Валерий Пылаев.

Пятый Посланник-3

Пролог

* * *

Поезд сначала чуть замедлил ход, а потом и вовсе заскрипел, останавливаясь. Так резко, что задремавший под мерное грохотание колес Служитель Киран едва не свалился со своего лежбища на сложенных в углу вагона одеялах для Владык.

Уже приехали? Нет, невозможно — не мог же он, Киран, проспать целый день. А именно столько должен был ехать поезд из Шантипура в Таунгу, расположенную на самом севере владений Огненного Лотоса.

Закончился уголь? Не может быть — в Шантипуре люди Владыки Рамахандра пополнили запасы до самых краев. Их хватило бы и на две тысячи ли, даже если бы Служители в паровике решили жечь его непрерывно, работая лопатами так, что сами сошли бы с ума или свалились от жара печи.

Или сломалась паровая машина. Или кто-то осмелился испортить саму дорогу, не побоявшись гнева Солнцеликого Раджиндры… Но разве такое возможно? Едва ли хоть один человек в Империи не слышал о печальной участи Владыки Аруна из клана Ледяного Копья. Несчастный имел глупость велеть остановить поезд, едущий через его владения, чтобы насолить соседу, с которым у него недавно вышла ссора — и Служители выполнили приказ господина. Когда вести дошли до столицы, всех, кто в тот день отправился к дороге, сварили заживо в кипящем масле, а самого Владыку Аруна лишили пряжки и изгнали к Безымянным. Купец из Дасов Моту-Саэры рассказывал, что видел его иссушенный труп висящим на дереве у берегов Канкая. Похоже, бедняга не выдержал позора и сам лишил себя жизни…А может, его убили другие бродяги, позарившиеся на дорогую одежду. Или просто пожелавшие поквитаться с потерявшим силу Джаду высокородным за былые обиды.

Постыдная смерть для Кшатрия. Постыдная и глупая — именно так и сказал купец из Моту-Саэры. Только тот, кого боги лишили разума, отважится посягнуть на поезд или дорогу для него. Слишком много чжу они приносят в казну Императора. Владыки могут сколько угодно вредить друг другу, и Солнцеликому Раджиндре не будет до их ссор никакого дела… пока никто не лезет в его сундуки.

Но если так — почему поезд остановился прямо среди пустыни? И откуда этот шум?..

Киран с кряхтением поднялся и поправил одежду. Наверняка Владыки потребуют объяснений — и не стоит заставлять их ждать. Но для начала неплохо бы самому разузнать, прочему остановился поезд. И если эти болваны у паровой машины, Индра их разрази…

— А, вот и ты… Пойдем!

Заспанный Киран едва успел закрыть за собой дверь, как на него буквально налетела крохотная, похожая на шарик фигурка Свараны. Боги не дали парню высокого роста — зато наградили такой толщиной, что в некоторые двери поезда ему приходилось протискиваться боком. Впрочем, даже это ничуть не мешало Сваране быть самым расторопным из всех Служителей поезда и неизменно узнавать обо всем раньше остальных.

Может быть, даже раньше болванов в паровике, которые остановили поезд…

— Что случилось? — пробормотал Киран, потирая еще не привыкшие к свету глаза. — Почему мы?..

— Дальше поезд не поедет. — Сварана покачал головой. — Приказ Великого Мастера Алуру. Служители Ледяного Копья стоят прямо на дороге.

— Тьма и Пекло… — выругался Киран. — Безумцы! Император сварит их заживо, всех до единого… А заодно и нас!

— Солнцеликий Раджиндра мудр и справедлив! Его гнев… Не падет на головы невинных.

Особой уверенности в голосе Свараны Киран не услышал. Они оба прекрасно знали, что Великий Мастер Алуру — в отличие от покойного Владыки Аруна — всегда отличался рассудительностью и даже коварством. И уж если он посмел нарушить запрет Императора…

Значит, случилось что-то настолько важное, что Великий Мастер готов рискнуть даже собственной головой. И головы Служителей для него сейчас не стоят и монетки в один чжу, да еще и лежащей на самом дне выгребной ямы в Моту-Саэре.

— Этот поезд едет на юг. — Киран наморщил лоб. — Но Ледяное Копье не воюет с Огенным Лотосом. Так почему же?..

— Не твоего ума дело, осел! — Сварана уперся руками в округлые бока. — Или ты собрался спорить с Владыками?

— Нет, — вздохнул Киран. — Чего Великий Мастер хочет от нас? Мы — лишь ничтожные слуги Императора и…

— Владыками я займусь сам. — Сварана шагнул обратно к двери. — А ты ступай в следующий вагон и скажи Дасам, чтобы сидели тихо. Никто не должен покинуть поезд — повеление Великого Мастера!

— Но чего он…

— Иди уже, болван! — Сварана толкнул Кирана необъятным животом. — Думаешь, высокородные потрудились объяснить хоть что-то?

Нет, едва ли. Кшатрии — наследники божественных братьев среди смертных — рождены повелевать. А Служители — выполнять их волю… Что бы ни случилось.

Киран тяжело вздохнул и поплелся в «бронзовый» вагон. Там придется орать во всю глотку — зато Дасы хотя бы не задают лишних вопросов. Одного имени Владыки Алуру будет достаточно, чтобы даже богатые купцы вцепились в свои сиденья и не шевелились до захода солнца.

Но даже этим надеждам Кирана не суждено было сбыться. Стоило ему закрыть за собой дверь вагона, как перед ним тут же появился высокий мужчина в поношенных одеждах.

— Скажи мне, Служитель — что стряслось? И почему мы остановились.

— Люди Владыки Алуру закрыли дорогу, — проворчал Киран и махнул рукой. — Ступай… обратно.

— Позволь мне хотя бы выйти наружу, Служитель. — В голосе мужчины послышались жалобные нотки. — В вагоне так жарко, будто сам Индра…

— Великий Мастер приказал никого не выпускать… прости, друг.

Киран думал уже было взяться за висевшую на поясе дубинку — но что-то будто удержало его руку… и язык. Он даже вспомнил этого человека — тот сел в вагон вместе с углекопами из Шантипура.

Но сам углекопом явно не был. Его одежда, хоть и бедная и заношенная едва ли не до дыр, все же выглядела чистой, а парни из шахт никогда не могли толком выстирать свои рубахи, и те непременно оставляли на сиденьях в вагоне черную крошку.

Угольная сажа покрывала их щеки и руки, въедаясь в кожу так глубоко, что те уже и не пытались отмыться. А тот, кто стоял перед Кираном, уже давно не спускался в шахту… или не спускался вообще никогда.

Лицо его было таким же смуглым, как у остальных, но выглядело чище — и намного старше. В черных волосах и узкой бородке Даса поблескивала седина. Возраст выдавала и чуть сгорбленная спина — мужчина пригибался к земле, будто пытаясь скрыть свой немалый рост — даже сейчас он оказался чуть ли не на голову выше самого Кирана. Худоба, нездоровый блеск в глазах и впалые щеки явно указывали на какую-то застарелую болезнь… Или крайнюю нищету, из-за которой Дас не мог даже нормально поесть.

Наверное, у него совсем нет денег из-за раны — Киран заметил, что правую руку бедняги покрывала тугая повязки из грязно-белой ткани. Такой не продержался бы в шахте и двух дней — даже будь он вдвое моложе.

Не углекоп… Но тогда — откуда он взялся?

— Я должен пройти. — Дас затравленно огляделся по сторонам. — Прошу тебя, Служитель… Они не должны отыскать меня!

— Кто? — вздохнул Киран.

Он почему-то не мог толком возразить странному незнакомцу, хоть у того на поясе и блестела бронзовая пряжка — символ низшей касты Дасов, которым боги не дали права служить Владыкам и самому Императору.

— Слишком поздно, Служитель. — Дас на мгновение прищурился, будто вглядываясь куда-то вдаль за спину Кирана. — Они уже идут.

Киран не успел заметить, как тот изменился. Испуганного и больного Даса больше не было. Он расправил плечи и выпрямился, разом став еще выше — а через мгновение на кончиках его пальцев вспыхнули голубые искорки.

— Владыка… — Киран рухнул на колени. — Прости, Владыка! Я не знал…

— Беги! — Кшатрий даже не посмотрел на него. — Бегите все!

Глава 1

Последнее, что я помнил — жуткую металлическую рожу, нависающую прямо надо мной. Затем — полет с высоты чуть ли не сотню футов, бурлящую воду, какие-то темные камни, удар…

И все. Дальше — пустота.

Когда я пришел в себя, водопада уже не было даже слышно. Река протащила меня — может быть, полмили, а может — все пять или десять. Швыряла, подкидывала, била о камни, ломая кости и заливая воду во все отверстия моего несчастного тела… но почему-то забыла прикончить. Видимо, Варуне быстро надоела живая игрушка, и он вышвырнул меня на отмель там, где русло сужалось и загибалось дугой.

И я лежал среди камней, чувствуя, как вода катится через грудь и живот, то ли дело заливая еще и лицо. Мне приходилось отплевываться, но сил не было даже чуть подтянуться и выползти на берег. Даже если какая-нибудь речная тварь задумала бы подкрепиться моими ногами, я бы этого даже не заметил — ниже пояса тела будто не существовало.

Так прошло несколько часов. И только когда солнце скрылось за верхушками деревьев, я понял, что все-таки не умру. Дар Вечной Тьмы честно отрабатывал свое, и к наступлению ночи у меня получилось пошевелить рукой. Сначала левой — а потом и правой. Дальше дело пошло быстрее: я кое-как выбрался из воды, прополз полтора десятка футов и растянулся на траве. Передохнул и двинулся дальше, к деревьям, чтобы отыскать хоть что-то съедобное. Джаду ускоряла мой метаболизм в сотни и тысячи раз, позволяя залечивать даже самые страшные раны, но кое-какие законы природы не могла нарушить даже магия высокородных. Воды у меня в желудке плескалось предостаточно, но для восстановления тканей одной ее оказалось мало — нужен был еще и строительный материал: какие-нибудь жиры, углеводы и, конечно же, белки.

Голод набросился с такой силой, что мне на мгновение показалось, что еще немного — и я начну глодать собственные пальцы. Но Антака не обошел своего Посланника милостью, и у самой кромки деревьев я наткнулся на что-то вроде местной яблони. Разумеется, можно было и не думать о том, чтобы встать и собрать себе ужин с ветвей но, к счастью, плодов оказалось достаточно и внизу, на земле.

Я сожрал все до единого — прямо с налипшими листьями и песком. Ползал под деревом, собирая подгнившие с боков фрукты, и тут же впивался шатающимися зубами в мякоть, которая по вкусу мало чем отличалась от червяков, добравшихся до нее раньше меня.

Тьма и Пекло, даже бабушкина индейка на День Благодарения казалась мне и вполовину не такой вкусной, как эти вонючие яблоки. А еще один любитель тухлятины — какой-то мелкий зверек, имевший глупость подобраться ко мне на длину вытянутой руки — стал самым настоящим десертом.

Кажется, я сожрал даже шкурку — в этом месте память меня почему-то подводила. Видимо, просто пыталась поскорее забыть стоящий в ушах жалобный писк, который через мгновение сменился влажным хрустом на зубах. Чужая жизнь — крохотная по сравнению с моей собственной — оказалась достаточно калорийной, чтобы восстановить еще кое-что внутри: ко мне вернулись ноги.

А вместе с ними вернулась и боль. За вновь обретенную чувствительность и способность хоть немного двинуть коленом, пришлось расплатиться сполна. Сил заорать все еще не было, так что я просто катался по земле и скулил, пока, наконец, не окреп достаточно, чтобы двигаться дальше. Легче не стало — но то, что не убило меня, все-таки сделало сильнее.

И уж если мое тело не пожелало тихо сдохнуть или хотя бы на время отключиться от болевого шока — жалеть я его не собирался.

Путь в четверть мили занял у меня час или два. Я кое-как полз вдоль берега, через каждые несколько футов останавливаясь, чтобы перевести дух — когда боль становилось невыносимой. Похоже, Дар Темной Крови умел работать избирательно, экономно восстанавливая лишь те функции, в которых я нуждался больше всего.

Движение. Не более того. С адской болью, с отвратительным хрустом в сломанных костях — но все-таки движение. Способность переместить свое тело подальше от реки, к которой наверняка придут попить воды какие-нибудь ночные хищники, в другое место. Туда, где рано или поздно появиться возможность есть — а не быть съеденным самому.

Когда силы снова почти закончились, я угодил рукой в чье-то гнездо. Очередной подарок Антаки содержал дюжину продолговатых желтых яиц, покрытых не твердой скорлупой, а скорее чем-то вроде теплой и шершавой кожи. Я предпочел думать, что их снесло что-то хотя бы отдаленно похожее на птицу. Но даже если и нет — на моем аппетите это никак не сказалось. Я прикончил второй ужин за считаные мгновения, жалея лишь об одном: что никакая грозная мать не явилась защитить свое неродившееся потомство — я бы с удовольствием подкрепился бы и ею тоже.

После трапезы меня, наконец, потянуло в сон. Не глухое черное забытие, в котором я провалялся не меньше трети дня, а нормальный отдых… почти здоровый. Боль отступила. Точнее — из адских клещей, выворачивающих каждый сустав на ногах, превратилась во что-то мерное и тягучее. По крайней мере, пока я не двигался. Все еще дерьмовое — но хотя бы не мешающее закрыть глаза, приткнуться лопатками к относительно толстому и прочному дереву и…

— Ты правильно поступил, Посланник…

Рядом не было никого — голос звучал только у меня в голове. Не расплывчатый и шелестящий, похожий на привычный потусторонний хор — а всего один. Низкий, густой и хриплый. Похоже, Корсар сорвал его, пытаясь перекричать грохот бортовых орудий и лязг абордажных сабель.

Сотни лет назад — и так далеко отсюда, что я не мог даже представить.

— Ты правильно поступил, — повторил он. — Только трус избегает боя и боится смерти — и все же иногда лучше отступить.

Открыв глаза, я смогу увидеть в десятке шагов у самой кромки воды фигуру. Корсар сидел на берегу, вытянув к воде худые ноги. Огромный и костлявый, почти сливающийся с вечерней тенью… и все же куда более живой, чем раньше. Что-то заставило его явиться мне без всяких просьб — да еще и чуть ли не во плоти.

Видимо, сейчас я отчаянно нуждался именно в нем. Не в грозном ярле Виглафе, который не боялся даже самого грозного врага. Не в Амрите Неукротимом, который без всяких учителей знал немало хитрых приемов Вуса-Мату и помнил название любого оружия в этом мире. И не в неторопливом и спокойном Шевалье, который столько настрадался в каждой из своих жизней, что едва ли кто-то или кто-то могло его удивить.

А в том, кто умел хитрить и выживать там, где погиб бы любой из грозных воителей, что приходили в этот мир до него… А еще Корсар — как и я сам — не очень-то хотел умирать в чужой войне и всеми силами пытался обмануть местных богов, Владык и неведомых ублюдков, которые притащили сюда нас всех…

— У меня не вышло, — негромко вздохнул он. — Если от судьбы и можно убежать — я бежал недостаточно быстро. Но ты еще можешь…

— Как, черт бы тебя побрал? — Я осторожно подтянул тело повыше, чтобы искалеченным ногам стало поудобнее. — Я самый жалкий из всех Посланников всех времен. Ничему не научился, проиграл бой, потерял меч… Я едва не умер!

— Но ведь не умер же, — усмехнулся Корсар. — И уж точно не меч делает тебя тем, кто ты есть.

— Кем? Неудачником со сломанными ногами?

— Твое тело заживет куда быстрее, чем ты думаешь, Посланник. — Корсар задрал голову к звездному небу. — Ночь — наше время. Тьма вылечит любые раны… хоть и потребует немало. Уже скоро ты вернешь прежнюю силу — и даже больше.

— Может, и так, — проворчал я. — Но за это время остальные четверо станут могущественнее.

— Если их все еще четверо. — Корсар вытянул шею, будто вглядываясь куда-то вдаль. — Мы не сможем почувствовать… слишком далеко. И это хорошо, Посланник. И в бою, и на войне не всегда побеждает самый могучий. Иногда удача улыбается самому хитрому. Избранные других стихий сейчас у всех на виду, а тебя скрывает тень. Но ты выйдешь из нее — когда настанет твое время… И враги не устоят.

— А если я не хочу? — устало проговорил я. — Что тогда? Я все равно не смогу сражаться с целым кланом. А вы вчетвером не сможете протащить меня по Семнадцати Ступеням так же быстро, как Владыки протащат остальных.

— Какая разница? — Корсар повернулся ко мне. — Ты уже смог сбежать от смерти один раз — убежишь и второй, если потребуется. Пока ты жив, всегда есть возможность изменить хоть что-то. Или отыскать путь, который не отыскали мы.

— Вот как? — улыбнулся я. — А как же Великая Тьма, что не оставит мне выбора?

— Я уже и так сказал тебе слишком много, Посланник. — В голосе Корсара послышалась тоска. — Но все-таки скажу еще кое-что: Тьма смогла запугать и сломить нас всех. И поэтому никто не знает, так ли велико ее могущество на самом деле. Я пытался обмануть ее, искал свой путь, а не шел тем, что мне уготовила Джаду.

— И не нашел, — вздохнул я. — Ты был последним из тех, кто приходил до меня. Примерно триста лет назад — но в те времена почти никто уже и не вспоминал о Владыках Черной Змеи. Значит, ты потерпел неудачу.

Сказав, я едва не прикусил язык — слишком уж грубыми получились слова. Особенно для призрака, который решил нарушить установленные самим Темным Божеством правила, чтобы помочь мне хоть теми крупицами информации, что еще оставались в его обрезанной и искалеченной памяти.

Но Корсар, похоже, не собирался обижаться. То ли посчитал, что это имеет никакого смысла — если уж нам приходится делить одну-единственную черепушку — то ли просто не имел возможности испытывать подобные эмоции.

— Я потерпел неудачу, — согласился он. — Но тебе уже случалось преуспевать там, где не везло ни мне, ни остальным. И если я не отыскал способа обмануть Великую Тьму — это вовсе не значит, что его нет. И если ты постараешься, если придумаешь верный план…

Все-таки в шизофрении есть своя прелесть. И даже если голоса в голове — выдумка, всего-навсего бред моего воспаленного сознания, а чужие воспоминания я собрал из обрывков каких-нибудь телесериалов или фильмов, которые штампуют парни из Голливуда, в этих странных беседах можно узнать что-то новое… Или хотя бы хорошенько обдумать старое.

В тени на берегу уже никого не было — но я все-таки решил ответить.

— Знаешь, а ты прав, Корсар. — Я откинулся к дереву и прикрыл глаза. — Кое-какой план у меня действительно есть.

Глава 2

Я выполз из-под одеяла и проковылял к краю скалы, ставшей мне домом. Прошло уже несколько дней, но я все еще не чувствовал в себе достаточно сил, чтобы двигаться дальше. Мне удалось украсть в деревне неподалеку кое-какие вещи и несколько лепешек. Здесь, наверху, было не слишком холодно, вокруг росло достаточно спелых ягод, а среди камней не так уж редко попадались птичьи яйца — но и этого, похоже, оказалось пока недостаточно.

Антака не наделил меня способностью использовать Джаду для исцеления напрямую, и мне приходилось ждать. Дар Темной Крови явно стал куда сильнее — иначе я просто не пережил бы падения и порогов реки — но даже он пока еще не склеил то, что всего пару дней назад разбилось на кусочки. Руки восстановились полностью, я снова мог ходить — хоть и опираясь на палку — и движения больше не причиняли жуткой боли. Понемногу срастались и переломанные ребра — и, кажется, срастались относительно ровно и правильно. Но на этом мои успехи пока что заканчивались. Я все еще был слаб и немощен, и даже охота на ягоды и птичьи яйца давалась мне не без труда. А уж если бы в мое убежище пожаловал кто-то из Владык…

И поэтому я каждое утро — и потом еще каждые несколько часов — выбирался на скалу, с которой была видна и деревня внизу, и проходящая через нее дорога. Вряд ли кто-то видел, как я ковылял в ночи среди домов, сдирал с веревок сушащиеся на них рубахи, запускал руку в корзину с лепешками, оставленную какой-то забывчивой хозяйкой, и потом неторопливо поднимался в горы, кряхтя, как древний старец. Темнота надежно укрыла меня — и все же кто-то мог отыскать следы. И рассказать Владыкам — если тем вздумалось поискать беглого Посланника Тьмы здесь.

Шандор благоразумно не стал прыгать за мной в водопад — доспехи Бохая тут же утянули бы его на дно. Но это вовсе не значит, что они с Четаной не отправят людей прочесать оба берега реки — а заодно и леса поблизости. И рано или поздно кто-нибудь из Владык наткнется на мои следы…

Издалека послышалось конское ржание — словно в ответ на мои мрачные мысли. А через несколько мгновений на дороге показались всадники. Не меньше десятка — и все до одного облаченные в цвета клана Каменного Кулака.

Я плюхнулся на живот и прижался к земле. Я не случайно выбрал это место — отсюда я мог просматривать дорогу, сам оставаясь незамеченным. Но стоило первым зеленым рубахам показаться из-за деревьев, как все мое мнимое спокойствие исчезло.

Болван! Ленивый хромой шакал! Слишком долго я просидел на одном месте — хотя еще вчера мог забраться выше в горы. Если Тао мне не соврал, голые и холодные скалы не так уж спешат рассказывать следопытам, куда ушла их жертва.

Я с трудом подавил желание вскочить, подхватить палку и броситься карабкаться вверх по склону. Едва ли возможно было придумать хоть что-то глупее: пока меня надежно скрывали камни и трава, но если бы я поднялся, кто-то из «зеленых» вполне мог бы оказаться достаточно глазастым, чтобы разглядеть на фоне гор кривую ковыляющую фигурку.

Шандор бы почувствовал меня даже сквозь барьер, который я привычно держал опущенным даже во сне — но его внизу не было. А остальные… остальные уж точно не смогли бы зацепить меня на таком расстоянии. Даже Тао. А вот мне ничто не мешало попытаться их прощупать. Только осторожно.

Я прикрыл глаза, выдохнул и чуть ослабил защиту — но не почувствовал ничего. «Эфир» Джаду оставался все таким же тихим.

Хорошо. Значит, ни одного по-настоящему опасного Кшатрия внизу нет. Можно усилить сигнал, и тогда…

Похоже, перестарался. Я без труда нащупал среди «зеленых» трех Владык. Двоих с Первой Ступенью Познания, и еще одного застрявшего где-то между Второй и Третьей. Он-то меня, похоже, и почуял. Приподнялся на стременах и принялся оглядываться по сторонам, будто охотничий пес.

Но стоило мне спрятаться обратно за барьер — тут же потерял след. А я успел заметить, что теперь при определенном усилии могу почувствовать не только Владык, но и Служителей с серебряными пряжками. Они «фонили» в сотни, если не в тысячи раз слабее Кшатриев — вокруг них пронизывающая все сущее река Джаду не бурлила, а текла мерно, ничуть не сбиваясь с привычного русла. Ее волны едва рябили — будто натолкнувшись на вылизанный водой камень или поймав упавший с дерева лист.

Но я все равно чувствовал. Пусть не заряд Джаду — тепло тел, силу крепких мускулов. Энергию, которую мог забрать… и обратить себе на пользу.

— Тьма и Пекло… — пробормотал я.

Мысли, которые сами лезли в голову, скорее подошли бы графу Дракуле, а не парню из Саннидейл, которому пока что случалось убивать лишь для того, чтобы защитить себя или друзей. И все же я смотрел на Служителей Каменного Кулака — а видел что-то вроде сочных двуногих стейков, способных подзарядить мою батарейку и ускорить выздоровление в несколько раз. И пусть кто-то из них наверняка сражался со мной бок о бок всего несколько дней назад — сейчас я бы с радостью сожрал их… фигурально выражаясь.

А может, и не фигурально.

Один из Владык — кажется, тот самый, что едва меня не заметил, коротко кивнул — и указал сначала на ближайший дом, потом на лес и, наконец, на дорогу. И «зеленые» тут же разъехались в разные стороны. К деревне, обратно в сторону реки, и дальше на юг. Сам Кшатрий и двое Служителей остались на месте — видимо, решали, кому из них продолжить поиски, а кому — поспешить с вестью к Великому Мастеру.

Но последний — невысокий худой юноша с шапочкой на бритой макушке — спрыгнул с лошади и зашагал прямо в мою сторону. Пройдя с сотню футов, он вдруг остановился — и тут же опустился на колени, будто наткнувшись на что-то интересное прямо у себя под носом.

Нашел следы?!

Я сполз обратно к тому месту, где оставил одеяло и кое-как связанный из украденной рубахи мешок. Здесь хотя бы можно было выпрямиться. Я не стал терять времени на ненужные размышления, и принялся сгребать в кучу свои пожитки.

Даже если Служитель и не потрудится позвать кого-нибудь из Владык, а пойдет по следу сам — он отыщет меня… Они отыщут. Сейчас между нами где-то треть мили. Крохотное расстояние для коня или Кшатрия. И огромное — для хромого калеки, который без палки не пройдет и двадцати футов. Так что сейчас самое время убраться подальше.

Если уж мне не хватило ума сделать этого раньше.

* * *

— Тьма и Пекло… — простонал я, опускаясь на камень.

Для таких забегов я пока еще не годился. Магия Джаду подлечила меня достаточно для небольших прогулок по скалам и поиска ягод и птичьих гнезд, но уж точно не для того, чтобы удирать от полных сил парней, при этом еще и карабкаясь в гору. После полутора миль судорожного ковыляния палка сломалась надвое, а без нее я едва одолел два десятка шагов.

— Тьма и Пекло, — повторил я, закатывая штаны.

Нога выглядела отвратительно. Колено посинело и даже от малейшего прикосновения взрывалось болью. Но все, что ниже его — смотрелось еще хуже. Пульсирующая голень распухла чуть ли не вдвое, и мне показалось, что я слышу откуда-то изнутри глухие щелчки. То ли у меня уже начались галлюцинации от боли, и организм примеривался, как бы вырубить меня на час или два… То ли едва успевшая срастись кость развалилась к чертям собачим.

Оба варианта были для меня одинаково губительны. Последние четверть часа «зеленые» шли за мной по узкой тропе, свернуть с которой оказалось попросту некуда. Они не слишком-то спешили — видимо, след внизу уже успел выветриться, и слуги Четаны толком и не знали, за кем гонятся по скалам и куда именно он двинулся — но все же отправились в горы.

На всякий случай.

Я чувствовал Служителей. Одного или двоих. Они уже подобрались чуть ли не вплотную — я слышал, как молодой задорный голос напевает какую-то песенку — но так меня и не заметили. Я не скрывался в тенях — было еще слишком светло — не напускал колдовского тумана и даже не пытался спрятаться. Все куда проще: тот, кто шагал за мной буквально по пятам, не имел и малейшего представления, что почти поймал Посланника Тьмы.

Выглянув из-за камней, я увидел его. Того самого — невысокого с дурацкой шапочкой. Тощего умника, который наткнулся на мой след и приперся сюда. В одиночку.

Всего один гребаный Служитель с дерьмовым ножиком на боку… но мне хватит и этого.

Я попытался выдавить из себя хоть каплю Джаду, прицелиться Мертвой Рукой в спокойно шагающую прямо ком мне худую фигурку в зеленом… Нет, бесполезно. Лишь вяло трепыхнулись и тут же улеглись обратно крохотные камешки у ног Служителя, который даже ничего не почувствовал.

И сейчас он сделает еще десяток шагов, потом повернет направо, где тропа загибается вверх за огромный валун — и наткнется прямо на меня, беспомощного и едва способного пошевелиться. У парня наверняка хватит ума не подходить ко мне близко. И он тут же заорет и проломит мне голову камнем… не обязательно именно в такой последовательности.

Меня, избранника самого Антаки, наследника силы затерянного Храма, Владыку Черной Змеи, Кшатрия далеко не самой чахлой по местным меркам Второй Ступени Прозрения и Посланника Тьмы прикончит гребаный Служитель!

Впрочем, какого хрена?! Пусть моя нога похожа на пролежавшую полгода в холодильнике баварскую сосиску, и я не могу сделать и шага — руки все еще при мне!

Я огляделся в поисках хоть чего-то, что могло бы заменить мне оружие, и заметил, что несколько валунов на изгибе тропы держатся не слишком-то крепко. И если как следует надавить на них плечом…

Времени на размышления в любом случае уже не осталось. Когда фальшивое пение «серебряного» раздалось совсем близко, я приподнялся на уцелевших конечностях и изо всех оставшихся сил уперся в валуны. Тяжесть оказалась огромной — тот, кем я был в родном мире не смог бы сдвинуть эти гребаные каменюки даже на дюйм — но тренировки с Чанданом не прошли зазря. Раздался грохот, и через мгновение я услышал сдавленный вскрик.

Валуны не прикончили Служителя и даже не вырубили его — но, похоже, основательно придавили ногу. Когда я показался на тропе, он даже не закричал — только дернулся, как от удара, и принялся закрывать голову руками. Даже его убогого ножа сейчас вполне хватило бы, чтобы по меньшей мере свести схватку вничью — но мне повезло. Парень сдался.

— Владыка… Владыка Рик, — пробормотал он сквозь слезы. — Прости, я не думал…

Узнал. Да и мне гладкое юношеское лицо с дрожащими от страха губами показалось смутно знакомым. Кажется, мы с ним вместе отбивали Анцин у Ледяного Копья…

Впрочем, разве это что-то теперь меняет?

— Прости, парень, — вздохнул я. — Ничего личного.

Глава 3

Я поймал бестолково метавшуюся передо мной ладонь и легонько сжал. Техника Мертвой Руки сработала сразу. Сама собой, будто только этого и ждала. И в мое разваливающееся на части тело хлынула чужая сила. Не Джаду — все-таки мне «на зубок» попался не Владыка — но то, что я мог обратить в жизненную энергию.

Служитель запоздало собрался закричать — но так и не успел. Из его горла вырвался лишь сдавленный хрип, а через несколько мгновений худосочное тело в моих руках обмякло. И тут же начало стремительно терять в весе, на глазах усыхая и превращаясь во что-то вроде мумии. Гладкие юношеские щеки впали. Шапочка свалилась с бритой головы, обнажая желтеющую кожу, которая через несколько мгновений обтянула ужавшийся череп — а потом и вовсе лопнула и расползлась трухой. Ладонь в моих пальцах похолодела и вдруг стала крохотной, как у ребенка.

Я делал с парнем то же самое, что и с Владыкой на берегу Канкая, когда мы вместе с Меруканом сбежали из Моту-Саэры. Только на этот раз довел дело до конца. В тот день Техника Мертвой Руки стала оружием, которым я выиграл поединок и прикончил равного по силе врага, попутно восполнив свой тогда еще невыдающийся резерв.

А сейчас я был голоден. И выжал Служителя до самой последней капли, вытянув жизненную силу даже из костей. Они уже жалобно трещали, крошась под похожей не пергамент кожей мертвеца, а я все никак не мог насытиться. Я бы с радостью выпил еще хоть дюжину таких же парнишек — примерно столько и нужно хотя бы прикрыть дно опустевшего колодца Джаду… но Антака послал мне лишь одного.

И его наверняка уже хватились и начали искать.

Вздохнув, я отпустил безжизненное тело, в котором осталось едва ли двадцать фунтов костей и жил. И тут же прислушался к собственным ощущениям.

Нет, совесть меня определенно не мучила. Если Великая Тьма и не успела еще превратить меня в чудовище, то уж точно сделала куда менее щепетильным… в вопросах диеты. И потом — я спасал свою жизнь! И если бы я не прикончил Служителя, ему и в голову не пришло бы пощадить того, за кем его отправили охотиться. Этот мир вообще не стремился со мной нежничать, так что любое проявление мягкотелости угробит меня даже быстрее, чем происки врагов.

Закончив с «трапезой», я привычно обшарил свою жертву. Зеленая рубаха с серебряным шитьем была явно мне мала — да и выглядела слишком приметной. Я забрал тощий кошель с монетами — мой остался где-то на дне реки — неплохой кожаный пояс и длинный кривой нож в потертом чехле. Не самое крутое оружие, но все-таки лучше, чем ничего.

Хотя бы не придется делать всю работу голыми руками.

Подумав, я прихватил еще и пряжку — одному Антаке известно, когда может понадобиться выдать себя за Служителя. Закончив грабеж, я сдвинул нож набок, чтобы не мешал идти, побросал всю мелочь в сумку, и огляделся в поисках палки. Так и не отыскав ничего, что помогло бы мне тащиться через скалы, вздохнул, поднялся и осторожно потоптался на месте.

Нога почти не болела.

* * *

Похоже, боги — по крайней мере, один из них — еще не совсем оставили меня. По их милости я не только прошел через перевал, но и сделал это без особых приключений. «Зеленые» не догнали меня: ни когда я прикончил и ограбил Служителя, ни на следующий день, ни через два. То ли не смогли отыскать погребенное под камнями тело, то ли побоялись за мной гнаться… то ли потеряли след, когда я забрался выше. В горах все так же царил холод, и замерзшие камни скорее согласились бы служить Владыкам Ледяного Копья, чем «зеленым».

Но я усвоил печальный урок — и поэтому останавливался только перекусить куском краденой лепешки, проглотить горсть снега или задремать на пару часов — и снова двигался дальше. Даже если мне повезло удрать на этот раз, ищейки Четаны не успокоятся, пока Великий Мастер не получит мою голову.

Но туда, куда я собираюсь рано или поздно дойти, они не сунутся. Нужно просто сбить их со следа — хотя бы на время. А потом… потом я или смогу проделать нечто невероятное, или отправлюсь в небытие к Корсару и остальным.

Все вокруг изменилось незаметно. Похоже, я слишком часто разглядывал все еще распухшую, но уже вполне рабочую ногу — и слишком мало глазел по сторонам. Горная гряда, через которую я, наконец, перебрался, оказалась лишь жалким подобием той, что едва не прикончила нас с Меруканом. Наверху было холодно — но все же не настолько, чтобы мне приходилось ковылять через сугробы по пояс. А когда я перевалил на другую сторону — вдруг почувствовал то, что уже почти успел забыть.

Настоящее тепло… Нет, не так — скорее жар пустыни. Пока еще далекий, но уже долетающий даже сюда вместе с южным ветром. От него снег чуть подтаивал и превращался в твердый настил, по которому даже моя искалеченная нога шагала куда быстрее. Если по ту сторону хребта мне пришлось где-то полторы мили пробираться через холодную белую крошку, то здесь я ступил на камни почти сразу за грядой.

И камни оказались чуть теплыми — даже на такой высоте. Что же тогда творится внизу?

Похоже, дорога привела меня в теплые пески. Они начинались прямо у подножья гор — и тянулись вдаль до самого горизонта во все стороны. Мне уже приходилось видеть пустыню вокруг Моту-Саэры, но эта показалась… какой-то другой. Не сероватой и пестрой из-за россыпей камней и бедной сухой зелени, а гладкой.

Как вода в безветренный день. Да и сам песок выглядел иначе — желтым, с красноватым оттенком, будто где-то в его глубине скрывалось пламя. Похожий на бескрайнее море. Жаркое, мертвое и однообразное. Только вдали виднелись холмы — чужая память тут же подсказала правильное местное слово: барханы — и тянулось куда-то на юг выложенное камнем полотно железной дороги. До нее было миль десять-пятнадцать, но я все равно без труда разглядел поезд: махину из красноватого металла, выплевывающую дым из двух труб, и вереницу цветастых вагонов. Серых с золотом, синих, красных, белых, зеленых…

Даже война не смогла помешать работе Служителей Императора. Они все так же гнали свои паровые машины по рельсам, перевозя сотни обладателей различных пряжек и принося в казну своего повелителя тысячи чжу. Кое-что устояло даже среди бурь, которые принесло в этот мир появление Посланников пяти братьев-богов.

Насмотревшись на поезд вдалеке, я принялся спускаться. С каждым шагом становилось все теплее. Я так и не разглядел никакой зелени — похоже, здесь снега гор сменялись сразу песками пустыни. Горячими — но такими же…

Пустыми и безжизненными?

Нет, пожалуй, не совсем. Я почти физически ощущал поднимающуюся вверх вместе с теплом песков энергию. Мощную и кипучую, как само породившее ее пламя. Что-то похожее я чувствовал рядом с Анорой. За мгновение до того, как чокнутая девка швырнула в меня первый огненный шар. И хоть тогда это было куда сильнее и ярче…

Похоже, мне все-таки удалось. Владения Агни, хранителя востока и покровителя клана Каменного Кулака остались за спиной — а этими землями правит его божественный брат, могучий громовержец-Индра. И в Анцине, и в глухих лесах вокруг затерянного храма Антаки мне ни разу не приходилось мерзнуть… но впереди меня явно ждет настоящее пекло. Перевалив через заснеженные вершины, я будто пересек какую-то невидимую границу. И пусть даже Шандор без труда проследует за мной даже сюда — в этих песках мы хотя бы будем с ним на равных.

Не сбавляя шага, я втянул носом воздух. Южный ветер принес вполне ожидаемую сухость, чуть будоражащий запах чужой огненной Джаду, немного пыли… и что-то еще. Я не сразу сообразил, что почуял прилетевший откуда-то издалека дым от костра, к которому примешивалось что-то еще. Наполовину забытое, но приятное, будоражащее и…

Антака милосердный, это что — мясо?!

Я снова изо всех вдохнул через нос — так, что тут же закашлялся. Нет, ошибки быть не могло — то ли прямо под горой, то ли где-то в округе кто-то жарил на огне мясо. От долгой ходьбы во рту уже давно успело пересохнуть, но в нем вдруг появилось столько слюны, что часть тут же вытекла на отросшую щетину. За последние несколько дней я уже успел забыть о любой придирчивости к еде и сжирал все, что находил. Мне приходилось питаться яйцами птиц, яблоками, червяками, мелкими грызунами, засохшими лепешками, жизненной энергией человека и еще Антака знает чем — но стоило мне почуять умопомрачительный аромат жареного мяса, как живот тут же скрутило судорогой. Так сильно, что ноги едва не подкосились.

И я понял, что сейчас же должен спуститься и раздобыть себе хоть кусочек. Даже если мне придется прикончить десяток-другой человек и вырвать его изо рта голодного ребенка. Я готов был наплевать на осторожность и мчаться вниз, рискуя сломать не только едва зажившую ногу, но и шею. Но, к счастью, боги уже устали издеваться надо мной — и крохотное строение показалось вдалеке, стоило мне обогнуть очередную скалу.

Похоже, судьба привела меня к чему-то вроде таверны.

— Кандзи… — негромко прошелестел в ушах голос Амрита, — здесь их называют так.

Что-то среднее между домиком из досок и здоровенной палаткой стояло прямо на песке. У подножья горной гряды песок лежал куда плотнее, и образовывал что-то похожее на дорогу, которую я не разглядел сверху. Узкую, кривую и неудобную, осыпающуюся по обоим краям — и все же достаточно надежную, чтобы выдержать даже телегу. Подойдя поближе, я увидел немногочисленные следы копыт и колес. Едва ли этим путем пользовались так уж часто… Но те, кто проходил здесь, уж точно не могли отказаться от соблазна остановиться и передохнуть под крышей из шкур и тряпок. Она давала хоть какую-то тень и спасала от зноя и песчаных бурь, которые наверняка нередко свирепствовали во владениях грозного Индры.

Кандзи выглядела так убого, что могла показаться заброшенной. Но над ней поднималась струйка серого дыма, а вокруг без всякой привязи паслись тощие лохматые козы. И одна из них, похоже, как раз жарилась на огне внутри.

И — хорошо это или нет — мой компас указывал именно туда.

Глава 4

— Путник! Присаживайся и отдохни. Позволь старому Афанди услужить тебе!

Радостный голос раздался откуда-то из полумрака кандзи — но его обладателя я пока не видел. Внутри убогая лачуга из козьих шкур, тряпок и кое-как сколоченных досок оказалась куда просторнее, чем выглядела снаружи. Ни стульев, ни столов — похоже, манера трапезничать, сидя прямо на полу, давно укоренилась во всей Империи. Людей тоже не было. Если все они, конечно, не попрятались, когда я вошел…

Кроме одного, разумеется.

— Что привело тебя сюда? — Где-то впереди шевельнулась тряпка, похоже, заменявшая дверь. — Нет, не говори, друг мой! Сначала позволь старому Афанди предложить тебе самые мягкие подушки, что только можно отыскать между Таунгой и Шантипуром.

Хозяин — и, судя по всему, единственный обитатель кандзи — не утрудил себя возней с фонарем и свечкой. Впрочем, прорехи в стенах и крыше давали достаточно света. Через несколько мгновений глаза привыкли к полумраку, и я разглядел и внутреннее убранство, и самого Афанди.

Он действительно был немолод, хоть рядом с Чанданом или Великим Мастером Четаной и показался бы чуть ли не юнцом. Честные шестьдесят или семьдесят лет. Едва ли больше. Солнце и горячие ветра пустыни прежде времени иссушили морщинистую кожу и сожгли ее разве что не дочерна, но подвижность и неожиданно зычный для такого маленького и тощего тела голос явно указывали, что на покой Афанди еще рано.

Чем-то он напоминал состарившегося Алладина из старого диснеевского мультика… похоже, одеждой — был бос, носил здоровенные бесформенные штаны из грязно-белой ткани и короткую жилетку из козьей шкуры прямо на голое тело. Голову Афанди покрывала крохотная круглая шапочка. Может, он и прятал под ней плешь, но по бокам черные с проседью волосы все еще росли густо… под стать им выглядели и кустистые брови.

Поначалу я принял старика за Безымянного — и только потом разглядел на поясе бронзовую искорку пряжки. Афанди явно не выглядел богатым торговцем — но впечатление производил скорее приятное. Как и его заведение. Древнее, пошарпанное, бедное — но все же аккуратно убранное, выметенное от вездесущего песка… и по-своему уютное, наполненное вкусными запахами мяса и каких-то трав.

— Твои подушки так же стары, как ты сам, Афанди, — усмехнулся я, не без удовольствия устраиваясь на застеленном полу. — Я ведь не ошибусь, если скажу, что между Таунгой и Шантипуром лишь голая пустыня и камни?

— Годы еще не покрыли серебром твою голову, путник, — усмехнулся Афанди, — но зато превратили в золото ее содержимое. Но разве я соврал тебе? Разве не могу я назвать свои подушки самыми мягкими оттого, что ты не отыщешь в пустыне других?

Похоже, старик нечасто принимал гостей — и явно настроился поболтать. Я не возражал: даже в такой глуши трактирщики и им подобные всегда знают самые последние слухи. И если уж Афанди видел здесь какой-нибудь отряд или хотя бы одинокого Владыку — наверняка тут же выложит… конечно же, если я пожелаю оставить в его карманах хотя бы пару чжу.

— Как скажешь, Афанди. — Я подтянул ноги, устраиваясь поудобнее. — Мне нет большого дела до того, куда сядет мой зад — но я хорошо заплачу, если ты накормишь меня.

— Боги милостивы к тебе, путник. — Афанди продемонстрировал два ряда неожиданно белых и крепких для его возраста и сословия зубов. — На рассвете я прирезал козленка. Будто кто-то подсказал, что сегодня у меня будет гость.

Я всерьез сомневался, что хитрый старик действительно прирезал молодое животное, а не какую-нибудь почтенную пожилую леди, которая уже давно лишилась рогов и больше не давала молока — но и не думал привередничать. После того, чем мне приходилось питаться последние дни, даже жесткое как подошва мясо показалось пищей богов.

— Быстро же ты управился, друг мой. — Афанди тут же поставил передо мной еще одно дымящееся блюда. — Держи! За это можешь не платить. Смотреть, как ты ешь — само по себе награда.

— Неужели я так похож на нищего бродягу? — Я похлопал себя по позвякивающему мешочку на поясе. — Или ты так богат, что тебе не нужны монеты?

— Мой карман пуст, как вымя тощей козы. — Афанди пожал плечами. — Но плох тот хозяин, что забудет об обычаях. Легенды гласят, что сам Индра нередко ходит среди смертных, приняв облик прожорливого и могучего мужчины. И если это так — не хотел бы я вызвать гнев громовержца жадностью и неучтивостью.

— Вот как? — Я снова вдохнул мясной аромат. — Мне приходилось видеть многое, но ни разу еще никто не принимал за бога… Сам Индра не побрезговал твоим угощением, Афанди — но я лишь простой смертный, такой же, как и ты сам.

— Так назови хотя бы свое имя, друг мой! — Афанди без стеснения уселся напротив меня. — И прости старику его назойливость… Я люблю поговорить, но козы мало подходят для мудрых бесед.

Хитрец неплохо разыграл меня. Сначала накормил, не потребовав платы, а потом еще и назвал чуть ли не самим верховным местным божеством. После такого я уж точно должен рассказать ему все, что он пожелает…

Впрочем, сам Афанди наверняка расскажет ничуть не меньше.

— Мое имя… Мерукан, — соврал я.

— Ты не носишь пряжки, Мерукан. — Афанди тут же кивнул и улыбнулся. — Мне нет дела до твоего пояса — здесь у меня бывает немного гостей, и я всегда рад любому… Но ты не похож на Безымянного.

— Богам было угодно, чтобы меня родила женщина, носившая серебро, — отозвался я. — Но сейчас на дорогах неспокойно — и я не спешу выдавать, кто я такой.

— Мудрые слова, Служитель Мерукан. — Афанди вздохнул и пристроился на подушки боком. — Твой путь не был простым… Из моего жилища дорогу, что проходит вдоль гор, видно в оба конца на многие ли… но ты шагал не по ней.

Добродушный хозяин кандзи с самого начала выглядел старым хитрецом — но на деле оказался еще хитрее. Похоже, он уже успел сообразить, что я спустился к нему с гор… и наверняка сделал какие-то выводы.

— Тому, кто выполняет волю Владыки, не стоит искать легкой дороги. — Я покачал головой. — Но стоит отыскать самую быструю.

— Верно, Служитель Мерукан. — Афанди сдвинул шапочку на затылок. — Могу ли я спросить — куда ты держишь путь?.. И что тебе понадобилось на землях Огненного Лотоса?

