Николай Модестов

«Москва 3» Энциклопедия городского криминала

У каждого города своя особая география. Ее достопримечательности не обозначены вывесками, не указаны в путеводителях и на картах. И знатоками этих достопримечательностей считаются вовсе не искусствоведы и не экскурсоводы. Досконально изучили теневую географию те, кто связан с криминальным миром, либо те, кто ему противостоит, — сотрудники спецслужб.

О существовании другой жизни города большинство людей если и догадывается, то имеет о ней довольно смутное представление. Чтобы узнать ее, недостаточно проявить простую любознательность и настойчивость. Необходимо еще и вооружиться чем-то вроде прибора ночного видения, позволяющего разглядеть скрытое от посторонних глаз. Однако следует при этом помнить, что подобный опыт хоть и интересен, но не всегда приятен и безопасен.

Можно прожить в городе целую жизнь, но так и не узнать его тайн. А можно узнать и, невольно сделав один лишь неверный шаг, затеряться в криминальном лабиринте, исчезнуть в его мрачных тупиках. Вот почему рассказ о теневой жизни столицы представляет интерес не только для гостей города, но и для самих москвичей. Свет и тень неотделимы друг от друга, и знать, где кончается одно и начинается другое, полезно всем без исключения.

Глава 1

ПРИЕХАЛИ!

Поезд все реже постукивает колесами и плавно замедляет ход. Мимо окон, запыленных дальней дорогой, проплывает пустынная в ранний час платформа. Лишь носильщики, грохоча широкими тележками с давно устаревшими табличками-прейскурантами, торопятся рассредоточиться вдоль перрона.

Пассажиры, ошалевшие от духоты тесных вагонов, уставшие от долгого пути, теснятся у выхода. Мысленно они уже далеко. Кто-то мечтает о горячей ванне, кто-то — о встрече с близкими. Прибывшие в столицу впервые предвкушают походы по музеям и театрам или, в зависимости от наклонностей, посещения дорогих ресторанов и роскошных магазинов.

Знакомство с городом для всех гостей начинается одинаково — с вокзала. Но далеко не каждый будет после вспоминать о нем с удовольствием.

Вокзал — это хорошо отлаженная и обкатанная теневая индустрия, где кормятся тысячи людей — торговцы суррогатной водкой, воры-карманники, проститутки-клофелинщицы, мошенники и гопстопники, пушеры, продающие наркотики, и делающие им «крышу» «прикормленные» милиционеры. Каждый занимает свое место на вокзальном рынке товаров и услуг. И ни за что не станет упускать шанс заработать на прибывающих в Москву пассажирах. А те, ступая на платформу, автоматически становятся частью этого невидимого рынка.

«БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК» ТРЕХ ВОКЗАЛОВ

Ярославский вокзал к числу самых крупных не относится, однако постоянно притягивает к себе всевозможный уголовный сброд. Во-первых, стоит он на Комсомольской площади, через дорогу от крупнейшего в Европе Казанского вокзала и рядом со старейшим в столице Ленинградским вокзалом. Во-вторых, именно на Ярославский приходят поезда с Дальнего Востока, чьи пассажиры по диагонали пересекают в вагонах целое полушарие. Пассажирский поезд Москва — Владивосток, например, находится в пути 219 часов!

Самый ранний поезд прибывает на Ярославский вокзал в четыре утра — «мертвый» час для городского транспорта. Метро еще закрыто, троллейбусы и автобусы не ходят. Единственный способ продолжить путь — взять машину.

Стоянка такси и междугородных автобусов расположена на площади за зданием вокзала. Пассажиры могут дойти туда от платформы только двумя дорогами, обойдя вокзал справа или слева. Этот путь и называют «Бермудским треугольником».

Гостей столицы в предрассветный час уже встречают. И не только родственники и друзья. Независимо от того, какой дорогой отправятся к машинам прибывшие, они непременно попадут в поле зрения «смотрящих». Так на блатном жаргоне называют свой передовой дозор бригады гопстопников.

«Смотрящий» не обладает ни особой ловкостью, ни физической силой. Его задача состоит в другом. Смешавшись с толпой, он должен взглядом «процедить» пассажиров и, выделив лоха, подать сигнал группе «быстрого реагирования». Вот она-то скомплектована по силовому признаку. Каждая состоит из двоих-троих крепких, дерзких, хорошо освоивших агрессивно-навязчивую манеру поведения парней.

Указав на лоха, «смотрящий» возвращается к основному занятию — ищет новую жертву. А парни тем временем плотно окружают объект и начинают «работу».

Ничего не подозревающий лох, еще до конца не проснувшийся, опьяненный свежим воздухом и пространством, «случайно» задевает одного из группы.

— Ты чего, мужик, ослеп? — Реакция парня строго дозирована — в голосе угроза и возмущение.

Ответ «обидчика», как бы он ни прозвучал, ситуацию не поправит. Товарищ «потерпевшего» уже наседает сбоку, дышит в лицо растерянному человеку перегаром:

— Он тебя обидел, Вить? Щас по рогам получит, лось сохатый…

— Вы что, ребята, — бормочет взятый в клещи и оттесняемый от основного потока людей пассажир, — я случайно. Извините, если задел…

— Случайно? — подает реплику третий участник спектакля — страшного вида небритый детина — и размашисто отвешивает лоху подзатыльник. — Давай отойдем — объясним тебе расклад.

Пассажир затравленно озирается, ища поддержки и справедливости со стороны. Но мимо безразлично спешат люди, им нет никакого дела до чужих проблем.

Вот метрах в двадцати, в тусклом свете привокзальных фонарей мелькнула милицейская фуражка. Пассажир с надеждой смотрит на приближающегося сержанта. Но тот, встретившись взглядом с одним из налетчиков, отворачивается и, лениво помахивая резиновой дубинкой, бредет в противоположном направлении.

Между тем положение «обидчика» становится все более отчаянным. Парни зажимают его в угол между газетным киоском и стеной вокзала. Пассажир, руки которого оттягивают объемистые сумки, предпринимает робкую попытку прорыва, но, получив резкий тычок под ребра, окончательно падает духом.

— Куда, ребята, зачем, — бормочет он бессвязно. Бегающий взгляд и бледное лицо убеждают гопстопников, что клиент дозрел.

— Ладно, Витек, — обращается к компаньону один из парней, — простим его для первого раза.

— Амнистировать тебя, дядя? — усмехается другой.

— Пусть сначала за прописку отдаст, — вставляет реплику третий. Он находится чуть сбоку и внимательно наблюдает за идущими мимо людьми. Но никто из них даже не пытается выяснить, что происходит.

Сломленный и раздавленный мужчина не сразу соображает, чего от него хотят.

— Оглох, дядя? — самый здоровый из парней кладет ладонь на шею «обидчика» и слегка сжимает пальцы. — Ты чего пузыри пускаешь? Деньги давай!

Мужчина наконец понимает, что от него требуется. Дрожащими руками он расстегивает куртку и лезет во внутренний карман:

— Сколько?

Бригадир молча выдергивает портмоне из рук жертвы.

— Гляди, Вить, — смеется он, отсчитывая чужие купюры, — с таким лопатником — и его жаба душит!

В следующее мгновение полегчавший кошелек возвращается хозяину. А трое парней, как по команде, растворяются в толпе. Ограбленный пассажир некоторое время стоит, тупо глядя перед собой. Затем подбирает багаж и, ссутулившись, бредет в направлении автостоянки. Он еще не в силах осознать случившееся. Страх и унижение гонят его прочь.

В подобном состоянии мало кто захочет обратиться в милицию. Впрочем, грабители строят расчет не только на этом. Даже если потерпевший придет в привокзальное отделение, дежурный милиционер постарается всеми правдами и неправдами избавиться от назойливого заявителя. Зачем местным стражам порядка дополнительная головная боль? Свидетелей преступления, понятное дело, не найти. Сама жертва в столице ненадолго или вовсе проездом. Похищенные деньги — они, естественно, характерных особенностей не имеют. Маловероятно, что обобранный запомнил приметы обидчиков. Кроме имени одного из них — Витя, а также расплывчатых и общих деталей — «небритые, куртки кожаные, шапки спортивные» (похоже выглядит каждый второй на вокзале), — ничего существенного потерпевший не сообщит. Так что и думать нечего…

Гость, он и есть гость — поживет и уедет. А милиции потом что с висяком делать? Перспектив-то раскрытия грабежа — никаких.

В лучшем случае у потерпевшего, если у него хватит сил и терпения выдержать пренебрежительно-насмешливое отношение дежурного, примут заявление. Но судьбу этого документа предугадать не сложно. Он полежит некоторое время в папке дежурного, а затем благополучно перекочует в корзину для мусора.

Есть еще одна причина, по которой обобранному не следует тратить нервы и время на поиски правды у стражей закона. Территория вокзала и некоторые участки города вокруг него относятся к ведению транспортной милиции. А она, даже среди коллег-милиционеров, не пользуется высокой репутацией — как моральной, так и профессиональной. Не буду рассматривать корни этого явления. Отмечу лишь, что работать в транспортной милиции нелегко — круглосуточные дежурства, вокзальные грязь и суета, а отсюда текучесть кадров, низкая квалификация личного состава. Добавьте к тому же мизерные зарплаты, с одной стороны, и постоянные соблазны в виде поборов с привокзальных ларьков, не имеющих лицензий торговцев водкой и курами, проституток и лохо-тронщиков, — с другой.

Сотрудники ЛОВД (линейного отдела внутренних дел-так в транспортной милиции называется структурная единица, обслуживающая конкретную территорию) являются хозяевами всего, что издает звуки или шевелится в пределах вокзала. Об этом хорошо известно не только тем, кто торгует с ящиков или сдает приезжим комнаты на ночь, но и тем, кто промышляет старым как мир гоп-стопом…

На Курском вокзале мне издали показывали как местную достопримечательность некоего сержанта. Трижды в день он заглядывает в павильон игральных автоматов, где просаживает за один раз в борьбе с «одноруким бандитом» сумму, равную месячной зарплате. На мой наивный вопрос, как же страж порядка добывает деньги на жизнь, знающие люди ответили: «За него беспокоиться не надо. Пройдет по вокзалу, проверит регистрацию у двоих-троих приезжих и опять он в полном порядке…»

ВОКЗАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

Честно говоря, разговоры о коррумпированности и диких нравах, царящих в транспортной милиции, я считал преувеличением. И объяснял их одним из проявлений не слишком теплого отношения граждан к родным правоохранителям. Но несколько лет назад мне пришлось убедиться, что недобрая молва на пустом месте не появляется.

Молодая женщина гостила в Москве у родственников — навещала только что родившуюся племянницу. В вечер отъезда домой в Вологду мужчины оказались заняты, провожать гостью отправилась сестра.

Поезд отходил около полуночи. Приехали заранее, чтобы поговорить в спокойной обстановке. Девушки не стали дожидаться посадки в зале ожидания, а вышли на улицу и выбрали тихое место в проулке между Ярославским и Ленинградским вокзалами. Увлеклись разговорами о детях и не заметили, как рядом притормозил милицейский «уазик».

— Барышни, — окликнул вышедший из кабины милиционер в бушлате, — какое вы место выбрали странное. Тут и не найдешь!

— А зачем нас искать? — ответила старшая сестра, москвичка. — Мы ни от кого не прячемся.

— Да? — полувопросительно произнес милиционер. — У вас и документы есть?

— Конечно. — Одна из сестер вытащила из сумочки паспорт и протянула человеку в форме.

— A y вас? — обратился мужчина к другой девушке.

Та, пожав плечами, достала студенческий билет:

— А что вас интересует? Мы поезда ждем…

Милиционер рассеянно заглянул в полученные документы, сунул их в карман и открыл дверцу машины:

— Доедем до отделения — разберемся.

Девушки на мгновение опешили:

— Да в чем дело-то? Зачем ехать, у нас поезд на Вологду…

— Когда отправление?

— Через полчаса.

— Вот и прекрасно, — уверенно подытожил милиционер, — Всего дела на пять минут. Если не будете ломаться, то еще до отхода наговориться успеете…

Читатель, никогда не попадавший в аналогичную ситуацию, возмущенно-презрительно воскликнет: «Что за глупость! Нужно было потребовать назад документы и уйти. Какие основания для задержания?»

Теоретически все верно. А в реальной жизни? Так ли надежны правила поведения, основанные на юридических нормативах и смоделированных кабинетными теоретиками ситуациях?

Если бы девушки знали, что их ждет впереди, они наверняка пытались бы убежать. Но кто в таком безобидном на вид положении станет убегать, забыв об оставленном паспорте, студенческом билете, гражданском достоинстве, наконец? Ведь не в дремучем же лесу подошел к ним мужик с тесаком? Центр города, в двух шагах снует народ, слышны объявления об отправляющихся поездах. Какие причины подозревать в чем-либо человека в милицейской форме?

Девушки неохотно подчинились — согнувшись, влезли в зарешеченный грязный кузов «уазика». Через узкое оконце они видели, как машина подъехала к торговому павильончику: сидевший рядом с водителем милиционер постучал в боковую дверь и ненадолго исчез внутри. Вернулся он, держа в руках кульки и две бутылки водки. Затем «уазик» поехал дальше.

Они миновали закрытую шлагбаумом арку, долго двигались по узкой, зажатой глухими стенами строений дороге. Затем машину затрясло на неровностях, она запетляла между сараями и остановилась.

Милиционер в бушлате распахнул заднюю дверцу кузова:

— С приездом вас, девочки. — Он оглядел их в свете тусклого фонаря и подтолкнул к стоявшей рядом сторожке, дверь которой уже открыл ехавший за рулем напарник.

Сначала им предложили выпить водки. Тут же наполнили стаканы и дали совет:

— Так лучше будет. И вам, и нам…

Москвичка попыталась воспротивиться. Ее быстро «успокоили». Пару раз наотмашь ударили по лицу. Не больно совсем, так, для острастки.

Когда девушки, давясь и морщась, залпом осилили по стакану водки, им предложили… ну, вы сами понимаете. У одной снова случилась истерика. «Лекарство» — оплеухи по лицу — подействовали. Первой изнасиловали гостью — студентку из Вологды. Затем подошла очередь москвички. Но та, даже понимая бессмысленность сопротивления, никак не хотела смириться с участью жертвы.

Насильников это не смутило. Один из них накинул на шею девушки брючный ремень и заставил ее встать на колени. Второй, используя полуобморочное состояние жертвы, без труда достиг желаемого.

Девушка потом вспомнила, что у негодяя был длинный косой шрам на животе — от паха до пояса. Возможно, от операции по усечению грыжи.

На рассвете девушек затолкали в «воронок» и отвезла на какой-то пустырь, недалеко от железнодорожных путей. Напоследок один из насильников, тот, что постарше, пригрозил: «Не вздумайте в милицию идти. Если узнаем — искалечим и вас, и детей. Адрес из паспорта мы записали».

Сестры двинулись по шпалам куда глаза глядят. Первое время молчали, чтобы не началась истерика. Немного пришли в себя, когда впереди показались вагоны стоящего поезда, а затем и привокзальные платформы.

Добрели до скамейки у начала перрона, присели, измученные и опустошенные. Стали думать, что делать дальше, — дома-то с ума сходят. Гостья из Вологды в милицию идти отказалась. У нее муж ревнивый, после случившегося отношения наверняка испортятся. Зачем же проблемы создавать? Ничего уже не исправить, а пройдет время — забудется. Она взяла билет на ближайший поезд и уехала.

Ее сестра скрыть происшедшее от домашних не захотела. Да и не смогла бы. Муже матерью всю ночь обзванивали больницы и морги, разыскивали ее по знакомым. Когда она вернулась домой — с порога все поняли: кровоподтеки на щеке, синяки на шее, разбитые коленки, разодранная вымазанная кофточка…

Мать потерпевшей позвонила мне и попросила помощи. Поехали к знакомому следователю транспортной прокуратуры Иосифу Карповичу. Он деликатно с глазу на глаз выслушал потерпевшую, успокоил как мог, принял заявление об изнасиловании. Наказание мерзавцев — вопрос времени, заверил следователь. Тем более, что информация о подобных ЧП уже поступала. Надо только набраться сил и мужества. Провести медицинское освидетельствование, затем, когда возникнет необходимость, приехать на опознание, позже выступить на суде.

Однако дело вскоре заглохло. Сначала потерпевшая выполнила необходимые медицинские процедуры — унизительные и неприятные. Затем съездила два раза на опознание — неудачно, подозреваемых она не узнала. А потом неожиданно попросила следователя прекратить дело. Для чего бередить рану, пусть уж она быстрее зарубцуется, семья успокоится, муж перестанет себя изводить. К тому же ребенок в школу ходит. Кто даст гарантию, что подонки, прознав о розыске, не захотят выполнить угрозу?

Через год с небольшим неких вокзальных насильников нашли. Вышеописанное преступление им не вменяли, заявления не было. И теперь уже не выяснить, были это те самые или другие. Можно лишь с уверенностью сказать, что подобных историй случается немало.

ОХОТА «НА ЖИВЦА»

Но продолжим путь гостя, прибывшего ранним утром на Ярославский вокзал. Разумеется, жертвами «Бермудского треугольника» становятся «избранные». Большинство пассажиров благополучно минует здание вокзала и выходит на площадь, чтобы оттуда двинуться дальше.

Кто-то ждет открытия метро, кто-то договаривается с таксистами или водителями-частниками. Те же, чей путь лежит до Твери, Владимира или Рязани, подходят к междугородным автобусам. Несколько «икарусов» с распахнутыми дверями уже поджидают пассажиров. Ничего не подозревающие люди выстраиваются в очередь, чтобы занять места и отдохнуть перед выездом автобуса на маршрут.

«Икарус» отправляется в путь по мере заполнения салона. Иногда это происходит быстро — минут за двадцать-тридцать. Порой места в салоне продаются полтора, а то и два часа.

Деньги за проезд получает сам водитель, стоящий у входа в автобус. Пассажиры узнают цену билета, провоза багажа. Не заботясь о конспирации — чего опасаться-то, вокруг такие же отъезжающие — достают кошельки, отсчитывают необходимые суммы. Это не ускользает от внимания кавказцев, расположившихся за спиной водителя.

Если «сладкий» лох имел неосторожность «засветить» тугой кошелек окружающим, его немедленно берут на заметку. Как только пассажир расплачивается с водителем и, подобрав вещи, намеревается подняться в автобус, его окружают крепкие парни и решительно оттесняют в сторону.

Никто на происходящее вокруг внимания не обращает. Тем временем кавказцы обирают растерянную жертву. Наличность переходит в их карман, а получивший пинок лох отправляется в автобус.

Иногда грабители меняли тактику. Они заходили в готовившийся к отправлению автобус и уже там, без стеснения, объявляли: плата за проезд — чисто символическая. А потому каждый должен «добавить» в соответствии со своими возможностями. Пытавшихся сопротивляться или просто возражавших против беспредела избивали на глазах пассажиров с показательной свирепостью. Так что у зрителей не возникало никаких иллюзий, и они безропотно платили оброк, а избитый пассажир расставался со всей наличностью вообще.

У читателя может возникнуть естественный вопрос: «А что же милиция? Неужели никто не вмешивался, не защищал граждан от налетчиков?»

Площадь трех вокзалов, где паркуются междугородные автобусы, относится к ведению 69-го отделения милиции города Москвы. Его сотрудники, по каким-то не поддающимся логике причинам, либерально относились к деятельности кавказской бригады. Позже, когда налетчиками занялись оперативники Московского уголовного розыска, в местном отделении не нашлось даже ни одного заявления потерпевших!

«Хорошо, — согласится искушенный читатель, — допустим, государственные правоохранители в этой ситуации действуют по принципу «моя хата с краю». Но нельзя же допустить, что привокзальный транспорт работал без «крыши». Этому уж поверить невозможно!»

Что правда — то правда. «Крыше» привокзального транспорта — представителям Измайловской преступной группировки — тоже очень не нравилось поведение кавказцев. Жалобы измайловским поступали от водителей автобусов и такси, которым налетчики наносили ощутимый экономический вред. Дважды измайловские, согласно общепринятым представлениям о «понятиях», вызывали кавказцев на «стрелку». Но те игнорировали приглашения. Тогда измайловские предприняли несколько попыток отловить беспредельщиков у вокзала. Однако кавказцы и тут ухитрялись ускользать от нежелательного контакта.

Неизвестно, сколько бы еще тянулась эта история, если бы за дело не взялись оперативники МУРа. Правда, сыщикам, чтобы прекратить деятельность грабителей, пришлось применить не совсем обычные методы.

Проведя разведку, опросив потерпевших и своих информаторов, муровцы получили точную характеристику бригады: десять-двенадцать человек, среди них дагестанцы, азербайджанцы, армяне, у некоторых по две-три судимости. К вокзалу бандиты подъезжают на машинах. Сначала посылают «дозорного». Тот, выяснив обстановку, возвращается, и уже после этого разрабатывается план действий. Если имеется хоть малейший шанс встретиться с «крышей» водителей автобусов или попасть под «зачистку» ментов, бригада на объекте не появляется.

У кавказцев были и «прикормленные» милиционеры, в чьи прямые обязанности входило обеспечение «порядка» на автостоянке. Когда налетчики слишком поусердствовали и жертва, получив за строптивость по голове, уже не могла стоять на ногах, ее сдавали местным патрульным, а те оформляли обобранного и избитого как пьяного…

Скоро имена членов банды были установлены. Но четкого задержания провести никак не удавалось. Доставленные в отделение налетчики сразу же предъявляли билеты и «клялись мамой», что этой самой ночью прибыли в Москву из Ярославля.

Муровцы пытались закрепить дело показаниями жертв. Но и это не помогало. Злополучные заявления потерпевших, даже когда их удавалось добывать (люди очень неохотно подписывали протоколы, не слишком веря в действенность милиции), странным образом вдруг пропадали. Или в местном отделении милиции их признавали недостаточным основанием для возбуждения уголовного дела.

Тогда сыщики решили ловить вымогателей «на живца». Роль засланного казачка вызвался сыграть Александр Амбаров. Молодой опер внешне не производил впечатления Ильи Муромца, хотя при этом мастерски владел самбо, каратэ и легко справлялся с любым самым отмороженным бандитом.

В четыре утра муровцы прибыли на площадь. Амбаров облачился в широкий пуховик, надел кепку «с ушами» и, взяв в руки бутафорские баулы, близоруко щурясь, подошел к тверскому «икарусу». Окончательно войдя в образ, он вытащил объемистую барсетку и, шелестя купюрами, начал громко узнавать, кто продает билеты на автобус. Два кавказца, стоявшие около отъезжающих, понимающе переглянулись: наш клиент! Они как бы невзначай оттеснили Амбарова за автобус. Там к ним присоединились еще два члена бригады.

Любопытно, что товарищ Амбарова, сыщик Дмитрий Блинов, находился неподалеку от сотрудника местного отделения милиции. Блинов услышал, как к «прикормленному» стражу порядка подошел один из грабителей: «Тут лох нарывается, нужно его как пьяного оформить… »

Милиционер кивнул: все, мол, понятно, не впервой…

В этот момент уверенные в легкой добыче налетчики начали обрабатывать Амбарова. Один из них дернул бар-сетку из рук оперативника. Но тот провел болевой прием, и вымогатель отскочил в сторону.

С опозданием почувствовав неладное, на сыщика набросились сразу двое. Завязалась борьба, в которую втянулись другие участники бригады и подоспевшие му-ровцы. Через полчаса вся группа вымогателей, прикрывая синяки и потирая ушибленные места, сидела в тесной клетке «обезьянника» местного отделения милиции. На этот раз козыри были на руках сыщиков МУРа.

ХЛЯСТИК — ОТДЕЛЬНО, КУРТКА — ОТДЕЛЬНО

Задержание кавказцев, занимавшихся поборами на Ярославском вокзале, на какое-то время избавило пассажиров и водителей от проблем. Но можно не сомневаться, что освободившееся место долго не пустовало. Криминальный конвейер вокзальной жизни востребовал новых специалистов. И разумеется, рэкет и гоп-стоп далеко не единственные виды преступной деятельности. Сравнительно недавно появился весьма оригинальный способ мошенничества.

К прибывшему в столицу гостю подходит опрятно одетый мужчина с перекинутой через руку кожаной курткой.

— Купите, — предлагает он, — недорого отдаю.

Когда человек отмахивается и спешит мимо, продавец спокойно ищет нового потенциального покупателя. Но если гость останавливается, то начинается настоящая магия действий и слов.

— Примерьте, — добродушно говорит продавец — куртка отличная, себе брал. Ни за что не стал бы отдавать — нужда заставляет.

Гость недоверчиво осматривает товар. А чтобы лох окончательно «повелся», торгаш выкладывает главный козырь — объявляет цену. Она не может быть смехотворно низкой. Иначе покупатель заподозрит неладное. В то же время стоимость куртки на пятьсот-шестьсот рублей меньше обычной.

Услышав условия сделки, покупатель соображает, что выгоднее купить товар невозможно. Он начинает придирчиво рассматривать куртку, проверяя качество материала, подкладки, аккуратность швов.

— За вещь ручаюсь, — продавец говорит с достоинством, без напора, чтобы не показаться назойливым барыгой, — бери, потом вспоминать будешь!

В последней фразе нет и намека на иронию.

— Это натуральная кожа? — Покупатель задает вопрос так, что становится понятно — ответ определит его окончательное решение.

— Да разве не видно? — почти обиженно спрашивает продавец. — Смотри, сейчас сам убедишься.

Он достает зажигалку, щелкает запалом и подносит язычок пламени к хлястику куртки. Действительно, никаких изменений материал не претерпевает, обозначая тем самым свою натуральность.

— Вот видишь, — продавец плюет на хлястик, по которому водил огнем зажигалки, затирает его и возвращает куртку покупателю, — проверяй, кожа — высший класс. Свояк из Италии привез. Берешь?

Лох еще колеблется, но в конце концов лезет в карман за деньгами. Продавец пересчитывает полученную сумму и со словами «носи на здоровье» исчезает в привокзальной толчее. Довольный обладатель куртки прячет приобретение в сумку и с достоинством удаляется. Ему еще невдомек, что единственной деталью из натуральной кожи купленной вещи является… хлястик. Все остальное сшито из дешевого кожзаменителя.

Знающие люди объяснили, что такие виды мошенничества, несмотря на очевидный ущерб для потерпевшего, можно отнести к разряду гуманных. Ведь как ни крути, а куртка-то остается в руках покупателя. И выглядит она вполне прилично — от изделия из натуральной кожи почти не отличить. Первое время в обнове можно ходить не стесняясь. Ну а потом она пригодится для хозяйственных нужд — в гараже с машиной повозиться, на дачу съездить, урожай собрать…

Если в вас неистребимо желание получить кусок бесплатного сыра, на что, собственно, и делают расчет все без исключения мошенники, у вас есть шанс попасть в куда более неприятную историю. Например, при обмене валюты.

Первый «дальний» пребывает на Белорусский вокзал в начале пятого утра. Те, кто нуждается в наличных деньгах, устремляются к обменным пунктам, чтобы получить взамен универсальной «зелени» рубли на текущие расходы. Однако в этот час банки еще закрыты. У стальной двери единственной действующей обменки выстраивается очередь. Этим и пользуются жулики.

Среди ожидающих появляется миловидная, хорошо одетая девушка. Некоторое время она смотрит на очередь и, заметив подходящего клиента, начинает разыгрывать мини-спектакль.

— Помогите, пожалуйста, — девушка вытаскивает из кармана шубки толстую пачку пятисотрублевых банкнотов, — у меня паспорта с собой нет. Может, кто-нибудь обменивает доллары?

Голос барышни звучит убедительно. И нисколько не напоминает заунывную скороговорку попрошаек. К тому же мошенница уже выбрала объект. Она обращается как будто ко всем в очереди, но останавливается как раз напротив жертвы.

— У меня поезд скоро отходит, — продолжает девушка. — Готова обменять по самому выгодному курсу…

Никто на призывы о финансовом спасении не реагирует. Все угрюмо дышат друг другу в затылок, внимательно следя, чтобы какой-нибудь проныра не влез со стороны. На лице девушки легко угадываются раздражение и досада. Она уже собирается уходить, но в этот момент нервы у лоха не выдерживают.

— Давайте я помогу, — предлагает он негромко.

Однако девушка его сразу слышит, одаривает благодарной улыбкой и ласковым взглядом. Приблизившись к мужчине, она уточняет условия сделки. Тот продает триста долларов. Мошенница отсчитывает рубли по завышенному курсу и предлагает мужчине проверить самому. Лох придирчиво осматривает каждую купюру и убеждается, что обмана нет.

— У вас триста? — переспрашивает девушка. — Разрешите?

У мужчины в руках остается рублевый эквивалент, и он без страха вручает три сложенные пополам стодолларовые бумажки мошеннице. Вдруг рядом словно из-под земли вырастает молодой человек.

— В чем дело? — Голос и манеры незнакомца не сулят ничего хорошего. — Продажа валюты с рук запрещена!

— Ой! — испуганно выдыхает девушка и быстро сует в руку ничего не заметившему мужчине «его» доллары. Тот вынужден вернуть ей пересчитанные рубли. Мошенница изображает испуг, извиняется и уходит. А мужчина снова встает в очередь. И только оказавшись в кабинке обменного пункта, он с ужасом видит, что вместо трех сотенных у него в руке три сложенных однодолларовых банкнота. Мошенница подменила деньги в ту секунду, когда ее сообщник отвлек продавца, припугнув незаконностью сделки.

Ту же методику мошенники используют при торговле валютой, вручая клиенту вместо кругленькой суммы баксов пачку «унок» — так на жаргоне ломщиков валюты называются однодолларовые купюры.

Валютные «кидки» — доходный бизнес. Мошенники работают парами или, если нужно осуществлять контрнаблюдение, втроем. Первую скрипку играет барышня или молодой человек, обладающие соответствующей внешностью. Они должны внушать клиенту доверие и одновременно быть отменными психологами, чтобы выделить нужный объект из числа многих.

Порой ломщики привлекают к работе милиционеров. Расходы оправдываются, потому что человек в форме действует на лоха безотказно. К тому же доходы валютных кидал достаточно высоки. В среднем они получают с «точки» по 3 тысячи долларов в месяц.

Понятно, что все обменки в столице поделены между бригадами кидал. В случае конфликтов или споров заинтересованные лица предпочитают договариваться мирно, не прибегая к стрельбе или потасовкам. Бизнес есть бизнес. На том же Белорусском вокзале излюбленным местом таких дипломатических «стрелок» является тихое кафе «Лора».

Впрочем, из всех железнодорожных узлов столицы Белорусский вокзал, или Белка, как его иногда называют местные бригады, слывет наименее криминогенным. Спокойнее лишь на совсем маленьких вокзалах — Савеловском и Рижском. Чуть напряженнее обстановка на Павелецком. Но и там совершается не много преступлений. Самым сложным во всех отношениях на протяжении долгих лет остается Казанский вокзал, где жизнь не затихает ни на один час. На Киевском и Курском направлениях чуть тише, хотя ЧП случаются и там.

Исчерпывающую характеристику вокзалов можно получить у носильщиков. Они — настоящие знатоки транспортной жизни, знают расписание поездов любого московского вокзала.

Носильщиками работают в основном татары. Они люди уравновешенные, семейные и криминалом не занимаются. Бригадиры строго следят за порядком, распределяют перевозку вещей без суеты. Носильщик может, конечно, заломить за перевозку багажа несусветную цену. Но здесь не следует пугаться. Поторговавшись, легко сбросить стоимость услуги на сотню рублей. Главное — отвечать за слова. Конфликты возникают лишь в тех ситуациях, когда хозяин доставленных вещей недодает обещанное.

Заработки носильщиков зависят от сезона. Но даже в лихие летние месяцы баснословными их не назовешь. Разбогатеть на этом бизнесе трудно. Хотя я слышал невероятную историю о том, как рядовой носильщик в одночасье стал миллионером.

Он встретил поезд из Астрахани, установил тридцать пять ящиков на тележку и получил с клиента деньги вперед, обещая в назначенный час подвезти груз на автостоянку. В указанное время носильщик был на месте. Но хозяин ящиков так и не объявился.

Носильщик спрятал груз у проводников. Однако хозяин не дал о себе знать и на следующий день. Когда стало ясно, что за грузом никто не явится, носильщик вскрыл ящики и обнаружил там расфасованную в стеклянные баночки черную икру…

Эту историю, больше похожую на анекдот, любят рассказывать нанимающимся на работу новичкам. Воз-можно, бригадир следит за реакцией молодого носильщика, используя байку в качестве теста. Так легче понять человека, которого берешь на работу. Я в носильщики попасть не стремился, да и не взяли бы — чужой ведь, человек со стороны. Но выслушал я историю с интересом. И правда — чего только не бывает.

СПРИНТ ЗА ПОЛЛИТРОВКОЙ

Во времена всеобщего дефицита и спекуляции, о которых теперь очень многие забыли, носильщики и проводники поездов дальнего следования работали вместе. Скрытые от глаз бдительных органов ОБХСС (сегодня и расшифровать-то аббревиатуру не каждому под силу; означает она — отдел борьбы с хищениями социалистической собственности), по всем направлениям шли тайные грузоперевозки. Фрукты, овощи, цветы, спиртное, чай, автомобильные покрышки, радиотехника, колготки, обувь и даже мебельные гарнитуры… Эти товары без оформления соответствующих документов путешествовали из одного региона в другой и реализовывались с наибольшей выгодой.

Многоопытные проводники, с которыми приходилось разговаривать, с ностальгией вспоминали о тех временах. В Якутии, например, в начале девяностых годов бутылку водки можно было продать за 150 рублей (при розничной цене - 30!). В Туле, Владимире или Тамбове батон колбасы являлся универсальной расчетной единицей. В Казахстане у перекупщиков цена пачки высококачественного чая равнялась стоимости молодого барашка.

В те годы своеобразными оптовыми базами теневой экономики по праву считались «отстойники» — железнодорожные парки, где отстаивались, экипировались перед выходом на маршрут, ремонтировались и формировались поезда дальнего следования. Самым крупным считается «отстойник» Николаевка рядом с тремя вокзалами. Об этом месте ходили легенды, а попадать туда вечером без охраны и служебных собак не решались даже опера с большим опытом работы.

Николаевка — настоящий город на колесах. Ежесуточно там находится до полусотни железнодорожных составов. Менее значительными «отстойниками» являются транспортные узлы на Каланчевке, Москве-3 и около платформы Панки в ближнем Подмосковье.

С изменением законодательства значение «отстойников» уменьшилось. Хотя и сейчас они пользуются дурной славой. Здесь официально и полуофициально в вагонах организованы гостиницы. Условия в них, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Но для не избалованного сервисом российского гражданина и такие удобства сойдут. Главное — крыша над головой и теплее, чем на улице.

Можно снять купе в СВ. Более скромным гостям по карману плацкарта. И все же, если есть выбор, ночевке в «отстойнике» следует предпочесть самую захудалую гостиницу или съемную комнату. В вагонах же проводят ночь проводники, небогатые челноки, нищие, беженцы или те, кто опасается регистрировать свой паспорт (когда он есть) в гостинице. Если ночлежка на колесах окажется в тихом месте, например рядом с готовящимися к выходу на маршрут поездами Москва — Пекин или Москва — Улан-Батор, то можно спокойно отдохнуть. А если рядом всю ночь формируют составы и от грохота сцепок и переклички по громкой связи диспетчеров невозможно будет сомкнуть глаза? Или того хуже — на соседнем пути стоят брошенные вагоны с выбитыми окнами, превращенные бомжами в трущобы?

Любопытно, что «отстойники» тоже различаются бомжами по уровню «комфортности». Николаевка особой популярностью не пользуется — слишком знаменита. Там постоянно облавы, зачистки, рейды милиции и местных охранников… То ли дело тихий, уютный «отстойник» Белорусского вокзала. Он расположен по соседству с Ваганьковским кладбищем. Пересек неглубокий овраг — и сразу погост начинается. А где погост — там и милостыню получить можно, и «причаститься». Как в песне поется, «закусочка на бугорке… «.

Летом в «отстойнике» на Белорусском, точнее, в овраге рядом с ним выстраиваются десятки шалашей и землянок. А по вечерам там слышны песни, разносящиеся далеко по всей территории Ваганьковского кладбища, около костров ведутся разговоры «за жизнь»…

В «отстойниках» коротают время потерявшие товарный вид проститутки, там же периодически появляются пьяницы из близлежащих домов, даже если они имеют законную московскую прописку. Чем их прельщает атмосфера социального дна — одному Богу известно.

На Курском вокзале мне показывали худощавого мужика лет сорока, который грелся с себе подобными под козырьком павильона игровых автоматов. Его имя — Юрий. Но знают об этом единицы. Зато всем известна его кличка — Карбышев. Прозвище он получил за такой «подвиг».

Как-то зимой под вечер изнывающие от безделья таксисты подозвали страдающего с похмелья Юрия.

— Хочешь бутылку заработать? — спросил один из циничных шоферюг.

Угадать ответ было не трудно.

— Тогда раздевайся и голяком до конца вокзала и обратно, — сообщил условия таксист. — Ну, идет?

С этими словами он со стуком водрузил литр «Столичной» на капот машины.

Юрий, не задумываясь ни на секунду, сбросил с себя убогую одежонку и, оставшись в чем мать родила, бросился бегом по площади перед зданием Курского вокзала. Народ в изумлении шарахался от несущегося по заснеженному асфальту голого мужика. Спринтер же благополучно развернулся у входа в метро и стремительно возвратился к автостоянке. Затем спокойно оделся, получил обещанный приз и удалился с дружками в павильон «Сосисочная», где с видом победителя распил водку с дружками. С тех пор к нему намертво прилепилась кличка Карбышев.

Кстати, Карбышев — типичный «романтик» московского дна. Он имеет высшее образование, квартиру в районе Лялина переулка и даже дачку в Подмосковье. Но жизнь при вокзале непреодолимо манит его к себе, и Карбышев регулярно появляется на Курском. Он любит вставлять в разговор разные присказки. Вот одна из них: «До шести я барыга, а после шести — блатной… »

Мнение о том, что бомжи — люди без гордости, не соответствует действительности. Вот еще одна история из серии «Был такой случай».

На том же Курском кто-то из таксистов решил развлечься. Пошел в сквер рядом с трамвайным кругом, где постоянно собираются бомжи и пьяницы, и предложил соревнование: кто быстрее пробежит расстояние вдоль фасада вокзала, получает от него приз — бутылку водки.

Вопреки ожиданиям, призыв таксиста не встретил никакого понимания. Охотников бежать потехи ради не нашлось.

— Что мы тебе, клоуны? — огрызнулся пользующийся авторитетом Сева-гармонист, добавив некоторое количество непечатных выражений.

А безногий инвалид Валера, которому ни при каком раскладе победа не светила, замахнулся на таксиста костылем. Так тот и ушел ни с чем.

В зданиях вокзалов и размещенных поодаль ларьках водкой торговать запрещено. Ну а как же без нее, родимой, обходиться? Просто караул! Поэтому рынок, в лице неопределенного возраста женщин, чутко реагирует на запрос потребителя. На любой привокзальной площади можно без труда отыскать такой импровизированный торговый ряд.

На Киевском он традиционно располагается перед входом в метро. Хохлушки предлагают дешевую водку: «Кто забыл? Мужчина, водка недорого!» Тут же — жареные окорочка, сыр, хлеб, а летом — редиска, лук, огурцы.

Водка, разумеется, подпольного изготовления. Чаще всего разбавленный на глазок спирт. На бутылке могут быть и акцизные марки, и фирменные этикетки, и голограммы, но верить этому не следует.

Бороться с водочным бизнесом можно — победить его нельзя. Потому что милиция, в лице линейщиков или муниципалов (в зависимости от того, кто контролирует территорию), никогда не станет резать курочку, несущую золотые яйца. Торговцы водкой, естественно, регулярно платят за место «красной» «крыше».

Правда, доход с продажи невелик. Два-три рубля с бутылки. Зато товар вечный. Сегодня не возьмут — завтра купят. А окорочка, если реализация затянется, можно и самим съесть. Как в старом анекдоте о продавце вареных яиц: во-первых — бульон, а во-вторых — при деле…

Почти безобидный водочный бизнес имеет тесную связь с другими видами привокзальной преступности. Купивший на вокзале бутылку не пойдет с ней в ресторан и не повезет как сувенир друзьям. Она будет распита немедленно в одной из многочисленных забегаловок, где ждут своего часа проститутки-клофелинщицы и братки, умеющие «развести» любого, даже самого стойкого клиента.

АХ, КАК ХОЧЕТСЯ НА КАНАРЫ

Умение завязать разговор — главное при первом контакте с незнакомым человеком. Владеющие таким даром и подходят к тем, кто решил пропустить рюмку-другую в привокзальном кафе.

Беседа начинается с какого-нибудь безобидного вопроса: просьбы прикурить, добавить рублишко на пиво, одолжить стаканчик, наконец… А дальше-дело мастера боится. Талант, он на то и талант, чтобы из незримого создать осязаемое. И вот еще полминуты назад не знавшие друг друга по имени люди рассказывают о наболевшем, сдвинув лбы и в упор глядя в глаза собутыльнику.

Разница между новоиспеченными друзьями состоит в том, что один действительно все больше теряет контроль над ситуацией, не сознавая, где, с кем и в каком состоянии находится. Зато другой — хорошо помнит, почему он здесь оказался и для чего следит, чтобы рюмка соседа не оставалась пустой.

Когда клиент окончательно дозревает и с благодушной бесшабашностью взирает на окружающий мир, к столу подсаживаются «хорошие парни». Предлог для знакомства выбирается спонтанно. Они могут назваться случайными посетителями, заглянувшими в кафе в ожидании электрички, могут изобразить старых друзей того самого контактного говоруна. Главное — на столе появляется очередная бутылка и повод для продолжения задушевных бесед.

В ассортименте присоединившихся к застолью всегда есть так называемая «заряженная» бутылка — поллитровка, куда предварительно добавлен широко применяемый в России в немедицинских целях клофелин. Выпив даже немного гремучей смеси, жертва впадает в глубокий «анабиоз», который нередко приводит к смерти. Впрочем, преступления, связанные с клофелином, провоцируют повышенную активность милиции. Поэтому привокзальные грабители стараются обходится привычными средствами, напаивая клиентов до бесчувствия, а затем без хлопот прибирая к рукам их деньги и ценности.

Большая часть грабежей остается нераскрытой. Ограбленные жертвы даже не в силах вспомнить обстоятельства случившегося, и рассчитывать на возвращение похищенного не приходится. А если это и удается, то иногда носит курьезный характер.

Как-то раз оперативники МУРа задержали на Курском вокзале двух воров-рецидивистов. Кроме временных справок об освобождении и пачки дешевых сигарет, у них обнаружили барсетку с удостоверением офицера, командировочным предписанием, документами с грифом секретности, квитанциями камеры хранения и крупными суммами долларов и рублей. Причем деньги и валюта были уже поделены и рассованы по карманам. Воры клялись, что все нашли на улице. Но указывали разные места: один утверждал, что подобрал барсетку у стоянки такси, а другой божился, что нашел ее на платформе пригородных электричек.

Сыщики обратились к дежурному по вокзалу, тот распорядился объявить о находке по громкой связи. Через несколько минут к дежурному подошел подвыпивший полковник: он, дескать, потерял друзей, которым передал сумочку с документами. Военнослужащий был настолько уверен в честности новых знакомых, что, отправляясь в туалет, сам оставил им барсетку. А когда немного протрезвел и понял, в какую историю мог попасть, схватился за голову.

На Белорусском вокзале смеялись уже не только сыщики, но даже жертва грабителей. Ею оказался профессор Минского университета, которого жулики подпоили и обобрали, рассчитывая на огромный куш. Дело в том, что ученый муж имел неосторожность случайно показать ворам толстую пачку долларов. Увы, грабителей ждало жестокое разочарование. Вместо пухлой стопки баксов, они нашли рулон белорусских «зайчиков», обернутых двумя пятидолларовыми купюрами. Зато профессор, которому возвратили украденные деньги, был очень доволен — лучше «зайчики», чем ничего…

Привокзальный секс-бизнес также имеет свою специфику. Во-первых, услуги проституток стоят здесь дешевле, чем где бы то ни было в Москве. Кроме того, на вокзале снять путану можно в любое время суток — жизнь на «плешке», как называют территорию Комсомольской площади между тремя вокзалами, бурлит постоянно.

Днем «мамки»-бандерши крутятся у входа в метро, где всегда снует народ и есть возможность зацепить какого-никакого клиента. Едва завидев скучающего или просто стоящего в ожидании человека, бандерши обращаются к нему с предложением: «Мужчина, молодая девушка нужна?» Я убедился в этом лично, когда поджидал у Ярославского вокзала знакомого оперативника.

Ночью сутенерши и проститутки роятся у привокзальных касс и автостоянок. Спрос на них не снижается.

Цена секс-услуг разная, в зависимости от товарного вида исполнительницы и материального благосостояния клиента: от бутылки водки до 50 долларов. Средняя такса — 300–400 рублей за час, ночь оценивается в 1200 «деревянных». Потому что привокзальные барышни прельщают лишь самых невзыскательных любителей. Сюда попадают те, кто не выдерживает конкуренции с путанами, работающими на Тверской, около ресторанов и в развлекательных центрах.

Большая часть привокзальных проституток хорошо известна местным сотрудникам милиции. Барышни тоже прекрасно знают тех, кто неоднократно их задерживал и брал объяснения. Они приветливо улыбаются «начальникам», издали заметив их в разномастной толпе вокзального люда. Некоторые путаны любят пошалить. Марина С., обладающая пышным бюстом, развлечения ради заходит иногда в расположенное поблизости 69-е отделение милиции и, задрав до горла кофту, устраивает некое подобие стриптиза. Другие барышни несколько раз задерживались летом за беготню в голом виде по автостоянке. Вера К. в рекламных целях выходит на работу в туфлях и плаще, надетом на голое тело. Если клиент никак не может определиться, Вера на мгновение распахивает полы одежды, демонстрируя слегка увядшие, но вполне впечатляющие прелести, и вопрос решается в ее пользу.

К задержанию милицией путаны относятся спокойно. Эта процедура, после отмены уголовной ответственности за проституцию, превратилась для них в подобие развлечения. Посаженные в тесную клетку привокзального отделения, они с удовольствием обмениваются новостями, рассказывают друг другу о себе и об общих знакомых.

Среди вокзальных проституток хватает опытных кло-фелинщиц. И хотя борьбу с ними ведет не только милиция, но даже их товарки и контролирующие территорию сутенеры, жертвы жриц любви регулярно попадают в больницы с отравлениями. Иногда в одиночку, а порой — целой компанией. На Киевском вокзале двадцатитрехлетняя путана из Приднестровья ухитрилась опоить клофе-лином одновременно четверых кавказцев. Любвеобильных, но скуповатых джигитов спасло крепкое от природы здоровье и своевременное вмешательство медиков.

Опоздай врачи на час-другой, и, вместо «скорой», к павильону «Лаваш» на Дорогомиловский рынок пришлось бы подгонять труповозку.

Возраст путан, как и все иные характеристики, колеблется в широком диапазоне. На том же Киевском вокзале милиция задерживала двенадцатилетних школьниц из Наро-Фоминска, обслуживавших клиентов за умеренную плату в ларьке около табачного рынка. А на Казанском до недавнего времени практиковала ветеранша сферы секс-услуг по кличке Маша Шлеп-нога. Говорят, она начинала еще в пятидесятых годах, когда в Москве проходил первый для нашей страны фестиваль молодежи и студентов.

Добросовестные труженицы панели исполняют заказы на квартирах рядом с вокзалами. Если квартиры есть. (Впрочем, назвать их квартирами можно с натяжкой. Они давно превратились в притоны, потому что известны всей окрестной «хиве».) Если же нет, то зимой клиентов ведут в «отстойники», а летом, когда тепло, легко находится местечко где-нибудь в сквере или на задворках вокзала.

Особая категория — проститутки, имеющие судимость. Они выбирают солидных мужчин среднего возраста, которым нужны даже не сексуальные утехи, а понимание, участие или просто женская ласка. Про таких путан-психологов, обладающих жизненным опытом, знакомый сыщик сказал: «У них Карнеги без прочтения в голове — от природы». Барышни выискивают сентиментального, замордованного бытом, стареющего мужчину и «разводят» его по высшему классу. Могут всплакнуть, поведав наивному клиенту о тяжелой болезни несуществующего ребенка, инвалидности матери, отце-алкоголике, лишившем ее невинности в нежном возрасте. Могут показать фотографию «любимой дочки, оставшейся в Мелитополе у соседей, пока мамка зарабатывает в Москве».

Легенды заучены и отработаны, слезы выкатываются из больших синих или карих глаз естественно и в нужный момент. Клиент пребывает в полной уверенности, что честную девушку, торгующую на рынке привозными фруктами, свел с ним случай, судьба. И после того, как два одиноких сердца изольют друг другу душу, растроганный и готовый всплакнуть в объятиях юной подруги лох «распрягается» по полной программе.

Вокзал — самое удобное место еще для одного вида мошенничества, известного как «торговля наборами». Ставка делается на вполне понятное желание людей: заплатить поменьше — получить побольше.

Строго одетый молодой человек — костюм, рубашка с галстуком, недорогие, но тщательно вычищенные штиблеты — замечает скучающего в ожидании поезда пассажира:

— Здравствуйте! Сегодня десять лет со дня образования нашей фирмы. Мы предлагаем вам набор электробытовой техники за половину ее реальной стоимости. Только сегодня — по случаю юбилея! Прекрасные немецкие миксер, фен, электроутюг и кофеварка — всего за пятьсот восемьдесят рублей!

Тирада выстреливается за какие-то секунды. Ошарашенный человек, пытаясь осмыслить полученную информацию, непроизвольно останавливается. Этим пользуется продавец. Он начинает расхвалить товар, стараясь выдать за единицу времени максимально большую информацию: мощность кофеварки, площадь нагреваемой поверхности утюга, частота вращения лопаток миксера, температура воздушного потока фена… Все это произносится радостно-возбужденным и хорошо поставленным голосом балаганного зазывалы.

Сбитому столку человеку вручается красивый конверт с голограммой или броской картинкой.

— Кроме того, — продолжает трещать молодой человек, — в случае приобретения набора мы совершенно бесплатно вручаем вам приглашение на бал, который состоится в конференц-зале нашей фирмы по указанному адресу.

Пассажир берет в руки продолговатый конверт, разглядывает тонкую вязь выполненного компьютером текста.

— Мужчина, — наседает фирмач, — не упускайте свой шанс. Вот, взгляните на образцы товаров.

Из объемистой сумки извлекаются глянцевые упаковки. В них фен, миксер и прочие перечисленные товары.

— Пятьсот восемьдесят рублей, — не унимается молодой человек, — и вы становитесь обладателем прекрасной бытовой техники высшего качества, которая послужит не только вам, но и вашим детям. Не забывайте про наш бал, где будет проводиться беспроигрышная лотерея.

Наивно, глупо, рассчитано на дураков! Совершенно верно, подпишусь под каждым определением.

Особенно под последним. Но думаете, вокруг мало дураков? Или просто наивных людей, мечтающих выиграть хоть разок в лотерее жизни, увидеть улыбку удачи?

Почему так популярна передача «Поле чудес»? А чем объяснить, что даже скептики и пессимисты нередко смотрят всякие «Угадай мелодию», «О, счастливчик!», «Русское лото»…

Спроси в обычной ситуации любого из ставших жертвами мошенника, можно ли за без малого шестьсот рублей купить четыре немецких бытовых прибора? Человек эмоциональный в ответ покрутит пальцем у виска, а спокойный — иронично улыбнется. И тем не менее…

Тем не менее ежедневно жертвами торгующих наборами становятся десятки людей. Причем не только на вокзалах. Жулики выбирают места, где много приезжих, людей, неадекватно реагирующих на нестандартные ситуации, возникающие в большом незнакомом городе. К кому обратится за помощью обманутый? К милиции, администрации вокзала, руководству ВВЦ или директору рынка в Лужниках? И что скажет: обидели, обобрали, охмурили? Вряд ли он встретит сочувствие. Покупал-то добровольно, не последнее же отобрали? Кто мешал приобрести качественный товар в ближайшем магазине, получив при этом гарантию?

К тому же, что немаловажно, про обман купивший узнает не сразу. Конечно, он может вытащить из коробки утюг или миксер, но испытать качество их работы в кассовом зале поездов дальнего следования вряд ли сумеет. А внешне товар выглядит хоть куда. Только приехав домой и подключив приборы к электросети, он обнаружит, что утюг, вспыхнув как бенгальский огонь, навсегда утратил работоспособность, а миксер вращает лопатками со скоростью стрелок механического будильника. Фен же вообще не подает признаков жизни, а кофеварка, сварив три чашки, объявит затем бессрочную забастовку.

Это потом, как следует рассмотрев с соседями приобретенные товары, хозяин обнаружит, что изготовлены они где угодно, но не в Германии. И очень напоминают аппетитные на вид, но непригодные для еды пластиковые фрукты, которыми украшают витрины продуктовых магазинов.

Наборы могут состоять из упаковок фломастеров, фотоальбомов, книг, зажигалки с комплектом курительных трубок, рубашек с галстуками и так далее. Важно другое — все товары, рекламируемые как высококачественные, престижные и незаменимые, на поверку оказываются завалящей дешевкой, всученной вам втридорога…

Существует еще одна форма надувательства, напоминающая торговлю наборами. Схема ее такова.

Похожий как две капли воды на вышеописанного молодого человека зазывала вручает вам конверт с купоном. Объяснения тоже похожие: счастливый случай, юбилей фирмы, возможность с колоссальной скидкой отправиться вдвоем на Канарские острова… Для этого нужно лишь прийти в указанное время по адресу, отпечатанному на пригласительном билете. «Вы ничего не теряете», — вкрадчиво убеждает молодой проходимец.

По адресу, куда вы явитесь в назначенный час, будет располагаться солидная фирма. Все атрибуты налицо: тяжелые двери с сияющими бронзовыми ручками, предупредительные гардеробщики, пальмы в кадках, зал со столиками, между которых снуют разносящие шампанское и кофе длинноногие девицы… Сидящий за столом на возвышении мужчина в смокинге представляет устроителей мероприятия: президента фирмы, главу турагентства, директоров банка. Они приветствуют собравшихся открытыми радушными улыбками.

Есть ли желающие съездить на Канары? По залу пробегает легкий гул.

— По случаю юбилея фирмы приглашенные получают значительные скидки, — добавляет ведущий. А когда длинноногие красавицы раздают каждому нарядные, украшенные затейливыми гербами бумаги, мужчина в смокинге сообщает: необходимо заполнить анкеты, и затем сдать их вместе с задатком в размере 250 долларов.

— Можно в рублевом эквиваленте, — успокаивает ведущий, по-своему истолковывая вновь поднявшийся в зале ропот.

На этом этапе отсеиваются две категории граждан: малодушные и малоимущие. Большинство же, убаюканное солидностью интерьера и манерами организаторов, остается, заполняет бумаги и сдает деньги.

Среди тех, кто первым бежит с заполненными анкетами и долларами в руках, наверняка будут соучастники мошенничества. В их задачу входит сломать лед недоверия и сомнения, показать пример другим. Но не буду вдаваться в детали. Суть, как говорят, не здесь. Простофили и так нашлись бы в достаточном числе и, расписавшись в ведомости, получив квитанцию об оплате задатка, разошлись бы, довольные, по домам.

Через две недели, предвкушая радость увлекательного путешествия, любители прокатиться за чужой счет снова приходят по известному адресу. И не верят глазам. Ни кадок с пальмами, ни ковров, ни швейцара с галунами на отутюженных брюках… Все атрибуты солидной фирмы растаяли как дым, а на месте офиса открыт мебельный салон.

Возмущенные и еще не осознавшие глубины своего горя «туристы» бегут в местное отделение милиции. Начинается неспешное разбирательство. Через несколько дней выясняется, что никакой фирмы с указанным в бумагах названием не существует в природе, а помещение под липовую структуру было взято в аренду по паспорту жителя Киржача — пенсионера, получившего новый документ взамен утерянного еще три года назад.

Недавно фирма-невидимка с успехом прокрутила такую операцию в роскошном особняке вблизи Павелецкого вокзала. Скандал разразился нешуточный, поскольку одной из жертв оказался чиновник из администрации президента. Халява, она для всех сладка…

ГОТОВЬТЕ ЛЯПИС, ГОСПОДА!

Наивно полагать, что какой-нибудь, пусть даже самый мелкий, привокзальный бизнес ускользает от бдительного ока местных блюстителей закона. Можно проскочить на халяву раз-другой, торгуя цветами у пригородных электричек или липовыми проездными у входа в метро. Но рано или поздно к вам обязательно подойдет сержант патрульной службы и популярно объяснит, что, почем и как.

Жулики, торгующие наборами бытовой техники, отстегивают «красной» «крыше» по 100 рублей с пакета. Бабульки, сбывающие петрушку, укроп и прочие дары огородов, обложены незначительной данью — пятерка с человека. Сложнее и одновременно дисциплинированнее отношения между милицией и цыганами, которые традиционно активны в районе железнодорожных узлов.

На Киевском вокзале известный на всю Москву табачный рынок полностью контролируется цыганами. Доверчивому и поддающемуся внушению прохожему тут и погадают, и порчу отведут, ненавязчиво проверят содержимое сумок и карманов, а в некоторых случаях могут украсть или подменить золотое кольцо. Однако цыгане никогда не идут на открытый конфликт с представителями закона.

Как-то раз жертвой гадания «на волоске» (тот, кто знает, — поймет, о чем речь, а не имеющим представления и узнавать не советую) оказалась племянница начальника дежурной части ГУВД Москвы. У девушки обманным путем из кошелька вытащили крупную сумму денег. Когда потерпевшая попыталась воспротивиться грабежу средь бела дня, цыгане в свойственной им манере подняли крик, посулив «женщине страшную кару», и растворились в привокзальной толпе. Девушка не растерялась и пошла прямиком в местное отделение милиции.

Уже через пятнадцать минут от цыган прибежал старший и с извинениями возвратил похищенное назад. Типичным такой «хэппи-энд» не назовешь, но порядок в цыганском бизнесе, несмотря на его внешнюю хаотичность и неуправляемость, все же есть.

Особенно много гадалок и продавцов разнообразной мелочи около трех вокзалов. Здесь обосновались ярославские цыгане. Говорят, в Ярославле живет цыганский барон и туда регулярно переправляются заработанные деньги. Около Киевского вокзала можно встретить литовских цыган, специализирующихся на продаже «фирменных» курток с хлястиком из натуральной кожи.

Времена изменились. Когда-то излюбленным цыганским товаром была дешевая женская косметика: губная помада, кремы, пудра. Еще издали слышались без конца повторяемые вскрики: «Девочки: тушь, тушь, тушь!» И только потом уже вас обступали назойливые, прилипчивые продавцы. Сегодня косметика на любой вкус и достаток стала доступной. И на цыганском рынке чаще можно найти всевозможные подделки под ювелирные украшения из драгоценных металлов.

Самым распространенным товаром остается традиционный «цыганский набор» — серьги-шарики и обручальное кольцо. Все, разумеется, из «чистого» золота. Даже проба и клеймо стоят в положенном месте. Покупаются очень многие, считая, что подделать клеймо на металле сложно. Но обольщаться на этот счет не следует. В Костроме, где расположен крупнейший в России ювелирный завод, вышедшие на пенсию мастера без особых хлопот изготовят любое клеймо и поставят желаемую пробу. «Левши» у нас еще не перевелись.

Отличить подделку от благородного изделия можно несколькими способами. Медные побрякушки быстро окисляются, и изъян легко увидеть невооруженным взглядом. Латунные кольца смотрятся лучше — блеск как у настоящего золота. Но если их ударить о твердую поверхность они не издают характерного «золотого» звона. Кроме того, благородный металл имеет свой запах. Правда, отличить по запаху подделку от оригинала сможет далеко не каждый.

Иногда в ассортименте цыган встречаются фальшивые золотые червонцы. Внешне монеты выглядят безукоризненно: четкий профиль последнего российского самодержца, глубокий гуртик, даже специфических запах… Однако сделаны они по принципу шоколадной медали.

Золотые облатки скрывают совсем не золотое нутро. Распознать такое «произведение искусства» можно, поставив монетку на ребро. Настоящий червонец устоит, а подделка, со смещенным центром тяжести, обязательно упадет, не удержится.

Еще реже встречаются подделки под бриллианты. По внешнему виду это драгоценные камни чистой воды. Даже тест на электропроводность выдерживают — не придерешься. Такие камушки не изготовишь в подвале, чередуя работу с полноценным отдыхом за бутылкой водки. Их, как рассказали оперативники, делают в Польше в специальных лабораториях. Производство сложное и дорогое, но окупается с лихвой. Разница в цене между отличной подделкой и натуральным бриллиантом очень велика.

Умельцы-мошенники, шагающие в ногу со временем и наукой, достигают необычайного совершенства. Вот история, рассказанная мне неким Костей Л., давно и успешно занимающимся операциями на теневом ювелирном рынке. Однажды около автозаправки к нему подошел парень лет двадцати пяти:

— Братан, купи браслет. Деньги во как нужны!

Предложение о сделке парень проиллюстрировал хорошо известным жестом, резанув ладонью по заросшему щетиной горлу. Судя по внешнему виду, он был готов на самый безрассудный поступок, лишь бы получить возможность опохмелиться.

Костя-ювелир, чтобы сразу снять все вопросы — уж ему-то фуфло впарить невозможно! — покровительственно раскрыл ладонь:

— Окажи любезность!

Парень протянул товар. Браслет ослепительно сверкнул на ярком солнце. Редкое красивое плетение, массивная добротная вещь. Костя и не думал покупать что-то у незнакомого парня на какой-то бензоколонке… Но внешне-то придраться было не к чему. Как же отказать? Неужели он не сможет вывести пьянчужку на чистую ВОДУ?

Костя пристальнее взглянул на вещь — ни намека на разводы окиси. Чистый незамутненный блеск. Он поднял браслет к лицу, втянул воздух… И тут вдруг ему пришла в голову шальная мысль: «А что, если это золото? Настоящее золото! А у парня действительно трубы пылают — последнее пропил, опохмелиться не на что… »

Ювелир пошевелил пальцами руки — браслет засверкал звеньями плетения. Красота!

Он подумал еще немного. Разве может он ошибиться? Разве такое иногда не случается?

— Сколько хочешь? — спросил Костя.

Парень назвал цену.

«Тоже похоже на правду, — отметил про себя ювелир. — Ниже реальной стоимости, но и не настолько, чтобы явно выдавать подделку». Костя качнул браслет на ладони: «Баксов на пятьсот с работой тянет. Беру!»

— Ладно, — согласился ювелир, отсчитывая необходимую сумму, — давай «оформим».

Парень с радостью пересчитал купюры, попрощался и исчез. А Костя, положив в карман приобретение, сел в машину и, думая о том, как все-таки причудливо иногда улыбается фортуна, поехал дальше. Однако радовался он не долго.

Вернувшись домой, ювелир решил еще раз порадоваться удачной покупке. Особенно он не сомневался — браслет сделан из чистого золота. И аптечный карандашик ляписа, как в обиходе именуется азотно-кислое серебро, используемое для удаления бородавок с кожи, Костя достал скорее по многолетней привычке. Опыт опытом, а проверить не мешает.

Экспресс-тест был прост и доступен в любых условиях, чем, собственно, и удовлетворял перекупщиков драгоценных металлов. Достаточно лишь смочить поверхность исследуемого материала и провести по ней карандашиком ляписа, как все вставало на свои места. Когда золото оказывалось чистой пробы — оно нисколько не темнело, если же речь шла о «самоварном» драгметалле — то на изделии появлялся грязный темный налет, похожий на застарелую ржавчину.

Костя плюнул на браслет и мазанул по нему огрызком ляписа, торчавшим из черного пластикового пенала. В то же мгновение ювелир непроизвольно затряс головой. Ему показалось, что он грезит наяву: поверхность золота при контакте с реактивом почернела.

«Что за черт? — подумал он. — Быть не может!»

Но сомнение уже разрасталось в его сознании со скоростью вспыхнувшего тополиного пуха, который летом поджигают во дворах мальчишки.

«Наверное, поверхность браслета грязная, — пытался успокоить себя Костя, — нужно подснять верхний слой — тогда будет порядок».

Он лихорадочно пошарил рукой в ящике стола и вытащил тонкий надфиль, пару раз черканул им по звеньям браслета и помазал очищенный участок ляписом. На «золоте» вновь проступил темный налет…

— Сейчас мне самому смешно, — подвел итог рассказу Костя, сидевший напротив меня за столиком кафе «Русское бистро», — а тогда я в сердцах это фальшивое рыжье в окно выкинул. Чтобы так дешево купиться? Я в бизнесе с восьмидесятых, через мои руки тонна золота прошла, наверное. А тут какой-то черт латунь впарил! — Ювелир вздыхает и усмехается: — Жулья развелось столько, что впору ляписами торговать…

Не знаю, как насчет ляписов, но наркотики на вокзалах сбывают давно и успешно. Многие павильоны, официально занимающиеся продажей цветов, принимают в этом активное участие. Особенно на вокзалах южного и западного направлений — Курском, Киевском, Белорусском. На Курском существует два длинных подземных тоннеля, тянущиеся под всем вокзалом и соединяющие залы ожидания и торговый центр с множеством железнодорожных платформ. Оперативники условно обозначают их как ближний и дальний переходы.

Ближний — более или менее цивилизованный. Там постоянно ходят патрули, снуют пассажиры. Дальний тоннель получил название «дикорастущий». Это грязный, плохо освещенный коридор, где даже в дневное время люди стараются ускорить шаг и побыстрее выйти на платформу или в зал ожидания. Здесь проститутки торгуют телом, а неопрятные молодые люди с бегающими глазками продают сопутствующий товар — порножурналы самого широкого профиля. В дальнем переходе можно приобрести и наркотики.

Пушеры — торговцы расфасованным зельем — крутятся около имеющего нехорошую известность кафе «Рубин» или у входа в тоннель. Они никогда не передают товар из рук в руки. Получив деньги, пушер дает команду человеку, который и вручает «чек» с наркотиком покупателю в конкретном месте. Об этом следует рассказать подробнее.

Почти в самом конце дальнего тоннеля есть неглубокая ниша, где размещается грузовой лифт. Ниша отгорожена от тоннеля воротами в виде толстой двойной решетки. Обычно они закрыты на замок, и попасть по другую сторону решетки можно лишь сверху через платформы, минуя запутанную систему лестниц и переходов.

Покупатель наркотика подходит к решетке со стороны тоннеля, а торговец зельем попадает в нишу через лабиринт грузового лифта. Если даже покупатель приведет за собой хвост, продавец останется в безопасности, так как решетка служит ему защитой. В случае необходимости наркодилер успеет сбросить чек с зельем и убежать назад. Перефразируя крылатую фразу, можно сказать: и овцы сыты, и волки целы.

Описание московских вокзалов будет неполным, если не коснуться темы такси. Стоянки машин располагаются по соседству, иногда десятилетиями не меняя традиционных мест.

Ушло в прошлое славное время, когда любой автовладелец со стороны мог при желании «подбомбить» — взять пассажира для заработка. Рынок исправил это анархичное порождение социализма. Теперь территория около вокзала бдительно охраняется от чужаков. Хочешь халтурить - нет проблем. Плати бригадиру и жди пассажира на стоянке хоть круглые сутки. Если же «непрописанный» водитель осмелится нарушить правило, то рискует остаться у вокзала очень надолго. Одному такому упрямцу на Курском порезали все четыре покрышки, и ему пришлось собирать «запаски» по знакомым, чтобы просто отбуксировать свой автомобиль с привокзальной стоянки.

В общак таксисты скидываются не по доброй воле. Они люди самостоятельные лишь до разумных границ. Конечно, платить неохота. Но что делать? С «крышей» не забалуешь…

У Киевского вокзала, например, такой расклад. Таксисты, паркующиеся около 2-го подъезда, где останавливаются пригородные электрички, опекаются таганской группировкой. Те, кто берет пассажиров у центрального входа, — рядом с гостиницей «Рэдиссон Славянская», — платят солнцевским. Расценки изменяются в зависимости от курса доллара. Ночники отстегивают по 500 рублей в месяц, работающие днем — по тысяче.

На Курском вокзале другие порядки. Местных таксистов никак не могли поделить между собой таганские с измайловскими. Противостояние группировок закончилось тем, что акулы столичного извоза обязались сами раз в месяц отправлять «грев» в лагеря Мордовии. На собранные бригадирами деньги закупаются водка, чай, сигареты, конфеты, одежда… Затем все грузится в три крытых «КамАЗа» и, в сопровождении охраны на легковых машинах, отправляется на зоны.

По такой же схеме организована работа такси на остальных вокзалах. По-другому нельзя. Жить надо справедливо — по «понятиям».

Своеобразие нынешнего привокзального извоза состоит еще вот в чем. Редко кто из водителей соглашается ехать на небольшое расстояние. Они предпочитают стоять без дела, играть в карты или травить анекдоты, сидя в прокуренном салоне автомобиля, но не размениваться по мелочам. Лучше дождаться хорошего поезда и взять пассажира «на удар». Другими словами, за одну посадку получить столько, сколько другие соберут за целый день изнурительных поездок по задыхающемуся от избытка транспорта городу.

Бывают исключения из правил. Рассказывают такой полуанекдот. К стоянке такси у Ярославского вокзала, расположенного по другую сторону площади от Казанского, подходит приезжий с набором объемистых сумок. Нервно поглядев на часы, он обращается к стоящим у машин водителям:

— Кто свободен?

Шоферюги, которым в радость любое развлечение, лениво отвечают:

— Все, папаша. В свободной стране живем.

— Ребята, я опаздываю. Полчаса до отхода поезда. Наш на три часа позже прибыл…

— Ладно, ладно, — снисходительно успокаивает один из водителей. — Куда ехать-то надо? За полчаса… У нас ведь не вертолеты, дядя!

— До Казанского вокзала.

Таксисты еле сдерживают улыбки.

— Ну-у, — разочарованно тянет водитель.

— Я заплачу, ребята, — почти умоляет пассажир. — Нельзя мне опаздывать…

— А сколько заплатишь-то? — продолжает водитель. — Путь неблизкий, но постараться можно.

— Ваша цена, — выдыхает пассажир.

