных прожилок покрывала щёку и шею: след от укуса черепа. Казалось, кожа юноши поражена какой-то жуткой болезнью.

– Тео! – Она потрясла его. Он едва дышал. – О, Тео, пожалуйста, очнись!

– Что произошло? – спросил стражник.

– Вы мне не поверите.

– А ты всё же попробуй рассказать. – В его голосе слышались насмешливые нотки.

Арибелла искоса глянула на мужчину.

– Здесь появилась такая штуковина… череп. Он возник из тумана…

– Призрак?

Теперь тон стражника стал серьёзным. Арибелла вздрогнула. Мужчина, казалось, ничуть не удивился её рассказу. Словно он знал об этом призраке.

– Я не понимаю! Тео его не видел. Но вот эта отметина на лице – там череп его укусил. Я думаю, он сделал с Тео что-то ужасное. Я боюсь, что он не очнётся. Нам нужна помощь!

Стражник уже копался в складках своего плаща. Из внутреннего кармана он извлёк небольшой пузырёк с золотой жидкостью, светившейся в темноте.

Арибелла напряглась.

– Что это?

– То, что ему поможет. Вылей несколько капель на рану. И быстро. Я понимаю, что у тебя масса вопросов, но сейчас нет времени объяснять. Доверься мне.

– С какой стати?

Разве этот стражник не преследовал их? Разве не собирался отвести в тюрьму вслед за отцом?..

– Во-первых, потому что я не лгу. Во-вторых, потому что я хочу спасти твоего друга, а это – единственное лекарство. И в-третьих, потому что у тебя нет выбора.

Что ж, в этом он был прав. Какой уж тут выбор? Тёмная паутина уже расползалась у Тео по плечу. Арибелла неохотно взяла флакон, вынула пробку и вытряхнула несколько золотых капель на щёку Тео. Едва жидкость впиталась в кожу, чёрные прожилки начали исчезать, и вскоре Тео выглядел так, словно просто мирно спал.

Арибелла едва не расплакалась от облегчения.

– Что это за штука? – спросила она, встряхнув флаконом.

– «Бальзам четырёх воров». Единственное противоядие от укуса призрака. А вот с твоими пальцами, боюсь, я ничего не могу поделать. Когда используешь столько энергии без маски, это всегда больно.

Арибелла вконец растерялась. При чём тут маска? И откуда этот человек знает, что у неё болят пальцы? Голова шла кругом. Если стражник явился, чтобы арестовать её, почему он так странно себя ведёт?..

Она сунула флакон в карман штанов и поразмыслила. Со стражником и всем, что он для неё готовит, она разберётся позже. Сперва надо убедить этого человека доставить Тео в безопасное место.

– Пожалуйста, отвезите моего друга обратно на Бурано. Тео не сделал ничего дурного. И он совсем промок, ему надо согреться. А потом делайте со мной что хотите. Можете отправить в тюрьму или повесить…

В горле встал тугой комок, и Арибелла несколько раз судорожно сглотнула.

Пару секунд стражник молчал. А потом сделал нечто совершенно неожиданное: откинул голову назад и рассмеялся. Смех был искристым и лёгким. Арибелла глянула на мужчину. Смешно ему?! То, что случилось в её жизни, конечно, могло быть смехотворным, но она так точно не думала.

– Прости. Моя милая девочка, позволь заверить: я не собираюсь сажать тебя в тюрьму или вешать. Если только ты не перестанешь мочить мою любимую подушку.

Арибелла опустила взгляд. Она даже не заметила, что сидит на прекрасной подушке. Она слезла с неё и плюхнулась на дно лодки между Тео и стражником, размышляя: может, этот человек безумен?

– Тогда что вы хотите? – спросила она, пытаясь продемонстрировать отвагу, которой не ощущала.

– Для начала представиться.

Стражник развязал бархатные ленты маски и снял её. Арибелла увидела узкое лисье лицо, изрезанное глубокими морщинами на лбу и щеках, и обветренную, как у рыбака, кожу. У мужчины была седая бородка клинышком, а татуировки, покрывавшие его лысину, оказались изображениями растущих и убывающих лун.

Мужчина поклонился.

– Родольфо Фоскари. Рад знакомству, Арибелла.

– Вы знаете моё имя… Узнали, потому что оно было в львиной пасти, да?

– Но тебе не стоит бояться.

– Ещё как стоит! Другие стражники забрали моего папу.

Родольфо нахмурился; его морщины сделались глубже.

– Жаль это слышать. Но я уверен, мы можем кое-что сделать, чтобы помочь твоему отцу.

Арибелла настороженно посмотрела на него.

– Вы лжёте. Дож послал вас, чтобы нас схватить. Потому что я…

Она запнулась. Родольфо приподнял брови.

– Потому что ты что?

Арибелла сглотнула и уставилась на свои мокрые башмаки. Слова сорвались с губ, прежде чем она успела прикусить язык.

– Потому что я странная.

Она подняла голову. Родольфо улыбался.

– Хочешь, я расскажу тебе один секрет? О том, как быть непохожим на других. Нет ни одного человека, который был бы уникальным и единственным в своём роде. Ты просто ещё не встречала подобных себе. Ты не более странная, чем я, и прочие – такие же, как мы. Ты канноваччи, Арибелла.

– Я – что?

– Человек, владеющий силой. И я тоже. Я – читающий звёзды. – Он помахал украшенной блёстками маской.

– Читающий звёзды? Что это значит?

– Это довольно сложно объяснить. И подобное знание ошеломляет. Не бойся, в своё время тебе всё расскажут… Между тем, думаю, надо отвезти твоего друга домой. Похоже, у него нет скрытых талантов?

Тео громко храпел и бормотал:

– Отличная лодка… моя лодка… лодка…

Лодка Тео! Арибелла огляделась. Его лодка, должно быть, уже давно покоилась на дне лагуны. Ей стало нестерпимо стыдно. Тео любил свою лодку более всего на свете, а его отец не сможет купить другую – особенно сейчас, когда так мало рыбы и плохие уловы.

Родольфо снова надел свою звёздную маску и вставил единственное длинное весло гондолы в уключину. Гондола сделала элегантный разворот.

Эх! Если б можно было провернуть подобный фокус с лодкой Тео, они наверняка сбежали бы от того жуткого призрака…

Призрак! Восставшие мертвецы!

Арибелла вздрогнула и отогнала эту мысль. Она задумалась о другом: канноваччи… человек, владеющий силой… И что всё это должно означать, скажите на милость?

Гондола скользила по воде плавно и безмятежно, как лебедь. Куда там неуклюжей лодчонке Тео! Они набрали скорость и вскоре летели по лагуне с такой быстротой, что чёрные волосы Арибеллы растрепались и у неё перехватило дыхание. В ушах свистел ветер. Она знала, что гондолы быстрые, но это было нечто невообразимое. Как вообще можно двигаться с такой скоростью?..

Ей хотелось, чтобы Тео проснулся и тоже испытал это удивительное чувство.

Не прошло и нескольких минут, как впереди показались знакомые очертания острова Бурано. Маленькие домики, выступающие из темноты, показались неимоверно хрупкими, когда Арибелла подумала о жутких призрачных существах, прячущихся в водах лагуны.

Родольфо подвёл гондолу к причалу. Арибелла вылезла. Её забила дрожь.

– Вот, надень-ка это. – Родольфо расстегнул застёжку своего украшенного звёздами плаща и протянул его Арибелле. – Пригодится на обратном пути.

– Каком ещё обратном пути?

Она нехотя взяла плащ и накинула на плечи. Он был тяжёлым и слишком длинным для неё (так что приходилось следить, чтобы не споткнуться), но на удивление мягким и тёплым. Долгожданное облегчение после долгой прогулки в мокрой одежде.

Родольфо поднял Тео и перекинул через плечо.

– Веди.

Она пошла по пустынным улицам к виа Фортуна и коттеджу Тео, задаваясь вопросом, что подумают соседи, если кто-нибудь из них выглянет из окна. Впрочем, никто не выглянул, и они без помех добрались до дома Тео.

Родольфо положил юношу на камни возле двери. Из окна кухни лился тёплый свет, и Арибелла увидела лицо своего друга. На виске по-прежнему желтел кровоподтёк, но чёрные отметины почти исчезли. Лишь под кожей виднелся тусклый круг – словно тень…

Ресницы Тео дрогнули.

– Ари… – пробормотал он.

– Нам пора идти, – сказал Родольфо.

– Позвольте мне хоть попрощаться, – умоляюще проговорила Арибелла. Ей не хотелось бросать тут Тео, ничего не объяснив.

– Лучше если он очнётся один. «Бальзам четырёх воров» проникает глубоко в тело. Последние несколько часов исчезнут из его памяти как сон, и ему будет лучше без этих воспоминаний. Не волнуйся. Вы скоро увидитесь.

Арибелла сама не знала, верит ли она в это, но ей хотелось защитить Тео. Родольфо подошёл к двери и постучал – а потом отступил в тень, жестом велев Арибелле следовать за ним. С тяжёлым сердцем она повиновалась.

Между тем, они стояли на виду, почти у самой двери.

– Нас ведь могут здесь заметить, – сказала Арибелла.

– Не беспокойся. – Родольфо прикоснулся к своей украшенной звёздами маске. – Эта маска делает нас незаметными, когда это необходимо.

– Незаметными? Как это?

– Нас никто не увидит, – ответил Родольфо с ноткой нетерпения в голосе. – Но услышать могут. Так что, пожалуйста, помолчи.

На языке вертелись тысячи вопросов, но Арибелла притихла. Дверь дома распахнулась, и на улицу хлынул тёплый свет. Она услышала радостные возгласы отца Тео, его сестры и братьев.

Арибелле хотелось закричать, броситься к ним, обнять… но их радость и облегчение предназначались не ей. И она молча стояла рядом с Родольфо. Как он и сказал, никто не замечал их. Последнее, что услышала Арибелла перед тем как Тео внесли в дом, был его возглас:

– Папа! Что происходит? Как я сюда попал?

А потом дверь закрылась, и на улице снова стало темно.

У Арибеллы заныло сердце. Увидит ли она когда-нибудь друга снова?..

– Пойдём, – сказал Родольфо. – Если хочешь помочь отцу, мы должны вернуться в гостиницу «На полпути» и рассказать остальным, что здесь случилось.

С этими словами он двинулся обратно к гавани.

Гостиница «На полпути»? Это что, какое-то шуточное прозвание тюрьмы? И кто такие «остальные»? Арибелла понимала, что её, возможно, заманивают в ловушку. Но так или иначе, Родольфо выполнил свою часть сделки и доставил Тео домой.

Тяжело вздохнув, Арибелла отвернулась от Бурано и всего, что она знала, и последовала за Родольфо. Она боялась за отца, тревожилась, недоумевая, что готовит ей будущее, и грустила, потому что не попрощалась с Тео… Но за всем этим было кое-что ещё. Странное возбуждение, бьющееся в ней, словно попавшая в силок птица. И чувство это становилось всё сильнее с каждым шагом по направлению к пристани. Казалось, она всю жизнь ждала чего-то подобного. Ждала, чтобы с ней произошло нечто. То, что позволит узнать, кто же она такая на самом деле. И, как ни странно, именно сейчас это и могло произойти.

Возможно, садясь в гондолу, она делала первый шаг к приключению.

7

Гондола отошла от причала необычайно плавно: Арибелла даже не сразу поняла, что Родольфо уже начал грести. Когда лодка набрала скорость, ферро опустился, словно голова скаковой лошади. Ветер трепал волосы Арибеллы и развевал её расшитый звёздами плащ, словно они не скользили по поверхности воды, а летели по воздуху.

Вскоре Бурано остался далеко позади. Вокруг была только вода, виднелись силуэты далёких островов, светила луна, и мерцали звёзды. Красивую, словно стеклянную, лагуну наполняли серебристые отражения. Всё выглядело так мирно и волшебно – и трудно было поверить, что не прошло и часа с тех пор как здесь появился тот жуткий череп. Ночное небо было чистым, туман исчез без следа, а звёзды выглядели такими большими и яркими, что Арибелле казалось: достаточно лишь протянуть руку, чтобы сорвать одну из них с небесного свода и носить как драгоценный камень.

Других лодок поблизости не было, и вся красота лагуны словно предназначалась только для Арибеллы.

За спиной послышались первые ноты мелодии. Она обернулась. Высокий и гибкий силуэт Родольфо вырисовывался на фоне луны, и он напевал одну из любимых песен гондольеров. Арибелла узнала её. Они с Тео часто слышали, как эти куплеты парили над водами лагуны. Песни проникали в самую душу Арибеллы, отзываясь странным чувством, которое она никогда не могла понять до конца.

Пение Родольфо эхом разносилось над водой, улетая далеко-далеко, словно таким образом отправляя кому-то послание. Эти звуки успокаивали и умиротворяли Арибеллу, давая отдых её издёрганным нервам.

Скоро впереди возник главный остров. Купола и шпили его зданий отражались в воде так чётко, что казалось, существуют два города. Первый – на поверхности земли, второй соткан из волн лагуны, и можно без помех шагнуть из одного в другой.

Арибелла никогда не видела главный остров в такое время. Ночью, без обычных заполонявших его толп, он казался необычным и каким-то призрачным, нереальным. Гондолы перед дворцом неподвижно стояли у своих причалов, и всё вокруг окутывала задумчивая тишина.

Страх вновь пронзил сердце Арибеллы, когда она рассматривала крылатых химер, ангелов и горгулий, украшающих стены дворца. Там, среди них, на стене маячила львиная пасть. А глубоко в подвалах пряталась дворцовая тюрьма.

Отец уже там?.. Воображение рисовало ей подземные камеры и орудия пыток. Мало кто знал, как выглядит дворцовая тюрьма, поскольку те, кто пересекал знаменитый мост Вздохов, редко возвращались назад.

Родольфо, должно быть, перехватил её взгляд.

– Не волнуйся, – сказал он, – мы поможем твоему папе. Но сперва нам нужно попасть в другое место.

Он направил гондолу к Гранд-каналу. Здесь она впервые закачалась, но не так неуклюже, как лодка Тео. Она приподнималась и опускалась, и у Арибеллы возникло странное ощущение, что гондола живая.

– Ей не так нравятся каналы, как открытая вода, – сказал Родольфо. – Здесь ей кажется, будто она в ловушке. Иногда я могу понять её чувства.

Очередные странные слова… Но после всего произошедшего Арибелла не подвергала их сомнению. Вдобавок в этот миг из темноты вылетел небольшой нетопырь. Сложив кожистые крылья, летучая мышь приземлилась на плечо Родольфо и посмотрела на девочку. Маленькие глазки блеснули в свете фонаря. Арибелла едва смогла бы отличить одну летучую мышь от другой, но сейчас почему-то была уверена: это та самая, которую она видела в лагуне.

– Арибелла, это Ио, – сообщил Родольфо.

– Ваш питомец?

– Скорее, мой компаньон, – сказал Родольфо. – Трудно сказать, кто кого приручил… Держись! – прибавил он, когда гондола снова закачалась.

Они плыли по Гранд-каналу – тем же курсом, каким обычно следовали Арибелла и Тео, направляясь на рыбный рынок. Но достигнув моста Риальто, гондола замедлила ход и, к изумлению Арибеллы, скользнула к причалу полуразрушенного палаццо, которое всегда ей так нравилось.

– Мы на месте! – весело объявил Родольфо.

Жёлтая краска на стенах шелушилась, окна были тёмными и пустыми, а среди досок пристани зияли тёмные провалы. Это и есть гостиница «На полпути»? Родольфо наверняка ошибся!

– Я привяжу гондолу. А ты уже можешь идти внутрь.

Он накинул верёвку на один из растрескавшихся столбиков и пришвартовал лодку к разбитому причалу. Арибелла пошла вперёд, очень осторожно переставляя ноги, чтобы не угодить в провал. Лицо Родольфо скрывала маска, и она не видела его выражения, но Арибелле казалось, что он дразнит её. А она замёрзла, устала и была не в настроении для шуток.

В растерянности она остановилась, дожидаясь Родольфо. Он, между тем, присел на корточки и погладил гондолу. Лодка загудела; звук показался Арибелле похожим на мурлыканье. Но наверняка это были всего лишь какие-нибудь вибрации воды.

Внезапно гондола начала погружаться в канал.

– Синьор! Ваша лодка! – воскликнула Арибелла.

– Ничего-ничего, всё отлично, не волнуйся. Она просто ложится спать. Давай же, заходи. – Родольфо кивнул в сторону двери.

Арибелла недоумевала. Что происходит? Почему Родольфо так безразлично отнёсся к тому, что его прекрасная гондола утонула?.. Она повернулась лицом к палаццо. Что, если Родольфо солгал и внутри её поджидают стражники дожа? Но с другой стороны, почему тогда он просто не отвёз её в тюрьму?

Она не знала, что найдёт за дверями палаццо, но решила, что нужно идти. Если есть хоть крохотный шанс, что, оказавшись внутри, она узнает, почему вокруг происходит так много странных вещей, то она войдёт внутрь.

Глубоко вдохнув, Арибелла перешагнула через провалы на причале и направилась к двери. Пурпурно-оранжевое цветное стекло когда-то наверняка выглядело очень красиво. Но теперь, когда оно было расколото в нескольких местах, этого уже не узнать наверняка…

Арибелла осторожно открыла дверь и заглянула внутрь. Её взору предстал вестибюль – в прошлом тоже величественный, а теперь такой же тёмный и неухоженный, как и фасад здания. Каменный пол растрескался от воды, заливавшей его во время наводнений. А закопчённый, чёрный от сажи камин выглядел так, словно его не использовали много веков. Наверх вела широкая лестница, но многие ступени совсем развалились и выглядели попросту опасными для любого, кто рискнул бы по ним подняться. Провисшие потолочные балки вот-вот готовы были рухнуть. В углах виднелись неопрятные голубиные гнёзда. Заунывное воркование и звуки капающей где-то воды эхом разносились по пустому залу. В нос бил запах плесени. Слышалась крысиная возня.

– Нужно пройти весь путь, – сказал Родольфо за спиной Арибеллы. – Иначе ты не увидишь.

Арибелла стиснула зубы, борясь с желанием ответить спутнику, что он, должно быть, свихнулся.

Палаццо явно было заброшено. Но едва лишь Арибелла переступила порог – всё изменилось.

Она изумлённо заморгала. Голубиные гнёзда исчезли. Стены покрылись обоями сливового цвета, а перед её мокрыми башмаками лёг на пол оранжевый ковёр. Возникли кофейные столики из красного дерева; на них стояли лампы с мягкими абажурами и вазы со сладко пахнущими пионами. Из ниоткуда материализовались диваны, уложенные взбитыми подушками. А в пустом камине заполыхал жаркий огонь.

По воздуху прилетели подсвечники и аккуратно встали по краям каминной полки. Лестница теперь выглядела как новенькая, а перед ней возникла огромная стойка регистрации.

Ошеломлённая, Арибелла вышла обратно на причал. Он больше не был разломан, а выглядел чистым и ухоженным. Причальные тумбы, ещё недавно растрескавшиеся и гнилые, теперь были новыми – полосатыми, словно леденцы, с блестящими золотыми кольцами.

Разинув рот Арибелла глянула на фасад палаццо. Канареечно-жёлтая краска – некогда тусклая и шелушащаяся – стала яркой и весёлой. Бывшие тёмными окна теперь мягко светились. Витражи на входной двери ярко сверкали в свете фонарей, появившихся с обеих сторон от входа. Дверные ручки обрели форму золотых крылатых львов, вроде тех, что были нарисованы на лодке Родольфо. Надпись на вывеске над дверью, выведенная замысловатым шрифтом, гласила: «Добро пожаловать в гостиницу «На полпути».

– Но… но… как же это?.. – выдавила Арибелла.

Родольфо снова рассмеялся – лёгким и звонким смехом, который она уже слышала в лагуне. Он поднял три пальца и принялся загибать их по одному:

– Никогда не суди о книге по обложке. Никогда не суди о человеке по маске. И никогда не суди о гостинице по фасаду. Большинство людей настолько озабочены тем, как всё выглядит снаружи, что не способны увидеть суть. «На полпути» показывает свою красоту только канноваччи, которые переступают порог.

Арибелла удивлённо рассматривала гостиницу. Ей и раньше нравилось это палаццо, но теперь, определённо, оно стало самым красивым зданием на Гранд-канале. Тео не дразнил бы её за привязанность к этому облезлому дому, если бы увидел, каким он сделался теперь…

При мысли о Тео у Арибеллы сжалось сердце.

– Э… Это гостиница «На полпути»?

– А что ты ожидала увидеть? Нечто, похожее на дворцовую тюрьму?

– Почему она так называется? – спросила она, пытаясь хоть в чём-нибудь разобраться.

– Потому что стоит на полпути по Гранд-каналу, само собой, – сказал Родольфо. – Давай, заходи.

Он придержал для неё дверь. Ио спрыгнул с плеча Родольфо и полетел в вестибюль. Арибелла последовала за летучей мышью. Она вдруг почувствовала лёгкое злорадство: вот разозлился бы Гиан, если б узнал, куда привела её записка, брошенная в «львиную пасть».

8

Теперь, немного оправившись от изумления, Арибелла огляделась повнимательнее. Новый вестибюль выглядел одновременно уютным и элегантным и очень ей нравился. На стойке регистрации перед лестницей стояла ваза с белыми розами. Позади стойки висели на крючках золотые ключи. За стойкой стояла дама; её серебристые волосы были безукоризненно причёсаны и собраны в аккуратный пучок. Губы выкрашены ярко-красной помадой. Карминовое вечернее платье идеально подходило к ней по цвету. Дама выглядела необычайно эффектно, и Арибелла вдруг остро ощутила, какая сама она грязная, вспомнила о своей мокрой одежде и драных башмаках. Ей стало неловко, она закусила губу. Но женщина тепло улыбнулась.

– Buona sera! – поприветствовала она.

Ио приземлился на стойку, и женщина слегка почесала его за ушком.

– Buona sera, Роза. – Родольфо снял свою звёздную маску и поклонился. – Арибелла, познакомься с Розой, администратором и хранителем ключей гостиницы «На полпути».

– Я получила твоё сообщение, – сказала Роза. – Это и есть наша новая гостья? Добро пожаловать, Арибелла.

«Когда он успел отправить послание?» – изумилась Арибелла. Но тут же вспомнила пение Родольфо и странное чувство, что мелодия летит дальше, чем это кажется возможным. Песня и есть таинственное сообщение?.. От этой мысли у неё закружилась голова – даже сильнее, чем от волшебного преображения вестибюля.

– Какие жуткие вещи тебе пришлось пережить нынче ночью, бедный цветочек, – нежно проговорила Роза.

Арибелла не привыкла к доброте. Особенно со стороны таких шикарных дам. Она застенчиво улыбнулась и переступила с ноги на ногу.

– Мне жаль, что мы не смогли связаться с тобой до того, как забрали твоего папу. Но мы не находили новых канноваччи через «львиную пасть» уже много лет. Это было весьма захватывающе, верно, Нимерия?

Что-то пошевелилось у подножия лестницы, наполовину скрытое столом. Огромное золотистое существо, которое зевнуло и встряхнуло гривой.

«Это лев! – поняла Арибелла. – Настоящий лев!» Удивительно похожий на свои изображения на гондоле и дверных ручках, только без крыльев. До сих пор она никогда не видела живого льва.

Родольфо, подойдя, пощекотал Нимерию за ухом, словно зверь был всего лишь домашней кошкой.

– Не бойся, Арибелла. Нимерия здесь, чтобы предупредить нас, если Венеция окажется в опасности. Но у неё добрая душа. Разве только ты подойдёшь к ней не с того бока. То же относится к Розе, между нами говоря.

– Осторожнее, Родольфо, – предостерегла Роза, но её глаза при этом весело сверкнули.

– Видишь, что я имею в виду? – подмигнул Родольфо.

Арибелла силилась понять. Гостиница выглядела разрушенной, а теперь она прекрасна. И Роза держит настоящего льва в качестве домашнего животного – или компаньона, – как называл это Родольфо. Просто невероятно! Настоящее безумие.

– Нимерия и есть «львиная пасть», – объяснил Родольфо, приведя Арибеллу в ещё большее замешательство.

– Пасть львицы! Хотя у неё и есть грива, – перебила Роза. – Вечно мужчины пользуются заслугами женщин!

Родольфо покорно кивнул.

– С этим не поспоришь.

Арибелле казалось, что они говорят совершенно не о том.

– Но… как? Вы хотите сказать, что этот лев… то есть львица, связана с каменной пастью на стене Дворца дожей?

– Точно, – улыбнулся Родольфо. – Она создаёт копии всех записок, помещённых в пасть. Нимерия, не могла бы ты нам показать?

Львица поднялась на четыре лапы и лениво потянулась. Она оказалась выше, чем стойка регистрации, и Арибелле пришлось сделать над собой усилие, чтобы не попятиться.

Нимерия начала кашлять. Арибелла часто видела, как Луна делает так же, отрыгивая волосяные шарики. Но из горла львицы выскочил скомканный лист бумаги и упал на пол, в лужу слюны.

Роза вздохнула.

– Ты могла бы не делать этого на персидском ковре, Нимерия?

Летучая мышь спорхнула со стола, подхватила бумажный шар и перекинула его Родольфо.

– Спасибо, Ио.

Родольфо развернул бумагу и расправил её на колене, не обращая внимания на львиную слюну, измазавшую брюки.

– «Мой брат – вонючий тролль», – прочитал он. – Очередной мусор. Едва ли стоит нашего внимания.

Родольфо снова скомкал лист и швырнул в камин. Он вспыхнул; пепел исчез в дымоходе.

– Не хочешь, чтобы львица плюнула тебе на пальцы? – спросил он, демонстрируя покрытые слюной руки. – Хорошо заживляет раны.

Арибелла недоверчиво моргнула.

– Э-э, нет, не стоит. Но всё равно спасибо.

– Ладно. В любом случае, пальцы будут в порядке к завтрашнему утру. – Родольфо размазал липкую слизь по голове. – Всё надеюсь, что это поможет от облысения.

Нимерия фыркнула. В этом звуке явно слышались скептические нотки. Она устроилась на своём месте у подножия лестницы и снова задремала. Арибелла наблюдала, как приподнимаются и опадают пушистые бока, и чувствовала, что её собственные веки с каждой секундой тяжелеют.

– Пожалуй, нам надо поскорее уложить тебя в постель, – сказала Роза. И в её голосе слышалось столько доброты, что у Арибеллы стало тепло на душе.

Было так приятно, что кто-то заботится о ней! Папа много лет не делал этого толком…

– А как же мой отец?

Арибелла не могла просто так взять и отправиться в постель. Ведь папа в опасности.

– Завтра я поговорю со Старшими, – серьёзно сказал Родольфо, – а потом поеду к дожу.

– Завтра? Но я не могу спать тут сегодня, если папу держат в тюрьме! – выпалила Арибелла.

Она понимала, что выглядит неблагодарной, но не знала, что ещё поделать.

– Твоё доброе сердце достойно восхищения, дитя, – сказал Родольфо. – Уверен, отец будет гордиться тобой. Но поверь: если б можно было что-нибудь предпринять сегодня, я бы уже предпринял.

– Но вы наверняка можете что-то сделать! – настаивала Арибелла. – У вас есть гондола, которая плавает быстрее любой лодки, что я видела в жизни! И маска, которая делает невидимым…

– Незаметным, – поправил Родольфо.

– Гостиница, которая… превращается. Львица, которая… э-э… плюётся, – лепетала Арибелла.

Родольфо вздохнул.

– У Старших свои правила, когда дело касается инбеллис.

– Инбеллис?

– Не канноваччи. Люди, не обладающие необычными умениями. Но я обещаю: завтра сделаю всё возможное, чтобы помочь твоему папе.

Арибелла открыла рот, намереваясь возразить…

– Ты должна довериться мне, – твёрдо сказал Родольфо, повторяя слова, сказанные в лагуне.

Что ж, Родольфо спас Тео, не так ли? Доставил его домой, как и обещал. И если теперь он обещает помочь её отцу, означает ли это, что так и будет?

Как же ей хотелось, чтобы рядом был человек, которому действительно можно верить!

– Вы даёте слово?

Родольфо твёрдым взглядом посмотрел ей в глаза.

– Даю слово.

И вот уже второй раз за сегодняшнюю ночь Арибелла решила ему довериться.

– А теперь, если мы всё решили, я оставлю тебя на попечении Розы. Ночь кончается, мне нужно почитать звёзды.

Он произнёс это так, словно говорил: «Мне нужно почитать книгу».

Неужто Родольфо и в самом деле читает по звёздам как по книге? Невероятно! И что же он умудряется там вычитать, интересно знать?

Арибелла сняла плащ и вернула ему.

– Спасибо. Спокойной ночи. – Родольфо, показавшийся вдруг Арибелле очень вымотанным, поднялся по лестнице, держа в руке маску и звёздный плащ. Ио, хлопая крыльями, устремился за ним.

Когда Арибелла вновь повернулась к стойке, на ней уже лежала тетрадь в кожаном переплёте. Роза глянула на девочку сверху вниз.

– Могу я уточнить твой возраст, Арибелла?

– Мне тринадцать… То есть будет завтра, – смущённо прибавила она.

Или уже сегодня? Арибелла полностью потеряла счёт времени.

– О! С днём рождения! – улыбнулась Роза.

Взяв павлинье перо, она обмакнула его в баночку с синими чернилами. И то, и другое возникло из воздуха прямо на глазах у Арибеллы.

– Спасибо.

Арибелла уставилась на чернильницу и перо. Она с завистью наблюдала, как Роза делает записи в тетради. Перо в её руках так и летало взад-вперёд. Арибеллу всегда очаровывал этот процесс. Отец научил её немного читать и писать – большинство детей на Бурано не умели этого вовсе. Но всё-таки она не слишком-то в этом преуспела.

– Так. А каков твой дар?

– Дар?

– Способность, которая делает тебя необычной. Вот, например, Родольфо читает звёзды. А я могу создавать вещи…

Роза взмахнула рукой, и букет цветов на столе стал вдвое больше.

Арибелла покраснела, не зная, что ответить.

– Я умею… зажигать огонь. То есть мне кажется, что умею. Сегодня это произошло впервые…

Она замолчала. Как нелепо рассказывать о таком вслух, когда лишь недавно Арибелла боялась, что за одно признание её могут бросить в тюрьму. Но Роза только кивнула – будто Арибелла просто сказала, что умеет плавать. Женщина склонила голову набок, и у неё на лице появилась мерцающая полумаска. По краям она была украшена замысловатым узором из крошечных белых лунных камней, а в центре сиял большой многоцветный опал. Серебристо-голубой – по крайней мере, так казалось сначала. Но стоило ему поймать свет, и он изменился, став тёмно-фиолетовым, а потом ярко-розовым. После всего, что возникло за последние двадцать минут, маска должна была не так уж сильно впечатлить Арибеллу, но было в ней нечто особенное.

Как и в случае со звёздной маской Родольфо, в маске Розы было что-то, идеально ей подходившее. Сразу становилось ясно, что эта вещь принадлежит именно ей.

– Ты умеешь читать? – спросила Роза, протягивая ей большой лист пергамента.

Арибелла кивнула, чувствуя прилив благодарности папе за то, что научил её.

Роза улыбнулась.

– Ты счастливица. Чтение – это самая большая сила, какая только есть на свете.

– Что вы имеете в виду? – спросила Арибелла.

Она полагала, что в сравнении со способностями Родольфо и Розы умение читать – не такая уж впечатляющая способность.

– О, чтение – это настоящее волшебство. Оно может перенести нас в другие миры и может помочь лучше понять наш собственный. Например, если я буду читать тебе вот эти правила, я могу исказить их как захочу. Но если ты прочтёшь сама, то узнаешь истинные слова. Это великая сила. Давай-ка. Чем раньше мы это сделаем, тем быстрее сможем отправить тебя в твою новую спальню.

– Мою спальню…

Арибелла посмотрела на страницу.

Приветствуем тебя, неофит.

Добро пожаловать в гостиницу «На полпути», приют тайного общества канноваччи, защитников Венеции.

Мы просим тебя соблюдать правила этого дома, чтобы обеспечить безопасное и спокойное пребывание здесь для всех гостей. Нарушение правил может повлечь за собой изъятие маски и выселение из гостиницы.

1. При регистрации гость должен рассказать о своём даре.

2. Неофиты не должны использовать силу без позволения и без обучения.

3. Гондолы можно использовать только с позволения их владельцев. Неофиты не имеют права пользоваться гондолами.

4. В гостиницу не допускаются никакие животные, кроме официальных компаньонов Старших.

5. Тайны канноваччи нельзя раскрывать инбеллис – за исключением кровных родственников и дожа Венеции.

Мы надеемся, что вам понравится пребывание в гостинице «На полпути».

Старшие канноваччи

Роза придвинула к Арибелле павлинье перо и чернильницу. До сих пор Арибелле никогда не приходилось ничего подписывать, и она точно не знала, как это делается. Поэтому просто написала своё имя, но слегка покачала рукой, чтобы подпись казалась более «взрослой». Она выглядела не совсем правильно, но Роза убрала пергамент, прежде чем Арибелла успела что-нибудь изменить.

– А теперь я приготовлю тебе горячую ванну, и ты примешь её, пока не простудилась, – сказала Роза, подталкивая Арибеллу к двери слева.

Арибелла никогда не была большой поклонницей мытья, но эта ванная поразила её воображение. Как и вестибюль, она была элегантно украшена. Стены покрывал узор из ракушек и цветных камешков. Вместо оловянного корыта, которое ожидала увидеть Арибелла, перед ней стояла овальная медная ванна, наполненная исходящей паром водой, от которой пахло лавандой. Арибелла давно уже не встречала такого сладкого запаха.

– Я тебя оставлю, – сказала Роза. – Спешить некуда. Мойся в своё удовольствие.

Арибелла опустила ноющие пальцы в тёплую воду, и боль немного ослабла. Она расстегнула ботинки, сняла мокрые носки, брюки, кофту и нижнее бельё – и скользнула в воду. Жар сразу утихомирил боль в натруженных мышцах, и некоторое время она просто лежала, наслаждаясь этим ощущением.

Затем она с помощью щётки попыталась вычистить хоть немного грязи из-под ногтей и водила расчёской по спутанным волосам, пока слёзы не брызнули из глаз. В конце концов Арибелла вылезла и вытерлась насухо толстым мягким полотенцем, снятым с вешалки.

Здесь висела ещё и ночная рубашка – такая вычурная, что Тео наверняка бы живот надорвал от смеха, увидев в ней Арибеллу. Но её собственная одежда была грязной и мокрой, а рубашка – чистой и сухой. Она надела её, сунула ноги в пушистые серые тапочки и накинула сиреневый халат.

Собрав влажную одежду, Арибелла вернулась в вестибюль. Во всём теле возникла необычайная лёгкость; казалась, она не идёт, а плывёт по воздуху.

Нимерия спала у лестницы, громко храпя. Роза подняла голову и улыбнулась.

– Кто бы мог подумать, что это замурзанное личико окажется таким красивым? Оставь вещи здесь, я их выстираю.

