Эйгор-V. В поисках

Интерлюдия 1

* * *

— Байс мёртв. Этот кусок гнилой рицеровой личинки, умудрился его прикончить! Как?

Худощавый человек, сидящий напротив Айвендо, осторожно замечает.

— Но кристалл разума цел — у вас же есть с ним связь.

Палач ухмыляется.

— Это ещё хуже — они могут переместить его в чьё-то тело и допросить. Не думаю, что старина Байс станет отпираться до последнего — он всегда плохо переносил боль.

Уперевшись руками в столешницу, добавляет.

— Ещё и Теллрех дал себя убить. Так бездарно сдохнуть, когда против тебя лишь кучка схоров, толком ничего не помнящих — это надо суметь.

Его собеседник снова пытается аккуратно вклиниться.

— Надо признать — схоры оказались куда опаснее, чем мы считали. Их возможности далеки от тех, что были когда-то, но серокожие уродцы сохранили солидную часть своих знаний. И успешно их применяют в деле. Хочу отметить — мы изрядно расслабились за последнее время. Отсутствие серьёзных противников привело к переоценке собственных возможностей.

Айвендо, с шумом отодвинув стул, опускается на него и вперивает взгляд синих глаз в мужчину.

— Да, Айлос — ты ещё скажи, что нам надо было ослабить путы на Хёнице, чтобы иметь возможность с кем-то бороться. Или самим создавать себе оппозицию, чтобы разделываться с ней. Это смешно.

Человек, названный Айлосом, медленно кивает.

— При всём уважении, которое поверьте, безмерно — мы размякли. Допустили массу ошибок. И сейчас пожинаем плоды.

Скрипнувший зубами Айвендо, кривит губы.

— Это я и так знаю. Могу сам изложить тебе остальные факты — Теллрех погиб, разум Байса в кристалле разума, а наши люди, посланные в помощь армии Хёница, мертвы. Мы потерял половину наших давних соратников. А из тех, кто был в статусе советников, остался только ты.

Блондин с длинными белыми волосами, собранными в хвост, снова наклоняет подбородок.

— Исходя из этого, я и хочу предложить новую стратегию — действовать максимально осторожно, наблюдая за развитием ситуации. Схоры уже проявили себя — они собираются вокруг Болрона. Осталось лишь максимально ослабить их, чтобы потом самим нанести финальный удар.

На лице Палача появляется усмешка.

— Предлагаешь отсиживаться и ждать? Мы этим и занимались, причем достаточно долго, чтобы полностью потерять контроль над происходящим.

Айлос покачивает головой.

— Вы не совсем меня поняли. Схоры официально заявили о своём существовании. Теперь, это уже не секрет. И даёт отличный повод, чтобы создать коалицию — у всей аристократии Норкрума наконец появился общий противник. Мы всё ещё можем влиять на газеты и подталкивать хёрдисов в нужном направлении — агентура никуда не пропала. Людям столетия рассказывал об ужасных серокожих монстрах, что когда-то чуть не погубили человечество. Давайте сыграем на этом — вынудим аристократов и руководство провинций сплотиться перед лицом угрозы.

— Сплотиться вокруг кого? Хочешь подыграть Морне?

Второй мужчина на момент задумывается.

— Не обязательно. Она всё-таки далеко не самый лучший вариант, если смотреть с точки зрения наших интересов. Но никто не мешает нам создать нового кандидата на престол. Более того — совсем не обязательно сразу демонстрировать факт притязаний на власть. Пусть просто заявит о желании защитить всех людей империи. А мы постараемся подтолкнуть аристократов в нужном направлении.

Заинтересованно хмыкнувший Айвендо, интересуется.

— Кого ты предлагаешь?

Беловолосый мужчина пожимает плечами.

— Есть несколько вариантов. На мой взгляд, самый оптимальный — глава дома Феррехт. Или наследник Кеннотов — сам хёрдис погиб вместе с Рихтом, но его место скоро займёт старший сын. Любой из этой парочки подойдёт.

Несколько секунд Айвендо раздумывает.

— Предположим, идея действительно звучит неплохо — народный защитник, решивший рискнуть своей жизнью ради всех остальных — неплохой ход. Но ты забываешь ещё об одном моменте — Схэсс и осколки его артефакта. Без него, разобраться с Рэном будет сложно.

Усмехнувшийся Айлос, сводит пальцы рук вместе.

— Но это не невозможно. Ведь когда-то с ним уже справились и заставили бежать. Пусть и не убили. Не думаю, что те маги сильно превосходили нас по своим возможностям.

Тяжело вздохнувший хозяин кабинета, какое-то время рассматривает своего подчинённого.

— Есть вероятность, что карта попала в руки к этому зарвавшемуся идиоту из другого мира. Если он догадался всё зафиксировать, то сможет отправиться на поиски, что чревато серьёзными проблемами.

Блондин позволяет себя слегка рассмеяться.

— У него армия, договор с Морной и только что вернувшаяся из мёртвых девушка — не думаю, что он всё бросит и примется скакать по континенту, собирая части артефакта вместе. Особенно, если учесть, что запад империи сейчас наводнили десятки видов монстров — пусть Байс и не завершил ритуал, но вот всех членов «Белого Дня» мы успешно пустили под нож. Этого хватило, чтобы запустить процесс, пусть и не совсем так, как мы планировали.

Около минуты Айвендо молчит, разглядывая собеседника.

— Хорошо. Раз это твой план — тебе им и заниматься. Подбери себе людей, проработай тактику — займись работой. Доклад — ежедневно, до десяти часов вечера.

Айлос обескураженно кивает и слегка замявшись, уточняет.

— Могу я узнать, кто займёт места Байса и Теллреха? Вам же понадобятся два новых советника?

Ухмыльнувшийся Палач, отрицательно машет головой.

— Не переоценивай себя — сам же говорил об этой ошибке, совсем недавно. Новых посвящённых я выберу сам. Свободен. Сегодня жду первый доклад.

После того, как блондин под пристальным взглядом Айвендо покидает кабинет, тот морщится.

— Решил, что раз остался один, то может разговаривать со мной на равных. Так по-человечески.

На последней фразе внезапно принимается смеяться, параллельно доставая из ящика стола записную книжку, в которой обнаруживается длинный перечень имён. Спустя пару мгновений обрывает неожиданный приступ веселья и погружается в изучение списка.

Глава 1

Первыми появляются Эйкар с Арсой. Сначала хочу отослать девушку обратно, но после короткого размышления, решаю, что пусть остаётся — в конце концов, она одна из причастных. И в любом случае, сможет повлиять на решение бывшего призрака. Следом являются Канс с Круациной и последним приходит Джойл.

Тройка телохранителей перекрывает единственный выход, персонал мы просим удалиться, а Эйкар активирует защитный артефакт — теперь нас не подслушать. Оторвав взгляд от отчёта канцелярии, окидываю собравшихся взглядом. По-хорошему сейчас стоит обсудить ситуацию на западе империи, но есть ещё один момент, который стоит прояснить первым. Глянув на Тонфоя с Круациной, начинаю разговор.

— Думаю, вам стоит знать об одной вещи, которая открылась вчера во время столкновения с Байсом — я не совсем Кирнес Эйгор.

На лице Канса отражается недоумение, а Круацина хмурит брови. Я же продолжаю.

— Это действительно тело наследника престола. Только вот в его голове разум человека из другой вселенной. Как я понимаю, моё сознание перебросили в эту плоть из-за ритуала, проведённого Палачом. Но вследствие вмешательства схоров, что-то пошло не так и я не приобрёл великую магическую мощь, как Сторн Эйгор, который тоже был создан Айвендо. Ввиду чего меня было решено забросить в Хёниц, а потом и ликвидировать.

Какое-то время они молчат, разглядывая меня. Потом сын хёрдиса поворачивается к Джойлу.

— И ты всё это знал со вчерашнего дня? Ничего мне не сказав?!

Не дав парню шанса ответить, переводит взгляд на меня.

— Даже не знаю, что тебе сказать. Почему сразу не рассказал? Зачем скрывал? Для чего тогда вся эта война нужна?

Тонфой делает перерыв между своими вопросами и я спешу вклиниться, пока он не набросал новых.

— Не рассказывал, потому что опасался вашей реакции. Думаю, это вполне очевидно — сам подумай, как ты бы отреагировал на человека, который говорит, что прибыл из другого мира? Да ещё и угодил в тело принца. Поверил бы, что это всё случайное совпадение, не знай о Палаче, его ритуале и том, что такая схема уже применялась на Сторне?

Аристократ, непонимающе махнув головой, уточняет.

— А причём тут Сторн? Ты второй раз про него говоришь.

Вместо меня ответ выдаёт вздохнувший Эйкар.

— Сторн Эйгор был таким же, как Кирнес — Палач засунул в голову будущего императора чужое сознание, наделив его серьёзными магическими способностями. А когда тот начал выходить из под контроля — уничтожил.

Теперь Тонфой на какое-то время замолкает, а в беседу включается Круацина.

— То есть ты почти такой же, как и мы? Тоже призванный из другого мира?

Усмехнувшись, поворачиваю лицо к девушке.

— Что-то вроде того. Только в чужом теле и без контракта.

Хмурый Канс ставит локти на стол, переплетая пальцы.

— И что ты теперь планируешь делать дальше? Точно так же командовать армией и вести её к Схердасу?

Покосившийся на него Джойл, гудит.

— Чего ты? Я тоже вчера был зол, но это же Кирнес — мы с ним уже через сколько всего прошли? Пусть он и не сказал всей правды, но если в целом посмотреть, то и я вам много чего о болотах не рассказал. Потому как матушка мне запретила. А знай вы всё это заранее, может сейчас и проще всё было бы. Так, меня теперь значит тоже можно другом не считать?

Брови аристократа ползут вверх и он на какое-то время впадает в лёгкий ступор, не зная что ответить. Это даёт возможность вклиниться Айрин, которая принимается тихим голосом говорить.

— После всего, что случилось, мне плевать чей там разум в голове у Кирнеса и как он попал в наш мир. Он вытащил меня оттуда, откуда не возвращается никто — я буду с ним до конца.

Тонфой примирительно поднимает руки.

— Я вас уже понял — Тонфой снова продемонстрировал всем, что в домах хёрдисов вырастают одни подонки.

Выдохнув воздух, добавляет.

— Не надо только думать, что вы от меня так просто отделаетесь — я в деле. Но с этого момента — никаких тайн, хотя бы между нами.

На последней фразе бросает взгляд в мою сторону и я утвердительно киваю. Когда парень замолкает, за столом на несколько секунд устанавливается тишина — видимо все остальные решили отложить свои вопросы на потом. Конечно, если они у них имеются. Поэтому перехожу к следующему пункту — ткнув пальцем в стопку листов бумаги, доставленных офицером канцелярии, начинаю говорить.

— Последние данные о происходящем в этой половине империи. Три провинции, расположенные на самом западе континента полностью охвачены беспорядками — столичные гарнизоны не справились и на улицах сейчас идёт битва за выживание. Твари, созданные Палачом рвут на части людей, а те пытаются выжить всеми доступными способами. В остальных дела обстоят несколько лучше, но монстры появились повсюду — люди охвачены паникой, власти объявили о мобилизации всех, кто способен носить оружие.

Сделав короткую паузу, продолжаю.

— И самая плохая новость на сегодня — часть тварей может пополнять свои ряды, обращая людей. Это серьёзно усугубляет ситуацию. В отчёте говорится о семнадцати видах монстров, которые успели идентифицировать. Но, как я предполагаю, их будет гораздо больше.

Канс, покосившись на стопку листов бумаги, с содержимым которых уже должен был ознакомиться, интересуется.

— Что станем делать? С учётом хаоса, нам будет куда легче подмять под себя ближайшие провинции — можно использовать ситуацию себе на пользу.

Медленно покачиваю головой.

— Ты же видел прогнозы своих аналитиков? Они предсказывают полную гибель населения трёх западных провинций, откуда вал монстров покатится дальше на восток, уничтожая всё на своём пути. И если сложить все факторы, то на мой взгляд они правы. Рихт забрал большую часть расквартированных здесь армейских частей и больше половины гарнизонных — сопротивляться напору тварей почти некому.

Канс проводит ногтём правого указательного пальца по столешнице.

— Они всегда могут поставить под ружьё гражданских — при виде такой угрозы, практически все будут готовы сражаться.

Внутренне усмехнувшись, формулирую в голове ответ.

— В теории — да. Более того — именно так они и попробую поступить. Но если посмотреть на это с точки зрения реального положения вещей, то всё не так просто. Представь себе город, в котором часть жителей внезапно стала монстрами и теперь на улицах с переменных успехом идёт борьба. Да, гарнизоны при помощи полиции и вооружённого населения держат ситуацию под контролем. Но если верить репортёрам, то практически во всех центрах провинций есть целые кварталы, наводнённые монстрами, которые пока не получается очистить, даже при поддержке магов. Из числа последних, как минимум полсотни человек покинули свои дома, отправившись на восток — не каждый захочет рисковать потенциальным бессмертием, сражаясь с неведомым противником, явившимся из ниоткуда.

На момент прерываюсь и вместо меня речь продолжает Эйкар.

— Они просто не успеют подготовиться. И вряд ли предполагают, что именно их ждёт. Единственный у кого есть шанс — крупные города, с мощными укреплениями и обширными арсеналами, вкупе с запасами еды. Они смогут держаться долго. Селян вырежут первыми и поголовно. Скорее всего их истребляют уже сейчас, а раз твари умеют инициировать своих сородичей, значит в лесах и полях формируются крупные отряды, которые рано или поздно явятся к стенам городов. Если прикинуть, что с запада и правда покатится вал подобных им уродцев, то провинциям не выстоять. Даже если мы объединимся с экспедиционной группировкой Морны, а Олаф бросит в бой всё, что у него имеется — нам их не сдержать. Тут понадобится десятка два полноценных армейских корпусов с тыловым обеспечением и желательно, вторым эшелоном такой же численности.

Какое-то время стоит тишина, которую нарушает голос Канса.

— Звучит действительно убедительно. Одно «но» — что нам тогда делать? Если принять на веру вашу концепцию, то эта армия монстров так и будет катиться на восток, пока не наткнётся на достаточно весомого противника.

Вздохнув, отодвигаюсь от стола, принимаясь излагать варианты.

— Ввязываться в бой точно не имеет никакого смысла. Максимум, что мы успеем — захватить один из крупных городов, зачистить его и задействовать ресурсы для своего усиления. Но это даст не больше пары тысяч призванных, плюс возможно какое-то количество некроконструктов и механоидов. Даже в сумме с мобилизованными жителями, которые не будут гореть желанием умирать за пределами своего города — мы будем неспособны активно действовать. Одно дело биться за родные кварталы и совсем другое — тащиться вдаль, чтобы сдохнуть на окраине неизвестной тебе деревни. В итоге, окажемся заперты за стенами, без возможности вырваться наружу.

Секунду помолчав, развиваю мысль.

— Эйкар прав — даже если мы запросим у Олафа дополнительные войска, этого будет недостаточно. На открытой местности мы не сможем прикрыть даже одну провинцию без тыла и отлаженной системы пополнения частей новобранцами — рано или поздно обескровенные батальоны сдадут позиции и всё кончится кровавой бойней. Не говоря о том, что через какой-то промежуток времени противник появится и в тылу и нам придётся биться в окружении, пока все не сдохнем. Выход, на мой взгляд только один — немедленно маршировать на восток, уходя дальше от заражённых территорий.

Джойл непонимающе хмыкает.

— А как же артефакт, о котором тот толстый маг говорил? Пять его частей на западе ведь — всё бросим?

Выдохнув воздух, переглядываюсь с Эйкаром, который выжидательно смотрит на меня. Да — идея отправить его на поиски, придав десяток призванных, у меня была. Только вот терзали смутные опасения, что по мере обнаружения осколков артефакта, у мага всё чаще будет возникать вопрос — а для чего делиться этой мощью с человеком, явившимся из иного мира? К тому же, как знать, что именно может этот артефакт и на что способны, даже отдельные его части? До этого момента, бывший призрак не давал ни единого повода в себе усомниться. Но держать в руках такую мощь, это всё равно, что контролировать сеть орбитальных станций с ракетными платформами. Кто по доброй воле расстанется с такой властью, когда её можно спокойно применить самостоятельно? Тем более, что ты сам добился управления этими спутниками.

Само собой, есть ещё один вариант — проигнорировать известие об осколках артефакта и действовать дальше. Но тут, сразу же возникает несколько иных вопросов. Во-первых, Палач уже продемонстрировал свои возможности — один масштабный ритуал, причём проведённый без его прямого участия и почти половина империи ввергнута в хаос. Если раньше я предполагал, что при помощи призванных и Эйкара с ним получится совладать, то после схватки с Байсом, пришлось переосмыслить ситуацию. Раз один подручный Айвендо без всяких проблем противостоял Эйкару, одерживая верх, то у их лидера возможностей наверняка намного больше. Да и соратники-маги у него ещё должны были остаться — кто-то ведь резал глотки идиотам из «Белого Дня».

Во-вторых, остаётся сам Рэн, по своей мощи стоящий на ступеньку выше Палача. По крайней мере, в моём представлении. И я совершенно не представлял, как с ними разделаться при помощи тех ресурсов, которые у меня есть или появятся в будущем при действии по старому плану. Да, пока Айвендо остаётся в тени и Рэн тоже не проявляет серьёзной активности. Но один из них, однозначно скоро покажет себя миру, вызвав этим удар второго. И с выжившим в этом противостоянии придётся иметь дело уже нам.

Поняв, что слишком долго молчу, озвучиваю ответ на реплику Джойлу.

— Армия в полном составе отправится на восток. Под командованием Канса. Единственный момент — нужно будет обсудить это с Кольдом и с Свезальдом. Не думаю, что у подгорных будут серьёзные возражения. Их старейшина достаточно умён, чтобы понять, какой путь ведёт к гибели, а какой к победе. К тому же, я не стану отказываться от обязательств — после победы, они получат равные права с людьми. Вот с Олафом придётся действовать по ситуации.

Тонфой хмурит брови.

— Что-то я не понял. Если армией ты предлагаешь командовать мне, то значит сам намерен её покинуть?

Коротко киваю ему.

— Я, вместе с Джойлом, Эйкаром и Айрин отправлюсь на поиски артефакта.

Сын хёрдиса цокает языком.

— Тебя бешеный рицер покусал? Или гхарг успел заразить слабоумием? Вот так запросто вчетвером приметесь мчаться по провинциям, которые забиты монстрами? Сам же говорил, что там начнётся настоящая кровавая баня!

Пробую объяснить свои резоны.

— Мы возьмём с собой телохранителей и возможно ещё пару бойцов. Но основной расчёт как раз на небольшую мобильную группу, которая сможет перемещаться с высокой скоростью. Там, где крупный отряд завязнет и будет вынужден пробивать дорогу силой, десяток всадников проскочит, никого не потревожив.

Парень упирает в меня мрачный взгляд.

— То есть ты всё это полностью серьёзно? Собираешься бросить армию на меня, а самому свалить в неизвестность, искать мифический артефакт, который ещё неизвестно как работает? А что мне делать, если никто из вас не вернётся? Или военные поднимут мятеж? Они в конце концов шли сражаться за нового императора — если он ускачет в закат, то за кого им биться?

Аргументы более чем логичные и я с ними полностью согласен. Всё то же самое было в моём списке резонов для того, чтобы действовать по старому плану. Но их ключевая проблема — доводы за то, чтобы отправиться в путь лично, оказались более весомыми.

— Мы придумаем легенду для офицерского состава. И ещё одну версию — для солдат.

Судя по его лицу, аристократ хочет возразить и я срабатываю на упреждение.

— Да, я прекрасно понимаю, что «офицерская версия» почти сразу уйдёт в массы. И это придаст ей более или менее достоверный вид. Не нужно, чтобы в частях догадывались о том, куда именно мы отправились — если угодят в плен, то пусть лучше рассказывают о чём-то ещё, а не о поисках артефакта династии Схэсс.

Несколько секунд Канс молчит, после чего уточняет.

— Почему остаюсь именно я? Если уж честно, то я бы предпочёл пробираться через провинции в поисках частей этой старинной дряни, а не выжигать себе мозг вопросами управления армией.

Какое-то время колеблюсь, но потом решаю, что лучше честно изложить свои доводы.

— Кто-то из нас должен остаться, чтобы командовать армией. Эйкар отправляется, как единственный, кто хорошо разбирается в магической механике и может предложить какие-то варианты активации артефакта. Джойл — потомок Рэна, в нём самом течёт кровь Схэссов. Думаю, не надо объяснять, что это может оказаться важным. Айрин только недавно вернулась к нам — не хочу оставлять её в одиночестве.

На губах девушки, что сидит рядом со мной, пробегает лёгкая улыбка, а вот сам Тонфой выглядит отчасти задумчивым. Немного помедлив, озвучивает вопрос.

— А ты сам? Зачем тебе отправляться в эту экспедицию? Думаю у Эйкара получится командовать отрядом не хуже.

Вопрос ожидаемый, но всё равно неприятный. Потому что честно ответить я на него не могу — опасаюсь сильно задеть чувства старого мага. Так что выдаю заготовленный вариант.

— Первое — это самый важный участок битвы. Не соберём эту старинную хреновину — сдохнем или окажемся под пятой победителя в битве двух великих магов Норкрума. Поэтому, я хочу принять участие лично. Второе — может быть и так, что крови Схэсса будет недостаточно. В таком случае понадобится что-то ещё. Если ты не забыл, то я тоже призванный из другого мира и в каком-то роде уникален, если считать только живых. Третье — в некоторых ситуациях может пригодиться мой титул императора.

Сын хёрдиса задумчиво разглядывает меня, но молчит, не задавая новых вопросов. Остаётся надеяться, что моя речь выглядела хотя бы отчасти убедительной. Хотя, как по мне — Эйкара убедить не вышло, уж больно заинтересованными выглядят его глаза. Но и он не задаёт новых вопросов, предпочитая отмалчиваться. А вот Джойл с интересом спрашивает.

— Слушай Кирнес, а что такое «хреновина»? Слово из твоего старого мира?

На момент запнувшись, матерю себя — ладно здесь, но вот за пределами узкого круга такое произносить точно нельзя. Глянув на здоровяка, пытаюсь объяснить значение.

— Это какой-то непонятный предмет, который пока нельзя точно идентифицировать и ты представляешь его весьма смутно. Или что-то, ранее уже упоминавшееся в разговоре, но теперь называемое так для сокращения.

Парень скребёт по щеке пальцами.

— То есть, если мы говорили, скажем о Морне, то я могу назвать её хреновиной?

С трудом удерживая нервный смех, отрицательно качаю головой.

— Это не совсем так работает, Джойл. Я позже попробую объяснить.

Замолчав, обвожу всех присутствующих взглядом, после чего подвожу итог.

— Думаю, стоит на этом закончить. Ещё раз соберёмся перед выездом — тогда можно будет всё обсудить детально. А пока время заняться делами — надо переговорить с подгорными и Свезальдом, разработать версии ситуации для войски и представить Канса командирам.

Сам аристократ недовольно вздыхает, но по крайней мере, больше не спорит со своим «назначением». Убедившись, что возражений нет, киваю Эйкару и тот снимает защиту. А через минуту я уже посылаю адъютанта за старейшиной подгорных.

Глава 2

Переговоры с Кольдом проходят несколько неожиданно — подгорный сообщает мне, что с ним связались представители нескольких общин его народа, обосновавшихся на западе. И если часть из них пыталась договориться об убежище на территории Скэррса, то лидеры трёх сообществ решили присоединиться к нашей армии. Видимо в расчёте на то, что в компании солдат и подготовленных людских магов перемещаться будет более безопасно.

Предложение внезапное, но после короткого раздумья, даю своё согласие. По словам Кольда к нам прибудет не меньше двухсот бойцов, треть из которых неплохо владеет магией. Лишними, они точно не станут.

Вот на мои слова о том, что придётся на длительный промежуток времени покинуть расположение армии, старейшина реагирует не самым лучшим образом. Приходится ещё раз повторять все те аргументы, которые я озвучивал Кансу, что в итоге позволяет убедить собеседника. Как мне кажется, к концу беседы он понимает, что без артефакта нам никак не совладать с противником. Единственное «но» — делает предположение, что Палач в случае своей победы над Схэссом, снова уйдёт в тень. Такие мысли, надо признать, приходили в голову и мне, но если подумать — зачем Айвендо разыгрывать из себя кукловода, если о нём будет знать масса заинтересованных лиц? Не знаю, чем было обусловлено его желание играть роль серого кардинала раньше, но после открытого столкновения с Рэном, такой подход потеряет всякий смысл. И не думаю, что он оставит нас в покое после всех событий последнего времени.

Как результат — получается убедить Кольда в необходимости моей личной отправки на поиски частей артефакта и заручиться гарантией поддержки Канса в качестве командующего армией.

Вызвав после него Олафа, предполагаю, что этот раунд переговоров пройдёт намного сложнее, но как ни странно, Свезальд оказывается куда сговорчивее Кольда. На мой взгляд всё дело в фатализме, проявившемся у парня после атаки на его родных — блондин искренне полагает, что выжить у него вряд ли получится, поэтому смотрит на всё происходящее через призму обречённости. Ни единого вопроса о том, куда и зачем я отправляюсь и как это соотносится с договорённостью между мной и Морной, ни одной попытки занять место командующего армией. Новоиспечённый хёрдис согласен на все условия и готов выполнять приказы. Только предлагает отправить часть своих солдат на земли дома, чтобы защитить своих подданных. Как выясняется, чувство долга в голове этого парня всё-таки присутствует.

Согласившись на это, отсылаю Свезальда назад в его лагерь, а сам перехожу к следующим задачами. Весь день, до самого вечера, проходит в переговорах. Офицерам озвучивается версия о том, что я с небольшим отрядом отправляюсь для дипломатических переговоров с парой хёрдисов с целью склонить их на свою сторону. А заодно собираюсь отыскать тайное хранилище со свитками схорской магии, которое после Древней войны создали первые правители людей. Солдаты получают историю о том, что я собираюсь возглавить экспедиционный корпус Морны, который поведу на запад, пока мои собственные войска будут уходить на восток. Якобы для того, чтобы сохранить хотя бы часть лояльных нашему тандему войск. А моё присутствие необходимо для обеспечения подчинения руководства провинций.

Обе истории звучат не то, чтобы сверхубедительно, но на скорую руку больше ничего не придумывается. Договариваемся с Кансом о том, что как только у него появится более правдоподобная версия, он немедленно забросит её в массы. Пока же, хватит и этого.

Отдельной темой становится беседа с самой Морной, которую я благополучно вычеркнул из первоначального уравнения, но после некоторого размышления, решил тоже поставить в известность. Если самой девушке я более или менее доверяю, то вот её окружению — однозначно нет. Поэтому пытаюсь скормить соправительнице версию о тайном хранилище книг, на которое якобы указал Байс. Как по мне — она не слишком верит, но по крайней мере не выказывает желания разорвать договорённость о союзе. Да и в процессе, я раз десять заверяю её, что мои действия направлены исключительно на победу. Мол, с обнаруженными знаниями, будет куда проще одолеть Палача и Рэна.

К вечеру, когда я уже морально измотан до максимума, поступает ещё одна новость — дом Рояр заявил о том, что признает императором Норкрума Рэна Схэсса, который должен занять престол в Схердасе. Помимо них, под командование древнего императора переходит вся южная группировка войск — у него более чем достаточно войск для наступления на столицу. Теперь, основной вопрос в том, как поступит Болрон — отправится наперерез его силам или продолжит марш на Схердас, чтобы попробовать взять его первым. Правда, что-то мне подсказывает — независимо от действий генерала, Рэн в любом случае займёт столицу, раскатав противников в кровавую кашу.

В путь отправляемся, когда на лагерь спускаются сумерки. Мы с Айрин, Джойл и Эйкар с Арсой. Плюс, трое моих телохранителей. До последнего сомневаюсь, стоит ли брать с собой механоида — всё-таки его внешность может привлечь внимание. Но потенциальные плюсы в итоге перевешивают. К тому же, с учётом хаоса в который окунулась империя, стальной боец будет далеко не самым примечательным объектом.

Когда все собираются около лошадей, на окраине лагеря, вижу шагающего к нам Тонфоя. Остановившись в паре шагов, окидывает собравшуюся группу взглядом.

— Может всё-таки до утра подождёте? Куда вы сейчас в ночь, без отдыха?

Машу головой.

— В этом и смысл — убраться, когда это не привлечёт всеобщего внимания. Как окажемся на приличном расстоянии от лагеря — устроимся на ночлег.

Парень вздыхает.

— Ладно. Вы только на связь не забывайте выходить — как условились, либо утром, либо вечером, около десяти часов. Чтобы я знал, что всё в порядке.

Заверяю его, что мы не забудем и наступает пора прощаться — аристократ пытается сохранить невозмутимый вид и церемонно пожать всем руки, но Джойл с усмешкой обхватывает того, хлопая по спине и официоз сразу улетучивается. Если мне не изменяет зрение, то Канс едва ли не пускает слезу. Да и у меня на душе скребут кошки — сын хёрдиса хотя и относительно привык в какой-то степени руководить людьми, но с командованием армией вполне может не совладать. Единственное, что успокаивает — наличие батальона призванных, контракты которых были скорректированы. Теперь в каждом из них упоминается необходимость выполнять приказы Тонфоя и защищать его. Плюс, Корвэлла, остающаяся командовать добровольцами вместо Джойла.

Спустя несколько минут мы всё-таки забираемся в сёдла и пускаем скакунов шагом, медленно покидая территорию лагеря. На этом участке часовые, исключительно из числа бойцов Рохара, которым приказано молчать о времени и направлении нашего отбытия. Хотя, через полчаса, перейдя на рысь, мы сворачиваем в сторону — по идее, никто из призванных органически не способен нарушить прямой приказ, но лучше перестраховаться.

На привал останавливаемся только через три с половиной часа — лошади идущие рысью, успели проделать расстояние не меньше шестидесяти километров и как по мне, этого хватит. Особенно, если учесть, что ранним утром нам нужно будет продолжить движение. Пока Хьяса с Миккой вывешивают ткань для навеса, а Джойл копает яму, чтобы развести замаскированный костёр, ещё раз прогоняю в голове наш план действий.

Первый осколок находится в городке под названием Мессорн — население на двадцать тысяч человек, находится приблизительно в двухста лигах от нас. Грубо говоря, два дня конного пути, если двигаться рысью. И часть этого расстояния мы уже прошли. Не знаю, как и почему там оказалась часть древнего артефакта, но факт остаётся фактом — на карте высветилась именно эта точка. Учитывая, что Мессорн ближе всего к нам, было решено начать с него. Заодно попробовать понять, как именно искать кусок непонятной вещи — по словам Эйкара, у него есть варианты, но все их ещё надо проверить в деле.

Если верить всё той же карте, на нашем пути практически не будет крупных селений, только деревни и несколько совсем крохотных городов. Плюс земли пары аристократов, которые мы намереваемся обогнуть стороной.

Устроившись около костра, поедаем сухпайки, запивая водой из фляг и забираемся в спальники. Настроения разговаривать ни у кого нет — все вымотаны и устали. На страже нашего покоя остаются Микка с Хьясой и Железяка. Девушки разбили время до утра на две смены, а вот механоид будет стоять в дозоре всю ночь.

Устроившись в спальнике, почти засыпаю, когда слышу, как неподалёку всхлипывает во сне Айрин. Через минуту понимаю, что девушка ещё и дёргается во сне. Когда уже решаю, что стоит подняться и разбудить виконтессу, она успокаивается и скоро с её стороны слышится только ровное дыхание. Собираюсь выждать ещё какое-то время, чтобы удостовериться в её нормальном состоянии, но глаза после длинного дня уже смыкаются и я сам не замечаю, как засыпаю.

* * *

Утро начинается с внезапного откровения Железяки. Как только я выбираюсь из спальника и нахожу взглядом Айрин, уже проснувшуюся и сидящую около дерева, механоид, лязгнув сталью, задаёт неожиданный вопрос.

— Ваше Императорское Величество, почему белки такие бесстрашные?

Остановившись на меня, окидываю «робота» удивлённым взглядом.

— В каком смысле?

Тот поднимает свою голову вверх и какое-то время смотрит на кроны деревьев.

— Они совсем на меня не реагируют — бросаются скорлупой всякой, а один раз и вовсе страшно говорить — погадили сверху. Почему они так не любят механоидов?

Интересно у него ночь прошла. Пытаюсь придумать, что ответить, но тут в беседу вступает Хьясса.

— Наш металлический друг просто по своей глупости решил проверить дупло, показавшееся ему подозрительным. И выкинул на землю весь запас еды, который там складировали эти безобидные зверьки. Вот они и решили отыграться. Вы бы видели, как он негодовал — чуть ли не из пулемёта хотел по ним вдарить.

Судя по весёлом лицу призванной, зрелище и правда было забавным. Но точно не для механоида — повернувшись к блондинке, тот недовольно скрежечет.

— А ты между прочим, не оказала помощи собрату по оружию. У тебя же руки ловкие — что стоило метнуть пару ножей?

Та заходится негроким смехом, от души веселясь.

— Так это же белки, дурень. Будь у нас рядом настоящий враг — уверяю тебя, я была бы в деле. Но убивать несчастных зверьков, которых ты лишил еды? Извини, это не моё.

Железяка собирается ответить что-то ещё и уже начинает говорить, но я прекращаю их перепалку, подняв руку.

— Хватит. Мы в рейде на вражеской территории — следите за подступами к лагерю, а не занимайтесь болтовнёй.

Спустя несколько секунд, оба бойца возвращаются на свои позиции, а я подхожу к Айрин.

— Плохо спалось?

Виконтесса поднимает на меня глаза, оторвав взгляд от земли.

— Снилось просто…всякое. Сейчас бы сорка выпить, чтобы взбодриться.

Судя по её внешнему виду, девушек нужен скорее бокал-другой алкоголя, но с учётом ситуации, такой роскоши мы себе позволить не можем. Приходится ограничиться несколькими глотками холодного сорка — разогревать его на костре, распространяя запах по всему лесу, мы по понятным причинам опасаемся.

После завтрака, сворачиваем временный лагерь и забравшись в сёдла, отправляемся в путь. Основная часть маршрута идёт по проселочным дорогам, а то и вовсе полям — мы стараемся по-возможности избежать контакта с местным населением. Конечно, моё фото отсутствует в газетах, по той простой причине, что их там и так почти нет — публикуются только изображения, нарисованные художниками. А меня, после «маскировки» наложенной ещё в императорском дворце ни разу не рисовали. Так что опасаться скорее всего нечего. Тем не менее, конный отряд, в который входит механоид, так или иначе обратит на себя внимание. Даже без него мы выделяемся — пара призванных, сменивших армейскую форму на собственноручно «доработанные» походные костюмы, мрачный здоровяк с рунической винтовкой за спиной и девушка с потухшим взглядом, меланхолично оглядывающая местность. Если кто-то получит возможность нас рассмотреть, то наверняка запомнит. А значит сможет рассказать в случае, если нас примутся разыскивать. Поэтому мы стараемся обходить стороной любые населённые пункты, независимо от их размера.

Днём делаем ещё один короткий привал, а вечером уже подбираемся к владениям первого из аристократов — какого-то виконта, владеющего землёй под несколькими десятками деревень. Учитывая, что тот вполне мог мобилизовать своих людей, наладив патрулирование местности — отклоняемся в сторону, чтобы избежать риска столкновения.

В какой-то момент, скачущая первой Микка тормозит свою лошадь, поворачивая голову к опушке леса, вдоль которого мы скачем.

— Там люди. Близко и быстро движутся в нашу сторону. А за ними — кто-то ещё, пока не могу распознать запах.

На секунду задумываюсь, как поступить — пришпорить скакунов и умчаться дальше, либо подождать, пока покажутся неизвестные. Но всё решается само собой — из-за деревьев выскакивает первый бегущий человек, который завидев нас, сразу меняет направление движения. Молодой паренёк в приличной на вид одежде, с покрасневшим от нагрузки лицом.

— Помогите! Заберите меня!

Где-то в глубине леса слышится истошный женский крик, а из леса выскакивает ещё несколько человек — на этот раз женщины. Эти тоже немедленно поворачивают к нам. Судя по их перепуганным лицам и общей ситуации — они явно убегают от кого-то весьма опасного. Приняв решение, озвучиваю его остальным.

— Ждём их преследователей и накрываем огнём. Магию использовать только в крайнем случае. Железяка — следи за тылом и флангами — если кто-то попробует подобраться, сразу бей из пулемёта.

Механоид, что-то проскрежетав, разворачивает свою лошадь, а мы наблюдаем за опушкой, где показывается ещё один беглец — на этот раз плотно сложенный мужчина с сединой в волосах и окровавленным топором, который тот держит в руках. Хьясса было отпускает замечание, что на серьёзную опасность он не тянет, но тут сразу за ним выскакивает ещё один объект, в котором сразу угадывается одна из тварей, созданных ритуалом Байса. Широкие плечи и мощный корпус, расплывшееся лицо, которое сейчас скорее стоит назвать мордой и руки с длинными пальцами.

Грохочет винтовка Джойла и цель валится на землю с простреленным черепом, а седой мужчина, оглянувшись на лес, пытается ускориться. Получается у него правда плохо — видно, что долго бежал и уже успел выдохнуться. А вот первый выскочивший из леса парень уже приближается к нам.

— Скачите отсюда! Их там штук тридцать — всех не перебьёте! Заберите меня! Пожалуйста!

Покосившись на него, рявкаю.

— Стой там, где стоишь! Приблизишься — застрелим!

Тот на момент притормаживает, но почти сразу бросается дальше и теперь уже грохает винтовка Микки — пуля уходит в землю, рядом с ногоя паренька и до того вроде доходит. По крайней мере, больше не пытается придвинуться к нам поближе.

Через мгновение из леса выскакивают новые цели и мы пускаем в ход оружие, методично расстреливая их. Сам выпускаю пулю за пулей, укладывая троих. В какой-то момент становится понятно, что новых противников больше не появляется, а следом звучит голос Микки.

— Ещё несколько остались живы, но они быстро удаляются. Отправиться в погоню? Кирнес?

Глянув на неё, отрицательно качаю головой.

— Микка, Хьясса — наблюдайте за лесом. Если вылезет что-то ещё — прикончите. А мы попробуем понять, что это за люди и кто их преследовал.

Обе призванные остаются на месте, как и механоид, а я пускаю лошадь вперёд, приближаясь к группе беглецов, сбившихся вместе. Когда оказываюсь рядом, отдышавшийся седой мужик ударом топорища сбивает с ног паренька, что выбежал из леса первым, а одна из девушек сноровисто вдавливает его голову в землю ногой. Машинально опускаю ствол винтовки, готовясь в случае необходимости стрелять, а виновник нарушения спокойствия делает шаг вперёд, отвешивая мне неглубокий поклон.

— Саам Дьярфон — управляющий виконта Саакского. Могу я узнать имена наших благородных спасителей?

Глава 3

Какое-то время рассматриваю мужчину с топором в руках, после чего озвучиваю один из шаблонных вариантов ответа.

— Группа путников, пытающихся выжить. Случайно заметили, как из леса выбежал этот юноша и решили дождаться остальных.

Тот бросает мимолётный взгляд на парня, голова которого вдавлена в землю.

— Этот? Рицеров ублюдок бросил остальных и бежал, чтобы спасти свою шкуру. Но хотя бы на что-то сгодился — привлёк внимание.

Закончив последнюю фразу, с выражением презрения на лице плюет в сторону парня, а я глянув на опушку, озвучиваю вопрос.

— Откуда вы? Что случилось?

Дьярфон поднимает на меня глаза.

— Я — управляющий поместьем виконта Саакского. Вчера, когда люди стали превращаться в зверей, мы смогли справиться с ними, вооружив прислугу. Но потом господин отдал приказ покинуть имение — он намеревался отправиться в ближайший крупный город.

Печально вздохнув, продолжает рассказывать дальше.

— По дороге мы несколько раз подвергались нападению разнообразных тварей и потеряли почти всех людей. Добрались до деревни, что за этим лесом, надеясь отыскать там укрытие, но угодили в засаду очередных гхарговых выродков, оказавшихся умнее всех остальных — они ждали нас, притаившись в укрытии и напали все разом. Шансов выжить практически не было. В том бою погибли почти все, включая моего господина.

Хмыкнув, проясняю один из моментов.

— Если так, то почему вы оказались в лесу, удирающими от этих тварей? Сумели сбежать?

Мужчина машет головой и на момент повернувшись в сторону леса, цедит слова.

— Они поиграть решили. Устроили себе весёлье — отпустили всех выживших, чтобы потом догнать в лесу и прикончить. Говорю же — это отродье может разговаривать и мыслить. Больше рычат правда, но между собой общаться вполне способны. И с нами, если захотят.

Рядом появляется Айрин, тоже двинувшая лошадь в сторону выживших.

— Сколько вас изначально было?

Бывший управляющий виконта заметно хмурится.

— Почти пятьдесят человек. В основном женщины и дети, но и мужчин хватало — семеро, не считая того сгустка болотной жижи, что вы увидели первым. Мы хотели остаться и задержать зверей — нам даже оружие прихватить в одном из дворов удалось. Но трусливый ублюдок сбежал, а остальные погибли в лесу. Зато часть людей выбралась.

Бросив взгляд в сторону сгрудившейся вместе стайки женщин, среди которых замечаю пару подростков, киваю. А Саам задаёт вопрос.

— Поможете нам добраться до ближайшей деревни? Или может оружие оставите, чтобы мы могли сами отбиться, если что?

На момент задумываюсь. Лишнего оружия у нас практически нет — оставить им нечего. Да и не спасёт их пара винтовок или револьверов при нападении большой группы тварей. Даже если в пару к Дьярфону найдётся кто-то ещё, умеющий стрелять. Так что, как ни крути — бросить их одних, значит обречь на верную смерть. Чего делать не хочется. Выругавшись про себя, уточняю.

— Где находится ближайшая деревня? Насколько далеко?

Саам показывает рукой в сторону.

— Лиг пять в том направлении.

Переглянувшись с Айрин, определяюсь.

— Хорошо. До деревни мы вас доведём. Но дальше — сами по себе.

Мужчина немедленно рассыпается в благодарностях, после чего разворачивается к женщинам, принявшись им что-то объяснять. А я направляю лошадь к Эйкару, который изучает трупы монстров — ради этого маг даже спешился, склонившись над одним из мёртвых тел. Рядом с ним — Джойл и Арса, которые предпочли остаться в сёдлах.

По пути, бросаю взгляд на Микку, внимательно наблюдающую за лесом и призванная отрицательно качает головой. Хорошо — значит противника поблизости нет. По крайней мере того же вида, что гнался за этими селянами. Приблизившись к старому магу, скольжу взглядом по нескольким трупам, валяющимся поблизости на земле. Лица, раньше бывшие человеческими, сейчас чем-то напоминают свиные морды, с торчащими короткими клыками. Корпус больше похож на компонент тела гориллы, непонятно как здесь оказавшийся. А пальцы показались мне длинными по очень простой причине — они заканчиваются мощными когтями.

Выпрямившийся Эйкар, тяжело вздохнув, озвучивает вердикт.

— Интересные объекты. Людей использовали в качестве материала для самого разного рода существ, но я никогда не слышал, чтобы их превращали во что-то подобное. Да ещё и с сохранением части рассудка. Конечно, если исключить легенды и рассказы о магии схоров.

Брови Джойла ползут вверх и я хорошо понимаю парня — странно слышать такие рассуждения, став свидетелем истребления энного количества людей. Хотя и старого мага можно понять — перед ним продукт магии, о которой он раньше не слышал и академический интерес к происходящему вполне оправдан. Хотя, меня больше волнует, сколько ещё новых разумных видов сейчас бродит по Норкруму. В голову приходит мысль о том, что даже в случае победы над Палачом и Рэном, нам придётся разбираться с ордами монстров, рвущимися с запада. Поняв, что переключился на анализ того, как можно будет с ними разделаться, невольно усмехаюсь. Мы ещё не нашли даже один осколок, а мозг уже рассуждает, как лучше поступить в случае победы.

Рядом слышится голос Айрин.

— Их много. Надо узнать, что эти монстры делали с людьми и могут ли пополнять свои ряды.

А она молодец — вопрос вроде бы очевидный, но вот у меня из головы он выпал. Кивнув девушке, поворачиваю голову к Эйкару, всё ещё стоящему около мёртвых тел.

— Пора в путь. У нас нет времени, чтобы вскрывать и изучать тела.

Тот недовольно вздыхает, что-то ворча себе под нос, а я направляю лошадь обратно к спасённым людям.

— Выдвигаемся. Постарайтесь держать хорошую скорость — мы и так отходим от маршрута.

Кивнув, тот снова поворачивается к одной из женщин, с которой перед этим о чём-то спорил.

— Да он нас всех бросил! О чём тут вообще говорить? Хочешь спасти этому гнилью жизнь?

Та пытается что-то ответить, но Дьярфон просто отталкивает оппонента в сторону.

— Всё, хватит! Только время теряем!

Приблизившись к лежащему на земле парню, который немедленно начинает нечленораздельно визжать, пытаясь выбраться из под сапога рослой девушки, что с трудом удерживает его в лежачем положении, перехватывает топор, поднимая его в воздух. А через секунду обрушивает вниз — как раз на голову «дезертира». Кто-то из спасённых женщин охает, ещё одна быстро отворачивает в сторону детей. А Саам удовлетворённо хмыкает.

— Вот и получил своё, ублюдок. Если бы не сбежал — предупредил о тех двух уродах, что зашли в тыл. Тогда глядишь, больше бы наших уцелело.

Качнув головой, решаю не вмешиваться. К тому же управляющий всё сделал верно — судя по его словам, парень здорово подставил всех беглецов. Через минуту трогаемся в путь и когда удаляемся на несколько сотен метров от леса, я подвожу скакуна ближе к мужчине.

— Те твари, что на вас напали — они могли превращать людей в себе подобных?

Саам поднимает на меня мрачный взгляд.

— Ещё как. Вспарывали брюхо и забрасывали туда какую-то склизкую дрянь. Работало почти моментально — вот перед тобой человек, пусть и со смертельной раной, а вот он уже стал таким же, как остальные уродцы. Только вот новые почти не соображают — тупые, как пробки. А те, что в таком облике дольше нескольких часов проведут — сильно умнее становятся. Почти, как люди.

Интересно. Теперь я отчасти понимаю Эйкара — мне тоже было бы интересно выяснить, как можно превратить человека в непонятное существо за считанные секунды, не используя при этом ни одной нотной комбинации или руны. Безусловно, это происходит при помощи магии, но как? Откуда у свиномордых магическая сила? Да ещё настолько серьёзная? Тут же не только внешние изменения — под новое обличье нужно переформатировать и внутренние органы. Плюс, выжечь человеческий разум, создав на его остатках нечто иное. Для того, чтобы механоид смог не просто говорить, но и мыслить, нам потребовалось две человеческие жертвы. А эти твари обходятся без ритуалов или чего-то подобного. Как это работает — непонятно.

По-хорошему, стоило бы действительно изучить их тела более внимательно. Но с другой стороны — времени нет. Десять осколков артефакта, громадный континент и крайне ограниченные сроки — в таких условиях мы не можем позволить себе расходовать время впустую.

Глянув на шагающих рядом селян, понимаю, что ситуация противоречит моим собственным мыслям и внутренне усмехаюсь. Надо постараться меньше влезать в вопросы спасения местного населения — иначе мы так далеко не уйдём. Завязнем среди лесов и полей, отстреливая монстров, которых будет становиться всё больше. Но и бросить эту горстку в усмерть напуганных женщин под охраной одного старика с топором, было бы неправильно.

От размышлений отрывает Железяка, который слегка ускорился, догнав меня.

— У меня вопрос, Ваше…

Запнувшись, быстро исправляется.

— Вопрос, господин — а вы сможете сделать мне пару? Ну ещё одного такого же, как я, только женщину.

Обернувшись к механоиду, усмехаюсь.

— То есть ты себя считаешь мужчиной?

«Робот» лязгает металлом, стараясь выпятить грудь вперёд.

— Конечно. Я — мужчина. И мне нужна женщина.

Пара секунд уходит на то, чтобы переварить его слова, после чего уточняю.

— Вопрос первый — почему ты решил, что относишься к мужскому полу? Вопрос второй — зачем тебе женщина?

Тот какое-то время молчит, погрузившись в размышления.

— Ну…я думаю, как мужчина — значит он и есть. Правильно? Разум ведь — определяющий фактор для любого создания под солнцем? А женщина мне нужна… Чтобы была. И для постельных утех, вот.

Покосившись на него уточняю.

— Утех? Ты же в курсе, что этот вариант для тебя, мягко говоря, недоступен.

Тот наклоняет голову, цокнув металлическим подбородком о корпус.

— Но это же поправимо? Хьясса вот говорит, что…

Подняв правую руку, обрываю механоида, а слева слышится голос Микки.

— Вернуться на позицию, солдат! Ещё раз заговоришь без веского повода — попрошу лишить тебя речи на пару суток.

Испуганно дёрнувшийся Желязяка, придерживает коня и быстро скрывается из вида. А на меня косится Саам, по-прежнему шагающий недалеко.

— Это же механоид? Откуда он у вас? Запрещённая ведь магия.

Опустив глаза, быстро набрасываю ответ.

— То, что происходит вокруг — тоже давно под запретом. И раз уж мы про это заговорили — надеюсь никто из вас не вспомнит, что видел среди группы спасителей металлического бойца с пулемётом. Я не лишён сожаления и потому мы сейчас вас провожаем. Но с другой стороны — чувство мести мне тоже знакомо. И если из-за чьего-то языка погибнут мои люди — судьба тех, кто навсегда остался в лесу, покажется вам весьма привлекательной.

Чуть помолчав, тот криво усмехается.

— Мы конечно, не самые лучшие люди в мире. Но так не поступим. Все будут молчать, господин…

Намёк вполне прозрачный и я решаю всё же представиться, задействовав заранее придуманное имя.

— Эйкнесс. Виконт Эйкнесс.

Мужчина чуть прищуривает глаза.

— Не слыхал о таком. Но империя велика — аристократов много, так что это и немудрено.

Замолчав, шагает дальше, а я с некоторым сомнением оглядываю беглецов. Сомневаюсь, что Дьярфон поверил в названную фамилию. Да и наличие механоида говорит само за себя. Единственный плюс — с учётом текущего хаоса, рассказывать ему об этом особенно некому. Даже если отбросить в сторону заверения бывшего управляющего в том, что он и все остальные будут молчать. Да и в конце концов — не убивать же их, сразу после того, как сами и спасли?

Путь до деревни занимает около двух с половиной часов — добираемся уже затемно. Поняв, что в селении ещё есть живые, а над частоколом торчит голова наблюдателя, позволяю себе выдохнуть. Окажись тут ещё одно разорённое поселение, не представляю, чтобы мы делали с этими беглецами.

Переговоры проходят быстро — деревня тоже находится на землях виконта и его управляющего тут хорошо знают. Так что весьма скоро мы удаляемся от неё, отклонив предложение переночевать внутри. В случае атаки, будет несколько затруднительно выбраться из-за частокола. Плюс, наличие солидного количества живых людей вокруг, затруднит применение магии. А при нападении крупного отряда противника, это наш единственный козырь.

В итоге, на ночёвку снова останавливаемся в лесу, отскакав на несколько лиг от деревни. Если всё пойдёт хорошо, то завтра к вечеру мы будем на месте. Останется только придумать, как проникнуть в город. А затем разработать действенный механизм поиска осколка.

После быстрого ужина и очередного сеанса связи с Тонфоем, Айрин неожиданно забирается ко мне в спальный мешок. Учитывая его размеры и стройное тело девушки, у неё получается втиснуться. Правда вот развернуться теперь весьма затруднительно. Крутнувшись, разворачивается ко мне спиной и слегка повернув голову, объясняет свои действия.

— Не хочу, чтобы снова…что-то снилось.

Угукнув, обхватываю её руками и спустя пять минут уже слышу посапывание девушки. А вот мне приходится постараться, чтобы удобно примостить руки — отключиться выходит только после этого.

* * *

Утром выясняется, что старался я зря — виконтесса всё равно подгребла под себя левую руку и теперь я её еле чувствую. Выбравшись следом за ней из спального мешка, морщусь от покалывания, ожидая, пока оно пройдёт и обнаруживая около соседнего дерева Железяку, который периодически посматривает в мою сторону. Правда потом косится на Микку и сразу переключается на лес. Вслед за чем цикл повторяется. Похоже за прошедшую ночь у «робота» появились новые вопросы, терзающие механическую душу и теперь он жаждет их излить. К счастью, предупреждение призванной, которую я назначил старшим офицером личной охраны, оказывается действенным — металлический боец так и не решается ничего озвучить.

Сразу после завтрака отправляемся в путь. Тело уже изрядно устало от постоянной езды верхом — некоторые мышцы изрядно болят. Тело принца, хоть и сохранило мышечную память, за счёт чего я неплохо управляюсь с лошадью, но оказалось не слишком приспособленным к дальним переходам. Насколько я понимаю, у остальных подобные проблемы если и присутствуют, то в куда меньшем масштабе — Айрин и Канс, если верить их словам, регулярно упражнялись в конной езде. Для воспитанников канцлера это было одним из немногих доступных развлечений. Джойлу, после его трёхдневного броска верхом на лосях, вообще ничего не страшно. Как и Эйкару, который за прожитые им годы научился отлично справляться со скакунами. К тому же он тоже в теле аристократа, обученного конной езде.

Что касается призванных — пара девушек держится куда бодрее всех остальных из нашей компании, включая опытных наездников. Ну а Железяка выдержит какие угодно нагрузки в этом плане. Собственно, под ним и не конь, а усиленный металлом некроконструкт, не знающий усталости. Когда мы вчера почти час в потёмках искали место для водопоя лошадей, я не раз пожалел, что отказался от идеи превратить всех наших скакунов в конструктов. На тот момент это казалось варварством, но после дня пути точка зрения слегка изменилась. Особенно, если учесть, что в таком случае, их можно было бы заставить двигаться иноходью, сделав нашу скачку куда более комфортной.

Но теперь уже поздно — мы трясёмся в сёдлах на разбитых дорогах, часто снижая скорость лошадей до минимума — некоторые участки настолько плохи, что там не выходит перемещаться даже рысью. Ситуация несколько раздражает — мы можем не успеть к вечеру добраться до Мессорна, что означает потерю времени.

Пару раз натыкаемся на мёртвые тела. Один раз, это несколько мужчин, рядом с которыми лежат их ружья. В другой — изрешечённый пулями монстр, весьма отдалённо напоминающий человека. Скорее гигантскую жабу на четырёх конечностях.

К вечеру получается выйти на относительно неплохую дорогу и мы наращиваем скорость, стремясь компенсировать предыдущее медленное продвижение. В какой-то момент слышу предупреждающий крик Микки и осаживаю лошадь. Но впереди уже мелькают чьи-то фигуры — только вскинув винтовку и едва не выстрелив, понимаю, что это обычные люди. Группа солдат в грязно-зелёных мундирах, взявших нас на прицел. Замечаю, что механоид развернул пулемёт направо, в сторону леса и бросив туда взгляд, тоже обнаруживаю вооружённых людей. Точно такая же ситуация слева и сзади — нас окружили со всех сторон. Прикидываю в голове, стоит ли задействовать магию, когда от группы бойцов, что перед нами, отделяется человек в офицерском мундире.

— Унтер-лейтенант Стиссон. Кто вы и куда направляетесь?

Взгляд ещё молодого парня постоянно норовит скоситься в сторону механоида, которому тот явно удивлён. А рядом со мной проносится лошадь Айрин — виконтесса неожиданно вырывается вперёд и слышится её яростный голос.

— Виконт Эйкнесс и его охрана — выполняем приказ хёрдиса Свезальда. Не опустите винтовки — пустим всех на корм расплодившимся тварям!

На лице офицера отражается некоторое колебание, но надо отдать должное — напор девушки он переносит стойко.

— У меня приказ досматривать всех путников, прибывающих в Мессорн. И я собираюсь ему следовать.

Двинув лошадь вперёд, взмахом руки останавливаю Мэно, на чьём лице отражается самая настоящая ярость.

— Нас вы досмотреть не сможете. При всём уважении, унтер-лейтенант, на такое я не соглашусь. А при попытке действовать силой, мы будем вынуждены перебить ваших солдат, чего хотелось бы избежать.

На момент замолчав, добавляю.

— Поверьте — мы не несём угрозы городу. Если того пожелает ваше командование — побеседуем с ними на территории Мессорна. Но не стоит принимать нас за бандитов или вооружённых крестьян — обыскивать мы себя не позволим..

Переводя взгляд с меня на Айрин, офицер оглядывается назад и к нему приближается седой сержант, который тихо что-то произносит. На момент задумавшийся унтер-лейтенант кивает и сразу поворачивается к нам.

— Учитывая ваше происхождение и…обстоятельства — мы вас пропустим. Но к городу отправитесь вместе с парой моих солдат — они за вами присмотрят.

В конце первой фразы, он машинально косится на механоида и я с трудом подавляю усмешку. Возможно взять с собой Железяку было не такой плохой идеей. «Робот» сразу демонстрирует окружающим, что в нашем арсенале может оказаться всё, что угодно, включая формально запрещённую магию. Единственный минус — если его увидит кто-то из соратников Палача, то сразу поймёт что к чему. Но, на мой взгляд их не так много, чтобы вероятность контакта была высока.

Осознав, что имперский офицер всё ещё ждёт ответа, наклоняю подборок немного вперёд.

— Хорошо. Выберите двоих солдат — пусть они скачут с нами. Предупрежу — на вашем месте, я бы отказался от идеи завести нас в засаду и перестрелять. Это обернётся большим количеством трупов, среди которых точно не будет наших.

Юноша, нервно дёрнув головой, отходит в сторону, отдавая приказ своим бойцами и скоро мы уже скачем в направлении города, сопровождаемые двумя его людьми. Всё-таки успели добраться — теперь осталось пройти в город, избежав применения силы, после чего опробовать в деле теории Эйкара. Которые, как я надеюсь сработают. Оглянувшись на старого мага, скачущего позади, снова устремляю взгляд на быстро приближающиеся стены городских укреплений, на которых виднеются огни.

Глава 4

Когда ворота начинают медленно открывать и нас пропускают внутрь, ожидаю какого-то подвоха. Думаю, местные власти достаточно сильно напуганы, чтобы встретить нас, скажем пулемётным огнём в упор или парой боевых нотных комбинаций. Но вместо этого, за городской стеной обнаруживаются два десятка солдат, среди которых выделяется офицер со знаками различия капитана. Именно он и начинает разговор, обращаясь к одному из сопровождавших нас солдат.

— Кто такие? Прошли досмотр?

Покосившийся на нас боец, переводит взгляд на капитана.

— Никак нет. Пропущены без личного досмотра, ввиду…выполнения ими приказа.

Формулировка кривая и офицер скользит по нам заинтересованным взглядом, ненадолго задержав его на механоиде. Переключив внимание на меня, озвучивает вопрос.

— Представьтесь. Для чего вы здесь? По чьему приказу?

После секундного размышления, спускаюсь с лошади на землю.

— Виконт Эйкнесс — прибыл в город по приказу хёрдиса Олафа Свезальда. Разглашать детали не имею права.

Тот на момент задумывается, хмуро глядя на меня.

— Значит, подчиняетесь дому Свезальдов? Тому, что совсем недавно присягнул на верность Морне?

Кивнув, отвечаю ему в том же духе.

— А вы были верны Рихту? Кому присягнули после его гибели?

Офицер тяжело вздыхает.

— Пока нет никаких доказательств, что император мёртв.

Краем глаза вижу подходящее к ним подкрепление — ещё десятка два солдат, только уже не в грязно-зелёной форме, а серых мундирах гарнизонных частей. Отмечаю, что размещаются они слегка особняком от имперских бойцов — похоже уровень взаимопонимания между ними не самый лучший. Сам же выдаю ответ капитану, решив немного поднять ставки.

— Он точно мёртв. В той схватке сошлись армия Хёница и схоры — у Рихта не было шансов уцелеть.

Момент кажется, что собеседник либо скажет что-то резкое, либо отдаст приказ открыть огонь — ему абсолютно точно не пришлось по душе такое панибратское отношение к погибшему императору, которому он успел присягнуть. Но тот благополучно сдерживается.

— Даже если он погиб, вопрос сейчас состоит в ваших намерениях. Вы прибыли сюда, чтобы склонить город на сторону Морны Эйгор? Каковы ваши цели?

Н-да. Возможно идея прикрыться домом Свезальдов была не самой удачной. Но и обнаружить здесь служаку, который решит следовать своей присяге даже после гибели императора, я с другой стороны, тоже никак не ожидал.

— У нас поручение личного свойства. Всё, что нужно — ночлег на ночь или две, после чего мы продолжим свой путь.

Тот недоверчиво оглядывает моих спутников.

— Или вы ударите нам в спину, захватив ворота, как только сюда подойдут основные силы.

Решаю попробовать сменить тактику и делаю шаг вперёд.

— Ты действительно думаешь, что нам для этого понадобилось бы идти на ухищрения? Один мой приказ и все солдаты за твоей спиной будут мертвы через пару секунд. И всё — ворота станут нашими.

За спиной раздаётся звонкий голос Микки.

— А вместе с ними сдохнут и стрелки на крышах, которые думают, что темнота их укрывает.

Ей вторит Эйкар.

— Защитные артефакты, которыми увешан маг в проулке, его тоже не спасут. Пусть даже не надеется.

Теперь на лице капитана проявляется вполне искреннее удивление. А за спинами солдат возникает смутно различимая в свете немногочисленных газовых фонарей фигура, быстро приближающаяся к нам. Остановившись около офицера, средних лет маг бросает быстрый взгляд в сторону механоида, потом останавливает его на призванных и в конце концов переводит на меня. Ожидаю его слов, но мужчина обращается к офицеру имперской армии.

— Он говорит правду — при желании эти люди уничтожат всех нас за считанные мгновения. Более того — не думаю, что весь гарнизон остановит эту группу. Максимум — по случайному везению выйдет подстрелить кого-то одного из них.

Несколько секунд стоит полная тишина. Слова нового участника беседы слышали все вокруг, включая солдат, теперь смотрящих на нас с солидной долей опаски. Пара человек даже пятится назад. А встречающий капитан, наконец принимает решение.

— Раз господин Войссер считает, что мы в любом случае не сможем вас остановить — можете въезжать в город. Надеюсь вы не станете нарушать закон — иначе, вне зависимости от ваших возможностей, я буду вынужден предпринять попытку арестовать вас.

Хмыкнув, киваю ему.

— Надеюсь, нам не придётся его нарушать. Ради вашей же безопасности, капитан…

Тот кривит губы в усмешке.

— Капитан Фосстон — принял на себя командование гарнизоном, в связи с ситуацией.

На мгновение замолчав, продолжает.

— Нашу единственную гостиницу найдёте почти в самом центре города — достаточно проскакать по улице, что за моей спиной и никуда не сворачивая, двигаться вперёд. Думаю, там вас с радостью примут — постояльцев в нынешнее время у них не так много.

Поморщившись от боли, забираюсь назад в седло, и спустя несколько минут мы уже подъезжаем к зданию городской гостиницы. Встречаю нас и правда радушно — женщина за стойкой радостно объявляет, что все номера свободны и мы можем выбрать любой, на своё усмотрение. В итоге занимаем весь верхний этаж, где имеются четыре разноформатных номера. Самый скромный занимает Джойл, в один отправляются Эйкар с Арсой, третий достаётся нам с Айрин, а последний остаётся призванным и механоиду. Правда последнего, Микка сразу же выставляет на пост около лестницы — охранять подступы. А Эйкар запускает несколько защитных артефактов, укрывая нас от прослушки, пуль и заклинаний.

Вместе с собой поднимаю наверх одну из седельных сумок, наполненную хлебом. После столкновения с Байсом, я решил, что будет полезно постоянно иметь под рукой материал для работы айвана. Тем более, по словам старого мага, мой магический талант опережает по своей мощи многих магов. Хотя бы какой-то плюс от ритуала, проведённого Айвендо. Что жалко — вторая струна не принесла нового айвана. Проверить это мы успели ещё до отбытия, в нашем лагере. По словам бывшего призрака, подобное встречается довольно часто — появляющиеся струны приносят вместе с собой талант только в половине случаев, не чаще. И здесь мне не повезло.

Изначально собираемся на скорую руку поужинать и сразу же заняться проверкой теорий Эйкара, но этому мешает неожиданный фактор — через несколько минут после того, как мы поднимаемся наверх, слышу со стороны лестницы мужской голос. Кто-то общается с механоидом, который что-то скрежечет в ответ. Переглянувшись с Айрин, выдвигаюсь в коридор, держу руку на кобуре «Эрстона». Правда Микка с Хьяссой меня опережают — обе призванных уже около лестницы, с винтовками в руках. А в дверном проёме своего номера стоит Джойл, отбивая пальцами дробь на рукояти Добряка.

— Мне нужно поговорить с вашим хозя…господином. У меня послание от главы города.

Судя по слегка дрожащему голосу, его обладатель не слишком рад наличию рядом стальной махины, вооружённой пулемётом. К тому же, как я предполагаю, эти слова он озвучивает далеко не в первый раз. Спустя секунду механоид подтверждает мои подозрения.

— Я не могу никого пропустить без подтверждения со стороны своего командира.

— Так позовите его.

— У меня нет прав отрывать командира от его дел. И я не могу покинуть свой пост. Ждите.

Да «робот» похоже просто издевается над бедным посланником. Осознание этого факта вызывает улыбку, а вот Микка, тоже разобравшаяся что к чему выходит из-за стены коридора, показываясь неизвестному.

— Какое именно послание? Озвучьте — я передам.

С усмешкой покачиваю головой, а мужчина на лестнице на момент замолкает. Призванная уже успела сбросить тёплую куртку, оставшись в рубашке на голое тело с расстёгнутыми пуговицами, образующими глубокое декольте. Вкупе с винтовкой в руках, внешний вид выходит весьма неоднозначным. Наконец он «оживает».

— Наш бургомистр Пефт Саркен, приглашает вашего господина отужинать с ним в ресторане гостиницы и обсудить некоторые вопросы.

Девушка кивает.

— Я передам ваши слова виконту. Если он сочтёт нужным, то спустится вниз. Можете возвращаться.

Развернувшаяся телохранительница шагает мне навстречу, а со стороны лестницы слышится лепет посланника, которому явно поручили дождаться более чёткого ответа. Правда, тот затыкается, как только рявкает Железяка, а через секунду уже быстро спускается вниз — мне хорошо слышен торопливый топот по ступенькам.