И таксист, не моргнув глазом, хотя до Казанского вокзала пешком три минуты — пересек площадь, и там, — объявляет «аэрокосмическую» цену.

— Поехали, — соглашается опаздывающий и, едва не добавив слово «благодетель», бросается к потрепанному «Москвичу».

Возможно, подобные случаи редкость. Но то, что анекдот взят из жизни, подтвердит любой занимающийся частным извозом водитель. Если же использовать лексику таксистов, то итог прозвучит так: один «удар» — и ты «в шоколаде»…

Глава 2

ВСЕ ЧЕТЫРЕ КОЛЕСА

Москву нельзя представить без автомобилей.

Они — привычная деталь столичного ландшафта, его украшение и изъян одновременно. С одной стороны, по улицам разъезжают самые роскошные и престижные новинки автосалонов, которые раньше можно было увидеть лишь на страницах модных журналов или каталогов. С другой — передвигаться по городу на машине порой просто невозможно — быстрее и проще на метро или пешком.

В летние месяцы выхлопы двух с половиной миллионов двигателей зависают над столицей в виде сизой удушливой дымки. Зимой на раскисших заснеженных дорогах поездка превращается в испытание нервов водителей и пассажиров.

Тем не менее число легковых машин в Москве продолжает расти. И снижения автомобильного бума, а значит, связанных с ним преступлений — краж, угонов, грабежей и разбоев — ожидать не приходится. Почему так происходит, вопреки перегруженности города транспортом и продолжающемуся экономическому спаду? Чем объяснить стремление людей во что бы то ни стало обзавестись легковой машиной? Среди прочих предположений есть и такое: стать автовладельцем человека заставляет мегаполис, подчиняющий своим законам психику и менталитет горожанина.

«ОДНОГЛАЗЫЙ БАНДИТ»

Когда-то столицу круглосуточно обслуживали машины двадцати одного таксопарка. Автомобильная империя, входившая в систему Мослегавтотранса, существовала десятки лет и, казалось, будет существовать всегда. Но времена изменились. В прежнем виде московского такси давно нет. Осталось лишь два таксопарка с теми же порядковыми номерами. Другие автопредприятия перепрофилировались или, после нескольких реорганизаций, превратились в частные фирмы, занимающиеся перевозками пассажиров и грузов.

Изменения на рынке автоуслуг объясняются хаотичным и плохо продуманным акционированием таксопарков, что привело к разрушению безукоризненно отлаженной системы. Впрочем, даже если бы этого не случилось, система таксопарка была обречена. Во-первых, число автомобилей в городе выросло в сотни раз, и такого спроса на такси уже нет. Во-вторых, извозом теперь может заниматься любой водитель.

И все же столичное такси, даже в том виде, в котором оно сохранилось, представляет несомненный интерес. Без рассказа об извозе контуры криминальной географии Москвы оказались бы неполными.

Еще не так давно 90 процентов легковушек, двигавшихся по улицам столицы, имели черные «шашечки» на дверях. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть старые фотографии или кинохронику. В семидесятых и восьмидесятых таксомоторы оставались для города важнейшим видом транспорта. Социальную значимость такси подтверждают и такие факты. С помощью таксистов удавалось раскрывать преступления. Автомобилями ведь пользовались не только добропорядочные пассажиры. Да и сами водители нередко оказывались членами банд, сами принимали участие в налетах и ограблениях.

Случалось, таксисты становились жертвами преступников. Их профессия, по оценкам криминологов, входила в группу риска.

До сих пор остается нераскрытой серия убийств таксистов, зафиксированная сразу в трех городах — в Санкт-Петербурге, Твери и Москве. В ней двенадцать эпизодов. Во всех случаях убийца подсаживался в машину на заднее сиденье и производил единственный выстрел из самодельного пистолета. Смерть наступала от ранения в затылок или в голову за ухом. В Москве преступник «отметился» трижды. Причем дважды в течение одних суток в районе Берингова проезда на окраине столицы. Мотивы убийств невыяснены. В одном из эпизодов в машине осталась лежать нетронутой сумка с тысячью рублями.

Серия прекратилась так же внезапно, как и возникла. И, невзирая на усилия милиции, преступника задержать не удалось. Оперативное дело под названием «Мелкаш» уже несколько лет без движения лежит в сейфах.

Более серьезных случаев охоты на таксистов не зафиксировано, хотя нападения на них случаются постоянно. Однако водители и сами, еще со времен существования государственного таксомотора, заслужили далеко не безупречную репутацию. Неспроста автомобили с зеленым огоньком в правом верхнем углу лобового стекла назывались иногда «одноглазыми бандитами»…

Опытные сотрудники уголовного розыска помнят историю почти десятилетней давности. Тогда двое водителей 2-го таксопарка Москвы были осуждены за серию убийств молодых женщин. Преступники получили по пятнадцать лет строгого режима, хотя прокурор, опираясь на букву закона, требовал исключительной меры наказания (в то время российские суды приговаривали к расстрелу).

Решение суда объяснялось не началом либерализации правоприменительной практики. Дело в том, что сыщикам удалось отыскать тело лишь одной жертвы. Остальные трупы, спрятанные убийцами в тихих перелесках Люберецкого и Раменского районов Московской области, найдены так и не были.

Схема, по которой действовали преступники, оказалась простой и надежной. Выбрав ночной рейс, они подъезжали к Курскому вокзалу или аэропорту Быково, где находили одинокую симпатичную женщину. Порой подходили вдвоем, открыто предлагая свои услуги. Иногда, чтобы не насторожить жертву, второй убийца подсаживался позже под видом случайного попутчика.

Но маскировка использовалась редко. У измученных долгой дорогой женщин притуплялось чувство осторожности, они никогда не отказывались и попадали во власть похотливых и жестоких убийц.

Преступники прекрасно ориентировались в пригородной полосе. Завезя жертву в глухое место, они сначала по очереди ее насиловали, а затем душили шнуром или забивали насмерть монтировкой. Не помогали ни мольбы о пощаде, ни попытки женщин договориться со злодеями по-хорошему… У одной из них сиротами остались дети, у другой остались муж и ребенок.

Завершив дело, убийцы тщательно осматривали труп, снимали драгоценности — кольца, сережки, нательные крестики (на след преступников вышли благодаря золотому обручальному кольцу, которое они попытались сбыть в районе метро «Бабушкинская»). Затем выворачивали карманы, рылись в сумках и чемоданах. Тела закапывали, иногда бросали в карьер или канаву, однажды сымитировали самоубийство: задушенную девушку затащили в лес и повесили на дереве.

Особенно приглянулся убийцам небольшой перелесок у деревни Донино неподалеку от аэропорта Быково. Там они зарыли тела нескольких жертв. Оперативники, пытаясь закрепить показания, потратили десятки дней на поиски захоронений. К раскопкам привлекались солдаты ближайшей воинской части, зимой, чтобы растапливать снежный покров, из Жуковского привозили авиационную турбину, в работе использовали тепловизор.

На роковую полянку привозили даже двухлетнюю свинью, в надежде, что животное по запаху тления сможет определить участок, где спрятано тело. Увы, и это не помогло. Дело было направлено в суд, который юридически признал только один эпизод убийства. Остальные жертвы, фактически, остались неотмщенными.

Родственники погибших — матери и мужья — до сих пор не могут успокоиться оттого, что их жен и дочерей невозможно по-человечески похоронить…

Не менее громким стало разоблачение другой группы таксистов — знаменитой банды Шмеля. Большая часть грабежей начиналась в аэропорту Шереметьево, где бандиты подбирали нужных пассажиров. В головное такси усаживали подходящих людей, а второе, где сидели главарь Шамиль Гадаев по кличке Шмель, его дружки Димон, Маэстро, Леший, ехало следом. В темном месте машины останавливались, пассажиров обыскивали и выбрасывали в чем мать родила на обочину. А бандиты с чужими ценностями и багажом скрывались в неизвестном направлении.

Первое заявление сотрудники уголовного розыска получили от гостей из Гвинеи. Подобрал туристов дежурный наряд милиции на Пятницком шоссе. Картина была не для слабонервных: холодная поздняя осень, ночь, на обочине дороги, прикрывая срам одной рукой, а другой отчаянно размахивая в сторону проносящихся мимо машин, стоят два голых негра…

Затем последовали другие эпизоды. Почерк оказался одним и тем же. Нападения совершались ночью, номера такси залеплялись грязью или снимались, действовали преступники дерзко и расчетливо.

Ниточка потянулась от автозаправочной станции на Ленинградском шоссе, где незадолго до нападения на пассажиров заправлялся один из бандитов по кличке Маэстро. По талонам на бензин вышли на водителя 11-го таксопарка. Установили «наружку», вычислили остальных участников преступной группы. Среди них оказалось трое таксистов.

Их взяли на «взлете». По агентурным данным, банда Шмеля готовилась к более серьезной операции, закупала оружие. Преступники собирались на шоссе тормознуть и «выпотрошить» целый «икарус» с иностранцами. Им надоело хапать по мелочам, захотелось взять много и сразу.

Банда Шмеля, по свидетельству опытного сыщика МУРа Николая Керенцева, была первой ласточкой в этой области криминального автобизнеса. Очень скоро разбои на дорогах, нападения на рейсовые автобусы, большегрузные фуры и автокараваны стали настоящим бедствием для водителей и милиции. Особенно часто страдали так называемые челночники, отправляющиеся за покупками из российских городов в Восточную Европу и Прибалтику. На трассах Москва — Серпухов, Москва — Санкт-Петербург ограблению подвергался почти каждый автобус шоп-туров.

У налетчиков была прекрасно отработана схема нападений. Они заранее получали информацию из туристических агентств о времени отправления и маршруте автобуса. На удобном участке трассы «икарус» блокировался машинами бандитов. Иногда достаточно было подать сигнал рукой, чтобы водитель автобуса следовал за «Жигулями» разбойников на малоприметное боковое шоссе. Реже автопираты применяли оружие. Могли для острастки, например, прострелить лобовое стекло «икаруса» или пробить покрышки. Такое, впрочем, случалось лишь несколько раз. Позже, когда о налетах пошла молва, водители, не дожидаясь стрельбы, немедленно подчинялись требованиям бандитов и следовали за ними в указанном направлении.

Оказавшись в лесу в стороне от трассы, пассажиры «икаруса» попадали в полную зависимость от вооруженных преступников. Не желавших отдавать деньги и ценности упрямцев жестоко избивали, или, если сопротивлялись чересчур шустро, дело кончалось для них огнестрельными ранениями. Но большинство челноков предпочитали добровольно выкладывать баксы, не рискуя жизнью и здоровьем.

Еще чаще нападениям подвергались водители большегрузов, интенсивность перевозок которыми выросла за последние годы в десятки раз. Фуры с бытовой электроникой, продуктами и промышленными товарами бесследно пропадали на подъездах к Москве. Иногда их находили, но без грузов и без водителей. Так случилось с трейлером «вольво» и его шофером финном Эркки Салоранта.

СОБИРАЯСЬ В ДАЛЬНИЙ ПУТЬ, «АКМ» НЕ ПОЗАБУДЬ

Брошенный автомобиль с финскими номерами милицейский патруль обнаружил на Ленинградском шоссе. Огромный рефрижератор «Вольво PEL-890» стоял у обочины с включенными габаритами, противотуманными фарами и работающим двигателем. Инспекторы патрульной машины заглянули в кабину и с удивлением увидели, что она пуста.

Боковые стекла на дверях отсутствовали — вместо них была натянута полиэтиленовая пленка. В салоне «вольво», принадлежащего финской фирме «Аалтонен», валялись осколки разбитых стекол. На спальном месте водителя нашли синтетический матрас и одеяло с пододеяльником, перепачканные засохшей кровью. Двери кузова рефрижератора были открыты, какой-либо груз отсутствовал. Из найденных в кабине документов удалось выяснить, что водитель Сапоранта вез из Финляндии в Москву шоколад «Hershey's».

Большего на первых порах выяснить не удалось. Впрочем, и дальнейшие поиски дальнобойщика и сладкого груза так ни к чему и не привели.

Подключившиеся к расследованию сотрудники уголовного розыска установили, что таможенный контроль в Выборге Салоранта прошел накануне утром. Около десяти вечера того же дня финский рефрижератор подкатил к воротам автостоянки «Аврора-Терминал» в Химках. Но на территорию базы «вольво» не заехал. Как пояснил Салоранта встретившемуся водителю Кари Ниеминену, на автостоянке было мало места.

Ближе к полуночи в кабину Салоранты заглянул его коллега Рейо Тиайнен. Приятели закусили и выпили по банке финского бренди. Во время трапезы они переговаривались по радиотелефону с другими шестью большегрузами из Финляндии, ночевавшими на территории «Аврора-Терминал».

Расстались они примерно в половине первого ночи. Прощаясь, Тиайнен попросил разбудить его в семь утра. С этого момента Салоранта никто не видел. Хотя ровно в 7.00 в динамике переговорного устройства машины Тиайнена прозвучали слова на финском языке: «Рейо, просыпайся». Кто произнес эту фразу, непонятно. Тот, кому она адресовалась, спросонья не разобрал. Однако он сообщил, что радиосвязь между большегрузами действует на расстоянии от 100 метров до 20 километров.

Собранные оперативниками факты ничего утешительного не сулили. Так, примерно в 16.00 в районе Твери у финских водителей была «перекличка». Тиайнен услышал, что кто-то, проезжая мимо рефрижератора Салоранта, видел ведущие от него к колее легкового автомобиля три цепочки следов. Скорее всего, груза в кузове уже не было, так как имевшийся в кабине «вольво» самописец зафиксировал значительное нарушение температурного режима в кузове.

Расшифровка других данных «черного ящика» свидетельствовала, что до места последней стоянки на Ленинградском шоссе фура «вольво» двигалась примерно 18 минут уже порожняком. Сыщики обнаружили две автодороги, по которым злоумышленники могли перегнать разгруженную машину — через поселок Лунево и мимо аэропорта Шереметьево-2. На обоих шоссе посты ГАИ отсутствуют.

По факту пропажи финского водителя было возбуждено уголовное дело. Сотрудники милиции опросили жителей близлежащих населенных пунктов Елино, Полигон МАДИ, Черная Грязь, Ржавки, прочесали местность в районе обнаружения рефрижератора, проверили больницы, общежития и гостиницы Зеленограда, Солнечногорска, Химок, но на след Салоранта так и не напали. Не помогла публикация фотографии финского гражданина с описанием его примет в газетах и листовках. Водитель исчез также бесследно, как и его безобидный сладкий груз.

Никто из знакомых с обстоятельствами дела не сомневается, что Салоранта был убит членами одной из банд, пиратствовавших на оживленных трассах Московского региона.

Проблема оказалась настолько серьезной, что потребовала от МВД экстраординарных мер. В управлениях уголовного розыска Москвы и Московской области были сформированы специальные мобильные подразделения, ориентированные на борьбу с автобандами.

Вал преступлений удалось сбить. В Москве, Балашихе, Видном, Чехове и других городах были задержаны несколько бандитских группировок. На дорогах стало спокойнее, но не настолько, чтобы пренебрегать мерами безопасности при перевозке ценностей. К тому же сами налетчики постоянно видоизменяли методы и способы совершения преступлений. Если первое время они использовали только оружие, то позже в ход пошли мобильные радиостанции, обеспечивающие надежное контрнаблюдение, маски и перчатки, позволяющие оставаться «невидимками» для жертв налетов. В последнее время бандиты все чаще облачаются в милицейскую форму, лишая водителей последней надежды — уйти за счет скорости и маневра от останавливающих их на пустынном шоссе незнакомцев.

Дошло до абсурда. Чего стоит, например, такая Цитата из газеты: «… Лучше не останавливаться на трассе даже по сигналу настоящих гаишников. Безопасно делать остановки только на стационарных постах ГАИ. Могут последовать наказания, но зато и машина, и тем более жизнь будут в целости и сохранности».

А теперь догадайтесь, чья газета призывала игнорировать требования сотрудников Госавтоинспекции? Ни за что не поверите, потому что это «Перекресток» — ведомственный печатный орган столичных блюстителей законности на дорогах. Как говорится, приехали!

Правда, нет худа без добра. Боязнь потерять грузы заставила организаторов перевозок тратиться на охрану. Причем в этой ситуации прибегать к помощи бандитской «крыши» было бы недальновидно. В случае конфликта перестрелка на дороге бросала тень на владельца груза. Поэтому коммерсанты обращались за помощью к тем, кто мог применять оружие на законных основаниях.

Учитывая бедственное материальное состояние отечественной милиции, недостатка в желающих сопровождать грузы не наблюдалось. Этим заработком не брезговали даже старшие офицеры. Я лично знаю нескольких полковников, которых нужда заставляла садиться в трейлер рядом с водителем, прижимая локтем наплечную кобуру с табельным пистолетом Макарова.

Сегодня автокараваны редко отправляются в путь, не заручившись солидной защитой представителей правоохранительных структур. Как правило, фуры сопровождают крутые ребята из спецназа, вооруженные самым современным скорострельным оружием. Понятно — такие услуги обходятся в копеечку. Но когда на кон ставится сохранность нескольких трейлеров с радиоаппаратурой или парфюмерией, с затратами не считаются. Потому что проигравший на дороге может стать банкротом.

«ЖИГУЛЬ» В РОССИИ БОЛЬШЕ ЧЕМ «ЖИГУЛЬ»

И все же наиболее распространенным объектом преступлений на дороге остается не перевозимый груз и не водитель с пассажирами, а непосредственно сам автомобиль. В системе ценностей соотечественников личный автотранспорт занимает особое место. Для жителя России автомобиль не просто средство передвижения, он нечто большее — символ достатка и благополучия. Так уж сложилось исторически.

Это в США инженер Генри Форд еще в 1908 году создал легендарный «Форд-Т», посадивший Америку на колеса. Покупка того автомобиля была по карману любому. Его базовая цена не превышала 300 долларов. В Германии народный автомобиль, потому так и названный — «фольксваген», запустили в серию еще в тридцатых годах, когда в России легковую машину многие даже еще «живьем» не видели.

Первые автомобили массового производства у нас появились в начале семидесятых, после того как был запущен конвейер «ВАЗа» в городе Тольятти.

Строго говоря, малолитражки начали производить уже после войны в Москве на нынешнем АЗЛК, а машины представительского класса «Победа» и позже «Волга» собирали в Горьком. («Запорожцы», создававшиеся на базе инвалидной коляски, трудно отнести к категории полноценных легковых автомобилей.) Однако спрос на «Москвичи» и «Волги» в сотни раз превышал предложение. Заводы работали в основном на госзаказ, отправляя в розничную продажу лишь небольшую часть машин.

Цены на отечественные легковушки были заоблачными. На зарплату инженера купить «Волгу» и даже «Москвич» было невозможно. Тем не менее в свободной продаже они не появлялись. И даже очередь на приобретение легкового автомобиля разделялась на категории. Отдельная очередь была у инвалидов войны и труда, отдельная — у передовиков производства, сотрудников министерств, научно-исследовательских институтов, крупных предприятий, рабочих труднодоступных областей Севера. В качестве поощрения государство из особых лимитов выделяло легковушки элите общества — знаменитым артистам и писателям, выдающимся ученым, космонавтам, партийным и профсоюзным деятелям.

Личный автомобиль превратился в знак некоей кастовой принадлежности, его наличие было признанием того факта, что человек достиг в жизни вершины успеха и процветания. Ситуация немного изменилась, когда с конвейера ВАЗа начали сходить «Жигули». Но изменилась лишь внешне. Просто легковушки стали чуть доступнее, в том смысле, что их стало больше. В сознании же большинства граждан автомобиль по-прежнему оставался символом. И наиболее исчерпывающей, емкой характеристикой преуспеяния были слова: «Он купил машину».

В этот период появился особый термин — автолюбитель. Возможно, похожее слово легко найти и в других языках. Но похожее только формально. Это будет аналог словарный, а не смысловой. Потому что нельзя объяснить непосвященному, какая симфония радостных и гордых чувств возникала в сердцах соотечественников в ответ на слово «автолюбитель». Заметьте: не автовладелец, а именно автолюбитель…

Этим и объясняется благоговейное отношение к личному транспорту, благополучно сохраненное нашим менталитетом, вопреки изменению большинства базовых составляющих общества — как экономических, так и политических. «Жигуль» в России больше чем «жигуль».

Владельцы всегда тревожились за сохранность автомобилей, берегли их пуще Кощеева яйца: прятали в стальные гаражи с многочисленными замками, устанавливали всевозможные «секретки», не оставляли на улицах без присмотра.

Постепенно число частных автомобилей росло. Конвейеры в Москве, Горьком и Тольятти сбывали свой товар на ура, но очереди на покупку не уменьшались. Скорее наоборот. Число желающих приобрести машину увеличивалось с каждым годом. На черном рынке стоимость легковушки превышала отпускную в два-три раза. А за белый «ГАЗ-24» многие гости из солнечной Грузии готовы были выложить 50 тысяч рублей! Астрономическая сумма, если учесть, что зарплата государственного служащего редко превышала 160 рублей в месяц, а цена «Волги» в розницу была 9 тысяч рублей.

Магазин «Автомобили» на Южнопортовой улице в Москве (единственный специализированный магазин того времени) превратился в центр купли-продажи легковушек. На этом небольшом пятачке земли в грязном промышленном районе столицы совершались все сделки. Тут орудовали группы кидал, расплачивающихся с лохами резаной бумагой в банковских упаковках, здесь банды чеченцев высматривали потенциальные жертвы, чтобы потом выкинуть их из машины в безлюдном переулке или на пустынном участке шоссе.

В Южном порту и орудовал таинственный убийца, на счету которого было двенадцать жизней. Он находил денежных покупателей, предлагал съездить посмотреть продаваемый им автомобиль, вывозил людей за Кольцевую дорогу, где хладнокровно с ними расправлялся.

Все преступления имели характерную особенность: жертвы получали пулю в затылок. Других следов убийца не оставлял. Только однажды он допустил ошибку. Проезжавший по шоссе Москва — Симферополь водитель видел, как высокий, загорелый мужчина 40–45 лет вытаскивал из стоящих на обочине «Жигулей» чье-то тело. Позже со слов очевидца составили фоторобот подозреваемого. Все, что известно о преступнике…

Золотые денечки криминального автобизнеса наступили позже, с изменением экономической политики государства и появлением разветвленной сети автомобильных рынков и магазинов. Именно в этот период возникли бригады угонщиков с четким распределением функций, соответствующей технической подготовкой, связями в ГАИ и силовым прикрытием со стороны «быков-отморозков».

Кражи автомобилей стали едва ли не самым прибыльным делом. По свидетельству опытных сыщиков, даже квартирные воры со стажем, всегда имевшие «на кармане» хорошие деньги, с завистью поглядывали на безалаберных, но процветающих «отверточников». Так называют профессиональных угонщиков на жаргоне перекупщиков краденых автомобилей.

Ситуация вполне понятная. Много ли можно за один раз унести из квартиры? Конечно, есть дома, где несколько безделушек позволят получить целое состояние. Но такие квартиры, как правило, под охраной, приходится возиться со сложными замками, рискуя быть замеченным соседями. А потом мучиться со сбытом известных коллекционерам и милиции уникальных вещей. Наконец, на месте преступления неизбежно остаются следы, улики… А автомобиль? Это же мешок денег на колесах. Главное — проникнуть внутрь и завести двигатель. И — ищи ветра в поле.

Пик краж автотранспорта, по мнению криминалистов, пришелся на 1992 год, когда за сутки в Москве угоняли до 80 автомобилей! Воры из-за бесконтрольного хождения в России бланков техпаспортов, справок-счетов и прозрачности границ бывшего СССР получили возможность беспрепятственно перемещать и легализовывать краденое в любой части СНГ. Из Европы потянулись бесконечные караваны похищенных «мерседесов», «БМВ», «вольво», «фордов», джипов.

Привилегированные условия, в которых оказались угонщики, объяснялись развалом некогда мощной системы всесоюзного учета и розыска ГАИ. Воры без хлопот перепродавали украденные в Москве машины в Прибалтике, Грузии, Молдавии, в Краснодарском крае и Ростовской области. Даже выйдя на след похищенного автомобиля и установив адрес его нового владельца, вернуть собственность законному хозяину было почти невозможно. В каждой бывшей республике Союза появились независимые правоохранительные органы, собственный оперативный учет, богатые покупатели со связями.

Крупнейшим потребителем краденого транспорта стал Кавказ. Особенно преуспела в этом Чечня. Она превратилась в черную дыру, куда безвозвратно уезжали похищенные автомобили.

Впрочем, краденый транспорт переправлялся из столицы в страны ближнего зарубежья не только по земле, но и по воздуху.

«ЖИГУЛИ» АВИАБАНДЕРОЛЬЮ

Первая информация, полученная оперативным путем из Калужской области, вызвала у сыщиков недоверие. Возможно ли, чтобы «Жигули» или другие ворованные автомобили вывозили из России в Армению на самолетах! Да еще откуда! С территории тщательно охраняемого закрытого объекта — аэродрома Ермолинского летно-испытательного исследовательского предприятия.

Ермолино — городок небольшой, на карте не сразу разглядишь. Зато расположен на границе Московской и Калужской областей, недалеко от скоростных магистралей. Место тихое, но удобное. Особенно для тех, кто занимается не терпящими большой огласки и лишних разговоров делами. А именно этот профиль деятельности выбрал руководитель товарищества с ограниченной ответственностью «Гермес», некий уроженец Еревана Тельман М.

Благодаря организаторским способностям дельца и его партнеров в аэропорт Звартноц были благополучно вывезены на самолетах «АН-12» и «АН-26» Десятки угнанных в Москве машин — «Волг», «Жигулей», иномарок…

По свидетельству заместителя начальника отдела МУРа Александра Соловьева, жулики занимались этим бизнесом около года. Число переправленных в Армению автомобилей, понятно, никто точно не назовет. Зато можно с уверенностью сказать, что в обороте у проходимцев были сотни тысяч долларов. Ведь даже по самым скромным расценкам стоимость «мерседеса» не опускается ниже десяти тысяч «зеленых». А среди угнанных «по воздуху» лимузинов встречались не только машины отечественного производства.

Сначала в Ермолине задержали очередную партию подготовленных к отправке по воздуху автомобилей. Два «жигуленка» и новенькая «Волга» числились в розыске. Между прочим, «ГАЗ-31» был украден из гаража Белого дома.

Подняли сопроводительные документы на грузы, и… выяснилось, что только за шесть последних месяцев в Армению вывезено 42 автомобиля. Отправляли их одни и те же люди — Тельман М. и компания. Запросив данные о машинах в компьютерном центре МВД, получили ожидаемый ответ — все авто находились в розыске.

Тельмана М. и еще пятерых человек, прибывших на «мерседесе» с австрийскими номерами, чтобы «помахать платочком» вслед улетающему на историческую родину грузу, сыщики Калужского УВД задержали в аэропорту Ермолино. Арестовали и пять «Жигулей», уже дожидавшихся своей очереди в соседней деревне. Были изъяты папки документов — свидетельств коммерческой изобретательности жуликов, а сами «герои» отправились в изолятор временного содержания.

Механизм отправки «авиабандеролей» на четырех колесах был предельно прост. В полет снаряжались разные товары — ящики со «Сникерсами», макароны, детские вещи, полистирол, парфюмерия и прочее. Кроме того, в зависимости от объемов и веса груза к этому списку добавлялись автомобили.

Армения — самостоятельное государство, а значит, все отправленные вещи должны пройти таможенный досмотр. Эта процедура никаких затруднений не встречала.

Обнинский пункт Приокекой региональной таможни находится в пятнадцати километрах от Ермолина. Туда отправитель груза и представитель фирмы-перевозчика ТОО «Гермес» в лице Тельмана М. везли, разумеется, не грузы, а только документы.

Документация и в Ермолине, и на таможне велась не слишком аккуратно. Трудно сказать, чего здесь больше — нашей привычной безалаберности или конкретного умысла, но факт остается фактом: документов, уличающих руководителей фирмы в преступной деятельности, не оказалось. У представителей таможни остались рукописные копии накладных. В них нельзя отыскать не только упоминания об автомобилях, но и никаких подписей Тельмана М. и его специалистов.

Переправка угнанных машин по воздуху была поставлена на поток. Характерен такой факт. В подмосковном городе Жуковском на одном из предприятий при Летноисследовательском институте имени М. Громова (некогда могущественном и мощном авиаиспытательном центре) 70 процентами акций владела некая армянская фирма. Легко догадаться, что и из Жуковского в солнечную Армению самолеты улетали успешно. И там ТОО оставило свой след — из Подмосковья в Ереван «переехал» элитный автомобиль «порше».

После истории в Ермолине воздушный мост был «разведен», что вызвало искреннее сожаление в ЛИИ. Как объяснили авиаторы, работать с ТОО было одно удовольствие. Армянские партнеры по конверсионному бизнесу могли решить любые вопросы: нет керосина для полетов — пожалуйста, в любом количестве, есть проблемы с наличными дензнаками — никаких беспокойств, назовите сумму…

О размахе перевозок говорит и то, что на группу армянских угонщиков вышли почти одновременно представители ГУУР МВД РФ и других оперативных служб. Подтвердились эти догадки в Армении, куда российские сыщики ездили в командировку. Только в одном районе Еревана, просматривая справки об учете автотранспорта за четыре месяца, сыщики обнаружили более 60 машин, числившихся в розыске по России. Из них 22 автомобиля прибыли в столицу Армении после беспосадочного перелета Ермолино — Звартноц. Однако изъять краденое и вернуть его законным владельцам в Москве, даже при соответствующей визе прокуратуры Армении, практически нельзя. У автомобилей теперь новые хозяева, которые расставаться с приобретенной собственностью не хотят.

ИНДУСТРИЯ УГОНА

Грубо, с грохотом и скрежетом, в автомобиль влезают лишь «случайные» люди или неопытные зеленые новички. Как правило, уважающий себя угонщик-профи делает все аккуратно, заранее приготовив необходимый инструмент и ознакомившись с технической защитой объекта.

В деле опытный автомобильный вор напоминает фокусника-иллюзиониста. Он в считанные секунды при помощи стальной линейки или проволочной петли откроет фиксаторы дверей, капот и багажник, мгновенно беглым взглядом окинув салон и двигатель, определит «секретку» и хладнокровно овладеет не только ситуацией, но и автомобилем.

И не питайте надежд, что вашу собственность на колесах защитит модная электроника. Достижениями научно-технического прогресса жулики пользуются так же охотно, как и добропорядочные граждане. Серьезные группы автоворов имеют в своих арсеналах универсальные сканирующие устройства, способные к любой охранной системе за несколько минут подобрать электронный ключ и отключить сигнализацию.

Даже сверхнадежная аппаратура стоимостью в тысячу долларов не станет гарантией безопасности лимузина. Поэтому, вероятно, многие водители предпочитают «дедовские» способы — стальные скобы, блокирующие педали, фиксаторы руля, замки, надеваемые на диски колес. Выглядят такие приспособления не слишком эстетично и современно, зато, по мнению автовладельцев-консерваторов, дают больше шансов сохранить машину. Увы, и они тоже ошибаются…

Если вор решил угнать именно ваш автомобиль, его не смутит никакая механическая ловушка. Для «бывалого жулика перепилить стальную штангу фиксатора или разобраться с колесным «сапожником» особого труда не составит. Для этого используются мощная электропила, болторез и другие грубые, но оправдывающие свое назначение средства.

Некоторые оригиналы, не доверяя ни первому, ни второму виду защиты, используют последнее достижение отечественной пиротехники — дымовые шашки. При попытке чужака запустить двигатель они быстро заполняют салон едким густым дымом. На угонщика, если он в цейтноте и нервы его напряжены, такая газовая атака может произвести впечатление.

Одиночки кражами машин почти не занимаются. Криминальный автобизнес — дело непростое, многопрофильное. И специализируются на нем хорошо организованные преступные группировки. Обобщенная схема выглядит примерно так: непосредственно угонщики, их прикрытие, специалисты по ремонту, переоборудованию и разукомплектованию автомобилей, а также умельцы по подделке техпаспортов, доверенностей и других документов. Организатор чаще всего одновременно является и сбытчиком. Причем никто из исполнителей нередко в лицо его и не знает. Связь поддерживается по телефону через «попку», который принимает заказ и передает инструкции исполнителям.

Любопытно, что милиции телефоны связи известны, и в редких случаях, когда угоняется машина «очень большого человека», правила оперативно-конспиративной игры нарушаются и ворам выдвигается требование: вернуть похищенное немедленно. Так, например, было, когда угнали автомобиль (новехонькие «Жигули» спецсборки) сына бывшего заместителя министра внутренних дел Андрея Дунаева. Машину нашли, а заодно в «отстойнике» «случайно» обнаружили другие украденные автомобили, приготовленные для продажи и перегонки в соседние республики.

Кстати, именно в тех ситуациях, когда сыщики получают от начальства команду «любой ценой, патронов не жалеть… «, и происходят самые громкие раскрытия, хозяевам возвращаются десятки машин, а на тюремных нарах оказываются целые компании профессионалов «отверточного» автобизнеса.

Реже при ЧП такого рода обращаются за помощью к ворам в законе. Года три назад в Москве Угнали роскошный (спецсвязь, сирена, форсированный двигатель) «БМВ» высокого милицейского чина. Водитель генерала отправился в универмаг, а в это время…

Сыщики сбились с ног, «шерстили» все известные им подозрительные стоянки и ремонтные мастерские — никакого результата. Тогда обратились к «законнику»: «Слушай, шепни своим ребятам, пусть отдадут по-хорошему». И что же? Через пару дней «БМВ» нашли. «Случайно». Он стоял в одном из московских дворов, накрытый брезентом.

Иномарки и связанные с ними преступления — разговор отдельный и очень интересный. Хотя бы потому, что, согласно данным Интерпола, более 40 процентов угнанных в Европе автомобилей бегает по дорогам России. Москва, например, вышла на первое место среди столиц мира по потреблению «мерседесов». Впрочем, на наших дорогах сейчас можно встретить любую экзотическую модель. «Роллс-ройсы», «хаммеры», «альфа-ромео», «порше», редкие марки японских и французских лимузинов запросто передвигаются по улицам города, где раньше все движущееся было примерно одного вида и цвета (в зависимости от окраски таксомоторов).

Кстати, об окраске разъезжающих по улицам столицы иномарок. Все автомобили, имеющие песочный цвет, — «ауди», «мерседесы», «форды», — в Европе выкуплены из такси за бесценок. Немаловажная деталь. Ведь их нынешние владельцы, особенно те, кто любит пустить пыль в глаза окружающим, ни за что не признаются в приобретении отработавших свой ресурс и списанных машин…

Сейчас магазин в Южном порту, славившийся раньше на весь СССР, утратил свои позиции. Гораздо большее значение имеют авторынки в Солнцеве, Строгине, Тушине, на Хорошевском и Рублевском шоссе и особенно в Люберцах. Здесь под видом легальных машин продаются краденые автомобили различной степени «чистоты». «Тойота-ленд-крузер», стоимостью 80–90 тысяч долларов, может быть предложена за десятку. Естественно, за такую цену можно купить только угнанную машину.

На рынках совершенно свободно торгуют титановыми пробойниками. Ими легко набить на автомобиле нужную комбинацию цифр, зачистив предварительно поверхность кузова или двигателя рашпилем. Ту же операцию проделывают бормашиной. В Люберцах, немного потолкавшись среди разномастного люда, можно купить незаполненные бланки любых необходимых документов прикрытия автомобиля — прибалтийских, польских, белорусских.

Появились даже специфические термины. Например — «левый учет». Это означает, что вам продают автомобиль, имеющий регистрацию только на бумаге. Внешне все документы в полном порядке. Но только внешне. Впрочем, если покупатель приехал за «линкольном-навигатором» из Красноярска, ему это не помешает. Он найдет способ получить в Москве транзитные номера (если предусмотрительно не привез их с собой), а уж у себя дома оформить все как надо он сумеет.

Реально ли купить джип по цене «Таврии»? Если такое и случается, считает начальник отдела ГУУР МВД России Вячеслав Михайлин, то покупатель вместе с машиной приобретает «комплект» самых серьезных проблем. От автомобиля избавляются, когда за ним тянется шлейф темных дел. Зачем перекупщику, имеющему возможность «очистить» автомобиль, сообщать, что тот имеет криминальное происхождение? Обычно происходит наоборот. Покупатель уверен, что платит за абсолютно легальный, имеющий надежные документы товар.

Как легализуется похищенный за границей автотранспорт, можно понять на примере группы, занимавшейся кражами машин на территории Польши. Преступники приобретали чистые бланки техпаспортов и купчих на польском языке с уже проставленными необходимыми печатями нотариальных и таможенных учреждений. Впоследствии на похищенные машины изготавливались польские номерные знаки, заполнялись соответствующие техпаспорта и купчие, после чего автомобили перегоняли в Россию, где их снимали с учета на Московской региональной таможне. На основании полученных таможенных удостоверений транспорт ставился на учет на жителей Москвы в МРЭО ГИБДД как ввозимый в Россию, а впоследствии снимался с учета и реализовывался.

В последнее время отмечается стабильный рост краж автомобилей, как отечественных, так и иностранных. В 1997 году МУР задержал 24 группы, специализировавшиеся на этих преступлениях. Через год таких групп было 26, а в 1999 году столичные сыщики арестовали уже 40 бригад автоворов. И это, разумеется, не предел.

Конвейер криминального автобизнеса работает круглосуточно и без выходных. А его производительность вполне сопоставима с мощностью конвейера Волжского автозавода. Причем способы завладения чужим транспортным средством постоянно совершенствуются и видоизменяются.

Если заказанная машина имеет дополнительную степень защиты с вмонтированной в ключ зажигания микросхемой и узнать блокирующий код сканером воры не в силах, они могут пойти по простому и надежному пути. Например, вытащить ключи из кармана водителя или хозяина лимузина, организовать кражу в офисе или на квартире.

Жулики могут подстроить аварию. Аккуратно «тюкнуть» сзади в бампер заказанного автомобиля. Водитель выскочит разбираться с неумехами, тут-то они ему и покажут класс-уедут с места происшествия на двух машинах, оставив его с раскрытым ртом посреди улицы.

Способов множество: брызнуть в салон машины «черемухой», подкараулить владельца на заправке или погрузить лимузин на эвакуатор и увезти в тихое место, где без спешки разобраться с его хитрой электронной защитой.

Об одном из экзотических способов мне рассказал начальник отдела ГУУР МВД России Александр Кирушев. Представьте себе центральный подъезд клинической больницы. Рядом припаркован новенький «мерседес». В салоне сидит ожидающий хозяина шофер, слушает музыку, смотрит по сторонам. Неожиданно он встречается взглядом со стоящим на ступенях подъезда усталым врачом в застиранном операционном костюме зеленого цвета. Хирург докуривает сигарету и подходит к водителю. Парень предупредительно опускает стекло.

— Слушай, дружище, — обращается к водителю врач, — у меня была пятичасовая операция. Вымотался, ноги не держат. Сделай одолжение, разреши посидеть в машине — человеком себя почувствую…

Шофер колеблется лишь мгновение. Ни голос, ни внешний вид хирурга не оставляют сомнений — человек смертельно устал, выполняя свой долг. Может быть, вытащил больного с того света…

— Конечно, — добродушно говорит водитель. Он вылезает из-за руля и жестом приглашает доктора в кресло.

Тот не торопясь усаживается в машину, откидывается на спинку кожаного сиденья, закрывает глаза.

— Эх, хороша тачка, — вздыхает он. — На мою зарплату..

Машет рукой и умолкает. А затем просит: — Командир, не сочти за нахальство, разреши проехать метров пять. Может, никогда больше такой возможности не будет.

Шофер, окончательно расслабившись, наклоняется и включает зажигание. Мощный «мерседес» отзывается тихим урчанием двигателя.

— Давайте прокатимся, — соглашается водитель, — пока шефа нет. Я сейчас рядом сяду…

Он делает шаг, чтобы обойти лимузин и сесть с другой стороны, но в следующую секунду «доктор» придавливает педаль газа, и «мерседес» уносится прочь. Обескураженный водитель не сразу понимает, в какую историю он влип. И только потом, проглядев глаза в надежде увидеть возвращающегося «хирурга», бежит к телефону, чтобы сообщить об угоне в милицию.

Сейчас кражами от тротуара, то есть угонами случайно подвернувшихся под руку автомобилей, занимаются только дилетанты. Уважающие себя автоворы работают под заказ. В их группе всегда есть человек, владеющий азами компьютерной грамоты. Получив заказ, компьютерщик едет на Митинский рынок и покупает дискету с базой данных всех зарегистрированных ГИБДД автомобилей. Стоимость дискеты — 150–200 долларов, с ее помощью можно узнать адрес владельца любой московской машины.

Ну а дальше — по накатанной схеме.

Кстати, заказывают не только престижные легковые иномарки. В период реконструкции МКАД прямо со строительной площадки в районе Беляева неизвестные украли мощный кран «Като» стоимостью полтора миллиона долларов и универсальный кран-погрузчик «Татра», стоимостью 125 тысяч долларов. Поскольку обе строительные машины до сих пор не найдены, ясно, что крали их по чьему-то конкретному заказу.

Даже найдя адрес нужной машины, угонщики не хватают ее очертя голову. Зачем брать автомобиль с запоротым двигателем или неисправной подвеской? Покупатель за некачественный товар заплатит наверняка меньше. Уж рисковать, так чтобы было за что…

В связи с этим вспоминается история, которую мне рассказала хозяйка «джипа гранд-чероки». Как-то вечером она возвращалась домой вместе с ребенком. Въезд во двор оказался перегорожен чьей-то «восьмеркой». Едва женщина вышла из «джипа», чтобы попросить дать ей дорогу, как из «Жигулей» выскочили два парня. Один сел в «джип» на ее место, а другой, крепко взяв за локоть, предупредил:

— Не волнуйтесь, с ребенком ничего не случится. Мой друг просто хочет прокатиться на вашей машине.

Действительно, сделав небольшой круг, причем не объезжая ямы и ухабы, «джип» вернулся на прежнее место. Из кабины вылез первый парень.

— Амортизаторы гремят, да и подвеска сопливая, — недовольно буркнул он напарнику.

Тот ослабил хватку:

— Вот видите. Я так и думал, что вы за машиной не следите…

Хозяйка, едва живая от страха, бросилась к ребенку. Но тот даже не успел ни удивиться, ни испугаться.

— С тех пор я амортизаторы не меняю, — закончила рассказ хозяйка «джипа»…

Недавно в Москве был задержан угонщик, знавший подход к самым «навороченным» автомобилям. Выяснилось, что жулик специально ездил в Германию, где полгода трудился в местном автосервисе. Там он приобрел унифицированный ключ с микрочипом, подходивший ко всем «мерседесам» последних серий. Уже найдено 7 «мерседесов», за каждый из которых вор получал от 10 до 25 тысяч долларов.

Криминалисты провели исследования некоторых параметров автомобильных краж. Они не могут считаться абсолютно точными (ситуация постоянно меняется), но наверняка представляют интерес для автовладельцев. Выяснилось, что большая часть машин похищается с улицы (35 %), от подъезда и из двора угоняется меньше (16 %). На третьем месте личный гараж (15 %), затем неохраняемая стоянка (12 %), гараж автобазы (10 %) и кооперативный гараж (7 %).

Среди автоворов больше всего молодых людей в возрасте 25–29 лет (31, 3 %). Угонщиков 30–39 лет чуть меньше (27, 3 %). На третьем месте юные воры 18–24 лет (24 %).

Больше всего машин крадут поздним вечером в период с 21.00 до полуночи (41 %). Далее следует вечер — с 17. 00 до 21. 00 (21 %) и день — с 10. 00 до 17. 00 часов (17, 5 %).

Львиная доля автомобилей угоняется осенью (36 %). Летом таких преступлений чуть меньше (32 %). Весной и зимой соответственно 21 % и 12 %.

Еще одна любопытная характеристика преступлений — национальность автоворов. По словам уже упоминавшегося оперативника Александра Соловьева, угоны и кражи автомобилей стали в Москве традиционным народным промыслом кавказских группировок. Более 80 процентов всех угонов совершается представителями грузинских, армянских, осетинских, дагестанских и чеченских бригад. У ингушских группировок кражи автомобилей совершаются с применением оружия, то есть, по существу, являются разбоем. Интересно, что этнические банды действуют в Москве вахтовым методом. Выполняют заказ и тут же уезжают из города, освобождая место коллегам-сменщикам.

По свидетельству Соловьева, случаев насильственного завладения автотранспортом становится все больше. И хотя убийств, сопряженных с кражами машин, сейчас почти не регистрируется, ухудшение экономической ситуации может привести к их росту, как это было в середине девяностых годов во многих регионах России. Тогда, чтобы заработать на бензин, многие автовладельцы вынуждены были подрабатывать извозом. Для многих водителей такие поездки нередко оказывались последними в их жизни.

УБИЙЦЕ ВСЕГДА ПО ПУТИ

За час по полуночи стоявшие на дежурстве сотрудники пушкинской ГАИ обратили внимание на новенькую белую «девятку». Водитель вел «Жигули» как-то неуверенно. К тому же на машине отсутствовали номерные знаки. Командир взвода ГАИ Голубев сделал шаг вперед и поднял жезл — «девятка» стала медленно притормаживать. Милиционеры еще не знали, что задерживают машину с убийцами, на розыск которых ориентированы сотни оперативников Москвы и области.

… Об исчезновении полковника Зенина в милицию сообщила его жена. По словам встревоженной женщины, муж уехал из дому в полдень. Было воскресенье, и он решил заправиться. Прошел час, другой…

Ситуация осложнялась тем, что Зенин возглавлял в Генеральном штабе Министерства обороны России отдел, ведающий режимом секретности. Спокойный, рассудительный человек, всегда предупреждавший домашних, если задерживался. Исключался вариант, что сорокалетний офицер уехал куда-то с друзьями, ничего не сообщив близким.

Может быть, спецслужба какого-нибудь государства похитила военного шифровальщика? При всей невероятности такого предположения, и оно обсуждалось в штабе розыска. Однако в МУРе скептически отнеслись к версии похищения. Скорее всего, владелец новенькой «девятки» стал жертвой банального преступления.

Три дня прошло в безрезультатных поисках человека и автомобиля. Розыск отрабатывал массу информации, которая могла бы навести на верный след. «Примерялись» угоны и ограбления, тщательно изучались данные о найденных неопознанных трупах, сведения о ДТП и продающихся автомобилях. Сотрудники отделений милиции и госавтоинспекции получили соответствующие ориентировки, осматривались брошенные и оставленные на автостоянках «Жигули» девятой модели, специальная группа розыскников опрашивала дежуривших в роковое воскресенье операторов заправочных станций. Но видимых результатов поиск не давал. Наконец на третий день, а точнее, ночь из подмосковного Пушкина пришла обнадеживающая весть.

В остановленной гаишниками «девятке» сидели трое парней и две девушки. На вопрос Голубева о водительском удостоверении и паспорте на автомобиль один из парней ответил:

— У нас все в порядке. Но документы оформить еще не успели, машина только-только куплена…

Говоривший, хотя и пытался выглядеть спокойным, явно нервничал. Скованно держались и другие пассажиры.

— Придется доехать до отдела ГАИ, — сказал Голубев.

Заметив, что парни переглянулись и напряглись, сотрудник милиции добавил:

— Это недалеко. Пустая формальность, ребята. Если все нормально — освободитесь через несколько минут.

Но задержанных такой поворот событий Не устраивал. Сидевший за рулем парень вышел к гаишникам, взял старшего за локоть, отвел чуть в сторону:

— Командир, мы с девчонками, торопимся. — Он полез во внутренний карман и вытащил толстый бумажник. — Вот вам полторы штуки за беспокойство. Отпусти с Богом, очень нужно…

Предлагая откупное, парни очень надеялись, что встретили «нормальных» ментов. Но просчитались.

Через несколько минут пятеро молодых людей и их автомобиль были доставлены в местный отдел ГАИ. Едва инспекторы сверили номера кузова и двигателя «Жигулей» с имевшейся ориентировкой, как стало ясно — это машина Зенина. О происшествии сразу же сообщили в Москву. За пассажирами «девятки» выехали сыщики МУРа.

Задержанных рассадили по разным кабинетам. Скоро выяснилось — девчонки и сидевший за рулем парень в машине оказались случайно. Девицам захотелось прокатиться, а водитель просто выполнял работу. Зато два других парня темнили.

Осмотрели салон — чехлы сняты, но на заднем сиденье заметны следы крови. Откуда? Один из парней стоял до последнего (он-то и был убийцей), а второй в конце концов не выдержал и сознался в преступлении.

Максим П. и Геннадий М. были давними друзьями. Одному двадцать два, другой на год моложе. Оба — жители подмосковного Калининграда, нигде не работали. Точнее, один из них числился шофером Университета имени Баумана. Но только числился, не более. Связывала дружков тяга к красивой жизни и любовь к деньгам.

Решили завладеть автомашиной. От водителя хотели избавиться, ударив молотком. Несколько недель ходили на Казанский вокзал, высматривали жертву, прикидывали. Скоро от молотка отказались. Как пояснил второй преступник, «слишком много крови будет».

Раздобыли пистолет для стрельбы малокалиберными патронами и отправились на «охоту». Приехали к трем вокзалам, выбор решили остановить на «девятке». Увидели новенький бежевый автомобиль, проголосовали. Водитель заметил, стал парковаться. Но тут вмешался случай. Стоявший рядом с дружками-убийцами человек опередил их, первым прыгнул в машину и тем самым сохранил водителю жизнь. На беду Зенина, подъехавшего через несколько минут, к нему первыми сели убийцы.

Уговорили подбросить до станции Маленковской. Ничего не подозревающий человек согласился — решил заработать «на бензин». Ктому времени стемнело, остановились рядом с парковочной площадкой около станции. Геннадий вытащил пистолет и выстрелил Зенину в висок.

Тело водителя перетащили на заднее сиденье, поехали в Мытищинский район к парку «Лосиный остров». Местность хорошо знали — рядом их Калининград.

Остановились, вытащили раненого из машины, поволокли в глубь леса. Зенин был жив, убийцы слышали, как он стонал. Максим испугался и бросился назад. Его дружок хладнокровно выстрелил жертве в висок. Чтобы наверняка.

Позже они точно показали место, где бросили труп. В километре от Калининградского цветоводческого хозяйства затащили убитого под сваленное дерево, забросали снегом. Когда обыскивали одежду — испугались. Убитый оказался военным, да еще такого уровня. Не предполагали, что нарвались на офицера Генштаба.

Прыгнули в «Жигули», предварительно выбросив вымазанные кровью чехлы сидений, и помчались в Калининград. Покупатель у них на примете был. Теперь главное не продешевить.

… Когда участие в убийстве было доказано материалами дела и вещественными доказательствами и они уже не стесняясь говорили о деталях преступления, раскаяния или сострадания к жертве от них никто не слышал. Тот, кто дважды нажимал на спуск, вообще был спокоен. Охотно рассуждал о современной жизни и философствовал на тему, что в ней главное, а что — второстепенное. Главное, конечно, деньги.

В том же месяце оперативники МУРа раскрыли убийство, похожее на случай с Зениным. Тело мужчины с простреленной головой нашли рядом с Гурьяновской станцией аэрации. Убийцам нужен был новый «Москвич», жизнь человека в расчет не принималась.

Любопытно, как и полковник Зенин, водитель не занимался извозом регулярно. Просто брал тех, кто был по пути. В тот раз он посадил девушку и двух парней. «В Люблино? Садитесь, как раз по дороге… «Девушка вышла раньше. Парни же вышли, чтобы вытащить уже труп водителя.

Возчики-профессионалы, как и таксисты, становятся жертвами реже. (Хотя и они попадают под пули, ножи и кастеты.) Почему? Те, кто имеет больший опыт, лучше разбирается в голосующих у обочины, становится психологом и не возьмет сомнительных пассажиров, даже если им по пути и выгода очевидна.

И еще одна деталь. Убийцы водителей, как правило, недалекие юнцы-бездельники. Они ни на что больше не годятся. Да и машины-то отдают за бесценок. Сыщик вспомнил, что в аналогичном случае убийцы продали новые «Жигули» лишь за двадцатую часть их реальной стоимости.

Подобные истории могут вновь стать типичными. Ведь «отмороженных» бездельников не становится меньше. А дорогих и богатых автомобилей вокруг — хоть отбавляй.

ГОНКИ ПО ВСТРЕЧНОЙ ПОЛОСЕ

Стиль вождения московских водителей не критиковал только ленивый. Столичных автовладельцев легко отличить в потоке машин в других городах России. Конечно, считающих себя крутыми шоферюгами хватает везде. И все-таки манеру москвичей отличает особая лихость и агрессивность.

Нетрудно представить, как чувствует себя иногородний водитель на улицах Москвы. Здесь почти каждый сидящий за рулем превращает поездку в соревнование. Оно же, в свою очередь, разбивается на мини-поединки, в которых обогнавшему или подрезавшему ваш автомобиль водителю нужно немедленно ответить тем же. Только в еще более резкой и вызывающей форме.

Отчасти манера самовыражения, когда обошедший недруга водитель показывает проигравшему в зеркало заднего вида средний палец, пришла к нам с экранов кинофильмов известного жанра. Но только отчасти. Потому что желание доказать всем окружающим, какой у вас мощный автомобиль и какой вы умелый и бесстрашный водитель, объясняется уже упоминавшимся «комплексом автолюбителя».

Большинство автовладельцев выезжает на дорогу в состоянии повышенной боевой готовности. Некоторые доказывают свое превосходство всем и вся постоянно. Их видно сразу, по дикому слалому, исполняемому с риском для окружающих и собственного автомобиля.

Иные участники движения ведут себя спокойнее. Но не перестают зорко, следить за тем, чтобы другие не позволяли себе обгон. Еще одна группа — владельцы дорогих и мощных джипов. Эти никого не стесняются и ничего не боятся. Включив фары — не важно, день или ночь на дворе, — они несутся по дороге, готовые смести все на своем пути.

Особенно уверенно чувствуют себя сидящие в джипах на трассах. Заняв крайний левый ряд и врубив весь свет, черными болидами они мчатся вперед с такой скоростью, словно от этого зависит их жизнь или смерть. И не дай Бог, если какой-нибудь «жигуленок» или зазнавшийся «опелек» не захотят уступить дорогу. Хозяева джипа укажут «козлу» его место. Прижав тяжелый монолитный отбойник вплотную к заднему бамперу жалкого «опеля», внедорожник будет преследовать наглеца, пока тот, не выдержав психологической атаки, не сдастся и не сойдет с дистанции, уступив дорогу сильнейшему.

Если раньше еще встречались примеры уважения или солидарности водителей друг к другу, то теперь любое проявление дружелюбия или просто снисходительности можно смело заносить в книгу курьезов. Если вы стоите на второстепенной дороге, а по основной трассе движется поток автомобилей, вам придется выбирать: либо бесконечно долго ждать какого-нибудь чудака, который притормозит и выпустит вас из заточения, либо с риском, под визг тормозов и проклятия в ваш адрес, подрезать несущиеся автомобили, чтобы выехать, наконец, на трассу.

Большинство, даже если не любит рисковать, вынуждено выбирать второй путь. Потому что стоящие сзади, особенно если среди них попадутся «крутые», будут подгонять, нетерпеливо сигналя и «моргая» фарами.

Кстати, о фарах. Про любителей ослеплять ярчайшими ксеноновыми лампами уже упоминалось. Но есть и другие умельцы, способные ослепить обычной «жигулевской» оптикой. Они устанавливают фару на задний бампер и регулируют ее так, чтобы, включив в нужный момент, лишить едущего сзади способности видеть. Как тут не вспомнить суперавтомобили агента 007, оборудованные ракетами, дымовыми завесами и прочими хитростями. На наших дорогах цены таким бы не было.

Если уж автомобилисты не испытывают уважения друг к другу, то к пешеходам — простым смертным — сидящие за рулем относятся как к существам второго сорта. Об этом убедительно свидетельствует статистика. В Москве за 1999 год произошло 7049 ДТП. (Напомню, что дорожно-транспортным происшествием считается ЧП на дороге, имеющее серьезные последствия для участников движения или пешеходов.) В них пострадал 8551 человек, в том числе 861 ребенок. В авариях погибло 1027 взрослых и 30 детей. Коэффициент тяжести последствий от ДТП (отношение числа погибших на 100 пострадавших) постоянно растет. За прошедший год он увеличился с 10,6 до 11,95.

По мнению руководителей ГИБДД, «уровень аварийности зависит в первую очередь от состояния городских дорог и их технического обустройства. За нарушение правил производства работ на проезжей части в 1999 году на ответственных руководителей эксплуатационных служб за неудовлетворительное состояние дорог составлено 584 протокола и направлено 726 предписаний».

Кочки и ухабы, не выставленные в нужном месте предупредительные знаки, а также устаревшие дорожные развязки сказываются на уровне ДТП. Тем не менее позволю себе не согласиться с чиновниками ГИБДД. Не эти параметры делают погоду на дорогах, а абсолютно наплевательское отношение участников движения к общепринятым правилам и нормативам. Другими словами — несоблюдение взятых на себя обязательств и пренебрежение законом.

Всегда считалось, что главная причина аварийности на дорогах — нарушение скоростного режима. О том, что в Москве давно уже никто не обращает внимания на знаки, ограничивающие скорость, известно не только водителям, но и пешеходам. Последним, как затравленным пасынкам города, приходится увертываться от летящих по узким бульварам и переулкам машин, перебегать дорогу там, где водитель обязан уступать путь пешеходу, отпрыгивать от края тротуара, чтобы не попасть под грязевой душ из придорожной лужи…

Дошло до того, что на многих магистралях города пришлось ограничить скорость движения не 60, а 80 километрами. Сделали это под благовидным предлогом: чтобы разгрузить московские улицы. Но сами участники движения хорошо знают — там, где верхний предел скорости повышен, и так никто не ездил по правилам.

Инспекторы борются с нарушителями. Но борьбу эту можно считать заранее проигранной. Когда на вас несется поток, можно, конечно, остановить одну-две машины. Но все стадо не укротишь. Да и не приставишь, в самом деле, гибэдэдэшника к каждой улице или проспекту?!

Еще одна причина аварийности — пьянство за рулем. Автор был свидетелем забавного и одновременно грустного эпизода, когда по Большой Тульской днем на «Жигулях»-» шестерке» ехал абсолютно пьяный водитель. Его автомобиль выписывал почти идеальную синусоиду. А затормозив на светофоре (иногда под углом к осевой), водитель падал лицом на руль и не сразу реагировал на зеленый.

Чем закончилась эта поездка «шестерки», не знаю, я свернул налево раньше. Уверен лишь, что таких водителей встречал когда-нибудь каждый. Потому что сегодня ездить слегка «под мухой» позволяют себе почти все автовладельцы. В особенности те, кто имеет хоть какую-то корочку, чтобы в случае чего «отмазаться» от инспектора.

Совсем недавно газеты в красках рассказали о пьяном сотруднике ГИБДД, который на собственном джипе врезался в толпу на автобусной остановке и задавил насмерть нескольких людей. Надо полагать, то был не первый случай его пьяной поездки. Наверняка инспектор и раньше садился за руль пьяным. Просто везло. И ему, и пешеходам.

Привел этот пример, один из сотен других, не потому, что хотел показать, какая плохая ГИБДД.

Дорожная инспекция не может быть другой, если большинство из нас не считает езду за рулем в состоянии опьянения серьезным проступком. За годы в столице выявляется (а сколько не выявляется?) более 40 тысяч человек, управляющих автомобилями в состоянии алкогольного опьянения.

Это у них, «за бугром», водитель, выпив кружку пива, вовремя остановится и благополучно доедет до дома. А у нас? Разве русский человек знает меру в веселье? А что означает веселье на Руси, известно каждому…

Десять лет назад — чтобы кто-то решился пересечь две сплошные линии или осевую разметку! Да такое в страшном сне не приснится. А теперь что? В час пик, при заторах и пробках, лихие московские водители не моргнув глазом нарушают правила и мчатся по встречной полосе. Нет разницы — Садовое это кольцо, Ленинский проспект или Тверская. Лихачи, а среди них большинство водителей авто с «блатными» номерами, мигалками или просто богатых людей на «БМВ», «гелендвагенах», «лексусах», шестисотых «мерседесах», — знают, что, если их остановят, они откупятся или покажут спецталон. Да их и не останавливают. Птицу — ее по полету видно.

Пренебрежение к закону сильных мира сего, демонстративное и систематическое, имеет гораздо более разрушительные последствия, чем нарушение скоростных ограничений и даже режима трезвости за рулем. Возможно, с подобным утверждением согласятся не все. Но я убежден: холопы берут пример со своих хозяев.

Помните историю с джипом, убившим на Рублевском шоссе двоих и покалечившим третьего, рабочего-строителя? Машина принадлежала сыну бывшего премьер-министра Олега Сосковца. По словам Сосковца-младшего, джип был украден неизвестными с его дачи, а кто находился за рулем, он не знает. Не выяснили это и сотрудники милиции. «Не представилось возможности».

Однако замечу, что Рублевское шоссе — режимная трасса, участки которой отслеживаются мониторами и сотрудниками спецбатальона ГИБДД.

Вероятно, мы так никогда и не узнаем, кто сидел за рулем джипа. Не узнаем тайн и многих других подобных историй. Так стоит ли удивляться, что гонки по встречной полосе стали рядовым явлением на наших дорогах?

«ТЕМНЫЕ» ДЖИПЫ И «ЧЕСТНЫЕ» «ЖИГУЛИ»

Во все время существовали способы выглядеть респектабельным и состоятельным, не имея для этого никаких оснований. Помните белоснежные манжеты, выглядывавшие из-под пиджака проходимца Паниковского — героя саги о мошенниках «Золотой теленок»? За исключением самих манжет — бутафорских трубочек на запястьях и накладной «крахмальной» груди, под пиджаком не было ровным счетом ничего. Кроме, разумеется, немытого тела охотника до краденых гусей…

Взгляните на наши дороги: тысячи престижных иномарок, джипов, «мерседесов», «вольво» и «линкольнов», «тойот» и шикарных «альфа-ромео». Тому, кто знаком с тайнами отечественного авторынка, все это напоминает вышеозначенную представительскую манишку господина Паниковского.

… Года полтора назад по электронным средствам связи из Германии в Главный информационный центр МВД России перебросили данные об угнанных в этой стране автомобилях. Результаты оказались, мягко говоря, ошеломляющими. Уже при поверхностной сверке было выявлено свыше шести тысяч украденных в Германии и благополучно оформленных в Москве иномарок — «ауди», «БМВ», «фольксвагенов» и «мерседесов».

Еще шесть тысяч вызывали явное сомнение в легитимности их приобретения. А тем временем немецкая полиция готовила для российских милиционеров еще одну порцию «автокомпромата». И примеру своих коллег собирались последовать правоохранительные ведомства других европейских стран. Тут наши генералы из «гаи-гибдд» приуныли. И было отчего.

Даже по самым «оптимистичным» прогнозам только в Москве автопарк иномарок на 80 процентов состоит из машин, чей юридический статус с очень большой натяжкой можно назвать законным.

Истинных масштабов явления, вероятно, не знает никто. И хотя компьютеризация учетов и усложнение уровня защиты документов выбили из криминального автобизнеса примитивных взломщиков, проблема от этого не исчезла. Конечно, компьютер бездушен и взяток не берет. Но доступ к регистрационным документам имеют простые смертные с вполне понятными земными желаниями. Нажать лишний раз на клавишу клавиатуры, «ошибиться» цифрой или занести данные об автомобиле в другую регистрационную колонку… Какой уж тут особый грех?

Достойно быть «гаишным» начальником. Почет тебе и уважение. Любые вопросы решаются одним движением бровей. Неплохо служить на линии технического контроля автомобилей. Тут, как говорится, эти проклятые «зеленые» сами к ладоням липнут… Тяжело — весь день в мороз, дождь и стужу на посту — работать на улицах города. Однако и здесь свои преимущества. Про них, правда в ином преломлении, известно любому автовладельцу. И все же скромная должность сотрудника, заполняющего бланк ПТС (паспорта транспортного средства), для многих является хрустальной мечтой.

Регистратор, заносящий сведения об автомобиле при оформлении купли-продажи, постановке на учет, прохождении таможни или объявлении в розыск по угону, фигура малозаметная. Но только не для посвященных в закулисную кухню непростой автомобильной бухгалтерии. Тихая должность клерка, сидящего перед компьютером в душном кабинете регистрационно-экзаменационного отдела ГИБДД, лишь кажется непрестижной и невыгодной. Она сродни месту хлеборезки в трудные времена. И на сегодня хватает, и про черный день остается…

«Серые мыши» виртуальных автомобильных учетов! Это с их «легких пальчиков» в базы данных забиваются идентификационные номера-двойники, когда криминальная автомашина по «ошибке» получает паспортные данные абсолютно легального автомобиля. Это они растаможивают то, что никто никогда и не думал растаможивать. Их порхающие по клавишам подушечки задвигают в самые темные углы электронной памяти сомнительные файлы и подозрительные реквизиты угнанного транспорта.

Разумеется, все это время от времени вылезает на свет Божий. Возбуждаются уголовные дела, летят головы, конфискуются автомобили, начальники среднего звена рапортуют вышестоящим об очередном успехе на фронте борьбы с коррупцией.

Недавно в Подмосковье была разоблачена банда (так ее называли), занимавшаяся постановкой на учет и легализацией краденого автотранспорта. Большая часть машин относилась к числу наиболее солидных иномарок: «мерседесы», джипы всевозможных модификаций, «линкольны» и т. п. Не считая мелочи — подержанных «Нив», «Жигулей» и «Волг».

Но вот ведь парадокс. Громкое поначалу дело постепенно превратилось в заурядное дельце. Местные гаишники (или, если угодно, гибэдэдэшники) понесли, конечно, соответствующие наказания: кому-то вынесли объявление о неполном служебном соответствии, кто-то был понижен в должности, кого-то перевели на другое место службы. Но главными виновниками оказались не они. А кто бы, вы думали? Точно, те самые «серые мыши» компьютерных служб. А они, как выяснилось, и аттестованными-то не были — так, вольнонаемные служащие, люди, так сказать, с улицы.

Правда, и польза от такой ситуации есть — честь мундира незапятнана. Вольнонаемные — они и есть вольнонаемные…

Хорошо, спросит читатель, а где же суть? Неужели простым клеркам интересно идти паровозом? Стоит ли игра свеч?

Элементарный арифметический расчет помогает найти искомый ответ.

Рассмотрим пример наиболее популярного, ставшего в Москве почти народным, автомобиля — «джипа-чероки». Учитывая наши дороги, особенно в ближнем Подмосковье, а также завораживающее для новых русских и причисляющих себя к ним лиц звучание слова «джип», эта машина занимает первую строчку в таблице самых угоняемых.

Кстати, заводится он элементарно — одной и той же сверткой проворачиваются и дверной замок, и замок зажигания. Стопор рулевой колонки ломается легче, чем у «Жигулей». Угоняй — не хочу…

Так вот: новый растаможенный «джип-чероки» стоит около 40 тысяч долларов. Речь идет о легальном, «честном» автомобиле. Если же у вас есть желание приобрести «джип», но вы не располагаете возможностями, можете поискать «темный» или, как еще называют краденые машины, «сырой» автомобиль. В этом случае речь пойдет о цене на порядок меньше — от 3 до 3, 5 тысяч долларов. Почувствовали разницу?

Примерно таков же разброс цен в случае покупки «честных» или «темных» «мерседесов», «фордов», «крайслеров» и даже «Жигулей» — «девяток», «десяток» или «классики».

Следующий этап — оформление автомобиля. Тут и начинается самое главное. Отдав за «джип» вместо 35 тысяч «зеленых» 3, 5 тысячи, вы, уж конечно, найдете еще 3 тысячи, чтобы легализовать машину через нужных людей в ГИБДД. Причем в стоимость легализации входит все — от растаможки до постановки на учет в Москве. Таким способом по случаю можно приобрести «Мерседес-600» всего лишь за 5 тысяч долларов.

Схематично ситуация выглядит примерно так. Потенциальный покупатель обращается к перекупщику и делает конкретный заказ. Как правило, клиент выбирает не только марку автомобиля, но и цвет, материал обивки салона, год выпуска кузова и даже в отдельных случаях тюнинговую фирму. Если перекупщик принял заказ, то после этого приводится в движение сложный, но хорошо отлаженный механизм подпольного автобизнеса.

Перекупщиками, как правило, становятся опытные автомобильные воры, которые имеют за плечами несколько судимостей, прекрасно разбираются в конъюнктуре рынка и обладают тесными контактами с милицией и таможенниками. Исходя из нюансов заказа перекупщик подбирает исполнителей, инструктирует их и оговаривает стоимость услуг.

Исполнители — рабочие лошадки. Они получают по минимуму. Их функции ограничиваются непосредственной акцией — угоном выбранного автомобиля. Они доставляют его к «отстойнику» — месту, где краденый автомобиль прячется в ожидании смотрин покупателя. Затем перекупщик приглашает заказчика. Если тот удовлетворен товаром, происходит частичная оплата. Окончательный расчет производится уже после оформления документов — «очищения» автомобиля.

В зависимости от состояния машины, года выпуска и марки цена «очистки» колеблется в пределах от тысячи долларов за рядовую иномарку, до 5 тысяч за новый автомобиль представительского класса. Самые дорогие и престижные сегодня — «мерседесы», прозванные «очкариками» за характерную форму и расположение передних фар.

Схема покупки криминального автомобиля может быть и другой. Например, если у заказчика есть доверенные люди в ГИБДД. Последнее вполне возможно, так как покупатель краденой машины явно не из тех, кто на «вы» с законом и может иметь особые доверительные отношения с милицией, а значит, и выйти на нужных людей в МРЭО ему проще.

Как бы то ни было, все участники преступного автобизнеса имеют с него неплохой навар. Хорошая машина приносит каждому по одной-две тысячи долларов. Если вспомнить, что подпольный авторынок не знает выходных и праздников, то бедствовать угонщикам не приходится.

Наиболее выгодное положение занимает перекупщик. Его доходы несопоставимы с заработками исполнителей. Машины, похищенные в Европе, могут быть успешно легализованы в России (так это и происходит на самом деле) и проданы как абсолютно «чистые» по реальной цене ничего не подозревающему покупателю. Любопытно, что получив данные об угнанных в Германии автомобилях, российские милиционеры установили: большая часть их нынешних владельцев оказалась вполне законопослушными гражданами и ничего не подозревала об истинном происхождении собственности.