— Нет. Прости, Афанди, — ответил я. — Плох тот слуга, что выдаст замыслы своего господина даже достойнейшему из достойных.

— Как пожелаешь, Служитель Мерукан. — Афанди махнул рукой. — Ты и так слишком добр к несчастному старику. Немногие из тех, кто носит на поясе серебро, стали бы говорить со мной, как это делаешь ты. Боги дали роду Служителей право исполнять волю Владык, лучших и сильнейших из смертных — но с этим правом дали и непомерную гордыню.

— Верно… но дали не всем, Афанди. Стоит ли хвалиться тем, что получил по одному лишь праву рождения? Не люди, а боги решают, кому быть могучим Владыкой, а кому — сыном Безымянного. Разве все мы не равны перед лицом Создатели Тримурти?

— Опасные мысли, Служитель Мерукан. — Афанди усмехнулся и в притворном страхе огляделся по сторонам. — Одним богам известно, кто может подслушать нас сейчас, когда вокруг война…

— Тебе ли бояться ее, Афанди? — Я пожал плечами. — Огненный Лотос сейчас сражается на землях Каменного Кулака — и, если слухи не врут — побеждает. А Великому Мастеру Четане приходится смотреть не только на юг, но и на запад — Владыка Алуру уже вторгался в его владения — и наверняка пожелает сделать это снова. Но в этой пустыне шумит лишь ветер и…

— Хотелось бы мне верить, что ты не ошибся, Служитель Мерукан, — вздохнул Афанди. — Но уже скоро война придет и сюда. Скажи… тебя ведь послал один из Владык Каменного Кулака?

— Ты сам видел, как я спускаюсь с гор, — уклончиво ответил я. — И не хуже меня знаешь, кому принадлежат земли за ними.

— Тогда мои слова скорее обрадуют тебя, чем огорчат, друг мой. — Афанди заговорил чуть тише. — Я уверен, что уже скоро Великий Мастер Алуру начнет войну и с огненным Лотосом!

Уже скоро все кланы будут воевать со всеми. И все же…

— Почему? — спросил. — С чего ты взял, Афанди?

— Незадолго до тебя здесь проходили люди, облаченное в синее и черное. Они спешили куда-то и скрывали свои пряжки… — Афанди наклонился вперед. — Но я все-таки увидел — они были золотыми!

Мне вдруг захотелось выглянуть наружу. А еще лучше — забраться обратно на гору и посидеть там пару дней… или даже месяцев. Тьма и Пекло, я удрал от Четаны и Шандора — но едва не попался людям злейшего из моих врагов!

— И что же здесь могло понадобиться воителям Ледяного Копья? — Я напустил в голос столько безразличия, сколько вообще мог. — Думаешь, Великий Мастер Алуру собирается напасть на Огненный Лотос?

— Может быть. Если война остановит поезда — лучшей дороги на юг, чем эта, они не найдут… И все же они Владыки Ледяного Копья спешили так, будто преследовали кого-то. — Афанди на мгновение задумался. — Уж не того ли человека…

Здесь мог пройти кто угодно. Бродяга, торговец, какой-нибудь беглый Служитель, спасающийся от гнева своего Владыки… Или сам высокородный Владыка, отправившийся в путь по известным лишь одному ему причинам.

Но почему-то все обитатели моей черепушки хором взвыли.

— Какого? — Я едва удержался, чтобы не схватить словоохотливого старика за ворот жилетки. — Кого ты видел, Афанди?!

— Бродяга… бродяга проходил здесь на рассвете. Он был измучен, оборван и грязен, как углекоп, но заплатил за кувшин молока впятеро больше, чем я посмел бы просить! Не носил пряжки — но я не посмел думать, что дорога привела в мой дом Безымянного. Годы уже успели покрыть серебром его волосы, но шагал он быстрее, чем шагают полные сил юнцы. Я предложил ему еды — но он лишь напился и поспешил дальше — будто кто-то за ним гнался! — Афанди понизил голос до шепота. — Наверное, тот, с кем ему пришлось сражаться… Я не видел ран, но рука моего незваного гостя была обмотана тряпкой… Эй! Служитель Мерукан, постой… Куда же ты?!

Глава 5

Причин спешить не было. Ровным счетом никаких. Здравый смысл настойчиво подсказывал, что сейчас не стоит встречаться ни с Владыками Ледяного Копья, ни с тем, кого Афанди видел утром.

Один человек с повязкой на правой руке, за которым отправили целый отряд «синих» Кшатриев. По описанию не похожий ни на Шандора, который никак не мог оказаться так далеко на юге, ни уж тем более на красотку-Анору. И так как хитрый и мстительный Великий Мастер Алуру едва ли стал бы охотиться за чемпионом собственного клана, вариантов остается немного.

Я шел по следам Посланника Воздуха. Одному Создателю известно, зачем он выбрал дорогу в сторону владений Огненного Лотоса вместо того, чтобы поспешить добраться до земель Белой Чайки. Едва ли бедняга за столько времени не потрудился выучить местную географию. А значит, на юг, прямо в распахнутую зубастую пасть Индры его гнала или суровая необходимость… Или собственное желание.

Если парень оказался настолько крут, что не боялся целого клана огненных — лучше держаться от него подальше. Как и от отряда «синих». И все же я спешил так, будто мне непременно нужно было успеть если не поучаствовать в их разборке, то хотя бы понаблюдать.

Кто бы ни затеял всю эту гребаную муть с Посланниками, он явно продумал свое навороченное колдовство до мелочей. Словно весь этот мир желал, чтобы пятеро чемпионов встретились — и когда двое оказывались поблизости, их тут же начинало притягивать друг к другу… так или иначе. Мне казалось, что даже ветер чуть подталкивает меня в спину, ускоряя и без того быстрый шаг, а дорога становится чуть надежнее и крепче, не позволяя ногам увязнуть в песке.

Интересно, чувствовал ли то же самое Шандор, когда преследовал нас с Меруканом через лес?

Но если Посланнику Земли и его людям даже камни выдавали все свои секреты по первому требованию, то мне приходилось полагаться лишь на зрение. Почти пробежав три или четыре мили, я едва не потерял след — но вовремя заметил, что самые свежие отпечатки сворачивают куда-то в сторону и уходят с дороги.

Сапоги — и, похоже, не из убогих и дешевых, которые мог бы носить кто-то вроде Афанди или небогатые торговцы из Дасов, которые предпочли волочить свои телеги вдоль гор вместо того, чтобы заплатить Служителям за место в поезде. Я видел немало отпечатков и их обуви, и следов, наверняка оставленных телегами, но все они были старыми и наполовину стертыми ветром… день или даже два назад.

Но люди в дорогих сапогах прошли по дороге совсем недавно — на краях лунок, оставленных каблуками, песок еще не успел осыпаться. Пять или шесть человек двигались друг за другом и безнадежно затоптали следы того, кто пытался от них удрать… но явно что-то заметили.

И это самое «что-то» заставило их сойти с дороги. Отпечатки сапог тянулись по песку к кромке скал — и там исчезали. Похоже, Посланник Воздуха смекнул, что его без труда найдут по следам, и решил забраться туда, где их уже не смогли бы разглядеть.

— Тьма и Пекло… — пробормотал я, забираясь на валуны. — Где же вы?..

Ни отпечатков, ни изломанных веток, ни примятой травы, ни обрывков одежды на острых колючках кустов — ничего, что хоть как-то указало бы мне нужное направление. И Посланник Воздуха, и «синие» могли даже повернуть назад и двинуться через скалы к Шантипуру… Или удалиться в сторону владений Каменного Кулака.

Но если уж все они зачем-то шли на юг, самое разумное — предположить, что их путь продолжился прежним курсом.

Я зашагал вдоль дороги, огибая валуны и стараясь заодно и забраться повыше. Даже если Посланник и «синие» и выбрали тропу попроще, с высоты скал я наверняка смогу увидеть… хоть что-нибудь.

Шагая по камням, я почти перестал смотреть под ноги. Следов не осталось — но я все еще пытался отыскать их там, куда не мог заглянуть взор простого смертного. Но Джаду молчала — лишь изредка я ловил прилетающие откуда-то издалека короткие вспышки.

Высокородные совершали огромные прыжки через расселины в скалах или ненадолго ускорялись, спеша на юг — но пока еще не вступили в драку. И все же я чувствовал, что ее уже не избежать. Посланник Воздуха не хуже меня умел скрывать свою силу… но лишь от обычных Кшатриев. Меня же вел по его следам особый дар, так похожий на его собственный.

Стрелка внутреннего компаса, еще недавно бестолково крутившаяся из стороны в сторону, задрожала, провернулась и нацелилась строго на юг — прямо на высокую остроконечную скалу. И на этот раз волшебный «прибор» любезно подсказал еще и расстояние — примерно полмили.

Почти ничего… для кого-то вроде Чандана. Всемогущий старец наверняка просто скакнул бы вперед, скомкав пространство своим даром. Но и Посланнику, и «синим», и мне придется постараться.

Я понемногу догонял — но все еще слишком медленно, чтобы наверняка успеть к развязке.

— Поспеши, Посланник… — Голос в ушах звучал чуть громче ветра, шелестевшего среди скал. — Твои враги близко…

И, похоже, всем моим альтернативным личностям не терпелось поскорее до них добраться. Настолько, что я сам едва заметил, как ускорился. Река Джаду, пронизывающая все сущее, подхватила меня и понесла вперед на скорости лишь немного уступающей мчащемуся на всех парах местному поезду. Я беспощадно выжигал свой резерв, который куда разумнее было бы приберечь для возможной драки, и бежал через скалы напрямую, выбирая самый короткий путь.

Но все равно опоздал.

Когда до заостренной вершины оставалась какая-то сотня шагов, где-то впереди полыхнула гроза. Небо на мгновение озарила голубоватая вспышка, и гроза, которая назревала уже час или два, разразилась. Джаду с облегчением вздохнула, уже ничем не сдерживаемая, распрямилась и хлестнула во все стороны. Словно там, за скалами кто-то раскрутил огромную плеть и хлестнул с такой силой, что сама земля вздрогнула.

За какие-то несколько секунд высокородные сожгли столько Джаду, что хватило бы заправить под завязку всего моего не самого маленького дракончика — и продолжали жечь. Я еще не слышал криков, но, судя по грохоту и мощности Техник, договориться Посланник и «синие» так и не смогли.

Да и едва ли собирались — драка шла не на жизнь, а на смерть.

И мне суждено было успеть только к самой развязке. Когда я взлетел на скалу, прямо передо мной внизу показалась арена, на которой подходил к завершению весьма зрелищный гладиаторский бой. Посланник Воздуха — высокий мужчина с наполовину поседевшими волосами — оказался крепким орешком. Даже с расстояния в пару сотен футов он выглядел уставшим и потрепанным — но ни одно из заклятий, которые швыряли в него «синие», похоже, не достигло цели.

Владыкам Ледяного Копья повезло куда меньше. Из шести на ногах осталось всего трое — и один заметно прихрамывал и оставлял на камнях крупные алые капли. Он осторожно обходил Посланника сбоку, явно готовясь ударить во фланг, но тот едва обращал на него внимание. Куда больше его тревожила парочка, которая не только уцелела, но и, похоже, даже сохранила достаточно сил для еще одной сокрушительной атаки.

Самые старшие — и самые могучие. Не ниже Третьей Ступени Познания. По одному они едва ли представляли серьезную опасность для того, кто воплотил в себе всю мощь Джаду Воздуха — но на стороне Владык Ледяного Копья был не только численный перевес, но и опыт в несколько десятков лет. Именно он позволил им без колебаний послать на смерть младших товарищей, заставив бедняг принять первый и самый сильный удар.

Я едва смог отыскать взглядом тела — их попросту разорвало на части. Слабенькие Щиты не выдержали мощи Посланника, и боевые заклятья превратили Кшатриев в окровавленные тряпки, разбросанные по камням. Но и их противнику пришлось несладко — я почти физически ощущал огромную дыру в его резерве, которая не слишком-то спешила заполняться.

— Убирайтесь прочь, — устало проговорил Посланник. — Или мне придется убить вас всех.

— Ты силен. — Старший из «синих» едва заметно покачал головой. — Но тебе не одолеть нас всех. Владыка Алуру желает…

— Уходите. — Посланник повел печами, будто стряхивая что-то невидимое и тяжелое, выпрямился и принял стойку. — Я больше не желаю говорить ни с вами, ни с Великим Мастером.

Ничего себе! Похоже, я явно пропустил что-то важное — и уж точно не разберусь без предыстории. И если кто-то и расскажет мне, что здесь случилось, то только…

— Ты знаешь, что мы не посмеем причинить тебе вред, Владыка. — «Синий» шагнул вперед. Но ты здесь один.

Самым разумным с моей стороны было бы просто понаблюдать, чем закончится развернувшаяся под скалой драма. А потом или добить уцелевших, гарантированно убрав одного из четырех конкурентов и не оставив свидетелей, или просто незаметно удалиться.

Но когда я в последний раз поступал разумно?

— Нет. — Я одним прыжком взлетел на вершину скалы. — Он не один. Уходите, или я убью вас.

Не знаю, смогли ли «синие» узнать меня — я все еще прикрывал лицо самодельным капюшоном, и стоял слишком далеко, чтобы они могли разглядеть лицо. Но они — впрочем, как и Посланник Воздуха — уж точно почувствовали исходящую от меня мощь Джаду. Я все еще не успел до конца восстановить изломанное рекой и Шандором тело, но все равно был сильнее любого из них.

И «синие» уступили. Вряд ли ушли насовсем — едва ли Владыка Алуру простил бы подобное даже своим любимчикам — но попятились и через несколько мгновений скрылись среди камней. Я почти сразу перестал их чувствовать. Уставшая, но все еще могучая водная Джаду затихла и спряталась, исчезая, словно клинок в ножнах.

Но надолго ли?

— Приветствую тебя, Посланник. — Я неторопливо зашагал вниз. — Хотел бы я знать, что здесь случилось… Ты удовлетворишь мое любопытство?

Подойдя поближе, я, наконец, смог рассмотреть третьего встретившегося мне заклятого врага как следует. И если Анора и Шандор по возрасту отличались от меня совсем немного, то с этим неведомые ублюдки, притащившие нас сюда, промахнулись.

Или специально выбрали того, кто явно был куда старше. Высокий худой мужчина явно уже давно перевалил за четвертый — а может, и за пятый десяток.

— Любопытство? — усмехнулся он, разглядывая меня. — К чему мои рассказы тому, кто пришел сражаться. Видимо, местным богам угодно было спасти меня от Владык Ледяного Копья лишь для того, чтобы отдать тебе… Посланник Тьмы.

Узнал. Впрочем, неудивительно. Я уже не скрывал своей Джаду — и успел достаточно наследить в этом мире, чтобы меня узнал даже тот, кто никогда не видел раньше.

— Может, нам и суждено подраться. — Я пожал плечами. — Но если и так — нет никакой нужды заниматься этим прямо сейчас. Я желаю говорить с тобой… пока что.

— Да будет так. Мне нечего скрывать от тебя — враг ты мне, или нет.

С этими словами Посланник Воздуха закатал рукав и одним движением сорвал скрывавшую руку грязную тряпку.

— Что?!? — Я едва смог выдохнуть. — Да какого?..

Не может быть!!!

Глава 6

Я на всякий случай даже шагнул в сторону — убедиться, что увиденное не оказалась какой-нибудь причудливой игрой света, миражом или чем-то в этом роде. Но дракончик на руке Посланника ничуть не изменился. Схватка основательно выжала его — как и хозяина — и лишила цвета большую часть чешуек. Но и оставшихся вполне хватило, чтобы различить цвет.

Не белый или еще Антака знает какой, связанный со стихией Воздуха. А ярко-синий с потухшими значками умений вокруг и сияющими на солнце глазами-сапфирами.

Цвет водной Джаду!

— Вижу, ты удивлен. — Посланник мрачно усмехнулся. — Ожидал увидеть другое?

— Что угодно — кроме этого. — Я оглянулся к камням, за которыми скрылись уцелевшие «синие». — Кланы Каменного Кулака и Огненного Лотоса считают своих Посланников чуть ли не земными воплощениями божественных покровителей. А твои… пытались убить?

— Не убить — только одолеть. — Посланник Воды пожал плечами. — Я важен для Великого Мастера. Но все же не настолько, чтобы позволить мне уйти.

— Уйти? — переспросил я. — Но зачем? Разве Владыка Алуру не заботился о тебе? Разве они не?..

— Заботился. Так же, как заботятся о лучшим из мечей в оружейной. Но ты не хуже меня знаешь, для чего нужен меч — и как его используют, когда наступит время.

Я поморщился. Посланник Воды пришел из моего мира — но, похоже, уже успел привыкнуть к этому. В его речи оказалось не меньше словесных завитушек, чем в разговоре Афанди. Суть сказанного не ускользнула от меня — но и ничуть не приблизилась.

— Стать величайшими из воителей клана — судьба таких, как мы, — сказал я. — И я не знаю, под силу ли хоть кому-то это изменить.

— Может, и так. Но я не хочу такой судьбы. И не собираюсь ей покоряться.

Посланник Воды не слишком-то походил на воина — но на мгновение в черных глазах мелькнуло столько упрямства, что я, кажется, начал понимать, за что Варуна выбрал именно его. Немолодого, сутулого, поседевшего, с тощими руками, которые мало напоминали руки бойца — но, похоже, наделенного незаурядной волей.

И тем же нежеланием играть по чужим правилам, что и привело сюда меня самого.

— Так ты сбежал? — усмехнулся я. — Удрал от Владыки Алуру, убил его людей… Пошел против собственного клана?

— Я не хотел сражаться. — Посланник Воды скосился на разорванные на части окровавленные тела неподалеку. — И то, что пришлось сделать, не принесло мне радости. Если бы они просто оставили меня в покое…

— Понимаю, — кивнул я. — Кажется, у нас с тобой куда больше общего, чем я думал.

— Вот как? — Посланник Воды склонил голову набок и прищурился. — Может, все-таки назовешь свое имя? Или предпочитаешь, чтобы я обращался к тебе «Владыка»?

— Рик, — буркнул я. — Ричард Коннери.

— Англичанин… — Посланник Воды на мгновение задумался. — Коннери… Шотландец?

У меня зазвенело в ушах. Лишь на мгновение — и тут же стихло. В языке, на котором жители Империи говорили уже не одну тысячу лет, не было — да и не могло быть слов «англичанин» или «шотландец».

И все же я прекрасно их понимал.

— Мои предки были шотландцами, — ответил я. — Сам я родился и вырос в Калифорнии… В Соединенных Штатах.

— Американец! — Посланник Воды улыбнулся одними уголками губ. — Посланник Тьмы, который пришел из… забавно.

— Не вижу ничего смешного. — Я сложил руки на груди. — А откуда ты сам?

— Меня зовут Игор… Игорь. — Похоже, после местного наречия звуки родного языка дались Посланнику Воды не без труда. — Санкт-Петербург… Ты знаешь, где это?

— Я что, похож на идиота? Конечно, знаю. Ты русский… Тьма и Пекло! — Я тряхнул головой. — На каком языке мы сейчас вообще разговариваем?

— Полагаю, явно не на том, на котором говорили все жизнь, — Игорь улыбнулся. — Едва ли сейчас это имеет какое-то значение. Если уж мы понимаем друг друга.

— Как скажешь… Игорь. — Я протянул руку. — Можешь не верить, но я рад, что встретил тебя.

— Можешь не верить — я, кажется, тоже.

Стоило нашим ладоням соприкоснуться, как во все стороны брызнули белые искры Джаду. Тряпка, которую я так и не потрудился снять, в одно мгновение вспыхнула и обратилась в пепел, выпуская на волю дракончика. Нарисованная рептилия уже успела почернеть, и теперь сурово скалилась, явно собираясь полезть в драку. Мы с Игорем кое-как нашли общий язык, но наших божественных покровителей это, похоже, не слишком-то устраивало.

Меня не покидало странное ощущение. Похожее на то, что я испытывал, стоя рядом с Анорой… но все же другое. То ли дело оказалось в Игоре, то ли я сам стал сильнее, то ли мои внутренние сущности понемногу переставали быть древними кровожадными ублюдками, готовыми любой ценой прикончить того — или тех — с кем уже не раз сражались в прошлых жизнях.

Моя Джаду все еще оставалась настороженной. Будто ствол, который вытащили из кобуры, сняли с предохранителя, приготовили к бою и даже навели на цель — но пока не спешили использовать. Смертоносные Техники висели на кончиках пальцев тяжелым грузом, но хотя бы не грозились сорваться против моей воли и превратить Игоря в кучку праха.

Впрочем, кто сказал, что у меня бы это получилось?

— Если тебе интересно — я тоже сейчас думаю, смогу ли снести тебе голову до того, как ты выставишь Щит.

Игорь неровно ухмыльнулся, и его ладонь заискрила. Острое лезвие из прозрачного голубого льда выдвинулось из плоти примерно на пять дюймов… и тут же скрылось обратно. Русский не угрожал и не демонстрировал силу — скорее хотел показать, что вполне может ей управлять.

Не так уж плохо — особенно для того, кого притащили в этот мир прикончить остальных Посланников — в том числе и меня.

— Похоже, придется обойтись без рукопожатий, — вздохнул я. — Но нам нет нужды драться. Ни сейчас, ни позже… надеюсь. Ты расскажешь, почему покинул Владыку Алуру и куда направляешься теперь?

— Куда угодно — лишь бы подальше. — Игорь пожал плечами. — Думаю, нам обоим есть, что рассказать — но я бы не хотел заниматься этим здесь.

— Почему? — усмехнулся я. — Чем это место хуже любого другого?.. Особенно сейчас, когда приходится выбирать между скалами и песком.

— Из-за них. — Игорь указал рукой туда, куда несколько минут назад удалились «синие». — Они ушли — но ушли недалеко. И станут следить за нами, пока не их не станет достаточно, чтобы снова напасть.

— Думаешь, Владыка Алуру отправил за тобой еще один отряд? — уточнил я.

— Я уверен в этом. — Игорь отступил на пару шагов и устало опустился на камни. — Я слишком важен для Ледяного Копья. Тщеславие и жадность Великого Мастера поистине безграничны, а моя смерть лишит его клан даже малейшей возможности победить в этой войне.

— Пожалуй. — Я бросил мешок и уселся напротив Игоря. — А уж если Алуру узнает, что и я здесь — тут же приведет целое войско.

— Его люди наверняка следят за нами… прямо сейчас. — Игорь прищурился и посмотрел куда мне за спину — похоже, разглядывал скалы вдалеке. — Хоть я их и не вижу. Сила Посланника сделала меня слишком самонадеянным… стоило идти быстрее. Но теперь они слишком близко.

— Я могу убить их, — усмехнулся я. — Думаю, что могу. Но вряд ли ты этого захочешь, ведь так?

— Их всего трое, а ты куда сильнее меня, Рик. — Игорь посмотрел мне прямо в глаза. — Но если мы станем убивать только потому, что хотим — разве это не сделает нас…

— У меня нет причин любить Владыку Алуру или хотя бы одного из его людей. И я с удовольствием прикончу любого, кто попробует сунуться к нам, — проворчал я. — Но на их счастье у меня нет ни времени, ни желания отлавливать среди гор троицу болванов с золотыми пряжками. Если мы хотим удрать — найдется способ и попроще.

— Поведай мне, Рик. — Игорь явно заинтересовался. — Твой клан исчез давным-давно. Ты пробыл в этом мире один уже много времени — и все еще жив. Думаю, убегать и прятаться ты умеешь куда лучше меня.

— Ты даже не представляешь, сколько раз мне приходилось… — Я огляделся по сторонам и заговорил чуть тише. — Наверняка твое тело способно удержать куда больше Джаду, чем тела любого из тех, кто идет за нами. Мы можем просто убежать.

— Но не так уж и далеко, — вздохнул Игорь. — Я чувствую, что ты ранен, да и мне не помешал бы отдых. А люди Владыки Алуру будут преследовать нас, забыв о сне и пище.

— Плевать. — Я махнул рукой. — Железная дорога всего в десятке ли за этими скалами. Если успеем поймать поезд на юг — «синим» никогда за нами не угнаться.

— И ты отважишься забраться так далеко на земли Огненного Лотоса? — Игорь приподнял брось. — Ты даже безумнее, чем я думал, американец.

— Не безумнее сумасшедшего русского, который удрал от собственного клан, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Ну что, идем?

— Попробуем. — Игорь вскочил и стряхнул с одежды пыль. — Выбор у нас невелик, друг мой.

Друг? Ну, это мы еще посмотрим…

Глава 7

— Ты видишь их? — Игорь поднял руку, прикрывая глаза ладонью от солнца. — Кажется, нам удалось уйти достаточно далеко.

— Не достаточно, — проворчал я, ощупывая до сих пор саднящие ребра и поясницу. — Нужно еще дождаться поезд. И постараться попасть на него незаметно.

— Тебе больно? — поинтересовался Игорь. — Могу помочь. Я ведь все-таки целитель… Признаться, это нравиться мне куда больше, чем убивать и калечить людей.

Да уж, от лечения я бы не отказался. Тело кое-как восстановило подвижность, но Дар Темной Крови еще не успел справиться со всеми повреждениями. А в последние часы и вовсе почти перестал работать — вся Джаду уходила на гонку через скалы… Но Игорь наверняка вымотался ничуть не меньше.

— Потом. — Я махнул рукой. — Прибереги силы для бега. Видишь вот те скалы?

— Вижу. Только не говори, что нам нужно идти туда прямо сейчас.

Игорь уселся в тень огромного валуна, пытаясь хоть как-то укрыться от солнца. Светило уже давно клонилось к закату, но все еще жарило беспощадно, превращая скалы в подобие каменной сковородки. Мы уже несколько часов назад прикончили последние запасы воды, а легкие горели от раскаленного воздуха, но останавливаться я не собирался.

Владыки Ледяного Копья слабее нас — но они не станут жалеть ни собственные тела, ни даже жизни.

— Погляди. Там дорога заворачивает между скал. — Я вытянул руку. — И поезду придется сбросить ход. И если мы спрячемся за камнями, никто не узнает…

— Как скажешь, — вздохнул Игорь. — Звучит так, будто ты уже проделывал что-то подобное.

— Всего один раз. — Я пожал плечами. — Когда чуть ли не каждый в этом мире хочет тебя убить — поневоле учишься быстро. И если бы…

Последние мои слова потонули в шуме. Гулкий вой прилетел издалека, но среди скал будто лишь усилился и загрохотал так, что вздрогнули даже камни под ногами. И я бы наверняка принял это за что-то вроде обвала, если бы не слышал этот звук раньше.

Приближался поезд. Я вскочил и вытянул шею, но так и не смог разглядеть привычные столбы дыма, которые выплевывали две могучие трубы паровой машины.

Странно…

— Пойдем! — сказал я. — Лучше подобраться поближе.

— Ты видишь это? — Игорь закатал рукав и продемонстрировал мне почти бесцветного дракона. — Дай мне хотя бы немного времени!

Мой индикатор выглядел немногим лучше, и я бы сам с радостью передохнул подольше… Если бы не знал, что в этом мире поезда ходят куда реже, чем в родном Сан-Фране. И если мы не успеем догнать этот, следующего придется ждать несколько часов — а то и до утра.

— Вставай! — Я протянул руку. — Осталось немного.

— Пощади… — простонал Игорь. — Я уже не так молод, как ты и…

— Вставай, Антака тебя забери!

Наверное, я бы даже ударил его или потащил за собой силой — если пришлось бы. Но Игорь все-таки поднялся. Медленно, с явной неохотой — и все-таки отлип от камня, покинул блаженную тень и зашагал следом.

Стук колес доносился до нас уже давно, но сам поезд мы увидели только через пару минут. Металлическая громадина показалась из-за скал со стороны севера — и помчалась в нашу сторону. Так быстро, что дым, вылетавший из обеих труб паровика, не поднимался к небу, а стелился по песку, окутывая цветастые вагоны.

Так вот почему я не увидел его раньше! Похоже, кто-то или что-то заставило Служителей как следует раскочегарить топку, выжимая из могучей машины все, что можно.

— Бежим! — заорал я.

Пожалуй, если бы у Игоря было время подумать, он скорее вцепился в меня — но то ли страх, то ли самое обычное нежелание остаться среди этих раскаленных скал в одиночестве оказались сильнее усталости. Он помчался за мной, выжимая из своей «батарейки» Джаду последние крупицы заряда. Я чувствовал себя немногим лучше — но уже успел сообразить, что до заветного поворота рельс между скал не дотянуть ни одному из нас.

Три четверти мили. Разминка, легкое развлечение для отдохнувшего и полного сил Кшатрия… И почти невыполнимая задача для Кшатриев, которые несколько часов скакали по горам без капли воды в глотке.

— Стой… — прохрипел Игорь где-то за спиной. — Мы не сможем…

Я не стал тратить сил на ругательства — боялся сбить дыхание. Джаду закончилась где-то на половине пути, и тело тут же потяжелело чуть ли не вдвое. Ребра захрустели так, что я всерьез испугался, что они сейчас проткнут кожу и вылезут наружу острыми обломками. Глотка и грудь горели огнем, и лишь чистое упрямство помогало мне держаться на ногах и бежать дальше.

Уроки Хариша не прошли зря. Может, я так и не сравнялся с настоящими Кшатриями, которых тренировали с самого детства — и едва ли когда-нибудь сравнюсь — но бегать научился неплохо.

Вдох — два шага — выдох — еще два. И снова. Вперед — и пусть в глазах темнеет, а сердце в груди взрывается. Ленивое и хитрое тело всегда норовит отдохнуть и расслабиться… Но даже когда кажется, что сил больше нет, из него все еще можно выжать больше, чем кажется.

Намного больше.

Странно, но Игорь тоже пока держался. По Ступеням я чуть уступал ему, но резерв у меня был чуть ли не вдвое больше. И он уже давно должен был выдохнуться и бежать на собственных, человеческих силах — но не отставал, а все так же пыхтел в нескольких шагах где-то за спиной.

Скалы закончились неожиданно. Только что я видел перед собой лишь привычные грязновато-желтые камни — и вдруг они сменились крышей проносящегося мимо вагона.

Последнего!

Нас разделяло примерно два десятка футов. И я мог бы спуститься вниз, рискуя быть замеченным — а то и вовсе не успеть зацепиться. Или…

Нужна Джаду. Хоть капля!

— Нет, Рик!

Вопль Игоря затянулся и вдруг зазвучал непривычным басом. Я все-таки смог выжать из себя где-то секунду сверхчеловеческого ускорения — как раз перед тем, как оттолкнуться и отправить измученное тело в короткий полет.

Край крыши врезался под ребра, выбивая воздух, но все-таки не сбросил меня вниз. От боли потемнело в глазах, и только бешеным усилием воли я заставил себя перекатиться набок и вытянуть руку.

Есть!

Цепкие пальцы сомкнулись на моей ладони, и через мгновение я уже тянул наверх и Игоря. Его длинное костлявое тело весило тонну — но я держал, пока он не рухнул рядом со мной, с хрипом глотая ртом воздух.

— Боги милосердные… Безумный американец, ты чуть не убил нас обоих!

— Но не убил же… — отозвался я. — Мы не зря старались. Погляди!

Я все-таки нашел в себе силы вытянуть руку и указать на убегающие в даль за вагоном рельсы. Туда, где примерно в четверти мили на железную дорогу высыпали крохотные фигурки в синем. Пять, шесть… дюжина! Похоже, Владыка Алуру действительно отправил в погоню за своим беглым Посланником целую крохотную армию, разделенную на несколько отрядов. Владыки Ледяного Копья наверняка разгадали мой простенький план — но перехватить поезд уже не успели.

— Проклятье… — Игорь перекатился на живот. — Ты не ошибся, друг мой. Я должен благодарить тебя за спасение.

— В другой… раз… — отозвался я, закрывая глаза.

Поезд делал не меньше сорока-пятидесяти миль в час, но даже на такой скорости обдувавший крышу воздух оставался горячим. Я готов был убить за глоток воды… и все же отключиться хотелось куда больше. Боль отступила, а преследователи теперь были далеко позади. Можно просто полежать немного, и…

Эй… Эй, американец!

— Чего тебе? — проворчал я, поворачивая голову.

— Держи. — Игорь протянул мне что-то в кулаке. — Здесь немного… пока. Я сделаю еще.

Мою руку вдруг обожгло холодом так, что от неожиданности я едва не вышвырнул странный подарок прочь.

— Тьма и Пекло… — Я чуть приподнялся, разглядывая странный мокрый кристаллик на ладони. — Что это такое?

— Лед, — усмехнулся Игорь. — Моя стихия.

Его пальцы выдали несколько голубых искорок. Пока еще слишком слабых для полноценного боевого заклятия — Игорь не восстановил и десятой доли резерва. Но и этого хватило, чтобы выдать еще одну крохотную ледышку, которую он тут же закинул в рот и с хрустом расколол зубами.

— Только осторожнее. Они очень холодные. Намного холоднее… обычных.

Когда первая капля из ладони упала в мой пересохший рот, я вдруг рассмеялся. Колдовской лед таял от тепла моего тела, а ветер срывал и уносил прочь драгоценную воду, но я никак не мог заставить себя нормально пить — только ржал, как сумасшедший.

Посланник Воды, Владыка Ледяного Копья и мой враг использовал древнюю магию высокородных, чтобы сделать то же самое, с чем без труда справлялся любой гребаный автомат с гребаной содовой в забегаловках Сан-Франа!

— Ты в порядке? — поинтересовался Игорь. — Кажется, такое называют тепловым ударом или…

— Я еще не спятил. — Я откашлялся и провел языком по губам. — Просто… Это смешно.

— Может быть. — Игорь хмыкнул и протянул мне еще кусочек льда. — Ты расскажешь мне, как оказался здесь? И почему решил помочь мне вместо того, чтобы свернуть шею?

— Пожалуй, расскажу. — Я потянул мешок и засунул его себе под голову. — Времени у нас теперь предостаточно.

Глава 8

— Тьма и Пекло… Все еще смешно! — Я прикрыл рот рукой. — Прости.

— Я рад, что смог развеселить тебя. — Игорь выпустил из ладони несколько дюймов ледяного лезвия и с явным усилием отломил. — Только постарайся снова не порезаться.

— Как скажешь. — Я осторожно принял очередной кусок смертоносной конфетки. — Опасное лакомство… Острое и крепкое. Будто жуешь кусок холодного железа.

— Магический лед. — Игорь пожал плечами. — Этими землями правит огненный Индра, и на создание меча уходит вдвое больше сил, но он все такой же прочный. Я смог бы разрезать им доспехи… или даже этот вагон. — Игорь легонько постучал по крыше, на которой мы сидели. — Иначе от подобного оружия не было бы никакой пользы.

— Занятно, — кивнул я. — Твоя магия здесь слабеет?

— Нет… Да — мне сложнее собрать влагу — воздух слишком сухой. — Игорь обвел руками круг. — Приходится тянуть отовсюду, но молекулярные связи все равно получаются крепкими… Так что береги зубы.

— Ты много знаешь обо всех этих… связях, — заметил я. — У себя дома ты был ученым?

Теперь мне хотя бы не приходилось перекрикивать свистящий в ушах ветер. С наступлением темноты Служители в паровике сбавили ход, и мы с Игорем смогли усесться на крыше, не рискуя быть сброшенными воздушным потоком. Вечер принес если не прохладу, то что-то чуть меньшее похожее на пекло пустыни. И то ли Служители не разобрали наш грохот за стуком колес, то ли мы приземлились на грузовой вагон — никто так и не полез наверх выяснять, что там творится.

За несколько часов дороги я успел и подремать, и рассказать Игорю — разумеется, без подробностей — свою историю… и послушать его. Она оказалась довольно короткой. Посланнику Воды в этом мире повезло куда больше, чем мне. Письмо с загадочными иероглифами перенесло его из Санкт-Петербурга куда-то на север Империи. Ему хватило ума не высовываться и не ввязываться в драки, а шпионы Владыки Алуру отыскали его раньше, чем люди из клана Белой Чайки. Потом уже печально знакомый мне Неру тайком вывез Игоря в Моту-Саэру, потом в один из дворцов Ледяного Копья… откуда тот и удрал на юг, по пути угробив примерно с десяток «синих» Владык.

— Ученым? — переспросил Игорь. — Можно сказать и так. Я преподавал в… университете.

Он явно не без труда вспомнил почти забытое слово. Как и я сам — мне пришлось основательно напрячь голову, чтобы сообразить: в прошлой жизни Игорь работал не в средней школе, а в чем-то вроде колледжа.

Неудивительно, что он так много знает про эти… молекулярные что-то-там.

— Звучит довольно круто. — Я уселся поудобнее. — Так ты физик… или кто-то из таких же головастых парней?

— Не совсем. — Игорь улыбнулся. — Профессор истории искусств. Хотел бы я знать, почему то письмо выбрало именно меня… Я ведь совсем не похож на воина, Рик.

— Похоже, эта магия вообще не очень-то знала, что делает. — Я пожал плечами. — У себя дома я был инженером… Не самым лучшим — но я тоже не воин.

В отличие от Шандора. Тот выглядел так, будто и в нашим мире не раз отправлял людей на тот свет… Впрочем, кто знает. Дар Владык наверняка изменил и Анору, и Игоря, и пока еще незнакомого мне Посланника Воздуха — и уж точно меня самого. И одним богам известно, насколько и в какую сторону.

— И все-таки ты куда сильнее меня, — вздохнул Игорь. — Даже твой дракон… совсем другой. Погляди.

В темноте блеснули чешуйки. Они не только отражали свет далеких лун, но и сами чуть пульсировали синим — мягко и умиротворяющее. Нарисованная на руке Игоря рептилия действительно отличалась от моей. И не только габаритами — а самой формой тела и даже мордой. И если мой дракон оплетал всю руку тощими, но могучими черными кольцами и злобно скалил вытянутую зубастую пасть, то дракон Игоря будто просто устроился отдохнуть на предплечье, засунув в рукав неожиданно-толстый хвост. В его позе не было ничего угрожающего или даже настороженного. И даже физиономия рептилии смотрелась скорее сонной и миролюбивой, с небольшой полоской закрытого рта, по бокам от которого свисали то ли щупальца, то ли седые усы.

Дракон Игоря явно был уже немолод и не отличался суровым нравом — как и его хозяин.

— Владыка Алуру готовился к войне — но у меня куда лучше получалось исцелять раны, чем наносить их. — Игорь откинулся назад на локтях и вытянул длинные тощие ноги. — И поэтому… поэтому я сбежал. Оставил во дворце свое оружие… оставил бы и эту проклятую силу, если бы мог. И если им хочется убивать друг друга из-за каких-то старинных обычаев — пусть делают это без меня.

Мой меч достался Шандору. А Игорь избавился от своего сам, оставив во дворце Владыки Алуру. Может, он не считал себя великим воином — но яйца у этого парня определенно были. Меня заставили пуститься в бега обстоятельства, а он выбрал свой путь сам. И сейчас вместо того, чтобы от голода и жажды жрать лед собственного приготовления, Игорь мог бы сидеть в прохладном и безопасном дворце Ледяного Копья, готовясь стать самым могучим оружием клана и пойти в бой с сотнями высокородных, каждый из которых отдал бы за него жизнь.

И все-таки он пошел против своих. Послал на хрен самого Великого Мастера и сбежал туда, где его наверняка пожелает прикончить первый встречный Кшатрий. Просто потому, что не хотел сражаться.

— Не стоит недооценивать себя, друг мой, — произнес я. — Ты куда крепче, чем кажешься. Не знаю, хватило бы у меня упрямства сделать то, что сделал ты.

— Ты и так делаешь то же самое. И я не стану сражаться ни с тобой, ни с другими беднягами. — Игорь сдвинул брови. — А если и стану, то уж точно не потому, что этого желает какой-то осел с золотой пряжкой… или голоса в голове.

Этой темы мы еще не касались. Похоже, для нас обоих потусторонние сущности воителей прошлого оказались… пожалуй, чем-то слишком личным.

— Так ты тоже их слышишь? — усмехнулся я. — Понимаю.

— Каждый день. — Игорь сдвинулся в сторону и сплюнул. — Даже сейчас. И ты им не очень нравишься.

— Поверь, это взаимно. — Я покачал головой. — Не очень-то хочется спать, зная, что ты можешь разрубить меня надвое одним ударом — и большая часть тебя сделает это с искренним удовольствием.

— И все же мы сейчас вместе. — Игорь пожал плечами. — И если уж не начали убивать друг друга до сих пор — нет смысла начинать теперь. У меня в этом мире нет друзей, Рик. Думаю, что и у тебя тоже.

Больше нет. А те, что были — сейчас наверняка предпочтут увидеть меня мертвым. Даже Тао. А Ликиу?…

— Пожалуй, — вздохнул я. — И что же ты собираешься делать теперь? Куда пойдешь?

— Не знаю. — Игорь пристроил голову на сложенные на коленях руки. — Я даже толком не знаю, где мы сейчас… А ты?

— Где-то между Шантипуром и Таунгой, — усмехнулся я. — Только не спрашивай, что это такое.

— И как же ты сам оказался здесь? Случайно, или все-таки…

— Не совсем. — Я поплотнее запахнул ворот рубахи — пустыня уже успел отдать все накопленное за день тепло, и вокруг стремительно холодало. — Я сбежал от Великого Мастера Каменного Кулака и Посланника Земли, но на юг отправился не просто так. Если бы я решил прятаться — меня все равно рано или поздно отыскали бы. Но в этом мире есть еще такие же… есть Посланники. — Я на мгновение задумался. — И я решил, что если мне хочется вернуться домой вместо того, чтобы подниматься по Великим Семнадцати Ступеням и убивать во славу своего клана — почему хотя бы одному из них не желать того же?

— И ты решил отыскать остальных?

— Я уже встречал двоих… до того, как встретил тебя, — кивнул я. — Шандор оказался сумасшедшим ублюдком, но та огненная девчонка…

— Анора, — вспомнил Игорь. — Великий Мастер Алуру рассказывал мне… Ты ее видел?

— Да. Она чуть не прикончила меня. — Я поежился — будто снова увидел перед собой огненный клинок в полтора десятка футов длиной, рассекающий вагон надвое. — Но все же показалось не такой уж и плохой. Я подумал, что с ней можно попробовать договориться…Дурацкая мысль, но ничего умнее в мою голову так и не пришло.

— Напротив, друг мой — мысль превосходная! — Игорь хлопнул себя по острым коленкам. — Отыскать остальных Посланников, и убедить их объединить силы вместо того, чтобы сражаться друг с другом. Это может сработать! Но… как мы отыщем Анору, Рик?

— Пока не знаю. — Я лег на спину и растянулся во весь рост. — Для начала нам лучше убраться подальше от твоих друзей из клана Ледяного Копья…Да и от Каменного Кулака тоже. Уедем подальше на юг, а там попробуем разузнать, куда огненные увели свою армию. Анора наверняка среди воинов.

— Я не против оказаться подальше от владений Ледяного Копья, — проворчал Игорь. — Но чтобы сбежать от Владыки Алуру, нам придется засунуть голову прямо в пасть Индре!

— Во всей Империи для нас сейчас не найдется места безопаснее. — Я улыбнулся собственным мыслям. — Пока ты здесь, Владыка Алуру не посмеет отправить своих людей далеко на юг. У Каменного Кулака сейчас и так слишком много врагов, чтобы охотиться за мной. А огненные слишком заняты войной. Разве им будет дело до двоих нищих бродяг?

Если, конечно, у почитателей Индры нет шпионов в Моту-Саэре и Анцине.

— Верно, друг! — Игорь радостно оскалился. — Едем на юг!

— До Туанги. — Я перекатился на бок и подложил под голову ладонь. — Я бы с удовольствием убрался еще дальше от «синих», но в городе нас наверняка заметят. Сейчас лучше не попадаться на глаза Служителям… особенно вдвоем.

Глава 9

— Думаешь, они нас не заметят? — Игорь шагнул назад и вжался в стену. — Я не хочу снова драться!

Служители Огненного Лотоса стояли у колодца в самом центре небольшой площади. Трое мужчин с почти дочерна загорелой под беспощадным местным солнцем кожей, облаченные в традиционные цвета клана — желтый и красный. На ум тут же пришло слово, которое я слышал еще от Эдди. Кимоно — хотя на местном наречии костюмы городских стражников назывались иначе. Поверх них «серебряные» носили что-то вроде нагрудников из толстой кожи, скрепленных по бокам ремешками. Оружие тоже имелось: короткие копья у двоих и слегка изогнутый меч с длинной рукоятью без навершия — у третьего, самого старшего.

Их явно поставили здесь следить за порядком… но уж точно не ловить шпионов или высматривать в толпе неведомых Посланников чужих стихий. Служители то и дело зевали и лишь изредка поднимали замотанные тюрбанами головы, оглядывая снующий через площадь народ. Мы с Игорем слезли с поезда еще до рассвета, но Туанга уже давно проснулась, и вокруг колодца понемногу появлялись торговцы.

Самые богатые появлялись со слугами и парой-тройкой тележек — и тут же ставили свои палатки в самом центре площади. Их менее удачливые товарищи по бронзовой касте располагались вдоль стен домов и у проходов. А самые бедные раскладывали свои нехитрые товары прямо на расстеленных на земле тряпках. В стороне — там, где едва ли кто-то обратит на них внимание, даже когда солнце взойдет высоко, и жители Туанги отправятся за покупками.

Похоже, мы приехали сюда в подходящий день. На базар уже стянулась не одна сотня человек из близлежащих окрестностей, а скоро наверняка заявится еще больше.

— Они нас заметят. — Я улыбнулся и пожал плечами. — Но не обратят внимания. Разве кому-то есть дело до двух бедняков, что решили купить себе немного еды?

— Посмотри на себя, — проворчал Игорь. — Ты на голову выше любого из местных!

— Какая разница? — Я пониже опустил самодельный капюшон и шагнул в сторону площади. — Они пришли сюда торговаться, а не разглядывать друг друга. Идем!

Я — да и сам Игорь — действительно выделялись среди обителей Туанги ростом, но я уже давно научился не только скрывать силу Джаду, но и сутулиться и опускать плечи. Никто из Служителей не посмотрел на нас — даже когда мы прошли совсем рядом, направляясь к палатке, от которой доносился умопомрачительный аромат медовых лепешек.