Она обернулась и сняла золотой ключ с крючка в ряду с надписью «Четвёртый этаж». Ключ, казалось, слегка светился в пальцах Розы, и она на миг задержала на нём взгляд, словно не была уверена. Женщина нахмурилась, но потом, по-видимому, приняла решение и протянула ключ Арибелле.

– Четвёртый этаж. Ключ приведёт тебя в комнату. Оставляй его здесь, когда покидаешь гостиницу, чтобы не потерять.

Арибелла взяла тяжёлый ключ. К нему была привязана оранжевая бархатная кисточка, и он казался тёплым в руке.

– Спасибо.

Роза снова улыбнулась.

– Сладких снов. Увидимся утром.

Опасливо обойдя спящую львицу, Арибелла на цыпочках двинулась к широкой лестнице. В центре зала висела огромная хрустальная люстра. Должно быть, сделана на Мурано и стоит немалых денег… Над ней сквозь шестиугольное окно в потолке виднелся кусочек тёмного ночного неба.

Вдоль по лестнице висели масляные лампы, освещавшие Арибелле путь. Она слишком вымоталась, чтобы внимательно разглядывать окружавшее её роскошество – мягкий ковёр и портреты. Лестница казалась бесконечной. Всё это было так не похоже на крошечный коттедж отца.

Она надеялась, что хотя бы сегодняшнюю ночь проведёт в безопасности. И что люди на островах тоже не пострадают – эти жуткие призраки больше не появятся. Ей вспомнились ужасные чёрные отметины на коже Тео. Слава богу, что Родольфо спас его. А если б нет? Что сталось бы с Тео? Арибелле не хотелось об этом думать.

Она поднялась на четвёртый этаж и в изумлении остановилась. В коридоре стоял мальчик. Точнее – поняла Арибелла, оторопев, – в коридоре стояла половина мальчика. А другая, казалось, находилась по ту сторону закрытой двери.

Арибелла ахнула. Паренёк открыл глаза.

– Ой! Что это? – воскликнул он.

Вторая половина тела появилась из толщи двери, и теперь он оказался в коридоре целиком. Мальчик был худым, со светлыми волосами, торчавшими в разные стороны как солома. Рукава ночной сорочки были ему коротковаты. Он казался примерно ровесником Арибеллы.

– Привет, – нервно выговорила она. – Ты… э… с тобой всё в порядке?

Мальчик застонал и хлопнул себя ладонью по лбу.

– О нет! Я опять ходил во сне, да? Я всё пытаюсь это прекратить, но способность проходить сквозь стены, скажу я тебе, в десять раз усложняет задачу. – Он прищурился, рассматривая Арибеллу. – Ты новенькая, да?

– Только что приехала.

– Ну и напугала же ты меня!

– Ты меня тоже!

Паренёк ухмыльнулся.

– Ну, так или иначе, добро пожаловать. Я Фин.

– Арибелла.

– Приятно познакомиться, Арибелла. С удовольствием поболтаю с тобой утром. А сейчас лучше отправиться по кроватям, пока нас не поймала Роза. Или хуже того, Джакапо. До завтра.

Фин прошёл прямо сквозь дверь и исчез, оставив Арибеллу стоять с разинутым ртом. Несколько секунд она просто смотрела, не двигаясь с места. Потом подошла к двери и провела пальцем по дереву. Оно было твёрдым.

Весь мир словно перевернулся с ног на голову. Ничего этого просто не могло быть. Но тихий голос где-то глубоко внутри неё сказал: «Ты всегда верила, что в мире есть магия, а теперь видишь, что это правда».

Ключ в её руке загудел, словно напоминая, что пора спать. Он качнулся, как стрелка компаса, и Арибелла двинулась туда, куда он указывал, пока ключ не загудел снова перед одной из дверей. Она вставила его в скважину. Разумеется, он подошёл и, щёлкнув, легко повернулся в замке. Дверь распахнулась.

Арибелла заморгала, когда её глазам предстала красивая спальня. Одинокая свеча горела на тумбочке, освещая голубые обои с замысловатым рисунком из серебряных цветов, деревьев и птиц. В спальне было больше мебели, чем во всём папином коттедже. Две тумбочки по обе стороны от широкой кровати с балдахином, большой дубовый шкаф, зеркальный туалетный столик и два элегантных кресла возле камина.

Спальня была огромной. И вся эта комната – для неё одной? Кто бы мог подумать, что она – дочка мастера кружевных дел – будет спать здесь, в самом прекрасном палаццо на всём Гранд-канале?

Однако где сейчас спит её отец? От этой мысли радость Арибеллы поугасла, но она сказала себе, что всё будет хорошо, как только Родольфо побывает у дожа. Он ведь обещал.

Скинув тапочки и халат, Арибелла забралась на перину, откинула тяжёлое одеяло и с наслаждением улеглась на шёлковые простыни.

Веки неудержимо слипались. Она задула свечу и тут же провалилась в глубокий сон.

9

Проснувшись, Арибелла растерялась. Она видела над собой не затянутый паутиной потолок в пыльной спальне отцовского домика на Бурано, а красивый шёлковый балдахин. Сердце девочки подпрыгнуло. Так это был не сон!

Вчера она так устала, что даже не задёрнула шторы, и теперь комнату заливал тёплый солнечный свет. Арибелла огляделась, чувствуя головокружительное счастье. При свете дня серебристо-голубые обои оказались ещё красивее. Над дверью висели большие часы с кукушкой, которые она не заметила вчера. Вместо свечи на тумбочке появилась ваза со свежими полевыми цветами.

«Роза», – подумала Арибелла.

Она потянулась. Жжение в пальцах почти совсем прошло, и они лишь слегка ныли. Под подушкой лежало что-то твёрдое. Арибелла вытащила плитку шоколада в золотистой обёртке. Шоколад раздавился и немного размяк, но Арибелла просто сунула себе в рот эту густую липкую сладость, постанывая от наслаждения. Она уже не помнила, когда в последний раз ела шоколад.

Арибелла выпуталась из простыни и одеяла, сунула ноги в тапочки и, подойдя к широкому окну, выглянула наружу. Стояло прекрасное осеннее утро. Гранд-канал сверкал под ярко-синим небом. С одной стороны развевались флаги цвета индиго района Сан-Марко, с другой – жёлтые знамёна Сан-Паоло.

Внизу по воде скользили лодки и баржи, но ни один человек не обернулся, чтобы удостоить палаццо второго взгляда. Для них гостиница «На полпути» выглядела именно так, какой она виделась Арибелле ещё вчера: обшарпанное полуразрушенное здание. Если б только они знали!

Она смотрела на крыши города на воде. Купола, шпили и башни горели под утренним солнцем, как драгоценности в короне. Между ними виднелись бесчисленные каналы, мосты и лодки. Окна блестели, как сама лагуна, и казалось, море плещется в каждом доме.

Арибелла устремила взгляд на далёкий горизонт. Где-то там лежал Бурано – слишком далеко, чтобы его увидеть…

Звук открывшейся двери заставил Арибеллу подскочить на месте. Она обернулась. В комнату вбежала невысокая кудрявая девочка. Вид у неё был свирепый. Присев возле кровати, она заглянула под неё. Не успела Арибелла спросить, кто она и в чём дело, как девочка мяукнула – точь-в-точь как кошка… Арибелла попятилась, ударившись о подоконник. Гостья вскочила и уставилась на неё красивыми зелёными глазами с рыжими крапинками и золотой каёмкой.

– Ты что здесь делаешь?

Арибелла опешила.

– Роза сказала, что это моя комната…

Девчонка сморщила нос:

– Ясно. Не заглядывай под кровать!

– Я и не собиралась, – пробормотала Арибелла, оторопевшая от такой враждебности.

Разве это не её комната? Она снова почувствовала себя чужой и неуместной.

Вдруг из-под кровати выскочил чёрный меховой комок и кинулся ей прямо под ноги. Кошка! И не просто какая-то там кошка…

– Луна! – радостно воскликнула она. – Во имя лагуны, как ты сюда попала?!

Арибелла подхватила Луну, так обрадовавшись ей, что на миг забыла про кудрявую девочку.

– Это твоя кошка? – удивлённо спросила та.

– Нет… не совсем. Она бездомная. С Бурано. Мы с другом называли её Луной, потому что встречали только ночью.

Арибелла осеклась; при мысли о Тео у неё вновь заныло сердце. Девочка подняла бровь.

– Как ты её сюда протащила?

– Я не протаскивала, – быстро ответила Арибелла, вспомнив правило относительно животных. – Я понятия не имею, как она меня нашла.

– То есть не ты её сюда принесла?

– Нет!

Девочка со вздохом опустилась на кровать.

– А жаль. Тогда бы я узнала, как можно такое провернуть. Без позволения Розы сюда нельзя приводить ни одно животное. Неофитам нельзя держать их в гостинице, и она очень строго за этим следит, хотя я всё время твержу, что для меня можно было бы сделать исключение. В конце концов, мой дар – разговаривать с животными. А как мне это делать, если тут только Нимерия храпит да Ио порхает? Моя комната рядом. Я услышала мяуканье и решила, что тут должен быть кот. А ты, наверное, спала.

Разговор с животными… Возможно ли, что кудрявой девочке и впрямь такое под силу? Если так, то это была лучшая способность, о которой Арибелла слышала до сих пор. Ей всегда хотелось знать, о чём думает Луна.

– Какая чудесная способность! – сказала она.

Девочка застенчиво улыбнулась.

– Некоторые люди иного мнения. Они считают: животные не могут сказать ничего такого, что стоило бы слушать.

– Чепуха. Животные очень умные.

– Я тоже так думаю! – с готовностью согласилась кудрявая гостья Арибеллы. – Как по мне, есть множество людей, которые не говорят ничего стоящего. А языком болтают больше всех!

Хотя незнакомка сменила гнев на милость, она всё ещё смотрела на Арибеллу с некоторым недоверием. И лишь когда Арибелла погладила Луну в её любимом месте – под подбородком – и кошка громко заурчала, девочка, казалось, окончательно оттаяла.

– Я знала Луну почти всю жизнь и всегда хотела поговорить с ней, – призналась Арибелла. – Можешь сделать мне одолжение? Спроси её, видела ли она Тео.

– Кто такой Тео?

– Мой друг. Он был… болен, – сказала она, решив не углубляться в подробности событий прошлой ночи. – Может, ты…

– О, ладно.

Девочка несколько раз мяукнула, а Луна ответила ей. На лице девочки появилось озадаченное выражение, и она покачала головой.

– Прости. Она говорит полную бессмыслицу. Или это какой-то странный кошачий диалект, которого я не знаю. Я даже не могу узнать её настоящее имя.

– Ну, тогда я просто буду по-прежнему называть её Луной.

Кошка мяукнула. Девочка рассмеялась.

– Кажется, ей нравится это имя. И ты, похоже, тоже нравишься. А тот, кто друг животных, – и мой друг тоже. – Она протянула руку. – Я Сеффи. На самом деле Персефона, но не называй меня так, если хочешь сохранить зубы целыми.

Арибелла чуть было не рассмеялась, но Сеффи выглядела в этот миг такой свирепой, что она почла за лучшее просто серьёзно кивнуть. Однако Сеффи, видимо, нашла что-то забавное в изумлённом лице Арибеллы, поскольку склонила голову набок и вдруг расхохоталась. Эффект был потрясающим: словно в тёмной комнате подняли шторы. Её мрачная угрюмость исчезла, а лицо озарилось светом.

– Как тебя зовут?

– Арибелла.

Луна замурлыкала громче, а Сеффи мяукнула в ответ. И вновь точь-в-точь как кошка. Но на сей раз Луна не ответила. Сеффи вздохнула.

– Эх, хотела бы я узнать, как она проскользнула мимо Розы.

– Ты можешь говорить с любыми животными? – спросила Арибелла.

Сеффи лукаво улыбнулась. Все следы былой враждебности исчезли. Она, похоже, думала, что они могут стать подругами.

– С большинством. С собаками, обезьянами, лошадьми… Одни языки проще, чем другие. С жирафами вечная проблема. А морские существа такие хитрющие – с этими своими пузырями!

Она покачала головой, и её кудряшки разлетелись во все стороны. Арибеллу до глубины души изумляло уже то, что Сеффи может говорить с каким-то одним животным. Но все эти!.. Она даже не знала, что такое жираф.

– А у тебя какой дар? – спросила Сеффи.

Арибелла рассказала ей об искрах.

– Ого, огонь! Это мощная сила!

Теперь настала очередь Арибеллы улыбнуться. Она ещё только привыкала к идее обладания какой-то необычной способностью, и это отнюдь не добавляло ей радости. Это пугало. Она завидовала дару Сеффи говорить с животными. Он казался гораздо менее разрушительным, чем внезапно вспыхивающее пламя. Будет ли она когда-нибудь радоваться своему дару так же, как Сеффи?..

– Это началось вчера, – объяснила она.

– Вчера? – Глаза Сеффи расширились. – Но это значит… погоди-ка! Сегодня тебе исполнилось тринадцать?

Арибелла кивнула.

– Хотя…

– И почему же ты ничего не сказала? С днём рождения!

– Спасибо.

Арибелла улыбнулась, борясь с желанием указать Сеффи, что та сама не дала ей возможности сообщить эту новость.

Луна начала извиваться в руках Арибеллы, и она выпустила кошку.

– Но как ты узнала?

– Чаще всего дар проявляется накануне тринадцатого дня рождения. Меня пригласили сюда вскоре после него. Пятнадцатого июля – смотри не забудь. Мои родители – артисты из бродячего цирка. Они очень удивились, знаешь ли, когда я начала разговаривать с животными. Я очень скучаю по ним, – добавила она.

– По родителям?

– Нет. – Сеффи сморщила нос. – Ну, разве что чуть-чуть. Честно говоря, думаю, папа с мамой почувствовали облегчение, когда Родольфо объяснил им, что я канноваччи. Они-то решили, что я рехнулась! Всё время рычала и шипела! Нет, я больше скучаю по животным. – Сеффи присела у ног Арибеллы. – Ну, расскажи, как это случилось с тобой?

Арибелла поведала ей историю о стычке с Гианом на рынке. Она изумилась, как быстро ей стало комфортно в компании Сеффи. Она говорила свободно, однако умолчала о том, что случилось в лагуне.

– Не переживай, – сказала Сеффи, когда Арибелла закончила. – Поначалу дар всегда трудно контролировать. Я несколько недель разговаривала с уткой, а потом попыталась поболтать с воробьём. Представляешь себе? Ну, а потом у меня появилась маска, и стало получаться лучше.

С гордым видом Сеффи вынула маску из жёлтой сумки, висевшей у неё на плече. Маска с заострёнными ушами была украшена разноцветными перьями и мехом, а на щеках разрисована узорами в виде крыльев бабочки.

– Как красиво! – сказала Арибелла.

– Спасибо. Каждый канноваччи получает маску. Одну – и только одну. Маска помогает контролировать дар. И делает тебя незаметной, если надо. И ещё массу других полезных вещей.

Маска поможет контролировать силу? Арибелла почувствовала облегчение. А став незаметной, можно сплавать на Бурано и навестить Тео.

– Ты скоро её получишь. В любой момент. Творец Масок обычно не ждёт долго.

– Надеюсь, моя будет хоть вполовину так же красива.

Сеффи ухмыльнулась.

– Вполне может быть. Творец Масок – человек тщеславный. Он постоянно пытается превзойти самого себя. Ну, а как твоя семья отнеслась к тому, что ты канноваччи?

У Арибеллы сжалось горло.

– Всё в порядке? – спросила Сеффи.

– Да. Прости. Я в порядке.

И желая быть честной со своей новой подругой, Арибелла прибавила:

– Мама умерла, когда мне было три года. А папа… он… – Горло снова сжалось.

Луна тихо мяукнула и потёрлась о ноги Арибеллы. Эта знакомая тёплая нежность немного успокоила её.

– Он в дворцовой тюрьме.

– Что? Почему?

Глаза Сеффи стали круглыми, когда Арибелла заговорила о прошлой ночи. Рассказ о стражниках, лагуне и призраках звучал глуповато в этой комнате, наполненной солнечным светом, – словно Арибелла просто пересказывала кошмарный сон. Но он был таким реальным!

– А Родольфо сразу понял, что это было?

Арибелла кивнула.

– Я ни о чём таком не слышала. Звучит жутенько!

– Так и было, – согласилась Арибелла. – Надеюсь, там больше таких нет.

– Если и есть, Родольфо и другие Старшие найдут их. Звёзды говорят ему о будущем, поэтому если возникнет какая-то угроза, он узнает и найдёт способ защитить город. С ним и с Нимерией мы все в безопасности.

Так значит, Родольфо прозревает будущее? Арибелла надеялась, что Сеффи права.

Раздался громкий звон, и часы над дверью пробили один раз. Вылетела жёлтая кукушка. Арибелла подскочила от неожиданности, и Сеффи снова рассмеялась.

Луна потёрлась о балконную дверь, и Арибелла выпустила её. Девочки смотрели, как кошка прыгает с балкона на балкон и спускается к пристани.

– Видно, так она сюда и попала, – сказала Арибелла.

Сеффи нахмурилась.

– Это было бы странно. Здесь больше защиты, чем ты можешь себе представить.

Помня об изменчивом облике гостиницы, Арибелла не сомневалась в этом.

– Нам пора на завтрак. Давай, одевайся. Мой животик так громко урчит, что кажется, будто в нём храпит Нимерия.

– Верно.

Арибелла поискала взглядом свою старую одежду, но вспомнила, что она осталась у Розы. У неё свело живот при мысли, что придётся встретится с остальными гостями в этой вычурной ночной сорочке. На Сеффи были красивые жёлтые брюки, которые очень ей шли.

– Загляни в гардероб, – сказала она с озорной улыбкой.

Арибелла покосилась на большой дубовый шкаф. Потом осторожно открыла тяжёлую дверцу – и ахнула. Внутри висели шёлковые и атласные платья всех цветов радуги.

– Но не могут же они все быть для меня!

– А для кого ещё?

Арибелла никогда не видела столько красивой одежды. Это так не похоже на её мир – мир грубых штанов, дырявых свитеров и рваных рубашек с чужого плеча, к которым она привыкла.

Наконец она выбрала тёмно-синее платье с длинными ниспадающими рукавами и украшенным лентами лифом. Оно было самым простым в гардеробе, но всё равно походило на одежду для принцессы. Лиф потребовалось затягивать, но Сеффи помогла. Арибелла глянула в зеркало и едва узнала себя. Чувствуя невероятное смущение, она чуть не сняла платье, но не успела.

Сеффи, крикнув:

– Che bella! – вытащила её из комнаты.

10

Они спускались по лестнице, и Арибелла вскоре позабыла о платье. Слишком уж много было вокруг красивых и любопытных вещей, на которые стоило посмотреть. У неё разбегались глаза – столько бесчисленных диковинок, которые Арибелла не рассмотрела вчера вечером, потому что слишком вымоталась.

Она отставала и отставала, раздражая Сеффи, и наконец остановилась совсем. Ей хотелось рассмотреть портреты в золотых рамах, висевшие на стене. Некоторые выглядели очень старыми, но всё объединяла одна деталь: люди на них были в масках – таких же изящных, как у Родольфо, Розы или Сеффи. Даже нарисованные, они выглядели великолепно – украшенные замысловатыми композициями из перьев, блёсток и драгоценных камней.

– Выпускные портреты, – объяснила Сеффи, возвращаясь к Арибелле.

Они стояли перед портретом красивого мужчины в чёрной полумаске, закрывавшей лицо по диагонали. У него были прямые тёмные волосы, бледная кожа и высокие скулы. На полу изящным узором лежали цветочные лепестки. Под портретом было написано одно-единственное слово: «Зио».

– Выпускные – это как?

– Каждый получает портрет, когда ему исполняется восемнадцать.

– Правда?

– Ну да. В восемнадцать мы заканчиваем обучение, перестаём быть неофитами и становимся Старшими.

Арибелла опустила взгляд.

– А почему тут лепестки?

– О. – Сеффи оглянулась через плечо и понизила голос. – Ну, тут такая история… Не знаю точно, что произошло, но вроде бы его убил другой канноваччи.

– Что?

– Да. Об этом не любят говорить.

– Кто же его убил?

Сеффи пожала плечами.

– Не знаю. Это было много лет назад. Пошли, Ари, я умираю от голода, – простонала она, дёргая Арибеллу за руку.

Ари – так обычно называл её Тео. И странно было слышать это от Сеффи, которую Арибелла знала меньше часа. Но внезапно она поняла, что ей это приятно.

Она отвела взгляд от картин и позволила Сеффи утащить её вниз. На втором этаже в воздухе стоял аромат свежего хлеба и сладкой выпечки. Сеффи подошла к двойным дубовым дверям, украшенным причудливой резьбой. Надпись гласила: «УБЕДИТЕЛЬНАЯ ПРОСЬБА в столовую приходить без масок». Арибелла слышала гул голосов. От волнения у неё свело живот. Сеффи распахнула дубовые двери.

Никогда прежде Арибелле не доводилось бывать в гостиничных столовых, но она тут же решила, что эта – лучшая в мире. Солнечный свет проникал сквозь три высоких – от пола до потолка – окна. Огромный балкон снаружи был засажен цветами. Отсюда открывался вид на Гранд-канал, такой же как из комнаты Арибеллы. На круглых столиках, покрытых кружевными скатертями, стояли хрустальные бокалы и аккуратно лежали столовые приборы.

Арибелла в изумлении оглядывала зал. Около полусотни гостей всех возрастов сидели за столами, болтали и поедали свежую выпечку. Взгляд Арибеллы привлекла красивая женщина с бледной кожей, голубыми глазами и длинными светлыми волосами, заплетёнными в косу. Она сидела рядом с темноволосой дамой, чьи косы были уложены вокруг головы, а плечи покрыты пёстрым шарфом. Женщины болтали как старые подруги.

Арибелла поискала взглядом Родольфо, желая спросить, нет ли новостей о папе, но его нигде не было видно.

– Взрослых называют Старшими, – сообщила Сеффи. – Рано или поздно ты со всеми познакомишься. Они неплохие, главное – не переходи дорогу Джакапо.

Она кивнула в сторону невысокого мужчины с красным лицом и несколькими прядками тонких светлых волос, зачёсанными на одну сторону в тщетной попытке прикрыть возникающую лысину.

Арибелла вспомнила, что Фин вчера тоже предупреждал о Джакапо.

– Он здесь главный?

Сеффи сморщила нос.

– Нет, вообще-то предполагается, что тут демократия. Но Джакапо больше всех следит за соблюдением правил. Настоящая заноза. Лучше обходить его.

– А какой у него дар? – спросила Арибелла. – Всеми командовать?

– Вот ещё не хватало! Он может контролировать звуки. Но он такой скучный, что все просто замолкают, когда его видят.

Она подтолкнула Арибеллу к центру зала, где стоял большой фуршетный стол, так забитый подносами с золотистой выпечкой, что было странно: как он не падает под их тяжестью. Глазированные спиральки из жжёного сахара лежали рядом с нежными печеньями, обсыпанными миндальными лепестками, и пухлыми булочками, начинёнными изюминами размером с пуговицы.

Рот Арибеллы наполнился слюной. К своей радости, она заметила конвертики из теста, облитые шоколадом, – лакомство, которое она видела на рынке и всегда мечтала попробовать.

Сеффи проследила за её взглядом и положила на тарелку несколько штучек.

– Давай, жуй.

Арибеллу не нужно было просить дважды. Это оказалось вкуснее, чем она могла себе представить – идеальное сочетание вязко-сладкого и хрустящего. И конвертики немедленно стали её любимой едой.

– Вот, попробуй-ка, – сказала Сеффи, протягивая ей печенье в форме ракушки.

Арибелла откусила кусочек. Оно походило на засахаренный лимон и было таким же вкусным.

– Неплохо, верно? – Сеффи улыбнулась. – Бери сколько хочешь.

Наполнив тарелки сладостями, Сеффи привела Арибеллу к столику у окна, где сидели два мальчика и две девочки.

– Чао, Арибелла. Как спалось? – сказал один из мальчиков, откладывая книгу.

– Доброе утро, Фин! – Она обрадовалась, увидев знакомое лицо.

Сеффи нахмурила брови.

– А вы двое откуда друг друга знаете?

– Мы встретились вчера вечером, – сказал Фин. – Я умудрился выйти в коридор прямо сквозь дверь. Когда я проснулся, она смотрела на меня.

Одна из девушек прыснула. Она была одета в красивое изумрудно-зелёное платье. Её длинные тёмные волосы спадали до самой талии.

– Отличное знакомство! – провозгласила она.

– Не поощряй его, Джульетта, – сказала девочка помладше, сидевшая рядом с ней, с коротко остриженными колючими волосами и столь же колючим выражением лица. Одета она была в простые брюки и рубашку, застёгнутую до подбородка и скреплённую у горла старинной золотой брошью. – Использование дара без позволения…

– …противоречит правилам! – хором закончили все остальные и дружно рассмеялись.

Колючая девушка покраснела как помидор.

– Я знаю, Елена, – проговорил Фин. – Я ведь сделал это не нарочно. Старшие должны понимать. Никакой дар не поддаётся контролю с самого начала. Кроме твоего, конечно. Каков бы он ни был.

Елена нахмурилась.

– Мой дар – это моё личное дело. В любом случае, вы должны всё рассказать Розе.

– Если ты ей расскажешь, я велю Бруно тебя поколотить.

– Никого я не буду колотить! – возмутился второй парень. Хотя он был крупным и коренастым, его голос звучал мягко, и он выглядел безобидным.

– Да делайте что хотите. – Фин пожал плечами и снова уткнулся в книгу.

– Ну хватит, вы двое, – сказала Джульетта. – Арибелла решит, что мы странные.

– А мы и есть странные, – отозвался Фин из-за книги.

Джульетта закатила глаза и улыбнулась Арибелле.

– Добро пожаловать в сумасшедший дом. Присаживайся.

– Э-э, спасибо. – Арибелла застенчиво улыбнулась в ответ.

Бруно охнул. Когда он взял ложку, она согнулась в его руке.

– О, нет! Опять!

Что ж, Арибелла могла сделать некоторые выводы о даре Бруно. Интересно, что умеют Джульетта и Елена? И почему Елена не желает говорить о своих способностях?..

– Так как тебя нашли? – спросила Джульетта.

Арибелла слизнула сахар с губ.

– Моё имя вынули из «львиной пасти».

Глаза Елены расширились, и даже Фин поднял взгляд от книги.

– Ты первая, кого нашли таким образом, за многие годы, – сказал Фин. – Большинство имён, которые попадают в пасть, – просто розыгрыш. Целое поколение канноваччи появилось без неё.

Арибелла вспомнила прошлую ночь. Огромная львица, выплёвывающая бумагу. Это видение вернулось к ней как страшный сон.

Она потянулась к апельсиновому соку. Мысли Арибеллы были далеко, и когда она попыталась налить себе сок, кувшин выскользнул из руки. Сок разлился. Все отодвинули стулья, а Фин поспешно поднял книгу над головой.

У Арибеллы заполыхали щёки.

– Ох, простите…

Прежде чем она хотя бы сообразила, что происходит, с указательного пальца сорвалась искра и подожгла край скатерти. Ткань мгновенно вспыхнула. Арибелла отшатнулась от пламени.

Джульетта схватила с соседнего стола кувшин с водой и плеснула на скатерть. Она двигалась так быстро, что превратилась в размытое пятно. Огонь с шипением потух. Джульетта больше не выглядела размытой, и Арибелла увидела, что на ней изогнутая бронзовая полумаска с пятнами, как у гепарда, на щеках и бронзовыми крылышками по бокам. Должно быть, Джульетта открыла свою сумку, висевшую на спинке стула, вытащила из неё маску и надела – и всё так быстро, что Арибелла даже не успела ничего заметить.

Она ахнула.

– Спасибо!

Джульетта пожала плечами.

– Мой дар – скорость. Иногда бывает полезно.

Сеффи наклонилась, взяла с тарелки размокшую слоёную булочку и ухмыльнулась.

– Спасибо, Джульетта. Арибелла чуть не подожгла мою последнюю сфольятеллу, но ты успела раньше и утопила её.

Все рассмеялись – кроме Елены, – но сразу же умолкли, когда к их столу подошёл Джакапо.

– Что здесь происходит? – спросил он, разглядывая ребят своими маленькими глазками.

– Просто небольшой несчастный случай. Но всё уже под контролем, – бодро отрапортовала Сеффи. – У Арибеллы сегодня первый день в гостинице. Мы её поздравляли.

Джакапо перевёл взгляд на Арибеллу, но никаких приветственных слов не последовало.

– Разве у настоящего канноваччи первый день обойдётся без маленького происшествия? – раздался голос за её спиной.

Обернувшись, Арибелла увидела Розу. Сегодня на ней было платье лилового цвета, а шею обвивала нить жемчуга. Хранительница ключей хлопнула в ладоши, и из воздуха возник огромный шоколадный торт, уставленный свечами.

– С днём рожденья тебя!.. – запела она.

Подхватила вся столовая, и Арибелла тоже запела, размышляя, у кого ещё сегодня день рождения.

– С днём рожденья тебя, с днём рожденья, тебя! С днём рожденья, Арибелла… – пели все.

Арибелла заморгала. Этот торт – для неё?!

Роза жестом предложила ей задуть тринадцать свечей на торте, что она и сделала под бурные аплодисменты.

Сеффи хлопнула Арибеллу по спине с такой силой, что она чуть не поперхнулась. Роза резала торт и раздавала его.

– Как себя чувствуешь сегодня, Арибелла? – спросила она.

– Хорошо, спасибо.

– Отлично. Но когда расправишься с тортом, не могла бы ты пойти со мной? Будет собрание Старших, и Родольфо хочет, чтобы ты присоединилась к нам.

Другие новички замолкли и обменялись взглядами. Арибелла вдруг снова почувствовала себя чужой здесь. Она по-прежнему была иной. Вынутой из «львиной пасти».

Она заметила, что Старшие начали покидать столовую. Родольфо хочет, чтобы она рассказала им о прошлой ночи… Арибелла коротко кивнула. Пирожные неуютно ворочались в животе. Ей не хотелось снова говорить о призраке, но она знала, что должна. И если представится шанс – узнать новости об отце.

Она быстро покончила с тортом, вытерла губы и попрощалась с остальными. Сеффи слегка сжала ей руку: всё будет хорошо.

Арибелла кивнула, сожалея, что Сеффи не может пойти с ней. Но ощущение этого прикосновения осталось на коже.

Хорошо всё-таки иметь друга…

11

Арибелла последовала за Розой в вестибюль, где по-прежнему сладко спала Нимерия, и они вошли в дверь напротив ванной комнаты. Тут располагалась роскошная гостиная. Панели из тёмного дерева на стенах напоминали о корабельной каюте. По периметру комнаты были аккуратно расставлены фиолетовые и оранжевые кресла, между которыми помещались кофейные столики из красного дерева.

Все Старшие, кто ещё недавно сидел в столовой, казалось, перебрались сюда – в том числе белокурая дама с косой и её приятельница-брюнетка. Здесь же был и хмурый Джакапо. У Арибеллы свело живот.

– Добро пожаловать, Арибелла, – сказал Родольфо.

Сегодня он облачился в небесно-голубой жилет и плащ, украшенный звёздами. Ио висел на каминной полке и, видимо, дремал, завернувшись в свои кожистые крылья.

– Тебе хорошо спалось?

Арибелла кивнула. О Родольфо нельзя было сказать того же: он выглядел утомлённым. Бодрствовал всю ночь, читая звёзды?.. Арибелла поневоле спросила себя, почему же она дрыхла без задних ног, несмотря на тревогу об отце, Тео и призраке? Возможно, причина тому – те пузырьки в ванной, со сладким запахом.

Она оглянулась на Розу.

– Это Старшие гостиницы «На полпути», – продолжал Родольфо. – Нас много, и сейчас я не стану тратить время на представления, если никто не против. В любом случае, боюсь, Арибелла слишком волнуется, чтобы запомнить все имена.

Раздались короткие смешки, быстро, впрочем, утихшие. Атмосфера в комнате была напряжённой. Родольфо тоже стал серьёзным.

– А теперь, Арибелла, не могла бы ты описать, что видела в лагуне вчера вечером?

Все лица в комнате повернулись к ней. Глаза Джакапо были холодными, он переводил взгляд с Арибеллы на Родольфо. Женщина со светлой косой, сидевшая рядом с ним, тоже казалась встревоженной.

Арибелла почувствовала, что у неё пересохло в горле, и несколько раз судорожно сглотнула.

– Ну, сперва луна… изменила цвет. Она стала красной.

Родольфо мрачно кивнул.

– Да, кровавая луна. Это мы знаем. Такое случается редко, но, если уж происходит, означает, что граница между миром живых и миром мёртвых истончилась.

Выходит, Гиан был не так уж не прав, как думали они с Тео? Грань истончается?

При этой мысли Арибеллу вновь охватил страх. Она вспомнила о призраке и вздрогнула.

– Что было потом? – спросил Родольфо.

– Я… мы плыли по лагуне вместе с моим другом, а там был этот странный туман и потом… появилась эта штука… череп. Он возник из тумана и укусил моего друга. Синьор Родольфо использовал зелье – бальзам – и исцелил его.

В комнате повисла оглушающая тишина. У Арибеллы снова заныли пальцы, и она спрятала руки за спину, сжав кулаки. Не хватало только, чтобы ещё что-нибудь загорелось.

Родольфо первым нарушил молчание.

– Ты помнишь, Маркеза, – спросил он, поворачиваясь к даме с уложенными вокруг головы косами и пёстрым шарфом на плечах, – как в прошлом месяце, прочитав звёзды, я попросил тебя приготовить несколько порций «Бальзама четырёх воров» – на всякий случай?

Маркеза кивнула.

– Конечно, – сказала она низким хрипловатым голосом. – Очень сложное зелье. Варится двенадцать часов, и ингредиенты весьма трудно найти.

– Поэтому-то я попросил всего несколько порций, – отозвался Родольфо. – Но теперь советую изготовить как можно больше и как можно быстрее.

Его лицо было таким серьёзным, что Арибелла снова перепугалась. Родольфо думает, что будет ещё одно нападение?

– Это совершенно ни к чему! – воскликнул Джакапо. – Одна-единственная атака призрака! Конечно, весьма неприятно, но никто не сказал, что они будут повторяться. – Он взглянул на Арибеллу. – Возможно, девочка вообще говорит неправду!

– Я согласна. Это невозможно, – вступила блондинка. – Призраки не могут покинуть мир мёртвых.

– Знаю, Урсула, – сказал Родольфо. – Я тоже ничего не понимаю, но боюсь, что это всё-таки случилось. Мы должны быть осторожны. Вспомните Чёрную Смерть.

– Чёрная Смерть была всего лишь чумой! – отрезал Джакапо. – Обыкновенной чумой, ничего больше.

– Так мы говорили себе веками. Но многие считают, что в тот раз духи преодолели границу. И что на самом деле это была не чума, а призраки, пожирающие души.

Комната наполнилась тихим гулом голосов.