Интересно, что изобретательность жуликов постоянно растет. Сыщики МУРа рассказывали, что воры ухитрились украсть роскошный «ровер» из каменного гаража со стальными воротами, снабженными особыми сейфовыми замками. Жулики не пошли в лобовую атаку. Они залезли в соседний гараж, благо там стоял плохо охраняемый «жигуленок», продолбили смежную кирпичную стену, открыли изнутри хитрые ворота и спокойно похитили заказанный «ровер».

Как считают специалисты, в ближайшие годы угонщики без работы не останутся. Автомобилей становится все больше, но спрос на них не падает, а число подержанных, выработавших свой ресурс машин постоянно растет.

Это породило возникновение огромного количества подпольных автомагазинов — так называемых «разборок». Там угнанные машины разбираются на запчасти и продаются желающим по низким ценам. Существуют специализированные «разборки» «мерседесов», «ауди», «БМВ», «тойот» и других наиболее распространенных марок. Они базируются при частных гаражах, в ремзонах, на территориях автокомбинатов. Причем о существовании подобных скупок краденого хорошо известно местным блюстителям порядка. Но они охотно закрывают глаза на некоторые издержки бизнеса. Ведь милиционеры тоже люди — на машинах ездить любят.

В новом Уголовном кодексе РФ предусматривается ответственность за подделку или уничтожение идентификационного номера транспортного средства, за подделку, изготовление или сбыт фальшивых документов, штампов, печатей и бланков. Однако ситуации это не изменило. По материалам выявления таких автотранспортных средств возбуждались, но позже прекращались уголовные дела. Или выносились немотивированные постановления об отказе в возбуждении уголовных дел.

В прошлом году из 50 тысяч выявленных в России транспортных средств с уничтоженной или измененной маркировкой возбуждено лишь 500 уголовных дел. Но и из них более половины были впоследствии признаны законными и поставлены на учет в РЭО ГИБДД.

Закончить картину нынешнего положения дел в сфере криминального автобизнеса можно таким интересным фактом. Как подметили оперативники МУРа, угонщики, даже пойманные с поличным и отправленные на скамью подсудимых, уже через год выходят на свободу и возвращаются в бизнес. Совсем недавно сыщики задержали автоворов, отправленных в места не столь отдаленные в конце 1999 года. Года, как сочла наша Фемида, им на исправление хватило. Теперь впереди — новый срок, еще год. Такой вот круговорот получается… Зато никто без работы не остается: и колеса вращаются, и воры бегают, и сыщики их ловят.

Глава З

ПОДЗЕМКА

Высокое руководство не любит, когда так обозначают вверенную ему организацию, и принципиально называет ее метрополитеном. Многие рядовые служащие говорят о ней просто и ясно: яма. А те, кому она служит, — сами пассажиры, — именуют привычный вид транспорта коротким словом «метро». Однако все сойдутся на том, что нет в городе более доступного, демократичного и в то же время надежного способа передвижения.

Для жителя Москвы метро стало даже эталоном меры комфорта. Чтобы пояснить удобство расположения квартиры, достаточно сказать: «Пять минут от дома до метро». И собеседник сразу поймет, насколько хорошо по городским понятиям вы устроились.

Можно полтора часа ехать от Маяковской до Смоленской площади в удобном кресле «мерседеса», проклиная уличные пробки и чадящие выхлопами автомобили. Можно сорок минут простоять на автобусной остановке, дрожа от ледяного ветра и мокрого снега. Можно…

Впрочем, каждый легко дополнит этот ряд примерами из собственного опыта и согласится, что в метро такого не случается. Вас могут слегка помять, оттоптать ноги и оторвать пуговицы плаща, но вы прибудете в нужное место в назначенный час без опозданий. ЧП бывают, однако они редкость и лишь подтверждают сложившееся мнение о надежности метро.

Между тем в московской подземке проблем не меньше, чем наверху, на улицах города. И сохранение хрупкого благополучия метро дается нелегко и его сотрудникам, и 5 тысячам работников милиции, круглосуточно охраняющим более 200 станций, депо и подземных объектов.

«САМИ МЫ НЕ МЕСТНЫЕ!»

В стране развитого социализма богатых и бедных не было. Принцип «от каждого по способностям — каждому по труду» исключал возникновение профессиональных нищих. А если они и появлялись, то на помощь приходил Уголовный кодекс. Кто не трудился — получал клеймо тунеядца, а заодно и соответствующий срок.

Ветры перемен коснулись не только идеологических постулатов. Прежние законы оказались безнадежно устаревшими, новых законов отцы перестройки придумать не успели. Правовой вакуум начал заполняться по тому же известному принципу: от каждого по способностям. Результаты сказались немедленно — бандитизм, торговля оружием, массовое казнокрадство… Как символы измененного общественного самосознания стали расти проституция и попрошайничество. В Москву со всех концов расколовшейся империи потянулись толпы нищих, сделавших сбор милостыни своей профессией.

Попрошайки разных возрастов и национальностей заполонили вокзалы, людные улицы и площади, рынки и храмы. Но больше всего им полюбилось метро, ставшее для нищенствующих кланов настоящим Клондайком.

С раннего утра до закрытия станций вереницы попрошаек шли по поездам нескончаемым потоком, заунывно произнося примерно один и тот же текст: «Извините, люди добрые, что мы к вам обращаемся. Сами мы не местные… «Далее в зависимости от реквизита слова менялись. Это могли быть погорельцы, потерявшие кормильца жены, оставшиеся сиротами дети, безнадежно больные, нуждавшиеся в новом протезе инвалиды…

Попробуй откажи чумазому ребенку, у которого на картонке коряво написано: хочу есть! Разве пожалеешь «деревянный» рубль безногому парню в камуфляже, которого катит на коляске сгорбленная горем подруга?

Калека, проехав за время перегона вдоль вагона, на станции ловко переезжал в следующий. А в этот вагон уже входила очередная «жертва» судьбы, сжимая в руках полиэтиленовый мешок для подаяний.

По свидетельству сыщика Геннадия Становкина, первая волна нищих успела снять сливки. Еще не привыкших к таким «спектаклям» пассажиров разжалобить было не трудно. Они оказывались в плену эмоций и легко раскрывали кошельки. Подавали кто сколько мог. Иногда в пакеты «страждущих» летели не только рубли, но и доллары. Народ у нас жалостливый… Покатавшись полдня между «Каховкой» и «Речным вокзалом», попрошайки собирали суммы, многократно превышающие месячные заработки большинства пассажиров.

Особенно преуспевали цыгане, ходившие по вагонам с табором детей. Маленькие попрошайки быстро становились психологами. Они могли бухнуться на колени перед особенно сердобольной дамой и с мольбой в глазах протягивать ей мешок до тех пор, пока туда не опускалась внушительная купюра. Или такой случай, свидетелем которому я стал на станции «Белорусская». Мальчик лет пяти-шести, заметив, что человек ни на что не реагирует, припадает щекой к его руке. Пассажир в смущении пытается избавиться от назойливого попрошайки. Куда там! Почувствовав слабину жертвы, тот еще крепче льнет к руке. Оказавшись в таком положении, мужчина вынужден был достать кошелек.

Бороться с попрошайками практически невозможно. Однако в тех случаях, когда в бродяжничество вовлекаются несовершеннолетние, правовые рычаги еще действуют. Цыганка из подмосковного Наро-Фоминска Жмура стала рекордсменкой. Милиция задерживала ее 93 раза. Некая Дряб из того же города показала более скромный результат — 58 задержаний. Струк из Ростова-на-Дону по этому «зачету» имела 47 «баллов». Причем дети, которых мамаши использовали для получения подаяний, брались напрокат. Маленькие попрошайки порой не знали даже имен своих мнимых родителей.

Еще одна немаловажная деталь. Никто из собиравших деньги «на протезы» или «инвалидную коляску» ничего не покупал. Оперативники, давно работающие в метро, знают профессиональных нищих в лицо и одних и тех же персонажей встречают из года в год. На собранные попрошайками деньги инвалидными колясками можно снабдить целый дом престарелых, а не только обеспечить средством передвижения алкоголика, потерявшего ноги после падения под электричку.

Далеко не вся нищенствовавшая по метро братия преуспевала в своем бизнесе. Сотни бомжей, потерявшихся в большом городе слабоумных бродяг, не отличающих день от ночи пьяниц превратили метро в подобие странноприимного дома. Был период, когда столичная подземка, славившаяся чистотой и парадностью, начала задыхаться от запаха нечистот и грязных немытых тел.

Вспоминает подполковник милиции Николай Дудиков: «Самой большой популярностью у бомжей пользовалась Кольцевая линия. Поезда в депо там не заходят, катайся хоть целый день… Бомжи отсыпались в тепле, закусывали, выясняли отношения.

Представьте картину: подходит вагон, а в нем — все «гнилые»! Пассажиры выскакивают оттуда как ошпаренные. К таким «клиентам» ближе пяти метров подойти нельзя — опасно для здоровья. У них целый букет болезней. Проблема оказалась настолько серьезной, что на трех станциях Кольцевой линии пришлось организовать «пункты разбора», где бомжей снимали с поездов, оформляли и отправляли в приемники-распределители».

Скоро у многих сотрудников УВД по охране метрополитена, занимавшихся отловом бродяг, стали появляться симптомы специфических заболеваний — педикулеза и чесотки. С кем поведешься… Организовали обучение милиционеров «технике безопасности». Они проходили особый инструктажи регулярный медицинский контроль. Дышать в метро стало легче.

Период «романтического» освоения подземки бомжами и попрошайками остался в прошлом. Сегодня в метро работают профессиональные нищие. Случайные люди вниз забредают редко. Потому что территория под землей, станции и линии поделены между главами нищенствующих кланов. «Трудятся» семьями, приезжая и уезжая в одно и то же время. Часы можно сверять!

Станислав Кулумбеков, двадцать лет прослуживший в уголовном розыске метрополитена, знает судьбы многих подопечных. По его мнению, перспектив социальной адаптации такие люди не имеют. Тоня и Маша работают у метро «Комсомольская» дольше, чем Кулумбеков в милиции. Начинали двенадцатилетними девчонками как попрошайки, потом занялись проституцией. Сейчас они потеряли товарный вид, но приобрели опыт и стали «мамками» — продают молодых девиц скучающим или ищущим приключений пассажирам.

— Большинство нищих, — говорит Кулумбеков, — «гости» из Молдавии и Украины. Одиночек нет, приезжают со своими или чужими детьми на заработки и остаются в Москве. Раньше их можно было задержать и отправить по месту прописки. Теперь все ограничивается составлением протокола или штрафом. А что для них штраф, если заработок попрошайки 200–300 рублей в день?

На примере нищих можно понять, что такое естественный отбор. Слабые скоро начинают болеть, погибают на глазах. Сильные выживают, но опускаются, спиваются, живут в своем мире. Летом они разбивают палатки и строят шалаши. Готовят на печках-буржуйках. Такие палаточные городки традиционно существуют около станций Ашукинская, Радищево, Черничная, Востряково.

Зима — серьезное испытание для попрошаек. Организованные кланы снимают на период холодов дачи под Москвой. Уезжают дружно восьмичасовой вечерней электричкой, заполняют целый вагон. Обсуждают новости, удачи и промахи, чтобы на следующее утро вновь устремиться в город с протянутой рукой.

Самая незавидная судьба у детей. Их используют как приманку, запуская в вагон «торпедой». Взрослые идут следом, забирая выручку в конце маршрута. Когда дети подрастают, их пускают в самостоятельное плавание. Мальчишки обучаются лазить по сумкам и карманам, девочки постепенно втягиваются в проституцию. Две четырнадцатилетние сестры из подмосковных Химок задерживались милицией за бродяжничество десятки раз. Девочки объясняют свое поведение так: мама пьет, дома есть нечего, единственный способ выжить — просить милостыню. Нетрудно представить, как сложится их судьба в дальнейшем.

Если кто-то по недоразумению или умыслу заходит на чужую территорию, без скандала не обходится. Иногда доходит до рукопашной. Разнимают драчунов старшие кланов.

Время от времени попрошайки меняют маршруты, чтобы не примелькаться пассажирам и милиции. Они детально продумывают (насколько позволяет интеллект) манеру поведения, произносимый текст, стиль одежды. Впрочем, большого ума не нужно, удача или неудача выбора определяется дневной выручкой.

Из собственного опыта попрошайки знают, что лучше всего подают безногим. Поэтому инвалиды в особом почете. Но эти несчастные в чужих руках становятся безвольным инструментом для заработка. У метро «Красные ворота» милиция подобрала как-то безногого парня. У него не оказалось ни паспорта, ни денег. Он даже не мог самостоятельно сдвинуться с места и доползти до туалета. Так и стоял на асфальте «бюстом», прислонившись к стене спиной.

Выяснилось, что инвалид прибыл в столицу из-за Урала. Уговорили родственники: обещали быстро заработать ему на коляску и привезти домой. Однако по прибытии в Москву у парня отобрали паспорт и поставили на «точку». Дескать, хочешь кушать — работай.

Поначалу он выполнял требования. Прошел месяц, другой. О возвращении домой никто не помышлял. Когда парень возмутился, добрые родственники в целях воспитания продали его цыганам. Те перепродали другим. Скитания по вагонам и грязным ночлежкам надоели до такой степени, что инвалид взбунтовался. Тогда цыгане вытащили его на улицу и бросили у входа в метро.

По мнению Станислава Кулумбекова, эта история нетипична. «Честных» нищих, кому собранные милостыней деньги действительно помогают выжить, он встречал редко. Чистеньких старушек, робко жмущихся в углу у перехода или рядом с эскалатором, можно сразу отличить от профессионалов, которые хорошо поставленными голосами призывают граждан «помочь копеечкой».

Попадаются и редкие оригиналы. У метро «Павелецкая» стоял молодой парень в рясе. Прохожих он призывал поучаствовать в восстановлении русской святыни — монастыря Оптина Пустынь. На поверку «монах» оказался нигде не работающим коренным москвичом. Он отпустил бороду, сшил клобук, приспособил деревянный ящик для сбора податей. Сверху крышка имела прорезь, была опечатана сургучом. Зато снизу дно ящика легко раздвигалось. Подавали, как уверял лжесхимник, совсем мало. Ему просто нравился такой образ жизни.

У метро «Лубянка» бомж выходил на заработки с двумя огромными догами. Увидев надпись «Хотим есть» и встретившись взглядом с грустными собачьими глазами, редкий прохожий проходил мимо. Рядом в переходе станции «Китай-город» пожилая дама выступала с дрессированной болонкой. Собачка с красным бантиком на шее становилась по команде хозяйки на задние лапки и подвывала какую-то «мелодию». Дама уверяла милиционеров, что домой меньше тысячи в день она не приносит.

Но всех поразила восемнадцатилетняя попрошайка из Калуги по имени Юля. Девица в дубленке, модных сапогах и дорогой меховой шапке стреляла у прохожих рубли. В отделении милиции она чистосердечно призналась: «Ой, ребята, все прогуляла. Денег на обратный билет нет… »

А что — логично. Москва — город богатый.

ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ЗАКРЫВАЮТСЯ!

За год московское метро перевозит более 3, 5 миллиардов пассажиров. Столичная подземка функционирует почти круглые сутки. И жизнь здесь такая же, как наверху. В метро работают магазины и закусочные, пассажиры могут купить цветы и породистого котенка, подобрать себе очки, почитать газеты, назначить свидание и провести срочное УЗИ. Об интенсивности быта свидетельствует и такая статистика. За двенадцать месяцев в метро за административные правонарушения задержано 283 тысячи человек. Среди нарушителей — бродяги, торговцы, мелкие хулиганы и пьяные.

Раньше серьезных правонарушений в метро не происходило. Теперь ситуация стала меняться. Общий рост преступности отражается и на криминогенной ситуации в подземке, хотя масштабы происходящего под землей и на ее поверхности, конечно, несопоставимы.

Убийства в метро можно пересчитать по пальцам. Нечасто встречаются разбои и грабежи. Но уже никого не удивить применением оружия сотрудниками милиции, изъятием взрывных устройств, задержанием крупных партий наркотиков. На станции «Киевская» у наркокурьеров обнаружили 60 килограммов маковой соломки. В другом случае оперативникам удалось конфисковать четыре килограмма героина. Для сравнения: за весь 1997 год службами УВД по охране метрополитена было изъято всего 8, 5 килограммов наркотических и психотропных веществ.

Выделить перевозчика маковой соломки из шумной толпы можно не обладая способностями экстрасенса и не имея под рукой обученную на поиск наркотиков собаку. Достаточно внимательно следить за багажом пассажиров.

Представьте такую ситуацию. На станцию входит щуплый мужик с объемистым мешком на плечах и протискивается мимо контролера.

— Что у вас? — спрашивает женщина.

— Картошка, — не моргнув глазом отвечает пассажир и играючи вскидывает мешок на спину. А мешок, между прочим, размером с самого мужика. Такой воз картошки и тяжелоатлету поднять непросто.

Контролер зовет милиционера. Пассажир упирается, но в конце концов развязывает горловину. Вместо картошки, мешок доверху набит маковой соломкой…

Пространство под землей осваивается наркоторговцами все основательнее. Среди сотен снующих в тоннелях людей легко затеряться, незаметно передать дозу потребителю. Впрочем, недавно сыщики поймали наркодельца, которому трудно спрятаться даже в очень плотной толпе. Чернокожий пушер из Нигерии торговал героином на станции «Лубянка».

Негр заворачивал дозу героина в фольгу и прикреплял ее с помощью кусочка жевательной резинки под станционной скамейкой. Получив деньги у клиента, торговец сообщал ему, где спрятан «чек», и сразу уходил. Просто и надежно. Прокололся африканский гость на том, что держал запас героина во рту. При задержании он успел заглотить улики. Но не учел, что ударная доза касторки решает и эту задачу.

Трофеями милиции становятся гранатометы, пулеметы, пистолеты, снайперские винтовки. В метро на Комсомольской площади у одного из пассажиров нашли десять пистолетов «ТТ», а гость из Ленинградской области привез продавать в столицу шесть килограммов гексогена.

По свидетельству сыщика Станислава Кулумбекова, в прошлые годы подразделение уголовного розыска регистрировало за год 10–15 преступлений. Сегодня на долю отдела их приходится до 100 и больше.

Совсем недавно на станции «Комсомольская» случилось убийство. Кавалеру не понравилось, как посмотрел на его даму стоящий на платформе молодой человек. Не долго думая ревнивец ударил парня ножом. Рана оказалась смертельной. Похожий случай произошел несколько лет назад на Люблинской линии. Неизвестный заколол пассажира заточкой из-за не понравившейся ему реплики. Преступник пока не найден.

Самой сложной в криминогенном плане считается Кольцевая линия. Она примыкает ко всем железнодорожным вокзалам. Огромный пассажиропоток, множество приезжих, суета, в которой прекрасно чувствуют себя карманные воры, грабители, попрошайки. Далее идут Сокольническая, Замоскворецкая и Калужско-Рижская линии. Они имеют большую протяженность и связывают крупные спальные районы столицы с центром. Тихими и благополучными являются Филевская и Люблинская линии. Первая считается «курортной». Она пересекает элитный район Москвы, где раньше получали квартиры работники ЦК КПСС, а позже стали покупать жилье новые русские. Кроме того, там находится огромный медицинский комплекс Администрации Президента и знаменитый жилой квартал на Осеннем бульваре, где официально прописаны Борис Ельцин и его ближайшее окружение.

Люблинская линия не доставляет хлопот по другой причине. Она введена относительно недавно и еще не обжита ни пассажирами, ни теми, кто от них кормится.

На особом контроле находятся станции метро, расположенные вблизи транспортных узлов, крупных торговых центров, больших парков и зон отдыха. К числу криминогенных относятся «Комсомольская», «Киевская», «Белорусская», «Курская», «Лубянка», «ВДНХ», «Рижская», «Охотный ряд», «Пушкинская», «Кузьминки» и другие. Здесь фиксируется наибольшее число преступлений, в том числе связанных с незаконным оборотом наркотиков.

Специфика жизни столичной подземки накладывает отпечаток и на так называемую «окраску» преступлений. Есть типичные для метро правонарушения, а есть такие, которые встречаются только здесь, и нигде больше. Например — кражи у подвыпивших пассажиров машинистами поздних поездов, совершающиеся по абсолютно уникальной схеме.

На конечной станции звучит объявление: «Поезд дальше не идет. Просьба освободить вагоны». Пассажиры, точнее, те из них, кто в силах встать, выходят на платформу. В головной вагон садится маневровый машинист, а приведший состав переходит в последний. После этого поезд движется в тупик или, как говорят работники метро, «идет под оборот».

Состав минует «рампу» (вход в тоннель, куда имеют допуск только служащие метрополитена) и останавливается на пять-семь минут, чтобы затем вновь отправиться на маршрут. Оба машиниста уже поделили вагоны поровну и, вооружившись трехгранными ключами, отправляются на промысел. Как правило, в вагонах остаются те, кто спит богатырским сном и не понимает, где находится. Проверить содержимое карманов таких пассажиров труда не составляет. После этого машинисты выходят на рабочие мостки, которые тянутся вдоль всего тоннеля. Тут и начинается самое интересное.

Украденное вывозить обратно опасно. Сотрудники милиции, дежурящие на платформе, могут подпортить именины сердца. Поэтому воры-машинисты научились прятать добычу. Они вешают собранное на крючки, заранее прикрепленные к силовым кабелям. А уж потом, в конце смены, собирают ценности и спокойно разъезжаются по домам.

Разумеется, таким промыслом занимаются единицы. Но то, что воровство в поездах, «идущих под оборот», неистребимо, факт достоверный. Некоторые машинисты даже просят поставить их «на маневры». Выгодно… У проработавшего долгие годы в метро сыщиком Александра Штыкова была информация, что один из машинистов нашел в кармане заснувшего пассажира 15 тысяч долларов. «У меня сегодня удачный день», — признался он менее везучему компаньону.

Но оперативная информация — это всего лишь слово. Как говорится: не пойман — не вор.

С пьяными в метро вообще беда. Их отсекают на подходах к станции, отлавливают у турникетов (вечером «клетки» в комнатах милиции бывают забиты битком, особенно по пятницам и праздничным дням), вытаскивают с платформ. И все равно перебравшие пассажиры оказываются в вагонах, устраиваются поудобнее на сиденьях и благополучно погружаются в сон. Этим пользуются шайки подростков, промышляющие грабежами и кражами в ночных поездах. Преступления получили название «работа по мутным».

Чаще такие происшествия регистрируются на Таганско-Краснопресненской линии. Причем подростки имеют притяжение к станциям «Сходненская», «Планерная», «Беговая». Почему? Сыщики пытались ответить на этот вопрос, но объективных причин так и не нашли. Скорее всего, срабатывают традиции. Лидеры группировок перенимают друг у друга опыт и отправляются искать «мутных» в одни и те же места.

Грабежи совершаются в ночных поездах, когда в опустевших вагонах легко вычислить подвыпившего пассажира. Прибывающий поезд встречает бригада подростков. Они выстраиваются вдоль платформы, чтобы сразу определиться с объектом нападения. Заметившие спящего или сомлевшего человека подают остальным условный сигнал. Группа устремляется к нужному вагону.

После полуночи поезда на станциях стоят дольше, поэтому подростки успевают добежать до дверей. Двое садятся справа и слева от жертвы. Как правило, это малолетки двенадцати-тринадцати лет, которых в случае поимки наказать невозможно. Напротив в проходе встает самый крепкий и физически подготовленный парень. Остальные отвлекают других пассажиров, если они находятся в вагоне, или просто наблюдают за происходящим.

Малолетки обшаривают карманы жертвы, вытаскивая все более-менее ценное, снимают с руки часы, кольцо или браслет, проверяют содержимое портфеля и другой поклажи. Если пьяный делает попытку оказать сопротивление, в дело вступает стоящий перед ним парень. Отработанным ударом он лишает пассажира возможности остановить грабеж. Когда одного удара недостаточно, на человека набрасываются сразу все, и шансов у него не остается.

Раскрывать такие преступления сложно. Подростки никогда не задерживаются в вагоне, выскакивают из поезда на ближайшей станции и исчезают в ночном городе. А жертвы порой не в состоянии вспомнить не только перегон, где их ограбили, но и толково объяснить, что же исчезло из карманов.

Правда, так случается не всегда.

Однажды объектом нападения оказался сотрудник милиции, возвращающийся домой после суточного дежурства. Подростки не подозревали, что спящий в вагоне пассажир просто устал и в состоянии дать отпор. Милиционер был в штатском, сидел в углу с закрытыми глазами. Поди разбери — пьяный он или нет?

Малолетки начали шарить по чужим карманам и наткнулись на кобуру с пистолетом. Не разобравшись, в чем дело, вытащили оружие. В этот момент пассажир проснулся. Едва он попытался приподняться, как получил сокрушительный удар кулаком в голову и на некоторое время потерял контроль над ситуацией. Поезд остановился, подростки бросились из вагона к эскалатору. К счастью, машинист заподозрил неладное и не сразу закрыл двери. Милиционер успел выскочить на платформу и начал погоню. Неизвестно, чем бы закончилась история, если бы не неожиданная помощь.

У входа в метро «Полежаевская» по другому происшествию работала оперативная группа МУРа. Подростки, увидев машины с синим проблесковым маячком и людей в форме, отнесли это на свой счет. Отшвырнув сумку, в которой лежал украденный пистолет Макарова, они помчались по улице Куусинена в сторону парка. Выскочивший следом милиционер рассказал о случившемся муровцам, началось преследование, и через несколько минут подростки были задержаны. Выяснилось, что руководил ими восемнадцатилетний парень, имевший судимость за грабежи и только освободившийся после полуторагодичного пребывания в колонии для несовершеннолетних.

Есть в метро и сезонные преступления — кражи дорогих шапок. Одно время они были едва ли не главной проблемой милиции.

Сейчас на оптовых рынках можно купить роскошный головной убор из любого меха. А раньше граждане в лучшем случае довольствовались скромным кроликом. Ондатровые шапки были прерогативой партийно-хозяйственной номенклатуры и работников прилавка. Модницы носили на голове изделия из норки и песца, как носили драгоценную тиару римские первосвященники. Потеря сокровища становилась для них крушением жизни.

Воры шли в ногу со временем и тонко чувствовали конъюнктуру. Появились настоящие уникумы, специализировавшиеся на «рывках» дорогих шапок.

Технически кража выглядела так. Жулик высматривал объект у входа в метро и сопровождал его до платформы. Когда «шапка» влезала в вагон, вор дожидался объявления машиниста «Осторожно, двери закрываются!», в последнее мгновение срывал ее с головы и убегал. Жертва, не успев ойкнуть, уезжала к следующей станции с непокрытой головой, а жулик профессионально растворялся в толпе.

Кражи происходили в час пик, когда в вагоне метро яблоку упасть негде. Зажатая соседями жертва броситься в погоню не в состоянии. Она могла лишь проводить взглядом исчезающую гордость своего туалета.

На «Красносельской» сыщики задержали вора-рекордсмена, на счету которого было 60 шапок! Ранее судимый за кражу из магазина жулик вернулся в Москву и решил переквалифицироваться. За неделю удавалось добыть три-четыре шапки. Продавал их вор через знакомых барыг, которым все равно было, откуда поступает товар.

Другой «шапошник» действовал между станциями «Фрунзенская» и «Университет». За какие-то две недели перед Новым годом он сумел сорвать с пассажиров 16 шапок.

Этот вид преступлений получил такое распространение, что милиции пришлось предпринимать экстраординарные меры. В поездах, под видом рассеянных пассажиров, разъезжали в лохматых шапках законспирированные сотрудники уголовного розыска. В газетах публиковались статьи-предупреждения, целью которых была профилактика «рывков». Даже машинисты применяли дополнительный «хлопок» дверей, чтобы жертва кражи успела выскочить на платформу за вором.

Сейчас число «рывков» резко снизилось. Шапки перестали быть дефицитом, а жулики нашли другое применение своим способностям. Однако кражи все же случаются. И иногда благодаря бдительности граждан происшествия заканчиваются анекдотически.

Дознаватель УВД по охране метрополитена Сергей Музалевский вспомнил историю, в которой жертва «рывка» невольно сама превратилась в грабителя. Предусмотрительная дама, опасаясь за судьбу собольей шапки, решила подстраховаться — прикрепила головной убор к воротнику резиновой тесьмой. Как-то раз, садясь в вагон метро, она почувствовала толчок в спину, шапка слетела с ее головы, двери с шипением стали закрываться… Проявив завидную реакцию, дама выпрыгнула на платформу. Впереди в толпе мелькнула соболья шапка. С воплем «Держите вора!» жертва ограбления бросилась в погоню.

Дело было на станции «Комсомольская» в конце рабочего дня. Сотни спешащих людей, встречные потоки пассажиров с сумками, свертками, детьми. Но дама и здесь оказалась сильнеє обстоятельств. Преследование «шапки» завершилось около турникетов, как раз рядом с постом милиции. Жертва ограбления одной рукой вцепилась в воровку, а другой — крепко схватила своего «соболя». Началась схватка, победителем которой вышла энергичная дама. Через минуту потерпевшая и пойманная с поличным преступница стояли в комнате милиции.

Выслушав эмоциональный рассказ дамы, молодой сержант посмотрел на лепетавшую что-то «воровку», перевел взгляд на «жертву» и вытянул из-за ее спины висевший сзади на резинке головной убор.

— А это чья шапка? — растерянно спросил милиционер.

После этого пришел черед «воровки» высказать мнение о случившемся…

Дознаватель Алина Грищенко стала свидетелем не менее драматической истории. У женщины сдернули шапку вместе… с париком. Заявительница была в истерике. Она не могла появиться в таком виде перед кавалером, которому назначила свидание. Не надевать же на голову жалкий платочек? Пришлось одалживать жертве грабежа шапку. Разве можно допустить, чтобы из-за такого пустяка рушилась личная жизнь?

ЛЕКАРСТВА ОТ СТРЕССОВ

Станции, переходы и эскалаторы метро — те же улицы. При желании здесь можно гулять, назначать встречи, отдыхать. Особенность подземки в том, что она укрывает от дождя, мороза, ветра и летнего зноя. Поэтому некоторые станции и переходы метрополитена, кроме своей основной функции, несут и дополнительную. Они превращаются в нечто среднее между клубом и парком, где можно потусоваться, узнать новости, найти нужного человека.

Был период, когда местом встреч глухонемых служил овальный вестибюль станции метро «Площадь Революции». С раннего утра до позднего вечера здесь можно было увидеть оживленно жестикулирующих людей. На Ленинградском вокзале немые сейчас собираются в кафе «Обжорка», около оптового рынка или в подземном переходе. Их бизнес — торговля газетами, ручками, книгами. Некоторые специализируются на карманных кражах. Немые никогда друг друга не выдают и, используя неизвестную большинству сыщиков свою азбуку, мгновенно предупреждают товарищей об опасности.

Около северного вестибюля метро «Китай-город» встречаются молодые люди нетрадиционной сексуальной ориентации. По свидетельству Алины Грищенко, несколько лет служившей на том участке в отделе охраны общественной безопасности, вход в метро и прилегающие территории известны московским геям. Причем большая часть завсегдатаев этого места — слушатели военных академий, расположенных недалеко от «Китай-города». Здесь жаждущие находят партнера на любой вкус. Стоимость сеанса невысокая — 200 рублей. Свидания обычно проходят неподалеку в кабинках туалета, расположенного у торца Политехнического музея.

По словам Алины Грищенко, работа «гей-клуба» организована безукоризненно четко. Клиенты обслуживаются по очереди. Если кто-то нарушает порядок, то с ним не церемонятся. Впрочем, до драк доходит редко. За очередностью бдительно следит бригадир, у которого нет никаких любимчиков. Конечно, если сами клиенты выкажут особое расположение…

Одному такому фавориту пришлось тяжко. Сотрудница милиции вынуждена была вызывать «скорую», чтобы откачать уставшего от платной любви кавалера. С трудом, но откачали…

Проститутки в метро спускаются редко. Они ловят клиентов наверху. Хотя есть исключения. Некоторые ночные бабочки залетают вниз и наудачу снимают лохов прямо в вагонах или на перронах. Их называют «станционные дамы».

Экзотический случай был зафиксирован на Арбатско-Покровской линии. Некий любвеобильный машинист подсаживал по вечерам в кабину путану и использовал ее для снятия стресса. Современная автоматика позволяла полностью отключиться от рутинной работы. Пока поезд в грохочущей тьме тоннеля мчался от станции к станции, машинист успевал достичь полного блаженства. Затем высаживал путану и продолжал путь.

Получившие информацию о такой форме психологической разгрузки сотрудники уголовного розыска сначала решили, что это анекдот. Когда проверили — убедились в его реальности. Пришлось, пока «передовой опыт» не стал распространяться дальше, провести с машинистом соответствующую беседу. Автоматика автоматикой, но стресс надо снимать в другом месте.

Зимой работающие вблизи метро проститутки заходят в тамбур погреться в теплых потоках воздуха.

На станции «Комсомольская» они крутятся постоянно. Спрос на них есть всегда. В вестибюль метро «Чкаловская» путан загоняет ненастье. Но стоит поблизости появиться потенциальному клиенту, как они гурьбой высыпают на смотрины — выбирай, какая понравится. Такая же картина и в других местах. Везде метро дает приют не только добросовестным пассажирам, но и тем, кто составляет «инфраструктуру» городского сервиса.

Пассажиры подземки проводят в пути немало времени. В среднем москвич, пользующийся метро, ежедневно тратит на дорогу около часа. Многие успевают прочесть в вагоне газету, другие упиваются детективами, есть любители побаловаться пивком с орешками или утолить жажду пепси-колой… Все это развивает новые, вчера еще неизвестные виды «бизнеса». Бомжи, например, собирают алюминиевые банки из-под джина с тоником и прохладительных напитков. Пустые банки спрессовываются в аккуратные прямоугольники, а затем металл сдается в приемные пункты.

Еще занятнее обстоит дело со сбором стеклотары. На станции «Выхино» иногда доходит до драки между уборщицами и дежурными по станции. В чем причина? Ответ легко узнать после нехитрых арифметических подсчетов.

В среднем в каждом вагоне (в летний период эта Цифра увеличивается) остается две-три пустые бутылки. Состав формируется из восьми вагонов. Получается по 20 бутылок с рейса. Всего же с пяти утра до часа ночи по линии проходит 50 составов. Предлагаю читателю самому продолжить математические выкладки.

Подсчитали? Вот так! Как говорил зазывала «МММ» Леня Голубков: «Я не халявщик. Я — партнер!»

У торговцев газетами и журналами тоже своя «правда». За каждой бабулей в переходе, на ступеньках и под сводами тамбура закреплено конкретное место. Чужой не простоит здесь и пяти минут. Сами бабули разбираться не будут. Придет вежливый милиционер и быстро наведет порядок. Халявщиков у нас нет!

Маленький, но стабильный гешефт делают и те, кто сдает «напрокат» единый билет. Когда по утрам у разменных касс выстраиваются очереди, к услугам спешащих пассажиров любезные молодые люди. Они просят отдать деньги за разовый проход им, а взамен предлагают миновать контроль по «единому». Потом проездной возвращается к хозяину, и цикл возобновляется.

По тому же принципу сдают напрокат телефонную карту. Если очень нужно позвонить, к вашим услугам добрая тетушка, которая предложит свой магнитный билет в обмен на оплату одного телефонного звонка. Хитрость в том, что тетка покупает льготную карту на шестьдесят звонков. И в сумме получается значительно дешевле, чем каждый раз платить по четыре рубля за разговор. Конечно, это не игра на бирже, но небольшой доход приносит.

Уборщицы в метро имеют деньги не только от сбора бутылок. Раньше, когда проезд в метро оплачивался медным пятаком, каждая смена собирала по полведра мелочи. Во-первых, граждане, получив из разменного автомата груду монет, встав на эскалатор, начинали распихивать медь по карманам. Отсюда — «усушка и утруска», после которой на дренажных решетках под лестницей оставались десятки монет. Во-вторых, некоторые молодые люди ради озорства бросали монеты по металлическому желобу, тянущемуся вдоль резиновых перил эскалатора.

Монеты с грохотом и звоном неслись вниз, никому не причиняя вреда, но вызывая у пассажиров и дежурных по станции легкую панику.

Иногда невинные забавы переставали быть невинными. Если, например, какому-нибудь недорослю приходило в голову бросить на желоб более тяжелый предмет — стальной шар или гайку. Такая штуковина могла серьезно травмировать зазевавшегося пассажира. Шар, разогнавшись и прыгая по неровностям ограждения эскалатора, летел как снаряд, пущенный из пращи.

Теперь для прохода в метро используются магнитные карты. Но на дренажных решетках, по словам дознавателя метро Алины Грищенко, все равно находят немало интересных вещей: сережки, кольца, кулоны, ключи, авторучки, заколки для волос, косметику… Порой непонятно, как некоторые Предметы попадают под «гребенку» эскалатора. Кажется, зазоры между ступенями минимальные, карандаш не просунешь. А тут вдруг под лестницей находят целую и невредимую электронную записную книжку…

В усиленном режиме работают службы метрополитена во время праздников и футбольных матчей. Особенно на узловых и прилегающих к стадионам станциях. На случай ЧП и аварийных ситуаций продумываются действия сотрудников милиции, заранее выбираются Способы разгрузки линии, рассечения пассажиропотоков. Дополнительную головную боль милиции доставляют футбольные фанаты. Кроме случаев бытового вандализма — разбитых плафонов, изуродованных кресел, испачканных стен, — немало примеров обыкновенного гоп-стопа в исполнении агрессивных малолеток.

Некоторые подростки приезжают на футбол без гроша в кармане. Они уверены, что наберут денег и на билет, и на пиво у одиноких прохожих. Каждый раз оперативники задерживают таких «вольных стрелков» у стадионов. Большей частью ребята приезжают из ближнего Подмосковья. По их же признаниям, меньше чем по 500 рублей они не «зарабатывают».

Настоящего «чемпиона» сыщики Кулумбеков и Становкин задержали в нынешнем году за балюстрадой балкона станции «Комсомольская». Семнадцатилетний гость из Саранска в буквальном смысле раздел сразу трех болельщиков-подростков. Угрожая словами, дерзкий парень отобрал у одного куртку с бейсболкой, с другого снял кроссовки «Найк», а у третьего отнял всю наличность. Фанаты побоялись поднимать крик (им бы заорать, как они это делают на стадионах), и грабитель не торопясь пошел в «обновках» своей дорогой.

Кулумбеков обратил внимание на подростка, идущего босиком по платформе. Расспросив, в чем дело, сыщик успел догнать саранского гостя и препроводить его в комнату милиции.

Если убийство в метро явление довольно редкое, то гибель людей по различным причинам случается достаточно часто, за последние пять лет в подземке зафиксирована смерть 1149 человек.

Большей частью это скоропостижная смерть. На станциях глубокого заложения нередко становятся ее жертвами гипертоники и сердечники. В прошлом году по этой причине в подземке погибло 147 человек. Немало и несчастных случаев. Многих убивает боковым зеркалом кабины машиниста. Человек, вставший слишком близко к краю платформы, получает удар стальным кронштейном по голове. Смерть наступает мгновенно.

Что только не предпринимается для защиты и предупреждения пассажиров: делают разметку опасной зоны вдоль платформы, красят зеркала в яркий цвет… Но число жертв из года в год остается стабильно высоким.

Или такой печальный инцидент. Спустился человек в метро, и стало ему невтерпеж. Другой бы справил малую нужду в углу платформы, отвернувшись от пассажиров. Не он первый — не он последний. Но человек оказался чересчур щепетильным, никак не мог нарушить циничным поведением общественный порядок. Открыл калитку рампы с надписью «Посторонним вход воспрещен» и, пройдя несколько метров внутрь тоннеля, решил облегчиться.

Не каждый знает, что на контактном рельсе напряжение 810 вольт. От такой силищи стальной лом плавится…

Два подростка решили прокатиться на крыше вагона метро. Залезли наверх на станции «Киевская». Не учли, что расстояние между потолком тоннеля и крышей вагона слишком узкое. Время было позднее, пассажиров оставалось мало, начиналась уборка залов. На станции «Площадь Революции» уборщица заметила, что все вагоны обычного цвета, а один — ярко-красного. Потом фрагменты тел погибших подростков собирали по кусочкам на трех многокилометровых перегонах между станциями.

Самая неприятная задача — поиск частей тел самоубийцы или тех, кто оказался жертвой несчастного случая. Заниматься этим по инструкции должен машинист поезда. Ему помогает сотрудник милиции. Понятно, занятие не из приятных. Тем более, что машинист и без того пережил сильнейший стресс.

На Филевской линии слепой пассажир вместо двери шагнул в промежуток между вагонами. Тело тащило через пять станций. О несчастье узнали только в депо. Начали поиски частей тела жертвы. Нашли все, кроме головы. А по еще одной инструкции медикам запрещено забирать обезглавленное тело. Розыск «главного фрагмента» продолжался почти до утра. Машиниста к тому времени самого впору было отправлять в больницу. Наконец голову нашли в полосе отчуждения на газоне у забора. Ее отбросило далеко в сторону от рельсового пути.

Начальник оперативно-розыскного отдела УВД метрополитена майор милиции Сергей Кугук рассказал, что самая популярная у самоубийц линия — Кольцевая. Сводят счеты с жизнью, как правило, психически больные люди, отвергнутые любимыми девушками молодые парни, реже — доведенные до отчаяния неприятностями старики. Пик самоубийств приходится на весну и осень — периоды обострения психических расстройств.

Некоторые, совершив одну неудачную попытку, после выписки из больницы решаются на новую. В прошлом году зафиксировано 16 самоубийств и 22 покушения на самоубийство (цифры примерно такие же были два-три года назад).

С этой проблемой знакомы во многих странах мира. В Болгарии с эпидемией суицидов удалось справиться. После участившихся трагедий в метро руководство софийской подземки сняло фильм и показало его по телевидению. Страшные кадры изувеченных тел, окровавленных колес и вагонов стали убедительным аргументом. Число самоубийств после этого пошло на убыль.

Ежедневно на линии Московского метрополитена выходит 540 электропоездов, которые совершают более 9700 рейсов. При такой интенсивности движения случаи суицидов остаются незамеченными многими пассажирами. Но есть явление, знакомое практически каждому, — карманные кражи. Подземка — идеальное место для щипачей, здесь они чувствуют себя как рыба в воде.

Карманные кражи присущи не только метро, и о них разговор отдельный.

Глава 4

ВОР ВЫСШЕЙ КВАЛИФИКАЦИИ

Карманником может стать далеко не всякий жулик. Для этого необходимо обладать набором определенных качеств. Иначе засыплешься, сгоришь на первом же эпизоде.

Для сравнения: уличному грабителю, кроме свирепой рожи и беспредельной наглости, ничего больше и не надо. Не требуют особых талантов и кражи. Подламывать фомкой двери и вышибать плечом замки — разве здесь требуется сноровка, психология? О разбойниках и говорить нечего. Бери в руки ствол или тесак и — поближе к гражданину. Тот сам отдаст все, что имеет, главное — на близорукого не нарваться.

Другое дело карманник. Его сила в неприметности. Он работает без страховки, но в тесном контакте с объектом. Оружие карманника — чутье, ловкость и выдержка. Попробуй умыкни из чужого кармана тугой кошелек, который оберегается обладателем как зеница ока! Да еще если вокруг снуют Десятки людей, толкают под локоть, заглядывают из-за спины…

«Карманка» — едва ли не самая древняя специализация преступников. И она практически не менялась веками. Так же как и сами карманы, содержимое которых прельщало жуликов во все времена.

КАК ПОСТАВИТЬ В «СТОЙЛО»

Он вошел в нарядный зал «Макдоналдса», широко шагая, — как заходит хозяин в собственную квартиру. Солидный кавказец в дорогом кашемировом пальто, модных черных штиблетах и с мобильным телефоном в руке. Зорко оглядываясь, он прижал мобильник к уху и, не стесняясь окружающих, продолжал громко объяснять что-то невидимому собеседнику.

Через минуту кавказец закончил разговор и выбрал очередь к стойке. Перед ним оказалась хорошо одетая дама с вертлявым подростком, без конца задававшим какие-то вопросы.

— Наш клиент, — произносит сидевший со мной за столиком Владимир Мартиросов — опытнейший московский сыщик, более двадцати лет проработавший в отделе по борьбе с карманными кражами.

Я осторожно поворачиваю голову, ориентируясь на взгляд Мартиросова, но никого похожего на прожженного урку не замечаю.

— Кто? — негромко уточняю я.

— Тот самый, с мобильником, — подсказывает сыщик. — Не спугните, — добавляет Владимир. — Хотя, по-моему, он клюнул…

Сделав вид, что провожаю взглядом улыбчивую официантку в короткой юбке, я снова осматриваю очередь. Кавказец спокойно стоит за спиной дамы с подростком и не делает никаких подозрительных движений. Только иногда рассеянно поглядывает по сторонам.

Очередь продвигается медленно. Время обеденного перерыва, и, кроме обычных завсегдатаев, в закусочную набежали сотрудники соседних офисов и магазинчиков. Дама по-прежнему отвечает на вопросы подростка, а импозантный кавказец стоит вплотную за ее спиной.

Мне так и не удается увидеть ничего особенного. Только неожиданно кавказец, будто заметив кого-то через окно зала, неторопливо направляется к выходу.

— Берем, — негромко произносит Мартиросов, прижимая губы к спрятанной под воротом куртки рации.

Тем временем кавказец, пропустив вперед школьников, исчезает за дверью. Мартиросов подходит к даме, чья очередь приблизилась к раздаче.

— Простите, — сыщик вытаскивает удостоверение МУРа, — вы не могли бы на минуту отойти?

— А что случилось? — Дама удивленно переводит взгляд с лица оперативника на документ.

— Проверьте, у вас в сумочке все на месте?

Женщина нервно раскрывает висящую на плене сумку, и ее лицо резко меняется. Она застывает на месте, на щеках проступают красноватые пятна.

— Подожди, Гриша, — одергивает она мальчика, пробормотавшего очередной вопрос.

Повернувшись к стойке, дама вытряхивает содержимое сумки на поднос.

— Ох, кошелек! Там ведь все деньги, кредитная карта, страховка…

Женщина тяжело опирается на стойку.

— Давайте выйдем, — как можно спокойнее произносит Мартиросов, — мы задержали вора. Вы поможете опознать вещи и составить протокол.

Плохо слушающимися пальцами женщина сгребает обратно в сумку разбросанные по подносу мелочи и вслед за нами направляется к выходу. На улице мы видим любопытную картину. Справа от дверей стоит наш знакомый. За руки его крепко держат сыщики из группы Мартиросова. Вид у кавказца уже не такой величественный. Хотя и смущения на лице не разглядеть.

Мартиросов подводит даму ближе, запускает руку в карман кашемирового пальто жулика и извлекает оттуда красивый женский кошелек. Хозяйка впивается в него взглядом.

— Ваш?

Угадать ответ было не трудно.

— Считайте, что вам повезло, — поясняет Мартиросов, когда мы остаемся вдвоем. — Карманники — народ очень осторожный, поймать опытного вора с поличным трудно. Он раз десять перепроверится, прежде чем взять кошелек. Иногда целый день проходишь и все без толку. Попадаются такие экземпляры…

У нас есть сыщик — под бомжа работает. Карманник, даже опытный, тертый, не может разглядеть в нем оперативника. И раскрывается… Настоящий опер должен стать невидимкой для вора, фоном, таким же, как остальные, ничего не подозревающие люди. Ко мне самому однажды в карман лезли. В троллейбусе, час пик, смотрю — рядом «он» отирается. Делаю вид, что ничего не замечаю. А вор «пробил» мой карман и, как мышонок, — лезет, лезет…

— Взяли?

— А как же? — улыбнулся Мартиросов. — Он потом все сокрушался: угораздило на опера налететь!

Озираюсь по сторонам, пытаюсь разглядеть в разномастной толпе охотников за чужими кошельками.

— Как вычислить карманника? Есть ли особенности в его поведении?

Мартиросов ненадолго задумывается.

— Распознать хитрого вора сложно. Нужно обладать чутьем. А оно появляется с годами, когда побегаешь за такими персонажами, прочувствуешь их психологию, узнаешь методы, способы прикрытия. Вот мы только что задержали кавказца. Между прочим, мобильный телефон у него не работает. Это — бутафория. И использовал он мобильник для отвода глаз. Разыгрывал классический спектакль, а сам внимательно глядел вокруг, выбирая подходящую жертву… Пожалуй, нашего клиента можно отличить по глазам, — продолжает Мартиросов, — они в постоянном поиске: шарят взглядом по сумкам, карманам… В качестве ширмы воры используют сумки, журналы, перекинутые через руку плащи. Их и называют «ширмачами». Кстати, помните одно время было принято носить перьевые ручки в нагрудном кармане пиджака? Опытные карманники вытаскивали их за секунду. Причем хозяин не успевал ничего заметить.

— Как же это? — искренне удивляюсь я и вставляю себе в карман «паркер». — Можете показать?

— Конечно, — улыбается сыщик и свертывает в трубочку газету, — смотрите, что там. — Мартиросов кивком указывает в сторону.

Я поворачиваю голову и на мгновение отвлекаюсь.

— Ваш «паркер». — Сыщик протягивает мне газету, к которой прикреплена моя перьевая ручка.

Машинально хлопаю рукой по нагрудному карману:

— Вот это да! Расскажите…

— Все очень просто, — поясняет Владимир, — газета ведь не только ширма, но и инструмент. Когда вы повернули голову и отвлеклись, я снизу вверх провел скрученной газетой по карману, и «паркер» оказался у меня. Опытный щипач делает это настолько виртуозно, что даже самый чувствительный человек не заметит. Одно время у цирка на Цветном бульваре жулики вытаскивали из фотоаппаратов дорогую цейсовскую оптику. Стоит на лестнице у парадного входа человек, ждет знакомых, вертит головой. Перед началом представления все возбуждены, вокруг суета, толчея, а жулик в таких условиях — как рыба в воде… Иногда люди обнаруживали, что их фотоаппарат без объектива, только во время спектакля… Были мастера, — продолжает Мартиросов, — специализировавшиеся на кражах часов с руки. Замечает вор, что у вас дорогой хронометр с браслетом. Выбирает подходящий момент и, будто обознавшись, хватает вас за руку. Потом делает вид, что смущен, ошибся, извиняется… А у самого на запястье перекинутые с чужой руки часы. Некоторые карманники действовали у Большого театра. Представьте картину: май, День Победы, среди собравшихся на встречу ветеранов ходит Герой Советского Союза с тортом — разыскивает однополчан. На самом деле и Звезда Героя, и торт — те же «ширмы», а ищет жулик подходящий объект — ветерана с престижными орденами. Определившись, подходит, начинает брататься, а сам аккуратно вырезает зажатой между пальцами бритвой кусок пиджака с наградами…

Но настоящим «высшим пилотажем», по словам сыщика, занимаются карманники, ставящие объект в «стойло». Раньше такие группы встречали дальние поезда, на которых для покупки автомобилей приезжали в Москву богатые бабаи из Андижана, Баку или Ташкента. Получив заранее «набой» или вычислив клиента среди приехавших пассажиров, воры эскортировали его до стоянки такси. Один жулик вставал впереди, второй — сзади, а третий напирал сбоку — изображал нетерпеливого гостя столицы, отвлекая внимание бабая. Таким образом жертва попадала в «стойло».

Стоящий впереди левой рукой расстегивал пальто богатого клиента, задний незаметно отодвигал полу одежды, а находившийся сбоку подрезал бритвой дно поясной сумки или дорожного пояса, где обычно прячут деньги гости с Востока. Пачка банкнотов выпадала в умелые руки карманника. Затем передний вор галантно подсаживал в такси взявшего куш соучастника. А тот мчался на Центральный телеграф, где жуликов ждала своя девочка-кассир. Нужно было быстро поменять деньги, так как бабаи имели обыкновение переписывать номера купюр. К тому же часть суммы со следами пореза бритвой нередко застревала в поясе и служила уликой.

Сегодня такие виртуозы встречаются все реже. Изменилась жизнь, изменились и типажи карманников. Еще недавно щипачи в уголовной среде считались едва ли не самой уважаемой публикой. Не случайно большинство старых воров в законе вышло из среды карманников, а Владимир Мартиросов помнит, как он вместе с товарищами задерживал Славу Япончика, Балду, Пашу Циркуля, Савоську и иных авторитетов уголовного мира.

ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ И ДРУГИЕ

В прошлые годы карманники не «лазили» по городу.

Их излюбленными местами были крупные магазины, вокзалы и общественный транспорт. Одни имели притяжение к центральному «Детскому миру» или его филиалу у метро «Сокол», другие — рыскали на вокзалах. Щипачи, занимавшиеся промыслом в метро, собирались у стадиона «Динамо» на сходки, где отдавали деньги на общак и распределяли линии и крупные станции. Пахан делил подземную Москву между группами воров, чтобы никто никому не мешал.

Кражи в метро и сейчас остаются серьезной проблемой. Карманники лучше всего чувствуют себя в толчее. Их излюбленные места — платформы в момент посадки на поезд и «мешки» у входа на эскалаторы. Здесь легко «пробить» карманы, разрезать сумку, вытащить кошелек из куртки или пальто. К тому же в метро опытный вор сразу вычислит хвост. Из-за этого оперативники работают мобильными группами и, заметив подозрительного субъекта, передают его друг другу, не привлекая ничьего внимания.

Залетных воров раньше почти не попадалось. Оперативники вели специальные фотоальбомы, куда вклеивали «портреты» задержанных анфас и в профиль. Листая пухлые разноформатные таблицы, я видел сотни лиц, на каждом из которых лежала печать своего времени: послевоенные пятидесятые, шестидесятые, застойные семидесятые… В последние годы чаще встречаются приезжие: цыгане, выходцы из Средней Азии, кавказцы, даже монголы.

Монгольскую группу задержали у трех вокзалов. Когда-то они были студентами, учились в Москве в автодорожном институте. Но иные дороги показались более привлекательными для гостей с Востока.

Час пик — самый удобный период для карманника. Хотя выбирать объект он может когда угодно. Взяв кошелек или портмоне, вор никогда не оставляет его себе. Зачем рисковать, ведь улика все может испортить. Поэтому, выпотрошив бумажник, щипач кидает его на рельсы или бросает на платформе. Иногда, увидев собственный кошелек на путях, люди бросаются вниз, рискуя жизнью и не догадываясь, что денег там давно нет.

Как признаются карманники — раньше работать было легче. Завезут дефицит в магазин — значит, очередь, ажиотаж, деньги в карманах граждан. Везде полно приезжих, оказавшихся в столице с тугими кошельками. Да и зарплату выдавали регулярно. Все знали, когда получка на туполевской фирме, а когда аванс на мясокомбинате… Такие дни оборачивались для карманников настоящим праздником. Социализм гарантировал твердый заработок не только правопослушным гражданам.

Помните сакраментальный вопрос сыщика Максима Подберезкина — героя фильма «Берегись автомобиля!»? Может ли жулик быть талантливее того, кто его ловит? Фильм ответил на этот вопрос. В жизни все сложнее и забавнее.

Оперативники рассказали про одного своего подопечного — умелого и удачливого карманного вора. Официально он трудился монтажником на закрытом авиаконструкторском предприятии в районе Сокола. Работу заканчивал без двадцати четыре и ежедневно в пять часов забирал из детского сада дочку. За ребенком он ехал три остановки на автобусе. А пока ехал… Ну, вы понимаете, для хорошего щипача городской транспорт — что грибная поляна для любителя «тихой охоты».

Короче говоря, без чужого кошелька авиастроитель из автобуса не выходил. Причем ни разу не попался. Его даже за глаза окрестили Летучим Голландцем. При этом он имел несколько судимостей за кражи. Как его сажали? Очень просто. Тесть, ветеран войны и труда, не мог мириться с нетрудовыми доходами и «закладывал» зятя милиции.

Как тут не вспомнить героя Папанова из того же фильма: «Тебя пасодют, а ты не воруй!»

Другой виртуоз — импозантный красавец по кличке Крюк. Его «среда обитания» — Красная площадь, где он вытягивал тугие «лопатники» у иностранных туристов. Милиция никогда его не ловила. Но Крюк регулярно оказывался на Петровке, куда его за незаконные в те годы валютные операции доставляли сотрудники КГБ.

Всесильная организация тоже пострадала от действий карманника. Правда, не совсем обычным образом. Как-то раз сыщики МУРа задержали в «Детском мире» за кражу игрушечной машинки… освобожденного заместителя секретаря комитета комсомола центрального аппарата КГБ! «Бес попутал», — клялся он операм. Бывает…

С наступлением лета воры мигрировали на курорты Черного моря и Кавказа. Совмещали приятное с полезным. Отдыхали и облегчали чужие кошельки. Как известно, на курорты бедняки не ездят.

Для оперативников со стажем такие персонажи, как Савоська, Володя Полтавский, Дубина, Ессентукский, Армен, Шорин, Черкас, напоминают о времени, когда дела возбуждались по факту кражи трех рублей, а потерпевших не приходилось уговаривать писать заявления в милицию. Сейчас все перемешалось. Ворами в законе становятся не имевшие ни одной судимости россияне, принимая «звания» так, словно речь идет о признании заслуг перед отечеством. В Москве карманники из других регионов «трудятся» вахтовым методом, прилетая на заработки в самолетах бизнес-классом.

Изменились и доходы жуликов. Начальник отдела организации работы оперативно-сыскных групп (так называется подразделение по борьбе с карманными кражами) Александр Карташев помнит, как его подчиненные задержали рецидивиста, вытащившего в трамвае у школьницы двадцать пять копеек. Вору дали девять лет. Закон, он суров…

О доходах воров можно судить и по такому факту. Недавно на оптовом рынке сыщики поймали жулика, вытащившего из чужого кармана 67 тысяч рублей. Впрочем, и раньше регистрировались рекорды. В 1985 году в магазине «Лейпциг» цыгане украли у покупателя аж семь тысяч рублей. Тогда на эти деньги можно было приобрести легковой автомобиль.

Цыгане промышляют карманным воровством между делом, совмещая его с множеством других занятий: торговлей, гаданием, продажей наркотиков. Но вот что характерно: цыгане никогда не потянут пустой кошелек. И еще из двух одинаковых они непременно выберут тот, где денег больше. Как им удается угадывать — никто не знает. Александр Карташев уверен, что никакими сверхъестественными способностями цыгане не обладают, но имеют потрясающее чутье и разбираются в психологии.

Кражи — специализация еще одной группы, глухонемых. У них свой почерк, и ориентируются они в основном на состоятельных людей. Действуют около центральных гостиниц, ресторанов, казино. Подойдя к объекту, немые начинают жестикулировать, мычат, хватаясь за его пиджак, а сами ненавязчиво изучают чужие карманы. Жертва не успевает почувствовать, как бумажник находит нового хозяина.

Поймать глухонемого карманника сложно. Обделяя инвалида одним, природа, как правило, компенсирует изъян другим. Глухонемые осторожны. У них хорошо развиты чувства опасности и коллективизма.

Они работают группой, выставляют контрнаблюдение и заранее только им известным жестом подают подельникам сигнал тревоги.

К тому же при задержании они притворяются, что ничего не понимают (хотя большинство читает по губам), и требуют переводчика. Как тут выходить из положения?

Сыщики ЦВД по охране метрополитена рассказывали, что в 4-м отделе раньше работал опер, знавший язык глухонемых. К нему, как к палочке-выручалочке, обращались коллеги из всех милицейских подразделений Москвы. Но он давно уволился, и теперь сыщикам приходится выкручиваться самостоятельно.

Глухонемых опасаются сами опера. Точнее, их необыкновенно чувствительных пальцев. Собираясь работать по «глухарям», сыщики предпочитают прикреплять лесками к карманам служебные муровские удостоверения. Береженого Бог бережет!

«КОШАТНИКИ» И «ГРЕЛЬЩИКИ»

Всех карманников, промышляющих сегодня в Москве, условно можно разделить на две группы. Первая — молодые наркоманы, прогоняющие краденое через вену. Они довольствуются малым и живут от дозы до дозы. Вторая группа — прирожденные карманники. Их заработок стабилен, и многие из них, имея за плечами несколько ходок на зону, щиплют десятки лет.

В метро сыщики задержали недавно своего старинного знакомого 1935 года рождения. Он пережил несколько поколений оперов. Те, кто первый раз отправлял его на зону, давно на пенсии. А он — еще в строю… Поимку старый щипач воспринял мужественно, порассуждал о падении нравов, низкой квалификации «молодняка».

Есть среди молодых воров и такие, кто ни в чем не уступит виртуозам прошлых лет. Очень опасны группы карманников из Нижнего Новгорода и Львова. Они работают бригадами, на определенных объектах и маршрутах. Львовские жулики практикуют кражи и за границей. Ими давно освоено пражское метро. Есть информация, что они собираются в Арабские Эмираты. Там работать, конечно, сложнее и опаснее, но зато добыча на порядок больше.

Наши карманники-соотечественники действуют в Германии, Венгрии, Польше. Есть представители отечественной школы щипачей и в США. Там, правда, налички мало, все больше кредитные карты. Но умельцев это не останавливает. Подобрать ключ можно к чему угодно, если очень сильно захотеть.

Отдельный разговор о щипачах-гастролерах из Грузии, Азербайджана, Молдавии, Украины и Узбекистана. На их долю приходится три четверти карманных краж. Но это не свидетельство того, что остальных щипачей меньше. Просто кто-то попадается, а кто-то работает без проколов. Нижегородские щипачи, по оценке столичных сыщиков, действуют хитрее и профессиональнее. Их ловят меньше, но воруют они больше, чем многие другие. Стихия нижегородцев — городской транспорт. Им нет равных на маршрутах, обслуживающих крупные рынки и магазины.

Рынки — притягательное место для карманников. Сюда же приезжают «на охоту» и дилетанты — «кошатники» и «верхушечники». Первая категория ворует сумки у зазевавшихся продавцов и покупателей. «Верхушечники» — хватают кошельки и бумажники, лежащие сверху. И те и другие считаются низшей кастой «крадунов». В прошлые годы оперы даже протокол не составляли при задержании «кошатника». Теперь выручка «кошатников» непредсказуема. Недавно оперативники поймали жулика, стащившего баул с восемью норковыми шубами. Когда хозяйке вернули украденное, она даже прослезилась от радости.

Стоит упомянуть о «грельщиках». Их часто принимают за карманников, так как до определенного момента поведение «грельщика» очень напоминает подготовку к действиями щипача. Оба, выбрав жертву, начинают плотно к ней прижиматься. Только цели у них разные. Карманник поворачивает объект поудобнее, чтобы без помех завладеть кошельком, а «грельщик» трется о жертву для получения удовольствия. Материального ущерба гражданам от «грельщиков» нет, но реакция на их манипуляции бывает еще более бурной, чем возмущения по поводу украденных кошельков.

В провинциальных городах специализированных подразделений по «карманке» нет. Если сыщики получают информацию о появлении щипачей, то действуют старым проверенным методом. Начальник розыска сует секретарше в задний карман брюк (на жаргоне карман называется «очко») объемистое портмоне и отправляет ее в город. За «наживкой» неотступно следуют оперативники. Так продолжается до той поры, пока вор не клюнет на приманку.

Подобный способ для большого города не годится. В Москве с 1980 года действует профильный отдел, в котором числится более сотни сотрудников. Не много для десятимиллионного мегаполиса. Тем более, что, по оценкам криминалистов, опытный карманник совершает 10–15 попыток краж за день. Причем львиная доля преступлений регистрируется на рынках, ставших для москвичей невысокого достатка — а их большинство — и торговым местом, и салоном моды, и чем-то вроде развлекательного центра и клуба по интересам.

Глава 5

РЫНОЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Шесть часов утра. Из дверей метро «Спортивная» в сторону Лужников непрерывным потоком двигается темная молчаливая толпа. Слышатся лишь постукивание доверху груженных тележек да тяжелое дыхание сотен людей. Наверное, с таким же энтузиазмом и одержимостью шли к проходным фабрик и заводов герои первых пятилеток. Нынешние строители светлого капиталистического завтра действуют с не меньшим рвением. Тем более, что результат их усилий даст зримые плоды уже сегодня вечером, а не в туманном отдаленном будущем.

ЖИЛ В ГОСТИНИЦЕ «СОВЕТСКОЙ»…

Рынки в Москве были всегда. И в суровые времена военного коммунизма, и в период хрущевской оттепели они сохраняли свой статус. Но отличались от нынешних так же, как концерт Филиппа Киркорова в «Олимпийском» отличается от вечера памяти Альфреда Шнитке в Овальном зале особняка князей Черкасских-Васильчиковых.

Молодым людям, выросшим в послереформенной Москве, трудно вообразить, каким унылым зрелищем были в прежние времена так называемые колхозные рынки. Оазисы «свободной» экономики имелись в каждом районе. И, за исключением двух-трех привилегированных — Центрального, Черемушкинского и Ленинградского, походили друг от друга.

С детства помню Дорогомиловский рынок. Бабушка брала меня с собой, когда шла за картошкой и луком. Остальное покупать было не по карману. Картошку же, хоть она и оказывалась дороже, чем в государственном магазине, брать у частников считалось выгоднее. Содержимое же продававшихся в каждом овощном отделе трехкилограммовых крафт-пакетов состояло наполовину из гнилья, комьев земли и проросших клубней. Экономия получалась с обратным знаком.

Дорогомиловский считался типичным московским рынком. Небольшая территория, огороженная где глухим дощатым забором, где стенами невысоких сараев, подсобных помещений и складов. Несколько рядов деревянных прилавков с двухскатными навесами, покрытых облупившейся темно-зеленой защитной краской. Обязательный вымазанный побелкой приземистый павильон, похожий на укороченный коровник. В нем торговали мясом и молочными продуктами. За прилавками стояли мясники с непроницаемыми лицами, две-три женщины с творогом в тазах и сметаной в банках, тетки неопределенного возраста при бочках с солеными огурцами и торговавшие медом старики-пасечники. Пахло несвежим мясом, летали голуби-сизари, и посетителей обычно было меньше, чем продавцов…

Кроме того, на рынке располагалось два магазина — хозяйственный и промтоварный. Посетителям предлагались керосиновые лампы, рулоны давно вышедших из моды тканей, цветные репродукции «Неизвестной» Крамского, гвозди, боты «прощай молодость», грабли, вездесущее хозяйственное мыло и оцинкованные корыта. У входа в магазин, в двух-трех шагах от ступенек — чтобы не бросаться в глаза — стояла робкая нищенка. С попрошайками тогда не церемонились, просить приходилось с оглядкой.

Где-нибудь на отшибе устраивались кустари. Они торговали сами. Перекупщики еще не превратили ремесло в доходный бизнес. На прилавке лежали шкатулки, ложки, игрушки в виде стучащих поочередно по наковальне медведя и кузнеца. На земле под ногами валялась яркая стружка. Мастер на ваших глазах, ловко зажав в заскорузлых пальцах обрезок деревяшки, вырезал какую-нибудь фигурку или безделушку.

Вот, пожалуй, и закончена картина. Разве что добавить к перечисленному молодок, стоящих «караульными» у высоких мешков с семечками. Любители этого товара водились всегда.

Из трех десятков рынков, функционировавших в Москве в советское время, лишь Центральный и Черемушкинский отчасти напоминали нынешние яркие торжища. Конечно, даже на них нельзя было отыскать привычной сегодня экзотики: киви, манго, авокадо, зимнюю клубнику и прочие привозные роскошества. Но тем не менее ассортимент и качество товаров соответствовали булгаковской «первой свежести». Поэтому на Центральном и Черемушкинском рынках можно было услышать иностранную речь, а на стоянках перед входом увидеть редкие в те годы заграничные автомобили. Завсегдатаями там считались дипломаты, а также столичная элита — артисты, академики, работники Внешторга и, разумеется, — теневики. Словом, те, чьи доходы намного превышали средние. Рядовые граждане наведывались сюда от случая к случаю.

И торговали на элитных рынках избранные. Одни и те же люди годами стояли за прилавками на «своих» местах. Причем места передавались в семье по наследству от отца сыну или оставались за кланом, чей представитель был делегирован в качестве продавца.

Формально «колхозник», прибывший из солнечного Азербайджана для реализации избытка гвоздик, имел право проживать в Москве только 28 дней. После чего он обязан был немедленно отбывать восвояси. Фактически же никто закон не соблюдал. Пышноусые красавцы годами жили в комфортабельных номерах гостиницы «Советская», а в случае необходимости предъявляли железнодорожные билеты, из которых следовало, что их обладатели прибыли в Москву с Кавказа накануне вечером.

Если продуктовые рынки прошлого хоть в чем-то сопоставимы с нынешними, то аналогов толкучек в те годы не существовало вообще. Жалкие барахолки, стихийно возникавшие на Преображенском или Тишинском рынках, напоминали лавку старьевщика. Пахнущие нафталином костюмы, потерявшие естественный блеск сервизы, даже отслужившие век медицинские груши…

Разложенный на газетках или выставленный на ящиках товар наводил скуку. Встречалось среди этого мусора и такое, что относилось к разряду дефицита: модная женская обувь, кофточки, меховые шапки, плащи… Но торговать было опасно. Компетентные органы не дремали, гнезда спекулянтов и расхитителей социалистической собственности выжигались каленым железом. Продав мужскую рубашку с рук и получив смешной навар — пару червонцев, можно было схлопотать вполне серьезный срок — два года с конфискацией имущества.

Адреса мест, где возникали толкучки, передавались друг другу как пароль или военная тайна. Подпольные рынки постоянно мигрировали. Чтобы попасть на них, нужно было вставать затемно, трястись в электричке, пробираться по узким улочкам подмосковной Малаховки или Люберец, чтобы не угодить в милицейскую облаву и успеть присмотреть нужный товар.

О том, как работали законы дикого рынка в советское время, я узнал на собственном опыте. Правда, речь шла не о вещевом, а о книжном рынке.

«ГРАЖДАНИН, ПРОЙДЕМТЕ!»