— И что мы будем делать дальше, друг мой? — Игорь засунул под капюшон кусок сладкого лакомства. — Куда пойдем?

— Никуда. — Я откинулся назад и прикрыл глаза от восходящего солнца. — Останемся здесь… на день или два. Денег у нас достаточно.

Туанга мне понравилась. Не красотой — ничем особенным городок размером немногим больше Анцина не отличался — а скорее давно забытым ощущением покоя. Мы с Игорем уселись на ступеньках какого-то храма на краю базарной площади, вокруг нас стоял шум, постоянно ходили туда-сюда люди или катились запряженные ослами тележки… и все-таки я чувствовал себя почти в безопасности.

Уж точно лучше, чем в пустых и безжизненных горах, где каждый камень мог скрывать погоню, какую-нибудь голодную зверюгу или даже Шандора в обугленной и изуродованной броне Бохая-воителя. Мы с Игорем прошли сквозь толпу, слились с ней и стали ее частью. Точно такими же, как и большинство местных вокруг — бедными, сонными от поднимающегося над землей жара и покрытые въевшимся в одежду песком.

Никому не нужными и не интересными — а о большем я не мог и мечтать.

— Может, ты и прав, — вздохнул Игорь. — Наши враги далеко, и мы с тобой заслужили немного отдохнуть перед тем, как идти дальше… Этот город совсем не похож на Моту-Саэру.

Из общего у них было разве что то, что оба стояли посреди пустыни. Но там полноводный Канкай — а может, и магия Владык Ледяного Копья — позволили городу разрастись до многотысячного человеческого муравейника, а золото клана и богатых торговцев из Дасов воздвигли на песке небоскребы, которые мало чем уступали своим далеким собратьям из моего родного Сан-Франа.

А Туанга так и осталось крохотным городком в пустыне, построенным вокруг пары-тройки источников пресной воды. Дома будто росли прямо из песка — и возвращались обратно в песок, когда приходило их время. А на развалинах стен, похоже, тут же начинали возводить новые. И того же самого желтоватого блеклого камня, только чуть посвежее.

Все дома вокруг были построены из него — и почти ничем не отличались друг от друга. «Бронзовые» Туанги жили бок о бок с «серебряными», и те, похоже, не слишком-то переживали по этому поводу. А Владыки и вовсе не заглядывали в эту забытую всеми богами дыру. Едва ли их интересовал древний храм Тримурти или полуразрушенная платформа, на которой поезд останавливался лишь для того, чтобы прихватить десяток или полтора торгашей-Дасов, которые могли позволить себе возить товары по железной дороге.

Туанга. Глушь на самой границе земель Огненного Лотоса. Тихий, мирный и жаркий городишко, понемногу нагревающийся на сковородке пустыни. Пожалуй, самое лучшее и безопасное место в мире. По крайней мере — сейчас.

— Если здесь найдется что-то хотя бы немного похожее на пиво — я останусь навсегда. — Игорь проглотил очередной кусок медовой лепешки. — Кажется, что сюда война еще не пришла… и никогда не придет.

— Я не был бы так уверен… — проговорил я, вглядываясь вдаль.

Облако пыли появилось где-то на горизонте за торговыми палатками и домами, росло с каждым мгновением — но ветра не было. Местные наверняка уже давно почуяли бы песчаную бурю. А я — приближение Владык-Кшатриев.

Но это явно не было ни тем, ни другим, хоть я и ощущал исходящую из пустыни… нет, не опасность, даже не тревогу — скорее что-то будоражащее, интересное… сомнительное.

И все же таящее в себе возможности, о которых я пока еще не догадывался. Внутренний компас, который с самого прибытия в Туангу неторопливо вращался в разные стороны, будто выискивая самые вкусны на базаре медовые лепешки, снова заработал, как надо — и тут же нацелился в самый центр приближающегося пыльного облака.

— Варуна милосердный, что на этот раз?.. — тоскливо простонал Игорь. — Солдаты?

Среди туч песка появились фигуры. И конные, и пешие — но все до одного облаченные в красное и желтое. Примерно полсотни человек, вооруженные точно так же, как и сонная троица у колодца. Служители… целый отряд Служителей. Но я так и не почувствовал даже слабого дуновения Джаду, которое указало бы на присутствие среди них хотя бы одного Владыки-Кшатрия.

Значит, «серебряных» отправили сюда не для того, чтобы охотиться на чужаков. Пусть мы с Игорем не самые крутые из Владык в Империи, любой из нас без труда размажет по песку несколько десятков тех, кто не обладает силой Джаду.

Но тогда — зачем они здесь? Что вообще могло понадобиться Служителям Огненного Лотоса в такой глуши, как Туанга?

— Скажи-ка мне, почтенный, — Я бесцеремонно поймал за одежду проходящего мимо старика. — Кто это направляется сюда? Воины? Но разве славной Туанге угрожают враги?..

— Ты, видимо, нездешний. — Старик тут же вывернулся из моей хватки и устроился на ступеньках рядом — видимо, и сам был не прочь поболтать. — Это хромой Джиро… ракшасы бы его забрали вместе с остальными!

— Похоже, ты не слишком-то рад его людям, — заметил я. — Разве Служители не принесут сюда покой и защиту?

— А разве нам плохо живется без них? — Старик сдвинул седые брови. — Хромой Джиро — проклятье Туанги и всех окрестных земель.

— Вот как? — Я уселся поудобнее и на всякий случай еще чуть ниже опустил капюшон. — И чем же он так мешает тебе, почтенный?

— От него много шума, — вздохнул старик. — Его солдаты не дают прохода даже замужним женщинам. И его лживые речи забрали в Туанге больше юношей, чем пустынная лихорадки четыре года назад… Буь я помоложе — Джиро Хромой уже назывался бы Джиро Безногим!

— Вижу, твой Джиро и вправду опасный человек, — подал голос Игорь. — Но скажи, почтенный — что же такого он говорит? И зачем…

— Нет уж, друг мой! — Старик сжал кулаки. — Богам было угодно, чтобы я родился Дасом, и не мне ругать того, кто исполняет волю самого Великого Мастера Акирена. Но я скорее вырву себе язык, чем оскверню рот подобными словами!

— И все же они затронули твое сердце, — задумчиво проговорил я, приподнимаясь с уже успевших нагреться камней. — Пожалуй, и мне стоит послушать Джиро…

— Дело твое. — Старик глянул на меня исподлобья и покачал головой. — Но не верь его речам! Может, они и сладки, как мед, но их яд страшнее яда змеи!

Я уже почти не слушал сердитое ворчание. Может, хромой Джиро действительно был не самым хорошим человеком, но мой дальнейший путь в этом мире местные боги уже связали с ним.

Нравится мне это или нет.

Дорогие читатели!

Я немного приболел. Ничего серьезного, работать могу, хоть и с некоторым усилием, так что вряд ли буду выпадать из процесса надолго — и все же на какое-то время проды могут стать чуть более редкими. Недеюсь, что вернусь в строй за неделю или даже чуть меньше. Здоровья вам и вашим близким!

Ваш автор.

Глава 10

Похоже, таинственный Джиро Хромой, слуга Великого Мастера Акирена, по местным меркам был чем-то вроде скандально знаменитой рок-звезды. Кто-то наверняка обожал его, кто-то — ненавидел, но равнодушными оставались немногие. Когда отряд «красных» поравнялся с дальними домами Туанги, народ принялся стягиваться к базарной площади с утроенной силой. Только что мы с Игорем сидели на ступеньках храма вдвоем — а теперь нас уже окружали люди. В основном старики, женщины и дети — я насчитал едва ли полтора десятка взрослых мужчин.

Куда же делись остальные?

— Приветствую вас, славные жители и гости Туанги!

Громкий голос прокатился над базарной площадью, и гомон вокруг тут же стих. Боги наделили Джиро могучей глоткой — но на этом их щедрость закончилась. Он не отличался от своих облаченных в цвета Огненного Лотоса спутников ни богатством одежд, ни какой-то особой статью — а многим скорее уступал. Слуга Великого мастера был уже немолод, тщедушен и явно страдал то ли от какого-то недуга, то ли от врожденного уродства, которое не могла скрыть даже просторная одежда.

Джиро ехал верхом, но я все равно без труда разглядел, за что его прозвали Хромым: правая нога Служителя выглядела слишком маленькой, уродливой и скрюченной даже для немощного тела. Наверняка он едва мог передвигаться без посторонней помощи. Но на чувстве собственной значимости и тщеславии это, похоже, не сказалось никак. Низкорослый Джиро смотрел свысока и на толпу вокруг, и на собственных спутников.

На землях Каменного Кулака подобный взгляд не так уж часто встречался даже у Владык. Интересно, какой же властью наделил своего верного слугу Великий Мастер, если тот чувствует себя едва ли не полноправным хозяином всей Туанги?

— Многие из вас уже встречали меня — а многие слышали, хоть нам и не приходилось встречаться раньше! — продолжил Джиро, чуть приподнявшись на стременах. — Но все знаете, зачем я пришел сюда в день, который сами боги велели посвятить торговым делам.

— Знаем! — раздался голос из толпы. — И мы не рады тебе, Хромой!

У Джиро наверняка хватило бы и власти, и силы наказать наглеца — с ним пришло несколько десятков сильных мужчин, и каждый носил оружие — но слуга Великого Мастера лишь улыбнулся.

— Вижу, не все здесь помнят об обычаях, которые велят встречать гостей совсем иначе. — Джиро махнул рукой. — Но я не забываю, что славная Туанга уже не раз отдавала Великому Мастеру Акирену и его верному слуге лучшее, что…

— Наших сыновей! — закричал кто-то — на этот раз женщина. — Убирайся прочь! Ты рыщешь, подобно пустынному шакалу — но здесь больше нечем поживиться, Хромой. На этот раз ты уйдешь без добычи.

— Если на то будет воля могучего Индры. — Джиро не стал спорить. — Но скажи мне, почтенная — разве я хоть раз обманул кого-то? Разве сыновья Туанги не обретут славу и богатство, которые и не снились их отцам? Моими устами говорит сам Великий Мастер… Ты!

Джиро вдруг вытянул руку и нацелился пальцем прямо мне в грудь. Я на всякий случай огляделся по сторонам — но ошибки быть не могло. Хромой обращался именно ко мне…

— Я?..

— Ты, друг мой! — Джиро тронул поводья и подъехал чуть ближе, раздвигая толпу. — Как твое имя?

— Меня зовут Мерукан, Служитель Джиро. — Я поднялся со ступенек и склонил голову. — Я сын торговца, что построил кандзи у…

— Скажи, Мерукан, — улыбнулся Джиро, — разве тебе хочется всю жизнь подавать путникам чай так же, как это делал твой отец? Ты молод и силен — может быть, богам угодно, чтобы такой рослый и могучий мужчина выбрал иную судьбу?

— Не слушай его! — Старик, который несколько минут назад желал Хромому лишиться обеих ног, схватил меня за рукав. — И не говори!

— Волей Создателя ты родился рослым и могучим, Мерукан. — Джиро огляделся по сторонам. — Среди моих людей едва ли найдется кто-то сильнее тебя. И если ты пожелаешь оставить участь торговца и служить Великому Мастеру Акирену и клану Огненного Лотоса — славный Индра, который по праву считается сильнейшим из божественных братьев, не обойдет тебя своей милостью, а твои карманы — монетами…

— Лучше помолчи, Хромой. — Старик загородил меня собой. — Тебе ли говорить об обычаях предков? Боги дали Владыкам-Кшатриям силу Джаду, чтобы сражаться, а Викретам — право служить высокородным. Удел Дасов — работа и торговля. Тот из нас, что коснется оружия, нарушит волю Создателя!

— Это так, почтенный! — Джиро — явно уже выигравший не один десяток таких вот словесных баталий — даже не пытался возражать. — Но разве не могучий Индра хранит владения Огненного Лотоса, на которых стоит Туанга, как велел его божественный отец Тримурти? И разве Великий Мастер Акирен не воплощает его волю на земле среди смертных?

Старик глубоко вдохнул, явно собираясь ответить Хромому, но тот оказался быстрее.

— И разве его слова недостаточно, чтобы жители славной Туанги поверили, что сам Индра желает видеть сильных мужчины из Дасов с оружием в руках? Лишь так мы… все мы! — Джиро обвел взглядом притихшую толпу. — Сможем защитить земли, которые подарил Огненному Лотосу сам Создатель.

Мой защитник лишь поворчал что-то неразборчивое — и шагнул в сторону. Едва ли Джору, который своей глоткой мог перекричать хоть сотню местных зараз, удалось убедить всех — но возразить они не могли.

И, похоже, уже не в первый раз.

— Великий Мастер чтит обычаи! — Джору снова заговорил, не дав местным опомниться. — Не в его праве повелеть Дасам взять оружие и сражаться. Но разве кто-то может запретить Владыке Огненного Лотоса заплатить тому, кто сам пожелает продать свой труд за звонкие чжу? Разве любая работа не равна перед богами? — Джору пристально посмотрел на меня. — И разве не достойны их милости те из Дасов, кто по своей воле сменит мотыгу пахаря на копье или меч. Что скажешь ты, Мерукан?

Я… Я, похоже, только сейчас сообразил, что случилось. Судьба — а может, и сам Губитель-Антака — притащили в Туангу вербовщика. То ли Великий Мастер Акирен готовился к войне еще и с Ледяным Копьем, то ли ему все-таки не хватило сил для полноценного вторжения на земли Каменного Кулака — Огненный Лотос стремительно наращивал численность армии. И не только за счет Владык и Служителей, но и, судя по всему, не брезгуя и наемной силой.

Самой разнообразной. Я еще раз украдкой взглянул на спутников Джиро. Среди них было немало «серебряных», но почти половина носила бронзовые пряжки… а у кого-то их не имелось вовсе.

Безымянные в воинстве Великого Мастера? Неужели дела Огненного Лотоса настолько плохи? Или?..

— Так что же ты скажешь, Мерукан из Дасов? — Джиро сложил на груди худые руки. — Стоит лишь пожелать — и Огненный Лотос даст тебе столько чжу, сколько хозяин грязной кандзи не заработает и за всю жизнь!

— Я посчитал бы за честь назвать себя человеком Великого Мастера Акирена, — осторожно произнес я. — И все же боги не случайно дали силу четырех стихий лишь избранным, что тысячи лет назад назвали себя воителями-Кшатриями. Может, я сильнее многих мужчин Туанги и даже твоих людей, Служитель Джиро… Но что может простой смертный противопоставить могуществу Джаду? Разве одно лишь слово Владыки не обратит в прах тысячу таких, как я?

Похоже, подобная мысль пришла в голову не только мне — судя по одобрительному гулу со всех сторон. Но Хромой Джиро не стал бы местной легендой, не умей он отвечать на каверзные вопросы… В том числе и на этот.

— Ты не только силен, но и мудр не по годам, Мерукан. Я не стану обманывать ни тебя, ни других жителей и гостей славной Туанги — война опасна! — В голосе Джиро зазвучала почти неподдельная скорбь. — Боги подарили смертным оружие, что страшнее тысячи самых острых мечей, что когда-либо ковали лучшие из мастеров… Могущество Джаду и Вуса-Мату — священное искусство высокородных Владык-Кшатриев!

На мгновение над базарной площадью повисла такая тишина, что я почти услышал, как потрескивают нагревающиеся на солнце камни домов.

— Но подобный дар дается лишь немногим. — Джиро опустил голову. — Только те, в ком течет кровь четырех братьев — славных учеников Мастера Рави — способны подчинить себе Джаду, великую реку, что пронизывает все сущее. У Огненного Лотоса немало воителей-Кшатриев, чья власть велика — но наши враги многочисленны и коварны. И не все из них отмечены могуществом стихий. Дома народа юга разрушают обычные люди — такие же, как любой и вас. Такие же, как ты, Мерукан — и как я сам. И даже Владыкам не под силу одолеть их всех… И поэтому Великий Мастер Акирен послал меня не повелевать, а просить! — Джиро приподнялся на стременах и возвысил голос. — Просить свободных людей Туанги о помощи!

Не знаю, текла ли в жилах хромого вербовщика хоть капля крови Владык — но его дар слова немногим уступал могуществу Кшатриев. На мгновение мне вдруг захотелось надеть красные тряпки и отправиться убивать во имя Великого Мастера и громовержца-Индры… но наваждение прошло, как только из толпы снова зазвучал женский голос.

— Твои слова слаще меда, Хромой. Но разве они вернут мне сыновей? Разве Великому Мастеру под силу оживить тех, кто погибнет в битве?

— Подобное подвластно лишь богам. — Джиро покачал головой. — Даже могучим из могучих не остановить войну, что принес на наши земли Каменный Кулак. Но Огненный Лотос даст каждому, кто пожелает, оружие для битвы. И достаточно монет, чтобы прокормить семью. Ты веришь мне, Мерукан?

Я?! Почему снова я?

— Вижу, ты еще сомневаешься, друг мой. — Джиро хитро улыбнулся. — Так позволь же мне доказать, что мое слово стоит не меньше, чем слово самого Великого Мастера Акирена. Я не смею заставить тебя пойти со мной — ты сам вправе выбирать свою судьбу… Но если хочешь — я испытаю тебя!

— Испытаешь меня?..

— Если ты одолеешь одного из моих людей голыми руками или в бою на палках, — отозвался Джиро, — я дам тебе двадцать чжу!

Ощутимая сумма — по местным меркам. У сына небогатого торговца, которого я пытался изобразить, от таких денег наверняка тут же сорвало бы крышу…

Может, это и есть тот шанс, на который намекало мое внутреннее чутье?

— Да будет так, Служитель Джиро. Видимо, самому Индре угодно, чтобы я показал себя. — Я стянул с головы капюшон. — Дай мне сотню чжу — и я одолею троих!

Глава 11

— Мне по душе твоя храбрость, Мерукан из Дасов, — усмехнулся Джиро. — Но неужели ты думаешь, что мои люди ни на что не годятся?

— Как знать, Служитель. — Я пожал плечами. — Если они не умеют драться — то одолеть троих будет не сложнее, чем одного. А если умеют — то только глупец станет подставлять свои бока за двадцать чжу!

Люди вокруг расхохотались и тут же начали расходиться в стороны, чтобы оставить побольше места для драки. Даже вступившийся за меня старик радостно потирал руки, предвкушая веселье — и едва ли его так уж сильно волновал исход: все былые распри забылись мигом. Мало кто в Таунге радовался появлению хромого вербовщика, но от бесплатного развлечения уж точно и не подумал отказаться ни один из местных. Что и говорить — Джиро умел переключить их внимание на… на что-то другое.

К примеру, на хорошую драку. Мне предстояло драться одному против троих, так что Хромой милостиво предоставил мне право выбрать оружие. Я предпочел собственные кулаки, так как не собирался калечить «красных» — и уже тем более не собирался позволить искалечить себя. Дар Темной Крови и целительный дар Игоря как следует залатали мою тушку, но я еще слишком хорошо помнил, насколько паршиво перемещаться, когда большая часть костей в твоем теле превратились в кашу.

— Не привлекать к себе внимания… — тоскливо проворчал Игорь. — Кажется, так ты говорил?

— Не волнуйся, друг мой. — Я несколько раз склонил голову вправо-влево, разминая шею. — Я знаю, что делаю.

— Хотелось бы верить. Не хочешь поделиться планами?

— Чуть позже, — отозвался я. — Когда побью этих парней… или когда они побьют меня.

Я продолжал довольно успешно изображать крепкого, но недалекого простака из кандзи, но уже успел как следует рассмотреть своих будущих противников. Джиро выбрал троих без особых размышлений, словно просто указал на первых попавшихся… но едва ли хитрый пустынный лис стал бы рисковать сотней монет не имея парочки тузов в рукаве.

Двое «бронзовых», которые скидывали кожаные доспехи и пояса с ножнами в пятнадцати футах от меня, выглядели не слишком опасно. Рослые — всего на пару дюймов ниже меня самого — плечистые и тяжелые, они смотрелись слишком рыхлыми для воинов. Их могучие ручищи явно взялись за оружие совсем недавно — зато привыкли к труду на полях.

Слишком грузная походка, слишком вялые и медлительные, слишком сонные от утреннего пустынного солнца. Даже если их уже научили кое-как махать кулаками в бою, едва ли эти парни попадут по мне хоть раз. Я без труда переломаю им все кости за полминуты — если захочу.

А вот третий — худощавый плешивый мужчина пяти с небольшим футов ростом с серебряной пряжкой на поясе — оказался явно не так прост. Он не выглядел грозным воителем… и именно поэтому, скорее всего, являлся. У него не было ни кожаных доспехов, ни меча, ни даже копья — только короткий лук, колчан стрел и перевязь с несколькими метательными ножами, которую он укладывал на песок с явным сожалением.

Похоже, расставался с излюбленным оружием, обращению с которым невозможно научиться быстро. В Анцине Тао показал мне, как управляться с дао, тальваром, боевым посохом и даже с огромной шипастой дубиной-канабо, но о метательных штуках только говорил. На то, чтобы научиться как следует попадать в цель ножом или сюрикеном хотя бы с двадцати шагов, уходят годы.

И эти самые годы у плешивого, похоже, были. Он неторопливо прохаживался взад-вперед, шаркая по песку босыми ногами, и все время щурился от солнца. Похоже, старался выглядеть таким же сонным, как двое других — но я его раскусил. Легкий шаг с носка на пятку и чуть опущенные плечи выдавали в нем того, кто по меньшей мере слышал о Вуса-Мату.

Местные законы запрещали кому-то кроме высокородных Кшатриев изучать древнее искусство боя… Впрочем, эти же самые законы запрещали Дасам браться за оружие — и без лишнего шума нарушались.

Я еще раз окинул взглядом небольшую фигуру своего третьего противника и отметил не только походку, но и мускулатуру — не самую выдающуюся, но все же достаточно крепкую для пары неприятных ударов. Плешивый явно предпочитал разбираться с врагом с безопасного расстояния, но в ближнем бою наверняка окажется куда опаснее остальных двоих вместе взятых.

Но ни он, ни дюжина, ни даже полсотни таких же опытных бойцов не ровня Владыке моего уровня… точнее, не были бы ровней, реши я использовать в бою силу Джаду. Но стоит выпустить хоть каплю энергии — и Джиро тут же раскусит мой обман.

— Ты ведь не собираешься?.. — прошипел Игорь.

— Не собираюсь. — Я шагнул в центр песчаного круга, отмеренного нам толпой. — Просто смотри.

В этой драке мне не придется занимать сил у Губителя-Антаки — хватит и собственных.

Бой начался именно так, как я и думал — двое здоровяков тут же ринулись ко мне, а плешивый остался за их спинами, неторопливо заходя сбоку. Похоже, он вообще не планировал приближаться ко мне без необходимости… Но такая необходимость все же возникла.

«Бронзовые» размахивались перед ударом так, что я при желании смог бы увернуться даже не сходя с места, но спектакль требовал эффектного продолжения. Чуть покружив по песку, я свалил одного из нападавших прицельным пинком в живот. Без стоек или хитрых приемов — даже без ускорения и мощи Джаду изнурительные тренировки с Харишем и Чанданом вложили в мое тело почти невозможную для обычного человека силу.

«Бронзовый» захрипел и покатился по песку — но через мгновение снова поднялся под одобрительные крики со всех сторон. Я сгреб и отшвырнул в сторону второго, не забывая при этом хотя бы краем глаза пасти плешивого. Тот все так же неспешно перемещался вдоль края очерченного толпой круга, будто вовсе не обращая внимания ни на своих товарищей, ни даже не меня.

Но я уже успел посчитать, сколько ему понадобиться времени, чтобы оказаться рядом и вбить острый локоть или колено мне в бок — и получилось совсем немного. Одна ошибка — и без ускорения Джаду меня превратят в отбивную.

Но и остальные двое тоже причиняли достаточно неудобства: после пары оплеух и полетов на песок парни окончательно проснулись, и теперь наседали на меня с удвоенной силой. Недостающее умение они с лихвой компенсировали напором и бесстрашием, и я не обошелся без потерь, пару раз получив по голове увесистым кулаком.

После особенно болезненного удара где-то внутри шевельнулся ярл Виглаф, но я тут же загнал кровожадного берсерка, способного голыми руками прикончить всю Таунгу, поглубже, и расшвырял «бронзовых» в стороны своими силами. И на этот раз один так и смог встать. Лишь приподнялся на локте — и тут же растянулся на песке, утратив последние силы.

Это словно послужило сигналом для плешивого. Я все это время старался не упускать его из виду — но едва успели заметить, как он начал двигаться. Подскочив, он с неожиданной для тщедушного тела силой врезал мне по ребрам ногой. Но не остановился на достигнутом, а тут же принялся закреплять успех, обрушив на меня целый град ударов кулаками и локтями. Его странный стиль показался мне смутно знакомым — когда-то Тао показывал мне что-то подобное. Обезьянье мельтешение показалось слишком суетливым, и я едва ли стал бы применять такое в бою.

Зато неплохо запомнил, как от него защищаться.

Прикрыв плечом уязвимый и хрупкий подбородок, я присел и, крутанувшись на месте, подсек плешивого пяткой под колено. Удар вышел не слишком точным, но сильным. Ноги моего худосочного противника взлетели выше головы, он на мгновение завис в воздухе — и рухнул вниз, подняв целую тучу песка. Я замахнулся, чтобы одним ударом вырубить его окончательно…

И вдруг поймал взгляд Джиро.

Удивленный — но куда больше настороженный и недоверчивый. Он наверняка уже видел крепких парней, способных в одиночку одолеть на кулаках не одного противника — даже опытного и умелого… Но уж точно еще не встречал тех, кто изучил приемы Вуса-Мату, подавая еду гостям в грязной кандзи.

Спектакль прошел успешно — но пришло время его закончить… и закончить как положено.

Я поймал взглядом движение сбоку. И, тяжело вздохнув, опустил плечи и даже чуть подвинулся, подставляясь под неуклюжий и медленный удар «бронзового». Свинцовый кулак врезался мне в скулу, и через мгновение я уже лежал на песке, закрывая руками ушибленное лицо.

— Хватит! — крикнул Джиро. — Не хватает вам еще убить друг друга!

Толпа вокруг разочарованно загудела. Большинство из местных ждали, что я сейчас поднимусь и все-таки найду в себе силы надрать задницу последнему противнику… Впрочем, наверняка были и те, кто считал, что выскочка-Дас получил по заслугам.

— Ты отважно сражался, Мерукан. Двое из моих людей повержены. — Джиро сорвал с пояса и швырнул на песок увесистый позвякивающий мешочек. — Здесь пятьдесят чжу — и никто не посмеет сказать, что ты не заработал их честно!

Я не ответил — только перекатился набок и глухо застонал, изображая боль.

— Боги лишили тебя разума? — Игорь рухнул на колени рядом со мной. — Нам что, так нужны эти проклятые монеты?

Похоже, я все-таки хороший актер. Даже слишком.

— Конечно, нет, болван, — прошипел я, выглядывая из-за ладоней одним глазом. — Собирайся. Послужим Великому Мастеру Акирену.

Глава 12

— Они ни о чем не догадываются, — пробормотал Игорь, усаживаясь рядом. — Но, может, все-таки скажешь, что мы здесь делаем?

Мой расчет оказался верным. После драки с «красными» Джиро с радостью забрал меня с собой. И не только меня — когда шум на базарной площади стих, к вербовщику понемногу и другие мужчины. Тот принял почти всех — кроме стариков и безусых юнцов, которым на вид было не больше пятнадцати лет. Даже наполовину поседевший Игорь для Хромого оказался вполне достойным кандидатом в воинство Великого Мастера Акирена.

Особенно после того, как без труда выдержал долгий переход через пустыню под палящим солнцем. Две три «красных» — включая тех, кто ехал верхом — к заходу солнца свалились без сил, но для нас с Игорем после скачки по горам прогулка в десяток миль показалась чуть ли не развлечением.

И вот мы здесь — среди новобранцев воинства Огненного Лотоса, облаченные в красные тряпки и окруженные себе подобным сбродом.

— Что мы здесь делаем? — усмехнулся я. — Служим Великому Мастеру Акирену и его клану… как я уже говорил.

— Не делай из меня дурака! — Игорь явно понемногу начинал терять терпение. — Зачем?

— Подумай сам, друг мой. — Я пожал плечами. — Мы теперь солдаты. Огненный Лотос не станет кормить и одевать нас для того, чтобы оставить здесь, среди пустыни. Рано или поздно этот отряд отправится на войну.

— Тебе так хочется подраться?

— Нет, — вздохнул я. — Но там, где сражения — там и Владыки… и среди них мы непременно отыщем Анору.

— Огненного Посланника… Посланницу. — Игорь понимающе кивнул. — Неплохо придумано, друг мой. Но что мы будем делать сейчас?

— Ничего. — Я улегся на расстеленное на песке одеяло. — Ждать. Рано или поздно мы все равно окажемся именно там, где нужно. И едва ли кому-то здесь есть до нас дело.

Мы с Игорем действительно держались особняком — и не только потому, что сами пожелали устроиться на краю лагеря «красных». После драки в Таунге меня предпочитали обходить стороной. Мои кулаки неплохо прошлись по ребрам троих из воинства Джиро, и это не прибавило нам любви новоиспеченных вояк… Но все же я дал побить себя — и никто не спешил подкрасться под покровом темноты, чтобы совершить правосудие.

— Еще не спишь, Мерукан?

Или все-таки спешил…

— Собираюсь, Служитель, — отозвался я. — Завтра мы выходим на рассвете.

— Хорошо. Вижу, у тебя еще достаточно сил.

Плешивый вояка — тот самый, который чуть не сломал мне пару ребер, неторопливо приблизился и присел на корточки в паре шагов от нас. Костры горели только в лагере — далеко за его спиной, но мне вполне хватило и силуэта, чтобы узнать своего бывшего противника. Он не выглядел угрожающим или рассерженным — но при этом собранным и…

Заинтересованным? Пожалуй, так. Пожелай он драться — едва ли отважился бы прийти в одиночку.

— Достаточно сил? — осторожно переспросил я. — Смотря для чего, Служитель. Но мне случалось проходить за день и больше.

— Знаю, — кивнул плешивый. — Среди парней из кандзи редко встречаются крепкие. Так кто же ты такой, Мерукан из Дасов?

Тьма и Пекло… Похоже, я все-таки перестарался в драке.

— Обычный бродяга, которому надоело сидеть дома. — Я уселся и попытался разглядеть в темноте глаза плешивого. — Я покинул кандзи много лет назад и отправился странствовать…

— В пути можно увидеть многое… Но где ты научился так драться?

— У него, Служитель. — Я кивнул в сторону Игоря. — Мой друг немолод, и ему многое случалось пережить.

— Вот как? — усмехнулся плешивый. — Но тогда — где же учился сражаться твой друг?

Но мгновение я почувствовал легкое колебание Джаду. Игорь бросил на меня сердитый взгляд… Но тут же взял себя в руки.

— Джиро платит нам за службу Огненному Лотосу, — проворчал он, — а не за болтовню. Если хочешь услышать истории — отыщи бродячего стихоплета, а меня оставь в покое!

— Можешь молчать, если тебе так хочется. — Плешивый пожал плечами. — У меня немало людей, и у каждого здесь найдутся свои тайны.

— У тебя? — Я скосился в сторону лагеря. — Я думал, всем здесь заправляет Джиро.

— Хромой умеет красиво говорить и разбрасываться серебром Великого Мастера. — В голосе плешивого послышалось плохо скрываемое презрение. — Но когда придет время, я поведу людей в бой… Не всех — только лучших из всего этого сброда. Я не жду, что ты выдашь мне все свои секреты, Мерукан из Дасов — но хочу знать, могу ли верить тебе. У Огненного Лотоса много врагов — и не все из них носят золотые пряжки.

Вот как… Похоже, громогласный вербовщик Джиро оказался в этом разношерстном воинстве не главным — на деле всем заправлял плешивый… и он не случайно назвал наш отряд сбродом. Большинство парней здесь были такими же, как и те двое, с которыми я дрался — рослыми и крепкими сыновьями нищих крестьян. Но среди них встречались и те, кого едва ли захотели бы видеть и в Ашрее, и даже в вонючих подземельях Моту-Саэры. Эти парни обладали весьма неприятными рожами… но не обладали пряжками.

Джиро нанимал всех подряд — но плешивый, похоже, умел выбирать людей.

— Я не враг ни Огненному Лотосу, ни Великому Мастеру, Служитель, — отозвался я. — Ни тебе, хотя ты так и не назвал своего имени.

— Меня зовут Такуми. — Плешивый огляделся по сторонам. — И вы двое не похожи на шпионов… Хотя бы потому, что шпион никогда не пожелал бы оказаться в таком месте, как Тунга.

— Чего ты боишься, Служитель Такуми? — спросил я. — Великий Мастер Акирен ведет в бой целое воинство высокородных, а мы — лишь прах у ног Владык. Кому есть до нас дело?

— У Огненного Лотоса много врагов, и одним богам ведомо, где они скрываются. — Такуми уселся на песок. — Пусть у таких, как ты, я или твой друг нет и крупицы могущества Кшатриев — не стоит недооценивать силу руки, оружия и острого ума. Мы будем сражаться за Великого Мастера и умрем, если понадобится, но когда война закончится — он наградит победителей. И ты, друг мой, получишь то, о чем не мог и мечтать сын торговца из кандзи.

— Знаю, Служитель. — Я склонил голову. — Джиро сдержал свое слово. И заплатил мне даже больше, чем…

— Серебро, — прервал меня Такуми. — Оно имеет немалую цену. Но иногда даже крохотный его кусочек может стоить дороже тысячи монет.

— Ты говоришь странные вещи. — Игорь подался вперед. — Как такое возможно?

— Гляди. — Такуми взялся за пояс и чуть оттянул его вперед — и в темноте тут же блеснул символ касты Викретов. — Знаешь, откуда у меня эта пряжка?

— Ты получил ее по праву рождения, — кивнул я. — Как и всякий, кто родился Служителем.

— Верно, Мерукан из Дасов. Пряжка досталась мне от отца. — Такуми указал мне на живот. — Но сам он когда-то носил такую же, как твоя.

Бронзовую?! То есть?.. Как такое вообще возможно?!

— Зачем ты обманываешь меня? — Я сложил руки на груди. — Сами боги создали Кшатриев, подарив четырем братьям могущество Джаду. Владыки избрали тех, чей удел — служить, а всем прочим людям в этом мире уготована судьба Дасов! И тот, кто рожден носить бронзовую пряжку, никогда не наденет никакой другой — таков закон! И тот, кто посмеет нарушить его, заплатит жизнью или станет одним из Безымянных, которых не коснется милость Солнцеликого Императора. Твои слова опасны, Служитель Такуми!

Я постарался вложить в голос как можно больше праведного возмущения — именно того, чувства, которое должен был испытать «бронзовый», впитавший строгие и нерушимые законы этого мира вместе с молоком матери.

Никто — ни Мерукан, ни Хариш, ни Тао, ни даже Чандан, проживший больше тысячи лет — никогда не рассказывали мне о подобном. За всю историю этого мира — с того самого дня, как боги подарили смертным силу Джаду — ни одни человек не менял своей касты. И рожденный Дасом жил всю жизнь и умирал Дасом.

— Тише, друг мой, — Такуми понизил голос до шепота. — Все мы здесь чтим закон и волю Императора. Но Служителей Огненного Лотоса слово Великого Мастера Акирена стоит не меньше.

— Так что же ты хочешь сказать, Служитель?

— Никому — даже мудрейшему из мудрых не дана сила, способная вдохнуть в простого смертного могущество Джаду. Мы вступим в бой простыми смертными, и многие погибнут. — Такуми склонил голову — и тут же посмотрел мне прямо в глаза. — Но когда он закончится, на телах поверженных врагов будет в достатке серебряных пряжек. Ты заберешь себе любую, и — если на то будет воля Великого Мастера — твои дети смогут носить ее по праву, Мерукан из Дасов!

Ничего себе! Вот это карьерный рост… Такуми — а может, и сам правитель Огненного Лотоса — умел правильно мотивировать своих бойцов. Подобный шанс выпадает лишь раз в жизни, и за него обычный парень из «бронзовых» без сомнений отдал бы все на свете.

— Значит, ты можешь сделать меня Служителем? — благоговейно прошептал я. — Так?..

— Ты сам можешь сделать себя кем угодно, друг мой, — усмехнулся Такуми. — Не в моей власти изменить твое происхождение — и даже сам Великий Мастер Акирен не в силах нарушить древний закон. Но вместе мы можем заставить замолчать любого болтуна… Скажи, Мерукан — многие ли через пятьдесят лет вспомнят, что прадед моих внуков когда-то носил бронзовую пряжку?

Едва ли. Война изменит многое — и самые хитрые извлекут из нее столько выгоды, сколько смогут.

— Я услышал тебя, Служитель Такуми. И у Великого Мастера Акирена не будет людей вернее, чем я и мой друг. — Я приложил к груди ладони. — Но скажи… кем был твой отец?

— Мой отец был воином, — ответил Такуми. — И сражался за свой клан, хоть не был рожден Владыкой-Кшатрием.

— Сражался?.. — Я тряхнул головой. — Но с кем? Кланы не воевали уже много сотен лет!

— Нет, друг мой. Кланы воевали всегда — но умели скрыть свои ссоры от Императора… раньше умели. Эта война будет куда страшнее предыдущих. Но не бойся, Мерукан из Дасов. Завтра ты проснешься с первыми лучами солнца. И я буду учить тебя… — Такуми на мгновение смолк, перевел взгляд на Игоря — и тут же продолжил. — Буду учить вас обоих убивать своих врагов… Даже тех, что носят золотые пряжки.

Глава 13

— Быстрее, Индра вас порази! — Такуми сплюнул на песок. — Владыка не будет ждать, пока вы переведете дух!

Тренировка длилась почти два часа — солнце уже почти скрылось за барханами — и даже я понемногу начинал уставать, а остальные парни и вовсе валились с ног. Но Такуми был беспощаден. В отличие от Хариша и Чандана он не заставлял нас бегать, отживаться и таскать тяжести — но повторение одних и тех же действий само по себе могло вымотать кого угодно.

Чем-то это напоминало тактические схемы, которые игроки в футбол отрабатывают под руководством тренера — с той только разницей, что вместо увесистого кожаного мяча у нас было оружие… которое мы так и не пустили в ход. Похоже, Такуми еще не закончил с перемещением и не считал нас достойными второго урока.

— Еще раз! — проворчал он. — Вы должны двигаться, как единое целое.

На исходную позицию — и все сначала. Наверное, уже в сотый раз. Когда Такуми взмахнул рукой, Игорь двинулся вперед, смещаясь из стороны в сторону, а парень с бронзовой пряжкой — тот самый, что чуть не сломал мне нос в Таунге — бросился вправо, обходя нашего мучителя по короткой дуге. Мне же досталось самое сложное — изо всех сил бежать влево и потом вперед полукругом к отметине на песке. Всего около сотни футов — не так уж и много для Владыки-Кшатрия — даже если ему нельзя воспользоваться силой Джаду. И даже если он проделывает это дерьмо уже…

Ну же, еще немного!

Ветер засвистел в ушах, и я взмыл в воздух, собираясь одним прыжком добраться до заветного крестика, прочерченного на песке палкой, чтобы…

— Стой! — рявкнул Такуми. — Вы снова не успели.

Я оглянулся. Игорь оказался именно там, где и должен был оказаться — за моей спиной, в нескольких шагах от Такуми. Но второй парень в очередной раз облажался — похоже, у него просто закончились силы, и он рухнул на песок раньше, чем успел занять свое место.

И едва ли бедняга сможет выжать из себя хоть что-то после дневного перехода почти в два десятка миль. Такуми просто прикончит его.

— Тьма и Пекло… — простонал я, падая на колени. — Чему ты учишь нас, Служитель? Если тебе угодно, чтобы все мы остались лежать в этой пустыне — потрудись хотя бы рассказать — для чего?!

Такуми сердито нахмурился — но на этот раз не стал ругаться, призывая на наши несчастные головы гнев могучего Индры. То ли решил, что на сегодня с нас уже хватит — то ли просто пришло время объяснений.

— Уже скоро всем нам придется сражаться. — Такуми шагнул к растянувшемуся на песке «бронзовому» и присел на корточки. — И хорошо, если мы не встретим в бою Владыку-Кшатрия.

— Высокородный убьет всех нас быстрее, чем мы успеем вздохнуть. — Игорь покачал головой. — О могуществе Владык ходят легенды, но и того, что я видел своими глазами, достаточно, чтобы…

— Это так, — кивнул Такуми. — Боги подарили Джаду достойнейшим из достойных, и сила потомков четырех учеников Мастера Рави велика. Но и у нее есть предел.

— Осторожнее, Служитель. — Я на всякий случай огляделся по сторонам. — Если кто-нибудь донесет…

— Мы достаточно далеко от лагеря, Мерукан, — усмехнулся Такуми. — И мне не страшны злые языки. Великий Мастер Акирен велел, чтобы я обучал его воинов — и обучал всему, что умею сам… Тебе известно, в чем слабость Владык?

Вопрос должен был застать меня врасплох — но, разумеется, не застал. Я знал о сложностях бытия Кшатриев многое… возможно, даже больше тех, кто родился и всю жизнь прожил в этом мире.

— Могущество Джаду велико — и все же ему есть предел. — Я уселся поудобнее. — Владыка-Кшатрий может бежать быстрее ветра, но когда дар богов перестанет наполнять его тело — он станет лишь немногим сильнее обычного человека.

— Верно, Мерукан! — Такуми одобрительно улыбнулся. — Силы Владык конечны. Когда-то все они были воителями, но сотни лет мира изменили высокородных. Теперь многие из них выбирают удел ученых или целителей.

— Мне приходилось слышать и о тех, кто достиг зрелости — но так ничему и не научился, — негромко проговорил Игорь.

— Нерадивые дети, предавшие дар отцов. — Такуми сдвинул брови. — Что еще известно тебе, Мерукан?

Еще? Пожалуйста…

— Кшатрии выше простых смертных — но даже они не боги, Служитель. — Я поднялся с песка и отряхнул колени подаренных Джиро красных штанов. — Их кровь течет из ран так же, как кровь любого из нас.

— Именно так, Мерукан. — Такуми снял с пояса один из метательных ножей. — Тело даже величайшего из Владык едва ли отличается от тела презренного Безымянного. И так же, как Безымянного, могучего Владыку можно ранить и даже убить. Ты мудр, Мерукан — так позволь мне рассказать тебе кое-что еще.

— Как пожелаешь, Служитель. — Я склонил голову. — Тебе известно многое.

— Не все Владыки умеют сражаться, — продолжил Такуми. — Среди них есть те, кто способен убить хоть тысячу воинов одним взмахом руки — но против них в бою выйдут Мастера Огненного Лотоса. Нашей добычей станут другие. Молодые и неопытные — или те, чья Джаду уже давно сморщилась от старости. Их глаза видят немногие… но любой способен достать врага издалека магией своей стихии.

Что-то гулко свистнуло в воздухе — и прямо у ног Игоря вонзился короткий клинок.

— Некоторые успеют ударить второй раз. — Такуми молниеносно крутанулся на месте — и второй метательный нож едва не оцарапал «бронзового». — Но немногие смогут поразить третьего врага… если тот сам не станет медлить.

Такуми развернулся ко мне — но не стал бросать нож. Только несколько раз подкинул его в руке — и убрал обратно на пояс. Видимо, в его боевой схеме я и был тем самым третьим, который непременно должен успеть убраться от грозного взгляда Владыки, пока тот убивает его товарищей.

Жестокая тактика — но, вероятно, эффективная. Кшатрий прикончит одного из нападающих и наверняка успеет задеть второго — но третий непременно достанет его копьем, стрелой или даже ножом. Не самый плохой размен… с учетом того, сколько «бронзовых» и Безымянных Великий Мастер Акирен поставит под свои знамена за пригоршню монет.

— Стихийный Щит Кшатрия надежно закрывает его спереди. — Такуми вытянул руку в сторону Игоря, изображая магическую полусферу. — И даже с боков. Но если ты, Мерукан, зашел бы Владыке в спину и успел ударить — он бы не устоял.

— Теперь я понял, Служитель! — кивнул я. — Ты научишь этому искусству всех своих людей?

— Нет. — Тукуми повернулся в сторону лагеря и покачал головой. — Большинство из них годится лишь для того, чтобы принять первый удар Владык — самый могучий… Или чтобы резать беззащитных на чужих землях и сжигать их дома. Но только не вы трое. Если богам будет угодно — ты, Мерукан, станешь лучшим оружием из тех, что я ковал для Великого Мастера.

И тот бросит меня в горнило боя без особых раздумий… как и всех остальных. Впрочем, разве простой паренек из Дасов не радовался бы подобному?

— И я смогу сражаться рядом с Владыками Огненного Лотоса? — прошептал я.

— Может быть, — улыбнулся Такуми. — Вам всем еще многому предстоит научиться… А теперь идите спать — на рассвете мы снова двинемся в путь.

Я молча кивнул и зашагал в сторону лагеря — туда, где остались наши с Игорем вещи. Уже несколько дней мы ночевали вдвоем — подальше от остальных «красных», но на этот раз за нами увязался третий.

— Постой, Мерукан. — «Бронзовый» поймал меня за рукав. — Ты позволишь пойти с вами?

— Я не Такуми и не Джиро. — Я пожал плечами. — Разве в моей власти запретить тебе что-то?

— Мое имя Нобу… И я еще никогда не встречал того, кто мог бы в одиночку побить меня.

— Все когда-нибудь случается в первый раз, Нобу, — отозвался я. — Ты желаешь отомстить? Если так — не лучше ли сделать это…

— Нет, Мерукан! — Нобу замотал головой так яростно, что мне показалось, что она сейчас оторвется. — Я лишь хотел спросить тебя — почему ты решил служить Великому Мастеру Акирену.

Вот так вопрос. Но ответить на него, похоже, все-таки придется. Мы уже дошли до того места, где устроились на ночлег — но Нобу и не думал оставлять нас с Игорем в покое. Напротив — уселся на песке неподалеку и явно собрался задержаться до самого утра.