– Прости, Родольфо, – сказал Джакапо, поднимаясь на ноги. Даже встав во весь рост, он едва доставал Родольфо головой до груди. – Но это всё лишь сказки. Граница прочна, и мы, канноваччи, веками защищали её и Венецию.

Послышались одобрительные возгласы.

– Если она так прочна, то почему вода поднялась гораздо выше, чем обычно? – взревел Родольфо.

В комнате снова стало тихо.

– Аква альта – большое наводнение, – буркнул кто-то. – Такое происходит каждый год.

– Слишком рано для Аква альта, – возразил Родольфо, – и воды гораздо больше.

Арибелле казалось, что о ней напрочь позабыли. Она изо всех сил пыталась не потерять нить разговора.

– Я видел призраков, читая звёзды, как уже говорил вам, – продолжал Родольфо. – Грядёт тьма. И если не остановить её, нас ждёт гибель. Всех нас, Венецию, а может, и весь мир.

Опять повисла мёртвая тишина. Старшие нервно поёрзали в своих креслах.

– Но кто и как нас погубит? – спросила Урсула. Голос её дрогнул.

Родольфо медленно покачал головой.

– Я не знаю.

– Но ты ведь читаешь звёзды, – насмешливо сказал Джакапо. – Почему же не выяснил?

Ио, висящий над камином, пошевелил крыльями. Родольфо нахмурился.

– Звёзды говорят странные вещи. В том числе такие, которые я не слышал прежде и не до конца понимаю. Но у меня есть предположение.

– И какое же? – скептически спросил Джакапо.

Родольфо помедлил.

– Зио.

Это слово произвело эффект удара молнии. Старшие вскакивали с кресел, опрокидывая стаканы с водой и чашки с кофе. Урсула расплакалась, и Маркеза обняла её.

У Арибеллы ум заходил за разум. Зио – это имя того человека на портрете, которого вроде бы убили. С лепестками на полу…

Джакапо вскинул руки.

– Silenzio![1]

В комнате мгновенно стало тихо. Арибелла задавалась вопросом, не использовал ли маленький человечек свой дар управления звуком.

Джакапо бросил на Родольфо язвительный взгляд.

– Нет, серьёзно? Ты правда собираешься притянуть это сюда? Мы устали от твоих нелепых теорий ещё десять лет назад! Зио убили, Родольфо. Убили! Я знаю, тебе трудно поверить, что это сделала Клара, но так оно и есть. Не надо выдумывать дурацкие заговоры, это не поможет.

Послышался грохот. Урсула рухнула в обморок, свалившись со стула. Маркеза опустилась на колени рядом с ней и порылась в складках плаща. Она достала платок и небольшую баночку с порошком. Высыпав немного на платок, поднесла к носу Урсулы. Та мгновенно ожила и оттолкнула руку Маркезы, так что порошок брызнул во все стороны.

– Ты в порядке, Урсула? – спросил Родольфо.

Джакапо резко обернулся к нему.

– Гляди, что ты наделал! – буркнул он. – Не надо плохо говорить о Зио. Он жертва. Пришло время посмотреть правде в глаза и признать, что на самом деле представляла собой Клара.

У Арибеллы голова шла кругом. Она силилась понять, о чём речь, и хотела бы, чтобы кто-нибудь ей хоть что-то объяснил. Но Старшие явно предпочитали замять эту тему, словно желая обо всём позабыть.

– Ну так что ты делал один в лагуне прошлой ночью? – въедливо спросил Джакапо.

– Я пошёл вслед за именем, извлечённым из «львиной пасти».

– Не обсудив с остальными Старшими?

Глаза Родольфо сузились.

– В чём именно ты меня обвиняешь, Джакапо?

– Ты не следовал протоколу. Ты должен был сообщить имя Совету Старших, чтобы мы выбрали человека, который заберёт неофита. С какой стати ты устроил эту самодеятельность? Ты прочитал в звёздах что-то, о чём нам не сказал?

Глаза Джакапо сверкнули. Урсула снова всхлипнула.

– Разумеется нет, – ответил Родольфо, но Арибелла заметила, что выражение его лица мгновенно изменилось. Словно тень облака скользнула по луне. Родольфо определённо что-то скрывал. Но что?..

Она решила довериться новому другу и поверила, что он собирается помочь её папе… но не подозрительно ли, в самом деле, его появление в лагуне прошлой ночью?

– Послушай, я знаю, что поступил неправильно, и прошу прощения, – сказал Родольфо, – но было мало времени. Стражники дожа уже схватили отца Арибеллы. И это приводит нас к другому вопросу, – он плавно и ненавязчиво сменил тему. – Сейчас он в дворцовой тюрьме, ожидает суда. Я прошу, чтобы мне разрешили вмешаться и не дать невинному человеку сгнить в темнице. Или того хуже…

У Арибеллы сжалось сердце. Бедный отец!

– Ты отлично знаешь, что мы не встреваем в дела инбеллис, – отрезал Джакапо.

– Если не возникает необходимости, – возразил Родольфо, – но в данном случае она возникла, учитывая, что упомянутый человек – отец Арибеллы, а Арибелла – канноваччи.

– Но он-то – инбеллис.

Арибелле померещилось, что стены гостиной смыкаются над ней. Она так жаждала узнать, когда канноваччи спасут папу, – а теперь выясняется, что они, может, и вовсе не станут помогать.

– Пожалуйста, спасите его! – выпалила она. – Я сделаю всё, что угодно!

Лицо Джакопо окаменело.

– Уведите отсюда неофитку.

Кто-то нежно коснулся плеча Арибеллы.

– Пойдём, – тихо сказала Роза, – Старшим нужно всё обсудить. А тем временем тебе лучше побыть в другом месте.

– Нет, я должна остаться здесь! – выдохнула Арибелла, отмахнувшись от Розы. Глаза щипало от слёз, и она сморгнула. Не хватало ещё расплакаться перед Старшими.

– Я обещал помочь твоему отцу, – сказал Родолфо. Взгляд его голубых глаз был твёрдым. – И я сдержу слово.

Арибелла бросила на Джакапо и других Старших последний умоляющий взгляд, и Роза вывела её в прохладный вестибюль. Дверь гостиной с тяжёлым стуком захлопнулась за её спиной.

12

Арибелла чуть не подскочила до потолка, когда Сеффи внезапно вылезла из-за стойки регистрации.

– Ну, что они сказали, Ари? – прошептала она. – Я через дверь ничего не расслышала.

– Вот именно! Не надо подслушивать, если тебя не приглашали! – раздалось с лестницы сердитое шипение Елены.

– Ну, ты же сейчас подслушиваешь, – фыркнула Сеффи.

– Я пытаюсь помешать тебе нарушить правила! А впрочем, ладно. Пусть тебя выставят из гостиницы, мне дела нет!

Елена зашагала вверх по лестнице. Сеффи закатила глаза.

– Она такая милашка, да? И никто меня не выставит, – прибавила она, зубасто ухмыльнувшись. – Я слишком опасна, чтобы выпускать меня на улицу. Но расскажи, что там было! Обсуждали призрака, да?

Арибелла кивнула, всё ещё не в силах выдавить ни слова.

– Если не хочешь говорить – не надо, – понимающе сказала Сеффи.

Она застыла, приняв виноватый вид, когда дверь гостиной снова открылась и в коридор выглянула Роза.

– Мне послышались голоса. Что ты тут шмыгаешь, Персефона?

– Просто показываю Арибелле гостиницу, – выпалила Сеффи. – Да, Ари?

Та неуверенно кивнула.

– Ну, похоже, вестибюль вы уже осмотрели вдоль и поперёк. – Роза приподняла бровь, но устало улыбнулась. – Может, теперь покажешь ей оставшуюся часть?

– Отличная мысль. – Сеффи кивнула. – Давай и правда устроим экскурсию? – спросила она, когда Роза закрыла дверь. И взяла Арибеллу за руку.

Арибелле понравилась доверительная близость этого жеста и то, как он связывал её с Сеффи, пока они поднимались по лестнице. Она никогда прежде не держалась ни с кем за руки, даже с Тео. И уж точно не с тем, кого знала меньше дня. Но Сеффи была такой естественной и непосредственной; ей наверняка ни на миг не пришло в голову, что Арибелла может отдёрнуть руку. И даже если б Арибелла это сделала, Сеффи наверняка не восприняла бы её жест на свой счёт – в отличие от самой Арибеллы.

Сеффи хватало уверенности на них обеих, и это всё упрощало. Сеффи решила, что они будут подругами, и они ими стали. Сеффи не давила на Арибеллу, пытаясь вызнать, что было на совещании Старших, а вместо этого всё утро водила её по гостинице «На полпути». Здесь оказалось гораздо больше потайных уголков, коридоров и разных чудес, чем можно было представить. Казалось, что «На полпути» внутри гораздо больше, чем снаружи. Арибелла ломала голову, пытаясь понять, как такое может быть. Прошлым вечером, глядя на гостиницу с причала, она насчитала только три этажа, но их оказалось четыре, и на каждом из них коридоры тянулись гораздо дальше, чем казалось возможным.

– Даже и не пытайся понять, – сказала Сеффи, когда Арибелла спросила об этом. – Гостиница «На полпути» – она как лабиринт. В этом нет никакого смысла, но именно поэтому здесь так здорово.

На первом этаже располагались залы для официальных встреч и заседаний. На втором – общие помещения, столовая, две комнаты отдыха, библиотека, зал и много чего ещё. Третий этаж занимали классы, а четвёртый – спальни учеников.

Сеффи показала Арибелле свою комнату. Она походила на джунгли – с зелёными узорами в виде листьев, настоящими растениями и виноградными лозами.

– Неофиты получают комнаты, а Старшие – апартаменты, – объяснила Сеффи. – Если хотят. Роза говорит, что до тех пор пока канноваччи живы и остаются частью сообщества, номер остаётся за ними. Только если они умирают или уезжают насовсем, их апартаменты возвращаются гостинице и потом переходят к новому гостю. Это называется «оборот».

Пыхая энтузиазмом, Сеффи потащила Арибеллу на крышу, куда вела шаткая лестница.

– Я сюда прихожу поболтать с птицами, – объяснила она, когда они стояли под холодным ветром и ярким солнцем. – А Родольфо тут читает свои звёзды. В ясную ночь можно увидеть Венеру и Марс.

На крыше лежали ковры и подушки. Тут же стояло несколько телескопов, направленных под разными углами. Вид на город открывался просто невероятный, но Арибелла не могла отвести взгляд от звёздной карты, нарисованной мелом на каменном полу.

«Может, какая-то из этих звёзд предсказала появление призрака»? – подумала Арибелла и вздрогнула.

Сеффи, казалось, почувствовала, что настроение подруги изменилось.

– Пойдём теперь в подвал. Я покажу тебе бассейн.

Манёвр удался. Арибелла тут же позабыла о карте.

– Что?!

Бассейн в подвале? В Венеции? Это было неслыханно!

– Нам надо практиковать дыхание под водой. В масках. Конечно, когда ты получишь свою, будет гораздо веселее. Тогда мы сможем поговорить под водой.

– Говорить под водой? – ошеломлённо переспросила Арибелла. – Твоя маска… и это позволяет?

– Конечно, – беззаботно сказала Сеффи.

– А что не может маска?

– Протащить в гостиницу животных. Пошли!

Сеффи снова взяла Арибеллу за руку и повела её обратно к лестнице. Арибелла спрашивала себя, перестанет ли она когда-нибудь изумляться. Каждый миг перед ней возникало какое-то новое чудо.

Добравшись до вестибюля, Сеффи перепрыгнула через спящую Нимерию и стойку и сняла со щита золотой ключ. Он висел в ряду с надписью «Подвал». Здесь было всего два крючка.

– Роза не возражает, когда я беру ключ от бассейна, – беззаботно сказала она. – На самом деле им пользуются только ученики. Но вот если ты попытаешься взять ключ от чужого номера – придётся иметь дело с Нимерией.

Словно в знак согласия львица издала громкий храп.

Сеффи и Арибелла миновали тяжёлую дверь с засовами, ведущую в подвал. Грубо обтёсанные каменные ступени привели их в коридор, освещённый факелами.

– Старшие сюда никогда не ходят, – сказала Сеффи, углубляясь в недра подвала.

Некоторое время спустя она прибавила:

– О, кажется, я не там свернула.

Они остановились у двери в торце коридора. Сеффи оглядела её и попробовала отпереть, но ключ не вибрировал в её пальцах и не поворачивался в замке.

Сеффи пожала плечами.

– Не та дверь. Значит, бассейн в другой стороне. Пошли. Он того стоит, поверь мне.

Она оказалась права. Здесь были разложены купальные костюмы и полотенца, и плескаться в мозаичном бассейне оказалось очень весело. Сеффи отлично плавала. У Арибеллы не было маски, и она не могла надолго задержать дыхание под водой, но с благоговением наблюдала, как Сеффи, надев маску, нырнула и не появлялась на поверхности почти десять минут.

Скорей бы уже получить свою собственную!

Час спустя Арибелла и Сеффи со сморщенными как солёные огурцы пальцами вышли обратно в вестибюль. С их волос капала вода, и обе довольно улыбались.

– А, вот и ты, Арибелла, – крикнула Роза. – Совещание наконец-то закончилось. Родольфо выйдет через минуту, чтобы поговорить с тобой. А пока у меня кое-что для тебя есть.

Она протянула Арибелле толстый белый конверт. Её имя было написано золотыми чернилами. Никогда ещё в своей жизни Арибелла не получала писем – тем более таких красивых. Она перевернула конверт и оглядела пурпурную сургучную печать с изображением маски. Сердце замерло…

– Ну давай же, открой! – настаивала Сеффи, подскакивая от возбуждения. Её глаза блестели.

С радостным предчувствием Арибелла сломала печать и достала листок.

Дражайшая Арибелла!

Сердечно приглашаю тебя на примерку маски. Пожалуйста, не задерживайся. Опоздания не приветствуются.

Distinti saluti[2],

Творец Масок

Сердце захолонуло от счастья. Арибелла не могла поверить.

Она получит маску! Маску, созданную специально для неё. Маску, которая сможет делать её незаметной, поможет контролировать дар, и дышать под водой, и ещё много невероятных вещей.

Она перечитала письмо и нахмурилась.

– Но здесь не сказано, когда будет примерка.

– Потому что она будет прямо сейчас, – весело сказала Роза. – Ты готова ехать?

13

– Что?!

В эту минуту Арибелла совершенно не готова идти на примерку.

– Боюсь, что так, золотце, – сказала Роза с виноватым видом, опустив уголки губ. – О, не переживай. Всё будет в порядке. Родольфо сказал, что отвезёт тебя. Где ключ от твоей комнаты? Помнишь, что нужно сдавать его, когда покидаешь гостиницу?

Арибелла кивнула, вспомнив правило из списка Розы. Она вытащила из кармана тяжёлый золотой ключ. По крайней мере, это значило, что она его не потеряет.

Роза взяла ключ и повесила его на крючок. Её рука застыла на мгновение – как и в тот миг, когда она впервые выбирала его. Казалось, было в этой комнате нечто такое, что тревожило Розу.

Родольфо вышел из гостиной. У него было напряжённое лицо.

– Хорошие новости, – сказал он, похоже, сам не вполне в это веря. – На следующей неделе я отправлюсь на аудиенцию к дожу и спрошу его о твоём отце.

– На следующей неделе? – Арибелла не сумела скрыть разочарования.

Целую неделю её бедному отцу придётся провести в тюремной камере?

– Мне жаль, Арибелла. Очень жаль. Но большего мы сделать сейчас не можем. Если б это зависело только от меня… – Родольфо покачал головой. – Старшие очень упорны, когда вопрос касается инбеллис. Правила незыблемы.

– Родольфо сделал всё, что мог, – вступила Роза. – Честное слово, Арибелла. Неделя – не такой уж долгий срок. Сравнительно недолгий, – быстро прибавила она, видя, что Арибелла открывает рот, намереваясь возразить.

Арибелла замолкла, пытаясь справиться с разочарованием. Она чувствовала себя виноватой за то, что живёт в этой роскошной гостинице и получает подарки, в то время как отец сидит за решёткой.

– Мы вытащим его оттуда, – твёрдо сказал Родольфо. – И это главное. А пока постарайся отвлечься. Займись примеркой. Я позабочусь о твоём отце.

Арибелла понимала, что это хороший совет. Может, получив маску, она сумеет проникнуть в тюрьму, чтобы навестить папу? И даже принести ему немного сладкой выпечки…

– Джакапо предложил мне отвезти её, Родольфо, – сказала Урсула, выходя из гостиной. – Он говорит, что ты немного не в своей тарелке из-за всех этих звёзд.

Родольфо нахмурился.

– А тебе не надо отдохнуть, Урсула? Это ведь ты упала в обморок.

– О, просто небольшой шок. Не знаю, что на меня нашло. Я всегда была слишком… чувствительной. В любом случае, свежий воздух пойдёт мне на пользу. И я очень хочу познакомиться поближе с нашей новой гостьей.

Урсула обворожительно улыбнулась. Бледно-голубое платье великолепно оттеняло её глаза. Его украшал белый меховой воротник, на который Сеффи уставилась очень сердито.

Встретившись с Урсулой взглядом, Арибелла испытала странное и не очень приятное ощущение, будто в голове что-то шевелится. Словно кто-то копался у неё в мозгах.

– О, ты очень переживаешь из-за своего папы, – проворковала Урсула. – Не стоит. Родольфо скоро удостоверится, что он в безопасности.

Арибелла удивлённо моргнула. Откуда Урсула узнала? Или это настолько заметно?

– Сеффи, а ты, может быть, перестанешь желать мне смерти из-за кусочка меха? Это семейная реликвия.

Роза нахмурилась.

– Урсула, нельзя читать мысли неофитов без их позволения.

Что ж, это объясняло странное ощущение в голове. Урсула – телепатка.

– Простите-простите. Дурная привычка.

Урсула повернулась к Родольфо, и необычное ощущение исчезло. Родольфо засмеялся.

– Будь так любезна, не ройся у меня в мозгах, Урсула.

– Ах, если б я могла! Я бы остановила тебя прошлым вечером. Но ты всегда умел меня блокировать.

Урсула вздохнула и обернулась к зеркалу, чтобы поправить волосы.

– Теперь всё даётся не так легко. Старею…

– Никто из нас не молодеет.

Она оглядела своё отражение и поморщилась.

– Время так жестоко. Ну, нам пора, Арибелла. Творец Масок ценит пунктуальность. И поскольку он обращает внимание лишь на тех, кому назначена встреча, мы рискуем пропустить наше время.

Арибелла медлила. Ей хотелось пойти с Родольфо, но он выглядел очень уставшим. И со стороны Урсулы было очень мило взять сопровождение на себя – лишь бы она не пыталась снова читать её мысли. В любом случае, непохоже, чтобы у Арибеллы был выбор.

– Увидимся позже, – шепнула Сеффи. – Жду не дождусь. Не терпится взглянуть на твою маску.

Арибелла кивнула, нервно улыбаясь.

У входной двери Урсула надела свою полумаску. По зеркальной поверхности тянулись цепочки из колец, скрещивались под разными углами; они сходились в центре лба, где был нарисован глаз. Арибелла внимательно наблюдала, как Урсула завязывает ленточки на затылке – на случай, если тут тоже есть какая-то хитрость, которую нужно иметь в виду.

– У тебя скоро будет своя, – сказала Урсула, открывая дверь.

Они вышли навстречу ясному осеннему дню. Цокая каблучками, Урсула пересекла пристань и подошла к одной из полосатых причальных тумб. К ней были привязаны верёвки, уходящие в воду. Урсула ухватилась за одну из них и сморщила нос.

– Хотелось бы мне, чтобы существовал другой способ это делать, – пробормотала она.

Затем, напевая полузнакомую мелодию, Урсула потянула за верёвку. Тут же вода поднялась, и на поверхность всплыла чёрная гондола. Арибелла вспомнила, как вчера гондола Родольфо утонула в канале именно здесь, и сперва подумала, что это, возможно, она же. Но нет. Хотя на этой гондоле тоже красовалась эмблема крылатого льва, у неё были мягкие скамейки и элегантная каюта по центру с розовыми подушками. Корпус украшали серебристые узоры.

Гондола стряхнула последние капли и встала на поверхность воды – абсолютно сухая. Урсула рассмеялась, и Арибелла почувствовала, что у неё в голове снова будто что-то шевелится. Она покраснела.

– О, да не смущайся. Приятно видеть всё снова, будто бы своими глазами. Я помню, как впервые пришла в гостиницу «На полпути». Я тоже изумилась. Возраст делает нас слишком искушёнными… одна из многих его опасностей. – Урсула вздохнула. – Ну ладно, залезай.

Арибелла несмело поднялась на борт. Она не решилась использовать каюту и вместо этого устроилась на передней скамье, желая лучше всё видеть и ловить лицом ветер. Урсула отвязала верёвку и оттолкнула лодку от причала.

Арибелла ждала, что они помчатся так же быстро, как в гондоле Родольфо, но тут же стало ясно, что этого не будет. Гранд-канал заполоняли лодки, и хотя их гондолу никто не замечал, двигаться приходилось медленно, чтобы не задевать другие судёнышки и не шокировать людей.

Гондола то и дело вздрагивала, словно медленный темп раздражал её. Мысли Арибеллы метались между отцом и Тео. Что они оба сейчас делают?.. Думают ли они о ней? Арибелла решила, что, как только получит маску, тут же навестит их. Она пообещала себе это – и неважно, разрешат ли Старшие. Она нервно глянула на Урсулу, надеясь, что телепатка не прочла её мысли.

Вскоре гондола свернула с Гранд-канала на канал поменьше; на его берегах стояли пёстрые магазинчики, где торговали масками. Как-то Арибелла и Тео, бездельничая, прогуливались мимо этих лавочек. Они задерживались перед каждым магазином, чтобы выбрать лучшую маску из выставленных в витрине, – и отлично знали, что не могут позволить себе купить даже ленты от неё…

Но теперь Арибелла получит собственную прекрасную маску! Её распирало от волнения. Она гадала, который из магазинчиков принадлежит Творцу Масок канноваччи. Ещё вчера все эти маски в витринах заставили бы Арибеллу задохнуться от восторга; теперь же они казались убогими по сравнению с теми, что она видела в гостинице «На полпути».

И действительно, Урсула миновала все эти лавчонки, не удостоив их взгляда. Гондола направилась к следующему каналу – такому узкому, что казалось, она просто не сумеет туда войти. Однако лодка изящно скользнула в канал, не замедлившись и ничего не задев.

Канал оказался холодным и тёмным. Здесь вовсе не было никаких магазинов – только грязные дома с заколоченными окнами. Может, Урсула не там свернула? Впрочем, вспомнив волшебное преображение гостиницы «На полпути», Арибелла поостереглась делать поспешные выводы. Возможно, эти дома тоже менялись, когда вы оказывались внутри, хотя в это было трудно поверить. Палаццо, где располагалась гостиница, хоть и выглядело обшарпанным, таило в себе какое-то очарование. А эти дома просто пугали.

Урсула остановила гондолу возле одного из них – с оконными рамами, выкрашенными в чёрный цвет. Чёрной была и дверь. Арибелла увидела два серых овала, нарисованных в центре двери, словно глаза, и символ крылатого льва под ними.

– Ты должна идти одна, – сказала Урсула. – Я подожду тебя здесь.

Арибелла кивнула, нервно сглотнув. Тут и мысли не нужно было читать, чтобы понять, что она боится…

Попытавшись взять себя в руки, Арибелла вылезла из гондолы на причал. Потребует ли хозяин, чтобы она продемонстрировала свой дар? Арибелла надеялась, что нет. Пальцы ещё болели после происшествия за завтраком… А что, если дар снова выйдет из-под контроля? Что подумает Творец Масок, если она нечаянно сожжёт его дом?

– Всё будет хорошо, – сказала Урсула. – Иди.

Арибелла осторожно постучала. Никто не ответил, и она почувствовала разом разочарование и облегчение. Может, Творца Масок нет дома и они приедут в другой день?..

Она оглянулась на Урсулу, но та лишь кивнула и помахала ей.

Арибелла сделала глубокий вдох, снова повернулась к двери и толкнула её, увидев впереди лишь мрак.

14

– Здравствуйте?.. – окликнула она.

Комната внутри была тускло освещена и пахла благовониями.

Арибелла вошла, и дверь медленно и тихо закрылась за ней. Она попыталась выровнять дыхание. Мало-помалу глаза привыкли к полумраку.

Стены были увешаны полками, на которых рядами стояли маски. Это зрелище совсем не напоминало весёлый беспорядок в других магазинах. Тут маски были аккуратно расставлены, каждая на своей подставке, и все выглядели так же прекрасно, как в гостинице «На полпути».

Маски канноваччи… Арибелла с благоговением смотрела на сотню неподвижных лиц. На нижней полке стояла маска, разрисованная бабочками. Рядом – корона из золотых перьев, какие не могли принадлежать ни одной птице, обитающей в Венеции. Чем выше поднимались полки, тем экстравагантнее становились маски. Одна была сделана из раковин моллюсков с острыми как бритва краями. Рядом с ней покоилась стальная маска с узкими прорезями для глаз и решёткой, закрывающей рот.

Арибелла вздрогнула. Какие способности связаны с этими масками? Было что-то жуткое в том, как они смотрели на неё. Самой необычной выглядела белоснежная маска с клювом, стоявшая в углу; она вызвала у Арибеллы странное чувство…

Посреди комнаты она увидела зеркало с грязной и мутной поверхностью. Рядом на медной подставке лежали странно выглядящие инструменты. Арибелла как раз собиралась рассмотреть их получше, когда заметила, что стена рядом с зеркалом была на самом деле чёрной занавеской. Ей пришло в голову, что Творец Масок, вероятно, там, за ней… Но когда Арибелла подошла и отодвинула тяжёлый занавес, у неё вновь возникло странное чувство – будто она видела этот занавес раньше. Возможно, во сне…

По ту сторону оказалась совсем крохотная комнатушка. Она была абсолютно пуста, только в центре стояла подставка для маски.

– Нельзя входить в комнату слияния без разрешения, – раздался голос.

Арибелла выпустила занавеску так поспешно, словно она раскалилась докрасна. Обернувшись, она увидела белую маску, летящую по комнате. Вспомнился призрак – и сердце чуть не выскочило из груди. Но потом Арибелла поняла, что у маски есть тело – тело, которое до сих было скрыто в тени.

– Тебе повезло, что там не было маски, – сердито продолжал человек с белым клювом вместо лица, – иначе ты испортила бы весь процесс. Никто не должен видеть новую маску в первые часы создания, кроме её владельца и творца.

– Простите, – выдавила Арибелла. – Я просто не поняла, где вы. Меня зовут Арибелла. Вы меня пригласили.

Словно защищаясь, она вынула из кармана письмо.

– Да-да, новая девочка. – Творец Масок махнул рукой, словно ему уже стало скучно. Он едва посмотрел на неё. – Скажи, девочка, что ты думаешь о моих масках?

Боясь, что это какая-то проверка, Арибелла колебалась, подыскивая правильное слово. Слово, которое выразило бы странное сочетание чувств, вызванное этими масками, и не оскорбило бы их создателя.

Что она ощущала? Благоговение? Страх?.. К счастью, Творец Масок, казалось, счёл молчание самым подходящим ответом.

– Это лучшая коллекция из всех, – с гордостью сказал он.

– Чьи они?

– Когда-то были масками канноваччи. Но как только наши тела превращаются в звёздную пыль, из которой и были созданы, маски возвращаются к Творцу.

Арибелла вздрогнула. Так это не галерея, а мавзолей. Эта мысль вызвала странное чувство – словно она смотрела на лица мёртвых.

– Вы… вы сделали их все?

– Разумеется, нет. Сколько мне лет, по-твоему? Некоторым из этих масок много веков. Их делали предыдущие Творцы Масок и их ученики.

– А кто ваш ученик? – спросила Арибелла.

Ей было любопытно: может, это один из неофитов, живущих в гостинице? Или кто-то из Старших?

– Сейчас у меня нет ученика. Тот, который был… исчез, – сказал Творец Масок высоким голосом. – Крайне… неудачно, – добавил он, и Арибелле почудилось, что за этими словами таится нечто большее.

Творец Масок в упор уставился на Арибеллу, словно только что увидел, а потом, похоже, принял решение.

– Не будем тратить время на воспоминания. Что было – то прошло. Давай-ка посмотрим, что можно сделать здесь и сейчас.

Он внезапно схватил Арибеллу за руку. Его пальцы были холодными как сосульки, и Арибелла сделала над собой усилие, чтобы не отшатнуться.

Творец Масок подтащил её к медной подставке и взял один из странных инструментов. Он был похож на штангенциркуль с двумя зубцами, соединёнными шарниром. Арибелла старалась не вздрагивать, когда он приставил инструмент к её лбу и поправил его. Края выглядели острыми.

– Не шевелись.

Арибелла стояла совершенно неподвижно, пока он измерял лоб, расстояние между глазами, длину носа, рта и ушей. Он измерил даже расстояние между ноздрями, отчего Арибелле страшно захотелось чихнуть. Было очень трудно не вздрогнуть, особенно когда Творец Масок тыкал её клювом. После каждого измерения он прижимал зубчики к линейке и записывал цифры в маленькую чёрную тетрадь. Наконец он сложил свой странный инструмент.

– Встань перед зеркалом.

Арибелла недоумевала, что Творец Масок сумеет рассмотреть в этом грязном зеркале, однако повиновалась. Едва лишь она приблизилась к зеркалу, патина исчезла и там, где должно было появиться отражение Арибеллы, закружилось пламя. Арибелла подалась назад, но Творец Масок крепко держал её за плечи, пристально наблюдая, как за сполохами огня возникают очертания фигуры.

Пламя изменилось, сосредоточилось вокруг её рук, и Арибелла ощутила тепло, рассеявшее все её сомнения и страхи. Она чувствовала себя сильной и могущественной. И внезапно осознала, что находится именно там, где должна быть.

Это длилось какой-то миг. А потом Творец Масок оттащил её от зеркала. Пламя исчезло, и стекло снова затуманилось. Арибелла попыталась сохранить это внутреннее ощущение силы, но оно исчезло столь же внезапно, как и появилось.

Впервые Творец Масок показался ей взволнованным.

– Зеркало показывает, что скрыто в нас. Нашу внутреннюю силу и слабость тоже, которую мы боимся признать, – объяснил он. – В твоём случае это сила, огромная сила. Уже несколько веков у нас не было огненного канноваччи. И такого могущественного…

Он забегал по комнате, вынимая коробки, наполненные самыми разными вещами – перьями, лоскутами шёлка, пуговицами… и странными предметами тоже. В одной коробке лежали хрустальные стёклышки, в другой – одни только зубы. Творец Масок вынул бронзовый диск и мёртвого жука.

– Трудно будет создать что-то хорошее, – продолжал он, рассматривая их. – Но нет ничего, что я люблю больше, чем вызов.

Краем глаза Арибелла заметила движение в верхнем углу комнаты, на самой высокой полке. Будто птица или летучая мышь расправила крылья. Ио… Но нет, не мышь и не птица. Что-то тёмное и изогнутое. Маска. И теперь она не просто шевелилась, она падала…

Руки Арибеллы вытянулись вперёд помимо её воли. Инстинктивно – изумившись самой себе – она поймала маску на ладони. Арибелла почти не двигалась: казалось, маска не упала, а прыгнула ей в руки… Но как такое возможно?!

Маска была плотной, но невероятно лёгкой. Взметнулось облако пыли, когда Арибелла перевернула её, чтобы увидеть лицо… Она тут же отпрянула. Маска оказалась неимоверно уродливой. На обеих щеках виднелись глубокие разрезы с рваными краями, словно кто-то нарочно кромсал маску, а сверху вниз её пересекала тонкая зазубренная линия. Она уж никак не могла принадлежать к этой коллекции. Даже самые пугающие маски на верхних полках были по-своему красивы, эта же – попросту безобразной.

– Что ты делаешь?! Нельзя трогать маски! – Арибелла вздрогнула: в голосе Творца Масок звенела холодная ярость.

Она подняла голову и увидела, как он смотрит на неё. Творец Масок неимоверно разозлился – даже сильнее, чем когда Арибелла заглянула за занавеску.

– Я не хотела. Она сама упала.

– Маски канноваччи не падают.

Теперь настала очередь Арибеллы рассердиться.

– Разумеется, падают! Вот эта только что свалилась сверху!

Почему он так зол? Ведь она только что спасла его маску, не дав ей сломаться. Ему стоило бы поблагодарить её. Арибелла попыталась вернуть ему маску, но он отпрянул.

– Не знаю, как ты это проделала, но раз сумела удержать маску, она теперь твоя.

– Но я не хочу. Пожалуйста, заберите её!

– Не могу. Теперь это твоя маска.

Такого просто не могло быть.

– Она же сделана не для меня. Она не будет работать как надо. – Не говоря уж о том, что она отвратительна. – Я хочу правильную, – в отчаянии прошептала Арибелла.

Как она умудрилась всё испортить?!

– Не имеет значения, что ты хочешь. Переверни маску и прочитай имя.

Арибелла повиновалась, и у неё упало сердце. На серой подкладке было выцарапано имя, уже неразборчивое, но над ним появилась новая золотая надпись: «Арибелла».

У неё возникло мерзкое чувство, что она вот-вот заплачет. Ей так хотелось получить красивую маску, которой можно гордиться. Как у Сеффи. Маску, которая позволит ей стать своей среди обитателей гостиницы «На полпути». Которая поможет ускользнуть, чтобы навестить папу и Тео. А это уродище из вторых рук ей не подходит. Что, если она вообще не будет работать?

– Пожалуйста, – умоляла она. – Мне нужна другая. Как у всех!

Творец Масок неотрывно смотрел на неё.

– Да, я видел это в зеркале. Твоё отчаянное желание быть такой же, как все. Скажи зачем, если твой дар так отличается от прочих? Истинная сила приходит, когда мы освобождаемся от ложных масок и принимаем себя такими, каковы мы есть.

С этими словами он вытолкнул Арибеллу из дома и захлопнул дверь.

После царящего внутри полумрака солнечный свет был резким и ослепляющим.

– Творец Масок! – крикнула Урсула, быстро шагая по причалу. – Могу я спросить кое-что?..

Она толкнула дверь, но та не сдвинулась с места.

– Боже! Видимо, нет… Почему ты такая грустная, Арибелла? Что стряслось?

– Ничего, – твёрдо сказала Арибелла.

Но когда она посмотрела на красивую маску Урсулы, горячие слёзы хлынули из глаз. Она прыгнула в гондолу и спряталась в каюте, сунув гадкую маску под подушку.

Что она скажет Сеффи, когда та спросит? Арибелла не хотела показывать это убожество никому и никогда. Что ж, символично… Она настолько странная, что не может даже стать своей в гостинице, полной странных людей. Если она не принадлежит к их обществу, то к чему вообще принадлежит?..

Арибелла внезапно почувствовала себя очень одинокой. Ей хотелось кому-то довериться – тому, кто действительно мог понять её и утешить. Но с кем поговорить? Отец в тюрьме, да и минуло много времени с тех пор, как он умел её утешать. Тео? Лучший друг теперь, вероятно, боится её. Родольфо и Роза по-прежнему были чужими. А Сеффи, хотя она очень добрая, наверняка не захочет оставаться подругой Арибеллы, как только увидит маску.

