Анна Лотт

Тайна ушастого воришки

Anna Lott

MOPPI UND MÖHRE – WEIHNACHTEN IM MEERSCHWEINCHENHOTEL

© 2019 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

Illustrations by Susanne Göhlich First published in Germany under the title

MOPPI UND MÖHRE – WEIHNACHTEN IM MEERSCHWEINCHENHOTEL

All rights reserved

© 2019 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

© Козонкова О.В., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

⁂

1

Огромные и страшные зелёные глаза

– Мопси, просыпайся! Просыпайся скорее!

Морковка взволнованно бегала туда-сюда по загону.

Копна сена в углу зашевелилась, и в следующее мгновение оттуда высунулась задняя часть Мопси. Морковка подбежала к товарищу и толкнула его в попу.

– Да просыпайся же, Мопси! Скорее!!! – ещё раз крикнула она.

– Не-е-ет, ну не-е-ет! – пробурчал Мопси и вновь зарылся глубоко в сено.

Там было так тепло и уютно, а кроме того, ему снилась рождественская ёлка из сочной морковной ботвы. Вкусная-превкусная!

Морковка ещё раз толкнула Мопси в попу.

– Мопси! Красный уровень опасности! – не унималась она. А потом помчалась со всех лап в маленький деревянный домик в углу загона.

Мопси выбрался из сена, заспанно моргая. Но уже через секунду сна как не бывало. Прямо перед собой он увидел два глаза. И это были не глаза Морковки! Это были чужие глаза – зелёные, круглые, с чёрной щелью посредине. А главное – огромные! Под глазами был чёрный треугольный нос, длинные усы, толстая, покрытая мехом шея и такое же толстое, покрытое мехом тело. А ещё Мопси увидел четыре сильные лапы и длинный хвост.

– Спасите! Помогите! Здесь тигр! – завизжал Мопси.

В три прыжка он пересёк загон и втиснулся в деревянный домик к Морковке.

– Нет, Мопси, это не тигр! Это кошка! – прошептала Морковка.

Мопси никогда в жизни не видел таких больших и толстых кошек. Как она оказалась у них в гостиной?!

– Она ещё т-т-там? – испуганно прошептал он.

Морковка осторожно высунула мордочку из домика и заглянула за угол. Как раз в эту секунду кошка открыла огромную пасть, и Морковка увидела два белых острых клыка. Кошка высунула длинный мясистый язык и жадно облизала нос.

– Мопси! На помощь! – Морковка испуганно прижалась к своему товарищу. Мопси слышал, как сильно стучит сердце Морковки, а Морковка слышала, как сильно стучит сердце Мопси. А потом они услышали кое-что ещё. Шаги! Должно быть, это их хозяева – Луис и Анника. Какое счастье!

И вот до свинок донёсся голос Анники.

– Кази, брысь отсюда! – строго сказала она.

И страшная кошка тут же исчезла. Помощь подоспела в самый последний момент!

Мопси и Морковка осторожно выбрались из домика.

– Не бойтесь! – принялся успокаивать их Луис. – Кази очень славный кот. И он приехал к нам только на Рождество, вместе с нашей кузиной Мирой.

Сердце Мопси снова бешено заколотилось от ужаса.

Им предстоит провести Рождество вместе с котом?!

– Морковка, мы не можем праздновать Рождество с этим чудовищем! – испуганно прошептал он, глядя на страшилище, восседавшее на диване и гневно шипевшее в их сторону. – Он нас сожрёт!

Морковка кивнула. Мопси прав. Этот страшный кот – реальная угроза. А вдруг он сможет открыть своими длинными когтями дверку в их загон? Морковка тут же вспомнила про жуткого пса по имени Рычун. Он чуть не прикончил их друга – свинку Угрюма. К счастью, Угрюм смог ускользнуть и нашёл прибежище в отеле для морских свинок. Точно – есть же отель! У Морковки родилась отличная мысль.

– Мопси, я знаю, что делать! Мы поедем в отель для морских свинок – там мы будем в безопасности! – заявила она.

Однако Мопси не пришёл в восторг от такой идеи:

– Но я же хотел отпраздновать Рождество. С угощением и без кошки!

– Так всё и будет! – кивнула Морковка. – Вспомни, какие травяные спагетти были в отеле! А какие там хрустящие батончики из арахиса! А может, и наши друзья снова приедут. И рождественская ёлка там тоже наверняка будет! – быстро добавила она.

Тут Мопси вспомнил свой недавний сон.

– Ты правда так считаешь? Там будет ёлка из морковной ботвы?

– Я уверена, – сказала Морковка.

– Украшенная шариками и серебряным дождём?

– Я уверена, – повторила Морковка.

– Но как мы скажем об этом Аннике и Луису? Они же не понимают нашего языка! – прошептал Мопси.

Но Морковка уже придумала, как им поступить. Выслушав подругу, Мопси захихикал.

– Ах, Морковка, у тебя всегда просто замечательные идеи! – радостно пропищал он.

– Начали! – скомандовала Морковка. – Один!

– Два! – подхватил Мопси.

– Три! – хором закончили они. А потом показали гигантскому коту язык и громко крикнули: – Бэ-э-э-э-э-э-э!

Кот гневно сверкнул глазами – в них словно загорелся новогодний салют. Кази зашипел и забил хвостом. Мопси и Морковка снова крикнули:

– Бэ-э-э-э-э-э-э!

В ответ на это кот зашипел ещё громче и забил хвостом ещё сильнее.

Луис и Анника подбежали к загону.

– Давай! – прошептала Морковка, и свинки душераздирающе завизжали. Луис открыл дверку загона и погладил их, пытаясь успокоить. Но свинки крепко вцепились ему в руку и дрожали, и тряслись, и трепыхались что есть мочи.

– Они боятся кота! – воскликнул Луис. – Кази напугал их до смерти. Что же нам теперь делать?

– Они не могут праздновать Рождество вместе с Кази! – ответила Анника. А потом предложила сделать именно то, на что так надеялись Мопси и Морковка: – Нужно отправить их на Рождество в отель для морских свинок.

– Ура! – обрадовались Мопси и Морковка.

У них получилось!

2

Добро пожаловать в отель для морских свинок!

– Приехали! – громко объявила Анника.

Мопси и Морковка зацепились передними лапками за край коробки и выглянули в окно.

– Морковка, куда же подевался отель? И откуда здесь взялся этот огромный сливочный торт с разноцветными свечами? – удивлённо спросил Мопси.

Морковка хихикнула:

– Это не сливочный торт! Это наш отель!

– Наш отель? – Мопси недоумённо присмотрелся.

И действительно – сливочный торт с четырьмя разноцветными свечами оказался на самом деле заснеженным отелем для морских свинок – с четырьмя башнями с красной, жёлтой, синей и зелёной крышами!

– Морковка, да это же настоящий ледовый дворец! – восхищённо выдохнул Мопси.

– Пока-а-а! – крикнули Луис и Анника и на прощание погладили свинок по спинке.

Дети ушли, а вместо них появилась Аннабелла, хозяйка отеля. Она осторожно пересадила свинок в башенку с жёлтой крышей.

Мопси и Морковка удивлённо глядели по сторонам. На подоконнике лежали яблоки, мерцающие золотом в свете зимнего солнца. Стены были украшены ботвой моркови с разноцветными звёздочками из болгарского перца. А на столе лежал большой хрустящий венок из арахиса, из которого торчали четыре острые морковки.

– Настоящий рождественский венок! Со свечами! – восхитился Мопси и осторожно отколупал от венка орешек. – Ах, Морковка, как же это вкусно! – чавкая, произнёс он.

Морковка уже убежала в ванную комнату и оттуда восторженно крикнула:

– Мопси, беги скорее сюда! Здесь так красиво!

Мопси закинул в рот ещё один орешек и помчался к Морковке.

А потом Мопси только и оставалось что ахать да охать – представшая его взгляду картина была прекраснее всех ледяных дворцов на всём белом свете.

Над золотым унитазом и золотой ванной висели бесчисленные нити сена. А на них были нанизаны, как жемчужины в ожерелье, звёздочки из огурцов, полумесяцы из кольраби и сердечки из спрессованной травы.

Морковка осторожно коснулась гирлянды лапкой, и та закачалась, словно танцуя, у них над головой.

– Ах, Мопси, как же здесь красиво! – прошептала Морковка.

– И вку-у-усно! – вздохнул Мопси, принюхиваясь к сердечку из травы.

– Красиво и вкусно! – прошептала Морковка.

– Вкусно и красиво! – прошептал Мопси, и в его маленьком круглом животике раздалось урчание. Как же он проголодался! И пить тоже хочется.

Он осторожно отодвинул гирлянды в сторону и пробрался к ванне. Там он открыл один из трёх золотых кранов, и в ванну потоком полился огуречный лимонад. Как хорошо! Мопси захотел лечь в ванну и срывать лакомства у себя над головой. Он решил, что пролежит так до завтра. Ведь завтра Рождество!

Но Морковка закрыла кран.

– Тихо, Мопси, замри! – прошептала она. – Слышишь?

Мопси навострил ушки и прислушался.

Ур-ур-уррррр!

– Морковка, это же мой живот! – И Мопси снова поспешил открыть кран с лимонадом. Но Морковка тут же опять его закрыла:

– Да я не об этом! Послушай!

Мопси снова прислушался и в самом деле услышал кое-что ещё.

– Я качу-качу-качу! Куда хочу-хочу-хочу! – вопил кто-то жутко противным голосом.

– Это же Элвис! – радостно крикнула Морковка.

– Ура! Он тоже здесь!

Они молнией подлетели к окну, распахнули его и осмотрели территорию отеля. По бассейну в форме груши каталась на коньках морская свинка. На шее у неё был фиолетовый с блёстками шарф, на голове – серебристые наушники, а между ними – волна чёрных, уложенных гелем волос. Мускулистое тело свинки было облачено в сильно облегающий розовый костюм, а золотой дождь на рукавах развевался как хвост кометы. После каждого полного круга свинка вопила:

– Я качу-качу-качу! Куда хочу-хочу-хочу!

– Это и в самом деле Элвис! – радостно крикнули Мопси и Морковка.

Заметив их, Элвис элегантной дугой проехал под трамплином, сделал двойное сальто и остановился у края бассейна в облаке кружащейся ледяной пыли. Потом склонился в глубоком поклоне, замер на мгновение, снова выпрямился и помахал им лапкой.

– Ну, и как я вам? – крикнул он.

– Ну, твоё пение… оно немножко… – запнулся Мопси.

– …на любителя, – подсказала ему Морковка.

– На любителя?! Да вы просто никогда не слышали, как поёт настоящая звезда! – крикнул Элвис, гордо выпятив розовую грудь. – Спускайтесь, здесь просто невероятно хорошо!