Приглашение, конечно не совсем вовремя. Но с другой стороны, если местный руководитель, наверняка прибывший с небольшой свитой, так и будет оставаться внизу, нам будет весьма проблематично выскользнуть наружу незамеченными. А без этого в поисках артефакта не обойтись. Плюс, как знать, чего он хочет — как я предполагаю, либо планирует разузнать, что происходит в округе, либо желает извлечь из нашего появления какую-то выгоду. Правда не совсем понятно, какую именно.

Как итог — через пару минут, вместе с Эйкаром, Миккой и Айрин спускаю вниз. Джойл, Арса и Хьясса с Железякой остаются на третьем этаже — на случай, если нам понадобится поддержка извне. Плюс, идея отправиться на встречу всей компанией мне не кажется слишком удачной — слишком много людей. А при обострении ситуации, будет достаточно и нас четверых.

За одним из столиков ресторана обнаруживается ждущий нас глава Мессорна — полнеющий и наполовину лысый мужчина лет сорока пяти, который приветствует нас первым. Вместе с ним двое спутников, один из которых представляется казначеем Мольсом Панном, а второй оказывается главой местной полиции, явившимся на встречу в гражданском. Майор Ларг Соктон.

После обмена приветствиями и заказа блюд, бургомистр сразу же переходит к основному вопросу.

— Маг, что был у ворот, заверил меня в ваших исключительных возможностях. По его словам, при желании вы без труда сможете разнести наш город на части и даже он сам не сможет этому помешать.

В голосе отчётливо звучат вопросительные интонации и я, пожав плечами, отвечаю.

— Он прав.

Глава города какое-то время ждёт, пока я продолжу и поняв, что это всё, переходит к следующему пункту.

— И вы заявили, что выполняете поручение хёрдиса Свезальда. Некое распоряжение личного характера. Хотел узнать у вас — сколько он платит?

Вопрос внезапный — такого я точно не ожидал. Занимающая соседний стул Айрин слегка подаётся вперёд и с шипящими нотками в голосе выдаёт несколько фраз.

— Не всё в мире меряется деньгами, бургомистр. Например я могу выпотрошить вас прямо здесь и сейчас — абсолютно бесплатно.

Как-то быстро виконтесса стала скатываться в состояние ярости. Насколько я понимаю — воздействие на психику из-за пребывания «за гранью». Но сейчас это скорее мешает, чем помогает. Глядя на моментально покрасневшего мужчину, продолжаю вслед за Мэно.

— Моя спутница хотела сказать, что не понимает, с какой целью вы интересуетесь подобными вещами. И высказала своё неодобрение. В том формате, который ей пришёлся по душе. Что вам нужно от нас?

Тот шумно сглатывает слюну и наконец отрывает взгляд от лица Айрин, переключив внимание на меня.

— Я просто…

Несколько секунд молчит, собираясь с мыслями, после чего излагает дальше.

— Вы же видите, что творится вокруг? Мы едва справились с монстрами, которые появились внутри города. А весь последний день прибывают выжившие из соседних деревень, рассказывающие жуткие вещи. Вот я и подумал, что вы сможете вывести некоторое количество людей за пределы провинции. Поезда сейчас практически не ходят — остаётся только добираться верхом. А без охраны в таком случае не обойтись.

Удивлённо хмыкнув, переглядываюсь с Эйкаром.

— Почему вы решили, что мы станем вас сопровождать?

Саркен на момент заминается, а вот его казначей озвучивает всё напрямую.

— Понимаете, в нашей казне остались деньги, отправленные ещё во времена Ланца Эйгора — предполагалось, что мы отремонтируем городскую систему канализацию и воздвигнем новое здание больницы. Мы не рискнули тратить их, когда регент погиб и начались смутные дни. Так что вся сумма ещё цела. Плюсом к этому имеются и деньги от поступлений местных налогов — они же продолжают собираться.

На секунду прервавшись, добавляет.

— Половина из них — ваша. Всё, что нужно — доставить три семьи в земли, где не творится такого ужаса, как здесь. А дальше мы уже сами.

Бургомистр, быстро глянув на Айрин, тоже принимается выдавливать из себя слова.

— Потому я и интересовался, сколько вам платит Свезальд. Мы тоже можем предложить немало, если у вас есть несколько свободных дней.

На лице Эйкара появляется пренебрежительная усмешка, а со стороны Мэно доносится тяжёлый вздох. Я же, осознав, что именно на предлагают, какое-то время раздумываю.

— То есть вы хотите сбежать, прихватив с собой деньги империи, которые вам не принадлежат? Глава города, казначей и шеф полиции?

Троица переглядывается и вперёд подаётся полицейский, пока не проронивший ни слова. Проведя пальцами по усам, в которых уже проглядывается седина, негромко озвучивает.

— Вы же понимаете, в таких обстоятельствах, каждый должен думать о себе и своих родных. Если верить газетчикам, западная окраина Норкрума уже заполнена монстрами — рано или поздно они доберутся и сюда. Кто их остановит? Наши солдаты с винтовками? Или одинокий маг? Уверен, вы бы поступили точно так же.

Слегка покачиваю головой.

— Возможно я бы и покинул город. Но только во главе отряда людей, решивших отправиться со мной. Или использовал власть, чтобы вывести за стены всё население. Тварей пока не так много — у крупного отряда есть все шансы благополучно прорваться на восток.

Полицейский, уловив что-то в моём голосе, откидывается на спинку стула, а казначей, оказавшийся не таким внимательным, вкрадчиво говорит.

— Но вы же понимаете, что подобное невозможно — люди просто не покинут свои дома. Отдадим приказ и получим бунт, который обернётся кровью. Кому это нужно? Раз они хотят оставаться здесь — пусть, их дело. Но мы то желаем убраться подальше. А деньги им сейчас всё равно ни к чему — торговля и так почти встала, а скоро станет ещё хуже.

Пытается сказать что-то ещё, но я обрываю его, подняв руку.

— Мы не станем браться за это дело. Более того — если вы попробуете бежать, то у меня найдётся возможность сообщить о происходящем хёрдису и за вами вышлют погоню. Безусловно настигнув и убив, вместе со всеми вашими родными. Предательство во время войны — одно из самых тяжких преступлений.

Ошеломлённый глава города открывает было рот, чтобы озвучить ещё пару слов и я рявкаю.

— Да, сейчас идёт война. Все против всех — люди и схоры, аристократы и императоры, Палач и Схэсс. А первые, кому вы должны хранить верность — жители вашего города. Всё. Беседа окончена — пошли вон отсюда.

Побагровевший казначей по-моему собирается возмутиться, но затыкается, получив тычок в бок от шефа полиции. А через минуту эта троица уже покидает помещение, отправляясь на улицу. Что ставит в некоторый ступор официантов, как раз начавших приносить блюда. Успокаиваю их, заявив, что мы за всё заплатим и те расплываются в улыбках.

Айрин, которая всё ещё зверски голодна и Микке достаются все три лишнии порции, а мы поглощаем свои. После армейских сухпайков приятно отведать нормальной пищи. На момент прервавшись, подзываю официанта и прошу поднять ещё четыре стейка наверх. Механоиду еда ни к чему, а вот Хьяссе тоже пригодится двойной объём — призванным требуется куда больше калорий для полноценного функционирования.

Наверх поднимаемся вместе с парой официантов, которые как раз несут подносы с тарелками. Пока оставшиеся в номерах соратники с жадностью поглощают мясо с картофелем, коротко пересказываю им содержание разговора. Джойл, прожевав отрезанный кусок мяса, возмущённым тоном заявляет.

— Может стоит сообщать местному гарнизону? Тот капитан, что нас встречал — он показался достаточно честным.

С другой стороны стола, установленного в гостиной номера призванных, где мы устроились, отзывается Арса.

— Это не совсем наше дело. Ты же помнишь, какая у нас основная задача?

Здоровяк бросает недовольный взгляд на девушку, которая сильно изменилась после того, как начала встречаться с Эйкаром — стала намного более уверенной в себе. Да и за словом в карман не лезет. А я прерываю начинающийся спор.

— Определимся в процессе. Заканчивайте с едой и приступим к поискам осколка. Нас ждёт ещё масса работы этой ночью.

Глава 5

К обкатке идей Эйкара приступаем через пятнадцать минут. Первая из них — отыскать осколок при помощи комплекса нотных связок, способных обнаружить концентрацию магической силы в одном конкретном месте. Заклинание высвечивает массу артефактов, имеющихся в городе, но среди них нет ни одного, похожего на часть древнего артефакта. По слова мага, все обнаруженные предметы слишком слабы, что представлять собой нечто подобное.

Опробовав несколько разных вариантов поисковых заклинаний, Эйкар переключается на более радикальный способ — сделав небольшой надрез на руке Джойла, выдавливает несколько капель крови и принимается расчерчивать руны на поверхности гостиничного стола. Спустя десять минут приступает к делу и кровь Джойла на наших глаза испаряется, оставляя лёгкий дымок в воздухе. Бывший призрак пробует отыскать осколок используя связь крови потомка Рэна и его магической силы.

Такой вариант оказывается более результативным — слегка вымотавшийся Эйкар, устало заявляет, что у нас есть, как минимум направление, в котором стоит двигаться. Остаётся решить вопрос с незаметными выходом из отеля. Но тут тоже помогает магия — три длинные нотные связки и нас прикрывает полог, искажающий восприятие окружающих. Фокус не сработает в отношении магов или обычных людей, обладающих профильными артефактами. Плюс, не получится пройти через серьёзную защиту. Но не думаю, что в коридорах гостиницы встретится кто-то из магов. А установленные в здании защитные артефакты, на взгляд Эйкара слишком слабы, чтобы снять защиту.

Так и выскальзываем из отеля, покинув его через чёрный вход. По пути замечаю неприметного мужчину, закутавшегося в пальто — стоит за углом одного из зданий. Прямо сейчас, с некоторым недоумением смотрит на входную дверь. Возможно, его восприятие позволило уловить какой-то шум и сейчас соглядатай выбирает чему верить — интуиции или собственным глазам. Впрочем, судя по отсутствию внимания к нашим персонам, заклинание работает, как надо. Максимум, что он может сообщить своему нанимателю — «показалось, что скрипнула дверь, но я никого не видел». Весьма слабое обоснование для действий. Да и если честно, сомневаюсь в возможностях местного гарнизона или полиции — нас они точно не остановят. Вся эта конспирация исключительно ради того, чтобы не зайти в ситуацию, когда дело можно будет решить только грубой силой. Одно дело — группа путников, что переночевала в городе и укатила в закат. Совсем другое — неизвестные, которые перебили энное количество солдат, разнесли часть города и ушли. Второй вариант привлечёт куда больше внимания, даже в условиях хаоса..

По этим же причинам, до места добираемся пешком — город не такой большой, а поймать кэбмена, значит разрушить всю маскировку. Хотя механоид так лязгает металлом по камням мостовой, что если бы не заклинание — перебудил половину жителей в окрестностях. Изначально я думал оставить его в отеле, но после того, как Эйкар закончил свой ритуал поиска, выяснился один его солидный недостаток — чтобы понимать направление движения, нам нужна столешница. Единственный, кто может удержать широкий кусок дерева в руках — Железяка. Так что он топает рядом, крутя стальной головой по сторонам.

В отеле остались только Арса с Миккой — на случай, если кто-то решит проверить, на месте ли мы. Все остальные сейчас рядом со мной — пробираются по холодным ночным улицам Мессорна.

Искомая точка находится на противоположном конце города, не так далеко от стены. Какое-то время стоим, разглядывая мрачного вида дом на два этажа. Глянув на Эйкара, уточняю.

— Он точно там? Уверен?

Маг обиженно фыркает.

— Конечно. С направлением заклинание ошибиться не могло.

Кивнув ему, слышу голос Джойла.

— Что делать, теперь будем? Там ведь живёт кто-то.

Хороший вопрос. Конечно, вариант с жилым домом я тоже рассматривал, но почему-то казалось, что артефакт отыщется где-то ещё. На городской свалке или врывшийся в землю под камнями дороги. А теперь перед нами действительно стоит сложный выбор. Наконец, определяюсь.

— Для начала — постучим и узнаем, кто там живёт. Возможно получится договориться.

Хьясса выдаёт короткий смешок.

— Представляю лицо хозяина дома, когда он услышит — «У вас тут осколка артефакта Рэна Схэсса случаем не завалялось?».

Покосившись на призванную, взмахиваю рукой.

— Всё — идём ко входу. Железяка, Хьясса — вы остаётесь сзади и прикрывает наши спины. Мы с Эйкаром первые — попробуем убедить хозяина пустить нас.

Спустя считанные секунды, мы уже стоим на крыльце. Обращаю вниманию на табличку, висящую на стене.

«Травница Нора Скайнер. Решаю ваши проблемы — дорого, быстро, эффективно».

Занятно. Конечно, если таблица не осталась от прошлого владельца — уж слишком старой она выглядит.

Переглянувшись с Эйкаром, поднимаю руку, стуча в дверь. Прежде чем внутри слышатся чьи-то шаги приходится повторить приём ещё несколько раз, Через мгновение дверь распахивается и я вижу перед собой слегка сгорбленную старушку, которая с интересом нас рассматривает.

— В ночи пожаловали? Да ещё целой компанией? Что нужно?

Голос вполне бодрый — такое ощущение, что ей лет сорок, хотя выглядит на все двести.

— Хотим у вас кое-что приобрести. Можно войти?

С собой у нас триста ларов — думаю, даже небольшой части этой суммы должно хватить, чтобы заплатить за кусок предмета, который с точки зрения владелицы дома, наверняка, полностью бесполезен. Сама она делает шаг назад, прищуривая глаза.

— Заходите уж, раз пришли. Расскажите старой Норе, что вам нужно — может и помогу.

Шагаю вперёд и следуя за быстро семенящей вперёд бабулей, оказываюсь в просторной гостиной, слабо освещённой двумя газовыми лампами. Старушка усаживается в громадное кресло и потянувшись к стоящему рядом столику, плещет себе хирса в бокал.

— Говорите уже — зачем пришли? Чего хотите?

Травница делает щедрый глоток спиртного, а я кошусь на Эйкара. Владелица дома ведёт себя странно — совсем не так, как должна пожилая женщина её лет. Да и что за «травница»? Алхимик-самоучка без магической струны? Или она у неё есть? Может один из «диких колдунов»? Хотя нет — тогда бы на доме точно не висела табличка — в конце концов тут полно солдат и есть выпускники Хёница.

Верно истолковав моё молчание, в разговор вступает маг.

— У вас в доме есть вещь, которая нам нужна. И мы готовы за неё заплатить.

Старуха с некоторым подозрением окидывает нас взглядом.

— Какая такая вещь? Зачем мучаете Нору загадками?

Одни глотком допивает хирс и доливает себе ещё. Что интересно — в сторону механоида, уже зашедшего в комнату, даже не покосилась.

Рядом звучит голос Айрин.

— Давайте просто обыщем дом — она всё равно не знает, как выглядит осколок. И хирс хлещет, как воду.

Намёк вполне понятный — хозяйка дома действительно производит двоякое впечатление. Сама женщина внезапно заходится смехом.

— Ты сказала «осколок», милочка? Вам что же, нужно моё главное сокровище? Ещё и хотите заплатить золотом? Ничего не перепутали, рицерёныши?

Неожиданный поворот — выходит она в курсе, что мы ищем. Не успеваю открыть рот, как уже начинает излагать Эйкар.

— Раз ты знаешь, что это такое — отдай нам. Получишь денежную компенсацию. И мы сохраним тебе жизнь.

Та снова скалит зубы в ухмылке.

— Отдать то, что поддерживает мою жизнь уже три сотни лет? Да ты слегка из ума выжил, маг.

За моей спиной гудит Джойл.

— Мы же всё равно заберём. Сами видите — нас больше. Механоид, вон есть. Призванная. Зачем сопротивляетесь?

Нора делает ещё один глоток хирса.

— Я живу только благодаря той вещи, которую вы ищете. Она же даёт мне зарабатывать на жизнь — без этого славного камешка, не будет работать ни один из моих отваров. А вы хотите забрать у меня всё, кинув в ответ горстку монет? Да ещё смеете угрожать в моём собственном доме.

Раздумываю, что ответить, но бабуля уже продолжает — подняв бокал с хирсом на уровень лица, рассматривает жидкость.

— Знаете, что это такое? Особая настойка — цвет такой же, как у хирса, но вот действует она совсем по иному. Берегла на крайний случай — вдруг ко мне явятся какие-то гхарговы выкормыши, чтобы лишить жизни.

Уловив напряжённое лицо Эйкара, готовлю к удара нотную связку, но травница успевает первой. Влив в себя всё, что осталось в бокале, начинает меняться прямо на наших глаза. Весь процесс занимает какие-то доли секунды. Только что перед нами была обычная пожилая женщина, пусть и со странностями, а теперь в кресле — странное зелёное существо, в котором от Норы остались лишь черты лица.

Машинально пускаю в ход нотную комбинацию с муравьями, но это не срабатывает — насекомые тонут в странной зелёной плоти, оказавшейся вязкой и как я понимаю, токсичной. Бьёт и Эйкар — воздух искрит от силы пущенного в ход заклинания, но результат выходит не очень. Травницу отшвыривает на несколько метров назад, оторвав несколько кусков зелёной жижи и этим весь нанесённый ей ущерб исчерпывается. Вот кресло разносит в мелкую пыль, как и кусок стены позади него.

Грохает винтовка Хьяссы, а зелёное создание со скрипучим визгом поднимается в воздух, взлетая наверх по лестнице. Проводив его глазами, бросаю быстрый взгляд на Эйкара.

— Что это за дрянь? Чем её прикончить?

Тот лишь пожимает плечами.

— Первый раз такое вижу. Во времена Схэсса было широко распространено использование призраков, но до нас дошли только скудные описания.

Вытаскивая из кобуры «Эрстон», уточняю.

— То есть ты не знаешь, как её убить?

Маг делает отрицательный жест головой.

— Не имею никакого представления. Но судя по тому, что отлетевшая от тела плоть, так и осталась на полу — она уязвима.

Спустя секунду становится не до разговоров — зелёное создание вылетает из проёма за нашими спинами. Единственная, кто сразу успевает среагировать — Айрин, ударившая огненными сферами. Да, механоид, который уже опустил столешницу на пол и взялся за пулемёт. Этот выпускает длинную очередь, в упор молотя по травнице.

Правда на противника, всё это практически не действует — попавшие в цель сферы просто потухают, а пули не наносят ей видимого вреда. Она же сама устремляется к Эйкару, видимо распознав самого серьёзного противника. Всё, что успевает маг — выставить универсальный щит. Старушку это не останавливает, но зато отклоняет от курса — вместо того, чтобы врезаться прямо в бывшего призрака, она цепляет его правую руку, отлетая к стене.

Мой айван действует с того самого момента, как она появилась за нашими спинами, так что когда непонятное создание отлепляется от стены, я вгоняю в неё несколько десятков дротиков из спресованного хлеба, намереваясь проникнуть внутрь её тела, как только те вступят в контакт. Но тут меня ждёт полное разочарование — тесто сгорает сразу после попадания в цель. Не знаю, из чего состоит её плоть, но она расщепляет любой материал, от муравьёв и хлеба до свинца.

Когда хозяйка дома повторяет свой прошлый манёвр, взлетая по лестнице, поворачиваю голову к Эйкару и не могу удержаться от мата. От правой руки мага остались лишь жалкие ошмётки — кусок мяса с костью, на котором шипят остатки зелёной жидкости. Сам он одну за другой задействует нотные связки, судя по всему пытаясь остановить кровотечение. Думаю, если бы не защитный артефакт, который бывший призрак таскает повсюду с собой, он бы уже загнулся от болевого шока. Либо, как минимум потерял возможность осознанно действовать. В любом случае — Эйкар временно выпал из строя и помочь сейчас ничем не может.

Застывшая рядом Айрин, тоже покосившаяся на старого мага, озвучивает предложение.

— Может подпалим дом? Даже если не убьём эту тварь, ей придётся убраться. А днём обшарим пепелище.

Мысль неплохая, но что-то мне подсказывает, травница отыщет вариант, как захватить с собой осколок артефакта. А с учётом того, что мы только что наблюдали, ей наверняка не составит труда убраться подальше от города. Как и где потом её искать? Отыскать мага, равного по силу Байсу, чтобы принести его в жертву, заодно пустив в дело кровь Джойла? Так себе вариант, как по мне.

Отрицательно покачиваю головой, одновременно с этим пытаясь понять, как можно остановить атакующее нас создание. Её плоть перерабатывает практически всё. Но что, если удар будет нематериальным? Прокручиваю в голове связки, которые мы выучили с Эйкаром и определяюсь.

Как раз вовремя — травница снова решает нас навестить. На этот раз спускается по той же лестнице, атакуя прямо в лоб. То ли перестала опасаться нашего противодействия, то ли считает, что так добавит элемент неожиданности. Пока она мчится вниз, успеваю отдать приказ.

— Айрин, Джойл — ледяные щиты!

К счастью оба задействует нотные комбинации, не тратя время на вопросы. А я бью «стеррато» — связкой, создающей на определённом объёме пространства температуру около минус пятисот градусов. Одна из стихийных комбинаций, в которой используются специализированные «снежные» ноты.

Стараюсь охватить, как можно больший объём, изменяя положение символов, отвечающих за масштабность заклинания и мне удаётся достать противника — пролетев через расплывающиеся ледяные щиты, которые её чуть затормозили, травница попадает в зону действия комбинации. Что интересно — успевает ещё немного продвинуться вперёд, прежде чем окончательно останавливается, рухнув на пол. Действие связки я не остановил — противник так и остаётся в недвижимом состоянии. По идее, такая температура должна прикончить любую живую особь, но в данном случае я бы на это не поставил. Чувствуя, как стремительно нагреваются крейнеры, кричу.

— Разбейте её! Быстрее!

Механоид, поняв приказ на свой лад, открывает огонь из пулемёта, а Джойл с Айрин бьют воздушными связками. Я же стараюсь удержать заклинание на месте, чувствуя, как вибрируют обе струны. Замёрзшее тело разлетается на мелкие части, которые покрывают пол, а я прикидываю, не сможет ли она снова собраться вместе, если я деактивирую связку?

Повернувшись к Джойлу, хриплю.

— Портал в мир призванных. Крохотный. Открой.

Лица парня я не вижу, но через десять секунд около стены появляется портал. Полевая магия призыва — для пробоины между мирами достаточно двух нотных комбинаций. По крайней мере, если масштаб небольшой. Для того, чтобы вытащить в наш мир призванного, потребуется куда больше усилий, но сейчас у меня другая цель — запихнуть кое-что в их вселенную.

Поморщившись от боли, которую вызывают бешено вибрирующие струны, отдаю следующую команду.

— Забросьте её в портал. Всё до последнего куска.

Теперь приходится ждать не меньше минуты — если основную часть плоти травницы выметает первым же воздушным вихрем, то все оставшиеся части раскрошенного тела приходится закидывать куда более осторожно. Проводив взглядом последний кусок замороженное зелёной плоти, останавливаю действие нотной связки, пустив в дело два финальных магических символа и обессилено отступаю к стене. Через пару мгновений Джойл закрывает портал и я выдыхаю. Не знаю, что там у неё была за настойка, но из другого мира так просто не вернуться. Особенно, если туда тебя доставили в измельчённом виде.

Чуть отойдя, перевожу взгляд на Эйкара, который уже поднимается с пола при помощи Хьяссы.

— Ты как? Вернёшься в гостиницу? Могу отправить Хьяссу с тобой.

Тот слабо улыбается.

— И не такое раньше бывало — несколько часов продержусь на ногах. А вот потом, нужно будет пустить кому-то кровь, чтобы восстановить руку.

Кивнув ему, переключая внимание на механоида.

— Поднимай столешницу — надо закончить дело.

Поиск искомой вещи, на удивление занимает всего несколько минут — осколок оказывается небольшим куском камня, который лежит на одном из столов в подвале. Судя по обилию ёмкостей и ингредиентов вокруг, это помещение использовалось Норой в качестве личной лаборатории. Завернув его в кусок ткани, засовываю в карман, после чего мы отправляемся к выходу. Учитывая весь шум, нами произведённый и задействованную магию, лучше убраться отсюда, как можно быстрее.

Правда, шагнув на крыльцо, понимаю, что мы немного запоздали — передо мной два десятка имперских солдат, за чьими спинами маячит армейский маг. А навстречу шагает капитан Фосстон. Остановившись, чеканит слова.

— Потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете! Немедленно!

Глава 6

Несколько секунд размышляю над вариантами ответа, а потом в голову приходит, как мне кажется неплохая идея. Слегка двинувшись вперёд, громко заявляю.

— Мы служим дому Свезальдов, но вместе с тем беспокоимся о всех подданных империи, в каком бы городе они не жили. И узнав об измене, поспешили её пресечь.

На лице офицера отражается бурная работа мысли — думаю такого ответа, он точно никак не ожидал. Процесс занимает секунд пять по прошествию которых он яростно фыркает и с ноткой иронии в голосе интересуется.

— И как несчастная старушка, что здесь жила, связана с вашим «делом о государственной измене»? Какие у вас вообще полномочия вести следствие на территории нашего города?

Подняв руку, тыкаю ему в лицо перстнем, который когда-то вручила мне Морна и добавляю в голос пафоса.

— Независимо от того, кого именно вы считаете императором, у меня есть все основания защищать жителей Мессорна. А теперь задам вопрос — кто-то знает, сколько точно ей было лет? Никого не удивляло, что скромная травница живёт сотни лет?

Фосстон хмурится и машинально бросает взгляд на табличку. А один из его бойцов, со знаками различия сержанта приближается, осторожно поглядывая на своего командира.

— Так она у нас лет тридцать назад только появилась. Как приехала, так и обосновалась в своём доме. Настои разные продавала с мазями, людям помогала. Но правда ваша — она всё это время и не менялась сильно.

Покосившийся на него капитан взмахивает рукой, заставляя подчинённого замолчать, после чего устремляет взгляд на меня.

— И кем она по-вашему была? В чём измена?

Озвучиваю заготовку, которую только что набросал в голове.

— Подполье колдунов — слышали о таких? О тех самых, за которыми охотилась канцелярия и маги Хёница. А у вас она жила под самым носом, спокойно проворачивая свои дела. Хотя, с учётом измены среди городского руководства, меня это мало удивляет.

Скрипнувший зубами офицер продолжает пилить меня взглядом. Видно, что с одной стороны аргументы кажутся ему не совсем нелепыми, с другой же — звучат всё равно странно. А уровень нашей «осведомлённости» совсем не тянет на случайных путников — чтобы это понять, достаточно сложить два плюс два. В конце концов, он продолжает беседу, задав прямой вопрос.

— Вы обвиняете кого-то из руководства Мессорна? Я правильно вас понимаю?

С усмешкой киваю, ему, проходясь взглядом по солдатам за его спиной. Сколько из них могут быть лояльны бургомистру или городскому казначею? Насколько эта парочка популярна среди низших чинов?

— Бургомистр, казначей и глава городской полиции. Если вы сейчас явитесь к ним, уверен — застанете за сбором вещей. Даже если нет, достаточно будет разового допроса слуг и домочадцев, чтобы убедиться в желании предателей покинуть Мессорн, прихватив с собой всю городскую казну и деньги выделенные ещё Ланцом Эйгором на новую канализацию и больницу.

Пару мгновений он раздумывает, явно колеблясь. Потом уточняет.

— У вас есть какие-то подтверждения?

Пожимаю плечами.

— Только свидетельства моих людей и личное заявление каждого из этой троицы — они предлагали нам обеспечить их безопасность в пути до ближайшее территории, где отсутствуют мутировавшие твари. Но, повторюсь — первый же допрос покажет, что я вам не вру. Можете приказать своему магу, проникнуть в их разум.

Тяжело вздохнувший Фосстон придвигается ближе и шепчет.

— Предположим, они действительно сделали вам такое предложение, а вы по какой-то причине отказались? Но причём тут травница?

Прищурившись, смотрит на меня в упор, а я матерюсь про себя. В итоге озвучиваю единственный вариант, который приходит в голову.

— Она же продавала свои настойки бургомистру, верно?

Судя по выражению лица собеседника, с этим предположением я попал в цель. Спешу развить успех.

— Что-то мне подсказывает — казначей и шеф полиции тоже могли пользоваться услугами старушки. Дальше продолжать или связь найдёте сами?

Тот морщит лицо, видимо пытаясь понять, о чём именно я говорю и какие-то ассоциации у офицера всё же появляются. Оглянувшись на своих солдат, снова поворачивается ко мне.

— Значит вы утверждаете, что городское руководство пытается бежать, прихватив с собой всё, что есть в казне?

Получив мой утвердительный кивок, продолжает.

— Тогда предлагаю немедленно отправиться к дому бургомистра и выяснить всё на месте. Официально запрашиваю вас о помощи в данном деле.

Слегка качнув головой, выдаю ответ.

— Мы последуем с вами и поможем, если появятся противники, с которыми ваши солдаты не совладают.

Снова нахмурившийся Фосстон почему-то медлит, но потом всё же разворачивается на месте, шагая к своим бойцам и принимается отдавать приказы. А за моей спиной раздаётся тихий голос Эйкара.

— Что станем делать, когда все поймут, что эти трое — обычные трусы?

Вопрос здравый. Плюс, маг напомнил мне о необходимости найти жертву для его собственного лечения. Сбежав по ступенькам крыльца, догоняю капитана, уже отправившего пару вестовых и только что закончившегося излагать корткую инструкцию остальным бойцам. Дождавшись, пока солдаты отойдут немного в сторону, озвучиваю своё предложение.

— Безусловно, мы окажем вам помощь. Но нам понадобится ответная услуга — один из моих людей серьёзно пострадал в схватке с владелицей этого дома. Как вы сами видите — правая рука полностью отсутствует. Нам понадобятся все трое, чтобы вернуть её на место.

Бросив быстрый взгляд в сторону ступеней крыльца, по которым спускается Эйкар, капитан морщится.

— Кто вы такой, виконт? Не военный, это точно. Сомневаюсь, что из канцелярии. На праздного аристократа тоже не похожи — за их спинами не бывает такой силы. Или вы думали, что наш маг не распознает призванных и механоида? Технологии, запрещённые после Войны трёх императоров и с тех пор ни разу не воспроизводимые. Если вы владеете ими, то это Свезальд должен служить вам, а не наоборот.

На момент замолчав, говорит дальше.

— Или это сам хёрдис овладел подобной магией? Только тогда появляется вопрос — как? В Хёнице такому не учат. Других школ магии уже давно нет. Отсюда я могу сделать только два предположения — либо вы схор, либо прошли обучение на юге.

А вот это уже становится интересно — капитан не просто службист, каким я его посчитал изначально, а человек с неплохо работающим разумом. На автомате задаю встречный вопрос.

— Раз так — почему вы приказали своим людям отправиться к дому бургомистра, а не попытались арестовать нас?

Военный кривит губы в усмешке.

— Потому что оба этих утверждения, выглядят не слишком достоверными. Магия схоров сильно отличается от нашей. А южные школы, даже сейчас не овладели всей механикой, которая была известна преподавателям Хёница. Проблема в том, что если отбросить эти варианты, то у меня больше не остаётся никаких версий.

Как-то он слишком хорошо разбирается в магии для обычного капитана. Как выясняется, это замечаю не только я — приблизившийся Эйкар, сухо интересуется.

— Откуда вы знаете, чему сейчас обучают в Хёнице, а чему нет? Да ещё и познания о магии схоров? Для капитана из гарнизона небольшого городка, вы выглядите слишком подкованным.

Усмехнувшийся офицер, отвечает после короткой заминки.

— Если честно — моя сестра прошла обучение в Хёнице. Рассказывать напрямую она не могла, но как сами понимаете, всегда можно найти лазейку, чтобы обойти текст данной магической клятвы. Поэтому, кое в чём я разбираюсь.

Ситуация становится всё более занятной. Бросив взгляд на остановившийся в отдалении взвод солдат, снова обращаюсь к офицеру.

— Рискну предположить, что в таком случае, вы кое-что знаете и о Палаче. То есть должны понимать, что магическая механика не утеряна безвозвратно.

Заметив, как меняется лицо Фосстона, добавляю.

— Сразу проясню расклад — к Палачу никто из нас не имеет никакого отношения. Скорее наоборот — он один из наших противников. Особенно после того, как бросил на убой весь преподавательский состав Хёница. Но знания целы — мы лишь нашли способ до них добраться.

После секундной паузы слышу вопрос.

— Как ваше настоящее имя?

Отрицательно качаю головой.

— Этого я сказать не могу. Но поверьте — мы заняты важным делом. И не представляем угрозы для города. Как вы сами сказали, ваш маг смог оценить наши возможности и думаю сообщил вам, что при необходимости мы можем уничтожить весь гарнизон и гордо покинуть его, оставив за спиной дымящиеся руины. Как видите — пока мы не только избегаем применения силы, но и помогли вам обнаружить предателей.

На этот раз он размышляет не меньше десяти секунд, по истечению которых машет рукой.

— Гхарх с вами. Сначала разберёмся с бургомистром, а потом всё остальное.

Сразу же напоминаю.

— После допроса, он понадобится в качестве жертвы.

Офицер дёргает подбородком.

— Его должны судить.

Стоящая сбоку от него Хьясса картинно закатывает глаза, чем вызывает усмешку Джойла, а я пускаю в ход основной аргумент.

— Идёт война — если вы так настаиваете его может осудить трибунал, который мы сразу соберём сразу после ареста.

Снова подняв руку, ещё раз демонстрирую перстень.

— Думаю вы не станете оспаривать мои полномочия. Каким бы ни было моё настоящее имя, эту вещь нельзя передать — её мне вручил лично правитель империи.

В очередной за вчера вздохнув, Фосстон окидывает нас взглядом.

— Если он действительно собирается бежать из города с деньгами, поступим по-вашему. Но допрос будут проводит мои люди.

Убедившись, что с моей стороны возражения отсутствует, разворачивается вокруг своей оси, быстрым шагом направляясь к солдатам. А я оглядываю соратников.

— Вы сами всё слышали — окажем поддержку в штурме дома бургомистра, быстро развяжем ему язык и пустим гнилью кровь, восстановив руку Эйкара. А утром отправимся дальше.

Айрин, провожающая взглядом капитана, добавляет.

— Если он не передумает. Слишком много вопросов.

После своего возвращения, Мэно стала слишком часто говорить короткими рублёными фразами. Да и её обычный оптимизм куда-то улетучился. Пока я гляжу на девушку, думая, что именно ответить, вместо меня это делает Джойл.

— Он же не идиот. Нападёт — спровоцирует нас на ответный удар и подставит всех своих солдат. Зачем ему такое?

Виконтесса молча пожимает плечами, а я отдаю команду выдвигаться — солдаты и так ушли далеко вперёд. Отправляемся следом за ними, разместив раненного Эйкара в центре нашего крохотного построения. По словам самого мага, он и сейчас способен на многое, но ослабленный организм не выдержит длительного применения струны. Плюс, скорость реакции будет замедленной. Поэтому защита в случае магической атаки, в первую очередь ляжет на наши плечи.

Когда минуем квартал, становится понятно, что солдаты похоже добирались сюда пешком. Изначально я думал, что где-то за углом ждёт пародилижанс или несколько паромобилей, но похоже всё куда прозаичнее — они просто добежали до нужного адреса. Интересно, в какой момент подняли тревогу и кто это сделал? Один из соседей? Проезжающий мимо кэбмен? Гарнизонный маг, зафиксировавший применение нотных комбинаций? Надо будет потом уточнить у Фосстона, кто указал им на дом.

По пути к нам присоединяются ещё два взвода имперских солдат — число бойцов под началом капитана переваливает за шестьдесят человек. С учётом наличия в их рядах мага, арест бургомистра выглядит простой формальностью. Не думаю, что у него в доме имеется пара выпускников Хёница, готовых сражаться за своего нанимателя.

Поэтому, когда колонна солдат, движущаяся впереди, притормаживает, сначала не понимаю в чём дело. Только подойдя ближе, вижу, что перекрёсток перегорожен — два паромобиля, за которыми занял позицию десяток человек в синих мундирах, вооружённых винтовками.

Как раз когда приближаюсь, один из них принимается кричать.

— Куда вы направляетесь? Зачем ты вывел солдат на улице без приказа, Фосстон? Это мятеж?

Капитан отдаёт короткий приказ и солдаты рассыпаются в стороны. Часть укрывается за соседними домами, вскидывая винтовки, другие исчезают в проулках, видимо собираясь обойти неожиданную преграду с тыла. Сам офицер, оставшись посреди дороги, громко отвечает.

— Я действую в соответствии с законами империи, сержант. Где твой начальник? Скажи мне — почему я не вижу здесь шефа полиции?

Начавший разговор полицейский крутит головой по сторонам.

— Не думай даже, что твои молодчики нас обойдут — на флангах тоже наши парни. А скоро подойдут гарнизонные части и вас зажмут в тиски.

Пока капитан переваривает новую порцию информации, продвигаюсь вперёд, встав неподалёку от него. За спиной скрежечет Железяка, меняющий свою позицию, а я кричу, обращаясь к полицейским.

— Шеф полиции Мессорна — предатель. Каждый, выполняющий его приказы, с этого момента также считается предателем и мятежником против короны. Немедленно сложите оружие и останетесь жить. Все, кто решит сопротивляться — не доживут до утра. Ваша собственность будет конфискована, а члены семей выброшены на улицу. Такими вы хотите запомниться своим потомкам? Жалкими предателями, что отправились умирать по приказу ублюдка, нарушившего присягу.

Даже отсюда слышно, как пара полицейских обращаются с вопросами к своему сержанту, но тот их игнорирует, предпочитая ответить мне.

— И в чём ты его обвиняешь? Кто ты вообще такой? Залётный виконт перед которым военные сразу присели на задние лапки? Хочешь я в тебя пулю всажу прямо сейчас?

Полицейский похоже не совсем верно представляет себе расклад сил. Пытаюсь подобрать слова, чтобы дать ему более детальное представление, когда сзади грохочет выстрел винтовки и собеседник заваливается за своё укрытие. Машинально оглянувшись, вижу Айрин с винтовкой в руках и выставляю воздушный щит, перегораживая им почти всю улицу. Пули, что постепенно затормаживают свой полёт, в конце концов неподвижно повиснув — весьма занятное зрелище.

На флангах тоже слышна стрельба — как я понимаю, имперские солдаты восприняли выстрел, как сигнал к началу атаки. Хотя, как знать — возможно именно так и было оговорено. Вести огонь бесполезно — щит блокирует свинец с обеих сторон, поэтому выдаю команду ударить магией. Впрочем, Айрин приходит к такому же выводу ещё до того, как я озвучил приказ — одновременно с моими словами, на полицейских сверху обрушивается волна пламени. Спустя мгновение позади паромобилей остаются лишь обгорелые трупы — девушка не останавливает работу нотной связки, пока последний из противников не затыкается, прекратив орать от боли.

Убираю щит и вперёд мчатся имперские солдаты, за которыми едва не увязывается механоид, намеревающийся попереть в лобовую атаку с пулемётов наперевес. Приходится его одёрнуть, напомнив о текущей задаче — прикрывать Эйкара.

Так что до перекрёстка добираемся последними, когда бойцы в грязно-зелёных мундирах уже ушли дальше. Хотя, пара из них остаётся рядом с нами — как пояснил умчавшийся по тёмной улице Фосстон, для связи.

Продвигаясь дальше, выходим к дому бургомистра, до которого оставалось всего ничего и обнаруживаем, что здание уже под контролем солдат. Серых мундиров гарнизонных рот пока нигде не видно — либо полицейский блефовал, либо те пока просто не успели добраться. В любом случае, раз глава города у нас в руках, основная задача выполнена. Выходим на гравийную дорожку, ведущую к зданию, собираясь присоединиться к остальным бойцам, и обнаруживаем шагающего навстречу мрачного Фосстона.

— Рицеров ублюдок сбежал! Я отправил людей к воротам и казначейству, но думаю наш славный бургомистр уже скачет по тракту, пришпоривая коня.

Глава 7

Спустя двадцать минут выясняется, что бургомистр действительно покинул город. Вместе с казначеем, шефом полиции и солидной суммой денег. С ними же — ещё два десятка человек, члены семей и близкие родственники. Последнее даёт надежду, что беглецы будут перемещаться не слишком быстро — далеко не все из их спутников могут отлично управляться с лошадьми. Поэтому, шанс нагнать их имеется. От немедленной отправки погони, Фосстона останавливает только тот факт, что группа беглецов могла отправиться по любой из пяти дорог, что ведут из города. Учитывая небольшую численность его солдат, выслать пять отрядов, охватив все направления, он не может — иначе не на кого будет опереться в городе. Пусть гарнизонный батальон и заявил о своём подчинении, после того, как офицеры убедились, что руководство города действительно покинуло Мессорн вместе со всей казной, но положиться на них нельзя. В ситуации полного вакуума власти, их командир вполне может задуматься о том, чтобы взять всё в свои руки. А единственная, противостоящая ему сила — капитан с одним магов и сотней бойцов. Если убрать из уравнения мага, то расклад будет совсем не в пользу Фосстона.

Пока все мы находится в особняке бургомистра, временно превращённом в некое подобие оперативного штаба. И если Фосстона беспокоит поиск сбежавших, то меня восстановление Эйкара. Если верить самому старому магу, то он сможет продержаться на ногах ещё несколько часов, после чего от него будет уже мало толку. Безусловно, в теории он может просто залатать свою рану и вернуть руку позже, когда мы найдём подходящий объект для проведения ритуала. Но как по мне, это не самый позитивный вариант — в конце концов, солидная часть магии, это руны и ксоты, которые сложно чертить одной левой.

Поэтому, когда Фосстон заканчивает беседовать с одним из горожан, дав ему поручение собрать добровольцев для поддержания порядка на улицах, сам подхожу к капитану.

— Мы можем помочь найти бургомистра, если обеспечите хотя бы одним человеком, которого можно уничтожить.

Тот кидает быстрый взгляд на Эйкара и пожимает плечами.

— Войссер уже пробовал поисковую магию — не помогло. У них защитные артефакты, скрывающие местоположение.

— У нас немного другой уровень возможностей — думаю Эйкар сможет их отыскать.

Офицер ненадолго задумывается.

— И для этого вам нужен человек, которому вы перережете глотку?

Медленно киваю.

— Именно так. А лучше два. Моему магу нужно вернуться в нормальную физическую форму. Единственный быстрый способ — задействовать чью-то жизненную силу.

Теперь капитан размышляет секунд тридцать.

— У нас есть пара заключенных, которых осудили на долгие сроки за убийства. Думаю, с учётом всех обстоятельств, их можно использовать. Скоро они будут здесь.

Арестантов доставляют действительно быстро — через десять минут двое испуганных мужчин уже на заднем дворе резиденции бургомистра. Ритуал восстановления занимает ещё пятнадцать — Эйкар с нашей помощью расчерчивает целую систему рун и ксотов, после чего приступаем к делу. Первый раз вижу лечебный ритуал подобного уровня — на месте отсутствующей правой руки сначала вихрится туман, который постепенно уплотняется — в какой-то момент вижу, как внутри мелькают очертания костей. Правда они практически сразу скрываются за клубами плотного дыма. Когда процесс заканчивается, открывается вид на новую руку мага, которую тот разминает.

Чуть не подпрыгиваю на месте, услышав за спиной скрежетание механоида, который подкрался без своего обычного лязга.

— Это значит и мне можно так что-то приделать?

Крутнувшись на месте, вижу взгляд Железяки устремлённый на меня. Не уверен, но по-моему он выглядит вопросительно. Или мне кажется? Механоиды вообще способны передавать эмоции глазами?

— Ты когда-нибудь успокоишься со своими причиндалами? Я же тебе говорил, что пока стоит закрыть эту тему.

Тот чуть поворачивает голову в сторону, глядя на Микку, которая уже нахмурилась и слегка отступает назад.

— Я всё помню. Но раз мы вернули руку, то когда нагоним этих беглецов, то появятся три новых объекта для жертвы, правильно? Мне ведь хватит и одного.

Аргументация у него в целом неплохая. Сходу даже не нахожусь, что ответить. Но в разговор вклинивается подошедший Фосстон, до этого с интересом слушавший слова «робота».

— Может быть мы займёмся поиском беглецов? Пока вы здесь обсуждаете проблемы вашего механоида с самоидентификацией, группа рицеровых уродов продолжает удаляться от города.

Громыхнув сталью, Железяка разворачивается в сторону капитана и обиженно отмечает.

— У меня нет никаких проблем с идентифакацией, капитан — я мужчина. Осталось только доработать фигуру.

Офицер вздыхает, переводя взгляд на меня, а я в свою очередь поворачиваю голову к Эйкару. Через несколько минут маг уже пускает в дело нотные комбинации поиска, используя в качестве «якоря» личные вещи бургомистра. Как скоро выясняется, защитные артефакты у них действительно есть, но не настолько мощные, чтобы прикрыть их от заклинаний старого мага. Бывший глава города обнаруживается на расстоянии десяти лиг от города — пока они успели уйти не так далеко.

После короткого совещания, формируем группу для погони. Возглавить её решает сам Фосстон, берущий с собой два десятка солдат. Сам я тоже решаю отправиться с ним. Взяв с собой Айрин, Эйкара и Железяку. Хьясса и Джойл отправляются в гостиницу, где всё ещё находятся Микка с Арсой. Само собой им сообщили о том, как развернулась ситуация в городе, но пока я предпочёл оставить девушек на месте. Теперь к ним присоединится вторая призванная и Джойл, чего должно хватить для обороны, в случае необходимости.

Через считанные минуты мы уже отправляемся за ворота, вовсю пришпоривая лошадей. Разрыв между нами, с одной стороны не так велик, чтобы погоня выглядела безнадёжной, но с другой — придётся изрядно постараться, чтобы догнать этих парней. Вся надежда на то, что рано или поздно они сделают привал — в конце концов город покидали в спешке, думаю им будет нужно как-то распределить прихваченный груз, а некоторым возможно понадобится отдых.

Так или иначе, вовсю гоним лошадей по ночной дороге. Эйкар задействует нотную комбинацию, которая повышает бодрость скакунов и придаёт им остроту зрению — несмотря на относительно неплохую дорогу и вовсю светящую Луну, всегда есть риск того, что один из коней просто споткнётся и покалечит кого-то из членов отряда.

Старый маг периодически пускает в ход связку, отслеживающую бургомистра — по его словам, теперь на мужчине стоит «метка», позволяющая определить местоположение объекта при помощи относительно короткой комбинации магических символов. В очередной раз задействовав заклинание, кричит.

— До них всего пара лиг — стоят на месте!

Стараемся ускориться — если противник остановился, то оптимально добраться до них, пока не тронулись с места. Правда, проскакав полторы лиги, замедляем ход коней — нарваться на засаду тоже никому не хочется. Присматриваясь к деревьям справа и слева от дороги, медленно продвигаемся вперёд и в какой-то момент видим впереди лужайку, на которой разбросаны какие-то вещи. Только подъехав ближе, понимаю, что это трупы людей и лошадей, которые валяются на земле. Судя по всему, кто-то добрался до бургомистра и его спутников раньше нас.

Эйкар запускает нотную комбинацию, проверяя окрестности на предмет наличия живых людей, а мы спешиваемся. Бойца Фосстона разделяются на две группы, заняв позиции по окраинам лужайки. Сам он, как только маг даёт отмашку, направляется к трупам. Следом за ним шагает и наша компания.

Приблизившись, понимаю, что тела выглядят как-то странно. Как будто их высушили. Точно такая же картина и с лошадьми. На каждому трупе — по несколько колотых ран, похожих либо на укусы длинными тонкими клыками, либо на удары стилетом.

— Из них высосали кровь и всю воду, которую смогли. Ни разу о таком не слышал.

Глянув на Эйкара, озвучившего своё мнение, с подозрением осматриваю опушку леса. Твари, о которых даже не слышал старый призрак — это звучит опасно. Все остальные, помимо Фосстона тоже принимаются шарить глазами по сторонам. А вот капитан роется в поклаже лошадей, проверяя одну сумку за другой. Через пару минут весьма довольным тоном заявляет.

— Деньги и золото на месте — можем возвращаться в город.

Против отступления никто не возражает, так что быстро перегружаем увесистые седельные сумки на своих лошадей, после чего поворачиваем обратно. Не знаю, что именно прикончило беглецов, но сталкиваться с «вампирами» в ночном лесу совсем не хочется. Даже если учесть Эйкара, они вполне могут прикончить кого-то из нас за счёт элемента неожиданности.

Пока скачем назад, пытаюсь прикинуть какой размер должен быть у этих существ. Ладно люди, но они иссушили и лошадей. Причём, по словам Эйкара, выпили не только кровь, но и солидную часть воды, содержащейся в организме. Фокус с кровью я могу понять — пробиваешь крупный сосуд и выхлёбываешь всё, что можешь. Но вода? Она же содержится в клетках организма, если я верно всё понимаю. То есть новые монстры могут наносить урона на таком уровне?

Поёжившись, непроизвольно бросаю взгляд по сторонам. После увиденного кажется, что неизвестные следуют за нами по пятам, выбирая подходящий момент для атаки. Как я понимаю, такие же ощущения и у всех остальных солдаты постоянно крутят головами и даже Эйкар внимательно следит за лесом.

Впрочем, несмотря на все опасения, мы вполне благополучно добираемся до города. Внутри разделяемся — Фосстон со своими людьми отправляется в казначейство, разбираться с вопросом возвращения финансов, а мы направляем лошадей к гостинице — до утрам осталось не так много времени и хотелось бы отдохнуть, перед тем, как мы завтра покинем город.

После вопроса женщины за рецепцией, не хотим ли мы поужинать, приходит понимание, что после всего произошедшего желудок действительно требует еды. Так что через пять минут уже располагаемся в ресторане, где к нам присоединяется четверка остававшаяся в отеле.

Пока ждём еду, Эйкар коротко пересказывает суть нашей находки в лесу. Когда заканчивает, Джойл задумчиво почёсывает свою щёку.

— А что это за твари такие? Кровь и воду — так разве можно? Я слышали сказки о вампирах, но в них они никогда не высасывали воду.

Бывший призрак вздыхает, делая глоток горячего сорка, который нам уже принесли.

— О вампирах — это совсем не сказки. Когда-то существовала концепция вечной жизни для магов, в которой им предлагалось изменить своё тело, сформировав клыки и подпитываясь чужой жизненной силой, забранной вместе с кровью. Первый, документально зафиксированный случай попытки её реализации был около полутора тысяч лет тому назад. Несмотря на то, что экспериментатор потерпел неудачу, за эти годы не один десяток магов пробовали пойти тем же путём. Правда ни у кого толком ничего не вышло.

Мой бывший сосед по комнате недоумённо хмурится.

— Но зачем? Ведь маги и так бессмертны — вон, новые тела можно делать. Или превратить себя в лича.

Эйкар взмахивает рукой с зажатой в ней чашкой.

— Ты не понимаешь. Раньше, с новыми телами, проблем действительно не было. Но, в случае твоей гибели, нужно было доставить кристалл разума к новому обиталищу. Что далеко не всегда было возможно. Если вести речь об обычном бытовом бессмертии, то да — такая схема работала. Вот, если ты подвергался риску убийства, то никто не мог помешать потенциальному врагу уничтожить кристалл, прикончив тебя навсегда. Это в Хёнице всё под присмотром преподавателей, а в реальной жизни правила другие.

Отпив ещё немного бодрящего напитка, продолжает.

— Стать личом — более практично, с точки зрения безопасности. Плоть становится сложно разрушить и шансы выжить, даже при мощном магическом ударе резко повышаются. Не говоря уже о том, что большинство ядов на тебя просто не действуют. Отравление — один из самых частых способов отправки на тот свет магов в мирное время. Но будучи личом, появляются иные проблемы. Чаще всего личного характера — далеко не всегда все системы организма функционируют так, как нужно. Особенно это касается тех, что используются в постели. К тому же могут быть побочные эффекты — запах, цвет кожи, неожиданные порывы ярости.

Когда он замолкает, Джойл с интересом уточняет.

— А у вампиров, стало быть, всё по другому?

Старый маг кивает.

— Да. По крайней мере, так должно было быть в теории. Тело, устойчивое к магии, ядам и свинцу. Бессмертие, без необходимости создания нового тела. И повышенные физические возможности. В некоторых вариантах научных изысканий предполагалось, что даже изменится сама магическая струна, став гораздо более мощной. Правда, как я и сказал, ни у кого не получилось воплотить этого на практике.

Разговор напомнил мне ещё об одной вещи и решаю сразу уточнить.

— Кстати, говоря о Хёнице — Тескон выходил с тобой на связь? Что они теперь собираются делать?

В этот момент официанты приносят еду, оказавшись вплотную рядом с нашими столами и приходится ждать, пока они всё расставят, снова убравшись за пределы действия защитного артефакта Эйкара. Сам он слегка пожимает плечами.

— Я несколько раз пробовал выйти с ним на связь, но старина Тескон не желает отвечать. Завтра попытаюсь снова.

Минут десять стоит тишина — все присутствующие заняты поглощением пищи. Нарушает ей Айрин, первой закончившая трапезу, несмотря на двойную порцию.

— Какие у нас планы? Ничего не изменилось — завтра покидаем город?

Прикончив последний кусок мяса, понимаю, что все взгляды устремлены на меня и киваю.

— Да, завтра утром выезжаем за стену и отправляемся к следующему осколку.

Повернув голову к старому магу, задаю возникший в голове вопрос.

— Ты его ещё не проверял? Раз травница с его помощью смогла продлить свою жизнь, какая-то сила в нём точно имеется.

Как мне кажется, лицо Эйкара становится слегка возмущённым.

— Когда? Мы сначала сражались, потом восстанавливали мою руку, а затем гнались в ночи за бургомистром, решая чужие проблемы. Завтра, во время привала, возьмусь за его изучение. Тут, самое важное — не дать Схэссу почувствовать, что кто-то работает с частью его артефакта. Иначе нашему славному путешествию быстро настанет конец.

На этом беседа замирает и скоро мы уже поднимаемся наверх. На дежурстве около лестницы остаётся механоид — вместе с ним, на пост встаёт Хьясса. Первую половину ночи Железяка проведёт в компании блондинки, а вторую за ним будет приглядывать Микка..

Оказавшись около постели, понимаю, что меня буквально вырубает, но всё же заставляю себя сходить в душ. Неизвестно, когда в следующий раз выпадет возможность нормально помыться. Следом за мной, в ванную комнату вваливается обнажённая Айрин и через минуту я понимаю, что несколько переоценивал свой уровень усталости.

Впрочем, когда мы с виконтессой заканчиваем снимать накопленный стресс в ванной, сил хватает только на то, чтобы добрести до кровати. Рухнув на постель, подтягиваю рукой одеяло. В голове, несмотря на состояние крутится один и тот же вопрос — как мы доберёмся ещё до четырёх осколков, если местность вокруг постепенно заполняется мутантами? С учётом того, что один из кусков артефакта находится на самом западе, задача выглядит практически нереализуемой. Я могу предположить, что мы благополучно доберёмся до тех трёх, что относительно недалеко. Но для того, чтобы достать последний из упавших в этой части империи, надо отправиться навстречу армии монстров, пройти сквозь неё и немало побегать у них в тылу. Выглядит не слишком реалистично.

От размышления отвлекает виконтесса, которая уже сонно сопит — навалившись на меня, прижимается, обхватив руками и через пару мгновений мысли начинают путаться, после чего совсем исчезают — я всё-таки проваливаюсь в сон.

Глава 8

Утром, спустившись на завтрак, с удивлением обнаруживаем в ресторане Фосстона, который невозмутимо восседает за одним из столиков, отхлёбывая сорк. Завидев нас, приветственно взмахивает рукой и не остаётся ничего, кроме как присоединиться к офицеру. К тому же, учитывая небольшие размеры зала, общества капитана всё равно бы избежать не удалось.

После того, как делаем заказ, а Эйкар активирует защитный артефакт, военный переводит взгляд на меня и прищурившись, задаёт вопрос.

— Вы ведь не служите дому Свезальдов, верно? Могу поспорить на сотню ларов, присягу вы давали Кирнесу Эйгору.

На момент застываю, не зная, как реагировать, но быстро нахожусь с ответом.

— А есть критичная разница, кому мы подчиняемся? Если вы помните, Олаф Свезальд дал присягу Морне Эйгор, которая заключила союз с Кирнесом. Так что, независимо от конкретной иерархической цепочки, в итоге мы всё равно служим коалиции двух соправителей.

Мужчина кривит губы в усмешке.

— Ловко. Но я спрашивал не для того, чтобы вас задеть или разоблачить.

Вздохнув, косится в сторону официантов и продолжает.

— Час назад к присяге был приведён новый бургомистр города, а спустя десять минут совет утвердил в должности казначея и шефа полиции. Согласно закону, он имеет такое право в случае изоляции от властей провинции. А те в последнее время больше озабочены обороной, чем вопросами управления на своей территории.

Не совсем понимаю, к чему он клонит, уточняю.

— Рад за жителей Мессорна, но не понимаю, как это относится к нам.

Капитан пожимает плечами.

— К вам никак. А вот ко мне — напрямую. Численность моих солдат совсем невелика, а после всего произошедшего, многие воспринимают меня, как альтернативный центр власти. Останусь и рано или поздно это выплеснется в открытое противостояние. Уже покатились слухи о том, что офицеры гарнизонного батальона обсуждали моё отстранение от командования.

Теперь ситуация проясняется. Правда, прежде чем успеваю озвучить ответ, в разговор вступает Айрин. С невинной улыбкой, интересуется.

— Хочешь, чтобы мы разделались с ними?

На лице Фосстона отображается лёгкое удивление, а вот Хьясса, сидящая напротив виконтессы, внезапно расплывается в улыбке. Наконец, капитан реагирует.

— Отнюдь. Я всего лишь хотел отправиться с вами.

Бросив взгляд на Мэно, приподнимаю руку, обрывая её следующую реплику, после чего жду, пока подошедшая пара официантов расставит на столах чашки сорка. Когда те удаляются, оглядываю всех присутствующих, остановив взгляд на офицере.

— Зачем? Ты ведь даже не знаешь, чем мы занимаемся.

Откинувшийся на спинку стула Фосстон, делает глоток бодрящего напитка.

— Ты прав — не знаю. Но как мне кажется, вы путешествуете отнюдь не из-за того, что кто-то приказал вывезти его любовницу в Схердас. Скорее всего поручение куда более важное. И пусть это прозвучит пафосно, но я всё ещё офицер армии Норкрума. Пусть, мой император мёртв — империи я служить не перестал. Если ваше задание как-то связано с противодействием Схэссу или Палачу — я с вами.

Переглядываюсь с Эйкаром. С чего он вспомнил о Схэссе? И почему настроен против?

— Вопрос — чем тебе не угодил Рэн Схэсс?

Капитан кривит губы в усмешке.

— Вы же изучали историю? Правление династии Схэссов было периодом расширения империи, но оно же ознаменовалось истреблением большого числа знати и тотальным контролем за всем областями нашей жизни. Один мятеж Карсэга чего стоит — взбунтовавшийся из-за непомерных налогов город, окружили войска, после чего взяли штурмом, перебив всё население. В тот день было убито больше семидесяти тысяч человек. Не хочу, чтобы подобное повторилось.

Хмыкнувший Эйкар, задумчиво отмечает.

— Обычно военные смотрят на правление Схэссов с долей восхищения, превознося их за разгром южных королевств.

Повернувший голову Фосстон, парирует.

— Как вы могли заметить, моё образование несколько шире, чем у обычного имперского офицера. И я предпочитаю видеть картину в целом, а не её отдельные фрагменты.

Интересное заявление. И мягко говоря, неожиданное. Взявшись за чашку, тоже делаю глоток горячего напитка, обдумывая ситуацию. С одной стороны, военный успел проявить себя с лучшей стороны. Плюс, человек в чине капитана, облечённый властью, точно не помешает нам при перемещении по западным провинциям. Остаётся только вопрос доверия — рано или поздно капитану придётся рассказать, ради чего мы колесим по западу и что ищем. Вроде бы он и заявил о том, что не любит Схэсса, но вот насколько этому можно верить?

Хотя, если посмотреть с другой стороны, сомневаюсь, что офицер заштатного провинциального города может оказаться чьим-то тайным агентом. Это уже слишком притянуто за уши. Да и у Эйкара наверняка найдётся какой-то способ проверить его разум. Отхлебнув ещё сорка, озвучиваю своё предложение.

— Если согласен выполнять поступающие приказы — можешь присоединиться к нам. Но о целях нашего путешествия, мы пока умолчим. В процессе всё поймёшь сам.

После короткого раздумья, капитан кивает.

— Согласен.

Бросив взгляд на Айрин, добавляет.

— Если приказы не будут касаться уничтожения гражданского населения или иных военных преступлений.

Намёк вполне прозрачен — сразу же заверяю офицера, что в подобном мы пока не замечены. А вот с виконтессой надо что-то делать, изменения её сознания дают о себе знать всё чаще. Если так пойдёт дальше — в какой-то момент она может просто сорваться. Хотя и такое уже было — достаточно вспомнить неожиданный выстрел в полицейского этой ночью, после которого она спалила всех остальных бойцов противника, хотя те, даже в теории не представляли для нас серьёзной опасности. Но этим вопросом придётся озаботиться несколько позже, когда выберемся за пределы города.

За следующие полчаса мы собираемся, а Фосстон улаживает формальности своей «отставки». Снова встречаемся уже у ворот Мессорна, к которым заявляется лейтенант гарнизонного батальона, вместе с новоизбранным шефом полиции — официально для того, чтобы поблагодарить нас от лица новой городской власти, но как я подозреваю, их прислали, чтобы подтвердить факт нашего отбытия. Впрочем, препон никто не чинит и спустя минуту мы уже скачем по дороге, удаляясь от городских стен.

Следующий осколок находится в сто двадцати лигах от нас. Довольно далеко, если в качестве твоего транспорта выступает лошадь. Если учесть, что мы идём переменным аллюром, постоянно меняя темп, чтобы давать отдых связкам скакунов, то за день выйдет продвинуться максимум на шестьдесят лиг. Конечно, если всё время скакать по хорошим дорогам, а на пути не окажется препятствий.

Радует тот факт, что следующие два осколка расположены почти вплотную друг к другу и скорее всего находятся на территории одного города. А вот дальше нам придётся сделать рывок на самый западную оконечность империи, чтобы достать пятый.

На дневном привале, усаживаюсь рядом с Айрин и убедившись, что поблизости никого нет, задаю давно назревший вопрос.

— Как ты себя чувствуешь?

Покосившаяся на меня виконтесса, хмурится.

— Боишься, что прикончу кого-то из своих?

Слегка пожимаю плечами.

— Пока нет. Но ты без колебаний выстрелила в полицейского этой ночью, хотя я не отдавал такого приказа. А затем ударила магией по остальным.

Девушка откладывает в сторону сэндвич, который захватила из города и поворачивает ко мне голову.

— То есть думаешь, что я стала неуправляемой кровожадной сукой, постоянно желающей вышибить кому-то мозги?

— Не совсем в таких формулировках, но твоё поведение сильно изменилось. Думаю ты с этим и сама согласишься.

Момент та внимательно смотрит на меня, после чего усмехается.

— Любой бы изменился после того, что с ним там было. И да — порой меня тянет пустить в ход оружие, даже если нет веской причины. Но это не значит, что я неспособна себя контролировать. Так что, можешь не переживать на этот счёт.

Договорив снова берётся за сэндвич, а я пытаюсь подобрать верные слова.

— Если у тебя какие-то проблемы, то мы можем их обсудить. Более того — если они носят магический характер, то уверен, их можно скорректировать.

Девушка, так и не принявшаяся за еду, внезапно разражается смехом.

— Кирн, если бы ты оказался в другом мире, представляя собой сгусток энергии, который постоянно убивают, разрывая на мелкие куски, думаешь у тебя не возникло бы чувства агрессии? Иногда мне кажется, что я до сих пор там, а вся происходящее здесь — просто фантазия разума, пытающегося уйти от реальности.

Заметив, как изменилось моё лицо, сразу уточняет.

— Но я понимаю, что это лишь мои ощущения. Разум не может пройти через такую громадную кучу гхаргового дерьма и остаться прежним. Но я надеюсь, что со временем всё придёт в норму. А сейчас — дай мне уже заняться обедом, я жутко хочу есть.

Поднявшись, отхожу в сторону, припоминая, как за завтраком она умяла двойную порцию омлета с сыром, добавив к этому сразу три куриные ножки. Аппетиту Айрин сейчас могут позавидовать и призванные. И если я верно понимаю расклад, то это знак того, что помимо психологических, имеют место и какие-то физиологические изменения.

Подойдя к Эйкару, который рассматривает найденную часть артефакта, выложенную им на кусок ткани, опускаюсь рядом, прислонившись спиной к дереву. Маг, бросив на меня взгляд, косится в сторону Мэно.

— Ну и как прошло?

Подняв на него глаза, собираюсь высказаться о том что подслушивать некорректно, но бывший призрак сам всё понимает.

— По вам и так было очевидно, о чём идёт беседа. Что она сказала?

Вздохнув, покачиваю головой.

— Говорит, что всё в порядке — мол, срывы после такого это нормально. И тут я с ней согласен, но вот объём пищи, который сейчас ей требуется, несколько смущает.

Тот едва заметно кивает.

— Ситуация похожа на ту, с которой сталкиваются призванные. Только твоя виконтесса вернулась в собственное тело, видимо изменив его в какую-то сторону.

Поняв, что продолжения не будет, уточняю.

— Можешь помочь? Или хотя бы понять, что с ней происходит?

Старый маг хмыкает.

— Я первый раз вижу человека, который вернулся в этот мир после своей гибели. Наработанной магической практики нет, а рисковать попусту — глупо. Пока она держит себя в руках, думаю лучше не лезть.

Пару секунд помолчав, добавляет.

— Ещё момент — есть новости от Тескона. Сегодня он наконец ответил — их группа во главе с Хардэном, заняла здания Хёница. После того, как погиб Теллрех, там почти никого не осталось — только несколько десятков человек обслуги. Сейчас ректор собирается уцелевших студентов, включая первокурсников. А каждый выпускник получил сообщение с призывом к оружию — просьбы явиться в университет ради его спасения и защиты, ввиду угрозы полного уничтожения. Такого не было со времён Войны трёх императоров.

Интересно. Вот только неясно, какие перспективы будут у такого воззвания.

— Как думаешь, много магов откликнется?