Нет, Арибелла знала, кого жаждет её душа. Это было самое глубокое и самое болезненное из всех желаний, которое она всегда старалась подавить, боясь потеряться в нём и утонуть. Но теперь, когда Урсула вела гондолу обратно в гостиницу – любезно не задавая вопросов и не читая мыслей, – Арибелла тосковала по своей маме…

15

Следующая неделя прошла на удивление быстро. Арибелла ожидала, что она будет тянуться бесконечно, но, несмотря на тревогу об отце и огорчение из-за отвратительной маски, она наслаждалась днями, проведёнными в гостинице «На полпути».

Да и могло ли быть иначе, если она ела на завтрак пирожные, а на обед – спагетти с моллюсками, спала на перьевых подушках и шёлковых простынях и у неё была такая подруга, как Сеффи, – лучшая подруга на свете.

Роза вернула ей старую одежду – чисто выстиранную, отремонтированную и аккуратно сложенную, но разве могла Арибелла носить такое в роскошной гостинице? Она засунула её на дно шкафа и каждый день выбирала новое платье.

Единственной частью этой прекрасной жизни, которой Арибелла боялась, была учёба.

После своего жуткого провала она вернулась в гостиницу «На полпути» и обнаружила, что на третьем этаже появилась новая учебная комната с символом пламени на двери и стальными огнеупорными стенами. Она обрадовалась сперва, но быстро выяснилось, что её новая маска не только уродлива, но и, кажется, совершенно бесполезна: она вообще не помогала контролировать дар.

Сеффи и Фин, увидев маску, сделали вид, что так и надо, но Арибелла понимала, что оба они шокированы. Ну ещё бы! У Сеффи была великолепная маска из перьев и шерсти, а у Фина – маска цвета фуксии, с опалами и аметистами на щеках и верхней частью из сусального золота.

Родольфо тоже удивился, но уверял, что маска будет работать, и предложил помочь с тренировками.

– Это всё равно маска канноваччи, – повторял он во время занятий, когда Арибелла вновь и вновь пыталась (и не могла!) вызвать пламя по своей воле. – Это твоя маска.

– Но не Творец Масок дал её мне, – в который уже раз повторила Арибелла. – Я же говорила: она просто упала. А он, похоже, этому не обрадовался.

– И тем не менее она твоя.

– Потому что на ней моё имя?

– Не только. – Родольфо снял свою звёздную маску. – Вот. Попробуй взять её в руки.

Арибелла уставилась на прекрасную маску, чувствуя странное нежелание её трогать. Она решила, что это глупо, и коснулась её.

– Ой!

Её словно ужалила пчела.

– Прости. Но проще было показать, чем объяснить.

– Можно было сперва хоть попытаться объяснить!

– Теперь представь, что ты решила надеть мою маску. У тебя всё лицо тут же покрылось бы волдырями. Понимаешь? Если ты можешь её носить, значит, она твоя. Перестань сомневаться и поверь.

Зачастую она уходила с тренировок с дурными предчувствиями – ещё более дурными, чем в те дни, когда всё только начиналось. Вечерами Арибелла втирала в пальцы бальзам, который дала ей Маркеза. Боль стала её постоянной спутницей, а сила не приходила. Во всяком случае, когда она пыталась вызвать её намеренно. Зато возникала, когда Арибелла совершенно этого не хотела. Дважды во время завтрака; один раз она подпалила край звёздного плаща Родольфо, а потом ей приснился сон о призраке – и это было ужасно…

Роза сказала: ничего страшного. И оставила возле кровати Арибеллы вёдра с водой. И всё-таки, когда она совала туда опалённые простыню и скатерть, ей было мучительно стыдно.

В гостиницу «На полпути» дошли новости о том, что здоровье дожа заметно ухудшилось и он почти не занимается государственными делами. Арибелла отчаянно надеялась, что он поправится и что болезнь не помешает ему принять Родольфо и обсудить положение отца. Аудиенция ожидалась со дня на день.

Вода поднималась гораздо выше обычного, выходя из берегов Гранд-канала. По словам Сеффи, птицы рассказали ей, что целые районы Венеции затоплены. Могло ли это быть связано с кровавой луной?.. К счастью, никаких слухов о призраках больше не возникало. Арибелла чувствовала облегчение – и вместе с тем тревожилась о Тео. Всё ли с ним в порядке? Скучает ли он по ней? Станет ли Гиан к нему добрее, когда Арибеллы больше нет рядом?..

Каждое утро она выглядывала из окна своей спальни, но лодки отца Тео не было видно. Арибелла раздумывала: возможно, рыбацкие семьи изо всех сил борются за хоть какой-то улов?..

От тяжких мыслей её отвлекала Сеффи, которая постоянно порывалась играть в прятки. Фин присоединялся к ним, если не торчал в библиотеке, а иногда играли и Джульетта с Бруно, хотя они были немного старше и в основном проводили время друг с другом. Фин любил прятки, поскольку его дар затруднял поиски, но Сеффи часто уговаривала Нимерию или Ио выследить его.

Елена порой ловила Фина, проходящего сквозь стену, или Сеффи, что-то рычавшую Нимерии, и грозилась рассказать Старшим, но никогда этого не делала.

Арибелла до сих пор не знала, каким даром владеет Елена. По мнению Фина, он как-то связан с контролем над разумом, а Сеффи фыркала и уверяла, что её «это просто бесит».

Ночью, накануне встречи Родольфо с дожем, Арибелле приснился сон. Она увидела себя в доме Творца Масок. Занавес вздымался, укутывая её. По другую сторону слышался чей-то голос… Тео? Кто-то звал Арибеллу по имени…

Она как раз собиралась отодвинуть занавес, когда что-то разбудило её. Кошка лизала ей лицо. По вечерам Луна часто проникала в комнату Арибеллы через балкон, и она радовалась этим весточкам с Бурано.

– Ох, перестань, глупышка!

Она подняла руку, чтобы схватить кошку, но Луна спрыгнула с кровати и начала тереться об оконную раму.

Полусонная Арибелла вылезла из постели. Луна обычно не просилась на улицу, пока Арибелла не уходила завтракать. А сейчас было ещё очень рано: едва занимался серый рассвет.

– Ну, что такое? – спросила она, думая, что кошка увидела на балконе мышь или птицу. Но никого там не было. – Зачем ты меня так рано разбудила?

Луна мяукнула. Заинтригованная, Арибелла открыла стеклянную дверь балкона, вздрогнув от утреннего холода. Она уже собиралась вернуться в комнату и надеть тапочки, когда услышала плеск вёсел и знакомые голоса.

– Тео, мы справились.

Тео и его отец!

Обхватив себя руками за плечи, Арибелла подошла к краю балкона, зная, что гостиница сделает её невидимой. Луна вилась у ног девочки, согревая их своим теплом. Арибелла перегнулась через перила, и сердце её подпрыгнуло.

Вот он!

Тео стоял в лодке отца. Он выглядел так же, как всегда. Поношенная одежда развевалась на ветру, вьющиеся волосы неопрятно спадали на глаза…

Как же приятно его видеть!

Арибелле хотелось окликнуть Тео, но можно ли? И что она скажет? И если Тео посмотрит вверх, он решит, что услышал голос привидения. Нет, лучше молчать, как бы ни было это больно.

Тео казался необычно взволнованным. В это время в канале было не так уж много лодок, потому Арибелла ясно расслышала его слова. Очень скоро она поняла, что Тео и его отец говорят о ней. У Арибеллы заколотилось сердце.

– Ты правда веришь всему, что болтают, да? Нам едва удаётся поймать рыбу, а теперь ещё и наводнение. Если Арибелла всему причиной…

– Не знаю, сынок. Некоторые думают, что вода помаленьку спадает.

– Что-то непохоже. И рыбы по-прежнему нет. Если Арибелла была во всём виновата и её посадили в тюрьму, то как ты это объяснишь?

– Я не знаю, Тео. Но слухи о том случае на рынке не умолкают.

Арибелла почувствовала прилив стыда. У неё закололо пальцы, и она поспешно стиснула кулаки. Луна прижалась к её ногам.

– Ты думаешь, что она ведьма, да? Тогда ты просто суеверный болван, как и все остальные.

– Следи за языком. И не ори так. Я не знаю, что и думать.

– А я знаю. Арибелла – мой друг…

Лодка заплыла под мост Риальто, и она не расслышала окончание фразы Тео. Гранд-канал опустел. Арибелла тоже чувствовала себя опустошённой. Она понимала, что отец Тео должен думать именно так, но всё равно не могла опомниться. Он ведь был таким добрым! А теперь, похоже, как и прочие рыбаки, считает её причиной всех несчастий. А бедный верный Тео думает, что Арибелла томится в тюрьме. Это было нечестно по отношению к нему. Надо сказать Тео, что с ней всё в порядке!

Она оглянулась, и взгляд упал на пустые глазницы отвратительной маски…

Ну, хватит сомнений! Пусть маска подержанная и уродливая, Арибелла заставит её работать!

16

Арибелла быстро оделась и выскользнула в коридор. До завтрака оставался ещё час, и в гостинице было тихо, если не считать журчания воды под вёслами, доносившегося со стороны канала, и храпа в некоторых спальнях. В этой тишине было нечто странное, но Арибелла не могла понять что.

Она поспешила в свою огнеупорную учебную комнату на третьем этаже – вошла и тихо закрыла дверь. Надела маску и завязала ленты. Как обычно, стало жарко и неудобно. Во всех четырёх стенах появилось её искривлённое отражение.

Как всегда, её тут же накрыло ощущение безнадёжности, но Арибелла подумала о папе и о Тео и решила во что бы то ни стало продолжать попытки. Она вспомнила всё, чему научил её Родольфо, и всё, что сказал Творец Масок. Вспомнила ощущение тепла, возникшее, когда она смотрелась в зеркало в доме Творца Масок. Встретила собственный взгляд и попыталась вновь вызвать это чувство. Подумала, какой прекрасный огонь могла бы создать: он поможет приготовить еду, согреть или осветить кому-то путь домой тёмной ночью. Она пыталась полюбить свой дар, осознать, что она и её сила – единое целое.

Сперва ничего не выходило, и казалось, всё бесполезно. Но по мере того как она практиковалась, она начала ощущать тепло. Не внезапную вспышку горячего пламени, а тёплое сияние, которое распространялось по её рукам и ладоням, заставляя ощущать силу и могущество. Пальцы начало покалывать, и Арибелла глянула на свои руки.

Волна чистой радости прошла через неё. Пламя танцевало на обеих её ладонях, как в доме Творца Масок, но на сей раз это было не отражение в зеркале. Это произошло на самом деле! И она не чувствовала ни боли, ни страха, словно они с огнём были старыми добрыми друзьями. Единым целым.

Арибелла не знала, сколько она простояла так, держа пламя на ладонях, – минуты или может быть часы?.. В конце концов она сжала кулаки, и огонь погас. Она сделала шаг назад, тяжело дыша. Пальцы не болели… У неё получилось! И вправду получилось! Она совладала со своей силой.

Маска дрожала на лице – это походило на радостный трепет – и словно мурлыкала. Торжествуя, Арибелла развязала ленты и сняла её – гораздо аккуратнее, чем обычно. Она больше не испытывала к ней ненависти.

Перевернув маску, она попыталась прочитать имя прежнего владельца под своим, но оно совсем затёрлось. Ну да неважно! Не имеет значения, кому она принадлежала прежде, – теперь это её маска. Арибелла начинала верить, что это правда.

Когда она вышла обратно в коридор, её встретил восхитительный запах варёного чеснока и гул голосов, доносящихся снизу. Должно быть, все уже в столовой, на обеде. Неужели прошло столько времени?

Чувствуя бурчание в животе и всё ещё ошеломлённая успехом, Арибелла поспешила к лестнице. Ей не терпелось рассказать Сеффи и Фину о своих успехах. Но тут голос за дверью одного из классов заставил Арибеллу замереть на месте.

– Почти…

Голос Елены!

Дверь была приоткрыта, и Арибелла осторожно заглянула туда.

Елена, должно быть, тоже решила позаниматься дополнительно. Помещение выглядело как обычный школьный класс – с доской, партами и стульями. На каждой стене висели часы. Елена смотрела на одни из них. Её колючие волосы торчали из-за медной маски, закрывавшей всё лицо и покрытой сотнями маленьких зубчиков.

Казалось, Елена вообще ничего не делает. Арибелла наблюдала за ней несколько минут, но Елена сидела неподвижно, глядя на стрелки часов. Арибелла уже заскучала, но тут ваза с цветами переместилась из одного конца комнаты в другой. Арибелла моргнула. В следующий миг на доске появилась надпись.

Это сделала Елена? А Фин думал, что её дар связан с контролем сознания. Может, Елена обладает той же силой, что и Роза: заставляет вещи появляться из ниоткуда? Но зачем это скрывать?..

Постойте-ка! Теперь Елена оказалась в другом конце комнаты. Как это получилось? Джульетта была единственной, кто обладал даром скорости… В следующий миг Елена возникла у двери. Арибелла едва успела нырнуть за большую статую. Она втиснулась за неё, и что-то острое впилось ей в плечо. Угол рамы портрета.

Сердце Арибеллы бешено билось, она дождалась, когда Елена пройдёт мимо и её шаги стихнут. Девочка вылезла и вытащила портрет. На нём была изображена женщина с длинными тёмными волосами и зелёном – под цвет глаз – платье. Её сверкающую маску покрывали цветы, птицы и серебряные рыбки. Надпись под портретом гласила: «Клара».

Арибелла вздрогнула, вспомнив разговор в гостиной между Родольфо и Джакапо в то первое утро. Клара! Женщина, которая убила Зио. Это объясняло, почему её портрет не висел рядом с другими. Но с другой стороны, почему его просто не уничтожили?..

Снова раздались чьи-то шаги. Арибелла поспешно сунула портрет за статую и отправилась в столовую. Она разыскала Сеффи и Фина, сидевших за их обычным столиком. Джульетта и Бруно переместились за другой. Елены нигде не было видно.

Арибелла заметила Урсулу и Маркезу, но Родольфо отсутствовал.

Она подошла к фуршетному столу и положила себе полную тарелку ризотто. Сеффи приподняла бровь, когда Арибелла подсела к ним с Фином.

– Где это ты гуляла?

– Тренировалась, – откликнулась Арибелла.

Поглощая горячее ароматное ризотто, она рассказала друзьям о своём утре.

– Молодец, Арибелла! – сказал Фин, хлопая её по спине. Казалось, он и впрямь впечатлился.

– Да, Ари молодец, – согласилась Сеффи. Но подруга была не так рада хорошим новостям, как ожидала Арибелла. Она вопросительно глянула на Фина. Тот пожал плечами.

– Десерт хорошо исправляет настроение. Вернусь через минуту.

Он отошёл к фуршетному столу.

– Сеффи, что случилось? – мягко спросила Арибелла.

У девочки задрожали губы.

– Птицы, – выдавила она и расплакалась. – Они улетели.

– Что? Куда?

– Не знаю, – всхлипнула Сеффи. – Они даже не попрощались. Утром я вылезла на крышу и позвала их, но никто не ответил. Я везде искала, но гнёзда пусты. Они исчезли.

Теперь Арибелла поняла, почему утренняя тишина казалась ей такой странной и чего не хватало. Она не слышала пения птиц.

Вернулся Фин с тремя большими кусками вишнёвого пирога.

– А я видела сегодня Тео на Гранд-канале, – сказала Арибелла. – Он говорил, что наводнение усиливается.

Сеффи потёрла глаза.

– Даже в сезон Аква альта всё не так плохо, как сейчас.

– Странно, что и рыба тоже ушла.

Сеффи резко выпрямилась.

– Правда?

Арибелла кивнула.

– Её было очень мало последние несколько месяцев.

– Вы полагаете, это связано? – задумчиво спросил Фин, не донеся до рта ложку с пирогом.

– Возможно. Я не знаю, – сказала Арибелла, но у неё было очень плохое предчувствие. – И как же кровавая луна?.. – нерешительно спросила она.

Никто не ответил.

– Родольфо говорил, что кровавая луна означает истончение границы между миром живых и миром мёртвых, – продолжала Арибелла.

Она рассказала Сеффи и Фину, что с ней случилось и что говорилось во время собрания Старших. Но поскольку в лагуне больше ничего не произошло, Старшие, казалось, расслабились. Возможно ли, что это было ошибкой?

– Книги в библиотеке иногда бывают полезны, – пробормотал Фин. – Я уточню.

Он встал и ушёл, унося ложку с недоеденным пирогом. Арибелла и Сеффи даже не притронулись к своим кускам.

– Надо ли рассказывать Старшим? – прошептала Арибелла, покосившись в сторону их столов. – Или они уже знают? Как думаешь?

– Давай поговорим с Родольфо, – сказала Сеффи. – Кажется, он единственный, кого это волнует.

– Возможно, он тоже что-то увидел в звёздах, – согласилась Арибелла. – В любом случае, мы должны предупредить жителей островов, что лагуна небезопасна. И если наводнение продолжится, вся Венеция скоро окажется под водой – и Бурано в том числе.

Арибелла и Сеффи отправились на крышу в поисках Родольфо. Однако, когда девочки поднимались к лестничной площадке четвёртого этажа, сверху до них донеслись голоса. Говорили Джакапо и Родольфо.

– Сколько раз тебе повторять, что нельзя вмешиваться в дела инбеллис без позволения Совета? – произнёс Джакапо.

– Я не неофит, – отозвался Родольфо. – Потому будь добр, перестань так со мной разговаривать.

– Я перестану, когда ты прекратишь вести себя как мальчишка.

– Какая в самом деле разница, Джакапо, навещу я этого беднягу или нет? Полагаю, тебе рассказала Урсула? – продолжал Родольфо. – Это объясняет жуткие головные боли, которые у меня были в последнее время. Разве это не против правил канноваччи?

– Она действует в общих интересах, Родольфо…

– Общих – это чьих именно, позволь спросить?

– Венеции, само собой.

– Интересы Венеции? – рявкнул Родольфо. И впервые показалось, что он потерял самообладание. – Невинный человек сидит в тюрьме, он один, ему страшно, а вы и пальцем не шевельнёте, чтобы ему помочь! В лагуне есть призрак, который напал на девочку, на нашу неофитку, и вы это тоже проигнорировали. Сегодня утром исчезли птицы – а вы ведёте себя так, словно ничего и не случилось. Наш долг – защищать Венецию. Канноваччи, инбеллис и животных. Не прятаться в палаццо и не совать голову в песок.

– Мы должны соблюдать определённую дистанцию…

– Граница между мирами под угрозой! Когда ты начнёшь слушать? Будет ещё одна кровавая луна, Джакапо. Скоро. Я видел это. И когда это случится, появится Остров Мёртвых, и всех нас накроет тьма – если кто-нибудь всё это не остановит.

– У нас только что была кровавая луна, но никакой тьмы не пришло. И появился всего-то один призрак, если вы со своей новой ученицей его не выдумали…

– В ту ночь один, – перебил его Родольфо, – но в следующий раз их могут быть сотни.

– Сотни? Да ладно, Родольфо. Нельзя разрушить границу до такой степени. Кто на это способен?

– Мы оба знаем, кто за этим стоит, – холодно отозвался Родольфо.

– Хватит с меня этой клеветы! – взревел Джакапо. – Зио убили! И это сделала Клара.

– Доказательств недостаточно.

– Вполне достаточно. Пришло время поставить канноваччи на первое место, Родольфо. – Голос Джакапо дрожал от ярости. Ты нарушаешь священную клятву. Я созову экстренное совещание Старших, и мы запретим тебе покидать гостиницу. Если не подчинишься – вылетишь отсюда и расстанешься с маской!

У Арибеллы свело живот. Рядом с ней Сеффи тихо выругалась.

– Ты не можешь оставить Венецию такой уязвимой! – воскликнул Родольфо.

– Я защищаю Венецию! От тебя! Твоё скудоумие может дорого обойтись городу и канноваччи. Мне ясно, что тебе больше нельзя доверять. Если ты ещё раз покинешь гостиницу, я позабочусь о том, чтобы тебя выписали отсюда завтра же!

Тяжёлые шаги двинулись вниз по лестнице. Арибелла и Сеффи быстро спрятались за угол. Джакапо, раскрасневшийся пуще прежнего, прошёл мимо них.

Едва он исчез, они поспешили наверх. Родольфо всё ещё стоял на площадке в глубокой задумчивости.

– Родольфо! – окликнула Арибелла.

Он моргнул, словно возвращаясь в реальный мир.

– Арибелла? Сеффи? Что вы…

– Мы всё слышали, – выпалила Арибелла. – Неужто вы не можете навестить дожа?

Родольфо мрачно покачал головой.

– Джакапо перетянет Совет на свою сторону. Сейчас он позаботится об этом. – Он виновато посмотрел на девочку. – Прости, Арибелла.

– А вы не можете сделаться невидимым и всё равно пойти? – спросила Сеффи.

Родольфо покачал головой.

– Не сейчас. Я не могу лишиться маски. Мне нужно читать звёзды. Теперь это важно как никогда.

Арибелла проглотила комок в горле и покачала головой.

– Это моя вина. Я просила вас помочь.

Слёзы разочарования навернулись на глаза. Родольфо смотрел на неё задумчиво, но по-доброму.

– Хотел бы я отправить во дворец кого-то вместо меня, – пробормотал он, – но другие Старшие не пойдут. Я всегда верил, что молодые голоса звучат слышнее. И я всегда разрешал ученикам пользоваться моей гондолой, если у них были добрые намерения. Возможно, этот человек… или люди, – многозначительно прибавил он, переводя взгляд с Арибеллы на Сеффи, – могли бы также сообщить дожу о возможных опасностях. С тем чтобы он предупредил островитян-инбеллис не плавать по лагуне ночью… Вот.

Он сунул руку в карман своего плаща и, вытащив крошечную деревянную гондолу, не больше его ладони, протянул её Арибелле.

– Что это? – спросила она, любуясь красивой маленькой игрушкой.

Лодочка была точной копией гондолы Родольфо – до последней детали; от ферро до вёсел, от потёртых подушек до символа крылатого льва на борту.

Сеффи распахнула глаза.

– Это пермессо. Позволение пользоваться его гондолой. Но синьор, я думала, что ученикам запрещено плавать на гондолах в одиночку.

– И с каких-то пор ты так печёшься о правилах, Персефона? – сказал Родольфо. – Иногда их можно нарушать, если на то есть важная причина.

Он вздохнул и перевёл взгляд на Арибеллу.

– Пожалуйста, учти: ты можешь доверять мне, что бы ни случилось. А самое главное – верь себе.

– Что это значит? – прошептала Сеффи, когда Родольфо, повернувшись, отправился на крышу.

– Я не знаю. – Арибелла нахмурилась. – Как думаешь, Джакапо действительно изгонит Родольфо из гостиницы?

Сеффи покачала головой.

– Будем надеяться, что Родольфо сумеет убедить других Старших поддержать его.

Она кивнула на крошечную гондолу в руках Арибеллы.

– Но сейчас нам пора в путешествие. Пошли!

17

– Хорошо, конечно, что Родольфо дал нам пермессо, – пропыхтела Сеффи, дёргая за верёвку, – но какая от него польза, если мы не можем вытащить гондолу из канала?

Арибелла потёрла маску, чтобы скрыть собственное разочарование. Было жарко, и маска раздражала кожу, но она не осмеливалась её снимать, понимая, что тогда её могут увидеть с проплывающих мимо лодок.

Они толклись на пристани уже целую вечность, по очереди дёргая за верёвку Родольфо. Один тянул – другой следил, чтобы никто из Старших не выглянул из гостиницы. Луна лежала у входа, приоткрыв один глаз.

– Ну, милая верёвочка, – сказала Сеффи, – пожалуйста-пожалуйста, очень прошу тебя, ШЕВЕЛИСЬ!

Она дёрнула – безрезультатно. И потеряв равновесие, Сеффи едва не плюхнулась в канал.

– Так! Я иду за Бруно. Если уж он не выволочет гондолу, никто не сможет.

– Нет, Сеффи. Чем меньше людей об этом узнает, тем лучше, – сказала Арибелла. – Я думаю, тут дело не в силе. Урсула, когда возила меня к Творцу Масок, вытащила лодку безо всяких проблем. Должно быть что-то ещё.

Послышалось хлопанье маленьких кожистых крыльев, и на причал приземлилась летучая мышь.

– Ио! – радостно воскликнула Сеффи. – Наверное, Родольфо послал его помочь нам.

Она начала издавать странные звуки, похожие на щелчки.

– Летучие мыши разговаривают так, что человеческое ухо не способно это уловить, – объяснила она Арибелле. – Поэтому слышны только щелчки. Очень трудный язык, и я его ещё не совсем освоила, но, надеюсь, что-нибудь пойму.

Ио ещё несколько раз тихо щёлкнул.

– Ну? Что он сказал? – нетерпеливо спросила Арибелла.

– Не понимаю. Похоже, он… нет, это невозможно. – Сеффи покачала головой.

– Что?

– Очень странные звуки. Он будто бы пытается… петь. Или типа того. Может, просто подбадривает нас.

Ио издал ещё несколько щелчков.

– Ну конечно! – Арибелла взяла склизкую верёвку и напела ту же мелодию, что и Урсула, когда возила её к Творцу Масок. В то же время она нежно тянула за верёвку.

– И ты туда же! – простонала Сеффи. – Зачем…

Но в следующий миг её протесты смолкли, ибо из канала показался изогнутый ферро, а за ним гладкий корпус чёрной гондолы, стряхивающей с себя воду. Крылатый лев на борту поблёскивал от влаги.

– Ты сделала это, Ари! – завизжала Сеффи, хлопая Арибеллу по спине.

Арибелла глянула на окна гостиницы. Никто на них не смотрел. Недолго думая Арибелла отвязала верёвку, и они с Сеффи запрыгнули в лодку. Волнение распирало грудь, когда она встала на корме, сделанной в форме полумесяца. Арибелла положила пермессо в карман и взялась за тяжёлое весло. Древесина была гладкой и скользкой. Девочка крепко сжала весло, боясь, что оно вырвется из рук. Пальцы начало покалывать, и она почувствовала охватившее её возбуждение. Никогда до этого дня Арибелле не позволяли управлять ни одной лодкой, не говоря уж о гондоле. Тео был бы впечатлён… и сдох бы от зависти.

Ио уселся на ферро; видимо, это означало, что он едет с ними. Арибелла была рада. Она не отказалась бы ни от какой помощи.

Луна осталась на пристани, теперь открыв оба глаза.

– Во дворец! – провозгласила Сеффи.

Арибелла подняла весло, стараясь вставить его в уключину. Это удалось не сразу: она раскачивалась, пытаясь удержать равновесие, и наконец, поелозив, весло встало на место. Затем Арибелла попробовала привести лодку в движение. При первом же взмахе весло рухнуло на палубу.

– Прости, Сеф.

Она вернула на место маску и навалилась на весло всем весом. На сей раз оно упало в воду плашмя, и обеих обдало фонтаном брызг.

– Нежнее, Ари, – прошептала Сеффи. – Гондолы похожи на животных. С ними нужно быть добрыми.

Арибелла послушалась. Она взяла весло, словно держала Луну – не сжимая чрезмерно и не боясь. Чувство, которое она испытала в то утро на тренировке, вернулось к ней, и она почувствовала, как корпус гондолы вибрирует и её маска покалывает – обе они отвечали ей.

Весло легко заскользило по воде, и гондола двинулась вперёд. Сеффи издала радостный вопль. Вскоре они плыли по Гранд-каналу, словно Арибелла управляла гондолами всю свою жизнь. Это было изумительное ощущение: научиться чему-то в единый миг, не прилагая усилий…

Очень быстро они добрались до входа во дворец. Арибелла боялась, что за пределами гостиницы маска не будет работать, но Сеффи, казалось, не испытывала ни малейшей тревоги по этому поводу. Незамеченными они проплыли мимо охранников и пришвартовались среди дворцовых гондол, которые при ближайшем рассмотрении оказались не столь роскошными, как гондолы гостиницы «На полпути».

Девочки поднялись по каменным ступеням и оказались во внутреннем дворе. По-прежнему никто не обращал на них внимания. К следующему этажу вела широкая мраморная лестница; на верхней площадке стояли две мужские статуи. Один мужчина держал рыбу, второй – острое копьё. Арибелла смотрела на них и всё ещё не могла поверить, что она во Дворце дожей. Её маска по-прежнему слегка покалывала лицо.

– Лестница Гигантов, – прошептала Сеффи. – Эти двое – Нептун и Марс, они символизируют историю мореплавания и войн в Венеции… А что? – прибавила Сеффи, когда Арибелла бросила на неё быстрый взгляд. – Я просто иногда слушаю то, что рассказывает Фин. Давай, пошли.

Арибелла последовала за ней, стараясь ступать как можно тише.

Наверху лестницы они увидели несколько дубовых дверей. Сеффи повернула тяжёлую железную ручку, и дверь заскрипела, открываясь. В обе стороны простирался длинный коридор.

– Как думаешь, где искать дожа? – спросила Арибелла, оглядываясь по сторонам, но Ио уже летел по коридору, указывая путь. Арибелла и Сеффи поспешили за летучей мышью. Время от времени Ио пропадал из виду, но тут же вновь возникал где-то впереди. Длинный коридор был полон статуй, орнаментов, драпировок и потемневших картин. Пахло лимоном и пылью. Арибелла радовалась, что Ио отправился с ними: дворец походил на настоящий лабиринт.

Её маска больше не вибрировала, но колола лицо. Не так сильно, как ужалила Арибеллу маска Родольфо, когда та попыталась её взять, но достаточно, чтобы она развязала ленты и стянула её.

– В чём дело, Ари? – встревоженно прошептала Сеффи, снимая собственную маску.

И правда, что происходит? Неужели маска только теперь решила, что Арибелла – не настоящая её владелица? Но нет, её имя по-прежнему здесь, написано с внутренней стороны. Вот только… Была ли это игра воображения или имя прежнего владельца проступило чётче?

– Моя маска… она меня уколола… – начала Арибелла.

И тут за их спинами послышался резкий голос:

– Эй вы, двое! Вы что тут делаете? И как сюда попали?

Арибелла в панике вскинула голову. К ним приближались трое охранников. Она поспешно сунула маску в карман плаща.

– Пожалуйста! – в отчаянии произнесла она. – У нас назначена встреча с дожем. Должен был приехать учитель, но он отправил нас вместо себя.

Охранники смотрели на них скептически.

– Давайте-ка поглядим, – грубовато сказал один.

– Да уж, очень правдоподобно, – фыркнул второй.

– Это правда! – с яростью сказала Сеффи.

– Тогда почему вы не объявили об этом у ворот? А ну, пошли! Мы забираем вас на допрос.

Стражник схватил Арибеллу за руку. Пальцы закололо, и пришлось собрать всю волю, чтобы остановить вздымающуюся внутри силу.

В конце коридора послышался звук открывающейся двери.

– Что тут происходит? – спросил высокий голос.

Арибелла обернулась и увидела сверкающую маску и белую мантию. У неё перехватило дыхание.

Дож Венеции!

18

Охранники тут же согнулись в поклонах.

– Эти двое как-то пробрались во дворец. Мы поймали их, светлейший государь, – сказал первый из них, всё ещё державший Арибеллу. – Девчонки уверяют, будто явились к вам на аудиенцию, но непонятно, как они вошли.

Он посмотрел на своего спутника, который, видимо, и охранял двери.

– Мы от синьора Родольфо Фоскари, светлейший государь! – крикнула Арибелла, прежде чем охранник успел заткнуть ей рот. – Пришли поговорить об одном из заключённых. Мастере кружевных дел с Бурано.

– От Родольфо, говорите? – Несколько мгновений дож молчал, но потом широко раскинул руки. – Ну, что ж, друзья Родольфо – мои друзья. Отпустите моих гостей, будьте любезны. Идёмте. Обсудим всё в моих покоях.

Арибелла и Сеффи, всё ещё в сопровождении охраны, последовали за дожем через дверь в самую огромную комнату, какую только доводилось видеть Арибелле. Она была больше, чем даже любое помещение в гостинице «На полпути». Потолок вздымался на два этажа, и каждый дюйм стен был увешан тёмными картинами в позолоченных рамах. Даже потолок был расписан такой огромной фреской со множеством деталей, что у Арибеллы заслезились глаза.

Ища что-нибудь, на что можно смотреть, не рискуя заработать головную боль, Арибелла упёрлась взглядом в верхнюю часть комнаты, где были нарисованы лица. Она узнала характерные конусообразные короны и поняла, что здесь, видимо, изображены все дожи, когда-либо правившие Венецией. С этой стены они вечно следили за делами республики. Она заметила маленькую пушистую фигурку, повисшую на одной из рам. Ио! Она знала, что зверёк может позаботиться о себе.

– Оставьте нас, – сказал дож своим охранникам.

Те подчинились, хотя и без особой охоты.

Сеффи издала громкий неприличный звук в сторону мужчины, который удерживал её. Арибелла с облегчением почувствовала, что свободна. Она потёрла ноющую руку.

Теперь в комнате остались лишь дож, Арибелла с Сеффи да Ио, висящий под потолком.

– Прошу простить их за грубость, – любезно сказал дож своим высоким голосом. – Моя стража просто пытается защитить меня. Они ничего не знают о канноваччи и ваших волшебных масках.

Он с удовольствием посмотрел на красивую маску Сеффи и постучал пальцем в перчатке по своей собственной. Маска была украшена таким количеством бриллиантов, что их сверкание в свете ламп слепило глаза; и всё же она казалась слишком простой и незамысловатой в сравнении с масками канноваччи.

– Я ваш поклонник, как видите… А у тебя тоже есть? – спросил он Арибеллу.

Та не знала, что ответить. Она ненавидела свою жуткую маску и не желала показывать её такому важному человеку. И ей не хотелось, чтобы маска снова ужалила её, как сделала совсем недавно.

– Нет, – соврала Арибелла, чувствуя жар в своём кармане. – Пока нет.

Она почувствовала на себе взгляд Сеффи, но та ничего не сказала. Подруга, видимо, понимала, что Арибелла стыдится своей маски.

– Взгляните лучше на мою, – сказала Сеффи, пытаясь помочь Арибелле.

Она подняла маску, и дож наклонился, с любопытством разглядывая её. Арибелла видела сквозь прорези его маски бледно-голубые глаза.

– Чудесно, – сказал дож, но в его голосе скользнуло разочарование. Или, возможно, растерянность. Арибелла подозревала, что он пытается быть вежливым. Она задавалась вопросом, сколько дож на самом деле знает о канноваччи. Она думала о «львиной пасти» и подозревала, что канноваччи делятся с дожем только тем, что им выгодно рассказать.

Тем не менее приятно было слышать, что он знает Родольфо. Возможно, так будет проще уговорить его помочь отцу.

– А как поживает Родольфо? Надеюсь, он не болен, как я? – Дож закашлялся. – Страшная вещь – старость. Это ужасно.