В 1975 году в серии «Библиотека поэта» издательство «Советский писатель» выпустило том поэта-символиста Федора Сологуба. Увидеть его на прилавке магазина было нереально. Тираж 15 тысяч экземпляров для страны, где издаваемая и переиздаваемая «Королева Марго» расходилась двухмиллионным тиражом, был настоящим издевательством. Рыночная цена Сологуба, точнее, ее нижняя планка держалась на уровне 35 рублей. При зарплате молодого специалиста — 105 рублей в месяц — сумма казалась астрономической. Поэтому я решил испытать судьбу на рынке.

Забегая вперед, скажу: лучше бы я этого не делал. Рожденный ползать… Но тогда я так не думал.

Взяв с полки два томика «Библиотеки приключений» «в рамке», которые очень ценились на рынке, я отправился к магазину «Книжная находка». Он располагался в двух шагах от здания КГБ на холме против универмага «Детский мир». Там, у подножия памятника первопечатнику Ивану Федорову, по воскресеньям собирался книжный рынок.

Новинки появлялись «у Федорова» раньше, чем во Всесоюзной книжной палате. Солидные дяди, сунув за пазуху дефицитнейший американский детектив или воспоминания опального генерала, неспешно прогуливались вокруг памятника или тихо беседовали с себе подобными о жизни и новостях. Это и были спекулянты, или, как их называли чаще, — книжники. Они доставали любое издание, выполняли заказ, имели связи и ориентировались на книжном рынке так же уверенно, как в собственной квартире.

Другая категория граждан — покупатели. Эти приезжали узнать о новинках, посмотреть или купить редкое издание.

Продав «рамку» по рыночной цене, рассудил я, можно будет легко купить Сологуба. Денег от такой комбинации, по моим расчетам, хватало с избытком. Однако законы рынка оказались значительного сложнее.

Скоро подошел первый покупатель: «Сколько?» — «По двадцатнику». Парень повертел в руках книжку, отошел в сторону. Затем те же вопросы задал другой человек. Постепенно я освоился, расслабился и…

— Торговля с рук запрещена! — услышал я сбоку. Чья-то крепкая рука взяла меня под локоть.

Я повернул голову — рядом стоял милиционер. Ничего хорошего в его глазах я не прочел.

— Пройдем в отделение…

Как ни уверял я сержанта, что и в мыслях не хотел торговать с рук, он только загадочно молчал и крепче сжимал мой локоть. Я окончательно приуныл, смирившись с перспективой отвечать на вопросы в отделении милиции. Но когда мы отошли за угол, конвоир неожиданно ослабил хватку.

— Разве вы не знаете, — начал он, — что торговля с рук — уголовно наказуемое деяние?

Я снова пробормотал что-то об обмене книг, товарище, который обещал подъехать, и прочей чепухе.

Мы остановились. Милиционер отпустил руку и все еще строго произнес:

— А что за книги-то?

Я поспешно показал ему «товар». Он меланхолично полистал томик Казанцева, поморщился, повертел в руках книжку фантаста Кларка и миролюбиво произнес, перейдя для убедительности на «ты»:

— Ладно, вижу — ты парень нормальный. Не буду тебе жизнь портить… А приключения я люблю. Давай-ка куплю у тебя книжки. Все равно ты с ними расстаться хотел.

Домой я вернулся в таком состоянии, словно два часа просидел в одежде в финской парной. Денег от проданных книг хватило на бутылку пива и проезд в метро.

С тех пор я хожу на рынок только как покупатель.

«ЕВРОПЕЙСКИЙ» РЫНОК

Первой ласточкой легализованного свободного предпринимательства в Москве стал Рижский рынок. Толкучка рядом с ним возникла стихийно. Поначалу милиция гоняла торговцев, предлагавших покупателям ходовой и дефицитный товар. Его привозили с расположенных поблизости вокзалов — Казанского, Ленинградского, Ярославского, Савеловского и, конечно, Рижского.

Ветры перемен — политических, а с ними и экономических - ощущались все сильнее. В 1987 году торговля с рук была практически узаконена и рынок начал разрастаться с неимоверной быстротой.

В многомиллионном городе, где появление на прилавке магазина куска заграничного мыла становилось событием, а за импортными женскими сапогами выстраивались километровые очереди, торговые ряды Рижского рынка превратились в настоящее Эльдорадо. Еще бы! Два шага от тамбура метро — и человек попадал в сказочную страну, где можно было не только увидеть, но и купить то, о чем вы мечтали. Правда, вот цены… Они ориентировались не на зарплату, а точно соответствовали уровню спроса на товар.

Не буду называть цифр. Сейчас они никому ни о чем не скажут. Слишком много девальваций и деноминаций прошло за эти года. Вспомню лишь ассортимент товаров. Он даст представление и о дефицитах того времени, и о самом рынке.

В моем репортерском блокноте упоминаются джинсы из модной тогда «варенки», кожаные куртки и плащи, мужские носки (одно время — страшный дефицит), кроссовки и спортивные костюмы «Адидас», пользовавшиеся спросом у южных особ перчатки из ангорской шерсти, сигареты «Кент» и «Салем», а также не появлявшиеся на прилавках государственных магазинов масло, копченая колбаса и яйца. (Очереди за куриными яйцами в 1990 году выстраивались у продмагов с четырех утра; давали по десятку в одни руки; и только многодетным, по предъявлении специальной книжки, товар отпускался без очереди.)

По словам Николая Кромкина, работавшего в то время начальником отдела БХСС Дзержинского РУВД Москвы, поначалу предусматривалось разрешить торговлю на 150 рыночных местах. Большего, как считали власти, не позволяли площади Рижского рынка. Однако жизнь внесла поправки в эти расчеты. Рынок привлекал людей со всего бывшего СССР. В иные дни число посетителей Рижского достигало фантастической цифры — 80 тысяч человек!

Люди приезжали не только за покупками. Настоящим бичом стали карманные кражи. Щипачи-профессионалы действовали виртуозно, обчищая карманы и сумки ошалевших от непривычного изобилия граждан.

Самой легкой добычей оказывались популярные тогда у домохозяек сумки, имевшие наверху металлические замки-застежки. Уже упоминавшийся сыщик Владимир Мартиросов пояснил, что карманники называли такие сумки «самосвалами». Открыть «самосвал» в толчее — пара пустяков. Отвлекающее хозяйку движение, легкий толчок в спину или под локоть… Щелк — и сумка открыта. Выбирай что хочешь.

Бригады карманников сыщиками задерживались ежедневно. Причем воры знали, что на Рижском работает специальное подразделение МУРа. И тем не менее число щипачей не уменьшалось. Можно с уверенностью сказать, что перед соблазном побывать на Рижском не устоял ни один карманник. Страх «сгореть» заглушался вполне реальной возможностью «срубить по-легкому» бешеные деньги. Ведь с пустыми кошельками на Рижский не приезжали.

Щипачи не единственные, кто наведывался на рынок, имея далекие от торговли интересы. Одними из первых прибывали наперсточники. Сейчас о кудесниках лохотрона знают все, и тем не менее жертв хватает. Представьте, что происходило тогда. За час-полтора «наперсточники» успевали облапошить нескольких доверчивых граждан и благополучно уезжали прочь. Чтобы назавтра уже в шесть утра снова водрузить «станок» у входа на рынок.

Настоящей находкой Рижский стал и для рэкетиров. Отсутствие правовой базы, регламентировавшей частную торговлю, привело к тому, что территорию рынка поделили между собой чеченцы, цыгане, казанские, долгопрудненские и местные братки. Каждый торговец обязан был исправно платить дань набиравшему силу рэкету. Если человек ни под кем «не стоял», участь его была незавидной. На моих глазах у девушки, продававшей горнолыжный костюм, два увешанных цепями «быка» по-хозяйски отобрали сумку с товаром и скрылись. И это, как пояснили мне оперативники, еще не худший вариант. Могли ведь как в том анекдоте: ножичком по горлышку. За охрану от «наезда» платить надо…

Поскольку хозяев у рынка было много, периодически вспыхивали локальные конфликты. Как-то не поделили место «на горке» — участок рынка за крытым павильоном — чеченцы и цыгане. Силы оказались неравными, один чеченец остался лежать на поле брани. Кавказцы поклялись отомстить, рынок затаился, несколько дней все напряженно ждали развязки. Но цыгане нашли способ уладить конфликт.

Контролировавший местную общину цыганский барон заплатил чеченцам отступного и тем самым снял проблему. Территория была четко поделена, стороны перестали конфликтовать. Поговаривали, что цыгане отвалили чеченцам за право торговать на рынке семьсот тысяч…

В другой раз случилось побоище между люберецкими и азербайджанцами. Подмосковные братки решили показать, «кто хозяин в доме». Приехало семь «девяток» без номерных знаков, за несколько минут переломали палатки торгующих, избили два десятка азербайджанцев, попрыгали в «Жигули» и умчались. Легко догадаться, что ни заявлений в милицию, ни устных жалоб не поступало. Как уладили конфликт — неизвестно. Только после этого на рынке наступило затишье. Мстить никто не стал.

К счастью, вспоминает Николай Кромкин, огнестрельное оружие в разборках почти не применялось. Тогда еще не было «горячих» точек, откуда позже стволы и боеприпасы потекли полноводной рекой. Зато стоявшая в углу кабинета Кромкина корзина для бумаг к концу дня всегда плотно заполнялась изъятыми у «мирных» торговцев ножами, заточками, отвертками, стальными прутами, кастетами и дубинками. Реже отбирались пистолеты, газовые баллончики, нунчаки, бейсбольные биты.

Любой отправившийся в столицу торговец предпочитал Рижский рынок. Место освоенное, удобный подъезд, огромное число покупателей. О размахе торговли можно судить по национальности задерживавшихся милицией.

За нарушения правил торговли и обман покупателей в местное 19-е отделение попадали не только соотечественники из всех республик СССР, но и иностранцы — китайцы, вьетнамцы, поляки, чехи, немцы, венгры. Оперативники шутили между собой: «наш «европейский» рынок».

В Дзержинском районе, где, согласно прежнему административному делению столицы, располагался Рижский рынок, находились и другие сложные объекты: центральный «Детский мир», гостиница «Космос», улица Кузнецкий мост, «Останкино», площадь ВДНХ. Но ни одно из мест не могло соперничать по криминогенности с рынком. Да что там говорить. В те годы, пожалуй, у Рижского соперников в нашей стране не было. «Европейский» рынок все-таки…

Но слава Рижского постепенно стала меркнуть. В Москве появлялись новые торговые места; коммерсанты, челноки, оптовики-перекупщики, а вместе с ними рэкетиры, мошенники и карманники расширяли сферу интересов. Наступала эра оптовых рынков. Первым, кто обошел Рижский, был бескрайний рынок, организованный городскими властями на территории ВДНХ. Скоро уже туда со всей страны заспешили покупатели, а выставка превратилась в нескончаемый многокилометровый базар.

ВВЦ(Выставка достижений капиталистического хозяйства)

В разные годы огромная площадь на севере столицы называлась по-разному. В 1954 году первые посетители пришли на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку. Гостей поражала помпезность, размах и монументальность витрины советской колхозной экономики. Ни один человек, приезжавший в столицу, не обходил ВСХВ стороной. Визит на выставку, символизировавшую мощь победившего социализма, был обязательным пунктом туристических программ и служебных командировок.

Позже название изменилось. Выставка достижений народного хозяйства, как стали именовать ее с 1959 года, обогащалась все новыми павильонами. Экспозиция огромного ангара «Космос» свидетельствовала об успехе советской науки и техники за пределами земли. А павильон, вывезенный на кораблях с Всемирной выставки в Монреале 1967 года, стал размещать под своими сводами сменные экспозиции.

Почти полвека ВДНХ успешно совмещала две Функции: служила местом отдыха и одновременно выполняла задачу пропаганды советского строя. Ситуация изменилась с началом экономических реформ.

Постепенно полностью прекратилось финансирование выставки. Влачившие жалкое существование отрасли промышленности, снабжавшие в прошлом примерами своих достижений, от сотрудничества отказались. Союзные республики, переставшие быть союзными, уже не устраивали пышные, с показной веселостью Дни национальностей в «именных» павильонах ВДНХ.

Выставка умирала. Обветшавшие здания, гулкие пыльные залы, редкие посетители… Это продолжалось до тех пор, пока кому-то из отцов города не пришла в голову логичная идея: сдать пустующие площади павильонов коммерсантам под торговлю и поправить таким образом положение дел.

Скоро ВДНХ, получившая очередное новое название ВВЦ (Всероссийский выставочный центр), зашумела, как в прежние годы. Но народ валом валил не из интереса к отечественным конверсионным разработкам. Не гордость за космическую и электронную промышленности превращала посещение ВВЦ в радость для москвичей и гостей столицы. Люди торопились ознакомиться с вещественными примерами достижений капиталистического хозяйства.

Первым перепрофилировался выставочный павильон «Здоровье». Он стал пробным шаром, по которому стали ориентироваться остальные. В «Здоровье» разместились представительства зарубежных фирм, торговавших медицинскими препаратами, лечебными травами, оптикой, приборами и средствами личной гигиены.

Затем в ногу со временем зашагали остальные павильоны: «Электроника», «Наука и образование», «Машиностроение», «Животноводство», «Культура»… Скоро выставка превратилась в крупнейшую по площади и ассортименту предлагаемых товаров ярмарку, где можно было купить буквально все: автомобили, памперсы, холодильники, новомодные кроссовки, домашние кинотеатры, купальники, газонокосилки, ювелирные изделия и детское питание. В бывшем павильоне Карело-Финской ССР открылся один из лучших в России салонов кухонной мебели. Вдоль главных аллей разместились магазины фирмы «Русское золото». Шашлычные, пловные, бары и рестораны распахнули двери для желающих подкрепить силы и отдохнуть перед осмотром очередной экспозиции. А посмотреть было на что.

Павильон «Космос», например, торговал главным образом бытовой техникой и электроникой. Исполинский ангар был поделен на крохотные комнатки, располагавшиеся в несколько рядов на двух широких ярусах. Зайдя в любую из комнат, неподготовленный и неискушенный покупатель, — а таких было большинство, — столбенел от увиденного изобилия. К тому же бойкие продавцы в непривычной для воспитанных советской торговлей покупателей манере вежливо, почти заискивающе предлагали товар, давали советы, охотно демонстрировали работу бытовых приборов или видеомагнитофонов.

Молва о чудо-ярмарке быстро распространилась по всей России. Как в былые годы, к главному входу ВВЦ, с трехсотметровой аркой, заспешили толпы людей. Появились даже очереди у женских туалетов, по которым сотрудники милиции определяли, что число посетителей переваливает за 100 тысяч…

Объемы торговли на ВВЦ превысили самые фантастические прогнозы. Впрочем, никаких достоверных цифр привести нельзя. Кассовые аппараты, оформление покупки, бухгалтерский учет — все это на ВВЦ отсутствовало. Расчеты производились «наличкой». В лучшем случае покупатель получал чек с красивым штампом. А продавец скороговоркой объяснял: «Если будут проблемы — замена товара в течение двух недель».

Телевизоры и видеомагнитофоны — хиты сезонов 1995–1996 годов! — продавали прямо с грузовиков. От метро «ВДНХ» тянулся бесконечный поток — на ярмарку. А навстречу шла такая же нескончаемая толпа. И каждый второй нес в руках красивую картонку с надписью «SONY», «Tefal», «Philips», «Aiwa»… Без покупки не уходил никто.

Появился даже особый вид услуг. У каждого павильона стояли люди с тележками и предлагали за определенную плату доставить купленную вещь до автостоянки или вестибюля метро. Желающих воспользоваться выставочными рикшами хватало. Согласитесь, если вы купили электробритву или радиотелефон, то путь домой тяжелым не покажется. А если у вас в руках посудомоечная машина или десятисекционный электрообогреватель?

Изменилась не только «экспозиция» выставки. Иным стал и теневой бизнес на ВВЦ. Исчезли типичные преступления — кражи мелочи из касс автопоездов, махинации с билетами на аттракционы луна-парка, мошенничество с турникетами, установленными на центральном входе выставки. Сейчас уголовные дела, казавшиеся тогда громкими и скандальными, вызывают невольную улыбку…

Автопоездами, курсирующими по обширной территории ВДНХ, ведает монтажно-транспортное управление. Оно-то и забило тревогу первым: пропадает мелочь из кассовых аппаратов. Недостача после инкассации составляла вполне солидную сумму.

Делом занялся местный ОБХСС. Оперативники получили приказ взять злодеев с поличным. Специальная группа, которую возглавлял начальник отдела Дзержинского РУВД Николай Кромкин, приступила к работе на объекте.

Поначалу задание казалось пустяковым. Было очевидно, что ворует кто-то из своих. Скорее всего — кассиры или водители. Опытным операм, разоблачавшим много тысячных хищений в крупных универмагах и гастрономах, дело виделось простым как мычание.

Приехали на ВДНХ, распределили обязанности, начали отрабатывать маршрутные автопоезда, приступили к наблюдению.

Сыщики откатали первый день — без результата. Никто ничего не заметил. Может быть, подозреваемые почувствовали неладное и отказались от хищений? Проверили билеты, пересчитали выручку… Что за чертовщина? Недостача нисколько не уменьшилась, воровство продолжалось.

На другой день оперативники были вдвойне внимательнее. Под видом пассажиров они располагались поблизости к кассирам, неотрывно следили за продажей билетов.

Внешне все казалось абсолютно нормально. Комар носа не подточит. Сверили расход-приход. Мистика какая-то, снова недоставало большой суммы.

— Что мы только не предпринимали для поимки воров, — вспоминает Николай Кромкин. — Подменяли водителей, изображали пассажиров. Даже мелочь, которой оплачивали проезд, метили керном. Никакого результата. Выручку словно человек-невидимка похищал. Правда, постепенно мы установили, на каком этапе исчезают деньги. Опечатанная «кассета» с деньгами под расписку передавалась следующей смене. Та вскрывала пломбы и пересчитывала выручку. В этот момент она и уменьшалась. Инкассаторы постоянно получали меньшую сумму. Сосредоточили внимание на последнем этапе, — продолжает Кромкин. — Под различными предлогами наши сотрудники «случайно» оказывались в помещении, где кассиры пересчитывали выручку. Но даже опера со стажем ничего не могли заметить. Кассир на глазах у всех высыпал «серебро» — двадцати-, пятнадцати- и десятикопеечные монеты — в металлический поддон, пересчитывал их и переправлял в инкассаторскую сумку.

Решили провести оперативную комбинацию. Кассиршу, которая после сдачи выручки шла домой, под благовидным предлогом задержали в метро. Милиционер по сигналу оперативников ОБХСС пригласил женщину в служебное помещение: «Простите, только что сумку у пассажира вырвали, очень на вашу похожа».

Кассирша недовольно передала сумку сержанту, точно описала ее содержимое, показала свой пропуск на ВДНХ. Милиционер с извинениями вернул вещи, и женщина продолжила путь, ничего не заподозрив. Зато оперативники получили неопровержимые доказательства кражи. Сержант обнаружил в женской сумке литровый бидон, доверху наполненный мелочью…

На следующий день Кромкин и его сыщики задержали кассирш у входа из монтажно-транспортного управления. У каждой в сумке лежало по мешочку с мелочью.

Позже на следственном эксперименте воровки показали, как удавалось красть деньги. Отработанным до автоматизма движением они перекладывали мелочь из поддона в мешок инкассатора. На какое-то мгновение рука оказывалась над сумкой. Туда и попадала часть монет.

Со стороны, даже внимательно наблюдая за движениями кассирш, заметить «фокус» было трудно. Слишком ловко действовали мошенницы.

Кстати, их улов, ныне кажущийся смехотворным, по тем временам составлял приличную сумму. Воровки ежедневно прикарманивали по 60 рублей, имея зарплату 90! За месяц рукастые бабенки получали больше, чем действительные члены Академии наук!

Обе дамы отсидели положенное по закону. Причем одна из них после освобождения пришла поблагодарить Кромкина. Дело не в совестливости воровки. Просто она страдала язвенной болезнью и никак не могла сесть на диету. А тут, оказавшись в местах не столь отдаленных, сделала это вынужденно. Работала на ферме, пила свежее молоко, ела творог, сметану… На свободу она вышла с чистой совестью и совершенно здоровой. Вот вам и Божий промысл.

Не менее экзотическим способом раскрывалось преступление, связанное с кражами выручки на самом доходном месте ВДНХ — площадке аттракционов. Операм никак не удавалось поймать воров за руку. Чтобы проследить движение денежных потоков, решили пометить монеты изотопами. И тут началась какая-то мистика. Меченые деньги, словно кто-то их специально отбирал, попадали с инкассацией в банк, а ворованных не становилось меньше!

Загадка прояснилась лишь после поимки мошенников. Родной брат одного из них служил на атомном ледоколе «Ленин» и дал родственнику «в профилактических целях» счетчик Гейгера. Вор без помехе помощью прибора определял «крапленые» монеты и добросовестно сдавал их государству.

Даже к турникетам, стоявшим у входа на ВДНХ, жулики нашли «ключик». Способ хищений был прост и надежен.

В один из турникетов опускалась гнутая двадцатикопеечная монета. Она застревала в канале монетоприемника, и скоро слышался крик кого-то из посетителей: «У меня автомат монету «проглотил»!» Контролер звал электрика. Тот делал вид, что исправляет поломку, вскрывал чрево турникета и проталкивал застрявший двугривенник вниз. При этом (позже было установлено следствием) десять монет оказывалось в его трудовой ладони.

Естественно, в доле была вся смена, получавшая без хлопот изрядный навар. Ведь даже в обычный день «любимое место отдыха москвичей и гостей столицы» посещало несколько тысяч человек.

Все вышеописанные виды преступлений ушли в прошлое. Аттракционы перестали быть государственным предприятием. Их нынешним хозяевам нет нужды воровать деньги у себя. Они платят налоги и крутят колесо обозрения или карусели с чистой совестью. Правда, вот налоги…

Билеты на аттракционы печатаются на обычном ксероксе. Сколько их продается ежедневно — одному Богу известно. Но стоит ли обращать внимание на такие мелочи?

Черный нал, исчисляемый не тысячами, и даже не десятками тысяч долларов, ежедневно прокручивается в многочисленных павильонах, превращенных в доходные супермаркеты. А «боковинки», о которых знают лишь двое — арендатор и хозяин помещения? А безлицензионная торговля? Или товар, имеющий «черную» или «серую» растаможку?

Сыщики рассказывали забавный эпизод — дополнение к картинке теневой жизни ВВЦ. Как-то раз по павильонам прошлись официальные представители фирм «SO№Y» и «Toshiba». От увиденного у сдержанных япошек чуть не случился удар. Подавляющее большинство товаров, использующих торговые знаки уважаемых во всем мире фирм, никакого отношения к ним не имели.

Но не будем углубляться в творческие лаборатории российских криминальных кулибиных. ВВЦ не хуже и не лучше остальных торговых мест Москвы. Тот же «мягкий» рэкет со стороны хозяев торговых площадей, те же поборы «красной» «крыши», мелкое жульничество, кидки, кражи, грабежи…

Недавно в местное отделение милиции прибежали взволнованные родители: у их дитяти хулиганы отняли велосипед. Дело поставили на контроль, фотографию велосипеда роздали сотрудникам и негласным агентам. Опера сбились с ног, пытаясь найти пропажу.

«Чем же вызвано такое внимание? — ехидно спросит читатель. — Что это за велосипед особый?»

Для кого-то, наверное, это обычная игрушка. Только стоит она 4000 долларов, что эквивалентно цене отечественного автомобиля. Такой вот велосипедик…

Есть на ВВЦ и специфические точки. Там у простодушных провинциалов и московских лохов гораздо больше шансов попасть впросак. У главного входа по традиции работают липецкие лохотронщики. Они, видимо, имеют бронебойную «крышу». Непримиримую борьбу с ними ведут уже не первый год, Но, невзирая на эти трудности, «станки» не исчезают с площади у центрального входа, а число обобранных не уменьшается. Вывод напрашивается сам собой.

У фонтана «Каменный цветок», где так любят фотографироваться посетители, не покладая рук посменно трудятся две бригады «ломщиков». Схема, по которой они действуют, десятки раз описана не только в учебниках криминалистики, но и в периодике и в художественной литературе. Тем не менее число обманутых не уменьшается. Поэтому, в профилактических целях, нелишне напомнить о том, как именно совершается мошенничество.

Люди редко приезжают на ВВЦ с пустым кошельком. Хозяйки всегда держат в сумочке, как минимум, тысячу-другую. Хотя тех, кто занимается «ломкой», интересуют более состоятельные клиенты. И они, выбрав из сотен прохожих потенциальную жертву, редко ошибаются. Мошенники не только ловкие и умелые фокусники, они еще и психологи, тонкие физиономисты.

Определив объект, жулик встает рядом и незаметно роняет на асфальт пачку денег.

— Ой, — восклицает он с таким расчетом, чтобы привлечь внимание жертвы, — кто-то деньги выронил. Это не ваши? Проверьте!

«Объект» инстинктивно хватается за карман:

— Нет, нет, мои на месте…

— Надо же. — Жулик демонстративно пересчитывает купюры. — Пять тысяч рублей. Вот не повезло кому-то! Вы не видели, кто уронил?

— Нет. — Лох с интересом (его-то деньги на месте, бояться нечего, а тут — такой случай) смотрит на изображающего смятение «ломщика».

— Знаете что, — мошенник быстро оглядывается по сторонам и заговорщически понижает голос, — раз уж хозяин не нашелся, давайте поделим деньги пополам.

— Ну-у-у, даже не знаю, — растерянно тянет лох. Но глаза выдают его с головой. В них появляется блеск. Все-таки трудно устоять перед соблазном получить на пустом месте две с половиной тысячи.

— Что вы стесняетесь, — не унимается жулик. — Не в милицию же нам сдавать деньги! Да и адрес на них не написан…

— Ладно. — Лох кивает и жадно смотрит на пачку банкнотов, которые начинает пересчитывать мошенник. И тут…

— Эй, послушайте! — Голос возникшего рядом человека дрожит от возмущения. — Это мои деньги! Как вам не стыдно? Вы только что подобрали мои деньги.

Еще немного, и голос «хозяина» банкнотов сорвется на крик.

Мошенник и «хозяин» заодно. Но лох об этом не подозревает. Ему скандала не хочется, да и чужих денег не нужно. Он торопится успокоить нервного гражданина.

— Конечно, — скороговоркой произносит жертва, не подозревая, что попала в капкан, — конечно. Возьмите свои деньги. Мы с товарищем не знали, чьи они.

«Товарищ» протягивает «хозяину» пачку. Тот, нахмурив брови, быстро пересчитывает купюры. Хмурится еще больше. Снова пересчитывает.

— Здесь половина суммы, — заводится он и впивается взглядом в лицо лоха. — У меня было десять тысяч. Я на стиральную машину откладывал.

— Мы нашли пять, — пытается оправдаться лох.

— Что значит — пять? — вскрикивает «хозяин». — Небось уже набили карман, а теперь в благородство играете!

— Ну, знаете, — робко возражает лох.

— Покажите кошелек, — напористо требует «хозяин», — я свои купюры переписал по номерам.

Лох колеблется: показывать — не показывать. Тут в диалог вступает мошенник.

— Да покажите вы ему свои деньги, — как можно спокойнее обращается он к жертве, — мы ему все возвращаем, а он еще недоволен.

Лох достает из куртки пачку денег, перетянутую резинкой:

— Вот мои деньги. Убедитесь.

— Ну-ка, — строго говорит «хозяин», — разрешите пересчитать… Да не убегу же я с вашими рублями.

Он берет в руки чужие деньги и, делая вид, что рассматривает номера банкнотов, долго мусолит их пальцами.

— Да, — уважительно произносит он, — это ваши.

«Хозяин» возвращает пачку лоху и переводит взгляд на компаньона-мошенника, который начинает вдруг нервничать.

— Покажите ваш кошелек, — хватает его за рукав «хозяин».

Неожиданно мошенник выдергивает руку и бросается в толпу. За ним с криком «Подлец!» бежит липовый хозяин.

Лох ошарашенно смотрит им вслед. Затем, заметив на себе любопытные взгляды, торопливо уходит прочь. Он не подозревает, что вместо денег, пересчитанных «хозяином», у него в кармане пачка резаной бумаги, перетянутая той же резинкой…

Заявления о подобных случаях в отдел милиции ВВЦ поступают постоянно. Иногда оперативникам удается отловить жуликов. Но на место одних приходят другие, не менее успешно разыгрывающие мини-спектакли у фонтана. Что касается лохов, то они в «представлениях» хоть и играют «с листа», но всегда с неизменным успехом. Не для себя, конечно, а для мошенников…

По тому же принципу, играя на слабостях и недостаточной информированности людей, действует и процветает так называемый туристический бизнес — клубный отдых, или «таймшер».

У павильона «Газовая промышленность» гостям выставки предложат заключить очень выгодный на первый взгляд контракт, предоставляющий возможность отдохнуть за границей всей семьей. Вежливые улыбчивые зазывалы будут жонглировать названиями известных курортов, предлагать баснословно низкие цены, прельщать перспективой чуть ли не пожизненного отдыха в роскошных апартаментах.

Подписав договор, люди после понимают, что контракты вовсе не такие уж выгодные: ехать можно только туда, куда предложит фирма, места отдыха отнюдь не блещут комфортом, а в сравнении с условиями, предлагаемыми другими агентствами, «таймшер» оказывается обыкновенной обдираловкой. Но, снявши голову… Формально прицепиться к туристической фирме нельзя. И жалобы на недобросовестных и непорядочных предпринимателей, которые люди, разочарованные сервисом и непомерно высокой ценой отдыха, пишут в «компетентные» органы, остаются без правовой оценки.

В павильоне «Космос», кроме разнообразной электроники, предлагаемой выходцами из Малайзии, Таиланда, Вьетнама, Китая, Ирана и Ближнего Востока, некоторое время назад торговали и испанской мебелью. В уютном салоне демонстрировали изысканные и комфортные образцы товаров и предлагали внести задаток. Просили недорого, и люди охотно совершали сделку.

Мебельный бизнес процветал довольно долго. Фирма успела заключить 16 договоров, пока ее директора не арестовали за мошенничество и финансовые махинации.

Можно продолжить подобные примеры. На ВВЦ проходимцев и жуликов хватает. А объемы скрываемых от налоговых служб финансовых потоков способны контузить воображение самого искушенного бухгалтера. Тем не менее в Москве есть рынок, который легко обойдет ВВЦ по любому из показателей. В том числе и по масштабам развития теневой экономики.

«ЧЕРНАЯ ДЫРА»

Слово «Лужники» у каждого поколения москвичей вызывает свои ассоциации. Для людей постарше — это волнующие футбольные и хоккейные матчи, уютные тенистые аллеи парка, чистый ухоженный простор… У тех, кто помоложе, возникает другая картина: пестрая горластая многотысячная толпа, бескрайние ряды торговых шатров, лабиринты импровизированных витрин со всевозможным товаром.

Оптовый рынок в Лужниках — крупнейший в столице. Кажется, что здесь без труда можно одеть и обуть весь город.

Впрочем, рынок тот же город. Со своими улицами, где «прописаны» конкретные люди, определенными микрорайонами, общепринятыми нормами поведения, законами и разделением труда. Кто-то торгует, кто-то обслуживает торгующих — развозит горячую еду на тележках и в термосах, кто-то зорко следит за порядком, кто-то снует в толпе, охотясь за чужими кошельками и сумками…

Человеку со стороны, попадающему на рынок два-три раза в год, здесь сориентироваться трудно, как в дремучем лесу или в джунглях. На самом деле рынок — даже такой огромный, как «Лужники», — единый организм, большая коммуналка, где каждый друг про друга все знает. Иное дело, что никто в этом не признается. Зачем лишние проблемы? Лучше притвориться, что ничего дальше собственного прилавка не видишь. Оно и понятно: меньше знаешь — лучше спишь.

Но согласитесь, если ежедневно общаетесь с человеком, разве вам не будет известна его подноготная?

Этот сосед униженно «отстегивает» всем — местным охранникам, муниципалам, бандитам… А тот с охраной разговаривает «через губу», у него «крыша» «конторская», не подступишься! Вьетнамец, продающий мелочевку, платит только контролерам. У них, внучат дедушки Хо, своя система оплаты. Еще в начале седьмого к раскладывающим товар вьетнамцам подходит гонец-охранник и собирает паспорта «для проверки». По заведенному порядку в 7. 00 за паспортами отправляется представитель «общины» и обменивает документы на кругленькую сумму «зеленых».

Сухая ложка рот дерет, а помажешь — и хорошо будет. Русскую народную мудрость усвоили не только коренные жители столицы и вьетнамские челноки. По этому же принципу действуют азербайджанцы, торгующие кожей и текстилем, таджики и узбеки, развешивающие яркие, ручной работы ковры и циновки, украинцы и молдаване, предлагающие товар из Восточной Европы.

Александр Б. торгует в Лужниках уже седьмой год. Он согласился рассказать о невидимой жизни Лужи, как между собой называют рынок старожилы, но фамилию просил не называть:

— Я продаю газеты и журналы. Заработок невелик, но на жизнь хватает. Начинал один, постепенно «поднялся». Сейчас у меня четыре «точки», люди работают в две смены. Место бойкое, товар не залеживается. Особенно еженедельники, где есть что почитать, кроссворды, программа телевидения.

— Кто торгует на рынке?

— В основном перекупщики, — отвечает Александр. — Не сами, конечно, а нанятые ими люди. Главным образом приезжие, кто не имеет постоянной прописки. С ними легче договориться о зарплате. Не устраивают деньги — иди на все четыре стороны.

— Сколько стоит место на рынке?

— Этого никто не знает. Официально цифры одни, а на деле… Попробуйте купить место. Если нет выходов на руководство, лучше сразу отказаться, только время зря потеряете. Недавно мой родственник из Владимира пытался получить разрешение на торговлю. Весь день его футболили от одного чиновника к другому. Так концов и не нашел.

— А ты платишь?

— Неужели нет, — смеется мой собеседник. — С утра начинается… Сначала свежую прессу начальству. За ней гонец приходит. Потом, ближе к обеду, подтягивается чо-повец. Он собирает по полтиннику. Сержант от муниципалов берет сотку в день. К тому же постоянно по рядам ходят представители администрации. Собирают на все, что угодно: саночистку, экологию, ремонт… Это не считая официальной проплаты за место. К ней ведь тоже «прицеп» добавляешь. Не по ведомости, разумеется. Раньше нас обдирал только криминал. То одни братки подвалят, то другие. Теперь пирамида вытянулась наверх, а поборы идут без конца. Милицейская мафия лет шесть назад появилась. Но в то время так не брали, стеснялись, что ли, или не привыкли. Сейчас нет страшнее человека, чем сержант. На зарплату ему не выжить. И он берет не моргнув глазом, у кого деньгами, у кого трусами или галстуками. Аппетит приходит во время еды.

— Душат?

Мой собеседник машет рукой:

— Мы привыкли, живем. У меня, правда, дополнительная сложность из-за мелочи. Газеты и журналы товар не дорогостоящий. Люди расплачиваются мелкими деньгами. В конце дня проблема: мешок «серебра» — куда с ним идти? Но я приспособился. Договорился с ближайшей аптекой. Там мелочь берут…

Конфликтов на рынке практически не происходит. А если и случаются, то администрация предпочитает не выносить сор из избы. Лишь однажды страсти дошли до крайнего предела и выплеснулись наружу.

От ножевых ранений скончался молодой азербайджанец. Кто был виновником трагедии, осталось неясно. Говорили, что торговец не согласился с налогом, которым его обложили охранники. Последние наотрез от этого отказывались.

Азербайджанцы, составляющие большинство торгующих в Лужниках, приехавшей на место происшествия следственно-оперативной группе выдать тело соплеменника не захотели. Положив убитого на плечи, понесли его по Комсомольскому проспекту к центру. Скоро около тысячи человек перекрыло движение по магистрали. Ситуация едва не вышла из-под контроля. Лишь группы ОМОНа и усиленные наряды милиции сумели рассеять толпу. Тело убитого доставили в морг, а конфликт потихоньку удалось замять.

Ходят слухи, что лужниковский рынок «стоит» под солнцевскими, создавшими соответствующую легальную охранную структуру. Так ли это — ответить нелегко. «Лужники» — самая мощная торговая площадка города, но их финансовая и организационная деятельность покрыта завесой тайны и умолчания. И, несмотря на видимость открытости, рынок невольно ассоциируется с гигантской «черной дырой», где крутятся сотни миллионов, никем не подсчитанные и не учтенные.

И все же некоторое представление о влиятельности хозяев лужниковского рынка я составил. Знакомый оперативник (нетрудно догадаться, что и он попросил сохранить анонимность) рассказал историю, из-за которой едва не потерял работу.

К нему, занимавшему должность начальника отдела Московского управления по борьбе с экономическими преступлениями, пришли представители известной итальянской обувной фирмы. Коммерсанты торговали в Лужниках. Бизнес шел успешно. Обувь пользовалась спросом, рекламаций со стороны покупателей не возникало. Пока вдруг рядом не появилась группа дагестанцев, торгующая обувью с теми же реквизитами.

Дагестанцы сбывали товар по цене, которая оказалась даже ниже закупочной. Покупатели, в том числе и оптовики, стали брать обувь у них. Но скоро возникли проблемы. Кавказцы сбывали левый товар, использовали знак фирмы незаконно, а качество их обуви не выдерживало никакой критики. Когда фирмачи потребовали убрать подделки, конкуренты только посмеялись им в лицо: «Скорее мы вас отсюда вытряхнем, чем наш товар уйдет с рынка».

Оперативники УБЭП отправились в Лужники, еще не представляя, в какую историю втягиваются.

У дагестанцев не нашлось ни договора с фирмой, ни лицензии на торговлю, ни даже таможенных документов. Прокуратура возбудила уголовное дело, «фирменная» обувь была отправлена на экспертизу, результаты которой заслуживают особого комментария. Согласно заключению экспертов санэпидстанции города Москвы, дагестанский товар являлся вредным для здоровья и подлежал тщательной утилизации и уничтожению. Казалось бы, вопрос не имел двоякого толкования. Но выяснилось, что все не так просто…

Начались звонки начальнику отдела УБЭП. Дескать, зачем обострять ситуацию, давай разойдемся миром. Не найдя отклика, хозяева липового товара стали угрожать. И это не помогло. Тогда они подключили людей «наверху». Оперативника вызвали на ковер к руководству столичного ГУВД, где предложили уйти по-хорошему…

Вот такая история. Кстати, дагестанцы поменяли вывеску и продолжают торговать в Лужниках. А несговорчивый оперативник сменил место службы.

«СЧАСТЛИВЫЙ» БИЛЕТИК

Рынки на ВВЦ и в Лужниках — монстры оптовой торговли. Все остальные не дотягивают до их объема продаж. Однако и такие рынки, как «АСТ» в Черкизове и рынок в Выхине, даже по московским меркам относятся к великанам.

По некоторым оценкам, теневые сборы с арендаторов на «АСТ» достигают трех миллионов долларов. Здесь целая сеть рынков — вещевых и продуктовых. Есть китайский рынок, афганский, ряды сельскохозяйственных товаров, спортивных, строительных, детских… При этом цены в Черкизове считаются самыми низкими. В любой день здесь толпы покупателей, а отсюда — очень высокая рентабельность торговых мест.

Заправляют делами на «АСТ» азербайджанцы, работают на рынке семьями, большую часть доходов отправляя домой в Баку. В среднем семья получает до 30 тысяч долларов в месяц. Естественно, деньги не проходят ни по каким документам, они — часть невидимого оборота черкизовской торговли.

Не так давно сотрудники московского УБЭП проводили проверку в китайском секторе «АСТ». Участник рейда полковник милиции Михаил Балакин рассказал, что в одном из павильонов оперативники обнаружили 250 тысяч неучтенных долларов. Хозяина денег так и не нашлось. Китайцы не захотели отвечать на неудобные вопросы и предпочли потерять четверть миллиона «зеленых».

О суммах, которыми владеют реальные хозяева «АСТ», можно судить по такому примеру. Когда прокуратура возбудила против влиятельного черкизовского теневика уголовное дело, он не долго томился за решеткой. Его друзья нашли выходы на нужного человека, и вскоре подозреваемый в незаконных финансовых операциях был отпущен на свободу. По оперативным данным, изменение меры пресечения стоило ни много ни мало шесть миллионов долларов.

Хотя цены в Черкизове самые низкие, они, как и все, что там творится, строго контролируются специальной группой доверенныхлиц. Отслеживается, кто пришел, что продает, по какой цене. Если продавец начнет проявлять слишком большую независимость, его предупредят. А если это не поможет — просто выкинут с рынка.

За порядком на территории следит официально зарегистрированное частное охранное предприятие. Его сотрудники занимаются также физической защитой руководства рынка.

Непосредственно за прилавком стоят вовсе не кавказцы. В Черкизове, как и на большинстве московских рынков, трудятся нанятые продавцы — хохлушки, молдаванки, жители Подмосковья. Они получают от 100 рублей в день. Немного, конечно, но кто мешает им зарабатывать старым, как и сам рынок, способом — обвесом.

Если раньше обманывали на три-четыре грамма, то теперь обвес достигает и 300, и 400 граммов! Способов «утяжелить» товар множество. Самый простой — растянуть пружину безмена или использовать специально подготовленные гири. Возможно, где-то реклама и является двигателем торговли, но только не на наших рынках. Здесь главным локомотивом, тянущим торговлю вперед, по-прежнему остается умеренный и систематический обман покупателя.

Понять продавцов можно. Условия, в которых приходится работать, заставляют ловчить или идти на откровенную уголовщину. На большинстве московских бензоколонок, например, высокооктановый бензин на треть разбавляют низкосортным. Иногда подмешивают компоненты ракетного топлива или нафталин.

Как признался мне в доверительной беседе владелец сети автозаправок: «Если торговать по-честному — получится себе в убыток. Кроме законных налогов, кому только не платим: бандитской «крыше», чиновникам местной управы, муниципалам, пожарным, экологам, торговой инспекции… »

Объяснение логичное, только потребителю от этого не легче.

Рынок в Выхине, носящий официальное название «Альтаир-1», на первый взгляд не удивляет размерами. Но это обманчивое впечатление. Его территория тянется вдоль железнодорожного полотна казанского направления от автобусного круга у станции метро аж до Кольцевой дороги. Лабиринты торговых рядов, узкие «улочки», сформировавшиеся из плотно сдвинутых контейнеров, крытые павильоны и ангары, шатры и навесы…

За час до моего появления на рыночной площади случилось ЧП — лохотронщики «обули» очередную жертву. Приехавшую за покупками женщину «развели» на две «тонны» баксов и четырнадцать тысяч рублей. Я застал окончание истории: толпа зевак следила за объяснениями жертвы с нарядом милиции.

Наивная москвичка наткнулась на «станок» лохотрона по дороге к рынку. Остановилась из любопытства, поглядела. Ее сразу «срисовали» парни из бригады и начали работать на публику.

Один из «верхних», как на жаргоне лохотронщиков называют подставных игроков, легко получил десять тысяч рублей — «угадал» номер в лотерее. И женщина «повелась».

Ставки мизерные, рассчитанные на самого осторожного человека. Билетик стоит полтинник, а выигрыш-до нескольких тысяч долларов. Против такого соблазна устоять трудно. К тому же, на свою беду, домохозяйка оказалась азартной.

Подставной за минуты обрел целое состояние. Причем деньги получил сразу. Крутивший барабан крупье с напускной мрачностью на глазах у всех отсчитал «счастливчику» пачку пятисотрублевок. Удачливый парень, хорошо зная свою роль, делал вид, что безмерно рад свалившемуся на него счастью. Он ошалело смотрел по сторонам, демонстрируя зевакам только что полученные деньги.

Возможно, это и толкнуло домохозяйку на авантюру. Она шагнула к столику:

— Дайте билет!

Лохотронщик-крупье тут же выдал жертве картонный билетик.

— Ваш номер пятнадцать, женщина, не потеряйте, — заученной скороговоркой выпалил он. — Делайте ставки, господа! Риск — минимальный, выигрыш — максимальный!

Наконец барабан закрутился. Сделавшие ставки, среди которых почти все были из одной компании, впились взглядом в выпавшую фишку.

— Выиграл номер пятнадцать! — объявил банкомет. — У кого пятнадцатый?

Женщина радостно протиснулась к столику:

— У меня, у меня. Я выиграла!

Крупье сверил протянутый билетик с номером выпавшего:

— Ваш выигрыш — триста рублей. Получите деньги, пожалуйста.

Домохозяйка получила три хрустящие сотенные купюры и остановилась в нерешительности, знакомой каждому увлекающемуся игроку: продолжать или остановиться? За ней внимательно следили жулики из «группы поддержки». Угадав эмоциональное состояние женщины, они активно подключились к действию.

— Вчера мужчина бошевский холодильник выиграл, — как бы невзначай произнесла стоявшая рядом девушка, — а начинал тоже стрех сотен. Счастливое число.

— Если фишка прет-надо играть, — поддержал ее парень в спортивном костюме. — Игра смелых любит.

Домохозяйка, у которой полчаса назад и в мыслях не было испытывать судьбу, снова решила рискнуть.

— Дайте еще билет, — протянула она деньги банкомету.

— Вам один или на все?

На мгновение женщина задумалась, затем махнула рукой:

— На все!

Барабан закрутился, в спину домохозяйке напряженно дышали другие игроки. Наконец крупье объявил:

— Выигрыш — тридцать тысяч рублей. Выигрышный номер. — Он сделал паузу, толпа вокруг притихла, и банкомет выдохнул: — Сорок семь!

Женщина взглянула на свои билеты и радостно улыбнулась. На одной карточке была напечатана цифра «47».

— Я выиграла! — услышала она неожиданно для себя чей-то голос со стороны. — У меня сорок седьмая карта!

К столику протиснулась крашеная блондинка лет тридцати. Ее говорок выдавал украинское происхождение.

— Пожалуйста, заплатите мой выигрыш, — распевно произнесла она.

Домохозяйка поспешно сделала шаг вперед:

— У меня тоже выигрышный номер. Вот смотрите…

Крупье недоверчиво взял в руки второй билет:

— По нашим правилам, в случае совпадения двух номеров выигрыш не делится, а выдается тому, кто побеждает в аукционе.

— Почему не делится? — заволновалась домохозяйка. — Раз два человека имеют одинаковые номера — делите деньги пополам.

— Это еще зачем? — уверенно возразила блондинка. — Я первая объявила, значит — мне выигрыш!

Напряженную ситуацию разрешил банкомет.

— Гражданка, — осадил он крашеную даму, — по правилам лотереи не имеет значения, кто первым объявил номер. Приз получает тот, кто выигрывает аукцион. Вы будете участвовать?

— Конечно, — зло ответила блондинка, — я свой выигрыш не отдам.

— А вы? — Ведущий взглянул на тетку-домохозяйку.

Та заколебалась, но вновь вмешались стоявшие рядом молодые люди.

— Соглашайтесь, — затараторили они, — разве можно от таких денег отказываться!

— Да, — кивнула женщина.

— Условия аукциона таковы, — пояснил банкомет, — кто внесет в кассу большую сумму, тот становится победителем и забирает выигрыш и деньги, полученные от аукциона. Правила понятны?

Если бы домохозяйка знала, что все вокруг — банкомет-аукционист, ее соперница-блондинка, стоящие за спиной доброжелатели и даже большая часть зрителей — прекрасно друг друга знают и разыгрывают привычный спектакль, то она бросилась бы прочь, оставив «законный» выигрыш и надежды на его получение. Но, увы, жертва об этом не подозревала.

Ход дальнейших событий предугадать было нетрудно. Участницы аукциона поочередно вносили ведущему по сто рублей. Скоро отданная домохозяйкой сумма превысила две тысячи, затем три, пять, десять… Торг продолжался. Соперница легко перебивала цены, вытаскивая из сумочки все новые купюры. Наивной домохозяйке не могло прийти в голову, что мошенница отдает ведущему ее же деньги, которые тот незаметно передавал блондинке через помощников.

Наконец женщина с ужасом обнаружила, что вносит последнюю сотенную. Соперница ответила такой же купюрой. Ведущий, увидев замешательство жертвы, произнес заученную фразу:

— По условиям аукциона проигравшим считается тот, кто не сможет продолжить торг в течение трех минут. Я включаю секундомер… Время пошло.

Домохозяйка растерянно переводила взгляд со своего кошелька на пакет в руках ведущего, в котором исчезли все ее деньги.

Уловив состояние жертвы, стоявший рядом парень негромко произнес:

— Хотите, одолжу денег. Жалко вас, удачу упускаете. У этой, — он кивнул в сторону крашеной, — наверняка последняя сотня осталась. Решайтесь. Долг потом отдадите. Я вам верю.

Поколебавшись, домохозяйка взяла взаймы у «грузчика», так среди мошенников зовутся «благородные» помощники жертв, тысячу рублей. Но и эти деньги исчезли в банке ведущего. Снова включили счетчик. На этот раз жертве хватило ума отказаться от торга. Как завороженная она смотрела на пакет с деньгами, который ведущий вручил победительнице аукциона: блондинка получила выигрыш лотереи — плотную пачку купюр. После чего крашеная дамочка мгновенно растворилась в толпе, а крупье зычным голосом объявил о начале нового розыгрыша.

Из оцепенения домохозяйку вывел знакомый голос. Только теперь в нем звучали новые нотки — жесткие и требовательные.

— Женщина, я вам тысячу в долг давал. Вернуть надо.

Рядом с «грузчиком» возник второй парень. Его роль была понятна.

— Да-да, — с чуть заметной угрозой произнес он, — я свидетель, как она в долг брала.

— Ну, отдавать будем? — теребил убитую случившимся домохозяйку «грузчик». — Я тысячу дарить не собираюсь.

— Хорошо, у меня дома есть, я верну…

В конце концов женщина договорилась, что съездит на машине домой и привезет взятые в долг деньги в Выхино. Парень поверил на слово и сказал, где будет ждать через час.

Но, вернувшись назад на рынок, домохозяйка не нашла не только «порядочного» парня, но и следов самих лохотронщиков. Пятачок на площади, где стоял столик, оказался пуст.

Тут у жертвы обмана и открылись глаза. Она побежала в милицию…

Со стороны может показаться, что лохотрон — занятие для убогих, сирых и тупых. Конечно, мошенников этой категории интеллектуалами не назовешь. Но в недостатке ловкости, знания психологии людей и, как это ни странно звучит, высокой дисциплины им не откажешь.

Раньше лохотронщики различных мастей — от наперсточников до организаторов электронных тотализаторов — трудились, имея страховку на случай конфликта с правоохранительными органами. Тогда еще можно было получить лицензию на проведение лотерей и игр, под прикрытием которых и обманывались наивные чудаки. Года три назад, по инициативе сотрудников МУРа, этот вопрос был рассмотрен Правительством Москвы, и все лицензии у мошенников отобрали.

Тем не менее в столице по-прежнему действуют десятки групп, промыслом которых остается старый добрый лохотрон. Это могут быть лотереи, видоизмененные рулетки, лошадки, движущиеся по пронумерованным дорожкам монитора, и даже тараканьи бега. Суть остается прежней: найти лоха, «раскрутить» его на возможно большую сумму и исчезнуть до того, как начнется скандал и нагрянет милиция.

Кто только не оказывался жертвой мошенников: приезжие челноки с рынков и коренные москвичи, профессора и рабочие, звезды эстрады и сотрудники прокуратуры. Даже народный избранник Сергей Ковалев, возглавлявший комитет по правам человека Госдумы, не смог совладать с искушением и проиграл две тысячи долларов на площадке перед метро «Текстильщики». Правда, он сумел вернуть деньги, поспешив с заявлением в милицию. Уважаемому человеку отдали все до копейки. Что, кстати, подтверждает хорошую организацию подпольного лохотрона.

Возвращают деньги не только слугам народа. Бригадиры мошенников люди непростые. Руководить группой из 18–20 человек, да еще каких… Бригадиры не только расставляют «станки», назначают крупье, «верхних», «грузчиков», продумывают контрнаблюдение, но ведут строгий контроль денег, учитывают, кто играет и против кого играют.

Как-то раз в отделение милиции рядом с Выхином пришел потерпевший. Он утверждал, что лохотронщики обманом отняли у него несколько тысяч рублей. Стражи порядка отправились с потерпевшим на место преступления. Каково же было удивление милиционеров и разочарование «жертвы», когда бригадир лохотронщиков представил точный финансовый отчет о «лотерее» и вывел «обиженного» на чистую воду. После этого претензии стражей порядка возникли уже к истцу.

Бригадиры люди непростые. Связи в милиции позволяют им обходить «острые углы» и балансировать «на грани фола». В Лужниках, например, на территории 135-го отделения милиции, лохотронщики успешно трудились почти четыре года. Можно ли было их не заметить? Ведь на рынке находилась не одна и не две точки. Около двух десятков «станков» ежедневно расставлялись в Лужниках, а с учетом «верхних», «нижних», «грузчиков» и бригадиров на обслуживании лохотрона было задействовано свыше 500 человек!

О доходах жуликов можно получить представление по «зарплате», которую бригадир выплачивал рядовым бойцам — «верхним», тем, кто осуществлял контрнаблюдение, активно вовлекал жертв, изображая массовку, оттирал от столика нежелательных свидетелей и скандалистов. Так вот, «верхние» получали до тысячи долларов в день! Сколько же осталось в карманах организатора мошенничества, который вовремя бросился в бега и до сей поры не найден?

За прошлый год сразу несколько групп лохотронщиков отправились за решетку. В МУРе разработали схему, по которой сложнодоказуемое мошенничество проходит в суде без проблем. Но, несмотря на это, число «станков» и обманутых лохов не уменьшается. Может быть, и здесь действуют законы рынка: спрос рождает предложение?

ГРУЗИТЕ АВТОМАТЫ БОЧКАМИ

Выхино — место бойкое. Рядом станция метро и пригородных электричек рязанского направления. До трех вокзалов рукой подать — десять-пятнадцать минут езды. По обе стороны железной дороги густонаселенные микрорайоны отнюдь не элитной застройки. Поэтому на рынке всегда толчея.

Самые выгодные места там, где рассекается людской поток. Покупатель без всяких усилий со стороны продавца оказывается перед прилавком. Поэтому у входа на рынок места стоят от 200 рублей и выше. Чем дальше от ворот, тем ниже расценки. В среднем ежедневно торговец платит за место 120–150 рублей. Это не считая разовых дополнительных взносов. Не частых, но регулярных, как на любом другом рынке.

Двойная бухгалтерия существует и для владельцев крупных павильонов. Аренда «для своего» человека стоит 800 долларов. Если торговец приходит «со стороны», то ему сдают помещение за 2, 5 тысячи долларов. В дальнейшем ежемесячно хозяин павильона платит около 10 тысяч рублей. Из них официально по ведомости проходит только 4 тысячи. Остальное растекается по карманам чиновников различного уровня.

Любой службе, надзирающей за порядком торговли, условиями хранения товаров, состоянием техники противопожарной безопасности и соблюдением правил санги-гиены, в Выхине есть к чему придраться. В этом рынок ничем от других не отличается. Поэтому, когда приезжают «неожиданные» проверки из округа или мэрии, весь рынок заранее закрывается. Могут объявить санитарный день, проверку экологической безопасности…

Старожилы объяснили, что руководители рынка и владельцы большинства павильонов — все бывшие сотрудники милиции. Связи помогают улаживать проблемы не только с властями, но и с братвой. Серьезных конфликтов в Выхине давно не случалось. Как апокриф ранних рыночных отношений здесь вспоминают попытку взрыва павильона «Ювелирные изделия» у центральной площади.

Бомбу с часовым механизмом обнаружил сам хозяин магазина. (Говорят, он кому-то недоплатил или проплатил, да не тем…) Увидев проводки, будильник, батарейки и прочие составляющие адской машины, коммерсант в ужасе выбежал к народу и посулил любому, кто унесет бомбу из павильона, награду в 5000 долларов. Желающих рисковать не нашлось. Но и судьба оказалась благосклонной к торговцу-ювелиру. Бомбу успела обезвредить подъехавшая оперативная группа ФСБ.

Другие истории не получали такой широкой огласки, а потому малоизвестны завсегдатаям рынка. Вот одна из них, рассказанная сыщиками спецотдела МУРа.

Молодой парень у входа в метро привлек внимание необычным поведением. Он вглядывался в лица прохожих и, выбрав по какому-то признаку подходящего, обращался к нему с вопросом. Что парень спрашивал, услышать было невозможно. Но реакция людей оказывалась одинаковой. Они шарахались в сторону и ускоряли шаг.

Старший опергруппы Борис Кузовлев решил узнать, чем же отпугивал прохожих странный юноша.

Сыщик смешался с толпой и двинулся в его сторону. Маневр удался. Кузовлев как бы в задумчивости натолкнулся на парня и вдруг услышал:

— Купи взрывчатку, мужик. Дорого не прошу!

От неожиданности оперативник остановился. А парень, увидев, наконец, заинтересованность, повторил:

— Купи взрывчатку. Подешевке отдаю, деньги нужны…

Кузовлев, чтобы не вызвать подозрений, грубо его оборвал:

— Ты бы еще через матюгальник атомную бомбу купить предложил. — Затем оглядел парня, на вид которому было не больше шестнадцати лет, и предложил: — Что, прямо здесь и будем товар смотреть? Я гляжу, ты в ментовке давно не был. Пойдем-ка в сторону, там потолкуем…

Отошли к пустырю за жилыми домами, остановились.

— Показывай взрывчатку.

Парень вынул из кармана небольшую пробирку. В ней находилось полупрозрачное вещество.

— Тринитротолуол, — пояснил он, — эффективность стопроцентная!

Сыщик повертел странную пробирку в руках:

— Нет, такое мне не подходит. Может, вещь и хорошая, но я привык работать с настоящей бомбой.

— Могу и бомбу сделать, — спокойно ответил юный террорист, — тебе с часовым механизмом или без?

Сыщик решил, что упускать умельца никак нельзя, и предложил:

— Можно и с механизмом. Главное — чтоб вещь была серьезная, а не стекляшка с вазелином.

После непродолжительных переговоров сошлись на трехстах «зеленых». Парень пообещал привезти через два дня настоящее взрывное устройство, эквивалентное по мощности полутора килограммам тротила. В назначенное время Борис Кузовлев и его коллеги Евгений Кузнецов, Тахир Типаев и Алексей Сенников заняли места вокруг пустыря, где должна была состояться сделка.

Задержание происходило внешне абсолютно буднично. Парень, не подозревавший, кто его покупатель, подошел к сыщику. Кузовлев попросил показать товар. Продавец раскрыл пакет: внутри лежала коробка, от которой к простому бытовому будильнику тянулись тонкие проводки.

— Беру! — произнес оперативник и быстро защелкнул на запястьях продавца стальные браслеты.

Незадачливый террорист не сразу даже осознал, что произошло. Какое-то время он ошеломленно озирался по сторонам, глядя на лица подбежавших Сенникова и Кузнецова. И, только догадавшись, что его обвели вокруг пальца, проявил свой нрав. Выразив все, что думает о «покупателях», он немного успокоился и произнес: «Жаль, что не сделал дистанционный взрыватель. Всех бы вас в клочья разнесло…»

Одиннадцатиклассник из поселка Дивово Рязанской области не осуществил эту идею по весьма банальной причине. Для изготовления микросхемы дистанционно управляемой бомбы ему не хватило каких-то десяти рублей. К счастью, денег у доморощенного террориста не водилось. Как говорится: бодливой корове…

Задержание парня с бомбой не единственная операция по изъятию оружия и взрывчатых веществ в районе Выхина. Недавно оперативники познакомились с другим «купцом». Тот предлагал целый арсенал: автомат Калашникова, пистолет «ТТ» и гранату Ф-1.

Цена была более чем умеренной. «Купец» просил за любой из упомянутых предметов 400 рублей. Столь скромные запросы он объяснил просто: «На дозу героина не хватает. Мне уколоться срочно надо. Если не достану — через пару часов ломка начнется».

Ударили по рукам, поехали за товаром. Сокровища торговец прятал в гараже. На дозу героина денег он так и не получил. Зато сыщики изъяли новехонький, в промасленном пергаменте «АКСУ-74», самодельный автомат типа израильского «узи», револьвер «наган», пистолет «ИЖ-35», а также четыре гранаты Ф-1, более трехсот патронов, глушитель и несколько тротиловых шашек.

Продавец оружия был законченным наркоманом. В том же гараже сыщики отыскали емкость с тремя килограммами опия-сырца (стоимость зелья примерно 25 тысяч долларов). Но легкий наркотик владельцу арсенала уже не годился. Ему нужен был героин.

Происхождение арсенала опустившегося наркомана сыщики объясняют так: оружие и взрывчатка принадлежали местной преступной группировке. Банда была разгромлена, уцелел единственный ее член. Использовать арсенал по назначению севший на иглу наркоман не мог, попытался обменять на зелье, но оказался неразборчив в покупателях.

В другой раз сыщики вышли на человека, предлагавшего продать партию автоматов Калашникова. Сначала он сунулся было с «горячим» товаром на рынок, но азербайджанцы предпочли с таким оптовиком не связываться. Оперативники же, понятно, за предложение приобрести дюжину «АКМ» по бросовой цене ухватились. Проблема оказалась в другом.

Продавец осторожничал. Не везти же стволы вместе с «цинками» патронов в Выхино на бортовой «Газели»? На каком-то этапе решили, что оружие лучше всего доставить в бочках из-под соленых огурцов. В конце концов образец товара, с укороченным стволом и полным боекомплектом, привезли на рынок для смотрин… под сиденьем инвалидного кресла-каталки. Трудность при оформлении изъятия оружия была в том, что инвалидное кресло никак не пролезало через узкую дверь местной комнаты милиции…

ВЫПИЛ ПИВА — ОЧНУЛСЯ В ТРУСАХ

Первые продавцы появляются в Выхине около шести утра. Бабки из подмосковных деревень раскладывают простенький товар в подземном переходе и около платформы на ящиках. Они торопятся сбыть укроп, соленья, грибы, яблоки, хрен и прочие деликатесы здешних широт, пока не открылся большой рынок.

Тем временем на оптовом «Альтаире» начинается новый день. Фуры с баз и из российской глубинки выстраиваются у въездных ворот. Хочешь сдать товар — плати. Причем чаще всего платить приходится дважды. Как в той присказке: вход — рубль, а выход — два!

Подъезжают охранники местного ЧОПа. Они патрулируют территорию в форме казаков, неторопливо, с достоинством осматривая владения. Те, кто торгует на «Альтаире» не первый год, помнят, как чоповцы приезжали на работу в кургузых курточках кто на электричке, а кто на автобусе. Теперь у каждого собственный автомобиль, и не какие-нибудь там «Жигули», а нестарая иномарка. И паркуются они не на общей платной стоянке, а на тихой охраняемой площадке со строгой индивидуальной разметкой. Растут люди!

Кстати, милиция не только собственными кадрами укрепляет торговлю и администрацию рынка. Вчерашние продавцы пополняют ряды стражей порядка. Одного из таких милиционеров, прозванного народом Пельмень, можно увидеть, когда он обходит ряды бабулек на стихийном рынке возле автобусного круга. Как нетрудно догадаться, раньше сержант трудился в пристанционной пельменной.

Если с высоким руководством «Альтаира» все понятно, то со средним звеном — непосредственными организаторами торговли — ясность еще большая. В Выхине полноправные хозяева — азербайджанцы. Они расставляют людей, обеспечивают подвоз, контролируют цены. Цветочный бизнес, торговля окорочками и мясом, бананами, киви, орехами, луком… Все подчинено смуглым менеджерам, чувствующим себя в рыночных стенах комфортнее, чем дома. Они перехватывают машины с рязанским и орловским картофелем, скупают у одиночек клубнику и редис, чтобы не сбить среднюю цену, следят за порядком и чистотой, так как привлекать внимание конфликтами и жалобами не в их интересах.

«Золотое» правило рынков: хочешь торговать — позаботься о крыше — действует и в Выхине. Оперативники вспомнили случай, когда на «Альтаире» едва не произошла вооруженная разборка. И загорелся сыр-бор из-за… мешка семечек!

Некая молодка пришла на рынок торговать. Оплатила место, ее поставили куда следует, прошло несколько дней. Неожиданно к торговке подошли молодые люди и недвусмысленно предложили «охранные» услуги. Каково же было удивление качков, когда они получили отказ. Переспросив для ясности и услышав подтверждение отказа, молодые люди тетку с рынка вытряхнули. Не буквально, конечно, а, как говорят в таких случаях, «создали невыносимую духоту».

Торговка в долгу не осталась. За нее пришел ходатай. Но и с ним расправились без церемоний — указали на ворота. Тогда ходатай предложил объясниться. «Стрелку» назначили вечером в тупике за автомобильной стоянкой. С обеих сторон приехало по три машины. Как выяснилось позже, одну сторону представляла группа спецназовцев с Петровки, 38, а другую — крепкие ребята из дивизии имени Дзержинского. К счастью, до активных действий не дошло, недоразумение выяснилось (кто-то из парней был знаком с представителем «ответчиков»), стороны расстались полюбовно. А тетка с семечками вернулась на прежнее место.

Вы скажете: анекдот! И будете правы. Но анекдот-то из жизни…

Вечером, когда торговля затихает, а рынок закрывается, жизнь перемещается в кафе и бары. Их точное число не назовет никто. Часть забегаловок располагается на виду — у стоянки такси, рядом с торговым центром, у входа в метро… Но это — для прохожих и рядового люда. А есть и такие, куда попасть может только ориентирующийся в закоулках мрачных гаражей, расположенных рядом с железнодорожным полотном.

Не имеющие никаких вывесок шашлычные и ресторанчики, устроенные в обычных металлических контейнерах, работают до утра. Восточную музыку заглушает громкая гортанная речь. Хозяева лотков и торговых рядов проводят тут деловые встречи, играют в нарды… Здесь душно (стальной контейнер окон не имеет), вентилятор под низким потолком перелопачивает лопастями слои сизого сигаретного дыма. Столы завалены кучами мятых купюр — подсчитывается дневная выручка. Пахнет пряностями, горелым жиром, потом и дешевым сладковатым одеколоном.

Большая часть гаражей давно уже не используется по прямому назначению. Одни сдаются под склады, другие служат прибежищем для подрабатывающих на рынке грузчиков-бомжей и проституток, готовых за символическую плату (цены вас приятно удивят) обслужить неприхотливого рыночного клиента. Днем они отсыпаются, а ночью выходят на промысел.

В дебрях гаражей еженедельно находят попавшихся в сети клофелинщиц торгашей — избитых, обобранных, чаще всего даже без одежды. Объяснения, которые дают в милиции жертвы, звучат стандартно: выпил пива — очнулся в трусах!

Пиво, в качестве вспомогательного средства, используют не только проститутки, но и воровки на доверии. Они подсаживаются в кафе к подходящему клиенту — женщине или мужчине — и предлагают скоротать время до отходящей через час электрички за кружкой пива. Если человек не откажется составить компанию, воровка начинает усиленно поить его пивом. Именно пивом, а не вином или водкой, так как напиток из «отборного солода и ячменя» обладает сильными мочегонными свойствами.

Опорожнив бутылок пять-шесть, воровка приступает ко второй части плана. Доверительно наклонившись к собутыльнику, она отдает ему свою сумочку и, смущенно улыбаясь, удаляется в клозет. Естественно, по ее возвращении жертва решает проделать те же действия. Сумку ничего не подозревающий человек также оставляет на хранение новой знакомой. Пока собутыльник справляет нужду, воровка без помех скрывается прочь, прихватив ценные вещи из багажа одураченной жертвы.

Любопытно, что воровки предпочитают «работать» с женщинами, так как представительницы прекрасного пола, даже если они проявляют страсть к пиву, обычно хранят кошельки в сумочках.

ЦСКА-«ДИНАМО»

Если вы любите делать покупки на рынке, но тяготеете к высокой моде и не впадаете в панику от цен, вам следует отправиться на вещевой рынок «ЦСКА». Строго говоря, это даже не рынок, а огромный супермаркет, где можно отыскать изделия самых известных домов моды Европы и США. В «ЦСКА» совершают покупки представители среднего класса, а также центровые путаны.

Здесь не встретишь оптовиков с тележками и неподъемными баулами, которые в Лужниках бьют по ногам, создают заторы и провоцируют перебранки. На «ЦСКА» покупатели солидные.

Менее престижным считается рынок на стадионе «Динамо», размещенный под крышей футбольного манежа. Несколько лет назад руководство клуба продало манеж бывшему футболисту «Динамо-Тбилиси». С тех пор тут ежедневно работают торговые ряды: вещевые, обувные, продуктовые.

Место на рынке стоит от 500 рублей в день плюс 500 долларов ежемесячно «сверху». Кроме того, 2000 баксов — ежегодный взнос за место. Но и это не все. Чтобы получить аудиенцию у ответственного лица, претендент должен заранее, без каких-либо условий отдать еще 500 долларов.

«Динамо» обслуживает свое собственное частное охранное предприятие, самостоятельно осуществляющее все карательные функции: дознание, следствие и суд. Чоповцы очень не любят, когда на их территории появляется милиция. Как только оперативник входит через ворота торгового манежа, по рации проходит команда: «У нас гости!» Ситуация понятная. Соглядатай никому не нужен.

Впрочем, серьезных правонарушений на «Динамо» не регистрируется. Карманные кражи, воровство с прилавков, торговля наркотиками — вот перечень совершенных преступлений. И у этого есть объяснение. У манежа очень надежная крыша. Не в том смысле, что арочная конструкция сооружения рассчитана на долгие годы. Имеется в виду совсем другая крыша — экономическая и физическая защита торговли.

Напомню, что общество «Динамо» было создано в 1923 году по инициативе самого Феликса Дзержинского. В административном здании, расположенном на территории Петровского парка, кабинеты занимают бывшие руководители спецслужб. Они свое влияние и возможности не афишируют, предпочитая спокойно снимать проблемы и сохранять высокую репутацию торгового заведения.

Любые попытки криминалитета пролезть поближе к рычагам управления рынком пресекаются быстро и эффективно.

Летом 1998 года в столице объявился известный сургутский авторитет Колесников, человек солидный, прибывший в Москву с серьезными намерениями. Целью его был нефтяной бизнес, но зачастил он почему-то на «Динамо». Любил посидеть в местном баре, поиграть в бильярд.

1 июля в полдень Колесников на белоснежном внедорожнике «линкольн-навигатор» в сопровождении двух вооруженных телохранителей подъехал к бильярдному клубу. Он неторопливо вышел из машины и вместе с охранником направился к дверям зала. Второй охранник начал парковать «линкольн» у стены здания. В этот момент раздались автоматные очереди.