— Сомневаюсь, что их будут тысячи, но сотню-другую они собрать должны. Гибель почти всего преподавательского состава их альма-матер, задела многих. Большая часть предпочтёт отсидеться, не влезая в ревущий шторм, но наверняка найдутся и те, кто пожелает рискнуть.

Решаю сразу прояснить ещё один момент.

— А про их планы он ничего не говорил?

На лице собеседника появляется лёгкая усмешка.

— Пока предполагают занять глухую оборону — вылазка Теллреха обошлась университету слишком дорого. Насколько я понял Тескона, весь их план сводится к тому, чтобы собрать откликнувшихся магов и максимально усилить защиту Хёница, атакуя любого, кто приблизится к нему без приглашения.

Кивнув ему, показываю на камень.

— Получил какие-то результаты?

Маг с некоторым разочарованием качает головой.

— Кроме того, что внутри него масса энергии, нет. Можно опробовать на практике — например настоять на нём какой-то алхимический состав. Но как ты понимаешь, такие эксперименты стоит проводить отнюдь не в лесу.

Обмениваемся с ними ещё несколькими фразами и я удаляюсь к своей лошади, тоже извлекая из седельной сумки сэндвич с нарезанным копчёным мясом. То, что Хардэн и последовавшие за ним маги вернулись в игру, это хорошо. Пусть они и собираются изолироваться в стенах Хёница, но думаю, если предоставить им инструмент для уничтожения Рэна Схэсса, вместе с Палачом — окажут всю необходимую поддержку. В конце концов, как бы ни была хороша защита университета, против армии того же Рэна они не устоят.

Спустя несколько минут мы уже возвращаемся в сёдла, снова отправляясь в путь. И если предыдущий отрезок дороги был относительно пустынным, то теперь всё чаще начинают попадаться деревни. Обычно нас пытаются задержать расспросами — селянам интересно, что происходит в окружающем мире, а свежие выпуски газет к ним теперь не доходят. Но в одном месте, встречают выстрелами в воздух и требованием немедленно убраться восвояси. В итоге, это селение мы объезжаем стороной.

Ближе к вечеру, уже собираемся остановиться на привал, когда впереди появляются какие-то огни. После короткой дискуссии, решаем проверить, что это. Есть шанс, что впереди населённый пункт, где можно нормально покормить лошадей и с комфортом выспаться самим — после целого дня скачки, моё тело ломит от боли, да и остальные, за исключением призванных и механоида, чувствуют себя не лучшим образом. Плюс, мутанты бродящие по лесам, тоже никуда не делись. То, что мы их пока не встретили — чистое везение, которое наверняка не продлится слишком долго.

Приблизившись, вижу очертания частокола. Хотя, это больше напоминает деревянную стену, на которой видны силуэты людей. Остановив лошадь, пытаюсь понять, что это такое, а сбоку слышится тихий голос Фосстона.

— Железнодорожная станция имперской армии. Рота солдат гарнизона, склады угля и ремонтная мастерская.

Сразу после его слова, со стены нас окрикивают и после непродолжительной беседы, открывают ворота. Представившийся командиром гарнизона, обер-лейтенант со странной готовностью рапортует о том, что на территории всё в порядке и запрашивает у нашего капитана инструкций.

Причина их доброжелательности выясняется почти сразу — здесь собрались беженцы сразу из нескольких окрестных деревень, успевшие рассказать солдатам немало фактов о страшных тварях, что пожирают людей и опустошают всё на своём пути. К тому же Рихт забрал с собой почти всех солдат, оставив на станции всего два взвода. Так что эти парни рады любому подкреплению. Особенно, если в его состав входит маг.

Лошади отправляются в стойло, а мы располагаемся в зале солдатской столовой, который сейчас пустует — время ужина мы пропустили. Впрочем, это не мешает поварам обеспечить нас едой. Молодой лейтенант, усевшийся с нами за один стол, буквально сыпет вопросами, на которые мы едва успеваем отвечать. И в конце концов задаёт главный.

— Вы останетесь здесь? Или может к нам подойдёт ещё подкрепление? Если эти твари вывалятся из леса, то мы не сможем их остановиться, даже если вооружим всех гражданских — людей слишком мало.

Переглянувшись с Фосстоном, вздыхаю.

— Мы должны продолжить путь — у нас приказ. Другого подкрепления тоже не будет — на западе почти нет армейских частей, солдат везде не хватает.

Секунду помолчав, добавляю.

— Мой совет — выводите отсюда людей и пробивайтесь к ближайшему крупному городу. Вам там точно будут рады, а шансы выжить сильно вырастут.

Нахмурившийся военный, покачивает головой.

— У меня тоже есть приказ — охранять эту станцию.

Не выдержав, повышаю тон голоса.

— Чей приказ? Рихта Эйгора? Так он уже мёртв. Для чего нести службу посреди леса, когда есть возможность выбраться отсюда? Никто не осудит вас, если попробуете спасти свои жизни.

Надеюсь, что мои слова заставят его задуматься, но ответ следует незамедлительно.

— Не верю, что армия не озаботится защитой своих граждан. А если сюда пойдут эшелоны с солдатами, им понадобится место для ремонта и загрузки топлива. Раз эти монстры повсюду, то гражданские станции могут быть опустошены. Собственно именно для этого мы здесь и стоим — обеспечить работающую инфраструктуру, если армия лишится возможности использовать вокзалы размещённые в городах.

Ещё пару раз пробую объяснить ему, что на всём западе не осталось крупных армейских частей, чьё командование могло бы что-то предпринять, но парень упорно стоит на своём. А в конце и вовсе уходит, пожелав нам приятной ночи.

С несколько смешанными ощущениями, заканчиваем ужин и отправляемся в пустующую казарму, которую нам выделили для ночлега. Механоид и Хьясса остаются на страже, а остальные укладываются на кровати. Правда, ввиду ситуации, приходится остаться в одежде, но это всё равно лучше, чем ночевать под открытым небом, когда вокруг всё кишит непонятными монстрами.

Глава 9

Открыв глаза, первые пару секунд не понимаю, что происходит. Рёв, крики, винтовочные выстрелы и грохочущий пулемёт Железяки. Какого лешего происходит? Вскочив с кровати, вижу какую-то чёрную морду, лезущую в окно и почти на полном автомате создаю в воздухе пару ледяных сфер, которые отправляю ему в морду. Неизвестный монстр вываливается назад, а я оглядываюсь по сторонам.

Механоид, обе призванные и Айрин уже на ногах — ведут огонь по лезущим в окна тварям. Джойл как раз поднимает «Лоун», собираясь пустить его в ход. Вот Эйкар, судя по его ошеломлённому лицу, тоже только что поднялся с кровати и пытается осознать, что происходит. Сначала не вижу Фосстона, но потом обнаруживаю его с противоположной стороны казармы — офицер прицельно отстреливает врагов из револьвера.

Снова бью стихийной связкой и повернувшись в сторону Микки, кричу.

— Кто это такие? Откуда взялись?

Призванная, засовывающая патроны в магазин винтовки, быстро глянув на меня, отвечает.

— Их только что не было! Появились, как из ниоткуда.

Вскинув руку с «Эрстоном», пускаю пулю в очередного монстра, пытающегося пролезть в окно и пытаюсь включить мозги. Происходящего снаружи почти не слышно, но раз эти уродцы так массово пытаются ворваться к нам, значит дела у гарнизона станции плохи. Хотя, какая-то часть солдат тоже должна быть в казармах — если так, то есть вероятность того, что они держат оборону. Узкие казарменные окна не позволяют атакующим протиснуться внутрь — они для этого слишком велики по своим размерам. Собственно, именно поэтому нам пока и удаётся отбиваться. Хотя, большую часть работу проделивает механоид со своим пулемётом.

Несколько раз пускаю в ход относительно слабые нотные комбинации, поражающие отдельные цели, после чего смещаюсь в сторону Эйкара.

— Сможешь поджарить их всех разом?

Маг, одним ударов превративший в кровавое месиво сразу двух противников, быстро кивает.

— Смогу. Но лучше видеть происходящее снаружи своими глазами. Если ударю отсюда, то прикончу всех живых.

Выпустив ещё одну пулю из «Эрстона», сначала не понимаю о чём, а потом до меня доходит. Если где-то ещё остались живые солдаты или гражданский персонал, то в случае масштабного магического удара, они тоже погибнут. Ещё раз окидываю взглядом помещение и обнаружив откидную лестницу, ведущую к люку в потолке, показываю на неё пальцем.

— На крышу! Микка — ты со своими и Фосстоном прикрываешь. Джойл, Айрин — со мной наверх. Эйкар, как дадим сигнал, что всё чисто — поднимайся.

Через несколько мгновений здоровяк уже забирается на табуретку, откуда достаёт до нижних ступенек лестницы и зацепившись, тянет её вниз. До люка он тоже добирается первым и уперевшись руками в крышу, быстро перемещается наверх. Следующей взлетает Айрин, а следом за ней и я сам. Поднимаясь, уже слышу выстрелы — нас явно заметили. А оказавшись наверху, задействую огненную нотную комбинацию, формирующую вал высокотемпературного пламени. Его нижний край цепляет плоскую крышу, оплавляя её. Но и результат налицо — пять забравшихся к нам мутантов превращаются в дымящиеся трупы.

Впрочем, через несколько секунд понимаю, что радоваться преждевременно — на крыше можно бить массовыми заклинаниями, укладывая сразу по несколько целей. Но и противник сюда забирается вполне свободно — монстры возникают по всему периметру, один за другим. Единственный плюс — получается более детально их рассмотреть. Крупные существа чёрного цвета, с вытянутыми вперёд мордами и мощными конечностями, от основания которых растёт по пучку щупалец.

Крутясь на месте, снова и снова бью нотными комбинациями, одновременно с этим подавая знак старому магу.

— Эйкар! Наверх!

Айрин с Джойлом тоже пускают в ход магию, которая в данном случае работает куда эффективнее свинца — крышу буквально заливает сверкание нотных связок. Поднявшийся к нам Эйкар, на какое-то время замирает, а потом принимается сыпать магическими символами. Когда заканчивает, воздух вокруг казармы заполняется крохотными осколками льда. Успевшие забраться на крышу твари корчатся в муках и до меня доходит смысл применённой комбинации — бывший призрак заморозил влагу, содержащуюся в воздухе, сделав её льдом. В том числе ту, которая находилась в лёгких этих созданий — дышать же им нужно. Ещё одна короткая связка и вся эта масса микро-осколков устремляется вниз, откуда доносятся вопли боли.

Организовавший нам короткую передышку старый маг осматривается и уже через пару мгновений снова исторгает поток нот. К моменту, когда заканчивает, на крыше появляются новые твари и мы принимаемся отбиваться. Впрочем, успеваем нанести только одному магическому удару, как заклинание мага уже начинает работать. Почти всё пространство внутри деревянной стены, заполняет ревущее пламя. Исключением становятся только здания казарм и самой станции. Закрываю лицо от жара рукой и понимаю, что Эйкар всё ещё не остановился — он продолжает выплёвывать десятки магических нот. Для чего — становится ясно, когда дело подходит к концу и за деревянной стеной возникает ревущий огненный вал, кольцом, расходящийся от станции.

Всё затихает только секунд через тридцать. Морщась от запаха палёного мяса, оглядываюсь по сторонам и понимаю, что живых монстров больше не видно. Как и в целом какого-то движения. Только потрескивает занявшееся дерево стены, да видны всполохи огня в лесу — удар Эйкара стал причиной начинающегося пожара.

Какое-то время молча наблюдаем за происходящим, постепенно приходя в себя. Массированная атака неизвестных тварей стала полной неожиданностью. Опасаюсь, что при ночёвке в лесу, нас бы не спасли даже возможности Эйкара — маг бы просто не успел проснуться. А огневой мощи пары часовых точно бы не хватило, чтобы сдержать всю эту ораву.

Перед тем, как спуститься вниз, бывший призрак компенсирует действие своего заклинания — задействует комбинацию водной стихии, которая вызывает небольшой дождь, благополучно тушащий очаг возгорания. Стоя под каплями воды, Джойл задумчиво отмечает.

— Если такие орды здесь, то что творится на дальнем Западе?

Вопрос скорее риторический, но всё же заставляет задуматься. Пока мы по одному спускаемся вниз, пытаюсь представить себе плотность мутантов на западной оконечности континента, но быстро бросаю это занятие. Сначала надо выжить и отыскать остальные осколки. А уже потом разбираться с последним из них в этой части материка.

Проходя к выходу, слышу голос Железяки.

— А там живых не осталось? Может пленных получится взять?

Уловив удивлённые взгляды, механоид объясняет.

— Ну, для ритуала. С бургомистром тем не срослось ведь.

Молча покачав головой, шагаю к выходу из казармы. Кто о чём, а наш «робот» о своём железном «достоинстве». Надо признать, если он будет и дальше так же упорно настаивать, то рано или поздно придётся озаботиться этим вопросом.

Первые выжившие обнаруживаются почти сразу — из здания второй казармы выбирается небольшая группа солдат во главе с сержантом. Как выясняется, сначала все находящиеся на отдыхе бойцы, по приказу лейтенанта отправились наружу — тот надеялся, что выйдет восстановить контроль над стенами, уничтожив уже находящихся внутри атакующих. Оказавшись за пределами казармы, они были немедленно атакованы. Офицер и больше половины солдат погибли за считанные секунды, а немногие выжившие заняли оборону в помещении, где им удалось продержаться до момента, когда Эйкар ударил заклинаниями.

Бойцов и правда немного — восемь человек, включая сержанта. Передаю командование над ними Фосстону и мы проверяем всю остальную территорию станции в поисках выживших. Поиски, правда приводят к весьма печальному результату — живых людей больше не осталось. Пара часовых и вооружённые гражданские, как я понимаю пытались организовать оборону внутри здания станции, но твари легко ворвались через громадные окна, перебив всех защитников. А у тех, кто дежурил на стенах и вовсе не было шансов.

Наши лошади тоже мертвы и наполовину сожраны, как и тела, найденные в здании станции. Мясо, видимо было одной из основных причин, которая заставила мутантов атаковать станцию. Единственный уцелевший скакун — конструкт механоида, у которого вырвали несколько кусков плоти, но по сравнению с остальными, почти не тронули.

После короткого совещания, решаем остаться до утра здесь. Отправляться куда-то в ночь, без лошадей — это чистое безумие. Собственно, и днём ситуация критично не улучшится, но у нас хотя бы будет более лучшая видимость. Плюс, всем надо отдохнуть — с момента, как мы легли спать, прошло всего около трёх часов. Сейчас мы на адреналине, но через полчаса он выветрится и эффективность всех, за исключением призванных с механоидом упадёт в разы.

Поэтому, приказываю солдатам переместиться в нашу казарму, где мы и устроимся на ночь. Когда оказываемся внутри, сержант — мужчина лет сорока с двумя нашивками, говорящими о ранениях, несколько растерянно интересуется.

— А что нам дальше делать? Станции, считай нет, командир мёртв. Оставаться здесь бессмысленно.

Вопрос построен кривовато, но суть ясна. И сейчас он ждёт ответа именно от меня, как и остальные семеро солдат, стоящие в отдалении. Излагаю ему варианты.

— Выбор не так велик. Либо пробивайтесь к ближайшему крупному городу, либо пробуйте сразу отправиться на восток.

Тот, глянув на своих подчинённых, чешет затылок.

— Так это. Думается мне, в городах будет совсем худо, если столько тварей этих попрёт. Ну, неделю или две они продержатся. А потом жрать и пить станет нечего — и начнётся хаос. Там уже никаких врагов не понадобится — сами друг друга перебьют за кусок хлеба. А на восток нам не пройти. Штук десять таких вот встретится и нас уже нет.

Вижу, как по лицу Фосстона скользит мгновенно исчезающая ухмылка и уточняю у сержанта.

— Ты так намекаешь, что у тебя есть своё собственное предложение?

Мужчина снова чешет затылок.

— Вроде того. Вы ведь зачем-то путешествуете, правильно? Капитан с вами имперский есть, маги имеются и пулемётчик железный. Мы тут парой слов перебросились — с вами всяко безопаснее, чем самим куда-то добираться.

Переглянувшись с Фосстоном, который внимательно прислушивается к беседе, формулирую ответ.

— Мы идём дальше на запад — в самое пекло. Не думаю, что с нами вам будет безопаснее.

Тот бросает взгляд на своих солдат и вздохнув, возражает.

— Может там и будет больше тварей. Только и шансы выжить, тоже куда как выше. А если сами по себе останемся, нас любой урод на части разорвёт.

После секундной паузы, предлагаю оставить окончательное решение до утра. Если солдаты к тому времени не передумают — смогут отправиться с нами. Учитывая творящийся хаос, наша группа всё равно останется достаточно небольшой, чтобы не привлекать лишнего внимания. А вот с охраной и огневой поддержкой эти парни могут помочь.

На часах остаются Микка, Железяка и пара солдат, к которым присоединяется Джойл. Через полтора часа его сменит Айрин, а под утро буду дежурить я сам. С учётом ситуации, лучше иметь в смене охраны хотя бы одного мага — вероятность отбить внезапное нападение так куда выше.

Сдвигаем часть кроватей в центр казармы, разместив остальные около окон. Выходит этакая импровизированная баррикада, которая послужит сдерживающим фактором в случае атаки.

Сходу заснуть в этот раз не получается — перед тем, как наконец отключиться, минут двадцать ворочаюсь в постели, пока организм постепенно отходит от всплеска адреналина.

* * *

Отстояв своё дежурство, отправляю Микку будить остальных и спустя десять минут мы уже завтракаем остатками сухих пайков, стараясь не обращать внимания на вонь, что лезет в разбитые окна с улицы. Когда заканчиваем, во весь рост встаёт новая проблема — средства передвижения.

Впрочем, выход находится относительно быстро — используя мёртвую плоть, создаём на базе лошадиных скелетов некроконструктов. Не таких мощных и надёжных, как конь Железяки, скелет которого не взяли даже ночные твари, но тем не менее вполне работоспособных. Внешний вид, правда оставляет желать лучшего — пусть Эйкар и покрывает получившиеся конструкты слоем чёрной кожи, но всё равно выглядят они довольно пугающе. А солдаты и вовсе шарахаются от новых скакунов, как будто те вот-вот их сожрут. В какой-то момент мне начинает казаться, что военные передумают и всё-таки попытают счастья в самостоятельном плавании. Но потом их сержант всё-таки преодолевает страх и первым забирается на «лошадь». А следом за ним подвиг повторяют и все остальные бойцы.

Через минуту уже выбираемся за пределы железнодорожной станции, скача по просёлочной дороге на запад. Через два десятки лиг натыкаемся на хутор, видимо разорённый перед атакой на станцию — от его жителей остались только обглоданные кости.

В памяти всплывает численность атакующих и сам собой появляется вопрос — как они смогли сформировать настолько крупный отряд? Если судить по количеству останков, то мы уничтожили не меньше тысячи тварей, а то и больше. Как они так быстро увеличили число особей, если пожирают всех людей? Единственное, что приходит в голову — процесс самостоятельного размножения, причём в крайне быстром темпе. Но о таком даже думать не хочется — при подобном раскладе, отряды этих существ могут разрастаться настолько быстро, что действительно заполонят всю империю. А как мне кажется, Айвендо при всех его тараканах, вряд ли желает полностью истребить население Норкрума.

Утренний сеанс связи с Тонфоем показал, что армия тоже сталкивается с отрядами мутантов — они уже уничтожили не меньше десятка групп разных созданий, маршируя на восток. Проблем с Олафом пока не возникало — как ни странно, хёрдис вполне нормально относится к ситуации. До сих пор так и не поинтересовался, куда мы отправились и зачем. Вот Морна, напротив, задавала немало вопросов и даже пыталась угрожать. Но ответа так и не получила — парень ограничился фразами о том, что мы выполняем важную задачу, которая поможет спасти империю.

До самого вечера, дорога обходится почти без происшествий. Несколько раз в поле зрения попадают небольшие группы мутантов, но атаковать они нас не решаются. Только один раз, существа чем-то напоминающие гигантских лягушек, проявляют агрессию, но быстро отступают после того, как мы отстреливаем пару самых наглых.

Единственное «но» — в этот раз, нам похоже придётся остаться на ночь под открытым небом. Никаких подходящих вариантов для ночлега под крышей не находится — местность заселена не слишком плотно, а все встреченные нами по пути деревни, вырезаны. В теории можно было остаться в одной из них, но как мне кажется это не слишком хорошая идея — запах может привлечь мутантов.

В итоге разбиваем лагерь на небольшом холме в лесу. От чужих взглядом нас закрывают деревья, а наличие возвышенности упрощает оборону в случае необходимости. Снова распределяем дежурства, в которых теперь принимают участие все члены отряда, включая Эйкара и поужинав, отправляемся спать. Хотя, ужином этот приём пищи можно назвать только с большой натяжкой, всё, что у нас осталось, это немного сухарей и копченого мяса — грубо говоря, по одному сухарю и тонкому ломтю на человека. Вопрос с продовольствием придётся как-то решать уже завтра. Запасы провианта, бывшие на станции, уничтожили мутанты, поэтому с собой прихватить ничего не вышло. Единственное, чего в избытке — это воды.

Уже укладываюсь спать, когда слышу напряжённый голос Эйкара.

— Тескон вышел на связь. Он сейчас в Хёнице и к ним только что прибыл посланник от Схэсса.

Глава 10

Приподнявшись, нахожу глазами Эйкара.

— Чего он хочет?

Тот секунд десять не движется, смотря в одну точку перед собой, после чего «оживает».

— Предлагает им объявить о своей поддержке Рэна Схэсса. Взамен обещает оставить университет в целости и отменить ограничения, наложенные Палачом.

В голове сразу появляется вопрос — как он планирует это обеспечить? Найти Айвендо и выпотрошить его, получив кровь для расторжения договора? Собираюсь озвучить этот вопрос старому магу, но тот уже сам начинает говорить.

— Дал пять суток на раздумья и оставил кристалл связи.

Нахмурившийся Джойл, прислонившийся спиной к дереву, уточняет.

— И что они решили?

Бывший призрак скашивает взгляд на здоровяка.

— Пока ничего. Сейчас начнут совещаться.

Моргнув, растирает пальцами переносицу.

— Всё. Тескон разорвал связь. Они, безусловно станут перебирать разные варианты, но на его взгляд, вероятность соглашения минимальна. Схэсс ничем не лучше Палача. А то и хуже.

Обсуждать тут особенно нечего — никакой информации кроме самого факта визита, нет. Так что, перебрасываемся ещё несколькими фразами и укладываемся спать. Правда, вырубиться сразу не получается — в голове бурлят мысли. Посланник от Схэсса под стенами Хёница означает, что люди древнего императора могут относительно свободно перемещаться по Норкруму. В целом логично — уровень контроля местных властей над их территориям резко просел. К тому же, при такой чехарде на престоле, мало кто из местных руководителей станет проявлять агрессию к чьим-то посланникам, если есть возможность закрыть на это глаза. Неизвестно, кто в итоге окажется на престоле. А таких, как Фосстон среди имперских офицеров и чиновников, единицы.

Но как бы то ни было, Схэсс явно уверен в своей победе. А единственное, что стоит на его пути к столице, это армия Болрона. И могу поспорить — мятежный генерал проиграет эту битву. После чего настанет черёд Морны, которой нечего противопоставить Рэну — ни в плане численности своих войск, ни в плане магии.

Около часа ворочаюсь, пытаясь отогнать в сторону тревожные мысли и в конце концов отключаюсь. Когда меня расталкивают, поднимаюсь с ощущением, что вовсе не спал — тело ломит, а голова едва работает. Пытаюсь исправить ситуацию холодным сорком, но это слабо помогает. Мозги отчасти включаются только после утренней порции горячего напитка — он всё-таки бодрит разум.

До места предполагаемого размещения двух осколков остаётся совсем немного — по идее мы должны пройти это расстояние за полдня. Хотя, основной вопрос в том, где они вообще находятся. Если верить карте, то впереди только лес. Если так, то нас ждёт исключительно техническая задача — запустить ритуал поиска, подобраться вплотную к осколку и отрыть его. Куда проще, чем биться с травницей, обладающей непонятной силой.

Через несколько часов скачки делаем привал — половине членов отряда нужен отдых. Вот с лошадьми у нас теперь проблем нет — внешний вид у них, может и пугающий, но зато мышцы не забиваются и они весьма долго могут держать заданную скорость. Так что, единственное ограничение — наша собственная выносливость.

Отдых длится недолго — провианта у нас больше нет, так что через четверть часа отправляемся дальше. Если так пойдёт и дальше, то придётся отправлять призванных на охоту — или зачаровать кого-то из зверей магией, чтобы вывести его к нам и прикончить. Потери времени неизбежны, но без запаса провизии мы далеко не уйдём.

Спустя час снова останавливаемся и Эйкар принимается за организацию ритуала. На этот раз, умещает все руны и ксоты на отрубленном куске бревна, который перевернул плашмя. С ним перемещаться куда сподручнее, чем с целым столом.

Дальше, осторожно бредём среди деревьев, ведя лошадей под уздцы. В какой-то момент кажется, что я оказался прав и осколок будет где-то в земле, но минут через пятнадцать пешей прогулки, впереди слышится плеск воды, а потом мы вываливаемся на берег небольшого озера. Шагающий первым Эйкар останавливается около самой воды и хмуро покачав головой, кивает на водную гладь.

— Осколок где-то там, на дне.

Фосстон отдаёт команды и его бойцы занимают позиции, наблюдая за берегом озера и лесом. А я подхожу ближе к магу, задумчиво глядя на воду.

— Можешь достать его магией? Или кому-то придётся нырять?

Наклонившись, тот кладёт кусок дерева на песок и вздыхает.

— Магией — вряд ли. Но нырять в озеро…слишком опасно.

С другой стороны от мага, хмыкает Джойл.

— Почему? Что там опасного? Рыба, да лягушки. Рицеров тут точно нет.

Старый маг пожимает плечами.

— Помнишь, во что превратилась та старушка? А она всего лишь пила отвары, которые взаимодействовали с осколком. Тут же, вся живность в воде, где он провалялся почти тысячу лет.

Поняв о чём он говорит, уже совсем по иному смотрю на спокойную озёрную воду. Ведь, действительно — за прошедшее время, рыба в этом озере могла измениться самым кардинальным образом. Нырнуть туда, и правда может быть опасным делом.

Отойдя от берега, устраиваем короткое совещание, когда сбоку слышится голос Фосстона.

— Господа, у нас гости.

Повернув голову, вижу старого мужика с удочкой на плече, который беззастенчиво пялится на нас. Постояв несколько секунд на месте, начинает медленно шагать, огибая озеро по дуге. Через несколько минут останавливается в паре шагов от солдат и уткнув удилище в смешанный с землёй песок, интересуется.

— Вы откуда здесь? Чегой-то делаете?

Рядом лязгает металлом механоид, сместившийся ближе к старику. Но того двигающийся стальной боец не сильно смущает — быстро глянув на него, уточняет.

— Ежели хотите рыбку половить, в озерцо не лезьте — тут только мы рыбачим.

Вижу, как прищуривается Эйкар, разглядывающий нежданного визитёра, а сам делаю шаг вперёд.

— Мы — это кто?

Старичок переводит взгляд на меня.

— Семья наша. Дорсы мы — давно здесь живём уже.

Покосившийся на меня Фосстон, вклинивается в разговор.

— У вас есть документы подтверждающие право собственности на озеро и прилегающие земли?

Рыбак усмехается, едва разжав сухие губы.

— Бумажек у нас нет, если ты про это, вояка. Но тут всякий знает, что это земля Дорсов.

Посуровевший капитан было двигается вперёд, но я останавливаю его движением руки. Офицер пока не в курсе всей ситуации и с его точки зрения перед нами просто слегка пришибленный на голову местный житель. Но что-то мне подсказывает — тут далеко не всё так просто. Переглянувшись с Эйкаром, осторожно спрашиваю.

— И давно вы здесь?

Хмыкнувший старик, оглядывается на лес.

— Давненько уже — наша семья тут всегда жила, около озера.

Кивнув, детализирую.

— Я не совсем об этом. Сколько лет именно вам?

Тот хмурится, недовольно глядя на меня.

— Сколько есть годков, все мои. Я тебе не красная девица, чтобы меня о возрасте расспрашивать.

Отмечаю, что рука стоящей рядом Айрин уже лежит на рукояти револьвера — девушка постукивает пальцами по оружию, явно ожидая, когда можно будет пустить его в ход. Хотя, в данном случае всё оправданно — остальные тоже подобрались, готовясь к возможной схватке. Только Фосстон и его люди пока не понимают сути происходящего.

Глянув на озеро, решаю перейти ближе к делу.

— Как мне кажется, вы живёте здесь уже давно. Скорее всего многие сотни лет. И догадываетесь, что с этим озером что-то не так.

Секунд десять он молчит, сверля меня глазами и видимо размышляя, что ответить. В конце концов, начинает говорить.

— Это наше озеро. И вам лучше послушать меня по хорошему — бывали здесь уже…разные. Но как видишь, Дорсы всё ещё тут. А вот чужаки сгинули, все до единого.

До Фосстона постепенно начинает доходить, что ситуация, мягко говоря нестандартная — сейчас капитан задумчиво изучает водную гладь. Сам я, пробую объяснить рыбаку, что на этот раз удача ему скорее всего не улыбнётся.

— Не думаю, что раньше вы сталкивались с таким же противником, как мы. Выбор невелик — либо вы позволите нам сделать то, ради чего мы забрались в эту глухомань, либо семья Дорсов прервёт свою линию уже сегодня.

Дед внезапно улыбается.

— Раз думаешь, что можешь справиться — сделай что-нибудь. Давайте — пробуйте. И посмотрим, что будет дальше.

Выглядит он весьма уверенно. И сложно сказать, есть ли у него серьёзные основания для такого поведения. Впрочем, даже если так — отступить сейчас, будет откровенной глупостью. Глядя на старика, отдаю команду Фосстону.

— Убери своих солдат на опушку леса — заметите движение, открывайте огонь.

Офицер непонимающе морщится, но всё-таки отдаёт приказ. А рыбак чуть усмехается, скользя по нам взглядом и что-то бормоча себе в седые усы.

Мы бьём почти одновременно — я, Эйкар и Айрин. Сразу три нотные связки — я пускаю в дело всё тех же муравьёв, виконтесса заливает противника пламенем, а старый маг похоже использует что-то замудрённое и ударяющее по организму цели изнутри. По крайней мере, внешних визуальных эффектов у его комбинации я не замечаю.

В первые секунды кажется, что у старика нет ни единого шанса, но когда огонь заклинания Айрин прокатывается дальше по земле, понимаю — он вполне неплохо себя чувствует. Более того, усмехается глядя на нас.

А спустя мгновение, мозг осознаёт, как изменилось его тело — такое ощущение, что поры кожи раздались, став шире и выпуская наружу воду. Он в целом, раздаётся в стороны, становясь объёмнее и источая воду. Грохочет пулемёт Железяки и рявкают винтовки, но свинец наталкивается на взметнувшуюся из озера воду, которая тормозит пули.

Прежде чем успеваю сообразить, что делать — слева от меня в воздух поднимается водная масса, моментально нас накрывшая. Эйкар успевает выставить стихийный щит — вода замерзает прямо над нашими головами, формируя ледяной купол. Но вот старый рыбак остаётся за его пределами — снаружи, где ревёт вода. Что-то кричит Микка, но из-за шума не выходит разобрать слова. Обернувшись на Эйкара, понимаю, что маг изрядно удивлён. И как я понимаю, план действий у него отсутствует. Как, собственно и у меня — цели даже не видно, в каком направлении бить магией, абсолютно непонятно.

Тем временем, ситуация с щитом меняется — водная масса за его пределами, вместо того, чтобы замерзать, касаясь льда, начинает его постепенно растворять. Глядя на фонтаны пара, пробивающиеся сквозь толщу воды, осознаю, что мы накрыты, как минимум несколькими тоннами кипящей жидкости. Эйкар сыпет магическими символами, выпуская в воздух поток нот и щит пока держится. Но не факт, что такая ситуация продлится долго.

Судорожно перебираю в голове варианты комбинаций, связанных с водной стихией, но потом понимаю, что это бесполезно. Вода снаружи явно не самая обычная и старик точно может ею манипулировать. Сомневаюсь, что получится обратить её против него.

Над головой опасно трещит лёд, который с трудом выдерживает напор кипятка снаружи, а в голову приходит неожиданная мысль. Вокруг нас лес — там точно должны быть останки мёртвых животных. А судя по тому, как он прикрылся от свинца — физического урона этот древний любитель озерной рыбы, всё же опасается. Осталось только каким-то образом добраться до него. Единственное, что подходит под такую задачу — одна из комбинаций, создающая полевых некроконструктов. Её и пускаю в дело, пытаясь дотянуться до костей в лесу. С удивлением понимаю, что ощущения сильно смазаны — такое впечатление, что я пробую достать не до скелетов, находящихся в полусотне метров отсюда, а пробиваюсь к чьим-то костям, лежащим за лигу.

«Улов» оказывается весьма скромным — всё, что у меня получается отыскать, это остатки нескольких крыс и кости белки. Принимаюсь за следующую часть полевой комбинации, по памяти задействуя магические символы и приступив к формированию некроконструкта на основе беличьих останков. Это единственное, что можно использовать в качестве базы.

Параллельно с этим, вытаскиваю из ножен хьярк, которым делаю надрез на руке. От укола боли едва не сбиваюсь, но успеваю вовремя изменить расположение в воздухе очередной ноты. Полевая некромантия всегда требует жертв, хотя бы каких-то. И в моём случае, единственный приемлемый вариант — своя собственная кровь.

Закончив формирование конструкта, получаю доступ к его зрению — теперь есть возможность взглянуть на ситуацию снаружи. Ничего хорошего, правда обнаружить не выходит — весь берег залит кипящей водой, от которой идут клубы пара. Фосстона и его людей нигде не видно, но и угол обзора у моего кадавра не тот, чтобы разом охватить всё. Сдвинув создание в сторону, обнаруживаю старика — он стоит в стороне и с лёгкой улыбкой наблюдает за движением водной массы, которая крутится вокруг смутно различимых фигур в центре громадного шара.

Теперь, встаёт новый вопрос — как атаковать? Некроконструкт слишком мал, чтобы действовать в лоб. Плюс, как мне кажется, при его обнаружении, рыбак немедленно ударит озерной водой, уничтожив, с таким трудом созданного бойца.

Решение появляется спустя пару секунд — стараясь не разорвать связь с конструктом, делаю надрез на своей руке и принимаюсь менять его форму. Через какой-то промежуток времени, процесс заканчивается и переделанный «солдат», зарывается в землю. На территории, прилегающей к озеру относительно рыхлая почва, что сильно облегчает ему задачу. Правда приходится изменить и систему ориентирования — теперь я направляю конструкта, по памяти и отталкиваясь от давления на землю.

Вот чего мне сейчас не хватает — возможности создания яда. Любой из отравляющих алхимических составов, нанесённый на клыки этого создания, здорово бы упростил задачу. Но чего нет, того нет — приходится отталкиваться от текущих возможностей.

Вокруг всё трещит, а на голову капает вода — у Эйкара не получается держать полноценную защиту. Айрин с Джойлом уже пришли ему на помощь, но этого тоже не хватает. Происходящее вокруг слишком сильно отвлекает и я пытаюсь сконцентрироваться на управлении некроконструктом. В какой-то момент, понимаю, что большая часть сознания сейчас переключена на «подземную белку», а всё, что творится рядом со мной, я улавливаю только краем разума.

Наконец, мой кадавр оказывается прямо под целью. На всякий случай, я даже высовываю его «глаз» наружу, получив возможность разглядеть спину рыбака. Сделав ещё один надрез, снова меняю форму «белки», превращая её в небольшое прыгучее создание. Возникает некоторая проблема с зубами — их сохранилось не так много, чтобы нанести серьёзный ущерб. Но этот вопрос решается просто — прикрепляю к пасти одну из костей скелета, превратив её в подобие торчащего острого тарана.

Ещё секунда и я бросаю создание в бой — полностью вырывшись из песка, конструкт прыгает наверх и через мгновение оказывается на плече нашего противника — «таран» вонзается в шею, а следом за ним, туда же впиваются и клыки. Старик дёргается в сторону, истошно крича, а «белка» продолжает наносить удар за ударом.

Какая-то часть моего сознания осознаёт происходящее вокруг моего собственного тела — рядом что-то радостно ревёт Джойл и кричит Эйкар. Но я по-прежнему стараюсь не отвлекаться, заставляя конструкт рвать водянистую плоть. Снова режу свою руку и меняю кадавра прямо на плече противника, вгоняя все кости «белки» внутрь человеческого тела. Но и противник, наконец приходит в себя, нанося ответный удар. Пошатнувшись от внезапно разорвавшейся связи с кадавром, промаргиваюсь и обнаруживаю, что вся масса воды сдвигается вправо- Эйкар отправил её в сторону леса. А виконтесса вместе с Джойлом, уже бьют магией по рыбаку. К ним моментально подключаются призванные — они с Железякой заливают цель потоком свинца.

Тоже пытаюсь ударить боевой магией, но ноги внезапно подкашиваются и я валюсь на колени. Сначала не понимаю, в чём дело, а потом взгляд опускается на левую руку, залитую кровью. Похоже я сильно перестарался с новыми надрезами, которые делал уже будучи «в связке» с конструктом. Подняв взгляд, вижу полыхающее тело, что заваливается на землю впереди. А сверху на моё плечо опускается чья-то рука.

— Какого гхарга, Кирн? Ты зачем себя так иссёк?

Глава 11

Попытка подняться на ноги приводит к тому, что я вовсе заваливаюсь на землю. Сверху ненадолго появляется лицо Микки, которую быстро отталкивает в сторону Айрин, запускающая лечебную связку. Правда возможностей девушки не хватает и к процессу подключается Эйкар. Минут через десять уже поднимаюсь на ноги и пошатываясь, оглядываюсь по сторонам.

В некотором отдалении от нас валяется дымящийся труп старого рыбака, который едва всех не прикончил. А под деревьями, Джойл помогает подняться солдатам. Непонимающе разглядываю их, но поддерживающая меня под руку виконтесса, объясняет ситуацию — противник вывел из строя бойцов, банально заключив их конечности в замёрзшую воду. Теперь каждому из них требуется медицинская помощь, которую и оказывает здоровяк, вместе с подошедшим к нему Эйкаром. Но погибшие отсутствуют — все военные живы.

Повернувшись в другую сторону, разглядываю озеро. Старый маг переместил всю воду, что кружилась вокруг нас, далеко в лес, так что теперь водоём наполовину опустошён — видно, как в воде плещется рыба, явно не понимающая, куда пропала добрая половина небольшого озера.

Усевшись на землю, отдыхаю, изучая глазами воду, на которой периодически расходятся круги от рыбин. Раны на левой руке затянулись, но чувствую я себя всё равно отвратительно. Рядом располагается Айрин, а через какой-то промежуток времени, справа появляется Эйкар. Подняв на него глаза, интересуюсь.

— Может попробовать некроконструктом? Хотя бы проверим, что там на дне.

Тот пожимает плечами, бросив быстрый взгляд на сгоревшие останки рыбака. Но ответить не успевает — за спиной гудит Джойл.

— Он говорил, что семьёй тут живут. Значит, сейчас и ещё кто-то объявиться может?

Замечание дельное и я невольно оглядываюсь на опушку. Если сейчас на нас вывалится ещё пара таких же «мастеров», сомневаюсь, что получится с ними легко справиться. Бывший призрак же сразу запускает нотную комбинацию и после её завершения, поворачивается к здоровяку.

— Кроме нас, вокруг ни одного разумного существа на пять лиг.

Чуть помолчав, добавляет.

— Надо было сразу проверить, как мы сюда отправились.

Тут он прав — в таком случае, у нас хотя бы был шанс подготовиться к встрече с местным обитателем. Хотя, с учётом влияния осколков, никогда не знаешь, кто именно встретится на твоём пути и будет ли он опасным? Но как по мне — ни один из живых людей, подвергшихся влиянию части артефакта, не расстанется с ним по доброй воле. Бессмертие помноженное на громадную магическую мощь — кто решит добровольно лишить себя этого?

После короткой передышки, Эйкар создаёт некроконструкта, используя обнаруженные в лесу кости и запускает того в воду. Задействовать останки рыбака мы не рискнули — сложно сказать, какой фокус могут выкинуть его кости при воздействии на них обычной магией. К счастью, без водной массы над головой, магия работает, как надо и проблем с поиском материала у бывшего призрака не возникает. В моём случае всё оказалось намного сложнее, как раз из-то нескольких тонн жидкости, пропитанной магией — нужно было пробиться через всё это, чтобы дотянуться до необходимого «сырья». Собственно, видимо отсюда и такие глубокие раны на руке — мне казалось, что я делаю лишь лёгкие надрезы, тогда как на деле, без всяких сомнение всаживал сталь глубоко в мясо. Настолько, что повреждёнными оказались даже кости. Если бы не присутствие Эйкара — полноценно восстановить конечность, не вышло был.

Все эти мысли проносятся в голове, пока некроконструкт созданный старым магом погружается под воду. Перевожу взгляд с поверхности озера на бывшего призрака, пытаясь понять, насколько успешно идёт процесс. Тот сейчас занимается сразу двумя вещами — ориентируется по заклинанию поиска и управляет созданным существом, ведя его к осколку.

К моему удивлению, всё проходит гладко — минут через семь-восемь кадавр уже выбирается из воды и медленно движется в нашу сторону, порой проваливаясь в обнажившийся ил. А странные конечности, больше похожие на клешни краба сжимают кусок камня, напоминающий тот, что мы обнаружили в подвале дома травницы. Получив осколок, обматываем его материей, укладывая в сумку рядом с первой находкой и сразу отправляемся к нашим лошадям, ждущим в лесу. До них, встреченный нами старик, почему-то не добрался. Хотя, подозреваю дело больше в том, что он не видел потенциальной угрозы. А озабоченный сдерживанием воды Эйкар, не смог дотянуться до конструктов, чтобы бросить их в бой.

На этой мысли машинально кошусь на мага. Да, он в тот момент держал щит, который в буквальном и переносном смысле «трещал по швам» — сомневаюсь, что в таком положении можно свободно оперировать нотными связками. Но с другой стороны, у бывшего призрака колоссальный опыт. А установка связи с уже созданным некроконструктом в разы проще, чем создание нового. Правда идея того, что он по какой-то причине не стал выкладывать все свои козыри, тоже не выдерживает критики. В конце концов, Эйкар столько раз нас выручал, что подозрения вроде бы и не имеют почвы. Но ситуация всё равно кажется странной.

Впрочем, прямо сейчас, у нас несколько иные заботы. Если верить карте, то следующий осколок находится буквально в трёх лигах от нас. Даже с учётом того, что приходится двигаться через лес, огибая совсем густые заросли и порой выбираясь на поляны, это максимум час с небольшим. И оптимально добраться до него прямо сейчас. Если старик не врал и где-то поблизости живут его родственники — они вполне могут заявиться следом. Или уже тправились в путь, почувствовав его смерть. Кто знает, на что способны люди, измененённые осколками. Поэтому, мы хотим быстро добраться до второй части артефакта и забрав её, убраться восвояси. Конечно, если на нашем пути не возникнет никаких препятствий.

Учитывая опыт двух предыдущих случаев, решаем сделать остановку на половине пути — Эйкар снова проверяет наличие в округе живых разумных существ. Убедившись, что таковые отсутствуют — продолжаем двигаться в сторону точки на карте, пустив лошадей медленным шагом.

Для того, чтобы удержаться в седле, приходится приложить немалые усилия — после кровопотери меня мутит и управлять скакуном порой довольно сложно. Особенно, если учесть, что приходится постоянно лавировать между деревьями. Айрин выдвигает предложение заняться поиском дичи — пара кусков мяса вполне могли бы восполнить силы. Но я сам отклоняю этот вариант — сейчас нужно спешить. Когда оторвёмся от этого места, хотя бы десятка на два лиг, тогда можно будет сделать передышку.

Солдаты тоже чувствуют себя не лучшим образом — несмотря на оказанную медицинскую помощь, все помимо Фосстона и сержанта выглядят весьма бледно. А вот офицер, насколько я понимаю, крепко задумался, с чем мы столкнулись и что именно вытащили из озера. Предполагаю, он видел в деле армейских магов и прекрасно понимает, что действия встреченного нами старика, сильно отличались от классической механики. Конечно, в теории такой можно было провернуть и при помощи обычной магии. Только вот, удар подобной силы — точно не относится к полевым заклинаниям. А ничего похоже на руны, ксоты и жертвоприношения там не было.

В конце концов, капитан решает затеять разговор. Направляет лошадь так, чтобы приблизиться ко мне и повернув голову, интересуется.

— Кто это такой был? Тот рыбак, которого мы встретили около озера — на мага он никак не походил.

Увернувшись от очередной ветки, слегка поворачиваюсь к нему.

— Я же говорил — наша задача довольно опасна. И не предполагает лишней болтовни.

Тот тихо хмыкает.

— Это понятно. Но, мы там чуть все не сдохли. Причём, мой защитный артефакт даже не попытался среагировать, хотя должен защищать от любой магии.

Ещё раз глянув на меня, продолжает.

— Понятно, что он бы не помог, а сгорел бы за секунду. Но ведь даже не попробовал. Что это за магия такая?

Рядом недовольно фыркает Айрин. Я же снова смотрю на офицера.

— Вот такая магия. От которой сложно защититься и ещё проблематичнее — прикончить её носителя. Большего пока сказать не могу. Сначала, пусть Эйкар изготовит защитные артефакты, чтобы прикрыть вашу память — тогда всё и обсудим.

Таким ответом, капитан явно не слишком доволен, но по крайней мере заканчивает задавать вопросы. Если подумать — солдаты заслуживают знать из-за чего они рискуют своей жизнью. Но довериться им, я смогу только после того, как старый маг гарантирует невмешательство в их мозги со стороны.

Пройдя ещё лигу, снова делаем короткую остановку — Эйкар принимается за тот же самый ритуал поиска, используя кровь Джойла. Как итог — направление движения становится ясным и мы продолжаем движение. По мере того, как цель становится ближе, напряжение растёт. Солдат отправляем в арьергард, наблюдать за тылом. А вперёд вырываются Железяка и Хьясса. Микка предпочитает держаться ближе ко мне, чем вызывает определённое недовольство виконтессы, порой бросающей на призванную яростные взгляды. Надо будет потом как-то объяснить, что она просто телохранительница и никаких близких контактов за время отсутствия Мэно у нас не было.

Лениво рассуждаю об этом, старательно пытаясь не грохнуться с лошади, когда вижу, как тормозит своего скакуна Хьясса. А сразу за ней останавливается и механоид, поднявший пулемёт. Подъехав ближе, понимаю в чём причина их поведения — прямо перед нами лужайка, на которой раскинулось громадное дерево.

Хотя, если подумать — это не оно выросло на небольшом лугу, а скорее наоборот — пространство рядом очистилось из-за исполинских размеров ветвей, которые перекрыли свет для всей остальной растительности. Хьясса пускает свою лошадь вперёд и в воздухе слышится окрик Эйкара.

— Стоять! Осколок прямо внутри него.

Матерясь про себя, ещё раз прохожусь взглядом по этой махине. Теперь понятно, за счёт чего оно так разрослось. Когда-то рядом с ним, наверняка были и другие деревья, но судя по всему, за прошедшую тысячу лет, они уже давно превратились в перегной.

Впрочем, самый важный вопрос озвучивает Джойл. Задрав голову, рассматривает здоровенные ветви, закрывающие солнце, после чего изрекает.

— А оно то как может быть опасным?

Повернув голову, сталкиваюсь взглядом с Эйкаром, который задумчиво проводит пальцами по правой щеке.

— Пока не знаю. Но с голыми руками мы туда точно не сунемся.

Отступив назад, спешиваемся, разбив что-то вроде временного лагеря. Солдаты занимают позиции вокруг, а мы занимаемся вариантами проверки опасности со стороны дерева. В теории, оно не должно обладать разумом. Но при этом, осколок вполне мог изменить саму её природу, наделив неизвестными качествами. Учитывая, что наша цель находится либо где-то под корнями, либо вообще в стволе — нам однозначно придётся нанести повреждения этому исполину. На что он может среагировать вполне предсказуемо — ударить по нам в ответ.

Как результат — для разведки задействуем некроконструкт, созданный Эйкаром. Неказистый карлик, собранный из всего, что нашлось поблизости, топает к стволу лесной махины, держа топор одного из солдат. Мы же ожидаем под ближайшими целыми деревьями, наблюдая за процессом.

Пока маг занимался формированием нашего разведчика, ненадолго отлучившаяся Микка приносит зайца, которого уложила броском ножа. Так что теперь ноздри ощущают аромат мяса, которое прямо сейчас жарится на костре. Айрин при виде призванной, несущей за уши добычу, недовольно хмурится, но против идеи приготовить дичь, не возражает.

Приглядываюсь к некроконструкту, ожидаю реакции дерева на приближение опасности. Пока она нулевая — всё выглядит абсолютно спокойным. В душе есть лёгкая надежда на то, что таким этот дуб-переросток и останется, но ситуация быстро меняется, когда карлик добирается до ствола. Преодолев расстояние, отделяющее нас от цели, тот вскидывает топор, врубая его в древесину. Ему немедленно отвечают — две толстые нижние ветви, изогнувшись под неестественным углом, стремительно опускаются вниз и с двух сторон захватывают некроконструкт, поднимая его в воздух. Где буквально за секунду разрывают тело на части.

Что интересно — след от удара топора моментально затягивается, как будто его и не было. Переглядываемся и Джойл озвучивает своё предложение.

— Может просто попробовать его сжечь?

Эйкар задумывается, а у меня перед глазами появляется картина с вылезшим из земли деревом, которое быстро прёт на нас, размахивая горящими ветвями. Махнув головой, отвечаю вместо старого мага.

— Если оно так среагировало на кадавра с топором, то вполне способно вылезти из земли. Или пустить в ход корни, которые могут быть прямо под нами.

Взгляды присутствующих сразу утыкаются в землю. А я уже озвучиваю вопрос.

— Эйкар — мы сможем выстроить вокруг него защитный барьер или что-то вроде этого? Чтобы ударить и быть уверенными, что оно не сможет до нас добраться, даже если захочет?

Маг ненадолго задумывается, оглядывая лес.

— Есть варианты. Но на это понадобится время.

Посмотрев на небо, достаёт карманные часы и покачивает головой.

— К ночи, возможно успеем. Сам понимаешь — для этого придётся задержаться.

Подтекст и так понятен — учитывая наличие поблизости потенциального противника, оставаться в лесу надолго не следует. Впрочем, если подумать — тот рыбак был силён в основном за счёт озёрной воды, с которой крайне ловко управлялся. Предполагаю, что и в отдалении от водоёма он тоже был на многое способен. Но вряд ли смог действовать с таким же уровнем эффективности.

Озвучиваю это всем остальным, а Эйкар снова проверяет лес на наличии разумных существ поблизости. Сходимся на том, что каждые пятнадцать минут станем мониторить ситуацию вокруг при помощи этой нотной комбинации. Даже всадник не успеет преодолеть пять лиг по лесу за четверть часа — так что, такая схема исключит наличие рядом возможного врага.

Сами же возвращаемся к костру, где уже готова первая порция зайчатины. Жадно впиваюсь зубами в мясо, а Микка с Хьяссой снова отправляются на охоту — раз мы остаёмся здесь надолго, то нужно обеспечить провиантом всех. Пока они снова появляются, я успеваю съесть треть тушки, а остальное делят между собой другие члены отряда. Для того, чтобы насытиться, этого не хватает, поэтому вид ещё семи принесённых ушастых вызывает радостный гомон среди солдат, успевших изрядно проголодаться.

Впрочем, ждать им не позволяет Фосстон, который гонит всех на посты около лагеря. Мы же, вместе с Эйкаром отправляемся к громадному дереву, занявшись подготовкой ритуала. Как и говорил маг — на выполнение задачи уходит масса времени. Не знаю, как он всё это держит в памяти, но бывший призрак сам чертит первые образцы рун, чтобы у нас был пример. И не зря — на тридцатом магическом символе, я уже успеваю забыть, каким был первый. Всего же их задействовано не меньше сотни.

В процессе подготовки, Джойл с Айрин и Хьяссой отправляются на поиски животных. Отходят недалеко — разместившись в сотне метров от лагеря, пускают в дело магию зачаровывания. Пару нотных комбинаций, позволяющих привлечь внимание определённых зверей. По мере того, как те появляются, на них применяются связки контроля. В итоге, эта троица возвращается с десятком оленей и двумя лосями. Единственные крупные звери, вышедшие на «зов».

Заканчиваем мы действительно уже в сумерках. Теперь громадное дерево окружено широким поясом рун, начерченных на земле. Они же красуются на коре его более мелких собратьев — магические символы повсюду. По словам Эйкара, они сформируют стену четырёх стихий — огня, воды, земли и воздуха, которая начнёт сжиматься вокруг нашей цели, пока не обхватит её со всех сторон, чтобы в итоге уничтожить. Если верить магу, вырваться из подобной ловушки стоящей на месте цели, практически невозможно. Заклинание требует массы времени на подготовку, но и противодействовать ему крайне сложно, даже если ты обученный маг. А в нашем случае, мы имеем дело пусть и с могущественным, но скорее всего неразумным противником.

Влив в себя по металлической кружке горячего сорка, ещё раз проверяем окрестности при помощи комбинации Эйкара и шагаем к месту действия. Несколько секунд стоим на месте, разглядывая исполина, шумящего листвой, а потом Эйкар тянет из ножен хьярк.

— Посмотрим, как долго оно продержится.

Глава 12

Эйкар принимается за нотную комбинацию, всаживая хьярк в первого оленя и руны, одна за другой начинают загораться зелёным, разгоняя темноту. По мере того, как свечение усиливается, древесный великан всё больше беспокоится — я вижу, как быстро движутся ветви, рассекая сумрачный воздух. Как по мне — дерево чувствует угрозу и сейчас пытается понять, что именно происходит.

Правда, до момента, когда заклинание начинает работать, наш противник всё равно не успевает. Всё происходит одномоментно — за долю секунды в воздухе возникает ревущая стена из четырёх компонентов. Как и говорил Эйкар — все четыре стихии, которые наслаиваются друг на друга. Грубо говоря, сразу четыре стены, объединённые в одну.

Высота барьера, навскидку — около сорока метров и он почти перекрывает высоту дерева. Поэтому нам толком не видно, что происходит внутри, можно отталкиваться только от звуков. Первые секунд десять, пока стена неспешно сжимается вокруг цели, внутри практически ничего не происходит. А потом воздух наполняется треском древесины и барьер прогибается с нашей стороны. Потом, это происходит снова и снова — противник наносит мощные удары изнутри, пытаясь вырваться наружу.

Опасаюсь, что махина всё-таки проделает себе путь наружу, но тревога не оправдывается — стена надёжно выдерживает все удары. А в воздухе всё более отчётливо слышится рёв древесной махины. Как я предполагаю — резонирует с воздухом, за счёт чего и выдаёт подобные звуки.

Уже отчасти расслабляюсь, поняв, что пробить заклинание Эйкара нашему противнику всё-таки не под силам, когда ситуация меняется. В момент, когда стена уже сжимается вплотную около цели, а «вопли» переходят совсем на высокую ноту, земля на лужайке взбрыкивает. Вверх бьют фонтаны почвы, в которых смутно проглядывают очертания корней, которые по своей толщине не уступают ветвям дерева.

— Каменный пол! Давайте!

Среагировав на вопль Эйкара поворачиваюсь к стоящему рядом лосю, доставая хьярк. С другой стороны от животного, то же самое проделывает Айрин. Наш резервный план на случай, если противник действительно задействует корневую систему — заклинание, которое должно закрыть всю поверхность лужайки камнем.

В момент, когда оно начинает действовать, в воздухе уже болтается масса корней, часть из которых находится в опасной близости от нас. Ещё немного и доберутся до пояса рун, разрушив работу заклинания. Краем глаза наблюдаю, как над поверхностью земли проносится волна серого тумана, через секунду превратившаяся в сплошную каменную плиту, занявшую всё свободное пространство внутри лужайки, за исключением самого центра, путь к которому преграждается ревущая стена.

На поверхности каменного пола извиваются куски обрубленных корней, а по самой плите снизу долбит корневая система дерева. Глянув на трещины, быстро ползущие по камню, перемещаюсь ко второму лосю, в которого мы всаживаем хьярки одновременно с Айрин. Дополнительная порция силы помогает удержать нашу защиту на месте — как ни старается противник, пробиться у него не выходит.

Стена за это время успевает добраться до самого дерева, сдавив его со всех сторон и то предпринимает отчаянные попытки как-то нам помешать. Так что продолжаю терзать плоть несчастного животного сталью, вливая новый поток энергии в наше с виконтессой заклинание. Нельзя дать противнику прорваться до момента, пока старый маг закончит основную работу.

Как ни странно — у нас всё получается. Наверное, впервые всё идёт почти по плану — дерево, зажатое в тиски стеной четырёх стихий постепенно затихает, превращаясь в пепел и труху. А корни прекращают молотить снизу, оставив попытки вырваться на воздух.

После того, как Эйкар останавливает своё заклинание и ревущий смерч, в который превратилась изначальная стена, распадается, мы с Айрин тоже прерываем поддержку. Камень правда никуда не исчезает — он так и покрывает всю поверхность луга. Вот от громадного лесного исполина не осталось практически ничего — только груда пепла и древесной трухи.

Собравшись на условной «опушке», переглядываемся и я поворачиваюсь к Железяке.

— Идёшь первым. Если возникнет опасность — сразу отступай.

Механоид издаёт странный поскрипывающий звук и через секунду уже шагает вперёд, сжимая в руках пулемёт. Внимательно наблюдаем за ним, но стальной боец без всяких препятствий добирается до назначенного места, после чего поворачивается к нам, явно ожидая новых приказов. Выждав ещё несколько мгновений, кричу.

— Оставайся на месте и жди нас.

Теперь вперёд отправляемся мы с Эйкаром и Айрин. Удостоверившись, что опасности действительно нет, привлекаем к процессу изучения останков дерева и всех остальных, за исключением нескольких часовых. После десяти минут поисков, Джойл задумчиво гудит.

— Может его тоже того — в пыль растёрло. Заклинание то мощное было.

Выпрямившийся Эйкар, с хрустом потягивается.

— Сомневаюсь, что эту дрянь может уничтожить обычное боевое заклинание, пусть и мощное. Тут нужна магия иного уровня.

Угукнувший здоровяк возвращается к работе, а ещё через несколько минут Хьясса вытаскивает из груды пепла искомый осколок. На этот раз, он отправляется к Джойлу, мы решаем, что держать все три части артефакта вместе, это опасно. Да, те два куска камня, что всё это время находились у Эйкара, пока не начали взаимодействовать, но это не означает, что расклад будет сохраняться таким на протяжении длительного времени. Поэтому, ещё один из осколков отправляется к Айрин. К тому же, есть и ещё один плюс — в случае чьей-то гибели, мы не потеряем всё найденное. Вслух об этом никто не говорит, но резон и так очевиден.

Закончив с поисками, ещё раз проверяем округу на предмет наличия живых и разумных существ. На этот раз, Эйкар утверждает, что где-то вдалеке, на самой границе действия нотной связки, есть человек. В каком направлении движется — непонятно. Может быть он вообще никак не связан с происходящим вокруг и ему нет до нас никакого дела. Но рисковать не хочется — забравшись на лошадей, начинаем пробираться через лес, пытаясь выбраться на дорогу.

Путешествие по ночному лесу при свете Луны, который пробивается через кроны — занятие далеко не самое интересное и отнюдь не быстрое. К счастью, через полчаса мы попадаем на заросшую травой просёлочную дорогу. По ней явно редко кто-то ездит, но в нашем случае это позволяет в несколько раз увеличить скорость, удаляясь от места событий.

Останавливаемся только через полтора часа, когда запас моих сил практически иссяк. Жареная зайчатина и пара лечебных комбинаций дали возможность принять участие в атаке и выдержать скачку, но сейчас организму нужен отдых. По этой причине оставляю все технические вопросы на своих спутников, а сам почти сразу заваливаюсь на лежанку, моментально отключаясь.

* * *

Утро встречает прохладой, росой и лязгом металла. Приподнявшись, понимаю, что это Железяка — механоид просто меняет позицию.

На завтрак всё та же жареная зайчатина и сорк, которого у нас, к счастью в избытке. В процессе обсуждаем, как быть с четвёртым осколком. Он находится в Ларефе — городе, что за четыре сотни лиг отсюда. На лошадях, даже с учётом скорости наших некроконструктов — слишком далеко. А если учесть все опасности, которые могут встретиться по дороге — ещё и опасно. На всё это накладывается необходимость отправиться на западную оконечность империи, сейчас заполненную монстрами. С каждым днём, их становится всё больше, а вероятность успех нашей экспедиции туда, напротив снижается.

Когда мы заходим в тупик, не зная с какой стороны подступиться к вопросу, слово берёт Фосстон. Развернув карту, тычет в неё пальцем.

— Смотрите, всего в двадцати лигах от нас небольшой город Ризв. Выросший в своё время вокруг имперской железнодорожной станции. Понимаете, что это значит?

Сделав короткую паузу, сразу же продолжает.

— Сейчас, это один из крупнейших железнодорожных узлов западной части Норкрума. Там наверняка отыщется работающий локомотив, к которому можно прицепить пассажирский вагон.

Опустив глаза на карту, ведёт пальцем по бумаге.

— А вот и сама железная дорога — можем добраться до самого Ларефа. Получим возможность двигаться круглые сутки, без остановок и в относительной безопасности. Пусть и придётся сделать крюк, но всё равно выйдет быстрее, чем на лошадях.

Изучаю глазами карту. По железной дороге, от Ризва до Ларефа — около семисот лиг. Скорость паровоза, с учётом того, что порой придётся снижать её — тридцать-сорок лиг в час. Грубо говоря, мы сможем добраться до цели за сутки, вместо того, чтобы трястись в сёдлах четыре дня, ночуя непонятно где.

Определившись, снова громоздимся в сёдла и скоро уже скачем по дороге. Через десять лиг она соединяется с полноценным трактом, который ведёт к городу. А ещё через семь мы останавливаем скакунов, завидев впереди следы столкновения. Несколько десятков опрокинутых телег, разбросанные куски тел и полное ощущение, что здесь произошла настоящая бойня.

Медленно продвигаемся вперёд, держа оружие наготове и скоро оказываемся на месте событий. Никого живого здесь нет. Судя по состоянию тел, схватка произошла, как минимум сутки назад или больше — если кто-то и уцелел, то уже давно сбежал. И при наличии определённого везения, находится далеко отсюда.

Что куда более интересно — разгромленная неизвестными колонна, направлялась не в город, а из него. Похоже группа смельчаков решила рискнуть, попробовав самостоятельно отправиться на восток. Только вот дальше трёх лиг от Ризва они не ушли.

Дальше движемся уже на порядок осторожнее, будучи готовым к тому, что нас в любой момент атакуют. И успешно добираемся до распахнутых городских ворот, перед которым лежит десятка два мёртвых тел. Переглянувшись, всё-таки отправляемся вперёд, постепенно приближаясь к открытым створкам. Судя по всему, город уже пал под натиском мутантов и теперь основной вопрос — остались ли они где-то внутри или уже убрались восвояси, перебив всё население. А ещё в голове сама собой возникает теория — на протяжении всего пути, мы не сталкивались с монстрами в лесах, хотя по идее такая вероятность была довольно высока. Возможно как раз по той причине, что они перешли к стратегии объединения в крупные отряды и нападений на населённые пункты? На определённые сомнения наталкивает только их уровень интеллекта — для таких фокусов, хотя бы некоторые из мутантов должны быть относительно разумными.

Когда оказываемся внутри городских стен, становится понятно, что в Ларефе скорее всего и правда не осталось живых — ни единого звука, ни одного движения. Город как будто вымер. Повернув голову к Фосстону, настороженно оглядывающему ближайшие дома, уточняю.

— Знаешь, где находится станция?

Капитан медленно кивает.

— Если двигаться по главной улице, то ярдов через пятьсот надо будет повернуть направо. Там по прямой и уткнёмся прямо в неё.

Перевожу взгляд на Эйкара.

— Можешь проверить, есть ли здесь мутанты?

Тот покачивает головой.

— Комбинация работает только с известными магической науке разумными существами. Боюсь, монстров Палача она не обнаружит.

Вздохнув, оглядываю относительно широкую улицу, что лежит прямо перед нами. Это, видимо и есть «главный проспект» Ризва, который должен привести нас к станции. Какое-то время колеблюсь, выбирая между вариантами — попробовать добраться до цели тихо или сделать ставку на скорость. Потом решаю, что в пустом городе цокот копыт по мостовой всё равно будет разноситься крайне далеко — если поблизости есть противник, он нас точно услышит. Так что нет особого смысла пытаться спрятаться.

Отдаю команду и через мгновение наши некроконструкты уже мчатся галопом по брусчатке. Спустя короткий промежуток времени, Фосстон в голос орёт, показывая направо и мы притормаживаем лошадей. К счастью, офицер предупреждает о повороте заранее, так что не приходится возвращаться.

Полностью останавливаемся только перед запертыми воротами станции. Раньше она явно была сама по себе, на что намекает внушительная каменная стена. Внешние укрепление видимо появились, когда количество жителей снаружи стало критично большим и поселение получило статус города.

Спрыгнувший с лошади Железяка, направляется к запертым воротам, намереваясь освободит нам путь. В момент, когда механоид уже вплотную приблизился к цели, за спиной кто-то истошно кричит. Повернув голову, обнаруживаю, что один из солдат Фосстона сползает с лошади, продолжая во весь голос орать и пытаясь обеими руками дотянуться до своей спины. Вытаскивая револьвер, пытаюсь понять, в чём дело, когда боец буквально взрывается, фонтанируя кровью и клочьями мяса. А из его развороченного тела выскакивает какая-то окровавленная тварь, немедленно скользнувшая в сторону ближайших домов. В воздухе грохочут выстрелы и добежать существо не успевает — несколько раз дёрнувшись от попаданий, тыкается мордой в землю.

Единственное, что понятно с такого расстояния — нападавший чем-то напоминает выдру. Или соболя. Непонятно только, как он оказался в теле военного и почему произвёл такой эффект?

Эта загадка раскрывается через несколько секунд — по земле, в нашу сторону скользит целый десяток таких же, только размером поменьше. Вовсю хлопают винтовочные выстрелы, а Джойл обрушивает на мутантов волну пламени, поджаривая маленькие тушки. Оглянувшись на Желязяку, понимаю, что тот всё ещё возится с заблокированными воротами. А в воздухе звучит голос Микии.