– О, нет. Он… – Арибелла осеклась.

Вероятно, лучше дожу не знать, что Родольфо запрещено посещать дворец.

– Он просто подумал, что лучше будет отправить меня, как дочь одного из ваших узников.

– Дочь? Ты хочешь сказать, что кто-то из твоих родителей в тюрьме?

Арибелла кивнула.

– Да, мой отец. И он не очень крепок здоровьем, синьор… я имею в виду светлейший государь.

Она покраснела.

– О, «синьор» вполне подойдёт, дорогое дитя.

– Спасибо, светлей… синьор. Моего отца обвинили в колдовстве, но это был не он, понимаете…

– Это была ты. – Дож кивнул. – Понимаю. И разумеется, ты не ведьма. Я всё исправлю в кратчайшие сроки.

– Вы освободите его?

– И как можно скорее. Хотя, как и вы, канноваччи, я связан определёнными условностями. Есть надлежащие правила поведения, которым я должен следовать. Но я могу гарантировать, что суд состоится как можно раньше и что он будет справедливым.

Арибелла надеялась, что папу просто отпустят, но всё же почувствовала прилив благодарности к доброму дожу.

– Правда?

– Ну конечно. В конце концов, канноваччи обеспечивают безопасность нашего города. Это меньшее, что я могу сделать. И до суда я позабочусь о том, чтобы с ним хорошо обращались.

– О, спасибо, синьор, спасибо! – Она посмотрела на Сеффи. Её подруга тоже просияла.

Ио что-то прощёлкал, и Сеффи подтолкнула её в бок. Арибелла вспомнила о втором поручении Родольфо.

– Синьор, есть ещё кое-что. Мы думаем, что в лагуне существует… зло. Тварь. Или твари… – прибавила она, не зная, поймёт ли дож, если она заговорит о призраке. – Они очень опасны. Пожалуйста, предупредите рыбаков, чтобы они не выходили на лов после наступления темноты и не плавали по лагуне ночью.

Дож кивнул.

– Моя стража уже патрулирует лагуну. Я уверен, что, если существует опасность, я узнаю первым. В конце концов, у нас одна цель: защитить Венецию.

Было приятно слышать эти слова из уст дожа, и Арибелла почувствовала, как огромная тяжесть свалилась с её плеч.

– Тем не менее я позабочусь, чтобы жители островов знали об опасностях и не ловили рыбу по ночам. А теперь, думаю, вам пора возвращаться в гостиницу.

Дож позвонил в маленький золотой колокольчик. Двери открылись, и снова появились охранники.

– Проводите моих гостей, будьте добры. До свидания, дорогие девочки.

Сердитые охранники проводили Арибеллу и Сеффи на пристань, на сей раз, однако, не выкручивая им руки. За спинами стражников, взмахивая маленькими кожистыми крыльями, порхал Ио…

Охранники заморгали, увидев гондолу. Арибелла была уверена, что им страшно интересно, как двое девчонок привели её ко дворцу прямо у них перед носом.

– Что стряслось с твоей маской? Почему тебе больно? – спросила Сеффи, когда охранники ушли и девочки поднялись на борт.

– Не знаю, – призналась Арибелла. – Я ничего не понимаю.

– Моя маска сделает незаметными нас обеих, так что свою можешь не надевать, если не хочешь.

– Спасибо, Сеффи, – сказала Арибелла с облегчением.

За это и ещё за то, что подруга не уличила её во лжи перед дожем. У неё до сих пор болело лицо.

Сеффи развязала верёвку. Арибелла взялась за весло и сунула его в воду. Она боялась, что без маски не сможет нормально управляться с ним, и раздумывала, не попросить ли Сеффи грести. Но ей так понравилось путешествие сюда, что не хотелось расставаться с веслом.

Впрочем, волновалась Арибелла зря. На этот раз весло отреагировало мгновенно, словно гондола узнала её, и они плавно двинулись по Гранд-каналу в сторону лагуны. Ио исчез в небесах.

Несмотря на проблемы с маской, Арибелла чувствовала себя гораздо лучше. Дож оказался очень добрым – как она и надеялась. Он проследит, чтобы папу освободили, и предупредит жителей островов. Впервые с тех пор как Арибелла увидела призрака, она больше не переживала за людей, которых любила.

Гондола скользила по Гранд-каналу в сторону гостиницы «На полпути», и Арибеллу переполняло счастье.

Так было до тех пор, пока на причале гостиницы они не увидели Джакапо, явно поджидающего их.

19

Лицо Джакапо было мрачнее тучи. У него за спиной стояла Урсула, нервно ломая руки. Арибелле и Сеффи ничего не оставалось, кроме как направить гондолу к причалу, вылезти и поспешно привязать её к швартовочному столбику.

Едва девочки оказались на пристани, гондола погрузилась в канал. Арибелле тоже очень хотелось исчезнуть.

– Где вы были? – рявкнул Джакапо. – Кто дал вам пермессо, чтобы использовать гондолу?

– Я… – начала Арибелла. Ей не хотелось доставлять Родольфо ещё больше неприятностей.

– Мы… – Сеффи запнулась.

– Урсула! – прогремел Джакапо.

Арибелла отчаянно пыталась скрыть свои мысли, но тщетно. Урсула впилась в неё взглядом, и она снова почувствовала шевеление в голове.

– Они были во дворце, – сказала Урсула. – Просили дожа об отце Арибеллы. Пермессо им дал Родольфо.

Трудно было поверить, что Джакапо может разъяриться ещё сильнее, но именно это и произошло.

– Вы ездили во дворец? После всего, что я сказал Родольфо сегодня утром? Ну всё! Это была последняя капля. Он потеряет свою маску. Я об этом позабочусь!

– Простите, синьор, – пролепетала Арибелла, – но я должна была спросить о папе. Родольфо ни при чём. Это я виновата.

– Мы обе виноваты, – вмешалась Сеффи. – Нужно было рассказать дожу, что нечто заставило рыб и птиц покинуть Венецию. Сказать, чтобы люди вели себя осторожнее, плавая по лагуне. Он был благодарен за сведения и собирается отправить стражу, чтобы патрулировать лагуну и предупредить рыбаков.

– Я вижу, Родольфо уже забил вам головы своими дурацкими идейками! – сказал Джакапо. – Венеции не грозит опасность, иначе Нимерия сообщила бы нам.

– Нимерия только и делает, что спит, – буркнула Сеффи. – Как она может хоть что-то сообщить?

Дверь гостиницы распахнулась, и на причал выбежала Роза.

– Джакапо! Урсула! Пожалуйста! Можно делать всё это внутри? Люди вас не видят, но если вы продолжите орать, то услышат. Мы же не хотим, чтобы они решили, будто в Гранд-канале живут призраки?

Джакапо поджал губы и направился к гостинице. Урсула двинулась следом, избегая встречаться взглядом с девочками.

Роза жестом велела Арибелле и Сеффи идти внутрь.

– Прости. Я втянула тебя в неприятности, – прошептала Арибелла.

– Не дури, – шепнула Сеффи в ответ. – Дело того стоило.

Они улыбнулись друг другу.

– Я полагаю, единственное решение – отобрать у них маски, пока они не научатся вести себя ответственно, – сказал Джакапо, когда двери закрылись.

Сеффи вскрикнула, прижимая свою драгоценную маску к груди. У Арибеллы свело живот. Она терпеть не могла собственную маску, и та работала не так, как надо, но это всё, что у неё было. Как она будет тренироваться без неё?

– Перестань, Джакапо! – вмешалась Роза. – Они неофитки, и это их первый проступок. Арибелла наверняка очень переживала за своего отца. Я понимаю, что это не повод нарушать правила, – быстро прибавила она, видя, как сжимаются губы Джакапо, – но они заслуживают второй шанс. Оставь это мне. Я придумаю им достойное наказание.

Джакапо по-прежнему был сердит, однако неохотно кивнул и уставился на Сеффи и Арибеллу.

– Ладно. Но я буду приглядывать за вами двумя. Ещё раз сделаете что-то подобное – и с вас снимут маски быстрее, чем вы успеете сказать: «Гранд-канал». Ясно?

Девочки дружно кивнули.

Джакапо последний раз пронзил их взглядом и устремился вверх по лестнице. Урсула поспешила следом.

– Фу! – громко выдохнула Сеффи. – Ты видела? Урсула даже не осмелилась взглянуть нам в глаза! Не знала, что она такая трусиха. И как она смела читать наши мысли? Видно, пытается произвести впечатление на Джакапо… Спасибо, Роза. Ты сняла нас с крючка.

Роза смотрела на неё без улыбки.

– Не радуйся раньше времени, Персефона. Вы действительно нарушили правила, а такие вещи имеют последствия.

– Но Родольфо сам дал нам пермессо, – пробормотала Сеффи.

– Кстати об этом. Давайте-ка его сюда.

Арибелла без особой охоты протянула Розе миниатюрную гондолу. Она чувствовала себя ужасно. У Родольфо будут проблемы. Пусть даже всё это – его идея.

Она глянула на Нимерию. Золотая львица как всегда крепко спала. Означало ли это, что Венеция в безопасности?..

– Спасибо. В любом случае, моё наказание не будет таким суровым, как у Джакапо, – продолжала Роза. – Как оказалось, мне нужна помощь в библиотеке. Надо проверить все записи и выяснить, кто не сдал книги вовремя. Фин уже занимается этим.

– Конечно, – пробормотала Сеффи.

– Вы двое будете помогать ему.

– И долго?

– Пока не закончите, Персефона.

– Но библиотека просто громадная! – запротестовала Сеффи.

– Стало быть, чем раньше вы начнёте, тем лучше, – сказала Роза необычно строгим тоном.

Однако, когда девочки направились к лестнице, Роза прошептала совсем другим голосом:

– Надеюсь, у тебя хорошие новости о папе, Арибелла?

Арибелла кивнула, и в груди снова стало тепло. Освобождение отца стоило всех этих проблем. И такой ли уж трудной будет работа в библиотеке?..

Вскоре она это узнала.

20

– Мы застрянем тут на месяцы! – жаловалась Сеффи.

Всю неделю они проводили по полдня в читальном зале, а список просроченных книг не уменьшался.

– И мы застряли тут вместе с Фином, – стонала Сеффи. – Лучше б меня просто выгнали из гостиницы!

Арибелла не верила ни единому её слову. По правде говоря, она думала, что её взбалмошная подруга испытывает слабость к книжному мальчику, но Сеффи скрывала это, всячески огрызаясь на него. Арибелла знала, что многие рыбаки тоже так поступают с людьми, которые им нравятся, – и не могла понять, почему.

Вдобавок ко всему прочему у Сеффи было плохое настроение. Она скучала по свободе и по своим птицам. К ужасу Арибелы, Луна тоже исчезла. Она держала балконные двери открытыми день и ночь, несмотря на колючий холод, но кошка не приходила. Сеффи считала, что исчезновение Луны связано с птицами, и порывалась провести расследование. Но поскольку суд над отцом мог состояться в любой день, Арибелла не хотела нарываться.

Кроме того, дож наверняка предупредил островитян, чтобы те не выходили в море ночью, и не было никаких известий о нападениях призраков. Возможно, Родольфо прочитал звёзды неверно. Его не видели с момента спора с Джакапо – к большому раздражению последнего. Гондола Родольфо тоже исчезла. В гостинице шептались, что Родольфо угрожали арестом и изгнанием, и он исчез, прежде чем это случилось. Арибелла и Сеффи то и дело обсуждали его.

– Родольфо нужен нам здесь, – сказала Сеффи. – Что, если звёзды захотят сказать что-то ещё?

– Он не вернётся, пока не будет уверен, что Джакапо не станет отбирать его маску и убеждать других Старших изгнать его. И ещё все эти разговоры о Кларе и Зио…

– Я понятия не имею, что это значит.

Несколько часов они ходили по библиотеке. Тут было множество самых разнообразных книг всех форм и размеров. Некоторые с мягкими корешками. Некоторые покрытые блёстками. Некоторые огромные, как стол. И в зале стояли мягкие кресла, где можно с комфортом читать. Арибелла готова была целые дни проводить в одном из этих кресел, любуясь книгами, а не сортируя их.

В библиотеке сотни полок – некоторые так высоко, что добраться до верхних можно только с помощью лестницы. Чудесное место для тех, кто хочет почитать, – но не для людей, которые обязаны выяснить, каких книг не хватает согласно спискам.

– Эх, жаль, что мы не дельфины, – ворчала Сеффи, поднимаясь по лестнице. – Тогда можно было бы использовать эхо, чтобы найти все недостающие книги, – и очень быстро. Интересно, дельфины тоже уплыли из Венеции?..

Все книги из списка Розы, которые они не могли найти на полках, следовало проверить по журналу выдачи. Затем записать, кто взял книгу и не вернул. Журнал выдачи, переплетённый в кожу, был настолько огромен, что работа грозила занять целую вечность. Его пожелтевшие страницы исписаны названиями, именами и датами.

Сегодня Фин опоздал, и когда он в конце концов появился, пройдя сквозь одну из книжных полок, Сеффи от неожиданности едва не свалилась с лестницы.

– Обязательно надо так делать? – пробурчала она. – Тебе повезло, что поблизости нет Елены.

– Отличное заявление от того, кто торчит здесь, отбывая наказание, – парировал Фин.

Сеффи показала ему язык.

– По крайней мере, мы тут не по собственной воле.

– А мне нравится бывать в библиотеке. Здесь тихо… ну, как правило, – прибавил Фин, когда Сеффи с грохотом свалила с полки несколько книг. – Пожалуйста, осторожнее. Некоторым из этих фолиантов много веков.

– Я осторожна, – заявила Сеффи, хватая пачку книг. – Ари, проверь в записях «Книгу тайн». Я нигде не могу её найти.

– Книга тайн… – пробормотал Фин. – Он дотянулся до журнала раньше Арибеллы и перелистал страницы. – О, да это чёрная книга!

– В каком смысле?

– В таком, что она содержит опасные вещи. В списке Розы такая только одна.

Сеффи усмехнулась.

– Единственная опасность книги – это когда её швыряют тебе в голову.

Фин проигнорировал её.

– Хм, странно. Кто-то взял книгу и не вернул… боже, да она нехило просрочена. Её взяли десять лет назад. Какой эгоизм! А вдруг кто-нибудь захотел бы её почитать? «Книга тайн». Звучит интересно. Кто же её взял?.. О! Ну, это многое объясняет.

– Что такое? – спросила Сеффи.

Фин приподнял брови.

– Её взял Зио. Понятно, почему он не вернул книгу – учитывая, что его убили.

Арибелла нахмурилась, увидев имя Зио в списке Розы. Они продолжали перечитывать имена и названия, когда Сеффи вдруг спросила:

– Что это ты так волнуешься, Фин?

– Всё ещё думаю о той книге…

– Ну ясно, – буркнула Сеффи.

Фин покачал головой и потянулся к журналу.

– Дело в том, что после смерти Зио книга должна была вернуться на полку библиотеки – когда его комнату занял новый гость.

– Потому что комнаты преображаются, когда владельцы умирают? – спросила Арибелла, вспомнив рассказ Сеффи во время экскурсии.

– Да, когда это происходит, всё, что было в комнате, возвращается гостинице. Книги должны автоматически оказываться в библиотеке, – отозвался Фин.

– Но этой книги нет, да? Может, гостиница забыла про неё?

Сеффи явно заскучала.

– Или она исчезла вместе с комнатой Зио.

Фин покачал головой.

– Так не бывает. Если комната Зио преобразилась, книга должна быть здесь. Но её нет. Выходит, комната осталась прежней. То есть она до сих пор принадлежит ему…

– И это значит, что Зио жив? – Кожу на кончиках пальцев Арибеллы начало покалывать. – Что его не убили?

Фин медленно кивнул:

– Похоже на то…

– Но где же тогда его комната? – спросила Сеффи. – Роза уж конечно заметила бы в гостинице незанятую спальню. Если только… это не может быть комната, которую она дала тебе, Ари?

Арибелла подумала о своей спальне. Могла ли она принадлежать Зио?.. Арибелла покачала головой. Роза явно колебалась, протягивая ей ключ, но наверняка не стала бы давать Арибелле комнату с такой жуткой историей.

Впрочем, в гостинице «На полпути» была ещё одна комната – заброшенная и… возможно, всеми позабытая.

Арибелла посмотрела на Сеффи.

– А как насчёт запертой двери в подвале?

Сеффи распахнула глаза.

– Может быть…

– Спорим, Родольфо был прав? – медленно проговорил Фин. – И то, что случилось с Зио, – это ключ ко всему, что сейчас творится в Венеции? Надо рассказать Старшим.

Арибелла покачала головой.

– Старшие много лет верили, что Зио убили. Сделали из его портрета памятник, насыпали все эти лепестки. Нужно больше доказательств, чем просто его комната. И мы даже не знаем, его ли она на самом деле. Вот если бы попасть внутрь! Вдруг «Книга тайн» до сих пор там? В ней может быть что-то важное. Если мы докажем, что Родольфо говорил правду о Зио, то Старшие прислушаются и к его словам о кровавой луне. Родольфо сможет вернуться в гостиницу и читать звёзды. Тогда мы точно будем знать, грозит ли Венеции опасность.

– Надо попасть в эту комнату, – твёрдо сказала Сеффи.

– Но как?

– Ты можешь пройти сквозь дверь, Фин? – спросила Арибелла.

Он покачал головой.

– То есть могу, но вторжение в чужую комнату взбудоражит Нимерию.

Арибелла лихорадочно размышляла.

– Мы всегда отдаём свои ключи, когда выходим из гостиницы, верно?.. – сказала она, размышляя вслух.

– Да, – нетерпеливо отозвалась Сеффи.

– Значит, ключ Зио должен висеть на крючке за стойкой Розы!

Сеффи округлила глаза.

– Есть ключ рядом с тем, что от бассейна. В подвальном ряду. Наверняка это он!

– Но как пройти мимо Нимерии? – спросил Фин. – Она проснётся и зарычит, если кто-нибудь попытается взять чужой ключ.

Арибелла вздохнула, раздражённая новым препятствием. Как им снять ключ с крючка, чтобы Нимерия не проснулась и не предупредила Розу? Надо как-то перемещаться незамеченными…

Взгляд Арибеллы упал на нежно тикающие старинные часы. Она подумала о четырёх часах в тренировочном классе Елены, о том, как в комнате появилась ваза с цветами… и надпись на доске возникла из ниоткуда. А потом Елена сама внезапно переместилась из одного конца комнаты в другой – за одно мгновение…

И вдруг Арибелла поняла, в чём заключается дар Елены. Похоже, она была единственным человеком в гостинице «На полпути», который мог им помочь.

21

– То есть я должна остановить время, чтобы вы могли украсть книгу из чужого номера? – безучастно поинтересовалась Елена, когда Арибелла, Сеффи и Фин, постучав, ворвались к ней в комнату и изложили свой план.

До сих пор план казался Арибелле просто идеальным, но теперь её оптимизм быстро угасал. Она забыла, насколько скрупулёзно Елена следует правилам. А потом наступил крайне неловкий момент, когда пришлось объяснять, откуда Арибелла узнала о её даре – о том, что сила Елены заключается в способности останавливать время. И тот факт, что комната, возможно, принадлежала Зио, не спасал ситуацию.

– Да, но только чтобы получить информацию, которая, возможно, спасёт всех от большого зла! Ну как ты не понимаешь, Елена?! – настаивала Сеффи.

Елена не понимала никак.

– Вообще-то, – сказала она, – вы даже не знаете, есть что-то в этой «Книге тайн» или нет. По-моему, вы просто нашли предлог, чтобы в очередной раз нарушить правила.

Арибелла в отчаянии оглядела спальню Елены, ожидая увидеть повсюду часы, но к её удивлению, здесь не было ни одних. На тумбочке лежала медная маска Елены, украшенная зубцами. Ниже, в полуоткрытом ящике, виднелась игольница с торчащими из неё иглами.

– Я и не знала, что ты шьёшь, – сказала Арибелла.

Её слова застали Елену врасплох.

– Это просто хобби, – смущённо сказала она, однако открыла ящик и вынула множество красивых вышивок.

– Какие они чудесные! – искренне восхитилась Арибелла. И впервые увидела, как Елена улыбнулась.

– Спасибо. Мне просто нравится. Это позволяет ненадолго… прекратить всё это. На какой-то момент. Я ненавижу время. Ненавижу смотреть, как оно проходит. Но когда я шью, всё это исчезает…

Она покраснела, словно сказала больше, чем следовало.

Арибелла кивнула. Она знала, что значит потерять себя. В конце концов, именно поэтому она так любила ходить с Тео на рынок.

– Мой папа тоже любит шить. Он кружевных дел мастер с Бурано.

Глаза Елены расширились.

– Правда?

Арибелла снова кивнула.

– Вернее, был. Сейчас он в тюрьме.

– Что?

– Произошла путаница с «пастью льва», – объяснила Арибелла.

– Это ужасно.

– По крайней мере, он в тюрьме, под защитой дожа. А другие жители островов – нет. Здесь что-то происходит, Елена. Старшие не воспринимают это всерьёз, но Родольфо говорит, что наступает тьма. И если в книге есть нечто, что может заставить Старших выслушать нас, мы должны это найти.

Елена бросила взгляд на свою маску.

– Играть со временем опасно, Арибелла…

– Пожалуйста, Елена! – убеждала Арибелла. – Иногда нужно нарушать правила, чтобы сделать что-то хорошее.

Елена отвела взгляд.

– Забудь об этом, Ари, – холодно сказала Сеффи. – Я так и знала, что она не поможет. Ей всё равно.

– Мне не всё равно! – запротестовала Елена.

– Тогда помоги нам!

Елена переводила взгляд с Фина на Сеффи, а с Сеффи на Арибеллу. Наконец она тяжело выдохнула.

– Ладно, я остановлю для вас время. Но только один раз. И вы должны просто найти книгу. Больше ничего.

– Спасибо! – воскликнула Арибелла.

– Ты наша спасительница, Елена! – сказала Сеффи.

– У вас будет всего двадцать минут, – предупредила Елена. – Это самое большее, что я делала на тренировках.

– Должно хватить, – сказала Арибелла, игнорируя хмурый взгляд Сеффи.

Она знала, о чём думала подруга: двадцать минут – не так уж много времени.

Елена подошла к ящику и вытащила маленькие золотистые песочные часы.

– Держи это при себе. Когда все часы остановятся, песок начнёт сыпаться, – пояснила она. – Когда упадёт последняя песчинка, значит, двадцать минут истекли. Если ты держишь часы, а Сеффи держится за тебя, вы обе сможете двигаться, когда остановится время.

Арибелла кивнула.

– Когда мы это провернём? – взбудораженно спросила Сеффи.

Все обернулись к Арибелле. У неё свело живот, она заколебалась. Что, если их поймают? Она ведь обещала хорошо себя вести. Вдруг, если Джакапо узнает об этом, он заставит дожа передумать, и тот не освободит отца? А если их в самом деле выгонят из гостиницы «На полпути»? Куда она тогда пойдёт?

Арибелла выкинула из головы эти страхи. Дело не только в ней и в отце. Другие тоже в опасности – животные, люди на островах и все прочие жители Венеции. Работа канноваччи – защищать их. Не так ли? Именно это она и будет делать.

– Прямо сейчас, – сказала Арибелла и стиснула зубы. – Пошли!

22

– Я буду ждать на лестнице, – сказала Елена. – Не забывай следить за временем.

Арибелла кивнула и сжала хрупкие часы со странно неподвижным, словно замороженным, песком.

Они спустились по лестнице. Облака снова разразились дождём, и звук капель, стучащих по причалу, эхом разносился по вестибюлю.

«Будет ещё больше наводнений», – подумала Арибелла, и её решимость окрепла.

Но когда они посмотрели на вестибюль, Сеффи застонала.

– Роза за стойкой!

– Я её отвлеку, – сказал Фин.

Все повернулись и уставились на него.

– Ты уверен? – спросила Арибелла.

Фин был не так педантичен в плане соблюдения правил, как Елена, но всё же… Если Фина поймают, то могут аннулировать его привилегии в посещении библиотеки.

– Да. Если уж Елена нарушает правила, то это меньшее, что я могу сделать.

– Давай, Фин! – сказала Сеффи, хлопнув его по спине с такой силой, что он чуть не клюнул носом.

У Фина порозовели уши.

– Что ты собираешься делать? – спросила Арибелла.

– Увидишь. Просто будь готова.

Фин продолжал спускаться. Нимерия лежала на своём обычном месте внизу лестницы и занималась своим обычным делом: спала.

– Доброе утро, Роза, – сказал Фин, аккуратно переступая через львицу. – Жутко надоел этот дождь, верно?

Арибелла и Сеффи на цыпочках подошли ближе. Фин исчез из виду, пересекая вестибюль.

– Да, ты прав, – откликнулась Роза. – Мне так жаль бедных людей, чьи дома затопило. Это…

– Ай! – услышали они крик Фина. – Роза, помоги мне!

– Фин! Ты же знаешь, что тебе нельзя так делать!

– Я просто облокотился о дверь! Я не хотел проваливаться сквозь неё! А теперь я застрял!

– Как ты можешь застрять? Используй дар и выйди обратно.

– Он не работает. Я не понимаю почему. Можешь выдернуть? Пожалуйста! Джакапо убьёт меня, если увидит. Сделай это хотя бы ради него – а не то у Джакапо опять подскочит давление.

Роза вздохнула и вышла из-за стойки. Она тоже исчезла из виду, когда пересекла лобби. Арибелла и Сеффи спустились по лестнице и увидели, что половина тела Фина торчит из двери гостиной. Он подмигнул им, когда Роза наклонилась, чтобы рассмотреть поближе, и начал стонать.

– Ой, как же больно!

– Раньше тебе никогда не было больно. Давай, возьми меня за руку!

– Сейчас! – прошипела Арибелла, глядя на Елену.

Она крепко сжала песочные часы и взяла Сеффи за руку. Елена кивнула и надела маску. Странный звон заполнил уши Арибеллы. Затем он превратился в шорох, а потом, совершенно неожиданно, мир стал странно тихим. Дождь прекратился, Нимерия не храпела, и исчез привычный негромкий шум, исходивший от гостей «На полпути». Тишина была такой глубокой, что, казалось, гремела в ушах Арибеллы. Она глянула на часы над камином, а затем на песочные часы в своей руке. Стрелки не двигались, а вот песок зашевелился. Елена и впрямь сделала это. Она остановила время.

– Потрясающе! – выдохнула Арибелла.

– Спасибо. А теперь поторопитесь! – прошипела Елена.

Арибелла нервно взглянула на Нимерию: глаза львицы были полуоткрыты, но она не шевельнулась. Сеффи вскочила на стол Розы и потянулась за ключом в подвальном ряду, висевшим рядом с ключом от бассейна. Она поколебалась секунду, затем сняла ключ с крючка. Арибелла напряглась, ожидая рёва Нимерии, но стояла тишина. Сеффи вскрикнула и спрыгнула со стола. Словно не в силах сопротивляться искушению, она наклонилась и слегка пнула Нимерию.

– О, она такая нежная! Я всегда хотела это сделать.

– Прекратите возиться! – прошипела Елена. – У вас двадцать минут, помните?

Песок в часах уже сыпался вниз. Арибелла и Сеффи поспешили к двери подвала и распахнули её. Арибелла инстинктивно вздрогнула, ожидая скрежета двери, но стояла мрачная тишина. Теперь Арибелла наконец поняла, почему Елена считала свой дар таким неприятным и не любила о нём говорить. Она ненавидела нарушать правила и, должно быть постоянно опасалась, что её заставят использовать силу кому-нибудь во вред. Наверняка бедная Елена чувствует себя очень одинокой…

Перепрыгивая через две ступеньки зараз, девочки спустились в темноту подвала.

– Сюда! – крикнула Сеффи.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

Они уходили всё дальше и дальше по коридорам, сворачивая то туда, то сюда, и вдруг оказались перед запертой дверью. Арибелла увидела, что ключ засветился – как светился и её собственный, когда она подходила к своей комнате.

Сеффи вставила ключ в замок.

Сработает ли?..

Поначалу механизм сопротивлялся, но после того как Сеффи немного пошевелила ключом, послышался щелчок и дверь открылась, повернувшись на ржавых петлях, которые явно не двигались годами.

Торжествующее улюлюканье Сеффи затихло, когда они заглянули в спальню.

– Что, во имя лагуны…

Здесь царили ветхость и запустение. Тёмно-лиловые обои облезли и были покрыты пятнами. Ковры изъедены молью. Мебель вся в пыли и паутине. Вдобавок мебель выглядела так, словно побывала в центре смерча.

Арибелла вспомнила, как преобразился вестибюль, когда она впервые переступила порог гостиницы «На полпути», и подумала: может, и здесь сейчас будет то же самое?

– Похоже, комната должна преобразиться, – прошептала Сеффи, вторя её мыслям.

– Давай искать, – сказала Арибелла. – Чем быстрее мы уберёмся отсюда, тем лучше.

Она посмотрела на часы. Треть песка уже пересыпалась.

Было темно. Никому из девочек не хотелось ничего трогать, так что шарить среди этой разрухи оказалось непросто. Сеффи отпрянула, заглянув в ящик стола и увидев там целую колонию личинок.

По полу были разбросаны всевозможные странные сломанные предметы – разбитая сфера, треснувший телескоп, чёрный ящик без видимого отверстия… И никакой «Книги тайн». Они заглянули во все очевидные места: в ящики, под разбросанную по столу одежду, в шкаф… А потом в менее очевидные места: под мебель, за мебель, в почерневший камин. Но в комнате не нашлось вообще ни одной книги.

Сеффи очень хотелось уйти.

– Ари, у нас мало времени! – крикнула она.

Арибелла посмотрела на часы, которые поставила на стол. Осталась только треть песчинок.

– Нам потребовалась треть, чтобы добраться сюда, – прибавила Сеффи. – Нужно уходить. Сейчас же!

Арибелла понимала, что Сеффи права. Но зайти так далеко и вернуться с пустыми руками? Это казалось немыслимым. Книга должна быть где-то здесь.

В отчаянии она снова оглядела комнату и внезапно заметила на кровати скомканную заплесневевшую подушку. Арибелла подскочила к кровати и сунула руку под подушку, вздрагивая от отвращения. Пальцы коснулись твёрдого уголка какого-то предмета. Да, это похоже на книгу! Торжествуя, она вытащила её. Неужели?! Это и впрямь оказалась книга с абсолютно чёрной обложкой без всяких надписей.

– Ты думаешь, это она? – спросила Арибелла, едва не танцуя от восторга.

– Наверняка! – возбуждённо сказала Сеффи.

– Но тут нет названия.

– Она называется «Книга тайн», Арибелла. Значит, всё в ней должно быть таинственным. И Фин говорил, что книга чёрная. Это точно она. А теперь сваливаем отсюда! Эта комната нагоняет жуть.

Арибелла сунула книгу под мышку и схватила песочные часы. Вместе они выбежали из спальни Зио, с облегчением захлопнув за собой дверь. У Сеффи вспотели руки, когда она возилась с ключом, и потребовалась целая вечность, чтобы запереть замок. Но наконец Сеффи управилась.

Девочки ринулись назад по коридору. Их башмаки стучали по каменному полу. Острый край книги врезался Арибелле в бок всякий раз, когда они сворачивали, несясь по туннелям. Вот наконец-то и лестница! Они взлетели по ней и вывалились в тёплый вестибюль.

Фин всё ещё стоял, застрявший в остановившемся времени; он наполовину торчал из двери гостиной. Рядом с ним, спиной к девочкам, словно статуя застыла Роза.

– Вот уж не думала, что у тебя получится, – крикнула Елена. – Ключ, живее!

Сеффи влезла на стойку и повесила ключ на крючок. Едва она спрыгнула – гостиница снова наполнилась шумом. Время пошло. Мир превратился в мешанину звуков, казавшихся как никогда громкими. Открывающиеся и закрывающиеся двери на этажах хлопали словно выстрелы. Дождь снаружи грохотал будто гром. Неужели Елена всегда ощущала это, когда вновь приводила время в движение? Неудивительно, что порой она казалась такой сердитой.

Возможно ли, что никто и впрямь ничего не заметил и авантюра сойдёт им с рук? С бешено колотящимся сердцем Арибелла посмотрела на Нимерию, но львица по-прежнему крепко спала. Прежде чем Арибелла успела придумать что-нибудь ещё, входные двери внезапно распахнулись. Внутрь ворвались дождь и порыв ветра, взметнувший пламя свечей.

Арибелла обернулась. Рот её приоткрылся, когда она увидела Творца Масок, ворвавшегося в вестибюль. Его длинные спутанные волосы падали на знакомую маску с клювом. Он промок с головы до пят, и что-то с ним было не так. Он спотыкался, стонал и хватался за шею. Роза бросилась закрывать двери.

– Творец Масок? – выдохнула она. – С вами всё в порядке?

Мужчина качнулся вперёд и рухнул на пол.

– Позовите Маркезу! – крикнула Роза, бросаясь к нему. Арибелла, Сеффи и Фин метнулись к лестнице, но Елена опередила их. Через несколько секунд она вернулась вместе с Маркезой. Это произошло так быстро, что Арибелла задалась вопросом: использовала ли Елена вновь свою силу?

Маркеза сбежала по лестнице. На ней уже была маска – изумрудно-зелёная, с рубинами вокруг глазниц и двумя нарисованными змеями на лбу, обвивающимися вокруг золотого посоха – символа целителей.

Маркеза присоединилась к Розе, склонившись над Творцом Масок. Она сдёрнула с него плащ, и Арибелла сразу узнала паутину тёмных линий, растекавшуюся по шее и плечу. Её сердце наполнилось ужасом.

Целительница тихо охнула.

– Не может быть!

– Что это? – спросила Роза.

– След от укуса призрака. Я читала о них, но никогда раньше не видела…

– Значит, Родольфо был прав? Призрак и правда здесь? – Голос Розы дрожал.

– Похоже на то. И у меня нет «Бальзама четырёх воров». – Маркеза выругалась. – Я должна была сварить его, когда Родольфо просил меня. Надо было его послушать!

– Ты можешь спасти Творца Масок?

– Сделаю, что смогу, но я ни в чём не уверена. Укус твари из мира мёртвых – жуткое дело. Если не вылечить, яд распространится по всему телу, и тогда…

Она осеклась.

– Ч-что тогда? – спросила Сеффи.

Взгляд Маркезы метнулся к девочкам.

– Как только это произойдёт, – медленно сказала она, – он станет тем, что его укусило.

Маркеза прижала ладонь к отметине на плече Творца Масок. Её пальцы засияли золотым светом, который, казалось, просачивался сквозь его кожу. Арибелла затаила дыхание, но, в отличие от бальзама, сила Маркезы не помогала.

Ах, если бы Родольфо был здесь! Он бы знал, что делать… Арибелле казалось, что теперь она застыла во времени – наблюдая, как движутся другие люди, но не в силах ничего сделать.

Потом она заметила, что Нимерия вышла из своего обычного сонного состояния. Она наклонила красивую золотистую голову, кашлянула, и изо рта вывалился комок бумаги, подкатившись прямо к ногам Розы. Та подняла его и развернула. Её лицо побледнело, а руки задрожали.