Мопси и Морковке не нужно повторять дважды. Они сели друг за другом на горку внутри туннеля и скатились из комнаты на первый этаж. Потом побежали по указателям в подземном лабиринте под отелем. И наконец снова поднялись наверх на стеклянном лифте. Двери открылись – дзинь! – и они были на месте. Прямо перед ними расстилался бассейн, а посредине на блестящем льду стоял Элвис и радостно махал им лапкой. Друзья крепко обнялись и вдруг услышали позади себя сиплый кашель.

Кто бы это мог быть?

3

Снежная свинка и говорящий сугроб

Мопси и Морковка обернулись и испуганно отскочили назад. Перед ними стояла огромная белая морская свинка из снега. На свинке были надеты смешные голубые плавки в белый горох, но она всё равно производила зловещее впечатление.

На её мордочке в форме яйца красовались ярко-зелёные очки для ныряния, за стёклами которых поблёскивали маленькие неподвижные глазки.

– У-у-у-у-у-у-у-у! Я страшная снежная свинка-зомби! – заурчало странное существо. – Кто встанет у меня на пути – враз проглочу.

Когда свинка произнесла слово «враз», с головы у неё сползло одно ухо и плюхнулось в снег.

– Ой! – воскликнула снежная свинка-зомби и хихикнула.

Мопси испуганно отступил ещё на шаг назад.

– Морковка, кто это? – дрожащим голосом спросил он.

– Не бойся! – рассмеялась Морковка. – Кажется, я знаю, кто это. Угрюм, выходи!

И тут же из-за снежной фигуры выскочила чёрная морская свинка. В одном ухе у неё висела серебряная серьга в виде кольца, а толстый шерстяной пуловер был украшен жутким черепом. Мопси и Морковка уже многое пережили вместе с Угрюмом и знали – он классный друг, хоть и выглядит мрачновато. Морковка слегка толкнула Угрюма в бок, и тот толкнул её в ответ. А Мопси просто сказал: «Привет». Он всё ещё немного дулся, что Угрюм его так напугал.

Угрюм поднял отвалившееся ухо и снова прилепил его к голове снежной свинки-зомби.

– Ну, Мопси, я даже от тебя не ожидал, что ты испугаешься свинки, слепленной из снега.

– А я и не испугался! – возразил Мопси. Он зачерпнул лапкой снег, слепил снежок и кинул его Угрюму в голову.

– Ой-ой-ой! – заверещал Угрюм. Потом тоже наклонился, слепил снежок и бросил его Мопси прямо в нос.

– Ой-ой-ой! – тоже заверещал Мопси, хотя ему было совсем не больно.

– Ура! Мы играем в снежки! – радостно крикнул Элвис.

И началась снежная битва. Элвис бросил снежок прямо в череп на пуловере Угрюма. Угрюм кинул снежок в шапку Мопси, а Мопси пульнул снежок высокой дугой в Морковку. Морковка успела наклониться, и снежок упал позади неё в сугроб.

– Ай! – взвизгнул сугроб.

Мопси замер на месте и уставился на сугроб, вытаращив глаза.

– Мопси, ты слышала?! Сугроб разговаривает!

– Глупости, сугробы не умеют разговаривать! – ответила Морковка.

– А этот разговаривает! – возразил Мопси. Он слепил снежок и бросил его в сугроб.

– Ой! – снова крикнул сугроб.

– Видишь – разговаривает! – настаивал Мопси. – А сейчас ещё и шевелится!

И в самом деле – сугроб задрожал!

Мопси и Морковка ошарашенно смотрели на сугроб.

А Элвис и Угрюм хихикали.

– Неужели вы её не видите? – давясь от смеха, спросил Элвис.

Мопси и Морковка внимательно пригляделись к сугробу. И вдруг увидели, что в нём сидит в позе лотоса маленькое пушистое существо. Существо мило улыбалось, и у Мопси и Морковки внутри разлилось приятное тепло.

– Это же Овечка! – радостно воскликнула Морковка.

– Да, а это вы! Вот здорово!

Овечка с развевающимися волосами съехала с сугроба и, приземлившись, чмокнула Мопси и Морковку в мордочку.

– Как здорово, что вы тоже здесь! Моя хозяйка простудилась, у неё насморк и кашель. Она не может обо мне заботиться, поэтому я здесь! – сияя улыбкой, сообщила она.

– А к нам на Рождество приехал жуткий кот! – поделился Мопси и вздрогнул от ужаса. – Ой, какой кошмар!

Овечка встряхнулась, и её белые волосы разлетелись по воздуху словно снежинки.

– А моя семья уехала в отпуск кататься на лыжах, – сказал Угрюм.

– И наши хозяева тоже! – крикнул Элвис. – Ах, как бы я хотел покататься с крутых горок вместе с Голышом! Но свинок не пускают на горнолыжные курорты, – вздохнул он.

– Да, а где же Голыш? – Морковка чистила шерсть от волос Овечки и оглядывала территорию отеля. Обычно эта голая морская свинка всегда была рядом с Элвисом. Но сегодня Голыша нигде не видно.

– А он, наверное, опять лежит на горячем гриле, как и положено колбасе, – пошутил Угрюм.

– На гриле?! – испугались Мопси и Морковка. От ужаса шерсть у них на затылке встала дыбом.

В ту же секунду их обдало волной горячего воздуха. Друзья закрыли глаза лапками. Когда туман немного рассеялся, они увидели в маленьком подвальном окошке морскую свинку: та улыбалась им от уха до уха. И эта свинка была и вправду поразительно похожа на колбасу. Голыш!

4

Дымящаяся колбаса и неудобный батончик из арахиса

– Приветик! – Довольный Голыш помахал им из открытого окна. Вокруг хилого тельца он обвязал полотенце в горошек, а от его кожи шёл пар – сильнее чем от утюга, который Морковка видела дома. – Давайте проясним сразу – этот отпуск я проведу в сауне и буду выходить оттуда лишь в исключительных случаях. А сейчас, – Голыш поправил полотенце, – случай не исключительный. Брр, как же здесь холодно! Пока! Чмоки-чмоки!

Мопси и Морковка не успели опомниться, как маленькое подвальное окошко захлопнулось с лёгким щелчком, и Голыш снова исчез в клубах пара.

Мопси ошарашенно смотрел вслед Голышу. Он впервые в жизни слышал о сауне.

– Что это за сауна-мауна?

Морковка хихикнула.

– Сауна – это такое большое помещение с горячим воздухом, чтобы там потеть! – объяснила она.

– Ну, это не для меня, – объявила Овечка, наморщив плоский носик.

– А вот для Голыша сауна – самое то. У него же нет меха, и он постоянно мёрзнет, – сказал Элвис.

Мопси наклонился и с любопытством прижался носом к стеклу подвального окна. Маленькая комнатка была вся как в густом тумане, но ему удалось разглядеть в центре помещения большой чан с раскалёнными камнями. Вокруг чана располагались широкие деревянные ступени, на одной из которых сидел Голыш в полотенце. По лбу у него стекали крупные капли пота.

– Он же совсем голый! – хихикнул Мопси. – Я тоже хочу попробовать, как там в сауне. Но только нужно взять с собой огуречное мороженое. Интересно – оно там быстро растает? – И при мысли о подтаявшем огуречном мороженом у Мопси потекли слюнки.

– Давайте уже наконец кататься на коньках! – поторопил всех Элвис и вновь отправился на залитый в бассейне каток. Мопси и Морковка с радостью согласились. Элвис показал им, в каком шкафу лежат коньки – красные, жёлтые, синие, зелёные, розовые и чёрные. И такого же цвета шлемы.

– Чур, мои чёрные! – сказал Угрюм и натянул коньки на задние лапки.

Мопси выбрал жёлтые коньки, а Морковка – красные. Она протянула Овечке синие коньки, но та не захотела кататься на коньках, ведь на льду ей пришлось бы постоянно наезжать на собственную шерсть. А кроме того, ей гораздо больше нравилось заниматься йогой в сугробе.

Мопси и Морковка надели шлемы и уже потянулись за коньками, но тут Элвис вручил им по паре спущенных нарукавников для плавания.

– Я думала, мы будем кататься на коньках! – удивилась Морковка.

– Мы и будем, – сказал Элвис и надул нарукавник. – Но лучше подстраховаться. Давайте надувайте!

Когда все нарукавники были надуты, Элвис помог Мопси надеть их на колени. Отлично придумано! Теперь можно падать – и не будет больно!

Морковка тоже быстро натянула нарукавники на колени и локти. А Мопси надул ещё и резиновый круг и втиснулся в него – чтобы уж точно ничего не случилось! Теперь можно начинать.

Угрюм уже немного умел кататься на коньках, и они вместе с Элвисом потащили Мопси и Морковку за собой по льду. Они ехали всё быстрее и быстрее, и всё время по кругу. Ой, как же щекотно в животе! И вот уже у свинок получалось катиться самостоятельно. И Морковка, повизгивая от восторга, обогнала Мопси.

– Мопси, как же здорово! – крикнула она.

– Да, здорово! И я знаю, как сделать ещё лучше! – улыбнулся Мопси.

Он проехал вплотную к краю бассейна и схватил с одного из столиков хрустящий батончик из арахиса.

– Кататься на коньках и при этом есть – вот настоящее наслаждение! – ликовал он, вгрызаясь в батончик. Ох, как вкусно!

Однако уже в следующее мгновение Морковка закричала:

– Мопси, осторожно!

Но было поздно. Мопси со всего размаха врезался в Морковку. Она налетела на Угрюма, а тот – на Элвиса. И все они шлёпнулись на гладкий лёд. Как хорошо, что на них были шлемы и нарукавники! Арахисовый батончик, описав в воздухе большую дугу, полетел в сугроб, в котором сидела Овечка, и попал ей прямо в голову!

– Ой! – пискнула она, испуганно открыв глаза.

– Извини! – крикнул Мопси. – Я не хотел! Теперь буду внимательнее.

Овечка кинула ему батончик обратно, Мопси поймал его и снова попытался поехать на коньках. И снова неудачно! Едва Мопси начал движение, как тут же споткнулся о конёк Морковки, а батончик упал у него из лапок и заскользил по льду.

– Да тут же теперь повсюду крошки! – возмутился Элвис.

– Мопси, не надо больше пытаться. Кататься на коньках и при этом есть не получится, – проворчал Угрюм.

– Должно получиться! – в отчаянии крикнул Мопси.

Он уселся на край бассейна и принялся размышлять, как это можно устроить.

Но поразмыслить ему не удалось. Мопси заметил у себя над головой большую тень. Это ещё что такое? Прямо над ним пролетела рождественская ёлка. Разве такое возможно?!

5

Сюрприз

– Сюрпри-и-из!

Это же Аннабелла!