— Почему мы решили стать воителями?.. — задумчиво проговорил я, усаживаясь на одеяло. — Владыки Огненного Лотоса щедро платят своим людям. Разве ты сам здесь не за этим?

— Монеты… Много серебряных чжу. Они достанутся моей матери и сестрам. — В голосе Нобу появились мечтательные нотки. — Сам я желаю лишь увидеть Владыку Анору!

— Владыку Анору? — переспросил Игорь. — Ту самую?..

— Да! — с жаром проговорил Нобу. — Говорят, ее волосы похожи на живое пламя, а сама она прекраснее всех женщин Империи вместе взятых… Скажи, Мерукан — мы увидим ее?

— Как знать… — Я растянулся на одеяле. — Но если и так — удостоит ли Владыка таких, как мы, хоть одного взгляда?

— Ты прав, Мерукан. — Нобу тяжело вздохнул. — Если бы богам было угодно, чтобы я родился Кшатрием…

Я хотел было предупредить, что за подобные слова Такуми или Джиро вырвут парню его дурной язык — но промолчал: в моих планах было как следует выспаться перед очередным маршем под палящим солнцем, а Нобу явно собирался болтать хоть до рассвета. В отличие от него, я не мечтал попасться на глаза Аноре…

И все же неплохо бы подобраться к ней поближе.

Глава 14

— Быстрее! Держать ряды!

Могучий голос Джиро прокатился среди деревьев, и несколько сотен «красных» разом встрепенулись и, не сбавляя шага, подобрались, возвращая порядок сбившемуся от скоростного марша строю. Мы шли без остановок с самого рассвета — но, похоже, все равно не успели. Бой уже начался.

Не будет даже минуты отдыха — нас просто бросят в пламя на милость всех богов, которые еще не устали приглядывать за бестолковыми смертными.

Деревья вокруг росли не слишком густо, но из-за мельтешащих сторон «красных» я пока никак не мог разглядеть ни место, где Каменный Кулак и Огненный Лотос готовились вцепиться друг другу в глотки, ни хотя бы одного гордого обладателя золотой пряжки.

— Боги милосердные… — пробормотал шагавший рядом Игорь. — Я не думал, что такое вообще возможно… Ты чувствуешь?

Я молча кивнул. Совсем близко — примерно в миле к северо-западу отсюда — скапливалась мощь, подобной которой мне еще не приходилось встречать. Я своими глазами видел, на что способен Чандан, проживший больше тысячи лет и постигший мудрость, которая и не снилась никому из нынешних Кшатриев… включая Великих Мастеров.

Но под силу ли даже Древнему собрать в одном месте и времени столько убойной энергии?

Небо надо головой оставалось чистым, и все же я чувствовал приближение грозы. Огненная и Земная Джаду закручивались тугими пружинами. Я не знал, какая ударит сильнее — но вместо они наверняка могли выдать что-то покруче взрыва атомной бомбы в Хиросиме.

И если это дерьмо зацепит нас хотя бы краем — не уцелеет никто. И не спасут ни плетеные щиты, которыми вооружились примерно четверть «красных», ни убогие доспехи из кожи. Нас попросту развеет в пепел за пару секунд!

На что Такуми с Джиро вообще рассчитывают?!

Собственные способности — даже с даром Посланника и помощью Игоря — перед лицом такой мощи вдруг показались настолько ничтожными, что я почувствовал страх. В первый раз за долгое время. Мне уже приходилось сталкиваться с могучим врагом, но даже в битве с Шандором наши силы были хотя бы сопоставимы. Но то, что готовили для смертельной схватки два клана…

Непостижимо!

Я огляделся, пытаясь разглядеть среди «красных» хотя бы одного обладателя золотой пряжки. Хотя бы одного Владыку-Кшатрия, способного поднять магический Щит и пусть на мгновение — но прикрыть все это бесполезное воинство… Но среди нас не было высокородных. Я лишь на мгновение встретил взгляд Такуми. Старый вояка не забрался на коня и не остался где-то за нашими спинами, как это сделал Джиро, а пошел в бой пешком. Вместе со всеми. Пусть не в первых рядах — но уж точно и не в последних.

В его глазах не было ни тени страха или растерянности. Только усталость и хмурая сосредоточенность. Может, Такуми уже случалось попадать в подобные переделки — и он выбрался из них живым, сохранив при этом полный набор конечностей. Странно, но это почему-то меня приободрило. Так или иначе, наши предводители знали, что делать — и от этого становилось немного легче.

— Ир-р-р-а-а-а-а! — заорал Джиро, приподнимаясь на стременах.

Его протяжный вопль тут же подхватили все «красные», и толпа вокруг будто выдохнула, набирая ход. Все до единого переходили на бег, и если у нас с Игорем и был хоть какой-то выбор — он закончился здесь и сейчас. Ожившее человеческое море подхватило нас и понесло вперед, заставляя все быстрее переставлять усталые ноги.

Чтобы выбраться из строя мне, пожалуй, пришлось бы прикончить полсотни человек — и никто из них наверняка и не подумал бы остановиться или свернуть в сторону. У Такуми было не так уж много времени, чтобы натаскать свое воинство — но от потратил его с пользой.

— Ир-р-р-а-а-а-а! — ревели «красные», круша молодую поросль под ногами.

Лес закончился внезапно. Только что над головой и вокруг мелькала листва — и вот наше воинство уже выбрались на открытую местность. Мы оказались на возвышенности, я без особого труда разглядела обе армии.

Зеленые и коричневые одежды Каменного Кулака почти сливались с травой. Я даже не пытался сосчитать людей, но одних только Кшатриев — судя по колыхавшейся над холмами Джаду — было несколько сотен. Старик Четана явно успел к месту сражения раньше и занял выгодную позицию наверху… И все же ему приходилось обороняться.

«Красных» оказалось чуть ли не вдвое больше, и они надвигались из долины, будто ожившее пламя. В первых рядах шагали воины в блестящих доспехах. Рослые и могучие… и все же я скорее почувствовал, чем увидел, что основную опасность для Четаны представляли вовсе не они.

Сильнее всего Джаду пульсировала в четверти мили от нас — в самом сердце воинства Огненного Лотоса. Именно оттуда и ударили «красные». Похоже, несколько десятков Кшартиев собрали свои силы вместе для атаки — вряд ли даже Великий Мастер смог бы выдать такую Технику без помощи остальных. Огромный столб пламени поднялся на высоту чуть ли не в половину мили — и уже оттуда обрушился на армию Четаны. Будто сам громовержец Индра поднял свой пылающий меч, готовясь одним взмахом прикончить жалких смертных букашек, посмевших бросить вызов его могуществу.

Но букашки устояли. Едва ли с такого расстояния это было возможно, но на мгновение мне показалось, что я вижу в бушующем пламени Шандора — гигантскую фигуру в черных доспехах, застывшую с поднятыми к небу руками. Огромный полупрозрачный купол, накрывающий центр армии Четаны вспыхнул, задрожал и как будто даже чуть просел в размерах — но выдержал. Огненная дубина «красных» разбилась о его поверхность и разлетелась пылающими обломками размером с половину местного вагона. Они прошлись по рядам «зеленых» катком, сметая слабенькие Щиты и разом обращая в пепел людей. Служителей и Кшатриев рангом пониже Мастеров в центре.

Те, кого посчитали недостаточно значительными и ценными, умерли, не успев даже вскрикнуть — а «красные» уже били снова. На этот раз с флангов — не таким мощными Техниками, как предыдущая, но зато по десяткам целей одновременно. Огненные плети в две-три сотни футов длиной кромсали передние ряды воинства Каменного Кулака, оставляя за собой обугленные и разрубленные надвое тела.

Четана уже давно мог бы ударить в ответ, но то ли медлил, то ли…

— Вперед, быстрее! — закричал Джиро. — Ир-р-р-а-а-а-а!

И наш полуослепший от увиденного и остановившийся было отряд снова пришел в движение. Всадники вырвались вперед, заходя «зеленым» в тыл, а мы мчались с холма прямо им во фланг. Три с небольшим сотни самоубийц — против нескольких тысяч.

И только когда мы подобрались поближе, я, наконец, разгадал план Такуми.

Наш отряд был слабым. Слишком незначительным, чтобы кто-то из снующих по эту сторону гор шпионов и разведчиков Каменного Кулака обратил внимание на него, а не на приближение огромной армии. И мы оказались там, где нас не ждали, подобравшись к Четане почти вплотную.

Владыки Каменного Кулака уже готовили свое оружие. Технику, которая собирала их Джаду воедино — такую же могучую, как дубина Огненного Лотоса — а может, даже сильнее… но слишком медлительную.

И если мы успеем напасть, если хотя бы собьем им прицел…

— Ир-р-р-а-а-а-а! — ревели вокруг меня «красные».

Я уже не чувствовал почти ничего — ни страха, ни даже волнение. Одно лишь желание поскорее вступить в бой и окончательно вытряхнуть из головы все ненужное. Ярл Виглаф радостно рычал где-то на задворках сознания, предвкушая славную драку.

Ему было все равно, с кем сражаться. Впрочем, как и мне самому… по крайней мере — сейчас.

«Зеленые» ударили по нам раньше, чем мы успели подобраться на бросок копья. Но ударили как-то неуверенно и слабо. Все, кто в бою действительно стоил хоть чего-то, сейчас были в центре войска и наводили на «красных» свою гребаную Джаду-ракету — а такое оружие явно не стоило тратить на три сотни болванов вроде нас.

Дальнобойные Техники «зеленых» смели тех, кто шел впереди — но уже в следующее мгновение мы врезались в их строй, сея хаос и панику.

— Пробивайтесь вперед! — прогудел Такуми где-то за спиной. — Десять тысяч чжу тому, кто достанет старого болвана Четану!

Боги не дали ему могучей глотки Джиро — и все-таки я услышал его даже сквозь шум боя… как и остальные. Едва ли даже самый жадный из наших отважился бы полезть в самое пекло, рискуя головой за чеканное серебро, но своей цели Такуми добился: мы снова пошли вперед, оставляя за спиной мертвецов.

«Красных» и «зеленых» поровну.

Строй, налитым сталью кулаком смявший левый фланг воинства Четаны, рассыпался. Дальше мы могли пройти только кучками по несколько человек, натренированных прикрывать друг друга и убивать всех на своем пути — даже Владык. И я тут же почувствовал себя легче и свободнее.

Теперь, когда вокруг со всех сторон не толкутся «красные», мы с Игорем куда меньше рискую поймать стрелу или какую-нибудь дальнобойную Технику, пущенную наугад.

Я ударил древком копья парня с серебряной пряжкой, подрубил острием ноги второму и тут же двинулся дальше. Добивать я никого не собирался… впрочем, за меня это уже наверняка сделали те, кто шел следом с короткими мечами и топориками. Я уже видел, на что способны эти неказистые железки в умелых руках — и не горел желанием увидеть снова.

Когда на моем пути встретился Кшатрий в зеленом, я увернулся от двух летящих в меня кусков земли весом в треть тонны, а третий отбил Щитом. Вряд ли хоть кто-то в такой суматохе и бурлении Джаду смог бы заметить, как парень с бронзовой пряжкой выдает Технику на уровне Второй Ступени Познания.

Кроме разве что парня, который пытался меня угробить. От удивления тот разинул рот и застыл. Всего на мгновение — но мне хватило и этого. Мое копье свистнуло в воздухе и кончиком древка врезалось бедняге прямо в висок. Кшатрий рухнул, как подкошенный, а я огляделся, отыскивая глазами Игоря и Нобу.

Но увидел только, как большая пушка Каменного Кулака, наконец, выстрелила. Земля вздрогнула и разошлась в стороны, вздымаясь огромными кусками. А потом разошлась в стороны. Огромная трещина, способная проглотить две сотни человек зараз, побежала в сторону центра армии «красных»… и вдруг свернула в сторону, вместо высокородных пожирая Служителей.

Похоже, один из всадников Джиро все-таки добрался до Мастеров «зеленых» — и те промахнулись.

— Ир-р-р-а-а-а-а! — радостно завопил кто-то впереди. — Они отступают!

Дорогие читатели!

Я все-таки успел закончить очередную главу "Посланника" прямо перед Новым годом. Может, это не самый крутой подарок для вас, но другого у меня нет. Я не стану забивать и без того насыщенную ленту новостей очередным блогом с поздравлениями и праздничными скидками — про это вы сегодня не раз прочитаете и у моих коллег по перу (к примеру — вот здесь: https://author.today/post/132688). В конце концов, вам и без этого есть чем заняться в этот день, а меня течение уже несет бухать навстречу веселью и новогодним приключениям. Так что масштабные поздравления, пожелания, мысли вслух, рекомендации и опросы будут чуть позже. А сейчас — всего вам хорошего и до встречи в Новом году!

Ваш автор.

Глава 15

— Тьма и Пекло… — Я отшвырнул измочаленное и надломленное посередине копье. — Это было… быстро.

Величественная и жуткая картина двух сходящихся разноцветных армий и могучих Техник, которая предстала перед нами несколько минут назад, в одно мгновение настроило меня на изнурительное и эпическое сражение в несколько часов. Но бой завершился, едва успев начаться. Огненные нанесли свой удар, «зеленые» ответили, промахнулись — и тут же отошли, прикрывшись Щитами. «Красные» из передних рядов несколько раз хлестнули по ним пылыхающими плетками — и сбавили ход, перестраиваясь в оборону. Похоже, Великий Мастер Акирен так и не отдал приказа преследовать врага… или в этом мире все битвы Владык неизменно оказывались такими же скоротечными.

Но едва ли они от этого становились менее кровопролитными. Смертоносные Техники буквально усеяли холмы мертвыми телами, среди которых «красных» было немногим меньше, чем «зеленых». Я не мог даже примерно посчитать тех, кого поглотила земля или развеяло в пепел колдовское пламя, но их едва ли было меньше нескольких сотен.

За каких-то три-четыре минуты боя.

— Погляди, — пробормотал Игорь, указывая рукой вперед. — Не хотел бы я оказаться здесь… От такого не спасет даже Щит.

В сотне шагов впереди мертвецы лежали особенно густо, сплетаясь в изломанный и окровавленный клубок. Подойдя поближе, я разглядел среди них разорванные на части тела лошадей. Именно сюда прорывались всадники Джиро — и здесь они и остались лежать, обменяв свои жизни на жизнь одного или двух Владык Каменного Кулака. «Зеленые» пытались остановить мчавшуюся прям к ядру их войска конницу — но так и не смогли.

— Не время скорбеть об убитых, Мерукан. — Неведомо откуда взявшийся Такуми легонько хлопнул меня по плечу. — Их гибель не была напрасной. Мы победили.

Старый вояка слегка прихрамывал на левую ногу, но, похоже, отделался куда легче, чем вставшие у него на пути «зеленые». Руки Такуми чуть ли не по локоть покрывала чужая кровь, а на поясе не осталось метательных ножей. Он потратил все, сражаясь наравне с нами. И точно так же, как любой из «красных», мог погибнуть и лежать среди искалеченных тел в гуще боя… просто его время еще не пришло.

— Мы победили, — повторил я. — Но заплатили немалую цену. Сегодня Огненный Лотос лишился многих славных воинов.

— Лучшие из нас пока еще на ногах. — Такуми улыбнулся. — Погляди на Нобу.

Последний из нашей «тройки» только сейчас добрался сюда — и все же явно не потому, что струсил и остался позади, когда начался бой. Нобу шел нам навстречу, пошатываясь, как пьяный… но я не разглядел на нем ран. Похоже, горячка боя, чужая кровь и победа накачали его не хуже пинты виски.

— Служитель Такуми… Мерукан… Смотрите! — Нобу поднял вверх руку. — Я убил их всех! Один!

Драгоценный металл блеснул, отражая свет солнца. Пряжки поверженных Служителей Каменного Кулака раскачивались на кусках поясов, которые Нобу то ли обрезал ножом, то ли просто оборвал, собирая свои трофеи. Четыре пряжки из серебря, одну из которых он уже наверняка считал свой.

Я мог бы похвастаться и золотой — но, разумеется, не стал. Впрочем, о моей добыче наверняка уже кто-нибудь позаботился. «Красные» рыскали вокруг нас с Такуми, обшаривая карманы и пояса убитых, и вряд ли от их глаз и цепких пальцев скрылось что-то, что стоило хотя бы чжу. Я на мгновение подумал присоединиться к грабежу, чтобы не привлекать лишнего внимания — но тут же отказался от этой затеи. Может, я уже и успел превратиться из Владыки в обычного наемника, готового убивать врагов Огненного Лотоса за горсть серебра — но еще не забыл, кто я такой на самом деле.

И не забуду.

— Эта война будет долгой, Мерукан из Дасов. Немногие из нас увидят ее конец. — Такуми посмотрел мне в глаза и едва заметно кивнул. — Лишь достойнейшие из достойных получат право назвать себя Служителями Огненного Лотоса…

— Ты говорил — все, что мы найдем после сражения, принадлежит Великому Мастеру и Владыкам Огненного Лотоса, — негромко проговорил я, оглядываясь по сторонам. — Ты накажешь их, Служитель Такуми?

— Всему свое время, Мерукан из Дасов. — Такуми пожал плечами. — Великий Мастер видит все и не забывает ничего. Но он не станет завязывать рот быка, что вспахивает его поле… пока не станет.

— Да продлят боги его годы, да покарают они его врагов. — Я склонил голову. — Куда мы пойдем теперь, Служитель?

— Я не знаю, — усмехнулся Такуми и указал рукой куда-то мне за спину. — Но Владыки — знают. Может быть, сам спросишь у них?

Я обернулся и увидел, как прямо к нам шагают несколько десятков человек в красных одеждах, расшитых золотом. И среди них…

— Владыка Анора… — благоговейно пролепетал Нобу, опускаясь на колени. — Великая из великих…

Еще несколько «красных» рухнули на землю одновременно с ним, а через несколько мгновений их примеру последовали и остальные. Даже Такуми — а за ним и я, прихватив под колено застывшего изваянием Игоря.

— Это… она? — прошептал он. — Та самая девчонка?

— Тише! — Я толкнул Игоря локтем. — И спрячь лицо, болван. Если она почувствует нас…

Но мои слова не возымели особого действия. Игорь послушно сгорбился и втянул голову в плечи, но так и не смог оторвать от Аноры взгляда… впрочем, как и все «красные».

Как и я сам.

Невысокие и поджарые Владыки Огненного Лотоса, облаченные в цвета клана, немногим отличались друг от друга. И я не мог распознать среди них Великого Мастера Акирена, как ни старался. Верховный правитель «красных» — если он вообще был здесь — не выделялся среди прочих воителей-Кшатриев ни богатством одежд, ни каким-то особенно украшенным оружием… ни даже силой Джаду. Примерно две дюжины приближавшихся к холму Владык были настолько сильнее меня, что я даже не пытался понять, на которую из Великих Ступеней забрался каждый из них.

Но даже рядом с ними Анора действительно смотрелась какой-нибудь сошедшей прямо с небес богиней. Она буквально сияла — и золотом одежд, и рыжими волосами, и белизной кожи, над которой не было властно даже пламя солнца, превратившее владения громовержца-Индры в пустыню.

Наверняка в бою она сыграла не последнюю роль и с яростью обрушивала на воинство Четаны свои огненные заклятья — но теперь ее лицо светилось совсем другими чувствами. Анора смотрела на поредевший и израненный отряд Джиро с болью, тоской… и нежностью.

Неудивительно, что каждый из «красных» готов был отдать за нее жизнь.

— Отважные воины Огненного Лотоса, — заговорила она, прижав руки к груди. — Не вам следует стоять передо мной на коленях — а мне самой склониться перед вами! Сила Владык велика — но без вашей храбрости мы не одолели бы Каменный Кулак.

«Красные» вокруг склонили головы еще ниже и забормотали. Кто-то произносил имя Индры, кто-то повторял «Анора»… а кто-то, похоже, уже не видел между могучим богом огня и рыжей красоткой никакой разницы. Подобные почести наверняка оказывали лишь самому Императору — только в его случае обожание едва ли бывало искренним.

— Я… все мы, даже сам Великий Мастер, скорбим об убитых, — продолжила Анора. — Но сейчас не время лить слезы! Завтра на рассвете мы выступим и снова сразимся с вероломным Четаной и Владыками Каменного Кулака. Ир-р-р-а!

— Ир-р-р-а-а-а-а! — тут же подхватили «красные». — Веди нас, Владыка Анора, прекраснейшая из прекрасных!

— Не мы развязали эту войну — но мы ее закончим! — Анора сжала кулаки. — Клан, нарушивший волю Императора и законы богов, будет наказан. Каменный Кулак больше не ступит на наши земли и больше не посмеет убивать тех, кто служит Огненному Лотосу!

Вот как? В Анцине я слышал… немного другую версию событий. И я скорее бы поверил Четане: старик явно оказался не готов к началу войны. Но если так — Анора или хочет обмануть нас всех, или…

— Завтра на рассвете мы выступим, чтобы снова сразится с Каменным Кулаком. Мы будем драться с братоубийцами снова и снова, и ни один из тех, кто сегодня отдал свою жизнь за Великого Мастера, не останется неотмщенным. Если Индре будет угодно, мы дойдем до самого сердца владений Четаны, и я убью негодяя своими руками. — Анора подняла к небу ладони, на которых уже расцветали огненные лепестки. — Вы со мной, воины?!

— Да, великая! — завопили «красные», колотя себя кулаками в грудь. — Четана падет! Ир-р-р-а-а-а-а!

— Мне это не нравится… — вздохнул Игорь.

— Мне тоже. — Я на всякий случай уставился в землю, чтобы не попасть на глаза Аноре. — Надеюсь, девчонка хотя бы выслушает меня.

Перед тем, как поджарит как индейку на День Благодарения. Но что бы я ни собирался ей говорить — лучше сделать это побыстрее.

Глава 16

Ночь выдалась темной, но я все равно старался ступать как можно осторожнее. Могучий Индра уже давно скрыл за горизонтом свое гневное око — и все же сила божества не покинула его почитателей. Вокруг палаток и шатров горело столько сторожевых огней, что во внутренней части лагеря было почти так же светло, как днем.

Огненный Лотос надежно охранял свое величайшее сокровище. Даже сейчас, когда армия Акирена, собравшись воедино, насчитывала чуть ли не десять тысяч человека. И еще впятеро больше — если Джиро не соврал — уже спешили с юга.

На месте Великого Мастера я поступил бы так же. Можно выгрести до дна все до единого сундуки клана, дать в руки оружие каждому Дасу на юге и собрать под красными знаменами хоть миллион воинов — но если Анора погибнет, клану не избежать поражения.

При всем обожании солдат, при всей своей силе, помноженной на дар Посланника, даже собрав в белых ручках всю Огненную Джаду разом и уподобившись самому Индре, Анора все равно останется смертной.

Впрочем, как и мы с Игорем, и даже Шандор. С той только разницей, что я уже привык к смерти. Она шагала где-то рядом с моего самого первого дня в этом мире. Забирала тех, кто имел несчастье оказаться поблизости, настигала, дыша в затылок — и снова отставала, будто Губитель Антака каждый раз натягивал поводок, не позволяя адской гончей запустить в меня клыки.

Пожалуй, я уже давно смирился с мыслью, что едва ли доживу до окончания противостояния кланов и Посланников… и это в каком-то смысле освобождало. У меня не было ничего даже отдаленно похожего на план — но я все же пробирался сквозь лагерь «красных», прячась в тени и перебегая от одной палатки к другой, когда часовые отворачивались.

С одной лишь наивной мыслью, что Анора станет меня слушать вместо того, чтобы прожарить до хрустящей корочки или завопить так, что к ее шатру тут же сбежится весь лагерь. Судя по ее пламенной речи, Великий Мастер Акирен уже успел как следует промыть ей мозги рассказами о кровожадных захватчиках Каменного Кулака. Или рыжая красотка оказалась из тех, кто без труда и при первой же возможности примеряет на себя корону или мундир диктатора.

Тьма и Пекло, нет! Девчонка, которая предпочла разрезать своим гребаным огненным клинком вагон, а не меня, просто не могла превратиться в Гитлера в юбке… во всяком случае — не так быстро.

Я опустился на корточки, а потом и вовсе улегся в траву в тени палатки. Часовой — совсем юный парнишка с серебряной пряжкой на пояса, прошел в каких-то пяти-шести шагах от меня и удалился в сторону входа в «золотую» часть лагеря. Туда я даже не собирался соваться — из почти десятка Служителей наверняка нашелся бы слишком любопытный. Тот, что непременно пожелал бы не только разузнать, какого хрена я забыл по соседству с обителью Владык, но и немедленно донести.

Плетеная перегородка, наспех воткнутая между двух огромных шатров с золотым шитьем, не остановила меня. Я коснулся ее кончиками пальцев, и крепкие прутья тут же осыпались на траву пеплом. Будь вокруг поменьше огня, стоило бы попробовать нагнать колдовской туман, но едва ли он мог прикрыть меня на подходах к центру лагеря Владык… и уж точно не спасет, когда я окажусь у жилища Аноры. Если только…

— Постой! Что ты здесь делаешь?

Еще один парень с серебром на поясе появился передо мной неожиданно. То ли вышел из-за шатра рядом… то ли я сам не заметил его, пока пытался отыскать глазами путь дальше.

Тьма и Пекло!

— Ты заблудился? — Служитель нахмурился и потянулся к рукояти меча на боку. — Как ты вообще смог пройти…

— Не тебе спрашивать, куда я иду, презренный! — громыхнул я.

Ярл Виглаф, которого я изо всех сил давил последние пару недель, вырвался наружу. Он выдал меня… но при этом, похоже, еще и тут же выручил. Тут же присмиревший Служитель наверняка не различил «окрас» выброшенной мной вспышки Джаду — но уж точно не мог не оценить ее мощь.

— Прости, Владыка… — пролепетал он. — Я не мог знать, отчего ты…

… Носишь на поясе пряжку из бронзы? Лучше тебе и правда не знать об этом, парень.

Я молча смерил Служителя суровым взглядом и зашагал дальше, на ходу срывая с пояса уже бесполезный знак касты Дасов. Здесь, в самом сердце лагеря Огненного Лотоса, никто не может знать в лицо «бронзового» из многочисленного воинства Джиро и Такуми. И все, кто встретит меня — увидит высокородного. А что до того, почему Владыке вдруг вздумалось напялить красные тряпки простого солдата и при этом позабыть захватить золотую пряжку…

Что ж на этот случай Владыке лучше просто не попадаться на глаза другим Владыкам.

Я шагал, не скрываясь, но старался обходить патрули, которые по мере продвижения к центру лагеря попадались все чаще — и становились многочисленнее. Здесь Служители бродили с факелами уже по трое, а когда я почуял от очередного дозорного слабое излучение Джаду — снова нырнул в тень и вылезал, пока Кшатрий не удалился.

Великий Мастер Акирен включил «режим параноика» на полную, выгнав в ночное дежурство молодых Владык.

А я никак не мог даже толком понять, куда мне надо идти. Внутренний компас утверждал, что я на верном пути, но указывать конкретный шатер или хотя бы направление не спешил. Оставалось только положиться на обычные, человеческие чувства.

Впрочем… не совсем обычные. Корсар не соврал — ночь действительно не только разогнала мои рефлексы и подпитывала Джаду, но и усилила зрение и слух до предела. Теперь я мог не только без труда разглядеть Владык, собравшихся у огромного костра в сотне футов от меня, но и услышать их разговор.

— … Четана падет, — произнес один из них. — Дни Каменного Кулака сочтены. Нас ждут такие богатства и земли, каких мы еще…

— Не спеши делить то, что еще не попало тебе в руки, — насмешливо отозвался второй. — Мы с тобой оба видели Владыку в черных доспехах. Он один отразил удар, который нанесли пятеро — и даже не пошатнулся!

— Я видел — но не верил своим глазам… Скажи, Сандзи — разве такое возможно?!

Первый Кшатрий обратился к старику с длинной седой бородой, который сидел ко мне боком. Лучшие годы того, кого назвали Сандзи, давно остались позади — но он наверняка успел за свою жизнь повидать многое, и младшие из высокородных ждали его ответа, не говоря ни слова.

— Мудрость Мастеров учит нас тому, что могуществу Джаду нет предела. — Сандзи неподвижным взглядом уставился в пламя костра, будто пытаясь разглядеть в пляске алых языков что-то, видимое только ему. — Но сам я еще не встречал подобной силы. Кто-то говорит, что черные доспехи носит таинственный Владыка Шандор, пришедший из ниоткуда… но многие считают, что Четана призвал на помощь Каменному Кулаку демона-ракшаса из Преисподней, и что этот…

— Бредни! — Первый Кшатрий тряхнул головой. — Разве ракшасам есть дело до войн, что ведут люди?

— Я не знаю, человек ли этот Шандор, или демон, — отозвался второй, указывая рукой на роскошный шатер неподалеку. — Но если кому-то и суждено одолеть такого врага, то только ей одной!

Ей одной?.. Похоже, мне снова повезло. Молодой Владыка, сам того не желая, выдал жилище Аноры. А мне оставалось только пробраться внутрь. Я не стал и пытаться проскочить через полог — он был на виду у каждого, и даже старые глаза Сандзи без труда заметили бы крадущуюся в отсветах костра тень. Но ничто не могло помешать мне проделать вход где угодно. Плотная ткань никак не желала поддаваться лезвию ножа, и тогда я просто развеял ее, прожигая дыру у самой земли. Достаточно большую, чтобы пролезть в густую, как смола, темноту шатра.

Ни колдовского пламени, ни свечки или фонарика, на даже шума сонного дыхания — ничего. Я не знал, делит ли Анора жилище с кем-то из Мастеров, или остается ночью одна… Да и здесь ли она вообще? Спит — или еще бродит по лагерю, обсуждая с остальными предводителями «красных» завтрашнее…

От вспышки перед глазами я на мгновение ослеп. Магический Щит спас меня от какой-то особенно убойной огненной Техники, но уберечь от ударов не смог. Я кое-как отбил парочку — но третий опрокинул меня, и через мгновение я уже лежал на чем-то мягком, придавленный сверху горячим и сильным телом.

— Ты?! — прошипела Анора, гневно раздувая ноздри. — Как ты посмел, чудовище?..

Красотка бесцеремонно уселась на меня сверху. В любое другое время я, пожалуй, нашел бы это даже приятным — но уж точно не сейчас, когда вспыхнувшее на ладони Аноры пламя грозилось спалить мне физиономию.

— Подожди! Остынь, прошу! — Я на всякий случай закрыл голову руками. — Можешь ударить меня, если тебе так хочется — но умоляю! Только! Не! Кричи!

Глава 17

— Почему я должна тебя послушать?

Анора чуть опустила руку, но гасить колдовское пламя явно не собиралась. Я прикрыл глаза, и на мгновение внутри дернулась Тьма… Проклятье.

Может девчонка и посильнее меня — на Ступень или две. Ее натаскивали сильнейшие из Мастеров Огненного Лотоса. На расстоянии в сотню футов она наверняка спалила бы меня вместе со Щитом. Но вот так — совсем рядом, глаза в глаза — у нее нет ни единого шанса. Стоит мне хоть на мгновение отпустить бурлящую внутри мощь, и Анора умрет. Ее сильное тренированное тело обратиться в прах, а я отряхну одежду, выйду отсюда… прикончу Игоря.

— Не должна. — Я осторожно выглянул из-под собственного локтя. — Но ты меня послушаешь. У тебя уже была возможность прикончить меня — но ты этого не сделала.

— Тогда я не знала, что ты за тварь, — мрачно усмехнулась Анора. — А теперь знаю.

— Да? — Я склонил голову набок. — И что же тебе рассказали?

— Только то, что мне нужно знать. — Анора поджала губы. — Я была избрана, чтобы защитить мой народ…

— Твой народ?.. Твой?!

Старик Четана кое-что соображал в идеологии. Его речь о коварных захватчиках из клана Огненного Лотоса на мгновение впечатлила даже меня. Но даже ему было да Акирена — этот Великий Мастер, похоже, умел промывать мозги на профессиональном уровне.

— И давно эти ряженые болваны стали твоим народом, девочка? — Я поймал пылающий взгляд. — Кем ты была раньше? До того, как?..

— Анорой О’Доннелл… простой официанткой из Белфаста. Я никогда не просила и не искала силы, которую дал мне Индра… Но если моя судьба защищать этих людей — то я принимаю ее!

И все — никаких сомнений. Ни дрожи в голосе, ни бегающего взгляда — только прямая железобетонная уверенность в своей правоте.

Точнее, в правоте тех, кто вложил в прелестную рыжую голову Аноры эти мысли. Ирландская красотка действительно готова была умереть за Огненный Лотос. И прикончить любого, кто встанет на пути у армии Великого Мастера.

— Защищать? От кого? — поинтересовался я. — От таких же бедняг, как и те, что охраняют лагерь? Разве ты не видела, что против нас сражались обычные люди?

— Я видел того, кто вел их в бой. — Анора грозно сдвинула брови. — Чудовища воплощают силу древнего бога, и ты — самое страшное из них!

— Ты серьезно? — Я еле сдержал смех. — И кто же я, по-твоему?

— Ты — воплощенный мрак, пришедший ниоткуда. Сама смерть, что убивает все, к чему прикасается. — Пламя на ладони Аноры снова расцвело алыми лепестками. — Индра, владыка огня, избрал меня спасти этот мир. Только Свет побеждает Тьму!

— Мое имя Ричард Коннери. — Я на мгновение задумался. — Еще два месяца назад я был самым обычным парнем. Инженером из Сан-Франциско… Ты знаешь, где это?

Судя по выпученным глазам, Анора знала. Может, не слишком точно — но вполне достаточно, чтобы понять очевидное. Великий Мастер Акирен рассказал ей многое: о природе могущества Джаду, о древних богах. О Посланниках, что приходят в этот мир раз в несколько сотен лет, чтобы развязать кровавую войну. Об Избранной, способной нести небесный огонь Индры и победить их всех.

Умолчал он только о том, что остальные четверо — такие же, как и она сама. Бедняги, вырванные из родного мира и заброшенные сюда.

— Ты врешь. — Анора снова сверкнула глазами, но уверенности в ее голосе заметно поубавилось. — Как такое может быть?

— А как ты сама думаешь? — Я пожал плечами. — Таинственное письмо, загадочная сила, которая переносит тебя в другой мир, татуировка на руке, дар Посланника. Почему ты решила, что у другие неудачники с драконами — не такие, как ты?

— Акирен так сказал… — Анора скосилась на вход в шатер. — И он всегда был добр ко мне. Оберегал и защищал от всего, что могло мне навредить…

Акирен — без титула. Рыжая красотка говорила о Великом Мастере «красных»… нет, без особой нежности, но все же с теплотой и доверием. Впрочем — чему удивляться? Для своей любимой игрушки — Посланницы Огня — хитрый политик и матерый вояка-Кшатрий наверняка был сама любезность. Или даже больше.

— Вы что, с ним?.. — пробормотал я.

— Заткнись, Рик. — Анора сердито тряхнула головой и щелкнула пальцами, зажигая разом несколько красных фонариков. — Расскажи мне… Все! С самого начала.

— Как пожелаешь, красавица. — Я приподнялся на локтях. — Может, все-таки слезешь с меня? Или останешься?

Анора в очередной раз бросила на меня такой взгляд, что я на мгновение почувствовал, что сейчас сгорю без всякой магии — но потом осторожно сползла набок и уселась на здоровенную шкуру какого-то зверя.

А я начал рассказывать — с самого начала, как она и просила. Похоже, Анора жила в роскошном шатре одна, и едва ли кто-то мог бы потревожить нас до утра — так что времени было достаточно. Его хватило и на побег из Саннидейл, и на китайский квартал, и на «Балклуту», и на Моту-Саэру, и на дорогу до Ашрея. И на долгие и изнурительные тренировки с Харишем. И на путь через лес до города углекопов, где мы с Меруканом смогли забраться на поезд.

— Тогда я еще не знала про Посланников… Думала, что одна такая. — Анора покачала головой. — Я испугалась и чуть тебя не убила.

— Разрезала вагон, — улыбнулся я. — Теперь ты мне веришь?

— Верю. — Анора кивнула и уселась поудобнее. — Рассказывай дальше.

Про путь через горы. Про медведя-переростка, подарившего мне свою силу. Про Тао и Чандана. Про поиски храма Черной Змеи, про видения и про возвращение в Анцин… И про бегство оттуда.

И про то, как Посланник Земли, надевший доспехи Бохая, прикончил Мерукана у меня на глазах.

— Он был твоим единственным другом. — Анора подтянула колени к груди, обхватила их и опустила голову. — А Шандор убил его… Мне рассказывали о страшном воине в черных доспехах, который сильнее любого Владыки Каменного Кулака. Он вторгся на наши земли, и моя судьба — победить его.

— После меня, — проворчал я. — У меня к ублюдку личные счеты. Но Четана говорил, что это вы вошли на южные владения кла…

— Нет! — Анора вскинула голову, и красные фонарики вокруг тут же вспыхнули вдвое ярче. — Это они напали первыми! Четана врет.

Или не врет… Или все-таки один из Мастеров южных владений Каменного Кулака, отыскавший Шандора, рассказал далеко не все — а те, кто мог бы уличить его во лжи, остались погребены под толстым слоем земли.

— Я не думаю, что это сейчас имеет особое значение. — Я пожал плечами. — Появление Посланников в этом мире всегда означало войну… и так ли уж важно, кто начнет ее первым?

— Тогда что мы можем сделать, Рик? — Глаза Аноры влажно блеснули в полумраке. — Пока ты не пришел, я знала, куда идти, знала, с кем и для чего сражаться… А теперь не знаю ничего!

— И я не знаю, — вздохнул я. — Но если я чему-то и научился за все время, что провел в этом мира, так это тому, что иногда лучше не верить никому. Кто-то призвал нас сюда, чтобы мы рано или поздно убили друг друга, но наверняка есть и другой путь.

— Какой? — Анора отерла выступившие слезы рукавом. — Куда ты… куда мы можем пойти, чтобы прекратить все это?

— Мы? — переспросил я. — Значит, теперь уже есть «мы»?

— Ты и я…

— …и Игорь. — Я не выдержал и негромко рассмеялся. — Я встретил Посланника Воды. Сама судьба сводит нас — но она не может заставить меня драться. И никто не может.

— Даже Шандор? — Анора на удивление быстро взяла себе в руки — похоже, тренировки с Великим Мастером Акиреном не прошли даром. — Ты и с ним собираешься договориться?

— С ним — нет. Рано или поздно я вытряхну его из железки и убью. — Я посмотрел Аноре в глаза. — Но остальные трое Посланников вполне могут оказаться… нормальными ребятами. Разве нет?

— Остальные двое…

— Что? — переспросил я.

— Двое, Рик. — Анора тяжело вздохнула. — Письмо перенесло Посланника Воздуха на самый юг земель Огненного Лотоса. Он не прожил и трех недель.

Дорогие читатели!

Извиняюсь, что так затянул с продой. Я все-таки взялся за новый проект — не за выкладку, конечно же, я не настолько глупый, чтобы снова ходить по тем же граблям — но уже понемногу собираю информацию и набрасываю кое-какие черновики. Получается занятно и интересно, но при этом сложно. Задумка сама по себе непростая, так что придется очень сильно постараться, чтобы исполнить на должном уровне. И из-за этого в очередной раз страдает бедняга-Посланник. Не буду обещать частые или хотя бы длинные проды — но книгу, разумеется, закончу, и никак иначе. Те, кто хочет поругаться на медлительного автора — милости прошу в комментарии и ЛС. Имеете, в общем, право.

Ваш автор.

Глава 18

— Ты уверен, что это сработает? — прошептал Игорь. — Их так много…

План действительно был дурацким. Обмануть чуть ли не десяток Мастеров не ниже Второй Ступени Пробуждения — рискованная затея. Почти невозможная. Но ничего умнее мы так и не смогли придумать: спустя пару дней после схватки у холма Анора потребовала устроить ей выходной. Армия «красных» уже давно забралась вглубь земель Каменного Кулака, и Акирен не слишком-то хотел отпускать от себя любимицу-Посланника — но все же не устоял.

Уж не знаю, сколько и как именно рыжая красотка его уговаривала, но на рассвете ее отряд покинул лагерь Огненного Лотоса и двинулся на восток. Владыка Анора желала поохотиться и хоть денек провести подальше от чуть ли не тридцати тысяч шумных вояк, и Великий Мастер не устоял. Правда, отряд телохранителей все равно напоминал армию если не численностью, то ударной силой уж точно. Десяток высокоранговых Кшатриев, сотня тяжелобронированных Служителей из личной гвардии Акирена.

И ровно пятьдесят человек из отряда Джиро: Анора попросила отправить с ней толковых следопытов из «бронзовых» — чтобы поднять боевой дух армии, и Акирен посчитал это неплохой идеей. Люди Такуми отличились в последнем сражении, и он сам выбирал лучших. Парни, разумеется, тут же передрались за право сопровождать Посланницу Огня, живое воплощение самого Индры, но мы с Игорем остались в стороне от всеобщей свалки. Все знали, на что я способен, и связываться никто не хотел… а вот Нобу свое место в числе избранных пришлось буквально выгрызать зубами.

Побег мы запланировали на первую же ночь — Анора обещала повернуть назад, как только следопыты заметят хотя бы одного «зеленого», и это непременно должно было случиться. Если не сразу же, то на второй день уж точно. Я уже наловчился использовать новые способности Посланника Тьмы, так что уже с вечера на лагерь спустился туман. Такой густой, что даже дрова отсырели, и поддерживать огонь в кострах могла только Джаду Огненного Лотоса.

Мрак и холод загнали в шатры и палатки даже самых стойких, и снаружи остался только десяток дозорных. Мы с Игорем вызвались добровольцами, и обойти оставшихся не составило никакого труда. Повозиться пришлось только у шатра Аноры. Один из Мастеров оказался настолько упрямым, что даже ночью не покинул свой пост и продолжал трястись у костра, кое-как подпитывая огонь и кутаясь то ли в лошадиную попону, то ли в кусок собственной палатки.

— Боги милосердные, ну почему он… здесь?

Игорь осторожно выглянул из-за моего плеча и тихо добавил какое-то странное слово. Короткое и звучное — но незнакомое… Видимо, на родном наречии, не на местном.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что не рад видеть этого Владыку, и что он очень ошибся, оставшись сидеть у костра, — вздохнул Игорь. — Ты… мы убьем его.

— Надеюсь, нет. — Я пожал плечами. — У меня есть одна… Техника.

Страшное оружие Владык Черной Змеи — но одновременно и по-своему гуманная штука. Я уже давно избавился от последних остатков сентиментальности и без сомнений и в бою прикончил бы любого врага — не обращая внимания ни на касту, ни на клан. Но просто так взять и казнить подвернувшегося под руку беднягу все-таки пока еще не был готов. Замерзший Мастер у костра уж точно ни в чем не провинился: он воевал за свой клан точно так же, как сотни и тысячи других, наделенных Джаду — или нет.

Я вышел из тумана и направился к нему, и он даже не успел толком сообразить, что происходит. Видимо, подумал, что один из дозорных «бронзовых» хочет рассказать что-то важное, и поэтому приближается без традиционных расшаркиваний. И только когда между нами осталось всего несколько шагов, нахмурился, сбросил с плеч покрывало, начал вставать…

— Тихо, дружище, — прошептал я, на всякий случай посильнее сдавил вяло трепыхавшееся тело. — Вздремни немного.

У Мастера наверняка хватило бы сил шарахнуть меня не слабее базуки, но я оказался рядом слишком быстро. Техника Мертвой Руки высосала из него всю Джаду до донышка и прихватила жизненных сил. Мне показалось, что бедняга потерял с десяток фунтов веса, пока пытался вырваться из моих объятий. Щеки ввалились, а темные волосы будто подернулись инеем. А через несколько мгновений погас и огонь костра — поддерживать его было больше некому.

Не умрет. Но до утра уж точно проваляется. Вполне достаточно, чтобы мы убрались отсюда подальше.

Шатер Аноры стоял прямо перед нами — осталось только разобраться с телохранителями внутри. Когда мы с Игорем лезли под полог, в темноте раздался сдавленный хрип, потом удар…

— Я уже успела подумать, что вы решили удрать без меня, — проворчала Анора, зажигая фонарик. — Почему так долго?

Два бесчувственных тела лежали у ее ног. Живые — я чувствовал трепыхавшуюся в телах Джаду, которую так и не успели пустить в ход. Анора не только смогла вырубить сразу двоих Мастеров, но и, похоже, даже не использовала огненные Техники. Умная девочка — такой выброс энергии и шум наверняка поставили бы на уши весь лагерь. И тогда наша затея провалилась бы.

Или мы оставили бы за собой несколько десятков трупов.

— Долго? — переспросил Игорь. — Простите, Владыка. Мы старались, как могли.

Анора смерила Посланника Воды взглядом и, похоже, не посчитала интересным. Или просто не собиралась спорить, только указала на сложенные у стены шатра мешки с припасами. Всего понемногу, как и договаривались: мы планировали идти налегке. Я опустился на корточки и принялся вытягивать из Мастеров Джаду — чтобы спали покрепче — а Игорь уже сворачивал одно из одеял на полу.

— Собираешься забрать и их тоже? — поинтересовалась Анора.

— Я уже слишком стар, чтобы спать на голой земле. — Игорь пожал плечами. — Лучше помоги.

Через несколько минут мы выбрались из шатра и осторожно двинулись через лагерь, прячась от дозорных. Туман уже успел немного разойтись, но я тут же собрал новый. Почти без усилия. То ли в лесу вокруг было достаточно влажно, и сработала так любимая Игорем физика — то ли я отобрал у «красных» Владык столько Джаду, что смог бы вытянуть воду даже из песка пустыни.

— Ты знаешь, куда идти? — Анора потянула меня за рукав. — Я ничего не вижу.

— Просто шагай за мной.

Я и сам не мог видеть дальше пары шагов, но почему-то чувствовал дорогу. И тех, кто мог бы нам встретиться. Ходячие сгустки жизненной энергии. Слабые и беспомощные. Корм для моих внутренних демонов. Особенно вкусными казались Мастера — источники силы, с которой я мог бы разорвать на части и Анору, и Игоря, и даже Шандора…

— Мерукан?