– Что там? – спросила Маркеза, не отводя глаз от Творца Масок.

Руки Розы тряслись так сильно, что бумага едва не разорвалась надвое.

– Родольфо… – прошептала она. – Там сказано, что во всём этом виноват Родольфо.

23

Позвали Бруно, чтобы отнести Творца Масок в апартаменты Маркезы.

Странно было видеть, как человек, так напугавший Арибеллу в магазине, свисает с плеча мальчишки, словно тряпичная кукла…

Маркеза поспешила за ними по лестнице, бормоча что-то о травах, которые ей понадобятся.

– Может, я успею сварить одну порцию. Не понимаю, как это возможно, но я должна попытаться.

Роза последовала за ней.

– Дайте мне знать, если я смогу чем-то помочь.

Не проронив ни слова, Арибелла, Сеффи, Фин и Елена поспешили в комнату Арибеллы, осмелившись заговорить, только когда захлопнули за собой дверь. Арибелла вкратце рассказала всю историю о призраке в лагуне, чтобы Елена тоже была в курсе дела.

Та спокойно слушала, и Арибелла радовалась, что Елена с ними.

– Неужели на Творца Масок действительно напал призрак? – спросил Фин.

– И почему Нимерия выкашляла имя Родольфо? – прибавила Сеффи.

– Я думала, что если кто и в безопасности, так это Творец Масок, – сказала Елена.

– Эта отметина такая же, как у твоего друга, Ари? – прошептала Сеффи.

Арибелла кивнула.

– Точно такая же. Его наверняка укусил призрак.

Елена покачала головой.

– Ох, это плохо. Очень плохо. Вы видели, как оторопели Старшие? Розу просто трясло… И я не могу поверить, что за этим стоит Родольфо. То есть зачем он предупреждал всех о призраках, если сам же их и вызвал?

– Может, чтобы выглядеть умным? – предположил Фин. – Или чтобы отвести от себя подозрение.

– Уверена, именно так и решит Джакапо, – мрачно пробормотала Сеффи. – Странное совпадение, что Родольфо оказался рядом в ту ночь, когда на друга Арибеллы напал призрак, но я не могу поверить, что он злодей.

– Я тоже! – горячо согласилась Арибелла. – Он спас меня и Тео, не забывайте.

Нет, она тоже не верила. Не могла поверить.

– Однако его исчезновение выглядит подозрительно, – заметил Фин.

– Может, его похитил тот, кто на самом деле всё это устроил? – возразила Сеффи.

– Да. Или, может быть, он скрывается, поскольку злоумышленник понял, что Родольфо про него всё известно, – добавила Арибелла. – Может, тот человек и кинул имя Родольфо в «львиную пасть» – чтобы замести собственные следы?

– Ты имеешь в виду Зио? – спросила Елена.

– Он не мог умереть. Мы ведь нашли книгу в его комнате. – Арибелла продемонстрировала чёрный фолиант. «Книгу тайн».

– Это ведь означает, что он жив, верно, Фин? – спросила Сеффи.

Фин порозовел – как и всегда, когда Сеффи обращалась к нему напрямую.

– После смерти Зио книга должна была вернуться в библиотеку. И поскольку она не вернулась, я бы сказал: да, вероятно, он ещё жив.

Глаза Елены расширились.

– Так вот зачем вы искали книгу. Хотели доказать, что Зио не убили?

Все кивнули.

– Ты мне об этом не сказала, – кисло проговорила Елена, скрестив руки на груди.

Арибелла понимала, что она чувствует себя отверженной.

– Прости. Мы и правда многое скрывали от тебя, Елена. Но Старшие игнорируют то, что происходит. А благодаря тебе у нас появился шанс узнать правду, пока не стало слишком поздно.

Она положила чёрную книгу на кровать. Сеффи и Фин придвинулись, склонившись над ней. Елена разжала руки и присоединилась к ним.

Сеффи фыркнула.

– Я знаю, как говорится: не суди о книге по обложке. Но в данном случае…

Арибелла осторожно открыла её, полагая, что страницы, скорее всего, испорчены, как и всё остальное в комнате Зио. Но они оказались белоснежными, словно книга была новенькой. Триста страниц мелкого текста – и никакого содержания или указателя. Арибелла перелистывала страницы, чувствуя, как её накрывает волной безнадёжности.

– Нам нужен кто-то, чтобы всё это прочитать, – и быстро. Как вы думаете, скорость Джульетты применима к чтению?

– Сомневаюсь, – сказала Сеффи. – Может, Елена остановит время на двадцать минут?

– Ух, это было бы утомительно, – сказала Елена. – Один раз нарушить правила – куда ни шло. Но мне придётся сделать это… раз сто, чтобы прочесть всё.

Фин хрустнул костяшками пальцев и повернул голову.

– Не волнуйтесь, – самодовольно сказал он. – Я прочитаю её быстрее, чем кто угодно в гостинице, и никакой силы канноваччи не потребуется.

– Чтение – величайшая способность из всех существующих, – пробормотала Арибелла, повторяя слова Розы. – Спасибо, Фин.

Он кивнул, отточенными движениями перелистывая белоснежные страницы.

– Что ж, учитывая, что Елена и в самом деле нарушила правила гостиницы, а мир, который мы знаем, в опасности, думаю: притворяться застрявшим в двери и читать книгу – это меньшее, что я могу сделать.

Елена закрыла лицо руками.

– Не напоминай мне! – простонала она.

– Жаль, что умение ходить сквозь стены бесполезно, – пошутил Фин, не отрывая взгляда от страницы. Но Арибелле казалось, что это беспокоит его.

– Это очень полезный дар, Фин, – сказала она. – Поверь. Творец Масок говорил, что настоящая сила приходит, когда мы снимаем фальшивые маски и принимаем себя такими, какие мы есть на самом деле, – добавила она.

Фин посмотрел на неё долгим взглядом и слегка улыбнулся, а потом снова уставился в книгу. Арибелла попыталась улыбнуться в ответ, но не смогла. Она непрестанно думала о том, каким хрупким выглядел Творец Масок, свисавший с плеча Бруно. Думала о чёрной отметине на его шее. Этот человек казался таким сильным и могущественным. Если призрак сумел одолеть его, есть ли у всех остальных хоть какая-то надежда?..

Елена явно думала о том же.

– Не могу поверить, что на Творца Масок напали, – повторила она, словно пытаясь уложить в голове этот факт.

– А вы видели, что делала Нимерия? – внезапно спросила Сеффи. – Ну, до того как выплюнула бумажку с именем Родольфо.

Арибелла покачала головой.

– Нет. То есть она ничего не делала… А что?

– Вот именно! – рявкнула Сеффи. – Ничего! Абсолютно ничего! Просто продолжала себе спать, даже когда пришёл раненый Творец Масок. С ней что-то не так, и это плохие новости. Я всё выясню. Но пока мы, кажется, не можем полагаться на Нимерию. И она не предупредит, что Венеция в опасности. А теперь ещё и Творца Масок нет!

– Я надеюсь, он выживет, – сказала Елена. – Уже много лет у него не было ученика. И что станется с канноваччи? Что станется с Венецией?

Арибелла как могла попыталась её утешить.

– Ещё есть надежда, что Маркеза успеет вовремя приготовить противоядие.

Однако она понимала, что надежда слабая. Маркеза говорила, что «Бальзам четырёх воров» варится двенадцать часов. К этому времени чёрная отметина распространится по всему телу. Она вспомнила, как быстро всего несколько капель подействовали на Тео той ночью в лагуне с Родольфо…

И тут она вспомнила: флакон! Родольфо отдал флакон ей. И что она с ним сделала?.. Положила в карман.

Сердце Арибеллы ёкнуло, и она бросилась к шкафу, распахнула дверцы и принялась рыться в нём в поисках своей старой одежды, отчаянно желая, чтобы флакон пережил стирку.

– Ари, не время переодеваться, – буркнула Сеффи.

Арибелла проигнорировала её. Он должен быть здесь… должен быть!

Она нашла свою старую одежду. Та казалась колючей и грубой как никогда. Неужели Арибелла действительно носила её изо дня в день всего несколько недель назад? Это будто бы происходило в какой-то другой жизни.

Арибелла сунула пальцы в карман штанов. Ага! Он всё ещё здесь. Слава лагуне, он здесь!

Она вытащила флакончик. Сердце бешено колотилось. Внутри оставалось немного золотой жидкости.

Некогда было объяснять. Арибелла помчалась на четвёртый этаж. Она не знала, какой номер принадлежит Маркезе, но сладкий аромат варящихся трав привёл её к одной из дверей. Она была приоткрыта.

Крепко прижимая флакон к груди, Арибелла постучала и толкнула дверь.

– Маркеза? – окликнула она.

В прихожей стояли мягкие пуфы и низкие столики с мягко светящимися лампами и красивыми узорчатыми скатертями. В медном горшке над огнём кипело зелье. Это «Бальзам четырёх воров»? Он был зелёным и, как видно, ещё не скоро станет золотым.

– Маркеза? – снова позвала Арибелла, на сей раз погромче.

Из-за двери справа послышался стон. Арибелла бросилась туда. Творец Масок лежал на низкой кушетке, закрыв глаза. С него сняли плащ и маску. Дряхлое тело выглядело странно сморщенным и маленьким, как у ребёнка. Маска с клювом стояла на подставке на боковом столике и смотрела пустым взглядом. Лицо Творца Масок было мягким и добрым. Арибелла такого не ожидала. Этот человек выглядел так обыкновенно! Словно чей-то дедушка. Интересно, есть ли у него семья?..

Творец Масок снова застонал и повернул голову. Арибелла тихо охнула, увидев след укуса призрака. Он ещё больше потемнел и расползся по груди. Ветвистые чёрные прожилки доходили почти до сердца.

Арибелла поспешно подошла, пытаясь снять тугую крышку флакона. И тут глаза Творца Масок резко распахнулись. Он протянул руку и схватил Арибеллу за запястье.

– Клара? – простонал он. Глаза у него начали закатываться. – Клара?

Арибелла похолодела. Она оглянулась, почти ожидая увидеть кого-нибудь за спиной, но они были в комнате одни. Творец Масок, должно быть, бредил. Наверняка это последствия укуса призрака или, может, целения Маркезы.

– Прости меня, Клара, – прохрипел Творец Масок, всё сильнее стискивая руку девочки. – Умоляю, прости. Я не должен был её делать. Меня обманули.

Делать что? Творец Масок говорил загадками. Он повернул лицо к Арибелле, глядя на неё безумными глазами.

– Я был слепым идиотом. Я не понимал, что это разрушит границу.

Разрушит границу?..

– Но ты понимала. Ведь так, Клара? Ты понимала. Потому и забрала её. Ты всегда была умна.

Он умолк. Глаза его закатились. Арибелла не могла взять в толк, о чём говорит Творец Масок, но это казалось очень-очень важным.

Она попыталась сосредоточиться на пузырьке. Нужно вылить жидкость на место укуса. Но с чего начать? Шея? Грудь? Оставалось всего несколько капель лекарства; что, если она выльет его не в то место? Нельзя допустить ошибку.

– Я здесь, синьор, я здесь, – сказала она. – Не двигайтесь.

Но старик метался и вертелся на кушетке.

– Умная девочка. Прости меня… Я нарушил клятву Творца Масок, когда сделал её. Береги её, где бы она ни была… иначе мир обречён.

– Что беречь?

– Он использовал мою слабость против меня. Он мне льстил… Зио…

Кожу Арибеллы начало покалывать. Зио! В центре всех событий – Зио. И Клара тоже. Она вспомнила, с какой гордостью Творец Масок показывал ей свою коллекцию. Лучшая в Венеции. Вот что он сказал. Зио, должно быть, попросил сделать ему маску, а Клара забрала её…

Арибелла заставила себя успокоиться.

– Синьор, пожалуйста, не двигайтесь. Я пытаюсь помочь.

Но его руки и ноги дёргались не переставая. Было трудно открыть пузырёк, когда старик стискивал её руку. Наконец она сняла крышку и потянулась к Творцу Масок. Но тут он вскинул вторую руку, пытаясь ухватить запястье Арибеллы, и выбил у неё пузырёк. Он упал на пол; золотая жидкость разлилась и мгновенно впиталась в ковёр.

– Нет! – воскликнула Арибелла.

Она упала на колени возле флакона, но лекарства в нём уже не было.

– Ты простишь меня, Клара? – спросил Творец Масок, широко раскрыв глаза. – Пожалуйста… Тьма… Я чувствую её. Прости за то, что я сделал. Я давно должен был сказать правду… Я знал, что он придёт мстить.

Творец Масок прижал руку к сердцу.

– Исполни это моё последнее желание.

Арибелла сглотнула. Она даже не знала, за что старик просит прощения. И в любом случае, ему требовалось прощение Клары, а не её…

Глаза Творца Масок были полны боли, поэтому она кивнула, надеясь, что этого хватит. Лицо старика изменилось. Теперь оно выражало спокойствие и умиротворение. Он смежил веки и наконец-то перестал метаться; вытянулся на кровати и замер.

Он умер! Арибелла сразу поняла это. Она ощутила болезненную слабость и странное отупение. Никогда прежде никто не умирал прямо у неё на глазах. Она смотрела на безжизненное тело Творца Масок, на ужасную чёрную отметину у него на груди и чувствовала, как её начинает трясти. На мгновение показалось, Елена снова остановила время, и лишь одна Арибелла способна двигаться…

А потом за спиной открылась дверь. Она обернулась.

– Арибелла? Что ты здесь… – Взгляд Маркезы метнулся к Творцу Масок, и она выронила свежие травы, которые держала в руках.

– Он мёртв, – прошептала Арибелла. Её сотрясала дрожь, которую Арибелла не могла унять. – Он мёртв.

24

Маркеза усадила Арибеллу у огня. Она дала ей чашку сладкого горячего какао и накинула на плечи толстое одеяло. Роза, с бледным как снег лицом, сидела рядом с ней.

Арибелла знала, что есть вещи, которые нужно рассказать Старшим. Важные вещи. Но потрясение было таким сильным, что она не могла выдавить ни слова.

– Нельзя было оставлять его одного, – пробормотала Маркеза.

– Это ничего не изменило бы, – ответила Роза и после секундной паузы прибавила: – Насколько опасны эти призраки, Маркеза?

– Опасны, если верить старым историям.

Роза вздрогнула.

– Я и правда не считала их серьёзной угрозой… до сегодняшнего вечера. Теперь чувствую себя дурой.

Маркеза покачала головой и мягко сказала:

– Никто из нас не считал. Очень трудно поверить в страшные сказки, пока не увидишь их наяву.

– Ещё я не понимаю, что случилось с Нимерией, – продолжала Роза. – Почему она не проснулась, когда вошёл Творец Масок? Ведь должна была! Я боюсь, что Нимерия больна. Венеция может оказаться в большой опасности, а она не предупредит нас.

– Это странно, – согласилась Маркеза, нахмурившись.

– Тебе лучше, Арибелла? – спросила Роза, поворачиваясь к ней.

– Я принесу зелье, которое поможет уснуть, – сказала Маркеза и исчезла в соседней комнате.

Роза взяла у Арибеллы пустую чашку из-под какао.

– Мне очень жаль, Арибелла. Нам следовало быть здесь. Но мы подумали, что вдвоём быстрее соберём все нужные ингредиенты.

– У меня был «Бальзам четырёх воров». Я могла спасти его. – Горячие слёзы хлынули из глаз Арибеллы.

– Тише, – успокоила Роза. – Ты ни в чём не виновата.

Вновь появилась Маркеза, держа в руках круглый стеклянный сосуд, полный розовой жидкости. На лице её читалась растерянность.

– Что такое? – спросила Роза.

– Моё снотворное зелье… у меня было его много в кладовой. Достаточно, чтобы уложить спать целую армию, но это всё, что осталось. Сварить новое несложно, но интересно, кто его взял. И зачем.

Глаза Розы расширились.

– Ты же не думаешь, что кто-то накачал Нимерию снотворным?

Маркиза посерьёзнела.

– Родольфо – единственный, кто исчез…

Роза стиснула её руку.

– Я не могу в это поверить.

– Мы не верили и насчёт Клары, – пробормотала Маркеза.

Арибелла подумала, что надо рассказать им о Зио и обо всём, что ей и её друзьям удалось выяснить. Но мысли так ужасно путались. И она не знала, с чего начать.

Роза взяла её за руку.

– Давай-ка. Ты уже достаточно пережила нынче вечером. Пойдём спать.

Роза проводила Арибеллу в её комнату и проследила, чтобы она выпила всё зелье до последней капли.

– Мне нужно кое-что вам рассказать, – пробормотала Арибелла, скользнув под одеяло.

– Тише, – твёрдо сказала Роза. – Поговорим утром.

Зелье погрузило Арибеллу в крепкий сон без сновидений, и ночью ничто её не тревожило. Но утром, когда она проснулась, безжизненное тело Творца Масок вновь появилось перед её мысленным взором, и даже яркий солнечный свет, струящийся через окно, не смог прогнать охвативший её холод. Арибелла лежала в постели, глядя на балдахин над собой, и отчаянно пыталась осознать всё произошедшее.

Творец Масок мёртв. Его убил призрак. Он был канноваччи, и его убили, потому что он сделал запрещённую маску. Для Зио.

Зио и Клара… Клара и Зио… Два имени крутились у неё в голове. Арибелле отчаянно хотелось спрятаться от всего этого, накрывшись с головой одеялом, но она понимала, что ничего из этого не выйдет. Тем более именно сейчас как никогда важно выяснить, что творится. А они – Арибелла, Сеффи, Фин и Елена – единственные, кто мог это сделать.

Где же Родольфо? Арибелла злилась на него. Даже если он скрывался вынужденно – всё равно: Арибеллу не покидало чувство, что Родольфо их бросил на произвол судьбы. А теперь вдобавок его подозревают в убийстве Творца Масок и в том, что он опоил Нимерию сонным зельем. Меж тем Родольфо говорил, что Арибелла должна верить ему, – и она верила. Не может быть, чтобы он совершил такие ужасные злодеяния.

Так или иначе, эти подозрения означали, что в ближайшее время он не вернётся. Значит, во всём разбираться придётся им самим. Посему, несмотря ни на что, она встала, оделась и поспешила на завтрак.

Погода не улучшилась с прошлой ночи; ветер и дождь хлестали в окна. Столовая была практически пустой.

Почти никто из Старших не пришёл завтракать. Вероятно, у них очередное совещание. Арибелла была склонна согласиться с Родольфо: казалось, что Старшие слишком много времени тратят на разговоры и слишком мало делают.

Урсула сидела одна. Сегодня она выглядела как никогда бледной и была одета так, словно стояла зима – в белую шубу и белые перчатки. Их взгляды встретились; Урсула улыбнулась и подошла к Арибелле.

– Ночью тебе пришлось нелегко, моя девочка. Сочувствую, – мягко сказала она. – Теперь мы все понимаем, что Родольфо говорил правду.

– Почему же раньше не понимали? – спросила Арибелла. – И разве вы не могли прочитать это в его мыслях?

– Мне всегда было трудно читать мысли Родольфо. Он умеет скрывать их.

– Почему тогда вы не увидели правду в моих мыслях? Я видела призрак собственными глазами.

Урсула поморщилась.

– Прости. Я совершила ошибку. И мне не следовало рассказывать Джакапо о вашей поездке к дожу. Очень хорошо, что вы попросили дожа предупредить инбеллис. Я уверена, что Джакапо с этим согласится после сегодняшнего собрания – тем более теперь, когда существование призрака доказано… Кстати, есть какие-нибудь новости о суде над твоим отцом? – озабоченно прибавила она.

Арибелла покачала головой. Она почувствовала укол стыда, поняв, что сегодня ни разу не вспомнила о папе.

Урсула сочувственно посмотрела на неё.

– Я слышала, болезнь дожа обострилась, так что, возможно, суд отложили. Но постарайся не волноваться. У тебя есть ещё какие-нибудь родственники на Бурано? Или, может, друзья?

Арибелла отвернулась. А и правда, есть ли? Считает ли её Тео до сих пор своим другом? Он вероятно, по сей день думает, что она сидит в тюрьме Дворца дожей вместе с отцом.

Вероятно, Урсула прочитала это в её мыслях, поскольку сказала:

– Ну, в качестве извинения: если захочешь кого-нибудь навестить на Бурано, моя гондола в твоём распоряжении.

Она сунула затянутую в перчатку руку в карман и вынула миниатюрную деревянную копию собственной гондолы, протянув её Арибелле. Как и у Родольфо, пермессо в точности повторяло большую гондолу до мельчайших деталей. Вплоть до розовых подушек. Арибелла удивлённо уставилась на крохотную лодку. Она никак не ожидала от Урсулы такой щедрости.

– А как же Джакапо? Он сказал, что мне нельзя выходить из гостиницы.

Урсула вложила маленькую лодочку в руку Арибеллы.

– С Джакапо я разберусь. Это меньшее, что я могу для тебя сделать. Ведь ты попала в беду лишь потому, что поступила правильно. Пользуйся гондолой, когда пожелаешь. Только, пожалуй, не сегодня вечером: сейчас полнолуние, и неизвестно, что может произойти. Теперь, когда Родольфо ушёл, мы не знаем, когда появится следующая кровавая луна.

Арибелла поблагодарила Урсулу и отнесла пермессо к столику в углу, где сидели Сеффи, Елена и Фин.

– Что стряслось вчера вечером? – встревоженно спросила Сеффи. – Ты просто умчалась. А Роза сказала, что Творец Масок умер и ты была там.

Елена тоже казалась встревоженной. А Фин выглядел так, словно вообще не спал. Он попытался намазать маслом салфетку вместо тоста, и когда Сеффи спросила, в чём дело, просто пробормотал, что, дескать, читал допоздна.

Арибелле не хотелось заново переживать события прошлой ночи, но она рассказала друзьям обо всём, что произошло – и о том, что сказал перед смертью Творец Масок. Когда она закончила, над столиком повисло ошеломлённое молчание. В первый раз никто из них не прикоснулся к тарелкам со сладостями – даже Сеффи.

– Как ты думаешь, что это значит? – спросил Фин.

– Думаю, Зио заставил Творца сделать ему маску, а Клара забрала её и спрятала. Значит ли это, что она была не таким уж плохим человеком? Или Творец Масок был плохим? Ох у меня голова кругом идёт, когда я пытаюсь во всём разобраться.

– А где сейчас Зио и Клара? – спросила Сеффи. – То есть если Зио не мёртв, так может, и Клара жива? Может, она тоже скрывается? Тогда почему бы ей не прийти сюда и не рассказать всю правду?

– Я тоже не понимаю, – признала Арибелла. – Хотя это всего лишь одна из миллиона вещей, которые я не понимаю.

Её не покидало ощущение, что над Венецией нависает тёмная туча. И грядёт страшная буря…

– Что же это за маска, которая способна разрушить границу между мирами? – задумчиво спросила Елена.

– Граница… Ну конечно! – Фин резко выпрямился. – Елена, ты молодчина! Встречаемся в библиотеке через десять минут, – выпалил он и вскочил из-за стола так резко, что все подпрыгнули от неожиданности.

– Где? Зачем? – простонала Сеффи. – Я эту библиотеку уже видеть не могу! Мне её хватило по горлышко!

– Просто приходите! – яростно прошептал Фин и выбежал из столовой.

25

Десять минут спустя Арибелла, Сеффи, Фин и Елена уже сидели в библиотеке, устроившись за столом в дальнем углу, который не было видно от двери.

Взволнованный Фин вынул «Книгу тайн» с полки, где её спрятал, и показал друзьям, раскрыв на одной из страниц. Бо́льшую часть страницы занимал рисунок – красивое изображение маски золотого льва.

– Чья это маска? – спросила Сеффи.

– Ничья. Это маска самой Венеции. Как раз вчера вечером я закончил читать этот раздел. Вот послушайте:

«Легендарная маска Венеции настолько могущественна, что позволяет владельцу свободно перемещаться между мирами живых и мёртвых, тем самым даруя ему бессмертие. Однако, если сила маски будет использована на Острове Мёртвых в то время, когда стоит кровавая луна, это может привести к полному разрушению границы…»

Фин остановился.

– Я думаю, – сказал он, – её-то и сделал Творец Масок. А Клара забрала и спрятала.

Все четверо переглянулись. Если такая маска и впрямь существует, в опасности не только Венеция. В опасности весь мир.

Сеффи опомнилась первой:

– Идиот! Зачем он сделал такую маску?

– Нельзя плохо говорить о мёртвых! – воскликнула Елена.

– Он сказал, что его обманули, – вступилась Арибелла.

Все снова обменялись взглядами.

– Знаете, возможно, мы видим ситуацию не с той стороны, – сказал Фин. – Вдруг Старшие правы и это действительно Родольфо и Клара вызывают нападения призраков?

Арибелла покачала головой.

– Если так, зачем было Творцу Масок просить у Клары прощения? А про Родольфо он вообще ничего не сказал. Должно быть, Зио убил его. Возможно, Зио не знает, где Клара спрятала маску Венеции. И возможно, он пытался убрать Родольфо с дороги, положив его имя в «львиную пасть». Мы единственные, кто знает правду. И мы должны найти Зио.

– Но как? – спросила Елена. – Мы понятия не имеем, где он.

Елена была права. Зио мог скрываться где угодно в Венеции.

– Ну что ж, надеюсь, на какое-то время мы в безопасности, – сказала Сеффи, откидываясь на спинку стула. – Кровавой луны не будет ещё долго. Между последними двумя прошло десять лет.

Все замолчали, раздумывая об этом.

«Сколько осталось до следующей кровавой луны?» – размышляла Арибелла. Ах, если бы только Родольфо объяснил поточнее! Арибелла вспомнила алую луну, туман над лагуной и странный остров, который, казалось, поднялся из глубин вод.

– Фин, а есть в этой книге что-нибудь об Острове Мёртвых?

Он покачал головой.

– Здесь сказано лишь, что остров появляется, когда восходит кровавая луна. И не известно точно, где именно он возникает.

– Думаю, я его видела, – сказала Арибелла. – В ту ночь кровавой луны, когда мы были с Тео.

Сеффи вздрогнула.

– Значит, граница уже ослабла? – спросила Елена.

– Может быть… – медленно сказал Фин.

– А сегодня полнолуние, – напомнила Арибелла.

Все четверо испуганно переглянулись.

– Если это правда, мы должны найти остров раньше Зио! – воскликнула Сеффи. – И благодаря Урсуле у нас есть пермессо.

В голове Арибеллы начал созревать план.

– Плавать ночью по лагуне, где разгуливают призраки, небезопасно, – скептически заметил Фин.

– Мне всё равно. Ведь это шанс найти маску, – возразила Арибелла. – И призрак боится огня. Если он снова появится, я попытаюсь отбиться от него.

– Тогда я поплыву с тобой, – сказала Сеффи.

Арибелла уже достаточно узнала свою подругу, чтобы понять, что спорить бесполезно.

– Ладно, – сказала она с облегчением.

– Ты уверена, что вам нужно плыть? – спросил Фин. – Это очень рискованно.

– Жить вообще рискованно, Фин! – отозвалась Сеффи. – Если ты вдруг забыл, какой-то сумасшедший, которого считали мёртвым, может разрушить тайную границу между мирами и впустить сюда целую кучу злобных призраков.

– Справедливо, – уступил Фин.

Он вздохнул и посмотрел на Елену.

– Мы тоже поможем, – кивнула Елена. – Сделаем всё, что потребуется.

Тем вечером Арибелла не пошла спать. Она лежала на кровати полностью одетая и с нарастающим страхом прислушивалась к шуму ветра и дождя, хлещущего в окна. Плавание в такую погоду будет непростым делом.

Целый день она чувствовала оцепенение, но теперь её переполнял адреналин. Она вспомнила, как лежала на кровати в доме отца, также полностью одетая, в ту первую ночь, когда встретила Родольфо. С тех пор столько всего произошло. И в итоге привело вот к этому.

Без четверти двенадцать она встала и надела толстый шерстяной плащ и кожаные ботинки. Положила в карман пермессо Урсулы и взяла с тумбочки маску. Она нерешительно надела её, ожидая резкого укола, но ничего не случилось. Маска вела себя прилично. Арибелла завязала ленточки на затылке, надеясь, что всё не пойдёт наперекосяк, когда они будут в лагуне.

До полуночи Арибелла просто сидела, глядя на часы, а потом вышла в коридор. Там уже ждали Сеффи и Фин. Сеффи, как и Арибелла, была в плаще и маске, а Фин – в ночной сорочке и босиком. Он коротко кивнул Арибелле.

– Готовы? – прошептала она.

Фин снова кивнул. Ей казалось, что он нервничает.

– А ты? – спросил он.

– Готова как никогда.

– Нимерия точно с Маркезой?

На этот раз кивнула Арибелла. Целительница отвела Нимерию в свои апартаменты, чтобы понаблюдать, как действует снотворное.

– Удачи, Фин, – прошептала Сеффи.

– И вам двоим, – шепнул он в ответ. – Возвращайтесь невредимыми.

– А ты постарайся остаться целым как можно дольше, – ответила Сеффи.

Фин одарил её лёгкой улыбкой и прошёл сквозь свою дверь. Половина его тела исчезла в комнате.

– Лучше бы вам поторопиться, – предупредил он. – Я досчитаю до двадцати и начну кричать.

– Спасибо, Фин, – сказала Арибелла, и они с Сеффи быстро сбежали по лестнице.

Спустившись на первый этаж, девочки спрятались за углом и принялись ждать. Через несколько секунд сверху донёсся голос Фина:

– Роза! Помогите! Я застрял!

– Фин? – откликнулась Роза откуда-то снизу. – Это ты?

– Я опять ходил во сне. И застрял в своей двери.

– Опять! Только не это! – простонала Роза. – Полагаю, тебе хватит сил выбраться самостоятельно.

– Я тоже так думал. Но мне нужна маска. Пожалуйста! Если Джакапо увидит, он меня убьёт!

– В последний раз, Фин! Клянусь. Я привяжу тебя к кровати!

Они услышали, как Роза поднимается по лестнице.

– Этот лунатизм нужно прекратить, – пробормотала она. Её шаги звучали уже на лестничной площадке второго этажа.

«Молодец, Фин», – подумала Арибелла.

Они с Сеффи не теряли времени даром. Стараясь двигаться как можно тише, девочки выбежали в вестибюль, в несколько прыжков пересекли его, распахнули дверь на улицу и выскочили в ненастную ночь.

Ветер завыл в ушах. У Арибеллы бешено колотилось сердце. Её охватило ликование, но она велела себе не торопиться. Предположим, они выбрались из гостиницы, но это только начало.

Дрожа от холодного дождя, девочки поспешили к причалу. Небо было тёмным: плотная пелена туч скрывала луну и звёзды. Ветер трепал волосы Арибеллы, швыряя пряди ей в лицо, и развевал плащи девочек. Казалось, с наступлением ночи он усилился. Если даже здесь, в канале, поднялся такой шторм, что же будет в лагуне? Арибелле не хотелось об этом думать.

Она крепко стиснула пермессо Урсулы и, напевая, потянула за трос. Гондола выскочила на поверхность. На носу – о, чудо! – горел фонарь.

На сей раз Арибелла порадовалось, что в гондоле есть каюта. По крайней мере, Сеффи не промокнет.

– Лезь внутрь, – прошептала она, когда девочки поднялись на борт.

Однако Сеффи, разумеется, не послушалась.

– Если тебе придётся мокнуть, тогда и мне тоже!

Арибелла вздохнула.

– Иногда ты слишком упряма, порой себе же во вред, Сеффи.

– Буду считать это комплиментом, – парировала Сеффи, отвязывая канат.

Арибелла взяла весло и, оттолкнув гондолу от пристани, принялась грести. Как и раньше, она скоро поймала ритм, и лодка заскользила по воде так легко, словно вовсе ничего не весила.

Вокруг не было ни души, поэтому они двигались быстро, хотя проливной дождь сильно ухудшал видимость, и Гранд-канал переполняла блестящяя тёмная вода, так что было трудно сказать, где начинаются его берега. Маска немного спасала от ветра, защищая лицо. Арибелла повела гондолу вперёд.

По мере того как она приближались к лагуне, дождь всё усиливался. Он промочил капюшон плаща насквозь; Арибелла стиснула зубы, когда холодные струи потекли по затылку. Ей хотелось видеть звёзды, освещающие путь, но она могла обойтись и без них, поскольку могла бы доплыть до Бурано даже с закрытыми глазами.

Арибелла вывела гондолу в лагуну, и вскоре берега исчезли из виду. Кругом была только чёрная вода; казалось, в мире не осталось ничего, кроме неё. Лодка неслась с такой скоростью, что у Арибеллы перехватило дыхание. Вскоре впереди показались очертания острова Бурано, и она остановила гондолу. Впереди над водой мерцал свет. Фонарь рыбацкой лодки…

– Сеффи, смотри! – воскликнула она.

Арибелла в этот миг позабыла то, что однажды сказал ей Родольфо. Маска делала владельцев незаметными для окружающих, но их по-прежнему можно было услышать…

– Кто тут? – произнёс чей-то голос.

Очень знакомый голос.

Арибелла приоткрыла рот.

– Тео?.. – пробормотала она.

26

Арибелла и Сеффи быстро сдёрнули плащи.

Тео поднял фонарь, осветивший его лицо. Как всегда, длинная чёлка спадала ему на глаза. Он откинул волосы с лица и посмотрел на Арибеллу. Во взгляде Тео смешались удивление, недоверие, растерянность…

– Ари? Это ты?

– Тео! Что ты здесь делаешь? Нельзя рыбачить по ночам! Неужели ты не слышал предупреждение дожа?

– Какое предупреждение? – Тео наморщил лоб. Он смотрел на Арибеллу как на привидение.

Дож должен был сообщить всем жителям островов, что нельзя выходить в лагуну ночью. Неужели он так болен, что не сделал этого? И если вдуматься, где стража, которая, по словам дожа, должна патрулировать лагуну?

Только тут Арибелла поняла, что, проплывая мимо дворца, они не видели ни единой живой души.

– Я просила дожа предупредить вас…

– Просила дожа нас предупредить? – усмехнувшись, переспросил Тео.

– Ну, всех жителей острова. Здесь есть… кое-что очень плохое.

Как заставить Тео понять? Он ни за что не поверит, если она заикнётся о призраках. Тео никогда не обращал внимания на то, что считал чепухой и сказками. И стало ясно, что он ничегошеньки не помнит о той ночи, когда его укусил призрак. Иначе не вышел бы один ночью на лов. И чья это у него лодка?..

Тео покачал головой.

– Где ты была всё это время? Я думал, что… И кто это с тобой?

Он настороженно посмотрел на Сеффи, потом его взгляд скользнул по их лодке.

– И откуда у тебя гондола?

Арибелла мысленно выругалась, понимая, как всё это должно выглядеть для него.

– Я… я не могу объяснить, Тео. Но не волнуйся, я в порядке.

– Да, я вижу, – отозвался Тео с неожиданной для него холодностью. – Могла бы дать мне знать раньше.