Мопси вскочил с места, а Морковка, Угрюм и Элвис молнией помчались к краю катка. Овечка скатилась с сугроба, и даже Голыш не смог удержаться и выпрыгнул через маленькое окошко сауны наружу.

Друзья с удивлением смотрели, как хозяйка отеля ставит в снег рядом с ними чудесно украшенную рождественскую ёлку. Но это была не настоящая ёлка, а большой зелёный огурец, в который вместо ветвей Аннабелла воткнула зелёную морковную ботву. Ёлка была украшена светящейся гирляндой, золотыми нитями сена и замороженной клубникой.

– Рождественская ёлка с дождиком и красными шариками! Она даже лучше той, что мне снилась! – восхищённо пропищал Мопси.

Он хотел было снять одну клубничку, но Голыш хлопнул ему по лапке.

– Мопси, нельзя! – строго сказал он. – Ёлку мы съедим завтра. А до Рождества трогать её не будем!

– Но если её нельзя есть, зачем тогда Аннабелла воткнула ёлку сюда? – разочарованно спросил Мопси.

– Потому что так положено накануне Рождества, – ответил Голыш.

– А почему так положено? – упрямился Мопси.

– Потому что это красиво. И так мы с ещё большей радостью будем ждать Рождества. А кроме того… – Голыш обвёл всех сияющим взглядом и заговорщицки прошептал: – Рождественская свинка положит нам под ёлку подарки!

– Ты думаешь, рождественская свинка придёт к нам в отель? – недоверчиво спросил Угрюм. – Сюда же всем вход закрыт.

– Я уверен, она придёт, – улыбаясь, настаивал Голыш. – Ведь рождественской свинке везде открыт вход!

Мопси осторожно коснулся замороженной клубнички, висящей на морковной ботве. Она слегка качнулась и даже немного блеснула в свете заходящего солнца.

– Нет, Мопси, нельзя! – Морковка тоже строго посмотрела на Мопси. – Ты слышал, что сказал Голыш.

– О-хо-хо, я до завтра не выдержу, – заныл Мопси.

– Мы можем пока попеть. Тогда время пройдёт быстрее! – предложил Элвис.

– Нет!!! – дружно крикнули свинки. Но было поздно.

– Рождественская ёлка-а-а-а-а-а-а-а! Ты Мопси мечта-а-а-а-а-а-а-а! – надрывался Элвис что есть мочи.

Остальные свинки зажали лапками ушки.

– Рождественская ёлка-а-а-а-а-а-а-а! Ты Мопси мечта-а-а-а-а-а-а-а! – завопил Элвис ещё раз.

– Я пошёл обратно в сауну! – попытался перекричать его Голыш.

– Я с тобой! – крикнула Морковка.

– И я! – крикнул Угрюм.

– А там есть что поесть? – спросил Мопси.

– Ты можешь кидать кукурузные зёрна на горячие камни: они взорвутся – и получится попкорн! – прокричал в ответ Голыш.

Тогда вперёд! И даже Овечка пошла вместе со всеми, хотя в сауне для неё было слишком жарко. Но лучше потеть, чем слушать пение Элвиса – решила она.

Одна, две, три, четыре – свинки одна за другой прыгнули в окошко вслед за Голышом.

И вот уже кукурузные зёрна с громким треском взрывались на горячих камнях. Вскоре вся сауна до потолка наполнилась попкорном. Вот здорово!

– Да это же настоящий бассейн со съедобными шариками! – ликовал Мопси, ныряя в попкорн.

Другие свинки тоже ныряли и ели, ели и ныряли. И Элвис тоже присоединился к ним. Потому что петь в одиночестве на морозе неинтересно.

Тем временем на улице стемнело. И только великолепная рождественская ёлка ярко освещала территорию отеля. Стоя у сугроба, где Овечка занималась йогой, ёлка сверкала синими, красными, зелёными и жёлтыми огоньками.

Морковка зевнула:

– Пойдёмте спать.

– Правильно! А когда проснёмся – будет Рождество! – обрадовался Мопси.

Все пожелали друг другу спокойной ночи и поднялись на лифтах в свои комнаты. Довольная и счастливая, Морковка плюхнулась в кровать из сена. Как же здесь мягко! И как хорошо пахнет! Она закрыла глаза и быстро заснула.

А вот Мопси не спалось.

– Морковка! Морковка! Завтра Рождество! – прошептал он.

Морковка вздрогнула:

– Что?

– И мы наконец сможем съесть рождественскую ёлку, так?

– Угу, – пробормотала Морковка и повернулась на бок.

– И рождественская свинка принесёт нам подарки, так?

– Угу, – снова пробормотала Морковка и перевернулась на другой бок.

Мопси задумчиво отодрал от стены звёздочку из перца. А потом принялся расспрашивать Морковку, как это всё будет – с подарками и сюрпризами. Морковка засыпала всё крепче, и голос Мопси слышался ей всё тише. И вот когда она уже не слышала ничего, даже тихого чавканья, хруста или чмоканья, Морковка внезапно проснулась. И с удивлением села на кровати. Рядом с ней было пусто. А где же Мопси? Куда он подевался?

6

Где Мопси?

– Мопси?

Морковка спрыгнула с кровати и побежала в ванную комнату проверить – может быть, Мопси сидит на унитазе? Но его там не было. И в ванне – под нитями сена с огуречными звёздами, месяцами из кольраби и сердечками из травы – он тоже не лежал.

Странно всё это…

Может, он у Овечки? Овечка говорила, у неё в комнате есть вкусные звёздочки из яблок. Может быть, Мопси пошёл к Овечке полакомиться?

Морковка перепрыгнула через кровать из сена и побежала к горке внутри туннеля. Но когда она заглянула в чёрную дыру, ей стало не по себе. Поэтому она направилась к лифту и нажала на кнопку. С тихим «дзинь» двери лифта открылись.

Но глядя в тёмную кабину лифта, Морковка испугалась ещё сильнее. Неужели ей и правда придётся в темноте ехать к Овечке?! Нет, не придётся! Морковка придумала кое-что получше!

Она подбежала к окну и распахнула его. Ей в лицо сразу подул сильный ветер. Ой, как же на улице холодно! И как темно! На небе ни звёздочки, и даже луна скрылась за тучами. И лишь замёрзший бассейн мерцал в свете разноцветной гирлянды на рождественской ёлке.

– Овечка! Ове-е-е-е-ечка! – тихонько позвала Морковка.

Через мгновение в башне с красной крышей загорелся свет, пушистая свинка открыла окно и выглянула наружу.

– Тебе тоже не спится? Я никак не могу уснуть, всё думаю о Рождестве! – взволнованно пропищала она.

– Мопси исчез. Он, случайно, не у тебя? – спросила Морковка.

– Нет. Может, он пошёл к Угрюму?

Овечка высунулась из окна ещё больше и тихо позвала:

– Угрюм! Угрюм!

В башне с синей крышей по-прежнему было темно.

– Угрюм! Угрюм! – присоединилась Морковка.

Тишина. Тогда Морковка и Овечка позвали Угрюма вместе:

– Угрюм! Угрю-у-у-у-ум!

И вот наконец зажёгся свет, окно рывком открылось, и Угрюм высунулся наружу. Мордочка у него при этом была такая недовольно-угрюмая, как будто он откусил от неспелого яблока.

– Что случилось? – проворчал он. – Что вы кричите посреди ночи? Я спать хочу.

– Мопси исчез. Он, случайно, не у тебя? – прошептала Морковка.

– Нет, у меня его точно нет. Я не люблю, когда меня будят по ночам. Может, он снова с Голышом в сауну отправился? Они же хотели проверить, у кого там огуречное мороженое быстрее растает.

Морковка уже хотела позвать Голыша, но тут окно в башне с зелёной крышей распахнулось. Однако оттуда выглянул не Голыш, а Элвис. На голове у него было одно большое бигуди. Он вытянул лапки вперёд и глубоко вдохнул ночной воздух. А потом испустил такой оглушительный вопль, что у Морковки, Овечки и Угрюма шерсть на затылке встала дыбом.

– Я проснулся! И улыбнулся! – заголосил Элвис.

– Тсс! Тсс! Тсс! – послышалось вдруг. И в следующее мгновение две синие мохнатые лапки зажали Элвису пасть.

– Кто это у Элвиса в комнате? – в ужасе пропищала Овечка.

– Обжора, который всех нас сожрёт, – проворчал Угрюм.

– Глупости! Это Голыш в своей зимней пижаме, – сказала Морковка.

И в самом деле, через мгновение в окне рядом с Элвисом появился Голыш. Он был одет в пушистую синюю пижаму, лишь розовая мордочка выглядывала наружу.

– Элвис, ты с ума сошёл?! – крикнул он. – Ночь на дворе! Аннабеллу разбудишь! – И тут только он заметил выглядывающих из окон Морковку, Овечку и Угрюма. – Ой, простите. Элвис вас разбудил?

Морковка покачала головой:

– Нет, мы не спали. Мы ищем Мопси. Он, случайно, не у вас?

Но у Элвиса и Голыша Мопси тоже не было.

И Морковка всерьёз забеспокоилась. Только бы с Мопси ничего не случилось! Морковке вдруг захотелось зарыться в тёплую шерсть Овечки – она просто дрожала от страха за Мопси. Но Овечка была далеко, в своей комнате, и остальные тоже.

– Смотрите! Там кто-то есть, – вдруг сказал Элвис и взволнованно указал вниз.

Морковка тоже посмотрела во двор. Действительно – в свете огоньков гирлянды можно было разглядеть какое-то большое существо. На нём были голубые плавки в белый горох, а на голове – странные очки для ныряния.

– Элвис, это же моя снежная свинка-зомби, – проворчал Угрюм.

– Нет, я не про неё! – воскликнул Элвис. – Вон там, смотрите!

Морковка пристально вгляделась в темноту и увидела, как из-за рождественской ёлки кто-то вышел. Неужели это Мопси?!

7

Рождественская свинка

– Это наверняка грабитель, – прошептал Угрюм.

Морковка мало что видела в свете рождественской ёлки, она разглядела лишь, что существо маленькое и круглое. На голове у него была шапка с большим помпоном, а на спине болтался рюкзак.

И тут Голыш завизжал:

– Я знаю, кто это! Это рождественская свинка! Она принесла нам подарки! Быстрее, выключайте свет, чтобы она нас не увидела!

Свинки выключили свет в своих комнатах. И теперь им было видно намного лучше, что происходит у бассейна.

– Это не рождественская свинка, рюкзак же пустой, – заметил Угрюм.

– Да потому что она уже положила подарки под ёлку! – воскликнул Голыш.

– Тсс, – шикнула Морковка, – не кричите так!

И все свинки тут же умолкли и замерли неподвижно. Неизвестное существо их, к счастью, не заметило. Оно спокойно пробиралось дальше – мимо сугроба, в котором Овечка днём занималась йогой.