Копье в руках Нобу ходило из стороны в сторону — так сильно он замерз. Не знаю, как он смог заметить нас с двух десятков шагов — похоже, кровожадные мысли полностью поглотили меня, и я Увидев меня, парень чуть расслабился — но все же острие его оружия все еще смотрело мне в грудь.

— Это я, друг мой. — Я поднял руки и шагнул вперед. — Не шуми.

— Что ты здесь делаешь? — Нобу опустил копье, но его взгляд остался настороженным. — Разве тебе не приказали охранять лагерь с юга?

— Я хотела погулять в тишине. — Анора вышла из-за моей спины. — А твои друзья охраняют меня… Ты пойдешь с нами?

На мгновение в глазах Нобу мелькнуло столько обожания, что я почти успокоился: парень пойдет куда угодно. Но моя радость оказалась преждевременной.

— Владыка Анора, вам не стоит покидать лагерь. — Нобу сдвинул брови. — Вокруг земли Каменного Кулака, и лишь боги знают, кто…

— Мы не собираемся идти далеко, верный юноша. — Анора продемонстрировала самую обворожительную улыбку из своего арсенала. — Я так устала от толп людей вокруг…

— Я… я не знаю, — жалобно пробормотал Нобу, пятясь назад. — Если кто-нибудь из Мастеров узнает, они казнят меня! Я должен позвать…

— Убей… — прошелестело у меня в ушах.

И противиться не было никаких сил. Я выдохнул, выпуская рвущуюся наружу Тьму. Нобу выкатил глаза, поднял руки, захрипел, царапая собственное горло…

И осел в мокрую траву бесформенной кучей праха.

— Боги милосердные… — простонал Игорь. — Парень сражался вместе с нами… Неужели это действительно было нужно?

— Не знаю. — Я рванул лямку заплечного мешка, будто она была в чем-то виновата. — Заткнись, Игорь… Просто заткнись, хорошо?

Глава 19

Нас не догнали и не нашли. Ни утром, ни на следующий день, ни даже через неделю. Анора — самая чувствительная к Джаду Огня — предупредила бы, окажись «красные» поблизости. Но она лишь мотала головой — нет. Только один раз отголоски чужой силы донеслись откуда-то издалека, с полутора десятков миль, но лишь для того, чтобы тут же раствориться в «эфире». То ли мы успели забраться вглубь земель Каменного Кулака, то ли у Великого Мастера Акирена были дела и поважнее…

Поважнее поиска собственного Посланника? Вряд ли.

— Сделаем привал? — поинтересовался Игорь. — Не то, чтобы я так уж сильно устал…

— Как скажешь. — Анора сорвала с плеч мешок и швырнула на землю. — Мы все равно даже представления не имеем, куда идти.

Может, и так. Мы просто бежали — неважно куда. Для начала я хотел удрать подальше. И там, где на нас в любой момент могли наткнутся «красные» или «зеленые» разведчики, не чувствовал себя даже в относительной безопасности. И вот обе армии остались далеко позади — но война так никуда и не делась.

Она не отставала, то и дело догоняя или попадаюсь навстречу. Мы старались держаться подальше от больших дорог и уже тем более поездов, но то и дело встречали тех, кто шел на юг. Молодые юноши в небогатых одеждах спешили урвать свой кусочек богатства или славы, присоединившись к армии Четаны. Среди них мне случалось видеть обладателей золотых пряжек — видимо, младших сыновей и внуков осторожных родителей. Отряды «Серебряных» — тех, кто решил взяться за оружие по приказу Владыки или по собственной воле. Но куда больше было «бронзовых» и даже Безымянных. И наверняка многие из них искали не сражений, а одной лишь наживы.

Стервятники слетались на пир. Может, не все они до одного были убийцами, грабителями и насильниками, но я и не думал разбираться, что к чему. И когда пятеро парней из лагеря, около которого мы остановились на ночлег, попытались заявить права на наши кошельки — а заодно и на Анору — я просто свернул им шеи. Всем, хоть последние двое и умоляли отпустить их миром. Но я предпочел не рисковать получить ножом по горлу на следующую ночь или через две. И, возможно, даже спас несколько жизней. Тех, кто не стремился на войну, а бежал от нее.

Даже по размокшей от дождя и превращенной в месиво тысячей ног дороге мы двигались куда быстрее остальных. И то и дело догоняли переселенцев. Иногда большие группы до сотни человек, тащивших спасенный скарб на спинах. Иногда целые караваны с ослами и лошадьми, запряженными в повозки. А иногда — отдельные семьи, сгрудившиеся вокруг какой-нибудь волокуши или сумки, хранившей единственные оставшиеся у них богатства. Но всех объединяло то, что среди них почти не было взрослых мужчин. Только дети, женщины и старики, которые едва ли смогли бы отбиться от головорезов.

Все до одного затравленно оглядывались и, завидев меня, тут же из последних сил ускоряли шаг, опускали глаза и прятали кошельки в рукава и складки грязной одежды. Похоже, им пришлось повидать… кое-какое дерьмо, если уж их мог так напугать всего один рослый и крепкий молодой мужчина. То есть, я — на Анору и наполовину поседевшего Игоря никто не обращал внимания.

Но стоило нам пройти с кем-то бок о бок хотя бы полмили — и они уже сами начинали жаться поближе и даже переходили на бег, чтобы не отстать. Видимо, моя фигура и копье в руках казались им хоть какой-то защитой.

Пожалуй, не без оснований: попадавшиеся навстречу молодчики все-таки шли мимо. Но поглядывали так, будто уже прикидывали, кому что достанется после нашей смерти. Я то и дело почти физически ощущал исходящую от них жадность, злобу…

И похоть. Даже в мокром платке на голове и превратившемся в лохмотья за неделю пути одеянии Анора все еще казалась лакомым кусочком. Она наверняка не раз ловила эти липкие взгляды, и каждый раз я ощущал, как ее Джаду на мгновение вспыхивает, готовясь дать отпор. Девчонке приходилось хуже всех. Игорь уже давно понял, чего на самом хотят Великие Мастера, а я с самого первого дня в этом мире убегал и прятался. Видел нищету, голод и «милость» Владык. И уж точно не ждал ничего хорошего.

Но ей показали войну с другой стороны. Мощь Кшатриев, преданность «серебряных» и восхищение сброда, который собирали под красными с золотым знаменами Джиро и Такуми. Народ, который нуждался в защитнике, и коварный враг, который неизменно оказывался где-то «там», появляясь лишь для того, чтобы дать бой.

А теперь враги Огненного Лотоса оказались рядом. Шагали по размокшей земле, падали, снова поднимались и продолжали идти, убегая от армий — и от чужой, и даже от своей, которая для них оказалась немногим менее страшной. Не знаю, как девчонка еще держалась — видимо, только благодаря Игорю. Воитель из русского получился весьма посредственный, но он всегда умел подыскать нужные слова. И залечить раны не только на теле, но и там, где не всякий смог бы даже увидеть.

А я почти перестал разговаривать. Мои спутники о чем-то спорили в полголоса, укрывшись от моросящего дождя под деревом, а я молча давил в себе разбушевавшихся древних воителей. Уж кто-кто, а они чувствовали себя превосходно. И только искали повода выскочить как гребаный клоун из ящика с приколами и…

— Скажи, почтенный… — Один из старичков — самый бойкий — осторожно потянул за рукав. — Могу ли я спросить — куда вы держите путь?

Я сжал зубы и смерил беднягу таким взглядом, что он тут же поспешил прочь, спотыкаясь. А мне вдруг стало стыдно. Я в несколько прыжков догнал его и развернул к себе.

— Мы… мы спасаемся от Огненного Лотоса, как и все здесь. Моя семья служила Мастеру Лонгвею, но когда Владыка Алуру разрушил Анцин, нам пришлось бежать.

— Мне приходилось слышать об этом, — вздохнул старик. — Многие погибли в тот день. Но сам Бохай-воитель пришел, чтобы защитить свой народ… Скажи, почтенный — ты видел его?

Ну, в каком-то смысле…

— Да. — Я вспомнил, как в первый и единственный раз примерил доспехи, которые потом достались Шандору. — Владык Ледяного Копья было впятеро больше, но даже вместе они не смогли одолеть героя. Я своими глазами видел…

— Многие пали в тот день, Служитель. — Старик склонил голову. — Но боги сохранили тебе жизнь. Может быть, твоя судьба — сражаться за Каменный Кулак. Пусть защитник Агни не наделил тебя могуществом Джаду, твоя рука достаточно крепка, чтобы держать оружие.

— Я должен позаботиться о семье. — Я указал рукой на Игоря и Анору. — Моя сестра молода и красива, а отец слишком слаб, чтобы защитить ее. Но когда я отведу их на восток — я вернусь и встану рядом со своим господином.

— Мастер Лонгвей убит, — отозвался старик. — И тебе непросто будет отыскать его сына, Мастера Тао.

— Почему? Тебе известно, где он?

— Там, где земля восстает, чтобы погасить огонь. — Старик мрачно усмехнулся. — Где же еще быть достойнейшему из ныне живущих Владык? Юный Тао сражается за нас — но не все его враги идут под красными или синими знаменами!

— Что ты хочешь сказать, почтенный? — Я едва удержался от соблазна схватить старика за грудки. — Неужели клан Белой Чайки покинул земли севера и вступил в войну?!

— Это мне неизвестно. — Старик пожал плечами. — Солнцеликий Раджиндра, сидящий на золотом троне, видит далеко — а мои глаза уже ослабли. Но даже я вижу истинных врагов Каменного Кулака. И они не на север, Служитель, а здесь.

Здесь? И не «красные», не «синие»?..

— Ты говоришь загадками, почтенный, — проворчал я.

— Мне приходилось слышать… опасные разговоры. — Старик огляделся по сторонам. — За одни лишь слова, что я скажу, мне могут вырвать язык.

— Я тоже могу вырвать тебе язык. — Я сложил руки на груди. — И если уж ты заговорил о врагах Мастера Тао — лучше не молчи.

— Как пожелаешь, Служитель. — Старик понизил голос еще сильнее. — Среди Владык Каменного Кулака нет единства. Поговаривают, что Великий Мастер Четана тяжело болен и скоро умрет, а его наследники слишком слабы, чтобы вести за собой клан… Особенно сейчас!

Глава 20

— И куда мы теперь пойдем? — Анора ковырнула горячие угли палочкой. — Ты знаешь?

— Нет, — честно признался я. — Точнее, не знаю, как туда попасть… и что делать, когда мы отыщем Тао.

— Ты облажался, Капитан Америка. И с чего ты вообще взял, что твой друг станет нам помогать?

— Не кипятись.

Игорь осторожно тронул плеча Аноры — и она тут же сникла, будто одного прикосновения кончиками пальцев хватило, чтобы погасить, заморозить уже готовящееся вырваться наружу пламя. Как ни странно, за последние дни эти двое неплохо поладили. Огненная девчонка то и дело взрывалась, и иной раз Игорю доставалось даже больше, чем мне — но нужные слова у него находились сами собой.

— И все же она права, Рик. — Он посмотрел на меня. — Тао был одним из тех, кто отправил за тобой погоню. Он собирался убить тебя — чего ради ему помогать теперь?

— Если старик не соврал — Владыки Каменного Кулака сейчас на пороге войны между собой, — отозвался я. — И враги наших врагов могут стать нашими союзниками. А я не знаю в этом мире людей более отважных и благородных, чем Тао и его сестра Ликиу.

— Я слышала, как ты говоришь об этой красотке. — Анора швырнула палочку в огонь, и тот вспыхнул вдвое сильнее. — Втрескался по уши. Но это не значит, что…

— Все может быть, — улыбнулся Игорь. — Любовь — великая сила, и сейчас она нужна, как никогда. Может, этот мир под силу спасти ей, а не силе Джаду.

— А ты, оказывается, поэт. — Анора поморщилась и покачала головой. — Я уже слишком стара, чтобы верить в сказки.

— Все это и так похоже на сказку. — Игорь показал руками круг, явно имея в виду мир, в котором мы все трое оказались. — Правда, не слишком добрую.

— Четана стар и слаб, — снова заговорил я. — А Шандор хочет захватить власть над Каменным Кулаком — если уже не захватил.

— Вот как? — Игорь задумчиво пригладил отросшую за неделю бородку. — Я не немало разговаривал с Владыкой Алуру. Он видел во мне могучее оружие… но вряд ли собирался поделиться хоть крупицей власти. Честно говоря, я даже представить не могу, какая судьба ждет Посланника, который… переживет всех остальных.

— Хотела бы я знать, — проворчала Анора. — Акирен всегда говорил о войне, а не о том, что будет после нее.

— Легенды не рассказывают, куда уходили могучие герои. — Я уселся поудобнее. — Только о том, что они непременно вернутся, когда придет время. Шандор гребаный псих, но на дурака он не похож. Ему хватит хитрости подмять под себя Владык.

— Думаешь? — отозвался Игорь. — Они не позволят пешке… стать королем.

— Он вряд ли будет спрашивать. — Я пожал плечами. — Власть можно взять по праву силы, а у сильного всегда найдутся друзья. Кто посмеет пойти против Посланника своей стихии, пока живы остальные?

— Твой друг Тао? — усмехнулся Игорь. — Если он хоть вполовину так же честен и хорош, как ты говоришь.

— Да. Тао Мастер Каменного Кулака, но не пожелает служить Шандору. Я верю, что он будет на нашей стороне.

— Тогда нам нужно отыскать армию, пойти прямо к нему и предложить вместе надрать зад Посланнику Земли, — фыркнула Анора. — Всего-то.

— Не самый плохой план. — Игорь откинулся назад и улегся на мешок с припасами. — Но вряд ли мы сможем незаметно подобраться к лагерю и…

— Тихо! — Анора вдруг подняла руку. — Вы слышите?..

Где-то вдалеке раздавался стук копыт. Но даже раньше, чем звук, до меня донеслась волна Джаду. Кшатрии. Трое или четверо, не выше Второй Ступени Познания. Они мчались по дороге, не скрываясь — даже сейчас на своей земле им было нечего бояться.

И, судя по шуму, Владыки скакали прямо сюда.

— Мне это не нравится, — тоскливо проговорил Игорь, поднимаясь с мешка.

— Сиди и не высовывайся! — Анора поправила платок на лице и втянула голову в плечи. — Может, они просто едут мимо…

Но я в такую удачу почему-то уже не верил. И не зря. Через несколько минут всадники ворвались в импровизированный лагерь из нескольких костров, едва не затоптав старика, с которым я говорил — и принялись метаться туда-сюда.

— Мы ищем человека! — рявкнул самый старший из них. — Северянина, высокого, со светлой кожей. Его имя Рик, но он может называть себя иначе!

— Тьма и Пекло… — простонала Анора. — А ты умеешь заводить друзей, Капитан Америка.

— Скажи, Владыка — зачем тебе этот… Рик? — Старик кое-как поднялся из грязи. — И почему тебе так нужно…

— Этот человек виновен в сотне преступлений против Каменного Кулака, — ответил Кшатрий. — Он один опаснее всей армии Огненного Лотоса, и Великий Мастер Шандор заплатит тысячу чжу тому, кто скажет, как его отыскать!

Великий Мастер Шандор. Похоже, перестановки в совете директоров корпорации «Каменный Кулак» происходили даже быстрее, чем я думал. Посланник Земли, да еще и наделенный силой доспехов Бохая, наверняка просто-напросто свернул старику Четане тощую шею. А может быть, даже прикончил его наследников и тех, кто посмел встать на их сторону. И поспешил заняться не только войной с двумя кланами разом, но и поиском меня. Одного из немногих, кто в этом мире представляет для него хоть какую-то опасность. Власть и могущество Джаду дают много — но Шандор не забыл и о силе денег.

Тысячу чжу. Неплохая награда даже для Служителя богатого и щедрого Мастера. А уж для бродяги с бронзовой пряжкой, бегущего от войны…

— Можешь заплатить старику. — Я поднялся на ноги и стащил с головы капюшон. — Ты нашел Рика.

Наверняка умелые воины были нужны Шандору там, где он сражался с «красными» или «синими» — и поэтому мотаться по захолустью он отправил бестолковых неумех. И вряд ли хоть один из них был готов встретиться с настоящим противником.

Двое умерли быстрее, чем успели поднять Щиты. Я ударил Техникой Костяных Пальцев с двух рук одновременно, в мгновение скомкав тела в зеленых одеждах вместе с лошадьми. Хруст лопающихся костей еще не успел затихнуть, а я уже бил снова. Третий Кшатрий спрыгнул на землю и даже попытался швырнуть меня чем-то, но я испепелил его раньше. Четвертый — тот самый, который голосил на весь лагерь — соображал быстрее остальных и уже развернул лошадь обратно к дороге. Вряд ли это спасло бы его — вслед уже неслись огненный шар Аноры и острая сосулька, брошенная Игорем.

Но парень был нужен мне живым.

Я выцелил обе Техники в воздухе и погасил — похоже, мои «игрушки» умели и такое. Конь уже мчался прочь, но соперничать в скорости со мной все-таки не мог. Я в несколько прыжков догнал его и сдернул всадника с седла.

— Пощади! — заверещал тот, закрывая голову руками. — Я не скажу, что видел тебя!

— Нет, друг мой, скажешь. — Я схватил извивающегося Кшатрия за ворот и поднял на пару футов. — Ты знаешь, где Шандор?

— Я… нет. Отпусти меня!

— Как скажешь.

Я несколько раз тряхнул беднягу так, что тот клацнул зубами — а потом отшвырнул в сторону. Он несколько мгновений лежал, вжимаясь в землю — а потом пополз в сторону дороги.

— Беги! — крикнул я вслед. — Скажи Шандору, что я приду за ним. И если ему хватит храбрости — он встретит меня, как подобает воину!

Дважды просить не пришлось. Преодолев на четвереньках пару десятков футов, Кшатрий вскочил на ноги и помчался прочь с такой скоростью, что его едва догнал бы поезд. А я развернулся и зашагал к костру.

— Владыка! — Старик, завидев мое приближение, рухнул на колени и ударился об землю лбом. — Прости, Владыка… Я не знал.

— Поднимайся. — Я бросил ему оброненный удравшим Кшатрием кошель с серебром. — Возьми — и подели на всех. Ступайте прочь… и забудьте то, что видели — ради вашего же блага.

— Как пожелаешь, Владыка!

— Ты умеешь быть незаметным, — Игорь подошел ко мне. — Теперь Шандор знает, где нас искать.

— Нет, — ухмыльнулся я. — Теперь он знает, где искать меня. А я — где искать его.

Кшатрий, которого я пощадил, бежал так быстро, что я уже почти перестал чувствовать его Джаду — но чтобы понять, где лагерь Шандора, хватит и обычных следов.

— Отлично, Капитан Америка. — Анора огляделась по сторонам. — Даже если никто не видел нас — ты уже придумал, как втроем победить целую армию?

— Нет. — Я поднял с земли мешок и закинул за спину. — Придумаю по дороге.

Глава 21

Я умел неплохо прятаться. У меня были неплохие учителя: Хариш, бывший Мастер Каменного Кулака, и еще четверо воителей, которые жили в этом мире сотни лет назад. И, разумеется, сама смерть. Она шагала по пятам с самого первого дня, и на ее уроках я не отделался бы низким баллом.

Когда на кону жизнь, учишься быстро — или умираешь.

Мы уже давно свернули с дороги, двигаясь на запад в сторону Анцина, я старался вести своих друзей через камни, песок или вдоль ручья, где Джаду Каменного Кулака слабела — но мы все равно оставляли следы, пусть и немного. А на этих землях даже простой отпечаток ноги неизбежно выдавал нас врагам.

Искусство маскировки в этом мире знал не только я. Я, Игорь и Анора изо всех комкали дар, загоняя древних воителей поглубже в сознание и скрывая Джаду — но через несколько дней нас обнаружили. Я не чувствовал соглядатаев Шандора, не видел их — и все же знал, что они где-то рядом. Не слишком близко — их отправили проследить, а не убивать, и «зеленые» не попадались на глаза. Но и не слишком далеко.

Несколько групп Владык-Кшатриев шли за нами на расстоянии примерно в полторы мили. То подбираясь поближе, то отпуская на полдня пути… или вырываясь вперед. Я уже не раз натыкался то на обломанные ветки, то на клочки зеленой ткани на острых камнях, то на кострища, еще не успевшие размокнуть от осенних дождей. Конечно, их могли оставить и беженцы.

Но уж точно не в такой глуши вдали от дороги.

Игорю и Аноре я так и не сказал — споров хватало и без этого. Даже без силы Джаду мы двигались на восток раза в два быстрее, чем раньше, и они начинали уставать. Дар Посланника сделал их тела крепкими, как сталь, и наделил силой Владык, но большую часть своего времени здесь они спали на шелковых подушках во дворцах или теплых шатрах. А не на камнях под дождем или горным снегом, как мы с Меруканом.

Мерукан.

Образ погибшего друга вновь встал перед глазами, и я зашагал быстрее. Вперед, туда, где меня уже наверняка ждал гребаный Железный Дровосек в помятой консервной банке. Что бы ни случилось с Шандором в тот день, когда он едва меня не угробил, никто больше не видел его без доспехов Бохая. Все, кого мы встретили на пути по землям Каменного Кулака рассказывали об одном: огромном черном воителе, человеке из металла, с чьим могуществом Джаду могла сравниться только его жестокость.

Похоже, мои Техники намертво вплавили древнюю броню в плоть, и снять ее ублюдок смог бы разве что с кусками мяса и конечностями. Доспехи давали ему силу и поддерживала жизнь — но они же стали его тюрьмой, превращая и без того жестокого Шандора в рвущегося к власти безумца.

Превращение в Дарта Вейдера завершилось. И мне предстоит сразиться с ним, пусть для этого мне придется отправиться прямо на Звезду Смерти, прямо в пасть врагу… И настолько идиотский план Аноре с Игорем лучше даже не знать.

Я заставил их скрывать Джаду и лица, даже когда мы были одни — а сам уже давно перестал прятаться. Наверняка соглядатаи уже донесли Шандору, что мои слова не стали пустой угрозой, и я действительно иду к нему.

Один.

Вряд ли даже следопыты Каменного Кулака успели пронюхать, что и Ледяное Копье, и Огненный Лотос лишились своего самого могучего оружия, и что трое уцелевших Посланников объединились, чтобы прикончить четвертого. Но если кто-то увидит, сопоставит парочку фактов, если хотя бы начнет подозревать — Шандор отправит сюда не кучку Кшатриев-разведчиков, а лично приведет всю армию до последнего наемника с дубинкой вместо меча. Он без сомнения уступит Алуру и Акирену хоть половину земель — но лишь для того, чтобы потом забрать все, кроме нескольких футов для могил.

Потому что по замыслу то ли жестоких богов, то ли таинственной силы здесь, среди смертных, лишь одной Джаду суждено править остальными — а Шандор не из тех, кто упустит возможность закончить войну одним ударом.

Но пока я нужен ему живым.

— Может, все-таки расскажешь, куда мы идем? — Игорь догнал меня и поймал за плечо. — Точнее — что ты задумал?

— Нет, — усмехнулся я, — или ты решишь, что я сошел с ума.

— Я… — Игорь оглянулся на Анору. — Мы и так уже давно решили, что большой американец не в себе и ведет нас на смерть. Так что если ты задумал какую-то хитрость — самое время поделиться.

— Нет никакой хитрости, друг мой. — Я вздохнул и поправил лямку мешка на плече. — Я собираюсь найти Шандора, вытряхнуть из его проклятых железок и убить. Все просто.

— Действительно! — Анора поравнялась с нами и ткнула меня в плечо кулаком. — Раскидать целую армию Владык, подобраться к самому опасному чокнутому сукину сыну в этом мире и свернуть ему шею. Подвиг, достойный Капитана Америки! Ты угробишь нас всех!

— И снова нет, — отозвался я. — Если мы погибнем втроем — Шандор победит, а этого допустить нельзя… и поэтому я пойду один.

— Один?! — Игорь схватил меня за ворот и развернул к себе. — Послушай, ты, супергерой…

— Слышу. — Я улыбнулся и поднял вверх палец. — А ты — слышишь?

Игорь нахмурился — но тут же молча кивнул и отпустил меня. Больше всего то, что доносилось до нас, напоминало то ли шум, то ли дуновение ветерка. Но вокруг на деревьях не шевельнулся ни единый листочек. Джаду нельзя увидеть глазами и почувствовать кожей — но она все равно летит издалека. И, как всегда, несет очередные неприятности.

Река, пронизывающая все сущее, бурлила и готовилась сорваться в пропасть водопадом.

* * *

Я никуда не торопился. Время спешить или менять решение ушло. Ловушка захлопнулась, и шаттл уже нес меня на Звезду Смерти — прямо в железные объятия Владыки Вейдера.

Соглядатаи больше не скрывались. Не знаю, остался ли кто-нибудь приглядеть за Анорой и Игорем, но человек десять-пятнадцать точно пасли меня. Все еще следовали на почтительном расстоянии, явно не собираясь подставляться под убойные Техники — но понемногу сжимали стенки «коробки», словно загоняя меня туда, куда следует.

Как волки добычу.

Впрочем, я и без них прекрасно знал, в какую сторону идти. Мастера умеют скрывать свой дар при необходимости, а рядового Кшатрия не так уж просто почувствовать издалека, но там, на востоке, скопилось столько Джаду, что я без труда чувствовал ее даже с десятка миль, если не больше.

Меня вели именно туда, куда я и сам хотел попасть. То ли прямо к армии Шандора, то ли к достаточно большому отряду, с которым Посланник Земли шел мне навстречу. А я послушно шагал на убой, даже не пытаясь понять, сколько врагов мне встретится.

Тридцать? Триста? А может быть, три тысячи, да еще и вместе со Служителями и кавалерией?

Какая разница, если собираешься сражаться только с одним?

Клетка закрылась на замок — но внутри я оказался не один. И как бы ни было хреново мне — у Шандора проблем едва ли меньше. Мой дар усилился настолько, что я теперь мог различить не только поток Джаду и его силу, но и даже оттенки. Владыки «фонили», испуская то ли волны, то ли невидимые глазу частицы — и я ловил их.

Ветер приносил с востока не только звуки и запахи, но и обрывки чужих мыслей. И эмоции. Шандор держал черным металлическим кулаком целый клан — и все же друзей у него почти не было. Я чувствовал злобу и торжество: многие ждали, когда моя голова слетит с плеч, и еще один Посланник чужой стихии сгинет на сотни лет, приближая Каменный Кулак на шаг к победе.

Но были и те, кто боялся. И не меня — одинокого усталого Владыку, идущего на заклание — а своих же братьев по клану. Своего же новоявленного Великого Мастера в черных доспехах. Те, кто сомневался.

И даже те, кто втайне желал мне победы.

Я больше не скрывался и где-то через четверть часа после расставания с Анорой и Игорем выбрался на дорогу. А еще через пару часов закончился и лес. Вдалеке — в полусотне миль, не меньше — показались горы, уходящие ввысь снежными шапками. Теми самыми, через которые мы с Меруканом удирали от Владыки Алуру.

Армия «зеленых» оказалась куда ближе. Огромная, растянувшаяся во все стороны лавина зеленых и металлических человечков. Бурлящий жизнью муравейник, под завязку наполненный Джаду и готовый по единому слову верховного Владыки сорваться и разобрать на молекулы дерзкого чужака, посмевшего явиться сюда в одиночку.

Но Шандор молчал. Я почувствовал его задолго до того, как разглядел среди «зеленой» мелкоты огромную черную фигуру. Может, раньше он и ехал верхом — если вообще смог отыскать коня, способного выдержать вес доспехов Бохая — но теперь шагал пешком. Медленно, неторопливо — и все равно понемногу уходя от окружавших его Мастеров и рядовых Кшатриев.

Дарт Вейдер лязгал металлом мне навстречу — а я почему-то ни капле не боялся, хоть еще каких-то пару часов назад то и дело оглядывался, подумывая удрать обратно к единственным двоим людям в этом мире, которые на моей стороне.

— Вижу, даже река не смогла убить тебя, Посланник Тьмы, — прогудел Шандор. — И теперь Владыка, который выжил, пришел умереть.

Его голос изменился. Стал не только хриплым и вибрирующим под металлом шлема, но и каким-то безжизненным, механическим. Будто вместе с плотью мои Техники выжгли из него и какую-то частичку души… или всю душу целиком. На мгновение мне показалось, что передо мной не человек, а чистая злоба, втиснутая в пустую оболочку брони.

Плевать.

— Вовсе нет, — усмехнулся я, сбрасывая мешок прямо в дорожную грязь. — Мне дорога моя жизнь, и я хотел бы ее сохранить.

За спиной Шандора послышались негромкие смешки. Вряд ли хоть один Владыка из его окружения испытывал ко мне теплые чувства, но даже они не могли не оценить отвагу того, кто вышел против целой армии с одним коротким копьем.

— Так чего же ты желаешь, Посланник Тьмы? — отозвался Шандор. — Чего ты хочешь перед тем, как я убью тебя?

— Справедливости и чести. Мне говорили, что боги не дали тебе ни того, ни другого, убийца. Докажи, что ты по праву называешь себя Великим Мастером и носишь доспехи величайшего из героев Каменного Кулака. — Я воткнул свое жалкое оружие острием в землю. — Верни мой меч и сразись со мной один на один, Посланник.

Глава 22

На мгновение все стихло. И голоса вокруг, и ветер над дорогой, и поскрипывание доспехов Шандора. Металлический гигант застыл черной статуей. И только потом заговорил.

— И почему же я должен удостоить тебя такой чести? — усмехнулся он. — Тебя — бродягу, чьим преступлениям нет числа, живое воплощение Темного бога, чье имя не произносили уже сотни лет.

— Имя Антаки-Губителя?

Владыки за спиной Шандора вздрогнули, отступили назад — и тут же снова зашептались с утроенной силой. Я посмел вслух произнести то, за что слуги Императора вырвали бы язык даже Великому Мастеру.

Отлично, парни. Что бы ни случилось — меня вы запомните надолго.

— Владыки Пресподней, — продолжил я. — Забытого бога, которого когда-то называли Царем Смерти и Справедливости. Ты знаешь, почему, Великий Мастер Шандор?

— Нет, — прогудел черный гигант. — Мне достаточно знать, кто ты такой.

— Так узнай получше, Владыка. — Я сложил руки на груди. — Тебе пришлось немало странствовать по этим землям прежде, чем ты стал тем, кто ты есть сейчас — но я странствовал больше. И мне открылось многое: Кшатрии Черной Змеи вовсе не были темными колдунами и чудовищами, которыми их назвали другие кланы. Они сражались бок о бок с предками твоих людей, Шандор. И те предали их. Но я пришел не для того, чтобы мстить.

— А для чего же? — раздался голос из толпы. — Скажи!

— Я не желаю быть врагом Владыкам Каменного Кулака. И не буду! — Я возвысил голос. — Среди вас наверняка найдутся те, кто вместе со мной дрался против воинов Ледяного Копья в Анцине, и мне нечего делить с вами. Я пришел сразиться с тем, кто убил моего друга!

— Ты о том Безымянном глупце, который посмел встать у меня на пути? — Из-под шлема Шандора послышался металлический смех. — Я помню, как лопнула его голова. То же самое случится и с твоей.

На мгновение внутри полыхнул гнев — но я тут же взял себя в руки. Стоит высвободить Джаду — и меня сомнут. Все вместе, скопом — кто-то ударит от страха, кто-то — из преданности новому Великому Мастеру… а кто-то просто потому, что ударили остальные.

Так мне не победить.

— Как скажешь, Владыка, — усмехнулся я. — Докажи, что правда на твоей стороне, и пусть боги решат, кто достоин жить, а кто умрет. Вот же я — один, стою перед тобой без оружия, грязный и усталый. Неужели ты боишься меня?

Вокруг снова повисла мертвая тишина… И теперь каждое ее мгновение работало на меня. Шандор был сильнее — он стоял на своей земле в окружении Владык, защищенный лучшей броней, что когда-либо ковала рука местных мастеров. Отказ от поединка непременно показался бы всему Каменному Кулаку признаком слабости и малодушия. И уж точно лишил бы Шандора не одного десятка преданных союзников… которых и так не набиралось и половины.

Я сам захлопнул за собой ловушку — но запер внутри нас обоих.

— Хорошо, Посланник Тьмы. Я не стану подвергать опасности жизни своих людей. Если пожелаешь — мы сразимся один на один, и я убью тебя вот этими руками.

Огромная черная рукавица взметнулась вверх — и с лязгом сжалась. И это будто послужило для Владык сигналом. Они тут же попятились, освобождая место для поединка. Никто не собирался оговаривать правила или назначать время: суд богов должен был совершиться здесь и сейчас.

И никак иначе.

— Принесите меч! — громыхнул Шандор. — Я убью каждого, кто посмеет сказать, что я дрался нечестно… Какие доспехи ты выберешь, Посланник?

— Я выбрал бы твои, Владыка. — Я пожал плечами. — Но ты едва ли пожелаешь отдать их по доброй воле… Я сниму их с твоего мертвого тела — а пока хватит и той одежды, что есть на мне. Даже самый крепкий металл — ничто против истинного могущества Джаду.

Вздохнув, я отпустил свой Дар. Все четверо древних воителей с торжествующим ревом вырвались на свободу. От меня во все стороны разошлась волна такой силы, что бывалым Владыкам пришлось отступить на шаг.

Проняло даже Шандора — он явно засуетился, спеша поскорее покончить со всем этим. Я не чувствовал страха, но волнение уже не могло скрыться даже под черной броней. В первый раз на пути Посланника Земли встал по-настоящему грозный противник, и надеяться на легкий бой уже не приходилось.

— Я убью тебя. — Шандор шагнул вперед, доставая из ножен свою уродливую огромную саблю. — И возьму твою силу, Посланник Тьмы — всю, до последней капли. И тогда сами боги не смогут меня остановить.

— Меньше болтовни, — отозвался я. — Или ты хочешь драться со мной ночью?

Угроза подействовала. Не на Шандора, конечно же, но примерно дюжина Владык тут же задрали головы, высматривая на затянутом тучами небе солнце. Оно уже понемногу клонилось к закату — и все-таки до темноты осталось еще не меньше трех-четырех часов.

Да ведь они боятся меня! Целая армия горделивых и могущественных Владык с золотыми пряжками — боятся одного оборванца.

Кто-то притащил мой меч, отдал — осторожно, придерживая двумя руками — и тут же убрался подальше. Будто я мог захотеть опробовать на нем остроту лезвия. Пальцы сомкнулись на привычной рукояти, я несколько раз крутанул клинком, и он мрачно загудел, рассекая воздух.

И все тут же встало на свои места — словно я только что отыскал недостающую часть и до конца собрал головоломку.

— Ты готов? — спросил Шандор, упирая острие сабли в землю.

Вокруг нас больше не было никого: «зеленые» отошли на несколько сотен футов, и я заметил, что никто из них не отважился встать за спиной Шандора — там, куда случайно могла долететь одна из моих смертельных игрушек.

Тем лучше. Никто не попадет под горячую руку и не умрет без надобности.

— Готов. — Я скинул меч с плеча и отвел клинок в сторону. — Начнем.

Я ударил первым. Сила, копившаяся внутри долгие дни, сама просилась наружу — а мне оставалось только ее направить. И придержать. Струи энергии сорвались с моих пальцев, выжгли на земле черные полосы и прошлись по Щиту Шандора. Почти в дюжине мест разом — но мягко, скорее нащупывая брешь в совершенной обороне. Я не мог — да и не пытался — пробить прозрачную полусферу Посланника клана, специализирующегося на защите.

Но зато заставил противника потратить силы — он явно ожидал от меня большей прыти и готовился к удару посерьезнее. Его Щит оказался таким густым и плотным, что на мгновение я даже потерял из виду скрытую за ним черную фигуру. Шандор выжег немалую часть своего резерва Джаду разом — но его все еще оставалось достаточно, чтобы стереть меня в порошок.

Земля под ногами вздрогнула, затрещала и вздыбилась. Будто откуда-то из ее недр лезла огромная рука, способная одним движение сдавить меня и размолоть кости. Я не стал тратить силы на Щит — просто крутанулся на месте, отсекая гигантские пальцы — и скользнул между уцелевших. Техника ударила мимо — но Шандор уже атаковал снова.

Но этот раз грязь под ногами расступилась — и так быстро, что я не успел отпрыгнуть в сторону. Щель поглотила мое тело, утянула в себя и тут же сомкнулась над головой, сдавливая немыслимой тяжестью. Оказавшись в кромешной темноте, я почувствовал страх.

А что, если он упрятал меня вниз на полмили, буквально похоронив заживо?

Но на помощь уже спешил ярл Виглаф. Его ярость полыхнула в груди и хлестнула, выталкивая меня вверх. Тяжелая и сырая земля на моем пути сгорала и обращалась пеплом, и я вырвался на поверхность среди густых серых клубов дыма, как какой-нибудь демон из Преисподней. Взлетев чуть ли не на два десятка футов, я обрушил на Шандора всю мощь своей Джаду — и обрушился сам.

Его Щит устоял перед дальнобойной Техникой, превратившей все вокруг в один сплошной костер, но мой меч Шандору пришлось останавливать силой металла. Не клинком сабли — рукой. Бронированная рукавица выплюнула искры, проминаясь, но выдержала.

— Не порти доспехи, — усмехнулся. — Они мне еще пригодятся.

Шандор глухо зарычал и ударил в ответ. Я успел выставить Щит, но меня все равно протащило ногами по холодному пеплу чуть ли не десяток шагов. Поднырнув под летящую в меня земляную глыбу, я бросился вперед, краем глаза высматривая рядом тень Корсара.

Из всех обитателей моей черепушки фехтовать он умел лучше всех. Именно так, как нужно — быстро и яростно, не давая противнику выдохнуть и атакуя из любых позиций, даже самых немыслимых. Для боя лицом к лицу абордажный тесак подошел бы куда лучше, чем меч в три четверти моего роста — но я без труда управлялся и таким. Громадное лезвие хищно пело в руках, обрушивая на Шандора целый град ударов. Его сабля едва успевала отбивать их, со звоном высекая искры и то и дело норовя впиться в мою беззащитную плоть острием.

Я уже перестал обращать внимание на порезы. Слишком мелкие и незначительные, чтобы считать их сейчас… и уж тем более — чтобы считать их потом. Этот бой не затянется надолго, и потеря крови мне не грозит. Все закончит один удар, и его нанесет тот, кто окажется сильнее.

Сильнее, злее и беспощаднее. Жестокость Шандора уже успела стать легендой не только на землях Каменного Кулака, но я не собирался уступать ему даже в этом. Уроки Такуми, на которых мне приходилось обходиться без помощи Джаду, делали свое дело: я двигался куда легче и быстрее огромного противника, заставляя металлическую тушу с лязгом отступать и вертеться на месте, чтобы не пропустить очередной удар.

Но ни отыскать в броне щель, ни прорубить древний металл я пока не мог. И тогда сменил тактику: начал отступать сам. Медленно и неуклюже, будто истратив последние силы. И это будто вдохнуло в Шандора новую жизнь: глухо зарычав, он снова попер вперед, размахивая саблей. Броня увеличивала его и без того сверхчеловеческую мощь почти втрое, и теперь уже мне приходилось туго.

Я перестал крутиться и порхать, и теперь пятился назад, уйдя в глухую защиту и встречая все удары основанием собственного клинка. Уши глохли от звона металлов, голова гудела, а руки налились такой тяжестью, что меч стал весить чуть ли не тонну — но я упрямо держался, раз за разом подставляясь под саблю. Ни о каком фехтовании уже не было и речи — я отходил, а Шандор просто вколачивал в меня весь свой оставшийся запас Джаду.

Предвкушая скорую победу, он еще усилил натиск, оттеснил меня на пару десятков шагов и, наконец, опрокинул на землю. Я свалился, чудом не выронив меч — но поднялся только на одно колено, будто склоняясь перед победителем.

— Ты снова разочаровываешь меня, Посланник Тьмы, — расхохотался Шандор. — Неужели это все?

Техника Мертвой Руки сожрала последние остатки моей Джаду — и все же сработала. Но ударила не в самого Шандора, который успел выставить Щит, а ниже. Так, как учил Такуми: туда, откуда не ждут. Невидимые огромные пальцы вспороли землю под черным гигантом — и сжались, цепляя ноги. Броня снова защитила его — но устоять не помогла. Шандор взмахнул руками, выпустил саблю и с лязгом упал. А в следующее мгновение я уже стоял над ним.

Острие меча ударило не в грудь — даже сейчас я боялся не пробить металл в полдюйма толщиной — а по шлему. Вонзилось прямо в уродливый рот маски, застывший в безмолвном крике — и ушло вглубь почти на два фута.

— Да, — выдохнул я, с влажным хрустом проворачивая огромный клинок в умирающей плоти. — Это все.

Глава 23

Сила пришла будто из ниоткуда. Вязкая и тягучая, чужая. Она никак не хотела вливаться в избитое и усталое тело — но что-то буквально втискивало ее, почти разрывая меня на части. Как в затерянном храме Антаки — только хуже. За какие-то несколько секунд перед глазами пронеслись видения прошлого, чужие воспоминания, и голова взорвалась болью.

Я не удержался на ногах и с криком повалился на землю рядом с поверженным Посланником Земли. Металл доспехов коснулся щеки приятным холодом, но не смог отогнать демонов. Они рвали меня на части маленькими когтистыми лапами, пробираясь куда-то внутрь.

Шандор собирался забрать мою силу — но наверняка и подумать не могу, что это будет так больно.

А потом все исчезло — так же внезапно, как началось. Остались только я, выжженная грязь дороги вокруг и неподвижная огромная фигура из черного металла. Я победил — но ни радости, ни даже облегчения это не принесло. Одну только усталость.

«Зеленые», молча наблюдавшие за гибелью своего Великого Мастера, наконец, осмелели — и тут же окружили, нацеливая в меня острия мечей и копий. Едва ли хоть один из них всерьез думал, что покрытый грязью оборванец сможет победить их Посланника.

И едва ли хоть один знал, что делать теперь.

— Поднимайся! — кто-то ткнул меня древком копья. — Слышишь?

— Для чего? — усмехнулся я, кое-как переворачиваясь на спину.

— Ты… ты наш пленник. — Голос высокого худого Кшатрия звучал не слишком-то уверенно. — Совет клана решит, что с тобой делать.

Меч исчез — зато теперь на моих руках откуда-то появились кандалы. Стальные наручи, плотно обхватывающие запястья и соединенные звеньями в три-четыре дюйма толщиной. Я не успел даже заметить, как их надели на меня — но зато заметил вес. К короткой цепочке крепилась длинная, уходившая к ногам, а потом струившаяся по земле куда-то в сторону.

— Нет. Это решать не вам. — Я поднялся на ноги и отряхнул одежду. — Я буду говорить только с Великим Мастером Тао.

— С Великим?..

— Ты не ослышался. Только с ним.

— Да зачем мы вообще его слушаем! — визгнул кто-то за спиной. — Убейте его!

Силенок не хватит, — усмехнулся я. — Вы что, еще не поняли? У вас нет надо мной никакой власти.

Я развел руки в стороны и без особого усилия порвал цепь. Звенья с тихим звоном лопнули и упали к моим ногам. А потом осыпались пеплом и наручи. Освободившись, я оглядел притихших Владык и повторил:

— Отведите меня к Великому Мастеру Тао. Или убирайтесь с дороги.

Разумеется, я блефовал. Причем блефовал неумело и с весьма посредственными картами на руках — даже новообретенных сил Шандора не хватило бы, чтобы отделать всех «зеленых» разом. Я прикончил бы дюжину или две, но остальные непременно разорвали бы меня на части.

К счастью, среди них не нашлось ни достаточно отважного, ни догадливого, ни даже того, кто смог бы принять решение сам, а не переложить на многострадальную голову Тао.

— Идем, — проворчал кто-то с безопасного расстояния. — Уж не знаю, зачем тебе понадобился сын Лонгвея, но будь по-твоему.

Шагать пришлось недолго — всего пару минут. Я не удивился бы даже застав друга в кандалах — вроде тех, которые пытались надеть на меня — но Тао, всеобщего любимца, Шандор тронуть все-таки не посмел. Он шел мне навстречу один, и явно издалека. Вряд ли хоть кто-то в армии «зеленых» мог не знать, что о поединке…

Значит, моему другу — пусть и бывшему — просто не дали присутствовать. Или он не желал этого сам.

— Зачем ты хотел видеть меня, Посланник Тьмы?

Голос Тао остался прежним — мужественным и глубоким — но внешне сам он изменился. Мы не виделись не более полутора месяцев, но Тао будто постарел на полтора десятка лет разом. Могучие плечи опустились, лицо заросло неровной щетиной, а в волосах кое-где поблескивала седина.

Может, он и предал меня, обрек меня на бегство и едва не приговорил к смерти — но и сам заплатил немалую цену. Ему пришлось сражаться не только с Ледяным Копьем и Огненным Лотосом, но и против собственного клана — пусть даже в этих сражениях не проливалась кровь.

Я огляделся вокруг, выискивая знакомые лица. Или тех, кто хотя бы смотрел на нас обоих с сочувствием. И их нашлось не так уж мало. Пусть Шандор и выиграл пару битв — едва ли кому-то хотелось и дальше оставаться под властью чокнутого садиста.

Все имеет свою цену — и Каменный Кулак, похоже, уже посчитал могущество слишком дорогим.

— Рад видеть тебя, Великий Мастер Тао. — Я опустился на одно колено. — Я уже избавил тебя от худшего, что случалось с Каменным Кулаком — но готов послужить твоему клану и дальше… Если ты того пожелаешь.

Владыки вокруг снова зашептались. Я уже удивил их, в одиночку явившись требовать поединка — но на этот раз, похоже, побил все рекорды: на их глазах Посланник Тьмы из давно сгинувшего клана и живое воплощение Губителя Антаки склонился перед Кшатрием Каменного Кулака.

И назвал его Великим Мастером.

— Боги лишили тебя разума? — Тао мрачно усмехнулся и шагнул мне навстречу. — Черная Змея никогда не служила чужой Джаду.

— Все когда-нибудь случается впервые, Владыка. — Я поднял голову. — Ты не хуже меня знаешь, что эта война мало похожа на те, что помнят даже старейшие из воителей клана. И если ты так же, как и я сам, желаешь закончить ее — придется сделать то, чего не делал раньше.