— Огонь!

На этот раз нас атакует с десяток тварей покрупнее — очертания морд похожи на предыдущих, но эти куда больше в размерах. Сначала кажется, что так будет даже проще, попасть по ним из огнестрельного оружия куда легче. Но скоро выясняется, что обычные винтовочные пули тех не берут. Вот «Лоун» Джойла, при попадании в голову, сразу отправляет на тот свет. Но такое ружьё у нас всего одно.

Поэтому в ход снова идёт магия. Ледяные глыбы, сформированные Айрин, пришибают к земле нескольких тварей, ещё пару я укладываю связкой с муравьями, а оставшихся один ударом добивает Эйкар. Правда это не мешает появляться всё новым и новым целям, которые так и сыпятся из-за домов. Очень быстро становится понятно, что вид мутантов здесь на самом деле один. Вот только размеры у них разные — видимо всё зависит от степени насыщения человеческой плотью.

Перекрывая стрельбу и звуки боевых нотных связок, ревёт механический голос нашего стального солдата.

— Готово! Ворота открыты!

Фосстон тоже рявкает, отдавая приказ солдатам, а остальные почти синхронно отступают, без всякой команды. Перед тем, как пройти через ворота, Эйкар обрушивает на атакующих громадную волну пламени, которая захлёстывает монстров, докатываясь до соседних домов. А я поворачиваю голову к имперскому офицеру.

— Куда дальше?

На лице капитана отражается усиленная работа мысли и я понимаю, что на территории самой станции, он скорее всего не был. Как итог — просто мчимся вперёд, мимо большого здания из красного кирпича и добравшись до его угла, ненадолго останавливаемся. Отсюда видны железнодорожные пути, на которых стоят локомотивы, вместе с прицепленными вагонами. А слева от нас — полотно основной железной дороги, которая должна вывести нас из города.

Один из солдат внезапно тычет пальцем вперёд.

— Надо взять вон тот!

Видимо уловив наше удивление, коротко объясняет.

— У меня дядя на железной дороге работает — тот локомотив из новых и его к перегону готовили.

Пускаем лошадей вперёд и воздух рвёт пулемётная очередь — взобравшийся на своего скакуна механоид решил пройтись пулемётной очередью по монстрам, что активно лезут через стену. Пока скачем, успеваю заметить, что и справа появился противник — со стены вниз сыпятся чёрные тела, быстро исчезающие в траве. Выматерившись, успокаиваю себя тем, что совсем скоро мы сможем отсюда убраться. О том, что локомотив может быть повреждён, стараюсь не думать — это не совсем то, что сейчас нужно.

Когда приближаемся к паровозу, позади которого прицеплены два вагона, отправляю внутрь того самого солдата и Фосстона — проверить его состояние. Остальные спешиваются, фактически занимая круговую оборону. Хотя, мутантов уже столько, что огнестрельное оружие практически не помогает — эффективно работает лишь магия.

Несколько раз подряд наношу удар масштабными порывами ветра, в которые вплетаю осколки льда и поняв, что число атакующих лишь растёт, поворачиваю голову в сторону паровоза.

— Как он? Сможет отправиться? Долго мы здесь не продержимся!

Глава 13

Паровоз трогается с места спустя ещё несколько минут. За это время Эйкар успевает трижды нанести сокрушительные стихийные удары, отправляя волны пламени и льда навстречу орде мутантов. Не отстают и остальные — мы непрерывно бьём магией, а солдаты выпускают пулю за пулей, сосредоточившись в основном на темпе стрельбы — целей перед нам столько, что промахнуться практически невозможно.

В конце концов со ступенек свешивается Фосстон, глаза которого при виде массы атакующих нас тварей, лезут на лоб.

— Всё готово! загружайтесь!

Один за другим запрыгиваем внутрь. Последним забирается Эйкар, перед этим ещё раз ударивший по наступающим мутантам массовым заклинанием — от локомотива расходится большая волна пламени, накрывающая ряды атакующих монстров. Так мы и трогаемся в путь — под запах палёного мяса и скулёж раненных противников.

Правда, дорогу к воротам снова приходится очищать боевыми заклинаниями — пока мы втроём, бьём по тем мутантам, что остались позади, старый маг наносит мощные удар воздухом, который расшвыривает в разные стороны тварей и буквально сносит металлические створки, открывая нам путь наружу.

Наполовину вывесившись из паровоза, стараюсь не обращать внимания на стремительно нагревающиеся крейнеры и одну за другой воспроизвожу нотные комбинации, стараясь нанести максимальный урон. А в какой-то момент вспоминаю о старой связке, которую Эйкар передал мне, ещё будучи бесплотным призраком. Той самой, что создаёт множество копий тебя самого, помогая ускользнуть от врагов.

Ноты с трудом оживают в памяти, но как итог — среди разъярённых мутантов возникает масса моих, вполне натурально выглядящих копий. Срабатывает это не хуже масштабного магического удара — пытаясь достать до целей, преследователи сбиваются с быстрого ритма и пролетая сквозь призраков, образуют беспорядочную свалку. Некоторые умудряются ещё и вцепиться в своих же собратьев, чем только усугубляют ситуацию.

Через пятнадцать секунду мы уже проезжаем через ворота и крохотный состав принимается набирать ход, всё дальше удаляясь от станции. Количество преследователей быстро сокращается, а потом они и вовсе почти исчезают из виду. Та орда мутантов, что собралась около станции, привлечённая шумом, теперь где-то позади. Периодически на маршруте движения возникают небольшие группы монстров, но это уже не проблема — их слишком мало, чтобы застопорить ход локомотива. К тому же мелкими стаями, они ведут себя куда более разумно и под колёса паровоза стараются не лезть. Так что остаётся только плотно закрыть двери и наблюдать за железнодорожным полотном, чтобы не пропустить возможное появление крупного отряда противника.

Притормозить приходится только перед выездом из города — Эйкар снова пускает в ход магию, уничтожая ещё одни ворота и скоро мы уже провожаем взглядами остающиеся сзади стены. Когда Ризв окончательно исчезает из виду, слышится голос Джойла.

— Как мы теперь без лошадей то? Ежели с паровозом что случится, то всё — пешком далеко не уйдём.

К нему поворачивается смотрящий в окно Эйкар.

— На самый запад нам всё равно пришлось бы отправиться как-то ещё. А до Ларефа этот поезд нас должен дотащить.

Судя по лицу здоровяка, его такой ответ не слишком устраивает. Но уроженец Хельгина предпочитает промолчать. А вот Айрин, которой явно не нравится, что мы стоим едва ли не вплотную в относительно небольшом пространстве, озвучивает предложение.

— Давайте осмотрим вагоны? Там же было прицеплено сразу два.

Перемещаемся назад и скоро проходим по первому из вагонов — грузовому, с узким проходом посередине и ёмкостями, заполненными углём по бокам. Следом за ним — жилой купейный. Видимо для того, чтобы экипаж паровоза мог отдохнуть в дороге.

Десять четырёхместных кабин позволяют с комфортом разместиться всему отряду. В самом локомотиве остаётся Фосстон и двое его солдат. Один из них занимается управлением, а второй выполняет роль кочегара. Плюсом к ним, там же размещаю механоида. В случае внезапной атаки, его пулемёт может здорово пригодиться. Изначально собираюсь оставить с ними и одного из магов, но потом решаю, что на такой скорости, нам не стоит всерьёз опасаться мутантов. Все, кого мы видели — не так велики в размерах, чтобы затормозить поезд, пусть даже он и состоит только из паровоза и пары вагонов. А если кто-то из мелких монстров рискнёт сунуться — его просто снесёт.

Поэтому, после того, как солдаты занимают два купе в начале вагона, а обе призванные оккупируют ещё одно, в середине, мы собираемся на импровизированное совещание в хвосте. Первым, внезапно начинает говорить Джойл. Обведя нас взглядом, мрачно чеканит слова.

— Я вот чего думаю. Мы сейчас собирали три осколка и едем за четвёртым. Если повезёт, то и его тоже себе загребём. Но мы же не знаем, что с ними дальше делать? Как использовать против Рэна? А он, прямо сейчас, к столице марширует и думается мне, возьмёт её.

Переглядываемся и я уточняю.

— Ты это к чему?

Парень косится на Эйкара.

— К тому, что может стоит сначала разобраться, как это всё работает? Как знать — вдруг трёх или четырёх осколков будет достаточно? Тогда нам и дальше не придётся, считай ничего делать.

Айрин, глянув в окно на проносящийся мимо лес, хмыкает.

— Ну да — всего лишь надо будет как-то разобраться с мятежными хёрдисами, схорами и Айвендо. Ты похоже забыл, что помимо Рэна у нас ещё масса проблем, которые станут глобальными, сразу после его гибели.

Джойл с чуть пристыженным видом замолкает, а к беседе присоединяется Эйкар.

— Для изучением осколков, нужна лаборатория. Алхимические реактивы, магические артефакты и что самое главное — время. Хотя бы одни спокойные сутки, которые я смогу полностью посвятить работе. Как мне кажется, до момента, как мы закончим на западе, такой возможности не представится. После того, как выберемся отсюда, можно будет провести день или два за изучением найденных частей артефакта и набросать какие-то варианты его использования.

Здоровяк ненадолго задумывается и всё же уточняет.

— Но мы ведь всё равно не успеем собрать все десять осколков. До тех двух, что на западе, может ещё и доберёмся, но вот на востоке всё будет не так просто — там орд мутантов пока ещё нет. Не говоря уже о княжестве Спашена и южных королевствах. Пока мы будем курсировать туда-сюда, Рэн захватит Схердас и станет императором.

Старый маг усмехается.

— Если смотреть на вещи формально, то он всё ещё император. Титула и короны его никто не лишал, просто посчитали мёртвым. Так что плюс один законный правитель Норкрума.

Слегка мрачноватая шутка заставляет усмехнуться, но разум продолжает обрабатывать доводы Джойла. С какой стороны ни посмотри, они вполне резонны. Если мы решим собирать все осколки, то на это уйдёт масса времени. Не говоря о том, что до части артефакта, что находится в южных королевствах, добраться будет крайне сложно. Не сказать, что невозможно, но пока я слабо представляю, как мы это сделаем. Собственно, то же самое верно и в случае с пятым камнем, который нам нужно найти на западе.

Отвлекаясь от размышления, задаю вопрос, который вертится на языке.

— Предлагаю перейти к более насущным вопросам. Как нам добраться до пятого осколка? Эйкар, где именно он находится?

Спустя несколько мгновений, выясняется, что нужная нам часть артефакта, в городе Борнэф — порту на самом западе империи. Одна из провинций, которые сильнее всего пострадали от мутантов. С точки зрения старого мага, если там и остались отдельные очаги сопротивления, то уже совсем скоро они падут. А между нами — громадное пространство, кишащее мутантами всех мастей.

Какое-то время все молчат, после чего Айрин выдвигает первую идею.

— Может быть морем, раз там порт? Доберёмся до побережья, пусть даже на этом поезде, реквизируем там корабль и отправимся дальше по воде. В Борнэфе оценим ситуацию, высадимся и уберёмся сразу, как заполучим артефакт.

Цокнувший языком Эйкар, сразу же указывает на недостатки.

— Корабль привлечёт внимание — скрытно на нём к берегу не подойти. Если только высаживаться в стороне от города, но нам такой вариант не подойдёт — пробиваться к стенам всё равно придётся с боем, раскрыв себя. А если выгружаться на шлюпках в порту, то это превратится в настоящий штурм. Для чего у нас не хватит ресурсов. Будь тут армейская бригада с полным штатом магов, тогда да — можно было бы попробовать. Но не с горсткой солдат и одним выпускником Хёница.

Немного помолчав, предлагает альтернативный вариант.

— Есть ещё один путь. По воздуху, а не по воде. Дирижабль может кружить над городом и тихо спуститься ночью. Поисковый ритуал проведём прямо там и потом десантируемся в нужном районе.

Джойл непонимающе морщится.

— С дирижабля? Ему же нужна причальная башня.

Бывший призрак отрицательно качает головой.

— Я же не предлагаю его швартовать — пусть просто снизится на высоту, с которой можно будет безопасно спуститься вниз.

Тоже вклиниваюсь в разговор, детализируя.

— При помощи магии?

Теперь старый маг поворачивается ко мне.

— Можно с помощью нотной комбинации — просто создав подушку воздуха, достаточно плотную для удержания наших тел и их плавного спуска вниз. А можно, как солдаты — на верёвках. В своё время, так прикончили одного из южных правителей. Тот усилил свою резиденцию по максимуму — всё было в артефактах, а численностью личной охраны перевалила за пятьсот человек. Опасался покушения на свою персону. Собственно не зря — одной тёмной ночью, над дворцом повис дирижабль, откуда вниз спустилось восемь обученных бойцов. Не маги — обычные люди, даже не взявшие с собой артефактов, чтобы не спровоцировать срабатывание защиты.

Усмехнувшись, продолжает.

— Никто не ожидал, что кто-то решится на такой безумный ход и отправит к королю простых солдат, вместо магов. Та восьмёрка вырезала охрану на крыше и прикончили венценосную цель вместе с парой его любовниц, прямо в постели. После чего благополучно убрались назад. Если бы не ушлые журналисты, раскопавшие историю этой операции через два десятка лет, то никто бы так и не знал, каким образом погиб один из королей юга. Тогда южане так перепугались, что подмахнули новые вариант соглашения о перемирии, долго не раздумывая.

Виконтесса с некоторым сомнением интересуется.

— А как быть, если появятся крылатые мутанты? Что с ними станем делать? По воздуху может и проще будет подобраться, но и сбить дирижабль несложно- несколько ударов по оболочке и всё.

Маг на момент хмурится, но потом сразу светлеет лицом.

— Значит выставим свою охрану. Несколько десятков крылатых химер и полёт станет куда безопаснее.

Задумчиво хмыкнув, добавляет.

— В любом случае, альтернатив я не вижу — если город полностью захвачен этими монстрами, то подобраться можно будет только с воздуха. Это тоже рискованно, но не так, как высадка с моря с последующим марш-броском через городские улицы к нужному месту.

Пока они переговариваются, в моей голове возникает совсем иная мысль, которую я сразу озвучиваю.

— Вы же помните, что было с тремя последними осколками? Вернее, людьми и деревом, которые попали под их воздействие? Если кто-то в этом Борнэфе обладает схожей силой, то как мне кажется — мутантам нужно будет сильно постараться, чтобы до него добраться.

Мэно сразу же дополняет.

— Если он вообще не сбежал из города, прихватив с собой часть артефакта. Травница вполне свободно с ним перемещалась — что мешает сбежать владельцу из охваченного хаосом портового города? Возможно, пока мы продвигаемся на запад, он в то же время движется на восток, удаляясь подальше от орд мутантов.

Выматерившись про себя, понимаю, что такое вполне может быть. А ведь о таком раскладе, я даже не подумал. Конечно, гипотеза верна только в том случае, если осколок артефакта находится у живого человека, а не застрял в какой-то дыре. Но учитывая, что это портовый город — скорее всего он как раз в руках одного из жителей. У которого практически нет резонов оставаться посреди хаоса и мутантов, истребляющих всё, что движется и не похоже на них.

В то же время, просто исключить его из поиска мы не можем. Если для того, чтобы одолеть Схэсса, нам понадобятся все десять осколков, то отсутствие одного из них, может оказаться критичным.

Видимо такие же мысли мелькают и в голове Эйкара, потому что он озвучивает как раз итог моих размышлений.

— Мы пока не знаем, сколько именно частей артефакта понадобится, чтобы одолеть Рэна. Непонятно, как они работают и что с ними делать. Поэтому придётся проверить. Если его там нет, то никто не помешает нам просто улететь восвояси.

На последней фразе сразу вспоминаются слова виконтессы о крылатых мутантах, но в целом маг прав — нам нужно проверить местонахождение пятой части артефакта. А перед этим ещё разобраться с четвёртой. Пока ещё рано в деталях размышлять о полёте к западному побережью, сначала нужно добраться до Ларефа, а потом отыскать там нужный нам объект. Вот после этого и обсудим ещё раз, как именно лучше добраться до западной оконечности континента.

Пока же поднимаюсь на ноги, давая понять, что наше мини-совещание завершено. И через вагон с углём добираюсь в кабину паровоза. Там меня встречает внимательный взгляд Фосстона. Доложив, что препятствий на пути не встретилось, офицер осторожно задаёт вопрос.

— Мы сегодня едва не погибли и потеряли одного из солдат. Могу я спросить — ради чего мы рисковали? Что такого было в том озере? И как обычное дерево превратилось в то непонятное создание, что вы спалили?

На заднем фоне проносится мысль о том, что мы делаем всё слишком быстро. У Эйкара нет времени ни на что — от изучения уже найденных осколков, до создания артефактов защиты разума для солдат. Но и отсылать их с такими вопросами, не самая лучшая тактика — рано или поздно это может привести к неприятным последствиям.

Глянув на капитана, набрасываю ответ.

— Мы искали то, что поможет одолеть Рэна Схэсса, а возможно и уничтожить того, кто создал этих мутантов, ввергнув империю в хаос.

Военный хмурит брови.

— Но что это? Магические артефакты? Почему они разбросаны в такой глухомани?

Медленно качаю головой.

— Извини, Фосстон, я и так сказал куда больше, чем планировал. Но скажу так — то, что мы ищем, поможет удержать империю на плаву. И не даст прийти к власти старому ублюдку, что убивал собственных детей, внуков и праправнуков, ради магической силы.

Замечаю, как на последних словах в мою сторону косятся оба солдата. А механоид, воспользовавшись образовавшейся заминкой, обращается ко мне.

— Хозяин, вы помните наш разговор про…

Взмахнув рукой, обрываю стального бойца.

— Да, я всё помню, Железяка. Как только у нас будет возможность — ты получишь то, что хочешь. Но если не прекратишь каждый раз задавать один и тот же вопрос — отключу механизм речи.

Тот, с лязгом отшатывается от окна, около которого стоял и скрежечет.

— Я буду молчать. И смиренно ждать. Только вы тогда скажите Хьяссе, чтобы прекратила…шутить надо мной. Слишком уж обидно.

Поморщившись, машинально бросаю взгляд назад, но призванной там самой собой нет — она в купейном вагоне. Заверив Железяку, что напомню девушке о правилах приличия, шагаю назад. Проходя мимо кабины телохранительниц, действительно останавливаюсь и открыв дверь, сталкиваюсь взглядом с блондинкой, которая как раз поднимается со своего места.

— Механоид утверждает, что ты подрываешь его боевой дух, постоянно намекая на мужскую несостоятельность. Приказываю воздержаться, пока вокруг нас не будет более спокойная обстановка.

Призванная на момент замирает, подняв брови, а потом расплывается в улыбке.

— Жалобщик металлический, пустоту ему в левую пятку. Вы не подумайте неправильно, Ваше…господин, я же просто его мотивирую, чтобы просил настойчивее. В своих собственных интересах.

Мгновение перевариваю её слова, а потом вздыхаю.

— Значит время прекратить…мотивировать. Для начала нам надо выжить.

Та опускает глаза вниз, по-моему чуть смутившись.

— Вот этого и опасаюсь. Что погибнем все, а мы так и не попробуем.

Сдержав очередной тяжелый вздох, напоминаю, что она только что получила прямой приказ и топаю к себе в купе. Как ни странно, Айрин здесь нет — возможно ещё беседует о чём-то с Эйкаром и Джойлом. Я же заваливаюсь на диван-полку и подложив под голову руку, упираю взгляд в потолок, пытаясь расслабиться и очистить голову от бурлящих мыслей.

Глава 14

Виконтесса появляется через несколько минут. Заперев дверь, принимается молча снимать с меня одежду и очень скоро лишние мысли сами улетучиваются из головы. Когда заканчиваем, накидывает на себя рубашку и усевшись на диван, бросает взгляд в окно, за которым пролетают деревья.

— Как доберёмся до этих двух осколков, надо притормозить. Иначе тебя выкинут из игры.

Застёгивая штаны, поднимаю удивлённый взгляд на девушку. Раньше желания обсудить политику сразу после соития, за ней не водилось. Она же поворачивает голову в мою сторону и усмехается.

— Что? Мозги начинают отходить — по ночам пусть ещё и снится всякое, но реже. Продолжим возиться, чтобы собрать все осколки и можем оказаться перед лицом новой реальности, в которой правит Рэн Схэсс. Если он прознает, что мы ищем части его артефакта, то шансов добраться до тех, кто на востоке и юге, у нас не будет.

Приземлившись напротив Айрин, скольжу взглядом по обнажённому телу, прикрытому только лёгкой рубашкой.

— Надо будет связаться с Морной и выяснить, как обстоят дела в столице.

Мэно морщит лицо.

— Думаешь там что-то поменялось? Могу поспорить, регент всё так же собирает силы и готовится к битве за Схердас. Хотя, на её месте я бы увела оттуда армию, чтобы объединиться со Свезальдом и попробовать привлечь на свою стороны дополнительные силы из провинций. Но она скорее разнесёт город по мелким кусочкам, чем отступит.

Хмыкнув, уточняю.

— И ты хочешь, чтобы мы прыгнули прямо туда? В самое пекло?

Девушка лениво пожимает плечами.

— Никто не заставит остаться, если ситуация обострится и станет совсем критичной. Но если мы разберёмся с осколками и появится возможность уничтожить Схэсса, то это может всё изменить.

Снова глянув в окно, тянется за одеялом и принимается укладываться на диване.

— Я пока отдохну.

Глядя на закутавшуюся в одеяло девушку, которая быстро начинает сопеть, обдумываю её слова. С одной стороны всё верно — было бы неплохо напомнить о себе в «большом мире». Но это сработает только в случае, если получится найти управу на Схэсса. В противном случае, наше возвращение обернётся бессмысленным геройством и гибелью.

Тяжело поднявшись со своего места, делаю глоток холодного сорка из фляжки и стараясь не шуметь, покидаю купе. Добравшись до Эйкара, обнаруживаю, что старый маг сидит у окна, меланхолично рассматривая пейзаж снаружи. Когда поворачивается в мою сторону, озвучиваю причину своего появления.

— Свяжись с Кансом — надо выяснить, как у него сейчас обстоят дела. Потом с Тесконом и Морной, узнаем, что у них на уме.

Тот, прищурив глаза, спрашивает.

— Айрин и с тобой поговорила? Меня тоже убеждала, что надо заняться изучением осколков, прежде чем отправляться за остальными.

Невольно усмехнувшись, киваю.

— Да, только что с ней поговорили. В чём-то она права — пока мы соберём все части артефакта, Рэн вполне может подмять под себя империю. Даже если потом у нас выйдет нанести по нему удар, то в итоге на престол взойдёт кто-то ещё. А за нами снова откроют охоту. Чего хотелось бы избежать.

Вздохнувший маг тянется к своему артефакту связи и через десять секунд Тонфой уже излагает последние данные, которые Эйкар ретранслирует мне. Из хороших новостей — они прошлись ещё по целому ряду городов, пополнив ряды солдаты и магов. Растёт и число призванных — теперь их призывом занимается сам Канс и без эксцессов по его собственным словам не обходится, но большинство случаев призыва проходят вполне успешно.

Войска Свезальда по-прежнему с ними. Более того — этим утром они объединились с экспедиционным отрядом Морны, что серьёзно их усилило. Но имеются и проблемы — дом Феррехт развернул свои войска в нескольких провинциях и активно набирает солдат для защиты империи от мутантов, которые валом катятся с Запада. Что интересно — хёрдис не поддерживает ни одного из кандидатов на престол, официально заявив, что предпринимает все действия, исключительно ради защиты жителей Норкрума. К солдатами Феррехта уже присоединилось немало гарнизонных частей и значительное число добровольцев. Пока они заняты подготовкой укреплений — в контролируемых провинциях развёрнуто масштабное строительство. Но как предполагает сам Канс, Феррехт просто пытаются поднять свою значимость. С учётом всех присоединившихся к ним солдат, один из слабейших домов хёрдисов Норкрума, сейчас выходит на абсолютно новый уровень.

Основной вопрос в том, что армия под началом Канса и Олафа очень скоро столкнётся с их войсками. И сложно сказать, насколько всё удачно пройдёт. Вполне может сложиться так, что придётся пробиваться дальше на восток с боем.

Эйкар кратко обрисовывает ему нашу ситуацию и заканчивает сеанс связи. Следующий на очереди — Тескон. Когда профессор заявляет, что ответ Рэну они пока не дали, но уже пришли в общему мнению, согласно которому не станут соглашаться на его условия, прошу Тескона уточнить возможность использования ресурсов Хёница.

В ответ на вопрос о возможности задействовать лаборатории университета для изысканий, которые помогут уничтожить Рэна, Тескон неожиданно быстро соглашается. Хотя, если рассуждать логически, то им сейчас пригодится любая помощь, включая нашу.

Вот с Морной всё проходит далеко не так гладко — соправительница требует объяснений по поводу моего отсутствия и желает, чтобы мы приняли участие в битве за Схердас. Болрон уже подступает к столице и скорее всего попытается взять её штурмом, не дожидаясь прибытия войск Рэна.

Отчасти успокаивается только после фразы о том, что мы достигли договорённости с остатками магов Хёница и существует вероятность их перехода на нашу сторону. Дальше разговор протекает уже в более продуктивном русле — по словам дочери Ланца у нас есть не больше четырёх-пяти дней. После этого армия Болрона гарантированно окажется рядом со столицей, заблокировав подходы к ней. Учитывая текущее местонахождение войск под командованием Канса и Олафа, вероятность того, что они успеют первыми, крайне мала. А если придётся силой прокладывать себе путь через провинции под контролем дома Феррехт, то она и вовсе околонулевая.

Дополнительная информация — Оттефер, потерпевший неудачу под столицей, упорно накапливает силы. Его солдаты установили почти полный контроль над двумя провинциями и по агентурным данными, он активно использует магию, формируя целые батальоны некроконструктов. Что планирует предпринять старый лич, пока непонятно. Но, судя по всему, хёрдис совсем не планирует выходить из игры, смиренно ожидая результатов борьбы за престол.

Остальные дома, кроме Феррехт и Рояр, пока не проявляют серьёзной активности и находятся в режиме ожидания. Герцоги, принёсшие присягу, сейчас находятся в Схердасе, вместе со всеми своими солдатами. Но вот те, кто не объявил о своей верности сразу, пока так и остаются в границах своих владений.

Когда завершаем все переговоры, какое-то время молча сижу на диване, переваривая новую информацию. Болрон уже практически под столицей, Канс рискует завязнуть в боях с домом Феррехт, а нам потребуются, как минимум сутки, чтобы добраться до следующего осколка. И потом ещё неизвестное количество времени на поиск пятой части артефакта на западе империи. Если добавить к этому какой-то промежуток времени на процесс исследования уже найденных осколков в лабораториях Хёница, то под стены столицы мы скорее всего прибыть не успеем. Правда, не думаю, что наша небольшая группа оказалась бы способна переломить ситуацию. Разве что Эйкар мог бы прошерстить всех нищих столицы и сформировать пару батальонов призванных, будь у нас время.

В конце концов, отправляюсь в своё купе, но в коридоре меня перехватывает один из солдат Фосстона.

— Мы подъезжаем к станции. Гражданская, но пути перекрыты — завалены брёвнами.

Матерясь про себя, поднимаю на ноги всех остальных и скоро мы уже набиваемся в кабину паровоза. Впереди действительно железнодорожная станция. А поперёк рельсов лежит пара сваленных деревьев. Наш «машинист» замедляет ход состава, а я пускаю в дело воздушную нотную связку, которая отшвыривает преграду в сторону.

Как только поезд снова начинает набирать ход, из леса выскакивает создание, похожее на помесь человека с медведем — мощная туша, которая бросается к паровозу. Более того — даже добирается до него и вцепившись в поручень, пытается дотянуться до двери, чтобы её открыть. Собираюсь ударить комбинацией с муравьями, но меня опережает капитан. Подскочив к двери, приоткрывает её и выпускает три револьверные пули в морду существа. То, с рёвом отваливается, покатившись по земле, а офицер немедленно захлопывает дверь, возвращая засов на место.

Пока едем мимо станции, из здания показывается несколько таких же тварей. Один даже умудряется запрыгнуть на крышу вагона с углём. Правда, надолго там не задерживается — через сотню ярдов уже кубарем летит вниз, не удержавшись на ногах.

Благополучно миновав препятствие, возвращаемся в свои купе. На протяжении дня, ещё несколько раз встречаются мутанты, но в отличии от первых, они не настолько разумны, чтобы устраивать засады с перегороженными рельсами. А попытки атаковать идущий полный ходом поезд всегда заканчиваются одинаково — пара-тройка самых рьяных особей гибнет, после чего остальные отстают. Поэтому, день проходит относительно спокойно — если во время первых попыток атак на состав, мы дружно берёмся за оружие, то к вечеру никто уже не реагирует на появляющихся снаружи мутантов.

Один раз правда возникают крылатые создания, но всё на что они оказываются способны — какое-то время лететь рядом с поездом. Сил на то, чтобы разбить стекло у них не хватает, поэтому проникнуть внутрь не получается.

В процессе поездки выясняется, что помимо мутантов на основе людей, ритуал Палача привёл и к появлению тварей в которых превратились те или иные животные. Пытаюсь вспомнить, говорил ли об этом садовник, когда мы с ним встретились, но память упорно не желает прояснять ситуацию. Да и в целом — кто сказал, что он выложил нам абсолютно всё.

В итоге, когда снаружи темнеет, мы просто заваливаемся спать, уничтожив последние крохи провианта. Сначала пробуем вместиться на одну полку с Айрин, но быстро становится понятно, что этот вариант не пройдёт. В итоге устраиваемся на двух соседних и спустя несколько минут я уже засыпаю под мерный перестук колёс.

* * *

Просыпаюсь от какого-то грохота снаружи. Вскакиваю со своего места как раз в момент, когда поезд начинает тормозить и лечу назад, врезавшись в стену. А снаружи снова что-то грохочет. Только теперь до меня доходит, что звук подозрительно напоминает разрывы снарядов. Какого лешего там у них творится?

Рядом уже поднимается Айрин, а я выбегаю в коридор, на ходу застёгивая пояс с револьверами. Когда добираюсь до кабины паровоза, снова грохочет взрыв — огненная вспышка расцветает прямо перед нами, а Фосстон, повернувший голову в мою сторону, спешно докладывает.

— Нас обстреливают из города. Если бы не маг, последним попаданием бы точно накрыли.

Кошусь на Эйкара, который вовсю выплёвывает нотные символы и придвигаюсь ближе к стеклу кабины. Впереди действительно виднеются городские стены, на которых заметные человеческие фигуры.

— Какого гхарга они по нам стреляют?

Ввалившийся в кабину Джойл, в руках которого сжат «Лоун», явно не слишком рад внезапному обстрелу. А появившаяся следом Айрин и вовсе предлагает кардинальное решение вопроса.

— Может просто ударим по стене магией? Как поймут с кем имеют дело, сразу станут потише.

Эйкар бросает на меня вопросительный взгляд, а я отрицательно качаю головой. С момента установки щита, по нам не выпустили ни одного снаряда. Либо по той причине, что гарнизон осознал бесполезность своих действий, либо потому что нас с кем-то перепутали. С трудом представляю, каким образом здесь мог объявиться ещё один поезд, да ещё с агрессивно настроенным экипажем, но пока иных предположений у меня нет. Повернувшись к Фосстону, отдаю команду.

— Найдите из чего соорудить подобие белого флага. Попробуем начать переговоры.

Через несколько минут, один из солдат уже вовсю размахивает простынёй, примотанной к штыку винтовки. А спустя некоторое время открываются городские ворота и перед ними появляется небольшая группа людей, над которыми тоже развевается что-то белое.

Навстречу им отправляюсь сам, прихватив с собой механоида, Айрин и обеих призванных. Эйкар с Джойлом и солдаты во главе с Фосстоном остаются около поезда, выступая в качестве резервной группы, если нам понадобится подкрепление.

Шагая, рассматриваю переговорщиков со стороны Ларефа, которые постепенно приближаются. Первым идёт багровый мужик с лицом, чем-то напоминающим бульдога. Из-за того, что он одет в парадный красный мундир имперской армии, краснота кожи особенно заметна. Позади него — двое солдат в грязно-зелёной форме и столько же гражданских.

Остановившись напротив друг друга, секунду молчим, после чего глава противоположной делегации громогласно представляется.

— Полковник Рассоф, командующий гарнизоном Ларефа. Кто вы такие будете и что вам тут нужно?

Глянув в сторону городских стен, выкладываю заранее заготовленный ответ.

— Мы действуем по распоряжению соправителей Морны и Кирнеса Эйгоров. И нам необходимо попасть в ваш город.

Тот недовольно фыркает.

— И почему я должен тебе верить, парень? У тебя молока ещё на губах не обсохло — маловат, чтобы личные приказы регента исполнять.

Подняв руку, демонстрирую ему перстень.

— Во-первых, я имею право отдавать приказы. Во-вторых, при необходимости, мы прорвёмся в город силой. Как вы сами убедились, что в нашем отряде присутствуют маги. В-третьих, объясните мне, почему вы решили обстрелять приближающийся поезд, даже не зная, кто там находится?

Полковник багровеет ещё больше, но ответить ему не даёт один из гражданских — высокий и тощий старик, с массивной тростью, который успокаивающе хлопает офицера по плечу, после чего переводит взгляд на меня.

— Сначала отвечу на ваш вопрос, юноша. Не далее, как вчера у нас уже был один поезд. Состав на три десятка вагонов, который мы с радостью пустили внутрь, так как они обещали забрать с собой столько людей, сколько смогут увезти. Только вот, когда эшелон остановился на станции, то оттуда высыпали вооружённые люди. И только храбрость солдат гарнизона помогла нам отбить нападение. Правда, в ходе боя был уничтожен их паровоз, поэтому воспользоваться им по назначению мы не смогли.

Машинально озвучиваю вопрос.

— Зачем кому-то на вас нападать?

Старик расплывается в улыбке.

— Деньги. Всё почти всегду упирается в них, как бы прискорбно это не было. Но у меня к вам встречный вопрос — вы собираетесь покинуть нас на этом же поезде, вернувшись на восток? На наших путях всё ещё остались вагоны состава грабителей и если их прицепить к вашему паровозу, то можно эвакуировать часть жителей города. Что скажете?

Рядом лязгает металлом механоид, решивший сдвинуться в сторону и взгляды всей пятёрке временно переключаются на него. А я переглядываюсь с Айрин.

— Пока не уверен, понадобится ли нам этот поезд в будущем. Возможно придётся использовать его для поездки дальше на запад.

Теперь на лицах всех парламентёров Ларефа отображается вполне искреннее удивление и седой старик уточняет.

— На запад? Оттуда уже давно не приходят живые, только отряды этих тварей, что наводили всю провинцию. Зачем вам туда?

Пожимаю плечами.

— Прямой приказ Его и Её Императорских Величеств. Но если у нас выйдет найти другой путь, то считайте, что паровоз ваш.

Чуть подумав, тот кивает мне.

— Думаю, у нас найдётся, что вам предложить. А теперь, хочу пригласить вас за стены нашего города. На открытой местности, в последнее время задерживаться небезопасно.

Глава 15

Встретившая нас делегация возвращается назад, а мы направляем поезд дальше, наблюдая, как открываются створки железнодорожных ворот. До последнего, ожидаю атаки в процессе — Эйкар держит наготове комбинацию с установкой щита, а все остальные готовы в любой момент ударить магией или пустить в ход оружие.

Впрочем, въезд в город проходит без эксцессов — нас спокойно пропускают на территорию Ларефа. А потом, без всяких проблем дают доехать до их железнодорожного вокзала. Когда выбираемся на перрон, там уже ждёт давешний старичок, в сопровождении командира гарнизона. Что интересно — на этот раз солдат они с собой не захватили, помимо них здесь только один сотрудник железной дороги.

Через пятнадцать минут мы уже размещаемся в гостинице, а спустя ещё десять, подъезжаем на паромобиле к городской площади. Когда вываливаемся из салона наружу, седой казначей, исполняющий сейчас обязанности главы города, машет рукой, показывая куда-то вперёд.

— Видите? Вот это мы можем предложить вам вместо поезда?

Остановившись на месте, разглядываю висящий над крышами домов дирижабль, прикреплённый к самостоятельно сделанной опоре, установленной на площади. Учитывая его размеры, он и так привлекает внимание, без дополнительного указания. Местный руководитель, наблюдая за мной, продолжает.

— Он без проблем вместит всех вас. Усилен магией и может доставить на весьма далёкое расстояние. Единственная проблема, которая может возникнуть — экипаж. Не всякий решится добровольно лететь на запад.

Повернувшись к нему, уточняю.

— А почему сами его не используете?

Тот печально усмехается.

— Максимум, в него поместится около сорока пассажиров. Если полностью отказаться от груза. А у нас больше пятидесяти тысяч горожан, даже после исхода солидного числа жителей, покинувших город. И что-то мне подсказывает, как только дирижабль доберётся до безопасной территории, его немедленно реквизируют. Вернуться он уже не сможет. Вот ваш паровоз, если прицепить к нему три десятка вагонов, заберёт не меньше полутора тысяч. Может получится втиснуть и больше.

Расклад в целом понятен. Да и вариант с дирижаблем, мне нравится куда больше. Позволит сократить время пути и обеспечит безопасность от наземных мутантов. Безусловно, ещё остаются воздушные, но как мне кажется, от них мы сможем как-то отбиться. Возможно у Эйкара получится изготовить артефакт, который прикроет дирижабль щитом.

Поняв, что собеседник, представившийся Райксом Мэлном, до сих пор ждёт ответа, начинаю говорить.

— Нужно будет проверить состояние аппарата, но если всё исправно, то мы согласны.

Тот удовлетворённо кивает и заверяет меня, что дирижабль абсолютно исправен. Закончив короткую проникновенную речь о великолепии техники, которая нам предлагается, осторожно интересуется.

— А зачем вам надо было попасть в наш город? Что такого у нас есть?

Покосившись на Эйкара, продолжающего задумчиво рассматривать дирижабль, формулирую в голове ответ.

— К сожалению, я не могу дать прямой ответ. Но заверяю вас, у нас нет намерения навредить населению Ларефа. За исключением тех, кто может оказаться противником короны.

Секунду помолчав, добавляю.

— На всякий случай, сразу предупрежу — если кто-то попытается нам помешать, то мы будем вынуждены отреагировать соответствующе.

Кивнув, Райкс несколько мгновений молчит, нахмурив брови и в конце концов отвечает.

— Гарнизон не станет чинить вам помех. Что касается остальных жителей, то сейчас они больше озабочены выживанием, чем династическими играми. Если вам потребуется какая-то помощь с нашей стороны — просто дайте знать.

Соглашаюсь с ним и через короткий промежуток времени мы уже возвращаемся в гостиницу. Первое, что делаем — завтракаем, жадно набросившись на еду в ресторане. Утолив голод, поднимаемся наверх, захватив с собой чашки крепкого горячего сорка. С ними в руках и наблюдаем за тем, как Эйкар в очередной раз запускает ритуал поиска.

Правда, в этот раз, завершив процедуру, маг выглядит всерьёз озадаченным. Ещё больше он хмурится, когда мы спускаемся на первый этаж. Обернувшись на меня, с некоторым недоумением произносит.

— Всё указывает на то, что осколок находится под землёй. Не в глубоком подвале, а ярдов на пятьдесят внизу.

Переглянувшись, решаем всё же добраться до точки, под которой должен находиться часть артефакта. Как скоро выясняется, это окраина города — кусок дерева, который Эйкар использовал для начертания магических символов, указывает на мостовую, под которой и находится артефакт. Одна проблема — никаких вариантов спуска вниз, здесь нет.

Джойл выдвигает предположение о наличии под городом подземелья, но на поверку всё оказывается куда проще — встреченный нами патруль заявляет, что под Ларефом имеется только канализация. И старые технические туннели, для обслуживания самого первого водопровода города, который сейчас заменили иным, более современным.

В итоге, мы собираемся около входа вниз — мы с Айрин, Эйкар, Джойл и призванные. Механоида, как и Фосстона с парой солдат, я оставляю ждать наверху. Железяка рискует элементарно застрять внизу, а военные, как по мне, с высокой долей вероятности погибнут. Не знаю, что точно обнаружится внизу, но судя по предыдущему опыту, нас точно не встретят с распростёртыми объятиями.

Открыв старый, заржавевший люк, какое-то время рассматриваем лестницу, ведущую вниз. Потом переглядываемся и я первым отправляюсь вниз, формируя в воздухе пару сфер, которые заливают пространство светом. Следом, один за другим спускаются остальные и скоро мы уже пробираемся по туннелю, который максимально совпадает с направлением на доске Эйкара. Правда, как быстро выясняется, нам нужно куда глубже под землю, а спусков вниз не так много — первую лестницу мы ищем около двадцати минут, в какой-то момент начав оставлять на стенах магические метки, чтобы была возможность отыскать обратный путь.

За вторым спуском следует третий, ведущий ещё глубже и тут ситуация меняется. Если раньше мы перемещались по относительно сухим коридорам, то теперь под ногами сырая земля, а стены покрыты каплями воды. Что интересно, это далеко не тот уровень, который нам требуется — осколок где-то ещё глубже. Эйкар затрудняется сказать насколько, но навскидку нам нужно спуститься ещё на пару ярусов.

Через десять минут поисков находим очередной спуск вниз и останавливаемся около проёма, ведущего вниз. Момент первый — лестница тут просто отсутствует, время и вода сделали своё дело, не оставив практически ничего от металлического изделия. А второй — внизу плещется вода.

Пристально разглядывающий следующий ярус Джойл, задумчиво интересуется.

— Может попробовать осушить там всё? Или как-то магией воду рядом с нами убрать?

Закончив фразу, поворачивается к Эйкару и тот отрицательно качает головой.

— Неизвестно, на что мы в итоге наткнёмся. Чтобы там ни было, оно может почувствовать магию на расстоянии. Одна нотная комбинация и противник будет знать, что к нему приближаются люди, умеющие управляться с магией.

Доводы вполне резонные. Поэтому вниз нам приходится спускаться самостоятельно — первой спрыгивает Микка, а следом и все остальные. Сначала цепляются руками за край проёма, а после падают вниз, попадая в объятия призванной. Единственный, у кого процедура отличается от других, так это я сам. Шикнувшая на телохранительницу Айрин, заменяет её Джойлом и мою тушку подхватывает здоровяк.

Дальше бредём по щиколотку в воде, ёжась от холода. Здесь настолько сыро, что одежда быстро намокает, становясь всё тяжелее, а влага добирается до кожи. Далеко не самые приятные ощущения. Ещё меньше радует тот факт, что скоро нам придётся спускаться ещё ниже. И как-то терзают меня сомнения, что это будет легко. Особенно, если не использовать магию.

Минут через десять, Эйкар, идущий сзади, вдруг касается моего плеча и бодро шлёпая по воде, вырывается вперёд, догоняя Джойла, возглавляющего наше небольшое построение. Когда все останавливаются, откашливается и начинает тихо говорить.

— Осколок совсем недалеко, ярдах в ста от нас. Думаю, прежде чем искать возможность спуститься, стоит попробовать добраться до этого места и осмотреться. Если там не окажется вариантов, как его достать, то снова начнём кружить в поисках лестницы.

Угрюмо хмыкнувший Джойл, поправляет его.

— Дыры скорее в полу. Лестниц тут уже давно нет.

Покосившаяся на него Айрин, передёргивает плечами и слегка затравленно озирается по сторонам.

— Давайте уже найдём его и вернёмся.

Переглянувшись, снова выстраиваемся группой, двигаясь по коридору. Теперь, первой идёт Микка, сразу за которой шагают Эйкар и Джойл. А я чуть отстаю и поравнявшись с виконтессой, шёпотом интересуюсь.

— Что-то не так?

Девушка косится в мою сторону и морщится, как от зубной боли.

— Давит здесь всё. Вода, сырость — сознание начинает плавиться. Не знаю, почему — на тот мир вроде и непохоже. Но всё равно не по себе.

От дальнейших расспросов воздерживаюсь. Мэно и так выглядит, мягко говоря не лучшим образом, как мне кажется, дальнейшие вопросы не приведёт ни к чему хорошему.

А через несколько минут становится и вовсе не до разговоров — мы выходим в небольшой технический зал. Такие встречались и раньше, только вот у тех полы были в полной целости. Здесь же ситуация иная — мы сверху наблюдаем за своего рода пещерой, пол которой полностью покрыт грязью. Бросаю взгляд на Эйкара и тот утвердительно кивает, показав рукой вниз. Осколок артефакта где-то там.

Опускаю вниз одну из светящихся сфер — на первый взгляд, там нет ничего живого. Но если вспомнить лесное озеро, то наш противник не обязательно должен находиться прямо здесь. Либо где-то там могут оказаться черви, обладающие коллективным разумом, а то и что-то куда более мерзкое. Дёрнув плечами из-за картинок появившихся в голове, окидываю взглядом остальных. По-хорошему, сейчас надо спуститься вниз, но сознание упорно сопротивляется мысли о том, что придётся плюхнуться в грязь, где может оказаться неизвестная тварь.

Раздумываю, как быть, когда относительную тишину нарушают шаркающие шаги. А через несколько мгновений, показывается и их источник — человек, перемазанный в грязи, который выходит из бокового коридора внизу, что-то таща за собой. Почти сразу останавливается, задирая голову вверх.

— Вы чего? За грязью?

Водит головой из стороны в стороны и я понимаю, что он весь в сухой корке засохшей земли. Очищены только глаза, которые безумно блестят в полутьме. Да в районе гениталий порой мелькает кожа. Неизвестный, подождав пару секунд, продолжает, махнув рукой.

— Уходить! Моё!

Делает ещё один шаг вперёд и я понимаю, что он волочет за собой другого человека. Женского пола, судя по длинным волосам. Тело тоже полностью перепачкано в грязи — непонятно сколько ей лет и как она вообще выглядит.

Слышу, как рядом шумно выдыхает Айрин, а через секунду воздух озаряет пламя — девушка, недолго думая, ударила огненной связкой. Ревущий поток обрушивается вниз и оттуда слышится испуганный визг. Когда пламя рассеивается, обнаруживаю, что обе фигуры всё ещё на своих местах — насколько вижу, магический удар не нанёс им серьёзного урона. Мужчина отпускает волосы женщины и поднимает руки вверх, радостно хохоча.

— Грязь! Никто не может одолеть грязь!

Грохают винтовки призванных и пули сбивают цель с ног. Брови удивлённо ползут вверх, но ситуация проясняется буквально через секунду — он пытается подняться, как будто и не заметив двух попаданий. Выстрелы снова наполняют звуком пещеру, а я решаю попробовать зайти с другой стороны. Вспомнив о варианте, который помог нам одолеть травницу, поворачиваюсь к Эйкару.

— Открой портал. Я подморожу, а Джойл с Айрина закинут его воздушной комбинацией.

Старый маг кивает и в воздух летят магические ноты. Скоро внизу появляется шарик портала, который стремительно разрастается, но где-то на середине процесса происходит странное — портал начинает искриться, а потом и вовсе рассыпается на части, растворяясь в воздухе. А со стороны Эйкара слышится сдавленный стон. Повернув голову, понимаю, что бывший призрак отступил к стене, держась за грудь. Всё, что может из себя выдавить, это одно слово.

— Струны…

Твою дивизию! Это что за хреновина такая, что гасит магию призыва, да ещё бьёт в ответ?

Фигура внизу уже поднимается на ноги и прежде чем я успеваю отдать команду, Хьясса, стоящая справа от Айрин, прыгает в проём. Приземляется в метре от неизвестного и немедленно обрушивает на него палаш, который достала перед прыжком. Вижу, как сталь врезается в плечо и идя под углом, рассекает корпус противника, остановившись около солнечного сплетения. Но когда призванная рывком вытаскивает клинок, мужик не валится на землю, а слегка отступает назад, размахивая руками. Что интересно — я успеваю рассмотреть кровь, видимо какой-то урон ему нанесён. То есть воздействие всё-таки происходит, но плоть быстро восстанавливается.

Хьяссе видимо приходит в голову такая же идея и следующим ударом, она пытается попасть в шею. Когда сталь врезается в цель, проходя насквозь, ожидаю, что голова отделится от тела, но ничего подобного не происходит — покачнувшись, мужик удерживается на одном месте.

И тут в моей голове что-то «щёлкает». Он же не пытается атаковать, только защищается. Хотя это и так сложно назвать — по сути, мужик просто выживает под нашими ударами. Так, зачем его вообще убивать? Немедленно озвучиваю новую инструкцию.

— Хьясса, Микка — держите его на расстоянии. Эйкар — ты как? Сможешь спуститься вниз? Сейчас забираем артефакт и сразу бежим отсюда!

Старый маг, уже отчасти пришедший в себя, сначала непонимающе смотрит на меня, а потом расплывается в улыбке. Видимо тоже оценил ситуацию и понял замысел.

Первой вниз спрыгивает призванная, которая вместе с Хьяссой постепенно оттесняет в сторону противника. А мы с Эйкаром углубляемся в грязь, разбрасывая её в разные стороны руками и ножами. Периодически бросаю взгляды в сторону неизвестного, но он похоже не совсем понимает, что мы делаем. По крайней мере прорваться в нашу сторону не пытается, только порой бросается на призванных. Да и это делает коряво — нелепо выбрасывает руки и издаёт странные звуки, как будто пытаясь напугать их.

Через пару минут, пальцы натыкаются на камень и перед нами встаёт новая дилемма — необходимо подняться наверх. После недолгого колебания, пускаем в дело магию и воздушная подушка поднимает нас на несколько ярдов ввысь. Вот, Микка с Хьяссой просто запрыгивают, достав до нашего уровня. При этом, блондинка захватывает с собой женщину, поставив её на ноги и обхватив рукой.

Когда все оказываются наверху, сразу же отступаем назад по коридору, прислушиваясь к бессвязным воплям бедолаги позади. Правда, выдохнуть себе позволяю, только оказавшись на верхнем ярусе, откуда остался всего один подъём до поверхности. В этот раз нам повезло — противник оказался не так опасен, как мог. Если сравнивать со всем, что было раньше, он вообще не представлял угрозы.

Хотя, как мне кажется, будь он чуть поумнее, то сопротивлялся бы. И уж точно не стал бы жить внизу, обитая, буквально в грязи. Единственное, что слегка тревожит сознание — это женщина, которую мы прихватили с собой. На первый взгляд, она была его пленницей, но как знать, что может выкинуть человек, длительное время живший в таких условиях. Впрочем, за всё время дороги, она не проявляет никакой активности, что отчасти успокаивает.

Наконец, добравшись до лестницы, по которой изначально спустились вниз, поднимаемся. Первой отправляю наверх Айрин. Вылезая следом, понимаю, что выгляжу сейчас, как алкоголик, пару дней проспавший в луже — вся одежда промокла и перепачкана в земле. Правда, эта мысль сразу улетучивается, когда я оказываюсь на мостовой. Скользнув взглядом по гомонящей толпе вокруг, перевожу взгляд на механоида и тот, лягзнув металлом, коротко докладывает.

— У нас тут небольшие проблемы, господин.

Глава 16

Окинув взглядом перекрёсток, на котором располагается люк, не могу понять, что происходит — вокруг нас, как минимум несколько сотен гражданских. И что-то мне подсказывает — если бы не два десятка полицейских и солдат, выстроившихся тонкой цепочкой, то эта бурлящая толпа уже кинулась бы вперёд. Хотя, может их сдерживает вид металлической махины, с пулемётом в руках. Не каждый рискнёт попереть на такого противника с голыми руками.

Подбежавший офицер полиции со знаками различия лейтенанта, удивлённо разглядывает меня, параллельно описывая ситуацию.

— Люди узнали, что прибыли посланники престола и собрались, чтобы выразить своё возмущение.

Поморщившись, уточняю.

— Возмущение чем именно?

Тот оглядывается на толпу.

— Тем, что никто не пытается прийти нам на помощь. Всех бросили на произвол судьбы, оставив один на один с этими тварями под стенами.

Кивнув ему, оглядываю людей вокруг, пытаясь что-то придумать, а лейтенант осторожно добавляет.

— За этой толпой рота солдат и ещё человек тридцать полицейских. Готовы приступать к разгону. Но если говорить начистоту…многие из них тоже озлоблены. Сами понимаете, страх заставляет людей делать разные вещи. А как тут не бояться, когда такое творится.

С интересом взглянув на него, задаю вопрос.

— А ты сам? Тоже считаешь, что мы виноваты?

Тот тяжело вздыхает.

— Война же идёт. Как Морна и Кирнес могут нам помочь? Одна вообще в окружении считай, а второй далеко, да и солдат у него не так много — сунется сюда и положит всех, без всякой пользы.

Несколько секунд раздумываю, глядя на примолкшую толпу, которая пялится на извозившихся в грязи людей, только что выбравшихся из люка в земле. Потом медленно качаю головой.

— Разгонять их не надо — только спровоцируете беспорядки, а то и мятеж. Попробую просто объяснить ситуацию.

Лейтенант отходит в сторону, а я шагаю вперёд, приближаясь к окружающим нас людям. Следом сразу движется Айрин и обе призванные с Железякой, но я останавливаю их движением руки. Если потребуется помощь, они прекрасно накроют цели огнём и со своей позиции. А вот впечатление от моих слов могут смазать.

Остановившись в нескольких метрах от толпы, останавливаюсь, дожидаясь, пока гомон стихнет и начинаю говорить, стараясь повысить тон настолько, чтобы меня слышала хотя бы половина собравшихся.

— Империя находится в состоянии гражданской войны и вы это прекрасно знаете. Те твари, что наводнили запад Норкрума — дело рук одной из сторон. Приказ, отданный нам законными соправителями, Морной и Кирнесом Эйгорами, связан с вашим избавлением от них. Именно для этого мы прибыли сюда. И ради этой цели отправимся дальше на запад, в самое пекло. Всё, ради спасения человеческих жизней.

Когда замолкаю, здоровый мужик, стоящий в первом ряду, сразу принимается кричать.

— Ежели так, то почему они солдат сюда не пришлют? Где армия? Они там между собой за власть дерутся, а нам тут подыхать? Вон Феррехт за простых людей вступился, не то что императоры эти ваши! Ни один сюда войска не послал.

Люди вокруг начинают шуметь и я снова поднимаю руку вверх.

— Какие войска?! Морна в осаде и не может вырваться за пределы столицы! А у Кирнеса не хватит солдат, чтобы прикрыть одну провинцию. Что до Феррехт — они не пытаются вас спасти! Все их войска развернуты далеко отсюда и ни один батальон не пытался углубиться на запад, чтобы прикрыть беженцев! Они просто пользуются ситуацией, чтобы захватить территорию, а как запахнет жареным — побегут, как кролики от рицера!

На мгновение прервавшись, чтобы вдохнуть воздух, продолжаю.

— Мы здесь для того, чтобы спасти вас! Покончить с монстрами раз и навсегда, очистив весь запад империи! Хотя могли бы спокойно остаться на востоке, не рискуя своими жизнями. Или вы думаете, что мы ради развлечения мотаемся по провинциям, пробиваясь через полчища тварей?

Толпа замирает и как мне кажется, на лицах некоторых людей появляется тень смущения. В конце концов, всё тот же здоровый горожанин, слегка выдвинувшись вперёд, принимается отвечать.

— Да с вами понятно… Ну, что жизнями рискуете. Но почему никто нам помочь не хочет?

Быстро формулирую в голове фразы ответа.

— Морна и Кирнес — не могут отправить сюда войска. Всё, что они смогли — сделали. Послали сюда нас. А всем остальным наплевать на ваши жизни, им нужна лишь власть.

Теперь, вместо мужчины ко мне обращается помятая жизнью женщина.

— А кто это сделал? Создал монстров? Вы сказали, что это кто-то из императоров?

Машинально, едва не поправляю её, уточнив, что пока все они — только кандидаты на этот титул. Но вовремя спохватываюсь.

— Это сделал Рэн Схэсс. Тот самый, что сейчас марширует с юга, подчинив себе дом Рояр и намеревается взять Схердас. Он в ответе за всё это. И обещаю вам — мы сделаем всё, чтобы его остановить.

Ещё какое-то время толпа остаётся на месте — люди продолжают переговариваться между собой. Конкретных вопросов у них больше нет, но и расходиться не спешат. В итоге, всё тот же лейтенант полиции напоминает им о необходимости поддержания порядка на улицах Ларефа и те начинают постепенно разбредаться. Минут через двадцать улицы вокруг освобождаются настолько, что можно спокойно пройти, чем мы и пользуемся, устремляясь к гостинице.

По дороге Фосстон пытается выяснить, что с нами за женщина, но я оставляю все вопросы до прибытия в гостиницу. Собственно, пока нам самим непонятно, кто она такая и почему оказалась под землёй с тем странным мужиком.

Оказавшись в отеле, оставляем нашу то ли пленную, то ли наоборот освобождённую женщину вместе с призванными, а сами отправляемся по номерам, чтобы смыть грязь. На эту задачу у нас с Айрин уходит около пяти минут — к счастью ванная достаточно большая, чтобы забраться туда вдвоём. В процессе стараюсь не отвлекаться на её обнаженное тело, хотя девушка пару раз тактильно намекает на то, что мы могли бы и задержаться в номере. Вариант соблазнительный, но с учётом всей ситуации, не самый рациональный.

В итоге, одевшись, возвращаемся в холл этажа, который нам выделили и застаём здесь Хьяссу, которая придерживает за плечу женщину, закутанную в полотенце. На вид, лет тридцать, может быть чуть меньше или больше — кожа настолько посерела, что точно не сказать. На вопросы не отвечает, хотя явно нас слышит — поворачивает голову каждый раз, когда кто-то из нас говорит.

Эйкар предлагает попробовать целебную магию, из разряда той, что может повлиять на ментальный уровень и я решаю, что стоит попробовать. Есть опасения, что тело неизвестной тоже изменилось под воздействием осколка и сейчас выйдет та же ситуация, что с магией призыва, но к счастью всё проходит успешно — голову женщины окутывает серебристый дымок, быстро впитывающийся в череп, а сама она откидывается в кресле, куда её усадили.

Около минуты не двигается, закрыв глаза, а потом резко распахивает их и с лёгким ужасом оглядывается вокруг. Машинально отступаю назад — выражение лица такое, как будто она вот-вот бросится в бой. Но вместо этого, наоборот расслабляется, обмякнув. И пытается задать вопрос.

— Ко ы?

Шумно сглотнув слюну, пробует ещё раз.

— Вы. Кто?

Подойдя ближе, думаю, как лучше ей объяснить ситуацию.

— Мы вытащили тебя из подземелья. Кто ты и как там оказалась?

Первая её попытка ответить, ни к чему не приводит — речевые навыки явно сильно нарушены за время проведённое в тишине. Но в конце концов у нас получается вытащить какой-то объём информации. Женщина попала вниз ещё девушкой — спустилась, чтобы найти своего кота, который зачем-то полез в подземелья и заблудилась. На одном из уровней встретила человека и попыталась попросить помощи, слишком поздно поняв, что перед ней кто-то довольно странный.

Встретившийся мужчина сбил её с ног и утащил с собой вниз. Там сорвал одежду и первый раз использовал для удовлетворения физиологических потребностей. Собственно, только этим он с пленницей и занимался. Да ещё рассказывал о грязи, которая изменила его жизнь. Воды внизу было в избытке, а для пропитания он использовал крыс, которых поначалу силой запихивал ей в рот. За счёт чего она ничем не заразилась и до сих пор жива, сама женщина не в курсе. Как я подозреваю, дело в грязи, куда захватчик регулярно водил её вместе с собой, принимать «ванны».

Впрочем, всё это отходит на второй план, когда у женщины получается обозначить время своего исчезновения. Точный год она не помнит, но обозначает, что это было во время Войны трёх императоров. Выходит, он пробыла под землёй полторы сотни лет, находясь на положении животного, которое окунали в изменённую осколом грязь, чтобы продлить жизнь, а потом чуть очищали и трахали. Логично, что за это время её разум ушёл вглубь, а навыки социализации практически полностью исчезли. Все получаемые данные, нам приходится по сути расшифровывать — женщина крайне редко выдаёт какие-то членораздельные слова. Чаще произносит только их обрывки.

В конце концов отправляем женщину в один из номеров, под присмотром Хьяссы, а сами остаёмся в холле. Я усаживаюсь в одно из кресел, а Джойл задумчиво интересуется.

— Это сколько он там лет один провёл? Если осколки разлетелись при падении династии Схэсса, то получается восемьсот пятьдесят лет в полном одиночестве?

Хмыкнувшая Айрин поправляет парня.

— Ну почему в полном — у него были крысы в качестве собеседников.

Поморщившийся Эйкар вклинивается в беседу.

— Не в том направлении думаете. Знаете, какой главный вопрос? Как он себя поведёт, когда поймёт, что мы забрали то, что делало его грязь такой чудодейственной?

Взгляды скрещиваются на старом маге и тот излагает дальше.

— Какое-то время, она ещё может сохранять старые свойства, но вот дальше… Рано или поздно он поймёт, что процесс идёт не так, как обычно. И если сунется наверх, ещё обладая частью своих сил, то может положить немало людей, прежде чего его утихомирят.

Выдохнув, предлагаю вариант.

— Надо сообщить местным властям — пусть заложат все выходы на поверхность из старых туннелей. Он не произвёл впечатление настолько сильного существа, чтобы пробить себе дорогу через камень.

Джойл, привалившийся к стене, мрачно комментирует.

— Сомневаюсь, что у них сейчас найдётся на это время. Но остаться и сторожить город, мы всё равно не можем.

Покосившись на здоровяка, внезапно осознаю, что он сильно изменился. От прежнего добродушного рубахи-парня почти ничего не осталось, теперь уроженец Хельгина, как правило мрачен и без всяких колебаний пускает в ход оружие.

Поднявшись со своего места, обозначаю расклад.

— У нас самих, не так много времени. Двадцать минут на отдых и потом выдвигаемся к ратуше. Надо проверить состояние дирижабля и если он в норме, то думаю стоит вылететь сегодня же. Как только разберёмся с командой.

Айрин шепчет что-то в духе «да, кто их спрашивать будет» и мы расходимся по номерам. Перед тем, как отправляться на встречу с руководством Ларефа, стоит немного привести себя в порядок. Против ожидания, виконтесса не спешит набрасываться на меня, затаскивая в постель, а усаживается на диван, уткнувшись взглядом в пол. Попытки разговорить её, ни к чему не приводят, так что я просто опускаюсь рядом. Минут через пять, она внезапно сама начинает разговор.

— Как думаешь, я изменилась?

Удивлённо поворачиваюсь к ней и девушка объясняет.

— Физически. Ты же заметил, что я ем намного больше обычного. Считай, как призванные. Да что там, это все видят, но никто ничего не говорит. И Эйкар на меня иногда очень странно посматривает. Как будто ожидает, что я выкину что-то эдакое.

Не найдя, что сразу ответить, отрицательно качаю головой.

— Это могут быть последствия возвращения. Не у каждого получается вернуться назад после своей смерти. Но как бы там ни было, это в любом случае ты. Такое же тело и то же самое сознание, пусть и потрёпанное событиями в другом мире. Думаю, никто бы не остался прежним, побывав в таком месте.

Виконтесса слегка усмехается.

— Наверняка. Но есть и что-то ещё. Я как будто чувствую внутри себя какой-то…непонятный элемент. Который поглощает все силы и заставляет запихивать в себя такие объёмы пищи. И это порой пугает.

Прикусив губу, медленно продолжает.

— Вдруг я тоже стану монстром. Или сойду с ума, напав на вас. Да, есть ещё масса вариантов того, что может пойти не так.

Придвинувшись ближе, пытаюсь её успокоить.

— Я поговорю с Эйкаром. Если существует реальная опасность, он сможет определить это и мы придумаем, как исправить ситуацию. Но на мой взгляд, ты не представляешь никакой угрозы. Может быть и есть какие-то изменения в тканях тела, но это уж точно не делает тебя монстром.

Ещё несколько минут беседуем, а потом Айрин с печальной улыбкой предлагает спуститься в ресторан. Входя в зал, обнаруживаю, что здесь уже присутствует Фосстон, сидящий за одним столом с Миккой. При нашем приближении, оба поднимаются и телохранительница объясняется.

— Наверху остался механоид и Хьясса. Я решила, что могу позволить себе короткий перерыв. Если это не так, прошу принять мои извинения.

Замечаю, как лицо имперского капитана становится задумчивым, а сам успокаиваю призванную. Единственное, что меня смущает — выбор партнёра по обеду. Но как знать, может у Микки тут есть какой-то личный резон.

Закончив с приёмом пищи, поднимаемся наверх, где встречаем остальных в уже собранном виде. После короткого раздумья, берём с собой и освобождённую женщину, которая так и не вспомнила своего имени. И скоро уже загружаемся в паромобиль, выделенный нам Райксом.

Сам он, как выясняется, предупреждён о нашей поездке и встречает сразу на входе в ратушу. А через десять минут здесь появляются и члены экипажа дирижабля. После того, как объясняю им задачу, вперёд шагают только двое добровольцев — капитан и младший механик. В теории, этого хватит для полёта, но никак не тянет на полноценную команду воздушного аппарата. Ситуацию чуть улучшает Эйкар, заявивший, что вполне способен справиться с обязанностями штурмана и рулевого, подменяя капитана. Сильно, это положение дел не изменяет, но так, хотя есть шанс благополучно добраться до цели.

Остальные члены экипажа, наотрез отказываются отправляться на запад. Не помогает даже обещание денежных бонусов и титулов после возвращения. Похоже, никто из них не предполагает, что мы можем действительно вернуться назад живыми. В процессе разговора возникает большой соблазн назвать себя и просто отдать им приказ, от чего я удерживаюсь с большим трудом. В городе всё ещё работает телеграф, так что они могут оповестить о нашем присутствии кого угодно. А учитывая ситуацию, это будет крайне некстати.

В итоге останавливаемся на том, что экипаж поможет подготовить дирижабль к полёту, после чего с нами останется только пара добровольцев. По их собственным заверениям, всё будет готово через пару часов, так что уже скоро мы сможем покинуть Лареф. Когда команда удаляется, объясняю местному руководителю ситуацию с входами в подземелье, стараясь не вдаваться в детали. Заодно излагаю историю освобождённой женщины, объясняя, что за ней нужен присмотр.