Смерть первого телохранителя была мгновенной. Авторитет же смог доползти до дверей в бильярдную и скончался на ее пороге. Уцелел лишь водитель. Он спрятался за бронированный корпус «навигатора» и успел произвести несколько ответных выстрелов из пистолета «ИЖ». Хотя против американских пистолетов-пулеметов его оружие было слабовато, водитель достал одного из киллеров — попал ему в бронежилет, и тот выронил на асфальт автомат и портативную рацию.

Убедившись, что главная цель достигнута, нападавшие через лаз в ограде (два толстых стальных прута были заранее выпилены) выскочили на Петровско-Разумовскую аллею, прыгнули на заранее приготовленные спортивные мотоциклы и умчались в неизвестном направлении. Никаких улик, способных вывести милицию на след, убийцы не оставили.

Как выяснило следствие, «Жигули»-»четверка», в которых киллеры поджидали жертву, были куплены за два дня до происшествия в автомагазине на Коломенской. Машину оплатили сразу, не торгуясь, затемнили стекла салона и приехали на «Динамо». (Свидетели видели «четверку» еще за сутки до убийства.) Причем после самого тщательного осмотра «Жигулей» не удалось обнаружить ни одного отпечатка пальцев. Профессионалы, отсидевшие в засаде больше суток, сработали безукоризненно…

У москвичей со средним достатком популярностью пользуется Киевский рынок. Особенно для продуктовых закупок. Мясо, овощи, фрукты, рыба, соленья и цветы здесь продаются по вполне умеренным ценам в широком ассортименте и зимой и летом.

Встретить у рыночных контейнеров можно кого угодно. На Киевском отовариваются и лидеры фракций Госдумы (автор за один день встретил там двух «слуг народа», шедших с сумками следом за зорко оглядывающимися женами), и нищие пенсионеры, выгадывающие копейки при покупке молока и сыра.

Цены здесь действительно невысокие, но, делая покупки, следует держать ухо востро.

Кроме естественных попыток обсчитать и обвесить, продавцы могут сбыть вам совершенно непригодный для употребления в пищу товар: колбасу или рыбные деликатесы, у которых давно закончился срок реализации, просроченные соки, фальшивый кофе, чай, ничего общего не имеющий с названием на этикетке, окаменевшие конфеты и поддельные специи.

Одно время московская милиция систематически арестовывала на Киевском рынке просроченные товары. Выяснилось, например, что на Сходне были организованы подпольные мастерские, где беженцы-таджики круглосуточно перебивали на крышках пива и банках с красной икрой сроки изготовления и реализации товара.

Как-то летом оперативники УБЭПа конфисковали целый вагон испорченного мяса. Можно представить степень его свежести, если в жару оно хранилось в обычных мешках под железнодорожной платформой. Испорченное мясо решено было отдать в Театр зверей имени Дурова. Загрузили машину, повезли. Однако на этом «тухлая история» не закончилась.

По словам полковника Михаила Балакина, хозяева товара организовали погоню и уже около Театра зверей попытались отбить его назад. Только когда на помощь пришли сотрудники местного отделения милиции, конфискованный товар попал, наконец, по назначению.

На Киевском рынке процветает своеобразный товарный рэкет. К прибывающим из Молдавии и Украины поездам заранее подтягиваются группы «шакалов». Торговец, оказавшийся без охраны и имеющий четыре-пять мешков, становится их добычей. Они без стеснения отбирают один. Хозяин, если он человек разумный, машет рукой. Лучше отдать малую часть, чем потерять все…

То же самое происходит с ценами. Оперативники, под видом фермеров, привезли как-то на рынок картофель и решили продавать его подешевле. Не успели они обслужить второго покупателя, как к прилавку подошли азербайджанцы:

— Нельзя у нас по такой цене торговать!

— Мы повышать не станем. Продать быстрее надо, — попробовали найти компромисс «фермеры».

— Слушай, ты самый умный, да? Зачем такой цена ставишь?

— Ладно, — оперативнику было не с руки объясняться, — шагай отсюда. Наш товар — наша цена…

Азербайджанцы ушли. Но, как оказалось, ненадолго. Уже через несколько минут к привезшим картофель «фермерам» подошла охрана рынка и под предлогом неверно оформленных документов торговлю запретила. А следом вновь наведались координаторы-азербайджанцы и предложили уладить конфликт. На уже известных условиях.

Эта схема еще не самая жесткая. Во время операций «Привоз», которые каждую осень проводит на рынках столичная милиция, случались нешуточные стычки между настоящими хозяевами рынка и теми, кто пытался освободиться от диктата. На базаре рядом с платформой Тимирязевская едва не дошло до стрельбы, когда возникла разборка людей некоего авторитета Яши и медведковских братков. Только подоспевшие наряды милиции прекратили побоище, в котором пострадало семь человек. Причем пятерых, с ножевыми ранами и черепно-мозговыми травмами, отправили в больницу.

БУРЬКА, МОРЬКА И НЕЖНЯК

Среди трех сотен столичных рынков есть такие, чей оборот несопоставим даже с середняками оптовой торговли. Тем не менее о них знают не только во всей России, но и за границей. Посещение этих рынков сродни визиту в клуб или осмотру экспозиции этнографического музея. Речь идет о ярмарках-вернисажах в Измайлове и на Крымской набережной, а также специализированных рынках, известных как Птичка и Горбушка.

Сейчас Измайловский вернисаж и его собрат на Крымской влачат жалкое существование. А до кризиса 1998 года, когда «обвалившийся» рубль развеял иллюзии относительно российского экономического процветания, торговля здесь шла с утра до позднего вечера. Соотечественники, решив, что они твердо стоят на ногах и обеспечены хлебом насущным, бросились украшать быт искусством.

В советское время старший товаровед или работник Внешторга довольствовался цветной картинкой из настенного календаря, серийным эстампом, а в редких случаях купленной в комиссионке картиной. Последнее было по карману далеко не каждому.

Рынок изменил ситуацию. Теперь можно завершить евроремонт квартиры достойным штрихом — приобрести натуральную живопись, выбрав, в соответствии с достатком и пристрастиями, копию шишкинского «Утра в сосновом бору» в натуральную величину или авангардистское ню в розовато-голубоватых тонах.

Искусствоведы и коллекционеры при упоминании о «народных» вернисажах брезгливо морщатся. Набор представляемых сюжетов кто-то остроумно и лаконично охарактеризовал словами: бурька, морька и нежняк. Действительно, немалая часть картин (подсказывает чуткий рынок) изображает всевозможные пейзажи или обнаженную натуру самых разнообразных стилей — от Кустодиева до Уорхола.

Можно иронизировать, вспоминать про попадью и свиной хрящик… Но по-моему, лучше повесить на стену акварельку недоучившегося студента «Строгановки», чем вырезанные из журнала портреты «Стрелок».

На Крымской набережной встречаются продавцы двух категорий. Первая — перекупщики или бригадиры. Они представляют «коллективного автора» и занимаются только торговлей, изучают спрос, принимают заказы и подыскивают клиентов. Бригадиры у мольберта не стоят и на этюды не ездят. За них это делают другие, штампуя в мастерских ходовой товар: водные глади а-ля Айвазовский, обнаженных девушек, гарцующих на скакунах, виды Венеции, популярные среди путешествующих новых русских, пейзажи старой Москвы, пользующиеся спросом у пожилых людей и туристов. Качество поделок невысокое, но зато и цена не бьет наповал.

Бригадиры могут принять заказ на изготовление портрета или копии картины. От них я услышал забавную историю. Сотрудники фирмы подарили шефу — любителю поохотиться — копию «Охотников на привале». Причем один из персонажей имел полное сходство с юбиляром.

Бригадиры знают друг друга годами. Они выпивают и закусывают здесь же, спрятавшись за развешенными полотнами, подменяют соседей, если кому-то нужно отойти, даже могут поторговаться в отсутствие хозяина или дать дельный совет — на сколько реально сбить цену.

Я с интересом узнал, что художники-портретисты (работа стоит от 40 до 800 долларов) чаще всего пишут не портреты детей, жен или любимых. В последнее время стало модно дарить начальникам их изображения, обрамленные итальянским или английским багетом. Во-первых, оригинально, а во-вторых — юбиляр невольно проникается гордостью за себя. Что ни говори, а увидеть свой портрет, написанный маслом, — благородная посадка головы, орлиный взгляд, безукоризненно сидящий костюм, — чертовски приятно! Тут уж никак не избавиться от нескромных ассоциаций. Искусство все-таки…

Другая категория торгующих — сами авторы. Их значительно меньше, и собираются они, в отличие от бригадиров, в основном по выходным. У них по случаю можно приобрести действительно неплохую картину. Причем по цене, значительно уступающей салонной.

Приемы, которыми пользуются обе группы торгующих, почти ничем не отличаются. Назвав стоимость, вам немедленно добавят красноречивую фразу: «Возможен торг». Хозяин будет набивать цену. Вам могут рассказать, что парная картина автора висит в кабинете Юдашкина или только вчера куплена австралийским коллекционером за 3 тысячи долларов. Но если вы проявите настойчивость, то шедевр вам уступят за 200 баксов, завернут в специальную упаковку и пожелают удачи.

Не стоит обольщаться. И бригадиры, и художники понимают, что пришедшие на вернисаж люди от искусства далеки. Их цель не поиск шедевра или открытие имени гения, а большей частью обычное любопытство.

На Измайловском вернисаже выбор живописи значительно скромнее. Здесь торгуют тем, что раньше обозначали емким термином «народные промыслы». Те же матрешки, шкатулки с видами церквей, папех, иконы, резьба по камню… Разумеется, интеллектуальная конъюнктура влияет на традицию. Накануне визита в Москву президента США Клинтона на рынке появились оригинальные матрешки: в чреве «друга Билла» находились деревянные игрушки с лицами его жены Хиллари, подруги Моники и мордой любимого пса-лабрадора.

Измайлово в большей степени ориентировано на туристов. Помимо уже перечисленного и вообще-то поднадоевшего ассортимента, здесь же торгуют марками, фотоальбомами, открытками, эстампами, монетами и значками. Есть изделия из шерсти, лозы, красивые ковры ручной работы из Дагестана, Туркмении, Азербайджана. А рядом развешено военное обмундирование, шапки с кокардами, высотные костюмы пилотов, шлемы тяжелых водолазных костюмов.

Как дань ушедшей эпохе — шатер, где торгуют агитплакатами. Кроме тиражированного «Не болтай!», с изображением строгой работницы в платке с приложенным к губам указательным пальцем, можно увидеть перепетые на все лады вариации «Вперед к победе коммунизма!» и «Партия наш рулевой!». Ностальгии эти лозунги не вызывают, скорее наоборот.

Торговавшая плакатами женщина пожаловалась, что сейчас стало трудно. Покупателей мало, иностранцы заглядывают редко, а соотечественники приходят погулять и посмотреть.

— Недавно американский профессор сделал покупку за триста долларов, — рассказала труженица идеологического фронта. — Нашел редкий плакат тридцатых годов. Ему то ли для диссертации надо, то ли коллекцию собирает.

Остальные торговцы, пока я ходил по вернисажу, больше были заняты беседами между собой. Посетителей оказалось мало, а рынок напоминал осенний лес, который насквозь просматривается на сотни метров вокруг.

Если жизнь московских вернисажей спокойна и размеренна, то на двух других нетрадиционных рынках - Калитниковском и Горбушке, открытых по выходным дням, всегда аншлаг — с раннего утра до самого закрытия.

Калитниковский рынок, называемый чаще Птичьим или Птичкой, торгует зоотоваром. Здесь можно найти по вкусу не только щенка и котенка, но и экзотическую живность — игуан и питонов, которых в последние годы любят заводить состоятельные чудаки, крокодилов, обезьян и страусов. Отдельно располагаются ряды аквариумов, где торгуют пресноводными и морскими рыбками, черепашками, угрями и живым кормом. Кстати, выгоднее всего торговать кормом. Поговорка, гласящая, что кушать хочется всегда, применима и к обитателям аквариумов.

Основная масса посетителей Птички приезжает сюда постоянно. Многие занимаются разведением рыбок, другие торгуют щенками или котятами.

Те, кто содержит дома кошек, хорошо знакомы с проблемой раздачи очередного потомства. Родственники и друзья давно уже окошачены, торговать на рынке нет ни желания, ни возможности, а топить в ведре с водой «родных» животных не поднимается рука. Тут на помощь приходит Птичка.

Особая группа старушек специализируется на скупке избытка кошачьего поголовья. Бабульки первыми приезжают на Калитниковскую улицу. Но билет не покупают и тем более не платят за место. Они устраиваются на подходах к рынку, поставив у ног вместительный картонный ящик. Хозяева котят отдают таким бабкам свой товар, приплатив перекупщице за каждый хвост по договоренности от рубля до десятки. Старухи обещают отдать животных в хорошие руки, а довольный хозяин с облегчением едет домой.

Перекупщицы честно отрабатывают обещание. Тем более, что в убытке они не окажутся ни при каких обстоятельствах — ведь за котят уже заплачено. Бабки активно зазывают идущих мимо людей, особенно тех, кто отправился на Птичку с детьми. Эти посетители чаще других становятся покупателями котят. Много за них не просят, а внешний вид трогательных пушистых комочков действует лучше всякой рекламы.

Иногда продавцы начесывают котят, после чего даже обычные подзаборные животные выглядят как персидские или ангорские дивы. Последствия никого не заботят. Покупатель претензии не предъявит, даже если обман откроется.

Кошачий бизнес заканчивается с закрытием Птички. Часам к пяти основная масса посетителей расходится, торговцы пакуют аквариумы, клетки и прочий инвентарь, готовят к отъезду питомцев.

Судьба непроданных котят никого не заботит. Ящики, где они провели весь день, старухи-перекупщицы относят к мусоросборнику в ближайшем дворе. Там котята и заканчивают свой недолгий земной путь.

Уборщики рынка уверяли меня, что после закрытия Птички под прилавками и рядом с вольерами можно обнаружить целый «зоопарк» — картонки с котятами и щенками, банки с рыбками, тритонами, мышами.

Однажды пришлось даже вызывать герпетологов.

Рабочий подметал территорию в дальнем конце рынка. Из-под углового прилавка вместе с каким-то мусором вывалился пятнистый шланг. Уборщик не обратил на это внимания и продолжал трудиться, когда краем глаза заметил, что «шланг» зашевелился и пополз! На крики рабочего прибежали охранники. С большими предосторожностями гада удалось загнать в угол и обложить щитами.

Переполох закончился только после приезда специалистов. Змеей оказался безобидный удавчик, не способный принести человеку никакого вреда.

Испуг уборщика вполне понятен. Кому, как не работникам рынка, известно, что, помимо легальной торговли, на Птичке процветает контрабанда редкими животными. Здесь можно найти продавца змеиного яда, договориться о покупке занесенных в Красную книгу птиц, например ценящихся у охотников соколов.

Птичку пытаются закрыть почти каждый год. Находят нарушения правил торговли, приводят примеры жестокого обращения с животными, цитируют жалобы жильцов близлежащих домов, которые устали находить в подъездах щенков и котят. И все же история Калитниковского рынка продолжается. Что же касается нарушений и минусов в его работе… У многих поколений москвичей посещение Птички стало первым шагом к пониманию природы и месту в ней человека. Разве это не перевешивает все недостатки и просчеты?

История рынка аудио- и видеопродукции, возникшего рядом с ДК имени Горбунова на Филях, несравнимо короче истории Птички. Но без Горбушки, или Горбухи, как называют ее старожилы, представить Москву трудно.

В каждом доме, где есть магнитола, музыкальный центр или видеомагнитофон, наверняка найдутся одна-две кассеты, купленные на Горбушке. И даже если вы приобретаете только лицензионные товары и пользуетесь услугами солидных магазинов, это ни о чем не говорит. Место рождения кассеты или диска может быть тем же — рынок около ДК Горбунова.

Горбуха — самый крупный в России пиратский рынок. О разворотистости местных теневиков можно судить по занятному факту. Видеофильм «Титаник» продавался здесь еще до мировой премьеры в США и Европе.

Конечно, копии бывают разные. Худшие — так называемые «тряпки». Это отснятые нелегально обычной видеокамерой на просмотре или в кинозале. По экрану могут «ходить» люди, звук искажен, изображение нечеткое. Но и тряпочный «Титаник» брали на ура. Нетерпеливые киноманы торопились первыми увидеть раскрученный фильм.

Начиналось все еще в советские времена. Рядом с ДК собирались рок-фанаты, обменивались дисками и новостями, общались с себе подобными. Их гоняла милиция, в газетах сочинялись фельетоны, но слава о Горбушке разрасталась.

Наступление реформ совпало с появлением качественной и доступной видеотехники. Начался чудовищный бум видеокассет и лазерных дисков. Каждый вложенный в рыночную продукцию доллар приносил от 300 до 500 процентов прибыли. За выходные можно было заработать 8-10 тысяч долларов! В тот период поднялись те, кто «разглядел и угадал». Сейчас, например, весь рынок программного обеспечения и компьютерных игр принадлежит двум людям. Они на Горбушке редкие гости, живут за границей в собственных особняках и руководят торговлей через посредников.

Видеопродукция на Горбушке почти на 90 процентов лицензионная. Правда, объявленные фирмами-правоприобретателями тиражи не всегда соответствуют действительности. Но покупателю-то безразлично, за что платить, — лишь бы качество соответствовало определенному уровню да цена была сносной.

Пиратские видеокассеты тоже продаются. Они отправляются в основном в регионы, где сложнее отследить изготовителя товара и предъявить претензии распространителю.

Схема, по которой действуют видеопираты, выглядит так. Сначала достается мастер-кассета. Она выполняет роль матрицы. С мастер-кассеты снимается несколько первых копий, получивших название «нулевые». С «нулевок» на подпольных студиях гонят тираж, который расходится через проверенных оптовиков. Причем переговоры между пиратами и работающими с ними оптовиками идут открыто по Интернету. Называются конкретные цифры доходов, тиражи, условия сделок.

Подпольный видеорынок Горбушки контролируется двумя гражданами Украины. Они занимаются непосредственно кассетами.

Коробками для кассет или полиграфией ведает человек по кличке Железяка. Он имеет выходы на типографию в подмосковном Пушкине и обеспечивает красочными коробками всю пиратскую видеопродукцию. О масштабах работы подпольного видеорынка можно получить представление по такой цифре. Во время последней операции милиции против пиратов только у Железяки было конфисковано 700 тысяч коробок для видеофильмов.

По-другому организована торговля лазерными Дисками. Здесь пиратской является практически вся продукция. Основные изготовители — Болгария, Китай и, с недавних пор, Украина. В последнее время все чаще к производству подключаются российские заводы. Сейчас их больше двадцати.

Лицензионная продукция на Горбушке тоже встречается. Но если цена пиратского CD — 2–3 доллара, то лицензионные или «родные» диски по карману лишь состоятельным покупателям. Их стоимость от 10 долларов и выше.

Учитывая материальные возможности пользователя, правообладатели идут на некоторые издержки и создают специальные российские версии. (По принципу — с паршивой овцы хоть шерсти клок.) Такие CD чуть дороже пиратских, но гораздо дешевле «родных» — оптом 3 доллара, а розница — 4. Большинство предпочитает покупать российскую версию. По качеству CD этой линии гораздо лучше китайских или болгарских подделок.

Последние адресованы самому невзыскательному и некомпетентному слушателю. Полиграфия таких CD выполнена примитивно, а репертуар песен берется из Интернета. Если профессиональную запись оценивать по двенадцатибалльной системе, то пиратская получится четыре-шесть баллов. То есть половину звуков вы просто не услышите.

Размах пиратского CD-рынка впечатляет. Почти еженедельно оперативники выходят на склады, где продукция готовится к реализации. Чаще всего это «почтовые ящики» или закрытые военные предприятия, где тихо, вдали от посторонних глаз штампуются многотысячные тиражи CD. На подпольном складе, расположенном на территории Государственного космического научно-производственного центра имени Хруничева, найдено более 700 тысяч контрафактных компакт-дисков на сумму 1, 5 миллиона долларов. Во время одного только обыска на подпольном заводе рядом с Авиамоторной улицей сыщики обнаружили 600 тысяч пластинок. Диски хранились «на шпилях» — горизонтальных стержнях. Там же в ящиках лежали пластиковые упаковки и полиграфия.

Первые покупатели на Горбушке появляются в 4. 30 утра. Это оптовики. Они быстро (условия заранее оговорены) забирают продукцию и уезжают. К семи утра подъезжают те, кто выставляется на лотках. Раскладывают продукцию, узнают новости.

Основной поток покупателей прибывает после одиннадцати, а с полудня и до трех люди идут сплошной стеной. У метро милиция выстраивает заграждения, а на автостоянке вокруг Филевского парка машины стоят плотным кольцом. Спад торговли наступает ближе к четырем. Лоточники собирают товар, покупатели уже не двигаются мелкими шажками, а могут почти свободно переходить от столика к столику.

Среди посетителей очень много иностранцев. Во-первых, они тоже умеют считать: за два бакса можно купить только что выпущенный музыкальный шлягер. Кроме того, Горбушка — место культовое, нечто вроде лондонского Гайд-парка.

— Что бы ни говорили о Горбушке, — признался Алексей М., начинавший торговать еще в начале девяностых, — она всем удобна. Где при наших зарплатах человек может купить программное обеспечение или диск? Цены доступны лишь на Горбушке. Да что далеко за примером ходить. На Петровке все программы к компьютерам куплены здесь же. То же самое и в других учреждениях. Комуже выгодно рубить сук, на котором сидишь?..

Горбушка — территория благополучная. Рэкета здесь давно нет, охрана осуществляется ЧОПом. Плати 380 рублей за два дня — и торгуй сколько хочешь.

Спокойная обстановка и на других рынках — крупных и малых. Бандитские «крыши» давно легализовались, чиновники префектуры, милиция и другие службы тоже научились извлекать из рынков стабильную выгоду. Существующая система удовлетворяет и продавцов. Они могут реализовывать товар без накладных, таможенных документов, обретая к тому же нигде не учитываемую наличку.

Значит, все довольны? Действительно, кому в этой ситуации плохо? Наверное, так и выглядит рыночная идиллия, о которой немало сладких песен спето архитекторами экономических реформ?

Увы, наши рыночные отношения вовсе не так хороши. Гипертрофированный рынок вышел из-под контроля и превратился в базар — дикий и неуправляемый. Вот некоторые цифры.

Официально на столичных рынках зарегистрировано 78 тысяч торговых мест. Однако по оценкам Департамента потребительского рынка и услуг Москвы, реально эта цифра в два-три раза выше. А по другим оценкам, в рыночную торговлю втянуто более миллиона человек.

Поступления в бюджет складываются из отчислений от товарооборота продавцов и платы за сданные в аренду места. Официальный товарооборот рынков столицы в 1999 году составил 185 миллиардов рублей, а фактический — около 300 миллиардов, из которых более 100 находятся в теневом наличном обороте. По этим расчетам, суммарный налог на прибыль составил бы более 17 миллиардов рублей. Рыночная сеть Москвы находится почти на две трети в сфере влияния теневой экономики, а государство недополучило за прошлый год 11 миллиардов рублей, или около 400 миллионов долларов США.

МВД России проанализировало обстановку, сложившуюся в сфере интеллектуальной собственности. Посягательства на права отечественных и зарубежных правообладателей носят у нас массовый характер. Потери государственного бюджета из-за неуплаты налогов превышают 550 миллионов долларов. Потребительский рынок завоеван нелегальной аудио-, видео- и печатной продукцией, программным обеспечением, фальсифицированными промышленными и продовольственными товарами.

По отдельным видам товаров подделки достигают более 80 процентов от общей массы. Чаще всего подделываются товарные знаки известных фирм. Прилавки завалены фальшивками торговых марок «Adidas», «Reebok», «ВІС», «№estle». По оценкам представительства фирмы «Procter & Gamble», прибыльность работы подпольных цехов по расфасовке фальшивого стирального порошка составляет 400 процентов.

Мы не только одеваемся в подделки, но едим и пьем совсем не то, что думаем. В середине года, например, в Москве пресечена деятельность подпольного цеха, производившего фальшивое сливочное масло. Изъято 720 килограммов продукции, конфисковано оборудование на сумму 14 тысяч долларов. Из столицы же потянулся след, приведший в Тверскую область, где в местной типографии были отпечатаны десятки тысяч упаковок популярных сортов чая «Брук Бонд» и «Беседа».

Перечень можно продолжать, тем более что, по свидетельству оперативников, ситуация с изготовлением поддельных товаров не улучшается.

«Ну и что? — ответят многие. — Нам-то все равно, поддельный «Reebok» или нет. Зато цена доступная — спасибо рынку».

Есть аргумент и для таких оптимистов, кто никак не может увидеть прямую связь между наполняемостью государственного бюджета и своим собственным карманом. Как сообщил Главный государственный врач Москвы Николай Филатов, каждый сотый из проверенных медиками рыночных торговцев болен сифилисом, каждый двухсотый — туберкулезом, а каждый десятый имеет поддельную или неверно оформленную медицинскую карту. Так что, прельстившись дешевизной и доступностью товара, покупатель вместе с постельным бельем может принести в дом чесотку, а то и сифилис, а купив ребенку недорогой «чупа-чупс» на палочке, рискует «наградить» свое дитя и другой палочкой — туберкулезной.

Рыночная торговля имеет не только недостатки. Хорошо организованный рынок, как считает заместитель начальника ГУБЭПа МВД России Владислав Кузнецов, должен существовать наряду с государственной торговлей, но при этом не подпитывать теневую экономику, а пополнять казну и стимулировать конкуренцию в сфере товаров и услуг.

Впрочем, есть значительная часть населения, которую нынешнее положение дел на рынках очень устраивает. Это граждане и выходцы из ближнего зарубежья, а также иностранцы, проживающие на территории Москвы нелегально. Им порядок в торговле и цивилизованные рыночные отношения совсем ни к чему.

Глава 6

«ДРАКОН» НА СПИНЕ

В оперативных учетах спецслужб можно найти много любопытной информации об иностранцах, проживающих в Москве. Компьютер ответит, по какому признаку формируются этнические группировки, кто лидер интересующей вас диаспоры, какие преступления и когда чаще всего совершают ее представители. Пожалуй, единственный вопрос, на который нельзя получить точного ответа: сколько представителей той или иной национальности находится в столице. Официальные цифры никак не соответствуют действительности. По некоторым оценкам, нелегально, не имея никаких документов, в городе проживают десятки тысяч иностранцев. И ситуация с каждым месяцем становится все сложнее.

«СОБАКИ» ПРОТИВ «ГОЛОВЫ ЗМЕИ»

Самой крупной и влиятельной московской диаспорой считается китайская. По официальным документам, в городе проживает около 10 тысяч выходцев из КНР. Реально же эта цифра почти вдвое выше.

Как рассказал сыщик МУРа Алексей Грешнее, основным занятием китайцев является торговля. С 1990 года их представители внедрялись в наш рынок, и сегодня китайские товары можно встретить почти в каждом доме.

Для китайцев характерно проживание общиной. По словам Грешнева, многим состоятельным торговцам вполне по карману купить квартиры в элитных домах, как это делают выходцы из других стран, но они охотнее снимают комнаты в общежитиях, деля кров с соплеменниками. Отчасти это объясняется менталитетом — ставшим уже национальным признаком коллективизмом, граничащим со стадностью. С другой стороны, китайцы держатся вместе из опасения стать жертвой преступников — как местных, российского происхождения, так и своих — нелегально приехавших с Востока и промышляющих грабежами и разбоями.

Дмитрий Ефимов — сыщик МУРа, специализирующийся на китайской «тематике», — отметил, что представители Поднебесной почти не совершают преступлений в отношении российских граждан. Они предпочитают нападать на соотечественников, зная, что те крайне редко обращаются в милицию. Во-первых, из опасения мести, во-вторых, не желая привлекать внимание властей к местам проживания диаспоры.

Бывшие студенческие общежития на Студенческой улице, в Балтийском проезде, Лиственничной аллее, Будайском проезде, улицах Космонавтов и Палехской, Федоскинской — давно превратились в китайские кварталы. Здесь идет жизнь, очень похожая на ту, к которой привыкли гости с Востока. Торговые склады соседствуют с мини-ресторанчиками, где подают дешевую лапшу, рыбу, овощи и другие национальные блюда. Тут же парикмахерские, массажные кабинеты, подпольные обменные пункты, швейные мастерские…

До кризиса 17 августа китайская диаспора была очень богатой. Некоторые коммерсанты зарабатывали до нескольких миллионов долларов в год. Позже ситуация изменилась. Но среди китайцев все равно много преуспевающих бизнесменов.

Низшую иерархию диаспоры составляют те, кто оказался в России нелегально. Такие люди не имеют документов, а потому не могут рассчитывать на престижную и высокооплачиваемую службу. Они занимаются мойкой посуды, уборкой, другой черновой работой. Если повезет — им достается место на сборке часов из комплектующих. (Чтобы не платить высокую пошлину, китайцы ввозят часы в Россию в виде запчастей.) Единственное, чего никогда не будут делать выходцы из Поднебесной, — это наниматься в носильщики. Эти функции выполняют только таджики.

Другая группа китайцев — мелкие торговцы, челноки. У них нет даже собственных прилавков. Товар они предлагают с рук, таская его с собой по рынку. Следующая категория — владельцы контейнеров. Обычно в собственности у них две-три торговые точки, куда поступает товар от оптовиков.

Богатые китайцы живут не торговлей, а изучением конъюнктуры рынка. Их бизнес — анализ спроса, покупка образцов ходового товара, пересылка его на родину, где местными кустарями быстро изготавливается аналог и отправляется назад в Россию. На этом сколотили состояния десятки предпринимателей.

Раньше, когда подделки не преследовались налоговиками и торговой инспекцией, такие предприниматели даже не маскировали продукцию и не меняли фирменный знак. На соседних прилавках могли оказаться кроссовки «Рита» с разницей в цене до 200 долларов. И, лишь внимательно приглядевшись, покупатель замечал, где фальшивка, «самопал». Теперь, чтобы избежать конфликтов с властями, изготовители аналогов фирменныхтоваров поступают хитрее: используют название, созвучное торговой марке, или добавляют к нему лишнюю букву. Приписывают, например, к слову «Dior» всего лишь букву. Получается «Dioro». Придраться не к чему, зато неискушенный покупатель обязательно попадется на Удочку.

Состоятельные китайцы имеют на родине собственные фабрики, а в Москве — налаженную сеть оптовиков-реализаторов. Богачи содержат также нечто вроде службы безопасности — группу крепких, владеющих приемами восточных единоборств молодых людей. Китайцы называют их «собаками». Работы у таких секьюрити хватает.

Наиболее распространенное преступление в среде китайцев — мошенничество. Дав в долг и получив расписку, больше похожую на клочок бумаги, чем на документ, кредитор нередко сталкивается с проблемой возвращения денег. Тут и приходят на помощь «собаки». У них есть особые места, нечто вроде тайных подземелий, куда попадают нерадивые должники.

Выбраться из долговой ямы можно единственным способом — вернув деньги. В противном случае провинившийся рискует исчезнуть навсегда. Его могут просто закопать в землю. Пойди выясни, если ни от кого не поступало никаких заявлений, убит человек или просто бросился в бега?

Один из торговцев рынка «Солнце» задолжал кредитору 40 тысяч долларов. Сначала хозяин денег не торопил должника. Но время шло, а ситуация не менялась. Тогда за дело взялись «собаки». Прогоревший торговец был вывезен в неизвестном направлении, а через несколько дней кредитор получил из Китая банковский перевод на 40 тысяч долларов. Позже выяснилось, что «собаки» спокойно предложили похищенному два варианта: либо он отправляет родственникам телеграмму с просьбой отдать долг, либо…

«Собаки» преданы хозяину во всем. Они следят за порядком в принадлежащем ему общежитии, контролируют ситуацию на рынке, охраняют бизнесмена при перевозке денег. Кстати, это еще одна особенность китайцев. Они никогда не пользуются услугами инкассации, предпочитая рисковать, но не афишировать доходы.

Китайская диаспора живет по своим правилам, а «собаки» выполняют функции карательных органов, когда эти правила нарушаются. И далеко не все истории имеют хорошее завершение.

Оперативники МУРа вспомнили двойное убийство молодой китайской пары.

Трупы девушки и парня со следами двухдневных пыток были найдены на съемной квартире в районе Южного порта. Как установили сыщики, молодые люди прибыли в Москву из Чехии, где занимались нелегальной переправкой китайцев через границу. Убитые были так называемыми «шитхо», что переводится как «голова змеи» (змея — извивающийся через страны и границы поток нелегалов, а голова — направляющие и контролирующие поток люди).

По оперативным данным, девушка и парень решили пожениться. Денег на свадьбу не хватало, и они взяли «чужое». Решив, что сумеют скрыться, жених и невеста сбежали из Чехии в Россию, но были вычислены «собаками» и убиты. Девушку перед смертью изнасиловали, а парню подрезали сухожилия. Затем головы связанных жертв («головы змеи») обмотали упаковочным скотчем и ушли из квартиры. Несчастные погибли от удушья. Тела нашли несколько дней спустя, когда почувствовавшие запах тления соседи вызвали по телефону дежурный наряд милиции.

ПРИПРАВА К УБИЙСТВУ

Столичных оперативников показной жестокостью не удивишь, но такое они видели впервые. Обнаженные тела китайской пары — мужа и жены — были искромсаны ножами. Головы жертв убийцы обмотали скотчем, а гениталии садисты обильно посыпали красным молотым перцем.

Расследованием занялся заместитель начальника отдела МУРа Сергей Манушин. Ему удалось установить, что потерпевшие занимались торговлей и слыли удачливыми коммерсантами. Супруги специализировались на продаже обуви и, по предположению сыщиков, могли накопить до 700 тысяч долларов. Возможно, именно корысть толкнула преступников на убийство.

Поначалу Манушин не исключал и других версий. Слишком жестоко обошлись преступники с коммерсантами. Да и свидетелей случившегося не нашлось. Никто не вспомнил об угрозах в адрес потерпевших. К тому же тела их были обнаружены лишь через трое суток. Никаких улик, способных вывести на след садистов, не сохранилось…

Прошло полтора месяца, и новое убийство при Похожих обстоятельствах было совершено в Восточном округе столицы: обмотанное скотчем лицо, следы пыток… На этот раз жертвой стал корейский коммерсант, торговавший на оптовом рынке «АСТ» изделиями из кожи. Оперативники отправились на рынок, где у потерпевшего был контейнер, и выяснили любопытный факт. Утром, на следующий день после убийства, двое китайцев вытащили из находившегося в контейнере тайника пакет с 10 тысячами долларов. Удалось получить описание китайцев. Один — низкорослый, худой, смуглый, другой — полная противоположность: тучный, круглолицый, высокий.

Манушин, имеющий картотеку выдающихся криминальных персонажей Поднебесной, начал «примерять» описания подозреваемых на известного среди китайцев авторитета по кличке Черная Ворона. Однако тот, прослышав, что им заинтересовался МУР, срочно уехал в Китай. Позже выяснилось, что «пуганая» Ворона испугался зря. К убийствам он причастен не был.

Расследование шло полным ходом. Отрабатывались связи потерпевших, изучались их коммерческие дела. Минуло полтора месяца, и вновь китайская община содрогнулась от страха.

На 9-й Парковой улице были убиты уже четверо китайцев. Пятая жертва преступления осталась жива чудом: налетчики проломили ей голову молотком. Раненая девушка рухнула на пол, обливаясь кровью. Убийцы решили, что она мертва, и это спасло ей жизнь.

Когда, собрав все ценные вещи, преступники вышли из квартиры, девушка сумела доползти до соседей и вызвала милицию…

Мало кто верил, что китаянка выживает. Но девушка перенесла несколько операций и буквально выкарабкалась стого света. Она предоставила оперативникам ценнейшую информацию. Китаянка описала внешний вид налетчиков, что помогло сделать вывод: убийства супругов-коммерсантов и последнее преступление совершено, скорее всего, одними и теми же людьми. Даже «почерк» убийц совпадал. Они кромсали тела жертв, пытали и насиловали женщин перед смертью.

Объектом последнего налета стала преуспевающая китайская коммерсантка Ли Шэнчжун. Молодая женщина занималась торговлей, поставляла товары на рынок и, кроме того, неплохо зарабатывала, играя в казино. Со слов очевидцев, Ли редко уходила из игровых домов в проигрыше. Каждый вечер приносил ей 400–500 долларов.

Формально поводом налета мог оказаться долг, из-за которого Ли повздорила с неким китайцем, также большим любителем испытать судьбу в казино. Сыщикам стоило немалых трудов установить его личность, а затем и выйти на след. Задерживали китайца около казино «Golden Palace». Причем как раз в тот вечер он выиграл суперприз — автомобиль «кондор» фирмы «ДЭУ».

Между прочим, история имела курьезный оттенок. Китаец, не разобравшись, кто его задерживает, решил, что стал жертвой бандитов-похитителей, и немало обрадовался, когда Сергей Манушин предъявил ему удостоверение офицера МУРа.

Выяснилось, что азартный китаец к убийству не имеет никакого отношения. Поиски преступников продолжились.

Сыщики предположили, что убийц следует искать среди завсегдатаев казино. Возможно, именно там Ли попала в поле зрения преступников. Оперативники просмотрели сотни фотографий клиентов игорных домов, альбомы шулеров и должников, которые заводят службы безопасности. Но ничего похожего на приметы преступников найти не удалось.

Четвертое убийство, даже по меркам криминальной столицы России, событие экстраординарное. А тут еще добавился транснациональный мотив… Сыщики МУРа работали без выходных, но дело с мертвой точки не сдвигалось.

Легче раскрыть несколько «бытовух», чем одно преступление, в котором замешаны китайцы. Сложность не только в отсутствии серьезных агентурных подходов. Нет квалифицированных переводчиков. В лучшем случае удается привлечь к работе кого-нибудь из преподавателей институтов. Но они не знают специфики оперативной работы, не чувствуют ситуацию. Сыщик теряет при переводе такой важный аспект, как психологический контакт со свидетелем или подозреваемым.

Минуло еще два месяца, и в Северном Измайлове произошло очередное убийство. На этот раз жертвой оказался доктор, специалист по китайской народной медицине. И снова тот же фирменный знак преступников: скотч вокруг головы, связанные руки и ноги, следы побоев.

В квартире доктора царил беспорядок. Убийцы искали деньги и перевернули все вверх дном. К счастью, они не унесли компьютер. Он и помог раскрыть серию кровавых преступлений.

Убитый доктор слыл большим сластолюбцем. Практически все доходы он тратил на проституток, проводя в обществе знойных украинок и страстных молдаванок большую часть досуга. Адреса девиц, номера их телефонов ловелас занес в память компьютера и зашифровал. Оперативники не без труда вскрыли базу данных и получили распечатку нужных телефонов и адресов. Путаны оказались «китаистками». Они специализировались на обслуживании мужчин, торгующих на рынке «АСТ». Барышни даже имели специальные визитные карточки на китайском языке. Там указывались телефоны и перечислялись оказываемые услуги интимного характера.

Кстати, московские сыщики интересовались, почему путаны имели восточную ориентацию. Может быть, китайские донжуаны в чем-то превосходят отечественных? Объяснение оказалось простым. Китайцы, по мнению многоопытных жриц любви, ничем особенным от других клиентов не отличаются — ни физиологически, ни анатомически. Зато платят аккуратно, рук не распускают и вообще ведут себя как галантные кавалеры.

Отработка связей путан принесла результаты. «Крышей» девиц была банда, промышлявшая рэкетом и разбоями. На квартире главаря нашли вещи, похищенные из дома китайского врача. Тут для допроса подозреваемых переводчик не потребовался, и вскоре муровцы получили полный расклад по последнему убийству.

Путаны, поддавшись уговорам главаря, работали не только как секс-машины, но давали бандитам «наколки» на богатых клиентов. В число жертв попал и незадачливый доктор, влюбившийся в одну из девиц. Во время очередного «сеанса» барышня подлила клофелин в бокал кавалера, а затем впустила в дом налетчиков. Дальнейшее уже известно…

Может быть, бандиты причастны и к другим убийцам китайских граждан? Нет, подозрение не подтвердилось. Однако тщательное изучение изъятых у девиц фотографий помогло поставить точку в запутанном многоэпизодном деле.

На групповом снимке, сделанном во время пикника, сыщики увидели рядом с девицами двух китайцев: один — худой, а другой — плотный, высокий. Они здорово напоминали по описанию свидетельницы убийц Ли Шэнчжун.

— Это — Дима и Олег, — пояснила хозяйка фото, — наши китайские знакомые. Нормальные парни…

Изображение «нормальных парней» отправили в Китай. Фото посылали в КНР по факсу, так как выжившая девушка проходила на родине курс лечения. Свидетельница с большой степенью уверенности подтвердила, что Дима с Олегом и есть те самые налетчики, зверски убившие Ли Шэнчжун и трех ее знакомых.

Поиски Олега результата не принесли. Он уехал в Китай, как только понял, что по следу идет милиция. Дима же проявил беспечность, посчитав, видимо, что доказать его вину будет невозможно. Когда подозреваемого задержали в казино гостиницы «Космос», он сделал вид, что совершенно не знает русского и не понимает, в чем его обвиняют. Как говорят оперативники, Дима — тертый калач, твердо стоял в «стойке»: ничего не знаю, ничего не скажу.

Трудно ответить, в чью пользу в конце концов закончилось бы противостояние. Но на удачу муровцев, в это самое время в Москву приехала делегация полицейского управления Пекина. Узнав, в чем проблема, пекинские коллеги охотно согласились помочь москвичам вывести упрямого Диму на чистую воду. «Разрешите нам с ним поговорить», — попросили гости из Китая.

Встреча проходила в актовом зале Петровки, 38. В президиуме на сцене разместились гости из КНР. А в зале на первом ряду, в окружении сыщиков уголовного розыска, поместили подозреваемого. Слово взял один из полицейских чинов. О чем он говорил, никто из муровцев, конечно, не понял. Речь китайца продолжалась около сорока минут. Опера приуныли. Они не так представляли допрос и мало верили в успех.

Наконец китаец закончил и сел на место. Наступила напряженная тишина, которую прервал Дима, на неплохом русском произнесший долгожданную фразу: «Я готов все рассказать!»

Как позже пояснили китайские полицейские, они популярно растолковали соотечественнику: не расскажешь правду здесь — заберем тебя в Китай. А там, как известно, смертная казнь не отменена. Лучше помоги русским, авось поживешь еще на зоне…

Дима объяснил не только мотивы преступлений, но показал, где прячет оружие и похищенные вещи.

Убийцы жаждали наживы. Они собирали информацию о богатых соотечественниках, врывались в квартиры и заставляли отдавать деньги и ценности. А чтобы их не вычислили, убирали свидетелей.

Красный перец же, которым преступники посыпали тела убитых коммерсантов, никакого символического значения не имел. Просто один из налетчиков очень любил употреблять его в пищу и решил, видимо, приправить перцем убийство.

ВОСТОЧНЫЙ КВАРТАЛ

В Москве, по информации негласных источников, действуют три китайские банды — харбинская, пекинская и фудзяньская. Самой жестокой и влиятельной считается последняя. Ее представители, кстати, полностью контролируют ситуацию в «восточных» кварталах Нью-Йорка.

Фудзяньские бандиты существуют за счет рэкета и организации незаконной переправки сограждан в страны Западной Европы. Они, поданным Интерпола, причастны к получившему скандальную известность инциденту в лондонском портовом терминале, где был найден грузовой трейлер с телами задохнувшихся от жары 58 нелегальных иммигрантов из Китая.

В Москве лидеры фудзяньской группировки контролируют рынок «Солнце» на западе столицы и регулярно ведут «прием граждан» в ресторанах «Золотой бамбук» и «Великая стена». Однако говорить о серьезном влиянии китайских бандитов на обстановку в столице не приходится. По словам начальника МУРа Андрея Пылаева, выходцы с Востока пока держатся в тени, занимаясь внутренними разборками, и не выходят за пределы сферы влияния китайской диаспоры. Лишь однажды столичные сыщики задержали представителя фудзяньской триады. Он приезжал в Москву из континентального Китая на разведку по поручению лидеров группировки. Оперативники занесли сведения о нем в базу данных и заодно сфотографировали фрагмент цветной татуировки, сделанной у гонца на спине. На коже фудзяньца была изображена лапа дракона. Как пояснил обладатель татуировки, остальные детали «картинки» на спинах других членов группировки. Когда они встают рядом, то можно видеть всего дракона, символизирующего власть и влияние фудзяньской триады.

Вторая по величине — вьетнамская диаспора, численность которой, по данным спецслужб, достигает 15 тысяч. (Официально в Москве зарегистрировано 5218 граждан Вьетнама.)

Несколько лет назад основным видом совершаемых вьетнамцами преступлений было подпольное получение драгоценных металлов. Этот способ промысла приносил неплохие дивиденды. Особенно в первой половине девяностых, когда после развала СССР и остановки предприятий ВПК разворовывание аппаратуры и сырья из «почтовых ящиков» получило массовый характер.

Вьетнамцы организовывали подпольные лаборатории на верхних этажах жилых домов. Краденые с заводов и из КБ радиодетали, содержащие серебро или золото, опускались в баки для кипячения белья и заливались кислотой. Эта адская смесь подогревалась газовой горелкой. В результате многочасовой операции получались небольшие, с пуговицу средних размеров, шайбы из драгоценных металлов.

Как-то раз сыщики ворвались в лабораторию на пятом этаже хрущевки. Перепуганные вьетнамцы — мужчина и женщина — бросились к балкону, чтобы перепрыгнуть в соседнюю квартиру. Женщине это удалось, а у мужчины прыжок не получился. Не долетев до соседнего балкона, он упал на землю и разбился.

Еще более трагически закончились химические опыты вьетнамцев в Южном Чертанове. Установив оборудование на кухне, они присоединили вытяжку «выпаривателя» к центральному воздуховоду жилого дома. Пары кислоты, содержащие компоненты различных вредных веществ, начали распространяться по соседним квартирам. В результате тяжелые отравления получили несколько человек. Причем двоих детей так и не удалось спасти, они погибли, надышавшись смертоносных газов.

Сейчас большая часть вьетнамцев занимается перепродажей китайского ширпотреба на оптовых рынках столицы. Выделяются три преступные группировки: ханойская, хошиминская, хай-хингская. Они специализируются на грабежах и вымогательствах в отношении сограждан. Причем жертвы крайне редко обращаются в милицию, из-за боязни мести и расправы. Лидеры группировок любят отдыхать в общежитии на улице Добролюбова, где в полуподвальном помещении оборудовано нечто вроде публичного дома. Интимные услуги здесь оказывают девушки из Белоруссии и Украины, работающие с клиентами вахтовым методом.

Вьетнамцы обосновались в России давно, еще со времен, когда СССР активно помогал им в войне с США. Индокитайцы хорошо освоились в Москве и чувствуют себя увереннее других выходцев с Востока. Чего стоят, например, фокусы с телефонами!

С помощью высоких технологий верные ученики Хо Ши Мина подключаются к какому-либо абоненту и за его счет ведут многочасовые разговоры с домом. Затем, не дожидаясь, пока жертве радиопиратов придет астрономический счет за оплату переговоров, переключаются на другого абонента… Оперативники обычно обнаруживают подобную аппаратуру на съемных квартирах, которые ловкие вьетнамцы перепрофилируют под нелегальный телефонный узел. Причем техника, используемая аферистами, как правило, российского происхождения — новейшие разработки отечественных научных центров. Как они попадают к вьетнамцам — сказать сложно. Те же, по понятным соображениям, многословием не отличаются.

Выходцы из ближнего зарубежья — жители Таджикистана и Азербайджана — и «полноценные» иностранцы — нигерийцы и афганцы — занимаются главным образом транспортировкой и сбытом наркотиков. Они завели обширные связи, так как среди потребителей зелья много известных людей — политиков, актеров, эстрадных певцов, бизнесменов и криминальных авторитетов. По мнению оперативников, Москва еще не вошла в число городов-лидеров по потреблению наркосодержащих веществ, но стремительно к этому приближается.

Среди гостей из солнечной Грузии, не ладящих с законом, большинство специализируются на квартирных кражах. Как считают оперативники, в этом виде преступлений кавказским бригадам нет равных. МВД Грузии держит даже в Москве своих представителей — группу опытных оперативников, которые помогают столичным сыщикам в поиске и задержании жуликов.

Впрочем, чисто национальным этот вид криминального промысла не является. Среди тех, кто предпочитает наносить визиты без приглашения, представители всех республик бывшего СССР, гастролеры и доморощенные воры, изобретательные и примитивные, удачливые и те, кто попадается на первом же эпизоде, одиночки и многочисленные группы. Пожалуй, именно среди квартирных воров можно найти кого угодно. Слишком заманчивым и доступным кажется этот способ обогащения.

Глава 7

ПРОФЕССИЯ: ДОМУШНИК

На поиски они отправляются как на работу: каждый день, взяв необходимый инвентарь и облачившись в соответствующую одежду.

Для сотен квартирных воров многомиллионная Москва — желанное место, где при минимуме везения можно сразу и очень неплохо заработать. Достаточно угадать с квартирой — и месяцы безбедного существования обеспечены.

Домушники могут быть разными по темпераменту и опыту, квалификации и подготовке. Но большинство из них уже больны кражами, не мыслят себя без риска и игры, в которую превращается криминальный промысел. Некоторые не только проникают в чужое жилище. Они оставляют хозяевам знак своего превосходства, как, например, сделал домушник в Кузьминках. Украв с тумбочки новенький японский телевизор, вор оставил на его месте искусственный половой член. Дескать, знай наших!

Азарт и адреналин даже опытных домушников толкают на безрассудство и необъяснимые поступки, которых в обыденной жизни они никогда бы не совершили.

ОДИНОЧКА ПРЕДПОЧИТАЛ «ЯЩИКИ»

Начальник отдела МУРа Сергей Сотников рассказал мне занятную историю. Как-то оперативники охотились за группой грузинских воров. Жулики действовали дерзко и умело. Муровцы никак не могли взять их с поличным. Наконец поступила информация: ночью воры полезут в квартиру известной актрисы, можно будет без помех схватить их на месте преступления.

Сотников и его товарищи заранее выехали на адрес. Дом, где жила актриса, был послевоенной постройки. Такие называют сталинскими: высокие потолки, богатый фасадный декор, широкие карнизы, опоясывающие здание по периметру. Наступил вечер…

Окна в квартире оставались темными — хозяйка отдыхала на даче. Входная дверь была на сигнализации. Но крайнее окно соседствовало с широким фонарем лестничной площадки. Оттуда и появились гости.

Ближе к полуночи две темные фигуры вылезли на карниз и осторожно двинулись кокну квартиры. Снизу жулики казались подростками, отправившимися на спор в безрассудное путешествие. Достигнув окна, они недолго повозились со шпингалетами и исчезли внутри. Опера не торопились, тем более что внизу домушников поджидала машина. В ней воры намеревались увезти краденое.

Ждать пришлось недолго. Скоро на карнизе вновь появился один из жуликов. Его приятель начал передавать вещи, а тот, стоя лицом к простиравшейся внизу улице, отправлял их дальше — в окно лестничной площадки, где добычу поджидал третий подельник.

— Сначала ничего особенного не происходило, — вспоминает Сотников. — Через окно вытаскивались сумки, свертки, коробки с вещами. Стоявший на карнизе без труда переправлял их дальше. И вдруг… Мы даже глазам своим не поверили. Знаете, раньше были такие отечественные телевизоры — корпус у них величиной с холодильник и весят будь здоров. Так вот, вор из квартиры, — нам было видно, что ему трудно, — передал телевизор стоявшему на карнизе другу. Все, кто был в машине, затаили дыхание. Ну, думаю, сейчас фокус закончится. Полетит он вниз вместе с телевизором — костей не соберешь! Но не тут-то было.

Жулик напружинился, схватил телевизор двумя руками и благополучно отправил его дальше по цепочке в окно подъезда. Как он не грохнулся с восьмого этажа — загадка. Кстати, позже, когда мы задержали воров и грузили краденые вещдоки в машину, тот самый телевизор поднимать пришлось вдвоем — тяжелый, будто из чугуна. Вот такие чудеса бывают…

Вошел в историю, но уже по иной причине, и другой уникум. За четыре года он совершил пятьдесят шесть краж. Но дело даже не в количестве. Вор предпочитал залезать в… режимные предприятия — «почтовые ящики», чьи территории охранялись специальными службами и новейшей электронной сигнализацией.

«Прокололся» жулик на том, что уверовал в свою безнаказанность и окончательно потерял бдительность.

В три часа ночи в одно из отделений милиции Лефортова позвонил перепуганный сторож оборонного НИИ. По его словам, на предприятие проник посторонний. По указанном адресу срочно выехал наряд милиции.

Стали осматривать здание. Когда поднялись на второй этаж, нашли взломанные двери. А через мгновение в конце коридора мелькнула тень. «Вот он!» — закричал сторож.

Вор бросился бежать. Началась погоня. Применить оружие сотрудники милиции не решились: было темно, сделать прицельный выстрел не представлялось возможным. В какой-то момент преследователи решили, что нарушитель загнан в угол. Он вбежал в помещение с решетками на окнах. Единственную дверь контролировали милиционеры. Приготовив пистолеты и наручники, группа захвата ворвалась в комнату, но там не было ни души. Вор как будто прошел сквозь стену.

Скоро загадка разъяснилась. Решетка на окне оказалась отогнутой. Взломщик ушел тем же путем, каким проник в здание…

Что позволило вору безнаказанно более четырех лет заниматься кражами? Анализируя обстоятельства дела, сыщики отмечали алогичное поведение жулика. Оно и затрудняло раскрытие преступлений.

Вор всегда работал один. Отпечатков пальцев не оставлял — действовал только в перчатках. Его нисколько не смущало наличие сигнализации. Даже наоборот, привлекал риск поединка с электронными «сторожами»! Однажды, например, он проник в сверхсекретное КБ, поднявшись по наружной пожарной лестнице на пятый этаж и хитроумным способом отключив оконную сигнализацию.

Позже оперативники познакомились с вором поближе и искренне удивились. Он оказался ничем не выдающейся личностью. Грузчик режимного НИИ «Алмаз» Петере звезд с неба не хватал, хотя и интересовался электроникой. В какой-то период его даже привлекали для установки сигнализации на московских предприятиях. Позже он не замедлил воспользоваться полученными знаниями.

Память у Петерса была отменной. При расследовании эпизодов дела вор вспомнил и точно описал детали ночных рейдов (он всегда действовал в интервале между двумя и пятью часами), перечислил подробно, что и где брал, в каких количествах.

Впервые он попробовал украсть дефицитные радиодетали. (Позже при обыске у Петерса обнаружили десять транзисторных приемников, пять магнитофонов, несколько телевизоров, гору разных деталей.) Начало было удачным. Никто не поднял шума из-за пропажи. Кстати, как объяснил Петере, главной причиной его странной «любви» к режимным объектам была царящая там бесхозяйственность. Сидя за семью замками, местные служащие даже не трудились вести правильный учет, добросовестно, как того требуют инструкции, хранить материально-технические ценности.

Рассуждения Петерса подтверждаются материалами дела. Сыщик МУРа Владимир Новиков, сделав выборку из многолетних сводок характерных краж, предъявил Петерсу 48 эпизодов! Вор признался в большем числе преступлений, но вменить их полностью не удалось. Заявлений от потерпевших не поступало, они действовали по известному принципу — не желали выносить сор из избы. Иными словами, предпочитали списывать ущерб и тем самым поощряли вора на новые «подвиги».

Любопытно, что во время проведения розыскных мероприятий сотрудники МУРа неоднократно сталкивались со строгими стрелками ВОХР и принципиальными контролерами режимных организаций. Сыщикам приходилось с боями проходить на охраняемую территорию для выполнения необходимых оперативных действий. Такое бы рвение да пораньше…

У Петерса был свой стиль. Он не пользовался отмычками, воровскими наборами ключей. В его арсенале имелись зубило, молоток, клещи, напильник. Отключив сигнализацию, вор спокойно залезал в сверхсекретное НИИ или КБ. Если сигнализация срабатывала, он пережидал, когда охрана пройдет мимо и, убедившись в ложности вызова (решив, что где-то «коротит»), отключит всю систему.

НПО «Агат», например, Петере обворовывал четырежды. И каждый раз одним и тем же способом. Перемыкал сигнализацию, она срабатывала, но никто ни разу так и не приходил.

Попав за высокий забор с колючей проволокой, Петере чувствовал себя уверенно. Он не стеснялся шуметь. По его признанию, выбивал по пять-шесть дверей. Не церемонился с сейфами. Стальные шкафы научился вскрывать с помощью молотка и зубила. Причем со временем здорово в этом преуспел. Очень любил Петере залезать в кабинеты заведующих столовыми и буфетами. Там его всегда ждал сюрприз: коньяк, виски, дорогие шоколадные наборы и, конечно, деньги. Были уловы в десятки тысяч. Случалось найти в незапертом столе ювелирные украшения, золото.

Однажды он влез в столовую и нос к носу столкнулся со сторожем. Быстро натянув на его голову матерчатую сумку, Петере связал застывшего от ужаса сторожа веревкой. От задуманного вор не отступил, спокойно отправился за добычей. Когда возвращался, увидел, что сторожа нет. Пришлось поторопиться. Но, как оказалось, беспокоился Петере напрасно. Сумевший развязать веревку сторож не стал обращаться в милицию. Он в страхе Убежал куда глаза глядят.

Беспроигрышная лотерея прервалась в Государственном научно-исследовательском и проектном институте азотной промышленности. Сторож, Услышав в здании посторонние звуки, вызвал милицию. Петере был задержан группой быстрого реагирования как раз в тот момент, когда выносил из буфета огромный ящик с печеньем.

Несмотря на нанесенный ущерб, Петере принес и некоторую пользу. Изучив его действия, сотрудники МУРа составили специальные рекомендации для разработчиков систем сигнализации, направили соответствующие материалы руководителям пострадавших от хищений предприятий. К сожалению, охрана многих объектов лишь непосвященному могла показаться безупречной. Так же, как и мощные решетки на окнах неприступны лишь для дилетантов. Вор разделывался с ними просто. Руками раскачивал штыри в стене, выдергивал и спокойно ставил решетки на землю. Ему даже не нужно было использовать инструмент…

ФЛЕГМАТИЧНЫЙ РЕКОРДСМЕН

В том, что за неброской внешностью может прятаться неординарная криминальная личность, легко убедиться на примере другого домушника-рекордсмена — Савчука. Тот отправлялся на кражи ежедневно с раннего утра, исключая субботы и воскресенья. В выходные не грешил — отдыхал как все. Зато в будние дни полностью посвящал себя любимому ремеслу. Бродил по Москве, высматривая подходящий дом, заходил в подъезды, выбирал квартиры.

Как пояснил главный специалист МУРа по домушникам, опытнейший сыщик Александр Чиченев, больше всего Савчука привлекали «интересные» двери — с красивыми ручками, многочисленными замками, смотровыми глазками. Все эти ухищрения хозяев помехой для вора не были. Мастер своего дела, использовавший для взлома два проверенных инструмента — ломик-фомку и отвертку, он расправлялся с любой дверью. Не слишком заботился Савчук и о мерах предосторожности. Лишь первый год он действовал в перчатках, стараясь не оставлять отпечатков. А затем махнул рукой и на это — окончательно уверовал в безнаказанность.

Любопытно, что благодаря небрежности вора ему удалось вменить квартирные кражи даже трехлетней давности. В картотеках Петровки, 38 хранились «пальчики» Савчука, найденные в обчищенных им квартирах.

В отличие от собратьев-домушников Савчук никогда не жадничал. Его не прельщали видеомагнитофоны, телефоны с автоответчиками, песцовые шубы и кожаные плащи. Страстью Савчука были «непреходящие ценности» — ювелирные украшения из золота и серебра, кольца, кулоны, броши, сережки. Он брал лишь то, что легко умещалось в кармане, и тихо закрывал входную дверь. Однажды, по необъяснимой причине, вор изменил правилу и прихватил женский махровый халат и лайковые перчатки. Может быть, хотел сделать подарок даме сердца?

Их, кстати, у Савчука было две — бывшая жена и сожительница. Обе знали о существовании друг друга и нисколько этим не смущались. Надо полагать, что любвеобильный домушник позаботился о безбедном существовании подруг.

Во время свидания с бывшей женой в стенах следственного изолятора Савчук посоветовал: «Будет трудно с деньгами — продай золото. Где лежит — знаешь». Благодарность к сыну чувствовал и отец, которому Савчук купил машину. Родитель не пропускал ни одной возможности принести отпрыску передачу. И, как говорили сыщики, ассортименту и качеству продуктов мог бы позавидовать даже капризный гурман.

Только не подумайте, что двадцативосьмилетний Савчук на свободе купался в роскоши. Вероятно, удачливый вор, имевший возможность пожить на широкую ногу, страдал комплексом небезызвестного подпольного миллионера Корейко.

Савчук жил в квартире, которую оперативники охарактеризовали ярким словечком «гадюшник», рестораны не посещал, одевался скромно и неброско. Более того, посуда и столовые приборы, найденные в квартире, имели маркировку общепита и приобщены к делу как вещественные доказательства. Правда, непосредственного отношения к ним Савчук не имел. Столовское «серебро» — результат заботы бывшей тещи вора. Она работала в заводском буфете и, видимо глядя на успехи зятя, тоже не удерживалась от соблазна…

Савчук сидел в Бутырке и время от времени выдавал новые эпизоды. Ехать на зону и вкалывать на предприятии привыкшему к безделью профессиональному вору неохота. Вот он и предавался воспоминаниям. А память у него, по общему мнению, феноменальная. Он легко рассказывал в деталях о четырехлетней давности кражах, а число их приближалось к сотне.

Но полностью изобличить Савчука оказалось невозможно. По свидетельству Чиченева, окружные отделы милиции за работу по давним эпизодам берутся неохотно. Раньше районные отделения милиции отправляли «наверх» отчеты, в которых имелась специальная графа — число раскрытых преступлений прошлых лет. Теперь эта «бюрократическая» волокита исчезла, и, учитывая огромную загруженность, местные сыщики предпочитают не распылятся. Какой прок мучиться с забытыми делами, если начальство стружку снимает за кражи нынешнего года?

Да и сами потерпевшие, если их квартира была ограблена несколько лет назад, равнодушно относятся к попыткам сыщиков докопаться до истины. Люди уже смирились с потерей, а тут — снова напоминают. К тому же хорошо известно, что компенсировать материальный ущерб не имеющий специальности вор не сможет. Стоит ли связываться с милицией, ворошить прошлое, давать показания в суде?

Технический прогресс уже давно сделал привычным то, что наши предки считали фантастикой. Однако большинство воров-домушников пользуются для проникновения в квартиру дедовскими методами. Лучше «фомича», как признался сыщикам старый рецидивист, у него напарника нет.

По статистике, кражи из квартир в основном совершаются двумя способами: взломом дверей или путем подбора ключей. Немало среди жуликов и тех, кто предпочитает посещать чужие квартиры через окно. Недавно такую группу в районе Капотни задержал дежурный милицейский патруль.

Соседи заметили молодого парня, пытавшегося вытащить через окно первого этажа громоздкий телевизор. Позвонили по 02. Милиционеры взяли не только несуна, но и его дружков, поджидавших неподалеку в потрепанных «Жигулях».

Все воры были ровесниками. Старшему, которого приятели звали Макс, исполнилось двадцать два года. Никто из них не работал, сделав своей специальностью квартирные кражи. Судимостей они не имели, а потому скоро признались в семнадцати преступлениях.

Техника проникновения в чужие дома была до смешного простой. Действовали воры в своем же микрорайоне. Выбирали подходящее окно на первом этаже (хорошие занавески, дорогие люстры), затем днем звонили в дверь. Если никто не отвечал — залезали в квартиру с улицы. Особенно не стеснялись, пользовались всеобщим безразличием и беспечностью. Выносили из домов все ценное: радиоаппаратуру, спиртное, понравившиеся вещи: куртки, рубашки, обувь.

Жены молодых людей прекрасно знали о промысле муженьков, но никаких претензий не высказывали. Одна из барышень призналась сыщику Виталию Сергееву: «Каждый зарабатывает как может. Ничего страшного, выйдет — будет осторожнее». Вот такая логика. И подельники не унывают: первая судимость, легкая статья, нанятые родственниками ретивые адвокаты. Макс, мечтавший наворовать столько, чтобы хватило купить собственную палатку, смотрит в будущее спокойно. Кое-что на черный день отложить он успел. Выйдет — заживет по-новому…

«КОШКА» НА БАЛКОНЕ

Сколько времени вы потратите на то, чтобы войти в собственную квартиру? Ручаюсь, не меньше профессионального квартирного вора. Особенно если двери запираются распространенным и доступным по цене замком «50 тысяч секретов», врезным, с двумя никелированными накладками — изнутри (с ручкой-рычагом) и снаружи (с круглой шарообразной ручкой). У вас именно такой? Советую заменить.

Вор высокой квалификации уже поднимаясь на этаж, готовит свой инструмент. Пока идет от лифта к двери — из связки выбирает нужный ключ. Замок «50 тысяч секретов» он откроет за три секунды с помощью универсальной заготовки и обломка лезвия. Еще легче вор справится с другим серийным замком — сыщики в шутку называют его «слезы Москвы» (плоский накладной механизм с боковым и круглым рычажками крепится в квартире). Это «чудо техники» вообще отпирается усредненным ключом.

Немногим лучше и другие современные запоры. Незаурядный домушник с помощью нехитрых приспособлений, имеющихся в миниатюрной сумке-визитке, распахнет практически любую дверь. Однако, если обратиться к той же статистике, 75 процентов преступников действуют грубо и примитивно. Дверь, вместе с замком, попросту выламывают.

Начальник отдела МУРа Виталий Пьянов вспомнил о группе воров, прилетавших из Грузии со своим уникальным инструментом — двадцатипятитонным домкратом, собирающимся из легких, но очень прочных трубок. Против такого механизма не устоит никакая дверная рама, даже из прочной стали.

Оригинальным способом проникали в квартиры москвичей жулики, задержанные сотрудниками спецотдела милиции в центре Москвы. Старшему из воров было около 20 лет, младший только-только получил паспорт. Но ловкости и дерзости молодых людей впору позавидовать матерым рецидивистам.

Пользовались они, по словам сыщика Евгения Оле-щука, особенностями нашего быта. В многоэтажных домах спальных районов люди порой незнакомы даже с соседями по лестничной площадке. Что уж говорить о подъезде в целом?

Начинали воры с обычного в таких ситуациях «прозвона» квартир. Определив, кого из хозяев нет дома, приступали к операции. Специализировались на втором и третьем этажах, особенно если там был балкон. Они забрасывали на балкон так называемую «кошку» — приспособление в виде крючьев, которым пользуются верхолазы-электрики при ремонте натянутых на столбах проводов. К «кошке» привязывали крепкий трос. Затем кто-то из воров взбирался на балкон, вышибал форточку, проникал в дом и собирал самое ценное.

При выносе похищенного жулики также ни в чем себя не стесняли. Огромный телевизор «Samsu№g» с диагональю 72 сантиметра они спокойно вытащили белым днем через окно ограбленной квартиры. Подобным образом действовали и в других местах. И ни разу ни от кого из прохожих или соседей не услышали ни одного неудобного вопроса. Недаром современные города называют каменными джунглями…

Кражи на втором этаже были любимым «жанром» другого квартирного вора. Его задержали оперативники СОМа Константин Краснов и Андрей Глухов. Этот оригинал, уже имевший четыре судимости в свои 35 лет, получил в МУРе кличку Гимнаст, отражавшую его феноменальное умение забираться на балконы чужих квартир в считанные секунды. Имел он и другой неординарный дар. Гимнаст уходил из обворованного дома только через входную дверь. Какие бы хитроумные замки и секретки ни ставили хозяева на вход в свое жилище.

На свободе Гимнаст находился не долго. Освободившись после очередной восьмилетней отсидки, он погулял по столице лишь три месяца. Но, словно чувствуя близкий конец веселой жизни, успел совершить 60 краж (иногда 2–3 эпизода в день) и в средствах себе не отказывал.

Гимнаст имел чутье на богатые дома. Он смотрел не на занавески и люстры, не на обивку дверей и обилие замов. Рецидивист-самородок руководствовался внутренним голосом. И тот никогда не обманывал. Иногда, как в квартире преуспевающего ведущего московского телеканала, он сразу брал «банк» — восемь тысяч «зеленых», в других домах прихватывал золото, красивые вещи, картины, радиотехнику.

Решив оттянуться на полную катушку, Гимнаст выбрал себе на Тверской девушку по вкусу, снял квартиру и устроил для нее и себя красивую жизнь. Они проводили вечера в лучших ресторанах и казино (в «Метелице» Гим-наст за раз просадил 37 тысяч долларов), забивали холодильник изысканными деликатесами, ни в чем себе не отказывали. Сигареты, например, Гимнаст покупал по двадцать долларов за пачку. Хотя одевался довольно скромно, что не соответствовало стилю его жизни.

Константин Краснов вспомнил историю другого квартирного вора-феномена. Тот проникал в дома тривиальным способом — через входную дверь. Но делал это как настоящий волшебник. Любой замок сопротивлялся «виртуозу» не дольше 10–12 секунд. Вор признался Краснову, что даже в свою квартиру он попадает при помощи отмычки. Привык, по-другому не может.

Кстати, лучшие отмычки изготовляют в подмосковных Люберцах. Задержанный за серию квартирных краж вор рассказал мне, что за 200 баксов можно купить прекрасный «инструмент» — невесомый, прочный, портативный.

— Зачем рисковать, — разглагольствовал вор, которому терять уже было нечего — сыщики добыли доказательства совершенной им кражи, — идти на разбой или угонять машину? Риск попасться выше, свидетели остаются, да и сроки больше. Другое дело «чистая» кража — тихо, спокойно, и на жизнь хватает…

С логикой домушника трудно не согласиться. Ведь в ином доме можно сорвать фантастический куш. Как-то за одни сутки в Москве были зарегистрированы налет на обменный пункт валюты, где разбойники присвоили 3, 5 тысячи долларов и несколько миллионов рублей, и квартирная кража, с которой воры получили 28 тысяч «зеленых», прихватив с собой ювелирные изделия, шубы, антиквариат и радиотехнику. Стоит ли с шумом и риском для жизни грабить банк или кассу, если есть возможность тихо и без пальбы получить большую сумму в богатом доме?