— Ты предлагаешь мне союз? — Тао сложил руки на груди. — Но разве тебе неизвестно, что…

— Мне известно многое. Я не желаю быть врагом ни тебе, — Я поднялся на ноги и оглядел Владык вокруг, — ни кому-либо из твоих людей. Но позволь говорить с тобой наедине: немалое из того, что я должен сказать, слишком невероятно, чтобы убедить сотню многомудрых воителей зараз.

Ну же, давай! Думай, Владыка, Антака тебя забери!

Несколько мгновений на лице Тао отражались даже не раздумья, а мучительная борьба. Я уже на всякий случай успел мысленно попрощаться и с ним, и с Анорой и Игорем… и все же голос разума оказался сильнее и ненависти, и осторожности.

— Как пожелаешь, Посланник Тьмы. — Тао развернулся и неторопливо зашагал куда-то. — Мы будем говорить. И потом я решу твою судьбу… Так же, как ты решишь мою.

Он что, думает, я собираюсь свернуть ему шею? Признаться, такие мысли порой посещали меня — особенно когда я валялся на берегу реки с переломанными костями — но посещали ненадолго. Я злился, и все же не мог винить Владыку Каменного Кулака в том, что он поставил долг перед кланом выше нашей дружбы.

Но сможет ли он поставить его выше страха и ненависти, которым больше тысячи лет?

Вздохнув, я зашагал следом. Скоро мы поравнялись и дальше шли уже рядом. Прямо, не сворачивая — и «зеленые» расступались на нашем пути. Я чувствовал их ужас и сомнения, чувствовал, что многие из них отдали бы жизнь, лишь бы прикончить меня, чувствовал жадность, стремление к могуществу. Но было и другое.

Надежда?

Да, пожалуй, что-то вроде этого.

— Ты или окончательно лишился разума, Рик, — негромко проговорил Тао, — или задумал что-то ужасное. Как бы мне не пришлось пожалеть, что Джей и его люди не убили нас обоих тогда, у хижины Чандана.

— Я рад, что ты помнишь. — Я улыбнулся и едва удержался от соблазна похлопать Тао по плечу. — В тот день я встретил друга.

— Ты все еще считаешь меня своим другом? Даже сейчас?

— Даже после того, что ты сделал, — вздохнул я. — Но ты можешь выбирать снова. Все зависит от того, что видят твои глаза: чудовище из сказок для глупых детей, или простого смертного. Человека, которому ты спас жизнь… и который спас жизнь тебе. Того, с кем ты поровну делил и мудрость Чандана, и тумаки, и холодные черствые лепешки, которыми в Анцине побрезговала даже свинья.

— Я все еще не могу понять, как старик ел этот… ослиный навоз, — усмехнулся Тао — но тут же нахмурился. — Я вижу тебя, Рик. Сильнейшего и благороднейшего из всех Владык, которых я встречал. Но ты никогда не будешь простым смертным. В тебе живет тот, кто принес в этот мир войну — и этого не изменить.

— Кто сказал тебе такую глупость, Владыка? — рассмеялся я. — Четана? Он был старым и мудрым человеком — но мы оба знаем кое-кого еще старше и мудрее. И он говорил, что окрас Джаду не имеет значения. Мы те, кем сами желаем быть — и сами выбираем свой путь.

— А война? — Тао устало склонил голову. — Почему?

— Тебя и твоих людей заставили защищаться, — отозвался я. — Но Ледяное Копье и Огненный Лотос сами пришли на ваши земли, увидев в появлении Посланников знак. Но разве богам есть дело до дрязг смертных?.. После битвы за Анцин я навестил Чандана. И он сказал мне, что повод для войны не дается свыше. И что злой умысел следует искать среди людей.

— Откуда мне это знать? — Тао сердито нахмурился. — Если я не знаю даже, кто ты такой.

— Простой смертный, хоть и пришедший из места столько далекого, что ты не можешь даже представить. — Я пожал плечами. — Во мне сила забытого бога Тьмы, но я сам решаю, как ее использовать. И я хочу остановить войну, а не продолжить. И если твой клан желает того же — я и мои друзья встанем на вашу сторону.

— Твои друзья?..

— Узнаешь, когда придет время, друг мой, — улыбнулся я. — Но сейчас — решай. Можешь убить меня — но тогда твой клан падет. Как падут и другие, кроме того, что сможет сохранить своего Посланника. Одна Джаду будет править всеми — пока не настанет время новой войны… Такой судьбы ты желаешь для своих потомков, Владыка?

— Нет. — Тао снова грозно сдвинул брови. — Но разве в нашей власти изменить что-то?

— Да, друг мой. — Я постарался вложить в слова всю уверенность, которая у меня только была. — Если тот, кому нужна война, ходит среди смертных — мы отыщем его. И сделаем так, чтобы все это больше никогда не повторилось.

— Ты умеешь говорить, друг мой. И я верю тебе. — Тао оглянулся на оставшуюся за спиной толпу «зеленых». — Но немало найдется и тех, кто не поверит. Не все захотят признать меня Великим Мастером.

— Им придется. Я клянусь быть твоим другом и отыскать того, кто все это начал — и не только ради себя, но и ради самого последнего Даса на землях Каменного Кулака. Но если и это не убедит Владык. — Я сжал кулак. — Просто верни мне меч и укажи на врагов.

Глава 24

— Почему мы вообще должны верить… вам троим? — негромко произнес кто-то за спиной Тао. — Вы — чужая Джаду!

— Выйди вперед и повтори. — Я чуть склонился вбок, пытаясь отыскать глазами очередного болтуна. — Или не говори о том, чего не знаешь.

Пока все шло на удивление неплохо. Я, Анора и Игорь спали по очереди, но за три ночевки в лагере Каменного Кулака нас даже не попытались прирезать. Тао держал власть над кланом не без труда — но правил железной рукой. То ли оттого, что у него оказалось немало союзников среди знатных родов, ли потому, что «зеленые» просто растерялись из-за смерти Шандора, что готовы были пойти за любым, кто предложит хоть что-то похожее на план.

Впрочем, возможно, их держал страх. Три Посланника чужих стихий, да еще и собравшиеся вместе — грозная сила. И опасная. Особенно во времена, когда кровь и предательство становятся чем-то привычным. Владык до чертиков боялись, что мы приведем их в ловушку, и многие из них скорее предпочли бы по-тихому избавиться от нас, чем слушать… Но пока мне удавалось обойтись без меча. Огромное лезвие покоилось в ножнах за спиной, и одного его вида, похоже, хватало, чтобы укоротить даже самые длинные языки.

Почти всегда.

— Чужая Джаду… — проворчал я. — Когда-то давно все люди были равны. И даже когда четверо учеников Мастера Рави получили дар богов, изменилось немногое. Первые Владыки стали защитниками, а не правителями — и между ними не было вражды.

— Откуда тебе знать, Посланник? — отозвался кто-то из Мастеров. — Ты пришел из того места, где наши боги не имеют власти.

Верно, умник. Черт бы тебя побрал.

— Это так. — Я склонил голову. — И больше всего я хочу вернуться домой, а не вести войну, которая меня не касается. Но для этого придется отыскать тех, кто привел Посланников на земли Империи.

— Это сделали боги. А ты решил пойти против их воли.

— Они хранят этот мир, — вместо меня вдруг заговорил Тао. — Джаду дана Владыкам защищать людей, а не для того, чтобы воевать друг с другом. Если боги чего-то и хотят от нас — так это чтобы мы вспомнили о своем назначении. И я принесу мир в Империю… чего бы это ни стоило.

— Как скажешь, Владыка.

Никто не решался спорить с Тао в открытую… пока не решался. Но и он, и мы втроем понимали — если в ближайшее время не изменится хоть что-то, власть новоявленного Великого Мастера треснет по швам. А армия «зеленых» — пока что вторая по численности после огромного наемного воинства Огненного Лотоса — просто развалится на части. Кто-то уйдет обратно на свои земли, кто-то попытается сражаться, кто-то наверняка пожелает присягнуть лично Императору… А кто-то может сделать глупость и предложить союз другому клану.

И только боги знают, что случится тогда.

— Пока мы с вами — воинство Каменного Кулака сильнее любого другого. — Я склонился над разложенной на походном столе картой. — Сейчас они окружают нас с юга и с запада и грабят деревни — но встретиться с нами боятся. Алуру и Акирен не станут сражаться открыто, пока не вернут своих Посланников.

— А мы не собираемся возвращаться, — усмехнулся Игорь. — Ведь не собираемся?

— Нет. Обратного пути нет. — Анора помотала головой. — Но что нам делать теперь?

— Ждать. — Я ткнул пальцем в точку на карте — около гор, на самой границе владений Каменного Кулака. — Защищаться. Отправлять послов Ледяному Копью и Огненному Лотосу — если потребуется. И искать того, кому эта война нужна на самом деле.

— Наши враги, похоже, уже заключили мир между собой. Временный — и все же… — Игорь задумчиво пригладил бородку. — Мы не сможет долго выдерживать натиск сразу двоих.

— Троих, — мрачно проворчал Тао.

— Что? — Я развернулся на пятках. — Почему ты?..

— Я молчал, пока не убедился. Одно донесение с севера могло быть ошибкой… Но не восемь за каких-то пару дней. — Тао рукавом отер пот со лба. — Наши разведчики видели врагов в окрестностях Шилин-Гола. Клан Белой Чайки вступил в войну — и уже идет по нашим землям.

— Невозможно! — Анора с размаху опустила кулак на карту, и бумага тут же затлела. — Посланник Воздуха мертв! Даже если мы проиграем — Белой Чайке все равно не победить.

— И все же они напали. На самого сильного противника. — Игорь осторожно опустил ладонь на плечо Аноры. — Ты можешь не видеть тому причин — но они есть.

— Слышали? — Я хмуро посмотрел на Владык за спиной Тао. — Вы можете не верить мне — так поверьте хотя бы людям Каменного Кулака. Белая Чайка идет сюда. И если мы не сплотимся вокруг Великого Мастера Тао — нас сомнут.

— Тьма и Пекло, — вздохнул кто-то из Кшатриев. — А что, если Белая Чайка объединится с Огненным Лотосом и Ледяным Копьем? Или они хотят убить всех уцелевших Посланников, пока мы сражаемся между собой?

— Едва ли. Лишь одному суждено уцелеть, — повторил я когда-то услышанные слова. — И лишь одна Джаду будет править всеми. Посланник Воздуха мертв, и будь я Великим Мастером Белой Чайки — скорее предпочел бы защитить свои земли и сберечь людей, чем сражаться за чужую власть. Кто бы ни приказал Владыкам наступать — его заботит не судьба клана, а собственная выгода.

Картина уже начинала понемногу вырисовываться в голове. Паззл складывался, но в нем все еще не хватало примерно четверти или даже трети деталек. И я мог только догадываться о целях таинственного и незримого врага — так же, как и о его возможностях. Кто бы ни стоял за всем этим, он наверняка уже знал, что Ледяное Копье и Огненный Лотос неспроста остановили свои армии на самой границе земель Каменного Кулака. Знал, что оба Великих Мастера потеряли своих Посланников и медлят. И уж конечно знал, что Шандор уже давно прикончил Четану и прибрал к рукам целый клан и примерно треть всей Империи.

Но о том, что и сам Шандор убит пару дней назад, он мог пока еще и не знать. И именно поэтому каким-то образом втянул в войну и четвертый клан, бросив его на самого сильного, опасного и, что важнее всего — уже никем не контролируемого Посланника.

Но кому под силу провернуть такое? И почему Император на своем золотом троне бездействует вместо того, чтобы хотя бы попытаться остановить резню на границах? Неужели ленивый и прожорливый Раджиндра настолько глуп, что не замечает очевидного: еще немного — и кланы просто перебьют друг друга, разорят весь этот гребаный мир и превратят его в пепел!

— Выгода… Но какая? — спросил Тао. — Тебе известно что-то, чего не знаем мы?

— Нет, — честно признался. — Если бы я хотя бы догадывался, кто стоит за всем этим… Но я точно знаю, что даже силы Посланников не хватит, чтобы сражаться со всеми врагами разом. И у нас только один выход.

— Какой? — Игорь шагнул вперед. — Ты говоришь загадками, друг мой.

— Союз с Белой Чайкой. — Я с размаху опустил ладонь на карту, накрывая кусок северных земель. — Их Посланник мертв, они слабы. Если мы пообещаем им помощь и защиту — Владыки согласятся.

— И отведут армию обратно на север… — задумчиво произнес Тао. — Может, Белая Чайка даже поможет нам в войне с другими кланами.

— Мы собираемся не сражаться, друг мой, — Я покачал головой, — а лишь отыскать тех, кто втянул Империю в войну. Они — наши истинные враги. Они, а не Ледяное Копье и Огненный Лотос. И если мы сможем одолеть их — все закончится. Алуру с Акиреном вернутся на свои земли, и больше не посмеют напасть.

— Но что тогда будет с тобой, Рик? — Тао вдруг посмотрел мне прямо в глаза. — С тобой — и твоими друзьями? Посланников всегда призывали для того, чтобы сражаться друг с другом. Что случится теперь, когда вы втроем объединили вашу Джаду?

— Теперь те, кто притащил нас сюда, отправятся в Пекло, — усмехнулся я. — Помнишь, как ты отправился со мной на восток искать затерянный храм Антаки?

При упоминании запретного имени кто-то из Владык негромко вскрикнул — и все до одного шагнули назад, будто одного лишь слова могло оказаться достаточно, чтобы призвать сюда самого Властителя Преисподней.

Но он, разумеется, предпочел остаться дома, в Пекле. Как и всегда.

— Мы не отыскали ничего… почти ничего, — продолжил я. — Я принес из храма из черного камня силу, но не ответы на загадки. Но разве это значит, что их не может быть в другом месте?

— И что ты предлагаешь? — Игорь сложил руки на груди. — Снова уйти на восток и искать еще… какой-нибудь древний храм.

— Нет, — улыбнулся я. — Среди тех лесов не осталось больше ничего. Но вы с Анорой можете отправиться в Хулун-Буир и поискать среди сундуков Четаны какие-нибудь древние манускрипты.

— Хорошо, если в них есть хоть слово о Посланниках. — Тао коснулся карты, будто пытаясь разом ощупать всю центральную часть владений Каменного Кулака. — А ты, Рик? Останешься сражаться со мной и моими людьми?

— Нет, друг мой. Нас снова ждет далекая и опасная дорога. Оставь лучших из Мастеров с армией охранять дороги и переходы через горы, а сам собирайся в путь. — Я провел пальцем по карте до самой границы с владениями Белой Чайки. — Мы отправляемся на север.

Глава 25

— Воспоминания? — усмехнулся Тао, догоняя меня на дороге.

— Пожалуй. — Я вновь окинул взглядом крыши Анцина, уже выступавшие из-за деревьев. — Тогда ты еще не был Великим Мастером и не знал, кто я такой. А перед этим мы почти месяц жили в вонючей хижине, каждый день получали тумаки от вредного старикашки и радовались свежей лепешке. Делили ее поровну… Так же, как делили судьбу.

— Да ты поэт, друг мой. — Тао хлопнул меня по плечу. — И те дни, похоже, возвращаются. Пусть мы уже не ученики Чандана — судьба у нас снова одна на двоих.

— Ты прав, — вздохнул я. — Если ты погибнешь, твои Мастера разорвут меня на части. А если погибну я… Одному Создателю известно, что станет с Игорем и Анорой.

— И со всей Империей. — Тао кивнул и кончиком дорожной палки убрал с пути какую-то ветку. — Я никогда не видел в людях столько страха и ненависти. Будто сами боги сошли с ума и больше не хранят этот мир.

На землях Каменного Кулака было немало железных дорог. Но почти все они тянулись от столицы, с запада или с севера на восток. Мы же с Тао двигались с юга, и большую часть пути до Анцина нам пришлось преодолеть или верхом, или вообще пешком. Вдвоем — хоть Великому Мастеру для такого похода и подобается свита.

Наверняка эти земли уже давно кишели шпионами Ледяного Копья, и они непременно донесли бы Алуру о крупном отряде, идущем на север. Но два одиноких путника, спрятавших пряжки под плащами, едва ли заинтересовали хоть кого то. И мы прошагали десятки, если не сотни миль по размокшим от осенних дождей дорогам — и видели, во что понемногу превращаются владения Каменного Кулака.

Сгоревшие дома в деревнях. Попрошайки и голодные дети. Трупы с перерезанными глотками среди зарослей. Не Кшатрии или Служители, которым выпала честь носить оружие — а купцы и обычные работяги, которым не оставили даже бронзовых пряжек. Все, кто раньше следил за порядком, сейчас стягивались к границам, чтобы закрыть дорогу «синим» и «красным», и без них люди понемногу зверели. Империю окутывала Тьма — но принес ее не Антака или какой-нибудь другой злобный дух из Преисподней.

— Не могу поверить… — Тао указал посохом на мертвеца, лежавшего у опрокинутой телеги. — Чуть ли не у самых дверей дома моего отца… Мы должны похоронить его, как подобает!

— Если Великий Мастер сам начнет заниматься такими делами — мы никогда не доберемся до Владык Белой Чайка. — Я взял Тао за край плаща и осторожно потянул. — Пойдем. Пришлешь Служителей.

Все это устроили не враги, не захватчики из других кланов, а те, чьи отцы и деды жили на этих землях и веками служили предкам Тао. Война осталась в десятках миль — но все равно тянулась издалека холодными костлявыми пальцами. И забирала свое.

— Хотел бы я знать, ждет ли еще меня здесь кто-нибудь, — проворчал Тао, шагая к собственному жилищу. — Я не знаю и половины людей здесь. А те, кто служил моему отцу, погибли…

Я хотел было рассмеяться… и все же промолчал. Владыки северных земель нередко слали своих гонцов в лагерь «зеленых» — но едва ли хоть кто-то из них успел вернуться. Тао раздобыл для нас лучших лошадей, мы уже трижды их меняли их — и наверняка опередили даже самые свежие вести.

Поначалу никто не обращал на нас внимания, но стоило мне подойти к одному из «золотых» домов в центре Анцина, как вокруг тут же начали собираться люди. Исхудавшие и настороженные. Оружие было почти у всех — даже у «бронзовых». Я насчитал примерно десяток Безымянных и вдвое больше Служителей, среди которых особенно выделялся старик в длинных темно-зеленых одеждах.

Видимо, его и оставили за главного.

— Приветствую вас в Анцине, путники, — прокаркал старик. — Вы пришли не в доброе время — но мы все равно рады гостям… если они не несут с собой бед.

— Назови свое имя! — потребовал Тао. — И скажи, по какому праву ты распоряжаешься здесь, как у себя дома?

— Ты приказываешь мне назвать себя, но сам скрываешь лицо и пряжку — если она вообще у тебя есть. — Старик усмехнулся и сложил руки на груди. — В Анцине больше нет Владык, но Великий Мастер Шандор оказал мне честь…

— Мое имя — Тао, сын Лонгвея. — Тао сбросил с головы капюшон. — Великий Мастер Каменного Кулака волей Владык и самого защитника Агни. А теперь — убирайся с дороги и вели подать обед, Служитель. Я и мой друг голодны.

— Мастер… Мастер Тао! — зашелестели голоса из толпы.

Похоже, в Анцине осталось еще достаточно людей, которые помнили Тао… Но и они не спешили выполнять его приказ.

— Великий… Мастер? — неуверенно переспросил старик. — Но Владыка Шандор.

— Я убил Шандора. — Я шагнул вперед и встал рядом с Тао. — И всякий, кто усомнится в моих словах — отправится за ним следом!

Темная Джаду, которую я больше не сдерживал, разошлась во все стороны волнами. Такими могучими, что некоторые из местных не удержались на ногах. Кто-то последовал их примеру и бухнулся на колени — но старик остался стоять.

— Твоя Джаду велика, Владыка, — произнес он. — Но ты говоришь о гибели сильнейшего из ныне живущих воителей. Я слышу твои слова — но желаю знать, правда ли это.

— Тебе нужны доказательства? — усмехнулся я. — Так получи!

Меч выпорхнул из ножен на спине и сверкнул в воздухе быстрее, чем мое сердце успело ударить дважды. Старик еще несколько мгновений стоял, глупо пялясь на обрубки собственных рук — а потом с негромким хрипом развалился на две половинки и рухнул к ногам Тао.

— Великий Мастер велел накрыть на стол. — Я стряхнул с лезвия капельки крови. — Или вы все еще служите мертвецу по имени Шандор?

«Серебряные» с «бронзовыми» брызнули во все стороны с такой прытью, что их едва смог бы догнать самый резвый из Кшатриев. Только рассеченный надвое старик остался лежать, понемногу заливая кровью темные камни мостовой.

— Ты становишься слишком жестоким, Рик. — Тао покачал головой. — Этот человек служил клану долгие годы.

— Старый болван ослушался приказа Великого Мастера, — проворчал я, убирая меч обратно в ножны. — От него было бы слишком много хлопот. Теперь никто не посмеет перечить ни тебе, ни мне.

— Может, и так. — Тао прищурился. — Но не ты ли говорил, что мы сами выбираем свой путь? И не ты ли сейчас идешь по пути Тьмы, Рик?

— Я лишь делаю то, что нужно. — Я поправил перевязь на груди и зашагал в сторону ближайшего дома. — Никто здесь не знал, что теперь ты правишь кланом — зато теперь запомнят надолго. Не дай Служителям забыть, кто хозяин в Анцине и на всех землях по эту сторону гор.

Тао не ответил и молча поплелся за мной. Он не стал ни спорить, ни убеждать — но и я так уже успел почувствовать, что мой друг прав. Может, у меня и были причины прикончить наглого старикашку — вполне разумные. И избавив от него Анцин, я только сослужил новоявленному Великому Мастеру еще одну службу.

Но убил я не поэтому. А просто оттого, что мне так захотелось. Не голосам в голове, не ярости Шандора, которую я впитал вместе с его Джаду, не Антаке или спятившим местным богам.

Мне.

Таинственный враг, призвавший в этот мир Посланников и втянувший все четыре клана в войну, без особой причины и раздумий угробил мою жизнь, жизни Игоря, Аноры и того несчастного воздушного парня, имени которого я так и не узнал. И этот же враг виновен в смерти сотен и тысяч тех, кто сражался под вышитыми золотом разноцветными знаменами. А я всего лишь прикончил вставшего на моем пути старика.

Но если разница между нами только в количестве трупов — так ли она велика?

Тряхнув головой, я замедлил шаг. Собственные мысли пугали больше, чем все клинки врагов вместе взятые. И даже Тао не смог бы защитить меня от них… Зато могла та, кто увидел во мне не только чудовище из сказок о злых колдунах, которыми местные бабки вот уже сотни лет пугали непослушных детей. Та, о чьей участи я догадывался, грустил — но то не находил времени или подходящего места, то просто не отваживался спросить.

Потому что боялся услышать ответ.

— Друг мой. — Я остановился у одного из домов. — Скажи… Тебе известно, что случилось с твоей сестрой, благородной Владыкой Ликиу?

— Я знал, что однажды ты спросишь. Когда мы уходили из Анцина… — Тао указал рукой на бумажную дверь за моей спиной. — Думаю, тебе лучше посмотреть самому.

Глава 26

На мгновение я испытал что-то вроде дежа вю. Сколько времени прошло с того дня, как я поднимался по этим же ступенькам на верхний этаж, в святая святых жилища Владыки Ликиу?.. Казалось, целая вечность. В тот раз меня ждали доспехи Бохая.

А теперь?

Тао не сказал больше ни слова, но я уже приготовился увидеть самое страшное. Разгневанный Шандор вполне мог и убить девчонку за предательство — и едва ли Четана или даже брат посмели остановить бы его остановить… Но если так — ее уже давно должны были похоронить! Я не слишком-то хорошо представлял местные погребальные обычаи, но что-то подсказывало, что мертвецам не место в домах живых. А значит…

Я почти полминуты стоял перед последней дверью — той самой, что вела в покои самой Ликиу — и только потом отважился сдвинуть ее в сторону и войти.

— Рик… Я знала, что ты вернешься… Всегда знала.

Я едва не заорал от радости — но крик застыл в горле ледяным комком.

Ликиу была цела и невредима. Я не видел на ней ни следа побоев или пыток. Никто не потрудился даже надеть кандалы на ту, что предала весь свой клан. Шандор с Четаной могли казнить ее… Но выбрали участь еще страшнее.

Я больше не чувствовал ее Джаду. Даже самой маленькой искорки. Теперь Ликиу, когда-то почти не уступавшая по силе брату, излучала энергию меньше, чем у самого жалкого из Безымянных. Шандор не тронул тело, оставил жизнь — но подчистую выжег своей мощью то, что было самым сердцем Владыки-Кшатрия, его сущностью. Спалил дотла, оставив только ноющую пустоту.

— Тьма и Пекло… милая! — Я бросился к ней и рухнул на колени рядом с циновкой, на которой сидела Ликиу. — Прости! Это из-за меня…

Она даже не подняла руки, чтобы меня обнять. Только слегка повернула голову, чтобы лучше видеть меня, будто у нее только на это и хватило сил. Внешне Ликиу почти не изменилась — только исхудала и, похоже, совершенно перестала за собой ухаживать. Когда-то прекрасные волосы растрепались, и среди их черного шелка кое-где поблескивали серебряные нити. Она была одета в домашнюю рубашку, которую явно не меняла уже неделю или две.

Никто не заботился о предательнице. Судя по пыли вокруг, Служители вообще забыли дорогу в ее дом.

— Ты не виноват, Рик, — бесцветным голосом проговорила Ликиу. — Я сама решила спасти тебя… И знала, что за любовь придется заплатить свою цену. Думала, что меня казнят — но Великий Мастер решил иначе…

— Что они с тобой сделали? — прорычал я.

На мгновение в груди вспыхнула такая ярость, что со стен вокруг посыпались струйки черного пепла. Мне захотелось прикончить каждого, кто имел ко всему этому отношение… Но Четана уже давно отправился в путь к новому рождению, а Шандора я убил своими руками.

И с удовольствием бы сделал это еще хоть сотню раз.

— Это было не больно. — Ликиу едва заметно качнула головой. — Но я перестала чувствовать… Перестала слышать и видеть. Перестала дышать… Рик, ты должен идти. Если они вернутся — ты погибнешь, и тогда все напрасно.

— Они больше не вернутся, милая. — Я осторожно прижал хрупкое и безжизненное тело Ликиу к груди. — Я убил Шандора. Теперь Тао — Великий Мастер. И мы найдем тех, кто развязал войну… Обязательно найдем, слышишь меня?

— Тао — Великий Мастер? — Голос Ликиу зазвучал чуть громче и бодрее — но тут же снова погас. — Ты защитишь его? Хорошо… Теперь я могу спокойно уйти…

— Не смей так говорить! — Я схватил ее за плечи и осторожно тряхнул. — Не смей, слышишь! Ты дождалась меня, дождалась брата… Ты нужна нам!

— Зачем?.. — Ликиу откинула голову назад, заглядывая мне в глаза, и ее губы тронула легкая улыбка. — Теперь от меня нет никакой пользы… Я слабее самого нищего и больного Безымянного.

— Нет! Это не так.

— Ты не понимаешь, Рик. У меня забрали все… вообще все. Я теперь ничего не могу. — Ликиу коснулась моей груди ладонью. — Для Кшатрия жить без Джаду — это как…

— Это как заново учиться ходить.

Я вспомнил слова, которые давным-давно произнес Хариш. Бывший Мастер Каменного Кулака, лишенный золотой пряжки и Джажу… Но не сломленный. Даже страшная казнь не смогла отнять у упрямого старика ни опыта, ни могучего тела, которое он тренировал десятки лет, ни умения сражаться. Его Вуса-Мату не утратило силы — просто стало другим.

И пусть Хариш больше не мог плыть по великой реке, пронизывающей все сущее — он смог направить меня.

— Да, это так. — Ликиу с удивлением подняла взгляд. — Но что ты, сильнейший из смертных, можешь знать о том, как жить без Джаду?

Ну, допустим, я прожил двадцать семь лет в мире, где летать, носиться быстрее ветра и пробивать кулаками стены могут только парни в трико — и только на киноэкранах…

— Только то, что это возможно. — Я легонько покачал Ликиу на руках, будто ребенка. — Я встречал одного человека… Его звали Хариш. Он, как и ты, лишился Джаду волей Великого Мастера — но пусть Индра поразит меня свои огненным мечом, если Хариш не остался лучшим и благороднейшим из воителей, которых я когда-либо встречал. Но стал поим первым учителем, милая.

— Мне трудно поверить. — Ликиу улыбнулась одними уголками губ. — Но если ты так говоришь — это не может быть неправдой. Твой Хариш — великий человек. Силе его духа позавидовал бы сам Бохай-воитель.

— Хариш говорил, что Джаду лишь делает сильного еще сильнее, но фундамент здания, на котором Кшатрий возводит башню Великих Семнадцати Ступеней, можно сложить лишь из духа воителя и крепости тела. — Я погладил Ликиу по щеке. — Тебя лишили могущества — но не знаний. Все, что ты помнишь о древних легендах и целебных травах, все, что читала в книгах и свитках — осталось с тобой. И ты нужна своему клану, Владыка Ликиу. Нужна брату. И нужна мне.

— Тебе, Рик?.. Зачем я тебе… теперь?

— Для меня ничего не изменилось, — улыбнулся я. — Ты такая же, как была раньше. Самая отважная и благородная Владыка во всей Империи. И самая мудрая. Мы с Тао собираемся… поискать кое-какие старые записи. Тебе когда-нибудь попадали в руки свитки, в которых было хоть что-то о Посланниках?

— Я думаю, Бохай-воитель был одним из… одним из вас. — Ликиу заметно оживилась. — Я знаю немало легенд о нем и о других великих героях прошлого. Но в Анцине почти ничего не осталось. Шандор приказал Служителям сжечь книги.

Чтобы никто не докопался до истинного происхождения того, кто со временем собирался занять трон Императора? Пожалуй, разумно. На его месте я бы поступил так же.

— Неважно. — Я покачал головой. — Что-то непременно должно было остаться. Если не здесь, то в доме Четаны в Хулун-Буире. Ты можешь отправиться туда с Игорем и Анорой, чтобы помочь нам.

— Анора… Игорь? — Ликиу не без труда выговорила непривычное русское имя. — Кто это?

— Мои друзья, — усмехнулся я. — И друзья Тао. Самые могучие воители в этом мире. С ними рядом тебе ничего не будет угрожать. Больше никогда.

— А ты? — Ликиу подняла руки и все-таки нашла в себе силы обнять меня за шею. — Ты останешься?

Больше всего на свете мне сейчас хотелось именно этого. Остаться. Хотя бы еще немного побыть с Ликиу. Защитить ту, что пожертвовала всей своей Джаду до капли, чтобы спасти меня. Даже если бы я бросил к ее ногам все сокровища Империи и головы всех врагов клана — мой долг не был бы оплачен и на сотую часть.

Но я не мог дать ей даже то, о чем она просила.

— Нам нужно спешить, — вздохнул я. — Мы с Тао отправляемся на север, чтобы отыскать Великого Мастера Белой Чайки и предложить союз против Ледяного Копья и Огненного Лотоса.

— Клан воздушной Джаду уже вступил в войну?

Ликиу освободилась из моих объятий и уселась поудобнее. Похоже, новости вернули ей если не силы и здоровье, то хотя бы волю к жизни. Несколько мгновений она молча размышляла о чем-то и только потом снова заговорила.

— Тебе нужно многое мне рассказать, Рик… Слишком долго я спала и ждала смерти.

— Как пожелаешь, милая. Только позволь мне сначала накормить тебя. — Я стянул со спины мешок и ножны с мечом и отбросил в сторону. — На рассвете мы с Тао покинем Анцин, но до темноты еще много времени.

Глава 27

— Ты уже придумал, как мы доберемся до Великого Мастера Белой Чайки? — поинтересовался я.

— Хотел бы я знать, где его искать. — Тао натянул поводья, останавливая коня. — Владыка Йоран всегда славился своей осторожностью. Гонцы видели на севере земель Каменного Кулака многих воителей, но Великого Мастера среди них не было.

— Так где же он тогда? Остался дома, пока его люди сражаются?

— Может, и так. — Тао пожал плечами. — А может, выжидает где-нибудь с целой армией. Владыки Белой Чайки привели к стенам Шилин-Гола сотни Служителей. Но могли бы привести тысячи.

— Хочешь сказать, настоящие неприятности у нас только впереди? — усмехнулся я. — Что Белая Чайка может появится когда угодно и где угодно?.. Они ведь умеют летать.

— Лишь немногие. — Тао спрыгнул на землю и принялся отвязывать седельную сумку. — Полет — великая благодать, которую Вая — повелитель ветра — дарует лишь сильнейшим из Владык.

— Пусть так. — Я тоже слез с коня. — Но даже полсотни могучих воителей, которые упадут с небес, в нужном месте куда опаснее целой армии. Я начинаю думать, что нам лучше сойти с дороги.

— Можешь не бояться. — Тао улыбнулся и швырнул мешок на землю. — Я не знаю, что сейчас происходит во Владениях Белой Чайки, но у Мастеров, похоже, есть дела поважнее охоты за двумя бродягами.

— Ты говоришь загадками, Владыка. И осел моего скудоумия не в силах припасть к ручью твоего разума.

— Хватит! — рассмеялся Тао, бросая мне бутыль с вином из Анцина. — Если бы я знал, что происходит — не стал бы скрывать от тебя. Но все гонцы с севера говорят одно: на наши земли пришла лишь малая часть воинства Белой Чайки. И если они не воюют еще и с Ледяным Копьем — я могу лишь догадываться, где остальные Владыки. Видимо, они куда нужнее Великому Мастеру в другом месте.

— Только в каком? — Я привязал коня к дереву. — Как найти того, кто скрывается на своих землях. И как попасть туда?

— Очень просто. — Тао пожал плечами. — Идти на север и никуда не сворачивать. Все дороги на землях Белой Чайки приведут нас в Хафай-Сегер.

— Хав…Хаф?..

— Хафай-Сегер, — повторил Тао. — Небесный город. Он так далеко от владений огненного Индры, что снег на его золотых башнях не тает даже летом. И странники рассказывают, что во всей Империи не найдется места прекраснее.

— А что расскажешь ты? — Я передал наполовину опустевшую бутыль обратно. — Тебе приходилось бывать там?

— Ни разу в жизни, — отозвался Тао. — Сын Мастера не должен без надобности покидать владений своего рода. Я прожил немногим меньше лет, чем ты, но почти не странствовал.

— Все когда-нибудь меняется, друг мой. — Я распустил узел на седле и закинул ножны с мечом на плечо. — Когда-нибудь о Великом Мастере Тао, который дошел до небесного города Хафай-Сегера, чтобы заключить союз с Белой Чайкой и спасти Империю, сложат легенды.

— Хотелось бы верить, что так и будет. — Тао присел на корточки и принялся складывать в кучу крохотные сухие веточки. — И что нас не прирежут во сне по пути… И что в легендах найдется место и для загадочного Владыки Рика, который пришел из ниоткуда, как Бохай-воитель, унаследовал силу Темного бога, но вместо того, чтобы сеять смерть и разрушение, стал защитником Империи и благороднейшим из воителей-Кшатриев.

— От такой славы я бы, пожалуй, не отказался. — Я задрал голову и прикрыл глаза ладонью, пытаясь разглядеть сквозь листву заходящее солнце. — Мы уже останавливаемся на ночлег? Но ведь слишком рано — кони могут пройти еще…

— И мы можем, Рик, — Тао негромко засмеялся и зажег огонь. — Но мне не терпится увидеть нашего спутника. И хотелось бы сделать это при свете дня.

— Кого? — Я тут же принялся вертеть головой во все стороны. — Мы здесь вдвоем!

— Нет, друг мой. — Тао подбросил в костер еще несколько веточек, вытянул ноги и откинулся на мешок. — Кто-то идет за нами уже несколько дней. От самого Анцина… И я, кажется, догадываюсь…

— Тьма и Пекло! — Я швырнул ножны с мечом на землю. — Разведчики Белой Чайки? Но я никого не видел… и не чувствовал.

Хотя обычно замечаю даже почти незаметные следы. Кем бы ни был таинственный соглядатай — он смог меня провести.

— Не стыдись, друг мой. — Тао заложил руки за голову. — Я — Великий Мастер владений Каменного Кулака, и эта земля не сохранит от меня свои тайны. Трава и деревья расскажут многое — надо уметь лишь слышать. Того, кто идет за нами, учили лучшие из следопытов… но даже ему не под силу скрыться от взора Кшатрия.

— Ему? — проворчал я. — Кажется, ты уже знаешь, кому взбрело в голову…

— Сядь, друг мой. — Тао прикрыл глаза. — Отдохни и выпей вина. Наш друг скоро увидит костер у дороги — и поймет, что его раскусили. И тогда непременно явит себя.

— Если так — то не время отдыхать, Владыка. — Я заставил себя усесться — но не лицом к костру, а развернувшись в сторону дороги, откуда мы пришли. — Не хотелось бы мне получить в спину стрелу или копье.

Тао не ответил. Похоже, таинственный преследователь ничуть его не волновал. Скорее наоборот. Дыхание за моей спиной становилось все спокойнее. Настолько, что вместе с мерным потрескиванием костра понемногу навевало сон и на меня. Я переложил меч на колени и уселся нарочито неудобно, чтобы не задремать — но это не слишком-то помогало. А Тао, отхлебнув из бутыли еще несколько глотков, и вовсе принялся напевать себе под нос что-то протяжное. Похожее на гребаную колыбельную.

И не смолк, даже когда вдалеке на дороге раздался стук копыт.

— Ты слышишь? — Я схватился за меч. — Он уже близко!

— Умерь свой пыл, Владыка Рик, — зевнул Тао. — Я не хочу, чтобы ты прикончил ее прежде, чем увидишь.

Ее?!

Невысокая и худенькая фигурка на спине лошади, тенью вырисовавшаяся в лучах заходящего солнца, могла принадлежать и мужчине. Совсем молодому, едва шагнувшего в юность из детского возраста. Но Тао не ошибся… В конце концов, кто мог знать и чувствоваться сестру лучше родного брата?

— Ликиу! — Я отшвырнул меч и вскочил на ноги. — Тьма и Пекло… Что ты здесь делаешь?!

Вместо ответа она направила коня прямо к костру. На мгновение мне показалось, что она зачем-то решила затоптаться нас обоих — но в нескольких шагах Ликиу натянула поводья, выпорхнула из седла — и тут же повисла у меня на шее.

— Узнаю сестренку, — вздохнул Тао за моей спиной. — Если уж она что-то задумала — даже целое полчище ракшасов ее не остановит.

— Зачем?.. — растерянно пробормотал я, поглаживая узкую спину. — Ты еще слишком слаба.

— Разве не ты говорил, что я нужна вам с Тао? — Ликиу приподнялась на носках дорожных сапог и поцеловала меня. — Что бы ни случилось, я — Владыка Каменного Кулака, и мое место рядом с братом и возлюбленным!

Темные глаза сверкнули в свете костра неукротимым пламенем — и я вдруг понял, что не могу и не хочу спорить. Может, тело Ликиу еще не вернуло прежнюю силу, но дух Владыки, едва не уничтоженный Четаной и Шандором, снова был с ней.

— Будь мы чуть ближе к дому — я силой вернул бы тебя обратно, — тоскливо вздохнул Тао. — Дорога на север далека и трудна.

— Если путь прокладывает болван. — Ликиу рассмеялась и указала рукой куда-то в сторону солнца, уже почти скрывшегося за деревьями. — В двух днях пути отсюда есть железная дорога, по которой поезда идут на север. Почти до самого Хафай-Сегера.

— Ты называешь меня глупцом? Сейчас все четыре клана воюют между собой, — проворчал Тао. — Владыки нарушили указ Императора и закрыли путь поездам.

— Не всем, братик. — Ликиу лучезарно улыбнулась. — Лишь тем, что могли бы везти вагоны, наполненные оружием и Служителями. Но торгашам из Дасов нет большого дела до ссор кланов. Поезда с зерном и шерстью все так же идут на север, чтобы вернуться обратно с железом и медью, которыми славятся владения Белой Чайки.

Чем-то все это здорово напоминало мой родной мир. Даже в наше спокойное время государствам иной раз случалось воевать — пусть и не так, как во Вторую Мировую. В учебниках для колледжей писали, что в конце шестидесятых Советы чуть ли не в открытую выступали на стороне вьетконговцев… Игорь смог бы рассказать куда больше, чем знал я сам — но наверняка не стал бы спорить, что торговля с Штатами едва ли прекращалась хотя бы на день.

И здесь, похоже, происходило примерно то же самое. Кланы впивались друг другу в глотки, бряцая оружием, но вагоны с товарами все так же катались туда-обратно, пополняя карманы ушлых торгашей — а заодно и казну Императора.

— Ты задумала спрятаться на одном из поездов? — догадался я. — И отправиться прямо в самое сердце владений северян?

— Именно так. И я уже придумала, как добраться туда. Но без меня вы не сделаете и шагу. — Ликиу ткнулась лбом мне в грудь. — Неужели ты позволишь брату прогнать меня после такого?

— Решать тебе, Владыка Рик, — усмехнулся Тао. — Но знай — если ты решил вернуть мою сестру домой, тебе придется тащить ее силой до самого Анцина. И там приковать к самой крепкой скале… но едва ли даже это задержит ее надолго.

— Хотел бы я знать, как уберечь тебя на пути… — Я со вздохом зарылся лицом в пахнувшие какими-то цветами волосы. — Но, похоже, у меня просто нет выбора.

— Никакого, Владыка Рик. — Ликиу поджала ноги и повисла у меня на шее. — Теперь я тебя никуда не отпущу. Больше никогда.

Глава 28

— Давай. Прыгай, Рик, прыгай!

Я послушно разжал руки, оттолкнулся от хрустнувшей под моим весом ветки — и прыгнул. Даже для владеющего силой Джаду полет в две десятка футов оказался не самой простой задачей: краем глаза я увидел, как Тао не удержался на ногах и свалился боком на крышу вагона. Мы тут же оглянулись, но наши переживания оказались напрасными.

Может, Ликиу и утратила Джаду навсегда, но ее тело вернуло прежнюю силу и ловкость, а весила она вдвое меньше нас обоих — и прыгнула лучше всех.

— Неплохо бы забраться внутрь. — Ликиу пошла мне навстречу так, будто под ее ногами был не мчащийся на скорости сорока миль в час вагон, а знакомые камни Анцина. — Ночи на севере все холоднее.

Тао с сомнением огляделся по сторонам — видимо, искал вход. Но я не стал усложнять: присел на корточки и просто испепелил доски, проделывая в крыше аккуратную дыру в три фута в поперечнике.

— Неплохо, Владыка, — усмехнулся Тао. — Заглянешь внутрь? Не хотелось бы мне спать среди угля.

— Там зерно. — Щелкнул кремень, и пламя вспыхнуло в руках Ликиу так быстро и ярко, словно она вдруг обрела Джаду Огня. — По этой дороге уголь везут на юг.

Я просунул голову внутрь. Для посадки на поезд мы выбрали ночь — чтобы случайно не попасть на глаза Служителям — и солнце уже давно зашло, но и огонек фонарика давал достаточно света, чтобы кое-как разглядеть деревянное брюхо вагона. Он оказался чуть ли доверху набит мешками, аккуратно уложенными вдоль стен — только посередине остался узкий проход. Но здесь явно уже давно никто не бывал: рассыпанное по полу зерно уже успело покрыться толстым слоем пыли.

Похоже, этот поезд провел в пути немало дней — и шел чуть ли не от самых владений Огненного Лотоса.

— Спускайтесь. — Я спрыгнул вниз и тут же задрал голову, разглядывая на фоне ночного неба два силуэта. — Здесь нас никто не найдет… Да и не станет искать.

Владыки редко путешествуют среди зерна, заготовленного на продажу — а простому смертному едва ли под силу забраться в поезд на ходу.

Тао спустился сам, ловко прыгнув не на пол, а прямо на мешки — и тут же улегся так, будто собрался спать. Ликиу я поймал на руки — и чуть ли не полминуты держал, не желая отпускать… Просто так, без особой причины.

— Владыка Рик, поставь мою сестру. — Голова Тао свесилась сверху. — Еще немного, и я начну думать, что ты обязан взять ее в жены.

— Слишком большая честь для простого бродяги, — усмехнулся я. — Что я могу предложить самой прекрасной и отважной девушке в Империи, кроме своего меча?

— Свою верность, Посланник. — В голосе Ликиу не было и тени веселья. — И могущество, равным которому обладал лишь сам Бохай-воитель.

Я подумал было забраться к Тао — но потом просто сдернул несколько мешков на пол и уселся сверху. Нам предстояла еще долгая дорога, два или три дня — и то, если поезд пойдет до самого края северных земель без остановок — так что стоило устроиться поудобнее…

Да и обдумать слова Ликиу времени теперь предостаточно. Если она и ошиблась, то не так уж сильно. Посланник Белой Чайки погиб в песках юга, а Шандора я прикончил лично. Его сила — пусть не вся, конечно, но ровно столько, сколько смогли принять мое тело и дух — перешла ко мне. Кое-что я прихватил и из затерянного храма Антаки. Анора с Игорем учились у сильнейших Мастеров этого мира — но я учился у Древнего. И если сложить все вместе, я определенно стал круче двух уцелевших Посланников. Возможно, даже вместе взятых.

Чем не повод закончить войну одним махом — а потом нести волю Антаки прямо до Золотого Трона Солнцеликого Раджиндры?.. Точно так же, как это собирался сделать Шандор.

Я тряхнул головой, отгоняя кровожадные мысли. В последнее время они посещали меня все чаще и чаще — и я все чаще и чаще давал им волю.

— Это правда, Рик. — Ликиу улыбнулась и взяла меня за руку. — Ты сильнее всех, кого я когда-либо знала.

— Едва ли, милая. — Я откинулся назад и опустил голову на сваленные в проходе мешки. — Может, я успел кое-чему научиться у Чандана и твоего брата, но в этом мире еще слишком много Владык, чье могущество неизмеримо больше моего. А я пока не смог одолеть Трех Ступеней Прозрения.