– Ой, как я волнуюсь! Как волнуюсь! В прошлом году рождественская свинка положила мне под ёлку розовую щётку для завивки локонов, – тихонько пропищала Овечка.

– Я тоже хочу розовую щётку для завивки локонов, – вздохнул Элвис.

– Тсс! Тихо! Смотрите! Быстрее! – Морковка взволнованно показала вниз.

Неизвестное существо тем временем пробралось мимо снежной свинки, слепленной Угрюмом, и направлялось теперь прямиком к шкафу с коньками.

– Что она делает? Она что – хочет покататься на коньках?! – удивилась Морковка.

Свинки видели, как тёмное существо открыло шкаф и исчезло за дверцей. Потом снова появилось – в шлеме и коньках, – направилось к катку и проехало один круг. А потом существо остановилось и схватило себя за нос.

– А что она сейчас делает? – пропищала Овечка.

– Может, нос зачесался, – предположил Элвис.

– А может, в носу ковыряет! Что ж так темно! Я совсем ничего не вижу! – проворчал Угрюм.

– Глупости! Рождественская свинка не будет ковырять в носу! – возразил Голыш. – Наверное, она простудилась и вытирает носик.

Морковка высунулась из окна как можно дальше и увидела, как существо проехало ещё один круг по катку, а потом снова остановилось. В неясном свете казалось, будто существо снова схватило себя за нос.

– Может, у рождественской свинки волосы в носу. И она их стрижёт, – прошептал Элвис.

– Глупости! У рождественской свинки не может быть волос в носу! – возмутился Голыш.

– Но что же тогда? – пропищала Овечка.

– Может быть, у неё там микрофон. И она в него заказывает для нас подарки в центральном офисе рождественских свинок, – хихикнул Угрюм.

Свинки увидели, как существо снова поехало по катку. Но на этот раз оно не останавливалось, а катилось один круг за другим.

– Надо сказать, на коньках эта рождественская свинка не очень хорошо катается, – прошептал Элвис.

– Элвис, ну ты что! Это же не важно! Главное, что она принесла нам подарки! – сказала Овечка.

– Тсс! – шикнула Морковка.

Свинки видели, как существо покинуло каток, направилось обратно к шкафу и вновь скрылось за дверцей. И оттуда вдруг послышался громкий шум – хруст, треск и визг.

– Ах, вот оно что! Свинка мастерит для нас подарки своими лапками! Как это прелестно старомодно! – восхищённо прошептал Голыш. От радости он сильно стукнул Элвиса по плечу, и тот чуть было не выпал из окна.

– Эй! Ты что, с ума сошёл?! – в ужасе закричал Элвис и крепко вцепился в Голыша.

– Тсс! Тихо! Она возвращается! – прошептала Морковка.

Свинки заметили, что существо снова появилось из-за дверцы шкафа. Шлема и коньков на нём больше не было. Зато мешок был теперь набит битком. Существо кралось прямо к рождественской ёлке.

– Свинка принесла нам ещё подарки! Ура! – крикнул Голыш.

– Тсс! – снова шикнула Морковка.

Но было уже поздно. Существо в шапке с помпоном испуганно вздрогнуло. Потом остановилось и медленно подняло взгляд наверх.

– Отошли от окна! Отошли от окна! Кто посмотрит рождественской свинке в лицо, не получит подарков! – завопил Голыш.

Морковка, Голыш, Элвис, Угрюм и Овечка испуганно отпрыгнули назад и с размаху захлопнули окна. Морковка осталась сидеть под подоконником, сердце её бешено колотилось. Пару мгновений спустя она вытянула шею вверх и осторожно посмотрела в окно – в сторону бассейна.

Но странное существо уже исчезло.

8

Мопси что-то скрывает

– Жжжжжж, – послышалось вдруг со стороны лифта.

Морковка испугалась и отвернулась от окна.

Дзинь! – двери лифта открылись, и в комнату впрыгнул Мопси. На голове у него была шапка с помпоном, с которой свисали золотые нити сена.

– Где ты был? – удивилась Морковка.

– Э-э-э, мне захотелось есть, – пробормотал в ответ Мопси.

– Но здесь же достаточно еды! – сказала Морковка и показала на венок из арахиса, звёздочки из болгарского перца и другие лакомства, которыми была полна комната.

– Мне захотелось чего-то другого, – развёл лапками Мопси.

И тут Морковка заметила на мордочке друга что-то красное. Она нахмурила лоб, а Мопси смущённо захихикал.

– Почему ты хихикаешь? – недоверчиво спросила Морковка.

– Я? Да просто так! – Мопси быстро отвернулся в сторону. А потом прыгнул в кровать и, продолжая хихикать, натянул одеяло на мордочку. – Мне пора спать. Спокойной ночи!

Морковку внезапно охватило нехорошее чувство.

– Мопси? – медленно произнесла она.

– Да-а-а? – глухо послышалось из-под одеяла.

– А что это у тебя на мордочке? Это, случаем, не клубничный сок? – Морковка приподняла одеяло.

– С чего ты взяла? – ответил Мопси вопросом на вопрос и снова спрятался под одеялом. – Нет, это просто… э-э-э… красный снег.

У Морковки на душе стало ещё тяжелее.

– Мопси? – вновь позвала она.

– Да-а-а? – снова послышалось из-под одеяла.

– Ты ведь не ходил сейчас на улицу и не ел украшения с нашей рождественской ёлки? – тихо спросила Морковка.

Мопси резко откинул одеяло. Морковка отпрыгнула в испуге.

– С ёлки?! Да никогда в жизни! – возмущённо воскликнул Мопси.

Но Морковка видела, что нос у Мопси покраснел. И клубничный сок тут точно ни при чём! Неужели Мопси соврал?

– Я… я только посмотрел, всё ли с ней в порядке, с нашей рождественской ёлкой, – сказал Мопси и снова быстро укрылся одеялом. – А теперь мне и правда пора спать. Спокойной ночи! – Мопси принялся храпеть, но Морковка видела, что он притворяется.

Клубничный сок. Золотой дождик на шапке. Покрасневший нос. Теперь Морковка была уверена, что Мопси её обманывает.

– Мопси? – снова заговорила она. – Я думаю, нам нужно друг с другом… – Но закончить фразу она не успела.

Снова раздалось жужжание, двери лифта открылись со звонким «дзинь», и в комнату вбежали Элвис, Голыш, Угрюм и Овечка. И все одновременно закричали:

– Ой, Морковка, я так волнуюсь!

– Завтра нам вручат подарки!

– Мы не можем уснуть!

– Поэтому будем помогать тебе искать Мопси!

– Э-э-э… да уже не нужно… Дело в том, что… Мопси уже вернулся, – запинаясь, объяснила Морковка.

– Как? А где он был? – ошарашенно спросил Элвис.

– Э-э-э… – медлила с ответом Морковка. Что же теперь делать? Рассказать всем, что по двору разгуливала не рождественская свинка, а Мопси? И что он, возможно, даже лакомился украшениями с ёлки?

– Ой, Мопси, как хорошо, что ты снова здесь! – пропищала Овечка. – Иди ко мне, я просто должна тебя обнять! – Она откинула одеяло и смачно поцеловала Мопси в щёку.

Мопси сел на кровати.

– Фу, – буркнул он и убрал с мордочки волосы Овечки.

А Овечка облизала губы.

– М-м-м, как вкусно. Мопси, ты что, ел клубнику? – спросила она.

– Э-э-э… – замялся Мопси.

Голыш укоризненно покачал головой:

– Разве ты не знаешь, что после еды надо вытирать мордочку? Что из тебя получится, если ты никак не можешь научиться хорошим манерам!

– Голыш, да не до этого сейчас! – воскликнул Элвис.

Он прыгнул к Мопси на постель и посмотрел на него сияющими глазами. Потом набрал в грудь воздуха, и Мопси уже испугался, что он сейчас запоёт. Но Элвис загадочным голосом прошептал:

– Тут была рождественская свинка!

Мопси вытаращил от удивления глаза:

– Рождественская свинка?! Здесь?! В отеле?!

Свинки дружно закивали. И лишь Морковка нахмурилась, но Мопси этого не заметил.

– Вы правда её видели? – с восторгом прошептал он.

– Да! – кивнула Овечка.

– А вот она нас не видела! – хихикнул Угрюм.

– И это здорово! Ведь если бы она нас увидела, мы бы не получили подарков! – пояснил Голыш.

Глаза у Мопси округлились ещё больше.

– Она принесла нам подарки? – прошептал он. Свинки опять дружно закивали.

Морковка не успела ничего сказать, как Мопси одним прыжком выскочил из кровати и крикнул:

– Так чего же мы ждём? Пойдёмте смотреть подарки!

– Да! Да! – поддержали его все.

И друг за другом – одна, две, три, четыре, пять – свинки прыгнули в туннель и помчались по горке вниз на первый этаж. Морковка вздохнула. А потом скатилась вслед за остальными.

9

Мопси под подозрением

Морковка спустилась стрелой вниз. Приземлившись на первом этаже, она увидела, как её друзья скрываются в подземном лабиринте, который был сейчас хорошо освещён. Ей удалось нагнать остальных только у лифта, ведущего к бассейну.

– Мопси, что же ты наделал! – прошептала Морковка, запрыгивая за Мопси в лифт.

Мгновение спустя раздалось знакомое «дзинь», двери лифта открылись, и друзья уже были на месте. В мордочку свинкам дунул холодный ветер. Свет луны с трудом пробивался сквозь плотные облака, заливая двор отеля тусклым сумрачным светом.

– А почему гирлянда на рождественской ёлке больше не горит? – спросил Элвис.

– Может, Аннабелла её выключила, чтобы сэкономить электроэнергию? – предположил Угрюм.

– А может, её выключила рождественская свинка, чтобы мы её не увидели, а потом забыла включить! – прошептал Голыш. – Пошли!

Свинки осторожно подобрались к рождественской ёлке. Овечка благодаря своему меху прекрасно защищала всех от ветра, поэтому она шла первой, за ней вплотную шагали Голыш, Элвис, Угрюм и Мопси. Морковка плелась в самом конце.

Неожиданно Овечка резко остановилась. В неё врезался Голыш, в Голыша – Элвис, в Элвиса – Угрюм, в Угрюма – Мопси, и в Мопси наконец врезалась Морковка.

– Наша ёлка! Кто-то сломал нашу ёлку! – в ужасе пропищала Овечка.

Морковка выглянула из-за спины Мопси и тоже содрогнулась. От самой красивой рождественской ёлки на всём белом свете остался лишь покосившийся от ветра огурец с обломанной морковной ботвой, на которой болталась погасшая гирлянда.

– Кто-то обломал морковную ботву! – возмущённо крикнул Голыш.

– И украл клубнику! – ужаснулся Элвис.