О популярности профессии домушника говорит и не поддающийся сокрытию рост так называемых «квалифицированных квартирных краж». Другими словами, преступлений, совершенных технически хорошо подготовленными ворами.

Недавно оперативники разоблачили шайку жуликов, которая использовала последние достижения техники. Воры имели не только фомки и отмычки, но и переговорные устройства, приборы ночного видения, сканеры, электронные приспособления, помогавшие определить наличие охранной сигнализации в интересующих квартирах. Домушники заранее выбирали адрес, изучали образ жизни хозяев, распорядок дня, привычки. Затем один из группы, отвечавший за техническое обеспечение, на месте осматривал входную дверь, замки, прикидывал, сколько времени потребуется на их открывание.

Следующим этапом было распределение ролей. Двое проникали непосредственно в квартиру, двое страховали подельников, осуществляя контрнаблюдение и имея возможность в любой момент предупредить дружков об опасности с помощью мини-рации. Наконец один из жуликов обеспечивал быстрый отход, сидя за рулем надежного и быстроходного автомобиля.

Есть и другие примеры технической грамотности домушников. Сотрудники МУРа с поличным взяли воров, чей способ проникновения в квартиры нужно признать оригинальным. Воры пользовались тем, что во многих домах хозяева без особого стеснения занимаются так называемой перепланировкой. Ломают стены, крушат панели и кирпичную кладку, не заботясь о неудобствах, доставляемых соседям. Воры выбирали подходящую квартиру, обычно под самой крышей, проникали на технический этаж и начинали попросту крушить перекрытия.

Невообразимый грохот не вызывал подозрений у соседей. Они лишь пожимали плечами и с раздражением говорили: «Опять новые русские евроремонт затеяли… ««Евроремонт» завершался в тот же день через два-три часа. Этого времени умельцам хватало, чтобы продолбить в перекрытии дыру нужного размера…

Группа, состоявшая из трех человек, старшему из которых было 18 лет, поначалу обзавелась перфоратором и отправилась на дело. Первый опыт оказался не слишком удачным. Воры попали в небогатый дом. Единственным уловом стал электрочайник и какая-то бытовая мелочь. Но молодые жулики не опустили руки. Они купили еще два мощных перфоратора и стали искать новый объект.

Выбрали квартиру на последнем этаже сталинского дома. Их прельстили красивые пластиковые окна, сразу бросавшиеся в глаза.

Из квартиры они вытащили массу дорогостоящей электроники, модной одежды и главное — пакет золотых украшений. Позже хозяйка оценила украденную ювелирку почти в миллион рублей. Хотя потерпевшая вела себя довольно странно. Как вспоминает Борис Трошин, можно было подумать, что хозяйку больше всего расстроил вынужденный ремонт стены. «Ну вот, теперь придется лепнину восстанавливать», — посетовала женщина.

Но вернемся к домушникам. После удачи у них явно разыгрался аппетит. Они купили четвертый перфоратор и засучив рукава бросились крушить стены в других домах.

Всего на счету бригады «евроремонтников» 15 эпизодов. Причем в одной из квартир им досталось аж 30 тысяч долларов!

У юных проходимцев совсем закружилась голова. Они приобрели машину с гаражом, сотовые телефоны, модные шмотки. Двое из них были братьями и жили вместе с родителями в скромной двухкомнатной квартире. Когда к ним наведались сыщики, то увидели интересную картину.

В комнате родителей время как будто остановилось. Отец и мать работали в захудалом НИИ, получали гроши и едва сводили концы с концами. Их быт украшал чернобелый телевизор, продавленная тахта, обшарпанный платяной шкаф, в котором висели вышедшие из моды вещи. Зато в соседней комнате, где обитали родные сыновья, все было с иголочки: евроремонт, испанская мебель, кондиционер «Sharp», забитый пивом и крепким спиртным бар, домашний кинотеатр…

Когда воров задержали, среди вещей их нашли пять обрезов. Вероятно, молодые люди решили, что пора от перфораторов переходить к более серьезным экспериментам. Теперь им придется сделать вынужденный перерыв. Но скорее всего, недолгий. Возраст, первая судимость… Отсидят пару-тройку лет и вернутся к своим далеко идущим планам.

Экзотическим способом проникали в чужие квартиры домушники, орудовавшие в столичной новостройке Марьино. Они вырывали стальные двери с помощью лифта. Воры отгибали углы металлической дверной рамы, прикрепляли к ней трос, а другой его конец цепляли к лифту. Затем поднимались в машинное отделение и снимали подъемник со стопора. После чего спускали лифт, и он по инерции вырывал дверь из стены вместе с рамой, как бы хорошо она ни была прикреплена.

Последнее изобретение столичных жуликов — так называемые «шаблонки». Это металлические болванки с отверстиями, через которые дрелью просверливается запорный механизм двери. После такой операции личинка замка легко проворачивается усредненной заготовкой. Не нужен даже подбор ключей. От воров с «шаблонками» не спасают даже двойные стальные двери и самые сложные запорные устройства.

Изменились и жулики, точнее, их ориентиры. Раньше они хватали хрусталь, шубы, телевизоры и магнитофоны. Сейчас хрусталь никому не нужен. Шубы занимают много места, и сбыть их труднее, чем «засыпаться». Нелегко найти покупателя и на подержанную электронную технику. Воры берут главным образом золото, драгоценности и валюту. И в этом домушникам помогают сами хозяева.

Люди предпочитают хранить сбережения не в банках, а в самодельных тайниках. Об этом жуликам хорошо известно. Причем деньги, как и прежде, чаще всего прячут в постельное белье, реже в стенных шкафах, книгах, банках из-под крупы и небольших сейфах.

Еще одна особенность: потерпевшие редко указывают реальную сумму похищенного. Заместитель начальника отдела МУРа Александр Чиченев вспомнил, как однажды хозяева заявили о пропаже 25 тысяч долларов, а потом признались, что исчезло… 180 тысяч. В другой раз вместо 300 тысяч долларов «стеснительные» потерпевшие внесли в протокол сумму на порядок меньше — только 35 тысяч. Про абсолютный рекорд — кражу из квартиры миллиона долларов сыщики узнали не от хозяина, а от своего агента. Хозяин же по каким-то соображениям предпочел промолчать.

Теперь у состоятельных москвичей есть благоустроенные дачи, куда они охотно выезжают на выходные. Ворам легко сориентироваться. Если у дома нет автомобиля, значит, хозяева укатили в подмосковное поместье. Поэтому для некоторых домушников самое горячее время — суббота и воскресенье. За два дня можно вывезти из квартиры все. Не только валюту, ювелирку и антиквариат, но и крупногабаритные вещи.

Не мешает ворам охрана в образе сторожа у въезда во двор и консьержки в подъезде. Так, недавно обчистили квартиру отставного генерала ФСБ. Жулики поднялись на чердак, спустили подельника в воздуховод, тот проломил стену в квартире…

На севере столицы домушники никак не могли проникнуть в квартиру на первом этаже: в подъезде всегда народ, на окнах решетки. Вышли из положения так: подогнали к стене дома высокий кунг, в котором сидели воры с мощными гидравлическими болторезами. Перекусили прутья решетки, через окно проникли в квартиру, а затем также через окно перетащили в кунг все понравившиеся вещи.

В пригороде столицы произошел и вовсе анекдотичный случай. Жулики не справились с металлической дверью и вызвали на помощь… спасателей МЧС. Чтобы ввести специалистов в заблуждение, талантливые домушники разыграли целый спектакль: «Помогите, выручите, домой попасть не можем!» Дело было в новостройке, сосед по лестничной площадке вышел, чтобы посмотреть на редкое зрелище — спасатели резали болгаркой особо прочную сталь входной двери. Когда обман раскрылся, жулики были уже далеко.

В том же Подмосковье домушник залез в квартиру пожилой учительницы. То, что он увидел, заставило его изменить своему кредо. Оставив на столе в кухне записку «Такжить нельзя», сентиментальный вор приложил к ней пачку денег и несколько бытовых приборов. Соседи, которым также нанес «визит» жулик, позже приходили к следователю и забирали электрочайники, фены, тостеры и утюги. Вор-филантроп оставил их учительнице, по-своему понимая справедливость.

Одно время среди москвичей пользовалось популярностью укрепление дверей с помощью стальных штырей. По домам в районе Орехово-Борисова ходила бригада веселых парней. За умеренную цену они предлагали хозяевам сделать из дома настоящую крепость — вогнать в дверные косяки стальные прутья, усилить раму с помощью металлических уголков. «После усовершенствований вашу дверь и танк не прошибет», — утверждали мастера. Мало кто мог устоять перед такой впечатляющей рекламой.

Увы, после реконструкции, которой занимались действительно знающие люди (они заодно выведывали материальный достаток, распорядок дня хозяев и их соседней), дверь поддавалась даже от небольших усилий. Скоро все квартиры, где побывали молодые умельцы, были обчищены дочиста. Причем воры вскрывали дверь при помощи зубил и молотков.

Да, скажет читатель, скупой платит дважды. Нужно стальную дверь ставить, а не копеечным усовершенствованием заниматься. Так-то оно так. Но оказывается, и на старуху бывает проруха. Отечественные кулибины придумали оригинальный способ открывания любой укрепленной двери.

Все те же сыщики спецотдела МУРа поймали домушника, который справлялся со сложными замками следующим образом: заливал в замочный механизм сильнейшую кислоту. Она разъедала личинку и механизм, позволяя открыть даже стальную сверхпрочную дверь. Замок попросту плавился и вытекал…

Некоторые жулики пользуются и вовсе нетрадиционными способами проникновения в чужие жилища. Их называют «артистами» или «ряжеными».

МАСКАРАД ДЛЯ ДОМУШНИКА

Местный участковый был немало удивлен, столкнувшись в подъезде с двумя незнакомцами в милицейской форме. Оба — майор и старший лейтенант — почему-то настороженно покосились в его сторону, вынося из квартиры объемистые ящики с видеотехникой. Лишь спустя несколько часов, когда стало известно о дерзкой квартирной краже, участковый догадался, кем на самом деле были встретившиеся ему милиционеры.

Ловких домушников задержали на следующий день. Они, разумеется, были уже в гражданской одежде и пытались продать за полцены золотые сережки с кулоном. Жулики сами поведали оперативникам о своей неудачной встрече накануне. Увидев вошедшего в подъезд участкового, они решили, что их приключениям настал конец. Но помог «маскарад» — милицейская форма. Участковый не решился остановить для проверки двух офицеров.

Наталья Малинкина — детектив МУРа с богатым опытом. В ее оперативной практике встречалось достаточно курьезов. Однажды задержание сыщиками удачливого домушника (при нем нашли атташе-кейс, набитый ювелирными изделиями) сохранило ему… жизнь. Дело в том, что за вором уже следили. Бандиты собирались под надуманным предлогом заманить богатого жулика в машину, вывезти тело за Кольцевую, а добычу разделить между собой.

— Задержали гастролера-домушника из Нижнего Новгорода, — рассказывает Наталья Малинкина. — Прелюбопытный был субъект. Он вел дневник похождений и охотно о них вспоминал. Как-то влез в квартиру — глаза разбежались: коробки с электроникой, сумки с дорогими вещами, сервизы. И все — упакованное, готовое к переноске. Хозяева, видимо, собирались уезжать. Только вор определил очередность выноса груза, как из дальней комнаты донесся женский голос; «Костя, это ты? Подойди, помоги кофту застегнуть». Домушник сначала перепугался, а затем, схватив несколько «аппетитных» сумок, тихо вышел из квартиры. Закрывая дверь, он слышал возмущенное ворчание. Хозяйка все еще ждала…

В другой раз вор попал в дом, где людей явно не было. Скорее всего, уехали в отпуск — квартира убрана, но на вещах и мебели уже слой пыли. Обшарил каждую комнату — ничего. Снова прошелся по уголкам — без результата. Что за чертовщина?

Достаток в доме есть, должны быть и ценности, но где? Измучившись бесплодными поисками, расстроенный домушник с тоской присел на кухне, закурил. Тут его и осенило. Он бросил взгляд на помойное ведро. Там лежал мусор, какие-то тряпки, обрывки бумаги. К чему бы хозяевам, уезжая на долгий срок, оставлять грязь? Вывалил содержимое на пол, и его даже в жар бросило. В полиэтиленовых пакетах аккуратно сложены золотые украшения, столовое серебро, деньги, валюта…

Как-то поймали группу домушников-гастролеров из Ростова-на-Дону. Нашли у них японскую профессиональную видеокамеру. Чья, откуда? Жулики утверждали, что вещь принадлежит им, куплена, дескать, на «честные трудовые». Однако в камере была найдена кассета с записью домашнего торжества, указывалась дата съемки, можно было увидеть детали обстановки комнат, кухни, лица хозяев и гостей. Ничего вразумительного по поводу отснятого фильма воры, естественно, сказать не могли. Сомнений, что камера краденая, у сыщиков не осталось. Но как узнать имена потерпевших, доказать факт преступления?

Просмотрели сотни телетайпограмм последнего месяца, где сообщалось о кражах видеотехники, наткнулись на похожую, позвонили предполагаемым хозяевам: «У вас украли три месяца назад видеокамеру?» — «Да». — «А на кухне у вас есть часы «Гжель» и кондиционер?»

Удивлению владельцев не было границ, пока сыщики не пояснили, чем объясняется их информированность об интерьере обворованной квартиры. Ведь мысленно хозяева уже распрощались с украденным.

Участь сыщиков такова, что они не только радуют потерпевших. Раскрытие преступлений для иных жертв оборачивается крахом надежд, горьким разочарованием.

Задержали мужчину с грудой ювелирных украшений. Тот долго отнекивался, потом попросил ручку и бумагу…

Накануне вечером он познакомился в ресторане с тридцатипятилетней женщиной, разговорились. Кавалер представился боевым офицером — полковником, на днях вернувшимся из Чечни. Пожаловался на нелегкую судьбу, неустроенность личной жизни.

Последнее обстоятельство показалось для женщины едва ли не самым важным. Она тоже одинока, живет с матерью-старухой, а годы уходят, семьи нет.

Она не была легкомысленной, но солидный и представительный полковник, вино и подходящее настроение сделали свое дело. Узнав, что «герою» негде переночевать, предложила свободную квартиру подруги-стюардессы. Тот уговаривать себя не заставил. Женщина предупредила мать телефонным звонком, что заночует у знакомых, и два одиноких сердца отправились утешать друг друга.

Утром она не решилась будить уставшего друга, оставила на плите завтрак, а на столе ключи и нежную записку с номером рабочего телефона. По нему-то сыщики и вышли на жестоко обманутую. Выслушав правду о своем знакомом, она молча подписала протокол опознания похищенных у подруги вещей и разрыдалась.

БОННИ И КЛАЙД. РОССИЙСКИЙ ВАРИАНТ

Они встретились в привокзальном кафе. Девушка с глазами полными грусти и молодой человек, внешне похожий на засидевшегося в академическом отпуске студента. Разговорились, познакомились и скоро поняли, что судьба не случайно свела их за одним столиком. В тот же вечер девятнадцатилетняя Татьяна О. — яркая дивчина, приехавшая в Москву из украинской глубинки, рассказала симпатичному приятелю невеселую историю столичных приключений.

На дискотеке она встретилась с веселой компанией отчаянных ребят. Хорошо одетые, не скупившиеся на угощение, обходительные… Так она стала подружкой одного из них и скоро догадалась об источниках доходов щедрых приятелей. Ребята были ловкими ворами, потрошившими квартиры москвичей с лихостью и умением. У них даже выработался специфический почерк. Татьяну, взятую в долю без колебаний, они оставляли «на шухере», а сами прозванивали подъезд, определяли пустые квартиры и в считанные секунды отжимали дверь воровскими фомками. Легкие ценности выносили с собой, а тяжелые дорогие вещи, чтоб не попасться, затаскивали на чердак, куда возвращались за добычей через несколько дней.

Кражи следовали вереницей. Они успевали за день обчистить по две-три квартиры. Жизнь для Татьяны превратилась в сплошные приключения. Утром щекочущие нервы посещения чужих домов, где она набирала себе всякой всячины, а вечером — гульба в ресторанах с дружками. Но…

Во время очередной кражи ребята нарвались на квартиру с сигнализацией. Поняли это сразу, но обнаруженные богатства заставили забыть об осторожности.

Когда по сигналу охранного устройства примчалась милицейская группа захвата, они как раз готовились уходить. Опоздали. Татьяна чудом избежала задержания. Услышала топот поднимающихся оперативников и тихо перешла через чердак в другой подъезд. Издали видела, как ее приятелей в наручниках загружали в машину.

Трогательная исповедь не оставила безучастным ее нового дружка Севу В. Он предложил стать ее «рыцарем». Устоять девушка не могла, они решили начать свое дело.

Для начала побывали на Птичьем рынке, где приобрели специнструмент — воровской плоский отжим для дверей. Потом потренировались, еще раз оговорили действия и отправились на промысел. Увы, Сева оказался не столь способным учеником. Вскрыть квартиру ему сразу никак не удавалось. Не хватало навыков, сил, а главное — решительности. Новоиспеченный жулик был, как говорится, робкого десятка.

Татьяна и этот удар судьбы перенесла мужественно и философски. Если Клайд оказался слабоват, его должна заменить Бонни… И девица меняется со своим партнером ролями. Теперь Сева стоит на «атасе», пока она нежными девичьими руками курочит чужую дверь.

Потихоньку дело наладилось. Не так, разумеется, как раньше, но одну-две квартиры в неделю они взламывали. Чтобы компенсировать низкий кпд, воры брали практически все. Не пренебрегали даже телевизорами отечественного производства. В «хозяйстве» и это пригодится.

Однажды позвонили в квартиру — ни звука. Отжали дверь, вошли, начали собирать ценности. Когда готовились уходить, в дальней комнате раздался шорох, покашливание, и неожиданно шаркающей походкой в коридор вышел старенький дедуля. Воры в ужасе замерли около баулов. Но дед, даже не взглянув в их сторону, прошел в туалет. Он оказался не только тугим на ухо, но и подслеповатым.

У этой идиллической истории не очень веселый конец. Жулики совершили в Выхине девять квартирных краж и уже собирались сменить место «дислокации», когда были взяты с поличным.

О похождениях Татьяна рассказывала охотно, вспомнила даже оригинальный сюжет. В доме, где они снимали квартиру, жила одинокая богатая женщина. Решили ее «пощипать». Позвали на чашку «чая», напоили. А пока разомлевшая дама почивала на диване, воры открыли дверь ее же ключами и вынесли все ценное. Когда пришедшая в чувство соседка обнаружила кражу, ей и в голову не пришло подозревать милых, сочувствующих ее горю молодых людей…

Любопытно, что после задержания выяснилось — Татьяна и Сева оба больны сифилисом. Кто кого заразил — Бонни Клайда или наоборот, по-видимому, навсегда останется тайной.

Еще одну историю, героем которой оказался домушник, рассказал Александр Чиченев. В прошлом году он поймал вора, на счету которого по меньшей мере 250 квартирных краж. Жулик совершил столько преступлений, что, когда его везли по улицам Москвы, он, как заправский гид, едва успевал говорить: «Повернитесь направо, вон дом с аркой, там на четвертом этаже квартира… На другой стороне улицы видите магазин «Ювелирные изделия»? Рядом подъезд. Там сразу две квартиры — на шестом и пятом этажах… »

Словоохотливым и памятливым «волшебник дверных замков» был, разумеется, не всегда, а лишь после того, как сыщик показывал ему «волшебную» чашечку. Такие делают в подземных переходах: на белых фарфоровых кружках печатают по заказу ваш собственный портрет, фотографию ребенка и прочее. На «волшебной» чашечке была фотография самого домушника и его дамы сердца. Взглянув на памятную кружку с изображением возлюбленной, он и начинал предаваться воспоминаниям.

Опытные жулики редко идут на дело без подготовки, не имея «наколки» или примерной ориентировки. Прежде чем выбрать адрес, они изучают газетные объявления, где публикуются телефоны продающих дорогостоящие вещи людей, получают нужные сведения от информаторов, ведут свои учеты и досье.

Именно такую группу воров-профессионалов задержали в столице сыщики Московского уголовного розыска. Жертвами жуликов оказывались только состоятельные люди — артисты, дипломаты, бизнесмены.

ЗАХЛЕБНУВШИЙСЯ РЕВУН

Они не разменивались по мелочам. Зачем залезать в вонючие коммуналки или тесные квартирки спальных районов? Кроме хлопот и нервотрепки, ничего не поимеешь. Другое дело дома в элитных кварталах центра Москвы, где живут богатые и одновременно беспечные люди.

Последнее обстоятельство, кстати, не раз облегчало задачу ворам-домушникам. В квартиру известной артистки, живущей на втором этаже дома по улице Качалова, они спокойно проникли через балкон. Дело в том, что кошка хозяйки пошла гулять, а артистка торопилась на дачу. Что делать в такой ситуации? Хозяйка нашла выход — оставила балконную дверь открытой. Сначала вернулась домой загулявшая киска, а следом за ней влезли охотники за чужим добром. Для них визит оказался весьма удачным, артистка оценила ущерб в десятки тысяч рублей.

На допросах воры утверждали, что залезали в квартиры без предварительной наводки. Просто выбирали подходящий дом и, дождавшись ночи, приступали к действиям. Поверить в это трудно. Скорее всего, они не хотели раскрывать секрета — выдавать имя наводчика. Потому что достаточно бегло взглянуть на список жертв, чтобы исключить экспромт в действиях жуликов.

В «послужном» списке домушников квартиры главного дирижера Большого театра Лавренюка, заслуженных артистов Йошпе и Рахимова, вдовы народного артиста СССР Садовской, парламентского корреспондента Би-би-си Слоним, народного артиста Андросова, артистки Мельниковой, главного ученого секретаря Российской академии наук Макарова, а также других менее титулованных, но весьма обеспеченных и почтенных граждан.

Технически проникать в квартиры было удобно. Жулики не занимались верхолазаньем, предпочитая нижние этажи. Сначала залезали на козырек подъезда или на балкон через пожарную лестницу, а затем вламывались в дом. Уходили они всегда через дверь, даже если был риск попасться. Объяснение простое — громоздкие вещи через окно как тащить? А тут — грузовой лифт или в крайнем случае широкая удобная лестница. Чтобы не быть голословным, упомяну, что у британской корреспондентки воры вытащили цветной ксерокс, у актрисы — холодильник. Перечислять же десятки видеомагнитофонов, цветных телевизоров, стереосистем, радиоприемников и другие «мелочи» не стану. Это само собой разумеющийся ассортимент, также как шубы, куртки, обувь, джинсы и костюмы.

Не брезговали они и менее значительными приобретениями. Захватывали ювелирные украшения, деньги, столовое серебро (хотя иной раз забирали и обычные мельхиоровые приборы), часы, сумочки, даже книги и фотографии. У дипломата похитили дорогой для него памятный снимок. На нем хозяин квартиры, работавший в шестидесятых годах послом СССР в Швейцарии, запечатлен с Никитой Хрущевым. Зачем домушникам понадобилась реликвия? А для чего они умыкнули из квартиры самые обыкновенные шторы?

Загадок и нестыковок в бурной деятельности жуликов хватает. Зато не приходится ломать голову над тем, каким образом им удавалось вывозить за раз такую прорву вещей. Дело в том, что хитрецы купили себе шикарный немецкий автоприцеп «Супер» — дом на колесах с ванной, туалетом, спальными местами и кухней. В этот передвижной склад воры загружали похищенное и с достоинством отбывали на новеньком «форде» в неизвестном направлении.

Группа состояла из жителей Североморска, что не мешало ей прекрасно ориентироваться в столице и конъюнктуре местного рынка. Часть краденого сбывали в столице, остальное возили в другие города — Уфу, Тулу.

Во многих случаях жулики проявляли незаурядную смекалку. Чего стоит, например, способ, которым они обезвредили автономную сигнализацию в одной из квартир. Ревун был прикреплен к дверям. Как только они открывались (а воры не собирались изменять привычкам — планировали вынести через двери все более-менее ценное), ревун подавал сигнал. Казалось, ситуация безвыходная, но домушники не растерялись.

Заранее рассчитав движения, они сорвали ревун с дверей, в несколько прыжков добежали до ванной, предварительно наполненной ими до краев кипятком, и бросили «сторожа» в воду. Звук мгновенно захлебнулся, а воры в привычном ритме завершили намеченное дело.

Сыщик Александр Яковлев, имеющий опыт встреч с домушниками, уверен, что этот вид преступного промысла затягивает. Изведав единожды азарт, схожий с чувствами охотника, уже нелегко остановиться. И домушник, вновь и вновь рискуя потерять свободу, а то и жизнь, отправляется в путешествие по чужим квартирам. Справедливо ли предположение — пусть решают психиатры и криминалисты. Но в подтверждение сказанного приведу еще один пример.

Вор, за плечами которого пять судимостей, признался мне, что в иных случаях специально выбирал практически неуязвимые квартиры. Как-то ему пришлось идти три метра по карнизу шириной двенадцать сантиметров, чтобы попасть в желанную квартиру на пятом этаже элитного дома.

Есть ли луч надежды в мрачной картине, рисуемой профессионалами-практиками? Можно ли защитить свое жилище? Сыщики уголовного розыска считают, что абсолютно надежного средства защиты нет. Полностью застраховаться от визита домушника нельзя. Но некоторые меры предосторожности сделают ваш дом менее уязвимым.

Почти стопроцентную гарантию безопасности дает установка охранной сигнализации. Даже если жулики и влезут в дом, они наверняка выйдут из него в наручниках. Добавив к этому металлические двери с сертифицированными запорами, можно воров не бояться. Вряд ли даже самые отчаянные и умелые домушники пойдут на столь высокий риск. Помогают в борьбе с квартирными кражами, особенно против малоквалифицированных воришек, установка домофона и металлической двери в подъезде.

Жителям первых и последних этажей сотрудники милиции рекомендуют обзавестись оконными решетками. Может, это не эстетично, но спокойствие за собственный дом гораздо важнее, чем внешний вид окон.

И последнее, что очень часто помогает в борьбе с домушниками. Следует познакомиться с соседями по лестничной площадке, узнать их в лицо. Если вы заметите посторонних, ковыряющихся в дверном замке соседей, то не довольствуйтесь объяснениями «двоюродного брата» или «племянника», приехавшего погостить. Немедленно сообщите о непрошеных гостях по телефону 02. Оперативная группа сотрудников милиции поможет установить подлинную степень родства.

И все же группы квартирных воров и технически одаренных жуликов не являются подлинными мастерами жанра. Настоящими «поэтами», предпочитающими искусство ради искусства, остаются домушники-одиночки, которых привлекает «романтика» ремесла, а не выгода и доходность мероприятий.

РОМАНТИК С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ

Если бы кто-нибудь решил провести конкурс среди жуликов, то двадцатилетний Виктор М., задержанный оперативниками Романом Зотовым, Александром Кухгеевым и Алексеем Нестеровым, наверняка мог бы претендовать на первенство. Житель подмосковного поселка Старая Купавна изобрел оригинальный и абсолютный способ проникновения в чужие квартиры. В арсенале вора были знание психологии людей, умение войти в доверие, ловкость и гроссмейстерская способность анализировать факты. Неповторимые «многоходовки» Виктор начинал на вокзале.

Жулик заранее покупал целое купе. Придя незадолго до отправления поезда, он направлялся в кассовый зал, где торгуют билетами. В очереди, нервно ожидающей удачи у окошка кассы, вор без труда вычислял состоятельных пассажиров и как бы случайно уступал им три лишних билета. Объяснял ситуацию просто: собирался ехать с женой и детьми, но младший ребенок заболел. Не повезло…

Зато те, на кого свалилось счастье, не знали, как вознаградить благодетеля. Тем более, что молодой человек оказывался сама любезность: билеты продавал по номиналу, помогал донести вещи до вагона, был вежлив и предупредителен, уступал женщинам нижнюю полку.

Когда проходило радостное возбуждение, попутчики незаметно втягивались в задушевный разговор. Что-что, а завязывать контакты Виктор умел. Скоро он уже отлично знал, кто из пассажиров живет в достатке, у кого дома есть видеоаппаратура, а кто предпочитает вкладывать сбережения в «непреходящие ценности» — ювелирные украшения и антиквариат.

Стучали колеса, пустели бокалы с душистым коньяком, которым угощал собеседников общительный молодой человек. Когда жизнь в вагоне затихала и пора было отходить ко сну, Виктор, с хорошо отработанной мимикой смущения, обращался к соседям по купе с просьбой: не могли бы они на минутку выйти в коридор? Ему, дескать, нужно переодеться. Ни у кого из попутчиков возражений не возникало.

Как только дверь в купе задвигалась, Виктор становился собранным и спокойным, словно хирург перед ответственной операцией. В считанные секунды он «пробивал» карманы одежды соседей. К жулику перекочевывали ключи от квартир. Одновременно он вытаскивал паспорта, запоминал адреса людей (Виктор, как отмечают сыщики, обладал Редкой зрительной памятью) и аккуратно клал документы на прежнее место. Когда попутчики возвращались в купе, их добрый гений уже посапывал на верхней полке.

Расставались с Виктором как с лучшим другом. Приглашали в гости, зазывали на вечерок вместе с семьей… Как только прощание заканчивалось, жулик, у которого в кармане был заранее приобретенный обратный билет (на этот раз в единственном экземпляре), торопился на поезд в Москву. Впереди ждал непочатый край «работы»…

Прибыв в столицу, он прямо с вокзала брал такси, называл водителю адрес. Естественно, один из тех, что был у его попутчиков. Приехав к дому, просил таксиста подождать несколько минут, суля щедрое вознаграждение. Забегая вперед, скажу, что обещания жулик выполнял. Выдавал терпеливым водителям вместо денег кожаные куртки, дорогой коньяк, парфюмерию. Однажды, найдя в чужой квартире изысканные деликатесы, Виктор не удержался от соблазна и… всю дорогу до дома (уже своего собственного) объедался с таксистом бутербродами с черной икрой.

Случалось, что, набегавшись по чужим квартирам, уставший жулик устраивал «привал» в приглянувшемся ему доме. Он принимал ароматическую ванну, хорошо закусывал, лениво поглядывал на экран телевизора, как следует отсыпался на тонком постельном белье.

Жертвами вора были коммерсанты, работники торговли, директора предприятий. В объемистую сумку он складывал все самое ценное и… понравившиеся ему ножи. К ним жулик питал слабость, особенно к «выкиду-хам» — ножам с выкидными лезвиями. Действовал Виктор чисто, никаких эксцессов не допускал. Но как-то раз случилась накладка. Уж очень богатая попалась квартира, одного «посещения» оказалось недостаточно.

Набрав за первую ходку ценностей, жулик решил вернуться еще раз. Правда, возникло сереьзное препятствие. У вора было правило, покидая обчищенную квартиру, перед тем как захлопнуть за собой дверь, швырять в прихожей ключи: такой, понимаете ли, заключительный штрих «мастера». Не стала исключением и понравившаяся квартира.

Казалось, попасть туда, не имея ключей, будет трудновато. Но изобретательный ум мошенника подсказал отличный ход. Зная, что хозяин квартиры вернулся и наверняка горюет об украденных вещах, жулик написал ему записку: «Ценности верну в обмен на 2000 долларов. Жду через полчаса у памятника Маяковскому». Прикрепив записку к двери, он позвонил в квартиру.

Дождавшись, когда из подъезда торопливо выскочил хозяин с «дипломатом», вор обратился к работавшим во дворе малярам: «Ребята, одолжите лестницу на пять минут. Вышел к соседям, а дверь захлопнулась… »

Строители с прибаутками предоставили «растяпе» лестницу, и Виктор спокойно влез через балконную дверь второго этажа в облюбованную квартиру. Но стоило сделать шаг, как он увидел пожилую мать хозяина. «Не бойся, бабка, ты мне не нужна», — успокоил жулик, запирая ее в ванной. Увы, на этот раз Виктору не повезло. Видимо, щеколда оказалась недостаточно прочной. Когда он уже собирался покидать дом с очередными «подарками», женщина выскочила на балкон и подняла крик: «Держите вора!»

Пришлось бросить сумку с вещами и уносить ноги. Погоня, организованная все теми же услужливыми малярами, не удалась. За углом жулика ждала машина. Прыгнув в нее, он был таков.

Глава 8

ЖУЛИКИ И СУПЕРЖУЛИКИ

В галерее уголовных типов Москвы мошенники претендуют на специальный «зал славы». Нигде в России нет такого скопления последователей «сыновей лейтенанта Шмидта». В столицу они съезжаются со всей страны. Потому что знают: здесь наверняка сумеют найти способы реализовать криминальные таланты.

Сыщики, работающие в горячих точках города, ежедневно сталкиваются с уголовными кудесниками. Это и фантастически ловкие карманники, обчищающие кошельки сограждан не прерывая их дум, и мастера лома и отмычки, легко справляющиеся с самыми хитроумными дверными секретками, и ломщики валюты, караулящие лохов около обменных пунктов. Кажется, оперативников удивить невозможно. Однако…

АЛМАЗ ИЗ КНИГИ ГИННЕССА

Жители Узбекистана Петр и Павел Н. в Москве обосновались недавно. Родные братья выросли в хорошей семье. Отец — прекрасный врач, уважаемый человек — хотел дать сыновьям образование, обеспечить их будущее. Но детки по стопам главы семейства не пошли и выбрали иное поле деятельности. Причем достигли немалых успехов.

Один из братьев, по свидетельству оперативников, был несомненным уникумом. Ловкости его рук впору позавидовать цирковому артисту. Прямо на глазах оперативников Александра Токаревского и Андрея Глухова жулик сумел выдернуть из пачки долларов сотенный банкнот, за мгновение скатать его в трубочку и просунуть в незаметную дырку в подкладке пиджака. Сотенную, конечно, нашли и приобщили к материалам дела, но искать ее пришлось довольно долго.

Сам «чародей» признался, что для поддержания формы он ежедневно час-другой тренируется, развивая ловкость рук и гибкость пальцев. Именно эти качества позволили двум жуликам совершить кражу, которую вполне можно занести в Книгу рекордов Гиннесса.

Братья использовали старый как мир способ — подкидывали лохам деньги. Схема мошенничества проста и легко распознаваема. Но когда фокус проделывают настоящие мастера, попасться могут даже осторожные и неглупые люди. К их числу принадлежал бизнесмен из Армении, которого жулики сумели обвести вокруг пальца.

Неизвестно, как бы завершилась история, если бы не сотрудники СОМа. Братья подешевке предложили им украденный у бизнесмена бриллиант и платиновое кольцо. Причем бриллиант был необыкновенной величины. По самым скромным оценкам, девятикаратник тянул не меньше чем на 100 тысяч долларов. Таких драгоценных камней нет даже в каталоге. Воры же просили за него лишь 24 тысячи…

Доставленные в отделение милиции мошенники вынуждены были во всем признаться. Не из-за раскаяния, конечно, и не из-за того, что их замучила совесть. Просто среди вещей, найденных в «дипломате», оперативники нашли пачку визитных карточек и связались с хозяином по телефону. Не верящий счастью бизнесмен немедленно примчался в милицию. После того как потерпевший опознал жуликов, вопросы были сняты.

А недавно энциклопедия мошенничества пополнилась очередным редким способом овладения чужими деньгами. Придумал его бомж из Томска. Он добывал средства к существованию, используя скромные познания в области… разведения домашних животных.

Началась история с телефонного звонка, раздавшегося в квартире заводчицы пекинесов Соколовой:

— Алло! Татьяну позовите, пожалуйста.

— Слушаю вас, — ответила хозяйка.

— Я по поводу объявления в газете «Из рук в руки», — вежливо объяснил молодой мужчина. — Вы продаете щенков пекинеса?

— Да, — обрадовалась хозяйка, так как, несмотря на ее усилия, желающих приобрести щенков найти не удавалось.

— Как хорошо, — удовлетворенно произнес собеседник, — мне нужен элитный щенок. Давно разыскиваю. У вас еще остались?

Услышав утвердительный ответ, мужчина поинтересовался:

— Хотелось бы взглянуть на собачек. Позволите?

— Конечно, — согласилась заводчица, — приезжайте когда удобно.

— Я готов сегодня. Расскажите, как вас найти…

Хозяйка щенков жила довольно далеко. Квартира находилась на окраине Москвы, в Медведкове. Но это нисколько не смутило покупателя. Он записал адрес, внимательно выслушал пояснения заводчицы — в какой вагон метро лучше садиться и на какую сторону выходить, поблагодарил и обещал быть через полтора часа.

В назначенное время в дверь позвонили. Открывать гостю, помимо хозяйки, бросился целый выводок тявкающих лохматых собак.

Убедившись, что за дверью стоит тот самый молодой мужчина, заводчица загремела замками. На пороге появился симпатичный, скромно одетый юноша с небольшой спортивной сумкой в руке.

— Игорь, — с улыбкой представился он. — Ах какая прелесть! — Последнее замечание отнести на свой счет хозяйка не могла. Гость нагнулся к собакам и восхищенно разглядывал заливающихся лаем пекинесов.

— Не снимайте обувь, — смущенно произнесла хозяйка квартиры. — У нас из-за малышей не прибрано…

Они прошли в комнату. Женщина включила свет, чтобы покупатель мог получше разглядеть ее питомцев. Молодой человек был в восторге от собак. Он ласково играл с ними, делая по ходу профессиональные замечания об экстерьере и повадках.

— Очень здоровые и живые собачки, — подвел он итог внешнему осмотру животных.

Хозяйка улыбнулась, понимая, что комплимент косвенно относится и к ней. Между тем молодой человек вынул блокнот с ручкой и записал режим кормления и другие особенности содержания собак. Заводчица охотно поделилась информацией с будущим владельцем. Незаметно они перешли к более общим темам. Поговорили о пекинес-клубе «Золотой лотос», проблемах российских кинологических организаций. Гость называл имена известных заводчиков и председателей клубов. Он даже показал хозяйке несколько визитных карточек знаменитых столичных собаководов. Причем сделал это между прочим, как бы намекая, что имеет большие связи среди заводчиков Москвы.

— Знаете, — заявил вдруг молодой человек, — я в восторге от ваших собак. Если хотите, я попробую пристроить остальных щенков.

Хозяйку перспектива обрадовала, так как продажа пекинесов — дело непростое и хлопотное.

— Да, — продолжал гость. — По работе мне предстоит командировка в Саратов. Там знакомые люди давно просили купить элитных щенков. У вас ведь есть документы?

— Конечно, — засуетилась хозяйка, — надо было сразу показать.

Женщина выдвинула ящик письменного стола, где, помимо дипломов, грамот с выставок и паспортов, полученных пекинесами-производителями в клубе, лежали другие ценности. Гость успел заметить находившиеся в том же ящике сберкнижку и несколько сотенных купюр.

— Документы в полном порядке, — подвел итог осмотру молодой человек. — Решено. Завтра я приеду на машине и возьму трех щенков. Цены у вас клубные?

— Да, четыреста долларов за щенка.

— Меня устраивает, — без колебаний согласился гость и, повернувшись к собакам, снова восхитился: — Какая прелесть! Наверное, они отлично выглядят на экране. Вы не пробовали снимать видеофильм?

— Камеру мы недавно купили. — Хозяйка достала новенькую видеокамеру «SONY». — Только начали снимать. Хотите посмотреть?

— Давайте завтра, с удовольствием. А сейчас, не сочтите за труд, налейте чашечку чаю…

— Ой, — искренне смутилась хозяйка.

Она убежала на кухню и загремела посудой. Оставшийся наедине с собаками гость преобразился. С его лица исчезла умильная улыбка, он перестал замечать снующих рядом псов. Молодой человек быстро достал спрятанную в шкафу видеокамеру «SO№Y» и сунул ее в сумку. Туда же положил деньги и ценности, найденные в ящике письменного стола.

Улов оказался неплохим. В шкатулке, лежавшей рядом с дипломами и паспортами собак, хранились золотые украшения хозяйки — два кольца, цепочка с кулоном, сережки и серебряный браслет старинной работы. К ним он добавил и сберегательную книжку…

Оглядевшись еще раз и не заметив ничего интересного, молодой человек вышел в коридор и произнес извиняющимся тоном:

— Прошу прощения, надо срочно бежать. Совсем забыл, меня знакомая ждет в клубе «Сфера». До завтра! Я позвоню предварительно…

Он закрыл за собой дверь, не дождавшись реакции хозяйки, оставшейся стоять посреди кухни.

Молодой человек быстро дошел до метро и отправился в центр. Доехав до «Кузнецкого моста», он поднялся наверх и встал у входа в «Детский мир», сжимая в руках коробку с видеокамерой.

— «SONY» недорого, — предлагал он негромко проходящим мимо людям. — Могу уступить по сходной цене новую видеокамеру…

Некоторые из прохожих останавливались, но, услышав цену, отходили.

Нет, собаколюб лишнего не просил, просто у кого из случайных прохожих могут оказаться лишние триста «зеленых»? Молодой человек уже собирался уходить, когда к нему подошли двое парней в коротких куртках.

— Почем «сонька», браток? — обратился один из них к продавцу видеокамеры.

Услышав ответ, парни переглянулись и, предъявив со-баколюбу удостоверения сотрудников уголовного розыска, пригласили пройти в ближайшее отделение милиции. После того как из сумки молодого человека в присутствии понятых изъяли ювелирные изделия, деньги и сберегательную книжку на имя Татьяны Соколовой, собаколюб тяжело вздохнул и попросил бумаги для «чистосердечного признания».

Конечно, все детали похождений неоднократно судимый Игорь В. рассказать «постеснялся». Но то, что услышали сыщики Алексей Лазарев, Андрей Володин и Сергей Кузьмин, впечатляло новизной и оригинальностью.

Жулик приехал в Москву из Томска, где отбывал срок за кражу. Средств к существованию не имел и решил воспользоваться старой как мир «отмычкой», открывающей многие сейфы и кошельки, — доверчивостью наивных сограждан. Оригинальный способ — отрекомендовываться любителем домашних животных — подсказало ему увлечение собаками. Он прочел много специальной литературы и поговорить на эту тему мог запросто даже с подготовленным собеседником. Дальше — по схеме…

Уже первый визит, к владелице американских кокер-спаниелей, телефон которой он отыскал в колонках объявлений газеты «Из рук в руки», подтвердил правильность выбора. Вор утащил из дома женщины не только деньги и ценности, но и визитные карточки известных московских собаководов.

Впоследствии они действовали как подтверждение его связей с кинологами столицы.

Далеко не каждый визит приносил доход. Иной раз осторожные хозяева не спускали с незнакомца глаз и не давали ему возможности поживиться. Как-то раз в доме с немецкой овчаркой жулик остался в комнате один. Но при первой же попытке влезть в шкаф, где он заметил ювелирные изделия и антиквариат, овчарка без предупреждения тяпнула вора за руку.

Случались и курьезы. Однажды очарованная обходительным молодым человеком хозяйка ощенившейся таксы предложила взять щенка сразу. Деньги за собачку доверчивая женщина готова была принять на следующий день. Жулик благородно отказался. Зачем ему такса, если он успел стащить из квартиры 200 долларов и лисью шапку?

Теперь у жулика не скоро будет возможность использовать криминальный талант. Зато у него появится много времени для чтения специальной литературы и углубления знаний кинологии.

ПОТЕРПЕВШИХ ОТПАИВАЛИ ВАЛЕРЬЯНКОЙ

Мошенники могут отличаться масштабами деятельности, дерзостью замыслов, интеллектом и технической подготовленностью. Но объединяет их умение безошибочно отыскать жертву и заставить ее поверить самым невероятным байкам.

У метро «Теплый Стан» сотрудники МУРа задержали нетрадиционных жуликов, успешно морочивших голову доверчивым согражданам с помощью сотового телефона.

— Аферисты останавливали прохожих, — рассказал заместитель начальника отдела МУРа Александр Бражников, — и предлагали открыть «благотворительный» счет в банке. При этом внесенная сумма якобы автоматически увеличивалась вдвое. Наивные жертвы вносили деньги, а взамен получали «подлинную» квитанцию. Филькины грамоты мошенники снабдили гербовыми печатями и красивыми голограммами. Для убедительности клиентам тут же предлагалось позвонить по мобильному телефону, чтобы сообщить «служащим» паспортные данные и записать адрес мифического банка. Сотовый телефон и внушительного вида квитанции действовали на простаков магически.

Число обманутых исчислялось сотнями…

Похожая группа жуликов была задержана у метро «Третьяковская». Двадцать восемь человек, распределив роли и представляясь организаторами благотворительных лотерей, облегчили карманы наивных сограждан на 28 тысяч рублей и 3, 5 тысячи долларов.

Кажется, всем известно про бесплатный сыр и мышеловку. Однако даже осторожные и недоверчивые люди, почувствовав аромат желанной халявы, очертя голову бросаются на приманку и попадают в западню.

Некая дамочка преклонного возраста для собственного обогащения использовала патологическую наивность граждан, которые, заплатив поменьше, стремились, естественно, получить побольше.

Аферистка представлялась ответственным работником мэрии Москвы и бралась обеспечить желающих квартирами в элитных домах индивидуальной планировки. Страждущих особенно привлекало то, что их знакомая обещала льготы при покупке жилья. Она, дескать, знает, к кому подойти и что сказать…

Опыта мошеннице было не занимать. Еще в советское время она сидела в Таджикистане за хозяйственные преступления. Отметилась дамочка и в перестроечный период — находилась под следствием по знаменитому «узбекскому» делу. Даже провела год в тюрьме «Матросская тишина». Вышла на свободу по амнистии и… осталась в Москве.

История умалчивает, на какие средства существовала аферистка последние годы. В поле зрения МУРа она попала недавно, когда развила бурную «риэлторскую» деятельность.

Общительная, умевшая расположить к себе людей, она легко входила в доверие и намекала, что имеет отношение к закрытой жилищной программе Правительства Москвы. Заинтересовав потенциальных клиентов, она становилась другом семьи. Приходила вечерами «на огонек», оказывала знаки внимания по принципу «детям — мороженое, бабе — цветы», не забывала поздравить с праздниками.

Когда клиент «дозревал», мошенница делала предложение: могу помочь.

Чтобы окончательно заморочить голову, звала съездить на смотрины — выбрать квартиру по вкусу. Особенно любила два строящихся элитных комплекса на Рублевском шоссе и Зоологической улице, где стоимость метра жилой площади доходила до двух тысяч долларов. На объект «новоселы» попадали без препятствий. Тем более, что их спутница козыряла удостоверением столичной мэрии.

— Нравится? — спрашивала аферистка медовым голосом и, услышав в ответ восхищенные «ахи» и «охи», предлагала: — Могу помочь. Для вас — постараюсь подешевле.

Нет, не перевелись еще лохи на Руси!

Как установило следствие, жертвами аферистки стали 16 человек. И не какие-то там полуграмотные и далекие от жизни обыватели. А самые что ни на есть искушенные в бизнесе и праве люди. Так, один из руководящих сотрудников «Альфа-банка» передал благодетельнице 72 тысячи долларов, другой удачливый бизнесмен вручил 80 тысяч долларов…

Мошенница взамен полученных денег выдавала написанные от руки записки. Причем для пущей убедительности делала это прямо в здании мэрии на Тверской, 13. Встречала клиентов у подъезда, заводила их в здание и махала перед лицом милиционера ксивкой: «Эти люди — со мной!» После такой демонстрации даже маловеры с легким сердцем расставались с плотными пачками баксов.

Всего аферистка прикарманила около полумиллиона долларов. Куда они исчезли — остается загадкой. Оперативники среди вещей арестованной не нашли ни единого доллара.

Большинство клиентов до последнего момента верили в честность знакомой. А когда узнавали горькую правду, то многих, по свидетельству сыщика Олега Ферапонтова, приходилось отпаивать валерьянкой…

По аналогичной схеме работала аферистка, обещавшая устроить по низкой цене покупку автомобилей. Она представлялась коммерсанткой, заключившей контракт с известной фирмой «Лада-Фаворит». Так же как и лжери-элторша, мошенница назначала встречу с клиентами в офисе фирмы, получала деньги для оформления документов и исчезала. За несколько лет «коммерсантка» надула десятки любителей кататься подешевке.

Махинации с автомобилями всегда привлекали жуликов. В советское время, когда обладатель легковушки считался счастливейшим из смертных, мошенники целые спектакли разыгрывали, чтобы надуть покупателя «Волги» или «Жигулей».

В восьмидесятых годах в Москве действовала группа, торговавшая «счастливыми» лотерейными билетами. Во главе ее стоял вор в законе Лысак, обладавший исключительными организаторскими способностями. Найдя потенциального покупателя автомобиля, он предлагал ему выигрышный билет лотереи ДОСААФ, по которому можно получить новенькую «Волгу».

Интересно, что лотерейный билет был настоящим. Его подделывать никто не собирался. Фокус заключался в другом. Жулики подделывали… выигрышную таблицу, которую печатала газета «Труд».

Как рассказал начальник уголовного розыска Московской области Юрий Торопин, занимавшийся тем громким делом, Лысак и его компаньоны действовали наверняка. Через своих людей они изготавливали типографским способом страничку газеты с выигрышной сеткой, а затем отправлялись в сберкассу, где для удобства граждан в специальной папке подшивались итоги лотерей. Подлинный лист без труда заменялся фальшивым. Причем подлога никто не замечал. Ведь единственное изменение выигрышной сетки касалось одного «пустого» билета — того самого, который лежал в кармане Лысака.

Личное средство передвижения являлось дефицитнейшим товаром, за который охотно платили и переплачивали. Поэтому жулики с жертвой не церемонились. И требовали за «золотой» билетик двойную цену. При этом дороговизна покупателей не смущала. Как раз наоборот. Подтверждала, что речь действительно идет о выигравшем купоне.

Проведя соответствующую подготовку, мошенники назначали лоху встречу с обладателем виртуального автомобиля. По замыслу «режиссера», это мог быть геолог, которому личная машина вроде как и ни к чему, или пенсионер, для которого эксплуатация машины была слишком обременительна. Роль хозяина билета, естественно, мастерски играл один из мошенников.

Встреча проходила в определенном месте, недалеко от той самой сберкассы. Когда условия сделки были полностью оговорены, покупателю предлагали проверить подлинность билета по выигрышной таблице. Кто-нибудь из мошенников обращался к «случайному» прохожему с вопросом: «Где здесь ближайшая сберкасса?» И получал искомый ответ. После чего вся компания на машине или пешком отправлялась на соседнюю улицу. (И этот момент был продуман: сберкасса находилась не рядом, а чуть в стороне, чтобы покупатель не почувствовал подвоха.)

Открыв скоросшиватель с потрепанными газетными листами, лох искал в таблице отпечатанные на «счастливом» билетике цифры: номер и серию. Затем вел пальцем вправо и видел в графе «выигрыш» волшебные слова: «автомобиль «ГАЗ-24».

Фокус с таблицей срабатывал безотказно. Выйдя из сберкассы, лох, которого для надежности иногда сопровождали два-три родственника, без колебаний отдавал деньги — целое состояние — за абсолютно бесполезный клочок бумаги…

«Кидки» на машину происходили и при иных обстоятельствах. И с другими действующими лицами.

Начальник столичной криминальной милиции Василий Купцов вспомнил интересный эпизод 1977 года, когда он был еще не генералом, а простым опером. В отделение милиции обратился гражданин Габидава с просьбой восстановить справедливость и покарать зло. Он отдал за белую «Волгу» 18 тысяч рублей, а взамен получил… Ну, вы догадываетесь, что именно.

Сотрудники уголовного розыска быстро вышли на мошенников. Один из них, кстати, работал милиционером в вытрезвителе Бауманского района. Но не этим объяснялась наглость, с которой действовали кидалы. (Они продали «Волгу» дважды — второй раз за ту же сумму и с тем же «успехом» для покупателя.) Выяснилось, что подельником милиционера был зять генерала КГБ — руководителя 9-го главка, известного своим влиянием.

Оперативников это не смутило. Поехали на Рублевку, где проживали генерал и его непутевый зять. Чтобы пройти на дачу, сыщикам пришлось созваниваться с комендантом Кремля, а уже потом объясняться с охранниками, контролировавшими въезд на госдачи. Эти препятствия оперов не смутили, и в тот же вечер зять-мошенник оказался в камере, где быстро написал добровольное признание.

Правда, уже рано утром к скромному отделению милиции, где служил Купцов, подкатила кавалькада черных «Волг» с центральными фарами. Тесть, в парадной генеральской форме, поспешил на выручку задержанного зятя.

В то утро ему не удалось вытащить проходимца. Но дело в конце концов спустили на тормозах. Мошенника освободили, а Габидава при невыясненных обстоятельствах попал в тяжелейшую автокатастрофу. Он чудом выжил, а его знакомая, ехавшая рядом в салоне машины, получила смертельные травмы и скончалась на месте. В те времена всякое случалось…

Жертвами жуликов, к сожалению, становятся не только взрослые. Сотрудники МУРа задержали двух циничных мошенниц, которые для достижения целей рисковали не только здоровьем, но даже жизнью доверчивых детей.

КЕМ ЖЕ БЫЛ НАПОЛЕОН?

Живописная парочка не могла не привлечь внимания. Молодая девица с торчащими ежиком ярко-красными волосами отрешенно восседала на стоящей посреди тротуара урне. Вторая барышня, щуплая, облаченная в джинсовые тряпки брюнетка лет восемнадцати, пыталась поднять подружку с места, тянула ее за руку и громко отчитывала, не стесняясь в выражениях и не реагируя на укоризненные взгляды прохожих.

— Может, чем помочь? — обратился к старшей барышне Сергей Гуров.

Та на мгновение прекратила материться, посмотрела по сторонам и, ответив что-то невнятно грубое, снова взялась за дело:

— Вставай, дура, или в ментовку захотела?

Последнее предложение вряд ли соответствовало действительности, однако оно оказалось провидческим. Сыщик Сергей Гуров положил руку на плечо сидевшей на урне девице (иначе она оказалась бы в растекшейся рядом луже), а другой рукой показал подруге красные «корочки»:

— Ваши документы, пожалуйста.

— Ты чего, мент, от безделья маешься или на водку не хватает?

Подруга была явно не из пугливых. Но официальный тон оперативника и удостоверение возымели действие. Она нехотя полезла в карман джинсовой куртки и вытащила пачку мятых купюр.

— Ну что привязался? — ворчливо проговорила барышня. — На. Возьми на бутылку. — Рука в перчатке, сжимавшая деньги, потянулась к карману сыщика.

Девицы могли оказаться обыкновенными загулявшими путанами или челночницами, отмечавшими удачную реализацию товара. Но проверить у них документы сыщики решили обязательно. А после попытки откупиться «на бутылку» личность девиц заинтересовала всерьез. Старший группы Вадим Васин решил доставить барышень в отделение милиции.

Едва услышав о предстоящем путешествии в «контору», трезвая девица занервничала. Она покрутила головой, сделала шаг в сторону и попыталась стащить с руки лайковую перчатку. Уловка была замечена, а нервозность Веры Широковой (так звали бойкую подружку) легко объяснилась: в перчатке она прятала целый набор золотых ювелирных украшений — два кольца, кулон и цепочку. Вторая девица, оказавшаяся шестнадцатилетней Анной Куликовой, реагировала на происходящее плохо и путь до отделения милиции проделала как сомнамбула, механически передвигая ноги и невпопад отвечая на вопросы.

Примерно также вели себя задержанные в отделении. Куликова норовила упасть со стула, будто отстояла без сна две ночные смены кряду. А Широкова врала и дерзила: «Я через два часа отсюда выйду и плевать буду в вашу сторону. Что вы к золоту привязались? Купила я его, в электричке у цыган за две сотни взяла. Чего? Прав не имею трудовые потратить? Да я за них дояркой три месяца спину гнула… »

На доярку Широкова была похожа не больше, чем мать Тереза на крупье валютного казино. Еще меньше вписывался в легенду о нелегком труде мастерицы машинного доения пустой флакон из-под клофелина, обнаруженный в кармане Широковой. Улыбки, которые объяснение «доярки» вызывало у оперативников СОМа, ее нисколько не сбивали. Она продолжала нести околесицу и демонстративно поглядывала на часы: мол, некогда мне ерундой заниматься.

Куликова, в силу своего физического состояния, собеседником была никудышным. Но на вопрос о происхождении золота ответила: бабушкино, подарок ей, любимой внучке. Это разночтение, а также выяснившиеся после проверки паспортных данных две судимости Широковой все же привели к логически закономерному результату. Через три часа беспросветного вранья и хамства Вера Широкова неожиданно махнула рукой, взяла в зубы сигарету и, закинув ногу на ногу, произнесла: «Офицеры, угостите даму спичкой».

Последовавший затем рассказ «дамы с клофелином» удивил даже оперативников СОМа, повидавших на московском дне немало жулья и проходимцев.

«Повезло мне сегодня, — думал Володя Федоров, гордо вышагивая впереди двух молодых девиц. — По русскому к доске не вызывали. А после уроков — такое… »

Третьеклассник действительно был ошарашен свалившейся на него удачей. Он даже портфель бросил возле школы, где к Володе подошли девушки «с телевидения». Та, взлохмаченные рыжие волосы которой делали ее похожей на клоуна, крутила на пальце связку ключей.

— Мальчик, ты ничего не выронил?

Володя хлопнул себя по карману куртки — его ключи были на месте.

— Нет, у меня порядок.

Рыжая бросила взгляд на стоявшую рядом тихую подругу и неожиданно предложила:

— В телевизионном конкурсе участвовать хочешь?

Девушка развернула перед удивленным школьником захватывающие дух перспективы. На первом этапе — ответы на вопросы анкеты. В случае положительного результата — продолжение конкурса. Для мальчиков предусмотрены компьютерные игры, а набравшие наибольшее количество очков награждались ценными призами и поездками за границу с родителями. От такого подарка судьбы отказаться было нельзя. Володя, не веря собственному счастью, закивал:

— Я согласен, что нужно делать?

— Для начала необходимо согласие старших, — твердо произнесла рыжая. — У тебя есть кто-нибудь дома?

Услышав отрицательный ответ, девушка переглянулась с подругой и, на радость мальчика, произнесла:

— Ничего страшного. Пойдем к тебе домой. Пока будем ждать родителей, ты заполнишь анкету и расскажешь о себе. А мы на телестудию позвоним, сообщим, что одного кандидата уже отобрали.

Мальчик открыл дверь своим ключом и сделал рукой приглашающий жест: заходите. Гостьи вели себя скромно. Разделись в прихожей, осмотрелись.

— Пойдем на кухню, сядем, опросник заполним.

Володя слегка волновался: вдруг вопросы будут слишком сложные? Но, услышав несколько из них, успокоился. Никаких проблем. Разве он не знал, кем был Наполеон? Или что означает Н20?

Он немного замешкался, когда его спросили о пробах на металле. Но тут снова повезло. Вторая подружка задала наводящий вопрос:

— Не торопись, Володя, вспомни — у мамы есть ювелирные изделия? Принеси, я тебе подскажу.

Мальчик бросился в комнату, где стояла шкатулка с ювелирными украшениями. Через мгновение вернулся на кухню, сжимая в руках кольца, сережки и кулон на золотой цепочке.

— Смотри, — рыжая девушка жадно схватила колечко с камнем и поднесла его к свету, — видишь клеймо на внутренней поверхности? Это и есть проба. Она ставится на драгоценных металлах, чтобы отличить их от подделок.

На вопрос о том, где наносятся водяные знаки, Володя ответил уже без подсказки. Даже сообразил привести наглядный пример. Вытащил из тайничка на книжной полке, где родители держали деньги, несколько сотенных банкнотов.

— Вот, — мальчик приложил купюру к оконному стеклу, — здесь водяные знаки видны. Раньше Ленина рисовали, — добавил он со знанием дела.

Пока рыжая девушка задавала другие вопросы, ее подруга несколько раз выходила из кухни, осматривала квартиру.

Володя ничего не замечал. Он только огорчился, что гостьи вдруг засобирались и не захотели выпить чаю. Хотя ему стакан приготовили, он тоже пить не стал.

Напоследок мальчик проводил благодетельниц до автобусной остановки. Девушки шли молча, ни о чем больше не спрашивали. Увидев стоявших на улице трех школьниц младших классов, рыжая взяла Володю за плечо:

— Ты способный мальчик, мы включаем тебя в конкурс. Завтра придем в школу еще раз, подробно расскажем, куда и когда приехать. А теперь — иди домой, дожидайся родителей. Беги… — Она легко подтолкнула его и направилась к безмятежно болтавшим о чем-то школьницам.

Подружки составили криминальный тандем не сразу. Вера Широкова прибыла в Москву после очередной отсидки за кражу из магазина. Возвращаться на зону не хотелось, поэтому она старалась не лезть на рожон и с профилем деятельности не определялась довольно долго. Найти свое кредо в столице помогла ей землячка, путанившая на Тверской. Узнав, что Широкова только «откинулась», подружка решила показать ей «настоящую» жизнь.

В тот период карманы путаны жгли шальные 18 тысяч рублей. Не раздумывая, она пригласила приятельницу в казино ночного клуба «2x2», выделив Вере на расходы ни много ни мало восемь тысяч. Тот вечер, по словам Широковой, запомнится ей на всю жизнь. Еще бы, все восемь «кусков» она просадила, играя в рулетку и потягивая легкие коктейли. (Кстати, Широкова не курит и не пьет, так как на зоне, куда, по собственному признанию, она рано или поздно вернется, ей здоровье очень даже пригодится). Когда под утро возвращались, Вера поинтересовалась у благодетельницы: откуда деньги? Та лукавить не стала, поведала, как опоила клофелином состоятельного клиента. Риска никакого, убеждала она, зато навар — сама видишь.

Услышанное Широкова взяла на заметку. И когда позже она повстречалась с шестнадцатилетней Анной Куликовой, имевшей опыт манипуляций с клофелином, то технология обмана выработалась сама собой. Любопытно, что Куликова пожаловала в столицу с двенадцатилетней сестренкой из Ленинградской области, где за ней числился не один грешок.

Компаньонки действовали очень ловко. Расчет делался на детскую психологию, наивность школьников и повальное увлечение всевозможными телевикторинами и конкурсами. Подружки подходили к школьному двору, когда заканчивались занятия в младших классах. У одной из них в руках болтался брелок с ключом. Мошенниц интересовали малыши, которые отзывались на вопрос: не теряли ли они ключ? Это означало, что дети идут домой самостоятельно и в квартире их никто не ждет. Дальнейшее шло по описанной выше схеме. Если ребенок проявлял нервозность или мешал девицам лазить по квартире, его под благовидным предлогом поили чайком, основательно сдобренным клофелином.

Интересно, что взяли воровок в тот день, когда они совершили сразу две кражи. Первую из квартиры Володи Федорова, вторую из дома девочки, повстречавшейся на обратном пути около автобусной остановки возле той же школы в Медведкове.

На свою беду, десятилетняя Наташа Козленкова оказалась чересчур подозрительной. Она согласилась участвовать в «конкурсе», привела мошенниц в квартиру, но затем почувствовала неладное, занервничала, стала присматриваться к «телевизионщицам». Тогда Широкова угостила ребенка чаем, после чего Наташа впала в сонливость и перестала представлять опасность. Правда, мошенницы допустили оплошность. По невнимательности того же чайку попила и Куликова. И последствия чаепития обернулись для подружек роковым образом.

Мошенницы признались в восьми эпизодах. Они детально рассказали о подвигах, не упуская курьезных деталей. Как-то им попалась доверчивая парочка школьников — брат с сестрой. Идея поучаствовать в телеконкурсе была встречена с энтузиазмом, зашли в дом, начали работать с анкетой, но… Мальчик оказался слишком прилипчивым и не отходил от Широковой, выполнявшей роль экспроприатора, ни на шаг. Куликова пошла на уловку: «Гриша, у меня голова разболелась, сходи за анальгином». Воровка выдала ребенку пятьдесят рублей: «Сдачу оставь себе — купи мороженого».

Мошенницы недооценили воспитание и честность мальчика. Едва Куликова всерьез взялась за «анкету» с его младшей сестренкой, а Широкова приступила к осмотру квартиры, загремел замок входной двери. На пороге кухни появился мальчик: «Пожалуйста, вот анальгин и сдача… «Перепуганные подружки решили не искушать судьбу и, так ничем не поживившись, отправились восвояси.

В другой раз в самый неподходящий момент, когда Куликова приготовилась задать ребенку каверзный вопрос о значении имени Наполеон, а Широкова присматривала золотишко, появилась бабушка школьника. Пожилая женщина тут же почувствовала подвох, и мошенницы поспешили унести ноги.

Были и очевидные улыбки фортуны. Однажды мальчик-третьеклассник привел их на квартиру, показал, где лежит валюта, российские рубли, ювелирка. Куликова приготовила «конкурсанту» чайку, а когда отрава подействовала, воровки забрали полторы тысячи долларов, немного золота и были таковы. Валюту они потратили за два дня. Гуляли по полной программе. Отправились в Курск к дяде Широковой, сорили деньгами направо и налево, накупили модных тряпок, сделали стрижку Куликовой под панка, не стесняли себя в желаниях.

Подружки признались, что никогда не брали все золото. Почему? Объяснение простое. Если родители хватятся ювелирки и побегут в милицию, то возникнет закономерный вопрос: если в дом залезли воры, почему пропала только часть украшений? Может быть, воришку следует искать в семье?

Цинизм мошенниц удивлял и в ином плане. Известно, что клофелин в больших дозах смертельно опасен здоровью, особенно для сердечных больных. Подмешивая зелье детям, воровки не спрашивали, страдает ли ребенок сердечно-сосудистым заболеванием. Любой из случаев мог оказаться роковым. Пример — эпизод с отравлением Наташи Козленковой. Девочку в полубессознательном сонном состоянии нашли вернувшиеся вечером со службы родители.

Чтобы привести ребенка в чувство, налили ему чайку из того же чайника. Девочке стало совсем плохо. Здесь (вот уж удача по классическим канонам драматургии) и появились сыщики, которым воровки рассказали историю последнего ограбления. Оперативники, объяснив изумленным родителям ситуацию, вызвали «скорую» и тем самым спасли ребенка.

ПРОХОД ВСЮДУ

Некий Холодницкий первый опыт мошенничества приобрел еще в младших классах школы. «Хороший» мальчик продавал товарищам жевательную резинку, где вместо сладкой пластинки лежал кусок пластилина.

С возрастом приоритеты проходимца поменялись. Он увлекся реставрацией икон. С учетом своих наклонностей, разумеется… С помощью особой обработки он превращал копеечный новодел в произведения искусства ХѴІ-ХѴІІ веков.

Затем наступил черед газового оружия — Холодницкий всегда шагал в ногу со временем. Умелые руки и достаточные познания в прикладной химии позволяли ему изготавливать патроны различного назначения: газовые, шумовые, ослепляющие, отпугивающие животных. Для удобства потребителей он маркировал боеприпасы цветной эпоксидной смолой. Товар шел на ура.

Ненадолго он увлекся вытачиванием бильярдных киев. И в этом преуспел. Продавал профессионалам кии и неплохо зарабатывал.

Восхождение жулика прервалось в 1997 году, когда он, с помощью фиктивных документов, «наказал» торговавшую иномарками столичную фирму на сорок пять автомобилей! На момент ареста в личном пользовании афериста находились джипы, «порше», «мазерати», «роверы», «мерседесы»… Всего шестнадцать машин.

Получив четыре года за подвиги, Холодницкий оказался на свободе чуть раньше. Первая судимость все-таки. И, едва вернувшись в Москву, развернул бурную деятельность. Изобретательный ум точно подсказал нужное направление…

Скоро на фасаде одного из старинных особняков Сретенского бульвара появилась солидная табличка: «Фирма «Клайрин». Авиабилеты, туры за границу». Посетители, заходившие в солидный офис — евроремонт, стильная мебель, предупредительные туроператоры, — не догадывались, что попали в дочернее предприятие пресловутой конторы «Рога и копыта». А недостатков в посетителях не ощущалось.

За какие-то два месяца жертвами афериста стали 42 человека. Оставив предоплату, они готовились к путешествиям в Данию, Таиланд и Испанию. Увы, ни билетов, ни денег они уже никогда не получат.

Во время следствия выяснилось, что интересы Холод-ницкого простираются гораздо дальше туристического бизнеса. Он успешно подделывал документы и занимался криминальной растаможкой товаров. Кроме того, мошенник наладил нелегальную переправку желающих за рубеж. Он использовал свои познания в полиграфии и связи в уголовном мире. Среди вещей афериста нашли 42 паспорта, которые он скупал у карманных воров и, подделывая, продавал желающим.

Несколько лет назад, вместе с сотрудниками 6-го отдела МУРа, я участвовал в задержании группы вымогателей. У одного из них среди личных вещей находился прелюбопытнейший документ.

Удостоверение, обрамленное в красную кожу, имело прямо-таки устрашающий вид. Из него следовало, что обладатель ксивки «выполняет спецзадание Министерства обороны». Ниже, шрифтом помельче, предписывалось всем и каждому оказывать предъявителю документа содействие в работе. На другой стороне можно было прочесть:

«Начальникам аэропортов, ж. д. станций, автовокзалов, директорам гостиниц.

Проездными билетами и местом в гостинице обеспечивать вне очереди».

В качестве обоснования перечислялись, по порядковым номерам, таинственные директивы, приказы, тарифные руководства и указания. Эта галиматья была перечеркнута толстой красной полосой, уснащена кривовато отпечатанным гербом и бледной, неустановившейся закорючкой подписи в графе «руководитель».

Прямо мороз по коже!

Когда знаешь личность обладателя документа, можно саркастически усмехнуться и махнуть рукой: спрячь, мол, свою фальшивку, не на тех напал. А представьте себе провинциального (и не только) чиновника, к которому подходит уверенный господин и тычет таким удостоверением в нос! Думаю, сработает на все сто.

Кстати, задержавшие вымогателя сыщики, которых дилетантами никак не назовешь, отнеслись к удостоверению вполне серьезно. Не торопились списать его как курьез, а оставили в числе вещдоков для изучения и проверки.

История жулика Давидовича, представлявшегося советником президента России по экономическим вопросам, как нельзя лучше демонстрирует значение «корочек» в любых авантюрах.