– Тео!

Арибелла пришла в отчаяние. Ну как ему объяснить? Она ведь поклялась хранить тайну канноваччи.

– Я пытаюсь получить аудиенцию у дожа с тех пор, как ты исчезла, – продолжал Тео. – Я беспокоился, я не знал, что с тобой случилось, я думал, вы с отцом в тюрьме…

– Папа в самом деле в тюрьме, – быстро сказала Арибелла, цепляясь за единственную возможность сказать правду.

– Что? – На миг лицо Тео смягчилось, но тут же жёсткое и непримиримое выражение вновь вернулось. – И почему я должен тебе верить? Как оказалось, Гиан говорил правду: тебе наплевать на меня – и всегда было наплевать.

– Пожалуйста, Тео! Это не так. Конечно же мне не плевать.

– И где тогда тебя носило? После той ночи, когда я чуть не утонул во время шторма, я думал, ты придёшь. Но ты не пришла. А потом я узнал, что ты исчезла, и испугался. Я думал, случилось что-то ужасное. Я винил Гиана за то, что он вложил твоё имя в «львиную пасть». Но оказывается, я просто зря тратил время. Ты бросила меня не оглянувшись и катаешься в гондоле.

Конечно, он ревновал. И поэтому так злился. Как всё это выглядело для Тео? Арибелла получила то, о чём он всегда мечтал, – и решила не делиться. Тео думал, что она позабыла о нём. И ему было обидно.

Арибелла чувствовала себя ужасно. Менее всего она хотела причинить Тео боль. На глаза навернулись слёзы.

– Тео, всё совсем не так. Честное слово!

– Тогда как, Ари? Расскажи мне.

Арибелла видела, что за гневом Тео скрывается крошечный лучик надежды. Ему хотелось, чтобы он оказался не прав… чтобы было другое объяснение. Пусть Арибелла скажет, что не просто так бросила его и тому есть причина…

Она покачала головой.

– Я хотела бы рассказать, Тео. Но не могу!

И лучик надежды погас.

– Гиан оказался лучшим другом, чем ты. Мне следовало его послушать. Он одолжил свою лодку, когда моя пропала во время шторма. Гиан не выходит в море по ночам, потому что до сих пор верит в эти глупые истории о призраках – как и все остальные. Но, по крайней мере, он меня не бросил.

Слова Тео ранили Арибеллу, но сейчас следовало думать о более важных вещах. Хорошо, что другие рыбаки не выходят ночью в лагуну. И Тео тоже нужно держаться от неё подальше.

– Тебе нельзя здесь быть, Тео!

Парень усмехнулся.

– И почему же? Из-за тебя? Ты ведьма, Арибелла? Собираешься меня проклясть?

Сеффи молча наблюдала за ними.

– Ари действительно не может объяснить, – неожиданно сказала она. – Ты просто ничего не поймешь.

Лучше бы Сеффи вообще не раскрывала рта.

– Ах, я ничего не пойму? – переспросил Тео, повысив голос. – То есть я тупой идиот. Как Гиан. Как все люди на островах. Верно?

– Нет, Тео! Конечно, нет! – ахнула Арибелла.

– Я тебя защищал. – Теперь его голос стал хриплым. – В тот день, на рынке, когда я увидел огонь, знаешь, что я подумал? Я подумал: «Это не имеет значения. Арибелла – моя подруга, и я буду рядом, потому что она хорошая и добрая». Но хороший друг не исчезнет, не сказав ни слова.

Арибелла не могла этого вынести. Как же ей хотелось рассказать ему правду! Рассказать всё.

– Тео, я…

Она вскрикнула. Маска, которую Арибелла держала в руке, вдруг снова резко ужалила её, обдав жаром.

– Ари? – окликнула Сеффи.

Арибелла швырнула маску на покрытое ковром дно гондолы, ухватившись за ноющую от боли руку.

– Она снова тебя обожгла? – спросила Сеффи. – Как во дворце?

Арибелла кивнула.

– Только ещё хуже…

Она осеклась. Цвет воды вокруг лодки изменился. Он больше не был чернильно-чёрным… Арибелла посмотрела на небо, и холодные крючья страха впились в неё. В облаках возник просвет, и в нём виднелась полная луна. Только эта луна была не бледно-жёлтой, как положено, а красной. Ярко-красной.

– Сеффи! Кровавая луна! – крикнула Арибелла.

БАММ!

Что-то твёрдое и тяжёлое ударило её по затылку. Она шатнулась вперёд, слыша звон в ушах и пытаясь удержаться на ногах. До неё донеслись крики Тео и Сеффи. Арибелла оглянулась. Прямо позади них качалась на волнах другая гондола. В ней стояла фигура, облачённая в плащ с капюшоном. В руках человек держал весло.

На миг время словно бы остановилось.

«Родольфо», – промелькнула непрошеная мысль. Но гондола была не его. И Родольфо не стал бы нападать. Тогда кто это? И почему…

Мысли неслись в бешеном ритме; Арибелла пыталась осознать, что происходит. Но тут незнакомец снова ударил её веслом, и Арибелла полетела за борт. Она услышала крики Тео и Сеффи, а потом мир перевернулся вверх ногами, и Арибелла погрузилась в ледяную воду.

27

Арибелла отчаянно забилась, пытаясь выплыть, но плащ тащил её вниз. Лёгкие разрывались, ей не хватало воздуха!..

Внезапно чьи-то руки обвились вокруг её талии и потянули наверх. Арибелла выскочила на поверхность, судорожно втянув носом воздух. В груди болело, а горло жгло от солёной воды. Она мучительно закашлялась.

Державшие её руки разжались.

– Ари, ты в порядке? – заорала Сеффи, перекрикивая ветер. – Держись! Я дотащу нас до гондолы.

Сеффи вновь подхватила Арибеллу и поплыла, опустив голову и гребя ногами. Арибелла пыталась помочь ей удержаться на воде, но длинный тяжёлый плащ несказанно усложнял задачу. Тогда она расстегнула застёжку, и плащ отправился на дно. Без него плыть стало легче, и вскоре они добрались до гондолы Урсулы. Гондола перевернулась, и подруги уцепились за борт.

Ветер ревел в ушах. Волны казались невероятно огромными. Над головой сияла кровавая луна, и страх снова сжал сердце Арибелы, когда она поняла, что лодки Тео нигде не видно.

Она надеялась, что он уплыл в безопасное место. Арибелле не хотелось думать, что Тео просто бросил её – как и она его.

Злодей в плаще тоже исчез. И – с ужасом поняла Арибелла – пропала её маска. Она лежала на дне гондолы и пошла ко дну, когда лодка перевернулась.

– Ох, Сеффи, я потеряла маску!

Арибелле было мучительно стыдно. Она разрыдалась.

– Я всё испортила! Это я во всём виновата!

Сеффи встряхнула мокрыми локонами и нахмурилась.

– Нет, Ари, ты не виновата. И граница ещё не разрушена. Есть время найти остров. Но не в том случае, если мы будем торчать здесь и плакать.

Зелёные глаза Сеффи яростно сверкали. Она выглядела такой сильной и храброй, что Арибелла тоже почувствовала себя сильнее и смелее.

– Давай перевернём эту гондолу обратно и поставим на воду как следует. Пермессо нам поможет.

Арибеллу захлестнула новая волна отчаяния. Ибо миниатюрная лодочка лежала в кармане её плаща и теперь оказалась на дне лагуны заодно с маской. Арибелла пыталась хоть как-то приободриться, но понимала, что без действующей гондолы им не попасть на Остров Мёртвых и не остановить Зио.

– Пермессо лежало у меня в плаще, – сказала она Сеффи. – Оно тоже утонуло!

– Погоди, – отозвалась Сеффи, – я на минутку.

Она надела маску и нырнула в тёмную воду.

– Сеффи!

Держась за борт гондолы, Арибелла вглядывалась в толщу мутной воды. На поверхности выскочили несколько пузырей, но Сеффи не появлялась. Прошло уже несколько минут, и Арибелла ужасно боялась, что с подругой случилась беда. Но едва она начала паниковать, как Сеффи вынырнула.

– Я нашла кое-что получше, – сказала она.

Рядом с ней из воды высунулись носы двух крупных дельфинов. Запрокинув головы, они издавали щёлкающие звуки.

Арибелла изумлённо уставилась на них.

– Я знала, что дельфины не уйдут, Ари! Они поняли, что нужны Венеции. Умнейшие создания. Они смогут доставить нас прямо на остров. Найдут под водой что угодно.

– Отлично, Сеффи!

Однако, пока подруга была под водой, Арибелла приняла решение.

– А теперь пусть один из них отвезёт тебя обратно в гостиницу. Я поплыву на остров одна.

– Ни за что! – запротестовала Сеффи.

Арибелла этого ожидала.

– Ты должна вернуться и всё рассказать Розе, – твёрдо ответила она. – Теперь мы знаем, что взошла кровавая луна, а в лагуне есть негодяй, который нападает на людей. Нам понадобится любая помощь, какую мы только сможем найти.

– Тогда давай вернёмся вдвоём, – сказала Сеффи, – и приведём эту помощь.

Арибелла глянула на багряную луну и покачала головой.

– Боюсь, на это нет времени. Я постараюсь найти маску Венеции раньше Зио. Кроме того, призраки боятся огня, и я смогу сдерживать их какое-то время.

Но долго ли – без маски?..

– Я тебя не брошу!

– Ты должна.

На миг ей показалось, что подруга станет спорить, но тут же она поняла: Сеффи знает, что это их единственный шанс.

– Ладно. Но если ты погибнешь на том острове, Ари, я… я тебя убью! – яростно сказала Сеффи.

Несмотря на все треволнения, Арибелла рассмеялась.

– Отправляйся сейчас же. Быстро. Чем раньше ты приведёшь помощь – тем лучше.

Сеффи кивнула.

– Я не прощаюсь. Мы скоро увидимся, – твёрдо сказала она.

Арибелла кивнула, не в силах ответить и надеясь, что подруга окажется права.

Сеффи ухватилась за плавник дельфина и издала горлом несколько щёлкающих звуков.

– Я сказала дельфину, куда тебя отвезти. Когда будешь готова – просто хватайся за его плавник.

Первый дельфин повернул в сторону города и поплыл прочь, унося с собой Сеффи. Несколько секунд Арибелла наблюдала как они мчатся к главному острову. Её подруга Сеффи была живым и зримым напоминанием о том, что в мире есть добро, за которое стоит бороться…

Она снова обернулась к открытой лагуне. На горизонте тонкая белая полоса отделяла море от неба. Туман… Загнав страх как можно глубже, Арибелла нежно взяла дельфина за плавник. Кожа была гладкой и скользкой, но ей удалось удержаться. Дельфин ударил мощным хвостом по воде и понёсся вперёд. Взлетали брызги, когда они мчались, рассекая волны.

В скором времени туман окружил их, поглотив всё вокруг, и Арибелла не видела ничего, кроме белёсых клубов тумана.

Она изо всех сил вцепилась в плавник, боясь соскользнуть и остаться одной посреди лагуны. Дельфин плыл вперёд. Мало-помалу туман поредел, расступился, и лагуну вновь залил жуткий алый свет кровавой луны. А над водой возвышался остров. Остров Мёртвых…

Он выглядел так же, как раньше: остров словно парил над водой – пустынный и пугающий. На сей раз с помощью дельфина Арибелла подобралась достаточно близко. Она увидела гнущиеся под ветром деревья и обвитых виноградными лозами херувимов над дверью полуразрушенного палаццо на вершине холма.

Тёмная громада острова надвигалась на них, и дельфин сбавил скорость. Казалось, он боится подплывать слишком близко. Арибелла не могла его за это винить. Она выпустила плавник.

– Теперь я доплыву сама, – сказала она, надеясь, что дельфин поймёт. – Спасибо тебе.

Арибелла посмотрела дельфину в глаза и вдруг осознала, что он действительно понял! И почему люди думают, что у животных нет мыслей и чувств? Сеффи была права: достаточно глянуть в глаза существу – и всё становится ясно.

Руки и ноги ныли от усталости, когда Арибелла преодолела последний участок бурной воды, отделявший её от острова. На сердце было тяжело. Она старалась не думать, с кем и с чем может встретиться. И как же горько она сожалела, что потеряла маску!

Арибелла напомнила себе, что делает это для папы, для Тео, для Сеффи и для всех остальных жителей Венеции.

Едва она добралась до острова, как дождь прекратился и ветер стих. В ушах звенела тревожная тишина. Арибелла вздрогнула. Пошатываясь от усталости, она вышла на берег. Песок выглядел так, словно состоял из мельчайших осколков кости. Чуть поодаль валялась выброшенная на берег незнакомая гондола. Никогда прежде Арибелла не видела гондол, которые не стояли бы на воде. Было что-то неестественное в том, как она лежала на боку, словно раненый зверь. Арибелла осмотрела корпус лодки, ища крылатого льва, но увидела только полустёртые остатки символа.

Возможно, эта та самая гондола, с которой они встретились в лагуне. И это значило, что её хозяин, напавший на Арибеллу, уже здесь. Она нервно глянула на полуразрушенное палаццо на холме. В окне на верхнем этаже горел свет. По спине Арибеллы пробежал холодок. Может, там Зио? И может, он уже нашёл маску Венеции?..

Меж тем куда ей ещё идти, кроме как на этот свет? У Арибеллы не было никакого плана, не было маски, и не было никого, способного прийти на помощь. Она понимала, что едва ли сможет контролировать свою силу и вообще использовать её теперь, когда маска пропала.

Внезапно Арибелла в полной мере – и с ужасом – осознала, как она слаба в сравнении с этим огромным злом, угрожавшим Венеции. В сравнении с этим Зио, сумевшим нарушить все планы Старших. Ей же всего тринадцать лет!..

Но если Арибелла чему-то и научилась в гостинице «На полпути», так это тому, что иногда невозможное возможно.

И она обязана попытаться.

28

Ещё одно облако пронеслось над головой, на миг закрыв алую луну и бросив на остров тёмную тень.

Долго ли ещё будет стоять на небе кровавая луна? И что случится, если Остров Мёртвых исчезнет, когда Арибелла будет на нём? Она тоже исчезнет?..

Арибелла поднималась на холм. Все её инстинкты кричали, приказывая повернуть назад, но она заставила себя их не слушать, сосредоточившись на том, чтобы переставлять ноги. С каждым шагом становилось труднее дышать. Во рту пересохло. Это было странное, безмолвное и медленное движение навстречу опасности – будто пугающее затишье, которое наступает перед бурей. Холодная мокрая одежда липла к телу. Арибелла продолжала идти.

Она всё сильнее мёрзла. Пальцы привычно покалывало. Но сможет ли она контролировать силу без маски?

Было уже недалеко. Старые стены палаццо поблёскивали в красном свете луны. К изъеденным ветром камням прилипли остатки сгнившего плюща. Горгульи без лиц и крыльев, стоявшие в ряд на краю крыши, почернели от копоти. Каменные херувимы над входом обвивали виноградные лозы; те словно пытались задушить их, и казалось, каменные рты распахнуты в беззвучных криках.

Деревянная дверь наполовину сгнила, но когда Арибелла толкнула её, петли даже не скрипнули. Кожа покрылась мурашками. Арибелла заколебалась, вглядываясь в темноту. На мгновение показалось, что она не отважится сделать больше ни шага, но всё же Арибелла заставила себя войти.

Она оказалась во внутреннем дворе. Здесь царило запустение. Пахло стоячей водой, земля была усеяна каменными обломками. Множество колонн развалилось – и казалось, что верхние этажи могут рухнуть в любую секунду. Лестница тоже выглядела так, будто готова развалиться на куски. Арибелла затаила дыхание. Напряжение словно висело в воздухе…

Где-то на периферии зрения мелькнула тень. Арибелла резко обернулась. Сердце бешено заколотилось, когда она представила себе призрака… Но никого не было. Тень исчезла.

Что это? Игра воображения?

Нервы натянулись до предела, и менее всего Арибелле требовались сейчас мнимые страхи вдобавок ко всем реальным. Она двинулась через двор, стараясь ступать как можно тише. И вдруг увидела лежащее на земле тело.

Кровь заледенела в жилах, и сердце снова бешено застучало. Она не могла не узнать эти растрёпанные волосы…

Тео!

Оскальзываясь на обломках камня, Арибелла кинулась к нему. Тео не шевелился, а его кожа была холодна как лёд, но он дышал. Арибелла окликнула его по имени. Тео не ответил. Она опустилась перед ним на колени и ахнула. На шее чернела отметина от укуса призрака. И на сей раз не было ни Родольфо, ни «Бальзама четырёх воров», чтобы спасти его.

– Арибелла? – позвал тихий голос.

Он показался знакомым, но в первый миг Арибелла не сообразила, кто это.

А потом поняла…

На неё снизошло облегчение. Арибелла обернулась и увидела у подножия лестницы женскую фигуру. Они спасены! Сеффи успела вовремя добраться до гостиницы.

– Урсула! О, слава богу. Я так рада, что вы здесь. Прошу, помогите! Тео укусили.

– Как ты сюда попала? – Голос Урсулы был резким. – С тобой есть кто-нибудь ещё?

Облегчение исчезло, сменившись недоумением. А потом части головоломки начали вставать на свои места.

– Так это вы… – медленно произнесла Арибелла срывающимся голосом. – Вы помогали Зио. Вы всё время были на его стороне. Вы накормили Нимерию снотворным.

Как она не догадалась раньше? Как не догадались Старшие? Впрочем, Урсула умела читать чужие мысли, а значит, могла манипулировать людьми. Арибелла считала её изнеженной дамой, не интересующейся ничем, кроме собственной внешности. Как же она ошибалась! И как заблуждалась, считая Урсулу доброй!

Она ощутила знакомое шевеление внутри головы и попыталась защитить свои мысли. Безуспешно.

– Итак, ты здесь одна. Это хорошо.

Урсула, казалось, расслабилась.

– Почему вы помогаете ему? – воскликнула Арибелла.

– Потому что он даст мне то, чего я хочу.

– И что же? – резко спросила Арибелла.

– То, чего желают все. Вечную молодость, силу и красоту. Когда Зио станет властелином обоих миров, он сможет подарить мне всё это… Не суди меня строго, – прибавила она. – Ты ещё так юна. И не знаешь, каково это – стареть. Видеть, как уходит твоя сила и меркнет красота.

– Есть вещи поважнее! – яростно сказала Арибелла. – Доброта, великодушие, честность, отвага, дружба…

На миг Арибелле почудилось, что Урсула смутилась, но тут над ними раздался леденящий смех.

– Дружба? – произнёс новый голос. Он тоже показался знакомым, но Арибелла вновь не сумела сразу понять, кто это.

Она посмотрела на тёмный балкон, ища взглядом говорившего.

– Дружба делает тебя слабой, как и прочих канноваччи. Но сегодня всё изменится. Слишком долго я был вынужден впустую растрачивать свои силы, принадлежащие мне по праву рождения. Но отныне я больше не буду подчиняться правилам слабых людишек.

Наверху лестницы появилась мужская фигура. И ошеломлённая Арибелла сперва не поверила собственным глазам. Ибо там стоял человек, облачённый в белые одежды, и лицо его закрывала сверкающая алмазная маска.

Дож Венеции.

29

– Вы… вы Зио? – потрясённо пролепетала Арибелла.

Невозможно! В этом нет никакого смысла. Дож Венеции добрый, пусть он и слаб здоровьем. Все рыбаки любят его. Не один десяток лет дож заботился о жителях островов и помогал беднякам. И он обещал освободить папу…

Мужчина поднял затянутую в перчатку руку и снял алмазную маску. Арибелла отпрянула. Её взгляду предстало то самое лицо, которое она видела на портрете в гостинице, полускрытое вертикальной полумаской. Портрет Зио! И рассыпанные под ним белые лепестки…

Теперь это было лицо мертвеца. Кожа посерела и висела клочьями, обнажая кость, а зубы стали чёрными.

Бледно-голубые глаза уставились на Арибеллу.

– Но как?.. – прошептала она. – Не может быть! Вы ведь были одним из нас… жили в гостинице «На полпути».

Зио усмехнулся, и от этого его страшное полусгнившее лицо стало ещё более жутким.

– Десять лет назад Клара украла маску Венеции из комнаты слияния. Украла мою маску! Она всё обставила так, что я поверил, будто она спрятала её здесь, на Острове Мёртвых. Клара хотела поймать меня в ловушку, и ей это почти удалось. Я явился сюда, чтобы найти маску, но не нашёл до захода кровавой луны. Луна исчезла – и остров вместе с ней. Я сумел выбраться, но дорого за это заплатил. В ту ночь моя душа отделилась от тела. Однако я был связан с маской, и душа вселилась в тело властелина Венеции – дожа. Все эти годы я ждал следующей кровавой луны – и своего шанса.

– В-вы убили дожа? – в ужасе пробормотала Арибелла.

– Ещё нет. Но скоро убью. Когда я закончу с ним, он станет частью моей призрачной армии. И ты тоже. И твой дружок-рыбак.

– Никогда!

Зио улыбнулся.

– На мгновение я принял тебя за Клару, вернувшуюся к жизни… Тебе тоже это померещилось, Урсула?

Телепатка не ответила. Арибелле не хотелось даже смотреть на неё. Как она могла помогать Зио ради собственного тщеславия?! Теперь все в гостинице «На полпути» и все жители Венеции погибнут!

– Где Клара? – спросила она.

Улыбка Зио выцвела, он нахмурился.

– Вероятно, она тоже болтается где-то между мирами, полуживая-полумёртвая, слишком слабая, чтобы заполучить себе тело. Неважно. Урсула немного помогла, и теперь все считают, что Клара убила меня.

– Вы заставили канноваччи думать, что Клара убийца?! – ахнула Арибелла. – А Урсула пыталась защитить Венецию!

– Честность, отвага, дружба не имеют значения. – Зио ухмыльнулся. – Всё, что важно, – это могущество.

Он сунул руку в карман и вынул другую маску. Арибелла сразу узнала её. Исковерканное, изрезанное лицо. Её собственная маска! Арибелла смотрела на неё во все глаза. Потому что внезапно к ней вернулось давнее-давнее воспоминание…

Она в магазине Творца Масок. Перед ней колышется чёрный занавес. Только занавес кажется очень большим… Или это просто она очень маленькая?..

Рядом с ней женщина – женщина с длинными чёрными волосами.

– Тише-тише, Арибелла. Мне нужно кое-что разыскать. Посиди здесь.

И Арибелла сидит на полу, но видит, как в щели между занавесом и полом вспыхивают разноцветные сполохи света – синие, зелёные, оранжевые…

Она подбирается к занавесу и проползает под ним. В центре комнаты стоит подставка – точь-в-точь такая же, какую она видела, придя в магазин Творца Масок для примерки. Но сейчас подставка не пустует. На ней покоится прекрасная золотая маска с изображением морды льва.

Арибелла смотрит – и ей кажется, будто маска обернулась к ней. Увидела её. И она испытывает то же странное чувство, какое охватило её, когда она глянула в зеркало Творца Масок. Чувство принадлежности к чему-то большему. Осознание, что она наконец-то вернулась домой…

«Арибелла, убирайся оттуда!»

Видение исчезло. Арибелла вернулась в реальный мир. В ушах звенело, а сердце стучало как кузнечный молот. Наконец-то она поняла правду.

Её старая уродливая маска и была маской Венеции! Тогда, в магазине, она упала ей прямо в руки, потому что Арибелла каким-то образом оказалась связана с ней в раннем детстве. А Урсула выманила её в лагуну, рассказала о полнолунии, дала пермессо… И всё это чтобы облегчить себе задачу.

Пальцы покалывало. Сумеет ли она своим пламенем убить Зио? У неё будет лишь одна попытка. И если настоящий дож до сих пор живёт в этом же теле, она может навредить ему…

– Я долго ждал этого момента, – проговорил Зио. – Восход кровавой луны – мой единственный шанс. И поскольку граница между мирами ослабла, кровавая луна появилась вновь, и на сей раз намного раньше. Когда ты пришла во дворец, я понял, что ты связана с маской, а ты соврала, сказав, будто никакой маски у тебя вовсе нет. Потом Урсула рассказала мне правду, но я чувствовал маску уже тогда. Чувствовал силу, зовущую меня…

Что ж, это всё объясняло. Арибелла поняла, почему маска ужалила её во дворце и сегодня ночью в лагуне. Она ощущала присутствие своего предыдущего хозяина. Понимала, что Зио где-то поблизости… Арибелла вздрогнула. Может, маска пыталась вернуться к нему? И хотела сделать это с тех самых пор, как попала в руки Арибеллы? Именно его имя и было написано на подкладке?..

А кому принадлежит маска теперь – ей или Зио? Или она до сих пор не решила, кто настоящий владелец? Может, нужно доказать маске, что Арибелла её достойна? И тогда она сделает выбор?..

– Я отомстил Творцу Масок. – Зио злобно рассмеялся, и Арибелла съёжилась от страха. – Больше я не намерен прятаться. Нынче ночью, с маской Венеции, я навсегда разрушу границу и призову свою призрачную армию.

Зио прижал маску к лицу и завязал чёрные бархатные ленты. Едва он поднял голову к луне, маска начала меняться. Её поверхность стала золотой. Царапины сгладились, а по краям образовалась грива. Нос расширился, а рот растянулся. На лбу появился головной убор из небольших рубинов. Она превратилась в морду льва, точь-в-точь как на рисунке в «Книге тайн». Не оставалось сомнений: это была маска Венеции.

– Приди же, моя армия мертвецов! – Зио вскинул руки.

Жуткое шипение наполнило воздух. Из тёмных углов двора начали появляться белые черепа. Призраки мерцали в свете красной луны. И их были сотни.

30

Ужас объял Арибеллу. Если сейчас она и сумеет вызвать огонь, без маски ей не под силу справиться с таким количеством призраков. Даже самый могущественный из Старших не сумел бы остановить их в одиночку.

– Мои мертвецы! – звучно произнёс Зио. – Вы терпеливо ждали, когда я выполню обещание. И сегодня я это сделаю. Сегодня я разрушу границу между жизнью и смертью, и вы сможете вечно существовать в царстве живых вместе со мной – вашим правителем!

Призраки радостно зашипели.

– А я? Мне ты тоже кое-что обещал, Зио.

Арибелла почти забыла об Урсуле. Телепатка прижалась к полуразрушенной стене и выглядела донельзя испуганной.

– Обещал тебе? – холодно переспросил Зио.

– Т-ты обещал, что я никогда не состарюсь.

– Ах, да. Что ж, твоё желание исполнится. Ты никогда не станешь ни на миг старше, чем сейчас. Призраки!

Призраки устремились вперёд, окружая женщину. Урсула вскрикнула от страха.

– Нет! Ты не можешь! Я ведь помогла тебе!

– Да, – ответил Зио всё тем же холодным и звучным голосом. – Но ты мне больше не нужна.

– Нет!

Урсула завопила от ужаса, когда призраки налетели на неё. Несколько секунд Арибелла видела только мелькание черепов и слышала лишь шипение и крики. Она смотрела, не в силах отвести взгляд, парализованная страхом. Потом призраки расступились. От Урсулы не осталось ничего, кроме нового черепа, неотличимого от прочих – и уж точно не такого красивого, какой Урсуле всегда хотелось быть…

Арибелла загородила собой неподвижного Тео.

– Как мило, – усмехнулся Зио. – Но его уже укусили. Скоро он тоже станет призраком и частью моей славной армии. Какая честь для скромного мальчишки-рыбака из инбеллис.

Арибелла в отчаянии подняла взгляд на Зио. У неё перехватило дыхание. Луна уже выцвела и стала оранжевой, а не багровой. Арибелла старалась вспомнить, сколько времени кровавая луна стояла на небе в ту ночь, когда они плыли на лодке Тео. Час? Два?.. Если Клара сумела заманить Зио в ловушку, заставив его задержаться на острове до тех пор, пока кровавая луна не исчезнет, может, и у неё получится сделать то же самое? Надо отвлечь его, разговорить. Тогда он упустит время, и кровавая луна зайдёт прежде, чем он успеет отправить свою призрачную армию в мир живых. Зио исчезнет вместе с Островом Мёртвых. Вместе с ней и Тео…

При этой мысли Арибелла судорожно сглотнула. Но Клара принесла жертву той давней ночью десять лет назад, и Арибелла должна сделать то же самое. Слишком поздно спасать себя и Тео, но может быть, она сумеет спасти Венецию?..

– Почему ты убил Урсулу? – спросила она. – Тебе наплевать на всех, кроме себя? У тебя нет друзей?

– Друзья – это слабость.

– Неправда! – резко ответила Арибелла. – Мои друзья делают меня сильнее.

Зио рассмеялся резким высоким голосом.

– Ты слишком мягкосердечная. И слабая.

Арибелла пыталась придумать ещё какой-нибудь вопрос, когда краем глаза заметила тень. На сей раз она была уверена, что это не игра воображения. И не призрак.

Кто же здесь?

Она бросила взгляд на верхние этажи двора, но ничего не смогла разглядеть между тёмными арками балконов. Её сердце сжалось. Вот и всё? Это конец?..

Арибелла снова глянула на Тео. Она подвела его. Подвела весь мир. Если бы не она, Зио никогда не вернул бы себе маску. Надо было хранить её в комнате в гостинице. Как могла она быть такой глупой?

На миг её охватило чувство безнадёжности, но Арибелла взяла себя в руки. Нет, она не виновата. Виноват Зио. И если действительно пришло время умирать, она не сдастся без боя.

Арибелла выпрямилась во весь рост и вызывающе посмотрела Зио в глаза. Собрав воедино все свои силы, она почувствовала, как пробуждается её дар. Арибелла сосредоточилась, чувствуя, как волны жара проходят через её тело. Внутри накапливалось тепло. Закололо пальцы, и она выставила руки перед собой.

– Призраки! – крикнул Зио.

Арибелла старалась отринуть страх и сосредоточиться на себе и своей силе. Когда призраки налетели на неё, языки пламени сорвались со всех десяти пальцев. И этот огонь был горячее и яростнее, чем всё, что она создавала до сих пор.

Призраки с шипением отшатнулись. Арибелла знала, что не сумеет сдерживать их долго. И без маски боль была просто невыносимой. До её ушей донёсся смех Зио.

Надежды нет?

Пламя начало угасать. Но за спиной Зио, на балконе, что-то мелькало между колоннами. На сей раз Арибелла видела, что это не тень. Нечто вполне материальное, маленькое и пушистое, с длинным хвостом…

– Луна! – изумлённо выдохнула Арибелла, когда кошка прыгнула Зио на затылок и вцепилась в ленты маски.

Зио взревел и обернулся к невидимому противнику, но кошка уже разорвала ленты. Она отскочила, а маска Венеции взлетела в воздух. Луна мягко приземлилась на верхнюю ступеньку лестницы, а маска покатилась по земле.

Зио взвыл от ярости. Кошка прошмыгнула мимо него, кинулась за маской и схватила её в зубы. Уворачиваясь от призраков и языков пламени, она помчалась к Арибелле и бросила маску к её ногам.

Арибелла видела на подкладке имя Зио, но там же – пусть и слабо различимое – проступало её собственное имя. Она тут же поняла, чего хочет Луна. Погасив пламя, Арибелла схватила маску и прижала к лицу. Едва она успела завязать оборванные ленты, как призраки снова кинулись в атаку. Маска обжигала лицо, но Арибелла терпела, стиснув зубы.

«Нет, – сказала она маске. – Ты выбрала меня. Ты принадлежишь и мне тоже».

Измождённое, усталое тело наполнилось теплом. Сила переполняла её как никогда прежде. У Арибеллы тряслись руки, и она сжала кулаки, чувствуя, как разрастается в ней невероятная мощь. А маска вдруг перестала жалить и обжигать лицо.

– Ты ошибся! – крикнула Арибелла, когда призраки устремились к ней. – Любовь к друзьям не делает тебя слабым! Она даёт силу!

Арибелла разжала кулаки, и с пальцев сорвались потоки яростного огня. Призраки с воплями улетели прочь.

– Как ты можешь использовать мою маску?! – завопил Зио.

Он закрыл глаза и прижал пальцы к вискам. Огненные потоки ослабли; Арибелла почувствовала, как маска сопротивляется и вновь начинает жалить лицо. Глаза заслезились от боли. Зио призывал свою маску, и она услышала его зов. Призраки снова осмелели, готовясь напасть.

Сосредоточившись, Арибелла собрала воедино всю свою силу.

«Ты принадлежишь мне», – сказала она маске.

Она не позволит маске Венеции подчиниться Зио. Она не позволит ему использовать её, чтобы убивать невинных людей и владеть миром, где будет править страх!

Маска колебалась. Она всё сильнее жгла лицо, и Арибелла уже не чувствовала ничего, кроме жуткой боли. Она осталась одна – беспомощная, бессильная и бесполезная…

Ещё одна волна боли накрыла её, заставив вскрикнуть и споткнуться. Рваные ленты маски развязались, и она соскользнула с её лица.

Нет…

Пламя угасло. Призраки рванулись вперёд.

Вот и всё. Конец…

Арибелла услышала над головой свирепый рёв. Недоумевая, она подняла взгляд и увидела на фоне кровавой луны невероятное зрелище: львицу с распростёртыми золотыми крыльями.

Нимерия!

А на её спине сидели Сеффи и Фин. Сеффи была полна решимости. Фин выглядел так, словно его слегка подташнивало.

Арибелла не одна! Друзья пришли ей на помощь. Друзья, которые любили её и готовы ринуться навстречу опасности, чтобы её спасти.

Цепляясь за эту мысль, Арибелла снова схватила маску Венеции, надела её и завязала ленты.

«Ты моя! – думала она, собрав все свои силы. – Ты моя».

31

Маска разломилась пополам, и в голове у Арибеллы тоже словно что-то раскололось – со звуком, похожим на рокот землетрясения. Зазвенело в ушах. Ленты снова разошлись, и две половины маски упали на камни с грохотом, разнёсшимся по всему двору. Обломки лежали в пыли, безжизненные и неподвижные. В тот же миг призраки, хором взвыв от ярости, исчезли.

– Нет! – крикнул Зио, рухнув на колени.

Его лицо начало расплываться, словно у восковой фигуры, тающей в огне. Последняя злобная гримаса – и Арибелла увидела знакомые черты старого дожа. Он как подкошенный рухнул на землю.

Над головой раздались аплодисменты. Подняв взгляд, Арибелла увидела сияющие глаза Сеффи и Фина.

– Ты сделала это, Ари! – крикнула Сеффи. – Сделала! Ты победила Зио!

Меж тем опасность ещё не миновала. Арибелла посмотрела на тёмное небо. Луна больше не была ни красной, ни оранжевой; она стала белой. Зио повержен, но они по-прежнему в ловушке на этом богом забытом острове. Нимерия не сможет унести сразу всех.

Поднимался туман, и пляж внизу уже исчезал в его клубах. Послышался шум воды, когда поток хлынул через дверь во внутренний двор. Стены палаццо рушились. Едва лишь кирпичи и раствор начали рассыпаться – они превратились в пыль, и ветер, подхватив её, унёс прочь.