Тот соглашается с тем, что входы нужно заблокировать, но сетует, что сделать это будет затруднительно. Часть люков уже заложена и по ним проходят мостовые. Правда, далеко не факт, что относительно слабые перекрытия смогут выдержать серьёзный натиск снизу. Одно дело, если всё пространство под люком будет заполнено камнем и совсем другое, когда нужно пробить только тонкую преграду на пути к мостовой. Проблема ещё и в том, что местонахождение солидной части входов в подземные тоннели попросту неизвестно. Тем не менее, казначей обещает сделать всё возможное. На мой взгляд, он так до конца и не понимает, что происходит и зачем это требуется.

Ещё один важный вопрос — освобождённая женщина. Когда пытаемся передать её паре служащих вызванных Райксом, она неожиданно упирается и липнет назад к Хьяссе, что провела с ней большую часть времени. Попытка объяснить расклад, не действуют — она только лепечет, что хочет убраться из города. Как я понимаю, по разговору уловила, что мы улетаем и теперь хочет отправиться с нами. Собираюсь использовать магию, чтобы временно вырубить её, но тут Эйкар абсолютно внезапно предлагает захватить освобождённую пленницу с собой. В ответ на мой непонимающий взгляд, лишь мрачно кивает — мол, так действительно надо. Как результат — принимаем решение оставить эту бедолагу с собой.

Следующие два часа проходят в процессе сборов и подготовки — пытаемся выстроить оптимальный маршрут и рассчитать объём топлива, который нам потребуется для дороги до цели. И по всему выходит, что нам нужно будет загрузить дополнительные топливные брикеты где-то по дороге. Либо на подлёте к западному побережью, либо на первом отрезке пути оттуда. Задача, с одной стороны не кажется невыполнимой — по идее, там должно хватать складов. Но с другой, всё пространство на западе скорее всего кишит мутантами. Да и приземляться нам придётся без работы причальной команды на земле, что точно будет непросто.

Но в любом случае, большого выбора у нас нет — либо лететь, надеясь на позитивный итог, либо разворачиваться дальше на восток. Учитывая, что до остальных осколков нам скорее всего не добраться, а с тварями порождёнными Палачом, мы уже не раз имели дело и выжили, риск более или менее оправдан.

После того, как экипаж заканчивает подготовку дирижабля, загружаемся внутрь и совсем скоро я наблюдаю за удаляющейся городской площадью, на которой стоит глава Ларефа, провожающий нас взглядом.

Глава 17

Поднявшись на необходимую высоту, капитан разворачивает дирижабль, положив его на курс, а мы разбредаемся по каютам. Время полёта до цели — около двух суток. Ещё столько же возвращаться назад. Конечно, если всё пройдёт успешно.

Хочу поговорить с Эйкаром, но тот сначала долго беседует с командиром экипажа, выясняя все параметры воздушного аппарата. А потом отправляется в кормовую часть, намереваясь попытаться усилить наш дирижабль при помощи магии. Зайдя следом за ним в техническое помещение, ловлю на себе удивлённый взгляд мага и закрыв дверь, объясняю.

— Надо поговорить о ситуации с Айрин.

Тот тяжело вздыхает и разворачивается ко мне, явно ожидая продолжения.

— Что с ней происходит? Все эти объёмы поглощаемой пищи и её слова о том, что она чувствует что-то внутри — из-за чего это?

На последней фразе он ощутимо хмурится и уточняет.

— Про чувство чего-то внутри, это она сама тебе сказала?

Дождавшись от меня кивка, мрачным тоном продолжает.

— Её ситуация — первая для нашего мира. По крайней мере, я никогда не слышал ни о чём подобном. Предположения у меня были и раньше — магический фон уже давно начал меняться, да и струна работает как-то странно.

Замолкает, как будто колеблясь, стоит ли продолжать и я пытаюсь поторопить.

— Какие именно предположения?

Тот угрюмо косится на дверь и внезапно достаёт защитный артефакт, активируя его. Потом поворачивается ко мне.

— Тебе они не понравятся. Вернувшись, она притащила с собой сгусток энергии из другого мира. И попала с ним в своё старое тело. Тебя не удивило, что мёртвая плоть ожила? Да, пусть она сохранилась, но мозг и нервная система были мертвы. Даже при переселении разума из кристалла используются свежие тела с полностью функционирующими системами. А тут, она буквально восстановила всё, за доли секунды.

Пока не понимая к чему он ведёт, неопределённо взмахиваю рукой и поморщившийся Эйкар продолжает.

— Твои телохранительницы тоже приходят в наш мир сгустками энергии. Но в их случае, это их собственные тела. Понимаешь? Они конвертируют их в новую живую плоть, принимая другой вид… А твоя Айрин превратилась в нечто непонятное, что потом прорвалось к нам и попало в её тело.

Прищурившись, уточняю.

— Честно говоря, не совсем понимаю. Ну, была она в другом мире сгустком какой-то энергии, которая вернулась потом назад. Но это ведь была она же? В смысле, её разум и память, просто…получившие иной внешний вид.

Бывший призрак, со вздохом кивает.

— Всё так. Только вот попав к нам, её иномирная «оболочка» принесла не только сознание и память Мэно. Она изменила её тело. Вернее, постепенно меняет его, прямо сейчас. Процесс искажения магического фона идёт по нарастающей — он меняется всё более интенсивно. И как мне кажется, рано или поздно приведёт к серьёзным физическим изменениям.

Выматерившись про себя, машинально уточняю.

— Каким именно?

Собеседник пожимает плечами.

— Я ведь уже сказал — это первый, известный мне случай подобного возвращения в наш мир. Сложно сказать, что именно может произойти — вариантов масса. От изменения функционирования струны до появления иных способов управления магией, либо мутаций физической плоти. А может и всё перечисленное, вместе.

Не удержавшись, сразу озвучиваю следующий вопрос, который появился в голове.

— Но она ведь останется собой?

Грустно вздохнувший Эйкар, снова бросает взгляд на дверь.

— Смотря под каким углом смотреть на этот вопрос. Не думаю, что изменения сотрут её личность, но вряд ли это будет та же самая девушка, с которой ты познакомился в Хёнице.

На несколько секунд задумавшись, собираюсь прояснить ещё один момент, но маг меня опережает.

— Понимаю, что ты сейчас попросишь меня о помощи, но скажу в третий раз — подобное происходит в нашем мире впервые. И я не представляю, как ей можно помочь. Да, в теории попытаться можно, но учитывая экспериментальность всех действий, у неё, в лучшем случае пять шансов из ста на выживание в процессе. Что-то мне подсказывает, к такому риску не готов ни ты, ни она сама.

Вздохнув, мрачно киваю ему. А через несколько секунд уже покидаю техническое помещение, отправившись в кают-компанию. Здесь застаю Джойла, Микку и Фосстона, которые о чём-то оживлённо беседуют. При виде меня на момент замолкают, после переглядываются и уроженец Хельгина начинает говорить.

— У капитана тут есть предложение по поводу нашей высадки. Как по мне, весьма дельное. Выслушаешь?

Усевшись за стол, перевожу взгляд на имперского офицера и тот принимается излагать план действий.

— В Борнэфе есть несколько крупных складов для вооружения. Не только боеприпасы к стрелковому оружию, но и орудия для снарядов, взрывчатка, мины. Масса всего взрывающегося.

Сделав секундную паузу, продолжает дальше.

— Как я понимаю, нам нужно будет попасть в определённый район город, чтобы найти некий предмет, подобный тем, что вы искали ранее. Если это место будет достаточно удалено от арсеналов, то мы можем подорвать их. Детонация даже на одном из них, наведёт немало шума и привлечёт внимание монстров. А ещё спровоцирует пожар. Как по мне — высадиться и отыскать цель, в таком хаосе будет намного проще, чем если внимание всех мутантов округи будет приковано к нашим скромным персонам.

Всё ещё погруженный в мысли по поводу Айрин, коротко киваю ему.

— Звучит неплохо — пусть будет одним из наших вариантов. В любом случае, определяться придётся после того, как доберёмся до Борнэфа и станет понятен точный расклад. Пока мы даже не знаем, куда именно придётся высаживаться.

Офицер откидывается на спинку стула, а Микка, покосившись в сторону коридора, ведущего к корме, озвучивает ещё одну идею.

— Другой вариант — устроить неконтролируемый прорыв призванных. Те твари, что наводнили запад — они ведь должны подойти в качестве жертвы. Количество заключённых контрактов у нас и так велико, обеспечить себе пополнение не выйдет. Но никто не мешает, просто открыть проход, пустив наших соплеменников на улицы города.

Представляю, как себя поведут два десятка призванных, оказавшихся на улицах Борнэфа, которые забиты мутантами и Микка, уловившая скептическое выражение лица, дополняет своё предложение.

— Я говорю не о мелких порталах, а о настоящем прорыве. Как минимум нескольких тысячах призванных, что пройдут в этот мир. Они будут способны не только привлечь к себе внимание, но и дать отпор. Сколько в том городе может оказаться мутантов? Сорок тысяч? Пятьдесят? Семьдесят? Вы все знаете, на что мы способны и если предположить, что каждый из попавших в этот мир, в среднем прикончит по десятку мутантов, это сократит их число вдвое. Да ещё и отвлечёт всех остальных.

Оценив размах её задумки, задаю вполне логичный вопрос.

— А как ты предлагаешь обеспечить необходимое количество жертв? Для открытия порталов такого масштаба, потребуется пустить в расход не одну сотню мутантов.

Та пожимает плечами.

— Это будет непросто, но думаю мы сможем что-то придумать. Скажем высадиться на небольшой площади, окружив её защитным заклинанием и пропускать внутрь небольшие группы мутантов, пока не наберём нужное количество. Если к этому ещё добавить взорванные арсеналы, то местным монстрам точно будет не до нас.

В целом, план звучит неплохо. Хотя, я с трудом представляю, как мы своими текущими силами, будем сдерживать орды тварей, да ещё и готовить заклинание для открытия порталов в мир призванных. Эйкар, безусловно хорош, но как мне кажется, для этой задачи понадобится ещё пара магов его же уровня.

Обведя остальных взглядом, понимаю, что троица ждёт моей реакции и выдаю ответ.

— Опять же — звучит неплохо. Надо будет обсудить это с Эйкаром и оценить ситуацию, когда прибудем на место. Пока непонятно, что именно нас там ждёт. Вдруг мутанты уже давно покинули город, истребив всё население. Тогда наша задача сразу упростится, став лёгкой прогулкой.

Остальные соглашаются и беседа постепенно перетекает в иное русло. Сам маг заходит в кают-компанию только через полтора часа — с осунувшимся лицом и слегка подрагивающими руками. Рухнув на стул, просит сделать ему чашку сорка, после чего озвучивает хорошие новости.

— Долетим вдвое быстрее. Я снизил уровень сопротивления воздуха, изменил прочность оболочки и усилил двигатели. Будь у нас хотя пара дней на подготовку, из этой штуки можно было бы сделать старый добрый курьерский дирижабль, который мог пересечь всю империю за пару суток. Но и сейчас, он намного быстрее всех остальных аппаратов.

Микка готовит ему сорк, после чего ещё раз излагает свою идею с прорывом призванных. Задумавшийся маг делает несколько глотков горячего напитка и поворачивает к ней голову.

— Рискованно. Но сама идея не лишена смысла. Только вот, первые жертвы нам понадобятся ещё до того, как мы спустимся вниз. И вам придётся здорово рискнуть.

Увидев оттенок непонимания на наших лицах, объясняет.

— Я смогу заняться только какой-то отдельной частью процесса — либо защитой, либо прорывом призванных. То есть одно из заклинаний полностью ляжет на ваши хрупцие студенческие плечи.

Горестно вздохнув, добавляет.

— А это значит, что вам понадобятся новые крейнеры — старые такой нагрузки точно не выдержат.

Отхлебнув ещё напитка, покачивает головой, обращаясь к Микке.

— Сейчас, я пожалуй пойду отдохну. Если вдруг получится заснуть, то разбудите меня часа через четыре — струны успокоятся и смогу нормально заняться делом. А пока сформируйте базовые артефакты, чтобы мне не пришлось тратить лишнее время и силы. Этому я вас обучал — должны справиться.

Мы с Джойлом почти синхронно киваем, а Фосстон, внимательно посмотрев на Эйкара, задаёт неожиданный вопрос.

— Те предметы, которые вы ищете — они всегда связаны с какими-то изменениями, верно? Либо меняют людей, либо окружающую среду. И они сейчас все здесь. Может быть стоит озаботиться какой-то защитой? Я как-то не горю желанием превращаться в безумца, который так и норовит искупаться в грязи.

Усмехнувшийся маг, переводит взгляд на офицера.

— Не всё так просто. Во-первых, в момент…своего, скажем так, падения, эти предметы были активны. Представь себе, что снаряд попадает в горящий дом и разбрасывает вокруг его полыхающие обломки. Естественно, они вызовут возгорание, если упадут на что-то горючее. Но вот, когда от них останутся только потухшие угольки, опасность будет нулевой. Сравнение не совсем верное, но суть ситуации отображает. А во-вторых, я уже установил защиту на каждую из находок, сделав всё возможное, чтобы их обезопасить.

Интересный момент — об установке защиты он раньше не говорил. А о том, что осколки могут изменить и нас самих, я если честно, даже не подумал. Вот тебе и соправитель империи — прошляпил вещь, в которую его тыкнул лицом офицер среднего звена.

Допив сорк, маг поднимается на ноги, собираясь отправиться в свою каюту и я выхожу в коридор, следом за ним. Увидев, как Эйкар недоумённо оглядывается на меня, шёпотом озвучиваю фразу.

— Артефакт защиты.

Тот, подняв брови, извлекает артефакт, активируя его, а я задаю вопрос, который хотел прояснить с момент взлёта.

— Зачем мы взяли с собой спасённую женщину? Она же будет только мешать.

Мгновение помолчав, маг тихо отвечает.

— Это первое живое существо, изменённое осколком, которое попало нам в руки. Когда доберёмся до лабораторий Хёница, хотелось бы изучить более пристально. И раз уж на то пошло — я считаю, что она может дать мощный выброс энергии в случае своей гибели. А нам может понадобиться нечто подобное, когда доберёмся до побережья. Или позже, когда схлестнёмся со Схэссом, либо Палачом.

Увидев выражением моего лица, хмурится.

— Мы на войне, Кирнес. Что ты предпочтёшь — допустить гибель всех нас или прикончить одну несчастную женщину? Представь себе выбор — либо Айрин, либо она? Как мне кажется, после всего, что случилось, колебаться ты будешь от силы секунду. А потом всадишь в неё лезвие хьярка.

С точки зрения логики, он прав. Но понимание того факта, что мы взяли с собой и так здорово пострадавшего человека, ради того, чтобы её исследовать или прикончить, мягко говоря не радует. Одно дело — пускать в расход преступников или врагов. И совсем другое — невинного, который уже получил немалую порцию страданий.

В конце концов, озвучиваю магу свой ответ.

— Это — на самый-самый крайний случай. Если у нас не будет иного выхода и речь будет действительно идти о жизни и смерти. Что касается исследований на территории Хёница — никакого препарирования. Ей уже сильно досталось и если женщина не представляет собой угрозы, то я не вижу ни одной причины резать её по кусочкам.

Теперь оттенок недовольства появляется и на лице Эйкара.

— Я маг призыва, а не менталист из лабораторий «Красного Херка». Так что пленную, по прибытию в Хёниц никто не собирается потрошить. Более того, я планирую попытаться восстановить её память и по-возможности, разум.

Выдохнув воздух, явно разозлённый соратник деактивирует артефакт и быстро шагает дальше по коридору, скрываясь в своей каюте. Как-то неловко с ним вышло. Совсем не так, как предполагалось. Но топать следом прямо сейчас и пытаться объясниться, тоже не лучший вариант — оптимально подождать, пока он немного отойдёт. Поэтому, я направляюсь ко входу в нашу с Айрин каюту, где обнаруживаю девушку, развалившейся на двуспальной кровати. Повернувшись в мою сторону, интересуется.

— Ну как? Побеседовал с Эйкаром?

Усевшись в приколоченное к пол кресло, медленно киваю, думая, как изложить виконтессе всё услышанное.

— По его мнению, помимо твоего сознания и памяти, в тело попала какая-то часть иномировой энергии. Теперь она постепенно меняет твою плоть и может повлиять на магию.

Заметив, как закаменело лицо девушки, перехожу к более хорошим новостям.

— Но, как сказал Эйкар, это не должно сильно сказаться на твоём разуме.

Та печально усмехается.

— Отлично. То есть превращусь в непонятную уродину с четырьмя парами рук, зелёным лицо и крыльями на заднице, но зато останусь собой. Это можно как-то остановить? Предотвратить изменения?

С трудом удержавшись, чтобы не выматериться вслух, снова киваю.

— Он не знает, как это сделать. Сама понимаешь — в истории магии такая ситуация сложилась впервые, ориентироваться не на что. Единственный вариант — экспериментировать, но тогда твои шансы на выживание будут совсем крохотными.

Мэно подбирается на кровати, как будто собравшись перед прыжком.

— И что? Я готова рискнуть.

Скрипнув зубами, пробую объяснить более детально.

— Он сказал — пять шансов из ста. В лучшем случае. Это почти гарантированная смерть. Не знаю, как ты, а вот я так рисковать не готов.

Прежде чем девушка успевает выплеснуть на меня яростный ответ, продолжаю.

— Или мы просто так рисковали, явившись к тому толстому уроду и чуть там не сдохнув? Всё, ради того, чтобы ты добровольно прикончила сама себя, даже не зная толком от чего пытаешься спастись? Вдруг это просто усилит или изменит твои струны? Либо даст новые возможности телу? Почему ты так уверена, что последствия изменений, обязательно будут негативными?

Несколько мгновений девушка мрачно смотрит на меня, а потом откидывается на подушку.

— Действительно думаешь, что нам так повезёт? И всё обернётся хорошо? Когда это у нас всё шло, как надо, Кирн?

Пожав плечами, парирую.

— А когда это мы сдавались и опускали руки? Даже ты снова здесь, несмотря на смерть. Предлагаю успокоиться и отдохнуть — Эйкар поработал с дирижаблем — мы долетим вдвое быстрее, чем планировалось. Уже завтра утром должны быть над Борнэфом. Час на отдых и потом займёмся заготовками под крейнеры.

Несколько секунд девушка смотрит на меня и ожидаю вопрос о том, зачем нам новые артефакты, но вместо она потягивается, давая одеялу сползти, открывая вид на грудь.

— Тогда иди сюда — нечего рассиживаться, пока дама одна мёрзнет в постели.

Глава 18

Не знаю, что нашло на девушку, но из постели она меня не выпускает на протяжении часа. После первого раза, кажется, что сил больше не осталось, но Айрин прилагает все усилия, чтобы «моторчик» снова завёлся и приходится задержаться. Поэтому, выбравшись из душа, я вынужденно делаю перерыв на десять минут, чтобы прийти в себя и только потом выдвигаюсь наружу вместе с виконтессой. За время, что ждём, пока сварится сорк, подбираю подходящий предмет для нового крейнера. В теории можно усилить какой-то из старых, но судя по словам Эйкара, ему нужна новая заготовка, то есть требуется что-то свежее.

Проблема в том, что ювелирных украшений или каких-то иных мелких вещей, которые можно было бы свободно носить с собой, у меня нет. Поэтому приходится сделать весьма нестандартный выбор — начать работать с пряжкой на ремне. Да, потом придётся постоянно таскать этот элемент одежды с собой, но сейчас это кажется абсолютно незначимой проблемой.

Айрин выбирает одно из своих колец, а Джойл решает сделать крейнер из небольшой кости, которая обычно болтается у него на руке, в виде своего рода браслета. Глянув на то, как здоровяк одну за другой пускает в дело нотные связки, не удерживаюсь от вопроса.

— Всегда хотел узнать — откуда у тебя эта штука?

Закончив очередную комбинацию, тот поворачивается ко мне и внезапно расплывается в улыбке.

— Первый убитый рицер. Взял мелкую кость из лапы на память. А сёстры браслет сделали.

На последней фразе улыбка гаснет и парень возвращается к процессу. Н-да, воспоминания о доме у него теперь совсем не те, что были раньше, с учётом, чем обернулось наше прибытие в Хельгин.

Формирование заготовок под крейнеры занимает у нас около пары часов, за которые мы успеваем переформатировать структуру материала и подготовить его для дальнейших манипуляций. Ими занимается уже сам Эйкар — мага даже не приходится будить, появляется в кают-компании, как по расписанию. Как будто у него какой-то будильник был выставлен.

Собственно, за исключением создание крейнеров, за оставшийся день не происходит ничего интересного. Освобождённая нами женщина отсыпается в каюте, под присмотром Хьяссы. А мы, дождавшись, пока бывший призрак разберётся с крейнерами, приступаем к артефактам защиты разума для Фосстона и его людей. Как результат — к вечеру каждый из них обзаводится щитом, которым стала одна из его личных вещей. Мы же, наконец отправляемся отдыхать.

* * *

Утром просыпаюсь от стука в дверь — Микка спешит сообщить, что мы на подлёте к Борнэфу. К моменту, когда мы с Айрин добираемся до смотровой площадки, расположенной позади кабины управления, дирижабль уже находится около городских стен. А ещё через несколько минут, становится понятно, что наши надежды по поводу отсутствия здесь тварей не оправдались — улицы буквально кишат ими.

Эйкар возвращается в кают-компанию, прихватив с собой Джойла и занимается ритуалом поиска. Остальные продолжают всматриваться, изучая пространство под нами. Скоро получается выделить интересную закономерность — мутанты распределены не хаотично. Каждый вид держит под своим контролем какую-то определённую часть города, а на границы «владений» стянуты отряды, наблюдающие за соседями. Судя по организованности действий, каждый из видов уже получил своих лидеров. Что заставляет задуматься о грядущих столкновениях. Армии монстров, управляемые «генералами» — отнюдь не самая радужная картинка. Да и если рассуждать о текущей ситуации, это может сильно усложнить нашу задачу.

После того, как маг завершает ритуал, становится понятно направление полёта, капитан корректирует курс и спустя какое-то время мы оказываемся около места предполагаемого размещения осколка. Как только дирижабль разворачивается бортом, открывая обзор, становится ясно — здесь происходит что-то странное.

Под нами большое двухэтажное здание с плоской крышей, со всех сторон окружённое полупрозрачным белым щитом, около которого крутятся монстры. Приглядевшись, понимаю, что это скорее купол, полностью прикрывающий здание. А из коридора, ведущего в кабину экипажа, вываливается мрачный Эйкар. Подойдя к иллюминаторам, угрюмо кивает на здание.

— Осколок там. Но вот, что это за гхаргово дерьмо вокруг, я не знаю.

Когда заканчивает говорить, вижу, как на крыше показывается человеческая фигура. Безоружный мужчина, который принимается размахивать руками, задрав голову наверх.

— Это он нам?

Потирающий руку, на которой появился новый шрам от пореза, залеченного магией, Джойл удивлённо таращится вниз. А я пожимаю плечами.

— Похоже решил, что мы их спасать прилетели. Или просто рад, что кто-то в империи остался жив.

Через несколько секунд на крыше появляются новые и люди и скоро там собирается уже настоящая небольшая толпа — как минимум три десятка человека, старательно пытающихся привлечь наше внимание. Дирижабль кренится, заходя на круг над постройкой и я поворачиваю голову в сторону Эйкара.

— Значит осколок там? Ты уверен?

Тот мрачно кивает.

— До этого заклинание работало, как надо. Думаю, артефакт внизу.

Глянув в иллюминатор, вздыхаю.

— Значит придётся спуститься. И выяснить, что у них там происходит.

Маг кривит губы в усмешке.

— Если их щит не спалит наш дирижабль. Или нас самих.

Секунду помолчав, добавляет.

— Я не могу его идентифицировать — непонятная магия. И могу поспорить — дело в той рицеровой дряни, что мы ищем.

Молча пожав плечам, снова смотрю вниз. Что происходящее связано с осколком — и так понятно. Вот только странно, что в этот раз он каким-то образом защищает людей от монстров, вырезавших весь город. Все предыдущие ситуации, мягко говоря отличались от той, что мы наблюдаем.

Через пятнадцать минут капитан выравнивает аппарат так, чтобы он завис над крышей. Метрах в десяти над полупрозрачным белым куполом. А мы определяемся с тем, кто пойдёт вниз. Изначально я собираюсь взять только Эйкара и Микку. Хорошо было бы ещё захватить Железяку, но у нас нет верёвки, которая точно выдержит вес механоида. А использовать магическое усиление и тратить время, сейчас не с руки. Поэтому ограничиваю свой выбор более лёгкими по весу соратниками.

Правда, в итоге вниз спускаемся вчетвером — Айрин настаивает на своём участии настолько отчаянно, что оставить девушку на борту просто не получается. Собравшись около большого квадратного люка, что ведёт вниз, надеваем специальные пояса и крепим верёвки, которые должны спустить нас вниз. Рядом восемь лебёдок, половина из которых как раз задействована в процессе.

Младший механик давит на большой рычаг и люк с лёгким скрипом распахивается. В лицо сразу же бьёт ветер, из-за чего я едва не отшатываюсь в сторону. Спустя секунду бросаю взгляд на солдата, который следит за моей верёвкой и шагаю в проём. Способа смягчить первый рывок они не придумали — на полу есть что-то вроде дополнительного фиксатора, который по идее должен в этом помочь, но как выясняется на практике — эффективность у него невысокая. Поэтому, на пару секунд зависаю в воздухе, корчась от боли.

Бойцы Фосстона, следящие за лебёдками, вовсю работают и мы постепенно спускаемся вниз, приближаясь к крыше. В момент, когда ноги приближаются к белому куполу, подбираюсь, готовый подать сигнал к подъёму в случае необходимости, но как скоро выясняется, вреда это неизвестное поле не наносит. Единственный неприятный момент — при прохождении через него головы, в глазах на момент рябит, но на этом пожалуй всё.

По мере приближения к крыше, становятся слышны и выкрики людей — пусть всех слов из-за ветра не разобрать, но судя по всему, эти парни уверены, что к ним подоспела помощь. Наконец коснувшись ногами твёрдой поверхности, отстёгиваю верёвку и меня сразу же окружает десяток местных.

— Кто вас прислал?

— Сколько ещё дирижаблей? Вы сможете забрать всех?

— Вы разведка? К городу подошла армия?

Скользнув взглядом по их лицам, на которых явственно читается воодушевление и надежда, не нахожусь, что ответить. Зато рядом слышится громкий голос виконтессы.

— Отставить вопросы! Сначала расскажите, что здесь происходит — потом будем определяться с действиями.

Небольшая толпа замолкает, но почти сразу снова начинает гомонить. Теперь нас хотят, как можно быстрее отвести внутрь. Собственно, это и так было нашей целью, так что шагаем следом за «провожатыми». Выйдя на узкую каменную лестницу, ведущую на крышу, понимаю, что ошибся с изначальной оценкой. В здании всего один этаж, зато очень высокий потолок. Спускаясь, прохожусь взглядом по пространству внизу и машинально замедляю шаг.

Всё заполнено людьми. Женщины, дети, мужчины, старики — они набились сюда, как сельди в бочку. Не меньше тысячи человек, плотно разместившихся за стенами этой постройки. Кто-то разносит между рядами воду и еду, в углу сразу двоим солдатам меняют повязки, а основная масса сидит на месте. Правда всё меняется, когда они слышат, как кто-то спускается вниз — сотни голов почти синхронно поднимаются вверх. А после выкрика одного из бегущих вниз мужчин о том, что к ним пришла помощь, громадный зал оживает, наполняясь радостными выкриками.

Оказавшись внизу, понимаю, что дальше нам не пройти — выжившие горожане обступили лестницу плотным кольцом. Айрин снова повышает голос, пытаясь заставить их расступиться, но это бесполезно — местные засыпают нас шквалом вопросов и как я понимаю, рассчитывают, что их едва ли не прямо сейчас начнут эвакуировать. Подбираю слова, чтобы вынудить из замолчать, когда окружающие нас люди расступаются и в образовавшемся коридоре появляется мужчина с проседью в волосах. Остановившись, поднимает руку и остальные моментально замолкают. Сам же он окидывает нас взглядом.

— Вы прибыли нам на помощь?

Покосившись на Эйкара, который стиснув зубы, разглядывает людей вокруг, выдаю ответ.

— Скорее в качестве разведки. Мы можем где-то поговорить?

Слегка нахмурившийся мужчина, пару секунд молча рассматривает меня, после чего всё-таки отвечает.

— Да. Идите за мной.

Развернувшись, шагает сквозь толпу и мы движемся следом. Ощущения не совсем комфортные — с обеих сторон на нас устремлена масса ожидающих взглядов, а пару раз меня хватают за одежду. В конце концов добираемся до большой двустворчатой двери, за которой оказывается небольшое пустое помещение и ещё одна дверь, ведущая на улицу.

Оказавшись снаружи, невольно прогоняю в голове нотную комбинацию, глядя на монстров, что кружая перед полупрозрачным щитом. Развернувшийся к нам мужчина, усмехается, увидев напряжение на наших лицах.

— Позвольте представиться — Омос Сайр. Тот, кто укрыл здесь всех этих людей. Вы прилетели сюда для разведки и оценки ситуации? Что знать, какое количество дирижаблей понадобится для вывоза выживших?

Переглянувшись с Айрин, набрасываю фразы ответа.

— Можно сказать и так. Нам нужно было понять, что происходит на западной оконечности империи.

Тот слегка наклоняет подбородок.

— А потом? Нам стоит рассчитывать на помощь? Продовольствие уже заканчивается, а испражнения тварей заразили водопровод, так что пить скоро тоже будет нечего.

На этом моменте в разговор вклинивается Эйкар. Показав рукой в сторону щита, интересуется.

— Как вы смогли установить его? Я сам выпускник Хёница, но ни разу не видел подобной магии.

Собеседник на момент теряется.

— Я…лечил людей. Раньше, когда всё было в порядке и мы жили мирно. Обычно принимал здесь, в наших общественных банях. Когда всё началось, люди искали, где укрыться и я попробовал защитить здание. Сам не понимаю, как у меня это вышло, но появился этот купол, который с тех пор так и остаётся на своём месте.

Прикинув в голове, сколько прошло времени, уточняю.

— То есть вы держите его уже больше десяти дней?

Мужчина с некоторым удивление пожимает плечами.

— В каком смысле держу? Я ведь не маг — говорю вам, сам не знаю, как у меня это вышло. Но никаких действий с моей стороны больше не требуется — он просто стоит на месте и сдерживает этих тварей.

Замолчав, сам задаёт вопрос.

— Так что вы скажете? В здании укрыто почти полторы тысячи людей — продуктов хватит ещё на пару дней, даже с урезанными пайками. Воды на три, за счёт той, что мы набрали в бассейны. Дольше нам не продержаться. Успеет за это время подойти помощь?

На этот раз отвечает Айрин.

— Мы сообщим о ситуации в штаб, там постараются прислать помощь. Загрузят дирижабли продовольствием и отправят вам, а на обратном маршруте заполнят беженцев.

Тот кивает, а Эйкар добавляет.

— Можем мы теперь обсудить ситуацию между собой?

Чуть помедлив, Омос соглашается и скоро скрывается за створками двери, а нахмурившийся маг активирует защитный артефакт, защищая нас от лишних ушей. Он же и начинает говорить первым.

— Что будем делать? Щит держится за счёт осколка, это и так понятно.

Посмотревшая на полупрозрачный купол Айрин, пожимает плечами.

— А у нас есть варианты? Мы не можем их спасти — в дирижабле просто не хватит места. Надо заняться тем, ради чего прилетели — забрать осколок и убираться назад.

Хмыкнувший маг уточняет.

— Убить полторы тысячи гражданских?

Виконтесса морщится.

— Мы их не убьём. Просто не станем помогать. Тем более, что не сможем этого сделать, даже если очень захотим. Ко всем гхаргах, Эйкар — когда ты стал таким человеколюбивым?

Бывший призрак недовольно хмурится.

— Я без колебаний перережу глотку человеку, если это требуется. И не ввяжусь в бой, который не смогу выиграть, даже ради невинных жизней. Но в данном случае — мы своими руками уничтожим их защиту и откроем путь мутантам.

Махнувшая головой Мэно парирует.

— Ты же сам слышал — у них почти кончилась еда и вода. Через пару недель, от них всех останутся только высохшие мумии. Даже если начнут жрать друг друга. Или предлагаешь гонять дирижабль, туда-сюда, вытаскивая их небольшими партиями и подвозя припасы? Потерять на это месяц, забыв про весь остальной Норкрум?

Эйкар, бросив на неё угрюмый взгляд, молчит, а я пытаюсь сформировать в голове хотя бы какой-то план действий. И пока дискуссия не продолжилась, озвучиваю первую возникшую идею, повернувшись к магу.

— Может получится заменить их осколок на обычный артефакт? Поставить вместо этого купола другой, но поддерживаемый уже обычной магией.

Тот кривит губы в усмешке.

— Надолго это не поможет. Тут мощный щит, который мог сдержать атаку тысяч мутантов единовременно. Чтобы сделать такой же, мне понадобятся жизни сотен людей. И всё равно он не проработает долго — навалятся всей массой и защита рухнет. Либо иссякнет сама по себе через пару дней.

Не сдаваясь, предлагаю следующий вариант.

— А если завести их в какое-то защищённое здание? Должно ведь тут такое быть? Цитадель? Тюрьма? Что-то, куда не доберутся эти монстры.

Айрин оглядывается на мутантов и широким жестом ведёт рукой.

— Как ты собрался это сделать? Там снаружи десятки тысяч злобных тварей, что жаждут вкусно пожрать.

Медленно качаю головой.

— Прорыв призванных. Хаос на улицах. Наше прикрытие. Плюс, в зале есть солдаты и полицейские — полсотни бойцов наберётся.

Виконтесса скептически усмехается.

— Ну да, найдётся. И сколько этих людей доберётся до подобного убежища, даже если такое найдётся? Человек сто? Двести?

С трудом подавляю раздражение. Айрин испугана и зла, что сказывается на её поведении. Это вполне логично. Выдохнув, озвучиваю ответ.

— Дойдут не все, но это лучше, чем обречь этих несчастных на гарантированную гибель. На наших руках немало крови, но убить полторы тысячи человек, просто потому что не хочется тратить время на их спасение — это некоторый перебор, не находишь?

Видимо уловив что-то в моём тоне, виконтесса замолкает, а вот старый маг делает шаг вперёд.

— Сначала надо попробовать магию призыва в действии. В прошлый раз она не сработала.

Пожав плечами, хочу сказать, что зато отлично показала себя в первой схватке, но Эйкар уже приступает. В воздухе летят ноты, а хьярк рассекает кожу ладони, давая заклинания немного жизненной силы. За белым щитом появляется небольшой портал, разрастающийся на наших глазах. Уже хочу сказать, что всё в порядке, но тут он внезапно рассыпается на части, превратившись в горстку гаснущих искр.

— Гхаргово дерьмо…

В голосе мага слышатся нотки безнадёжности и я его отчасти понимаю — только что появившийся план рухнул, даже не начав претворяться в жизнь.

Интерлюдия 2

— При всём уважении, я не понимаю. Зачем нам продолжать наступление на столицу?

Седой генерал, озвучивший вопрос, поворачивает голову в сторону Болрона и более тихим голосом продолжает.

— Да и эти наши новые союзники… Откуда уверенность, что они не ударят нам в спину, когда всё закончится?

Ему поддакивает ещё один военный с генеральскими знаками отличия, сидящий напротив.

— У Рихта Эйгор тоже были схоры и где он теперь? Как-то не сильно ему эти союзники помогли.

Расположившийся во главе стола массивный мужчины, с грохотом опускает кулак на дерево.

— Схоров мало — вся их сила в магии. И без нашей поддержки они мало чего стоят на поле боя. Одни маги, без армейских частей — лёгкая добыча. А что касается столицы…

На момент Болрон замолкает, оглядывая троих присутствующих соратников, после чего продолжает.

— Мы не станем штурмовать Схердас — я не идиот. Но создадим видимость осады и подготовки к атаке. Когда этот оживший древний ублюдок приведёт свои войска, его будет ждать неприятный сюрприз.

Третий из «ближнего круга» кандидата на престол, осторожно подаёт голос.

— Вы уверены, что у нас есть шанс его одолеть? Император, который оставался в живых настолько долгий промежуток времени, наверняка силён.

Бывший командующий танковым корпусом стискивает зубы и его бульдожье лицо багровеет. Окинув взглядом молодого парня в гражданском костюме, презрительно хмыкает.

— Испугался, виконт? Думаешь, если бы этот рицеров плевок был так силён, то стал бы заручаться поддержкой дома Рояр? Да он бы сам явился в столицу и разнёс там всё по кусочкам.

Аристократ пытается возразить.

— Согласен. Но он всё равно превосходит по силе и знаниям всех остальных магов — никто так и не смог восстановить механику магии династии Схэсс. И как вы сами сказали, под его началом мощная армейская группировка. Почти вдвое превышающая по численности нашу, даже с учётом добровольцев и мобилизованных.

Хмыкнувший Болрон угрюмо кивает.

— Пусть даже так. Но среди южан немало офицеров, не желающих выполнять приказы куска гхаргова дерьма, что выполз неизвестно откуда. Да и Рояр не слишком едины в своём порыве поддержки этого выродка. То, что он смог запудрить мозги хёрдису, это одно. А вот настроения внутри семьи — совсем другое. Поверь, в нужный момент им ударят в спину. И так, что мало никому не покажется. Этого тебе достаточно, Маверис?

Парень, чуть помедлив, кивает головой.

— Теперь ситуация смотрится несколько в ином свете, согласен. Но даже с учётом этого, Схэсс выглядит крайне опасным противником. Не думаю, что убить его будет легко. А пока будет жив сам претендент на престол, его войска будет сражаться. По крайней мере, какая-то их часть. Даже половины его солдат хватит, чтобы обескровить нашу армию, убрав все шансы взять столицу.

Седой генерал осторожно откашливается, а сидящий во главе стола верзила в военной форме хмурит густые чёрные брови.

— И что ты предлагаешь? Бежать, поджав хвост? Подмять пару-тройку провинций и объявить о независимости? Дав какому-то ожившему мертвецу взять столицу и короновать себя императором Норкрума? Чтобы через несколько месяцев столкнуться со всей мощью восстановленной имперской армии, в которую сбежит половина наших солдат?

Виконт придвигается ближе к столу, положив на него руки и принимается негромко говорить.

— Я бы скорее сказал, что надо пройти мимо Схердаса и направиться в центральную часть империи. Искать союза с хёрдисами, переманивать на свою сторону среднюю знать и пока Схэсс будет класть своих людей в боях с Морной, наращивать численность войск. Попытаться уговорить на коалицию магов Хёница — по непроверенным данным, в университет вернулся старый ректор со своими соратниками и теперь они снова представляют собой силу.

Болрон машет головой.

— Действительно? Ты хочешь, чтобы я, один из лучших генералов империи, бегал и вылизывал задницы хёрдисам? Ради того рицерового гнилья, что они подсунут в качестве солдат.

Его оппонент, не смутившись грозного тона, излагает ещё один аргумент.

— Ещё есть угроза с запада. Орды наступающих мутантов, которых вызвал то ли Схэсс, то ли кто-то ещё из магов. Но большинство слухов указывают как раз на него. Объявите себя защитником народа, как это сделал глава дома Феррехт. Официально заявите, что виновник всего творящегося кошмара — Рэн Схэсс, а вы собираете армию, чтобы уничтожить его и спасти Норкрум. Страх — отличная мотивация, в том числе если речь идёт о членах твоей семьи. Мужчины сами будут стремиться попасть в наши ряды, лишь бы иметь шанс уберечь родных. А хёрдисам и всей остальной знати будет очень сложно отказаться от союза.

Командующий мятежной армией неожиданно взмахивает рукой.

— Хватит! Самое важное — захватить столицу. У Морны нет мощной армии и провинций, но с ней считаются почти все в империи. А всё по той причине, что она сидит в Схердасе! Разгромим Схэсса, возьмём город и уже потом займёмся остальными землями. Больше никаких разговоров на эту тему!

Снова грохнув кулаком по столу, несколько секунд молчит, шумно дыша, после чего более спокойно заявляет.

— Совет окончен. Завтра к концу дня мне нужны несколько вариантов битвы под Схердасом — проанализируйте все возможные расклады и набросайте планы встречи этого древнего гнилозадого рицера. Схоров тоже учитывайте, но им информацию пока не давать — известим, когда будем на месте.

Глава 19

Первое, что приходит в голову — попробовать задействовать магию призыва за пределами купола. Протолкавшись через взбудораженных людей назад к лестнице, поднимаемся на крышу и скоро Эйкара поднимают на верёвке, после чего воздушный аппарат летит в сторону. Через несколько минут наблюдаю, как в стороне появляется новый портал. И горько вздыхаю, когда он осыпается искрами. Похоже на магию призыва рассчитывать точно не стоит.

Пока дирижабль делает разворот, чтобы вернуть Эйкара на крышу, в голову приходит ещё одна идея — проверить работоспособность айвана. Интересно, будет он действовать из под этого защитного купола или нет?

Подойдя ближе к краю крыши, пускаю в дело магический талант, дотягиваясь до хлеба в близлежащих домах. Как быстро выясняется — материала вокруг немало. И сам айван пока работает вполне корректно. Чтобы убедиться точно, формирую сразу несколько шаров из теста и вывожу их наружу через разбитые окна. Поняв, что всё действительно работает, как надо, поднимаю их выше и пока оставляю на крышах близлежащих домов.

Обернувшись, вижу, как вниз спускается Эйкар и дождавшись, пока старый маг окажется на крыше, излагаю свою новую мысль.

— Мой айван действует — я могу использовать хлеб, даже находясь здесь, под щитом.

Судя по лицу, он не совсем понимает к чему я клоню, так что пробую детализировать.

— Вокруг немало материала, до которого я могу достать. Думаю, можно придумать, как его использовать с пользой для дела. Если скомбинировать с обычной магией, то возможно получится сдержать мутантов.

Эйкар бросает задумчивый взгляд на улицы заполненные монстрами.

— Полторы тысячи человек. Представляешь какой длины будет эта колонна? Ты не сможешь прикрыть всех — не хватит ресурса струн. Да и для эффективного воздействия, нужен визуальный контакт, что тоже будет практически невозможно.

На момент появляется мысль о том, что можно подняться на дирижабль и управлять процессом оттуда. Но потом понимаю, что это не вариант — единственный способ полного обзора, это тот люк, через который мы спускались. И даже если я буду болтаться под ним, зафиксированный верёвками, воздушное судно может отнести в сторону. Либо, что ещё хуже — появятся воздушные мутанты. Плюс, условия для выполнения задачи тоже будут не самые комфортные — могу легко сбиться.

Впрочем, в голове сразу возникает ещё одна идея.

— А что если выводить их партиями? Человек по двести, скажем? Так будет куда проще обеспечить защиту, с какой стороны ни посмотри,

Хмыкнувший маг внезапно поворачивается к Айрин.

— К слову, ты проверяла свой айван после «возвращения»? Он работает так же, как и раньше?

Девушка на момент растерявшись, отрицательно машет головой.

— Как-то не приходилось.

Оглядевшись по сторонам, отмечает.

— Да и птиц здесь не видно — использовать всё равно не на ком.

Эйкар что-то бурчит себе под нос, а виконтесса поднимает взгляд наверх.

— Раз мы говорим об айванах, то у нас есть ещё Джойл.

Когда на ней скрещиваются три вопросительных взгляда, объясняет.

— Мутанты созданы на основе людей. По крайней мере, часть их видов. Значит, там немало представительниц женского пола, на которых талант нашего друга вполне может подействовать.

Бывший призрак задумчиво чешет подбородок.

— А ведь и правда. Если это сработает, то…перед нами открываются некоторые перспективы.

Используя артефакт, связываемся с дирижаблем и скоро к нашей компании присоединяется уроженец Хельгина. Тесты показывают, что его магический талант тоже действует вполне исправно. Более того — он даже может дотянуться на расстояние, необходимое для плана, который нам быстро излагает Эйкар. Как предполагает сам маг, причина проста — нервная система мутантов не так сложна, как у людей и воздействовать на неё намного проще.

После обсуждения плана, спускаем к Омосу, которому и излагаем свою идею. В целом он соглашается с нами, но тут выплывает новая проблема — нам нужно защищённое место, в которое можно отвести людей. Местный лидер созывает настоящий небольшой совет и на нас начинают сыпаться предложения.

Останавливаем свой выбор на складе имперской армии, лежащем в пяти кварталах отсюда. Там должен быть провиант и обмундирование, что позволит людям спокойно дождаться помощи. А основная часть каменного комплекса находится под землёй. Даже если мутанты каким-то чудом прорвутся в наземную половину здания, до достаточно будет закрыть люки, чтобы укрыться. По слова троих солдат, которые были как-то в одной из смен охраны, сама постройка достаточно мощная, чтобы сдержать практически любой физический навык. Толстые стены, узкие окна, забранные массивными решётками и вход, который защищают стальные ворота. Твари смогут прорваться внутрь, только если используют взрывчатку, либо магию. Но такого за ними пока, к счастью, не замечалось.

В качестве оснований для переправки людей в другое место, пока используем нехватку еды и воды о которой говорил Омос. Мол, там они будут обеспечены провизией и смогут дождаться помощи. А здесь умрут от голода, пока империя сможет вызвать подмогу. Солидная доля правды тут есть — на тех запасах продовольствия, что имеются на складе, эти полторы тысячи выживших смогут протянуть не один месяц. Вопрос с водой должен решиться за счёт подземного источника, который военные превратили в полноценный колодец. Водопровод может и отравлен отходами жизнедеятельности мутантов, но вот грунтовые воды, по идее должны были остаться нетронутыми.

Пока Омос отбирает первые две сотни человек, которые пойдут с нами, выбираемся на пространство перед зданием. Ещё раз проходимся по деталям плана, а потом Эйкар оглядывает монстров за полупрозрачным барьером.

— Странно, что они вообще остались здесь. Да ещё в таком количестве.

Тоже посмотревший на мутантов Джойл, задумчиво гудит.

— Может ждут, пока смогут добраться до этих людей.

Маг отрицательно качает головой.

— Выживших здесь всего полторы тысячи — такой орде это на один укус. Они разбились по видам, каждый контролирует свою область и удерживает её. Значит у них уже появилась прослойка командующих и решение остаться, принято осознано.

Прислушивающаяся к беседе Айрин, добавляет.

— Интересно, чем они питаются? Десятки тысяч мутантов и пустой город…

Бывший призрак хмыкает.

— В том то и вопрос. Единственное, что приходит в голову — жрут своих же. Или получают поставки с востока. Но это, на мой взгляд маловероятно.

Виконтесса цокает языком.

— Зачем им пожирать своих солдат от голода, сидя в пустом городе? Почему не идут на восток?

Несколько секунд тишины, после которых слышится мрачный голос Эйкара.

— Заклинание, воспроизведённое подручным Палача, должно было создать этих тварей и найти осколки. С обеими задачами оно справилось. И если я прав — дало этим мутантам какое-то представление о частях артефакта. Теперь, когда у них появились развитые особи, те хотят добраться до осколка.

Когда маг заканчивает говорить, Джойл озвучивает новый вопрос.

— Думаешь, они знают, что с ним делать?

Тот, о чём-то задумавшись, молча смотрит на мутантов и здоровяку отвечаю уже я.

— Вспомни тех, кого мы встречали — они не имели никакого представления о том, как использовать артефакт и что это вообще такое, но всё равно получили свою силу. Если окажется, что на мутантов он действует быстрее, чем на обычных людей, то опасаюсь после такого их уже никто не остановит.

Кивнувший Эйкар, добавляет.

— Или им действительно заложили в голову информацию о том, как использовать мощь артефакта для изменения собственных тел. Пусть даже частичную.

Повернув голову, тоже рассматриваю тварей, окруживших щит. Ситуация становится всё веселее и веселее. Если эти уроды действительно выжидают, чтобы получить доступ к осколку, то станут атаковать с удвоенной яростью. Хотя, они и так представляют серьёзную опасность — сидя на полуголодном пайке, никто не будет сдерживаться, когда перед носом маячит вкусная еда.

Через несколько минут на улицу начинают выходить люди и мы приступаем к их организации — нам нужна максимально компактная колонна, в плотном построении. Как скоро выясняется, это будет не так сложно — с нами вызвалось отправиться немногим больше сотни гражданских. Остальные наотрез отказались идти в первой партии, покидая безопасные пределы здания. Плюс, ещё восемнадцать солдат, которых мы разбиваем на две группы, для прикрытия флангов. В тылу колонны будет идти Микка и Эйкар, в голове — мы с Айрин и Джойлом.

После того, как построение заканчивается, задействую айван, дотягиваясь до всего хлеба, который доступен и начинаю стягивать его к белому щиту. Новый крейнер здорово помогает — перстень и жетон Хёница практически не греются, хотя струны работаю с полной отдачей. Весь материал перевожу в полужидкое состояние, так что очень скоро за барьером собирается громадная масса теста. Поняв, что если попробую ещё увеличить её, то рискую потерять контроль, поворачиваю голову к Джойлу, хриплым голосом подавая сигнал.

— Начинай.

Тот морщится и бормоча что-то нецензурное о болотных рицерах, прикрывает глаза. Задача здоровяка — достать своим талантом до самок мутантов из других видов, заставив их броситься вперёд. Пусть, у этих тварей и есть свои «генералы», но основная масса точно не блещет интеллектом. Увидев начавшуюся свалку, они вполне могут присоединиться к процессу, рванув следом за своими «женщинами». Хаос на границах и начавшиеся столкновения, отвлекут хотя бы часть бойцов противника, заставив их рвать друг друга. И само собой ослабят нагрузку на нас.

Секунд двадцать стоит тишина, а потом я слышу отдалённые гортанные вопли и рык, пробивающиеся через белую пелену, что окружает здание. Айван Джойла начал давать результаты. Ещё минута проходит в режиме ожидания, а потом здоровяк открывает глаза.

— Всё, дальше не могу. С ними и так мерзко — такое чувство, как будто самку гхарга пытаешься соблазнить. А когда их много…

Не договорив, передёргивает плечами, а виконтесса громко командует.

— Готовимся!

Теперь мой черёд. Захватив около трети теста, разделяю его на громадную массу крохотных кусочков и обрушиваю их вниз. Когда входят в соприкосновение с кожей мутантов, расщепляю ещё дальше, до молекулярного уровня, заводя их в организм тварей. На этом моменте струны едва ли не взывают, выходя на какой-то запредельный уровень вибрации. Едва не останавливаюсь, испугавшись, что меня сейчас разорвёт на части, но нет — всё работает стабильно. Просто в каком-то сверхвысоком режиме. Даже пряжка ремня начинает греться — кожей чувствую нарастающее тепло.

Вернувшись к процессу, собираю молекулы теста вместе, разрывая внутренние органы монстров. Голова кипит от напряжения, но и результат налицо — не меньше сотни тварей корчатся в предсмертных муках. Почти половина «охраны», окружающей купол.

Извлекаю материал и наношу новый массовый удар, истребляя очередную группу мутантов. Третий подход становится финальным — теперь территория вокруг полностью очищена.

Опускаю вниз всё собранное тесто и формирую подобие стен. Мобильный, висящий в воздухе барьер, который должен полностью закрыть собой колонну. Пока занимаюсь этим, Джойл сыпет нотными символами и пускает кровь из ладони, поднимая двоих мутантов в качестве некроконструктов. Нам понадобятся глаза снаружи, чтобы понимать, куда следует идти. Резервный план — формирование «бойниц» в передней части мобильной крепости. На тот случай, если вдруг окажется, что мутантов не выйдет использовать для создания зомби. Мы проверяли заклинание только на останках небольшой птицы, которую не вышло поднять в воздух, из-за полного отсутствия плоти и перьев.

К моей радости, у Джойла всё проходит успешно и тратить дополнительные усилия на создание обзора изнутри не нужно. Я и так едва удерживаю всю получившуюся конструкцию — сразу за куполом, сейчас висит подобие громадной кишки из хлеба. Придать «укреплению» импозантный внешний вид не вышло, но сейчас я рад хотя бы тому, что у меня в целом вышел этот фокус.

Эйкар тоже пускает в ход заклинание — снаружи теста появляется искрящаяся сетка. Что-то вроде своеобразного щита из молний, который должен обеспечить первый уровень защиты. Второй — стены, сформированные из материала моего айвана. Третий — мы сами и солдаты. Если внутрь прорвётся одиночная тварь, то думаю, с ней можно будет справиться даже обычным оружием.

Шагаем вперёд, ведя за собой колонну и она втягивается внутрь «крепости». Когда все оказываются на месте, закрываю «кормовую часть» и дальше мы идём уже по указаниям Джойла. Его некроконструкты тоже прикрыты — Айрин удерживает локальный воздушный щит, который должен их уберечь.

Первые атакующие мутанты появляются буквально через десять секунд — где-то справа шипят молнии и я чувствую, как слегка колеблется стена. Хорошая новость в том, что нападавшего отшвырнуло назад, а щит Эйкара даже не поколебался.

Впрочем, ситуация быстро осложняется — тварей становится всё больше и в какой-то момент, первая из них успешно пробивается через щит, ослабевший от напора многочисленных тел. Нутром чувствую, как когти вцепляются в «хлебную стену» и перевожу часть материала в молекулярное состояние, почти на автомате уничтожая противника. Спустя секунду то же самое приходится проделать сразу с пятью мутантами. А дальше я уже не считаю — просто шагаю вперёд, стараясь не пропустить ни одной твари, прорвавшейся к «укреплению».

Надо отдать должное Эйкару — маг пробует усилить своё заклинание, восстановив мощность щита. Каждый раз это срабатывает на какой-то промежуток времени, давая мне небольшую передышку. Но по мере того, как мы продвигаемся, перерывы становятся всё короче, а врагов снаружи всё больше. В какой-то момент понимаю, что голос Джойла, указывающий направление доносится как будто через толщу воды — его еле слышно. Я настолько погрузился в управление материалом, что едва чувствую тело. Такое ощущение, что нервная система работает исключительно на то, чтобы собирать информацию от «укрепления» и реагировать на угрозы. Сейчас, я — это стены и крыша над нашими головами. Твари прорываются настолько часто, что практически каждую секунду приходится уничтожить очередного мутанта, а порой и сразу целую группу. Но они всё валят и валят на нас, нескончаемым потоком.

Не остаются в целости и наши «глаза» — прорвавшиеся мутанты разрывают на куски один из некроконструктов. Второго, Айрин с Джойлом успевают прикрыть. Всё это слушаю отстранённо, с трудом улавливая смысл переговоров соратников между собой. Ключевой момент в том, что здоровяк продолжает направлять движение колонны и я знаю, в какую сторону необходимо двигаться.

В какой-то момент я чувствую воздействие магии где-то рядом — похоже Эйкар чем-то ударил по скоплению мутантов. Секунд на десять это снижает их напор и даёт магу возможность отчасти восстановить щит. Но потом твари снова лезут вперёд. За следующую минуту сразу две из них едва не прорываются внутрь — с одним мутантом приходится разбираться охране, а второго, я просто облепляю тестом и сдавливаю так, что шея существа не выдерживает.

Туша остаётся висеть снаружи, а в мою затуманенную голову приходит новая идея — теперь я стараюсь захватить каждого атакующего мутанта, оставив его висеть снаружи. В итоге, «укрепление» быстро обрастает мёртвыми телами монстров, которые вмурованы в тесто. Видимо понявший мою задумку Эйкар, отодвигает свой щит на большее расстояние и моя задача несколько упрощается — прорвавшись через первый уровень защиты, мутанты вынуждены сначала пробиваться через тела своих же сородичей, буквально разрывая их на куски. Это сильно снижает нагрузку на меня, давая Эйкару время, чтобы разобраться с атакующими мутантами. Правда, для самого мага работы сильно прибавляется. Но учитывая весь его опыт — должен справиться. Я же двигаюсь, как машина, почти ничего не слыша и не видя — ещё чуть и просто рухну на землю. Только спустя минуту после «модернизации», мозги слегка приходят в норму, а частота вибраций струн падает.

Когда Джойл кричит, призывая остановиться, сначала даже не понимаю в чём дело. Доходит только секунд через десять, когда здоровяк снова орёт, извещая, что ворота открываются. Мы всё-таки добрались. И похоже внутри склада кто-то есть.

Рядом раздаётся голос Айрин, сообщающей о том, что она прикрыла пространство от нас до ворот щитом, но надолго его точно не хватит. Шагаю дальше, ведя вместе с собой и «крепость», облепленную мёртвыми тушами мутантов. Спустя десяток метров, чувствую, как передняя часть «укрепления» сталкивается с каким-то препятствием. Что-то твёрдое и точно не живое. Продвигаюсь ещё немного дальше, сминая корпус из теста и раздвигаю в стороны лобовую часть.

В открывшемся проёме показывается несколько размытых фигур, которым что-то кричит Джойл. Разобрать слова я уже не могу — осознание того факта, что мы всё-таки дошли до цели, расслабляет разум и он порывается немедленно отдохнуть.

С громадным трудом движусь вперёд, забирая влево. Нужно открыть дорогу остальным позволив им войти внутрь. Дальше просто стою на месте, удерживая защиту. В момент, когда всё перед глазами сливается в одно полутёмное пятно, на котором порой движутся какие-то точки, слышу голос Эйкара.

— Всё, отпусти его! Слышишь? Сдай чуть назад и брось!

Не знаю, сколько раз ему приходится кричать, но в конце концов разум воспринимает слова мага и я толчком выпихиваю кишку «крепости» назад, за пределы помещения в котором мы оказались. А потом перестаю его удерживать. Слышатся испуганные крики, следом за которыми раздаётся треск заклинания. По воздуху проносится волна тепла и что-то звякает, а я оседаю на землю — подкосившиеся ноги не хотят держать тело в вертикальном положении. Последнее о чём думаю, перед тем, как отключиться — второго такого же похода я не выдержу. Нужно придумать что-то новое.

Глава 20

Придя в себя, чувствую на лице холод и подняв руку, стаскиваю со лба пропитанную ледяной водой тряпку. Справа немедленно слышится голос Айрин.

— Лежи спокойно — тебе ещё надо отдохнуть. Эйкар сказал, при таком перенапряжении струн нельзя использовать целебную магию, надо ждать естественного восстановления.

Повернув голову в сторону, морщусь от приступа острой боли и вижу озабоченное лицо виконтессы. На заднем фоне слышатся ещё чьи-то голоса, но их я пока разобрать не могу. Разжав губы, озвучиваю пожелание.

— Мне бы сорка, покрепче.

Хмыкнувшая девушка поворачивается куда-то в сторону, крича, что нужна порция бодрящего напитка и скоро мне в руки всовывают горячую кружку. Сделав глоток, чувствую, как отступает тупая головная боль. А осушив её до дна, нахожу в себе силы для того, чтобы подняться. Мэно наблюдает за процессом с определённой долей скепсиса, но в итоге подаёт руку, помогая удержаться на ногах.

Людей, которых мы сюда вели, вокруг не видно — видимо их увели в другую часть здания. Сами мы в большом квадратном помещении, освещаемом десятком масляных ламп. Около противоположной стены — Эйкар и Джойл, беседующие с двумя военными. А слева стоит Микка, прислонившаяся к стене.

Доковыляв при помощи Айрин до разговаривающей четвёрки, понимаю, что один из них, это выпускник Хёница. Совсем молодой парень, с пушком усов на верхней губе. Первым заметив наше приближение, шагает навстречу, протягивая руку.

— Эрленд Хакс. Я сам выпускник Хёница, но никогда не видел, чтобы студенты использовали айван в таких масштабах. Тем более на первом курсе.

Пожав его ладонь, слабо усмехаюсь.

— Это всё практика. Мы уже давно за стенами университета и не первый раз схлёстываемся с врагами.

Сзади парня хмыкает Эйкар.

— Согласен — сегодня ты выложился по полной. Но второй раз такой фокус не пройдёт — твои струны и сейчас едва выдержали.

Скольжу взглядом по их озабоченным лицам и озвучиваю логичный вопрос.

— Новый план уже есть?

Ожидаю ответа от кого-то из «наших», но вместо этого в разговор внезапно вклинивается офицер с погонами лейтенанта.

— Мы благодарны вам за помощь, но сейчас нам надо решить, что делать дальше. Лучше отдохните.

Справа от меня что-то злобно шепчет виконтесса, а Микка шагает вперёд, опустив руку на рукоять палаша. Махнув головой, останавливаю призванную.

— Стоп. Он не хотел сказать ничего оскорбительного — просто не понял всей ситуации. Не стоит убивать каждого несдержанного на язык офицера.

Не понимающий что происходит лейтенант, с некоторым изумление разглядывает нас, а Джойл решает объяснить ситуацию.

— Это наш командир. Он принимает все решения.

Теперь на лице военного отображается смущение и он пытается извиниться. Взмахнув рукой, обрываю его, переведя взгляд на Эйкара.

— Так как? Есть какие-то идеи?

Тот на пару секунд задумывается.

— Что насчёт стен?

Увидев абсолютное непонимание на моём лице, объясняет.

— Пять кварталов. Расстояние немалое, но насколько я видел с крыши общественных бань, поблизости ни одного высокого здания. Достаточно поднять стены нормальной высоты и мутанты не смогут через них перемахнуть.

Представив в голове масштаб задачи, нервно усмехаюсь.

— На всё протяжении маршрута? Как ты собираешься это сделать? Будь с нами подгорные, ещё можно было подумать, но своими силами…

Глаза обоих военных наглядно демонстрируют степень их удивления при упоминании подгорного народа, но парни предпочитают оставить вопросы при себе. А старый маг начинает излагать детали своего предложения.

— Открываем ворота, выходим наружу под прикрытием щитов и впускаем внутрь по одной твари, парализуя будущих жертв. Потом расчерчиваем символы, пускаем в дело хьярки и любуемся на выросший участок стены. Повторяем до момента, когда всё будет закончено.

— Пять кварталов? Сколько там домов вдоль дороги? Штук по сорок? Плюс перекрёстки. Даже если у нас получится, мы провозимся до вечера. И не факт, что вообще справимся.

Тот пожимает плечами, о чём-то раздумывая, а Джойл внезапно предлагает новую идею.

— А что если по воздуху?

Все присутствующие поворачиваются к здоровяку и тот чуть смущённо добавляет.

— Ну, помните, мы в подземелье на воздушной подушке спускались. Может здесь так же попробовать? Человек по двадцать, перебрасывать по воздуху, опускать под щитом на крышу склада и через люк впускать внутрь.

Эйкар тяжело вздыхает.

— Это будет не проще, чем возводить стены. Одно дело — спустить на три метра вниз пару человек и совсем другое — удержать на протяжении длительного времени сразу двадцать, а потом ещё и приземлить их так, чтобы не переломать ноги. Не говоря о том, что нам самим придётся следовать за ними. Одна небольшая ошибка и все полетят вниз.

Нахмурившийся здоровяк отвечает вопросом.

— Разве у тебя это не получится? С твоим-то опытом?

Теперь маг слегка раздражается.

— Даже с моим опытом, это безумно сложно. На один раз может быть хватит. Или на два. А на третий, очередная партия беженцев рухнет вниз и сдохнет.

Чуть помолчав, угрюмо добавляет.

— Хотя, если появятся крылатые мутанты, то все они погибнут ещё раньше.

Выматерившись про себя, прокручиваю в голове варианты, пытаясь подобрать что-то подходящее. Пока, всё что приходит на ум — какие-то безумные комбинации, которые даже озвучивать не стоит. Повернув голову к Микке, прошу обеспечить ещё одну порцию сорка и усаживаюсь на ящик, стоящий чуть в стороне. Как мы можем безопасно доставить сюда всех оставшихся людей? Мы же маги в конце концов. А Эйкар, так и вовсе, наверняка входит в первую сотню лучших, если принимать в расчёт только тех, кто остался жив. Ну или в первые пять сотен. Покосившись на бывшего призрака, хмыкаю. В целом, вообще сложно обозначит его уровень — предела возможностей мага мы пока ещё не видели. Это нам он кажется могущественным, а там как знать — вдруг на самом деле не попадает и в первую тысячу.

Вздохнув, унимаю раздражение внутри себя. Эйкар тут ни при чём. Он вообще специализируется на магии призыва, которая сейчас недоступна. Будь всё иначе — наверняка нашёлся бы эффективный вариант. Собственно, он у нас даже был.

Задумавшись, не замечаю, как призванная приносит ещё одну кружку сорка, увидев девушку, только когда она стоит совсем вплотную. Делаю глоток и меня внезапно озаряет. Подняв глаза на Эйкара, который о чём-то тихо беседует с Джойлом, интересуюсь.

— На каком этапе разрываются заклинания призыва?

Маг на мгновение задумывается.

— В момент установки стабильного канала связи для перехода из их мира в наш.

Глаза лейтенанта едва ли не лезут на лоб. Могу поспорить, если он в итоге выживет, то ему точно будет что рассказать собутыльникам во время очередной попойки. Историй до конца жизней хватит. Сам же озвучиваю ещё один вопрос.

— То есть портал может перебросить что-то из нашего мира в их?

Всё ещё непонимающий Эйкар кивает.

— В теории да. Но ты сам видел — с момента установки связи, проходит буквально пара секунд. Максимум, что можно успеть — засунуть внутрь одиночного мутанта. А прервать комбинацию на середине не выйдет — для функционирующего портала нужна двусторонняя связь, иначе он в любом случае схлопнется за те же секунды.

Сделав ещё глоток сорка, усмехаюсь.

— Помнишь, что ты говорил нам о самых распространённых ошибках при создании портала между мирами? Что произойдёт, если изменить расположение седьмой ноты в базовом компоненте?

На момент задумывается.

— Откроется дыра, которая станет втягивать в себя всё окружающее.

Усмехнувшись, качает головой.

— Идея неплохая, но время функционирования подобной дыры — от семи до десяти секунд. За это время она не успеет засосать большое количество мутантов. А открывать их массово не выйдет — на каждый портал будет уходить какое-то время. Даже если спешить и работать максимально быстро — секунд по десять, минимум.

Разжимаю губы в ухмылке.

— А мы подготовимся заранее. И поможем тварям попасть внутрь.

Увидев на лице мага заинтересованность, обозначаю детали своей спонтанной идеи.

— Смерчи. Всасывающие в себя дома и живых существ воздушные воронки. В центре каждой из которых появится «бракованный» портал, в нужный момент ставший дырой между мирами. Одновременно с этим, каждый смерч изменит логику своего движения, схлопнувшись в центре.

Несколько секунд все молчат. Потом Эйкар уточняет.

— Хочешь разнести всё вокруг по кусочкам?

Слегка пожимаю плечами.

— Пока, только ближайшие кварталы. По несколько воздушных ударов и от них ничего не останется. Если твари рванут к нам через образовавшуюся пустошь, ударим ещё раз. И потом снова.