Давидович, он же Джумалиев, он же Абрамов и т. п., действовал настолько уверенно и дерзко, что вышедшие на его след детективы усомнились: а вдруг он реальное лицо? Проходимец обладал незаурядным артистическим талантом. Он легко знакомился с нужными людьми, умел быть обворожительным и компанейским. В арсенале его уловок имелось не только роскошное, обтянутое бордовой кожей удостоверение советника Ельцина, но и альбом фотографий, на которых Давидович запечатлел себя в обществе различных знаменитостей — звезд эстрады, политиков, спортсменов, коммерсантов. Жемчужиной коллекции являлась фотография с Борисом Немцовым.

С бывшим вице-премьером Давидовича познакомили в Белом доме. Естественно, проходимец не упустил шанс и сделал фото на память. Сейчас оно приобщено к материалам оперативного дела.

Когда жулик попал в разработку, первым делом сыщики незаметно «откатали» его «пальцы». После этого сомнения отпали. Влиятельный человек оказался опытным рецидивистом, имевшим три судимости в Прибалтике и на Украине, а на момент гастролей в столице находившимся в розыске за крупное мошенничество в Новосибирске. Однако подступиться к Давидовичу было очень непросто.

К тому времени среди его друзей числились сотрудники Федеральной службы охраны. С ними он появлялся на людях, чтобы производить соответствующее впечатление.

Представьте себе, что к вам в офис вальяжно заходит советник президента в окружении коротко стриженных и хорошо вооруженных людей. Тут и у маловеров подозрительность как рукой снимало…

Давидович действовал по-хпестаковски, с размахом и шиком. Пообещав квартиры в элитных домах, он набрал астрономические суммы авансов у звезд хоккея и банкиров. Используя производимое впечатление, жулик приезжал на разборки в коммерческие фирмы. Сумел даже заморочить голову налоговой полиции, куда явился в сопровождении сотрудников ФСО. Выписывал нужным людям удостоверения… своих помощников.

Его арестовали на улице. Под предлогом проверки документов сотрудники ГИБДД остановили «Мерседес-500», в котором «господин советник» передвигался по городу. Выяснилось, что документы у мошенника липовые, и для установления личности его препроводили в ИВС Петровки, 38. Что тут началось…

По свидетельству заместителя начальника МУРа Евгения Жураковского, оперативники никогда не испытывали подобного прессинга. Телефоны не умолкали: посулы, угрозы, уговоры… Звонили известные уважаемые люди, хлопотали за «доброго знакомого и честного человека». Кстати, Давидович собирался и в квартире на Кутузовском проспекте установить «вертушку» правительственной связи АТС-2. Немного не успел хотя траншею под кабель копать будто бы уже начали…

Магическим влиянием «корочек» на психику обывателя умело пользуются сотни столичных аферистов. Некий Игорь Михеев обзавелся липовым удостоверением налогового полицейского и успешно «зачищал» вещевой рынок в Кузьминках. Мошенник хорошо знал, что каждый торговец в той или иной степени нарушал закон: не имел накладных, предъявлял просроченную гостевую карту или медицинскую справку и прочее. Продавец почитал за счастье уладить проблему с помощью пары сотенных. И проходимец, сделав строгий вид, исчезал без последствий для процесса торговли.

Иногда, если выручки для взятки не хватало, жулик не брезговал брать «борзыми щенками». Он так вошел во вкус, что обнаглел окончательно и ходил на рынок постоянно. В конце концов лжеинспектор нарвался на настоящих стражей закона и попал в местное КПЗ.

Не менее эффективно проводили экспроприации супруги из подмосковной Лобни. Муж, бывший сотрудник прокуратуры, изготовил с помощью компьютера довольно правдоподобные документы, присвоив себе и супруге офицерские звания несуществующей организации — Комитета по налогообложению потребительского рынка РФ.

Аферисты гастролировали по столице и близлежащим районам Московской области, отбирая у торговцев продукты питания и спиртное. Успеху способствовало образование супруги. В прошлом та работала бухгалтером и умела обращаться с финансовыми документами. Дела у жуликов шли в гору. Они не зарывались, действовали осмотрительно и, вероятно, до сих пор могли бы стричь купоны. Но…

Во время проверки магазина в Малаховке аферисты совершили прокол. Впрочем, разве они могли знать, что «крыша» магазина — сотрудник местной милиции. Как только «контролеры» уселись за проверку гроссбухов, хозяин позвонил друзьям в контору и попросил помощи. Те немедленно приехали, чтобы уладить проблему с «коллегами» полюбовно, и были немало удивлены, когда им предъявили удостоверения несуществующей организации.

Колоритной фигурой оказался жулик с подходящей фамилией — Полковников. Он представлялся сотрудником секретного управления ГРУ, имел полный комплект липовых документов — начиная от удостоверения «проход всюду» и кончая командировочными бланками посольства России в Таиланде.

Жертвами мошенника стали несколько столичных банков, частное охранное предприятие и даже Газпром, чьи векселя на сумму 9 миллионов рублей он пытался сбыть коммерческим структурам.

Еще дальше пошел проходимец, чутко уловивший новые веяния во внутренней российской политике. Надев генеральскую форму, он решительно заходил в кабинеты руководителей крупных фирм (по мелочам жулик не разменивался) и, представляясь заместителем председателя Международного комитета по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, предлагал «поделиться». Аферист вкрадчиво объяснял, что времена изменились и тех, кто не помогает восстановлению законности и правопорядка в России, ждет печальная участь. В подтверждение своих полномочий лжегенерал демонстрировал фотографию, где он был запечатлен рядом с президентом Путиным. (Фото, как и прочая атрибутика, оказалось качественной подделкой.)

В советское время в ходу была присказка: без бумажки ты букашка, а с бумажкой — человек. Не знаю, есть ли в других странах аналог этой поговорки. Наверное, есть. Бюрократия всесильна при любых политических укладах, что подтверждается ситуацией в нынешней России.

Это связано и с инерцией мышления. Но по большей части объясняется неимоверно разросшимся количеством ведомств, комитетов, политических партий и организаций с соответствующими институтами помощников, полномочных представителей и советников. В такой мозаике трудно разобраться даже искушенному буквоеду. А уж простому смертному…

Ситуацией пользуются не только мошенники. В столице давно налажен необычный бизнес — торговля разнообразными «корочками». На Арбатской площади, у Манежа, на Старом Арбате можно за умеренную плату купить удостоверения «Агента КГБ», «Сотрудника ЦРУ», «Ветерана ГКЧП», «Свидетельство полового гиганта», книжечки с красноречивыми тиснениями на обложке — «Крыша», «Олигарх», «Крутой», «Босс».

Конечно, бизнес шуточный. Но, как говорят, в каждой шутке есть только доля шутки…

Торгуют не только анекдотичными удостоверениями и ксивками. В переходах метро, на том же Арбате или рядом с книжными магазинами можно увидеть людей, продающих единые проездные, студенческие билеты, аттестаты, дипломы и трудовые книжки.

Что касается проездных, то они распространяются незаконно, и борьба с торговлей идет довольно активно. Остальные документы, как мне рассказали оперативники, можно продавать почти безнаказанно. Они считаются чистыми бланками, то есть юридической силы не имеют. Другими словами: простая бумага с нанесенными на нее типографскими знаками.

С этим можно поспорить. Но суд, как бы то ни было, за торговлю бланками никогда не осудит, и борьба милиции здесь ограничивается административным наказанием — мизерным штрафом торговца.

Впрочем, чему удивляться? Помните знаменитые слова буревестника перестройки: разрешено все, что не запрещено. Возможно, для автора тезиса, десятилетиями жившего в инкубаторски регламентированных условиях цековских распределителей, такая оценка правосознания общества естественна. Ему-то невдомек, что большинство сограждан в своих действиях руководствовались не кодексом строителя коммунизма, а вольной трактовкой наиболее распространенных статей УК РСФСР.

Но речь сейчас не об этом. Что было — то ушло.

Мой товарищ, преподающий в престижном столичном вузе, защитил докторскую на заре перестройки. Сейчас, по его мнению, он бы этого сделать не смог.

«Таких денег у меня нет, — признался он. — Теперь, за редким исключением, ученую степень может получить лишь новый русский. Для большинства это чересчур дорогое удовольствие».

Еще циничнее и грубее выглядит ситуация на рынке знаний в высших учебных заведениях. Стать студентом может любой. Даже тот, кто вместо подписи ставит убогий крестик. Знаний он не купит. Но свидетельство дипломированного специалиста получит. И этого вполне хватает, чтобы пустить пыль в глаза и устроиться на теплое место.

Многим московским вузам пора бы уже обзавестись соответствующим прайс-листом. К чему лукавить?

Конечно, МГИМО, Бауманский или МГУ такому студенту не окончить. Но они ему и ни к чему. Для продолжения карьеры необходимо другое — та самая бумажка, без которой ты не человек.

Вот и стоят в переходах метро и рядом с арками проходных дворов коробейники, сжимая в руках аттестаты, дипломы, трудовые книжки. Хотите «образование» — приезжайте в Москву. Здесь народ щедрый, знаниями поделится.

ЯЩИК С СЕКРЕТОМ

Можно ли мошенничать в таких делах, как заказные убийства? Раньше в это никогда бы не поверил. Но детективы МУРа убедили меня в обратном. Оказывается, даже среди киллеров встречаются аферисты.

Два коммерсанта никак не могли прийти к согласию: кто кому должен. Взаимные претензии зашли так далеко, что один из бизнесменов решил «заказать» несговорчивого партнера. Отыскал исполнителя, тот попросил за услугу 10 тысяч баксов. Киллер получил инструкции, аванс и отправился выполнять задачу…

Но идти на «мокрое» дело не хотелось, и он решил схитрить. Пришел к жертве и объявил ситуацию: так, мол, и так, заказали, тебя, браток. Можно, конечно, разойтись полюбовно. Но ведь и убытки терпеть в наше нелегкое время не хочется.

Жертва оказалась понятливой и полностью компенсировала лжекиллеру упущенную выгоду. Тот, получив в общей сложности вполне солидную сумму, довольный собственной сообразительностью и судьбой, собирался броситься в бега. Но был задержан сыщиками отделения Андрея Храпова. Теперь аферисту придется платить по двойному счету: отвечать по закону и оправдываться перед заказчиком. И еще неизвестно, кто спросит строже.

Не менее курьезный случай произошел на западе столицы. О нем рассказал сыщик Владимир Разуваев.

У менеджера фирмы «Интерброк» Петряева была мечта. Она стала для него чем-то вроде путеводной звезды во время нелегкого восхождения по опасной лестнице российского бизнеса. И чем реальнее оказывалось ее воплощение в жизнь, тем больший трепет испытывал Петряев.

Он нервничал и переживал, а ложась спать, подсчитывал в уме сумму рублей, накопленных благодаря жесткому режиму самоограничений и экономии. Но разумеется, вовсе не презренные «деревянные» стали причиной волнений. О многочисленных пачках отечественных банкнотов различного достоинства, цвета и размера Петряев думал с раздражением и обреченностью, как вспоминают об опостылевшей, но удобной и полезной в быту жене. Петряев мечтал о долларах, планируя обменять российскую «капусту» на настоящую валюту — зеленые баксы…

И день, наконец, настал. Тугие, аккуратно сложенные упаковки отечественных денег лежали в новеньком атташе-кейсе. Их было ровно 100 тысяч. По курсу вполне хватало, чтобы стать обладателем достойной суммы.

Присев по обычаю «на дорожку», он взял в руки драгоценный кейс и отправился к обменному пункту.

В первом же обменнике, куда Петряев подкатил на потрепанных «Жигулях», его удивила высокая стоимость доллара.

«Не буду торопиться, — решил он, — посмотрю в других банках. Все-таки не сто баксов покупаю. Разница-то выходит ой-ой!»

Объездив несколько валютных пунктов, Петряев выбрал самый выгодный для себя курс и направился к об-менке. В этот момент откуда-то сбоку к нему подошел солидного вида молодой мужчина.

— Вы, наверное, хотели обменять рубли на валюту? А у меня другая задача. На днях фирма выплачивает шесть тысяч долларов за одну услугу. Мне нужно их срочно обменять на рубли. Но сюда идти не хочу, есть некоторые соображения… Хочу найти покупателя-оптовика и совершить сделку без свидетелей. Если бы вы согласились, я бы даже снизил цену…

Поначалу Петряев слушал монолог парня с опаской — вдруг какой-нибудь кидала или рэкетир. Но тот говорил спокойно, не навязывался, держался с достоинством. «Чем я рискую? — решил Петряев. — Нельзя же в каждом встречном видеть жулика».

Быстро прикинув в уме, сколько тысяч он сэкономит, купив доллары по предложенному парнем курсу, коммерсант понял, что игра стоит свеч. Разумеется, меры предосторожности не помешают, на то она и голова, чтобы думать…

Познакомились, покурили в машине, поговорили за жизнь. Парень представился студентом, здраво и логично рассуждал. Но окончательно убедил Петряева в своей порядочности, когда показал свой паспорт. Смотрите, дескать, я не какой-нибудь проходимец. На всякий случай коммерсант переписал паспортные данные продавца валюты, и тот не обиделся — бизнес есть бизнес. Наконец ударили по рукам, назначили время сделки и расстались добрыми приятелями.

За два дня, оставшиеся до встречи, Петряев еще раз взвесил все «за» и «против» и успокоился. Он ничем не рискует, зато очевидна выгода операции. В назначенный срок парень ждал его у Триумфальной арки на Кутузовском проспекте.

— Тут рядом, — сказал он и зашагал к дому.

Поднялись на лифте на шестой этаж, парень открыл дверь и пригласил Петряева зайти. Тот смело шагнул в квартиру. Хозяин, понимая серьезность сделки и вполне объяснимое волнение гостя, быстро провел его по комнатам:

— Гостиная, детская, ванная, кухня… Не беспокойтесь, я играю честно, настолько двое.

Затем парень включил в детской телевизор и сказал:

— Вы пока посидите, а я из тайника доллары вытащу. Не возражаете, если я закрою вас на ключ? У меня в тайнике много чего, и рискую я не меньше вашего. Вдруг вы из милиции?

Петряев хмыкнул и махнул рукой — валяй. Но напоследок спросил:

— А что это за металлический ящик у стены?

Хозяин как будто удивился:

— Этот? Так, ерунда, я в нем компьютер от детей прячу, чтобы не испортили.

Щелкнул замок, Петряев, комфортно усевшись перед телевизором, стал наблюдать за успехами подмосковных садоводов. Как вдруг…

Он даже не сразу понял, что произошло. Раздалось шуршание, треск, крышка металлического ящика откинулась, и из него вылетела… ручная граната. Коммерсант впился в подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев. Как в замедленной съемке триллера он увидел отскочивший взрыватель.

Петряев в ужасе закрыл глаза. Прошла секунда, другая…

Через минуту он разомкнул веки. Все еще не веря своему спасению, коммерсант на цыпочках, не отрывая взгляда от лежащей в середине комнаты гранаты, подошел к окну. Осторожно открыл шпингалеты, дернул раму, набрал воздуха в легкие:

— Помогите! Вызывайте милицию. У меня здесь граната!

Вопли разносились по двору, люди удивленно поднимали голову, кто-то поспешил к телефону. Между тем Петряев услышал, как хлопнула входная дверь и донесся топот убегающего хозяина.

Прибывшая на место происшествия оперативная группа отдела милиции «Можайский» быстро взломала дверь и вывела из комнаты трясущегося Петряева. Сапер подтвердил — граната боевая, коммерсанта спасло чудо, такое случается на его памяти впервые.

Осмотрели «хитрый» ящичек, приспособленный для бомбометания. В нем находилась скрытая пружина, соединенная веревкой через дырку в стене с соседней комнатой. Оттуда и можно было бросить гранату «по назначению».

Немного придя в себя, Петряев злобно произнес:

— Нет, ему это даром не пройдет. Я имею паспортные данные мерзавца.

Выяснилось, что парень — некий Сергей Ермолаев — имел красноярскую прописку. Оперативники тут же позвонили в Красноярск и попросили дать сведения о подозреваемом. На следующий день данные были получены: Сергей Ермолаев пять лет как выписался из Красноярска и уехал в Санкт-Петербург. Отправили запрос в город на Неве — как-никак разыскивается опасный преступник, обвиняемый в покушении на убийство. Но из Санкт-Петербурга пришел еще более любопытный ответ. Человек по имени Сергей Ермолаев умер два года назад, а его паспорт в соответствии с существующими правилами уничтожен…

Выяснились и другие обстоятельства дела. Точнее, вместе с выяснением полностью исчезли надежды выйти на след афериста. Квартира, как и следовало ожидать, оказалась съемной. Пьянчужка, сдавший жилье неизвестному, ничего дополнительно рассказать не смог. Тупик.

Остался лишь неточный и схематичный фоторобот разыскиваемого, вещдок — боевая граната РГД и «хитрый» ящичек с секретом.

ПОХУДЕТЬ НАВСЕГДА

Летом 2000 года мир облетела печальная весть: в своем роскошном особняке (дом стоит более 25 миллионов долларов) в Калифорнии скончался один из богатейших «иллюзионистов» планеты Марк Хьюз — отец чудо-пилюль для похудения «Гербалайф». Он обещал дать каждому на земле идеальные средства для избавления от лишнего веса, «хорошие таблетки» и препараты для ухода.

Достичь желаемого Хьюзу не удалось. Он умер в возрасте сорока четырех лет, так, видимо, и не найдя «философского камня» медицины.

Впрочем, дело его процветает. В прошлом году объем продаж «Гербалайфа» достиг миллиарда долларов! И вряд ли число желающих похудеть с помощью «идеального средства» уменьшится. Косвенно об этом свидетельствуют толпы продавцов с дурацкими значками на лацканах пиджаков и кофтах: «Хочешь похудеть? Спроси меня как!» И неряшливые рекламные объявления, которыми залеплены двери в подъездах и стены лифтов. Тексты объявлений своей замогильной категоричностью — «Похудеть навсегда!» — напоминают о короткой судьбе самого отца «Гербалайфа». Но люди ничего не замечают. Они видят только то, что желают видеть.

Пожалуй, в этом и кроется секрет успеха аферистов, махинаторов и мистификаторов. В обществе всегда достаточно тех, кто поверит любой небылице. Нужно только угадать, чего хотят люди, и пообещать исполнение желаний. Сторонники идей, самых абсурдных и невероятных, найдутся обязательно. И наверняка потянут за собой других, более разумных и менее легкомысленных. Тут, по-моему, ключ к пониманию не только стабильных успехов уличных лохотронщиков и строителей финансовых пирамид, но и явлений более серьезных — общественно-политических трансформаций и глобальных конфликтов.

Но не будем отвлекаться от основной темы. Она еще не исчерпана.

Вот выдержка из оперативной сводки московской милиции:

«… В 15. 00 в ОВД «Хорошево-Мневники» обратилась Шукалова И. А. 1969 г. р., неработающая, и заявила, что у дома по месту жительства ее встретили две неизвестные женщины, которые под предлогом снятия порчи мошенническим путем завладели 2320 долларами США и скрылись».

Снятие порчи «в особо крупных размерах» излюбленное занятие гастролирующих в столице гадалок, колдуний и целительниц. И поверьте, их заработок вполне сопоставим с доходами артистов, чьи выступления проходят с аншлагом. Не верите? Напрасно.

В рекламных разделах любой газеты или еженедельника одну-две колонки занимают объявления магов, предсказательниц и мастеров приворота. Кстати, изучая таблоиды, я узнал массу новой и полезной информации. Оказывается привороты бывают не только цыганские (о чем известно из художественной литературы и криминальной хроники), но и безгрешные, а кроме того: лунные инвольтированные, кармические, абсолютные, астральные, мгновенные, уникальные и мощнейшие. Найдется средство для маловеров и отчаявшихся: «Помощь в самых сложных и запущенных (!) случаях», «Результат сразу — гарантия 500 %», «Снятие чужого приворота», «Решение любых проблем». Но лично мне больше всего понравилось такое обещание: «Любимый приползет к вам на коленях!»

Думаю, среди профессиональных прорицателей и колдунов филантропов найдется немного. И считать они умеют никак не хуже, чем возвращать неверных мужей и наказывать соперниц. Если учесть, что в среднем подобное объявление обходится от 300 рублей до 50 долларов за одну публикацию, то станет ясно — оккультный бизнес дело выгодное, высокорентабельное и перспективное.

Но вернемся из астральных бездн на грешную землю. Пусть лицензированными салонами магов и целителей занимаются компетентные органы — налоговые службы и милиция. (Между прочим, недавно в Зеленограде местный РУБОП передал в суд материалы по деятельности салона колдовства «Мария» — первый случай в истории отечественной юриспруденции.) А мы присмотримся к тем «волшебникам», которые предпочитают «играть с листа», не афишируя рекламой талантов и возможностей.

— Одураченные и обманутые обращаются в МУР еженедельно, — рассказал Александр Бражников. — Чаще всего это женщины, которых мошенницы под предлогом снятия порчи обирают до нитки. Жертву они могут найти на улице, около больниц, во дворе дома. Вычисляют безошибочно, находят слабые струны: хвори детей, неудачи в личной жизни, проблемы с работой. Предлагают снять порчу с золота, ювелирных изделий. Главное — чтобы жертва «повелась».

Очень распространен фокус с обыкновенным куриным яйцом. На впечатлительных и легко поддающихся внушению «аттракцион» действует безотказно.

Мошенница для «тестирования» драгоценностей жертвы предлагает завернуть золото вместе с сырым яйцом в полотенце. Над кульком зачитывается «молитва», произносятся магические слова. Затем полотенце развертывается. «Смотрите, женщина, — задушевно говорил гадалка, — если золото «чистое» — в яйце будет пусто, а если на нем порча — внутри яйца червь… »

Женщина напряженно следит за манипуляциями аферистки. Она не догадывается, что у гадалки между пальцами зажат обрывок черной шерстяной нитки. Когда скорлупа разбивается, мошенница, к вящему ужасу жертвы, извлекает из яйца «порчу» — склизкая шерстяная нитка выглядит в точности как омерзительный червяк.

Жертва в панике. Если у нее и оставались сомнения, то теперь они исчезли. Но «добрая» гадалка успокаивает: «Не горюй, милая. Теперь мы все твои несчастья отведем!»

Мошенница рвет на две части полотенце, в которое заворачивалось золото. В одну половину аккуратно складываются драгоценности и получившийся кулек с молитвой засовывается в темный угол квартиры: «Через три дня перекрестишь и вынешь. Уйдет порча навсегда». Жертва не подозревает, что в кулек вместо золота положена «кукла». Обманутая узнает об этом слишком поздно…

Второй кусок полотенца, куда кладется «червивое яйцо», с соответствующими присказками аферистки сжигается на сковороде. Когда дым рассеивается, а вонь улетучивается, гадалка напоминает о трех днях, через которые можно вынимать «очищенное золото», и прощается с хозяйкой…

Недавно был установлен рекорд патологической наивности. Жительница Москвы отдала за «снятие порчи» с себя и ребенка более семидесяти тысяч долларов!

Мошенницы встретили молодую мать во дворе дома, разговорились. Женщина, поверившая, что имеет дело с известной целительницей и ее помощницами, рассказала о проблемах. Аферистка согласилась помочь и предложила снять порчу с имевшихся в доме денег. На беду впечатлительной жертвы, в квартире находилась большая сумма. Хозяева собирались купить квартиру и заняли деньги у знакомых.

Жертва поднялась домой и вынесла 70 тысяч долларов. Целительница окропила их «святой» водой, вручила бутылку женщине и приказала: «Обойди вокруг дома и вылей воду за углом. Потом возвращайся — деньги будут «чистыми».

Как завороженная, хозяйка долларов отправилась выполнять требование. Когда она вернулась к подъезду, целительница и ее помощницы, прихватив с собой все деньги, исчезли. В шоке были даже милиционеры отдела «Бутырский», куда женщина прибежала за помощью.

Напрасно думать, что жертвами выдающих себя за целителей и магов мошенников становятся только ограниченные и малокультурные люди. Вспомните последние годы горбачевской перестройки — Кашпировский, Чумак, заряженные кремы, лечение по телевизору…

Как раз в то время уважаемая газета направила меня в командировку в Татарию. Журналистское задание предполагало поездку по крупным городам республики. Нужно было рассказать о выполнении пресловутой жилищной программы — «Каждой советской семье отдельную квартиру или дом». (Вот еще один пример мошенничества в глобальном, государственном масштабе.)

Сопровождать меня в поездке и помогать в сборе материала согласился местный собкор, опытнейший журналист и эрудированный человек. Мы побывали в Казани, Чистополе, Мамадыше и на третий день приехали в Набережные Челны. Поужинали в ресторане и поднялись в номер. Мой товарищ прилег на диван перед телевизором. Мне сидеть в гостинице не хотелось, и, накинув куртку, я пошел прогуляться.

Однако ходил я не долго. С реки дул пронизывающий ветер, на улице было сыро, темно и неуютно.

Побродив около часа, я вернулся в гостиницу, вошел в номер и остолбенел.

На диване, вплотную к которому был придвинут чернобелый казенный телевизор, в костюме, галстуке, но без носков, лежал мой коллега. Голые ноги с растопыренными пальцами почти касались экрана, с которого что-то бубнил Кашпировский.

Увидев выражение моего лица, коллега смущенно произнес: «У меня ноги сильно потеют. Говорят, помогает…»

ЗАМОРОЖЕННЫЕ ДОЛЛАРЫ

Мошенниками не рождаются. Иногда по стечению обстоятельств ими становятся. Даже если в начале уголовной биографии основным родом деятельности были квартирные кражи.

Уроженец Щелкова Хорьков уже в школе подавал большие надежды. Он играл в хоккей, с успехом выступал в одной команде с самим Буре. Но спортсмена из него не получилось. Вместе с приятелем Хорьков попался на краже мотоцикла. Историю можно было бы и замять. Но хозяева похищенного подняли шум, началась судебная волокита, а затем прозвенел и первый срок — два с половиной года. Выйдя на свободу, Хорьков попытался вернуться в хоккей. Не получилось — его время ушло.

Начинающее дарование заметили местные авторитеты, взяли под опеку, и он стал квалифицированным квартирным вором. Пригодилась физическая сила. С любыми дверьми Хорьков справлялся шутя — выбивал ударом плеча.

Гулял он не долго. Новый срок — три года. Когда вернулся домой — рухнула личная жизнь. Жена не дождалась его, нашла другого. Хорьков взялся за старое и скоро получил третий срок. После освобождения понял: так жить нельзя. Почти в каждой квартире теперь стояли железные двери…

Что же делать? Он всегда жил по «понятиям»: не работал ни дня, совершал квартирные кражи, исправно пополнял общак. Не менять же стиль жизни! И неожиданно к нему пришла оригинальная идея. Двери квартир стали другими, но обитатели-то их остались такими же.

Он открыл газету и в разделе рекламных объявлений нашел телефон свахи. В тот же день Хорьков разглядывал альбом с откровенными и не очень фотографиями претенденток на знакомство.

Чутье его не обмануло. Теоретически все характеристики дамочек, желающих найти счастье, сваха обязана держать в тайне. Объем бедер, талии и груди — пожалуйста. Что касается места работы, достатка — здесь никакой информации. Только пожеланию.

Но это теоретически. А практически… Пятьдесят рублей и… завеса тайны личной жизни посетительниц службы знакомств рассеивалась как дым.

У первой же свахи Хорьков сделал соответствующую выборку претенденток. Интересовал его не экстерьер девиц и молодящихся старушек, а место их работы, условия жилья и другие сведения, способные дать представление о состоятельности и богатстве. Определив очередность телефонных звонков, жулик пришел на переговорный пункт почты, наменял жетонов — и понеслось…

Позже, уже в ходе следствия, он охарактеризовал всех дамочек одним словом — маньячки. Да и как по-другому оценить «трепетную романтическую брюнетку», если она, едва подъехав на джипе к месту свидания, даже не узнав толком имени нового знакомого, прямо в салоне приступила к оральному сексу, после чего подправила губной помадой контур рта, поблагодарила и уехала?

Стареющая бухгалтерша пригласила его в квартиру на Осеннем бульваре. Одна из комнат в доме предназначалась для плотских утех: зеркальный потолок, светомузыка, шелковые простыни, возбуждающие кремы и лосьоны… Другая тетушка, у которой, наверное, уже внучки на выданье, предпочитала любовь втроем и имела целый склад приспособлений: плетки, кожаные маски, высокие сапоги, искусственные фаллосы. Хозяйка при этом выступала «госпожой». Так она себя называла.

Скоро Хорьков понял — 99,9 процента женщин знакомятся с единственной целью. Той самой. И серьезные отношения им нужны не больше, чем чесотка бездомному псу. Афериста это вполне устраивало.

Проводя разведку, Хорьков использовал собственные артистические способности и женские слабости. Он хорошо знал, что нравится представительницам слабого пола. Ктому же мошенникумело «ездил по ушам». Одним говорил комплименты и кружил голову, другим представлялся капитаном дальнего плавания, который истосковался по женской ласке и домашнему теплу. Как-то раз, верно оценив ситуацию, он назвался директором зверосовхоза по выращиванию соболей. Его знакомая ахнула и с надеждой в голосе спросила: «Милый, а нельзя ли мне шубку? Со скидкой… «Жулик не моргнув глазом тут же ответил: «С какой еще скидкой? Я тебе и так шубу подарю!»

Кстати, о шубах. Уже после задержания вора сыщики отрабатывали квартиры скупщиков краденого. На одном из адресов нашли любопытный альбом. В нем было 80 фотографий хозяйки воровской «базы». На каждом из снимков скупщица позировала в новой шубе. Все вещи, естественно, у доверчивых дамочек были похищены.

Супруги депутатов, банкирши, предпринимательницы, директора рынков и холдингов… Они старались сразу же произвести впечатление. Тщательно подбирали наряды, навешивали на себя все золото, обливались дорогой парфюмерией, подкатывали к месту встречи на роскошных автомобилях.

На одну из жертв, жену состоятельного азербайджанского бизнесмена, сыщики вышли после ареста Хорькова. Позвонили ей домой, позвали для беседы. К удивлению оперов, женщина востока примчалась незамедлительно. Она страшно боялась, что подоплека кражи дойдет до супруга. «Ничего мне не надо возвращать, — почти умоляла она. — Я сама вам заплачу. Хотите — забирайте мой спортивный «мерседес» — он у бюро пропусков стоит. Главное, чтобы муж не догадался ни о чем…»

Но вернемся к аферисту-ловеласу. К каждой встрече он готовился. Часто приезжал на свидание на машинах — «Волге» или «Святогоре». За рулем сидел его подельник, изображавший личного водителя «директора фирмы». Хорьков приглашал незнакомку в ресторан, и во время теплого ужина находил момент, чтобы вытащить ключи из ее сумочки. Затем под удобным предлогом отходил к машине, где у него стоял наготове станок для изготовления ключей, делал дубликат и с извинениями возвращался в зал ресторана: «Извини, я ходил за сигаретами».

Иногда вместо ресторана он шел с подругой в сауну, где проделывал тот же номер с ключами. Бывало, что выходил погулять с новой знакомой, оставляя в машине «шофера». Тот времени не терял…

Вечером провожал женщину до дому. Если она приглашала на чашечку кофе — не отказывался. Сразу оценивал квартиру: радиоэлектроника, картины, ювелирка… Рекогносцировка на местности позже помогала быстро собрать ценности. Правда, иногда он не торопился. У дочери ведущего врача Барвихинской больницы жулик вывез из дома даже мебель.

Адрес ему нужен был еще вот почему. Следующее свидание Хорьков назначал обычно на другом конце города. Заранее подъехав к дому жертвы, он наблюдал, как возбужденная предстоящей встречей с кавалером женщина торопливо выходит из подъезда. Выждав минуту-другую, пока затихнет стук каблучков, аферист спокойно поднимался в квартиру, открывал дверь дубликатом ключа и быстро выгребал все необходимое.

Машина с подельником стояла за углом. Бросив краденое в багажник, он торопился на свидание и нередко успевал приехать до появления ничего не подозревающей дамочки. Алиби — железное. Ни одной из жертв и в голову не приходило, что ожидающий с букетом роз кавалер двадцать минут назад обчистил ее же квартиру!

Как-то раз пришедшая на свидание барышня предложила: «Поехали ко мне. У меня не хуже, чем в ресторане. — И, лукаво улыбнувшись, добавила: — Пора познакомиться поближе».

Хорьков согласился. Сели в машину и отправились туда, где он только что побывал.

Но к огорчению хозяйки, более «близкого» знакомства не получилось. Увидев следы кражи — исчезли золотые украшения, музыкальный центр, — выпотрошенный шкаф, где от шуб и кожаных плащей остались пустые вешалки, кавалер тактично произнес: «Не огорчайся, дорогая, это все наживное» — и покинул расстроенную подругу, предложив встретиться через пару дней.

Случалось обирать дамочек, пока они нежились в постели после бурных любовных ласк. В таких ситуациях он забирал сумочку и одежду, чтобы хозяйка, если ей пришло бы в голову броситься в погоню, не смогла сразу выскочить за ним на улицу.

Бывало, что вор жалел «несчастненьких». Последнее не забирал. Не мог же он польститься на грошовую бижутерию, заношенную дубленку и подержанную магнитолу?

Однажды произошел курьезный эпизод. Вскрыв квартиру барышни, которую до этого успешно сводил в ресторан, мошенник остановился разочарованно на пороге: из мебели — старый диван и журнальный столик, на кухне — две табуретки, плита и холодильник. Заглянул в допотопный «ЗИЛ» — там бутылка коньяка и две пачки пельменей в морозильнике. Ладно, подумал он, с драной овцы хоть шерсти клок. Бросил в приготовленный баул бутылку, пельмени и отправился восвояси.

Дома с досады выпил коньяку, решил сварить еду. Когда вода закипела, разорвал пачку и… застыл в изумлении. Вместе с замороженными пельменями в коробке лежало 25 тысяч долларов! Хорьков разорвал вторую пачку — там еще столько же. Целый год он потом вспоминал эти пельмешки…

Поймать вора было непросто. Во-первых, потерпевшие не мчались с заявлениями в милицию. Многие догадывались, какую роль в квартирной краже играл их знакомый. Не сознаваться же, что сами привели жулика в дом? Да и милиция частенько укрывала преступления. Кому охота регистрировать почти стопроцентный «висяк»?

Следствие, по словам сыщиков, тоже не перетрудилось: обрубило дело «до кочерыжки». Вместо 150 эпизодов, по которым имелись потерпевшие, обвинительное заключение строилось по фактам 20 краж.

Не совершал ошибок и вор. Он был осторожен и предусмотрителен. Редко ночевал в одном месте две ночи подряд, подходя к дому, перепроверялся, заходил в соседний подъезд, смотрел на окна, следя за условным знаком: свет на кухне — все нормально, лампа на окне в комнате — опасность.

Жил он у подруги в Салтыковке. Перед приходом звонил по телефону. Поднимался только в том случае, если слышал условную фразу. Как-то раз чутье его подвело. Угрозыск в Жуковском задержал вора на «стрелке» по подозрению в краже. Доставили в ОВД, записали данные, повели «катать» пальцы. Хорьков и тут всех перехитрил. Воспользовался тем, что дактилоскопирование проводил рядовой милиционер. Когда таблицы были готовы, он вытер руки и спокойно сказал сотруднику: «Ну, я пошел. Если будут вопросы — мои данные у вас есть».

Когда сыщики спохватились, Хорькова и след простыл. Бросились по адресу, указанному в паспорте, — безрезультатно. Он предъявил фальшивый документ — паспорт бывшего мужа своей подруги.

В розыске жулик числился с 1997 года, когда вместе с подельником отобрал «БМВ» у хозяина машины на Ярославском шоссе. Поймали же его только в конце 1999-го. Причем за все это время официально зарегистрировано было лишь восемь заявлений потерпевших.

История задержания заслуживает подробного изложения. «Черная» полоса началась в тот день, когда мошенник назначил встречу одной из жертв. Он назвался менеджером крупной торговой фирмы и обещал устроить ее на работу с окладом 600 долларов в месяц.

— Будь на «Бауманской» в три, — велел он барышне, — я отведу тебя на фирму.

Хорьков подъехал к дому знакомой на «Газели». В его кармане лежали дубликаты ключей от ее квартиры. Сначала никаких отклонений от плана не было. В половине третьего барышня торопливо вышла из подъезда и зашагала к метро. Хорьков для верности подождал несколько минут, поднялся в квартиру и приступил к отбору ценностей.

Аферист не мог учесть единственного обстоятельства. В тот день женщина испытывала известное недомогание. Добравшись до «Бауманской», она окончательно раскисла и решила: наниматься на работу в таком виде не стоит, лучше перенести визит на другой день. Поймав такси, она быстро вернулась домой, открыла дверь и остолбенела: в коридоре, держа в руках видеодвойку, стоял ее благодетель-менеджер.

Первым пришел в себя жулик.

— Заходи, — радушно посторонился он, пропуская внутрь квартиры хозяйку.

Та автоматически шагнула вперед. Вор тут же захлопнул дверь, затем связал жертву, забрал вещи и уехал. Через час благородный жулик позвонил подруге ограбленной женщины, чей телефон узнал специально. Потом выяснилось, что Хорьков не обидел даже таксиста, который ждал женщину у лифта, — у нее не нашлось с собой нужной суммы. Выдал шоферу сто рублей и поблагодарил. Водителю и в голову не могло прийти, что с ним расплатился грабитель…

Сыщики предъявили потерпевшей несколько фотографий подходящих «героев». Женщина без труда опознала среди них «менеджера».

Но дальше дело опять забуксовало. Оперативникам никак не удавалось задержать вора. Он менял адреса, никому не доверялся, даже звонил только из телефона-автомата. Но Хорьков явно недооценивал современную технику. Телефон в конце концов и подвел его.

— Вор ускользал от нас как заговоренный, — вспоминает сыщик МУРа Михаил Шалагин. — Он мне даже ночами снился. И вдруг… Смотрю вечером по телевизору передачу «Петровка, 38» и глазам не верю: разыскиваемого жулика задержали за грабеж оперативники отдела «Нагатинский затон». Его портрет показывают, только называют другой фамилией. Я даже не стал дожидаться окончания передачи. В машину — и туда. Так состоялась встреча с вором-рецидивистом. Он, кстати, едва не скрылся. Предъявил все тот же чужой паспорт и готовился выйти под «подписку». Мы его опередили…

Выяснилось, что одна из потерпевших имела дома телефон с определителем. Она записала номер, с которого ей звонил Хорьков, и случайно подслушала, что жулик собирался звонить кому-то на следующий день. Женщина догадалась сообщить об этом сыщикам. «Пробили» телефон по ЦАБу и выяснили, что номер установлен на почте. Устроили засаду и взяли мошенника по приметам.

Руки вора украшают многочисленные татуировки. Когда Михаил Шалагин задал вопрос, как удавалось объяснять дамочкам происхождение тюремной символики, то услышал такие слова: «Бинтовал пальцы или заклеивал лейкопластырем. Иногда говорил, что это — морская традиция. Да они и не спрашивали особенно. Их совсем другое интересовало…»

«СЕКРЕТНЫЙ АГЕНТ» И ЕГО ЛЕДИ

Жертвами проходимцев становятся не только эмансипированные эротоманки и искательницы приключений. В огромном городе тысячи одиноких женщин, состоятельных и умных, но при этом уставших от одиночества и мечтающих о близком друге. Они тоже готовы обмануться и поверить в призрачное счастье. И талантливый мошенник, имеющий наклонности ловеласа, применение своим способностям всегда найдет.

Уроженец села Чаусово Николаевской области Доми-нат начал уголовную биографию с кражи. Получил три года. В тюрьме, из-за конфликта с сокамерниками, едва не отправился на тот свет, попал в «больничку», где и познакомился с первой жертвой своих мужских достоинств — медсестрой Валей. Она не только выходила больного, но и дождалась его освобождения, а затем поселила в квартире, где жила вместе с малолетней дочерью.

Жулик понял, что удача идет к нему в руки сама. Он оформляет доверенность на квартиру, организует «цепочку» обмена жилья, в результате чего медсестра с ребенком оказывается на улице, а он — в салоне комфортабельного «БМВ». Куда отправиться на таком автомобиле? Конечно же в Москву!

В столице Доминат меняет «БМВ» на «мерседес» и начинает головокружительную карьеру альфонса.

Сергей Сотников, изучавший записную книжку мошенника, насчитал в ней более полусотни телефонов женщин. И даже первоначальная проверка подтвердила предположения сыщиков: большая часть «телефонных» дам оказалась в числе жертв.

Он легко заводил знакомства, был щедрым на комплименты, обладал артистическим даром, позволявшим произвести на людей нужное впечатление. Сняв квартиру, аферист начал посещать тусовки эстрадных певцов, крутился в ресторанах и казино, довольно скоро оброс связями среди артистической богемы и дам полусвета.

Знакомым Доминат представлялся по-разному. Кому-то говорил, что занимается автомобилями, кому-то — что торгует яхтами и прогулочными катерами. Но лучше всего ему удавался образ «секретного агента». На женщин легенда о сотруднике спецподразделения ФСБ, выполняющем особое задание, действовала безотказно. Они млели, находясь рядом с самозваным Джеймсом Бондом.

Неизвестно, сколько бы еще времени морочил голову доверчивым москвичкам агент «глубокого внедрения», если бы не досадный прокол. Кольцо с бриллиантом, подаренное им очередной подруге, оказалось «с чужого плеча».

С подругой мошенник познакомился случайно — подвозил девушку на машине, разговорились, потом встретились снова, начался бурный роман. Само собой вышло, что суперагент переехал на квартиру к подруге. Она работала в рекламной фирме, имела неплохие доходы, и кавалер не был для нее обузой.

Но задерживаться на одном месте мошенник не собирался. Тем более, что ктому времени он «развел» родню подруги на 7 тысяч долларов — предложил выгодное вложение капитала в закупку зерна в Канаде. И однажды вечером он встретил ее мрачнее тучи.

— Что случилось? — Подруга уловила его состояние.

Тот поотпирался для вида, а затем поведал оторопевшей барышне леденящую кровь историю.

Из семьи он должен был уйти — таковы условия его задания. Пожене «тайный агент» не скучал, к ней (понятное дело!) чувства давно уже угасли. Но по ребенку он тосковал, изредка виделся с дочкой, и, вероятно, врагам это стало известно. Девочку похитили и требуют выкуп за освобождение ребенка.

— Обращаться к «своим» бесполезно, — подытожил аферист, — «рассекретиться» я не имею права. Вся надежда на тебя…

Ах, женское сердце! Ведь в иных ситуациях оно и беду отведет, и поможет осмыслить такое, что разум отказывается понимать. А тут — все наоборот. Слепая вера, никакой логики, только чувства и эмоции.

— Сколько тебе нужно? — спросила она.

Услышав сумму — 10 тысяч долларов, — не раздумывала ни секунды.

— У меня есть пять тысяч, — подруга достала из шкатулки конверт с деньгами, — а завтра добуду остальное — займу у друзей.

«Тайный агент» дал понять, что оценил ее преданность. Он был нежен, предупредителен и ласков. Подруга светилась Счастьем. Но неожиданно она стала замечать, что из ее квартиры исчезают дорогие вещи. А затем начались отлучки любимого. Он пропадал на день-другой, приезжал, опять исчезал на неделю. Ее терпению пришел конец. Она потребовала объяснений и возвращения долга. Наивная женщина не знала, с каким проходимцем имеет дело.

Доминат выслушал упреки опустив глаза. Затем вытащил из кармана коробочку, где лежало редкой красоты кольцо с бриллиантом.

— Я виноват, — он сделал артистическую паузу, — но поверь, мне очень нелегко. Потерпи, все наладится.

В довершение разговора жулик привел ее на квартиру, где показал фотографию ребенка.

— Это дом моей бывшей жены, — объяснил «агент». - Она сейчас в США, а это — моя дочь. Та, которую нужно спасти.

После таких откровений подруга обрела спокойствие духа. Их отношения наладились, почти вернулась былая идиллия. Но не надолго.

Как-то днем девушка отправилась в парикмахерскую. Знакомая приняла ее без очереди, начала укладывать волосы и неожиданно схватила за руку:

— Откуда у тебя это кольцо?

— Подарок моего близкого друга, — еще ничего не понимая, ответила девушка.

— Дура! — Парикмахерша с трудом сдерживалась, чтобы не перейти на крик. — Он, мерзавец, обчистил мою квартиру, украл все, даже мелочи… И ключ в замке обломал, чтобы не сразу в дом можно было попасть. А кольцо — моей матери, досталось по наследству. Оно в списке похищенного…

Квартира, куда «агент» водил подругу, принадлежала парикмахерше. Причем мастер причесок также оказалась одураченной самозваным рыцарем «плаща и кинжала».

На другой день обманутые обратились в милицию. Когда его задержали, сыщики имели показания семи жертв, не устоявших перед обаянием «тайного суперагента».

«СКАЖИ, ЧТО ЛЮБИШЬ!»

Сыщик Олег Сухонос рассказал занятную историю. В отдел по борьбе с мошенниками вся в слезах пришла семнадцатилетняя девушка: «Помогите, меня шантажируют!»

Девушка познакомилась с охранником автостоянки. Тот положил глаз на ее прелести, но заинтересовать знавшую себе цену барышню нелегко. Тогда охранник придумал ловкий ход.

— Хочешь заработать кучу долларов? — предложил он.

Ответ угадать было нетрудно.

— У меня есть связи в порнобизнесе, — соврал охранник. — Но так просто со мной разговаривать никто не станет. Нужно сделать видеопробы и дать посмотреть нужным людям. С твоими данными успех гарантирован. Ты как?

Девица раздумывала не долго. «Пробные» съемки провели на квартире охранника. Он настроил любительскую видеокамеру и несколько часов занимался перед объективом сексом с юной подругой. Утомившись, он договорился о встрече на следующий день. «Пробники» повторились с еще большей выдумкой.

Через неделю девица пришла к охраннику с вопросом. Тот заверил, что специалистам фильм понравился.

— Ты будешь порнозвездой, — уверенно сказал он. — Чич-чолина отдыхает. Но знаешь, — добавил охранник, — мне заказали еще один фильм. Одной модели мало. Им нужно две артистки. Веди подругу — сниму, а потом и деньги получите.

Простодушная девица привела знакомую. Все повторилось снова. Правда, на этот раз «пробники» продолжались три дня. Сластолюбивый охранник настроил вторую камеру и вел съемку сразу с двух точек.

Прошла неделя. Деньги охранник платить не спешил, а на все вопросы отвечал уклончиво и раздраженно. Наконец терпение девиц иссякло: «Или плати, или… »

Но работодатель не испугался. Более того, он перешел в наступление:

— Потаскушки вы, а не артистки. Не хотите по-хорошему — я вас опозорю. Продам кассету на телевидение. Если завтра не приведете еще одну подружку, пеняйте на себя. Передам пленку на ТВ.

Охранник перестарался. Девицы, испугавшись угрозы демонстрации фильмов, поспешили на Петровку, 38. Аферист-извращенец был задержан. Предстоящий суд обязательно учтет, что одна из несостоявшихся порнозвезд еще не достигла совершеннолетия…

Сексуальным вымогательством занимался и герой другой истории. Правда, она не веселая и смахивает на кровавый голливудский триллер.

Было около шести вечера, когда на Петровку позвонили из Юго-Восточного округа: «Приезжайте, у нас труп криминальный. Ножевые ранения, подробности на месте… »

Поначалу сыщик МУРа Александр Борисов не заметил ничего необычного — мокруха как мокруха. Убитый — смуглый парень лет тридцати — лежал на животе. Руки неестественно подвернуты, голова в луже крови. Смерть, по мнению судмедэксперта, наступила от глубокого ножевого ранения шеи. Однако, когда тело перевернули, все находившиеся в комнате сыщики оперативной группы замолчали. Под животом парня была страшная кровавая рана. Убийца, то ли маньяк, то ли сумасшедший, отрезал жертве половой член…

Обычная холостяцкая комната в общежитии. На стене большая цветная фотография из «Плейбоя» — пышногрудая девица сидит, выгнув спину, на белом венском стуле. Рядом картинки размером поменьше, но барышни на них в гораздо более откровенных позах. Под этой эротической витриной широкая софа, покрытая ярко-желтым пледом с высоким ворсом. Холодильник, торшер, на низком журнальном столике телефон с автоответчиком. В углу кресло, телевизор, а за шкафом несколько картонных коробок с маркировкой японских радиофирм.

Вообще-то чисто, на притон, где собирается спившееся отребье, не похоже. Даже бутылок пустых нет.

Первая версия — конфликт между «голубыми». Это у них случаются кровавые и невероятные разборки. Но, судя по характеристике соседей, погибший был как раз наоборот — большим любителем женщин. К нему постоянно приходили приятельницы, некоторые задерживались до утра.

Хозяин слыл общительным, мог по вполне доступной цене достать модные тряпки и щедро снабжал ими не только подружек, но и полезных ему знакомых по общежитию АЗЛК.

Казанова, как прозвали его приятели, своих слабостей не скрывал. Не было ни одной смазливой девчонки, с которой бы он не знакомился, а позже — не пытался перевести знакомство, как он выражался, «на рельсы любви».

Такая «объективна» подтвердилась записями в телефонной книжке. В ней были десятки женских имен, адресов и других отметок, которые предстояло расшифровать сыщикам. Другой интересный предмет, найденный среди вещей убитого, альбом любительских фотографий женщин, в том числе снятых в комнате. Некоторые «фотомодели» были запечатлены в костюме Евы в различных ракурсах. Очевидно, хозяин альбома вел своеобразный донжуанский список.

Но самой неожиданной находкой оказались несколько магнитофонных кассет, обнаруженных вместе с альбомом. На ярлычках кассет значились женские имена с указанием времени записи. Александр Борисов вставил одну из них в магнитофон и нажал клавишу «Воспроизведение».

Сначала из динамика слышалось потрескивание, затем шум борьбы, звук разбившегося стекла и женский голос:

«Отпусти, что ты делаешь! Я буду кричать!»

И мужской, прерываемый тяжелым дыханием и грохотом опрокидываемой мебели:

«Ишь ты, мимоза какая! Думала, тебя на чай приглашали? Хоть оборись, никто на помощь не придет… »

Треск рвущейся материи, сдавленный женский стон, звук удара и плач. После этого диалог прекратился, но о действиях мужчины и женщины догадаться было нетрудно. Наконец снова послышался голос:

«Ну и что плохого случилось? Напрасно невинность из себя корчила. Еще спасибо скажешь и опять прибежишь. Разве плохо было?»

Ответом были всхлипывания:

«Ты — подонок, не надейся, что тебе сойдет это с рук!»

На каждой из прослушанных Александром Борисовым кассет были зафиксированы интимные встречи потерпевшего с женщинами. Делал он это мастерски, используя магнитофон, вмонтированный в телефон с автоответчиком. А запись включал в соответствующий момент.

Чем объяснялось такое хобби, понять было нелегко. Но когда сыщики МУРа опросили знакомых убитого парня, все стало ясно. Схема действий Казановы оказалась простой и очень эффективной. Работая на АЗЛК, он параллельно успевал заниматься коммерцией, специализируясь на косметике и одежде. Приглянувшуюся женщину, на выгодных для нее условиях, втягивал в торговые операции, под убедительным предлогом заманивал в комнату, а там — действовал по обстоятельствам.

Одни шли с ним на близкие отношения добровольно, воспринимая их как естественное продолжение коммерческого партнерства, других приходилось уламывать, уговаривать, «покупать» за какие-то услуги или товары. Для этой категории Казанова и использовал магнитофон. Запись оказывалась прекрасным аргументом при шантаже женщин, если они отказывались продолжать связь. Циничный пройдоха в соответствующий момент всегда просил партнерш ласковым голосом: «Скажи, что любишь». И не каждая отказывала…

Были на лентах и слезы, и истерики, записан был и самодовольный голос героя-любовника, праздновавшего очередную победу. Он все большее удовольствие получал от сознания власти над попавшими в зависимость женщинами.

Через несколько дней подозреваемые были установлены. Ими оказались молодой парень и его двадцатилетняя подружка, изнасилованная Казановой.

В милицию девушка не обратилась. Она обо всем рассказала близкому другу — молодому парню, прошедшему службу в десантных войсках. И тот решил отомстить по-своему.

Вместе с подругой они выследили обидчика, узнали распорядок его дня, привычки. Вечером молодые люди подкараулили насильника у дома и, как только он открыл дверь, ворвались следом. Борьба была короткой. Парень нанес один смертельный удар в шею. И когда умирающий упал, палач приступил к расправе…

Глава 9

СВЯТЫХ УЖЕ ВЫНОСЯТ

Антикварный рынок в столице существует десятки лет. Точнее говоря, он зародился в 1957 году, во время проведения Всемирного фестиваля молодежи и студентов. Тогда монополия государства, приторговывавшего предметами старины и произведениями искусства, была нарушена. Иконы и другие раритетные вещи начали нелегально вывозиться на Запад сотрудниками дипломатических представительств и студентами.

С тех пор многое изменилось. Даже политическая ситуация в стране. Но законы антикварного рынка остались прежними. Это — закрытый мир, со своими традициями и тайнами, подлинных масштабов которого не знают даже сотрудники спецслужб. Причастные к арт-бизнесу люди очень скрытны. Там, где переплетаются высокое искусство, большая политика и кровавая уголовщина, излишняя болтливость или простодушие легко могут стоить свободы, а то и жизни.

ВООБРАЖЕНИЯ НЕ ХВАТАЕТ

Долгожителей в арт-бизнесе по пальцам пересчитать можно. Кто успевает собрать коллекцию и сколотить состояние, старается «не светиться». Даже если он продолжает операции на антикварном рынке, то делает это через посредников. Кредо известных коллекционеров и перекупщиков — осторожность и еще раз осторожность. У них сложная судьба и запутанные отношения с законом. Про них сочиняют легенды и анекдоты.

В восьмидесятых все перекупщики помимо антиквариата занимались фарцовкой. Объяснение этому симбиозу простое. Реального рынка внутри страны не было, продавать Фаберже и редкие иконы за «деревянные» никто не хотел. Коллекционеров нужно было искать, и платили они мало. Зато иностранцы выкладывали пачки «зеленых» и к тому же снабжали перекупщиков «конвертируемым» шмотьем, которое в СССР помогало обрастать связями и находить нужных людей.

Контакты с иностранцами, разумеется, не ускользали от бдительного ока КГБ. Все антикварщики были на учете спецслужб и разрабатывались сотрудниками Комитета так же, как резиденты иностранных разведок и военные атташе. Результатами этих схваток на «невидимых фронтах» становились громкие процессы над валютчиками и спекулянтами с чудовищными по нынешним либеральным временам приговорами — расстрелами и пятнадцатилетними тюремными сроками. Из страны высылались десятки дипломатов и торгпредов, а офицеры спецслужб поощрялись правительственными наградами.

Доходило до курьезов. В громком деле Юлия Фанда, бывшего оперативника МУРа, сколотившего в 1983 году преступную группу из тридцати человек (среди них были сотрудники милиции и КГБ), основными перевозчиками ценностей являлись высокопоставленные служащие посольств Замбии, Ганы, Чада и Гвинеи. Один из дипломатов — посол Габона — получил даже за свое усердие прозвище Самосвал. В 1986 году он ухитрился зараз провезти через границу ценностей на 200 тысяч долларов.

Но и это, конечно, не предел. Большая часть «черных» рекордов так и осталась неизвестной. Это выяснилось позже, когда на Западе как опята после дождя начали один за другим появляться антикварные магазины, специализировавшиеся на русской старине. В Берлине, например, целая улица состояла из лавочек, где торговали контрабандой с Востока.

Теневой бизнес складывался вокруг всех кустарных производств. В Измайлове на Сиреневом бульваре было единственное место в Москве, где разрешалось покупать изделия из серебра кубачинских мастеров. (Ограничение на скупку «пробил» дальновидный директор торгового предприятия.) Знающие дело не понаслышке люди вспоминают, что «стоявшие» на Сиреневом бульваре барыги имели в день чистым наваром… 150 тысяч рублей!

Воротилы антикварного рынка сколачивали состояния по случаю. Однажды перекупщик взял на Старом Арбате золотой самовар по цене медного лома. Да что там самовар! Бесценная золотая эмалевая икона работы Фаберже покупалась в ломбардах так: эмаль хозяину предлагали отковырять и сдавать оставшийся металл на вес.

Состояние уходило так же просто, как и появлялось. Валька Крыса, которую знали все коллекционеры и барыги, погорела на валюте. Комитетчики провели у нее в квартире и на подмосковной даче десятки обысков, но нашли лишь сотую часть накопленных богатств. Вальке светил нешуточный срок. (Читателям молодого поколения напомню, что статья 88 УК РСФСР — нарушение правил о валютных операциях — относилась к главе первой Уголовного кодекса: «Особо опасные государственные преступления». По ней предусматривались наказания от трех лет до смертной казни с обязательной конфискацией имущества.) Но антикварщица не унывала. Она-то знала, что до главной кубышки опера не докопались…

Каково же было отчаяние скупщицы, когда она услышала о выдаче мужем оставшихся валютных и ювелирных ценностей. Наивный муженек полагал, что таким образом облегчит участь супруги и ей скостят срок. Узнав о случившемся, Валька едва не наложила на себя руки.

Другая знаменитость — перекупщик Вова Кожаный, получивший десять лет с конфискацией имущества. Реквизированное оценили в 500 тысяч — по ценам восьмидесятых годов сумма астрономическая. Но и она не отражала реальной стоимости коллекции. Знакомые с Кожаным люди утверждают, что цена его антиквариата выше оценки в 100 раз.

Денис Ф. - представитель новой волны антикварного бизнеса. К своей «точке» — одному из ломбардов в центре Москвы — он подъезжает на спортивном двухдверном «БМВ». У входа в ломбард его можно видеть ежедневно — с утра до закрытия скупки.

Денис одевается по-европейски — мягкая просторная куртка, добротные брюки и удобные мокасины. В бар-сетке, рядом с пачкой долларов, фунтов и рублей, миниатюрный мобильный телефон. Денис не вздрагивает, увидев в толпе милицейскую фуражку или заметив на себе подозрительно внимательный взгляд. Но, по вполне объяснимым причинам, попросил не указывать его фамилии.

— Бизнес строится примитивно, — рассказывает Денис. — Найти лоха и купить по дешевке. Разницу — себе в карман. Иногда это копейки, а порой — тысячи баксов. Сейчас зарабатывать труднее. Это раньше никто ничего не понимал. Приносит лох кольцо с бриллиантом, а ему говорят: «Гражданин, у вас не драгоценный камень, а фуфло, стекляшка».

Тот не верит. Но идти в ломбард неохота. Известно ведь, в государственной скупке ему полцены назначат. Тут момент поймать нужно.

— Я сам видел, — продолжает Денис, — как в такой ситуации перекупщик ножом выковырнул бриллиант чистой воды и бросил его в грязь на тротуаре: гляди, мол, не нужна твоя стекляшка. После этого лох уже не сомневался, пересчитал свои «законные» в счет золотой оправы и ушел. Как только он скрылся за углом, перекупщик бросился на землю и дрожащими пальцами начал перетирать грязь… Найдя камень, взвыл от восторга. «Стекляшка» стоила четыре тысячи «зеленых»…

В начале девяностых, вместе с ветрами перемен, в Москве возник антикварный бум. К тому времени многие уехали в Европу «отмывать» нажитые в советский период состояния. Они с интересом поглядывали в сторону России. Государство сняло гнет снастного предпринимательства, разрешило валютные операции. Кроме того, доживало свой век поколение, воспитанное в традициях XIX века и знавшее цену фамильным реликвиям. Умирали последние российские дворяне, зажиточные купцы и мещане. Их дети и внуки охотно понесли в скупку вещи, подлинную стоимость которых не понимали даже отдаленно.

— Внук московского митрополита, — эмоционально говорит Денис, — притащил изумительной работы дарохранительницу Фаберже. На ней даже надпись сохранилась: «Митрополиту московскому от братьев Овчинниковых». Хозяин продал вещь, поверить невозможно, за тысячу долларов! В течение дня дарохранительница была трижды перекуплена. И ее цена постоянно повышалась. Последний раз ее за шестьдесят две тысячи взяли! У большинства даже воображения не хватает, сколько может стоить такая вещь. На последнем аукционе «Кристи» похожая дарохранительница ушла за четыреста тысяч…

Открывались новые ломбарды. Но пусто в них никогда не было. Вещи повезли со всей страны — в Москве самые высокие цены, и дорога окупалась. Народу было столько, что люди занимали очередь с ночи!

Дежуривший у таганского ломбарда милиционер рассказал, что зимой ожидавшие очереди клиенты жгли во дворе костры. Приходилось следить, чтобы они не разводили огонь близко к зданию ломбарда. А сама скупка походила на гигантский многоэтажный склад. Сейчас о том времени напоминают тысячи пустых вешалок, сложенных штабелями в гулких сумрачных хранилищах.

ПОРТСИГАР С БРИЛЛИАНТАМИ

Вместе с новыми ломбардами в девяностых появляются так называемые «оценки». Они располагаются вокруг скупок и антикварных магазинов таким образом, чтобы человек обязательно их заметил.

Если продавец опасается по каким-то причинам нести вещи в ломбард, где необходимо предъявлять документы, то мимо «оценки» он не проскочит.

«Оценки» держат перекупщики. Это та же «заманка» для лохов.

В первые годы после развала Союза ломбарды и скупки находились под пристальным вниманием братков. Все антикварщики и коллекционеры, работавшие у магазина «Нумизмат», платили бандитской «крыше» по 30 долларов, и то не всегда помогало.

Из Казани, Набережных Челнов, Кемерова приезжали бригады бритоголовых, которые шакалили вокруг «хлебных» мест. Нужно было смотреть в оба, чтобы не стукнули трубой по голове и не оттащили для шмона в ближайшую подворотню.

— Теперь стало спокойней, — рассуждает прошедший «университеты» Денис, — но настоящий антикварщик никогда не расслабляется. Он — волк-одиночка, никому не доверяет, а значит, ни на чью помощь рассчитывать не может. Вот Егор — старейший московский перекупщик. Начинал еще в шестидесятых. Все, кто с ним пил, — давно умерли. А он по-прежнему выходит на точку, обувает лохов.

О коллекции Егора рассказывали чудеса. Однажды комитетчики устроили у него дома обыск. Простучали стены, вскрыли короб холодильника, развинтили кровать с панцирной сеткой — искали ювелирные ценности. Но так ничего и не нашли. Операм было невдомек, что у Егора сердце проваливалось в пятки, когда они выходили перекурить на балкон. В кафельном полу на балконе хозяин оборудовал тайник, где в числе прочего лежал усыпанный бриллиантами орден Андрея Первозванного. За него коллекционеры сразу дают 250 тысяч долларов.

Под бомжей шифруются и другие лидеры антикварного бизнеса. Они ходят в потрепанной одежде, ездят на дешевеньких автомобилях, а дома хранят лишь самое необходимое для нормального быта. При этом у них всегда «на кармане» не меньше 20 тысяч «зеленых» — «НЗ» для совершения экстренной сделки.

Егора лишь однажды видели в красивой дубленке, лисьей шапке и фирменном костюме. Он приехал в военкомат «отмазывать» внука от армии. Подробности того похода неизвестны, но итог красноречив: внук антиквар-щика был признан не пригодным к воинской службе. Дедушка вопрос «решил».

Подловить Егора пытались не только спецслужбы. Братки давали за адрес перекупщика 10 тысяч долларов. Но вычислить его не удавалось никому. Известно было лишь, что живет он на севере столицы. Хитрый антиквар-щик отрывался от хвоста в районе Ботанического сада.

Года два назад Егору посчастливилось купить на Таганке бриллиантовое колье с двумя сотнями камней. Вещь была похищена у кого-то из грузинских авторитетов. Уже на следующее утро к скупке подъехало несколько джипов с мрачного вида кавказцами. Они стояли около точки несколько дней.

Егор так и не показался. Колье исчезло, а скупщик вышел сухим из воды.

Антикварщики рассказали, как однажды Егор пострадал за болтливость. Он якобы заложил ментам кого-то из дружков. В отместку его бросили в воду с Киевского моста, около магазина «Филателист».

Вообще-то антикварщики редко друг с другом ссорятся. У них даже существует неписаное правило: кто первый у лоха спросил цену — тот имеет приоритетное право на покупку. Случается, что правило игнорируется. И тогда доходит до драки. ЧП случилось в прошлом году около скупки в районе Автозаводской. Обиженный братьями по цеху перекупщик пришел к ломбарду с охотничьим ружьем и пальнул в воздух. Спустил пар, одним словом.

Антикварщики — в основном мужчины. Женщины среди них встречаются редко. Как объяснили мне завсегдатаи — у женщин нет хватки, они раздумывают, когда нужно принимать решение мгновенно, и не настолько владеют информацией. Возможно, говорившие это были закоренелыми женоненавистниками…

Что касается информации, точнее, умения распоряжаться ею, об этом компоненте успеха я слышал от нескольких перекупщиков. В голове должна быть библиотека ювелирных и антикварных книг. Тогда из кучи новодела и откровенной пошлятины можно выбрать действительно стоящую вещь. Но главное — опыт.

— В бриллиантах нельзя разбираться, — уверяет Денис, — пройдет через тебя тысяча камней — тогда начинаешь понимать. Теория одно — а практика… Раньше бриллианты каждый день несли. Сейчас гораздо реже. Есть люди, которые годами стоят, прежде чем поймают удачу.

Не все ждут улыбки фортуны, простаивая возле ювелирных магазинов и «оценок» на Старом Арбате, у ломбардов и антикварных лавок. Есть категория искателей кладов. С осени они залезают в библиотеки, штудируют архивные документы, изучают карты и архитектурные планы дворянских усадеб. А с наступлением тепла, вооружившись металлоискателями и тестерами, романтики едут на раскопки.

По оценкам специалистов, археологам удается извлечь из земли примерно трехсотую часть сокровищ. Им не хватает средств, техники, а порой и времени, чтобы «процедить» как следует землю, где спрятан клад, простучать каменную кладку, «прозвонить» металлоискателем территорию чьих-нибудь угодий.

Успех подобных походов довольно велик. Просто никто не станет объявлять во всеуслышание, что нашел в Подмосковье сундук с золотыми монетами или шкатулку с орденами. Делиться ведь надо…

Вадим Ш. в поисках сокровищ изъездил все области Золотого кольца. Он показывал мне японский металлоискатель стоимостью 1, 5 тысячи долларов. Прибор оснащен компьютером и дисплеем, на который выводятся сведения о форме предмета и глубине его залегания под землей.

— Лишь однажды мне повезло, — вспоминает Вадим. — Нашел кубышку с екатерининскими пятаками. А мой приятель более удачлив. Ему в Подмосковье, на территории разрушенной еще при Хрущеве усадьбы, рядом с Ленинградским шоссе, удалось достать из-под земли серебряный портсигар, заполненный крупными бриллиантами… В следующем году я снова поеду. Должно же повезти! Клады мне ночами снятся.

Искатель приключений по прозвищу Солдат занимался поисками сокровищ в Болгарии. Сначала сходило с рук. Но как-то раз он выбрал в поводыри не тех людей, и личностью его всерьез заинтересовались болгарские контрразведчики. Теперь Солдат за границу не ездит. «Болгарская тюрьма еще хуже нашей», — говорит он.

У антикварщиков существует довольно четкая специализация. Есть знатоки живописи, бронзы, фарфора. Немало нумизматов, филателистов, собирателей оружия, старинных костюмов и книг. Особое место занимают досочники — коллекционеры и продавцы икон. Несмотря на многолетнюю практику контрабандной торговли и вывоза российских раритетов за границу, масштабы иконного бизнеса не идут в сравнение ни с каким другим.

«УГОДНИК» В ХОЛОДИЛЬНИКЕ

В субботнюю ночь Измайловский вернисаж производит странное, мистическое впечатление. Еще до рассвета на территории ярмарочного комплекса появляются группы немногословных, озирающихся по сторонам мужчин. Дорогу себе они освещают карманными фонариками. Узкие лучики вырывают из мрака сосредоточенные лица, свертки, объемистые сумки. Происходящее невольно ассоциируется с рассказами про ночь под Ивана Купалу. И если бы не привычный городской пейзаж вокруг и тарахтящий вдалеке милицейский «уазик», было бы совсем жутковато…

Суббота в Измайлове «иконный день». Так уж повелось. Еще глубокой ночью сюда со всей России и даже из Европы — Германии, Польши, Франции — приезжают те, кто занимается иконным бизнесом. Это коллекционеры, перекупщики, агенты крупных антикварных магазинов, продавцы, жулики, промышляющие кражами церковных ценностей, и сотрудники различных спецслужб, имеющих на вернисаже свои интересы.

— Спрос на древнерусское искусство не падает, — говорит детектив уголовного розыска Владимир Ионов. — Ежегодно по различным каналам за рубеж вывозится несколько тысяч икон. По данным Интерпола, восемьдесят процентов церковной живописи, созданной до 1917 года, уже находится за границами России. Но самое поразительное — подпитывающие черный рынок антиквариата источники до сих пор не иссякли. А число преступлений в этой сфере не уменьшается. Казалось бы — Московская область, в ней и деревень-то настоящих патриархальных не осталось. Всюду проникли городские традиции, везде дачники или туристы вытоптали и облазили каждый уголок. Тем не менее здесь еще находят уникальнейшие иконы. Это притом что в некоторых деревнях, например Анциферове, Панарине, Мисцене, Губине Орехово-Зуевского района, воры залезали в каждый дом. И не по одному, а по два или по три раза!

Владимир Ионов объясняет феномен традициями. Павлово-Посадский, Орехово-Зуевский, Егорьевский и Коломенский районы находятся на северо-востоке области. Многие века здесь жили староверы, не только сохранявшие образ жизни, но и оберегавшие культовые ценности. Иконы и церковную утварь передавали от одного поколения к другому. Люди спасали символы веры, несмотря на гонения и жестокую атеистическую политику государства. На чердаках покосившихся, вросших в землю деревянных изб можно отыскать настоящие музейные сокровища. Не случайно северные районы Подмосковья антикварщики называют «Золотым треугольником» России.

Увы, об этом хорошо известно жуликам. Кражи антиквариата, по словам заместителя начальника уголовного розыска Московской области Валерия Рогова, стали бедствием для отдаленных поселков и глухих деревень. Недавно произошла история, которую можно было бы назвать курьезной, если бы не ее удручающий смысл.