– И дождик из сена! – воскликнул Мопси.

Морковка присмотрелась к огурцу. Несмотря на скудный свет, ей удалось разглядеть на его поверхности длинные узкие борозды.

– Это явно следы от зубов! Кто-то погрыз нашу рождественскую ёлку! – прошептала она.

– Может, это рождественская свинка? Наверное, она проголодалась, пока несла подарки, – предположил Мопси.

– Но тут нет никаких подарков. Значит, и рождественской свинки тут не было! – возразил Элвис.

– А раз её тут не было, значит, она не могла съесть нашу рождественскую ёлку! – сделал вывод Голыш.

– Но кто же тогда её съел? – пропищала Овечка.

– Грабитель! – мрачно объявил Угрюм.

– Грабитель?! – в ужасе взвизгнул Голыш.

Свинки испуганно огляделись по сторонам.

И лишь Морковка озабоченно посмотрела на Мопси. На душе у неё вновь стало тяжело. Неужели это Мопси обгрыз рождественскую ёлку?! Ведь на мордочке у него был клубничный сок, а на шапке дождик из сена. Что же ей теперь делать? Она же не может выдать своего лучшего друга! Или может?

Голыш задумчиво наморщил лоб, потом повернулся к Мопси и сказал:

– Я знаю, кто это был!

И все остальные теперь тоже смотрели на Мопси.

– И кто? – с любопытством спросил Мопси и обернулся посмотреть, не стоит ли кто за ним. Но сзади никого не было.

– Это был ты, – объявил Угрюм.

– Я?! – удивился Мопси и обескураженно уставился на товарищей. – Почему вы так решили?

– Ты исчез ночью из комнаты, – сказал Голыш.

– И на мордочке у тебя был клубничный сок, – продолжила Овечка.

– А на ёлке висели клубнички, – добавил Элвис.

– И всё это неопровержимо доказывает, что это ты съел нашу ёлку! – воскликнул Угрюм.

– Я?! – удивился Мопси. – Но это был не я! – Внезапно он почувствовал себя странно – как будто в горле у него застрял большой холодный снежок. И этот большой холодный снежок становился всё больше и больше, и всё холоднее и холоднее. И в конце концов в горле у Мопси стало так холодно и так тесно, что он едва мог дышать.

– Это был не я, – осипшим голосом прошептал он. Морковка видела, как глаза Мопси наполнились слезами. Шмыгая носом, он проговорил:

– Да, я выходил во двор. И я был рядом с рождественской ёлкой. Но я взял одну-единственную ягодку. Клянусь!

Увидев, что друзья смотрят на него по-прежнему сурово, а Голыш всё так же хмурится, Мопси душераздирающе зарыдал. Огромные слёзы катились у него по щекам и падали в снег. Морковке стало ужасно жаль Мопси. Как она могла подумать, что её лучший друг сломал рождественскую ёлку?! Она взяла Мопси за лапку и сжала её. А потом воскликнула:

– Мопси говорит правду! Я в этом уверена. Он не способен на такую подлость! – И Морковка обняла Мопси, чтобы показать, что она ему верит.

И тот зарыдал ещё громче – он так обрадовался, что Морковка его лучшая подруга!

– Я правда этого не делал. Ведь рождественская ёлка предназначалась для нас для всех. Я бы не стал её есть! – И, хлюпая носом, добавил: – Я клянусь! Вы же мои друзья!

Элвис, Голыш, Угрюм и Овечка теперь тоже поверили, что Мопси говорит правду. Как они могли его подозревать?! Теперь им было очень стыдно.

– Прости нас! – тихо проговорила Овечка. И остальные тоже попросили прощения – даже Угрюм, хотя он всё ещё сердился из-за украденной клубнички.

Наконец Элвис сказал:

– Но если это был не ты и не рождественская свинка, то кто же обгрыз нашу ёлку?

10

В засаде

– Да, кто это сделал? – спрашивали друг друга свинки.

– Когда я выходил во двор, здесь никого не было и ёлка была ещё цела, – сказал Мопси.

– То есть воришка, возможно, ещё здесь! – прошептала Морковка.

Свинки испуганно огляделись по сторонам. Бассейн. Трамплин. Сугроб, где Овечка занималась йогой. Снежная свинка, которую слепил Угрюм. Обгрызенная рождественская ёлка с погасшей гирляндой. В тусклом свете луны вора нигде не было видно.

– Наверное, он где-то спрятался. Давайте устроим засаду, – тихо предложила Морковка и повела всех за снежную свинку Угрюма. Свинки замерли, прижавшись к земле, и задержали дыхание. Морковка чувствовала, как сердце стучит у неё в груди. Стук-стук-стук. И как раз между первым и вторым ударом вдруг раздалось громкое «бух!».

– Что это? – испуганно пропищала Овечка.

– Лавина, которая всех нас накроет, – ответил Угрюм.

– Глупости! Нет здесь никаких лавин! Это наверняка воришка! Он возвращается, – прошептал Элвис. У Голыша стучали зубы.

Бух! – раздалось снова.

А потом они услышали тихое «плюх».

– А это что? – пропищала Овечка.

– Это всего лишь ухо снежной свинки, – прошептала Морковка. Она подняла ухо, и Угрюм снова прилепил его на голову снежной фигуры.

Бух!

Плюх! Ухо снова шлёпнулось на снег. Морковка почувствовала, что Мопси дрожит от страха.

– Может, это ужасная кошка из нашего дома?! – шепнул он.

– Нет, – покачала головой Морковка. – Звуки такие, как будто кто-то прыгает.

Бух! – послышалось в четвёртый раз.

– Я посмотрю! – Элвис осторожно выглянул из-за снежной свинки-зомби и сообщил: – Рядом с рождественской ёлкой лежит какой-то пушистый комок.

– Это огромный снежок! – прошептала Овечка.

– Но снежки не умеют прыгать, – возразил Мопси.

– Тсс! Послушайте! Слышите воришку? – шёпотом спросил Голыш.

Свинки прислушались. Хрум-хрум-хрум.

В это мгновение из-за туч выглянула луна и осветила двор отеля серебристым светом.

И тут Морковка поняла, кто перед ними.

– Это кролик! – взволнованно зашептала она и показала на маленький пушистый хвостик лохматого комочка.

– Кролик?! – хором закричали морские свинки.

– Тсс! – шикнула Морковка.

Но было поздно. Толстое, похожее на снежок существо обернулось и испуганно посмотрело на них большими красными глазами. Это и правда был кролик. Увидев Мопси, Морковку, Голыша, Угрюма и Овечку, он завизжал «Холади!» и тут же «Хукари!», а потом поднялся на задние лапы и как безумный забил передними в огурец, словно боксируя. Огурец раскачивался туда-сюда, всё быстрее и быстрее. Наконец раздался треск, огурец упал, кролик схватил его зубами и зигзагом помчался прочь.

– Этого не может быть! Он убегает! Вместе с нашей рождественской ёлкой! – завопил Голыш.

– Так чего же мы ждём? – крикнула Морковка. – За ним!

И друзья один за другим выпрыгнули из-за снежной свинки-зомби и помчались вслед за кроликом по замёрзшему бассейну.

11

Элвис, сияющая суперзвезда

– Смотрите! Он прыгает в лифт! – крикнул Мопси.

Но он ошибся. Немного не добежав до лифта, кролик скакнул вправо, затем сразу влево, потом подпрыгнул высоко в воздух словно мячик-попрыгунчик и тут же исчез за кустом.

– Теперь злодей у нас в руках! – прошептал Угрюм, тихо подкрадываясь к кусту.

Остальные свинки последовали за ним и осторожно заглянули за заснеженный куст. Но как же так?! Кролик исчез! В снегу они увидели большую дыру.

– Потайной ход! – пропищала Овечка.

Дыра и в самом деле оказалась входом в лабиринт туннелей – точно таким же, как у них под отелем! Вот только эти подземные ходы не освещались. И указателей тут тоже не было.

– Ой, как страшно! – Мопси содрогнулся от ужаса.

– Я туда не пойду. Там слишком холодно и слишком темно! – заявил Голыш, судорожно теребя свою синюю пижаму.

– Я тоже не пойду. Мы там заблудимся! – пропищала Овечка.

– Но мы же не можем просто позволить ему уйти! – сказал Угрюм.

Морковка кивнула:

– Угрюм прав. Нам нельзя отступать.

– Тухлый огурец! Ну почему я не взял с собой фонарик! – с досадой воскликнул Угрюм.

Морковка тоже сердилась на себя. Ведь и она не захватила с собой налобный фонарь.

Тут Элвис возбуждённо захихикал.

– Хорошо, что у вас есть я! – заявил он. Острыми когтями он поправил уложенную гелем прядь между тёплыми наушниками, откинул назад шарф с блёстками, поднял одну лапку над головой и начал щёлкать когтями. В такт щелчкам он притопывал ногой и приговаривал:

– Раз, два. Раз, два, три, поехали!

– Элвис, пожалуйста, только не пой! – крикнули Мопси, Морковка и все остальные и с ужасом зажали уши лапками.

Но Элвис и не собирался петь. Сказав «поехали!», он нажал на пуговичку на своём розовом костюме – и на его груди загорелось множество серебристо-голубых звёздочек.

Морские свинки ошарашенно смотрели на Элвиса.

– Ну, как я вам? Просто хорош или фантастически хорош? – ликовал он. – Аплодируйте, не стесняйтесь! Вообще-то я хотел удивить вас этими огоньками только завтра, но сегодня они нам нужнее.

Обалдевшие свинки убрали лапки от ушей и увидели, как Элвис нажимает ещё одну пуговицу на костюме. И через мгновение дождик у него на рукавах тоже засветился.

– Ты похож на рождественскую ёлку! – восхищённо хихикнула Овечка.

– Я лучше ёлки, моя дорогая, гораздо лучше! – сияя, ответил Элвис.

– На этот раз ты и правда лучше всех! – согласилась Морковка.

– Теперь у нас есть свет, и мы можем отправляться в погоню за кроликом! – взволнованно сказал Мопси.

– Так чего же мы ждём! Вперёд! – хором крикнули свинки.

Морковка уже собралась прыгнуть в дыру, но Овечка её остановила.

– Мы ведь можем заблудиться! – пропищала она и показала на разветвляющиеся внизу туннели.

– Овечка права, – кивнул Угрюм. – Если мы заблудимся в лабиринте, то, скорее всего, не сможем выбраться наружу.

Морковка задумалась. Обязательно должен быть какой-нибудь выход! И тут её взгляд упал на Овечку – её шерсть медленно планировала на землю, покрывая её белым ковром.

– Овечка, я придумала! – воскликнула Морковка. – На каждой развилке тебе нужно будет стрясти с себя немного шерсти. И если мы заблудимся, то найдём обратную дорогу по твоим волоскам. И благополучно вернёмся в отель!