Арибелла кинулась к Тео и попыталась поднять его, но юноша был слишком тяжёлым.

– Луна! – в отчаянии крикнула Арибелла.

Остров обваливался со всех сторон, и вода окружила их. По каменному полу внутреннего двора прошла трещина, и он раскололся надвое. Арибелла осталась на крохотном клочке земли.

– Беги! – крикнул Фин, отчаянно жестикулируя.

Туман рассек изогнутый ферро гондолы. На носу горел фонарь, а на корме в развевающемся плаще и усеянной звёздами маске стоял Родольфо. Сердце Арибеллы забилось от радости.

– Сюда! – крикнул Родольфо, ведя гондолу к ней. – Быстро!

Арибелле не нужно было повторять дважды. Родольфо помог ей затащить Тео в гондолу, а затем втянул и Арибеллу. Как только оба оказались на борту, крохотный участок, на котором они стояли, исчез под водой.

– Дож! – ахнула Арибелла. Но Родольфо уже плыл к другому клочку земли, оставшемуся от острова, где лежало тело дожа. Старик оказался настолько хрупким и лёгким, что его легко затащили в гондолу. Его глаза были закрыты, но, как и Тео, он всё ещё дышал. Арибелла отчаянно огляделась в поисках Луны. Кошка спасла их! Они не могли просто оставить её…

И вдруг она увидела! На вершине обваливающейся лестницы стояла женщина в маске, держа на руках Луну. Она была босой, в грязном и разорванном платье. Длинные тёмные волосы спадали ей на лицо, обрамляя маску, разрисованную цветами, птицами и серебряными рыбками.

Женщина сняла маску. Её глаза сияли от гордости. У Арибеллы заныло сердце. Она знала, кто это, хотя не видела её десять лет и почти не помнила до сего дня. Но она знала.

Это мама.

Арибелла едва дышала. Столько всего случилось сегодня ночью, но это… это было настоящим шоком.

Родольфо улыбнулся. Протянув руку, он схватил женщину и втащил её на борт.

– Итак, звёзды оказались правы. С возвращением, Клара, я ждала тебя.

– Привет, Родольфо. Здравствуй, Арибелла, моя дорогая девочка, – ответила Клара.

Кошка мяукнула, но её голос звучал совсем не так, как всегда. Арибела перевела взгляд с мамы на Луну.

– Так это была ты? – С самого начала… – прошептала она.

Внезапно силы покинули её. У Арибеллы подогнулись ноги, она покачнулась, оседая на дно гондолы, и Клара подхватила её. Руки её мамы были тёплыми и мягкими. И хотя одежда Клары была рваной и грязной, её кожа пахла сладким жасмином. Этот аромат вернул Арибелле давно позабытые воспоминания – о вечерах в саду, когда папа бархатисто и звучно смеялся, а мама напевала старые песни гондольеров…

Теперь пел Родольфо. Его гондола летела по воде, оставляя позади исчезающий Остров Мёртвых.

Мелодия укутывала Арибеллу словно мягким пледом. Она посмотрела вверх, на Нимерию с Сеффи и Фином на спине. Львица летела впереди, указывая путь. Фин крепко держался за Сеффи. Вскоре туман остался позади; в ясном ночном небе плыла серебряная луна и ярко мерцали звёзды.

Клара прошептала Арибелле на ухо:

– Ты отлично потрудилась, моя дорогая. Была такой храброй и сильной. Сильнее, чем я могла себе представить.

Арибелле казалось, что её сердце вот-вот разорвётся. Она слишком устала, чтобы ответить, но прижалась к маме, боясь, что та снова исчезнет. Арибелла вспоминала все вечера, когда Луна приходила к ней; кошка оставалась рядом, когда ей было больно, или Гиан дразнил её, или она плакала из-за папы… Луна тут же оказывалась поблизости – тёплая кошка с мягкой шёрсткой, она словно пыталась успокоить и утешить Арибеллу. И она даже представить себе не могла, что это мама, запертая в кошачьем теле, так же как Зио был заперт в теле дожа Венеции.

Арибелла и подумать не могла, что на самом деле никогда не оставалась одна. Всегда – всё это время – рядом был тот, кто присматривал и заботился о ней.

– Тео укусил призрак, – пробормотала она.

– Не волнуйся, – отозвался Родольфо – Ио сказал мне, что Маркеза уже приготовила «Бальзам четырёх воров». С Тео всё будет хорошо. И благодаря тебе с Венецией тоже.

– Теперь поспи, – прошептала Клара. – Мы скоро вернёмся домой.

Домой…

Арибелла закрыла глаза, но крепко держала маму. Она знала, что больше никогда её не отпустит.

32

Арибелла проснулась от восхитительного запаха горячего какао и нежного прикосновения шёлковых простыней к её коже. Она попыталась потянуться, но тело запротестовало. Руки и ноги болели, словно Арибелла недавно переплыла всю лагуну.

Она моргнула и медленно открыла глаза. Арибелла лежала в своей спальне, в гостинице. Сеффи, Фин и Елена сидели на краю кровати и играли в карты, а Родольфо, Роза и Маркеза устроились в креслах камина и попивали какао из фарфоровых чашек. Ио висел на подлокотнике кресла Родольфо, а у дверей стояла Нимерия. Для разнообразия львица бодрствовала, и её огромное тело заставляло большую спальню казаться неожиданно маленькой.

Арибелла вспомнила, как прошлой ночью Нимерия летела по небу, и уставилась на львицу, пытаясь понять, где же её крылья – но ничего не увидела.

Всё это действительно было? На самом деле?..

Ноющее тело Арибеллы подтвердило, что да. И мама сидела на стуле возле её кровати, закутанная в звёздный плащ Родольфо, а Луна спала у неё на коленях. Клара посмотрела в глаза Арибелле с такой счастливой улыбкой, что на миг Арибелла забыла обо всех своих недугах.

Она до сих пор не могла поверить… Клара – её мама, и она в самом деле здесь. В гостинице «На полпути». Живая.

Арибелла взглянула на пустую подставку для маски и с удивлением поняла, что чувствует боль утраты. «Это была злая маска, маска Зио», – напомнила она себе. Однако в какой-то мере маска принадлежала и ей тоже, и в конце концов именно она помогла Арибелле одолеть Зио.

Однако теперь у неё вообще не было маски. Тогда могла ли она по-прежнему считаться канноваччи?..

Арибелла выбросила эту мысль из головы. Сейчас она просто была рада видеть всех живыми и здоровыми.

Сеффи, сидевшая в ногах кровати, завизжала:

– Арибелла проснулась!

Друзья кинулись обнимать её, и некоторое время Арибелла не видела ничего, кроме их мелькающих рук.

– Эй, дайте ей вздохнуть! – прикрикнул Родольфо. – Арибелла выстояла против Зио и его призрачной армии на Острове Мёртвых. Будет досадно, если после этого вы задушите её в собственной постели.

Он усмехнулся. Сеффи, Фин и Елена нехотя отступили, усевшись возле кровати. Все трое улыбались до ушей. Арибелла попыталась улыбнуться в ответ, но ей было больно шевелить лицом.

– Боюсь, поболит некоторое время, – ласково сказала Маркеза. – Ты использовала очень большую силу, притом без маски.

Кукушка выскочила из часов, заставив всех подскочить от неожиданности.

– Ба, уже почти обед! – сказала Сеффи. – Мы все волновались за тебя. Ты лежала как мёртвая несколько часов.

– А что с Тео? И дожем? – спросила Арибелла, пытаясь сесть.

– Они оба в порядке, – заверила её Маркеза, подходя к кровати, чтобы взбить подушки. – К счастью, у меня было несколько порций бальзама, который я сварила для Творца Масок. Я не знала, подействует ли зелье на твоего друга, учитывая, что его укусили во второй раз, но всё обошлось. Два нападения призраков… – Маркеза покачала головой. – Не знаю никого, кому бы настолько не повезло.

– Или повезло, учитывая, что оба раза мальчик выжил, – вставил Родольфо, сверкнув глазами.

Арибелла улыбнулась ему. Было так приятно снова увидеть Родольфо в гостинице «На полпути», которая была его домом.

– Да, можно и так сказать, – рассмеялась Маркеза. – В любом случае, он полностью выздоровел и вернулся на Бурано к своей семье. Нам даже удалось найти его лодку – Нимерия обнаружила её в лагуне. Лодку мы вернули, так что и здесь всё кончилось хорошо.

Арибелла была рада услышать, что с Тео всё в порядке. И даже лодка этого Гиана нашлась.

– Выпей какао, – посоветовала Маркеза, – тебе станет гораздо лучше.

Роза подняла ладонь, и в руках Арибеллы появилась фарфоровая чашка, полная дымящегося какао.

Маркеза не позволила Арибелле сказать ни слова, пока та не сделала несколько больших глотков. Какао было тёплым, сладким и придавало сил. Арибелла сразу почувствовала себя намного бодрее.

– А дож? – спросила она.

– Отдыхает, – отозвалась Маркеза. – Дож вернулся во дворец. Десять лет он делил тело с Зио, и это, конечно, не пошло на пользу его здоровью. Но я осмотрела его и уверена, что он поправится. Тем более у дожа отличные врачи.

– Он велел немедленно освободить твоего папу, Ари, – добавила Сеффи, – и приказал, чтобы его отвезли домой, на Бурано, сняв все обвинения.

На сердце стало легко, когда бремя вины и тревога за отца наконец-то исчезли. Клара сжала руку Арибеллы, и она посмотрела на маму, не в силах подобрать нужные слова. Арибелла откинулась на взбитые подушки, изо всех сил пытаясь сложить вместе оставшиеся кусочки головоломки.

– А что насчёт Зио?

– Он больше не вернётся, – заверил Родольфо.

– Наконец-то, – прибавила Клара. – Десять лет назад я заманила Зио в ловушку на Острове Мёртвых, но мне следовало сообразить, что его душа может вырваться обратно в мир живых.

– А ты стала Луной?

Клара кивнула.

– Мы оба успели спастись в последний момент, но в процессе наши души покинули тела. Я хотела оставаться рядом с тобой, Белла, до тех пор, пока маска Венеции снова не окажется на острове и я не сумею вернуть себе нормальный облик.

– А у кошек девять жизней! – воскликнула Сеффи. – Значит, вы понимали, что не причините вреда Луне. И никому другому. Не то что Зио, который так безжалостно использовал дожа.

Клара улыбнулась и нежно посмотрела на кошку у себя на коленях.

– Она была идеальным пристанищем. Но ей сейчас нужен новый дом.

Сеффи округлила глаза.

– О, можно мне взять её, Роза? Пожалуйста!

Родольфо и Роза переглянулись.

– Как ты знаешь, неофитам запрещено держать в гостинице домашних животных, – сказала Роза. – Но я думаю, на сей раз мы можем сделать исключение.

Сеффи возликовала. Казалось, она вот-вот взорвётся от переполняющего её счастья.

– Сможет ли Зио снова разрушить границу между мирами? – взволнованно спросила Арибелла.

Родольфо покачал головой.

– Нет. Маска Венеции сломалась прошлой ночью, когда ты призвала свою силу и отказалась сдаться. С Зио покончено.

– Навсегда? – спросила Сеффи.

– Навсегда, – твёрдо ответил Родольфо.

– Ура! – воскликнула Сеффи, хлопнув Арибеллу по спине. – Молодец, Ари!

Спина отозвалась болью, но Арибелла улыбнулась. Она была по-настоящему счастлива.

– А что случилось с тобой, когда ты уплыла на дельфине, Сеффи? И как тебе удалось заставить Нимерию летать? – спросила она, вспомнив невероятное зрелище – золотую львицу, которая парила над Островом Мёртвых, неся на спине Сеффи и Фина.

– Когда дельфин привёз меня в гостиницу, Старшие уже собрались в вестибюле, – объяснила Сеффи. – И уже знали, что происходит нечто ужасное, поскольку Нимерия оправилась от сонных зелий Урсулы, вскочила на ноги и заревела. Едва Нимерия увидела меня, она зарычала и сказала: «Залезай на спину». Так что пока Старшие доставали свои гондолы, мы с Фином уселись на Нимерию. У неё такой мягкий мех, Ари, ты не поверишь! Потом она выбежала на причал и взлетела в небо! Это было потрясающе, Ари!

Глаза Сеффи сияли от гордости.

– Мы летели так быстро! Но я всё-таки волновалась, что мы не успеем вовремя. А потом увидела в тумане гондолу Родольфо и поняла, что Нимерия хочет показать ему путь к тебе.

Родольфо кивнул.

– Было очень трудно сориентироваться в тумане, но Нимерия стала моим проводником.

– Я очень рада, что мы успели, – добавила Сеффи чуть охрипшим голосом. – Елена помогла с этим.

Все повернулись к Елене. Та робко пожала плечами.

– Немного, – ответила она, улыбаясь.

– Спасибо, Елена, – сказала Арибелла.

– Не за что. Я слышала, ты и сама неплохо справилась.

– А вы прочитали всё это по звёздам? – спросила Арибелла у Родольфо.

Тот кивнул.

– Все думали, что я сбежал из Венеции, но это было не так. Много месяцев подряд я видел в звёздах намёки на то, что должно произойти, но только несколько недель назад я наконец всё понял. Звёзды часто говорят загадками. И существует много вариантов развития событий. И если одна переменная изменяется, всё может пойти совершенно по-другому… Улавливаете мою мысль?

– Да, – хором выпалили Фин и Елена.

Арибелла и Сеффи переглянулись.

– Вроде бы, – медленно произнесла Арибелла. – То есть, если бы что-то пошло не так, как вы увидели в звёздах, то вся дальнейшая последовательность тоже изменилась бы?

– Совершенно верно. Обычно есть много вариантов развития событий. Но в данном случае я очень встревожился, поскольку видел сотни последовательностей, и все они заканчивались разрушением границы. Был лишь один-единственный вариант, когда граница могла устоять, и это зависело от тебя, Арибелла. Чтобы спасти Венецию, нам пришлось позволить событиям идти своим чередом. Ты должна была остаться на острове одна. Если бы я был там и попытался помочь, всё могло закончиться иначе. Так что мне пришлось хранить молчание и надеяться, что ты поверишь в себя и свою силу.

Итак, Родольфо знал, что должно произойти. Он позволил ей отправиться на Остров Мёртвых и встретиться с Зио один на один…

Арибелла задавалась вопросом, стоит ли ей сердиться, но если события прошлой ночи были единственным способом победить Зио и навсегда уничтожить маску Венеции, то она сделала бы это снова, тысячу раз. И в конце концов Родольфо пришёл на помощь, – напомнила она себе, – именно в тот момент, когда она более всего в этом нуждалась…

– Как только я выяснил правду, понял, что Урсула не должна ничего об этом узнать. Она ведь могла рассказать Зио, что ты способна уничтожить маску, – продолжал Родольфо. – И тогда он мог бы убить тебя, едва ты ступила на Остров Мёртвых. Или даже раньше. И как только Джакапо пригрозил забрать мою маску, я понял, что должен покинуть гостиницу. Я спрятался на одном из островков в лагуне, смотрел на звёзды и ждал своего часа. Я знал, что, когда появится очередная кровавая луна, мне нужно будет оказаться на острове в самый последний момент. А если я вмешаюсь раньше, Венеция будет обречена.

Арибелла кивнула, но Сеффи, похоже, не удовлетворило объяснение Родольфо.

– Неужели вы не могли предупредить нас? – буркнула она. – Было б неплохо, если бы мы всё знали заранее.

– Урсула прочитала бы это в наших мыслях, – возразил Фин.

– Но Арибелла чуть не умерла!

– Я понимаю твоё возмущение, Персефона. И должен попросить прощения – у тебя и у Арибеллы. Я подверг вас опасности. Но это был единственный способ спасти другие жизни. И я верил, что ты, Арибелла, достаточно сильна, чтобы сразиться с Зио. Знаешь, почему ты могла использовать маску Венеции, даже когда рядом был её истинный владелец – Зио?

– Потому что я оказалась связана с ней, когда была маленькой, – ответила Арибелла.

Родольфо кивнул.

– Именно так. И маска выбрала тебя, потому что твоя сила превосходила силу Зио.

– Вовсе нет! – возразила Арибелла. – У него же была целая армия призраков!

– А дело не в этом. Твою силу питала любовь к друзьям. Зио же руководил только страх – страх быть забытым, страх потерять власть…

Арибелла кивнула, наконец-то всё поняв.

Она взяла Клару за руку.

– Вы знали, что Клара – моя мама, да? Именно поэтому в ту первую ночь поплыли за мной в одиночку, ничего не сказав другим Старшим?

Родольфо медленно кивнул.

– Я подозревал. Все Старшие считали Клару убийцей, помнишь? Я не знал, как они отнесутся к её дочери. Я хотел сперва выяснить, что тебе известно. Если б ты знала правду, я бы посоветовал тебе помалкивать и избегать Урсулы, чтобы та не покопалась в твоих мыслях. Но выяснилось, что ты вообще ничего не знаешь о матери. Тогда я просто привёз тебя в гостиницу.

Арибелла почувствовала, что у неё ум заходит за разум. Она пыталась уложить всё это у себя в голове, но слишком устала. Наверняка позже она разберётся, просто очень уж много всего требовалось понять.

– Слишком много информации, чтобы усвоить её натощак, – сказала Роза. – Я предлагаю позавтракать. Что скажете?

– Но уже время обеда, – заметила Елена.

– Ну и что? – спросила Роза, и Елена улыбнулась.

– Ничего, – согласилась она.

Сеффи и Фин горячо одобрили эту идею.

– Слава богу! – воскликнул Фин. – Я умираю с голоду. Поездка на летающей львице очень возбуждает аппетит!

33

Двадцать минут спустя все уже сидели в столовой, за лучшим завтраком, какой только видела гостиница «На полпути». Столы ломились от любимой выпечки Арибеллы, на них стояли кремовые торты с вишней, шоколадные эклеры и два вида панкейков с лимоном и сахаром.

Роза отправила Клару принять ванну и переодеться в чистое. Когда она вошла в столовую в бледно-голубом платье, лицо её сияло, и она выглядела невероятно красивой.

– Десять лет питаться рыбьими кишками! – вздохнула Клара. – Я так скучала по здешней выпечке.

– До сих пор не могу поверить, что вы были Луной, – подивилась Сеффи. – Неудивительно, что я вас не понимала. Я уж испугалась, что у меня пропал дар или ещё чего.

– Да уж, видимо, я тебя озадачила. Видишь ли, я понятия не имею, как разговаривать по-кошачьи.

– Это не так уж сложно, – поддразнила Сеффи.

Клара рассмеялась.

– Правда? Хотелось бы мне иметь твой дар.

– Мне он тоже нравится, – улыбнулась Сеффи.

Казалось, они с Кларой уже поладили.

Небо за окнами гостиницы светлело; глубокий цвет индиго превращался в голубой, а восходящее солнце окрашивало окна в золотистый цвет.

Сеффи вскочила на ноги.

– Слушайте! Вы слышите это? – воскликнула она, подбегая к окну и распахивая балконные двери. Все замолчали и прислушались.

Сперва раздалось несколько робких трелей, потом несколько десятков, и вскоре вся столовая наполнилась разноголосым птичьим пением. Красивые и радостные звуки! У Арибеллы забилось сердце. Птицы вернулись! Все столпились на балконе, наблюдая, как сотни птиц всех цветов и размеров проносятся над Гранд-каналом. Арибелла даже не подозревала, что в Венеции живёт такое огромное количество разнообразных птиц.

Но дело было не только в них. Вода Гранд-канала вновь вернулась в свои берега, и те части города, которые ранее оказались затоплены – узкие извилистые улочки и открытые мощёные площади, – снова оказались над водой.

Сеффи снова защебетала, разговаривая с птицами.

– Мои друзья вернулись навсегда! – радостно сообщила она. – Опасность миновала, и городу больше ничего не угрожает.

Она обняла Арибеллу, Фина и Елену. Фин покраснел как помидор, а Елена улыбнулась с довольным видом.

Клара тоже обняла Арибеллу. И слова, которые Арибелла так давно хотела произнести, наконец сорвались её губ.

– Я очень скучала по тебе, мама! – сказала она, чувствуя, как по щекам бегут горячие слёзы.

– Я тоже скучала, моя Белла. Но я всегда была рядом и присматривала за тобой.

Клара притянула её к себе и погладила по волосам. Как же прекрасно было это тепло и ощущение безопасности! И Арибелле хотелось остаться в маминых объятиях навсегда.

– Может, съездим и навестим папу и твоего друга Тео?

– О да! – воскликнула Арибелла, однако тут же заколебалась. – Но что ты скажешь папе?

Клара улыбнулась.

– Что-нибудь придумаю. Боюсь, для него это станет большим потрясением.

– Да, но он будет счастлив! Я счастлива, – ответила Арибелла.

– И я тоже.

На балконе появился Джакапо. Он испуганно посмотрел на Клару. Арибелле пришлось напомнить себе, что Джакапо десять лет считал Клару убийцей. Многим Старшим потребуется время, чтобы привыкнуть к мысли, что это не так. Арибелла старалась не судить Джакапо слишком строго – ведь был момент, когда она считала его помощником Зио…

– Похоже, я должен извиниться, – сухо сказал Джакапо. – Перед вами обоими.

Он поочерёдно посмотрел на Клару и Родольфо, но они оба отмахнулись от его извинений.

– Ты ведь как мог пытался защитить Венецию, – сказал Родольфо, что, по мнению Арибеллы, было очень великодушно с его стороны.

Джакапо кивнул.

– Могу сообщить, что портрет Зио был удалён из этого дома. А портрет Клары, который, как я выяснил, ты без разрешения хранил всё это время…

Он сделал паузу, как видно, борясь с собой и пытаясь не обрушить на Родольфо очередную порцию упрёков – что было бы сейчас не к месту.

– …Портрет Клары займёт достойное место на стене гостиницы.

Джакапо обернулся к Арибелле:

– Спасибо. Ты хорошо послужила Венеции.

– Может, мы наградим её? – предложил Родольфо.

Старик поджал губы.

– Канноваччи защищают город не ради наград, Родольфо, и ты это знаешь.

– Но небольшое поощрение всё же не помешало бы. Учитывая, что пострадала семья Арибеллы.

Джакапо хотел было возразить, но в конце концов только вздохнул.

– И что ты предлагаешь?

– Чего ты хочешь, Арибелла? – спросил Родольфо. Его глаза блеснули.

Арибелла собиралась отказаться, но тут ей в голову пришла идея.

– Синьор, если позволите, у меня есть одна мысль…

Вскоре, набив карманы выпечкой, Арибелла и Клара скользили по Гранд-каналу; каждая из них управляла гондолой. У Клары было пермессо Родольфо, а Арибелла плыла на бывшей гондоле Урсулы, которую Нимерия разыскала в лагуне неподалёку от того места, где её оставили Арибелла и Сеффи. Сейчас никто не узнал бы её: вместо розовых подушек и каюты здесь были просто деревянные скамьи.

«Родольфо, в самом деле! – выпалил Джакапо, узнав, какую награду хочет Арибелла. – Ты уверен, что это разумно?»

Однако в конце концов он уступил и даже сделал новое пермессо.

Когда они достигли устья Гранд-канала, венецианские колокола начали звонить. Сначала их было немного, но затем присоединились и другие, и казалось, будто весь город поёт.

– Почему звонят колокола? – крикнула Арибелла.

– Наверное, потому что наводнение закончилось, а дож наконец-то выздоровел, – ответила Клара. – Сегодня вечером будет праздник. Ох, ты не поверишь, как сильно я скучала по гондоле. А ты довольно ловко с ней управляешься для новичка. Поглядим, насколько быстро ты умеешь грести. Мчимся на Бурано!

Арибелла засмеялась, работая веслом изо всех сил и стараясь не обращать внимания на ноющие от боли руки.

Они пришли в коттедж отца, задыхающиеся и возбуждённые, глаза их сияли. Когда папа открыл дверь, сердце Арибеллы подпрыгнуло от радости: папа дома и в безопасности! Отец выглядел похудевшим, но был здоров, и его лицо засветилось от счастья, когда он увидел Арибеллу. А потом папа посмотрел на Клару…

Изумление отразилось в его глазах, и слёзы потекли по морщинкам на щеках, словно ручейки. Никогда прежде Арибелла не видела, чтобы отец плакал. Десять лет, проведённых в трауре, он был подобен пустой скорлупке, без эмоций и чувств, но теперь всё разом изменилось. Отец снова ожил, и слёзы, которые он сдерживал годами, хлынули наружу.

Он схватил их обеих, целуя Арибеллу в волосы и щёки, а потом сжал в объятиях Клару.

– Как вы оказались здесь? Это чудо! О, Белла! О, Клара, любовь моя! Я не мог… я не справлялся без тебя.

– Тише-тише. – Клара пыталась успокоить его, но её глаза тоже были полны слёз. – Всё хорошо. Теперь у нас всё будет хорошо.

Они крепко обнялись, прижимая к себе дочь. Арибелле казалось, что её сердце вот-вот разорвётся от счастья. Это было похоже на самый прекрасный в мире сон.

Наконец Клара прошептала:

– Белла, может, тебе стоит пойти к Тео и подарить ему твой подарок? Нам с твоим отцом есть о чём поговорить.

Арибелле не хотелось оставлять родителей, но она понимала, что им проще будет поговорить без неё. И к тому же ей не терпелось увидеть Тео.

Она ещё раз обняла папу и маму, а потом побежала к коттеджу Тео и постучала в дверь, больше не таясь и не опасаясь, что кто-нибудь её увидит.

– Кто там? – Отец Тео появился в дверях. – Арибелла? – Он изумлённо уставился на неё.

– Тео здесь? – выпалила она.

– Да, но боюсь, у него была довольно тяжёлая ночь. Он попал в очередной шторм в лагуне… Тео повезло, что он остался жив.

– Знаю… Я хотела сказать… можно его увидеть? Пожалуйста!

Папа Тео смотрел на неё с опаской и недоверием, но переполняющая Арибеллу радость защищала её как броня. Никто и никогда больше не сможет заставить её снова почувствовать себя здесь чужой.

– Кто это, папа? – Тео появился в дверях.

– Тео! – воскликнула Арибелла.

– Ари?!

Лицо его осветилось радостью. Тео протолкнулся мимо отца и крепко обнял Арибеллу.

– Ты жива! Я так боялся за тебя! Ночью мне приснился отвратительный сон. Он был очень странным… таким реальным… Мне снилось, будто мы поссорились в лагуне, и там был какой-то жуткий остров… Я проснулся с мыслью, что случилось нечто ужасное.

Тео покачал головой.

– Я рад, что с тобой всё в порядке. Где ты была?

– У меня есть кое-что для тебя, – сказала Арибелла, уклонившись от его вопроса. – Пойдём со мной.

Когда Тео увидел в гавани гондолы, рот его приоткрылся, и он изумлённо заморгал.

– Чьи они? – выдохнул он.

– Одна из них твоя. Это подарок.

Глаза Тео расширились.

– Такого не может быть. Ты просто меня дразнишь!

– Вовсе нет, – усмехнулась Арибелла, указывая на гондолу, которая некогда принадлежала Урсуле.

Тео неуверенно шагнул вперёд и провёл пальцами по гладкому чёрному корпусу.

– Откуда она у тебя?

Арибелла переступила с ноги на ногу.

– Я не могу рассказать. Правда.

Тео обернулся к ней, наморщив лоб. Она узнала этот серьёзный взгляд его глаз. Тео собирался спросить о чём-то сложном. Арибелла приготовилась к непростым вопросам, но слова Тео удивили её.

– И не надо, Ари. Я знаю, что… с тобой что-то происходит. Прошлой ночью я не попал в шторм. Сперва я так думал, но потом вспомнил кое-что ещё. Я уверен, что это был не сон.

Маркеза оказалась права: «Бальзам четырёх воров» во второй раз сработал не так хорошо. Он излечил укус призрака, но не очистил память Тео от ненужных воспоминаний.

– Ты была там, – продолжал он. – И в лагуне что-то случилось. Что-то плохое… Я не расскажу отцу – и вообще никому. Но я знаю, что ты спасла меня от чего-то ужасного. Ты пришла на помощь, когда она была мне нужна, – вот что важно. Поэтому, если не можешь рассказать всё, то и не надо. Просто пообещай, что больше не исчезнешь.

Арибелла улыбнулась. О, чудесный, замечательно добрый Тео! Даже сейчас, когда он был сбит с толку и ничегошеньки не понимал, Тео старался не усложнять ей жизнь. Как же она любила его! Это чувство было таким сильным и острым, что заболело сердце.

Арибелла обняла Тео за плечи.

– Не исчезну, – пообещала она.

Тео улыбнулся ей в ответ.

– Друзья?

– Что бы ни случилось, – твёрдо сказала Арибелла. А потом ухмыльнулась: – Ну как, хочешь прокатиться?

34

Следующие несколько недель Арибелла часто проводила время на Бурано. Иногда к ней присоединялись Сеффи, Фин и Елена. Тео быстро принял её новых друзей, и они проводили долгие дни, гоняя на гондоле Тео по лагуне (со скоростью, доступной инбеллис, само собой). Потом они отправлялись ужинать в ярко освещённый дом родителей Арибеллы. Или же возвращались в гостиницу – и в этом случае Тео оставался на Бурано. Впрочем, он никогда и не просил взять его с собой.

Однажды на стойке регистрации Арибелла нашла пухлый белый конверт. На нём золотыми буквами было написано её имя, а на пурпурной печати вытиснена маска.

Роза улыбнулась, передавая письмо. У Арибеллы заколотилось сердце. Она разорвала конверт и прочитала послание.

Дорогая Арибелла!

Сердечно приглашаю тебя на примерку маски. Пожалуйста, не задерживайся. Опоздания не приветствуются.

Distinti saluti,

Творец Масок (мама)

В тот же день Арибелла отправилась в магазин, и Клара – более не ученица, а полноправный Творец Масок – провела её за занавес в комнату слияния.

На подставке стояла новая маска. Её покрывали узоры в виде оранжевых, алых и золотых языков пламени, а на лбу мерцала и переливалась россыпь рубинов, топазов и сапфиров.

Эта маска… Едва взглянув на неё, Арибелла почувствовала себя так, словно встретила старого друга. Словно маска вобрала частицу её души. Словно на Арибеллу смотрела… сама Арибелла.

Их взгляды встретились. Кончики пальцев защипало, и Арибелла поняла, что становится с маской единым целым.

– Тебе нравится? – спросила Клара.

– Идеально! – прошептала Арибелла.

Она взяла маску и надела её. Она прижалась к коже – не горячая и липкая, как маска Венеции, а так, будто была её вторым лицом.

Завязывая алые ленты, Арибелла думала о Сеффи, Фине и Елене. О Родольфо и Розе. О маме и папе. О канноваччи и инбеллис. О гостинице «На полпути» и острове Бурано. О Тео. Все они были частью Венеции – её дома.

На сердце стало тепло, когда Арибелла осознала, что наконец-то обрела своё место в мире. Место, которое действительно принадлежало ей.

Благодарности

Издание «Маски Арибеллы» стало необычайно важным для меня событием. Это оказалось бы невозможным без нескольких ключевых вещей – слепой веры, огромного упрямства и поддержки великолепных людей. Если бы не они, эта книга до сих пор скрывалась бы где-то в Венеции. И мне доставит истинное удовольствие сказать спасибо всем, кто мне помогал.

Благодарю Кэтрин Коу, которая впервые увидела магию в мутной воде канала, и моего замечательного агента Кэролайн Уолш за то, что приняла меня и постоянно была рядом во времена взлётов и падений. А также Кристабель за то, что неизменно была группой поддержки.

Спасибо ребятам из «Чикен Хаус» – Барри, Джазу, Лауре Смайт, Рэйчел Хикман, Элинор, Саре, Люси, Лауре Майерс и Кесии – за ваш усердный труд и опыт. Отдельное спасибо Рэйчел Лейшон: она просто феноменальный редактор и в процессе бесконечных переделок неизменно сохраняла доброжелательность и оптимизм.

Благодарю Паолу Эскобар и Хелен Кроуфорд-Уайт за прелестную обложку.

Спасибо наставникам из MAWFYP: Джулии, Дэвиду, Стиву, Джанин и Люси. Международному клубу писателей, особенно Анне, Имме и Лауре, за то, что они помогали мне оставаться в здравом уме в течение того года в Лос-Анджелесе. И спасибо остальным друзьям по мастерской: Джулии, Фину, Мэдди, Марку, Денди, Кирсти, Сью и Хелен.

Люси – за её поддержку на протяжении многих лет. Хэмиш, я тебя очень люблю, извини, что не смогла найти способ вплести имя «Хэмиш» в итальянскую сказку. Спасибо Джесс, Тому, Люси, Эбби, Нельсону, Хлое, Эду, Кэти, Тиму, Джорджи Г, Джорджи У, Кэролайн, Портии, Роли, Харриет, Джемайме, Тери, Джонни и Мие… и многим другим.

Первым читателям: Пэту Фергюсону и Карин Аканде. Оскару, Тео и Лоле – они самые замечательные дети в мире. Спасибо за то, что разрешили мне читать вам отрывки из книги, пока я заменяла вашу няню. Вы отличная компания и прекрасные слушатели!

Бабушке Айленд за то, что она ежедневно вдохновляла меня своим духом, добротой и бесконечной любовью. Бабушке Х. за то, что в моём детстве читала мне на ночь «Тинтина». Моим замечательным дедушкам, которые оба любили сказки, Уилфу, моим тётям Сьюзи, Трейси и Изабель, дяде Бобу и моим прекрасным кузенам: Сэму, Оливии, Эльзе и Хьюго. Моим крёстным феям Совре и Пауле.

Маме – за то, что она так горько рыдала, читая мне «Янтарные подзорные трубы», что я научилась читать сама, просто желая узнать, что там было дальше. Папе – за твоё воображение и пример, который ты подаёшь как человек. Вы оба замечательные родители, и мне повезло с вами. Моей сестре Они – за то, что она дразнила меня почти всегда, кроме моего писательства.

И Крису – за всё. За то, что был одновременно моим приключением и моим домом.

И, наконец, тебе, читатель, за то, что взял в руки эту книгу. Я искренне надеюсь, что тебе понравилось. Я знаю, что взросление может быть немного трудным, особенно если ты ещё не нашёл своё место в мире, но держись и оставайся верным себе. Вспомни слова Родольфо о людях, не похожих на других: ты не единственный. Однажды ты найдёшь кого-то, похожего на тебя – людей, которые докажут тебе, что нужно оставаться таким, каков ты есть. На это могут уйти месяцы или даже годы. Возможно, тебе придётся отправиться в путь, чтобы их найти. Возможно, они разбросаны по всему миру. Но они есть. А до тех пор нет смысла растрачивать время, притворяясь тем, кем ты на самом деле не являешься. Однажды ты поймёшь: то, что отличает тебя от других, и есть твоя сила. Твоё могущество. Держи эту силу крепко – и не отпускай.

Примечания

1

Silenzio – ит. – молчание.

2

Distinti saluti – ит. – С наилучшими пожеланиями.

Content

Анна Хогтон
Маска Арибеллы

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

Благодарности

Примечания