— Смог, — вдруг подал голос Тао. — Убив Шандора, ты поднялся на Первую Ступень Пробуждения, десятую из семнадцати.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую. — В полумраке вагона сверкнула белозубая улыбка. — Ты изменился. Так же, как меняются те, чья власть растет. Это очень важная Ступень. Немногие из высокородных в силах подняться на нее — но те, кому удается, неизмеримо возвышаются над простыми смертными. Их дух пробуждается… однажды и ты будешь готов понять истинную природу Джаду — и тогда тебе откроются Три Ступени Постижения.

— Вот как? — Я заложил руки за голову. — Я-то думал, что любой из Кшатриев способен пройти весь Путь. А уж Великие Мастера наверняка все до одного стоят на самой высшей.

— Нет, — Ликиу негромко рассмеялась. — Если бы все было так просто, Владыка уподобились бы бессмертным богам. Лишь один из тысячи высокородных способен пройти Три Ступени Постижения. Старый Четана не смог шагнуть и на первую… Алуру и Акирен куда сильнее его, но высшее могущество Джаду пока не доступно и им.

— Шестнадцатая Ступень… — Я сложил в уме нехитрые цифры. — И семнадцатая. Значит, после Постижения их всего две.

— Ступень Творения и Ступень Владычества, — отозвался Тао. — Поднявшись на первую, ты сравняешься могуществом с богами и сможешь, подобно им, создавать миры или переделывать их по своей воле. Но тот, кто встанет на семнадцатую из Великих Ступеней — будет выше самого Создателя.

— Разве так бывает? — Я тряхнул головой. — Кому-то удавалось?.. Хоть раз?!

— Не думаю, друг мой. — Тао перекатился на спину и, похоже, уставился в крышу вагона. — Легенды говорят, что Бохай-воитель получил силу, равную силе Агни-защитника…

— Он был Посланником земли — тысячу лет назад! — воскликнул я. — Вы знали?..

— Нет. — Ликиу покачала головой. — Зато знаем сейчас. Могущество Посланников неизмеримо выше даже могущества сильнейших Владык… Но дано ли тебе подняться выше Тримурти, сотворившего небо и землю из скорлупы золотого яйца?

— Едва ли. — Я перевалился набок и устроился поближе к Ликиу. — Да и зачем мне такая власть? Я не желаю становиться Императором или богом. Мне просто хочется защитить тебя и Тао… и весь этот мир, если придется. Остановить войну. Отыскать тех, кто притащил меня сюда — и заставить заплатить за все, что они делают и делали раньше.

— Мне нравится, — промурлыкала Ликиу, положив голову мне на грудь. — Но если ты дашь Великой Тьме взять верх над твоей душой, вместе защитника Империя получит тирана куда страшнее, чем сам Шандор!

— Не дам. Антака, Хранитель Преисподней, суров, но справедлив. А истинная Тьма не имеет отношения к цвету Дажду, — проворчал я, обнимая Ликиу.

— Так говорил Чандан, мудрейший из мудрых, — снова подал голос Тао. — Хотелось бы мне верить, что старик не ошибся.

— Не ошибся. — Ликиу осторожно коснулась моей щеки кончиками пальцев и провела вниз, к животу. — В этой груди бьется сердце воина, а не убийцы. Да и разве могла я полюбить недостойного?

Я молча вздохнул. Ликиу верила в меня — хоть и не знала, не могла знать, что со мной творится. С каждым днем голоса в голове становились все сильнее. Будто Посланники прошлого окончательно слетали с катушек, почуяв приближение Тьмы. А теперь мне казалось, что на мои плечи понемногу ложился и весь этот мир.

— А что будет, когда ты победишь, Рик? — вдруг спросила Ликиу. — Когда твои враги падут?

— Не знаю. — Я зарылся лицом в ее волосы. — Мне не приходилось слышать даже легенд о том, куда уходят Посланники, когда выполняют то, что им суждено. Может, я просто умру… или займу место среди богов.

— А если нет. — Ликиу подняла голову и посмотрела мне в глаза. — Если ты сможешь вернуться к себе домой?

Я не стал отвечать… И не только потому, что мои слова бы точно ей не понравились — а потому, что и сам не знал. Сан-Фран был моим домом двадцать семь лет, где-то в том мире остались мои родители и пара друзей. Возможно, там меня все еще поджидал Кимура со своими дружками, но если это и было поводом остаться здесь — но уж точно не самым главным.

Боги этого мира подарили мне новых друзей, новую судьбу… и ту, что сейчас тепло дышала мне куда-то в шею.

— Наверное, твой дом — прекрасное место, — проговорила Ликиу. — Расскажи мне… На что он похож? На Анцин? Или на Моту-Саэру?

Рассказать?

Судя по мерному посапыванию наверху, Тао уже успел задремать. И у нас с его сестрой было все время этого мира — не больше и не меньше, чем оставили беспощадные боги.

— Скорее на Моту-Саэру. — Мне вдруг стало смешно. — Там тоже много дворцов — таких же огромных и блистательных. И есть свои Владыки.

— А что там еще есть? — Ликиу подтянула ноги к груди, сворачиваясь клубочком. — Я хочу знать все!

— Как пожелаешь… Тогда — слушай, — улыбнулся я. — Далеко-далеко отсюда есть город, который называется Сан-Франциско…

Дорогие читатели!

Как видите, я кое-как пережил непростое начало 2021 года и вернулся к работе. Новая серия уже пишется и, думаю, вы увидите ее уже в апреле, но пока поговорим о "Посланнике". Как я и обещал — эта часть будет последней. События уже скоро выйдут на финишную прямую, и история Рика получит достойное завершение. Осталось не так уж много, важных ключевых моментов, и я не собираюсь "лить воду", чтобы добрать объем — как не собираюсь и комкать сюжет, чтобы поскорее развязать руки для нового проекта. И, судя по всему, книжка получится короткой: явно меньше стандартных для меня 10 авторских листов. Возможно, меньше намного. Зато я закончу ее в апреле.

Ваш автор.

Глава 29

Нам пришлось покинуть вагон, целых три дня бывший нашим домом, на рассвете. Поезд остановился, и вскоре мы услышали невдалеке негромкую болтовню Служителей и «бронзовых». Они уже начали вытаскивать мешки.

Мы прибыли на конечную станцию. На самую северную точку, до которой только дотягивались рельсы — и дальше дороги не было.

Мы выбрались из вагона так же, как и попали внутрь — только на этот раз я проделал дыру в стене. Оказавшись снаружи, я не сразу понял, куда идти. Поезда были со всех сторон, будто я попал на какой-то транспортный узел в окрестностях родного Сан-Франа. Ликиу говорила, что в Хавай-Сегер ведет только одна железная дорога, и одна же возвращается на юг — но здесь каждая из них, похоже, разделалась сразу на несколько.

И все две с лишним дюжины веток были под завязку забиты вагонами, между которыми сновали повозки, запряженные мохнатыми коротконогими лошадками, Служители и простые работяги с мешками на плечах. Этот странный грузовой вокзал жил своей жизнью и дышал полной грудью, словно война сюда и вовсе не добралась.

Осталась так далеко, что я вдруг почувствовал себя спокойно. Здесь, в самом сердце владений клана, который уже вступил в войну с Каменным Кулаком. И наверняка с радостью бы прикончил и Посланника Тьмы — если уж тот имел глупость прийти сюда по своей воле.

Но ни местным грузчикам, ни Служителям не было до нас троих ровным счетом никакого дела. Мы нацепили бронзовые пряжки, закутались в теплые плащи, прихваченные из Анцина, смешались с толпой и за несколько минут убрались так далеко от вагона, что вернуться уже не смогли бы даже при желании.

— Хотела бы я знать, куда идти. — Ликиу жалобно вздохнула. — Здесь так холодно…

Мы с Тао почти не чувствовали холода, но его сестру больше не согревала всемогущая Джаду. Бедняжка изо всех сил куталась в плащ и жалась ко мне, но и слышать не хотела, чтобы взять хоть что-то из моей одежды. И нам оставалось только шагать быстрее, чтобы она могла хоть как-то согреться.

— Потерпи немного, милая. — Я уверенно шагал туда, где по моим представлениям должен был находиться север, раздвигая плечами «бронзовых». — Должна же здесь быть кандзи или что-то подобное…

— Здесь их так не называют, друг мой, — усмехнулся Тао. — Постарайся не сболтнуть лишнего.

— Какая разница! — Я поправил перевязь с мечом и зашагал быстрее. — Нам подойдет любое место, где можно поесть… и выпить чего-нибудь горячего.

Вагоны закончились внезапно — вместе с рельсами. Я вдруг вышел на открытое пространство, заставленное бревенчатыми и каменными домишками. Приземистые и заснеженные, они стояли как попало, разделенные на две равные части дорогой. Лента из грязно-серого камня вилась среди построек, забираясь вверх — прямо к…

— Я слышал рассказы об этом месте… — пробормотал Тао. — Но правда оказалась даже поразительнее домыслов, друг мой.

Я не ответил — просто не было слов. Хафай-Сегер, также называемый Небесным Городом, таинственная твердыня клана Белой Чайки, расположившийся на самом краю заселенных людьми земель Империи у северного рубежа, оказался величественного самого смелого из моих ожиданий — и ничуть не утрачивал великолепия, становясь ближе с каждым шагом.

Теперь я понял, почему все поезда останавливались здесь. До сердца города оставалось едва ли больше полумили, но ни мастерство строителей, ни даже мощь Владык не смогла бы проложить рельсы дальше.

Скалы, поднимающиеся над домишками у подножья, казалось, росли из самого нутра этого мира. Может, и не такие высокие, как те, что в свое время пришлось преодолеть нам с Меруканом — но огромные, седые и могучие. Вечные… старше, чем само время. Они наверняка помнили тот день, когда Создатель Тримурти расколол золотое яйцо и сотворил из его скорлупы небо и землю.

Золотоверхие башни Хафай-Сегера росли прямо из скал. У каких-то на стенах просматривалась кладка, но некоторые явно были высечены в местной породы: ни единого стыка, только окна, прорубленные не резцами, а скорее силой Джаду.

Чтобы вырезать из камня подобное инструментом простых смертных, ушла бы целая вечность. Этот город строили Владыки — а остальные пришли уже позже.

Наверх вел только один путь: лестница примерно в человеческий рост шириной. Не сложенная на скалах, а вырезанная прямо в них, как и часть башен. Пока мы с Тао и Ликиу шагали по дороге от «депо», вокруг то и дело слышались голоса, топот и конское ржание. Кто-то подгонял лошадей, кто-то таскал мешки или хлопал дверями — вокруг бурлила жизнь.

Но чем ближе мы подходили к каменной лестнице, тем больше на нас накатывала тишина. Не мертвая, как на восточных землях вокруг храма Антаки — но будто вымерзшая, застывшая. Будто даже сами звуки замерзали от холода, становились тише и оставались где-то за спиной. Я заметил, что немногочисленные уже люди вокруг стараются ступать осторожнее, чтобы не потревожить священный покой этого места.

Уже поднимаясь по лестнице, я понял, что нас окружают одни только Служители в белых одеждах. Но, похоже, низшему сословию подниматься в Хафай-Сегер не запрещалось: никто не обратил на наши бронзовые пряжки никакого внимания.

— Где-то там должен быть храм Ваи, властителя северных ветров, — негромко произнесла Ликиу. — Если спросят — скажи, что мы пришли просить благословения у хранителя этих земель.

— Верно. — Тао поправил меховой капюшон на голове. — Служителям незачем знать, кто пожаловал в Хафай-Сегер искать встречи с Великим Мастером. Я буду говорить только с самим Йонаром — как равный с равным.

— Если сможешь добраться… — пробормотал я, задирая голову. — В его дворец под силу попасть разве что птице.

Я шел по лестнице первым — и первым увидел то, что ожидало гостей Хафай-Сегера в конце подъема. Снизу островерхие башни, покрытые снегом, не так уж сильно отличались друг от друга: почти все были построены из камня и заканчивались шпилями. То ли из золота, то ли из какого-то другого блестящего желтого металла.

Но вблизи жилище самого Владыки над Владыками оказалось чем-то особенным — даже для священного Небесного Города. Вырезанный из белоснежного камня дворец Великого Мастера Йонара ощутимо уступал размерами не только «небоскребам» Моту-Саэры, но и большинству местных башен. И возвышался над ним вовсе не потому, что древние каменщики возводили этаж за этажом, пока шпиль дворца не пронзил само небо, вздымаясь выше остальных.

Башня из белого камня висела в воздухе. Без подпорок или каких-нибудь канатов или цепей, способных удержать ее тяжесть или разделить ее между соседними постройками. Просто висела. Не так уж высоко — всего в сотне футов на землей, вряд ли больше.

И все же попасть внутрь смог бы только тот, кого боги наделили даром полета.

— Могущество Белой Чайки велико, — прошептал Тао. — Воздушный дворец Великого Мастера удерживает сила сотен Владык.

Похоже, ему тоже казалось бессмысленной трата целого моря энергии на одну лишь демонстрацию могущества клана. Но размах, надо признать, впечатлял. И не только нас двоих.

— Мне кажется, что я снова чувствую Джаду. — Ликиу вытянула вперед слегка дрожащую руку. — Здесь ее столько, что даже слепой увидел бы ее свет, а глухой — услышал.

Чужая власть вновь напомнила бедняжке о собственной утрате. И раз уж мы не видели никакой возможности подняться туда, наверх — не было причин и задерживаться.

— Пойдем. — Я обнял Ликиу и накрыл полой собственного плаща. — Незачем здесь стоять. Лучше спустимся к поездам. Там хотя бы не так холодно.

— И найдется, где купить еды, — проворчал Тао. — Если уж думать, как попасть во дворец Великого Мастера — лучше уж делать это на сытый желудок.

Спуск занял примерно вдвое меньше времени, чем подъем. Идти вниз оказалось легче, и теперь мы больше не глазели по сторонам. Ликиу спряталась под плащом, спасаясь от холода, Тао погрузился в собственные мысли, а я все пытался придумать, как добраться до самого Йонара или хотя бы кого-то из его людей. Спрашивать у Служителей не очень-то и хотелось — тогда нам непременно пришлось бы себя выдать — а Владык в Хафай-Сегере я не видел. Будто все они или отправились воевать на юг, или просто насмерть замерзли в своих остроконечных хоромах.

— Гляди. — Тао вытянул руку, указывая на бревенчатый домик, расположившийся чуть ли не у самого спуска. — Будь я проклят, если там мы не найдем того, кто за пару чжу накормит нас и угостит чаем.

Мой друг не ошибся: теплая избушка действительно оказалась местным аналогом кандзи, и мясом здесь — судя по запаху — кормили. Но вместо чая местные «бронзовые» явно предпочитали что-то покрепче. Бородач со здоровенными ручищами поставил перед нами три дымящиеся кружки, не дожидаясь, пока кто-то из нас скажет хоть слово. Я не стал возражать: здешнее пойло, хоть и попахивало алкоголем, согревало прекрасно. Да еще и оказалось весьма недурным на вкус. Что-то вроде сладковатого и чуть густого эля, отдающего какими-то травами и почему-то карамелью.

— В жизни не пробовала ничего вкуснее. — Ликиу обхватила кружку двумя руками, согревая пальцы. — Мы ведь никуда не спешим?

— Нет, — вздохнул я. — Только если ты не придумала, как нам взлететь, как птицам и попасть во дворец Великого Мастера.

— Говори тише, друг мой. — Тао огляделся по сторонам. — Мы на чужой земле — и друзей у нас здесь нет.

Я молча кивнул. Тепло и местное пойло лишь на миг заставили забыть об осторожности — и, похоже, зря. Бородатый хозяин заведения все так же ковырялся с посудой, где-то в углу — но остальные гости почему-то суетились. Несколько человек вышли на улицу, а один прикрыл за ними дверь и остался около нее.

Будто стоял на страже.

Я запоздало подумал, что уже сболтнул лишнего. Вряд ли кто из местных посмеет напасть — но Служителям донесут наверняка. А те тут же скажут Владыкам, и тогда… В общем, лучше здесь не задерживаться.

Я потянулся за перевязью с мечом, которую прислонил к лавке — и не нашел ее на привычном месте. За спиной послышался негромкий шорох.

— Кто ты такой, ракшасы тебя забери? — Моей шеи коснулось что-то острое и холодное. — И что тебе нужно от Владыки Йонара?

Глава 30

Я попытался дернуться, но лезвие — кажется, что-то вроде кривого ножа — тут же впилось в кожу. Голос, шептавший мне в ухо, явно принадлежал женщине… которая явно умела пользоваться своей гребаной железкой. А перерезанное горло вряд ли лечится — даже со всеми возможностями Джаду и даром Посланника.

Я истеку кровью быстрее, чем высосу достаточно жизни, чтобы восстановиться.

Тао с Ликиу тоже едва ли могли чем-то помочь — на них со всех сторон смотрели острия копий и коротких широких мечей. Я заметил, что окружившие нас люди отличаются от местных — и уж тем более от южан. Тоже темноволосые и чуть смуглые, несмотря на скупое северное солнце — но куда больше похожие на европейцев.

Азиатская кровь изрядно разбавило местную не одну сотню лет назад — но разбавила не до конца. На нас смотрели около дюжины пар глаз, среди которых голубые попадались уж точно не реже, чем карие. Похоже, мы попались не простым «бронзовым»… Нет, вообще не «бронзовым»!

От каждого веяло Джаду — и веяло ощутимо, уж точно не ниже Третьей Ступени Познания. Но самый могучий «источник» расположился у меня за спиной и явно с трудом сдерживался, чтобы просто не полоснуть мне ножом по горлу.

— Мы не враги Владыке Йонару. — Я осторожно поднял руки вверх. — Уберите свое оружие — мы пришли не для того, чтобы сражаться.

— Откуда мне знать? — усмехнулся женский голос у меня над ухом. — Добрые люди не надевают чужих пряжек, чтобы пробраться во дворец Великого Мастера.

— Добрые люди вообще не надевают чужих пряжек, — отозвался я. — У нас есть причины скрывать имена и лица на этих землях. А какие есть у тебя?.. Может, хотя бы назовешь свое имя перед тем, как спрашивать?

Таинственная незнакомка убрала нож и рывком развернула меня на стуле. В грудь мне тут же уперлись сразу два копья — но теперь я хотя бы мог рассмотреть ту, что застала врасплох не только меня и Тао, но и умницу-Ликиу.

Сначала мне показалось, что Анора соврала или ошиблась, и Посланник… точнее, Посланница Воздуха вовсе не погибла среди песков юга. Рослая красотка со светлыми чуть ли не до белизны волосами смотрелось здесь таким же чужеродным элементом, как я сам — или даже более. От нее веяло Джаду такой силы, что случись нам сражаться даже один на один, исход боя был бы неясен. Похожие на льдинки глаза просвечивали меня насквозь, а руку, сжимавшие нож, будто вырезали из слоновой кости.

Но нет — первое впечатление оказалось обманчивым. Красота незнакомой Владыки лишь выглядела нездешней — но родилась и расцвела здесь, среди снегов и камней Хафай-Сегера…

— Приветствую тебя, Владыка Тира, — вдруг заговорил Тао. — Мы не встречались раньше. Но даже до Анцина, что стоит на землях Каменного Кулака, доходили слухи о женщине, чьи волосы подобны лучам солнца, кожа белее горных вершин, а красота превосходит красоту самой божественной Лакшми, рожденной цветком лотоса.

— Ты умеешь говорить красиво. — Тира улыбнулась — но нож убирать не спешила. — Но не назвал себя. И не сказал, зачем пришел сюда, зная, что между нашими кланами больше нет дружбы.

— Мое имя Тао, сын Лонгвея, волей совета Владык и милостью сильнейших воителей Империи названный Великим Мастером Каменного Кулака.

Я осторожно повернулся и увидел, как мой друг медленно поднимается с лавки под прицелом мечей и копий — а потом опускается на одно колено.

— Я склоняюсь перед твоей красотой, — продолжил он. — Но говорить желаю, как с равной. И спрашиваю тебя, прекраснейшая: что же такого случилось в доме Великого Мастера Йонара, что его дочь вынуждена прятаться и носить бронзовую пряжку в самом сердце владений Белой Чайки?

Дочь Йонара? Судьба свела нас с важной птицей… Вот только дела у этой самой птицы, похоже, немногим лучше, чем у нас самих.

— Великий Мастер Каменного Кулака? — задумчиво произнесла Тира. — Неужели перемены пришли не только в мой дом? Скажи, Владыка Тао — что же случилось с почтенным Четаной?

— Великий Мастер Четана пал от руки предателя, пожелавшего править кланом, — ответил Тао. — Но власть Шандора была недолгой — его убил тот, кто сейчас прямо перед тобой, прекраснейшая.

— Ты?.. — Тира опустила голову и заглянула мне в глаза. — Смог победить самого Посланника земной Джаду, ожившее воплощение великого защитника Агни?

Ого. Похоже, здесь тоже уже в курсе… кое-чего.

— Это так, Владыка. — Я склонил голову. — Богам было угодно, чтобы я одолел его в поединке. И помог Тао занять место, которое принадлежит ему по праву сильного и мудрейшего из мудрых.

— И вот Великий Мастер приходит в Хафай-Сегер, скрываясь, подобно вору. — Тира снова нахмурилась. — И ищет моего отца. Для чего?

— Твой отец привел воителей Белой Чайки на земли моего клана, — ответил Тао. — Но я готов забыть все обиды и предложить ему союз. Посланник Воздуха мертв, и вашим людям не нужна чужая война. Не знаю, кто заставил Великого Мастера отправить войска — но он не желает добра. И когда придет время, Огненный Лотос и Ледяное Копье нападут и на твой клан, прекраснейшая, и дойдут до самого Хафай-Сегера. Поодиночке нам не выстоять — но вместе мы сможем победить и защитить свои владения!

— Мудрые слова, Владыка. Отец наверняка послушал бы тебя… если вообще позволил бы войне между нашими кланами случиться. — Тира тяжело вздохнула. — Но он мертв, а слово его дочери в Хафай-Сегере больше не стоит и чжу.

— Ты говоришь загадками, прекраснейшая. — Я чуть сдвинулся назад — подальше от копий. — Сильнейшие из воителей Империи сейчас сходятся в битвах у границ владений Каменного Кулака. Кому еще под силу одолеть Великого Мастера Белой Чайки в его же доме?

— Предателю, подобному Шандору. — В глазах Тиры зажглись недобрые огоньки. — Мой отец не желал вступать в войну, которая не принесла бы клану ничего, кроме смерти лучших и достойнейших… Но так считали не все. Мой дядя Асгрим убил родного брата и захватил наш дом. И мне пришлось бежать и прятаться, чтобы сохранить жизнь. Все, что у меня осталось — эти люди. — Тира указала на тех, кто держал копья. — Владыки, которые еще помнят о верности и чести.

— Я скорблю о твоем отце, прекраснейшая. — Тао склонил голову. — Но мне не понять, зачем Белая Чайка вступила в войну. Твой дядя стал предателем, но едва ли был глупцом. Ведь только глупец поведет людей грабить чужие земли вместо того, чтобы защитить свои.

— У него нашлись причины, — Тира мрачно усмехнулась. — Ему было обещано многое… Богатство, земли… И власть, которую он сохранит, даже когда Посланники покинут этот мир.

— Покинут? — насторожился я. — Что тебе известно о них, Владыка?

— Многое. — Тира прищурилась, будто пытаясь заглянуть мне в голову. — Мой род хранит легенды о тех временах, которые другие кланы предпочли забыть. И я знаю, кто такие Посланники, зачем они приходят… и по чьей воле.

Вот. Вот оно!

— Так скажи же, прекраснейшая! — Тао сложил руки на груди. — Не в моей власти вернуть тебе отца — но мы можем вместе отыскать тех, кто виновен во всем этом. И тогда — клянусь богами — они понесут наказание!

— Не спеши, Владыка. Отца ты не вернешь — это верно… — Тира склонила голову набок, по очереди рассматривая нас троих. — Но ты можешь помочь мне. Я предлагаю сделку.

— И чего же ты хочешь, прекраснейшая?

— Помоги мне убить Асгрима и вернуть то, что мое по праву. — Тира сжала кулаки. — И тогда я поклянусь, что Белая Чайка будет стоять за Каменный Кулак, даже если нам придется сражаться против самих богов!

— У твоего дяди немало союзников, — подала голос до этого молчавшая Ликиу. — Убив его, ты лишь посеешь раздор, Владыка… Да и как нам отыскать того, кто сейчас ведет войско по землям Каменного Кулака?

— Асгрим здесь! — Тира хищно оскалилась и указала рукой туда, где в сердце Хафай-Сегера парила над землей белая башня. — Он отправил войска на юг, но на его зов не явилось и трети Мастеров Белой Чайки. Трус знает, что я прячусь в городе — но боится даже высунуть нос за дверь… После того, как войско ушло на юг, у него здесь почти не осталось друзей. И если кто-то придет, чтобы отомстить за предательство — Хафай-Сегер вспыхнет, подобно свечке… Но немногие поднимут оружие, чтобы защитить Асгрима!

— Это так, прекраснейшая, — кивнул Тао. — Ты — наследник Великого Мастера и истинный правитель Белой Чайка… Но если ты еще не вернула себе дом отца — Асгрим слишком силен, чтобы одолеть его с кучкой людей — пусть и достойнейших из достойных.

— Если с нами пойдет сам Великий Мастер Каменного Кулака — мы обрушимся на Асгрима так же внезапно, как горный орел падает на свою добычу. — Тира тряхнула головой, рассыпая по плечам роскошные белые волосы. — Ударим сегодня же — и боги отвернутся от предателя!

— С твоей отвагой сравнится лишь твоя красота, прекраснейшая, — вздохнул Тао. — Но разве ты думаешь, что я смогу победить всех людей твоего дяди?

— Едва ли такое под силу даже Великому Мастеру. — Тира нахмурилась — но вдруг хищно улыбнулась и ткнула пальцем мне в грудь. — А вот он — сможет.

Глава 31

Мы снова поднимались по каменным ступеням Хафай-Сегера — точно так же, как час или полтора назад. Только на этот раз нас было куда больше. Тира взяла с собой всех Владык до единого. Те сменили дерюгу и плащи на белые одежды и снова надели золотые пряжки.

Истинная хозяйка города шла вернуть себе то, что принадлежало ей по праву.

И больше не скрывалась. То ли дело кто-то из Служителей попадался на пути — и тут же принимался или жаться к краю ступеней, или падал на колене… или убегал, чтобы вскоре вернуться с мечом, копьем или топором в руках. Но сражаться они собирались не с нами. Оглянувшись, я заметил чуть ли не полсотни человек, молчаливо шагавших за Тирой и Владыками в белом. Жалкий отряд на глазах превращался в маленькую армию.

Я ожидал, что люди Асгрима обрушатся на нас еще на улицах Хафай-Сегера, но, похоже, у него здесь уже почти не осталось друзей. Белая башня, висящая в воздухе, уже показалась вдали — но никто так и не встал на пути к ней.

Но надеяться, что самозваный хозяин города сдастся без боя, не приходилось. Я до сих пор не имел понятия, как попасть внутрь… Зато не сомневался, что мне придется сделать это одним из первых. Тира явно рассчитывала сделать чуть ли не всю грязную работу моими руками. Подставить мой Щит под самые страшные удары свиты Асгрима, а врагов — под мой меч.

Не сказать, чтобы я так уж сильно возражал. Засевшие в башне предатели уж точно не были хорошими парнями — и к тому же стояли на пути к моей цели.

— Ты готов? — Тира ускорила шаг и поравнялась со мной. — У нас больше людей, чем я думала, но бой не будет легким.

— Я буду сражаться за тебя так же, как сражался бы за своего брата Тао, прекраснейшая, — ответил я. — Но лишь боги знают, хватит ли мне сил.

— Есть ли вообще предел силам Посланника Тьмы?

От неожиданности я едва не споткнулся. Выходит, она все знала?! С самого начала?..

— Тебе известно многое. — Я хмуро смерил хитрую красотку взглядом. — Соглядатаям Белой Чайки, наделенным даром полета, нет равных во всей Империи.

— Мудрому не нужны чужие глаза, чтобы видеть скрытое, — усмехнулась Тира. — Слухи порой мчатся быстрее ветра, Владыка Рик. И я слышала немало о могучем воителе, чья кожа бела… но которого никогда не видели здесь, на севере. Разве так сложно узнать человека по его деяниям? И кому еще под силу в одиночку одолеть Посланника Земли?

— От тебя не скроешься, — проворчал я, оглядываясь. — Но если…

— Я не стала ничего говорить своим людям. — Тира покачала головой. — Ни к чему им знать, кто сегодня будет сражаться рядом с ними за Хафай-Сегер. Непростые времена рождают… непростые союзы.

— Это так. — Я не мог не согласиться. — Если уж для клана Каменного Кулака я оказался лучшим другом, чем Посланник Земли. Нас с Тао связывает давняя дружба, которая для меня дороже даже воли самого Антаки, Хранителя Преисподней.

— Немногие отважились бы произнести это имя. — Тира прищурилась. — Зачем ты здесь, Посланник? Почему помогаешь нам?

— А почему бы мне не делать этого? — Я пожал плечами. — Я не просил той силы, которой меня наделили. И не искал врагов — кроме тех, что нашли меня сами. Мне нет нужды сражаться… нет даже клана, который мог бы править Империей, если я одолею остальных Посланников. Мудрейший из мудрых говорил, что богам нет дела до дрязг Владык — и что истинную причину войны следует искать на земле, среди людей.

— Ты прав, Посланник. — Тира на мгновение задумалась. — Мне известно куда больше, чем я сказала тебе и Великому Мастеру Тао. И когда мы победим, я сдержу слово — и ты узнаешь все, что знаю я сама.

— Тогда не будем медлить, — вздохнул я. — Ты скажешь, как попасть в дом твоего отца? Я могу сражаться не хуже любого из твоих людей — но летать, подобно птице, мне не под силу.

— Джаду Хафай-Сегера не подчинилась предателю. — Тира направилась прям к висящей в воздухе башне. — Но для моих друзей отроет вход сам Вая, властитель ветра. Иди за мной, Посланник — и ничего не бойся.

Я послушно последовал за Тирой — а что мне еще оставалось делать? Она шагала через площадь — и люди расступались на нашем пути. Где-то за спиной послышались крики и лязг стали. Похоже, кто-то из местных все-таки отважился напасть на верных истинной хозяйке города Служителей — но приблизиться к нам люди Асгрима так и не посмели. Я с тоской косился на темные окна, в любой момент ожидая стрелы, копья или какой-нибудь смертоносной Техники. Чужая Джаду понемногу наливалась мощью за белыми стенами, готовясь дать последний и отчаянный бой, но Владыки в башне почему-то медлили.

Хоть и не могли не знать, что мы приближаемся.

— Возьми свой меч, Посланник. — Тира остановилась прямо под башней и запрокинула голову, уставившись прямо на нависавшую над нами белую громадину. — Нам с тобой начинать сражение — и остальные пойдут следом.

— Как пожелаешь, прекраснейшая. — Я достал меч и отшвырнул в сторону уже бесполезную тряпку чехла с ножнами. — Веди.

Моей ладони коснулись тонкие холодные пальцы. Рука Тиры чуть дрожала — белая красотка не могла не бояться смерти… и едва ли хотела убивать Владык своего собственного клана. Но ей хватило мужества пойти в бой рядом со мной — а это уже чего-то да стоило.

Тира шепотом произнесла несколько слов на языке, который мне еще не приходилось слышать — и мои ноги оторвались от камней мостовой. Ветер будто подхватил под руки нас обоих — и понес вверх. Но когда мы уже должны были врезаться головами в летучую башню, в ее каменном «днище» вдруг открылся круглый люк. Небольшой, меньше десяти футов диаметром, но и их оказалось вполне достаточно, чтобы мы оказались внутри.

Где нас уже ждали.

— В сторону! — крикнула Тира, взлетая куда-то к потолку зала с белоснежными колоннами по кругу.

Ей удалось увернуться от первого удара — а вот я не успел. Полупрозрачная сфера Щита затрещала, на глазах проминаясь внутрь и в одно мгновение высасывая чуть ли не треть моего запредельного резерва Джаду — но, хвала Антаке, выдержала. Я толком не понял даже, где враги и сколько их, поэтому врезал во все стороны разом. Тао и остальные наши еще не поднялись через люк, а умница Тира сообразила убраться подальше — так что зацепить своих можно было не бояться.

Победа над Шандором увеличила мою и без того немалую мощь чуть ли не вдвое, но все равно такого удара я от себя не ожидал. Техника Черного Пепла врезала так, что вздрогнула вся башня. Колонны в два фута толщиной пошли трещинами. Несколько фигур в белых одеждах отлетели к стенами — и тут же сползли по ним бесформенными кучками праха.

Но умерла только мелкота: Служители или те, кто не сообразил спрятаться или влить в Щит побольше Дажду. Противников пока еще оставалось слишком много. Кто-то уже успел сцепиться с Тирой, кто-то встречал у люка Тао и остальных Владык. Краем глаза я успел заметить, как Ликиу бросилась сразу на троих «серебряных», сжимая в каждой руке по узкому изящному клинку. Но прикрывать ее я уже не мог — приходилось позаботиться о себе.

Пятеро людей Асгрима набросились на меня с разных сторон. Одного я прикончил сразу: огромное лезвие меча с одинаковой легкостью вспороло и кое-как выставленный Щит, и плоть. «Белый» не успел даже вскрикнуть. Крутанувшись на месте, я разрубил надвое еще одного — но тут же свалился и сам. Воздушная Техника не смогла всерьез меня покалечить — зато сбила с ног и протащила по полу чуть ли два десятка футов. Ободренный успехом, Кшатрий тут же взмыл вверх, явно намереваясь вогнать мне в грудь короткий широкий меч — но я ударил быстрее. Техника Костяных Пальцев не подвела, и врага тут же скомкало и отшвырнуло в сторону мятой и изломанной тряпичной куклой.

Хруст костей еще не успел стихнуть — а я уже встречал двоих оставшихся. Самых старых и опытных: у обоих в черной шевелюре блестела седина. Они видели, как умерли их друзья — и наверняка уже поняли, что силы неравны. Но все равно продолжали сражаться. Один из них обреченно оскалился и бросился вперед. Без Щита и даже не пытаясь прикрыться от моего меча своим оружием. То ли рассчитывал закончить дело удачным ударом, то ли специально искал славной смерти, то ли…

— Хватит! Прекратите!

Голос Тиры зазвенел откуда-то сверху и прокатился по всей башне, отражаясь от стен. И оба моих противника тут же замерли. Не опустили оружия — но хотя бы больше не нападали… Как и я сам.

— Сегодня и так погибли многие славные воители. Предатель мертв! — Парящая в воздухе на высоте десятка футов Тира указала окровавленным топором на тело под ее ногами. — И вам больше нет нужды сражаться. Я, Тира, дочь Йонара, Владыка Небесного Города Хафай-Сегера и Великий Мастер Белой Чайки, приказываю вам сдаться!

Разумный ход. Пока я оттянул на себя самых опытных бойцов, Тира спокойно прикончила родного дядюшку — и обезглавила заговорщиков. Наверняка многие из них уже не раз успели усомниться в выборе… и уж точно никто не хотел гибнуть, защищая мертвеца.

— Тот, кто признает мою власть и поклянется кровью и своей Джаду служить мне так же, как служили моему отцу, сохранит жизнь и честь, — снова заговорила Тира. — Я не трону ваши дома и детей и не стану судить вас самих прежде, чем закончится война. И те, кто будет сражаться храбро — заслужат прощение богов!

Отличный план. Который, похоже, понравился не только мне: один из тех, с кем я сражался, отшвырнул меч и рухнул на колени.

— Слава Великому Мастеру Тире! — завопил он, кланяясь. — Прости нас, прекраснейшая!

Следом за ним попадали и остальные. Сражаться было больше не с кем, и я тут же принялся оглядываться, отыскивая глазами своих друзей. Ликиу явно оказалась в порядке — разве что чуть запыхалась, кромсая Служителей своими тонкими бритвами. Тао прижимал к груди окровавленную руку, но, похоже, пострадал не сильно. Около дюжины «белых» остались лежать — и я мог только догадываться, на чьей стороне они дрались.

— Мои верные воители! — Тира медленно опустилась на пол. — Я знаю, среди вас еще остались те, кого Вая — бессмертный хранитель ветра — наделил даром полета. И я прошу вас: спешите на юг. Отыщите на чужой земле Владык и Служителей, которых предатели обманом заставили сражаться на войне, которая принесет клану лишь раздор и гибель. И скажите, что я, Великий Мастер Тира, повелеваю им вернуться домой… И что у Белой Чайки больше нет вражды с Каменным Кулаком. И не будет, пока в этом городе правит мой род!

— Неплохо бы сказать об это еще и моим людям, — негромко усмехнулся Тао. — Наверняка среди Мастеров найдутся те, кто пожелает гнать врагов до самого Хафай-Сегера.

— Что до тебя, Посланник — будь моим гостем… — Тира подошла ко мне и заговорила куда тише. — Хоть многим здесь и не понравится, что я вообще оставляю тебе жизнь.

— В твоей власти забрать ее, прекраснейшая. — Я пожал плечами. — Но ты видела, чего я стою в бою. Разве от нашей дружбы не будет больше пользы, чем вреда?

— Это так. Я сдержу слово — и расскажу все, что знаю сама… Но сначала позволь Служителям убрать мой дом и подать еды и теплого вина. — Тира огляделась по сторонам — похоже, считала убитых. — Разговор будет долгим.

Глава 32

— Почему ты не ешь, Посланник? — спросила Тира. — Или пища северян тебе не по вкусу?

— Напротив, прекраснейшая.

Я постарался вложить в улыбку столько учтивости, сколько вообще мог из себя выжать. За огромным каменным столом кроме Тиры и нас троих устроились еще около дюжины Мастеров Белой Чайки — и каждый буравил меня взглядом. Будь их воля — моя голова уже была бы насажена на пику на одной из башен Хафай-Сегера. Где-нибудь повыше, чтобы все видели… Но воля новой правительницы города охраняла меня не хуже самого крепкого Щита.

Впрочем, я и сам умею за себя постоять — и если кто-то из этих напыщенных болванов даст мне хоть малейший повод…

Нет. Нельзя. Мы с Тао пришли сюда не для того, чтобы устраивать мясорубку.

Я с усилием загнал непокорного ярла Виглафа поглубже и снова заговорил:

Пища северян моему животу куда милее того, чем меня угощали на юге, и я благодарю тебя за еду и крышу над головой… но обещала ты мне другое.

— Не спеши, Посланник. Асгрим сражался отважно, он могучий воин — но не настолько, чтобы от его ударов я утратила память.

Тира подняла серебряный кубок и откинулась на спинку резного кресла… Или скорее трона. Похоже, отцовского — и теперь унаследованного ею по праву. Заняв свое место, она изменилась: превратилась из бесстрашной мстительницы и воина в правителя. Мудрого, осторожного.

И хитрого.

Мы устроились трапезничать в белой башне. Не там же, где сражались с людьми Асгрима, а выше. В сравнительно небольшом помещении, чуть ли четверть которого занимала голова огромного животного, висящая прямо над Тирой. Если бы не зашкаливающее количество острых бивней, я бы назвал гигантскую тварь кабаном. Наверняка она стала добычей кого-то из предков Тиры — как и все остальное, развешанное по стенам вокруг.

Звериные шкуры, пробитые и иссеченные клинками доспехов, огромные черепа, оружие… наверняка за каждой вещью стояла какая-нибудь интересная история. Но времени слушать рассказы у нас не было.

— Древний обычай северян требует от хозяина сначала как следует накормить гостя — и только потом говорить о делах. — Тира отхлебнула из кубка. — Но, вижу, ты спешишь, Посланник… Почему?

— Клан моего друга сейчас сражается с Ледяным Копьем и Огненным Лотосом, Владыка, — отозвался я. — Может быть, и с воителями Белой Чайки тоже. Гибнут люди, сильнейшие и достойнейшие. Разве их жизни не важнее даже обычаев твоего рода, прекраснейшая? Я уже говорил — и повторю снова: я пришел сюда не для того, чтобы выиграть войну, а чтобы прекратить ее. И Великий Мастер Тао не желает ни твоих богатств, ни земель — только мира и покоя для своих владений… и для всей Империи.

— Это так. — Тао подался вперед и облокотился на стол. — Я не могу просить у тебя вместе с нами искать тех, кто призвал Посланников в этот мир — но хотя бы расскажи, что тебе об этом известно. И тогда…

— Поверь, Владыка, я не желаю ни хитрить, ни тянуть время. — Тира протяжно вздохнула и нахмурилась. — Но мне следовало убедиться, что твои помыслы — как и помыслы Посланника Тьмы — искренни… Ведь то, что я скажу — величайшая из тайн Белой Чайки. А то, что будет сказано после — потрясет до основания всю Империю… или будет стоить головы нам всем до единого.

— Слишком многие желают заполучить мою голову, чтобы я стал беречь ее сейчас, — проворчал я. — Говори, прекраснейшая. Твое молчание может стоить Империи куда дороже любых слов.

— Как пожелаешь, Посланник. — Тира улыбнулась, но ее глаза-льдинки остались смертельно серьезными. — Тебе приходилось слышать о Владыке Хеварде?

— Нет, прекраснейшая. — Я пожал плечами. — Мне известно лишь немногое. Если ты желаешь говорить о каком-нибудь великом герое прошлого — лучше спроси Владыку Ликиу. Она знает больше любого из…

— Едва ли даже ей под силу вспомнить хоть что-то о Хеварде Белой Гриве, величайшем из великих, — усмехнулась Тира. — Это имя давно забыто. На юге его многие столетия называли Индраджитом-Завоевателем.

— Ты говоришь о первом Императоре?.. — прошептал Тао — и тут же тряхнул головой, будто отгоняя какие-то сомнения. — Не может быть, прекраснейшая! Все знают, что он родился…

— …здесь, в Хафай-Сегере. — Тира торжествующе оскалилась. — Да, первый из рода Императора был Владыкой Белой Чайки и владел Джаду воздуха. Это так — хоть другие кланы и постарались поскорее об этом забыть.

— Откуда ты знаешь, прекраснейшая? — подала голос Ликиу. — Не все древние легенды врут — но подобная наверняка найдется у любого из четырех великих кланов.

— Но лишь одна правдива, — ответила Тира. — Хафай-Сегер стоит на этих скалах уже тысячи лет — и хранит свои тайны дольше, чем существует сама Империя.

— Может, и так. — Я на всякий случай постарался чуть сбить повисшее над столом напряжение. — Когда-то давно боги наделили достойнейших из смертных Джаду — но не они сделали первого Императора тем, кем он стал по право сильнейшего и мудрейшего из Владык.

— Верно, Посланник, — кивнула Тира. — Путь Хеварда Белой Гривы был долог и труден. Говорят, он прожил больше двух сотен лет — но едва ли многие из них ему приходилось наслаждаться покоем.

— Империю родили духи войны. — Ликиу на мгновение задумалась, будто вспоминая что-то. — Она ковалась в огне битв и закалялась в крови… Так говорят древние манускрипты.

— И так было. — Тира опустила ладони на стол. — Ведь Владыка Хевард задумал невозможное: соединить все пять Джаду воедино и заставить служить лишь себе одному.

— Едва ли другие кланы легко покорились ему, — проговорил я. — Могущество Владык велико, но куда больше их гордость.

— Хевард был не только сильнейшим из воителей-Кшатриев. Боги наделили его и красотой, и даром слова… Многие пошли за ним по за ним по своей воле… Но ты не ошибся, Посланник… — Тира снова потянулась к кубку. — Нашлись и те, кто пожелал сражаться. И на их земли Хевард пришел не с дарами и милостью, а с величайшей из армий, которую когда-либо видел этот мир. И упрямцы пали, их дома были разрушены, а имена — забыты.

— Это и случилось с кланом Черной Змеи? — Я на всякий случай скосился на подобравшихся от моих слов «белых». — Так, прекраснейшая? Дети Антаки не пожелали покориться?

— Я не знаю. — Тира покачала головой. — Правители Империи никогда не любили разговоров о том, кто дал начало их роду — но легенды об Антаке и Черной Змее не любили еще больше. Может, твой клан истребил сам Хевард — уже после великой войны, когда его стали называть Индраджитом-Завоевателем — а может, это сделал кто-то из его детей или внуков. В те времена Императоры были могучи, и никто не смел идти против их воли… Даже те, чья сила подобна твоей, Посланник.

— Пусть так, — вздохнул я. — Сейчас уже даже мне нет дела до того, кто именно стер даже саму память о Темном боге и его клане. Но скажи, прекраснейшая — зачем ты рассказываешь нам о первом Императоре? Не этого я ждал от тебя… совсем не этого.

— Всему свое время, Посланник. — Тира отхлебнула из кубка. — Имей терпение.

— И все же пока ты говоришь только о том, что в Анцине знают даже дети Служителей, — прищурился Тао. — Легенда об Индраджите-Завоевателе, создатели Империи, отце людей, победители ракшасов и Владыке четырех стихий, известна каждому.

— Лишь одна ее часть, Владыка Тао. — Тира хитро улыбнулась. — Лишь одна. Та, которая рассказывает о войнах, о великих победах и о том, как был построен Шаэр-Сунейра, золотой город, связавший воедино владения всех кланов… Но есть и другая.

На этот раз Тао промолчал — как и я, и все остальные. Тира явно умела создать нужную атмосферу, и когда она вновь заговорила, все слушали, затаив дыхание.

— С могуществом Хеварда Белой Гривы могла сравниться лишь его мудрость. Еще во времена, когда ему покорилась лишь половина будущих владений Империи, он принял имя Индраджит, что на древнем языке означает Завоеватель, угодный Индре. И вместе с именем он взял в жены дочь сильнейшего из Владык Огненного Лотоса. Скрепив союз севера и юга кровью, первый Император без труда подчинил и остальные кланы… Но и этого оказалось недостаточно, чтобы усмирить гнев непокорных Владык. Индраджит знал, что лишь его грозное имя и могущество, почти равное власти самих богов, сохранят мир в молодой Империи. — Тира сделала почти театральную паузу — И чувствуя приближение старости, он оставил сыновьям наследие более ценное, чем все серебро и золото мира.