Маг молчит, обдумывая предложение, а Джойл хмурит брови.

— На это уйдёт много силы. Тут же не полевая магия понадобится, а что-то более мощное.

Кивнув ему, подтверждаю слова.

— Я же и сказал — мы подготовимся. Поднимемся на крышу под щитами, наберём себе потенциальных жертв, расчертим ксоты и руны. А потом станем раз за разом бить по окружающей территории. Когда уничтожим ближайшие кварталы, кто-то останется здесь, постоянно накрывая территорию новыми ударами, а остальные отправятся к Омосу, чтобы забрать людей. Зато можно будет вывести всех разом.

Теперь голос подаёт Айрин.

— А если удар зацепит саму колонну?

Повернув голову к девушке, детализирую.

— На втором этапе будет достаточно накрывать смерчами границы зачищенной территории, не давая мутантами массово прорваться внутрь.

Закончивший размышлять Эйкар, возвращается к разговору.

— Согласен, идея неплохая, но придётся зачистить большой прямоугольник. Не только кварталы справа и слева от дороги, но и те, что за складом. Плюс, район, прилегающий к общественным баням. Не сказать, что это будет просто… Но при наличии нужного числа жертв и подготовки, может получиться.

Перебрасываемся ещё несколькими фразами и сходимся на том, что ещё минут тридцать нам понадобится на отдых, после чего можно приступать к первой фазе. Ещё какой-то промежуток времени остаюсь на месте, давая телу и струнам прийти в себя, а потом чувствую острый голод и выяснив, что приведённых нами беженцев как раз кормят, направляюсь к ним.

Люди обнаруживаются в большом зале, половина которого заставлена ящиками. Часть беженцев уже расселась, поглощая еду, другие выстроились в очередь к котлу, из которого пара солдат наливает им какое-то варево. Приблизившись, понимаю, что это фасоль с мясом. Видимо разогретые армейские консервы. Очередь охотно пропускает меня вперёд и скоро я уже располагаюсь на одном из ящиков, жадно набросившись на пищу. Рядом приземляется Айрин, тоже прихватившая полную металлическую миску с едой.

Странно — голод такой, что я выскабливаю посуду ложкой и едва не отправляюсь за добавкой. Спасает решение пару минут подождать — по их прошествию становятся понятно, что я всё-таки сыт. Просто организм не смог верно оценивать объём съеденного и подавал ложный сигнал. Отставив в сторону миску, забираю из общей кучи кусок брезента и расстелив на полу, укладываюсь на него. Рядом моментально ложится Айрин и в таком положении мы проводим всё время отдыха, который нарушает появившийся Эйкар. Маг обозначает, что уже пора выдвигаться и вскоре мы уже собираемся около лестницы, ведущей к люку на крышу.

Лейтенант, командующий местной сменой охраны, опасливо глянув на потолок, озвучивает очевидное.

— Там может быть полно этих тварей. Первое время они вообще постоянно шастали, потом стали появляться реже, но всё равно хватает.

Переглядываюсь со старым магом и осторожно запускаю айван, дотягиваясь до материала, который мы оставили перед входом на склад. Опасаюсь, что струны подведут, поэтому сначала захватываю совсем небольшую часть теста, отделяя его от остатков «крепости». Когда становится понятно, что ситуация в целом стабильна, беру под контроль более солидную часть хлеба и распылив его, поднимаю в воздух. Скоро над крышей проносится волна частиц теста. Визуально мне ничего не видно, но вот контакт с живым существом я уловить способен. Учитывая, что помимо мутантов, над нами больше никого быть не может, уничтожаю всех обнаруженных живых существ, расчищая путь.

Закончив, подаю сигнал остальным и первым наверх поднимается Эйкар, буквально взлетевший по лестнице. Сам я забираюсь последним — с учётом моего состояния, основная нагрузка всё равно ляжет на остальных.

Первые несколько минут мы осваиваемся — бывший призрак удерживает защиту, а Джойл с Айрин бьют парализующими связками по отдельным особям, которых тот пропускает через свой щит. Я же вовсю черчу ксоты и руны. Нам понадобится несколько десятков «комплектов» каждого из заклинаний — работы более чем хватает. Плюс, все магические символы нужно как-то уместить на той площади, которая находится под защитой. Конечно, можно её расширить, но Эйкар хочет быть уверен, что ему хватит ресурсов на все последующие манипуляции, поэтому пока старается не выкладываться по полной.

Спустя четверть часа всё происходящее уже кажется чем-то обыденным — вот Айрин с Джойлом вырубают сразу пару мутантов, быстро оттаскивая их к остальным. Микка выбирает новую цель и старый маг на доли секунды открывает проём в щите, дав твари провалиться внутрь. По нему сразу же бьёт парализующая нить и он присоединяется к своим собратьям, валяющимся в отключке. Я же черчу руны с ксотами, чувствуя, как постепенно затекают руки.

Заканчиваем ещё через пятнадцать минут. Всё свободное пространство внутри щита расчерчено символами и у нас имеется около сорока жертв. По идее, этого должно хватить, как минимум на сорок парных заклинаний. Половина уйдёт на смерчи и вторая половина на «порталы-мины». Эйкар надеется обойтись одной жертвой на каждые два комплекса нотных связок.

Вокруг ревут сотни мутантов, заполонивших крышу. В целом, к звуку мы привыкли, но сейчас пришло время очистить от них окружающую территорию. Поэтому снова тянусь к тесту, что лежит у ворот и скоро на монстров опускается измельчённая хлебная пыль. Сначала пытаюсь избегать одновременной ликвидации большого числа целей, но быстро понимаю, что по иному просто не выйдет — твари валят и валят со всех стороны, быстро занимая место убитых сородичей.

Приходится перейти к работе по крупным группам целей, на что струны отзываются более частой вибрацией, а виски слегка ломит. Зато, я за несколько ударов очищаю крышу и продолжаю отправлять на тот свет мутантов, что со всех стороны запрыгивают наверх. Слышится голос Эйкара.

— Я опускаю щит. Джойл — сразу же поднимай новый! Кирн — не дай им подобраться близко! Мы с Айрин приступаем.

Всё в соответствии с планом — я зачищаю крышу от групп появляющихся мутантов, пока Эйкар с виконтессой занимаются атакой. А здоровяк держит щит, который должен остановить самых резвых тварей. Что касается смерчей и порталов — основная нагрузка ляжет на Эйкара. Айрин выступает скорее в качестве страховки и младшего партнёра при реализации заклинания. По сути, основная её задача — не пропустить момента, когда нужно будет схлопнуть смерч, отправив всё его содержимое в односторонний портал. Пределов объёма у дыр между мирами быть не должно, так что по идее, туда должно поместиться всё что угодно. Ключевой момент — успеть всё это загнать внутрь.

Кружусь на месте, оперируя хлебом и краем глаза вижу, как в воздухе появляется один из первых смерчей. А сбоку слышится крик Микки, присматривающей за парализованными мутантами.

— Крылатые уроды! Целая стая!

Глава 21

Бросив быстрый взгляд наверх, понимаю, что призванная не ошиблась — в небе видны крылатые мутанты, быстро приближающиеся к нам. На глаз — сотни две особей, сбившихся в стаю. Поворачиваюсь в другую сторону, встречаю атакой очередную волну мутантов, оказавшихся на крыше и краем глаза замечаю движение в небе. Твою мать! Эта стая будет сильно больше — не знаю, сколько в ней тварей, но что-то мне подсказывает, как минимум тысячи полторы. И если с первой группой, я могу как-то разобраться при помощи айвана, то вот такое количество точно не осилю.

Собираюсь сообщить о новом противнике остальным, но это уже делает Микка.

— С другой стороны тоже крылатые. Раз в десять больше первой стаи, летят к нам.

Матерясь про себя, снова и снова пускаю в дело айван, уничтожая новые партии мутантов, запрыгивающих наверх. Впрочем, несмотря на мою активную деятельность, часть эти тварей добирается до щита, удерживаемого Джойлом. Здоровяк как-то умудряется подражать Эйкару и порой бьёт отдельными нотными связками по собравшимся снаружи целям, расчищая пространство.

Первый смерч, тем временем, постепенно набирает силу. Боковым зрением вижу, как разваливаются на части дома и их части взлетают в воздух. Что радует — вместе с ними поднимаются тела сотен, а то и тысяч мутантов, стремящихся добраться до района склада.

Секунд через двадцать, в центре бушующей стихии что-то сверкает и за следующие несколько мгновений она молниеносно исчезает. Скорость такая, что хлопок сильно бьёт по ушам, заставив вздрогнуть. Получилось! Изменения, внесённые Эйкаром в заклинание и так должны были сработать, но теперь, когда теория проверена практикой, уверенность в успехе предприятия несколько выросла.

За следующую минуту таким же образом схлопывается ещё пять смерчей, опустошая отдельные части города. На местах, по которым прошлись заклинания, остаётся месиво из обломков построек, кусков фундамента, земли и трупов. Решается и вопрос с крылатыми мутантами — очередной вихрь смещается в сторону летящей стаи, полностью засасывая её в себя. После того, как он вместе со всем содержимым исчезает в портале, уже ничего не напоминает о том, что в воздухе только что парила громадная масса крылатых и опасных тварей.

На секунду мелькает мысль о том, что я никогда не интересовался, чем становятся вещи и живые существа, отправившиеся в мир призванных. Правда, она сразу же исчезает — в ситуации, когда каждые несколько секунд требуется использовать айван, не до лишних размышлений.

Струны, которые не успели полноценно отдохнуть, снова часто вибрируют. Всё не так жёстко, как недавно, когда мы пробивались к складу, но всё равно довольно ощутимо. Крыша завалена трупами мутантов, которые перекрывают обзор и новые группы противника приходится встречать куда ближе к щиту — иначе мне просто не видно, куда бить. А массовые удары наугад заставляют расходовать лишние силы, так как внезапно выясняется, что при постоянной нагрузке на айван и струны, мне довольно сложно отличить живую плоть от мёртвой. Поняв, что я калечу внутренние органы уже мёртвых врагов, заставляя струны работать вхолостую, меняю тактику, давая мутантам подойти ближе.

После того, как два смерча расчищают пространство около самого склада, становится проще — поток стремящихся добраться до нас мутантов иссякает. Остаётся только небольшое количество тех, что были совсем вплотную — с ними я расправляюсь за несколько ударов айваном.

Повернув лицо в сторону общественных бань, понимаю, что в принципе почти всё уже сделано — от кварталов, лежащих между складом и общественными банями, ничего не осталось, а прямо сейчас два смерча опустошают территорию около здания, где укрывается основная масса спасшихся. Плюс, ещё два появились на границе и один за моей спиной.

Подбежав к открытому люку, бросаю взгляд вниз.

— Эрленд! Сюда!

Спустя несколько секунд наверх поднимается армейский маг, который сейчас должен занять место Джойла. Здоровяк пускает в ход нотную связку, заливая всё вокруг пламенем и когда огонь утихает, прикончив группу, чудом уцелевших мутантов, опускает щит, который выпускник Хёница сразу же заменяет своим заклинанием. Направляемся было к краю крыши, в соответствии с планом, но почти сразу слышится напряжённый голос Эйкара.

— Джойл — останься! Жертв не хватает, нам понадобятся ещё.

Оглянувшись на растерянного здоровяка, взмахиваю рукой, давая понять, что всё в норме и устремляюсь дальше. Через десять секунд уже спрыгиваю вниз, поддержав себя воздушной подушкой. Логика старого мага понятна — если у них останется только Эрленд, возможности пополнить число жертв, не останется. А значит, в какой-то момент придётся остановиться, подставив под удар всех остальных. Видимо, одной жертвы всё-таки недостаточно для реализации сразу двух нотных комбинаций. Либо, по его расчётам нам потребуется куда большее число смерчей. В любом случае, добраться до беженцев я смогу и один — это несложно. Потом останется только убедить их быстро выдвинуться к складу.

Теперь весь вопрос в скорости. Начерченные руны и ксоты можно использовать повторно, после определённого промежутка времени. Но вот струны Эйкара и Айрин имеются конечный предел. И будет куда лучше, если они до него не доберутся.

Во весь опор мчусь к общественным баням, когда за спиной слышится шум шагов. Оборачиваюсь, готовый ударить одной из связок и вовремя останавливаюсь узнав Микку. Поравнявшись со мной, снижает темп, на ходу объясняя ситуацию.

— Позвала наверх пару солдат — это хватит, чтобы подтаскивать уродцев. Нельзя отпускать вас без защиты.

Н-да. Остаётся надеяться, что военные справятся с поставленной задачей. Не каждый день приходится таскать парализованных монстров, наблюдая, как их потом потрошат. С одной стороны, я рад, что теперь рядом призванная, но с другой, часть меня хочет, чтобы она находилась на крыше, обеспечивая стабильную работу всей нашей схемы.

За размышлениями сам не замечаю, как мы приближаемся к белому полупрозрачному куполу. Пролетев сквозь него, распахиваю дверь и вбегаю внутрь.

— Тридцать секунд на сборы! Ваши уже на армейском складе! Пока путь расчищен, надо идти!

Сразу за последней фразе зал взрывается гулом голосов — сразу сотни людей хотят узнать, что происходит и какая именно опасность их ждёт. Рядом, набрав в лёгкие воздуха, кричит Микка.

— На улицу! Немедленно! Те, кто останутся — умрут! Мы за вами не вернёмся.

Ближайшие люди тоже принимаются кричать, передавая слова дальше и нас снова накрывает волна воплей. На этот раз, большей частью возмущённых — солидному количеству присутствующих не нравится приказной тон, совмещённый с угрозой.

Оглянувшись назад, через открытый проём вижу, как появляются три новых смерча и схлопываются ещё два. Пока мы тут вандалаемся, Эйкар будет вынужден снизить частоту магических ударов и тогда будет сложно довести всех этих идиотов до места. Ловлю себя на мысли, что вот прямо сейчас, мне абсолютно не жалко всю толпу и повернувшись, вспоминаю связку усиливающую голос.

— Все наружу! Сейчас же! Путь свободен. Останетесь — умрёте!

Звук голоса, ставшего в десятки раз более мощным, прокатывается по всему этажу и на секунду там воцаряется тишина. А я решаю подать пример и шагаю на крыльцо здания. Следом отправляется Микка, а через секунду появляются и первые люди, с опаской разглядывающие смерчи.

Стадный эффект срабатывает — за первыми смельчаками устремляются все остальные и в какой-то момент приходится восстанавливать порядок, ликвидируя давку в дверях.

В конце концов, на улице оказываются все беженцы, включая Омоса. Это подтверждает и сам мужчина, по словам которого внутри здания больше никого не осталось. На автомате чуть не спрашиваю его, что с осколком — едва успеваю остановить рвущиеся с языка слова.

Кричу, отдавая команду и колонна наконец приходит в движение. Тоже сдвигаюсь с места и понимаю, что теперь в нашем плане имеется провал. Вернее — громадная зияющая дыра. Мы с Джойлом должны были прикрывать фланги — каждый наблюдал бы за своей стороной, уничтожая мутантов, которым удалось проскочить мимо смерчей. Но теперь я один и сомневаюсь, что получится сдержать угрозу с обеих сторон.

Устроившись слева от колонны, приблизительно в её середине, отправлю на правую сторону Микку с приказом сообщить, как только появятся монстры. А людей предупреждаю, что мне может понадобиться быстро проскочить сквозь них. Реагируют правда единицы — основная масса тупо мчится вперёд, только что не подвывая от страха.

Первую группу мутантов успеваю заметить вдалеке и вовремя ударить заморозкой. Провожая взглядом поблёскивающие инеем изваяния, вижу ещё одну пачку тварей — эти подобрались ближе и теперь выскочили из какой-то ямы, видимо ранее бывшей подвалом дома. Этих встречаю огненной волной, следом за которой бью воздухом, припечатывая живые факелы к земле так, что у них ломаются кости.

— Угроза с фланга! Больше тридцати!

Повернув голову на крик Микки, врезаюсь в нестройную толпу, которая ошалело бежит по дороге и чудом не упав, проталкиваюсь через них. За это время, призванная успевает трижды выстрелить из винтовки. Остановившись на обочине, нахожу глазами противника и бью мелкими осколками льда, нашпиговывая мутантов замороженной водой. Не всех удаётся прикончить с первого раза — приходится использовать связку дважды.

Поняв, что пока стоял на месте, серьёзно отстал, бросаюсь бежать. А на ходу тянусь к хлебу, который остался около склада. Возможно следовало бы взять его с собой изначально, но на тот момент я думал только о том, чтобы быстрее добраться до цели. Плюс, тащить за собой подобный груз, было бы не слишком удобно. Если уж на то пошло, то и сейчас управляться с тестом не очень комфортно. Но как по мне, удары айваном намного более эффективны, чем известные мне комбинации. И наносить их можно намного быстрее.

Переместив к себе часть хлеба, слышу крики с другой стороны колонны и повторяю манёвр, сместившись туда. А спустя считанные секунды, хлеб уже собирается в небольшие, утыканные шипами шарики, которые образуются прямо в головном мозге мутантов.

Когда мы проходим уже две трети пути, становится понятно, что просто точно не будет. Во-первых, снижается частота появления новых смерчей, из-за чего в нашем направлении прорывается всё большее число монстров. Во-вторых, часть людей отстаёт, банально не выдержав скорости. В основном женщины, дети и старики. Некоторым из них помогают, но это те, у кого рядом есть взрослые мужчины из их семей. Всех остальных просто оставляют позади и они растягиваются длинной цепочкой. Замечаю, что Омос специально сбавляет темп бега, оказывшись рядом с ними. Возможно рассчитывает, что у него выйдет отбиться от мутантов в случае необходимости. Учитывая всё, что мы встречали раньше, сил у этого мужчины должно быть много. Хотя, пожалуй лучше назвать его стариком — могу поспорить, ему как минимум, несколько сотен лет.

Через секунду отвлекаюсь от мыслей, уничтожая очередную партию монстров. А дальше они идут одна за другой. Более того — из-за здания общественных бань тоже появляются мутанты. Не меньше пары сотен озлобленных тварей, мчащихся по следу. А смерча на их пути всё никак не появляется — похоже у Эйкара и Айрин дела идут не самым лучшим образом.

Оглядываюсь по сторонам, оценивая ситуацию и понимаю, что голова колонны уже практически добралась до ворот. Изнутри даже открывают их створки — ещё какие-то секунды и первые беженцы окажутся внутри. Но вот хвост колонны слишком далеко от входа. А мутанты наступают уже со всех трёх сторон.

Решившись, отправляю облако хлебной пыли навстречу тварям, которые приближаются со стороны старого убежища, всё ещё окружённого белым куполом. Когда разом умерщвляю около сотни целей, струны немедленно повышают уровень вибрации, заставив поморщиться от боли. Второй половину преследователей уничтожаю, преодолевая инстинкты, которые кричат о том, что надо остановиться и бежать к складу. Неподалёку бьют винтовочные выстрелы — повернув голову, обнаруживаю Микку, рядом с которой держат позицию несколько солдат в форме имперской армии и гарнизона. Не знаю, заставила она их или бойцы вызвались отстать от остальных сами, но те ведут прицельный огонь по приближающемуся противнику.

Толку от этого, правда мало — мутантов слишком много, чтобы их могла остановить небольшая группа стрелков. Снова отправляю вперёд измельчённый хлеб и одну за другой уничтожаю несколько групп мутантов. Крутнувшись на месте, повторяю приём, защищая другую сторону. И не удержавшись, в голос матерюсь, поняв, что меньше их не стало — из-за руин показываются новые и новые монстры. Вражда разных видов, похоже временно забыта — на нас несутся самые разнообразные твари, от человекоподобных до мини-танков, по форме слегка напоминающих свиней.

Снова и снова пускаю в дело айван, стараясь унести максимум вражеских жизней каждым ударом. Когда тело снова сводит от боли, оглядываюсь по сторонам и понимаю, что хвост колонны уже почти прошёл мимо. Рядом притормаживает Омос. Взглянув на мутантов, поднимает правую руку.

— Я попробую помочь. Не обещаю, что получится, но…

Спустя пару секунд выясняется, что сомневался он зря — образовавшаяся в воздухе белая волна несётся навстречу монстрам. Сквозь камни и любые иные препятствия, она проходит насквозь, но вот мутантов тащит дальше, поднимая в воздух. Не отпускает даже при столкновении с препятствием — на моих глазах одну из тварей разрывает напополам, после удара о торчащую балку, на которой та должна была зависнуть. А ещё одну превращает в кровавый блин, расплющив о кусок стены.

Тряхнув головой, переключаю внимание на другую сторону. Раз здесь с ситуацией разобрался Омос, надо заняться опасностью с противоположного направления.

Наношу удар за ударом, пытаясь сдержать мутантов, которые осмелели из-за сокращения интенсивности воздушных атак. В какой-то момент слышится крик Микки.

— Всё! Отступаем!

Крутнув головой, понимаю, что призванная права — почти все беженцы уже внутри склада, снаружи осталось всего несколько десятков человек. Относительно далеко от укрытия, только мы с телохранительницей, Омос и трое солдат. Через пару мгновений после крика девушки, уже мчимся в сторону здания. Когда местный лидер срывается с места, белая волна, ставшая недвижимым щитом растворяется, открывая дорогу противнику. Впрочем, с учётом расстояния, оттуда они до нас добраться просто не успеют. В отличии от своих соплеменников по правую руку, которые намного ближе.

Ещё несколько раз пускаю в дело айван, пытаясь задержать мутантов. А в очередной раз глянув в сторону противника, чтобы выделить там новую цель, вижу поднимающийся смерч. Пожалуй немного ближе к нам, чем следовало бы, но в целом ход ловкий — на моих глаза туши монстров поднимаются в воздух, закручиваясь кольцом. Большинству из них, теперь не до продолжения атаки — разбегаются в разные стороны, стараясь ускользнуть из под удара вихря. А самых отчаянных я встречаю айваном.

Ускорившись, добираемся до ворот и на полной скорости влетаем внутрь здания. С трудом затормозив, приваливаюсь спиной к стене и шумно дышу, стараясь дать телу передышку. Десяток солдат тащит на себя массивные створки ворота, в добрые полметра толщиной и возвращает на место стальные засовы. Слегка подрагивающей рукой снимаю с пояса фляжку, делая пару глотков воды. А когда возвращаю её на место, из прохода появляется Эйкар, за которым устало бредут Айрин и Джойл.

Вздохнув, отрываю тело от стены и услышав восклицание виконтессы, поворачиваю голову. Твою же дивизию, Эйкар! Ты прямо сейчас решил поговорить с Омосом? Когда мы все истощены и только что сражались на самом пределе сил?

Глава 22

Махнув головой, пытаюсь взбодриться и шагаю к магу. Не знаю, о чём он собрался беседовать с Омосом, но если разговор пойдёт не по плану, то последствия могут быть весьма печальными. Хотя бы по той причине, что за стенами склада тысячи мутантов, готовых на всё, чтобы добраться до нас. И если в процессе «выяснения отношений» вдруг пострадает стена, то мало никому не покажется.

Пока приближаюсь, они уже успевают начать говорить и я слышу ответ Омоса.

— Он нужен для защиты людей. Я лечу их уже долгие годы и не хочу бросать в такое время.

Старый маг, вместо того, чтобы ответить, косится в мою сторону.

— Может быть время представится? Он выглядит нормальным.

Намёк понятен и более чем прозрачен. Конечно, вокруг нас больше десятка военных, включая офицера. Но у них нет связи с остальной империей — сообщить о нас они не смогут. Единственное «но» — их маг. Но не думаю, что у него имеется артефакт связи. Глянув на Омоса, который с интересом меня разглядывает, формулирую фразы.

— Император Кирнес Эйгор, соправитель Норкрума. Артефакт, который вы используете для лечения людей, требуется всей империи — это единственный шанс остановить Схэсса.

Замечаю, как округляются глаза солдат, а брови офицера ползут вверх. Целитель же на мгновение застывает в раздумье.

— Я слышал о Рэне Схэссе. Но он просто один из претендентов на престол.

Пошатнувшись, привожу дополнительные аргументы.

— Время правление Схэсса — один из самых мрачных периодов в истории Норкрума. Если он снова окажется у власти, империя захлебнётся кровью. И ваш артефакт всё равно заберут — это его собственность, о которой он рано или поздно узнает.

Чуть помолчав, добавляю.

— К тому же, у нас просто нет выбора. Если вы не согласитесь передать нам артефакт добровольно, придётся сражаться. И как бы вы ни были сильны, имейте в виду, что мы уже сталкивались с людьми, попавшими под действие таких же магических объектов, успешно с ними разделавшись. Будет обидно, если пострадают люди, которых мы с таким трудом сюда переместили.

Лицо собеседника мрачнеет и он чуть отступает назад.

— Вы пытаетесь угрожать мне и всем выжившим?

Вздыхаю и не сдержавшись, перехожу на повышенный тон.

— Я пытаюсь объяснить, что мы в любом случае сделаем всё, чтобы получить этот артефакт. Даже если вы сможете нас убить — после прихода к власти, Рэн гарантированно прикончит вас и заберёт осколок.

Когда я заканчиваю, Эйкар добавляет.

— Не забывайте, что перед вам член императорской фамилии и законный соправитель Норкрума.

Омос переводит взгляд с меня на него и через секунду возвращает его обратно, о чём-то задумавшись. В конце концов, выдаёт ответ.

— Вы можете гарантировать, что к нам придёт помощь?

А он, похоже и правда беспокоится о горожанах. Вздохнув, озвучиваю требуемое.

— Если мы выживем и одержим верх, то обязательно пришлём за вами спасательную экспедицию. А как только выберемся на восток, известим всех о том, что на самом Западе есть выжившие и они ждут спасательную экспедицию.

Судя по лицу мужчины, это не совсем то, что он ожидал услышать, но в итоге верх всё-таки берёт здравый смысл — он лезет куда-то в карман и достав оттуда небольшой кусок камня, протягивает его мне.

— Возьмите. Но помните — мы ждём помощи.

Кивнув, забираю осколок и сразу же протягиваю его Эйкару. Всё, дело сделано. Осталось слегка прийти в себя и можно возвращаться на дирижабль.

Впрочем, когда разворачиваюсь, чтобы уйти, слышится голос лейтенанта.

— Ваше Императорское Величество, прошу извинить меня за неподобающее поведение. Какие будут приказы?

Глянув на вытянувшегося во фрунт парня, невольно думаю о том, что вбитые в голову установки непобедимы. Сколько они пробыли в окружении монстров, без всякой связи с внешним миром и надежды на спасение? Недели две? А теперь к ним примчался «император», который собирается вот-вот покинуть город, потому как забрал то, что ему нужно. На месте военного, я бы размышлял, как хорошо бы смотрелся клинок в голове правителя, а не пытался выслужиться.

Хотя, в любом случае, ответить что-то нужно. Глянув на ждущего офицера, пытаюсь придать лицу бодрый вид.

— Обеспечьте безопасность людей и проследите, чтобы каждый получал достаточно пищи. Ввиду фактического отсутствия руководства полиции, на вас возлагаются и её функции. Необходимо жёстко пресекать и карать любые преступления — кражи, изнасилования, побои. Под ваше командование переходят все военные и полицейские, которые остались в живых.

Слегка поморщившийся Омос пытается было вклиниться с фразой о том, что люди после всего пережитого не станут так поступать и приходится его прервать. Я может и не самый сильный стратег, но опыт подсказывает, что оказавшись в безопасном убежище с большими запасами продовольствия, горожане скоро начнут выплёскивать стресс друг на друге. Остаётся надеяться, что военные смогут сдержать волну агрессии и сами не примкнут к ней.

Прежде чем подняться наверх, ещё около получаса отдыхаем — надо, хотя бы как-то вернуться в норму после напряжённой схватки. В процессе, выясняем у местных, где тут склады топлива. Есть крохотная надежда, что оно окажется прямо здесь, но настолько нам не везёт — за углём для воздушного аппарата придётся отправиться либо на один из армейских складов, либо к гражданской станции дирижаблей. Где можно найти уголь за пределами городской черты никто из местных не знает. А значит, нужно будет заправляться под носом у мутантов, что не слишком радует.

Придя в себя, связываемся при помощи артефакта с экипажем, предупреждая о нашем скором появлении и через минуту я снова бью по крыше здания хлебной пылью, очищая его живых монстров. После того, как заканчиваю, наверх вылетает Эйкар, выставивший щит, а следом поднимаются и все остальные. Выкрикнувший что-то об удачной дороге солдат, запирает люк изнутри, а секунд через двадцать нам спускают верёвки. За это время успеваем десяток раз ударить магией, очищая крышу здания от прущих тварей. Но втроём, это относительно легко — каждый держит свой сектор, не подпуская мутантов ближе.

Потом, по очереди цепляем на себя «сбрую» и когда заканчиваем, нас разом начинают поднимать вверх. Эйкар продолжает удерживать щит, а мы пару раз бьём огнём, осаживая самых резвых монстров, пытающихся достать нас в прыжке, используя для опоры трупы своих соплеменников, которыми сверху завалено всё здание. Наконец оказавшись наверху, упираюсь руками в палубу, забрасывая на неё тело и через несколько секунд уже освобождаюсь от широкого пояса, к которому цеплялась верёвка.

На то, чтобы отыскать ближайший склад, где по словам лейтенанта должен быть уголь, уходит ещё минут двадцать. В процессе фиксируем отряды мутантов, которые буквально мчатся по улицам, наблюдая за дирижаблем. Ситуация чем-то напоминает эвакуацию — сейчас внизу присутствуют твари всех видов и похоже их это совсем не смущает. Эйкар, стоящий рядом со мной и наблюдающий за поверхностью, что-то тихо шипит, после чего уже более громко добавляет.

— Они всё-таки следуют за осколком. Когда попробуем высадиться — снова атакуют всеми своими силами.

Хмыкнув, ещё раз прохожусь изучающим взглядом по ближайшей части города.

— Странно, что никто из их «генералов» пока так и не показался.

Старый маг не отвечает, а вот усевшаяся на лавку около противоположной стены Айрин, озвучивает свою точку зрения.

— Если они стали разумными и управляют остальными, то понимают, что высовываться не стоит. Зачем идти лично, если есть масса готовой сдохнуть пехоты?

Оглянувшийся на голос девушка Эйкар, добавляет.

— К тому же, их командиры скорее всего могут использовать отдельных особей в качестве наблюдателей, смотря их глазами. Точно так же, как мы делаем с конструктами или зачарованными животными.

Мгновение помолчав, продолжает.

— Тем не менее, это всё не так важно. Куда более интересный вопрос — зачем им осколок и что они хотят с ним сделать? Это животные инстинкты, попавшие в их разум при проведения заклинания или осмысленный поиск с какой-то целью?

Прислонившийся спиной к борту Джойл, вопросительно гудит.

— А есть какая-то разница?

— Естественно. Если инстинкты — значит эти твари не опаснее диких зверей. А вот в противном случае… У нас пять осколков — сейчас они наверняка фонят гораздо сильнее одного. Предположим, что какая-то часть их «генералитета» это почувствует. Первое, что они сделают — устремятся следом за нами, на восток. И не думаю, что армия Феррехт сможет их остановить. А дальше, при грамотной организации поиска, они рано или поздно наткнутся на те части артефакта, до которых мы не добрались.

Тут он прав — сотни тысяч мутантов, разом вышедших к подобию линии обороны, которую пытается выстроить дом Феррехт, без труда прорвут её. Возможно население крупных городов изначально и уцелеет, отсидевшись за стенами, но вот деревни и мелкие населённые пункты будут опустошены. После чего твари пойдут дальше, пытаясь найти след осколков. Не самый приятный сценарий для империи. Повернув голову к Эйкару, излагаю своё видение ситуации.

— Мы в любом случае не сможем выяснить, действуют они осознанно или отталкиваясь от заложенного в голову инстинктивного желания. Уничтожить их всех тоже не получится. Поэтому, предлагаю не забивать голову, выстраивая сложные теории. Всё, что можно, мы уже сделали. Теперь осталось пополнить запасы угля и лететь на восток. Тем более скорость у нас такая, что даже если ты прав и часть мутантов чувствует осколки, скоро они должны потерять их из виду.

Тот с мрачным видом кивает.

— Должны. Если не эволюционируют дальше. Не понимаю — разве Айвендо не представлял себе последствий такого масштабного удара? Зачем использовать подобное заклинание?

Вопрос остаётся без ответа — тут нам всем сказать нечего. Мотивация Палача действительно до конца непонятна. Единственное, что приходит в голову — в какой-то момент он может перехватить контроль, получив целую армию мутантов. Но это настолько безумно звучит, что вероятность подобного расклада кажется невысокой. Плюс, если подумать — для такого потребуется не просто мощная магия, а что-то запредельное. Сомневаюсь, что у Айвендо есть ещё пара сотен тысяч человек, которых можно синхронно зарезать. Или кто-то из отпрысков Схэсса. Конечно, как вариант — можно пожертвовать кем-то из своих старых соратников, но в таком случае, этот серый кардинал рискует остаться совсем без преданных людей. Кто станет служить человеку, который в любой момент может выдавить из тебя жизнь ради своих целей?

Пока размышляю, мы уже подлетаем к зданию склада, на котором предположительно должен храниться уголь. В отличии от предыдущего, это здание защищено не так хорошо и в него прорвались мутанты — я вижу, как твари снуют туда-сюда через проём ворот, одна из створок которых буквально сорвана с петель, а вторая распахнута.

— Кто-то из моих людей понадобится?

Оглядываюсь на зашедшего в кают-компанию Фосстона и подумав, киваю головой.

— Двое солдат точно будут нужны — помогут с погрузкой.

Джойл, тоже обернувшийся на голос офицера, бросает взгляд в иллюминатор и несколько растерянно уточняет.

— То есть мы пойдём прямо внутрь, через ворота? Там же всё наверняка забито этими рицеровыми выродками. Пока будем очищать от них здание, сюда все твари города сбегутся.

Звучит резонно и я перевожу взгляд на Эйкара. Тело пусть и отошло после двух схваток подряд, но вот голова сейчас работать упорно не желает — никаких идей у меня нет. Старый маг, единственный из спустившихся вниз, кто должен чувствовать себя более или менее сносно. Даже с учётом того, что ему тоже пришлось выложиться.

После короткого размышления, бывший призрак предлагает первый вариант.

— Мы можем спуститься на крышу. Я уничтожу какую-то её часть, а потом выставлю щит, который прикроет нас и отрежет мутантов от той части здания, к которой у нас будет доступ. Кто-то из вас магией подтянет на крышу уголь, который солдаты станут загружать в корзины, а остальные займутся атакующими монстрами.

Звучит в целом неплохо. Точно лучше, чем соваться внутрь, где справиться с противником будет куда сложнее — никаких объёмных заклинаний, плохой обзор и непонятная численность противника.

Так что, берём эту схему за основную и через какой-то промежуток времени уже спускаемся вниз. Перед этим, собираю весь доступный хлеб из ближайшего квартала и наношу несколько масштабных ударов по крыше, очищая её от разнообразных мутантов, которые носятся из стороны в сторону, ожидая нас.

Правда это помогает, буквально на какие-то секунды. Уже вися в воздухе, приходится снова пустить в ход айван. Да и остальные тоже бьют магией. А за пару мгновений до того, как ноги касаются крыши, Эйкар обрушивает на противник мощное заклинание, разом заморозив несколько сотен мутантов в окрестностях склада.

Дальше становится только хуже — несмотря на выставленный щит, приходится практически непрерывно атаковать магией, так как мутанты прут настоящими ордами, со всех стороны. Пока Джойл поднимает наверх уголь, мы с Айрин держим оборону, стараясь не подпускать их к защите, выставленной Эйкаром. Если до неё доберётся слишком много особей, то в теории они могут прорваться.

Спустя пару минут становится проще — к нам присоединяется уроженец Хельгина, закончивший разбираться с углём. Встав по разные стороны пролома, созданного бывшим призраком, обратившим солидный кусок крыши в труху, сыпем магическими ударами. В какой-то момент Джойл подключает к делу и свой айван, вводя в ступор самок и заставляя их устроить хаос в рядах противника. Друг с другом разные виды теперь не сцепляются, но по крайней мере возникает свалка, которую удобно накрыть масштабным ударом.

Пока мы прикрываем периметр, пара солдат Фосстона заполняют корзины, которые тоже спускают сверху на верёвках. После «оптимизации», дирижаблю требуется не так много топлива, как раньше, но даже с учётом этого, процесс занимает крайне долгий промежуток времени. Я трижды бью воздушной волной, сбрасывая с крыши груды мёртвых тел мутантов — горы дохлого мяса загораживают обзор и служат своего рода укреплениями для новых тварей, которые прикрываются ими, защищаясь от магии. Остальные тоже не раз пускают в ход схожие заклинания. Собственно, несколько раз к нам подключается и сам Эйкар, нанося масштабные стихийные удары — чаще всего просто замораживает тварей, моментально убивая их.

Когда кажется, что прошла уже вечность, чувствую, как на плечо опускается чья-то рука и дёрнувшись, едва не бью магией по солдату, испуганно отскочившему назад.

— Закончили! Можно подниматься!

Судя по выражению лица и потрясывающимся рукам, он не меньше нас рад, что можно наконец вернуться в безопасный дирижабль. Первыми, как раз и отправляем наверх обоих военных — пусть лучше поднимутся отдельно, чем станут потом мешаться под ногами. Когда они оказываются наверху, готовимся сами, снова по очереди надевая на себя пояса. Из соображений мобильности, их пришлось снять — при активном перемещении, верёвки переплетались между собой, здорово мешая. Теперь, пока двое держат оборону, третий судорожно напяливает на себя широкий кожаный ремень с фиксаторами и креплениями. Единственный, кто делает это не отрываясь от процесса — Эйкар. Но у него и опыт соответствующий — не под стать нашему.

В конце концов заканчиваем, после чего нас начинают тянуть наверх. И если стоя на крыше и ведя бой, я думал, что особенно сильно не устал, то теперь понимаю — дело обстоят несколько иначе. Картинка перед глазами плывёт, а струны вибрируют так, как будто хотят вырваться за пределы моего тела и убраться подальше. Те три удара айваном, которые приходится нанести в процессе подъёма, даются с колоссальным трудом — как будто я сдвигаю с места многотонный грузовик, стоящий при этом на ручнике.

Оказавшись наверху, отползаю в сторону, на ходу расстёгивая пояс и перевернувшись на спину, закрываю глаза. Как же хорошо, что теперь нас ждут, как минимум сутки обычного полёта, в котором можно будет отдохнуть. Из предвкущающего состояния выводит хриплый голос Эйкара.

— Артефакт заработал — на связи Её Сиятельство Тонфой. Морна требует нас в столицу. Немедленно.

Глава 23

Разлепив глаза, с трудом приподнимаю голову, находя глазами Эйкара.

— Зачем мы ей понадобились в столице?

Тот, поморщившись, коротко машет головой.

— Болрон уже близко, следом за ним наступает Схэсс. Она всерьёз опасается мятежа среди солдат, либо гражданских. Плюс, хочет, чтобы мы приложили руку к защите Схердаса.

Оттолкнувшись рукой, усаживаюсь на палубу.

— И как мы ей поможем? Если Канс ещё не под стенами города, то мы всё равно ничего не сможем сделать.

Маг снова кривится — похоже на этот раз связь даётся ему по какой-то причине непросто.

— Законный наследник престола вдохновит солдат и горожан — так считает Морна. И она явно рассчитывает на нашу магию призыва.

Краем глаза вижу, как меняется лицо Фосстона. Сначала удивляюсь, а потом понимаю, что он не слышал нашего разговора внизу — со мной были только те, кто и так в курсе ситуации. А значит капитан только узнал, что среди нас имеется член императорской фамилии, который должен унаследовать престол. И судя по его взгляду, очень хорошо понимает, о какой именно персоне идёт речь. Я же пытаюсь придумать, как лучше поступить. В голову не приходит ничего лучше, чем уточнить.

— Насколько решительно она настроена? Мы же и так собирались в столицу после…небольшого исследования.

Вокруг стоят солдаты, а на заднем фоне виднеется изумлённое лицо младшего механика. Ни к чему им раньше времени знать, что мы планировали отправиться в Хёниц.

Какое-то время Эйкар молчит, морщась от боли — пару раз даже поднимает руки к вискам, а потом и вовсе закрывает глаза. В конце концов веки поднимается и маг начинает говорить.

— Леди Тонфой передала её слова — если соправитель не прибудет в столицу, она разорвёт договор и заберёт из подчинения Тонфоя своих людей. От себя вдовствующая хёрдиссиня добавила, что ситуация критическая и сейчас в Схердасе не помешала бы холодная голова. Морна собирается биться до конца, готовая ко всему — вплоть до принесения в жертву всех горожан ради победы.

Матерясь про себя, пытаюсь продумать варианты. Конечно, можно отказаться. Но тогда я снова превращусь в изгоя с небольшой армией. Даже если Морна действительно отдаст своим бойцам приказ просто отступить, а не атаковать войска Канса. Да, возможно потом мы сможем сами ударить по Схэссу и прикончить его, либо ослабить. Но вот разобраться с Палачом скорее всего уже не выйдет. Схердас — это не просто город. Там центральные аппараты всех министерств и ведомств, нити управления бюрократией, архивы и документы, лучшие профильные специалисты империи. Даже сейчас, когда вся империя, по сути уже развалилась на части, местные власти продолжают держать связь со столицей. Я более чем уверен — контакты по линиям отдельных ведомств точно имеют место быть. Те же провинциальные отделы канцелярии, формально подчиняясь кому-то ещё, скорее всего поставляют информацию Морне.

Какой из этого можно сделать вывод? Очень простой — терять столицу крайне нежелательно. Как и разрывать союз с Морной, которая на данный момент ориентируется в играх аристократии куда лучше меня. Но и отправиться туда, не зная, как толком поступить с осколками — решение спорное.

Затянувшееся молчание прерывает Эйкар.

— Морна требует от Лэзлы немедленного ответа. Что мне ей сказать?

Глянув на мага, задаю вопрос.

— В Схердасе есть лаборатории с нужным оборудованием?

Тот на момент теряется, а потом на лице появляется усмешка.

— Есть, если их ещё не разгромили. Но не факт, что нам дадут ими свободно пользоваться.

Намёк понятен. Но единственная альтернатива, которая приходит в голову — отправить Эйкара в Хёниц, двинувшись в столицу без него. Мысль о том, что придётся явиться туда небольшой группой и так не радует, а если ещё оставить здесь бывшего призрака — это и вовсе будет походить на прыжок в неизвестность. Да, есть Лэзла Тонфой, но не думаю, что она сцепится с Морной из-за моей персоны. Внука возможно и вытащила бы из передряги — родная кровь, как никак. А вот до Кирнеса Эйгора ей вряд ли есть дело.

— Сообщи, что они нам понадобятся. А мы прибудем в Схердас через пару дней — раньше вряд ли получится. Отдельно передай Лэзле — пусть начнут проверять всех горожан на факт наличия струны. Нам нужны все потенциальные маги, которых они смогут обнаружить в столице.

Тот ненадолго замолкает, снова прикрыв глаза. На этот раз период молчания затягивается секунд на двадцать. Разлепив веки, тяжело вздыхает.

— Всё. Договорились. Теперь, предлагаю выпить сорка и обдумать нашу ситуацию.

Поднявшись с пола, пошатываясь бреду в кают-компанию и через несколько минут уже отлёбываю напиток, сваренный Миккой. Остальные тоже собираются за столом — все участники высадки приходят в себя, а Фосстон, ошеломлённо нас разглядывающий, первым начинает беседу.

— Так значит, вы — Кирнес Эйгор? Один из двух соправителей Норкрума?

Переведя на него взгляд, со слабой усмешкой киваю.

— Именно так. И теперь мы летим в столицу. Если не хочешь — можем высадить в любом городе, который окажется на пути.

Оторвавшая взгляд от столешницы Айрин, уточняет.

— Кроме тех, которые под контролем хёрдисов или других врагов короны.

Имперский офицер какое-то время раздумывает, после чего усмехается.

— Я лечу с вами. И учитывая все обстоятельства, готов принести присягу верности.

Поворот не сказать чтобы неожиданный — по моим предположениям, капитан и так отправился бы с нами. Но вот фраза о присяге звучит несколько внезапно. Хотя, учитывая его склад ума, тут нет ничего сверхъестественного. Глянув на Фосстона, выдаю ответ.

— Это формальность. Но если тебе так будет проще — можем всё сделать по пути, прямо на борту дирижабля.

Тот утвердительно кивает, а Джойл с мрачным видом гудит.

— Ты уверен, Кирн? Там же бойня будет — у Морны не так много солдат, чтобы удержать город. Сами лезем в пекло из которого не выбраться.

Повернув голову, набрасываю в голове ответ.

— Если к её солдатам добавить несколько тысяч призванных — шансы увеличатся. А поймём, как использовать осколки — они возрастут многократно.

Здоровяк кивает, но судя по его лицу всё равно не проникается. Сделав глоток сорка, пытаюсь придумать, как ему объяснить ситуацию, но первой успевает Айрин.

— Потеряем столицу — не останется шансов удержать империю. Даже если совладаем со Схэссом и Палачом. Армия у нас не такая большая, чтобы конкурировать с остальными. Даже учитывая призванных, мы максимум сможем занять пару провинций и сидеть в глухой обороне. И поверь — мы будем первыми, против кого объединятся все остальные. Сам подумай — насколько легко будет заставить население ненавидеть императора, который использует «демонов»? Это сейчас, в творящемся хаосе, никто не разыгрывает эту карту — мы пока не привлекаем к себе много внимания. А вот если останемся одни — сразу начнут.

Уроженец Хельгина слегка покачивает головой.

— Так если выиграем битву за Схердас при помощи призванных — произойдёт то же самое.

Виконтесса кивает.

— Да, такого шанса никто не упустит. Но у нас будет столица, понимаешь? Тот, кто контролирует Схердас — держит руку на пульсе Норкрума. Без него, он просто один из многих кандидатов на престол. Когда мы разнесём в клочья Болрона со Схэссом, у остальных не останется выбора — они примут новый взгляд на разумных существ из другого мира.

До парня вроде бы доходит — по крайней мере, он больше не спорит. А вот Эйкар задумчиво хмыкает.

— Остаётся надеяться, что у Морны сохранились какие-то остатки благоразумия и она будет согласна слушать.

Губы Айрин кривятся в усмешке и девушка сразу выдаёт ответ.

— Когда под нашим началом окажется несколько тысяч призванных, у неё не останется выбора.

Тут она права, но как ни крути — чтобы получить новых бойцов из другого мира, нам понадобятся маги. Которых к моменту нашего прилёта должна собрать Лэзла. Получим ли мы к ним доступ, зависит исключительно от доброй воли самой Морны. Конечно, мысль о том, что дочь Ланца вызвала нас в столицу только ради того, чтобы прикончить, не выдерживает здравой критики. Но как знать, в какую сторону изменилось её состояние за время проведённое в окружении врагов.

В любом случае, разговор о столице на этом затихает. Допив по первой порции сорка, связываемся с Кансом, обрисовывая ему ситуацию. Тонфой сейчас находится приблизительно в четырёх днях пути от Схердаса. Линию обороны Феррехт удалось преодолеть без боя — дом хёрдисов не рискнул связываться с относительно многочисленной армией. Объединённых сил Канса и Олафа, при поддержке экспедиционного отряда Морны, вполне хватило бы, чтобы пройти силой, заодно установив контроль над частью территории противника.

Дальше аристократ рассчитывает перебросить войска по железной дороге, загрузив армию в эшелоны. В итоге, сосредоточив её в двух днях пешего пути от столицы. В теории, если у него всё получится, то он может успеть как раз перед прибытием Болрона, серьёзно увеличив численность группировки, которая прикрывает Схердас. Правда, всё это пока только планы — как оно будет на самом деле, надо смотреть по факту.

После того, как заканчиваем беседу с Тонфоем, поднимаюсь на ноги, подходя к иллюминатору. Дирижабль уже вышел далеко за пределы города и теперь под нам лес. Обернувшись, бросаю взгляд на Эйкара.

— Как думаешь, на каком расстоянии мутанты могут чувствовать осколки?

Тот пожимает плечами.

— Сложно сказать. Судя по тому, что они не пытались прорваться к тому, который был на самой границе их «ареала распространения», такой функционал есть только у «генералов», которых не так много. И в основной своей массе они были на самом западе.

Мгновение помолчав, продолжает.

— Думаю, они потеряют наш след после какого-то количества лиг. Но направление движения уловят, поведя свои отряды дальше на восток.

После его слов, какое-то время стоит тишина, в которой звучат слова Айрин.

— А по дороге, они наверняка пополнят ряды своих армий. Хороший момент — дому Феррехт скоро станет не до имперских амбиций. Плохой в том, что потом нам придётся разбираться со всей этой армадой самим.

Перспективы не самые радужные, но этот вопрос встанет остро только после битвы за Схердас. Правда, если начистоту — я не представляю, каким образом можно остановить десятки тысяч монстров, если те станут действовать организованно. С ними и в диком состоянии справиться непросто, а если этими уродцами кто-то будет грамотно командовать — ситуация в разы ухудшится. Махнув головой, которую так и не отпустила боль, отгоняя мысль далеко в сторону — сейчас есть более приоритетные задачи. В конце концов, если мы выживем в сражении за столицу и победим, это склонит на нашу сторону немалое число аристократов. Особенно на фоне масштабной угрозы с запада. И если прикинуть, какое количество потенциальных магов может обнаружиться в провинциях, то мы вполне сможем выставить армию из тридцати-сорока тысяч призванных, что позволит дать эффективный отпор мутантам.

В итоге, после коротких посиделок, расходимся по своим каютам. Освобождённая нами из канализации женщина, начинает постепенно осваиваться — социальные навыки начинают возвращаться. Но рассказать ничего интересного о своём прошлом не может — банально ничего не помнит. По крайней мере такого, что может показаться нам стоящим внимания. Эйкар по-прежнему намеревается исследовать изменения её тела, но с этим придётся подождать до столицы — раньше у нас не будет такой возможности.

Зайдя в каюту, сбрасываю одежду, отправляясь в душ. Как только заканчиваю водные процедуры, в подобие душевой кабины забирается Айрин и спустя четверть часа уже забирается ко мне под одеяло. Организм непроизвольно реагирует на прикосновения обнажённого женского тела, но физическое состояние после двух схваток подряд такое, что сейчас точно не до постельных утех. У виконтессы, судя по всему, расклад полностью идентичный — девушка молча прижимается ко мне, обхватив руками и скоро уже начинает посапывать. Минуты две ещё борюсь с подступающим сном, обдумывая не стоит ли вернуться в кают-компанию, чтобы обсудить с Эйкаром ближайшие планы, но потом всё-таки вырубаюсь.

* * *

Просыпаюсь от того, что виконтесса поднимается с постели. Тоже спускаю ноги и понимаю, что всё тело ужасно ломит — наше недавнее приключение не прошло даром. Судя по тому, как порой пошатывает Айрин, у неё ситуация точно такая же.

Одевшись, добираемся до кают-компании, где обнаруживаются Микка с Хьяссой. Блондинка, увидев мой вопросительный взгляд, сразу же уточняет ситуация со своей подопечной.

— Женщина в своей каюте — спит. Она последнее время, чаще всего отдыхает. Рядом дежурит Железяка — если что, он сможет прийти на помощь, либо остановить её.

Кивнув ей, шагаю дальше на кухню и скоро мы с Айрин вгрызаемся в копчёное мясо, составляющее основу нашего запаса провизии. Аппетит сейчас, даже у меня отменный, а виконтесса и вовсе накладывает себе громадное блюдо, жадно набрасываясь на еду.

В процессе появляется Фосстон, снова напоминающий о процедуре присяги. Не знаю, что в голове у офицера, но судя по всему, он считает соблюдение формальности безусловной необходимостью. Вздохнув, прошу его подождать и разделавшись со своей порцией, принимаю присягу. Помимо Фосстона, её дают все военные, присутствующие на борту — капитан вытаскивает их из кают, собирая вместе. Как по мне — процедура мало что меняет, но раз это так важно — пусть присягают в своё удовольствие.

Снаружи уже темно — мы проспали весь остаток дня. Что странно — полноценно отдохнувшим я себя не чувствую. Думаю, если сейчас вернуться в постель, то организм вполне может отрубиться до утра. В целом, можно так и сделать — никаких планов на эту ночь у нас нет.

В момент, когда я переглянувшись с Айрин, поднимаюсь из-за стола, в кают-компанию входит сонный Эйкар.

— Сейчас на связь выходил Тонфой — предлагает посетить армию перед тем, как мы отправимся дальше.

Хмыкнув, усаживаюсь назад на своё место.

— Зачем? У них там какие-то проблемы?

Старый маг отрицательно качает головой.

— Нет, но он хочет лично обсудить стратегию и тактику. Плюс, под его контролем находится несколько дирижаблей — мы сможем взять с собой большее количество солдат.

В целом, идея далеко не самая плохая. Мысль о том, чтобы прихватить в Схердас хотя бы полсотни призванных, мне определённо нравится. Вопрос только в том, как на это посмотрит Морна. Учитывая, что вместе с Кансом находятся солдаты Свезальда и отряд с магами Лэзлы, соправительница точно узнает о нашей корректировке маршрута.

Повернувшись в сторону Эйкара, озвучиваю свои мысли.

— Свяжись с леди Тонфой — сообщи, что мы заглянем в расположение армии. Сильно это нас не задержит, максимум на два-три часа.

Бывший призрак, положив руки на спинку одного из стульев, задумывается.

— А обоснование? Не думаю, что фраза «мы хотим взять с собой больше преданных солдат», покажется Морне веским резоном.

После короткого раздумья, выдаю ответ.

— Скажи, что мы хотим убедиться в лояльности новобранцев и поднять дух солдат перед их броском к столице. Совсем скоро им придётся вступать в бой, а мы уже давно находимся вне расположения наших частей.

Тот усмехается.

— Думаю это подойдёт. Сейчас узнаем точно.

Приземлившись на стул, о который опирался, достаёт артефакт связи и закрывает глаза, откинувшись на спинку. Пока маг устанавливает связь, слышится голос Айрин.

— Стоит ещё переговорить с Тесконом — нас ведь ждут в Хёнице. Надо сообщить, что не прибудем.

Бросив на неё взгляд, согласно киваю.

— И заодно узнать, не собираются ли они присоединиться к нам в битве против Схэсса и Палача.

Приоткрывший глаза Эйкар, шумно выдыхает воздух.

— Вдовствующая хёрдиссиня не отвечает. Сейчас попробую установить связь с университетом.

Снова закрывает глаза и на этот раз сидит на месте куда дольше. Потом дёргает головой и распахивает их, уперевшись в меня взглядом.

— Тескон сейчас в столице. Говорит, там пожар, а на улицах идут бои. Где Лэзла и Морна он не в курсе, сам только полчаса, как прибыл.

Глава 24

Вся ночь проходит в режиме непрерывного контакта со столицей — каждый час связываемся с Тесконом, узнавая последние новости и параллельно пытаемся пробиться к Лэзле. Бабушка Канса отвечает только ближе к утру — по её словам, раньше ей было не до того. Впрочем и сейчас ситуация далека от идеальной — внутри города ещё идут бои, а часть кварталов и одни из ворот находятся под контролем мятежников.

Впрочем, у неё хватает времени кратко описать ситуацию — восстание подняли части, расквартированные за пределами столицы. Мятежники схлестнулись с бойцами, которые остались лояльны Морне и одновременно с этим вошли в Схердас сразу через двое ворот, которые была захвачены ими сообщниками внутри. Против ожидания, в самой столице за оружие взялся не пятый армейский корпус, а полиция и примкнувшие к ней гражданские. Два отряда установили контроль над парой входов в город, а ещё несколько попытались занять арсеналы и здание генерального штаба. Разница только в том, что у первых всё прошло удачно, а вот мятежники, орудующие в центре города, все полегли в столкновениях с гарнизоном и некроконструктами.

Пятый корпус оперативно выдвинул резервы к направлениям прорыва, но было уже поздно — противник успел углубиться в городскую черту. Более того — они смогли дать отпор и некроконструктам, в рядах восставших оказалось неожиданно много магов. Собственно, поэтому попытка выдавить их за пределы города контрударом в лоб, полностью провалилась — единственный оставшийся верным Морне корпус, потерял половину личного состав одной из бригад. А Лэзла Тонфой лишилась трети своих некроконструктов, которые шли в первых рядах.

Морна с её генералами изменила тактику, подключив к делу артиллерию и бросив на передовую вдовствующую хёрдиссиню вместе с магами, которых она собрала под своим командованием. Как итог — к рассвету контроль над одними из ворот вернулся в руки гарнизона. Но вот вторые пока оставались у мятежников. Да и в случае с первыми, всё было не так просто — в ходе ожесточённой схватки, маги разнесли солидный кусок стены, остатки которой были позже полностью размолочены артиллерийским огнём с обеих сторон. Поэтому гарнизону пришлось занять там сплошную оборону, удерживая атаки противника.

Тескон, чудом избежав шального огня, всё-таки смог разобраться кто есть кто в творящемся хаосе и на момент, когда нам ответила Лэзла, уже добрался до императорского дворца. Где его быстро подгребла хёрдиссиня, задействовав в качестве главного тылового химеролога. С учётом количества трупов, материала для создания конструктов у них сейчас более чем в избытке.

Нам же Лэзла озвучила одно единственное требование Морны — как можно быстрее прибыть в Схердас. На данный момент, город полностью окружён мятежниками, а сил гарнизона не хватает даже на то, чтобы отбить вторые ворота. За ночь погибло слишком много солдат и магов. На всё это накладывается не самое лучшее настроение населения, которое здорово взбудоражено происходящим. Уже зафиксировано несколько десятков нападений горожан на солдат пятого корпуса. Пока это происходит спорадически, но немалое число жителей столицы уверены, что им конец — слухи о том, что при приближении противника, Морна отдаст приказ резать глотки гражданским, чтобы маги могли использовать свою силу на полную катушку, сделали своё дело. Местные в ужасе и несмотря на запрет покидать дома, многие активно пытаются выбраться из города, убежав за его стены. Пока их сдерживают армейские патрули, которые наводнили всю столицу, но стрельба по безоружным горожанам и аресты не слишком способствуют стабилизации ситуации.

К тому же сейчас весь пятый корпус на ногах и если дальше всё будет происходить в таком же режиме, то уже через сутки боеспособность солдат резко упадёт. Морна вынуждена перейти к круговой обороне города, находясь к тому же под непрерывным артиллерийским огнём. Солдат едва хватает, чтобы закрыть все направления — возможность дать им поочерёдно отдыхать, по сути отсутствует.

В процессе общения с Тесконом и Лэзлой, отмечаю интересный факт — они так и не озвучили, на чьей стороне выступают мятежники. Прямой вопрос приводит к занятному ответу — пока восставшие солдаты не заявили, что поддерживают кого-то из кандидатов на престол. Вернее, пленные как раз охотно озвучивали имена, но у всех они были разными. Одни говорили о Болроне, вторые о Схэссе, третьи и вовсе утверждали, что Рихт Эйгор не погиб и они пытаются взять столицу для него, тогда как сам будущий император уже на подходе со своей новой армией.

На фоне хаоса творящегося в столице, мы стараемся по максимум разогнать дирижабль. Эйкар снова берётся за нотные комбинации, работая с механикой, а потом выставляет заклинание, рассеивающее воздух перед нашим аппаратом. Как итог — скорость растёт настолько, что на мой взгляд приблизилась к нижней планке самолётов. Или обошла её. В любом случае, по расчётам старого мага, мы должны попасть в Схердас уже к вечеру текущего дня.

Собственно так и происходит — к моменту, когда за иллюминаторами начинает опускаться темнота, мы оказываемся на расстояния десятка лиг от столицы. С учётом расстояния, которое мы преодолели за последние двадцать четыре часа, это уже казалось сущей мелочью. С той лишь разницей, что теперь нам придётся пролететь прямо над позициями мятежников. И не надо быть гением, чтобы понять — неизвестный воздушный аппарат, стремящийся попасть в Схердас, попытаются сбить. Тем более, что к вечеру накал боёв стих, перейдя в позиционное противостояние — либо у восставших против Морны военных, появился какой-то новый план, либо они банально ожидают подкрепления. Если они вдруг играют на стороне Болрона, то его войска относительно легко смогут развить успех, получив плацдарм на территории столицы.

По этой причине, Эйкар предлагает провести отвлекающий манёвр, на который я благополучно соглашаюсь. Сейчас, маг находится в кабине экипажа, ожидая, пока мы достаточно приблизимся к стенами. А все остальные прильнули к иллюминаторам. Помочь мы сейчас толком ничем не можем — заклинание не требует колоссальных ресурсов и бывший призрак должен справиться сам. Вопрос только в том, сработает этот фокус или провалится. Если второе — расклад зависит от количества оказавшихся прямо под нами магов и наличия у военных зенитной артиллерии.

В момент, когда впереди показываются позиции противника — земляные траншеи, тянущиеся вокруг городских укреплений и разбитые далеко от них палатки, невольно кошусь в сторону кабины. Почему Эйкар медлит? Вот же он — противник.

Наблюдая за быстро приближающимися стенами Схердаса, уже делаю шаг в сторону коридора, чтобы посетить кабину, но тут в воздухе расцветает пламя. А через секунду оно собирается вместе и принимает форму десятка громадных огненных драконов. Иллюзия, но довольно неплохая. С учётом нашей скорости — должны проскочить раньше, чем до парней внизу дойдёт весь смысл ситуации.

Так и происходит — воздух освещается магическими ударами, а мы проносимся выше. Прежде чем до магов противника доходит, что они долбят в пустоту, мы уже скрываемся за стеной. Здесь, к счастью обходится без эксцессов — хотя мы и предупредили Морну, что вот-вот пересечём стену с западного направления, сохранялась опасность внезапного удара со стороны кого-то из магов. Если ты ведёшь непрерывный бой на протяжении суток, то немудрено долбануть на чистом автомате, забыв о приказах.

Швартуемся к причальной мачте около самого императорского дворца — обычно эта станция обслуживает личный транспорт правителя империи. На этой мысли усмехаюсь — если на то пошло, то теперь я как раз и есть официальный соправитель Норкрума.

На выходе нас встречает пара солдат и мужчина в форме имперских фельдъегерей с замученным лицом. Вытянувшись в струнку, чеканит.

— Ваше Императорское Величество, мне приказано проводить вас на совещание к Её Императорскому Величеству.

Интересный поворот — сразу с корабля на бал. Кивнув ему, шагаю вперёд.

— Раз приказано — веди.

Тот начинает разворачиваться, но потом окидывает взглядом моих спутников.

— Приказано сопроводить только Вас, у меня нет инструкций для…

Взмахнув рукой, обрываю его.

— Это мои люди. И не думаю, что Морна может отдавать мне приказы.

Мужчина на момент замирает, обдумывая мои слова и рядом рявкает Айрин.

— Перед тобой законный соправитель империи! Ты всерьёз решил ему противоречить? Не боишься оказаться под трибуналом?

Судя по лицу фельдъегеря, в уме он уже рисует картину наказания со стороны Морны. Тем не менее, дальше спорить не рискует — с выражением фатализма, движется вперёд, ведя нас к самому дворцу. По дороге отмечаю, что окрестности дворца напоминают полевые позиции — баррикады, за которыми отдыхают солдаты, разведённые прямо на брусчатке мостовой костры, пулемёты. Правда здесь не гвардия, которую я ожидал увидеть, а солдаты в грязно-зелёных мундирах — всё тот же пятый корпус.

Перед входом нас тормозит пошатывающийся капитан с перевязанной рукой, командующий охраной. Со второй попытки фельдъегерь объясняет ему, кто именно направляется во дворец и офицер, угрюмо глянув на меня, неловко отдаёт честь.

Оказавшись внутри, поднимаемся на третий этаж. По дорогу получается оценить внутренний вид дворца — грязные полы и ковровые дорожки, на которых местами вообще видна кровь. Практически никакой прислуги — встречаем только одного камер-лакея, который куда-то отчаянно спешит. Плюс два десятка солдат, занимающих посты на разных этажах. Здесь, наконец встречается и лейб-гвардия — пара солдат в измазанных грязью белых мундирах курят на лестничном пролёте.

Но личную охрану Морна всё-таки доверила бойцами пятого корпуса — перед кабинетом, где идёт совещание, обнаруживаются пятеро солдат в полевой форме.

Остановившись перед двустворчатой дверью, оглядываюсь назад.

— Эйкар, Айрин, Джойл — вы со мной. Остальные ждут здесь.

Хьясса усаживает в стоящее кресло спасённую нами женщину, которую пришлось взять с собой, а механоид лязгает железом, оглядывая помещение и несущих здесь службу солдат. Правда те настолько задолбаны, что даже толком не реагируют на стального бойца — окидывают его безразличными взглядами, сжимая винтовки. Такое ощущение, что даже если из под земли полезет неведомая дрянь, эти парни не удивятся, а просто начнут долбить из винтовок.

Шагнув дальше, распахиваю двери и оказываюсь в кабинете с длинным массивным столом, за которым сидит не меньше десятка человек. Когда прохожу дальше, гул разговоров стихает, а сидящая во главе Морна, поднимается на ноги.

— Прибыл всё-таки? Вовремя — через пару часов нас ждёт занимательная встреча.

Растрёпанные светлые волосы, впавшие глаза, нервно перекошенный рот и сигарета зажатая в руке — похоже последние сутки дались девушке весьма непросто. Подойдя к стулу, который стоит прямо напротив места дочери Ланца и сейчас пустует, останавливаюсь вплотную к нему.

— Мы прилетели, как только смогли. Не помешали бы данные о том, что здесь происходит.

Та кривит губы в ухмылке и не удерживается от подколки.

— Нагулялись по западу? Что вы там вообще делали?

Оценив состояние соправительницы, решаю, что стоит хотя бы обозначить направление наших действий.

— Занимались делом о котором я бы сейчас не хотел распространяться. Но когда к городу подойдёт армия Схэсса, поверь — ты будешь признательна.

На лице девушки отображается недоумение, а я отодвигаю стул, усаживаясь на него. Рядом занимают места остальные и со стороны Морны следует ещё один вопрос.

— А это кто такие? Уверен, что они должны здесь быть?

Внутри вспыхивает раздражения и в этот раз я не сдерживаюсь.

— Забыла, что мы равные соправители? Это мои соратники, которые должны здесь быть! Понимаю, что ты здесь в осаде и после суток постоянного боя, голова наверняка разрывается, но мы союзники. И у нас есть то, что остановит древнего рицерова ублюдка, чья армия марширует к столице. Предлагаю заткнуться и перейти к обсуждения ситуации, а не пикироваться.