– Ура! Молодец, Морковка! – радостно поддержали её морские свинки.

Теперь можно было отправляться в путь. Первым пошёл Элвис в сверкающем костюме, за ним следовали Мопси, Морковка, Угрюм и Голыш. Замыкала шествие Овечка, чтобы другие свинки не затоптали её шерсть, которую она стряхивала с себя на каждой развилке.

Они углублялись всё дальше и дальше в туннель. Шли то налево, то направо, то снова прямо – всё время следуя за морковной ботвой, которую растерял кролик. Вскоре они оказались на развилке, от которой расходились пять туннелей. Элвис поворачивался так и этак, освещал все пять проходов, но больше никаких следов не было видно.

И тут вдруг Морковка услышала какой-то звук.

«Чхи!» – тихо раздалось где-то совсем рядом.

– Тсс, замрите! Слышите? – прошептала она.

Свинки прислушались.

«Чхи!» – донеслось со стороны самого узкого из туннелей.

– Там кто-то чихает! – тихо сказала Морковка.

«Чхи!» – послышалось снова.

Вдруг Морковка почувствовала, как Голыш коснулся её лапкой.

– Это не чихание! – прошептал он, взволнованно переводя взгляд с одного товарища на другого. – Это кольрабский язык, на нём разговаривают кролики! Мы нашли воришку!

12

Спасение воришки

– Кольрабский язык? – удивились свинки.

– Да, кольрабский, я совершенно в этом уверен, – прошептал Голыш и взволнованно принюхался розовым носиком. – «Чхи» – это слово из кольрабского языка, и означает оно «Помогите». Я точно это знаю: когда-то я жил в одном доме с кроликом.

– Ты жил в одном доме с кроликом? Почему ты мне об этом ничего не рассказывал? – возмутился Элвис.

– А почему я должен всё тебе рассказывать? – поддел друга Голыш.

– Нашли время для споров, – шикнула на них Морковка. – Кролик зовёт на помощь. Мы должны ему помочь! Ну-ка, Элвис, посвети ещё раз!

– Чхи! – донёсся жалобный голос из туннеля.

Элвис всё ещё сердито смотрел на Голыша, и поэтому Морковка недолго думая развернула его в нужную сторону и осветила туннель.

В проходе торчало что-то серое.

– Вот оно что! Кролик застрял в туннеле! – прошептала Морковка и пододвинула Элвиса ещё чуть ближе к проходу.

Теперь всем стало отчётливо видно – кролик торчал в туннеле словно толстая пробка в бутылке и отчаянно махал хвостиком.

– А где наша рождественская ёлка? – прошептал Угрюм.

– Угрюм, да разве сейчас до неё?! Бедняге нужна наша помощь! – воскликнула Морковка.

– Чхи! – снова застонал кролик.

– Давайте его вытащим. Так мы и кролика спасём, и ёлку вернём! – предложил Элвис.

– Отлично придумано!

И с криками «Раз-два, взяли!» свинки общими усилиями попытались вытащить кролика, ухватившись за его хвостик. Но кролик громко завопил:

– Ой-ой-ой-ой-ой! Ой-ой-ой-ой-ой!

– Прекратили тянуть! Мы делаем ему больно! – скомандовал Голыш.

– Тогда давайте надавим. Может, он проскочит дальше! – предложила Морковка.

Сказано – сделано.

Свинки дружно упёрлись в попу кролика и принялись толкать. Они старались изо всех сил: давили на него лапками, нажимали животами, но кролик не двигался с места.

– Чмок-ми-ми! – донёсся вдруг крик кролика.

И ещё раз:

– Чмок-ми-ми!

– Голыш, что это значит? – спросила Овечка.

– Он говорит, его нужно поцеловать, – ответил Голыш.

– Мы должны поцеловать его в попу? – переспросила, захихикав, Морковка.

– И это поможет? – Угрюм, сморщив нос, посмотрел на круглый зад кролика. А потом обратился к Голышу: – Ты уверен?

– Абсолютно. «Чмок-ми-ми» означает «Поцелуй меня», – заверил Голыш.

– Фу, как противно! – проворчал Угрюм.

– Я тоже не собираюсь его целовать! – крикнула Овечка.

И свинки задумались, глядя на попу кролика.

– А почему, собственно, мы должны его целовать? – наконец спросила Морковка.

– Понятия не имею, – сказал Голыш.

– Может, тогда он превратится в рождественскую свинку? – рассмеялся Угрюм.

– О да! – воскликнул Мопси. И тут же прыгнул вперёд и впечатал в попу кролика смачный поцелуй.

Потом все уставились на кролика в ожидании. Но ничего не произошло. Тот по-прежнему торчал в туннеле неподвижно, беспомощно вытянув задние лапки.

– Н-да. – Голыш задумчиво почесал голову. А потом вдруг залился краской и пробормотал: – Наверное, я его всё-таки неправильно понял.

– И что теперь? – пропищала Овечка.

– Не знаю, – сказала Морковка.

Другие свинки тоже не знали, что делать дальше. Они просто стояли и смотрели на пушистый комок. Задняя лапка кролика начала слегка дёргаться. И тут Мопси осенило. Он взволнованно крикнул:

– Мы будем щекотать ему лапки! Он начнёт дрыгаться и протиснется вперёд!

– Ну конечно! – воскликнул Голыш и стукнул себя по лбу. – «Чмок-ми-ми» означает не «Поцелуй меня», а «Пощекочи меня»! Мы должны его пощекотать!

И свинки принялись за дело. Мопси, Морковка и Угрюм щекотали одну лапку, а Элвис и Овечка – другую. И лишь Голыш стоял в стороне – ему казалось, что лапки воняют.

Щекотка сработала! Уже через мгновение кролик захихикал как сумасшедший. Одновременно он задёргал задними лапками. Всё быстрее и быстрее, всё сильнее и сильнее. Поднялось облако песка. Потом в воздух полетели пыль, мех, камешки. Наконец кролик оттолкнулся задними лапками от земли – Мопси, Морковка, Элвис, Голыш, Угрюм и Овечка быстро отскочили в сторону – и прыгнул вперёд. Ура! Он свободен! У них получилось!

А кролик тем временем продолжил прыгать дальше! Морковка сначала подумала, что он снова хочет скрыться от них. Но потом она увидела, что кролик, добежав до того места, где проход становился шире, развернулся и посмотрел на морских свинок, вытаращив глаза. Он осторожно положил растерзанную рождественскую ёлку у передних лапок, робко моргнул и тихо пробормотал:

– Пибо. Какашли!

– Что он сказал? – тихо спросила Морковка.

– Он сказал «спасибо». И что его зовут Какашли, – перевёл Голыш.

– Какашли – какое странное имя, – хихикнул Мопси.

– Мопси, тсс! Он же не виноват, что его так зовут! – прошептала Морковка.

– Зато он виноват, что украл нашу рождественскую ёлку! – гневно прорычал Угрюм и сделал шаг в сторону кролика.

– А ну отдавай нашу ёлку, мерзкий кролик Какашли! – крикнул он.

– Угрюм, не надо! – воскликнула Морковка, удерживая друга.

Но глаза у кролика уже округлились от ужаса. Он развернулся, схватил обгрызенный огурец и молнией помчался прочь. Только не это!

13

Следы на снегу

– На этот раз он от нас не уйдёт! В погоню!

И Мопси, Морковка, Элвис, Голыш, Угрюм и Овечка побежали за кроликом по подземному лабиринту. Воришка, хоть и тащил с собой тяжёлую рождественскую ёлку, мчался на удивление быстро.

Но и морские свинки не отставали, преследуя его по пятам.

Вдруг в мордочки им подул холодный ветер.

– Туннель кончается! – закричал, задыхаясь, Элвис.

Действительно – проход вёл наружу. Мопси и Морковка ощутили под лапками холод пушистого снега.

– Где мы? – испуганно прошептал Мопси.

Элвис осветил своей нагрудной гирляндой темноту.

– Думаю, мы в лесу! – сказала Морковка и показала на бесчисленные деревья вокруг, высотой до самого неба. Деревья были укрыты толстым слоем белого снега, но в лунном свете всё равно казались грозными и пугающими.

– Давайте вернёмся, здесь слишком опасно! – прошептала Овечка.

Свинки согласно закивали.

– Овечка права. Тут наверняка полно голодных зверей! – испуганно сказал Голыш.

Мопси снова подумал про жуткую кошку у них дома и поёжился. Он уже хотел запрыгнуть обратно в туннель, но вдруг увидел на снегу какой-то маленький комочек коричневого цвета.

– Морковка, тут орешек! – воскликнул он.

– Орешек? – удивилась Морковка.

Мопси прыгнул по снегу к комочку и поднял его:

– Нет, это не орешек. Тогда что это?

Остальные свинки с любопытством подбежали к Мопси.

– Может, это жемчужина! – восторженно пропищала Овечка.

– Покажи-ка. В жемчуге я разбираюсь, – сказал Голыш. Он взял коричневый шарик и поднёс его к огонькам на груди у Элвиса. И тут же дико завизжал: – Это не жемчужина! Это какашка! Фу!

Голыш быстро кинул шарик обратно Мопси.

– Фи! Как противно! – сморщился тот и выбросил его за куст.

Угрюм рассмеялся:

– Смотрите, тут есть ещё! – И он показал на ещё семь коричневых комочков, лежащих один за другим по направлению к лесу.

– Да, Какашли ещё предстоит поучиться манерам! – сказал Голыш, зажимая нос.

А вот Морковка подпрыгнула от радости.

– Как хорошо, что Какашли не обучен хорошим манерам! – воскликнула она.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Мопси.

– Неужели вы не понимаете? Он у нас в руках! Его следы показывают дорогу лучше любых указателей! – взволнованно сказала Морковка.

– Ты считаешь, нам просто нужно идти по этому следу? – уточнил Мопси.

Морковка кивнула.

– Я думала, мы решили возвращаться, – пропищала Овечка.

– Позже! – Элвис уже мчался вперёд – по коричневым шарикам.

Остальные быстро следовали за ним. И Овечка тоже. Она, конечно, боялась, но оставаться одной ей тоже не хотелось.

Вскоре след закончился. Но на снегу появились чёткие отпечатки лап.

– Сейчас мы его поймаем! – прошептал Угрюм.

И тут вдруг Морковка почувствовала, как ей на голову сыплется снег.

– Ой, только не это! Ещё и снег пошёл. Как не вовремя! Снег же заметёт все следы, – захныкала она.

– Нет, Морковка, это не снег. На дереве кто-то есть! – Элвис быстро выключил огоньки на своей груди. Морские свинки затаили дыхание.

– Уху-у-у! – раздалось у них над головами.

– Что это? – Мопси схватил Морковку за лапку.