— И что же это было? — тут же спросил Тао. — Скажи, прекраснейшая.

— Ритуал. Древний, как скалы под Хавай-Сегером. Могучий, как сам Создатель Тримурти — и опасный, как Антака, хранитель Преисподней, — продолжила Тира. — Мудрый Индраджит понимал, что Джаду воздуха не суждено править остальными… и что власть одной лишь Белой Чайки прогневит самих богов. И тогда он придумал то, что могло бы восстановить равновесие Джаду.

— Посланников… — Я подался вперед. — Так, прекраснейшая?

— Верно, — кивнула Тира. — Колдовство Индраджита вышло настолько могучим, что смогло пронзить не только все миры, но и само время. Первый Император мог призывать тех, кому даровали власть Джаду сами боги — так же, как даровали пяти братьям, ученикам Мастера Рави.

— Призывать для того, чтобы они… чтобы мы несли войну и смерть? — Я с трудом усмирил снова рванувшегося на волю ярла Виглафа. — Чтобы снова закалить Империю в крови убитых?!

— Лишь в крови чужаков, Посланник, — мрачно усмехнулась Тира. — Знаю, тебе это кажется немыслимой жестокостью… Но великие из великих всегда мыслят иначе. Чего стоят четыре жизни, когда можно спасти десятки тысяч?.. По завету Индраджита подобные тебе должны были постигать могущество Джаду и сражаться между собой. И уцелевший нес победу своей Джаду, а своему клану — богатство и процветание.

Вот так. Как гладиаторы на арене… Или как гонка на выживание, когда в конце остается только один. Самый сильный, хитрый и удачливый. Избранный чемпион, выдернутый из своего мира на потеху ублюдкам с золотыми пряжками, пожелавшим заново поделить земли, богатство и место за троном очередного Императора.

— Если так — ваш мир заслужил то, что получил, — злобно усмехнулся, сжимая кулаки. — Может, мы и умираем — но и вы умираете с нами. Лучшие и сильнейшие воители гибнут по милости твоего Хеварда, прекраснейшая!

— Это так, Посланник. — Тира склонила голову. — Первый Император пытался обмануть самих богов — но не смог. После его смерти ритуал был забыт на сотни лет… И когда о нем вспомнили, он стал тем, что ты сейчас видишь вокруг. Горнилом, пламенем войны, которая пожирает всех без разбора, не глядя на пряжку.

— Если так — я не могу понять! — От Тао вдруг хлестнула волна Джаду такой силы, что я чуть не выставил Щит. — Кому это может быть нужно?! Кто в своем уме принесет на земли Империи то, что может уничтожить все кланы и убить тысячи людей? Кто заплатит подобную цену… и что получит взамен?

— Подумай, Великий Мастер Тао. Для мудрого я сказала достаточно! — Глаза Тиры сверкнули голубыми льдинками. — Кто сидит на своем троне так высоко, что жизни Служителей для него не стоят и чжу? Чьи сундуки не опустеют из-за войны, а лишь наполнятся? И кто укрепит свою власть, пока кланы грызутся между собой?

— Император… Тьма и Пекло!!! — Я врезал по столу кулаком с такой силой, что по древнему камню во все стороны побежали трещины. — Сопляк на золотом троне!

Глава 33

— Ты боишься, Посланник?.. Вот уж не думала.

Тира подкралась незаметно. Даже в кольчуге — традиционных броне северян — она умела перемещаться неслышно. При желании запросто могла бы столкнуть меня вниз. И прикончить: всей Джаду этого мира не хватит, чтобы пережить падение с такой высоты.

— Никак не могу привыкнуть, — проворчал я, отходя от края люка.

Прямо под нами проплывали облака. Совсем близко. Казалось, что можно дотянуться и коснуться их рукой… или хотя бы кончиком меча. Летающий замок Тиры умел не только парить в воздухе, демонстрируя могущество древних колдунов Белой Чайки — но и подниматься на огромную высоту.

И даже покидать Хафай-Сегер.

— Сегодня будет славная битва. — Тира кровожадно улыбнулась. — Многие погибнут — но тех, кто уцелеет, назовут героями.

Я не ответил. Да и сказать было, в общем, нечего. Почти два месяца с тех самых пор, как мы прикончились Асгрима и заключили союз, я пытался остановить войну… но так и не смог. Воители Белой Чайки вернулись домой — но лишь для того, чтобы снова собраться в путь. И снова на юг — но уже к центральным владениям Империи.

К золотому городу Шаэр-Сунейре.

Ни Император, ни Алуру, ни Акирен не пожелали мира. Вместо ответа на послания Тао и Тира получили головы Служителей, которых отправляли в столицу, на юг и на запад. Мелкие стыки на границах не прекращались ни когда мы ушли на север, ни даже когда вернулись. Анора с Игорем и Владыками Каменного Кулака смогли удержать все дороги через горы, а я прогнал Владык Ледяного Копья обратно на их земли — но Великий Мастер упрямо продолжал сражаться. Даже когда по его землям пошли сразу две огромных армии. Тао и Тира вели своих людей к столице.

А что нам еще оставалось делать?

— Ты все еще сомневаешься, Посланник? — усмехнулась Тира. — Думаешь, есть другой путь?

— Откуда мне знать? — Я сложил руки на груди. — Иногда мне кажется, что от моего решения вообще ничто не зависит… Что ваши боги лишили людей разума и желают утопить в крови весь мир.

— Император боится за свой зад. — Тира пожала плечами. — А такие, как Алуру, скорее умрут, чем решатся показать слабость.

— Думаешь, он еще верит, что сможет вернуть Игоря и победить?

— Откуда мне знать? — отозвалась Тира. — Боги не дали мне силы читать мысли… Особенно мысли Великого Мастера. Но Алуру будет сражаться до последнего. Мои шпионы донесли, что Владыки Ледяного Копья готовятся защищать Шаэр-Сунейру… нам придется сражаться не только со Служителями Императора.

— А Акирен? — спросил я. — Он тоже решил остаться верным Золотому трону?

— Великий Мастер Огненного Лотоса редко избегал боя. — Тира на мгновение задумалась. — Но едва ли даже сам Создатель Тримурти знает, где он теперь. В рядах клана случился раскол. Кто-то из Владык сейчас в столице. Но почти половина ушла обратно на юг… Может, они и не стали нашими союзниками — но хотя бы больше не враги.

— Тогда мы сможем победить… пожалуй, — вздохнул я. — Но если не возьмем Шаэр-Сунейру и Золотой дворец до заката — нас сомнут.

— И казнят всех до единого. — Меж бровей Тиры залегла складка. — Император и его слуги не простят мятежников… Власти Золотого трона тысячи лет. Она священна… но мы бросим ей вызов!

Правильные слова. Разумные… и завершенные. Но, похоже, перед боем мои чувства обострились до предела: я заметил, что Тира почему-то избегает встречаться со мной взглядом.

— Что тебя тревожит, прекраснейшая? — спросил я. — Если тебе нужно сказать что-то — говори сейчас. До заката мы можем и не дожить.

— Немногое укроется от взора Посланника. — Тира опустила голову. — Я… утаила от тебя кое-что.

— И что же?

— О ритуале призыва Посланников я знаю больше, чем рассказала… У него есть и вторая часть. Та, что позволит тебе вернуться домой.

Странно, но я не почувствовал злобы. Вообще. Должен был прийти в ярость, размазать Тиру по белоснежным камням летучего замка и вышвырнуть в люк — но почему-то не отыскал внутри даже капли ярости. Похоже, даже неистовому ярлу Виглафу не было особого дела до судьбы Ричарда Коннери.

Собственное имя почему-то показалось чужим, забытым. Как и Сан-Фран, Саннидейл, Эдди, гребаный ублюдок Уилсон… как весь ТОТ мир.

Хочу ли я вообще туда вернуться?

— Почему не сказала раньше? — улыбнулся я. — И почему говоришь сейчас, Владыка?

— Потому, что ты мог бы сделать глупость и переметнуться на сторону болвана Раджиндры. — Похоже, у Тиры уже был готов ответ. — Пообещать головы его врагов за возвращение домой. Он обманул бы тебя… А мы бы проиграли!

— Мы и так можем проиграть. — Я пожал плечами. — Армия Тао велика, и твоя едва ли многим меньше, но и на стенах Шаэр-Сунейры нас ждут не калеки.

— Мы победим! — Тира сжала руку в кулак. — Ты нужен мне и Тао, Рик… нужен Империи. Раджиндра глуп, его Джаду слаба. Семя Хеварда Белой Гривы выродилось окончательно. Владыкам нужен новый правитель!

Даже так? Амбиций девчонке явно не занимать. И — надо признать — она права. Может, кланы и прожили три сотни лет без крупных войн, но им нужен настоящий Император, а не болванчик на Золотом троне, способный только плясать под указку Великих Мастеров… и делать глупости. Без сильного правителя все это дерьмо повторится снова — с Посланниками или без.

— Новый правитель? — усмехнулся я. — А может быть — правительница?

— Нет, Посланник. — Тира покачала головой. — Я северянка, а кровь юга слишком сильна во всех кланах. Владыки не пожелают принять меня. Императором должен стать тот, кого любит его народ… Чьи владения и богатства велики, а род славен. Тот, кто войдет в Шаэр-Сунейру победителем.

— Кажется, я понял тебя, прекраснейшая, — кивнул я. — Тао обучался постигать Джаду у лучшего из Мастеров в этом мире, а с его силой и умом сравнится лишь его благородство. Придет день — и он станет величайшим правителем… со времен Хеварда Белой Гривы.

— Да будет так. — Тира сложил ладони вместе. — Твой друг не только благороден и смел, но и хорош собой… Скажи, Рик — у Тао есть жена? Или та, кому он отдал свое сердце, хоть и не скрепив еще союз перед богами и людьми?

Тира заговорила тише, и через несколько мгновений кончики ее ушей покраснели. Великий Мастер Белой Чайки, полководец, политик, задумавший сменить на Золотом троне тысячелетнюю династию, и интриган, способный утереть нос даже самому Владыке Алуру, вдруг превратилась в самую обычную девушку. Смущенную… и, похоже, еще и втрескавшуюся по уши.

— Нет. — Я едва сдержал смех. — Насколько мне известно, у Великого Мастера Тао нет возлюбленной.

— Хорошо. — Тира подобралась и снова напустила на себя серьезный вид. — Не зря говорят, что за каждым из великих мужчин стоит великая женщина… Но мы с тобой слишком заболтались. Тебе пора идти, Посланник.

— Куда? Разве Шаэр-Сунейра уже близко?

— Нет, Посланник, — улыбнулась Тира. — Ступай. У тебя еще достаточно времени, чтобы обнять… свою великую женщину.

Ликиу. И правда — в последнее время я слишком часто держал в руках меч. И слишком редко — ту, что пожертвовала своей Джаду, спасая мою жизнь. Тао запретил сестре участвовать в атаке на столицу… но когда она его слушалась?

Я неторопливо шагал по воздушному замку, то и дело натыкаясь на Владык, готовящихся к сражению. Их было не так уж и много — белая башня не смогла вместить и сотой доли желающих напасть на Золотой дворец, но Тао и Тира выбрали лучших. Анору и Игоря я видел лишь издалека: она помогала ему забраться в доспехи, суетилась вокруг и, похоже, ругалась… как всегда.

Я не стал подходить — похоже, этим двоим и без меня было о чем поговорить.

— Любимый! — Ликиу повисла у меня на шее. — Где ты пропадал? Я уже собиралась искать тебя!

— Зачем? — усмехнулся я. — Хочешь еще раз посмотреть перед тем, как слуги Императора разорвут меня на части?

— Помолчи! — Ликиу стукнула меня кулаком по груди. — Я буду молиться за тебя всем богам… Но в бою тебя будет защищать не только их воля!

— Ты подарила мне лучшие доспехи в этом мире… Но я их не сберег.

— Но они твои по праву, Рик. — Ликиу потянула за кончик ткани, закрывавшей что-то большое. — Смотри!

Я не сразу узнал броню Бохая. Металлический гигант не сохранил шлем — зато каким-то образом залечил раны, оставленные моим мечом и Темной Джаду. Всего искусства мастеров, которых наняла Ликиу, не хватило, чтобы вернуть доспехам изначальный цвет. Они так и остались черными — но теперь блестели, а не напоминали сгоревший остов.

— Ты починила… — Я коснулся ладонью кирасы и почувствовал, как отзывается Джаду, вложенная в металл целую тысячу лет назад. — Так даже лучше, чем было, милая.

Черные доспехи для Посланника Тьмы. Так и должно быть, верно?

— Шлема больше нет, — потупилась Ликиу. — Ты… ты испортил его.

Когда проткнул голову Шандора. Плевать. Может, без уродливой морды броня не сможет работать в полную силу — но мне хватит. Чуть меньше защиты — но куда лучше обзор. Моя собственная физиономия едва ли окажется такой же пугающей, как черный шлем… Зато я смогу посмотреть на врагов собственными глазами.

И это будет последнее, что они увидят.

Глава 34

— Славная броня, Посланник. — Тира постучала меня по металлическому плечу. — Хорошо, что она защитит тебя… Хоть и непросто мне будет удержать ее отсюда.

— Отсюда? — Я на всякий случай отступил от края люка. — Я думал, мы опустимся прямо на Золотой дворец.

— Слишком медленно. — Тира покачала головой. — Когда Раджиндра увидит мой замок — тут же прикажет Владыкам оставить стены города и защищать дворец… Нет, Посланник. Мы обрушимся на него так, как сокол падает на свою добычу. Прямо с небес!

Летучий десант? Неплохая идея — вряд ли Император оставил с собой рядом так уж много воителей. Скорее уж Владыки ждут, что Тао станет штурмовать стены Шаэр-Сунейры, и удар сверху спутает им все карты. Вот только…

— Мудрые слова, прекраснейшая, — усмехнулся я. — Но ты забыла, что боги не наделили меня даром летать, словно птица.

— Моя Джаду будет держать тебя и твоих друзей. — Тира указала на люк. — Шагай вниз — и ничего не бойся, Посланник. Время пришло.

Почти то же самое она говорила перед тем, как мы прикончили Асгрима — и не обманула. Я склонился над проплывающими под летучим замком облаками… и через мгновение чуть не ослеп.

Шаэр-Сунейру не зря называли Золотым городом. Даже в скромном и демократичном Анцине Владыки украшали свои жилища резными орнаментами и дорогими металлами — но столица блестела как зеркало.

Сверху город казался не таким уж и большим — по площади чуть ли не втрое меньше Моту-Саэры — но первое впечатление было обманчивым. Стоило летающему замку Тиры снизиться на несколько сотен футов — и я осознал колоссальные размеры дворцов и храмов. Может, Шаэр-Сунейра и не разрослась вширь: похоже, у нее вообще не было Бронзового Круга — Император не позволял представителям касты работяг и торгашей селиться неподалеку от своей священной особы.

Зато ввысь столица вытянулась так, что даже Манхэттан рядом с ее золотыми и каменными небоскребами смотрелся бы блекло… и мелковато.

— Нам нужно попасть туда? — Я указал на крышу, гордо вздымающуюся над соседними. — Это Золотой дворец?

— Верно, Посланник, — кивнула Тира. — Ни здесь, ни в других городах Империи никто не смеет строить дворцов выше, чем Раджиндра… Но погляди — теперь он у наших ног!

Это верно. Мы уже нарушили запрет, взмыв над облаками — осталось только отправить к Антаке сам древний уклад… Прежде, чем Император подготовиться к обороне. Мы парили на высоте двух с небольшим миль, и я без труда разглядел, как к Золотому дворцу мчатся крохотные фигурки — серые, красные и синие. Похоже, кто-то из Владык заметил в небесах замок и успел сообразить, что атака Каменного Кулака на стены — лишь отвлекающий маневр, что основной удар мы нанесем отсюда, сверху…

Но слишком поздно.

Воители Белой Чайки уже один за одним прыгали в люк, падали — и тут же взмывали, будто раскрывая крылья. Родная стихия без труда несла их прямо к крышам Шаэр-Сунейры… И мне предстояло лететь вместе с ними.

— Не пугайся, Посланник. Я буду рядом… Ближе, чем ты думаешь.

Тира легонько толкнула меня в спину. Но чтобы сбросить — на это у нее, пожалуй, попросту не хватило бы сил — а хотя бы немного приободрить. Я шагнул вперед, громыхая по полу металлом сапог.

И прыгнул.

На мгновение мне показалось, что это конец. Сотню или две футов я просто падал, бестолково кувыркаясь в воздухе. Но потом Тира будто ухватила меня где-то между лопаток, потянула… и я почувствовал, как ей тяжело. Даже Джаду наследницы Белой Чайки едва хватало, чтобы удерживать огромный вес доспехов.

И все-таки я полетел. Пусть не так ловко, как «белые» вокруг — зато куда быстрее. Броня Бохая влекла меня вниз, но теперь я хотя бы сам выбирал направление. Тира не соврала — даже оставшись в замке, она все равно была близко. И чувствовала меня. Лишь подкачивала Джаду, поддерживала — но не мешала рулить.

И я мчался сквозь облака, как Железный Человек. Ветер хлестал в лицо, и я даже успел пожалеть, что Ликиу не починила шлем. На целую милю ушло всего полминуты — но потом я поймал грудью поток и лег на неожиданно упругий и надежный воздух, замедляясь. «Белые», следовали за мной, выбирая подходящее место для посадки… но я придумал кое-что получше.

В самом деле — кому нужны окна и двери, если их можно проделать где угодно?

Покрытая глиняной черепицей крыша оказалась прочной. Доспехи громыхнули металлом так, что заложило уши — но все-таки победили. Во все стороны брызнула позолоченная труха, и я снова полетел вниз — только на этот раз Тира уже не смогла меня поддержать. Воздух вокруг налился Джаду, и со всех сторон разом ударили дальнобойные Техники. Пара Ледяных Копий разбились о броню, а остальные и вовсе прошли мимо.

Мне даже не пришлось выставлять Щит: настолько быстро я падал, снося все на своем пути. Начальной скорости и веса хватило, чтобы пройти два или три этажа насквозь — но потом я все-таки остановился, вонзившись в хрустнувший пол кулаком и коленом.

Как и подобает Железному Человеку.

— Осторожнее, Рик! — закричал кто-то сзади. — Берегись!

Анора. Краем глаза я успел увидеть, как она врезала по кому-то пламенем, прикрывая мне спину. Но помогать не стал — в этом бою отвлекаться на других мне некогда. Моя цель — Император и Золотой трон, и к ним я буду ломиться, пока не закончатся враги… или энергия поддерживать Щит.

Снеся трех или четырех «синих», посмевших встать у меня на пути, я гулко загрохотал к лестнице. Броня исправно спасала меня от дальнобойных Техник и придавала сил, но будто бы стала слушаться чуть хуже. То ли исчерпала часть «заряда», то ли я чуть повредил ее при падении. Наколенник жалобно поскрипывал металлом при каждом шаге, но пока хотя бы не заедал.

— Вниз! — Невесть откуда взявшаяся Тира снесла топором голову «синего» у выхода. — Тронный зал там! Поспеши — не дай Императору скрыться!

Меня можно было не подгонять — я и так ломился изо всех сил. Охраны на лестнице оказалось достаточно, но пока я шел вперед почти без усилий. По-настоящему серьезные противники или остались на стенах города, или еще не успели добраться сюда, почти на самый верх Золотого дворца. Владыки стояли насмерть, но мало кто из них выдерживал больше одного удара моего меча, а Служители…

Служители просто разбегались. Анора, Игорь и Тира кромсали их, прикрывая меня со спины и боков, но кому-то везло. Серые с золотым фигурки бестолково метались, падали на пол, прятались за статуями и скрывались за дверями. И лишь немногие отважно бросались ан нас с оружием — и тут же отдавали свою жизнь за Императора.

Серьезное сопротивление мы встретили только этажом или двумя ниже. Дюжина или полторы Владык в синем бросились на нас из коридора, который, похоже, соединял центральное строение Золотого дворца с соседними. Я услышал крик Игоря — и нас тут же оттеснили обратно по лестнице. Испепелив Служителей внизу, я тут же развернулся к смятому флангу.

Но мне наперерез тут же бросилась Тира.

— Нет! — заорала она, закрывая Щитом весь проход разом. — Пробивайся вперед! Не дай Императору сбежать!

Я не стал спорить. Счет уже давно шел на секунды. Мы без труда одолели бы десятки Владык — но уже скоро здесь будут сотни. Единственный шанс — прорваться в тронный зал прежде, чем нас зажмут на этой гребаной лестнице.

И я снова пошел вперед, расшвыривая смертоносные Техники. Анора с Игорем еще какое-то время двигались следом, но потом отстали — видимо, нас уже начали поджимать с тыла. Но путь вниз почему-то с каждым шагом давался все легче.

Пока я не понял, что остался один. Звуки битвы доносились сверху — но еще и откуда-то с нижних этажей. То ли кто-то из «белых» решил не лезть в пробитую мной дыру и заходил с другой стороны…

То ли стены Шаэр-Сунейры не смогли задержать Тао даже на полчаса.

Но здесь, у огромных золоченых дверей тронного зала, царила тишина. Не было никого — ни Владык, ни дворцовой стражи… ни даже мертвых тел. Никто больше не стоял между мной и Раджиндрой… или все-таки стоял? Впрочем, какая разница? Я ударил ногой, и гигантские створки с протяжным скрипом распахнулись.

Я сразу узнал своего врага — хоть нас и разделало чуть ли не полсотни шагов.

Владыка Алуру стоял почти в самом центре огромного пустого зала. Один — его окружали только изображения богов и героев на стенах и мозаике под ногами. Только вдалеке за спиной Великого Мастера Ледяного Копья блестел золотом тот самый трон. Единственная мебель там, где позволялось сидеть только одному из смертных.

И трон пустовал. Сопляк Раджиндра успел удрать — или… нет, едва ли. Я не чувствовал его Джаду, не видел — но откуда-то знал, что Алуру остался здесь не просто так.

— Уходи, — проговорил я. — Ты мне не нужен. Я пришел за Раджиндрой.

— Называй Солнцеликого Императора так, как подобает, Посланник Тьмы.

Голос Алуру звучал бесцветно и устало. Он не был ранен — но в бою уже явно побывал. Золоченые доспехи были покрыты не только отметинами от клинков, но и копотью. Похоже, ему пришлось сцепиться с кем-то, владеющим Джаду огня — но не с Анорой.

Кто-то из «красных» предпочел сразиться с Ледяным Копьем, а не с Тао. Если у нас появились союзники по эту сторону стен Шаэр-Сунейры, неудивительно, что мой друг дошел до дворца так быстро.

— Уйди с дороги. — Я сделал шаг вперед. — Ты проиграл войну, Великий Мастер — но еще можешь сохранить жизнь и свой клан. Дай мне закончить начатое — и я поклянусь, что не стану вспоминать былые обиды.

На мгновение мне показалось, что Алуру согласится: в его глазах мелькнуло сомнение, страх… которые тут же сменились мрачной решимостью.

— Нет, Посланник. Уже слишком поздно. — Джаду вокруг Великого Мастера Ледяного Копья негромко загудела, скручиваясь в спираль. — Если отступлюсь сейчас — потеряю то немногое, что пока еще могу называть своим. У меня еще есть честь!

Честь… и, пожалуй, все. Слишком многое связывало Алуру с Императором — и слишком мало у него осталось друзей. Даже Тао с Тирой не знали и половины интриг старых правителей кланов, — да и я мог только догадываться, что Великий Мастер и наследник Золотого трона успели наобещать друг другу, заключив последний союз. Алуру поставил на карту все.

И ставка не сыграла.

— Тогда ты умрешь. — Я неторопливо пошел вперед. — И твое место займет другой.

— Пусть так. Когда Империя склоняется перед мятежниками, собственный брат оказывается предателем, а сын — трусом, жить больше незачем! — Алуру тряхнул головой, отступил на шаг и развернул острие тальвара в мою сторону, принимая стойку Вуса-Мату. — Но пусть хотя бы смерть моя будет достойной!

Глава 35

Я едва успел выставить перед собой меч. Алуру не стал тратить времени на острые ледышки и сразу пошел в атаку. Видимо, решил, что дальнобойными Техниками меня не взять… Или просто куда лучше умел сражаться лицом к лицу.

Мне уже приходилось встречать проворных противников — но не таких. Алуру не просто прыгнул ко мне, а вдруг оказался рядом. Если бы не взметнувшиеся в воздухе огрызки синего плаща, я бы подумал, что он умел, подобно Чандану, переноситься в одно мгновение. Клинок его тальвара мелькал так быстро, что я даже не пытался поймать его мечом. Все удары принимала броня… и даже ей приходилось нелегко.

Легкое изогнутое лезвие не могло прорубить металл — но с каждым его взмахом я словно терял силы. Доспехи становились все тяжелее, и все больше сил уходило на то, чтобы хоть как-то двигать сочленениями на локтях и коленях. Будто заряд Джаду, до этого проседавший лишь немного, принялся утекать с немыслимой скоростью.

А потом я начал мерзнуть, хотя до этого едва не сварился заживо под тяжестью брони. Алуру не стал призывать ледяные клинки — но вместо этого под завязку накачал морозной Техникой свой тальвар. Кое-как закрываясь от очередного удара, я заметил, что черный металл доспехов уже успел покрыться инеем.

Тьма и Пекло!

Не упуская из виду правую руку Алуру, сжимавшую тальвар, я забыл, что у него осталась еще и левая. Он двигался с немыслимой скоростью, и лишь удача — или воля Антаки — спасла меня. Короткое широкое лезвие, выскочившее то ли из рукава, то ли прямо из ладони, нащупало щель в доспехах, но лишь скользнуло по боку вместо того, чтобы выпустить мне кишки.

— Катар… — прошелестел откуда-то голос Амрита. — Осторожнее, Посланник…

Я крутанулся на месте, едва не обломав клинок — и тут же ударил Джаду. Изо всех сил. Не пытаясь пробить Щит… хотя бы просто отбросить. Хвала Атаке, помогло: магическая полусфера выдержала Технику Черного Пепла, даже не хрустнув, но самого Алуру отшвырнуло на десяток шагов и протащило ногами по мозаике пола. А я тут же почувствовал облегчение: похоже, неуклюжий маневр еще и освободил меня, прогнав смертельный холод.

— Неплохо, Посланник, — усмехнулся Алуру, прокрутив в воздухе тальвар. — Ты многому научился.

— С тех пор, как ты пытался убить меня. — Я сжал кулак, собирая Джаду. — Охотился, как на дикого зверя?

— Но не догнал. — Алуру пожал плечами. — А сегодня нам обоим уже некуда бежать.

Великий Мастер старался держаться и не показывать слабости, но я все-таки заметил, что схватка далась нелегко и ему. То ли он уже выложился раньше, пробиваясь к тронному залу, то ли напитать льдом клинок тальвара оказалось сложнее, чем выглядело со стороны — Джаду Алуру исчерпывалась и уже готова была показать дно. Его лицо побледнело, а движения замедлились, будто теперь каждый шаг приходилось делать через силу.

Он все еще превосходил меня на несколько Ступеней — и каждая из них была пройдена честно, за долгие годы, а не получена в подарок от Темного божества. Алуру в тысячу, в миллион раз уделывал меня по опыту и умению сражаться — за его плечами остались десятки, если не сотни боев, из которых он неизменно выходил победителем. По сравнению с его безупречной техникой мое Вуса-Мату выглядело чем-то средним между кривлянием мартышки и шагами толстого старого медведя.

Но я все равно был сильнее.

В моей крови бурлила Тьма. Ярость всех Посланников тянулась через столетия, сносила крышу — но заполняла тело такой силой, что я уже не мог сдерживать ни ее, ни себя. Алуру ударил первым… а я даже не выставил Щит. Поток Джаду, сорвавшийся с моих пальцев испепелил даже сам воздух, устремляясь к фигуре в золоченых доспехах — и окутал ее полностью. За несколько мгновений я влил столько, что где-то вдалеке за спиной Алуру раскололась статуя какого-то бога… а потом и стена, не выдержавшая напора стихии Смерти. Мозаика под ногами крошилась, проминаясь, будто та сила, которую я впервые отважился взять полностью, уже не вмещалась в доспехи и оказалась слишком тяжелой — даже для надежных и крепких камней Золотого дворца.

Но Алуру устоял. Когда поток Джаду развеялся, я снова увидел его. Измученного, сосредоточенного, выпустившего из рук искореженное и оплавленное оружие — но все-таки живого.

— Вот и все, Посланник, — улыбнулся он, шагая ко мне…

И вдруг замер. До моих ушей донесся только шепот — одно короткое слово, которое закончило схватку. Я осторожно шагнул вперед, громыхнув сапогами по разбитой мозаике, но Алуру не двинулся. Даже когда я подошел вплотную. Великий Мастер не остановился, не перестал сражаться… просто перестал быть.

Я впервые видел своего врага так близко — и одного взгляда в застывшие и безжизненные глаза хватило, чтобы понять: Алуру все-таки ушел от меня. Туда, откуда не дано вернуться никому из смертных. Я протянул руку, касаясь металла доспехов — и тот без малейшего усилия поддался моим пальцам. Великий Мастер шевельнулся, будто пытаясь уйти от удара, подался назад, осел…

И разлетелся крохотной белой крошкой. Не черным пеплом — его убила не моя Техника. А снежинками, сияющими серебром искорками. Крохотными кристалликами льда, подарившего название клану Великого Мастера.

В чем-то несчастный ублюдок меня все-таки переиграл.

— Покойся с миром, Владыка Алуру, — вздохнул я. — Ты ушел красиво.

Путь к Золотому трону занял больше времени и сил, чем сам бой. Императоры явно не пожалели ни средств, ни сил, чтобы отгрохать такой огромный зал, а моя броня уже почти «разрядилась». Теперь мне самому приходилось тащить на себе огромный вес металла — но мне даже не пришло в голову снять с себя хоть что-нибудь.

Мы с Бохаем заслужили эту победу вместе.

Я не отыскал за троном никого — только странное отверстие в полу. Люк, вроде того, что вел в летающий замок Тиры. Только не круглый, а прямоугольный, повторяющий форму основания места, на котором восседал Раджиндра.

Похоже, не так давно тайный проход был закрыт троном — но кто-то нажал на неизвестную мне пружину, и золотая громадина в тысячу фунтов весом сдвинулась, открывая путь. Который наверняка мог бы стать спасением, увести Императора-неудачника подальше от потерянного им дворца…

Но не увел. Джаду Раджиндры оказалось слабой, блеклой — но я все равно чувствовал ее без труда. Значит, несчастный ублюдок не успел уйти далеко… Или даже не пытался.

Спускаясь по каменным ступеням вниз, я почувствовал странный запах. Пряный, маслянистый… скорее приятный — но от него почему-то буквально веяло чем-то будоражащим. Не опасным — но важным. Аромат будто манил меня вглубь тайного подземелья, заставляя отдавать последние силы, переставляя металлические сапоги.

Вокруг было темно — но стоило мне спуститься примерно на десять-пятнадцать футов, как впереди забрезжил свет. Пока еще далекий и неровный — явно не дневной — но еще и какой-то дерганый… Будто там, в подземелье, кто-то носился из стороны в сторону с факелом, толком не зная, что делать.

Он уже наверняка услышал грохот моих шагов на лестнице.

— Стой! Я вижу тебя!

Еще один огонек вспыхнул в паре десятков шагов впереди — даже ближе, чем я думал. Слабенького пламени едва хватило, чтобы осветить темный зал… Зато самого Раджиндру я разглядел как следует.

Солнцеликий правитель Империи, наследник рода Завоевателя оказался совсем мальчишкой. Ему едва ли исполнилось двадцать лет — но из них большую часть он явно потратил на обжорство… и прочие пороки, не требующие особой активности.

То ли опухшие, то ли просто толстые щеки колыхались при каждом движении, норовя полностью закрыть крохотные глазки. Короткие черные волосы растрепались — и были испачканы какой-то липкой дрянью. Похоже, той же самой, которая пахла на весь Золотой дворец… и которой Раджиндра заляпал все вокруг: роскошную одежду, какие-то книги, мятые свитки на полу, алтарь и статуи богов, едва различимые в полумраке за его спиной.

— Не подходи! — заверещал он, поднимая факел повыше. — Это масло! Я сожгу здесь все… Сожгу нас обоих!

— Как пожелаешь, болван. — Усмехнулся я, делая еще шаг вперед. — Такой огонь не в силах мне навредить.

Мои слова явно удивили парнишку… но не обескуражили.

— Все равно… Я знаю, кто ты, Посланник. Знаю, чего ты хочешь!

Раджиндра вдруг улыбнулся — но в его взгляде уже почти не осталось разума. Боги забрали его окончательно, дав взамен лишь отвагу сумасшедшего… И желание отыграться — хоть немного.

— Боги заберут меня к себе! — расхохотался он, запрокидывая голову. — А ты останешься здесь. Навсегда! Вот твой путь домой Посланник! — Раджиндра указал рукой на заляпанные маслом бумаги у себя под ногами. — Все сгорит! Все, слышишь меня?!

— Нет, — прорычал я сквозь зубы. — Ты не посмеешь…

Но ублюдок посмел. Крик застыл в горле Императора, когда он захлебнулся пеплом. Тело рассыпалось на глазах, а рука разлетелась черной крошкой.

Но все-таки успела бросить факел.

Глава 36

Я сидел на ступенях. Прямо у тронного зала дворца, который больше не принадлежал ни Раджиндре… ни роду его славных предков. Тысячелетняя династия оборвалась — но на мгновение показалось, что никто этого и вовсе и не заметил.

Служители уже успели повыползать из щелей и теперь сновали туда-сюда. Уносили убитых и раненых, прибирались… кажется, даже начали что-то чинить, не дожидаясь ремесленников-Дасов. Так же, как и раньше, кланялись Владыкам, обходили меня стороной — и тут же уносись куда-то.

Колесо истории наткнулось на камешек, замерло — а потом вдавило его в песок и покатилось дальше, лишь набирая ход. Мимо меня по ступенькам спустились двое обладателей золотых пряжек. Один — в помятых доспехах и потрепанном красном плаще. Другой — в синих одеждах расшитых серебром, которых не коснулись ни оружие, ни чужая Джаду… если, конечно, столичный модник не успел переодеться. Следом за ними прошагал Владыка в зеленом. Бывшие враги вполголоса обсуждали что-то, спорили, считали — похоже, уже начали делить земли, уцелевшее богатство… а заодно и влияние на того, кому суждено занять опустевший Золотой трон.

И никому из них было ровным счетом никакого дела до усталого Посланника Тьмы, собственноручно отправившего к Антаке побежденного Раджиндру. Меня будто не замечали.

Немного же им понадобилось времени, чтобы принять новый порядок. Час? Два? Или пять? По ощущениям я сидел так уже целую вечность, но снаружи еще не успело стемнеть.

— Слышишь, Рик? Народ Шаэр-Сунейры славит нового Императора, Солнцеликого Тао… Тао-Защитника — так они его называют.

Тира появилась передо мной неожиданно — будто соткалась из своей родной стихии. В отличие от некоторых придворных Кшатриев, она не стала тратить время на поиск чистой одежды. Ее кольчуга напоминала решето, белый плащ насквозь пропитался кровью, до сих пор чуть сочащейся из ран. Чей-то клинок — а может, и острая ледышка — не пощадили красоту северянки, срезав мочку правого уха и оставив на щеке рубец. Но Тира не обращала на это особого внимания и даже не потрудилась подлечиться… хотя, конечно же, могла.

Плевать она хотела на такие мелочи.

— Народ Шаэр-Сунейры рад, что все это закончилось, — вздохнул я. — Полдня назад они так же возносили хвалу Раджиндре… и возносили бы и дальше, если бы мы проиграли.

— Пусть так. — Тира пожала плечами. — Но сейчас они любят того, кому суждено ими править.

— Ты хочешь сказать — того, на кого указала… одна Владыка с севера? — улыбнулся я. — Так, прекраснейшая?

— Может быть, Посланник. Все может быть. Пригоршня монет и несколько слов, сказанных в нужном месте и в нужное время, способны на многое.

— Как пожелаешь. — Я махнул рукой. — Я славлю Солнцеликого Тао вместе со всем народом Самраджи… Хоть он не потрудился узнать, жив ли я вообще.

— Он знает. — Тира опустилась на ступеньку рядом со мной. — Куда больше, чем ты думаешь… И пусть Тао сейчас нет рядом, Посланник, он отдал бы за тебя не только Золотой трон, но и всю свою Джаду до капли — вместе с самой жизнью.

— Откуда тебе знать? — проворчал я.

— Кому лучше знать жениха, как не той, кого он уже совсем скоро поведет в храм Сарасвати? — Тира осторожно толкнула меня плечом. — Мы победили — так почему же я не вижу на твоем лице радости? Или твоя броня так тяжела, что у тебя не осталось сил даже улыбнуться?

— Моя броня тяжела… — повторил я. — И ей, похоже, суждено остаться грязной от пепла, хоть Ликиу однажды и отмыла ее. А мне — суждено остаться здесь.

Только едва ли надолго. Только лишь до того дня, когда новый Император решит, что оставлять в живых Посланника Тьмы, сильнейшего из Владык и ходячую атомную бомбу… слишком опасно. Что бы Тира ни говорила про преданность Тао — долг окажется для него важнее дружбы.

Снова.

— Думаешь, теперь, когда все закончилось, мы будем тебе не рады? — Тира прищурила один глаз. — Что постараемся избавиться… от чужаков?

— Один раз Императору уже случалось истреблять Черную Змею. — Я пожал плечами. — Сейчас сделать это куда проще. Я один.

— Пока — один. Тао не настолько глуп, как… как те, что были до него. — Тира явно не без труда подобрала нужное слово. — Если уж Джаду разделена на пять частей по воле самих богов — кто мы такие, чтобы спорить с бессмертными? Новый Император уже повелел Владыкам восстановить все храмы Антаки. И если Хранителю Справедливости будет угодно — он вернет свой дар людям… Клан Черной Змеи возродится.

Даже так?..

— Но ты можешь и не дождаться этого. — Тира хитро улыбнулась. — Знаю, ты думаешь, что болван Раджиндра сжег все в своем тайном святилище — но кое-что удалось спасти… Я смогу провести ритуал, Рик.

— И вернуть меня обратно в мой мир?! — Я подпрыгнул на ступеньках. — А… остальных?

— Лишь двоих, друг мой. Ты же еще помнишь те проклятые письма, из-за которых мы попали сюда?

Голос Игоря звучал устало, но сам он, похоже, не только уцелел в бою, но даже не был ранен. Посланник Воды осторожно тронул меня за плечо и уселся рядом.

— Сгорело не все. — Анора спустилась и устроилась ступенькой ниже. — Осталась парочка свитков, Капитан Америка. И твоя северная подружка сказала, что знает, как с ними обращаться.

— Я могу попробовать, — прошелестела Тира. — Это не так сложно.

— Но вернуть всех ты не сможешь. — Игорь улыбнулся и откинул назад поблескивающие сединой отросшие волосы. — Только двоих. И я, пожалуй, останусь. В нашем мире меня ждет только старость. А здесь я Владыка-Кшатрий — и наверняка пригожусь Императору Тао.

— Ну уж нет, глиняная твоя башка! — Анора сложила руки на груди. — Ты здесь не останешься… без меня.

— Мы уже говорили об этом. — Игорь протяжно вздохнул. — Я уже немолод, а у вас с Риком впереди целая жизнь. Зачем тебе…

— Я сама решу, что мне нужно. — Анора осторожно коснулась щеки Игоря ладонью. — И не смей спорить! Если ты не хочешь обратно — то и я не хочу.

— Похоже, тебе не придется сражаться за свое право уйти, Посланник, — усмехнулась Тира. — Но подумай хорошенько. Ритуал может перенести человека между мирами, но там ты снова станешь тем, кем был раньше. Простым смертным… без Джаду.

— Разве это так плохо, прекраснейшая?

Последний кусочек мозаики с едва слышным щелчком встал на место. Игорь отказался покидать Империю, ставшую ему новым домом… и своенравная ирландская красотка тоже решила остаться. А я буквально держал в руках целых два билета обратно.

Туда, где люди умеют летать по воздуху, швыряться ледышками или плеваться огнем только в кино.

Туда, где боги не наделяют простых смертных могуществом Джаду.

Туда, где Владыки так же богаты и всесильны, как здесь, но не так уж сильно отличаются от обычных людей.

Людей, которые приходят в этот мир равными — и равными уходят, прожив свой короткий век и состарившись.

Все одинаково.

Без исключений.

Эпилог

Дэйв Джонсон проснулся раньше обычного.

После восхода солнца — но задолго до того, как охранники примутся ходить вокруг. Можно полежать на скамейке, укрывшись газетами, еще немного и погреть старые кости — но потом лучше убраться подальше от Информационного центра. Здесь кто-нибудь непременно поинтересуется, какого дьявола бездомный бродяга забыл среди богатеньких туристов и зевак, решивших поглазеть на знаменитей мост Золотые Ворота.

Придурки, черт бы их побрал.

Дэйву просто нравилось здесь, вот и все. Не лучшее место, чтобы выпросить у какой-нибудь доброй леди пару баксов или хотя бы гребаный «Сникерс» — для этого лучше отправиться куда-нибудь в центр или в…

Размышления Дэйва прервал какой-то звук. Тихий шелест — будто ветер катил по мостовой скомканную бумагу… Но бумага не горит так ярко!

— Проклятье… — пробормотал Дэйв, жмурясь. — Что за?..

На мгновение ему показалось, что восходящее солнце вдруг переместилось прямо сюда, к стойке информации прямо у центра. Свет резанул глаза — и тут же погас, и на его месте вдруг появились двое. Дэйв прожил немало лет и успел повидать некоторое дерьмо… но такую странную парочку видел впервые.

То ли кришнаиты, то ли какие-то еще придурки. Одетые, как гребаные хиппи: сандалии, легкие штаны и свободные рубахи примерно до колен. Девчонка пяти с половиной футов ростом — изящная, стройная, с длинными черными волосами и разрезом глаз, в котором явно было что-то азиатское… Наверное, наполовину китаянка. Или скорее японка — слишком уж хорошенькая.

Парня Дэйв разглядывал втрое дольше, хоть в его внешности и не оказалось ничего примечательного. Широкоплечий, крепкий, куда выше среднего роста — но совершенно обычный. Таких в Сан-Фране тысячи… Но этот почему-то выглядел знакомым.

Не он ли угостил Дэйва скотчем в баре, а потом болтал про какую-то Балклуту… когда же это было? Четыре месяца назад? Или полгода?

Когда странная парочка развернулась к мосту, Дэйв зажмурился, попытался притвориться спящим… или вообще провалиться сквозь скамейку: общаться с невесть откуда взявшимися хиппи у него не было никакого желания.

Чего доброго, еще примутся промывать мозги или убеждать уверовать в могущество Кришны.

Но им, похоже, оказалось не до него. Легкий ветерок доносил до Дэйва лишь обрывки фраз — но вокруг было так тихо, что он без труда разобрал почти все.

— Где мы? Что это, Рик? — Девчонка вытянула руку, указывая на возвышающуюся над холмами вдали красную громадину моста. — Небесные врата?.. Я слышала о них в легендах!

— Вроде того, милая… Можно сказать и так, — усмехнулся парень, обнимая свою странную подружку. — Это Сан-Франциско. Самое лучшее место в мире.

Конец

Россия, Санкт-Петербург,

8 апреля 2021 г.

* * *

Авторское послесловие

Дорогие читатели!

Вот и все. Трилогия о приключениях Посланника Тьмы закончена.

И настала пора прощаться. И сказать большое спасибо всем, кто был со мной и Риком с самого начала — и до самого конца. Тем, кто прожил вместе с нами эту непростую, но — хочется верить — увлекательную историю.

И непростую не только для героя, но и для меня самого. «Посланник» ковался если не в мучениях, то уж точно — с определенной степенью превозмогания. С самого начала работы над текстом я по уши увязал в затыках. Была и конкуренция за рабочее время с моим же флагманским «Видящим», и долгие перерывы, и сложности в понимании индуистского пантеона и кастовой системы, и утомительная проработка мира, которой все равно не хватало. Были и слабый отклик публики, много отрицательных отзывов, вполне понятная реакция на непривычные фунты и дюймы, невыдающиеся показатели той самой монетизации серии…

Была и моя собственная лень — чего уж греха таить. И ее не всегда получалось списать на непростой двадцатый год и совсем уж тяжкое начало двадцать первого.

Но мы справились.

Вы — дочитали «Посланника» до самого финала. А я его дописал. Стискивая зубы, через суровое «не хочу» — но все-таки дописал. И пусть он получился где-то сыроватым, где-то не до конца доведенным до ума, а местами и чуть скомканным — дело сделано. Взявшись рассказывать историю простого парня из Сан-Франциско, волей судьбы и Темного бога по имени Антака загремевшего в мир Владык, я поставил ту еще задачку: непростой герой, непростой мир… Да и сюжет не слишком-то похожий на то, что обычно создают мои коллеги по перу.

И вот задача выполнена. История закончена, и закончена именно в том ключе, в котором я и хотел. Надеюсь, читатели все же простят мне и скромный объем книг, и то, что я не дал миру Самраджи полноценно развернуться во всей красе, а протащил героя по владениям четырех кланов почти без передышки.

Знаете, а оно ведь того стоило. За время работы над серией я многое понял, многому научился. Сделал целую кучу ошибок — и часть исправил, а остальные сложил в чемоданчик со всякими полезностями.

И эти самые полезности я непременно возьму на вооружение при работе над следующей серией, выкладка которой начнется через несколько дней. Уверен — она будет лучше, чем предыдущая… Возможно, даже лучше всего, что я когда-либо писал.

Так что не проходите мимо: не забывайте подписываться на автора, заглядывать в обновления и жать сердечки, чтобы обеспечить новой работе удачный старте, а мне — хорошее настроение и животворящий пендель достойную мотивацию.

И еще раз: дорогие читатели, спасибо, что вы у меня есть.

Ваш автор.

Content

Валерий Пылаев.
Пятый Посланник-3

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Эпилог

Авторское послесловие