Такого она точно не ожидала — стоит, зажав сигарету зубами. Буквально чувствуется, как внутри неё бьются два разнонаправленных желания, которые можно угадать без особых усилий. В итоге всё-таки побеждает здравомыслие — девушка опускается на свой стул и наконец забрав пальцами сигарету, кивает мужчине, сидящему по правую руку от неё.

— Введи их в курс дела, Берн.

Тот поворачивает голову в нашем направлении и я понимаю, что это тот самый аристократ с тростью, что пытался защитить Морну при покушении. Если я не ошибаюсь — новый канцлер империи. Пока в голове прокручиваются воспоминания, он начинает излагать.

— Час назад мы узнали, кто стоит за мятежом наших частей. Хёрдис Оттефер запросил переговоров. Встреча состоится приблизительно через два часа.

Хмыкнув, обдумываю услышанное.

— А сами мятежники вообще в курсе, что они воюют за этого старого пня?

Вместо канцлера отвечает молодой парень, который занимает место рядом с ним.

— Все пленные дают разнонаправленные показания. Но мы считаем, что высокопоставленные офицеры в курсе, кто стоит за этим. Учитывая, что мятеж уже состоялся, у рядового и сержантского состава практически нет выбора.

Секунду помолчав, добавляет.

— Конечно, если я верно понял вашу мысль.

Вздохнув, придвигаюсь ближе к столу и под изучающим взглядом Морны нахожу глазами Лэзлу Тонфой.

— Какая ситуация с проверкой населения на наличие магического дара?

Мрачно усмехнувшаяся хёрдиссиня тоже чуть сдвигается вперёд.

— Люди боятся военных — добровольно на процедуру следуют единицы, остальных приходится заставлять. У нас не хватает людей, а ситуация взрывоопасная — если к врагам снаружи присоединятся горожане, то удержать Схердас будет очень сложно.

Поняв, что на вопрос она так и не ответила, повторяю вопрос.

— Так сколько у нас есть свежеобнаруженных магов?

Снова кривится в ухмылке, которая на её лице смотрится странно.

— Одиннадцать. После серии локальных столкновений с населением, мы были вынуждены свернуть процедуру.

Матерясь про себя, прикидываю, что это максимум даст нам чуть больше сотни призванных. Одна рота. В голову приходит ещё одна идея.

— А сколько арестованных по подозрению в измене?

Покосившись в сторону Морны, Лэзла пожимает плечами.

— Несколько сотен человек. С какого-то момента, солдаты перестали производить аресты и перешли к расстрелам на месте — преданных людей слишком мало, чтобы обеспечить конвоирование и охрану.

Повернув голову к Эйкару, уточняю.

— Варианты? Что скажешь насчёт механоидов? Даже несколько сотен обеспечат поддержку. Плюс рота призванных.

На последней фразе, лица пары присутствующих военных вытягиваются. Пока Эйкар раздумывает над ответом, обращаюсь к ним.

— Призванные — это не демоны. Такие же разумные существа, как мы с вами. Эмоции, любовь, нервы — всё то же самое. Единственное отличие — они куда сильнее и порой принимают весьма странный облик.

Генералы предпочитают отмолчаться, а вот старый маг принимает озвучивать варианты.

— Механоиды потребуют времени. И сырья, которое можно изготовить в кузне, либо на металлоплавильном заводе. Сомневаюсь, что сейчас получится это обеспечить.

Мгновение помолчав, задумчиво продолжает.

— Но я могу предложить тот план, который мы хотели реализовать на западе. Несколько сотен арестованных позволят накрыть ударами позиции противника, одновременно с этим обеспечим им наличие нескольких тысяч противников в тылу.

Заинтересованная Морна вклинивается в беседу.

— О чём именно речь?

Ответить никто из нас не успевает — за спиной скрипит дверь и хриплый мужской голос объявляет.

— Хёрдис Оттефер уже прибыл. Только что явился парламентёр с его стороны, доставивший новые условия переговоров.

Глава 25

Парламентёр оказывается относительно молодым парнем, который даже притащил с собой бумагу от хёрдиса и радостно вручает её Морне. Сразу после чего озвучивает суть послания — Оттефер предлагает встретиться на нейтральной территории, под куполом заклинания «Раам». Последнее не позволяет никому, находящемуся внутри его радиуса действия, нанести кому-то вред. Предполагается, что купол будет развернут магами с обеих сторон, чтобы исключить возможность внезапной деактивации. А площадь действия позволит дотянуться практически до самых стен. То есть, выйдя из-за стен, мы практически сразу окажемся под защитой.

Морна, не сказать, чтобы довольна новыми условиями, но канцлер на пару с Лэзлой убеждают дочь Ланца согласиться на подобный формат встречи. В целом, опасения Оттефера вполне понятны — сунься он в столицу, вероятность его успешного возвращения в лагерь войск была бы минимальной. Сомневаюсь, что Морна отпустила его из города целым и невредимым.

В итоге, через полчаса мы выбираемся к тому самому проёму в стене, по которому сейчас проходит линия обороны. После короткой дискуссии, решаем, что на встречу отправимся мы с Морной, плюс канцлер Реннан, Лэзла Тонфой и Айрин. Изначально я собирался взять с собой Эйкара, но он понадобится в качестве резерва — если маги со стороны хёрдиса прекратят поддерживать заклинание, то он будет необходим, чтобы сохранить его в целости.

После того, как перед стеной появляется тонкий белый купол, старый маг с Лэзлой выставляют защиту и мы выбираемся за пределы укреплений. Спиной чувствую взгляды солдат, оставшихся в траншеях. Не сказать, что они озлоблены, но особого вдохновения появления Морны не не вызывает. По-моему, этим парням уже практически всё равно, что будет дальше. Двадцать четыре часа непрерывных ожесточённых боёв сделали своё дело — сейчас большинству плевать, что будет дальше, лишь бы дали пару часов поспать.

Когда заходим под купол, вижу, что с другой стороны нам навстречу шагают три человека. Тот, что посередине, судя по всему и есть хёрдис Оттефер — старик со светло-серой кожей. Справа от него — плотный мужчина, который на ходу попыхивает сигарой, слева — подтянутый военный. Когда сближаемся, первой разговор внезапно начинает Морна.

— Гляжу, вы живее всех живых маркиз? Жаль — я так любила представлять, как вы покрываетесь хрустящей корочкой от драконьего огня. Успокаивает, знаете-ли перед сном.

Мужчина вынимает сигару изо рта и усмехнувшись, шутливо кланяется.

— Не пристало юной девушке приходить в восторг от такой жестокой картины. Хотя, учитывая ваше прошлое, я почему-то не удивлён. Перечитываю иногда записи и диву даюсь — как такая прекрасная дева могла погрузиться на самое дно озера разврата.

Отчётливо слышу, как девушка скрипит зубами, а в беседу вклинивается канцлер.

— При всём уважении, мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать чьё-то прошлое или личность маркиза Ценхора. О чём вы хотели поговорить, Оттефер?

Старик, прищурив глаза, меряет собеседника взглядом.

— Как я погляжу, правила хорошего тона уже забыты, граф? Впрочем, отчасти вы правы — давайте перейдём к делу.

Секунду помолчав, продолжает.

— У меня очень простое предложение — я заключаю брак с Морной и становлюсь третьим соправителем империи. В текст договора вносятся изменения, согласно которым именно наши дети станут наследниками. Но во всём остальном мы будем равны.

Буквально чувствую, как от Морны исходит волна ярости. Видимо такие же ощущения есть и у остальных, потому что вперёд выступает Лэзла.

— Может быть мы сможем рассмотреть вариант при котором вы будете третьим соправителем Норкрума. Но точно не станем вести переговоры о возможной свадьбе с Морной Эйгор.

Тот усмехается, не сводя глаз с девушки. Думаю, ожидает её прямой реакции. Пока соправительница не взорвалась, тоже вклиниваюсь в разговор.

— Старик, ты столько сделал, чтобы продлить свою никчёмную жизнь, а теперь хочешь сдохнуть ради взыгравших амбиций?

На лице хёрдиса отражается недоумение и он переводит взгляд на меня.

— Мальчик, ты кто? Тот самый Кирнес? Таинственный законный наследник, которого так долго никто не мог найти.

Кивнув, на ходу формулирую фразы ответа.

— Тот самый, ты прав. А раз ты обо мне слышал, то наверное знаешь о наших возможностях? И понимаешь, что Схердас тебе не взять. Так зачем ты здесь? Хочешь дождаться Болрона и договориться через схоров? Твой любитель заговоров, ведь явно располагает контактами в их среде после служба Рихту?

Выдохнув, излагаю дальше.

— Только ты забыл учесть, что с юга приближается Схэсс. И никакие схоры не помогут тебе его одолеть, даже в союзе с Болроном. Он разотрёт вас в порошок, а мы посмотрим на это с городских стен.

Тот ухмыляется.

— Действительно? Кажется мне, что вы слишком сильно переоцениваете этот старый высохший кусок гхаргова дерьма. К тому же, даже если он победит, то следующими станете вы.

Пожимаю плечами.

— Станем. И скорее всего умрём, сражаясь. Но перед этим отправим часть солдат к твоим родовым владениям — спалить замок и вырезать весь род Оттеферов, вплоть до детей. У тебя не останется никаких наследников, если ты продолжишь свой мятеж против престола.

Ценхор с интересом изучает меня, а сам хёрдис заливается смехом.

— У вас один потрёпанный в боях корпус и единственный город, пусть даже это и столица. И ты решил угрожать мне, мальчик? Как ты планируешь это провернуть, расскажи? Хлопнешь в ладоши и мой замок рассыпется на части, а солдаты погибнут?

Отвечаю в тон ему.

— А ты не задумывался, как мы выжили при встрече со Схэссом? Или почему выбрались из болот с целой армией, а не сдохли в трясине? Нет? Хочу заметить, тогда обстоятельства были далеко не настолько жёсткими, как сейчас. И что касается ресурсов — у нас не единственный город, а целый город со всеми его жителями. Колоссальная мощь, которая может развалить полконтинента, если ей верно пользоваться.

Помрачневший Ценхор выпускает клуб дыма, внимательно прислушиваясь к моим словам, а вот Оттефер скалит зубы.

— Откуда тебе знать, как уничтожить континент, студент?

Кивком головы показываю на Ценхора.

— А твой приятель тебе разве не рассказывал? Или тебя он тоже водит за нос, как и всех до этого? Могу поспорить этот жирненький любитель сигар имеет планы, которые простираются далеко за пределы поста канцлера или главы императорской канцелярии.

Хёрдис косится в сторону маркиза, а военный стоящий по другую руку от него, внезапно начинает говорить.

— Послушайте, мы можем прорваться в столицу прямо сейчас. С нашим свежим подкреплением это не составит проблем — ваши солдаты измотаны боями и понесли потери, они просто не смогут удержать позиции.

Морна, до этого сдерживающая свои эмоции, всё-таки не выдерживает.

— Почему тогда вы этого до сих пор не сделали? Только не говори мне, что этот жалкий похотливый старикашка, что мечтает забраться ко мне в постель, способен на проявление жалости.

Генерал, против моего ожидания, отвечает вполне невозмутимо.

— При штурме мы рискуем понести слишком серьёзные потери и ослабить наши войска, чего совсем не хотелось бы. Но если у нас не останется иного выбора — придётся действовать именно таким образом.

Раздумываю над вариантами ответа, но это уже делает Айрин.

— Ты слышал сейчас своего императора, предатель? Если вы сунетесь в Схердас теперь, когда сюда прибыли мы, то умоетесь кровью! И знаешь — я буду только рада видеть, как ваши солдаты дохнут целыми бригадами, а маги не знают, что предпринять. Так что можете начинать штурм сразу после этой встречи. Только не забудьте отправить последнюю телеграмму родным.

Взгляды всей тройки скрещиваются на Айрин, а я переглядываюсь с Морной, которая прикусив губу, о чём-то раздумывает. В конце концов, уперев взгляд в Оттефера, начинает говорить.

— Несмотря на моё личное к вам отношение, могу предложить следующее — вы отправляетесь к себе в замок, прихватив всех своих солдат, включая мятежных ублюдков. И признаёте нас законными правителями империи. В обмен на это, мы обязуемся не преследовать вас после окончания войны и не истреблять весь род Оттеферов.

Лич, к которому она обращалась, широко улыбается сморщенными губами.

— Так, кому из вас верить? Одни говорят, что могут истребить нас всех, другие предлагают мирное соглашение. Зачем это вам, раз вы обладаете подобной силой?

Блондинка молчит, видимо размышляя над формулировками и я начинаю отвечать вместо неё.

— Потому что у нас нет желания распыляться на твою армию, когда к столице марширует Схэсс. К тому же стерев с лица земли род Оттеферов, мы насторожим всех остальных хёрдисов. Часть, безусловно испугается, но вот другие могут многое выкинуть из-за страха.

На какое-то время воцаряется молчание, которое нарушает сам Оттефер.

— Как я вижу, вы не готовы к серьёзной беседе. Обмен угрозами — это не то, на что я рассчитывал, предлагая эту встречу. Желаете остаться одни, бахвалясь тем, что удерживаете столицу — пусть будет так. Посмотрим, чем это закончится.

Когда заканчивает последнюю фразу и делает движение, чтобы развернуться, Морна начинает озвучивать свою реплику.

— Мы сделали тебе более чем щедрое предложение. Всё дальнейшее — только твой выбор.

Старик оскаливается в ухмылке и всё-таки развернувшись, шагает назад. А вот Ценхор ведёт себя несколько неожиданно — на момент задержавшись, подмигивает мне и скользнув взглядом по Морне, идёт вслед за хёрдисом. Интересно. Тупым маркиз точно не кажется, но при этом он не слишком сильно напрягся, когда речь зашла о наших возможностях в плане уничтожения их войск. А если вспомнить всё, что я слышал о Ценхоре, то этот аристократ тот ещё интриган, старающийся вести игру с тузом в рукаве, даже если на доске шахматные фигуры.

Поэтому, когда мы добираемся до массивного паромобиля, на котором прибыли сюда из дворца, поднимаю эту тему. Глянув на Эйкара, обращаюсь к нему.

— Нам нужно всё подготовить. Руны, ксоты, порядок действий. Возьми Джойла и займитесь. Плюс, надо переместить всех арестованных к месту действия.

Морна с непонимающим лицом поворачивается ко мне, а Лэзла задумчивым тоном задаёт вопрос.

— Как он вообще мог уцелеть? В той битве творился кромешный хаос — там такие силы оказались задействованы, что всех перемололо в труху.

Обращается она видимо ко всем, но ответить решает Айрин.

— Раз выжил сам Ценхор, с ним мог остаться кто-то ещё. Например, схорские маги. Или кто-то ещё. Как знать, каких ещё союзников он мог откопать? Возможно они покинули поле боя заранее. Или спаслись в самом начале.

Секунду помолчав, внезапно переводит тему.

— Где мой отец? Он оставался в столице?

Бабушка Канса обрывает уже начатую фразу и косится на Морну, а та морщится.

— Под домашним арестом. Что ты на меня так смотришь? Пусть скажет спасибо, что его не вздёрнули — его дочь оказалась с другой стороны баррикад.

Виконтесса выглядит так, как будто вот-вот вцепится соправительнице в горло и я пытаюсь смягчить назревающий конфликт.

— Сейчас мы на одной стороне. Его возможно освободить? Как мне кажется, сейчас нам весьма пригодятся его профессиональные навыки.

Несколько секунд дочь Ланца молчит, а потом кривит лицо в усмешке.

— Да, я отдам приказ выпустить его из под стражи. Но он будет подчиняться канцлеру.

Хмыкнув, парирую.

— Точно так же, как канцлер станет подчиняться нашим общим решениям.

Блондинка поворачивает ко мне лицо и я понимаю, что она почти на грани срыва. Смягчив тон голоса, добавляю.

— Я понимаю, что ты долгое время удерживала столицу в одиночестве. Но, во-первых, у нас имеется договор. А во-вторых, мы тоже не прохлаждались в этих болотах. И вернулись сюда с настоящей армией, которая вполне способна уравновесить численное превосходство войск Оттефера.

Та продолжает молчать, буравя меня взглядом, а в разговор вступает граф Реннан, расположившийся рядом с девушкой.

— Ваши угрозы хёрдису — они реальны? Вы действительно знаете, как можно сокрушить его армию?

После секундного раздумья, киваю.

— Да, мы действительно можем это сделать. Но стоит понимать, что после первого удара, все остальные будут учитывать возможность повтора подобного манёвра. И выстраивать свою стратегию, учитывая данную возможность. Поэтому, как бы не хотелось обрушиться на Оттефера прямо здесь и сейчас, придётся выждать.

Канцлер кивает, решив пока не вдаваться в детали и дальше мы едем в полной тишине. Когда оказываем во дворце, выясняется, что надо решить массу бюрократических вопросов и разобраться с цепочкой командования. Эйкару требуются контакты с охраной тюрьмы и помощники для подготовки заклинания. Плюс, доступ в лаборатории. Айрин — освободить отца и вернуть его на прежнее место. На это накладываются бытовые моменты, вроде размещения нас в помещениях императорского дворца и оповещении охраны, что призванные, механоид и все мои сопровождающие — его законные обитатели.

Когда суматоха успокаивается и все отправляются по своим делам, остаюсь в одиночестве — Эйкар с Джойлом уже занимаются подготовкой заклинаний призыва, а виконтесса умчалась к своему отцу. Изначально хотела взять меня с собой, но я решил остаться на месте — слишком многое надо было обдумать. Плюс, как мне кажется, было бы неплохо поговорить с Морной. Или её канцлером. Либо с Лэзлой Тонфой.

Усевшись на стуле, мелкими глотками отпиваю горячий сорк, раздумывая к кому из этой тройки лучше всего обратиться. Перед тем, как влезать в процесс управления, мне нужно, хотя бы в общих чертах понять текущий расклад. Пока же я плаваю в должностях, именах и титулах. Не говоря уже о том, что разные члены правительства могут принадлежать к тем или иным фракциям и преследовать какие-то свои интересы.

Хотя, если задуматься, то пока мой кадровый резерв, в любом случае невелик. Только Эйкар тянет на фигуру, способную занять какое-то серьёзное место. Да, отец Айрин будет органично смотреться на месте главы военной разведки. Но на этом всё — сама виконтесса и Джойл слишком неопытны, чтобы поручать им те или иные направления работы. Обсуждать какие-то общие вопросы — да. Но вот на эффективных бюрократов они пока не тянут и вряд ли смогут справиться результативно.

Всё изменится, когда подойдёт армия Канса — с ним немало разноформатных добровольцев, среди которых имеются и бывшие чиновники. Хотя бы какие-то человеческие ресурсы. Но Тонфою для начала нужно пробиться в город, что будет не так просто. Пока же, я на положении свадебного генерала, которому все отдают честь, но мало кто воспринимает полностью всерьёз. А учитывая общий настрой Морны, мне точно потребуется оказывать влияние на принимаемые решения. Иначе, несмотря на наше преимущество в магической сфере, мы рискуем проиграть битву за столицу, а вместе с ней и всю войну. В том, что обороняться она готова до самого конца, сомнений никаких нет. Но как мне показалось, девушка отнюдь не рассчитывает одержать победу над противниками.

Размышления прерывает скрип открывшейся двери, в которую просовывает голову Хьясса.

— К вам посетитель. Вдовствующая хёрдиссиня Тонфой.

Махнув рукой, приказываю пропустить бабушку Канса и через несколько секунд та уже появляется в дверном проёме, проходя дальше в комнату. Расположившись на стуле напротив меня, неопределённо хмыкает.

— Ты свою охрану в республиканских традициях решил воспитывать? Они вообще в курсе о существовании титулов?

Против своей воли усмехнувшись, качаю головой.

— Это призванные и как мне кажется, они просто не в курсе, как вас надо титуловать.

— А тебя самого?

— В боевых условиях требовать обращаться по титулу, глупо.

Пожилая аристократка цокает языком.

— Это столица — придётся менять привычки. Потеряешь лицо перед аристократией — лишишься реальной власти.

Ответить ей не успеваю — хёрдиссиня сразу же продолжает.

— Теперь, если ты не против, поговорим о нашей тактике на ближайшее время?

Глава 26

Наклонив подбородок в качестве согласия, отхлёбываю сорк, ожидая пока Лэзла начнёт говорить первой. Та, несколько секунд выждав, действительно начинает беседу.

— Вы хотите использовать призванных против Оттефера, верно я понимаю?

Пожав плечами, утвердительно киваю и хёрдиссиня продолжает.

— Но со Схэссом такой номер не пройдёт — он и сам владеет подобной магией. Как и другой, неизвестной никому в Норкруме. Но ты заявил, что у вас есть план противодействия ему. Объяснишь?

На самом деле я использовал более обтекаемые формулировки, но в целом аристократка права. Впрочем, открывать ей все факты пока желания нет.

— Скажем так, у нас есть вариант, который возможно остановит Рэна Схэсса. Если всё пройдёт удачно.

Бабушка Канса усмехается.

— Думаешь, если выложишь мне всё, что знаешь — тебя прикончат, а Морна попробует ударить по противнику сама?

Отпив ещё бодрящего напитка, пожимаю плечами.

— Как по мне — вы сами понимаете, какие мысли могут появиться с учётом всей ситуации.

Вздохнув, хёрдиссиня какое-то время молча сидит на стуле, а потом подаётся вперёд, положив руки на стол.

— Не спорю, Морна может производить весьма спорное впечатление. Но уверяю тебя, вариант с разрывом договора и твоим предательством, она не рассматривает. Вы — последние из Эйгоров, которые достигли совершеннолетия. Никого из трёх братьев нет в живых, старший сын Рихта погиб, а младший должен был отправиться на тот свет вместе с его армией.

Чуть помолчав, добавляет.

— Правда после появления Ценхора я в этом уже не так уверена. Но в любом случае, ему всего несколько лет. И вы двое — последние законные претенденты на трон. Собственно, пятый корпус стоит насмерть не только из-за Морны и того, что почти все офицеры знали Ланца лично. Они умирают ради соблюдения закона, как бы это пафосно и глупо не звучало. Конечно, не будь тут замешана личная преданность, их бы давно купили, как всех остальных. Но сейчас сложилось идеальное сочетание — симпатия к дочери погибшего командира и моральная база в виде соблюдения законов империи. Если Морна решит предать тебя, она своими руками разрушит одну из опор. И очень скоро примет свой последний бой в императорском дворце.

Поставив чашку на стол, уточняю.

— А сама она это понимает?

На лице собеседницы появляется лёгкая усмешка.

— Она умна — иначе бы не смогла продержаться столько времени. И прекрасно всё осознаёт. К тому же внутри, эта девочка, отнюдь не плохой человек. Озлобленный на весь мир и готовый идти до конца ради своей версии правды, но точно не тот, кто предаёт союзников.

Момент поколебавшись, прикидываю, что в случае необходимости, Лэзла вполне может совладать с Эйкаром. Особенно учитывая поддержку всех остальных магов. А все прочие не продержатся в схватке и пары минут. Так что, если всё происходящее — попытка выманить наши секреты, то хёрдиссиня всё равно сможет их получить силовым способом.

— У нас имеется…некоторые вещи, которые при должном изучении, могут превратиться в оружие против Схэсса. А если повезёт, то станут тем, что уничтожит не только его, но и других серьёзных противников.

Несколько мгновений она пристально вглядывается в моё лицо, а потом откидывается на спинку стула.

— Так это не сказки? Миф о разлетевшихся осколках артефакта, в котором он копил свою силу.

Отрицательно качаю головой.

— Судя по всему, это вполне реалистичное описание событий.

Аристократка сразу же уточняет.

— Я могу заняться исследованиями вместе с Эйкаром? График сейчас плотный, но я постараюсь выкроить время.

Теперь уже я на какое-то время погружаюсь в размышления. С одной стороны, мы союзники. Но вот с другой — мотивация Лэзлы мне всё ещё непонятна. Она ввязалась в конфликт на относительно слабой стороне и пока остаётся здесь, что никак не тянет на искушённую в интригах старую аристократку. В конце концов она не родственник Морны, не друг семьи и не военный, давший присягу. Куда более логично, было бы помочь своему собственному дому Тонфоев, а не оставаться в осаждённой столице, сражаясь до конца. Да ещё и подтянув сюда энное количество своих знакомых и учеников.

Потом у меня в голове что-то щёлкает и паззл складывается. Подняв на неё глаза, прогоняю в памяти нотную связку с муравьями, от которой по словам Эйкара крайне сложно защититься и озвучиваю вопрос.

— Канс в курсе?

На лице хёрдиссини проявляется удивление и она уточняет.

— Чего именно?

Откинувшись на спинку стула, беру в руки чашку сорка, делая очередной глоток уже остывшего напитка.

— О причинах, побудивших вас явиться в столицу и оставаться рядом с Морной, несмотря ни на что.

Женщина изображает на своём лице вполне искреннее возмущение.

— Я всего лишь решила помочь девушке, которая на тот момент была самым законным претендентом на трон. И нахожусь в столице до сих пор, помогая ей удерживать ситуацию под контролем.

С ироничной усмешкой кивнув, излагаю ответ.

— Став за это время её левой рукой и получив громадный кредит доверия. А ещё притащив сюда энное число своих магов, которые находятся почти во всех соединениях. Не говоря уже о некроконструктах, которыми вы управляете напрямую.

Нахмурившись, постукивает пальцами правой руки по столешнице и куда более жёстким тоном уточняет.

— На что ты намекаешь, Кирнес?

Не удержавшись, шутливо развожу руками.

— Разве я намекаю? По-моему говорю вполне прямо. И прошу вас воздержаться от попытки прикончить меня, до того, как я закончу.

Поняв, что я ожидаю от неё реакции, кивает и я излагаю дальше.

— Вы из дома Тонфоев. Возможно самый могущественный его член, если не считать самого хёрдиса. Сначала я думал, что ваше поведение связано с желанием уничтожить Палача и поменять статус магов, либо с личной местью ему же. Но теперь картина видится чуть иначе. Вы уже стали весьма влиятельной фигурой при дворе Морны. И в случае победы в битве за столицу, легко сможете преподнести договорённость с вашим сыном, как очередное достижение. Выторговав максимально выгодные условия. Такие, на которые никто бы не согласился в иных обстоятельствах.

Отпив из кружки, продолжаю.

— Тонфои пока не вступили в войну и не поддерживают ни одну из сторон. Победит Морна — вы сразу получите прямое соглашение и особые условия. А потом обрушите свои свежие войска на остальных аристократов, часть из которых будет уже потрёпана, а некоторые станут врагами короны, подлежащими уничтожению. В итоге Тонфои окажутся вторыми после человека на императорском троне. Если посмотреть на это под определённым углом, то возможно даже первыми. С минимальной угрозой для себя. Ведь все ваши действия всегда можно объяснить причудами старой женщины, которой взбрело в голову поддержать девчонку на престоле.

Взгляд Лэзлы заметно меняется — теперь там сквозит угроза и интерес.

— А что будет, если мы всё-таки проиграем и потеряем столицу?

Пожав плечами, озвучиваю варианты.

— Вы постараетесь избежать гибели, вырвавшись за пределы осаждённого Схердаса. С учётом некроконструктов под вашим контролем и вашего опыта в магических схватках, это вполне возможно. А потом удалитесь под крыло дома Тонфоев, либо инсценируете собственную гибель. Остальные же члены вашего дома смогут заключить союз с любым из победителей — будь то Болрон или Схэсс. Правда в случае с последним, не думаю, что все хёрдисы Норкрума протянут хотя бы год. Даже Рояр рано или поздно отправятся на плаху. Но вы наверняка так не считаете. В сухом остатке только один вопрос — знает обо всём этом Канс или нет?

Секунд десять она молчит, изучая меня взглядом. Наконец, начинает говорить.

— Свои планы я обсуждала только с сыном — ни один из членов дома Тонфоев не знает об этом. И не стоит выставлять меня коварной рицеровой сукой — я честно сражалась за Морну и собираюсь делать то же самое впредь.

Усмехнувшись, киваю.

— Никто и не утверждал, что вы бьётесь в половину силы или пытаетесь ослабить её армию. Но у меня сейчас возник ещё один вопрос — зачем всё это? Дом Тонфоев мог заявить о своей независимости. Да хоть новым королевством себя объявите. Рядом провинции, в которых почти нет солдат, сопротивляться некому — вы бы сразу расширили свою территорию в несколько раз, став относительно крупным государством.

— Чтобы любой из пришедших на престол императоров думал о том, как нас уничтожить? Да, первый окажется слаб и ему будет не до военных конфликтов — потребуется восстановить контроль над всей территорией империи и разобраться с мутантами. Но потом, каждый последующий будет одержим мыслью вернуть наши земли в лоно державы, которой правит. И такой борьбы, наш дом не выдержит. А захватить всю империю, заняв трон самостоятельно, невозможно — вся аристократия разом обернётся против нас, забыв о всех разногласиях. Мне продолжать Кирнес или ты уже сам всё понял?

В целом, излагает она вполне логичные вещи. И схема придумана хитрая — кто бы не победил в битве за столицу, ему точно пригодится союз с хёрдисом, армия которого свежа и полна сил. А сам он всё это время держал нейтралитет. Не думаю, что кто-то станет артачиться по поводу детальных условий договора, даже если по итогу выйдет, что земли Тонфоев входят в состав империи исключительно формально, а вся полнота власти остаётся у них. Наверняка они смогут даже отхватить дополнительные территории. Хотя, если верх возьмёт Схэсс, то с ним они вряд ли договорятся. Решаю попробовать сыграть на этом.

— Вы же умная женщина, Лэзла — должны знать, что собой представляет Рэн Схэсс. Наверняка понимаете, что он не пойдёт на соглашение с вами? Я предполагаю, что Рэн просто раздавит дома хёрдисов один за другим, устанавливая абсолютную власть. Это не говоря уже о том, что с запада катится вал мутантов, готовых сожрать всё на своём пути.

Вдовствующая хёрдиссиня улыбается.

— Схэсс уже заключил договор с домом Рояр. Весьма выгодный для последних. Не вижу причин, которые помешают ему подписать похожий документ с нами. Сейчас иные времена, Кирнес — никто не станет терпеть его методы правления тысячелетней давности. Да и что-то мне подсказывает — он сам не слишком горит желанием биться до конца, чтобы обеспечить себе абсолютную власть. Проведя тысячу лет в безвестности, я была бы рада императорскому дворцу, наложницам и почестям, а не плела бы интриги, чтобы править безраздельно.

На мгновение замолчав, продолжает.

— Что же до мутантов — в моих глазах, это лишь ещё один фактор давления на любого императора, который окажется у власти. Ему придётся искать компромиссы, чтобы спасти ту часть Норкрума, что осталась.

Поморщившись, парирую.

— Это всё звучит неплохо, но вы не учитываете реальность. Если договориться не выйдет — вы окажетесь один на один с армией мутантов. Заполучив ещё и правителя империи, что рано или поздно направит войска к вашим границам. Не самый лучший расклад. Плюс, забываете о Палаче.

Лэзла снова мило улыбается.

— Я всё помню и учитываю, мальчик мой. И сейчас основной интересующий меня вопрос — как поступишь ты, Кирнес?

Логично. Но вот выражение её глаз мне не нравится. Могу поспорить — прикидывает, что делать, если я сейчас заявлю, что выложу всё Морне и остальным.

Сразу за этой мыслью проскальзывает ещё одна — без Лэзлы, её магов и некроконструктов, наша обороноспособность упадёт, как минимум вдвое. Даже если предположить, что получив от меня ответ, она просто встанет из-за стола и уйдёт, то нам надо будет как-то разбираться с противниками без дополнительной поддержки. Как вариант — аристокрка и вовсе может попробовать занять столицу, что с учётом массы подчинённых ей конструктов и магов, выглядит вполне реально. Что ей помешает прикончить меня прямо сейчас? За дверью только механоид и Хьясса, Микку я отправил вместе с Айрин. Не думаю, что для опытного мага это станет проблемой.

Конечно, я могу ударить первым — связка Эйкара с муравьями, плюс полевая магия призыва. Если успею открыть под хёрдиссиней портал и одновременно с этим ударю авторской комбинацией Эйкара, то шанс есть, пусть и небольшой. Правда, если оценить процент вероятности в голове, то навскидку выходит не больше одного к пятидесяти.

Разглядывая Лэзлу, которая ожидающе изучает меня, озвучиваю мысль, которая приходит мне в голову.

— В первую очередь, хочу предложить дому Тонфоеф подписать договор прямо сейчас. Буквально к утру. Я не думаю, что Морна станет цепляться за какие-то пункты условий. Да и мне самому это не столь важно. Но хёрдис выступит на нашей стороне и двинет свои войска к столице. В конце концов, сюда уже марширует армия, во главе которой стоит Канс.

Собеседница несколько секунд раздумывает.

— Даже если мой сын согласится, то его войска не успеют добраться до Схердаса. Болрон подойдёт сюда раньше. А сразу за ним и Схэсс.

Усмехнувшись, парирую.

— Зато это окажет давление на всю остальную аристократию. На того же Оттефера или дом Феррехт. Равно как и на всех остальных. Кеннот и Релье остались почти без войск, но активно рекрутируют новых солдат. Скорсы потеряли половину своих владений на западе, но у них всё равно осталось немало сил. Добавим к этому руководство провинций и армейских командиров, которые тоже следят за политическим раскладом. Как мне кажется, решение одного из самых мощных домов Норкрума, окажет влияние на них всех.

— А если мы откажемся?

На лице хёрдиссини всё та же улыбка, но вот глаза всё-таки выдают женщину, как бы она не старалась скрыть свой истинный настрой. Какой-то поэт назвал бы их холодными, но я могу обозначить ситуацию проще — «готовность убивать».

— Тогда мы сразимся с Оттефером и Болроном. А потом столкнёмся со Схэссом. Но вот дальше вам придётся выбирать — либо убить нас с Морной, прикончив заодно всех наших соратников, либо отправиться в изоляцию. Сразу после установления контроля над империей, мы заблокируем все экономические контакты с домом Тонфоеф и силой выдавим вас с занятых имперских земель. Вы останетесь в своих прежних границах и будете вариться в собственном соку, пока ваши собственные вассалы и офицеры не начнут массово возмущаться. А когда дело дойдёт до восстания, то я либо поставлю во главе дома Канса, либо присвою титул хёрдиса одному из аристократов, что сейчас несёт вам службу. Как вариант — мы просто можем создать несколько новых провинций.

— Думаешь Канс будет спокойно на это смотреть? Как убивают его братьев и сестёр?

Качнув головой, придвигаюсь ближе к столу.

— Никто не мешает нам предложить его братьям и сёстрам покинуть пределы владений хёрдиса, обеспечив себе безопасность. К тому же, как мне кажется, узнав о вашей хитрой комбинации, Канс придёт в ярость.

Какое-то время она молчит. Потом осторожно интересуется.

— Ты не опасаешься, что можешь не пережить это разговор?

Показательно усмехнувшись, отвечаю.

— Безусловно. Но и у меня есть небольшой шанс прикончить тебя. К тому же, при таком раскладе тебе придётся разделаться со всеми остальными, включая Эйкара и твоего собственного внука. Да и Морна не станет смотреть на моё убийство сквозь пальцы. В итоге ты окажешься убийцей двух последних совершеннолетних представителей императорской династии и предателем. Да, спихнуть такое на старческий маразм можно, но выглядеть это будет не слишком убедительно. Как думаешь, станет кто-то договариваться с домом хёрдисов, член которого своими руками убил двоих членов императорской фамилии, хотя был их союзником? Не говоря уже о том, что столица скорее всего достанется Оттеферу, который здесь явно не для императорской короны — скорее всего хочет заключить выгодный союз с Болроном или Схэссом, только действуя своими методами.

На секунду замолчав, добавляю.

— Я предлагаю хороший выход для всех — Тонфои получат все привилегии, на которые рассчитывали, а мы приобретём союзника.

Женщина морщится.

— Для всех он станет хорошим, только если вы с Морной победите. В противном случае, мой дом не получит ничего кроме проблем.

— Значит нам надо победить. И хочу отметить — только у нас есть шанс одолеть Схэсса. Остальные не так опасны, как этот древний ублюдок.

На какой-то промежуток времени воцаряется тишина — хёрдиссиня погружается в раздумья. Потом снимает с одного из пальцев кольцо и покрутив его в руках, поднимает на меня хмурый взгляд.

— Хорошо — сейчас я свяжусь с сыном и обсужу с ним условия, на которых дом Тонфоев может примкнуть к вам в этой войне. А ты убедишь Морну на них согласиться.

Глава 27

Переговоры с главой дома Тонфоев занимают у Лэзлы около получаса, за которые мы успеваем выпить ещё по две порции сорка. Зато в итоге у нас имеется документ, где детально расписаны пожелания хёрдиса. Как убеждаюсь — аппетит у этой пары действительно немалый. Мало того, что они хотят нарастить свою территорию и владения за счёт собственности врагов короны, так ещё требуют полной судебной автономии и подчинения им полиции. Более того — изначально в требования входит и упразднение на их территории императорской канцелярии, плюс невозможность вести следствие против хёрдиса, либо членов его семьи и полная неприкосновенность. После непродолжительного спора, получается несколько сузить это требование — за преступления на своей земле они могут быть осуждены исключительно дворянской коллегией из числа подчинённых им аристократов. Но в случае, если преступят закон на иной территории империи, то станут отвечать перед судом на равных условиях с остальными хёрдисами. Исключения из правил — ситуации, когда речь идёт о заговоре против правящей династии или покушении на жизнь члена императорской фамилии.

В последних случаях, в состав суда войдёт двенадцать вассалов Тонфоев, столько же судей, назначенных императором и ещё дюжина, делегированных Большим дворянским собранием. Процедура получается весьма громоздкой и на практике её воплотить будет крайне сложно. Но на мой взгляд, если в будущем Тонфои действительно попытаются организовать заговор против престола, решать вопрос будут войска, а не суд. Так что предпочитаю не заострять на этом внимание.

Экономический блок приходится и вовсе подмахнуть, практически без возражений — тут ни Лэзла, ни её сын, Джакс Тонфой, правящий сейчас домом, не согласны идти на уступки. Как результат — все их предприятия и компании освобождаются от уплаты налогов на ближайшие десять лет. А потом станут платить их по сниженной ставке — втрое меньше, чем все остальные. Согласно тексту договора, такой режим устанавливается бессрочно и подлежит пересмотру только с согласия хёрдиса.

В будущем, такие формулировки наверняка приведут к проблемам, но видимо Тонфои рассчитывают стать достаточно влиятельными, чтобы сопротивляться давлению правителей и конкурентов-аристократов. Как бы то ни было — это их дело. Тем более, в текущей ситуации глупо рассуждать о налогах. Наше положение настолько шатко, что вообще сложно что-то прогнозировать даже на сутки вперёд, не говоря уже о годах или десятилетиях.

Когда заканчиваем обсуждать всё это между собой, отправляемся к Морне. В коридоре, сталкиваемся с Айрин, рядом с которой шагает её сильно исхудавший отец в военном мундире. Глянув на меня, отдаёт честь.

— Ваше Императорское Величество, рад снова увидеться с Вами.

Взмахнув рукой, прерываю его, не давая до конца высказать слова благодарности.

— Вы в состоянии управлять контрразведкой?

Тот немедленно кивает.

— Безусловно. Постараюсь восстановить контакты со всеми частями и уже завтра доложу Вам о первых результатах.

Усмехнувшись, перевожу взгляд на Айрин, которая с подозрением рассматривает Лэзлу Тонфой.

— Проводи отца на место службы и убедись, что ему действительно переданы дела. Микка пусть на всякий случай отправится с вами.

Чуть помедлив, виконтесса уточняет.

— А куда вы сейчас сами идёте?

Понимаю, что её взгляд уже зацепился за листы бумаги в руках вдовствующей хёрдиссини и вздыхаю.

— Убедить Морну в необходимости союза с домом Тонфоев.

На лице девушки появляется вопросительное выражение.

— Почему они согласились именно сейчас? Что произошло?

— Слишком долгая история, чтобы рассказывать её стоя в коридоре дворца. Их условия, мягко говоря не самые лучшие для престола, но поверь на слово — альтернатива ещё хуже.

Айрин снова с подозрением оглядывает бабушку Канса, после чего интересуется.

— Стоит отправиться с вами?

Отрицательно качаю головой.

— Мы справимся. Сейчас важно, чтобы твой отец приступил к работе и утром уже владел бы в какой-то мере ситуацией. Возможно получится выяснить что-то новое о войсках, что идут к столице.

Чуть подумав, девушка наклоняет подбородок и тронув за плечо виконта, устремляется дальше по коридорам дворца. А мы продолжает путь к кабинету Морны, где она последнее время находится круглые сутки, ночуя там же, в небольшой примыкающей спальне.

Когда заходим, она стоит у окна с чашкой сорка и сигаретой в руках. Повернувшись к нам, вопросительно вздёргивает брови. А услышав о цели визита, требует бумаги. Усевшись на стол, минут на пять погружается в чтение, после чего поднимает на нам усталые глаза с красными прожилками лопнувших сосудов.

— Вы считаете, что на это нужно согласиться? Дадим такие условия одним и остальные затребуют того же. Неподсудность, снижение налогов, новые земли… Они хотят создать государство в государстве.

Собираюсь ответить, но девушка уже продолжает.

— Я могу понять, заинтересованность Лэзлы, но ты Кирнес? Серьёзно считаешь это предложение хорошим?

Опустившись на стул, вздыхаю.

— Тонфои располагают самой мощной армией, за исключением дома Рояр. К нам уже присоединился Олаф, если заполучим второго хёрдиса, да ещё и такого — это изменит расстановку сил в центре империи. Разделавшись с Болроном и Схэссом, мы сможем по одному разгромить всех противников, даже если они станут сражаться до конца.

Блондинка поджимает губы.

— Ты забыл, что столица осаждена Оттефером? Если мы как-то выберемся из этого гхаргова дерьма и останемся живы, то наверняка сможем перемолоть в труху всех аристократов, что попытаются сопротивляться.

Отчасти она права. Если не принимать во внимание некоторые моменты.

— Ещё есть наступающие мутанты. И вероятность формирования коалиции хёрдисов, которые смогут многое противопоставить нам. Плюс дом Рояр, у которого немало ресурсов на юге. С каждым придётся воевать или договариваться. Даже если смотреть на ситуацию в моменте — настроение мятежников может измениться, если на нашей стороне окажутся Тонфои. То же самое можно сказать об армейских корпусах, которые идут вместе со Схэссом и Болроном.

Морна ненадолго задумывается, затягиваясь сигаретой. Откинувшись на спинку стула, морщится и гасит её в пепельнице.

— Предположим мы подпишем этот договор. Сколько солдат выставит дом Тонфоев? Тут говорится о двух пехотных корпусах — имеются в виду полнокровные соединения, штат которых целиком укомплектован?

Перевожу взгляд на вдовствующую хёрдиссиню и та кивает.

— Верно — речь идёт о двух полноценных пехотных корпусах, с артиллерией, магами и некоторым количеством паротанков. Помимо этого, мы можем сформировать один отдельный маго-механический батальон — людей для этого должно хватить.

Теперь соправительница переключается на меня.

— И как мы станем использовать эти войска? Добраться они до нас уже не успеют. Куда ты их хочешь отправить?

Вспомнив карту Норкрума, прикидываю в голове варианты.

— Самое очевидное — вынудить подчиниться дом Кеннот. А вместе с ними можно надавить на Релье — думаю, они уже соприкоснулись с мутантами и будут весьма сговорчивы. Итого, сразу четыре хёрдиса на нашей стороне. В глазах аристократии, это будет весомо. И даст нам возможность восстановить контроль над всеми провинциями в центре империи, набирая новых солдат и магов. Учитывая наши возможности в области магии призыва, достаточно даже двух густонаселённых провинций, чтобы обеспечить армию тысячами готовых сражаться призванных.

Тяжело вздохнув, блондинка тянется за новой сигаретой.

— Хорошо — я согласна. Готовьте официальные документы — подпишем договор этой же ночь.

Глянув на Лэзлу, добавляет.

— Но войска должны выдвинуться уже утром, начав действовать.

Та заверяет дочь Ланца, что всё будет в порядке и скоро покидает кабинет. Морна же просит лакея дежурящего за дверями, принести ещё две кружки сорка, намекая, чтобы я задержался. Когда слуга выставляет требуемое на стол и покидает комнату, вливает в себя горячий напиток и останавливает взгляд на мне.

— Не интересуюсь деталями, но у тебя же были какие-то ещё основания для подписания этого договора? Помимо желания заполучить союзника.

Устало кивнув ей, дополняю невербальный ответ словами.

— Но это лучше оставить за бортом. С учётом всех обстоятельств, расклад и так получился неплохим.

Чуть помолчав, девушка переводит разговор на другую тему.

— Что у вас есть против Схэсса?

Секунд пять молчу, размышляя в каких формулировках лучше высказаться. Изначально хочу обозначить всё в общих чертах, но потом понимаю, что в этом нет никакого смысла. Во-первых, Лэзла уже в курсе всего. Во-вторых, пока Морна не дала повода в себе сомневаться.

— Осколки его артефакта, в котором Рэн собирал силу после каждого убийства своих потомков. Он был источником магии и оказался уничтожен при ударе по императорскому дворцу во время мятежа. Думаю, в противном случае, восстание не достигло бы цели и Схэсс правил бы до сих пор.

Неожиданно усмехнувшись, та щедро отпивает сорка.

— Кто он вообще такой? Правил столетиями, убивая своих детей. Потом тысячу лет скрывался, заморочив всем голову. Владеет неизвестной магией. Почему она доступна только ему?

Вопросы кажутся риторическими, но потом Морна упирает взгляд в меня.

— Вы что-то выяснили при путешествии по западу?

Интересный поворот. Хотя направлением мыслей верное — Схэсс настолько выбивается из общей картины, что это не может остаться незамеченным.

— Есть теория, что помимо того мира, откуда к нам приходят призванные, есть и другие. С которыми тоже можно установить контакт. Имеется вероятность, что Рэн появился из какой-то вселенной, что тоже соприкасается с нашей, только находится куда дальше, чем уже знакомое нам место обитания призванных.

Скривив губы, машет головой.

— Если так, то нам повезло, что он пришёл один. Будь здесь десяток таких Схэссов — от империи не осталось бы камня на камне.

Буквально через пару мгновений, когда я только берусь за кружку сорка, задаёт следующий вопрос.

— Что думаешь о Палаче? С ним советовались все предыдущие императоры и плотно общался мой отец. Но потом он пропал из столицы. А вместе с ним и группа магов, что была при дворе.

На секунду остановив руку, всё-таки делаю глоток напитка, выгадывая себе время на раздумья. Тема скользкая. Особенно, если учесть, что это Айвендо притащил меня сюда и вполне способен об этом заявить.

— Он бросил императорскую династию в сложный период времени, когда всё начало шататься. А потом опустошил половину империи, ради своих собственных целей. На мой взгляд, его никак не стоит рассматривать в качестве союзника.

Лицо Морны отражает крайнюю степень удивления.

— Хочешь сказать, это он привёл в этот мир мутантов?

Следующие несколько минут пересказываю ей историю нашей встречи с толстяком, оказавшимся подручным Палача. В процессе приходится опустить некоторые детали, как например происхождение Джойла и возвращение с того света Айрин. Но даже в урезанном варианте она производит впечатление. Девушка почти сразу распознаёт в тучном маге бывшего садовника императорского дворца, а услышав о местоположении осколков, подаётся вперёд, внимательно прислушиваясь.

Единственное, что не получается ей объяснить — тягу мутантов к частям артефакта. Иначе пришлось бы раскрыть тайну уроженца Хельгина, что может привести к неприятным последствиям. Я бы на её месте, точно задумался о принесении Джойла в жертву, ради мощного выхлопа энергии.

Разговор сам собой переходит к ситуации на западе империи, который заполонили мутанты. Как оказывается, Морна уже пыталась установить контакт с Феррехт, но те отказались вести какие-то переговоры, даже о совместных действиях без каких-то обязательств. Что интересно — при этом никого из иных кандидатов на престол они не поддержали. А сами, как ни крути, точно не тянут на новую императорскую династию. Хотя бы по той причине, что большинство их новых солдат из провинций, на которых мчатся орды монстров. И они точно не согласятся бросить всё и отправиться совсем в другую сторону, чтобы поддержать аристократов в борьбе за власть. Поэтому, хотя под их началом и находится немалое число людей, с точки зрения борьбы за престол они бесполезны.

А когда дело дойдёт до столкновения с мутантами, то войска Феррехт и вовсе окажутся запертыми в городах — им никак не выстроить сплошную линию фронта, которая позволила бы удержать противника. То есть, формально располагая приличными ресурсами, они окажутся изолированными от остального мира. Более того — без помощи извне, им никак не вырваться. Да, они могут попробовать начать отступать дальше на восток, но во-первых, с ними потянутся толпы беженцев, что вряд ли придётся по душе жителям соседних провинций. А во-вторых, пока все данные говорят об обратном — они стараются максимально укрепиться на занятой территории. Как будто действительно готовятся сражаться с мутантами. Логичного объяснения для этого у Морны нет. Если только глава дома действительно решил озаботиться жизнями обычных людей. Но этот вариант заставляет нас обоих синхронно усмехнуться.

Дальше обсуждаем варианты действий при штурме города Оттефером, формируя план. Как выясняется в ходе беседы — не так уж она и сурова. Скорее безумно уставшая девушка, готовая на всё, чтобы удержать город. А ещё люто ненавидит Ценхора. Как мне кажется — будь у неё возможность достать аристократа, пожертвовав какой-то конечностью, она бы так и поступила.

В итоге, когда Лэзла возвращается с готовым договором между соправителями империи и главой дома Тонфоев, я всё ещё сижу за столом в кабинете дочери Ланца. На документах уже стоит подпись хёрдиса — женщина воспользовалась представительством Хёница, чтобы обеспечить транспортировку бумаг. Ещё раз пробежав глазами текст договора и убедившись, что ничего не изменилось, мы с Морной ставим подписи на трёх экземплярах, один из которых остаётся у Лэзлы, а ещё два достаются нам.

После того, как заканчиваем с этим, покидаю кабинет, унося с собой небольшую пачку листов, скреплённых в левом верхнем углу какой-то печатью, похоже на сургуч. Хочется рухнуть и отдохнуть, но я решаю, что стоит сначала проверить, как обстоят дела у Эйкара. А заодно озвучить ему свежие новости.

Вместе с механоидом и Хьяссой спускаюсь вниз, где ждёт закреплённый за мной паромобиль и скоро мы уже въезжаем на арену, которая раньше использовалась для спортивных соревнований. Выбравшись из транспорта, понимаю, что старый маг занялся делом с размахом. В свете висящих в воздухе сфер хорошо видны сотни ксотов и рун, уже покрывающих не меньше четверти от громадного пространства. Их начертанием занимаются не только Эйкар с Джойлом — помимо них здесь ещё с десяток человек, старательно воспроизводящих символы. Видимо те самые одиннадцать магов, которых успели отобрать.

Особняком находятся арестованные, окружённые солдатами. Их запихнули в дальний угол арены, со всех сторон заблокировав охраной. Часть спит, другие со страхом наблюдают за работой магов — думаю понимают, что заготовки делаются как раз для них.

Шагаю вперёд и меня замечает выпрямившийся Эйкар. Махнув рукой, движется навстречу и когда мы оказываемся рядом, начинает радостно излагать.

— Я кое-что придумал, Кирнес. Такого ещё не делали, но думаю должно сработать.

Глава 28

Сделав ещё шаг навстречу старому магу, собираюсь уточнить, какая именно идея пришла в его голову, но тот уже излагает сам.

— Обычно порталы для призванных открывали над поверхностью земли, что в целом разумно — это самый простой способ. К тому же, никто ведь не собирается убивать разумное создание, которое ему нужно. Но ты же знаешь, что каждый портал в теории может работать в обе стороны? Помнишь те вихри, что засасывали в себя мутантов?

Я киваю, но Эйкар кажется не обращает на это внимания, увлечённый своей придумкой.

— Предположим, мы делаем то же самое, только в куда более серьёзных масштабах и под землёй. Некоторая проблема может возникнуть с самой почвой, но я связывался с Кансом и через него пообщался с подгорными — те согласились поделиться парой своих приёмов. Не самых сложных и ранее применяемых в основном для облегчения выработки месторождений. Но в нашем случае, это как раз то, что нужно.

Подняв руку, всё-таки добиваюсь, чтобы бывший призрак на какое-то время замолчал.

— Ты хочешь устроить что-то вроде подземных взрывов?

Тот машет головой.

— Лучше! Порталы откроются на солидной глубине. Скажем ярдов на пятьдесят. Или семьдесят — надо будет посоветоваться с геологами. Они втянут в себя смягчённую породу, что приведёт к обвалу на поверхности. Представь себе шар, которые засасывает в себя разом под сотню тонн породы? Да, даже тридцать-сорок тонн! Несколько таких и половина армии Оттефера провалится в громадные кратеры, оставшись там навсегда. А параллельно мы развернём обычные порталы над уцелевшей территорией. И оттуда начнут сыпаться сотни и тысячи неконтролируемых призванных. Само собой, солдаты противника встретят их пулями и штыками — в такой ситуации никто не будет пробовать договориться. А те в свою очередь начнут рвать их на части, просто пытаясь выжить.

За спиной вздыхает Хьясса — похоже ей картина массового истребления сородичей, нравится не слишком сильно. Но надо признать — план Эйкара звучит весьма неплохо. Более того — он вполне может сработать. По крайней мере в случае с армией Оттефера, где не должно быть никого, владеющего магией призыва. Вспомнив о Ценхоре, озвучиваю вопрос.

— Этому можно как-то противостоять? К примеру, если среди солдат Оттефера окажутся схоры, владеющие магией призыва, они смогут остановить атаку?

На момент задумавшийся маг, отрицательно качает головой.

— Схоры хороши в своих исконных областях магии. Уверен, некоторые из них весьма мастерски обращаются с магией леса. Но вот призыв ими широко не применялся — серокожие считали, что каждое применение магии призыва ослабляет магическую стену, что окружает нашу вселенную и приводит к её разрушению. Опасались, что в конце концов это полностью разрушит барьер и наш мира будет уничтожен.

Увидев вопрос на моём лице, со смехом машет рукой.

— Это оказалось заблуждением. Магия призыва использовалась на всём протяжении существования империи и ни разу не возникло никаких проблем. Да и открывать порталы всё так же сложно — барьер не ослаб.

Остановившись, показывает на покрытое символами поле.

— Треть работы уже сделана. Думаю, к утру всё будет готово полностью. И если Оттефер всё-таки рискнёт сунуться к нам, начав штурм, мы его размажем.

Где-то относительно недалеко долбят выстрелы винтовок и сонные солдаты, встрепенувшись, оглядываются по сторонам. Видимо один из патрулей нарвался на очередной конфликт. Я же обкатываю в голове идею Эйкара и понимаю, что маг действительно придумал неплохую схему для удара. Особенно, если получится определить местонахождения самого хёрдиса и направить основную атаку именно туда. Собираюсь уточнить, можно ли будет каким-то образом отыскать Оттефера, но тут снова гремят выстрелы, а потом ухает взрыв ручной гранаты. Да, что у них там происходит? Диверсионная группа противника?

Машинально поворачиваюсь ко входу на арену, где уже изготовились к стрельбе солдаты, вглядывающиеся в темноту улиц. А из ночи доносятся звуки новых выстрелов — где-то совсем рядом идёт активный бой. Через несколько секунд стрельба начинает вестись и в другой стороне — значит конфликт не ограничивается одним отдельным патрулём. Выматерившись, поворачиваю голову к Эйкару.

— Продолжайте работать. Я выясню, что там происходит и вернусь. Что касается плана — как по мне, он отличный. Если ещё и получится определить место, где находится Оттефер и накрыть его сразу, то это будет вообще идеально.

Спустя минуту уже приближаюсь к выходу арены, вместе с Железякой и Хьяссой. Остановившись около лейтенанта, командующего здесь охраной, озвучиваю приказ.

— За пределы арены не высовываться — держите глухую оборону. Главное — не дайте им помешать работе магов.

Отдавший честь офицер, подтверждает, что команда принята и будет выполнена. А я шагаю дальше в темноту, оставив паромобиль с водителем позади. Возможно стоило прихватить с собой нескольких солдат из числа охраны, но их там и так немного. А призванную и механоида, вполне можно приравнять, как минимум к двум взводам пехоты.

Движемся в направлении выстрелов, постепенно приближаясь к звукам. В какой-то момент позади слышится тихий шёпот Хьяссы.

— Вы уверены, что стоит проверять лично, подвергая себя опасности.

На лице сама собой появляется усмешка. Ну да, сейчас я опасности. А путешествуя по наводнённому мутантами западу, был в тепличных условиях. Махнув рукой, даю призванной сигнал замолчать и услышав впереди чьи-то шаги, кладу пальцы на рукоять «Эрстона», доставая его. Давно я не пускал в ход огнестрельное оружие, обходясь в основном магией.

Вылетевший из-за угла солдат, было вскидывает винтовку, но скользнувшая вперёд призванная, моментально вырывает оружие и тот отступает к стене, вытаскивая пехотный тесак.

— Это твой император, рицеров придурок! Мятеж?

Рявкнувшая Хьясса, заставляет парня остановиться и тот тяжело выдохнув, поворачивает голову в том направлении, откуда прибежал, потом вернув взгляд на нас.

— Я из пятого корпуса. Верен присяге. Там гражданские. Они, как будто обезумели — на наш патруль пёрло больше сотни человек. Мы били из винтовок и забрасывали их гранатами, но они как будто потеряли страх смерти — продолжали атаковать. Все кроме меня погибли.

Чувствуя, как в груди появляется холодок нехорошего предчувствия, уточняю.

— Безоружные люди в открытую атаковали вас.

Тот часто кивает, дополняя жест словами.

— Не боясь пуль и гранат. Шли врукопашную.

Дрожащий голос отчётливо выдаёт его эмоции, но оно и понятно — если ты только что стрелял по атакующей тебя безоружной толпе, в которой никто не опасался смерти, это вполне объяснимо. Глянув на призванную, отдаю приказ.

— Верни ему винтовку.

Следующий вопрос адресован уже солдату, которые слегка потрясывающимися руками забирает своё оружие.

— Они преследовали тебя?

— Сначала да, но потом отстали.

Спохватившись, добавляет.

— Ваше Императорское Величество.

Прислушиваясь к ночи, слышу, как в окрестных кварталах всё чаще хлопают выстрелы. Если я понимаю ситуацию верно — безумие продолжает распространяться вокруг. И что самое хреновое, мы не понимаем, что происходит. Описание, данное солдатом, мало напоминает обычный мятеж. Безусловно, глаза у страха всегда велики, но обычно не настолько. Определившись, отдаю новую команду.

— Возвращаемся на арену, а потом едем во дворец. Надо понять, что творится.

Прихватив с собой военного, быстрым шагов добираемся на арену, криком предупредив охрану, которая уже приготовилась к бою. И через минуту покидаем её на паромобиле. Эйкар было порывается отправиться с нами, но я оставляю его на месте — тут он будет полезнее. По крайней мере, прямо сейчас.

На половине пути, сталкиваемся с неожиданным зрелищем — дорогу перегораживает плотная толпа людей. Мужчины и женщины, общим числом в несколько сотен. Медленно бредут по мостовой, напоминая издалека толпу пьяных. Когда видят нас, стиль поведения немедленно меняется — резво бросаются к паромобилю, набирая скорость. Высунувшийся механоид выдаёт длинную очередь из пулемёта, срезав, как минимум два десятка атакующих. Но остальным на это плевать — всё так же продолжают нестись на транспорт, игнорируя опасность.

Шофёр сдаёт назад и сворачивает на одну из боковых улиц, уходя от молчаливой толпы, которая производит гнетущее впечатление. По дороге ещё несколько раз сталкиваемся с похожими группами людей и каждый раз всё повторяется по прежнему сценарию. Их нет только в самом центре, который прикрывает плотная цепь патрулей.

Миновав укрепления на подступах к дворцу, наконец останавливаемся перед ним и выскочив, взлетам наверх по ступенькам. Добравшись до кабинета Морны, обнаруживаю, что там уже находится Лэзла и один из генералов, бывший на совещании. Все трое поворачиваются ко мне и я сходу озвучиваю новости.

— В городе происходит что-то непонятное — жители нападают на солдат с голыми руками и без страха смерти.

Дочь Ланца, скривившись кивает.

— Не только на солдат — они убивают всех, кто встретится у них на пути.

Склонившаяся над картой города Лэзла добавляет.

— Это точно магия. Только я не могу понять, какая. Ни разу о таком не слышала.

Лицо хёрдиссини выглядит несколько растерянным, что заставляет ещё раз выругаться. Если она не понимает, что происходит, то скорее всего этого не знает никто из магов. А значит, нам остаётся уповать только на уничтожение противника. Вот только не совсем понятно, кто устроил это восстание? Оттефер? Почему тогда не штурмует город прямо сейчас? Ждёт, пока «зомби» навалятся на позиции защитников с тыла?

Запустившая в стену кружку из под сорка Морна, озвучивает такой же вопрос.

— Что за рицеров ублюдок это делает? И почему нас не атакуют извне?!

Собираюсь озвучить свои соображения, но тут ночь за окнами подкрашивается мощной вспышкой огня и слышится голос военного.

— Вот и штурм. Нам лучше переместиться в штаб.

Идти он начинает, ещё не договорив до конца и мы следуем за ним. По пути выглядываю в окна, поняв что мощная вспышка пламени произошла рядом с одним из участков стены. Что странно — со стороны наших магов не последовало никакого ответа.

Ожидаю, что штаб находится в другом здании, но буквально через пару минут становится ясно, что военный центр тоже разместили в императорском дворце. Карты, телеграфы, маги с артефактами связи, у половины которых значки первокурсников Хёница. Кто-то даже узнаёт меня и удивлённо округляет глаза. А вот генерал, только переступив порог большого помещения, рявкает.

— Доложить ситуацию! Что происходит?

Из-за стола поднимается тощий майор, вытянувшийся во фрунт.

— Части Оттефера атакованы неизвестными и ведут бой. Восемнадцатый участок нашей обороны не отвечает — нет связи по телеграфу и не получается наладить контакт с прикомандированным магом.

Лэзла, сделав несколько шагов в сторону, вперивает взгляд в угол комнаты.

— Что с магическим фоном?

Молодой парень в грязной рубашке, не вставая на ноги, проводит рукой по сальным волосам.

— Со стороны Оттефера активно применяется магия всех видов. Атакующие тоже используют что-то — мы чувствуем выплески силы. Но не можем определить природу заклинаний с их стороны.

Наши с Морной голоса звучат одновременно.

— Схэсс.

Переглядываемся и девушка яростно кривится.

— Как этот выродок добрался настолько быстро?

Сразу же направляю её мысли в другое русло.

— Этим поинтересуемся потом. Сначала надо отбить атаку.

Один из магов, сжимающий в потных руках артефакт связи, кричит.

— Есть контакт с разведгруппой — они добрались до восемнадцатого участка стены. Там все мертвы.

Чуть помолчав, добавляет.

— Их как будто прикончили насекомые. Всех, включая магов.

Насекомые? Сразу напоминает о магии Схесса на болотах. Он что, решил явиться сюда лично? Если так, то у нас всех возникла неожиданная проблема вселенского масштаба.

— Почему он решил, что это насекомые? Какие признаки?

Леэла, повернувшись к «связисту» не кричит, но от её голоса всё равно пробивает дрожь. Тот закрывает глаза, видимо связываясь с человеком на «другой стороне провода» и спустя несколько секунд распахивает их.

— Мелкие раны на телах — что-то рвало их, впиваясь в тела. На каждом трупе по несколько десятков подобных ранений.

Бабушка Канса сразу переключает своё внимание на меня.

— Сталкивался с таким? Знаешь, как его остановить?

Погрузившись в мысли, отвечаю не сразу.

— Именно с таким — нет. А оружие ещё не готово — мы собирались сначала подготовиться к штурму Оттефера.

Увидев, как Лэзла снова открывает рот, добавляю.

— Не факт, что он явился сюда сам. Слишком рискованно, а Рэн не привык подставляться. Тысяча лет на болотах намекает.

Ко мне поворачивается с десяток заинтересованных лиц и Морна уточняет.

— Кто тогда?

Вспомнив о полном перечне родственников Джойла, кривлюсь в печальной усмешке.

— Да кто угодно из его родни.

Теперь Морна смотрит на меня с лёгким изумлением и до меня только доходит, что про этот факт мы умолчали. Поднимаю руку, упреждая вопросы и активирую артефакт связи, пытаясь достучаться до Эйкара. Маг отвечает почти сразу, начав беседу с вопроса.

— Что там у вас?

— Схэсс, либо кто-то его болотного окружения, явился в город. Уже прорвался, перебив всех на одном из участков стены. Ты сможешь его найти?

Секунда тишины, за которой следует ответ.

— Думаю да, но мне нужна будет кровь Джойла. Жди.

Период ожидания затягивается почти на минуту, за которые в помещение успевают влететь Айрин с Миккой. Виконтесса сходу начинает с вопросов и Лэзла коротко излагает ей расклад. А в моей голове наконец звучит голос бывшего призрака.

— Готово. Кто бы это ни было, там всего один человек. И он совсем скоро будет около императорского дворца. Мы с Джойлом выдвигаемся.

Связь разрывается и озвучиваю информацию от Эйкара.

— Кто-то из семьи Схэсса прямо сейчас пробивается к дворцу. Возможно и он сам, но на мой взгляд, это не слишком вероятно.

Со стороны вдовствующей хёрдиссини доносится тяжелый вздох и она немедленно обращается к Морне.

— Вам надо покинуть дворец, Ваше Величество.

Девушка угрюмо стиснув губы, машет головой и сразу же повышает голос, отдавая приказ.

— Предупредите оборону дворца и их магов — пусть будут готовы. Лэзла — вызови свободных магов и спускаемся! Встретим ублюдка лично!

Не самая здравая идея, но понять её тоже можно — мозги сейчас вряд ли работают, как должно. Сама девушка поворачивает голову ко мне.

— Ты с нами?

Вопрос вызывает невольную усмешку и та хмурится.

— Что смешного я сказала?

Качнув голову, выдаю ответ.

— Ровным счётом ничего. Просто я уже видел работу его магии в действии. Тебе лучше действительно покинуть дворец. Мы с Лэзлой встретим ублюдка и попробуем справиться.

Та ещё больше хмурит брови.

— Предлагаешь Морне Эйгор бежать?

Услышав застучавшие выстрелы, разворачиваюсь к выходу, одновременно озвучиваю фразы.