– Наверное, это кролик. Он хочет нас напугать, – решил Угрюм.

– Глупости! Кролики не живут на деревьях. Это сова! – прошептала Овечка.

– Быстрее! Нам нужно замаскироваться! – завизжала Морковка.

– Замаскироваться? Что это значит? – спросил Мопси.

– Это значит, мы должны слиться с окружающей средой. Стать для всех невидимыми, – пояснила Морковка.

– Как Овечка тогда на сугробе? – спросил Мопси.

– Именно так, – ответила Морковка.

– Мы могли бы залезть в снег! – предложил Элвис.

– Ни за что! Я же окоченею! – затрясся Голыш.

– Тогда мы накроемся шерстью Овечки! – прошептал Угрюм.

Отлично придумано! Они начали дёргать и трясти Овечку со всех сторон, пока для каждого не набралось достаточно шерсти. И вот они уже бежали в лес – пушистые, белые и согретые шерстью. Следы от лапок кролика обрывались у высокого сучковатого дерева с разветвлёнными корнями. И между этих корней виднелся вход в кроличью нору. Они нашли воришку!

14

Жалкая кучка овощей

– Хрум. Хрум. Хрум, – тихо доносилось снизу.

Элвис осветил вход. Лаз вёл вниз, в нору, словно крутая горка, а внутри сидел Какашли и грыз их рождественскую ёлку!

– Ну погоди! – услышала Морковка ворчание Угрюма у себя за спиной.

В следующее мгновение он протиснулся мимо друзей вперёд, прыгнул рискованным прыжком вниз головой в нору и скатился вниз. Приземлившись, он встал перед Какашли словно ковбой, широко расставив задние лапы и упираясь передними в бока.

– Мерзкий кролик! – прошипел он. – Немедленно отдавай нашу ёлку!

– Ни! Ни! – завизжал Какашли. Он охватил огурец передними лапами и крепко прижал его к себе.

– Гррр! – зарычал Угрюм и оскалил зубы. Ой, как угрожающе они сверкали! Но кролик не собирался отдавать огурец. Наоборот – он тоже зарычал и оскалил зубы:

– Харрр!

Ай-ай-ай, они были гораздо длиннее и острее зубов Угрюма!

– Угрюм, срочно выбирайся оттуда! – испуганно крикнул Мопси.

Но Угрюм и не думал об этом.

– Гррр-гррр! – рычал он и стучал зубами.

– Харрр-харрр! – ответил кролик и тоже застучал зубами.

– Угрюму одному не справиться. Мы должны спуститься вниз и помочь ему! – сказала Морковка.

– Но Какашли может нас поранить! – дрожащим голосом возразил Мопси.

– Я уверена, он этого не сделает. Он сам очень боится! – успокоил его Голыш. – А кроме того, он один, а нас шестеро.

Голыш был прав – вместе они гораздо сильнее кролика.

– Тогда вперёд! – скомандовала Морковка и скатилась в нору. Мопси, Элвис, Голыш и Овечка последовали за ней. А Угрюм и Какашли уже сошлись в поединке.

– Гррр-гррр-гррр! – рычал Угрюм и тянул рождественскую ёлку в свою сторону.

– Харрр-харрр-харрр! – рычал Какашли и тащил ёлку к себе.

И даже когда Угрюму на помощь пришли Мопси, Морковка и остальные, Какашли не выпустил огурец из лап.

– Гррр! – дружно подхватили морские свинки.

– Харрр! – рычал в ответ кролик.

И противники перетягивали огурец туда-сюда и снова туда-сюда.

Внезапно раздался хруст – и рождественская ёлка сломалась посредине. Не успев опомниться, Мопси и Морковка полетели через всю нору – вместе с Угрюмом, Элвисом, Голышом, Овечкой и половиной огурца. К счастью, они приземлились на кучу мягкой соломы. В другом конце норы Какашли тоже плюхнулся на солому, сжимая в лапах вторую половину рождественской ёлки. Мопси поднялся и с ужасом посмотрел на свои лапки: на сломанный огурец и на растерзанную морковную ботву.

– Теперь она совсем сломалась! – прошептал он, и его глаза наполнились слезами. – Ёлка моей мечты сломалась! – И Мопси заплакал.

– Как же теперь праздновать Рождество? У нас ведь нет даже обгрызенной ёлки! – По лицу Голыша тоже покатились крупные слёзы, исчезая в его синей пушистой пижаме.

У Морковки стало тяжело на душе.

Всё было напрасно. Их стремительная погоня. Их отважная вылазка. Их опасный марш по тёмному лесу. Шмыгнув носом, Морковка вытерла повисшую на нём слезу. А потом подняла глаза и увидела, что Какашли тоже поднялся. Он стоял, тесно прижавшись к стене – на дрожащих задних лапах и с поднятыми вверх передними, – и со страхом смотрел на них.

– Фрамули-попули, – тихо сказал он.

– Что это значит? – спросила Морковка.

– Он говорит, мы можем забрать нашу ёлку, – шмыгнул носом Голыш.

– Но это уже не ёлка. Это же просто… просто… кучка овощей!

Мопси зарыдал так душераздирающе, что его круглый живот заходил ходуном. Овечка погладила его по голове. И тут Какашли тоже заплакал.

– Кути-кути-шнути-фути-кабути! – ревел он.

– Что он говорит? – спросила Овечка.

– Он говорит, чтобы мы его – пожалуйста, пожалуйста! – не бросали в воду, – перевёл Голыш.

– Не бросали в воду? – удивлённо переспросили Морковка, Элвис, Овечка и Угрюм, утирая слёзы.

– Не бросали в воду? – переспросил вслед Мопси и высморкался в коричневый листочек, лежавший рядом с кучей соломы.

– Ну, может, он что-то другое сказал, – развёл лапками Голыш. Он явно был не уверен в своём переводе.

Свинки на мгновение замерли.

– Кути-кути-шнути-фути-кабути! – ещё раз сказал Какашли.

– О, я его неправильно понял, – кивнул Голыш, и его розовый носик стал красным. – Он говорит, что ему очень жаль. И что он готов нам всё объяснить.

Из красного глаза Какашли снова вытекла большая слеза, и свинкам стало ужасно жаль его – он выглядел сейчас таким бесконечно несчастным.

– Мы согласны, – сказала Морковка, и все закивали.

Голыш сел рядом с Какашли – чтобы хорошо понимать кролика и чтобы кролик хорошо понимал его. Это очень важно: так Голыш сможет перевести всё, что скажут его друзья, на кольрабский язык, а всё, что скажет Какашли, – на язык морских свинок. Когда все устроились поудобнее, Какашли набрал в грудь воздуха, а потом рассказал свинкам свою историю.

15

История Какашли

– Много-много дней назад я проснулся утром и почувствовал, что страшно проголодался. Я вылез из норы, чтобы поискать что-нибудь на завтрак. В этом нет ничего необычного. Я так поступаю каждое утро. Но в тот день всё пошло иначе, – начал свой рассказ Какашли.

– Что пошло иначе? – полюбопытствовал Элвис.

– Надли-шлики-мики? – перевёл для Какашли Голыш.

– Дул сильный ветер, – продолжал свой рассказ на кольрабском Какашли. – Прямо мне в мордочку. Ветер был таким ледяным, что мои усы превратились в сосульки. А маленькие жёсткие снежинки, острые как иголки, били мне прямо в глаза. Было очень больно! Поэтому я со всех лап бросился к себе обратно в нору. Я был уверен, что холодный ветер скоро закончится. И колючие снежинки тоже. Но я напрасно надеялся. Ветер дул, и снежинки кололи. Много дней подряд.

– И у тебя не было еды? – спросил Мопси, и глаза его округлились.

– У меня не было ничего. Никаких запасов. Даже воды. От отчаяния я начал грызть солому, на которой вы сейчас сидите. И мне пришлось пить снег, лежавший у входа в норку. От такого питания у меня заболел живот. Тогда я просто лёг и стал ждать, пока буря утихнет. И наконец это случилось. Я вылез из норы и попытался разгрести снег, чтобы добраться до травы. Но я очень ослаб, ведь я так долго ничего не ел. Мои задние лапы подкашивались, передние дрожали, и я не смог разгрести снег. И тогда я подумал: «Какашли, ты уже совсем одряхлел. Наверное, ты скоро умрёшь, как и все члены твоей семьи».

– Твоя семья умерла?! – пропищала, вытаращив глаза, Овечка.

Какашли кивнул.

– Бедняжка Какашли! – прошептал Мопси. Он пожал лапку Морковке, и Морковка пожала ему лапку в ответ. Как хорошо, что они есть друг у друга! Как хорошо, что они не одиноки!

– Но потом случилось чудо, – продолжил рассказ Какашли. – Я услышал над головой крики: «Уху-у-у. Уху-у-у!» Это была сова. Она слетела ко мне, и я почувствовал, как её когти впились мне в затылок. Я был уверен, что пришёл мой последний час.

– А что случилось потом? – затаив дыхание, спросил Элвис.

– Надли-шники-маки? – перевёл Голыш.

– Сова подняла меня в воздух и полетела со мной по лесу. Я пытался вырваться, дёргал лапками. Но ничего не помогало – я слишком ослаб! Там, на высоте, у меня страшно кружилась голова. И тут вдруг сова меня выпустила, и я упал на землю. К счастью, я приземлился в мягкий сугроб. Под ним была дыра, и я забрался туда, чтобы спрятаться от совы. Но она заметила это и заглянула в дыру своими огромными глазищами. Её широкий острый клюв жадно открывался и закрывался.

– Какой ужас! – пропищала Овечка.

– От страха я отпрянул назад, потом отступил ещё раз, и ещё – я зарывался в туннель всё глубже и глубже. Темноты я не боялся. Гораздо больше меня страшила ужасная сова! А потом туннель кончился. Сначала я подумал, что попал на небо. Потому что в двух прыжках от меня сияла огнями такая великолепная разноцветная ёлка, какой мне ещё не доводилось видеть в жизни.

– Это была наша рождественская ёлка с разноцветной гирляндой! – прокомментировал Голыш, прервав свой перевод.

– В это мгновение я мог думать лишь об одном – еда! – продолжил Какашли. – Я должен был съесть эту ёлку. Это был мой последний шанс спастись. И я стал её грызть. Я не мог остановиться.

– А потом пришли мы, – сказал Угрюм.

– Шлаки-маки, – перевёл Голыш, и Какашли кивнул.

– Я спрятался. И вы снова ушли. Тогда я быстро выбрался из укрытия. И тут я увидел, во что превратилась прекрасная ёлка, и мне стало ужасно стыдно. Но в то же время мне всё ещё страшно хотелось есть!

– И поэтому ты попытался убежать вместе с ёлкой, – закончила Морковка историю Какашли.