Храм в поселке Быково был дочиста ограблен неизвестными. Едва милиция успела опросить свидетелей, собрать хоть какие-то факты и улики, как случилось новое ЧП. Три дня спустя преступники вновь вломились в тот же храм. То ли адрес перепутали, то ли с коллегами по ремеслу не согласовали действия…

Крадут все, даже не представляющие никакой ценности вещи. Воры не могут порой отличить новодел от подлинных шедевров. Они руководствуются принципом: хватай — там разберемся.

Несколько банд антикварной направленности действовали в Егорьевском, Воскресенском, Орехово-Зуевском районах. Преступления совершались дерзко, грабителей не смущало присутствие дома хозяев или сторожей в церкви. Причем большая часть краж относилась к категории заказных, прослеживалась связь между преступниками и продавцами раритетов.

Особенно огорчает то, что мы навсегда лишаемся уникальных ценностей. Если вор украдет дорогие вещи, радиоаппаратуру, продукты питания — это плохо. Хозяину наносится значительный материальный ущерб. Но если исчезает икона XVI века — это трагедия общая…

Ежегодно растет число квалифицированных хищений. Воры действуют не наобум, а ведут подготовку, изучают устройство и тип сигнализации объекта, узнают режим его работы, следят за соседями. При задержании у преступников изымается специальная техника — радиостанции, переговорные устройства, мощные болторезы, оружие, электронная техника.

Жулики сами редко знают, у кого в деревне может сохраниться антиквариат. Поэтому наводчиками становятся местные жители. У сыщиков есть примета: если нападение совершалось грабителями в масках, значит, среди преступников есть люди, хорошо знакомые хозяевам.

Получив «наколку», жулики действуют прямолинейно. Подъезжают к деревне поздно ночью. Машину с водителем оставляют на околице. Стучат или звонят в дверь: «Комбикорм нужен?» Если хозяева, на свою беду, открывают — то задача облегчается. Если же будут осторожничать — и здесь «рецепт» имеется. Выламывается дверь (в деревнях, в отличие от города, металлические двери редкость) или окно, преступники врываются в дом, нейтрализуют хозяев и забирают ценности.

В деревне Мисцево наводчик ошибся домом. Налетчики думали, что им предстоит иметь дело с семидесятилетней старухой. А в доме оказалась молодая семья. Мужчина, увидев в оконной раме бандита, схватил топор и наотмашь рубанул незваного гостя. Тот замертво рухнул с подоконника. Второй грабитель лишился пальцев правой руки. Суд признал действия хозяина необходимой обороной.

В поселке Радовицы воры проникли в стоящую на окраине церковь. Кроме пожилой женщины, следившей за порядком в храме, никого внутри не было.

Налетчики не долго думая накрыли голову женщины подушкой, но не рассчитали силу, и несчастная погибла от удушья.

Впрочем, убийства грабителями совершаются очень редко. Как пояснили сыщики, досочники на «мокрое» дело не идут. Только если вынуждают обстоятельства.

В деревне около поселка Куровская воры вломились в дом одинокой старушки. Чтобы бабушка не мешала поискам икон, ее запихнули в деревянный сундук и закрыли крышку. Несчастная осталась жива благодаря счастливому случаю. К соседке приехал сын, она стала готовить ужин, но кончилась соль. Женщина, несмотря на поздний час, отправилась к бабушке и, увидев разгром, вызвала милицию. Оперативники и освободили из сундука почти задохнувшуюся старушку.

Владимир Ионов работает в уголовном розыске давно. Он поименно знает всех воров-антикварщиков. Большинство из них рецидивисты, имеют по нескольку судимостей {орехово-зуевский рекордсмен Тапаев, например, получал сроки восемь раз — все за кражу икон), нигде не работают и кражами занимаются профессионально.

О доходах жуликов судить трудно. Есть доски по 20 долларов. Их берут как «мусор», продавая лохам или иностранцам в Измайлове. Хорошая икона стоит 500-1000 долларов. Но такая удача редкость. Совсем нечасто попадаются уникальные вещи, как, например, икона, украденная в деревне Слободище Павлово-Посадского района. Ее стоимость по самым скромным оценкам достигала 25 тысяч долларов.

Иконы крадут десятками, а то и сотнями. Антикварный промысел — дело доходное. Так, группа Салолина, орудовавшая в Подмосковье, пыталась сбыть оптовикам-перекупщикам сразу 150 икон. А другая шайка воров была задержана детективом Натальей Малинкиной с 400 иконами, грудой церковной утвари и музейного коллекционного оружия — рекорд за всю историю послевоенного МУРа. Жулики грабили церкви и дома верующих в Ярославской и Владимирской областях.

Недавно сыщики поймали воров, работавших семейным подрядом. Отец и сын выбирали объект нападения — церковь в отдаленном районе — по карте Московской области, садились в старенький «Запорожец» и отправлялись в путь. Воры пользовались отсутствием в храмах охранной сигнализации и ветхостью решеток на окнах. Папаша перекусывал болторезами или перепиливал ножовкой прутья и запускал в храм пятнадцатилетнего отпрыска. Тот пролезал в дыру и передавал папочке иконы и утварь. Общая сумма похищенного в нескольких районах области составила почти миллион рублей.

Хитрые воры нашли удачный способ транспортировки краденого. На багажник «Запорожца» они прикрепляли удочки и свернутую палатку. У милиции на постах вид папы с сыном, едущих на рыбалку, вызывал приятные ассоциации, и они не трогали жуликов. Автоинспекторам не могло прийти в голову, что багажник и салон машины забиты украденными из церквей вещами.

Года два назад сотрудники ГИБДД на 52-м километре Егорьевского шоссе остановили «Жигули» с прикрепленным на крыше холодильником «Саратов». Водитель предъявил документы, но явно нервничал. Гаишники проверили техническое состояние автомобиля, наличие аварийного сигнала, запаски, огнетушителя и аптечки и собирались уже пожелать хозяину счастливого пути, однако напоследок решили проверить крепление «Саратова». Когда сотрудник милиции приподнял крышку холодильника, то остолбенел: там лежало шесть икон… Позже выяснилось, что иконы были похищены в одном из храмов Ногинского района.

Не менее экзотическим оказалось задержание группы воров, выполнявших заказ московских перекупщиков антиквариата.

ИСКУССТВОВЕД С ФОМКОЙ

— Опять «мусор» предлагаешь? — Покупатель брезгливо отодвинул от себя небольшой трехчастный медный складень. — Я уже предупреждал, середняк меня не интересует. Ты неси высший уровень-семнадцатый, восемнадцатый век, «ржавые», «календари», натуру, одним словом. А ты опять штамповку впарить хочешь. Да в Измайлове такими «раскладушками» каждый второй торгует…

Продавец без спора забрал предложенный складень, оглянулся по сторонам, как бы проверяясь от посторонних, и спокойно произнес:

— Ладно, не шуми, понял. Только настоящих вещей у нас сейчас мало. Подождать придется.

Он сунул складень в неброскую спортивную сумку, вынул из кармана сигареты, прикурил и подвел итог:

— Вижу, ты покупатель серьезный. Нам как раз такой и нужен. Постоянный клиент у нас был, но летом за кордон уехал. Горя с ним не знали, а теперь — ищем нового партнера. Если ты готов, мы через пару недель привезем тебе и восемнадцатый век, и серебро, и книги церковные. Но чтоб без обмана — деньги сразу без отговорок.

Покупатель, молодой человек в лайковой кожаной куртке, протянул собеседнику руку:

— Вот это другое дело. Жду сигнала. Деньги выплачу не откладывая. Главное — товар хороший предложи.

Этот диалог происходил в центре Москвы между торговцем краденым антиквариатом и скупщиком. Предлагавший иконы человек действительно присматривал серьезного клиента. Его постоянный партнер, имевший хорошие связи в антикварных магазинах столицы и среди собирателей старины, несколько лет исправно скупал и перепродавал раритеты. Он был неглупым человеком и понимал, что конец у веревочки все же есть. А потому, сколотив приличный капитал на торговле ворованными святынями, предпочел сменить место жительства. Оставив Москву, он переехал в Западную Европу.

Бригада, специализировавшаяся на ограблениях церквей и стариков, запаниковала. Где найти замену надежному и денежному скупщику? Ситуация осложнялась тем, что воры жили в городе Коврове Владимирской области и не имели прочных контактов в Москве. Решено было отправить в столицу одного из членов банды с небольшой малоценной иконкой. С ее помощью гонец рассчитывал выйти на солидного покупателя, а в лучшем случае обзавестись новым постоянным партнером.

Несколько дней жулик слонялся по городу, обивая пороги антикварных лавок и скупок. Удача никак не приходила, а рисковать, в открытую предлагать людям церковный раритет сомнительного происхождения, он не хотел. Но однажды ему повезло. Гость из Коврова потягивал пиво в кафе, когда к нему подсел молодой парень. Разговорились, выпили еще. Парень, как выяснилось, неплохо разбирался в досках, готов был помочь в реализации.

Несколько раз они встречались для обсуждения деталей: гость предлагал дешевые поделки, перестраховываясь и прощупывая нового знакомого. Тот, понимая, почему осторожничает гость, события не торопил: настоящее дело спешки не терпит. Был у покупателя и еще один тайный резон. Парень, согласившийся купить иконы у ковровских грабителей, был сыщиком МУРа.

Наконец партнеры утрясли окончательно детали предстоящей сделки, назначили срок встречи. Оперативники ждали поступления большой партии раритетов. Банда, судя по рассказам ковровского досочника, собиралась предложить уникальные иконы. Но то, что увидели сыщики, превзошло самые смелые предположения: на тихий пустырь в Замоскворечье, где была назначена встреча, с надсадным рычанием вполз огромный трей-лер-»мерседес», груженный иконами, серебряной утварью, окладами, книгами и прочими вещами, используемыми для совершения церковной службы.

По словам руководившего оперативной комбинацией Александра Королькова, похищенное тянуло по меньшей мере на 100 тысяч долларов. Сотрудники СОМа Олег Химиченко, Борис Трошин и Владислав Карпухин около двух часов переносили краденые вещи из «мерседеса» в охраняемую комнату. О размахе, с которым действовала бригада, можно судить по списку изъятого антиквариата. Икона «Годовая Минея» (размеры 135x170 сантиметров) весила свыше 50 килограммов. Более метра в высоту или около того достигали иконы «Флор и Лавр», «Иоанн Богослов», «Великомученик Пантелеймон», «Дмитрий Солунский», «Георгий Победоносец»…

Кроме десятков икон, которыми были заставлены кабинеты сыщиков, в перечне краденого были требники, псалтыри, Евангелие, служебники и другие редкости. Среди изъятого — шкатулки, дарохранительницы, кресты, лампады, хрустальные вазы и кувшины, подносы, колокольчики и многое другое. Большая часть вещей была похищена из храма села Горки Камешковского района Владимирской области. Судя по всему, жулики оставили в храме лишь фрески и голые стены.

Иконным бизнесом ковровская бригада занималась давно. Организатором ее был выходец из Дагестана, трижды судимый рецидивист. (На момент задержания он находился в розыске за квартирный разбой во Владимире.) Главарь взял в долю земляка и двух местных двадцатишестилетних жителей. Организатор ковровских досрочников освободился в 1992 году и, приехав во Владимирскую область, быстро почувствовал конъюнктуру. За три с половиной года воры изучили храмы Золотого кольца России, обчищали сельские церкви и частные дома, где еще сохранились ценнейшие произведения искусства.

В бригаде был «эксперт», наводивший грабителей на редкие и дорогие иконы. Он путешествовал по старинным русским городам, заходил в храмы, под видом глубоко верующего подолгу стоял перед иконами, изучал школу письма, качество, сохранность, оклад, чтобы потом дать полную характеристику имеющегося убранства. За труды наводчик брал 30 процентов от выручки и, надо думать, на хлебе и воде не сидел.

Техника проникновения в храм у ковровских грабителей зависела от обстоятельств. Иногда они подпаивали сторожей и беспрепятственно обчищали храм. В некоторых случаях прятались внутри церкви, но чаще всего обходились без свидетелей. Ночью подъезжали к «объекту» на машине, перекусывали дужки замков (для этого имелись мощные гидравлические ножницы) или сбивали запоры кувалдой.

Кражи из церквей стали привычным явлением. В иконостасах появляется все больше новодела, а редкости и настоящие реликвии чаще можно встретить в частных коллекциях и музеях. Хотя и музеи подвергаются разграблениям ничуть не меньше. Воров, о чем свидетельствует раскрытие в Москве краж из Исторической библиотеки, Музея имени Пушкина и Кутузовской избы, не смущает всемирная слава украденных экспонатов. И, как показывает практика, они не заблуждаются. Достаточно сказать, что личные вещи фельдмаршала Михаила Кутузова без хлопот реализовывались вором через многочисленные антикварные магазины в центре города.

БАЙКИ СТАРОГО АРБАТА

Если перечислить туристические доминанты Москвы, то список получится довольно внушительный. Музеи и театры, магазины и центральные улицы, парки и знаменитые некрополи, храмы, выставки, мемориальные комплексы…

Объять необъятное невозможно. И каждый найдет в списке что-то самое притягательное, свое. Но если из множества личных путеводителей выбрать три чаще других встречающихся объекта, то наверняка это будет Красная площадь, с Кремлем, храмом Василия Блаженного и торговым комплексом «Охотный ряд», знакомая каждому Третьяковская галерея и, конечно, пешеходная улица Старый Арбат.

Москву трудно представить без Большого театра, Пушкинского музея, шпилей сталинских высоток, иглы Останкинской телебашни, Пушкинской площади и скользящей к Кремлю Тверской. Ноте, кто знает и любит город, наверняка согласятся: улица, лучше других передающая обаяние столицы, с ее недостатками и достоинствами, эклектикой, соседством культуры и откровенного кича, это, несомненно, Старый Арбат.

Здесь найдется развлечение на любой вкус и кошелек. Хот-доги и гамбургеры для рядовых туристов и простых зевак. Фешенебельные рестораны и бары — для богатых путешественников и снобов. Майки с изображениями Ленина с кукишем, эмблемы «Столичной» водки и храма Христа Спасителя, гжельский фарфор, матрешки, хохлома, резьба по дереву. Мануфактура и камни — для невзыскательных скуповатых иностранцев. Впрочем, здесь можно отыскать исключительные по красоте вещи. Сюда стекаются остатки еще не вывезенных из страны ценностей. Не случайно перекупщики называют Старый Арбат центром России.

Улица притягивала к себе во все времена. В этом легко убедиться, неторопливо пройдя за двадцать минут от бульваров до Смоленской площади. Где еще в одном месте Москвы можно побывать в местах, которые были близки и хорошо известны Пушкину, Гоголю, Аксакову, Тютчеву, Скрябину, Рахманинову, Белому, Блоку, Бунину, Толстому, Вахтангову, Мельникову, Булгакову… Но это другая тема.

Неизвестно, как сложилась бы история Арбата в XX веке, если бы не прихоть Сталина, выбравшего ближней загородной резиденцией дачу в Волынском. После этого улица получила статус правительственной трассы. Ее охраняли, холили и лелеяли. На крышах домов сидели снайперы, а по тротуарам постоянно отирались топтуны, зорко выискивавшие среди прохожих подозрительных личностей — вождь и учитель любил иногда пройтись пешком по Арбату, чтобы потом снова сесть в «паккард» и умчаться с кавалькадой охраны в таинственную недосягаемую неизвестность.

Я родился в Серебряном переулке и детство провел в уютных арбатских дворах. Помню, дед рассказывал, как однажды едва не поплатился за свою любовь к прогулкам по Арбату. Как-то под вечер они с товарищем не спеша шагали по улице. Неожиданно метрах в пяти перед ними остановился тяжелый бронированный лимузин, из которого вылез Сталин. Вождь накинул на плечи шинель и двинулся вперед.

Деду с товарищем ничего не оставалось, как следовать за генсеком на почтительном отдалении.

Недалеко от Плотникова переулка Сталин сделал знак рукой, двигавшаяся в стороне машина остановилась, он открыл дверцу, и через минуту черные автомобили исчезли из виду.

— Ваши документы, — услышал дед вкрадчивый голос.

Рядом появились четверо людей в штатском, чьи уверенные и строгие манеры не оставляли сомнений в их полномочиях. На беду, у деда не было с собой никаких бумаг, удостоверяющих личность. «Пешеходы» в штатском переглянулись:

— Пройдемте!

Неизвестно, где закончился бы тот вечер для забывчивого пешехода, если бы не его товарищ. Тот был ответственным работником уважаемого ведомства — МПС. Документы у него оказались в порядке. И достаточно было поручительства за деда, чтобы недоразумение разъяснилось.

В те годы Арбат называли буржуазной улицей: сеть магазинчиков на любой вкус, рестораны, кафе, известное на всю Москву фотоателье, знаменитая «Прага», кинотеатр «Наука и знание». На Арбате располагалось аж пять книжных магазинов! Был и один комиссионный, где принимали антиквариат, живопись, бронзу и фарфор. Крохотный по нынешним меркам торговый зал — метров 20–25. Но с него-то все и началось.

Сегодня на Арбате действует около пятидесяти художественных салонов, магазинов старины, скупок и оценок. Большая часть принадлежит фирме «Купина» — фактическому монополисту торговых операций с антиквариатом. Сотрудники «Купины» отслеживают появление чужаков на «их земле» и создают конкурентам «соответствующие» условия. Используются любые методы, в том числе и обращение к местным представителям правопорядка.

Эти действия вполне понятны. Если Арбат обозначить золотоносным ручьем, то «Купина» выполняет при нем функции драги, просеивая и отбирая наиболее ценные и дорогостоящие самородки.

Многие антикварные магазины открыты вчерашними перекупщиками. Теми, кто вовремя сориентировался, рискнул и поднялся еще в начале девяностых. Говорят, нынешний хозяин «Купины» когда-то стоял около «Праги», где и сколотил первоначальный капитал.

Арбат — это образ жизни, и арбатские аборигены не похожи на других. Старожилы помнят некоего Афоню — перекупщика, о котором ходили легенды. Афоня был не просто везунчиком. Он умел угадать, куда повернется колесо фортуны, мог расположить к себе людей, был тонким психологом. Его шутки до сих пор пересказывают как образцы местного фольклора. Увидев бредущего к ломбарду доходягу, Афоня кричал: «Эй, гражданин, давай пожурчим, как два ручейка на Колыме». Заметив потенциального клиента с усами, он делал стойку: «Товарищ буденовец, разрешите дать совет!»

Жил Афоня на Арбате. Можно сказать, ходил на «работу» в тапочках. Даже питался не как все. Жена приносила несколько раз в день теплые пирожки домашней выпечки. Афоню можно было бы назвать баловнем судьбы, если бы не ранняя смерть от рака. После него остались «мерседес», камушки и золото. Их ведь с собой не возьмешь.

Сергей К. - специалист по антикварной мебели. Чего только ему не приходилось терпеть ради бизнеса. Как известно, в районе Арбата проживало немало осколков дворянских фамилий. На одну из таких старушек Сергея вывели местные алкаши.

Бабуля — ровесница века, жила в коммуналке на Сивцевом Вражке. Ее комната походила на чулан старьевщика: кипы пожелтевших газет, порожней стеклотары, ветхих тряпок, пустых коробок и прочего мусора. Но вот мебель, стоявшая в комнате… Сергей рассказал мне, что, когда увидел ручной работы туалетный столик красного дерева, у него перехватило дыхание.

Начались тщательно продуманные маневры. Мебельщик обхаживал бабушку не хуже пушкинского Германна. Но старая «графиня» оказалась крепким орешком. Не действовали ни коробки конфет, ни цветы, ни тягучие ликеры, до которых пожилая дама была большой охотницей. Бабка и не думала продавать столик. Она, дескать, и так одной ногой в могиле. Зачем ей деньги?

Мебельщик потерял надежду и продолжал ухаживания скорее по инерции. Перспективы он уже не видел.

Однажды вечером, сидя в душной, пропахшей лекарствами и пылью каморке, новоявленный Германн угощал хозяйку какой-то сладковатой дрянью с запахом подгнивших фруктов. Он рассеянно поддерживал разговор, бросая взгляды на стоявший у стены изящный столик и кляня себя за бесхарактерность. «Все, — решил он, — сегодня — последний вечер. Ну ее к черту, старую ведьму!» Мебельщик взглянул на часы, собрался раскланяться и неожиданно услышал…

Он не сразу поверил своим ушам. Ему показалось, что он ошибся. Но, встретившись с бабкой взглядом, Сергей понял, что это не наваждение. Старуха готова была расстаться с дорогой фамильной реликвией при известном условии…

Теперь Сергей вспоминает тот случай со смехом: «На что только не пойдешь ради искусства!»

Другой перекупщик — Дима по прозвищу Малик. Арбат для него — дом родной. Диму называют ходячим каталогом. Он навскидку безошибочно оценит любой антиквариат, определит качество огранки и стоимость ювелирной работы. Но, как известно, и на старуху бывает проруха.

Как-то Диме принесли для оценки полотно Константина Маковского. Попросили 500 баксов. Малик придирчиво осмотрел картину: подпись, холст, даже рама не вызывали сомнений. Он отсчитал пять купюр… Каково же было его разочарование, когда выяснилось, что Маковский поддельный. С огромным трудом Дима нашел покупателя «подлинника» за 100 долларов.

Таких случаев хватает. Ведь простаивают десятки талантливых художников. За «левую» работу они берутся с радостью, умело подделывают известных живописцев, старят полотна и впаривают их лохам.

Высшая категория художников стоит возле лотков. (Каждый лоток приносит хозяину по 3 тысячи долларов в месяц чистого дохода.) Они приторговывают сувенирной живописью — ? монастыри, церкви, виды Москвы… Рангом ниже — портретисты и шаржисты. Их заработки нестабильны. В период массового заезда туристов они еще сводят концы с концами. В остальное время — как повезет. Если стоишь на хорошем месте — доход будет. В ином случае за день едва заработаешь на обед.

Портретисты быстро спиваются. Некоторые садятся на иглу. С наркотиками на Арбате проблем нет. У Театра Вахтангова, где постоянно тусуются гитаристы, и около стены Цоя, можно найти зелье на любой вкус.

Даже бомжи, «прописанные» на Арбате, имеют специфический лоск. Ночуют они в шахтах теплотрасс, которые из-за неглубокого залегания метро располагаются близко к поверхности земли, или в старых, брошенных во дворах автомобилях. Утром, перед «разводом» на «точки» (улица четко поделена между нищими на зоны влияния), арбатские бомжи заходят в «Макдоналдс» на Смоленской площади. Только не подумайте, что они заказывают филе-о-фиш или чизбургер. В «Макдоналдсе» туалет с горячей водой, где можно побриться и вымыть лицо. Хотите убедиться сами? Заходите в заведение «фаст фуд» часиков эдак в десять и поглядите, кто посещает WC…

Иностранцы, составляющие значительную часть гостей Арбата, редко заходят в салоны. Цены в магазинах — как в анекдотах, рассчитанные на шейхов Арабских Эмиратов и… на новых русских. Когда в салон приезжает богатый клиент, на дверях появляется табличка «Closed», на улице выставляется охрана, а предмет сделки оберегается хозяевами магазина, как военная тайна.

Тертый лоточник за несколько метров видит, что собой представляет прохожий. На случайно забредшего человека он даже не взглянет. Зато на иностранца обязательно сделает стойку. Ему известно, что кому предлагать.

Итальянцы покупают иконы, американцы — русские сувениры, немцы любят награды, военную атрибутику, значки. Всех иностранцев, в отличие от соотечественников, отличает умение торговаться до последнего цента. Поэтому торговец сначала завышает стоимость вещи «на три конца» и только потом «падает». Расстаются стороны довольными. Иностранец в полной уверенности, что совершил выгодную сделку. А продавец, у которого таких сувениров два-три десятка, спокойно складывает деньги в кошелек.

ЕЛЬЦИН, МАФИЯ, ВОДКА

В начале девяностых, когда законы не поспевали за резко меняющейся обстановкой, операции с валютой оставались заманчивым, но весьма рискованным предприятием. Формально любой милиционер мог засадить торговца-лоточника, если находил у него свыше 40 долларов наличными. Если учесть, что иностранцы предпочитали платить валютой (обмен по курсу был не в их пользу), продавцам приходилось идти на невероятные ухищрения.

Арбат того периода напоминал реку во время ледохода. Улица была заставлена сотнями столиков с сувенирами, между которых непрерывным потоком текла шумная толпа. Даже подоконники магазинов на первых этажах превращались в прилавки. Их застилали попонами и раскладывали товар. Интересно, что за подоконники «крыше» платили даже больше, чем за столы.

Улица была поделена братками на три части. В кафе «Роса» с утра до глубокой ночи сидела бригада бывших боксеров, «опекавшая» центральную часть Арбата. Другая группа базировалась в ресторане «Риони». И наконец, к «Праге» были «приписаны» чеченцы, имевшие свой интерес на главном сувенирном базаре славянской столицы.

— На Арбат я попал после развала оборонного НИИ, — рассказывает Леонид П., для которого с началом реформ жизнь понеслась в другом направлении. — Торговать шкатулками, имея высшее техническое образование, было непривычно. Да и беспокойно… Утюги и паяльники тогда были в большом ходу. Но все оказалось не так уж страшно. Отношения с «крышей» сложились нормальные: платишь — и никаких проблем. А заработки на порядок выше, чем у самого преуспевающего инженера. Единственная сложность — валюта.

У нас был постоянный клиент — японец. Ему очень нравились матрешки в виде советских вождей. Договаривались так: японец засовывал в пачку «Мальборо» две купюры по пятьдесят долларов, подойдя, «угощал» нас сигаретами. А мы, стараясь сделать это естественно и незаметно, передавали японцу пакет с комплектами матрешек. «Опалиться» можно было в два счета. «Спецуха» выпасала всех, кто мог получать «зелень» наличкой.

Мы сидим в кафе, мимо, поглядывая по сторонам, проходят люди, из чашек на столе поднимается ароматный дымок кофе.

— Каждый день на Арбате случались «гонки», — продолжает мой собеседник. — Все знали проходные подъезды, через которые можно уйти от хвоста. Если людей «принимали», они пытались сбросить валюту в спичечном коробке или фольге. Дальше — разговор в 5-м отделении милиции напротив магазина «Бублики». Повезет — отделаешься протоколами, а нет — срок… Приятель, он тоже торговал шкатулками, постоянно изобретал способы получения валюты. Например, вручив иностранцу товар, прогуливался с ним до ближайшего почтового ящика, где покупатель, вложив в конверт нужную сумму, отправлял письмо торговцу домой. Потом, испугавшись, что «засветился», приятель начал использовать адрес знакомого. Сначала все шло нормально. А потом «весточки» стали пропадать. Знакомый делал круглые глаза и уверял: понятия не имею, где письмо, ничего не получал. Пришлось искать новый вид «валютных операций». Использовали камеры хранения на вокзалах, такси, посредников…

Мошенников на Арбате не меньше, чем на любом другом бойком месте. Утром принесли цепочку — высокая проба, хорошая работа. На всякий случай «прокапали» металл — никаких сомнений, настоящее золото. Приняли товар… А вечером стали смотреть — подделка, латунь. Когда успели подменить? Но разговоры о якобы орудующих на Арбате жуликах-гипнотизерах Леонид отвергает.

— Если человек действительно разбирается, — считает мой собеседник, — повлиять на него невозможно. Как мне сунуть новодел под видом восемнадцатого века? Тут никакое внушение не поможет. Зато «развести» при оплате, имея соответствующую подготовку, можно кого угодно. Однажды подошли два парня — хорошо одетые, интеллигентного вида, вежливые: «Нужно несколько дорогих шкатулок для «фирмы». Выбрали пять штук палеха и мстёры. «Оставьте, — просят, — мы завтра деньги привезем». В назначенный час подошли. Заворачиваю им товар, иду в машину — не на виду же рассчитываться! Один из парней вытащил пачку «Кента». На ней лежали доллары. «Мы только что поменяли баксы. Здесь семьсот, как договари-вались». Смотрю, — продолжает Леонид, — купюры сложены «фантиками». «Это для удобства, — объяснили покупатели, — в случае чего легче спрятать». Проверил доллары — семь соток, без обмана. Каждую развернул, осмотрел, свернул и положил назад на пачку сигарет — парень прижимал баксы пальцем. Когда проверка закончилась и я собирался получить доллары, второй покупатель неожиданно толкнул приятеля в плечо: «Смотри, кажется, менты идут!» На секунду я отвлекся. Но, как выяснилось, этого хватило, чтобы перевернуть пачку сигарет другой стороной. Принял валюту, попрощались, я зашагал к себе, покупатели уехали на машине. Когда подошел к «точке», решил еще раз проверить баксы. Развернул «фантики» — вместо сотен увидел сложенные таким же способом единички…

Потом рассказал о случившемся опытным людям. Они объяснили, что «развели» меня настоящие профессионалы. Не так обидно стало. Правда, потом целый год «отбивал» потерянные деньги.

В другой раз подошел мужчина средних лет: «Фирмач заказал хорошие иконы. Что у вас есть?» Предложил ему неплохие доски. Он не торопился, рассмотрел каждую внимательно, сделал несколько толковых замечаний, одну попросил заменить. Торговаться не стал, но поставил условие: «Расплатится фирмач. Подъезжай завтра без четверти три к ресторану «Москва». У него там обед». Встретил меня у входа в строгом черном костюме. Я все думал, кого он напоминает? Потом вспомнил: официанта, только галстука-бабочки нет. Проходя мимо швейцара, кивнул в мою сторону: «Он со мной». Когда поднимались наверх, мой спутник вел себя так же уверенно — перекинулся шуткой с лифтером. Вошли в зал. «Вот ваш столик». Я сел. Мужчина предложил: «Делайте заказ, фирмач оплачивает. Давайте иконы, я ему сейчас покажу. Уверен — вопросов не будет». Не успел я возразить, как он мягко взял у меня из руки пакет с иконами и двинулся в сторону кухни. Я еще подумал: если бы он замыслил сбежать, то пошел бы к выходу. Но «покупателя» я явно недооценил. Минут через двадцать появилось нехорошее предчувствие. А через полчаса все стало ясно. Так и не сделав заказа, я поехал назад. Почти через год увидел моего «покупателя» на телевизионном экране в передаче «Петровка, 38». Его задержали за серию мошеннических операций с недвижимостью.

Сейчас на Арбате сокровища попадаются все реже. Старожилы арт-бизнеса объясняют это не развитием сети антикварных магазинов и появлением жесткой конкуренции, и даже не уменьшением числа ценностей, находящихся в частных руках. Главная причина — снижение интереса к русской культуре за границей.

После окончания «холодной войны» и падения «железного занавеса» в Европе начался настоящий российский бум. Иконы и антиквариат покупали не только коллекционеры и ученые. Россия была модной, ею увлекались даже далекие от истории и культуры люди. Но позже спрос на отечественные раритеты пошел на убыль. Возить антиквариат в Польшу или Германию стало невыгодно. Из бизнеса ушли десятки людей, имевших связи, «окна» на границе, поставщики и покупатели. Сейчас у иностранцев о России довольно специфические представления. Три слова, которые у них чаще всего ассоциируются с русскими: Ельцин, мафия, водка!

Чудеса, конечно, еще случаются. Недавно два молодых парня принесли на Арбат сумасшедшей красоты икону святого Георгия Победоносца. Перекупщики взяли ее за тысячу долларов. Некоторое время ждали — думали, паленая, в розыске, придется отдавать. Обошлось, через год «Георгий в стразах» ушел за 5 тысяч баксов. Чуть позже он всплыл в Германии, уже за 30 тысяч. Последний раз его видели в каталоге лондонского аукциона со стартовой ценой 95 тысяч долларов!

Напоследок Леонид рассказал забавную историю, случившуюся с его приятелем. Однажды на Арбате появилась старушка — божий одуванчик. Принесла исключительной работы старинные серьги с бриллиантами. Перекупщик мгновенно смекнул, что ювелирное изделие стоит не меньше полугора тысяч «зеленых». Понятно, что вслух он произнес: «Бабуля, твоим камням красная цена — пятьсот! Дороже никто не предложит».

Старушка смиренно кивнула: пятьсот так пятьсот.

Покупатель отсчитал пять сотен долларов, взял вещь и почти сразу сдал ее за две тысячи баксов. На следующий день старушка появилась с другой вещью — дешевеньким серебряным браслетом.

— Уж очень мне понравилось, как вы оцениваете, — с улыбкой произнесла она, умильно заглядывая в лицо перекупщика. — Я ведь думала, вы за серьги 500 рублей дадите…

Потерявший из-за невнимательности столько денег перекупщик не мог потом успокоиться целый месяц. Онто при сделках давно уже «деревянные» в расчет не принимал!..

Глава 10

МОСКВИЧИ И ГОСТИ СТОЛИЦЫ

Главный город России первенствует по многим показателям. И не всеми достижениями можно гордиться. В Москве самая высокая преступность. Причем большая часть новых видов преступлений появляется именно здесь, а уж потом, после криминальной обкатки, расползается в другие регионы.

В последнее время столица прочно закрепила за собой статус рынка новорожденных детей. Младенцев привозят на продажу со всех концов России. О некоторых случаях становится известно благодаря милицейским информаторам и проворности оперативных служб.

ТОВАР ОТ ЗДОРОВОЙ МАТЕРИ

Мужчина, сидевший рядом с молодой женщиной, схватил тугую пачку сотенных долларов и впился в нее взглядом. Женщина, у которой на руках лежал плачущий младенец, так же пристально смотрела на «зелень».

— А не фальшивые? — Мужчина недоверчиво перебирал новенькие банкноты.

— У меня без обмана, — ответил парень, сидевший на переднем сиденье машины, — ну, давай. Деньги получил — товар мой.

— Ладно, — ответил чернявый мужчина и кивнул женщине.

Та, даже не взглянув в личико тихо пищащего малыша, протянула спеленатое тельце парню.

— Только как договаривались, — произнесла мамаша, — никаких адресов. Разъехались и забыли…

Младенец перестал пищать. Наступила тишина. Неожиданно мужчина заявил:

— Нет, так не пойдет. Я должен баксы проверить, а уж потом разбежимся…

Он вышел из машины. В следующее мгновение на его запястьях щелкнули браслеты наручников.

История случилась в феврале в центре Москвы. Двое гостей столицы были задержаны оперативниками при попытке продать своего ребенка — пятидневного младенца. Среди найденных у молодой матери вещей было и поздравление: родильный дом желал счастья роженице и новорожденному… Понятно, что поздравление оказалось в кармане женщины случайно. Хранить его как трогательную реликвию — символ начала жизни своего сынишки — мамаша не собиралась. Ребенка-то она рожала для продажи.

Зато другая записка, изъятая у молодого отца и приобщенная к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, была для «счастливых» родителей гораздо важнее: «Ищу желающих усыновить ребенка от здоровой женщины. Звонить строго с 14. 00 и 18. 00. Спросить Ольгу. Тел….».

Супруги приехали в Москву из города Новоуральска Свердловской области. Оба нигде не работали. Глава семейства, узбек по национальности, прибыл на Урал из Ташкента. И, судя по всему, поменял «хлебный город» на Сибирь не по доброй воле. Сыщики предполагают, что он связан с торговлей наркотиками и в Новоуральске скрывался от дружков, которым задолжал крупные суммы. Косвенно это подтверждается необычным фактом. Расписавшись с женой, имевшей уже к тому времени восьмилетнего мальчика от прежнего друга, он взял себе ее фамилию.

План продать ребенка возник спонтанно. Как-то раз Жамшид от нечего делать листал веселую газету «Спид-инфо», где ему и попалась любопытная заметка «Как продать ребенка». Ктому времени, кроме чужого сына, в его семье росла родная годовалая Камилла. А супруга вновь заметно пополнела — жди очередного прибавления. Тут Жамшида и осенило: можно ведь ситуацию, грозившую крахом семейному бюджету, изменить в свою пользу. Разве мало людей, готовых выложить кругленькую сумму за новорожденного?

Рожать в Новоуральске, понятно, смысла нет. Город небольшой, все друг друга знают. Продажу младенца не скроешь. Да и найти желающих купить вряд ли удастся. Другое дело Москва, где легко затеряться и где их никто не знает. К тому же богатых чудаков хоть отбавляй.

Накануне родов отправились в столицу. Соседям соврали — сказали, что едут на родину к Жамшиду. Истинную цель поездки скрыли.

Мамаша освободилась от бремени в срок и без осложнений. На свет появился здоровый мальчик, судьбе которого вряд ли можно позавидовать.

Пока молодая мать принимала поздравления соседок по отделению, ее супруг не терял драгоценного времени. Восточный мальчик, все основательно продумав заранее, вышел на нужных людей и нашел покупателей. К счастью, ими оказались сыщики СОМа Александр Амбаров, Иван Игошин и Михаил Коломийцев. Они и предотвратили продажу пятидневного ребенка собственными родителями.

Начальник отделения СОМа Евгений Олещук нарисовал любопытный портрет молодого папаши: жадный, хитрый, изворотливый.

На всякого мудреца довольно простоты. Эта истина подтверждается не только разоблачением продавцов ребенка. Наивный Жамшид, когда его доставили в отделение милиции, упорно твердил, что имеет право на один телефонный звонок. Где это право узаконено, он ответить не мог. Видимо, дитя Востока, насмотревшись американских видеофильмов, перепутало реальную жизнь с детективными киносказками Голливуда. Кстати, папаша оказался очень шумным и крикливым. После задержания Жамшид верещал и бился, как заяц, которому капканом защемили интересное место…

Позже «счастливый» отец успокоился и даже разоткровенничался. Продажу детей он намеревался сделать своим бизнесом. А что? Платят «зелеными», и неплохо платят! А для изготовления «товара» все составляющие есть, причем бесплатно. Баба у него выносливая, здоровая, молодая. И он сам мужчина в расцвете сил. Хлопот никаких. Это же не теленок, которого кормить и выхаживать надо.

Кстати, именно далеко идущими планами Жамшида объясняется необычно низкая цена товара. За сына он просил лишь 5 тысяч долларов. Хотя сегодня на рынке детей за новорожденного просят, как правило, 10–15 тысяч баксов. Расчет был верный: покупатель не везде одинаков, идет туда, где дешевле.

После оформления протокола Жамшид попал в СИЗО. Его супруга была отпущена под подписку о невыезде, а младенец отправлен в Дом малютки. Отцу-производителю грозит срок до десяти лет, не исключено, что и мамаша получит по заслугам. Хотя решать суду. Он же определит дальнейшую судьбу малыша. Возможно, многодетная мать получит условное наказание, а некупленное дитя возвратят для воспитания. В любом случае мальчика ожидает «счастливое» детство. И к сожалению, его судьба не единична.

Торговля новорожденными уже и в России превращается в бизнес. Конечно, чтобы в нем преуспеть (как и в любом другом деле), нужно быть специалистом, чувствовать конъюнктуру, верить в удачу, наконец.

Заместитель главного врача Щекинский райбольницы Тульской области Руслан К. в удачу верил. Приходивших к нему на аборт женщин он уговаривал рожать. Гинеколога заботили вовсе не демографические проблемы и даже не здоровье пациенток. Родившихся младенцев он пристраивал в хорошие руки. Не за спасибо, разумеется. Каждый ребенок обходился желающим в 15 тысяч долларов. Две тысячи получала мамаша, остальное делили врач и его компаньоны-посредники. Хотя следствие может и подкорректировать эти цифры.

Совсем недавно в Москве задержали жителей Мелитополя, попытавшихся сбыть своего новорожденного сына за 23 тысячи долларов. Еще одна мать продавала малыша за почти смехотворную сумму — 3 тысячи «зеленых». Любой желающий может найти в Интернете исчерпывающие сведения о 106 тысячах российских сирот с указанием условий их покупки. Такого банка данных нет даже в списках соответствующих служб Министерства образования РФ.

В новом Уголовном кодексе России впервые была введена статья, предусматривающая наказание за торговлю несовершеннолетними. К достижениям демократии это нововведение отнести нельзя. Тем не менее мы начинаем привыкать к подобным диким «историям. И невольно возникает вопрос: что будет завтра?

Так называемый Птичий рынок, о котором уже шла речь, известен в Москве каждому. Кроме аквариумных рыбок, котят и попугайчиков, на Птичке свободно продают редчайшие экземпляры животного мира. Иностранцы, посещавшие Птичку, разводят руками: такое возможно лишь в России. В любой европейской стране продавать представителей фауны, занесенных в Красную книгу или добытых контрабандой, запрещено и строго карается законом. В России же возможно все.

Вот я и думаю: не появится ли в столице что-то вроде Птички, где вместо альбомчиков с цветными рекламными снимками бультерьеров и ангорских кошечек (при соответствующих дипломах и медалях) улыбчивые хозяева будут предлагать покупателям фотографии упитанных розовощеких малышей?

СЕКС-ТУР В СТРАНУ ПОБЕДИВШЕЙ ДЕМОКРАТИИ

На повестке дня давно уже стоит вопрос: как сделать Москву процветающим туристическим центром? Задача нелегкая, и ее решением озабочены сотни государственных чиновников. Похоже, ситуация начинает складываться в их пользу.

Помощник генерального прокурора США, выступая с докладом в американском сенате, в числе наиболее популярных туристических центров назвал Таиланд, Малайзию, Россию и одну из бывших республик СССР. Правда, он имел в виду не традиционные туристические услуги, а так называемые секс-туры — самую опасную и быстро распространяющуюся форму преступлений, жертвами которой становятся малолетние дети и подростки.

Гражданин США Бианчи прожил в столице три дня, прежде чем был задержан сотрудниками Московского уголовного розыска. Но и этого времени сыну владельцев отеля из Майами хватило, чтобы нарушить несколько статей УК Российской Федерации. Американца не интересовали древние монастыри и музеи, а к Большому театру он отправился не за билетами на премьеру. Имея в кармане пачку денег, Бианчи выбирал в толпе плохо одетого мальчишку с голодными глазами, кормил его в «Макдоналдсе», а затем вел в гостиницу, чтобы подросток отработал стоимость гамбургера с картофелем фри.

Натешившись с очередным ребенком, интурист бежал за новой сексуальной игрушкой — на Пушкинскую площадь или к ГУМу. Проблем с желающими провести время за символическое вознаграждение не было (американец от щедрот выдавал детям по 100–200 рублей), поездка превратилась для Бианчи в настоящее приключение. Он настолько «разгорячился», что, даже находясь в одиночестве, использовал гостиничную подушку для разрешения неуемных половых желаний. Такой вот баловник…

Его поймали, предоставили суду доказательства — заявления потерпевших и оперативную съемку, но судьба, точнее, судья Пресненского суда оказалась благосклонна к педофилу-извращенцу. Используя власть, данную ей обществом, служительница Фемиды определила американцу минимальный срок наказания, позволивший секс-туристу попасть под амнистию и благополучно отбыть в США.

Но даже не этот случай сыщики МУРа считают издевательством над здравым смыслом, В начале года в Москве задержали группу педофилов. Преступники поставили на поток производство порнофильмов и снимков, которые рассылались за плату по Интернету всем желающим. Дело было поставлено профессионально. Безукоризненно велась бухгалтерия, роли «в кино» распределялись в соответствии с «талантами» исполнителей, проводились совещания, изучался маркетинг, рейтинг популярности тех или иных сюжетов. Даже за вопросы безопасности отвечал конкретный человек.

Один из организаторов детской порностудии выступал в роли «звезды» — ему инкриминировалось изнасилование несовершеннолетних. Так вот, насильник и оказался единственным, кто получил реальное наказание — десять лет тюрьмы. Остальные участники порнобизнеса попали под амнистию и гуляют на свободе.

Как же звучит документ, позволивший отпетым извращенцам и растлителям уйти от наказания? А вот как: «Амнистия в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов». Как говорится — без комментариев.

— Во всем цивилизованном мире детская порнография считается тяжелейшим уголовно наказуемым деянием, — говорит Эдуард Лопатик, начальник отделения МУРа по раскрытию серийных убийств и борьбе с сексуальной эксплуатацией несовершеннолетних. — За аналогичное преступление в США предусмотрено пятнадцатилетнее тюремное заключение. У нас же в законодательстве нет даже отдельной статьи УК по этому правонарушению. До развития глобальной сети Интернет закон США требовал наказание за хранение трех или более предметов, квалифицированных как детская порнография. Четыре года назад была принята поправка, призванная способствовать очищению общества. Теперь достаточно одного предмета, чтобы подозреваемый в растлении и педофилии получил пятнадцатилетний тюремный срок. У нас же все наоборот.

Уголовный кодекс России, подкорректированный «продвинутыми» законодателями, предусматривает теперь наказание за связь с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста. Другими словами, растлитель таковым не считается, если он принудил к сексуальному контакту «взрослого» пятнадцатилетнего ребенка!

Возвращаясь к громкому делу о порностудии. Если столичный суд освободил изготовителей «черной» детской порнухи, простив им шалости коммерческой педофилии, то в других странах поступили по-другому. Полиция Германии, США, Италии и Англии выявила и арестовала компаньонов московской порносети. Кстати, местные правоохранители никак не хотели понять, почему организаторы студии выпущены в России на свободу.

И наконец, последняя деталь скандального дела. Согласно законодательству, изготовителям детской порнографии пришлось вернуть материальные ценности-аппаратуру, компьютеры, видеокамеры, штативы, кассеты и прочие атрибуты студии.

«Где же логика»? — спросите вы. Я ответа не знаю. Так же как и сыщики МУРа, которым приходится делать за свой счет даже ремонт в кабинете. Для сравнения: их коллеги в США, занимающиеся розыском извращенцев и серийных убийц, получают в свой бюджет изъятые по суду у преступников средства, что позволило им отстроить современный, оснащенный по последнему слову техники штаб. В МУРе же до сих пор нет средств для создания компьютерной программы по поиску серийных убийц.

Агенту ФБР, ориентированному на поиск маньяков, достаточно нажать клавишу компьютера, чтобы программа сама выбрала по поисковому признаку аналогичные преступления, распечатала имена и адреса возможных подозреваемых. У нас все как в старые добрые времена: картотека, опыт и личный сыск.

— Слава Богу, что в Москве нет пока убийц-интеллектуалов, вроде доктора Лектера из «Молчания ягнят» или психопата из фильма «Семь», — говорит Эдуард Лопатик. — Наши «серийники» — люди социального дна, они удовлетворяют свои низменные потребности, не стремясь загадать шараду сыщикам. Другое дело — гомосексуалисты. Среди них не только люмпены и бомжи, но и представители элиты общества. Сейчас мы «разрабатываем» извращенца-педофила, который уверенно чувствует себя и на тусовках в ночных барах, и на светских раутах российского истеблишмента.

Гомосексуалисты охотно вступают в контакт, обмениваются информацией, посещают специфические клубы и рестораны. В Москве несколько таких заведений — «Шанс на Площади Ильича», «Три обезьяны», «Центральная станция», «Пиноккио», «Голодная утка». Здесь можно увидеть разных людей — от недоучившихся студентов и стареющих прожигателей жизни до депутатов Госдумы и видных политиков.

«РЕМОНТНИКИ» И ИХ КЛИЕНТЫ

С тех пор как гомосексуализм перестал быть уголовно наказуемым деянием, Москва начала стремительно голубеть. По свидетельству столичных сыщиков, над многими воинскими частями, дислоцированными в черте города, пора уже вывешивать небесно-голубые флаги.

Новобранцы, попав в часть, получают для ознакомления замусоленные листочки с именами и телефонами любителей однополой любви. Каждый солдат знает: если понадобятся деньги — их можно легко заработать. Достаточно позвонить по телефону и договориться о встрече с клиентом. Услуги молодых здоровых воинов хорошо оплачиваются.

Некоторые гомосексуалисты поступают еще проще. Зачем ждать звонка, получать кота в мешке? Они сами подъезжают к воинской части (ихтам знают), проходят через КПП и прямо в караулке, рядом с пахнущей оружейным маслом пирамидой, получают сеанс любви — иногда один, иногда несколько… Солдаты тоже внакладе не остаются — на курево и пиво хватает.

Разложение армейских подразделений зашло гораздо дальше, чем можно предположить. Как-то сыщики МУРа устроили квартиру-ловушку, арендовали спортивный «мерседес», посадили в салон получившего соответствующие инструкции человека и подъехали к известной «голубой» точке — памятнику героям Плевны около Китай-города.

Подставной человек изображал богатого бизнесмена, как сейчас принято говорить, нетрадиционной сексуальной ориентации. Сидевший за рулем «шофер» был действующим офицером МУРа. Не прошло и трех минут, как машину окружили молодые люди. Агент выбрал себе проститутку по вкусу и предложил проехать на квартиру. Возражений не последовало: клиент богатый, на лимузине с водителем, значит, при деньгах…

На квартире «голубые» проститутки действовали стандартно. Напаивали «денежного дядю» клофепином, собирали деньги, ценности и… попадали в руки сыщиков и ОМОНа. Агент, изображавший хозяина квартиры, однажды едва не «прокололся». Он носил на пальце массивный перстень-печатку. Когда хозяин притворялся опоенным, а солдатики торопились к двери с награбленным, один из них заметил кольцо: «Возьмем?» — «А чего пропадать добру? Стягивай», — ответил приятель (на квартиру приехали сразу двое военнослужащих).

Кольцо никак не поддавалось. Солдатики пыхтели над пальцем хозяина вдвоем, дергали, крутили, мазали мас-лом — ничего не получалось. Пришлось хозяину изображать пробуждение. Только так удалось выпроводить гостей из квартиры.

Когда солдатиков доставляли в отделение милиции, выяснялось, что они отправлялись на «голубую охоту» не по своей воле. (Любопытно, что из восьми задержанных после посещения квартиры-ловушки семь человек были военнослужащими последнего призыва.) Кого-то посылали отцы-командиры, кого-то избивали старики и выталкивали пинками на «работу», кто-то залез в долги и не видел другого способа поправить положение.

Солдаты охотно рассказывали сыщикам, сколько стоит незаполненный бланк «увольнительной» (50 рублей), сколько — разрешение старшего по званию (150 рублей). Один из новобранцев признался, что его систематически избивали с ведома ротного, пока он не согласился идти «на свидание».

Сексуальная повинность оборачивается для ротного в 450 рублей с каждого солдата. Неплохая прибавка к скромному содержанию офицера.

Их называют «ремонтниками» — тех, кто сознательно идет на преступления в отношении гомосексуалистов. Оперативники МУРа считают, что по самым скромным подсчетам 80 процентов убийств «голубых» в Москве совершается солдатами срочной службы. Только за последние два года жертвами нетрадиционной сексуальной ориентированности стали заместитель министра Правительства России, преуспевающий предприниматель, известный политик, знаменитый американский тележурналист…

Иностранцы попадаются в сети «ремонтников» особенно часто. Во-первых, преступники предпочитают иметь дело с ними — заработок в этих случаях гарантирован. Во-вторых, иностранные граждане не в состоянии постичь всю сложность и глубину русской души. Англичанин, которому сыщики вернули похищенное (муровцы задержали «ремонтника», когда он пытался продать высококлассную видеоаппаратуру), искренне сокрушался: «Ах, зачем он это сделал? Ведь я бы ему больше дал, если бы он пожил у меня несколько дней!»

Англичанин был предельно вежлив, но писать заявление в милицию отказался. В этом еще одна особенность «голубой» преступности. Информация о случившемся поступает к оперативникам либо через агентов, либо в случае тяжких последствий — убийств, серьезных телесных повреждений или значительного ущерба потерпевшим.

Легко прогнозировать распространение гомосексуализма и рост «голубой» преступности. Россия славится своими зонами, где однополая любовь — неосуждаемая норма поведения. Зеки, имевшие гомосексуальный опыт, знают, чем можно заработать в Москве. Пятнадцатишестнадцатилетние наркоманы отправляются на панель ради дозы. Им безразлично, как добыть деньги на очередную инъекцию. А солдаты, особенно провинциальные, не делают из случившегося трагедии. «Не меня ведь… — рассуждают они, — это я их имею!»

Иногда романтика однополой любви затягивает. Оперативники показывали мне фотографии солдата, который начал активным партнером, а потом…

— Стал говорить с манерной растяжкой, — пояснили сыщики, — покупать женскую косметику, пудру, тени. Познакомился с богатым клиентом и снабжает всю казарму выпивкой и куревом. Пользуется уважением товарищей — вписался в непростые условия.

Другими словами: нашел себя боец!

ЗОМБИ ХОЧЕТ ЖИТЬ КРАСИВО

Столица притягивает разный люд. И даже тот, кто в иных условиях был правопослушен и лоялен, в Москве хотя бы чуточку, но меняется. Слишком много соблазнов вокруг, слишком велико желание воспользоваться предлагаемой со всех сторон роскошью. А примеров удачливой карьеры, изнанка которой — откровенная уголовщина или циничная ложь, хоть отбавляй. Тут и стойкий оловянный солдатик дрогнет.

Люди гонятся за богатством с обреченностью мотыльков, летящих на огонь. Ослепленные огнями большого города, они становятся заложниками ситуации. Ради красивой жизни, внешнего благополучия, ради того, чтобы быть не хуже других, совершают бессмысленные, кровавые и бесчеловечные преступления.

Можно привести массу примеров. В этом недостатка нет. Как невесело пошутил руководитель «убойного» отдела Александр Быненко: день без «мокрухи» — как подарок судьбы.

… Дочь делила малогабаритную квартиру с престарелым отцом. Жили как кошка с собакой. И чем дальше — тем хуже.

А годы уходят, молодая женщина хочет семьей обзавестись. Тут и друг достойный появился. Только какую семью можно построить без нормальной крыши над головой? Разменять жилье невозможно, за их халупу никто ничего приличного не предложит.

Решили разрубить гордиев узел одним ударом. В какой-то из вечеров дочка с сожителем задушили папашу. Тело родителя разрубили на куски и начали носить по частям на мыловаренный завод, где работал соискатель руки и квартиры. Каждую смену мыловар приносил с собой в цех объемистый сверток и втихаря отправлял его содержимое в автоклав. Убийцы, как рассказал детектив МУРа Виктор Коньков, почти выполнили задачу. Не хватило каких-то дней…

И все же не эта история кажется мне показательной. В конце концов, подобных убийств из-за жилых метров немало случалось и раньше. Что касается процесса мыловарения — тут просто сыграл свою роль фактор трудовой биографии убийцы. Трудился бы он в котельной — кремировал бы труп в печи, работал бы строителем — залил бы тело бетоном, закатал в асфальт…

Сюжет, который заставляет вспомнить слова героя Аль Пачино из фильма «Море любви»: «Город, что он делает с людьми!» — я услышал пару лет назад. Но ни до того, ни после не встречал ничего подобного по концентрации звериной, пещерной жестокости.

Внимание оперативников двадцатилетний Виктор М. привлек не сразу. Внешне парень как парень: короткая стрижка, кожаная куртка, брюки, кроссовки. Из десяти человек пятеро так одеты. Да и желание купить дорогой золотой браслет можно назвать естественным. Сегодня многие их носят.

Странным показалось другое. Узнав цену — за браслет просили 500 долларов, — парень без возражений вытащил тугую пачку «зеленых» и отсчитал нужную сумму. Затем он неожиданно вынул из другого кармана явно не новые ювелирные изделия — два золотых кольца с бриллиантами и пару серег:

— За это сколько дадите?

Зачем человеку, в избытке имеющему свободные деньги, да еще только что купившему. солидный золотой браслет, продавать кольца с камушками?

Узнав, сколько он может получить за товар, парень хмыкнул, повернулся и пошел к машине. Но не это насторожило оперативников. Сыщик Алексей Лазарев успел разглядеть на ювелирных изделиях темные помарки, очень похожие на запекшуюся кровь.

Лазарев не новичок в розыске, повидал за годы службы немало, кровь от грязи отличит без труда. Алексей понял, что купивший браслет парень предлагал золото не случайно. Парень хотел сбыть женские кольца и сережки, так как боялся, что их опознают.

На раздумья времени не было. Лазарев принял единственно верное решение.

Между тем парень торопливо подходил к припаркованной машине. За несколько шагов до нее оглянулся: следом быстро шли Лазарев с напарником Андреем Володиным. Парень, уже не таясь, бросился к автомобилю, на бегу снял «Жигули» с сигнализации, прыгнул на водительское место. Красная «семерка» рванулась от тротуара…

Дальнейшие события настолько динамичны и удивительны, что могли бы украсить сюжет трюкового боевика.

Сыщики в несколько прыжков преодолели расстояние, отделявшее их от «Жигулей», и, как хорошо подготовленные каскадеры, прыгнули на автомобиль. Володин попытался зацепиться за ручку двери, но не удержался и упал на проезжую часть. Лазарев, распластавшись в воздухе, дотянулся до прикрепленного на крыше багажника и крепко ухватился за его стойки.

Машина рывками, виляя из стороны в сторону и набирая скорость, помчалась по Садовому кольцу. Сыщика мотало, он оказывался то с правой, то с левой стороны кузова, но пальцы не разжимал. Зрелище несущегося автомобиля с человеком на крыше привлекло внимание не только водителей и пешеходов. На перекрестке у площади Цезаря Куникова «Жигули» попали в пробку. К необычным участникам движения уже бежал гаишник с выпученными глазами.

Сидевший за рулем парень происшедшим задержанием был лишь слегка смущен. Он хладнокровно протянул милиционеру водительские права с написанной от руки доверенностью.

— За что задержали? Имейте в виду: у моей матери юридическая консультация, я законы знаю.

Однако постепенно парень терял самоуверенность Он начал путаться в объяснениях, даже не мог точно сказать, сколько у него денег. Уличить во лжи владельца подозрительной ювелирки сыщикам не удавалось, но уверенность в криминальном происхождении золота у них постоянно росла. Еще больше насторожило странное заявление парня. Выходило, что его мать с отцом пропали еще со вчерашнего вечера. Они как будто не ночевали дома, не звонили, и местонахождение родителей ему до сих пор неизвестно.

— Странно ты себя ведешь, — обратился к задержанному Володин. — У тебя отец с матерью исчезли, а ты вместо отделения милиции бежишь золотой браслет покупать. Может, родителей уже и в живых нет?

Парень немного смутился. Затем тихо предложил сыщикам:

— Ребята, заберите все деньги и разойдемся — никто ничего не видел. Как?

Приехав вместе с задержанным в отдел, Лазарев просмотрел телефонограммы за прошедшие сутки. В одной из них было сообщение об обнаружении трупа женщины, с огнестрельными ранениями головы. А что, если?..

— Слушай, как мать-то была одета?

Тот без запинки перечислил: короткая дубленка, черные рейтузы, полусапожки на меху, шерстяная серая кофта…

Именно эти вещи перечислялись в связи с обнаружением убитой женщины.

Позвонили в магазин, где кассиром (а не юристом, как врал Виктор М.) работала мать задержанного. Ее подруги сказали, что она постоянно носила золотые сережки и два кольца с камушками. Описание полностью совпадало с ювелиркой, которую пытался продать парень.

Лазарев сел напротив задержанного:

— Убита твоя мать. Золота на ней не нашли.

Парень побледнел, но продолжал стоять на своем:

— Откуда мне знать? Может, она забыла надеть…

— А может, ты мать «привалил»?

В этот момент в комнату вошел заместитель начальника СОМа Сергей Жеребин:

— В багажнике машины кровь. В ведре — кровь, обшивка перепачкана. Что ты врешь! Все же ясно…

На мгновение парень, опустив глаза, задумался, потом поднял лицо:

— А сколько мне дадут, если во всем признаюсь?

Услышав ответ сыщиков, парень без какого-либо стеснения начал рассуждать вслух:

— Так, если дадут десятку, то освобожусь в тридцать лет. Нормально, давайте бумагу, чистосердечное признание писать буду.

По свидетельству начальника СОМа Алексея Кохова, задержанный молодой человек был совершенно спокоен. Об убийстве собственных родителей он рассказывал так, словно речь шла о вынужденном умерщвлении надоевших комнатных рыбок или волнистых попугайчиков.

Он продумал все заранее. Как такое мог совершить родной сын? И ведь предвидел мельчайшие детали, рассчитал время, даже реакцию родителей предусмотрел. Он был готов к крови, стонам, агонии матери и отца. Да что говорить — достаточно взять цитату из его признания: «Когда отцу голову прострелил — он сразу рухнул. Только из виска и затылка фонтанчики крови забили — вот это зрелище!»

Или другой фрагмент первого допроса:

— Я не помню, сколько раз в мать выстрелил. Четыре или два… В барабане точно один патрон остался. Наверное, так: в маму — два раза, а в отца — четыре…

— А с отцом ты что сделал?

— Я его… Как это называется? Четвертовал!

— Наверное, расчленил?

— Да, расчленил. Отрезал ноги, руки, голову с частью груди. И еще пополам тело… Пилил кости пилой по металлу, а кожу резал большим ножом… »

Вечером в день убийства Виктор М. помогал отцу делать межкомнатную дверь. Около семи позвонила мать. Как обычно, просила встретить после работы. Перед выходом из дома отец решил еще чуть-чуть посверлить. Виктор подошел к музыкальному центру, включил радио погромче. Затем вытащил припрятанный в шкафу револьвер.

Отец, ничего не подозревая, возился с электродрелью. Виктор подошел сзади и в упор трижды выстрелил ему в голову. Отец рухнул на деревянные бруски. Их потом пришлось тоже вытаскивать на помойку.

Виктор действовал не торопясь. В уме он уже многократно проделывал необходимые манипуляции.

Затащил еще теплое тело родителя в ванную и нарочно захлопнул замок — пусть мать думает, что отец закрылся изнутри. Собрал перепачканные доски, вымыл тряпками пол в коридоре и комнате, затер. кусок забрызганных обоев. Сбегал во двор и вывалил кровавые тряпки в контейнер.

Скоро хлопнула входная дверь. Мать с порога спросила:

— Где отец?

Виктор молча кивнул на дверь ванной.

Мать подошла, прислушалась, чуть нагнулась, приложив ухо к филенке. В этот момент он приставил ствол револьвера к ее виску. По признанию убийцы, мать умерла не сразу, долго хрипела…

Если задержание убийцы сыщиками СОМа напоминало боевик, то чистосердечное признание вполне вписывается в сценарий фильма ужасов.

Убедившись, что мать мертва, Виктор позвонил подружке: «У меня родители пропали. Давай поищем на улицах. Может, ушли гулять?»

С подругой он встретился у дома (в квартиру, естественно, не впустил), до одиннадцати колесили по Северному округу, «искали». Девушка ничего не подозревала, помогала, вглядывалась через окно «Жигулей» в лица прохожих. Наконец Виктор повез ее домой. Вероятно, решил, что обеспечил себе алиби. Попрощавшись с подругой, вернулся в квартиру, где лежало два трупа.

До двух ночи он тщательно убирал дом. Тело матери засунул в большую дорожную сумку и, дотащив до машины, сунул в багажник. В два решил передохнуть — устал-таки! — сел за стол, плотно поел, покурил. Затем лег спать. Проснулся около пяти утра и взялся за отца. Как признался убийца: «Пилить, конечно, тяжело. Но зато хирургию и анатомию изучил».

Емко, ничего не скажешь…

Расчленив тело, Виктор упаковал фрагменты отца в сумки и начал таскать их к машине. Носить тяжести по лестнице скоро надоело. И он решил проблему со свойственной ему наглостью и цинизмом. Квартира убийцы находилась на первом этаже, поэтому он подогнал «Жигули» поближе и побросал сумки с расчлененными останками прямо из окна в багажник.

Наконец на рассвете завершил. Сел в машину и поехал с тем, что осталось от родителей, в «последний путь». Правда, путь был недолгим.

Мать он бросил у гаражей на улице Проходчиков. С отцом пришлось помучиться. Сначала хотел вывезти в область, однако опасался, что машину могут остановить на пикете. Поэтому отправился в лесопарк «Лосиный остров», где разбросал части отца по опушкам и просекам.

Сыщики СОМа, задерживавшие немало московского отребья — маньяков, растлителей, насильников, безжалостных налетчиков, деградировавших убийц, — такой «экземпляр» встретили впервые. По кровавости деяний он даст фору любому из вышеперечисленных криминальных типов.

Между тем ни маньяком, ни закоренелым опустившимся убийцей его назвать нельзя. Возможно, Виктор М., внешне вполне интеллигентный, ухоженный, ничем не выдающийся молодой человек, символизирует появление нового, доселе неизвестного уголовного типа — городского зомби, живущего по собственным понятиям, не испытывающего естественных, заложенных самой природой человеческих чувств, имеющего иное представление о нормах поведения и законах бытия.

Сам убийца дает такое объяснение своему поступку. Он, дескать, залез в долги, был поставлен на «счетчик», и другого способа добыть деньги у него не нашлось…

В беседе с оперативниками парень не мог даже примерно назвать сумму родительских сбережений. Да и зачем ему, якобы загнанному в угол кредиторами, утром после совершенного преступления бежать и покупать золотой браслет?

Можно найти и другие противоречия. Впрочем, нужно ли? Думаю, не найдется человек, который смог бы понять поступок сына, забившего собственных родителей как скотину, а затем разделавшего их тела как заправский мясник.

Сыщики сложных схем не выстраивали и в психологию не углублялись. По их мнению, сынок просто захотел красивой жизни. Чтобы была «тачка», а в кармане хрустели баксы и в любой момент можно было бы привести домой подружку.

Зомби думать, а ужтем более анализировать поступки не умеет. Он находит для выполнения поставленной цели кратчайший путь. А кто оказывается на пути — значения не имеет…

Content

Николай Модестов
«Москва 3» Энциклопедия городского криминала

Глава 1 ПРИЕХАЛИ!

«БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК» ТРЕХ ВОКЗАЛОВ

ВОКЗАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

ХЛЯСТИК — ОТДЕЛЬНО, КУРТКА — ОТДЕЛЬНО

СПРИНТ ЗА ПОЛЛИТРОВКОЙ

АХ, КАК ХОЧЕТСЯ НА КАНАРЫ

Глава 2 ВСЕ ЧЕТЫРЕ КОЛЕСА

«ОДНОГЛАЗЫЙ БАНДИТ»

СОБИРАЯСЬ В ДАЛЬНИЙ ПУТЬ, «АКМ» НЕ ПОЗАБУДЬ

«ЖИГУЛЬ» В РОССИИ БОЛЬШЕ ЧЕМ «ЖИГУЛЬ»

«ЖИГУЛИ» АВИАБАНДЕРОЛЬЮ

ИНДУСТРИЯ УГОНА

УБИЙЦЕ ВСЕГДА ПО ПУТИ

ГОНКИ ПО ВСТРЕЧНОЙ ПОЛОСЕ

«ТЕМНЫЕ» ДЖИПЫ И «ЧЕСТНЫЕ» «ЖИГУЛИ»

Глава З ПОДЗЕМКА

«САМИ МЫ НЕ МЕСТНЫЕ!»

ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ЗАКРЫВАЮТСЯ!

ЛЕКАРСТВА ОТ СТРЕССОВ

Глава 4 ВОР ВЫСШЕЙ КВАЛИФИКАЦИИ

КАК ПОСТАВИТЬ В «СТОЙЛО»

ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ И ДРУГИЕ

«КОШАТНИКИ» И «ГРЕЛЬЩИКИ»

Глава 5 РЫНОЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

ЖИЛ В ГОСТИНИЦЕ «СОВЕТСКОЙ»…

«ГРАЖДАНИН, ПРОЙДЕМТЕ!»

«ЕВРОПЕЙСКИЙ» РЫНОК

ВВЦ(Выставка достижений капиталистического хозяйства)

«ЧЕРНАЯ ДЫРА»

«СЧАСТЛИВЫЙ» БИЛЕТИК

ГРУЗИТЕ АВТОМАТЫ БОЧКАМИ

ВЫПИЛ ПИВА — ОЧНУЛСЯ В ТРУСАХ

ЦСКА-«ДИНАМО»

БУРЬКА, МОРЬКА И НЕЖНЯК

Глава 6 «ДРАКОН» НА СПИНЕ

«СОБАКИ» ПРОТИВ «ГОЛОВЫ ЗМЕИ»

ПРИПРАВА К УБИЙСТВУ

ВОСТОЧНЫЙ КВАРТАЛ

Глава 7 ПРОФЕССИЯ: ДОМУШНИК

ОДИНОЧКА ПРЕДПОЧИТАЛ «ЯЩИКИ»

ФЛЕГМАТИЧНЫЙ РЕКОРДСМЕН

«КОШКА» НА БАЛКОНЕ

МАСКАРАД ДЛЯ ДОМУШНИКА

БОННИ И КЛАЙД. РОССИЙСКИЙ ВАРИАНТ

ЗАХЛЕБНУВШИЙСЯ РЕВУН

РОМАНТИК С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ

Глава 8 ЖУЛИКИ И СУПЕРЖУЛИКИ

АЛМАЗ ИЗ КНИГИ ГИННЕССА

ПОТЕРПЕВШИХ ОТПАИВАЛИ ВАЛЕРЬЯНКОЙ

КЕМ ЖЕ БЫЛ НАПОЛЕОН?

ПРОХОД ВСЮДУ

ЯЩИК С СЕКРЕТОМ

ПОХУДЕТЬ НАВСЕГДА

ЗАМОРОЖЕННЫЕ ДОЛЛАРЫ

«СЕКРЕТНЫЙ АГЕНТ» И ЕГО ЛЕДИ

«СКАЖИ, ЧТО ЛЮБИШЬ!»

Глава 9 СВЯТЫХ УЖЕ ВЫНОСЯТ

ВООБРАЖЕНИЯ НЕ ХВАТАЕТ

ПОРТСИГАР С БРИЛЛИАНТАМИ

«УГОДНИК» В ХОЛОДИЛЬНИКЕ

ИСКУССТВОВЕД С ФОМКОЙ

БАЙКИ СТАРОГО АРБАТА

ЕЛЬЦИН, МАФИЯ, ВОДКА

Глава 10 МОСКВИЧИ И ГОСТИ СТОЛИЦЫ

ТОВАР ОТ ЗДОРОВОЙ МАТЕРИ

СЕКС-ТУР В СТРАНУ ПОБЕДИВШЕЙ ДЕМОКРАТИИ

«РЕМОНТНИКИ» И ИХ КЛИЕНТЫ

ЗОМБИ ХОЧЕТ ЖИТЬ КРАСИВО