— Предлагаю двум последним живым Эйгорам разделиться, чтобы не дохнуть одновременно. Но похоже, стратегия и тактика — не наша сильная сторона.

Хмыкнувшая Морна игнорирует слова, молча шагая следом за мной. Оказавшись в коридоре, поворачиваю голову к Айрин, которая идёт справа от меня.

— Кто бы там ни был из его семьи, основное оружие — порталы. Надо попробовать затолкнуть его туда. Всё остальное этих тварей не возьмёт.

Прислушивающаяся к разговору Лэзла, на ходу интересуется.

— Вы уже сражались с кем-то из них?

Вывернув на лестницу, сбегаю вниз по ступенькам.

— Да. И победили. Но я бы не сказал, что это было просто. К тому же, что-то мне подсказывает — здесь противник будет более серьёзным.

Около самого выхода к нам присоединяются двое мужчин в военной форме, один из которых пытается уговорить Морну, хотя бы укрыться внутри здания, но получив жёсткую отповедь, мгновенно затыкается. Я же, выйдя наружа, разглядываю фигуру, плывущую к нам по воздуху.

Глава 29

Вокруг человеческой фигуры темно, но свет из окон дворца на момент выхватывает черты лица и память сразу же оживает. Дайра — мать Джойла. Вот кого Схэсс отправил к нам. Только зачем? Проникнуть в столицу и убить Морну? Какой в этом смысл, если его основные силы ещё далеко?

Усилием воли отгоняю мысли в сторону и достав хьярк, шагаю вперёд. Хрен тебе сука, а не наши жизни. Сейчас, пролетит ещё пару метров и можно будет попробовать открыть портал призыва. Уже перед выходом мы набросали элементарную тактику — Лэзла прикрывает нас, я открываю отвлекающий портал, заставив противника среагировать, а военные маги засыпают стихийными связками. Собственно вся надежда, что это отвлечёт противника и Айрин сможет нанести решающий удар. Слабое место плана — нас могут отправить на тот свет ещё до того, как начнём действовать. Тут вся надежда на изобретательность и силу вдовствующей хёрдиссини. Если она не сможет прикрыть от атаки, то нам конец.

В момент, когда я уже готов полоснуть себя сталью по руке, Дайра внезапно останавливается и по площади разносится громкий голос.

— Кирнес. Уходи. Я могу отпустить тебя, если покинешь столицу и не станешь строить козни против Рэна.

На момент застыв от неожиданности, набрасываю у себя в голове ответ.

— Козни? Против того, кто сотни лет был тираном, а потом выбрался из добровольного заточения, пожертвовав дочерью? О, я не буду строить козни Дайра — просто убью его.

Слева напряжённо дышит Морна, не отрывающая взгляда от женщины. Справа замерла Айрин. А где-то за спиной Лэзла и все остальные.

— Он в своём праве. Ты утверждаешь, что закон на твоей стороне, но на самом деле, единственный настоящий император — Рэн. А что до Корвэллы… Я чувствую, что она жива. И даже если бы умерла — он дал ей жизнь и он же мог забрать её. Всё во имя рода.

Губы кривятся в усмешке.

— Скорее, всё для Рэна. Он пустит под нож вас всех ради своей власти и короны на голове.

Ответ слышится сразу, как я заканчиваю говорить.

— Ты не осознаёшь всего величия Рэна и его замыслов. Повторю — покинь столицу и никто не станет тебя преследовать. Можешь взять с собой всех своих спутников — если они не станут выступать против императора, им тоже не причинят вреда.

Качнув головой, кривлю губы в нервной усмешке.

— Думаешь, Джойл на это согласится? Или кто-то ещё? Отойти в сторону, дав древнему тирану подмять под себя континент и смотреть, как он заливает его кровью?

При упоминании сына, черты лица женщины дёргаются, что хорошо заметно даже отсюда. Но она быстро берёт себя в руки.

— Это твой выбор Кирнес. Помни — Рэн давал тебе возможность избежать смерти.

Пару мгновений ничего не происходит, а потом воздух заполняют ноты и перед нами появляется сразу несколько щитов, которые немедленно пузырятся — в них врезаются стая чего-то похожего на болотную мошкару. Только эти сотканы из магии и куда опаснее обычных насекомых.

Полоснув себя по руке, запускаю комбинацию из полевой магии призыва, формируя первый, «пристрелочный» портал. Когда он появляется практически под Дайрой, та подаётся в сторону, разом сместившись на добрый десяток метров. Айрин сразу же открывает второй, за спиной у противника, а оба военных мага синхронно бьют воздушными заклинаниями. Один создаёт смерч, который должен подтянуть противника к одной из дыр в пространстве, а второй формирует мощную ударную волну.

Правда на деле всё срабатывает не совсем так, как планировалось — относительно легко вырвавшись из смерча, Дайра взмывает вверх, паря над площадью и продолжает сыпать ордами чёрных насекомых, из-за которых уже вовсю корёжится щит Лэзлы. Мы же с виконтессой прерываем связки, заставив порталы вобрать в себя часть окружающего воздуха и схлопнуться. За спиной слышится голос Лэзлы.

— Вы бы поторопились — я едва сдерживаю её.

Переглянувшись с Айрин, снова пускаем в дело хьярки, открывая ещё два портала на одной высоте с Дайрой. Теперь не ждём, пока армейские маги поддержат ударами стихии, а стараемся максимально сблизить точки прорыва с целью, чтобы её втянуло туда естественным образом. Выходит не самым лучшим образом — женщина успевает рвануть в сторону, снова выйдя из под атаки.

Когда оба портала закрываются, пытаюсь понять, как быть дальше. Судя по всему, Дайра может бегать от нас сколько угодно — такими темпами мы сдохнем от потери крови раньше, чем достанем её. В некоторой растерянности бросаю взгляд на Айрин и вижу, что девушка расчерчивает руны и ксоты на камне. Насколько я могу понять по уже имеющейся части схемы — одно из заклинаний призыва.

В метре сзади тяжело дышит хёрдиссиня, поддержку которой оказывают оба армейских мага. А слева грохает выстрел — Морна решила, что раз не может помочь магией, то хотя бы откроет огонь. Я же, после короткого раздумья, атакую авторской связкой Эйкара с муравьями — от портала эта сука всё равно увернётся, а это может хотя бы отвлечь её. Срабатывает отчасти — мой удар достаёт до цели и даже заставляет Дайру защищаться, но вот серьёзного урона не наносит. Такое ощущение, что создаваемые заклинанием твари, готовые сожрать что угодно, почему-то не слишком активно интересуются её плотью. А после того, как по телу женщины прокатывается волна тёмного подобия пламени, они и вовсе исчезают.

Собираюсь третий раз полосовать свою руку хьярком, когда на площади слышится новый голос.

— Остановись!

Машинально переведя взгляд, вижу Джойла, позади которого шагает Эйкар. Старый маг предусмотрительно замедляется, а вот здоровяк наоборот ускоряется, игнорируя попытки его остановить. На ходу продолжает кричать.

— Почему ты выбрала его? Моя сестра чуть не погибла, ради того, чтобы Рэн выбрался на свободу! Как ты могла ему это позволить?

Если отталкиваться от визуальной оценки, то атака Дайры ослабевает — количество «мух», таранящих щиты Лэзлы резко сокращается. А мать Джойла поворачивается к своему сыну.

— Ты не понимаешь! Он — единственный, кому я служу! И я готова принести в жертву каждого своего ребёнка, если это позволит господину восстановить своё могущество.

Замеревший на месте парень, видимо на эмоциях бьёт стихийной связкой, накрывая Дайру волной огня. До неё пламя даже не добирается, но вот внимание наложницы Рэна теперь приковано к уроженцу Хельгина, чем я решаю воспользоваться. Резанув по руке хьярком, морщусь от боли и выплёвываю ноты, пытаясь открыть портал прямо на том месте, где сейчас находится противник.

Воздух разрезает дикий вопль женщины. На этот раз я отчасти достиг цели — портал лишил её половины нижних конечностей. Проблема только в том, что на боеспособности матери Джойла это сильно не сказывается — скорее наоборот. Отлетев в сторону, она принимается извергать потоки чёрных мух, а буквально через пару секунд на площади появляется не меньше десятка быстро разрастающихся вихрей, едва заметных в свете окон дворца.

— Морна, беги!

Судя по сдавленному крику Лэзлы щит вот-вот рухнет. Один из армейских магов, который до этого тоже поддерживал щиты, лежит на камне, скорчившись от боли. Второй пока держится, но судя по его внешнему виду — надолго военного не хватит.

Слева снова звучат выстрелы — вместо попытки бегства, соправительница решила опять пустить в ход револьвер. А я лихорадочно вспоминаю комбинации щитов, пытаясь поставить сразу несколько. Пробовать присоединиться к заклинаниям Лэзлы бесполезно — не мой уровень, струны разорвут разум в первые же секунды. Поэтому пробую установить свою защиту, чтобы прикрыться от атак Дайры.

Как раз, когда заканчиваю, к нам подбираются два вихря и щиты Лэзлы буквально разрывает в клочья. Моментально чувствую, как начинают с безумной скоростью вибрировать струны — всю мощь удара Дайры сейчас приняла на себя моя защита. Хватает меня всего на пару секунд — потом смотря на пепельно-чёрный шквал, что бушует в нескольких метрах от меня, пытаюсь понять, какой вариант предпочительнее, отключить щиты и умереть от чужой магии или сдохнуть из-за лопнувших струн.

За спиной что-то кричат, но я уже не могу разобрать слова — всё тело трясет от напряжения и больно настолько, что я едва могу контролировать мышцы, а глаза размываются от слёз, появляющихся из-за физиологической реакции. Тем не менее я различаю какое-то сверкание впереди, а через мгновение напор ослабевает. Впрочем, держать дальше защиту, даже в таком пассивном режиме я не могу — прекратив работу заклинания, пытаюсь поднять руку, чтобы протереть глаза, но в итоге заваливаюсь боком на камень — тело подводит, не желая больше слушаться.

Исправить ситуацию выходит при помощи Железяки — механоид обхватывает мою правую руку стальными пальцами и переводит в сидячее положение. А проморгавшись, я понимаю, что вся площадь залита светом — в воздухе висят добрые три десятка относительно небольших порталов между которыми натянутыми струнами проброшены каналы связи. Первая мысль — в игру вступил Эйкар. Я помню, как мы изучали это заклинание, условно относимое к полевой магии призыва. Только в данном случае требовались жертвы. Плюс, хотя бы пара магов, чьи струны выдержат нагрузку. Вся суть — сформировать массу небольших порталов, а потом объединить их вместе, открыв проход для чего-то громадного. По словам бывшего призрака, при помощи такого заклинания в мир можно привести сущность громадного размера. И при надлежащем контроле за формой призванного, заполучить, к примеру огромного дракона.

Проблема только в том, что помимо нюансов, которые решаются техническим способом есть ещё один — процесс объединения небольших «начальных» порталов далеко не всегда идёт гладко. И в случае возникновения ошибка, отдача будет такой, что создателям процесса мало не покажется. Грубо говоря — они умрут далеко не самой лучшей смертью, от которой не спасёт и кристалл разума. Дело в том, что это заклинание питается не только жизненной силой жертв и энергией самого мага, но и задействует энергию вселенной призванных. Это опасно, слабо контролируемо и может привести к весьма печальным последствиям.

В голове сами собой появляются вопросы — откуда Эйкар взял здесь объект подходящий для принесения в жертву? И кто второй маг? Не Джойл же — вряд ли парень справится с такой нагрузкой.

Отвлекаюсь от мыслей, услышав женский вопль — только теперь понимаю, что где-то в середине куба, который образовали небольшие порталы, находится Дайра. По сути запертая там — выбраться она не сможет, любой тактильный контакт с каналом связи приведёт к нарушению целостности структуры и в лучшем случае женщину засосёт в один из порталов. А при худшем варианте — просто спалит дотла. Сейчас порталы обмениваются между собой не столько магической энергией нашего мира, сколько аналогичной субстанцией из мира призванных, имея постоянную подпитку. Как бы ни была сильна наложница Рэна, она точно не выдержит контакта с такой мощью.

— Остановись, глупая рицерова сука! Ты убьёшь себя и их всех!

Сначала непонимающе смотрю в сторону Дайры, а потом встрепенувшись, поворачиваю голову направо и вижу Айрин, стоящую на коленях. Вокрун светится набор рун и ксотов, а из живота торчить рукоять хьярка. Твою дивизию! Как? Она решила принести в жертву сама себя, параллельно ещё и управляя заклинанием? Машу головой, пытаясь подняться на ноги. Это невозможно! Под каким углом ни смотри — у Айрин не такие выносливые струны, да и не хватить жизненной силы из одной раны, чтобы запустить такое заклинание.

С третьей попытки встаю на ноги и ещё раз окидываю взглядом пространство над площадью. Порталы по-прежнему на месте и уже начинают сближаться. Факт остаётся фактом — девушка всё ещё контролирует процесс. Только как? И что она собирается сделать? Довести его до конца, создав один громадный прорыв, распылив Дайру? Или прервать в каком-то моменте, заставив каждый портал вобрать в себя окружающее пространство?

В голове мелькает мысль, что виконтесса вообще может вырубиться в ходе реализации заклинания и тогда последствия могут быть насколько угодно суровыми — от неконтролируемого прорыва до уничтожения центра столицы. Одиночный портал, это одно дело. А вот такая структура, подпитка которой идёт из другой вселенной — совсем другое. Собственно по этой причине, подобные заклинания используются крайне редко — даже опытные маги не могут сказать, к чему может привести ошибка при их выполнении — эффект всегда разнится, от случая к случаю.

Снова повернувшись к виконтессе, обнаруживаю Лэзлу, которая изумлённо наблюдает за девушкой. Похоже хёрдиссиня тоже не слишком хорошо понимает, как Мэно удаётся держать заклинание под контролем. Хотя меня куда больше напрягает хьярк, вонзившийся в живот. Комбинация такого масштаба требует массы энергии и если сейчас Айрин завязала всё на себя, то это вряд ли кончится чем-то хорошим.

Порталы продолжают сближаться — размеры куба становятся всё меньше. Воздух разрезает безумный вопль Дайры, которая уже не пытается уговаривать, а просто орёт от боли. Замечаю всполохи пепельного цвета после раскалённо-белых шаров — женщина всё-таки пустила в ход свою магию, видимо поняв, что в любом случае обречена. К счастью, сделать что-то результативное у неё не выходит — насколько я вижу структура не повреждена и сейчас соратница Рэна находится где-то в районе центра.

Ещё несколько мгновений и порталы, слегка подрастая в размерах, уже соприкасаются своими стенками. Крики нашего противника затихают — насколько я понимаю, от неё остались лишь воспоминания. Но вот заклинание почему-то продолжает работать. Сделав несколько шагов, оказываюсь вплотную к виконтессе и секунду поколебавшись, решаю, что лучше озвучить ситуацию голосом.

— Всё, с ней покончено. Останавливай процесс — тебе нужна помощь.

Поняв, что девушка не реагирует, продолжая стеклянными глазами смотреть перед собой, повышаю тон голоса.

— Айрин! Прерви комбинацию! Ты уже её прикончила, хватит.

Тянусь рукой к её плечу, но меня останавливает крик Лэзлы.

— Не трогай!

Чуть поворачиваю голову и вижу её перекошенное лицо. Впрочем, она всё же объясняет свой посыл.

— Если отвлечь — нам точно всем конец. Она и так знает, что убила эту гхаргову суку — дай ей время.

Выматерившись про себя, возвращаю внимание на Айрин. Если сказанной бабушкой Канса верно — виконтесса просто не может остановить связку. Или банально забыла, как это сделать.

Слева от меня, площадь покрывается искрами — порталы вошли в прямой контакт. А потом девушка внезапно делает резкий выдох и обмякнув, оседает на камень. Рванув к ней, опускаюсь на колено и спустя секунду ко мне присоединяется Лэзла. Пока я нащупываю пульс, она уже пускает в дело одну из целебных комбинаций — тело девушки окутывает лёгкое сияние. Я же успокоенно выдыхаю, поняв, что сердце пока бьётся и она не мертва.

Бросив быстрый взгляд на площадь, на момент застываю в недоумении. Порталы так и остались в воздухе. Больше не движутся и процесс слияния не завершили, но при этом никуда не пропали. А значит всё ещё тянут жизненную силу Айрин. Ухватившись за рукоять хьярка, вырываю нож из раны, сразу же услышав негодущий возглас хёрдиссини.

Созданная виконтессой структура начинает колебаться, часто мерцая. И в какой-то момент с громким хлопком исчезает. Ещё несколько секунд в воздухе кружат яркие искры, но потом и они растворяются в воздухе. Лэзла продолжает сыпать нотными символами, одну за другой используя целебные комбинации. Правда единственный результат — перестаёт кровоточить рана на животе. А вот глаза девушка так и не открывает — неподвижно лежит, распластавшись на камне.

— Кто это? Мне открыть огонь?

Услышав скрежечущий голос механоида, поднимаю голову и проследив за его взглядом, вижу мальчика лет двеннадцати, одетого в изящный костюм-тройку, что медленно поднимается по ступенькам, с интересом разглядывая всё вокруг. Откуда он здесь взялся? И как выжил? Ребёнок не мог уцелеть на поле боя магов с таким накалом.

Поднявшись наверх, останавливается в паре метров от нас и задумчиво разглядывает Айрин.

— Хозяйке нужна помощь?

Глава 30

На мальчике скрещиваются недоумевающие взгляды и он пожимает плечами.

— Отойдите от неё — я попробую помочь.

Сзади этого пацана виднеются фигуры Эйкара и Джойла, которые быстро приближаются к нам. А я удивлённо уточняю.

— Ты кто? Откуда здесь взялся?

На лице паренька появляется некоторое недоумение и он дёргает правым плечом.

— Она открыла ворота и я пришёл. Может быть вы перестанете мне мешать и дадите спасти хозяйку? Ещё чуть-чуть и её разум окончательно померкнет.

Чувствую, как брови ползут вверх. Это призванный? Прошедший через портал, созданный Айрин? Но какого хрена он тогда настолько маленький? Впрочем, пока решаю оставить вопросы на потом и отступаю в сторону. Не знаю, как именно он собрался помочь, но слова звучат вполне убедительно. Особенно на фоне того, что ни одна из целебных связок Лэзлы так и не сработала.

Мальчуган, застыв около тела виконтессы, момент просто неподвижно стоит, а потом я вижу, как между ним и виконтессой искажается воздух. Визуально эффект похож на тот, что появляется при запуске двигателей самолёта. Около десяти секунд он просто стоит на месте, а мы наблюдаем за происходящим. Эйкар с Джойлом успевают за это время добраться до входа во дворец и замирают, разглядывая пацана.

В какой-то момент тело Айрин выгибается дугой и девушка распахивает глаза. Спустя мгновение марево исчезает и мальчик поворачивает ко мне, чуть усталым голосом сообщая.

— Теперь можете лечить дальше своими методами — её разуму ничего не грозит.

Удивлёно поморщившись, шагаю к виконтессе, но тут звучит хриплый голос Морны.

— А почему ты обратился к нему?

На лице неизвестного появляется странное выражение — как будто его спрашивают об очевидном.

— Он же её мужчина. Пара не совсем правильных созданий, которых не должно быть в этом мире. К кому я ещё должен был обратиться?

Смысл его слов доходит, только когда я уже опускаюсь на камень, рядом с Айрин. Этот паренёк, получается понял, что я не из этого мира? Да и факт «возвращения» виконтессы от него видимо тоже не скрылся. Вместе с Миккой помогаю Мэно подняться на ноги и обращаюсь к мальчугану, которого с подозрением пилит взглядом Эйкар.

— Следуй за нами. Думаю стоит обсудить твоё появление.

Тот кивает, с невозмутимым видом шагая следом. А вот бывший призрак бросает на меня крайне выразительный взгляд. Не до конца понимаю, что именно он хотел выразить, но как по мне — в основном его глаза выражают опасение. И тут я его понимаю. Неизвестный призванный, прошедший в одиночку через такой громадный портал — кем он был в том, другом мире? Судя по рассказам Круацины, чем крупнее портал, тем больше разумных сущностей вьётся вокруг, пытаясь прорваться в наш мир. Тут же мы открыли не дверцу, а считай обвалили часть стены — в брешь могли пройти десятки, а то и сотни призванных. Но в итоге он только один. Что намекает на тот факт, что остальные либо были уничтожены, либо слишком опасались конкурента, чтобы лезть в драку.

Когда добираемся до первой попавшейся комнаты и укладываем виконтессу на диван, в коридоре слышися взбудораженный голос посыльного.

— Ваше Императорское Величество, противник воспользовался тем, что в нашей защите образовалась дыра и начал наступление. Безумие охватившее горожан, продолжает распространяться. Некоторые опорные пункты фактически в осаде — мы не контролируем, как минимум треть города.

Твою мать! Информация о «зомби», вывалившихся на улицы успела вылететь из головы во время боя. Когда ты предполагаешь, что через минуту-другую погибнешь в схватке, планирование отступает на задний план.

В помещении появляется Морна, которая бросает на меня вопросительный взгляд и я лихорадочно пытаюсь что-то придумать. Если бы не новый фактор в виде этого пацана в костюме-тройке, Айрин можно было бы оставить под присмотром кого-то из призванных. А самому вместе с Эйкаром и Джойлом пробиваться к арене. Если Оттефер всерьёз начал штурм, нам точно потребуется нанести по нему контрудар. А сейчас всё несколько усложнилось — мы не представляем на что способен новый призванный и какие у него вообще планы. Никакого контракта с виконтессой подписано не было — в теории он может повести себя, как угодно.

Тот, видимо как-то поняв мои опасения, начинает говорить сам.

— Хозяйке больше ничего не угрожает — я могу отправиться с вами, чтобы избежать беспокойства. А обсудим всё, когда ваше сражение будет закончено.

Кивнув ему, перевожу взгляд на Морну, озвучиваю план действий.

— Ты управляешь войсками отсюда и через Лэзлу корректируешь наши действия. Мы же накрываем ударами скопления войск Оттефера.

Блондинка с некоторым удивлением соглашается — если я правильно понимаю причину, то соправительница видимо считала, что я останусь во дворце, чтобы руководить обороной города. Но на мой взгляд, Эйкару и Джойлу точно понадобится помощь. Во-первых, не факт, что у них всё до конца готово. А во-вторых, заниматься работой придётся в спешке — вдвоём они могут не справиться.

Айрин, вслушивающаяся в слова, пытается подняться с дивана и её едва успевает остановить Микка. Виконтесса хоть и пришла в себя, но её сложно назвать здоровой и полной сил — в таком состоянии лучше отлежаться во дворце.

— Что делать с мятежом? На улицах уже десятки тысяч людей?

Лэзла, с нетерпением разглядывающая Морну, сейчас задала весьма верный вопрос. Только хорошего ответа на него нет — у пятого корпуса точно не хватит сил, чтобы биться на два фронта, отбивая атаки войск Оттефера и уничтожая безумцев на улицах города. А больше солдат у нас нет. За исключением крыла боевых гвардейских драконов, которые до сих пор остаются в строю. Но это «последний довод», когда иных вариантов уже не останется.

Поэтому, доступное решение только одно — пока перевести все армейские части внутри Схердаса в режим глухой обороны. Армейцы разбирали весь город на тридцать два квадрата, в каждом из которых имеется опорный пункт — своего рода база для патрулей с крохотным гарнизоном. Вот туда и отступят все военные, что находились на улицах столицы.

А войска, что защищают периметр города, будут вынуждены выделить какое-то количество бойцов для прикрытия своего тыла. Решение не самое хорошее, но иного выхода пока нет — сил на то, чтобы действовать по всем направлениям, просто не хватит.

Через пару минут мы с Эйкаром и Джойлом уже отъезжаем от дворца на большом паромобиле, в который влезли ещё и Железяка с Хьяссой. К нам же забирается и мальчуган в костюме, с явным интересом изучающий салон транспорта. Микку оставляю с Айрин для обеспечения безопасности.

Когда приближаемся к баррикадам, вижу, как с правого фланга приближается группа солдат. Дайра уничтожила половина защитников придворцовых укреплений — уцелевшие рассредотачиваются по всей линии обороны, дополнительно перебрасывая подкрепление из самого дворца, в котором снимут половину внутренней охраны. Учитывая ситуацию в городе, нельзя допустить прорыва обезумевших жителей.

На этот раз больше не петляем по улицам, пытаясь избежать столкновения — Эйкар прокладывает нам дорогу, используя воздушные комбинации с вплетением льда, либо пламени. Смотрится весьма внушительно — после каждого удара, на дороге остаются десятки, а то и сотни изувеченных мёртвых тел, разбросанных в разные стороны. Но вот скорость продвижения из-за необходимости постоянно очищать путь, сильно замедляется. Решаю использовать время с толком и глянув на пацана, начинаю с самого банального вопроса.

— Как твоё имя?

Тот с непонятным выражением лица пожимает плечами.

— Можете звать меня Скэнсом.

Покосившись в сторону кабины, за стеклом которой в стороны разлетается очередная группа людей, продолжаю.

— Не пойми неправильно, но почему ты…ребёнок? Заклинание открыло проход достаточно большого размера — туда мог пройти кто-то весьма объёмный.

Уголки губ пацана слегка дёргаются, как будто он сдерживает улыбку.

— Мне нравится эта форма. Учитывая мой облик в нашем мире я захотел стать чем-то более…неприметным. А открытые вами ворота сработали, как надо — спровоцировали настоящую бойню среди желающих попасть сюда.

На этом он останавливается, но и без продолжения суть ясно — раз там была схватка и он одержал верх, в одиночку пройдя через портал, значит перед нами не совсем обычный призванный.

— Как ты понял, что Айрин умирает? Откуда узнал, что мы с ней вместе? Почему решил, что опасаемся оставлять тебя во дворце?

Тот молчит, о чём-то раздумывая и я добавляю.

— Можешь читать мысли?

Теперь паренёк медленно покачивает головой.

— Скорее могу чувствовать…нити разума. Его сияние. Связи между людьми. Это не чёткие мысли, оформленные в слова, а общее направление. В случае с хозяйкой, я видел, что её сознание угасает, о чём и сказал вам.

Немного помолчав, добавляет.

— Я вижу и другое — она…не такая, как все остальные. Как будто её что-то изменило. Совсем другая структура разума — не такая, как у всех остальных. Твой тоже выглядит странно, но по другому.

Ожидаю, что он сейчас задаст вопрос и уже готовлю варианты ответов, но мальчуган всё-таки останавливается, не развивая свою мысль. Зато в беседу встревает Хьясса, которая на момент отвлекается от наблюдения за боковыми улицами, мимо которых мы проезжаем.

— Почему ты всё время называешь её хозяйкой? Вы же не подписали контракт.

Про себя матерю призванную последними словами. Если сейчас этот Скэнс решит, что ничем нам не обязан, то станет совсем непредсказуемым. Сам он с интересом косится на меня и потом поворачивается к блондинке.

— Это формальность, необходимая для связи между низшими формами жизни нашего мира и магами этого. В моём случая, связь с хозяйкой установилась в момент прохождения через портал.

Моя телохранительница застывает в одной позе — с открытым ртом и широко распахнутыми глазами. Оживает через пару секунд, сразу выдав новый вопрос.

— Так ты цейрек? Как ты смог пройти на эту сторону? Ни у кого из ваших это не получалось.

Мальчик потягивается разминая шею.

— Я не самый обычный цейрек. Изгнанный… Старейшины решили, что мой разум ущербен.

Вот это уже интересно. Что за цейреки? Почему они не могут попасть в наш мир? И по какой причине этого паренька посчитали ущербным?

Глянув на Хьяссу отмечаю весьма интересную гамму эмоций — удивление с налётом страха. Хм. Оторва-призванная, которая последние дней двадцать подбивала механоида на «апдейт», чтобы заняться любовью, всерьёз опасается своего соплеменника, прошедшего через портал Айрин? Собираюсь уточнить, что с ним не так и кто такие цейреки, но паромобиль уже приближается ко входу в арену. Который оказывается запертым — солдаты решили закрыть ворота, после того, как численность противника поблизости резко увеличилась.

К счастью, обзор у них всё-таки присутствует — около ворот имеется несколько бойниц, через которые можно вести огонь. После того, как Эйкар парой ударов расчищает пространство перед входом, створки распахиваются и мы заезжаем внутрь.

Здесь выясняется, что работа всё-таки не остановилась полностью. Перед тем, как отправиться во дворец старый маг поручил одиннадцати «добровольцам» продолжать заниматься тем же делом — чертить руны и ксоты. Благоразумно поставив для присмотра армейского сержанта, который за это время полностью вошёл во вкус из-за чего наши «помощники» выглядят полностью измученными. Зато количество «заготовок» изрядно увеличилось.

Выгрузившись из транспорта, сразу отправляемся к расчерченным схемам заклинаний. По дороге, крутящий во все стороны головой Скэнс интересуется.

— Эти люди, что находятся под стражей — почему они так боятся?

Мельком покосившись на арестованных, ждущих своей участи, формулирую ответ.

— Этой ночью их скорее всего принесут в жертву. Никто не хочет умирать. Вот эти парни и боятся.

Мальчуган задумчиво тянет.

— В жертву… Можно мне поучаствовать?

От неожиданности замедляю шаг и бросаю на него удивлённый взгляд, задав в итоге совсем не тот вопрос, который собирался.

— Тебе сколько лет?

Теперь, судя по выражению его лица, удивлён уже сам призванный.

— Много. Сотни, может быть тысячи. У нас не ведут точной хронологии, как ты понимаешь. Но по меркам обоих миров я стар.

Видимо до него доходит подоплека моего вопроса и Скэнс ухмыляется.

— Резать глотки мне уже точно можно.

Представляю себе мальчугана с ножом в руке, который пластует арестованных и призванный улавливает мои эмоции, недовольно ворча.

— Зря я всё-таки выбрал такое тело. Просто захотел ведь быть не такой громадной уродиной, как у себя. Надо было в карлика воплотиться, пожалуй. Размер тот же, но никаких вопросов о возрасте.

Вздыхает настолько удручённо, что я усмехаюсь. Хотя, может это нервное — когда рядом с тобой топает гигантская и старая сущность, выбравшая в качестве своей нынешней формы тело ребёнка, нервная система вполне может начать выкидывать фокусы. Особенно, когда тебя с невинным видом просят позволить прикончить энное количество людей.

Впрочем, уже через несколько секунд становится не до того — охрана тащит к нам первую партию жертв и я понимаю, что их количество серьёзно сократилось. Если раньше в углу арены было несколько сотен человек, то теперь там не больше семидесяти-восьмидесяти людей. Остальные убиты — трупы перетащили в сторону, сложив бесформенной кучей. На логичный вопрос, солдаты принимаются наперебой рассказывать, как охраняемые внезапно стали превращаться в безумцев, что набрасывались на всех подряд. Ввиду чего военные открыли огонь, к счастью всё-таки справившись с ситуацией и более того — сохранив жизни тем, кто остался в нормальном состоянии.

Такой расклад серьёзно снижает наши возможности. Несколько ударов нанести получится, но более того. Масштаб будет слишком мал, чтобы подкосить армию Оттефера.

Выход, правда находится почти сразу — мы с Эйкаром займёмся комбинациями, а Джойл с Хьяссой и Железякой попробует обеспечить нас новыми жертвами. По примеру того, как мы действовали на западной оконечности континента — выхватывая из толпы отдельных особей, вырубая их и отправляя к нам. Когда троица выдвигается к воротам, с ними увязывается и Скэнс, лаконично пообещавший помочь.

Эйкар связывается с Лэзлой — он берёт на себя координацию ударов, тогда как на мне техническая часть вопроса — работа с арестованными и построение каналов для питания заклинаний их жизненной энергией. Через минуту бывший призрак вместе с хёрдиссиней определяет первое место атаки и мы начинаем. Поморщившись, всаживаю лезвие в первого из скулящих пленников — процесс не самый приятный, но иного способа запустить в работу комбинации подобной мощи, у нас нет.

Нанеся несколько ран, выстраиваю первый канал связи и перехожу к следующему человеку. Для того, чтобы нотная связка Эйкара стабилизировалась и начала работать, приходится пустить кровь пятнадцати людям. В момент, когда заканчиваю, первый всё ещё жив, а к магическим символам идёт сразу полтора десятка каналов. Руны и ксоты полыхают, а над ними колышется вибрирующее облако энергии. В голове на момент возникает вопрос о том, как всё это видится людям со стороны. По идее, энергию должны видеть только маги, но думаю какая-то часть визуальных эффектов должна быть видна и тем, у кого струна отсутствует.

Вот одиннадцать «добровольцев» наблюдают полноценную картинку — на лицах большинства настоящий ужас и изумление. Отмечаю пару, которая приглядывается к происходящему с явным интересом, а в следующий момент струны начинают вибрировать и я сразу переключаю внимание на Эйкара — процесс уже пошёл.

Глава 31

Следующий час превращается в настоящее испытание на прочность — Джойл доставляет нам всё новые партии парализованных «зомби», а я орудую хьярком, настраивая каналы связи и борясь с желанием рухнуть на землю, свернувшись калачиком. Уровень вибрации струн такой, что мне постоянно кажется — ещё чуть и всё, мой разум разорвёт в клочья.

Эйкару приходится не сильно лучше — если я, грубо говоря, занимаюсь делом на низовом уровне, то старый маг направляет удары, осуществляя «наводку» и следя за реализацией заклинаний. Судя по его внешнему виду, нагрузка на струны обеспечивается солидная.

К пятой комбинации, я уже перестаю следить за окружающей обстановкой, действуя строго по алгоритму и не отвлекаясь на внешние раздражители. Мозг полностью сосредоточен на том, чтобы грамотно выполнить задачу, не перегрузив крейнеры сверх меры. Хорошо, что во время полёта мы озаботились новыми артефактами. В противном случае, я бы точно не выдержал всей этой безумной гонки.

В какой-то момент понимаю, что мне больше не подсовывают новых жертв и несколько недоумённо оглядываюсь вокруг. Сталкиваюсь взглядом с Джойлом и тот, видимо поняв ситуацию, комментирует.

— Эйкар сказал всё — справились. Больше не надо.

Сам здоровяк тоже выглядит не лучшим образом — одежда залита кровью, на лице пара свежих кровоточащих царапин, а вид такой, как будто он всю ночь разгружал вагоны, попутно отбиваясь от диких волков. Ищу глазами бывшего призрака, но через мгновение его голос уже раздаётся у меня за спиной.

— Пять разломов и девять крупных прорывов в воздухе. Не знаю, как там сам Оттефер, но от его войск считай ничего не осталось. Те, что уцелели, сейчас отступают от города в полном беспорядке — приказам больше никто не подчиняется.

Повернув к нему голову, киваю и на негнущихся ногах шагаю к скамьям арены. Добравшись, тяжело опускаюсь на первый ряд, пройдясь меланхоличным взглядом по полю. Сколько мы тут человек прикончили? Сотни полторы? Две? Больше? Струны постепенно успокаиваются и я чувствую, как накатывает дикая усталость. Сейчас бы в душ, а потом в чистую постель. Только перед этим залить в себя пару бокалов хирса.

— Пятый корпус начал зачистку города. Нас просят о помощи.

Поворачиваю голову к Эйкару и маг видимо улавливает немой посыл — подняв руку, уточняет.

— Посильной, само собой. Всё, что пока нужно — пробиться к ближайшему опорному пункту и помочь им продержаться до подхода подкрепления. Половина солдат, что раньше несла службу, теперь брошена на очистку улиц.

В голове лениво ворочаются мысли. Основная тема, волнующая сейчас моё сознание — получится ли самостоятельно подняться с этой скамьи или нет? По-хорошему сейчас надо что-то ответить Эйкару, но разум упорно отказывается предлагать какие-то варианты. А вот за спиной старого мага слышится тонкий голосок.

— Думаю, я смогу вам помочь. Собственно, кое-что уже абсолютно понятно.

С усилием перевожу взгляд на Скэнса, показавшегося из-за Эйкара. За это время я уже успел подзабыть о том, что мы прихватили с собой призванного в виде мальчугана. Тем более он совсем никак не проявлял себя. Сам же он продолжает.

— Я тут изучил некоторые тела и могу сказать, что с ними сделали. Двухкомпонентная алхимия, активированная на расстоянии.

Заметив наши непонимающие взгляды, со вздохом объясняет.

— Их чем-то кормили. На протяжении весьма длительного времени и малыми дозами. Две субстанции, которые попадали в организм извне и в нужный момент были активированы издалека, вступив в реакцию. Сделано всё ловко — основную работу проделали алхимические составы, сил на заклинание активации потребовалось совсем немного.

Интерес заставляет разум активизироваться и я озвучиваю вопрос.

— Это можно как-то вырубить? Вернуть людей в прежнее состояние?

Паренёк секунду молчит, после чего задумчиво цокает языком.

— Может быть. Для начала надо понять, что за составы использовались — я в этом не разбираюсь.

Машинально хмыкаю. В алхимии он значит не разбирается, но вот саму схему каким-то образом уловил. Та же самая мысль проскальзывает и у Эйкара, который задаёт пареньку соответствующий вопрос. Как выясняется после ответа, в алхимии он действительно полный ноль. Но зато отлично разбирается во влиянии на разум и имеет ещё целый набор полезных навыков.

Когда наш новый призванный заканчивает говорить, перевожу взгляд на подошедшую Хьяссу и вспоминаю о моменте, который хотел прояснить ещё около дворца.

— Кто такие цейреки? Чем отличаются от остальных?

Мальчуган с усмешкой поворачивается к девушке и та слегка пятится назад, явно чувствуя себя не слишком комфортно. Покосившись на меня с Эйкаром, всё-таки принимается отвечать.

— Они…не такие, как остальные. Обычно держатся особняком — громадные и самодостаточные. Им даже питаться почти не нужно. Но…если решают размножиться, то начинают истреблять всё, что находят. И уйти от них очень сложно — в отличии от всех остальных, они бьют на расстоянии, парализуя своих жертв.

Скэнс снова ухмыляется и переключив внимание на меня, добавляет несколько фраз от себя.

— Со стороны всё выглядит именно так. Но сами цейреки считают себя избранными. Теми, кто должен хранить наш мир и следить за его безопасностью.

Внимательно слушающий старый маг тоже присоединяется к беседе.

— Ты сказал, что тебя изгнали. За что?

Теперь на несколько секунд устанавливается пауза.

— Цейреки считают себя хранителями мира, но при этом не стремятся его изучать. Отталкиваются от знаний, что накоплены предками и передаются от одного к другому. Но…наш мир отнюдь не так однороден, как кажется. Та его часть, в которой живём все мы — не единственная. Есть и другие. Более того — уверен, там тоже есть жизнь. Осталось только понять, как наладить с ними контакт. Что я и пытался сделать — развивал свою технику работы с мыслями, чтобы пробиться к нашим «соседям». Старейшинам это не понравилось. Дальше вы сами можете себе представить.

Тело и разум начинают постепенно отходить, так что следующий вопрос я уже задаю сам.

— Как ты прошёл через портал? Если я верно понимаю, остальные особи твоего вида на это неспособны?

Снова пару мгновений молчит.

— Не скажу, что это было просто. Но при определённых условиях и наличии достаточно количества рабочего материала, вполне осуществимо.

Переглядываемся с Эйкаром и старый маг уточняет.

— Материала?

Паренёк бросает взгляд в сторону блондинки, рядом с которой уже стоит механоид, подобравшийся на удивление тихо.

— Других обитателей нашего мира. Тех, кто запросто может проскользнуть через портал. Как выяснилось, если выстроить из них живой щит, то вполне можно пролезть на эту сторону. Хотя, я до конца не был уверен, что у меня получится.

Хьясса морщится, одарив паренька весьма однозначным взглядом, а я прикидываю в голове картину и отдаю этому старому созданию должное. Рискнуть проверить свою теорию, поставив на кон собственную жизнь, это немалого стоит. Пусть даже он и проделал это, уничтожив несколько десятков, а то и сотен призванных. В конце концов, мы только что занимались тем же самым — думаю из открытых в воздухе порталов высыпало немало разумных существ, рождённых в другом мире. И сомневаюсь, что хотя бы половина из них осталась в живых.

Преодолевая боль в ногах, поднимаюсь со скамьи и командую выдвигаться. Сходя на землю, бросаю взгляд на Скэнса.

— Если сможешь помочь в уличных боях — будет неплохо. А ещё лучше было бы отыскать способ прекратить действие этой алхимии.

Цейрек вздыхает и шагает за мной, на ходу повторяя слова о том, что с алхимическими составами он точно не разберётся, здесь нужны специалисты в области алхимии. А вот в зачистке города от «зомби» его умения скорее всего пригодятся.

Как очень скоро выясняется — насчёт последнего Скэнс не ошибался. Его способность позволяет вырубать противников сразу целыми пачками — охваченные безумием горожане просто валятся на землю, полностью отключаясь. Учитывая, что единственный маг, чья струна функционирует относительно нормально — Хьясса, это порой здорово выручает. К тому же призванная освоила не так много нотных комбинаций. Эйкар хотя и старался заниматься с ними, но времени было слишком мало, чтобы они успели выучить большой арсенал.

В любом случае, пары стихийных комбинаций, с которыми она может управляться, вполне хватает, чтобы пробиваться через городские улицы. Учитывая, что мы с Джойлом тоже порой отрабатываем по улицам связками, а Эйкар долбит простейшими заклинаниями почти непрерывно, сопровождающая группа солдат почти не пускает в ход винтовки. Хотя, учитывая, что с нами всего пятеро бойцов, толку от этого всё равно было бы немного — они нужны скорее для подстраховки. На тот случай, если какой-то особенно проворный «зомби» умудрится избежать поражения магией.

Перед тем, как покинуть арену, Эйкар снова связывается с Лэзлой, передавая информацию об алхимических составах и хёрдиссиня обещает попробовать отыскать хотя бы одного специалиста в этой области. В творящемся хаосе это будет довольно проблемно, но возможно у бабушки Канса всё же получится.

Как итог — на тот момент, когда мы добираемся до опорного пункта и перед нами распахиваются ворота чьей-то усадьбы, сейчас превращённой в крепость, Лэзла снова выходит на связь. Через пару минут Эйкар сообщает сразу две новости. Первая, относительно неплоха — алхимик всё-таки нашёлся и сейчас уже ведёт работу во дворце. Вторая, далеко не так радует — солдаты, отправленные на зачистку города, продвинулись не слишком далеко. Углубившись в кварталы, они стали нести серьёзные потери, в итоге и вовсе остановившись. Пятый корпус измотан тридцатью шестью часами боёв и напряжения, что тоже сказывается на их боевых возможностях и моральном духе.

Собственно, прямо сейчас наступления вглубь города остановлено — части перешли к глухой обороне. И в ближайшем будущем, улучшения ситуации ждать не стоит. От нас, ввиду изменения расклада, требуют прибыть во дворец, чтобы присоединиться к управлению процессом.

Когда маг заканчивает рассказывать, понимаю, что мы даже не приступили к изучению осколков артефакта. Это при том, что Рэн может оказаться под стенами города уже через пару дней. Или явиться сюда хоть через час, если решит рискнуть собой, оторвавшись от основных сил. Лаборатории, которые имеются во дворце, в целом вполне подойдут для данной задачи. Так что идея пробиться в центр города, выглядит весьма неплохой. Но для начала решаю, что стоит слегка отдохнуть. Небо уже светлеет — мы на ногах всю ночь, плюс серьёзно вымотаны использованием мощных заклинаний.

В саду обнаруживается что-то вроде столовой под открытым небом — держащие оборону солдаты вытащили из дома столы и стулья, расставив их прямо под деревьями. Там и располагаемся, обеспечив себя горячим сорком и завтраком из копчёной рыбы с хлебом. Вливая в себя горячий напиток, внезапно понимаю очень простую вещь — ни один из военных не превратился в «зомби». Только гражданские. По крайней мере, мы не видели ни одного солдата, что пытался бы на нас напасть. Немедленно озвучиваю свою мысль Эйкару и тот берётся за артефакт связи. Спустя считанные мгновения, становится понятно, что такая же ситуация наблюдается во всех армейских частях — ни один человек не слетел с катушек.

Выслушав новый пакет данных, погружаюсь в раздумья, а Эйкар подзывает одного из солдат, задав вопрос об их снабжении. Как выясняется, военные получали провизию строго с армейских складов. Морна опасалась отравления или зачарования своих бойцов, поэтому с питанием было строго — никакой еды из гражданских запасов, за исключением экстраординарных ситуаций.

До меня доходит, что сейчас именно такая — мы поглощаем провиант, заимствованный в усадьбе. Отложив в сторону кусок копчёной рыбы, поворачиваюсь к рядовому, который стоит рядом и интересуюсь ещё одним моментом.

— Три самых популярных вида еды в столице за последнее время? Навскидку, без раздумий.

Секунду тот всё-таки подтормаживает, а потом выпаливает ответ.

— Хлеб от Эсса, консервированное мясо и похлёбка Ролна.

Поморщившись, уточняю.

— Что за хлеб и похлёбка?

Парень пожимает плечами.

— Эсс — местный хлебопекарь, а Ролн — повар одного из ресторанов. Когда мы оказались в изоляции, Эсс первым начал продавать хлеб по максимальной низкой цене — чтобы только отбить расходы на сырьё и людей. У него и так была сеть пекарен, а через пару недель, в управление отдали все остальные. С Ролном похожая история — он придумал рецепт дешёвой мясной похлёбки. И спустя пару дней её готовили почти везде — рестораторам надо же было как-то кормить людей.

Занятно. Детализирую ещё один момент.

— А ингредиенты? Что входило в состав и откуда они брали продукты?

Отрицательно покачавший головой солдат, расстроенно сообщает, что здесь помочь ничем не может и я отправляю военного обратно на пост. А Эйкар задумчиво тянет.

— Еда с алхимическими ингредиентами, под самым носом у гарнизона и канцелярии. Дешёвый хлеб и доступная мясная похлёбка в заблокированном городе. Кажется мы нашли источники.

Отпив сорка, выдвигаю предложение.

— Сообщи Лэзле. Пусть попробуют достать образец этой долбанной похлёбки. А мы отправимся в ближайшую пекарню. Думаю, айван поможет разобраться и выделить инородные примеси.

Чуть подумав, старый маг кивает мне и тянется к артефакту связи. Спустя минуту мы расправляемся с сорком и собираемся перед воротами, прихватив с собой ту же пятёрку бойцов. Сейчас не помешал бы уже многократно проверенный Фосстон со своими людьми. Но офицер скорее всего находится на передовой. Или переброшен для охраны дворца. Если вообще жив.

Удар волны пламени превращает сотню «зомби» в полыхающие факелы и поморщившийся Эйкар проходится по ним водной стихией, замораживая тела и сбивая пламя. Несмотря на все инструкции, Хьясса по-прежнему порой бьёт огнём, оправдывая это тем, что не всегда получается «выбрать нужную связку». Не представляю, как такое может быть, но судя по всему, механика магии призванных, действительно сильно отличается от нашей.

Постепенно продвигаемся вперёд, очищая перед собой путь. Концентрация безумцев вокруг зашкаливает — они лезут из всех проулков, постоянно держа в напряжении. Зато есть и живые — несколько раз нам кричат горожане, высовывающиеся из окон. Приходится разочаровывать бедолаг, кратко объясняя, что помощь подоспеет намного позже.

На то, чтобы добраться до ближайшей пекарни, которую нам обозначил один из солдат, уходит не меньше двадцати минут. Утро уже вполне уверенно вступает в свои права — вокруг светло и виднеется восходящее солнце. А мы продвигаемся вперёд, шагая по замороженным, обугленным и изувеченным трупам. Наконец, оказавшись рядом со зданием пекарни, выставляем стационарные щиты, за которыми начинает собираться толпа. Пока Эйкар с Джойлом удерживают защиту, сам я осторожно захожу в наполовину разгромленную постройку.

Остановившись около входа, оглядываюсь по сторонам и запускаю айван, потянувшись к оставшимся здесь хлебным изделиям. Процесс не самый простой — такого я раньше ещё не делал. С энной попытки, выходит разложить материал на исходные компоненты. Более того — выходит даже собрать их вместе и объединить. Правда сразу после этого, контроль над происходящим теряется — это уже не тесто, которым я могу манипулировать, а его составные части.

Оглядев пол, засыпанный мукой, рядом с которой разлита смесь, которой видимо стали яйца, пару секунд пялюсь на небольшой кристалл синего цвета, лежащий рядом со всем остальным. Это и есть тот самый алхимический состав? Только почему он в форме кристалла? Собрался таким из порошка?

Махнув головой, пока отгоняю в сторону вопросы и после короткого раздумья, задействую воздушную магию, подняв небольшой ветвистый камень в воздух. Так и выношу его наружу, сразу привлекая внимание всех остальных. И если основная масса пялится на находку с непониманием, то вот лица Эйкара стремительно мрачнеет.

— Гхаргово дерьмо! Надо скорее рассказать Лэзле.

Рука мага опускается к поясу, доставая артефакт связи, а я остаюсь на месте, уставившись на него с немым вопросом.

Глава 32

Какое-то время Эйкар стоит на одном месте, прикрыв глаза. Потом распахивает их и сразу же поворачивается ко мне.

— Некансин — старый алхимический состав, которого я уже давно не видел в работе. Раньше его распыляли в воздухе, чтобы поразить население тыловых районов. Через лёгкие он всасывался в кровь и сводил цель с ума. А потом превращал её в кристаллического голема.

На момент вокруг устанавливается тишина, нарушаемая только шаркающими звуками из-за щитов — безумцы всё пытаются пробиться к нам через защиту.

— Кристаллический голем?

В ответ на мой вопрос, старый маг слегка разводит руками.

— Во времена моей молодости их именно так называли. Люди, у которых полностью меняется структура тела — алхимический состав проникает в ткани и начинает там прорастать, постепенно меняя каждую клетку. Процесс ускоряется в геометрической прогрессии и как мне кажется, скоро начнут превращаться первые из поражённых.

Отличная перспектива. Я бы сказал, крайне занимательная. Десятки тысяч кристаллических солдат, крушащих всё на своём пути. Переглянувшись с Джойлом, озвучиваю следующий вопрос.

— Есть же способы противодействия?

Эйкар слегка усмехается, рассматривая «зомби» на улице.

— На этапе заражения и превращение — да. Нужно воздействовать звуковой волной определённого тембра, чаще всего неслышимой для человеческих ушей. Конкретная тональность зависит от концентрации некансина в исходном материале. А вот после того, как эти люди станут полноценными кристаллическими воинами, ситуация резко усложнится. Есть несколько специализированных связок, но признаться, я не знаком ни с одной из них. А стихийная магия против подобных существ не всегда эффективна.

Сбоку от меня сразу же слышится голос Джойла.

— Тогда нам стоит поспешить.

Замечание резонное и через секунду мы уже снимаем щиты, а улицу с обеих сторон заливает волна холода — Эйкар накрывает «зомби» массовым ударом. Обращаю внимание, что несмотря на весь его опыт и весьма выносливую струну, на лбу мага блестит пот, а сам он выглядит сейчас не сильно лучше нас с Джойлом. Продолжая в таком темпе, вполне может выдохнуться, пока мы доберёмся до дворца.

После короткого размышления, озвучиваю свои мысли по поводу изменения тактики и теперь на первый план выдвигается Скэнс, который без видимых затруднений вводит в состояние «лежачего анабиоза» новые и новые партии обезумевших горожан, пробивая нам дорогу вперёд. Мы же сосредотачиваемся на защите тыла и флангов.

Минут через тридцать оказываемся возле придворцовых баррикад, где тоже кипит бой — солдаты и маги отчаянно бьются за последний рубеж обороны перед резиденцией Морны. Когда показываемся из-за домов, в нашу сторону тоже летят пули, а потом обрушивается волна пламени, от которой приходится закрыться ледяным щитом. К счастью, применять силу не нужно — военные относительно быстро понимают, что перед ними свои и спустя десять секунд мы уже пробираемся через проход в укреплениях. Высокий тощий маг в военной форме и со значками выпускника Хёница на лацкане, глянув на нас впавшими глазами, интересуется.

— Как оно там? У нас есть шанс?

Вопрос построен не слишком корректно, но и сам парень выглядит вконец измученным. На секунду задержавшись, озвучиваю первый пришедший в голову ответ.

— Справимся. Не всё так плохо, как могло бы быть.

Судя по выражению лица, тот хочет спросить что-то ещё, но я уже быстро шагаю дальше, не задерживаясь на месте. Чем быстрее мы доберёмся до дворцовых лабораторий, тем лучше.

Остальные судя по всему считают так же — мы едва ли не бежим к ступенькам дворца, а потом мчимся по коридорам. Перед самыми лабораториями сталкиваемся с Тесконом, в которого едва не врезается радостно несущийся впереди механоид. В последний момент Железяка меняет направление движения и пролетает мимо мага. Сам профессор окинув нас взглядом, разжимает губы в ухмылке.

— Эйкар? Отлично — теперь дело пойдёт веселее.

Оказавшись за дверями, что ведут в настоящий исследовательский комплекс под дворцом, машинально принимаюсь оглядываться по сторонам. На лаборатории Хёница это мало похоже — здесь не только оборудование для работы с алхимией, но и немало вещей, которых я раньше не видел и с трудом представляю для чего они могут понадобиться. Вот Эйкара оснащение наоборот ничуть не впечатляет, скорее наоборот — бывший призрак почти непрерывно ворчит, что придётся работать в «варварских условиях».

Как выясняется, Лэзла Тонфой уже на месте и активно занимается процессом, используя в качестве экспериментальных кроликов несколько парализованных «зомби». Правда, пока серьёзных успехов добиться не вышло — ни одна частота звука не срабатывает.

Теперь, после нашего появления, ситуация несколько упрощается — разделившись, мы обеспечиваем тест в пять потоков, значительно ускоряя процесс тестирования. У нас с Джойлом уходит несколько минут на изучение новой комбинации, после чего приступаем к работе, изолировавшись в отдельных звуконепроницаемых помещениях. Раз за разом воспроизвожу связку, поглядывая на связанного подопытного, но результата пока нет — тот чувствует себя вполне бодро, уже начав отходить от паралича.

Пока занимаюсь, по сути механической работой, в голове возникает вопрос — где всё это время был Тескон? С момента нашего прибытия мы его не видели, хотя профессор уже находился в столице. Эйкар говорил, что Лэзла поручила ему заниматься химерами, но с учётом штурма города, он всё равно должен был высунуться. Хотя, как знать — может преподаватель и участвовал в обороне столицы. В конце концов, мы провели всё время на арене, обеспечивая поддержку издалека. Тогда как профессор мог действовать на любом участке обороны.

Размышления прерывает распахнувшаяся дверь, в которой показывается радостная физиономия Джойла.

— У меня вышло, Кирн! Есть нужная частота.

Выскочив наружу, перемещаюсь в помещение, которое было выделено для работы уроженцу Хельгина и вижу на полу отрубившегося человека. Что удивительно — с медленно поднимающейся грудной клеткой. За спиной раздаётся голос Эйкара.

— Отлично. Чистый некансин без примесей — горожане останутся живы.

Хмыкнув, про себя добавляю — «кроме тех, кого успели прикончить за эту ночь». На улицах сейчас немало трупов — как нашими стараниями, так и усилиями солдат пятого корпуса. Вот остальным, видимо повезло.

Впрочем, почти сразу встаёт ещё один вопрос — как быть дальше? Самый простой и очевидный вариант — отправить по городу группы магов в сопровождении солдат, которые станут обрабатывать заклинаниями квартал за кварталом. Тем более, данная связка позволяет накрыть довольно большую площадь.

Проблема только в том, что все имеющиеся маги успели сильно выдохнуться. И их не так много, чтобы зачистка города оказалась быстрым делом. Отправим сейчас всех, кто остался в строю — провозимся в лучшем случае до вечера. Учитывая, что авангард Болрона может появиться уже сегодня, расклад совсем не назвать хорошим.

В процессе обсуждения, появляется идея, которую я сходу и озвучиваю, начав с вопроса Эйкару.

— Это заклинание можно завязать на какой-то артефакт?

Маг на момент замирает с выражением озарения на лице, но потом сразу хмурится, отрицательно качая головой.

— Сделать сам артефакт, не проблема. Но его потребуется постоянно запускать. Понимаешь? Нужны маги, хотя бы слабые, но обученные нотной комбинации. В принципе, тут даже крейнер не нужен — нагрузка на струны совсем маленькая. Но в любом случае, без самой струны не обойтись. А создание артефакта, который будет запускаться самостоятельно через определённый промежуток времени, слишком долгий процесс.

Обдумываю новую информацию и в голове рождается новая мысль.

— А если запустить полсотни конструктов с которыми у мага будут каналы связи? Простенькие химеры, големы, некры — для управления ими всё равно нужен контакт. Его получится использовать для запуска артефакта?

Тот с задумчивым видом кивает.

— Не факт, что выйдет, но попробовать можно.

Что-то бормоча себе под нос хватает один из лежащих на столе ножей и достав глефс, принимается вырисовывать на нём руны. Две минуты, одна короткая нотная связка и у него в руках уже имеется неказистый артефакт. Лэзла за это время пригоняет к дворцу одного из своих некроконструктов, в которого и встраиваем предмет. Дальше опыт протекает вполне успешно — в удалившемся на сотню метров от дворца конструкте, по команде хёрдиссини благополучно запускается заклинание. Тот же результат получаем, забросив его на километр вглубь кварталов.

Поняв, что схема работает, немедленно приступаем к работе, привлекая к ней все доступные ресурсы в виде нескольких уставших армейских магов. Но на создание артефактов их вполне хватает — за час мы обзаводимся почти четырьмя сотнями «источников звука», в процессе несколько ускорив процедуру их формирования. Правда потом встаёт новый вопрос — кто именно выступит в качестве носителей? Самый очевидный вариант — некроконструкты Лэзлы, но во-первых их осталось не так много, во-вторых, она не контролирует их напрямую — большинство разбито на отряды, подчинённые её людям. Даже если отбросить в сторону состояние магов и резко сократившуюся численность конструктов, остаётся проблема логистики. Нам потребуется перебросить пачку артефактов к каждому из них, на что тоже уйдёт дополнительное время.

В итоге, от дворца расходится весьма разношёрстная компания — разноформатные химеры Тескона, включая какое-то количество летунов, некроконструкты Эйкара, наспех собранные из свежих тел, точно такие же конструкты Лэзлы, решившей воспользоваться проверенным способом. И мои хлебные големы, созданные из материала находящегося в близлежащих кварталах. Единственное «но» — в моём случае возникает проблема с контролем такого количества объектов. Одно дело, если бы всю эту банду надо было бросить в атаку на какую-то определённую точку. И совсем другое — вести их с приблизительно одинаковой скоростью в разные стороны, постепенно охватывая квартал за кварталом.

Так что под моим управлением оказывается всего шестьдесят два голема — голова и так плавится от необходимости манипулировать ими, периодически подключаясь к каждому из созданий, чтобы осмотреть путь и задать верное направление. Не представляю, что я бы делал, возникни необходимость в ручном управлении каждым. Скорее всего свихнулся бы — шестьдесят две картинки, одновременно транслируемые в твой головной мозг — это небольшой перебор.

Остальная тройка участников зачистки закрывает все оставшиеся позиции — каждый из них управляет более чем сотней существ, не испытывая при этом каких-то заметных проблем. По крайней мере в самом начале. Потом мне становится уже не до оценки их состояния — големы удаляются всё дальше от дворца и требуется максимально сконцентрироваться на управлении.

Джойл и Айрин, которая вернулась во дворец вместе с Миккой тоже хотят принять участие, но Эйкар с Лэзлой в один голос озвучивают отказ. Мотивируют слишком слабыми струнами, которые и так перенапряжены. Только тогда понимаю, что виконтессы при нашем возвращении здесь не оказалось. И судя по её потрёпанному виду, она благополучно упорхала на передовую вместе с Миккой. Остаётся только выматериться про себя — о том, как себя должны вести раненые, поговорим позже, когда город будет очищен.

В какой-то момент понимаю, что затея с големами может и была хороша, но вот их количество стоило сократить ещё раз в полтора. Или лучше в два. Даже стоя с закрытыми глазами, я разрываюсь между такой численностью объектов. Радует хотя бы то, что заклинание я запускаю одновременно у всех, с промежутком в десять секунд. За которые успеваю проверить состояние десяти своих «бойцов», скорректировав их маршрут. Запуск, быстрая пробежка по десятку конструктов и новый запуск, после которого проверяю второй десяток. Изначально этот ритм не доставляет никаких неудобств. Но вот когда появляется необходимость за те же десять секунд проверять до двадцати объектов, ситуация меняется — такое я проделать банально не успеваю.

Решаю попробовать подключаться одновременно к двум големам и это неожиданно получается. Теперь становится намного проще — я по сути возвращаюсь к старому алгоритму. Порой возникают нелепые ситуации, когда мои хлебные воины врезаются в стену или пытаются перебраться через брошенный на улице паромобиль, но в основном всё протекает гладко.

Ключевой момент — заклинание действительно работает. И более чем эффективно — в моменты своего подключения, я почти каждый раз вижу людей, завалившихся на мостовую. Отсюда не понять, живы они или нет, но судя по состоянию наших подопытных — должны чувствовать себя вполне нормально. А минут через двадцать-тридцать придут в норму.

Собственно, это ещё одна наша проблема — когда всё население Схердаса придёт в себя, то у людей наверняка начнётся паника. Я бы точно не был абсолютно адекватен, придя в себя на мостовой и окружённый массой других людей. Тогда как последнее воспоминание — мирное чаепитие дома с семьёй. Не говоря уже о тех, кто потерял сегодня своих родственников. Но с этим должны разбираться уже солдаты. Как только носители артефактов выйдут к линии обороны военных, те приступят к делу — выдвинутся вперёд, проверяя состояние людей и собирая их вместе, параллельно объясняя ситуацию. Остаётся только надеяться, что это не приведёт к спонтанному бунту. Избавить людей от верной смерти и превращения в кристаллических монстров, чтобы потом их же и убивать, подавляя восстание — не самый лучший ход.

Где-то на заднем фоне мелькает мысль, что ход то как раз неплохой — обычного человека прикончить куда проще, чем тварь, полностью состоящую из живой кристаллической породы и не уступающую в своей ловкости призванным. Но всё равно это будет не самое позитивное завершение операции.

Пока все эти соображения лениво проплывают где-то в глубинах сознания, один из моих големов упирается в баррикады, за которыми держат обороны солдаты. Развернув его, направляю вдоль укреплений. А через минуту повторяю тот же фокус ещё с двумя объектами. За следующую четверть часа к военным выходят все мои големы. Сначала веду их вдоль баррикад, потом снова разворачиваю вглубь города, поняв, что территория перед армейскими частями уже зачищена.

Окончательная очистка территории занимает ещё минут двадцать. В какой-то момент меня хлопают по плечу — на момент оторвавшись от управления конструктами, открываю глаза, обнаружив перед собой лицо Эйкара.

— Всё, можешь заканчивать. Остались только отдельные очаги — их зачистят летуны Тескона. Основная работа выполнена.

Кивнув ему, снова закрываю глаза и останавливаю всех конструктов. На момент возникает идея оставить их в таком положении, собрав в одном месте, но представив, как снова придётся вести отряда через весь город, я её отбрасываю. Проще будет стянуть весьма материал к себе и сформировать существ заново. Прямо сейчас такой необходимости нет, поэтому просто превращаю големов в бесформенные куски теста, оставив там, где они находились.

Снова подняв веки, потягиваюсь, разминая мышцы.

— Сейчас бы не помешала чашка сорка.

В стороне басит развалившийся на стуле Джойл.

— И кусок хорошего мяса с бокалом хирса.

Усмехнувшись, приглашающе взмахиваю рукой, поморщившись от боли в затёкших мышцах. А через пару минут мы уже располагаемся на первом этаже дворца, оккупировав какую-то комнату и отправив встреченного камер-лакея за едой. Тот возвращается с парой подручных, притащив консервированное мясо из армейских пайков, фасоль, сорк и графин хирса.

А ещё через минуту к нам неожиданно присоединяется Морна, которая делает щедрый глоток спиртного и с жадностью набрасывается на еду. Поймав наши удивлённые взгляды, пережёвывает порцию мяса, которую только что отправила к себе в рот и рычит.

— Императоры тоже из плоти и крови. Или вы думали, я тут званые обеды даю, пока город в осаде?

Джойл смущённо отводит глаза, Айрин усмехается, а мы с Эйкаром просто возвращаемся к трапезе. Один Скэнс и призванные никак не реагируют на обмен слова, продолжая поглощать содержимое тарелок. Утолив первый голод, оказавшийся на удивление сильным, вспоминаю о том, что нам рассказывал солдат и отхлебнув сорка, обращаюсь к Морне.

— У вас тут были пекарни, которые готовили дешёвый хлеб. Говорят, всем управлял какой-то один парень. Вернее, мужчина. Как его там звали? Эсс, кажется.

Соправительница непонимающе смотрит на меня, активно работая челюстью и я объясняю подоплеку вопроса.

— По чьему приказу ему передали в управление все пекарни? И кто контролировал качество провизии? Кто-то ведь должен был этим заниматься.

Та на момент задумывается, а потом принимается жевать ещё более быстро, видимо собираясь ответить на вопрос. Но ей мешает солдат, буквально влетевший в дверь.

— Ваши Императорские Величества, к городу подходят паротанки. Возможно это авангард Болрона.

Конец пятой книги.

* * *

Постскриптум

Благодарю всех, кто остаётся со мной до сих пор) Именно активность читателей и является основной мотивацией для любого писателя. Так что, когда я независимо от своего состояния, начинаю работать над текстом, ключевым фактором, заставляющим это делать, являетесь как раз вы) И проявление вашего интереса к книга — от комментариев до лайков.

Серия продолжается — книга «Эйгор VI. В войнах» уже начата и доступна.

Надеюсь, встретимся в комментариях под ней)

P.S.: Если хотите первыми получать новости от автора, то вот ссылки на группы в социальных сетях.

Канал в Телеграме: https://t.me/alexander_kronos

Группа в ВК: https://vk.com/al.kronos

Возможно, кому-то пригодится)

P.S.S.: Запущен цикл-приквел, по этой же вселенной. Название первой книги «Лэрн. На улицах». Если вам интересно, можете ознакомиться с ним на АТ. Единственное, что сразу хочу отметить — цикл намного более жёсткий, строго 18+) И пока в процессе написания — обновление производится по рандомному графику (то есть с его полным отсутствием).

Content

Эйгор-V. В поисках

Интерлюдия 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Интерлюдия 2

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Постскриптум