Какашли вновь принялся плакать. Полными слёз глазами он смотрел на морских свинок, потом опустил голову и сказал:

– Мне так жаль! Я думал только о себе. Теперь я сыт, но я очень-очень сильно расстроил вас. И сам я тоже расстроился.

– Никому нельзя расстраиваться в Рождество! – воскликнула Морковка.

– И никому нельзя голодать в Рождество! – воскликнул Мопси.

– И никто не должен быть один! – воскликнул Угрюм.

– Это важнее всех рождественских ёлок! – воскликнул Голыш.

И все свинки дружно закивали.

– Поэтому ты пойдёшь с нами!

16

Восхитительно кольрабское Рождество

Прежде чем отправиться в обратный путь, Мопси, Морковка и все остальные решили немного передохнуть в кроличьей норе. Снаружи всё ещё было темно, и им совсем не хотелось стать добычей голодной совы. А кроме того, они ужасно устали от погони. Поэтому они все вместе легли на мягкое сено в норе Какашли. Но заснуть им удалось не сразу – лишь после того как Голыш лёг в середину, чтобы не мёрзнуть, а Элвис устроился с краю, чтобы не повредить гирлянду на свитере, а Овечка вообще переселилась на другую кучу соломы, чтобы остальные не чихали из-за её шерсти, – только тогда все наконец успокоились и заснули.

Некоторое время спустя Мопси почувствовал, как его нос что-то щекочет. Сначала он подумал, что это Овечка, которая забралась к ним в кровать, но, открыв глаза, он увидел, что его нос щекочут лучи солнца, проникающие в нору.

Наступил новый день.

– Морковка! Просыпайся! Скорее! Сегодня Рождество! – закричал Мопси.

Морковка тут же проснулась. И все остальные тоже.

– Быстрее бежим обратно, пока Аннабелла не заметила, что нас нет! – заторопилась Морковка.

Одна за другой свинки выбрались из норы Какашли и помчались по лесу. Сейчас, в утреннем свете, путь казался им гораздо короче, чем ночью, и вскоре они уже стояли у входа в туннель.

Спустившись вниз, они увидели в свете гирлянды на свитере Элвиса, что шерсть Овечки всё ещё лежит на земле, указывая путь. Какое счастье!

– Святая ночь и свинкина ночь! Ду-ди-ду-ду! – запел Элвис.

От стен разветвлённого туннеля звуки отражались громко и странно искажённо, но никто не обращал на это внимания – все торопились поскорее вернуться в отель. И лишь Какашли незаметно прижимал свои длинные уши, чтобы не слышать Элвиса.

Вскоре они уже были на месте. Они по очереди выпрыгнули из дыры, ведущей в лабиринт рядом с бассейном.

Но уже в следующее мгновение Мопси и Морковка страшно испугались. Они почувствовали, как большие мягкие тёплые руки взяли их под живот, и – они не успели даже пискнуть – кто-то принялся покрывать их мордочки, спинки и ушки бесчисленными поцелуями. Аннабелла!

– Милые мои, я так волновалась! Где же вы были? – спрашивала она снова и снова. И при этом плакала и смеялась одновременно. И лишь когда Аннабелла щедро расцеловала всех и достаточно наплакалась и насмеялась, она вдруг заметила Какашли.

– Кролик в отеле для морских свинок! Ну надо же! – На мгновение она растерялась. А потом сказала: – Какой замечательный рождественский сюрприз! Добро пожаловать!

И она расцеловала Какашли тоже, а он заурчал почти как морская свинка.

– Ты остаёшься с нами, это ясно! – улыбнулась Аннабелла и пообещала Какашли, что он сможет остаться в отеле до весны, чтобы ему не пришлось выживать в одиночку и чтобы у него было достаточно еды.

– Его ещё никто никогда так не любил – это точно! – прошептала Морковка.

Мопси кивнул. И тут он вдруг понял, как сильно он любит Морковку. А Морковка поняла, как сильно она любит Мопси. Поэтому они обнялись и поцеловали друг друга от души. А потом и всех остальных, и даже Какашли.

– Рождество – это праздник любви! – восхищённо пропищала Овечка.

– И праздник красоты! – вздохнул Голыш.

В этот момент раздался звон колокольчика во внутреннем дворе отеля.

– И праздник еды! – просиял Мопси. – Вперёд!

Второй раз свинкам повторять не пришлось. Вбежав во дворик, они остановились как зачарованные. Как здесь красиво! На потолке висел огромный мобиль из орешков и яблочек, которые вращались по кругу, прыгая вверх и вниз. А внизу, на серебряных и золотых плитах пола, стоял огромный красный колпак. Что же под ним скрывалось? Он был шире и больше всех свинок, вместе взятых!

– Сюрприз! – воскликнула Аннабелла и подняла колпак.

Увидев, что скрывалось под колпаком, Мопси, Морковка, Элвис, Голыш, Угрюм, Овечка и Какашли пришли в изумление.

– Морковка, – прошептал Мопси, – неужели всё это происходит наяву?

– Однозначно наяву! – Морковка пожала Мопси лапку. Мопси пожал ей лапку в ответ, и в животе у него стало так щекотно, что он даже встряхнулся от радости.

Перед ними стояла огромная рождественская ёлка. Она тоже была сделана из большого огурца с пушистой морковной ботвой, но украшена не только клубничками и золотистым дождём из сена, но ещё и редисками, яблочными кольцами и закрученными спиралью морковными полосками. Это была самая красивая рождественская ёлка на всём белом свете!

– Счастливого Рождества! – сказала Аннабелла.

– Счастливого Рождества! – завизжали, закричали и запищали Мопси, Морковка, Элвис, Голыш, Угрюм и Овечка.

А Какашли ликовал:

– Куки-Шнувуки!

– На кольрабском языке это означает «Счастливого Рождества!», – пояснил Голыш.

Счастливые свинки и кролик бросились на рождественскую ёлку, но тут вдруг Мопси воскликнул:

– Стойте!

Все замерли и повернулись к нему.

К удивлению Морковки, Мопси улыбнулся от уха до уха и возбуждённо захихикал. Потом развернулся и помчался прочь из зала.

Что он задумал?

17

Сюрприз напоследок

Вскоре Мопси вернулся с большим плотно набитым мешком. Тяжело дыша, он поставил мешок на пол.

– Сюрприз! – закричал он, улыбаясь. – Всем закрыть глаза, подставить лапки! Какашли, тебя тоже касается!

Морковка, Элвис, Голыш, Угрюм, Овечка и Какашли закрыли глаза и вытянули вперёд лапки. Морковка услышала какое-то шуршание. А, понятно, Мопси что-то достаёт из мешка! Она почувствовала, как Мопси что-то кладёт ей в лапки. Это был большой твёрдый шар с отверстием. Шлем? Морковка осторожно ощупала шар. Если это шлем, то очень необычный. Рядом с отверстием было что-то закреплено. Что-то вроде соломинки. А на неё нанизано что-то холодное, пахнущее клубникой. Что же это такое?

– Открывайте глаза! – Мопси так волновался, что прыгал с одной лапки на другую. – Надеюсь, вам понравятся мои подарки!

Морковка открыла глаза. У неё в лапках действительно лежал шлем с соломинкой. А на соломинке был закреплён батончик клубничного мороженого. А сбоку на шлеме была рукоятка. Очень странно.

У Элвиса, Голыша, Угрюма и Овечки тоже оказались шлемы с клубничным мороженым. И только у Какашли было мороженое без шлема.

– Я это мороженое вообще-то для себя сделал, но теперь хочу подарить тебе! – сиял Мопси. А увидев, как счастливый Какашли принялся лизать мороженое, Мопси засиял ещё больше.

Угрюм тем временем с любопытством разглядывал шлем.

– Что это? – спросил он.

И тут вдруг Мопси надулся от гордости, как никогда раньше.

– Шлем для катания на коньках с рукояткой для подачи питания! – радостно прокричал он.

Чтобы показать всем, как это работает, Мопси надел шлем на голову и установил соломинку с наколотым на неё мороженым в правильное положение. Потом он начал вращать лапкой рукоятку, и клубничное мороженое закрутилось, а Мопси высунул язык.

– Вот видите? Так мы можем кататься на коньках и есть. Одновременно! – пояснил он, причмокивая.

– Или есть и одновременно заниматься йогой! – радостно пропищала Овечка.

Все быстро надели шлемы.

– Мопси, ты самый лучший изобретатель на свете! – улыбнулась Морковка и начала вращать рукоятку.

– И ты всё это сам придумал? – спросил, причмокивая, Элвис.

Мопси кивнул.

– Моё почтение! – с уважением сказал Угрюм. Потом высунул язык и принялся так быстро вращать рукоятку, что мороженое – вжик! – исчезло у него во рту.

Все рассмеялись.

Овечка спросила:

– Мопси, так, значит, ты сорвал с рождественской ёлки клубнику, чтобы сделать из неё мороженое?

– Возможно, – ответил Мопси и улыбнулся.

– Мопси, так, значит, вчера ночью мы видели тебя, а не рождественскую свинку! – воскликнул Голыш.

– Возможно! – ответил Мопси и улыбнулся ещё шире. – Но я уверен, что рождественская свинка тоже не дремала. И наши подарки ждут нас дома под ёлкой! – добавил он.

– Точно! – хихикнула Морковка. – Здесь, в отеле, рождественской свинке было наверняка слишком неспокойно!

И все остальные тоже засмеялись.

Но прежде чем отправиться домой, Мопси, Морковка и все их друзья весело отпраздновали Рождество – восхитительно кольрабское Рождество!

– Куки-Шнувуки!

Об авторах

Анна Лотт – немецкая писательница, автор детских книг. Анна родилась в 1975 году. Много лет работала редактором на радио, получила образование сценариста и клоунессы, изучала театральное искусство. С 2014 года публикует повести для детей. Анна живёт вместе со своей семьёй в Бремене.

Сюзанна Гёлих – иллюстратор детских книг. Родилась в 1972 году в Йене. Изучая историю искусств, Сюзанна начала рисовать и продолжает заниматься этим до сих пор. Работает художником-иллюстратором в журналах и в издательствах детской литературы. Живёт с семьёй в Лейпциге.

Content

Анна Лотт
Тайна ушастого воришки

1 Огромные и страшные зелёные глаза

2 Добро пожаловать в отель для морских свинок!

3 Снежная свинка и говорящий сугроб

4 Дымящаяся колбаса и неудобный батончик из арахиса

5 Сюрприз

6 Где Мопси?

7 Рождественская свинка

8 Мопси что-то скрывает

9 Мопси под подозрением

10 В засаде

11 Элвис, сияющая суперзвезда

12 Спасение воришки

13 Следы на снегу

14 Жалкая кучка овощей

15 История Какашли

16 Восхитительно кольрабское Рождество

17 Сюрприз напоследок

Об авторах